Роман Гриб

Засланец Божий 3

(История одного засланца. Возрождение пантеона #3)

Глава 1

Прямо посреди открытого космоса висела плывущая в невесомой пустоте скала. На плоской вершине, на небольшой площадке, освещаемой тусклым светом далеких звезд и галактик, находились четверо. Посреди площадки возвышалась конструкция из ржавых железных прутьев в палец толщиной, на вершине которой возлежал стеклянный шар размером с кулак. Одну из присутствующих можно было узнать. Это была Зив, супруга великого Мардукора. Даже несмотря на красные опухшие глаза и растрепанные волосы, ее все так же можно было назвать наипрекраснейшей.

– Почему вам всегда наплевать на происходящее?! – выкрикнула супруга бога. – Вы же тоже сгинете, когда Восставший покончит с живыми! Или вы думаете, что он до вас не доберется?!!

– Успокойся, девочка моя. – проскрипела ей в ответ седая дряхлая старуха. – Не забывай, что ты в гостях.

В ответ на это Зив лишь глухо скрипнула зубами, сжимая кулаки.

Ее собеседники, а вернее – собеседницы, выглядели… Просто.

Старуха, древняя, дряхлая, вся сморщенная и высушенная, с пятнистой сухой кожей. Казалось, что она вот-вот отойдет в царство мертвых. Но горящие живым огнем глаза ясно говорили, что она сама легко отправит туда любого бога смерти. Босая, одета старуха была в серый просторный старый балахон с капюшоном, подпоясанный простой, потертой временем веревкой.

Женщина средних лет. В деревянных сандалиях и простолюдинской, застиранной до потери цвета, когда-то белой тоге. Каштановые, слегка выгоревшие на солнце, волосы были распущены и слегка тронуты сединой. А лицо начали надкусывать первые морщинки. И такие же, наполненные силой глаза.

И девушка, вот только-только вышедшая из подросткового возраста. Полупрозрачная вызывающая одежда, едва прикрывающая самые интересные места. Не то рисунки, не то татуировки и с драконами, и с цветами виднелись и на спине, и на животе, и на конечностях. В своих новеньких сандалиях с ремешками, оплетающими ноги до самых икр, она была, пожалуй, единственной модницей из этой троицы. Но даже озорная, почти детская улыбка не могла скрыть силы и мудрости, плескавшихся в ее глазах.

Вся троица сидела в грубо вытесанных прямо в каменных глыбах креслах.

Любой, увидивший их даже впервые в жизни, подумал бы, что перед ним фотоколлаж одной и той же женщины. До и после. Но все в этой троице были сестрами. Однояйцевыми близняшками, а по совместительству родными тетушками Мардукора и кровными сестрами Сефоттина.

Богини Судеб. Норны.

– Не думай, что нам все-равно. – продолжила самая молодая. – Но любое вмешательство нарушит ход событий и контракт…

– Контракт?! – неожиданно резко выкрикнула Зив, а на ее глазах показались слезы. – Мар мертв! О каком контракте может идти речь?! Его тело сгорело на моих руках! Это конец!

– Любой конец является началом, а любое начало истекает из чьего-либо конца. – загадочно ответила женщина. – Все судьбы катятся по кругу, словно колесо. И те, кто отнимает жизни, когда-нибудь теряют и свою.

– Когда бунтарь дотянется до вас, я пожелаю ему «приятного аппетита». – сжав кулаки, сквозь зубы прорычала супруга Мардукора и растворилась.

– Знаете, а мне ее даже немного жалко… – с грустью сказала младшая. – Она слепа и даже не желает видеть…

– Она еще совсем юна. – проскрипела старуха. – Слепой котенок в мире зрячих псов.

– Но все пока еще идет по плану. – добавила средняя.

И вся троица устремила свои взоры в глубину хрустальной сферы.

* * *

От увиденного и пережитого в моей голове было пусто, словно в бутылке, с которой начинается пьянка. И только «Эпидемия» напевала в этой пустоте, прямо в мозгах, свою композицию, клип по которой был не просто про нас с Лехой, но и по всей этой сраной ситуации.

«Явь или сон, век или миг

Остановилось время

Кто я такой? Чей это лик?

В зеркале ледяном.»…

Да. Я хуй знает, что происходит, и где я ваще нахожусь, но время тут реально либо застыло, либо пиздец как медленно идет. Я, наверно, минут пять просто тупил, встав на четвереньки на свой свежезамороженный трупик и рассматривая расплескавшиеся по камням мозги. За это время Увалия вроде даже не шелохнулась.

«Я помню снежный вихрь, звериный вой,

Сомкнулось небо надо мной.»

В какой момент наступили перемены в обстановке, я даже и не заметил. Вроде вот только что любовался собой, таким тупым и красивым, а в следующий миг все заволокло каким-то белым туманом. Или не туманом? Я хуй знает, как это описывать. Все кругом как утром на озере в конце лета. Белая молочная стена, словно туча на землю легла. Как говорится – хоть топор вешай. Выглядело это однозначно, как туман. Но себя я видел четко. Хоть ноги. Хоть вытянутые примо перед собой руки. Но я не видел даже, на чем я стою. Словно на облаке, но твердом.

– Ну что, пацан, допрыгался? Гы-гы-гы-гы-гы! – раздался справа знакомый рычащий голос.

Странно, но страха не было. Да и хули уже тут бояться? Я уже сдох. А это значит, что и Мардукор тоже.

– Скорее, доползался. – ответил я, поворачиваясь на голос.

Ага, шаман. Ну, в целом, логично. Он же тоже типа умер.

– Расскажешь, где мы и что в целом происходит? – спросил я у старого повелителя духов.

– А ты еще не догадался? – оскалился орк. – Сдох ты! Хотя, стоит признать, противники ваши те еще падальщики! Нет бы, по честному, сойтись в бою! Меч на меч, кулак на кулак! Так нет же! Тьфу! С воздуха, без предупреждения! Шакалы!

– Нууу, то что сдох, это вот как раз самое понятное. – развел я руками. – А вот это че за место?

– Астрал! – удивленно воскликнул Гуал Вакалар. – Ну ты ж читал книжки про шаманов? Читал! Мог бы и сам догадаться!

– А еще я читал кучу других книжек. Например, про разных богов. – парировал я аргумент. – Может, это чистилище? Откуда мне знать? Я ни разу тут не был.

– А разница? – ответил дух шамана и расхохотался.

Кстати говоря, орк тоже был виден четко. Хотя зрение к окружающей обстановке вроде как начало адаптироваться и я начал различать четкие клубы тумана. Тут реально был туман. Он клубился, струился, завихрялся и растекался. И проходил сквозь нас с шаманом. И совершенно не мешал видеть друг друга.

Неожиданно эта астральная мгла подернулась и, колыхнувшись, сформировалась… В Леху!

– Че, Лех, тоже головка бо-бо? – поприветствовал я сидевшего на земле спутника.

Леха рассеянно поднял голову и мутным взглядом уставился на меня. Потом перевел взгляд на шамана и снова на меня.

– Гуал, а дух может испытывать посмертную депрессию? – поинтересовался я у орка.

– А то! – воскликнул дух шамана. – Он ее, как правило, пару недель испытывает! Это ты у нас – бааргх! Это тебе насрать на все! А он то – воин! И терять ему было что. И кого. А тут, оказывается, даже покровитель его мертв! А это значит что?

– Что? – автоматом спросил я в ответ.

– А то, что ему теперь даже в царство смерти идти не к кому! Вот что! – постучал орк указательным пальцем по лбу, явно намекая на мои умственные способности. – Ну, может из младших приютит кто. А так – только на перерождение идти! Он ведь даже не стихийник, ему даже в стихии не раствориться!

– Кстати, а что плохого в том, что никто не поглотит твою душу? – задумался я. – Я, как понял, при перерождении душа поглощает все другие души, что к ней прикреплены.

– Даа? – неожиданно заинтересовался орк. – Это достоверная информация?

– Нуу, я получил этот ответ в виде галлюцинаций под действием веселянки. – развел я руками.

– Хм… – задумчиво потер подбородок шаман. – Знаешь, с этой стороны я никогда не рассматривал этот вопрос.

В этот миг туман вновь колыхнулся и выплюнул на нашу… Ну, пусть будет, полянку, лодку.

– Вот вы где… – устало вздохнула Гурля. – А я вас обыскалась. Что-то глубоко вас затянуло. Твоя работа?

Последние слова были адресованы Гуалу.

– Неее! – задорно оскалился орк всеми своими, наверное, пятьюдесятью зубами. – Это вот он такой тяжелый!

И ткнул с этими словами в меня.

– Че там, наши победили? – решил я сменить на всякий случай тему разговора. – Или гребаные фанатики разгромили половину местного божественного сословия?

– Победили. – усмехнулась богиня смерти. – Ты когда погиб, из твоего тела пар пошел, спиртовой. Увалия, молодчина, сообразила и врубила на полную мощность свои ледяные способности, создав вокруг нас защитный барьер из метели. А вот орден прямо в воздухе опьянел и попадал вниз. Там Увалия их и заморозила.

– Я ж говорил! Последний удар Бааргха – ВЕЩЬ! – оскалился шаман.

– Круто. – пожал я плечами и губами. – А что дальше?

– А дальше несколько вариантов. – повела веслом Гурля. – Гар предлагает вам свое посмертное царство. Вы хоть и не маги огня, но он сказал, что с радостью примет вас, как доблестных и отважных воинов. Тем более, что теперь, судя по всему, Мардукора больше нет и кому-то нужно стать богом войны. Хотя бы на несколько лет. Для вас, конечно, пройдет куда как больший срок, все же в астрале время идет по другому.

На этих ее словах Лехин взгляд немного прояснился и он посмотрел на лодку. После чего неуверенно встал и, забравшись в лодку, посмотрел на меня.

– Пошли уже. – притихшим голосом позвал меня воин. – Раз уж конца света теперь не избежать, то хоть время до него неплохо проведем. А там уже, какая разница, кто поглотит наши души, если они все-равно потом у этого захватчика окажутся…

«Вставай, герой,

Судьба не часто дарит нам шанс второй!

Летим со мной

Туда где ждут тебя почёт и покой.»

– Неее, Лех. – помотал я головой. – Я так просто не сдамся. Если хочешь – пиздуй. Мне такие слабаки в отряде не нужны!

После чего перевел взгляд на Гурлю.

– Там у одного дракоши, помнится, в пещере есть древние капсулы. – начал я излагать мысли. – Надо либо отрегенить старое тело, если это возможно с лопнувшим котелком, либо вырастить новое. А потом пересадить туда мою душу! Справитесь?

– Не думаю. – покачала головой богиня некромантов. – Видишь ли, саркофаги рассчитаны на работу с камнями душ. А ты уже перешел границу астрала, тебя в кристалл уже не заключить.

– Эээээ… – почесал я затылок. – А как же там, вы говорили, что боги могут брать души из своих чертогов смерти и возвращать их в мир живых? Тут даже тело создавать не надо будет? Просто впихнуть мою душонку в тушонку и все!

– Ну… Тут такое дело… – глаза Гурли забегали, а сама она нервно затеребила весло. – Мы это на обучении проходили, саму возможность и принципы. Но мы еще слишком… Младшие. Нам пока это не по силам. Тем более, что там тело создается вокруг нужной души, а не душа вселяется в уже созданное тело…

– Как это не по силам? – настала моя пора удивляться. – Да даже я, совсем не будучи никаким нахрен богом кроме как самоназвания, бабу этому долбанутому демонологу с того света вытащил!

– У тебя силы Вакха. – потупила Гурля взгляд. – А у нас их нет. И даже получив твою душу, никто не сможет получить к ним доступ. Извини, но как это не печально, ты умер…

– Да, хорош уже брыкаться, смирись. – поддакнул ей Леха.

«Ни за что, бой не окончен,

Враг не побеждён, пусть он силён.

Гибель моих войнов не могу забыть,

Не могу простить.»

– Нее, Лех! – помотал я головой и хищно оскалился. – Пока я осознаю себя, я не признаю того, что я мертв! Я живее всех живых и никогда так прекрасно себя не чувствовал, как сейчас! Вот щас шаман меня научит как в мир живых из астрала ходить, и я придумаю, как вернуть себе шкуру и отомстить и за себя, и за тебя, и, хрен с ним, даже за Мардукора этого твоего!

«Но разве может месть

Служить мотивом для героя в новой битве?»

«Выбор есть!

Узреть судьбу на поле боя или лежать подо льдом.»

Ооооо, еще как может!

– А смысл?! – взорвался Леха. – Смысл от твоего брыкания?! Мардукора нет больше, хоть ты замстись! Он один был способен все спасти! Смирись! Ты ничего уже больше не сделаешь! Все, это больше не твоя битва!

«Метель страшна

На Ксентароне сеет хаос она.

Свой долг сполна

Ты отдал, это больше не твоя война.»

– Эх, Леха, Леха… – покачал я головой. – Не смотрел ты мстителей. Как говорил великий Тони Старк: «Не спасем Землю, так отомстим за нее!». Хотя бы в тапки насрать этому пожирателю миров, но я должен! Хотя бы просто за лишнюю дырку в своей голове! А еще процитирую Сару Коннор: «Нет судьбы кроме той, что выбираем мы сами»!

«Ни за что, бой не окончен,

Враг не побеждён, пусть он силён.

В мире много места, но двоим в нём тесно

Кто-то должен пасть»

«Но разве может месть

Служить мотивом для героя в новой битве.»

«Выбор есть!

Узреть судьбу на поле боя или лежать подо льдом.»

– Браво, браво! – раздался сбоку незнакомый мужской голос и вялые похлопывания. – Это именно то, что нужно. Горячий пыл, боевой настрой! А все эти чудо-воины моего племяшки без поддержки его маной даже моих копыт не стоят! Ха-ха-ха!

Я обернулся на источник звука и охренел. ДЕМОН! Старый, матерый! Даже борода не козлинная, а… Ну, короче, среди гномов его бы зауважали! Одной этой бородищей он мог бы насмерть пришибить неподготовленного воина!

– Племяш? – удивленно приподнял я бровь? – Только не говори, что и ты тоже из этой долбанутой семейки с Пантеона?

– Нууу, официально – нет! Ха-ха! – ответил инфернал, выдыхая клубы дыма, тут же растворившиеся в астральном тумане. – Я – брат Сефоттина. Младший. Давным-давно я пошел своей тропой, уйдя из клана. Миры инферно мне куда ближе и роднее, чем человеческие вечнозеленые холодильники. Хе-хе-хе!

– И зовут тебя…

– О, ты еще не понял? О-хо-хо-хо-хо! – расхохотался очередной божественный родственничек. – Тогда позволь представиться! Владыка Лйутсфэуз Ас-Крониффалаим!

Глава 2

– Имечко у тебя, блин! – почесал я тыковку. – Специально, чтоб всякие алкаши по пьяни призвать не смогли?

– И это тоже! – расхохотался в ответ демонюга. – Ладно, не будем смотреть на улиток, к делу. Я могу вернуть тебя в тело, и твоего напарника…

– Главное – не перепутай! – вставил я реплику.

– Если перебивать не будешь. – оскалился инфернал и продолжил. – Так вот. Я верну тебе твою бренную оболочку. За соответствующую плату.

На этих словах демон зловеще оскалился.

– И что же ты хочешь взамен? – поинтересовался я. – По классике, мою душу?

– Зачем? – наигранно удивился Лйутсфэуз. – Чтоб несварение подхватить?

Где-то на заднем фоне подавился смехом Леха.

– Услуга за услугу. – продолжил валдыка демонов. – Я воскрешаю тебя, а ты – Мардукора.

– Не понимаю. – почесал я лоб. – А нафига тебе это? Почему ты сам его не воскресишь, если такой весь могучий?

– Во-первых, ты переоцениваешь мои силы. – покачал головой демон. – Во-вторых, умер он в своем любимом Пантеоне, а само их логово еще надо умудриться найти. А уж в каких глубинах астрала его душа сейчас находится, так и подавно, не каждый шаман отыщет. В-третьих, он намного сильнее меня, и не факт, что я смогу совладать с его душой. А у тебя, как у херпарха его, прямая связь с ним, долго искать не будешь. Поэкспериментируешь немного на духах, да вернешь ему тело. А зачем мне это…

На этих словах адский владыка немного задумался, после чего продолжил:

– Видишь ли, в наши времена очень чтились семейные традиции. Чтобы ты понимал, насколько… За неуважение к родителям сажали в тюрьму, а за оскорбление матери и казнить могли. Конечно, времени прошло не счесть, и поколений сменилась пропасть, но как бы там ни было, мы все еще семья. Я тоже в курсе про гибель миров и прочее, и тоже жить хочу. А братца моего из плена, по сути, только с твой помощью можно вытащить. Но для этого нужно, чтобы был жив мой племянничек.

Лйутсфэуз еще немного подумал и, тяжело вздохнув, продолжил:

– Я сильнейший из владык огненных миров. Все грешники из миров, где правит Сефоттин, достаются мне. Да, их несравненно больше, чем праведников, но так и я ведь их не всех пожираю. Большую часть я скармливаю своим демонам. Потому и уровни у них высокие. Вот только толку от этих уровней, если боевого опыта нет? Не думал, почему вы так легко разобрались с тем вторжением?

– Думал. – честно признался я. Почти три сотни уровней за ту битву получил. Это, получается, демоны просто были молодые, просто раскормленные?

– Именно так. – кивнул владыка. – Чтобы закалиться в битвах, молодняку нужно сражаться. И война «мир демонов на мир демонов» – это просто быстрый способ избавиться от новобранцев. Ветераны их просто сотрут в песок и не поморщатся. Вот и приходится заморачиваться с призывами, охотами и прочим.

– А к чему эти условности? – нахмурился я, не совсем понимая деталей. – Почему бы просто не устроить масштабное вторжение в какой-нибудь перенаселенный мирок да не нафармить там опыта? Вон, в Китае например?

– А скоро так и будет. – совершенно серьезно нахмурился инфернал. – Ты не думай, что я какой-то там филантроп и люблю смертных. Но если уничтожить миры с людьми, то где потом брать их души? И свежее мясо? Мы зависимы от холодных миров. Да и с братом у нас договор. Он нам – души грешников, чтоб его миры чище были. Мы – периодически устраиваем искушения и вторгаемся на охоту, чтоб выявлять паршивых овец среди людишек и напоминать, почему демонология под запретом. Но сами по себе, по своей воле, в миры смертных не ходим. А он взамен не лезет в наши дела. А вот теперь по огненным мирам пополз слух, что последний из богов, Мардукор Ас-Сефоттиниффалаим мертв и договор о невторжении больше не действует. Младшие владыки скоро начнут роптать, а потом попробуют восстать. Их придется уничтожить, и всех их воинов – тоже. Кто-то начнет вопреки договору устраивать полномасштабные вторжения, уничтожая миры. Я не смогу все контролировать, отбивая атаки на собственный трон. Тем более, что и не все миры огня подчиняются мне. Нужно вернуть Мардукора как можно скорее. Он – сможет навести порядок.

– Хм… – задумчиво потер я подбородок. – Так получается, что мое воскрешение для тебя выгоднее, чем для меня…

– Даже не пытайся. – оскалился инфернал. – Недорос ты еще, с владыкой демонов торговаться.

– Но попробовать то стоило? – пожал я плечами. – Ладно, я готов! Леха тоже готов.

– Удачи. – Оскалился демон. – Чую, она вам скоро понадобится.

И щелкнул пальцами.

Процесс воскрешения напоминал просто процесс просыпания. Когда ты после жесткой гулянки приходишь домой в пять утра и засыпаешь прямо на коврике в прихожей. А в шесть тебя будит будильник. Примерно вот так же. Голова раскалывалась. Все тело было словно не мое и отказывалось слушаться. Веки – словно на ресницы подвесили маленькие гирьки. И дышать тяжело. И с каждой секундой все тяжелее. А ну да! Я ж в глыбу ледяную вморожен! Теперь понятно, что чувствует минтай, или какая другая свежемороженая скумбрия. Только вот толку то от того понимания, когда воздуха не хватает?

Сосредоточившись, я тыкнул в иконку берсы и… Ничего. Иконка была нетыкаемая. Серая, словно неизученная способность. Сердце учащенно заколотилось и я перевел внимание на иконку ульты алкаша. Она тоже была недоступна. Очко сжалось до размеров игольного ушка, а внутри все заныло в плохом предчувствии.

Ну, Лйутсфэуз, ну, СУКА! Попадись ты мне еще раз, я из твоих рогов вешалку для носков сделаю! Для ношенных носков! И использованных презиков!

И когда уже в глазах начало темнеть от нехватки воздуха, случилось чудо. Лед потрескался и осыпался мелкой крошкой. А я остался лежать на этой кучке ледяной крошки, как охлажденка в супермаркете в отделе свежей рыбы. Воздух! Как же это, оказывается, круто, дышать! Это круче, чем холодненькая минералочка с рассолом первого января!

– Да ну что вы, не стоит благодарности… – проворчал Гу, глядя на то, как мы с Лехой пытаемся надышаться.

– Гу, радость ты моя водоплавающая! – воскликнул я и, поднявшись, сделал пару шагов ему навстречу. – Иди ко мне, я тебя взасос отблагодарю!

– Да ладно, ладно… – замахал он перед собой руками, открещиваясь от меня. – Я ж говорю – НЕ БЛАГОДАРИТЕ!

– А я говорю – НАДО! – притопнул я ногой. – Леха, пошли водяного благодарить! ЙОБАНАРОТ, Леееехаааа… Это ж теперь надолго?..

Помните же, что перед битвой Леха в ящерку за каким-то хером перекинулся? Нет? А он перекинулся. И если уж я херпарх, истинный жрец, и то у меня обе ульты отказали, то что говорить про простого высшего ерпарха? У него ж ульта вообще за счет Мардукоровой маны работает.

Над площадкой зависла неловкая тишина. И в этой тишине я различил тоненькое пищание наушника во внутреннем кармане куртки. В полном охреневании я достал плеер и послушал, чего он там самостоятельно распищался.

«Ты жизнь отдал, Воин!

Но чудом спасён!

Ты доказал, что достоин!

И будешь мной вознесён!»

Да задолбал ты, музыкальный камушек, воином меня обзывать!

«Ты сокрушишь великих!

Будь со мной,

Воин, будь со мной!

День грядёт:

Я подниму безликих -

Пойдут войной.

Перед тьмой

Грядёт последний бой!

Великий бой!

Твой главный бой!

Твой лучший бой!»

Ээээ… Опять великие? Безликие? Погодите. Великие, это ж демоны на твоем, плеерском наречии? Так уже ж побеждал, хватит! А безликие? Это те самые древние могучие духи? Так я то тут при чем? Это шаман кинг местный пусть с ними балуется!

«Вселенная кричит внутри тебя!

Будь яростью Воли её! Я

Открою тебе тайны бытия!

Каков Путь и где его края!

Энергия течёт вокруг тебя!

Черпай собою её! Я

Открою, кто из Сильных обречён.

Меняй мир и будь моим Мечом!»

Че то я уже совсем перестаю тебя понимать, великий китайский оракул.

«Во все эпохи есть Воин,

Себя отдавший Борьбе.

И каждого, кто достоин,

Я призываю к себе.»

Да не воин я, блять, достал!!!

«Ты сокрушишь великих!

Будь со мной,

Воин, будь со мной!

День придёт:

Ты поведёшь безликих

За собой!

Перед тьмой

Грядёт последний бой!

Великий бой!

Твой главный бой!

Твой лучший бой!»

«Бога нет, и Он есть.

Он – это всё, что ты видишь вокруг.

Вся энергия во вселенной и тот вечный закон, по которому всё существует. Та неумолимая логика, которой следует мироздание.

Почувствуй эту силу.

Пойми, чего хочет Вселенная, и стань проводником её Воли.

Верши неизбежное.

Используй силу и позволь силе использовать тебя и…

Ты сокрушишь великих!

Будь со мной,

Воин, будь со мной!

День придёт:

Ты поведёшь безликих

За собой!

Перед тьмой

Грядёт последний бой!

Великий бой!

Твой главный бой!

Твой лучший бой!»

Вселенную пойми? Так пусть изъясняется яснее! Я только что с того света вернулся! У меня башка гудит, как с десяти похмелий сразу! А ты тут своими высокими материями!

«Ничто не будет вечно под Луной!

Волна накроется волной!

И если силой долго держат власть -

Тирану предрешено пасть!

Всегда найдётся сила посильней -

Герой, моложе и умней!

А на того героя – свой герой!

Волна накроется волной!

И это бесконечная борьба.

Я жнец – кровавая косьба!

Вся эта мясорубка для людей

Зачем? Ну… Такова жизнь»[1]

На последнем слове плеер булькнул, а на экране мигнул значок севшей батарейки. И музыкальный предсказатель выключился. Вот же ж блин! Я то думал, это супер-нано-батарейка была, а эта хрень, оказывается, тоже на ману Мардукора завязана? Ну заебись! Вот теперь реально придется этого бога воскрешать. Пусть, сука, отдает зарядку!

– Лех, а Лех… – позвал я сидящего в прострации ящера.

– Чего? – поднял он потерянный взгляд на меня.

– А тебя если за хвост дернуть, он как и у обычной ящерки отвалится, а потом отрастет?

– Ээээ… Ну да. – растерянно кивнул он.

– А с яйцами так же работает?

Блин, хреново, что у рептилий нет мимических мышц. Единственное, что изменилось на Лехиной морде – это ширина зрачков. Из рассеянно-суженных вертикальных щелочек они резко расширились, как у кошки, когда ты неожиданно почесал под одеялом ногу. Вот и Леха, хоть я ничего не чесал, так же расширил зрачки и он резко, с места бросился на меня.

Ловили когда-нибудь ящерку? С ними иногда возникает ощущение, что они не бегают, а телепортируются. А теперь умножьте эти масштабы с мелкой рептилии до рептилии размером с Леху! Вот он сидел на своей ледяной кучке, а вот уже телепортировался ко мне и, сбив меня с ног, начал меня душить. Я то, долбоеб, в мага прокачку начал делать. А этот хрен религиозный явно в силу качался. Я попробовал посопротивляться и не смог. Словно с киборгом боролся. Но тут кто-то вмешался в эту борьбу. Леха неожиданно поднялся в воздух, приподнимая за собой и меня за шею, зажатую в его когтисто-чешуйчатых лапах.

– Да отцепись ты уже! – тряхнул этот кто-то Леху.

Я выпал из рептилоидных лап и смог разглядеть нашего рефери. Владыка, хренов Лйутсфэуз. Хотя не, переставлю запятую. Владыка хренов, Лйутсфэуз. Видимо в астрале была проекция. Все же, если правда хотя бы половина того, что я читал про эту шаманскую среду обитания, то там нет физических объектов, чисто для душ и духов место. Короче. В астрале инфернал был гораздо, гораздо скромнее в своих габаритах. А тут это был монстр метра под три ростом. И этот монстр щас держал Леху за шкирку.

– Отпусти!!! – рявкнул Леха. – Я вышибу из него всю дурь!

– Не вышибешь. – ответил владыка демонов. – Он из нее сделан. Или ты думаешь, что воскрешать – это так просто?!

Последнюю фразу Лйутсфэуз прорычал таким тоном, что у Лехи даже чешуя слегка побледнела. Но все же ящер сумел собраться с силами и возразить:

– А мне теперь из-за его придури в чешуе ходить? Сколько? День? Год? Век?

– Ааааа, так в этом все дело? – осклабился демонюга. – Так это легко решается!

С этими словами инфернал выдохнул на Леху целое облако дыма. Ящер закашлялся, а до меня донесся легкий запашок горелой серы. Через несколько секунд Леха перестал кашлять, я даже немного попереживал, не сдох ли он там. Но демон махнул крылом, разгоняя облако дыма и приблизил к своей морде тушку жреца. Удовлетворенно кивнув, он швырнул его на землю и повернулся ко мне. Леха с трудом уселся, скрещивая ноги и с явным трудом сфокусировался на своих руках, начавших принимать человеческий облик.

– Что ты с ним сделал? – спросил я, переводя взгляд на владыку инферналов.

– Желание исполнил. – ухмыльнулся Лйутсфэуз. – Ерпаршество – хуже наркомании! Однажды став жрецом, человек уже не может без поддержки божественной маной. Там и ломка, и помутнение рассудка, и необоснованная агрессия. Вот я и сделал его СВОИМ ерпархом. Пусть посмотрит, что хуже!

И расхохотался. Я дождался, когда он отсмеется и спросил:

– Ну, а щас то чего хотел?

– Да только лишь лично удостовериться, что черепушка твоя нормально восстановилась. – ухмыльнулся демон. – Чтоб бондана твоя не сваливалась. Не тормози с выполнением сделки. В этом все заинтересованны.

На этих словах он взмахнул правым крылом снизу вверх, рассекая пространство и открывая портал. Скрывшись в межмировом проходе, огненный росчерк погас, закрывая двери в инфернальный мир. А я словил на себе не самые дружелюбные взгляды всех присутствующих.

– Эээээ… Видимо, мне надо много рассказать? – приподнял я брови.

Глава 3

– Да уж постарайся! – раздался незнакомый женский голос.

Я оглянулся на источник звука и увидел сногсшибательную красотку. Не портили впечатления даже малость взлохмаченные волосы и красные глаза. Накуренная, наверное. Но я бы вдул!

А красотка неуловимо быстрым движением скользнула ко мне и, схватив за куртку, легко подняла меня над землей.

– Я прокляну тебя, если твой рассказ будет неубедителен. – прошипела она мне прямо в лицо.

– Я так понимаю, Зив? – спросил я у незнакомки.

Ну, а кто еще меня может ненавидеть, не будучи со мной близко знакомой, но будучи при этом чертовски привлекательной? Только она.

– Да, это я! – взвизгнула она и, наконец, поставила меня на землю. – И внимательно тебя слушаю!

Ну, я и рассказал, все что произошло в астрале.

– Вот, такие пироги с котятами. – закончил я рассказ, разводя руками. – Так что теперь тебе, Зив, задание! Поскольку творящей ульты у меня сейчас нема, тебе нужно создать тушку, в которую нужно будет запихивать душу твоего муженька. Можешь под шумок ему там что-нибудь подкорректировать, увеличить… Ну, если ты понимаешь, о чем я!

И сделал известную рожицу мемасного мистера Бина. Зив сначала непонимающе нахмурилась, потом удивленно вскинула брови и немного покраснела.

– Чтоб ты знал, размер не имеет значения! – гневно воскликнула боссова жена и сжала кулачки.

Черт, какая же она милая! Как я понимаю Вакха! За такую шкуру и своей собственной шкурой можно рискнуть!

– Ага, значит угадал! – ехидно потер я руки. – Был бы у него большой хрен, ты б ответила, что все у него с этим нормально. Хе-хе-хе! АЙ! Больно же!

С этими словами я потер макушку и оглянулся в поисках источника подзатыльника. Рядом стояла Гурля и держала двумя руками весло.

– Чтоб ты понимал, размер объекта твоего обожания для женщин действительно не особо важен. – поучительным тоном сказала богиня смерти.

– Дааа лааадноооо… – протянул я и перевел взгляд на Тень, переходя на сочувствующий тон. – Че, и тебе тоже не повезло? Ну ниче, вот верну себе творящую ульту, и обязательно подправим тебе тело! Любой размер заказывай! АЙ! Хватит драться!

– А вот у него как раз все с этим нормально. – с улыбкой добавила Гурля.

– Можем поспорить на что угодно, что у меня – больше. – добавил повелитель тьмы и мрака. – Учти, у тьмы всегда есть глаза, поэтому я заранее уверен, что выйграю.

– Жулик ты, плут и вуайерист. – ответил я ему, потирая теперь уже напрочь отшибленную голову. – Короче, есть у кого-нибудь идеи, как мне душу бога искать?

– Да че тут думать-то? – пророкотала вынырнувший прямо из земли прозрачная голова орочьего шамана. – Надо на шамана учиться! Глубоко в астрал нырять ты уже умеешь! Остается только научиться там ориентироваться и возвращаться без помощи демонов! Ха-ха-ха-ха!

– И что для этого нужно? – уточнил я у духа Гуала.

– Ну так учитель для этого нужен. – посмотрел на меня, как на дурачка орк.

– И где мне его… О, будешь моим учителем?

– А зачем мне это? – приподнял в удивлении одну бровь орк и вынырнул из земли до пояса. – Я уже свое пожил, ученичков уже понаоставлял.

– Хм… Дай ка подумать. – потер я подбородок. – А что тебя вообще может заинтересовать?

– А давай ка ты сам придумаешь и предложишь, мне интересно, сумеешь ли ты додуматься? – хитро прищурился призрак.

– Ок, тогда как насчет путешествия в нашей отшибленной компании? – ухмыльнуся я в ответ. – Раз уж ты был готов рискнуть собственной жизнью ради того, чтобы просто проверить, сможешь ли ты стать духом четырех стихий сразу, то уж кучу интересного и неадекватного я точно смогу предложить! Кстати, что там с твоим экспериментом? Ты теперь элементаль-универсал?

– Да как ты мог такое обо мне подумать?! – возмутился призрак-шаман. – Какой схуффу под хвост элементаль? Я полноценный разумный стихийный дух! Всестихийный, если быть точнее, да. Элементалем я стану лет так через десять тысяч, когда растают остатки моего сознания! А вот ты молодец. Первый шаг шамана сделал!

– Это какой? – совершенно искренне удивился я.

– Договорился с духом, дурачок! – постучал орк пальцем себе по черепушке, правда, совершенно беззвучно. – Я ж говорил уже, что сила шамана в том, чтоб договариваться и подчинять! Подчинить меня ты при всем желании бы не смог. Ты договорился! Вот с безликими уже договориться трудно, у них личность давно стерлась.

– А, значит, ты согласен? – удовлетворенно потер я руки. – Отлично! Зив, готовь тушку своему мужу… Зив?

Я удивленно покрутил головой, оглядываясь по округе. Богини красоты нигде не было.

– Она ушла. – сказал Аппатак.

– Значит и нам пора. – пожал я плечами. – Король нас уже, наверное, заждался?

– Кельвлин. – поправил меня Леха. – Король – это наследуемый титул, а кельвлин – избираемый. Я понимаю, что ты разницы особо не видишь, но можешь отхватить проблем, если назовешь правителя неправильной должностью.

– О, Лех. Я вижу, зануда снова с нами? – радостно обратился я к напарнику. – Успокоился или по пути надо будет валерьянки перехватить?

– Да, все нормально. Прошу прощения за свои выходки.

– Заметано. – отмахнулся я. – Тебя можно понять, ты только что работу потерял. Как тебе, кстати, новый босс?

– Не напоминай. – посмурнел мой спутник.

– Чего он, кстати, говорил, что ты еще пожалеть можешь?

– У него мана очень… жгучая, что ли. – задумался Леха. – Словно горячая кислота по энергоканалам течет. Не очень прятное ощущение. Но… Без этого и правда, словно пустота внутри.

– Ладно, не ссы. – похлопал я его по плечу. – Постараюсь достать Мардукора как можно быстрее! Без него ж бедлам начнется в мире! Да че там, во всех мирах… Аппатак! Предупредить бы надо всех местных священников, что бог мертв ненадолго, пусть не расслабляются, конец света пока откладывается! Пока Мардукор на больничном, ты будешь за него! Лех, ты тоже об этом в штаб сообщи как-нибудь. Ап, ты как, справишься?

– Думаю, да. – немного подумав, ответил старший младший бог.

– Отлично. – кивнул я в ответ. – Гурля, тогда все мардукоровы душонки – Аппатаку. Потом вернет их начальнику, когда тот вернется.

– Сообщил. – сказал Леха.

– А? Че куда кому? – не понял я своего напарника.

– В штаб сообщил, ты ж сам просил. – пояснил ерпарх. – Они ждут Аппатака для перенастройки храмового ключа.

При этих словах Аппатак шумно сглотнул и попятился, видимо даже забыв от такой новости, что он может просто раствориться в воздухе.

– Ап, что не так? – удивленно обратился я к богу.

– Храмовый ключ… Это же… Центральный символ веры Мардукора, как твой винный фонтан. Я не знаю… Я не смогу…

– А кто еще, если не ты? – ухватил я пятящегося бога воздуха за рукав. – Ты ж самый главный местный бог. Значит и талант к руководству уже есть, и опыт божения. Или что, прикажешь мне эту должность занять? Ты представляешь, что произойдет во всех мирах, если я стану верховным богом почти миллиона измерений?! Я тут то только три локации посетил, и уже пиздец кругом вокруг меня! Так что давай не ной, надо! Тем более, что это временно. Заодно и уровни поднимешь.

– Ладно. – немного подумав, тяжело вздохнул Аппатак. – Ты прав. Но объяснять, почему ключ перенастроен на меня, Мардукору будешь лично.

С этими словами старший бог растворился в воздухе.

– Наирл! – позвал я застывшего испуганной статуей молодого графа. – Метнись тенями до хаты, шугани прислугу, пусть поляну накрывают. Уверен, Горнбрад уже наготовил там чудо-зелья! Будем дегустировать и думу думать, как дальше быть.

– Может, не надо?… – дрожащим голосом попытался возразить пацан.

– Надо, Федя, надо! Лех, твой телепорт куда с другой стороны выходит?

– Второй компонент в тронном зале кельвлинской короны. – ответил ерпарх.

– Отлично. – кивнул я сам себе. – Думаю, что местному президенту необходимо знать, что произошло, чтоб смуты не допустить. Давай, прыгаем к нему. Всем остальным – быть в замке Наирла через два часа! Будет глобальная пьян… Совещание! Гуал Вакалар! Где бы ты опять не прятался, тебя тоже там жду! Координаты должен знать, ты ж видящий!

Последнюю фразу я просто выкрикнул в воздух, потому что дух верховного шамана опять куда-то спрятался. Ну ниче, думаю, услышит.

Тем временем Леха чего-то там колдовал, склонившись над своим мерседесовым телепортом. Затем он отошел от загогулины, и она с легким звоном начала тонуть прямо в горе. Через полминуты металлическая фиговина полностью скрылась в поверхности каменной площадки, оставив лишь едва заметный след, повторявший ее контуры.

– Готовься. – сказал Леха, схватив меня за запястье. – Будет немного неприятно.

С этими его словами мир мигнул и сменился тронным залом. А мне показалось, что меня на секунду вывернули на изнанку, словно пододеяльник, сожравший во время стирки все остальное белье, вытряхнули и вывернули обратно, заправив тяжелым ватным одеялом.

– Ух ты ж ебаный в рот! – чуть было не вернул я миру сожранный недавно дошик. – Это всегда так через эту хрень тяжело прыгать?

– Не. – мотнул головой Леха, выглядевший не сильно лучше. – Только когда вдвоем. Это все же одноместный портатор, вдвоем по нему можно перемещаться только по аварийному протоколу.

В тронном зале, кстати, было пусто. И только какой-то чувачок, вроде как слуга, стоял у дверей. И то при виде нас куда-то убежал. Может, караульный, а может, просто очконул.

– Лех, я во времени запутался. – обратился я к своему походному справочнику. – Тут всегда светло, или щас день в этом часовом поясе?

– Сейчас ночь. – ответил он мне. – А зал истины всегда светел.

– Ага, славно. А вот эти ребята желают показать нам наши одноместные зарешеченные спальни? – кивнул я на отряд вбегающих и встающих в боевые стойки стражников.

– Отставить тревогу! – раздался рычащий голос позади стражников.

Это показался местный король. Пардон, кельвлин! Голой горой мускулов он возвышался над своими воинами и, словно ледокол, продвигался сквозь их строй. Хотя не, лучшим сравнением будет кондукторша. Знаете, есть такие могучие сотрудники гортранспорта. Тетки шириной с весь салон троллейбуса или трамвая. И вот то, как эта тетка прокладывает себе путь в час, когда салон забит как килька в банку народом, оставляя за собой туннель из размазанных по стеклам и потолку людей, чтобы просто посмотреть на твой проездной, полностью олицетворяло продвижение местного президента.

Знаете, если бы молодой Шварцнегер увидал рельеф местного короля, он бы сожрал все свои гантели, сдал штанги в металлолом и пошел бы с горя работать грузчиком. Хорошо хоть, орк не стал доламывать мне психику новыми комплексами и на уровне чуть ниже пояса он был одет в… Полотенце? Не, полотенце поплотнее. Короче, на несколько раз вокруг жопы была намотана полоска ткани с метр шириной. И то на фоне его роста это смотрелось скромно, даже не доставая до колен. О, вспомнил! На египетских картинках часто такое рисовали.

– Где остальные? – нахмурился египетский орк. – И что вообще произошло? Жрецы прибежали и несут какой-то бред про то, что Мардукора больше нет. Мне их казнить или это правда?

Пришлось все заново рассказывать уже ему.

Чтоб не стоять все это время на ногах, переместились мы в менее официальный зал. Не знаю, как оно называется у местных, это была комната, закиданная подушками, матрасами и прочими мягкими штуками. И небольшой пятиугольный столик посередке, на который слуги успели накидать закусок и чего-то, по вкусу напоминавшего ягодный морс, в который плеснули малость самогона. А может, так и было.

– И что теперь дальше будет? – спросил не перестававший все это время хмуриться король, когда я закончил свой рассказ.

– Да ничего особенного. – пожал я плечами. – Жрецов обратно в храм доставить, им начальство как-нибудь сообщит, чтоб панику не сеяли. За Мардукора пока побудет Аппатак, но простым людям об этом лучше не знать. Самого САМОГО я даже с того света достану, вопрос времени. А для этого мне надо поспать и потом, на свежую голову, подумать…

– Ваша Сильность! Ваша Сильность! – прервал нас ворвавшийся запыхавшийся стражник. – Циперон сбежал!

И показал антимагические наручники. Браслеты их были разорваны, словно сделаны они были не из толстого металла, а из шоколадной фольги.

Глава 4

– Вот такие дела, Наирл. – заканчивал я рассказывать столичные события графенышу. – Этот шут, походу, даже такой вариант развития событий предвидел и мало того, что заранее сделал едва заметный тайный ход в темнице, так еще и какой-то консервный нож там припрятал, чтоб браслеты с себя срезать! Так что усиль охрану, поставь новую сигнализацию и вообще, какую-нибудь хрень пострашнее из тьмы призови, пусть где-нибудь в кармане сидит, сторожит тебя.

– Гвартана подойдет, например. – кивнул темный бог, сидевший рядом с новым великим Хгаттом. – Сна не требует, спрятать можно даже в перстень с любым черным камнем, питается страхом окружающих. Единственная слабость – прямых солнечных лучей боится. Но даже днем в обычной тени может проявляться. А уж если день пасмурный…

Находился я уже в мухоморном графстве. Закончив все дела с королем, мы прыгнули уже королевским телепортом сюда, чтобы поскорее предупредить юного херпарха Тени. Сам Тень об этом, как выяснилось, уже знал, но жреца своего предупредить он еще не успел. Замотался, да и голова после применения кричащего артефакта летающими рыцарями даже у него немного гудела. А самому Наирлу пользоваться тенями еще учиться и учиться! Что же там творится в голове у этого поехавшего карлика, не сможет предсказать, наверное, даже Укур. Интересно, а автор выдумал этого персонажа или, как некоторые писатели, подглядел его в параллельных измерениях? Вот бы побухать с ним! Да с веселянкой…

– Кстати! Где там наш бородатый алхимик? – воскликнул я.

– В подвале. – флегматично ответил Тень. – Как это у него обычно бывает, немного увлекся процессом. Вино во дворце, кстати, закончилось.

– Как… Закончилось… – ошалело выпучил глаза Наирл. – Там же… двадцать бочек было?

– Ну вот так. – пожал плечами темный. – Было двадцать бочек вина. Теперь четыре бочки самогона.

– На пять мешков веселянки?! – подскочил я с места. – Ну так быстрей к нему!

И со всех ног припустил в подвал. Запыхавшись, я прибежал в ту комнату, что мы с гномом оборудовали под лабораторию и я застал там… Спящего в пустой, лежащей на боку, винной бочке Горнбрада, а рядом поцарапанного Наирла в изодранной одежде, с виновато опущенным взглядом и отчитывающего его бога тьмы.

– …как можно было спутать «Дорогу тьмы» и Врата тьмы»? – вздохнул Тень. – «Врата» переносят тебя сразу из одной точки в другую, «Дорога» же ведет тебя пусть и коротким путем, но через мир теней! Один плюс, с Гвартаной ты уже лично познакомился… О, Денис! Вот эти вот бочки – это то самое… Ну, судя по свойствам, зелье.

Я посмотрел на бочки.

«Веселый алкоголик»

«В порыве вдохновения бог-алхимик соединил несочетаемое, собрав все лучшие качества исходного сырья и отсеяв все побочные воздействия»

«Не вызывает похмелья»

«Эффекты непредсказуемые и индивидуальные»

«…»

Ну, многоточия, это видимо мне уровня проницательности не хватает. Такое у меня пока еще со многим. Но…

– Бог-алхимик? – спросил я у тени, поднимая бровь и переводя взгляд на заразно храпящего гнома.

– Ага. Представляешь, ему поклоняться начали! – рассмеялся Тень. – Походу, у нас за столько сотен лет наконец очередное пополнение в наших рядах! Но стоит признать, заслуженно. Зелья у него получаются сейчас и вправду божественного ранга.

Божественного, говорите, ранга? Я взял с ближайшего стола стеклянный стаканчик. Может, мензурка, может еще чего подобное. Понюхал. Вроде чистый. На всякий случай протер пальцем и зачерпнул из бочки получившееся зелье, грамм сто. Посмотрел сквозь жидкость на свет от маголампочки. Сначала показалось, что это просто мутный неочищенный самогон. Но нет. В спиртном напитке плавали клубы густого белого веселянкиного дыма! Знаете, есть такие модные напитки-коктейли, с перламутровыми блестками? Они так прикольно плавают по стакану и переливатся? Вот примерно так же, только дым. Я понюхал. Легкие нотки невыдержанного коньяка и странной травой совершенно не пахнет. Вот же бородатый дает! Реально, сочетает несочетаемое! Я ухмыльнулся и залпом выпил содержимое.

Кажется, я как-то говорил, что научусь когда-нибудь думать, прежде чем делать? Так вот, забудьте. Не в этом воплощении!

– Ты совсем охренел? – удивленно спросил меня Гуал Вакалар.

Я огляделся. Вокруг меня клубился тот самый белый туман астрала, а передо мной с полной охреневания рожей сидел в позе лотоса орочий шаман. Ну, призрак его, то есть.

– Какая до боли знакомая фраза. – вздохнул я. – В чем я охренел на этот раз?

– Да на руки свои посмотри! – воскликнул дух.

Я посмотрел. Ну, руки как руки. На всякий случай пересчитал пальцы. Не, по пять на каждой ладошке. На всякий случай пересчитал количество рук. Тоже сходится. Их же две должно быть? Если да, то тоже все четко. Я пожал плечами и вопросительно кивнул.

– А теперь на мои руки посмотри! – воскликнул орк и вытянул конечности.

Я присмотрелся. Пять пальцев. Две руки. Коричневая кожа, покрытая рисунками и шрамами. Огромные по сравнению с моими. И клубы астрального тумана проходят сквозь них, совершенно не мешая их видеть. СТОП!!!

Я перевел взгляд на свои грабли. Точно! Сквозь меня туман не проходит!

– Это как это? – непонимающе захлопал я глазами.

– Ты ЭТО у меня спрашиваешь?! – удивленно рыкнул дух. – Заявился тут в астрал в физическом теле, даже ноги не помыл! И еще спрашивает, как это? Это ты мне ответь, как ты в мир духов в ТЕЛЕ прошел?

– Мда… Хороший тамада, и конкурсы интересные… – задумчиво почесал я тыковку и посмотрел на остатки зелья в стаканчике. – Ну, терять уже нечего.

И вытряхнул последние капли в рот.

И меня выбросило обратно в подвал. Белые клубы астрального тумана разошлись от меня в стороны и растворились в воздухе.

– Вы не поверите, что со мной щас было! – сказал я застывшим с полными охреневания глазами спутникам.

– Я больше не верю, что ты самостоятельно стоишь на ногах после ТАКОГО количества выпитого! – воскликнул бог тьмы.

– А что не так? – удивился я.

– А ты последнюю строчку описания прочитал?

– Не-а, мне она недоступна. – честно признался я.

– Ой, псих… – покачал Тень головой. – Там написано: «Эквивалентно чистому спирту 1 к 10.» Это как если бы ты залпом выпил десять таких стаканчиков чистого спирта!

Ох ты ж нихрена себе! А че тогда я будто слегка пивка бахнул? Стоп! У меня ж там новые умения были, совершенно на ульты не завязанные! Ну-ка, че там…

Ну да, бегунок опьянения стоит на минимуме, а значит все излишки опьянителя, что спирта, что веселянкиного дыма должны были уйти в…

«Этаноловый астральный карман, 38 уровень»

«Пассивное умение»

«Позволяет хранить излишки этилового спирта»

«Вместимость: 3800 литров 96 % этанола»

«Заполненность: ОШИБКА!»

«Внимание! Идет обработка новых данных, пожалуйста, не умирайте до окончания процесса»

«Получено новое описание способности»

«Астральный карман, 38 уровень»

«Пассивное умение»

«Позволяет хранить излишки материи»

«Вместимость: 3800 литров жидкого и твердого вещества, либо 4724 кубометра газа»

«Заполненность: 0.026 %»

Ээээээ… ЧО?!! Астральный карман?! Ну уровень ладно, от использования прокачался. Но функционал изменился, получается?! Я схватил со стола ковш и, зачерпнув из бочки, залпом выпил половину ковша.

– Бааргх, Норны тебя укуси, ты что творишь? – удивленно рявкнул Гуал Вакалар, все так же сидящий посреди астрала. – И главное, КАК ты это творишь?!

– Так ты же ВИДЯЩИЙ, вот и ПОСМОТРИ! – показал я ему язык. – и вообще, давай к нам, хватит тут туман гонять.

И допил остатки ковша, возвращаясь в подвал замка. Так, ну и что тут у нас получилось?

«Астральный карман, 38 уровень»

«Пассивное умение»

«Позволяет хранить излишки материи»

«Вместимость: 3800 литров жидкого и твердого вещества, либо 4724 кубометра газа»

«Заполненность: 0.289 %»

– Эх, Леху бы сюда с его калькулятором. – вздохнул я. – Посчитать, поместится все это бухло в моем астральном кармашке или придется каждый раз за добавкой сюда телепортироваться.

– Если понадобится, можно и потелепортироваться. – задумчивым голосом сказал Гуал Вакалар, выныривая из одной из бочек, чуть не доведя меня в очередной раз до кондрашки.

Не подумайте что я там какой-то трус. Но говорящий призрак с мордой клыкастого кирпича, каждый раз появляющийся оттуда, откуда его меньше всего ждешь – слабительное гораздо более эффективное, чем селедка с молоком и прокисшим пивом, смешанные в блендере и выпитые залпом без закуси!

– Я вон и то, насколько бесплотный, а и то малость окосел, просто пролетев через емкость. – продолжал задумчиво вещать всестихийный дух. – Из чего это сделано?

– Так вроде ж говорил. – попытался напрячь я память, вправду ли упоминал я это зелье, или только громко думал. – Самогон из вина и веселянки. Да блин, ты ж видящий!

– Но не всевидящий, и тем более – не всеведующий! – поднял призрак руку с поднятым большим пальцем. – Я ж дальше своей смерти в свою судьбу и не заглядывал. Неинтересно жить, зная, что будет! Это…

– Самый охрененный спойлер, ага. – понимающе кивнул я. – Сам порой жалею, что гадал на будущее свое. Может, и к добру, что плеер сел.

– Воот! А я о чем! – воскликнул дух шамана и посмотрел на темную парочку. – А вы чего застыли, словно призраков ни разу не видали?

– А… А… А… Й-й-й-я-я и н-н-не в-вид-д-дал. – заикаясь, пролепетал Наирл.

– Да и не каждый день по миру шастают призраки величайших шаманов. – добавил Тень.

– Может, хватит уже любезностей? – перебил я их, подхватывая со стола большую пузатую емкость и начиная наполнять ее из бочки, кивком головы указав на Горнбрада. – Тащите это бородатое тело в пиршественный зал. Будем смотреть, у кого какой эффект, и думу думать, как Мардукорову задницу из астральных глубин выковыривать, и какого размера выковыриватель мастерить придется!

Глава 5

Пока мы поднимались со спящим алхимиком и бухлом из подвала, проснулись и подошли к столу Гартаил с Шииран. Пришлось еще и им пересказывать произошедшее, предварительно уложив гнома на лавку. Блин, надо было на диктофон на смарте записать один раз и запись потом включать, пока зарядка не кончилась. Ну теперь то вроде всем рассказал?

– Эх, жрец, жрец… – покачал головой Гартаил. – На ровном месте ТАК умудриться вляпаться.

Шииран же сидела бледная, как поганка.

– Да не ссы ты так, Ши. – не выдержал я. – Вернем мы твоего бога.

Та молча кивнула и стиснула кулаки. Зажатый в левой руке железный кубок она при этом смяла, словно бумажный стаканчик из макдака. М-даааа… Хорошо, что дракону ее сбагрил. Без ульты Мардукоровой она б меня как салфетку бы порвала.

– Так, ладно! – хлопнул я ладонями по столу. – Дела делами, но сейчас есть более важная задачка! Есть добровольцы для испытаний нового зелья? Жуть как интересно, у кого че будет! Вдруг кто-то полезный эффект получит?

Как ни странно, добровольцев не было.

– Эй, народ, вы чего? – разочарованно оглядел я собравшихся. – Ну весело ж должно получиться!

– А если нет? – Увалия нервно покрутила в руках железную шпажку, служившую местным жителям аналогом вилки, а после воткнула ее в какой-то фрукт. – Если она какой-то плохой эффект окажет? Вдруг для кого-то этот напиток окажется ядом? Или взорвется внутри?

– Да вы чего? Это ж Горнбрад приготовил! Он потомственный спец по бухлу! Да все варианты эффектов должны быть приятными бонусами!

– Ладно, давай я первым испытаю! – поднялся старший из братьев-оборотней. Как его там? Нуагап? Имена, блин, у местных… – В конце концов, не пристало воину выпивки пугаться! А то так сначала вина боишься, а потом что? От баб шарахаться начнешь?!

И расхохотался. Братья тоже поддержали своего старшего. Хотя и было видно, что смех был слегка натянутым и нервным. Я плеснул Аркенпанзу глоток пойла и протянул кубок. Тот в ответ посмотрел на меня возмущенным взглядом:

– Да это ж просто кружку протереть! Лей давай нормально!

Ну что ж. Сам попросил. Я плеснул ему почти до краев. Кубок был грамм на триста. Это значит, он окосеет как от трех литров спирта? Ну, значит, нефиг инструкции игнорировать. Это моя привелегия!

Оборотень взял бокал и, оглядев собравшихся, выдохнул и произнес тост, поднимая зелье над столом:

– На удачу! Чтоб Мардукора поскорее воскресили!

И, зажмурившись, выпил залпом до дна. И ничего! Все следили за ним, затаив дыхание, даже дух шамана выглянул, высунув голову из потолка, свесившись вниз макушкой. Фетиш у него такой, что ли, высовываться откуда ни попадя, как хер из ширинки?

Секунд пятнадцать Нуагап стоял, зажмурившись. Потом осторожно приоткрыл сначала один, а затем уже уверенно второй глаз.

– Иии… Что? – удивленно спросил он, глядя на меня.

– Видимо, ты еще пьянеть не начал… – предположил я. – Не начал же?

– Вот, сейчас, вроде начинаю. – немного подумав, прислушался оборотень к ощущениям, положив руку на живот, после чего почесал спину. – ААА, мышь горбатая! Блохи, что ли, завелись?! Чего ж так чешется?!

С этими словами Аркенпанз скинул куртку и разодрал рубаху, продолжая попытки начесать спину.

Охуеть! У мужика крылья проросли! И, похоже, еще медведь в животе завелся. Потому что этот утробный рык не может быть просто голодным урчанием желудка. Или может, судя по тому, как оборотень набросился на ближайшее блюдо с огромной жаренной рыбиной, пожирая ее вместе с костями, закусывая жаренным кабаненком. А крылья, получив дополнительный источник питательных веществ, поперли в рост, на глазах увеличиваясь в размерах.

Шикарные, я вам скажу, крылья! Черные, по металлически блестящие жесткие перья с зеленоватым отливом. И огроменные!!! каждое метра по три в длину выросло! Правда, Нуагап сожрал почти все со стола. Почти – потому что посуду так и не смог. Хотя местами и понадкусывал. Запив напоследок пятилитровым кувшином травяного отвара, оборотень сытно рыгнул и пьяненько покачнулся, удивленно оглядывая новые конечности.

– Ээээ… Ик… О как! Ну… – пробормотал Аркенпанз, ощупывая перья. – Ну ваще…

– М-дааа… Ну и дела. – пробормотал я. – Ну, давай тогда еще вторую часть эксперимента проведем.

С этими словами я еще немного плеснул ему этого странного пойла, совсем на пригубить, и протянул кубок. Аркенпанз, уже с явным трудом, сфокусировался на напитке и со второй попытки принял кубок, просто с размаху даже не залил, а просто зашвырнул в себя зелье, шумно проглатывая «Веселого алкоголика». Крылья дернулись, скукожились, как обмороженные листья лопуха, после чего втянулись в спину, не оставив и следа. Хотя не, небольшие следы остались. Но по всему телу. Мускулатура вздулась и стала больше в объеме.

– ЭЙ, ВЕРНИ! – возмутился оборотень и, качнувшись, упал на задницу.

– И третья стадия проверки! – воскликнул я и подлил еще одну порцию. – Давай, за Мардукора! Чтоб ему на том свете икалось!

Нуагап выхватил кубок из моей руки и залпом закинул в себя очередную порцию зелья. Мышцы начали на глазах принимать прежние размеры, а из спины стремительно вырастали крылья.

– Ну воооот! – довольно улыбнулся оборотень, с заметным усилием поднимаясь на ноги. Пьянел он стремительнее, чем росли крылья. – Иииии эхх!

Издав этот свой последний звук, он резко взмахнул крыльями, видимо, пробуя полетать. Забыв, что размеры помещения явно не для таких переросших попугайчиков. Короче, долбанулся крылатый оборотень башкой об потолок, совсем рядом с так и торчащей, как люстра, башкой духа шамана. После чего мешком рухнул на пол. Братья его вскочили и побежали помогать своему горе-авиатору, но тут раздался громкий храп. С довольной рожей, словно только-только расставшийся с девственностью подросток, Аркенпанз был почетно, за руки, оттащен к стенке и оставлен там, дабы не мешался.

– Ну что, дальше добровольцев выбираем принудительно, или кто-то желает сам вызваться подопытной жертвой? – усмехнулся я, наливая «Веселого алкоголика» в кубок.

Само собой, после увиденного, добровольцами наперебой вызвались братья Нуагапа. Не став притеснять кого-либо из них, я плеснул сразу обоим. Короче, не знаю, каким образом что там на что влияет и каким образом вселенная генерирует им эффекты, но у всех трех Аркенпанзов приобретения оказались напрямую связаны с ультами их богов-покровителей. Старший же был херпархом воздушника? Вот у него крылья и выросли. Средний, Равар, херпарх огненного бога. Ничего нового не отросло, если не считать какой-то странной грубой, словно каменной серой чешуи и когтей. Странность чешуи заключалась в том, что она слегка дымилась, и на кистях рук между этими серыми пластинками просвечивалась… Лава, мать его! Как мне объяснил Гартаил, это частичный облик огненной саламандры. Магическое существо, тесно связанное с огненной стихией. Для драконов саламандры являются чем-то типо далеких предков, как для человека – лемур. Сначала от лемуров произошли обезьяны, а потом уже всякие австралопитеки и затем уже – человек типа разумный. Так же и от этих сущностей когда-то произошли драконьи предки.

Младший же, Ливак, херпарх нашего водяного, мутировал больше всех. Представьте себе черепашку ниндзя темно-коричневого цвета с заостренной мордой и большими ушами-лопухами, как у гремлина или гоблина. Только пальцев нормальное, человеческое количество. Младший оборотень похлопал глазами, моргнув вдобавок еще и третьим, прозрачным веком, а после этого блеванул мощной струей воды. Или плюнул? Короче, выстрелил! После чего квакнул что-то нечленораздельное и выдал водяную пушку длительностью с пол-минуты. Отдышавшись, Ливак выпил оборотного зелья и вновь стал человеком, а за ним этот жест повторил и средний оборотень. И вслед за старшим братом, вырубились. Не учатся на чужих ошибках, как самые истинные дураки. Хотя, думаю, и на своих тоже учиться не будут. Бухали то с явным удовольствием и почти столько же, как и их брат. Вот и отрубились тоже достаточно быстро.

– Есть у кого-нибудь соображения, каким образом образуется оказываемый эффект этого чудесного напитка? – задал я вопрос окружающим.

– Кто о чем жалеет… – пробормотал спящий на лавке у стола Горнбрад сквозь сон. – Тот то и получит… Хррр… Хррр…

– Это я че, типа жалею, что не умею в астрал ходить? – не поняв, переспросил я гнома. Но ответом было лишь усталое сопение.

– Мне кажется, ты жалел, что не знаешь, как отыскать душу твоего бога. – усмехнувшись, вылез из пустого подноса по плечи Гуал Вакалар. – А поскольку тебе намекнули, что для этого надо шаманизмом заняться, вот ты им занялся так… Так специфично.

Я заглянул под стол. Нет, нижней части тела шамана там не было. Он тупо торчал из подноса. Я поднял поднос, и дух поднялся вместе с ним. Я повертел поднос, но так и не нашел ни следа духа с обратной стороны.

– Ну хватит! – крикнул шаман. – Меня ж щас укачает!

– А че, есть чем? – удивился я. – Разве призраки могут блевать?

– Хочешь проверить? – хитро прищурился орочий призрак.

Я немного подумал и от греха подальше поставил поднос на место.

– Вот, так то лучше. – довольно оскалился дух. – Так что вот такая у меня теория насчет эффектов. Кто что думает дальше?

– Типа, зелье исполняет тайные желания?

– Ну, судя по тому, что сказал наш малорослый знакомый, скорее – жаления. – задумчиво произнес Гарик. – Знаешь, даже интересно узнать, о чем же я жалею? Ну-ка, плесни.

– Ты уверен? – обескоенно встревожилась Шииран.

– А что такого? – усмехнулся драконоэльф. – Тем более, что эффект отменяемый, сама видела.

Я протянул дракону кубок напитка и заинтересованно приготовился наблюдать. Гартаил выпил залпом полный кубок и выжидательно застыл. Минута, другая…

– Ты вообще пьянеешь? А то может, мало налил? – первым не выдержал я.

– Пьянею. – кивнул Гарик. – Гуманоидная оболочка у меня специально к выпивке чувствительной сделана.

– А так что с эффектами? – нетерпеливо продолжил я с расспросами. – Че, нету?

– Похоже на то. – поджал он губы.

– Да чтоб я так жил, чтоб не жалеть ни о чем! – завистливо усмехнулся я. – Ладно, еще желающие есть?

Желающих больше не нашлось. По крайней мере, не нашлось тех, кто бы хотел осуществить свои тайные желания на публике.

– Тогда перейдем к решению ряда других вопросов. Гуал, скажи, а астрал этот ваш – он же огромный, верно я понял? Гуал, ты где опять?

– Да тут я, тут. – оскалился шаман, вылезая из горлышка кувшина с соком, словно джинн из бутылки. Высунувшись так по пояс, дух завис над столом, он продолжил. – И да, и нет. Вот такой вот будет ответ.

– Ээээ… Это как? – не понял я

– А вот так! – развел орк руками. – Слишком многомерен астрал, чтоб применять к нему понятия нашего мира! Из любой точки любого мира можно попасть в одну и ту же точку астрала, и из нее же можно попасть в любую точку любого из миров! Но главное – там есть что-то типа дна. И чем тяжелее души – тем глубже они там могут оказаться. Как в воде. Перышко по умолчанию будет сверху плавать. А камень по умолчанию идет ко дну!

– А рыба – где захочет, там и будет?

– Верно! И вот шаман – та самая рыба! – кивнул призрак. – Правда, кто-то сразу сам умеет плавать, а кого-то надо учить. Но разве в этом суть?

– Ладно. Будем считать, что у меня акваланг. – похлопал я по емкости с «Веселым алкоголиком». – Как узнать, куда мне плыть? Я ж так понимаю, Мардукор он ваще кирпич в этой воде и давно ко дну стремится?

– Верно понимаешь. – неожиданно посерьезнел Гуал. – А по поводу того, как узнать, куда плыть… Сдается мне, что тебя ко мне вынесло, когда ты этого своего зелья хлебнул, потому что я был единственным твоим ориентиром на просторах мира духов. А попробуй-ка сделать глоток, задумавшись о том, чтобы найти дух своего бога?

– То есть, ты сам до конца не уверен в этом наверняка? – усмехнулся я.

– Бааргх! Ты в ФИЗИЧЕСКОМ теле в мир духов прыгаешь! – постучал кулаком по моему черепу шаман. – Как тут можно быть в чем-то уверенным?

– Тоже верно. – не смог я с ним не согласиться.

И, плеснув в кубок побольше этого алхимического напитка, зажмурился и, представив себе как можно четче Мардукора, отхлебнул.

По ощущениям ничего особо не изменилось. Хотя, в те разы тоже разница не была заметна. Вон, и Гуал Вакалар так же ругается.

– … Чтоб тебя ссхуффы рогами неделю драли!!! – рычал орк, и это было немногим из того, что я понял. Остальное, видимо, было достаточно специфичным родным его наречием, а УнИнРаЛа то в астрале нету, чтобы онлайн-перевод обеспечивать. Хотя, а как я тогда его в целом понимаю? Надо будет уточнить этот вопрос.

– Что я опять не так сделал? – спросил я, разжмуривая глаза.

– Да при чем тут ты! – рыкнул шаман и кивнул головой куда-то в сторону. – Ты вон, на него глянь!!!

Глава 6

– И что не так с ним? – непонимающе посмотрел я на плывущего в белом тумане спящего Мардукора. Руки-ноги его свободно болтались в… воздухе. Так проще будет представить. Хотя не, это скорее напоминало то, как человек лежит в воде. Да, так будет вернее.

– Эх, Бааргх. – покачал головой Гуал. – Учиться тебе еще астральным мудростям, да учиться. СМИРИЛСЯ этот ваш Мардукор со смертью своей, вот что с ним не так!

– Иии… – выжидающе покрутил я рукой, намекая на то, чтоб шаман продолжал и развивал мысль.

– И все. Это край. – неожиданно спокойно закончил шаманий дух и неожиданно радостно воскликнул. – А, да ты ж не знаешь! Короче! После смерти у духа есть варианты. Про то, что бог может забрать душу, ты уже в курсе. А вот если душонка его никому не нужна, то ее сначала в астрал затягивает, в обитель духов. Духи эти могут шастать по астралу, но нужно быть напрочь ушибленным психопатом, чтобы вечность плыть в этом тумане. От скуки ж можно второй раз помереть! Поэтому многие духи возвращаются в мир живых и бродят в виде призраков.

Шаман сделал небольшую паузу, поводив рукой по облакам астрального тумана, после чего продолжил.

– Но это тяжело. Нахождение в живом мире расходует личный ресурс. После смерти нет маны и здоровья, вместо этого остается лишь запас «Силы духа». И зависит он от силы воли. Запас «Силы духа» можно пополнить в астрале, впитав этот самый туман. Потому редко какой призрак долго себя проявляет, исчезая порой на целые года, чтобы ради нескольких минут вновь вынырнуть из астрала. И это самая главная причина, по которой духи ищут шаманов. Главное умение шамана – умение нырять в астрал и зачерпывать эту «Силу духа», передавая ее своим подопечным. Такая подпитка от шамана в разы быстрее, чем естественное астральное плаванье. И вершина этого шаманского умения – сохранять сознание на границе астрала и живого мира. Тогда можно, не находясь в трансе, питать своих духов непрерывно, давая им просто невероятную мощь! И тебе теперь предстоит обучиться этому за неделю…

Сказав эти последние слова, шаман задумался, совершенно по живому потирая бороду. А я задумался над его словами. Это че это, он из меня теперь решил действующего шамана делать?

– Нафига?! – не выдержал я затянувшейся паузы.

– А потому что у духов есть еще один вариант после смерти. – задумчиво, продолжая теребить лицевую растительность, ответил Гуал. – Вот, как этот ваш бог и выбрал. Смириться со смертью и уснуть в астрале. После этого такому спящему духу остается лишь одна участь – ждать, пока его не затянет на перерождение. А ждать ему теперь не одну вечность! Такие сильные души могут родиться лишь в телах детей других сильных богов. А их не осталось! Разбудить такого духа можно лишь одним способом. Надо добыть для него тело, в которое его можно поместить, а после взять этого соню и запихнуть в эту тушку. И если с телом особых проблем быть не должно… Думаю, женушка его уже заканчивает подготовку оболочки… То вот с вытягиванием души будут проблемы.

– И какие же? – кажется, я начал догадываться.

– А ну-ка, сам и ответь! – усмехнулся, прищурившись, шаман.

– Он слишком тяжелый, чтобы силами моей хиленькой низкоуровневой души вытащить его из тех глубин этой хреновой обители духов. Верно?

– Прямо птичке в глаз! – похлопал шаман в ладоши. Самое интересное, в астрале тело шамана издавало звуки и помимо речи. Почесывания, стук по черепушке, хлопки. В реале это все проходило беззвучно. Интересно, а пернуть призрак в астрале может?

– Значит, нам нужно найти кого-то, чей уровень равен или выше Мардукорову. Правильно? – продолжал я размышлять вслух.

– Дальше. – весело ответил Гуал.

– А поскольку из живых таких существ не наблюдается… Владыка демонов же ниже него по уровню?

– Ниже. В несколько раз. – кивнул орк.

– Значит, надо искать подходящего кандидата среди мертвых. Как там говоришь, называют ваших древних мертвых богов? Безликие?

– Да, безликие. – шаман откровенно лыбился во все свои клыки.

– И какой уровень у этого вашего короля духов по сравнению с этим богом берсерков?

– В пять раз выше! – самодовольно оскалился бывший король шаманов.

– И он сможет взять тело нашего пациента на буксир и вытянуть туда, куда нам потребуется.

Последнее я даже уже не спрашивал. Судя по довольной роже шамана, мыслил я в правильном направлении. В последний раз я такой довольный ебальник видел у трудовика, когда выстругал табурет, куда более ровный и гладкий, чем у него самого. Так сказать, ученик превзошел учителя.

– Неплохо, неплохо. – довольно ответил Гуал Вакалар. – Теперь осталось выяснить, какие навыки по шаманству у тебя сохранились с прошлого воплощения и можно начинать обучение.

– С прошлого воплощения? – нахмурился я. – Ты однозначно знаешь обо мне больше, чем я сам…

– Ой, спойлер! – наигранно испугавшись, заткнул рот руками дух и растворился.

– Какой нахрен спойлер?! Ты где слов таких нахватался?!! – выкрикнул я уже в пустоту, не сомневаясь даже, что он услышит.

Но, само собой, ответа не последовало.

Покачав головой, я еще раз взглянул на спящего Мардукора и, хлебнув «Веселого алкоголика», вернулся обратно в замок Наирла.

– Ну что, как дела? – поинтересовался первым Леха.

– Да норм, сам как? – ответил я. – Что нового?

– Не паясничай, ты все понял. – огрызнулся ерпарх.

– Да че рассказывать? Шаманить надо, уснул твой бог. – отмахнулся я от него.

В ответ на это Леха застыл, бегая глазами по невидимому тексту, с каждой минутой бледнея.

– Капец. – прошептал он через пару минут. – Его ж теперь просто некому вытаскивать…

– Есть кому. – усмехнулся я в ответ. – Почитай пока про безликих.

И пока Леха с постепенно округляющимися глазами познавал энциклопедию про куда более древних богов, я переключил свое внимание на Гартаила.

– Гаааарииик. – Прищурившись, позвал я дракошу. – А у тебя же вроде тоже, ты говорил, уровень нехилый… А может мы тебя в буксир запряжем? Щас с орком тебя шаманским танцам обучим и в астрал макнем. А?

Ой, кажись за больную мозоль задел. Че то наш гибрид эльфа и дракона сразу посмурнел и нахмурился.

– Не получится. – недовольно буркнул Гарик. – Для этого нужна развитая врожденная сила воли. Вспомни, тогда, в деревне. Меня какой-то деревенский погост одурманить умудрился. И это я ментальную защиту качал! Ты лучший кандидат в шаманы из нашей компании. Врожденная устойчивость к гипнозу указывает на сильную волю.

– А ты, я смотрю, тоже в шаманах шаришь? – удивился я.

– А ты поживи да постранствуй с мое. – мрачно усмехнулся эльф. – Я видел павшие миры, населенные дикарями с каменными топорами. Я видел космические империи. И мир, где презирают магов, а вся магия идет от шаманов, тоже видел. Канна, вроде… Пожалуй, только твой наставник и сможет потягаться с ними в мастерстве.

– Конечно сможет! – Воскликнул Гуал Вакалар, вылезая из поверхности стола. – Это ж я их всему и обучил!

– О, явился! – воскликнул я. – Че ты там про спойлеры говорил? Давай отвечай!

– Вроде сам шутник, а шуток не понимаешь. – оскалился орк. – Я ж знал и Вакха, и жреца его. Говорил же, что они оба Бааргхами были! Ты чем слушал? А они оба шаманством промышляли. Не всегда все можно решить одной лишь грубой силой, как этот ваш Мардукор делает. Так что даже неважно, кто из них ты. Важно, что опыт есть, даже если ты его не помнишь. Главное, что это помнит душа!

Блин, все время забываю, что я почти самый младший в этом отряде монстрозадонадирателей. Ну, может только Леха ровесник. А не, технически, он родился раньше меня, просто он временной попаданец в добавок к попаданцу межмировому. Ши? Вот ее возраста я даже не спрашивал. И не буду, пожалуй. Если окажется, что я вообще самый младший пиздюк во всем отряде, будет совсем обидно.

– Ладно, ладно. – отмахнулся я, меняя тему. – Раз уж катались на велосипеде, значит тело вспомнит. Давай, шаман, шамань меня!

– Ну ладно, сам попросил. – радостно оскалился Гуал и… Схватив, меня за волосы, взлетел со стола вверх, утягивая меня за собой. Я даже вскрикнуть не успел, как зал сменился туманом.

– У тебя есть шесть минут, чтобы вернуться в тело. Потом мозг умрет, и я сомневаюсь, что Лйутсфэуз второй раз вернет тебе шкурку. – серьезным голосом сказал зависший рядом в позе лотоса шаман.

Я посмотрел на свои руки. Астральный туман свободно проходил сквозь них. Ага. Я дух. Попробовал обратиться к интерфейсу УнИнРаЛа. Само собой, его тут не оказалось. Я попробовал сосредоточиться. В целом то по жизни, у меня это не получалось, а тут в таких экстремальных услових и сжатых сроках… Не, концентрация – совершенно не мое! Значит, суть в другом. И тут в голову… Ну, или то, что было за нее у меня-призрака… короче, вспомнились строчки из последней песни-пророчества.

«Вселенная кричит внутри тебя!

Будь яростью Воли её! Я

Открою тебе тайны бытия!

Каков Путь и где его края!

Энергия течёт вокруг тебя!

Черпай собою её! Я

Открою, кто из Сильных обречён.

Меняй мир и будь моим Мечом!»

Черпай энергию вокруг себя? Ну, я и зачерпнул. Просто провел ладонью по туману и черпанул его, как воду. На удивление, рука не прошла сквозь туман, как обычно, а зачерпнула полную горсть сгустившегося словно кисель астрального вещества. Хм. Видимо, эта субстанция подчиняется силе мысли. Я представил, как зачерпнутый туман впитывается в ладонь и на удивление, он начал всасываться прямо в ладошку! А я почувствовал прилив сил! Знаете, когда с утра баночку энергетика вьябываешь, после этого такой подъем сил и бодрость. Вот наподобие.

Полностью впитав зачерпнутую астральную субстанцию, я попробовал представить, как туман сам течет ко мне со всех сторон. И он потек. Я стоял и впитывал его, пока не ощутил… Чувство сытости, мать его! Даже скорее обожратости. А туман перестал впитываться в мою оболочку, хотя все так же стремительно тек ко мне со всей округи и уплотнялся вокруг меня. Я попробовал управлять им, и туман подчинился моей воле, складываясь в простые геометрические фигуры. Шары, кубы, пирамидки… В целом, это напоминало работу с творящей ультой. Энергия астрала, впитанная оболочкой, напоминала ману по ощущениям, а внешняя туманная субстанция так же подчинялась силе мысли, как обычная материя в реальности.

– Время. – подал голос шаман. – осталось три минуты.

Ох же ж ебать вашу мамашу! Заигрался и забыл совсем про таймер! Так. Надо срочно попасть в реальность! Я попробовал представить, как телепортируюсь отсюда к своему телу, но вполне ожидаемо ничего не получилось. Думай, Дениска, думай! Хотя бы иногда!

Так. Шаман должен ходить туда-сюда. Но даже если вспомнить все то, что я о них читал, они по астралу гуляют, не покидая тела, в состоянии транса. А тело я покинул. Но не сам… А самая верная дорога обратно та, которой ты куда-либо пришел. Че там говорил Гуал, шаман должен уметь подпитывать своего духа силой астрала? И дела свои шаманские делает не сам, а с помощью того же духа? Значит, раз меня сюда притащил шаман, то и обратно вернуть тоже может он!

Я сосредоточился и послал свое пожелание астралу. Туман послушно колыхнулся и сформировал толстые веревки, связавшие меня и дух орка. Я подал по этим веревкам ту энергию, что до этого впитал в себя из окружающего пространства.

– Давай, верни меня в мое тело! – приказал я Гуалу, поддавая напора энергией.

Шаман довольно оскалился и, намотав веревки на руки, рванул их на себя, подтягивая за них к себе и меня. После чего схватил меня за грудки и упал на меня сверху, увлекая куда-то вниз. Туман вокруг колыхнулся и сменился реальностью, а я ощутил себя в теле, лежащим на полу спиной и ногами на лавке, на которой я сидел до этого за столом.

Окружающие сидели, как ни в чем не бывало и жрали новые угощения, оперативно притараненные слугами.

– Охруенные вы друзья! – возмутился я. – Могли бы хоть подушку под голову положить. А если бы у меня сотрясение мозга было от падения?

– Нельзя сотрясти то, чего нет. – флегматично ответил Леха, жуя жаренный окорочок.

– Сам дурак. – огрызнулся я и позвал шамана. – Гуал! Гуал Вакалар! Выходи, вопросы есть!

Однако шаман спрятался и показываться не спешил. Ну, если это еще один урок, то попробуем домашку сделать. Несмотря на то, что я вернулся в тело, я чувствовал в себе ту энергию, что я впитал на астральных просторах. И туманные веревки тоже чувствовал, хоть и не виднелись. Я представил, как эти веревки сплетаются в одну. И ощущения этих незримых пуповин повторили мысль. Я переместил получившийся канат на правую руку, хотя и было ощущение, что эту веревку можно закрепить в любой точке тела. А после этого подал в веревку энергии, как воды в шлангу и потянул получившийся канал на себя.

По ощущениям, это как на рыбалке. Когда щуку на спининг поймал и тянешь ее из воды. Так же потихоньку укорачиваешь леску, и такое же сопротивление, будто тянешь что-то тяжелое. Неожиданно невидимая веревка словно натянулась и было впечатление, что второй ее конец скрывается в стене. Я поддал еще астральной энергии в астральный жгут и дернул его на себя. Из стены рывком вылетел шаманий дух. Правда почему-то в два раза больше обычного.

– Браво, браво! – довольно скалясь, беззвучно похлопал он в ладоши. – Честно, я думал, ты так быстро не сообразишь!

– Это ты меня щас похвалил или унизил? – приподнял я бровь.

– И то и другое. – заржал дух. – Чего ты там спросить хотел?

– Да знаешь, как тебя увидал, так даже и забыл. – растерянно почесал я затылок. – Ты какого хрена так вымахал? Растишку там у себя в отсрале жрешь что ли?

– ТЫ – теперь моя растишка. – заржал шаман. – Это ж ты меня так «силой духа» перекачал! Так, глядишь, ты все базовые уроки за пару дней, а не за неделю усвоишь!

– Во, точно! – хлопнул я себя по лбу. – Почему неделя то?

– Это крайний срок сборов на состязание за звание верховного шамана. – резко посерьезнел дух орка. – Уже сейчас искры моего пламени донесли до всех сильнейших и способнейших шаманов весть о том, что я мертв, и все желающие уже начали собираться в Мертвом городе. Если все, кто выразил желание стать верховным, соберутся раньше – начнется раньше. Если же за неделю все не соберутся – начнут без них. И да, знаю, что ты никаких искр не получал, ты ж даже учеником тогда не был. Я за тебя внес заявку. Есть у меня в этом плане некоторые льготы.

– Че за Мертвый город? – поинтересовался я.

– Древний заброшенный город в Великой пустыне. – пояснил Гуал. – Когда-то, это был прекрасный тропический лес, а в нем высился прекрасный город. Там всегда проходил великий турнир за звание верховного. Но миллион лет назад в одном из поединков один отчаянный кандидат, проигрывая сопернику, в отчаянии призвал сильного огненного духа. Тот оказался ему не зубам, и сила огня вырвалась на свободу, создав на месте джунглей пустыню. Самое печальное тут в том, что и горе-шаман сам погиб, просто зазря погубив и лес, и город, и тысячи ни в чем не повинных жителей. Почти все остальные шаманы выжили при этом, загнав духа обратно в его стихию и продолжили турнир. Но с тех пор, дабы не повторить историю, соревнование проходит там же, посреди пустыни. А духи погибших жителей следят за тем, чтобы природа не стерла город с лица земли.

– Знаете что я обо всем этом думаю? – обвел я взглядом окружающих. – Спокойной ночи, вот что. Завтра поговорим и о турнире этом вашем, и обо всем остальном. Если кто разбудит раньше полудня – обоссу и скажу, что сами виноваты.

С этими словами я развернулся и пошел на поиски своей спальни.

Глава 7

Утро наступило где-то после полудня. В кои то веки я наконец нормально поспал. А, ну правильно. Я ж бегунок опьянения так и оставил на «легкой степени». Немного поигравшись с регулятором алкоголизма, погоняв его туда-сюда с нуля до максимума, поставил на ноль и открыл расширенные настройки способности. Да, вполне логично, в интерфейсе было место для галочки «трезветь автоматически». «Пьянеть автоматически» я не стал врубать, оставив ручное ограничение на средней степени опьянения. Захочу в говно – вручную бегунок двину и окосею чисто за счет астрального кармана! И вот, в трезвом уме и хорошем настроении я потянулся и начал вставать. Чуть не раздавив пушистика.

– Сорян, покемошка, не заметил. – извиняясь, погладил я змеебоя. – С меня вкусняха.

Немного подумав, питомец кивнул и, ворчливо пискнув, сдриснул куда-то. А я, усмехнувшись, пошел в уборную. Фентези фентезями, а ссать по утрам хочется вполне по обычному. И вот, блаженно зажмурившись, я удачно покосплеил писающего мальчика в керамический высокий кувшин, служивший местным ночным горшком.

– Ясного утра! – раздался рычащий голос откуда-то из района пояса, от которого я чуть не поседел и не изобрел скульптуру какающего дяденьки.

– Ты совсем из ума от старости выжил? – спросил я у торчащей из штанины головы духа-шамана. – Или хочешь провести эксперимент, где в дуэте шаман-дух оба будут мертвыми? Один от старости, а другой от разрыва сердца и печени?

– Слушай, а это неплохой вариант… – задумчиво ответил орк, полностью вылезая из штанины наружу и зависая в воздухе. – Как ты смотришь на то, чтобы стать личом? Энергопроводимость мертвого тела на порядки выше и ограничена лишь резервами духа!

– Не, лич в отряде уже есть. – помотал я головой. – Да и какой из лича бог алкоголиков? Ты когда-нибудь видел пьяную нежить?

– Видел. – заржал шаман. – Вашего же лича и видел. Или личиху? А может, личинку? Ха-ха-ха!

И вот тут я понял наконец, что ж меня смущало все это время в речи орка. Его речь не переводилась системой.

– А ну колись давай, морда твоя призрачная, где ты так на современном русском болтать научился? – прищурившись, поддал я энергии в канал, так до сих пор и связывавший нас с шаманом, и укорачивая эту невидимую веревку, чтоб дух не свалил никуда раньше времени.

– Ну наконец-то понял! – заржал орк. – А я все ждал, когда ж ты заметишь!

– Не переводи тему.

– А ты что, думаешь, я семь тысяч лет сидел на той горе и ждал второго пришествия? – удивленно воскликнул орк. – Да я б так совсем с ума там сошел бы!!! Окончательно! Настало время – я туда вернулся, чтоб нам вновь повстречаться уже там! А так я гулял по мирам. Вот, на родине твоей пожил какое-то время. Милое местечко! Природа дикая, духи приветливые…

– Еще скажи, что боксом какое-то время занимался, с твоим то ростом Валуева. Ладно, внешний вид, можно магией иллюзию накинуть, наверняка. А с ростом ты что сделал, чтоб не выделяться?

– Ой, бааргх, ой насмешил! – хохоча, орк схватился за живот и принялся кататься по воздуху, похлопывая ладонью по несуществующему полу. – Да я просто попросил одного из духов ликом своим поделиться! А взамен я ему абонемент на посещение родни выписал! Ха-ха-ха! Ну кто ж в лысом седом очкарике верховного шамана заподозрит? А?! Хо-хо-хо!

Лысый седой очкарик? Вот впору самому *рукалицо* делать.

Я попробовал представить орка в подобном описании, приглядываясь к продолжающему кататься от смеха духу. Лысина, седина, очки… Гуал Вакалар…

– Геннадий Валерьевич?! – воскликнул я, до конца не веря в происходящее. – А, хотя да… Такие матерные обороты, как у него, только орки и могли придумать…

А я то все думаю, че мне его довольная рожа такой знакомой казалась. И матерился шаман там, в астрале, настолько витиевато, как это умел только мой трудовик. Властелин указок и повелитель табуреток.

– Мог бы и оригинальнее что-нибудь в качестве фамилии придумать. – усмехнулся я хитро улыбающемуся призраку. – Геннадий Валерьевич Шаманов! Что дальше скажешь, совершенно случайно ты решил разогнать скуку именно в моей школе?

– Ну тут да, тут не случайно. – резко изменив выражение лица на серьезно зловещее, рыкнул шаман. – Решил я тогда лично понаблюдать и убедиться, что ты – ОН! А заодно и родной твой язык подучить, на всякий случай. Вот, в астрале этот случай и пригождается.

– Так ты определись уже, предвидел ты, что мы в астрале будем встречаться, или не предвидел! – совсем запутался я.

– Да тут и видящим быть не нужно! – развел руками Гуал. – Кто с Бааргхом поведется – тот с ним в стельку и нажрется! Нельзя просто так взять и разойтись с ним на дорогах судьбы! Вон, алхимик твой! Ты его просто благословил и оставил в родном городе. И что?!

– Что?

– А то! Чтоб пути не разошлись, его по божественным путям за тобой понесло! А потом ты и сам его сюда притащил! Да что там! Ты вон, в лесу просто зверька встретил, и то его притянуло в неразлучники! А братья-псы? Еще скажи, что ты к их херпаршеству вообще никак не причастен! – и орк расхохотался.

– А почему так? Можешь объяснить? – решил я либо получить ответ, либо завалить шамана на экзамене.

– Ну тут то все просто! – посмотрел на меня, как на дурачка, Геннадий Валерьевич. – Я проверил твою информацию про то, что душа при перерождении поглощает все то, что накопила, поспрашивал у великих духов былых эпох, кто память сохранил. Да. При каждом перевоплощении душа становится сильнее и тяжелее! Не сравнить, конечно, с былым величием… Вон, тот же Мардукор, если переродится, реальность не будет от одного его присутствия по швам трещать. А ты – Бааргх! И без разницы, старший или младший! Оба они алкашей в себе хранили! И душа твоя – намного тяжелее простых душ каких-нибудь крестьян! А чем сильнее душа, тем меньше она подвержена влиянию судьбы! И слабые тянутся к тебе, чтобы рядом с тобой стать сильнее! И становятся, гоблины тебя дери!

– И что дальше?

– А дальше – завтрак. – совершенно серьезно ответил орк.

– Завтрак? – помотал я головой. – Какой завтрак?

– Поздний. – поднял указательный палец шаман. – плотный, и сытный. Нужно выдвигаться в путь к Мертвому городу. А по дороге тебе еще учеба предстоит. И это будет далеко не табуретка!

С этими словами орк растворился в воздухе, а я поправил штаны и пошел собирать спутников. Как бы там ни было, а в этом шаман прав. Нельзя затягивать с возвращением босса. Может он и придурок вспыльчивый, но без него куча народа страдает. Боги нужны обывателям, не каждый способен даже думать самостоятельно. А чтоб его вернуть, нужно экстерном и заочно за пару дней получить диплом шамана.

Как обычно, дрых я дольше всех. За столом собрались уже все. Ну, кроме местных богов. Перекусив кашей с мясом и запив местным антипохмелиновым компотом, я обрисовал присутствующим картину в целом.

– Гарик, перетащи запасы «Веселого алкоголика» к себе в пещеру. Меньше народу будет знать, где найти это адское пойло – целее будет. И пойло, и народ. – дал я крылатому рептилоиду указание. – Валька, а ты, я смотрю, все же пригубила нектара?

В ответ на это некромантка покраснела и молча опустила взгляд на сиськи. Размера теперь так шестого-седьмого. Интересно, а в некроформе они сохранятся? Прикольно было бы!

– Наирл ав Хгатт! – обратился я ко вздрогнувшему от полного обращения графенышу. – Связь будем держать через бога твоего. И еще, можешь вкуснях Пушистику моему в дорожку подогнать? А то, боюсь, в пустыне может оказаться напряженка со съедобной живностью.

Наирл кивнул, а я обвел взглядом присутствующих.

– Есть у кого вопросы перед дорогой? А то, может, еще не скоро увидимся, если вообще увидимся. – последнее скорее относилось к братьям-оборотням.

На самом деле, они ж не в моем отряде, просто попутно прицепились. А щас я по своим делам, они обратно в клан, щенков строгать, чтоб кандидатов в наследники побольше было, в лучших их традициях.

– Тут такое дело… – Начал старший Аркенпанз. – Позволь сопровождать тебя в этом походе! Назови свою цену!

– Цену? Обычно наоборот, воинам же за сопровожение платят? – поставил меня в полный тупик этим вопросом Нуагап.

– Так то – когда эти воины нужны! – усмехнулся он в ответ. – Ты то бог, да еще и иномирец, не понимаешь. А это – Легенда! Мертвый город! Побывать там можно лишь во время становления верховного шамана! И то абы кого духи не пропустят. А если мы еще сможем как-то помочь тебе по пути, то имя клана Аркенпанзов на века впечатается в истории, прославив наш род! Отец за это отдаст половину всего! Земля, деньги, дочери! Больше, конечно, с нас взять и нечего…

– А этого и не нужно! – усмехнулся я. – Моя цена – помощь в распространении моего культа! Всю информацию можно взять у графа Гораарраарского, Хиндзи че-то там.

– Но это… Малая цена! – воскликнул Нуагап.

– Ну, так и я шаманом еще не стал. – пожал я плечами. – Ну, давай, если че, в случае надобности, ваши земли предоставят максимум войск. О! Придумал! Если стану верховным шаманом, ликантропы станут моим священным войском! Избранные воины, охраняющие главную святыню Дениса-веселителя – Фонтан вечного веселья! И окрестные земли заодно от всякого отребья. Орден бухлозавров!

– Орки обидятся. – высунулся из жареного кабана Гуал. – Они были элитным войском Бааргха и многие еще помнят былые легенды о великих походах с ним.

– Так то – походы! – ткнул я пальцем в глаз духу, само собой, не причинив ему совершенно никакого неудобства. – Наступательные войска! Как тевтонский орден. Учил историю, или только в кабинете труда указки с водкой точил? А Ликантропы будут как эти… Гвардейцы ватиканские!

– Кабинет труда? – удивленно поднял брови Леха, выцепив из тирады именно эту часть.

– Ага, прикинь! – развел я руками. – Этот шаман от скуки по России гулял и моим трудовиком прикидывался! И я щас ваще не шучу, сам утром только узнал, чуть не обоссался от радости. Хорошо хоть, уже нечем было.

– История… – Мечтательно закатил глаза шаман, расплываясь в улыбке. Лиля Паллна… Эх, как она там сейчас…

– Да что ей будет. – отмахнулся я. – Детей моих одноклассников щас своей историей до истерии доводит. Сталина доводила, теперь их вот. Держу пари, еще и их детей доведет. Стоп! Ты че… Вы это… Ну ты и извращенец!

– Да что б ты в этой жизни понимал! – воскликнул шаман. – Мудрая, роскошная и опытная женщина!

– Ага, роскошная. Одна за трех, и гарем не нужен, одну фиг прокормишь. – согласился я с трудовиком. – Ну возьми да навести, раз уж так соскучился. Может, до инфаркта доведешь, будете потом в астрале кувыркаться пару вечностей.

– Да ну тебя. – буркнул Гуал и скрылся в кабане обратно.

– Итак. С нами идут Аркенпанзы и у нас появляется новая проблема! – обвел я окружающих взглядом и сделал театральную паузу.

– Какая на этот раз? – заинстересованно склонил голову Гартаил.

– В отряде слишком мало сисек! – поднял я указательный палец вверх. – Даже не смотря на новые внушительные обстоятельства!

О, как же я соскучился по этому Лехиному фейспалму!

Глава 8

«Взгляни вокруг, оглянись назад,

Духи с тобой нажраться хотят!

Мир не таков каким кажется он

Алкашами каждый окружён!

В нем все вокруг подвластно бухлу.

Водка-пивасик на каждом углу!

Встреть свою судьбу!

Быть шаманом-алкашом!

Всем шаманам – алкашом!

Если дух твой силен, будь шаманом-алкашом!!!

Я вижу ром, я верю в коньяк!

Бухаю словно алко-маньяк!

Я должен закусить,

Быть шаманом-алкашом!»

Под эту незамысловатую песенку в моем слегка фальшивом исполнении наш разросшийся отряд двигался вглубь леса. Нужен был полигон для обучения шаманизму. А в целом, скакать через половину континента в поисках пустыни не было нужды. Гартаил сказал, что с легкостью доставит всех нас до нужного места за пару часов, и сомнений в этом не было. Драконья форма уже достигла своих прежних размеров. Вы же помните, что одно его туловище размером с икарус? Так что мы легко на нем все поместимся. Скажу честно – верхом на икарусе я еще ни разу в жизни не катался. И уж тем более не летал. Так что предусмотрительно закупился на местном рынке дешевым винишком, чтоб не летать по трезвянке. Сомневаюсь, что на борту «Гартаил эйрлайнс» будут симпатичные стюардесски, разносящие выпивку-закуски. Так что накидаюсь заранее, на таможне.

– Хорррошая полянка! – довольно рыкнул Гуал Вакалар, глядя на то, как мои спутники обустраиваются на привал.

– Согласен. – Почесал я затылок, глядя на эту толпу. – Че, караульных будем выставлять?

Ответом был удивленный взгляд абсолютно ВСЕХ присутствовавших. Даже Пушистик, хрустевший змейкой под кустом, замер и посмотрел на меня как на дурачка.

– Да шучу я! – пояснил я свою последнюю реплику. – Вы б себя со стороны видели! Такая толпа кого хочешь до сарказма доведет!

В этот миг раздался треск кустов, а затем треск моих мозгов. Из кустов выскочила Гуля, отпущенная на охоту в паре с Потапычем. Груллатка неслась веселым галопом, совершенно не замечая на своей спине пары молодых диких ссхуффов, которые не сваливались только потому, что их придерживал когтями и зубами сидевший в моем ездовом кресле-седле медведь.

– Даааа. Каков владелец, такова и скотинка. – заржал шаман.

Гуля же тем временем остановилась, и Потапыч скинул добычу на землю и сам спустился со спины пернатой ящерицы.

– Еще бы научить их шашлык жарить, и совсем бы им цены не было. – ответил я призрачному орку.

Потапыч улегся под кустом в тенечек, а Гуля оглянулась в мою сторону и, хитро прищурившись, плюнула в меня… Мухомором! Синим местным мухомором. После чего отправилась обниматься с медведем. Так скоро, глядишь, и пернатые медвежата пойдут. Забавное, думаю, будет зрелище.

– И на кой мне это грибное чудо сдалось? – недоуменно повертел я эту синюю хреновину в руках.

– А это я попросил ее найти. – серьезным голосом ответил мне шаман. – Сроки сжатые, на обучение шаманскому трансу времени нет. Придется отвар из вот этого гриба выпить.

– Да какой отвар! – возмутился Горнбрад и, подбежав, отобрал у меня мухомор. – Дайте сюда! Не позволю так издеваться над ингредиентами! Вам же не для еды, а для дела!

Ах, да! Забыл же сказать. Горбрад, как узнал, куда и зачем мы собираемся, даже не попросился с нами, а просто поставил меня перед тем фактом, что он тоже будет сопровождать меня в этом шаманском безумии. Так что, покидав в два мешка кучу мелкого алхимического оборудования, что можно утащить на себе, он прицепил их на лошадку и отправился с нами. И как бы забавно не смотрелся гном верхом на лошади, держался он в седле на удивление крепко. Седло, правда, было специальное, дварфское, с откидной веревочной лесенкой и особой конструкции. Но все же!

И вот, разложив свои склянки прямо на поляне, бородатый алхимик принялся химичить с мухомором. Я же, чтоб скоротать время, занялся распознаванием разных местных травинок. Хоть проницательность немного прокачаю, пока ульты недоступны. И наткнулся на интересную, явно ценную для алхимиков неприметную травинку.

«Камнеломка ускользающая»

«Усиливает действие зелий»

Вроде и не о чем само по себе действие, для какого-нибудь зелья в чистом виде бессмысленно будет. Но вот если может усилить что-то другое… Короче, гном с глазами фанатика отобрал у меня стебелек, наказав отдавать ему все запасы этого растения.

– Она ж почему ускользающей то названа… – бормотал Горнбрад, не отвлекаясь от манипуляций с грибным бульоном. – Эта трава зрение от себя отводит! Как ассасин какой-нибудь, скрытность прокачивавший. Найти ее очень трудно! Нужно просто ползти по полю и каждую травинку брать в руки и идентифицировать. А иначе ты ее и не заметишь!

Ну, я как раз этим и занимаюсь, пока там жрать готовят!

– Готово! Денис, Гуал, Готово! – воскликнул через некоторое время голос алхимика. – С камнеломкой так и вовсе знатное варево получилось!

С этими словами Горбрад сунул мне флакончик грамм на сто с синеватой жижкой внутри. Я же в ответ сунул ему солидный букетик заветной травы. О, с каким же трепетом смотрел на него гном! Японский девственник с таким трепетом на сиськи не смотрит, как он на эту траву! А я же посмотрел на свойства флакона.

«Зелье глубокой медитации»

«Даст любому шаману в бубен»

«Принимать по 5 капель, время действия эффекта 1 час»

– Ну, что скажешь? – показал я зелье духу орка.

– Отличное снадобье. – весьма серьезно покивал Гуал. – Теперь изучи одно умение, должно называться «Астральная медитация», одного очка опыта должно быть достаточно, и принимай зелье.

Я зарылся в меню создания способностей в поисках указанного шаманом умения. Это оказалась пассивка.

«Астральная медитация, 3 уровень(1 очко опыта)»

«Позволяет пользователю черпать силу духа из астрала»

«Позволяет пользователю путешествовать по астралу, не покидая физического тела»

– Пассивка? И уже третий уровень? – удивленно спросил я шамана.

– Ну да, пассивка. – кивнул дух. – Третий уровень, говоришь? Интересно… Медитациями когда-нибудь занимался?

– Да вроде нет. – пожал я плечами.

– Тогда, возможно, это от твоего хождения по астральным просторам. Энергию же ты оттуда уже зачерпнул? Зачерпнул. Вот способность и развивалась.

– А зачем мне тогда было очки в эту способность вкидывать? – немного не понял я. – Леха вроде рассказывал, что пассивки и так, сами по себе развиваются.

– Так развиваться то они развиваются. – постучал орк пальцем мне по лбу. – А вот сам, силой собственной мысли пользоваться этим умением ты научишься дай то бог, если за год!

– Нее, год – слишком много. – помотал я головой.

– Верно. – кивнул Гуал. – Поэтому мы сейчас тебя поить этим зельем будем! А ты будешь ловить момент перехода и учиться пользоваться им без стимуляторов! И не дай бездна подсядешь на мухоморы, прокляну и уважать перестану!

– Ой, уже и так проклят. – отмахнулся я от угроз. – Подумаешь, одним проклятьем больше, одним меньше.

– Тогда я тебе буду во сне голышом являться. – зловеще оскалился орк. – В образе трудовика! И буду плясать с бубном традиционные шаманские танцы.

– А вот это уже серьезная угроза. – покивал я, отсчитывая в ложку пять капель «Зелья глубокой медитации» и усаживаясь на землю поудобнее. – Ну что, за астрал?

С этими словами я слизал с ложки пять синих капелек. И ничего не произошло. Немножко только голова затуманилась, словно рюмку водки бахнул.

– И что, через сколько подействует? – спросил я у шамана.

– В голове туман есть? – с серьезным выражением лица спросил дух.

– Есть. – кивнул я.

– Тогда вставай.

Я попробовал встать. Ощущения были, словно во сне. Тело наполнилось легкостью, а разум ощущал наплыв счастья. Всего меня заполнила легкая эйфория, а счастливая лыба сама исказила мое лицо. Эйфория нарастала, а тело становилось легче и легче. Казалось, что я начал взлетать над землей. ОХ ТЫ Ж НИХРЕНА СЕБЕ ГРИБОЧКИ!!! Нихуя не казалось, как оказалось! Я поднимался над полянкой и видел своих спутников, помешивающих похлебку в котле на одном костре и переворачивавших веточки с мясом над другим. И свое тело, застывшее на земле в сидячем положении со скрещенными ногами и самой наисчастливейшей улыбкой в моей жизни. А реальность начала заполняться легкой завесой белесого тумана. Как там, в астрале, только намного прозрачнее, совершенно не загораживая обзор на реальность.

Я попробовал усилием воли позвать этот туман к себе и он подчинился силе мысли. Да, это был тот самый туман, которым нужно кормить духов. Немного повпитывав эту белую хмарь, я попробовал отыскать канал, которым я был связан с духом Гуала Вакалара. Канал этот никуда не делся и так же был связан с правой рукой. Я подал энергию в шамана, укорачивая канал и притягивая орка к себе.

– Ну, что, как прошел очередной урок? – спросил я духа, как только вытянул его в поле зрения.

– Даже слишком хорошо. – задумчиво посмотрел шаман сначала на меня, а потом на мое тело. – Даже под действием грибного отвара ты должен был выйти из тела не раньше завтрашнего утра.

– Может, это потому что, я умирал? – пожал я плечами. – Есть, так сказать, опыт по покиданию тела и брожения по астралу.

– Возможно. – сосредоточенно кивнул орк. – А тогда и по возвращению в тело у тебя уже тоже есть опыт.

С этими словами он схватил меня грудь и с силой швырнул меня в сторону тела спиной вперед, придавая ускорения мощным потоком белого тумана, хлынувшим из его руки.

И меня с силой просто прямо таки вбило в тело, опрокидывая на спину по инерции. Я потер ушибленный о землю затылок, открывая глаза. Голова кружилась и плыла, словно я выпил бутылку водки, а обзор загораживала белая пелена. Я помотал головой, зажмурившись и пытаясь прийти в себя, но дымка не проходила. Мимо, сквозь этот плотный туман, прошел… Ссхуфф. Полупрозрачный, молодой, точно такой же, какого готовили мои спутники. Призрак грустно посмотрел в сторону шашлыков, печально вздохнул и направился прочь, растворяясь в тумане. Ого! Так и животные, значит, тоже в виде духов в астрал уходят? А хотя, если у них тоже есть души, то почему, собственно и нет?..

Блин, в астрале этот туман куда как приятнее ощущается, даже если там физически находиться. Не, надо весь этот туман разогнать. А лучше – впитать! Я потянул туман на себя, втягивая его всей кожей, пока не почувствовал, что уже забит этой энергией под завязку и больше не влезет, как оливьешка за новогодним столом, которую надо доедать, чтоб не испортилась, а ее еще осталось два ведра и тазик. И я начал перегонять этот туман через себя в шамана. С каждой минутой это получалось все лучше и лучше. Катались когда-нибудь на велосипеде? Помните первый час езды? Когда ты сначала падаешь каждый метр, а потом гоняешь, как уверенный в себе байкер, пытаясь сделать какой-нибудь финт, поднимаясь на заднее колесо и отпуская руль хотя бы одной рукой. Вот примерно так же и тут. Чем больше я катался на этом астральном тумане, тем лучше я его чувствовал и управлял им. Словно не в первый раз… Белесая хмарь, кстати, почти полностью исчезла с округи, освобождая обзор поляны.

– Денис, еда готова, ты скоро? – раздался приглушенный, словно сквозь ватное одеяло, лехин голос. – Ты слышишь меня вообще?

– Слышу. – ответил я. – А ты меня слышишь? Или я только думаю, что говорю?

– Слышу. – усмехнулся воин. – Как успехи?

– Не знаю. – честно признался я. – В этом воплощении я вроде как впервые этим занимаюсь. Гуал, как у меня успехи?

Я посмотрел на шамана, зависшего в воздухе на другом конце связывавшей нас астральной пуповины. Неожиданно шаман поплыл и рассыпался облаком тумана, а пуповина дернулась и нырнула в ближайший камень. И из этого камня вынырнула исполинская фигура Гуала Вакалара. Одна только голова была с метр размером. В целом, на этом он и ограничил свое проявление в физическом мире.

– Хорошие у него успехи. – раздался пусть и приглушенный, но даже при этом не менее громоподобный голос и перешел на громкий шепот. – Ой, прошу прощения, если кого оглушил.

– Гуал, ты опять растишки переел? – обратился я к духу. – Ты теперь навсегда такой огромный?

– Только пока излишки энергии не скину. – ответил полушепотом Гуал. – Или пока ты излишки из меня не откачаешь.

Откачать, говорите? Хм… Я попробовал скинуть переполнявшую меня астральную энергию в окружающее пространство. Тело всей поверхностью начало излучать туман вокруг меня. Я потянул энергию из духа, скидывая излишки. Дух шамана же начал сдуваться, как воздушный шарик. Я решил оставить ему некоторый запас сил, чтобы провести небольшой эксперимент, поэтому прекратил откачку энергии, когда голова Гуала стала превышать обычные размеры всего в два раза.

А окружающее пространство опять заполнилось туманом. Придется ждать, пока грибное зелье отпустит, значит, чтоб нормальное зрение вернуть.

– Ну что, Гуал, пришло время скинуть излишки энергии? – усмехнувшись, обратился я к духу. – Заодно и посмотрим, что ты сможешь сделать с этим объемом силы духа.

– И что же ты хочешь, чтобы я сделал? – вылетел из камня полностью шаман.

– Ну, ты ж там говорил, что ты всестихийных дух? А можешь сделать голема из камней и огня? С водометом и воздушной турбиной! И поуправлять им? – вывалил я ему кусок бреда.

– Хм… – Задумался орк. – Не пробовал, но должно получится!

С этими словами орк взлетел повыше и развел в стороны руки. Во все стороны от него хлынули потоки белого тумана, растворяясь в земле и воздухе. А на краю полянки завертелась небольшая воронка вихря, втягивавшая в себя землю и камешки. Эта смесь засветилась изнутри багровыми всполохами и начала принимать человекоподобные очертания. Минуты через две дух шамана принял обычные размеры и, подлетев к своему творению, скрылся у него внутри.

После чего голем открыл глаза, пылающие огнем, а все сочленения между камнями засветились багровым пламенем. Вместо кистей на руках были раструбы, словно у пушек. Голем открыл наполненную огнем пасть и выдохнул струю пламени, поджигая кучу сухостоя неподалеку от себя. После чего немного полюбовался на костер и, выставив перед собой правую руку, выдал из правой пушки поток воздуха. Сухостой весело затрещал, грозясь перерасти в лесной пожар, но тут же был потушен мощным потоком воды из пушки на левой руке.

– А прикольная штука получилась! – радостно пророкотал голем, повернувшись ко вздрогнувшим от этого каменного скрежещущего голоса зрителям. – Что же будет, если вбухать в нее максимум астральной энергии?

Глава 9

Плотненько пообедав, наш отряд развалился кто где, сладко похрапывая и почесывая во сне задницы.

– И что ж теперь дальше то делать… – Почесал прозрачный затылок Гуал. – Ты мне своими успехами весь учебный план поломал.

– Может, для начала мне поучиться без мухоморового чая астрал ловить? – предложил я, пожав плечами.

– А давай. – махнул рукой орк. – А там уже посмотрим.

Я сытно отрыгнул шашлычным воздухом и, оперевшись спиной на дерево, задумался.

– Гуал, а как настроиться на то состояние для перехода? – инструкцию то я ведь толком и не спросил. – Че то я этого так и не понял.

– Вспоминай, какие были ощущения от того первого, стимулированного выхода. – ответил дух. – У каждого это свое состояние. Это может быть эмоция, расслабленность или напряжение во всем теле. Может, воспоминание какое?

Я попробовал вспомнить. Эйфория, счастье, легкость и ощущение, как от опьянения. Причем последнее было первым. А что, если…

Я открыл менюшку способности «Аз есмь спирт!» и выставил бегунок опьянения на максимум. Способность потянула запасы алкоголя из астрального кармана и опьянение ебануло по мозгам пудовой кувалдой. Кааайф! Я расслабился и блаженно зажмурился, ловя вертолеты. Раз вертолетик. Два вертолетик. Три… Так, а че они прилетели то? А, точняк, мне ж в астрал по нужде сходить надо было! Ну, и где этот туман? В голове моей туманы-маны! А в подъезде наркоманы-маны… Не то! Не, надо убавить немножко степень окосения, а то я так нихуяшеньки не нашаманю!

Поставив бегунок примерно посередине между «средней степенью» и «в говно», я малость отрезвел и поймал на себе полный любопытства взгляд шамана. Я пожал в ответ плечами и попробовал просто позвать астральный туман. Он же подчиняется силе мысли? Подчиняется! Осталось самое трудное – начать мыслить! Я полностью сосредоточился на притяжении этой белой хмари, вспоминая ощущения, которые были в его присутствии. И неожиданно начало получаться. Впечатления были, словно я погружаюсь в воду, словно ныряю в глубину без акваланга. Звуки окружающей реальности притихли и стали словно… Точняк! Лехин голос тогда же звучал глухо, но вот только аналогия с ватным одеялом была не совсем верной. Как сквозь толщу воды! Вот это будет в самый раз!

И вот я погружался куда-то, а на встречу ко мне устремились клубящиеся потоки астральной энергии.

– Получилось! – воскликнул я. – Слышишь, шаман, получилось!

– Ага, вижу, чувствую. – задумчиво покивал дух Гуала Вакалара. – Ну что тут скажешь – Бааргх ты и никуда от этого не деться. Клянусь стихиями, я видел как шаманы напиваются от радости, от того, что смогли в астрал выйти. Но чтоб напиваться, чтоб ТУДА пройти – это впервые…

– Спирт, грибы… Какая разница? – непонимающе спросил я наставника.

– Э, нет! – помахал он перед собой указательным пальцем. – Разница есть! Видишь ли, некоторые грибы, они астралом питаются! Искажают его силу своими химическими веществами и выдают отравленную энергию тому, кто их употребит! Сила эта, измененная, стремится вернуться обратно, на родину свою, и вырывается из тела, унося дух употребившего за собой! Таким образом эти грибы, от природы своей совсем не ядовитые, могут убивать тех, кто их поедает! И если человек с сильным духом еще и может вернуться из астральных глубин, то мелкие звери так и остаются в мире духов! Но даже шаман, регулярно употребляя эти грибы, постепенно слабеет. Связь души и тела постепенно ослабевает и однажды дух забывает обратную дорогу в реальность. Я ж почему и грозился тебе карами за регулярное употребление этого зелья. Думаешь, почему я тебя так грубо в тело вернул? Твой канал, связывавший тело и душу, мерцать начал. Еще немного, и лопнул бы! Слишком маленький уровень «Астральной медитации» для такого длительного выхода!

О как! Ну нихрена себе, поиграл в шамана. Ну, тогда ну его нахуй, не буду из тела вообще выходить! Надо будет по астралу побегать – «Веселого алкоголика» бахну и вместе с телом лучше похожу! И вообще, лишний раз сюда заглядывать не буду. Вот достану этого вашего Мардукора и ну его в жопу, весь этот мир духов с его туманом. Не люблю туман!

– Так, ладно, давай тогда по-быстрому сделаем, че там я еще должен уметь до этого вашего состязания. – расслабленно покачиваясь, оторвал я спину от дерева. – А то я так до архимага и за десять лет не доберусь!

– Хм… – повторно почесал шаман макушку. – Ну, потренируйся управлять астралом на скорость, что ли. Наполняй меня и скидывай энергию обратно.

– В смысле? – непонимающе нахмурился я. – А другой домашки нету что ли больше?

– Да в общем то, нету. – развел Гуал руками. – Основные умения, которым обучают новичков, это, по порядку: медитация, после которой шаман может достигать астрала, не покидая живого тела; затем обучение управлению астральной силой и выход из тела с постепенной прокачкой уровня медитации для того, чтоб дольше и дальше покидать тело; параллельно с этим приручение простого слабенького духа какого-нибудь зверя для обучения основам управления ими. Основы управления духом: сначала шаман учится вселять духа в свое тело, чтобы питать его силой духа напрямую из своего тела. Затем шаман учится вселять духа в простейший тотем и создавать канал, по которому он питает его астральной силой. А затем подпитка духа напрямую по каналу безо всяких предметов.

На этом моменте Гуал Вакалар радостно оскалился и самодовольно надулся, распрямляя спину:

– Тут тебе, конечно, повезло и дух твой сам по себе умный и сильный! Но и ты молодец. Сам, интуитивно, создал питающий канал и научился им пользоваться! Странно, что ты еще не начал вспоминать свою личность из прошлого воплощения с такой способностью вспоминать умения. – закончил шаман уже вполне серьезно и даже немного задумчиво.

– А что, должен? – пьяненько покачнулся я, усмехаясь и не совсем догоняя его мысли, сосредоточившись на управлении туманом, который я все это время перегонял из окружающего пространства в оболочку шамана.

– Да кто ж тебя знает. – пожал плечами учитель. – Может, должен, а может, и никогда и не вспомнишь. С этим у всех всегда всë строго индивидуально! Знал одного эльфа, он с рождения все свои жизни помнил! Даже те, когда он был простым камнем! Как он с этими знаниями с ума не сошел – одному творцу, наверное, известно!

– Кстати, Гуал, можешь слетать на разведку? – когда я стянул весь доступный мне в округе туман и вкачал его в духа шамана, я заметил на краю обзора подозрительное шевеление кустов. – Кажется, у нас гости. И либо они слишком тупые и от того самоуверенные, чтоб идти к незнакомцам совершенно не таясь, либо наоборот, могут себе эту самоуверенность позволить. Либо вообще не знают, что мы тут, хотя как можно не слышать этот храп? Он даже сюда пробивается.

И в самом деле, особо не скрываясь, кто-то ломился в нашу сторону. Гуал молча кивнул и полетел в сторону незнакомцев размазанной тенью. Через пару секунд дух шамана вернулся.

– Нет, ты представляешь? – удивленно воскликнул орк. – До сих пор есть дураки!

– Представляю. – согласился я. – Сам из таких. А ты о чем?

– А ну да, ты ж не в курсе… – замялся Гуал. – Да просто на каждом турнире находятся шаманы, которые отыскивают соперников еще до того, как они попадут в Мертвый город. Отыскивают тех, у кого опыта поменьше, и убивают их, подчиняя после этого и духов, бывших у поверженного противника в подчинении, и духи самих погибших шаманов. ДУ! РА! КИ! Самые сильные шаманы сотрудничают с одним сильным духом, напитывая его всей своей доступной силой! А если делить эту силу на несколько слабых духов, то и вовсе из этого ничего хорошего не выходит! А разве может быть дух поверженного противника сильным? Сильный бы не проиграл! А потом эти дураки приходят на состязание. Да и есть такое небольшое правило, скорее даже просто кодекс чести. Противника на турнире не убивать, только если случайно. Тех, кто убивает, а тем более убивает заведомо слабейшего, никто не щадит. А духи-хранители города все обо всех знают! И всем сообщают о том, кто убивает без чести. Так вот. Дураков таких сминают в первом же раунде. Вот.

– И к нам сейчас направляется один из таких ДУРАКОВ? – подытожил я эту сумбурную речь орка.

– Ну, именно! – рассмеялся Гуал. – Гоблин-друид! Ты представляешь? Он даже бесплотными духами управлять так и не научился, а все туда же! Великий турнир, великий турнир! Верховный шаман, верховный шаман! Да его даже Раскат Грома, мой самый слабый ученик, в пыль бы стер! А он, между прочим, на турнир простым зрителем пойдет, осознавая свои силы и перспективы!

В этот момент кусты затрещали и на нашу полянку вывалилась целая ватага зверей. Три больших волка, два небольших медведя, парочка матерых… Ну, пусть будет лосей. Больше всего эти зверюги напоминали именно этих сохатых обитателей леса. Только хвосты подлиннее, копыта побольше и рога по другому изогнутые, да поострее заточенные. И куча мелочи. Какие-то большие крысы, куницы и несколько каких-то огромных сухопутных раков. Ну, наверное, сухопутных. Водоемов то вокруг них не наблюдалось. Вслед за ними, последний, вышел классический зеленокожий ушастый гоблин, увешанный камушками и перышками, как новогодняя елка всякой мишурой на главной городской площади. Метр ростом и с таким наполненным презрением взглядом, словно увидел перед собой кучу куч дерьма, а он один среди всего этого был мисс вселенная.

Вся моя команда монстрозадонадирателей удивленно вылупив сонные зенки, подскочила и начала доставать оружие, не нападая, однако, первыми. И правда, а вдруг это просто недоразумение и к нам вышел случайный прохожий? Или вообще лесник местный, решил зайти, шашлыка нашего понюхать? Я же вывел бегунок опьянения на ноль, отрезвляясь и выпадая в реальность. Ну а правда, нафига мне в этом полуастрале сидеть? Энергию я оттуда по максимуму закачал в себя и в шамана.

Тем временем гоблин-зверевладелец оглядел собравшихся и остановил свой взгляд на мне.

– Так это ты тот самый новичок, решивший, что может потягаться с древними и сильными шаманами? – брезгливо и явно забрызгивая слюнями собственных зверюшек, прошлепал губищами уродец. – И где же твой дух? Поди еще дальше слияния даже не обучился?

– Дух! Ты где? Тут с тобой познакомиться хотят! – позвал я шамана. – Дууух! Ау!

– Ха-ха-ха-ха-ха-хе-хе-хе-хе-хе! – противно, по гиенски, расхохтался друид. – Он тебе даже не подчиняется? Хи-хи-хи-хи-хи-хи-хи-хи-хи-хи! Ой!..

Ойкнул и уселся на задницу от неожиданности гоблин от того, что из земли высунул макушку Гуал Вакалар. Признаться, я сам с трудом удержал коричневую личинку, когда увидал его, и то наверное потому, что сидел на земле, прижимая личинкохранилище к корням дерева. В астрале то дух размеров не меняет при накачке. А вот в физическом мире… Помните сказку нашего великого русского писателя с нерусским оттенком кожи, ас Пушкин который, Руслан и Людмила? Я вот нихрена ее не помню. Только иллюстрацию. Где главный герой общается с богатырской головой размером с небольшую избушку. Она еще дула на него. Видимо, великий русский негр тоже любил подуть. Вот и сейчас я испытал кусочек дежавю, когда из земли выглянул орк. Только вместо шлема с кольчугой на нем был его шаманский прикид. Помните же его шкуру с пришпандоренными на спине рогами? И так то жуткое зрелище. А теперь умножьте это на текущий масштаб. На какой-то миг я подумал, что предками гоблинов были хамелеоны. Потому что из зеленого мелкий уродец моментально стал белым. Но он быстро отошел и пробормотал:

– Вот это ого!

И все его зверюшки кинулись на меня. Команда моя было ринулась им наперекор, но, достигнув своих целей, они просто растерянно опустили свои орудия. Ибо весь этот зоопарк оказался нанизан на моментально выросшие из земли каменные пики. И не то, чтобы там по одному каменному шампуру на шкурку. Нет. Гуал не мелочился и создал под каждым существом по каменному дикобразу, превратив каждую шкурку в пушистые дуршлаги.

– Эх, Нюк, Нюк… – покачал головой выбравшийся по плечи из земли исполинский дух шамана. – Ничему тебя жизнь не учит. Надо было тебя еще на прошлом великом турнире прихлопнуть, да жалко мне тебя стало, думал, что выйдет толк из тебя. А ты как был падалью, так ею и остался.

С этими его словами гоблин вспыхнул, как сухая травинка и моментально, даже не успев издать и звука, сгорел и осыпался кучкой пепла. В этот же миг каменные пики втянулись в землю. Но и для духа это тоже не прошло бесследно. На несколько сантиметров в поперечнике, но голова его все же стала меньше.

– Бааргх, верни мне мои прежние размеры. – пророкотал шаман. – Такая переполненность опасна для окружающих.

Я кивнул и принялся спускать из него эту самую пресловутую силу духа, словно воздух из шарика. Туман выходил из меня и растворялся в окружающем пространстве. Гуля же подошла к тушкам распидорашенных в фарш животных и, понюхав, вопросительно глянула на меня.

– Да жри, жри. – отмахнулся я. – Коль не брезгуешь.

Груллатка довольно курлыкнула и, довольно щурясь, принялась уплетать их, начав с самых мелких.

– И что это щас было вообще? – первым отошел от случившегося Леха. – И почему я щас тридцать семь уровней получил?

Пришлось рассказывать все, что он проспал, а заодно уточнять у шамана, откуда столько опыта.

Глава 10

– А с уровнями, так то совсем все просто. – отмахнулся шаман. – Последний турнир же был восемь тысяч лет назад, почти. Нюк за это время десятитысячный уровень поднял. Вот только ни ума не набрался за все эти годы, ни разума.

– А не слишком ли легко ты с ним разделался для такого уровня? – не удержался я от восклицания под удивленный Лехин присвист и переглядывание остальных своих спутников. – Я бы на десятитысячном левеле, наверное, уже океаны в пиво обращал!

– Как ты любишь говорить, Бааргх, не надо путать хер с пальцем! – поучительно ответил Гуал. – Как я уже говорил, шаманы тратят весь опыт на профильное развитие. Сила воли, разум и прочее. А ты сразу в мага-диверсанта пошел. Да еще и херпарх! Вот мог бы ты обращать воду в спирт уже сейчас, не будь ты жрецом?

– Нууу… – замялся я от, в общем то, верного замечания. – Но все-равно! Вон, мы одного оборотня повстречали как-то с уровнем всего в две с половиной тыщи, так он чуть целый город там не сожрал! Вместе с храмом и целым отрядом воинов и магов! А это – десять тыщ!

– Денис, с тобой же уже говорили на эту тему. – влез в разговор Леха. – Для разных душ один уровень имеет совершенно разное значение. И даже эффективность вложения очка опыта в физические параметры будет отличаться. Вот у тебя простое благословение Мардукора сколько маны потребляет?

– Сотку. – ответил я и уставился на взбледнувшего жреца. – Судя по всему, опять что-то не так?

– Жреческое благословение статично и потребляет всегда один и тот же объем маны. А у каждого индивида, в зависимости от стартовых параметров души, эти цифры уже будут отражаться по разному. – начал пояснять мой походный справочник. – У меня вот благословение стоит одинадцать с половиной тысячи маны. Но почему у тебя сто тысяч?!

– Каких тысяч? – усмехнулся я. – Я не говорил ни о каких тыщах. Сотку. Сто едениц маны стоит мое благословение хоть Мардуком, хоть Вакхом. Эээ! Отставить обмороки!

Леха от такой информации покачнулся и прямо там, где стоял, там же и хлопнулся на задницу. А над нами раздался хохот орочьего призрака.

– Вот об этом я и говорю! – отсмеявшись, продолжил рассказ шаман. – Не сравнивай одни десять тысяч уровней и другие! Да, несомненно, среди своего народца Нюк был сильнейшим шаманом! Но это там, в его мире! А на Небарре даже звери найдутся, что помогущественнее будут!

– В его мире? – настала и моя очередь удивляться.

– Ну… Ты же не думал, что величайший турнир за звание верховного шамана и возможность управления сильнейшим духом под этой звездой проходит исключительно в рамках этого мира? – усмехнулся шаман.

– Нууу… – протянул я в ответ и честно признался. – Я вообще на эту тему не думал. От лишних мыслей, знаешь ли, морщины появляются и волосы выпадают, я так считаю! Поэтому я так хорошо для своих лет и выгляжу! – поправил я волосы и выпятил грудь. – А что там у него за мир? Норм или «ну, такое…»?

– Ну, скорее «ну, такое». – задумавшись, кивнул Гуал Вакалар. – Жарко, сыро, душно. Тропическое болото почти на всю планету. Вся живность – зеленокровная и либо всеядная, либо хищная. Огромные насекомые, плотоядные растения, в воздухе ядовитые для иномирян споры…

– Короче говоря – АД! – поддытожил его рассказ Горнбрад.

– Ну да, не самое уютное местечко. – согласился я с гномом.

– Не-не-не! – замотал тот головой. – Именно что АД!

– Просто в дварфийском эпосе именно так рисуется ад. – пояснил на этот раз очухавшийся от эмоционального потрясения Леха. – Вот наши европейцы считают инфернальные миры адом. Тем более что души Мардукоровых грешников инферналам и достаются. А вот у дварфов считается, что души нечестивых перерождаются гоблинами именно вот в таких вот мирах.

– Согласись, Денис, что жаркое душное болото куда как хуже просторной сухой и, главное, прохладной пещеры! – закивал Горнбрад. – Туда приходишь после целого дня в кузнице или шахте и расслабиться можно! А где расслабиться в аду? В луже гнилой воды, наполненной пиявками и шурами?

– Шурами? – вопросительно поднял я бровь.

– Ну, шурами! – воскликнул гном. – Хочешь сказать, на твоей родине шуры не водятся?

– Не, не водятся, хвала богам. – покачал головой Леха.

– Пацаны, у меня щас чайник закипит. – помотал я извилинохранилищем. – Че за шуры-муры?

– Шуры – это такие червячки, с дождевого червя размером, только черные, с желтыми точками. – с энтузиазмом начал рассказывать алхимик, видать выспался и язык устал от долгого молчания. – Живут в болотах вместе с пиявками. Только пиявки то если просто присасываются и кровь твою кушают, то шуры… Ух, сволочи! – гном вздрогнул, словно вспомнив что-то неприятное. – Кожу прокусывают и под нее забираются! А они, эти твари, ядовитые до ужасти! От яда их плоть гнить начинает, и шуры этой гнилью мясной и питаются! Коль шура поймал – надо сразу кожу резать и рану промывать, а после прижигать! Они ж с этим ядом еще и яйца откладывают в мясо! Вот!

– А если быть точнее, то шуры – это безногие амфибии, один из видов паразитических червяг. – подхватил лекцию Леха. – откладывают икру исключительно в живых организмах. Яд с некротизирующим действием содержится в оболочках икринок и зачастую используется болотными народами для смазывания наконечников стрел, копий и лезвий клинков ножей и мечей.

– А амфибии, это что? – заинтересовался гном, по всей видимости, незнакомым словом.

– Земноводные. – пояснил Леха. – Лягушки, жабы, тритоны. Червяги вот как раз. Выглядят как червяки, но у них и позвоночник есть, и глаза, и прочие органы. Лап только нет. Гоблины тоже вот амфибии, оказывается…

– Тьфу, гадость какая. – сплюнул Горнбрад. – Неее, я как считал шуров червяками, так уж и продолжу! Лягушка, она хоть комаров ест, пользу приносит!

Я решил предоставить этих болтунов друг дружке и обратился к шаману.

– Гуал, а куда делся твой собственный дух? Ты ж, если шаманом был, значит тоже духами управлял?

– Да никуда не делся. – пожал плечами орк. – Верней, не делись. Я простыми элементалями управлял. Издавна я стихиями увлекаюсь, что ж тут поделать.

– А как же разговор про то, что пользоваться надо одним духом? – решил я подловить бывшего короля шаманов.

– Так я одним и пользовался. Какой по ситуации больше подходил, того силой и напитывал. – усмехнулся Гуал. – Да и что уж скромничать, я вполне могу… Мог себе позволить и несколькими духами за раз управлять. Объемы силы духа через меня вполне себе большие проходили, без особых проблем.

– А дай ка угадаю… – усмехнулся я. – Ты потому так быстро и научился после смерти элементами стихий управлять, что всю жизнь делал это через своих духов?

– Верно.

А я задумался над другим вопросом, уже ранее мелькавшем у меня в голове. Хм… А интересно, могу ли я через тот канал, что связывает меня и духа, отдавать мысленные приказы или вовсе даже – мысленно им управлять? По идее, такая возможность должна быть. Ведь если элементаль со временем теряет свою личность, то и самостоятельно действовать он не сможет, как бы много энергии в него шаман-оператор не закачивал. Значит надо командовать. Эх, надо было тогда у лорда-мага спросить, как он своим элементалем-швейцаром управляет. Хотя, он маг, а не шаман… Да и дух мог еще не полностью себя забыть.

А самого Гуала я решил не спрашивать. Вдруг воспримет эту попытку его подчинить как что-нибудь личное, обидится и уйдет? Хотя… А если без спросу это сделать, думаю, он все же обидится еще сильнее.

– Гуал. Я правильно понимаю, что элементали твои явно слушались не словесных команд? – решил я все-таки спросить напрямую и не играться со сложной техникой без инструкций. – Ты же ими сам лично управлял?

– Правильно понимаешь. – Резко посерьезнел и немного прищурился шаман. – Вот можешь же, когда хочешь.

– А как ты это делал? – спросил я в лоб.

Вакалар поджал губы и, немного подумав, кивнул собственным мыслям и ответил:

– Ладно. Раз уж ты так быстро учишься, значит пора. Пусть будет так. Ответ на этот вопрос каждый ученик должен найти сам. Это своеобразный экзамен. Единственную подсказку могу тебе дать. Доверься своей интуиции.

Экзамен, говорите? Интуиции, говорите? Я попробовал сосредоточиться и отвлечься от шума, производимого возбужденной произошедшими событиями толпы моих спутников. И пусть Валька молча медитировала, Ши традиционно молчала и полировала мечи, а Гарик флегматично жевал веточку, потыкивая ее в муравейник и слизывая кислоту вместе с неудачно уцепившимися за эту самую веточку мурашами… Но болтовни и гогота Аркенпанзов, Горнбрада и Лехи было за глаза. Вздохнув, я передвинул бегунок опьянения в плюс и нырнул в тот самый шаманский астральный транс, дабы приглушить этот шум.

В целом, это даже пошло на пользу делу, ибо в этом состоянии пуповина, связывавшая нас с духом, виднелась и ощущалась гораздо лучше. И хоть интуиция, хоть разум, все однозначно говорило, что кроме как с помощью этого канала, заглянуть в голову духу больше никак и нельзя.

Итак, что мы знаем про этот канал? А почти нихуя и еще чуть-чуть. Через эту шлангу я заливаю в него энергию и откачиваю обратно. А еще, когда я зову шамана, эта веревка словно напрягается и становится плотнее. Значит, связь через нее идет еще и мысленная. А что, если?…

Я сосредоточился и переместил основание этой веревки на голову. Прямо на лобешник промеж глаз. Туда, где все наши индусские йоги и прочие экстрасенсы себе третий глаз рисуют. Втянув в себя немного астрального тумана, я поддал в канал энергии и мысленно позвал орка, вытягивая его к себе из астральной глубины.

Появившийся из-за большого облака астральной дымки шаман молча повис в воздухе, скрестив ноги и выжидательно на меня уставившись. Я проследил за вторым концом пуповины. На призрачном теле духа она крепилась в области солнечного сплетения. Поддав тумана в веревку, я попытался ею управлять, приказывая ей переползти точно так же, на голову орка. Не сразу, но этот призрачный шланг дернулся и, словно нехотя, пополз по телу духа вверх, пока, наконец, не прилепился тому точно так же по центру лба.

– Гуал, ты меня слышишь? – молча подумал я «в пуповину».

– Слышу. – раздался голос у меня в голове, а сам дух молча усмехнулся.

А я, довольно кивнув в ответ, закрыл глаза и сосредоточился на этом самом канале. И неожиданно для себя понял, что вижу эту веревку даже с закрытыми глазами. Вернее не веревку, а реально шлангу, пустую внутри. Я попытался в нее заглянуть и на удивление легко у меня это получилось. Приблизив к ней мысленный взгляд, шланг предстал мне просторным круглым туннелем. И я шагнул в этот туннель.

Эх, не дай бог кому сказать, что я был в туннеле у орка! Не поймут!

Пройдя сквозь канал, я приблизился к противоположному краю. Туннель открывался в пустоту, заполненную белым, как и весь астрал, туманом. Я потянул к себе через канал астральную энергию и, окутавшись клубами силы духа, нырнул в открывающуюся пустоту.

И я стал орком. Я увидел себя висящим в астрале, а передо мной сидел на земле мой расплывчатый, полупрозрачный силуэт. Ну да, ну да. Я ж физически в лесу сижу, а тут, видимо, просто моя проекция. Ощущения были, словно я плавал в воде. Недаром шаман проводил эту аналогию. Весьма и весьма схожие чувства. Я представил, как всплываю и даже сделал гребок, выныривая в лес. И вот меня, словно толчком, выбросило на нашу поляну. Появление мое спутниками осталось проигнорированным, привыкли уже.

Я осмотрел свои руки. Ну да. Не мои. Гуаловские. Татухи, шрамы. Правда, теперь я видел их совершенно иначе. Каждая линия была словно живая. Энергия текла по ним, как рассол по похмельному пищеводу, принося живительное блаженство. Раскинув руки, я попробовал почувствовать воздух и… Потерял ощущение тела. Но зато ощутил воздух, наверное, метров на пятьсот вокруг как собственное туловище. Я потянул на себя из канала еще энергии и эти ощущения начали расширяться и усиливаться. Я чувствовал, как меня вдыхает все живое по всей округе. Смешное и щекотное чувство, скажу я вам. Я ощущал, как составляющий меня воздух колышет листву. И как сгорает кислород в костре.

Костер. Огненная стихия. Я потянулся к нему и ощутил ненасытный голод. Жрать! Жрать! Жрать! Какие вкусные и аппетитные веточки! Хрум-хрум-хрум! Ням-ням-ням! Еще! Я потянул на себя астрального тумана и спутники, коих я ощущал в виде маленьких огоньков, отпрыгнули от взлетевшего метра на два пламени, дотянувшегося до кроны нависающего над ним дерева и захрустевшего сочными листочками. Тьфу! Вода! Невкусно и больно! Не, ну его нафиг. Откачка энергии и пламя приняло прежние размеры, а я потянулся сознанием к земле.

Камни. Я почувствовал каждый камень на поляне. Я был каждым камнем на поляне. И землей, на которой эти камни лежат. Было ощущение, что я лежу на спине, а на мне возятся живые. Я попробовал сосредоточиться. да. Вот Гарик лежит и тыкает мне в бок палочкой, а живущие в этом боку мураши на эту палочку огрызаются. Так. Где-то тут рядом была Валька. Ну-ка ну-ка ну-ка! Да! Вот ее умеренной тощести задница. Хм… А не такая уж и тощая, как кажется на первый взгляд! Я попробовал ощупать ее зад, но магичка вскочила с места и забралась на ближайший камень. Ха! Я и камнем тоже могу! Ну куда ж ты блин! В этот момент я потерял ощущение Валькиной задницы даже на камнях, но зато почувствовал, как в меня что-то вонзилось, раскалывая валун на части. Хм… И что же это? Я потянулся сознанием к новому предмету…

Вода. Структурированная твердая вода. В простонародье – лед. Неподалеку в овраге – ручей. Тоже часть меня. И немного меня равномерно растворено в почве. И частичка меня, горячая и жгучая, бежит по венам всех живых вокруг. И деревья качают меня из земли, а я бегу по их стволам вверх, постепенно растворяясь в древесине. А еще я медленно растворяюсь, испаряясь из земли, поднимаясь в воздух и мягко качаюсь на его волнах…

И вновь я воздух.

Ладно, хватит. Надо собраться. В кучку, в кучу, в кучку. Собравшись с силами, я сумел вновь воплотиться в шамана. Я посмотрел на канал, связывавший мое тело и призрачную оболочку духа и заметил, что из моего лба выходит еще четыре едва заметных шланга. Серый, словно из пыли. Красноватый, словно тлеющие угли. И два прозрачных. Один, словно водяной и один, словно из воздуха. Очевидно, пуповины его элементалей. Я потянулся к воздушному, как к самому безопасному, на мой взгляд, варианту…

– Ладно, поигрался и хватит, а то еще заблудишься с непривычки. – раздался в моем сознании ухмыляющийся голос шамана. – Считай, что экзамен засчитан.

И толчком меня вышвырнуло обратно в мое тело.

– Слушай, а прикольная хрень это твоя всестихийность! – улыбнулся я, убавляя степень опьянения на легкую. – Почти как великое творение! Тоже вещество силе мысли подчиняется!

– Так это ты что ли был?! – прошипел висящий в воздухе лич в платье.

– Ага, пардоньте, задумался, не предупредил. – виновато улыбнулся я, разводя в стороны руки и ноги.

Ответом стала полуметровая сосулька, вонзившаяся в землю в сантиметре от моей ширинки.

Глава 11

В целом, конфликт с Валькой был улажен достаточно быстро. Хотя, я лично считаю, что конфликта то как такового и не было. Ну, подумаешь, надулась и типа обиженно ушла за дерево? Нащипанный по округе веник из лесных цветочков растопил ледяное сердце некромантки и смел все обиды в урну. Как я уже говорил, бабы всегда остаются бабами! Будь это хоть богиня жмуриков, хоть ее полумертвые жрицы. Лучше букета цветов может быть только букет шашлыка! Конечно, только если баба не веган. Но таких и на шашлыки нехер брать!

Насмотревшись на плетущую веночек из моего веника Вальку, Гарик тоже незаметно скользнул в кусты и вскоре вернулся с просто невероятно пышным и красивым букетиком. Что это были за цветки, похожие на гибрид ромашки и орхидеи с лилией, я само собой, не имел ни малейшего понятия. Но судя по горящим глазам Горнбрада, он бы сам дал дракону за этот веник из, по всей видимости, редчайших алхимических ингредиентов.

Еще немного побалдев на полянке, я собрал всех зверюшек по своим камням. Ну, кроме Пушистика. Тот, как и незабвенный Пикачу, матерился на своем, на змееедском наречии при виде каменного шара и категорически отказывался перемещаться иначе, как на плече или в рюкзаке. Хм… А может, ему вместе с ядовитым укусом какой-нибудь электрошок прокачать? Вот такого то уж точно потенциальный противник от этого зверька не будет ожидать!

– Мне вот только одно интересно. – задумчиво оглядел я наше сборище. – Ладно, мы. Рассядемся на спине у Гарика, делов то. Но как мы нашу такую разнопеструю конюшню повезем? И чем мы их в пустыне кормить будем?

– По поводу корма можешь не переживать. – отмахнулся Гуал Вакарлар. – Духи города могут обеспечить пропитанием почти всех вообразимых существ, не страдающих особыми гастрономическими предпочтениями.

– А как я повезу зверюшек наших, я сейчас покажу. – усмехнулся Гарик, пока еще находящийся в эльфийском облике.

С этими словами его миндалевидные глаза заволокло белым туманом с фиолетовыми прожилками. И таким же туманом залились глаза наших ездовых зверюшек, а сами животинки замерли, вылупившись в пустоту. Кони, ссхуфф, крафф и даже ездовые волки Аркенпанзов замерли, словно фигурки в карусели из парка имени Отдыха. Гарик собрал совершенно безвольных животных в кучку и плотно связал их между собой кожаными ремнями и веревками.

– Качался исключительно в защитные умения, говоришь? – усмехнулся я, глядя на этот массовый драконий гипноз.

– А чем это умение не защитное? – ответил мне усмешкой на усмешку Гартаил. – Противник, неспособный на атаку, и неудачно атаковавший противник, это разве не одно и то же? Да и к тому же, это не умение или навык, это несистемная магия. Поживи с мое, и тоже научишься собственной магии безо всяких интерфейсов.

– Тебе же и об этом тоже рассказывали. – с плохо скрываемой желчью в голосе вклинился Леха. – Маги не тратят опыт на заклинания, маги пользуются магией силой своего разума.

– А ты, Леха, побухай с мое, тоже научишься забывать даже не то, что собственное имя, но даже видовую принадлежность. – огрызнулся я в ответ.

Что-то уж больно желчным стал мой спутник в последнее время. Или это так на него мана владыки демонов влияет?

Гарик тем временем закончил приготовления зверинца к перелету и перекинулся в ящера. Дааааа! Размерами, как прежний, но не в пример тому жалкому подобию, что было изъедено язвами в пещере. Сразу было видно, что это не старая больная ящерица, а молодой и сильный ДРАКОН!

Гартаил опустил одно крыло на поляну, словно трап и рыкнул:

– Располагайтесь.

И пока мы забирались ему на спину и рассаживались на этом крылатом аэробусе, ездовых зверюшек окружил мерцающий, словно мыльный пузырь, вытянутый кокон. Гарик подхватил этот пузырь передними лапами, и такая же точно пленка замерцала куполом над нами.

– Гартаил эйрлайнс приветствует вас на борту и желает вам приятного поме… Полета! – поприветствовал я пассажиров. – Аварийные выходы находятся кругом, стюардесс за жопы не лапать! Кстати, за что держаться и чем пристегиваться?

– Держись за что хочешь. – флегматично ответил ящер.

На этих словах я посмотрел на Валькины сиськи и на острый тридцатисантиметровый ледяной шип, выращенный в кулаке магичкой в ответ на мой взгляд. Я вздохнул и сунул руки в карманы.

– Ладно, буду держать себя в руках. – со вздохом ответил я.

– Только давай не при нас. – усмехнулся Леха.

– Куда лететь то? – спросил дракон. – У кого-нибудь есть карта?

– Я покажу. – произнес вынырнувший из ниоткуда дух шамана и уселся дракону на голову прямо промеж глаз, вытягивая руку прямо и немного влево. – Вот туда примерно, до великой пустыни. А там на месте сориентируемся.

Дракон кивнул и, взмахнув крыльями, резко оторвался от земли. Я уже мысленно приготовился падать, но… Гарик, видимо, обладал собственной гравитацией, игнорировавшей гравитацию земную. Потому что, как мы ровно сидели у него на спине, так же даже и не качнулись, хотя летели мы почти под прямым углом к земной поверхности. Набрав высоту и выровнявшись, дракон зарычал и выдохнул струю огня, погружаясь в собственное пламя и с хлопком переходя на сверхзвуковую скорость. А мир вокруг рывком ускорился и побежал мимо нас. А в нашем пузыре даже не ощущалось никаких перегрузок. Вот бы такие технологии да нашим космонавтам! Как тебе такое, Илон Маск? Есть на твоем крювом драконе что-то подобное?

Пустыни мы достигли часа за полтора. Если хотите представить, что мы видели, откройте гугл-мапс и найдите Сахару. Посмотрите на нее с высоты. А потом начните резко приближать рандомную точку. Это Гарик пошел на снижение, слушая указания призрачного штурмана.

– Вон, смотри. – толкнул меня в бок Леха и кивнул влево. – Вооон, один из комплексов УнИнРаЛа. Ты ж спрашивал тогда про пирамиды.

Я посмотрел в ту сторону, куда указывал Леха. Не сказать, чтоб далеко, но и не сильно близко, возвышались пирамиды. Не был в этих ваших Египтах, так что не могу сравнить с нашими. Одно только отличие было. На фотках и видео наши, египетские постройки из заветренного камня сделаны. А эти из золота. Ну, сверкали они точно, как золотые. Спутники восхищенно охали и ахали, тоже разглядывая эти постройки.

– Восхитительно! – пробормотал Горнбрад, цокая языком. – Будет, что в «пьяном кабане» рассказать мужикам!

– А что, прям так мало кто эти пирамиды видел? – спросил я у гнома. – Они ж вроде по всему миру понатыканы?

– Так это ж – ГЛАВНЫЙ комплекс! – поучительно поднял палец вверх алхимик. – К нему так просто не подойдешь! Во-первых, он посреди пустыни, а во-вторых, его древние големы охраняют!

– Лееех? – обратился я к ходячему справочнику.

– Ну, да, так и есть. – кивнул ерпарх. – Центральная установка, охраняется автономным парком… Ну, да, големы – ближе всего к сути. Роботами это не назвать, электроники в них ноль, работают на очищенных от личностных матриц душах. Маготроника. Душа как процессор и источник питания одновременно.

– А вот эта хреновина, так похожая на рельсотрон, должна в нас целиться? – указал я на штуковину, поднявшуюся из песка и наводящуюся острием носа в нашу сторону.

Все напряглись, приглядываясь к неведомой хуйнюшке. Ну, все, кроме нас с Лехой и Шииран. Мы то знали, что Гарик у нас не то что пуле, а даже мардукоронепробиваемый!

– Да, должна. – с серьезной миной кивнул жрец, а пассажиры напряглись еще сильнее, оглядываясь то на установку, то на Леху. – Мы слишком близко пролетаем без опознавательных знаков. Система ПВО так же работает на маготронике.

– А эта побрякушка – не опозновательный знак? – достал я жреческий медальон и покачал им туда-сюда. – Эй, пукалка! Свои летят!

Пукалка или не увидела, или не услышала, а скорее всего и то, и другое. И выстрелила в нас сверкающей вспышкой. Вопреки ожиданиям, не было никакого грохота и треска. Просто вспышка и быстро-быстро летящий в нашу сторону сверкающий снаряд. А Гарик даже и не думал уворачиваться. И понятно почему. Достигнув нас, снаряд просто-напросто размазался по появившейся вокруг дракона прозрачной сфере. И то эта сфера проявилась лишь по причине этого самого попадания снаряда. Металлическая болванка размазалась по защите, превратившись в тоненькую фольгу, окутавшую с треть поверхности оборонительной сферы. А по остальной части этого драконьего бронежилета растеклась какая-то сиреневая плазма и электрические разряды. Сам же Гарик даже не моргнул при этом, словно в него вот так каждый день стреляют.

– Пока Мардукор мертв, это просто побрякушка. – покачал головой Леха.

– Было дело, и помощней снаряды ловил. – ответил дракон в ответ на мой вопрос об его спокойствии и невозмутимости и мечтательно закатил глаза. – Помню, в одном из миров, на меня орбитальный ядерный комплекс натравили. Он тераваттными плазмометами был оборудован. Эх, веселая была заварушка… А как этот комплекс красиво взорвался, когда я его реакторы когтями рвал! Мне потом видеозапись показывали, с разных ракурсов… А это? Так. Мелочь местную сбивать.

– А вот и наш аэродром! – воскликнул призрачный штурман, указывая на смутно виднеющиеся среди барханов руины.

Ну, наверное, когда-то это был действительно шикарный город. Но сейчас это были просто… Каменные развалины, занесенные песком! И вот тут будет проходить состязание? Вот тут нам неделю ждать, пока все соберутся?! А я даже пыльник с собой не прихватил! Тут же не пустыня – пустошь! И великого творения нету… Так бы хоть нука-колы бы сотворил. Да нука-вискаря с нука-льдом. Эх, вот засада. Надо было по дороге до второго фонтана слетать, который Бааргховый, с ромом. Ой, че ж это я переживаю! У Лехи ж телепорт есть, на этот фонтан настроенный! Ладно, значит – живем! Будем пить семидесятиградусный ром, на жаре, теплый! Бррррр…

Гарик тем временем опустился туда, куда указывал шаман и плюхнулся на землю, разгоняя крыльями песок. Приземлились мы к развалинам ворот. Ну, широкая дырка в обгрызенной каменной стене. По идее – это ворота. Пленка, окружавшая нас, исчезла, и нам в лица ударил раскаленный воздух. Непривычные к такому жару, закашлялись мои спутники. Ну, за исключением Лехи и Горнбрада.

– Че, Лех, тоже в баньку русскую хаживал? – усмехнувшись, хлопнул я воина по наплечнику.

– Конечно. – пожал он плечами и смахивая выступивший пот со лба. – Ни у одного тебя родственники в деревнях есть. А еще у меня покровитель нынешний – инфернал, тоже, наверное, на многое влияет… – добавил он уже задумчиво.

– А ты в кузнице к жаре привык? – обратился я уже к гному.

– Это ты называешь жарой? – удивленно возмутился алхимик, даже не думая потеть. – Да у нас в кузницах от жары деревяшки тлеть начинают! А тут то так, как просто в мастерской.

– Кажется, я начинаю понимать, почему гномы так любят пиво. – понимающе покивал я, вытирая вспотевшую рожу. – Если ЭТО – просто мастерская! Простой воды столько не выпьешь, сколько выпотеешь!

– Именно! – серьезно покивал гном и хотел еще что-то сказать, но его перебил новый персонаж, появившийся из ворот Мертвого города.

– Кто вы такие и что вас привело в эти края? – обратился к нам с вопросом прозрачный силуэт толстячка, облаченного в такой же призрачный, но когда-то дорогой и богато украшенный кафтан.

– Бааргх Денис Веселитель прибыл для участия в великом турнире за звание верховного шамана. – ответил ему Гуал Вакалар и оскалился в своей страшной орочьей улыбке на весь улыбальник.

– А это? – окинул рукой незнакомый призрак остальную толпу.

– Группа поддержки. – еще шире оскалился орк. – Брось, Щуща, не надоел тебе еще этот официоз за столько лет?

– Надоел. – устало вздохнул призрак. – Но я сам выбрал эту роль, как и все ныне покойные жители этого города. И буду ее придерживаться, пока разум мой не растает от времени, как у Пыша, например.

– А что Пыш, уже все? – расстроился шаман.

– Да. – развел руками Щущ. – Две тысячи лет назад время поглотило и его. Надеюсь, что переродился он так же достойно, как заслужил. Ладно, по пути расскажу. Идем!

С этими словами призрак-толстячок махнул нам, приглашая в город и первым заходя в него вместе с духом шамана. А поскольку из других вариантов было только стоять снаружи и помирать от жары, то мы последовали за ним. Тем более, что не имеет особой разницы, где от этой самой жары подыхать. Я перешагнул через порог разрушенных ворот и охренел. Даже охуел! Да не! Что за колдунство такое? Я сделал шаг назад, чтобы убедиться, что не перегрелся. Не, все так же. И снова шагнул внутрь. Не, это точно не был глюк перегревшегося на солнце долбоеба!

Внутри был шикарный город с пальмами, фонтанчиками и совершенно никаких руин и барханов!

Глава 12

По всей видимости, давным-давно-предавно этот город населяли исключительно социопаты. Потому что, с точки зрения всех возможных тактик, включая экономическую, располагать дома на расстоянии метров двадцати друг от друга было невероятным расточительством. Ведь этот город еще и защитной стеной обносили! Я понимаю – в деревне. Огород, всякая противопожарная хуйня. Но каменные домишки из банального песчаника, размерами пять на пять, не более, были окружены каменными же тротуарами, а торчащие в изобилии из брусчатки пальмы снабжались водой, видимо, с помощью какой-то магии. И, судя по обилию небольших, метровых фонтанчиков каждые пять метров, магию воды в этих краях уважали с древних времен. Либо уважали магию иллюзий.

Нет, все же Сафроновых тут не уважали, в чем я убедился, утолив жажду на ходу из одного из источников. И настолько я увлекся разглядыванием местной архитектуры, что даже не сразу заметил, что из окон на нас смотрят живые люди! Не призраки, а прям натуральные мясные мешки! Я перевел взгляд на увлеченных беседой сотни лет не видевшихся Гуала и Щущу и вопрос отпал сам собой.

Не, можно было, конечно, и тут охуеть от увиденного, но два и два вполне складывались. Орк с толстяком тоже выглядели вполне себе материально. Я ради эксперимента поддал в шамана астральной энергии, и тот вполне ожидаемо увеличился в размерах.

Значит, все-таки иллюзии тут тоже в почете.

– Да-да, это местная особенность. – с укоризной посмотрел на меня Гуал Вакалар. – Верни размеры, будь добр.

Поселили нас в небольшом двухэтажном особнячке вполне себе цивилизованного вида в среднем кольце города. Тут, как и везде, в центре жила элита, посередке – среднячок, на отшибе – нищета. Но и здесь расстояния между домами тоже позволяли спокойно кататься по улице в каретах, запряженными тройками слонов. На вполне естественный вопрос о конюшне, которой не наблюдалось совершенно нигде, Щуща с улыбкой продемонстрировал мне широкие ворота с обратной стороны от парадного входа в домик. Ворота открыл хмурый смуглый мужик, слегка напоминающий непохмеленного таджика. На голове у мужика было что-то типа чалмы из грязного синего полотенца, торс был голым, а неприличное место было замотано серой тряпкой на манер детского подгузника. На ногах старые потрепанные сандалии.

Мужик со знанием дела принял у Гарика табун загипнотизированных зверюшек и, поклонившись, молча увел их по наклонно уходящей вниз дорожке в подвал.

Круто! Подземная парковка! И это в жилье среднего класса? Что же тогда там, в центре?!

Внутренняя планировка здания была не особо мудреная. На втором было три комнаты-спальни с большими матрасами и подушками в качестве мебели. Местные жители разделяли жилье на мужскую часть, женскую и детскую. Первый этаж делился на две половины. Кухонная половина, хозяйничали на которой жена с детишками того самого хмурого конюха, и, типа, столовая. Из мебели – низкий столик, как у японцев, за которыми на коленях сидишь. И круглые матрасы-ватрушки по полтора метра диаметром. Ложишься в такой каралькой в серединку, как начинка, и на бортик локтем опираешься. Ну, можно еще на спину лечь и ноги свесить, тоже удобно. Жрать, правда, со стола не очень комфортно. Такие вот столовые мягкие стулья.

Из еды нам подали хлебные лепешки, только не из зерновой, а из какой-то ореховой муки. Необычно, но вкусно. Особенно с вареными ящерицами, кои тут вырастали до размеров крупных кошек и уважались за нежное и, чего уж там, вкусное мясо. И вот не нужно так брезгливо морщить носы! Французы, вон – вообще улиток с лягушками едят, и весь мир ими кормят! Еще и деликатесом это обозвали. Ну конечно, деликатес, там же, чтоб пожрать нормально, этих лягушачьих лапок, сколько квакушек надо на один раз? Ведро? А ящерицы со змеями от курятины не сильно и отличаются на вкус! Было дело, на спор и не такое на природе жрали. Вон, утку дикую и то так просто не поешь – тиной воняет, как от небольшого болота! Еще надо умудриться правильно приготовить. Или запивать таким самогоном, чтоб обоняние на полчаса отбивало. И ниче, ел!

Вот эти вот все аргументы я привел братьям-ликантропам, презрительно морщившимся на вареных ящериц. Убедить их, однако, сумел лишь Пушистик, стыривший из моей тарелки лапку местного деликатеса и заточивший ее на подоконнике. И то ели они и морщились через «немогу».

Причина такой их брезгливости была просто наибанальной. Не, не от слова «наибали», от слова «банальность». Так вот. В крови у ликанов любовь к пушистым зверькам, и отвращение к безшерстным. Как у обычных людей к жабам всяким, только сильнее раз в десять. О! Это как вас заставить горсть живых тараканов сожрать! Какие-нибудь азиаты или последние герои у вас эту горсть вместе с пальцами захавают, а вы обблюетесь от одного вида.

Сочувственно посмотрев на эту попытку самоистязания, я вздохнул и выпросил у Лехи телепорт. Воин достал загогулину, с минуту посмотрел на нее, бегая глазами, словно по невидимым строчкам, после чего протянул ее мне.

– Настроил. Можешь пользоваться. – сказал он мне.

Я кинул ее в углу и встал сверху, и у меня перед глазами вылезла менюшка.

«Произвести телепортацию к первому компоненту?»

«Да/Нет?»

«Цена: 15 единиц маны»

Погоди, тару забыл! Метнувшись к столу, схватил широкую глиняную банку с водой и прыгнул обратно.

«ДА»!

И телепортнулся к своему второму фонтану.

Ничего тут так и не изменилось. Так же стоит этот пузатый каменный орк с бочонком и наливает ром в чашу фонтана. Так же лежат на потухшем костре шмотки шамана. Птички только какие то новые появились, размером с орла и на них же и похожие. Только клювы помощнее, и шеи лысые. Много, много таких птичек жрали трупы белых рыцарей и их крылатых ездовых птичек.

И вот че то как-то ебано стало на душе. Хуй знает как описать. Меня ж тут как бы убили. Как бы вот эти, которые сейчас чья-то закуска. И вроде бы и поделом им. А вроде бы они все-таки тоже люди и похоронить их надо было бы по человечески…

Мое внимание привлек тот самый артефакт, громкому звуку из которого я был обязан взорвавшейся головой. Чей то там последний крик. Я подошел к нему и присел, разглядывая древнюю поебень. Нет, нифига. При падении с высоты у него отломилась одна из рукояток, а само тело артефакта покрылось жирными трещинами.

– Кьяяяаааурр! – каркнул на меня крылатый падальщик, ковырявшийся до этого клювом в глазнице черепа одного из рыцарей бобра и светок, и ревниво прикрыл череп крылом, поворачиваясь ко мне боком и наклоняясь всем телом к своей кормушке.

– Да больно надо. – усмехнулся я ему в ответ. – Сам такое жри.

– Вот такой он, круговорот жизни и смерти. – произнес незнакомый грустный женский голос за спиной. – Живое, умирая, дарует своей смертью жизнь другим. Так задумано природой. Так задумано самим творцом…

Я обернулся на голос. На бортике фонтана сидела девушка. Средненькая. Ни красотка, ни уродка. Обычная. И немного похожая на Гурлю. В неприметном закрытом сером платье. Оперевшись обеими руками в борта, она смотрела на трупы безо всяких эмоций.

– Твои? – кивнул я жмуриков.

– Мои. – не стала отпираться Куршуга.

Не, ну легко догадаться, кто это почтил меня своим присутствием.

Я молча уселся рядом и, вылив на землю воду из прихваченной тары, наполнил банку из фонтана. Еще раз оглядев пирующих стервятников, вздохнул и, зажмурившись, основательно приложился к напитку. Занюхав рукавом, протянул банку богине живых. Немного подумав, та кивнула и тоже пригубила божественного нектара, закашлявшись и чуть не выронив банку.

– Спасибо. – едва слышно пролепетала она.

– На здоровье. – пожал я плечами. – Если че, фонтан всегда тут. Надо будет – приходи, зачерпывай.

– Я не об этом. – покачала она головой и кивнула в сторону трупов. – Я про них.

Я молча поднял бровь и попытался переварить услышанное, сопоставляя известные мне факты с фанатичными поступками ее последователей. Не, сопоставляется. Наверное, мало выпил. Я забрал у нее банку и хлебнул еще. Не помогло.

– Не, не понял. – покачал я головой и посмотрел на богиню жизни.

Хм, а не такая уж и средняя. Очень даже ниче такая. Надо еще хлебнуть.

– Большая сфера Гелиаса… – ответила Куршуга, а я напряг извилины, вспоминая, о чем речь. – В этой битве они использовали этот артефакт по полной, исчерпав запасы энергии в нем.

– Было дело. – кивнул я, все еще не понимая, к чему этот весь разговор.

– Артефакт весьма и весьма многофункциональный. Древние, наверное, сошли с ума, создавая такие вещи. – продолжала грустным голосом вещать богиня жизни. – С его помощью Каилл сумел захватить власть в ордене. И даже… Подчинить мой разум. Он был настоящим фанатиком и совершенно неправильно истолковал мое учение о жизни. Я просто хочу, чтобы ты понимал, Денис. Я ни кому не приказывала уничтожать Увалию. Через меня это сделал Каилл. Клянусь кровью!

По телу богини прошла волна красного тумана. Видимо, таким образом подтвердилась клятва.

– Ну пошли тогда, сама расскажешь это Вальке. – встал я, дочерпывая банку до краев, что два раза не телепортироваться, но потом сам себе махнул рукой. – А, блин, сколько водки не бери, все равно два раза бегать. Короче, выпьете мировую, закусите, чем религия позволяет. Как тебе ящерки, кошерно, некошерно? Или богини жизни мертвечинку не едят?

– Как я уже сказала, смерть одних дает жизнь другим. – улыбнулась Куршуга, вставая с бортика на землю. – У тебя, возможно, неверные представления о моем учении из-за того, что устроил Каилл. Я против лишь бессмысленных смертей. Против смерти ради смерти. Убийств ради убийств. Я за то, что нельзя допустить смерти ближнего тогда, когда есть возможность ее избежать, ибо жизнь священна и уникальна. Если у тебя есть зелье исцеления, но ты пройдешь мимо умирающего – ты никогда не получишь моего благословения. А мои странствующие жрецы никогда не возьмут ни монетки за исцеление.

– А чем же они тогда зарабатывают? – удивился я. – Так же разориться можно!

– Много чем можно заработать. – пожала плечами Куршуга. – Кто-то из моих жрецов поет, кто-то торгует. Есть алхимики, кузнецы, животноводы и крестьяне, различные маги, даже один князь. Так что, куда мы пойдем?

– В Мертвый город. – ответил я и только потом понял, что сказал. – А тебе туда можно, кстати?

– А что вы там забыли? – удивилась богиня. – Это же всеми забытая пустыня, там ничего, кроме камня и песка!

– Угу, ничего, кроме камня, песка и шаманского турнира. – Усмехнулся я. – Мать, ты что, совсем за новостями не следишь?

Я подобрал с земли шаманский барабанчик.

«Малый там-там»

«Ускоряет вхождение в шаманский транс»

И все? Никаких «плюс к харизме, интеллекту и подконтрольным духам»? И на кой он нужен был великому шаману? Входить в транс на две микросекунды быстрее?

– Гуала Вакалара знаешь? – спросил я у Куршуги, демонстрируя ей музыкальный инструмент.

– Конечно. – кивнула она. – Как его можно не знать. Так… Это выходит, он умер? Или погиб? Это… Они?! – кивнула она в сторону трупов.

– Не, он сам. – сказал я. – Сказал, что задолбался и растворился в стихиях.

– ЧТО?! – неожиданно резко вскрикнула Куршуга. – Он что, покончил с собой?!

– Ну зачем же так резко? – возмутился Гуал Вакалар, выныривая из фонтана. – Я и так пожил больше, чем положено было. И к слову, можно сказать, что после смерти жизнь только начинается! Советую! Как только надоест, добро пожаловать ко мне.

С этими словами дух шамана так дружелюбно оскалился, что Куршуга совершенно перестала возмущаться и, кажется, даже дышать.

– Ну так что? – вывел я ее из оцепенения вопросом. – Координаты города знаешь, или телепортируемся через аварийный протокол? Учти, там ощущения такие, словно тебя наизнанку выворачивают и стирают с песочком. Поэтому советую на своем такси. Спросишь Щущу, он тебя к нам проводит.

Богиня растерянно кивнула и растворилась в воздухе облаком белых искорок.

– Не стыдно? – обратился я к орку. – Девку чуть до обоссывания не довел.

– Ниче, ей полезно! – заржал шаман и нырнул обратно в фонтан. Я же пожал плечами и направился к телепорту. Кажется, этой банки не хватит от слова совсем. Надо найти бочку и уточнить у Лехи максимальную грузоподъемность его мерседеса!

Глава 13

Короче, с телепортом этим Лехиным оказалось все настолько просто, шо пиздец. Вес он переносил любой, с ограничением в одну телепортируемую душу и объемы маны этой самой души. Маготроника, мать ее за ногу! Таким образом, сколько я смогу вещей от земли оторвать, столько эта хреновина и перенесет. Почему надо именно поднять, а не держать руками, положив на землю? Ну а прикиньте, возьму я в руки, например, гору! И маны у меня, в теории, на это хватит. Ну это ж пиздец можно устроить!

Короче. Решил я, что ждать конца недели, пока все подтянутся, слишком нудно и можно сдохнуть от скуки. Тут же ни телека, ни ютубчика! Ну, была пара книжек в телефоне. Так у него зарядка тоже не безлимитная, да и книжки то уже прочитанные. Так что послал я Гуала – оповестить местных, что намечается знатная гулянка, Гарика – по уже отработанному маршруту за веселянкой и парой бутылок веселого алкоголика, а Леху – нахуй с его моральными поучениями. И, раздобыв у конюха чистую бочку и пару ведер, принялся телепортироваться туда-сюда, наполняя бочку фонтанным ромом.

Прыжке на пятом, вернувшись в столовую с полными ведрами, я застал забавную картину.

Вся наша тима монстрозадонадирателей в боевых стойках и Валька в некроформе у противоположной входу стены, и Горнбрад, склонивший колено и голову перед Куршугой у того самого входа. Ну и Гарик, как всегда, похуистично полулежал в своей плюшке, жмурясь и попивая сок со льдом. Уже слетал?! Ну ладно, туда – у него браслет с телепортом до хаты. А обратно то как так быстро?

– Так, ну это я еще понимаю. – задумчиво произнес я, глядя на своих спутников у стенки и переводя взгляд на гнома. – А это что за фигня? И это… Равняйсь! Смирно! Вольно! Да отключайте вы уже боевой режим, все пучком! Леха, меч положи. Ты им тут если махнешь – стену и потолок проломишь, придется Джамшутов потом косплеить.

Удивленно переглядываясь, мои спутники начала убирать оружие, Увалия только не спешила принимать нормальный облик.

– Горнбрад мой верный последователь. Целитель. – первой нарушила напряженную тишину богиня жизни. – Один из тех, кто остался верным моему правильному, не исковерканному учению. Вставай, брат. – это она сказала уже гному.

– Брат? – удивился я.

– Все целители – мои названные братья и сестры. – пояснила богиня. – Это звучит лучше, чем сыны и дочери.

– Что вообще происходит и что она тут делает? – подал голос Леха.

– Мировую щас будем пить, вот что! – грохнул я на стол ведро рома. – Пустим ведро по кругу, а кто откажется – сам пойдет как ведро.

– Пожалей народ. – выглянул с ухмылкой из ведра орк-шаман. – Не все ж тут Бааргхи.

– Ладно, пусть зачерпывают. – отмахнулся я. – Давайте все к столу, Курш… Буду звать тебя Ку. Да-да, Ку-Ку. Ку, рассказывай.

В общем, церемония примирения прошла на ура. Через несколько рюмок монстрозадонадиратели прониклись этой поучительной историей и я отправился дальше наполнять бочку, оставив их дальше знакомиться. И лишь, начерпав через пару часов бочку до краев, посмотрел на результат своего каторжного труда и почесал затылок. Бочка была литров на пятьсот. И пусть в широкий дверной проем она пролезет, но вот как ее без крышки катить, я че то как то не подумал…

– Че, помочь? – усмехнулся Леха и, подойдя, с натугой, но приподнял тару. – Говори, куда нести.

– Ты, жрец, не спеши. – произнес вынырнувший из стены Гуал. – Шаман он в конце-концов или как? Пусть с помощью стихий ее доставит, куда надо!

С этими словами орк подлетел ко мне и… Вселился в меня.

– Простое слияние разумов. – прозвучал голос духа-шамана у меня в голове. – Менее эффективно, чем высший контроль, которым ты на поляне игрался, но сейчас и этого хватит.

Я посмотрел на свои руки. Руки были моими, но поверх них словно наложили голограмму шамана. И я так же ощущал все его татуировки, хоть и слабее, чем тогда, когда я сам был шаманом. Пожав плечами, я положил руки на пол и позвал стихию земли. Камень, из коего был сделан пол, откликнулся и словно жидкость, потек ко мне. Я потянул из астрала силу духа и пожелал, чтобы камень сложился в тележку. Камень колыхнулся и, подобно жидкому терминатору, начал формироваться в массивный каменный поддон на четырех мощных колесах.

– Леха, ставь бочку на тележку. – произнес я сдвоенным голосом себя и Гуала Вакалара.

Как-то странно хмыкнув, наш доморощенный Геракл поставил емкость с напитком на транспорт, а я мысленным усилием приказал ей катиться. Тележка поехала прямо и уперлась в стену возле дверей. Мдааа… Колеса то я неповоротные сделал. Почесав затылок, я пожелал, чтобы дверь перетекла навстречу бочке. Стена колыхнулась и, словно кисель, начала перетекать вбок, перемещая дверной проем левее.

– Можно было, конечно, таким же образом передвинуть тележку по полу. – прозвучал в голове голос орка.

– Но мы не ищем легких путей. – подумал я ему в ответ.

– Гыыы! Бааргх он и есть Бааргх! – хохотнула шиза и замолкла.

Я же повернулся к своим спутникам и сказал:

– Ну, вы тут пока миритесь, а я пойду, с шаманьим народом познакомлюсь.

– Я с тобой. – подхватил Леха меч, цепляя его на спину. – А то знаю я тебя, на ровном месте вляпаешься.

– О, давно хотел тебя спросить! Как ты без ножен эту свою боевую рельсу на спину все время прилепляешь? У тебя там магнитик что-ли?

– Магонитик. – усмехнулся воин. – Магическое крепление, встроенное в доспех.

– Ладно, пошли, магонитик. – усмехнулся я. – Поищем тебе подходящий холодильник.

– Какой холодильник? – не понял Леха.

– На который можно такой магнитик прилепить. – ответил я и покатил тележку на улицу оставляя качающего головой воина позади.

На перекрестке дорог возле дома уже столпился самый разношерстный народ. При виде выкатывающейся из нашего дома тележки с бочкой толпа замолчала и с интересом уставилась на нас троих. Ну, меня, бочку и Леху. Выкатив тележку в центр площадки, я растворил ее в камнях дороги, оставив бочку стоять на земле. А то еще возьмут и укатят куда-нибудь! Знаю я этих алкашей! Сам такой же.

Кстати, толпу я ожидал куда как больше. А тут было существ так тридцать, плюс-минус.

Гуал вылетел из меня и, воспарив над толпой, обратился к народу:

– Вот он, наследник Бааргха! Денис Веселитель! А это – его божественные дары. Угощайтесь! Гы-гыы…

Под небольшие смешки народ начал прикладываться к бочке. Кто-то зачерпывал из нее рукой, кто-то кружкой, кто-то пил прямо из тары. А я тем временем рассматривал гостей.

Были тут орки, пятеро. Наряд их не сильно отличался от наряда Гуала, только рогов на спине не было. Один из орков, кстати, был зеленым, в отличии от кирпично-коричневых встреченных мною ранее в Небарре. А так те же шкуры, черепа, кости, перья и барабанчики. Шаман аля классик.

Был и мелкий гоблин, похожий на того, что напал на нас в лесу. И люди тоже были. Тоже аля классик, в шкурах и с бубнами. А вот не привычно выглядел длинноухий шаман. Эльф-шаман, прикиньте! Только вот встретишь его и не подумаешь о его специальности. Потому что подумаешь, что Ван Хельсинга встретил. Плащ, сапоги, широкополая шляпа с высоким колпаком. На спине арбалет. Это ж из какого он мира, что эльфы луки на арбалеты променяли?!

А еще были сатиры, гномы и даже одна крылатая херня с человеческим еблицом, замотанная в простыню вместо одежды. Ангел что-ли?!

Но даже от разглядывания этого шамана меня отвлекли громкие тяжелые шаги и существо, их издававшее. Из-за дома вышло трехметровое угрюмое нечто и направилось к нам. Толпа оглянулась на источник звуков и расступилась, пропуская нового персонажа.

Стаса Борецкого видали? Вот представьте себе его. А теперь начинаем добавлять детали. Длинные черные афрокосички с мелким, типа мышинного, черепком на конце. По всей видимости, прическу свою оно никогда не мыло. Огромные ухи-лопухи, почти как у чебурашки. Огромный носяра, как у… О, карлик нос! Такой же шнобель на пол-ебала! Мелкие поросячьи злобные глазки. Мясистые толстые губы и пасть от чебурашки до чебурашки. Низкий неандертальский лоб. Из одежды на этой хрени была лишь набедренная повязка из нескольких медвежьих шкур. Почему медвежьих? Да потому что шкуры висели вниз головами, и головы эти были явно с сохраненными черепами. А еще у них светились зеленым глаза и они скалились на окружающих. Кожа у существа была темно-серого цвета и напоминала шкуру носорога. Хотя не, больше она напоминала серый гранит, покрытый сетью трещин. Великан словно был сложен из кучи булыжников и напоминал похмельный бред укуренного скульптора. Спина, грудь, руки и пузо были покрыты волосами. Хотя не, скорее это напоминало мох. Черный, блять, мох, клочками покрывавший груду старых камней. В правой ручище у нового гостя был посох… Ну, в сравнении с ним это казалось посохом. Вырванное с корнями деревце без сучьев, с мое бедро толщиной, и обломанное под рост этого недоразумения. Вершиной посоха служили те самые корни, на которых были развешаны сушеные головы, явно человеческие. А так же звериные. И у этих сушеных голов тоже зелеными огоньками пылали глазницы.

– Пфффф. – фыркнул великан, презрительно глядя на меня. – И вот об этом недоразумении тут все шепчутся?

После чего подошел к бочке и, наклонившись, поднял ее одной рукой и залпом выпил содержимое. Невольно даже его зауважал. Но не на долго. Он же остальных без бухла оставил! Сука!

– Хорошее пойло. – довольно буркнул довольный монстр. – Давай ты снимешься с турнира, а после того, как я стану шаманом шаманов, ты станешь моим личным виночерпием?

– А Мардукора поможешь воскресить? – усмехнулся я, глядя ему прямо в глаза.

Что-то подозрительно не нравится мне этот тип.

Тем более, что при упоминании имени босса он гневно нахмурился, запыхтел расширившимися ноздрями и, грозно бахнув бочкой по дороге, размазал ее в щепки своим посохом-дубиной.

– Надеюсь, мы встретимся в заключительном сражении и ты будешь трепетать, насмотревшись на мою мощь! – прорычал сквозь сжатые зубы великан и, развернувшись, грозно потопал прочь.

Толпа молча и угрюмо смотрела ему вслед, пока он не скрылся.

– И что это за хрень щас была? – спросил я окружающих.

– Это Скъяаррл. – ответил Гуал. – Главный кандидат на пост Верховного шамана после тебя.

– А че он такой стремный и че он так при упоминании Мардукора завелся?

– Потому что это каменный тролль. – пояснил Леха. – И это ответ на оба вопроса.

– ??? – вопросительно посмотрел я на походный гугл.

– Каменные тролли, потомки ледяных великанов. – начал лекцию профессор. – В древности они враждовали с семьей Мардукора, и сейчас у них что-то типа вооруженного перемирия.

– А он реально каменный, или просто похож, как носорог? – не успокаивался я.

– И да, и нет. – ответил Леха, бегая глазами по невидимым строчкам. – Ага. Это обычные органические организмы, просто с возрастом их эпидермис начинает пропитываться силикатами. Для этого в период полового созревания особи начинают поедать камни и песок…

– Ага, понятно. – кивнул я. – Добавь там в свою википедию, что они еще гандоны конченные. Ладно, выпил все, что на толпу было заготовленно, так еще и тару разбил! Принеси веселянку, будь добр.

– А курить ее через че будете? – усмехнулся выполнивший просьбу воин, притащив мешок волшебной травы.

– Щас увидишь! – подмигнул я жрецу и обратился к духу Гуала. – Можешь на минутку малое слияние сделать? Я тебе мыслеобраз покажу.

Показав нырнувшему в мою голову шаману задумку, я с улыбкой наблюдал, как он ее воплощает. Из дорожных камней он создал огромный вальян, в который получилось заправить сразу весь мешок семян, поджог его с помощью огненной стихии и с помощью воздушной же стихии он сделал так, чтоб дым не разлетался в пустую. А еще он сделал мне небольшую каменную чашу с фонтанчиком посередке, куда я с помощью телепорта принялся таскать ром, пока перепуганный народ баловался дымком, отвлекаясь от произошедшего со Скъяаррлом.

– Ну вот, отличная хреновина получилась! – довольно посмотрел я на маленький фонтанчик. – Щас только одну детальку добавим и ваще шикарно будет!

Еще раз задействовав способности шаманьего духа, я создал по центру фонтана, прямо под падающим вниз потоком бухла, фигурку тролля. Каменный жирдяй лежал полу-на-спине-полу-на-боку, подставляя широко открытую пасть под алкогольные струи. Бухло стекало через край его пасти и утекало обратно в чашу фонтана. А я, любуясь получившимся творением, неожиданно увидел сообщение от системы.

«ВНИМАНИЕ!»

«Создан малый филиал «Фонтана Дениса-Веселителя»»

«ВНИМАНИЕ!»

«Присвоено достижение «Между первой и второй перерывчик небольшой!»

«Затраты маны на создание новых святынь уменьшены на 10 %»

«ВНИМАНИЕ!»

«ОШИБКА!!!»

«Присвоение достижений недоспустимо в текущей версии системы УнИнРаЛ!»

«ВНИМАНИЕ!»

«Получено достижение «Разрушитель систем»»

«+20 ко всем характеристикам»

«СБОЙ СИСТЕМЫ»

«Производится перезагрузка системы»

«ОШИБКА ПЕРЕЗАГРУЗКИ!!!»

«ПРОИЗВОДИТСЯ АВАРИЙНОЕ ОТКЛЮЧЕНИЕ СИСТЕМЫ»

«…»

«ОПАСНОСТЬ!!!»

«Перегрузка в питающем контуре!»

«ПОКИНЬТЕ ОПАСНУЮ ЗОНУ!!!»

«ПРОИЗВОДИТСЯ АВАРИЙНЫЙ СБРОС ЭНЕРГИИ!!!»

И в тот же самый миг со стороны пирамид послышался жуткий гул, как из коротнувшей трансформаторной будки, а после раздался скрежет пенопласта по стеклу, и в небо ударил столб яркого зеленого света, окутанный молниями.

А интерфейс пропал с концами.

– Леееех… – тихонько обратился я к моментально побелевшему жрецу, наблюдающему выброс энергии. – Я ничего не делал, оно само…

Глава 14

– Леееех! – помахал я рукой перед лицом воина, все так же белой статуей смотревшим в даль, где недавно наблюдался выброс энергии. – Черти тебя дери, Лех! Ты что, тоже робот на маготронике?

– Кажется, у него шок. – задумчиво потер свой призрачный подбородок Гуал.

– Что-то слишком он чувствительный для ерпарха, не находишь? – обратился я к своему духу. – Шок, значит… Ныряй в астрал, шаман. Будем клин клином вышибать.

Гуал кивнул и растворился. А принялся накачивать его астральной силой духа. После чего, послал по соединяющему нас с духом каналу мысль:

– «Выныривай перед Лехой и делай БУ!»»

– БУУУУУ!!! – прогрохотала трехметровая голова, вынырнувшая перед застывшим истуканом воином.

– ААААААААААА!!! – заорал мигом вышедший из коматоза Леха, отпрыгивая назад, падая на зад и в полете выхватывающий из-за спины меч, отмахиваясь от духа, попав тому в нос.

На удивление, меч не прошел сквозь голову Гуала, а со звуком глухого удара молотка об бревно оттолкнул духа.

– «Вах!», «Пом!», «Иль вас руальу!» – Раздались вокруг звуки с восхищенной интонацией. А ну да, нет системы – нет и гугл транслейта.

– АААААААААААААААААААА!!! – продолжал верещать перешокированный Леха.

– Ты чего дерешься? – обиженно потер нос гигантской рукой шаманий дух, вызвав еще одну волну восхищения у толпы. – Чуть оболочку не поцарапал!

– ААААААААААААААААААА!!! – сделав глубокий вдох, продолжил орать Леха.

Я показал толпе рукой на Леху, сделал жест, словно схватил того за шкирку, а затем указал на фонтан. Шаманы отошли от него подальше. Я уж было разочаровался в них, но потом понял, что шаман – это образ жизни и мышления. Никто не стал ни пальцем прикасаться к орущему воину, но каждый призвал своего духа. Кого там только не было! Воин-дварф, эльфийка-магичка, гигантская птица типа орла, только из призрачного огня, какой-то сухопутный осьминог, просто темная бесформенная клякса, то растекающаяся пятном, то собирающаяся в вытянутую каплю… Люди, звери, орки… И вся эта призрачная куча-мала окружила не перестающего орать Леху, подняла его в воздух, отобрала меч и макнула его мордой в фонтан.

Охренеть у него легкие, я вам скажу! Орал в ром Леха еще около минуты, и лишь спустя это время он замолчал, прекратив пускать пузыри и сделал судорожный вдох, закашлялся и начал отмахиваться, пытаясь выбраться из напитка. Духи отпустили затихшего ерпарха, и тот сумел выбраться, плюхнувшись на задницу и опираясь спиной на каменный бортик фонтанчика. Откашлявшись, Леха посмотрел на меня мутным взглядом и икнул.

– Это, видимо, моя вина. – с виноватым взглядом нассавшего в тапки щенка подлетел к воину уменьшенный мною до нормальных размеров Гуал Вакалар. – Я немного помог ему с фонтаном, добавив через стихии связь с источником в его храме. А прежний фонтан, он же был создан еще при системе с достижениями. Вот, видимо, и произошел конфликт версий…

– Ик… – Ответил Леха Гуалу.

– Блять… Мы сломали Леху. – пожал я губами.

– Врап куман иг груруар карпдлыв? – испуганным голосом спросил у меня что-то старший ликантроп.

– А? – оглядел я перепуганную команду монстрозадонадирателей, выбежавшую из дома на площадь-перекресток. – Эээээ… Абырвалг?

Вместо ответа Гуал Вакалар засунул ему в голову свою голову. Судя по меняющемуся выражению морды оборотня, шаман передавал ему мыслеобразы о том, что тут произошло.

– «Я надеюсь, есть возможность починить систему?» – раздался в голове голос Куршуги.

– Конечно. – растерянно кивнул Леха.

О, заебок. Начал в себя приходить.

– Ты как, штаны стирать не надо? – спросил я у истеричного воина.

Тот в ответ рассеянно ощупал свой гардероб на предмет чистоты и сухости.

– Не, не надо. – безэмоционально ответил он мне и икнул.

– А НУ УПАЛ ОТЖАЛСЯ!!! – неожиданно рявкнул я на него.

От моего резкого вскрика даже некоторые шаманы вздрогнули, а Леха сначала вскочил, вытянувшись по струнке, воскликнул «Есть!», после чего упал и начал отжиматься. Разе на двадцатом он застыл на вытянутых руках и, немного так постояв, поднял на меня красную морду с красными глазами.

– Чего, блядь?! – прорычал Леха и прямо из упора лежа, на четвереньках поскакал в мою сторону.

– Разбудил, блядь, хомячка. – промямлил я, скорее сам для себя и припустил в противоположную сторону.

Гуал взмахнул рукой, и на пути у озверевшего жреца поднялась каменная стена метра два ростом. Леха пробил ее, словно бумажную и продолжил свою безумную скачку, так и не поднимаясь на ноги.

– Да угомонись же ты уже! – воскликнул шаман, создавая пятую каменную стену, только на этот раз метровой толщины.

«БУХ!» – раздался глухой удар Лехи об песчаник, а каменная преграда пошла паутиной трещин. Однако, устояла. Шаман утопил каменный барьер обратно в тротуар и открыл мне вид на потирающего огромную шишку на лбу Леху, сидящего на земле.

– Очухался? – сочувственным голосом спросил у воина шаман.

Тот растерянно кивнул.

– Что последнее помнишь? – продолжил расспросы Гуал.

– Столб энергии со стороны центрального комплекса. – застыл Леха с рукой на шишке. На лбу, если че. – А потом вот, сижу, голова болит. У меня там что, рог растет? Опять вы с Денисом что-то наколдовали?

В ответ призрачный орк расхохотался, а к Лехе осторожненько, бочком подошел Горнбрад и начал аккуратно водить у того над головой рукой с целительским свечением. Шишка на лбу начала рассасываться, а взгляд у воина начал приобретать осмысленность. Все же, кажись, немного сотряс он лампочку.

– Грым разраз гильин мукапо? – покачал головой бородатый алхимик. – Ко нарзам прук те ни вырген.

– Наша твоя не понимать. – развел я руками.

– «Он говорит, «Ну сколько можно так себя вести? Когда-нибудь меня рядом не окажется.»» – прозвучал в голове голос Аппатака, а сам верховный ветродуй материализовался на площади. – «Системы связи не работают, мастер Ка Дшуа попросил передать вам вот это.»

Аппатак протянул нам два кулона на золотых цепочках. Или это амулеты? Короче, два круглых плоских медальона. Монету десятирублевую знаете, которая такая двухцветная? Желтый ободок, а внутри белый кружок еще. Вот такая же хреновина, только ободок из золота, а внутри красный полупрозрачный камень с белесым перетекающим туманом внутри.

– Передай мастеру огромное спасибо. – кивнул Леха и надел кулон.

Я еще раз посмотрел на камень и, пожав плечами, тоже нацепил побрякушку.

«Вас приветствует мобильный индивидуальный комплекс системы развития личности!»

Моби… Это МИКоСРаЛ что ли?!

«Обнаружены предустановки настроек интерфейса. Использовать прежние настройки или начать настройку заново?»

«Использовать/Перенастроить»

Конечно, использовать! Еще время терять на то, чтоб заново все кнопки расставлять? Да я лучше побухаю это время!

Мир перед глазами мигнул и появилось уже привычное меню интерфейса.

– Ну что, вы меня понимаете? – спросил верховный младший бог.

– Да. – ответил Леха.

– Угу. – кивнул я в ответ. – А ты нас?

– Понимаю. – ответил Ап. – Мне тоже такой медальон выдали. В общем, как самые ближайшие жрецы, вы получаете задание от мастера Ка Дшуа восстановить работоспособность комплекса.

– И для этого надо было гонять целого бога? – приподнял я от удивления бровь.

– Ну, я сам вызвался. – улыбнулся Аппатак. – Это немного быстрее, чем разворачивать законсервированные средства спутниковой связи. Ими уже пару сотен тысяч лет не пользовались, все на системе было завязано. Кто же мог подумать, что кто-то сможет повредить центральные пирамиды!

– Кстати, как там у вас с перенастройкой вашего какого-то там ключа? – поинтересовался я.

– Да нормально все. – отмахнулся воздушник. – Я теперь за Мардукора. Я думал, тяжелее будет. А оказывается, основная нагрузка распределена на младших богов в разных мирах. Единственное, о чем я жалею, так это о том, что мне не хватает сил спасать миры, где происходят прорывы эфира. Слишком у меня маленький уровень. Приходится выводить смертных из зоны поражения в иные… Места.

– И нечего на меня так смотреть, Леха. – сказал я своему вечно недовольному спутнику в ответ на его угрюмый взгляд. – Щас починим пирамиды, воскресим босса и все встанет на свои прежние места! Кстати, инструкция по ремонту пирамид есть?

– Есть. – мрачно ответил Леха.

– Вот и хорошо. – довольно кивнул я. – Гуал, прокатишь нас с Лехой с ветерком до комплексов?

– Прокачу! – радостно оскалился шаман. – Накачивай!

Я накачал орка до десятиметрового роста, после чего он кивнул и просто-напросто поднял нас на ладошках ввысь.

– Без нас турнир не начинайте! – крикнул я вниз. – А, блять, вы ж нихуя не понимаете меня щас. Ладно, Гуал, полетели!

Отдав команду, я поудобнее улегся в огромной ладони, а шаманий дух легко поднялся в воздух, словно всю жизнь только этим и занимался, и взял направление в сторону сверкающих золотом пирамид. Солнце уже садилось, и вид на пустыню открывался просто шикарный. Я так засмотрелся, что чуть не обосрался, когда шаман преодолел границу города и стал вновь полупрозрачным. Судя по Лехиной брани, он тоже немного не ожидал того, что кресло неожиданно изменит свою светопроницаемость.

Конечно, Гуал Вакалар ни разу не дракон, и до сверхзвука не ускоряется, поэтому летели мы с полчаса.

На подлете я немного напрягся, увидев направленное в небо острие магического рельсотрона. Но орудие местного ПВО стояло неподвижно, видимо, питаясь от общего с системой генератора.

– Всем застягнуть ремни, наш лайнер идет на посадку. – пророкотал дух и мы плавно, по широкой спирали, пошли на посадку. – Куда планировать?

– К самой маленькой, это генераторная пирамида. К южной стороне. – ответил Леха. – Сначала перезапустим энергоустановку, затем – центральный сервер.

Гуал плавно опустил нас на землю, и я уменьшил духа до нормальных размеров.

– И че, где вход? – посмотрел на я на монолитную структуру сооружения без единого технологического отверстия. – Да чтоб архитектору бабы только такой же конструкции попадались! Лех, че ты там роешься в песочке? Куличики лепить собрался?

Леха же в свою очередь просто наглым образом меня проигнорировал, продолжая шебуршить руками по бархану.

– Лех, если скажешь, че потерял, то втроем мы это быстрее найдем! – сказал я жрецу.

– Тут должна быть каменная плита с круглой выемкой, под размер медальона. – проворчал он в ответ. – Чем шутки шутить, лучше помоги искать.

– Вот нет бы сразу сказать! – покачал я головой. – Но нет же, все сам, сам! Баба то есть у тебя, или тоже все – САМ?

– Да пошел ты. – проворчал он в ответ.

– Вот и помогай после этого людям. – вздохнул я. – Гуал, давай! Раз, два, три! Я дюююныы раааазведуууу рууууукааааамиииии! И к комплексу открооооою двеееееерь!

И поддал энергии духу шамана. Орк в свою очередь провел перед собой рукой, словно стряхивал крошки со стола, и двадцатисантиметровый слой песка сдвинулся в сторону, обнажая каменную площадку метров эдак десять на десять. Как он умудрился при этом не стряхнуть со стола Леху – лично для меня осталось загадкой.

– О! Вижу дырку! – запрыгал я на месте, хлопая в ладоши. – Леха – вставляй! Ну же, Леха! Смелее! И нежнее!

Негромко матерясь под нос, или просто ворча о моих умственных способностях, жрец не снимая медальона наклонился к выемке и приложил к ней этот жетон. И ничего не произошло.

– Блин. Не работает. – ударил по каменной плите кулаком Леха. – Аварийные кристаллы, видимо, повредились, и энергии нет. А моей маны не хватит, чтобы открыть.

– И что теперь делать? – поинтересовался я.

– Хм… – задумался походный гугл. – Попробуй ты. Как я понял, твои резервы маны обширнее моих.

Я пожал плечами и приложил медальон к выемке, становясь на четвереньки. Медальон мигнул красной вспышкой и столбик моей маны резко рванул вниз, а по цепочке в каменную плиту рванул поток тумана.

Пирамида дрогнула и начала трансформироваться. По середине каждого ее склона образовалась каменная лесенка, а из вершины, словно лифт, поднялась квадратная коробка с дыркой в форме двери, так же по одной с каждой стороны. Короче, из египетской, пирамида превратилась в американскую. Майя, или кто там еще, такие строили. Ой, блять. Так это получается, не строили. Это получается, они их просто открытыми оставили!

– Ну что, интересно тебе было? – усмехнулся Леха. – Что ж, пошли на экскурсию.

Глава 15

Едва мы шагнули по направлению к пирамиде, как земля едва ощутимо задрожала. Даже скорее – завибрировала. Песок у основания древнего сооружения забурлил, затем закрутился воронками, после чего воронки вздулись пузырями и перед нами в три ряда из земли, вращаясь, выплыли огромные двухметровые сферы желто-золотистого цвета. Три ряда и дохрена штук в ширину вдоль всего подножия пирамиды.

Замерев, сферы начали трансформироваться. Поверхность сначала разделилась по экватору, а затем каждая половинка разделилась на восемь долек каждая. По четыре сегмента сверху и снизу выдвинулись на длинных манипуляторах. Нижние повернулись остриями вниз и превратились в эдакие крабьи ножки. А верхние повернулись остриями в нашу сторону. В добавок и из верхних, и из нижних дырок, оставшихся от выдвигания конечностей, в нашу сторону, словно бластеры, были направлены полуметровые металлические стержни, по поверхности которых пробегал фиолетовый туман, стекающийся к остриям орудий. То, что это именно орудия, не оставляло никаких сомнений.

– Леееех! А почему охрана на нас так злобно смотрит? – спросил я жреца.

– Должность у них такая – злобно на всех смотреть. – усмехнулся тот в ответ.

– И как мы мимо них пройдем?

– Ногами. – пожал Леха плечами. – Мобильные комплексы интерфейса служат пропуском, они выдаются только высшим и истинным жрецам.

– А что, украсть такой жетон нельзя что ли? – удивился я. – Вот взять нас сейчас. Какой-нибудь маг уровня эдак трех-четырехтысячного, нас издали спокойно шлепнет, по идее, подберет их и пройдет в пирамиду.

– Теоретически, возможен и такой вариант. – пожал жрец плечами. – Вот только на практике все высокоуровневые существа этого мира понимают важность системы для планеты. А обычные разбойники и мародеры с нами не смогут справиться. Потому что в данной ситуации у нас есть интерфейс, а у них нет. Идем.

С этими словами Леха развернулся и уверенным шагом пошел по направлению к лесенке. А поскольку из других вариантов было только сидеть на солнцепеке и дразнить големов, то я тоже пошел вслед за ним.

Стоит отдать должное конструкторам этих охранников. Несмотря на то, что пропуск у нас был, орудия големов поворачивались вслед за нами, не спуская нас с прицела. Поэтому облегченно я вздохнул, лишь забравшись на вершину и зайдя в дверь, окончательно скрываясь из поля обзора металлических стражников. Но ненадолго.

Едва мы ступили по крышу сооружения, как из проема в полу, ведущего в глубины реакторной пирамиды, выкатилась вереница таких же металлических шариков, только размерами сантиметров по десять. Разложившись аналогичным образом, нас окружила толпа мини-големов. От этой стайки отделились четыре мини-робота и по двое вскарабкались по одежде нам на плечи, беря на прицел наши головы с обеих сторон.

– Можете сделать мне обрезание за такие слова, но главный безопасник, придумавший эту охранную систему – конченный параноик. – решительно заявил я.

– Ну вот воскресишь его, скажешь ему это лично. – ответил мне Леха, нервно косясь на плечи. – Мардукор же это и разработал.

И пока я разглядывал эти чудеса инженерной мысли местной маготроники, мой спутник зажег на головой «светляка», и уверенно шагнул на лестницу, ведущую вниз.

– А мы не заблудимся? – догнал я уверенно шагающего жреца, косясь на отправившихся вслед за нами мини-охранников.

– Я нет. В тебе не уверен. – флегматично ответил мне Леха. – Тут, конечно, не лабиринт, проход один. Но у тебя фантастическая способность вляпываться на пустом месте в такое неведомое дерьмо, что просто диву даешься.

– Что есть, то есть. – не мог я не согласиться. – А долго идти?

– Примерно на половину высоты пирамиды под землю. Дальше сам прикинь.

Короче, лично я шагать заебался. Ну вы прикиньте, унылый темный серый каменный коридор, освещаемый исключительно Лехиным светляком. Из развлечений только повороты, когда заканчивался один лестничный пролет и начинался новый в противоположном направлении! От скуки я решил потыкать пальцем в наплечного голема. Робот на это никак не отреагировал. Решив проверить, не села ли у него часом батарейка, я осторожно потянул его двумя пальцами за верхний манипулятор. Голем крутанул лапкой, выворачивая ее из моих клешней и ударяя легким разрядом тока. В добавок еще и палец мне порезал, сука!

– Скажи спасибо, что стрелять не начал. – похуистично заметил Леха в ответ на мою матерную тираду.

– Ты лучше скажи, почему на очередном повороте дверь пропустили? – решил я подоебываться до своего спутника, раз до големов не получается.

– В верхней камере находится генератор. – начал объяснять ерпарх. – Нам сначала надо добраться до нижней камеры, там находится управляющий кристалл. Центральный компьютер, если хочешь, который управляет генератором. У него должны быть автономные накопители, которые должны были открыть нам вход, но видимо, от перегрузки даже они пострадали. Надо посмотреть, что там, починить, запустить контролер, и только потом запускать генератор, если потребуется ручное вмешательство. Понял?

– Не очень. – пожал я плечами в ответ.

Тяжело вздохнув, мой спутник лишь покачал головой и мы продолжили спуск.

– Это и есть та самая серверная? – оглядел я тесную низкую комнату, расположенную в самом конце пути.

– А ты чего ожидал? – усмехнулся Леха. – Сауну с массажистками?

– Было б заебись! – мечтательно улыбнулся я. – И бассейн! И бочонок пивасика!

Помещение, которое было совсем не сауной из моих фантазий, размерами было три на три метра, и метра два высотой. Даже руками не помашешь! Плюс големы равномерно распределились по периметру помещения, беря нас на прицел и оставляя нам еще меньше свободного пространства. И в добавок, по центру комнаты стоял саркофаг метр на два, и метр высотой. На крышке этого гроба лежал скелет в неестественной позе, в балахоне с капюшоном и с таким же медальоном на шее, как и у нас.

– А это че, Лех? Массажистка? – спросил я у задумчиво разглядывающего древние кости спутника.

– Имей уважение к мертвым. – грубо ответил он мне. – Тем более к мертвым коллегам.

– А ты возьми и расскажи, за что мне его уважать, коллегу этого? – огрызнулся я. – Не только ведь за то, что он умер? Это я и сам умею!

– Раз в пять тысяч лет мы, ерпархи, проводим профилактический осмотр комплексов системы. – немного помолчав, ответил Леха. – В последнюю проверку ерпарх Гринк Сиалпааоу споткнулся об охранного голема и раздавил одного из стражей пирамиды. Чтобы ты понимал, оружие големов направлено на повреждение энергетических составляющих, а не физического тела. Стража пирамиды расстреляла его, посчитав случайность за нападение. Умирая, Гринк Сиалпааоу попросил своего напарника, ерпарха Хи Ту, оставить его тело здесь, как напоминание всем остальным о необходимости соблюдать технику безопасности. Как-то так.

– Так вот что он, значит, всем рассказал. – из угла комнаты раздался усмехающийся голос.

От неожиданности подпрыгнул не только я, но даже и Леха, синхронно поворачиваясь на источник звука. Призрак блять. Нет, сколько я за время своего тут пребывания уже навстречался духов, призраков и прочей нежити, можно было бы и привыкнуть. Но, сука, какого хрена они все время неожиданно выскочить норовят!

– Ерпарх Гринк. – ударив себя по груди правым кулаком, кивнул призраку Леха. – Я ерпарх Алексей.

– Ерпарх Алексей. – повторил его жест призрак.

– Ээээ… Ерпарх Гринк. – растерянно повторил я приветствие. – Ну, типа, херпарх Денис.

– Хер… Парх… Денис? – удивленно поприветствовал меня Гринк. – Всего пятьсот лет прошло с моей смерти… Это что же такое случилось, что Мардукор херпарха призвал?

Пришлось рассказывать мертвому жрецу краткое содержание текущих событий. Он же взамен рассказал, что произошло с ним тут на самом деле. Замутилась эта история гораздо раньше, и началось все с того, что Хи Ту начал ревновать свою супругу к Гринку. На самом деле, ревность была необоснованной, как сказал сам призрак, они просто были хорошими друзьями с На Ту, женой Хи. Но в целом, я бы на месте Хи тоже не особо поверил в этот аргумент. Лично считаю, что дружба между мужчиной и женщиной рано или поздно закончится дружеским сексом. Лично проверенно. Вот и Хи Ту не особо верил ни На, ни Гринку. Мастер Ка Дшуа, видя нарастающий разлад, послал этих двоих на профилактический осмотр центрального комплекса. Идея была достаточно простая – выполняя совместное очень и очень важное задание, Гринк и Хи должны были примириться.

Однако Хи оказался сукой и после завершения профилактики толкнул Гринка таким образом, что тот раздавил голема, и охранная система уничтожила ерпарха. Не было никаких последних воль, убило его сразу и наверняка.

Однако, Гринк оказался не так то прост, и еще при жизни, никому особо не говоря, прокачал у себя способность «Загробная жизнь». Пассивная абилка, которая позволила ему стать призраком с возможностью влиять на материю на физическом уровне. Став призраком уже после того, как Хи запечатал пирамиду, он не придумал ничего лучше, чем устроить диверсию, отключив аварийные накопители контролирующего кристалла и предохранители. Оказывается, перегрузки в работе УнИнРаЛа случаются постоянно, однако предохранители обеспечивали автономную перезагрузку контуров и снижение мощности генератора в пиковые моменты, что и обеспечивало бесперебойную работу комплекса сотни тысяч лет. Да, отключение системы – это достаточно серьезный шаг, но выявление грешника в рядах ерпархиата, по мнению Гринка, достаточно серьезная причина для этого. И Леха полностью разделял в этом его точку зрения. Что-то там про устав и заповеди местного церковного руководства. Базирующиеся все на той же самой истории траха Вакхом Мардукоровой жопушки. Ой, женушки.

– А почему нельзя было просто выйти и сказать это мастеру Ка напрямую лично? – задал я вполне логичный, на мой взгляд, вопрос. – Призраки, духи… Вы ж сквозь стены летать можете!

– И это свойство бесплотных было известно создателям пирамид. – совершенно серьезно ответил призрак ерпарха. – Все границы пирамид экранированы от проникновения призраков как сквозь стены, так и из астрала. А големы сконструированы таким образом, что способны уничтожать и бесплотных созданий. Если бы Хи Ту догадался забрать с моего тела мобильный интерфейс, они бы меня уже давно изрешетили. Но, что случилось, то случилось.

С этими словами Гринк улетел куда-то сквозь стену. Не знаю, что он там делал, но буквально через полминуты над саркофагом появился голографический экран. Как в фантастических фильмах на всяких там космических кораблях или в лабораториях. Вылетев из стены обратно, Гринк что-то на этом экране понажимал, после чего обратился к нам:

– Приложите кто-нибудь руку вот сюда. – показал он на ничем не выделяющееся место на крышке каменного ящика. – Для активации кристалла необходима живая мана.

Леха приложил руку к указанному участку, и пирамида ожила. Потолок засветился мягким белым светом. Камень. Засветился. Ебануться! И коридор с лесенкой тоже засветился. Пирамида дрогнула и слегка завибрировала, но через секунд пять это прекратилось.

Гринк понажимал на экране еще что-то, и через некоторое время на голограмме появился какой-то лысых хрен с белыми кустистыми, брежневскими бровями и азиатским разрезом глаз.

– Мастер Ка Дшуа! – поприветствовали ерпархи лысого.

Пришлось повторить за ними приветствие. Лысый кивнул в ответ, с заметным удивлением посмотрев на призрака.

– Гринк? Ты стал призраком? – было первое, что произнес мастер.

Далее призрак пересказывал уже известную нам историю верховному жрецу.

– Благодарю за правду. – нахмурившись, произнес Ка Дшуа. – Мы проведем расследование и накажем Хи Ту. Можешь покоиться с миром. Мы заберем твое тело и захороним в соответствии с обычаями твоего народа.

– Мастер… – робко ответил призрак. – Позволь оставить мое тело здесь.

– Объясни. – после полуминутной паузы потребовал верховный жрец.

– Мне понравилась идея Хи с тем, что мое тело будет лежать как напоминание. – ответил ерпарший призрак. – Только пусть это будет напоминанием о том, что никогда не следует поддаваться искушению. Что заветы Мардукора посланы нам не просто так, а записаны на страницах истории кровью. И где бы ты не находился, нужно всегда помнить – что ты – ЕРПАРХ! Я же в свою очередь готов стать хранителем пирамид и обеспечивать их работоспособность. Ну, по крайней мере, этой.

– Твое решение заслуживает уважения. – кивнул мастер. – Да будет так. Алексей, Денис, благодарю за работу.

Сказав это, экран погас.

– И что, нельзя было просто позвонить мастеру вот так вот? – опять пришло мое время удивляться. – Надо было ломать компьютер?

– Денис. Связь работает только в открытом режиме. – вздохнув, ответил Леха. – После закрытия внутренности пирамиды полностью блокируются от внешнего мира. В закрытом комплексе не должно находиться никого живого, поэтому и работа лишних приборов так же прекращается. А если кто-то остался – то сам дурак. Привыкай. Это в нашем мире излишняя гуманность процветает, где ради одного человека могут устроить спасательную операцию стоимостью несколько миллионов и угробить на его спасении несколько десятков жизней спасателей. Тут такого нет. Ради дураков никто не будет тратить лишние медяки.

– Ну, в целом, логично и справедливо. – почесал я репу, соглашаясь с такой точкой зрения.

В общем, распрощавшись с призраком, мы отправились в обратный путь.

И все-таки, эти инженеры прошлого с этой их экономной экономией были суками. Ладно, передатчики отключают, чтоб лишний раз не молотили. Но лифт то могли бы и сделать! У них, сука, все пирамиды золотом обшиты, а на подъемник пожопились. Даже раскаченный в силу Леха и тот подзадохнулся к моменту выхода из сооружения. Я же просто обессиленной тряпкой упал на пол, опираясь спиной на косяк дверного проема.

– Лех, а если пирамиду закрыть, големы сюда Гуала пропустят? – тяжело дыша, поинтересовался у своего справочника.

– Не-а. – покачал тот головой. – Даже если я пойду и закрою пирамиду, то големы не уйдут в дежурный режим, пока ты тут валяешься. Только когда мы оба покинем подконтрольную территорию. Ладно, хорош ныть. Вниз то проще спускаться, чем вверх.

– Ну да, ну да. – покивал я и, еще раз вздохнув, со скрипом поднялся на ноги. – Наверх то спускаться гораздо тяжелее.

Мда. Че то Леха стареет. Сделать «рукалицо» на такую тупую шутку, это еще постараться надо.

Глава 16

Короче, спустились мы с пирамиды и Леха, наконец, закрыл конструкцию, приложившись своим медальоном к кружочку. И только после этого охранные големы втянули в себя свои бластеры, манипуляторы и, закрывшись, закрутились и зарылись в песочек. И мы полетели обратно на Гуале под неусыпным надзором пушки местной ПВО. Медальоны Леха порекомендовал не снимать, пока мы не покинем подконтрольную охранной системе область. Иначе без опознавательных маячков этих самых медальонов нас бы расстреляли из того самого рельсотрона, как воробушков из дробовика.

В город мы вернулись, так же грохнувшись с неба на площадку, с которой и стартовали.

Шаманы не теряли времени и гулянка шла полным ходом. Откуда то притащили барную стойку, за которой Гартаил, Горнбрад и эльф-Ван Хельсинг мешали коктейли для народа. Не забывая при этом тоже прибухивать. Несколько шаманов в сторонке дирижировали хором из духов под аккомпонемент чего-то типа флейты и мини-арфы. По этому хору сразу становилось понятно, что все однозначно упоролись веселянкой, потому что на ясную голову от этих звуков хотелось сходить к стоматологу. И упоролись весьма и весьма неслабо, ибо возле вальяна валялось пять пустых мешков. Как только Гарик успевает так быстро мотаться туда-обратно? И вся наша компания тоже гуляла. И даже Куршуга зажигала вместе со всеми. Валька, правда, сторонилась ее. Но уже вроде обиженным личом на нее не смотрит.

– Лех, у нас чп. – задумчиво пробормотал я.

– Толпа упоровшихся шаманов. Ты про это? – усмехнулся он.

– Ага. – покивал я. – А мы ни в одном глазу, по сравнению с ними. Догонять надо!

И бросился к дымящей установке. Через пару глубоких затяжек мир стал гораздо дружелюбнее, а духовый джаз-бенд заиграл новыми, веселыми нотами, от которых хотелось плясать вместе с остальными. И, пока я наслаждался заигравшей новыми нотами музыкой, рядом появился дух Гуала Вакалара. Почесав затылок, орк просто взял и засунул голову в вальян. И тот факт, что в Мертвом городе духи выглядят вполне себе материально, чуть не порвал мне шаблон, когда я это увидал.

– Хооорооошоооо! – протянул Гуал с довольным ебальником, высовываясь из курительной приспособы, выдыхая клуб белого тумана.

Увидев, что так, оказывается, можно было, все разумные духи рванулись к источнику веселья, расталкивая друг друга. А мне в голову пришла изумительная, с точки зрения накуренных мозгов, идея. Я сбегал в дом за нужными для идеи ингредиентами, а после подбежал к Горнбраду.

– Замутишь коктейльчик? – спросил я алхимика, грохнув перед ним флакон «Зелья глубокой медитации» из того самого синего мухомора, бутылку «Веселого алкоголика» и флакон целебного зелья из айнуры.

На несколько секунд захмеленный гном завис, мутным взглядом глядя на флаконы. После чего, трезвея и с разгорающимся озорным интересом в глазах, сгреб флаконы в охапку и, подхватив ведро рома, умчался в дом, выкрикнув через плечо:

– Щас такое замучу – обалдеете тут все!

Я пожал плечами и обратился к оставшимся барменам:

– Есть че, шоб нахлобучило?

– Есть. – зловеще оскалился Гартаил и принялся мешать в кружке с ромом какие-то зелья. Через минуту коктейль был готов и красовался передо мной соломинкой-трубочкой от какого-то пустотелого растения с листочком и цветочком сбоку.

Я осторожно понюхал незнакомую жидкость. Пахло незнакомыми фруктами и мятой. Неплохо. Попробовал, немножко отхлебнув прямо из кружки. Неплохо, неплохо. Градусов тридцать осталось после всех этих смешиваний. И вкусненько.

– Ты через соломинку пей. – с усмешкой сказал Гарик, с интересом глядя на мои манипуляции.

Я сделал глоток через травинку. Мир покачнулся, сначала растянувшись, словно мыльный пузырь, а после стянувшись в одну небольшую светящуюся точку перед глазами. А мне показалось, что я три раза сразу кончил. Проверив рукой и убедившись, что все же показалось, залпом втянул через травинку содержимое кружки.

Ну что тут скажешь. Драконы слов на ветер не бросают. Нахлобучило шо пиздец. Представьте себе получасовой оргазм без перерыва. При этом мир вращался вокруг головы, как барабан стиральной машины, а звуки стали глухими, словно в ушах были затычки.

– Что это с ним? – пробился через затычки голос Горнбрада.

– Я ему «Оргазм дракона» намешал. – послышался веселый голос ящера. – Он его залпом высосал.

– Охохохохо! – заухал филином алхимик. – А про цветочек что, не предупредили?

– Да не успел. – продолжал веселиться Гарик.

Кто-то разжал мне челюсти и мне в рот проникло что-то мохнатое, с травяным привкусом. Сил и желания сопротивляться не было. Было весело и хорошо. Руками этот кто-то хлопнул меня по подбородку, захлопывая зубохранилище. И мир начал замедлять обороты. Когда центрифуга полностью остановилась, перед моими глазами возникла кружка с трубочкой, только уже без цветочка. Я пожевал, по всей видимости тот самый цветочек и сплюнул его в кружку.

– Охуетительно! Еще есть? – шумно выдохнул я.

– Пока нет. – ответил Гарик. – Трубочки еще не расцвели. Через час будет.

– Ты лучше вот на это глянь пока! – с довольным лицом алхимик протянул мне небольшой флакончик со странной синеватой мутной жидкостью, слегка переливающейся сверкающими внутри звездочками.

Название жижи полностью отображало его внешний вид.

«Странное месиво»

«Алкогольный коктейль по уже утерянному рецепту»

«Эффект: это бухло, а не зелье, какие тебе эффекты?»

«Ранг: божественный»

«Хотя, какой ранг, это же напиток, а не зелье»

Со стороны пирамид раздавалось напряженное, угрожающее, но уже утихающее гудение.

Я поднял на гнома полный удивления взгляд. В ответ на что тот просто пожал плечами и развел руками:

– Сам в шоке!

Я пожал плечами и залпом опрокинул в себя содержимое флакона. По телу начало разливаться приятное тепло. От желудка оно тонкими ручейками растекалось во все стороны. Мир стал серым и скучным, однако живые тела словно подсвечивались, не теряя красок. Я посмотрел на руки. Вместе с растекающимся теплом по ним ползли светящиеся желто-красные ручейки. Вот как рисуют изображения с тепловизоров. Я осмотрел себя всего. По всему телу распространялось это свечение. И чувство приятной расслабленности. Что после напряженного путешествия по пирамиде было весьма и весьма уместно. Я посмотрел на барменов и охренел. Помните, в учебниках биологии были картинки с нервной системой? Прозрачный контур человека и паутина нервов. Вот тоже самое стояло передо мной в количестве трех штук, только в три ДЭ. Потом и нервы тоже стали прозрачными. И сам мир начал меркнуть и расплываться. Стены окружающих домов таяли в дымке, проступающей прямо из воздуха. Однако полностью силуэты ни предметов, ни живых существ не пропадали. Просто все стало прозрачным и мутным. Кроме духов. Силуэты шаманских духов, силуэты местного населения – все бесплотные существа были как на ладони во внезапно ставшем прозрачным городе.

– Гуал, приколись че получилось! – не знаю, почему, но мне было весело от происходящего. – Давай это, как его, малое сливание!

– Слияние. – поправил меня возникший рядом орочий дух, после чего мы стали единым организмом.

– Сливание прикольнее! – меня начало пробивать на хаха, видимо веселянка вступила в бой с мозгами.

«Достаточно интересное явление.» – раздался голос Гуала в моей голове. – «Ты видишь мир глазами духов.»

«Это че, вы все вот так вот видите?» – подумал я в ответ.

«При желании, духи могут и нормальное зрение себе возвращать. Но по умолчанию духи видят именно так». – ответил шаман. – «Хотя, конечно, есть и различия»

«Это какие же?» – спросил я.

«Ну, вот например, каналы, соединяющие шаманов с их духами.» – пояснил орк. – «Духи этого не видят, а ты видишь. Возможно, потому что ты живой»

А мир тем временем начал возвращать себе былые краски, вновь становясь реальным. И тепло, разлившееся по телу, тоже постепенно угасало.

– Ну, что получилось? – нетерпеливо начал расспрашивать меня Горнбрад, едва я сфокусировал на нем более-менее осмысленный взгляд. – Какие эффекты?

Ну, пришлось рассказывать.

– Во делаааа! – протянул алхимик, едва я закончил повествование. – Это, видать, из-за шаманского мухомора такое получилось. Ну, как мне кажется, пригодится тебе в твоем турнире такая способность.

– Думаешь? – с сомнением наклонил я голову.

– Согласен с ним. – поддакнул вынырнувший из ниоткуда Гуал Вакалар. – В некоторых моментах это может быть полезным.

– Ну ладно. – пожал я плечами. – Намешайте тогда чего-нибудь к ужину. Чем сегодня кормят вообще?

– Запеченые ящерицы с овощами и хлебной лепешкой. – ответил Гарик, намешивая сразу целый кувшин каких-то снадобий с ромом. – Любят тут ящериц, что уж поделать.

– Ну, ты главное тогда на людях в ящера не перекидывайся. – усмехнулся я, забирая протянутый кувшин с коктейлем и заглядывая в него. – Надеюсь, тут твоих оргазмов нету?

В ответ Гартаил просто молча и задумчиво наклонил голову, глядя на меня. Я пожал плечами и пошел в дом.

Поужинав, я оккупировал детскую комнату, развалившись на груде подушек и тюфяков, и продолжил там попивать достаточно вкусный и мягкий напиток, сшибавший, надо сказать, достаточно сильно. Если бы не новые Бааргховые умения по регулировке опьянения, я бы уже был в говно. За окном уже стемнело. Долго же мы, оказывается, по местным достопримечательностям гуляли!

В один момент по комнате от окошка проплыло облако из белых искрящихся звездочек. И из этих звездочек материализовалась Куршуга. Прямо у меня под боком, положив голову на грудь. Дыхнув на меня перегаром, она приложилась к кувшину с коктейлем, а после молча впилась в мои губы поцелуем.

Где-то через час, когда я уже слегка дремал, утомившись от совершенно небожественных занятий с богиней жизни, в комнату, осторожно озираясь, попыталась незаметно войти в хламину пьяная Увалия. Ку лежала так же под боком, накрывшись легким покрывалом, и ее в темноте было совершенно не видно. Я сделал вид, что сплю, наблюдая за пьяной ночной гостьей из-под едва приоткрытых век. Валька же, глубоко вздохнув, покачнулась и оперлась об стену сначала рукой, а потом и вовсеприслонилась к ней спиной. Так, не отходя от вынужденной точки опоры, она с трудом, но все же сняла свой балахон и платье, оставшись в нижнем нихуя. После чего, покачиваясь, тихонько подошла ко мне и улеглась с другого бока, стараясь не разбудить. Положив руку мне на грудь, она осторожно перевела ее на живот, а потом, немного подумав, повела ее ниже.

О, эти глаза, когда она встретила там руку Куршуги, надо было видеть, ибо описать их невожможно. Вся гамма эмоций пронеслась по ее лицу.

– А? Что? – сонным голосом спросила Куршуга, вырываясь из сонного царства.

– Что? – растерянно переспросила в ответ в хлам пьяная Валька.

– Что? – поддержал я разговор, притягивая обеих девчонок за плечи к себе.

– А? – спросила Ку.

– А? – вторила ей Валька.

– Ага. – кивнул я. – Ну, типа, мирись, мирись, мирись и больше не дерись!

И еще пару часов я их мирил.

Глава 17

– Ты меееняяя на раасвееете разбууудишь,

И по мооорде за ээээто полуууучишь!.. – Напевал я себе под нос, одеваясь.

Разбудили нас ни свет, ни заря. Хотя, да. Свет и заря. Ладно бы, как у нормальных людей – колокол, гонг или сигнальные трубы были. Но городской будильник издавал звук, словно по огромной ржавой кастрюле водили ядреным советским напильником, предварительно надев эту самую кастрюлю на голову контуженной корове, которая мычит в момент проведения напильником. Хотя, если у этой штуки предназначение исключительно просыпательное, то со своими функциями оно справляется на все сто.

– Что такого произошло, что пришлось трахать железного дровосека? – проворчал я, спустившись на первый этаж, где уже собралась вся наша угрюмая непохмеленная братия. И сëстрия.

– Так знамо что. – появился из воздуха Гуал Вакалар. – Начало турнира. Все участники, изъявившие желание, прибыли еще вчера вечером. Поэтому, традиционно, вместе с первыми лучами солнца, город пробуждают сигнальной скребушкой…

– Чем-чем? – не понял я.

– Скребушкой. – начал объяснять шаман. – Типа трубы, только звук извлекают не тем, что дуют, а тем, что ее скребут особой зазубренной палкой. Звуковая часть из рога, резонатор из меди. Так вот. Жителям и участникам дается три часа на то, чтобы позавтракать, сделать утренние дела и добраться до стадиона.

– Стадиона? – продолжал я тупит спросонок.

– Ну. – с серьезной рожей кивнул шаман. – Не в поле же сражаться? Тем более, что и поля вокруг нету, одни барханы. Если хочешь, можешь колизеем его назвать. Суть мало изменится. Так что делаем дела и шуруем. Опоздавших не пускают, даже участников.

На завтрак нам дали яичницу из мелких яичек, видимо, все тех же любимых местными ящериц. Глазунья, зажаренная на круглых плоских камнях. Типа камней для пиццы, только для яиц. Ну и лепешку с водой с привкусом ягодного сока.

Туалет, кстати, местный был прост как дырка от бублика. Только дырка эта была в полу подвала. Рядом из стены на уровне груди торчал железный желобок, а по нему из дырки в стене текла струйка воды. Видать, на воду тут магии не жалели. Ибо если бы тут и в самом деле вода так спокойно текла из каждой дырке в земле, то тропики быстро бы захватили пустыню. Струйка эта падала в полуметровое полусферическое углубление на полу, а после, переливаясь через край чаши, утекала в толчок по другому желобку, уже на полу. Конструкция эта заменяла местным и раковину, и душ с ванной. Хочешь весь помыться – бери тряпку, смачивай водой и обтирайся.

Минимализм, однако!

Умыв морду и сполоснув прохладной водой рот, грустно вздохнул по творящей ульте Вакха. С ней зубы чистить не нужно было, всю грязь и запах можно было силой мысли растворить. А потом закинуться парой сотворенных подушечек орбита с диролом. Хоть мятных, хоть со вкусом бекона и соленых огурчиков. Главное – фантазия! Нет, однозначно, нужно возвращать себе эту способность, пусть для этого даже нужно стать шаман кингом!

– Ну, куда там идти, кого куда нагибать? – решительно хлопнул я в ладоши, потерев их, поднявшись из санузла в столовую.

– Какой тролль тебя укусил? – желчно усмехнулся Леха. – Вниз еле плелся, а сейчас вылетел и рвешься в бой, как берсерк.

– Да вот заебало то, каким ты ядовитым стал, как в тебя владыка Люцик вселился. – дернул я щекой. – Лучше уж прежнего вспыльчивого зануду-археролога вернуть, пока ты нас тут по пентаграммам не развешал и суккуб не натравил. Хотя и неплохо было бы. Гуал, веди нас на экскурсию!

С этими словами я вышел из дома вслед за молча кивнувшим и так же молча вылетевшим прямо через стену духом, оставив задумавшегося ерпарха со всей компанией за столом. Догонят, не маленькие.

– Зря ты с ним так. – глядя в небо, произнес догнавший меня Гарик, так и не сменивший эльфячьего облика. – Мана Лйутсфэуза тяжелая, он еще неплохо держится, на самом таки деле.

– Держится он, может, и неплохо. – ответил я, крутя головой по сторонам, любуясь городом и стараясь не терять Гуала из виду. – Плохо, что он в принципе от этих всех владык их характер перенимает.

– А ты не думал, почему Мардукор именно его взял в ряды своих жрецов? – несмотря на то, что повернут я был к Гарику затылком, взгляд его я почувствовал даже волосами. – В этом мире три миллиарда разумных, и всего двенадцать ерпархов на всю планету.

И замолчал. Тем временем нас догнали остальные участники моей группы поддержки и молча присоединились к шествию. А я попытался подумать над заданным мне вопросом.

– Сдаюсь, Гарик. – поднял я руки. – Почему он его выбрал?

– Твердость характера. Верность своим принципам. Готовность к самопожертвованию ради общего блага. – перечислил эльфоящер. – Эти черты личности особенно ценятся богом войны. Потому что это его собственные главные черты личности.

– Самопожертвование? – саркастично поднял я бровь. – Мардукор?

– Представь себе. – серьезно кивнул Гарик и ТАК посмотрел мне в глаза, что у меня, кажется, душа зачесалась. – Ты даже не представляешь, сколько раз он погибал ради тех, кто доверился ему. И даже сейчас, вместо побега под другие звезды, он пошел на создание херпарха, зная, что это может быть его последний подвиг ради тех, кого может спасти его гибель. И твой земляк тоже пойдет до конца. Пойдет на все, чтобы выполнить свой долг, кем бы ни был его покровитель сейчас. А слова… Слова – пустой звук, если это не слова заклинания.

Остаток пути мы прошли в тишине. Каждый молчал о своем. Пока не достигли стадиона.

– Вот это дааа!.. – восхищенно произнес Нуагап, схватившись обеими руками за волосы. На голове. На своей.

– Точнее и не скажешь! – погладил бороду Горнбрад.

– Впечатляет. – уважительно покивал Гартаил.

Остальные просто стояли, открыв рты и осматривая стадионище. Я, конечно, рта не раскрывал, но тоже был впечатлен. Бывал я на стадионе в своем областном центре, школьником еще, дед меня возил на местный чемпионатик по футболу. Не то, чтобы мы были фанатами местных пинателей по мячу… Просто у деда одноклассник был тренером команды не то из Иркутска, не то из Якутска, вот он и рванул, с другом детства повидаться.

Так вот. Наш стадион был личинкой этого строения. Высотой с пятнадцатиэтажку, плюс-минус, да в длину метров триста. Впечатляет то, что постройке дохрениллион лет. Вот что значит – строят навека!

– А во времена постройки стадиона тут как с техникой было? – ляпнул я, не зная, что сказать.

– Если ты про тяжелую строительную технику типа подъемных кранов и прочих бульдозеров, то нет, такого не было. – ответил Леха, так и не выйдя из задумчиво-грустного состояния. – Строили в те времена с помощью магии и рабской рабочей силы. И да, постройка для тех времен была чудом света.

– Да, раньше у нас проходили мировые и даже межмировые спортивные соревнования! – с гордо-ностальгическими нотками в голосе рядом возник Щуща. – Стадион может вместить сто тысяч человек, а если потесниться и добавить воздушные трибуны – то и все двести!

– Это как – воздушные трибуны? – не понял я.

– Ну, подвесить в воздухе скамейки со зрителями. – пояснил местный житель. – Накопители стадиона до сих пор позволяют поднимать в воздух дополнительные места. Жаль, что не для кого.

– А еще… Прошу прощения, если мой вопрос оскорбит вас или еще кого-нибудь, не знаю местных традиций и этикета. – на этой фразе Леха посмотрел на меня полным искреннего охуевания взглядом. – Но можно поинтересоваться, кто вы такой? И кем были тогда… Ну, когда город не мертвым был.

В ответ Щуща искренне весело рассмеялся, и отсмеявшись, ответил:

– Мэр я, что тогда, что сейчас. Сейчас даже легче намного. Никаких сборов налогов, преступлений, политики и прочего. – и тут же погрустнел. – Хотя, я бы лучше и дальше бюрократией этой занимался бы, чем вот это вот все.

– Кстати! – обвел я рукой вокруг. – А как вы вот это вот все?

– Объединенный разум духов жителей города. – немного задумавшись, ответит мэр. – Шаманы многому нас научили, мы приручили элементалей, они обеспечивают на период турнира воду и пищу живым посетителям города. А за счет маны накопителей стадиона на это время обеспечиваются климат и комфорт в городе.

– На период турнира? А потом? – уточнил я.

– А потом мы вернемся в астрал копить силы для следующего состязания. – грустно вздохнул Щуща. – А город погрузится в пески, чтобы ветер не стер его с лица земли.

– Хм. – усмехнулся я, покачав головой. – И оно вам надо? Не жалеете, что ввязались в это?

– Мы осознанно пошли на это. – пожал мэр плечами. – Да, можно было бы уйти на перерождение, но… Страшно это. Это как умереть для живого. Даже зная, что смерть это не конец, всегда хочется пожить подольше. А после смерти страшно уходить за грань, пытаешься еще немного продлить свое существование, даже зная, что ты можешь родиться заново. Вот только ты уже будешь не ты. Память, все это – уйдет.

– А че бы не воскреснуть? – продолжил я допрос. Не каждый день удается поболтать с таким древним призраком. – На сколько я понял историю этого мира, после гибели вашего города была куча цивилизаций, включая те, что научились возвращать души в искусственно выращенные тела. Почему было не обратиться к ним?

– Обращались. – усмехнулся Щуща. – Никому из них это было не нужно просто так, а соразмерную плату нам было нечем предложить. Ладно, заболтался я с вами, пора начало начинать. Идите, скоро вход закроется.

И мы направились к главному входу, куда периодически заходили люди. И прочие разумные. Вроде как разумные.

– Участники направо, болельщики – налево. – указал нам направление смуглый чувак в чалме и просторной накидке с откинутым капюшоном.

И мы разошлись.

– Сюда. – махнул рукой Гуал Вакалар, зовя меня за собой, хотя это особо было и не нужно.

Почти прямой коридор заканчивался каменной лестницей наверх и поворотом внутрь стадиона. Я проследовал за Гуалом по лесенке вверх, на второй этаж и уже тут по аналогичному проходу внутрь мы вышли к арене. Ну, как – арене. К полю. Полноценное футбольное поле тут поместилось бы спокойно. Находились мы на высоте второго этажа, и именно тут начинались первые ряды зрительских скамеек. В нашем секторе сидели шаманы. Человек пятьдесят, и еще не все пришли, периодически появляясь из прохода и усаживаясь на скамейку.

– А че участников так мало? Почти лям миров, больше не нашлось? – удивленно спросил я у своего духа.

– Миров много. – философским тоном ответил Гуал. – Способных мало. Большинство адекватно оценивает свои силы и силы главных кандидатов, поэтому и не лезет. Тут – сильнейшие. Кто-то просто пришел поучаствовать, чтобы было что дома рассказать. Кто-то надеется на удачу. Вдруг бы Скъяаррл сегодня утром подавился костью и умер? Вот и нет больше самого страшного конкурента! А такое бывало… Есть, конечно, и слабаки, считающие что на самом деле они лучшие из лучших. Как Нюк. Но большинство адекватных шаманов пришли как зрители.

И на самом деле, трибуны вокруг были заполнены куда как плотнее, чем наш сектор. Не сказать, что битком, но тыщ тридцать зрителей набралось. Едва я отыскал своих монстрозадонадирателей, как раздался звук трубы и трибуны утихли. На арену вышел Щуща, а в воздухе над полем возникла его огромная проекция. Проекция смотрела прямо на меня. Немного помолчав, мэр начал приветственную речь.

– Настал новый Великий день, о живые и бесплотные! В скорби своей мир проводил в астрал Верховного шамана всех миров, Гуала Вакалара, известного вам как Крушитель Стихийных Хребтов! И вот настала пора определить, кто же заберет себе этот титул и покорит великого духа! Знаменитого во всех мирах повелителя духов безликих древних богов, могущественного Васшанета!

Изображение Щущи сменилось призрачным круглым экраном, на котором была изображена классическая турнирная таблица-пирамида. И в нижнем ряду изображение наших лиц. Я был с правого края, хотя и не последний. С левого края была морда тролля-шамана. В самой пирамиде было семь уровней, это получается…

Я пересчитал по быстрому нижнюю строчку. Шестьдесят семь участников. Неровно.

– Гуал. – позвал я шепотом своего духа. – А че число участников не сходится с таблицей? Еще и на два не делится.

– Ну, так вот получилось. – пожал он плечами. – Не выгонять же желающих, просто потому что мест не хватило. Один останется в запасе, сразится с выбывшими в дополнительном этапе для проигравших, так называемый круг удачи. Победитель займет одно место во втором этапе. Тем более, что кто-нибудь может снять свою кандидатуру в процессе. Тогда соперник или кандидат автоматом пройдет дальше.

– Первый поединок! – прогремел голос Щущи. – Скъяаррл из Норртвайлена против Шшраагха из Нагарроха.

И раздался торжественный гул трубы. Трибуны радостно зашумели, а со скамеек поднялись каменный тролль и один из орков, присутствовавших на вчерашней пьянке.

– Смотри и трепещи, маленький бог. – повернувшись в мою сторону, сказал Скъяаррл. – Возможно, ты изменишь свое решение, когда увидишь истинную силу духа!

С этими словами он потопал внутрь стадиона вслед за орком, чтобы спуститься вниз к выходу на арену. Через некоторое время под авации трибун соперники вышли на арену и подошли к Щуще. Тот протянул им кулак с зажатыми в ней палочками. Жребий?!

Да, это оказался банальный жребий за то, кто потопает на дальний край арены. Не повезло бить ноги орку. И спустя некоторое время, когда он наконец дотопал до противоположного края и повернулся лицом к сопернику, мэр объявил начало поединка двойным сигналом трубы.

Глава 18

Силуэты обоих шаманов подернулись едва заметным туманом, а на арене перед ними возникли духи. У орка это был орк-воин. В набедренной повязке из шкуры, в окованных железом сапогах, на шее – ожерелье из пяти человеческих черепов. Гладко выбритая клыкастая морда и блестящий череп с хвостиком до плеч на затылке. В руках – два мощных ятагана. К слову сказать, оба орка были из зеленокожей расы этих клыкастых воинов, в отличие от моего кирпично-коричневого шамана-трудовика. Сам же зеленокожий шаман был одет почти как Гуал Вакалар, только рогов за спиной не было. В руках – барабанчик. И в этот барабанчик орк начал стучать, и с каждым ударом дух-воин становился на пару сантиметров выше и шире.

Боевой дух тролля оказался огромным горбатым черным волком метров двух в холке высотой. Струйкой выбежав из одного из черепов на навершии посоха-дубины на арену и приняв форму, коротко рыкнув, зверь рванул в сторону соперника.

– Стальной вихрь! – выкрикнул орк-шаман, и орк-воин начал бешенно вращаться на месте, образуя вокруг себя небольшую воронку смерча, начав стягивать окружающую пыль.

Волк преодолел разделявшее их расстояние за несколько секунд, налетел на этот вихрь из песка и клинков и, коротко взвизгнув, отлетел, упав на бок. Но тут же вскочил, пригнулся к земле и глухо зарычал. Глаза призрачного зверя засветились желтыми огоньками, и я обратил внимание, что глаза Скъяаррла начали источать аналогичное сияние. Неожиданно тролль сам издал рык и стукнул посохом по арене, и от посоха к духам направилась песчаная волна, словно под песком, покрывавшим арену тонким слоем, была вода. Волна нарастала и, когда она уже достигла духов, высота ее была метра два с половиной. Волк прижался к земле, и волна, накрыв его, налетела на не перестававшего вращаться орочьего мечника.

Однако, вопреки ожиданию, орк не только выстоял, но и даже не замедлил вращения, рассекая песчаный гребень своим стальным вихрем, и лишь его шаман начал неистово молотить в свой барабанчик. Однако воин при этом не увеличивался. Видимо, энергия расходовалась на сопротивление атаке. Когда волна улеглась, на арене остался лишь один дух, так же продолжавший крутить свой смертоносный смерч. Волка же не было видно, хотя глаза тролля все так же светились.

Орк-шаман что сказал своему духу, но что именно, с другого края арены было уже не слышно. Через пару секунд песок под ногами дернулся, под ногами воина разверзлась яма, а из нее показалась внезапно огромная, метровая волчья пасть, попытавшаяся откусить духу нижнюю половину туловища. Но торнадообразный воин тоже был не промах, и в это время в прыжке уже давно завис над поверхностью арены, продолжая по инерции крутиться, при этом переводя клинки горизонтально вниз под собой. И таким макаром, словно огромный нож блендера, вкрутился в волчью пасть. Зверь взвизгнул и, резко утрачивая размеры, начал таять, пока не развеялся легкой черной дымкой, оставляя на арене стоящего на коленях воина-орка с воткнутыми в песок клинками.

Орк-шаман резко и громко ударил в барабан, рывком увеличивая рост своего духа на полметра и что-то негромко произнес. А воин рывком, прямо с места рванул в сторону тролля, на бегу покрываясь багровым пламенем и оставляя за собой огненный шлейф, резко став похожим на огромный метеор.

Тролль довольно улыбнулся и выставил навстречу огненной комете навершие своего посоха, с которого одна за одной начали срываться призрачные головы волков, медведей и, вроде как, даже людей. Головы неслись, оставляя за собой прозрачные хвосты и, беззвучно развевая пасти, начали одна за другой врезаться в воина, резко замедляя его бег, однако не останавливая его при этом полностью.

Несмотря на потерянную скорость, огненный мечник почти достиг своей цели и уже готов был вонзить в Скъяаррла свои пылающие огнем ятаганы, но каменный тролль просто наотмашь ударил его своим посохом-дубиной, и тот огненным снарядом полетел к своему орку-шаману. Находясь в трансовом состоянии, зеленокожий повелитель духов не успел среагировать и отойти с траектории полета снаряда, и оказался сметен собственным духом, с глухим звуком ударяясь о стену арены и мешком стекая по ней на землю.

Дух-воин убрал свое пламя и протянул руку своему шаману, помогая тому подняться на ноги. Тот поднялся, неуверенно шатаясь и держась за голову.

– Семь! Шесть! Пять! Четыре! – раздался над стадионом громкий голос распорядителя. – Три…

Шаман кивком головы указал воину на арену, и тот, кивнув, вернулся на поле боя. Обратный отсчет прекратился, а шаман начал неуверенно стучать в барабанчик, передавая своему духу силы. Тролль ухмыльнулся и, перехватив посох обеими руками перед собой, направив в соперника навершие, окутался густым облаком астрального тумана. Этот туман колыхнулся и рывком впитался в посох, а из навершия, из одного из черепов, выскочил уже знакомый, либо точно такой же, черный горбатый волк, только уже четырехметровой высоты. Не издавая лишних звуков, зверь смазанной тенью рванул к мечнику. Орк перехватил клинки крест накрест перед собой, готовясь принять удар на мечи, но резко затормозивший перед ним хищник ударом лапы прижал ятаганы к земле и сомкнул челюсти на воине, перехватив того поперек туловища, подняв в воздух и начав мотать им из стороны в сторону.

Орк-шаман из последних сил начал неистово молотить по своему барабану, но это совершенно не помогало его духу, и дух-воин начал таять на глазах, превращаясь в туман и распадаясь на лоскуты. Последними растаяли призрачные мечи, сиротливо оставшиеся валяться на песке арены. Обессиленный, орк-шаман плюхнулся на задницы, вытягивая ноги и опуская плечи.

– Победитель – Скъяаррл из Норртвайлена! – огласила появившаяся над стадионом огромная голова Щущи.

– Благодарю за бой! – с трудом поднимаясь на ноги, произнес орк, обозначая полупоклон своему сопернику.

– Было вкусно! – улыбнулся тролль в ответ, ударяя по арене посохом и кивая орку.

– Вкусно? – шепотом спросил я у Гуала. – Он че, вправду сожрал его духа?

– Ха! Нет конечно. – усмехнулся мой дух. – Просто у народа Скъяаррла в старину было принято жрать побежденных противников. И тролли выказывали уважение призвавшим их на битву предводителям тем, что благодарили их за вкусное угощение в виде противников. Позже, эта фраза стала просто признаком хорошего тона, обозначающего любую славную битву, даже дуэль, даже если от соперника не откушено ни кусочка. Хотя, церемониальное поедание пораженных противников и по сию пору часто встречается в его мире, как дань традициям.

Тем временем дуэлянты покинули арену. Орк направился в сторону зрительских трибун, присоединяясь к болельщикам. Тролль же вернулся на свое место. Пока я слушал пояснения Гуала по традициям троллинга соперников предками Скъяаррла, я нахрен пропустил объявление следующей парочки сражающихся, и они уже выходили на арену. Я поймал на себе взгляд довольного жизнью тролля и показал ему большой палец. Тот гневно надул ноздри и, прищурившись, глядя мне в глаза, сделал жест, словно откусывает что-то, зажатое в кулаке и выплевывает это на землю.

– Бля, Гуал. Я походу, опять с жестами погорячился? – так же шепотом спросил я у своего духа.

– Конечно! – мысленно ответил мне орк, едва не заржав, не отвлекаясь при этом от начинающейся дуэли на арене. – У них это означает «У меня встает на тебя!». Троллиха бы тебя в кровать за этот жест потащила бы. А вот он этим жестом сказал, что даже жрать тебя не станет, когда пришибет. Высочайшее презрение.

Я с шумом сглотнул от высветившейся перспективы.

– Ладно, не ссы. – продолжал мысленно ржать дух шамана. – Щас улажу все!

С этими словами Гуал Вакалар направился к троллю и о чем то с ним в полголоса попиздел. После чего раздалось громкое ржание каменного гиганта и тот, повернувшись ко мне, улыбаясь, хищно облизнул губы. Стало еще больше не по себе.

– И что означает это его облизывание? – так же мысленно спросил я у орка.

– То, что он с удовольствием сойдется с тобой в битве, после чего сожрет тебя. – ответил мысленно Гуал. – То, что с улыбкой облизнулся, говорит о том, что это не угроза, а предвкушение хорошей битвы, после которой он так же скажет, что было вкусно. Вот если бы это было бы сделано с гневной мордой, тогда бы это означало однозначную угрозу убийством и пожиранием, возможно – убийство через пожирание.

Подивившись таким чудным традициям, я вернулся к арене. Там в это время сошлись в битве незнакомый мне сатир с довольно таки ухоженной и высокомерной мордой и знакомый по ночной гулянке гном, или дварф. Из одежды на сатире была одна лишь юбка, гном же был в полном доспехе, со щитом и с булавой. Никакого бубна, барабана и прочих стучальных инструментов. Их роль выполняли щит и ударное оружие. Именно ими бородатый рыцарь стучал друг о друга, но на размерах духа это никак не сказывалось.

К слову о духах. Как пояснил мне Гуал, у гнома в качестве духа был кобольд-элементал. Не та собакоподобная хреновина, как в варкрафте, а настоящий кобольд. Косматый карлик ростом человеку по колено, гнусная неприятная злобная морда, ярко-красный цвет кожи, когти вместо ногтей. Редкие кривые зубы. Шахтовая разновидность. Их ближайшая родня – домашние кобольды, как я понял, послужили основой для мифов о домовых. Земные элементали, могут завестись в тех домах, где есть подполье или погреб, там же и квартируются. Более цивилизованные, по сравнению с шахтовыми и обладают мирным, спокойным, обычно дружелюбным характером. Шахтовые же совершенно им противоположны. Дикие, пакостливые, и совершенные мизантропы. Нападают на все живое, что способны одолеть. Тем же, кого одолеть не могут, вредят просто потому что могут. Стырить обед у шахтера, нагадить в рюкзак, затупить кирку. В особых случаях могут и обвал устроить. Задобрить сложно, приручить – еще сложнее. Только полное подчинение силой воли заклинателя.

У сатира же в качестве духа была дриада. Не та дриада, на которых дрочат анимешники – с листиками на головах и цветами вместо ушей, а настоящая. Тоже элементаль, только из мира живой природы. Из гуманоидного в этом создании была лишь концепция «две руки, две ноги, посередине сволочь». Сплетенные из растительных волокон не то древесины, не то сушеных стеблей разных вьюнков, конечности и туловище с головой. Шеи нет под ноль. Как и каких-либо половых признаков что сверху, что снизу. На голове ежик из длинных колючек. На пальцах – длинные прямые шипы с палец же длиной вместо когтей. Пальцев кстати – три. Из виденного в фильмах, можно сравнить с Грутом. Отдаленно. С малышом Грутом, потому что высотой эта ходячая колючка была бы мне до середины бедра. Короче, битва карликов, тем более что и рост сатира был тоже от силы метра полтора.

– Сдавайся и примкни к моим рабам, или я тебя уничтожу! – высокомерно задрав нос, пропищал сатир.

– Давай лучше я надеру тебе зад и ты пойдешь домой, выскочка. – усмехнулся в ответ дварф и опустил забрало шлема, окутавшись мягким желтоватым свечением.

– Ты выбрал. – презрительно выплюнул сатир и протянул руку к дриаде.

Дриада взяла своего шамана за руку и принялась перетекать на него своими ростками, окутывая того на манер доспеха и сделала это буквально секунд за десять. Гном тем временем стоял и стучал по щиту булавой. Кобольд не менялся в размерах, но его мышцы словно напрягались… Не знаю, как это описать. Вот каким-то шаманским местом я чуял, что кобольд становится сильнее. Видимо, не все духи при накачке увеличиваются. Дриада же при этом раздуваться вполне умела и уже перекрыла все комплексы своего владельца, начав увеличиваться и достигнув двухметрового роста.

Сатир шагнул в своем магическом экзоскелете на арену, поднимая удивленный шум на трибунах даже среди участников.

– А че все так оживились? – спросил я у Гуала.

– Разновидность слияния, пусть не малое, пусть великое. – ответил мне орк. – Эффективность в битве против духа с внешним контролем ниже раза в два при тех же энергозатратах. Сатир этот выскочка, как знакомый тебе уже гоблин. Убивает соперников либо порабощает их. Его поставили с заведомо более сильным соперником, чтобы он не навредил более слабым шаманам, соблюдающим кодекс чести поединков, но он в своей гордыне этого не осознает.

– Кодекс чести? – зацепился я. – А мне о нем знать не нужно было? Вдруг я случайно нарушу, а на меня потом всех сторожевых духов спустят.

– Ой, не мандражуй. – отмахнулся орк. – Там стандартное, не убивать ради убийства, не бить сдавшегося, слушать распорядителя и все типа такого. Если кто умрет просто потому, что не смог увернуться или сдержать мощную атаку – это считается несчастным случаем. Вот например, Скъяаррл мог убить соперника за пару секунд. Но он просто аккуратно опустошил его резервы. И это при том, что моральные принципы его сородичей куда как менее гуманные. Он просто из аристократов и воспитан с понятием о кодексах чести.

Охуеть! Я попытался представить тролля в графском наряде вместо его шкур и чуть ли не физически почувствовал не то скрип извилин, не то треск шаблонов. Ну, поверим Гуалу на слово. Они, по всей видимости, были знакомы.

На арене тем временем происходила движуха. Сатир, игнорируя кобольда зашагал прямиком к своему сопернику, просто перешагнув через красномордого карлика, самонадеянно оставляя того за спиной. Малость охренев от такой наглости, кобольд подпрыгнул в воздух, закрутился, словно ежик-Соник, и с ускорением нырнул в землю. Даже не разрывая покрытия арены. А нахрена, если дух – бесплотный? Тем более если это дух земной стихии. Через несколько секунд песок под ногами сатира-переростка забурлил, словно кипящая вода, и покрытый дриадою шаман провалился в этот кипящий песок по пояс.

Гневно матерясь, сатир откачал энергию из дриады, уменьшая ее размеры и вытягивая при этом ноги из земли. В это время между ним и гномом из земли выкарабкался кобольд, поворачиваясь к любителю растительности лицом и оскаливаясь. Гном, похоже, полностью ушел в себя, превратившись в самозабвенно молотящую по щиту статую. Кобальд же, как только сатир вновь шагнул в сторону гнома, с места длинным многометровым скачком напрыгнул на сатира и, вцепившись когтями ног в опутанную лианами грудь, начал драть его морду, отсекая куски растительных волокон, таявших прямо в воздухе не долетая до земли.

Примерно через минуту по арене разнесся тонкий визг сатира, а на песок пролилось несколько капель его крови. Кобольд спрыгнул на землю и, отбежав на середину дистанции, разделявшей шаманов, замер в ожидании.

– Сдохни, тварь! – проверещал взбешенный сатир и выстрелил очередью колючек в кобольда.

Те со звоном отскочили от его кожи, словно от железа, а краснокожий уродец даже не поморщился. С визгом сатир, на ходу наращивая новые слои растительных жгутов, бросился в сторону гнома, пытаясь обежать кобольда по дуге. Земной элементаль же вновь нырнул в землю и тут же вынырнул в паре шагов впереди соперника и напрыгнул на него, принявшись рвать покровы с новыми силами. Не обращая на уродца внимания, сатир продолжил свой бег и таки добрался до закованного в броню шамана. На ходу отрастив на правой руке заостренный клин, он замахнулся и попытался ударить того в узкую щель забрала, но…

Но гном не был психованным истеричным мальчишкой, в отличие от своего соперника. Резко прекратив свое камлание, гном слегка присел, пропуская импровизированное оружие над собой и, разведя руки в стороны, резко распрямившись, с двух сторон шибанул того щитом и булавой по башке. Сатир качнулся и рухнул на песок без сознания.

– Семь! Шесть!.. – принялся отсчитывать рефери. – Один! Победитель – Норнли из Триспарты!

Гном снял шлем и приветственно помахал трибунам, после чего развернулся и пошел обратно на свое место.

– Низа… что… – прохрипел пришедший в себя сатир и вонзил руку, так и опутанную лианами дриады в песок. – Купусик не… проигры… ва… ет…

От насаживания гнома на резко выросшие из-под земли метровые острые пики спас невероятно шустрый кобольд, пушечным ядром сбивший своего владельца в сторону. И пока бородатый шаман разбирался, что вообще произошло, за эти три секунды краснокожий шахтовый элементаль нырнул в землю, вынырнул возле сатира, и его руки превратились в красный вентилятор, превращая заклинателя дриад в древесно-рогатый фарш.

– Зорг, ФУ! Брось каку! – бросился к своему духу Норнли, но было уже поздно.

Трибуны затихли, словно кто-то нажал на пульте кнопку мута. Разрядил обстановку Щуща:

– Купусик из Пранкарии! За умышленное покушение на жизнь участника Великого турнира за рамками поединка, приговаривается к смерти! Приговор приведен в исполнение силами стихий! Уберите мусор с арены.

И пока рабочие выносили остатки сатира, не переработанные на котлетное сырье, я поинтересовался у Гуала:

– А если бы сатир выжил и убил соперника, его бы тоже казнили?

– Да. – кивнул Гуал.

– А кто бы приводил приговор в действие?

– Все желающие. – пожал орк плечами и развел руки. – Полный стадион шаманов, чтущих честь и правила. Не боись, случайно ты ничего не нарушишь, я предостережу.

А на табло тем временем происходили внеплановые изменения. Если после победы в первом раунде всего-лишь поднялся портрет Скъяаррла, то сейчас, вместе с подъемом портрета гнома-победителя, поднялось еще несколько портретиков, а значки ряда участников просто погасли.

– Че за нахуй? – кивнул я на магический экран, задавая вопрос Гуалу Вакалару.

– Вот об этом я упоминал. – усмехнулся дух. – Некоторые участники отказались. Кто-то, возможно, испугался за свою жизнь. Кто-то, просто передумал, глядя на эту сцену. Вот, кстати, и отсеклись излишки, теперь в первом туре даже меньше шестидесяти четырех кандидатов, круг удачи не нужен. Что ж, быстрее закончится. Кстати, сейчас наша очередь.

– Почему? – удивился я. – Я думал, слева направо идет отбор.

– Не-а. – мотнул головой орк. – Два слева, два справа, два слева, два справа. Потом по одному пойдет. А ты сейчас, после отсеивания лишних, крайний справа.

– Третий поединок! – пронесся голос над стадионом. – Бааргх из Небарры и Клендалиолис из Альвклайда!

– Пошли. – раздался голос орка в голове, а сам Гуал растворился в воздухе.

Я направился к выходу, пытаясь понять, с кем же мне предстоит сражаться. И с удивлением обнаружил, что это тот самый эльф с арбалетом, которого я окрестил Ван Хельсингом.

Глава 19

Переться на дальний край арены по жребию выпало, само собой, мне. Ни капли ни удивлен, всю жизнь так. Как какой жребий на то, кому достается худшее – то обязательно мне! Кто на пьянке бежит за добавкой? Дениска! Кто спит на полу, потому что даже на последней одноместной койке и так троим спать? Само собой, я. Кого Норны выберут подтирать лужи за Мардукором и его семейкой? Ну, вы в курсе, ага.

– «Че, как будем боевую стратегию разрабатывать?» – спросил я мысленно у Гуала, съебавшегося в астрал.

– «Да че там разрабатывать.» – усмехнулся тот в ответ. – «Я выхожу на арену, а ты, главное, накачивай меня силой духа быстрее, чем я ее тратить буду. Я ж не элементаль безмозглый, мне каждый шаг указывать не нужно.»

За это время я достиг противоположного края арены и развернулся лицом к противнику. Прозвучал сигнал начала боя и на арене появились наши духи. Грозный огромный орк-шаман с барабаном на поясе, и хрупкая красотка-эльфиечка в белом полупрозрачном платье на голое тело с серебристой диадемкой в волосах и небольшой лирой в руках.

Не зная, чего ожидать от соперников, я заранее поддал энергии в Гуала, подрастив того на метр в высоту. И без того рослый и грозный, орк навис над ареной и совершенно по-живому, слегка пригнувшись, зашагал к эльфийке.

Длинноухий шаман, к слову, не игрался ни с какими атрибутами типа камлания в бубен, щит или какой иной ударный инструмент. Он просто стоял, скрестив на груди руки и сосредоточенно смотрел на происходящее.

Когда Гуал достиг середины поля, эльфийка грустно улыбнулась и тронула пальцами струны. По стадиону пронеслись красивые звуки, словно это были не струны, а какие-нибудь стеклянные колокольчики. И в аккомпанементе им вторили звуки природы. Щебетание птичек, журчание весенних ручейков, шелест листьев… Интересно, а если бы у производителя этой лиры электрогитару заказать, там бы что вместе с аккордами было слышно? Грохот доспехов, блевание панков и рев бензопилы? Хотя, нахрена ему такие гитары делать? Однозначно, призвание мастера были такие лиры. Эту музыку природы хотелось слушать и слушать.

Я зажмурился и уселся на землю, подгибая под себя ноги и отдался этой природной симфонии. Мелодия расслабляла и опьяняла. Эх, и че эльф свою музыкантку на пьянке играть не позвал? Куда бы лучше было, чем тот хор укуреных духов, который без укурки невозможно было слушать без заворота кишок. Эх, надо было телефон перед боем включить. Щас бы на диктофон бы музон записал, потом бы переслушивал…

– «Соберись, Бааргх!!!» – рявкнул в голове голос Гуала Вакалара так, что аж извилины зазвенели. – «Это «Сон мироздания»!»

Я помотал головой и открыл глаза, увидев довольную ухмылку соперника, которая начала сползать с его лица, едва тот заметил, что я очнулся.

Фигура орка-шамана уменьшилась до нормального размера, и истекала туманом. Клочья астральной дымки тянулись от его могучей фигуры назад, словно их сдувало ветром, и с каждой секундой контуры Гуала дрожали и уменьшались. Вот ведь колдунство!

И тут я вспомнил, где я слыхал похожую музыку. Тот самый ебаный призрачный вальс с кладбища в той всратой деревне с бобром! Гипнотизирующая мелодия мертвых!

В груди вскипела злость, волной растекающаяся по телу и вымывая из мозгов остатки дурмана. Меня! Алкаша со стажем! Металлопанка! Какой-то попсой победить решили?! Да я вас!!!

Решительно открыв интерфейс, я вошел в меню ручного регулирования опьянения и врубил его на максимум, входя в шаманский транс. Зачем? А затем, что звук там приглушается, да и сила духа лучше зачерпывается. И начал накачивать этой самой силой духа своего шамана.

– «А давай эту ведьму длинноухую вакуумом окружим, чтоб звук не проходил?» – послал я мысль Гуалу. – «Посмотрим, что они потом делать будут, в тишине.»

– «А че, это мысль!» – усмехнулся орк, и резко наступила тишина.

Лицо Клендалиолиса-Ван Хельсинга резко приняло выражение стадии крайнего охуевания, так что подбородок чуть недостал до груди, настолько широко открыл он рот от удивления. Но надо отдать должное сопернику, тот быстро собрался и каким-то неуловимым, размазанным движением выхватил из-за спины арбалет, натянул плечи и чем-то выстрелил в Гуала Вакалара. И еще раз, и еще, и еще, почти моментально перезаряжая свое оружие.

Я почувствовал боль в грудной клетке, словно в меня воткнули раскаленный гвоздь. И еще один рядом. И еще, и еще. А еще с каждым залпом мой дух делал шаг назад, как жидкий терминатор, ловивший выстрел из дробовика в упор. А по стадиону вновь понеслись звуки призрачной лиры.

– «Я не могу управлять стихиями!» – прозвучал у меня в голове удивленный голос трудовика. – «Ушастик парализовал мои способности!»

А Клендалиолис тем временем продолжал расстреливать моего духа с сосредоточенным, но вновь довольным лицом, с каждым выстрелом набираясь уверенности.

– «А что, если попробовать атаковать его твоими элементалями?» – предложил я вариант. – «У тебя же сохранились с ними связи.»

– «Не выходит.» – Через несколько секунд ответил орк. – «Он полностью парализовал движение силы духа в моей оболочке.»

Я поддал энергии в оболочку духа, и орк немного подрос, метров до пяти. Но все-равно продолжал стоять изваянием.

– «А если я просто подойду и врежу ему по морде, это будет считаться нарушением правил?» – спросил я у орка.

– «Технически нет.» – усмехнулся тот в ответ. – «Только ведь и он по морде может дать. Клендалиолису пятнадцать тысяч лет, думаешь он не научился драться за это время?»

– «Ну, тогда посторонись!» – зловеще усмехнулся я в ответ.

– «Что ты задумал?» – спросил тот в ответ.

Я же в ответ просто поглубже нырнул в транс и потянулся сознанием к шланге, соединяющей нас с Гуалом. Парализовал способности духа к управлению способностями? Но мои то силы не парализованы! Даже не смотря на то, что я тоже чувствую боль от каждого выстрела ушастого засранса.

Через несколько секунд я почувствовал себя огромным орком, стоящим посреди арены. От каждого выстрела меня ощутимо качало. Я попытался посмотреть на эльфийские стрелы, но не смог пошевелить даже шеей, чтобы наклонить голову. Каждый раз, как Клендалиолис попадал в меня, по телу проходила волна, типа слабого электрошока. И это не говоря о том, что боль от попадания снаряда ощущалась раз в десять острее. В добавок, было ощущения, словно по коже проводят рубанком, снимая стружку. Только вместо лезвия была музыка. Тело духа было полностью парализовано.

– «Ну, видишь? Я полностью скован!» – услышал я голос шамана в голове.

– «А вот я – нет!» – ответил я. – «Астрал то мне продолжает подчиняться! Я ж не дух в этом смысле, как ты.»

На этих словах я потянул на себя астральный туман и ощутил, как мое тело раздувается. Но паралич никуда не пропадал. Тогда я нащупал каналы, соединяющие оболочку Гуала с его четырьмя элементалями и потянул за них, ощущая легкое сопротивление с той стороны. Словно щуку на спининге выводил, только спинингов сразу четыре. Тогда я сосредоточился и направил в каждый канал силу духа, слегка подергивая каналы на себя, чуть ли не физически ощущая, как оболочка Гуала уменьшается в размерах. Через некоторое время духовные связи ответили взаимностью и сущности с той стороны астральных веревок сами поплыли мне навстречу. Я усилил энергетический поток и попросил духов появиться рядом со мной на арене. К этому моменту оболочка духа, в которой продолжало находиться мое сознание, уменьшилась до стандартной высоты двух с половиной метров, а передо мной начали возникать духи стихий.

Из земли вынырнул кобольд. Воздух уплотнился в едва заметную фигуру человека с крыльями. И за отсутствием источников воды и огня, просто из воздуха, словно из порталов, просочились элементалы этих стихий. Огненная ящерица и русалка с рыбьим хвостом. Оглянувшись и, видимо не отыскав водоема, русалка взмахнула хвостом, превращая его в ноги и ступила на землю. Я сосредоточился и усилил напор энергии, поглощаемой из астрала, и продолжил передавать ее стихиалиям. Плюсом в этом призыве стало то, что эльф растерялся при появлении на поле новых фигур и перестал стрелять, давая мне дополнительные секунды.

– «Зачем ты нас призвал?» – раздался в голове слаженный хор четырех голосов.

– «Нужна ваша помощь, друзья.» – ответил за меня Гуал. – «Нужно истощить резервы этих двух эльфов.»

Элементали повертели головами по сторонам, после чего уставились в четыре пары глаз на ушастого шамана и не менее ушастого духа.

– «Опять турнир?» – удивленно спросил квартет голосов. – «Но ты теперь один из нас?»

– «Ага» – задорно ответил орк.

Клендалиолис, почуяв неладное, вскинул арбалет, но не успел начать стрельбу. Потому что в этот момент атаку начали элементали, и на ушастого шамана с его духом обрушилось то, что принято называть буйством стихий.

Помните, как три брата из местного божественного сообщества атаковали птичек огненным дождем, соединив три свои стихии в одно убойное заклинание? Так вот, это была домашняя работа первоклассников по сравнению с тем, что творила эта сработанная четверка духов. Силы, конечно, были в это вложены меньшие, чем богами, поэтому масштаб мероприятия был скромнее. Но вот эффектность сочетания четырех стихий, направленная не на убийство, а на истощение, складывалась с эффективностью.

Вокруг эльфа и эльфийки возникла огромная широкая воронка смерча, втянувшая в себя всех четверых стихийных духов, охватившая их обоих и поднявшая в воздух тучу песка. Оголившееся каменное покрытие арены начало выплевывать в воздух каменные булыжники. Одновременно с этим в воронке смерча мелькнули огненные искры и ледяные осколки.

Клендалиолис отозвал эльфийку к себе. Красотка подлетела к нему и впиталась в арбалет, после чего вокруг шамана замерцала светящаяся сфера, от которой отскакивали направленные в них песчинки и камушки. И тут элементали взбесились.

Одни камни загорелись. Другие покрылись корками льда. Так же вспыхнули и обледенели песчинки. Ледышки, смешиваясь с пламенем в стенках уменьшившейся и уплотнившейся воронки, таяли, превращаясь в ледяные сосульки и лезвия. И просто вода вспыхивала, превращаясь в магический напалм. И все это, вращаясь по сужающейся спирали, атаковало защиту ушастого шамана. Паралич начал спадать с оболочки Гуала Вакалара, и я вернул свое сознание в свое тело.

Знаете, а молодым человеком быть прикольнее, чем старым орком. Не знаю, почему. Но держу пари, что орк бы сказал обратное. Наверное, все же дело привычки.

Тем временем элементали разошлись и плавиться в смерче начали уже даже камни и песок, вытягиваясь в каменные и стеклянные лезвия и сосульки, которые так же, окутываясь водой, льдом и пламенем, обрушивались на уже начавшую дрожать защиту Клендалиолиса.

– Тише, друзья. – произнес, поднимая руку, Гуал.

Буйство стихий начало спадать и угасло, а через пару секунд с хлопком лопнула защита Клендалиолиса, а сам ушастый шаман выронил арбалет и обессиленный плюхнулся на задницу. Элементали, видимо, сразу из смерча вернулись в свои обители.

– Победитель – Бааргх из Небарры! – обозначила конец поединка огромная голова Щущи, возникшая над ареной.

– Хоррроший бой! – довольно пророкотал Гуал и утонул в арене, погрузившись в нее, словно на лифте.

Я подошел к обессиленно сидящему Клендалиолису и, подняв его арбалет, протянул тому руку. Эльф посмотрел на нее замутненным грустным взглядом, после чего поднял глаза на меня.

– Это было круто. – усмехнувшись, сказал я бывшему противнику.

Тот просто молча бессильно кивнул и, опираясь на мою руку, поднялся на ноги. Я отдал ему его оружие и похлопал того по плечу, после чего развернулся и пошел обратно на трибуну. Тем более, что уже начали объявлять следующую пару состязающихся.

Плюхнувшись на свое место, я встретился взглядом со Скъяаррлом. Тот с улыбкой облизнулся, после чего немного подумал и, радостно заржав, показал мне большой палец.

Блять. Надеюсь, это Гуал рассказал, что у нас означает этот жест, и он так угарает. Ну, скажите кто-нибудь, что это именно так? :(

Глава 20

После пережитого на арене внутри все клокотало, а мысли скакали, словно после первого секса. Так, что я даже не мог сосредоточиться на происходящем на арене. По идее, надо было бы смотреть в оба, все-таки тут определялся следующий мой соперник по турниру. Только и смотреть особо было не на что.

Это был поединок двух людей. Два человеческих шамана. Один был похож на кавказца. Колоритный, носатый, волосатый. Только волосы все были белоснежные. Не блондинистые, безцветные, а именно что белые, словно пропитанные белой краской. Эх, Леху бы сюда с его встроенной википедией. А второй был негразиатом. В том плане, что мелкий, субтильный и ускоглазый, но с насыщенно-черного цвета кожей и странными, по всей видимости крашенными, бирюзовыми волосами и бровями. И бирюзовой же щетиной на пару дней не бритой морде. Могу, конечно, и ошибаться, но вроде, от природы человеческое тело не может вырабатывать такого цвета краситель. Или в каком-то мире эволюция на одном из поворотов от души покурила?

Короче, сначала минуты две дуэлянты плясали с бубнами. Потом на арену неуверенно выползли саблезубый медведь и волосатый носорог с двумя рогами на носу. С минуту зверюшки потолкались, после чего носорог поддел соперника рогами, повалил на землю и растоптал. После того, как дух медведя растворился, кавказец-блондин без сил упал на колени, выронив бубен. А негразиат, пошатываясь, поклонился широко раскинув руки в стороны сначала публике, а после – сопернику.

– Победитель – Шу Барбуда из Квинтерры! – объявил Щуща имя моего следующего соперника.

– Гуал. – позвал я своего духа. – Он реально такой слабенький или притворяется, чтоб глаза отвести перед следующим боем?

– Реально. – даже с какой-то грустью ответил орк и вздохнул.

– И это – один из сильнейших шаманов во всех мирах?! – шепотом, чтоб ненароком не обидеть кого, воскликнул я. – Да ты ж его зверюшку одной рукой поднимешь и просто об арену размудохаешь!

Словно услышав это, турнирная таблица дернулась и иконка Шу Барбуды, поднявшаяся в одну боевую пару со мной, исчезла, а мой портрет поднялся на одну позицию выше.

– ??? – удивленно посмотрел я на Гуала Вакалара, а тот в ответ просто заржал.

– Для некоторых важно достойно сдаться заведомо более сильному сопернику, вместо того, чтобы достойно проиграть. – пояснил орк. Если не ошибаюсь, у его народа в случае проигрыша в таких важных турнирах положено вскрыть самому себе ножом сонные артерии. Иначе – накладывается позор на весь род. А вот признать свою слабость – поистине геройский поступок! На это немалые силы нужны…

– И как бы у них выглядел такой турнир на родине? – подавив смешок, спросил я. – Висит турнирная таблица, и каждый участник подходит, смотрит на соперника и убирает свою фотку? Пока не останется самый сильный?

В ответ Гуал заржал в голос, словив на себе удивленные взгляды соседей по скамейкам. Отсмеявшись, он ответил:

– А не удивлюсь!

Остальные поединки турнира особой зрелищностью тоже не отличались. Да, были участники на порядок сильнее этих двоих животноводов. В одном из поединков сошлись как-раз сильный и слабый шаманы. Сильным был гном, только не в доспехах и не в шкурах. И да, с этого момента я понял разницу между гномами и дварфами, и решил, что даже мысленно больше не буду Горнбрада гномом обзывать. Постараюсь, по крайней мере. Это реально как Шварцнегера дрищем обозвать. Я даже специально уточнил у Гуала расовую принадлежность этого шамана. Вдруг это какая-нибудь разновидность делающих эпиляцию ног хоббитов? Но тот подтвердил. Это гном. Метровой высоты человечек, пропорциями тела напоминающий карлика, только куда более астеничного и узкоплечего, словно его с детства голодом морили. Правда, загорелый и жизнерадостный. И мордааааатыыыый!

Одет этот гном был в широкополую соломенную шляпу, плетеную из сушеной травы жилетку на голое тело, такие же штаны из сена и сандали из двух кусков темной коры и каких-то веревочек. Вместо бубна у него была погремушка из, я бы сказал, маленькой сушеной тыквы. Или патиссончика.

В качестве духа у него, неожиданно, выступал крылатый воин-человек. Странная, легкая на вид кольчуга из серебристого металла до колен, с прорезями для крыльев на спине. Костяной пояс и прозрачный, словно из оргстекла, шлем с открытым лицом и закрытой шеей. Тонкие серебристые узкие клинки – два штуки, висевшие на поясе в невесомых прозрачных ножнах, сейчас сверкали в его руках. Воин порхал в воздухе в метре над землей и крутил мельницы и прочие фехтовальные красивые движения. От скуки. Потому что соперник – низкорослый пузатый ящер, пусть будет аргонианин, плясал с двумя колокольчиками, размером со стакан, в руках, вокруг черепа какого-то рогатого существа.

– Гуаааал. – решил я разобрать непонятки. – Это тоже ваш кодекс чести? Начало поединка уже же протрубили, а гном ящера не атакует. Хороший тон, ждать, пока противник духа призовет?

– Само собой. – с серьезной миной покивал орк. – Была бы это война, другое дело, убил бы он чешуйчатого, да и дело с концом. А так надо уважать соперника. Шшшашшишшасс (это имечко такое у ящерицы, как только Гуал его запомнил и сумел правильно прошипеть?) отважно вышел против заведомо более сильного противника, что вообще несвойственно представителям его, достаточно трусливой, расы. Это достойный поступок, на родине его после такого будут уважать как бесстрашного героя!

– Геннадий Валерьевич, откуда вы все про всех знаете? – усмехнулся я. – Они че, все с прошлого турнира дожили?

– А, нет, что ты! – рассмеялся орк и резко, как это умеет только он, сделал серьезную мину. – Половина участников – мои ученики! Я ж говорил, что я не сидел на горе сотни лет. Я б сдох со скуки! О, смотри, созрел!

Из черепа, вокруг которого плясал тот самый горемыка с непроизносимым шипящим позывным, выполз… Дракон? Хотя не. Если не ошибаюсь, виверна. Вроде как, драконы – существа с четырьмя лапами и крыльями. А у виверн две задние лапы, а крылья – вместо передних. Как у летучих мышей. Чешуйчатый бэтмен. Метровый. Аргонианин замер с высоко поднятыми руками и бешенно затряс колокольчиками, а виверна взлетела и резко начала расти, достигнув трехметровой длины. Заложив петлю над головой своего призывателя, дух рыкнул и рванул в атаку на ангела-мечника.

– Бой! – радостно отсалютовал крылатый воин и, сделав в воздухе штопор, полетел навстречу виверне. Гном яростно затряс своей погремушкой, напоминая милого карапуза с игрушкой, а ангел… Нет, не вырос. Видимо, другая техника. Он ускорился, став похожим на размытую тень, закрутившуюся вокруг летучей ящерицы. Дух-зверь издал обиженный клекот и начал терять части тела, клочками тумана отлетавшими в разные стороны. Буквально через полминуты виверна растаяла прямо в воздухе, а ангел с сияющей физиономией приземлился на арену, а аргонианин устало грохнулся на колени.

– Победитель – Гормли из Мии! – объявил Щуща.

Остальные поединки были настолько скучные, что я решил провести ревизию рюкзака, предусмотрительно прихваченным на этот раз с собой. Мало ли чего? Может, меня отсюда еще куда-нибудь нелегкая понесет? В рюкзаке я неожиданно нашел колбу с ромом из фонтана, бутылочку веселого алкоголика, и то самое «странное месиво» в большом сферическом флаконе-бутыли на литр. Которое совсем-совсем не зелье, а очень даже напиток, ага. Не помню, чтоб я их сюда пихал. Видимо, кто-то из моих спутников ответственно возложил флаконы. Вряд ли Леха. Наверное, самый лучший в мире дварф!

Ну, на трезвую голову тут можно только поединки Скъяаррла смотреть, так что я уверенно приложился сначала к бутылке с ромом, а после – к месиву. И мир заиграл новыми красками, а после покрылся хмарью, оставляя хорошо видимыми лишь духов. Хотя, контуры шаманов были гораздо отчетливее на этот раз. Видимо, потому что я бухлом разбавил и закусил каким-то сушеным овощем из сухпайка, каким-то чудом затесавшимся среди моего добра. А не, не овощ. Вяленая ящерка, недоеденная Пушистиком.

– Блять, где Пушистик?! – резко всполошился я, вспоминая, что с тех пор, как мы заселились на хату, я его ни разу не видел.

– Ящериц гоняет. – усмехнулся орк. – С местными духами на охоту ходит, помогает жратву добывать на всю эту ораву. Целый уровень, между прочим, поднял!

Порадовавшись за мохнозадого, я принялся разглядывать Гуала новым зрением. И других духов. Оказывается, среди присутствующих многие были духами. А я еще думал, чего это народу так много. А оказывается, многие из них – просто призраки. Причем, это – самые причудливые среди сидящих на трибунах. Вот тот же ангел-мечник. Я то думал, это один из шаманов, а оно вон оно как! Вот же ж «особенности данного места»! Хотя, если бы духи были прозрачными, то и бои смотрелись бы не так эффектно.

Короче. Заметил я одну особенность. То, чего обычным зрением не видно. Были на телах у духов места, из которых тонкими струйками сочился астральный туман. Глаза, темечко, подмышки, солнечное сплетение, пах. Еще несколько точек по туловищу, логики в расположении которых я не увидел. А так же кисти рук и стопы ног.

– Хм. Знаешь, я не в курсе, что это такое. Никто раньше такого варева не готовил и зрения такого не заполучал. – задумчиво ответил Гуал Вакалар. – Если подумать логически, то ты видишь уязвимые места. Если человекоподобных духов атаковать в глаза, или подмышки, то сила духа вышибается гораздо интенсивнее. Да и живые к ударам в эти точки тоже чувствительны. Интересный, хотя и не сильно полезный эффект.

Пожав плечами, я продолжил заливаться бухлом, продолжая закусывать ящеркой. Маленькими кусочками, чтоб на дольше хватило. Тем временем волк Скъяяарла раскатал по арене очередного противника и подошла моя очередь. Качаясь, я пошел на арену, удивленно заметив, что противником моим будет тот самый гном в соломе, с духом-ангелом. На удивление, от предложенной бутылочки рома Гормли отказался, хотя у фонтана тогда он с удовольствием прибухивал. Еще один пункт в копилку различий гномов и дварфов. Последний бы не отказался ни за что!

В этот раз, на удивление, жребий переться в дальний край арены выпал гному, а не мне. Тот посмотрел на поле с тоской, после чего вызвал духа и тот унес его до пункта назначения.

А так можно было!?!

Тем временем объявили начало битвы, и я вызвал Гуала, накачивая того энергией до десятиметрового роста. Сам же я решил просто посидеть на песочке и пьяным глазом посмотреть на битву со стороны. Надеюсь, сюрпризов, как у ушастика, у мелкого шамана не будет.

И их и не было. Даже странно как-то. Минут пять Гуал танцевал в битве с ангелом, стуча крылатому барабаном в бубен. Несмотря на разницу в росте, разница у них еще была и в скорости. После каждого удара шаманским барабаном воин отлетал и ощутимо замедлялся, но, делая пару кругов над ареной, вновь набирал обороты и тенью носился вокруг орка, отрезая от того кусочки, от чего Гуал становился чуточку ниже ростом. На вопрос, нужно ли поддать энергии, орк усмехнулся и сказал, что хватит. И ему и правда хватило, даже осталось. Битва закончилась, когда орк возвышался над ареной еще на целых пять метров. Крылатый соперник летал уже достаточно медленно, а гном тряс своей тыквой из последних сил. Последним ударом метровым барабаном вдоль хребта летучий мечник был впечатан в арену, после чего растворился, а гном без сил плюхнулся на задницу.

Поблагодарив его за бой, я с довольным пьяным ебальником прошел на свое место и с удивлением обнаружил, что с турнира вышло прямо таки дохрена участников, а мой портрет висит уже прямо таки в полуфинале.

– Шо за ебаный нахуй? – я аж залез в свои настройки и скрутил степень опьянения в ноль, чтобы убедиться, что это не белочка.

– Эх. Я все ждал одного вопроса, но ты так и не подумал в эту сторону. – грустно вздохнул Гуал Вакалар.

– Какого вопроса? – я аж растерялся от такой постановки вопроса.

– «Почему турнир проходит в один день?» – усмехнулся старый орк. – И «Почему участникам не дают восстановить силы между битвами?»

– Ээээээ… – Окончательно загнался я этим диалогом в тупик и, почесав затылок, ответил. – Я подумал, что таким образом выявляют самого-самого вместительного для того самого астрального тумана. Чтоб раскрыть потенциал самого сильного духа, ему нужен самый мощный насос для энергии. Поэтому в финале должны сойтись два самых сильных насоса. Разве не так?

– Ого! Сам догадался?! – то ли взаправду, то ли качественно наигранно удивленно воскликнул Гуал.

– Да, я такой, иногда и так могу! – самодовольно выпятил я грудь колесом. – А еще крестиком могу выпивать, и на машинке пить!

– Ты колбасу на язык положи, матроскин. – усмехнулся орк. – Возвращаясь к вопросу ебаного нахуя. Участники с практически полностью опустошенным резервом снялись с турнира, осознавая, что не успеют отдохнуть и запастись силой духа к следующему раунду в достаточной степени, чтобы состязаться с тобой. А там ведь еще и другие, не менее опустошающие бои предстояли. Вот ты и вырвался вперед. Скъяаррлу, конечно, еще минимум один бой до финала предстоит, Гаргар так просто не отступится. Но он троллю на один укус.

– А чего, они с этим… гагаром, не поделили что-то? – заинтересовался я.

– «Да там, с прошлого турнира у них стычка произошла.» – махнул рукой орк, переходя на мыслеречь. – «После того, как Гаргар проиграл, в четвертьфинале, от него жены ушли, все пятьдесят. Скъяаррлу он проиграл, само собой. Теперь он его винит в произошедшем и собирается мстить.»

– «А че, они к троллю что ли ушли?» – ответил я так же мысленно. – «И почему ушли то?»

– «Ага!» – раздался у меня в черепной коробке смех Гуала. – «К Скъяаррлу ушли, потому что Гаргар – проиграл. А значит он – слабый. А зачем им слабый муж? Вот и ушли к сильному!»

– «Но судя по тому, что шаманом всех шаманов стал ты, Скъяаррл тоже проиграл…» – неуверенно продолжил я развивать логическую цепочку. – «Этот гарем, значит, ушел к тебе?»

– Да не приведи Мардук! – вслух ответил и испуганно осенил себя треугольником слегка побледневший орк, продолжая уже молча. – «Полсотни тролльчих в жены, и столько же в тещи – это только тролль выдержит! К тому же, я орк, моя победа не в счет. Считаются только победы одного тролля над другим.»

Представив себе трахотряд из пяти десятков тролльчих, я мысленно поуважал каменного жиробаса, после чего выкрутил бегунок опьянения покруче и продолжил со скукой зыркать на арену, на которой продолжали гонять призраков шаманы.

Глава 21

– Просыпайся, засоня! – вырвал меня из объятий роскошной сисястой брюнетки голос Гуала. – Финал проспишь!

Хотя, разбудил меня, все же, поток ледяной воды, струившийся сверху на макушку и стекавший с моих шикарных ушей за воротник. Продрав глаза, я увидал над головой небольшое облачко, изливавшее на меня несоизмеримые со своим объемом потоки дождя.

Вот это меня на жаре раскумарило! С трудом проснувшись и поняв, чего от меня хотят, я убавил опьянение и более-менее очнулся.

– Все-все, убирай свое климаксологическое оружие! – как мог, прикрылся я от этого погодного орудия пыток. – Я ж не гриб какой-нибудь, чтоб дождь любить!

Гуал махнул рукой и облачко исчезло. Я бросил взгляд на арену и заметил, как рабочие утаскивают огромную серую тушу, оставляющую за собой россыпь каменной крошки. И другую аналогичную тушу, с вызовом глядящую на меня с поля боя. Вот что за судьба-злодейка такая? Почему меня ждет не шикарная брюнетка, а огромный жирный тролль? Я разве не заслужил?

– И вот настал долгожданный момент! – прогремел над стадионом голос Щущи. – Великий турнир подходит к своему завершению, и сейчас на арене сойдутся наши финалисты! Скъяаррл из Норртвайлена и Бааргх из Небарры!

Я потянулся, зевнул и, размяв затекшие конечности, направился к выходу с трибун.

– Слушай, Гуал, а че мы вообще ввязались в эту историю с турниром? – то ли по причине того, что я выспался, то ли наоборот, еще не до конца проснулся, но в голове заблудилась в целом, очевидная мысля. – Каким бы букой не был этот тролль, но он мне показался достаточно вменяемым. Пусть и странный он. Ну победил бы он, помог нам босса вытащить, и разошлись бы мы. Или я ошибся в нем, и он бы не стал помогать?

– Эх. Не ошибся ты в нем, но и помогать бы он не стал. – как-то даже немного грустно вздохнул орк. – В его царстве и у его народа древняя вражда с семьей Ас-Фалаимов. Как только там узнают о том, что он воскресил последнего сгинувшего врага, против него ополчатся все. Один против объединенной армии семи миров… Да, силы всех безликих хватит, чтобы стереть эти миры в пыль. Но что ему потом там одному делать?

– Семи миров? – удивился я.

– Ага. – кивнул орк. – Норртвайлен – «семь холодных камней», если дословно.

Пока мы так обсуждали историю и географию родины Скъяаррла, мы дотопали до арены. Вытянув жребий, я с горечью вздохнул. Опять топать. Я посмотрел на волосатую каменную гору снизу вверх и протянул ему руку.

– Какие бы там ни были у тебя и твоих предков счеты с тем гавнюком, которого мне нужно воскресить, я жду тебя на пиру в честь моей победы. – с доброй усмешкой, без издевательства сказал я троллю.

– Подаришь мне в честь моей победы фонтан таких размеров, чтобы я там поместился и мог лежать, как моя статуэтка в твоей ванночке. – оскалился тролль в ответ и аккуратно пожал двумя своими громадными пальцами мою ладонь.

Закончив обмен подъебами, я потопал к своему краю арены. Едва я развернулся лицом к противнику, как раздался сигнал начала боя, а на трибунах повисла звенящая тишина. Из навершия посоха Скъяаррла выскочил его волк, на лету увеличиваясь в размерах. На песок приземлился монстр метров десяти в холке. Я тоже не зевал и усиленно перекачивал силу духа в Гуала, возникшего прямо в воздухе, пока тот стал высотой метров пятнадцать.

А еще, пока я этим занимался, параллельно я хлебнул ром и странное месиво, чтобы вновь словить тот самый эффект, когда видны уязвимые места и прочие астральные вещи. Пусть Гуал говорит, что смысла в этом особого нет. А вот вдруг пригодится? Соперник сильный и опытный, лучше перебздеть!

– Здравствуй, Коготь. – разнесся над стадионом рычащий бас Гуала Вакалара, явно обращенный к волку. – Вот мы и снова встретились.

– Здравствуй, Гуал Вакалар. – чуть-чуть по звериному улыбнувшись, рыкнул в ответ и приоскалил клыки волчара. – Теперь ты, я смотрю, тоже бестелесный брат.

Охренеть, волчок еще и говорящий! И даже разумный! Что вообще за хрень творится в этой вселенной? Я выкрутил бегунок опьянения на середину, чтобы было легче качать энергию из астрала и в то же самое время не терять ясности сознания, после чего потянулся мыслями к каналу, соединявшему нас с духом орка, перемещаясь в его голову. В этот момент я отметил, что уже начавшее проявлять себя необычное зрение пропало. Находясь в голове у Гуала, я не видел каналов, уязвимых точек, а реальность была реальна. Плюнув, я вернулся в свое тело и принялся наблюдать за боем со стороны, оставив канал просто для мысленной связи с духом. Реальный мир стал мутным и размытым, а духи приобрели дополнительную четкость.

Духи закончили обмен любезностями, глаза волка и тролля засветились желтым огнем, и волк с орком вступили в просто рукопашный бой. Когти и зубы призрачного хищника оставляли на теле Гуала источающие туман раны. Быстро затягивающиеся, тем не менее, каждая царапина, каждый прокус уменьшали размеры шаманьего духа. Конечно, орк не оставался в долгу, мощными ударами кулаков по голове и туловищу зверя вышибая из того увесистые клубы силы. И все же, энергопотери волка были меньше, чем у орка.

Глупо было бы думать, что противник не заготовил козырей. Это все-таки финал. Тут нужно выкладываться на всю катушку. Пока я увлеченно наблюдал за битвой духов, Скъяаррл с размаху вонзил свой посох-дубину в землю, в прямом смысле расколов арену пополам. Трещина, почти моментально перечеркнувшая поле боя, медленно расходилась аккурат у меня под ногами. Будь я сейчас в мысленном слиянии с духом, я бы этого просто не заметил и провалился. Отскочив в сторону раньше, чем расщелина достигла метровой ширины, я с удивлением отметил, что глубина ее была метров пять. И не успел я сосредоточиться на том, чтобы добавить энергии своему духу, как из трещины начали вылетать зубастые головы, оставлявшие за собой туманные шлейфы. Головы сделали круг над моей головой, собираясь в стаю, а после чего с визгом обрушились на меня. Тут бы, наверное, и посетил меня очередной пиздец, если бы не Гуал. Вернее, его до сих пор верные ему элементали.

Огненные и ледяные копья развеяли головы, а кобольд спрыгнул в трещину, и она резко, с тряской и хлопком, сомкнулась, поднимая облако пыли. Однако эти манипуляции не дались Гуалу просто так. Старый орк потерял в росте метров пять, и с учетом того, что волк стал ниже всего на два метра, резко потерял и без того незначительное преимущество.

Я закрыл глаза и, сосредоточившись, потянул на себя астральную энергию, сразу же, без остановки передавая ее Гуалу. И неожиданно я начал чувствовать усталость. Физическую. И одышку, словно в одно рыло фуру кирпича разгружал.

Я посмотрел на Скъяаррла, и новым зрением увидел, что канал, соединявший тролля и волка, стал тоньше, и энергии по нему течет меньше. Я сравнил со своим каналом. Моему было хуже. Он судорожно дергался, тяжко, рывками, с утолщениями проталкивал по себе силу духа.

– «Гуал, канал может лопнуть?» – уточнил я этот момент.

– «Может.» – напряженно ответил шаман. – «После этого исчерпаются мои резервы, и меня вышвырнет в астрал.»

Я как смог напрягся, вытягивая из астрала силы и передавая их орку. Хм, странно. Попытки передать силы по энергетической пуповине встречали больше сопротивления, чем попытки впитать эту самую астральную субстанцию в себя. В результате я почувствовал, что сам наполняюсь силой духа, но передать ее излишки своему духу не мог. Я попробовал кинуть на Гуала дополнительные энергетические веревки, но не получилось. Вместо этого я просто сам начал терять энергию.

– «Что за хуйня?» – спросил я орка, по быстрому скидывая ему мыслеформу происходящего.

– «Недостаток опыта!» – раздался полный отчаянья голос Гуала в моей голове. – «Скъяаррл научился каким-то новым трюкам! Его резерв несоизмеримо вырос с прошлого турнира!»

– «И что теперь делать?»

– «Держаться и постараться истощить его запасы раньше, чем лопнет канал!»

Я перевел взгляд на тролля. Как раз в тот момент, когда несколько черепов на его посохе лопнули и осыпались пеплом на песок арены. С левой трибуны раздался рев и крики, и троллю прилетел презент в виде связки новых черепков. Скъяаррл прямо так, не расцепляя гроздь, нацепил их на посох и распрямился, делая глубокий вдох и расплываясь в предвкушающей лыбе. Если бы не новое необычное зрение, то я бы и не увидел, как от черепов по посоху растекся мощный поток тумана, впитывающийся и в посох, и в самого шамана, а канал, соединявший его с волком, вновь наполнился и стал куда как толще. А волк вновь начал расти.

– «Сука, он силу духа в аккумуляторах держит!!!» – охуев от увиденного, сообщил я Гуалу.

Ответом мне стала гневная матерная тирада, на какую был способен только обожаемый мной Геннадий Валерьевич, когда попадал молотком по пальцу.

– «И это, подарки во время боя от болельщиков не запрещены правилами?» – уточнил я этот момент. – «Может, его за это дисквалифицировать надо?»

– «Нет, не запрещены». – напряженным даже по мыслесвязи голосом ответил орк. – «Запрещено лишь прямое вмешательство. Хранить инвентарь у друзей можно. Пррррроклятье! Видимо, придется искать иной способ добыть Мардукорову душу!»

– «Рано сдаешься.» – усмехнулся я. – «Что насчет слияния? Мне кажется, там никакие каналы не нужны.»

– «Зато расход энергии несоизмеримый!» – рыкнул орк, падая на колено и уходя в глухую оборону от атак волка, превосходящего его по росту уже в два раза. – «Да и для тебя рискованно.»

– Риск – мое второе имя. – ответил я вслух. – Ты главное продержись с минуту, я щас вернусь.

И, уверенно открыв флакон с веселым алкоголиком, отхлебнул чудо-зелья, физически переносясь в астрал. Обитель духов встретила меня тишиной и туманом. Вздохнув полной грудью, я начал поглощать окружающий меня туман, следя за дрожащим каналом. Наполнение силой духа тут шло не в сравнение быстрее. В десятки раз быстрее, чем в состоянии транса, даже передавать ее духу по каналу было легче. Хотя и не на много. Через некоторое время, почувствовав, что переполнен уже не под завязку, а даже немного с горочкой, я сделал второй глоток и вернулся на арену.

– Максимальное слияние! – выкрикнул я, вызывая волну удивленного гула на трибунах среди зрителей.

Орк, стоявший уже на обоих коленях и источавший дымку из незатягивающихся ран, увернулся от очередной атаки когтистыми лапами и перекатом ушел в сторону, впитываясь в арену. Через секунду он вынырнул прямо передо мной и мы стали единым целым.

Если в режиме малого слияния я был собой, ощущая при этом поверх своего тело дополнительную оболочку, словно кожу, то тут было круче. Я сам стал орком. Поменялось все. Зрение. Я видел иначе. И дело даже не в том, что способность видеть духов и астральные потоки наложилась на обычное зрение. Это самое зрение было другим. Другие оттенки у привычных цветов. Другая четкость, другой контраст, даже другая насыщенность. Жаль только, в худшую сторону. А вот слух у орка был острее моего, обоняние раз в пять чувствительнее. Кожа, по первым прикидкам, была менее восприимчивой. Идеально для битвы, боль должна ощущаться слабее.

– ЛЕЕЕЕЕЕХАААААА! – рявкнул я и чуть не охренел от собственного хриплого рычащего громкого голоса. – КИНЬ МЕЧ!

Леха, красавчик, не стал возбухать и возмущаться, а молча вскочил, отлепил свою боевую рельсу и швырнул в мою сторону. Не знаю, какой там баланс у его бандуры, но летел тот четко вперед острием, не вращаясь, и вонзился четко у моих ног.

А вот и еще одна интересная черта. Я был ростом метра четыре с половиной, чего я сразу не осознал. И меч этот, длиной практически в человеческий рост, был для меня просто большим широким кинжалом. Тело само по себе, видимо, повинуясь сейчас Гуалу Вакалару, прыгнуло, перекатываясь в сторону, в процессе выдергивая меч из земли и уворачиваясь от напрыгнувшего на нас огромного волка. Я решил не вмешиваться в процесс управления телом, отдав управление явно более опытному орку.

– «Расти не будешь? Я под завязку баки залил.» – подумал я, не сомневаясь в том, что второй пилот услышит.

– «Да я бы даже уменьшился». – усмехнулся в голове мой собственный голос. Ну, знаете, такой голос, которым мы книжки про себя читаем? Вот такой же. – «Драться с гигантами с одним мечом с детства привычен, а вот силы лучше поберечь, кто этого тролля знает, сколько у него еще батареек.»

После чего я реально немного уменьшился, и лехин меч стал для меня, как обычный одноручный клинок. Вновь увернувшись от укуса огромного волка, я левой рукой ухватился за его нижнюю челюсть и, подтянувшись, вонзил ему в глазницу меч по рукоятку, подтянулся на оружии и запрыгнул тому на шею, лицом к морде. Покрепче охватив скулящего и мотающего башкой волка ногами и левой рукой держась за правое ухо зверя, правой рукой принялся быстро тыкать клинком в ухо, каждый раз проворачивая в ране оружие.

Зверь заскулил и принялся трясти головой, пытаясь меня скинуть. Поняв, что не получается, волк встал на задние лапы и грохнулся на спину.

АЙ! БОЛЬНО! И тут, вдобавок к уже поднимающемуся на ноги зверю, таки стряхнувшего меня на песок арены, на меня налетело облако призрачных зубастых голов. И если для меня-меня это было немного жутко и я было растерялся, то для меня-орка это совершенно не стало чем то страшным. Уходя перекатом от зубов зверя, он наотмашь разрубил сразу пять голов, а оставшиеся пять разнес в астральную пыль двумя другими ударами, с ловкостью балерины уходя от укусов волка. Я почувствовал усталость. Нет, пора кончать.

– «Гуал, ты видишь? Питающий канал идет к кончику хвоста. Может, если его отрубить, можно разорвать связь?» – подумал я в себя.

– «Попробую». – тяжело дыша, подумал я себе в ответ.

Не, надо кончать с этой шизой. А то так раздвоение личности еще подхвачу, совсем дурной стану!

– «Тогда вытягивай силы на максимум, я астрал за добавкой. И высади меня возле бутылки с зельем.»

Очень резко, почти рывком, я стал очень высоким, и при этом почувствовал очень сильную усталость с опустошением. А волк при этом стал мне примерно до середины бедра высотой. Отпихнув хищника ногой в сторону, я засунул себе в грудь левую руку и вытащил из нее самого себя. Мир мигнул и, словно в фильме, сменился кадр. Вот я зажатый в огромном кулаке стремительно приближаюсь к земле, кулак разжимается и я падаю у рюкзака. Борясь с головокружением и накатившей тошнотой, я дрожащими руками открыл бутылку с веселым алкоголиком и через силу сделал глоток.

В астрале стало легче. Но не на много. Я потянул на себя туман, но он практически не отозвался на мой зов. Сил приказывать ему не оставалось уже ни физических, ни моральных.

– «Гуал, тебе хватит этих запасов сил для победы?» – подумал я в канал. – «Я, кажись, все. Насос заклинило.»

– «Не уверен.» – устало ответил орк. – «Скъяаррл понял нашу задумку и контролирует разум духа, помогая ему уворачиваться. Если бы тролля вывести из строя, то шансы бы были. Но, видимо, не в этот раз.

А че это не в этот раз? Я посмотрел на бутылку с зельем. Если, сосредоточившись на цели, я могу перенестись в любую точку астрала, то, наверное, и из астрала могу в любую точку? Тем более, что орк на что-то такое уже намекал. Я как смог, представил себе страшную морду Скъяаррла. Так, что аж мурашки по коже пробежали, как детально получилось. И, не выпуская мыслеобраза из головы, сделал глоток.

Мир мигнул, и прямо напротив моей морды оказалась морда каменного монстра. Уже готовясь ебнуться с высоты на землю, я неожиданно понял, что стою на чем то твердом. Мельком глянув под ноги, понял, что это его массивное пузо. А еще понял, что пузо все-таки круглое и я падаю спиной назад. Рефлекторно махнув рукой, я хватился за косички пытаясь сохранить ровновесие. Тролль возмущенно взревел, хватая меня за загривок рукой, и поднимая в воздух для броска, но было поздно. Все, что мне было нужно – это чтобы он открыл рот. Я швырнул туда бутылку веселого алкоголика и пнул его в челюсть снизу вверх, отбив нахуй многострадальный мизинец, закрывая ему пасть и разбивая тару.

Висеть, зажатым за шею в огромной лапе на высоте трех метров над землей – так себе удовольствие, скажу я вам. Скъяаррл замер, словно статуя с потухшим взглядом. Я повернул голову к арене и увидел, как волк стремительно уменьшается, кромсаемый и пинаемый орком. Хвоста у зверя уже не было, и обрубок стремительно источал астральный туман.

В этот момент рука каменного гиганта разжалась, опускаясь вниз, и я устремился к земле. И, потирая ушибленный копчик, едва успел сообразить и увернуться от падающего на колени великана. Скуля, на арене рассыпался клочками Коготь.

– Семь! Шесть! Пять! Четыре! Три! Два! Один! Победитель – Бааргх из Небарры! Поприветствуем победителя!

И стадион взорвался овациями. А я границей приходящего в норму зрения заметил странные серые шарики, сантиметров по пять диаметром, перекатывающиеся по стене, ограждающей арену.

Глава 22

Обессиленный, я устало уселся на песок арены и попытался рассмотреть, что это за круглые хреновины, но те словно боялись прямого взгляда и довольно шустро убегали из поля зрения. Зрители выли, орали, топали, хлопали, рычали, а так же издавали какие-то совершенно неприличные звуки. Или это просто на общем шумовом фоне так казалось.

– Все, можешь меня уменьшать. – подошел ко мне до сих пор гигантский Гуал Вакалар. Лехин двуручник в его руке сейчас смотрелся, как перочинный ножичек.

– Думаешь, получится? – вздохнул я. – Сила духа мне не подчиняется почти.

– Так то – внешний туман. – пояснил орк. – Его чтоб подчинить, сила воли и нужна, а во мне уже покоренная сила. Ты ее в себя перетяни, она тебе еще понадобится, чтобы управляющий канал с Васшанетом создать.

Хрум!

Я закрутил головой, чтобы понять в общем шуме, откуда идет непонятный хруст.

Хрум!

Я посмотрел на тролля, так и стоявшего на коленях на арене.

Хрум! Хрум! Хрум!

Смачный глотающий звук.

Этот хмырь бутылкой закусил, прикиньте! Хотя, если эти твари камни и песок жрут, то че бы и нет? Стекло ж из песка и делают.

– Как ты это со мной сделал?!? – повернул тролль в мою сторону голову с глазами какающей стеклом мышки.

– Ээээ… Смотря, что именно я сделал. – на всякий случай, перебирая полужопиями, отполз я на полметра назад.

– Ты мою геройскую силу изменил! – изумленно возопил Скъяаррл. – КАК?!!

– Ну… Видимо, дело в той самой бутылочке. – осторожно ответил я и поспешил пояснить. – Еще одна – и все можно вернуть обратно, как было! И это. Че за геройская сила?

– Ульта. – пояснил уменьшившийся Гуал Вакалар. Орку, по всей видимости, надоело ждать, и он сам перегнал свою силу духа в меня, и теперь стоял, опираясь на меч, как на тросточку, благо – рост позволял.

– Не позволю!!! – заревел тролль, пугая публику с ближайший скамеек. – Я лучше пить брошу, чем отдам это!!!

– Ты такие страшные вещи не говори. – помотал я головой. – Пить можно, главное – не «веселого алкоголика». Но он есть только у меня и одного флегматичного дракона, так что добыть его затруднительно. Че случилось то, кстати?

– Оооооо, смотри! – загадочно улыбнулся тролль и, встав на ноги, поднял над головой посох.

Из посоха вытекло облачко, быстро принявшее форму волка полутора метров в холке. Коготь покрутился и вопросительно уставился на своего шамана. А тот сорвал с посоха череп и закинул себе в пасть, аппетитно захрустев им, словно кириешкой. После чего по телу тролля пошла рябь, и все трещины на коже стали источать туман, растворявший его каменную кожу. Скъяаррл начал в прямом смысле таять, но видимого дискомфорта это ему, вроде как, не доставляло. Пузо и прочие жировые отложения великана на глазах становились заметно меньше, стекая на землю подобно густой смоле. И, когда этой смолы скопилось достаточно, она колыхнулась и, словно амеба, шустро поползла к удивленно вздрогнувшему волку. Достигнув зверя, капля вытянула отросток к нему и, осторожно коснувшись, начала впитываться в оболочку духа. Через некоторое время смола полностью впиталась в Когтя под довольным взглядом заметно охудевшего Скъяаррла.

– О. ХУ. ЕТЬ… – пробормотал я.

Не, если бы не остатки измененного зрения, с помощью которого я четче видел духов, а физические тела пока еще видел полуразмыто, я бы и не понял, что произошло. А произошло то, что по мере того, как капля растаявшего тролля впитывалась в волка, тот терял четкость, к концу процедуры став, нахрен, живым существом!

– Ты… Ты сделал это! – радостно запрыгал на месте волчара, после чего закрутился на месте, ловя кончик своего хвоста. Достигнув цели, он еще пару раз подпрыгнул, а после бросился в объятия к троллю. – Но как?! Мы ведь проиграли?

– Оказалось, что не только с помощью Васшамета можно возвращать плоть духам. – потрепал тот зверя по макушке, а после обратился ко мне. – Бааргх. Отныне Норртвайлен – твой должник. Если тебе когда-то понадобится войско – рассчитывай на меня и моих братьев. Подчеркну – ТЕБЕ, а не твоему, тьфу, «богу». Вот, возьми.

С этими словами тролль двумя пальцами вырвал себе коренной зуб и бросил мне.

– Разбей любым камнем и я узнаю, что тебе нужна моя помощь. – сказал недостоматолог.

– Ааа… Можно узнать, что такого знаменательного произошло, что прям так вот? – я аж растерялся от такого шикарного обещания.

– Сбылось древнее пророчество, вот что. – задумчиво пробормотал тролль. – Согласно ему, сильнейший шаман моей родины должен был получить в состязании за старшего духа способность, что позволит вернуть моему народу великих царей. Все толкователи сходились на том, что для этого надо покорить Васшанета. Что ж. Ошибка не так страшна, главное – способность получена. Теперь я верну к жизни десятку величайших вождей, и мы вновь покорим миры, что их убили, восстав против слова Великой Орды!

– Дай угадаю. – усмехнулся я. – Великих царей победили силы Альянса?

– О, я смотрю, ты слышал о нашем вечном противостоянии? – удивился тролль.

– Ну, довелось, ага. – покивал я. – В моем родном мире, знаешь, достаточно популярная история.

Вот теперь у меня не осталось сомнений. Все происходящее – плод моих галлюцинаций. Видимо, я очень хорошо приложился головой при падении с мотоцикла и мне все это приглючилось, пока я лежал в кювете и слушал музыку. Потом приехала скорая, вытащила плеер из ушей, а мозг решил, что умер. А может, и умер ненадолго, но в машине откачали. То, что лопнула голова – это, наверное, шлем сняли. А то, что после того, как меня демон воскресил, я был в лед вморожен – ну так одежду врачи сняли, телу холодно стало, вот и причудилось такое. Ну, раз это все мои глюки, значит, надо кайфовать по полной! Когда еще такой длинный контролируемый сон можно будет попробовать?

– Что ж. Желаю удачи в подчинении Безликого. – тролль стукнул посохом по земле и пошел прочь с арены.

Пока он шел, подчиненные местным духам элементали приводили арену в порядок, разглаживая песок и прочие выбоины, оставшиеся после финального сражения. Когда Скъяаррл скрылся, на песке проступили контуры огромного круга, окруженного какими-то иероглифами. И кружочка поменьше, около меня.

– Настало время завершить начатое! – прогремел голос Щущи над стадионом, и зрители резко затихли. – Бааргх! У тебя будет минута на то, чтобы подчинить великого Васшанета после его появления!

И замолчал.

– Встань в круг контроля. – в пол-голоса сказал Гуал и кивнул на кружок возле моих ног. – Когда появится Безликий, сразу кидай на него контролирующие каналы, чем больше, тем лучше. Дух сильный, не все привязки приживутся.

Пока он меня инструктировал, значки на песке и круги наливались мягким синеватым сиянием. После того, как Гуал замолчал, еще с полминуты ничего не происходило, а затем воздух над большим кругом задрожал и, как мне даже показалось, начало искажаться пространство. А потом прямо из воздуха на песок плюхнулось оно. Первая мысль у меня была, что это Ктулху. Но потом я понял, что по факту то не знаю, как на самом деле Ктулху выглядит, и помимо мемасов вконтатке я его нигде и не видел. А вот то, что появилось, было похоже на… На попытку создания боевой химеры каким-нибудь магом-монстрологом из всего, что попалось под руку на китайском рынке с морепродуктами.

Длинное горизонтальное креветочное трехметровое тело черного цвета с кучей членистых ножек с одной стороны заканчивалось длинным гибким хвостом, как у ската, метров четырех длиной, с зазубренным по верхнему краю, напоминающим полуметровую ножовку, шипом на конце. С другой стороны вертикально, как у кентавра, росло двухметровое туловище. Наверное. Покрытое хитиновой броней, тело расширялось вверх и имело четыре мощные конечности сверху. На верхней паре, хуй с ним – рук – располагались трехстворчатые, раскрывающиеся подобно тюльпану, клешни. На нижней паре рук располагались, допустим, кисти. Раскрывающиеся так же, как и клешни, но гибкие, с пятью суставами, длинные толстые пальцы в количестве трех штук.

От плеч вверх туловище сужалось конусом, плавно переходя в покрытую хитиновыми бронепластинами шею. На шее сидела заостренная вверх и назад голова с четырьмя подвижными глазами на мягких стебельках, как у улитки. Между глаз торчали вверх две пары острых антеннок-усиков. Пасти видно не было. Видимо, она располагалась посреди вон того пучка жестких на вид щупалец, каждое из которых заканчивалось загнутым острым когтем.

Так вот ты какая, владычица морская.

Дух поводил в разные стороны глазами, после чего подогнул ножки и, поелозив по арене, поудобнее устроил свой зад в песке, прижимая руки к груди и замирая. И вот хуй его знает, спать он лег, или к атаке готовится.

– Время. – шепнул Гуал Вакалар. – Потом разглядывать будешь.

Вздохнув, я мысленно потянулся к запасам астральной энергии. Может, магический круг как-то на это влияет, но едва я в него шагнул, как усталость отступила. И на удивление легко подчинилась сила духа, формируясь в десяток веревок, которые я потянул через пол-арены к духу. Веревки уткнулись в броню существа, и принялись беспомощно по ней елозить, словно не могли к ней прилипнуть. Хотя, почему – словно? Они не могли к ней прилипнуть, нахуй! Я разозлился и ткнул всеми веревками в морду древнего бога, наполняя от души их энергией так, что излишки хлынули из них облачком силы, туманом расползающегося перед щупальцами мутанта. Васшанет оживился, дернул антеннами, а потом принялся водить щупальцами вокруг сгустка энергии, словно пробовал на вкус. После чего издал какой-то рык и, открыв пасть, что и вправду скрывалась в пучке щупалец, сразу всеми ротовыми отростками принялся загонять облачко внутрь себя.

ХА! Приятного аппетита!

Усилием воли соединив энергоканалы в один мощный шланг, я сунул получившийся канал прямо духу в пасть и принялся его накачивать.

Ужасное креведко заурчало, дрожа всем телом и втянуло глазные отростки в углубления, прикрывая их хитиновыми пластинками. По всей видимости, монстр зажмурился от удовольствия. И принялся самостоятельно тянуть из канала силу духа, присасываясь к нему, как к коктейльной соломинке.

Я попробовал потянуться сознанием в канал.

– «Вкусно?» – спросил я у духа.

Словами существо не ответило, послав в ответ эмоцию удовольствия и умиротворения.

– «Будем дружить?»

– «Эмоция согласия»

– «Покажешь, что умеешь?»

– «Эмоция удивления»

А потом из канала хлынул поток мыслеобразов, от которого закружилась голова и потемнело в глазах.

В себя я пришел, стоя на четвереньках в погасшем круге. Васшанет стоял надо мной и испуганно шевелил щупальцами. Я проверил энергоканал. Астральная веревка была стабильна, и по ней я уловил эмоцию тревоги. Голова еще кружилась и плыла, но уже все было нормально. Я попробовал ответить на эмоцию эмоцией и послать креведке мысль, что со мной все хорошо. Судя по пришедшей в ответ волне радости, получилось. Безликий успокоился и вновь принялся зарываться в песок, устраиваясь в нем поудобнее. А в голове начали проявляться знания, какими способностями и какой силы владело это существо. И знания эти появлялись в такой форме, словно я сам это умел. Ну, как ездить на велосипеде, или держать роллы палочками. Только умения были магические, вроде управления погодой, или душами умерших. И так далее. Охуенно длинный список получится, если начать записывать, надо вам сказать!

– И че, он всегда вот так эмоциями общается? – спросил я у довольно ухмыляющегося орка.

– Ага! – оскалился Гуал. – Безликий же! Речь забыл, память потерял, одни инстинкты остались! Огромная умная зверюшка. – и резко погрустнев, продолжил. – Даже жалко его немного. Ни переродиться, ни уснуть. Эх.

А я посмотрел на притихшие трибуны, и они взорвались шумом еще сильнее, чем после победы в турнире. Ну вот, дело сделано! Осталось самое малое – вытащить Марудкора, вернуть творящую ульту и устроить небывалый бухач в этой дыре!

Отвлек меня от этих мыслей серый пятисантиметровый шарик, зависший в полуметре от моей морды. Без звуков, без спецэффектов просто повис и все. И еще с десяток таких же шариков кружило вокруг Васшанета. Заподозрив неладное, я потянулся к каналу, готовый в любой момент отдать команду новой зверюшке, как в паре метров над ареной открылся вертикальный портал. По ту сторону пространственных врат стояла парочка.

Худосочная девица с зеленым ежиком волос и большими, даже немного анимешными глазами. Наручи и поножи из белого пластика, обтягивающий белый топик без единой складки, такие же шортики, приклеенные к босым ногам подошвы-платформы и висящая безо всякого крепления прямо перед глазами изогнутая прозрачная пластина, напоминающая защитные очки без оправы.

Угрюмый перекачанный мужик. Просторные черные штаны, заправленные в черные берцы на мощных широких и высоких платформах, напоминающие копыта какого-нибудь минотавра. Облипающая черная водолазка с воротником до самой головы, но с рукавами лишь до локтей. Массивный пояс с многочилсенными кармашками, заполненными хуй знает чем. Открытая часть рук блестела, словно жидкий металл. На левой скуле узкий шрамик в пару сантиметров, светящийся бледно-голубым светом. Длинные волосы, собранные в два хвоста за ушами, были окрашенны пятнами, напоминая леопардовый окрас. За спиной на лямках висел странный цилиндр из белого же пластика, опутанный проводами, шлангами и лампочками совершенно непонятного назначения. С одинаковым успехом это могло быть как какой-нибудь аннигиляторной боеголовкой, так и переносным самогонным аппаратом. Перед глазами чувака висел такой же прозрачный экранчик. А на уровне живота в воздухе мерцала голограмма с кружочками, треугольничками и незнакомыми значками. В этой голограмме чувак ковырял руками. Потом угрюмо вглянул на меня, кивнул, смахнул мерцающие значки в сторону и, достав что-то из-за пояса, с мрачной рожей шагнул из портала в мою сторону.

Глава 23

Едва этот качок вышел из портала, он сразу же бросил на землю прямо к основанию прохода ту штуку, которую он держал в руках. Напоминавший клубок стальной проволоки предмет сразу начал разматываться, опутывая края портала, создавая вокруг него едва заметную сетчатую арку. Откуда то из за пределов видимости из арки высунулись два странных серых манипулятора в виде шлангов с маленькими металлическими клешнями, прицепившихся к этой проволочной конструкции. Каркас арки слегка засветился красноватым светом. Мужик придирчиво осмотрел всю эту хуеболу, после чего кивнул девке и сказал:

– Стабильно.

После чего повернулся в мою сторону, а из его заспинной ноши высунулись гибкие манипуляторы с непонятными предметами на концах. Парочка насадок представляли собой вытянутые цилиндры, закрытые линзами. Будь дело в нашем мире, я бы подумал, что это либо лазеры, либо камеры. Еще парочка насадок оказались не по размеру яркими прожекторами, едва не ослепившими меня.

– Восхитительно! – прощебетала выпорхнувшая из портала девица, осматривая Васшанета, а потом перевела взгляд на меня. – А в близи он еще брутальнее. Настоящий варвар! Ой, я надеюсь, ты не обижаешься?

– Че ваще происходит? – потер я запылившуюся за день небритую щетину, нахмуриваясь. – Я, знаете ли, не люблю, когда вокруг творится хуйня, к которой я не причастен. Я от этого трезвею, а от этого я нервничаю. А когда нервничаю я, нервничает он. – кивнул я на безликого, а тот, соглашаясь со мной, пошевелил щупальцами и щелкнул клешней.

– Ой, не переживай! – запрыгала, хлопая в ладоши незнакомка. – Эта хуй… НЯ! Вполне с тобой связана! А! Ты же не знаешь меня. Я Да НЯ! – застыла девка, раскинув руки в стороны и выпячивая вперед то, что, по идее, должно быть сиськами, а по факту напоминало пчелиные укусы. – Я веду «Блог потрясающих событий» в нейросети полного погружения информационного поля Арпатира. Ты же дашь мне интервью? Поооозяяяязяяяя!

При этом журналистка сложила ручки перед собой в умоляющем жесте и сделала такую жалобную мину, что захотелось дать ей не только интервью, но и в рот. Что я и озвучил в слух быстрее, чем сообразил, что несу.

– Ой, как здорово! – запрыгала та на месте, хлопая в ладоши. – Только сначала – интервью! А потом – помоешься!

– Ну, помыться я и прямо щас могу. – ошалел я от того, что она даже не подумала оскорбляться.

И послал Васшанету просьбу сделать надо мной теплый дождик. Можно было, конечно, и Гуала попросить, но надо же учиться пользоваться новой игрушкой? Тем более, что игрушка – полная имба и не то, что роялем пахнет – воняет, как большой симфонический оркестр после месячного тура по городам России в период отключения горячего водоснабжения!

Безликий на пару секунд застыл, словно пытался понять, чего от него просят, после чего едва заметно дернул щупальцами, а на меня обрушился мощный теплый ливень. Я ополоснул лицо и голову, после чего оттянул штаны и демонстративно сунул туда руку, пополоскав свое сокровище. Доставать из штанов я его не стал. В конце концов, я не варвар, а очень даже воспитанный цивилизованный дикарь!

С утихших трибун послышались смешки в перемешку с удивленными и даже возмущенными возгласами. Видать, есть тут и кадры с пуританскими взглядами, падающими в обморок при виде нормальной письки и размножающиеся через дырку в стене, дабы не придаваться грязной похоти и разврату.

– А я правильно понял, вы с того самого соседнего техногенного материка? – уточнил я на всякий случай, отключая душ.

– О, так ты знаешь об Арпатире? – удивилась Да Ня.

– Само собой! – покивал я. – Я не полная неуч. Я ваще этот, как его. А, Херпарх, во!

И показал жреческий медальон. Ответом стал такой восхищенный взгляд, словно перед ней открыли склад секс-шопа и разрешили взять все, что не приколочено.

– Вот же шмель… – прошептала она и возмущенно выкрикнула, сжимая кулачки: – Так нельзя! Я теперь даже не знаю, какой вопрос первым задать!

– Тогда уточнение. Прямой эфир или записываете, а потом нарежете? – уточнил я.

– Конечно запись! – впала в ступор от такого вопроса репортерша. – А если в кадр попадет что-то такое, за что весь мой бак забанят?

– Бак? – не понял я.

– Ну. Ааа, ну область инфополя, в котором мои файлы хранятся. – пояснила Да Ня.

– Тогда предлагаю пройти в более уютное местечко, где я расскажу свою историю за рюмкой рома. Только сначала дела доделаю, мне еще Марудкора воскресить надо.

– Так он все-таки умер?! – ошалела Няшка. – А то нам власти ничего не говорят! Только слухи по сети гуляют! Одни говорят, что он мертв, другие – что его алтари живы. Но… Но ведь они не могут быть живыми без своего символа! Как так?

– Ну вот и да, и нет. – развел я руками. – Видимо, потому ваши чиновники и отмалчиваются, чтоб лишний раз умы не волновать. Но там долго рассказывать. Так что пошли в бухальню.

– Уууууу… Мы не можем. – расстроенно надула губки Да Ня. – Мы ж из Арпатира. Наши тела техникой напичканы, мы на Грамзе можем находиться не дальше пяти метров от портала, и то это – по репортерской лицензии.

– Перенести портал? – предложил я, поднимая бровь.

– Я разрешение на съемку турнира десять часов согласовывала! – совсем грустно опустила та плечи. – У портала допуск только эти координаты, больше не дали.

Ну не может такого быть, чтоб в законах не было лазейки. А если бы тут оказались шаманы из техногенных миров? Из моего, например. Хотя и бред, но все же?

– ЩУУУУУЩААААА! – позвал я мэра. – Ты меня слышишь?

– И нечего так орать. – усмехнувшись, появился справа от меня хозяин города. – На период проведения турнира, дабы избежать возможных конфликтов законодательств иномирян, Мертвый город является анархической автономией. Так что вы, уважаемые гости, можете свободно перемещаться в рамках города, не покидая его стен ровно до того момента, как мы, духи этого места, покинем мир живых и покроем руины песком.

– Ой, как же это здорово! – моментально повеселела репортерша, бросаясь к мэру. – Дай я тебя обниму, дорогой!

– Увы. – грустно сказал Щуща, когда Да Ня пролетела сквозь него. – А так бы я с радостью.

Ну, раз с радостью, то мне не жалко. Вот совершенно не понимаю, почему предыдущие шаманы терялись, но Васшамета вполне реально можно считать всемогущим. Невероятное количество ульт от поглощенных душ наделяли его самыми широкими полномочиями, и это я молчу про пресловутую магию, которая позволяет выполнять поистине невероятные комбинации, минуя встроенные способности. А креведко магом при жизни был неебейшим. Короткая ментальная просьба, пара секунд на осмысление ее богораком, и Щуща падает коленями на песок с выпученными глазами, сгребая трясущимися пальцами покрытие арены.

– Можешь обнимать. – кивнул я на мэра репортерше.

– Уиииииии! – повисла восхищенная Да Ня на спине у обретшего плоть хранителя города.

– КАК??!!?!?!?!?!?! – выпучив глаза, взревел Гуал Вакалар.

– Ты еще скажи, что не спрашивал у зверюшки, что он умеет. – удивленно покосился я на старого орка.

– Так он же – БЕЗЛИКИЙ! – подобрал челюсть дух. – У него памяти нет, он слов не понимает! Он по сути просто огромный послушный зверь!

– Ну зверь, ну и что? – покачал я головой. – Звери нашу речь тоже не знают, а понимать с ними друг друга вполне можно. А память… Память он, может, и потерял, а вот умения при нем. И он их осознает, и может сообщить. А… Ааааааа! Так вот че он удивился, когда я об этом спросил! Его никто никогда не спрашивал!

– Можно, я хоть посмотрю, что он там умеет? – спросил погрустневший орк.

– Валяй. – пожал я плечами, и Гуал засунул свой череп в мой.

– Хорош уже жмурика душить. – перевел я внимание на журналистку-блогершу. – А то опять его в астрал отправишь.

– В астрал? – непонимающе похлопала та длинными ресницами, слезая с Щущи. – Это где?

– А об этом – за рюмкой! – поднял я указательный палец. – Щу, найдется местечко, где можно разместиться и отметить событие?

– А? А, да, конечно. – рассеянно покивал мэр. – А… А, ладно, потом. За мной.

И махнув рукой Да Не, зовя ее с помощником за собой, подскочил и умчался куда-то в глубины стадиона.

– Знаешь, а это и хорошо, что шаманам прошлого не хватило ума пообщаться с Васшанетом. – Нервно дергая глазом, произнес Гуал, отрываясь от чтения моих извилин. Мало кто способен пройти искушение всемогуществом. Плохо, что ты это сказал на публике. Теперь это знание станет широкоизвестным и…

После чего перешел на мыслеречь:

– «И скорее всего, следующим хозяином Васшанета станет Скъяаррл. Учитывая его отношения с семьей Ас-Фалаимов, это будет пиздец. Рагнарек, слыхал? Сумерки богов. Великая битва и гибель мира после их гибели.»

– Жопа богов нам будет и так, если мы позволим тому долбоебу, что уничтожает планету за планетой, завершить начатое. – Серьезно ответил я орку. – А проблемы надо решать по мере их поступления. Следующий турнир же будет после моей смерти? Ну так значит стану бессмертным, и все дела.

Ответом мне был пронзительный серьезный взгляд Гуала Вакалара глаза в глаза. После чего орк покачал головой и утонул в арене. Я хотел было выкрикнуть ему вслед что-нибудь колкое, но события опять попутали все планы.

– Да что тут седня за день, блять, открытых, нахуй, дверей? – пробормотал я, а из песка выглянула удивленная голова орка посмотреть, что случилось.

На высоте метров шести открылся очередной портал, с огненной окаемкой. А через несколько секунд оттуда вылетел огромный потрепаный демон, державший в левой руке отрубленную по локоть правую. Не в смысле, что рану зажимал, а именно что нес там отделенное от плеча предплечье с кистью. Инфернал грохнулся на песок, смачно плюнул огнем в портал, и адские врата захлопнулись.

Бормоча что-то под нос, судя по выражению лица и тону – крепкие маты, демон поднялся на ноги и приложил отрубленную руку к культе. Рана вспыхнула огнем, кровь превратилась в напалм, и через несколько секунд конечность приросла на место, не оставив даже шрама.

А я, наконец, узнал обладавшего шикарной бороденью демонюгу. Владыка Лйутсфэуз. Это че у них там, душу Ленина подвезли, и он устроил революцию в отдельно взятом домене инферно?

Блять, где я слов таких нахватался? Надо меньше с Лехой общаться. А то так, не дай Вакх, еще в институт поступить надумаю.

На трибунах повисла напряженная тишина.

– Расслабьтесь, народ! – попытался разрядить я обстановку. – Это знакомый мой! Наверное, поздравить пришел, да подарок не донес – с руками оторвали!

Неожиданно демон расхохотался, а успокоившись, ответил:

– А теперь к сути. Как продвигаются дела с племянничком?

– Ну, мне осталось достать его душу и впихнуть в оболочку. – честно ответил я. – Только отдохнуть немного надо, а то в финале перенапрягся, астрал почти не слушается. А хватит ли этому бедолаге собственных сил на буксировку, я понятия не имею.

– Это плохо. – печально покачал рогатой головой демон.

– Ээээ… Почему? – не нашел я лучшего вопроса.

– Князь Воалд А За Де Бррудд посчитал, что мой запрет на вторжение в холодные миры за душами – слабость и трусость, плюс он не верит в то, что мою родню стоит возвращать к жизни. – мрачно ответил владыка. – А наоборот, по его мнению, нужно примкнуть к уничтожителю миров. Раньше, не смотря на то, что он сильнее меня, он признавал мое главенство, потому что силы моей армии превосходили его. Но он сумел посеять смуту и переманить на свою сторону большинство моих сторонников и поднял бунт, намереваясь меня уничтожить, а после пройтись огнем по смертным мирам, собирая души. Сильный, но глупый. Нужно срочно возвращать Мардукора, он сможет одолеть Воалда, пока тот не отыскал нас.

– Фигаро тут, Фигаро там. – усмехнулся я. – Как он успевал все дырки собой затыкать?

– С трудом. – абсолютно серьезно ответил Лйутсфэуз.

Я глубоко и тяжко вздохнул и начал думать, как быть. Сосредоточившись, постарался максимально четко передать Васшанету образ души своего босса, а потом мысль о том, что его нужно притащить хотя бы сюда. Дух древнего безликого пошевелил усиками и щупальцами, сжался, а после рванул вперед, загребая клешнями воздух, словно воду, отрываясь от земли и ныряя в землю, словно в бассейн.

А я потянулся мыслями по каналу, наблюдая за действиями духа его глазами, но едва очутившись в его голове, поспешил вернуться в свое тело. Ну его нахуй! Совершенно чуждые человеческому телу ощущения и образ мышления, и это я еще молчу про крайне сложное зрительное восприятие мира четырьмя глазами с другой цветопередачей, повышенной мутностью и при этом, как я понял, электрической чувствительностью. Плюс усики и щупальца, бывшие обонятельно-вкусо-осязательно-виброчувствительными датчиками. Уши на брюшных лапах, причем на каждой. Видимо, мозг у этих креведков был куда мощнее нашего, ибо я за несколько секунд чуть не свихнулся от обилия сенсорной информации. Голова, по крайней мере, разболелась так, словно я неделю бухал паленый технический спирт.

Я потер обеими руками пульсирующие виски и поднял глаза на владыку.

– Ждем. – поджал я губы и дернул щекой.

Через пару минут из песка показался хвост Васшанета. Затем задница. Упираясь в землю лапами, он пятился задом и, словно с трудом, тащил что-то тяжелое. Повозившись так с минуту, он таки выбрался на арену и последним рывком выдернул верхнюю часть туловища с зажатым в клешнях спящим Мардукором. Покачиваясь, словно от усталости, безликий потоптался на месте, а я уловил эмоцию растерянности, типа «куда его?»

Я послал креведке мыслеформу, что ему нужно, как и Щуще, сделать тело. Васшанет приподнял босса и пробежался по нему щупальцами, после чего грустно опустил глаза и усики, виновато поджимая околоротовые отростки. А я ощутил эмоцию голода, исходящую от духа.

Я собрал все силы, какие были мне доступны и послал их безликому, но этого было откровенно недостаточно.

– Ну, что?! – нетерпеливо воскликнул Лйутсфэуз.

– Не хватает топлива на создание тела. – виновато развел я руками. – А мой заправочный шланг пока тоже пуст.

– Ой, беда с вами, с молодыми. – отмахнулся демон и выкрикнул куда-то вверх, сотрясая окружающую реальность силой, наполнившей его голос. – ЗИВ! ТАЩИ КУКЛУ!

В воздухе возникло полупрозрачное лицо боссовой жены. Богиня обвела арену взглядом, остановилась глазами на своем муженьке и исчезла. И буквально через несколько секунд прямо из воздуха к нам выкатилась на подставке диагонально расположенная стеклянная капсула на колесиках, заполненная прозрачной маслянистой жидкостью, в которой, подключенное к разным трубкам и проводам, плавало тело бога войны. Мдаааа… А с размерами то я угадал, ага.

Сразу вслед за емкостью вышла Зив, без задержек принявшаяся что-то куда-то нажимать. Капсула повернулась горизонтально, и заполнявшая емкость жидкость начала откачиваться, видимо, в бак, прикрученный снизу.

– Клади его дух сверху. – скомандовала богиня. – Спиной, голова к голове, ноги к ногам.

Как смог, я передал команду духу. На удивление, креведко все понял совершенно верно и, помогая клешням нижними руками, ловко уложил призрак Мардукора на мясную заготовку.

– Поздно. – с некоторой грустью пробормотал инфернал, глядя в небо.

– Почему? – спросил я, тоже поднимая глаза на наливающиеся всполохами пламени небеса.

– Воалд засек отголоски моей силы, когда я взывал к Зив. – вздохнул демон. – А племянника еще часа три в тело упаковывать.

– Думаешь, не протянем? – посмотрел я на первый огненный метеор, сорвавшийся с небес на землю. – Все-таки тут собрались сильнейшие шаманы со всех миров. Да и местных младших позвать можно. Оборона обычно всегда проще, чем активный бой, вроде?

– Чтоб ты понимал, при желании я этот город могу утопить в лаве со всеми присутствующими. – усмехнулся Лйутсфэуз. – А Воалд даже в одиночку сильнее меня. Дух твой еще мог бы им противостоять, но вы пусты.

Я еще раз посмотрел на крутящуюся вокруг тела своего муженька Зив, поливающую куклу с духом светом из ладоней, а потом на креведку.

«Подними меня на верхний край стены.» – мыслеобразами попросил я духа.

Тот аккуратно поднял меня клешнями и просто напросто взлетел, плывя по воздуху, словно в толще воды. Осторожно поставив меня на верхнем краю широкой стены, он с любопытсвом начал осматривать разгорающееся буйство вторжения инфернов.

С неба один за одним падали огненные снаряды. Метеоры на самом деле были огромными жидкими каплями лавы. Они разбивались о землю, и из каждой капли поднимались демоны. Крылатые гиганты, кентавроподобные уродцы. Покрытые зеленым огнем ящеры. Эти были по одиночке. Из некоторых капель возникали мелкие четвероногие и шестиногие зверив шипастых ошейниках, эти транспортировались до десятка за снаряд. Лавовые метеоры падали прямо на город, разрушая дома и заливая огнем улицы. И тут с неба грохнулся особо крупный снаряд почти у самых стен стадиона. Из него выбрался рослый демон. Не знаю, с кем грешила его мамка, но вместо перепончатых крыльев у него были крылья, как у насекомого. Ну, как у мухи, может. Небольшие, плоские, почти прилизанные к голове рога были похожи на насекомьи усики. Фасеточные глаза, заполняющие ямки глазниц, блестели в сполохах пламени. И острые изогнутые жвалы возле рта.

– ЛЙУТСФЭУЗ, ВЫХОДИ!!! – громом прокатился по городу голос этого существа. Демон сделал глубокий вдох и улыбнулся. – Я ЧУЮ ТВОЙ СТРАХ!!! ВЫХОДИ ИЛИ Я САМ ПРИДУ ЗА ТОБОЙ!!!

Васшанет подобрался, и я почувствовал тревогу, исходящую от духа, смешанную при этом с яростью и гневом.

«Сможешь его убить?» – мыслями попробовал я у него спросить. Ответом мне было сильное чувство голода, однозначно говорившее о том, что сил на это надо дохрена.

«Ты поведешь безликих

За собой…» – вспомнились мне слова из последней пророческой песни моего плеера.

Безликих. Не безликого. Нескольких, а не одного.

Ну да, не мог креведко один править и достичь такого высокого уровня. Единомышленники обязаны были быть.

«Можешь позвать других, таких же как ты?» – спросил я образами у Васшанета.

«Согласие. Радость. Стая.» – пришел от него ответ, и, держу пари, если бы было чем, креведко бы улыбнулся.

Глава 24

Васшанет развел клешни в стороны и, задрав морду к небу, издал пронзительный, околоультразвукой переливающийся крик, похожий на нечто среднее между писком ужаленного в зад дельфина и яростным свистком физрука, увидевшего пинающих баскетбольный мяч школьников.

А я, пока пытался после этого сольного выступления местного Витаса продуть заложенные нахрен уши, совершенно прощелкал момент, как на стене по бокам от нас появились собратья безликого. Так на него похожие, но в то же самое время совершенно другие. Один невысокий и толстый, с мощными конечностями. Как дварф среди людей. Другой как эльф, худой, высокий, с конечностями-ходулями. Третий – темно-серый вместо черного. И так далее, всего двенадцать сородичей. Отличающиеся деталями, вместе с тем они явно при жизни были биологически сходными видами. А может, даже, и просто расами.

Оглядевшись по сторонам, креведки посмотрели на Васшанета, узнавая и признавая вожака. Общение древних богов было явно мысленным, потому что, не издавая ни звука, они поиграли в гляделки, после чего все новоприбывшие дружно посмотрели на прибывающие демонические войска. И все, как один, дружно защелкали клешнями и с присвистом, грозно, зашипели.

– Гуал, а чего это они так на инферналов агрятся? – спросил я орка, вынырнувшего из астрала поглядеть на творящееся вокруг.

– Да кто ж их знает. – почесал тот тыковку. – Миллионы лет прошли, так долго легенды не хранятся.

Я послал своему креведко эмоцию недоумения, смешанную с образами их гнева и демонов. Ответом была тоска, отчаяние, страх, и физическое чувство боли от ожогов. Хм. А не так то уж они и потеряли то свою память… Или это чистые инстинкты и страх открытого огня, как у любого животного?

А ракообразные духи тем временем начали атаку. Тот, который вызывал ассоциации с дварфом, постучал себя клешнями по груди и, высоко подпрыгнув, превратился в метеор-пузырь. Этот пузырь по высокой дуге удалился и врезался в самую гущу собиравшихся в подобие армейского строя инферналов. Брызги превратились в мощную волну, погасившую немалую часть разлившегося по камням огня, а сам креведко превратился в сумашедший волчок, размытой тенью принявшийся разносить демонюг в огненные брызги.

Другой дух, напомнивший мне эльфа, развел клешни в стороны и… Запел! Песня сирены из доты два с бэк-вокалом из соловьев, вот на что это было похоже. И прямо из стены на мостовую поползли духи других их сородичей. Помельче, не больше метра высотой. Но с оружием в лапах и в броне. Доспехи из каких-то огромных толстых шипастых раковин. Оружие – длинные палки, на обоих концах которых были насажены заточенные с двух сторон костяные лезвия, светящиеся по кромке мягким кремовым сиянием. Когда эти лезвия задевали камни мостовой, те покрывались корочкой льда.

Ракообразное войско начало заполнять все свободное пространство. С интересом наблюдавший в это время за нами Воалд злорадно оскалился и расхохотался, а в руках его материализовался чудовищных размеров двуручный меч, окутанный богровым пламенем, капающим на тротуар и поджигающим даже камень. С учетом того, что и сам демон-революционер был ростом метра три с половиной, над прибывающим войском он возвышался, как комбайн на пшеничном поле. И как только волна воинственных креведок докатилась до инфернала, адский комбайн приступил к сбору урожая. Даже не заморачиваясь с использованием каких-либо способностей, тот просто вручную уничтожал ракообразное войско, за один взмах меча превращая в астральную дымку по два-три десятка морских воинов. В том, что эти существа раньше обитали именно в воде, уже не было никаких сомнений. Строение, движения, вода, струящаяся им в спины из стены – все указывало на их родную среду обитания.

Еще один водный дух защелкал клешнями, и по городу, исходя прямо из стены стадиона во все стороны, прошла ледяная волна, оставляя толстые слои льда на земле и стенах разрушенных построек. Само собой, никого из демонов заморозить не удалось, однако разлитое по земле пламя погасло, а движения сражающейся с креведкой-дварфом армии замедлились.

Воалд, ни капельки не пострадавший от ледяной атаки, захохотал и, выпустив из себя огненное кольцо, очистившее пространство вокруг него метров на пятьдесят вокруг, в повелительном жесте вскинул меч одной рукой вверх. С неба с удесятерившейся силой обрушилась новая волна лавовых метеоров, принесших с собой подкрепление. А сам предводитель армии вторжения все так же одной рукой вонзил свой двуручник в землю по самую рукоять.

Каждая щелочка между камнями тротуара засветилась огнем на всем видимом пространстве, а от самого Воалда произошла мощная взрывная волна, сметающая креветочное войско. Камни начали плавиться и сливаться воедино, превращая площадки и переулки в лавовое море. Уцелевшие дома и руины разрушенных строений начали тонуть в этом огненном озере, словно сливочное масло на сковородке.

Васшамет гневно задергал щупальцами и защелкал клешнями, и на город обрушился мощный ливень. С градом. Город окутался мощным туманом, однако пламенный ад начал угасать.

– ЗРИТЕЛИ УМРУТ ОТ ЭТОГО ЗРЕЛИЩА!!! – раздался за спиной восхищенный крик репортерши, от которого я чуть не спрыгнул вниз, к демонам.

– Да хули ты орешь, блять, так! Я тебя щас на спине у Васшанета выебу в позе хромой креветки! – выматерился я, оглядываясь по сторонам.

На стене тем временем собрался весь стадион. Кто-то из шаманов восхищенно разглядывал происходящее, громко и матом делясь друг с другом эмоциями. Кто-то испуганно сжимался и, вроде как, кому-то молился. Кто-то просто молча стоял и смотрел на это все.

– Не, щас не надо. – мотнула головой Да Ня. – Такое шоу пропускать никак нельзя! Давай потом, за рюмкой рома?

Не, ну вот как на нее такую злиться? Словно даже и не подозревает, что нас сейчас могут в лаве утопить вместе со стадионом. Кстати, а почему стадион до сих пор цел? Цел же?

Взгляд зацепился за двух старших сородичей Васшанета, стоявших рядом с нами и погрузивших клешни по локоть в камень нашего импровизированного форта. Глазные отростки были втянуты в черепушку и закрыты хитиновыми пластинами, а от их тел по рукам сочился, чуть светящийся все тем же мягким кремовым светом, туман. И если присмотреться, то становилось заметно, что то же самое свечение исходило и от стен строения.

Слева раздался тревожный свист и клекот одной из призванных креведок. Ракодварфа, все так же упоенно молотившего демонов на инфернальный фарш, просто напросто завалили телами. Причем не демонов, а тех самых зверюшек. Демоны, дабы лишний раз не попадаться под чудовищные клешни своего врага, хватали своих адских гончих за шипастые ошейники и кидали в морского воина. Тот, видимо, забыл, что он просто дух и может вылететь из этой кучи малы. А может, слишком сильно материализовался для атаки. Но, когда куча гончих с погребенным под ней клешнеруким практически перестала шевелиться, из толпы демонов вышел толстый коренастый рогатый зубастый кентавр в огненной короне с костяным посохом с алым камнем в навершии. Монстр вонзил посох в землю, и куча гончих вспыхнула ярким белым даже не огнем, а… Плазмой, блин. Испарившись за несколько секунд огромным огненным столбом и повиснув над войском инферналов огненной тучей, куча оставила от себя в земле лишь многометровую полусферическую яму с лавовыми стенами.

– ОСТАНОВИСЬ, ВОАЛД! – пронесся над городом рык Лйутсфэуза, взлетевшего над стадионом. – ПОКА МАРДУКОР НЕ ВЕРНУЛСЯ, Я ДАЮ ТЕБЕ ШАНС НА ИСКУПЛЕНИЕ БЕЗ ПУСТЫХ ПОТЕРЬ ЛУЧШИХ ВОИНОВ ИНФЕРНО!!! КОГДА БЕРСЕРК ВЕРНЕТСЯ, ОН ТЕБЯ НЕ ПОЩАДИТ!

– АХАХАХАХАХАХАХАХАХА!!! – рассмеялся вторженец, выдергивая из земли меч. – ТАК Я И ПОВЕРИЛ МАСТЕРУ ОБМАНА! СОЙДИ КО МНЕ НА КАЗНЬ И, ТАК И БЫТЬ, Я ГАРАНТИРУЮ ТВОИМ ЧЕРВЯМ БЫСТРУЮ СМЕРТЬ!

– Безумец. – покачал головой адский, пока еще, владыка.

Кентавр с посохом тем временем выдернул из земли свое орудие и, покрутив навершием в воздухе, словно размешивая тучу, привел ту в движение. Огненное облако закрутилось, словно размешанное огромной ложкой и начало стягиваться в одну точку, уплотняясь и образуя огненный комок. Меньше чем за минуту туча прератилась в трехметровый огненный шар. Демон в огненной короне взмахнул посохом, указывая на стадион, и снаряд быстро, ракетой, устремился в нашу сторону.

От удара этого шара о стену стадион сотрясся весь. От тряски я чуть не свалился со стены, благо Нуагап, немного ранее подошедший со всей нашей компашкой, метнулся с нечеловеческой скоростью и успел меня подхватить, оттаскивая подальше от внешнего края. Подальше – это к краю внутреннему. И знаете, упасть и покатиться по трибунам действительно в потенциале лучше, чем упасть с пятнадцатого этажа и разбиться в Леху-лепеху.

– Вот видишь, я и пригодился. – заржал Аркенпанз.

Поблагодарив оборотня и пообещав тому, что теперь его народ может рассчитывать на то, чтобы стать моим элитным войском бесстрашных бухгвардейцев, я начал вспоминать, что там такого умеет Васшанет, что могло бы пригодиться если не уничтожить армию демонов, то хотя бы сдержать их до завершения процедуры оживления босса. И в целом, нашел. Но даже своей пропитой печенью я понимал, что сил на это надо уйму. А я все так же оставался шаманским инвалидом.

– Гарик! – отыскал я в толпе остроухую фигуру. – Ты ж самый тут имбовый, можешь этого революционера самопального пришибить?

– Не-а. – покачал тот головой. – Я ж говорил, что в защиту развивался. Он меня не одолеет, если я даже в таком облике буду просто сидеть перед ним на земле и пить чай. Но и я инферналу своим пламенем ничего не сделаю. Даже наоборот, сил добавлю.

Эх, вот и толку от него. Может, вольную ему подписать? Пусть с Ши прикупят где-нибудь домик на берегу вулкана, да плодят маленьких остроухих дракончиков.

– Гуал, шаманы могут передавать друг другу силу духа? – продолжал я искать варианты.

– Вообще, это сложно. – усмехнулся орк. – Но я, кажется, понимаю твою задумку. Силу духа передавать друг другу без проблем могут духи. Вон, как они.

С этими словами он кивнул в сторону никаким образом не участвовавших в сражении безликих. А, вот оно че!

– Они передают свои силы тому, кто продолжает призывать и перепризывать армию воинов. – продолжил пояснять орк, после чего обратился к стоявшему неподалеку троллю в окружении нескольких сородичей. – Скъяаррл! Как у тебя с потоком? Надо подкормить безликих!

– Сделаю! – зловеще оскалился каменный великан и засветил глаза.

С навершия его посоха сорвался десяток голов-комет, принявшихся кружиться вокруг Васшанета и его собратьев.

– НУ, ЧЕГО ЗАСТЫЛИ?! – неожиданно громко рявкнул тролль, хищным взглядом оглядывая окружающих. – У КОГО СИЛЫ ЕСТЬ, СЛИВАЙТЕСЬ В ДРЕВНЕГО! КТО ПРОДРОЧИТСЯ – ЛИЧНО СОЖРУ!

Один за другим шаманы начали призывать своих духов и кто сколько мог, передавали силу духа курсирующим над ними Скъяаррловским духам-кометам. Те же носились по замысловатой траектории над толпой, собирая энергию. В какой-то момент поток стал настолько плотным, что даже стал видимым. Струйки астрального тумана поднимались из духов над их головами, а проносящиеся над ними головы этот туман собирали и вливали в креведок.

Я же в свою очередь начал посылать ракообразному духу образ того, что нужно сделать.

«Еще немного поем и сделаю» – ответил он через некоторое время.

Его же сородичи продолжали битву с инферналами, заваливая тех потоками членистоногих солдат, заливая дождем очаги разгорающегося пламени и самих демонов, и сковывая их движения ветром и льдом. Не сомневаюсь, что древние духи умели куда больше и круче, но… Но голых инстинктов, оставшихся после выветривания памяти, явно не хватало на что-то сложное. Я даже, кажется, понял, почему сильные и умные маги после смерти превращаются в простых стихийных элементалей. Не могут они во что-то сложное, чисто самые хм, элементарные вещи.

«Радость, сытость, сила» – пришла эмоция от Васшанета и началось воплощение задуманного.

Земля покрылась паутиной трещин, расширяющихся и превращающихся в широкие каналы, заполненные по самые края морской водой. Островки оплавленной пламенем демонов земли расползались в стороны, и вскоре трещины местами достигли метров десяти в ширину. Огненные метеоры, падавшие с небес, теперь по большей части падали в воду. А демоны не умели плавать. По крайней мере, в морской воде. Клубы пара, поднимающиеся от кипящей от падающей с небес лавы водной поверхности.

А в самой воде завозились темные силуэты. Из глубин к поверхности поднимались тени гигантов. И через миг из воды вырвались длинные многометровые щупальца и, схватив ближайших к краям островов инферналов, утащили тех в глубину. При этом валившие толпой из стены стадиона воины-креведко никуда не делись, вот только им заполненные морской трещины не были помехой от слова совсем. Прыгая в воду, они лишь ускорялись, плывя в ней с крейсерской скоростью, при этом не сбавляя оборотов, прыжками выныривали и нападали на демонов. На некоторое время на островах возникла натуральная куча-мала с вакханалией, но вторженцы быстро сообразили, что куда и почему, выстроившись в боевые порядки и уверенно отражая атаки. Вот только кроме обороны, им больше и нечем было заняться. Идти в атаку по воде никто не горел пламенным желанием.

Только вот сверху стадион не был покрыт непроницаемым куполом, а авиация и магическая артилерия у противника имелась. Архидемоны начали массово забивать своих гончих, добывая из них магические ресурсы и огненную кровь и создавая из всего этого магические снаряды. И всем этим они начали закидывать нашу крепость. А еще выяснилось, что крылья у части инфернальных войск – отнюдь не дизайнерская фишка и летают они может и с грацией куриц-бройлеров, но чтобы проникнуть к нам с воздуха, этого может хватить. Да, большую часть безликие сносили ветром, ледяными снарядами и мощными потоками ливня, но и прорываться нападающие тоже начали. Лйутсфэуз начал было помогать, но его связал боем прилетевший с мерзким мушинным жужжанием Воалд.

Благо, что помимо шаманов, среди сопровождающих были немалоуровневые воины и маги, как, например, моя команда монстрозадонадирателей. Ну и у других участников тоже были толковые спутники. Вот тут, кстати, Гартаил уже не стал возражать и, прератившись в дракона, ловил и разрывал когтями летающих демонюг, стараясь выбирать среди них наиболее сильных, предводителей. Валька и прочие маги атаковали авиацию, воинам же доставались сухопутные противники. А летуны додумались сначала закидать нас своими зверюшками, а после накидать и более эффективных в наземном бою кентавров и ящеров. Да, достигали цели один из десяти-пятнадцати, но и этого хватало, чтобы связать боем всех доступных бойцов, даже с учетом поддержки в виде креветочных духов-воинов. В добавок Воалд оказался не таким уж и дураком, и сконцентрировал метеоритный дождь в области стадиона, отчего пришлось отвлечься одному из безликих, чтобы отводить летящие прямо на нас снаряды.

И не смотря на это все, перевес был на стороне армии вторжения. Силы духа категорически не хватало для подпитки древних богов даже на осуществление текущих манипуляций, не говоря уже о том, чтобы перейти в активное нападение. Ебучий закон подлости! Ну не мог этот повелитель навозных мух завтра восстать? С утра. Мы бы отдохнувшие были, да в добавок непохмеленные, а от того – особенно злые! Я такую штуку здоровскую в умениях Васшанетовских нашел – можно было бы весь город в соленое болото превратить, населенное разными всеядными хуйнюшками, потом перемолотить это все каменными жерновами, а души уцелевших после этого ада демонов креведко бы пожрал и не подавился, просто приказав им массово умереть. Но если бы да кабы, ага. Сейчас сил не такое не было, и даже такая глухая оборона, длившаяся уже два часа, начала сдавать. Непрекращающийся огненный дождь умудрился осушить двадцатиметровой глубины каналы до середины, и архидемоны начали строить из падающей с неба лавы мосты в сторону стадиона. Черт, еще немного продержаться. Я бросил взгляд на Зив, возившуюся с куклой своего мужа. Духа на нем уже не было, но процедура еще явно не была завершена.

– Аппатак, ты меня слышишь? – обратился я в воздух. – Помощь щас пиздец как нужна.

– Сожалею. – шепнул ветер. – Но я сейчас не в этом мире. Я скажу братьям, они придут…

Через несколько минут из воздуха вынырнула лодки Гурли с пассажирами. Боевая троица. Гу, Гар и Тень. Стоит отдать им должное, едва появившись и даже еще не причалив к стене, они сообразили что к чему и ненадолго чаша весов этой битвы склонилась в нашу сторону. Гар перехватил контроль над демоническим огнем по всей округе, собирая его к себе, либо заставляя угаснуть.

У Гу же было где развернуться, благо что и воду призывать не было нужды, и противник имел к ней особую уязвимость. Цунами и водяные смерчи захлестнули противников, поглощая часть войск. Повелитель тьмы призывал каких-то черных тварей из темных участков поля боя, да и просто атаковал жидкой тьмой, сочившейся просто-напросто из его ладоней. Убивающий туман богини смерти не встречал преград, забирая жизни демонов, однако сил, чтобы охватить им весь город, Гурле не хватало.

Но эффект неожиданности быстро прошел, и архидемоны продемонстрировали, что они отнюдь не та молодежь, что была тогда призвана юным графом. Так что через некоторое время атака так же перешла в оборону. И какими бы крутыми ни были местные боги, но они все-равно были младшими. Молодыми и неопытными. К тому же, подозреваю, что это первое в их недолгой, по меркам Мардукора, жизни, полномасштабное вторжение высокоуровневых инферналов.

Да еще и я тут, такой бесполезный без божественных ульт. Даже если бы я щас потратил все свободные очки опыта в доступные заклинания, без опыта владения этой магией я все равно был бы пустым балластом.

Еще немного продержаться. Я бросил взгляд на Зив, и заметил, что ей помогает Куршуга. Надеюсь, будет толк. И в этот миг почувствовал сильный удар в спину. Это Нуагап откинул меня своей фамильной секирой, шибанув меня ею плашмя и откидывая в сторону. Потому что с неба на то место, где я стоял, грохнулся метеор. Упав на пару ярусов ниже на трибуны и, кажется, сломав пару ребер, я заметил, что сам Аркенпанз не успел уйти и его с ног до головы окатило брызгами лавы. Гар мановением руки погасил вспыхнувшего оборотня, а Леха, подпрыгнув на высоту четырех метров, одним ударом распорол демонюгу сверху вниз на две ровные половинки.

По высокой дуге на арену пролетел дымящийся Лйутсфэуз, а за ним, хохоча, промчалась окутанная огнем фигура огромной мухи с гигантским мечом в лапках.

И в этот миг мое тело пронзила волна боли. Стало трудно дышать, а сердце сдавило, словно кто-то вставил мне в грудь кулак, сжимая главный насос моего организма когтистой лапой. В глазах потемнело, а уши заложило. И я едва смог услышать, как над стадионом пронесся гневный голос:

– ЧТО ТУТ, МАТЬ ВАШУ В ГЛАНДЫ, ПРОИСХОДИТ?!

Из последних сил повернув голову в сторону источника звука, я увидел зависший в воздухе, окутанный красным туманом, мужской силуэт с раскаленным до красна мечом в правой руке и с заостренной массивной кувалдой в левой. Голого. И со спокойной совестью потерял сознание. Щас то уж босс им покажет.

Глава 25

В себя я пришел в каком шатре из плотной серой ткани. Уложили меня, судя по ощущениям, на что-то мягкое типа перины. Сердце еще немного ныло, но ребра и спину, видимо, исцелили.

Ульты! Родные! Ярость Мардука! Великое творение! Как же я по вам соскучился!

Сотворив бутылочку холодненького жигулевского, я утолил жуткую жажду, накатившую еще в процессе битвы и усилившуюся к текущему моменту просто до пыточных величин. Вот теперь можно жить! И оглянуться.

В шатре было людно. Леха с растерянным взглядом, смотрящий себе под ноги, сидел на пуфике. Рядом с ним стоял Аппатак, нервно теребящий в руках какие-то стеклянные бусы. Лйутсфэуз с закрытыми глазами устало откинулся на спинку просторного мягкого кресла. Судя по тому, что его крылья расслабленно висели за креслом, в спинке была предусмотрена прорезь под перепончатые конечности. Зив, как-то показушно-сердито на меня зыркала, бесцеремонно обнимая со спины за шею сидящего перед ней на грубом камне Мардукора. Босс сидел, собственно, на большом куске местного песчаника с плоской вершиной в позе «пасть порву, моргалы выколю» Доцента на шконке. Хорошо хоть в простынь завернулся, на греческий манер, а то бы я этого зрелища не пережил. И смотрел он на меня совершенно безэмоционально. Хотя нет, немного хмурился. Но я его нехмурым и не видел еще ни разу. Может, это он просто настолько качок, что у него даже брови мускулистые?

– А че все затихли? – еще раз обвел я всех присутствующих взглядом. – Может мне выйти, если я мешаю?

– Да, в общем то, мы только тебя и ждали. – вздохнул босс.

– Казнить нельзя помиловать? – на всякий случай поинтересовался я.

– Вот я и не знаю, куда тебе запятую засунуть. – кивнул бог войны. – С одной стороны, так глупо подставиться под жалкий артефакт, подведя на плаху весь план. Благо, дядюшка выполнил мою просьбу и вернул тебя к жизни…

– ПРОСЬБУ?! – не удержал я удивленный вскрик.

– А ты думал, наша гибель не была предусмотрена? – усмехнулся Мардукор. – Только вот учти, что третьей жизни у тебя нет. Астральный маяк, настроенный на твою душу, был один и одноразовый, и тот был выдан Норнами. Но, черт бы подрал этих старух, могли бы и предупредить, что ты меня сможешь вытащить!!!

– Тебе кстати, выговор. – перебил я его. – Чего это ты как умер, сразу сдался и уснул? Так были шансы не отходя от кассы тебя за ручку из отсрала вывести и в тело упаковать.

С минуту босс успокаиваясь дышал, закрыв глаза, после чего продолжил уже ровным тоном, игнорируя вопрос:

– А с другой стороны, ты не растерялся и сообразил перенастроить ключ на Аппатака. – при упоминании своего имени бог воздуха вздрогнул и нервно, учащенно, заморгал. – Тем самым предотвратив за это время гибель почти восьми миллиардов разумных. А, как ты выразился, «уснул» я против своей воли. Я просто… Не спал я почти семьсот лет уже, как отец пропал. И как я ни боролся, без модифицированного на постоянное бодрствование тела меня сморило. Так вот, вернемся к ключу…

– Я готов вернуть управление им сей миг! – испуганно воскликнул воздушник.

– Ага, щас!!! – повысил голос босс, и продолжил уже почти спокойным тоном. – Эта смерть помогла мне многое переосмыслить. И я понял, что очень сильно сглупил, пытаясь закрывать собой все дыры мироздания. Настала пора набирать новое поколение. Мы в своем страхе вскормить сильных конкурентов лишь поставили мир на грань. Я слишком стар для гибкого мышления. Аппатак! Ты, обладая куда меньшими силами и не в пример меньшим объемом знаний, сумел изобрести энергоэффективный метод массового явления божественного лика и открытия порталов сразу в нескольких мирах одновременно. В твоем возрасте я этого не умел.

Бог ветра поклонился чуть ли не до земли на этих словах.

– По этой причине ключ останется настроенным на тебя, будешь экстерном набирать уровни. – продолжал Марудкор. – И пройдешь ускоренный курс обучения по основам высшей божественности. Уверен, что ты сумеешь многое в них пересмотреть и вывести новые, более эффективные формулы. Нового взгляда нам сильно не хватает.

– Марс, что ты такое говоришь?! – воскликнула отошедшая от шока Зив.

– ДА ХВАТИТ УЖЕ МЕНЯ ПЕРЕБИВАТЬ!!! – рявкнул босс так, что даже моя бутылочка жигулевского треснула. Пришлось по быстрому ее допивать, пока все не вытекло. – А если мы опять умрем, кто нас еще раз вытащит? Верховный шаман – вот он, перед нами!

– Ээээ… – посмотрев на побелевшую Зив, поднял я руку, боясь лишний раз перебить бога-берсерка.

– Говори уже. – чуть помолчав, разрешил Марудкор.

– А почему нельзя было договориться с Гуалом Вакаларом, тогда еще живым верховным шаманом, чтобы он, если че, тебя вытаскивал? – вывалил я на него вопрос.

Босс отвел взгляд в сторону, нервно дернув щекой, и в пол-голоса проворчал:

– Никогда не любил шаманизм и не интересовался этим движением. А в душехранилище моем ни одной души какого-либо сильного шамана, они все предпочитали астрал Вальхоллу, а значит, и прочитать их память, получив знания о возможностях этого древнего ракообразного, у меня не было возможности.

– К слову о шаманах. Если че, один огромный тролль по имени Скъяаррл решил, что он мой должник. – как бы невзначай произнес я. – Если че, он мог бы меня вытащить после смерти из астрала и воскресить, а там уже я тебя. Опыт уже есть.

– Да-да, мне уже рассказали. – усмехнулся босс. – Только вот, пока меня тут не было, один жалкий выпердыш огненной бездны чуть не пустил под кухонный нож всю совокупность миров. Что в следующий раз разгребать? Ты уж лучше не умирай больше.

– Ну, постараюсь. – взохнул я, разводя руками. – Только вот уровень у меня этому не сильно способствует.

– Ты на свойства свои глянь, или где там у тебя счетчик уровня. – шепнул Леха, осторожно косясь на свое начальство.

Хм. заинтриговал. По быстрому открыв нужный пункт менюшки, я офигел. Нет, охренел. Да че уж там – ОХУЕЛ я по полной.

1854!!!

И пока я ошарашенно пялился, выпучив глаза, на эту цифру, она сменилась на 1855.

Я перевел рисковавшие выпасть от широкого открытия глаза на Леху. Тот кивнул.

– А ты уже какой? – спросил я его.

– 1911, и все еще растет. – прошептал тот. – А ты?

– Только 1855. – вздохнул я.

– И еще пару десятков получите. – перебил нас босс.

– А почему? – поинтересовался я.

– Ну так сколько демонов по округе погибло. – удивленно вскинул брови начальник. – Ты еще не понял схему получения опыта? Тут такая плотность излучения духовной энергии, что еще пару часов фонить будет, пока не развеется.

– О, а расскажете, что было после того, как я отрубился? – оживился я.

– У репортерши своей потом спроси, она тебе записи покажет. – отмахнулся Мардукор. – Так вот. Аппатак, ты теперь будешь моим вестником, так что тебе будет немного не до Небарры, надо нового главу местных богов назначить. Кого, как думаешь, твои будут слушаться?

– Эээээ! Нахуй пошли оба! – возмутился я после того, как Аппатак молча посмотрел на меня. – Ебал я в позвоночник такие должности! И вообще, я тут надолго не планирую задерживаться, мне Земля роднее!

– Земля? – непонимая похлопал глазами воздушник. – Хочешь стать еще и богом плодородия?

В полное недоумение всех окунул хохот Мардукора. Ну, пожалуй, только кроме владыки ада. Тот все так же и валялся в кресле с закрытыми глазами. Отсмеявшись, босс пояснил:

– В нашем каталоге ваш мир носит название Тея-Мать, слово «земля» системой, как правило, переводится в значении «почва». Так кого тогда верховным богом тут назначаем? Тень? С некоторых пор он вполне адекватен.

Аппатак согласился с кандидатурой, на том и порешали.

– А че с ним? – поинтересовался я, кивнув на демона.

– Вымотался. – ответил инфернал, не открывая глаз. – Дуэль с Воалдом меня полностью истощила.

– Значит, надо забухать! – поднял я указательный палец над головой. – Я тут пир намечал в честь победы и кой-чьего воскрешения. Кто с нами?

Так же не открывая глаз, владыка поднял руку. Аппатак покосился на Мардукора и осторожно начал поднимать верхнюю конечность. Не встретив возражений, поднял уже более уверенно. Леху, само собой, никто не спрашивал. Куда он денется с подводной лодки? А вот босс отказался, сославшись на то, что ему нужно о чем-то подумать. Зив, само собой, отказалась расставаться с вновь обретенным супругом.

Эх, вот это любовь, я понимаю! Тысячи, если не миллионы лет вместе, и до сих пор друг друга не заебали! Тут некоторые отпуск то вместе провести не могут без развода, или вообще – ремонт. Это вообще испытание брачных уз покруче измены.

На том и расстались. Едва мы вчетвером покинули шатер, как тот закрутился в вертикальную тугую веревку и, словно спагеттина в итальянскую пасть, втянулся в воздух. На улице уже была глухая ночь.

– Позер. – усмехнулся я, глядя на это эффектное исчезновение.

– Кто бы говорил. – вздохнул Леха.

– Ой, тебе ж начальство не поменяли. – спохватился я.

– Поменяли. – пояснил Лйутсфэуз. – Пока ты в отключке валялся.

– О, ну отлично! – облегченно выдохнул я. – Ты, конечно, не обижайся, но характер у Лехи неприятный стал с твоим протеже.

И взял протянутый мне подошедшей валькирией рюкзак, непонятно где брошенный в процессе происходившего. Я осмотрелся вокруг. Находились мы на стадионе, прямо посреди арены. Множество скамеек было сломано, еще больше – просто сгорели нахрен от лавовых снарядов. Тела и ошметки демонов вокруг. И напряженно-задумчиво-уставшие лица уцелевших после битвы, обращенные в нашу сторону. Ряды их, кстати, на удивление, не сильно поредели. Даже Нуагап стоял и сверкал свежей розовой кожей взамен сожженной брызгами лавы. И такой радостный-радостный, словно ему гарем из мисс-вселенных подарили.

– Уииииииииии! – кто-то с радостным визжанием налетел на меня сзади, повисая на шее. Судя по белым пластиковым наручам и эмоциональности, Да Ня. – Это будет просто хит! Ты теперь станешь звездой нейросети! Легендой! Героем комиксов и мемов!

– А что я с этого буду иметь? – усмехнулся я. – Тебя?

– Давай! – радостно согласилась та. – Ну и, думаю, редактор тебе процентов десять опыта будет отчислять.

– Опыта? Какого опыта? – не понял я.

– А, ты же не знаешь! – так и не отцепившись, продолжала висеть на шее девица. – Универсальная валюта Арпатира – очко опыта. Ее стоимость зависит от количества населения, среднего математического уровня обывателя и общего показателя валового производства свободных очков опыта населением. Стоимость исчисляется в условных виртуальных кредитах, которые уже используются населением вместо привычных в диких землях денег. А вообще, я не экономист, могу и неправильно объяснить.

Решив не забивать голову лишней ерундой в виде такого чудного валютного рынка, я перевел тему на пир, задавая вопрос всем присутствующим:

– Так это, где бухать будем? Прямо на стадионе? А то город-то демоны расплавили.

– Мы уже восстановили город, вернее, ту материальную иллюзию, что вы ощущали вместо руин. – ответил подошедший откуда-то Щуща. – Предлагаю пройти на главную площадь перед мэрией. Только с алкоголем проблема. Твой фонтан мы восстановить не смогли, эта магия нам не под силу.

– Ооо, ну вот бухло теперь совсем не проблема! – с улыбкой я сотворил бутылочку наилучшего вина, которым меня угощал Мардукор при нашей первой встрече, и протянул ее теперь уже живому мэру. Найду лучше – буду его творить, а пока именно это лидирует. – Вот, попробуй! Если скажешь, где найти круче – дашь координаты.

– Изумительно! – осторожно пригубив, замлел Щуща. – Нет, не скажу. Это даже в целом лучшее, что бывало у меня во рту за всю мою прошлую жизнь!

Я решил не выяснять, что еще у него бывало во рту за всю жизнь. Очень уж такая многозначительная формулировочка, не хочу портить впечатления о, вроде бы, неплохом мужике. И мы просто последовали за мэром.

– Лех, а вместо чего там у босса шамана астрал предпочитали? – поинтересовался я по дороге у своего википедика.

– Вальхолл. – ответил ходячий справочник. – Если дословно, то «Воинский зал» на древнем, родном языке Асов. Для ясности – знакомое тебе слово «валькирия» означает «воин-женщина». Место, куда попадают после смерти души его последователей. В немного измененном виде в нашем мире известно под названием «Вальгхалла», варианты транскрипции – вариативные.

Тем временем мы добрались до достаточно просторной площади перед трехэтажным, незначительно более просторным соседних строений, домиком. Несколько рядов невзрачных столов с мясными и фруктовыми закусками и соко-морсами.

– Мда. – поджал я губы, осматривая угощение и, взяв в руки анхи, включил творящую ульту. – Сейчас я вам покажу, как должен выглядеть настоящий ПИР!

Глава 26

Перво-наперво я синтезировал несколько дополнительных рядов столов. То, что народу – всего несколько сотен, вовсе не означает, что они должны толкаться в битве за закуску. Лучше пусть жратва останется, чем бухла не хватит. Это как на новый год, еще неделю ванну оливье доедать. Допивается то все максимум до вечера первого числа. А вот этого уже быть не должно! Поэтому, наделав оливьешки, селедки под шубой, жаренной курицы, разных салатиков и шашлыка так, что все едва не валилось со столов и снабдив каждый стол запасом одноразовой посуды, я приступил к созданию очередного фонтана.

Ну а че, народу идея заходит, вот и пусть будет.

В качестве скульптурной композиции я выбрал пирамиду с сидящей на вершине статуей древнего Креведко. В клешнях Васшанет сжимал то самое оружие, как у его морских воинов, в правой руке он держал шаманский бубен, в левой – орочий шаманский барабанчик. Бухло я решил, что пусть сочится прямо из стенок пирамиды. Ограждение сделал метровой высоты, чтоб и зачерпывать было несложно, и нырнуть при желании было не слишком мелко. В качестве создаваемого напитка в этот раз я решил выбрать дедов самогон на травах и кедровых орешках. Если различные породы дуба для создания бочек для настаивания рома, коньяка и вискаря в этом мире имеются, как и различные виды виноградов и зерновых, то в том, что тут растет сибирский кедр со всякой душицей и зверобоем, я не был до конца уверен. Так что пусть наслаждаются семейным рецептом! А кому не нравится – для тех вот, несколько бочек божественного вина создам. Хрен с ним, сотню. Это вино, может и постоять! Ему даже лучше будет.

Последним штрихом я насоздавал кучу пуфиков, кресел-мешков, скамеек и пластиковых кафешковых стульчиков. А так же, по периметру площади, пару десятков садовых кресел-качелей.

А еще я наконец-то узнал, как Гарик так быстро обратно летает, когда я его за веселянкой посылаю. Оказалось все куда как проще, чем я себе понавыдумывал. Браслет его, управляющий пещерой, при телепортации своего носителя, создает на земле, или на полу… Короче, там где стояло тело до перемещения! Так вот. Браслет создает особую метку в виде полупрозрачного, словно холодцом нарисованный иероглиф, вписанный в квадрат, в свою очередь вписанный в круг. И после того, как дракон сделает все свои дела и соберет все, что нужно, он просто телепортируется обратно на этот самый иероглиф. Выяснил я это, просто-напросто послав ушастого за очередной порцией семян веселого растения. Ну а че? Шаманы и набухаться могут. А вот духам только этот дым вставляет. Интересно, каким таким макаром? Хотя, похуй.

– Это последняя. – бросил к моим ногам два большущих мешка Гартаил. – Следующая порция урожая дозреет через неделю. Вы скурили все графские запасы, оставшиеся с прошлого сезона.

Пожав плечами, я создал два больших агрегата для курения этой принцессы Дури, после чего поручил Щуще начинать торжественное мероприятие, а сам направился к своей команде монстрозадонадирателей. Да Ня со своим сообщником, напарником, оператором или кто он там у нее, тоже уже крутилась возле них, откровенно донимая типичными журналистскими расспросами.

Спутники мои, молодцы, уже начерпали и вина, и самогона в кувшины, так что прямо сходу можно было начинать снимать стресс. Плеснув себе в одноразовый стаканчик самогону и нашпилив на вилку смачный кусок шашлыка, я произнес «Ну, за успешность миссии!», после чего залпом выпил и закусил. Мля, теплый! Причем не шашлык, а самогон!

– Валь, накидай льда в кувшины, будь так добра! – пропросил я Увалию и перешел к отвлечению на себя репортерского огня. – Дань, мне тут босс сказал, что у тебя записи всей этой хуйни есть. Покежь, чего я пропустил? Это примерно с того момента, как Мардукор воскрес.

– О, ты такооое пропустил! Жаль, у тебя имплантов для полного погружения нет! – защебетала няшка, а откуда то сбоку прилетели три тех самых серых шарика и зависли в воздухе треугольником. – Голограмма не передаст всей эпичности! Но смотри.

Над треугольником из шариков появилось изображение стадиона с видом сверху. Над серединой арены в воздухе сверкал голым задом начальник с мечом и кувалдой, а на него летела огромная огненная стремная трехметровая муха. Воалд. Мардукор размахнулся и швырнул в муху кувалдой. Оружие мелькнуло размазанной тенью и почти моментально разнесло брызгами башку демона. Обезглавленное тело закувыркалось в воздухе, расплескивая вокруг горящую огненную кровь, однако выровнялось и повисло в воздухе, обескураженно трепеща крыльями и водя перед собой руками. Повинуясь движению свободной руки босса, кувалда вернулась к своему хозяину прямо рукоятью в ладонь. Прикольный бумеранг!

Неожиданно тело демонюги задрожало и просто начало сжиматься, словно бумажный стаканчик в кулаке. Через несколько секунд над стадионом в воздухе висел источающий огнем мясной шар. Несмотря на случившееся с ним, шар продолжал пульсировать и дергаться, словно живой.

– Эта хрень вообще убивается? – усмехнулся я.

– Вообще да, но нет. – ответил присутствующий тут же владыка Лйутсфэуз. – Воалда очень сложно убить. Да и незачем. Полежит немного в холодном мире на бездушной диете, подумает о своем плохом поведении. Через тысячу лет отрегенерирует тело, да и вернется к дальнейшему исполнению обязанностей.

Тем временем огненная тефтелька на голограмме плюхнулась на песок арены, а босс взлетел повыше и оглядел округу. Ракурс камеры взлетел повыше, отдаляясь от земли и расширяя обзор. Взлетев, Мардукор вскинул над головой сверкнувший яростным огнем меч, и от стадиона пошла волна.

Высокий земляной вал метров десять высотой, вращающийся, словно косилка у комбайна. И этому комбайну было откровенно похуй на все, что попадалось ему на пути. Рвы с водой, камни, лава, архидемоны – все превращалось в мелкую труху, ровным перепаханным слоем остающуюся лежать там, откуда уже ушел этот комбайн смерти. И только духи воинов-креведок обескураженно топтались по этому перепаханному полю, непонятным образом уцелевшие и без малейшего вреда выплюнутые валом.

– И нафига тебе этот Воалд на прежних обязанностях? – спросил я, наблюдая за этой занимательной картиной. – Чтобы потом опять бунт устроить?

– Ну да, а что не так? – удивился инфернал. – Всегда бунтовал, а тут вдруг перестать должен? Он сильный, он хороший и талантливый полководец. Аааааа… Ты ж человек, у тебя ценности другие, вот и не понимаешь. Каждый его бунт отсеивает предателей. Вот и сейчас у меня осталось лишь три генерала, верных мне. Они наберут верные им армии, и так далее. А то, что наши разборки задели Небарру, так это лишь потому, что Мардукора не было. А так у нас всегда война. Война – лучшее занятие для инфернала! Огненные миры не могут мирно жить и всегда сражаются то между собой, то с ледяными мирами, с минирами. Война – это жизнь!

– Да, ты прав, ваще вас не понимаю. – усмехнулся я еще плеснул себе самогона с плавающей в нем сосулькой.

Вот теперь пошло намного лучше! Холодненький самогончик под тепленький шашлычок, как бальзам по душе! И я вспомнил, что забыл сделать. САЛЮТ! Так что по быстрому накатил еще двести грамм и, на ходу жуя мисочку оливьешки, побежал к Щуще, до сих пор задвигающему что-то про великие дни, великую ответственность и великую родину. Предупредив того, что я собираюсь бахнуть фейерверком по настроению и объяснив, как получилось, что это за хрень такая, я велел ему объявить о праздничном залпе в честь дня победы через пару минут, и скрылся за зданием мэрии. Сотворив там огромную батарею из больших профессиональных пиротехнических изделий, я принялся ожидать сигнала к началу обстрела местных небес. Наконец, мэр закончил пиздеть и я понял, что я долбоеб. Зажигалки то у меня нету!

После чего я понял, что я еще больший долбоеб, чем сам о себе думал, сотворил зажигалку и, запалив фитиль, поспешил съебаться подальше и побыстрее.

Шандарахнуло, однако, знатно! Да, салют был. И даже в небе. Судя по всему, оооочень мало кто из гуляющих знал, что это такое и потому решили, что развалившееся здание мэрии – тоже часть этого огненного шоу. Претензий же за здание мне никто не высказывал, так что я вскоре расслабился и, еще немножко прибухнув, начал веселиться. Пришлось, правда, снова курнуть. Потому что шаманы опять завели свой заунывный хор. Но после этого настроение уверенными скачками пошло в гору.

Заставив так же сделать хотя бы по одной затяжке местных богов и неместного владыку инферналов, я отправил их на танцпол, а сам, допив кувшин самогона, создал шахматную доску и шахматный же набор. Не спрашивайте – зачем. На тот момент мне это было жизненно необходимо. И вообще, если у вас мог возникнуть такой вопрос – то значит, вы и не бухали никогда нормально. Ну вот захотелось! Выяснилось, что Лйутсфэуз очень даже знаком с этим видом интеллектуального спорта, как и Леха. Вот только рост и толщина пальцев владыки плохо способствуют манипуляциям с такими маленькими фигурками. Поэтому пришлось создать доску побольше. Шестнадцать на шестнадцать метров, прямо на площади.

Забыв под градусом о том, что он истратил все силы, инфернал призвал толпу мелких бесов и стаю гончих. Адские зверюшки были пешками, мелкие демонята разного калибра – фигурами, в качестве ферзя демон призвал суккубу, а на роль короля – крылатого архидемона, не с первого раза понявшего, что от него требуют.

Лехе же призывать было не кого, поэтому на роль шахматных фигур вызвались бухие и накуренные до состояния веселого похуизма шаманы. Кто-то даже начал бить морду кому-то за право быть королем, пока не пришел Скъяаарл. Тролль раздал легких, на его взгляд, подзатыльников спорящим, сказал, что во имя мира он станет королем на этой половине доски и предложил шаманам подраться за право стать его королевой. Королевой стать никто не захотел, так что пришлось назначать принудительно, и то с условием, что ферзь – это советник, визирь и никоим образом не самка. Назначили после всех этих споров Когтя.

Играли в эти шахматы, как и на любой другой пьянке, само собой, на выпивание. Причем, чтоб никому не было обидно, выпивали все, включая персонажей, отыгрывающих фигуры. Причем сначала на брудершафт выпивали фигуры, которые типа рубят друг друга, а потом выбывшая из боя фигура выпивала вместе со всеми. Таким образом к концу партии фигуры ходили как хотели, Леха с Лйутсфэузом играли в откровенные поддавки, а сам поединок было решено закончит ничьей после того, как король и ферзь со стороны демона захрапели, обнявшись в углу поля.

Дальше события происходили рывками. Вот мне изливает душу эльф-арбалетчик с непроизносимым по пьяни именем. Что его дух – это телка его, которую зарубили какие-то злые дренеи. А вот Гартаил угощает всех оргазмом дракона. Ну, в смысле коктейлем. Хотя он мог… А, не будет о грустном. А вот я в походной палатке валяюсь. А рядом Да Ня. А потом сверху. А потом я сверху. А потом я даже убавил бегунок опьянения на несколько секунд, потому что не может человек такую позу принять. Но, поняв, что причина тому – технологичные импланты вместо конечностей, суставы которых могут вращаться абсолютно как угодно, вернул опьянение обратно. И, вспоминая иллюстрации из камасутры, понял, что арпатирцы эту книжку могут раз в десять толще нарисовать, с такой то супергибкостью.

А потом пришло утро и похмелье. Продрав глаза, я рассмотрел Да Ню более трезвым взглядом. Попытался рассмотреть сиськи. Но трудно рассмотреть то, чего нет. На всякий случай проверил междуножье. Самка. Не, так то я не сомневался, не подумайте обо мне плохого! Я и по синьке бабу от мужика отличу! Ну, до этого, по крайней мере, всегда получалось! Но вот в этот раз эта великая равнина зародила сомнения. Ну ладно, ладно, не такая уж и равнина, как я преувеличиваю. Но видал я мужиков с сиськами поболее. Да и вы наверняка видали, если хоть раз на общественном пляже бывали.

Выглянув из палатки, я понял, что утро наступило в полдень. И что оно не очень доброе.

Напротив палатки сидело креведко. И нихрена это был не дух. За время пребывания в городе, да еще и в шаманской шкуре, даже с наложенной на них иллюзией материальности, духов от живых я отличать научился. И вот мало того, что это креведко было живое, так еще и мутировавшее.

Двух метров высотой, с мускулистым, пусть и покрытым хитином торсом. Мускулисто-хитиновые руки с кистями и еще более длинные и не менее мускулистые руки с клешнями. А эти глаза… Четыре глаза на стебельках и два хмурых человеческих глаза на передней части морды. Или нечеловеческие, судя по торчащим из-под пучка щупалец массивным орочьим клыкам. И, судя по знакомым узорам, покрывающим конечности и тело, мне пизда.

– Ээээээ, Гуал, это у тебя похмелье так проявляется? – на всякий случай спросил я.

Глава 27

– Не угадал. – рыкнул Гуаловским голосом монстр. – Попробуй еще раз.

– Нуууу… – Почесал я затылок. – Тогда… Кровь демонов радиоактивна, живущие в грязи мокрицы мутировали, освоили шаманство и ты устроил с ними извращенное слияние?

– Забавная теория. – усмехнулся мутант. – Продолжай вспоминать.

– А, так если вспоминать, то это не ко мне. – Облегченно выдохнул я. – Такого я точно не помню. А значит, я и не причем.

– Эх, расти тебе еще до Бааргха, да расти. – грустно вздохнул хитиновый Гуал. – Тот всегда помнил произошедшее, до каких бы соплей не допивался.

– Вот, смотри голограмму! – раздался заспанный голос Да Ни из палатки, и, когда я обернулся, запустила воспроизведение алкохроник.

На видосе я сидел и с кувшином чего-то жидкого спорил с Лутсфэузом и Гуалом о том, что Васшанет Креведкович имба, что из меня скорее верховный долбоеб, а не шаман, и что если бы не Гуал, хрен бы я вообще до этого турнира добрался. Демонюга вместо ответа пытался отобрать у меня кувшин, а Гуал заливал о том, что это судьба, предначертание и великая честь. Тогда я пригрозил орку, что щас воскрешу его и передам должность обратно, а если тот будет возражать, то научу основам шаманизма адского владыку и передам ему поводок от орка. Демон от такого заявления выронил мой кувшин и, расстроенный, на четвереньках пополз до фонтана за новой порцией. А Гуал Вакалар рассмеялся, глядя на мою грустную от разбития тары рожу.

Обидевшись, я пригрозился, что воскрешу тогда нахрен самого Безликого, а орка заставлю в виде трудовика обучать того строгать табуретки, пока у него новая личность не появится. Гуал в ответ начал лечить за то, что чтобы у древнего бога ракообразных смогла появиться новая личность, тому надо переродиться через вселенские механизмы, пройдя путь от яйцеклетки до готового организма. Тогда я надулся и о чем-то задумался.

Через минуту, в прямом смысле – на рогах, приполз Лйутсфэуз и похвастался, что смешал в одном кувшине сразу же самогон и вино, чтоб два раза не ходить. С рожей, полной вселенского озарения я воскликнул «Эврика!», а еще через несколько секунд «Нашел! Скульптор душ!». После чего выдернул из астрала Васшанета, поставив недоумевающего безликого рядом с орком. Некоторое время я сидел, беззвучно шевеля губами и тыкая пальцем в воздух, видимо – ковырялся в интерфейсе. А потом чему-то кивнул, зловеще заулыбался, а два духа – орк и креведко – слились в одну большую поеботу, которую я уже вам описывал. И пока новообразованный дух стоял и ошарашенно осматривал сам себя, я достал анх и просто тупо создал этому существу тело, как и говорили мне тогда младшие – сразу вокруг души. Ну, в самом духе, в общем. После чего отобрал у охуевавшего от этого зрелища владыки ада кувшин с его адским коктейлем, смачно отхлебнул, поморщился, отхлебнул еще, занюхал владыкой и, выхватив анхи, начал громко звать Куршугу.

Пьяное и полубессознательное тело богини жизни притащили под руки Тень и Гурля. Связанного диалога с ней не получалось, поэтому для приведения тела в сознание пришлось над ней кощунственно надругаться. Нет, не то, о чем вы подумали. Ну не на площади же при всех?! Кощунственно с точки зрения моей, крепкоградусной религии. А именно – я превратил весь спирт в ее организме в воду. Протянув чуть не зарыдавшей от такой наглости богине кувшин с адским коктейлем, я сказал ей, что это ненадолго, просто нужна ее помощь. Дальше на голограмме звуков не было слышно, потому что совещался я с ней шепотом. В это время, обиженный тем фактом, что у него отобрали кувшин, Лйутсфэуз притащил сразу бочку своего фирменного коктейля и с надменным видом принялся оттуда зачерпывать пластиковым стаканчиком. Куршуга в конце наших перешептываний громко заявила, что для воплощения моего плана нужна не она, а какая-то Наргхен, опустошила до дна кувшин и, зачерпнув из бочки довольного демона добавки, удалилась в общую веселящуюся толпу.

– Ну вы слышали, да? – обратился я к Тени и Гурле. Те кивнули и растворились во тьме, материализовавшись через несколько секунд, таща за руки даже не упирающуюся, а просто недоумевающую бабенку средних лет. Тень, как самый теперь уже старший, представил нас друг другу. Нагрхен оказалась местной богиней лесов, полей и прочей природы, а заодно и плодородия. Из одежды на ней был только какой-то плющ, или какой другой вьюнок, слегка обвивающий чуть полноватую фигуру и прикрывающий широкими листьями самые интересные места. А именно письку, междуполужопиевую расщелину и сиськи. Причем на сиськах там, где должны быть соски, цвели круглые розовые цветочки. От человеков богиню отличали полностью зеленые глаза, без зрачков, белков и радужек, да вместо волос была длинная, тонкая, торчащая вверх трава. Словно кусок дерна вместо парика прицепили.

На этот раз, словно зная, сука, что меня снимают, я вновь шепотом начал втирать очередную дичь уже ей. При этом я обводил вокруг руками, жестикулировал и по-пьяненькому качался. Она же в ответ качала головой и цензурно намекала на то, что я долбоеб. С этим фактом я даже и не спорил, но, вновь перейдя на шепот, продолжил уговоры. Через некоторое время Наргхен посмотрела на Тень, тот кивнул и та со вздохом согласилась, заявив, что с нее исключительно души, а она сама лишь будет корректировать экосистему. Вновь получивший материальное тело оркорак застыл истуканом и, судя по всему, глубоко ушел в себя, ибо на внешние раздражители никак не реагировал.

Поудобнее перехватив так и не выпущенные из рук анхи, я аж слегка засветился, окутываясь белым туманом. Этот туман через ноги потек в землю и от меня начал растекаться круг, меняющий реальность. Или, если точнее, материализуя ее. Голограмма резко поменяла вид на высоту птичьего полета, словно кто-то резко поднял камеру в гугл-мэпс. Поднял на такую высоту, что город перестал быть той самой материальной иллюзией, которую придавали руинам, а теперь и вовсе выжженой перепаханной пустоши, местные духи. И из центра этой пустоши расползалось пятно. Пятно, из которого появлялись постройки, тротуары, фонтанчики, пальмочки и прочее-прочее-прочее, что мы видели, находясь в этом призрачном поселении. Рядом с голограммой возникла еще одна, поменьше, показывавшая то, что происходило при этом в самом городе. Шаманы вокруг потихоньку прекращали танцы-шманцы. Ибо духи их, как и жители города, обрастали мясом. Больше всего досталось Скъяаррлу. Навершие его посоха взорвалось, и десяток духов-голов, населявших его черепа, тоже обрели плоть. Тролль в каменном доспехе, орк в варварском прикиде из шкур и меха, просто какой-то пузатый великан с неприятной харей в самурайском кимоно, минотавр-таурен двух с половиной метров ростом в набедренной повязке и стальных наплечниках, кентавр, росту тоже не меньше двух метров в БДСМ-костюме из кожаных ремней. А еще, неожиданно, гоблин в куртке, штанах и сапогах. Покрепче и порослее, чем тот Нюк-пиздюк из леса, но на фоне этих громил совсем малозаметный. Высокий хрен, похожий на эльфа в балахоне с капюшоном, только с темно-серой кожей, пусть будет дроу. Еще один орк, только в полноценном доспехе хорошей ковки, а не в варварской одежде. И еще один тролль, поменьше ростом и пузом, в просторном кафтане вместо доспеха, как у своего сородича. И десятый, огромный волк. Похожий на Когтя, только повыше ростом, покоренастее, да клыки из золота. Духи осмотрелись вокруг непонимающим взглядом, посмотрели друг на друга, и набросились на Скъяаррла с расспросами.

Но основная голограмма приковала мое внимание в большей степени. Процесс материализации охватил уже весь город, и покинул его границы. Песок впитывался в землю, словно тающий снег, и из земли начали вылезать растения. Еще одна возникшая голограмма показывала происходящее в новосотворенных джунглях. Травы, папоротники, пальмы, деревья… Местами земля набухала, образуя пузыри разных размеров. Эти нарывы лопались, и из них появлялись животные, испуганно озирающиеся по сторонам и прижимающиеся к земле. Мыши-крысы-грызуны, ящерицы, крупные жуки и бабочки, летучие мыши, разные птицы от мелочи до павлинов, змеи от мелочи до анаконд, лягушки и жабы разного калибра, разные виды мелких и крупных кошек, типа львов, пум, гепардов и пантер, краффы и другие похожие на рапторов двуногие ящеры, мартышки-обезьяны-лемуры. Ну, короче, разнообразная тропическая живность, похожая на земную и в тоже самое время отличающаяся от нее в мелочах и деталях. Местами, в низинах, пески превращались в болота с крокодилами и груллатами. А еще у самой городской стены начала проявляться средней ширины река, поначалу со стоячей водой, но, когда вся обозримая пустыня превратилась в джунгли, ее воды сначала медленно, а затем уверенно потекли в даль.

Фокус камеры вновь переключился на нашу пьянку, и я увидел, как Наргхен обессиленно падает на колени. Сам же я дымился и на глазах покрывался многочисленными пузырями ожогов. Испуганная Куршуга в команде с Горнбрадом и еще парочкой магов из сопроводительных свит других шаманов поливали меня целебным светом из ладоней, возможно, за счет этого я еще не обуглился. Леха отсчитывал в кувшин капли целебного зелья из аллиры. Ну, помните, того, из белого куста, что Горнбрад сварил? Вот, его. После чего подбежал ко мне и, вырвав из рук вместе с мясом прикипевшие к коже анхи, всучил кувшин и приложил горлышко к губам.

Кувшин осушил я в несколько подходов, и под натиском зелья вкупе с божественным хилом ожоги отступили.

– Всем спасибо, все свободны! – икнул я, подхватил на плечо подбежавшую Да Ню, тут же начавшую прыгать вокруг и восхищенно щебетать о сенсации, чумовом контенте и прочем блогерском, качнулся и ебнулся на задницу прямо там же, где стоял. После чего надо мной появилась палатка, и голограмма записи прервалась.

– И че, сколько часов назад это все произошло? – почесав затылок, пожевал я губы.

– Часов пять. – мрачно ответил обновленный Гуал.

– И ты так долго тут сидел и ждал поздравлений? – удивленно вскинул я брови.

– С чем поздравлять?!! – неожиданно взорвался орк. – Ты хоть представляешь, сколько у меня маны?! Малейшее, слабейшее заклинание разорвет континент пополам!!! Это же не призрак, сила духа такого эффекта не дает! Да и даже просто от моего присутствия через сутки эфир начнет выплескиваться вокруг меня!!! А в добавок я еще и единственный представитель вида! Даже к бабам теперь не сходить… Даже в Кравде и то не найдется таких извращенок. – закончил он уже задумчиво-спокойным голосом, словно вспоминая что-то интересное из жизни.

И пока оркорак поутих, я по-быстрому открыл чатик с боссом.

– Я: «Если есть минука, можешь появиться?»

– М: «И что там такого, что требует моего прямого присутствия?»

– Я: «Я пока объясню, ты уже придешь и уйдешь, тем более, что я сам с похмелья и не до конца вкуриваю.

– М: «*рукалицо*»

И прямо из воздуха вышел Мардукор, с распущенными волосами и замотанный в белую простынь на банный манер, вокруг пояса и через плечо.

Если честно, я думал, что босс будет материться, прыгать, орать, трясти кулаками, ногами и яйцами. Но он даже не побагровел от злости. Просто взмахнув рукой, он поднял из тротуара просторное каменное кресло и плюхнулся в него, откидываясь на спинку и закрывая глаза. Вокруг нас при этом начал собираться народ. Обескураженные шаманы, хмурые от похмелья монстрозадонадиратели и прочие пировавшие ночью разумные, обескураженные своими новыми телами жители города… Короче, все кто был вокруг на площади, начали толпиться еще в момент демонстрации Да Ней видосиков, а при виде новоявленного бога так и вовсе сгрудились плотной толпой. Предусмотрительно, на приличном безопасном расстоянии, но все же старались ничего более не пропустить.

– И что ты от меня хочешь дальше? – через пару минут открыл глаза босс и посмотрел на меня совершенно похуистическим взглядом.

– Ну… – я аж растерялся. – Это… Как бы, теперь есть страховка, на случай очередного пиздеца с нами, есть кому и по астралу пройтись в поисках наших душ, и воскресить в случае чего. Опять же, поспать можешь, Гуал, если че, подменит. Только вот, видимо, придется его немножко поучить, да из Небарры дернуть, он типа слишком высокоуровневый для этой реальности.

– Надо то надо. – согласился Мардукор подозрительно спокойным тоном. – Только вот, поскольку это связано с твоими спутниками, это будет уже нарушением контракта с Норнами. Если ты забыл, то кроме как информацией, я не могу тебе ничем помогать, или еще каким образом вмешиваться в события Небарры лично.

– Погоди-погоди! – замахал я руками. – А как же назначения Аппатака и Тени на текущие должности? Это не вмешательство?

– А ты сам вспомни, где я там что сделал? – с ехидством в голосе задал вопрос босс. – Ключ перенастроили вы сами, я к этому не причастен. Спасать смертных в других мирах Аппатак начал лично, с твоей подачи. Да и иные измерения в договор не входят, так что назначение его вестником договор не нарушает. Старшим над младшими вы Тень назначили сами, обоюдным решением, я лишь посоветовал. Так что… – развел он руками.

– А уничтожение армии демонов?! – не удержался я.

– Самооборона. – пожал тот плечами. – Воалд накинулся на меня, предварительно отдав приказ войскам уничтожить меня, хотя мог развернуться и уйти вместе с армией. Будь он поумнее, набросился бы на тебя, и вот тут уже было бы нарушение условий, если бы я бросился тебя спасать.

– Погоди. Но ведь технически, мое убийство можно приравнять к твоему. – заметил я.

– Только в тот миг, когда душа покидает тело. – вздохнул босс. – Раны можно залечить, органы – отрастить, да и личом стать – тоже можно. И все это ты можешь сделать сам, до момента умирания, либо с помощью помощников. А поскольку в тот момент, когда твоя душа покинет тело, умру и я, я просто не успею вмешаться, и под этот пункт моя «самооборона» уже не канает. Не думай, наш с тетушками договор проработан настолько, что в ТВОЮ судьбу я вмешиваться не могу никак. Только если вот, как Воалд, на меня кто-то кидается. И в рамках этого же договора, Гуала Вакалара я к себе в Пантеон забрать не могу, даже по твоей просьбе. Только если вы сами его туда засунете.

– Ну, короче, я примерно так и подумал. – усмехнулся я. – Вот и позвал тебя лично сюда. Смотри. Гуал щас совершенно одинок, но у него есть двенадцать подчиненных духов схожего с ним вида. Но чтобы сделать их полноценными личностями, нужно двенадцать достойных душ. Я более чем уверен, что у тебя найдутся души кандидатов, которые, обладая божественной силой, не начнут творить хуйню. Мне нужны эти души.

– Повторяю, договор… – начал было возражать босс, но я его перебил.

– А еще у тебя в договор три желания включено. – напомнил я ему, подмигивая. – Так что вот. Хочу дюжину достойных душ, готовых пожертвовать собой, стать неведомыми хуйнями-мутантами и послужить после этого людям, и чтоб ты их после воплощения забрал к себе в божественное логово, дабы они мироздание своим весом не погнули. Ну, ты, надеюсь, суть понял? Не будешь до запятых доебываться, как какой-нибудь демон, дабы желание через жопу выполнить?

– Знаешь, еще немного, и я даже начну тебя уважать. – серьезно на меня поглядев, ответил босс и, несколько секунд подумав, продолжил. – Хм. Какое половое соотношение должно быть? А то не думаю, что мои воины-мужи захотят быть самками.

– Гуал! Слыхал? – окликнул я молчаливо задумавшегося оркорака. – Что там по полу у твоих креведок?

– Девять девочек, трое мальчиков. – ответил Гуал.

– Отлично. – кивнул я. – Зови их сюда.

И, пока мой бывший трудовик выковыривал из астрала оставшихся безликих, я разбирался с присланной боссом делегацией душ. С третьей попытки разобравшись, как получить список душ в своих «Чертогах мертвых» под названием «Веселый сад», я начал по очереди высвобождать новых знакомых и разбираться с работой новой способности.

«Редактор душ».

Если правильнее сказать, то это не совсем способность. Вот файербол – способность. Нажимаешь на кнопку, и в руке появляется шарик огня, с которым уже играешься силой мысли. А этот редактор, хоть и активируется так же, как любое другое заклинание, иконкой на панели, и работает так же через «Волю творца», задействуя при этом и «Великое творение»… Но это скорее напоминало компьютерную программу. Фотошоп, может… В общем, перед глазами появилось поле, реальность притускнела, а души находящихся передо мной существ подсветились. И у живых, и у призрака воина-вождя-орка, присланного мне боссом и выдернутого мной в реал, и у духов безликих. Сверху, под панелью с заклинаниями, появилась еще одна полоска с надписями. Нажав на «Историю», я нашел там одну строчку. Ха. Ха. Ха. «Оркорак». При нажатии на эту строку в поле зрения появилась прозрачная фигура аналогичного Гуалу существа, начертанная по контурам зеленоватыми линиями. В груди изображения было две ячейки-бабочки, по контурам похожие на очертания душ. Я повертел головой так, чтобы контур заготовки оркорака совпал с фигурой орка-призрака. Фигура совпала и, когда душа орка оказалась в одной из ячеек, бабочка засветилась, а контур заготовки прилип к фигуре духа. Я поводил головой, и контуры создаваемого объекта не сдвигались с орка-призрака. Тогда я зацепил курсором душу одного из безликих, на которого мне указал Гуал и перетащил ее во вторую ячейку.

«Объединить души?»

«Да/Отмена»

Предложил мне интерфейс. Ну, собственно, да. Ради этого все и задумывалось.

Духов, находящихся передо мной, притянуло друг к другу, перемешало, сжало в шар, и через несколько секунд шар преобразовался в еще одного оркорака, похожего на Гуала, и в то же время отличающегося от него, как два человека похожи и при этом понятно, что они – разные. Леха протянул мне анхи, все это время находившиеся у него, и я, сосредоточившись, начал создавать новому существу новое тело. Через пару минут на площади удивленно топтался новый монстр, удивленно разглядывающий свои клешни.

– Гррром и молния! – прорычал новичок. – Марррдукоррр сказал, что это будет стрранно, но чтоб настолько!

– Как самочувствие? – поинтересовался я своего творения.

– Божественное! – расплылся в довольной улыбке тот.

Самое прикольное, унинрал перевел его ответ без букв «РРР», но в самой речи собеседника эти звуки были. Раньше я такого не замечал, а тут прям резало слух. Как в фильме с дешевым дубляжом, когда слышишь и речь актеров в оригинале, а поверх гундосый голос переводчика.

– Отлично! – радостно кивнул я и, создав десяток баночных батарей пивчанского, открыл баночку и, похмеляясь, предложил припасть к элексиру утреннего блаженства окружающим.

Из окружающей толпы подходить мало кто осмелился, так что по баночке взяли лишь Да Ня и босс. Так что я позвал Леху и велел ему отнести припасы в сторону, дабы страдающие могли облегчить свои утренние похмельные мучения, а если окажется мало, то наказал ему прийти за добавкой. Так, отведя душу, я продолжил нудный и однообразный процесс творения новой армады старых богов. Через полчаса на площади топталась толпа мутантов. Босс – молодец, не сглупил, и все присланные им души оказались орками и орчанками. Ну, как бы да, логично, чтоб представители нового вида были максимально схожими. Даже присутствовавшие у самих безликих различия стерлись. Так что и креведко-дварф, и креведко-эльф стали усредненного телосложения существами.

– Ну что, Гуал, доволен? Теперь ты не одинок. – усмехнулся я.

– Доволен. – оскалился с радостной миной на ебле оркорак и резко посерьезнел. – Я рад, что ты сумел выбрать верную нить в паутине судеб. Дальше будет легче, главное – не сбейся с пути.

Сначала я не понял, что он имеет в виду. А потом каааак понял! И меня пробило на нервный смех. Хохотал я, наверное, минуты две, как психопат. Даже дышать стало тяжело. Отсмеявшись, я покачал головой и спросил у Гуала:

– Знал, значит, с самого начала, что все так будет?

– Конечно. – серьезно кивнул мутант и улыбнувшись, постучал кулаком нижней, безклешневой руки себе по лбу. – Я ж ВИ-ДЯ-ЩИЙ! Да и ты ж немного тоже. Неужто не почуял, что так будет?

– Что именно – ТАК – нет. – ответил я. – Просто чуял запах пиздеца.

– ХА! В этом весь Бааргх! – оскалился в улыбке бывший король шаманов. – Ладно, нам пора. Слишком уж тут много богов, еще немного, и реальность треснет, а нам еще многому предстоит научиться. Удачи, юный бог. Она тебе понадобится.

На этой ноте он посмотрел на Мардукора. Тот, нахмурившись после этой пламенной речи, мрачно им кивнул и открыл портал, жестом указав выводку оркораков следовать туда. Когда последний мутант скрылся в проходе, босс еще раз на меня хмуро посмотрел и молча шагнул в арку, закрывая за собой пространственные врата.

Ну что, народ! – произнес я, потягиваясь и разминая затекшие кости. – Настала пора разгребать последствия вчерашней гулянки?

– ООООО ДАААААА! – раздался за моей спиной бас Скъяаррла. – Разгребать тебе тут, да разгребать!

И расхохотался.

Я обернулся на его голос и охренел. Нет, не от вида великанов, виденных мною уже на видосиках. А от вида того, что на голограмме я как-то особо не заметил. Над площадью, прямо за фонтаном, высилась огромная статуя. Моя, метров тридцать высотой. Правой рукой я обнимал за жопу Куршугу, а левой – за то, что должно быть жопой у лича в платье, один в один – Увалия. И надпись на постаменте:

«МИР – В ЕДИНСТВЕ ЖИЗНИ И СМЕРТИ! МИРИСЬ И НЕ ДЕРИСЬ!»

Глава 28

Пока я разглядывал этот памятник перемирию между жизнью и смертью, толпа Скъяаррловских бывших духов обступила меня со всех сторон. Не зная, чего ожидать, я на всякий случай активировал способности человека-паука. Пришибить их, если че, не пришибу, а вот увернуться в случае чего однозначно должен успеть.

Очковал я, как оказалось, зря. Чуваки эти оказались теми самыми «великими царями орды». И если до этого Скъяаррл самоназначился моим должником, то теперь, когда я лишил его почетной должности воскресителя царей и сам получил этот статус, то цари лично возжелали меня. Отблагодарить. В общем, коллективным решением вожди орды предложили мне взять Скъяаррла прямо тут. Ну, себе в команду в смысле. И даже на тот факт, что в отряде аж два жреца аж самого Мардукора, они со смехом ложили большой и каменный троллий хер. Мол, вражда у троллей с божественной семейкой сотни тысяч лет, на несколько годков можно и закрыть глаза. Тем более, что помогать Скъяаррл будет лично мне, то есть Бааргху. Имечко это Вакхом со своим замом было придумано специально для орочьего племени, а их среди новоявленных персонажей было аж двое. А поскольку легенду о том, как Вакх Мардукоровские грядки окучивал, за что по шее и получил, была широко известна, то потому и послужить моему культу для них – та еще честь.

Короче, взвесив за и против, минусов особых не нашел. Ну подумаешь, жратвы с бухлом надо будет больше. Тролль и камни может погрызть, если че. Это если совсем в пустыне будем, и вокруг ни леса с живностью, ни ларька с шаурмой не окажется, а у меня мана совсем-совсем закончится. К тому же, от обещания в поддержке боевой мощью, данного мне шаманом, никто не открещивался, а даже наоборот. Если до этого чисто Скъяаррл предлагал войско своего народа, то теперь то же самое пообещали сами цари, посулив в случае надобности прибытие воинов всея Орды. На радостях я их благословил от имени Вакха. Видимые изменения от благословения произошли лишь у гоблина. Тот стал выше ростом в полтора раза, да в штанах у него словно змея завелась, свесившись от пояса до колена. Мдаа, мелкие у чувака желания. Ну, да что ж теперь поделаешь. Но после этого правители едва сохранили достойный облик, чуть не бросившись меня обнимать.

Совладав с эмоциями, они торжественно пообещали, что после того, как наведут в Орде порядки, они сразу начнут восстанавливать религиозные объекты Бааргха, попутно распространяя веру в меня. Благо, сделать это не сложно, ибо синячат ордынцы – как верблюды на водопое, периодически вспоминая добрым словом моего предшественника.

Перетерев с царями и направившись к своей монстрозадонадирательной банде, я отдал команду через интерфейс Пушистику, чтоб пиздовал до меня. Где носило эту пушистую задницу, я понятия не имел, но система утверждала, что пиздюк не только жив и здоров, но еще и каким-то макаром пережил эту огненную вакханалию и вместе со всеми нами тоже получил 1633 уровень. Видимо, находился где-то за городом на охоте с местными, раз левел-ап получился немного ниже, чем у тех, кто был в эпицентре событий.

– Вот ты где! Я тебя еле отыскал! – раздался за спиной высокий мужской голос. – Меня просили тебе кое-что передать!

От неожиданности я запнулся и чуть не распахал ебалом тротуар, упав на четвереньки. Поднявшись на ноги и обернувшись, я увидел странного чувака. В простой серой рубахе и таких же штанах и сапогах. Немного запылившиеся рожа и короткие волосы. Незнакомец рылся в сумке, приговаривая:

– Сейчас, где-то тут было… Ага, вот! Держи. А мне пора.

С этими словами он протянул мне какой-то продолговатый кожаный сверток. Беззвучно хлопая ртом, я взял посылку и только хотел спросить у него, кто он, нахуй, такой, как парень подпрыгнул, превратился в огромную серую птицу, зажимающую в лапах сумку, и взлетел, стремительно набирая высоту.

С полными охреневания глазами я смотрел на то на Леху, то на сверток, то вслед птице, тыча в небо указательным пальцем левой руки. Походный википедик же просто пожал плечами и пояснил:

– Элитная почтовая служба самого архимага. Курьер. За хорошую плату выполняют доставку писем и посылок.

Не сумев подавить нервный смешок, я покачал головой и развернул сверток. Внутри лежала невнятная мешанина из закрученной древесины, рогов и веревок. На одном из витков веревки была прицеплена кожаная бирка с надписью «дерни меня». Пожав плечами, я дернул за нее и получил по губам неожиданно резко и сильно распрямившимся, комбинированным из дерева и рога, луком. Выплюнув на руку передний нижний зуб, я посмотрел сначала на него, потом на лук, потом вставил зуб на место и попросил Горнбрада кинуть хилку, чтоб зуб прирос на место. И уже после оздоровительной процедуры приступил к изучению посылки. Как я уже сказал ранее, это был лук. И судя по тому, что он был сделан из рога и дерева, это была бандероль из одной гномьей… Тьфу. Зарекался же! Из одной дварфийской кузнечной крепости.

«Плач Инферно»

«Лук из рогов инфернала и древесины погостного трупника. Мастер Бумбахмолот сумел вызвать из бездны душу незаслужившего имени огненного демона, заключив ее в собственных рогах, послуживших сырьем для этого оружия.»

«Качество: Мифическое»

«Свойства: Повышенная прочность. Для уничтожения предмета необходимо разово нанести урон выше 158222 единиц»

«Способность: Наделяет стрелы испепеляющей мощью; стрела наносит урон до 666666 единиц и игнорирует любой объект на своем пути, если его запас прочности меньше наносимого урона»

«Стоимость заряда стрелы до 666666 единиц маны»

Ну нихуяшеньки себе! Как раз вовремя! Я ж свой последний лук в домишке оставил, думал, что смогу туда вернуться. А он в этом огненном безумии в лаву превратился. Хорошо, хоть додумался рюкзак прихватить с собой, и то чуть не забыл. Только вот почему так быстро изготовили? Там же не то про месяц речь шла, не то ваще про три? Озвучив этот вопрос вслух, я получил ответ. Только не от Лехи, как обычно, а от Горнбрада. Хотя да. Кому, как ни ему, знать тонкости в дварфийских вопросах?

– Если мастер поймает волну вдохновения, то процесс изготовления чего-бы то ни было ускоряется в разы. – с гордостью произнес бородатый алхимик. – А если удается достать редкие компоненты, ингредиенты или инструменты, то можно и за пару дней создать то, что в обычных условиях создается месяцами! Эта способность только у дварфов есть! Жалко лишь, вдохновение – штука редкая. Продемонстрируешь, что мастер Бумбахмолот сумел создать?

– Продемонстрирую. – кивнул я. – Только объясни сначала, чегой то у вас имена такие странные? Я все думал, что совпадения. Вот ты – Горнбрад. Горн и борода. Род и молот – Молотород. Тут вот вообще – Бум, Бах, Молот!

Вместо ответа на меня, словно на последнего дурачка посмотрела вся команда. Ну, пожалуй, кроме Гартаила и Скъяаррла. Меньше всех на меня так смотрел Леха, хлопнув себя по лбу и, видимо, вспомнив, что он сам не очень местный. Он же и объяснил:

– Дварфы могут назвать свое настоящее имя только своим супругам и детям. Так же, знают его только родители и ближайшие родственники. Для общения с остальными можно использовать родовую фамилию и либо порядковый номер рождения, либо прозвище. Общественное имя присваивается по достижении совершеннолетия, и по сути это – официальная кличка. Причину получения такого имени расспрашивать неприлично, если что, запомни на будущее. Если только об этом случае нет общеизвестных баек.

– Именно! – покивал головой Горнбрад. – Вот как о том же Бумбахмолоте. Говорят, что когда он подтверждал свое право стать взрослым мужем из подростка, ему жребием выпало задание выковать кузнечий молот. А он всегда хотел быть оружейником в первую очередь. Так что у молота, который у него получился, было интересное свойство. При каждом ударе он выдавал взрыв! Молот, к слову, сразу получился легендарным, его даже в итоге подарили королю нашего народа. Доброе вышло оружие, хоть и выглядит внешне ремесленым. Вот такие дела.

Пока мне это все рассказывали, я создал стрелу и, наложив ее на тетиву, выстрелил в собственную статую, предварительно напитав ее маной под завязку. Что интересно, при напитке энергией над стрелой появлялся счетчик, показывающий, сколько в результате стрела нанесет урону. После выстрела стрела прошила скульптуру насквозь, войдя в подмышку и выйдя где-то из спины. Прошла она через камень, как сквозь бумагу и ушла куда-то далеко-далеко в окрестные джунгли. Что ж, будем надеяться, что никакие царевны-лягушки не пострадали. Повосхищавшись подарком, я обратился к спутникам:

– Ну что, у нас еще тут есть нерешенные вопросы, или можно дальше дорогу дорожничать?

И пока монстрозадонадиратели переглядывались, справа подал голос Щуща.

– Тут как бы это… – помялся мэр Мертвого города. Хотя, получается, уже и не такого уж и мертвого. – Скажите, что нам дальше делать. Как нам вообще быть?

Упс. А вот про это я как-то и не подумал. По сути, ведь именно я и виноват сейчас в том, что они уже не мертвые. Хотя… В общем, в том, виноват я, или они должны быть мне благодарны, вопрос крайне философский и вообще, заслуживает отдельной пьянки. Но с учетом того, что они все из духов стали живыми существами по итогам одного-единственного бухича, то даже страшно представлять, что случится по итогам контрольного запоя. Так что на этот раз задумался я искренне, а не на публику. И правда, что дальше? Спасибо Лехе! Спас он меня от скрипа несмазанных извилин, надо будет ему пару бабенок подогнать при случае. Уверен, что тройничка у него в жизни ни разу не было!

– Для начала, с учетом нынешней политической обстановки на материке, я бы посоветовал вам сперва обратиться к архимагу. – сказал Леха Щуще. – С ним необходимо будет обсудить нюансы вашего статуса, принадлежности к какому-либо государству, либо автономности. На данный момент территории бывшей Великой пустыни носят статус диких территорий, кроме песка, жары и великих пирамид, тут ничего не было. А поскольку пирамиды принадлежат Единой церкви, то и вовсе – один лишь песок. В случае получения статуса автономии, вы сможете обеспечить себе защиту? В любом случае, если вы войдете в союз, вам придется предоставлять бойцов в единое войско материка, но и сможете рассчитывать на помощь этой самой объединенной армии. А если решитесь на автономию, то нужно будет оборонять город и окрестные земли от вторжения. Все же, тропики – достаточно лакомый кусочек, особенно с учетом соседних государств.

– Благодарю за совет, ерпарх. – поклонился Щуща Лехе. – Думаю, мы будем обговаривать вопрос автономии. В конце-концов, общение с шаманами дало нам самим достаточно опыта, чтобы развиться в этом направлении. И пусть нас самих осталось чуть больше трех сотен, с помощью духов и элементалей мы тоже можем стоить целого войска.

Распрощавшись в мэром и помахав ручкой остальным участникам турнира, мы сгрудились своей небольшой, но могучей кучкой. Как раз и Пушистик прискакал, забравшись на плечо. Толстопопый, как сраный телепузик. Забрался в рюкзак и принялся там укладываться. Наелся и спит, сученыш. Гарик принял драконий облик, вызвав волну восхищенных вздохов вокруг и, пока мы устраивались у него на спине, поинтересовался:

– Ну что, куда летим?

– Думаю, к графу этому… Ну, в грибном городе который. А! Наирл, во! К нему сначала. А там посмотрим на доступные квесты в домике желтоглазых заданиевыдавателей и потопаем в сторону той академии, где архимаг заседает. В конце-концов, у нас до сих пор действует главная миссия. Выяснить, что за хрень у меня в камушке, верней, душа хрени. Это для тех, кто забыл.

– А что за душа? – поинтересовался Скъяаррл. – И почему ты ее шаманскими методами не допросишь?

– Ну, шаманских методов у меня не было на момент ее заполучения, это раз. – загнул я палец. – А два… Расскажу, пока будем лететь. А к архимагу надо, просто, чтобы была основная цель путешествия. Согласись, просто так слоняться по Небарре, не зная, куда хуй присунуть, минимум глупо?

С этим аргументом тролль не сумел поспорить, и я приступил к рассказу, когда Гартаил набрал высоту.

Глава 29

С братьями-Аркенпанзами мы распрощались возле дворца Хгатта. Оборотни отправились домой, рассказывать родне о своих приключениях и собирать гвардию для охраны моего винного фантана. Ну, того, который со встроенным таймером. Горнбрад тоже откланялся до хаты, открещиваясь тем, что у него щас просто целая гора новых рецептов разных зелий, которые он хочет воплотить в жизнь в нормальных лабороторных условиях.

Таким образом, команда монстрозадонадирателей… Бля, все таки слишком длинно. Отныне будем просто монстродëры! Так вот. Отряд монстродеров теперь состоял из меня, Лехи, Шииран с Гартаилом, Увалии и Скъяаррла. Даже как-то непривычно после такой большой шумной толпы созерцать такую маленькую компашку молчаливых мрачных личностей. Таких в лесу на поляне увидишь – и сам закапываться начнешь, пока тебя самого не закопали. Особенно при виде тролля.

К слову о каменном великане. Вы представляете, это хрен умудрился начать жрать местный домишко! Хотя, конечно, я тоже каким-то образом в этом виноват. Наверное. Ведь это же явно по моей вине город превратился в огромные каменные шаманские мухоморы! Я даже испугался, что Скъяаррл в какой-то момент сожрет весь город, но боялся я зря. Как пояснил один из местных при одергивании мною тролля, ничего страшного от пары укусов домам не будет, за пару дней грибодом восстановит покусы. Все-таки эта херня – живая!

Наирл Ав Хгатт встречал нас, сидя на троне в своем гостевом зале. Несмотря на то, что был еще яркий жаркий солнечный день, а в помещение было достаточно окон, в комнате было темно и мрачно. Хотя занавесок на оконных проемах не было ну вот прям совсем. Под троном, под столами, под лавками – где только была возможность – клубился черный туман. Он же вытекал из рукавов и штанин новоявленного херпарха Тени. Глаза его тоже были наполнены тьмой. Даже немного жутко. Совсем чуть-чуть. Наверное, потому что я прекрасно помню этого пацана доверчиво хлопающим глазенками каждому встречному демону.

– Трепещите, смертные! – наверняка с замашками на зловещесть прохрипел графеныш, закашлявшись в конце фразы.

– Лех! Давай сюда священную клизму. – протянул я открытую ладонь своему спутнику. – Будем графа от пафоса лечить.

– Так она у тебя ведь. – с недрогнувшей физиономией ответил жрец добра и света. – После последней процедуры забрать не смогли, твой организм ее втянул.

Сначала я не допер, а потом каааааак пооонял! И как бросился Леху обнимать.

– Радость то какая! – причитал я, пытаясь задушить его в объятиях, но с тем же успехом можно было душить бетонную сваю. – Леха то наш того… Шутить научился! И даже без яда в голосе! Это надо отметить!

– Не надо! – испуганно воскликнул Наирл, рассеивая тьму и черные туманы и продолжил уже тихим голосом. – Ой. Ну… Пожалуйста… Город еще от последнего раза в себя до конца не пришел…

– Эх, вот такой подставы я от тебя не ожидал. – притворно огорченно вздохнул я. – Ну, так и быть, пощадим вас на этот раз. Посоветуй тогда торговца, который бы нам хороших ездовых животинок бы подогнал. А то наш транспорт немножко демоны отжарили. До хрустящей лавовой корочки.

– Де… Демоны? – аж открыл рот Хгатт.

– Ага, представляешь! Такие крылатые, горячие, огромные… – раскинул я руки, показывая размеры инферналов. – Ну, ты знаешь! А, тут в двух словах не расскажешь! Давай пивка с жареным мясом, расскажу, че было! Жуть как соскучился по хорошей жареной свининке и домашнему пивасику! По настоящим, с душой, а не той синтетической бурде, идентичной натуральной, что может создать один алкобог.

Через пару часиков, пообщавшись с пивом… Тьфу! С графом. Короче, выделил Наирл одного из слуг, чтобы тот проводил нас к одному хорошему торговцу. Занимался тот чисто лошадьми, никаких там ездовых ящеров и оленей. Но это было общей чертой графства. Кроме лошадей, местные особо никем больше не промышляли. А вот именно у этого купца лошади были самые породистые и выносливые во всей округе. Со всех соседних графств, герцогств и королевств к нему за скакунами направлялись. Находился он на самой крупной торговой площади, мог себе позволить.

Круц. Именно так звали этого коневода. Блондин-азиат. Никогда бы не подумал, что такое вообще бывает. Вроде как они все брюнеты, ни разу не видал ни одного ни калмыка, ни казаха, ни даже чукчи со светлыми волосами. Но тут вам – это не там, тут любая хуйня бывает. Немножечко Круц впал в ступор при виде тролля, но тот успокоил его, что транспорт он себе сам обеспечит. В конце-концов, он шаман. И вот, для начала этот Круц измерил нас, словно портной. Ну, кроме меня и Скъяаррла, у меня то Гуля есть. Потом усадил на забавный стульчик с тянущимися куда-то вверх веревками. Оказалось, что этот стул – чаша весов. И конезаводчик просто тупо взвесил монстродеров. И вот, пока торговец подбирал нам каждому идеальную, на его взгляд, зверюшку и сбрую, я от скуки пошел погулять по площади.

Задержавшись у ларька с фастфудом, я немножко залип на местную кухню быстропита. Гамбургеры-гриль, так можно было бы обозвать это чудо кулинарной мысли. Две круглые плоские булки, между ними пластик копченого либо вареного, на выбор, мяса. Ломтик сыра, ломтики какой-то не то репы, не то редьки, квашеный листок типа зеленой капусты и мелко рубленная смесь зелени. Это в самой полной комплектации, хотя можно и собрать рецепт по желанию. И весь этот бургер подогревали и одновременно задавали хрустящую корочку в особом двухстворчатом круглом гриле. Особость его была в том, что не было ни огня, ни углей, ни провода с розеткой. Стопроцентный магический артефакт!

И холодильник еще колдовской был у чувака. Ну, как, холодильник. Бочка. Вроде простая деревянная бочка, только с узорами по бокам и на крышке. И от рисунка пар идет. А в емкости – ледяной квасок! И от этого кваса аж в груди защемило! Домашний до глубины души. Прям как бабуля делала, почти. Из хлеба и с какими-то ягодами и травками.

От радости я даже не стал с золотого сдачу забирать. Заслужил чувак чаевых! И пока я придавался гастрономическим оргазмам, на площади возникло какой-то шевеление.

Сначала был просто шум и гам. В торговых рядах такое – в порядке вещей. Хотите ощутить эту атмосферу – сходите на любой рынок, где с прилавка торгуют. Рано или поздно кто-то кого-обвешает, кто-то кому-то навешает…

Вот и тут метрах в тридцати от меня поднялся шум. Само собой, из-за чего – история уже умалчивает. Но шумела сейчас торговка. Высокая гром-бабища, способная одним ударом одной своей сиськи пришибить своего аппонента. Спорила она со странноватым незнакомцем щуплого телосложения и невысокого роста, чуть выше полутора метров ростом. Несмотря на жару, чудо было закутано в просторную тканевую одежду черного пыльного цвета, единственным узором на одежде был знак на плечах, с обеих сторон. Темно-зеленой краской был изображен круг с перевернутой буквой «А» внутри. Голова тоже была скрыта… Наташка моя, бывшая(слава богу), называла это палантином. Я же утверждал, что это широкий шарф. Контраргументом всегда было, что шарфом заматывают только шею, а палантином – и шею, и голову на манер капюшона. На мой же взгляд, длинным и широким шарфом тоже можно голову замотать. А она на это говорила, что это уже палантин. Что на это говорил гугл, я уже не помню, помню только, что Натаха обижалась на западную поисковую систему и тыкала мне какой-то статьей из яндекса. А, ну так вот!

Бабища явно матом орала на щуплика непонятного пола. Тот же спокойно стоял и тихим голосом что-то ей отвечал. Через некоторое время активной ругани бабища побагровела так, что на конкурсе косплея свеклы заняла бы первое место. Тряся от гнева нижней губой, она обернулась и позвала кого-то из-за своего ларька. Через секунду оттуда вынырнули пятеро амбалов обычного гоповатого мордосложения. В руках у амбалов сюрреалистично блестели тонкие длинные мечи, типа шпаг. Или рапир.

Хлюпик спокойно осмотрел направляющуюся к нему толпу и превратился в размазанную тень. Буквально через пару секунд амбалы удивленно поднимались с земли, потирая ушибы. Задохлик стоял на прежнем месте, держа в руках пару рапир. Еще два клинка торчало из окружающих стен, а один из дорожного покрытия. Торговка, увидев, что ее охранников раскидали, словно котят, перешла на совершенно несвязный гневный визг и хрюк.

Из переулка выбежала толпа амбалов посерьезнее, человек десять такого же, быдловатого образца. Уже в броне, пусть и кожаной, в шлемах, с серьезными мечами, с цепами, палицами и овальными метровыми щитами на спинах. На их плечах были изображены такие же значки, как и у хлюпика, только краска была светло-зеленой и слегка светилась. Быстро оценив обстановку, трое новоприбывших сняли щиты и прикрыли обезоруженных громил, а остальные направились к мелкому. Задохлик же спокойно сделал круговые движения руками, разминая плечи, после чего опустил острия мечей к земле.

Я, предвкушая неслабое зрелище, включил берсу, вкидывая по три сотни очков в каждый параметр. Если че, потом перевключу, если не угадал со скоростью восприятия, с другими параметрами. Но страсть как хочу посмотреть, как же этот мелкий шинкует соперников, а не просто мелькает размытой тенью!

Мир замер. А хлюпик ускорился. Даже с таким ускоренным восприятием он двигался весьма быстро, и даже сопротивление воздуха не доставляло ему видимых проблем. А по себе помню – двигаться в этом киселе на такой скорости – задача тоже не из самых простых! Так вот.

Мелкий поц ускорился и, резво подбежав к одному из громил, лениво увернулся от медленно опускающегося на него сверху меча. После чего нарочито медленным движением, явно осознавая свое превосходство, аккуратно, словно опасаясь повредить, воткнул рапиры амбалу в локтевые суставы. Так же аккуратно вынув клинки из ран, он проделал то же самое с коленями, голеностопными суставами и запястьями громилы. Броня не представляла особых проблем для хлюпика. Может, хреновая экипировка была у чуваков, а может виной тому – легкое синеватое свечение клинков рапир.

Закончив протыкать чувака, мелкий подпрыгнул и, зависнув в воздухе, сдвоенным пинком обеих ног припечатал того прямо об прилавок гром-бабы. После чего повторил процедуру еще с двумя соперниками, прежде чем сумел встретить достойный отпор.

Не такой здоровый, как его соратники, один из толпы быдлорыцарей сменил меч на цепь с шипастым грузиком на конце. И, неожиданно резво, крутанулся, махнул оружием, и обе рапиры оказались опутаны цепью, связанные крест-накрест друг с дружкой. Резким рывком он дернул цепь на себя и хлюпик, крепко сжимавший рапиры в руках, полетел навстречу амбалу. На лету задохлик отпустил рукоятки оружия и откуда-то из складок своего балахонистого костюма вынул два кривых кинжала с локоть длиной. Подготовившись к нанесению сдвоенного удара кинжалами, хлюпик перегруппировался и пропустил ответочку. Дрался то он не один на один, в честном поединке, а совершенно не по пацански, один против толпы. Сосед чувака с цепью двигался достаточно замедленно, и видимо, этим усыпил бдительность мелкого. Неожиданно ускорившись, быдламбал выхватил массивную широкую дубину и шибанул мелкого поперек груди. Будь это какой-нибудь простой, неподготовленный человечек – он бы уже подох на месте по причине того, что его грудина сходила на свидание с позвоночником. Но мелкий без видимых повреждений перелетел через всю площадь и затормозил свой полет спиной о стену грибодома, оставив на ней заметную вмятину. Через несколько моих субъективных ускоренных секунд хлюпик выпал из этой вмятины и медленно начал падать на землю. И упал, в прямом смысле провалившись сквозь землю.

И в тот же самый миг этот мелкий выпал из воздуха прямо над тем гопарем, что отправил его в этот полет. Падая, мелкий выставил вниз кинжалы, вонзая их в плечевые суставы противника и приземляясь на спину сопернику. Вырвав из плеч кинжалы, он с двух сторон ударил рукоятями своих оружий быдлагана по вискам, отправляя того в глубокий нокаут. Спрыгнув на землю и уваричиваясь от падающего тела, мелкий присел на четвереньки, опираясь остриями кинжалов в камни мостовой. Повернут он был ко мне лицом, все так же, несмотря на запал боя, скрытый в тени капюшона-палантина. И я увидел, как у него засветились глаза. Один синим, другой зеленым.

А дальше я даже не успел переключить берсу на еще более быстрое восприятие, как все закончилось. Потому что хлюпик из этого ускоренного состояния перешел в какой-то ультра-супер-пупер-гипер-боевой режим. Между амбалами просто пронеслась черно-серая тень, поблескивающая металлическими вспышками кинжалов. Иногда эта тень впитывалась в землю и падала с небес на головы соперникам. Иногда тень просто входила в воздух в одном месте и выходила из него в другом, поражая амбалов невидимыми от скорости движениями. Просто бесценный талант для какого-нибудь отсос… Ассасина. В итоге где-то через десять моих ускоренных секунд мелкий вновь стоял напротив торговки, а амбалы падали, пораженные клинками в суставы и мышцы. Я отключил берсу, возвращаясь к нормальному восприятию действительности. Над площадью висела полнейшая тишина.

– Знаешь, а ведь использовать божественные способности просто для того, чтобы понаблюдать за скоростной схваткой, это немного… Кощунственно. – вздрогнул я от Лехиного голоса. И когда только, сука, успел подкрасться?! – Не в курсе, что тут происходит?

– Драка. – пожал я плечами. – Я вот, вообще – просто бутерброд кушаю!

Леха молча усмехнулся и направился в гущу событий. И вот чего ему вечно спокойно не сидится? Это моя привилегия вообще-то! По-быстрому закинув остатки бургера в хлеборезку и допив остатки кваса, я кинул деревянную кружку бургермену и засеменил за своим напарником.

– Что происходит? – мрачно спросил Леха, подойдя к главным участникам события, на ходу выковыривая свой жреческий жетон на свет божий.

Тетка, все так же напоминая мордой свеклу, гневно трясла нижней губой, без слов похрюкивая и порыкивая. Поняв, что от нее внятного ответа не добиться, Леха перевел взгляд на спокойно стоящего хлюпика и обратился уже к нему:

– Лиса, что ты тут устроила на этот раз?

– Че, ты и с ним знаком?! – не удержался я от удивленного возгласа. – Ой, то есть с ней?

– Мир тесен. – пожал плечами ерпарх под молчаливый хитрый взгляд угасающего сияния необычных глаз из-под палантина. – А мир высокоуровневых личностей еще теснее. Так что, мне еще раз повторить вопрос? – обратился Леха уже вновь к спорщикам.

– Не твое дело, жрец! – завизжала истеричная громовая свиноматка, отошедшая от первичного шока. – Это вопрос исключительно наших внутренних разборок в гильдии!

Леха снял со спины свой меч, немедленно укутавшийся красным туманом и таким же сиянием. Вонзив его в камни тротуара, он мрачно произнес, глядя на тетку таким взглядом, что та моментально из красной свеклы начала косплеить свеклу белую:

– Тут я решаю, где мое дело, а где не мое. – после чего вновь обратился к Лисе. – Так что у тебя случилось, что Гильдия наемников не постеснялась устроить бойню прямо посреди дня посреди площади?

– Ну, во-первых, никакой бойни не было. – веселым звонким голосом ответила эта небаррская ниндзя. – Все живы и здоро… Ну, может, не совсем здоровы, да. Но ничего, зельями отопьются, к ночи уже целехонькими спать пойдут. А во-вторых, эта… эта… Эта, прости Мардукор, глава гильдии зажала зарплату по договору! Представляешь, подкупили трактирщика, он мне в чай сонного зелья накапал. Я и проспала два дня, пропустив дату перезаключения контракта с гильдией. Теперь я официально не наемница, а значит не имею права требовать что-то от гильдии.

– А че бы просто было не перемочить их по-тихому? Ты ж могла? – удивился я.

– Никогда не любила убивать. – судя по интонации, поморщилась Лиса. – Да и клятва наемника запрещает мне совершать преднамеренных неоплаченных убийств. Я лучше разорю их. Пусть весь мой гонорар на лечебные зелья потратят!

– Да что ты о себе возомнила?!!! – вновь завизжала стремительно краснеющая тетка. – Думаешь, не найдется на тебя управы?!! Да я из тебя пирожков наделаю! Да бубуббууб…

Последний звук она издала по той простой причине, что у меня от ее визга до звона заложило повернутое к ней ухо и я, психанув, ускорился, схватил с ее же прилавка какой-то овощ погрязней да потверже, похожий на деревянную картошку по виду и плотности, да воткнул этот клубень ей в пасть, прихлопнув слегка по нижней челюсти, чтоб зубы поглубже вонзились.

– Так че, много это визгохранилище тебе задолжало? – вышел я из берсы, отряхивая руки от грязи.

– Три сотни тысяч золотых. – вздохнула та, глядя на ворочающихся покоцанных амбалов.

– Нехило. – покачал я головой, а Леха просто удивленно присвистнул. – Лех, надо как-то помочь восстановить справедливость!

– Тьфу! – выплюнула кусок откушенного овоща тетка. – Повторяю, не ваше это дело!!! если через пять секунд не уйдете, вы покойники! Раз!

– Лех, а че, убийства тут не запрещены законом? – поинтересовался я у походного справочника.

– Три!!! – провизжала тетка.

– Формально нет. – ответил ерпарх. – Суд решает по совести. И если он решит, что убийство заслуженно, то ничего тебе не будет. Это если до суда дойдет.

– Пять!!! – провизжала красномордая истеричка. – Малорай, убей их!

– Отлично! – хлопнул я в ладоши и достал свой жреческий медальон и посмотрел сначала на очередного громилу, вышедшего из-за ларька(респаун у них там, что ли???), а потом на гром-бабу. – Покушение на жизнь ХЕРПАРХА, а тем самым на самого МАРДУКОРА. Приговариваетесь к обоссыванию!

И, пока все пытались понять, что я имел ввиду, я вновь, ускорившись под берсой, вскочил к тетке на прилавок, распинывая овощи и колбасы и с удовольствием, отключив ускорение, от души, опорожнил на нее мочевой пузырь, переполненный пивком и квасом. После чего застегнул штаны и вернулся к Лехе с Лисой.

– Да, да, да! Отбитый я совсем! А то вы не знали? – посмотрел я на переполненные удивлением глаза. – Ну она ладно, но ты то, Лех! Чего так вылупился?

Тот в ответ молча кивнул в сторону обоссаного прилавка. Из-под которого, кряхтя, на четвереньках, уткнувшись мордой в землю, выползала туша визгливой бабищи.

– Приказывай, мой господин. – давясь слезами, пролепетала крикунья.

– Чего, блять? – нервно задергался у меня левый глаз.

Глава 30

– Че за цирк тут происходит?! – отпинывался я от пытающейся припасть к моим ботинкам обоссанки. – Леха, объясни! Пожалуйста! Ты слышишь? ПО. ЖА. ЛУЙ. СТА!

– Ого! Это дорогого стоит! – удивленно воскликнул мой напарник. – Ну, если прям ТАК просишь, то ладно. Происходит тут то, что ты в людном месте «позолотил» человека. В этих краях это крайняя степень унижения, после которой униженный официально считается рабом озолотителя.

– Ну йобанарот… – от услышанного я застыл, переваривая информацию, и тетка таки добралась до меня, нацеловывая мои многострадальные берцы, попутно обтираясь о мои штаны. Благо, они кожаные, не пропитаются. – Ну вот. Теперь для меня классическая цыганская фраза «позолоти ручку» заиграла новыми красками.

Вот никогда не угадаешь, от чего Леха *рукалицо* сделает.

– Ну ладно. Как твое имя, мамаша? – обратился я ползающей по земле бабище.

– Я Тетушка, господин. – покорно ответила она.

– А имя у тебя есть?

– У Тетушки нет имени, господин.

– Блять, как с вами со всеми сложно… – сделал я сам *рукалицо*. – Ладно, Тетушка. Хочешь приказов? Тогда прими вот это вот чудо разноглазое обратно в свою гильдию и выплати причитающийся гонорар.

– Прикажете сделать это прямо тут? – уточнила бабища.

– Ну да. – пожал я плечами. – Чего откладывать на долгий ящик?

– Слушаюсь. – всхлипнув, хабалка поползла к Лисе.

Добравшись до горе-наемницы, Тетушка стянула юбки, оголяя задницу и подставляя свои огромные белые полушария Лисе. Сама же Лиса тяжко вздохнула и, натянув капюшен пониже, наклонилась и поцеловала Тетушку куда-то в междубулочье.

Вот ей-богу, если бы я был чуть послабее желудком, то пришлось бы идти обратно к лоточнику с бургерами, перебивать привкус блевоты вкусняшками. Но обошлось, сдержался.

Тем временем Лиса еще даже не успела распрямиться, как значки на ее плечах из темно-зеленых стали светло-зелеными и слегка подсветились. Сплюнув, наемница задрала рукав на левой руке, обнажив странный браслет из черного материала, похожего на дерево с узором из тонкой бронзовой всечки. Тетушка, натянув юбки туда, где им и положено быть, развернулась и приложила к браслету Лисы аналогичный на своем запястье. По узорам на украшениях прошла волна зеленого огня. Довольно кивнув, Лехина знакомая кивнула и опустила рукав. Тетушка же застыла на земле, всхлипывая и размазывая слезы и сопли по своей не очень приятной роже. Даже немножко жалко ее стало.

– Блин, Лех. Можно ее как-нибудь того, разрабить… Разработать? Разработить? Ну, короче, освободить. – обратился я к своему справочнику.

– Щас. – на несколько секунд Леха погрузился в свою встроенную энциклопедию. – Ага, вот. Надо ее прилюдно раздеть, помыть и одеть в новое чистое платье. Собственноручно. Тогда позор считается смытым.

От услышанного у меня задергался правый глаз. А когда я представил эту тушу голой, и как я ее мою, задергались уже оба моих окуляра.

– А сама процедура прилюдного оголения не считается позором? – уточнил я.

– В этих краях нет. – едва заметно пожал плечами Леха. – Вот если бы мы были в соседних землях, в Горько-Ляшском княжестве, там за это сушеной редькой на смерть закидали бы. Да и в целом, думаю, в этом княжестве ты оценишь только баньку с квасом.

Кажется, у меня начал закипать котелок.

Короче, от греха подальше я попросил у Малорая тазик воды с мочалкой и мылом. И бутылку чего покрепче. Наемник притащил все требуемое с такой скоростью, словно ему приказала это сама Тетушка. Откупорив глиняную бутыль, заткнутую оригинальной пробкой из обильно пропитанной воском тряпки, я отхлебнул пойло. Крепленое фруктовое вино со вкусом персиков и груш, градусов двадцать-пять или тридцать. Прикольно, но сильно сладко приготовлено, словно в готовый продукт сахарного сиропа ебанули.

Мыл я тетушку, представляя, что мою свинью перед убоем. Благо, особой фантазии для этого было не нужно. Единственное, что на сиськах малость задумался. Очнулся, когда столпившийся вокруг народ начал отпускать шутки по поводу того, что я намываю эти буфера уже пять минут. Тряхнув головой, прогнал наваждение и, о боги! – возбуждение, окатил тетку остатками воды из таза, осушил путем превращения воды в воздух и развернул предусмотрительно принесенное Малораем платье. Простое серое платье из плотной ткани. Даже стыдно немного стало. Нужно больше пафоса! Нужно построить зиккурат! Из пафоса. Вот.

С этими мыслями я начал творить украшательства. В конце-концов, это моя рабыня! И пусть все знают, что у Дениса Веселителя ВСE самое крутое! Рабыня – так хозяйка гильдии наемников. Официант, подносящий бухло и пиздюли – так ерпарх! Любовницы – значит богини! Ну или минимум, личи. Бррр.

Короче, нахуячил я на наряд брюликов, гранатов и золота так, что платье стало весить как добрая кольчуга. И, довольно осмотрев творение, добавил пару последних штрихов и натянул этот чехол от автомобиля на гром-тетушку.

Не понимаю вот этой вот их фигни. Сама себе придумала, что она рабыня, потом сама себе придумала, что освободилась. Я даже специально уточнил у Лехи магическое это было рабство или просто загоны и традиции, глядя на ее засиявшую рожу, словно Тетушку сначала приговорили к трем годам расстрела, а потом оправдали и дали ведро клубничного мороженного. И он подтвердил, что таки да, это традиции. И поскольку сделано это было прилюдно, то с ней бы не стал никто общаться, если бы она посмела не признать твое право на владение ею. И заказы в гильдию перестали бы поступать. И прочее в этом духе. Вот было бы это сделано наедине, никто б не узнал, она б просто приказала меня убить и все дела.

Таким образом, порешав, что претензий друг к другу никто не имеет и на самом деле все было просто небольшим недоразумением, мы с Лехой направились в сторону коневода. Вон, монстродеры уже и лошадок навьюченных выводят.

– Лех, а че это за браслеты такие? – спросил я у ерпарха, пока мы брели до точки выдачи квестов. – Типа электронного кошелька что ли?

– Ага. – подтвердил походный гугл мои догадки. – Только магический. Нет, стырить его нельзя, привязывается к душе. После смерти превращается в бесполезный кусок дерева.

– А че этой штукой так мало пользуются? – не прекратил я допроса. – удобнее же, чем монеты с собой таскать!

– Потому что стоит такую штукенцию сделать пятьдесят тысяч золотых, плюс ежегодное обслуживание счета в Академическом банке в тысячу золотых. Выгодно только тем, кто очень много зарабатывает и при этом почти не бывает дома, а деньги могут понадобиться в любом месте, вроде элитных наемников вот. Их услуги крайне высоко оцениваются, влияние гильдии распространено на весь материк, у них монополия. Обналичить монеты с браслета можно в любом городе, где есть филиал портальной системы академии. Через портал же наличка и доставляется.

– О, так лиса это твоя – элитная наемница значит? – восхитился я девкой.

– Ничего она не моя. – буркнул Леха. – При ней смотри такого не ляпни. А то, пока будешь спать, она привяжет твои яйца к лошадям, левое к одной, правое к другой и хлестанет их огненной плеткой, чтоб резвее скакали. И да, она элитная наемница. Еще скажи, что не видел, как она остальных раскатала.

– Ну и фантазия у тебя, Лех! – покачал я головой, ухмыляясь. – О! А вот и гильдия героев.

– А не фантазия это. – мрачно ответил воин, открывая дверь и на ходу бросая через плечо. – Лично этот случай видел.

В данной обители квестодателей трофеи висели исключительно по стенам. Никаких ростовых чучел, загромождающих комнату. А вот обстановка уже не такая аскетичная, как в предыдущих отделениях гильдии. На удивление мягкий трехметровый диван, обитый кожей, стоял посреди комнаты, видимо, для гостей. Перед диваном круглый железный массивный стол с фигурными коваными ножками. На столе прикованная цепью толстая квадратная книга в железной обложке, шириной в полметра. И прикованный к столу цепью колокольчик размером с кулак. И никого.

– О, это че это тут, заходи кто хочет, бери что хочешь, твори, что вздумается? – спросил я у Лехи. – А если я тут оргию захочу устроить?

– То я с удовольствием на это посмотрю. – произнес с усмешкой вышедший из замаскированной под стену, незаметной двери хозяин помещения. – А может, и присоединюсь, к победителю то драконов!

Одноногий, видавший виды воин с тремя кривыми шрамами на желтоглазой морде. Правая нога ниже колена заканчивалась протезом, как у пиратов, только не из дерева, а из чьей-то толстой желтоватой кости.

– Какими судьбами? – продолжил желтоглазик. – Задание сдать, или новое получить?

– Новое. – усмехнулся я в ответ. – Есть что-нибудь интересное? Или опять кого-нибудь комары сильно кусают, надо пройтись с мухобойкой?

– О, это ты верно подметил! – расхохотался хозяин помещения. – Мелкие нынче задания пошли. Хозяева своих земель совсем обленились, перестали своих воинов закалять. Чуть какая мелочь случится – сразу к нам. Слава Гильдии героев даже перестала привлекать к себе внимание из-за этого. От этого искать исполнителя для серьезного задания порой самостоятельно приходится, мало кто к нам захаживает… Хоть сам в путь отправляйся, пыль с плаща стряхивай!

С этими словами его глаза полыхнули аж самым натуральным огнем. И это нихрена не метафора! Из глазниц вырвались небольшие язычки огня, лизнувшие брови чувака. Словно огнемет кашлянул!

– Я так понимаю, наклевывается что-то интересное, и ты хочешь с нами? – прищурившись, усмехнулся я.

Вместо ответа желтоглазик стал красноглазиком и посмотрел на меня. Тело охватило странное, немножко неприятное ощущение. Знаете это ощущение грядущего пиздеца? Его невозможно не знать! Такое невнятное чувство тревоги. И еще плюсом словно к каждую пору на коже иголочку воткнули.

– Все же правду говорят, ты юный оракул. – сменил красноту на желтизну собеседник. – Что ж, тем интереснее будет. Да, ты прав. В Горько-Ляшском княжестве, в небольшом городке на три сотни домов, в Низограде, появилось нечто. По ночам людям слышатся во дворах шорохи, тихие шаги, иногда – словно кто-то скребется в окна и двери. И кто-то тихо плачет. И еще куча разных страшилок, коими простолюдины любят приукрашать любые непонятные вещи. Началось все с того, что люди обнаружили тела двух проезжих бардов, которые вышли ночью справить нужду, да пары местных алкашей. Все были найдены с широко открытыми глазами и с гримасой неистового ужаса на лицах. Из фактов. Отряд стражи вместе в придворным магом, посланные на разборки, на утро был найдем мертвым, так же с масками ужаса на лицах. Как показало обследование трупов, они просто померли от страха. Ни единого следа физического воздействия на тела не было обнаружено. К слову, именно с той ночи люди и начали говорить о плаче. Ну что, интересует?

– Звучит интересно. – покивал я этому монологу и осмотрел монстродеров.

Леха стоял с задумчиво-пофигистическим взглядом, и только бегающие глаза говорили о том, что он что-то читает. Ши едва заметно нервничала, но старалась не подавать виду. Гарику все как обычно было похуй и он просто ходил вдоль стен, любуясь трофеями. Валька с большим интересом разглядывала костяной протез распорядителя гильдии и будто вообще нас не слушала, настолько ей было пофиг на эту инфу. А хотя да, ей то че. Она и так уже жмур. Неоднократный.

– Хм… – издал задумчивый звук Леха. – Вариантов того, кто или что это может немало. Денис, что там с твоим плеером? Заработал? Мардукор же жив уже, подпитка энергией должна была восстановиться. Все же, придя подготовленными, шансов на успех больше.

Блин. А я даже и отвык уже от него за эти безмузыкальные дни. Порывшись в карманах, я выудил оттуда плеер. Я коротко нажал на кнопку питания. Экран показал девяносто восемь процентов заряда и процесс самой зарядки. Вот! Вот, эппл и самгнус, учитесь! Вот так должна выглядеть беспроводная зарядка! А не эти ваши тарелки-микроволновки!

Включив плеер я сосредоточился и сформулировал мысль. «Кто терроризирует Низоград?». И нажал на рандом.

«Канцлер Ги – Samedy» – ответил гадальный артефакт.

Я молча протянул плеер Лехе. Тот взял аппарат и, посмотрев на экран, спросил:

– А сам что?

– Знаешь, я же уже говорил, что пока придерживаюсь теории, что все это вокруг – просто плод моей галлюцинации коматозного мозга. – рассеянно обвел я руками вокруг. – И это весьма удобная теория. А если я начну регулярно слушать музыку, то это разрушит мою тупую, но достаточно стройную теорию.

– Ну, знаешь, можно добавить в эту теорию тот факт, например, что мозг может воспроизводить ранее услышанные песни, как во сне, например. – парировал Леха мою отмазку.

– Согласен. – кивнул я в ответ. – Только вот эту песню я ни разу раньше не слышал. Я в основном Арию слушал, да Короля с Шутом. А про группу эту только на Небарре и узнал впервые. Тут плеер че хочет творит, вообще.

Покачав головой, википедик вставил один наушник и послушал песенку. После чего вернул мне агрегат и погрузился в изучение своих справочников.

– Ага. Нашел. Но ерунда получается. – через некоторое время подал голос жрец. – Самди, он же Барон Суббота. В земной религии вуду, бог смерти. Бродит по ночам, забирает тех, кого повстречает, одет во фрак и цилиндр. Не вписывается в местную божественную группировку.

– Но в целом, согласись, под описание подходит! – поднял я палец вверх. – Ходит по ночам, люди мрут. Во что оно одето, неизвестно пока, но для дела то особого значения и не имеет. Главное, что текст намекает на то, что хуйня эта – разумная и сильная, как и боги. А не какой-нибудь тупой зомби, призрак или животное. Кстати о богах! А че местные, не молятся никому из богов?

– О, тут вообще очень веселая история! – повеселел желтоглазик, влезая в разговор. – Народец этот, на Небарре очутился около полутора тысяч лет назад. С соседними землями общаются мало, и верят до сих пор в каких-то своих, чужеземных богов!

– Да, они очень сильно чтут свои национальные традиции. – продолжил за него Леха. – Родной их мир стал непригодным для обитания в силу ряда природных катастроф, и Сефоттин расселил народы по разным мирам. Обладая от природы твердым характером, они не поддались культурной интеграции с соседними странами, сохранив свою древнюю культуру. И старую веру. Несмотря на то, что их прежние боги не могут явиться в этот мир, иногда они им помогают. Но надо очень сильно молиться. К слову, Мардукору они не поклоняются, местных младших не признают, а Сефоттин, известный им немного под другим именем, вряд ли сможет им сейчас явить свое чудо из заточения.

– Ладно, ладно, успокойся! Знаю я тебя, щас на час тут лекцию зачитаешь! – замахал я руками перед Лехой. – Но даже стало интересно, что там за Ляхи-Полуляхи. Так что берем полнаяхуйняметр, выясняем, что по награде, и пиздуем разбираться с этим ночным графом Пятницей.

– Бароном Субботой. – поправил меня Леха.

– Да похуй. – отмахнулся я от зануды и повернулся к желтоглазику. – Так что там с наградой за это неведомую хрень?

– Князь обещает братание на крови. – с усмешкой ответил председатель квестораздаточной комиссии. – И к слову о награде. Вот два золотых от предыдущего графа за бобра.

При виде награды за взбешенного грызуна, вылившегося в квестовую цепочку со смертью себя и Мардукора и закончившуюся натягиванием орка на креведку, у меня случилась натуральная истерика с нервным пятиминутным смехом, катанием по полу и вытиранием выступивших слез подолом Валькиного платья.

– Что это с ним? – удивленно спросил представитель гильдии героев у Лехи.

– По дороге расскажу, поймешь. – ответил тот. – История длинная. Потом сам посмеешься, глядя на две монеты за это.

На улицу меня вытаскивали под руки, а я все не мог перестать нервно хихикать.

– Что это с ним? – услыхал я знакомый голос, и начал успокаиваться, рассмотрев источник звука.

Лиса. Сняла, наконец-то, свой шафр-капюшон. Симпатичная дивчина, лет тридцати на вид. Но в этом ебучем мире меча и магии ей могло быть одинаково как пятнадцать, так и сто пятнадцать лет. Курносый нос и рыжие волосы придавали ей фантастическую схожесть с именем. Или с кличкой, что более вероятно. И самое запоминающееся – глаза. Один, сука, синий, а второй зеленый. Зрачков нет, а сами радужки… Я бы подумал, что это контактные линзы. На радужках были сложные узоры из вписанных друг в друга кругов, квадратов, треугольников и кучи непонятных иероглифов. Позже я выяснил у Лехи. Это были не линзы, а измененные магией глаза. Органы-артефакты. За их счет у нее были ее охрененные боевые качества.

– Дай угадаю! – сквозь угасающий смех спросил я наемницу. – С нами хочешь?

– Да… – растяралась та. – А как ты узнал?

– А я, еб вашу мать, юный оракул! – накрыло меня второй волной смеха.

Глава 31

В общем, нервный смех отпустил меня уже далеко от города. Хорошо хоть, хватило сил сообразить Гулю вызвать, а то, боюсь, меня бы просто привязали к какой-нибудь лошади и везли бы, как мешок с гавном за седлом. Или вообще, волокли бы по земле. А они бы могли! Вон рожи какие бандитские. Особенно Лехина. С самого начала похода не брился, зарос как бомж. Гарик то, тот сука магическая, да еще и эльф. Есть подозрения, что у эльфов бороды вообще не растут. В некоторых фентезях на это прямым текстом указывают.

Через несколько часов мы остановились на ночлег у небольшого озерца. Пока все обустраивали стоянку, я отправил Гулю на рыбалку и Потапыча на охоту. А сам решил немного поэкспериментировать. До этого то я совершал трансформацию только неодушевленных предметов. А как показал опыт в Мертвом городе, живая материя очень даже подчиняется моим манипуляциям. Да, тела для воскрешаемых я создавал даже совсем из ничего, когда начало хватать на это маны. Еще начиная с Увалии. Но это были бездушные мясные болванки. А вот преобразовывать живые организмы я пока не пробовал. По крайней мере, не помню этого. А если че и было по пьяному безпамятству, то это не в счет, если забылось.

Начать решил с растений. Вероятность того, что они обидятся – самая наименьшая. Выбрав для опытов большую старую… Пусть будет – сосну. Похоже на сосну, значит она. Просто Небаррская. В общем, положил я на эту сосну одну руку, в другую взял анх покрепче, и врубил «Великое творение». Мана потекла из руки в ствол дерева, не встречая никакого сопротивления.

Самые нижние ветки стали длиннее и толще, пригибаясь к земле и формируя лесенку от земли в крону. Из веток повыше я сформировал овальные лодочки-углубления два метра в длину и полметра в ширину. Изнутри сделал покрытие из хвои, изменив колючки, сделав их мягкими и эластичными, как из резины. К каждой лодочке я подвел ступеньки. Перила делать не стал. В конце-концов, в монстродерах неженок не держат. Тут в принципе даже специально кого-то уронить – еще постараться надо. Так что сами упасть не должны. В итоге у меня получилась такая забавная многоярусная живая кровать на всю команду. А кто не захочет – пусть у костра спит, никто никого никуда не гонит!

Забравшись в одну из получившихся хвойных люлек, я погладил покрытие рукой, добавил немного мягкости и одновременно прочности, чтоб вся хвоя за ночь жопой не стерлась.

И пока меня никто не трогал, да и пока я был трезвым в кои то веки, я приступил к изучению своего меню. Надо посмотреть, что же там в итоге получилось. А то плюс уровни от битв, минус уровни от смерти… Че же там в итоге получилось? Итак, характеристики!

Денис Степанович Синюхин

Истинный жрец Мардукора Ас-Сефоттиниффалаима

Вид: человек

Раса: земной европеоид, северянин

Уровень: 1874

Здоровье: 2800

Мана: 27567499

Сила: 58

Разум: 201

Ловкость: 66

Живучесть: 100

Доступные очки духовного развития: 1643

Итак. Как бы это не было неприятно, но придется подумать. С одной стороны, я пошел качаться в мага-бога, а значит, мне надо повышать разум, чтоб мана быстрее безо всяких маногенераторов восстанавливалась, да чтоб побольше заклинаний одновременно использовать. С другой – меня каждый встречный-даня-поперечный соплей перешибить может, в чем я весьма однозначно, без возможности иных толкований, убедился на одной живописной вершине. Поскольку постоянно держать включенной берсу нет возможности…

СТОП!!!

Быстренько перечитав описание «Ярости Мардука», я даже решился включить телефон, потратив пару процентов потихоньку падающей зарядки на калькулятор.

Ульта моего босса расходует ману каждые восемьдесят семь секунд ровно в том же объеме, какой она потребляет для активации. А именно – одну единичку моей маны на одну еденичку любого бозового параметра! И если раньше использовать эту ульту постоянно мне мешал маленький базовый запас маны и невозможность использования нескольких заклинаний одновременно из-за низкого параметра разума, то теперь я мог въебать этот параметр сразу до тыщи чисто очками опыта и без заморочек кастовать сразу десяток различных активных способностей, даже через мои костыли в виде всяких «воль творца» и прочего! Без малого двадцать семь миллионов маны чисто своего запаса, без всяких левых кристаллов, позволяли мне использовать базовый шаблон берсеркерства с затратами по тыще маны… двадцать семь тысяч секунд! Это четыреста пятьдесят минут, или семь с половиной часов. А с учетом того, что скорость восприятия(интересно, почему этого параметра нет в базовом меню моего интерфейса? Надо будет Леху помучать) изменять в повседневной жизни нет нужды, то можно переделать шаблон!

Итак. Давай попробуем добавить в живучесть тыщу, посмотрим, что это даст. А то с силой и ловкостью то понятно – сила и увороты с гибкостью. В смеси с разумом ловкость дает увороты на уровне человека-паука. А вот на живучесть я внимания не заострял, помню только, что регенерация поднимация немного.

Вдарив берсой по живучести, я понял, что она дает в чистом виде. Каждый четыре единички этого параметра равны пяти десяткам очков здоровья. Таким образом косарь этого параметра добавляет двенадцать с половиной тыщ в здоровье! Что в четыре с половиной раза больше моего нынешнего запаса. А значит, и повышает шансы на выживание в такое же количество раз! С учетом того, что уже сейчас у меня запас маны восстанавливается за сутки, с моими двумя сотнями разума, то логично предположить, что если я добавлю сюда тыщу очков, то она регенить будет в шесть раз быстрее. За четыре часа. А это – быстрее, чем расход берсой на тыщу очков! Да и анхи потрогать можно в случае дефицита.

Решено!

Долго и нудно, помня про обмороки от быстрой раскачки, я, вкидывая по полтинничку, довел разум до 1201 единицы. Немножко подумав, округлил врожденные параметры силы и ловкости до сотни. Остальное пока про запас оставил. Мало ли чего? Пусть будут! Надо сначала к такой конфигурации тела привыкнуть.

После этого создал новую настройку берсы. А именно – плюсом три сотни силы, две сотни ловкости и тыща – живучести. Полторы тыщи маны каждые полторы минуты мой манареген должен перекрывать. Еще поучиться самому, без интерфейса, паутину творить, и способка, превращающая меня в спуди, больше не понадобится!

Далее, я перешел к меню управления Пушистиком. Итак.

Пушистик

Вид: змеебой

Раса: лесной

Уровень: 1663

Здоровье: 250

Выносливость: 300

Мана: 30083

Сила: 35

Разум: 59

Ловкость: 47

Живучесть: 64

И целых 1491 свободное очко! Свободное очко… Прям идеальный лозунг для работников макдака, с учетом отношения тамошнего начальства к работникам! А, к Пушистику.

Для начала я распределил ему параметры по принципу Гули. Ее предыдущий владелец же просто равномерно качал ей параметры. Видимо, не просто так. Да, животинка получилась в какой-то мере универсальной. Ну так и змеебойчонок мой тоже не узконаправленный питомец. Ваще, конечно, не знаю, на что он у меня направлен… И вообще, нафига я с этим возиться начал? Вроде никогда слабостью ко всем этим котятам-щенятам не страдал… Наверное, это дедов ремень вбил в меня принцип, что мы в ответе за тех, кого приручили. Потапыч вот, Пушистик. Леха, опять же… Опять отвлекся! Потратил я на подъем всех основных параметров до сотни у этого зверька всего сто девяносто пять очков. Почесав репу, добил до двухсот. Пятьсот девяносто пять. Все-равно дохрена остается. А он уже получается грозным зверем! Даже здоровье получилось – две с половиной тыщи! Почесав все, что можно, начиная с затылка и заканчивая жопой, я влил еще по восемьдесят очков в скрытность и ядовитый укус. И еще жопой жуй качать!

А, психовать, так психовать! Покемонами я своих питомцев называю? Вот пусть ими и будут! Пика-пика, блять, чу!

Открыл редактор генома и вложил тридцать семь очков на развитие у Пушистика электрических органов. Почему так много? Потому что туда же входит и электрорезист. Сопротивления к току я не пожалел, и в итоге змеебой теперь может выдержать прямой удар средненькой молнии во время грозы. И создать молнию метров на пятьдесят, управляя потоком электричества, ибо еще я въебал ему сотню очков в новое умение.

«Удар молнии» 100 уровень(100 очков опыта)

«Поражает выбранный объект на расстоянии до 50 метров электрическим разрядом 10000 вольт/1 ампер.»

«Стоимость: 600 единиц маны/метр»

«Перезарядка: 2 часа»

Вот теперь точно – берегитесь, ящерицы и змеи!

Подумав, добавил еще одно умение.

«Электрошок. 20 уровень(20 очков опыта)»

«При активации заряжает шерсть разрядом электричества до 10000 вольт/1 ампер»

«Стоимость: 600 единиц маны/минута»

«Пассивно держит заряд на шерсти 1000 вольт/0,00001 ампера; можно отключить»

«Стоимость: 100 ккал/час»

И пусть только кто попробует его теперь обидеть! Шибанет сначала током, а потом – лапкой! Силушка то у него теперь в четыре раза выше средней человеческой! Блять, что за монстра я создал…

– Интересное ты создание… – отвлек меня от процесса извращения над пушистиком знакомый женский голос.

Повернувшись в сторону источника звука, я увидел Наргхен, стоящую на основании ветки, на которой находилось мое гнездо. Та задумчиво разглядывала модифицированную сосну, поглаживая ствол. Дерева, не мой. К сожалению.

– О да, я ваще забавный. – согласился я с ней. – Некоторые, правда, говорят, что я отбитый. Но как правило они по жизни скучные и трезвые.

– Зачем ты притворяешься таким? – грустно наклонила она голову, поворачиваясь лицом в мою сторону.

– А с чего ты взяла, что притворяюсь? – искренне удивился я.

– Ты сумел создать прекрасный тропический лес. – улыбнулась богиня природы, моментально повеселев. – Чтобы суметь такое, нужно богатое, но здоровое воображение. А одни только эти… Ор… Хи… Деи? Надеюсь, правильно запомнила. Такие чудесные цветы не могут создать психопаты, каким ты хочешь казаться.

– Ну, во-первых. – загнул я указательный палец. – создавали мы эту хрень вместе. Во-вторых, на моей родине один художник устроил геноцид ряда народов и вообще, мировую войну, будучи при этом примерным семьянином. – загнул я безымянный палец и, загнув мизинец, закончил. – И в-третьих, джунгли, где все друг-друга жрут в свободное от спаривания время – это, на твой взгляд, прекрасно? Тогда вообще кто из нас еще психически нездоров?

Признаться, рассмешить такой совокупностью аргументов я никого не старался. Однако Наргхен звонко, хоть и тихо, рассмеялась.

– Это дикая природа, в ней всегда кто-то кого-то ест. – ответила богиня, закончив смеяться. – А то, что получилось у тебя – максимально похоже на настоящие тропики. Чтобы ты понимал… Однажды в тех же широтах, две сотни лет назад, один обезумевший темный маг принялся менять природу на свой манер. Гниющие заживо хищники, умирающие болота, кровососущие бабочки и ядовитые москиты, источающие тьму и смертельную пыльцу растения… Созданные им монстры заражали здоровые земли, обращая богатые жизнью заросли в обитель мрака, плесени и смерти. Даже Тень, начавший превращаться в источник злобы и ненависти, и тот ужаснулся от плодов его творчества. А твой лес – прекрасен и гармоничен. Я лишь предоставила тебе души и немного подправила в твоем процессе баланс травоядных и хищных существ. Через пару лет природа установит равновесие экосистемы сама, окончательно. И в добавок, лес получился сразу же – ЖИВЫМ.

– И что значит то, что ты выделяешь слово «живым»? – огорчился я тем, что мои аргументы разбились, как стеклянная бутылка об каменный пол.

– То, что деревья сразу же влились в общую экосистему. – удивленным голосом пояснила Наргхен. – Даже обычные рощи, создаваемые магами природы, проходят долгую проверку у дриад, и лишь потом они становятся частью этого мира. Ой, ты же не знаешь! Дело в том, что живой мир, леса – они едины, как… Ну да, как стихия. Огонь, вода, земля и воздух. Ты ведь видел, как тот же Аппатак легко растворяется в воздухе и появляется из него? Стихия давно уже приняла его, и он стал частью ее, даже не будучи элементалем. А Лес – это пятая стихия. Все живое – это пятая стихия, объединяющая в себе четыре изначальные. И дриады – элементали живой стихии. Они хранят леса и заботятся о них. Люди и другие подобные им, к сожалению, почти всегда нарушают баланс и разрушают жизнь. И потому к большинству разумных дриады изначально настроены агрессивно. Тебя же они теперь, после создания джунглей, признают равным себе. Это… Удивительно. Я, еще будучи простым магом природы, добивалась их расположения две с половиной сотни лет.

– Ну и зачем мне эта информация? – удивленно вскинул я брови, распрямляя загнутые пальцы.

– Просто знай. – ответила богиня природы. – Если вдруг тебе понадобится помощь дриад, они откликнутся на твой зов. Как их позвать, разберешься. В конце-концов, ты ж верховный шаман.

С этими словами Наргхен просто вошла в сосну, словно в портал.

Я откинулся в свою люльку, закидывая руки под голову. На чем я там закончил? Пушистика улучшал? Там же вроде еще куча очков осталась. А блин, все вдохновение сбили, сволочи! Полежав так минут пять, тупо пялясь на список змеебоевских характеристик, я психанул и закрыл меню. И увидел на своей ветке сидящую рядом с люлькой Лису.

– Ну вот это уже ни в какие рамки! – воскликнул я. – Что за проходной двор тут из моей кровати устроили?

– С тобой все в порядке? – удивленно повертев головой по сторонам, спросила меня наемница. – Хотя, судя по рассказам твоих спутников, ты и «нормально» несовместимы… А, ладно. Там кушать готовы, ты пойдешь?

– Вот с этого и надо было начинать! – потер я руки. – А то сидят тут, пялятся… А если бы я дрочил?

– То я бы с тобой за руку не общалась, пока ты их при мне не помоешь. – пожала та плечами. – Скажи, пожалуйста, почему ты освободил Тетушку? У тебя были в руках власть и сила, по уровню близкие к архимагу.

– Ну, видимо, тебе про меня либо не то рассказывали, либо ты не тем слушала. – усмехнулся я. – Я бог и Херпарх двух других богов. Я при желании могу бафнуть крестьянскую деревню на такие параметры характеристик, что они разберут на камушки этот континент. И отплачу им потом за работу синтезированной мною же горой золота. Нахрен мне эти долбачи сдались? Тем более, настолько тупые, что решились на то, чтоб ТЕБЯ на бабло кинуть. Я то видел как ты дерешься. И что-то мне подсказывает, что даже это еще не полной силой было.

– Верно, я могла ускориться еще в два раза быстрее. – не стала скрывать своих способностей Лиса. – Но среди наемников тоже есть достойные воины. Просто в городе на тот момент только рекруты были, да их наставник Малорай. С ним бы мы еще немного посостязались. Я быстрая, но вот он живучий и сильный, его долго колоть надо, чтоб одолеть. Скуууучноооо с такими драться, ты бы знал! Ладно, думаю, я примерно тебя поняла. Пошли кушать.

Наемница спрыгнула с дерева, наплевав на двухметровую высоту, словно со стола. Ухмыльнувшись, я поднялся и пополз по ступенькам на землю. Под сосной на бок улеглась Гуля, довольно потирая передней лапкой толстое пузико. Видать, рыбалка удалась. Я потрепал пернатую ящерицу по довольной морде и заметил на пальцах кровь. Осмотрев голову повнимательнее, заметил длинную и глубокую, до костей рану.

– Эх, башка твоя зубастая. – посмотрел я в глаза животинке. – Ну как ты так умудрилась?

– Уррруруруруррр. – рыкнула моя ездовая зверюшка, а у меня в голове возник образ какой-то гнилой коряги, из которой торчал пятилучевой сюрикен с закругленными лезвиями.

– Эх, ты. – усмехнулся я, покачав головой. – Ладно, щас подлечим тебя.

С этими словами я вкрутил берсу на миллион живучести и бафнул Гулю. Если не ошибаюсь, то четыре очка этого параметра дают одно очко регенерации, помимо общего запаса здоровья. Думаю, двести пятьдесят тысяч регена заживят ранку до утра. Тем более, судя по набитому до отказа пузу, биостройматериала ей тоже хватит. Если, конечно, сюрикен не магический какой-нибудь… Ладно, щас перекусим да попробуем понырять, отыскать железку. Давненько я не плавал! А пока еще теплые деньки стоят, надо ловить момент. Тем более, что вода в озерце теплая и, вроде, неглубоко тут. Попробуем поплавать под берсой!

Глава 32

К обновленной силе пришлось привыкать гораздо раньше, чем я думал. Началось все с похлебки. Вернее с ложки, которой я зачерпывал душистую, наваристую уху. Я просто-напросто откусил ее к хренам у самого основания ручки. И понял, что что-то не так, когда уже прожевал и почти проглотил. Да и то понял это по удивленным взглядам спутников. Проследив за их взглядами, я взглянул на столовый прибор и выплюнул содержимое ротовой полости. Не, возможно это случилось потому, что ложка была деревянная. Поэтому жеваное месиво представляло собой смесь супа и щепок. Пожав плечами, я отбросил обгрызаный черенок и сотворил железную ложку. Следующим движением я проткнул этой ложкой деревянную чашку, в которую была налита рыбная похлебка. Хорошо хоть, что не насквозь, это спасло мои яйца от ошпаривания горячим супом. Пришлось в спешном порядке переделывать миску в железную.

– Силу прокачал? – ухмыльнулся Леха.

– Угу. – ответил я с набитым горячей ухой ртом. – Тозе было?

– Ага. – кивнул тот. – Пока мясо с оленя на жаркое срезали, я первым движением случайно кость перерезал.

– Да говори как есть. – с веселыми нотками в голосе вклинилась Лиса. – Отсек ты ему одним движением бедро, а рука с ножом об камень затормозила. В общем, нет больше камня.

– Ну, да. – пожал плечами воин. – В общем, Денис. Надо поплавать. Самый безвредный способ научиться контролировать обновленное тело. Главное, нырять не вздумай, пока нормально не освоишься, а то можешь резко занырнуть, удариться головой о дно и шею сломать. Тем более, что дно незнакомое.

– Ооо, поверь! Это правило я сам для себя выявил! – помахал я ложкой. – У нас в деревне на речке водозабор стоял… Хотя, почему стоял? Стоит, че ему будет то. В город соседний воду качает. Так вот. После его строительства на дне осталась хренова гора бетонных глыб. Я хуй его знает, как эти строители так аккуратно бетон возили, но факт остается фактом. В одной уютной заводи, где почти не было течения, и всегда была теплая вода, я еще пиздюком все эти обломки мордой отыскал, с тех пор только вперед руками под водой плаваю! И вот думал уже, что все эти опасности знаю, как в одном месте, где мне взрослому было по шею, чуть руку не сломал, когда просто по поверхности плыл! Сантиметров тридцать от поверхности воды как-то полубоком там лежала огромная свая из бетона!

– А что, нельзя было увидеть? – удивиленно воскликнула Лиса.

– В нашей речке-говнюшке? – рассмеялся я. – Да там вытянутой руки не видно от грязи!

– А зачем же в такой купаться? – искренне удивилась наемница. – Лучше уж тогда в колодезной воде помыться.

– Для мытья баня есть. – отмахнулся я. – А вот плавать больше негде было. Ты разве не любишь поплавать? Ты вообще с таким подходом плавать-то умеешь?

– Немножко умею. – поежилась Лиса. – Но лучше ускорюсь и пробегу по поверхности, чем нырять буду.

– Что и требовалось доказать. Ты просто не понимаешь. – развел я руками. – А вот я люблю поплавать. Жаль, что в Сибирях иногда для этого два-три дня за лето по погоде подходит.

Докушав супчик, я приступил к жаркому. Мясо на этот раз пожарили каким-то причудливым способом. Ветка-шампур была расщеплена с концов, а мясо было порезано длинными узкими полосками. Один край этой полоски был зажат с одного конца ветки, наматывался на ветку спиралью и зажимался второй прищепкой. После чего концы ветки затягивались полоской кожи. Посмотрев внимательнее, я понял причину этих извращений. Мясом к ветке были примотаны длинные тонкие корешки какого-то растения, с пряным запахом и немножко острым привкусом. Типа хрена, но не он. Леха пояснил, что это местный родственник хрена, ну, растения. Дает хороший вкус, но исключительно при нагреве. Поэтому мясо с ним не маринуют – смысла нет. А вот таким образом местные приспособились. Повезло нам остановиться неподалеку от зарослей этой хрени.

– А че это ты себе пивка не сотворил под шашлычок? – с ехидцей спросил Леха у меня. – Совсем на тебя не похоже.

– Есть у меня одно правило, Лех. – прожевав, ответил я. – Купаться только на трезвую голову.

– Так может в этом причина твоих редких водных процедур? – вклинилась Лиса. – А вовсе не погода в твоих Сибирях?

– Кстати, очень неплохая теория, надо над ней подумать. – покивал я. – Только вот что я вам скажу. В городе, куда я переехал после смерти последней родни, озеро есть. Большое такое озеро. Вода в целом неплохая, теплая, чище чем в говнюшке нашей. Даже раки водятся. А они, говорят, в плохой воде не обитают. В говнюшке вот ни одного нету. Озеро это на месте старого песчаного карьера образовалось. И каждый год на этом озере люди тонут. А знаете, в чем прикол? Люди винят в этом озеро! Мол, выкопано оно на месте старинного кладбища…

– Ну, так то правильно говорят. – нахмурился молчавший до этого желтоглазик. – На местах, где погосты были, нельзя ничего строить. А тем более – стоячих водоемов создавать! Нежить сама образуется. Да вам ли не знать! Сами недавно в таком месте побывали.

– Верно ты говоришь. – кивнул я одноногому ведьмаку. – Да только верно это для вашего мира, с системой, с магией и прочими богами и некромантами. А в нашем мире самая жуткая магия – это битва экстрасенсов. А тонут все эти персонажи в одном и том же месте. Там дно резко обрывается, как раз где песок и добывали. Идешь ты так, идешь, тебе по грудь вода. А потом – ХЕРАК! И пятиметровая глубина. И вода ледяная – родники там. Тонут то те, кто плавать не умеет, что взрослые, что дети. Но это один из десяти. Остальные девять – синее быдло.

– А что, в твоем родном мире нет системы? – выпучил от удивления глаза героегильдяй. – Как вы там вообще живете?

И пока я доедал мясо, Леха рассказывал чуваку, как же мы там живем. Больше всего его поразили автомобили. В этом мире самоходные повозки тоже есть, но в основном в городе-Академии, где маги кучкуются. Они же эти магомобили и строят. Илон Маск бы удавился от зависти, узнав, что этим самокатам даже электричество не нужно.

– Вот на таком вот автомобиле мы однажды с мужиками на природу поехали. На берегу говнюшки шашлыка пожарить. Скучно посидели, знаете ли. – почесав сытое пузо, продолжил я свой рассказ. – Сначала на нас гроза налетела. С час в машине сидели, дождь пережидали. Потом оказалось, что десять литров пива квасить мне одному. Один за рулем, другой на таблетках, пить ему нельзя, видите ли. Третий, новичок наш, вообще зожником оказался. Хорошо хоть, не веганом. А пиво то разливное – ему сутки – и выливай потом, особенно на природе, без холодоса. Вот напился я и давай всех подначивать купаться. А один то на таблетосах, у него почки застужены. Второй плавать не умеет. Третьему вода после ливня холодной показалась. В общем, один я до речки попиздошил. А там место под горой, да за кустами, не видно с нашей стоянки его. Поплыл я, и метрах в двадцати от берега у меня от холода ногу судорогой свело. А там глубоко, течение быстрое. Испугался бы – и все, пизда. Один бы Леха щас мир спасал. А так лег я на спину и погреб к берегу, молясь всем водяным, русалкам и кикиморам, чтоб еще и руки не скрючило. С тех пор зарекся по синьке в воду лезть. Максимум – в душ.

С этими словами я встал и, на ходу стягивая куртку, направился к воде. Через несколько секунд ко мне присоединился Леха.

– Ну что, на перегонки, до середины? – ухмыльнулся ерпарх.

– Ну щас, ага. – ответил я ухмылкой на ухмылку. – Ты поди весь опыт в силу вкинул. Один раз гребанешь – половина озера на берег выльется.

– А у тебя ульта Мардукора есть. – парировал он мои аргументы. – Всю ману в силу перебросишь, так вообще от твоего гребка еще одно такое же углубление в земле образуется, как это озеро.

– Кстати, спасибо, что напомнил! – вспомнил я, что собирался постоянно под берсой ходить, а если уж привыкать новой силой пользоваться, так под нею.

Взглянув на иконку ульты, чуть не хлопнул себя по лбу. Я ж под берсой и был. Сам забыл, как включил. То-то ложка так легко откусилась. Ну и хорошо. Значит, уже привык так ходить, что не замечаю.

– Ну, догоняй! – сорвался я с места и ворвался в воду, рассекая ее и поднимая волну, словно гидроцикл.

И чуть не вылетел на берег от Лехиной волны. Тот просто влетел в озеро с мощностью локомотива-экспресса, рассекая воду до самого дна. Моисей, блять, доморощенный. Смыкаться это водная расщелина начала, когда длиной она была уже метров двадцать, а сам Леха стоял на дне, примерно на трехметровой глубине, удивленно осматривая итоги своего забега. И пучина накрыла этого берсерка, смыкая свою водную пасть. Несколько секунд ничего не происходило, после чего вода вздулась двухметровым пузырем, словно под водой от души пернул кит. А из центра этого пузырика вылетел Леха. И взлетел метров на пять. Зависнув на пике своего прыжка, воин замахал руками, словно пытаясь взлететь, но не судьба ему побыть альбатросом. И вот так, помахивая конечностями и, что самое удивительное – МАТЕРЯСЬ!!! – Лëха лепëхнулся спиной об поверхность водоема.

Я дождался, пока волны немного успокоятся, а ерпарх начнет вести себя потише, после чего зашел по пояся и тихонько, стараясь не поднимать таких высоких волн, как мой спутник, кролем поплыл от берега. Постепенно набирая скорость, я проверял верхний лимит своих нынешних сил.

– Охрененно! – услыхал я воссторженный голос своего напарника, проплывая мимо него.

Доплыв до середины водоема, я решил, что тут должно быть самое глубокое место и, сделав глубокий вдох, нырнул. Открыв под водой глаза, я попробовал увидеть что-нибудь, но… Трудно найти беззубого негра в темной комнате. Ночью. А солнце уже скрывалось за горами, погружая нашу стоянку и озеро в сумерки. Задумавшись на минутку, меня все же посетила мысль, что светляк – заклинание не огненное, а просто фонарикообразующее. Поэтому засветил несколько таких шариков-фонариков, закрепил их позади головы и нырнул еще раз.

Вот! Совершенно другое дело! Теперь намного больше видно! Хорошая вода, прозрачная. Словно фильтрованная. Вон вдалеке проплыла здоровенная рыбина. Горбатая щука какая-то. А вон косяк мелкой рыбехи. Удирает от этой горбатой дуры. До дна было далеко. Вынырнув, я перевел дыхание и, капитально вдохнув, занырнул со всей дури. Услыхав за спиной мощный «бултых», оставленный моей заныривающей тушкой, я отвлекся на звук и чуть не впечатался мордой в дно. Благо – успел развернуться и затормозить ногами, погружаясь в ил по колено. Метров десять как нехрен делать. Неплохо! Выдернув ноги из вязкого дна, я дельфинчиком-русалочкой взмыл наверх, обратно на поверхность. И так же, как Леха, вылетел из воды. Правда, на метр, не больше.

Поныряв так с полчаса и, наконец, научившись нормально контролировать новые силы, я погреб в сторону спутника. Напарник мой стоял по грудь в воде недалеко от берега и иступленно пиздил водоем руками и ногами, как прямыми ударами, так и с вертушки, разгоняя вокруг метровые волны.

– Лееех! Хватит жидкие отбивные делать! – окликнул я ерпарха. – Лучше скажи, как на дне такого большого водоема что-то отыскать?

– А что ты там потерял? – обернулся ко мне успокоившийся воин. – Совесть?

– Ой, ну что ты как маленький! – взмахнул я руками. – Ну как! Скажи мне на милость, КАК можно потерять то, чего нету?

И рассказал ему историю с Гулей.

– Интересно, конечно. – почесал ухо Леха. – Только нафига тебе эта железка сдалась? Наверняка уже заржавела там на дне.

– И это говорит мне археролог! – всплеснул я руками. – Сами то сколько ненужного хлама ежегодно откапываете! И вообще, нехорошо острым мусором водоемы загрязнять. А если еще кто порежется? И целителя рядом не окажется. Все, пизда, столбняк, гангрена.

– Ну, если хочешь, попробуем отыскать. Катрал! – пожав плечами, окликнул воин желтоглазика. – Помощь нужна. Там у груллата нашего рана на голове. Сможешь отыскать предмет, которым она нанесена?

– Попробую. – кивнул тот и, засветив глаза красными огоньками вместо желтых, направился к сосне.

А, так вот же как зовут этого гильдейца. Катрал! А то я отвлекся, когда он представлялся. А переспрашивать было как-то похуй.

– Да, смогу. – вернулся Катрал на берег. – Сейчас покажу, где искать.

С этими словами он вынул из-под одежды надетый на шею амулет и, не снимая, зажал его в кулаке правой руки. Левую руку он вытянул в сторону озера. Глаза сверкнули яркими красными огоньками, а затем вылетели из орбит. Я помотал головой. А не, это огоньки вылетели, а не глаза, как показалось сначала. Красные искры вспыхнули поярче, облетели вытянутую левую руку по спирали и полетели в сторону водоема, крутясь по кругу вокруг общего невидимого центра. Зависнув над поверхностью воды метрах в двадцати от берега, они сделали пару оборотов и резко нырнули в воду. А через несколько секунд на дне зажегся еле заметный сквозь толщу воды огонек.

– Я дольше минуты не удержу. – сосредоточенно произнес Катрал.

– Понял. – кивнул я и на максимальной скорости погреб в направлении огонька.

С новыми силами времени это заняло буквально десять секунд на три гребка. Правда, немного я не доплыл, чтоб нырять не отвесно, а под углом. И таким образом, не снижая скорости, накосую я занырнул на дно.

Красным огоньком горели изогнутые лучи пятиконечного сюрикена, воткнутого в кривое, сучковатое трехметровое бревно. В центре звездочки был вмонтирован круглый, вроде как черный, камушек. Концы бревна тонули в иле. Я потянул сюрикен за один из лучей, но тот словно был залит в бетон. Несмотря на повышенную силу, я не смог даже расшатать метательное оружие.

Привязав пару светляков к бревну, я вынырнул на поверхность, чтобы перевести дыхание.

– Отпускай! – помахал я рукой гильдейцу. – Я нашел, дальше сам справлюсь.

– А чего не достал сразу? – спросил Леха.

– Да оно в бревне крепко засело. – ответил я. – Видать древесина из тех пород, что крепче от воды становится. Щас силы в берсу добавлю, отдышусь, да достану.

С этими словами словами я просто добавил нолик в Мардукоровской ульте напротив значения силы, перебафнул себя и, сделав максимальный вдох, нырнул.

Звездочка, будь она не ладна, не поддалась даже этим, достаточно чудовищным параметрам. Ну, это уже прям таки вызов! Уперевшись ногами в бревно, я обеими руками потянул за сюрикен, но все что мне удалось, так это поскользнуться и ебнуться с бревна на дно, поднимая облако мути.

Да пошло ты все! Еще на дне тут ебаться с тобой!

Психанув, я просто на ощупь закинул бревно на плечи, как коромысло, и побежал с максимальной скоростью к берегу, перепахивая дно ногами. Вода, само собой, оказывала сопротивление, но моей силе было на это глубоко похуй. На берег я вылетел, уже на последнем усилии воли удерживаясь от того, чтобы сделать вдох-выдох. Мое появление выплеснуло на берег огромную волну, едва не смывшую мою одежду. Лехиным то шмоткам ниче не будет. Доспехи его, придавленные сверху мечом, не каждый качок с места сдвинет. А вот свои я бросился ловить прямо так, с бревном на плечах. Придавив одежду задницей, я сплюнул, откинул корягу метров на пять и моментально получил чем-то по спине. Массивное нечто ебануло по хребту с такой силой, что аж в глазах потемнело. Да в добавок я упал мордой в грязь, повинуясь инерции. Гребаная физика!

Отплевываясь от набившейся в рот земли и протирая глаза, я вспомнил, что вновь теперь могу умываться силой мысли, так что врубил творящую ульту и превратил грязь в воздух.

– Ты можешь хотя бы полдня без приключений? – проворчал выходящий из воды Леха.

– Я то могу. Они без меня не могут. – проворчал я, разозленный ударом и неудачей в выдергивании сюрикена, открывая зенки и оглядывая ебанувшую меня ебанину.

Полутораметровая сфера, состоящая из мешанины железных полос шириной со спичечный коробок. Через небольшие промежутки между этими полосками металла было трудно разглядеть, что же там внутри. А еще эта хреновина была привязана двумя цепями к концам бревна. Ну заебись! Это еще получается, что я же сам и виноват в том, что эта фигня меня отпиздила?!

Капитально разозлившись, я подошел к бревну и посмотрел на сюрикен. Еще и Гулю мою поцарапала же! Вот сволочь тот, кто такой мусор в водоемах раскидывает!

Не знаю, как там оно так получилось дальнейшее. Я пробовал повторить экспериментально, не вышло. Но я врубил творящую ульту и, напитав маной ногу, безо всяких мыслеформ, от души, пизданул ногой по коряге в области засевшей в ней звездочки.

Бревно треснуло. Даже не разлетелось на половинки, а просто треснуло. Но этого хватило, чтобы метательное оружие выпало. Я поднял звездочку и посмотрел свойства.

«Пять Лучей Ориэлла»

«Выкованная в лучах лунного света из плачущего мифрила, метательная звездочка мастера Ориэлла вскормлена кровью сильнейших магов Калторийских светлых эльфов»

«Качество: Мифическое»

«Свойства: Оружие способно запоминать любое заклинание с запасом маны до 88490931 единиц и хранить его до 100000 лет»

И едва я закончил читать описание вещички, как по спине моей забегали мурахи размером с кулак. Нет, не от прочитанного. От жуткого ржавого скрипа, раздавшегося за спиной от прикованной к бревну железной хреновины.

Глава 33

Медленно обернувшись и ожидая увидеть нечто неведомое и ебастрашное, я почти угадал. Ебастрашным монстром оказался Скъяаррл. А звуки эти пугали окрестных птичек по той простой причине, что этот каменный переросток начал расковыривать металлическую хреновину.

– О! Можно я возьму это себе? – восхищенно проговорил великан, достав из глубины сплетения железных полос странный вытянутый, по всей видимости – звериный череп с тремя глазницами.

– Тебе мало того, что ты своей лошадкой всех встречных распугал? – спросил я в ответ и, посмотрев на умоляющую физиономию тролля, от которой немножко, самую малость, хотелось какать, продолжил. – Да бери, бери. Сам же и наковырял ведь.

К слову о лошадках. Когда Скъяаррл говорил, что он как шаман обеспечит себя транспортом, я никак не ожидал увидеть то, на чем он поедет. Ну, думал, призовет какого-нибудь очередного волка, раздует его до нужного размера, да усядется на него. А этот каменный хрен знаете чего удумал? Он, когда битва за стадион была, наловил духов поверженных адских гончих! Ну, тех шестилапых инфернальных зверюшек. Вот одного из этих духов он взял за основу, надул до двухметровой высоты, а потом вызвал кучку местных элементалей и приказал им слепить для этого чуда тело из говна и палок. То есть из земли, камней и веток. Голем получился мощный, послушный, но стреееемныыыый!

– Благодарю! – расплылся великан в жуткой лыбе, но тут же переменился в лице и стукнул по земле своим посохом-дубиной. – А ну стоять! Куда?!!

Последний вопрос явно адресовался непонятной метровой кляксе серого цвета, вытекшей из железной хреновины и стремительно поползшей куда-то в сторону ближайших кустов. Придавленная посохом, клякса беззвучно задергалась, но деться никуда не смогла. Тролль, продолжая придавливать посохом непонятное нечто, перехватил свое орудие локтем и, выхватив из-за пояса нож, ловко проковырял им в затылке у черепушки дырочку, продел через нее чудной шаманский шнурок и прицепил череп на вершину своей шаманской дубины. После чего вновь перехватил посох рукой и повертел им, словно пытался намотать на него кляксу.

Все три глазницы черепа загорелись оранжеватыми огоньками.

– Как это – не твой череп? – пробормотал Скъяаррл. – А твой тогда где?

После чего перевел взгляд на свой новый черепок. Я тем временем подошел к раскуроченной железной клетке и заглянул в нее. Внутри лежали кости. Даже не скелет, просто мешанина костей. Только грудная клетка еще более-менее держала форму. И по ней было видно, что принадлежала она явно не человеку. Как выглядело существо – по скелету только палеонтологи да судмедэксперты могут догадаться. Но в любом случае, не нужно быть специалистом, чтобы понять, что кучка мелких косточек, соединенных истлевшей плотью, внутри грудной клетки этого большого существа – не родные. К тому же, тлен коснулся их куда в меньшей степени, и хрень больше напоминала мумию. А еще эта фиговина зубами держалась за ребро. Не спрашивайте меня, как могла мумия в воде уцелеть! Я не спец по этим вопросам. Хотя, одно объяснение у меня есть. Это Небарра, тут магия в каждом болоте живет!

Врубив очищающую сферу, чтобы ликвидировать возможную заразу на костях, я подтянул к себе последний целый кусок скелета. Попытка оказалась не очень удачной, и ребра рассыпались окончательно. А вот мумия как держалась зубками за ребро, так и продолжала это делать.

Заостренный череп этого странного существа словно состоял из двух больших челюстей и все. Ни ноздрей, ни глазниц. Чешуйчатая кожа обтягивала длинное ребристое, словно у змеи или рыбы, тело, заканчивающееся длинным хвостом. С полметра всего общей длины. Я выпрямился, протягивая ребро с непонятным существом троллю.

– Денис, там внутри должно быть еще что-то… – Пробормотал каменный шаман, не отрывая взгляда от черепушки на посохе, а затем все же взглянул в мою сторону. – Да, видимо это оно.

– А что это или кто вообще? – спросил я, отдав трофей троллю.

– Дух сам толком не знает. – ответил Скъяаррл, очищая ножом черепок мелкой хреновины. Работа была откровенно ювелирной, учитывая мелкие размеры существа и огромные каменные колбасообразные пальцы шамана. – Его память сохранилась отрывками с того момента, как оно попало в его тело. Все что ему известно, так это что в его селении бушевала странная магическая болезнь. Люди просто чахли, теряли силы и умирали, покрывшись страшными гнилыми язвами. Обычная целительская магия не помогала и жители обратились за помощью к светлым эльфам. Пока пришедшие на выручку целители пытались разобраться в происходящем, один из них даже погиб. Тогда эльфы провели какой-то ритуал. К этому моменту память у духа начала пропадать чаще и на дольше. К своему концу он помнит лишь два момента. На одном из них он открывает глаза, лежа у себя в хижине, а со всех сторон, прямо сквозь стены, в его грудь проникают серые тонкие пульсирующие нити. А потом он очухивается еще один раз и видит себя вот в этом самом железном коконе. А потом он проснулся в моем посохе.

– Если следовать знаменитому методу дедукции, то получается, что эта самая поебень – магический паразит? – решил я заняться чем-нибудь необычным, а потому принялся размышлять. – А эльфы, не сумев справиться с заразой, просто поймали носителя, запечатали в магическую ловушку, да и притопили подальше да поглубже, чтоб никто не отыскал?

– И знаешь ли, все у них шло по плану, пока не появился ты. – Попинал бревно Леха. – И каким-то образом умудрился сломать почти неразрушимое бревно качественно обработанного, да еще и зачарованного на крепость, драгалиса.

– А, ну так я же РУССКИЙ! – гордо выпятил я все, что можно. – Анекдот про два титановых шарика знаешь?

– О, я не знаю! – оживилась молча наблюдавшая за нами Лиса. – Расскажи, пожалуйста!

– А, ну слушай! – наконец-то нашел я благодарные уши!

«Поймали инопланетяне русского, француза и немца, заперли каждого в замкнутую комнату 2 на 2 метра, дали каждому два титановых шарика и сказали:

– Кто за день придумает с этими шариками то, что нас удивит, того отпустим, а остальных на опыты отправим!

Через день заходят к французу! Тот стоит посреди комнаты и виртуозно жонглирует шариками!

– Что ж, француз, ты нас удивил, если те двое ничего не придумали, мы тебя отпустим!

Заходят к немцу! Тот виртуозно жонглирует титановыми шариками при этом отбивая чечетку!

– Ну, немец, удивил! Сейчас посмотрим, что там русский придумал и отпустим тебя!

Инопланетянины заходят к русскому! Через минуту выходят все обалдевшие и говорят:

– Нет, ребята, вы проиграли, он один шарик сломал, другой потерял!!!»

– О, а кто такие инопланетяне? – задумалась наемница.

– Нууу… – Задумался теперь и я. – Мда. Ну типа, это жители других миров. Летают с планеты на планету, ебут все что движется, похищают местных жителей с разными целями. Иногда ведут научную деятельность. Такие серые либо зеленые, с большими глазами.

– Темные эльфы что ли? – рассмеялась рыжая. – Ну, у нас есть похожий анекдот. Правда там вместо инопланетян дварфы. И поймали они человека, эльфа и орка. И шарики мифриловые.

– Ну вот. Опять мифрил. – возмущенно взмахнул я руками. – Лех, че за мифрил такой? Че то не припомню я в таблице у Менделеича такого металла. А он мужик умный. Он ВОДКУ изобрел!

– Так у него и латуни в таблице нету. – усмехнулся ерпарх, напяливая свои чешуйчатые доспехи. – Сплав это. Причем название достаточно обобщенное и обозначает в целом любой достаточно прочный металл, обработанный магией на стадии выплавки. Обычно изготавливается на основе золота и серебра, часто – с добавлением ртути. Эти металлы от природы самые маноемкие. А что, звездочка эта из мифрила?

– Совершенно верно, дорогой мой Ватсон! – помахал я эльфийским сюрикеном. – И хочу щас кое-что проверить.

Любое, говорите, заклинание может хранить в себе эта звездочка? Ну-ка, как это будет смотреться с фаерболом? Взяв метательное оружие в одну руку, в другой руке я начал накачивать заклинание огненного шара. Накачав взрывной заряд на сотню тыщ маны, я поднес руку с фаерболом к сюрикену.

«Поместить заклинание «Фаербол» в «Пять Лучей Ориэлла»?»

«Да/Взрыв»

Я сначала аж руку отдернул. Дебил! Кретин! Полный Дениска! Фаербол же ж от соприкосновения взрывается! Потом уже, сделав пару глубоких вдохов, я вновь приложил взрыв-заряд к магическому оружию и подтвердил помещение туда заклинания. Внешне у звездочки не поменялось ровным счетом ничего.

– А как мифрил втыкается в камень? – повертел я головой, оглядывая окружающих. – Кто-нибудь знает?

– Как правило, мифриловое оружие вонзается в камень, как хуй в пизду. – бойко отчеканила Лиса.

Боже мой! Кажется, я влюблюсь!

Тряхнув головой, я прогнал наваждение. Да ну нахуй эту любовь! Только проблемы одни от этой хрени. Сосредоточившись, я напряг последние извилины и попробовал вспомнить, как там правильно надо метать эти многолучевые загогулины. Как-то на одной пьянке с задротом по японской тематике ниндзей, гейш и прочих самураев-сумоистов, тот рассказывал, что там целая куча способов. И как-то, присев на одно колено, и из-за спины, и от головы. А когда я послал его нахуй с аргументом, что это все надо видеть, а не слышать, тот психанул, схватил нож и… Нет, не сделал харакири, к сожалению. Никому. Схватил он консервную банку с тушенкой, ножом же доел остатки закуси из нее и с матом нарезал из нее пять жестяные звездочек. Позы, в которых тот производил демонстрацию восточных методов борьбы с жертвами, я помню смутно. Да и тем более, что больше всего это напоминало китайский(вроде) стиль кунг-фу – пьяного мастера.

Так что психанув, я просто перехватил звезду за один из лучей и, как простой плоский камушек-блинчик, метнул ее плашмя в каменюку подальше.

Долбоящер я недоразвитый.

Силушку-то, после того как бревно из озера вынес, не убавлял никто. Так что сюрикен, с громким свистом-визгом рассекая воздух, пробил камень насквозь, превратив валун в фонтан щебенки и улетел в ебеня. Ебеня, судя по треску падающих деревьев и образующейся на траектории его полета просеке, закончились где-то через километр.

«Освободить заклинание?»

«Да/Нет»

Предложила мне система. Я отказался. Если после такого броска там что-то выжило или уцелело, то вряд ли эта петарда там что-то изменит. Так что я виновато пожал плечами в ответ на осуждающий Лехин взгляд, поглядел на то, как Скъяаррл возится с черепком неведомой поебени, что-то раздраженно ворча себе под нос, позвал Потапыча с Пушистиком да и попиздошил на поиски бездарно проебаного оружия. В конце-концов, мифические звездочки на дороге не валяются. Они теперь валяются где-то глубоко в лесу.

Подсвечивая себе дорогу светляками, минут через двадцать я отыскал, наконец, место, где окончил свой полет артефакт. Звездочка, утонув на половину, торчала из широкого и высокого дерева. Толстые длинные, но редкие ветки с густыми пучками листьев на концах напоминали извилистые лапы какого-нибудь энта. Только развешенных на суках хоббитов не хватает для полного антуража, с какими-нибудь кольцами. Хотя б с эректильными. А че, прикиньте такой перепрочтение Толкиена? Два хоббита, держась руками за задницы, пиздошат через все Средиземье, чтобы уничтожить в вулкане эректильное кольцо заебавшего всех в прямом смысле Саурода. Кольцо Всеëбствия! А тот, кто эту прелесть надевает…

Так, хватит! А то щас пойду в этом дереве дупло искать. А если там осы?! Обидно будет!

Подойдя к торчащему из растения сюрикену, я тихонько потянул его на себя. Не поддалось. Тогда потянул уже сильнее. Хорошо засела, собака сутулая! Потянул со всей своей перекачаной силы. Отлично сидит! Или древесина хорошая, как у трупника. А что, если… Что это опять трупник? С моей удачей я и рощу такой херни найти могу!

На всякий случай отбежав подальше, я осмотрел дерево повнимательнее. Вроде бы нет, это не то хищное дерево. Форма листьев, веток, ствола другие. Да и кора скорее как у дуба. А трупник светлее был. Но опять же, я и в родной то ботанике не особо силен, не то что в Небаррской… Березу от сосны отличу, да. А вот любой незнакомый куст с красными ягодками для меня – волчья ягода. Хуй его знает, как эта ягода выглядит на самом деле. Но лучше не жрать незнакомую бяку.

Так что лучше лишний раз рисковать не буду. Трупник это или что другое… В сюрикене у меня щас шашка динамитная заряжена! Так что…

«Освободить заклинание?»

ДА!

Хорошо, что я стоял с открытым ртом. Уши не сильно заложило. А вот Пушистика с плеча взрывной волной сшибло на землю. Тот начал было возмущаться таким форменным безобразием, но его писк был прерван скрипом древесины и возмущенным громовым басом, словно солист рамштайна блевал в резонатор от классической гитары.

– Кто посмел меня разбудить? – пророкотало дерево, в котором до этого торчал сюрикен, валявшийся теперь в трех метрах от неожиданно ожившего растения.

В этом месте сейчас зияла полуметровая воронка, не добравшаяся, однако, до древесины. Внушительный опаленный кратер в толстенной коре говорящего, оказывается, дерева. Говорило существо ртом, открывшимся на трехметровой высоте. На четырехметровой высоте энт открыл глазищи. Каждое по метру, с горизонтальными зрачками-щелочками.

– Прошу прощения. – осторожно ответил я говорящему дереву. – Видимо это я разбудил. Я тут нечаянно рукой махнул, и от меня звездочка одна улетела. И тебя поцарапала. Можно я ее заберу? Заберу и свалю. Ранку подорожником залеплю и рюмку для крепкого сна налью. Ну, бочку налью, ты крупный малый. Ты как, выпиваешь вообще?

– Откуда у тебя Пять Лучей Ориэлла? – нахмурившись, пробасило дерево, игнорируя мою пламенную речь.

– Да там в озере в одном, моя зверюшка об эту железку поцарапалась. – честно ответил я. – Я вот и выломал ее из коряги, чтоб никто больше на нее не напоролся.

– ЧТООО?!!!ИГДРАСИЭЛЬ ПАЛ СМЕРТЬЮ, ДАБЫ ИЗБАВИТЬ ЭТОТ МИР ОТ ТОГО ЗЛА! – взревел неожиданно закипевший энт, вырывая из земли корни и расщепляя нижнюю часть ствола на четыре мощные деревянные ноги. – Я!!! Я ПОЖЕРТВОВАЛ ПАЛЬЦЕМ, ДАБЫ ЗАПЕРЕТЬ СЕРУЮ СМЕРТЬ В САРКОФАГЕ!!! А ТЫ ВЫПУСТИЛ ЭТО В МОЕМ ЛЕСУ!!! УМРИ ЖЕ!!!

С этими словами говорящее бревно сделало довольно таки шустро два шага ко мне, и я едва увернулся от удара веткой в то место, где я только что стоял.

– НАААААХРЕЕЕЕН! Тьфу! – выкрикнул я и вновь пришлось уворачиваться от очередного удара. – НААААРГХЕЕЕН!!! СПАААСААААЙ!!!

Глава 34

Первым мне на помощь пришел Пушистик. Жаль только, что не очень то успешно. Ну скажите на милость, кто ж с деревьями молниями сражается? Тем более на какие-то жалкие десять тысяч вольт. Ну, зато посмотрел в действии на его новую способку. Кривая тонкая желтоватая искорка ударила в занесенную для удара ветку говорящего дерева. Сшибла пару листиков, да. Но пеньку откровенно похуй на это было.

Вторым на выручку бросился Потапыч. Я, конечно, увернулся и уже отпрыгнул с того места, куда опускался сук. Но мишка с грацией картошки в прыжке эту ветку перехватил зубами. Мельком я успел заметить, что зубы зверя блестят, словно металлические. Те самые адамантиевые, по новой способке? Видимо, так и было, потому что эти его новые клыки проткнули кору, как гвоздь подошву домашней тапочки. И энт взревел при этом, словно и вправду наступил на что-то острое. Деревянный монстр поднял свою конечность в воздух, Потапыч поднялся в след за ней. А это уже, видимо, та суперспособность на мощную челюстную хватку.

Пенек на некоторое время прекратил меня атаковать, удивленно разглядывая медведя, так и продолжавшего висеть на ветке. Поболтав мишкой, аккуратно, но неудачно пытаясь того стряхнуть, энт обхватил зверя двумя другими ветками и аккуратно потянул. Когда Потапыч был уже растянут и напоминал резинку на натянутой рогатке, я отдал ему команду разжать челюсти. Не хватало мне еще медведя порвать!

И едва энт поставил медведя на землю, началось нечто непонятное. Все ветки говорящего дерева притянулись к земле, словно вокруг него резко скакнула гравитация. И каждый сучок оказался привязан к земле какими-то не то лианами, не то корнями. Как и ноги энта, а так же Потапыч, Пушистик и я. Между окружавшими нас кустами и деревьями замелькали уже знакомые по турниру создания. Те самые, бесполые, полупрозрачные, сплетенные из корней, лиан, стеблей травы с листьями и цветочками. Дриады. Замелькали, но подходить не спешили. Равно как и опутавшие нас веревки из экологически чистых материалов не стремились с нами ничего сделать. Где-то через полминуты после того, как нас связали, из ближайшей к нам с энтом сосны вышла Наргхен. Покрутив головой, она печально вздохнула и спросила:

– Ну и что вы тут устроили? Хранитель Фаргет, что тут происходит? – это она к энту обратилась.

Тот рассказал ей, какой я пидарас, гандон и грязный надругатель. Что я сломал тюрьму, которая сковывала сильнейшим эльфийским заклятьем серую смерть. Как выяснилось, Наргхен гораздо моложе этой истории и хранитель пеньков рассказал, что ему известно про эту серую поебень. Зараза эта появилась в этих краях относительно давно и недавно. Давно относительно меня. Три тысячи лет назад. Недавно относительно десятитысячелетнего возраста самого говорящего пенька. Откуда – хрен его знает. Но такие вещи… Они всегда, знаете ли, берутся из ниоткуда. Как один коронованный вирус на моей родине, помимо пневмонии вызывающий у населения паранойю, общественные истерики и массовое обострение шизофрении. Повезло мне, свалил я из этого дурдома на Небарру в разгар летнего затишья. Держу пари, уже к осени начнут людей дубинками пиздить за то, что ты маску не купил, а сам сшил, не по ГОСТу и минуя карман олигархов. Так вот.

Появилась эта поебота в деревне каких-то прутрухов. Вроде, это те самые трехглазые монстрики. Жили они раньше в этих землях. Если точнее – лесах. Потом люди их вытеснили, и те ушли в леса к эльфам. Пока прутрухи сообразили, что к чему, вымерла уже треть деревни. Тогда они обратились за помощью эльфам. Почему не к архимагу? А хуй бы их знал. Эльфийская делегация под предводительством самого верховного лесного мага Ориэлла выяснила, что природа серой смерти – магическая, а виновник ее – какой-то энергетический паразит. В попытке перехватить одно из щупалец магической твари и уничтожить ее направленным заклинанием погиб брат Ориэлла, Игдрасиэль. Тогда эльфы пошли сложным путем, сделали щупальца заразы видимыми и уже по ним отыскали носителя паразита. Им оказался деревенский целитель-друид. Паразит показал удивительную стойкость к магии, и все исследования показали, что даже физическое уничтожение не ликвидирует заразу. Бесплотным духом тот отыщет себе новую физическую оболочку и все начнется заново в другом месте. Потому Ориэлл с подчиненными создал магическую тюрьму для умирающего лекаря и заключили его туда. Ключом-замком к заклинанию служило его метательное оружие, вставленное в зачарованное дерево. Чтобы древесина не истлела раньше времени, энт пожертвовал одним из своих сучков, ибо его древесина крайне прочная, не гниет и лежа в воде только улучшает эти свои свойства. В озере эту хреновину притопили, потому что вероятность ее обнаружения под водой была меньше, чем если бы ее закопали. А уж достать со дна весьма таки нелегкую конструкцию так и еще сложнее. И вот появился я и всем поднасрал.

Я же в свою очередь рассказал свою версию событий. Заодно Наргхен представила нас с энтом друг другу. Пенек по упрощенному для человекоподобных существ имени Фаргет оказался местным хранителем леса. В целом мою мотивацию не оценил никто из присутствующих. Мол, три тыщи лет никому эта железяка на дне не мешала. Я же на это возразил, что могли бы уж, чтоб наверняка, магией раздвинуть воду и закопать всю эту поеботу в озерное дно. А то, что они не посчитали это нужным сделать, никто не виноват. И вообще, нехрен было магией озеро очищать. За три тыщи лет оно вполне естественным образом должно было измельчать, стать болотом, а потом и вовсе исчезнуть с лица земли. Не Байкал, в конце-то концов! В ответ на это дерево глубоко задумалось, а Наргхен, наконец, додумалась отдать дриадам приказ развязать нас. Надо будет как-нибудь ее связать да отшлепать, чтоб неповадно было. Или это ее коварный план?..

Еще я получил выговор за просеку в лесу. В ответ я пообещал, что на обратном пути поставлю все деревья на место и даже приращу их обратно к пенькам. Договорившись таким образом, я пошел восстанавливать сломанное, а Наргхен и Фаргет отправились на нашу стоянку, разбираться с той самой серой смертью, которую за это время Скъяаррл уже должен был приручить и начать изучать свою новую неведому зверушку.

Я еще подумал, что, может, сначала хранитель, по габаритам напоминающий старый баобаб, пройдет до озера, а потом я уже деревья на место ставить начну. Но этот деревянный хрен, посадив богиню на широкую ветку, просто шагнул в рощу и… Все. Завернул за дерево, словно за угол дома и исчез. Вздохнув, я подобрал сюрикен и отправился воплощать обещанное. С перекачанной силой ставить поваленные бревна на место оказалось вообще плевым делом. Приращивал я их с помощью Вакховой ульты. Вообще, самая имбовая способность, по сути своей. И почему этот алкаш не прослыл всемогущим три-ДЭ-принтером? Просто бог бухла и все. Странно.

Добравшись до стоянки минут через сорок-сорок пять, я обнаружил там своих монстродеров с Наргхен и Фаргетом, наблюдавшими за серой кляксой, метавшейся по пятачку земли перед зрителями. Не знаю кто как, но я новым шаманским зрением видел едва заметную ниточку, связывавшую поебень и тролля. Серая смерть, как окрестил ее говорящий баобаб, охотилась на мотыльков, привлеченных светом костра. Выстреливая в насекомых едва заметными туманными ниточками, она высасывала из них жизнь. Ну, по крайней мере, они неподвижно падали на землю после этого. И лишь понаблюдав за этой картиной, я понял, что клякса то видна обычным, человеческим зрением. А вот ниточки ее даже не магические. Астральные! Ну-ка, ну-ка, познание сути, она же проницательность, что ты мне об этой сущности скажешь?

«Астральный охотник. 383 уровень»

– Астральный охотник? – спросил я вслух у присутствующих. – А что это за зверь такой и с чем его едят?

– Вот этот вот зверь и есть. – ответил тролль. – И его не едят, это он всех ест.

– Лех, что в твоих справочниках об этом говорится? – решил я уточнить информацию у своего походного гугла. Благо, попиздеть Леха любит больше, чем немногословный Скъяаррл.

– Ничего. – грустно вздохнул мой верный завкафедрой. – Это существо не из физического мира, архивы Великой церкви про астрал содержат крайне мало информации, там все больше по материальным и магическим объектам.

– Скъяааарл? – перевел я взгляд на самого опытного в шаманстве и астральстве среди нас. – Знаешь чего про эту кляксу?

– Про астральных охотников вообще мало кто чего знает. – нахмурился каменный великан. – Те крупинки информации о них, что гуляют среди шаманов, больше похожи на слухи. Иногда некоторые шаманы выходят в астральные глубины группами, и еще реже эти группы натыкаются на охотников. Тварь выбирает кого-нибудь одного из них основной жертвой, остальным же, получив меньший удар, удается спастись и рассказать другим о неведомом духе-убийце. Как правило, большинство воспринимает их рассказ как выдумку, а гибель основной мишени списывают на «загул».

– Загул? – не понял я значение этого знакомого слова в шаманском толковании.

– Ну, загул. – удивился тролль, но потом вспомнил. – А ну да. Ты ж без малого неделю как шаманом стал. Загул – это когда шаман слишком долго в обители духов находится, либо слишком глубоко зашел и не смог вернуться обратно в тело. Наверное, Гуал тебе просто термин не сказал. Само явление – это основы обучения.

Ну да, было такое. Тот самый первый раз, когда дух орка учил меня выходить в эти туманные дали и возвращаться в тело.

– Мне лично не доводилось лично встречать этих паразитов при путешествиях по миру духов. – продолжил Скъяаррл. – И знаешь ли, теперь я вижу, что мне повезло. Эту битву я бы проиграл.

– Чегоооо? – искренне удивился я такому признанию. – Хуйне триста восемьдесят третьего уровня? Ты, главный претендент на пост главы всея шаманства?!

– А чего ты удивляешься? – усмехнулся гигант. – Астрал – это его стихия. – Он в нашем мире, как хищный морской кит на берегу. А мы, живые, в астрале – как волк в океане. Вообще, конечно, крайне странно, что такую сущность выбросило в физический мир. Не менее удивительно, что оно тут полуматериально. Но, что есть, то есть.

– Так, стоп-стоп-стоп! – замахал я руками, а после показал пальцем на затихшую кляксу, аккуратно вытянувшую щупальце в сторону какого-то пятисантиметрового жука, вылезшего из земли возле астрального охотника.. – Так а если эта ерунда родиной из атсральных глубин, то чей это тогда скелет в скелете был?

– А это болотного легкогрыза скелет был. – пояснил Леха, с интересом наблюдая за тем, как астральный паразит начал потихоньку впитываться в жука. – Змейка одна, паразитическая. Через дыхательные пути проникает в легкие и живет в грудной клетке. Обычно во сне. Питается легкими и кровью своего носителя. А вот, видимо, и объяснение тому, как они связаны с охотником.

Серая клякса, пока Леха трындел, полностью впиталась в жука. Насекомое теперь топталось на месте, словно пьяное и откровенно путалось в обилии своих конечностей. Ноги у жука заплетались, надкрылья и крылья совершенно несинхронно болтались в воздухе, а через минуту жук закачался и неподвижно упал на бок. Клякса вытекла из насекомого и словно растерянно, заколыхалась на месте. Скъяаррл покачал головой и стукнул посохом по земле. Астральный охотник вздрогнул, покрывшись рябью и сжался в клубок, после чего шустро потек к шаманскому орудию и, словно огромная амеба, взобрался на его навершие, впитываясь в черепок того самого безглазого легкогрыза.

– Ну что, господа экологи-хранители-лесоблюдители. – обратился я к Наргхен и Фаргету. – Зло повержено, подчинено и упаковано. А через какое-то время и вовсе покинет наш мир вместе с уважаемым каменным шаманом. Еще претензии есть, или мир, дружба, жвачка?

– У меня больше нет вопросов. Но лишний раз так хулиганить в моих владениях не стоит. – проворчал пенек и, поднявшись, не прощаясь зашагал в сторону леса.

Достигнув ближайшего дерева, энт обогнул его и скрылся, растворяясь в воздухе.

– Как он, сука деревянная, это делает? – восхищенно пробормотал я себе под нос. Однако Наргхен это услышала.

– Коридор стихии. – пояснила богиня природы. – Весь лес обладает, как бы это сказать… Единым полем. И тот, кто является частью этой стихии, тот, кого дриады признали, может перемещаться с их помощью лесными скрытыми тропинками. Если, конечно, знать, куда надо выйти. Хранитель каждое деревце знает на своем участке, так что для него это совсем не проблема.

– Все, кого дриады признали, говоришь? – прищурился я. – Это и я, что ли, смогу?

– Ну да. – удивленно похлопала глазами богиня природы. – Я ж сказала, можешь пользоваться их помощью, если найдешь с ними общий язык. Что дриады умеют, и чем они позволят из своих умений воспользоваться, тебе лучше узнать у одной из них.

– Лааадно. – махнул я рукой. – Прижмет – узнаю. А так еще выебываться, выяснять, чего они там дадут, не дадут… Спать уже пора. Завтра еще целый день пилить до городка одного, а там еще ночные разборки устраивать. Надо хорошенько выспаться. Ты со мной?

В ответ богиня просто молча просверлила меня своим беззрачковым взглядом, а я неожиданно почувствовал, как по левой ноге стремительно что-то ползет. Я хотел было подскочить, но ноги мои приросли к земле. Взглянув вниз, я увидал, что мои берцы опутаны лианами, одна из которых ныряет в левую штанину. И стремительно приближается к паху. Еще через несколько секунд лиана достигла цели и больно сдавила мои яйчишки. Я даже не сразу сообразил, чтобы включить Вакховую ульту и растворить неожиданно агрессивное растение. А когда наконец сообразил и сделал, Наргхен уже растворилась.

– Могла бы и просто нахуй послать! – выкрикнул я в тишину, потирая свои фаберже.

Леха уже привычным жестом сделал *рукалицо*. Ну, хоть какая-то от произошедшего польза.

– Короче, я спать. – поморщившись, направился я к модифицированной сосне-кровати. – Если кто хочет перекантоваться не на земле – милости прошу. Скъяаррл, там даже для тебя лежанка подготовлена. На нижнем ярусе, без обид. Просто страшно было представлять, что люлька с твоей тушкой обломится над кем-то.

– Я что, эльф вам какой-нибудь? – возмутился тролль. – Чтоб на деревьях спать? Я лучше вон, землянку себе среди камней вырою.

– Ага, ага. Ты выроешь. – усмехнулся я. – Скажи это своим духам.

И окончательно развернулся и пошел к спальному дереву. Добравшись до цели, я подошел к Гуле посмотреть, как там порез ее поживает. Груллатка лежала неподвижно и быстро и шумно дышала. Заподозрив неладное, я врубил сразу пять светляков и…

– ЛЕЕЕЕЕЕХАААААА! – заорал я, что было сил. – СЮЮЮДААААА!!! СПРАВОЧНИКИ ПО ГРУЛЛАТСКОЙ ВЕТЕРИНАРИИ, ЖИИИВООО!!!

Конец третьей части.

Примечания

1

«Павел Пламенев и Евгений Егоров (гр. «Эпидемия») – Сокрушить Великих»

Content

Роман Гриб
Засланец Божий 3
(История одного засланца. Возрождение пантеона #3)

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Примечания