Виталий Зыков

МАЛК. И когда ты ее нашел

Удел мага — всегда идти наперекор фатуму.

Кетот, Четвертый Святой[1]

Воин или маг лишь тогда обретает величие, когда преодолевает препятствия и сокрушает недругов. Фортуна словно бы сама посылает ему врагов и принуждает вступить с ними в схватку, чтобы, одолев их, он по подставленной ими лестнице поднялся как можно выше.[2]

Из книги иномирного философа, приснившейся одному из членов Гильдии Сновидцев

ГЛАВА ПЕРВАЯ,

в которой герой проходит по грани

У каждого есть место, где ему удобнее думать. Кто-то предпочитает прохладную атмосферу кабинета, кто-то выбирает книжную тишину читального зала библиотеки, а кого-то, наоборот, тянет в толпу, к людям. Малк все более ценил удобство небольших уютных кафе, где за несколько десятков оболов можно получить чашку кофия, рогалик с корицей и место в дальнем углу зала или веранды, словно бы изначально созданное для спокойных и взвешенных размышлений.

Кто-нибудь скажет, что, будучи стесненным в средствах, не стоит ходить по ресторациям и прочим заведениям, и будет прав. Но, с другой стороны, если дома кроме матраца нет никакой мебели, поход в кафе из разряда развлечений и роскоши переходит в насущную необходимость. Поэтому, когда Малку действительно требовалось разобраться с хаосом в мыслях, все хорошенько взвесить и привести к наглядному виду, он всегда знал, куда идти.

Так было и на этот раз. Случайная встреча вывернула душу наизнанку, прогнала прочь былое спокойствие и укрепила в сердце твердое намерение идти к великой и кажущейся недостижимой цели. Но разве можно двигаться вперед, не наведя порядок у себя за спиной?! Вот и Малк был уверен, что нельзя. И, захватив с собой стопку дешевой бумаги и самопишущее перо, направился в скромную семейную кофейню под названием «Габет».

— Ладно, что мы имеем, — пробормотал Малк и, сделав глоток свежесваренного кофия, хмуро уставился на лежащий перед ним чистый лист, — или, иначе говоря, что же мешает нам хорошо жить.

Твердой рукой хорошего чертежника он разделил лист бумаги на три столбца и каждый подписал соответствующим названием. Лоялисты, аристократы и карлик… С одной стороны, список врагов был не так уж и велик, а с другой, для обычного парня, приехавшего покорять культурную столицу, даже три ярых недруга — это уже много. Возможно, что смертельно много! Но так это ведь не повод опускать руки, не правда ли? Главное, правильно начать, дальше уже легче будет…

Первыми в списке Малк отметил лоялистов и всю их террористическую братию. Дороги их пересеклись случайно и, видят Святые, он не сделал ровным счетом ничего такого, чтобы вызвать столь пристальный и утомительный интерес воинствующих «демонолюбов». Он всего лишь выжил! Но этого оказалось достаточно, чтобы ублюдки начали его преследовать. Да, раз Малк до сих пор жив и здоров, охотники из них получились посредственные, но так кто сказал, что за ним всегда будут посылать слабосилков и идиотов? Сначала были неодаренные мастеровые, затем пришел черед школяров. Следующими вполне могут стать опытные маги и наемные убийцы.

Ладно была бы понятна причина подобной настойчивости — Малк с радостью пойдет на любые уступки, лишь бы избавиться от внимания всевозможных бомбистов, стрелков, чародеев и просто жаждущих его крови неодаренных. Однако пока складывалось ощущение, что корень всех бед крылся в самом факте существования Малка.

И как в такой ситуации поступать? Ждать очередного нападения, ясно осознавая, что оно может оказаться для него последним? Ну так он уже через это проходил, со временем становится только хуже.

Бежать? Так это тоже так себе решение. Он не для того через столько прошел, чтобы в последний момент все бросить и, трусливо поджав хвост, бежать в родной Колхаун.

Но тогда что делать? В голову ничего, кроме попытки отбить у лоялистов всякое желание с ним связываться, не приходило. В исполнении простого Адепта такое намерение, наверное, выглядело смешно, однако сам Малк так не считал. При грамотной подготовке даже муравей убьет слона, главное, все правильно рассчитать и соблюсти баланс сил. Чтобы мелкая сошка в дальнейшем боялась к нему соваться, а фигуры покрупнее и помогущественнее не увидели в нем достойной цели для приложения своей мощи.

Ну а если не получится… Мир велик, и в нем всегда можно найти место, куда не дотянутся загребущие лапы «демонолюбов». Если подумать, то даже в Колхаун для спасения вовсе не обязательно возвращаться.

Единственное, что беспокоило Малка во всей этой истории с террористами, это связь последних с благородными Семействами и аристократическими Домами. Потому как одно дело бороться с пусть разветвленным, но при том совершенно разобщенным сообществом лоялистов, и совсем другое — связываться с влиятельными и мстительными родовитыми дворянами.

Чтение Бархатных книг на многое раскрыло Малку глаза, в особенности на очевидную связь некоторых громких политических событий с многовековой давности конфликтами тогда еще молодых и горячих магов. Так что для монстров, измеряющих жизнь столетиями, персона вроде Малка неотличима от муравья. Стопчут и не заметят! И пусть настолько сильно он, слава Святым, еще никого не обидел, по крайней мере, внимание Дома Громовой Птицы Малк на себя точно обратил. Что вряд ли благоприятно скажется на его будущем.

Да, напрямую его трогать никто не будет, но и в том, что тебя используют в качестве учебного манекена для изучающего мир за стенами Дома молодняка, хорошего мало. Особенно когда понимаешь, что родовитым недругам ты можешь сопротивляться лишь до строго очерченного предела. И стоит убить, тяжело ранить, искалечить или хотя бы просто серьезно осложнить жизнь играющему во взрослого ублюдку, как игры закончатся и тебя сотрут в порошок.

Мало того, дорогу влиятельному роду можно перейти и вовсе не имея такой цели. Например, просто задев тех, кто находится под крылышком Семейства или Дома. Если же вспомнить вполне оформившееся желание Малка хорошенько врезать по лоялистам, конфликт с аристократами становится вполне вероятным…

Малк тяжело откинулся на спинку стула и еще раз пробежался взглядом по получившейся у него схеме из надписей, простейших фигур и стрелочек. Картинка совсем не радовала. И пусть в голове понимание всего происходящего сложилось уже давно, однако только сейчас, когда мысли получили наглядное выражение, пришла настоящая ясность.

— Нет, тут как ни старайся, а в одиночку не выстоять! Во всяком случае, не с моими силами, — пробормотал Малк. После чего размашисто написал под рисунком слово «одиночка», дважды его подчеркнул и… поставил знак вопроса. — Одному — не выстоять! Но что, если найти покровителя?!

Покровитель… Не человек, не отдельная личность, а некая влиятельная организация, способная защитить и дать отпор всем недругам Малка. И ведь если подумать, то подобных структур в Борее немало. Достаточно взять любой влиятельный аристократический Дом или богатое Семейство, не страшащееся конфликтов с другими дворянами, крупную Школу, способную посоперничать в могуществе с иными родами и кланами, или какую-нибудь из военизированных организаций на службе у государства, и многие проблемы будут решены. Вот только есть один нюанс — все они должны быть заинтересованы в Малке. И как раз тут начинаются главные сложности.

Ни великие Дома, ни амбициозные Семейства в бесталанном Адепте-калеке попросту не нуждались. Если у них и возникала потребность в найме или привлечении в род нового чародея, то среди множества молодых магов Борея они всегда могли найти кого-нибудь поперспективней.

Со Школами положение было и того хуже. Если при наличии интересной или полезной Родословной аристократы еще могли заинтересоваться бесталанным неумехой, то Школам на кровь студентов без подходящего Дара было откровенно наплевать. И Малк с его далеко не самым редким Тайным Искусством, слабыми способностями, тремя жалкими заклинаниями и туманными перспективами на прорыв в Ученики не способен заинтересовать даже худшую из Школ.

Так что доступной оставалась лишь государственная служба: жандармы, армия, флот и демоноборцы. Вот только хочет ли он сам терять свободу, надевать форму, учиться выполнять чужие приказы и лезть в пекло по желанию какого-нибудь высокопоставленного ублюдка, слыхом не слыхавшего о реальных сражениях? Однозначно нет. Но и выбора у него тоже нет!

— Кого тогда выбрать? Жандармы отпадают сразу — черная звезда в паспорте и непростые отношения с капитаном Тырхатом вряд ли будут способствовать карьере. Да и, честно говоря, становиться псом Триумвирата, воюющим с неугодными, что-то не хочется, — пробормотал Малк, задумчиво потерев лоб. Затем, спохватившись, быстро огляделся, но веранда была пуста и его крамольных слов никто не слышал. — Флот? Без Стихии Воды там просто делать нечего. В корабельный лазарет, может, и удалось бы устроиться, но не с моим уровнем знания медицины… И что остается?

Малк крупными буквами вывел слова «армия» и «демоноборцы», после чего отложил самопишущее перо, облокотился о стол и принялся мрачно буравить взглядом бумагу. Чтобы спустя несколько ударов сердца взорваться всплеском эмоций:

— Йоррох, Йоррох, Йоррох!!! Да что же это за выбор-то такой?!

И яростно перечеркнул написанное.

Нет, нет, нет! Какая армия? Какие демоноборцы?! В первом случае с его навыками и гражданским статусом ему светит как минимум двадцатипятилетний контракт и служба рядовым в самых поганых местах зоны влияния Борея. Откуда если и возвращаются, то с таким «букетом» болезней и травм, что теряется смысл всех тех благ, которыми заманивают новобранцев вербовщики.

Во втором же случае никуда ехать, может, даже и не придется, однако шансов уцелеть от этого сильно больше не станет. Потому как одно дело вольные охотники на демонов, берущиеся лишь за посильные заказы, и совсем другое — подневольные демоноборцы. Смертность среди которых, как известно, такова, что в их ряды разрешается привлекать кого угодно, даже закоренелых преступников и иностранцев. Пять лет службы, и все грехи будут списаны, на счете появится кругленькая сумма, а китель заблестит от медалей. Вот только эти пять лет надо еще прожить… И Малк должен идти туда по своей воле?! Да проще самому в руки террористов отдаться или без зашиты под боевое заклинание аристократа встать. Меньше мучиться придется.

Внезапно Малк замер, в очередной раз откинулся на спинку стула и, сделав глоток уже остывшего кофия, глубоко задумался. Проклятье, а почему он вдруг решил ограничиться именно этими четырьмя службами?! Есть ведь и те, что не афишируют свою деятельность: их не видно на улицах, а о работе не пишут журналисты. Секретная служба, Пятый отдел, Темная Канцелярия — названий много, но суть одна. Это самая влиятельная, самая могущественная, самая закрытая и самая… да, самая пугающая сила в руках правителей страны. Раньше они боролись с врагами императора, сейчас охотятся на недругов Триумвирата, а в будущем станут защищать ту власть, что придет им на смену. Не зря же сохранилась еще с имперских времен фраза: «В Борее много канцелярий, но Канцелярия одна». Если и готов был Малк носить чью-то форму, то только их. К тому же и темная звезда тут не помеха — особой службе нужны разные люди.

Сложность в том, что Темная Канцелярия не размещала объявлений о найме на бирже труда, не публиковала объявлений в газетах и уж точно ее представители не ходили на ярмарки вакансий. Секретная служба сама искала себе агентов, и случайных людей в ней не было.

Однако у каждого замка есть свой ключ, был свой ключик и у Канцелярии. Во всяком случае, Малку казалось, что он его нашел. И имя ему было — госпожа Леара. Та самая таинственная дама, обладающая пугающим талантом одним своим присутствием сводить мужчин с ума и которую Малк по ошибке сначала отнес к жандармам. Теперь по здравом размышлении она казалась частью гораздо более влиятельной и могущественной организации. Слишком уж боялся ее капитан Тырхат, чтобы она была просто какой-то начальницей или высокородной особой. Нет, так страшатся лишь кого-то действительно пугающего, кого-то, за кем стоит действительно необоримый монстр.

И вот частью этого самого монстра Малк и хотел стать. А госпожа Леара — почему-то даже мысленно эту черноволосую красотку не получалось назвать просто по имени — ему в том поможет. Во всяком случае, Малк сильно на это надеялся, благо у него были на то все основания. Ведь не зря же она ему «помогла» попасть в Общество?

То, что с его курсами не все так гладко, Малк заподозрил давно. Для бледного подобия нормальной Школы, Школы «для бедных», среди студентов как-то чересчур многовато «силовиков», представителей состоятельных сословий и даже дворян. Если присутствие первых с некоторой натяжкой еще можно объяснить связями Общества с армией и жандармским корпусом, а также предоставляемыми привилегиями, то желание пусть не богачей, но вполне состоятельных людей учиться именно на курсах выглядело странно. Йоррох, да тот же Шарк спокойно мог найти место и получше, однако пришел именно в Общество. И тут не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять: здесь есть какой-то секрет, нечто такое, о чем точно знают другие и о чем может лишь догадываться Малк.

Например, о том, что курсы Общества — это нечто вроде отборочного этапа для самой закрытой службы Борея. Не жандармерии, не армии — обе структуры вполне открыто сотрудничают с известными Школами, — а именно Канцелярии. Службы, предпочитающей не выходить из тени…

Как там госпожа Леара говорила? Она просто хотела помочь ему поступить в Школу? Что ж, она это и вправду сделала. Одного ее письма хватило, чтобы никому не известного парня без протекции и связей безоговорочно приняли на учебу в столь необычное заведение. Да, с ограничениями и оговорками, да, с кучей сложностей, но ведь приняли! И это говорит о многом, и прежде всего о том, что у госпожи Леары точно имеются на него какие-то виды!

Есть, конечно, вероятность, что все рассуждения Малка не более чем пустые домыслы, но не слишком большая. Помимо логических построений были у него и другие основания считать свои выводы верными. Вот только как это все проверить, он пока не знал…

— Хорошо, тут какая-то ясность появилась… — с сомнением в голосе пробормотал Малк, разглядывая листок с набросками идей и фактов. Затем вздохнул, отложил черновик в сторону и тихо добавил: — А раз так, пришло время вспомнить об «этом деде Бонифации». Не так ли, йоррохов уродец?!

Последнюю фразу он произнес с едкой злостью. Слишком много неприятностей доставил ему невидимый для остальных карлик, чтобы воспринимать его со спокойствием ветерана. И ради избавления от гаденыша он пойдет на любой риск и любые трудности! Главное, все правильно рассчитать и взвесить…

— Ладно, карлик, что о тебе известно? — медленно произнес Малк, загоняя эмоции в глубины сердца.

Ненадолго задумался, после чего снова взялся за перо и склонился над столом. На бумаге одна под другой начали появляться ровные строчки убористого текста, четко обрисовывающего известные черты личности карлика.

— Внешность указывает либо на магическую мутацию, либо на взбрыкнувшую демоническую Родословную. Манера речи отсылает к Стиксону или выходцам оттуда, а общее поведение говорит о человеческом происхождении… Что еще? — принялся рассуждать Малк. — Еще уродец демонстрирует владение магией Иллюзий и способность к проникновению в Дворец Духа, а судя по тому, как он любит появляться после моего контакта с отрицательным спектром магии Пневмы, Жизнь точно не его специализация. — Он с сожалением заглянул в опустевшую чашку, подхватил с тарелки остатки круасана и некоторое время задумчиво жевал. — А! Еще наш дед Бонифаций в данный момент весьма слаб. Даже слабее, чем был в поезде… И о чем это говорит? О том, что лучшего времени, чтобы от него избавиться, не придумать.

Малк задумчиво покатал перо между пальцами, после чего раздраженно уронил его на стол и откинулся на спинку стула.

А-а-а, проклятье!!! Легко сказать «избавиться». А как это сделать?! И главное, как этого ублюдка вообще можно найти?! Не дождаться момента, когда уродец придет по своему желанию, а организовать с ним встречу в нужное время и в нужном для Малка месте. Вопрос…

Малк погрузился в тягостные раздумья, полностью сосредоточившись на своих мыслях и почти не обращая внимания на окружающих. В кафе заходили люди, что-то заказывали, затем завтракали и уходили, а он все так же сидел, точно статуя, и ни на что не реагировал.

— Так, ладно. — Малк энергично растер ладонями лицо. — Если не получается штурмовать манор через главные ворота, попробуем воспользоваться тайным ходом… За что еще в личности карлика можно уцепиться помимо необычного диалекта?

В голове что-то крутилось, но ухватить мысль за хвост никак не удавалось.

Проклятье! Насколько было бы легче, если хотя бы было понятно, зачем Малк вообще понадобился карлику. И с какого такого флура тот считает его душу своей… Однако, увы, кажется, ответ на этот вопрос он узнает, только лично вырвав его у «этого деда Бонифация».

— Стоп, магия! — Малк едва удержался, чтобы не хлопнуть ладонью по столу, и лишь в последний момент одумался. — У уродца очень необычная магия… И если понять, к какой Школе относится практикуемое им Искусство, то велика вероятность, что удастся выйти и на него самого… — Какое-то время мысленно покрутив эту идею то так, то этак, он наконец удовлетворенно улыбнулся. — Святые и все их воинство, а ведь может выгореть!.. А там можно будет и о ловушке подумать.

Правда, тотчас возникала новая проблема: Малк просто не обладал нужными для поиска сведений возможностями. Но тут он надеялся на помощь Хелавии или того же Толфана. В конце концов, его не секреты Трех Святых интересуют и не Тайные Искусства с Тайными же Техниками, а просто небольшое исследование общего характера. Подобного рода запросы не относятся к чему-то запретному и предосудительному, и их вполне могут выполнить по просьбе студентов Школы тамошние библиотекари. Он бы и сам попробовал покопаться в каталоге его любимой читальни или библиотеки Общества, однако уже заранее знал результат. В читальне подобного рода сведения наверняка отсутствовали — книги по истории магии там были наперечет, а в хранилище знаний Андалорского Общества магов развели такую бюрократию, что со своей черной звездой Малк мог рассчитывать только на доступ к весьма ограниченному списку учебных пособий. Вот и получалось, что вся надежда на друзей.

Всех Святых к нему в гости, Толфан с Хелавией ведь все еще его друзья!..

Погрузившись в раздумья, Малк потерял счет времени и сам не заметил, как утро закончилось, а старинный хронометр над входом в «Габет» пробил полдень. Пришла пора завязывать с кофейными посиделками и возвращаться в реальный мир — к учебе, работе и скудному, едва ли не походному быту.

Собрав вещи и расплатившись с официантом, Малк покинул кафе и зашагал к дому. Впрочем, пройдя всего несколько саженей, он остановился, немного подумал, а затем направился в противоположную от съемной квартиры сторону. Вчера он узнал об открытии новой хозяйственной лавки в соседнем квартале. Товары там, по слухам, качеством не блистали, но цена… цена была способна порадовать даже самый тощий кошелек. Так что, пока была такая возможность, имело смысл потратить лишние сорок минут — час на пешую прогулку.

Наверное, отложи Малк свой торговый променад хотя бы на день, и многое пошло бы совсем по другому пути, но история не терпит сослагательного наклонения. И случилось именно то, что случилось…

Малк уже подходил к лавке с приметной вывеской в виде здоровенного обезьяноподобного дикаря, держащего на плечах надпись «Колониальные товары Берроуза», когда зазвучал истошный вой сирен. Вой, слишком хорошо знакомый каждому жителю Борея, чтобы его можно было спутать с чем-то другим. Ведь именно так было принято возвещать приход этого бича человечества — Ночи Йорроха.

— Да какого флура?! — вскричал Малк, останавливаясь буквально в двух шагах от входа в лавку и запрокидывая голову.

В душе теплилась надежда, что сирены отыгрывали сценарий учений перед настоящей Ночью. Газеты и официальный бюллетень Бюро бедствий хоть и предупреждали о более раннем в этом году прорыве демонического плана в мритлокскую реальность, но по самым пессимистическим оценкам выходило, что это случится лишь через седмицу. И за последнюю сотню лет ни у кого доселе не появлялось причин не верить таким прогнозам. Пусть защитить мир от столкновений с демонической вселенной современная наука и не могла, предсказывать их периодичность у нее получалось весьма точно.

Как вдруг такое!

Увы, в еще недавно ясном и безоблачном небе уже появились первые признаки наступления Ночи. Черные с красной окаемкой тучи, словно подсвеченные отблесками вулканов Пекла, удушающим одеялом накрывали землю. Подул пронизывающий ледяной ветер, а уши уловили отголоски нечеловеческого утробного воя. Опыт прошлых Ночей подсказывал, что скоро начнутся и остальные изменения. Воздух запахнет каленым железом и кровью, под ногами же появится почти незаметная, но весьма раздражающая вибрация. Длиться это будет порядка часа или полутора, пока грохот как от взрыва сотен бомб не возвестит о последней стадии прихода Ночи Йорроха — открытии спящих до поры пространственных лазеек, провалов, проходов, незримых троп и полноценных порталов. Момента, когда в Мритлок придет истинное Пекло. И, если человек дорожит жизнью и душой, встречать его следовало в защищенном родовом маноре, армейской крепости или городском убежище — флактурме.

— Святые заступники, да что ж это такое делается-то, а?! Да почему все так внезапно-то?!

Из «Колониальных товаров Берроуза» с бабьими причитаниями выскочил какой-то невзрачный господин в потертом сюртуке и, придерживая шляпу, побежал в сторону виднеющейся вдали громады флактурма. Вышедший вслед за ним из лавки сухопарый приказчик в военном кителе без знаков различия вел себя гораздо достойнее и выдержаннее. Молча кивнув Малку, он принялся деловито закрывать окна ставнями, лишь изредка бросая в темнеющее небо острые оценивающие взгляды.

— Молодой человек, вы бы тоже поспешили в убежище. Эта Ночь явно будет не из тех, что можно провести за пределами крепких и хорошо зачарованных стен, — сказал он, не поворачивая головы. — Нет, можете, конечно, попробовать отсидеться дома, но, учитывая интерес к моему магазину, вряд ли вы живете в квартале богачей или вашу улицу прикрывает какая-нибудь Школа. А значит, с защитой у вас все не слава Святым…

— Благодарю за совет, но сами вы, я смотрю, никуда не спешите? — спросил Малк скорее из вежливости, чем реально интересуясь ответом.

Глядя на людей, в панике выскакивающих из домов на улицу и бегущих по направлению к убежищу, он и сам уже собирался к ним присоединиться. В конце концов, он сейчас не в интернате с его подземными, рассчитанными как раз на такие случаи казематами, и не в родном доме, который располагался неподалеку от опорного пункта морской пехоты. Впервые о своей безопасности в Ночь Йорроха ему предстояло позаботиться самостоятельно. И осознавать это было весьма… необычно.

— Юноша, поспешать надо, никуда не торопясь, — усмехнулся в ответ явно много повидавший на своем веку приказчик и защелкнул замок на последней створке. — Вот сейчас документы заберу, дверь закрою и тоже к флактурму отправлюсь.

Он козырнул Малку и скрылся внутри лавки. Однако Малк его ухода практически не заметил, он с нарастающей паникой обшаривал карманы в поисках паспорта Одаренного и не находил. А спустя несколько мгновений и вовсе вспомнил, как выложил жетон на пол рядом с матрацем да так и не забрал его перед выходом на улицу.

— Прокляни меня Святой!!! — выдохнул он и ринулся по направлению к дому.

Все время ведь с собой таскал этот кругляш, никогда не забывал, а как единственный раз без него оказался, так сразу и вляпался. Без документа во флактурм точно не пустят. Никто не станет рисковать и открывать двери перед потенциальным гостем из Пекла, временно принявшим человеческий облик. Тем более в такую Ночь!

Так что, если Малк хотел попасть в укрытие, ему следовало поторопиться.

И он побежал… Побежал так, как никогда еще не бегал. Выкладываясь на полную, задействуя каждую каплю силы и выносливости, приобретенные и накопленные благодаря магии Жизни. Спустя какое-то время, несмотря на все его способности, в мышцах началась ломота, а в легких появилось жжение, однако Малк продолжал нестись вперед. Страх перед грядущей Ночью стал лучшим стимулом, заставляя пересиливать себя и открывать второе, третье дыхание. Навстречу ему двигался поток испуганных андалорцев, и в их глазах он выглядел как самый настоящий безумец. Кто-то даже пытался кричать и показывать, что надо двигаться в противоположную сторону, но Малк ни на что не обращал внимания. В голове у него пульсировала лишь одна мысль: «Быстрей! Быстрей», и ни для чего иного не оставалось места.

В свой подвал он не спустился, как обычно, а скатился едва ли не кубарем. Около пяти минут, вряд ли больше, ушло на то, чтобы забрать жетон, подхватить на всякий случай мушкетон и вернуться на улицу, однако этого вполне хватило, чтобы проявил себя следующий признак приближения Ночи и в Андалоре наступили сумерки. Силуэты домов, узкая лента дороги, всевозможные тумбы, скамейки и киоски — все это теперь хоть и получалось разглядеть, но с некоторым усилием. А значит… значит, мчаться, как прежде, было уже опасно, слишком велик риск налететь на спрятавшуюся в тенях преграду.

Малк, конечно, и сейчас то и дело сменял быстрый шаг на бег, но это было уже не то. Появилось ощущение, что он катастрофически не успевает. Несколько раз его обгоняли несущиеся во весь опор конные экипажи, освещающие путь тревожным светом масляных фонарей, и он даже пытался их остановить. Но в такие моменты человеколюбие и гуманность сползают с людей, точно плохо застегнутый плащ с плеч. Помощь одинокому путнику перед лицом надвигающейся катастрофы — это последняя вещь, о которой думали те из андалорцев, что и сами чересчур задержались на улицах стремительно пустеющего города. Малку следовало рассчитывать только на свои силы…

Когда он появился на площади перед флактурмом — дома запрещалось строить аж на сто саженей вокруг его каменной громады — грузовые ворота уже были закрыты, а в темном зеве центрального входа прямо на его глазах скрылась последняя группа горожан, и тяжелые створки из заговоренной стали с мрачной неумолимостью поползли навстречу друг другу.

— Стойте!!! Всех Святых вам в гости, стойте!!! — заорал Малк, надсаживаясь, и, словно черпая в своем крике силы, ринулся вперед.

Площадь он пересек едва ли не на одном дыхании — он даже не понял, как бежал, — но, как оказалось, это все равно было слишком медленно. Входа он достиг в тот самый миг, когда бронированные двери с лязгом сомкнулись и внутри загудели шестеренки запирающего механизма.

— Йоррох! Йоррох! Йоррох! — выкрикнул Малк, в бессильной ярости несколько раз пнув дверь ногой. Затем заметил рядом рупор переговорного устройства и коршуном бросился к нему. — Эй!!! Откройте! Слышите?! Откройте! Время еще есть!

На ответ он не надеялся, скорее пытался выплеснуть захлестывающие эмоции, и потому был крайне удивлен, когда услышал холодный голос:

— Поздно, вы опоздали. Ночь уже почти началась.

— Все понимаю, но я стою здесь, под воротами. Можно как-то… — попробовал спорить Малк, но его просто не слушали.

— Ворота теперь откроются только после окончания Ночи. Ваше выживание теперь ваша собственная забота. И да помогут вам Святые! — равнодушно сообщил неизвестный и, судя по приглушенному звяканью, закрыл заслонку на переговорном устройстве.

— Дерьмо!!! — рявкнул Малк.

И усилием воли постарался взять себя в руки. Разговаривавший с ним вояка был прав — жизнь Малка теперь зависела от его собственных усилий, и эмоции здесь только помеха. В конце концов, Ночь за стенами убежищ далеко не так страшна, как ее малюют газетчики. Иначе бы в городах давно не осталось нищих и бездомных. Если он успеет найти хоть какое-то укрытие, где можно будет отсидеться, то шансы на спасение не так уж и малы. Главное… да, главное, поскорее убраться подальше от крепости. Демоны и потусторонние монстры словно чуяли, что именно флактурмы отделяют их от вожделенной плоти людишек, и каждую Ночь штурмовали их стены с поистине адским упорством. Выжить здесь, пусть даже под прикрытием пушек, картечниц и чарометов, точно не получится. Если не чудища порвут, так случайная пуля или отраженное заклятие достанут.

И Малк снова побежал. Только на этот раз не к убежищу, а прочь, в сторону наиболее благополучных районов города. Пусть от действительно серьезных тварей тамошние обереги его не защитят, но от всякой мелкой нечисти точно прикроют. По крайней мере, так учили на лекциях в Обществе, и он очень надеялся, что преподаватели понимали, о чем говорили…

Малк уже был на краю площади, когда в нос ударила невыносимая, удушающая вонь крови — без гекатомб жертв, простыми убийствами такого запаха было не добиться. Затем почти сразу где-то высоко в небе раздался чудовищной силы взрыв, казалось, потрясший сами основы мироздания. И пусть спустя какие-то секунды стало понятно, что все не так страшно: ударная волна, пришедшая вслед за звуком, лишь подняла дорожную пыль, выбила кое-где стекла да сорвала листву с деревьев — легче от этой мысли не стало. Ведь все это были лишь предвестники главного — Ночи Йорроха. А она не терпела легкомысленного к себе отношения. Тем более за стенами флактурма.

— Что ж мне так везет-то, а?! — простонал Малк на бегу, настороженно вертя головой.

Чего ждать от самой Ночи, если даже признаки ее наступления в этом году выбились из привычного сценария? Немного другой запах, иная очередность знамений, нарушенные временные интервалы — это была явная аномалия. И вот надо же такому случиться, что именно во время ее прихода Малк оказался вне убежища! Неужели, пережив кучу опасных ситуаций и смертельных угроз, он настолько истощил запас своей удачи, что теперь его ждали именно такие беды и катастрофические испытания стервы фортуны?!

Несмотря на несколько панический настрой, мысли Малка все равно были ясными и четкими. То ли его так закалили испытания, то ли сказывалась практика Кристаллического Сердца, но давление приближающейся ужасной угрозы ничуть не мешало ему искать путь к спасению. Тем более что он все же был, и не один.

На самом деле в Андалоре было немало мест и помимо флактурмов, где имелись все шансы пережить даже самую жуткую Ночь. Первыми на ум, конечно, приходили владения могущественных Школ, родовые маноры аристократов, военные базы, хранилища стратегических запасов или административные здания, но выбор их в качестве средства спасения был бы ошибкой. Те из демонических тварей, что не пойдут к башням-убежищам, именно эти районы выберут в качестве своих целей. Уж не важно, влекомые ли инстинктом или понукаемые незримыми погонщиками, они будут стараться сокрушить силы защитников города, а потому попытка спрятаться там будет подобна игре в прятки на поле жесточайшего боя.

Нет, бежать следовало в менее важные, с точки зрения обороны столицы, места, но и не столь беззащитные, как кварталы обычных горожан. Как, например, здание Общества магов, где наверняка остались чародеи для защиты имущества от самых безбашенных мародеров и отмороженных вандалов. Жаль только, добраться до места своего обучения Малку было нереально — слишком далеко и чересчур рискованно. Следовало поискать другой вариант… И он его нашел. Если память Малку не изменяла, то на пересечении улицы имени Первой Яванской кампании и Липовой аллеи, что всего в пяти-шести минутах ходьбы от площади перед флактурмом, располагался храм Архонта. Старый храм, не творение современных архитекторов, испорченных лоялистскими веяниями в обществе. В его окрестностях демонам точно не будут рады.

Приняв решение, Малк свернул в ближайший проулок — мысленно воздав хвалу Святым за то, что так часто любил прогуливаться по городу пешком и успел неплохо изучить планировку некоторых улиц, — и помчался в сторону храма. Ночь теперь уже точно началась, а потому в вопросе выживания счет шел на минуты.

Словно подстегивая его, откуда-то сверху до слуха донесся многоголосый гогот. Незримые для Малка летающие твари сделали круг над кварталом, после чего устремились в сторону флактурма, неся с собой запах серы, копоти и вонь потусторонней магии. Малк вообще впервые переживал Ночь с пробужденным Даром, и оттого восприятие происходящего сильно отличалось от привычной картины… Особенно когда он ощутил, что в сердце стаи летучих демонов, первыми прорвавшихся в Мритлок, прячется — впрочем, не слишком удачно — некто действительно сильный и могучий, кому Малк со всеми его свежеприобретенными способностями был на один зуб.

На лбу тотчас выступила холодная болезненная испарина, под давлением чужой мощи захотелось рухнуть на землю и свернуться клубком, но Малк, стиснув зубы, упрямо продолжал переставлять ноги. Лишь молил Святых Демоноборцев, чтобы на него просто не обратили внимания.

Вряд ли то была заслуга бестелесных защитников человечества, но летающим монстрам и вправду очень скоро стало не до отдельных людишек вроде Малка. С флактурма, полностью оправдывая его изначальное предназначение в качестве зенитной башни, по монстрам сначала слаженно забухали многочисленные орудия, а чуть позже их поддержало уже звонкое стаккато картечниц. Небо расцвело гвоздиками разрывов, перечеркнутых пунктирными линиями трассирующих очередей. И с неба грязным дождем тотчас посыпались темные тушки летучих тварей.

Подробностей Малк не видел — магические прожектора, как в Колхауне, андалорские вояки почему-то не включали, — да и не до любопытства ему сейчас было. Особенно когда терпение таящегося монстра наконец закончилось и он ответил на атаку. На все небо полыхнуло огненное зарево, на миг словно бы обратившее ночь в день, после чего из центра вспышки во флактурм выстрелила кроваво-красная ломаная молния. И было в ней столько Силы, сколько Малку еще никогда не приходилось видеть или ощущать в одном месте.

Со стороны убежища раздался мощный взрыв. Впрочем, учитывая толщину стен, количество стационарных магических Щитов и, самое главное, наличие собранных в одном месте старших магов, вряд ли чудовище смогло нанести серьезный урон. А вот демаскировать себя точно демаскировало! И в ответ на молнию с разных концов города — такая координация сил обороны приятно удивила Малка — в чересчур самоуверенного демона вонзились сразу четыре желто-золотых луча света. Святые знают, фирменным фокусом какой Школы была эта магия, какие Стихии в ней намешаны и какие знаки Руноглифа использованы, но эффект был потрясающий. В месте попадания лучей возникла огромная, светящаяся золотом сфера, внутри которой угадывался силуэт чего-то гротескно-уродливого, угловатого и словно нарочито асимметричного. Пару мгновений повисела в воздухе, после чего схлопнулась сама в себя, попутно обратив казавшегося необоримым монстра в пепел.

И на город снова опустилась темнота, нарушаемая лишь вспышками далеких и близких разрывов: орудия теперь работали уже по всему городу.

— Какое неслабое начало… — скорее для собственного успокоения пробормотал Малк и на бегу попробовал половчее перехватить мушкетон.

На фоне задействованных сил морально устаревшее ружье казалось нелепой трещоткой, лишь зря оттягивающей руки. Но не бросать же его!..

До поворота на улицу имени Первой Яванской кампании оставалось всего ничего, не более сотни саженей, когда буквально перед Малком закрутился вихрь из воняющего серой, светящегося в темноте дыма и, словно из воздуха, с хлопком, соткалась зубастая, похожая одновременно и на собаку, и на отрастившего ноги осьминога, тварь. Бухнулась на лапы, замотала башкой, после чего шумно принюхалась и повернула незрячую, лишенную глаз морду к Малку… И завыла столь пронзительно и тоскливо, что сердце дало сбой, а в голове на долю мгновения помутилось.

Но не более того. Серьезного влияния на Малка магическая атака демонического пса — или кем там была эта потусторонняя мерзость! — практически не оказала. Сильная для обычного Адепта Власть, нацеленность тренируемого Тайного Искусства на укрепление Духа и сильная воля сделали Малка невосприимчивым к подобного рода атакам. И пока тварь, рассчитывая на успех своей магии, приходила в себя после перехода в мир Мритлока, Малк успел привести в боевую готовность мушкетон. Так что, когда гадина все же прыгнула в его сторону, разрядил ружье ей прямо в оскаленную морду.

Выстрел получился что надо. Сноп огня, вылетевший из раструба ствола, почти целиком попал в раззявленную пасть монстра. Картечь мясорубкой прошлась по его внутренностям, и смертельно раненная тварь как подкошенная рухнула на брусчатку. Сразу не сдохла, нет, но ослабла настолько, что уже не сопротивлялась, когда Малк прикончил ее ударом ножа в сердце.

— И это ведь еще даже не Демонический Воин… Чего дальше будет?! — выдохнул Малк, извлекая нож из еще подергивающегося тела демона и вытирая запачканное лезвие о его бугристую кожу.

Мелькнула мысль зарядить мушкетон, но процесс это был небыстрый и заниматься им следовало точно не посередине улицы. Опытный ветеран наверняка нашелся бы что возразить и на эти доводы, но Малк таковым не был. И потому просто побежал дальше, с тревогой вслушиваясь в звуки вокруг и ожидая новых характерных хлопков, с которыми прорывались в Мритлок твари. Тут же некстати вспомнилось о привычке карлика появляться после контакта Малка с энергией Смерти, и на сердце стало совсем худо. Последнее, что ему сейчас было нужно, это связываться с мелким гаденышем!..

Видимо, фортуна хоть немного, но решила сжалиться над Малком, и оставшуюся часть пути никаких сюрпризов больше не преподносила. До самой ограды почему-то с настежь раскрытыми воротами он добежал без особых проблем. Угроза хоть и чувствовалась, но и только. Даже всякая демоническая мелочовка не попадалась, а уж без нее не обходилась ни одна Ночь.

Что до действительно могучих монстров, то об их существовании лучше всего говорили непрекращающаяся орудийная канонада и регулярные всплески магии Стихий, ощущаемые Малком едва ли не ежеминутно. Аномальная Ночь и проходила совсем не так, как привыкли люди за последнее «спокойное» столетие. Вместо традиционной мелкой шушеры уже в первую волну демонов пришли по-настоящему мощные твари. И у городского гарнизона одним махом добавилось забот.

Словно в подтверждение этого факта, в небе над южной частью города прямо на глазах у Малка закрутилась ярко-алая воронка, а из самого ее центра вывалилась туша огромного демона. Тело обезьяны, две козлиные головы с витыми рогами, четыре руки, драконий хвост — вот то немногое, что успел заметить Малк, пока чудовище летело вниз. Но и этого хватило, чтобы узнать характерный облик одной из высших рас Пекла. Когда же за падением последовал поистине адский грохот, вспышка на полнеба и череда взрывов поменьше, стало понятно, что и уровень у монстра был никак не ниже Слушающего Бездну. Более слабые демоны на такой «фейерверк» точно неспособны.

Ответ защитников Андалора не заставил себя ждать. С той стороны, где располагалась Школа Железа и Крови, по крутой дуге в район падения демона с пронзительным жужжанием устремилось охваченное пламенем копье. И, судя по шлейфу из искаженного, светящегося красным воздуха, что тянулся за его хвостом, метнул его не простой копейщик. Малк со своими знаниями мог, конечно, ошибаться, но такую концентрацию Силы мог обеспечить только Старший Магистр или вовсе Архимаг.

Ответная атака также закончилась сильнейшим взрывом — грибовидное облако из красных и белых искр поднялось аж до самой воронки, земля под ногами содрогнулась, а из окон домов повылетали последние стекла. Но на этом еще ничего не закончилось. Истошный вой тяжело раненной, но все еще живой твари наждаком прошелся по нервам. И вслед за первым копьем небо прочертило второе…

На фоне применения сил столь эпического масштаба собственные способности Малка выглядели жалко и незначительно. Чего уж там, он даже толком не понимал, что вокруг происходит и какие Стихии задействованы! Про неспособность внести свой вклад в отражение прорыва демонов и упоминать не стоило.

— Сто лет такой Ночи не было, говорите, но бояться ее не надо, да? Как же, верю, верю… — пробормотал Малк, вытирая со лба испарину и не сводя завороженного взгляда с разукрашенного оттенками красного неба. — Кажется, Бюро бедствий придется разогнать всех своих пророков и аналитиков.

Откуда-то сверху прилетел кусок демонической плоти и с омерзительным шмяканьем приземлился в полусажени от Малка. Изуродованная до неузнаваемости часть жителя Пекла еще жила своей жизнью — трепетали ошметки кожи, шевелились, точно диковинные конечности, торчащие во все стороны кости, а в центре пульсировал сгусток Силы — но, попав на территорию храма Архонта, она тотчас вспыхнула белым пламенем и принялась стремительно таять… Предположение Малка оказалось верным, и дом Первого Демоноборца до сих пор не потерял своей святости.

Получив зримое подтверждение своей правоты, Малк моментально приободрился. Великая мощь великой мощью, но для маленького Адепта вроде него основной задачей сейчас было выжить. И освященная земля ему в том будет хорошим помощником. Главное, под ногу «гигантам» не попасть…

— Проклятье! И с этой флуровщиной лоялисты хотят договариваться, — сказал Малк, с брезгливой гримасой рассматривая дымящиеся останки нечисти. — Идиоты!

Едва сдержав желание сплюнуть — колхаунская молва настоятельно не рекомендовала совершать подобные глупости по Ночам, — он развернулся и решительно зашагал ко входу в храм, на ходу придирчиво осматривая состояние ворот и прикидывая толщину стены. На первый взгляд выходило, что здание было все еще достаточно крепким, а створки на входе хоть и обветшали, но от первого же хорошего удара обещали не развалиться. Во всяком случае сразу. И при толике удачи внутри вполне можно отсидеться. Главное теперь без проблем в этот храм попасть!

Взбежав по невысокой каменной лестнице, Малк подошел к небольшой калитке в правой створке и решительно потянул за кольцо. Внутренне он был готов, что та будет закрыта, но его опасения не оправдались и дверца легко поддалась напору. Впрочем, спустя несколько ударов сердца причина подобной небрежности стала понятна: засов попросту отсутствовал, даже петель от него не осталось.

— Йоррох! — впервые за Ночь вырвалось у Малка ставшее ругательством имя хозяина Пекла. Невозможность запереть двери сделала перспективы на ближайшее будущее далеко не столь радужными. — И куда только настоятель смотрит?!

Последний вопрос он буквально выплюнул, изгоняя огнем вспыхнувшую злобу. И уж чего Малк точно не ожидал, так это того, что он услышит ответ.

— А никуда он не смотрит! Нет здесь настоятеля. И службы в храме больше не проводятся… — Раздавшийся в ночи женский голос едва не заставил Малка подскочить под потолок.

Святые знают почему, но обнаружить в храме таких же бедолаг, как и он сам, Малк совершенно не ожидал.

— Кто здесь, поимей вас демоноконь?! — рявкнул он, одной рукой хватаясь за нож, а другой выдергивая из поясной сумки дешевый магический фонарик. Мушкетон, до сих пор разряженный, он не без сожаления уронил с плеча на пол.

— Полегче, парень! Здесь леди! — ответил ему уверенный мужской голос, и тонкий луч фонаря выхватил плечистого мужчину в комбинезоне из плотного сукна, с болтающимися на шее очками-гоглами и кожаными крагами на руках. На поясе у неизвестного в потертом чехле висел топор, и он с возмутительным спокойствием даже не пытался к нему притронуться.

Малк направил фонарь на тень за спиной мужчины и увидел эффектную блондинку в голубом плаще с откинутым на плечи капюшоном. Но что самое удивительное, девушка была ему знакома. Ночь, эта великая разрушительница планов и судеб, занесла в старый храм Архонта ту самую красавицу — «просто знакомую», из-за которой он однажды так рассорился с Хелавией.

— О, прошу прощения, леди, — чувствуя странную неловкость, сказал Малк.

И быстро переключил лампу с узкого луча на приглушенное круговое освещение. Тьма в храме моментально отодвинулась на десяток саженей, и заодно стало понятно, что, кроме них троих, внутри больше никого нет.

— А ведь я вас где-то уже видела, да? — Пока он возился с фонарем, девушка успела выйти из-под защиты своего спутника и приблизиться к Малку. — Да, точно. В вестибюле после окончания постановки «Святости и порока», вы были с девочкой-гением из Школы Трех Святых.

Все это она сообщила с загадочной улыбкой на губах и странно поблескивающими глазами. Было в них любопытство, ирония и… Йоррох побери, пусть Малк снова станет девственником, но там был явный интерес женщины к мужчине!

— А вы были в компании с каким-то Младшим Магистром, — ответил Малк, чувствуя, что у него почему-то враз пересохло горло.

Блондинка стояла к нему настолько близко, что он ощущал едва уловимый аромат ее духов. И он не понимал почему, но этот запах, да и вся эта ситуация будоражили кровь и кружили голову. Кулак Святого ему в печень, что происходит?! Даже Леара, сводящая с ума всех и вся Леара не вызывала у него таких эмоций, а тут вдруг такой взрыв желаний. Какая-то магия? Алхимия? Дарованные Родословной способности?

Малк сам не понял, как обратился к Кристаллическому Сердцу и Властью очистил свой Дух. И пусть какая-то ясность в разум вернулась, тело… тело все равно продолжало реагировать на странную девушку.

Однако блондинка происходящего с Малком словно и не замечала.

— О! Разумному молодому человеку стоит знать, что Младшие Магистры не бывают «какими-то», — сообщила она все с той же улыбкой. — Они все особенные и достойные самого пристального внимания… Впрочем, чтобы вызвать к себе мой интерес, старшим магом быть необязательно… — с намеком добавила красавица, и Малк с запоздалыми извинениями представился:

— Адепт Малк, студент Андалорского Общества магов.

— Просто Малк? — изящно изогнув правую бровь, спросила блондинка. И окинула его пристальным, изучающим взором.

— Именно так, — кивнул Малк, лишь сейчас понимая, что к нему потихоньку начал возвращаться контроль над телом и чувствами и он уже может без особых усилий сопротивляться женским чарам своей собеседницы.

Вот только девушку эта его маленькая победа если и заинтересовала, то она этого никак не показала.

— Ну что ж, просто Малк, присоединяйтесь к нашей скромной компании. Будем ждать Рассвет вместе, — мягким, ласкающим слух голосом сказала она и, развернувшись, направилась обратно к своему спутнику. Однако через пару шагов остановилась и с какой-то удивительной непосредственностью бросила через плечо: — Я — Терри Марой, но вы… вы можете звать меня просто Терри.

Это самое «просто» девушка особо выделила голосом. И оно было так созвучно его «просто другу», что у Малка закралось подозрение: а не слышала ли взбалмошная блондинка тот их с Хелавией разговор и не намекала ли теперь на причину последовавшего затем скандала? И если да, то… проклятье, чего она этим добивалась?! Она ведь с ним не флиртует, нет?!

Пока Малк пытался разобраться в происходящем, леди Марой вернулась под защиту обладателя топора и с грацией танцовщицы уселась на подставленный тем стул — как выяснилось, среди теней пряталась целая гора из мебели разной степени сохранности. Что говорило о состоянии храма само за себя. Последние надежды Малка на то, что обитель Архонта окажется действующей, рухнули.

— Малк, а вы не расскажете, как здесь оказались? Эта Ночь, конечно, вряд ли растянется, как в старину, на месяцы или дни, но и за час-другой не закончится. Ожидание же лучше всего скрасить беседой, — учтиво сказала Терри, моментально превратившись из взбалмошной красавицы в светскую львицу, привыкшую блистать в столичных салонах. — Мы вот с Джоном — он мой охранник и шофер — когда нас застиг приход Ночи, возвращались на паромобиле в город. Думали, успеем, но сначала что-то случилось с машиной, потом нас долго не пускали на въезде в Андалор солдаты, и вот итог: вместо полагающегося по статусу комфортного убежища мы прячемся здесь. А что насчет вас?

Причин скрывать собственную рассеянность Малк не видел и потому честно рассказал и о забытом паспорте, и о том, как пытался попасть в закрывшийся флактурм. История получилась так себе, но леди Марой слушала ее с самым пристальным вниманием. Что, чего уж там, заметно льстило.

— И вы тоже решили, что в храме Архонта будет безопаснее, чем где-то еще? — с невеселым смешком спросила Терри. — Джон тоже так думал. А как внутри оказались, так едва не позеленел от злости. Он, даром что сам андалорец, наивно верил в стремление городских властей сохранять старые оплоты защитников Борея. И такое разочарование…

— Ну, часть силы Святого в земле все же осталась… — возразил Малк, с разрешения леди усаживаясь неподалеку на точно такой же стул.

Однако закончить свою мысль не смог — в разговор вмешался до этого отмалчивающийся шофер.

— Но для нашей защиты ее не хватит! Местный священник был неумехой и трусом, который вместо того, чтобы укреплять Власть храма, ее лишь истощал. И вот итог! — едва ли не прорычал Джон, махнув куда-то себе за спину.

Малку ничего не оставалось, кроме как кивнуть. Спорить с этим было глупо. Правда, его заинтересовала странная оговорка телохранителя леди про Власть и почему-то трусость, но выяснить подробности он не успел. За стенами храма как-то особенно сильно жахнуло, следом раздался накатывающий волной яростный многоголосый вой, и всем как-то стало не до бесед. Джон наконец потянул из чехла топор, Терри вытянула из рукава рубиновые четки и с испуганным видом принялась их перебирать, Малк же метнулся к входу и, приоткрыв калитку, чутко вслушался в темноту.

— Стая голов в десять — пятнадцать. Через две улицы от нас, а может, и дальше, — сообщил он, вернувшись через пару минут.

По пути поднял брошенный мушкетон и с мрачным видом принялся его перезаряжать. Неожиданная встреча чересчур его расслабила, до поры заставив забыть, где и, главное, в каком времени он находится. И слава Святым, что протрезвление произошло не в момент нападения тварей!

— Может, вход в подземелье поищем? — подала голос Терри. — Они под всеми старыми храмами есть и до постройки флактурмов служили укрытиями для жителей всех окрестных домов.

Идея показалась Малку здравой, но Джон зарубил ее на корню.

— Вход обязательно замаскирован. И в былые времена найти его порой не получалось даже у Сборщиков душ, чего уж про нас говорить. — Телохранитель недолго помолчал и продолжил: — Да и само подземелье вряд ли сохранилось. Лет тридцать назад, как началась вся эта лоялистская вакханалия, специальным указом любые неподконтрольные властям и союзным Школам подземные сооружения были разрушены… Какие-то умники убедили Триумвират, что старые укрытия теперь не нужны и служат лишь тайными базами для мятежников и террористов.

— Ну совсем хорошо! — выдохнула Терри и явно собралась сказать на эту тему что-то еще, но вдруг напряженно замерла, к чему-то прислушалась и, посмотрев вверх, едва ли не взвизгнула: — Крыша!!!

Не очень понимая, о чем она, Малк перевел взгляд туда, где должен был быть расписной свод, и… потрясенно помянул Йорроха. В куполе храма зияла огромная дыра, в которую в этот момент протискивался самый настоящий демон. Рассеянный свет фонаря туда не добивал, поэтому в переплетении теней получилось разглядеть только что-то большое, шевелящееся и сверкающее зубищами, но и этого хватило, чтобы сердце Малка предательски екнуло. Тварь была какой-то совсем уж здоровой, а ее аура могла подавить не то что Адепта, а и большинство Учеников.

— Леди Марой, отойдите назад! — рявкнул Джон, который, как и полагалось телохранителю, первым преодолел общий шок.

Малк и моргнуть не успел, как казавшийся простым шофером крепыш завернулся в светящийся золотом кокон, зажег на лезвии топора цепочку малознакомых Руноглифов, пальцы свободной левой руки сложил в необычный знак и шагнул навстречу монстру. И это все за то время, пока сам Малк пытался собрать мысли в кучу и сообразить, что надо делать! Нет, кажется, его представления о собственных боевых навыках все же чересчур завышены. О том, что он даже не заподозрил в простом слуге мага уровня Ученика, и думать не хотелось.

Тем временем демон догадался, что обнаружен, перестал таиться и, в несколько сильных рывков расширив отверстие в крыше, ввалился внутрь. Его сжавшаяся в комок туша камнем упала вниз, с костяным стуком ударила об пол, развернулась точно пружина… и выстрелила в Джона струей кислоты из раззявленной пасти.

Йоррох его знает, выдержала бы наколдованная телохранителем «броня» такую атаку или нет, но в цель демон не попал. Выплюнутая им струя смертельно опасной субстанции врезалась в развернувшийся перед Джоном ярко-алый щит и бессильно стекла на пол, исходя едким дымом на каменных плитках. Малк стремительно обернулся и увидел Терри, указывающую на тварь рукой с намотанными на запястье четками. Одна из бусин на них теперь выглядела заметно более тусклой, чем остальные.

Артефакт! Девушка владела очень и очень дорогим артефактом! Если Малк не ошибался, то наколдованный ею однозвездный Щит вполне тянул на голубой ранг.

— Сейчас пропадет! — предупредила девушка, и вслед за ее словами Щит между Джоном и демоном сначала пошел рябью, а затем исчез.

И тут Малк уже не сплоховал. Монстр, явно нацелившийся повторить свой первый плевок, получил прямо в морду заряд картечи из мушкетона. Вот только телохранителя его инициатива совсем не обрадовала.

— Зачем?! Рано! — скривился Джон, заставив Малка покраснеть.

Лишь только после слов слуги леди Марой он увидел, что его выстрел прошел впустую и картечь даже не поцарапала шкуру твари. Собственно, он и саму гостью из Пекла рассмотрел только теперь. Вытянутое, покрытое бугристыми зелеными пластинами тело, бесчисленное множество когтистых лапок, шаровидные глаза на телескопических отростках, откровенно крокодилья пасть, пара похожих на клешни конечностей под нижней челюстью и расположенные там же гроздья щупалец с присосками — страшно сказать, но демон больше всего напоминал укрупненную и изощренно изуродованную версию той самой гусеницы, что так неудачно сотворил Малк в ходе своих экспериментов с магией Жизни. И теперь было понятно, по какой причине жандармы искали демонические проявления после ее бесславной гибели…

Однако сама тварь к неудачному выстрелу Малка отнеслась иначе. И пусть видимых повреждений не было, картечь заставила ее сначала издать омерзительный вой, а затем поднять верхнюю часть тела на змеиный манер и буквально прыгнуть в сторону Малка — своего «обидчика».

— Не спи!!! Шевелись!!! — заорал Джон, перехватывая гусеницу в воздухе и сшибая ее на пол взмахом своего явно непростого топора.

Удар у него получился что надо, и, пусть одним махом убить демона не вышло, на заменяющем башку отростке появилась сочащаяся зеленой слизью рана.

Удивительно, но, получив гораздо более серьезную травму, чем после выстрела из мушкетона, тварь не издала ни звука. Вместо этого, уже лежа на полу, извернулась всем телом и вцепилась зубами в ногу телохранителя леди Марой. И, судя по тому, как резко поблекло окутывающее Джона свечение, атака эта таила в себе немало мощи. Мало того, вслед за пастью гусеница пустила в ход и клешни с щупальцами. Гибкие змееподобные отростки с присосками облепили всю нижнюю часть тела воина, не давая двигаться, а костяные «ножницы» попытались довершить то, что не доделали челюсти.

— Джон, осторожней! — воскликнула где-то позади Терри.

Но телохранитель и сам знал, что надо делать. Кокон, явно освоенный им в совершенстве, молниеносно сжался и буквально обтек его тело точно вторая кожа, попутно став крепче и устойчивее к атакам. Руку с до сих пор сложенными в хитрый знак пальцами наполнила энергия Воздуха, и в ней появилась магическая удавка, которую Джон спустя несколько ударов сердца благополучно и накинул на голову гусенице. Финальным аккордом стал град из ударов артефактным топором, который боевой маг обрушил на демона. И, судя по ошметкам плоти, полетевшим во все стороны, твари вряд ли понравились его действия.

В итоге для Малка в этой схватке просто не осталось места. Старший коллега справлялся и сам. Но и примерять на себя роль безучастного зрителя Малк тоже не собирался. Бой — штука непредсказуемая, в любой момент всякое может случиться. И уже казалось бы сломленный противник вдруг найдет в себе силы, преодолеет боль и страх да и «перевернет столы», как, по слухам, любят говорить в Койдане. Это всегда надо держать в уме. Вот Малк и держал, не спуская глаз с монстра и мысленно перебирая доступные заклинания.

— Малк! Надо помочь Джону! — воскликнула из-за спины леди Марой, но Малк только отмахнулся.

С каждой секундой он все больше укреплялся во мнении, что демон задумал какую-то пакость, и пытался ее не пропустить. То, как его поведение выглядит со стороны, его сейчас не волновало. Когда ты слаб — а Малк, увы, был именно что слаб, — уповать можно только на разум и интуицию. По крайней мере, он смел надеяться, что на этом поле он твари из Пекла точно не проиграет.

Несмотря на ожидания, новая атака гусеницы оказалась все равно внезапной. Ни Джон, ни Терри, ни Малк не были готовы к тому, чтобы тварь вдруг за какую-то секунду рывком сложилась точно пружина, а затем столь же быстро распрямилась, сбив телохранителя леди с ног и навалившись всей тушей сверху. Но и этого ей показалось мало. Видимо, какой-то разум у казавшейся абсолютно безмозглой гадины все же имелся, раз она и в жаркой схватке продолжала помнить о присутствии в храме еще пары двуногих. Сразу после нападения на Джона на спине демона молниеносно вздулись два пузыря плоти, тут же взорвавшиеся ворохом брызг и выпустившие на волю две крылатые мерзости. Отдаленно они напоминали ос — если бывают шестикрылые осы в локоть размером и со словно бы перекрученными телами. Но только лишь напоминали! По сути это были живые самонаводяшиеся снаряды, выбравшие своей целью Малка и Терри. И от веющей от них жути стыла в жилах кровь!

— Сюда, Малк! — закричала Терри, явно призывая укрыться под Щитом.

Однако вместо этого Малк, наоборот, шагнул навстречу медленно набирающим скорость «осам» и, едва те приблизились на расстояние в пару-тройку локтей, атаковал сам. Ошибись он хотя бы немного в оценке происходящего, и отступить уже бы не получилось. Выставленные напоказ жала летающих тварей одним своим видом говорили, что при близком с ними знакомстве от лютой смерти не спасет никакая повышенная жизнеспособность.

Но Малк не ошибся. Благодаря какой-то запредельной концентрации он сначала загнал Искру в середину корпуса ближайшей к нему первой «осы» — пусть не уничтожив ее на месте, но отбросив далеко в сторону, — а затем маховым ударом буквально выпотрошил подлетевшую к нему вторую. Причем впервые на его памяти он применил одновременно и нож, и Рассеивание. И сразу же добился результата…

Единственное, что у него не получилось, это добить поймавшую Искру тварь. Недобитая гадина еще только пыталась взлететь, как рядом с ней возник магический Щит и точно экзотическая сабля рассек ее надвое. Леди Марой в очередной раз делом доказала, что своими артефактными четками владеет не зря и умеет ими пользоваться едва ли не виртуозно.

— С гусеницей так сможете? — с надеждой спросил Малк, оглядываясь на нервно кусающую губы девушку.

Но та лишь покачала головой. Что и понятно: для убийства настоящего Демонического Воина ранга артефактора явно не хватало. Малку оставалось лишь выдохнуть ругательство и… ринуться ко все еще придавленному демоном Джону. Теперь пришел его черед пробовать на крепость боевые возможности твари.

Впрочем, план у Малка уже был. Единственное, что вызывало у него беспокойство, — это собственная способность претворить его в действие. Но тут уже ничего нельзя было поделать. Когда стоит вопрос жизни или смерти, об осторожности думают в последнюю очередь.

Быстро преодолев отделяющее его от демона расстояние, Малк одним прыжком взлетел ему на спину и с размаху ткнул ножом в промежуток между костяными сегментами. Где-то там, внутри, если верить справочникам по бестиологии, находились жизненно важные для существования твари органы. Надо только до них добраться, благо монстр сейчас полностью сосредоточен на попытках загрызть Джона… Вот только на практике оказалось, что это легче сказать, чем сделать. Верный клинок, который Малк уже привык считать своей палочкой-выручалочкой, на этот раз подвел. Острие ножа не оставило на шкуре монстра даже царапины.

— А-а-а, поимей тебя Архонт! — проорал Малк откровенное богохульство и, навалившись всем телом на клинок, в очередной раз пустил по нему заклинание Рассеивания. Только на этот раз вложив не стандартные два эрга, а все, что оставалось в резерве, одной лишь Властью удерживая чары от распада.

И это оказалось самым разумным, что он мог сделать в данной ситуации. Так сразу и не скажешь, что именно сыграло свою роль — многократно усиленная волшба, подкрепленная эргами Власть, или же все вместе, но в результате клинок сначала медленно, а потом все быстрей и быстрей погружался в плоть демона. Увы, оружие оказалось коротковато, и Малку пришлось руками, приложив все свои изрядно возросшие силы, расширять рану. Но он справился и с этой задачей, чтобы потом, запустив внутрь пальцы, нащупать в скоплении мышечных тканей странный костяной вырост и с надсадным криком буквально вырвать его из тела монстра.

Малк понятия не имел, какую функцию в организме гостя из Пекла выполнял данный трофей — своей целью он назначил его лишь по причине удивительно высокой концентрации в нем магии, ощущаемой даже на ощупь, — но потери странной кости демоническая гусеница не пережила. Моментально сдохла, словно паромобиль, каким-то чудом лишившийся двигателя. Вот сейчас она еще яростно терзает Джона, а в следующий миг превращается в груду мертвой плоти. И переход этот был столь внезапен и резок, что Малк даже не сразу его осознал. Лишь когда правый бок твари сам собой приподнялся и из-под туши с натугой выбрался лишившийся и топора, и магического доспеха Джон, лишь тогда он понял — все, победа!

— Джон, Малк, вы целы? — Словно по волшебству рядом появилась Терри и принялась ощупывать внимательным взглядом обоих мужчин.

Для салонной девицы и любовницы генерала такое поведение выглядело откровенно странно и необычно, но Малку сейчас было не до чужих секретов. Горячка боя стремительно отступала, а ей на смену приходила усталость, нервное истощение и… боль в многочисленных ранах, и прежде всего в ладонях. Контакт с демонической плотью не прошел бесследно, и за возможность нанести гусенице смертельную рану пришлось заплатить сильнейшими ожогами.

Морщась от боли и молча сетуя на опустошенный резерв — схватка с гусеницей выпила из него все тринадцать эргов, не оставив ничего, — Малк с трудом выудил из кармана два стеклянных цилиндра с «лечилками». Сосуды для чар тихо хрустнули, и вот уже кисти окутала волна исцеляющего тепла, а жуткие на вид раны начали покрываться коркой из свернувшейся крови, из-под которой уже проглядывала молодая розовая кожица. К сожалению, действие заклинаний закончилось прежде, чем травмы полностью исцелились. Но Малк был рад и этому.

Пока он занимался собой, леди Марой помогла нетвердо стоящему на ногах Джону добраться до стула, скормила ему пилюлю универсального противоядия… и на этом ее врачебные услуги закончились. Телохранитель, несмотря на всю тяжесть принятого им удара гусеницы, почти не пострадал. Ушибы и синяки не в счет, ранения Малка выглядели на его фоне гораздо тяжелее. Так что неудивительно, что, закончив с Джоном, Терри теперь уже на него обратила свою заботу.

— Малк, для Адепта ваша смелость граничит с безрассудством! — сообщила она Малку, не сводя с него пронзительного взгляда. От мурлыкающих обертонов в ее голосе, несмотря на еще не отпустившую горячку схватки, у Малка по спине побежали легионы мурашек.

И все это одновременно с весьма профессиональной обработкой ран! Он оглянуться не успел, как раны были промыты приглушающим боль травяным отваром, тщательно перевязаны, а ему в рот был влит какой-то целебный эликсир. Благо все необходимое хранилось у леди Марой буквально под рукой, в небольшой поясной сумочке.

— Возможно, но в тот момент мне так не казалось… — немного смущенно пробормотал Малк, чувствуя нарастающее влечение к столь необычной девушке. И это ему совсем не нравилось. Что бы там у них ни происходило с Хелавией, но она все еще его подруга. Обращать столь пристальное внимание на других красавиц было по меньшей мере неправильно.

— Ну зачем же так скромничать? Излишняя скромность вредит. И не только героям. — Леди Марой не унималась и продолжала говорить, рассматривая его с видом лисицы перед куском сыра.

Мало того, в какой-то момент стало понятно, что разделяющее их расстояние чересчур мало, чтобы можно было продолжать считать это приличным. И Малк, кося глазом на совершенно невозмутимого Джона, осторожно отодвинулся.

— Хм… а кто-нибудь мне скажет, что это за странный орган был в теле гусеницы и почему от него так фонит магией? — спросил Малк, чтобы хоть как-то сменить тему. Попавшийся ему на глаза таинственный «позвонок», который так и валялся там, где он его уронил, оказался весьма кстати.

— Очаг Силы демона. Едва-едва сформировавшийся, но вполне способный стать заготовкой под артефакт или крохотным источником. Так что ваш трофей не просто уязвимое место данного вида демонов, а и весьма ценная штука, — вместо девушки ответил Джон. — Три десятка драхм при удаче выручить можно…

— О, этого нам в Обществе не рассказывали… — удивился Малк и осторожно заметил: — И да, это наш общий трофей! Все с гусеницей воевали, даже леди поучаствовала, всем и прибыль получать!

Однако при его словах о прибыли телохранитель в ранге Ученика лишь фыркнул, а Терри успокаивающе похлопала Малка по предплечью.

— Нет, Малк, ни для меня, ни для моего охранника десяток-другой драхм погоды не сделают. Зато для вас этот Очаг может принести пользу, так что… — Девушка в очередной раз соблазнительно улыбнулась. После чего все из той же сумки достала покрытый замысловатой вышивкой платок, носком туфельки закатила на него позвонок и, завязав концы, передала сверток Малку. — Держите, и давайте закончим с этой темой!

Ситуация становилась все более и более странной. Не самая спокойная Ночь Йорроха, аккомпанемент из грохота сражений с поистине могучими монстрами, недавнее участие в смертельной схватке, уже начинающий смердеть труп врага, полнейшая неопределенность в плане ближайшего будущего… и общение с дамой, которое смахивает на флирт. Вон, даже подарок предлагают! Малк впервые оказался в подобной ситуации и, как на нее реагировать, не понимал. У него даже мелькнула мысль отказаться от позвонка — на всякий случай, чтобы не принимать ни от кого одолжений, за которые потом придется платить, — но всерьез ее рассматривать не стал. Обижать отказом людей, вместе с которыми ты только что сражался плечом к плечу, по меньшей мере невежливо и глупо. По крайней мере, из-за такой малости. Так что иного выхода, кроме как принять сверток и поблагодарить за любезность сначала леди Марой, а потом Джона, у него не было.

Чтобы хоть как-то успокоить организм, чересчур бурно реагирующий на очарование леди, и дать себе небольшую передышку, Малк максимально формально улыбнулся блондинке и отошел к мертвой гусенице. Впрочем, изрядно пованивающая, изувеченная и залитая слизью туша дохлой твари от настойчивости девушки его защищала недолго. Очень скоро Терри встала рядом и с равнодушием опытного бойца принялась наблюдать за тем, как и вправду заинтересовавшийся Малк изучает демона.

Нервы девушки своей крепостью явно могли посоперничать с корабельными канатами. Хелавия в схожей ситуации, Малк был в том совершенно уверен, подобную невозмутимость продемонстрировать бы не смогла. Кстати о Хелавии…

— Леди, прошу меня простить, но… у меня есть подруга! — вполголоса сказал Малк, оторвав взгляд от чудовища и прямо взглянув в лицо блондинки. На последствия подобной прямоты он просто решил махнуть рукой.

Вот только леди подобными поворотами в беседе было не смутить.

— Я помню, Малк, я помню. А у меня есть мой генерал и Младший Магистр. Это что-то меняет? — с неприкрытым любопытством спросила она.

Причем в ее исполнении это звучало не глупо, не развратно или, того хуже, вульгарно. Наоборот, голос, выражение глаз, мимика, поза, аромат и тепло тела — все вместе складывалось в настолько притягательную картину, что для озвучивания заготовленного ответа Малку пришлось сделать некоторое усилие.

— Для меня — многое! — сказал он, на что леди ответила тихим, завораживающим смехом.

— Ну так это же только добавляет интереса, вы не находите?

И Малк вдруг со всей ясностью понял, что сколько бы там еще ни оставалось до конца Ночи, это время покажется ему вечностью! Святые, к такому испытанию он себя точно не готовил…

ГЛАВА ВТОРАЯ,

в которой героя принимают «не за того»

Самая «неправильная» и пугающая Ночь Йорроха последнего столетия, несмотря на все страхи и опасения, закончилась весьма быстро. Вопреки многим жутким прогнозам первые признаки прекращения пространственных искажений и схлопывания межмировых лазеек появились уже через три часа после начала сопряжения с Пеклом. А уже к утру следующего дня реальность Мритлока вернулась к обычному состоянию. Все, что оставалось людям, это исправлять последствия случившейся катастрофы и… ждать следующего ее прихода.

Как ни удивительно, но полоса фатального невезения, в которую вляпался Малк в самом начале Ночи, после убийства гусеницы словно бы сошла на нет. И рассвет в компании леди Марой и ее слуги он встретил относительно целым, здоровым и весьма оптимистично смотрящим на жизнь. Правда, ему пришлось пережить настоящую осаду со стороны блондинки, словно задавшейся целью исследовать пределы его стойкости и крепости воли, но на фоне перспективы погибнуть в когтях демонов это была сущая ерунда. В конце концов, подобное внимание Малку даже льстило. И пусть поведение Терри было относительно приличным, хоть и на грани общественной морали, но все равно мало кто из парней мог похвастаться тем, что с ним флиртовала настоящая красавица. И еще меньше тех, кто устоял перед соблазном.

Другое дело, что Малк трезво оценивал свою внешность и перспективность, а потому и к активности леди Марой отнесся весьма подозрительно… Но положа руку на сердце даже со всей его осторожностью без подруги убедительно изображать хладнокровие у него могло и не получиться!

Однако рано или поздно заканчивается любое испытание. Прошла Ночь, а вместе с ней и проверка выдержки Малка. И, судя по тому, что с леди Марой они расстались если не друзьями, то людьми хорошо знакомыми и примерно представляющими, кто чего стоит, девушку Малк не разочаровал. Леди Марой даже была столь любезна, что, когда с рассветом они покинули храм Архонта, подбросила Малка на своем паромобиле до его дома. А на прощанье с напутствием не забывать вручила свою визитку — аккуратно обрезанный прямоугольник из белой бумаги с золотым тиснением, пахнущий ее духами… и одним своим видом говорящий о богатстве владелицы и ее принадлежности к высшему свету.

— Я вроде говорил, что нуждаюсь в покровителях, да? — пробормотал Малк, неловко зажав в руке визитку и с мрачным видом уставившись вслед отъезжающему паромобилю. — На отсутствие связей сетовал, нужных знакомств… Ну так вот они, получите и распишитесь. Вот только есть подозрение, что меня принимают за кого-то не того… Или мне кажется?

В любом случае это не та проблема, о которой следовало думать здесь и сейчас. На первом плане были гораздо более важные вещи, например судьба Хелавии и Толфана. Собственный опыт показал, что при некотором усилии можно найти себе неприятности даже на пустом месте. И потому прежние объяснения, что друзья детства находятся под защитой сильной Школы, Малка больше не устраивали…

Увы, в тот же день узнать судьбу Хелавии и Толфана не получилось. Впрочем, как и на следующий, и через день. Последствия столкновения с Пеклом оказались слишком серьезными, чтобы власти нашли время для помощи тем, кто разыскивает родных и близких. На первом месте в Андалоре стояла проблема восстановления городского хозяйства. И Малк, Йоррох побери, их понимал. Чтобы оценить масштабы разрушений и ужаснуться, ему хватило простой прогулки по своему району. Семь сожженных магазинов, один превращенный в груду щебня двухэтажный особняк, восемь уличных киосков, словно бы раздавленных гигантской ногой, смердящая, точно ад, гора бесформенной багровой плоти на месте районного отделения жандармерии и залитый кровью алтарь в виде здоровенного рунного камня на одном из перекрестков — вот лишь то немногое, что ему удалось увидеть. А ведь были еще и рассказы всех тех, кто пережил Ночь в городских убежищах и укрытиях и кто теперь возвращался в искалеченный город!

За те несколько дней, пока Малк пытался добиться разрешения пройти через оцепление между кварталами и добраться до Школы Трех Святых, о чем он только не узнал и каких ужасов не наслушался. Пережившие очередную свою Ночь горожане пугали друг друга историями о стаях мелких демонов, косой прошедшихся по окраинам Андалора, о полностью выгоревших двух улицах в трущобах — учитывая проблемы тамошних обитателей с документами и потому невозможности попасть во флактурм, про число погибших лучше было не спрашивать, — о летающих крылатых обезьянах, нацелившихся на особняки дворян и кое-где добившихся кровавого результата, о гигантских костяных воинах, несмотря на размеры ухитрившихся прорваться в Мритлок и атаковать городские укрепления, о странных безмолвных тенях, незаметно пришедших в мир, совершивших одним им ведомые обряды и столь же тихо вернувшихся в Пекло…

Много, много всего рассказывали люди. И далеко не все из этого было выдумкой. К примеру, ту же историю о костяных великанах Малк сначала счел небылицей, но когда позже оказался в районе флактурма — того самого, в который не смог попасть, — то собственными глазами увидел на стенах башни следы ударов циклопическим топором. Как и само оружие, что валялось неподалеку и жутко фонило демонической магией. Труп гиганта, к сожалению, отсутствовал: получив жесточайший отпор, монстр вовремя сбежал обратно в Пекло.

Зато про обезьяноподобное чудовище с двумя козлиными головами, которое на глазах Малка вывалилось из воронки в небе и по которому били маги Школы Железа и Крови, узнать ничего не получилось. То ли тварь успела сбежать, то ли ее останки еще до открытия ворот убежищ утащили в свои лаборатории старшие чародеи. В любом случае докладывать Малку подробности вряд ли кто будет.

Еще Малк получил зримое подтверждение правильности карантинных кордонов, разделивших Андалор на части. На второе утро после Ночи, пока стоял в очереди на раздачу продуктов около одного из блокпостов, он стал свидетелем поимки перекинувшегося в человека демона. Натянувшая на себя человеческую кожу тварь переходила улицу — издали она была неотличима от какого-нибудь бродяги или изрядно подвыпившего работяги, — когда ее сначала сбили вылетевшим из-за угла соседнего дома паромобилем, а потом разрядили почти в упор сразу несколько ружей. Демона это, правда, не убило, но сильно замедлило. Так что когда он, выпустив из ладоней костяные клинки, ринулся кромсать обидчиков, маги к его рывку уже были готовы. И накрыли тварь сразу тремя заклинаниями — словно сотканной из золота сетью, градом огненных сгустков и похожей на кипящую зеленую смолу субстанцией.

Чтобы гарантированно уничтожить смертного человека, хватило бы чего-то одного, демон же после стольких ударов подыхал еще почти пять минут. Бился на брусчатке, бессвязно вопил и все норовил стряхнуть с себя чары с помощью уплотнившейся ауры. И лишь артефактное копье одного из жандармов, вонзившееся ему в сердце, поставило в этой борьбе жирную точку.

— Не, еще одной подобной Ночи город не переживет! Точно говорю, — сообщил Малку стоящий в той же очереди незнакомый андалорец. — Одно дело от десятка-другого низших тварей отбиваться да с отмороженными демонопоклонниками бодаться, и совсем другое — настоящую войну устраивать. Не, не готов Андалор к такому…

— Говорят, что следующая Ночь будет через полтора года, может, через два… — вклинился в разговор другой сосед. — А за такое время можно не то что все разрушения восстановить, а пару новых флактурмов поставить!

— Флактурмов… Тут не башни строить надо, тут всю границу между мирами следует укреплять. Невзирая на силы и средства! А они все в гуманизм и человеколюбие играют, с лоялистами, что предлагают демоническую магию изучать, воюют. Тьфу! — даже не попытавшись приглушить голос, объявил говорливый андалорец.

И его слова явно нашли самое горячее одобрение у остальных горожан из очереди. Слишком велик был страх, порожденный Ночью, в сердцах и душах людей, чтобы они могли внимать голосу рассудка. А потому и те вещи, что в мирное время казались немыслимыми, теперь воспринимались совсем иначе. Осталось отправить сотню-другую подготовленных провокаторов на улицы города, пустить в правильном направлении слухи, дать официальные разъяснения в газетах, и совсем скоро в умах людей произойдет нужный заказчикам переворот взглядов и чаяний!

Для ненавидящего саму суть идеологии лоялистов Малка подобные перспективы были жутко неприятны. Однако влезать в спор со сторонником принятия на вооружение демонических арсеналов ему тоже не хотелось. Толку так не добиться, зато велик риск попасть на карандаш к особым службам. Чего ему точно не надо. Так что дальше ему ничего не оставалось, кроме как стоять и слушать разглагольствования говорливого любителя решительных мер…

Кому-то другому период санитарного карантина, когда единственным занятием были лишь прогулки по местам столкновений с демонами да выслушивание сплетен, мог показаться пустой тратой времени, но не Малку. Он и здесь нашел для себя дело. Дома, спрятавшись от посторонних глаз, он сосредоточился на весьма полезных, нужных, хотя и опасных с точки зрения властей вещах. И ведь вроде бы начал с относительно «мирных» исследований ритуальной магии, а дальше и сам толком не понял, как залез в те самые околодемонические сферы, против которых всегда с готовностью выступал!

Началось все с желания разобраться с позвонком демона — той самой костяной штуковиной, что с позволения леди Марой и Джона стала его персональным трофеем после сражения с гусеницей. Терри назвала его Очагом Силы, потенциальной заготовкой под небольшой персональный источник, и именно эта последняя оговорка разожгла жгучий интерес Малка. Потому как очень часто именно доступ к источнику Силы определяет скорость развития мага, и перспектива заполучить один такой в свои руки… пусть даже слабый, не подпадающий даже под обычную квалификацию… Йоррох, от одной мысли аж дух захватывало!

Увы, как именно работают с подобного рода предметами, на курсах в Обществе толком не изучали. Там вообще ни об артефакторике, ни о «правильной» разделке убитых демонов почти не говорили. Во всяком случае, на бесплатных занятиях. И все, что Малк знал, это некоторые принципы ритуальной магии, полсотни базовых знаков Руноглифа и классический Защитный Круг в качестве образца работающего ритуала. А еще он кипел бешеным энтузиазмом, который компенсировал неуверенность в знаниях верой в способность дойти до всего собственным умом.

Наверное, в других обстоятельствах на подобную авантюру он бы не решился, но тут слишком много всего сложилось. Обладание частью тела твари из Пекла, наличие в воздухе остаточных эманаций демонических энергий, мешающих компетентным органам отслеживать таких вот исследователей-самоучек, и, самое главное, принятое непосредственно перед Ночью решение прекратить плыть по течению и взять судьбу в свои руки — все вместе и толкнуло Малка на безумство. Мелькала, правда, мысль не глупить и продать Очаг алхимикам, но он ее успешно задавил. Знания важнее! И с таким настроем засел за работу…

Чтобы убедиться в правоте слов леди Марой, ему хватило часа. Справился бы и раньше, но Малк опасался скрытого подвоха и много времени потратил на поиск таящихся в позвонке опасностей. И лишь когда исчерпал все доступные ему способы проверки, лишь тогда попробовал поработать с костяной штуковиной напрямую. Сжал между ладонями, «обхватил» вниманием, надавил Властью, подключил формулу поглощения энергии Кристаллического Сердца и… с восторгом понял, что Очаг действительно работает: обычная скорость поглощения выросла на добрую четверть эрга в час. И хотя это не могло сравниться с удвоением скорости в настоящем источнике, даже такой небольшой прирост со временем обещал дать неплохой выигрыш.

Действительно стоящая вещь! Одна беда, Пневма, которую удавалось вытянуть из Очага, вся была загрязнена демоническими эманациями — этакой смесью из Жизни, Смерти и абсолютно не распознаваемой мешаниной из Стихий. Так что если Малк не хотел себе к проблемам с отравлением Жизнью добавить еще и сложности с демоническими энергиями, использовать позвонок напрямую явно не стоило. Очаг предварительно следовало очистить. Вот только как именно это следовало сделать, Малк не знал, и нужные формулы предстояло вывести самостоятельно…

— Итого шестнадцать рунных цепочек, сорок один использованный знак Руноглифа, девять стадий очистки плюс затраты от шести до двенадцати эргов Силы на каждую стадию. И это учитывая мою «продвинутую» Власть и неплохо освоенное заклинание Рассеивания! — вслух произнес Малк, уже в третий раз перепроверив схему ритуала. Вычисления в общей сложности заняли почти сутки, и получившаяся монструозная математическая конструкция была вершиной его нынешних способностей. — Святые, а не слишком ли много возни? Может, и вправду легче продать?

Вновь вернулся соблазн легких денег, и сопротивляться ему было еще сложнее. Но… проклятье, путь мага — это в том числе и путь бесконечного познания, а значит, надо цепляться за любую возможность узнать что-то новое. Даже если это чревато потерями. И Малк, упрямо стиснув зубы, принялся переписывать финальные формулы на отдельные листы.

Для проведения ритуала он выбрал каретный сарай в конце соседней улицы. Место тихое, спокойное, укрытое от любопытных глаз остатками кирпичного забора и густым кустарником. Что особенно важно, не стоило опасаться и проблем с хозяевами. Еще в прошлом году тут случился пожар, и с той поры сохранившиеся постройки так и стояли заброшенными.

В общем, идеальное место для требующих уединения дел. Главное, без фейерверков и прочей шумихи обойтись, и тогда хоть демонов вызывай — никто ничего не заметит.

Подготовка не заняла много времени. Еще засветло проскользнув на заброшенный участок, Малк сначала тщательно убрался внутри сарая, затем с помощью новых шурупов укрепил старый разболтавшийся засов — скрытность скрытностью, но ситуации бывают всякие и дверь следовало держать закрытой, — и лишь затем принялся раскладывать заранее подготовленные карточки с цепочками знаков Руноглифа. Писать их прямо на земле показалось Малку делом долгим и ненадежным, вот он и нашел более элегантное решение. Он бы и соединяющие листы силовые линии из бумаги сделал, но тут требования были гораздо более строгие, а потому пришлось использовать традиционное средство — пепел рябины, благо в городе добыть его было легко. Так что где-то через полчаса работы у него получилась странная составная фигура, знаки и линии которой словно бы сходились к пустому листу в центре. Месту для демонического Очага.

— Что, пора начинать? — произнес Малк, доставая из кармана сверток с позвонком и медленно его разворачивая.

Вообще говоря, платок вызывал у него не меньший интерес, чем демонический трофей. Простой, пусть даже изукрашенный вышивкой кусок ткани, экранировал испускаемые костью эманации ничуть не хуже, чем специальный короб из алхимического свинца. Каким образом и за счет чего — Малк мог лишь догадываться, но чтобы понять ценность столь удивительной вещицы, на это его знаний вполне хватало. Случайному знакомому явно недешевый платок просто так никто не даст! И оттого еще больше хотелось понять, с чем связан столь сильный интерес к его персоне со стороны леди Марой.

Впрочем, поиск ответов на подобные вопросы следовало отложить на потом. Сейчас перед ним стояли совсем другие задачи.

Поместив демоническую кость на полагающееся ей место, Малк отступил на шаг и еще раз окинул взглядом схему целиком. Вроде бы все на месте, явные ошибки в глаза не бросаются, однако начинать было как-то боязно. И причина того понятна — резерва в тринадцать эргов едва хватало на первую стадию ритуала очистки, брать энергию еще и на защиту было просто неоткуда. Так что колдовать над позвонком предстояло без магического прикрытия, напрямую. В свете же «сложных» взаимоотношений Малка с карликом подобное пренебрежение безопасностью было как минимум самонадеянным.

Да, Малк заранее предусмотрел, чтобы внутри сарая не было никаких посторонних рисунков, а в темных углах не валялись осколки зеркал или хотя бы обычного стекла — колхаунские поверья многое могли поведать о связи любых отражений с потусторонним миром. Да, он постарался сделать ритуал максимально устойчивым к внешним воздействиям, так чтобы даже в случае каких помех колдовской обряд не закончился большим взрывом. Но все равно, все равно его продолжало грызть беспокойство.

— А вдруг повезло и флуров коротышка окончательно уже ослабел или вовсе даже сдох? После случая на мосту он ведь не появлялся. И во время Ночи не гадил, что вообще странно… — пробормотал Малк, сам не слишком-то веря в свои слова.

Однако беспокойство беспокойством, а отступать от задуманного он все равно не собирался. И, решительно выдохнув, простер руки над ритуальной фигурой и затянул речитативом заклинание. Кристаллическое Сердце во Дворце Духа тут же отозвалось пульсацией, по энергетическим каналам стремительно потекло тепло, пока, достигнув ладоней, не выплеснулось наружу в виде словно бы собранного из тысяч хрустальных капель облака.

Возникла секундная пауза, в течение которой показалось, будто ничего не происходит, будто что-то идет не так. Но затем внутри играющего световыми бликами облака начались какие-то процессы, пошло движение, и вот уже оно распадается на десятки ручейков Силы, каждый из которых устремляется к соответствующим цепочкам Руноглифов из схемы на полу.

На мгновение залюбовавшись получившейся картиной, Малктотчас спохватился и, чувствуя, как пустеет резерв, сосредоточил свою духовную силу на формулах ритуала. Ощутил, как оживают «слова» из колдовских знаков, как собираются в правильные «предложения» и полноценные «фразы». А когда дождался нужного момента, то надавил Властью и направил всю мощь ритуала в центр магической фигуры. К демоническому Очагу…

Все, самая опасная и рискованная фаза обряда закончилась. Дальше магия будет работать и без участия Малка, он же теперь может спокойно постоять в стороне и полюбоваться результатами своих трудов. Если, конечно, он правильно все рассчитал и вложенное в ритуал Рассеивание будет работать именно так, как задумано.

Словно откликаясь на его мысли, позвонок охватило необжигающее серебряное пламя, и он медленно поднялся, практически всплыл в воздух на высоту колена, где и застыл точно привязанный. И почти сразу по земле настоящим дождем забарабанили капли выделяющейся на всей его поверхности кроваво-красной грязи, моментально образовав небольшую лужу. По сараю расплылось жуткое зловоние, от которого свербело в носу и слезились глаза. Но Малк терпел и, затаив дыхание, продолжал следить за процессом изгнания из Очага демонической гнуси. Немного, правда, грызла совесть за то, что мерзости этой так и предстоит остаться в сарае, но тут уж ничего было не поделать. Для соблюдения закона об алхимическом загрязнении требовались и свободные эрги, и обычные деньги — у него же не было ни того ни другого…

Внезапно Малк понял: что-то не так. Ритуал продолжался, магия по-прежнему очищала позвонок, но вместе с тем появилось ощущение чужого присутствия. Едва заметное, практически неосязаемое, но для тренированного Духа Малка понятное и легкоузнаваемое.

Проклятье! Следуя худшим его ожиданиям, в гости заглянул карлик. Причем воспользовался он для этого лазейкой, которую Малк ну никак не мог предусмотреть. Воротами в реальность для коротышки стала та самая лужа из демонической слизи, что накопилась в ходе ритуала. Именно в ней, точно в кровяном зеркале, отразилась рожа проклятого Святыми коротышки, и именно через него он попытался шагнуть внутрь сарая.

И тут Малк не сплоховал. Не раздумывая ни одной лишней секунды, едва разглядев гаденыша, он выдернул из ножен клинок и вогнал его в центр пузырем вздувшейся лужи. Острие натолкнулось на сопротивление, и, чтобы преодолеть его, пришлось не только удвоить нажим, но и подкрепить силу мышц Властью Духа. Лишь тогда под ножом что-то прорвалось, и клинок до середины вонзился в землю. Аккурат в том самом месте, где еще миг назад отражалась акулья ухмылка карлика.

Успел! Чего бы там мерзкий коротышка ни задумывал, сделать это у него не получилось. Подкрепленный Властью клинок — причем клинок далеко не простой, сильно выделяющийся на фоне дешевых поделок смертных кузнецов, — разрушил хрупкое равновесие чужой волшбы и изгнал нечисть прочь. Одна беда — собственная магия Малка тоже пострадала. Процесс очистки Очага также прервался, серебряное пламя погасло, а чуточку уменьшившаяся в размерах кость упала… в вовремя подставленную ладонь Малка.

— Да чтоб тебя разорвало и прихлопнуло! — в сердцах рявкнул Малк, поднимаясь на ноги и опасливо разглядывая оказавшуюся неожиданно прохладной костяшку. — Ну какого Йорроха ему было надо, а?!

Проклятье! Ну как знал! Не зря ведь боялся…

Желание разобраться с карликом раз и навсегда вспыхнуло с еще большей силой. Планы, пока еще существующие лишь на бумаге, явно требовали к себе самого серьезного внимания. Больше так продолжаться не могло.

И тут, словно в насмешку над его мыслями, со стороны все так же вонзенного землю ножа раздался сосущий звук, и перед изумленным Малком клинок втянул в себя всю оставшуюся после очистки демоническую грязь. Одним махом превратившись из чего-то простого и понятного в нечто новое, однозначно опасное и совершенно точно недоброе.

— Флур!!! — в голос заорал Малк, подскакивая к ставшему непонятно чем ножу и на мгновение около него замирая.

Браться голой рукой за эту «игрушку» ему совсем не хотелось, а потому, замешкавшись на мгновение, он схватил платок леди Марой, накинул его на рукоять и лишь затем потянул оружие на себя. После чего глянул на некогда чистое лезвие и снова выругался:

— Флур, флур, флур!!!

Всю поверхность ножа теперь покрывал липкий на вид, но абсолютно нестираемый налет то ли из свернувшейся крови, то ли вовсе из какой-то неизвестной субстанции. И демоническая сила, которой от него тянуло, ощущалась гораздо более насыщенной и чистой, чем это было с позвонком.

Ритуал с насквозь понятными и прозрачными целями пошел по совершенно непредсказуемому пути…

Сарай Малк покинул только после того, как тщательно убрал все следы своего присутствия: сжег остатки бумаги и развеял пепел, тщательно перекопал земляной пол на месте ритуала и Властью стер самые крупные магические отпечатки на потолке и стенах. Так что, если вдруг ему не повезет и на заброшенный двор заявятся представители жандармерии или Темной Канцелярии, выследить его они не должны. Теоретически.

Очаг и нож он забрал с собой. Костяшка, несмотря на незавершенный ритуал и потребность еще в нескольких стадиях очистки, уже выглядела вполне прилично. От нее не воняло Пеклом, и внешне она больше не напоминала истекающий кровяным потом сгусток зла. Так что ее теперь вполне безопасно было хранить и без всякой защиты. Зато клинок… верный клинок, выручавший Малка столь часто, что он уже себя без него не мыслил, наоборот, стал весьма опасным для хозяина предметом. И дело даже не столько в том, что он излучал чуждые людям энергии, сколько в существующем в Борее запрете на владение демоническими артефактами. Поймай с ним жандармы человека, у которого в документах отметка о черной звезде, и неприятности гарантированы. Но и бросить столь ценную вещь Малк тоже не мог. Потому теперь вместо Очага в платок леди Марой был завернут именно нож. И Малк очень надеялся, что рано или поздно он разберется с его странными метаморфозами… Главное, спрятать его получше и не мелькать перед властями!

Так что нет ничего удивительного в том, что прежде, чем Малк добрался до дома, с него сошло семь потов и сгорел миллион нервных клеток. Ведь в каждой тени ему мерещился жандарм, за каждым поворотом он ждал патруль. И лишь когда показались ворота особняка, где он снимал комнату, лишь тогда Малк позволил себе облегченно выдохнуть… Чтобы тут же замереть от шока, когда перед ним с лихостью, которая обычно сопутствует вседозволенности, затормозил паромобиль. Моментально возникло желание рвануть обратно и постараться затеряться среди улочек и переулков, и, чтобы подавить его, Малку потребовалось недюжинное усилие. И лишь когда разглядел на корпусе машины герб Школы Трех Святых, он смог успокоиться.

Кажется, о судьбе друзей беспокоился не только он. И, чтобы проведать одного бедного Адепта, кое-кто решил-таки воспользоваться привилегиями студента престижной Школы.

— Говорил же я тебе, жив он! До ближайшего флактурма рукой подать. Чего с ним сделается?! — раздался голос Толфана, и толстяк первым вылез из тесного для него салона паромобиля.

Следом появилась и Хелавия — на фоне их общего друга кажущаяся еще более стройной и утонченной, чем она была на самом деле. Девушка быстрым шагом приблизилась к Малку, окинула его взглядом, словно выискивая травмы, после чего стремительно обняла и поцеловала.

— Жив! — сказала она и улыбнулась.

Малк в ответ сгреб ее в объятия и подарил гораздо более жаркий и требовательный поцелуй.

— Да чего со мной случится?! — засмеялся он. — А вот то, что вы с толстяком целы, вот это здорово… Я, как Ночь закончилась, сразу попробовал до вас добраться. Но не успел: улицы кордонами перекрыли…

— Они и сейчас перекрыты! — вмешался в разговор Толфан. — Если бы не наставник Хелавии и не его личная печать, рог Йорроха мы бы в бок получили, а не разрешение приехать в твой район!

Хелавия, которая сразу после поцелуя чуть отстранилась от Малка и немного странно на него поглядывала, коротко кивнула.

— Значит, остается только поблагодарить уважаемого наставника за то, что он нам подарил возможность встретиться чуть раньше, чем это положено всем остальным андалорцам! — рассмеялся Малк и повел друзей в дом.

Пусть у него крохотная комнатушка без мебели и удобств, но это же не повод держать гостей на пороге? Так что уже через десять минут троица сидела в центре «квартиры» и, как в старые добрые интернатские времена, передавала друг другу по кругу початую бутылку вина, закусывая твердым словно камень сыром. И никто не морщил нос и не жаловался на убогость обстановки. Радость встречи затмевала былые разногласия и стирала уже начавшие накапливаться различия…

— Значит, говоришь, Ночь за пределами убежища провел? — переспросил Толфан, отставляя в сторону бутылку и доставая из-за пазухи побулькивающую фляжку. Быстро свернул крышку, затем сделал щедрый глоток. — Это, я тебе скажу, сильно. Глупо, но сильно.

— Да кто спорит, что глупо… — пожал плечами Малк, стараясь не смотреть на нахмурившуюся Хелавию.

Вот только ожидаемого взрыва эмоций так и не произошло. Девушку новость о пережитом любовником испытании пусть и взволновала, но как-то проявлять свои чувства она не спешила.

— Но мне повезло, в храме отсиделся. А там и демоны не нашли, и свои не зацепили. Хотя, что дело жаркое было, я своими глазами видел! — усмехнулся Малк и с намеком спросил: — Ваши вроде тоже поучаствовали?

— А то! — важно кивнул Толфан. — Младшие курсы в убежища загнали, а старшекурсники с преподавателями и бойцами охраны оборону держали. Три стаи Демонических Воинов и шестерых Сборщиков душ покрошили! — Толстяк немного помялся, а потом добавил: — Правда, это тебе лучше Хелавия расскажет. Ее наставник своих студентов в подвалы не отправлял, при себе держал. И то, как демонов наши маги умеют в фарш превращать, она лучше многих теперь знает!

Теперь пришла очередь Малка удивляться и беспокоиться. Он развернулся к подруге и…

— Чего?! — нахмурилась Хелавия. — Не забывай, я — внутренний ученик, кандидат в личные ученики. Мне много дают, но и много спрашивают. И участие в боях — это лишь одна из обязанностей.

— «Маг должен уметь драться. Иначе какой он тогда маг?!» — явно кого-то передразнивая, сказал Толфан, и, судя по выражению его лица, с тем человеком у него были связаны не самые лучшие воспоминания.

— В точку, толстый! — кивнула Хелавия. — Да и к тому же… — Она сделала паузу, и над ее картинно оставленной правой ладонью появилась крошечная пляшущая молния. — Я могу за себя постоять.

И на этих словах сжала пальцы, раздавив магический заряд. В воздухе раздался тихий, но все равно гром и запахло свежестью. Стало понятно, что с момента их последней встречи Хелавия довольно далеко продвинулась в изучении Искусства Четыре Грома.

Малк на такую демонстрацию мог лишь улыбнуться и изобразить аплодисменты. Показать, что он не лыком шит, хотелось и ему самому. Рассказать про драку с гусеницей, про костяной трофей, но… но Малк промолчал. И дело даже не в том, что он желал избежать любых упоминаний про леди Марой и ее телохранителя или не доверял друзьям, просто рассказывать следовало прежде всего о своих личных достижениях, а не о том, чего ты добился при помощи других. Так было честнее и правильнее.

Больше никаких серьезных тем в беседе они не поднимали. Вспоминали интернатские времена, совместные приключения или просто общие переживания, практически не касаясь дней нынешних. Когда начало вечереть, Толфан засобирался обратно в школьный кампус — возвращаться в дом, пусть даже находящийся в хорошо защищенном районе, он явно не собирался. Вслед за ним встала и Хелавия. И, чтобы остановить подругу, Малку пришлось ее обнять и ласково шепнуть на ухо:

— Останешься?

Он был готов, что девушка ответит отказом, однако Хелавия показывать характер не стала. И, игриво сверкнув глазами, громко и отчетливо бросила:

— Дурак, думала, ты уже не предложишь!

Толфан, словно давно ждавший этого момента, тотчас обрушил на них вал пошлых шуток, но ни Хелавия, ни Малк внимания на них просто не обратили. И в итоге обратно в Школу толстяк в тот вечер отправился в одиночестве…

Время поговорить у них с Хелавией появилось только под утро, когда они, невыспавшиеся и усталые, наконец встали с матраца и начали одеваться. Подруга, словно и не было бурной ночи, вновь натянула на себя маску холодной и отчужденной стервы, Малк же… у Малка имелось к ней несколько вопросов, и ради ответов на них он был готов стерпеть и более резкие изменения в поведении любимой.

— Ты можешь кое-что поискать для меня в библиотеке Школы? — спросил он деловито, но, поймав вспыхнувший гневом взгляд Хелавии, тотчас примиряюще протянул ладони. — Э-э-э! Погоди! Ничего запретного или тайного мне не надо. Просто интересует подборка открытых сведений по некоторым разделам магии. Я могу и сам все найти, но это будет долго, муторно и… дорого. Для студентки же с твоим статусом это вообще не составит никакого труда!

Хелавия несколько секунд буравила Малка кровожадным взглядом, после чего вздохнула и сменила гнев на милость.

— Что ты хочешь?

Малк с облегчением улыбнулся и послал ей воздушный поцелуй. И прежде, чем подруга снова разозлилась, принялся объяснять:

— Мне нужен краткий обзор существующих способов магического поиска. Не разработки Школ или армейских магов, а общедоступные вещи. То, что можно найти на полках публичных библиотек и в магазинах города.

Просьба Хелавию явно удивила. Она нахмурилась, потерла лоб.

— Зачем что-то искать? Я тебе и так отвечу… Если маг принадлежит к серьезной Школе или Дому, то обычно призывают призрачных ищеек, демонических гончих или других порабощенных тварей, на худой конец, используют специально выращенных химер. Если маг из вольных либо принадлежит к небольшому Семейству, то чаще всего опираются на астральный поиск и гадание…

— А подробнее? — спросил Малк заинтересованно.

— Если надо, то курьером пришлю тебе свой реферат. Я на семинаре как раз делала доклад по простой поисковой магии, так что… так что, считай, тебе повезло, — удивительно покладисто ответила Хелавия. — А зачем тебе?

— Да возникла одна идея, хочу попробовать… — отмахнулся Малк.

Уж что-что, а рассказывать подруге про желание сначала выследить своего злейшего врага — карлика, затем заманить в ловушку, а под конец и окончательно с ним расправиться, он не собирался. Война с подобного рода противником — дело индивидуальное, вмешивать в него остальных точно не стоит. Тем более когда эти самые остальные твоим словам о незримом недруге напрочь не верят.

— Идея?

Хелавию явно так и подмывало сказать что-то еще — Малк даже догадывался, что именно, — но она смолчала. Учить своего парня жизни и правильно выбирать путь развития как мага девушка больше явно не планировала. И слава Святым! После такой чудесной ночи Малку совершенно не хотелось ругаться. Поэтому вместо ответа он улыбнулся, пожал плечами и задал следующий вопрос:

— А по магии Иллюзий что-нибудь можешь сказать?

— Магия Иллюзий? То есть не просто чары Зеркала или Миража, а именно магия Иллюзий? — уточнила подруга.

Малк настороженно кивнул. Про ту волшбу, что постоянно демонстрировал карлик, он спросил наобум, даже не надеясь на ответ. Честно говоря, он больше рассчитывал в этом плане на разговор с Толфаном. И потому вполне благожелательная реакция Хелавии его удивила.

— Да! — с чувством сказал он. — Ты что-то знаешь? Не томи!

Хелавия тяжело вздохнула.

— В Школе Трех Святых никто Иллюзиями не занимается, если это, конечно, настоящие Иллюзии, а не ярмарочные фокусы! А вот в Доме Черингар и в Колледже Белых Перчаток есть специалисты. Но это все, что мне известно. Ни какое Искусство они практикуют, ни какие чары используют, я даже не слышала. — Девушка недолго помолчала, явно о чем-то размышляя. — Еще, говорят, Наследие некоторых Святых как-то связано с Иллюзиями, но это уже на уровне слухов. Точно так же болтают про магию душеловов, кукольников, малефиков и даже демонов. Так что я бы этому всему не верила…

— Но все же про каких именно Святых идет речь? — уточнил Малк, с трудом сдерживая возбуждение.

Может, для студентов нормальных Школ подобные знания и не были чем-то из ряда вон выходящим, для него они несли большую ценность. Быть может, не сегодня или завтра, но в будущем — обязательно. Потому как знания не бывают лишними, бывают лишь люди, которые не умеют ими пользоваться.

— Да твой любимый Кетот! Кто ж еще мог быть связан с магией коварства и обмана?! — скривилась Хелавия, и Малк, хорошо ее знавший, понял, что девушка наконец подошла к границе, заступать за которую точно не стоило.

Так что, не желая портить на удивление хорошее утро, он просто обнял и нежно поцеловал подругу. Все-таки сегодня она дала Малку достаточно подсказок для дальнейших поисков, чтобы настаивать на большем. И видимо, чего-то такого от него ждала и сама Хелавия, потому как она вновь заулыбалась и ответила на поцелуй. Да с таким пылом, что приехавшему за девушкой школьному паромобилю пришлось еще около получаса торчать перед въездом во двор, настойчиво сигналя в гудок.

Такое вот у них получилось утро. Насчет Хелавии уверенности не было, но лично для Малка оно стало едва ли не самым светлым пятном во всей их короткой андалорской жизни…

Тем временем город постепенно возвращался к своему обычному ритму. Сначала сократились, а потом и вовсе сошли на нет облавы на демонов и прочих порождений Ночи. Следом исчезли санитарные кордоны и вернулась к прежним значениям численность патрулей, прекратились проверки документов. Наконец, последним отменили запретна возвращение жителей в наиболее пострадавшие от Пекла районы Андалора. Слава Святым, Малк с этим не столкнулся, но, по слухам, несколько кварталов из тех, где происходили наиболее активные сражения с демонами, все эти дни стояли полностью обезлюдевшими. И ни высокий статус, ни богатство не могли помочь преодолеть наложенные ограничения.

На смену солдатам и магам на улицы пришли торговцы, магнаты и цеховики. Медленно выползающий из тисков военного положения город остро нуждался в самых разных вещах. Разбитые стекла в окнах, поврежденные вывески и витрины, сорванные крыши, посеченные осколками стены и сломанные заборы — вот лишь то немногое, что первым приходило на ум.

А ведь были еще и незримые повреждения! То здесь, то там встречались никак не желающие исчезать отпечатки примененных заклятий, отголоски проведенных ритуалов и последствия столкновений разных видов волшбы. Пусть самое опасное успели вычистить специальные поисковые отряды Школ, но и то, что осталось, было способно доставить кучу неприятностей. Несмываемая со стен жилых домов кровь, истекающие вонючей слизью рекламные надписи, отпугивающие покупателей инфернальным страхом витрины… Да мало ли гадостей на свете, что способны сделать жизнь людей невыносимой? От всех надо избавляться, а значит, без магов тут никак.

И Андалор охватил бум спроса на недорогие магические услуги.

Малк, который первым делом после снятия кордонов отправился в Общество — здание которого, к слову, совсем не пострадало, — был шокирован царящим среди студентов оживлением. Учеба никого не волновала, все только и думали о том, как заработать на потребности горожан в низкоранговых магах. И самым активным на этом поприще оказался «работодатель» Малка — Серж. Организатор группы борцов с уличным вандализмом воспринял аномальную Ночь едва ли не как персональный подарок Девятерых и развил чрезвычайно бурную деятельность. Он активно завлекал людей в свою группу «восстановителей фасадов», искал нужных специалистов, соблазнял только-только полученными крупными заказами и тут же начинал искать новые.

Малк оглянуться не успел, как сразу после окончания занятий в компании Сержа и малознакомого Адепта-«воздушника» отправился чистить фасад дома богача средней руки от внутренностей каких-то мелких демонов. Тварям не повезло попасть под удар малефика одной из Школ, который не просто заставил тела гостей из Пекла взорваться, но и «впечатал» останки в стену. И теперь хозяин дома жаждал как можно скорее избавиться от не убираемых обычными средствами «украшений». Собственно, Малк на его месте хотел бы того же самого — обрывки кожи, плоти, костяное крошево и маслянистые потеки белоснежные стены особняка точно не красили.

Пока он глазел на дом, Серж успел о чем-то переговорить с заказчиком, ударить с ним по рукам и взяться за распределение задач среди остальных членов их «бригады». Малку досталась работа по снятию остатков чужой волшбы со стен, Адепту Воздуха — непосредственно «уборка» всего мусора, а самому Сержу зачистка с помощью телекинеза пропущенных остатков. И ведь главное, никто не возражал!

В общем, удивительные таланты Сержа получили еще одно подтверждение… как и подозрения Малка на его счет. Смиряться с «легендой» чересчур активного однокурсника становилось все тяжелее и тяжелее.

— Ну как, сможешь? — нетерпеливо спросил Серж, после того как приступивший к работе Малк долгие пять минут изучал защищающие останки демонов чары.

Ушлый одногруппник со всеми договорился и вроде бы все предусмотрел, но один момент упустил, самый главный — чрезмерную сложность работы. И осторожное поведение Малка, отказавшегося с ходу браться за дело, стало для него точно холодный душ на голову.

Малк покосился на приятеля, который наверняка успел взять задаток, и едва заметно усмехнулся. Его так и подмывало сказать что-нибудь в духе «без кого-нибудь уровня Магистра тут не справиться» или «нужен трехзвездный артефакт синего ранга», но он смог сдержаться. Это было бы слишком жестоко по отношению к Сержу.

Вместо этого он ответил максимально честно:

— Тут красный ранг, не меньше. И слава Святым, что все вложенные в заклинание эрги ушли на взрыв, иначе грязь эту не осколки чар бы прикрывали, а полноценный Щит.

— Ладно, понял. А справиться-то ты справишься? — уже в открытую заволновался Серж.

— Сейчас попробую, — пожал плечами Малк и вернулся к стене.

Он и вправду не мог дать ответ заранее. Слишком невелик его опыт, чтобы судить о чем-то вот так, без практики. Да и к чему зря болтать, если можно ответить делом? В конце концов, одна из причин его согласия сотрудничать с Сержем заключалась еще и в возможности лишний раз попрактиковаться в магии. Ну так этим и надо заниматься!

Он приложил ладони к стене, охватил духовным вниманием максимально возможный участок, нащупал упругую и словно бы материальную пленку, покрывающую останки, и активировал уже заготовленное Рассеивание. Моментально возникло ощущение, что чары уперлись в какой-то барьер, достаточно крепкий, чтобы выдержать подобное заклинание. И Малк моментально укрепил волшбу Властью, не сдерживаясь и с ходу приложив максимально возможную силу.

В прошлый раз, когда ему надо было убрать защиту с мазни уличного художника, было ощутимо легче. Кружева чужих чар рвались тогда от легчайшего нажима, и его атака смахнула магию хулиганов точно метлой. Но и сейчас все получилось тоже весьма неплохо. Мешанина из обрывков разнородных чар — демонических и вполне человеческих — соединенных в нечто вроде лоскутного одеяла, под его давлением затрещала и принялась расползаться прямо на глазах. Какие-то куски заклинаний истаивали сразу, какие-то некоторое время держались, но в итоге стихийно возникшая защита постепенно растворялась в воздухе. А следом за ней принялись отваливаться от стены и более ничем не скрепленные демонические останки.

Готово! Не слушая поздравлений моментально воодушевившегося Сержа, Малк отступил в сторону и, окинув взглядом изрядно побелевшую стену, удовлетворенно вздохнул. Теперь никто не скажет, что он не старался. Что до островков демонической плоти, устоявших под давлением его Власти и оставшихся на штукатурке, то их убирать предстояло уже не ему. Что тоже неплохо. И он сделал приглашающий жест «воздушнику».

Ваш выход, коллега! Роль зрителя теперь отводилась Малку, и нельзя сказать, чтобы это его огорчало. Всегда интересно посмотреть, как колдуют другие маги, особенно если они изучают недоступные для тебя Искусства и практики.

«Воздушника» дважды приглашать не потребовалось. Он, как и Малк до этого, приблизился к фасаду дома, прижал к стене ладони, после чего… со стороны сложно было понять, но Малку показалось, что коллега принялся закручивать вокруг некой точки между руками тончайший диск из Воздуха. Творение Стихии сначала медленно, не спеша, но затем все быстрее и быстрее набирало ход, вовлекая в движение уже не только личную энергию мага, но и разлитую в природе Силу. Пока поверхность стены не накрыл гигантский «шлифовальный круг», сдирающий наросты и сглаживающий неровности.

Заклинание нулевого круга, но какое эффективное. А что будет, если развить его до более высоких порядков и укрепить Властью? Малк представил, и его настроение резко испортилось. Все-таки маги Стихий — это маги Стихий, и в прямой мощи с ними тягаться вряд ли у кого получится.

— Это что за заклинание? — спросил Малк у Сержа, пытаясь перекричать нарастающий свист.

— Обычный Воздушный Диск, но полностью освоенный и в руках неплохого чародея, — с готовностью ответил Серж.

И Малк угрюмо кивнул. Его Рассеивание на фоне этого «обычного» Воздушного Диска явно проигрывало. Проклятье, ну угораздило же его родиться «пустышкой»! То, что Серж со своим телекинезом — как выяснилось чуть позже — тоже не слишком-то блистал, утешало слабо…

За уборку дома от потусторонней грязи они на троих получили шесть драхм, что по меркам Андалора и бедных Адептов было очень неплохими деньгами. При минимальных затратах — тот же Мал к на работу потратил из резерва семь эргов, что по рыночным ценам соответствовало семидесяти оболам — получается одна драхма и тридцать оболов на человека. Это, конечно, меньше, чем Малк зарабатывал в день на «лечилках», но и затрат сил на создание последних тоже было несравнимо больше.

В общем, очень удачная получилась приработка, от которой так просто уже не отмахнешься. И всем бы она была хороша, если бы не встреча почти сразу после получения оплаты. Счастливые и довольные, Малк с коллегами только-только покинули двор богача и направились к ближайшей остановке омнибусов, как им дорогу перегородили четверо парней в форме малоизвестной Школы. Как вскоре выяснилось, это были конкуренты, искренне считающие эту и соседние улицы своей персональной вотчиной. Как и Адепты Общества, они возвращались с подработки, когда услышали новости про соперников. И тутже ринулись с ними разбираться.

Дело наверняка закончилось бы дракой, если бы у Малка и его одногруппников не осталось в резерве энергии на боевые заклинания. В итоге конкуренты, явно выжатые как лимон, связываться с ними не захотели и ограничились угрозами. Пока пустыми и бессильными, но кто знает, что ожидало их дальше. По крайней мере, демонстрировать открытые лица соперникам точно больше не стоило. Серж ведь с самого начала собирался организовать «банду в масках»? Вот троица Адептов не сговариваясь после расставания со школярами и свернула за масками к первому попавшемуся магазинчику карнавальных товаров. Серж с «воздушником» стали обладателями черного и белого медведей, Малк же получил во владение лиса.

Йоррох знает, как Серж планировал — и планировал ли! — назвать их группу маляров-любителей, но два медведя и лис в тот же день превратились в «Стаю диких товарищей», да так ими и остались. И далее новые члены бригады уже специально приобретали маски именно с изображениями животных.

Стая же!

Страшно сказать, но именно работа с Сержем стала для Малка тем развлечением, что хоть как-то украшало тяжелые серые будни, сплошь состоящие из потерявшего новизну создания «лечилок», поднадоевшей учебы и выматывающих тренировок. И если раньше, до переезда, хоть иногда получалось пообщаться с Хелавией и Толфаном, то после встречи с колхаунцами у Малка дома друзья больше не виделись. Учеба в Школе Трех Святых становилась все более и более насыщенной, так что свободного времени у студентов просто не оставалось. А без Хелавии с толстяком у Малка не было причин жертвовать серьезными вещами. И новая работа заменила отдых.

Впрочем, все было не так уж и плохо. Как бы то ни было, но тяжелый труд постепенно приносил свои плоды, и на исходе пятого месяца после инициации резерв Малка достиг четырнадцати эргов — всего в одном шаге от природного резерва Хелавии, — а скорость его восполнения медленно, но верно приближалась к семи десятым эрга в час. Неплохо выглядела и ситуация с заклинаниями. «Лечилка» в скором времени обещала достичь пика ранга, что вкупе с самостоятельным изучением основ медицины несколько увеличивало ценность Малка как специалиста. С Рассеиванием тоже все было неплохо. Оно хоть еще и продолжало стойко держаться середины ранга, но регулярная очистка тела и сотрудничество с Сержем обещали помочь достичь гораздо больших высот.

Единственное, с чем были проблемы, так это с Искрой — заклинание оказалось едва-едва освоено, и, как Малк ни старался, переломить ситуацию никак не получалось. Несмотря на большой прогресс в практике Искусства, энергии все равно не хватало. И тут очень многие надежды Малк связывал с Очагом. Его стараниями костяшка прошла за месяц через шесть стадий очистки, и впереди оставалось всего три. И если все пройдет как надо и Малк в последний момент не разрушит позвонок, то он получит неплохой инструмент в деле поглощения энергии…

Так что, несмотря ни на что, Малк на свою жизнь не жаловался. Что хотел — то и получил. И теперь, чтобы достичь поставленных целей, надо было лишь выкладываться на полную. Что он и делал.

Однако, увы, всегда есть вещи, которые вторгаются в жизнь даже самых нелюдимых анахоретов. И главная из них — политика! Не важно, проявление ли это чужих амбиций, подковерная возня местечковых интриганов или отголоски Большой игры, партии которой веками и тысячелетиями играются на мировой шахматной доске, конечная их цель — влияние на людей и общество. А потому, как ни дистанцируйся от политических движений, как ни игнорируй публичные акции, они все равно до тебя доберутся. Так или иначе, тем или иным способом. И моли Девятерых, чтобы политическая грязь накатила и схлынула прочь, а не увлекла вслед за собой, разрушая по пути то, что для тебя дорого и важно!

Разумеется, началось все задолго до аномальной Ночи Йорроха. Страна, пусть и скинувшая ярмо имперской власти — как учила официальная историческая наука, — далеко не сразу приняла «прогрессивный» путь развития и долгие годы прозябала в стороне от основного русла развития «цивилизации». Но со временем благодаря грамотной политике Триумвирата и поддержке «добрых» союзников с Авалона консервативные ценности начали сдавать свои позиции и в Борее подняло голову движение лоялистов. Сначала слабое, со временем оно окрепло, и даже развязанный радикальным крылом партии террор против заметных приверженцев старых порядков перестал восприниматься как нечто ужасное и отвратительное.

Но так смотрела на мир, прежде всего, элита страны. У большинства простых граждан что лоялисты, что консерваторы под маской монархистов обычно ничего, кроме раздражения, не вызывали. Да, общее мировоззрение все же больше тяготело к взглядам поклонников старой империи, чем «демонолюбов», но активных «борцов за идею свободы» не любили. Во всяком случае, так было до той поры, пока с монархистами не начали связывать теракты против героев войн и наиболее влиятельных магов. Спокойствие было нарушено, «добро» оказалось таким же беспринципным «злом», и общественное мнение заколебалось. Однако, чтобы филистеры отказались от прежних ценностей и идеалов, все равно требовалось нечто столь грандиозное и пугающее, что потрясло бы их до мозга костей. И, как по заказу лоялистов, такое событие произошло. В Борей пришла самая страшная Ночь столетия… и напуганные граждане, подстегиваемые пропагандистами, повели себя ровно так, как и ожидалось. Они потребовали от Триумвирата защиты. Каким угодно способом и какой угодно ценой, но защиты.

И власти откликнулись на призыв.

На такие радикальные шаги, как отмена преследования демонопоклонников и смертной казни для любых разумных гостей из Пекла, пусть никто не пошел, но ряд препон на пути лоялистов в публичную политику сняли и обсуждение отказа от запретов на некоторые разделы демонической магии начали. И все это на фоне ранее вступившего в действие «закона о монархистах», запрещающего тем проводить публичную агитацию, печатать в типографиях прокламации и разъяснять свою позицию в газетах. Регенты ясно давали всем понять, по какому пути пойдет страна дальше, и лишь впитанная с молоком матери осторожность древних аристократических Домов не позволяла им сделать этот разворот максимально резким и стремительным.

Малка, даже без учета его отношений с лоялистами, подобное поведение Триумвирата заметно угнетало. Ну неправильно это! Неправильно! Зачем Девять Святых поднимали восстание против тысячелетнего рабства человечества, и ради чего гибли защитники людей в столетней Второй Волне?! А что насчет жертв Ночей Йорроха и тех, кто погиб в сражениях с земными союзниками Пекла — Хеймдарком, Фейду и Коро?! Все это ради того, чтобы потом самим впустить демонических владык к себе в дом?! Да, про это никто сейчас не говорит и даже не думает, но дорога в Пекло ведь начинается с одного шага. И кто знает, когда настанет тот самый момент, после которого вновь откроется дверь в ад?

Вот и Малк не знал, а потому и внезапно вспыхнувшая в стране любовь к лоялистам ничего, кроме злости, у него не вызывала. Впрочем, выходить с протестом на улицы его тоже не тянуло. Бессмысленное занятие, пожирающее время и растрачивающее силы. Гораздо разумнее сосредоточиться на своем развитии, набраться мощи и могущества, и вот потом… потом… Но настолько далеко Малк не загадывал. С некоторых пор бумажному журавлю в небе он предпочитал живую синицу в руках.

Однако сторонники прежней власти его взглядов явно не разделяли. И нацеленный против них закон, как и очевидные преференции для их идеологических противников, восприняли крайне агрессивно. Даже те, для кого ранее проявление политической позиции сводилось лишь к застольным разговорам в тесном кругу друзей по «партии», и то не захотели молчать. И монархисты вышли на улицы.

В день, когда это случилось, Малк решил заглянуть в их старый дом и проведать друзей. Больше всего он, понятное дело, был бы рад встрече с Хелавией, но, учитывая ее загруженность, больше рассчитывал пообщаться с Толфаном. Вот он в один из своих относительно свободных дней, сразу после работы в лечебнице, и отправился на улицу Святых Защитников. Примерно в то же самое время, когда лидеры монархистов повели своих сторонников на площадь Восстания…

Собственно, сам Малк до площади так и не добрался. Когда дорогу ему преградил поток людей с флагами империи и сигнами последнего императора, движущийся по проезжей части проспекта, до площади оставалось идти еще саженей пятьсот. Так что, если он хотел добраться до друзей, ему следовало либо воспользоваться длинным окружным путем, либо присоединиться к толпе протестующих, а уже на площади свернуть на подходящую улицу. Мысль, что сделанный выбор может быть опасен, даже не пришла Малку в голову. Он же не бунтовать идет, а дорогу срезает, ведь так?

Однако с монархистами, мирно и спокойно шагающими к месту проведения митинга и лишь изредка начинающими выкрикивать речовки, он успел пройти всего саженей двести-триста. Уже был виден проход на площадь, где скрылась голова колонны, когда сразу с трех боковых улиц в ряды сторонников покойного императора ворвались группы молодчиков, размахивающих флагами с изображением сжатого кулака и вооруженных дубинками. Нельзя сказать, что нападавших было много — совсем наоборот, но они явно были лучше организованы и вооружены. И в первые минуты начавшейся драки удача явно находилась не на стороне монархистов.

Малк собственными глазами видел, как падают на брусчатку люди с разбитыми головами, как охаживают палками уже лежащих, как то здесь, то там швыряют в лица растерянных манифестантов примитивные шоковые чары и алхимические шутихи. Чего уж там, один из нападавших нацелился и на самого Малка. Сначала швырнул в его сторону одноразовый артефакте разрядом, а затем явно отработанным ударом рубанул палкой. Видимо, предполагалось, что магия заставит замереть как истукан, а дубина довершит начатое нападение. Но ублюдку на этот раз не повезло. Выпущенный из стеклянного контейнера разряд Малк банально отбил сконцентрированной в ладони Властью — за последние месяцы он уже достаточно освоил этот фокус, чтобы применять его без особого напряжения, а от дубины попросту увернулся. Успев между делом так пнуть в бок промахнувшегося противника, что под ногой ощутимо хрустнули ребра, а сам недруг с невнятным криком рухнул ему под ноги.

— Чтоб твою душу Йоррох пожрал! — рявкнул Малк, зло оглядываясь.

Причем зол он был не столько на шантрапу с палками или монархистов, сколько на самого себя. Присоединяться к протестующим просто потому, что так «ближе идти», было ошибкой. Не то чтобы глупой — все-таки протест выглядел абсолютно мирным, — но однозначно ошибкой. И если он не хотел вляпаться еще больше, ему следовало как можно быстрее убираться прочь.

И Малк, попутно подхватив выпавшую из руки его противника палку, принялся проталкиваться в сторону ближайшего переулка. Того самого, откуда только что на манифестацию напала одна из групп бандитов.

А тем временем события продолжали набирать обороты. Толпа монархистов, под напором нападавших поначалу растерявшаяся и не знавшая, что делать, начала медленно огрызаться. Шантрапа под флагами с кулаком хоть и ловко работала палками, но, когда на узком пятачке на тебя наваливаются три-четыре противника, тут нужна не дубина, а артефактный меч. И вот их-то у бандитов как раз не было. Так что ничего удивительного в том, что совсем скоро роли поменялись и повсюду начали избивать уже недавних нападавших, не было. Более того, в какой-то момент растрепанные, окровавленные и растерявшие весь боевой задор противники монархистов попросту развернулись и кинулись прочь, даже не помышляя продолжать бой. А за ними ринулась разгоряченная, жаждущая мести и ощутившая свою силу толпа.

К тому моменту, когда драка превратилась в охоту на беглецов, Малк уже был в переулке и, громко топая каблуками туфель по брусчатке, мчался прочь. Подальше от лоялистов, монархистов и прочих любителей «уличной политики». И дело тут было не в том, что он испугался толпы — хотя опьяненные чужим страхом люди вряд будут разбираться, враг перед ними или посторонний прохожий, и пострадать может каждый. Нет, просто вся ситуация с нападением казалась ему жутко странной и подозрительной, и он совсем не желал становиться жертвой чьих-нибудь коварных схем и хитроумных планов.

Впрочем, была одна вещь, которая радовала его несмотря ни на что. Запятнанный демонической магией нож он оставил дома, а значит… значит, даже если его сейчас задержат жандармы, хотя бы во владении запрещенными артефактами его точно не обвинят. И гарантированную вторую черную звезду в паспорт не влепят, что уже хорошо.

Под нарастающий топот бегущих где-то сзади людей он вылетел из переулка и едва ли не врезался в кордон из нескольких десятков жандармов со щитами и тяжелыми тренировочными мечами. Псы Триумвирата расставили-таки ловушку и теперь ждали, когда в нее с головой ухнет… кто?.. Мятежники? Восставшие? Бунтовщики? Кто знает, какими эпитетами назовут завтра разгромленную манифестацию монархистов, но в том, что эпитеты будут, нет никаких сомнений. А еще будет кровь и много-много задержаний.

Все это промелькнуло в голове Малка в один миг, он отбросил палку, зайцем рванул к высокому дощатому забору между двумя соседними домами и едва ли не в двух шагах от строя щитоносцев подпрыгнул. Зацепился руками за трещину в доске и, быстро перебирая ногами, с усилием подтянулся. Сзади что-то закричали, кажется про стрельбу и обещание вырвать ноги, но Малк на это никак не отреагировал. Сжавшись точно пружина, он резко оттолкнулся стопами, взметнулся вверх и ухватился руками теперь уже за край забора. Дальнейшее было делом техники, и уже через пару секунд он оказался во дворе. Теперь пересечь небольшой сад, по поленнице забраться на крышу и оттуда перемахнуть на соседнюю улицу. А там пускай его ищут!

Малк уже даже сделал несколько шагов, когда дверь не замеченного им ранее уличного туалета открылась и оттуда, затягивая шнурок на брюках, вышел крепко сложенный жандарм с унтерскими погонами на кителе. Пусть без щита и шлема, но зато с шоковой плетью, болтающейся в петле на запястье.

— Ух ты, прыткий какой! А ну, стоять! — незамедлительно рявкнул он и, не дожидаясь реакции Малка, замахнулся на него артефактом.

Из его рукояти моментально выстрелили три сине-зеленых жгута, которыми жандарм попытался хлестнуть Малка, но промахнулся. В последний момент Малк пригнулся, почти распластавшись на земле, а когда творение магии прошло мимо, резко вскочил и швырнул в лицо противнику комок земли. Не попал — опытный жандарм успел вовремя повернуть голову, — но зато успел воспользоваться возникшей заминкой и бросился сначала вперед, имитируя атаку, а затем метнулся влево, где проскользнул практически под рукой у загородившего дорогу стража правопорядка.

— Стоять сказал, гаденыш! — заорал унтер и моментально доказал, что первый промах был случайностью и уж чем-чем, а плетью он владеет мастерски.

Малк даже ахнуть не успел, как в воздухе опять свистнули наколдованные энергетические жгуты и наискосок хлестнули его через всю спину. Боль была адская. Да, благодаря практике Дождя Малк смог едва ли не мгновенно справиться с шоком и взять бунтующий организм под контроль, но все равно радости было мало. А потому вслед за болью пришел гнев. Почему он, абсолютно посторонний и чуждый политике или воровскому миру человек, должен терпеть такое унижение?!

И на следующий удар он уже ответил по-настоящему.

Четыре эрга энергии, вся доступная Малку Власть плюс один удар сердца на концентрацию внимания — и вот уже валяющаяся неподалеку толстая ветвь взмывает в воздух и принимает на себя удар плети. Еще один удар сердца, очередные два эрга, и она же торцом врезается унтеру под дых, сбивая дыхание и заставляя, согнувшись, упасть. Судя по тому, как он захрипел, унтер переживал не самые приятные мгновения жизни, но выяснять подробности Малк не собирался.

Добежав до поленницы, он стрелой взобрался на крышу сарая, съехал по черепице в соседний двор и, прихрамывая из-за неудачного приземления, выскочил через калитку на соседнюю улицу. Если Святые будут к нему благосклонны и он не вляпается еще в какие-нибудь неприятности, то через десять минут он затеряется в лабиринте улиц, переулков, тупиков и проходных дворов, а еще через десять отправится на омнибусе домой.

Встречаться с друзьями он что-то передумал…

ГЛАВА ТРЕТЬЯ,

в которой происходит много всего и герой переживает некоторый стресс

После стычки с унтером на площади Восстания Малк седмицу сидел как на иголках, места себе не находил. Постоянно казалось, что вот-вот в дверь забарабанят кулаками стражи порядка, под видом проверки газа в дом напросятся неброско одетые, но крепко сложенные люди с жетонами внештатных агентов, или же, наконец, на очередную лекцию в Обществе просто заглянет подтянутый жандарм и увезет Малка в участок. И тогда все, уйти из лап капитана Тырхата или его коллег так легко, как в прошлый раз, точно не получится!

Впрочем, мысль о бегстве не мелькала ни разу. Паникером Малк никогда не был и, несмотря на некоторое нервное напряжение, поддаваться страхам не собирался. В конце концов, его рисованные портреты на всех городских улицах не развешены, околоточные по домам с проверками не ходят, а газеты разыскной лист не публикуют. Небольшая драка с жандармом и последующее бегство все-таки не настолько серьезное дело, чтобы за его поиски брались по-настоящему. А раз так, то и дергаться зря тоже не следовало!

Свою роль в стойкости Малка, возможно, сыграли и газетчики. Уличные беспорядки на площади Восстания они освещали очень подробно и красок для описания жестокостей монархистов не жалели. Разгромленные витрины, избитые случайные прохожие… особое внимание уделялось «травле» озверевшими консерваторами своих идеологических противников. Если верить журналистам, то манифестанты набросились на немногочисленных лоялистов с такой яростью, что те были вынуждены бежать, спасая свои жизни. И только вмешательство доблестной жандармерии спасло несчастных «демонолюбов» от кровавой расправы.

Количество задержанных сторонников монархии, подробности уличных боев и число пострадавших подавалось как ничего не значащий фон. Смысл большинства статей свелся к одобрению запрета движения монархистов и обсуждению еще большего закручивании гаек в теме возврата к прежним порядкам.

При подобном подходе к оценке случившегося хулиган, обидевший одного из жандармов, был настолько незначительной величиной, что уделять ему внимание не имело никакого смысла. Так что совсем скоро Малк успокоился и выбросил случившееся из головы, благо у него было чем себя занять…

Пока мир переживал катастрофы и демонические нашествия, политики делили власть, а генералы и маги грезили о новых завоеваниях и источниках могущества, в Андалорском Обществе магов приближалась ключевая дата — полгода с начала занятий. И не отметить ее экзаменом руководство курсов попросту не могло.

Предполагалось оценивать абсолютно все: рост резерва и скорости его восполнения, уровень Власти, изученные предметы, освоенные заклинания и способность применять полученные знания и навыки на практике. То есть все то, без чего Адепт никогда не сможет достичь пика ранга и в идеале стать Учеником. Ну а чтобы дополнительно простимулировать студентов, было объявлено об исключении из Общества всех, кто провалит предложенное испытание.

И вот последний момент заставил всех нервничать особенно сильно. Едва было объявлено об угрозе исключения, как сокурсники Малка моментально прекратили все встречи, гулянки, свидания и взялись за ум. Появились очереди в библиотеке, впервые оказались заняты все сдаваемые Обществом в аренду Зеркала Друзала, а преподавателей курсов взяли в осаду все те, кто либо не понял, либо откровенно прогулял какие-то темы. Серж даже прекратил на время сборы их «Стаи диких товарищей» — всем резко стало не до подработок.

В общем, все студенты потока были в панике, и лишь Малк чувствовал себя абсолютно спокойным. Тяжелый труд в течение почти полугода дал закономерный результат, и бывший «пустышка» ухитрился даже обойти кое-кого из тех, кто обладал значительно более весомым потенциалом. Да, по резерву он едва сравнялся с базовым объемом Хелавии, а по скорости поглощения пока сильно недотягивал до исполнения Стандарта Рзавиана, но прогресс был, и весьма заметный.

Аналогично и со знаниями. «Введение в основы общей теории магии», базовый курс Руноглифа, три изученных заклинания, успешно освоенный ритуал Защитного Круга плюс неплохой медицинский кругозор — для студента курсов это был хороший результат. Если же учесть, что часть полученной теории была успешно проверена Малком на практике, то его перспективы успешно сдать экзамен и вправду не казались чем-то недостижимым.

И именно поэтому, когда внезапно было объявлено, что в качестве тестового испытания комиссией выбрана проверка способности студентов к ритуальной магии, Малк ничуть не удивился. Кому-то, кто в свое время не озаботился индивидуальными платными занятиями, теперь предстояло полагаться только на собственное понимание курса общей магии. Ему же не надо было даже придумывать ничего нового. Достаточно взять уже отточенный на практике ритуал очистки Очага да и заменить в нем работу с демоническими эманациями на просто изгнание магических загрязнений. Остальное можно оставить как есть, и прежде всего добавленный после памятного появления карлика дополнительный защитный контур. Однажды вляпавшись в неприятности, повторять этот опыт Малк не желал.

Единственный раз, когда Малк испытал некоторое беспокойство, было уже в день экзамена, когда он уже вошел в аудиторию и в составе комиссии увидел Ламару Горжан. Магичка в ранге Ученика, читавшая им часть курса по «Введению в основы общей теории магии» и на одном из занятий ухитрившаяся едва не прирезать Малка стальной пластиной, с той поры испытывала к нему стойкую неприязнь. Если от кого-то ему и стоило ожидать неприятностей, так это от нее.

— Какого рода ритуал будете показывать? Надеюсь, не стандартный Защитный Круг, как тут пытались несколько ваших товарищей час назад? — спросил принимавший Малка в Общество и теперь сидящий на месте главы комиссии Младший Магистр.

Судя по выражению его лица, колдун дико скучал и ничего интересного от экзамена не ждал. По левую руку от него сидел малознакомый Малку Ученик, а по правую — та самая Ламара Горжан. И то, как она смотрела на Малка, лучше всего подтверждало его беспокойство. Дай дамочке волю, и экзамен он не сдаст!

— Очистка предмета от неструктурированной магии, — ответил Малк твердым голосом и уже развернулся к заклинательному кругу для демонстрации, как его остановил Младший Магистр.

— Очистка с вашими знаниями Руноглифа? Очень интересно! — воскликнул он и, поманив пальцем, телекинезом выдернул из рук Малка бумагу с описанием схемы ритуала.

Получилось это у него настолько ловко, что Малка кольнуло желание и самому изучить это заклинание. Власть Властью, но на телекинез и эргов уходит меньше, и возможностей он дает больше. Одна беда, со слов Сержа, в освоении он совсем не так прост, как можно подумать. Так что… в арсенале Малка он если и появится, то очень и очень нескоро.

Младший Магистр тем временем принялся быстро изучать написанные Малком формулы.

— Ага, вот в чем дело… Опора на Рассеивание! Так вы сокращаете длину «фраз» и уходите от необходимости добавлять новые символы Руноглифа… — не обращая ни на кого внимания, бормотал себе под нос маг. Затем вдруг резко оторвался от вычислений и остро глянул на Малка. — Так, а что с Властью?

— За серединой красного ранга, как понимаю, — пожал плечами Малк, стараясь не смотреть на еще больше нахмурившуюся Ламару.

Регулярные занятия с Зеркалом Друзала и странным образом сливающийся с Кристаллическим Сердцем Дождь боли заметно ускорили развитие его Власти. И еще недавно казавшуюся высокой середину красного ранга Малк уже довольно сильно перерос. Да, до пика оставался еще длинный путь, но так ведь и он не планировал бросать тренировки!

Вот только вряд ли новость о том, что нелюбимый студент достиг каких-то успехов с развитием Власти, могла понравиться госпоже Горжан. Даже если забыть про инцидент с травмой Малка, в прошлые демонстрации своих способностей девушка, даром что Ученица, никого своей Властью впечатлить не смогла. Может, она у нее и была сильно выше, но владела ею Ламара из рук вон плохо. Это теперь знали все студенты. И, в понимании госпожи Горжан, виноват в том был именно Малк.

— Так… у вас тут, вижу, разделение на уровни очистки предусмотрено… Боитесь за один раз не справиться? — вновь оторвался от бумаг Младший Магистр.

Малк развел руками:

— С тем, что буду очищать на демонстрации, справлюсь. Ну а нет…

Пояснять дальше он не стал. Впрочем, Младшему Магистру этого и не требовалось. Он понятливо кивнул и, свернув черновик в трубочку, коротким жестом пролевитировал его обратно в руки Малку. Как и в прошлый раз, проделал он это с небрежной легкостью и без каких-то потерь энергии. Ну или Малк этого просто не ощутил.

— А второй контур-то в схеме зачем? Лишние два эрга терять из-за специального усложнения ритуала… — подал вдруг голос до того молчавший второй Ученик.

Как оказалось, он тоже успел пробежаться взглядом по выкладкам Малка и явно заинтересовался.

— На случай всяких неожиданностей. Ночь Йорроха ведь недавно была, вот я и перестраховался, — с извиняющейся улыбкой ответил Малк.

Объяснять, что он боялся срыва ритуала из-за визита некоего карлика, было неразумно, вот он и придумал оправдание, и вполне удачное. Во всяком случае, что Младший Магистр, что этот Ученик встретили его слова дружным одобрительным ворчанием, а старший маг и вовсе сделал приглашающий жест в сторону заклинательной площадки:

— Приступайте!

Второго приглашения Малку не требовалось. Быстро проследовав к указанному месту и перешагнув через защитную полосу из красного золота, он уже привычно принялся выкладывать из листов бумаги со словами и фразами ритуальных формул необходимую колдовскую фигуру. В нужных местах Малк дополнял схему заготовленным пеплом рябины, веточками можжевельника и корой осины. С точки зрения магов известных Школ, подобные ингредиенты могли показаться диким примитивом, но Малк учился в Обществе и очень хотел сдать экзамен. Так что если бы он понимал, как влияют некоторые колхаунские суеверия на ход ритуала, то и их бы встроил в «защитный» контур. Ну а так приходилось довольствоваться тем, чему учили на курсах.

— А можно посмотреть, что вы будете очищать? — вдруг спросила госпожа Горжан, когда стало понятно, что Малк закончил подготовку.

И пусть голос Ученицы звучал холодно и ровно, Малк все равно услышал в нем нечто такое, что заставило его насторожиться. Увы, увильнуть от ответа было нельзя, и он передал Ламаре кристалл кварца, еще утром считавшийся самым дешевым на рынке магическим светильником. Малку понадобилось совсем немного времени и усилий, чтобы превратить вложенное в него заклинание в мешанину из обрывков чар. И вот теперь он планировал очистить кристалл от последних остатков магии.

Ни Младший Магистр, ни второй Ученик смотреть на сломанный светильник не стали, что до госпожи Горжан, то она повертела вещицу в руках пару секунд и вернула Малку. Ни замечаний, ни предложений заменить камень чем-то другим, ни каких-то иных комментариев она не сделала, что было откровенно подозрительно. Одна беда, изучить побывавший в руках недруга кристалл на предмет опасных изменений у Малка не было возможности. Все, что ему оставалось, это уповать на надежность защитного контура да на свою способность справиться с любой неприятностью.

Так камень занял свое место в центре колдовской фигуры, а Малк с разрешения руководителя комиссии принялся за ритуал…

Поначалу все шло как надо. Заклинание Рассеивания, на котором фокусировались все остальные формулы, куда направлялась энергия и для которого особым образом структурировалась Власть, ожило и золотой пленкой легло на камень. Чары, чье воздействие на этот раз было растянуто во времени, но ощутимо усилено, принялись медленно погружаться в кристалл. В итоге все попадающиеся на пути магические конструкции подвергались коррозии от Рассеивания, мелкие же обрывки и свободная энергия выталкивались прессом Власти. Волшба Малка мелким ситом проходила через сломанный светильник, не пропуская ни одну кроху Силы. И казавшийся мертвым кварц принялся испускать яркий желтый свет, сжигая накопленный внутри заряд.

По идее, следовало бы уже расслабиться — Малк показал способность создать работающий ритуал, — но он, наоборот, стал максимально сосредоточен. Именно сейчас был идеальный момент, чтобы сорвать и колдовской обряд Малка, и всю сдачу экзамена. Поэтому он Властью ускорил вращение Силы по защитному контуру, отчего все использованные материальные якоря начали на глазах усыхать и распадаться в пыль, а затем всей этой собранной мощью надавил на все еще действующее Рассеивание.

И, как выяснилось, сделал он это удивительно вовремя!

Именно в этот момент внутри кристалла зажегся огонек чужой Власти и воли. Совсем мелкий и незаметный, но от того не менее действенный. Если бы Малк не укрепил свое заклинание потоком защитной магии, то оно, без сомнения, разорвалось бы на части само и вызвало детонацию камня. А так… рябина, можжевельник и осина, как издревле считалось, весьма плохо воздействовали на призраков и демоническое колдовство. И пусть искорка своего Духа, которую госпожа Горжан оставила в светильнике, ни к тому ни к другому отношения не имела, стараниями Малка она попала в его ловушку против темных сил и… и точно так же, как какой-нибудь заклинательный мусор, была рассеяна и изгнана из камня.

— Ах! — приглушенно воскликнула Ламара, и Малк, уже завершивший ритуал, с готовностью повернулся в ее сторону.

— Госпожа Горжан, что-то случилось? — спросил он предельно вежливо.

Так и хотелось добавить что-нибудь едкое, но присутствие Младшего Магистра останавливало от подобных сумасбродств. Оскорбление старших коллег и преподавателей, пусть даже столь слабых, как Ламара, точно ему не понравится. А значит, надо сохранять каменное лицо и улыбаться. Улыбаться, Йоррох побери, тем более что навредить эта неудачница от магии все равно не смогла!

Госпожа Горжан тоже не спешила признаваться в провале — она лишь зло сверкнула глазами и отвернулась. И то, с каким недовольством покосился на нее Младший Магистр, к сожалению, не увидела. В отличие от Малка, который испытал по этому поводу глубочайшее удовлетворение.

— Как понимаю, кристалл теперь чист? — спросил старший маг, повернувшись к Малку.

— По большей части, — кивнул Малк, и чародей Общества с важностью сообщил:

— Молодец, неплохо получилось для Адепта. Если бы у вас была книга заклинаний, то рекомендовал бы в нее внести данный ритуал в числе первых. В некоторых случаях такая очистка может оказаться полезной…

На этом экзамен для Малка завершился. И он с чувством выполненного долга отправился в соседнюю аудиторию ожидать результатов и заодно размышлять на тему того, кому из магов упомянутая Младшим Магистром книга может быть по карману. То, что это не Адепты и не Ученики, уже понятно, весь вопрос в том, потянут ли подобный инструмент Бакалавры… Да, господин маг, вы дали очень дельный совет!

Вопреки ожиданиям Малка, комиссия не захотела открыто объявлять результаты. Через час после окончания экзамена всех просто пригласили в учебную часть и предложили воспользоваться регистрационной машиной — громоздким техномагическим агрегатом, отвечающим за установку отметок в паспортах Одаренных. Мол, с ее помощью все и узнаете. Тут же было нашлась парочка недовольных, явно рассчитывающая в случае плохого результата попробовать экзамен пересдать, но им Младший Магистр весьма быстро заткнул рот. Словно и не заметив личных оберегов, он врезал по обоим магическим разрядом и предложил умерить пыл. И те, что характерно, моментально последовали его совету… как только отошли от приступа судорог и восстановили дыхание.

Чтобы получить вожделенную отметку в медальоне, Малк был вынужден отстоять в очереди еще около получаса. И успел насмотреться на весьма разнородную реакцию товарищей по учебе. Кто-то, получив железный кругляш обратно, начинал его исступленно целовать, кто-то, наоборот, изображал такую мину, словно набрал полный рот хинина, а кто-то и вовсе уходил бледный точно мел. Наконец подошел черед и самого Малка. Сунув жетон в предназначенную для него прорезь, он строго по инструкции перелил в хрустальную пластину накопителя пару эргов и резко потянул за здоровенный рычаг. Машина тут же отозвалась грохотом цепных передач и жужжанием вращающихся шестеренок, пока под конец не лязгнула выброшенным в приемный короб медальоном.

Вернув себе кругляш, — Малк торопливо отступил в сторону и активировал запрятанное в жетоне плетение. Над документом тотчас развернулась проекция табеля с оценками, и Малк забегал взглядом по строчкам… Чтобы через пару секунд с облегчением выдохнуть. Никаких неожиданностей не случилось, по всем проверяемым предметам стояло «отлично».

— Что, товарищ Лис, неплохо смотрится, да? — внезапно раздался голос Сержа, незаметно подкравшегося сзади и заглянувшего Малку через плечо.

Малк тут же погасил табель и повесил жетон обратно на шею.

— Могло быть и лучше, товарищ Медведь! — в тон однокурснику ответил он. — Особенно если бы изученных предметов было в несколько раз больше, а в графе «учебное заведение» стояла какая-нибудь Школа.

— Ну ты, брат, сказанул. Школа! Радуйся тому, что есть. Кое-кто лишился и этого! — Серж кивнул на одного из «вояк», держащего медальон с таким видом, словно собирается его куда-нибудь подальше запулить. — И да, я не просто Медведь, а Черный Медведь! — добавил он, для весомости подняв указательный палец.

— Ай, да какая разница, — скривился Малк и, немного помедлив, с намеком сказал: — Пойдем, кстати, в соседнее кафе. Посидим, кофию попьем, сдачу экзамена отметим… и поговорим заодно.

Особо он выделил именно «поговорим» — на вкус Малка, их беседа назрела уже давно, и потому глупо было отказываться от представившейся возможности, — однако Серж ни одним жестом не показал, что он понял его намеки. Вместо того он с удовольствием осклабился, хлопнул Малка по плечу и объявил:

— Тогда я выбираю, где будем сидеть. А то знаю тебя…

И было в этом его жесте столько непосредственности, что Малк впервые задумался: а может, он ошибается в своих предположениях? Однако все ответы должен был дать предстоящий разговор, и он молча последовал за Сержем.

Заведение, которое выбрал создатель «Стаи диких товарищей», как он и предупреждал, мало походило на то, что мог бы выбрать Малк. Кофейне Серж предпочел дешевую пивную под названием «Отрыжка Пекла». В ней пахло забродившим пивом и заплесневелой вяленой рыбой, но зато кружка пенного стоила всего два обола и всегда можно было найти свободный столик где-нибудь в темном углу. По доброй воле Малк сюда никогда бы не зашел, но Серж… Серж, кажется, жил совсем другими ценностями и идеалами…

— Ну, за успех, вилку Йорроха нам в бок! — Серж отсалютовал кружкой Малку и с такой жадностью к ней присосался, словно внутри плескалось не разбавленное водой пойло, а небесная амброзия.

Малк вздохнул, сделал несколько глотков и моментально скривился — вкус полностью соответствовал ожиданиям. Пить такое по доброй воле он точно не способен! И ведь главное, раньше тягой к подобной отраве Серж не славился, а тут вдруг такая неразборчивость. Или он это специально?

— Кстати, чего хотел-то? — на мгновение оторвавшись от пива, вдруг сказал Серж.

И неожиданно остро глянул на Малка поверх кружки, впрочем тут же исправившись и вернув прежний добродушный взгляд «парня, который со всеми дружит».

— Да попросить кое о чем, — наконец решился Малк и усмехнулся уголком рта. — Надо мне передать одной даме некоторую просьбу, однако как это сделать, не знаю. Нужна помощь.

— Дружище, так ты к тому человеку обратился! Разговоры с людьми, тем более с дамами, это моя тема. Я весь внимание! — оживился Серж, для убедительности похлопав себя ладонью по груди.

— Даже если дама эта из Темной Канцелярии? — вкрадчиво спросил Малк.

Как раз сделавший очередной большой глоток Серж вздрогнул, вытаращился на Малка, а затем, видимо, пиво пошло не в то горло, и он с кхеканьем выплюнул его на пол. Впрочем, немногочисленные посетители пивной видели здесь и не такое, а потому не удостоили их столик вниманием.

— Рехнулся?! Где я, а где Канцелярия?! — шепотом спросил Серж, едва смог откашляться.

— Да в том-то и дело, дружище, что, как мне кажется, вы совсем рядом, — медленно сказал Малк, проницательно глядя на Сержа. После вопроса, сразу перед шоу с пивом, действительно была небольшая заминка или ему показалось? — Понимаешь, я тебя уже полгода знаю. С речью твоей знаком, шутками, с походкой вразвалочку… Так сыновья богатых селян себя не ведут. Вот моряки — да, я на них в детстве насмотрелся. Недаром рядом с морем вырос. Но никак не селяне, — наконец сообщил он. — Нет, не спорю, маскируешься ты неплохо, но…

— Я — моряк?! — вытаращился Серж и с сомнением заглянул в кружку. — Эти гады чего-то сюда подлили, что ли?! Хотя ты вроде не пил.

Малк на этот спектакль… или на то, что ему казалось спектаклем, лишь снисходительно фыркнул.

— Да-да, именно подлили!.. Кстати, с курсами нашими ведь тоже не все в порядке. Вроде и учат мало чему, но базу ставят хорошую. И студентов собирают совсем не простых. Армейцы, жандармы, даже один дворянин есть, который уж точно мог бы найти место для учебы получше, однако все равно в Общество заявился. — Малк задумчиво потер давно небритый подбородок. — Да чего уж там говорить, я сам не без греха. И поступил сюда по особой протекции.

Вряд ли стоило говорить об этом открыто, но раз уж начал, то останавливаться не стоило. Надо же как-то ушлого «селянина» на разговор выводить?

Однако тот оказался на диво стойким.

— Э-э-э, брат. Как у тебя все запущено. И курсы непростые, и я не тот, кем кажусь… Скажи еще, что дружу со всеми не по велению души, а по зову долга, ага? — загоготал Серж, затем поймал взгляд Малка и осекся. — А, именно так ты и думаешь…

Он осекся и яростно принялся чесать в затылке. Изображать ничего не понимающего профана у него получалось настолько убедительно, что сейчас ни моряка, ни особого агента на службе Малк в нем бы точно не заподозрил.

— Ладно, что я хотел. Если ты тот, кто я думаю… а тут ошибки быть не может… то, будь добр, передай госпоже Леаре, что получивший от нее рекомендательное письмо студент очень хочет с ней встретиться, — сказал Малк, раздираемый внутренними сомнениями. Неужели ошибся?! — Договорились?

Горестный вздох Сержа был ему ответом. Сокурсник страдальчески посмотрел на потолок, словно ища там ответа, затем глянул зачем-то под стол, пока наконец не вперил взгляд в лицо Малка. Именно в лицо — глазами с Малком он предпочитал не встречаться.

— Да не о чем нам с тобой договариваться, дружище! Зато я точно знаю, что тебе нужно пойти домой и хорошенько выспаться. Экзамены как-то не так на тебя повлияли. А как отдохнешь, то сегодняшний наш разговор тебе самому покажется несусветной глупостью. Смекаешь? — доверительным тоном посоветовал Серж и, залпом опустошив кружку, вылез из-за стола. — Кстати, завтра вечером будет встреча «Стаи». У нас новая работа, так что лучше не опаздывай.

Он не спеша покинул заведение, и Малк остался один. О том, что Серж даже не подумал оставить деньги за пиво, Малк вспомнил несколько позже, когда пришла пора расплачиваться с хозяйкой пивной. И слова, которыми он наградил ушлого приятеля, точно не следовало говорить про тайного агента Канцелярии. Во всяком случае, Малк, несмотря на старания Сержа, по-прежнему предпочитал считать его именно агентом и надеялся, что этот их разговор до госпожи Леары все-таки дойдет. Ведь если нет, то ему предстояло самому идти и спрашивать про пугающую даму у капитана Тырхата. Чего Малку вовсе не хотелось…

Увы, ни на следующий день, ни через седмицу или две с Малком никто из особых служб так и не связался. Более того, в его студенческой жизни вообще ничего не изменилось. Как ни в чем не бывало вел себя Серж, прежними остались отношения с преподавателями курсов, и самое главное — на горизонте так и не появилась госпожа Леара. Казавшийся безупречным план по обретению покровителя трещал по швам.

Единственной хорошей новостью было появление курьера из Школы Трех Святых, доставившего реферат Хелавии по магии поиска. Прошло столько времени, Малк уже начал подозревать, что подруга в очередной раз передумала, как вдруг такой подарок. Эти материалы содержали не какую-то ерунду, а действительно полезные вещи. Вместо ключей для дальнейшего поиска Малк вдруг получил прямые ответы на свои вопросы, что уж точно было сродни чуду.

Хоть когда-то повезло! А значит, день открытия охоты на карлика — поимей его десять тысяч демонов Пекла и все Святые разом! — стал еще чуточку ближе.

Как он раньше проклятого коротышку искать планировал? Ведь чего только не передумал, какие только идеи не перебрал. И мага-поисковика хотел нанять, и химеру-ищейку у кого-нибудь позаимствовать, и даже думал попробовать с лоялистами договориться, чтобы они на настоящих демонологов вывели. Тех самых, что способны бестелесных тварей из Пекла призвать и на врага натравить. Но от всего пришлось отказаться. Все упиралось либо в недостаток личного могущества, позволяющего безопасно проворачивать подобные делишки, либо в отсутствие связей и денег, либо во все это, вместе взятое. Правда, если верить Хордолу, в ситуации Малка сопротивление вообще не имело смысла, но подобного рода пораженчество он предпочитал гнать от себя как можно дальше. И бороться, как та лягушка, до самого конца.

Так вот, обзорный реферат Хелавии позволил не просто узнать, какие методы поиска вообще существуют, а и выбрать среди них наиболее подходящий. Тот, который в принципе способен привести Малка к призрачному существу, живущему в Святые знают каких планах реальности и обладающему плохо понятными способностями.

И таким способом оказалось гадание. Не наивные попытки неодаренных заглянуть в завтрашний день с помощью кофейной гущи, карт или построенных на суеверии примет, а опирающаяся на магию и математические методы методика оценки вероятностей. Причем при некоторой удаче позволяющая найти кого угодно и что угодно, даже если о предмете поиска практически ничего не известно. Один в один случай Малка!

Но что самое важное, на изучение гадания практически не было запретов! Если кто-нибудь найдет наставника, который согласится передать основы древнего умения, то ни власть, ни жандармерия с Канцелярией, ни Школы преследовать за это точно не будут. Помогать, впрочем, тоже. Книги о магическом гадании не найти в магазинах или библиотеках, в обычных Школах нет по этому предмету факультативов и дополнительных курсов. Желающим стать гадалками словно бы предлагали проверить собственную удачу и самостоятельно изыскать способ обрести учителя.

Наверняка нашлось немало тех, кто именно на этом этапе отказался от изучения данного раздела волшбы. Когда не знаешь, где искать, отсутствие прямых запретов уже не имеет значения. Вот только Малк отступать был не намерен. И, по крайней мере, с чего начинать розыск наставника, способного помочь ему найти демонического карлика, точно знал…

— Знаете, Малк, когда слуга принес ваше приглашение позавтракать в этом кафе, я была весьма удивлена, — сообщила леди Марой, присаживаясь за столик к Малку и кивком отпуская сопровождающего ее Джона. — Мне показалось, что в последнюю нашу встречу вы чувствовали себя несколько напряженно. И потому я предпочла на некоторое время отложить продолжение нашего общения. Как вдруг такая приятная неожиданность!

Малк мог на это лишь с вежливой улыбкой развести руками. С ходу вываливать на леди, что она для него единственная ниточка в мир старших магов, где можно узнать не только столь необходимые для него сведения о наставнике по гаданию, но и вообще что угодно, было явно плохой идеей. Поэтому и начал он с другого.

— О, леди Марой! Сколь бы приятные чувства я ни испытывал при виде вас, но, увы, я по делу, — сообщил он и положил перед Терри теперь уже полностью очищенный Очаг. — В прошлый раз вы отдали мне наш общий демонический трофей, сочтя его для вас бесполезным. Теперь же, когда грязная костяшка превратилась в весьма полезный инструмент, я вновь предлагаю вам разделить наш приз.

Явно не ожидавшая этого девушка ойкнула и недоверчиво потрогала Очаг пальцем. Затем уже иначе, остро глянула на Малка и, накрыв кость ладонью, втянула через нее Силу.

— Действительно чисто! — удивилась она и подтолкнула Очаг обратно к Малку. — Но я все равно откажусь от вашего предложения. Я напрочь лишена таланта, и Адепт уже вершина моих способностей. Подобного рода вещица мне просто не нужна. Зато одному молодому магу в его развитии она необходима! Раз уж он ее не продал и самостоятельно привел в пристойный вид, то и пользоваться ею тоже ему. — Леди Марой кокетливо поправила выбившийся из прически локон и добавила: — Хотя восхищена вашей смелостью. Связываться с обработкой демонических ресурсов в наш чересчур гуманный век рискуют немногие.

Малка так и подмывало узнать, что же имела в виду Терри, но сдержался. Он и без того планировал просить ее об одолжении, интерес к чему-то еще вполне мог быть воспринят совсем не так, как ему бы хотелось. Например, как наглость.

— Благодарю. И больше отказываться от такого подарка не буду! — изобразил вежливый поклон Малк. — Но не возмутит ли тогда леди еще и просьба помочь советом?

Прозвучало это довольно высокопарно, однако, судя по смеху девушки, ей понравилось.

— Возмутит, Малк. Конечно, возмутит, — сообщила она, по-прежнему смеясь. — Но помочь она все равно поможет. Рассказывайте.

И Малк, старательно загоняя в глубины сердца непонятно откуда взявшуюся стыдливость — обращаться за помощью к явно заигрывавшей с ним ранее девушке ему вдруг показалось чем-то неприличным, — принялся излагать свою просьбу. Про карлика, понятное дело, говорить не стал, но про свое желание освоить гадание рассказал, почти ни разу не соврав.

— То есть вам нужен наставник по гаданию, а найти его не можете? Всего-то? — удивилась Терри и тотчас поманила сидящего за соседним столиком телохранителя. — Джон, что скажешь?

Служащий леди Марой боевой маг пожал плечами:

— На ум приходит только Дерек Урвал, но, чтобы он принял на обучение, его придется хорошенько попросить.

— Ну так попроси, — нахмурилась леди и обратилась к Малку: — Собирайся, мы едем к этому Дереку. И посмотрим, сможет ли он отказать Джону в моем присутствии!

— А кто он, этот Урвал? — спросил Малк, на вкус которого события развивались не просто быстро, а как-то даже чересчур быстро.

Однако вместо леди Марой ответил снова Джон:

— Охотник за головами, бывший. И в твоем случае, парень, он единственная твоя возможность узнать гадание. Понимаешь, о чем я?

Малк с серьезным видом кивнул. Понимает ли он? Да более чем. Это для леди Марой, которую связывают особые отношения с генералом и Младшим Магистром, свести студента с наставником по не самому доступному направлению магии не представляет никакой сложности, для всех остальных, не вхожих в высший свет, подобная задача может показаться неподъемной. И Малк умел ценить подобные «подарки». Во всяком случае, решая обратиться за помощью, он прекрасно понимал, что вот этот долг точно придется отдавать. Аристократы, магнаты и просто влиятельные люди на многое способны закрыть глаза — даже на деньги и дорогие подарки! Чего они не забывают никогда, так это сделанных одолжений.[3] И в любой момент готовы попросить ответную услугу…

К Дереку Урвалу они поехали на уже знакомом Малку паромобиле. И если в прошлый раз на волне связанных с Ночью Йорроха переживаний из поездки он практически ничего не запомнил, то теперь прелесть перемещения на подобном транспорте он смог «распробовать» во всей полноте. Высокая скорость, маневренность, есть возможность для использования довольно громоздких магических Щитов, и при всем при том нет упряжи с пугливыми и требующими особого ухода животными — удивительная машина. Малк даже на мгновение позволил себе помечтать о покупке точно такой же. Правда, без личного шофера и механика держать подобный паромобиль было бессмысленно, что сразу же многократно увеличивало стоимость затрат на содержание, но он предпочитал о таких нюансах не думать. Мечта есть мечта, Йоррох побери! К чему тут дурацкий реализм?!

Пока он предавался фантазиям, управляемый Джоном паромобиль достиг района, где располагался городской гарнизон, и свернул на улицу Отставников. Дома здесь были под стать названию — неказистые, с толстыми стенами и окнами-бойницами, внешне напоминающие прошедших не через одну битву ветеранов. Хотя почему напоминающие? Учитывая то, с какой яростью демоны Пекла обычно штурмуют городской гарнизон, каждое здешнее здание прошло через такие битвы, какие не видели иные крепости.

— Вот его дом, — объявил Джон, лихо притормаживая перед небольшим флигелем из зеленого кирпича и со свистом стравливая из котла пар.

Получилось громко и шумно, явно именно так, как он и хотел. И предупреждать Урвала о приезде как-то иначе уже не потребовалось. Пока Малк помогал леди Марой выбраться из машины, этот рано постаревший — может, от выпивки, а может, и от суровой жизни — мужик успел дойти до калитки и распахнуть ее перед гостями.

— О, леди Марой! Какими судьбами? — спросил он учтиво. Однако его лицо, больше напоминающее вырезанную в куске узловатой коры личину, плохо подходило для подобной гимнастики, и вместо дружелюбной улыбки получилась пугающая гримаса. — Снова цацку какую-нибудь потеряли или дело поважней?

Ни Джона, ни Малка своим вниманием Урвал не удостоил. И зря.

— Ученика мы тебе привезли, — в нарушение всех норм встрял в беседу телохранитель Терри, встав рядом со своей госпожой. Разводить дипломатические политесы он точно не умел и предпочитал с ходу брать демона за рога. — И будет очень неплохо, если согласишься без своих обычных выкрутасов!

Урвал мгновенно прекратил изображать радушие и вызверился на телохранителя:

— Джон, я не беру учеников! Мне казалось, в прошлый раз я ясно выразился?

И теперь, когда он заговорил подобным тоном, как-то забылось, что перед Малком и его спутниками стоит старик. Воин, маг и убийца — вот какие слова приходили на ум, но никак не сравнение с дряхлой развалиной. Обстановка мгновенно накалилась: занервничал Джон, заметно вздрогнула Терри, и даже Малк почувствовал, как по спине бегут легионы ледяных мурашек. Он уже даже собрался выйти вперед и попробовать поговорить с Дереком напрямую, но тут вмешалась леди Марой.

— Урвал, не надо! Это не для генерала… для меня. Такую просьбу ты выполнишь? — сказала она мягким, воркующим голосом.

Без какого-то сексуального подтекста, но все равно волнующе и нежно. По крайней мере, Малк ощутил это именно так.

— Для вас, леди… выполню, — с некоторой запинкой сказал Дерек и тут же перевел взгляд на доселе игнорируемого Малка. — За мной иди. Если выдержишь испытание — десять драхм на стол, и ты принят. Нет… И даже сами Регенты не уговорят меня взять тебя для обучения. Понял?

Урвал, точно тяжело груженный корабль, развернулся и направился вглубь двора. Малк же только сейчас понял, что он пьян. Запаха нет, но взгляд, движения… трезвые так себя не ведут. Изобразив вежливый поклон леди Марой, Малк заспешил следом за вероятным наставником.

Спустя пару минут Урвал привел его к небольшой крытой беседке, где на заставленном бутылками и грязными тарелками столе лежала приметная книга. Толстая, никак не меньше тысячи листов, в кожаном переплете с металлическими вставками, она подходила под описание магической книги больше, чем любой другой виденный Малком фолиант.

— Положи ладонь на обложку, представь свой образ и Властью направь его внутрь… Да, энергию можешь не передавать — я ее сегодня утром уже заряжал, — сообщил Урвал и сам взялся за книгу.

Внешне это выглядело просто: провел по внушающему уважение тому ладонью, ненадолго сосредоточился и тотчас убрал руку прочь. Книга же на подобную фамильярность отреагировала вырвавшимся из-под обложки золотым светом и шелестом незримых страниц, а затем и вовсе с грохотом распахнулась где-то на середине.

— О! Сегодня подходящее время для выпивки! — водя узловатым пальцем по строчкам, прочитал Дерек и с удовольствием расхохотался. — Люблю это гадание, сил нет.[4]

И сграбастал со стола уже открытую бутылку вина и присосался к горлышку. Малка так и подмывало что-нибудь сказать про гадание и вечную возможность выпить, но он сдержался. Вместо того аккуратно закрыл книгу, пододвинул к себе и повторил весь требуемый ритуал.

— Если ты не подходишь, книга просто не раскроется, — сообщил Урвал, оторвавшись от бутылки.

Однако, словно в пику его словам, гадательный артефакт задрожал, озарился еще большим светом и точно так же распахнулся на середине… чтобы через секунду спалить во вспышке бездымного пламени показанные страницы.

— Отрыжка дохлого енота!!! — взревел Урвал и, отшвырнув выпивку, коршуном бросился на Малка.

Вцепился в книгу, принялся торопливо ее изучать, разыскивая какие-нибудь еще повреждения кроме двух магическим образом сгоревших страниц… И лишь когда убедился, что больше артефакт не пострадал, отложил его в сторону, смерил Малка испытующим взглядом и зло выдохнул:

— Флур, а с тобой будет сложно!

Малк на это мог лишь невесело улыбнуться. Почему так получилось и в чем его вина, он точно не знал. Но очень хотел узнать.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ,

в которой герой продолжает следовать плану

Еще с интернатских времен, когда трех юных обалдуев под свое крыло взял Реслан Ском, о том, кто такой и как должен выглядеть наставник, у Малка сложилось вполне себе ясное представление. Это должен быть не просто много повидавший и много знающий человек, желающий учить других, нет, наставник — это прежде всего тот, кто способен помочь выбрать жизненный путь и сделать по нему самые сложные первые шаги. Чего-то подобного он ждал и от Дерека Урвала. И оттого вдвойне было неприятно, когда уже после первых занятий стало ясно, что он ошибся.

Урвал — или Старик, как Малк почти сразу начал его мысленно называть — под определение наставника не подпадал в принципе. Раздражительный, склочный, постоянно пьющий и оттого становящийся еще более невыносимым, он плевать хотел на любых учеников. Их судьба, их выбор его совсем не интересовали, для Дерека какие бы то ни было взаимоотношения сводились к простому обмену. Он дает знания и получает за это деньги. Ни больше ни меньше.

Хотя ладно наставничество, учил Дерек тоже весьма своеобразно. Там, где остальные предпочитают строгое расписание и план занятий, Старик ратовал за хаос и абсолютную бессистемность. И приноровиться к такому подходу было сложно. Сегодня он проводит два урока утром — напрочь игнорируя занятость своего студента, завтра устраивает еще один ближе к ночи, а затем без объяснений пропадает с горизонта на полторы седмицы. И найти его получается лишь после расспросов соседей и прогулки по самым злачным местам района.

С таким отношением кого другого Малк бы давно послал подальше — никакие потраченные десять драхм бы его не остановили. Однако Старик свое дело знал и гадать умел, причем то, каким способом он собирался это делать, зависело только от его настроения. Дерек раздражен и зол на весь мир — он демонстрирует Малку скучную книгу-артефакт. Встал утром с какой надо ноги, и вот уже дело дошло до ритуала Трех семян…

Вообще говоря, последним гаданием Старик смог удивить.

Готовиться к нему Урвал начал за сутки. Постился, даже не пил, что для него вообще было сродни подвигу. Еще купил склянку крови какого-то малоизвестного морского монстра и несколько часов накладывал на нее чары. Что-то совсем простое и почти не требующее энергии, но крайне плохо соединяющееся с материальными компонентами. Когда же добился нужного результата и медно-красная субстанция приобрела устойчивый зеленый цвет, вылил ее в заранее подготовленный цветочный горшок. И оставил на ночь. Чтобы уже утром посадить в «удобренную» землю три обычные фасолины.

Последний важный шаг касался работы с силой Духа. Сформировав образ того, что требовалось найти — решивший остаться неизвестным дворянин заказал за хорошие деньги вернуть пропавшую после Ночи кошку, — Урвал Властью соединил его с семенами и напитал получившуюся конструкцию магией Воды. И здесь любая неудача была чревата срывом всего гадания. Малк, уже немного успев изучить личность Дерека, последнего момента больше всего опасался. Слишком много Старик пил, чтобы замахиваться на действительно серьезные вещи! И потому, когда у того все получилось, Малк был по-настоящему удивлен.

На этом активная часть ритуала закончилась, и далее оставалось лишь наблюдать за тем, как земля в горшке превращается в грязную жижу, закручивается воронкой и стремительно убывает. И как следом в центре посудины появляются сразу три ростка, которые прямо на глазах крепнут, набирают силу и соединяются в единую плеть с разлапистыми листьями и одним-единственным цветком. Цветком, который совсем скоро превращается в ярко-оранжевый стручок с узором из трех перекрещивающихся колец.

Как оказалось, именно ради получения столь необычного плода весь ритуал и затевался. Под недоуменным взглядом Малка Урвал сорвал стручок и, положив на стол, щелчком закрутил его точно волчок. Когда же вращение прекратилось, то острый конец показывал направление на разыскиваемого кота. Все, «компас» был готов. И вопреки скепсису Малка с его помощью на поиск беглого животного у слуги заказчика ушло не более часа.

— Так каждый сможет? — спросил тогда Малк, на что получил загадочное: «Если Святые позволят».

И чтобы осознать стоящий за этим «позволят» смысл, понадобился почти целый месяц.

Как выяснилось, несмотря на обнаруженный во время первой проверки талант к гаданию — несмотря на пламя книга все же раскрылась, — перенять навыки Урвала у Малка никак не получалось. Ни специальные артефакты, ни проверенные веками ритуалы, вроде гадания на магических чернилах или зачарованных картах, — в руках Малка отказывалось работать абсолютно все. После вспыхнувшей огнем книги были показывающие белиберду карты, взбесившаяся ручная химера Старика и едва не взорвавшийся дорогой хрустальный шар.

Малк уж не знал, кто или что тому виной, но даже самому себе он в какой-то момент начал казаться этаким нерадивым неумехой, годным лишь для разрушения. А раз так, то и смысла учиться, впустую тратить нервы, силы и бесценное время, тоже не было. Зачем все это, если у Малка теперь есть хороший знакомый гадатель, который найдет ему карлика быстрее, чем кто бы то ни было?!

И с таким вопросом он пошел к Старику… чтобы получить весьма неожиданную отповедь.

— Парень, знаешь главное правило не только гадателя, но и мага по найму? Особенно из тех, кто занимается охотой на людей или демонов? — спросил он, дыша перегаром. — Главное правило звучит так: «Идиот, выбирай правильных клиентов!» Слышишь? Правильных! Понятных, просчитываемых и предсказуемых, а значит, не способных принести тебе большие неприятности. Ты же… Ты — неправильный клиент. И гадать тебе я не буду.

— Но почему?! — не удержался от вопроса Малк.

Старик лишь предупреждающе погрозил ему пальцем, покачал головой и… снова приложился к бутылке.

Такой вот у них получился разговор. И пусть надежды Малка на легкий путь в изучении гадания рухнули, теперь он хотя бы понимал, что же такое имел в виду Джон, когда намекал на выкрутасы Урвала.

Тем не менее, несмотря на нежелание помогать Малку в его войне с карликом, учить Старик не отказывался. И, перепробовав самые легкие варианты, взялся за экзотику. Гадание на пламени, на песке, на ветре и пепле… Один раз он даже вынудил Малка примерить на себя роль авгура, прорицающего будущее по внутренностям свежеубитой курицы. Само собой, все равно ничего не получилось, но кругозор Малк расширил, да еще как!

Еще между делом он наконец узнал, в чем причина особого отношения властей к магии гадания. Все оказалось донельзя просто. При всей полезности данного раздела колдовства — с его помощью можно ведь не только строить прогнозы на будущее, искать потерянное и оценивать риски, но и организовывать поиски каких-нибудь особо ценных для чародеев ресурсов, — у него был изъян. Каждое успешное гадание оставляло на Духе мага свой особый след. Считалось, что со временем он исчезал, но до того чародей становится маяком в ночи для гостей из Пекла. И далеко не все маги были способны пережить подобный интерес к своей персоне.

— То есть если я сейчас смогу заставить работать эти дурацкие формулы, — для верности Малк потряс тушкой курицы, — то со всей округи сбегутся демоны, чтобы «поздравить» меня с успехом?!

— О, чтобы такое случилось, одного гадания недостаточно. Надо освоить его хотя бы на примитивном уровне, развить нужные аспекты Духа и принять Наследие моей Школы, — усмехнулся Старик. — В твоем случае надо будет просто какое-то время не появляться рядом с потусторонними тварями. Так сказать, не мозолить им глаза и не разжигать аппетит.

— А в вашем, учитель? — не удержался от вопроса Малка.

— В моем? — Дерек коротко хохотнул. — В моем приходится постоянно беречься. И даже дом снимать в двух шагах от гарнизона и в трех — от флактурма.

Больше развивать эту тему Малк не стал. И так понятно, что от хорошей жизни пить никто не будет. Тем более что, как он подозревал, Старик давно уже застрял в своем развитии. Не поднимал ранг, не изучал новых заклинаний и не открывал новые грани своего Тайного Искусства. А раз так, то пристальное внимание демонов для него несло смертельную угрозу. Ведь таков закон Мритлока — сильные пожирают слабых. Маг же, что перестал двигаться вперед, именно слаб.

Главное теперь самому не забывать об опасностях новой магии и лишний раз на рожон не лезть… Хотя если так пойдет и дальше, то повышенный интерес демонов к его персоне — это последняя проблема Малка, о которой ему стоит беспокоиться!

Единственная вещь, которую точно дало ему общение с Урвалом, это знакомство с черным рынком Андалора. Ведь запреты всегда порождают пути обхода, одно без другого не бывает. И раз есть легальная торговля заклинаниями, реагентами, магическими услугами и артефактами, должна существовать и нелегальная. Призванная помочь тем, кому официальные власти отказали в удовлетворении их желаний. Нельзя сказать, что Малк так уж жаждал чего-то запрещенного, однако наличие черной звезды некоторые его возможности все же ограничивало. И чуть-чуть расширить доступный к покупке ассортимент или увеличить возможности по продаже товаров было бы неплохо.

Одна беда, для обычного студента попасть на изнанку торгового мира культурной столицы было решительно невозможно. Требовались связи, поручительства и взаимные обязательства, призванные впустить неофита в новый для него мир. Да, книжники и фантазеры всех мастей любят описывать черный рынок как некую тайную торговую площадку, этакий секретный торговый центр, но к реальности их сказки не имеют никакого отношения. Нелегальный рынок — это всегда паутина человеческих взаимоотношений, когда тем, кому знают и доверяют, дают чуть больше, чем всем остальным.

И в эту самую паутину Старик и ввел Малка.

Причем получилось все как-то легко и без малейших усилий со стороны Малка. Он приехал к Урвалу после занятий в Обществе, захватив с собой завернутый в чехол тромблон. Морально и физически устаревший мушкетон давно уже требовал замены. Малк все откладывал, откладывал и, лишь когда начал претворять в жизнь свой план по охоте на карлика, лишь тогда сподобился избавиться от неудобного оружия. Однако выкинуть ружье на свалку показалось чрезмерным расточительством, и он задумал его продать в каком-нибудь магазине или лавке. Опять же рассчитывая пустить полученные деньги на приобретение нового огнестрела. Уж что-что, а драхмы лишними не бывают!

Плохо, что с его статусом нормальную цену за тромблон было не получить, а значит, Малку предстояла долгая и скучная прогулка по городским оружейным лавкам в поисках лучшего предложения. Ну а так как время было к вечеру, он попросил Урвала отпустить его с занятия пораньше. До темноты. Дальше слово за слово, и вот уже Старик отставляет бутылку, надевает парадный сюртук и ведет Малка в расположенный на соседней улице магазин «Ружья и пистолеты».

— Может быть, я сам… — осторожно заметил Малк, немного растерявшийся от подобной отзывчивости Старика.

— Сам ты бабу за титьки подергать не сможешь! — грубо буркнул на это Урвал и, нахмурив брови, добавил: — К Йорроху твой хлам. Хоть в люди тебя выведу, а то на человека не похож. Мира не видел, людей не знаешь… Тьфу, заучка!

Такой поступок настолько выбивался из уже сложившегося у Малка образа Старика, что он даже растерялся. Наверное, впервые за месяц общения Урвал сделал шаг, хоть как-то соответствующий званию наставника. И это… это было странно.

— Чего вытаращился? — вернул его на землю Старик. — Решил, я чересчур добреньким стал, да? — Он коротко хохотнул, показав желтые зубы. — Ну так можешь расслабиться! У меня тоже свой интерес есть. Человек, к которому мы идем, за каждого перспективного клиента, которого я к нему привожу, скидку дает. И упускать такой шанс глупо.

Малк, столь резко избавленный от иллюзий, криво усмехнулся.

— А я, значит, получается, перспективный? — спросил он и взмахнул мушкетоном. — С этим?

— Трубу свою я даже говорить не буду куда засунуть можешь! — буркнул Старик. — Меня больше твой настрой интересует. Слишком уж ты целеустремленный, слишком заряжен на результат. В самый непростой для каждого Адепта период начал возиться с гаданием, оружие обновляешь, вопросики порой задаешь интересные… — Под последним он явно имел в виду те несколько осторожных попыток Малка расспросить Старика насчет его бурного прошлого. Рассказать Урвал ничего не рассказал, а об интересе все же запомнил. — Далеко пойдешь… если не сдохнешь. Ну а пока не сдохнешь, потребные тебе реактивы и ингредиенты для ритуалов закупать будешь у моего знакомого. Что и тебе хорошо, и мне прибыток. Ясно?

Такой вот получился у Дерека урок бытовой практичности. Не сказать, что Малк проникся его логикой, но с одним он был согласен. Ингредиенты, возможно, что даже изъятые из широкого доступа, ему точно понадобятся. И если ломить цену знакомый Старика не будет, он станет его постоянным клиентом…

Сам визит в оружейную лавку Малка поначалу не впечатлил. Серый, весь какой-то невзрачный приказчик, едва увидев Старика, тотчас открыл для них двери и провел в укромную подсобку за прилавком. Туда спустя некоторое время заглянул хозяин магазинчика — мощный рыжебородый старикан в койданском халате и смешных тапках с зайцами, но с тяжелым взглядом убийцы. Впрочем, последнее ощущение было откровенно мимолетным, спустя мгновение оружейника было не отличить от десятков таких же старых мастеров. Кивнув Старику, он забрал из рук Малка тромблон, внимательно его изучил, после чего — еще раз зыркнув на Урвала — назвал цену в одну драхму. Но прозвучало это настолько веско, что спорить не было никакого желания. И Малк со спокойной душой расстался с прослужившим ему верой и правдой мушкетоном.

Пришла пора выбирать ему замену. И если изначально Малк думал, что придется долго искать нужное, вникать в детали и подробности, то в реальности все оказалось гораздо проще. Оружейник выслушал пожелание Малка приобрести что-нибудь небольшое, многозарядное и с серьезной убойной силой, после чего ненадолго удалился и вернулся с завернутым в промасленную тряпку шестиствольным револьвером.

— Самая подходящая вещь. Перезарядка простая, бьет кучно, рассчитан на заряд повышенной мощности. За то, что пробьет шкуру Демонического Воина, не поручусь, но медведя бьет наповал. — Оружейник убедился, что зарядные каморы пусты, прицелился в стену и вхолостую щелкнул бойком. — Некоторые жалуются на сильную отдачу, но ты вроде парень крепкий, выдержишь. Бери!

Крепкий парень? Малк недовольно поморщился. То, что в нем видят не мага-интеллектуала, а едва ли не армейского боевика, было… неприятно. Сам себя он видел несколько иначе.

Впрочем, вспыхнувшее раздражение не помешало Малку осторожно принять револьвер и взяться за его изучение. Он покрутил стволы, изучил брандтрубки, проверил, как лежит в ладони рукоять и насколько удобно прицеливаться — в общем, самым тщательным образом сделал все то, что ему подсказывал скудный опыт и здравый смысл.

А потом осторожно спросил:

— Что с ценой?

Оружейник усмехнулся и еще раз посмотрел на Старика.

— Десять драхм. Знаю, это вдвое дороже, чем в среднем по рынку, но… я же тебя вроде не прошу показать паспорт и знаки окончания Школы. Вот и ты меня не спрашивай, почему я такой жадный.

Старик, явно недовольный ценой, собрался что-то сказать, но оружейник не дал ему произнести ни слова:

— Если недоволен, то пусть сбегает к конкурентам на Торговую улицу. Там с него процентов на двадцать больше сдерут. Так что я еще добр!.. Берешь?

Малк молча кивнул, и хозяин магазина тотчас сунул ему в руки револьвер, к нему коробку с порохом, пулями и капсюлями и отдельно перевязанный ниткой свиток.

— Бумагу потом глянешь. Там описано, чем я торгую помимо оружия. Так что, если вдруг надумаешь… добро пожаловать! — сообщил оружейник и требовательно протянул ладонь.

И Малк не без сожаления принялся отсчитывать заработанные потом и кровью драхмы…

Надо сказать, что в седьмой месяц после инициации у Малка много всего произошло и помимо учебы у Старика. Так, после успешной сдачи промежуточного экзамена в Обществе он начал изучение нового предмета — «Сакральная геометрия». Комиссия сочла, что он неплохо проявил себя в изучении ритуалов, а значит, именно по этому направлению и имеет смысл двигаться дальше. Когда Малк впервые услышал данную формулировку, он даже расстроился. Более перспективным он считал освоение «лечилки», и кто знает, какой предмет ему бы предложили изучать, если бы он вместо ритуала Очистки разработал что-нибудь приближенное к медицине. Но сожалеть было поздно. Да и, в конце концов, знание сакральной геометрии лишним точно не будет.

У некоторых ситуация, оказывается, и того хуже. Тот же Серж ухитрился на экзамене так намудрить с заклинанием телекинеза, что при наложении на небольшую коробку оно трансформировалось в чары полета. И вещица левитировала над полом почти минуту без какого-либо внешнего участия. В итоге нацеленный на карьеру охотника на демонов Адепт получил в расписании «Основы зачарования». Нет, предмет бесспорно интересный и полезный, но не для будущего боевика! Так что расстроенный Серж целую седмицу ходил как в воду опущенный…

Еще Малк с головой погрузился в работу. И если его труды по зачарованию одноразовых артефактов в лечебнице иначе как скучными было не назвать, то участие в делах «Стаи диких товарищей» приносило неподдельное удовольствие. Заказы Серж каждый раз находил необычные, порой требующие для своего завершения полной отдачи, компания подобралась веселая, а гонорары получались весьма приятные. Кругом одни плюсы! И это еще если не вспоминать о том, что столь активное использование Рассеивания — вкупе с регулярной очисткой тела от токсинов Жизни — способствовало все более и более глубокому его освоению. И достижение пика ранга в изучении данного заклинания было уже не за горами.

Единственное, что немного раздражало в сотрудничестве с Сержем, так это его молчание насчет просьбы Малка посодействовать в организации встречи с госпожой Леарой. Тема ушлым одногруппником старательно игнорировалась, и, даже если Малк затрагивал ее в разговоре, Серж неизменно отвечал смехом и покачиванием головы. Мол, хорошая шутка, дружище! Но чего-то она подзатянулась.

И был он настолько убедителен, что Малк в очередной раз засомневался. Может, и вправду ошибся?..

В этом же месяце неожиданно нашел продолжение и конфликт «Стаи» с другой бригадой Адептов-отделочников. То ли свою роль сыграла слава детища Сержа, то ли у умных людей мысли двигаются в одинаковом направлении, но конкуренты теперь также выполняли заказы в масках. Только если одногруппники Малка предпочитали прикрывать лица мордами зверей, то их противники остановили свой выбор на карнавальных ликах Девятерых. Еще пару сотен лет назад власти сочли бы подобную «игру» богохульством и оскорблением образов Спасителей Человечества, но сейчас были другие времена. И соперники, кстати взявшие себе имя «Святые», в глазах того же Малка кроме как вульгарными шутниками не воспринимались.

Дорожки «Стаи» и «Святых» с момента первой их встречи пересекались еще трижды. Но если поначалу все ограничивалось взаимными претензиями и оскорблениями, то в последний раз дело дошло до драки. Со стороны «Стаи» участвовали Серж, Малк, Ренор — тот самый любитель пользоваться Воздушным Диском и малознакомый Малку блондин, чье имя он даже не удосужился запомнить. Им противостояли пятеро школяров, которым вряд ли светила перспектива вырваться из «гетто» внешних учеников. И на этот раз у обеих команд нашлись аргументы и помимо слов.

Бой тогда получился знатный. Четверка «зверей» схлестнулась с пятеркой «святых» с такой яростью, что ни численное преимущество, ни принадлежность к правильной Школе тех не спасли. Вместо канонической дуэли с обменом заклинаниями и борьбы на истощение резервов члены «Стаи» сразу ринулись в рукопашную, используя магию лишь как средство для прорыва через защитные порядки противника. Да, «святые» обрушили на них Огненные Искры, Кинетические Толчки и Водные Кулаки, пытались отгораживаться Щитами, но… впавший в ярость из-за попытки лишить его заработка Серж своим телекинезом буквально засыпал недругов камнями и обломками кирпича. Ренор и блондин, работая в паре, развернули поистине непробиваемый барьер. Малк же стал тем, кто проломил чужую оборону… и кто лучше всех пересчитал кулаками ребра и зубы конкурентов. Специфический арсенал заклинаний и выделяющиеся на фоне остальных физические данные не оставили ему иного пути, кроме как занять место первого штурмовика «Стаи».

Да, членам «Стаи» тоже досталось. Сержу сломали ребро, Ренор получил сильный ушиб бедра и потерял один зуб, блондин из-за своей невнимательности лишился большей части шевелюры, а Малку распороли бок краем Щита, но все эти травмы не были чем-то таким, что нельзя было исцелить обычными «лечилками». Главное, они изгнали конкурентов из своего района, и это была та самая лесенка, без которой «Стая» не смогла бы ни добиться на улицах нужного авторитета, ни заполучить действительно богатые заказы. Фортуна любит победителей, а они именно что победили!

И лишь одно было плохо в вовлеченности Малка в дела команды Сержа. «Стая диких товарищей» не давала Малку той нагрузки, в которой он нуждался. И он уже вновь начал ощущать, как тело приближается к тому пределу, за которым маячило в нетерпении повторение прошлого срыва. Того самого, заставившего Малка мчаться на вокзал к грузчикам и заниматься делами, плохо сочетающимися с достоинством мага.

Но как эту проблему решать, он пока не придумал…

Увы, столь спокойная и размеренная жизнь продолжалась недолго. И на исходе месяца Малк вновь пересекся с человеком, мирное сосуществование с которым было попросту невозможно. Причем, видят Святые, не по вине Малка!

Встреча произошла вечером, сразу после очередного бесплодного занятия у Старика. Дерек как раз заявил, что он свой гонорар уже отработал и если ученичок хочет продолжать постигать его науку, то придется снова раскошелиться. Новость была пусть и ожидаемая, но все равно не из приятных. Так что Малк возвращался домой в крайне дурном расположении духа.

Да и как тут не быть раздраженным и злым, если время и деньги уходят, а такие красивые на бумаге планы все равно не работают?! Вдруг он вообще слишком много на себя взял с этой идеей охоты на карлика, поиском покровительства госпожи Леары и «запугиванием» лоялистов?! Понятное дело, Малка, который старанием и силой воли смог сорвать с себя клеймо «пустышки», подобные сомнения остановить не могли, но… и избежать моментов, когда отчаяние и черная меланхолия захлестывают с головой, у него тоже не получалось. Не зря ведь говорят: успех — это череда падений. И никто не обещает, что эти самые падения будут приятными.

— Йоррох, ну что, что я делаю не так, где ошибка?! — пробормотал Малк, полностью уйдя в свои мысли.

По уже выработавшейся привычке он старался не слишком приближаться к плакатам с нарисованными героями и стороной обходил рекламные тумбы. Со стороны подобное поведение могло показаться странным, но жизнь ему была дороже. И пока он не нашел способа предсказывать появление карлика, следовало поберечься.

Единственное, на кого он практически не обращал внимания, так это на тех редких прохожих, что встречались ему на вечерних улочках. И, как очень скоро выяснилось, зря.

— Ты чего там бормочешь, смерд? — Внезапно раздавшийся за спиной знакомый голос заставил Малка вздрогнуть и стремительно развернуться.

Из ресторации, парадный вход в которую он только что миновал, вывалилась подвыпившая компания из трех молодых магов. Чародеи находились в прекрасном настроении и явно были нацелены продолжать веселье. И так было ровно до тех пор, пока верховодившему в их маленькой компании дворянину на глаза не попался Малк… и все планы внезапно поменялись. Потому как лидера звали Гверд, и он был тем самым другом Тревора из Дома Лейнир, который попытался подсадить в ауру Малка трех бестелесных червей-паразитов.

— А кто спрашивает? — с показным интересом спросил Малк, мгновенно узнавший своего врага, и со злой усмешкой добавил: — А, тот самый прихлебатель Ученика из Дома Лейнир. Почему без господина, слуга?

Меланхолию и грусть сменили ярость и злость, толкающие на самые необдуманные поступки. Йоррох побери, если действовать по уму, то Малку сейчас следовало бы закрыть рот и быстренько убраться от подвыпивших магов подальше — Адепту-недоучке, тем более в одиночку, очевидно не стоило связываться с Учениками из влиятельной Школы. Но слишком уж была сильна обида! Малк до сих пор помнил, как бестелесные паразиты извивались в тисках его Власти, как пищали, когда он давил их своей магией, и как утекала сквозь пальцы выделившаяся после их гибели энергия Смерти. За такие «подарочки» не прощают!

Такой ответ сильно не понравился Гверду. Помянув недобрым словом Святых, он сначала ожег взглядом заржавших как кони товарищей, а затем тяжело уставился на Малка.

— Что смотришь? — грубо спросил Малк, отбросив показное веселье и издевательский тон. — Ждешь, что я… как ты там сказал?.. буду приветствовать тебя, стоя на коленях, да?

Разговор совершенно не мешал Малку активно прокручивать в голове ситуацию, в которой он оказался, и искать выход. Все-таки три мага, чей ранг выше твоего, это три мага. И соревноваться с ними придется уж точно не в едкости острот. Кулаки и магия — вот единственное мерило силы в Мритлоке. Но что делать, когда ты уступаешь своим недругам почти по всем параметрам?

Мериться волшбой? Искра, единственное боевое заклинание Малка, и при полном освоении уступала тем же Водным Рукам Гверда, а ведь у студента Школы Трех Святых наверняка есть и другие атакующие чары. А даже если и нет, то подходящие чары найдутся в запасе у его товарищей. Так что заклинания — это не вариант.

Тогда что? Власть и умение ею манипулировать спасала Малка уже не раз, но всему есть предел. И пока она у него не на том уровне, чтобы доминировать на поле боя.

Оружие? Нож, впитавший демонические эманации, Малк теперь хранил дома. И там же оставил револьвер. Причем, что обидно, обычный пистолет он мог купить даже со своей черной звездой, но такой, с повышенной мощностью выстрела, требовал уже более высокого гражданского статуса. О чем Малк мог лишь мечтать и из-за чего хранил оружие дома.

Так что же делать?

— Почему ты до сих пор такой живой? — внезапно спросил Гверд, после того как самым тщательным образом ощупал Малка взглядом. — И куда делись мои черви?!

Малк в ответ зло рассмеялся:

— Что, соскучился? Или боишься, что они теперь у кого-то другого, кому не стоит знать об играх твоих родичей с демонической магией?

Гверд заметно вздрогнул и сделал неосознанный шаг вперед.

— Что?! Кому ты их отдал?! — зашипел он, теряя сдержанность. — Хотя нет… Сам ты избавиться от них не мог! Такому ничтожеству кто-то обязательно должен был помочь! И твой потолок — жандармы…

— Жандармы? — засмеялся Малк и цыкнул зубом. — Нет, не угадал. — Он прямо посмотрел в глаза Тверду и жестко предложил: — Лучше подумай, кому знание о твоих демонических фокусах принесет наибольшую пользу, и вот тогда попадешь в десятку!

Его слова стали для Гверда подобны грому среди ясного неба. Он аж пошатнулся от таких новостей и, судя по забегавшим глазам, принялся спешно перебирать в уме всех недругов своей семьи. Да, ни к влиятельному Дому, ни к старому Семейству он не принадлежал, но это ведь не означает, что его предки не накопили долгов? Враги найдутся всегда, а он, если верить Малку, им своими руками подарил весьма неплохой козырь — свидетельство практики запретной демонической магии одним из представителей младшего поколения… Больших проблем роду это не принесет, но неприятности лично у Гверда точно будут.

Малк понятия не имел, какие конкретно мысли бродили в голове Тверда, однако надеялся, что их общее направление он понял правильно. Потому как… Святые, потому как в исполнении Малка сейчас прозвучал самый наглый и самый беспардонный блеф, на какой только может быть способен человек в его положении. И если у него получится разыграть выпавшие на руки карты как надо, то сложившаяся ситуация очень даже может быть, что повернется в его пользу…

Однако, увы, надежда умерла, толком не родившись.

— Проклятье, я ведь и вправду тебе почти поверил! Чтобы ты, полное и абсолютное ничто, пустое место, провернул такую схему?! Да не бывать такому! — прорычал Гверд, окончательно разъярившийся из-за такого убедительного обмана Малка, и рявкнул изображающим статистов приятелям: — Хватай его, парни! Сейчас вон в тот дворик оттащим и там быстро разберемся, о чем этот смерд бормочет. Кто ему помогал и каким таким «знатокам» он мои секреты рассказывал!

На этих словах Гверд схватился за кнут на поясе, а его приятели, синхронно кивнув, полезли в карманы за собственными артефактами. Обман не удался! Впрочем… Малк в свою способность заболтать недруга не верил. И разговор он затеял лишь для одного — занять наиболее подходящую позицию для боя. Что у него блестяще и получилось.

Пока Гверд сыпал угрозами и раздавал приказы, Малк сделал последний шажок к перевернутой кем-то урне, подцепил ее ногой и мощным броском отправил в сторону троицы колдунов. Магия магией, знания знаниями, но на исход боя влияют многие факторы. Один из которых — скорость реакции. И вот с ней-то у компании чародеев было не все так замечательно, как им хотелось бы. Вино хорошо в разумных дозах, а ни когда им накачиваются по самые брови и потом лезут в драку.

В итоге на внезапную атаку Малка среагировать успел один из них. И даже попробовал развернуть какой-то Щит — то ли огненный, то ли воздушный, было непонятно, — однако бросок Малка был слишком силен. Чары не успели толком развернуться, как врезавшаяся в их структуру урна нарушила стабильность силового каркаса. Заклинание со вспышкой схлопнулось, а снаряд Малка полетел дальше и сбил чересчур шустрого Ученика с ног.

Но и этого Малку показалось мало. Так что следующим своим действием он вцепился руками в доску на одной из скамеек, с натугой ее выломал и… вместо того чтобы атаковать двух оставшихся колдунов, припал на одно колено, пропуская над головой свистнувший в воздухе кнут.

То ли Гверд был не настолько пьян, то ли ярость придавала ему сил, но своим оружием он орудовал с удивительной ловкостью. И не подпускал Малка на ближнюю дистанцию. Зашевелился и словно бы впавший на мгновение в ступор один из его товарищей. Взмахом руки выломав в мостовой здоровенный булыжник, вторым движением он запустил им в Малка. И слава Святым, что сделал он это недостаточно быстро: Малк успел собрать энергию для собственных чар и одновременно с ним выстрелил Искрой. Да, слабой, да, недостаточно изученной, но вполне подходящей, чтобы дать отрезвляющий удар особо наглым противникам… И уж точно гораздо лучше нацеленной!

Камень с гулом пролетел чуть в стороне от Малка, а вот его ответная атака пришлась точнехонько в правую скулу врага. Упасть тот, правда, от этого не упал, но пошатнулся и потерял на мгновение ориентацию в пространстве. Малк добавил бы туда еще одну Искру, но тут между ним и пьяной троицей развернулся полупрозрачный барьер, и продолжать драку стало невозможно. Во всяком случае, не с его силами.

Но и его противники не могли больше сражаться! Чем и стоило воспользоваться.

Швырнув в сторону врага так и не пригодившуюся доску, Малк стремительно развернулся и бросился вниз по улице. Ярость и злость немного схлынули, так что он мог теперь мыслить несколько более ясно и спокойно. И прекрасно понимал, что битва, в которой ты вынужден постоянно сдерживаться — убийство Учеников ему точно не простят, — а твои недруги вообще не имеют никаких ограничений, заведомо ведет к поражению. Умный человек в таких условиях драться не будет!

Малк и не стал, ринувшись прочь. Словно подтверждая его слова о «неограниченных средствах», разъяренный Гверд именно в этот момент активировал свой артефакт и своим светящимся от магии Воды кнутом разрубил надвое сначала Щит приятеля, а затем развалил ни в чем не повинную скамейку — ровно на том месте, где за секунду до этого пробегал Малк.

— Чтоб ты сдох, йоррохова подстилка! — заорал на ходу Малк и еще немного ускорился.

Судя по звуку шагов, троица кинулась за ним следом. Бросив взгляд через плечо, Малк увидел саженях в пяти от себя Гверда в компании с его злым как демон приятелем, на бегу зажимающим ладонью опухшую скулу. Третий же их товарищ, в самом начале драки сбитый с ног урной, медленно хромал позади.

Их короткая стычка пусть и не полностью изменила расклад в пользу Малка, но ситуацию определенно выровняла. Появилась надежда, что удастся уйти без особых потерь…

— Н-на!!! — раздался злой вопль.

Малк шарахнулся в сторону, и мимо, гудя как рассерженный шмель, пролетела наполненная огнем сфера. И хотя это был не полноценный Огненный Пульсар — для его создания все-таки требовалось гораздо большее понимание Стихии Огня, чем мог продемонстрировать обычный, пусть даже внутренний ученик Школы, — и уж точно не Магматический Шар, образовавшееся после детонации магического снаряда облако огня тоже внушало уважение. Попади оно в цель, и Малку пришлось бы худо.

— Идиот, ты чего творишь?! — сразу вслед за взрывом раздался вопль Гверда. — Хочешь ночь в кутузке провести?! Или забыл, что наставники обещали всем нарушителям порядка?!

Что именно обещали наставники, Малк, правда, так и не узнал. Не дожидаясь еще одной магической атаки, он свернул к неприметной арке, проскочил через щель в перегородившем проход заборе и кинулся в проходной двор. Если Малк не ошибался, то имел он форму вытянутого коридора, тянулся аж до следующего квартала и был завален кучами строительного мусора — во время капитального ремонта ближайших домов сюда свозили весь образовавшийся хлам, так что при нужде здесь можно было укрыться не то что от троих Учеников, а от десятка Бакалавров.

Видимо, преследующие его дворянчики тоже неплохо знали город, раз они прекратили ругаться и дружно припустили за ним следом.

— Стой, тварь! По-хорошему говорю — стой!!! — вновь зазвучали бессвязные крики.

Малк даже отвечать не стал: едва оказавшись во дворе, тут же зайцем запетлял между обломками каменных плит, колонн, статуй, чуть не упал — зацепившись ногой за торчащий штырь, едва не влетел головой вперед в обломки парового котла, — вернул равновесие, снова побежал. И когда уже собирался скрыться в проходе между двумя кучами битого кирпича, замер как вкопанный. Наверху, прямо на покосившейся колонне, сидела сгорбленная нечеловеческая фигура. Такими обычно изображают горгулий, но это была точно не она. Две пары загнутых рогов, угловатые и покрытые шипами позвонки, задние лапы с вывернутыми назад коленями и непонятного предназначения костяные выросты на боках — монстр был уродлив, как творение впавшего в безумие художника-сновидца. Впечатление усиливала слабо флюоресцирующая слизь и никак не отпускающее ощущение нарушенной симметрии в каждом члене гадины.

Демон! И одни Святые знают какого ранга! После Ночи Йорроха некоторые гости из Пекла ухитрялись «зацепиться» за реальность Мритлока и задерживались здесь на месяцы и даже годы. Таких было немного, но они все же были. И в достаточном количестве, чтобы об опасности встречи с ними предупреждали и детей, и взрослых.

Малку пока везло, и спящий демон его не видел и не слышал. Так что, если вести себя осторожно, Малк может и избежать перспективы стать сытным и питательным обедом для монстра… И он начал максимально тихо, стараясь по возможности наступать в собственные следы, пятиться.

Увы, далеко уйти не удалось. Он уже почти добрался до обломков парового котла, как прямо позади него появился Тверд в компании обоих своих спутников. И соблюдать тишину они даже и не думали.

— Что, сволочь, далеко не убежал?! — заорал дворянчик, стараниями Малка заполучивший синяк на пол-лица.

В руке у него теперь был магический жезл, которым он угрожающе взмахнул, то ли собираясь обрушить на Малка очередное заклинание, то ли просто пугая. Его поддержал Гверд, мгновенно наколдовавший Водяные Руки и схвативший ими Малка за ноги, и жертва попадания урны. Последний просто выступил вперед и ударил той самой доской, что Малк выломал из лавки.

— Заткнитесь, идиоты!!! — зашипел Малк.

Водяные Руки сильно мешали двигаться, но он все же смог убрать плечо из-под удара доской и, когда противник провалился вперед, влепил ему мощный хук в ухо. Друг Гверда рухнул как подкошенный, и обладатель жезла уже не мог этого оставить без внимания. С костяного навершия сорвался бледно-голубой луч, вонзившийся Малку точно в живот. Физической боли не было, но моментально пришло ощущение, что в жилы вливается яд, а внутренние органы словно бы подвергаются заморозке. И Малк со сдавленным воплем рухнул на спину.

— Получил, гнида?! — прорычал его противник и, сделав шаг, склонился над Малком. — Ну так это еще только начало! Место здесь хорошее, так что ты мне за этот синяк сполна заплатишь!

Он добавил бы что-то еще, но его прервал Гверд. Явно не лишенный здравомыслия «слуга» Тревора Лейнира сложил странное поведение Малка, его желание убраться со двора, совет заткнуться и теперь настороженно оглядывался. Мало того, он даже руки развеял, освобождая простор для более гибкого использования заклинаний.

— Гверд, ты чего? — повернулся к нему обладатель жезла, но ответ получить не успел.

Сверху на него обрушилась смазанная тень, во все стороны брызнула кровь, и еще секунду назад грозный маг сломанной куклой был отброшен куда-то за остатки парового котла. А на его месте замер, выпрямившись в полный рост, демон.

Малк, до сих пор лежащий на земле, никаких подробностей почти не разглядел. Он был слишком занят очисткой и изгнанием из тела вредоносной водной магии, благо опыт у него в том был весьма и весьма немалый. Но то, что рогатую тварь разбудили, он понял и потому постарался лишний раз не шевелиться.

Тем временем демон, издавая вкрадчивое омерзительное хихиканье, не спеша двинулся к Гверду, балансируя длинным хвостом с шипом на конце. Попутно он наступил на вырубленного Малком Ученика, безжалостно изодрав ему бок когтями, но тот на это никак не реагировал. То ли все еще был без сознания, то ли притворился мертвым.

— Не подходи! — дрожащим голосом сказал Гверди — Малку с его места не были видны подробности — выдернул из-за пазухи какой-то медальон.

На поверхности тускло блеснул красным замысловатый узор, появилось ощущение, будто снова приближается Ночь Йорроха, и между Учеником и демоном тотчас развернулся полупрозрачный экран. Но не вариация стандартного Щита, а нечто иное, больше похожее на пленку из крови, к тому же дико смердящее Смертью и злобой.

Гость из Пекла остановился и с интересом принюхался.

И Малк едва сдержался, чтобы в голос не обругать Гверда. Ах он тварь!!! Демонической магией прикрылся, за своего сойти пытается?!

Совершив последнее усилие, Малк изгнал из своих энергетических каналов оставшиеся капли чужой энергии и медленно перевернулся набок. Адски болел живот, но он изо всех сил терпел. Раз уж Гверд решил заинтересовать демона своими запрещенными талантами, то так тому и быть. Отвлекать их Малк не будет и постарается незаметно убраться подальше.

Наконец он встал на четвереньки и осторожно пополз прочь. К сожалению, выход к арке был заблокирован и для бегства была открыта лишь дорога, ведущая в глубь двора. И если бы у Малка был выбор, то он бы ею ни за что не воспользовался. Раз уж в самом начале демон обнаружился, то одни Святые знают, какие твари там дальше сидят! Но… выбора-то как раз у него и не было.

Малк успел добраться до прохода между кучами кирпича, где до того спал демон, как из-за спины донесся противный, похожий на скрежет иглы по стеклу, крик, перешедший в вопль мучительно умирающего человека. И он совершенно не хотел знать, кому так не повезло — Гверду или его притворяющемуся мертвым товарищу. Еще не успело отгулять эхо, как Малк вскочил на ноги и ринулся прочь. Пулей промчался между кучами, сайгаком перескочил через завал из нескольких бревен и дальше по еле заметной тропинке понесся в конец двора. Туда, где можно было найти помощь и где с залетным демоном разобрались бы в два счета старшие маги.

— Срезал угол, от дворников решил укрыться… Йоррох, Йоррох, Йоррох! — едва слышно выдохнул на бегу Малк. — Никто на демона не нарвался, а вот я прямо на него вылетел. Ну как так-то?!

Злость на собственную неудачу душила точно удавка. Хотелось остановиться и выплеснуть все накопившееся на сердце в соленой, подслушанной еще в детстве ругательной тираде, но… Малк только и мог, что пугливо вжимать голову в плечи и бежать, бежать изо всех сил.

По ощущениям до конца двора оставалось еще меньше трети пути, он уже даже успел немного успокоиться, поверив, что демон нашел для себя более привлекательные цели, как… пятна облупившейся краски на стене одного из домов внезапно сложились в огромную, в рост Малка, пасть. Она обрела объем, форму, распахнулась во всю ширь и издала вопль такой силы, что на выходящих во двор окнах разом повылетали все стекла.

— Уа-ааа-ооо-уууу!!!

Растерявшийся от неожиданности и едва не оглохший Малк споткнулся, почти растянувшись на земле, но вовремя поймал равновесие и рванул дальше. Теперь уже даже не думая осторожничать и скрываться, выкладываясь на полную и думая лишь об одном — как максимально быстро добраться до оживленных улиц. Ведь где-то позади на рев иллюзорной пасти ответил тоскливым воем демон, и, чем бы он там ни занимался ранее, сейчас у него появилась новая цель!

— Будь ты проклят, Бонифаций!!! — на выдохе даже не крикнул, а прорычал Малк.

В том, кто стоял за ревом, он даже не сомневался. Мерзкий карлик, где бы он сейчас ни находился, набрался сил и вновь нашел возможность устроить Малку смертельную ловушку! Кажется, и он, и Малк схожи были в одном — оба жаждали избавиться друг от друга и были готовы ради этого пойти на все…

До конца двора Малк добежал за считаные минуты. Назад не оглядывался — слишком боялся сбиться с шага, споткнуться или просто на миг сбавить скорость — просто мчался вперед, не столько видя, сколько угадывая, куда ставить ногу и где безопаснее всего поднырнуть под переплетение ржавых железяк или обойти расползающуюся под ногами кучу щебня. Он даже толком не слышал, что вокруг происходит, — все заглушал звук собственного сердцебиения.

Хотя разве могло быть иначе в ситуации, когда за тобой гонится даже не Демонический Воин — с подобной гнусью Малк уже сталкивался и боя не боялся, — а кто-то пострашнее. Ведь человекоподобных черт у низших демонов точно не бывает…

Наконец Малк проскочил узкий проход между домами, не останавливаясь, пересек улицу и… бросился к одиноко стоящему зданию с характерной архитектурой. Невысокое, с узкими, забранными цветными витражами окнами, лазурным куполом вместо крыши и рунической девяткой над входом — это был храм. И, насколько Малку было известно, в храме до сих пор имелся хранитель и проводились службы. Правда, посвящен он был далеко не самому популярному в народе Святому — повелителю тайных знаний Кетоту, — но выбирать было особо не из чего. И так повезло, что двор выходит к храму, личность покровителя уже не так важна. Тем более что ранее и Хордол, и Хелавия дружно убеждали его в том, что именно у последователей Кетота имеет смысл искать ответы на вопросы о могуществе карлика. Вот он и поищет… Если, поимей его Йоррох, выживет!

Малк уже был на середине улицы и до входа в обитель Святого оставалось всего несколько саженей, как сзади раздался знакомый мерзкий визг и по брусчатке застучали острые когти. Не успел! Демон все-таки его догнал!

Понимая, что если он продолжит бежать, то тварь попросту убьет его ударом в спину, Малк рванул вбок и, падая, развернулся лицом к монстру. Их разделяла уже всего какая-то сажень, и он на всю жизнь запомнил горящие жадным блеском глаза демона, потеки темной крови на морде и оскаленную в злобной ухмылке пасть. Сожалея, что нож остался дома и он не сможет хотя бы попытаться дать твари отпор в рукопашной, Малк выстрелил ей в морду Искрой. Нормальной атаки не получилось, структуру чар он собрал кое-как, но… и принять смерть без сопротивления он тоже не мог!

Демон мотнул башкой, уворачиваясь от заклятия, напружинился, чтобы сделать последний, убийственный для своей жертвы прыжок, и… был буквально сметен с ног пролетевшей прямо над головой Малка булавой. Сбитая как кегля гадина кубарем покатилась по улице, однако через пару саженей смогла извернуться, вцепилась когтями в брусчатку и замерла, с ненавистью глядя куда-то за спину Малка. Впрочем, пауза продолжалась вряд ли дольше удара сердца. В голову демона сначала ударил луч ослепительного света, буквально снеся ее с плеч, а затем все тело нечестивой твари поглотило пламя гигантского костра. И судя по тому, что выбраться наружу рогатый ублюдок даже не попытался, заклинания его благополучно добили.

— Проваливай к Йорроху, мерзость! — мощным басом сказал появившийся из-за спины Малка лысый жрец в просторной красной хламиде и, обойдя жарко полыхающий огонь по широкой дуге, поднял за кривой рог избежавшую пламени голову демона. — Четыре года искал эту породу Охотников за плотью, уже отчаялся, а тут тварь к святому порогу сама прибежала. Так что моя тебе благодарность, парень, — сообщил он Малку доверительно и неторопливо зашагал обратно к храму.

Валяющаяся на дороге булава, на которую он вроде бы не обращал внимания, сама взмыла в воздух и вернулась на пояс, а стреляющее во все стороны огненными щупальцами пламя, словно бы осторожничая и боясь его обжечь, торопливо погасло. Уже на пороге храма жрец остановился, глянул на Малка и веско добавил:

— А ты, парень, заходи, заходи. Вдруг о чем интересном поговорить получится…

ГЛАВА ПЯТАЯ,

в которой у героя украдут его мечту

Тот день запомнился Малку надолго. Сначала стычка с компанией Гверда, затем долгое бегство от демона, едва не закончившееся смертью, чудесное спасение — слишком много всего произошло за такое короткое время, чтобы можно было все спокойно принять и переварить. Но, видимо, судьбе и этого показалось мало, раз после пережитого она не устроила Малку передышки или хотя бы короткого, но отдыха, а отправила прямиком на разговор с жрецом.

Нет, против религии Малк ничего плохого не имел. У человека, детство которого прошло в Колхауне, к храмам всегда будет особое отношение. Непримиримые борцы с порождениями Пекла, охотники на мритлокских демонов, искоренители порождений дикой волшбы… В байках и сказках служителям Святых всегда отводилось особое место. И до сих пор у Малка не было причин пересмотреть свои «детские» убеждения. Более того, нигилизм лоялистов, отравивший элиту культурной столицы, не только не менял его прежние взгляды, а укреплял их.

Однако несмотря на общее положительное отношение к религии и служителям веры, от храмов Малк предпочитал держаться подальше. Все эти проповеди, нравоучения, разговоры о Послании потомкам не вызывали у него ничего, кроме зевоты. Он — маг, и этим все сказано. Мистические практики служителей Святых на его вкус имели слишком мало пересечений с научным видением колдовства и чародейства, чтобы уделять им время. И пусть польза от культа Девятерых несомненна — что в плане борьбы с демонопоклонниками, что в вопросах сохранения народных традиций, — пересекаться с жрецами Малк предпочитал как можно реже. И уж точно его не тянуло на философские беседы, когда кровь еще кипит от адреналина, а разум не отошел от ощущения неминуемой гибели.

Но жреца его желания интересовали мало. Приглашение в храм звучало скорее не как просьба, а как ультиматум. Отказать же человеку, который у тебя на глазах оторвал башку и спалил дотла тело самого настоящего Охотника за плотью, не рискнул бы даже маг рангом повыше, чем у Малка.

— Я ничего не знаю! — мрачно сообщил Малк, едва переступив порог храма.

Впрочем, какое бы недовольство он ни испытывал, поклониться статуе Четвертого Святого в центре зала Малк не забыл. Что точно не укрылось от взгляда жреца, замершего у алтаря в противоположном от входа конце храма.

— Верю, парень, верю, — покладисто согласился служитель и кивнул на вход. — Прикрой дверь, а то паленой нечистью воняет. Раздражает.

Пока Малк выполнял его просьбу, жрец прошел к небольшому металлическому столику перед фреской с изображением Кетота и водрузил на него трофейную голову демона. Из стоящего рядом шкафчика достал флакон с ароматическим маслом, макнул в него специальную кисточку и принялся покрывать уродливую башку незнакомыми Малку символами.

— Тогда о чем будет беседа? — подал голос Малк, хмуро наблюдая за действиями жреца.

— Ни о чем. Хочу послушать твою историю и то, как тебя угораздило привлечь внимание пусть тупого как пробка, но все же вполне разумного жителя Пекла, — не прекращая свою работу, сказал жрец. — И да, можешь меня звать милес Драго.

— А если я не хочу рассказывать? Не в жандармерии ведь, — сказал Малк из чистого упрямства.

И тут же осекся. Милес Драго с удивлением на лице обернулся в его сторону, в глазах жреца зажглись красные огоньки… и Малк вдруг понял, что на него навалилась тяжесть, преодолеть которую он не мог ни с помощью мышц, ни с помощью Власти. Его словно бы сжали тиски — незримые и не содержащие ни эрга энергии, но от того не менее реальные.

А затем ощущение пропало точно так же, как и появилось.

— Не в жандармерии. Но ты все равно расскажешь, парень, — с ровной спокойной улыбкой сказал жрец, и Малку ничего не оставалось, кроме как согласиться.

Да и как иначе, если подобную «просьбу» озвучивает маг, чей ранг никак не ниже Бакалавра и чье Тайное Искусство по всем признакам отличается мистической глубиной и сложностью. Это тебе не с преподавателем в Обществе препираться и не у жандармов на допросе сидеть, таким магам умные люди предпочитают по возможности не перечить!

Впрочем, рассказ Малка много времени не занял. Чтобы обрисовать в общих чертах произошедшее, хватило нескольких фраз. Зато почти четверть часа ушло на ответы на наводящие вопросы о демоне. Где сидел? Что делал? Как выбирал жертвы? Священника интересовало это и только это, остальное он почти не слушал. Даже когда Малк обвинил Гверда в использовании демонической магии, и тогда жрец остался равнодушен. Разве что посоветовал:

— Парень, забудь. У каждого уважающего себя Семейства или Дома есть в запасниках что-нибудь такое, официально запрещенное. Но пока род сохраняет видимость приличий… не устраивает жертвоприношений на улицах, не призывает демонов и не похищает для тайных обрядов мирян и Одаренных… никто ничего делать не будет. Время нынче такое, наплевательское.

Предложение было дельным. Собственно, Малк о чем-то подобном давно догадывался, но не думал, что все окажется настолько открытым и явным. Однако когда об этом говорит человек, чье призвание заключается в борьбе со всем демоническим, не верить причин нет.

— У тебя все? — резко поскучневшим тоном спросил милес Драго, вновь возвращаясь к своим загадочным манипуляциям с головой демона.

Очевидно, он ждал от истории Малка чего-то большего, однако этого так и не услышал. Малка подобная ситуация полностью устраивала, и он уже было даже настроился уходить, но… передумал. Другой такой удачной возможности поговорить о карлике и магии Иллюзий с квалифицированным специалистом — если верить Хелавии и Хордолу — могло и не появиться, так что уходить, не попробовав, было нельзя.

И он, немного волнуясь и перескакивая в рассказе с места на место, принялся излагать подробности своего конфликта с карликом. От появления демонического уродца в поезде до последней его выходки с кричащей пастью. Ранее Малк ни с кем подобным еще не делился. Что капитан Тырхат, что Хелавия и Хордол — все знали лишь часть истории, никто не слышал ее целиком. Что, впрочем, не помешало им счесть Малка то ли фантазером, то ли влезшим куда не надо болваном.

К чему-то подобному Малк был готов и на этот раз, однако милес Драго смог его удивить.

— Карлик, говоришь? Владеет странными Иллюзиями, техникой проникновения в Дворец Духа и имеет непонятный интерес к твоей персоне? — спросил жрец, явно задумавшись. — Интересно.

— Интересно?! — немного резковато переспросил Мал к. — А что-то более конкретное…

Договорить милес ему не дал. Жестом заставив замолчать, он подошел к висящему на одной из стен зеркалу и все той же кистью с маслом изобразил на его поверхности несколько узоров. Отражение моментально расплылось, пошло волнами, и принятый Малком за предмет декора артефакт засветился насыщенным желтым светом.

— Подойди ближе и надави на центр зеркала своей Властью, — требовательно сказал жрец, ничего больше не объясняя и не комментируя.

Малк, толком не понимая, что происходит, пожал плечами и выполнил приказ… чтобы спустя мгновение вздрогнуть. Едва его Власть погрузилась внутрь желтого свечения, как зеркало словно бы моргнуло, от центра к краям пробежала мелкая рябь, а затем желтизна одним махом сменилась темно-красным, с оттенком вишневого, цветом.

— Чтоб тебя! — вырвалось у Малка. — Я думал, это что-то вроде Зеркала Друзала!

— Похоже, но не оно, — ответил жрец задумчиво. Немного постоял, не шевелясь и разглядывая артефакт, затем погасил свечение небрежным взмахом кисти. — Как неожиданно…

— И что это значит? — спросил Малк настороженно.

Милес Драго ответил с широкой ухмылкой:

— О, ничего особенного. Просто подтверждение того, что тебе требуется помощь!

Наверное, услышанное должно было как-то его обнадежить, однако Малк лишь насторожился.

— Отлично. Ну так я ее получу? Или, на худой конец, быть может, вы хотя бы расскажете, что это за карлик и к какой Школе он принадлежит? — спросил он осторожно.

И тотчас услышал смех милес Драго.

— Парень, ты пришел не к тому Святому! Кетот не терпит слабости и не признает безвозмездных даров. Согласно его учению, все в мире имеет свою цену, — прежним басом, словно на проповеди, отсмеявшись, сообщил жрец. — Поэтому… что ты готов заплатить за помощь служителя Четвертого Святого?

Малк вздрогнул и неверяще уставился на священника. Заплатить?! Проклятье, и речь, разумеется, идет не о деньгах… В памяти даже что-то такое забрезжило из историй деяний знаменитых служителей, что-то связанное с клятвами, смертельным риском и гигантскими проблемами для всех обратившихся за помощью. А он-то, дурак, думал, что такое осталось только в колхаунских сказках. Сюрприз!

— Как понимаю, платить ты не готов? — догадался жрец. — Ну тогда говорить нам больше не о чем. Как созреешь, приходи… И да направит тебя Кетот на верный путь!

На такой ноте и закончилась их странная беседа. Йоррох знает какие выводы сделал для себя милес Драго, Малк же твердо решил, что больше он в храм Четвертого Святого ни ногой. Жил ведь он как-то раньше без подобных помощников? И дальше проживет. Зато точно не вляпается в какие-нибудь новые неприятности. Потому как ими от предложения милес Драго «заплатить» буквально смердело!

Как ни странно, кроме интереса к Малку со стороны жреца Кетота, больше никаких последствий инцидент с друзьями Гверда и демоном не имел. Жандармы и те его не разыскивали. Он даже начал сомневаться, известно ли вообще общественности о происшествии, пока не натолкнулся на заметку в «Магии и паре». В небольшой колонке на последней странице был опубликован рассказ о нападении на троицу Учеников задержавшегося после Ночи Охотника за плотью. Если верить газетчикам, славные студенты Школы Трех Святых, едва-едва достигшие своего ранга, дали порождению Пекла настоящий бой. Но силы оказались неравны, и двое молодых магов погибли: один умер от клыков твари, а другой истек кровью, лишь самую малость не дождавшись прихода помощи. Об убийстве же Охотника за плотью вообще написали одной строкой: пал от рук служителя одного из храмов. И все, точка.

Хотя имя единственного выжившего не сообщалось, но Малк не сомневался, что это был Гверд. Более того, как он подозревал, и раненого тоже мог добить хозяин бестелесных паразитов — что бы там ни говорил на этот счет жрец! Во всяком случае, когда он убегал, тот Ученик был вполне себе живехонек. Не без травм — демон на него банально наступил, — но точно не при смерти. И если предположить, что Гверд для своего спасения не стал ограничиваться применением одного лишь демонического артефакта, то убийство приятеля вполне объяснимо.

Впрочем, как по Малку, так хоть все они друг друга пусть порешат. Главное, чем это чревато для него лично. Стоит ли ждать убийц теперь еще и от родственничков Гверда или же тот скрывает свои таланты даже от близких, а потому и про Малка никому сообщать не будет? Вопросов много. Хотя, учитывая, что сейчас, и с точки зрения властей, и с позиции руководства Школы, Гверд самый настоящий герой — как же, в бою с демоном выжил! Мало того, обратил порождение Пекла в бегство, и кто знает, почему жрецу вообще удалось так легко убить тварь, — то вспоминать о существовании Малка он точно не будет. Во всяком случае пока. А раз так, то у Малка есть время подготовиться к следующей их встрече!

Вообще, оглядываясь на то, как изменилась его жизнь с момента приезда в Андалор, Малк порой ощущал что-то вроде тоски. Не по уходящему детству, нет, а по той наивности и чистоте взгляда на мир, которые были у него раньше. Ведь все, чего он хотел, о чем беспокоился и к чему сводились все его переживания, это Школа, образование и работа. Ничего более, обычная жизнь, как у многих. Теперь же… Йоррох, ну когда, в какой момент в число рядовых жизненных проблем затесались покушения на убийство, конфликты с властями и проблемы с жандармами?!

А ведь перед переездом в культурную столицу он наивно считал, что вершиной сумасбродства станут поиски отца… И вот результат. Голова у него забита другими проблемами, о розыске же нерадивых родственников в лучшем случае только вспоминает. Если бы с самого начала не озаботился составлением подборки наиболее подходящих родов, до сих пор бы топтался на месте. Так же хоть какой-то прогресс есть…

Увы, времени продолжить начатое попросту не было. Если и удавалось выкроить час-другой между работой, тренировками и учебой, так всегда находились вещи поважней. Вот и сейчас вместо похода в библиотеку или дворянское собрание, как предполагалось в старом плане, Малк направился в оружейную лавку. Карлик, в очередной раз попробовавший расправиться с ним чужими руками, требовал к себе самого пристального внимания. Продолжать его игнорировать и дальше становилось попросту опасно. И пусть с гаданием у Малка по-прежнему ничего не складывалось, имело смысл подготовить хотя бы нужные ингредиенты.

— Три громовых камня, шесть унций пепла проклятой рябины, восемь лучин кровавого дуба, три унции сушеного желтого гриба… — принялся читать хозяин оружейной лавки, все так же одетый в халат и тапки с зайцами. Он согласился встретиться с Малком даже несмотря на отсутствие Урвала и теперь вдумчиво знакомился с представленным ему списком. — Какая интересная подборка ингредиентов, — наконец сказал рыжий старик и испытующе глянул на Малка. — С таким набором хоть на призрака идти можно, хоть на блуждающего духа, а при правильном использовании даже низшего демона попробовать вызвать.

Малк, заранее готовый к подобным вопросам, вежливо улыбнулся.

— Ничего противозаконного, только разрешенные Триумвиратом ритуалы, формулы и эвокации![5] — ответил он твердо.

Говорить, что дело хозяина лавки торговать, а не лезть в душу к клиентам, Малк не рискнул.

— О, ну если студент говорит про разрешенное, то точно не меньше чем на призыв одного из генералов Йорроха замахнулся! — хохотнул оружейник. Еще раз пробежался взглядом по списку и остро глянул на Малка. — А ко мне зачем с этим пришел? Если ничего плохого не планируешь, так иди в лавку при любой Школе. Я вроде как оружием занимаюсь…

— Все эти материалы используются при изготовлении или зачаровании магического оружия. Так что к кому за ними идти, как не к вам? — вежливо ответил Малк. — Что до официальных магазинов… Как-то нету меня к ним доверия. Так вот купишь у них что-нибудь, а потом получишь вызов в жандармерию по причине того, что один Адепт в своей учебе позволяет себе несколько больше, чем ему положено по статусу.

— Согласен, аргумент. Свои интересы маг по возможности должен скрывать, — согласился старик, однако в голосе его появились нотки раздражения. И спустя мгновение стало понятно, что именно ему не понравилось. — Однако ты не учел одного… Мне такой мелочовкой заниматься неинтересно! Так что, если ты не назовешь мне причину, ради которой я должен тратить на разговор с тобой свое время, дорогу сюда можешь забыть. Ясно?

Оружейник точно не шутил. И слава Святым, что Малк подумал об оправдании заранее.

— Разумеется, мастер! Я бы не посмел оскорбить вас подобной… ерундой. И заранее подготовил вот это, — сообщил он, мысленно возблагодарив Святых за дружбу с Толфаном и возможность регулярно приобщаться к «мудрости» потомственного торгаша.

После чего достал из сумки завернутый в платок леди Марой нож и протянул его оружейнику.

Как и следовало ожидать, хозяин лавки поначалу пренебрежительно фыркнул, но затем, увидев нечто невидимое Малку, заинтересовался и едва ли не вырвал сверток из его рук.

— Ну-ка, ну-ка, — пробормотал рыжий старик, торопливо разворачивая клинок.

Однако, как неожиданно выяснилось, оживление у него вызвал вовсе не нож — его хозяин лавки равнодушно положил на стол, — а экранирующий от демонических эманаций платок. Кусок ткани с необычными свойствами он принялся вертеть в руках с таким видом, словно готов его если не сжечь целиком в алхимическом реакторе, то хотя бы часть распустить на нити.

— Это подарок, и я хотел бы сохранить его в целости! — забеспокоился Малк.

— Подарок? Хм… Десять, нет, двенадцать драхм! — проронил оружейник, даже не посмотрев на гостя.

— Не продается! — уже жестче ответил Малк.

И лишь тогда оружейник прекратил терзать кажущийся обычным платок.

— Уверен? Ткань из волос мага с хорошей Родословной весьма ценится у алхимиков и артефакторов вроде меня. Если передумаешь, накину еще пять золотых! — сообщил рыжий старик с хитрым прищуром.

Малк молча помотал головой. Подобного рода подарки не даются просто так. И терять расположение леди Марой из-за денег он точно не собирался.

Впрочем, ответ на один вопрос он бы с удовольствием узнал.

— А можно узнать, что за Родословная у хозяйки волос? — спросил он с максимально равнодушным видом.

Но обмануть оружейника не получилось. Тот обидно расхохотался.

— Можно. Но раз не хочешь продавать — узнавай сам. Только совет: спрашивай лишь у тех, в ком уверен. Далеко не все столь… терпимы, как я. Некоторые могут не удержаться и забрать столь интересную вещицу у чересчур много захотевшего Адепта, — сообщил хозяин лавки, отсмеявшись. — Уяснил?

— Да, благодарю, — кивнул Малк. Обидно, что не удастся получить все ответы, но он был благодарен оружейнику и за совет, и за сделанную подсказку. Тем более что сейчас его гораздо больше интересовала другая вещь. — Но вообще, мастер, я же к вам не из-за платка пришел. Меня больше нож волнует…

Оружейник нахмурился, явно пытаясь вспомнить, о каком ноже идет речь, и лишь спустя пару секунд хлопнул себя ладонью по лбу.

— Йоррох, я и забыл про него, — буркнул он.

Передал платок Малку, сам же взял в руки отложенный ранее в сторону клинок. Повертел в руках, затем выдернутым из ящика стола крючком поковырялся в рукояти, что-то подцепил и тут же разобрал оружие на части. Лезвие оставил перед собой, остальное же все тем же крючком смахнул в стоящее рядом со столом мусорное ведро.

— Когда-то была хорошая сталь, — сообщил он наконец, постучав кончиком инструмента по клинку. — Доброе оружие из такой получается, даже без вложенных чар.

— А теперь что это? — не без тоски проводив взглядом безвозвратно испорченные детали ножа, спросил Малк.

— Теперь это заготовка для проклятого оружия. Не самая лучшая — демонической Силы впиталось не так много, как хотелось бы, — но в перспективе способная вырасти в нечто большее. Если будешь правильно «кормить», разумеется, — с каким-то ностальгическим видом принялся объяснять хозяин лавки. — И да, без платка тебя бы уже давно замели жандармы и впаяли год службы в гарнизоне на каком-нибудь острове в Яванском поясе. С такими игрушками Адептам вроде тебя разгуливать не положено.

— Потому что демоническая магия? — понятливо кивнул Малк.

— Нет, потому что именно такого рода оружием убивают Бакалавров с пробудившейся Родословной. И право на это есть только у граждан с парочкой золотых звезд в паспорте, — мрачно блеснул глазами рыжий старик, одним махом выйдя из образа безобидного оружейника. — Теперь уяснил, что за игрушку ты сотворил в ходе своих «изысканий»?!

— Да, — не стал отпираться Малк и тут же спросил: — Одного не понял: что значит «правильно кормить»?

Оружейник снова расхохотался.

— Вот это правильно, вот это по-нашему! Не испугался, не начал титьки мять, а сразу демона за рога, и вперед! — наконец заявил он, все еще продолжая ухмыляться. — Раз уж начал Властью через нож тянуть Силу из демонов, раз наплевал на запреты для современных школяров, которые скоро сопли самостоятельно утереть не смогут, так и не останавливайся… Только делай это правильно. Не теми окольными путями, что сейчас работаешь. Потому как метку демонов это с тебя не снимает, а на эффективности сказывается!

Малк, до этого молча слушавший нравоучения оружейника, вздрогнул и вытаращил на него глаза.

— Какую еще метку?! — воскликнул он, заставив хозяина лавки прерваться и удивленно вскинуть брови.

— А ты не знал? Любая работа с частями тела демонов, их Силой и Духом ставит на мага отметину. Примерно такую же, как гадание твоего наставника, и примерно с такими же последствиями, — после небольшой паузы сказал он. — Объяснять, почему Урвал сейчас носу за границу Андалора не кажет и в Ночь первым в убежище мчится, ведь не надо?

— Не надо… — помотал головой Малк, у которого только сейчас сложилась мозаика из оговорок Терри и Джона про его «смелость». И о том, почему ему повезло столкнуться с Охотником за плотью, тоже некоторые догадки появились.

— Одного не пойму, почему тот, кто тебя научил заготовки для проклятого оружия делать, не научил всему остальному. И прежде всего технике безопасности! — нахмурился оружейник, после чего взял клочок бумаги и набросал на нем пару строчек. — Ладно, сделаю доброе дело. Поищи в библиотеках старое издание этой книги. То, что было до Восстания. Тогда много всего было в свободном доступе, не то что сейчас. Ничего опасного там не нароешь, а дурь тебе из головы выбьет!

Малк с благодарностью взял записку и быстро ее прочитал. Каллиграфическим почерком опытного ритуалиста там было написано знакомое с детства название — «Сборник колхаунских народных сказок». И это было едва ли не более удивительно, чем все, что он услышал ранее. Потому как ранее он эту книгу неоднократно читал и ничего стоящего внимания взрослого мага не встречал.

Неожиданно.

— Кстати, если ты собираешься оставить нож себе, то с тебя десять драхм. Так и быть, подберу такие рукоять и ножны, чтобы экранировали всю собранную тобой в клинок гнусь, — напомнил о себе оружейник и щелкнул по лезвию неровно обрезанным ногтем. После чего с ухмылкой глянул на Малка. — По рукам?

— По рукам, — покладисто согласился Малк.

Можно было не сомневаться: цена задрана так, что взбесит Святого, но и возмущаться тоже нет смысла. Это плата за недоступные ему услуги, беседу на запретную тему и… молчание. Да, молчание, пожалуй, стоило поставить в списке на первое место…

Еще одним событием, серьезно повлиявшим на жизнь Малка, стал состоявшийся через седмицу после конфликта с Твердом и его друзьями разговор с Дереком Урвалом. Йоррох знает как уж Старик узнал подробности встречи дворян с Малком — толи соседи и знакомые донесли, толи свою роль сыграли многочисленные связи опытного гадателя, — но про короткую драку, последовавшую затем погоню и поражение своего ученика Урвал узнал во всех подробностях. И серьезно разозлился!

— И когда ты собирался рассказать мне о том, что какие-то Ученики гоняли тебя по району, точно зайца?! — осведомился Урвал, едва Малк переступил порог его дома. — А?!

Малк, уж чего-чего, а от Старика такого вопроса точно не ждавший, даже растерялся. Поэтому бухнул не думая:

— Разве надо было?! — Он бы добавил еще свои мысли о правильном наставничестве, но вовремя одумался и ограничился простым: — Вроде кое-кто вообще говорил, что нас связывают только денежные отношения…

Да, фраза была на грани грубости, но ведь Урвал и вправду так говорил.

— Плевать я хотел на то, что нас связывает или не связывает! Пока ты у меня учишься, любая твоя ошибка, любой просчет или слабость сказываются на мне. На моем самоуважении и авторитете в глазах других! — прорычал Старик, кажется даже протрезвевший от переживаемых эмоций. — У дожившего до пенсии охотника на демонов, ветерана двух колониальных войн и лучшего поисковика Андалора не может быть ученика-слабака! Даже если ученик недотягивает до внешнего статуса! Понял?!

— Да как тут не понять, — пожал плечами Малк.

К подобного рода гневным панегирикам у него выработался иммунитет еще в интернате, так что словами его было не пронять. Даже если в них был определенный смысл.

— Только замечу, что вы учите меня лишь методам гадания. И требовать мастерства по другим направлениям… не слишком справедливо, — все-таки не выдержал он и ответил гораздо резче, чем собирался.

И тем самым окончательно разъярил Старика.

— Скажи, а может, и за гадание с тебя спрашивать не надо?!! Ты ведь, позорище, в нем до сих пор ни в зуб ногой и вполне можешь меня в плохом преподавании обвинить! — рявкнул Урвал. — И снова про несправедливость скажешь! — Впрочем, эмоции схлынули столь же быстро, как и накатили. И далее Дерек заговорил уже ровно и спокойно: — Значит, так! Во-первых, ко мне больше не приходи. Необходимый минимум ты знаешь, далее ищи сам. Нащупаешь правильную тропку — возвращайся, посмотрю, что и как, да совет дам. Нет — видеть тебя не хочу! Ну а во-вторых, если надоело бегать от хорошей драки, займись своими боевыми навыками. Что-то путное из тебя вряд ли выйдет, но хотя бы перестанешь быть куклой для битья у всяких уродов… Пусть даже десять раз Учеников.

Малк, конечно, многое мог на это сказать. О разнице в социальном положении безродного студента Общества и дворянина из хорошей Школы, о разрыве в Силе и знаниях между Учеником, пусть даже только-только обретшим ранг, и Адептом, о численном преимуществе врагов… Йоррох, да многое он мог сказать, но промолчал. Потому как по сути Старик был прав. Он действительно слаб. Единственное по-настоящему боевое заклинание Искра едва освоено, Власть хоть и неплоха, но, как ее правильно применять, он не знает, а уж про то, как должны сражаться настоящие маги, Малк и вовсе слыхом не слыхивал.

Еще Джон, телохранитель леди Марой, говорил, что Малк недостаточно подготовлен в плане битв. И советовал подкачать силенки, чтобы «не драться, как деревенский увалень»… Что ж, похоже, теперь пришла пора исправить и этот недостаток. Благо из-за отказа Старика от продолжения обучения у Малка появилось свободное время. Ну а куда идти за столь специфическими знаниями, Урвал напоследок все же подсказал и нужный адресок дал…

В Боевой Зал мастера Гарена Малк отправился уже на следующий день после разговора со Стариком. И хотя располагался он еще дальше, чем дом Урвала, почти на границе западных трущоб, он все равно был доволен. От Общества до нужной улицы ходил рейсовый омнибус, так что добираться было относительно недорого, легко и, главное, быстро. Все что Малку оставалось выяснить — это насколько ему интересен сам предложенный Боевой Зал.

И надо сказать, первое впечатление было… неоднозначным.

С одной стороны, само здание, все два этажа которого занимал Зал, выглядело откровенно непрезентабельно. Серые потрескавшиеся стены, облупившаяся дверь и вывеска, сделанная настолько безвкусно, что один ее вид был способен отправить в нокаут иную чувственную натуру. С другой же стороны, вместо ожидаемого администратора Малка встретил лично хозяин Зала — мастер Гарен. И вот он действительно внушал уважение. Невысокий, внешне весь какой невзрачный, как и его Зал, но в то же время источающий настолько подавляющую ауру, какую Малку не приходилось видеть со времен покушения монархистов на мага из Школы Железа и Крови. Не человек, а квинтэссенция жажды убийства, живое олицетворение смерти! У такого действительно было чему поучиться.

Мастер Гарен взял Малка в оборот почти с порога.

— Хочешь научиться правильному бою? — спросил он, окинув Малка придирчивым взором. — Здравая мысль, здравая. И судя по тому, как ты стоишь, как дышишь и как смотришь, должного образования у тебя нет?

Это прозвучало несколько обидно, однако Малк к такому отношению уже привык и потому смолчал. Лучше немного потерпеть и получить ценные знания, чем проявить гонор и остаться ни с чем.

— Меня к вам Дерек Урвал направил, — сообщил он, рассчитывая на несколько более близкие отношения с мастером, и просчитался.

— Старик? Этот отравленный своими страхами «пророк» до сих пор жив?! Удивительно, — не сказал, а презрительно выплюнул мастер Гарен. — Но что еще более удивительно, так это тот проблеск разума, что заставил его направить тебя ко мне.

Речь настолько впечатлила Малка, что он даже проигнорировал прозвище Урвала, совпавшее с тем, как он сам называл своего наставника по гаданию. Все-таки редко когда человека, озабоченного «сохранением лица», столь безжалостно хлещут словами другие люди. Очевидно, за этим стояла какая-то история, но, увы, Малка посвящать в нее никто не спешил.

— Ладно, к Йорроху старого труса! Пора заняться тобой, — мрачно осклабился Гарен и кивком показал Малку на дверь у себя за спиной. — Двигай во двор, хочу посмотреть, на что ты способен…

Сложно сказать, чего именно ждал Малк, когда принимал решение последовать совету Старика, — может, каких-то изощренных занятий в аналоге Сферы Ка, проверок в колдовских кругах или алхимических сферах трансформации, — но чем он точно не предполагал заниматься в обучающем магов Боевом Зале, так это демонстрировать пределы своих телесных возможностей на тренажерах.

Первым делом мастер Гарен заставил его в быстром темпе прогнать короткий гимнастической комплекс. И не то чтобы он был каким-то сложным, но после десятиминутной разминки Малк — в отличие от занимавшегося вместе с ним хозяина Зала — напоминал сам себе мокрую мышь. Дальше больше. Работа со штангами разных видов и размеров, разного рода гимнастическим оборудованием и даже обычной скакалкой — он перепробовал практически все. Когда же Мак уже едва стоял на дрожащих от усталости ногах, наступил черед магии. И он, благо резерв был почти полон, сначала рассеивал выставленный учителем простейший Щит, а под конец пытался сбить шлем со старого рыцарского доспеха в дальнем конце двора.

— Говоришь, с железом никогда не занимался? — не скрывая скепсиса, спросил мастер Гарен.

— Только грузчиком недолго поработал, — с трудом выдавил из себя тяжело дышащий Малк.

Мысленно же он до сих ругал себя за то слабое подобие Искры, что ему удалось сотворить после всех пережитых издевательств. Сгусток энергии, призванный если не убивать, то хотя бы сбивать с ног врагов, до цели даже не долетел — развеялся по дороге.

— Грузчиком… — задумчиво протянул мастер, потирая подбородок. — Ну-ка, возьми вон тот молот да врежь им от души в центр моего Щита!

И в руке тренера появилась полупрозрачная полусфера.

Малк же, смахивая заливающий глаза пот, поплелся к указанному орудию. Йоррох, он боевой магии пришел учиться или нет?! Какой, к флуру, молот?!

Однако ничего из этого озвучивать он не стал и молча выполнил указание Гарена. Дотащившись до валяющегося в углу старого боевого молота, он сначала попытался рывком его поднять, а когда с ходу не получилось — несмотря на небольшие размеры, оружие оказалось на удивление тяжелым, — то с напряжением всех сил оторвал его от земли и с натугой взвалил на плечо.

— Вообще-то это артефакт, и если влить пару эргов, то активируется облегчающее вес заклинание левитации, — со странным выражением на лице сообщил мастер Гарен. — Но я впечатлен, да… — Он усмехнулся и добавил: — Кстати, перед ударом было бы неплохо сконцентрировать свою Власть на оголовье… Если ты, конечно, все еще считаешь себя магом.

Лицо Малка мгновенно вспыхнуло, и он тотчас влил в рукоять молота требуемые эрги Силы. Давление на плечо моментально уменьшилось, стало понятно, что оружием вполне можно управляться одной рукой. И, желая реабилитироваться в глазах мастера, перед самым ударом в Щит он ввел внимание внутрь артефакта, нащупал управляющий контур и до предела сжал его всей доступной ему Властью. Получилось весьма удачно — момент максимальной плотности энергии совпал с моментом соприкосновения с Щитом. И магия, помноженная на импульс запущенного с полной самоотдачей тяжеленного молота, дала потрясающий результат. Силовой барьер, небрежно выставленный мастером Гареном, прорвался точно бумага… и орудие устремилось к его голове.

Для любого мага низких рангов, если он не специализирующийся на закалке тела старший Ученик и не идущий по пути взращивания бестелесности Бакалавр, это была верная смерть. Впереди замаячила перспектива убийства учителя на первом же практическом занятии, однако Малк даже не успел испугаться. Мастер Гарен, не меняясь в лице, взглядом развернул еще один Щит, и на этот раз молот его пробить не сумел.

— М-да, неожиданно… — задумчиво протянул он, наблюдая за тем, как Малк роняет исчерпавшее вложенную Силу орудие на каменный пол и с болезненной гримасой потирает ладони. — Но тем интереснее…

— Так вы примете меня в Зал? — спросил уже начавший терять надежду Малк.

— Если ты имеешь в виду полноценное ученичество, то нет. Если же подразумеваешь обучение основам, то да, возьму. Базу точно поставлю, другое дело, во что ты ее разовьешь… но это уже будет зависеть от тебя, — пожал плечами мастер. — Приходи дня через три, и я подготовлю индивидуальную программу занятий. Тогда же и вопрос оплаты обсудим.

— То есть я небезнадежен? — полушутливо спросил Малк.

— То есть при должном обучении из тебя получится вполне крепкий боевик, — в тон ему ответил мастер Гарен и с усмешкой добавил: — Или не получится… Ладно, свободен. Пока наши занятия не начались, можешь пройтись по Залу и осмотреться. В ознакомительных целях.

Сказал и тотчас отвернулся, словно забыв о существовании потенциального студента. Впрочем, Малка это вполне устраивало: «вводное» занятие слишком его измотало, чтобы продолжать нормальную беседу. Да, для истосковавшегося по физическим нагрузкам организма подобное было только в радость, однако Малк устал психически. Для продолжения общения с потенциальным тренером ему требовался перерыв. Хотя бы ради того, чтобы понять, устраивают его взгляды мастера Гарена на путь боевого мага или нет. Потому как пока… пока штанга, молот и гимнастические упражнения вместо чар и боевых комбинаций оставили у него странное впечатление.

Тем не менее предложением походить по Боевому Залу Малк воспользовался с радостью. И с огромным удовольствием отправился бродить по комнатам и этажам вотчины мастера Гарена.

Начал он со второго этажа, где и состоялся их с мастером разговор. Прошелся по коридорам, заглянул в тренажерные и гимнастические залы, постоял под плотно закрытыми дверьми комнаты для медитации — ни одно помещение не пустовало, везде занимались люди. Причем не только молодежь вроде самого Малка, а и люди постарше или даже вовсе старики. Понять, кто из них маг, а кто неодаренный смертный, с ходу не получалось, но, судя по нырнувшей в раздевалку парочке Учеников со знаками на одежде, принадлежащими неизвестной Малку Школе, они тут не были редкими гостями.

Но самое интересное началось, когда он спустился на первый этаж. Малк раздумывал, двигать к выходу или таки закончить экскурсию, как на лестничной площадке столкнулся с толпой студентов мастера Гарена. Как есть в тренировочных костюмах, с горящими глазами они мчались в сторону подвала. И Малк не смог устоять перед соблазном и присоединился к ним.

Какие-то мгновения, и вот он уже в подвале, который скорее следовало назвать подземными казематами, а то и полноценным подземельем. Под основным зданием Зала обнаружилась огромная рукотворная пещера со сводчатым потолком и гладко отесанными стенами, покрытыми сложными конструкциями из знаков Руноглифа. Скудных познаний Малка было явно недостаточно, чтобы с ходу разобрать их механизм работы, но о предназначении он все же догадался. Скорее всего, это были защитные руны и, учитывая масштаб наложенных чар, подвал предназначался для проведения полноценных магических битв.

Что и подтвердилось спустя какое-то время. Любопытство завело Малка на дуэльную арену Боевого Зала, где студенты и выпускники проводили дружеские спарринги и разрешали накопившиеся конфликты. И если первое происходило довольно часто, успев всем приесться, то последнее считалось редким событием, и на него по возможности собирались все учащиеся Зала. Ну или как минимум все те, кто следовал боевой стезе.

— Сегодня сражаются Харал и Шлард! Вы все их знаете, и представлять их не нужно, — объявил неизвестно откуда взявшийся мастер Гарен и ладонями показал на стоящих слева и справа от него мрачно выглядевших парней.

Первый, названный Харалом, был строен, красив и черноволос, носил одежду по последней моде и щеголял богато изукрашенным драгоценными камнями поясом. Его противник, Шлард, выглядел его полной противоположностью. Широкоплечий, лысый, с рублеными чертами лица, одетый в плохо пошитую форму какой-то частной охранной компании и тяжело опирающийся на высоченный, выше его головы, резной посох. Если Харал дружелюбно улыбался всем присутствующим, то Шлард беспрестанно хмурился и обводил всех таким взглядом, словно собирался при подходящей возможности убить.

Единственное, что не было понятно, так это какого были ранга маги. Малк даже собрался спросить об этом у соседей, но на его вопрос невольно ответил сам хозяин Зала.

— Готовы? — спросил мастер у своих студентов. — А то смотрите! После прорыва в ранг Бакалавра у вас это первая драка. Если не уверены в своих силах, то бой лучше отложить!

Однако маги его увещеваниям не вняли и упрямо замотали головами.

— Ну тогда… бой! — рявкнул мастер Гарен и исчез с арены.

Одновременно с этим парочку его учеников накрыл силовой купол, и собравшиеся оказались полностью отрезаны от места грядущего сражения. Хорошо хоть стенки его оказались полностью прозрачны, но тут, правда, и не могло быть иначе. Студенты Зала обязаны учиться, а что может быть более наглядно, чем устроенный старшими товарищами мордобой?!

Тем временем схватка молодых Бакалавров началась. Не тратя ни одного удара сердца на лишние разговоры, каждый развязал свою сильнейшую атаку. Харал по бокам от противника сформировал две огромные Каменные Ладони и попытался его раздавить. Шлард же закрутил перед модником вихрь воздуха, который не просто атаковал врага десятком наколдованных лезвий, но и вытянул его самого из каменной ловушки. И пусть магические ножи развеялись после попадания в стремительно выставленный Харалом Щит, кое-что он все же не учел. Шлард оказался на один шаг ближе, и вряд ли то была случайность.

Следующий обмен ударами был похож на следование какому-то плохо понятому шаблону. Никаких изысков — тупое претворение в жизнь чар, опирающееся не на глубинное понимание магии, а на заученные алгоритмы. И то, что один предпочитал Воздух, а другой — Землю, ситуацию не меняло. Сталагмитовая ловушка против Воздушной Подушки, Стрела Ветра против Пылевого Щита — даже Малк слышал о подобных схемах, чего уж говорить о Бакалаврах.

Хрупкое равновесие нарушил Шлард. Он находился уже где-то в сажени от недруга, когда вместо ожидаемого «быстрого» заклинания вдруг с размаху вогнал в пол превратившийся в копье посох, отступил на шаг и воздел вверх руки. Что он там говорил, из-за купола было непонятно, но эффект оказался весьма ощутим и нагляден. От посоха, как круги на воде, прямо по воздуху разбежались кольца Силы. И там, где они прошлись, контроль Харала над Землей пропал.

Последнее стало понятно, когда Каменные Ладони мага развалились на глазах и он знакомым зрителям жестом не смог создать Каменный Кулак. Шлард же… Шлард мог колдовать, как и раньше. Чем он не преминул воспользоваться. Из его выставленной в сторону недруга ладони выстрелило копье из чистейшей энергии Воздуха — этакая козырная карта, приберегаемая до поры до времени, — и сотворить от него защиту не успел бы ни один маг Земли.

Харал проиграл?! Только и успела мелькнуть в голове эта мысль, как в руке модника возник Магматический Меч, которым он сначала рассек надвое копье, а затем обратным движением вонзил его в плечо врага. Ловушка против ловушки, мастерство против мастерства! Следующим закономерным шагом был взрыв наколдованного клинка, но делать этого Харал не стал. Тем более что бой и без того закончился его победой: купол над ареной исчез, потерявшего сознание от болевого шока Шларда унесли слуги, а Гарен принес официальные поздравления. Мастерство и безукоризненный расчет наголову разгромили грубость и свирепый напор. И это был именно тот исход, какой Малк считал наиболее верным и справедливым.

Одна беда, в мечтах Малка этим модным стройным магом, превращающим сражение в произведение искусства, был не какой-то Харал, а он сам. Так что, когда он возвращался домой, в глубине души Малк был не столько воодушевлен увиденным, а разозлен и даже оскорблен.

Ну какого… какого Йорроха… мастер вместо нормального оружия сунул ему в руки артефактный молот?! Неужели сложно было дать что-нибудь более… благородное?!

Увы, случилось именно то, что случилось. И теперь ему оставалось либо забыть дорогу в Зал, либо следовать ей до конца. Вот только, Святые подери, почему Малк никак не может избавиться от ощущения, что кое-кто просто украл его мечту?!

ГЛАВА ШЕСТАЯ,

в которой гладко было на бумаге, да забыли про овраги

Как и обещал мастер Гарен, занятия в Зале начались через три дня. Однако ничего из того, что Малк ждал и на что надеялся, не случилось. Никто не начал его учить каким-то особенным боевым Техникам, не предложил освоить Малое Тайное Искусство, способное дополнить ограничения основного, и даже не исправил программу занятий с Зеркалом Друзала — вместо всего этого хозяин Зала предложил Малку комплекс гимнастических упражнений, включающий в себя элементы работы с парой небольших, но весьма тяжелых прямоугольных тесаков. Внешне весьма похожих даже не на маленькие мечи — как уверял Мастер, — а на мясницкие ножи или даже топорики для рубки костей!

Определенно это было не то оружие, которым следовало вооружаться магу. Ну или по крайней мере, не тому магу, которым мечтал стать Малк.

Наверное, он бы отказался от сомнительной чести стать специалистом по бою на «мясницких тесаках» и поискал других наставников, если бы комплекс в первую очередь не был нацелен на развитие концентрации и скорости реакции и в последнюю — на тренировку телесной силы. Развить возможность творить заклинания быстрее противников и умение оперативно реагировать на любые угрозы однозначно полезно любому чародею, ну а то, что прицепом ко всему этому идут навыки владения «тесаками»… что ж, ему ведь надо растрачивать накопившуюся в теле энергию Жизни?! И в драках с коллегами он тоже больше опирается на кулаки и холодное оружие… Чем Йоррох не шутит, может, умение рубить и резать поможет Малку дожить до тех времен, когда именно чары станут основой его мощи!

И седмица за седмицей потянулись тренировки.

— Сколько можно повторять?! Удар, снова удар, защита! На последней фазе каждого движения охватывай оружие вниманием и укрепляй Властью!!! — орал на Малка один из инструкторов Зала, которому передал нового студента мастер Гарен. — Так! Так! Еще раз!!!

Комплекс помимо нацеленности на общее развитие включал в себя и три боевые формы. Одну из них Малк и пытался сейчас отработать. Пока не слишком успешно. Все его удары инструктор, не сходя с места, блокировал хлопками ладоней в зачарованных рукавицах. И не было ни одной атаки, которую он счел хотя бы приемлемой.

— Какой смысл учиться махать этими железяками, если в них нет ни эрга Силы?! И Властью их тоже не понимаю зачем укреплять: на материальный мир без энергии так воздействовать не получится… — тяжело отдуваясь, спросил Малк.

Руки, несмотря на все его прежние старания и труды, отваливались от усталости, мышцы спины ломило от напряжения, а напряжение тех незримых мускулов, что объединены под термином Власть, отдавалось в голове и в центре груди болезненной пульсацией. Впрочем, железные пруты, выданные ему для тренировки, он держал неизменно крепко, а задания по управлению духовными силами выполнял с максимальной самоотдачей.

Малк и вопрос-то задал скорее ради эмоциональной разрядки, чем в попытке действительно изменить ход занятий. Однако инструктор неожиданно снизошел до ответа.

— Да хотя бы вот за этим! — ухмыльнулся тренер и, вызвав перед левой ладонью похожий на баклер Огненный Щит, ударил им своего студента.

Малк ответил не задумываясь. Скрестить «тесаки», обхватить их Властью и… заклинание, способное за секунду расплавить обычный клинок и повредить «красный» артефактный меч, оказалось отбито. Малк же не получил никаких повреждений. Разве что в запястьях стрельнуло болью, но то была такая малость, что обращать на нее внимание точно не стоило.

Инструктор удовлетворенно кивнул.

— Когда мастер Гарен сказал, что к нам пришел безродный Адепт с Властью выше середины красного ранга и к тому же немного умеющий ею пользоваться, я не поверил. Однако вот результат! — Он кивнул на совершенно целые железяки в руках Малка. — Если не бросишь занятия, то сможешь вырасти в весьма неплохого бойца, способного на равных биться с чистыми магами.

Видимо, предполагалось, что своей речью инструктор должен воодушевить его на новые свершения, но Мал к лишь скептически скривился. Да и слышал он уже нечто подобное от мастера Гарена, так что столь сомнительной лестью его было не удивить.

— Слабыми магами! — поправил Малк.

И теперь пришел черед морщиться уже его тренера.

— Увы, да… Не то у тебя Искусство, не та Родословная и не тот набор чар, чтобы рассчитывать на что-то большее. На первом круге это еще не так заметно, но дальше… — Инструктор развел руками, после чего жестом заставил выехать из-за ширмы в конце тренировочного зала небольшой манекен в доспехах и приказал: — Давай с твоей Искрой поработаем… Бей в смотровую щель!

Малк ничуть не удивился внезапной смене задания — успел уже привыкнуть. С максимально доступной скоростью он принялся формировать Искру. Искусственно создаваемое в тренировочном зале напряжение положительно сказалось на скорости освоения заклинания. И уровень владения ранее самыми плохо изученными его чарами теперь семимильными шагами продвигался к пиковой оценке.

Внезапно, в самый важный в процессе создания Искры момент, где-то над ухом Малка раздался порожденный магией истошный вопль — инструктор пытался сбить его концентрацию.

И если ранее это практически всегда срабатывало — Йоррох, в первый свой день в Зале он даже Властью в какой-то момент не смог нормально пользоваться, — теперь Малк хоть и вздрогнул, но сосредоточение не потерял. А через долю секунды его Искра вонзилась точнехонько в прорезь шлема цели. Весь же манекен отозвался звоном потревоженного железа.

— Уже лучше, но всё равно плохо. Если по достижении пика и интеграции в первый Нимб скорость создания Искры еще увеличится, то скорость полета и сила удара сами собой не вырастут. И не в одной Власти тут дело — она у тебя и без того чересчур высокая. Надо больше работать, — скучным голосом сообщил инструктор и, подкрепляя свои слова такой же Искрой, правда сотканной из энергии Огня, буквально сшиб весь манекен с удерживающего его столба. — Понял?

Малк кивнул. Впрочем, что бы там тренер ни говорил, он своим прогрессом все равно был доволен. Еще немного, и требуемый норматив на обязательно изученные до пика три заклинания он таки выполнит, и вожделенная граница между рангами Адепта и Ученика станет еще ближе. Правда, насчет упомянутого Нимба он бы расспросил инструктора поподробнее, однако по здравом размышлении решил смолчать. В конце концов, данная тема входит в состав курса «Введение в основы общей теории магии», так что бежать впереди паровоза не стоило.

— А настоящие спарринги у меня скоро будут? — вместо этого поинтересовался он.

Его так и подмывало свои небольшие успехи проверить в реальном поединке, но ранее на все его просьбы инструктор отвечал отказом… Что произошло и на этот раз.

— Рано еще. Если так неймется, то вон сходи посмотри, как Харал тренируется. В отличие от многих он не возражает, когда младшие соученики за ним наблюдают. И то больше пользы будет! — отмахнулся тренер и строго добавил: — Но сначала еще три Искры мне покажи и одно Рассеивание. Мастер велел посмотреть, можно ли и его для боя приспособить…

Малку ничего не оставалось, кроме как согласиться. Впрочем, он был не в обиде — за тренировками Харала и вправду стоило понаблюдать. На одной он уже был и до сих пор ходил под впечатлением. Тогда молодой Бакалавр — несмотря на вполне зрелый для обычного человека возраст, как маг Харал был весьма и весьма юн — отрабатывал работу со своим любимым заклинанием Магматический Меч. Тем самым, с помощью которого он мастерски разделался с Шлардом и который в его руках выглядел как самый настоящий клинок.

Материальная форма Меча указывала на высшую степень освоения чар. И можно было не сомневаться, что большая часть Одаренных на этом бы и остановилась. К чему впустую тратить время на уже изученную волшбу, если можно позаниматься чем-нибудь другим? Однако Харал пошел по другому пути и принялся доводить до совершенства уже умение применять любимое заклинание. И у него неплохо это получалось. Малка особенно впечатлил фокус с броском Магматического Меча в мишень и его раздвоением за миг до удара. Тренировочный автоматон, с которым в тот момент занимался Харал, первую копию принял на Щит, а вот вторую проморгал. Порождение Стихий Земли и Огня играючи смахнуло железную башку с плеч… Так что можно было не сомневаться: в поединке со Шлардом он не показал и сотой доли своего реального мастерства!

Такое зрелище и вправду было той редкой возможностью, которая стоила много дороже любого боя с обычными противниками. И пусть сейчас Малку подобные изыски были недоступны, кто знает, какое будущее его ждет… Главное, прилежно заниматься и исправно платить по пять драхм в месяц за посещение Боевого Зала! А там, может, и Малк до чего-то похожего дорастет…

Незаметно прошел еще один месяц. Месяц, в течение которого Малка никто не беспокоил и не отвлекал от учебы. Ни жандармам, ни лоялистам, ни чересчур много о себе возомнившим потомкам аристократов он оказался словно бы не нужен, и Малк смог наконец сосредоточиться на всех тех важных вещах, без которых продвижение его по пути мага было бы невозможно.

Прежде всего больший эффект стали давать занятия с Зеркалом Друзала. То ли сказались упражнения на концентрацию в Боевом Зале, то ли что-то еще, но скорость развития немного подросла. И та же Власть уже явно показывала признаки того, что верхнюю границу красного ранга Малк достигнет, еще будучи Адептом. А там, чем Йоррох не шутит, может, ее и преодолеет.

Еще одно заметное изменение касается Тайного Искусства. Неожиданно для Малка, практически без каких-то осмысленных действий с его стороны усилилась интеграция Дождя боли в схему функционирования Кристаллического Сердца. Кажущиеся чуждыми Техника и Искусство все больше и больше притирались друг к другу, сливаясь в нечто новое и попутно влияя на сам Дух. И Малк чутко ощущал эти изменения.

Потихонечку трансформировалась картина энергетических каналов тела, становился более стабильным Дворец Духа, а в тренировочные формулы словно сами собой вносились коррективы. Так что Малк постепенно в своих занятиях начал отступать от старых схем в угоду новым, как оказалось, более эффективным. Это сильно отличалось от того, чему учили в Обществе, но тут Малк предпочитал больше верить своей интуиции. И пока о сделанном выборе не жалел…

Лишь одно оставалось неизменным: Серж все так же упрямо молчал насчет послания госпоже Леаре, Малк же возвращаться к тому их разговору больше не хотел. Нет так нет. Значит, есть причина. Поначалу он даже опасался, что Серж постарается от него отдалиться или даже изгнать из «Стаи диких товарищей», но ошибся: Малк все так же занимал важное место в предприятиях их «банды маляров». Когда же на Сержа вышли представители городского магистрата и предложили особенно «жирный» заказ, то рассуждать на эту тему и вовсе стало как-то смешно. Даже из описания было понятно, что поставленную перед «Стаей» задачу сложно назвать простой, когда же будущий фронт работ они увидели воочию…

— И вот этот вот мост мы должны привести в порядок?! — спросил у Сержа «воздушник», однажды так впечатливший Малка своим Воздушным Диском и к которому за маску с белым медведем теперь прочно прилипла кличка Белый. — Серьезно?!

Вся их «Стая», включая старых и новых членов, стояла перед старым как дерьмо Йорроха мостом и не находила приличных слов. Взятый Сержем заказ оказался настолько с душком, что дальше некуда. Трехарочный каменный переход через неглубокий овраг на границе двух кварталов, который по бумагам следовало «очистить от уродующей его вид грязи и раскрасить в приличествующие цвета», находился в откровенно плачевном состоянии. Если каменные опоры еще вполне могли простоять никак не меньше века, то отделка ужасала.

— В магистрате сказали, что он таким после Ночи Йорроха стал. И надо бы очистить! — пробормотал Серж, явно растерянный не меньше остальных. В вечной погоне за драхмами он чересчур увлекся и, кажется, подвел команду под денежные же санкции.

— Какой именно Ночи?! — подал голос один из новых членов, незнакомый Малку. — Лозунг «Демонолюбов к Йорроху!» со времен последнего авалонского погрома не вспоминали, а тот лет пятнадцать назад случился. Мне отец еще рассказывал!

Адепт кивнул на размашистую надпись, протянувшуюся через весь мост и явно на совесть заговоренную. Во всяком случае, ни потеки демонической крови, повредившие поверхность одной из опор, ни бич старых зданий — мутировавший лишайник, — разукрасивший зеленью один из пролетов, никак искомую надпись не повредили. Наоборот, на контрасте лишь еще больше ее подчеркнули.

— Какой-какой… какой надо! — огрызнулся Серж и ножом подцепил край отсыревшей штукатурки, так что целый ее пласт съехал вниз. Однако, увы, лозунг — как и сотни других надписей — что характерно, остался на месте.

— Эй, я тут на другой стороне вросшую в стену башку Демонического Воина нашел! — донесся до всех голос Белого. — И она крепко сидит, зараза! Не уверен, что справимся…

— Так, все!!! Отставить панику! — наконец не выдержал Серж и попробовал пресечь откровенно пораженческие разговоры. Получилось плохо.

— Да какая тут паника?! — на правах ветерана вмешался Малк. — Мост этот не от дряни всякой чистить надо, а полноценно ремонтировать. И магистрат, который вдруг решил сэкономить, пусть идет лесом…

Остальные поддержали его одобрительным ропотом. Но Серж привел поистине убийственный аргумент:

— Боюсь, лесом пойдут не они, а мы. Контракт подписан, и за любой срыв работ будут неустойки. А уж их размер вам сильно не понравится!

И все возражения умерли, толком не родившись.

За работу принялись в тот же день. «Стая» насчитывала уже семь человек постоянных членов, так что масштабы поставленной задачи были как раз под стать численности команды. Другое дело, что было не так много людей, способных справиться именно с очисткой поверхности моста от магических наслоений и прочего мусора, но тут уж ничего не поделаешь. И основная тяжесть работ легла на плечи Малка, Белого и Сержа. Пусть разными способами и средствами, но с разрушением слабых заговоров, последствий простых магических выбросов и обычным хулиганством они справлялись без проблем.

Серж, правда, то ли желая подыскать Малку замену, то ли действительно собираясь расширить возможности команды, ввел в основной состав еще одного специализирующегося на Рассеивании студента. Но первая же его попытка убрать найденную Белым голову закончилась конфузом. Заклинание, которое не позволяло разлучить демонические останки с каменной кладкой, вместо того чтобы мирно распасться на безвредные фрагменты, под его волшбой трансформировалось в нечто еще более вредоносное. Башка Демонического Воина словно желе расползлась по опоре моста да так и застыла, намертво сцепившись с камнем.

— Ты же говорил, что владеешь Рассеиванием на «отлично»! — заорал Серж, едва стало понятно, что новичок сработал как самый настоящий диверсант-вредитель. — Так какого Йорроха?!

— Учителя хвалили, но я привык убирать несколько более понятные чары. А не эту мешанину не пойми чего! — огрызнулся проштрафившийся Адепт и почему-то зло зыркнул на Малка.

Возникло ощущение, что он не столько собирался убрать чары, сколько соревновался с Малком. Пытался что-то доказать, вот и взялся за задачу не по плечу.

— Хвалили его… — схватился за голову Серж и в полном обалдении принялся наблюдать за медленно расползающимся кровавым пятном. Однако тут же опомнился, нашел взглядом Малка и совсем другим тоном спросил: — Ты тоже не справишься?

И его совсем не волновало, что одному колхаунцу он стал задавать этот вопрос как-то чересчур часто.

Малк даже отвечать не захотел. Просто приблизился к заляпанному кровью участку моста, заключил все еще медленно расползающееся пятно в Защитный Круг и, лишь когда убедился, что тот остановил распространение магической грязи, взялся за дело. В отличие от неопытного новичка он к малопонятным чарам в лоб предпочитал не лезть. И чем чаще сталкивался с необходимостью убирать чужую волшбу, тем более серьезно подходил к подготовке.

Дальше Малк действовал, как учили на курсе «Введение в основы общей теории магии». Зажег свечи, достал чашу с алхимически чистой водой, подобрал с земли кусок камня и подул с добавлением в выдох капельки Силы на каждый из заготовленных предметов. На этом подготовка символов Стихий закончилась, дальше оставалось лишь вычислить отклик на них со стороны трансформировавшегося заклятия, найти его ядро, опорные точки и… убрать наконец йоррохову дрянь с моста.

На все про все у него ушло меньше десяти минут, он даже успел перепроверить результат. Когда же убедился в верности расчетов, то тут же атаковал ключевые места чужой волшбы своим Рассеиванием. Не просто ударил не пойми куда и непонятно как, подобно неудачливому коллеге, а усилив заклинание Властью и аккуратно перерезав им все магистральные силовые линии.

— Тоже никак?! — влез не вовремя Серж, но Малк лишь раздраженно отмахнулся.

Несмотря на все его усилия, лежащее в основе кровавого пятна заклинание все равно сохраняло стабильность и не спешило распадаться! Требовалось нечто более тонкое, и Малк, вновь сотворив Рассеивание, растянул заклинание до предела и накрыл пятно мелкоячеистой сеткой-паутиной. Но если ранее он давил бы Властью изо всех сил, пока не сокрушил бы цель — или не разрушил собственную волшбу! — то теперь попытался воспринять заклинание как нечто живое, способное где надо быть жестким и напористым, а где, наоборот, мягким и уступчивым.

И, странное дело, у него получилось. Внезапное озарение, подкрепленное оговорками учителей в Обществе и успешно развитой на тренировках в Боевом Зале концентрацией, принесло результат. Пусть с немалым трудом, с привлечением всех возможностей его Духа, но он смог даже не начать работать, а воспринимать, казалось бы, насквозь изученное Рассеивание на принципиально ином уровне. Прибавить еще один, самый важный шаг в его понимании… и тем самым добраться до еще несколько месяцев назад кажущейся недостижимой вершины.

Малк еще только начал «играть» со ставшим удивительно податливым Рассеиванием, попеременно атакуя то опорные точки в энергетической структуре пятна, то само ядро, как внезапно все закончилось. С привычным потрескиванием истаивающих в воздухе фрагментов чар демонические останки осыпались на землю. И произошло это настолько гладко и чисто, что не требовало никаких дополнительных усилий для исправления ошибок.

Только тогда Малк окончательно понял, что, сам того не ожидая, он полностью изучил свое первое заклинание. Первое из тех трех, без которых Адепту никогда не стать Учеником.

— Эк ты его! — восхитился так ничего и не понявший Серж и нахмурился взятый в помощь новичок.

Однако Малк воспринял его слова без энтузиазма. Сейчас ему больше всего хотелось убраться куда-нибудь подальше от посторонних глаз и как следует поработать с обновленным Рассеиванием, а не обсуждать успехи в борьбе за исполнение контракта «Стаи». И он равнодушно пожал плечами…

Мост маляры-самоучки покинули еще до темноты, очистив от магической грязи лишь самую его малость. Смысла гробиться дальше не было — впереди их ждала еще прорва работы, обещающая украсть у Адептов не вечер, не два и даже не седмицу. Лишний час возни с чарами ситуацию точно не изменил бы.

Однако если остальные дружно двинули в сторону ближайшей остановки омнибуса, то Малк, отговорившийся желанием прогуляться, направился в прямо противоположную сторону. Еще днем, когда их компания только-только добралась до моста, в конце улицы он разглядел знакомую каждому колхаунцу небольшую каменную арку с белоснежными колоннами. И теперь собирался проверить свои подозрения.

Миновал ряд некогда богато украшенных домов, поднырнул под полосатый черно-белый шлагбаум — проезд дальше был почему-то перекрыт, — пока наконец не добрался до цели.

— Все-таки кладбище, — пробормотал Малк, остановившись перед широко распахнутыми коваными воротами и окинув сооружение придирчивым взглядом.

Характерная архитектура, еще кое-где виднеющиеся остатки защитных надписей, декоративные вставки с цитатами из Послания потомкам — все в точности как на колхаунских кладбищах. Даже узор со стилизованными руническими девятками на створках такой же, пусть здесь он и выглядел так, словно по нему долго долбили молотом.

Кладбище, никаких сомнений! И притом кладбище старое, практически заброшенное. Оставшееся с тех времен, когда Ночи были длиннее, а разлитая в воздухе демоническая магия на порядки сильнее. И хоронить покойников можно было лишь вот в таких хорошо защищенных Наследием Святых местах.

Малк переступил линию ворот и свернул к бурно разросшемуся малиннику, в котором угадывались силуэты могильных камней. Наклонился, приложил ладонь к земле и чутко прислушался своими духовными чувствами, выискивая знакомый отклик. А уже через минуту выпрямился и отряхнул руки. Силу Святых услышать или почуять не получилось, зато насыщенную отрицательную энергию обнаружил. Она буквально сама хлынула в тело, и, чтобы избавиться от нее, Малку понадобилось спешно заняться очисткой.

— М-да, поганенькое местечко, — пробормотал он, торопливо оглядываясь в поисках карлика.

Видимо, на этот раз прямой контакт с окрашенной в негативный спектр Пневмой был слишком короткий, чтобы привлечь внимание настырного любителя Иллюзий. На кладбище он не появился. Во всяком случае пока.

— Сколько уж тут не хоронят, а магией Смерти все словно пропитано, — Святые знают для кого принялся рассуждать Малк. — Не выполняют жрецы своих обязанностей, ой не выполняют. И спецы из Бюро бедствий свой хлеб тоже зря едят. Так провал на план Смерти проспать можно!

От собственных мыслей стало страшновато, и тут же как назло в памяти всплыла читанная в газетах история. Таблоиды писали, что совсем недавно здесь при таинственных обстоятельствах погиб нанятый магистратом старик-смотритель, и пусть жандармы единодушно твердили про причастность банды малолетних преступников, общественность упрямо верила в сверхъестественный характер смерти. Доверять слухам и сплетням, конечно, последнее дело, но ведь и самому Малку это кладбище не нравится!

— Ладно, последняя проверка! — сказал он и, мысленно извинившись перед хозяином могилы, уселся прямо в малинник.

Прикрыл глаза, задышал в правильном ритме, потянулся вниманием вглубь своего разума… и вот Малк уже во Дворце Духа. Сразу после инициации, когда тренировки перестали восприниматься как форма пытки, открывшиеся пейзажи его еще как-то привлекали, но со временем новизна прошла, и теперь пустынные пейзажи с пульсирующим в небе Кристаллическим Сердцем навевали лишь скуку. Слишком часто Малк их видел во время своих занятий с Зеркалом Друзала, чтобы сохранить в себе прежний щенячий восторг. Радость от соприкосновения с магией давно уже сменилась ощущением рутины. Единственное, что на этот раз зацепило взгляд, так это появившийся у Сердца крохотный спутник. Вокруг «солнца» внутреннего духовного мира Малка теперь вращалась крохотная точка — признак целиком освоенного заклятия. Заклятия не просто затверженного в памяти и потому успешно применяемого, а интегрированного в Дух и ставшего его неотъемлемой частью.

— Осталось еще два, и можно будет сосредоточиться только на развитии резерва и скорости поглощения! — с удовлетворением сказал Малк и тут же отвернулся.

Все-таки во Дворец Духа он «пришел» совсем не за тем, чтобы любоваться своими успехами, а ради дела! Вот им и следовало заняться. И он тотчас активировал формулу сбора энергии.

Кристаллическое Сердце моментально отозвалось усилением пульсации. Вокруг него словно бы закрутилась переходящая в воронку спираль, в которую тут же потянулись разлитые в реальном мире крохи незримой энергии. Происходи дело рядом с источником, и из этой Силы образовались бы похожие на нити, а может, и на целые канаты потоки, однако Малк находился в обычном, пусть и с особенностями, месте. И потому его скорость поглощения магии никак не отличалась от обычной. Единственное, что выходило за рамки привычного, так это характер собираемой энергии. Пневма вместо нейтрального или свойственного Жизни окраса носила здесь ярко выраженный привкус Смерти. И Малка это немного нервировало.

Впрочем… сейчас его интересовала никак не проблема восполнения резервов!

Малк мысленно прикоснулся к Сердцу и постарался услышать, откуда шел наиболее плотный поток негативной Пневмы. Идея пришла в голову случайно, и навык этот он никогда специально не тренировал, потому заранее был готов к провалу… И тем приятнее было убедиться в собственной правоте! Череда частиц, практически целиком окрашенных в цвета Смерти, тянулась откуда-то справа. Причем не из каких-то заоблачных далей — добраться до которых своей формулой Малк попросту не мог, — а совсем близко, буквально в десятке шагов.

Искать дальше не имело смысла. Малк тут же покинул Дворец Духа и решительно направился в нужную сторону… чтобы через считаные мгновения обнаружить развалины старого, не сохранившего даже мемориальной доски склепа. Но что особенно удачно, одна из его упавших стен образовала на земле что-то вроде крышки стола и тем самым идеально подходила для целей Малка.

— Ну что, место, кажется, нашел! — усмехнулся Малк, для верности попинав понравившуюся ему мраморную плиту.

Камень даже не шелохнулся, чем особенно его порадовал. Место следующей встречи с карликом выбрано. Оставалось разобраться со временем, и Малк таки поменяется с уродцем ролями. Теперь охотником будет он, а коротышка — жертвой!

Плохо, конечно, что Малк так и не освоил гадание, а значит, ни найти убежище своего врага, ни рассчитать момент его максимальной слабости, ни предсказать сроки следующего нападения не получится… но ведь у каждой задачи есть несколько способов решения! И ловля на живца далеко не худший из них. Раз карлик всегда приходит, когда Малк оказывается поражен негативной Пневмой, значит, так тому и быть. Он зажжет для него такой маяк из магии Смерти, что тот в Пекле учует! Ну а дальше… дальше придет черед всех тех приготовлений, которые Малк сделал ранее. И, если госпожа фортуна будет к нему благосклонна и Святые не отвернут свои лики, проблему мерзкого карлика он решит раз и навсегда.

Малк, сам того не желая, так распалил себя подобными мыслями, что готов был немедленно заняться призывом демонического уродца. И слава Девятерым, что у него не было тогда с собой ни оружия, ни подходящих ингредиентов для нужного ритуала. Затевать призыв явно недоброго существа в столь непростом месте, к тому же будучи уставшим и с почти опустошенным резервом, было откровенно глупо. И никакое воодушевление и душевный подъем данные недостатки не компенсируют. Следовало еще немного подождать, и Малк не без сожаления отправился к выходу с погоста…

На следующий день, как он собирался вначале, вернуться на старое кладбище не получилось. То неожиданно нагрузили семинарскими занятиями на курсах, то инструктор в Боевом Зале заинтересовался новостью о полном освоении Рассеивания, то вдруг Серж устроил скандал и потребовал, чтобы основной состав «Стаи» хотя бы первые дни не пропускал — в итоге до приметного склепа Малк добрался только через седмицу. Сначала планировал визит на раннее утро, но передумал. Возникло опасение, что, несмотря на заброшенность кладбища, он может пересечься со случайным зевакой. Это чревато не только срывом планов, а и вообще попаданием в каталажку за незаконную магическую деятельность.

Поэтому на место он прибыл около шести вечера, когда согласно народной традиции посещать усопших было точно не принято. И на этот раз с собой Малк взял все самое необходимое. Ингредиенты, вощеная бумага с заранее подготовленной колдовской схемой, оружие… Последним он озаботился особо. Мало того что в сумке у него теперь прятался приобретенный у старика-оружейника револьвер, а на боку под полой сюртука висел получивший новые ножны и рукоять клинок, так Малк еще и крепкими стальными прутьями запасся — пусть не «тесаки», но вполне неплохая замена.

Вероятнее всего, в бою с карликом — кажется, насквозь бесплотным, иллюзорным и нематериальным — ничего из этого не понадобится, но с некоторых пор Малк предпочитал учитывать любые повороты судьбы. В конце концов, лучше немного перегнуть палку в плане осторожности, чем потом оказаться перед врагом с голой задницей. Он и так последнее время без клинка и револьвера по улицам ходит, из-за чего себя постоянно не в своей тарелке ощущает, встречаться же с опасным и непонятным недругом, имея за пазухой только слабенькие заклинания, откровенный перебор!

— Так, со сторонами света определились, знаки Стихий на нужных местах, — принялся бормотать Малк, сверившись с компасом и развернув на присмотренной плите бумагу с колдовской схемой. — Теперь по периметру восемь лучин кровавого дуба сделаем, по внешнему контуру пепел проклятой рябины и сушеного желтого гриба добавим, громовые камни… громовые камни в центр. Раз уж и колхаунские старики их серьезным средством против призраков называют, то быть вам для уродца дополнительным сюрпризом…

Малк отступил на шаг и окинул взглядом получившуюся конструкцию. Выглядело все, честно говоря, не очень впечатляюще. Не имея ни малейшего представления о природе своего врага и обладая крайне скудным арсеналом средств, вместо нормального, проверенного веками ритуала Майку пришлось создать нечто свое. Опирающееся не столько на академические знания, сколько на личный опыт и народную традицию.

И если усложненная вариация Защитного Круга уже была им опробована — во время теста Хордола она использовалась в качестве инструмента сдерживания «любимца» старшего мага, то с традиционными средствами было далеко не все так гладко. Да, защита их с Толфаном и Хелавией общего дома показала, что против потусторонних врагов некоторое влияние они все же имеют. Надежность, правда, остается под вопросом, но сам факт срабатывания барьера отрицать нельзя. Однако это ведь совсем не означает, что и остальные народные поверья тоже окажут свое влияние! Пепел проклятой рябины, желтый гриб, громовые камни и кровавый дуб — пусть весьма известны в качестве оружия против нежити и нечисти, вот только известны они лишь среди неодаренных. И хотя, со слов оружейника, данные ингредиенты вполне могли использоваться в весьма серьезных обрядах и церемониях, Малк же ведь занимается совсем другим!

Возможно, тут помогла бы та порекомендованная ему книга сказок, но найти ее пока не получилось. А значит, колхаунские средства против потустороннего предстояло использовать на свой страх и риск, понятия не имея, как они будут сосуществовать с построенным «по науке» ритуалом.

— Что ж, начнем! — немного нервничая, сказал Малк и хрустнул пальцами. — Сначала Защитный Круг поставим, затем… затем все остальное.

Дел и вправду было немало. Установка Защитного Круга, которому предстояло стать смертельной ловушкой для зубастого уродца, активизация второго, скрытого контура, фокусирующего собранную Силу и Власть Малка, сбор разлитой над кладбищем отрицательной энергии и, наконец, использование ее в качестве приманки — столько всего, и почти каждый шаг хотя бы чуточку, но отличается от уже наработанных навыков!

— Святые, и почему я только обычный Адепт?! — немного раздраженно выдохнул Малк.

Будь он Учеником, да еще и тем, который своего ранга достиг хотя бы пару-тройку лет назад, и картина была бы иной. Другой арсенал ритуалов и чар, более богатый набор символов Руноглифа, просто расширенный магический кругозор… и охота на демонического приставалу далась бы гораздо легче. Малк был в этом совершенно уверен.

Не самый бодрый настрой ничуть не помешал ему действовать. И он уже даже начал активировать первое «слово» из колдовских знаков, встроенных в схему ритуала, влил первые капли энергии, зафиксировал их Властью, как вдруг раздавшийся буквально за спиной влажный треск и шорох заставили потерять сосредоточенность. Малк вздрогнул, внимание «вильнуло», и знак Руноглифа, над которым он трудился, моментально стал нестабилен. За ним потянулось все «слово», энергия пошла вкривь и вкось, в результате чего весь лист с колдовским чертежом беззвучно вспыхнул и осыпался пеплом.

Тут впору было бы разразиться шторму гнева и буре ярости — все приготовления пошли прахом, — но Малк к случившемуся провалу остался равнодушен. Сейчас его гораздо больше заботил источник шума, так не вовремя вмешавшийся в его затею.

Обернувшись на загадочный хруст, он увидел, как из соседней могилы, прямо из-под земли, раздвинув почву и дерн, в окружении множества матово поблескивающих хитином жуков медленно вытягивает себя на поверхность жуткий на вид монстр. Причем делает он это настолько плавно и… да, наверное, именно технично, что до полной свободы ему остаются считаные секунды. Хуже того, если бы он случайно не раздавил нескольких своих многоногих спутников и не отвлек тем самым Малка, монстр вполне мог остаться незамеченным до самого последнего момента. Когда жертву уже ничто не могло бы спасти.

— Ах ты ж мерзкая тварь! — выдохнул Малк, с отвращением разглядывая незваного гостя.

Череп неровной формы обтянут полностью изъязвленной и зеленой от гноя кожей. Руки неестественно длинные, с тонкими, похожими на бритвы пальцами. Спина перекошенная, позвонки мало того, что сильно выпирают, так еще и каждый увенчан острым шипом. Еще обращают на себя внимание уши — они совершенно нелюдские, остроконечные, а также предплечья твари — ближе к локтям у нее росли желто-зеленые, постоянно шевелящиеся пучки длинных волос. Тот еще красавчик, что уж говорить! Когда же гадина подняла голову и вполне осмысленно посмотрела на Малка голодными желтыми буркалами, то вид у нее и вовсе стал каким-то… инфернальным.

Йоррох! Забыв про сорванный ритуал, Малк торопливо наклонился к заранее выложенному на траву револьверу. Мельком успев подумать, что, будь на его месте суеверный колхаунский землепашец, тот вполне бы мог заподозрить себя в «сглазе», он вооружился многоствольным агрегатом, взвел курок, прицелился и… бабахнуло так, что заложило уши, а ударившей в ладонь отдачей Малку едва не вывихнуло запястье. Облако сизого дыма на мгновение скрыло тварь от Малка, однако так кстати налетевший ветерок быстро расчистил обзор. И он с досадой понял, что желаемого результата выстрел не принес. Пуля гигантского калибра хоть и пробила навылет череп, оставив после себя неаккуратную дыру с вытекающей из нее желто-зеленой жижей, однако на живучести гадины это никак не сказалось. Единственное, чего удалось добиться, так это некоторой дезориентации противника, но и то Малку это могло лишь показаться.

Моментально потеряв былую уверенность в огнестрельном оружии, Малк отбросил револьвер в сторону и выдернул, казалось, вечность назад вставленные в землю железные прутья. Проклятье, может, его поступок и выглядел сущей глупостью, но, по крайней мере, владению парными «тесаками» его хотя бы пытались научить.

— Х-ха! — надсаживаясь, на выдохе рявкнул он и, подскочив к гостю из могилы, с силой припечатал его по башке сразу двумя прутьями.

И надо сказать, эта атака получилась у него гораздо удачнее. Без того поврежденный череп твари окончательно раскололся надвое, и из трещины ручьем потек пузырящийся зеленый гной. Сама же тварь враз потеряла былую живость и завалилась на землю, лишь слабо продолжая загребать подергивающимися лапами.

Стараясь не запачкаться, Малк шагнул вбок и нанес еще один рубящий удар:

— Н-на!!!

Увы, во второй раз он слишком осторожничал и потому большого урона нанести не удалось. Монстр продолжил трепыхаться и, кажется, даже начал потихоньку затягивать рану. Во всяком случае, жижа больше не пузырилась, а в подергивании лапищ появилась какая-то осмысленность. Можно было не сомневаться: дай ей время, и гадина обязательно восстанет вновь.

Представив, как сейчас заохали бы самые отмороженные защитники прав демонов — несмотря на регулярные Ночи Йорроха и всю историю человечества общество лоялистов последние годы начало порождать и таких персонажей, — Малк примерился еще раз хорошенько приложить тварь прутьями, теперь уже в районе груди. Но вдруг краем глаза заметил какое-то движение, шарахнулся, едва не теряя равновесие, вправо и… лишь каким-то чудом заблокировал удар растопыренной когтистой пятерней от еще одной твари. Попади такая в любую часть тела, и тяжелая рана обеспечена, если же вспомнить про трупный яд и общую магическую природу этой мерзости, то любую травму и вовсе можно было считать билетом на экспресс к предкам.

Однако клясть свою неудачливость было некогда. Теперь уже просто увернувшись от следующей атаки, Малк поудобнее перехватил прутья и, как учили в Зале мастера Гарена, нанес ответный удар. Левым прутом сбил тянущуюся к груди лапу монстра, сделал разворот корпусом и с оттягом рубанул правым прутом аккурат по шее твари. Практически в тишине, прерываемой лишь треском раскалываемых панцирей жуков — как ни странно, сами чудища по-прежнему не издавали ни звука, передвигаясь молча и практически беззвучно, — оглушительно хрустнул позвоночник. Башка монстра склонилась набок, да так и застыла, что никак не сказалось на его активности. Хуже того, ожидавший совсем другого результата Малк на мгновение замер, и ускорившийся гость из могилы моментально вцепился в его оружие.

— Флурово семя!!! — испуганно заорал Малк, однако эмоции лишь придали ему прыти.

Видимо, что-то такое в Зале в него успели вколотить, раз он тут же выпустил из рук перехваченные прутья и, цапнув с пояса клинок из проклятой стали, вогнал его прямо в центр груди монстра. Острое лезвие — даром что ни брони, ни чешуи у твари не было, — хоть и вошло по самую рукоять, но только благодаря силе, вложенной Малком в удар. Плоть и кости оказались на удивление крепкими.

Впрочем, вряд ли подобная рана могла представлять для мертвяка, или кем он там был, серьезную угрозу. Малку даже показалось, что тот встретил травму чем-то вроде усмешки, но он на мгновенный успех и не рассчитывал. Малк делал ставку на следующий шаг. И он, не выпуская рукоять из рук, погрузил Власть в клинок и изо всех сил принялся вытягивать ею энергию из тела монстра. Все как и советовал старый оружейник.

И надо сказать, совет этот оказался весьма дельным. Малк физически ощутил, как нечто грязное и мутное потоком вливается в проклятый клинок, а тот, едва ли не чавкая и не причмокивая, глотает предложенную гнусь. Понятно, что подобное сравнение не более чем ответ разума на чересчур сильные эмоции, но именно так тогда Малку и показалось.

На поглощение мертвяк ответил беспорядочной дрожью и слабой попыткой вырваться. Однако у него ничего не получилось, и через десяток ударов сердца агонизирующее тело, разом ставшее похожим на стремительно сдувающийся бурдюк, соскользнуло с клинка. Упавший на траву мертвяк хоть и сохранил общий человекоподобный облик, но в центре тела теперь зияла огромная дыра, по краям которой бегали, угасая, кроваво-красные огоньки.

— Йорроха тебе в гости!!! — рявкнул Малк, потрясенно взирая на дело своих рук.

На мгновение возникло желание отбросить в сторону проклятый клинок и отряхнуть ладони, но он себя пересилил. Страх страхом, но добровольно от столь эффективного против низших демонов — в последнем он уже не сомневался — оружия Малк точно не откажется!

Впрочем, в любом случае дело еще не закончено. Для проклятого клинка найдется еще одна жертва.

Малк крутнул неожиданно занывшим запястьем и развернулся к первому мертвяку, который, проявив неожиданную живучесть и напрочь игнорируя прежнюю рану, успел встать на ноги и примеривался шагнуть в его сторону. Уже почти машинально, затрачивая минимум усилий, Малк создал Искру, после чего, сместившись влево для лучшего прицела, вогнал ее прямо в середину уже начавшей смыкаться трещины в черепе твари.

Удар получился что надо! И пусть уродливую башку твари удалось сохранить — та уцелела и не взорвалась, точно пороховая бомба, — однако сама гадина на ногах не устояла и завалилась на спину. Малк только того и ждал. Мертвяк еще падал, когда он хитрым шагом из тренировочного комплекса мастера Гарена стремительно сократил дистанцию и уже проверенным на практике движением, точно кол, вонзил в центр туловища монстра нож. Далее все уже было привычно… Манипуляции с Властью, пробуждение ножа, молниеносное поглощение пропитанного магией демонического сердца и бесславная гибель твари. Победа!

— Ф-фух! — выдохнул Малк и, выпрямившись, окинул взглядом дело своих рук.

Изрытая земля, парочка тел монстров, изуродованных так, как не смог бы сделать ни один безумец, и, как фон, остатки так и не удавшегося ритуала. Ну не судьба ему, кажется, с карликом разобраться. Не судьба, и все тут! Хорошо хоть мертвяки эти магией не разбрасывались, иначе в очередной раз подманили бы уродца в наиболее неподходящий для Малка момент!

— И главное, теперь совершенно понятно, что стряслось с бедолагой сторожем, — сказал он, ни к кому конкретно не обращаясь. — Есть, правда, вопросы, почему никто его гибель толком не расследовал, но о причинах тоже можно догадаться… М-да… Но меня ведь другое волнует: я опять в проблемы вляпался, потому что так демоническая метка сработала… которая вроде как после очистки Очага должна была появиться… или это карлик так постарался?! — Задумавшись, Малк замер, но, так и не придумав ответа, равнодушно махнул рукой. — А-а-а, к флуру все!

Еще раз оглянувшись и убедившись, что других таких тварей в округе не наблюдается, он с опаской покосился на сыто поблескивающий клинок и засунул его обратно в ножны.

— Надеюсь, обещанная оружейником «обновка» стоит своих денег и тебя никто не обнаружит, — пробормотал Малк и несколькими шагами вернулся к месту несостоявшегося ритуала.

Собрал в сумку уцелевшие ингредиенты, смел пепел с крышки мраморного «стола», вернул в сумку так неудачно выступивший револьвер и с раздражением посмотрел на останки мертвяков. Оставлять их вот так было глупо, но и копать яму для их захоронения тоже не хотелось. Может, просто спрятать? Мысль показалась здравой, так что после некоторого раздумья и доброго десятка ругательств Малк полез за взятыми на всякий случай из дома перчатками. Голыми руками трогать эту мерзость он точно не планировал!

На то, чтобы оттащить к развалинам соседнего склепа уже начавшие смердеть останки и завалить их там обломками, ушло минут двадцать. Получилось бы и быстрее, если бы Малк вдруг не вспомнил про свой опыт сражения с демонической гусеницей и доставшимся с нее трофеем. И не озаботился поиском аналогичных костяных образований в телах своих нынешних противников. Тем более что сложностей с этим никаких не было: чтобы обнаружить парочку угольно-черных костяных шаров, чем-то неуловимо похожих на необработанный Очаг, оказалось достаточно заглянуть в развороченные грудины монстров. Магические «костяшки» покоились аккурат на том месте, где у человека находится сердце, и крепились там с помощью всего трех мышечных «жгутиков». Несколько движений ножом, и вот уже в руках Малка оказались новые трофеи.

— Йоррох знает что вы такое, но, чую, пригодитесь! — скривился Малк, осторожно принюхиваясь.

Новые приобретения, в отличие от прочих останков, совершенно не пахли, что было уже неплохо. И Малк с чистой душой убрал их в сумку, даже не став заворачивать в платок леди Марой. Очень похоже, что неудачная охота на карлика закончилась неожиданным прибытком.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ,

в которой что-то готовится

— Как там Старик однажды сказал о причинах неудач с гаданием? Я слишком живой, да? — мрачно пробормотал Малк, сидя на полу в своей комнате и разглядывая лежащие перед ним черные костяные шары.

Не по его вине сорвавшаяся охота на «этого деда Бонифация» оставила у Малка крайне неприятное послевкусие. Вроде бы ничего плохого и не произошло — колдовскую схему он начертит новую, а заготовленные ингредиенты почти не пострадали, — но все равно, едва прошло какое-то время после драки с мертвяками, как появилось ощущение чего-то неправильного и почти глупого.

Все-таки авантюру он задумал, настоящую авантюру. Особенно если вспомнить, что говорил по поводу помощи своему студенту Хордол. На таких врагов практически с голыми руками не ходят. Если хочешь жить, надо предусмотреть любые сюрпризы и выжать из своей ситуации максимум возможного. Он же отправился бить врага, во многом полагаясь на удачу. И в этом смысле даже хорошо, что ему помешали те мертвяки. Иначе, как Малк подозревал, ничем хорошим его затея бы не закончилась.

М-да, слишком уж ему хотелось сделать все быстро, как можно скорее. Слишком устал от незримого давления, от постоянной угрозы нападений уродца. Вот при первом удобном случае и ринулся реализовывать свой «план». И с этой точки зрения возникавшие тогда задержки поездки на кладбище теперь выглядели не как досадные помехи, а как нечто вроде предупреждения: остановись, подумай!

Так что без гадания, которое подскажет Малку, когда его враг будет наиболее уязвим, какое место будет самым подходящим или, наконец, не будет ли там для него опасно, точно не обойтись. Во всяком случае, оценить вероятность появления кого-то вроде мертвяков он точно бы смог.

— Живой, чересчур живой… — несколько раз повторил Малк, пытаясь поймать ускользающую мысль.

Старик и вправду так однажды про него сказал, когда в ходе очередной попытки освоить предсказание его ручная химера отказалась забирать из магического круга гадательную карточку и с утробным воем попыталась вцепиться в лицо Малку. Объяснять он тогда ничего не стал, но предложил освоить следующий метод авгуров — поработать с внутренностями курицы. Толка из этой затеи, правда, не вышло, но… но какое-то смутное ощущение во время той попытки Малк поймал. И, кажется, начал догадываться, в каком направлении ему следует двигаться.

— Так почему бы не воспользоваться посредником, который сможет добавить мне немного Смерти? — медленно проговорил Малк и взял в руку один из добытых в схватке на кладбище костяных шаров: к сожалению, его ожидания не оправдались и для создания Очага оба оказались непригодными. Повертел, рассматривая, хмыкнул и добавил: — По крайней мере, что-то более мертвое, чем «сердце» мертвяка, мне точно не найти!

И с таким настроем, переложив черный бугристый шар в левую руку, правой достал из ножен проклятый клинок. Других инструментов у него не было, а значит, магическому оружию на время предстояло стать ножом для резьбы по кости. Причем Малк не был уверен, что замена так уж хуже оригинала. Напившийся демонической Силы нож вряд ли сильно уступит обычному артефакту, а необычному… где он их видел-то, необычные?!

И работа закипела. Действуя не столько лезвием, сколько острием, Малк за каких-то три часа разделил первый шар на одиннадцать разновеликих пластин. Получилось, правда, не слишком аккуратно — заготовки из-под его рук выходили неровные и кривые, — однако он за красотой и не гнался. Главное, чтобы на лицевой и тыльной сторонах каждого фрагмента «сердца» получилось разместить гадательные руны, а с этим он справился на «отлично».

Малк даже испытал из-за первого успеха что-то вроде воодушевления, что и сыграло с ним дурную шутку. По горячим следам, не тратя время на отдых, он с ходу взялся за второй шар и… запорол больше половины заготовок. Вместо полного набора из двадцати двух гадательных рун в свое распоряжение он получил всего шестнадцать, и это сложно было назвать успехом.

— Вот ведь гадство, а?! — прорычал Малк, разглядывая выложенные рядком кости с кое-как нацарапанными знаками. — И как тут можно на нормальный результат рассчитывать?!

Старик в свое время, правда, говорил, что при правильном настрое и грамотных расчетах гадатель способен обойтись и обычными игральными костями, но Малк на подобное даже не надеялся. С его Тайным Искусством и уровнем понимания методики прорицания следовало смотреть на вещи более трезво. И ставить перед собой посильные цели. Например, гадать с полным набором рун.

— Хотя что я теряю… — пробормотал Малк, когда немного успокоился.

Медленно провел пальцем по костяшкам, сильно смахивающим на уродливые клавиши инфернального пианино, прислушался своим Духом. Однако ничего, кроме Смерти и, быть может, слабых, едва уловимых отголосков демонических эманаций, разобрать не смог. Впрочем, иного он и не ждал: оценить качество инструмента прорицания можно было, лишь испытав его в деле. Без практического эксперимента не обойтись.

Вот только повторять прошлые ошибки и начинать важное дело усталым и измотанным он тоже не хотел. И как бы Малк ни желал окончательно поставить точку в вопросе гадания, попытку он отложил до утра. Не зря же говорят, что утро вечера мудренее. Может, и он чего за ночь сможет намудрить… ну или хотя бы просто восстановит растраченную за день энергию и успокоит нервы. Что тоже неплохо…

Так и произошло. Прекрасно выспавшись и вернув ясность мыслям, Малк взялся за дело в едва ли не идеальном психическом состоянии. О том, что с помощью Очага он довел наполнение резерва до максимума, на четверть сократив время медитации, и упоминать не стоит. Слишком многое зависело от результата, чтобы Малк хоть в чем-то допустил небрежность.

— Старик, ты клялся, что самый трудный именно первый раз? И что дальше будет уже гораздо проще?! — хмыкнул Малк, наконец усаживаясь со скрещенными ногами в центре комнаты и пересыпая гадательные кости в заранее подготовленную банку. — Что ж, надеюсь, я не зря потратил деньги и все тобой сказанное не окажется фантазиями крепко пьющего вояки…

Малк обхватил банку руками и принялся решительно ее трясти, попутно концентрируя между ладонями свою Власть и сложным образом структурированную магию Пневмы. Точнее, так считал Малк, от которого данный шаг требовал предельного напряжения внимания и сил, у Урвала на сей счет было другое мнение. Весьма грубое и нелестное для «нерадивого» студента.

Как ни странно, на этот раз фокус получился с первого раза. Более того, Малк в своей попытке добиться результата, сам того не желая, «шагнул» несколько дальше, чем предполагал в самых смелых своих мечтах. И вместо банки с гремящими костями вдруг смог ощутить нечто вроде клубка из тянущихся в необозримую даль эфирных нитей. Причем клубка живого, пульсирующего сообразно своему собственному внутреннему ритму… и испускающего узнаваемый холодок Смерти.

— Слишком живой! — одними губами в который уже раз повторил Малк и вогнал в самый центр клубка заранее подготовленный мысленный запрос.

Разумнее всего было бы попробовать свои силы в чем-нибудь простом — в прогнозе погоды на день или в предсказании неожиданной встречи, но слишком уж измотала его ситуация с карликом. И Малк не смог отказаться от соблазна приоткрыть завесу тайны своего врага.

«Как скоро нападет этот дед Бонифаций?» — даже не спросил, а выразил свое желание узнать Малк, составив череду подходящих образов. И это сработало! Не успело отзвучать эхо этой мысли, как незримая сила буквально вырвала банку из рук Малка, крышка упала, и кости разлетелись по полу. Причем так, что в пределах досягаемости вытянутых рук Малка остались лишь две из них. И если он ничего не путал, то изображенные там руны в том числе имели значение «скоро». «Очень скоро», если быть совсем уж точным.

— Йоррох, ну и как это понимать? — задумчиво пробормотал Малк, медленно поднимаясь с пола. — Получилось или нет, всех Святых мне в гости?!

И спустя мгновение понял, что знает ответ. Простенький на вид обряд буквально опустошил все семнадцать эргов его резерва и едва не покусился на жизненную силу. Во всяком случае, легкое головокружение показало, что к опасной границе Малк все же приблизился. Мало того, Власть — этот верный инструмент на пути к могуществу и проявление мощи Духа, — едва ли не впервые на памяти Малка ощущалась как измочаленная в лютой драке конечность. Даже элементарное воздействие с ее помощью, вроде движения предметов или активации бытовых артефактов, теперь казалось чем-то непосильным и тяжелым.

Кажется, Малку на роду было написано платить за свой путь в магию несколько больше, чем было принято среди его коллег. И это точно его не порадовало. Если окажется, что и сделанное предсказание неверно, то… Малк вдруг понял это со всей ясностью… то пошло оно к йорроховой теще, это гадание!

Да, если верить Старику, освоивший этот непростой навык маг сможет многое из того, что недоступно остальным. И речь идет не только о применении магии прорицания «в лоб». Хороший гадатель способен не просто искать пропажу, предсказывать события и угадывать предметы, но и с легкостью определять стороны света, чувствовать опасность и даже… даже закрываться от способностей других прорицателей. И, надо сказать, последнюю способность Малк считал едва ли не самой полезной… Но и бесконечно расшибать лоб в попытках в очередной раз добиться невозможного он тоже больше уже не мог. Так что если он напортачил-таки с обрядом и гадание не удалось, то так тому и быть. Заодно и главной опасности прорицания — пресловутой демонической метки — в будущем избежит. И пусть Старик говорил, что невыносимой ситуацию сделает только практика особого Тайного Искусства или злоупотребление гаданием, с удачливостью Малка следовало ожидать самых неприятных вывертов судьбы…

Находясь в ослабленном состоянии, Малк впервые за время жизни в Андалоре пропустил и работу в лечебнице, и тренировку в Боевом Зале, и даже занятия в Обществе. Не покидал комнату и не выходил за пределы Защитного Круга — все медитировал, пополняя резерв и следя за восстановлением Власти. И лишь уже под вечер, когда счел себя достаточно готовым к любым неожиданностям, отправился на улицу. Пустой желудок напоминал о себе урчанием, и Малку банально требовалось перекусить.

На чем Бонифаций его и поймал. То самое «очень скорое» нападение карлика произошло практически перед входом в трактир «Веселый тарахонтец»…

Само заведение Малк присмотрел довольно давно. Это было единственное место на весь район, где готовили настоящие колхаунские зеленые щи, и за цену, от которой не возникало ощущение, что ты лично спонсируешь экспедицию за ингредиентами в Яванский пояс. Если же добавить сюда же чистоту скатертей и опрятный персонал, то становится понятно, почему Малк регулярно посещал трактир, пусть даже ему для того и приходилось тащиться через весь квартал.

Вот и на этот раз, покинув дом, он сразу же свернул на уже знакомую дорогу. И никакие мрачные прогнозы его не останавливали! Впрочем, иначе и быть не могло. С результативным гаданием он раньше не сталкивался, в расплывчатые пророчества не верил, а потому и к «очень скорой» встрече с Бонифацием отнесся без должного пиетета. Девятеро, да он каждый день нападения карлика ждет, что теперь, от хорошего ужина отказываться?! Главное, силы он немного восстановил и от эксперимента своего почти оправился, а остальное… в остальном ничего нового!

По этим же соображениям ни проклятый нож, ни револьвер он с собой не взял. Обстановка в городе после начавшихся гонений на монархистов оставалась напряженной, наряды жандармов часто останавливали людей на улице, так что риск вляпаться в неприятности с законом был гораздо выше перспективы оказаться без оружия перед нападением Бонифация. Вот Малк и не рисковал. Но и совсем уж без тяжелых «аргументов» он не остался — один из так хорошо себя проявивших в драке с мертвяками железных прутьев Малк все же взял. Аккуратно завернул в холстину, перехватил за середину на манер безобидной палки и зашагал по улице, разве что не помахивая ею с деланой беззаботностью. Дурная сила, вновь начавшая расти из-за тренировок, позволяла.

И ведь наиболее опасные участки своего пути Малк все равно обходил! По широкой дуге обогнул заклеенный рекламными афишами проспект, успешно проскочил через торговый тупичок и даже смог найти улочку, до которой еще не добрались ушлые расклейщики афиш новомодного синематографа — все это у него происходило уже практически автоматически, минуя сознательные усилия. И лишь на финальном участке пути, практически на пороге цели, Малк нашел-таки возможность встретиться с «этим дедом».

Хозяин трактира заказал выносной щит с изображением толстого улыбающегося тарахонтца. В точности такого, какими их рисует народная молва — в узнаваемой широкополой шляпе, с парой заткнутых за пояс кремниевых пистолетов, с висящим на боку мечом и опирающегося на алебарду. Длинноухий стрелок из лука с рекламной афиши, в свое время так удачно выстреливший в Малка, на его фоне попросту терялся. И вот этого головореза трактирщик додумался поставить неподалеку от входа. Причем именно там, где в начавшихся сумерках он был менее всего заметен.

— Этот дед Бонифаций снова видит гаденыша! — Пробирающий до костей змеиный шепот карлика Малк услышал, когда уже поравнялся с рекламным щитом.

Мысленно уже обедающий Малк резко дернулся, глянул на портрет… и встретился взглядом с живыми, совершенно не нарисованными глазами «тарахонтца».

— Йоррох! Как?! — только и успел выдохнуть Малк. — Я же ведь «очистился» от всех следов Смерти…

Однако карлик, не размениваясь на разговоры, ответил атакой. Прямо из центра рисунка в Малка на манер копья вылетела пущенная мощной рукой алебарда, а когда он ее машинально отбил так удачно захваченным из дома прутом, развернулась к нему крюком и обратным движением зацепила за плечо. Мощный рывок, и Малк даже охнуть не успел, как оказался подтянут к ставшему порталом в неведомый мир щиту.

— Ты мой! Мой! Умри!!! — снова зашипел Бонифаций, и из мерцающей глади картинки ударил клинок меча.

Улыбка же нарисованного тарахонтца, ставшего вдруг аватаром карлика — несмотря на общую опасность ситуации Малк увидел это совершенно четко, — сменилась совершенно иной гримасой. Губы вытянулись трубочкой, и он словно бы собрался втянуть в себя нечто незримое.

Вот только на что бы он там ни рассчитывал, получить это Бонифацию было не суждено.

— Не сегодня! — рявкнул Малк и, вцепившись левой рукой в древко кажущейся абсолютно материальной алебарды, зажатым в правой прутом встретил выпад меча.

В воздухе раздался глухой звон. И одновременно с этим, пробежавшись сознанием по намертво отпечатанным в Духе рунам, Малк активировал полностью освоенное Рассеивание. Знаки сложились в колдовскую фразу, вобрали в себя мощь его Власти и прямо через ладонь выстрелили в алебарду, чтобы далее, точно по проводнику, проскользнуть непосредственно к ожившему рисунку.

Как подозревал Малк, будь карлик в своем лучшем состоянии, и со своей Властью он ничего бы с ним не смог сделать. Старшие маги подобным нападениям уделяют внимания не больше, чем мухам. Но уродец явно переживал не лучшие времена, а потому Рассеивание Малка без проблем достигло рекламного щита и… нарушило тонкую работу иллюзорной магии. Похожая на живое зеркало поверхность моментально подернулась мутной пленкой, а сам рисунок словно поблек и потерял весомую часть своего реализма. Про алебарду с мечом и говорить не стоило — оба наколдованных орудия стали какими-то прозрачными и даже на вид хрупкими. Впрочем, проверять их на крепость Малк не стал и вместо этого со всей силы впечатал прут в центр картинки с тарахонтцем.

И оказался прав. Удар стал той самой последней соломинкой, сломавшей хребет верблюду. Раздалось громкое «бах!», щит упруго вздрогнул, и рисунок, словно занавес из пыли, тихо осел на землю, оставив после себя лишь грязное размытое пятно. А вместе с ним пропал и «этот дед Бонифаций». Что до оружия карлика, то оно попросту растаяло в воздухе, точно водяной пар. И лишь порванный рукав да глубокая царапина в том месте, где крюк алебарды зацепился за Малка, напоминали о произошедшем.

— Вот ведь тварь! — даже не выругался, а выплюнул Малк и, с сожалением посмотрев на такой манящий вход в трактир, заторопился прочь.

Уж что-что, а объяснять — или того хуже, платить за ущерб! — трактирщику, каким таким образом он изуродовал «украшение» его заведения, ему сейчас точно не хотелось.

— Поужинал, флурово семя!

Далеко он, правда, не ушел. Вовремя опомнившись, Малк быстро вернулся и, лишь набрав целую горсть осыпавшейся краски, отправился прочь. В деле охоты на уродца подобного рода трофеи следовало воспринимать как дар Святых и лишнюю возможность дотянуться до врага. Во всяком случае, он очень на это надеялся.

Вообще же, положа руку на сердце, по-настоящему разочарованным Малк себя не ощущал. Да, с одной стороны, он в очередной раз столкнулся с карликом, получил легкую рану и даже потерял возможность посещать любимое заведение, но с другой… с другой, Малк узнал о гораздо более важной вещи. Его гадание работало! А значит, и стал гораздо ближе день его мести уродцу. Что даже звучало весьма воодушевляюще! Да, весьма воодушевляюще…

Тем не менее успех не вскружил Малку голову, и больше торопиться с охотой на коротышку он не стал. Предпочел унять эмоции и сосредоточиться на других не менее важных делах. Благо следующее гадание туманно пообещало, что новое нападение Бонифация «случится нескоро». Возможно, опытный провидец вроде Старика получил бы более точную дату, но Малка устроил и такой ответ. Нескоро так нескоро. Расслабляться он все равно не станет, но от некоторого давления все же избавится. Что уже неплохо.

И Малк с новыми силами нырнул в круговорот своих обычных занятий. Все занятия были важными, ни от чего нельзя было отказаться. Ведь шел восьмой месяц со дня инициации, и развитие его магических способностей приближалось к самой серьезной, завершающей стадии.

Если верить данным Зеркала Друзала, резерв Малка успешно перевалил через границу в восемнадцать эргов, а скорость поглощения медленно приближалась к планке в девять десятых эрга в час. И это был весьма немалый рывок для того, кто начинал с предельно низких для Одаренного значений. Однако причин для радости не было. Несмотря на близость к вожделенным двадцати эргам емкости резерва и соответствия правилу суточного удвоения запаса магии, говорить о скором достижении пика ранга Адепта было рано. Опыт миллионов магов до Малка, подтвержденный данными его собственного Зеркала, утверждал, что в какой-то момент развитие чародея неизбежно замедляется. Но если для талантливых это торможение, скорее всего, начнется уже после достижения нужного размера резерва, то для Малка… для Малка все началось гораздо раньше. И изменить ситуацию он просто не мог.

Какой был выход? Да все тот же. Бесконечные изматывающие тренировки с Зеркалом, медитации в источнике и правильно подобранные медицинские препараты. Причем в случае Малка особое беспокойство вызывала именно поддержка правильными алхимическими лекарствами — с остальным он худо-бедно, но разобрался, а вот с пилюлями, декоктами и зельями были сложности. В лавке при Обществе они стоили поистине огромных денег, так что Малку пришлось серьезно опустошить кубышку… И напрочь забыть об отдыхе в попытке компенсировать понесенные траты.

Тот же Серж, когда узнал, что специально подобранный набор зелий, компенсирующий Малку ограничения его таланта, стоил почти три десятка драхм, только и смог выдавить короткое про Йорроха и его флур. Сам он был несколько более одарен, чем Малк, поэтому признаков снижения результативности тренировок еще не заметил. Но иллюзий на свой счет не строил — то же самое ждало и его. А учитывая любовь к гулянкам, вряд ли его карман был готов к таким тратам.

Малк же на подобную реакцию мог лишь криво усмехаться. Покупка хоть и не исчерпала все его запасы, но оставшиеся у него два с половиной десятка драхм больше не казались весомой суммой. Нынешние расходы Малка высасывали монеты из кошелька с жадностью демона. И, что самое печальное, как-то урезать их не получалось.

Более того, их становилось все больше. Например, Малк через знакомого студента-библиотекаря случайно узнал об имеющемся в закрытых запасниках того самого рекомендованного оружейником «Сборнике колхаунских народных сказок». И, чтобы получить возможность поработать с текстом, ему пришлось дать самую настоящую взятку. Причем немалую — младший библиотекарь запросил за доступ к книге аж две с половиной драхмы и ни на обол не снизил цену.

Возможно, имело смысл отказаться от «покупки», отложить ее до лучших времен, но… некоторыми возможностями следовало пользоваться сразу, не откладывая дело в долгий ящик. Вероятно, будь на месте Малка Адепт из нормальной Школы, он бы и счел «Сборник» не стоящей внимания книгой. Однако он был студентом Общества и умел ценить любые крохи знания. Пусть даже поданные в неявном виде и прячущиеся за детскими сказочками и легендами.

«Сказ о Ларке-охотнике, жрице Дораны и проклятом даре», «Два волка», «Низ и верх», «Как мужик душу выкупал», «Солдат и стиксонская гадалка» — простые и непритязательные истории без цензуры и редактуры выглядели совершенно иначе. Ларк-охотник больше не казался жертвой злой и бессердечной жрицы, а воспринимался как решивший отказаться от своего слова клятвопреступник. В легенде о волках вдруг появился нарушивший запреты маг, а сами лесные звери оказались порождениями Пекла. «Низ и верх» из юмористической сказочки про перевернувшуюся вверх дном деревенскую утварь стал мрачной новеллой, где фигурируют малефики, проклятия и вторжения из потусторонних планов. Самый популярный среди колхаунских детей сюжет о веселых и удалых странствиях мужика, пожелавшего выкупить проданную по пьяни душу, вообще трансформировался едва ли не в служебную инструкцию какой-то специфической Школы. Воспользовавшемуся услугами гостей из-за Грани Ученику предлагался свод рекомендаций по избавлению от наиболее обременительной части долга.

Но самой интересной оказалась сказка про солдата и гадалку. Там было все — демонические метки, странный интерес жрецов Святых к плоти подданных Йорроха, опасность игр с пророчествами и бытовые способы защиты от потустороннего. То есть именно то, что больше всего сейчас интересовало Малка. Ну и как от такого было отказаться?! А ведь после прочтения возникло подозрение, что если поискать более старые, если не сказать древние, издания или списки, то Малка ждет еще больше открытий!

Нет, не обманул старый оружейник, совсем не обманул.

Кстати, в том же сборнике он узнал о том, как называются сорвавшие охоту на Бонифация мертвяки. В одной из сказок герой боролся в точности с такими же тварями и называл их гулями. Причем сама история оказалась для Малка абсолютно новой — в последующих изданиях сказку не редактировали, а просто выкинули. И Малк даже понимал почему. Народная мудрость словами героя истории учила, что гули появляются только там, где люди перестают чтить Святых и продаются Йорроху. Учитывая же симпатии Триумвирата к взглядам лоялистов, борьбу с консерватизмом и стремление к ограничению влияния храмов, подобные объяснения очевидно шли в разрез с государственной политикой и требовали искоренения.

Единственное, что удивляло в прочитанной сказке, так это проклинаемая героем крепость кожи и костей гулей. Чтобы справиться с инфернальными врагами, персонажу пришлось пойти на немалые хитрости, в то время как сам Малк разделался с мертвяками без особых проблем. То ли колхаунская народная мудрость где-то лукавила, то ли… что-то тут не так. И не с гулями, а с самим Малком… Хотя почему «что-то»? Для ответа на этот вопрос достаточно было подойти к зеркалу и оценить заметно прибавивший за год рост да выпирающие из-под одежды мышцы.

— Варвар, честное слово! — вынес вердикт Малк, в очередной раз оценив то, насколько жмет в плечах недавно купленная сорочка.

И кажется, он начинал привыкать к изменившемуся телосложению…

Вообще после нападения гулей месяц, за исключением подлой атаки «этого деда», прошел на удивление спокойно. Малка никто не трогал, не искал, не устраивал неприятностей и не присылал убийц. Мстительные лоялисты и поддерживающие их дворяне, йоррохов Гверд, жандармы — все о нем словно забыли. Даже упомянутая стычка с карликом не достигла былого накала, став, несмотря на травму, чем-то вроде легкой разминки.

Непривычно! И пусть сейчас Малк не мог не приветствовать подобное затишье, все равно ощущал беспокойство. В детстве сотни раз подобные истории от моряков слышал: вроде все идет как надо, хорошо и гладко, а потом вдруг налетает ветер, накатывают волны, гремит гром, и вот уже крепкая шхуна камнем идет на дно, а команда ищет спасения среди обломков. И что-то Малку совсем не хотелось примерять на себя шкуру таких вот бедолаг.

Хотя с другой стороны… А может, он просто разучился жить обычной жизнью, смотреть на мир глазами филистера? Йоррох его знает…

Впрочем, кое-что все же произошло. Кто-то скажет, что недостойная внимания мелочь и безделица, однако Малк отнесся к случившемуся со всей серьезностью. Просто потому, что это напрямую касалось его подозрений о связи Сержа с Канцелярией и лично с госпожой Леарой. Того самого, чего он с некоторых пор остро желал сам и в чем ему самым бесстыдным образом отказывали.

Был конец седмицы, преподаватели на курсах словно с цепи сорвались и выжимали на семинарских занятиях из студентов все соки. Малк, донельзя измотанный и уже пропустивший несколько тренировок в Боевом Зале, собрался то же самое провернуть с работой на мосту. Отдохнуть, восстановиться телесно и духовно, а потом с новыми силами… Но тут встал на дыбы Серж. Сроки выполнения контракта неуклонно приближались, а работы над мостом оставалось еще непочатый край.

И его совершенно не радовала перспектива принимать на себя удар неизбежных в таком случае санкций.

Так что выбора не было, и Малк через силу отправился к так неудачно найденному лидером «Стаи» объекту. Злой, раздраженный и готовый сорваться на ком угодно. В общем, идеальный кандидат для создания конфликта на ровном месте. Что в конце концов и произошло…

Противником, с которым он волей-неволей зацепился языками, стал новичок. Осваивающий Рассеивание студент соседнего потока по имени Жан — именно так он представился в день знакомства, — которого Серж, кажется, рассматривал как замену задающему слишком много неприятных вопросов Малку. И если сам Малк относился к подобным планам с изрядной долей юмора, его визави воспринимал все всерьез. Даже чересчур всерьез… Что явно не шло атмосфере в «Стае» на пользу.

— Он опять мне мешает. Специально мешает! — брызгая слюной, заорал Жан, когда попытка снять явно выходящее за пределы его возможностей скрепляющее заклятие предсказуемо сорвалась и потревоженная конструкция опасно придвинулась к скоплению обрывков малопонятной волшбы.

Жан, разумеется, имел в виду Малка. И не столько обвинял в реальном вредительстве, сколько желал просто сорвать раздражение на том, кого он решил считать недругом.

— А руки твои кривые не мешают? — вместо обычно вежливого ответа вдруг огрызнулся Малк.

И, не щадя чувств собрата-студента, решительно приблизился к образовавшемуся клубку из поврежденных чар. С показной небрежностью хлопнул по магическому конструкту ладонью с активированным Рассеиванием и… с усмешкой принялся наблюдать, как проклинаемый Жаном узел стремительно распадается на истаивающие в воздухе волоконца энергии. Курс «Сакральной геометрии», навязанный Малку Обществом, дал ему много больше, чем он мог ожидать в своих самых смелых мечтах. И теперь что в ритуальной магии, что во влиянии внешних факторов на стабильность чар он понимал значительно больше.

Впрочем, помощь не сильно обрадовала Жана.

— Кажется, я не просил тебя лезть куда не следует! — прорычал он, сжимая кулаки.

Однако начинать драку Жан все же не спешил, хоть и бросал в сторону Малка оценивающие взгляды. Неизвестно, какие заклинания он изучал помимо Рассеивания, но вряд ли это было что-то действительно мощное. Для сильной магии нужен хороший талант и серьезная поддержка — в общем, все то, что сложно найти у слушателей курсов при Андалорском Обществе магов. И потому волшбой ему Малка не напугать. Что до физической силы… человека с телосложением Малка победить, конечно, возможно, но только при наличии действительно выдающихся боевых навыков или большой удачи. И вряд ли Жан мог похвастаться чем-то подобным.

— Не просил! — как ни в чем не бывало кивнул Малк. — Но я вот тоже не просил тебя городить частокол из глупых ошибок, чреватых созданием непосильных для нашего уровня проблем. Однако ты этим с увлечением продолжаешь заниматься! Так чем я хуже?

Жан явно был не силен в игре в слова и взаимных оскорблениях. Он далеко не сразу разглядел издевку, а когда собрался хлестко парировать, так и не смог подобрать достойного ответа.

— Умный, да? — наконец прорычал он. Злость явно переполняла его, требовала выхода, однако на драку он все же не решился. — Тебя хотя бы на месяцок куда-нибудь на остров южнее Веспа. Где люди от скуки и страха на стены лезут… Вот я бы посмотрел, как бы там умничал… Крови не видел, пороху не нюхал, а туда же!!!

Малк, которому уже надоел и весь этот разговор, и сам Жан, моментально встрепенулся. Он с нескрываемым удивлением посмотрел на своего недруга.

— Ты ж в Обществе всем растрезвонил, что гражданским писарем год отработал. В каком-то городке на востоке… И магом захотел стать, чтобы какой-никакой, но статус получить, деньжат заработать, а там и жениться. Разве нет? — спросил Малк, мысленно усмехаясь.

Дурак, так проколоться! Серж, тот за свою «легенду» держится до последнего, а этот чуть взбесился, и вот уже выложил всю подноготную. И это Малк еще вопросами его толком не мучает, а что было бы, случись на его месте кто посерьезней? Нет, в Темной Канцелярии ему карьера точно не светит.

Видно, это осознал и Жан. На его лице, точно в зеркале, отразилась череда эмоций. Испуг, досада, злоба, жутчайшее разочарование… Он даже не пытался скрыть их, вел себя как пойманный на списывании подросток.

И тем самым еще больше усугублял ситуацию! Ведь разговор происходил в присутствии остальных членов «Стаи», и был среди них тот, кто весьма живо интересовался его содержанием. Во всяком случае, пронизывающий взгляд Сержа, который тот не сводил с Жана, Малк понимал именно так.

В тот день они с его несостоявшимся соперником больше не общались. Жан как-то сник, потерял задор и предпочитал отмалчиваться. Малк же… Малк пытался переварить случившееся и понять, как это использовать в своих планах связаться с госпожой Леарой.

Вот только претворить в жизнь все то, что он надумал, не получилось. Уже на следующей встрече членам «Стаи» было объявлено, что Жан их покинул. Со слов Сержа, по причине крайне низкой квалификации, лени и скандальности. Причем пассаж про скандальность был выделен особо. И Малк намек понял. Расспрашивать об истинных причинах ухода чересчур болтливого коллеги он разумно не стал. Если уж он нацелен на получение покровительства действительно серьезной структуры, то — Малк верил в это все больше и больше — ему жизненно необходимо закрепиться в «Стае». А раз так, зачем на пустом месте устраивать конфликт? Иногда разумнее помолчать и… подождать.

Впрочем, объяснение Сержа со счетов Малк тоже не сбрасывал. Все люди ошибаются, даже Святые и Великие маги. И его здоровая подозрительность вполне может чересчур приблизиться к паранойе. А раз так, то, отказавшись от озвучивания своего мнения, он банально уберег себя от кучи неприятностей в будущем…

Удивительно, но в течение этого месяца ему еще раз пришлось проявить подобную предусмотрительность. И смолчать там, где раньше неуступчивый характер потребовал бы от него открыто высказать недовольство. Всей разницы, что произошло это не в среде студентов Общества, а совершенно в другом месте, в Боевом Зале.

Раньше ему казалось, что мастер Гарен с инструкторами относится ко всем одинаково жестко и для ярко выраженного неравенства нет места. И тем обиднее было узнать, насколько он ошибался.

В тот день ему впервые разрешили спарринг. Неразговорчивый инструктор, с которым Малк занимался все это время, наконец счел его понимание базовых движений парными тесаками достаточным, чтобы проверить в схватке. И выставил Малка против более опытного товарища: тот занимался в Зале больше года и уже не считался новичком. Другое дело, что на тренировки он ходил нерегулярно и самостоятельной практикой не злоупотреблял, но формальное старшинство соблюдалось.

Малк его в Зале-то видел всего пару раз и только из разговоров остальных студентов знал, что тот младший сын купца средней руки, зовут его Стын и он внешний ученик какой-то мелкой Школы. То есть обычный парень без особых талантов, занимающийся больше не по повелению души, а подчиняясь желанию влиятельного и трезво смотрящего на жизнь родителя. Единственное, чем Стын выделялся, так это гонором и завышенными представлениями о своем месте в мире. Но в силу редкости посещений остальным это не мешало, так что каких-то претензий к нему ни у кого не было.

И вот с ним Малку предстояло схлестнуться в круге для поединков.

— Итак, повторяю. Помним, что это тренировка! Никаких опасных и добивающих ударов, никакой грязи! Ваша цель — проверить свои способности в обстановке, приближенной к реальной. Проверить, ясно?! А не растоптать противника! — в последний раз принялся объяснять инструктор, и что Малк, что замерший перед ним сын торгаша торопливо закивали.

Оба были одеты в стеганые колеты, аналогичные штаны, сапоги до колен, толстые перчатки. Головы защищали глухие железные шлемы с узкими прорезями для глаз… В общем, на вкус Малка, весьма неудобная одежда. И дело не в весе «защиты» — новое телосложение позволило бы ему спокойно таскать и стальные латы. Нет, просто он привык заниматься в свободных, не сковывающих движения штанах и рубахе, как вдруг такой переход. Неприятно.

В отличие от Малка его противник явно чувствовал себя гораздо свободнее. Для него поединок вряд ли был первым, так что к «стеганке» он должен был успеть притерпеться. Мало того, Стын и к самому поединку относился как-то чересчур расслабленно. Демонстративно подпрыгивал на месте, поводил плечами и позволял себе адресовать Малку не самые дружелюбные жесты. Проводил пальцем по горлу, показывал, как стреляет из пистолета, угрожающе похлопывал по висящему на боку узкому прямому мечу.

Впрочем, Малка, пережившего действительно смертельные ситуации, подобной ерундой было не пронять. И он сохранял спокойствие, разве что досадуя на выбор оружия противника. Проклятый Стын, как назло, владел именно тем клинком, о котором Малк так мечтал в детстве. Сам же он вышел на бой с мясницкими прямоугольными тесаками, которые бесили его поначалу.

— Все, начали! — наконец рявкнул инструктор и выскочил из круга.

Поединок начался. Стын, точно механизированный воин, тотчас полез вперед, пластуя воздух мечом. Даже на взгляд Малка, еще чересчур мало занимающегося в Зале, такое поведение выглядело дико непрофессионально. Так следовало бы вести себя новичку, но никак не «старшему», тем более уже обладающему некоторыми навыками.

Сам Малк переходить в прямое столкновение пока не спешил и закружил вокруг Стына, стараясь сохранять дистанцию.

— Дерись как мужик, поимей тебя Йоррох! Стой и дерись!!! — заорал из-под шлема сын торговца.

Малк даже не удосужился покачать головой.

Сейчас гораздо больше его интересовало то, как Стын машет клинком и как передвигается, чем то, что он кричит. И он продолжал кружить, мысленно готовя собственную контратаку.

Однако, как выяснилось, противник был далеко не так глуп, как показалось вначале. Подобное поведение было частью обшей стратегии боя. Когда в очередной раз Малк начал уходить из-под косого удара, Стын внезапно перестроился, сменил позицию, вокруг него вспыхнула голубая аура, и он буквально рванул вперед в глубоком выпаде. Получилось неожиданно, мощно, красиво, технично. Именно так, как требовали от студентов Зала наставники и как получалось далеко не у всех.

Малк увернулся не иначе каким-то чудом. Точнее, не увернулся, а сместился вбок, в точности повторив заученный в комплексе переход, чему позже удивился сам. А сменив позицию, с разворота с хеканьем рубанул Стына сразу двумя тесаками. Возможно, выглядело и не очень красиво, но зато эффективно. Удар пришелся аккурат на спину противника, и пусть «стеганка» смягчила его силу, получилось все равно мощно. Стын вскрикнул от неожиданной боли и на мгновение потерял равновесие, вынужденный пробежать несколько шагов вперед.

— Малк, плюс один балл! — донесся голос инструктора.

Однако порадоваться первому шагу к победе Малк не успел.

Разъяренный Стын стремительно развернулся, теперь уже не скрываясь и не экономя эрги, повторно наложил на себя Ускорение — это была та самая голубая аура, после первого раза уже успевшая истаять в воздухе, — и ринулся в бой. Малк немедленно отреагировал переходом в защитную стойку. Уже даже прикинул, как нанесет еще один успешный удар, возможно даже стоящий сразу два балла, но Стын в очередной раз его удивил. Вроде бы бросившись в драку сломя голову, он тем не менее действовал по отработанной схеме и в нужный момент применил второе заклинание, причем достаточно быстро, чтобы Малк успел как-то ответить. Незримой рукой телекинеза Стын попросту дернул Малка за один из клинков, выведя из равновесия. А затем воткнул ему меч в живот.

— Х-хааа!!! — выдохнул Малк от резкой боли и, сгорбившись, прикрывая одним из тесаков низ туловища, отступил назад.

Ему вторил голос инструктора, насчитывающий сыну торговца первый балл.

Стын, торжествуя, попробовал развить успех и принялся наносить рубящие удары. Однако Малк не зря находился в особых отношениях с болью. Практика Дождя хоть и забрала у него немало, кое-что дала и взамен. Например умение терпеть. И сейчас Малк воспользовался им сполна.

Вместо того чтобы позволить себя добить, он внезапно выпрямился, резким взмахом левого тесака отбил клинок противника и снизу вверх полоснул правым. Попади под такой удар человек без доспеха, и он был бы гарантированно выпотрошен. Однако сейчас Малк рассчитывал лишь получить еще один балл… и тем удивительнее для него было, когда тесак внезапно встретил упругое сопротивление магического Щита.

— Йоррох! — не удержался Малк.

Стын сотворил Щит в последний миг. И, учитывая скорость колдовства, именно это заклинание он интегрировал в свой Дух при переходе через границу между рангами Адепта и Ученика.

Сын торговца ответил злым смехом, после чего Малк ощутил, как чужой телекинез снова пытается ухватиться за его оружие. Однако прежних ошибок он не повторял, и магия противника соскользнула по барьеру его Власти. Как и говорили наставники в Обществе, по силе Духа Малк далеко опередил не только многих Адептов, но и отдельных Учеников. И это в очередной раз дало свой результат.

Для не ожидавшего подобного Стына это стало неприятным сюрпризом. Он ведь даже начал контратаковать, пользуясь постэффектами угасающего Ускорения, как вдруг выяснилось, что делать этого не стоило. Малк предоставленную возможность не упустил и сверху вниз рубанул сразу обоими тесаками.

Видимо, уважать его он Стына уже научил, раз тот, не понадеявшись на Щит, вдобавок вскинул руку в защитном движении. И сделал он это точно не зря. Тяжелые, сильно смахивающие на топорики тесаки, помноженные на большую силу Малка и сопровождающиеся мощным Рассеиванием, прорвали магический барьер сына торговца, как гнилую тряпку. Впрочем, защита клинком тоже оказалась бесполезна. Его Малк своим ударом попросту выбил из руки противника, так что тесаки с размаху, почти не потеряв в скорости и мощи, врубились в шлем Стына.

— Н-на! — привычно рявкнул Малк.

И одновременно с его возгласом Стын отлетел почти на сажень назад, рухнув спиной на песок круга для поединков.

По идее, на этом бой следовало бы закончить — подобного рода удары обычно оценивались в два балла, что автоматически делало Малка победителем, — но на всякий случай он решил не рисковать. Переложив правый клинок в левую руку, он создал, наверное, самую мощную свою Искру и… и не успел пустить ее в ход. В последний миг он сначала почувствовал, как его словно бы лягнул в грудь механизированный воин, затем ощутил мгновения полета и точно так же, как до него сын торгаша, грохнулся спиной на песок.

— Малк — один балл за успешную контратаку. Всего два балла! Стын — два балла за великолепно подготовленную скрытую атаку и результативный выстрел. Всего три балла. Победитель Стын, поединок окончен! — объявил инструктор и сделал отмашку добровольным помощникам, чтобы те помогли бойцам встать.

— Йоррох и его флур! Он что, в меня из пистолета выстрелил?! — воскликнул Малк, прислушиваясь к разливающейся в груди ноющей боли.

В отличие от удара мечом пуля таки ухитрилась нанести ему травму.

— Из дирринджера! — ответил один из подскочивших к нему парней и с удовольствием добавил: — Зарядом повышенной мощности. Я видел, что Стын себе руку чуть не вывихнул…

— Точно, — подтвердил его слова еще один товарищ Малка по тренировкам и завистливо вздохнул. — Крутая штука! Такие пистолеты без чистого гражданского статуса и минимум десятка драхм не купить.

— Но как так-то?! Это честный бой! И что-то не помню, чтобы Стын заявлял дирринджер как дополнительное оружие, — возмутился Малк и поймал взгляд снявшего шлем сына торговца.

Тот с высокомерным видом усмехнулся и показал ему неприличный жест.

— Разумеется, не заявлял. Он его в рукаве все время прятал, — рассмеялись в ответ на его возмущение парни и, хлопнув Малка по плечу, разошлись.

Подошел инструктор.

— Ты недоволен моим судейством? — холодно спросил он.

Малк, у которого на языке вертелись разного рода эпитеты, резко замотал головой:

— Нет. Просто удивлен, что так… можно.

— Можно по-всякому. Но не всем и не каждому, понял? — не скрывая цинизма, усмехнулся инструктор. И вдруг потребовал: — Возьми оружие.

Он протянул Малку небольшой однозарядный пистолет — тот же дирринджер, разве что гораздо менее украшенный, чем у Стына.

— Зачем? — спросил Малк.

— Возьми! — жестко сказал инструктор и забрал взамен его тесаки.

Малк непонимающе пожал плечами и выполнил приказ. Дирринджер удобно лег в руку, и он перевел взгляд на отступившего на полторы сажени наставника.

— А теперь стреляй в меня! — рявкнул тот.

И Малк, не раздумывая и почти не целясь, нажал на спусковой крючок.

Пистолет бахнул, мощно толкнув ладонь, однако крепкая рука не дрогнула. Впрочем, Малк такие мелочи даже не заметил — все его внимание было сосредоточено на инструкторе. На инструкторе, который со звяканьем и ворохом выбитых искр отбил выпущенную по нему пулю.

— Вот что может сделать подготовленный воин-маг против пистолета. Помимо возможности увернуться, защититься, предугадать место попадания пули или вообще предотвращения стрельбы. Понимаешь?! Так что тренироваться больше надо, а не крючкотворством заниматься, — хмыкнул наставник и, посчитав на этом объяснения законченными, забрал оружие и удалился.

Малк же… Малк в ответ промолчал. И пусть он полностью разделял позицию учителя о необходимости тренировок, насчет справедливости судейства все же поспорил бы. Потому как сильно сомневался, что если бы подобный фокус выкинул он, то это сошло бы ему с рук. Ведь одно дело, когда проступок совершает человек, приносящий Залу пять драхм в месяц, и совсем другое, когда нарушителем оказывается владелец годового абонемента за почти полторы сотни драхм. Не так ли?

Впрочем, причин кому-то что-то доказывать и искать справедливости Малк не видел. Его задача — получить от Боевого Зала максимум навыков и знаний, побед он будет добиваться в другом месте. И, если Святые не будут мешать, добьется!.. Особенно если удастся из каждой подобной стычки выносить неожиданные мысли и делать правильные выводы. Вроде тех, что Малк сделал сейчас. О необходимости при возможности заняться освоением стрельбы из пистолета и… да, и покупки вместо дурацкого прута парных мясницких тесаков. Он вдруг неожиданно понял, что ранее ненавистное оружие вполне ему по руке и больше не вызывает отторжения. А раз так, то и повода отказываться от него он больше не видел!

Ну чем не подарок за украденную победу?

ГЛАВА ВОСЬМАЯ,

в которой попытка хуже пытки

В песочных часах, купленных Малком на распродаже за жалкие три обола, упала последняя песчинка, и он с ненавистью принялся буравить их взглядом. Что, уже пора? Заварилось? Проклятье! Очень хотелось выругаться покрепче и послать все к теще Йорроха, но он сдерживался. В конце концов, путь этот он выбрал самостоятельно, никто не заставлял, а значит, и злиться следовало лишь на себя самого. И свою неудачливость.

— Ну, за Святых! — сказал он наконец и, зачерпнув из стоящей перед ним кастрюли полную кружку ярко-зеленого отвара, залпом ее выпил. — А-а-а, тысяча демонов!!!

Если большую часть напитка удалось влить в себя без особых проблем, то последние несколько глотков дались как-то особенно тяжело. Организм вдруг взбунтовался и не пожелал больше принимать горький, как страшный алхимический яд, отвар. Так что остатки пришлось сначала буквально в себя заталкивать, а затем сидеть, зажимая ладонями рот и не позволяя себе исторгнуть выпитое обратно.

— Вот будет смеху, если выяснится, что эта дрянь никакими эффектами-то и не обладает! — пробормотал Малк, когда тошнота отступила и он вновь ощутил себя живым человеком, а не жертвой экспериментов.

Однако, увы, развеять свои опасения он пока не мог. И ему оставалось лишь продолжать пить эту отраву… отраву, которая должна была избавить его от любых демонических меток.

О данном способе «лечения» Малк узнал все из того же сборника колхаунских сказок. Там в одной из историй старая ведьма с помощью отвара травы шуйсю[6] спасала вернувшегося после войны с Хеймдарком солдата от внимания развратной демоницы. И пусть Малка жаждущие любви жительницы Пекла не одолевали, у него были свои сложности во взаимоотношениях с демонами. А потому, следуя примеру героя сказки, и он начал пить йоррохову траву. Трижды в день и уже вторую седмицу подряд. Причем ладно бы в разумных и привычных любителям горьких напитков дозах — у шуйсю даже имелись свои поклонники, — так нет, для достижения нужного эффекта требовалось увеличить концентрацию в десяток-другой раз… и тем самым превратить напиток в нечто ужасное и вполне подходящее на роль инструмента для пыток.

Впрочем, альтернативы у Малка не было. Демонические метки, которые он заработал очисткой Очага и успешным гаданием, конечно, могли исчезнуть самостоятельно… Вот только сидеть и ждать этого было не слишком разумно. Хотя бы потому, что после первого своего успеха он так и не остановился и продолжил свою игру в пророка.

— А теперь можно и на результат посмотреть, — пробормотал Малк, вытерев о колени вдруг вспотевшие ладони, и потянулся к стоящей перед ним кружке с костями. — Так когда, говорите, «этот дед Бонифаций» будет максимально уязвим для моей ловушки?

Это была уже шестая за две седмицы его попытка узнать наиболее подходящий для охоты на карлика день. Все предыдущие закончились провалом, и Малку очень не хотелось бы, чтобы то же самое случилось и сейчас. Йоррох, он даже результат гадания смотреть сразу не стал, отваром шуйсю занялся — так не хотелось снова увидеть, как руны показывают пустой расклад.

Наконец кружка была убрана и на свет показалась горсть костей. Малк торопливо откинул перевернутые и вставшие на ребро, подставил в нужную формулу значения с оставшихся, мысленно прикинул результат и… возбужденно вскочил. Уже потеряв всякую надежду и страшно жалея о шести потерянных впустую суточных резервах Силы, он все-таки получил ответ. Наиболее подходящий для охоты на Бонифация день наступал завтра, и это была по-настоящему отличная новость!..

Для возобновления охоты на «этого деда» как-то особо готовиться Малку больше не требовалось. Схема ритуала с прошлого раза давно уже была доработана, необходимые вычисления сделаны и несколько раз перепроверены, а сумка со всеми необходимыми компонентами собрана. Единственное, с чем требовалось разобраться, так это с оружием, а точнее — брать с собой револьвер или не брать. С одной стороны, в мире, где по улицам могут бродить жуткие монстры, а твои враги сплошь и рядом маги, без огнестрела большого калибра не обойтись. С другой же… в той драке с гулями револьвер себя никак не проявил. Более того, оказался даже бесполезен, заставляя сомневаться в разумности покупки.

— Проклятье! Зуб даю: стоит оставить тебя дома, как обязательно повстречаю какого-нибудь ублюдка под мощным Щитом, к которому без чего-нибудь стреляющего попросту не подобраться! — с досадой сказал Малк, покачивая в ладони тяжелый многоствольный агрегат. — Хотя если жандармы с тобой остановят, тоже радости будет мало. Черная звезда в паспорте есть черная звезда… А, Йоррох!

Добавив пару ругательств покрепче, он все-таки спрятал револьвер в сумку. Если вспомнить, что у него с собой обязательно будет проклятый нож — без столь эффективного против гулей оружия на кладбище появляться попросту глупо! — то на этом фоне не полагающийся по статусу револьвер выглядит сущей ерундой.

Впрочем, на этом он останавливаться не собирался и дополнил арсенал двумя прямоугольными тесаками. Тяжелыми, как раз ему под руку. Недавний спарринг в Зале серьезно вправил ему мозги и заставил иначе взглянуть на выбранные мастером Гареном клинки. Пренебрегать ими в угоду собственным комплексам было откровенно глупо. Тем более уж на что на что, а на их счет у властей к нему претензий точно не будет. Комплект из парных то ли ножей, то ли топориков Малк приобрел даже не в оружейном магазине, а в обычной хозяйственной лавке. В его случае это можно было считать дополнительным плюсом.

— М-да, куда-то не туда я забрел со своими восторгами. Такими темпами скоро о долбаном молоте Мастера буду с тоской говорить! — пробормотал Малк.

В памяти моментально всплыл образ сражающегося Магматическим Мечом Харала, хищное изящество его движений, удивительное мастерство владения любимым заклинанием, холодная рассудочность в ведении всего поединка… А потом плавно сменился изображением самого Малка. Не такого, как сейчас, а еще более здорового, звероватого на вид и вооруженного огромным молотом в половину его роста размером.

Брр! Даже думать о таком не хотелось!

Как и в прошлый раз, на кладбище он отправился ближе к вечеру. Побродил по окрестностям, высматривая припозднившихся посетителей и подозрительных зевак, а когда убедился в отсутствии посторонних, свернул к памятной плите. Была, конечно, мысль поискать другое место, но после некоторых размышлений он от нее отказался. Ведь если забыть о нападении гулей, то более подходящей для его целей площадки попросту не найти. Чтобы и нужная концентрация энергии Смерти в воздухе присутствовала, и для занятий ритуальной магией все подходило, и от чужих взглядов получалось укрыться… Нет, в его условиях однозначно лучший выбор! В пользу чего, к слову, говорило и отсутствие шумихи вокруг его драки с мертвяками. Во всяком случае, ни газеты, ни народная молва стрельбы на старом кладбище никак не касались. Будто ничего и не было.

Наверное, Малк так бы и пребывал в уверенности, что история с неудачной охотой на «этого деда Бонифация» ускользнула от чужого внимания, если бы не вздумал проверить место захоронения гулей… И совершенно его не узнал. Развалины старого склепа, куда он оттащил тела мертвяков, попросту исчезли, а на их месте возникло небольшое болото. Болото, сплошь состоящее из грязно-серой липкой грязи, жадно засасывающей в свои глубины любые попавшие в нее предметы и источающей едкую алхимическую вонь. Можно было не сомневаться — даже погрузись он на самое дно, гулей там Малк не найдет. Растворились!

Кто-то определенно решил подчистить следы, убрав любые признаки восставшей из мертвых нежити. И сделал это радикально, применив особые зелья из арсенала охотников на демонов. Подробностей Малк не знал — он и о существовании-то данного средства услышал лишь благодаря случайной оговорке Хордола на одном из занятий, — но вроде бы последствия применения боевой алхимии должны исчезать за три-четыре седмицы. А значит… значит, совсем скоро от рукотворного болота не останется и следа, и только он да неизвестные чистильщики будут знать о самом факте существования нежити.

— Как интересно… И кто же это такой скрытный, что не хочет афишировать существование на старом кладбище оживших мертвяков? — пробормотал Малк, яростно вытирая о траву замаранный грязью носок ботинка.

Подозреваемых было слишком много. Увлекшиеся Запретными Техниками маги, прячущие своих «питомцев» нелицензированные кукловоды, копящие мощь культисты или просто задумавшие очередную гадость представители террористического крыла лоялистов — это мог быть кто угодно. И не Малку с его знаниями и возможностями искать ответ на данный вопрос. Ему достаточно понимать, что у гулей имеется хозяин и он заботится об отсутствии огласки. А еще стараться лишний раз на кладбище не заглядывать, раз уж его облюбовали личности со столь опасными интересами.

Мелькнула даже мысль отказаться от второй попытки охоты, но он ее решительно прогнал. Сейчас все было чисто и спокойно, что будет завтра — неизвестно, а значит, и откладывать задуманное не надо. И он с решительным настроем вернулся к выбранной для обряда плите…

Учитывая проведенную ранее подготовку и желание Малка избежать прошлых ошибок, этот ритуал — по крайней мере на бумаге — получился несколько более масштабным и серьезным в плане задействованных сил.

Да, сам магический чертеж практически не изменился — в конце концов, со знаниями Малка слишком далеко отступить от базовой структуры ритуала Защитного Круга было попросту невозможно, — однако заклинательные блоки он таки переработал и усилил. Так что количество листков со строчками символов Руноглифа увеличилось на треть, а для их соединения в единую систему потребовалось задействовать заряженный кристаллический песок. Причем емкость в пять эргов обещала, во всяком случае в расчетах, весьма высокую устойчивость силового каркаса задуманной колдовской фигуры. И в случае повторения ситуации с внезапной помехой в ходе ритуала была надежда, что теперь хотя бы сразу все не посыплется.

Когда были завершены последние дуги и хорды рисунка, настала очередь «народных» ингредиентов. К их использованию Малк также отнесся максимально вдумчиво и серьезно. Что-то разместил в точках фокуса, что-то положил рядом с наиболее важными заклинательными блоками, а что-то попросту растер в пыль и развеял в воздухе за внешней границей фигуры.

Не зря ведь проштудировал весь сборник йорроховых сказок! Святые ведают, насколько это все эффективно, но хотя бы он теперь знал, как все это выглядело с точки зрения народных «знатоков».

Затем в центр фигуры отправилась горсть осыпавшейся краски с рекламного щита с «веселым тарахонтцем». Следуя логике деревенского колдовства, она вполне могла стать дополнительной ниточкой, ведущей к «этому деду», а значит, и дать ритуалу несколько дополнительных шансов на успех. Ну а чтобы эффект был сильнее, к остаткам краски Малк добавил не пошедшие в дело обрезки костяных «сердец» гулей, а сверху вылил пару наперстков своей крови, обработанной магией Смерти.

В качестве финального штриха отдельное место внутри фигуры заняло примерное изображение Бонифация. Тому ведь нужен рисунок для воплощения? Вот Малк его и подготовил. Причем такой, чтобы аватар получился максимально ослабленным и бесполезным. Голову, туловище, руки-ноги узнать можно, а остальное… что ж, остальное «этот дед» пусть доделывает сам.

— Теперь точно все! — пробормотал Малк, отступив на шаг и залюбовавшись получившейся фигурой.

Пусть ей не хватало выверенности академических формул и элегантности творений истинных мастеров-ритуалистов, он все равно был доволен результатом. Как-никак это вершина его магических знаний и способностей! И совсем скоро станет известно, насколько верно он их применил…

На удачу похлопав рукой по карману с лежащими там гадательными костями, Малк уселся по-стиксонски и, зажав между ладонями Очаг, активировал формулу сбора энергии. С момента изготовления артефакта он уже неоднократно им пользовался, а потому достиг в использовании некоторого мастерства. И теперь был уверен, что с его помощью способен на большее, чем просто втягивать в себя природную магию.

Тем временем над головой Малка уже закрутилась, подстегнутая Очагом, незримая воронка, и разлитая вокруг Пневма тонким ручейком потянулась к его духовному телу. Если следовать обычной схеме работы с формулой, то далее ему предстояло заняться поглощением собранной Силы, однако на этот раз Малк выбрал другой путь. В тот миг, когда первые капли энергии вошли через макушку в его тело, он тотчас зажал Очаг в левой руке, а ладонь правой направил на ритуальную фигуру. И вся полученная Сила потекла в заданном направлении.

Получилось на удивление легко. Малку даже не понадобилось особо усердствовать с контролем и вливанием магии из резерва. Испорченное обилием Жизни тело категорически отказывалось принимать сильно разбавленную эманациями Смерти энергию и словно бы старалось избавиться от нее как можно скорее. В сравнении с тем, сколь просто Малку давались манипуляции с отрицательным спектром Пневмы на уровне Духа, в будущем подобная избирательность обещала немало проблем… впрочем, здесь и сейчас это мало его заботило. В конце концов, с трудностями следовало разбираться по мере их появления, не так ли?

Гораздо больше Малк сейчас опасался, что в ритуал снова вмешается случай и он снова, несмотря на предосторожности, все испортит. Ведь как ни тренируй концентрацию и устойчивость к помехам, а одно дело, когда ты показываешь хороший результат в Зале, почти в лабораторных условиях, и другое — когда оказываешься в реальной обстановке. И тогда у тебя и Власть ослабеть может, да так, что заклинания начнут разваливаться и уже построенные колдовские фигуры вкривь да вкось пойдут. Нет-нет, Малк уже заяц битый, а значит, и бдительность на этот счет будет сохранять максимально долго.

— Ладно, начали! — сказал про себя Малк и, зачем-то поправив рукава, приступил к ритуалу.

Короткая фраза-ключ, и вот уже активировано внешнее кольцо, отрезающее центр фигуры от окружающего мира. Загораются желтым линии из кристаллического песка, вспыхивают золотом надписи почти на трети листов с заклинательными блоками… и через секунду-другую где-то внутри Духа Малка упруго дергается какая-то неуловимая черточка. Пришло понимание — Защитный Круг, основа всего ритуала, успешно установлен, и настала пора переходить к гораздо более важному делу… к призыву «этого деда Бонифация»!

И вот здесь у Малка были самые большие сомнения. Все-таки демоническую магию он не изучал, с призраками никогда не работал, шаманские практики не осваивал. Поэтому для призыва из неизведанных далей персонального врага он был вынужден опираться на свои догадки, общее понимание законов магии и наследие, даже Святые не скажут сколько раз перевранное переписчиками и рассказчиками, предков. Довольно шаткая основа, ничего не скажешь! Но ведь другой-то нет.

Впрочем, сомнения никак не проявились на желании Малка довести начатое до конца. И серо-черная клякса магии Смерти, как и задумывалось, уже через минуту после начала ритуала сначала пузырем вздулась над заготовкой из крови и остатков краски с места последнего появления карлика, а потом перекинулась и на рисунок с его «портретом». Само по себе подобное действо никаких последствий вызвать не могло. Его цель — стать приманкой, тем якорем, за который зацепится в реальности уродец и вытянет себя в мир. И, на вкус Малка, с этой задачей он справился на «отлично».

Вот только согласится ли с ним Бонифаций?!

Потекли томительные мгновения. Минута, другая… Никакой реакции! Нет, Малк, конечно, понимал, что быстро ожидать появления гаденыша не стоило — слишком многое завязано на самого карлика, — но и слишком долго тянуть он тоже не может! Запас эргов у него не бесконечный, да и Власть имеет свои пределы. Обидно будет, если охота сорвется из-за банального отсутствия на поле битвы противника!

И надо сказать, что беспокоился Малк не зря. Тварь появилась, когда шла десятая минута и его терпение уже заканчивалось. Причем сделал это Бонифаций вполне в своем духе: внезапно и совсем не так, как ожидалось.

— Ба, парень! И долго ты там сидеть будешь? Я за Кромкой уже измаялся весь: все ждал, что ты меня сам пригласишь, а ты молчишь и молчишь. Угощение гостям выставил, а дверь открыть забыл. Нехорошо! — вдруг раздался противный и какой-то писклявый голос, а нарисованная Малком карикатура на человека обрела глубину, насыщенность и подобие жизни.

Причем момент перехода Малк даже не заметил. Вот он видит перед собой обычный, пусть и запятнанный Силой Смерти рисунок, а затем вдруг что-то меняется и картинка становится чем-то много большим. Удивительная метаморфоза!

Однако как-то реагировать на слова «гостя» Малк не стал. И уж тем более комментировать намеки Бонифация на то, что все приготовления были для него насквозь прозрачны. Мол, карлик пришел сюда не из-за хитрости Малка или его удачливости, а потому как он сам так захотел… А все из-за того, что главного — появления врага в нужное время и в нужном месте — Малк добился. И с этим следовало начинать «работать».

Единственное, что он себе позволил, так это торжествующе улыбнуться. После чего, немного рисуясь, решительно взмахнул ладонью и Властью активировал оставшиеся в фигуре «спящие» заклинательные блоки. Пришла пора мстить, и Малк даже не помышлял о жалости.

— Ты чего это задумал, убогий?! — только и успел спросить карлик, как подпитывающая на первых порах приманку Сила Смерти вдруг забурлила, отхлынула от него прочь, а затем приливной волной накрыла весь рисунок и тотчас заключила давшую приют Бонифацию вещицу в плотный шар магической энергии. Гаденыш моментально заткнулся.

Первая фаза прошла без сучка без задоринки, и теперь все зависело от того, как Малк проведет вторую. И он был весьма настроен на успех!

Карлик даже вскрикнуть не успел, как внешне похожий на мыльный пузырь шар наполнился чужой Властью. Как на глазах приобрел материальную плотность и крепость, а затем… затем столь же внезапно растворился в воздухе, оставив после себя лишь едва видимую сеть из магических цепей. Все, попался гаденыш! Теперь не уйдешь! И в подтверждение этой мысли, когда отправленное следом Рассеивание скальпелем хирурга прошлось по нарисованному тельцу, увернуться Бонифаций уже не смог.

Как там в Обществе Младший Магистр говорил? Ритуал Очистки Малка достоин занесения в персональную заклинательную книгу? Что ж, он не будет никого разочаровывать. И сейчас «очистит» мир от попавшей к нему в руки потусторонней дряни!

— Н-на! — не сдержал он эмоций, пытаясь увеличить давление на пленившую Бонифация сферу, а заодно и подстегнуть вгрызающееся в бесплотное и такое уязвимое тело карлика Рассеивание…

Вот только успеха, несмотря ни на какие усилия, с ходу добиться не получилось. Несмотря на успешное пленение, способность сопротивляться карлик не потерял и от потуг Малка, кажется, даже не ослабел. Такой блестящий на бумаге блицкриг отчего-то совсем не получался, и мало того, атака заметно истощила Малка. Так что если он собирался продолжать давить на Бонифация, то ему требовалась короткая передышка.

— Убогий, ну как есть убогий! — вновь зашептал Бонифаций, не сводя с Малка глаз. — С такими знаниями и силами на меня замахнулся… на меня!

Уродец говорил и словно сам не верил сказанному. И даже ограниченность нового облика не помешала уловить данную эмоцию.

— А ты что, гаденыш, какой-то особенный? — выдавил Малк, решив-таки поддержать разговор.

Раз уж «этот дед» настроен поболтать, то кто он такой, чтобы ему мешать? Ему ведь нужна пауза, чтобы собраться с силами? Ну так разговор с Бонифацием ему ее и даст. Главное, чтобы не трепыхался слишком сильно. А то будет как с Искрой на первом занятии у мастера Гарена, когда он так вымотался, что стабильное и неплохо освоенное заклинание попросту развалилось.

— Сказал бы, но ты, сопляк, не поймешь, — с апломбом убеленного сединами старца заявил Бонифаций. И с толикой уважения продолжил: — Хотя ты меня впечатлил, не скрою. Даже не думал, что все-таки решишься вот так вот взять и тему со мной закрыть! Неплохо, действительно неплохо… С такой решимостью и тягой к жизни в иные годы не постеснялся бы даже взять к себе в ученики.

— Не думаю, что я бы пошел к такому… — огрызнулся Малк, но так, без души. Внутренние ощущения говорили, что для следующего рывка ему осталось собрать еще немного сил, а значит, беседу следовало растягивать как можно дольше.

— Ой, да куда бы ты делся! — отмахнулся карлик. — Принять меня как учителя и мастера хотели слишком многие прирожденные гении, чтобы учитывать мнение такого бесталанного ничтожества. — Движение уродливой ручкой получилось каким-то неестественным и даже раздражающим. Так что Бонифаций ощутимо нахмурился. — Дерьмо кракена, и без того выгляжу как урод, так ты еще и запер меня в редкостной паршивости облике. Бесит!

Последнее слово он произнес с настоящей, сердечной ненавистью. И в отличие от всего остального можно было не сомневаться — эта эмоция точно была истинной.

Малк, который был уже в одном шаге от того, чтобы возобновить нападение, внезапно ощутил, как уже собранные было в кучу «хвосты» ритуала снова поползли в стороны. Затем откуда-то извне пришел короткий импульс, по картинке-аватару пробежала едва уловимая рябь и… и изображение тщательно прорисованного карикатурного уродца сменилось хорошо знакомой Малку картинкой «этого деда».

— Йоррох! — вырвалось у него, и Бонифаций расплылся в противной усмешке.

— Неожиданно, да? Всегда любил такие фокусы, — с чувством заявил он, после чего с мечтательным видом вернулся к прежней теме. — Впрочем, ты тоже молодец… К охоте на меня действительно подготовился. Даже момент подобрал такой, чтобы я был максимально ослаблен. Прям удивительно.

— Мне повезло, — сухо ответил Малк, наконец начав постепенно стягивать вокруг врага всю оставшуюся в ритуальной фигуре Силу. Нахрапом он действовать больше не хотел, теперь делая ставку на основательность подготовки. Вот и принялся виток за витком накладывать на разболтавшегося противника нити магии.

— Везение — это для неодаренных идиотов. Маги, пусть даже такие никчемные, опираются лишь на верный расчет и строгое планирование! — назидательно изрек Бонифаций. — Так что хвалю, да. Своего ты добился… другой вопрос как…

Карлик на мгновение замер, внимательно изучая его злым взглядом совсем не кажущихся нарисованными глаз. Словно он не сидел сейчас в ловушке, а принимал экзамен у нерадивого студента.

— А, понял! Гадание… Мерзкое искусство, но в твоем случае на другое рассчитывать и не приходится, да? — «Этот дед» коротко хохотнул. — Жаль только, решение это временное, пока я меры против всяких прощелыг не принял. Но хвалю, хвалю. Далеко не всякий изгой до такого бы додумался…

— Я не изгой! — помимо его воли вырвалось у Малка, на что Бонифаций лишь отмахнулся.

— Изгой, «пустышка», выродок… Так ли уж важны слова для таких ничтожеств, как ты? — И если первую часть фразы он произнес достаточно спокойно, то вторую… вторую прошипел с такой ненавистью, что Малк ощутил укол страха.

— Да чего я тебе сделал-то, что ты меня в покое оставить никак не можешь?! — едва ли не выкрикнул он в лицо Бонифацию и получил в ответ бешеное:

— Просто ты — мой! И ты до сих пор жив!!!

Карлик яростно подался вперед, навстречу Малку, так что удерживающая его пелена магии затрещала и возникло ощущение, будто он вот-вот освободится. Изобразил уже знакомую по встрече у «Веселого тарахонтца» гримасу с вытянутыми трубочкой губами, сделал вдох и… и Малк, чувствуя, как его Дух отзывается неприятной дрожью, торопливо обрушился на врага со всей мощью своей Власти.

Вспыхнули золотом силовые линии ритуальной фигуры, заиграли радугой точки сопряжения Сил, а внешний Защитный Круг принялся схлопываться сам в себя, однако главное… главное, атакующий блок не только сохранил стабильность, но и смог удержать в разы большую мощь, чем предполагалось вначале. И всю ее влить в принявшее форму ножа Рассеивание.

— А-а-а! — истошно завопил карлик, когда в центр его иллюзорного образа вонзилось заклинание и начало разрывать незримую ткань Духа.

Вообще говоря, в обычной ситуации с силами Малка не стоило и надеяться на то, что он своим Рассеиванием сможет нанести урон Духу даже не мага уровня «этого деда», а хотя бы обычного Адепта. Слишком хорошо защищено тонкое тело мага, чтобы делать его мишенью столь обычной атаки. Нет, будь он малефиком, демонологом, шаманом или хотя бы специалистом в области бестелесности, то тут никаких вопросов. Нападение на Дух противника — основа их магии. Но Малк был рядовым Адептом без особых знаний и способностей. И успех его нападения крылся лишь в самой ситуации, которая сложилась в ходе ритуала. Бонифаций сам подставился под удар, создав себе иллюзорное вместилище Духа и тем самым сделавшись уязвимым для магии по типу Рассеивания. И этим надо было лишь правильно воспользоваться.

Малк надавил еще сильнее, с наслаждением ощущая, как под напором его волшбы рвется и распадается нечто ему неизвестное и слабо ощущаемое, но очевидно весьма важное для духовной сущности карлика. Иначе тот не заходился бы в вопле, а колебания его тонкого тела не походили бы на агонию. Возникло чувство близкой победы. Малку показалось, что еще немного, еще чуть-чуть и его страдания из-за преследований уродца закончатся, что он наконец освободится хотя бы от этой угрозы. И сам не понял, как его губы раздвинулись в хищной улыбке.

Умри, тварь, умри!

Однако Бонифаций на тот свет явно не торопился и упорно сопротивлялся. И пусть карикатурная фигура карлика сейчас корчилась в судорогах, так и норовя расползтись облаком гнилых, как его душа, миазмов, человекоподобную форму она все же сохраняла и в нож Рассеивания вцепиться кривыми ручонками смогла.

— Ха-ааар-ррр!!!

Мучительный крик карлика внезапно сменился горловым рычанием, уродец весь как-то сжался, точно пружина, а затем… рванулся куда-то назад и вверх. Опутывающие Бонифация незримые линии колдовских цепей натянулись как струны, чтобы спустя миг одновременно лопнуть с противным звоном.

— Не поймал, не поймал!!! — с неистовым безумием в голосе завыл Бонифаций, но вместо ожидаемой контратаки крутанулся вокруг своей оси на манер волчка и растворился в воздухе. Оставил после себя лишь затухающее эхо все того же «не поймал» и разорванное в клочья Рассеивание.

Поманив близким успехом, охота на карлика кончилась полным провалом.

— Тварь, тварь!!! — в бешенстве закричал Малк, упав на колени перед плитой и принявшись бить кулаками по земле.

Йоррох, Йоррох, Йоррох!!! У него не получилось! Столько всего вложил, столько надежд питал, и не получилось! Ну как так?! Как так?! Эмоции душили Малка точно удавка убийцы, сердце разрывалось от нечеловеческого разочарования, а глаза не видели ничего, кроме сцены убегающего прочь карлика. Святые, цель ведь была так близка, так близка…

Неожиданно до слуха донесся странный шелест. Малк проморгался, с трудом возвращаясь из тех глубин разума, куда его ввергло отчаяние, и… и увидел, как прямо поверх плиты, из уже потерявших энергию, но еще не поблекших графических фрагментов ритуальной фигуры начали складываться слова.

— У. Всего. Есть. Цена, — раздельно прочитал Малк и криво усмехнулся. Кажется, он знал, какая фраза будет следующей…

И не ошибся. Через секунду уже написанное сменилось коротким: «Готовься платить!»

— Всегда готов, гадина. Всегда! — зло процедил Малк.

Кто знает, чего пытался добиться Бонифаций своим посланием — кроме попытки выплеснуть ярость, разумеется, — но Малку оно принесло определенную пользу. Он моментально протрезвел от захлестывающих его эмоций, а вернув разуму ясность, засобирался домой.

Тот не поднимается, кто не падает! И пусть главной своей цели ему добиться не удалось, он приобрел опыт практического применения ритуалов, пережил очередной поединок с явно не самым простым магом и даже узнал чуточку больше о своем противнике — это ведь тоже немало. Особенно порадовало последнее. По крайней мере, теперь ясно, что когда-то Бонифаций был довольно известен, обучал студентов и обладал весьма широким магическим кругозором. Жаль, правда, что он так и не проговорился, почему преследует Малка, ну так не все сразу. И Варганд не сразу строился!

Увы, ритуал выпил из Малка все силы — телесные и духовные, — поэтому сборы затянулись. Пока убрал следы обряда, очистил плиту, сжег бумагу с остатками колдовских надписей и закопал пепел — уже окончательно стемнело. Домой пришлось возвращаться при свете масляных фонарей. Учитывая же общее состояние Малка и навеянные посланием карлика дурные предчувствия, дорога стоила ему немало нервов. Понятно, что, успокоившись и вернув себе силы, он снова возьмет себя в руки и примется смотреть в будущее с осторожным оптимизмом, но пока… пока влияние провальной охоты было слишком велико. Так что до своего уютного подвальчика он добирался, держа ладони на рукоятях тесаков и в готовности заменить разрешенное оружие на гораздо более опасное — револьвер или проклятый нож.

Однако, на его удачу, ничего так и не случилось. Малк не повстречал уличную шпану, не пересекся с охочими до жестоких развлечений аристократами, не столкнулся со старыми врагами, не привлек внимание жандармов… Святые защитники, он даже никаких проявлений неудовольствия карлика не заметил! Словно это был обычный вечер обычного жителя Андалора. И от этого непривычного спокойствия становилось еще неуютнее. Лишь когда Малк добрался до дома, за его спиной закрылась дверь комнаты и он оказался внутри Защитного Круга, лишь тогда позволил себе расслабиться и обессиленно рухнуть на постель.

— К Йорроху! Все завтра! Со всем демоновым дерьмом разберусь завтра! — только из желания нарушить гнетущую тишину комнаты пробормотал Малк и провалился в темноту сна…

Однако вместо привычного мрака беспамятства — ночные грезы наутро он помнил весьма редко, — спустя какое-то время Малк осознал себя в центре странной комнаты. Под ногами мозаичный каменный пол со сценками из Послания потомкам, над головой словно бы парящий над девятью белоснежными колоннами сводчатый потолок с росписью на тему героических эпизодов из хроник и летописей времен Второй Волны. И тут же, будто в пику прочей красоте, серые стены из плохо обработанного дикого камня, лишь кое-где декорированные резными барельефами. Но что было изображено на этих барельефах! Картины всевозможных пыток, мучительных казней, никогда не виданные монстры и неописуемые твари…

Проклятье, да Малка начинало мутить от одного лишь случайного взгляда в ту сторону!

Впрочем, диссонанс в оформлении комнаты был не единственным, что удивляло. Еще Малк неожиданно осознал, что в помещении отсутствуют окна и двери, а источниками мягкого нежного света служат те самые омерзительные барельефы. То есть победоносные сцены внизу и вверху были эдак ненавязчиво затенены, а картины с уродствами и жестокостью, наоборот, выставлены на первый план. И уже из одного этого становилось понятно, что к Девяти Святым и их свершениям создатели зала относились явно не так, как было принято у всего остального человечества.

Детали разглядеть не получилось. Вдруг выяснилось, происходящее в загадочном сне отнюдь не подчинялось воле Малка. Ему отводилась роль статиста, безучастно фиксирующего происходящее. Главным здесь был кто-то другой. Причем облик этого кого-то был словно затянут туманом, скрывающим от Малка как внешность, так и особенности фигуры, но вполне позволяющим понять действия неизвестного.

Вот он сделал круг по залу, то ли разглядывая барельефы, то ли выискивая одному ему известные отметины. Вот ловко наклонился и кулаком ударил по ничем не выделяющемуся фрагменту мозаики, чтобы затем тотчас выпрямиться и пальцем нарисовать прямо в воздухе сложный объемный узор. Видимо, это был какой-то ключ, потому как пол под ногами моментально откликнулся пугающей дрожью и чуть в стороне от центра комнаты в лучах света возник покрытый черными рунами камень. И пусть Малк напрочь не разбирался в демонологии, в том, что подобный предмет никоим образом не относится к культу Святых, он ни капли не сомневался. Слишком сильно веяло от него потусторонней жутью, смердело грязью Пекла и било по чувствам эманациями от тысяч смертей, чтобы увязывать его с Защитниками Человечества. Демоны, все это было связано с демонами!

Но толком испугаться он не успел. События начали развиваться с молниеносной быстротой.

Едва неизвестный демонолог сделал пару шагов к камню, как почти под самым куполом закрутилась пространственная воронка и из нее выскочил, мелькнув как метеор, закованный в старинный доспех латник. В одной руке он сжимал длинное, почти в полторы сажени копье, а в другой… в другой у нового действующего лица был зажат огромный колесцовый пистолет. Скорее даже не пистолет, маленькая пушка. Уже через секунду она выдала из ствола столп огня и искр, а попавший под выстрел демонолог буквально улетел к противоположной стене.

Но гостю и этого показалось мало, так как он моментально выпустил из ладони разряженное оружие, перехватил обеими руками копье и, наплевав на земное притяжение, прямо по воздуху устремился к поверженному противнику. А следом за ним потянулся шлейф из мириад водяных брызг.

Все происходило абсолютно беззвучно, словно в новомодном синематографе. И логика сна была такова, что Малка это ничуть не удивляло. Как не удивило, что в момент столкновения гостя с демонологом все вокруг затопила ярчайшая вспышка, на какое-то время лишившая его зрения. А когда к Малку вернулась способность отслеживать происходящее, то стало понятно, что из разворачивающегося перед ним действа словно бы вырезали целый кусок. Иначе не скажешь. Потому как все вокруг вдруг оказалось обращено в развалины, рунный камень расколот на три части, а сами бойцы двумя статуями замерли в центре комнаты. И если демонолога Малк по-прежнему разглядеть не мог, то рыцарь предстал перед ним во всей «красе». Куда-то пропало его явно артефактное копье, заговоренный доспех обратился в изъеденные ржавчиной обломки, лишь чудом продолжающие держаться на его плечах, а шлем лишился забрала.

Взгляд Малка невольно прикипел к лицу неизвестного. Это был глубокий старик с избороздившими лицо морщинами, густой белой бородой и выцветшими глазами. Но старик не немощный, доживающий свой век, а наоборот, будто бы находящийся накоротке с вечностью и давно пребывающий вне времени. И что самое ужасное, вполне способный ощутить постороннего наблюдателя.

Чтобы разобраться с Малком, ему даже не понадобилось поворачивать в его сторону голову. Он просто сделал едва заметное движение правой ладонью, чтобы в воздухе перед Малком соткалась из облака водяного пара мускулистая рука с пляшущими вокруг пальцев белыми огоньками и вцепилась ему в левый бок…

Сон сном, но с болью, которую Малк тотчас испытал, не смогла справиться даже его тренированная Дождем воля. Это было что-то запредельное, выходящее за рамки человеческой способности терпеть. И в то же время совершенно не влияющее на стабильность сна. Мало того, вполне осознавая происходящее, Малк страшно желал проснуться, но никак не мог этого сделать… Ловушка захлопнулась и принялась методично переваривать свою жертву.

Впрочем, опускать руки и позволять себя безнаказанно мучить Малк тоже не собирался. Даже не пытаясь применять заклинания и чары — уж что-что, а бессмысленность этого действия во сне он понимал прекрасно — он сосредоточился на том самом навыке, что вынужденно тренировал все последние месяцы. Подобно тому, как Малк очищал тело от эманаций Жизни, точно так же он принялся убирать Властью и вторгшуюся в него магию жуткого старика.

Происходи это в реальности, и можно даже не сомневаться, что для убийства Малка тому хватило бы одного лишь желания. Но во сне свои законы, и здесь даже Адепт может попробовать схлестнуться с Архимагом. Ну или хотя бы об этом помечтать.

Видимо, для разрушения пленившей его грезы именно этой решимости Малку и не хватало. Потому как он не успел даже прогнать через кажущееся таким далеким тело первую очищающую волну, а полотно реальности вокруг него вдруг смялось и рассыпалось ворохом брызг. Загадочный зал, камень, рыцарь и демонолог — все пропало, оставив после себя лишь темноту, пляшущие серые тени и… боль. Да, боль все равно никуда не делась, и это стало для Малка, уже с трудом сохраняющего остатки здравомыслия, последней каплей. Он сам не понял, как с яростью загнанной в угол крысы ухватился за что-то незримое Властью, мощно рванул… чтобы спустя миг снова оказаться в своей постели.

— Какого флура?! — выдохнул он, резко садясь.

И тут же вскрикнул от боли — пусть не как во сне, но все равно сильно заломило левый бок. Малк торопливо задрал рубаху и тотчас обнаружил на коже пять небольших ожогов, в точности повторяющих расположение пальцев на колдовской руке рыцаря. Словно этого было мало, все тело Малка покрывал липкий и жутко вонючий пот, от которого щипало глаза и ноздри.

— Вот так поспал, — пробормотал он и, медленно поднявшись на ноги, пробежался взглядом по комнате.

Как он и подозревал, Защитный Круг полностью исчерпал энергию. Единственное, что было необычно, — это оставшиеся следы применения Силы. По идее, воздействие должно было идти снаружи, однако все указывало на то, что магический выброс произошел именно внутри Круга. И Малк даже примерно не представлял, как это можно объяснить. Лежащие на полу истлевшие остатки Ловца снов — ерундовой магической вещицы, купленной по случаю на распродаже и в угоду паранойе повешенной над постелью, на этом фоне воспринимались как что-то обыденное.

Опять карлик, да? Или что-то новое? Мысли мелькали в голове точно молнии, однако однозначного ответа найти не получалось. Да, в прошлый раз точно так же была прорвана защита колхаунского оберега. Но ведь и направление прорыва было другим. А что здесь? Проклятье!

На ум в очередной раз и совершенно не к месту пришло сожаление о невозможности совместить Круг и колхаунскую защиту дома. Во всяком случае, Малк этого не умел. И если с применением «народных» ингредиентов в охотничьем ритуале ему удалось разобраться, то совместить две принципиально разные защиты он не смог. Быть может, потому что не слишком-то и пытался, но, с другой стороны, наобум в магии двигаются только идиоты. Он же таковым себя не считал…

С провинциальных суеверий мысли перескочили на тех, кто способен ему в нынешней ситуации помочь и к кому Малк в принципе может обратиться. Он начал перебирать имена, фамилии, чтобы спустя какое-то время убедиться в том простом факте, что список вероятных помощников удручающе мал и состоит из одного-единственного имени. Но захочет ли этот человек помочь, Малку еще только предстояло выяснить.

Однако прежде, чем посещать столь уважаемого мага, следовало привести себя в порядок. И он уже даже начал собирать вещи для похода в городскую купальню — в тазу смыть с себя непонятного происхождения пот было нереально, — как вдруг что-то произошло, и стекло в единственном окне в комнате затянуло туманной дымкой. Дымкой, в которой спустя мгновение проявился отпечаток маленькой ладошки.

— Сука!!! — с неприкрытой ненавистью выдохнул Малк и как есть выскочил из дома.

Новый день, кажется, не задался с самого утра.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ,

в которой приоткрываются секреты

Спешка спешкой, но в городские купальни Малк все-таки завернул. Ну как-то слишком уж сильно от него несло смесью пота и чего-то вовсе несусветного, сочетающего в себе вонь серы, аромат свежепролитой крови и тонкий запах разложения. Будто он с головой нырнул не то в выгребную яму, не то во вспоротое брюхо какой-нибудь твари из Пекла, да так, что не было никакой надежды на ослабление источаемого амбре. Тут волей-неволей даже о прямой угрозе жизни забудешь, не то что о таком привычном враге, как карлик. Не зря от Малка люди на улице шарахались, и даже бездомные нос воротили!

Повезло хоть, что в столь ранние часы в купальнях отсутствовали другие посетители, и за пятьдесят оболов — двойную цену из-за вони заплатил! — ему выдали здоровенный кусок дешевого мыла и впустили в небольшой зал с каменным бассейном и проточной водой. В течение получаса Малк занимался приведением себя в порядок.

На его радость, ни зеркал, ни рисунков внутри купален не было, а потому «этот дед» его больше не беспокоил. Хотя имелось у Малка подозрение, что прекращение активности карлика больше связано с нанесенными травмами — какого-то эффекта своим ритуалом он ведь все-таки добился! — но проверить это было невозможно. И приходилось оставаться настороже, попутно старательно избегая любых мыслей о пугающем сне. Сейчас последнее, чего Малк желал, так это привлечь повторное внимание приснившейся ему сущности. Или сущностей, если вспомнить ощущения, появившиеся после стычки с бородачом.

Наконец приведя себя в относительно пристойный вид и натянув еще влажную после стирки одежду, Малк покинул купальни и заторопился в сторону остановки паровых омнибусов. До того, к кому он собирался обратиться за помощью, вполне можно было добраться и пешком, главное срезать в правильных местах углы и заворачивать в нужные подворотни, но он выбрал более сложный путь. Повторять прошлый опыт, когда его пешая «прогулка» завела к месту спячки демона, Малку точно не хотелось. Тогда он выжил только чудом, а чудеса не повторяются часто… Даже если ты целенаправленно идешь в гости к человеку, которому по долгу службы положено отвечать за все мистическое и волшебное.

Милес Драго — вот к кому Малк решил обратиться за помощью. И он очень рассчитывал на то, что на этот раз жрец ему не откажет…

От купален до храма Кетота Малк добрался за каких-то полчаса. Получилось бы и быстрее, но, проехав две трети пути до обители Святого, омнибус сломался, и дальше пришлось идти пешком. Как бы Малку не хотелось этого избежать!

Однако то ли снаряд не попадает дважды в одну воронку, то ли Ночь Йорроха случилась уже достаточно давно и все демоны убрались обратно, но до храма Малк добрался вполне благополучно… Чтобы уже там столкнуться с неожиданным — с самым настоящим пикетом, устроенным перед входом в обитель Четвертого Демоноборца странного вида людьми и в количестве никак не меньше десятка.

— Долой засилье святош! Позор религиозному мракобесию! Слава прогрессу! В Пекло пережитки прошлого! — дружно скандировали манифестанты, шагая по кругу и потрясая в воздухе грубо намалеванными плакатами.

Складывалось ощущение, что их мало интересует результат протеста и что им гораздо более ценен сам процесс выражения уличного недовольства. Процесс ради процесса! А это заставляло задуматься…

— Что тут происходит? — спросил Малк, приблизившись к двум замершим поодаль зевакам и указав кивком на митингующих. — Из-за чего шум?

— У лоялистов очередной всплеск безумия, заставивший их поверить в возможность мира с Пеклом. Какой-то идиот или идиотка сказал, их лидеры подхватили и растиражировали, а вот это рядовое мясо теперь отрабатывает, — скучающим тоном сообщил представительного вида господин, а его товарищ добавил:

— Орут, что именно из-за таких ретроградов, как жрец храма, Ночи Йорроха и не прекращаются.

— Серьезно? — удивился Малк.

— Более чем, — важно кивнул первый собеседник. И пояснил: — Лоялисты, что с них взять. У них вечно мозги набекрень. А тут еще газетчики раскручивают очередную вакханалию вокруг темы «что надо сделать, чтобы демоны нас не трогали», и все становится совсем плохо.

— И так у каждого храма? — еще больше удивился Малк.

— Ага, как же! Только сунься эти кретины к храму Архонта или к той же Доране, так их или вояки моментально оприходуют, или жандармы, или вовсе гвардия Домов Триумвирата. Не, к тем, кто обладает реальной властью, лоялисты соваться не будут… Зато на тех, чье влияние ослабло, вот на них они набрасываются со всем пылом фанатиков, — принялся с удовольствием объяснять разговорчивый зевака.

— Кетота, опять же, мало кто любит… — с усмешкой добавил его более молчаливый спутник. — Так что стоит ли удивляться в… выборе цели протеста?

Малк, предпочитающий не вникать в политическую грязь, лишь молча кивнул. И по той же самой причине, когда рукав второго зеваки из-за неосторожного жеста задрался и стала видна татуировка с крылатым мечом Архонта, он тоже ничего не сказал. Корни соперничества между храмами уходили во времена Восстания Девятерых, и за прошедшие годы бывало всякое. Убийства, заговоры, взаимные обвинения в ереси — вот лишь неполный перечень того, что устраивали друг другу последователи разных Святых. Одной подлостью больше, одной меньше… роли это уже не играло.

— А они не боятся, что из храма выйдет жрец и… он вроде как в ранге Бакалавра?.. И сожжет их к йорроховой матери? — все-таки не удержался от вопроса Малк.

Горожанин с приметной татуировкой покосился на своего более говорливого товарища, и тот тут же ответил:

— Бакалавр не Магистр, штрафом не отделается. Пока эти бестолочи чего-нибудь эдакое не учудят… а они не учудят!.. выходить за рамки не станет даже слуга Кетота.

— То есть вот так вот средь бела дня будут осквернять обитель одного из Девятерых и никто не вмешается? — все-таки возмутился Малк, чье колхаунское воспитание взывало к справедливости.

Его собеседники лишь пожали плечами.

— Чего ты хочешь, юноша? Мы сегодня живем в мире свободных людей, каждый выражает свое мнение как ему угодно, — с фальшивым сочувствием сообщил первый. — Да и если милес Драго что-то не нравится, то он всегда может выйти и досаждающих ему идиотов просто разогнать. Уж против этого точно никто возражать не станет!

— Ага! — радостно осклабился второй. — Главное, пусть прервет то, чем занимается, и дальше разгоняет кого хочет, куда хочет и каким хочет способом.

Он, видимо, добавил бы что-нибудь еще, но первый яростно на него шикнул, оба покосились на Малка, а затем демонстративно от него отвернулись. Однако Малку больше и не о чем было спрашивать — подоплека происходящего стала совершенно ясна. «Пусть прервет то, чем занимается» — вот ключевой момент всей интриги. Кому-то сильно не нравятся какие-то занятия жреца Кетота, и, раз прямо ему помешать не получается, выбран такой вот беспокоящий способ воздействия.

Хитро, очень хитро!

На мгновение задумавшись, хочет ли он во все это влезать или нет, Малк вспомнил про сон, раненый бок, след ладони на стекле и свои надежды на помощь милес Драго, после чего тряхнул головой и решительно направился к толпе. Иногда приходится принимать решения, которые тебе совсем не нравятся. И только потому, что, если их не принимать, станет гораздо хуже.

— В мире свободных людей они живут, сукины дети, — пробормотал Малк себе под нос и, на ходу стянув камзол, аккуратно кинул его под ближайший столб. — Прогресс им подавай, — продолжил он себя накручивать, попутно закатывая рукава сорочки.

На голос одного из своих недавних собеседников, что-то ему крикнувшего в спину, он даже не обернулся. Время разговоров, к сожалению, закончилось, настала пора действий. Решительных действий.

— Ну-ка, посторонись! — рявкнул он, поравнявшись с первым протестующим и сшибая его с ног ударом плеча.

Тот был щупл, сутул и слаб, так что атака Малка заставила его отлететь почти на сажень, врезаться в такого же задохлика и вместе с ним грохнуться на брусчатку. Судя по крикам, приземление у обоих получилось не из приятных. Порадовавшись собственной удаче, Малк продолжил движение и напал на следующего пикетчика. В отличие от первого этот выглядел жилистым, крепким и, судя по натруженным рукам, не чурался тяжелой работы. Что, впрочем, ничуть ему не помогло. Чтобы вырубить борца с «засильем святош», хватило двух ударов — левого хука в ухо и мощного прямого в челюсть.

Тот еще падал, когда Малк шагнул к начавшему что-то осознавать товарищу оглушенного, схватил за грудь и броском через бедро швырнул под ноги еще двоим. Моментально образовалась куча-мала, быстро выбраться из которой было невозможно.

Увы, на этом эффект неожиданности полностью себя исчерпал, и оставшиеся четверо протестующих успели сориентироваться. Двое поудобней перехватили транспаранты, еще двое сжали кулаки и с готовностью двинулись навстречу Малку.

— Тебе чего надо, урод?! — проревел самый здоровый и замахнулся древком.

Но если он ждал, что Малк будет стоять и ждать, когда ему врежут, то ошибался. Подобную дурь в Боевом Зале выбивали моментально. Сохранять темп и не терять инициативу — вот два правила, которые инструкторы вколачивали в головы студентов. Малк же был хорошим учеником. Потому он, не тратя время на разговоры, влепил носком ботинка здоровяку между ног — да так удачно, что того аж подбросило! — и тотчас развернулся к уже приблизившимся любителям кулачного боя.

И вот тут Малк совершил ошибку. Ему бы разорвать дистанцию, чтобы оценить место схватки и выбрать новую тактику, а он вместо этого принялся создавать Искру. Ловко, но все-таки недостаточно быстро для того, чтобы успеть бросить ее в неприятеля. Точнее, завершить заклинание он, скорее всего, успел бы, но тут ему по голове прилетело транспарантом от забытого было пикетчика, в глазах потемнело, и чары попросту рассыпались. А там и парочка протестующих подоспела, с ходу заработав кулаками. В итоге все, что осталось Малку, это прикрывать лицо предплечьями, горбить спину в ожидании повторной атаки деревяшкой и крутиться, кругиться на месте, не позволяя нанести себе по-настоящему серьезную травму.

— Бей его! Бей!!! Н-на! Н-на!!! — заорали, моментально войдя в раж, борцы за прогресс.

На Малка обрушился град всевозможных ударов, так и норовящих сбить с ног. И тогда подняться уже точно бы не получилось!

Осознавая это, Малк с ревом ринулся на ближайшего противника, поднырнул под атакующую руку, подхватил под колени, выпрямился и опрокинул его на мостовую. Правда, следом по открывшейся спине прилетело плашмя транспарантом, бросившим Малка вперед, но тут он не сплоховал и инерцию чужой атаки погасил кувырком с опорой на только что рухнувшего врага. Мимолетно порадовался раздавшемуся воплю боли, но лишь мимолетно. Главное, что Малк уже вырвался из окружения, поднялся на ноги и, пока противники разворачивались в его сторону, сотворил-таки Искру.

— Лови! — яростно крикнул он, бросая заклинание.

И сгусток энергии со свистом впечатался в грудь очередного недруга, да так, что того тараном сшибло на брусчатку.

— Что? Мало?! — рявкнул Малк, подхватывая с мостовой кем-то сломанный обломок древка и с размаху припечатывая его поперек ребер одного из тех, кого он сшиб в начале схватки.

Бедолага с глухим вскриком снова упал, и по лицу единственного остающегося на ногах пикетчика принялась разливаться мертвенная бледность. Со столь ярко заявившим о себе Малком связываться в одиночку ему явно не хотелось.

— Проваливай! — прорычал ему Малк, грозно взмахнув палкой. — Все проваливайте, ублюдки!

И, как ни странно, его послушались. Трусливо бежал, отбросив плакат, тот самый не пострадавший борец «за прогресс», следом потянулись и остальные. Быть может, без открытого страха, но все равно с ощутимой опаской поглядывая на Малка.

Сам же Малк с неожиданной ясностью понял, что по-настоящему рад тому, каким здоровым он стал. Магия магией, но без хороших мышц и крепких кулаков со столькими противниками раньше он бы точно не справился.

Еще толком не отойдя от горячки боя, Малк вдруг понял, что по лицу у него течет что-то горячее. Резко смахнул, глянул на ладонь и… с раздражением увидел кровь. Достали-таки, сволочи! А это он боль от синяков и ушибов пока еще толком не успел ощутить…

Скривившись, Малк одну за другой принялся создавать «лечилки» и накладывать их на себя. Одна, вторая, третья… Удивительно, но получалось это у него как-то неожиданно легко и просто, как никогда прежде. Причем и энергии меньше тратилось, и, судя по резко усилившемуся жжению в местах травм, эффективность выше. Все выглядело так, словно… словно в понимании давно и прочно застывшей в изучении «лечилки» у него вдруг случился неожиданный прогресс. Бесчисленные количественные изменения, подстегнутые стрессом и всплеском адреналина, перешли в качественную трансформацию, и Малк наконец смог приблизиться к высшей точке в изучении самого первого своего заклинания. И пусть не достиг окончательной вершины, но все равно оказался к ней максимально близко. Какая приятная новость…

Удивляясь вывертам своей удачи, Малк по дуге обошел еще оставшихся на поле брани пикетчиков и поднял с тротуара камзол. Отряхнул от пыли, осторожно его надел, а попутно осмотрелся в поисках словоохотливых наблюдателей от церкви Архонта. Но рядом тех не обнаружилось. Оба с независимым видом и даже не оглядываясь шагали вниз по улице, будто ни храм Кетота, ни Малк их ни капли не волновали. Жаль только на последнее надеяться особо не приходилось. Что-то Малку подсказывало, что он по своему обыкновению на ровном месте нашел себе очередного недруга. Вот только исправить тут было ничего нельзя. И он, недовольный собой, помотал головой, шумно выдохнул и решительно направился ко входу в храм.

Одно хорошо, после всего случившегося можно было надеяться, что при назначении платы за свои услуги милес Драго не будет так уж сильно лютовать. Ну или во всяком случае Малку очень хотелось в это верить.

— Заходи, — было первое, что он услышал, едва переступив порог храма. — Лихо ты их!

— Ничего, пустяки, — с деланым безразличием пожал плечами Малк и принялся с подозрением оглядываться. Жреца нигде не было видно.

— А я и не говорю, что было сложно. Просто лихо, — донесся шепот из дальнего, самого темного угла, и Малк, сделав несколько шагов, увидел милес Драго в тени одной из статуй Кетота.

Жрец, одетый в одни лишь черные штаны, сидел скрестив ноги по-стиксонски и, сложив перед собой пальцы в хитрый замок, ритмично вдыхал аромат из дымящейся неподалеку курильницы. Воздух вокруг него был насыщен Пневмой и Стихией Огня, а испускаемые вовне вибрации Власти даже при беглом взгляде отозвались едва заметной дрожью в Духе самого Малка. Но не это было самым удивительным. Больше всего шокировали головы, сердца и Святые знают какие еще части тел демонов, расставленные вокруг центрального алтаря на явно специально изготовленных подставках. Вырезанные на органах гостей из Пекла знаки Руноглифа извивались точно живые и словно бы корчились в магическом бесцветном пламени, то и дело выстреливающем длинными языками куда-то под купол свода.

— Вы занимаетесь демонической магией? — вырвалось у Малка.

И он с тоской подумал, что немедленный побег из храма ничего не решит. От опытного Бакалавра, тем более жреца, преуспевшего в магии, набравшегося боевого опыта и обросшего социальными связями, мелкому Адепту вроде него просто не скрыться. Но и влезать в игры с силами Пекла ему тоже не улыбалось. Йоррох, и ведь надо было так вляпаться!

Вторя его мыслям, за спиной с лязгом задвинулся засов и вспыхнула магическая запирающая печать. Теперь даже захоти он убраться отсюда подальше — точно не сможет. Заодно стало понятно, почему милес Драго вообще затеял то, что он затеял, именно в храме и почему не боялся беспорядков на улице. Другой вопрос, зачем он впустил внутрь Малка…

— Нет, парень. Я занимаюсь самой настоящей жреческой магией, доставшейся нам от Святых, — нарушил напряженное молчание Бакалавр, не прерывая своего занятия и даже не открывая глаз. — Так что можешь не напрягаться так и не лапать руками ножик, который прячешь в сумке. Скрывать мне нечего, а значит, и убивать тебя незачем.

Не то чтобы услышанное сильно успокоило Малка, но, как он думал, незаметно стискивать рукоять захваченного из дома проклятого ножа он и вправду прекратил.

— То, что убивать не надо, это хорошо, — через силу усмехнулся он. — Это мне нравится.

— Не тебе одному, дружище. Не тебе одному, — ответил жрец и тоном, каким спрашивают о погоде, поинтересовался: — Зачем пришел?

Малк, хоть и заявился в храм именно ради этого разговора, замялся, не зная, с чего начать.

— Мне бы хотелось вернуться к нашему… неоконченному разговору на тему вашей помощи, — наконец медленно произнес он. — Потому как ситуация немного изменилась.

— Изменилась? — Жрец настолько заинтересовался, что перевел на Малка взгляд и секунд десять изучал его самым пристальным образом.

— Да, — кивнул Малк.

И короткими, емкими фразами описал сначала то, как пытался раз и навсегда закрыть тему с карликом, а затем перешел к загадочному сновидению с чересчур реалистичными последствиями.

— Погоди-погоди… Хочешь сказать, что, будучи Адептом без Родословной, без глубоких знаний в мистицизме и ритуалистике, без опоры на сильных потусторонних помощников, ты устроил охоту за досаждающим тебе бестелесным Духом, живущим в одном из планов реальности? Серьезно?! — с каким-то детским восторгом воскликнул милее Драго. — Тогда это самая смешная вещь, что я слышал в нынешнем году. На фоне этого меркнет даже история покушения на Ярвока Неистового.

— А что не так с этим покушением? — мрачно спросил Малк, волею судеб ставший свидетелем произошедшего. Порцию информации о карлике, которой он был неожиданно облагодетельствован, Малк без лишних вопросов отложил в памяти. Вряд ли ему расскажут больше, а значит, и затрагивать данную тему не надо. Во всяком случае пока.

— Да ничего. Просто только круглый идиот будет рассчитывать, что силами нескольких Бакалавров и Учеников, при поддержке нескольких жалких картечниц можно завалить опытного боевого Магистра, — презрительно бросил милее Драго. — Вот если бы там была хотя бы пара малефиков в ранге Младшего Магистра, десяток Бакалавров в механизированных доспехах или три-четыре механизированных воина да батарея артиллерии, тогда да, шансы были. А так… Смех один, — фыркнул жрец и уже другим тоном продолжил: — Ладно, вернемся к нашим баранам. Чего ты хочешь от меня, рассказав эту свою историю?

Малк, которому так никто и не предложил не то что присесть, а хотя бы пройти от входа внутрь храма, неловко переступил с ноги на ногу. Это раздражало, но… не он заказывает музыку, не ему и решать, что играть пианисту.

— Для начала чтобы вы помогли мне понять, что происходит и насколько все серьезно, — сказал Малк, стараясь, чтобы фраза прозвучала не слишком нагло. — Затем же… затем подсказали, как все исправить.

— Опять помоги, подскажи… — вроде бы весело усмехнулся жрец, однако возникло ощущение, что по окружающему его полю Власти пробежала волна раздражения. — Как же современные люди смешны в своей вере, что всегда есть кто-то, кто решит их проблемы за них. Просто так…

— Я помню про завет Четвертого Святого. Осознал его, принял и готов… платить, — перебил Малк явно севшего на любимый конек милес Драго.

— Уже лучше, — покровительственно кивнул жрец, моментально успокаиваясь. — Тогда начну с очевидных ответов. Что происходит? Тебя пытаются сожрать… да, правильное слово. А насколько все серьезно… У твоего недруга это вполне может получиться.

Все это милес Драго произнес так, словно описывал сегодняшний завтрак. Равнодушно и небрежно.

— Сожрать? — В памяти Малка всплыла ненавистная рожа «этого деда», пытающегося вдохнуть нечто незримое через вытянутые трубочкой губы.

— Именно, — баском хохотнул милее Драго. — И, глядя на твое лицо, подозреваю, ты не понимаешь, что скрывается за этими моими словами. Да?

Малк хмуро кивнул.

— Ну тогда стоит начать издалека, — менторским тоном сказал жрец и, потянувшись к курильнице, что-то в ней поправил. — Как ты видишь современную систему магии?

Вопрос был действительно неожиданный, и брови Малка сами собой поползли на лоб. Однако он быстро взял себя в руки и принялся отвечать как на уроке.

— Да все просто. Если коротко, то, открыв через обряд Пробуждения доступ к Силе, мы через Тайные Искусства начинаем развивать наш Дух. И чем дальше уходим по этому пути, тем больше может наше тонкое тело. Заклинания же становятся чем-то вроде его внешних органов, через которые мы можем проявлять нашу магию.

— Хорошо, тогда какова здесь роль символов Руноглифа, Родословной и Власти? — явно подводя к какому-то выводу, продолжил спрашивать жрец.

— Родословная облегчает развитие и наделяет физическое тело и Дух дополнительными качествами и свойствами. Символы Руноглифа… Они позволяют делать то, что выходит за рамки ставших частью Духа заклинаний. Получаться будет хуже, не так быстро и с большим расходом энергии, но при хороших знаниях, приличных размерах резерва и достаточном времени это позволит магу добиться весьма и весьма многого. — Малк, которого незапланированный урок начал немного раздражать, дернул плечом. — Власть же это то, что наделяет нашу волшбу мощью… А заодно компенсирует отсутствие заклинаний, отвечающих за простейшие манипуляции с энергией.

— «А заодно компенсирует…» — с какой-то потаенной грустью повторил милес Драго и презрительно фыркнул. — О самом важном — и так небрежно! Мир определенно катится в Пекло, если суть искусства магии низвели до безграмотной банальщины.

Малк, чувствуя, что может чуточку расширить свои знания, моментально сделал стойку.

— Можно с этого момента поподробнее? — спросил он.

— Подробностей хочешь… — протянул милес Драго и вдруг зло бросил: — Сам-то догадаться не можешь? На виду ведь лежит… — Злость прошла столь же быстро, как и вспыхнула. Жрец продолжил уже спокойнее: — Тайное Искусство, Родословная, Власть, символы Руноглифа… Неужели не задумывался, откуда это все взялось? Из чего выросла столь сложная система?

— Ну… я думал, люди позаимствовали знания у демонов, — растерянно сказал Малк, который и вправду всерьез подобными вопросами не задавался.

Его ответ ожидаемо вызвал у жреца презрительный смех.

— Что именно позаимствовали? — издевательски спросил он. — Родословную? И как же? Естественным путем получить ее попросту нереально. Слишком разные виды. Чтобы понять это, достаточно знать, что один из Домов Авалона обладает Родословной Огненного Титана… Твари размером с девятиэтажный дом! И даже мне сложно представить, как смертный сможет получить такую махину себе в предки без каких-то сложных схем!.. Тайное Искусство? Ха, и кто же станет адаптировать систему развития разумных рас демонов под физиологию людей? Откармливаемого на убой скота, если мыслить категориями жителей Пекла? Про знаки Руноглифа, которые без развитого Духа и сильной Власти, изучить попросту невозможно, я вообще молчу. Тогда откуда это все? И как вообще стало возможным Восстание Девятерых — восстание, по нынешней классификации, Великих магов. Людей, достигших вершин развития своего Дара. Живых богов. Как?!

— У меня нет ответа, — развел руками Малк, чувствуя себя совершеннейшим идиотом. Вроде бы и ни в чем не виноват — в Обществе подобных знаний не давали, а самому ему узнать их было неоткуда, — но все равно неприятно.

— А ответ простой, — не слушая его, с фанатичной горячностью продолжил милее Драго, — Власть. Все завязано на Власть. Волею судеб Девятерым удалось получить доступ к простейшему способу ее развития. До пика красного ранга, не более. Но этого оказалось достаточно, чтобы они начали убивать младших демонов. Убивать, изучать, вырывать из их тел и душ таящиеся в них секреты… И шагать в своем развитии дальше. Первые зачатки современной нам системы тренировки Дара появились позже, когда Святые и их сподвижники находились на вершине могущества. Сами они двигались совсем по-другому пути.

— И раз от него отказались, было с ним что-то явно не так… — не удержался от реплики Малк.

Однако милес Драго его слова ничуть не разозлили.

— Верно, было, — кивнул он. — Святые напрямую работали с Силой, используя ее как оружие. Заклятия, ритуалы… это было позже. Началось все с грубой и примитивной мощи. Мощи, явно недоступной смертным людям… но с избытком имеющейся у демонов.

Милес Драго замолчал, задумавшись, однако уже сказанного было достаточно, чтобы Малк начал догадываться, что будет дальше. И немудрено: только полный кретин не сложит два и два, в добавление к рассказу увидев в доме Святого кучу лежащих вокруг алтаря фрагментов тел демонов и явно занятого каким-то ритуалом жреца.

— Для увеличения Власти Святые Защитники приносили в жертву демонов? — спросил он, понятливо кивая.

Жрец дернул уголком рта.

— Жертва… Не совсем правильное слово. Чтобы продвигать Власть по рангам и расширять арсенал своих возможностей, мощь Духа надо питать. И лучше сохраненной в телах демонов Силы для этого не найти!

— Ладно, как Святые становились сильнее, как добывали знания для создания современной магической системы, я примерно уже догадываюсь, — медленно сказал Малк. — В чем подвох? Не может не быть подвоха!

Милее Драго тяжело вздохнул.

— Подвох в том, что демоническая Сила чужда людям. И чем дальше ты идешь по пути Власти, чем больше границ между рангами преодолел, тем выше шансы на превращение… в тварь. Развиваться через Тайное Искусство много проще и безопаснее.

— О как… А если объединить два подхода? — заинтересовался Малк.

— Риск уменьшается, — расплылся в улыбке милес Драго. — Собственно, именно так и выглядит сегодня путь тех, кто принял Наследие Святых.

Оба замолчали. Жрец вновь сосредоточился на том действе, которое не смог прервать даже разговор с гостем. Малк же переваривал услышанное.

— Хорошо, историю вопроса я понял. Но как это относится ко мне? — наконец спросил он.

— Высокоранговый маг, принявший Наследие, способен сформировать Семя Духа, — снова закрыв глаза, ответил жрец. — Это часть тонкого тела, отвечающая за взаимодействие с определенным типом магии. Нечто вроде полностью интегрированных в Дух чар, но только заклинания реализуют одно-единственное действие, а Семя расширяет возможности мага по целому направлению искусства волшбы. — Все так же не открывая глаз, милее Драго хрустнул шеей. — Правда, в зависимости от Наследия даруемые Семенем возможности сильно меняются, но это уже частности.

— И вы хотите сказать, что все мои проблемы с карликом завязаны на… — отказываясь верить услышанному, начал Малк.

— …на Семя Духа, которое Святые знают как попало в твой ментальный Дворец, — продолжил его мысль жрец.

— Йоррох… — забыв, что он в храме, выдохнул Малк. Впрочем, жрец на ругательство никак не прореагировал.

Мысли скакали галопом, в голове роились тысячи вопросов, и, чтобы успокоиться, Малку даже пришлось прокрутить один цикл практики своего Тайного Искусства.

— Семя Духа. И его сильно хочет мелкий уродец… Хорошо, но я же вроде не высокоранговый маг, практикующий Наследие? — От такого предположения он даже коротко хохотнул. И несмотря на уже данный жрецом ответ, все равно спросил: — Откуда оно у меня взялось-то?!

— При определенных условиях Семя можно передать другому, — пожал плечами милес Драго. — Как это произошло в твоем случае… понятия не имею. Единственное, что могу сказать, твое Семя как-то связано с Иллюзиями. Иначе ты бы свой недавний сон просто не увидел. — Неожиданно жрец открыл глаза и остро глянул на Малка. — Кстати, если думаешь отдать Семя своему недругу и закрыть тему, то можешь даже не мечтать. Оно уже стало частью Духа, и его изъятие тебя попросту убьет.

Малк моментально вспомнил, как непонятным образом срослись его Кристаллическое Сердце с Дождем боли, и понятливо кивнул. Процесс слияния определенно шел полным ходом.

И тут же мысли перескочили на другое.

— Иллюзии, — повторил Малк, словно пытаясь распробовать слово на вкус. Проклятье, он ведь всегда считал их самым бесполезным типом магии из всех возможных! Однако как-то комментировать это он не стал, вместо этого уточнил: — И к какому же Наследию это гребаное Семя относится?

— А кто сказал, что Наследие было только у Святых? — ухмыльнулся милее Драго и с явным удовольствием принялся любоваться растерянностью на лице Малка. — Такими вещами баловались и маги рангом пониже, причем не обязательно в какие-нибудь стародавние времена.

— Совсем хорошо! — только и мог угрюмо сказать Малк.

Из одной беседы с милес Драго он вынес больше, чем из десятков бесед с коллегами-студентами и наставниками в Обществе.

— Ладно, возвращаясь к моей проблеме. Если отдать Семя бестелесному ублюдку я не могу, то что тогда остается? — произнес он после некоторого раздумья.

Жрец встретил его слова холодной улыбкой.

— Поглотить его и сделать частью себя, конечно, — выдал он со значением. — И вот тут мы подходим к самому важному… к тому, на что готов пойти маленький Адепт ради приобщения к знаниям храма Кетота.

— То есть… не знаю… просить поставить на мой Дворец Духа какой-нибудь барьер, скрывающий от внимания карлика, ну или что-то в этом роде… смысла нет? — на всякий случай уточнил Малк.

Жрец медленно, и почему-то показалось, что издевательски, покачал головой.

— Святому Кетоту угодно, чтобы мы помогали себе сами, — с каким-то внутренним жаром сказал милес Драго.

Малк же не решился ему возразить. Хотя мысль о каком-то неправильном Защитнике у него все же мелькнула.

— Очень здравая и близкая мне позиция, но становиться жрецом какого бы то ни было Святого я не хочу! — сказал он. — Что угодно, любая услуга, деньги… Ради того, чтобы избавиться от бестелесного урода, я готов пойти на многое! Но служба какой бы то ни было церкви выходит за рамки допустимой цены.

— Хорошо! — многозначительно улыбнулся жрец. — Нести бремя Наследия можно и будучи обычным магом.

— Нести бремя… — повторил вслед за ним Малк и тут же насторожился. — Но разве следование пути Святых не ведет к ненужным рискам? Тварью я хочу становиться еще меньше, чем принимать знаки сана.

— А у тебя есть выбор? Лично мне другой способ правильно «переварить» Семя неизвестен. Кстати, пока тебе везло и выбранное Тайное Искусство не противоречило природе Семени. Но что будет дальше, когда станешь Учеником? Когда, если позволят Святые, дорастешь до Бакалавра? — не без издевки спросил милее Драго. — Что? Не знаешь? Вот и никто не знает. А это я еще молчу про то, что в нынешнем виде чужое Наследие есть главный изъян в твоем Духе. Иначе твой карлик так легко бы тебя не находил и через сновидения потусторонних хищников не натравливал. Понимаешь?

— Догадываюсь, — нахмурился Малк.

Все услышанное звучало, конечно, складно и убедительно, однако как-то он не рассчитывал, придя сюда за помощью, закончить все кардинальным изменением в своих тренировках.

— Хорошо, но откуда такая уверенность, что мне подойдет именно Наследие Кетота? — спросил он, взъерошив волосы.

Жрец, словно давно ожидал этот вопрос, коротко хохотнул.

— Четвертый Святой — покровитель мистических знаний и искателей потусторонних секретов. Если его Наследие не поможет, то чье?! — воскликнул он с затаенным восторгом в голосе.

Малк бросил на него скептический взгляд, но комментарии все же оставил при себе. Да и к тому же сейчас его гораздо больше беспокоили более приземленные темы, чем чей-то религиозный восторг. То ли влияние Толфана сказывалось, то ли появившийся жизненный опыт, но условия сделок он теперь предпочитал обговаривать заранее.

— Понятно. Тогда возвращаясь к той цене, что должен заплатить каждый… благочестивый верующий в Девятерых. — Малк далеко не сразу подобрал верный эпитет, поэтому получилась некоторая пауза. — Для меня ею станет изучение Наследия, я правильно понимаю?

— Неправильно, — медленно покачал головой милес Драго, выражением лица показывая, что оценил хитрость Малка. — С каких пор в этом насквозь гнилом мире приобретаемая выгода становится одновременно и платой за ее получение? Неужели ты колхаунских народных сказок не читал?

— В том-то и дело, что читал, — с досадой произнес Малк, сразу догадавшийся, на какие именно сказки намекает жрец. — И о том, как последователи Покровителя малефиков сдирают с доверившихся им по девять шкур, теперь отлично знаю.

История про торговца, который за спасение жизни пообещал жрецу Кетота услугу, а в итоге заработал проклятие службы храму, длящееся три поколения, его весьма впечатлила.

— Ну не надо так драматизировать, — снисходительно сообщил милес Драго, снова закрывая глаза и принимая прежнюю позу. Будто бы считал дальнейшее вопросом решенным и не требующим повышенного внимания. — От тебя многого не потребуется. Всего лишь поклясться в том, что никогда не примешь сторону Пекла. И все. Даже просить дать обет уничтожать тварей при каждой удобной возможности не буду. Такая цена вопроса ведь не кажется слишком обременительной, а?

Малк растерянно потер лоб. Действительно, звучало как-то слишком просто. Он ведь вроде и так компромиссы с тварями не приемлет, и подобная клятва фактически станет обещанием вести себя в точности так, как он вел себя ранее. И где подвох? О Четвертом Святом ведь не зря слава идет как об олицетворении хитрости и коварства, подвох обязан быть! Однако, как ни крутил в голове предложенную формулировку, как ни старался, никакого двойного дна Малк найти не мог. Все вроде бы было в порядке.

— И все? — переспросил он.

— Все. Разве что бросишь пару драхм в копилку для пожертвований, — кивнул милес Драго. — От муниципалитета денег на ремонт храма не дождешься, хоть так соберу…

Малк задумчиво подошел к висящей на стене жестяной банке с прорезью и опустил в нее две золотые монеты. После чего вернулся на прежнее место.

— Так с чего начнем? — сказал он, решительно тряхнув головой.

Как ни крути, а гадать и выискивать чужие хитрости можно до бесконечности. Проблемы сами от этого не решатся, а значит, надо просто в какой-то момент сказать «стоп» и шагнуть вперед. Так почему это не сделать прямо сейчас?

Жрец удовлетворенно фыркнул:

— С клятвы, разумеется. Подойди вон туда, к той нише, встань на одно колено перед статуей с раскрытой книгой и мысленно обратись к моему господину. Когда увидишь слова — просто читай их вслух.

Малк благодарно кивнул и незамедлительно прошел в указанную часть храма, оказавшуюся еще и самой слабо освещенной. Единственная пара светильников еле тлела, из-за чего черный провал ниши казался потусторонним порталом, а та самая статуя выглядела словно бы утонувшей в темноте. В общем, идеальное место для таящегося в тенях покровителя всего мистического!

Однако, как ни странно, стоило приблизиться, и фигура воплощенного в камне Святого раскрылась перед Малком во всей красе. Все тот же традиционный черный плащ с глубоким капюшоном и длинными рукавами, скрывающими лицо и кисти рук. Висящая на цепи у пояса книга в тяжелом металлическом окладе с массивной кованой застежкой. Непонятного рода знаки, покрывающие всю одежду одного из Девяти и практически невидимые издалека… Все было как всегда, как и требовал канон, и в то же время что-то отличалось. Что-то неуловимое, но вместе с тем весьма и весьма ощутимое.

Малку понадобилась почти минута, чтобы осознать наличие поля Власти, облаком окутывающего статую. А осознав, крайне удивиться. Потому как право на Власть имел лишь обладатель Духа, и каменную фигуру в подобном можно было заподозрить лишь в самую последнюю очередь.

Именно так и выглядит присутствие Святого?

От одной этой мысли Малка прошиб холодный пот. Как-то он привык считать, что культ реально живших когда-то первых Великих магов — не более чем дань Традиции. Способ удовлетворить религиозные чаяния людей и одновременно сохранить проверенные временем инструменты борьбы с демонами. И вдруг такая неожиданность.

Или он ошибается? Все-таки Власть не должна быть статична, она инструмент активного действия, здесь же… Ничего непонятно! С таким настроем Малк решительно опустился перед статуей на одно колено и уставился куда-то в район обложки книги Кетота. Поднимать глаза выше и заглядывать под тот же капюшон показалось чем-то предосудительным.

Потекли томительные минуты. Ничего не менялось и ничего не происходило, так что Малк почувствовал себя чрезвычайно глупо. И если бы не вполне осязаемая чужая Власть, давно бы поднялся и обратился за подсказками к жрецу.

Смешно, но, когда изменения все же случились, заметил их Малк далеко не сразу. Просто в какой-то момент вдруг понял, что узор обложки, который он уже некоторое время тупо буравил взглядом, сложился во вполне узнаваемые буквы. А те — в слова.

«Концентрация. Пекло. Ненависть».

Три простых слова, но они словно были квинтэссенцией переживаемых автором эмоций. Малк понятия не имел, как этого удалось добиться, но от прочтения обычной в общем-то надписи вскипала кровь и пробуждалось зверское желание убивать любых потусторонних тварей. Он даже примерно не представлял, что должен был пережить написавший их, раз даже обычные буквы не способны скрыть его ярость.

«Концентрация. Пекло. Ненависть».

Мал к сам не понял, как начал следовать тому, к чему его подталкивала надпись. Воссоздал в памяти недавнюю Ночь Йорроха, выделил вниманием то давящее ощущение, что порождал вторгающийся в реальность Мритлока мир Пекла, и… и самым банальным образом пробудил те чувства, что он в тот момент переживал. Да, коктейль эмоций тогда был сложный. Страх, злость, растерянность — нашлось место для всего. Но было нечто такое, что затмевало все остальное. И пусть оно таилось где-то в глубине, скрытое от разума и воли, но в нужный момент всегда было готово явить себя миру. Ненависть, именно ненависть была тем, что не позволяло Малку принять идеологию лоялистов или простить безволие нынешних консерваторов-монархистов.

С Пеклом не договариваются, с Пеклом сражаются! Вот какая мысль принялась пульсировать в голове Малка, и она же стала тем волшебным катализатором, что смог подтолкнуть его Дух и Власть к новому состоянию. Состоянию, в котором статуя Кетота перестала восприниматься как мертвый камень и зажила подобием жизни. Золотым светом наполнилось черное одеяние, расцвела серебром прикованная цепью книга, а по всей поверхности изваяния побежали белые символы новых слов.

— В битве и в мире, в смерти и в жизни клянусь сердцем быть верным человечеству и не вставать под знамена Пекла. По воле моей и во славу твою, Кетот! — чеканя слова, произнес Малк.

И не было в том никакого магического принуждения. Он все прекрасно осознавал и понимал, мог прервать присягу в любой момент, но даже мысли подобной у него не возникло. То, что он говорил, те слова, что произносил, были для него не чем-то чужим, а шли словно бы из глубины сердца. Он в них действительно верил и собирался им следовать.

Клятва стала чем-то вроде спускового крючка в незримом механизме. Еще не отзвучало эхо последних слов, как из-под капюшона Четвертого Святого в точку между бровей Матка ударил луч света. Но принес он с собой не какие-то физические ощущения, а череду прекрасно структурированных образов, выстроившихся перед внутренним взором. Это было описание упражнений для более глубокого развития Власти на красном ранге, несколько простейших приемов и схема ритуала для перехода в оранжевый ранг, подкрепленные списком опасностей и рисков для идущего по пути Кетота…

— Кажется, я начинаю понимать те странные оговорки телохранителя леди Марой о неумелости и трусости жреца из того храма Архонта, — первое, что пробормотал Малк, когда его общение со статуей прервалось и он вновь осознал себя одиноко стоящим в самом темном углу храма Четвертого Святого. — Последствия неудачного перехода в старший ранг и вправду выглядят немного… пугающе.

Видение того, во что превратился не справившийся с ритуалом укрепления Власти Адепт, обещало быть самым страшным его кошмаром на ближайшие дни. А ведь переданные ему статуей образы наверняка были еще и хорошенько заретушированы, иначе с таким подходом желающих принять Наследие можно было и не найти.

— На самом деле тебя никто проводить ритуал не заставляет. Можно сколько угодно выполнять переданные тебе упражнения и техники — сути Власти это не изменит. Для качественного перерождения требуется именно ритуал, — донесся до Малка глухой голос жреца. — Так что потренируйся, посмотри. Вдруг это ускорит процесс поглощения Семени? Если да, то принимать Наследие тебе просто не понадобится.

— В смысле, ускорит?! — воскликнул Малк, разом забыв пережитый ментальный контакт с необычным изваянием, и встал перед милес Драго. — А зачем тогда эта клятва понадобилась, раз велики шансы, что знаниями храма я попросту не воспользуюсь?! — Следующая мысль и вовсе его разозлила. — Хотя если подумать, то использование частей тел демонов для повышения ранга Власти должно оставлять такую отметину на тонком теле мага, что ни о каком сотрудничестве с ними и мечтать не стоит! И клятва вообще бессмысленна…

Ответ жреца был обескураживающим.

— Ну ты же знал, в обитель какого Святого заявился? Запомни, Кетот свою плату берет всегда! — рассмеялся милес Драго.

До Малка же только теперь дошло, в чем был подвох с данным им обетом. Ему бы радоваться, что непонятная ситуация разрешилась и все тайное вскрылось, но он лишь еще больше помрачнел. Потому как одна найденная ловушка совсем не означала, что не будет и других.

Из плена темных мыслей его вырвал голос жреца.

— Перед уходом загляни в шкафчик справа от малого алтаря и забери оттуда деревянный футляр. Это филактерия с первой страницей Наследия Кетота. Говорят, написано рукой одного из его ближайших последователей. Кого именно, неизвестно, но… так говорят, — сообщил милес Драго с каким-то снисходительным благодушием.

— Зачем? — буркнул чувствующий себя обманутым Малк. — Я и так все помню.

— Наведенные воспоминания ускользают из памяти очень быстро. Так что возьми, лишним не будет, — посоветовал жрец. — Понадобится — хорошо. Не понадобится — еще лучше. В любом случае потом принесешь филактерию обратно. Святая вещь все-таки.

И на этом их общение закончилось. Малк, несмотря на бушующие внутри страсти, изобразил некое подобие вежливого поклона и удалился. Не забыв перед выходом забрать указанный футляр со свитком. Как бы он ни относился к коварству милес Драго, но в его словах все-таки был резон…

Подсознательно Малк ожидал, что пугающее сновидение и последующая встреча с милес Драго станут самыми яркими событиями того дня. Но, увы, видимо, звезды сложились каким-то особенно неприятным для него образом, раз череда «запоминающихся» происшествий визитом в храм не закончилась. И уже почти на пороге дома в переулке Серых Ночей он столкнулся с очередным проявлением потустороннего.

Хотя понял он это далеко не сразу.

— Мальчик, подай бабушке на пропитание. Три дня не ела…

Нищенка с закутанным лицом и скрытыми под лохмотьями руками стояла на коленях аккурат напротив дома Малка. Глаз от земли не отрывала и по сторонам не поглядывала, так что как она смогла его увидеть, а тем более распознать в нем «мальчика», было решительно непонятно. Как, впрочем, непонятно и то, на что попрошайка вообще рассчитывала. Прохожих здесь было немного, поэтому на хороший «урожай» подаяния надеяться не стоило. Так зачем вообще сюда приходить?

— Мальчик… Три дня не ела…

А еще Малку сначала показался страшно знакомым только голос, но потом он узнал и саму нищенку. Ведь встречались они уже, несомненно встречались! Он тогда был подростком, и точно так же выглядевшая старушка стояла весь день напротив их интерната и собирала милостыню. Просила на пропитание, говорила про голодные три дня… А потом ушлые воспитанники проследили за несчастной побирушкой и собственными глазами увидели, как та в соседнем дворе переодевается из лохмотьев во вполне приличную одежду и превращается из «старушки» в довольно молодую женщину. Причем, что особенно Малку запомнилось, — с холеными и ухоженными руками.

Такое вот у него случилось однажды знакомство с любительницей сыграть на людской жалости. И в то, что их жизненные пути могут случайно пересечься еще раз, он откровенно не верил. Что-то было здесь не так…

Неожиданно Малка отвлек свист стравливаемого через клапан пара. Он оглянулся и заметил, как в переулок лихо заворачивает паромобиль со знаками Школы Трех Святых. Делать в этом районе ни обычным студентам, ни преподавателям данного учебного заведения точно нечего. А значит, это наверняка были гости Малка. Может, Толфан решил развеяться и заглянуть к старому приятелю, а может, и Хелавия наконец-то смогла вырваться из-под опеки чересчур озабоченных ее обучением наставников. В любом случае это были его друзья, и, выкинув нищенку из головы, Малк повернулся к приближающемуся транспортному средству.

Но, как оказалось, зря.

Рывок коршуном метнувшейся к нему нищенки Малк едва не прозевал. И от неожиданности встретил ее нападение не осмысленно — как и положено грамотному бойцу, а сработав на рефлексах. Сначала встретил нападавшую ударом укрепленного Властью левого кулака, а когда та резко сбавила скорость, но так и не остановилась, впечатал ей в центр груди скрюченные на манер когтей пальцы. Последнее явно выбивалось из имеющихся у Малка навыков и привычек. Подобного рода атака скорее подходила тому старику из сна, что так болезненно ударил его в бок, чем самому Малку. Однако он ударил именно так, и никак иначе. Не забыв при том сконцентрировать Власть в подушечках пальцев и вложить в ладонь Рассеивание.

— И-ииии!!! — истошно завизжала нищенка, когда кисть правой руки, точно экзотическое оружие, пронзила ей грудь и по самое запястье погрузилась в тело.

Малк, не ожидавший ничего подобного, и сам едва не заорал. Особенно когда ладонь натолкнулась на словно бы сотканный из тысяч колючих искр комок и его пальцы машинально сжались. Все его тело тотчас тряхнуло от магического разряда, однако жертве было и того хуже. Облик из детства, неизвестно как выуженный врагом из его памяти, сполз с лжестарухи точно вторая кожа. Перед Малком предстала обмякшая в его руке бесформенная серая тень. Расплывчатая клякса без узнаваемых черт и характерных признаков, но явно имеющая нечто такое, что ее роднило с пляшущими силуэтами из недавнего сна Малка. Теми самыми, что он увидел после разрушения основного сновидения.

Вопль смолк, едва тень потеряла внешний облик. А спустя несколько мгновений она и вовсе лопнула точно мыльный пузырь, не выдержав давления магии Малка. Очередное нападение закончилось пшиком.

— Йоррох! Ведь глупо же думать, что милес Драго как-то усилил мои демонические метки, да?! Из лучших соображений, разумеется… — пробормотал Малк, задумчиво изучая руку, которой он убил тварь.

Увы, ответа у него не было. Во всяком случае сейчас, пока он не начал активно практиковать техники Наследия Кетота и не перешел в понимании собственного Духа на более высокий уровень. Другой вопрос, произойдет ли вообще когда-нибудь этот переход, но это покажет только время…

— Это чего такое было? — раздался за спиной голос Толфана, и стремительно развернувшийся Малк увидел высунувшееся из окна паромобиля обалдевшее лицо толстяка.

— Демон. С плана Иллюзий, — уверенно сообщил Малк, в реальности сам толком не понимая, с кем сейчас столкнулся. Впрочем, учитывая связь карлика с магией Иллюзии, его догадка вполне имела право на существование. — И если ты готов угостить меня ужином в хорошем ресторане, я расскажу тебе подробности! — добавил Малк и, не дожидаясь ответа, направился к машине толстяка.

Возможно, приятелю такое хладнокровие могло показаться несколько пугающим, но Малка это ни капли не обеспокоило. Он совершенно не желал вести разговоры на улице или у себя дома, и сейчас его гораздо больше волновало чувство голода, чем то, каким своего колхаунского приятеля увидит Толфан. Ничего, переживет…

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ,

в которой происходит несколько встреч

В качестве заведения, достойного встречи «старых друзей после долгой разлуки» — как торжественно объявил Толфан, — была выбрана ресторация под странным названием «Депо». Одни говорили, что сюда когда-то доходила железнодорожная ветка и в здании занимались ремонтом паровозов, другие настаивали, что в прошлом столетии, в период популярности в Андалоре конки, здесь располагалась ремонтная каретная мастерская — однако точного ответа не мог дать никто. И все просто принимали как данность, что теперь в культурной столице было одним хорошим заведением с необычным названием больше.

— И часто с тобой бывает такое… такое?! — вполголоса спросил Толфан, едва от их столика отошел принявший заказ официант и они оказались одни.

До самого ресторана, пока колхаунцы ехали на паромобиле, толстяк мужественно хранил молчание и вот теперь не выдержал.

— Случается, — равнодушно бросил Малк, даже не спрашивая, что имеет в виду приятель.

Было время, когда он жаждал разделить хоть с кем-то тяжесть «внимания» карлика. Но тот период давно закончился, и он больше не испытывал потребности в моральной поддержке. Все, привык и освоился, дальше сам.

Однако толстокожего Толфана подобного рода недомолвками было не пронять.

— И в чем причина? — с жадным любопытством спросил Толфан.

— В желании одного из потусторонних обитателей меня убить, — пожал плечами Малк.

Йоррох знает почему, но впервые за все время их знакомства встреча с Толфаном его тяготила. Даже просто что-то говорить, рассказывать ему напрочь не хотелось. Но и послать любопытного приятеля подальше с его вопросами Малк тоже не мог. Все-таки дружбу так вот просто, без причины, не зачеркнешь.

— Это понятно, что не с праздником летнего солнцестояния поздравить хочет. Но почему у него это желание возникло именно к тебе и какой именно… — Толстяк неожиданно осекся и пристально посмотрел на Малка. — Погоди-погоди… Так это ты от него тогда защиту дома устанавливал? А мы-то с подругой твоей решили, что ты по Колхауну затосковал. Благо и сами были не без греха… — Толфан озадаченно взъерошил волосы. — Теща Йорроха! Вот оно откуда тянется… Я ведь прав?

Малк тяжело вздохнул.

— Да прав, прав, — ответил он, понимая, что отмолчаться все же не получится. — Больше тебе скажу, все началось еще раньше. С поезда, когда я единственный карлика увидел. Про которого все вокруг сказали, что его не существует…

— Карлика? Какого, к демонам, карлика?! Ты ничего такого не рассказывал! — вытаращился Толфан столь выразительно, что Малк был вынужден несколькими короткими предложениями описать свое противостояние с незримым «этим дедом». Однако толстяка его слова не убедили, и он продолжил утверждать, что ничего не знает. И лишь натолкнувшись на спокойный взгляд Малка, стушевался и принялся энергично тереть в затылке. — Хотя… даже если бы рассказывал, я бы решил, что ты либо так шутишь, либо перенервничал из-за бойни в вагоне. И мог не запомнить… Да чего там, я и сам был тогда не в лучшем состоянии. Ходил как под заклятием!

Беседу прервал официант, поставивший на стол огромный поднос с тушеными мидиями, молодыми осьминогами, кальмарами и свежей икрой морского ежа. Приятели тотчас дружно склонились над тарелками.

— Ладно, ну а к кому-то за помощью ты пытался обращаться? — наконец продолжил расспросы Толфан, когда оба утолили первый голод. — Жандармерия, Школы, службы при Бюро бедствий, армия, наконец… Кто-нибудь точно поможет…

— Обратился, — перебил его Малк, подчеркнуто не вдаваясь в подробности.

— И? — поторопил его Толфан.

— И! — криво усмехнулся Малк, решив промолчать про жреца Кетота. — Но, как видишь, пока жив…

— Ну да… Навыки у тебя даже на мой вкус неплохие, — согласился Толфан, изобразив руками что-то отдаленно напоминающее то движение, которым был убит гость из иных планов реальности. Но, поймав недовольный взгляд Малка, с готовностью сообщил: — Понял, обсуждать тему не хочешь. Умолкаю!

Изображать обиду он даже не стал пытаться. Знал, что Малка подобным не пронять. Наоборот, явно ухватился за эту возможность, чтобы не задавать опасных вопросов о продолжении конфликтов Малка с лоялистами и высокородными аристократами. Вдруг о помощи попросит?!

— А чего ты так неожиданно приехал-то? — взял Малк в свои руки инициативу в разговоре. — Мне казалось, что тебе, что Хелавии еще как минимум месяц на казарменном положении жить.

— А… — отмахнулся Толфан. — Кому-то да, месяц-полтора до выходных, а я уже отстрелялся. Не тот у меня талант, чтобы его на тренировки гробить, надо и для прочих вещей кусочек оставить. Согласен?

— Как я понимаю, эти «прочие вещи» ты предпочитаешь искать в борделях и пивных? — скептически хмыкнул Малк.

Чем, к своему удивлению, задел Толфана за живое.

— Какие, к флуру, бордели?! Какие, сожги их Архонт, пивные?! — воскликнул он неожиданно резко, но тут же сбавил тон. — Небольшой бизнес я тут задумал организовать. Бизнес!

Последнее слово он выделил голосом и для большей значительности поднял к потолку указательный палец. После чего выжидательно уставился на Малка.

Однако достичь желаемого эффекта у него не получилось.

— Здорово. Поздравляю, — кивнул Малк с кислым видом, ничуть не разделяя восторгов приятеля.

Нет, то, что тот решил взяться за дело, — хорошо, благо пример отца перед глазами. Но он-то здесь при чем? Малк и предпринимательство напрочь несовместимы. Это стало понятно еще в интернате, когда они с Толфаном решили увеличить общий капитал и попробовали себя в роли спекулянтов. Накупили у бродячего алхимика дешевых фейерверков, а потом принялись торговать ими среди интернатовцев. Толстяк, помнится, от своей половины шутих избавился в течение дня, Малк же за аналогичное время смог продать хорошо если треть, да и то каким-то чудом. Правда, завершить эксперимент им не удалось — вмешались пострадавшие от их «товара» преподаватели, которые мигом нашли виновных и порушили бизнес, — но составить представление о собственных предпринимательских способностях Малк успел.

— Ты чего? Серьезная тема! Ремонт паромобилей… — воскликнул Толфан, но тотчас осекся и, опасливо оглядевшись, наклонился к Малку. — Я уже вопрос хорошо изучил. Машин становится больше, ломаются они постоянно, а мастерских, где их можно восстановить, — раз-два и обчелся! Так что если по уму все сделать — людей нанять, помещение снять, нужное оборудование купить, — то будем в драхмах купаться…

— Ого, — усмехнулся Малк, вдруг осознав, что после всего случившегося с ним в Андалоре прожект приятеля видится ему каким-то мелким и скучным. — А я тебе зачем?

— Ну как же… — заметно смутился Толфан. — Я, как ты помнишь, в Школе на стихиальных благословениях специализируюсь. Сейчас, правда, от меня толку мало, но как до Ученика дойду, так помимо управления бизнесом возьму на себя еще и наведение магического «лоска». И на остальное меня не хватит. Нужен будет помощник.

— Помощник в чем? — уже начиная раздражаться, спросил Малк.

— В управлении персоналом. Ты вон сейчас какой здоровый стал — даже с демоническими тварями наловчился разбираться. Так что навести порядок и дисциплину в мастерской для тебя будет раз плюнуть! — с азартом зашептал Толфан. — Как тебе, а?!

— Толфан, я — Адепт! Не вышибала, не охранник и не твой персональный рында. Я — маг! И дальше хочу расти именно как маг, а не как твой… помощник, — холодно отчеканил Малк. — Понимаешь?

— Ай! Опять ты за свое. Далась тебе эта магия… Неужели учеба в разнесчастном Обществе ничему не научила? Ну нет у тебя таланта, нет! Адептом стал, и Святые с ним. Теперь пора за ум браться, — сказал толстяк, разглядывая приятеля с крайне снисходительным видом. — И я предлагаю вполне достойное приложение твоих способностей.

— В роли держиморды?! — процедил Малк, сузив глаза.

Упоминать о том, что Толфан — в этом Малк ни капли не сомневался — заодно спихнет на него и кучу других обязанностей, он просто не стал. Такова природа толстяка — решать свои проблемы быстро, дешево и по возможности за чужой счет.

— Вот ты прицепился, а! — прорвало наконец и Толфана. Лицо его пошло красными пятнами, а лежащие на столе руки сжались в кулаки. — Малк, включи мозги. Они же у тебя были, я точно знаю. И не верю, что успели высохнуть от твоих бешеных тренировок… Паромобиль сегодня — это символ статуса. Машины не покупают бедняки или приказчики в лавках, их приобретают люди с достатком да со связями. И вот на них-то мы посредством нашей мастерской и нацелимся! Мастерская только начало.

— Связи… — повторил Малк, заставляя себя успокоиться.

Идея Толфана была ему понятна. Магия знакомств, взаимных услуг и обязательств действительно опутывала мир высоких Домов и влиятельных Семейств крепче магии настоящей, оперирующей ритуалами и заклятиями. Вот только ее не преподавали в Школах и ей не обучали в Обществе. Смертельную волшбу человеческих связей каждый познавал сам. Кто-то кое-как, порой и вовсе о ней не задумываясь, а кто-то перенимал, взрослея, от родителей, чуть ли не впитывая с молоком матери. Малк был из первых, Толфан же… Толфан был из вторых. И его новый проект был направлен прежде всего на достижение его собственных целей. Место не для Малка-надсмотрщика, а для Малка — равного партнера там просто не предусматривалось.

— Извини, но я попробую сам, — без лишних эмоций сказал Малк.

Для него вопрос был закрыт. И дело тут было даже не в каких-то рациональных соображениях, а просто в желании и дальше идти к своей мечте. Невзирая ни на что и вопреки всему.

Толфан еще пытался что-то говорить. Апеллировал к взаимовыручке, к доверию и необходимости поддерживать друг друга, но Малк сохранял твердость. С его точки зрения, что-то обсуждать здесь не имело смысла. На чем их встреча и закончилась. Получивший отказ Толфан резко заскучал и засобирался обратно, Малк же не захотел его останавливать.

Такая вот у них получилась встреча старых друзей…

Несмотря на самые мрачные ожидания Малка, после нападения лженищенки у порога дома интерес потусторонних сил к нему заметно угас. Больше не было пугающе реальных снов, его дороги не пересекались с путями демонов, а карлик… проклятый Святыми карлик не проявлял даже крох активности. Словно его и вовсе не существовало. Из-за этого у Малка нет-нет да и появлялась надежда, что так продолжится и впредь. Ну чем Йоррох не шутит, вдруг раны «этого деда», полученные во время охоты Малка на него, оказались настолько серьезны, что он впал в спячку или вовсе развоплотился?!

Увы, в сказки Малк больше не верил. Если, конечно, это не истории из не к ночи помянутого колхаунского сборника, но о тех и вспоминать лишний раз не хотелось. И потому он уже по привычке настраивался на худшее. Впрочем, ему было не привыкать.

За чехардой не самых приятных событий как-то незаметно пошел уже девятый месяц после Пробуждения Силы. Следуя статистике, которую показывало Зеркало Друзала, размер резерва Малка не просто перевалил через планку в восемнадцать эргов, а еще и стабилизировался на данном уровне и принялся расти дальше. Скорость поглощения же энергии достигла девяти десятых эрга в час, что с лихвой перекрывало требования Стандарта Рзавиана. Так что первое условие, необходимое для перехода в ранг Ученика, им было достигнуто. Осталось довести число полностью освоенных заклинаний до трех, а резерв нарастить еще хотя бы на пару единиц, и тогда… тогда сводящая с ума мечта стать настоящим магом, вырвавшимся из тисков правила первого года, сбудется!

Жаль только и здесь все было далеко не так гладко, как хотелось. Из трех заклинаний Малк целиком изучил только одно — Рассеивание. Искра и «лечилка» пока его усилиям сопротивлялись. И хотя в понимании последних чар в драке перед храмом Кетота Малк преодолел некий качественный рубеж, пика достичь пока не получилось. Что весьма нервировало.

Но больше всего его беспокоило развитие резерва. До крайнего срока оставалось еще целых три месяца, а скорость роста объемов запаса энергии уже резко замедлилась. И пусть событие это было давно ожидаемое, легче не становилось. Малк сильно сомневался, что к концу месяца дотянется до планки в девятнадцать эргов.

Единственное, что по-настоящему радовало, так это развитие Власти. И без того самая хорошо развитая грань Дара Малка благодаря полученным от Кетота знаниям принялась развиваться с устрашающей скоростью. Причем изменения касались не только собственно увеличения самой Власти, но прежде всего повышения гибкости ее использования. Малку хватило трех седмиц занятий по новой схеме, чтобы начать вытворять с чистой Силой вещи, которые раньше ему казались на его ранге немыслимыми. Теперь он с легкостью мог зажечь или потушить свечу, покрутить в воздухе небольшое лезвие, оставить на бумаге цветную кляксу и даже перелистнуть несколько страниц в книге, попутно не изорвав ее в клочья. На фоне Ламары Горжан, которая, будучи Ученицей, с трудом использовала Власть в качестве замены примитивного телекинеза, такие навыки выглядели как серьезное достижение.

Но даже не успехи в освоении новых умений были главным достоинством дополнительных тренировок. Что гораздо более важно, продолжился процесс «переваривания» Семени Духа. И пусть само Семя Малк до сих пор не ощущал, некоторые признаки говорили сами за себя: Кристаллическое Сердце теперь не только практиковалось как-то иначе, «звонче», но и между ним и Дождем боли оставалось все меньше острых углов. Тайное Искусство и Запретная Техника все дальше и дальше сливались в нечто единое и неделимое, а значит, совсем скоро, счет шел на седмицы, в распоряжении Малка должна была оказаться полностью новая тренировочная формула. И кто знает, не перерастет ли она попутно свой первоначальный желтый ранг?

Возможно, Малк добился бы на ниве развития Власти и больших успехов, если бы с первых дней взялся за врученный милес Драго футляр с первой страницей Наследия. Однако он поначалу бросил филактерию к остальным своим вещам и занимался самостоятельно. Лишь когда внедренные в разум образы и вправду начали рассеиваться, лишь тогда он вспомнил про футляр и… очень скоро выяснил одно его удивительное свойство. Если при тренировке держать филактерию в руках, возвращается то чувство соприкосновения со священным и мистическим, которое пришло к нему во время контакта со статуей, и все занятие протекает гораздо более гладко и результативно.

Почему жрец ничего ему об этом не сказал, предпочтя ограничиться банальным советом «возьми футляр», Малк решительно не понимал. Как не понимал, почему в Наследии помимо тренировочных методов нет боевых Техник или ритуалов. Единственное, что автор Наследия оставил для практиков Власти красного ранга, это простейший экзорцизм… С чем оставалось лишь смириться, развести руками и умерить чересчур разыгравшийся аппетит.

Помимо изменений в тренировке Духа, нарушивших привычную рутину и привнесших в жизнь Малка какую-то новизну, еще одной его радостью были посещения Боевого Зала. Он и сам не понял, в какой момент необходимость в изучении навыков самозащиты переросла унылую обязаловку и стала если не хобби, то чем-то вроде отдушины. Но факт остается фактом. На занятия к инструкторам мастера Гарена, несмотря на случающиеся там эксцессы, Малк теперь ходил с постоянным чувством предвкушения чего-то нового. И выкладывался в Зале едва ли не больше, чем медитируя над Зеркалом Друзала… Это не могло не сказываться на результатах, а порой и вовсе преподносило приятные сюрпризы.

В тот день Малк рано разделался со своим обычным набором упражнений и отправился за новыми заданиями к инструктору в соседнюю комнату. Туда, где занимались более «продвинутые» студенты Боевого Зала и где наставник выступал в качестве судьи тренировочного спарринга. Да так там и «завис».

— Жестче! Жестче работайте! И про ноги не забывайте!!! — надрывался инструктор, целиком сосредоточившись на происходящем на площадке для поединков. — А-а-а!!! Болваны!!! Да в курицах и то боевого духа больше, чем в вас!!!

Там сражались, облаченные в морально устаревшие, но все же в полноценные механизированные доспехи, два его любимчика. И судя по тому, как он реагировал на их осторожную манеру ведения боя, — противники больше прятались за щитами, чем рубили друг друга топорами, и практически не использовали атакующую магию, — происходящее сильно его огорчало.

— Чего тренер так злится? Сам ведь всегда говорил, что напролом лезут только идиоты, и теперь вдруг такой поворот, — вполголоса спросил Малк у одного из наблюдающих за дракой парней.

С ним он был неплохо знаком и даже иногда общался в перерывах между тренировками.

— А! — махнул рукой тот. — Инструктор поспорил с мастером Гареном, что его студенты ничуть не уступают тем, кто сейчас занимается непосредственно с хозяином Зала. Вот теперь и лютует.

Малк понимающе усмехнулся. Кажется, инструктор попытался укусить несколько больше, чем мог себе позволить. Потому как сравнивать тех, кто обладал талантом, богатыми ресурсами и в кого мастер вкладывал максимум своих усилий, с пусть хорошими, но все же рядовыми студентами, к тому же обучающимися у столь же обычного преподавателя, это… это очень смело. И глупо.

— На что хоть поспорили? — спросил он уголком рта, чтобы, не приведи Святые, не услышал инструктор.

— На два месячных жалованья, — столь же тихо ответил собеседник Малка.

И оба тихо рассмеялись.

Да, два месячных жалованья инструктора в Боевом Зале были немаленькой суммой. Точных цифр им никто не говорил, но, по слухам, речь могла идти о паре десятков драхм. А возможно, и того выше. Потерять столько денег разом как минимум неприятно.

Тем временем не иначе как раззадоренные руганью инструктора бойцы на площадке резко взвинтили темп боя и сошлись в яростной рукопашной. Комната моментально наполнилась звуками столкновения тяжелых ростовых щитов, натужным воем перешедших на форсированный режим механизмов доспехов, грохотом ударов молниевых топоров. Во все стороны полетели искры, а по полу покатились мелкие «шарики» магических разрядов, сбрасываемых защитными системами.

Зрители дружно торопливо отступили на несколько шагов, а инструктор, помянув Йорроха, принялся возиться с артефактом, который прикрывал площадку для поединков магическим барьером.

— Ай молодец! — вскрикнул приятель Малка.

Один из поединщиков внезапно отбросил щит в сторону и, взявшись за топор обеими руками, принялся яростно рубить противника.

Мало того, он еще и Силу в свое оружие не забывал закачивать, так что мощь его ударов возросла многократно. И его оппонент был вынужден уйти в глухую оборону.

Вам! Вам! Вам! Мерный звук напоминал удары молота по наковальне. Атакующий словно задался целью вколотить соперника в землю, и это у него неплохо получалось. Обороняющийся с каждым попаданием топора в щит все больше и больше припадал на одну ногу, так что совсем скоро должен был встать на колени.

Появилось ощущение, что победитель уже определился. Инструктору, если он желал избежать травм у своих подопечных, следовало остановить бой. Но тот молчал, продолжая с каким-то хищным прищуром следить за происходящим. Молчал и Малк, не разделяя восторгов приятеля.

Что-то здесь было не так. Слишком легко поддался укрывшийся за щитом боец. Слишком легко. А раз так, то следовало ждать подвоха… И он не ошибся! Через несколько секунд под очередным особенно мощным ударом хватка обороняющегося не выдержала, и щит вылетел из его рук. Воодушевленный успехом противник тут же повторил атаку. Но вместо того, чтобы добить соперника, вонзил топор в самый центр возникшего перед ним марева… где тот благополучно и увяз, точно в густой смоле! Ему бы развеять чужую волшбу мощным импульсом Власти или не менее мощным выбросом Силы или, на худой конец, попросту избавиться от застрявшего оружия и вспомнить о собственной магии, но он зачем-то потянул топор на себя… и потерял столь ценное в схватке время. Несколько мгновений, не больше. Но этого вполне хватило, чтобы его противник резко выпрямился и снизу вверх рубанул его по шлему. Да так мощно, что после звонкого «бам-мм!!!» его, казалось бы, уже победивший в спарринге партнер как подкошенный рухнул на пол.

Чистая победа!

— Как он быстро Туманный Щит выставил. Практически мгновенно! — поделился с приятелем весьма впечатленный Малк.

Однако тот его восторгов не разделил.

— А чего ты ждал от Ученика, специализирующегося на боевой магии? «Боевики», когда первый Нимб перед прорывом через ранг формируют, в его центр обычно Щит и ставят, — пожал плечами приятель. — Иначе от них на поле боя на низких рангах вообще никакого толка бы не было. Пока они там барьеры наколдуют, их десять раз убьют. А тут р-раз, и по первому же желанию Щит появляется. Красота!

Малк нахмурился. К сожалению, в Обществе про формирование Нимбов им еще ничего не говорили. Все его знания ограничивались слухами. Вроде бы после полного освоения трех заклинаний те формируют во Дворце Духа нечто вроде вращающейся плоскости — Нимб. Вроде бы это заметно расширяет способности мага, и прежде всего в плане применения входящих в него чар. Вроде бы есть что-то еще, но… но подробности ему были неизвестны. И вот теперь вдруг выяснилось, что обучающиеся в нормальных Школах коллеги понимали на этот счет гораздо больше его. Это напрягало. Ведь где одно, там и другое, а за ним и третье. И кто скажет, сколько еще важных и не очень вещей остается за рамками его знаний!

Пока они общались, события на площадке для поединков начали разворачиваться самым непредсказуемым образом. Вопреки ожиданиям, проигравший так и не пришел в себя, и к нему бросился изменившийся в лице инструктор с несколькими старшими студентами. Пара минут, умелые руки, подходящий инструмент, и вот уже из раскрывшегося как куколка доспеха вытащили находящегося без сознания, бледного как смерть парня. Даже не пытаясь привести в чувство, его потащили к штатному лекарю Боевого Зала.

О победителе на время все забыли, а зря! С ним тоже все было не слава Святым. Вместо того чтобы, следуя правилам Зала, отправиться в оружейку, где и полагалось «снимать» доспех, он занялся этим прямо на площадке. Торопливыми, суетливыми движениями защелкал замками, а потом, не дожидаясь, когда броня окончательно раскроется, принялся едва ли не в панике выбираться наружу.

— Чего это с ним? — вытаращился на товарища собеседник Малка, впрочем не делая попытки помочь.

Однако ответа он не дождался. В отличие от него Малк прекрасно разглядел и то, как победитель зажимает ладонью шею, и то, как из-под плотно прижатых пальцев сочится кровь. Какая-то из атак противника повредила ему жилу, и теперь он истекал кровью. Одно то, что студенту в ранге Ученика удалось живым выбраться из лат, уже следовало считать чудом. Ну или заслугой особой Родословной, либо поддержкой спасительного артефакта… Что, впрочем, лишь подтверждало необходимость оказания срочной помощи.

— Садись и дай сюда! — рявкнул Малк уже поплывшему победителю.

Рывком убрал его ладонь и, особо не вглядываясь, Властью сжал магическую энергию вокруг раны. Раньше, до начала занятий по системе из Наследия Кетота, он на подобное бы не решился. Вместо точечной фиксации пострадавшего участка тела Малк, скорее всего, сдавил бы ему всю шею… И хорошо, если бы просто сдавил, не нанеся попутно дополнительных травм!.. Однако теперь все было иначе. Подвластная его воле магия послушно перекрыла разорванный сосуд.

Немедленная смерть больше не грозила, теперь пришел черед «лечилки». Привычно выстроил цепочку символов Руноглифа, напитал энергией, наложил на пострадавшую часть тела… Вроде бы все делал правильно, как надо, но возникло ощущение, что на этот раз верное заклинание не поможет. Слишком слабое, слишком медленно работающее. И в последний момент, когда чары уже следовало выпускать в цель, Малк свернул цепочку рун в плотный блок, на пределе своих возможностей сжал его Властью и… направил непосредственно в место разрыва.

Подсознательно он ожидал провала — все-таки о столь ювелирном управлении магией Малк ранее даже не помышлял, — но все прошло на удивление гладко. Более того, в миг активации знаков Руноглифа Малк своим духовным вниманием ощутил словно бы некоторый барьер, мешающий ему по-настоящему обрести контроль над заклинанием. А ощутив его, постарался тотчас прорвать… С чем блестяще и справился спустя мгновение. И ранее «мертвая» последовательность рун стала словно бы продолжением Духа самого Малка.

— Йоррох!!! — вполголоса выдохнул Малк, когда осознал случившееся.

Он даже на какой-то миг забыл о своем «пациенте», которого только-только начала штопать «лечилка», и лишь усилием воли удержался от того, чтобы не погрузиться сознанием в свой Дворец Духа. Потому как ему показалось… Хотя почему показалось?! Проклятье, потому как он вдруг понял, что застывшее на долгое время освоение Малых исцеляющих чар достигло своего пика и на орбите вокруг Кристаллического Сердца в небе его внутреннего мира возникла вторая светящаяся точка!

— Чего такое? Все? — Рядом неожиданно нарисовался знакомый Малка и принялся изучать уже переставшего истекать кровью раненого. — Да вроде жив… Даже порозовел немного… Тогда чего кричал?

— Перенервничал, — с максимально возможным равнодушием пожал плечами Малк и снова склонился над пострадавшим.

Прорыв прорывом, но лечение еще было не закончено. Закрывшаяся рана в любой момент могла открыться вновь. И если Малк желал помочь, то одной «лечилкой» ограничиваться ему точно не стоило…

Стараниями Малка победитель устроенного инструктором поединка все-таки выжил. На шее, правда, остался безобразный рубец, но тут уж целитель-самоучка был бессилен — не с его навыками на борьбу со шрамами замахиваться. Впрочем, раненый был не в обиде, благо в сознание он пришел задолго до появления врача и своего истинного спасителя увидеть успел. Так что когда страсти вокруг неожиданно травматичного боя утихли, инструктор получил от мастера Гарена свое наказание, а едва не поубивавшие друг друга студенты — строгое предупреждение, он даже оказался настолько любезен, что отблагодарил Малка шестью драхмами… На этом раздача наград полностью закончилась. Ни инструктор, ни хозяин Боевого Зала говорить Малку спасибо не пожелали, предпочтя сделать вид, что никакого его участия в лечении не было.

Да Малк и не настаивал.

Возможно, повлияла ситуация, в которой невольно оказался один из любимчиков инструктора, а может, поводом стала вполне материальная благодарность спасенного, но по итогам случившегося мысли Малка неожиданно вернулись к Старику. К человеку, который открыл для него двери в ворота гадания и с которым он так и не поделился своими успехами. А ведь плохой или хороший, но тот был его наставником. И желание избегать его точно не красило Малка.

Стоило данной мысли оформиться в его голове, как Малк моментально отбросил все имеющиеся у него сомнения и в первый же свободный вечер решительно направился в гости к Дереку Урвалу. Пришло время поставить точку в еще одном незавершенном деле…

До улицы Отставников, где располагался дом Дерека Урвала, Малк добирался на пролетке. По сравнению с уже остодемоневшей толкотней в общественном омнибусе возможность куда-то добраться с минимальным комфортом воспринималась едва ли не как роскошь. И слава Святым зато, что стабилизировавшееся финансовое состояние Малка теперь позволяло ему хотя бы изредка себя так баловать. Приехать на собственном паромобиле — как леди Марой, — конечно, было бы еще лучше, но о подобном пока оставалось только мечтать.

Правда, непосредственно до зеленого флигеля Старика он все же добирался пешком. Остановил пролетку за ближайшим поворотом и немного прогулялся, настраиваясь на явно непростой разговор. Слишком уж неприятно они расстались с Наставником, чтобы вернуться как ни в чем не бывало и сказать с порога: «Добрый вечер!» И даже захваченная в винной лавке бутылка красного сухого, стоимостью аж в тридцать восемь оболов, вряд ли сгладила бы ситуацию.

Так что калитку во двор Дерека Урвала он открывал, внутренне готовый к скандалу. И потому был крайне удивлен, что встреча пошла совсем не потому сценарию, какой он ожидал…

— Что за люди в наших-то краях! — донесся до Малка голос Старика, стоило ему появиться во дворе дома. — Заходи давай… Хотя ты, мерзавец, и так уже зашел!

Сам хозяин обнаружился за столом в беседке, где с очевидным удовольствием прикладывался к своей любимой «винной» глиняной кружке. И не было бы в данной картине для Малка чего-то удивительного — за время учебы он уже успел насмотреться на пьяного Наставника, — если бы не сюрприз. В гостях у специалиста по гаданию оказались двое его знакомых. Леди Марой и ее неизменный телохранитель Джон сидели в креслах из ротанга чуть в стороне от Старика и с любопытством поглядывали на Малка. Причем если мужчина смотрел со сдержанным одобрением, то девушка… в глазах девушки нет-нет да и проглядывало нечто хищное.

— Здравствуйте, наставник… Мое почтение, леди Марой. Добрый вечер, Джон! — в полном соответствии с этикетом поприветствовал всех Маяк, но продолжить в том же ключе ему не дали.

— Чего пришел-то, ученичок? О том, что тебе говорил, помнишь? — не дав никому и рта раскрыть, громогласно осведомился Урвал.

На взгляд Малка, он был сегодня как-то особенно сильно навеселе, и это… раздражало.

— Помню, потому и здесь! — сухо сказал Малк, приблизившись к компании и замерев в полусажени от стола.

Леди Марой и Джона он одарил извиняющейся улыбкой — при столь воинственном настрое Старика даже просто переброситься парой слов будет проблематично, — и твердо встретил злой взгляд наставника.

— И доказать сможешь? — прищурился Старик, после чего с пренебрежением пояснил гостям: — Совершенно бесталанный парень… Но упрямый! — Однако спустя мгновение он вспомнил, кто привел к нему нерадивого ученика, и немного стушевался. — А, Йоррох, вы же знаете друг друга…

— Верно, мы знакомы, — лучезарно улыбнулась Терри Марой и сказала Малку: — Рада снова вас видеть. Как вы ни стараетесь избегать моего общества, игнорируя приглашение, но судьба все равно сводит нас. Разве это не удивительно?

— Видимо, да, — не очень понимая, как реагировать на ее слова, а особенно на тон, ответил Малк.

Как вести себя с девушкой, он не знал. Слишком необычно она на него влияла, чтобы удерживаться в рамках вежливости, и слишком многим он ей уже обязан, чтобы демонстрировать отстраненную холодность. Да чего там, он уже сейчас начал ощущать медленно нарастающее… беспокойство? Возбуждение? Или, быть может, притяжение?.. А они еще толком общаться не начали.

Так что грубое вмешательство Старика в беседу он воспринял с некоторым облегчением.

— Готов показать? Потому как если готов, то у меня и задачка уже для тебя готова, — неожиданно совершенно трезвым голосом сказал наставник и повернулся к гостье. — Вы же не возражаете, если нужные вам ответы даст… ну или хотя бы попытается дать… мой ученик?

— Поступайте, как считаете нужным, Дерек. Уверена, что в любом случае я останусь довольна результатом, — кокетливо засмеялась леди Марой и стрельнула глазками в сторону Малка.

Он сделал вид, что не заметил, чем еще сильнее развеселил девушку.

— Что нужно будет делать? — откашлявшись и не глядя на Терри, спросил Малк.

И этим своим вопросом крайне удивил Старика.

— Гадать, разумеется! — бросил тот, вскинув брови. — Для этой вот юной леди, которая жутко обеспокоена, что в последние дни ее мог кто-нибудь разыскивать с помощью прорицания.

— И какой ответ надо получить? — нахмурился Малк. Столь странная формулировка насторожила его.

— Сказать, было это или нет! — скривился Старик и провокационным тоном добавил: — Ну так что, берешься?

— Как скажете, — пожал плечами Малк и полез в карман за гадательными костями.

Высыпал их на стол, на всякий случай пересчитал и лишь затем смахнул во взятую со стола чистую кружку.

— Леди, обхватите посудину ладонями и постарайтесь сосредоточиться на том, что вас беспокоит. Это важно, поэтому постарайтесь, — уже взяв себя в руки, ровным голосом произнес Малк и пододвинул кружку поближе к Терри.

Она, не иначе как для разнообразия обойдясь без кокетства и флирта, молча выполнила сказанное. Тонкие аристократичные кисти рук легли на горловину, и сверху их тотчас накрыли все больше смахивающие на лопаты ладони Малка.

— Сосредоточьтесь! Я начинаю, — предупредил он и, прикрыв глаза, особым образом принялся воздействовать Властью на пространство внутри кружки.

Вскоре Малк ощутил через Дух зарождающуюся вибрацию чего-то незримого и практически неуловимого, после чего осторожно убрал руки леди Марой и, сохраняя концентрацию, начал трясти кружку с костями. Движения получались неровные, иногда даже рваные и неловкие, однако мистическую дрожь это не уменьшало, а, наоборот, усиливало… И попутно начинало тянуть из резерва Малка накопленную энергию, не стараясь поглотить весь запас целиком и замахнуться на жизненную силу Малка, как было уже однажды, но медленно поглощая ее глоток за глотком.

Не истратив еще и половины имеющихся эргов, Малк вдруг как-то особенно резко крутанул кистью и припечатал кружку к поверхности стола. И одновременно с этим где-то на задворках его сознания проскочил расплывчатый образ человека, что-то спрашивающего у небольшого настольного зеркала.

— Готово! — выдохнул Малк и рывком поднял кружку.

Горстка кубиков моментально рассыпалась по столу, но лишь шесть из них оказались в пределах досягаемости Малка.

— И каков же ответ? — явно заинтересованно хмыкнул Старик.

— Ответ… — Малк мысленно принялся считать, подставляя результат в формулы. Однако уже через минуту вместо ожидаемого четкого и ясного ответа получил нечто странное. Он нахмурился и взъерошил волосы. — Йоррох… Что-то не так.

— Провалился, ученичок? — тут же вылез с подначкой Дерек Урвал, но глаза его смотрели спокойно и требовательно.

— Нет, все получилось, но головоломка не складывается. То ли формулы для расчетов врут, то ли леди Марой искали сразу несколько человек… Но почему тогда результат гадания отрицательный?.. Не понимаю! Зато в одном есть полная ясность. На леди обратила свой взор чья-то злая воля, которая сильно затмевает ясность гадания. — Малк тряхнул волосами и мрачно посмотрел на девушку. — Прошу прошения, но это предел моих способностей!

— Ученик, тебе и не надо ничего понимать. Твое дело озвучивать то, что сказали кости. Думать над услышанным будет уже сам заказчик, — неожиданно вмешался наставник, причем без обычной издевки и ерничанья. — В остальном же… ты все правильно сказал. Молодец. — И пояснил леди Марой: — Особенно про злую волю он хорошо подметил. При всем уважении, но один из ваших недоброжелателей явно привлек на свою сторону весьма могучую персону: даже неудачного гадания достаточно, чтобы отбросить на вас тень… причем настолько черную, что встречу с ее обладателем лично я пожелаю лишь своим врагам.

Последняя его фраза вызвала у Терри неожиданно яркую реакцию. Она побледнела, прижала ладонь к груди и шумно вздохнула. Впрочем, слабость через мгновение прошла, и девушка тотчас успокоилась.

— Вот как, — пробормотала она и задумалась. Наконец, игнорируя Малка, сказала Старику: — Тогда выход один. Мне придется снова обратиться за вашей защитой!

— И цена вас не смущает? — довольно осклабился Дерек Урвал, откидываясь на спинку кресла.

— Если проблему можно решить деньгами, то это не проблема. И в моем случае пока что еще есть надежда избежать большой беды, просто опираясь на силу золота. Так стоит ли жаловаться? — холодно проронила Терри и требовательно повернулась к Джону.

Тот с невозмутимым лицом выложил перед Стариком два приятно позвякивающих мешочка, после чего, немного помедлив, открыл третий, отсчитал из него пять драхм и пододвинул монеты к Малку.

— Он правильно сделал, бери. Заработал! — отмел все возможные возражения ученика Старик.

Сам же он, взвесив один из мешочков в ладони, удовлетворенно кивнул и, с кряхтеньем встав, направился к Терри. В какой момент и, главное, откуда у него в руках появился туго свернутый пергаментный свиток, Малк не заметил.

— Готовы? Все как в прошлый раз? — непонятно спросил Урвал, однако леди явно понимала, о чем речь, и с готовностью кивнула.

Она грациозно поднялась, развернулась к ним спиной и… полностью игнорируя присутствие других мужчин, чуть приспустила верх платья. Малк ощутил было некоторую неловкость, даже задумался о том, чтобы отвернуться, но, перехватив косой насмешливый взгляд девушки, моментально передумал. Кто-то хочет его подразнить? Что ж, он отступать не будет…

Тем временем Урвал развернул свиток, приложил его к коже леди Марой в районе верхнего края лопаток и без какой-либо паузы принялся читать заклинание на неизвестном Малку языке. Было ли это наречие из тех, что бытовали на Мритлоке в эпоху до Восстания Девятерых, тайный ли говор магов его Школы или же просто набор бессмысленных звуков — Малк не знал. Главное, что каждый произнесенный Стариком слог пробуждал на пергаменте череду знаков Руноглифа. И чем больше их появлялось, тем яснее Малк ощущал смутно знакомые по успешным гаданиям вибрации Духа. Но главное даже не это — сам способ использования заклинательных форм оказался для Адепта-недоучки совершенно непривычным и потому чрезвычайно интересным.

— Жжение есть? — отчего-то сдавленным голосом спросил Урвал.

— Да, но терпимо, — удивительно спокойно на его фоне ответила леди Марой. И добавила: — Не как в первый раз.

— Ничего, сейчас исправлюсь! — хохотнул Старик и рывком дернул на себя лист с магическими знаками.

Раздался треск, шипение, как от капли масла на раскаленной сковороде, звонко вскрикнула Терри, и почти сразу — тихий хлопок взорвавшегося безобидными искрами свитка.

— Готово! — объявил Старик, вытирая со лба пот.

После чего отступил от девушки на шаг и оценивающим взглядом окинул ее спину. Точнее, появившийся на белоснежной коже рисунок вцепившейся в свой хвост черно-белой лисы.

— Пару лет точно выдержит. А может, и больше, если будете вовремя подпитывать магией и не станете проводить Ночи Йорроха вне стен флактурмов, — объявил наставник Малка и, отмахнувшись от благодарностей, направился к дому. Впрочем, бутылку Малка и кошельки забрать со стола он не забыл, как и в привычной своей хамской манере бросить своему студенту через плечо: — Пошли со мной. Разговор есть.

И Малку ничего не оставалось, как последовать за ним, напоследок адресовав Терри и Джону извиняющуюся улыбку…

— Ты уже понял, в чем твоя проблема с гаданиями? — вполголоса заговорил Старик, едва они скрылись с глаз его богатых гостей.

— Вы про ту свою фразу: «Ты слишком живой»? Вроде что-то понял, — пожал плечами Малк. — Хотя и неполный набор гадательных костей сбрасывать со счета не хочу…

— Лучше ничего не говори! Все с тобой ясно, — моментально озлился Старик. — А я-то уже обрадовался, что у непутевого студента просветление случилось…

— В каком смысле? — удивился Малк.

— А в таком! Если бы у тебя полный набор костей был, то титьки бабки Йорроха тебе, а не успешное гадание, — презрительно процедил сквозь зубы Дерек Урвал. — Правда, если бы леди поставила перед тобой задачу не разузнать насчет козней врагов, а найти… не знаю… любимую кружку, то и несбалансированный набор не помог бы. Кучу эргов растратил бы, жизненную силу потерял, но даже примерное направление поисков не нащупал бы.

— Но почему?! — нахмурился Малк. — Кости, как и должно быть, из частей тел нежити, Власти хватает, проблем с выполнением Техники нет… Тогда в чем причина?!

Старик устало вздохнул.

— Сказал тогда, повторю и сейчас. Ты. Слишком. Живой! А Дух твой — нет. И этот дисбаланс все рушит. В итоге и гадание у тебя получается… пусть не выхолощенным, но ограниченным. Неполноценным, дающим результат только там, где цель Техники направлена на действия мертвых Духов, призраков или всего того, что хотя бы косвенно касается Смерти, — неожиданно подробно объяснил Старик. — Теперь уяснил?

Малк, уже успевший порадоваться успешному гаданию для леди Марой, потерянно кивнул.

— Такое бывает… Точнее, бывает и не такое. Особенно если Дар искалечен или изуродован запрещенными практиками, — постарался «успокоить» его наставник.

Малку оставалось лишь досадливо поморщиться. Прошлое «пустышки», как и чрезмерная увлеченность запретными практиками, похоже, никак не желали его отпускать…

— То есть карьера уличной гадалки мне не светит? — уточнил он с самоиронией.

— Если у твоих клиентов не будет проблем со Смертью, то… да, не светит! — противно рассмеялся Старик, глотнул вина прямо из бутылки и добавил: — В кухне на полке лежит пергаментный свиток — документ, подтверждающий, что ты закончил у меня базовое обучение гаданию. Заранее сделал, как знал… Так вот, можешь его забрать. Хотя если не планируешь фиксировать свои убогие навыки в паспорте мага…

Продолжать мысль наставник не стал и снова сосредоточился на выпивке. Студент словно перестал для него существовать, так что Малку ничего не оставалось, кроме как сначала заглянуть в кухню, а затем потихоньку убраться из дома.

И лишь на улице к нему пришло понимание, что, кажется, теперь он и вправду закончил свою учебу у Старика. Завершилась еще одна веха его жизни, и есть такое подозрение, что подспудно именно ради этого он и вернулся к Дереку Урвалу. Из одного лишь желания «похвастаться» результатами своих опытов с гадательными костями…

Однако толком переварить данную мысль ему было некогда. Как скоро выяснилось, у самой калитки его ждал Джон. Мрачный телохранитель, словно они и не расставались четверть часа назад, кивком его поприветствовал и сделал приглашающий жест в уже дымящий паромобиль. Дверца была открыта, и из салона кокетливо выглядывала леди Марой.

— Чем могу помочь леди? — подчеркнуто нейтрально спросил Малк, проходя внутрь и усаживаясь на диванчик напротив девушки.

Это вызвало у нее несколько показное недовольство.

— Почему сразу помочь? Наоборот, это я хочу выразить вам свою благодарность за удивительно… откровенное гадание. Дерек Урвал хоть и большой мастер, но редко бывает столь открыт, и обычно ничего кроме «прикрывающая вас пелена цела и не нарушена прорицаниями» от него не дождешься. А тут такие подробности… причем крайне важные подробности! — Терри неожиданно искренне улыбнулась и стала в разы очаровательнее, чем когда играла в светскую львицу. — Подвезти вас до дома и… скрасить дорогу своим обществом — вот то малое, что могу для вас сделать.

— Не стоит благодарности, леди. Я просто выполнил то, о чем меня попросили, — пожал плечами Малк, стараясь не заглядывать в вырез платья чересчур низко наклонившейся девушки. Тему материальной оплаты, полученной из рук Джона, он тоже поднимать не стал. Хоть он и не аристократ, но представления о вульгарности некоторых вопросов у него все-таки были.

— Терри. Мы уже вроде бы договорились, что вы зовете меня Терри, — мягко поправила его девушка, откидываясь на спинку диванчика. Малка обдало тончайшим ароматом духов, будоражащим воображение гораздо больше, чем вся ситуация, при которой он оказался в тесном пространстве салона паромобиля наедине с красивой и, Йоррох побери, весьма, весьма очаровательной девушкой.

— Жаль только, что это была единственная моя просьба, которую вы согласились выполнить. И это удручает, — вновь вернулась к прежней теме леди Марой, чуточку надувшись.

— Заранее прошу прощения, но… какую же просьбу я столь наглым образом проигнорировал?! — воскликнул Малк, наконец беря себя в руки и возвращая себе контроль над эмоциями.

Вот вроде и магии не ощущает, и давления Властью нет, а все же есть в леди Марой что-то такое, что не может оставить равнодушным его мужское начало. Будоражит кровь, и хоть ты тресни!

— Заглядывать ко мне в гости, разумеется! — лучезарно улыбнулась леди Марой, и у успокоившегося было Малка вновь участилось сердцебиение.

Тело Малка, переполненное жизненной силой, оказалось как-то слишком уязвимо к женским чарам девушки. И только мысли о собственном достоинстве, желание соблюсти верность Хелавии и память о другом весьма пугающем с позиции простого Адепта ухажере Терри мешали поддаться вновь и вновь накатывающему пьянящему чувству.

Понимала ли леди Марой, какое влияние она оказывала на Малка? Да, без сомнения. Понимала и пользовалась этим, причем настойчиво и целеустремленно. У Малка возникало странное чувство, что он — девственница-гимназистка, которую уламывает опытный ловелас. Разве что коленки его пока никто не лапал и на диванчик завалить не пытался, но… но кто сказал, что так будет продолжаться и дальше? И, если поездка чуть продлится, Терри не перейдет от игривых взглядов к чему-то более активному?!

Слава Святым, дороги в городе в этот час были достаточно пустынны, чтобы Джон довез Малка до дома без задержек. И он — взмокший и вымотанный, словно после полноценного трудового дня в «Стае диких товарищей» — смог расстаться с несколько разочарованной леди, напоследок все-таки взявшей с него обещание зайти в гости.

— Йоррох, это было… сильно, — пробормотал Малк и взъерошил волосы, глядя вслед уезжающему паромобилю. — И главное, как волнующе…

Вдруг накатило непривычное, какое-то меланхоличное настроение, и невольно погрустневший Малк сначала прошел во двор, а затем, не задерживаясь, направился к двери в свою полуподвальную комнатку… чтобы спустя мгновение на ее пороге обнаружить нежданную гостью.

— Привет, Хелавия, — несколько обалдело произнес Малк, вытаращившись на задумчиво прислонившуюся к дверному косяку подругу.

— И тебе привет, — дернув уголками рта, обозначая улыбку, сказала Хелавия. — Внутрь пустишь?

Малк с готовностью кивнул, но прежде попытался подругу обнять и поцеловать в губы. Однако если первое у него получилось, то второе удалось лишь наполовину. В последний момент Хелавия отвернулась и подставила щеку. Это было настолько непривычно, что Малк даже не нашелся что сказать.

Молчала и девушка. Пока он искал в карманах ключи и возился с тугим замком, Хелавия стояла чуть в стороне и с каким-то странным любопытством его изучала. Словно увидела в нем нечто такое, чего не замечала раньше.

— Ты изменился. — Это было первое, что она произнесла, едва переступив порог его жилища. На мгновение замерла, будто в первый раз оглядела убогую обстановку, хмыкнула при виде Защитного Круга по периметру комнаты, осторожно переступила колдовские линии и встала неподалеку от окошка. — И стал еще более аскетичным, чем был в интернате.

Малк мысленным усилием активировал недавно купленный напольный светильник и, уводя разговор от неприятной темы дешевизны своего быта, спросил:

— Сильно изменился-то?

— Очень. Всего несколько месяцев прошло, а ты стал выше, здоровее, и даже лицо теперь выглядит чуточку другим. Смотрю на тебя — вроде ты, а вроде бы уже и не ты. Странно… — тихо сказала Хелавия, глядя ему в глаза.

У Малка начало крепнуть ощущение какой-то неловкости и недосказанности. Чтобы скрыть их, он сделал приглашающий жест в сторону лежащего на полу матраца:

— Может, присядешь? В ногах правды нет.

— Не стоит. Слишком долго тебя ждала, и мне уже скоро уезжать, вот-вот подъедет паромобиль Школы, — отмахнулась Хелавия. И, помедлив, резко спросила: — От тебя, кстати, пахнет женщиной… Знакомая?

Малк, хоть подсознательно и ожидал этого вопроса, едва не вздрогнул. Проклятье, вроде ничего плохого и предосудительного не делал, а все равно ощущал себя виноватым!

— Клиентка. — Он максимально равнодушно пожал плечами. — Освоил новую технику, и наставник устроил финальную проверку в реальном деле. Так что теперь могу официально считаться начинающим специалистом по гаданиям. — Малк в подтверждение своих слов взмахнул туго свернутым пергаментом и добавил: — Кстати, тут есть и твоя заслуга. Без той подборки материалов по способам поиска этого всего просто бы не было!

— Клиентка… — словно и не услышав всего того, что сказал Малк, повторила Хелавия. Но вместо ожидаемого взрыва, наоборот, улыбнулась. — Что ж, мои поздравления с успешным… экзаменом, да?.. Для Адепта вроде тебя ценны любые навыки.

Последняя фраза, кажется, и не содержала ничего обидного, но тон, которым она была сказана, заставил Малка напрячься.

— Вроде того, — сухо сказал он. И, прямо встретив взгляд подруги, спросил: — Хелавия, что-то я тебя тоже не узнаю… И не понимаю. Вроде столько не виделись, соскучились, а ведешь себя как чужая. Что происходит?

Мысленно он приготовился к самой жесткой реакции на свои слова, однако девушка смогла его удивить.

— Да ничего особенного. Я просто жутко вымотана… и нахожусь в критическом периоде своего развития как мага, — с каким-то внутренним усилием произнесла подруга, пряча глаза. Затем вдруг шагнула к Малку, обняла, уткнулась лицом ему в грудь и горячо зашептала: — На самом деле я в ужасе. Все плохо, все очень-очень плохо. Повелительница Четырех Громов… гений Школы… Столько громких слов, до конца года остается всего ничего, а я до сих пор не знаю, как добраться до шестого, последнего слоя своего Тайного Искусства. Понимаешь?

Контраст в ее поведении был столь резким, что Малк растерялся. Неловко приобнял Хелавию, принялся гладить по спине.

— А алхимия? Школа ведь должна тебе как студентке внутреннего круга выделять какие-то ресурсы… — медленно проговорил он.

Хелавия подняла на него лицо с покрасневшими глазами.

— Все ушло на прорыв пятого слоя. Ничего не осталось. Даже деньги отца, что он мне присылает, израсходованы на месяц вперед. Некоторые вещи заложены, а от аренды дома пришлось отказаться… Я — банкрот, понимаешь?! Заняла бы у Толфана, но у него ситуация не лучше. В нужном темпе тренироваться у него только с алхимией получается, плюс он какое-то дело задумал и оставшиеся деньги в него вложил, — горячо зашептала Хелавия, вцепившись руками в сорочку Малка.

Он нахмурился:

— Сколько тебе нужно?

— Для закладки фундамента перед рывком к вершине слоя к концу года эликсиры надо пить по графику. И первый из них, самый важный, надо выпить уже завтра. Ни днем позже! — уже в откровенной панике зашептала Хелавия.

— Сколько?! — чуть жестче повторил вопрос Малк.

— Двадцать четыре драхмы, — поникла подруга. — Четыре у меня есть, однако оставшиеся двадцать взять просто неоткуда…

Малк тяжело вздохнул и мысленно прикинул. Пять золотых, полученных от леди Марой, плюс шесть — награда за спасение жизни бойца в Зале, еще десять лежат в тайнике… Хватит!

— Погоди! — пробормотал он и, пройдя в дальний угол комнаты, подцепил пальцами край доски. В прошлом на такое ему бы не хватило сил, но сейчас он лишь поднатужился и сдвинул всю доску в сторону, открывая неглубокую нишу. Внутри лежали самые главные его ценности: нож, револьвер, Зеркало Друзала, филактерия со страницей Наследия и… кошелек с десятью драхмами.

— Держи, — собрав все деньги в один мешочек и затягивая завязки, сказал Малк. — Здесь чуть больше, чем надо. Но, думаю, лишним не будет. Еще двадцать драхм у меня в Андалорском городском банке лежат, но их я только завтра смогу взять… — Добавлять, что ему тоже может понадобиться для прорыва какой-нибудь эликсир, он не стал.

Зачем? И так понятно. Тем более от желания помочь своей девушке он все равно не откажется, да и время достать деньги у него еще есть. Работа в лечебнице, ожидаемый гонорар за очистку проклятого Святыми моста… да мало ли возможностей. Он справится! А для Хелавии это критично.

— Двадцать одна драхма?!! Малк, ты чудо!!! Я даже не верила, что такое возможно!!! — Хелавия после короткого пересчета с визгом повисла на шее парня. — Спасибо, спасибо, спасибо!!!

— Так мне завтра снимать со счета остальное? — неловко улыбнувшись, спросил Малк.

Хелавия, деловито пряча кошелек в складках платья, помотала головой.

— Нет, завтра у меня продолжение полевых тренировок. Если бы не нужда в деньгах, и сегодня бы не вырвалась!

— Как скажешь, — развел руками Малк и принялся закрывать тайник.

С улицы донесся протяжный гудок, и Хелавия, изменившись в лице, торопливо сказала:

— Слышишь, паромобиль уже подъехал. Добираться далеко — тренировочная база Школы за городом, так что надо бежать. — Подруга подскочила к Малку, клюнула сухими губами в щеку и, ускользнув от объятий, выпорхнула из комнаты.

Минута, и вот уже раздался свист отъезжающего паромобиля. Хелавия уехала, и Малк снова остался один.

— Как-то иначе я представлял встречу после долгой разлуки, — пробормотал он и задумчиво прикоснулся пальцами к тому месту, куда его поцеловала подруга. В памяти же вдруг всплыл образ гораздо более отзывчивой Терри Марой и… настроение окончательно испортилось.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ,

в которой герой чует бурю

Встреча с подругой нанесла серьезный удар по кошельку Малка, и он вновь ощутил, как нарастает финансовое давление на его персональный бюджет. Вроде бы только-только опору под ногами почувствовал, и на тебе — подушка безопасности, позволявшая смело смотреть в будущее, уменьшилась вдвое! Неприятный сюрприз, однозначно неприятный.

С другой стороны, Малк не мог поступить иначе. Нет, таблоиды, конечно, пишут, что среди столичной молодежи — пусть в Андалоре и не так явно, как в Варганде, но все же, — популярна лоялистская философия, согласно которой любые проявления консервативности в отношениях суть позор и глупость, однако Малк был воспитан в другой системе ценностей. И что такое быть мужчиной, еще не забыл. Да, их с Хелавией отношения зависли в странном состоянии, когда проблемный быт, бедность, редкие встречи, разное окружение и неотвратимо расходящиеся в стороны жизненные цели беспрестанно штурмуют прошлые чувства. Но ведь и при всем при том окончательный разрыв тоже не происходил! Чувства охладели, многое по инерции, но она все еще его подруга. И это налагало определенные обязательства.

Проклятье! Появись у них возможность протянуть еще несколько месяцев, так чтобы над головами у обоих перестала нависать секира правила первого года, и кто знает, может, они и смогли бы наладить былые отношения! Главное сейчас не наделать глупостей и не пахнуть другими женщинами, и тогда многое изменится… или нет. К тому, что Хелавия больше не считает его своим парнем, Малк тоже был подсознательно готов. Вот только чтобы и здесь добиться какой-то ясности, опять требовалось время и как минимум возможность встречаться с подругой. Учитывая же, что последнее оказалось попросту невозможным — после встречи у него дома Малк Хелавию больше не видел, — разбираться в чувствах и отношениях им предстояло несколько позже. И хотя бы после того, как будет полностью закрыта тема подготовки к переходу через границу ранга Ученика.

В общем, все, как всегда, сводилось к работе и учебе. И Малк с головой нырнул в привычную рутину…

Уже на следующий день после странного свидания с Хелавией, едва появившись в лечебнице, он прямиком направился к своему работодателю. Истощившийся кошелек взывал о помощи, и начинать ее оказывать следовало с самого простого — с прибавки к жалованью. Благо причина просить о повышении зарплаты у Малка была.

— Не понял, ты снова хочешь денег? Серьезно?! Парень, у меня в твоем возрасте и ранге аппетит был ощутимо скромнее, — возмутился Бакалавр, рассматривая Малка, точно диковинное насекомое. — Напомню, я уже и так плачу тебе на десять оболов больше, чем предполагалось согласно нашей изначальной договоренности.

— Все так, но раньше у меня и Власть была ниже, и «лечилкой» я владел далеко не так, как следовало бы! — спокойно возразил Малк.

В подтверждение своих слов он сотворил над своей ладонью цепочку из двенадцати знаков Руноглифа, немного полюбовался выверенностью линий и завершенностью форм, после чего сжал ее Властью в компактный пучок и вогнал в заранее подготовленный стеклянный сосуд. Наполнение временного хранилища заклинания требуемыми двумя эргами Силы заняло времени чуть больше, но не намного.

— Прошу прощения, но в источнике еще не медитировал, а потому подпитка только чистой Пневмой, — немного рисуясь, сообщил Малк и протянул тускло светящийся цилиндр Бакалавру. — Проверяйте.

Хозяин лечебницы странно посмотрел на Малка, потом перевел взгляд на сосуд с «лечилкой»… чтобы спустя мгновение попросту от нее отмахнуться.

— До пика, значит, изучил… — протянул он, откинувшись на спинку кресла. Соединил кончики пальцев и задумчиво постучал друг о друга. Затем вдруг резко встал и, словно выбирая быка на торгу, несколько раз обошел вокруг Мачка. — Мне казалось, раньше ты был не таким здоровым, — вдруг невпопад сказал хозяин кабинета.

И Малка моментально охватило раздражение, которое с трудом удалось сдержать. Столько неприятностей ему принесла работенка, предложенная собеседником, столько лишних сложностей в жизни возникло, можно сказать, мечту перечеркнуло, а он, поимей его Йоррох со всеми своими легионами, удивляется!

— Странный вопрос, — наконец сказал Малк, — и еще более странно, что вы вообще его озвучиваете… А разве подобные изменения ваших работников не предполагаются контрактом? Ну в той его части, что не озвучивается, а подразумевается?

Малк впервые увидел, как в глазах его работодателя — обычно холодного, отстраненного и откровенно равнодушного — мелькнуло нечто похожее на чувство вины. Знал этот мерзавец о последствиях работы со своим источником, прекрасно знал — и все равно приглашал к себе работать молодых и неопытных болванов вроде Малка. Легкие деньги, бесплатный бонус в тренировке Дара — соблазн слишком велик, и хозяин клиники этим пользовался.

— Я всегда честен со своими служащими! — отверг даже не обвинения, а намек на них Бакалавр. — И по мере сил помогаю им сохранять свое здоровье. Или напомнить про очищающие эликсиры?

Разговор, начавшийся с просьбы о повышении оплаты труда, явно заходил куда-то не туда. Скандалить совершенно не хотелось, но и смолчать Малк не мог. Это было выше его сил.

— Не хочу ругаться, — все же сказал он, — но об угрозах использования токсичного источника стоило говорить заранее! А не совать в руки малоэффективные эликсиры.

— Малоэффективные? — скривился хозяин клиники. — А вот я смотрю сейчас на одного чересчур наглого Адепта и вижу, что польза от них огромная. Во всяком случае, все остальные, кто работал раньше на этом месте, больше пары месяцев не выдерживали. А твой общий стаж уже к году приближается.

И он снова окинул Малка оценивающим взглядом. Правда, все больше казалось, что он не столько одобряет увиденное, сколько испытывает удивление и… даже сочувствие.

— Кстати, сам догадался дополнять очистку от постэффектов отравления Жизнью физическими упражнениями или кто подсказал? Если первое, то хвалю. Идея разумная и избавляющая от многих проблем… — уже другим, теперь задумчивым тоном произнес вдруг Бакалавр и потер подбородок.

Малк окончательно разозлился.

— Не уверен, что нуждаюсь в вашем одобрении, — на грани хамства ответил он и хмуро добавил: — Так что, повышать оплату за «лечилки» будете?

Бакалавр, вновь развалившийся в кресле, с неприятной улыбочкой на лице медленно покачал головой. И Малк, коротко кивнув, с мрачным видом развернулся к двери. Разговаривать им было больше не о чем, а заниматься правдоискательством и «выбивать» компенсации из чересчур хитрого главы клиники имело смысл, лишь находясь в равных с ним весовых категориях.

— Денег не дам, но еще на одно зелье рассчитывать можешь. Однозвездное, но весьма и весьма эффективное. После того как с работой закончишь — заберешь, — уже в спину Малку бросил хозяин лечебницы.

Малк тотчас остановился и посмотрел через плечо.

— Мне не надо. Я нашел способ справляться с отравлением Жизнью и без лишней алхимии, — проронил он холодно.

И тем удивительнее было, что его собеседник вдруг мягко сказал:

— Надо, парень, надо… и лучше бы тебе поверить моим словам.

— С чего бы такая забота? — насторожился Малк.

Однако хозяин клиники лишь неприятно рассмеялся.

— Ну должен же я как-то поддержать своего самого эффективного работника?

И мелькнувшее было у Малка уважение к вдруг обретшему совесть Бакалавру моментально развеялось. А еще он окончательно понял, что когда поднимется к следующему рангу, то моментально пошлет лечебницу с ее хозяином к теще Йорроха и не будет вспоминать о работе здесь даже в дурном сне. Ни в качестве создателя одноразовых «лечилок», ни в роли штатного лекаря или даже личного студента этого конкретного Бакалавра он тут точно не задержится. Что до внезапных откровений начальства, то он справился с явными последствиями отравления источником, справится и со скрытыми!

Примерно в таком духе Малк рассуждал, пока занимался поглощением Силы в источнике и созданием «лечилок», но, когда эмоции схлынули, взглянув на проблему трезвым взглядом, он все же отказываться от неожиданного «подарка» не стал. В условиях, когда сам ты ничего вредного и неприятного не ощущаешь, лучше перестраховаться и воспользоваться помощью более опытного товарища… Какой бы при том сволочью этот товарищ не был!

Увы, вспыхнувшие после слов хозяина лечебницы энтузиазм и желание более тщательно поработать с очисткой тела долго не продержались и разбились о действительность, в которой в крови Малка нет никаких токсинов, а единственная его проблема — неуклонно растущие габариты тела. В таких условиях тратить словно бы убегающее сквозь пальцы время на поиски вполне возможно что мифической проблемы было откровенно глупо.

Тем более что у Малка и без того было чем заняться…

Как, например, требовалось разобраться во всплывших практически из ниоткуда боевых навыках. Тех самых, что оказались столь эффективны против призрачных тварей и которые так походили на добивающее движение рук мага из его чересчур реалистичного сна. И вот на их-то последовательное освоение Малк не пожалел и целой седмицы.

— Так… Ладонь скользит по дуге вперед, Власть концентрируется на подушечках пальцев, а Сила… да, Сила просто течет вслед за Властью, — по устоявшейся уже привычке произнес Малк, едва ли не в сотый раз повторяя одно и то же движение ладонью. — Не так! Что-то не то… В прошлый раз поток энергии был плотнее… А, точно! Кисть при движении надо поворачивать, тогда и каналы сами собой раскроются. И выброс будет больше.

Следуя ходу собственных рассуждений, Малк от бедра ударил воздух перед собой раскрытой ладонью и с мрачным удовлетворением кивнул. В пальцы хлынул поток Силы, они словно бы сами собой согнулись на манер когтей, и из воспаленных от тренировок подушечек вырвались язычки незримого для посторонних духовного пламени.

Получилось! И выглядит в точности как у того воинственного старика из сна. Конечно, вариант Малка вряд ли столь же смертоносен, но и Варганд не сразу строился. Власть у него сейчас развивается весьма неплохо, а раз в данном ударе основной упор делается именно на нее, значит, с повышением ранга будет повышаться и мощь атаки.

Нет, однозначно полезное приобретение в его копилку навыков. Правда, о том, как именно Малк это движение изучил, лучше было не задумываться. Не с его уровнем знаний и понимания магических законов. Иначе можно до такого дофантазироваться, что и жить не захочешь…

Неожиданным бонусом, полученным в ходе тренировок «удара из сна», стало серьезное увеличение духовной чувствительности Малка. То ли занятия эти затронули какие-то струнки в его Дворце Духа, то ли сказался общий прогресс в освоении Наследия Кетота, то ли и то и другое вместе, но факт остается фактом — он теперь ощущал многое из того, что ранее было недоступно. И прежде всего, собственную запачканность магией Пекла. Те самые метки на Духе, о которых он лишь догадывался и с которыми боролся с помощью отвара шуйсю. Причем, как теперь выяснилось, весьма эффективно боролся! Когда Малк через посредничество своего тонкого тела смог «увидеть», как после приема отвара уменьшается количество пятен демонической грязи, то моментально внес горький напиток в свой ежедневный рацион. И плевать на вкус! Ради того чтобы избавиться от влияния Пекла, можно пойти и на много большие жертвы.

Помимо последствий своих экспериментов с частями тел потусторонних гостей нащупал Малк и то, что жрец Кетота сначала назвал чужим Наследием, а потом «назначил» главным изъяном в его Духе. Воспринималось оно действительно как полупрозрачное Семя и — теперь это стало совершенно ясно — располагалось на месте «солнца» во внутреннем мире Малка. Аккурат между проекцией Дождя боли и Кристаллического Сердца, что примерно объясняло, за счет чего происходило слияние столь разных по природе Техники и Искусства. Получается, Малк прояснил и этот свой изъян, а значит, и постепенное его искоренение перешло из области надежды в сферу ближайшего будущего.

На волне энтузиазма от своих достижений Малк тут же взялся за изучение обряда экзорцизма — единственного практического навыка в Наследии. За день разобрался с не самой сложной схемой ритуала, наметил пути для его оптимизации с опорой на уже имеющиеся умения и… дело застопорилось. Дальше требовалась проверка идей на практике, а ее-то как раз ему и не хватало. Не попадались пока на пути ни одержимые призраками люди, ни проклятые предметы, ни близкие к Пеклу места… И слава Святым, что не попадались!.. А потому дальнейшее освоение экзорцизма он был вынужден отложить до менее спокойных времен. В том же, что они будут, он ни капли не сомневался.

Наверное, весь следующий месяц Малк так и провел бы, разрываясь между учебой, работой и тренировками, если бы реальный мир не напомнил о себе самым беспардонным образом. Пусть не так болезненно, как раньше, когда размеренная жизнь прерывалась очередным нападением, дракой или вовсе попыткой убийства, но тоже весьма чувствительно и… отрезвляюще.

А началось все со случайной встречи. С вроде бы случайной встречи!

Несмотря на внезапно возникшую дыру в финансах, от свежеприобретенной привычки обедать — хотя бы раз в седмицу — в приличных кафе и ресторанах Малк отказываться не захотел. Вот и на этот раз, сразу после работы в лечебнице, отправился в рекомендованное Сержем заведение в одном квартале от Общества. И вопреки уже сложившемуся у Малка мнению, на этот раз собрат-студент и вместе с тем его работодатель не обманул, и «Блюда Арктавии» действительно оказались вполне достойным рестораном. Продуманная обстановка, чистые столы, обширное меню и… вполне разумные цены. Оставалось выяснить, насколько хороши местные повара, но именно здесь и возникла закавыка. Прежде чем Малк успел подступиться к грибному крем-супу, рядом с его столиком появился незнакомец и сухим, надтреснутым голосом сказал:

— Вы позволите?

Малк оторвался от тарелки и посмотрел на говорившего. Это был седой полноватый джентльмен с отвисшими щеками, одетый ничуть не хуже тех щеголей, что приходилось видеть во время прогулок по центральным улицам города. В черном бархатном фраке и черных же брюках, бежевой рубахе с серебряными пуговицами, с огромным бантом на шее и в белых перчатках. Довершало образ изящное, сползшее едва ли не на кончик носа пенсне, через стекла которого незнакомец благодушно изучал Малка.

— Что, простите? — вежливо поинтересовался Малк, попутно пытаясь вспомнить, не приходилось ли ему встречаться с этим господином ранее.

И пока получалось, что не приходилось.

— Присесть можно? — улыбнулся старик.

Малк тотчас вскинул брови и демонстративно окинул взглядом ресторанный зал. Свободных столиков хватало.

— Ай, да бросьте! — немного неприятно рассмеялся щеголь и самым наглым образом уселся перед Малком, уронив на стол перед собой черную шляпу с полукруглым верхом и широкими полями. — У нас с вами предстоит… сложный разговор, и не дело его вести стоя. Не правда ли?

— Разговор? У нас с вами? — чувствуя себя совершеннейшим идиотом, переспросил Малк.

У него даже мелькнула мысль встать и пересесть за соседний столик, а может, и вовсе убраться из ресторана — связываться с такими вот вежливыми и улыбчивыми незнакомцами всегда себе дороже, — но ничего этого он сделать не успел.

— Ну вас же Малк зовут, не так ли, юноша? — тихо рассмеялся старик и, прежде чем Малк смог вставить хоть слово, представился: — Я — Саймон Рип, юрист и поверенный в делах многих людей, не любящих огласку… И да, предвосхищая ваши вопросы, ранее мы с вами не встречались.

— Юрист и поверенный? — Малк криво усмехнулся. — Только не говорите, что умерший в одиночестве купец-миллионер завещал мне свое состояние и вы намерены незамедлительно ввести меня в курс дела! Все равно не поверю. Такое если с кем и случается, то точно не со мной.

— О да. Хорошая шутка! — скрипуче рассмеялся старик. — Но вынужден огорчить: я здесь совсем по другому делу.

— Тогда я весь внимание, — дернул щекой Малк, внутренне весь сжимаясь в предчувствии неприятностей.

И оказался прав. Потому как пожилой щеголь вдруг посерьезнел и, блеснув стеклами пенсне, сухо сообщил:

— Отлично! Мои клиенты — некая группа лиц… причем не все из них отличаются благородством и знатностью, но у всех есть желание отстаивать свои интересы… так вот, группа лиц, у которой есть к Адепту по имени Малк ряд серьезных претензий. Настолько серьезных, что просто забыть о них не получается.

— Ничего не понял. Я вроде бы никому из тех, кто готов раскошелиться на услуги юриста, дорогу не переходил… — мрачно сказал Малк.

Саймон Рип вздохнул и укоризненно посмотрел ему в глаза.

— Юноша, если вместе собираются люди, принадлежащие разным социальным и культурным слоям, значит, их объединяет нечто иное. И этим иным в большинстве случаев оказывается какая-то идея, общая идея, вынуждающая подчинять собственные желания великой цели, — с намеком сообщил он.

И лишь тогда до Малка дошло.

— Идея… конечно же. Вас наняли «демонолюбы»! — бросил он зло.

Юрист тотчас педантично его поправил:

— Моим клиентам нравится слово «лоялисты». Хотя и оно в полной мере не отражает все их устремления и желания, нацеленные на присоединение к сторонникам прогресса и борцам с замшелыми традициями.

— Да-да, именно так… — без всякого уважения поторопил Саймона Рипа Малк. — Так что же ваши сторонники прогресса хотят?

— О, ничего запредельного. Просто чтобы вы присоединились к ним! — развел руками юрист. — Согласитесь, не просьба, а сущая безделица.

— И зачем же этой вашей группе лоялистов нужен столь малозначительный Адепт, как я? — нахмурился Малк. — Я вроде как в числе сторонников Пекла замечен никогда не был, да и до сих пор наши взаимоотношения с вашей клиентурой как-то не складывались. В чем интерес?

Старик покровительственно улыбнулся:

— Хороший вопрос. Но мои клиенты, как вы выразились, к Пеклу никакого отношения не имеют. И в своих поступках руководствуются не абстрактными понятиями зла, а принципами свободы и личными интересами. Ранее такой интерес заключался в противостоянии с вами, теперь кое-что изменилось, и решено дать вам шанс на… исправление.

Малка от услышанного аж передернуло. Это воспринимающие-то людей как пищу демоны абстрактное зло? Или демоническая магия, которая клеймит так, что месяцами «отмыться» не получается?! Очень хотелось вскочить и уйти, но… проклятое йоррохово «но». Он до сих пор не может нарадоваться, что прекратились нападки сторонников лоялистов. Ни плохо подготовленные к бою мастеровые, ни гораздо более умелые дворяне его больше не беспокоили, и Малку очень хотелось, чтобы так продолжалось и впредь.

И он остался сидеть за одним столом с этим адвокатом Йорроха.

— Что же изменилось? — спросил Малк ровным голосом.

— У вас появился заступник. И голос его достаточно весом, чтобы к нему прислушались. — Поверенный лоялистов сделал неопределенный жест рукой. — Так вы готовы оценить добрую волю моих клиентов и из врага стать другом?

— А может, просто оставить меня в покое? — поинтересовался Малк холодно.

— Ну что вы такое говорите, юноша. Разве можно? — рассмеялся старик. — Ладно, вы сорвали планы… скажем так, представителей одной из ячеек не слишком однородного сообщества лоялистов. Они знали, на что шли. Но вы ведь потом еще и успешно сопротивлялись всем попыткам вас наказать!

— То есть я должен был позволить себя избить или даже вовсе убить? — резко бросил Малк.

Старый щеголь поморщился.

— Это все частности. Главное, что своим упрямством вы нанесли серьезный урон авторитету всего андалорского движения лоялистов. Мы живем в суровом мире воинственных Семейств и Домов магов, и если какая-то организация или партия не может подготовить себе смену, которая способна отстоять ее честь в конфликте с рядовым Адептом, то как она может претендовать на власть? Как заставит поддержать свои политические требования? — с видом человека, озвучивающего прописные истины, принялся объяснять он. — Успеваете за ходом моих мыслей?

— Успеваю, — скривился Малк. — Но все равно не очень понимаю, к чему вся эта суета с приглашением в свои ряды. Не справляются молодые члены «партии»? Так отправьте тех, кто точно справится. Одного Бакалавра, или того проще, егеря с хорошим ружьем хватит, чтобы гарантированно закрыть проблему с мешающим Адептом. Бах, и все дела!

Поверенный лоялистов укоризненно посмотрел на Малка.

— Все же вы меня не слушаете. В силу ряда причин вас нельзя уже просто прихлопнуть как муху, тихо и незаметно. Вас нужно либо громко и с пафосом привлекать на свою сторону, делать образцового лоялиста, либо не менее громко и показательно карать. Так, чтобы ни у кого и мысли не возникло повторять ваш путь и переходить дорогу партии прогресса. — Он растянул губы в какой-то неживой улыбке и заметил: — Сейчас вам предлагают первый вариант… Пока предлагают! Когда придет черед второго варианта, уверен, вам это сильно не понравится.

— Не сомневаюсь, — ощущая от слов юриста леденящий холод смертельной угрозы, кивнул Малк. — И постараюсь как можно раньше дать ответ… У меня ведь есть время на раздумья?

Старый щеголь некоторое время не отрываясь смотрел на Малка, словно отказываясь поверить в услышанное. Наконец вздохнул и покачал головой.

— М-да, не такого ответа я от вас ждал. Не такого! — медленно произнес он со скорбным выражением лица. — Может, потому что непонятно объяснил? Ну так могу иначе… Поймите, мои клиенты искренне убеждены, что есть правильные люди и есть… есть все остальные. Правильные могут претендовать в этой жизни на многое, остальные же… их не жалко. И вот сейчас у вас появился шанс оказаться в глазах всех лоялистов на нужной стороне. Цените это!

— Да ценю, ценю, но и вот так с ходу менять свои взгляды на жизнь не умею, — твердо сказал Малк. — Издержки колхаунского воспитания. Поэтому и спрашиваю: сколько у меня есть времени на раздумья?

— Не знаю, — пожал плечами старый щеголь. — И рад бы сказать, что достаточно, однако… нет. Бесконечно ждать, пока вы дозреете, никто не станет. Одно то, что вам предложили выбор, уже большая уступка. Других не будет. — Саймон Рип неторопливо встал, натянул перчатки, взял в руки шляпу. — Мой адрес есть в городском справочнике. Надумаете — приходите. И я очень надеюсь, что вы не просто примете верное решение, а успеете донести его до моих клиентов прежде, чем станет слишком поздно… Мое почтение.

И не дожидаясь какой-то реакции на свои слова, покинул ресторан. Малк же остался наедине с остывшим обедом и… и весьма дрянным настроением.

— Йоррох! Вот ведь не было печали, — пробормотал он, отодвигая от себя тарелку и, опершись локтями на стол, запустил пальцы в волосы. — Йорррох!!!

А он еще радовался, что все его проблемы были низведены до учебы, работы и противостояния с «этим дедом Бонифацием». Тишина и спокойствие наступили, как же… Не в этой жизни, разорви его тысяча демонов! Мало всякой дряни с ним случается, так теперь предложили образцовым «демонолюбом» стать… От злости хотелось рычать и крыть всех вокруг отборной бранью, но Малк держался.

Эх, а ведь такая крутая идея была о покровительстве Темной Канцелярии, столько вопросов она закрыла бы. И ничего не вышло. Он даже наладить нормальный контакт с представителями данной тайной службы не смог. Серж до сих пор изображает ничего не понимающего профана, госпожа Леара… а к госпоже Леаре он так и не приблизился ни на шаг.

И как назло, до конца обучения в Обществе еще чуть больше пары месяцев осталось. Так бы плюнул на работу, наладившийся быт и махнул куда подальше, хоть на тот же Весп или острова поменьше, но все упирается в правило первого года. Сбежит, и с его талантом о прорыве через границу ранга Ученика можно забыть. А на такое Малк не пойдет ни за какие коврижки!

Тогда что? Соглашаться? Малк едва представил, как публично отказывается от своих убеждений и начинает демонстративно выполнять задания лоялистов — в том, что просто словами ограничиться не удастся, он даже не сомневался, — как тотчас вздрогнул от пронзившей его мысли. Проклятье, какое, к Святым, соглашаться?! Он же клятву в храме Кетота дал. Никогда и нигде не принимать сторону демонов!!! Вот это он попал…

В тот день Малк просидел в ресторане допоздна. Пропустил занятия в Обществе, не пошел работать к Сержу. Просто сидел за столом заведения, пил пустой чай и думал. Много думал, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Однако, увы, какое-то внятное решение найти так и не смог. Пойти против клятвы Святому Кетоту невозможно. Уж лучше бежать и на всю жизнь застрять в Адептах, чем страдать от последствий нарушения данного в «живом» храме слова. Найти себе покровителя… эту тему он давным-давно разобрал до костей и иного способа, кроме как стать сотрудником Темной Канцелярии, не видел.

Наверное, впервые в жизни Малк оказался в ситуации, когда единственно верным поведением было просто… ожидание. Пассивное ожидание того, что что-то изменится и положение, в которое его загнал ультиматум Саймона Рипа, перестанет быть столь безнадежным.

— Что ж, будем ждать! — буркнул себе под нос Малк и, кивнув намекающему на необходимость покинуть заведение официанту, вышел из ресторана. А уже на улице тихо добавил: — Только ждать можно по-разному.

Новый вызов судьбы стал тем необходимым стимулом, что позволил Малку изыскать в себе дополнительные резервы и с удвоенным напором взяться за учебу. Раз уж в любой момент его могут поставить перед выбором — бегство или смерть, то из подаренной передышки следовало выжать максимум возможного.

И он выжимал, да так, что уже через пару седмиц, к исходу десятого месяца после своей инициации, у него случился прорыв в освоении последнего своего заклинания. Владение Искрой, уже давно зависшее на среднем уровне, внезапно скакнуло к пику и зажгло третью светящуюся точку на орбите вокруг Кристаллического Сердца Малка. Еще одна важная преграда на пути к вожделенному рангу Ученика была преодолена.

Случилось это опять во время тренировки в Зале, словно у подобного рода заклинаний для достижения глубокого понимания необходимо не столько отстраненное умствование и лабораторные эксперименты, сколько взрыв эмоций и чувств, которые маг вместе с Властью вкладывает в свою волшбу и… прорывается через пределы.

В случае с Искрой Малк занимался отработкой точности бросков заклинаний по движущейся цели — закованному в латы коллеге-студенту, — но в процессе возник спор, плавно переросший в скандал. И очередная Искра, брошенная Малком в ответ на чересчур едкую реплику, не просто попала в центр кованого нагрудника, но и оставила на нем приличного размера вмятину, попутно сбив самого спорщика с ног. Такой вот получился удар из эмоций.

Но что особенно приятно, внезапный скачок в освоении заклинания имел и совершенно неожиданные последствия. Стоило Малку сообщить в канцелярию Общества о выполнении требований к количеству изученных чар, и ему тут же выдали направление на дополнительные занятия у Хордола. Толстый Бакалавр вел факультативный курс по подготовке Адептов к переходу в Ученики, и именно на его плечах лежала обязанность раскрывать студентам секреты развития магов. Весь вопрос в том, что попасть к нему можно было, только выполнив некоторые условия. И таких, как Малк, пока оказалось совсем немного.

— Ну что, Адепты, кто мне скажет, зачем мы учим в вашем ранге именно три заклинания? — начал с вопроса первую свою лекцию Хордол.

— Чтобы успеть уложиться в правило первого года и развить Власть? — с места крикнул Малк, решив, что игра в скромность сейчас не в его интересах.

— Верно, — кивнул толстяк. — А еще?

В аудитории повисло молчание. Сосредоточившись на стремлении достичь выполнения нужных для трансформации условий, все этот момент как-то упустили. Если, конечно, предположить, что у остальных студентов в зале была возможность разобраться с темой. Потому как у Малка ее не было.

— Для Нимба! — наконец подал голос парень из бывших жандармов, чем заслужил одобрительный кивок Бакалавра.

— Верно, для формирования Нимба. Если у вас меньше трех заклинаний, ставших частью вашего Дворца Духа, то его попросту не создать, — важно кивнул господин Хордол. — Но что же такое сам Нимб, для чего он нужен?

В аудитории снова повисла тишина. До сих пор считающиеся недомагами студенты если и знали ответ, то предпочитали молчать. Это была одна из тех тайн, которые тщательно скрывались от непосвященных. На своем уровне они могли лишь встречать короткие упоминания в учебниках да оговорки старших товарищей. Цельной информацией обладали разве что выходцы из Семейств и Домов, но таковых в аудитории не было — Шарк, несмотря на все свое самомнение, допуск на лекцию пока еще не получил.

— Нимб — это эволюция вашего тонкого тела, запущенная Тайным Искусством. Если угодно, финальный камень в тот фундамент, что вы закладываете в развитие своего Духа, — разнесся по помещению гулкий голос Хордола. — Нимб — это последний шаг в вашем развитии как мага на текущем ранге. Искусство приумножает ваши способности, а полностью освоенные заклинания становятся вашими дополнительными «руками» и «ногами», но, лишь сформировав Нимб, вы завершите трансформу.

— То есть это не более чем признак достижения пика развития ранга? — все же не удержался от вопроса Малк.

— Хорошее замечание, — благодушно ухмыльнулся господин Хордол. — И своевременное. Нет, Нимб — это не только «отметка» на пути в маги. Еще это более гладкое использование формулы сбора, возможность для еще более глубокого понимания входящих в него заклинаний и… и очень важный бонус. Кто понял, о чем я говорю?

Малк моментально вспомнил разговор с приятелем в Зале, который упоминал чары, помещаемые в центр Нимба. Однако озвучить свою догадку не успел.

— Возможно, вы уже слышали, что при формировании Нимба одно из заклинаний становится главным. И приобретает те качества, о которых мы можем лишь мечтать во время своих колдовских практик. — Хордол замолчал и обвел студентов суровым взглядом. — Запомните, маг создает центральное или корневое заклинание Нимба практически мгновенно. Практически по одному лишь желанию. И я надеюсь, вы уже можете оценить важность данной способности.

Слова Бакалавра заставили Малка усмехнуться. Мгновенно сотворенное заклинание… Да это основа выживания мага! Искры, которыми можно забрасывать противника, пока тот пытается наколдовать что-то гораздо более мощное. «Лечилки», начинающие заживлять раны едва ли не в момент их нанесения. Рассеивание, которым при должной сноровке и Власти можно будет уничтожать чужую волшбу в момент атаки… Тут стоит не вопрос, важно это или не важно, а вопрос, что выбрать.

И видимо, мысли Малка были созвучны мыслям Хордола.

— Итак, корневое заклинание. Каким оно должно быть? — проговорил толстый Бакалавр, сложив руки за спиной и уставившись в потолок. Некоторое время молча покачивался с носка на пятку, потом словно бы встряхнулся, отгоняя неприятные воспоминания, и снова повернулся к студентам. — На самом деле это крайне важный вопрос и напрямую касается вашего будущего. Судите сами. Например, маг-боевик. Что для него важно? — Хордол сделал паузу. — Правильно, не сдохнуть в тот момент, пока он готовит смертельный для противника удар. А значит, мгновенными чарами для него должны быть либо вариация Щита, либо что-то облегчающее уклонение или побег. То есть заклинания Ускорения, Гибкости, возможно, Взрывной Силы.

— А почему не заняться повышением жизнестойкости? — подал голос кто-то из студентов.

Хордол пренебрежительно отмахнулся.

— Принимать удары, не щадя собственного организма? Давайте оставим это магам с соответствующей Родословной и специалистам по закалке тела.

— А если сделать акцент не на защите, а на атаке? В конце концов, убей врага первым, и защита не понадобится, — не выдержал Малк.

— Есть и такая точка зрения. Обычно подобным подходом увлекаются маги из Семейств или Домов. Будучи Адептами и Учениками, изучают атакующие заклинания, а как становятся Бакалаврами — концентрируют усилия на освоении защиты. Причем высокого ранга. — Хордол внезапно кровожадно усмехнулся. — Однажды мне приходилось видеть, как выбравший подобный путь Бакалавр, на пике третьего ранга освоивший локальную телепортацию, дрался с двумя Охотниками за плотью. Так от тварей только клочья летели. — Он фыркнул и остро глянул на Малка. — Но есть в этой схеме развития одно слабое звено. Догадываетесь какое? Вы не члены богатых родов, вас никто не будет защищать или поддерживать, ожидая, когда станете Бакалавром. Вам надо как-то выживать и обеспечивать фонд для дальнейшего развития именно сейчас. А как вы будете это делать, если сделаете мгновенным заклинанием что-то далекое от защиты? Да вас первый же профан с пистолетом в Пекло отправит, что уж там про врага-Одаренного говорить!

Возражений ни у кого не было. Будь иначе, в Обществе никто бы из здесь присутствующих не учился. Малк же, у которого среди освоенных заклинаний не нашлось ни одного защитного, мрачно поинтересовался:

— А что, другого пути, кроме как выбирать между атакой или защитой, нет?

Хордол, будучи в курсе выбранных Малком чар, с пониманием кивнул.

— Почему же? Конечно, есть. Например, те же элементалисты, что центром своего Нимба делают даже не заклинание, а то, что принято называть ключом к стихиальному плану. Это такой духовный инструмент, облегчающий работу с выбранной Стихией. Тогда в будущем в ранге Младшего Магистра им откроется возможность полной стихиальной трансформации… Если читали о недавнем покушении на Ярвока Неистового, то преобразование в элементаля Огня его любимый прием.

— А еще? — нетерпеливо спросил Малк.

— Еще… — протянул господин Хордол. — Да вариантов столько, что все не упомнишь. Вплоть до таких экзотических, как привязка к бестелесному обитателю иных планов или вовсе могучему родовому артефакту.

— А какое вы выбрали корневое заклинание, когда были Адептом? — кокетливо спросила единственная девушка в аудитории… и навлекла на себя гнев Бакалавра.

— Запомните, барышня! Никогда! Не спрашивайте! Мага! О его Нимбах и связанных с ними заклинаниях! Слышите?! Никогда! Сами не говорите и других не спрашивайте, — жестко припечатал господин Хордол, гневно раздувая ноздри. — Чем больше о вас знают враги, тем проще им подготовить для вас ловушку. Так что следите за языком — дольше проживете.

На этом первое факультативное занятие закончилось. Далее предполагалось, что Бакалавр начнет их учить ритуалу создания Нимба и более подробно остановится на известных путях развития магов. Но Малка подобные перспективы прикоснуться к потаенным секретам профессии больше не радовали. Проклятье, какого Йорроха им все рассказывают сейчас, когда сделанный выбор уже не отменить?! Почему бы не сделать это в самом начале, когда решался вопрос об изучении заклинаний?! Может, тогда бы Малк и не оказался со столь непрактичным с точки зрения будущего развития набором чар… Да чтоб вас всех Святые проказой наградили! Неприятность за неприятностью!

Неудивительно, что на тренировках в Зале Малк все больше и больше терял остатки той сдержанности, которая присутствовала у него с начала занятий. Однако, как ни странно, во вред это не шло. Наоборот, безудержный гнев непонятным образом гладко ложился на уже неплохо изученную базу работы с парными тяжелыми тесаками и позволял гораздо глубже раскрывать потенциал как техники владения оружием, так и имеющихся в арсенале заклинаний.

Особенно хорошо это получилось увидеть на очередном спарринге. После того как инструктор, несмотря на все старания, разгромно проиграл спор, мастер Гарен начал уделять их группе повышенное внимание, и учебные поединки из чего-то исключительного превратились в утомительную обыденность. Причем самостоятельной практикой дело не ограничивалось, хозяин Боевого Зала теперь не забывал заглядывать на занятия и лично. Так что эффектная демонстрация боевых навыков Малка произошла прямо у него на глазах.

Противником Малка был незнакомый ему Ученик, заглянувший в Зал, как он сказал, «проверить себя и других посмотреть». Судя по оговорке инструктора, своего ранга он достиг уже несколько лет назад, а значит, достаточно хорошо освоил и новые заклинания, и тактику их применения. И если подходить к вопросу формально, Малк ему не противник. Слишком велика разница в классах, чтобы считать бой равным. Или хотя бы честным. Но когда это в Боевом Зале Гарена кого-то волновала справедливость? Здесь ценились другие вещи, например способность побеждать, и побеждать с плохими картами на руках.

— Давай, пацан. Нападай! — поманил Малка первым вышедший на площадку для поединков противник и с лязгом опустил забрало на шлеме.

Драться им предстояло в обычных немеханизированных доспехах, не только защищающих поединщиков от тяжелых травм, но и истощающих за счет веса выносливость. Так что у бойцов был выбор — полагаться на силу мышц или же помогать себе магией. И в том и в другом случае это считалось полезной тренировкой.

— Как скажешь, дядя, — в тон ему ответил Малк и медленно двинулся навстречу, одновременно вытягивая из-за пояса тесаки.

Правда, разница в возрасте у противников была смешная — максимум пять или шесть лет, — но когда это обмен ругательствами опирался на логику? Однако отчего-то «дядю» подобное обращение сильно задело, и он, вместо ожидаемой разведки и прощупывания защиты Малка, с невнятными ругательствами поднял над головой двуручный меч и ринулся ему наперерез.

Последовали два быстрых шага, затем внезапный разворот и маховый удар клинком, словно бы нацеленный снести голову Малка с плеч. Единственное, что смущало, это расстояние. Чтобы воплотить задуманное в жизнь, «дяде» следовало пройти еще хотя бы половину сажени. И это было настолько странно, что Малк невольно поднял клинки в защитную позицию, словно и вправду ожидал удара.

Решение оказалось верным. Уже в середине движения вокруг меча возник светящийся ореол, который спустя мгновение превратился в полумесяц из уплотненной энергии Воздуха и полетел в Малка. Причем это была не какая-то ерундовая волшба нулевого круга, нет, неизвестное Малку заклинание явно было классом выше. И обладало соответствующей мощью. Во всяком случае, когда он встретил его своими клинками, устоять хоть и получилось, но кисти онемели… чем тотчас воспользовался явно все рассчитавший противник. Воздух неожиданно пришел в движение, незримые лапы вцепились в оружие Малка, и оно, даром что было укреплено Властью, было буквально выдернуто из его рук.

Однако это был не конец атакующей серии. Следующим «дядя» сделал тот самый недостающий шаг. Попутно откинув забрало, он потешно надул щеки и… выдохнул в сторону Малка облако серебристого цвета. Оно практически не мешало обзору, а значит, имело совсем иное предназначение. Скорее всего, связанное с желанием лишить обезоруженного Малка подвижности или же банально ослабить ядом.

Финальным движением атакующей серии, по идее, должен был быть добивающий удар мечом. И «дядя» явно уже представлял, как доспех Малка сомнется под его мощью. Однако это и стало его ошибкой. Видимо, слишком привык полагаться на фокус с отравлением и совершенно не ожидал встретить соперника, способного найти на него управу.

Малк же смог. И львиная доля успеха здесь принадлежала именно гневу. Гнев ускорил реакцию, гнев подстегнул ищущий решение разум, и однозначно гнев позволил столь своевременно и грамотно воспользоваться Властью. Святые ведают, как Малк до этого додумался — во всяком случае, целиком он ранее подобный прием не тренировал, практикуя лишь отдельные элементы, — но сейчас все прошло как по нотам. Выбросив навстречу яду почти пятнадцать эргов из резерва, он Властью закрутил их в воронку, одновременно вбирая в нее и отраву. Затем сжал получившийся комок в плотный шар и… и буквально вколотил его в так неосмотрительно открытое забрало шлема противника.

Тот даже охнуть не успел, как дыхание у него перехватило и сам он грохнулся навзничь. Меч, правда, из рук не выпустил, но спасти его это уже не могло. Не тратя времени на поиски оружия, Малк ринулся на противника точно тяжелый локомотив. Навалился сверху и яростно заработал кулаками. Надо отдать должное «дяде» — он пытался сопротивляться. Незримые потоки, которыми он обезоружил Малка, теперь сплелись в нечто похожее на щит. Однако долго под ударами Малка тот не простоял. Укрепленные Властью латные перчатки, пара заклинаний Рассеивания — на них как раз хватило остатков энергии в резерве, — и последняя линия обороны противника рухнула. Судивший схватку инструктор остановил бой. Чистая победа!

— Это было грязно и позорно! — завопил «дядя», стоило ему отдышаться и избавиться от остатков собственного яда в легких. — Джентльмены так не сражаются!

Обвинения проигравшего противника звучали настолько глупо, что Малк даже не нашелся что ответить. Как бой может быть грязным и позорным? Умереть и не достичь цели — вот где позор. Поэтому он только равнодушно пожал плечами и направился к оружейной… Чтобы на полпути столкнуться с мастером Гареном.

— Это было нерационально, затратно и грубо. Но мне понравилось, в отличие от остальных ты хотя бы понял, что такое жить боем и полностью выкладываться ради победы, — словно продолжая давно начатый разговор, сказал он. — Ошибок столько, что нет смысла их даже перечислять. Но их и не может не быть. Ты сейчас достиг своего потолка. Необходимые приемы знаешь, применять их умеешь, однако теперь нужно работать над стратегией и тактикой. Иначе так и будешь бить молотом там, где достаточно ткнуть пальцем.

Упомянув молот, Мастер издевательски хмыкнул, а Малк едва сдержался, чтобы не покраснеть. Та его промашка с поднятием артефакта явно запала хозяину Зала в память.

— И как мне этому научиться? — спросил Малк, спеша воспользоваться хорошим настроением мастера.

Тот пожал плечами.

— Разумеется, через практику. Хочешь шагнуть дальше — набирайся опыта реальных боев. Наймись на судно, курсирующее между колониями, или подпиши годичный контракт с Экспедиционным корпусом в Яванском поясе… вариантов на самом деле много, — сообщил он скучающим голосом. — В твоем случае это единственная стратегия развития. В мирной обстановке, без давления и угроз у таких, как ты, расти не получается. Быстро сдуваетесь, теряете интерес и мотивацию. Угроза же жизни… о-о-о, это для вас самый лучший учитель! Но ты вроде и сам должен на сей счет догадываться.

— Значит, в Зале больше учить меня не будут? — немного растерянно спросил Малк.

— Не вижу смысла. Ты, конечно, можешь ходить, приносить мне деньги, но результата не жди. Пока не переваришь то, что уже получил, нового давать смысла нет, — с неожиданным благодушием сказал Мастер Гарен. — Да и в чем дело? Границу ранга Ученика ты преодолеть вполне способен, я это ясно вижу, цепляться же за столичную жизнь… Ты же не изнеженный андалорец, а парень из провинции, из самого Колхауна. Тебя не должны пугать тяготы… Ну а как освоишься и наберешься опыта, так возвращайся. Может, чего новенькое покажу.

Он вежливо и совершенно равнодушно улыбнулся и направился к уже давно ожидающему его инструктору. Однако сделал несколько шагов, остановился и бросил через плечо:

— И хороший совет. Прекращай пить стимуляторы. Еще никого чрезмерное увлечение алхимическими препаратами до добра не доводило, а ты с этим на мой вкус уже изрядно переборщил.

Как-то пояснять свои слова он не захотел, так что Малк далеко не сразу понял, о чем идет речь. Когда же до него дошло, что за злоупотребление зельями Гарен принял его отравление Жизнью, стало уже поздно. Мастер покинул зал для поединков.

— Да не перебарщивал я… — с досадой пробормотал Малк и направился в оружейку.

В дверях он столкнулся с успевшим избавиться от доспеха «дядей». Но ни он сам, ни его противник попыток заговорить не сделали. Единственное, что Малк машинально отметил, так это газета, которую его противник держал под мышкой. Заголовок гласил, что через месяц в Борей прибывает новый авалонский посол — ярый сторонник поддержки движений лоялистов во всем мире. Сначала он не понял, что же его так зацепило. Однако пока вылезал из лат, беспокойство не покидало его, пока он не сложил недавний разговор с Саймоном Рипом и эту новость. А сложив их, понял — времени у него действительно осталось совсем немного.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ,

в которой всплывают вещи забытые и неприятные

— Что там? Нашла чего-нибудь или глухо? — Голос Сержа далеко разнесся над мостом, и ему вторил глухой ропот остальных членов «Стаи диких товарищей», благо теперь их набралось уже девять человек.

И в данный момент все они с напряжением ждали заключения Адепта в маске летучей мыши, положившего ладонь на каменные перила моста и к чему-то настороженно прислушивающегося.

— Не уверена, — пробормотала Мышь, прервав свое занятие и торопливо выпрямляясь. — Вроде есть что-то непонятное, но что именно… не разобрать.

— Ну уже хоть что-то, — вздохнул Серж и мрачно взъерошил волосы. — По крайней мере, теперь знаем, что это у нас не коллективная паранойя развилась, а реальная проблема. — Он словно спохватился и, широко улыбнувшись девушке-Адепту, сообщил: — А еще теперь у тебя нет причин сомневаться в своей полезности. Ныла-ныла, что делать тебе в «Стае» нечего, что следы заклятий убирать не умеешь, что твой Сонар на первом ранге практически бесполезен, однако ж, видишь, без тебя как без рук!

Малк, стоявший чуть в стороне от беседующих студентов, криво усмехнулся. М-да, уж что-что, а болтать, точнее, убалтывать Серж действительно умеет. И этот его навык развивается много быстрее магии. Прямо идеальный кандидат в вербовщики или дознаватели… Вот только подозрения Малка так и остаются подозрениями. И подтвердить их никак не получается.

Раздраженно дернув щекой, еще по детской привычке Малк сплюнул себе под ноги. Однако моментально опомнился и спалил плевок концентрированным импульсом Власти — умения, записанные в первой части Наследия Кетота, по большей части были мало применимы в бою, но весьма облегчали жизнь.

Чтобы отвлечься, он сложил руки на груди и, опершись поясницей о перила, окинул взглядом мост. Старая, если не сказать древняя, трехарочная конструкция сейчас совсем не походила на тот ужас, что встретил «Стаю» несколько месяцев назад. Ни тебе уродливых надписей, ни следов грязи, крови или Святые знают чего еще, ни демонических отметин и магических отпечатков — ничего. Просто старая, нуждающаяся в ремонте конструкция… на приведение которой к приличному виду они мало того, что угробили йоррохову прорву времени, сил и серьезно превысили сроки исполнения контракта, так еще похоже, что все их старания пропадают зря!

— Гребаная надпись снова проявляется. Прямо сквозь краску просвечивает!!! — откуда-то снизу раздался вопль Белого, и Малк невольно сжал кулаки.

Йоррох! А ведь он так надеялся разделаться со своими обязательствами перед «Стаей», закончить работу по очистке моста, да и заняться собственными проблемами… Так надеялся — и такое разочарование! Судьба словно специально задалась целью максимально усложнить ему жизнь!

А ведь сначала все шло хорошо. Пусть медленно, не без сложностей и срыва контракта, но треклятый мост они в пристойный вид привели. Уже даже собрались хорошенько это дело отпраздновать, как вдруг удаленная было грязь начала возвращаться. Пусть не как раньше, а в виде разрозненных бледных клякс, лишенных какой бы то ни было заклинательной защиты, но все равно! Они было даже решили, что это проделки конкурентов. Организовали дежурства, приготовились к драке, а потом… потом узнаваемая картинка с отпечатками демонических лап, в свое время удаленных лично Малком, появилась на поверхности декоративной плитки буквально у них на глазах. И тотчас стало понятно, что проблема тут не в конкурентах.

— Малк, может, еще раз Рассеиванием пройдешься? — снова крикнул Белый, вырвав Малка из размышлений.

— А смысл? Мне что. Силу больше некуда девать? — раздраженно откликнулся он и, нахмурив брови, повернулся к Сержу. — Ну и? Ты определился? Пробовать будем?

Объяснений у происходящего было множество. На одной из лекций они прямо спросили о том у господина Хордола, и толстый Бакалавр выдал им целый список вероятных причин. Причем начинался он с банально некачественной работы нерадивых студентов, а заканчивался ни много ни мало превращением моста в артефакт с такими вот уродскими свойствами. В итоге мнения членов «Стаи» разделились. Каждый из них выбрал наиболее понравившуюся именно ему версию и категорически не соглашался принять вариант товарищей. Понятное дело, скорейшему искоренению проблемы это лишь мешало.

— Да погоди ты со своими призраками! — огрызнулся в ответ Серж. — Слишком дорого твой ритуал нам встанет, чтобы так рисковать. Надо еще подумать…

Малк лишь пожал плечами. Его дело предложить. Хотя чего тут лукавить, проверить свою версию причин «возвращения» грязи на мост ему хотелось. Тем более что появилась она у него задолго до ответа господина Хордола. То ли возросшая после тренировок чувствительность, то ли опыт взаимодействия с потусторонним в храме Кетота, но Малк достаточно быстро заметил, что одновременно с появлением на камнях моста каждого нового пятна через его Дух проходят необычные вибрации. Ничего опасного, даже раздражающего, но оставляющее после себя неприятное послевкусие… Иначе говоря, все в точности так, как описывалось в разделе про экзорцизм из Наследия Кетота.

Одна беда, убедить в своей правоте товарищей было выше сил Малка.

— Парни, а знаете… я с Малком, пожалуй, соглашусь, — вдруг подала голос Адепт в маске летучей мыши, до того явно что-то серьезно обдумывавшая. — Точно корень проблем ваших… наших проблем с мостом я своим Сонаром не определю, но какие-то выводы сделать все же способна. И одержимость моста низшими духами… даже не демонами, а именно простейшими бестелесными тварями, мне все больше кажется наиболее вероятной причиной происходящего.

Слова новенькой девушки Сержу сильно не понравились. Он гневно засопел, перевел взгляде Малка на Мышь и обратно, после чего тяжело вздохнул.

— Сговорились, что ли? — Он еще раз выпустил воздух через сжатые зубы, а затем решился. — А, ладно… Все равно, если с мостом в ближайшие дни не разберемся, потеря нескольких драхм на фоне выплаты неустойки магистрату за нарушение условий договора покажется сущей ерундой. — Он повернулся к Малку. — Ты точно справишься?

Ожидавший вопроса Малк пожал плечами.

— Если тебя интересует, приходилось ли мне ранее таким способом изгонять призрачных тварей, то разочарую — нет. Если же волнует, знаю ли, что надо делать, то это будет однозначное да.

— Тогда за работу, командуй! — обреченно рубанул рукой Серж и тихо, но отчетливо добавил: — Хуже уже не будет.

Малк лишь саркастически хмыкнул. Желание однокурсника оставаться лидером было понятно, однако Серж к данному вопросу относится как-то чересчур серьезно. Словно речь идет не о руководстве небольшой группой студентов, а о чем-то более важном. Проще надо быть, проще!

Тем не менее озвучивать свои мысли Малк не стал, сосредоточившись на стоящей перед ним задаче.

— Ну что, господа, раз уж наш доблестный лидер наконец доверил мне попробовать разобраться с долбаным мостом… поимей Йоррох со всеми своими демоническими легионами его строителей… то давайте постараемся сделать так, чтобы других попыток не потребовалось! — обратился Малк к остальным, сдергивая с плеча сумку и доставая папку со стопкой заранее подготовленных чертежей. — Впрочем, и делать ничего сложного не понадобится. Обряд экзорцизма даже на фоне уже знакомых нам по Обществу ритуалов особой сложностью не отличается, а значит, и больших проблем не вызовет. Главное правильно все сделать.

И он принялся раздавать студентам листы с описанием предстоящих колдовских действий. Хотя звучало это достаточно грозно, в реальности все было действительно просто и даже примитивно. От шестерых, не считая самого Малка, участников ритуала требовалось всего ничего — занять определенные места на мосту, подготовить фигуры-якоря, влить в них Силу и… больше ничего. Остальная часть ложилась на плечи Малка как экзорциста. И уже от него зависело, сорвется обряд или нет. Если бы не требуемый для создания магических фигур заряженный кристаллический песок, на закупку которого пришлось выделить аж десять с несколькими оболами драхм, изгнать из моста потустороннюю гадость они попробовали бы уже давно.

На подготовку ушло около часа, возможно, чуть больше. Пока остальные, сверяясь с планом, определяли места для точек фокусировки Силы и бегали в ближайший филиал городского банка магии за кристаллическим песком, Малк занимался самой важной частью предстоящего действа. Он готовил площадку, с которой мог бы безопасно применять изученный, но пока не опробованный на практике жреческий навык из Наследия Кетота.

— Это ведь ритуал Защитного Круга? — спросил Серж, наблюдая за тем, как Малк активирует последовательность рун и замыкает ими окружность из сдвоенных светящихся линий. — Что-то не припоминаю, чтобы другие экзорцисты им пользовались. Всегда так работали, напрямую.

— А ты много видел экзорцизмов? — удивился Малк. В Колхауне он с подобным как-то не сталкивался, а те земли никогда не считались спокойными и дружественными к мирным людям.

— Немного, но приходилось, — кивнул Серж. — Было это, правда, не на Борее… — Изображающий сына зажиточного крестьянина парень осекся, покосился на Малка и неестественно бодрым голосом продолжил: — И да, что с проклятыми вещами, что со случаями одержимости жрецы разбирались почти без подручных средств и с минимумом подготовки.

— Я — не жрец! — чуть резче, чем следовало бы, рявкнул Малк. И уже тише добавил: — И предпочитаю перестраховаться.

Серж недоверчиво фыркнул, однако других объяснений не получил. Да у Малка их и не было. Затянувшаяся пауза в нападениях «этого деда Бонифация» серьезно его нервировала, заставляя ожидать чего-то особенно гадкого, а потому любое серьезное дело он теперь предпочитал начинать с подготовки защиты.

Хотя в чем-то Серж был прав. Сам обряд подобного не требовал, и, если бы не размеры очищаемого от скверны объекта — моста, ему даже не потребовалась бы помощь товарищей. Ведь сила магии Наследия не в заклинаниях, а в способности создать своей Властью такие условия, когда потустороннее зло просто не сможет существовать. Манипуляция Властью согласно песенной формуле — против игры с математически выверенными конструкциями заклинаний… Кто в таких условиях справится лучше Малка — обладателя высокой Власти и тренированного Духа? Разве что настоящий жрец… Но сама мысль, что он сравним со служителем Святых, раздражала Малка, и он ее отогнал.

Вообще последнее время, на фоне успехов в развитии навыков манипулирования Духом и Властью, он много думал над различиями современных и более традиционных подходов к магии. Отточенность и экономичность заклинательных формул, многообразие и логичность правил использования знаков Руноглифа, стабильность ритуалов — все это было ближе и понятней Малку, чем хаотичность форм и навыков Наследия. Да, тот же бой с «дядей» показал, что к месту примененное умение работать с Властью способно переломить ход битвы, но… но стоит ли этим чересчур увлекаться? Ведь за плюсами притаились не менее серьезные минусы. Например, в том бою, чтобы собрать разлитый в воздухе яд сырой Силой, Малк потратил большую часть резерва, что в случае неудачи с контратакой стало бы причиной поражения. А ведь в подобной же ситуации какой-нибудь «воздушник» с заклинанием Вихря не только убрал бы отраву в разы быстрее, но и потратил на это всего пару эргов энергии, попутно не забыв нанести противнику серьезный урон чарами.

Возможно, кому-то могло показаться, что, следуя путями Наследия, Малк получал неограниченные возможности для управления Силой. Захотел — вихрь создал, захотел — молнию бросил, а захотел — одной мыслью врага убил. Но так лишь казалось. Мнимая свобода опиралась на изученный набор базовых приемов, который не отличался такой уж обширностью и в то же время требовал серьезных усилий для освоения.

Так что не лучшим был путь мага Наследия, далеко не лучшим, что бы там жрец Кетота ни говорил. Польза была, и это несомненно, однако считать его чем-то чудесным точно не стоило. Просто удобный инструмент, уместный в определенный момент и во вполне конкретных обстоятельствах.

Как, например, сейчас!

— Все готовы? — спросил Малк товарищей-студентов, замерших перед начерченными прямо на камнях фигурами. И, дождавшись подтверждения, решительно бросил: — Тогда начинаем.

Малк переступил границу Защитного Круга и замер, прикрыв глаза. Перед внутренним взором при этом он принялся формировать образ той самой статуи в храме Кетота, у которой он давал клятву не переходить на сторону Пекла. В памяти моментально всплыло так впечатлившее его ощущение присутствия чего-то живого, но потустороннего, и Малк окончательно понял, что теперь полностью готов к обряду.

— Активируйте якоря! — бросил он.

Не открывая глаз, через свой Дух он моментально почувствовал, как пусть без отрепетированной четкости, но все же один за другим принялись зажигаться магические маяки. Ни один из коллег-студентов не подвел, все справились со своей задачей как надо. И теперь у Малка было никак не меньше пятнадцати минут, прежде чем десятки эргов энергии, которые его товарищи влили в колдовские чертежи, окончательно сгорят в духовном пламени.

Больше не размениваясь на слова и полностью сохраняя предписанный обрядом настрой, Малк нащупал Духом все шесть магических «костров» и сфокусировал на них свою Власть. Это далось ему ожидаемо тяжело. Ментальная конструкция так и норовила рассыпаться. То терялось нужное состояние Духа, то нарушался баланс энергий и якоря начинали ускользать от Власти Малка. И вот тут во всей красе раскрылся потенциал тех упражнений из Наследия, которыми так долго мучил себя Малк. Ориентация в пространстве, фокусировка Власти, формирование узоров из энергии и прочие весьма примитивные навыки в условиях ритуала оказались абсолютно незаменимы. Без них бы он в принципе не справился. Только с их помощью получилось правильно развернуть нужную структуру, «привязать» ее Властью к магическим якорям, временно зафиксировать в нужном состоянии.

И когда все нужные шаги были выполнены, вот тогда и наступила финальная, самая непонятная Малку часть обряда — чтение гимна Кетоту. Короткая, всего пять четверостиший, песнь требовала одновременно с озвучиванием строф преобразовывать хаотический набор ментальных линий в нечто упорядоченное и осмысленное. В образ закрытой книги, которая традиционно изображалась висящей на боку у Кетота.

Столь мудреный, построенный на непонятных ему мистических принципах прием противоречил всему, что Малк изучал на курсах в Обществе. Заставлял сильно сомневаться в его эффективности. Но обряд экзорцизма в Наследии Кетота описывался достаточно ясно и не предполагал иных толкований, а значит, приходилось в точности следовать предписанным шагам. Сформировать общий контур книги, придать объем, добавить плотности линий, насыщенность цветов и оттенков, одновременно попытаться прочувствовать металл уголков и шероховатость кожи обложки, древность пергаментных страниц.

Вопреки всем опасениям Малка, все получилось неожиданно легко. Образ книги, столь тщательно выстраиваемый им согласно канону Наследия, с последней строкой гимна Кетоту вдруг зажил собственной жизнью. Приобрел черты реальной книги и едва ли не материальную плотность. Повинуясь идущему изнутри порыву, Малк открыл глаза и медленно развел до того сложенные перед грудью ладони. В воздухе между ними тотчас возникло желтоватое свечение, быстро сложившееся в иллюзию потертого фолианта. Уже через мгновение он сам собой открылся на середине, пошел рябью и… попросту растворился в воздухе в компании с шестнадцатью эргами из резерва Малка.

— И это все?

Малк, чье сосредоточение нарушил сердитый голос Сержа, проморгавшись, принялся оглядываться. Каких-то зримых изменений вокруг и вправду не наблюдалось. Если не считать, конечно, полностью погасшие фигуры «якорей», превратившуюся в пыль кучу кристаллического песка и недовольные лица коллег-студентов, помимо денег растративших на обряд весомую часть наполнения своих резервов.

— Похоже, что так, — хмуро ответил Малк, чувствуя некоторую неловкость.

Вроде бы пообещал решить проблему, люди ему доверились, и он даже что-то сделал. Но вот что… Малк повернулся к девушке в маске летучей мыши. Раз уж она здесь выступала в роли независимого эксперта, то ей и следовало разбираться с последствиями экзорцизма.

Однако ничего сказать не успел, потому как камни под ногами едва уловимо дрогнули, раздался глухой утробный вой, и прямо из центра дорожного полотна на мосту медленно выплыла полупрозрачная фигура огромной паукоподобной твари.

— Какого Йорроха?! — послышалось со всех сторон, и те члены «Стаи», что начали собираться около Сержа с Малком, бросились врассыпную.

Драться с непонятным монстром желающих не было. Правда, и поводов для этого паук не давал: на людей он не нападал и даже больше не выл. Просто медленно выбирался из моста, то ли перебираясь в другую его часть, то ли собираясь сбежать вовсе.

Малк, не отличающийся большой любовью ко всему демоническому, мысленно прикинул, как он может расправиться с тварью, но никаких идей, кроме рукопашной схватки с наложением единственного доступного сейчас Рассеивания, в голову не пришло. Все бы ничего — с призраками он уже дрался, и дрался весьма успешно, — однако смущали размеры паука. Он уже почти целиком выбрался наружу и теперь был размером с паромобиль. И приближаться к нему теперь было, откровенно говоря, страшновато.

— Все в сторону! — вдруг раздался звонкий девичий голос.

Перед пауком появилась хрупкая фигурка Летучей Мыши, и из ее раскрытых ладоней в сторону монстра ударил поток из видимых в духовном зрении расходящихся концентрических кругов. По ушам же всех присутствующих больно резанул тонкий, на грани слышимости свист… Заклинание Стихии Воздуха, Сонар. И он явно пришелся призраку не по вкусу. Бестелесная тварь задрожала, попыталась погрузиться обратно в мост, но не успела. Волшба Мыши разорвала ее хрупкое духовное тело в клочья, которые истаяли у них на глазах.

— Ого, — выдохнул Малк, а стоящий рядом Серж и вовсе произнес нечто нецензурное.

Остальные же в шоке вытаращились на девушку. Уж кем-кем, а боевым магом ее никто из присутствующих до настоящего момента не воспринимал.

— Чего?! Вообще-то Сонар боевое, а не сканирующее заклинание! — Под столькими взглядами Мышь заметно смутилась, а потому ее слова прозвучали довольно воинственно.

— Что ж, теперь и мы тоже это знаем! — примиряюще сказал Серж и, ободряюще улыбнувшись девушке, направился к перилам. Свесился через них и крикнул вниз: — Есть там кто?! Гляньте, надпись пропала? — Когда же через пару минут его заверили, что теперь все чисто, он повернулся к Малку. — А тебе отдельное спасибо. Выручил всех, молодец! Жаль, что сразу тебя не послушали…

Малк лишь пожал плечами. Гораздо больше, чем похвала Сержа, его грела мысль о расширении собственного магического арсенала. Экзорцизм теперь можно было считать опробованным на практике, а значит, его возможности как мага затрагивали еще одну область, весьма близкую к прекрасно освоенному Рассеиванию.

Интересно, а поможет экзорцизм против карлика? Мелькнувшая мысль показалась настолько интересной, что Малк едва не сунулся в карман жилета за записной книжкой. Но, не желая отвечать на вопросы любопытных, свой порыв сдержал. После, все после. И вместо этого спросил:

— Когда сдавать работу будем?

Серж, разговаривавший с Мышью, вздрогнул и нехотя повернулся к Малку.

— Завтра пойду. И, будь уверен, приложу все силы, чтобы убедить магистрат заплатить за контракт хотя бы половину изначальной суммы.

Его слова встретили гулом одобрения. Деньги — весьма чувствительный вопрос для студентов, а уж если эти студенты — Адепты в критической стадии своего развития, то здесь более уместен эпитет «болезненный». Увы, у срыва сроков контракта была своя цена, и им всем предстояло ее заплатить.

Голос Малка не выбивался из общего хора, однако звонкие драхмы сейчас волновали его в гораздо меньшей степени, чем исполнение своих обязательств перед «Стаей». Теперь, после того как с мостом покончено, его уход из группы маляров-любителей больше не будет восприниматься как предательство. Он никого не подведет и ничьи планы не нарушит, а значит… значит, сможет с чистой душой заняться расчисткой завалов проблем в собственной жизни.

Разрешение ситуации со «Стаей» столь положительно сказалось на общем настрое Малка, что в тот же вечер он по уже выработавшейся привычке завернул в первое попавшееся тихое кафе. Выписывая на бумагу стоящие перед ним вызовы, он набрасывал варианты возможных ответов.

— Итак, первая и главная беда — прибытие авалонского посла. Специалист по поддержке лоялистских движений, известный полемист и… как там его еще газеты именуют?.. Да, главное шило в заднице «сторонников насквозь гнилых традиций». Официально в Андалор он прибывает с целью замены ушедшего с должности прежнего посла, а неофициально… — Малк усмехнулся. — Не надо иметь девять пядей во лбу, чтобы понять: причина, которая прячется за фасадом официоза, напрямую связана с движением лоялистов в Борее. А значит, именно к его приезду должно быть привязано решение «моего вопроса».

Малк дважды подчеркнул слово «лоялисты» и мрачно вперил взгляд в стену перед собой. К чашке горячего чая, стоящей рядом, он даже не притронулся.

— Да и вообще, почему такая суета вдруг возникла? Замена посла, наведение порядка в рядах… Разве движение лоялистов не растет и множится? — пробормотал Малк задумчиво.

Действительно, на первый взгляд, ситуация выглядела странной. Молодежь, особенно студенты «правильных» Школ, активно поддерживала идеи снятия запретов на практику демонической магии. Прочие граждане настолько натерпелись от Ночей Йорроха, что брось им кость с обещанием снизить давление демонов, пусть даже путем массовых жертвоприношений преступников, и пойдут за кем угодно, хоть за Йоррохом во плоти. Политические конкуренты… политических конкурентов задавили. Монархистов не просто вышвырнули из публичной общественной жизни, их теперь откровенно считают врагами государства. И поступают с ними соответственно. Один разгон митинга, где Малк случайно «поучаствовал», чего стоит.

Что остается? А остаются Дома и Семейства, над которыми мрачной громадой высится правящий Триумвират. Вот здесь-то и главная закавыка. Малк готов был поклясться, всю эту лоялистскую кутерьму три сильнейших клана Борея поддерживают ровно настолько, насколько это способствует укреплению их власти. Подняли голову монархисты? Что ж, надо создать условия, при которых им придется встать по ту сторону закона. И вот как по заказу на настоящего боевого Магистра Ярвока Неистового совершают покушение какие-то безумцы с тарахтелками-картечницами и зачарованными на смерть низкоранговыми магами. Откровенная профанация ведь, но зато как мощно бьет по общественному мнению!

Или поддержка «расширения границ допустимой магии». Да, можно много говорить об эффективном средстве борьбы с прорывами из Пекла, но… ведь есть у этого разрешения и вторая сторона. Малк уже достаточно хорошо разбирался в базовой теории магии, чтобы догадываться, какие выгоды могут получить члены Домов от снятия некоторых запретов. Начиная с продления жизни — в тех же колхаунских сказках о том полно историй — и заканчивая помощью в преодолении границ между рангами. Насчет последнего однажды проговорился чересчур увлекшийся рассказом господин Хордол, и у Малка не было причин ему не верить. Ведь это только на младших рангах сложности с переходом завязаны на Искусстве и соблюдении ряда правил, чем сильнее становился чародей, тем тяжелее ему увеличивать свое могущество. Даже сложно представить, какой соблазн испытывают на десятилетия застрявшие в своих рангах Бакалавры и Младшие Магистры, когда единственным способом вырасти для них становится сделка с Пеклом. И тут им предложат совершенно законным образом воспользоваться демонической магией…

Другое дело, что процесс легализации некогда запретной магии требовал жесточайшего контроля, чтобы на волне народного энтузиазма пока еще безвредные «лоялисты» не набрали слишком много власти и не составили конкуренцию нынешним правителям.

Понимают ли это лидеры «борцов за свободу»? Разумеется, да. И вряд ли рады тому, что служат инструментами в чужой игре. Иначе не возникало бы среди них разделения на тех, кто подталкивает Триумвират в нужную им сторону гражданскими мягкими способами, и на тех, кто устал ждать и подчиняться, а потому устраивает теперь теракты против наиболее одиозных традиционалистов во власти. Ну а там, где разделение, там и конфликт. И конфликт этот, кажется, перешел в стадию, когда эффективность всего движения начала стремиться к нулю.

— И тут вылезает моя фигура, которую можно демонстративно «наказать», умилостивив самых радикальных террористов и устрашив чересчур мягких политиков, — скривился Малк, постучав самопишущим пером по бумаге.

М-да, такой вариант звучал несколько более реалистично, чем тот, что озвучил Саймон Рип — про сохранение лица и всего такого прочего. Единственное, что выпадало из общей схемы, так это наличие некоего таинственного защитника в рядах лоялистов, мешающего сразу швырнуть Малка в жернова большой политики. Сколько он ни думал, сколько ни перебирал имена своих знакомых, таковых среди них не значилось. Не было среди борцов с традициями того, кто способен сказать хоть слово в его защиту. Не было и не могло быть!

Под влиянием импульса Малк нацарапал слово «юрист» и поставил рядом с ним знак вопроса. Немного подумал и рядом написал короткое: «Как он меня нашел?» Ведь действительно на фоне общих переживаний как-то потерялся тот простой факт, что случайной их встреча со старым щеголем точно не была. Тот шел к нему целенаправленно, словно точно знал, где и когда Малк будет проводить время. На ум сразу же приходила слежка, но… не слишком ли много чести для ничтожного Адепта — ставить к нему персонального филера? М-да, тут следовало подумать.

— Ладно, к Йорроху непрошеных защитничков! Что делать, если «демонолюбы» все же решат устроить из разборок с чересчур наглым и живучим Адептом показательную акцию? Поспособствовать, так сказать, восстановлению целостности рядов… — Малк с чашкой в руках откинулся на спинку стула и принялся бездумно глотать остывший чай. — Особенно в свете того, что до прибытия посла осталось меньше месяца…

Собственно, вариантов было два. Сворачивать все дела и бежать либо давать бой и… все равно бежать. Потому как устраивать боевые действия, выходящие за рамки обычной драки, с неизбежными трупами, возможно, даже среди знати, власти никому не позволят. Особенно обнаглевшему Адепту, лишенному защиты Семейств и Домов. И Малк пока не знал, что выбрать. Разум требовал первого, сердце напирало на второе. Если же вспомнить, что он плавно подошел к самому важному этапу в своем развитии как Адепта, все и вовсе усложнялось.

— Определенно следует готовиться к тому, что прорваться через ранг Ученика я не успею. И уже от этого двигаться! — кивнул своим мыслям Малк и написал цифру «один».

Вообще формулировка звучала достаточно странно: не успеет. Когда-то его привела бы в восторг сама лишь мысль, что он дорастет до стадии прорыва через границу между рангами. А теперь он рассматривает это как рядовой, практически решенный вопрос. Чудеса!

Еще неплохо, что он хотя бы в целом закончил обучение. Впереди оставалась подготовка к экзаменам и несколько факультативов, направленных на «подтягивание» отставших, однако для него их посещение было необязательным. Не зря же он среди лучших студентов в группе ходит! Так что пока есть такая возможность, бросать все он не будет, но в случае опасности сможет уйти без особых сожалений.

И отсюда Малк плавно подходил ко второму вопросу. К возможности дать бой своим врагам, ну или как минимум к страховке на случай внезапного нападения. Как он там в своих первоначальных планах собирался сделать: жахнуть так, чтобы отвязались? Жахнуть он точно не против: достаточно зол, чтобы решиться и на большее. Осталось понять, как именно это сделать. Потому как в настоящий момент со своей жалкой Искрой и револьвером рассчитывать на серьезное сопротивление ему не приходилось.

— Значит, нужен совет, — дернул уголком рта Малк и вывел цифру «два».

Отставил чашку, взял листок в руки, внимательно его изучил. После чего безжалостно смял, бросил в стоящую перед ним пепельницу и зажег импульсом Власти. Раз уж есть опасность, что за ним следят, следовало поберечься и не оставлять после себя никаких улик. Пусть даже и таких бесполезных…

Единственным человеком, к которому Малк мог обратиться за подобного рода советом, был старик-оружейник. Он ему ничего не должен, связывают их сугубо деловые отношения, да и прошлый опыт нелегальных сделок подсказывал, что на любителя смешных тапок с зайцами можно было положиться. Чуть-чуть.

А раз так, то и на роль советчика он подходил идеально.

— Чего-то я тебя не пойму: что от меня надо-то? — спросил старик, зевая и кутаясь в неизменный койданский халат.

Малк заявился к нему рано утром, на следующий день после проведения обряда экзорцизма. И с ходу вывалил свою проблему с ожидаемой атакой недружелюбно настроенных магов. Однако сразу понимания не нашел.

— Рассчитываю, что вы подскажете, как можно к этому подготовиться, — осторожно заметил он.

— К чему к этому?! Ты пришел, сказал, что опасаешься нападения группы магов невысоких рангов и жаждешь моего совета в плане подготовки к данному событию. Правильно? — продолжая зевать, сказал оружейник. И, дождавшись осторожного кивка, продолжил: — Тогда иди в любую артефактную лавку, покупай хороший оберег или «авалонку» с набором одноразовых Щитов, потом поищи хороший многозарядный огнестрел… хотя ладно, его я тебе уже продал… тогда пару алхимических ручных бомб, несколько пачек патронов с заговоренными пулями и… вали из города, пока цел! Вот тебе моя подсказка. Помог?

Малк, немного смущенный напором старика, провел рукой по волосам и неопределенно дернул плечом.

— Не очень. Хотелось бы больше подробностей про цены, адреса магазинов и требования к покупателям.

— То есть побег ты не рассматриваешь? — мрачно хохотнул оружейник. — Глупо, очень глупо с твоим рангом и Силой. Ну да дело твое… Тогда если у тебя в паспорте хотя бы одна золотая звезда и ты готов раскошелиться как минимум на полсотни драхм… У тебя, кстати, есть такая звезда? Нет? Почему-то я так и думал… тогда к полусотне плюсуй еще пару десятков золотых. И смело двигай в любую лавку, торгующую разрешенными заклинаниями. Можешь даже у меня купить. Одноразовые Щиты я тебе точно найду. Потом… — Старик замолчал и с откровенной издевкой посмотрел на Малка. — Хотя какое потом… Не с твоими доходами так драхмами разбрасываться, да? А значит, повторяю вопрос: что от меня надо? Если бегство не вариант, то мои советы тебе точно не по карману.

— Почему же… если артефакты мне действительно не потянуть, то заговоренные пули и парочку ручных бомб я бы приобрел, — протянул Малк, искоса поглядывая на оружейника.

Хоть они и сотрудничали раньше, сейчас ему хотелось понять, насколько тот готов шагнуть за рамки закона ради такого клиента, как он. Как выяснилось, не очень далеко.

— Патроны продам — драхма за пачку, а вот алхимические бомбы… из-за вероятного использования террористами против мирных граждан они запрещены к продаже лицам, чей ранг ниже одной золотой звезды. Так что меньше чем за пять драхм парочку ручных бомб ты у меня не купишь, — деловым тоном сообщил старик и шмякнул на стойку перед Малком упаковку патронов к револьверу.

Учитывая, что обычные патроны стоили двенадцать оболов за пачку, цена была космической. Однако Малк благодарно кивнул и достал пару золотых.

— А гранаты? — уточнил он.

Старый оружейник неожиданно замялся.

— Парень, ты уверен, что они тебе нужны? От осколков и взрывной волны защитит даже заклинание нулевого круга. От твоих же противников вполне можно ожидать чар первого и даже второго круга. И тогда покупка станет пустой тратой денег…

— Так вы же сами посоветовали! — воскликнул Малк.

— Так-то оно так… — Оружейник вздохнул и мрачно посмотрел на Малка. — Но вот подумал я… И раз уж пошел такой разговор, то тебе не обычные, а ядовитые бомбы нужны. Которые именно что против магов и придуманы. И пусть хорошего Бакалавра ими, может, и не завалишь, а вот Ученика — легко.

Старик замолчал, и Малк был вынужден его поторопить:

— И цена вопроса?

— Десять драхм, а то и все одиннадцать! — припечатал оружейник и, верно истолковав выражение лица Малка, добавил: — Но я подобными штуками не торгую.

И это было его последнее слово. Хотя именно он завел разговор о ядовитых «игрушках», продавать их старик отказался категорически. Напирал на то, что занимается «чистым» оружием и «всякой гнуси» сторонится как огня. Слова его звучали, конечно, убедительно, однако Малк ему не поверил ни на обол. Старый оружейник мог сколько угодно рядиться в овечью шкуру, волчий взгляд ему было не скрыть. И готовность ради выгоды сколь угодно далеко переступить через закон тоже. Другое дело, что сделку с Малком он, очевидно, не считал достаточно безопасной, а выгоду — высокой, чтобы идти на риск, но тут уж изменить ничего было нельзя.

Так что визит в «Ружья и пистолеты» Малк счел бы провальным, если бы напоследок, уже перед его уходом, хитро прищурившийся старик неожиданно не назвал ему один адрес. Обычная аптека, специализирующаяся на продаже примитивных алхимических снадобий и зелий, способных заинтересовать лишь неодаренных филистеров. И в то же время, если верить его словам, место, чей хозяин особо не заморачивается соблюдением закона и моральными принципами. А потому при наличии правильной рекомендации и готовности раскошелиться там могут удовлетворить самые изощренные запросы клиентов. Достать нелегальное или вовсе запрещенное оружие, свести с практикующими демонологами или изготовителями низших демонических артефактов, раздобыть Тайное Искусство, недоступное для простых смертных… Главное — плати!

На вопрос, почему данное гнездо порока до сих пор не прикрыли если не жандармы, то Темная Канцелярия, оружейник лишь рассмеялся и назвал Малка наивным глупцом. Ведь там, где есть запреты, всегда есть спрос. А значит, в любой государственной системе для людей с деньгами и властью всегда будут существовать подобные каналы. Надо лишь иметь на них выход… и не зарываться с запросами.

Последняя фраза прозвучала настолько многозначительно, что Малк, едва добравшись до дома, тотчас засел за гадание. Если верить Старику, то доверять его чарам стоило лишь для определения смертельной угрозы, и что-то Малку подсказывало: это был тот самый случай.

— Точка фокуса, какая может быть здесь точка фокуса?..

Уже все подготовивший для ритуала Малк столкнулся с неожиданной проблемой: гадание могло быть успешным лишь в том случае, если у Духа пророка имелась привязка к предмету ворожбы. Но вот с этим-то у него как раз и были сложности. В аптеку он ни разу не заглядывал — собственно, безопасность ее посещения ему и требовалось сейчас выяснить, — а потому и точка фокуса Власти у него получалась абстрактной. Без сонастройки с реальным объектом. Это одним махом делало сомнительным успех всего предприятия.

— Ладно, зайдем сбоку. Тогда попробуем узнать, безопасно ли мне в ближайшие дни обладать запрещенными вещами, — наконец сформулировал правильный запрос Малк и взялся за кости.

Хорошо отработанная процедура прошла как по маслу. Не произошло ни срывов, ни осечек, и даже резерв не был исчерпан до донышка. Просто минус четырнадцать эргов, смутное видение, как Малка лишают всех его ценностей, и однозначное «да» на единственной «сыгравшей» кости.

Однако именно в этой однозначности и крылся главный подвох. Ничего подобного Мал к точно не ждал.

— Что за дерьмо?! — воскликнул он, вытаращившись на кости. — Меня что, ограбят и купленные бомбы отнимут? Или дойти до аптеки не успею, как золота на их покупку лишусь?! Ну какого Йорроха, а?!

Очень хотелось по привычке обвинить во всем карлика, но было очевидно, что тот ни при чем. Источник грядущих неприятностей Малка следовало искать где-то еще.

— Теща Йорроха! А чего я в поход в аптеку-то уперся?! Ведь лишиться всего можно и не на улице… Залезет ко мне вор, найдет тайник и… прощай нажитое добро! — мрачнея все больше и больше, пробормотал Малк. — Если же вспомнить, что гадание срабатывает только при наличии смертельной угрозы, то лишение имущества будет сопровождаться еще и немалым риском для моей жизни… Святые вас всех прокляни!

Не выдержав, он встал, прошел в нужный угол, сдвинул доску и заглянул в открывшуюся нишу. Пока все было на месте. Завернутое в ткань Зеркало Друзала, проклятый клинок, филактерия со свитком Наследия Кетота, Очаг, платок леди Марой, револьвер и кошель с деньгами — ничего не пропало. И причиной смертельной угрозы, на вкус Малка, здесь могло быть либо золото — на улицах убивали и за меньшие суммы, либо футляр с Наследием, если вор оказался бы демонопоклонником…

— Или я чего-то не понимаю, — нахмурился Малк.

Со слов Старика, результат гадания редко получался без подвоха, но Малк с подобной ситуацией столкнулся впервые и как поступать, не понимал. Игнорировать было нельзя — однозначное «да, опасность есть» не позволяло отнестись к случившемуся наплевательски, однако и как-то локализовать риски тоже не получалось. Единственное, что приходило в голову, — это перепрятать вещи в другое место, никак не связанное с личностью Малка. После некоторого размышления именно так он и решил поступить. Выбрал для нового тайника все тот же двор, где когда-то очищал демоническую кость от эманаций Пекла. Сколько времени прошло, а туда до сих пор никто так и не заглянул. И он очень надеялся, что так будет и впредь. Ну а чтобы не откладывать дело в долгий ящик, переносом «сокровищ» Малк занялся сразу же, едва принял такое решение, наплевав на наступающие сумерки и общую усталость. Ведь гадание не говорило, что угроза появится немедленно, а раз так, то именно сейчас данное мероприятие и было наиболее безопасным. Позже риски только возрастали…

В итоге и с покупкой ядовитой ручной бомбы Малк также собирался повременить. Чего там, он даже в аптеку теперь заглядывать опасался, планируя избегать ее посещение всю ближайшую седмицу — то время, которое его гадание сочло наиболее опасным. Единственное, на что он решился, — это обычная разведка дороги. В конце концов, в том районе, где располагалась аптека, раньше ему бывать не приходилось и узнать здешнюю обстановку было неплохо… Как и повысить результативность будущего гадания за счет знакомства с местностью, что также не следовало сбрасывать со счетов.

Вот только именно это решение и стало его главной ошибкой…

— Эй, сопляк! Ну-ка стой! Проверка документов, — услышал он из-за спины грозный окрик, едва успев сойти в нужном квартале с рейсового омнибуса и не сделав от остановки даже десятка шагов.

Жандармские патрули были в городе делом привычным, поэтому подвоха Малк не ждал и дисциплинированно остановился. Разве что, раздраженный проверкой, чересчур резко повернулся, но для служак подобное вряд ли могло быть в новинку и каких-то санкций из-за этого ждать не стоило. Во всяком случае, Малк искренне в это верил.

— Ха, а твоя рожа мне знакома! — воскликнул крепко сбитый унтер, возглавлявший патруль. И тотчас цапнул шоковую плеть у себя на поясе. — Живо замер, и чтобы даже бровью не шевелил!

Потрясенный реакцией служивого Малк вздрогнул, инстинктивно, не тратя ни мгновения на раздумья, развернулся и зайцем рванул прочь. Ситуацию сильно портило то, что района он не знал, но он делал ставку на неестественную для простых людей выносливость. Если бежать достаточно долго, то никакое знание местности преследователям не поможет — банально отстанут, выбившись из сил. Ну а когда он окажется в безопасности, тогда и можно будет подумать, почему лицо этого унтера также кажется ему знакомым.

— Держи бунтовщика!!! — раздался из-за спины новый вопль, заглушенный истошной трелью жандармского свистка.

И из толпы зевак, собравшихся вокруг уличного музыканта, наперерез Малку вырвался еще один жандарм. На этот раз чином повыше, и в приметном стальном нагруднике. В руках у него была даже на вид серьезная дубинка, так что знакомиться с ней поближе не было никакого желания. Малк сам не понял, как на бегу сотворил Искру и швырнул ее в противника. Однако вместо ожидаемого попадания в корпус с последующим падением жандарма на тротуар йоррохов нагрудник вспыхнул магическим светом и заклинание Малка бессильно разбилось об Огненный Щит. Новый же недруг даже не сбавил шага, из-за чего Малку пришлось снова спешно менять направление бега. Он дернулся вправо, собрался перебежать дорогу, но едва не попал под отчаянно гудящий паромобиль и вынужденно притормозил. Через пару мгновений собрался рвануть дальше, но заминки хватило, чтобы его нагнали патрульные во главе со знакомцем Малка.

Грозно свистнула шоковая плеть, и пусть от нее Малк благополучно увернулся, от кулака с надетым на пальцы кастетом уйти не получилось. Мощный удар в лоб сшиб его с ног, в глазах замельтешили тысячи бешеных искр, а сознание начала затягивать темная пелена беспамятства. Последнее, что Малк запомнил, был доносившийся точно сквозь вату голос унтера:

— Добегался, гаденыш! Думал, забыл тебя Нерод Хлое? Ан нет! И то, как ты мне поддых тогда врезал, тоже не забыл… Смутьян и монархист это, парни. В участок его надо!

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ,

в которой выясняется разница между желаемым и действительным

— Итак, господин Малк. Вы продолжаете утверждать, что ни в чем предосудительном не участвовали, законов не нарушали и причин задержания не понимаете. Я ничего не пропустил? — скучным голосом спросил дознаватель первой степени отдельного сыскного управления Андалора Флавий Шлее. И, не дожидаясь ответа, кивнул куда-то за спину Малку. — Нерод, повтори нашу аргументацию молодому человеку. А то он, кажется, в прошлый раз плохо расслышал.

Сказанное дознавателем волей-неволей заставило Малка вздрогнуть и сжаться, прикрывая живот. Десять минут назад, когда прозвучал схожий вопрос, ему от души врезали под дых. Увы, повторяться жандарм не стал, и очередное «внушение» прилетело Малку кулаком в скулу. Да с такой мощью, что он, и без того из-за кандалов с трудом сохраняющий равновесие, мгновенно полетел на пол. Бивший явно собрался добавить еще пару пинков, однако был остановлен.

— Унтер, не перегибайте палку. Мы же не хотим, чтобы уважаемый свободный Адепт и студент курсов Общества андалорских магов получил серьезные травмы? А то вы с вашей силой и усердием можете чересчур далеко зайти… — не меняя тона, сказал Флавий Шлее, попутно прихлебывая чай из чашки.

— Да чего с ним сделается-то?! Вы видите, какой здоровый? Всю руку об него отбил, а ему хоть бы хны, — неприятным голосом ответил тот самый жандарм, с которым Малк когда-то столкнулся в ходе разгона митинга монархистов и который так неудачно опознал его на улице. — И восстанавливается как-то чересчур быстро…

Последняя реплика унтера заставила дознавателя нахмуриться и самым внимательным образом сначала окинуть взглядом кулем лежащего на полу Малка, а затем уткнуться в его личное дело.

— Про Родословную у него ничего не сказано. Мало того, здесь написано, что он — обычная «пустышка», каким-то чудом прорвавший границу Говарда, — через некоторое время сообщил дознаватель и добавил: — Про то, что практикует Тайное Искусство, направленное на закалку тела, тоже ни слова.

— То, что он не воин-маг, я и так скажу. Будь иначе, у него все заклинания на первую трансформацию были бы нацелены, а он Искрами швыряется и в камере, мне надзиратели сказали, «лечилками» пользуется, — хмыкнул Нерод Хлое и, ткнув Малка носком ботинка в бок, рявкнул: — Поднимайся, чего разлегся?! Беседа с уважаемым дознавателем еще не закончена!!!

Малк, успевший оклематься после удара и теперь лишь изображавший страдания, медленно поднялся. На жандармов он старался не смотреть, угрюмо глядя себе под ноги. Йоррох, он ведь и помыслить не мог, что когда-нибудь окажется в подобной ситуации! Даже прошлое попадание «под крылышко» к стражам порядка, доселе казавшееся ему чему-то возмутительным, теперь воспринималось как отдых на курорте. Но больше всего выводило из себя не унижение и не боль от избиений, а чувство абсолютной беспомощности, бессилия перед властью каких-то мелких псов Триумвирата.

— Отпустите меня, я ни в чем не виноват! — процедил Малк, играя желваками на скулах.

Он понимал, что избиение может повториться — наверняка повторится, — но принимать правила игры жандармов не собирался. Себя оговаривать он не будет!

— Ты смотри, как быстро очухался! А я ведь твой удар знаю, — поделился с Неродом Хлосом дознаватель, — железного здоровья парень. И ведь даже «лечилку» свою применить не мог: подавители всю внешнюю магию на нем глушат. Чудеса! — Наконец, словно вспомнив о существовании задержанного, он повернулся к Малку. — Слушай, ты за ту седмицу, что здесь сидишь, меня уже утомил. Не виноват, не знаю, отпустите…

— Может, добавить ему? — хрустнув костяшками, перебил унтер, отчего дознаватель недовольно поморщился.

— Нерод, ты — воин-маг в ранге Ученика, боевой поход за плечами. Ну будь сдержанней! — сказал и снова обратился к Малку: — Что до тебя и твоей невиновности, то… давай считать! Во-первых, уважаемый Нерод Хлое в первый раз тебя повстречал во время уличных беспорядков, спровоцированных монархистами. Во-вторых, и тогда, и сейчас ты оказал сопротивление при задержании…

— Я это случайно и готов принести извинения. Все слишком внезапно произошло, действовал на рефлексах, — глухо ответил Малк.

— Вот-вот, рефлексами ты себе на отягчающие обстоятельства и заработал!.. Что там дальше? — сказал дознаватель, и унтер тотчас отозвался:

— Он не просто сопротивлялся, а убить нас хотел. Меня и поручика Клабса. Если меня палкой в живот пырнул, то того вообще Искрой наградил, и если бы не артефакт…

— Вот! — Дознаватель со значением поднял палец. — Покушение на жизнь жандарма имеется. Что уже серьезным сроком попахивает, а если приплюсовать сюда еще и черную звезду в личном деле, то и вовсе на каторгу или службу в штрафной роте Экспедиционного корпуса тянет. Соображаешь?

Малк промолчал. От его ответов явно ничего не зависело, а раз так, то к чему впустую сотрясать воздух?

— Его еще в районе взяли, где сходка опасных бунтовщиков раньше проходила. Мы их недавно разогнали, но кто знает… вдруг он к ним шел? — азартно сопя, вставил свои пять оболов унтер.

Флавий Шлее поморщился как от лимона.

— Нерод, ну угомонись ты, а? Вечно не к месту перебиваешь, — бросил он таким тоном, что унтер только обиженно крякнул. Флавий же некоторое время пожевал губу, пытаясь поймать ускользнувшую мысль, и продолжил: — Что до вас… Малк, то все сказанное видится мне лишь фасадом. Такой же «пустышкой», как и вы сами, призванной скрывать нечто большее.

— Например? — уже откровенно шалея от наглости обоих жандармов, спросил Малк.

— Например, в квартире, где вы снимаете жилье, несколько дней назад мы провели обыск. Если, конечно, можно назвать обыском осмотр пустой комнаты с единственным матрацем в углу, — презрительно усмехнулся дознаватель. — Все бы ничего, но там был обнаружен пустой тайник. И вот с той поры мучает меня вопрос: а почему, собственно, он пустой?

— Понятия не имею, о чем вы, — дернул щекой Малк.

Он так беспокоился из-за возможной потери своего добра, а на деле выяснилось, что бояться стоило совсем другого. Смешно.

— Да-да, даже не сомневаюсь, — отмахнулся от его слов Флавий Шлее, — но сами посудите. Как может такое быть, что в квартире молодого Адепта, еще не потерявшего надежду прорваться через ранг Ученика, в хорошо оборудованном тайнике и вдруг нет ни обязательного Зеркала Друзала, ни каких-нибудь эликсиров, ни даже денег, на которые можно подобные вещи взять в аренду или купить?! Мне вот это решительно непонятно… Чем вас не устроил схрон в квартире, зачем вы все перепрятали? Что-то здесь явно не то. Надо искать! А я знаете какой сыскарь? О-о-о! Спросите у Нерода, он подтвердит: если уж вцепился в кого, то от меня уже не уйти!

— Что найти-то собираетесь? — зло спросил Малк.

— А вот это зависит от того, как вы, господин Малк, себя поведете, — покровительственно улыбнулся Флавий Шлее.

И Малк вдруг совершенно ясно понял, что ненавидит его гораздо больше, чем даже костолома-унтера.

— Я понял. Сколько? — севшим голосом спросил он, и тотчас заработал одобрительный хлопок ладонью по спине от унтера и издевательский смех от дознавателя.

— Наконец-то у нас конструктивный диалог пошел, господин Адепт, — сказал он, продолжая веселиться. — Всего пятьдесят драхм, и ваше дело будет закрыто, а вы сами отправитесь домой. Как вам предложение?

— Дорого, — выдавил Малк.

С одной стороны, если собрать всю имеющуюся наличность и добавить к ней гонорар за мост, денег должно было хватить с запасом. Но с другой… с другой стороны, кто сказал, что почуявшие наживу гиены ограничатся только этим?

— А я думаю, в самый раз! — осадил его дознаватель. — Чтобы собрать на вас материалы, вложено столько труда, что оставить всех участвующих без вознаграждения сродни преступлению. Обиду нашего бравого унтера, опять же, загладить надо! Нет, пятьдесят драхм это даже меньше, чем нужно.

— Мне нужно будет время, чтобы собрать требуемую сумму, — проронил Малк.

Флавий с Неродом расплылись в улыбках.

— Уж что-что, а время у вас будет! Как и писчие принадлежности, чтобы черкнуть пару слов всем тем, кто займется сбором денег… Вы ведь не думаете, что вас отпустят под честное слово, а?

В камеру Малк вернулся сам. Несмотря на общую наглость и привычку к вседозволенности, жандармы знали меру в избиениях и в пытки их не превращали. Свою роль, конечно, сыграло и раскрывшееся с неожиданной стороны телосложение Малка — не говоря уж о взращенной практикой Дождя терпимости к боли, — но все же он был реалистом и ситуацию оценивал здраво. Благо времени подумать у него было достаточно: в участке Малк сидел уже седмицу, и этот допрос у Флавия Шлеса был далеко не первым. Разве что речь о «компенсации затрат» жандармов зашла только сейчас… Ну так видимо, его пленители ждали, пока Малк дозреет, и вот теперь решили собрать «урожай».

Но все равно с-сволочи!

И ведь по-настоящему жестко за него не берутся лишь потому, что обвинить его можно только в сопротивлении жандармам. А если бы в тайнике нашли проклятый нож, не говоря уже о заговоренных пулях? Или того хуже, если бы его взяли после покупки в аптеке ядовитой ручной бомбы? Нет-нет, тогда о предложении дать взятку Малк мог бы только мечтать. И те несколько допросов, в течение которых злопамятный унтер отвешивал ему тумаков, наверняка показались бы ему райским сном.

Но где взять деньги? Кого попросить их собрать и доставить в жандармерию? Вопрос оказался совсем не праздным, потому как знакомых, которым Малк настолько доверял и которых заботила его судьба, было не так уж и много. Еще полгода назад он сразу бы назвал имена Хелавии и Толфана, возможно, Сержа и еще нескольких товарищей по «Стае», наверняка наставника Хордола из Общества, но теперь… теперь Малк повзрослел. И научился оценивать не столько показное дружелюбие людей, сколько их готовность пойти на некие жертвы. Например, рискнуть спокойствием и связаться с властями, поручиться за Малка или вполне вероятно расстаться с деньгами ради выплаты «компенсации».

Определенно, сейчас он мог рассчитывать только на Хелавию, Толфана или Сержа. Да и то без особой уверенности. Дорожки колхаунцев разбежались уже достаточно далеко, чтобы начать сомневаться друг в друге. Оставался Серж… однако с ним все еще сложнее. Человек, который дружит со всеми, не дружит ни с кем. И рассчитывать в сложный момент на столь скользкого типа точно не стоило. Единственная причина, по которой его имя появилось в списке «помощников», — это подозрения Малка в его причастности к самой пугающей тайной службе Борея. Именно в этом качестве Серж был ему сейчас нужен, и именно на эти его связи Малк рассчитывал…

Был, правда, еще один человек, который вполне мог ему помочь, — леди Марой. Однако ее в свой список Малк вносить пока не стал… Пусть она и обладала как необходимыми для его спасения денежными средствами, так и нужными знакомствами!.. У всего есть цена, есть она и у «бескорыстной» помощи. И настолько сильно задолжав Терри, Малк больше не сможет изображать независимость и игнорировать знаки внимания. А там и до превращения в альфонса недалеко. Так что нет, о Терри Марой он вспомнит только в случае, если не сработают все остальные варианты. И не раньше!..

Письма ему пришлось писать прямо в камере. На дешевой желтой бумаге, гусиным пером и в свете дрожащего пламени свечи, которую держал надзиратель. Причем текст всех трех писем содержал одно и то же — просьбу срочно прийти в отдельное сыскное управление и заплатить за него залог в полсотни драхм. Саму же сумму он просил считать займом и обещал выплатить ее в кратчайшие сроки после освобождения.

Коротко, ясно и по делу. Однако сочтут ли его друзья-товарищи содержание письма достаточно убедительным и не примут ли за розыгрыш или мошенничество — этого он не знал.

— Завтра по адресам отправят, — сообщил Малку надзиратель, забирая записки вместе с писчими принадлежностями.

И оставил его в камере одного… за что Малк был искренне ему благодарен. Оказаться в одной камере с десятком жаждущих его крови уголовников — еще в интернате он прочитал кучу бульварных романов, авторы которых обожали ставить своих героев в подобные ситуации, — стало бы слишком уж явным проявлением черной полосы, которая началась в его жизни.

Сам Малк также не следовал традициям литературных и вполне реальных «сидельцев». Не дерзил надзирателям, не развлекался дрессировкой пойманных мышей и тараканов — ни тех ни других в камере не было, — и даже не готовил побег, подпиливая прутья решетки, выдалбливая в полу подземный ход или готовя призыв могущественного потустороннего спасителя. Он ел, спал и в те редкие часы, когда его не дергали на допросы и не отвлекали разговорами скучающие обитатели соседних камер, медитировал.

Вообще опыт медитации по формуле его обновленного Тайного Искусства без использования Зеркала Друзала оказался далеко не столь бесполезен, как представлялось ранее. Да, магический артефакт сильно облегчал тренировку, показывал прогресс и наиболее явные ошибки, но в то же время он множил некоторые дурные привычки, заметить которые удалось только сейчас. А заметив, заняться их исправлением…

Еще подобного рода практика позволяла примерно оценить то будущее, которое ждало всех магов, собирающихся прорываться за границу ранга Бакалавра. Со слов того же Хордола, после перехода в Младшие Магистры для большинства чародеев Зеркало становилось бесполезным. Им приходилось рассчитывать прежде всего на свою волю и талант, и именно по этой причине столь многие маги так и оставались слабейшими в своем ранге, не говоря уж о рывке к большему могуществу.

Так вот, Малк смог оценить свою способность развиваться без «костылей». И результат сильно ему не понравился. Да, до пика ранга Бакалавра еще надо было дожить — что с учетом сыплющихся на него неприятностей было весьма сомнительно, — но разве могут какие-то трудности мешать стремлению к большой цели? У Малка такая цель имелась, и вот теперь он попробовал прикинуть, реалистична ли она…

Однако приговор был короток.

— Угораздило же родиться гребаным «пустышкой»!!! — чуть слышно простонал Малк, едва впервые ощутил, как без поддержки Зеркала уже на нынешнем ранге лишается пластичности внутреннее убранство Дворца Духа и начинает жить своей жизнью ментальная «пустыня».

А что будет дальше? Ответ очевиден. Впрочем… унывать из-за этого Малк и не думал. Сложностью больше, сложностью меньше… Маг идет к своей цели не потому, что надеется ее достичь, а потому, что в том смысл его жизни. И возникающие на пути преграды следует воспринимать как испытания, закаляющие либо волю, либо разум, либо силу. Так Малк смотрел на вещи раньше, так планировал смотреть и впредь…

По представлениям Малка, если хоть какое-то из писем и «выстрелит», то изменений в его тюремной жизни следовало ждать не ранее чем через два-три дня. Пока письма передадут курьерам, пока те доберутся до нужных адресов, пока найдут нужных людей… Деньги, опять же, вот так сразу из кармана не вытащишь, их искать и, возможно, занимать надо… Нет, даже три дня — это слишком оптимистичный срок!

Однако Малк ошибался. Уже к вечеру следующего дня в унылый тюремный быт ворвался вихрь перемен. И началось все с появления старого знакомца — капитана Тырхата.

Малк только-только вернулся после очередного «разговора» с дознавателем, призванного простимулировать его желание сотрудничать на случай провала затеи с письмами. Или, возможно, свою роль сыграла вера Флавия Шлеса, что не все с Малком так уж чисто, и он просто пытался хотя бы для галочки найти какие-нибудь зацепки? Не важно. Малка детали не волновали. Главное, что его опять от души избил мстительный унтер, и он был вынужден по возвращении в камеру заняться самолечением.

Вдруг загрохотала ведущая в казематы дверь, и до его ушей донесся знакомый голос капитана.

— Слушай, Флавий… Мне плевать, что за дела ты тут проворачиваешь и какие секреты прячешь. Я не из дисциплинарного комитета, и это не мое дело. Но если я сказал, что хочу взглянуть на твоих задержанных, я взгляну. Пора бы это уже было уяснить! — ничуть не считаясь с должностью, властно выговаривал дознавателю Тырхат, и сейчас он ничуть не напоминал того жалкого трясущегося мужика, которого дико напугало появление госпожи Леары.

Впрочем, совсем уж задавить Флавия Шлеса авторитетом у него не получилось. И пусть за шумом шагов его ответа Малк не расслышал, но зато тон распознал прекрасно — дознаватель хоть и не дерзил, но отвечал достаточно твердо и уверенно.

— Что?! Покровителем своим меня пугать будешь? — Вот кто не сдерживал голоса, так это капитан. Как и эмоций. — Серьезно? И что же он мне сделает, когда узнает, что причина шума-гама в нежелании его любимчика «дружить» с хорошими людьми?! А, молчишь! Тогда оставь меня в покое и дай на людей посмотреть.

Малк, еще толком ничего не понимая, но уже начиная догадываться, что это за ним, медленно приблизился к решетке. Успел аккурат к тому моменту, когда прогуливающийся по коридору капитан поравнялся с его камерой.

— Ба, какие люди! — воскликнул Тырхат, мгновенно его узнав и остановившись напротив. — А красивый какой… У меня-то, когда гостил, условия получше были, а?

Судя по голосу, встрече с Малком он был очевидно рад. На фоне прошлого унижения это выглядело если не странно, то неожиданно.

А пока Малк раздумывал над наиболее подходящим ответом, капитан развернулся к дознавателю, тенью следующему за ним.

— За что он у тебя здесь обретается?

— Опасный бунтовщик, монархист и террорист, неоднократно покушавшийся на жизнь сотрудников нашего отделения!!! — отчеканил Флавий Шлее, гневно раздувая ноздри.

И Малк со всей очевидностью понял, что даже если Тырхат вдруг пришел именно за ним — хотя о причине он мог лишь догадываться, — освободить его у капитана не получится. Просто лишь из нежелания дознавателя прогибаться под залетного начальника. И очень даже может быть, что сорвется выкуп. Довести дело до суда и добиться максимального наказания для ставшего камнем преткновения Малка вполне в духе местных жандармов. Особенно если нанесенная им обида будет достаточно велика… А в том, что обида будет, можно было даже не сомневаться.

— Да ты что?! — изобразил удивление Тырхат, разве что не хлопнув себя ладонями по коленям. — Бунтовщик? Может, еще и сообщников ему уже нашел и к делу подходящему подшил, а?

— Капитан, не забывайся! — процедил Флавий Шлее. — И если увидел, кого хотел, то убирайся…

— Мне нужен этот человек, — безапелляционно заявил Тырхат, даже не пытаясь как-то сгладить нарастающий конфликт.

У него был то ли зуб на местных жандармов, то ли «нелюбовь» с таинственным покровителем Флавия, но в итоге он явно нарывался на неприятности. И втягивал в них Малка. Во всяком случае, так все выглядело на первый взгляд. И лишь после некоторого раздумья Малк смог заподозрить в происходящем второе дно.

Вспоминая тот страх, который испытывал Тырхат перед госпожой Леарой, не планировал ли жандарм подобным поведением подвести под ее гнев и своего оппонента?! Догадка выглядела весьма многообещающе. По крайней мере, на взгляд Малка, уже отчаявшегося встретиться с представительницей Темной Канцелярии. Главное, чтобы причина происходящего крылась именно в этом, а не в каких-то дрязгах между силовыми структурами, делящими власть…

— Нужен? Так иди к своим писарям, выправляй нужные бумаги и возвращайся, — осклабился дознаватель. — А пока проваливай.

И твердо показал Тырхату на выход. Так что тому не оставалось ничего другого, кроме как демонстративно хмыкнуть и направиться прочь. Малка капитан Третьего жандармского корпуса не удостоил и взглядом. Чего нельзя сказать про Флавия Шлеса. Хищный прищур, которым он наградил своего пленника, обещал тому такие неприятности, что Малк не смог сдержать дрожь.

Проклятье! А ведь очень даже может быть, что именно в этом и есть цель Тырхата. Довести Флавия до белого каления, дождаться, пока тот отыграется на Малке, и лишь потом подставить под удар самого дознавателя. Идеальная схема! Заодно и Малку за прошлые унижения отомстит… Йоррох, Йоррох, Йоррох!!!

Малку впервые за все время заключения стало жутко. Даже на допросах было не так страшно — боли он не боялся, а здоровье, как выяснилось, позволяло пережить и не такое, — но теперь… теперь все было иначе. Так что когда спустя два часа молчаливый охранник вывел его из камеры и повел в сторону допросной, он откровенно запаниковал. И даже задумался о побеге. Не всерьез, скорее рассматривая как некую возможность, но задумался!

— Чего вы там копаетесь? Я заждался уже, — раздался знакомый голос Тырхата, едва Малк с конвоиром поднялся на второй этаж и оказался в небольшом холле. Сам капитан с мрачным выражением лица сидел там же в кресле и обмахивался какими-то изукрашенными печатями бумагами.

Впрочем, охранника ничуть не удивило появление постороннего. Все так же невозмутимо он снял с Малка кандалы и удалился, оставив их с капитаном наедине.

— Пошли, — сказал капитан Тырхат, поднимаясь и цепляя Малка за локоть. — Тебе в очередной раз безумно везет. Просто потому, что кое-кто изъявил желание с тобой поговорить, — сообщил он и, вдруг окинув лицо Малка внимательным взглядом, особенно задерживаясь на уже практически сошедших на нет синяках, недовольно добавил: — И ведь не особо даже страдал, а!

— А вам хотелось бы? — наконец нарушил молчание Малк.

Ощущать себя пешкой в чужой игре было омерзительно.

И грядущая встреча с представительницей Канцелярии — в чем он уже не сомневался, — его совсем не радовала. Хотя бы в силу нарастающего подозрения, что пройдет она совсем не по тому сценарию, какой ему виделся до попадания в камеру.

— Очень, парень, очень! — шепнул капитан, хищно сверкнув глазами. — Так что если вдруг разговор пойдет как-то не так, знай, судьба тебя ждет о-очень невеселая!

Он распахнул дверь и втолкнул Малка в допросную. Точнее, попытался втолкнуть, но Малк вовремя напряг мышцы и потому смог войти в кабинет, сохранив хотя бы видимость достоинства.

— Добрый вечер, госпожа Леара! Давно не виделись, — с подчеркнутым уважением сказал он с порога, едва ощутив витающий в воздухе знакомый аромат духов.

И не ошибся. В кабине действительно находилась знакомая ему властная красавица. В черном кружевном платье, оставляющем открытыми только кисти рук и стопы, она боком сидела на краешке стола дознавателя и курила сигарету, вставленную в длинный мундштук. Причем складывалось ощущение, будто данное занятие было единственным, что действительно ее волновало.

Повисла пауза. Возможно, предполагалось, что Малк должен был ощутить неловкость, однако он, наоборот, собрался. Заключение в камере и «жесткие» допросы выбили у него почву из-под ног, заставив смотреть на происходящее словно бы отстраненно. Он не очень понимал, как действовать дальше, и из-за одного лишь упрямства сохранял твердость духа.

— Удивительный ты парень, Малк. Категорически не приспособлен к спокойной жизни. На поезде едешь — с террористами столкнешься. На допрос явишься — так тебя в сломанного «чтеца» засунут… — вдруг произнесла госпожа Леара мягким, бархатистым голосом. И от одного его звучания по коже Малка забегали мурашки.

Йоррох, да как она это делает-то?! Терри Марой тоже на него влияет, но скорее как обычная, пусть и весьма привлекательная лично для него девушка. Возможно, влияет чуть сильнее. Однако без неестественного колдовского очарования и бьющего по мозгам вожделения. С госпожой Леарой все было совсем не так…

— Кстати, в этот раз без «чтеца» обошлось? — снова выпустив дым в потолок, спросила красавица.

— Без него, — внезапно севшим голосом ответил Малк, так и не пройдя дальше порога.

Приближаться к собеседнице он откровенно опасался. В конце концов, у всего есть предел, и, чересчур приблизившись к госпоже Леаре, он вполне мог потерять над собой контроль. Тем более что с прошлой их встречи аура страсти и вожделения, что облаком окутывала молодую женщину, изменилась, и сильная Власть больше Малка не спасала.

— Уже хорошо, а то, что побили немного, так ничего. Шрамы украшают мужчину, — промурлыкала госпожа Леара и неторопливо перевела взгляд на Малка. — Я ведь права?

— Вам виднее, госпожа, — немного взяв себя в руки и стараясь не смотреть на боковой разрез платья, вдруг открывший ногу красавицы до самого бедра, ответил Малк. Откашлялся и спросил: — Могу ли узнать, чем обязан нашей встрече? Я, знаете ли, последние месяцы так к ней стремился, так ее желал, и все без толку. А тут вдруг раз — и вы появляетесь.

Собственно, возможных ответов на его вопрос было два. Либо шум поднял потерявший его Серж — из-за чего капитан Тырхат и отправился в вояж по городским застенкам, либо… либо опять все тот же лидер «Стаи» каким-то чудом получил письмо Малка раньше срока и сообщил о нем своему начальству. Других объяснений появления представительницы Канцелярии не было.

Однако прямо заговорить об этом Малк не мог.

— Вот видите, как вас любят Святые? — продолжила играть обертонами госпожа Леара и каким-то гипнотизирующим, притягивающим к себе внимание движением стряхнула пепел на стул дознавателя. — Вдруг раз — и появилась, — повторила она и неожиданно резко спросила: — Почему не спрашиваешь зачем?

— Чтобы сделать предложение, от которого не смогу отказаться? — хмыкнул Малк. — Иначе все теряет смысл. Участие в моих поисках аж целого жандармского капитана, молниеносное появление сверкающей грозными печатями бумаги, когда его авторитета оказывается недостаточно, встреча с вами, наконец…

— Наглец… — проворковала красавица, вызвав у Малка очередную волну мурашек и прилив жара внизу живота. Да такой сильный, что для успокоения ему пришлось незаметно прикусить кончик языка, чтобы вернуть ясность ума хотя бы болью. — Но весьма притягательный наглец, — продолжила она, разглядывая Малка с видом энтомолога-любителя, повстречавшего редкого жука.

Играть словами можно было долго, но Малк желал определенности и потому спросил:

— Ну так в чем заключается это предложение? Порекомендованное вами учебное заведение я практически окончил, магом стал, канал связи с Канцелярией в лице Сержа вычислил… Вроде бы все задания выполнены. Пришло время собеседования. Ведь так?

Пока говорил, внутри все сжалось в тугой узел, да так, что даже наведенное госпожой Леарой вожделение отступило. Решение слишком многих его проблем зависело от ответа сидящей перед ним женщины — причем женщины неизвестного звания и должности! — чтобы он мог продолжать сохранять равнодушие и спокойствие.

— Задания, собеседования… А если все гораздо проще? Если вас банально пожалели и решили помочь без всякой на то причины, а? — тихонько засмеялась госпожа Леара и, стряхнув остатки сигареты на все тот же стул, спрятала мундштук в сумочку-клатч. Слова про «канал связи» она демонстративно проигнорировала.

— Если бы вы ограничились помощью в обучении и ненавязчивым присмотром — поверил бы сразу. И даже вызволение из камеры с помощью капитана Тырхата смог бы как-то объяснить… — Малк вежливо улыбнулся. — Но ваше появление не укладывается ни в какие рамки и для меня имеет лишь одно объяснение.

Хождение вокруг да около постепенно начинало его раздражать. Тщательно скрываемая радость от того, что он получит-таки своего покровителя, чем дальше, тем сильнее омрачалась странным поведением колдовской красавицы. Малк его совершенно не понимал. И это настораживало.

— Мне нравится, что вы умеете думать, — немного невпопад, но зато нормальным, лишенным колдовского очарования голосом сказала госпожа Леара. — Жаль только, и вы не застрахованы от ошибок. — Она соскользнула со стола, подхватила изящную шляпку с вуалью и, соблазнительно покачивая бедрами, направилась в сторону Малка. В двух шагах от него замерла и с тонкой улыбкой пояснила: — Я сюда пришла не предложение вам делать, а просто посмотреть.

— И? — чуя неладное, спросил Малк.

— И увиденное мне не понравилось, — покачала головой госпожа Леара. — Вы слишком много о себе возомнили, юноша. Таких в Канцелярии не любят… Как не любят, когда влияние службы пытаются использовать для решения собственных мелких проблем и проблемок. В том числе с Домами… Особенно с Домами! — Красавица ослепительно улыбнулась и, проведя кончиком пальца по щеке Малка, направилась к двери. — Извините, но разбирайтесь с аристократами сами. Столь проблемные сотрудники нам не нужны!

Госпожа Леара была уже в коридоре, когда до Малка, впавшего в ступор, донеслось:

— А еще постарайтесь в дальнейшем не попадать в руки жандармов. Больше вас никто вытаскивать из их застенков не будет…

На этом их с госпожой Леарой вторая встреча завершилась. Малк остался с полным комплектом разбитых надежд, треснувших иллюзий и оказавшихся пустышками фантазий.

Сыскное управление Малк покидал в полнейшем расстройстве чувств. Слишком резкий был контраст между ожиданиями и реальностью, слишком многое в его «великом» плане было завязано на покровительство кажущейся всемогущей Канцелярии. Как вдруг такой удар! Принять его было сложно.

Он даже вещи свои забирал откровенно бездумно. Просто рассовал все по карманам и подмахнул не глядя бумагу о получении. И лишь попытавшись сесть на рейсовый омнибус, понял свою ошибку. Из действительно ценных предметов, бывших у него на момент ареста, жандармы оставили ему только гадательные кости и ключ от квартиры. Все остальное — полторы драхмы наличных, красиво сделанное самопишущее перо, складной нож для бумаг и даже кожаный мешочек для костей, — «затерялось» в закромах управления. И никакое заступничество Канцелярии не смогло спасти его от мелкого воровства.

В итоге возвращаться домой ему пришлось пешком… Но «вишенкой на торте» данный опыт в этот день, увы, для него не стал. Финальной точкой, эффектно поставленной судьбой, оказалось прикрепленное к двери его квартиры письмо. Хозяин дома сообщал Малку, что по завершении месяца — то есть менее чем через две седмицы — ему следовало освободить занимаемое помещение. Был ли тому причиной всего лишь повышенный интерес к Малку со стороны сыскного управления или имелся прямой запрет сдавать ему жилье, в письме не объяснялось.

Молча показав бумаге неприличный жест и мысленно отправив хозяина в Пекло вместе с его коллегой с улицы Святых Защитников, Малк прошел в комнату и, не раздеваясь, рухнул на матрац. Все, чего сейчас требовала его нервная система, — это сон. И он не видел смысла сопротивляться…

Отдых вне тюремных стен и вправду оказался лучшим лекарством. И утром Малк встал уже другим человеком. В голове у него за время сна все утряслось, было разложено по полочкам, и он вернулся к прежней ясности в желаниях и целях.

Ведь по сути ничего-то у него не изменилось. Нет покровителя и не будет? Так он вроде уже смирился с тем, что из Андалора рано или поздно придется бежать. Под колпак к обиженным капитаном Тырхатом жандармам из сыскного управления попал? Ну бывает, многие люди годами так живут. Главное, в открытую не подставляться, а там, глядишь, и обойдется. Тем более что про отсутствие прикрытия со стороны Канцелярии, кроме госпожи Леары, никто ведь не знает. А значит, и какое-то время Малк вполне «защищен». Что там дальше… Сотрудничество с Сержем, раз секретной службе он больше неинтересен, теперь, скорее всего, будет свернуто? Малк и без того продолжать его не планировал…

Все осталось по-прежнему. Да, обидно, да, не получится сделать карьеру рыцаря плаща и кинжала, ну и что с того? Мир велик, цели определены. Осталось лишь идти к ним, подстраиваясь под изменчивые обстоятельства и невзирая на неизбежные неудачи. То есть делать все то, что Малк делал раньше.

А раз так, прочь уныние!

Несмотря на подобные рассуждения, следующие полторы седмицы Малк провел по большей части дома. Разве что курсы в Обществе не пропускал, от всего остального же отказался. На работу в лечебницу больше не ходил, встречи «Стаи» игнорировал, предпочитая целиком сосредоточиться на преодолении оставшегося микроскопического разрыва, отделяющего предельную емкость резерва от границы в двадцать эргов. О невозможности пользоваться источником клиники он, правда, сожалел. В деле тренировок это было весьма мощное подспорье. Однако пережитое в застенках управления испытание на жизнестойкость его если не испугало, то вновь заставило задуматься о влиянии на организм токсичных эманаций Жизни. Потому что, разрешив внешнюю проблему с избавлением от избытков энергии — сейчас, после прекращения тренировок в Боевом Зале, правда вновь поднимающую голову, — он, кажется, упустил то, как это влияет на происходящее внутри его тела. Скачком увеличившаяся выносливость и способность к восстановлению явно лишь видимая часть айсберга, наверняка полно такого, о чем он даже не догадывается. И не факт, что это неизвестное принесет Малку пользу.

Так что его работу в клинике также следовало считать оконченной, а очередной мост за спиной — сожженным.

В плане личных отношений тоже кое-что случилось. Через шесть дней после отправки писем с просьбой о помощи к нему в дверь постучался курьер со значком Школы Трех Святых. Со скучающим видом он попросил медальон Малка и, убедившись, что перед ним нужный человек, вручил так и нераспечатанное письмо из застенков сыскного управления. На словах же передал, что леди Хелавия переживает критический период в своем развитии, а потому не может отвлекаться ни на что постороннее. Малк попытался выяснить, кто его послал, но курьер только пожал плечами и отбыл.

Хотя, честно говоря, вопрос свой Малк задавал чисто по инерции. Кто именно таким образом ответил на его письмо — сама Хелавия или кто-то, кому она дозволяет распоряжаться своей корреспонденцией, — его не интересовало. Разрыв есть разрыв, а то, что он был подан в столь оскорбительной форме и, возможно, по чужой инициативе, дело десятое.

— Если бы пару месяцев назад это произошло — было бы обидно. Сейчас же… извини, подруга, попереживать на данную тему придется когда-нибудь потом! — Вот единственное, что Малк смог сказать по итогам визита курьера.

Сказал и… сосредоточился на более важных в данный момент вещах. Количество песка в часах, отмеряющих время до его конфликта с лоялистами, неудержимо сокращалось. Отвлекаться на дела сердечные сейчас было сродни самоубийству!

Одной такой крайне серьезной вещью и стал визит Малка в храм Кетота, где он присягал не принимать сторону демонов. И поводом для посещения было вовсе не желание высказать свое недовольство тем, как жрец своей хитрой формулировкой клятвы загнал его в нынешнее безвыходное положение. Бакалавр Стихии Огня был в своем праве и добивался своих целей точно так же, как и пришедший просить помощи Малк. Если кого и стоило здесь обвинять, так это самого себя.

Нет, в дом Кетота Малк пришел за другим. Практически достигнув с помощью Наследия пика красного ранга, он оказался перед дилеммой — идти по предложенному жрецом традиционному пути или выбрать более привычную дорогу современного мага. Порой ему казалось, что думать тут не о чем и удел старых практик — тихо пылиться на полках закрытых библиотек, в архивах коллекционеров и арсеналах жрецов. Слишком много минусов, чтобы всерьез рассматривать плюсы. Но потом он вспоминал о своем положении, о недоступности ценных знаний, навыков и заклинаний, об обложивших его, как волка, врагах и об откровенно поганом образовании, и начинал сомневаться.

Так что многого от посещения храма он не ждал, но послушать еще парочку доводов опытного жреца послушал бы.

— Пришел? Думал, дольше продержишься! — вместо приветствия сказал жрец Малку, переступившему порог дома Кетота.

— Почему? — удивился Малк, разом забыв заготовленную речь.

— Слишком сомневаешься в выбранном пути. Правильно, неправильно… пока носом в стену не упрешься, пока пределов ранга не достигнешь, окончательное решение о принятии Наследия будешь откладывать, — с неожиданной иронией пояснил Бакалавр, стоя спиной к Малку и протирая влажной тряпкой медный канделябр.

Сам он, в отличие от прошлого раза, над демоническими останками больше не медитировал и дым благовоний не вдыхал. Наоборот, был весьма деятелен, занимаясь уборкой и приводя внутреннее убранство храма в порядок. Малк даже сказал бы, что жрец был крайне сильно возбужден, что проявлялось не только в поведении — в чересчур громком голосе, резких движениях или преувеличенных реакциях, но и отражалось на окружающем его поле Власти. Малк отчетливо ощущал непонятного происхождения вибрации, колебания и словно бы даже завихрения.

— Так я уже нужных пределов практически достиг, волосок до той самой «стены» остался, — сообщил Малк, чем неожиданно удивил Бакалавра Огня.

— Серьезно? Что-то как-то сомнительно, — все так же не поворачиваясь к нему лицом, хмыкнул жрец. — Если так, то у тебя не возникнет проблем с демонстрацией парочки фокусов? Не правда ли?..

— Да легко! — ответил Малк, немного уязвленный словами жреца.

Решительно шагнул к канделябру, взялся за него рукой и, сосредоточившись, зажег Силой сразу шесть из двенадцати свечей. Истратил на это, правда, три эрга, что с точки зрения экономии Силы ни в какие рамки не укладывалось, но все равно остался доволен. Для мага, которому доступна одна лишь Пневма, даже столь примитивная манипуляция с Огнем была уже великим достижением.

— Это… все? — явно не впечатленный происходящим, бросил через плечо специализирующийся на Огне жрец.

Малк окончательно разозлился.

— Нет, есть еще это! — напрочь забыв о субординации, рявкнул он и, вытянув перед собой ладонь, закрутил небольшой вихрь Силы. Похожий на тот, что выручил его во время поединка в Боевом Зале.

Причем на сей раз Малк смог сохранить над ним достаточно контроля, чтобы ухнуть не весь резерв, как в прошлый раз, а лишь треть.

— А вот так уже лучше! — после небольшой паузы проронил жрец и наконец-то соизволил повернуться к Малку лицом. — Все изученные приемы в один навык, смотрю, аккумулировал? Похвально, похвально. Но нос особо не задирай. Все через это проходят.

И закрутил точно такую же воронку, но только сотканную из Огня и издающую при вращении такой свист, что было больно ушам. Творение Малка она била по всем статьям. Впрочем, о том, чтобы обойти в управлении Силой целого Бакалавра, он даже не мечтал. И потому уважительно кивнул и убрал собственный вихрь, рассеяв неистраченную энергию в воздухе.

— Что ж, хорошо. Подобные успехи требуют награды! — зеркально повторил его действия Бакалавр, разве что не истратив впустую ни капли Силы. — Филактерию принес?

Малк молча достал из-за пазухи футляр, за которым утром специально ходил к своему тайнику, и протянул жрецу.

— Держи, держи. Я хоть и говорил его вернуть, но кто ж знал, что Кетот найдет в твоем лице столь верного последователя? — засмеялся Бакалавр.

Он вдруг сосредоточился, зажег на кончиках двух сжатых пальцев — среднего и указательного — бездымное пламя и провел им вдоль корпуса филактерии. Футляр моментально потеплел, однако больше никакой видимой реакции не проявил, и смысл действий жреца остался для Малка совершенно непонятен.

— Теперь забирай… — закончив загадочные манипуляции с Силой, сказал Бакалавр и снова улыбнулся, как показалось Малку, с облегчением. — М-да, порадовал ты меня… Сильно порадовал. Если бы не твой вихрь, призвал бы демона и заставил с ним драться, а так… Да, награду ты и без лишней крови заработал! — сообщил он доверительным тоном, каждым словом будто заколачивая гвозди в гроб Малка. Вздохнул и властно приказал: — А теперь проваливай!

Мир вокруг Малка закружился в огненном хороводе, кожу обожгло жаром и… все закончилось. Он осознал себя стоящим перед входом в храм и услышал, как задвигается на дверях внутренний засов.

— Сходил, называется, за советом… Попросил помочь с выбором… — с откровенно обалделым видом произнес Малк, поглядывая на все еще зажатую в его руке филактерию, как на смертельную змею. А при мысли, что он лишь чудом избежал драки с демоном, у него и вовсе все похолодело внутри. — Да чтоб я еще раз сюда пришел…

Однако закончить мысль Малк не успел. Левое ухо вдруг ощутило прилив жара, и он услышал:

— Держи филактерию при себе. И, когда станет туго, скажи: «Во славу Кетота!»

На этом магическое послание закончилось, и никаких пояснений к происходящему не последовало. Впрочем, ждать их Малк не стал. Чувствуя, что он опять куда-то вляпался, Малк быстрым шагом, едва ли не бегом, помчался прочь от храма.

Принять Наследие и прорываться через ранги, следуя завещанному Кетотом пути, говорите?! Да идите к Йорроху!

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ,

в которой все катится в Пекло

Первый день последней седмицы, отведенной ему на переезд хозяином дома, Малк встретил лежа на матраце, слепо уставившись в потолок. Он никуда не бежал, не следовал строгому графику работы, учебы и тренировок, а просто валялся на смятой постели и пытался понять, что же ему делать дальше.

И вовсе не грядущая потеря крыши над головой занимала его мысли. В конце концов, это будет не первая его смена жилья, и к кому обращаться за помощью в подборе подходящей квартиры или вовсе комнаты, он знал. Благо денег у него теперь хватало — днем ранее он таки сходил к Сержу и забрал свою часть гонорара за очистку моста. Пусть он получил сильно меньше, чем хотелось, — всего двадцать одна драхма и тридцать два обола, — но ведь могло не быть и этого. Чудом работу завершили, чудом!!! И без способностей Сержа к переговорам уж точно не получилось бы снизить штрафные санкции за срыв сроков контракта.

Серж, кстати, вел себя как обычно. Хохмил, веселился, пытался пересказывать студенческие сплетни. Разве что спросил, где Малк пропадал, но и только. Даже на стандартное «приболел» никак не прореагировал. Ни словом не обмолвился он и про письмо из тюрьмы, умолчал о своей роли в появлении в следственном управлении капитана Тырхата — а ведь насчет последнего Малк даже не сомневался. Кроме как Сержу, обеспокоенному долгим отсутствием «подопечного», сообщить о его пропаже в Канцелярию было просто некому.

Но раз он молчал, то не стал поднимать тему и Малк… Так же как не стал интересоваться, почему однокурсник ничего не говорит о следующем собрании «Стаи». Явно исключил неинтересного теперь члена из команды.

Что ж, иного Малк и не ждал.

— Канцелярия явно показывает, что я теперь отработанный материал, — мрачно сообщил Малк обнаруженному в углу на потолке пауку. — И теперь хорошо бы понять, скажется это как-то на проблемах с лоялистами или нет. Ведь если тот защитник, о котором говорил поверенный, был их агентом, то они вполне могут и отыграть все назад!

Впрочем, в сказанное Малк не верил. Не потому, что так хорошо думал о своем несостоявшемся покровителе, а просто все больше считал защитника выдумкой. Йоррох, да он не смог найти тех, кто выкуп за него внесет! Какие уж тут заступники?!

С покровительства и собственного одиночества мысли перескочили на ситуацию в целом. И Малк вдруг подумал, что идея плюнуть на учебу, «демонолюбов» и вообще всю неудавшуюся жизнь в культурной столице, да и свалить куда подальше, не так уж и плоха. А что, деньги есть — если сложить последний заработок с содержимым заветной кубышки, то наберется около восьмидесяти драхм, — учеба завершена, правило первого года со вчерашнего дня, когда резерв достиг-таки вожделенных двадцати эргов, полностью выполнено. Вполне можно и рвануть хоть к Йорроху на рога, не заморачиваясь организацией локального кровопролития.

Соблазнительно, очень соблазнительно. Но даже если отбросить в сторону чисто моральные соображения — Малку, который в течение года отбил все нападения обиженных «демонолюбов», глубоко претила мысль в последний момент сдаться без боя, — оставались еще и вещи сугубо практические. Как, например, отсутствие у него документа об окончании курсов.

Причем не каких-то бумажек, которые можно купить за обол десяток, а полноценной отметки в паспорте, без которой ни на одну официальную работу его в Борее попросту не возьмут… Если Малк, конечно, желает в будущем делать карьеру законопослушного мага и работать над отменой черной звезды.

Так что нет. Легкий и самый очевидный путь не для него. Вот дотянет до экзаменов, сдаст, получит отметку, и тогда ищите ветра в поле… Где провести ритуал прорыва через границу Ученика и сформировать Нимб, он как-нибудь найдет!.. А пока же приходилось ждать, ждать и надеяться, что обещанный конфликт отодвинется еще на сколько-нибудь дней.

Йоррох, а ведь как могла бы преобразиться его жизнь, если бы ответ госпожи Леары был немного другим… Таких, сказала, в Канцелярии не любят! А каких любят? Более послушных? Так тот же Серж на образец дисциплины совсем не тянет. Лишенных хвоста проблем с аристократами? Тогда надо вообще запретить прием на секретную службу дворян. Потому как невозможно представить родовитого без кровной вражды с какими-нибудь Домом или Семейством. Судя же по самой Леаре, которая явно не девушка из народа, в Канцелярии точно есть обладатели могущественных Родословных.

Нет, данное Малку объяснение совершенно его не устраивало.

— Пришла на вас посмотреть, и увиденное мне не понравилось, — передразнил он госпожу Леару и зло скривился. — Кажется, кто-то держит меня за идиота…

Определенно, вся эта история с посещением выглядела откровенно странно. Словно смысл был не в содержании встречи с представительницей Канцелярии, а в самом ее факте. К чему-то визит госпожи Леары должен Малка подтолкнуть. На что-то повлиять… И первое, что приходило на ум, это побег из Андалора. Ведь о чем должен думать запуганный аристократами, лишенный надежды получить покровителя обычный студентик? Уж точно не о том, чтобы дать врагам бой. Бежать, бежать — вот какая мысль должна пульсировать в его голове!

Зачем Канцелярии выманивать Малка из города? Да даже думать особо не надо. Демонстративно показав его безнадзорность — наверняка же и в Темной Канцелярии есть сочувствующие «демонолюбам», — службисты тем самым подстегнут к действиям уже лоялистов. И не просто к использованию убийц, а к чему-то более зрелищному и одновременно запретному, к чему-то такому, на что нельзя будет закрыть глаза в столице даже в условиях фактической вседозволенности Домов.

Объяснение получилось правдоподобным. Малк решительно сел на матраце.

Если логика его рассуждений верна, то становилось понятно и почему госпожа Леара отказалась от идеи вербовки. Так легче было сохранить секретность и проще добиться правдоподобных реакций «наживки».

— Монархистов вы прижали, теперь за лоялистов взялись, да? — пробормотал Малк задумчиво. — И ведь против самой идеи укрепления власти я даже не возражаю. Обеими руками за. Но за каким Йоррохом использовать именно меня в качестве жертвенного козла?!

Нет, такое он принять точно не мог. А раз так, то смысл стратегического отступления из Андалора — и без того мешающего планам Малка, — для него точно терялся. Наоборот, спасение теперь виделось именно в отказе покидать культурную столицу.

Однако что, если он ошибается и неправильно трактует действия госпожи Леары?! Вполне может быть, что причина возни с ним Канцелярии вообще связана с чем-то другим. Например, с неизвестными Малку родичами по линии отца. Это ведь только он про них ничего не знает, насчет степени осведомленности секретной службы у него сведений нет. И если пофантазировать, то своей встречей с ним госпожа Леара вполне могла подавать некий сигнал представителям отказавшегося от «пустышки» Дома. Зачем нужны такие сложности и почему бы прямо его не завербовать, благо обида есть, и немалая, Малку было решительно непонятно…

В общем, опять полная неопределенность. Однако некие выводы сделать все же можно. Во-первых, он — в глубочайшей заднице, застряв в жерновах политических игрищ. И его вот-вот либо скормят «демонолюбам» во имя великой цели, либо сделают разменной монетой в игре Домов.

Во-вторых же… Что бы там ни говорилось, но от не особо пристального внимания стражей правопорядка его точно прикроют. Не для того кашу заваривали, чтобы потом очередным арестом крест на планах поставить.

— А значит, можно и понаглеть, — решил Малк и недовольно взъерошил волосы.

Если же пойти в своих рассуждениях немного дальше, то и его самоизоляция теперь теряла всякий смысл. Он ведь хотел убедить вероятных наблюдателей в своем страхе перед властями и боязни повторного заключения. Надеялся возобновить реализацию своих околокриминальных планов позже, когда интерес к нему спадет. Однако теперь, предполагая наличие индульгенции от мелких грешков — на большее он не рассчитывал, — посещение того же подпольного торговца запрещенным оружием уже не казалось открытой провокацией обиженных на него жандармов.

А раз так, то… настала пора действовать! И приняв решение, Малк наконец покинул квартиру.

Несмотря на кураж и веру в некоторый иммунитет перед законом, прямиком в торгующую запрещенными товарами «аптеку» он не пошел. Полтора или даже два часа кружил по соседним кварталам, прилагая все силы, чтобы сбросить возможную слежку. Вряд ли его методы были достаточно эффективны, но, по крайней мере, так ему было спокойнее. В саму же аптеку он заявился уже под самое закрытие, когда основные покупатели разошлись и можно было рассчитывать на приватный разговор с приказчиком.

— Я по вопросу закупки сырья. Особый заказ, — сказал Малк, убедившись, что, кроме изучающего амбарную книгу продавца, в лавке никого нет.

Предстоящая беседа его немного нервировала — все-таки к оружейнику его привел Старик, а тут предстояло налаживать знакомство самостоятельно. Да и опасение, что любитель тапок с зайцами над ним попросту подшутил, тоже присутствовало.

Вот только его слова на приказчика серьезного впечатления не произвели. На мгновение оторвавшись от книги, он насмешливо глянул на Малка и тотчас вернулся к прерванному занятию.

— Список препаратов, которыми торгуем, на стене. Смотрите, изучайте… — сообщил продавец, даже не пытаясь скрыть зевоту.

— Меня хозяин «Ружей и пистолетов» рекомендует, — наученный оружейником, продолжил Малк и положил на прилавок монету достоинством в пятнадцать оболов с приметной царапиной под цифрами: ее он получил одновременно с адресом.

И только тогда приказчик зашевелился. Поверх «пятнашки» моментально легла книга, а сам торгаш требовательно уставился на Малка:

— Чего надо?

Демонстрировать хотя бы видимость дружелюбия он даже не пытался. Словно таким образом отделял себя и свой бизнес от покупателя с его темными делишками.

— Две или три ручные бомбы с ядом, способные убить мага вплоть до Бакалавра, — спокойно ответил Мал к, игнорируя поведение собеседника. — И оружие необходимо срочно!

— Убивать должны обязательно? — уточнил приказчик. — Потому как если да, то на выполнение заказа уйдет седмица, не меньше. И будет нужна страховка, что ты не станешь их применять в городе. Прибыль прибылью, но становиться соучастником массовой гибели горожан я не планирую. Такое не спустят никому и никакая лапа в верхах не поможет. Понимаешь?

— А как, если не убивать? — удивился Малк.

— Оглушать, вводить в ступор, наводить паралич… Да мало ли вариантов? — пожал плечами приказчик и, ощутив интерес Малка, с некоторым воодушевлением продолжил: — Серьезно, хорошая оглушающая граната выводит цель из строя никак не меньше чем на полчаса-час гарантированно. И без кучи жертв среди посторонних. Причем если следы применения смертельного яда остаются потом надолго, то алхимические смеси в подобного рода бомбах распадаются уже спустя пару часов… Что весьма и весьма немаловажно в наше неспокойное время, не правда ли? — Служащий сделал небольшую паузу и многозначительно усмехнулся. — Ну а если так принципиально отправить противника к праотцам, то для решительного человека убийство парализованного врага вряд ли составит проблему.

Доводы звучали убедительно, и Малк серьезно задумался. Рыжий оружейник, конечно, дал ему неплохую подсказку насчет яда, но… идея травить противника в условиях городской застройки и вправду выглядела как-то не очень. Пусть планы Малка и предусматривали отсутствие зевак и посторонних.

— И когда бомбы можно будет забрать? — спросил он, взвесив все за и против.

Приказчик тонко улыбнулся.

— Спустя полчаса после того, как будет получена оплата… И да, предвосхищая вопрос уважаемого клиента, три парализующие гранаты обойдутся всего в двадцать четыре драхмы.

Малк едва удержался, чтобы не присвистнуть. По сравнению с озвученными оружейником десятью-одиннадцатью драхмами предложение приказчика откровенно шокировало.

— Э-э-э, сколько? — не сдержал удивления он.

— Двадцать четыре драхмы и ни обола меньше! — ледяным тоном припечатал приказчик. — Парень, я тебя вижу впервые и понятия не имею, для чего тебе такое оружие. Так что мне нужен небольшой запас золота на случай, если после неизбежно громкой акции ко мне придут проверяющие из жандармерии или представители службы охраны обиженного тобой Дома. Право на нейтралитет нынче стоит дорого!

Возразить Малку было нечего, и он со вздохом принялся отсчитывать столь милые его карману кругляши.

Однако согласно заведенному в «аптеке» порядку сразу он свой заказ не получил. Повеселевший приказчик сунул ему листок с планом незнакомого переулка в соседнем квартале и посоветовал раньше чем через полчаса там не появляться. То есть вся схема держалась на честности торгаша, что не добавляло Малку радости. И если бы о том заранее не предупредил оружейник, он ни за что бы не согласился на сделку…

Вопреки всем опасениям приказчик сработал честно. Когда Малк строго в назначенное время появился в темном тупике между парой обветшалых двухэтажных домов и открыл стоящий там короб со строительным мусором, то сразу обнаружил удобную наплечную сумку с тремя чугунными шарами внутри. Ручные бомбы были размером с кулак и больше всего напоминали небольшие пушечные ядра с торчащими из них шнурами фитилей.

— И за это я отдал двадцать четыре драхмы… — скривился Малк, мотая головой.

Внешний вид «игрушек» не внушал ровным счетом никакого доверия. Денег было жалко до жути. Вот только изменить уже ничего было нельзя, и Малк с обреченным видом закинул лямку сумки на плечо. Теперь бы еще добраться до дома без проблем, и тогда… что будет тогда, додумать он не успел. Неожиданно от внутреннего кармана, где Малк после потери предназначенного для того мешочка хранил гадательные кости, пришла слабая вибрация. Такая слабая, что, не прижми он случайно их локтем к груди, точно бы не заметил.

Всех Святых к нему в гости! Разве не о том же как-то вскользь упомянул Старик, когда рассказывал о существующих способах обнаружения поисковых заклятий? Мол, иногда, в редких случаях, инструменты гадания отзываются на чужую ворожбу и предупреждают хозяина. Он, правда, имел в виду гадательные книги, шары и карты, но кто сказал, что кости из демонической плоти способны на меньшее?

Разом забыв о былом расстройстве, Малк прямо на крышке мусорного короба нарисовал Защитный Круг — фигура получилась хоть и небольшой, но один эрг «сожрала», — а затем провел и само гадание. Причем кости вывалил именно в центр чистой от посторонних воздействий зоны.

— Ну-ка, ну-ка, — зашептал Малк, склонившись над импровизированным столом и лихорадочно откидывая пальцем «не сыгравшие» костяшки, — что там? Меня ищут гаданием?

И вновь, как и в случае недавнего гадания о безопасности владения запрещенными вещами, ответом стало безусловное «да», подкрепленное расплывчатым образом самого Малка, словно бы находящегося под прицелом многочисленных врагов. Причем врагов не абстрактных, а явно относящихся к стану лоялистов. Проклятье, да чтобы увидеть это, ему всего шести эргов хватило!

Рог Йорроха вам всем в бок! Какой сюрприз! Гадание…

Полученный ответ заставил Малка почувствовать себя совершеннейшим идиотом. Столько времени на изучение потратил, столько усилий, а как до дела дошло, о наличии у врага подобного навыка даже не подумал. Баран!

И сразу стало понятно, как его нашел тот же Саймон Рип. На слежку думал, тонкий расчет предполагал, а все объясняется наличием обычного поискового артефакта. А ведь собственными глазами видел, как Дерек Урвал подобные вещицы разве что не прямо на коленке делал. Чего далеко ходить, достаточно ритуал Трех семян вспомнить!

— Йоррох, знать бы заранее, обязательно из Старика способ защиты от гадания вытянул бы. Никаких денег не пожалел бы, в осаду его дом взял, но этот навык точно бы изучил! — с досадой произнес Малк, выпрямляясь и убирая кости обратно в карман.

Одернул жилет, принялся расправлять пиджак… и внезапно замер точно громом пораженный.

Проклятье, а с каких это пор гадателей в Андалоре стало настолько много, что их услугами пользуются для охоты на мелких Адептов? Кто из-за слабенького недомага решится добавить яркости тем отметинам на своем Духе, что так привлекательны для демонов, а?! Нет, в том, что свои пророки есть в каждом большом Доме, можно не сомневаться, но ведь у Малка конфликт не с аристократическим кланом. Ему противостоит разрозненное сообщество магов, ресурсы которого ограниченны, а значит, и собственные гадатели у них тоже вряд ли есть. И раз кто-то на Малка все же ворожит, этим кем-то может быть только свободный маг.

— А кто у нас самый известный специалист по гаданию, не принадлежащий ни к какой фракции и в одиночку переживший уже множество Ночей Йорроха? — одними губами произнес Малк. — Ответ очевиден: Дерек Урвал.

Нет, в том, что могут быть и другие практикующие маги-пророки, Малк не сомневался. Столица большая, людей в ней живет немало, и при должном старании можно найти знатоков чего угодно. Однако если вспомнить, что среди лоялистов неожиданно затесался заступник — причем достаточно авторитетный, чтобы ради него «демонолюбы» пошли на переговоры, — то личность Старика идеально подходит на роль их «карманного» гадателя. Вредить пусть не личному ученику, но все же тому, кто перенял у тебя хотя бы часть твоего искусства, поступок в среде мастеров постыдный и недостойный. И потому он просто обязан был попробовать заступиться за Малка.

Единственный аргумент против кандидатуры Дерека Урвала — это его ненависть к гостям из Пекла. Слишком уж он настрадался от их «внимания», чтобы служить или хотя бы сотрудничать с их сторонниками… Но разве усталость от безнадежного противостояния с тварями Йорроха не повод озаботиться поиском надежной защиты? Когда классическая магия бессильна, для отчаявшегося человека служба «демонолюбам» вполне может показаться единственным возможным выходом. А то, что лоялисты защищаться от демонических тварей умеют, Малк знал прекрасно. Достаточно вспомнить того же Гверда, который сумел пережить встречу с Охотником за плотью… в отличие от своих друзей!

— Эх, Старик, Старик… Не зря тебя мастер Гарен трусом называл. В тебе и другой гнили полно… Ну что тебе стоило хотя бы намекнуть мне, а?! — процедил Малк, сжав кулаки и невидящим взглядом уставившись в стену.

Правда, через мгновение он опомнился и, проверив вещи, заторопился прочь. Любой поисковый ритуал или артефакт ограничен в своем действии по времени. И враги точно не будут ждать, пока магия выдохнется. Так что, если Малк собирался встретить «демонолюбов» во всеоружии, ему следовало поспешить.

В дальнейшем для Малка все словно бы слилось в единую смазанную картину. Вот он бежит по вечерним улочкам, слабо освещенным газовыми фонарями, а вот уже вскакивает на подножку пролетки и сулит возчику золотые горы, если тот домчит его до нужного адреса вдвое быстрее, чем обычно. Затем полчаса безумной скачки и снова бег — подъезжать непосредственно к дому Малк опасался и высадился за две улицы от нужного адреса.

Ничего удивительного в том, что во двор брошенного дома, где у него находился тайник. Малк ворвался взмыленным, как лошадь после длительного забега. Даже его выносливости оказалось недостаточно, чтобы спокойно выдержать подобную гонку. Но вместо отдыха Малк бросился к схрону и принялся вооружаться. Если купленные в хозяйственной лавке тесаки теперь всегда были при нем в предназначенных для этого чехлах, то заряженный заговоренными пулями револьвер и проклятый нож он все же предпочитал прятать.

И вот теперь их час настал. Кобура с револьвером отправилась на левое бедро, сумка с гранатами переехала на правое, и там же нашлось место для ножен с клинком. Малк уже собрался было снова закрывать тайник, как взгляд зацепился за филактерию со страницами Наследия… и футляр отправился за пазуху. Как там милес Драго говорил? Если будет тяжело, то восславить Кетота? Что ж, возможно, сегодня у него будет шанс проверить эффективность этого совета!

Вооруженный до зубов Малк проследовал в одну из уцелевших на участке построек и занял позицию у окна. Йоррох знает, что его ждало впереди, но он был готов ко всему. Во всяком случае морально. Что до остального, то это предстояло проверять уже врагу.

Началось томительное ожидание…

Увы, лоялисты нападать не спешили. Более того, просидев в сарае до полуночи, Малк так и не увидел ни одного охотника. Словно никто его не искал, не было никакого гадания и отсутствовал даже намек на смертельную угрозу. Тут волей-неволей начнешь сомневаться как в своей способности рассуждать, так и в умении гадать.

— И какого Йорроха происходит? — пробормотал Малк, возвращая револьвер в кобуру и покидая укрытие.

На небе взошла луна, и в ее свете были неплохо видны как сам заброшенный двор, так и часть улицы. Все было пустынно, ни одной живой души. И Малк направился к лазу в заборе, через который он и попадал на участок. Однако сразу наружу не полез — сначала замер, прислушиваясь, и, лишь убедившись, что все тихо, только тогда осторожно выглянул наружу.

— Семя Йорроха, я, конечно, драки не хочу, но… вот смеху будет, если всю ночь прокараулю, а за мной так никто и не придет, — для собственного успокоения одними губами произнес Малк и выбрался на улицу.

Снова осмотрелся. Все было тихо и спокойно, точно на старом кладбище. Это казалось странным, и Малк все больше настораживался. Что-то явно не то, и чем дальше, тем это проявлялось все сильнее.

Малк положил ладонь на рукоять револьвера и медленно двинулся в сторону своего дома. Слишком приближаться он не собирался, но глянуть хотя бы издали хотел. А ну как удастся что-нибудь увидеть?! И он даже успел пройти с десяток саженей, пока внезапно не осознал, что его так смущало.

Звуки! Все звуки были приглушены и доносились словно через слой ваты. Звук шагов, шорох одежды, позвякивание металлических оболочек гранат — Малк либо ничего этого не слышал, либо слышал будто издалека, из чудовищного далека. В качестве проверки он незаметно носком ботинка пнул камешек, так чтобы тот отлетел к стене дома. И с мрачным удовлетворением понял, что, если бы специально не старался, ничего бы не услышал.

Малк понятия не имел, каким образом врагу удалось подобного добиться — ритуалом или артефактом, — но в том, что это было сделано специально, он ни капли не сомневался.

— Какие ушлые ребята! — пробормотал Малк и не услышал собственного голоса.

Эффект явно нарастал, а значит, и появления жаждущих его крови недругов следовало ждать с минуты на минуту.

Малк даже задумался, идти ему дальше или вернуться назад, однако действительно что-то сделать не успел. Из ближайшего проулка вдруг появилась компания молодых людей — три парня и две девчонки, которые целеустремленно направились в его сторону. Причем если трое из них шли чуть впереди, весело размахивая пустыми руками, то двое на пару шагов отстали, и Малку никак не удавалось разглядеть, что же такое они прячут за спинами друзей.

Наверное, он еще долго сомневался бы, если бы компания не поравнялась с фонарем и в его свете Малк не разглядел лицо самого здорового из них. Это был тот самый ученик ремесленного училища, который в ходе нападения на Малка неудачно словил в грудь Молнию и на спасение которого пришлось потратить «лечилку». И вот теперь ублюдок вернулся, явно не испытывая ни капли благодарности к спасителю.

— Извини, дружище, но второго шанса не будет, — криво усмехнулся Малк и выдернул из кобуры револьвер.

Все-таки тогда, почти год назад, он был другим человеком. Более уравновешенным, более рациональным. Несмотря на трудное детство, старался поступать по закону и не делать вещей, о которых потом придется сожалеть долгие годы. Как, например, убивать врагов при свидетелях, рискуя отправиться на каторгу.

Но те времена прошли. И сегодня Малк вопреки всем ожиданиям собирался дать бой обнаглевшим врагам. Никакой пощады! В конце концов, раз уж Канцелярия сделала его живцом в охоте на лоялистов, то разве не справедливо будет, если он хотя бы сохранит за собой право на защиту всеми возможными способами?

А если и нет, то сдерживать себя он все равно не видел больше смысла. Если после неизбежно придется бежать, причем, скорее всего, не только из города, но и вообще с острова, то к чему осторожность? Главное — выжить, а все остальное побоку!

И он, быстро прицелившись, нажал на спусковой крючок…

Револьвер дернулся в руках так, словно у Малка снова был мушкетон и он переборщил с порохом. Не будь он заранее готов к сильной отдаче, наверняка бы не удержал рукоять, а то и вовсе вывихнул запястье. Не обошлось и без внешних эффектов. Сноп огня из ствола вылетел едва ли не на полсажени, а звук выстрела оказался настолько громким, что даже смог преодолеть подавляющую магию лоялистов и нарушить тишину звонким «бах!».

Увы, только попасть в цель Малк не смог. Точнее, прицелился-то он верно, однако на расстоянии вытянутой руки от приближающихся лоялистов пуля врезалась в играющий всеми цветами радуги Щит, где полностью растеряла пробивную силу. Ну да Малк и не ожидал иного. Сместившись вправо, он сделал еще один выстрел. У всего есть предел прочности, и если заговоренные пули с усиленным зарядом не могут пробить какой-то барьер с первого раза, то это лишь повод повторить попытку.

Враг тоже не зевал. И чуть в стороне от того места, где Малк только что стоял, сразу две пули выбили искры из брусчатки, а на уровне его головы пролетела вытянутая веретеном Огненная Стрела. Недруги явно били насмерть, так что последние остатки сомнений, тихо тлеющие на задворках сознания Малка, моментально погасли.

Щит, прикрывающий пятерку «демонолюбов», развалился на третьем выстреле. Брызнул во все стороны искрами и позволил пуле лететь дальше, не до конца исчерпав ее энергию. Мало того, очевидно рассчитывавшие, что барьер продержится чуточку дольше, лоялисты к такому повороту оказались не готовы, и уже один раз пострадавший от Малка здоровяк словил кусочек свинца грудью.

Не важно, убил он «демонолюба» или ранил, но врагов стало на одного меньше. Однако противника это только разозлило. Оставшаяся четверка бросилась врассыпную и открыла по нему ответный огонь. Причем судя по новым радужным всполохам, по крайней мере двух — девушку и парня — снова прикрывали Щиты, пусть и менее крепкие, чем первый.

Завязалась перестрелка. Малк, пригибаясь, пересек проезжую часть и укрылся за каменной тумбой с рекламными объявлениями. Мелькнула мысль, что сейчас до кучи не хватало появления карлика, но тот проявлять себя не спешил, и Малк мог сосредоточиться на реальном, а не иллюзорном противнике. Тем более что противостояли ему совсем не неумехи, как при первом нападении. И, по крайней мере, если судить по искрам, которые высекали из тумбы их пули, основами огневого боя они владели.

На всякий случай пересчитав оставшиеся в стволах заряды — их было три, ровно половина, — и помянув недобрым словом свою неудачливость за отсутствие в магическом арсенале Щита, Малк переложил револьвер в левую руку и полез за гранатой. Несмотря на неплохое укрытие, продолжать оставаться на улице было опасно. И дело вовсе не в численном перевесе противника — просто Малк был убежден, что эта пятерка из обычных смертных и недоучек-Адептов, была не более чем ширмой. Дымовой завесой, призванной помочь более сильным бойцам подобраться к нему незамеченными.

И вот эту завесу следовало как можно скорее сорвать.

— Ловите, гады! — произнес Малк, не слыша собственного голоса. Запалив фитиль ручной бомбы Властью, он катнул ее в ту сторону, где залег враг. Сам же вскочил и ринулся по прямой к чернеющему неподалеку лазу в заборе.

И этими своими действиями определенно застал врага врасплох. Недруги явно рассчитывали на долгое позиционное противостояние, когда противники сидят по укрытиям и ведут беспокоящий огонь, Малк же вдруг выкинул столь необычный фортель. Прежде чем по нему начали стрелять, он даже успел пробежать несколько саженей. И пусть дальше так наглеть у него бы не вышло — кто-нибудь наверняка бы его снял метким выстрелом в спину, — но тут взорвалась граната, и пальбу как отрезало. Бросив взгляд через плечо, Малк увидел облако белого дыма, перегородившее улицу. Судя по тому, что никто не спешил его пересечь, насчет парализующего эффекта аптекарь не обманул.

Наверное, можно было бы чуточку расслабиться — все-таки пока бой развивался в его пользу, но Малк, наоборот, напрягся еще больше. Ну не верил он в чересчур легкие победы, и все тут… Неожиданно, Йоррох пойми как, Малк саженях в двадцати впереди поймал краем глаза движение теней и от бедра жахнул из револьвера. Но и этого ему показалось мало, а потому он запалил фитили сразу на обеих оставшихся гранатах и последовательно бросил их в сторону непонятного шевеления.

Не стал он и как баран ждать взрыва. Наоборот, ускорился и, про себя отсчитывая секунды, пока горит запальный шнур, ласточкой нырнул в лаз.

За спиной на мгновение вспыхнул яркий свет и упруго вздрогнула под ногами земля, сообщая о детонации гранат. Однако Малк, уже однажды сталкивавшийся с подобным противником, даже не думал останавливаться. Погасив инерцию прыжка перекатом, он вскочил, развернулся и метнулся обратно к лазу… Чтобы в момент, когда из него в клубах белого дыма появился одетый в черное коротышка с мечом, влепить ему рукоятью револьвера прямо в лоб. Еще один старый знакомец, однажды весьма досадивший Малку своей способностью скользить в тенях, закатил глаза и рухнул на землю.

Только в этот момент Малк вдруг понял, что мог бы не рисковать с рукопашной и просто выстрелить из револьвера. И тогда перед ним в будущем не встала бы дилемма, что делать с оглушенным врагом.

Додумать данную мысль не удалось. Откуда-то сбоку на него ринулась вымазанная грязью и облепленная увядшей листвой кривобокая человекоподобная фигура. Он даже охнуть не успел, как удар отбросил его почти на сажень вправо. И пусть Малк смог устоять на ногах, револьвер из рук он выпустил, а через секунду осознал и что ранен в плечо.

— Какого… — опять не слыша сам себя, выдохнул Малк.

Умом он еще ничего не понимал, а вколоченные в Боевом Зале рефлексы уже работали. Правая рука сама потянула из ножен проклятый нож, а вокруг левой закрутились токи Силы давным-давно отработанной «лечилки». И лишь в последнюю очередь до Малка дошло, что ему противостоит гуль. Причем гуль в шипастом ошейнике, что гарантированно означало наличие хозяина. Словно этого было мало, позади внезапно напавшей твари с земли поднималась ее товарка. Тоже гуль, и тоже обладательница приметного ошейника.

Сложить одно с другим было несложно, и Малк не без иронии понял, что его конфликт с лоялистами простирается существенно дальше известных ему инцидентов. Есть вещи пусть и напрямую никак с «демонолюбами» не связанные, но которые они вполне могут поставить ему в вину. Как, например, убийство гулей на кладбище. Кто бы мог подумать, что зубастых монстров выращивали для непонятных нужд не какие-то маги-изгои, а вполне публичные борцы с замшелыми традициями. Нет, то, что следы тварей были неспроста радикально зачищены, Малк понял давно, однако прямой связи с лоялистами не усматривал. А зря.

Интересно, а пропажу любовно пестуемых монстров на его счет запишут или уже записали?

Несмотря на сложность ситуации, Малк криво усмехнулся… чтобы уже в следующую секунду сделать изящный, едва ли не танцевальный шаг в сторону, развернуться и вонзить между лопаток проскочившего мимо гуля проклятый нож. Человека удар убил бы на месте, но с тварями такое не работало. И Малку в миг, когда клинок вонзился в нечистую плоть, пришлось обратиться к своим навыкам Власти. Но если раньше он банально втягивал через оружие демоническую энергию, то теперь закрутил внутри лезвия незримый вихрь и уже с его помощью принялся собирать грязную мощь.

Причем получилось все как-то интуитивно, словно само собой. Видимо, сказались регулярные тренировки с воронкой после успешного ее применения в «дружеском» поединке. Так привык с ней работать, что задействовал ее и сейчас. И это решение оказалось весьма правильным, потому как прием высосал энергию из гуля за один «вздох». Малк и моргнуть не успел, как грозная тварь высохла до состояния стиксонской мумии, и ее туша бессильно соскользнула с клинка. Он же получил возможность уделить все свое внимание второй нежити.

— Ну иди сюда, гадина! — подбадривая себя, произнес Малк.

Пошевелил левой рукой, проверяя, как идет выздоровление, и лишь тогда понял, что вновь прекрасно себя слышит. Магическое подавление лоялистов прекратило работу. Это могло быть либо предвестником их отступления, либо… знаком победы. Их победы.

Холодея внутри, Малк отвел взгляд от почему-то замершей на месте твари и быстро повернулся в сторону дыры в заборе. Однако там все оставалось по-прежнему, и новых действующих лиц, помимо оглушенного коротышки в черном, не появилось.

— Не туда смотрите, юноша, — внезапно раздался из-за спины Малка голос с явственным акцентом.

Уже понимая, что не успевает, он попробовал развернуться, параллельно выставив в защитном жесте нож и формируя над левой ладонью Искру. Но, разумеется, сделать это ему не позволили. Затылок взорвался болью, в глазах потемнело, а шею сдавили ледяные тиски. Он понял, что падает…

Видимо, на какое-то время он потерял-таки сознание, потому что не помнил, когда и как его перевернули на спину и оттащили на ровный участок в центре заброшенного двора. Попробовал пошевелиться, но ничего не вышло. Руки, ноги и, главное, шею сдавливали тисками наколдованные пальцы Водяных Рук. И справиться с ними он не мог даже со всей своей силой. Можно было попробовать ослабить их Рассеиванием, но… кто бы это ему еще позволил! Ведь рядом, буквально в сажени от него, собрались люди, справиться с которыми Малку было непросто — если вообще возможно, — даже находясь на свободе.

Ближе всех находился уже знакомый ему Гверд в компании еще одного человека. И старый враг, дважды устраивавший Малку серьезные неприятности, в присутствии своего спутника очевидно старался вести себя скромно и… да, подобострастно. Каждым своим жестом подчеркивал разделяющую их пропасть. С простым Бакалавром так себя не ведут, а значит, на разборку со строптивым Адептом заявился кто-то более серьезный. Скорее всего, Младший Магистр. И раз Малку позволили так долго сопротивляться, высокопоставленный гость был не более чем наблюдателем.

Еще пятеро человек стояли в почтительном отдалении, и один из них как раз докладывал:

— Оглушены шестеро, но четверо уже не проснутся. Не знаю, что за дрянь была намешана в его бомбах, но смертные и Адепты дали на нее сильнейшую реакцию. Мгновенный паралич дыхания…

— Четверо плюс один гуль? Неплохо для кое-как обученного Адепта. Ни в стратегии, ни в тактике ничего не смыслит, а боевые инстинкты удивительные. За счет чего до сегодняшнего дня и дожил, — властным голосом сообщил Младший Магистр, напрочь игнорируя тему погибших то ли соратников, то ли подчиненных. А заодно демонстрируя, кто тут говорил с акцентом.

Если Малк еще не разучился соображать, то его почтил своим вниманием если не авалонский посол, которого так ждали лоялисты, то как минимум его представитель.

— А что с телами делать? — склонив голову, спросил Гверд.

В сторону пленника он даже не смотрел. Впрочем, Малк хорошо помнил, что за заклинание тот против него однажды применял, так что догадывался, кому принадлежали Водяные Руки.

— Я тебя учить должен? — удивился авалонец. — Хотя бы зелья охотников для растворения плоти ты подготовил?

Гверд начал оправдываться, но его собеседник лишь отмахнулся. Посмотрев куда-то в сторону, он поманил пальцем, и прямо по воздуху в его руку прилетел проклятый нож Малка.

— Какая прелестная вещица! — восхитился авалонец. — И образовалась несомненно случайно, и хозяин ее развивает без какого-то плана, а потенциал все равно есть. И можно вырастить в нечто весьма и весьма полезное. — Он брезгливо завернул клинок в извлеченный из кармана надушенный платок и спрятал сверток в сумку на поясе. — Благодарю. Верю, в другой жизни тебе такой подарок зачтется, — сообщил он Малку и повернулся к остальным. — Дожидаться, пока наши коллеги-неудачники придут в себя, не будем, поэтому давайте начинать. Как-никак у меня с утра еще прием у вашего мэра запланирован, так что хотелось бы выспаться.

Он натянул на голову белый колпак — за исключением глаз полностью скрывающий лицо. Остальные последовали его примеру. Только теперь Малк заметил, что все собравшиеся одеты не в какую-то привычную одежду, а в белые бесформенные балахоны. Это вряд ли было связано с соображениями секретности и скорее указывало на требования экзотического ритуала.

Пока он пытался понять, что к чему, семеро «демонолюбов» образовали вокруг него круг и, взявшись за руки, затянули речитатив на незнакомом языке. Сначала они просто читали текст, повторяя заученное, но спустя несколько минут не иначе как под влиянием Власти Младшего Магистра впали в транс. Теперь уже каждое их слово отзывалось в реальности слабой дрожью. Малк, даром что был связан и, находясь в точке фокуса ритуала, был подавлен совокупной Силой собравшихся, это прекрасно ощущал. Было, правда, что-то еще, какая-то пространственная манипуляция, недоступная его пониманию и осознанию, но она шла фоном. И вряд ли о ней знали менее осведомленные члены группы.

Впрочем, подробности ритуала Малка сейчас волновали в последнюю очередь. Несмотря на издевку авалонца, его познаний в магии вполне хватало, чтобы примерно представлять свою роль в грядущем действе и стремиться сделать все, чтобы избежать роли жертвенного козла.

Но вот ведь какая штука — страха смерти он совершенно не испытывал. Наоборот, здесь и сейчас его подстегивала какая-то детская вера в собственное бессмертие. Так что пока его пленители были заняты ритуалом, он сначала попробовал расшатать магические путы Властью. Когда же не получилось, наложил на сдавливающие горло колдовские пальцы Рассеивание. На успех, правда, тоже не надеялся, действуя больше с целью разведки, но, к его удивлению, самая беспокоящая Водная Рука вдруг судорожно дернулась, зашипела и… разлилась лужей обычной воды. Он смог наконец сделать полноценный вдох.

Гверд потерю одной из Рук не мог не заметить. Однако, будучи занятым ритуалом, наколдовать новую не мог и лишь влил в четыре оставшиеся несколько дополнительных эргов Силы.

Ну да и Святые с ними. Малк делал ставку вовсе не на это и вместо продолжения попыток освободиться принялся ждать, когда станет туго. Ведь так говорил милес Драго? Что ж, завершение ритуала «демонолюбов» вполне укладывалось в эту формулировку. Надо лишь подождать.

Тем временем в воздухе над Малком закрутилась огненная спираль, зримо вытягивающая из участников ритуала эрги Силы. Ожидаемо меньше всех выкладывался авалонец, но это вряд ли волновало балдеющих от внимания «куратора» лоялистов. И даже когда парочка не выдержала напряжения и обессиленно повалилась на землю, остальные продолжили жертвовать магию.

Как итог, насытившаяся Силой спираль словно бы вывернулась наизнанку, исторгла облако воняющего серой дыма и исчезла, оставив после себя плавающую в воздухе фигуру шестилапой красношерстной обезьянки. Малк назвал бы ее милой, если бы не глаза. В глазах твари из Пекла полыхали костры ада, и горе тем, кто решит не воспринимать гадину всерьез.

— Приветствую слугу Древних! — Не иначе как с целью впечатлить остальных, авалонец обратился к твари на хоть и устаревшем, но вполне понятном языке. — И прошу принять наш дар в обмен на услугу…

— Мертвые? — вполне узнаваемо прошипела обезьяна и стрельнула взглядом куда-то за спину авалонца, чем заметно его удивила. Видимо, предыдущее общение с гостьей из Пекла подобных запросов в себя не включало.

— И мертвые, и этот живой, — быстро исправился авалонец и сделал приглашающий жест. — Взамен же прошу усилить талант одного из моих людей и еще дальше сдвинуть пределы его духовного роста.

Обезьянка на это лишь кивнула, отвернулась в сторону и знакомым Малку по общению с карликом способом сделала вдох через сложенные трубочкой губы. В ответ раздался низкий инфернальный вой, и возникшее из ниоткуда облако красного дыма стремительным потоком втянулось в пасть твари.

— Хорошо-о-о-о, — замычала гадина и только теперь обратила внимание на Малка. — А душа послушника будет на закуску! — мерзко захихикала обезьянка, выдавив между смешками: — Только боюсь, с его плотью будут некоторые сложности. И тебе, маг, будет трудно объяснить местным, почему она так выглядит…

Малк, чью участь обсуждали со столь бесчеловечной небрежностью, усилием воли отогнал вдруг накативший ужас. Мысль, что милес Драго его обманул и он надеется на пустышку, ужасали. Тем не менее он упрямо сосредоточил Власть на филактерии. Его так и подмывало активировать ее именно сейчас, но он терпеливо ждал. Врага надо бить, когда он наиболее уязвим, а лучшего момента, чем во время манипуляций с Силой, и придумать нельзя. Так что… давай, мартышка, жри. А Малк посмотрит, не подавишься ли ты!

Однако возникла неожиданная заминка.

— Послушник?! — с заметным беспокойством спросил авалонец, делая шаг к Малку и что-то нашаривая в поясной сумке.

Малк не удивился бы, если его же собственный нож.

— Послушник, послушник… И это ве-ли-ко-леп-но!!! — завизжала адская обезьяна, кружась в пируэте. После чего вопреки прежнему поведению гулко захохотала и… стрелой кинулась на Малка, растопырив все лапы.

Больше тянуть было нельзя.

— Во славу… Кетота! — выдохнул Малк, вкладывая Власть в каждое слово, и даже успел растянуть губы в торжествующей ухмылке.

А затем… затем от притаившегося у него за пазухой футляра словно бы ударила незримая волна. Причем не просто в стороны, а еще куда-то вниз, прокатившись сквозь тело Малка и уйдя в землю. Но самое мощное воздействие ушло вверх, навстречу твари. Оно приняло форму золотой молнии и вонзилось в центр волосатой груди твари.

— И-и-и!!! — раздался поистине чудовищный визг.

Монстр будто налетел на стену и остановился. Тело же его задрожало, начало странно искажаться, а потом и вовсе стало словно бы раздуваться. Но не как шар, нет. В организме обезьяны будто бы зарождались и множились бесчисленные изменения… изменения, превращающие гостью из Пекла в нечто вовсе невообразимое. Изначально не превышающая локтя тварь за считаные мгновения достигла роста в полторы сажени, покрылась плотным узловатым панцирем, а шесть ее лап вытянулись в длину и теперь больше напоминали щупальца осьминога. Но больше всего изменилась голова. Сохранив прежние размеры, она трансформировалась в гладкий шар, с которого буквально сползла обезьянья морда. Причем сползла точнехонько в центр груди, где и замерла внутри круга из уродливо выглядевших знаков.

— С-сука!!! — вытаращился на происходящее Малк и в шоке глянул на замершего рядом авалонца.

В отличие от остальных лоялистов, которых волна от активации филактерии раскидала в стороны, он остался на ногах и теперь в полнейшем обалдении также смотрел на демона.

— И это помощь от Наследия Кетота?!! — выдавил из себя Малк и только теперь заметил странную тонкую нить, что протянулась от его Духа к чудовищу.

Слишком тонкая, чтобы ее использовать для контроля, но вполне достаточная, чтобы тварь могла отличить Малка от прочих людей. И видимо, именно этим она после преобразования и занималась, потому как нить вдруг дернулась, а вслед за ней дернулась и тварь… Чтобы тут же выстрелить во все стороны своими щупальцами-лапами.

Малк и оглянуться не успел, как Водные Руки куда-то пропали, а сразу шестеро истошно орущих его пленителей взмыли в воздух. Впрочем, что там с ними планировала делать тварь, Малк не знал и знать не хотел. Перевалившись на бок, он с максимально возможной скоростью встал на четвереньки и пополз прочь. К своему удивлению, вместо ровной площадки он теперь находился в огромной яме в пару локтей глубиной. Так что достигнув ее границы, он был вынужден выпрямиться и для скорости прыгнуть грудью вперед.

Сзади и сверху снова заорали. Послышались какие-то влажные, сосущие звуки, и что-то с шмяканьем упало на землю. Оглядываться было откровенно жутко, и Малк не стал любопытничать. Да и не до того было. Почему-то пошатываясь, точно пьяный, он встал на ноги и, постепенно набирая ход, ринулся в сторону лаза.

А драма позади получила свое развитие. Вышедший из ступора авалонец наконец вспомнил, что он Младший Магистр, и атаковал тварь со всей своей мощью. Пахнуло сыростью и гнилью, и в спину Малка ударил несущий могильный холод ветер. Вряд ли это была сознательная атака, скорее слабый отголосок удара по демону, но уже одного этого хватило, чтобы сердце Малка зашлось от внезапной боли.

«Лечилка»! Рассеивание! «Лечилка»! Малк на ходу принялся накладывать на себя заклинания, все так же не оглядываясь и спеша убраться как можно дальше. В голове было пусто, ни одной мысли. Все вытеснило желание жить и полное непонимание происходящего.

Он уже выбрался на улицу, когда внутри его сознания с оглушительным звоном лопнула связывающая с тварью нить. И вслед за этим пришла волна концентрированной и нацеленной словно бы персонально на Малка злобы. Правда, на этот раз как-то повлиять на него переродившийся демон не смог. Наоборот, случившееся словно бы сняло с Малка последние барьеры, и он ринулся вдоль по улице со скоростью опаздывающего на станцию экспресса.

Малк был настолько сосредоточен на бегстве, что совершенно не смотрел по сторонам. Лишь однажды, когда он пробегал мимо одного из домов, в окне первого этажа ему почудился силуэт «этого деда Бонифация». Карлик скалил зубы и показывал большой палец. Увидеть картинку получилось только мельком, а потому биться об заклад, что это была реальность, а не плод его воображения, Малк бы не стал.

Отрезвление наступило где-то спустя минуту, когда мчащийся вперед Малк рефлекторно поднырнул под «руку» выросшего из темноты механизированного воина и едва не попал под ногу второго. Отскочил в сторону, прижался к стене дома и тут же зажал ладонями уши, пытаясь не оглохнуть от грохота заработавшей многоствольной пушки. Власти сделали свой ход. И если командовавший лоялистами Младший Магистр не успел убежать, то Борей получит в разговоре с Авалоном неплохой козырь.

— Вот он, вяжи его!!! — вдруг раздалось совсем рядом, и на расслабившегося Малка навалились сразу двое солдат в пехотных доспехах, но со знаками принадлежности к жандармскому корпусу.

Он даже пикнуть не успел, как его скрутили, прижали к тротуару и начали цеплять на запястья наручники. Малк с тоской понял, что ближайшие дни, если не годы, ему предстоит провести в тюрьме.

— А ну стой, парни! — Рядом с лицом Малка вдруг появилась пара закованных в латные сапоги ног.

Он поднял глаза и увидел еще одного солдата в глухом шлеме и со знаками все того же жандармского корпуса. А еще взгляд зацепился за капитанские знаки различия, прекрасно объясняющие, почему голос этого латника показался Малку знакомым.

— Старый приятель… — изучив его лицо, протянул капитан Тырхат — Малк был в этом теперь совершенно уверен — и добавил: — Этого везунчика отпускаем. Не наш клиент.

И, к удивлению Малка, с его рук точно по волшебству исчезли наручники, а его самого поставили на ноги и подтолкнули по направлению к началу улицы, подальше от творящегося здесь бедлама. Тот же, кого он считал капитаном Тырхатом, и вовсе напоследок похлопал его по груди. Аккурат там, где располагался внутренний карман и куда при некоторой сноровке можно было незаметно что-нибудь положить. Что-нибудь вроде листа бумаги.

Но проверить это Малк собирался несколько позже. Когда уберется подальше от лоялистов, демонов и нацеленных на всю эту братию бойцов Триумвирата. И он снова побежал.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ,

в которой расставляются последние точки

Остаток ночи Малк провел в городской купальне. К дому из-за оцепления подобраться было невозможно — да и опасался он лишний раз попадаться на глаза жандармам, — искать гостиницу не хотелось, поэтому он направился в круглосуточно работающий банный комплекс и за одну драхму снял на несколько часов отдельную комнату. Благо в прошлое свое посещение местные порядки он уже изучил и о доступных сервисах знал.

Кто-то скажет: расточительство, но за эти деньги он получил целый бассейн теплой воды с растворенными в ней ароматическими маслами, умелую массажистку и… возможность хотя бы немного прийти в себя после пережитого. Вроде бы ведь опытный уже маг, многое повидал, а короткая схватка с лоялистами, плавно трансформировавшаяся в призыв демона, впечатлила так, что внутри все аж тряслось. И если, пока убегал, это было не так заметно, то теперь, в безопасности, вдруг накатило. Да так, что самому и не справиться.

И надо сказать, идея с купальнями и особенно с массажисткой оказалась верной. Какой-то час, и ушли мышечные спазмы, расслабилось тело, перестало колотиться как безумное сердце. Худо-бедно, но Малк вернулся в норму и смог наконец осмыслить случившееся с ним. Тем более что и впрямь было о чем подумать.

— Интересно, чем руководствовался милес Драго, когда вручал мне филактерию? — то ли пробормотал, то ли подумал Малк, когда за разочарованной его отказом от «особых» услуг массажисткой закрылась дверь и он остался один. — Конечно, большое спасибо ему, вещь эта меня действительно спасла, но… Йоррох побери!

Малк провел влажной ладонью по лицу, смывая пот, вытянулся в бассейне во весь рост и прикрыл глаза. Перед внутренним взором до сих пор стоял образ демонической мартышки, вдруг обернувшейся чем-то несусветным. Новым монстром, вроде бы сохраняющим прежние черты, но в то же время ставшим чем-то принципиально иным.

Интересно, а какой у преображенной твари был ранг по иерархии Пекла? Изначально, учитывая специфические запросы Младшего Магистра, «обезьянка» относилась либо к пику Демонического Воина, либо зацепила самый краешек Охотника за плотью. Слабое порождение адских бездн воздействовать на талант человека, по сути, менять его душу вряд ли способно. Это известно даже Малку. Сильное тело и коварные стихиальные атаки — вот их удел. И в то же время слишком сильным оно быть не могло. Иначе вызов его в реальность Мритлока не был бы столь уж прост.

А вот после активации филактерии… да, тогда-то самое интересное и началось. Чтобы действительно напугать Младшего Магистра, не чурающегося демонической магии, это надо постараться. И тут можно смело замахиваться на ранг Охотника за плотью или Сборщика душ, а то и вовсе на Слушающего Бездну.

Хотя в случае последнего Малк бы точно не выжил. И никакие сдерживающие узы, отразившиеся в его сознании в виде той особой нити, не спасли бы. Она и так продержалась недолго.

Но возвращаясь к филактерии… Что вообще произошло, как она изменила демона? Добавила ему мощи, раскрыла потенциал или наложила усиливающие чары? Ответа не было. И вряд ли Малк способен со своими нынешними знаниями до него докопаться. Однако гораздо более важный с точки зрения Малка вопрос звучал иначе, а именно: что бы случилось, если бы Малк воззвал к Кетоту, не находясь под угрозой атаки инфернальных сил, а просто так? Ударила бы магия Святого по его ближайшему окружению, преобразила его самого, а может, выдернула бы из Пекла «помощника»? Или вообще бы ничего не случилось, и Малк сдох бы, как глупый пес, слишком доверившийся словам жреца?!

Да, вот это он бы очень хотел узнать!

Следующая тема, которая волновала Малка, это его взаимоотношения с Третьим жандармским корпусом и Канцелярией. Прошлая догадка, что его активно «ведут», используя как живца, вроде бы подтвердилась. Лоялисты на провокацию клюнули, к охотникам на Малка присоединился то ли эмиссар авалонского посла, то ли сам посол, и властям осталось лишь захлопнуть ловушку. О чем прямо говорили стянутые к месту казни строптивого Адепта немалые силы.

Но что Малку непонятно, так это, Святые подери, почему его даже не задержали?! Спору нет, для него лично подобная инициатива крайне выгодна. Малка не взяли как соучастника, не назвали пострадавшим, даже в личном деле теперь не появится отметка о еще одном приводе в жандармерию. Однако откуда такое человеколюбие? Что за приступ внезапной любви и понимания?

И ведь это капитан Тырхат еще не знал, что Малка в убийствах обвинить нельзя. Демоническая мартышка все тела поглотила, все следы скрыла. А так бы его вполне можно было хотя бы в чрезмерном для низшего ранга и черной звезды применении силы обвинить и наказание накрутить по максимуму. Но нет. Отпустили, даже не выясняя, что он там накуролесил.

Так в чем причина? Снова хотят в какой-нибудь операции задействовать?! Проклятье, а ему-то, дураку, казалось, что одну и ту же наживку дважды не используют и после успеха с лоялистами его должны оставить в покое… Или он чего-то не понимает?

Ладно, но ведь на этом странности не заканчиваются и появляется удивительно ловко подброшенная капитаном Тырхатом записка. Малк, успевший подозрительную бумажку сжечь, мысленно повторил короткое даже не предложение, а приказ: «Через два дня, в шесть вечера в таверне „Два жезла“». Ни подписи, ни каких-то пояснений — только дата, время и место. А еще очевидно женский почерк, которым написан текст. Такой вот сюрприз. И думай что хочешь. То ли такова личная инициатива капитана и в качестве маскировки писала совершенно посторонняя женщина, то ли о себе вновь напоминает госпожа Леара, что опять возвращает к вопросу о повторном использовании наживки.

— Вот попал так попал… — протянул Малк, зло скрипнув зубами.

Снова накатило понимание, что настоящую свободу, свободу от чужого влияния и самостоятельность в поступках, он сможет достичь, только став действительно сильной фигурой. Кем-то, кто сможет сказать нет власти секретных служб, влиянию общественных устоев и могуществу аристократии. Развитие, только постоянное развитие как мага — вот единственно возможный для него путь! Жаль, только сделал он по нему всего несколько шагов, и как далеко удастся пройти, до сих пор неизвестно.

Неожиданно вспомнилась троица дворян, что так неудачно для себя попыталась достать Малка еще в доме на улице Святых Защитников и за которых приходил «просить» представитель Дома Лейнир. Вроде бы лоялисты до мозга костей — увлеченные, идейные, — однако ж на расправу с ним пришел только любитель теней. Верховодящий в троице знаток Молний и по совместительству член младшего Семейства Дома Громовой Птицы в этой крайне неудачной для «демонолюбов» акции не участвовал. И вряд ли по состоянию здоровья: без старших родственников тут точно не обошлось. Учитывая же секретность операции, произошедшее навевало неприятные мысли о чересчур избирательном подходе к некоторым категориям граждан. Получалось, что юные аристократы могли заниматься чем угодно, хоть против Триумвирата козни строить — их пальцем не тронут. Ну, может быть, пожурят. Однако стоит появиться угрозе жизни или здоровью, как их моментально спрячут под крыло родственники и проигнорирует даже пугающая Канцелярия.

Это даже звучало обидно…

— Нет, надо из города уходить! Сначала в Варганд, а дальше… дальше как получится. Но обязательно уходить! — снова пробормотал Малк и, помедлив, с досадой добавил: — Но позже.

Увы, пережитая ночь обещала разрешить — если, конечно, об этом вообще уместно сейчас говорить! — далеко не все сложности Малка. И дело не в грядущей встрече с автором записки и не в подвешенном в непонятном состоянии конфликте с андалорскими «демонолюбами»… Нет, неизменной осталась ситуация с получением диплома об окончании курсов Общества, до сих пор требовали прояснения взаимоотношения с друзьями — столь внезапный разрыв Малка все же не устраивал, — а еще он жаждал взглянуть в глаза Старику и поговорить по душам с жрецом Кетота. Так что рано еще было уходить, слишком рано.

Хотя, положа руку на сердце, если бы не заинтересованность в нем Канцелярии, очень может быть, что Малк и сбежал бы, поддался соблазну. Потом крыл бы себя последними словами за слабость, но все равно сбежал бы. Слишком уж впечатлила его разминувшаяся с ним на волосок смерть, чтобы и дальше рисковать ради всякой ерунды.

Но… Темная Канцелярия есть Темная Канцелярия. И шутки с ней шутить могут себе позволить лишь великие Дома. А значит, никаких побегов и строгое следование тому списку дел, который Малк успел набросать в голове за утро. Вряд ли это что-то всерьез изменит, но так он хотя бы разберется с повисшими на нем «хвостами». И, по крайней мере морально, подготовит себя к новым поворотам Судьбы.

Купальни Малк покинул около десяти утра и сразу же направился на улицу Отставников. Правда, как раньше, напрямик, поехать туда не получилось. Часть улиц была перекрыта — жандармы ловили пособников террористов. Какие такие террористы, не объяснялось, но народная молва уже соотнесла магические всплески в одном из городских кварталов с активностью стражей порядка, так что никто не сомневался — охотятся то ли на сумасшедших «демонолюбов», то ли на не менее безумных монархистов.

Не добавляли ясности и газетчики. Малк специально купил свежий таблоид, но о вчерашнем бое, о призыве демона и участии в явно противоправном действе подданного Авалона практически ничего не было. Зато рассказывалось о разгроме банды налетчиков, взрыве нелегальной мануфактуры по производству фейерверков — вот чудо из чудес, находилась она аккурат по тому адресу, где Малк и дал бой лоялистам, — и мутная статья о коррупции в мэрии, которая допустила подобную преступную небрежность.

Пока еще говорить было рано, однако, похоже, кто-то тихонько спускал случившееся на тормозах. Ну да Малк и не сомневался. За историю про злых аристократов-лоялистов, надумавших принести в жертву рядового Адепта ради улучшения магического таланта, редакцию проштрафившейся газеты гарантированно навестил бы какой-нибудь представитель высшей знати. И устроил бы показательное аутодафе, благо среди них полно и Старших Магистров, и даже Архимагов. В назидание всем прочим и во избежание проблем с бунтующей чернью.

В результате до улицы, где располагался дом Дерека Урвала — Малк решил начать рубить «хвосты» именно с него, — он добрался хорошо если через пару часов. И, немного разозленный задержкой, сразу же направился к флигелю Старика. Свернул к калитке, привычно потянулся к отодвигающей запор ручке и… помянул недобрым словом тещу Йорроха.

На двери висел тяжелый замок, а на окнах флигеля, хорошо видных Малку поверх забора, белели плотно закрытые ставни. На памяти Малка такое было впервые. Тем не менее, словно отказываясь верить собственным глазам, он яростно дернул за ручку, калитка загремела и… из соседнего палисадника донесся скрипучий голос соседки:

— Чего ломишься? Нет Дерека, к родне уехал!

За время учебы у Старика Малк видел старушку не раз, даже пару раз болтал с ней, поэтому причин не верить ее словам у него не было.

— У… у мастера есть родня? — Малк так и не смог назвать Дерека наставником или учителем и ограничился более нейтральным словом.

— Есть. Отчего не быть? — даже возмутилась соседка. — Далеко, правда, живут. Где-то на юге. И отношений с Урвалом почти не поддерживают. Но так это же не повод кровные узы рвать… — видимо, сев на любимого конька, принялась рассуждать старуха.

— Не знаю, что там насчет повода, но Старик… мастер!.. он же демонов до дрожи боялся. Носу из дома не показывал, специально поближе к воякам поселился — и вдруг помчался куда-то на юг? В провинцию, где смертность от когтей демонов выше, чем от инфлюэнцы?! Что ж, хорошо хоть не в Колхаун… — скривился Малк.

— А теперь, выходит, что бояться перестал! Смекаешь? — Соседка назидательно подняла указательный палец и, видимо не найдя в Малке интересного собеседника, удалилась к себе во двор.

— Смекаю, как тут не смекнуть, — усмехнулся уголком рта Малк и, едва удержавшись, чтобы не сплюнуть в сторону дома наставника, отправился прочь.

Догадку о предательстве или скорее о продажности Старика можно было считать подтвержденной. С места он сдвинулся бы, только заполучив в свои руки нечто такое, что скрыло бы его метки от внимания демонов. И кроме как у лоялистов, добыть искомое ему больше было не у кого. Что ж, значит, Малк в своих рассуждениях не ошибся. Одной занозой в его душе стало меньше, и он, не оглядываясь, зашагал к остановке омнибуса. Пора было переходить к следующему пункту списка…

У центрального входа Школы Трех Святых Малк был менее чем через час. Попробовал получить пропуск у скучающего привратника — особо на результат не надеялся, но попытка не пытка, — а когда услышал категорический отказ, обратился за помощью в расположенную неподалеку будку курьерской службы. За шестьдесят оболов Малку пообещали не только найти на территории Школы нужных ему Адептов, но и передать записки из рук в руки, минуя посредников.

Такой вот немудреный, но весьма прибыльный бизнес.

Малк отправился в ресторан под претензионным названием «Очарование магии», где и занял столик на открытой веранде, напротив входа в Школу. Все что ему теперь оставалось, это только ждать. Ждать ответа друзей и последней возможности разобраться в происходящем между ними. Других попыток он делать не собирался. Тем более что и эту-то встречу Малк задумал только в память о былых отношениях: отринув эмоции, он все же решил, что они трое были достаточно близки, чтобы обменяться взаимными претензиями и сказать финальное прощай лично, а не трусливо спрятавшись за посредников.

По крайней мере, Малк считал именно так и причин изменять собственным взглядам не видел. Если друзья смотрят на все как-то иначе — так тому и быть. Главное, он сделал максимум возможного, а значит, и незавершенное дело не окажется оковами на его Духе…

Первым ожидаемо появился Толфан. Малку только-только принесли второй чайничек крепчайшего шуйсю, как официант привел к его столику толстяка, и тот с жизнерадостным смехом плюхнулся на стул.

— Ну ты, брат, даешь. По части краткости даже нашему главе Боевого Зала фору дашь, — сообщил он, словно они и не расставались на несколько месяцев. И, надувшись как индюк, процитировал: — «Это Малк. Я в ресторане напротив входа. Жду»… Ты бы хоть добавил, сколько ждать будешь!

Малк пожал плечами и сделал глоток из чашки. Во рту привычно разлилась горечь, однако на его лице не дрогнул ни один мускул. Этим он ввел в заблуждение приятеля. Не ожидая подвоха, тот тоже налил себе отвара, сделал щедрый глоток… и едва не выплюнул все на скатерть.

— Ты рехнулся, такое пить?! — простонал Толфан.

На что Малк лишь развел руками. Рассказывать о череде недавних гаданий, их связи с демоническими метками и лечебном эффекте горького настоя он не видел смысла. Да и не за тем он сюда пришел.

— Толфан, ты мне не хочешь ничего рассказать? — вместо этого спросил Малк, глядя в глаза приятелю.

— Не понимаю, о чем ты, — вильнув взглядом, ответил тот.

— Толфан! — чуточку повысил голос Малк.

— Что Толфан?! Что Толфан?! Что ты хочешь услышать?! — взорвался толстяк и, достав из-за пазухи смятый конверт, бросил его на стол. — Об этом?

Малку хватило одного взгляда, чтобы узнать отправленное им из тюрьмы письмо о выкупе. В отличие от того, что вернула ему Хелавия, это было распечатано.

— Для начала да, — сказал он холодно.

— Для начала… — фыркнул толстяк, успокаиваясь. Явно забывшись, опять глотнул из чашки и в голос выругался: — Йоррох!.. Малк, ну к чему это все поднимать, а?

— Просто для ясности, — объяснил Малк без тени эмоций.

— Тогда слушай. — Толфан откинулся на спинку стула, окинул Малка изучающим взглядом и лишь тогда продолжил: — Я — дерьмовый маг… Ты, правда, еще более дерьмовый, но дела это не меняет… И моего ума вполне хватает, чтобы это осознать и принять. Конечно, если работать как вол и вкладывать в развитие все доступные ресурсы, перспективы перестают казаться такими уж беспросветными, но… но! Такая жизнь не по мне. Зато у меня теперь собственное дело. Мелкое, да, но дело. С возможностью расширить круг правильных знакомств и создать сеть серьезных связей. А это уже тропинка в высший свет…

— Дерьмовому магу, не желающему тренироваться? — насмешливо спросил Малк.

— Не тренироваться, а превращать свою жизнь в одну сплошную тренировку! — поправил его Толфан. — Я продолжу?.. Так вот, как видишь, если смотреть на все в таком ключе, жизнь начинает играть несколько иными красками. Но есть нюанс. На данном пути важно не наделать глупых ошибок. Вроде конфликтов с влиятельными Семействами или Домами, участия в неодобряемых светским обществом акциях и… общением с проблемными людьми.

— Вроде меня? — невесело рассмеялся Малк.

— Да, вроде тебя. И проблемный ты даже не в силу низкого достатка или слабости Дара, а из-за одной лишь привычки влипать в неприятности… — отчего-то торопливо принялся объяснять Толфан. — Проклятье, Малк! Мало тебе одной черной звезды, так ты уже второй раз к жандармам попадаешь! Аристократия, конечно, к стражам порядка относится без пиетета, но ведь есть еще и власти! И связываться со столь бунтарской личностью в начале карьеры… по меньшей мере недальновидно!

— А как же дружба? — спросил Малк, испытующе глядя на толстяка. — Я бы тебя в тюрьме не бросил.

Тот недовольно заерзал.

— Мы уже не дети, — отвернувшись в сторону, наконец тихо сказал Толфан.

И Малк, очень хорошо знавший приятеля, вдруг понял, что толстяк нервничает не только из-за истории с тюрьмой. Было что-то еще, что-то такое, чего толстяк действительно стыдился и о чем не хотел говорить Малку.

— Толфан, — требовательно сказал Малк и неожиданно спросил: — Ты ведь сейчас с лоялистами, да? В их компании?

Толстяк вздрогнул и немного испуганно посмотрел на Малка.

— Что?! Да я…

— В Трех Святых их полно, у вас тут целый рассадник «демонолюбов». А учитывая популярность игр с Пеклом среди аристократов, мимо такой возможности наладить связи ты пройти не мог, — принялся рассуждать Малк. — Поэтому повторяю вопрос: ты — лоялист?

Толфан возмущенно надулся, видимо собираясь спорить. Даже начал что-то говорить, но осекся и словно бы поник.

— Если ты об их взглядах, то да, многие из них разделяю… Если об участии в активной деятельности, то нет. Так, отираюсь рядом с некоторыми компаниями. Не столько общаюсь, сколько глаза мозолю, — глухо сообщил он.

Малк удовлетворенно кивнул и продолжил давить:

— А о том, что у кое-кого из твоих новых друзей… скажем так… есть на меня планы, знал?

Лицо Толфана пошло красными пятнами. Сжав кулаки, он яростно на них уставился.

— Это не мои знакомые. Мы из тех, кто любит поболтать, они же… активисты. И с нами пересекаются редко, — наконец выдавил он. — Но да, о том, что из Авалона прибудет человек, который на примере одного наглого Адепта покажет преимущества нового пути, слышал. — Толфан собрался с духом и неожиданно твердо посмотрел в глаза Малку. — Ты сам виноват. Не надо было тебе лезть в магию, не твое это. С самого начала последовал бы совету Хелавии, ничего бы и не случилось!

— После того как вы ловко выставили меня главным героем в истории с нападением на поезд? Ой, что-то я сомневаюсь, — скривился Малк и залпом допил свой шуйсю. — Ладно, все, что надо, я выяснил. Взаимные обвинения ни к чему хорошему не приведут…

Беседу, как и встречу, следовало заканчивать. Говорить с бывшим — теперь уже точно бывшим! — приятелем ему было не о чем, а сидеть просто так, изображать светскую вежливость… Это пусть Толфана заботит. Он ведь в высший свет рвется.

Малк уже открыл было рот для прощания, как рядом с их столиком неожиданно вновь появился официант, сопровождающий нового гостя. И это была совсем не Хелавия.

— День добрый, господа. Не правда ли хорошая погода? — учтивым тоном произнес новоприбывший и, передав белоснежные перчатки, цилиндр и элегантную черную трость с серебряным навершием официанту, уселся между Малком и Толфаном.

— Тревор Лейнир, какой неожиданный поворот, — делано рассмеялся Малк, ощущая, как внутри все сжимается в предчувствии грядущего конфликта. — А я все думал, кто же придет. Кто тот человек, который вскрывает письма Хелавии. — И бросил Толфану: — Ты только посмотри на него! Дворянин, член славного Дома, а опускается до вещей, которые даже презираемая им чернь считает позорной…

Раньше, зная трусливую натуру толстяка, он никогда его в подобные ситуации не вовлекал. Теперь же… показать, что они на одной стороне, будет как минимум интересно.

— Малк, Тревор! Вы общайтесь, а я, пожалуй, пойду, — воскликнул моментально побледневший Толфан и сделал попытку встать из-за стола.

Тревор, отчего-то растерявший всю свою учтивость, произнес единственное слово:

— Сиди!

Это прозвучало настолько веско, что толстяк остался на месте, тщетно пытаясь справиться с дрожащими руками. Молодой же талант из Дома Лейнир повернулся к Малку.

— Дерзишь, да? Дерзишь… Только не пойму, это от глупости или от самоуверенности? — зло прищурившись, спросил Тревор.

Малк покосился на бледного как смерть Толфана. Если верить рассказам толстяка, он всего один раз наблюдал за тем, как сражается этот «гений» из Дома Громовой Птицы, и вдруг такой эффект. Неужели боевые навыки «просто друга и старшего студента» настолько впечатляющи? Или все дело в трусости одного жирного колхаунца?

— Сколько пафоса от человека, который мало того, что чужие письма читает, так еще отношения выяснять предпочитает через своих прихвостней… — максимально презрительно бросил Малк.

Несмотря на разницу в рангах, Тревора он действительно не боялся. Опасался, да, но не боялся. Потому как личное могущество — это не только уровень развития, но и множество других вещей, включая Власть и боевой опыт. Так что Малк был не прочь попробовать сбить с высокородного ублюдка спесь… А заодно отомстить за уход к нему Хелавии, чего уж там.

Но мерзавца следовало сначала разозлить.

— Ты о чем? — неожиданно нарушил сценарий Тревор. — Какие еще прихвостни?! Эликсиров перепил?

Удивление Тревора было настолько неподдельным, что ему хотелось поверить.

— Хочешь сказать, Гверда ко мне с проклятиями после той встречи у музея не ты посылал? — спросил Малк с кривой усмешкой.

— Гверда… — На лице Тревора появилось странное выражение. Словно речь шла о человеке, лично ему неприятном, но в то же время присутствие которого он вынужден терпеть. — Он не мой прихвостень, а человек, стремящийся стать слугой Дома. И потому часто… перегибающий палку в своем желании угодить, — глухо сказал Ученик, словно бы подбирая слова.

О весьма вероятной гибели Гверда этой ночью Тревор, похоже, не знал. Как и о случившемся противостоянии Малка с лоялистами. Иначе с его отношением к окружающим обязательно бы ввернул на эту тему что-нибудь высокопарное… Если, конечно, Малк правильно понял его характер.

— Так я тебе и поверил, — вопреки всему услышанному ответил Малк, растянув губы в усмешке.

Пустой разговор со своим более успешным соперником успел ему остодемонеть. Все, чего он сейчас желал, это врезать по холеной высокородной роже кулаком, потом добавить еще раз и еще. Пока с лощеной физии не сойдет выражение самодовольства, а в его сердце не вернется спокойствие.

И он, сжав кулаки, решительно поднялся.

— Ладно, вставай, и пошли на дорогу. Ты ведь не болтать сюда пришел? Ну так и переходи к делу, — бросил Малк и, показав пример, первым покинул веранду.

Странные знаки, которые ему незаметно пытался делать Толфан, он старательно проигнорировал. И, видимо, зря. Потому как Тревор его предложение встретил опять немного не так, как ожидалось.

— Наконец-то! — воскликнул Ученик из Дома Лейнир, расплывшись в торжествующей усмешке. И, уже покидая свое место, приказал толстяку: — Ты — свидетель! Он сам меня пригласил драться. Сам! Я его не принуждал.

Быстрым шагом покинул ресторан и, встав посредине улицы саженях в пяти от Малка, практически пожаловался:

— Думал, ты никогда не решишься. Мне вызывать на дуэли магов низких рангов недавно запретили, так что вся надежда была на тебя.

— Так надо было открыто все сказать, а не разводить здесь интриги! Кучу времени сэкономили бы, — фыркнул Малк, после чего развел руки в стороны, мысленно сосредоточился на заклинании Искры и… рявкнул: — Начинаем!!!

Удар он тоже нанес первым. Тревор, не иначе как в силу высокомерия, к бою даже не готовился. Как встал перед Малком с высокомерной гримасой на лице, так и продолжал стоять, сложив руки за спиной, пока в него не полетела Искра. Лишь тогда ублюдок соблаговолил встать поудобнее, вызвать Молниевый Щит и… причина его спокойствия стала понятна. Заклинание Малка не смогло даже пошатнуть стабильность магического конструкта Тревора, не говоря уж о том, чтобы его пробить.

Ну да Малк никогда и не делал ставок на Искру. Остро жалея, что с ним нет сейчас ни проклятого ножа, ни револьвера, ни даже верных тесаков, он кинулся в атаку одновременно с выпущенными на свободу чарами. И когда Искра разрушилась, до противника ему оставалось пробежать лишь пару саженей.

Увы, Толфан превозносил боевые навыки этого представителя Дома Лейнир точно не зря. С магией он работал виртуозно. Отбив Искру, Тревор тотчас убрал Молниевый Щит, сменив его на заклинание Молнии. Да не простого разряда, а чего-то похожего на плеть. И вот этой плетью он Малка и хлестнул.

Возможно, столкнись Малк с подобной тактикой впервые, он вполне мог и растеряться. Но описание драки Тревора с приятелем Толфана он помнил хорошо, а слова о мастерстве в работе с Молнией и вовсе намертво отпечатались в его памяти. Так что к атаке наколдованной плетью он был полностью готов и в нужный момент встретил удар обернутой в слой Власти ладонью с притаившимся внутри Рассеиванием.

Не отличающаяся устойчивостью Молния начала распадаться на фрагменты. Тревор же отреагировал одобрительным:

— Неплохо!

Вместо того чтобы повторно развернуть Щит, сотворить какое-нибудь атакующее заклинание или взяться за скрытое оружие, он сменил стойку, вытянул навстречу Малку раскрытую ладонь и… ударил Властью, едва тот приблизился к нему на расстояние вытянутой руки.

— Йоррох! — выдохнул Малк, совершенно не ожидавший от противника подобного фортеля.

Как-то он уже привык, что вести сражение с использованием более развитой Власти — это его прерогатива. И вдруг такой поворот. Ну а так как отступать не было никакой возможности, то и он Властью собрал треть энергии из резерва и встретил чужую атаку лоб в лоб.

— Помнится, Хелавия говорила, что единственное твое достоинство — это хорошо развитая Власть. Для Адепта из черни, разумеется, — с хищным оскалом сказал Тревор и принялся наращивать давление. — Ну так покажи мне, насколько она у тебя сильна!

Малк, сцепив зубы, ответил встречным напором… чтобы спустя мгновения познакомиться с еще одним неприятным сюрпризом. Порожденный родством с двумя Стихиями атрибут Молнии Тревора не только оказывал влияние на его заклинания, но и добавлял некоторые новые свойства его Власти. Большую гибкость, подвижность и… способность жалить пусть слабыми, но все же разрядами. В результате чего Малку пришлось сопротивляться не только неожиданно высокому давлению, но и противостоять воздействию магии Молнии.

— Хорошо, очень хорошо! — Взгляд Тревора стал каким-то безумным. В глубине его глаз заплясали отблески разрядов, а Власть… и без того могучая Власть вдруг рывком выросла и, преодолев границу, достигла оранжевого ранга.

Разрыв в могуществе стал катастрофическим. Малк, даром что изо всех сил продолжал сопротивляться, начал отступать перед напором противника. На него словно бы опустилась гора, вес которой была неспособна выдержать ни сила его Духа, ни мощь физического тела.

И гора эта начала медленно давить его к земле.

— Теперь ты понимаешь, что отличает истинного аристократа от черни? Понимаешь, Малк? — едва ли не впервые обратился к нему по имени Тревор. — Хорошие наставники, правильно подобранные эликсиры и зелья, могучие Тайные Искусства… Ты Адепт, но уже развил свою Власть до пика красного ранга Запретной Техникой, попутно искалечив собственный Дар? Что ж, похвально. Глупо, но похвально. Однако я, еще будучи Адептом, уже шагнул в оранжевый ранг. И для этого мне не пришлось заниматься самоистязаниями. Сейчас я Ученик и… чувствуешь разницу?

Малк, едва сдерживающий тяжесть Власти Тревора, с трудом разлепил губы и посоветовал ему катиться в Пекло. Противник моментально отреагировал усилением напора, и через десяток секунд Малк был вынужден опуститься на одно колено. Трещали кости, рвались от напряжения мышцы, порождал волны вполне реальной физической боли Дух — все бесполезно. Никакое превозмогание, никакая воля помочь тут не могли. Чтобы сломить настоящую силу, нужна еще большая сила. Малк же… Малк оказался слаб.

— Тревор! Я же просила! — Малк и не заметил, когда на месте их схватки появилась Хелавия.

Причем Хелавия разгневанная, злая на все вокруг. Видимо, новый парень успел ее достаточно хорошо изучить, раз он тут же прекратил атаку и спрятал свою Власть, лишь напоследок бросив Малку тихое:

— Тебе повезло, «пустышка». Иначе так легко бы не отделался.

После чего, улыбнувшись своей подруге, вернулся в ресторан и принялся звать официанта, чтобы тот принес его вещи. Малк остался с Хелавией наедине.

— Зачем ты пришел? Перестал понимать намеки? — агрессивно спросила Хелавия, с брезгливой жалостью поглядывая на залитое потом лицо Малка и на то, как он медленно поднимается с колена.

— Ты же знаешь, не люблю оставлять недосказанности, — усмехнулся Малк, принявшись одна за другой накладывать на себя «лечилки». Серьезных травм противостояние с Тревором ему не нанесло, но микроповреждений мышц, связок и суставов было как-то даже чересчур много. Без помощи магии собственных способностей тела к восстановлению могло и не хватить.

— Тогда слушай. Ты — слабый, нищий, бесперспективный дремучий провинциал, из которого никогда и никому не удастся выгнать Колхаун. Перестав быть «пустышкой» в плане магии, ты так и остался ею во всем остальном, — с какими-то новыми, абсолютно чуждыми прежней Хелавии интонациями, отчеканила девушка. — Этого достаточно для нашего с тобой расставания?

— О-о-о да! Вполне, — кивнул Малк, никак не прореагировав на череду оскорблений.

— Тогда чего ты ждал от нашей встречи? — вскинулась Хелавия.

— Не знаю… — с демонстративным равнодушием пожал плечами Малк. — Видимо, в отличие от вас с Толфаном, все еще недостаточно повзрослел, вот и цеплялся за детство… Но ты знаешь, я быстро учусь! — Он почти натурально улыбнулся и сделал приглашающий жест в сторону вновь появившегося на улице Тревора Лейнира. — Тебя уже ждут… Так что прощай!

И, чуть прихрамывая на левую ногу, направился к своему столику. Ни на Тревора, ни на Хелавию он больше не смотрел.

— Малк! — вдруг вновь обратилась к нему Хелавия, и он сбавил шаг. — Как только перейду через ранг Ученика и хорошенько на нем закреплюсь, я верну тебе деньги, — сказала она с убежденностью в голосе. — Мне чужого не надо!

Однако как-то реагировать на это Малк не стал. Слишком много всего у него вертелось на языке, чтобы рисковать продолжением разговора. Иногда, чтобы сохранить хотя бы остатки достоинства, надо вовремя замолчать и уйти. И это был как раз тот самый случай.

— Ты даже не представляешь, насколько тебе сегодня повезло, — обратился к Малку до сих пор сидящий за столом Толфан. — Не появись Хелавия, и Тревор тебя бы не то что на одно колено поставил, а лицом в землю воткнул! И умолять отпустить заставил.

Однако как бы обидно слова толстяка ни звучали, отклика у Малка они не нашли. Смысл обижаться на правду? Но это вовсе не значило, что ему хотелось терпеть присутствие Толфана само по себе.

— Он уже ушел. Можешь больше не изображать послушного мальчика и проваливать, — проронил Малк, тяжело плюхнувшись за стол.

Вот только отбиться от желающего поболтать Толфана было не так уж и просто.

— И на Хелавию не обижайся. Я тебе всегда говорил: не твоего она полета птица. Так что просто смирись! — принялся нашептывать толстяк, став в этот момент необъяснимо противным. — На прошлой седмице она вроде как на шестой слой своих Четырех Громов прорвалась. Причем без помощи Дома Лейнир. Теперь Тревор, который и без того за ней как за королевой ухаживал, и вовсе словно обезумел. Никого к ней даже не подпускает!

— К «демонолюбам» он ее еще не затащил? — не удержался от вопроса Малк. У него хоть и сложилось о противнике определенное впечатление, но проверить его все же стоило.

— Ты чего? Тревор не из лоялистов. Монархистов, правда, тоже не любит, но меньше, чем все демоническое, — замахал руками Толфан. — Он хоть и редкостный ублюдок — высокомерный, жестокий, безжалостный, — но ублюдок с принципами. Этого у него не отнять…

— Я понял. Достойная пара для Хелавии, — кивнул Малк и, оставив деньги за шуйсю, встал из-за стола.

Оставаться здесь больше не имело для него никакого смысла. Сердечный «хвост», от которого он так желал избавиться, был отрублен под самый корень. Теперь скорее следовало задуматься об исцелении этой новой раны, чем вспоминать о незавершенных делах.

Толфан пытался его удержать, совал в руку свежеотпечатанную визитную карточку, предлагал не держать зла и заглядывать на огонек, однако Малк на все его старания лишь равнодушно кивал. Дружба закончилась, перед ним был совершенно чужой человек, и сохранять пусть даже видимость нормальных отношений с ним было выше его сил.

И он ушел, оставив позади не только Хелавию с Толфаном, но и последние отголоски своего детства.

Вместо этого где-то в глубине души Малка зародилось некое чувство, испытывать которое раньше ему еще толком не приходилось и которое так сразу было не узнать. Понадобилось дойти до остановки омнибуса и прождать там какое-то время, прежде чем до него вдруг дошло, что это ненависть. Но не к Хелавии и Толфану — к ним он ничего, кроме разочарования и, возможно, презрения, не испытывал, — а к гению Дома Громовой Птицы. За личную силу, за происхождение, за богатство, за украденную девушку, за, Йоррох побери, идеальную героическую внешность… Да много за что! Но главное — за пережитое унижение перед лицом бывших друзей и беспомощность, которую Малк никак не ожидал ощутить в поединке с магом низкого ранга.

— Проклятье, в моей ситуации его же не догнать. Никогда и ни за что! — пользуясь тем, что, кроме него, на остановке больше никого не было, пробормотал Малк. И ощутил, как сердце предательски екнуло. Ни демоны, ни другие маги таких эмоций у него не вызывали, а какой-то Ученик, пусть и безумно талантливый, смог… Чуму на весь его Дом!

Задышав, как того требовала видоизмененная формула Кристаллического Сердца, Малк обуздал эмоции и вернул мыслям прежнюю ясность. После чего занялся тем, что получалось у него лучше всего. Думать… Чтобы уже спустя несколько минут встать и походкой целеустремленного человека отправиться к одиноко стоящей пролетке.

Собственно, выбор у него был невелик. Либо он развивается как классический маг и тогда засовывает все перенесенные оскорбления куда подальше, либо выбирает новый путь и идет по нему. Притом отринув все те причины, что мешали ему сделать данный шаг ранее. И он теперь точно знал, как ему быть.

— В банк, — сказал Малк извозчику, усаживаясь в коляску.

Принятое им сейчас решение он собирался претворить в жизнь как можно быстрее. И дело было вовсе не в тех сложностях, которые ему предстояло пережить в ближайшие дни. Нет, Малк просто себе не доверял. Резонно опасался, что уже завтра утром, когда чувства немного притупятся, он передумает и откажется от ненужного риска в пользу стабильного развития.

Так что никаких пауз и времени для раздумий. С этим вопросом он разберется здесь и сейчас…

В банке Малк надолго не задержался. Так как любые ритуалы подобного рода всегда считались делом дорогим, снял со счета двадцать пять драхм — почти половину всех своих средств — и приказал извозчику везти к следующей точке в их маршруте. В Андалорское Общество магов. Единственное известное Малку место, где за хорошие деньги он мог заниматься любой легальной магической практикой и не бояться, что недруги устроят ему несчастный случай.

Впрочем, там он тоже времени зря не терял. Между кабинетами передвигался бегом, а когда один из клерков, сославшись на вечерние часы, предложил перенести задуманное Малком на другой день, не постеснялся дать драхму в качестве взятки. И усилия себя окупили. Ровно в семь вечера за его спиной закрылись двери одного из ритуальных залов Общества, и он оказался в шаге от достижения намеченной цели… Ну или от колоссального провала, что тоже не стоило сбрасывать со счетов.

— Жаль, конечно, что филактерия с Наследием в прах обратилась. А то хоть на память и не жалуюсь, но некоторые моменты все же с удовольствием бы освежил, — усмехнулся Малк, разглядывая лишенные окон стены, сводчатый, немного подкопченный потолок и диссонирующий с камнем земляной пол.

Именно на утоптанной почве рисовались первые ритуальные фигуры, и многие современные маги предпочитали не отказываться от традиций прошлого. В случае же Малка все было еще строже: рисунок на земле был неизменной частью ритуала. Ведь то, что он задумал, было не формирование первого Нимба и уж точно не прорыв на следующий ранг. Все, чего сейчас хотел Малк, это сойти с протоптанной дорожки развития Власти с помощью тренировочной формулы и использования заклинаний и в полной мере раскрыть потенциал Наследия Кетота.

— Дорога без возврата, — усмехнулся Малк и, задушив внутренний голос, требующий передумать, взялся за купленный здесь же, в Обществе, дешевый ритуальный кинжал.

Сначала даже не начертил, а нарисовал кусающую свой хвост змею. Да так, чтобы получившаяся окружность имела диаметр никак не меньше двух саженей. Затем внутри фигуры изобразил лестницу из семи ступеней. Шесть из них были пустые, а на первой, самой нижней, он разместил картинку в виде развернутого свитка. Ну и наконец финальная стадия — туда же, на первую ступеньку, Малк положил свои гадательные кости. Ключевым элементом ритуала перехода Власти в оранжевый ранг были именно они. Точнее, любая часть тела низкоуровневого демона, которую ритуалист мог задействовать в обряде. Но так как ничего более подходящего у Малка не нашлось — Очаг остался в тайнике, а замену искать было слишком долго, — он и пожертвовал костями.

— Что ж, пора начинать! — произнес Малк, в последний раз окинув внимательным взглядом рисунок, похожий не столько на колдовской чертеж, сколько на некую печать. Встал в самый центр и, сложив перед собой ладони, объявил: — По воле моей и во славу твою, Кетот!

Последняя фраза ему совершенно не нравилась, не было ее и в описании ритуала, но почему-то Малк ни капли не сомневался в ее уместности здесь и сейчас. И не побоялся начать магическое действо именно с нее.

Правильность этого решения стала понятна совсем скоро, когда Малк, следуя схеме, попробовал найти в себе то ощущение, что дарила «живая» статуя в храме. Если действовать по правилам, подобного рода манипуляции с Духом порой отнимали по десять — пятнадцать минут. Однако фраза сработала точно триггер, и нужный настрой пришел через считаные секунды.

Наступил черед второго этапа. И вот здесь без тех самых навыков, что Малк тренировал, следуя наставлениям из Наследия, было не обойтись. Упражнения выполнялись одно за другим, по кругу, так чтобы не возникало пауз и разрывов. Чтобы казалось, будто это один не имеющий ни начала, ни конца комплекс, который будет так «крутиться» вечно…

Однако уже по завершении седьмого «оборота» исполнение навыков будто само собой прекратилось, подчиняясь неясному порыву, и ритуал вошел в завершающую стадию… Жутко опасную, со слов милес Драго, на старших рангах и относительно беспроблемную на низшей ступени развития Власти.

Вытерев рукавом внезапно выступивший на лбу пот, Малк развел ладони, сформировал между ними сферу и принялся переливать в нее весь свой резерв. До двадцати эргов, правда, не хватало где-то трети — потратился в схватке с Тревором и до сих пор не восстановился, — но ритуал больших объемов и не требовал. По идее, могло хватить и одного-единственного эрга… Если, конечно, мага устраивает увеличение времени обряда сразу на несколько часов… Малк решил не рисковать.

Миг, когда вся собранная сила вдруг куда-то исчезла, а гадательные кости под ногами занялись белым пламенем, Малк упустил. Только что вроде бы сжимал между ладонями полный могучей Силы шар — и вот уже все пропало. Однако долго удивляться ему не пришлось. Подчиняясь неведомым законам, одновременно с исчезающими в бездымном пламени костями его Дух словно бы погрузился в огонь. В огонь, который принялся выжигать в нем все наносное и лишнее, добиваясь невиданной чистоты и стойкости. Приумножая духовную мощь и переводя Власть на принципиально иной уровень…

Наверное, наблюдай он за происходящим со стороны, Малк счел бы зрелище довольно любопытным. Но это его Дух горел на костре из демонических костей, это его тонкое тело проходило через череду мучительных трансформаций, и это его воля предательски дрожала под напором запредельной боли, от которой не защищали никакие Тайные Техники.

Нет, определенно, знай он, что все будет именно так, то даже за все золото мира не прикоснулся бы к Наследию Кетота. Теперь же отступать было нельзя, и он держался… упорно держался внутри круга, не выходя за его границы и считая мгновения до полного распада демонических костей. И лишь одна вещь помогала ему переносить пытку. Это мысль о Треворе из Дома Лейнир — человеке, которого Малк ненавидел и которого собирался когда-нибудь превзойти.

Ну или сдохнуть по дороге, что в данный момент тоже казалось ему вполне возможным…

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ,

в которой что-то заканчивается, а что-то начинается

Две ночи и день после ритуала перехода Власти в оранжевый ранг Малк провел в дешевой гостинице. В номере со старой, полуразвалившейся мебелью, скрипучими полами, прокуренными стенами, засаленными обоями и скребущимися в норах крысами. В месте, куда он в обычном своем состоянии не то что ночевать, а даже просто заглядывать бы не стал. И куда был вынужден отправиться по окончании трансформации тонкого тела.

После того как демонические кости распались пеплом и духовное пламя погасло, Малк превратился в развалину. Не помогла никакая телесная выносливость. Руки тряслись, ноги еле двигались, в голове же и вовсе все плыло. Хорошо хоть хватило сил доползти до ближайшей к резиденции Общества ночлежки, а то авантюра с ритуалом и вовсе Йоррох знает чем бы закончилась!

Однако период слабости продолжался не так долго, как он боялся. Уже к вечеру следующего дня Малк смог нормально передвигаться. К нему вернулась способность ясно мыслить, и он смог наконец провести ревизию тех изменений, что произошли с ним после перехода Власти в новый ранг.

Впечатления были… странные. Причем касались они не возросшей личной мощи — тут как раз все было в пределах ожиданий, — а самого ощущения собственной духовной силы. Теперь она казалась какой-то иной, непривычной и не совсем понятной. Сначала это проявилось на финальной стадии ритуала. В миг, когда рассыпалась пеплом последняя частичка демонических костей, Дух Малка словно бы сделал вдох, втянув в себя вместо привычной Пневмы или хорошо знакомой Жизни энергию Смерти. Дальше больше. Первая же медитация и работа с формулой сбора показали, что если специально не концентрироваться, то Смертью же будет окрашена и вся собираемая энергия. Это уже далеко выходило за привычные рамки.

А ведь Малк рассчитывал, что рано или поздно, но удастся повысить родство Духа с Жизнью!

Однако он не жаловался. В любом случае относительно беспроблемный переход через границу между рангами и серьезно подросшая эффективность заклинаний — Смерть Смертью, а чтобы убрать самые яркие последствия ритуала, хватило всего двух «лечилок»! — стоили много больше… Интересно, а теперь Тревор смог бы его поставить на колени?!

Чтобы унять вспыхнувшее в сердце волнение, потребовалась целая ночь. Лишь к утру почти не спавший Малк смог успокоиться, выкинуть мешающие мысли из головы и сосредоточиться на более насущных задачах. Тем более что таковых у него осталось всего две — визит к милес Драго и встреча с автором записки, переданной Тырхатом. Причем первое Малк считал едва ли не более важным, чем второе. Ведь если от общения с представителем тайных служб зависело по большей части его настоящее, то разговор с жрецом — с человеком, который и познакомил Малка с Наследием, — мог повлиять на все его будущее… Или не мог, но тут заранее ничего сказать было нельзя.

Да, потом ему предстояло забрать в банке оставшиеся деньги, купить вещи в дорогу, достать билет на поезд до Варганда… но это все позже. Сначала — жрец. И вот к нему-то после легкого завтрака, сопровождавшегося чтением таблоида «Магия и пар», Малки отправился.

До храма удалось добраться без каких-то сложностей. Разве что возница, узнав адрес, периодически плевался и поминал Муррташа, но подобную ерунду Малк откровенно проигнорировал. Главное, перед входом не было ни демонов, ни пикетчиков, ни наблюдателей от других храмов. Тишина и спокойствие — самое то для разговора на тему магии, Власти и вытянутых обманом клятв.

Расплатившись с возницей и дождавшись, когда пролетка умчится прочь, Малк еще некоторое время постоял на улице. Собирался с мыслями, прокручивая в голове предстоящий разговор, думал над вопросами и подбирал аргументы. Возможно, он несколько перебарщивал — все же не к допросу готовился и не доклад какому-нибудь Магистру планировал, — но… ничего с собой поделать не мог. Отчего-то предстоящая встреча дико его настораживала. Однако чем именно, он объяснить не мог.

— А, к Йорроху! — наконец бросил Малк и направился ко входу в храм.

Двери были не заперты. И вопреки тому, что он видел в прошлые свои посещения, внутри храм был буквально залит светом. Не жалея эргов, горели шары-светильники, с окон пропали шторы, а свечи в старых канделябрах полыхали неестественно синим пламенем. Но внимание к себе приковывало даже не это: с порога ошеломляла поистине адская какофония ароматов, настолько густых и сильных, что от них становилось тяжело дышать и начинали слезиться глаза.

Раньше, даже когда Малк заставал милес Драго медитирующим перед курильницей с благовониями, он ничего подобного не испытывал. Но что еще неприятнее, сквозь хаос запахов нос нет-нет да и улавливал зловоние свежепролитой крови и смрад потусторонней гнили.

— О, кто пришел! — Голос внезапно появившегося из-за колонны милес Драго едва не заставил Малка подпрыгнуть. — Зачем на этот раз пожаловал? Опять о помощи просить хочешь? Мало в прошлый раз… заплатил?

Жрец захихикал. И это его поведение столь разительно отличалось от той властной уверенности в себе и холодной сдержанности, демонстрируемых ранее, что даже сказанные им слова дошли до Малка далеко не сразу.

— Нет. Просто хочу кое-что спросить… — медленно произнес Малк, нехорошо сощурив глаза.

— У-у-у, тогда спрашивай, — протянул жрец и, развернувшись спиной, отошел к встроенному в стену шкафу.

Хотя «отошел» — это все же неправильное слово. Его движения, вроде бы вполне обычные, тем не менее отчего-то казались странными. Неестественными. Это лишь еще больше насторожило Малка.

Сам же милес Драго вел себя как ни в чем не бывало. И, не давая вставить ни слова, вдогон спросил:

— Ты, я вижу… ранг перерос?

Получилось это у него как-то вкрадчиво и неприятно.

— Да, — подтвердил Малк, не сводя с милес Драго взгляда. — Думал отказаться от Наследия и развивать Власть как раньше, но… потом много всего случилось и…

— …и передумал! — закончил за него мысль жрец, копаясь в ящиках.

Правда, выглядело это так, словно он совершенно бездумно, механически выполнял привычные действия, однако Малка подобные странности уже не удивляли.

— Верно. Так что теперь я в оранжевом ранге и хотел бы понять, куда двигаться дальше! — сказал он мрачно.

— И все?! — совсем по-театральному удивился жрец.

— Нет, — почему-то чувствуя что-то слишком сильно смахивающее на нарастающий страх, проронил Малк. А поймав себя на этом чувстве, моментально озлился и отчеканил: — Еще хочу узнать, понимал ли уважаемый милес Драго, как сильно ухудшит жизнь человека в моей ситуации взятая им клятва?!

Услышав про клятву, жрец вздрогнул и, чуть повернув голову, глянул через плечо на Малка. Прочитать его взгляд никак не получалось — глаза казались абсолютно пустыми и безжизненными, — но вот мимика… мимика говорила о многом. За несколько секунд по лицу милес Драго пробежала, молниеносно сменяя одна другую, череда гримас, пока наконец не стало понятно, что он с трудом сдерживает смех. Но не тот смех, какой бывает от доброй шутки, а нечто выходящее за грани человеческих эмоций. Демоническое безумие, инфернальная ярость, звериная жестокость — вот что пряталось в прыгающих от сдерживаемых чувств губах и раздувающихся крыльях носа.

Мало того, одновременно с всплеском чувств жреца усилились и запахи. Зловоние крови и гнили теперь не просто витало в воздухе, оно вытесняло все прочие ароматы. И не было тому конца и края.

— Клятва, клятва… Клятва!!! — Жрец больше не мог сопротивляться распирающим его эмоциям и захохотал в голос, переходя от густого баса до тонкого визга и обратно.

От одного звучания его смеха по спине Малка принялись маршировать легионы мурашек, а волосы на голове словно бы зашевелились. Уже догадываясь, что в храм он заглянул, возможно, в самый неудачный день своей жизни, Малк принялся медленно пятиться к двери.

Это явно рассердило милес Драго. Иначе почему бы тот вдруг резко замолчал и вперил в него тяжелый взгляд?

— Кстати, милес Драго, а вы как, успешно прорвались в зеленый ранг? — неестественно спокойным голосом спросил Малк, чтобы хоть как-то заполнить повисшую паузу. — Вы ведь этим последнее время занимались, готовились к прорыву? — Чувствуя, как пересохли губы, он торопливо их облизал и добавил: — На моем уровне ритуал выглядит устрашающе, а каково это в ранге Бакалавра, даже боюсь представить… Как и то, насколько возрастает опасность неудачи…

Он уже приготовился рвануть к двери, однако милес Драго его опередил. Бакалавр внезапно вытянул в сторону выхода обе руки, и из раскрытых ладоней ударил поток сырой, смердящей не холодной Смертью, а теплой и вонючей гнилью Силы. Несмотря на то что магия жреца получилась какой-то расфокусированной, лишенной цельности, а отголоски использованной Власти максимум соответствовали оранжевому рангу, створки захлопнулись, а засов с лязгом встал на свое место.

— О да-а-а!!! Я прорвался… И успешно, очень успешно!!! — снова зашелся в безумном смехе милес Драго.

Малк же, чей побег сорвался, по дуге отступил к противоположной от жреца стене. Туда, где некогда пылилась старая, поблекшая от времени картина по какому-то сюжету из Послания Потомкам, а теперь… теперь блестела свежими красками ее точная копия.

— Если успешно, это хорошо! — криво ухмыльнулся Малк и, заведя руку за спину, провел ладонью по раме картины.

Пальцы кольнуло ощущение как от грубо наложенного заклинания, и он презрительно фыркнул. Йоррохов мост пусть и выпил из него все моральные и физические силы, но зато дал возможность приобрести ценный опыт по работе с магической «грязью». Уж на что на что, а на дрянные чары он насмотрелся.

— Вот только мне непонятны изменения в природе Власти после ритуала. — продолжил он. — Разве переход не усиливает ее стихиальный «окрас»? Разве ваша Власть не должна приобрести атрибут Огня? И… — Малк замолчал, активируя заклинание Рассеивания, спустя мгновение с размаху припечатал его в центр картины и одновременно рявкнул в голос: — Разве она не должна стать мощнее?!!

Будь милес Драго в обычном своем состоянии, быстро с его заклинанием Малк бы не справился. Не Адепту-недоучке тягаться в волшбе с Бакалавром. Но что-то пошло не так, кое-как слепленные чары были буквально сметены магией Малка. И на свет появилось то, что пытался скрыть жрец… За считаные удары сердца вновь покрылась пылью рама, вернулась прежняя блеклость к краскам, однако все это фиксировалось лишь краем сознания. В глаза прежде всего бросалось другое — многочисленные пятна и потеки крови, складывающиеся во вполне узнаваемое «БЕГИ!».

И Малк побежал. Не тратя на раздумья ни одной лишней секунды. К сожалению, выход был закрыт, поэтому, подчиняясь какому-то глубинному инстинкту, он ринулся к той самой «живой» статуе Кетота, у которой он давал клятву и обретал Наследие. А как оказался рядом, так развернулся к милес Драго, попутно активируя со всей доступной ему Властью заклинание Рассеивания и вкладывая в него то ли пять, то ли шесть эргов.

Решение оказалось правильным. Потому как, запоздав на какую-то долю секунды, в Малка ударила все та же сырая Сила, разве что самую малость оформленная в виде чего-то вроде кулака. Однако столкновения с волшбой Малка заклинание жреца не пережило, и вместо того, чтобы переломать ему все кости, лишь отшвырнуло сильно ослабленным потоком энергии на статую.

На мгновение перед глазами Малка все затянула кровавая дымка, впрочем быстро растворившаяся в воздухе. А вслед за ней исчез и прикрывавший истинный облик храма морок.

— Рог Йорроха тебе в бок!!! — простонал Малк, с отвращением оглядываясь по сторонам.

Стены, пол, детали мебели и внутреннего убранства — все оказалось заляпано кровью. Кое-где, как и в случае с картиной, багровые пятна образовывали слова, призывающие бежать, спасаться, убивать демонов или взывать к Святым. Однако самая жуть находилась на потолке. Он весь оказался затянут чем-то вроде паутины из плоти, из центра которой на бугристом щупальце свисала… голова с лицом милес Драго. Если можно представить себе жреца Кетота с кукольной улыбкой до ушей, акульими зубами и высунутым языком раза в три длиннее, чем полагается человеку. Полупрозрачные линии иллюзорного облика, с помощью которого тварь выдавала себя за Бакалавра, еще можно было разглядеть, но и они продолжали стремительно гаять.

— Ах ты ж с-собака!!! — не удержался от очередного ругательства Малк, чем выдал себя чудовищу.

— О-о-о, мальчик догадался! Он нас разглядел… — подхихикивая, простонал лжежрец. — Плохой, плохой мальчик!!! Теперь он решит, что мы некрасивые. Ха-ха-ха. А мы очень, очень красивые. Еще умные и… — Тварь внезапно затрясло, по паутине на потолке побежали волны, и она сорвалась на истошный визг: — Сильные!!!

Словно разом забыв все то, что когда-либо знало или умело, существо, некогда бывшее милес Драго, стремительно приблизило голову к Малку на расстояние вытянутой руки и надавило Властью. Накатила новая волна гнилостной вони, а на языке появился мерзостный привкус, однако это стало единственными физическими проявлениями новой атаки. Целью нападения оказалось не тело Малка, а его Дух. И судя по той интенсивности, с которой Власть твари теркой проходила по его внешней оболочке, угроза была нешуточная.

— Чтобы убить меня, милес Драго достаточно было лишь сконцентрироваться, но ты… ты не он. И твоя Власть ненамного выше моей! — прорычал Малк сквозь стиснутые зубы.

Сделал шаг навстречу чудовищу и нанес тот самый изученный во сне удар ладонью прямо в центр пародии на человеческое лицо. Точнее, попытался нанести… Чуть замешкавшись с созданием в руке нового Рассеивания, он дал гадине сориентироваться и в панике убраться куда-то под потолок.

— Плохой, плохой, плохой… — зашипели сверху, а затем вызывающим отвращение голосом принялись шептать слова на непонятном языке.

Возникло предчувствие, что дела идут скверно и плохая ситуация вот-вот превратится в катастрофическую. Не добавляло оптимизма даже прекратившееся давление на Дух Малка. Наоборот, это лишь подтверждало простую мысль — тварь готовила ему что-то по-настоящему серьезное.

— Умные, говоришь?! Красивые?!! — прорычал Малк. — Ну так отправляйся в Пекло, там тебя уже заждались поклонники!!!

Что делать, какой магией сражаться, он не имел ни малейшего понятия. Слишком мал его магический арсенал, слишком скудные знания мистических законов и принципов, чтобы всерьез на них рассчитывать. Единственное, что приходило на ум, это экзорцизм — тот самый навык из Наследия Кетота, что неплохо показал себя в случае с мостом.

Вот только поможет ли он сейчас?

Не обращая внимания на льющийся сверху речитатив, Малк постарался успокоиться и мысленно настроиться на Кетота. И, надо сказать, получилось у него сразу. То ли повлияла близость к статуе, то ли нарастающая смертельная опасность, то ли и то и другое, вместе взятое, однако ощущение изливаемого фигурой Четвертого Святого тепла пришло почти сразу. Будто сам собой перед внутренним взором возник образ священной книги, набатом зазвучал гимн Кетоту, зашелестели несуществующие страницы и… по храму покатилась волна очищающего света, как-то чересчур уж сильно смахивающего на духовное пламя из ритуала перехода Власти в следующий ранг. А вместе с ней к великому множеству запахов, отравивших атмосферу дома Четвертого Святого, добавился и тонкий аромат Смерти.

— Вуо-уу!!! — завыло со всех сторон.

Сверху посыпался пепел, с громким стуком принялись падать какие-то малопонятные ошметки. Последней грохнулась голова твари, почему-то теперь без щупальца, но с паучьими лапами. На которые она удивительно ловко встала и, зверски выпучив глаза, засеменила к Малку. Лжежрец оказался чересчур живучим даже для твари из Пекла.

Экзорцизм вытянул из Малка около десяти эргов, оставалось чуть больше пяти. Следовало быстро решить, как их потратить. С одной стороны, напрашивалось повторное использование удара ладонью с Рассеиванием, а с другой… с другой, если прорваться к выходу, то магии как раз хватит, чтобы выломать засов. И последнее выглядело сейчас наиболее разумным решением.

Малк уже даже сделал шаг влево, чтобы избежать встречи с приближающейся тварью, как внезапно на поле битвы появился новый персонаж. Точнехонько позади гадины возник полупрозрачный, дунешь — развеется, силуэт карлика. Одарив Малка злобной усмешкой, гаденыш в два шага нагнал никак не желающую умирать тварь, погрузил явно нематериальную ладонь ей в затылок и… рывком выдернул ее обратно с зажатым между пальцами золотистым, чуть тронутым коррозией сгустком света. Этого лжежрец уже не пережил. Не иначе как по инерции пробежав еще половину сажени, монстр завалился назад и упал замертво. Прямо на глазах потерял телесную плотность и начал растекаться в пузырящуюся лужу. Что до «этого деда Бонифация», то он запихал добычу в пасть, с натугой сглотнул и, прежде чем Малк сделал в его сторону хотя бы одно движение, с торжествующим хохотом исчез.

— Семя Йорроха! — только и успел выдохнуть Малк, как уже остался в храме совершенно один.

На миг он даже растерялся. Вроде бы только что сражался с пугающим и выходящим за рамки привычного противником, с огромным трудом добился в бою перевеса, как вдруг появился старый, уже немного подзабытый враг и поставил в происходящем окончательную точку. Да не просто точку, старый недруг вышел из драки с очевидным прибытком, что перечеркнуло любую пользу от его появления. Впрочем, в сравнении с той бездной, что открылась перед Малком после «знакомства» с лжежрецом, возвращение карлика выглядело сущей мелочью.

— Эх, милес Драго, милес Драго… Говорите, если объединить два подхода, риск превращения в тварь уменьшается, да? — глядя на все еще булькающую на полу лужу и растянув губы в невеселой улыбке, спросил Малк.

Едва сдерживаясь, чтобы не помянуть недобрым словом Пекло, Святых с их Наследием и хитрозадых жрецов, сладкими посулами заманивающих неофитов в тенета своей веры, он поклонился статуе Кетота и принялся открывать дверь. В храме он больше не хотел находиться ни одной лишней минуты.

До смешного быстро справившись с засовом — он до последнего был уверен, что лжежрец наложил на него чары! — Малк выскочил на крыльцо… где и замер столбом, сам не заметив, как поднял над головой руки. Прямо перед входом, выстроившись шеренгой и нацелив на него винтовки, стоял десяток солдат с шевронами в виде крылатого меча на рукавах. А чуть в стороне от них, заложив руки за спину, скучали два старых знакомца Малка. Те самые «зеваки», что следили за пикетом перед входом в храм Кетота во время медитации милее Драго.

— Господа, какого Йорроха происходит?! — уверенным голосом, чего даже сам от себя не ожидал, потребовал ответа Малк.

Вперед вышел самый говорливый из «зевак» и, напялив на глаза монструозного вида конструкцию из линз, принялся его изучать.

— Чист! — провозгласил он спустя добрую минуту и стянул загадочное устройство с головы.

Этим он привел в некоторое возбуждение своего молчаливого приятеля.

— А жаль, — произнес тот, с прищуром посмотрев на Малка. После чего жестом приказал солдатам опустить оружие и повторил: — Очень жаль! Чем меньше тех, кто запачкан мерзким Наследием предателя, тем лучше.

— Да может, он и не принял Наследие? — неуверенно возразил первый «зевака».

— Ты в это веришь? Серьезно? — удивился второй и, не дождавшись ответа, кивнул. — Вот и я нет…

Однако договорить ему не удалось. Малку надоело изображать бессловесную куклу, и он опять спросил:

— Может быть, объясните, что от меня надо?! И кто вы такие?!

Жаль, только с этими людьми решительный тон не работал.

— Храм Архонта, проводим операцию по выявлению демонических мутаций среди практиков мистических путей, — с нескрываемой насмешкой ответил первый «зевака». — И славь своего покровителя за то, что мы не можем трогать чистых от скверны Пекла людей. Нет у нас такого права… во всяком случае, здесь нет!

Он особо выделил слово «здесь», очевидно подразумевая, что где-то еще просто так Малка бы никто не отпустил.

Тем временем второй «зевака» поднялся по ступенькам и, оттолкнув Малка в сторону, скрылся в храме. Уже через минуту крикнул оттуда:

— Пусто! Кроме следов применения экзорцизма, больше ничего!

— Да ладно, — не поверил его коллега и, не переступая порога, заглянул внутрь храма. Несколько секунд что-то там разглядывал, после чего обратился к подпирающему дверной косяк Малку: — А ты, парень, молодец. Не только сам уцелел, но и за своим наставником прибрался. Неплохо.

— Что случилось с милес Драго? — мрачно перебил его Малк.

— А ты разве не понял? Он захотел стать кем-то большим, чем жалкий жрец полузаброшенного храма, и замахнулся на следующий ранг. Но не справился. — Явно довольный случившимся последователь Архонта развел руками. — Неудачник.

После чего подмигнул Малку и скрылся в храме, потеряв к общению с ним всякий интерес. Что до Малка, то ему не оставалось ничего иного, кроме как отлипнуть от стены и с мрачным видом зашагать прочь. Больше его останавливать никто не пытался, и даже солдаты молча освободили дорогу.

Интересно, а уж не в кознях ли этих двух представителей храма Первого Святого кроется причина провала милес Драго? Помнится, в прошлый раз они для этого приложили немало усилий… Раньше Малк назвал бы подобные предположения откровенной дикостью и бредом сумасшедшего, однако теперь считал иначе. После общения с этой парочкой даже выдававшая себя за жреца тварь казалась уже не такой отвратительной. И от этого на душе становилось еще более мерзко, чем было.

— Похоже, в дальнейшем придется беречься не только лоялистской гнуси, но и «конкурентов» из храмов, — принял решение Малк, когда храм уже скрылся из виду и он оказался на безлюдной остановке парового омнибуса. — Вот ведь не было печали…

До шести вечера оставалось еще несколько часов — времени вполне хватило бы не то что посетить банк и пробежаться по лавкам, но даже заглянуть к портному починить пострадавшую в драке одежду. Однако поступать «по уму» Малк не захотел. После пережитого в храме на сердце лежал огромных размеров камень, так что все, чего он сейчас желал, это тишины, одиночества и чего-нибудь достаточно крепкого, чтобы хотя бы на мгновение вернуть душе легкость. Рецепт, конечно, опасный — подобное лекарство вполне способно загнать еще глубже в пучину расстройства, — но Малк другого выхода не видел. В нынешнем состоянии встречаться с автором записки, переданной Тырхатом, он был просто не способен. Сорвется.

Так что из храма он поехал прямиком в «Два жезла», занял там самый дальний, самый укромный столик и с мрачным видом принялся глушить дешевый кальвадос… Если, конечно, можно сказать «глушить» в ситуации, когда, несмотря на выпитое, ум все равно остается ясным, а настроение все таким же поганым.

— Помнится, я очень спешил пройти ритуал, боясь, что пожалею о решении и передумаю, да? Что ж, я уже жалею, — то ли после третьей, то ли после четвертой рюмки пробормотал себе под нос Малк и принялся массировать виски. Перед его глазами то и дело появлялся облик сильного и могучего милес Драго, чтобы спустя мгновение превратиться в болтающуюся на кровавом щупальце мертвую голову почему-то с лицом самого Малка. И избавиться от таких мыслей никак не получалось. — Как-то слова про риск превратиться в тварь мне виделись иначе…

Остро хотелось выплеснуть на кого-нибудь раздражение, но Малк держался. Во всяком случае пока. Что будет через полчаса, когда он добьет-таки бутылку и выпитое пересилит способность его тела сопротивляться воздействию алкоголя, Малк мог только догадываться.

Однако спасение от накатившей депрессии пришло с неожиданной стороны. Впервые на памяти Малка за его счет решил развлечься местный задира. Здоровый амбал, до того смирно сидевший в компании то ли возчиков, то ли работяг с ближайшей мануфактуры, вдруг встал, опрокинул в себя стопку какого-то мутного пойла и решительно направился в его сторону.

— Я занят, отстань! — холодно предупредил Малк, едва тот поравнялся с его столом.

— Чего-о-о?! — с полоборота завелся амбал, теперь избавленный от необходимости придумывать причину для конфликта и потому воспринявший грубость как дар Святых.

Малк на это лишь зло усмехнулся и Властью сжал стоящую перед ним бутылку. На то, чтобы раздавить ее в мелкое крошево, ему потребовалось пол-эрга Силы и время в один удар сердца. После чего он, глядя в его стремительно трезвеющие глаза, сказал:

— Хочешь, сделаю то же самое с твоим сердцем?

И пусть на подобный фокус он был пока не способен, амбал этого не знал. Так что через считаные мгновения Малк снова оказался один…

Вот только пить его больше не тянуло. Да и лежащий на сердце камень так уж сильно больше не давил. Чего он испугался-то? Риска? Но ведь жизнь именно так и устроена: чем выше лезешь, тем опаснее падать. Не хочешь неприятностей — не высовывайся, а высунулся — будь готов платить. Или боится стать тварью? Так это дополнительный стимул больше выкладываться в тренировках!

По сути, больше никаких реальных минусов нет. Зато есть плюсы…

Однажды на занятии в Обществе их наставник Ламара Горжан попыталась продемонстрировать навыки владения Властью. И вот она не то что бутылку раздавить не смогла бы, она едва с простейшим перемещением предметов тогда справилась. Что, на взгляд Малка, было откровенно позорно. Он выбрал другой путь, уже первые шаги по которому принесли неплохие результаты. Так чего тогда тоску наводить?!

Качели настроения заскользили в обратном направлении. Малк впервые за день позволил себе искренне улыбнуться…

Честно говоря, несмотря на указанное в записке время, особой пунктуальности от ее автора он не ждал. Поэтому, успокоившись и избавившись от хаоса в мыслях, он настроился на длительное ожидание. Вместо выпивки заказал чайничек шуйсю, попросил утреннюю газету и ушел с головой в чтение, увлекшись публикуемым на последней странице рассказом неизвестного ему путешественника.

На какое-то время он попросту отключился от окружающей действительности, забыв обо всем. К реальности его вернуло ощущение совершенно неуместного сейчас возбуждения, зародившегося в его теле и грозящего вспыхнуть разрушительным пожаром. Малк машинально задышал в другом ритме, беря под контроль разбушевавшиеся гормоны, и с беспокойством принялся смотреть по сторонам. Если с ним такое происходит, то что же творится с обычными неодаренными? Толпа пьяных, сведенных с ума колдовской похотью мужиков способна натворить таких дел, что разгребать их придется не обычным стражам порядка, а жандармам из Третьего корпуса.

Однако, как ни странно, ничего необычного не происходило. Словно морок возбуждения был нацелен на одного только Малка. И ему был известен единственный человек, способный на подобное. Отложив газету, он встал, одернул жилет, пригладил волосы и… учтиво поприветствовал коротким поклоном появившуюся в проходе между столиками госпожу Леару.

— О, Малк, вы быстро учитесь хорошим манерам! — покровительственно улыбнулась властная красавица, подождала, пока Малк отставит для нее стул, и лишь затем села.

На этот раз представительница Темной Канцелярии была одета в кремовое дорожное платье, ниспадающее вдоль бедер, талия затянута в корсет, а руки прикрывали сужающиеся к локтю рукава. На голове красовалась изящная шляпка с вуалью, кисти же рук защищали неизменные перчатки в тон остальной одежде.

— Насмотрелись? — тонко улыбнулась госпожа Леара, вызвав в организме Малка еще одну волну возбуждения.

Да что ж такое-то!!! Малк неловко улыбнулся и торопливо сел за столик. Гостья на этот его маневр отреагировала изящным смехом из-под прикрывающих губы пальцев, чем вызвала у него вспышку раздражения. Госпожа Леара над ним явно издевалась.

Малк уже даже собрался как-то прокомментировать происходящее, но был внезапно прерван появлением мальчишки в одежде курьера. Раскрасневшийся от бега парнишка с сомнением посмотрел сначала на госпожу Леару, затем на Малка, а под конец на зажатый в руке конверт.

— Прошу меня простить, но… могу я увидеть Адепта Малка? — наконец спросил он, не поднимая глаз.

И этим своим вопросом поставил Малка в тупик. Уж чего-чего, а на встрече с представительницей Темной Канцелярии визита посыльного он точно не ожидал. В голове сразу же закрутились самые пугающие сценарии. Что это, провокация жрецов Архонта, диверсия лоялистов, месть Тревора или часть коварного плана капитана Тырхата?! А может, это Старик чудит? С его навыками гадания вполне по силам предсказать появление ученика практически где угодно…

Наверное, он бы еще долго выдерживал паузу, если бы не вмешалась госпожа Леара. Протянув руку, она буквально вырвала пакет у мальчишки и холодно ему улыбнулась.

— Он это, он! А теперь забирай у него чаевые и проваливай.

Пока Малк искал по карманам обычную в таких случаях монету в пол-обола, пока отдавал ее посыльному, госпожа Леара успела вскрыть конверт и вытряхнуть на стол небольшую фигурку из черного камня. Повертела в руках, рассматривая, после чего поставила в центр стола и довольно рассмеялась. Малк, от которого полностью ускользал смысл происходящего, в полнейшем недоумении вытаращился на красавицу, чем привел ее в еще лучшее расположение духа. Она даже смотреть на него стала теперь как-то иначе — словно на давно потерянное и теперь вновь обретенное сокровище.

— Что это? — не выдержал Малк, догадавшись, что без этого никаких пояснений он не дождется.

— Потом скажу, — даже не ответила, а промурлыкала госпожа Леара. Поправила выбившийся из-под шляпки локон и с иронией спросила: — Тем более вы ведь не про это в действительности хотите спросить, правда?

— Я хочу спросить? — изобразил удивление Малк. — Вроде как это вы мне записку с предложением встречи передали…

Он перехватил насмешливый взгляд госпожи Леары и осекся. Да, вопросов у него и вправду было много, однако… Йоррох! С этой магичкой непонятно какого ранга, но удивительных способностей все-таки было крайне сложно иметь дело. Поправив сбившийся воротник и тихо порадовавшись, что гормональная атака на его организм прекратилась, Малк осторожно огляделся. Дальнейшая их беседа предполагала обсуждение весьма болезненных для него тем, так что заниматься этим в таверне, с точки зрения конфиденциальности, было не слишком-то хорошей затеей. Он даже собрался высказаться на этот счет, как вдруг выяснилось, что госпожа Леара уже обо всем позаботилась. Малк и не заметил, как их столик словно бы оказался в воздушном пузыре, отделяющем их от остальных посетителей.

Как удобно…

— Хорошо, тогда так. Я хочу знать, что происходит и зачем я вам сдался. Вроде как в прошлую нашу беседу вы мне говорили совсем иное… про совершенные ошибки, ненужных сотрудников и прочее… а теперь вдруг такой неожиданный разворот, — наконец сдался Малк. — Это какая-то игра?

С каждым словом он распалялся все больше и больше, так что последняя фраза прозвучала откровенно зло. Однако сидящую перед ним красавицу этим было не пронять.

— О, я вам действительно много чего говорила. Тогда. Сейчас же скажу немного другое… Потому как ситуация теперь тоже… другая, — сообщила госпожа Леара, сделав осторожный глоток из заказанной ею чашки чая.

— И что же изменилось? — стараясь держать себя в рамках, спросил Малк.

— Птичка попала в силки, и охотник вернулся домой, — с удивительной грацией развела руками госпожа Леара.

— Птичка? — поморщился Малк, но затем догадался: — А, авалонец…

— Первый помощник посла, если быть совсем уж точным, — поправила Малка красавица, — его доверенное лицо и правая рука. Которого поймали не просто на связях с лоялистами, как думали ранее, а схватили за руку во время участия в ритуале демонической магии в самом центре второй столицы Борея. — Она не выдержала и засмеялась. — Говорят, в дипломатическом корпусе даже праздник устроили!

Малк, который смотрел на события той ночи несколько под другим углом, нахмурился.

— Отлично, что все довольны. Но… тогда получается, я был для вас кем-то вроде живца?

— Одним из. Но, как выяснилось, самым перспективным, — улыбнулась одними глазами госпожа Леара. — Хотя поначалу так никто не считал. Капитан Тырхат тот вообще настаивал, что «этот колхаунец бесполезен, только все испортит». — Интонации, с которыми говорил жандарм, красавица передала с удивительной точностью. — Но ведь не испортили же?

Перед внутренним взором Малка появился капитан Тырхат и особенно то, как он себя вел в присутствии госпожи Леары. Ну ни дать ни взять подчиненный перед лицом большого начальства! А на деле оказывается, что он был частью устроенной Канцелярией интриги… Сволочь, а как играл, как играл! И главное, Малка убедил…

— И вы так спокойно рассказываете, что были готовы в любой момент мной пожертвовать? — не сдержал удивления Малк. — Точнее, даже пожертвовали. То, что я выжил, не ваша заслуга, а мое везение.

— Да, — с видом хорошо поохотившейся львицы ответила госпожа Леара. — Погибнешь — значит, погибнешь во славу Борея. Выживешь — наберешься опыта и станешь полезен… Это взрослые игры, Малк. Разговоры о гуманности и ценности каждой жизни следует оставить для философов и политиков-популистов. Наше дело — давать им возможность нести свои благоглупости в безопасности и уюте. И благодаря вам мы снова выполнили это свое предназначение.

От цинизма слов госпожи Леары Малка словно бы обдало холодом. Он хоть и считал себя патриотом Борея, но… проклятье, патриотом приятнее быть, сидя дома у камина, когда вместо тебя рискует кто-то другой, а не вот так вот, в качестве разменной пешки. Стало как-то обидно и больно, а потому он зло парировал:

— Играете, играете, такими, как я, жертвуете… Но ведь лоялисты все равно побеждают!

Однако нарушить спокойствие красавицы ему не удалось.

— Если вы о тех лоялистах, которых поддерживает Авалон и которые устраивали на вас охоту, то нет. Их теперь прижали довольно сильно. В том числе и вашими стараниями, — невозмутимо сообщила госпожа Леара. — Если же вообще о политике Домов и Триумвирате, разделяющих некоторые взгляды «демонолюбов», то… да. И ничего с этим поделать мы пока не можем.

В разговоре наступила пауза. Госпожа Леара вновь занялась своим чаем, Малк же положил перед собой руки со сцепленными в замок пальцами и глубоко задумался.

— Ладно. Почему вы вообще решили, что я захочу продолжать сотрудничество? — спросил он спустя некоторое время.

— Хм… Наверное, потому, что теперь вас очень не любят некоторые аристократы и нет другого выхода? — не выпуская из рук чашки, ответила красавица из Канцелярии. — Нет, слава Святым, никто из наследников и членов основных Семейств в инциденте не пострадал, но кандидаты на роль доверенных слуг и сами слуги — да. Так что есть нанесенная обида, есть желание узнать, как там все было. И пусть до той поры, пока наши люди перетряхивают город, никто лишний раз шевелиться не станет, через седмицу-полторы все закончится и за вас возьмутся всерьез. Не как раньше.

Обещание прозвучало довольно грозно, однако Малк даже не поморщился.

— Пускай берутся. На тот момент меня здесь уже не будет. А там пусть ищут! — твердо сказал он.

— Не могу спорить, полностью согласна… К тому же Канцелярии тоже не нужно, чтобы вы продолжали здесь околачиваться, — закивала госпожа Леара, чем откровенно взбесила Малка.

— Я не буду сотрудничать с Канцелярией… — прорычал он, едва не хлопнув ладонью по столу. Лишь в последний момент он опомнился и сдержался.

— Будешь, котик, будешь, — с интонациями повидавшей жизнь женщины тихонько рассмеялась госпожа Леара. И выложила перед Малком две канцелярские папки с завязками, извлеченные из сумочки. — Читай, — добавила она, вновь перейдя на «ты».

Уже примерно представляя, что там увидит, Малк раскрыл одну из папок и достал лежащие там листы. Это оказалось его личное дело, где была отражена почти вся его жизнь. Родился, учился, приехал… Что особенно бросилось в глаза, так это прочерк напротив графы «Отец», вынесенная на первую страницу информация о черной звезде в паспорте и непонятно откуда взявшаяся отметка о блестящем окончании курсов при Обществе.

Ткнув в последнюю строчку пальцем, Малк непонимающе уставился на свою собеседницу.

— Окончил, не забивай себе голову. Аттестат тебя уже ждет, надо только зайти с паспортом, чтобы поставить отметку, — равнодушно отмахнулась госпожа Леара. — Считай это скромным подарком от Канцелярии. Ты лучше в другую папку загляни.

Малк последовал ее совету и… оторопел. Это тоже было его личное дело, но какое! С двумя подтвержденными черными звездами, ограничением в гражданских правах, доказанным участием в демоническом ритуале и убийствах дворян.

— Это все ложь! — прорычал он, оттолкнув от себя обе папки.

— Нет, это правда. Просто поданная как надо правда, — возразила госпожа Леара. — И то, какое личное дело будет храниться на полочке в архиве, а какое отправится в печку на растопку, зависит от тебя.

Йоррох!!! Малк, моментально все осознавший, откинулся на спинку стула и вытер выступившую на лбу испарину. Игры с государственной системой оказались немного не такими, как ему представлялось.

— А если все равно откажусь?! — все же спросил он, упрямо набычившись.

— Там, где одна… нехорошая запись… может появиться и другая, а там третья и четвертая. Например, вдруг всплывет формулировка про покушение на государственные устои. И симпатичное личико одного юного Адепта тут же появится в разыскных листах, — равнодушно пожала плечами госпожа Леара и вновь вернулась к прежнему обращению на «вы». — Так что подписывайте согласие на сотрудничество и не выделывайтесь.

Как по волшебству перед ним появился еще один листок, на котором черным по белому было написано о желании Малка стать внешним агентом Темной Канцелярии. Он дважды прочитал написанный текст, повертел в руках самопишущее перо и спросил:

— Все равно не понимаю, почему тогда сразу меня не завербовали? Еще в прошлый раз? Зачем ждать до этого момента?

— Говорю же, потому что в вас никто не верил. Плюс… если честно… несмотря на черную звезду, вы были слишком чистенький. Не за что было зацепиться… А вот теперь есть за что. И мы с радостью примем в лоно организации нового члена, — немного устало сказала госпожа Леара и протянула ему еще одну папку. — А чтобы вы не считали себя чересчур обиженным, вот еще несколько документов.

Малк механически забрал новые бумаги и пробежался глазами по заголовкам.

— Рекомендации по формированию Нимба, прохождению барьера и дальнейшая стратегия развития?! — не сдержал он удивления. В сложившейся ситуации чего он точно не ждал, так это подобного подарка.

— Именно. У вас такая каша с освоенными навыками и построенным магическим фундаментом, что нашим специалистам пришлось поломать голову, чтобы получить хоть какую-то стабильную духовную структуру, — пояснила госпожа Леара, а затем словно невзначай добавила: — Заодно обратите внимание на последний лист… Там лежит направление в новую Школу, теперь уже настоящую.

Если последним предложением она предполагала вызвать у Малка бурную радость, то ошиблась. Его новость совсем не обрадовала.

— Школа Пепла?! — прочитал он. — Школа?!! Нет, я в Школу не хочу. И дело даже не в том, что это ваша Школа. Просто я настолько устал от всего пережитого за последний год, что снова окунаться в учебу не способен.

Госпожа Леара с пониманием кивнула.

— Да, я читала отчеты о вашей жизни. Это было… сложно. Но так устроен мир магов. Слабых сжирают и, как вы сами видите, используют. — Она издала тихий смешок, но тут же успокоилась и продолжила: — К тому же… вы не правы. Школа эта не наша, да и называется она так лишь в силу сложившейся в последние несколько сотен лет традиции.

— Да? И как же ее называли бы раньше? — неожиданно для себя заинтересовался Малк.

— Не знаю… Быть может, воинским орденом, братством или вовсе… сектой. У Канцелярии нет ответа на ваш вопрос, — тонко улыбнулась красавица. — Это вы мне об этом расскажете. Потом. После того как туда поедете, устроитесь помощником к нашему человеку во внешнее отделение Школы и займетесь выполнением своих обязанностей… Так что не беспокойтесь, изображать студента вам точно не придется.

— Как у вас все расписано. Да только мне сотрудничать как-то все равно не хочется. Раньше хотел, теперь же… — Малк замотал головой.

Нет, умом он понимал, что против такой силы ему не выстоять и его упрямство бессмысленно, но… Йоррох подери, прогибаться под столь наглыми угрозами ему тоже претило.

— Ненавидите угрозы? Понимаю… Тогда, может, вспомним о чувстве благодарности? — Представительница Тайной Канцелярии словно бы забавлялась. — Помните эликсир Призрачного корня, без которого завершить освоение Кристаллического Сердца было несколько затруднительно? Так вот, обладателю черной звезды его бы никогда не продали. Да и работу, идеально подходящую под тренировку единственного удачно выбранного заклинания, тоже вряд ли удалось бы быстро найти… Я про детище Сержа, если вы не догадались.

— Догадался, — кивнул Малк и тотчас поинтересовался: — Всегда подозревал, что «Стая диких товарищей» — это ваша задумка. Уж больно специфический подбор людей и задач… Для чего-то особенного людей готовите?

— Может быть, да, а может, и нет. — Госпожа Леара вдруг чуть подалась вперед и, делая ударение на каждом слоге, произнесла: — Приучайтесь не задавать лишних вопросов.

Малк, которого все эти игры безумно утомили, от совета лишь отмахнулся.

— То есть несмотря на всю «бесперспективность», приглядывать за мной вы все же приглядывали? — в лоб уточнил он. — Может быть, тогда и сложностей мне тоже вы добавляли? Как с мастером Гареном, который меня вдруг учить отказался. Чтобы, так сказать, корни подрубить и к мысли убраться из Андалора подтолкнуть?

— Так и хочется сказать да, однако… Канцелярия влиятельна, но не всесильна. В вашей жизни полно вещей, в которые вы вляпывались сами, — совершенно не смутившись прямотой Малка, ответила госпожа Леара. — В общем, хватит изображать недотрогу, подписывайте бумаги! А потом рассказывайте, что с вами такого произошло, из-за чего прислали это.

И щелкнула пальцем по статуэтке черного рыцаря.

— А что это? — спросил Малк, за непростым разговором забывший о йорроховой фигурке.

— Замечательная вещица. Знак внимания одной очень интересной организации, нацеленной на защиту человечества. Вроде бы реально не существующей, во многих местах запрещенной, но весьма и весьма авторитетной. Озабоченной в том числе тем, чтобы отслеживать яркие события в деле борьбы с Пеклом.

Наверное, впервые за всю беседу с госпожой Леарой Малку показалось, что она не играет, а говорит искренне. И одобрительные нотки, что сейчас звучали в ее голосе, принадлежали именно ей, а не тому образу, что она старательно выстраивала.

— И знаете, глядя на эту прелесть, я даже начинаю сожалеть, Малк, что не приставила к вам слежку. Потому как в известной мне истории ничего способного привлечь внимание Зала Помнящих вы не сделали. Так что рассказывайте! — с азартом предложила госпожа Леара и требовательно уставилась на Малка.

Несколько растерянный от всего свалившегося на него за последний час, Малк глубоко задумался. Потом пожал плечами и сообщил:

— Не знаю. Ничего, кроме сегодняшнего экзорцизма в храме милес Драго, на ум не приходит…

— Что?! — опасно сощурилась госпожа Леара, став похожей на приготовившуюся к прыжку ласку.

Малк тяжело вздохнул.

— Несколько месяцев назад я столкнулся с демоном, спастись от которого удалось лишь благодаря вмешательству жреца Кетота. Дальше мы с ним начали общаться и… в какой-то момент я попросил его помочь с демонической меткой. — Подозревая, что упоминание любых связей с Пеклом вряд ли улучшит его положение, Малк умолк, а затем принялся оправдываться: — Ну это последствия изучения гадания… Не знал, как с ними справиться, и…

— Про гадание можете не объяснять. Мне тема жреца интересна, — поторопила его госпожа Леара.

— Да говорить-то особо и не о чем. Милес Драго дал мне страницу из Наследия и сказал по нему заниматься. Мол, это лучший способ решить мою проблему, а дальше… — продолжил было Малк, но красавица его решительно перебила.

— А почему церковник сам не убрал столь простую метку, а вместо того всучил ограниченный к распространению текст, он не сказал? — явно зло спросила госпожа Леара.

— Почему же, сказал… С его слов, страх — это стимул к самосовершенствованию, — пожал плечами Малк, а его собеседница торопливо уточнила:

— Погодите-погодите… Напомните мне, в храм какого Святого вы зачастили? Кетота?!

Малк молча кивнул.

— Идиот! — С госпожи Леары мгновенно слетел налет кокетства и изящества, что ей так нравилось демонстрировать перед Малком. И она совершенно по-простецки хлопнула себя ладонью по лбу. — Не Архонт, не Дорана. Не один из восьми других Святых… Ты приперся именно к Кетоту! Рехнуться можно.

Она замотала головой, залпом допила свой чай и лишь тогда, немного успокоившись, спросила:

— И какой на тебя наложили в храме гейс за «помощь»?

— Гейс? — непонимающе уставился на нее Малк.

— Ну плату, обязательство… То, в чем ты поклялся перед ликом Святого, — объяснила она.

— Если коротко, то никогда не принимать сторону Пекла, — осторожно ответил Малк, предчувствуя самую бурную реакцию.

Однако госпожа Леара превзошла его ожидания. Она уставилась на него в совершеннейшем шоке, только и сумев выдавить:

— С ума сойти…

Правда, пояснить, что ее так удивило, она не захотела. Сказала, что позже Малк сам разберется. Однако историю про экзорцизм и общение с последователями Архонта выслушала самым внимательным образом. Многое госпоже Леаре явно не понравилось, но посвящать в свои мысли Малка она опять не стала, ограничившись коротким:

— Теперь многое становится понятным. И прежде всего, почему Зал обратил на вас внимание.

— И это все, что я должен знать? — разозлился Малк.

— Пока да. Хотите большего — работайте на Канцелярию и зарабатывайте право задавать вопросы. — К госпоже Леаре окончательно вернулось спокойствие и прежняя манера общения. — Что до фигурки… не обращайте внимания. Они у многих есть. У меня таких шесть, а у одного знакомого генерала — двенадцать. Так что здесь ничего особенного нет. Просто знак внимания и одобрения для знающих и понимающих.

Совершенно не удовлетворенный услышанным, Малк, вместо того чтобы продолжать засыпать собеседницу вопросами, мрачно насупился и уставился на свои ладони. К чему все шло, он уже понял. И если поначалу методика вербовки агентов, продемонстрированная госпожой Леарой, показалась ему абсолютно дурацкой, то теперь он так не считал. Все та же аналогия с птичкой. К чему суетиться и придумывать хитрые схемы, если жертва уже в силках и ей надо лишь объяснить, что нет шансов на побег?

— Чем я буду заниматься в этой вашей Школе? — глухо спросил он. — Убивать? Воровать? Узнавать секреты?

После своих вопросов он ждал чего угодно, но только не того, что госпожа Леара начнет смеяться.

— Малк, я не могу, вы кем себя возомнили? Даже поднявшись до ранга Ученика… чего еще не произошло… вы всего лишь окажетесь в числе тех, кто получил право изучать тайны магии. Станете кем-то вроде кадета, говоря языком смертных военных. Чтобы считаться хотя бы рядовым, придется вырасти до Бакалавра. Слышите, рядовым! А раз так, то кто же поручит что-то действительно серьезное будущему кадету?!

Стоит ли говорить, что требуемые бумаги Малк в итоге все же подписал? Единственная уступка, которую он смог выторговать, будучи «птичкой в силках», стало обещание госпожи Леары найти род его отца. На собственные силы в этом деле он больше не рассчитывал. Слишком много всего происходило в его жизни, чтобы надеяться вернуться к исполнению детской мечты хотя бы в ближайшие годы. Поначалу он, правда, думал, что властная красавица откажется. Слишком уж характерное выражение мелькнуло у нее на лице. Но затем представительница Канцелярии испытующе глянула на Малка — так что у него вновь вспыхнул жар внизу живота, — очаровательно усмехнулась и… согласилась.

А уже перед уходом, когда госпожа Леара встала из-за столика, она и вовсе дала ему совершенно обычный, лишенный каких-то выкрутасов совет:

— Малк, вы уже заметили, какое давление оказывает слишком высокий ранг Власти на ваше тело? Не тяните с переходом в Ученики, не надо… И помните про дату. Поезд до Варганда, на который у вас билет, отходит через три дня. Не опаздывайте.

И ушла, забрав с собой обе папки с личными делами и расписку о добровольном сотрудничестве. Взамен же она оставила рекомендацию в Школу, советы по развитию Дара, билет и… жетон от железнодорожной камеры хранения. Той самой, где, как сказала напоследок госпожа Леара, теперь хранились все спасенные после стычки с лоялистами вещи Малка.

Последнее его настолько заинтересовало, что он не выдержал и прямо из «Двух жезлов» отправился на вокзал. В обмен на деревянный кругляш он получил из рук усталого служащего даже на вид тяжелый потертый саквояж. Долго тянуть Малк не стал и прямо в зале ожидания вокзала взглянул на последний «подарок» госпожи Леары.

Внутри среди вороха старой одежды лежали револьвер, проклятый кинжал в ножнах, оплавленные обломки Зеркала, маска лиса, кошелек с десятью драхмами и… чего он точно не ожидал увидеть, письмо из дома. Ни Очага, ни платка леди Марой он так и не нашел.

И в этот момент, глядя на все свои вещи, Малк вдруг осознал, что андалорская эпопея подходит к концу. Позади было исполнение самой главной его мечты, переживания и душевные метания, новые знакомства, смертельные конфликты и коварные ловушки — в общем, все то, что составляет жизненный опыт и меняет взгляды на мир. Малк нынешний и Малк, едущий покорять культурную столицу, — это были словно два разных человека. Хотя бы потому, что в Колхауне ему не приходилось терять друзей, расставаться с подростковой наивностью и обретать многочисленных врагов.

А ведь начиналось все с того, что единственной реальной заботой он считал поиск родственников! Глупец…

Словом, сейчас в его жизнь вернулась ясность. И пусть желанной свободы он не приобрел, тем лучше. Тем больше стимул обрести могущество!

Он уже собирался вернуть саквояж в камеру хранения — не таскаться же до отъезда везде с сумкой, — но кое-что вспомнил и полез в карман лежащего там камзола. Недолго покопался и с удовлетворением вытащил визитную карточку леди Марой. За попыткой разобраться с «хвостами» он как-то совсем о ней забыл. А зря! Потому как теперь он больше не видел причин избегать ее общества. Истерзанный влиянием госпожи Леары организм моментально отозвался на данную мысль приступом жара, и Малк кивнул своим мыслям. Да, к Терри заехать следовало обязательно.

Ну а затем… затем его ждет Школа Пепла. И, словно напоминая о своем существовании, в отполированном до зеркального блеска плафоне светильника, висящем на уровне глаз Малка, появилась рожа карлика. «Этот дед» Бонифаций многообещающе посмотрел на Малка, злобно улыбнулся и исчез. К сожалению, не навсегда.

Письмо из дома, переданное госпожой Леарой.

«Дорогой сын и брат! Прошел уже почти год, как ты уехал из дома, но никаких вестей о себе не подаешь. И это сильно нас беспокоит. Да, знаю о ваших отношениях с матерью, но мы-то с тобой вроде никогда не ругались? Да и близняшки по тебе скучают. Каждый раз, как выходные приближаются, вспоминают, как ты из интерната приезжал и с ними время проводил. Так что знай, здесь тебя ждут и, хоть ты и не любишь громких слов, уважают и любят. И всегда примут обратно, если вдруг не сможешь найти себя в Андалоре. Помни, в Колхауне твой дом!»

Дальше шла почти нечитаемая пара строчек, написанная явно кем-то из близняшек. Похоже, что писать красиво и, главное, разборчиво они так и не научились. На фоне размашистой скорописи отчима это особенно бросалось в глаза.

Ну а короткая приписка была выполнена идеальным каллиграфическим почерком, с вензелями и завитушками. Так писала только мать.

«Понимаю причины, по которым ты не желаешь общаться, но думаю, ты должен знать. Дар Воды у твоих сестер можно считать подтвержденным. И если мы хотим, чтобы они стали кем-то большим, чем твой отчим, нужно вкладываться в их развитие. У нас таких денег нет. Поэтому, если есть такая возможность, рассчитываем на твою помощь».

Липецк — Москва — Калуга — Гурзуф — Форос — Кемер — Казань Май 2019 — февраль 2020

ГЛОССАРИЙ

МИР МРИТЛОК

Краткая история

Мритлок — мир бесчисленных островов. Древние хроники гласят, что когда-то, десятки тысяч лет назад, на планете существовали семь материков, но затем катастрофы, войны, стихийные бедствия так изуродовали ее облик, что все крупные участки суши были расколоты на множество фрагментов. На острова — сорок один относительно крупный и бессчетное количество гораздо более мелких. Откровенно говоря, сколько именно островов в Мритлоке, не знает никто. И, увы, так будет всегда. В мире из-за вулканической активности ежедневно исчезают и вновь появляются десятки мелких островов. Но не это главная причина сложностей с подсчетом — потрясшие мир катаклизмы затронули само пространство. Лакуны, искажения, стихийные и блуждающие порталы, провалы на иные планы — все это давно уже стало частью мироустройства, сделав невозможным создание точных карт. Достаточно сказать, что на некоторые острова попасть можно лишь раз в году, когда в барьере пространственных искажений вокруг них открывается проход, а чтобы добраться до некоторых островов, формально находящихся в прямой видимости, надо сделать крюк в несколько тысяч миль.

Как такое стало возможно? Ответа два — магия и последствия вторжения демонов из соседних реальностей. С первым все понятно. Источники магии влияют не только на живых существ, наделяя их новыми способностями и трансформируя тела, не только порождают тектонические сдвиги и вызывают буйство природных сил, они еще и рвут саму ткань пространства. И ничего с этим поделать нельзя.

С демонами же все гораздо сложнее. Считается, что десятки тысяч лет назад, когда облик планеты был другим, в мире не было магии и человеческая цивилизация шла по пути технологического развития. Корабли, машины, разного рода механизмы… Сложно сказать, сколь высокого уровня удалось достичь предкам, — до нас дошли лишь отдельные артефакты той эпохи, — ясно одно: магии они не знали. Иначе демоны Йорроха никогда не захватили бы этот мир и не правили в нем примерно полторы тысячи лет.

Эпоха владычества демонов в современной истории называется Темными веками. Эпоха, когда люди были низведены до уровня скота, откармливаемого на убой. Те кровавые времена достойны отдельного разговора, поэтому здесь лишь скажем, что после Восстания Девяти владычество демонов закончилось и большая их часть была низвергнута обратно в Пекло. Человечество вступило в эпоху Возрождения, а день Восстания принято считать началом нового летоисчисления. На месте городов и доминионов демонов возникали людские государства, возрождалась культура, наука. Из оплаченных кровью демонических знаний выросла человеческая магия.

Казалось, что наступил золотой век. Но, увы, люди не могут долго жить мирно. С годами память об общем жутком кровавом прошлом тускнела, множились взаимные обиды, усугубленные обособленностью островных государств, и вот уже единый союз распался. Началась грызня, очень скоро переросшая в череду полномасштабных войн, ныне именуемых Войнами за Наследие. Войн, снова отбросивших людей до уровня дикарей. Еще помнившие сражения с демонами Архимаги, без оглядки применяемые жутковатые механизмы и прекрасно оснащенные солдаты — все они косой смерти прошлись по островам, едва не закончив то, что пытались сделать демоны в период Восстания Девяти.

Наверное, люди бы так и поубивали друг друга, но в мир вернулся старый враг — озлобленный, гораздо более подготовленный, — и распри пришлось забыть. Новая война с демонами, или Вторая Волна, началась в год 1789 и длилась сто лет. Полуторамиллиардное население сократилось почти в двадцать раз, цивилизация снова была разрушена, а и без того истончившаяся ткань реальности оказалась разорвана во множестве мест. И пусть численность человечества постепенно восстановилась, а цивилизация опять возродилась, но мир нанесенные ему раны так и не залечил. И знаком той болезни стала Ночь Йорроха.

С той поры каждую зиму мир — обычно на несколько часов, но в плохие годы бывало, что и на целую седмицу, — погружается в сумрак, и вместе с темнотой в города людей приходит истинная Тьма. Граница миров истончается и рвется, на улицах же появляются кровожадные твари. И горе тем, кто оказался вне убежища или защищенной усадьбы!..

Таков мир, в котором мы живем. И не стоит надеяться, что когда-нибудь он станет лучше.

Политическая карта мира

На момент написания данного труда (3011 год от В. Д.) на планете сложилась следующая политическая обстановка.

Выделяются шесть основных и наиболее влиятельных игроков. Это Авалон, Арктавия, Борей, Стиксон, Тарахонт и Содружество Ганзур.

Авалонские острова расположены южнее Яванского пояса и западнее Россыпи Риды. Географически представляют собой два крупных острова и полтора десятка мелких. И именно здесь возникло государство Авалон — самое могущественное и развитое во всем Южном полушарии. Правит страной Канцлер, на четыре года избираемый Советом Домов. Господствующая идеология — личная свобода и развитие без ограничений. Здесь разрешены постоянные трансформации человеческой сущности, вмешательство в наследственную информацию и любые магические эксперименты. Последние, правда, при строжайшем контроле Совета Домов. Авалон обладает самым крупным броненосным флотом среди всех цивилизованных стран и больше, чем кто-либо, использует в армии боевых химер. Слава сильнейших менталистов также принадлежит чародеям Авалона.

Главный соперник Авалона на море — Содружество Ганзур, располагающееся в Восточном полушарии, севернее Яванского пояса. Четырнадцать крупных островов, четырнадцать стран с политическим строем от монархии до самых диких форм деспотии, объединены в союз, который призван защищать их торговые интересы на просторах Мритлока. Если Авалон хотя бы пытается прикрывать свои желания ширмой из привлекательных лозунгов, то Содружество на такие мелочи не разменивается. Их цель — нажива. И нет никакой разницы, с кем торговать. Хоть с демонами Йорроха, благо один из немногих сохранившихся доменов демонов — Фэйду — у них прямо под боком. Военный флот Содружества делает упор на огромные корабли с не менее огромными пушками, а армия опирается на силу призванных из иных сфер тварей и некротических конструктов.

Тарахонт располагается восточнее Россыпи Риды на одноименном острове. И несмотря на формальную близость к Авалону, колоссальные пространственные искажения в районе Россыпи делают их соседство относительно безопасным. Редкий корабль способен прорваться через архипелаг из десятков тысяч островов, а потому Тарахонт практически не боится угрозы со стороны жадного до чужих земель Авалона. Мало того, даже не обладая впечатляющей магической, технической или военной мощью, данное государство ухитряется вполне успешно доминировать над своими ближайшими соседями. И лишь визиты налетчиков из Стиксона или пиратствующих торговцев Содружества не позволяют Тарахонту окончательно расслабиться. Основная сила этого государства — морские бестиологи, чьи питомцы обеспечивают надежную защиту острова от вторжения врагов.

Стиксон — наверное, самое мрачное государство Мритлока. По неясным причинам в эпоху обеих демонических войн его население полностью уничтожалось, словно у вторженцев из иных планов был на обитателей острова особый зуб. Битвы прошлого не могли не оставить свой след на этой многострадальной земле. Местная почва дает скудные урожаи, пейзажи унылы, а магические аномалии не поддаются никакому учету. Тем не менее Стиксон никто не назовет слабым или небогатым. Скудность ресурсов эта страна компенсирует мощью магов. Наследие древних войн и изобилие источников магии позволило взрастить сильнейшую Школу малефиков и несколько Школ боевых чародеев. Флот Стиксона в основном парусный, но колдовские щиты и стационарные артефакты компенсируют технологическое отставание.

Ну и наконец, два последних государства Мритлока, входящих в «старшую» лигу. Речь идет о Борее и Арктавии. Еще шестьсот лет назад они были частью одной страны, претендующей на мировое господство, но трагическая гибель тогдашней династии в одну из самых долгих Ночей Йорроха стала причиной сначала гражданской войны, а затем и распада. И если Арктавия в конце концов вернулась к монархии, то в Борее после случившегося относительно недавно Восстания правит Совет Регентов, состоящий из представителей трех наиболее влиятельных Домов. Отношения соседей можно охарактеризовать как вооруженный нейтралитет — воевать не воюют, но порох держат сухим. Борей помимо одноименного острова контролирует еще и остров Релак, что до Арктавии, то в зоне ее влияния находится Сконд. Сколько более мелких островов и островков и кому они принадлежат, никто толком не знает. До той поры, пока у этих стран не получается договориться, можно не бояться их экспансии. Не зря флот обеих стран состоит из броненосных батарей прибрежной зоны и торговых парусников. И лишь их сухопутные силы отличаются завидной мощью. Если чародеи севера издревле славились глубиной своих знаний и властью над магией, то управляемые механизированные големы и тяжелая механизированная же пехота в армиях Борея и Арктавии появились относительно недавно. И успели прекрасно себя зарекомендовать в отражении набегов с проклятого Хеймдарка.

Сословное деление

Элита абсолютно всех стран Мритлока сплошь состоит из магов. И пусть технический прогресс немного подвинул чародеев на их пьедестале, серьезно изменить расклад сил он не смог.

Рядовые граждане (подданные) — обычные жители страны, лишенные магического Дара (неодаренные). Никакими преимуществами не обладают. Обычно могут занимать любые должности, специально не требующие наличия Дара, за исключением командных и высоких управленческих постов.

Одаренные — люди, прошедшие инициацию и обладающие способностью к аккумулированию и последующей манипуляции магической энергией. Последние годы в цивилизованных странах какими-то серьезными привилегиями по сравнению с рядовыми гражданами не обладают, за исключением доступа к магическим библиотекам и источникам Силы. Во многих странах, например в Борее и Арктиде, облагаются дополнительным налогом в виде обязательной сдачи государству нескольких эргов энергии.

Дворяне — люди, обладающие Даром выше среднего (Младший Магистр и выше) или же имеющие предков-магов (Ученик и выше) не менее чем в трех поколениях, что должно быть подтверждено документами. У них есть право нанимать личных слуг-магов, держать лавки, торгующие магическими предметами, управлять алхимическими лабораториями и им открыт доступ к гораздо более серьезным магическим знаниям.

Семейство. Высокоранговые маги-дворяне (Магистр и выше), дети которых также демонстрируют признаки наличия Дара, имеют право основать Семейство. Основатели Семейств получают право на приобретение земли для постройки манора (родового замка). Также каждое Семейство имеет право на владение источником Силы до третьего класса включительно и на свободное обучение своих членов боевым заклятиям вплоть до четвертого круга.

Дом. Несколько Семейств, объединенных едиными кровными признаками (Родословной) и общей склонностью к магии, могут образовать Дом. Они получают доступ практически к любым (за исключением особого списка) знаниям, какие только могут предоставить государственные библиотеки и лаборатории, право на владение источником Силы вплоть до шестого класса включительно и даже перенести манор в складку пространства. В наиболее древних и могущественных Домах железной рукой правят Патриархи — высшие маги, настолько далеко ушедшие по пути познания Силы, что их уже не всегда можно называть людьми. Во всяком случае, в плане психики и взглядов на мир точно.

Особняком к традиционным наследным сословиям в ряде стран стоит служивое сословие. К нему причисляют либо магов-одиночек, присягающих на верность государству (и тогда они получают в плане личного развития почти те же самые привилегии, что и члены Домов), либо выходцев из Семейств (и только Семейств!), члены которых на протяжении всей их истории служат государству. В Борее подобное сословие называют Пурпурной Палатой.

Взаимоотношения между дворянами (не важно, одиночками или членами Домов и Семейств) регулируются дворянским собранием.

Религия

Все люди верят в единого Творца, ему же и молятся. Однако считается, что у Творца было Девять возлюбленных детей, Девять Святых воинов, Девять Святых Демоноборцев. Легендарные герои, которые подняли восстание против владычества Йорроха и освободили порабощенное человечество. Каждый из Святых считается покровителем той или иной сферы человеческой деятельности, и для успеха в делах надо выбрать своего покровителя.

Архонт. Изображается в виде белокурого воина в доспехах, с белоснежными крыльями за спиной и огромным двуручным мечом в руках. Покровитель благородных людей, воинских искусств и вообще военного дела. Самые известные прозвища — Первый и Воитель.

Йеля. Изображается в виде юной девушки в облегающем платье и с покрытой головой. Покровительница лекарей и ментальных магов.

Лорианна. Всегда улыбающаяся рыжеволосая красавица в откровенном платье. Покровительница соблазнов, искушений и любых тайных дел.

Кетот. Изображается в виде человека в плаще с глубоким капюшоном, лица не видно. Руки всегда спрятаны в рукава. На поясе на цепи висит книга в металлическом окладе с хитрой застежкой. Покровитель искателей тайных знаний и людей, ходящих по грани. Самый нелюбимый в народе Святой (иногда именуется как Четвертый или Покровитель малефиков).

Дорана. Мрачная воительница в железной полумаске и пластинчатом доспехе, на поясе всегда изображают бич, а у ног непонятного вида монстра. Покровительница охотников на демонических тварей, убийц и палачей. Самое известное прозвище — Охотница.

Друзал. Классический архимаг, какими рисуют их писатели и поэты. Мантия, окладистая борода, посох и кожаная сумка на поясе. Покровитель всех идущих путем знаний и силы.

Муррташ. Кряжистый мужик в кольчуге и с топором на поясе. Иногда под ногами у него размещают башку какого-нибудь демона. Покровитель всех, кто работает руками.

Рзавиан. Изображают в виде худощавого высокого мужчины с желчным лицом, в сюртуке, наглухо застегнутом на все пуговицы, и магическим жезлом на поясе. Этакий классический образ ревизора. Считается покровителем всей чиновничьей братии, техномагов-артефакторов и почему-то селян.

Чилкара. Выглядит как эффектная брюнетка в кожаном костюме для верховой езды. В руках у нее всегда сабля, а из-за спины торчит тул со стрелами. Считается покровительницей стражей порядка и путешественников.

Технологический уровень

Мир Мритлок — это мир пара, в котором нет земляного масла, газа и электричества. Точнее, последнее как раз есть, но магия не дает возможности его использовать. Изоляторы моментально выходят из строя, а генераторы горят. Точно так же не развито воздухоплавание (пространственные искажения, воздушные магические аномалии, летающие монстры и демонические создания делают массовые полеты попросту невозможными). Единственный способ путешествия по миру — корабль, лучше бронепалубный, с большим количеством пушек и на славу зачарованный. Еще, правда, передвигаться можно порталами, но тут только на свой страх и риск. Порой бывают такие помехи, что путешественники добираются до места по частям… или вовсе не добираются!

Магия

Основная ценность Мритлока не золото и не драгоценности, высшая ценность здесь — знания. Потому как только знания определяют личное могущество, и от уровня доступности некоторых знаний зависит спокойствие в обществе. Поэтому заклятия, способы развития Дара и вообще большинство теоретических работ по магии разделены на уровни доступа (которые не стоит путать с принадлежностью тех же заклятий к определенным кругам).

Заклятия в зависимости от вкладываемой силы и сложности исполнения делятся на круги от нулевого до девятого (более высокие пока неизвестны). Если нулевой круг — это уровень чар для розжига костра и сушки одежды, то девятый часто требует совместного участия нескольких Архимагов и способен обрушить в море иной остров.

Каждое заклятие требует энергии, которая измеряется в эргах. Один эрг способен в течение четырех дней обеспечить энергией трехкомнатную городскую квартиру, пять эргов — это небольшой Огненный Пульсар, а с сотней эргов и некоторыми знаниями чародей способен сровнять с землей деревню или даже небольшой город.

Резерв Архимага в среднем начинается от трехсот эргов.

Резерв Одаренного (человека, прошедшего инициацию, но так и не получившего права именоваться магом) — от одного до шести, в редких случаях до восьми эргов.

Резерв слабого мага начинается от девяти эргов.

Помимо объема резерва также важна еще и скорость его восполнения. В условиях близости к местам с высоким естественным фоном магии резерв среднего начинающего мага восполняется со скоростью одна-две десятых эрга в час. Три-четыре десятых эрга — это заявка на неплохое будущее.

За первый год-полтора после инициации мага резерв увеличивается вдвое (при соответствующих тренировках).

Следующие десять лет резерв ежегодно прирастает примерно на десятую часть.

Следующие двадцать — примерно на одну сороковую.

Дальше хуже, прирост составляет от одного и менее эргов в год. Хотя, опять же, числа довольно условные. Все зависит от места занятий, количества тренировок и правильно подобранного Тайного Искусства.

Чисто теоретически Архимагом можно стать за сто пятьдесят — сто шестьдесят лет практики, но на деле такой результат достигается редко. Очень редко.

Следует отметить, что самые могущественные Архимаги помимо большого резерва также обладают еще и прямым каналом связи с тонкими планами, что эквивалентно обладанию собственным источником Силы третьего-четвертого класса.

Вообще же существуют следующие ранги магов (в скобках уровень доступных заклинаний): Адепт (0 круг), Ученик (1 круг), Бакалавр (2 круг), Младший Магистр (3 круг). Магистр (4–5 круг), Старший Магистр (6–7 круг), Архимаг (8 круг), Великий маг (9 круг).

Особняком стоят Патриархи — основатели древних Домов. Будучи Архимагами или Великими магами и имея доступ к родовому источнику на протяжении нескольких столетий, а то и тысячелетий, они настолько сливаются с его Силой, что могут считаться чародеями вне категорий. Однако таких древних колдунов не так много, и покидать свои маноры они сильно не любят.

Источники магии (Силы) бывают следующих классов (степеней):

Первый — просто место с повышенным фоном, облегчающее восполнение резерва для двух-трех магов уровня Ученик или десятка Адептов.

Второй — место с сильно насыщенным фоном, из которого при некотором усилии можно пробить канал на богатые Силой тонкие планы. Способно обеспечить энергией десяток не слишком активно колдующих Младших Магистров или до нескольких десятков Бакалавров.

Третий — стихийно (или созданный из источника второй степени) возникший источник, пригодный для использования тремя-четырьмя Магистрами. Развиваться до более высоких степеней может, но потребует для этого поистине запредельных усилий.

Четвертый — стабильный стихийно образовавшийся канал, пригодный для снабжения энергией небольшой Школы магии или манора молодого Семейства. Может развиваться до более высоких степеней.

Пятый — стабилизированный разрыв в ткани реальности. Идеально подходит для снабжения крупных Школ, лабораторных комплексов или небольших укрепрайонов. За несколько сотен лет способен развиться до шестой степени. Или, если не повезет, деградировать и закрыться.

Шестой — фиксированный провал в иные планы, способный снабжать энергией целый город или даже стать основой для полноценной складки пространства.

Седьмой — двусторонний постоянно действующий портал в иные планы, пригодный для передачи энергии. Встречается крайне редко и является национальным достоянием каждого государства, основой экономики.

Стоит отметить, что градация источников достаточно условна, как и объемы поставляемой ими энергии. В Ночь Йорроха, к примеру, отмечены как случаи «пересыхания» источников, так и их чрезмерная активность, порой имеющая катастрофические последствия.

Стоимость энергии. Десять эргов продаются в среднем за одну золотую драхму (цена варьируется в зависимости от государства и текущего предложения на рынке энергии). Так, в Борее энергия весьма дорога, а вот в Стиксоне, наоборот, весьма дешева.

Способность мага определяется по следующим характеристикам: по объему резерва, скорости восполнения резерва (естественной и с использованием формулы сбора), «цвету» личной Власти, наличию Родословной.

Тайное Искусство — методика развития Дара мага от Адепта и далее (при этом учитывается или не учитывается Родословная Одаренного, его родство со Стихиями и прочие особенности). Оценивается в звездах. Одна звезда — это возможность развития от начальной стадии Адепта до ее пика. Две — до пика Ученика. И так далее, до восьмой звезды и уровня Великого мага.

Возможность получения либо приобретения того или иного Тайного Искусства:

Одна звезда — свободно распространяемые техники, преподают на общедоступных курсах или продают в магазинах и библиотеках за относительно небольшие деньги.

Две-три звезды — обучают в Школах магии либо с минимальными ограничениями продают в магазинах и библиотеках (однако цена существенно выше, чем для одной звезды, которая может быть вообще бесплатной).

Четыре звезды — доступны для обучения лишь в серьезных Школах, армии или могут быть получены по наследству. В свободной продаже практически не появляются.

Пять звезд — доступны для изучения в гвардии, особых службах или сильнейших Школах, обладающих многовековой историей. Также является частью наследия аристократических Семейств и Домов.

Шесть-семь звезд — национальное достояние каждого государства. Получить можно, лишь будучи представителем высшей аристократии, либо через личное ученичество у магов уровня Архимаг и Великий маг.

Восемь звезд — способ получения неизвестен. Любые достоверные сведения о Тайных Искусствах данного ранга повсеместно засекречены.

Каждое Тайное Искусство имеет свои ограничения и требования к практике. Чем выше звезды, тем требования выше. Учитывается все — и объем резерва, и Родословная, и близость к Стихиям, и Власть, и Святые знают что еще.

Некоторые Тайные Искусства способны усиливать склонность к определенным видам или направлениям магии, давать какую-то дополнительную способность или вовсе перерождать в нечто новое. Большинство легкодоступных однозвездных Тайных Искусств имеют лишь ограничение по объему резерва (между девятью и двадцатью — двадцатью пятью эргами).

Также существует градация согласно цветовой шкале оценки.

Тайное Искусство может включать в себя техники по развитию различных аспектов способностей мага. Например, красные однозвездные Тайные Искусства обычно сосредоточены только на развитии объема резерва, причем далеко не самым эффективным способом.

ВЫСШИЕ УЧЕБНЫЕ ЗАВЕДЕНИЯ И МАГИЧЕСКИЕ ОРГАНИЗАЦИИ

Академия Четырех Стихий (четыре звезды) — одна из сильнейших Школ магии Борея. Директор — Архимаг. Ориентирована на развитие стихийных магов. Строгие требования по знаниям, Дару и Родословной.

Ашалек — стиксонское Братство магов-убийц.

Банк магии (Государственный банк магии) — организация, иначе именуемая как Хранилище энергии. В каждом государстве имеет стратегический характер и отвечает за контроль над источниками Силы, сбор, очистку и хранение запасов энергии. Не имеет права создавать и поддерживать собственные военизированные охранные структуры, обучать магии и участвовать в политической деятельности. В Борее Банк магии подотчетен непосредственно Триумвирату.

Гильдия Сновидцев — организация, в ведении которой находится практически все, что связано с деятельностью Сновидцев. Это сохранение и изучение результатов их исследований, оценка влияния новых знаний на стабильность государства и их коммерциализация. Гильдия Сновидцев имеет монополию на все, что было получено ее членами из Мира Снов, включая зрительные образы, отпечатки чужих мыслей и созданные на их основе продукты. Гильдии всех крупных стран активно сотрудничают с Залом Помнящих в тех вопросах, что касаются безопасности человечества.

Зал Помнящих — тайная организация, целью своего существования считающая противодействие демоническим влияниям и выживание человечества. По легенде, основана Девятью Святыми в период между двумя демоническими войнами. Теоретически должна носить межгосударственный характер и не подчиняться правительствам отдельных стран, однако в реальности отдельные ее филиалы давно уже потеряли автономию. Тем не менее требования к членству стандартны — как минимум средние магические способности, стойкость к демоническим влияниям и приобщенность к тайным знаниям. Иерархия Зала (от младшего к старшему) — Кандидат, Подмастерье, Мастер Шепота, Хранитель Памяти (или Старейшина).

Колледж Белых Перчаток (пять звезд) — сильнейшая Школа магии Борея. Директор — Архимаг. Ориентирована на обучение будущих высших управленцев и магов широкого профиля. Жесточайшие требования для поступления (Родословная, богатство, потомственное дворянство, верность Триумвирату).

Школа — центр обучения магии и одновременно объединение учащихся и выпускников в некое братство во главе с директором (ректором). Каждая влиятельная Школа обладает как достойным магическим наследием (Тайные Искусства и Техники, уникальные заклинания и методики их применения, способы развития Власти и Родословной, собственный взгляд на законы магии), так и серьезной материальной базой (собственные магические источники, каналы получения требуемых для развития магов ресурсов, возможно, даже порталы на близкие планы реальности). Обычно Школы являются опорой правящих режимов, но нередки случаи, когда они уходят в оппозицию и становятся причиной больших войн. Структура Школ: внешние ученики (учащиеся, которые обучаются по обычной, часто упрощенной программе), внутренние ученики (учащиеся, занимающиеся по углубленной программе и получающие некоторые особые ресурсы), личные ученики (особо талантливые учащиеся, занимающиеся по углубленной программе и получающие поддержку от старших магов) и Наследники (выдающиеся таланты, дающие клятву верности Школе или конкретному магу и получающие всю полноту знаний Учителя).

Школа Железа и Крови (четыре звезды) — одна из сильнейших Школ магии Борея. Директор — Архимаг. Ориентирована на обучение боевых магов. Строгие требования по богатству, Дару, Родословной и репутации (социальному статусу).

Школа Трех Святых (три звезды) — достаточно известная Школа магии. Директор — Старший Магистр. Для поступления необходимы хорошие отметки, склонность к магии и деньги.

Школа Хаори (четыре звезды) — авалонская Школа, специализирующаяся на подготовке магов-убийц.

ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ О МИРЕ

Бархатная книга — основной свод сведений по магическим Домам и Семействам Борея, информация в котором регулярно обновляется. Оригинал сделан из магически обработанной кожи и хранится в Главном государственном архиве (бывший Имперский архив), бумажные копии можно найти во многих крупных библиотеках.

Библиотека Регентов — самая большая библиотека Борея, находящаяся под патронатом непосредственно Триумвирата. Высокие требования к гражданскому статусу (для доступа к некоторым разделам требуется иметь до пяти золотых звезд в паспорте), дорогие абонементы (разовое посещение к разделу, не требующему каких-то допусков, стоит десять оболов).

Большая андалорская читальня — одна из самых популярных общественных библиотек Андалора, в которой некоторая скудность литературных фондов компенсируется доступностью (читательский абонемент стоит всего четыре обола и не имеет ограничений по гражданскому статусу).

Бюро бедствий — правительственная организация Борея, в ведении которой находится сбор сведений обо всех происходящих в мире катастрофах, изучение их последствий и предсказание повторного появления. Основной объект исследований — Ночи Йорроха.

«Голос магната и негоцианта» — андалорский таблоид. Выходит каждую седмицу и ориентирован на интересующихся новостями торговли и промышленности читателей.

Восстание — мятеж ряда аристократических Домов против императора Борея, повлекший за собой долгую и кровопролитную гражданскую войну. Закончилось свержением династии и сменой государственного строя (Борей стал республикой с тремя Регентами во главе).

Дворянское собрание — официальное объединение всех дворян (не важно, наследственное дворянство или приобретенное), играющее одновременно роль некоего клуба по интересам и регулирующего органа (в частности, именно дворянское собрание дает или не дает разрешение на дуэль, в том числе между недворянами). В некоторых случаях решение подвергнуть «плохо себя ведущего» члена собрания общественному остракизму оказывается более действенным наказанием, чем те, что доступны судебной системе государства.

«Демонолюбы» — просторечное название тех, кто ратует за поиск компромиссов с разумными расами демонов, более лоялен к магическому наследию демонических реальностей и добивается отказа от чрезмерного использования вооруженных сил во время Ночей Йорроха.

Драхма — золотая монета, общепринятое в Мритлоке название денежных единиц. Ценность меняется от государства к государству, поэтому, например, одна борейская драхма совсем не равняется по стоимости одной драхме Стиксона. Одна драхма содержит сто оболов (серебряная монета).

Иерархия демонов (демонопоклонников) — Демонический Воин (уровень Адепта — Ученика), Охотник за плотью (уровень Бакалавра), Сборщик душ (уровень Младшего Магистра), Слушающий Бездну (уровень Магистра), Повелитель Бедствий (уровень Старшего Магистра) и Лорд Инферно (уровень Архимага). Высший ранг называется Владыка Огненного дворца (соответствует Великому магу), однако в Мритлоке Владыки во плоти не появлялись вот уже несколько тысячелетий.

«Магия и пар» — старейшая газета Андалора. Выходит каждую седмицу и посвящена, прежде всего, новостям политики, магии и науки.

Мастер — уважительное обращение к любому профессионалу своего дела (и не важно, Одаренный он или нет).

Механизированный воин — продукт соединения науки и передовых магических разработок. Представляет собой шагающую человекоподобную машину, управляемую магом-водителем. Вооружение механизированного воина состоит из разнообразного холодного и огнестрельного оружия, а также усилителей магических заклинаний. Особенности управления определяют ключевые требования к водителям — помимо магических способностей уровнем не ниже Ученика крайне важны выносливость и физическая сила.

Механизированный доспех — упрощенная версия механизированного воина (не шагающая машина, а индивидуальный доспех с некоторыми доработками).

Милес — уважительное обращение к любому священнику вне зависимости от пола. Происхождение слова неизвестно, скорее всего, какой-то диалект эпохи додемонического владычества.

Налог на Одаренных — общепринятая во многих странах Мритлока практика, при которой обладатель Дара обязуется выплачивать ежемесячный налог в несколько эргов. Причем объем взимаемой энергии отличается от государства к государству. Где-то речь идет о нескольких эргах (Борей, Арктавия), где-то фиксированная сумма заменена процентом от резерва и ежемесячные выплаты порой доходят до нескольких десятков эргов (Авалонские острова). В большинстве стран замена энергии денежным эквивалентом прямо запрещена.

Паспорт Одаренного — основной документ любого обладателя Дара. Выпускается в виде металлического жетона с набором вложенных контролирующих заклинаний. Для простых Одаренных изготавливается из бронзы, для Адептов, Учеников и Бакалавров — из железа, для любого из Магистров — из серебра, для Архимага — из золота. Для Великого мага зарезервирован платиновый жетон, однако существуют ли подобные документы в реальности (как и сами Великие маги), широкой общественности неизвестно.

Послание потомкам — свод текстов, написанных предположительно между концом Восстания Девяти и Второй Волной. Содержит краткое изложение истории войны человечества с демонами-поработителями, жизнеописания всех Святых и их наставления потомкам.

Рассвет — момент окончания Ночи Йорроха.

Совет Регентов (Регенты, Триумвират) — структура, управляющая республикой Борей. Состоит из представителей трех наиболее влиятельных Домов (Черингар, Лупергот, Кравгам).

Хранилище книг стран Мритлока — вторая по величине библиотека Борея. Практически не содержит напрямую связанных с магией разделов и нацелена прежде всего на хранение книг по географии, природе и истории Мритлока и соседних планов реальности. Допуск к книгам зависит от гражданского статуса и материального положения — самый дешевый разовый абонемент стоит восемь оболов.

Цветовая шкала оценки — в Мритлоке мощь или качество чего-либо оценивается не только в звездах, но и по цветовой шкале. Выделяют семь ступеней (классов, рангов) или попросту цветов: красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий и фиолетовый. Самым низким считается красный, самым высоким — фиолетовый.

АРТЕФАКТЫ, ЗАКЛИНАНИЯ, РИТУАЛЫ И ЭЛИКСИРЫ

«Авалонка» — особая сумка для хранения стеклянных цилиндров с одноразовыми заклинаниями.

Аппарат для чтения памяти — устройство, традиционно создаваемое в виде стеклянного куба со сложным механизмом внутри. На крышке два отпечатка ладоней. Содержит ментальное заклинание второго круга.

Водные Руки (Руки Огня, Руки Земли и т. п.) — заклинание первого круга, создающее магу дополнительные конечности (причем в зависимости от версии чар конечности их можно призывать в непосредственной близости от цели).

Воздушная Подушка — заклинание первого круга из арсенала Стихии Воздуха. Предназначено как для защиты от падений, так и в качестве заградительного барьера.

Воздушный Диск — заклинание нулевого круга из арсеналов Стихии Воздуха. Обладает множеством применений — от средства полета-парения до оружия, все зависит от уровня развития заклинания (от нулевого до второго круга).

Защитники — группа маломощных гражданских артефактов, направленных на облегчение быта Одаренных. Вариации бывают самые различные, но в названии всегда фигурирует слово «защитник». Так, для борьбы с гнусом и комарами используют Защитника от насекомых, для изгнания крыс и прочих грызунов покупают Защитника от крыс.

Защитный Круг — простейший магический ритуал, призванный создать некую защищенную от внешних влияний область. Базовый элемент многих других ритуалов.

Зеркало Друзала — один из основных инструментов в практике самосовершенствования магов Мритлока. Позволяет развивать различные грани магического Дара, усиливает эффекты Тайных Искусств и ускоряет процесс обучения.

Изгнание заразы — лечебное заклинание нулевого круга (Ппевма, Стихия Огня), цепочка описывающих его Руноглифов включает десять знаков. Принцип действия основан на уничтожении имеющихся в крови болезнетворных организмов (с одновременным стимулированием иммунитета). Для использования на базовом уровне требует шесть эргов энергии. Наиболее эффективное применение достигается с использованием либо Смерти, либо Стихии Огня.

Искра — простейшее боевое заклинание нулевого круга, не имеющее привязки к Пневме или Стихиям (то есть бывает просто Искра, Огненная Искра, Искра Грома или же полные аналоги из других Стихий, как, например, Водная Капля, Ядовитая Капля, Каменная Пуля и т. п.). Состоит из шести знаков Руноглифа. После активации представляет собой сжатый до материальной плотности сгусток энергии, наносящий дробящий или проникающий урон. Легко модифицируется или усиливается. Для использования на базовом уровне требует двух эргов энергии.

Искрометы — ручные дальнобойные артефакты с мощностью выстрела, соответствующей заклинанию Огненной Искры.

Каменная Ладонь (Огненная и т. п.) — заклинание первого круга на стыке Земли и Огня, после создания принимающее форму большой ладони. В разы сильнее соответствующего заклинания Кулака.

Кинетический Толчок — общее название либо для способа применения заклинания телекинеза, либо для его более «продвинутой» (первый круг) версии. В последнем случае заклинание генерирует мощный кинетический удар.

Кулак Ветра (Воды, Огня, Грома, Каменный Кулак и т. п.) — слабое атакующее заклинание нулевого, иногда первого, круга воздушной (или любой другой) Стихии. Представляет собой сферу из сжатой до материальной плотности энергии Воздуха (или иной Стихии). Цепочка Руноглифов включает пятнадцать знаков. Для создания требуются три эрга энергии.

Ловец снов — маломощный артефакт производства Гильдии Сновидцев. Предназначен для облегчения засыпания и защиты от кошмаров, порожденных случайными флуктуациями магических энергий.

Магматический Меч — любимое заклинание Бакалавров, специализирующихся на изучении такого сплава Огня и Земли, как Магма, и предпочитающих ближний бой. Каждый чародей разрабатывает свою собственную вариацию, наделяя Меч самыми разными свойствами.

Магматический Шар — разрушительное заклинание второго круга на стыке Стихии Огня и Земли.

Малые исцеляющие чары («лечилка») — исцеляющее заклинание нулевого круга (Пневма, любые Стихии). Цепочка описывающих его Руноглифов включает двенадцать знаков. Принцип действия основан на ускорении процессов восстановления организма с параллельной подпиткой энергией. Для использования на базовом уровне требует два эрга энергии.

Очаг Силы — артефакт (чаще всего природного или естественного происхождения), облегчающий практику сбора магической энергии.

Очистка крови — исцеляющее заклинание нулевого круга (Пневма, любые Стихии). Цепочка описывающих его Руноглифов включает четыре знака. Принцип действия основан на стимулировании ответственных за очистку крови внутренних органов с параллельной подпиткой энергией. Для использования на базовом уровне требует полтора эрга энергии. Наибольший эффект достигается при использовании либо Жизни, либо Стихии Воды.

Питание тела — исцеляющее заклинание нулевого круга (Пневма, любые Стихии). Цепочка описывающих его Руноглифов включает четыре знака. Принцип действия основан на подпитке энергией отдельных (ослабленных) органов тела. Для использования на базовом уровне требует от одного до четырех эргов энергии. Наибольший эффект достигается при использовании Жизни.

Призрачного корня эликсир — лекарственный препарат, предназначенный для облегчения и ускорения прохождения отдельных слоев в нацеленных на работу с Пневмой Тайных Искусствах. Препарат из списка Особого контроля. Для создания требуется участие алхимика не ниже Ученика.

Пульсар (Огненный, Водный и т. п.) — разрушительный сгусток магической энергии с самыми разнообразными свойствами. Для своего создания требует глубокого понимания конкретной Стихии (а значит, и развития на уровне пика ранга Ученика или даже Бакалавра).

Рассеивание — заклинание нулевого круга (Пневма). Цепочка описывающих его Руноглифов включает восемь знаков. Предназначено для снятия последствий внешних магических воздействий (проклятия, зачарованность, ограничительные чары и т. п.) и очистки объекта заклинания от загрязнения энергией. Для использования на базовом уровне требует два эрга энергии.

Силовой (энергетический) камень — природное или синтезированное в алхимической лаборатории хранилище энергии. Самая распространенная емкость камней, доступных рядовым Одаренным, находится в интервале от одного до четырех эргов.

Сонар — звуковое заклинание нулевого круга магии Воздуха, с возможностью роста мощности до уровня первого круга. Является примером мультифункциональных заклинаний. В зависимости от желания мага может использоваться как в качестве сканирующего, так и боевого атакующего. В духовном зрении выглядит как выпускаемый из ладони поток расходящихся концентрических кругов. Состоит из пятнадцати знаков Руноглифа и требует для активации четыре эрга энергии.

Сталагмитовая ловушка — заклинание второго круга магов Земли. Выглядит как вырывающиеся из почвы каменные шипы. В зависимости от уровня освоения заклинания, понимания законов Стихии Земли и Власти число шипов, их размеры и крепость может меняться.

Стрела Ветра (Огня, Воды и т. п.) — заклинание нулевого круга из арсеналов Стихии Воздуха (или иной Стихии). Едва ли не самое мощное из тех, что доступны Адептам вне высокорейтинговых Школ, сект и Домов.

Сфера Ка — устройство, используемое, во-первых, для определения склонности человека к магии до прохождения инициации Силой, во-вторых, для проведения самой инициации. Какого-то единого стандарта нет. На практике используются как Сферы производства крупных фирм, так и разработки малоизвестных групп магов и механиков.

Телекинез — заклинание, позволяющее манипулировать материальными предметами. Количество, вес предметов, а также прочие параметры зависят от мастерства мага и уровня освоения заклинания. В отличие от прямого использования Власти для движения материальных объектов, телекинез не так требователен к Духу, затратам энергии и более гибок в использовании.

Трех семян ритуал — гадательный ритуал, в качестве посредника использующий семена фасоли. При удаче заклинатель получает магический компас, способный в течение суток показывать направление на объект поиска. Или не показывать, если жертва защищается особыми средствами.

Шоковая плеть — нелетальное магическое оружие, после применения награждающее жертву судорогами, приступами дикой боли и слабыми ожогами.

Щиты (Водные, Огненные, Магматические, Молниевые, Пылевые, Туманные и т. п.) — группа или класс заклинаний оборонительного типа, объединенных общим названием. Различаются сложностью, используемыми Стихиями и уровнями (кругами).

ТАЙНЫЕ ИСКУССТВА И ОБЩАЯ ТЕОРИЯ МАГИИ

Боевой маг — маг, специализирующийся на разрушительных аспектах магии Стихий. Путь развития полностью опирается на изучение защитных и атакующих заклинаний.

Гадатель — маг, специализирующийся на работе с силами Судьбы. Сильно не любим демонами. Также не существует гадателей старше ранга Бакалавра.

Граница Говарда — барьер, отделяющий Дух человека от мира тонких энергий. По сути, инициация есть не более чем прорыв через него.

Дворец Духа — некое ментальное пространство, являющееся отражением состояния Духа мага. Практика Тайного Искусства или Тайных Техник, прежде всего, заключается сначала в проникновении во Дворец, а потом в его преображении.

Демонолог — маг, специализирующийся на изучении демонической магии, традиционно знаток ритуалов и хороший теоретик. Большой минус: если у демонолога нет поддержки в Пекле (то есть пока он остается на стороне человечества), то его Дух неизбежно получает отметину, и жизнь чародея становится омрачена постоянным агрессивным вниманием потусторонних тварей. Самые сильные демонологи всегда обладают соответствующей Родословной.

Диаграмма магии — представления чародеев Мритлока о том, что магическая энергия делится на пять основных «оттенков», или типов: на Пневму, Огонь, Воду, Воздух и Землю. Причем каждый из типов имеет уклон в положительный или отрицательный спектр. Когда говорят о спектре Стихий или их сочетаний, то чаще всего используют термины «магия Созидания» и «магия Разрушения». Для Пневмы — первичной энергии, или космического дыхания, некогда породившего все остальные Стихии, — положительный и отрицательный спектр соответственно именуют магией Жизни и магией Смерти.

Дождь боли — техника развития Власти (желтый ранг), переданная Малку, Хелавии и Толфану их наставником Ресланом Скомом в интернате. Относится к Запретным Техникам.

Душа Огня — весьма требовательное Тайное Искусство (шесть звезд, голубой ранг), направленное на последовательное повышение способностей Одаренного к огненной Стихии (дает шанс на трансформацию Одаренного в огненного элементаля или иного обитателя огненных планов). Обязательным условием начала практики является наличие пробужденной огненной Родословной, как у Дома Черингар, большого резерва и Власти не ниже начала оранжевого уровня. Пик развития — готовность практика к прорыву барьера, отделяющего Одаренного от уровня Архимага.

Закалка тела — направление развития мага, когда все усилия практика в ущерб развитию прочих граней Дара направляются на повышение физической мощи тела и его устойчивости к внешним воздействиям. Выбравших подобный путь магов называют воинами-магами. Чисто колдовские способности у них крайне ограниченны (часто все ограничивается умением активировать артефакты и творить примитивную волшбу), зато устойчивость к боевой магии сравнится с эффективностью некоторых Щитов.

Заклинание — проекция воли мага в мир. Подчиняется определенным законам и составляется из символов Руноглифа, возможны два способа применения. Первый предполагает предварительный процесс изучения (освоения), в ходе которого цепочка знаков сначала отпечатывается в Духе мага, а затем появляется возможность быстрой (мгновенной) их активации. В этом случае выделяют три степени (ранга) освоения заклинания: низшая, средняя и высшая (пик). Четвертая степень предполагает использование заклинания в качестве главной опоры для магического Нимба. Чем лучше маг освоил заклинание, тем лучше его характеристики. Второй способ предполагает последовательную активацию известных знаков Руноглифа (напрямую или в ходе ритуала). Данный метод является самым медленным и неэффективным, градация по степеням освоения отсутствует.

Запретные Техники (Искусства) — любые приемы и методы развития магических способностей (а также временного или постоянного их повышения), либо калечащие практиков, либо наносящие вред окружающим. Подавляющее большинство демонических Искусств относится к Запретным Техникам.

Знак Огня — Тайное Искусство (одна звезда, фиолетовый ранг), специализирующееся на подготовке практика к освоению гораздо более серьезных Искусств, как, например, Душа Огня (шесть звезд, голубой ранг). Собственность Дома Черингар. Позволяет максимально полно раскрыть Родословную Дома и пробудить врожденные магические способности.

Кристаллическое Сердце — Тайное Искусство, специализирующееся на укреплении сродства с Пневмой (одна звезда, желтый ранг). Из минусов — никак не развивает сродство со Стихиями и не содержит техник развития Власти. Тем не менее считается неплохим (не лучшим, но неплохим) в плане формирования фундамента начинающего мага. Хорошо тренирует скорость восполнения резерва. В начале занятий увеличивает поглощение энергии на одну десятую эрга в час, со временем этот прирост может вырасти до трех или четырех десятых эргов в час. На тело практикующего практически не влияет. В качестве побочного эффекта увеличивает способность сохранять ясный ум в сложных условиях, а также немного повышает устойчивость к ментальным воздействиям, призрачным влияниям и проклятиям.

Кукловод (марионеточник) — маг, специализирующийся на управлении механизмами или бездушными куклами, в том числе неразумной нежитью и бестелесными созданиями. Выбор Стихии или Пневмы в качестве основы магии зависит от конкретной Школы марионеточника. Плохой кукловод способен управлять парой-тройкой боевых големов, отличный — целым отрядом, а великолепный может в одиночку командовать броненосным крейсером.

Лекарь — маг, специализирующийся на исцелении. Несмотря на то что специализация на магии Жизни предпочтительна, весьма много отличных лекарей, выбравших изучение магии Созидания из раздела Стихий.

Малефик — маг, специализирующийся на насылании или снятии проклятий. Данные маги отличаются высокой Властью, склонностью к Смерти или магии Разрушения.

Малое Тайное Искусство — упрощенная (в сравнении с Тайным Искусством) методика развития некоторых качеств мага, не входящая в Тайное Искусство, но в то же время с ним не конфликтующая. Встречается не слишком часто и обычно является собственностью влиятельных Домов, Семейств, Школ и Боевых Залов.

Менталист — не слишком распространенная магическая профессия, нацеленная на манипулирование разумом и Духом людей или демонов. Все менталисты обязательно контролируются государством и аристократическими Домами.

Метаморф — маг с демонической или ангельской Родословной, способный частично или полностью менять свой облик. Все метаморфы традиционно неплохие боевые маги с уклоном в ближний бой.

Мир Снов — некое духовное пространство, объединяющее миры и вселенные (официальная позиция Гильдии Сновидцев). В нем находят отражение как происходящие в иных пространствах события, так и отдельные идеи или концепции. Доступ к Миру Снов могут получить только Сновидцы.

Наследие — некая совокупность знаний о борьбе с демонами, на протяжении тысячелетий сохраняемая жрецами Девятерых для потомков. В зависимости от конкретного Святого содержание Наследия может меняться, однако всегда сохраняется общая ориентация на развитие Власти. Современные маги считают Наследие либо полностью устаревшими, либо потерявшими всякий смысл (или даже опасными) и потому подходящими только для развлечения верующих.

Нимб — светящееся кольцо вокруг энергетического центра (ядра) мага во Дворце Духа. Формируется из полностью освоенных заклинаний (их число должно быть не меньше трех). В центр Нимба во время ритуала перехода через границу ранга помещается одно из заклинаний, что делает его словно бы частью духовного тела мага. Как итог, для данной магической конструкции приобретается возможность мгновенной активации и заметно увеличивается ее пластичность.

Отклонения в практике — нарушения в физическом или тонком теле (Духе) Одаренного, вызванные ошибками в понимании или исполнении практикуемого Тайного Искусства.

План реальности — некое пространственное образование или целый мир, сосуществующий «рядом» с Мритлоком. Чаще всего каждый план либо привязан к какой-то конкретной Стихии (план Огня, Смерти и т. п.), либо «созвучен» вполне определенному типу магических «вибраций» (план демонов или план Пекла, план Неба).

Руноглиф — язык магов, предназначенный для создания заклинаний.

Семя Духа — часть тонкого тела принявшего Наследие высокорангового мага, отвечающая за взаимодействие с определенным типом магии. Нечто вроде полностью интегрированных в Дух чар. Но если заклинания реализуют одно-единственное действие, то Семя расширяет возможности мага по целому направлению искусства волшбы.

Сновидец — маг со специфическими свойствами Духа, лишающими его всех магических способностей, за исключением тех, что открывают доступ к Миру Снов.

Стандарт Рзавиана — требование к способности мага полностью восполнять резерв в течение суток, без которого успешный прорыв в следующий ранг считается либо невозможным (верно для перехода в ранг Ученик или Бакалавр), либо затрудненным (все остальные ранги).

Стихиальная трансформация (Огненная, Водная и т. п.) — преобразование тела и Духа мага в некое новое состояние, больше присущее элементалям, высшим сущностям и обитателям соответствующих Стихий.

Тайная Техника — некий набор приемов, направленных на работу с конкретной характеристикой практикующего (техника развития Власти, техника поглощения энергии и т. п.). Вне использования в рамках породившего ее Искусства часто приводит к серьезным негативным последствиям (отклонениям в практике).

Тайное Искусство — методика тренировок, позволяющая развивать Дар мага. Представляет собой совокупность взаимосвязанных техник, нацеленных на проработку таких характеристик, как размер резерва и скорость его восполнения, Власть, развитие тонкого тела (иногда говорят про развитие Духа или Тела Света) и сродство со Стихиями, пробуждение Родословной.

Техномаг — маг, специализирующийся на изучении и создании разного рода магических механизмов. Самая востребованная после лекарей профессия.

Формула сбора — входящая в каждое Тайное Искусство методика сбора энергии. Друг от друга могут крайне сильно отличаться в зависимости от Стихии, Родословной или вида Искусства.

Четыре Грома — однозвездное Тайное Искусство голубого ранга, направленное на укрепление сродства с Молнией (вторичная Стихия, возникающая после смешения Пневмы, Воздуха и либо Огня, либо Воды). Практикующий приобретает повышенную устойчивость к магии Молнии, а также способность интегрировать суть Искусства в заклинания других Стихий (в итоге Стрела из чистой Пневмы в руках мастера Четырех Громов будет наносить еще и урон как молниевыми разрядами, так и акустическими громовыми атаками). В противостоянии с призраками специалист в Четырех Громах имеет гарантированное преимущество, однако преимуществ в отношении магов «чистых» Стихий практически нет. Требования к практике весьма суровые: большой резерв, высокое сродство с Воздухом и Огнем (Водой).

Щит Святого — Тайное Искусство, незначительно укрепляющее родство с Землей (одна звезда, красный ранг). Простое и нетребовательное в плане практики, вполне подходит для изучения даже самыми слабыми из Одаренных (стартовый резерв менее восьми эргов). Главный минус — для достижения стадии выполнения Стандарта Рзавиана с его помощью потребуются весьма серьезные усилия. Слабо укрепляет тело практикующего. В качестве побочного эффекта повышает устойчивость к низшей демонической магии.

Элементалист — маг, специализирующийся на какой-то одной конкретной Стихии (или сочетании Стихий, как, например, маг Молнии). Уже на ранних стадиях развития магам-элементалистам становится возможен доступ на стихиальные планы (хотя бы в виде Духа), а в перспективе и полная элементализация материального тела. Для достижения высоких рангов требуется наличие хорошей Родословной.

Примечания

1

См. глоссарий в конце книги.

2

Да простит меня Николо Макьявелли за столь вольное обращение с его словами. — Здесь и далее примеч. авт.

3

К слову, всем известная Хиллари Клинтон имеет специальный блокнот с фамилиями должников и кредиторов. И речь там идет совсем не о деньгах.

4

Данный способ гадания описан, в частности, в романе Уилки Коллинза «Лунный камень». Один из героев им сильно злоупотребляет.

5

Эвокация — оккультный обряд, направленный на призыв потусторонней сущности.

6

Речь идет о вполне реальном «земном» напитке шань цин шуй сю, иногда называемом «кудин». При правильном заваривании он дает легкую горчинку со сладким послевкусием, но если взять старые листья, заварить их неправильно да еще переборщить с дозировкой…

Content

Виталий Зыков
МАЛК. И когда ты ее нашел

ГЛАВА ПЕРВАЯ, в которой герой проходит по грани

ГЛАВА ВТОРАЯ, в которой героя принимают «не за того»

ГЛАВА ТРЕТЬЯ, в которой происходит много всего и герой переживает некоторый стресс

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ, в которой герой продолжает следовать плану

ГЛАВА ПЯТАЯ, в которой у героя украдут его мечту

ГЛАВА ШЕСТАЯ, в которой гладко было на бумаге, да забыли про овраги

ГЛАВА СЕДЬМАЯ, в которой что-то готовится

ГЛАВА ВОСЬМАЯ, в которой попытка хуже пытки

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ, в которой приоткрываются секреты

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ, в которой происходит несколько встреч

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ, в которой герой чует бурю

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ, в которой всплывают вещи забытые и неприятные

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ, в которой выясняется разница между желаемым и действительным

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ, в которой все катится в Пекло

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ, в которой расставляются последние точки

ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ, в которой что-то заканчивается, а что-то начинается

ГЛОССАРИЙ

Примечания