Антон Текшин

EndGame

Горячее предисловие

Что может быть лучше, чем пройтись под палящим тропическим солнышком после студёной русской зимы? Правильно — ничего. Разве что, дёрнуть пару коктейлей в тенёчке от тростникового навеса. У нас под таким даже скотину держать постесняются, а здесь люди реально живут с такими крышами. И ничего у них по этому поводу не съезжает.

Всё вокруг было таким удивительным и непривычным, будто на другую планету попал.

Люди — низкорослые и вечно улыбающиеся, деревья — с раскидистыми листьями-опахалами, и даже небо здесь неуловимо отличалось от нашего. Не такое хмурое, что ли… Думаю, что в подобной обстановке классики русской литературы не смогли бы создать свои выдающиеся произведения, занявшись куда более приземлёнными делами. Депрессия в здешних местах улетучивалась моментально, оставляя после себя лёгкую щемящую тоску по дому.

Давно нужно было в отпуск смотаться, а то от всей этой кровавой кутерьмы даже я успел подустать. Всё-таки не робот…

Местный общепит тоже отличался легкомысленностью даже в мелочах. Чем ближе к пляжу, тем меньше стен становилось у забегаловок. Некоторые и вовсе представляли собой те самые пресловутые навесы, державшиеся на честном слове и трёх пальмах по бокам. Единственной данью технологического прогресса являлось всеблагое электричество, идущее в основном на поддержание низкой температуры в холодильниках. Иначе кто в такую жару будет хлебать тёплое хмельное пойло?

Да и со льдом расход алкогольной продукции не так велик, опять же.

Ещё одним немаловажным удобством являлись вполне современные туалеты, расположенные чуть ли не впритирку к каждому бару. Чтоб недалеко было бежать. К счастью, здесь прекрасно понимали, за чей счёт живут, и не предлагали изнеженным цивилизацией туристам приводить себя в порядок под ближайшей пальмой, используя её листья не по назначению. Всё на довольно приличном уровне, с некоторыми нашими тошниловками и сравнить даже стыдно.

— Ладно, басурмане, что тут у вас интересного…

Потерев тщательно вымытые руки, я направился к широкой барной стойке. За сухоньким барменом, закопчённым до состояния рыбки к пиву, располагался здоровенный стеллаж с разнокалиберной выпивкой, идущий до самого потолка. Большинство из бутылок я видел впервые, но среди яркой экзотики мой взгляд безошибочно вычленил несколько ёмкостей с православной водкой. Однако, не для неё же пришлось лететь через половину земного шара.

— Мне, пожалуйста, парочку вашего фирменного «бухито», — весело попросил я бармена.

Естественно общение происходило, на великом и могучем, который здесь понимали куда лучше, чем на каком-нибудь стихийном рынке в центре нашей нерезиновой столицы. Узкоглазый человечек улыбнулся буквально до самых ушей, продемонстрировав все недостающие зубы, после чего принялся резво смешивать какие-то микстурки в бокалах. Пару раз даже чего-то поджог для пущего эффекта. Лет четыреста назад в старушке-Европе его бы точно сожгли за такие фокусы.

Выложенную на столешницу банкноту человечек смахнул к себе неуловимым движением, отработанным до звания заслуженного мастера спорта. А я в свою очередь стал гордым обладателем двух порций ядовито-зелёной жидкости, которая приятно пахла мятой, лимоном и чем-то ещё, малоразборчивым.

С этим весёлым набором мне предстояло добраться до одного из дальних столиков, за которым коротал время крепкий жилистый старик в строгих очках, обладатель строгой академической бородки. По случаю начинающейся жары он щеголял в просторных шортах и тонкой льняной рубашке. Местное солнце успело окрасить его кожу в бронзовые оттенки, сделав похожим на отважного исследователя экватора, вышедшего на заслуженный отдых. В руках пенсионер держал настоящую бумажную книгу – настоящую редкость по нынешним временам — изредка прикладываясь к крохотной чашке с чёрным, как дёготь, кофе.

Мне как-то даже немного совестно стало такой кайф ему ломать.

Стульев за его столиком не имелось, из чего можно было сделать вывод, что он не жаждал общества этим утром. Большинство мест вокруг пустовало, а редкие помятые туристы предпочитали присаживаться либо ближе к пляжу, либо к барной стойке, в зависимости от планов на сегодняшний день.

Я с громким стуком поставил бокалы, заставив зачитавшегося старика невольно вздрогнуть от неожиданности.

— Простите… – он поднял на меня возмущённые глаза и замер на полуслове.

– Да ладно, Эдуардыч, все свои, – панибратски махнул я рукой, подтаскивая плетённое сиденье от ближайшего столика.

— К-клим?

Странный вопрос, но мне и не такое доводилось слышать. Пришлось утвердительно кивнуть, выдав фирменный оскал.

В командировку я отправился под личиной Кирилла Демченко, вполне официально и без применений дешёвого грима, который могли спокойно засечь. Благо, сейчас никакой сверки личности, кроме сканирования чипа, не существовало. Паспорт пришлось отдать лишь для постановки регистрационной печати, но там физиономия уже давно отдалённо напоминала мою собственную. Только теперь до меня дошёл реальный масштаб проблемы, которые представляли собой размороженные. Учитывая повальную компьютеризацию всех процессов, такая уязвимость могла стать критической.

– Ты пришёл за мной? — осипшим голосом поинтересовался престарелый хирург.

— У меня очень много вопросов накопилось, — признался я. - А спросить не у кого. Поэтому решил проведать тебя и посмотреть, как ты тут от безделья изнываешь. Извини, что без предупреждения – время поджимало. Очень.

– М-мне нужно отойти…

– В туалет? Не советую – там у них грязно, я только что оттуда. Потерпи немного, разговор у нас будет короткий.

Старик помассировал грудь в области сердца, после чего отложил книгу и кофе, схватившись за бокал с коктейлем, как утопающий за соломинку. Сделав несколько глубоких глотков, он ненароком оглянулся по сторонам, но помощи ждать было неоткуда. Представители правопорядка заглядывали сюда вместе с толпой отдыхающих, а сейчас было ещё далеко до их массового наплыва. Солнце только поднялось из-за далёкого морского горизонта, и по пляжу передвигались исключительно спортивные жаворонки, либо недогулявшие с прошлой ночи.

– Хорошо, о чём ты хочешь меня спросить? – оторвался от бокала мой невольный собеседник. – Мне казалось, что в прошлую нашу встречу мы всё прояснили.

– Эльвира, – с трудом произнёс я заветное имя. – Кто она на самом деле?

– В смысле? – настороженно переспросил старик.

– В том самом, – я продемонстрировал ему результаты экспертизы, высветив их прямо на столешнице.

– Так-так, теперь понятно… – сокрушённо констатировал Эдуардыч, бросив мимолётный взгляд на заключение.

Но затем его внимание привлекли прочие профессиональные детали, заставив выцветшие глаза испуганно округлиться.

– Что с ней?!

– Не уследил, – со вздохом признался я. – В критическом состоянии она была помещена в криостаз. Другого пути на тот момент не было – слишком обширные повреждения.

– Детали! – резко прокаркал семейный доктор.

Я беспрекословно выполнил его требования, выведя на стол прочие документы. Старик несколько минут тщательно изучал каждую букву и снимок, после чего с укором выдал:

– Ты её угробил, нелюдь!

– Не буду спорить, но всё ещё ведь можно исправить, так?

– Если она со всем прочим унаследовала твою патологическую везучесть, – покачал он седовласой головой, продолжая копаться в малопонятных графиках и снимках.

– А вот с этого момента, прошу, поподробнее…

– Ты и так, практически, всё уже знаешь, – пенсионер снова крепко приложился к бокалу. – Биологически – она твоя дочь. Я не стал это раскрывать, не зная твоей реакции… У неё же была запись, которая должна была открыться в день её совершеннолетия. Но увы, она до него не дожила.

– Пока что, – поправил его я.

– Если только тебе от этого легче, – пожал он сухонькими плечами.

– Мне бы тоже хотелось быть в курсе… Подробностей.

– Понимаю. Но это не тот эпизод в моей жизни, который было бы уместно вспоминать.

– Ничего, я никому не расскажу, обещаю.

– Это всё Сергей, – начал с оправданий Эдуардыч, оторвавшись от документов. – Он буквально боготворил тебя, точнее – твой героический образ. И чем дальше, тем сильнее это в нём прогрессировало. Если бы на тот момент технологии позволяли – он бы точно провёл процедуру оживления. Все твои новые органы были оплачены из специального фонда, который он учредил незадолго до того, как покинул нас.

– А Георгий заливал, что я ему по гроб жизни должен за воскрешение…

– В каком-то смысле, это действительно так. Не будь его, ты бы продолжал храниться до окончания срока криораспада, как и остальные подопытные. Многим из них не стоило возвращаться.

– Вроде его подружки Анны?

– Так ты и с ней уже успел познакомиться? – слабо удивился старик.

– К сожалению, и до неё добрались, – не стал я скрывать. – Но мы успели пообщаться перед этим.

– Туда ей и дорога, – без сожалений отрезал доктор. – Она постоянно подбивала Георгия на всяческие авантюры, да и в ликвидации нашей группы без неё точно не обошлась…

– Кажется, мы отвлеклись, – вернул я беседу в интересующее меня русло. – Рассохин чрезвычайно увлёкся моей натурой. Что дальше?

– Сергей ушёл в политику. Примкнул к одной мелкой радикальной партии, продвигавшей возврат смертной казни и прочие… Перегибы. Но этого ему показалось мало. Не имея возможности вернуть твоему телу жизнеспособное состояние, он решил тебя клонировать.

– Кто-то явно перечитал фантастических книг в своё время… – заметил я.

– Тогда подобная процедура существовала лишь на бумаге, вдобавок, существовал ряд серьёзных технических запретов. До сих пор в большинстве стран подобная процедура под запретом, в отличие от выращивания отдельных органов. Но Сергей не хотел ждать, ему нужно было всё здесь и сейчас.

– И?

– Он заставил меня взять твой генетический материал для искусственного оплодотворения, – одним махом выдал семейный врач, будто в прорубь нырнул.

– Кто выступил донором с той стороны? – севшим голосом спросил я.

– Юля.

– Больной ублюдок… – протянул я, едва сдерживая рвущиеся наружу эмоции. – Собственную дочь…

– Её репродуктивные органы были слишком сильно повреждены, поэтому я уговорил взять одну лишь яйцеклетку, – продолжил Эдуардыч. – Это не снимает с меня вины, но в результате появилась Эльвира. Такая, какая она была.

– Она и сейчас есть, пусть и не с нами, – отрезал я. – А кто же тогда её выносил? Неужели, сама Александра Владимировна?

– Да, – проскрипел Эдуардыч. – Я хотел обставить всё, как естественное зачатие, но… Сергей сам ей проболтался, спустя некоторое время. Естественно, она пришла в ярость.

– Думаю, с заказчиком его устранения мы определились. Она ведь и Элли хотела на тот свет проводить, но напоролась на меня.

– Фатальная ошибка… – покачал головой старик. – А в тот роковой день малышка успела сбежать и запереться в кабинете. Там была очень крепкая дверь, и убийцы не успели её взломать.

– А что стало с телом Рассохина? Наверняка ведь тоже заморозили до лучших времён?

– Распоряжение на этот счёт действительно было, только от него самого мало что осталось. Тело расчленили, после чего залили кислотой в ванной. Настолько мощной, что та проела даже эмаль. Клянусь, это правда!

– Очень жаль, – вздохнул я. – Плохо, когда за тебя делают твою же работу, но уже ничего не исправишь.

Теперь стало ясно, почему Элли сохранила отличительные семейные черты Рассохиных, при этом походя на своего непутёвого отца. Только взглянув на её внешность по-новому, до меня дошло, как много она от меня взяла. Даже слишком много…

– Что ты теперь намерен со мной делать? – после затянувшейся паузы поинтересовался Эдуардыч.

– Очень хочется тебя прибить прямо на месте, – признался я. – Но боюсь расстраивать дочурку. А чтобы она снова вернулась на этот свет, придётся тебе тряхнуть стариной.

– Нет, я не могу вернуться! – замотал он головой. – Меня там убьют!

– Поверь мне, помирать на Родине гораздо удобнее. Неужели не стосковался по России-матушке?

– Не настолько, чтобы ради сантиментов совать голову в пасть льву!

– Не облагораживай этих ублюдков, – поморщился я. – Какие к дьяволу львы, крокодилы они бесчувственные. И, кстати, моими стараниями это теперь вымирающий вид. Скоро их всех можно будет в Красную Книгу заносить…

Нашу милую беседу прервал громкий женский вопль, раздавшийся со стороны внутренних помещений забегаловки. Спустя пару мгновений к стойке выскочила миловидная восточная девушка в коротком платье. Продолжая тонко верещать на одной испуганной ноте, она рванула прочь с приличной скоростью, на зависть любому спринтеру.

– И что же ты делала в мужском сортире, красавица? – задумчиво проговорил я ей вслед.

– А что там? – встрепенулся старик.

– Говорю же, грязно, – проворчал я, поднимаясь. – С тобой очень хотели пообщаться ещё двое наших соотечественников, но у нас вышел диспут, кто же пойдёт первым. Мои доводы оказались убедительней, и только поэтому ты до сих пор жив.

– Они уже здесь?!

– Чисто технически – да, хотя их души наверняка успели прибыть по назначению. Пойдём отсюда, а то сейчас начнётся…

Недоумевающий бармен как раз отправился смотреть, что же так напугало миловидную посетительницу со странными привычками, поэтому наши посиделки следовало продолжить в другом месте. Более спокойном.

– Как вы все меня нашли? – сокрушённо вопросил Эдуардыч, засеменив следом.

Чтобы не утопать по щиколотку в мелком песке, здесь были расстелены специальные тропинки из связанных между собой досочек. Я выбрал ту, что вела прочь от пляжа, и потянул спасённого врачевателя за собой.

– Уж не знаю, где ты проколся, но мне о твоём местоположении сообщил мой личный дьявол-хранитель.

– Кто-кто?

– Сам не знаю. Таинственная личность, которой выгодна моя деятельность. Видимо, у него какие-то тёрки с «БУЛАТОМ», вот и решил разгрести жар чужими руками. Преимущественно, моими.

– Они-то здесь при чём? – притормозил от таких новостей старик.

– А, ты ж не в курсе… – я хлопнул себя по лбу. – Неуловимые убийцы игроков, которых вы якобы искали, на самом деле всё время являлись вашими же нанимателями. Да-да, те самые «Призраки», чтоб им всем дружно икнулось. И вашу группу устранили они же, когда поняли, какой пробы вы для них снесли яичко. Вот такие дела…

– Не понимаю… Зачем им всё это?

– Естественно, ради сверхвыгоды, будь она неладна… Прав был дедушка Маркс, но он и представить не мог того размаха, с которым будут работать в будущем.

– Какая в этом может быть выгода?! – он едва не сорвался на крик.

– Тише будь, – погрозил я ему пальцем. – Мы и так тут смотримся весьма подозрительно, не нужно привлекать к нам лишнее внимание. Что касается выгоды, достаточно просто сравнить их прошлогодние расценки с нынешними. Разница колоссальная, вдобавок, сейчас не осталось серьёзных кланов, которые не пользуются услугами безопасников. Хотя, по сути, пострадавших было не так много в пересчёте на всю гигантскую аудиторию. Зато теперь они натурально купаются в деньгах, даже парочку дочерних фирм открыли для более мелких игровых группировок, чтобы весь рынок охватить.

Позади нас нарастал многоголосый шум испуганных людей, увидавших в туалетных кабинках воплощение своих ночных кошмаров. Тоже мне, нашли из-за чего переживать – пара часов тщательной уборки, и можно снова ими пользоваться.

– Это всё бред сивой кобылы! – возмутился Эдуардыч, хоть и гораздо тише. – Цены взлетели везде, а у них, между прочим, тоже были потери среди клиентов.

– Не самых крупных, – заметил я. – Они не могли не принести кого-то в жертву, иначе их безупречная репутация вызвала бы подозрения. Вся ставка была на неуловимость мистических убийц, чтобы никто не чувствовал себя в безопасности. Власти были в курсе технологии, но громогласно объявить о том, что голограммы могут представлять опасность, у них не хватило духу.

– Голограммы? – нахмурился старик.

– Ох, как же многого ты не знаешь… Но про это я чуть позже подробно расскажу. Пока меня интересует работа вашей группы. Анна упомянула какого-то «дикого» программиста, приставленного к вам от нанимателей. Кто он такой?

– Его звали Гриша, – принялся вспоминать нейрохирург. – Он должен был помогать Георгию с наладкой пересаженного регистрационного чипа, но тот не подпускал его к личной информации подопытных. Когда стало ясно, что технология замещения личности работает без сбоев, Гриша взялся за взлом систем безопасности игры. Кое-какой опыт в этом у него уже имелся. Думаю, он был как-то связан с разработчиками программного обеспечения для капсул. Уж слишком много он знал. Для начала мы обкатали его программу на всякой мелочёвке, пока остальные размороженные обживались в игре, затем предполагалось взяться за крупные кланы.

– Внедрялась к новичкам Анюта?

– У неё это получалось лучше всего. Но Георгий строго-настрого запретил ей пользоваться доступом в личных целях. По задумке, никто не должен был пострадать, кроме тех, кто причастен к устранению конкурентов. Мы должны были искать любые следы – переписку, намёки, странные поисковые запросы. Что угодно.

– Да уж, то-то в «БУЛАТе» посмеялись…

– Я не могу поверить, что это именно они, – продолжать упорствовать старик.

– Однако, ты не пожелал воспользоваться их защитой, – напомнил я ему.

– У меня были сомнения на счёт отдельных работников, но не на счёт руководства в целом. Это же немыслимо!

– Думаю, они постоянно держали руку на пульсе новейших разработок. Чтобы применить себе на благо, разумеется. И ваша группа не стала исключением

– Мы-то здесь при чём?

– Всё просто, – я демонстративно ткнул пальцем себе в голову, где располагался злополучный чип. – Появление «Призраков» было всего-навсего разовой акцией, а вот проект «Размороженный» наверняка задумывался на долгосрочную перспективу. Не все же такие принципиальные, как Жорик.

– Но, если всё действительно так, что мы можем противопоставить такой мощной организации? – сокрушённо вопросил доктор.

– Тебя что, ни разу оса не кусала? Ну вот, казалось бы – такое мелкое вредное насекомое, пальцем можно раздавить. А один мой знакомый улетел с обрыва на машине, будучи укушенным за рулём. А с ним ещё два пассажира, и все трое здоровых мужиков этот самый полёт не пережили, хотя изначально шансы у осы против них были даже не мизерные. Их вовсе не было.

– Но ты – один!

– Спроси у тех гавриков, что остались в туалете, помогло им численное преимущество? – предложил я упавшему духом старику. – Тем более, в поле я далеко не в одиночку воюю. У меня есть несколько помощников, а совсем скоро к ним прибавится ещё и талантливый хирург-реаниматолог. Поэтому, добро пожаловать в команду!

– Полагаю, моим желанием сотрудничать ты не поинтересуешься?

– Нет. Если кому и под силу вернуть Элли, то одному лишь тебе. Хочешь, не хочешь…

– Что за вопрос, она мне, как родная!

– Ну вот и договорились, – я ободряюще похлопал его по плечу. – А вот что мне действительно интересно узнать – у тебя есть какие-нибудь тёплые вещи? Шуба, например?

Глава 97

Если прошлый район, который уходил под снос, ещё можно было с натяжкой назвать благополучным, то теперь я жил в самых настоящих трущобах.

Большинство домов представляли собой забытые богом и городской администрацией старые коммуналки, где на весь этаж имелась лишь одна общая кухня и столько же санузлов. Люди ютились в крошечных комнатках, размером со спичечный коробок, не в силах перебраться в более просторное жилище, и потихоньку сходили с ума. Сами по себе человеческие муравейники понемногу оседали под тяжестью прожитых лет, не в силах противостоять беспощадному времени без посторонней помощи. Во время прогулок по редким магазинам на глаза мне то и дело попадались рухнувшие остовы, которые никто не собирался разгребать.

В некоторых завалах наружу просвечивались дрожащие отблески пламени, намекая, что в них кто-то живёт до сих пор. Да и дымом оттуда тянуло, будто от первобытных пещер.

На эти кварталы давно уже махнули рукой. Сказывалась соседство с обширной промзоной, для которой и выстраивалось в далёком прошлом всё это дешёвое жильё. Даже сейчас некоторые дома на девяносто процентов населяли обычные работяги всех мастей — от опустившихся алкоголиков, до выходцев из дальнего и ближнего зарубежья. Всеобщая автоматизация неотвратимо выживала их с крупных предприятий, но они пока ещё держались за счёт ушлых частников.

Криминальная обстановка здесь навевала приятные воспоминания о моей бесшабашной юности, но местных старались особо не трогать. Горожане, давно привыкшие к суровым условиям ежедневного выживания, были способны дать отпор любой возникшей угрозе, и сами могли разжиться чьими-нибудь золотыми зубами по дороге за хлебом. Хоть в дикие леса Амазонки их отправляй, показать мастер-класс возомнившим о себе морским котикам и прочим расхваленным спецам. Вот они-то в здешних бетонных джунглях точно бы загнулись, бедолаги…

Наши же скрипели стиснутыми зубами, но терпели и приспосабливались, во славу эволюции. Даже у безобидной с виду местной учительницы начальных классов вполне мог оказаться в сумочке выкидной нож, а то и что-нибудь посерьёзнее. Поэтому гопники старались вести себя учтиво и вполне могли придержать дверь в подъезд, чтобы пропустить даму вперёд.

А вот залётных одиночек, вроде меня, постоянно пытались попробовать на зубок все, кому ни лень. Пришлось даже нанести визит вежливости к одному здешнему «пахану» и популярно объяснить, что отвлекать отставного инвалида от насущных дел весьма вредно для здоровья. Очень сильно хотелось вычистить весь этот гадюшник вообще под корень, но такая карательная акция могла привлечь к району ненужное внимание.

А впереди всё ближе маячила рыба куда крупней и опасней, так что я постарался по возможности сдерживать кровожадные порывы. Ведь не молодой уже, людей направо и налево развешивать. Тем более, что на смену одному всегда придёт новый, если не изменить саму среду обитания. Такая вот суровая правда жизни, дошедшая до меня далеко не сразу. И всё равно, у так называемого авторитета прибавилось седины на висках после нашего разговора по душам, но это ему ещё крупно повезло. Ему вполне и в церковь можно по такому случаю заглянуть, свечку поставить.

Так что обжился я здесь очень быстро. В общежития и «малосемейки», понятное дело, соваться не стал, а устроился в небольшой панельке, где раньше жили инженеры и прочий просвещённый класс. Капсула едва поместилась в крохотной квартирке, зато весь дом давно уже присосался к проходящей рядом магистральной сети, поэтому проблем с выходом в интернет не было никаких.

Однако, даже на такое копеечное жильё требовались деньги, не говоря уже о дополнительных тратах, которые росли подобно снежному кому. И пока что единственным источником заработка оставалась игра. Не считать же за прибыль отданные в ломбард золотые цацки местных гангстеров… Это так, разовое удовольствие для карманных расходов.

Со всеми хлопотами из-за переезда и внезапной командировки в тёплую восточную страну, я опять выпал из клановой жизни. Хорошо хоть, что на этот раз ненадолго, поэтому ничего архиважного не пропустил.

Оставшиеся в строю корабли благополучно достигли «Гвоздя-4» и теперь пребывали под защитой космических флибустьеров. Болеславу удалось договориться с пиратским Советом о временном убежище, но наше положение до сих пор оставалось очень шатким. Выручало лишь то, что конкуренты пока что были заняты реликтом и подготовкой к Турниру, который должен был стартовать уже на следующей неделе.

Следом за нами выиграть шахматную партию удалось Свове, причём, с куда более разгромным счётом. Призы полагались лишь выжившим, поэтому нам досталось всего три артефакта за вычетом сладкой парочки. Любомир ничего интересного для себя не нашёл, поэтому передал нам один из самых дорогих лотов — универсальный двигатель для средних звездолётов. Его как раз сейчас заканчивали устанавливать на «Сракатан». По прогнозу техников, ходовые характеристики нашего флагмана должны были увеличиться на порядок. Ведь даже с продвинутым оборудованием от «Убийц Красной Звезды» он всё равно еле плёлся от системы к системе, будто ледокол в арктических водах.

Отправляться на такой тихоходке в дальний рейд — верный способ помереть в игре от старости. Теперь же эсминец мог хоть немного поспевать за более скоростными юнитами. Однако, отправиться в поход мы всё равно не могли — регион наводнили шпионы анатаресцев, да и о наших конкурентах забывать не стоило. Нападение на изгоев никаким образом не каралось властями, поэтому они вполне открыто точили ножи.

Дальновидный клан-лидер оказался прав — единственной возможностью удержаться на плаву оказалась дружба с пиратами. Однако, каперскую лицензию Совет вручал не за красивые глазки, а в двух конкретных случаях — либо после солидного денежного взноса, либо при наличии прекрасных отношений со всеми его членами. Понятное дело, что свободных синткоинов у нас – крокодил наплакал, а главы пострадавших во время налёта группировок ни за что не желали идти на мировую.

На горизонте всё отчётливей маячила продажа одного из последних звездолётов. Скорее всего — раллекийского фрегата, чья стоимость на Сером рынке едва покрывала требуемую сумму. Но в таком случае у нас не набиралось даже одного звена, не говоря уже о каком-либо размещении игроков. Большинство «безлошадных» теперь слонялись без дела и не знали, куда себя приткнуть. Парочка уже успела проиграться до самых подштанников в одном из местных казино, за что им грозило скорое исключение. Но и без этого «Мясорубцы» не досчитались пятой части прежнего состава, решивших попытать счастья в других кланах.

Хоть ушедшие являлись в большинстве своём новичками, либо выходцами из «Системщиков» и прочих неудачников, многие позиции существенно ослабли. Уже сейчас остро чувствовалась нехватка в инженерах и учёных, от которых обычно зависел стабильный доход. Да и некоторые бойцы потихоньку приглядывались к новым вариантам. Денег на следующую зарплату в казне не было, и все это прекрасно знали.

В клановом загашнике имелось немного ресурсов, собранных ребятами по дороге, и парочка новых артефактов. Среди предложений сокровищницы Предтечей имелся крутой меч, но стоил он куда меньше остальных лотов, посему я, скрипя зубами, выбрал в качестве награды корабельную пушку. Настолько мощную, что она не подходила даже нашему эсминцу. Один её выстрел тратил такую прорву энергии, что для него нам пришлось бы обесточить все прочие системы. А такое неприемлемо даже для самоходной артиллерии.

Криман не удержался от соблазна и взял навороченную винтовку, пользоваться которой ему в ближайшем будущем не светило. Она требовала таких заоблачных навыков, что её легче было продать какому-нибудь высокоуровневому игроку или персонажу-аристократу. Правда, чтобы провернуть сделку, требовалось для начала добраться до ближайшей станции Союза Антропоморфов, так как здешние теневые барыги привыкли торговать контрабандой и резали цены едва ли не пополам. А в свете объявленной охоты на «Мясорубцев» провернуть это пока было довольно проблематично, выражаясь культурным языком.

Хотя, чем больше я вникал в сложившуюся ситуацию, тем больше мне хотелось применять более ёмкие выражения. Которые куда точнее описывали сложившуюся ситуацию.

«Гвоздь-4» со времён моего прошлого посещения успел оправиться от ран и даже нарастить нового жирку в виде дополнительных причалов для крупных звездолётов и усиленной внешней обшивки.

Болеслав устроился в одном из местных баров поприличнее, отстроенном заново после нашествия плерксов. Здесь собирались лидеры мелких банд, контрабандисты и наёмники, чтобы общаться вдали от любопытных глаз, а вот пьяных дебоширов в округе не наблюдалось. Вышибалами в этом заведении работали двое громадных киборгов-рептилоидов, которые едва помещались в немаленькие проёмы шлюзов на входе. Стоило только кому-то из посетителей повысить голос в общей зоне, как они немедленно топали в его сторону, заставляя всех в округе придерживать дребезжащую посуду. Местная кухня не поражала воображение, но сытно и вкусно перекусить можно было без особых проблем, просто ткнув наугад в меню.

За приватные комнатки для переговоров приходилось доплачивать отдельно, зато здесь практически полностью исключалась утечка информации. Нетрудно догадаться, что осторожный Хреноватор практически не покидал одну из них, вполне справедливо опасаясь вездесущих шпионов. Да и прибухнуть тут ему никто не мешал.

— Так, нужно срочно кого-нибудь ограбить! – вместо приветствия произнёс хмуро клан-лидер, стоило мне появиться на пороге.

– Смотрю, ты уже полностью вошёл в роль пирата, – произнёс я, присаживаясь напротив.

— Мы не гопота подзаборная, а благородные разбойники! – резко возразил псионик, кутаясь в свою излюбленную мантию. — И у нас всё очень плохо на финансовом фронте.

— Да, твои сводки не радуют, — кивнул я. - Совет пока не идёт навстречу?

– Они считают, что и так сделали нам огромную услугу, предоставив временное убежище. В какой-то мере, они даже правы…

– Как думаешь, антаресцы могут сюда сунуться? – задал я самый важный на сегодня вопрос.

– Тем составом, что прилетел к нам – точно нет. Их тут моментально размотают, и даже фамилии не спросят. Тем более, у скорпиошек не выйдет подобраться к станции незаметно, как в нашем случае. Пираты постоянно находятся на стрёме, и тщательно мониторят всю близлежащую округу. Чуть что, и они слетятся сюда со всего региона, если не дальше. Другое дело, что вечно тут торчать мы не можем – уж очень это дорого выходит.

– И кого же ты предлагаешь благородно ограбить?

– О, тут целый ворох возможностей! – в предвкушении потёр руки Хреноватор. – Само собой, что атаковать вооружённые силы Союза чревато крупными неприятностями, а вот товарищи послабее нам вполне подойдут.

– Не проще ли на тех же сателлитов поохотится?

– Ага, ты сейчас их найди, да размотай, – проворчал Болеслав. – После рейда карательного корпуса здесь слабаков не осталось, а недобитки сбились в несколько крупных стай. Ты как раз об одну такую убился на захваченном фрегате. Даже пираты стараются их огибать от греха подальше, не говоря уже об остальных. Так что фармить реплики нам пока не светит, если только у тебя опять не врубится режим патологического везения.

– Надеюсь, что на этот раз обойдётся, – честно признался я.

– Ты уж постарайся, – вздохнул мой партнёр. – Цель у вас нынче довольно простая, но вкусная. Главное – догнать их.

– Кого именно?

– Скаутское звено даторийцев. Два поисковых фрегата и корвет поддержки. Сам понимаешь, что для вас это не противники, поэтому особых проблем они доставить не должны. Единственное, что про них существование известно не только нам – мне эту информацию продали далеко не из первых рук. И всё же, это лучший вариант на данный момент. Скаутов заметили во-о-от в этом секторе, но они вряд ли они будут сидеть на одном месте, сам понимаешь.

– И что нам нужно будет сделать, если мы их найдём? – я с сомнением почесал подбородок, разглядывая галактическую карту.

Звёзд в указанном секторе было немало. Плюс, оттуда можно было перейти в пять соседних скоплений. Поди угадай, в каком направлении они двигаются.

– Атаковать конечно же, – пожал плечами псионик. – Только ни в коем случае никого не разваливать! В идеале, они должны сдаться после первого же залпа. После этого берёте корабли на абордаж, экипажи пересаживаете в спасательные шлюпки и желаете им всем счастливого пути.

– Не слишком ли круто? – заметил я. – Места там опасные, и они могут и не дождаться спасателей.

– Ох, как же с тобой тяжело, ролевик ты наш… Ничего с ними не случится, доберутся до границы за недельку своим ходом, как миленькие. На шлюпки никто не обращает внимания, те же сателлиты чаще всего мимо пролетают.

– А что на счёт сторожевых ботов? Они атакуют вообще всё, что попадается им на пути.

– Значит, не повезло! – вспылил Болеслав. – Пойми, мы не можем их как няньки под ручку до песочницы довести! Это дикий космос, здесь каждую секунду кто-то умирает. Вспомни-ка лучше тех, кто должен был нас защитить в трудную минуту, а вместо этого положил на свои обязанности во-о-отакенный болт!

Его распростёртые в стороны руки едва не коснулись тесных переборок. Комнатка не поражала габаритами, и общаться здесь приходилось едва ли не нос к носу.

– Я всё прекрасно помню, хоть и не участвовал в той заварушке, – произнёс я. – Но мы не должны превращаться в отморозков вроде «Прососов».

– Нам нужны эти чёртовы звездолёты, – куда спокойнее продолжил клан-лидер. – Мы не можем нормально добывать ресы, не можем торговать и много чего ещё. Даже до последней нашей системы мы, скорее всего, не доползём с грузовыми тягачами, только налегке. Из всего флота осталось лишь три единицы, на которые все вокруг облизываются, и только хорошее отношение пиратов не даёт их пока раздербанить. Чтобы их укрепить, мы должны регулярно сбывать контрабанду, иначе быстро станем ненужными приживалами. Может, ты тогда вместо этого слетаешь на «Талвро» и толкнёшь арты Предтечей? А, я ж забыл – нас там ждут, не дождутся!

Здесь клан-лидер был полностью прав – без протекции Союза наши корабли атакуют ещё на подлёте в систему. Теперь мы – настоящие изгои, и даже некоторые авантюристы из персонажей могут попытаться завладеть нашим имуществом силой, не говоря уже об игроках.

– Хорошо, тогда будем разбойничать, – пришлось мне согласиться с его доводами. – Только с экипажем я сам разберусь, что делать.

– Если только снова не подставишь нас, – парировал в свою очередь Болеслав.

– Извини, я тогда и представить не мог, что нам прилетит такая ответка, – развёл я руками.

– Все мы хороши, – примирительно произнёс псионик. – Меня тоже, в некотором роде, собственная жадность подвела. Только теперь нужно помнить, что следующая ошибка может стать для нас последней. А так, полагаюсь на остатки твоего здравого смысла. Только прошу, давай на этот раз без фирменных выкрутасов, хорошо? У меня давление в последние дни подскочило, того и гляди, что родичи решат организовать мне перерыв от пагубной игры.

– Тогда запасайся валидолом, – сразу предупредил я его. – Мы вряд ли найдём скаутов в такой мешанине, а вот нас самих наверняка попытаются прищемить где-нибудь в уголке.

– На счёт поиска можешь не беспокоиться, – загадочно улыбнулся Хреноватор. – Есть у меня одна интересная кандидатурка на примете…

Глава 98

Со всей этой суматохой последних дней я успел основательно соскучиться по холодной красоте открытого космоса. Блестящие, словно драгоценные камни, звёзды и разноцветные газовые туманности изо всех сил пытались разбавить абсолютную тьму, чёрным бархатом оттеняющую каждый источник света. Каждый раз картина менялась, добавляя новые детали или убирая их до самого минимума. Но даже в самом захолустном месте в галактике сюрреалистичные пейзажи завораживали неосторожный взгляд, брошенный на экран или в обзорный иллюминатор.

Вот и сейчас, маясь вынужденным ожиданием, я любовался переливами далёких светил, пока на центральном дисплее не зажглась предупредительная надпись, немедленно продублированная нейроинтерфейсом:

«Обнаружена гравитационная аномалия!»

— Ну, наконец-то, — я с наслаждением потянулся в кресле второго пилота.

— А я думал, они мимо проскочат, — признался Эвреш, сидящий по соседству.

Основания у его опасений были серьёзные. Мы хоть и устроились в узкой горловине звездного сектора, но обойти нас можно было прямо через соседнюю звезду. Другое дело, что скауты ни от кого не убегали, а в привычной манере рыскали по самым отдалённым уголкам сектора. Но и при таком раскладе мы бы их ни в жизнь не нашли, не будь с нами опытного искателя, способного найти микроскопическую иголку в космическом стоге сена. Настоящий профессионал, только характер немного тяжеловат. Примерно, как металл под названием Иридий, подозрительно созвучный с его именем. А точнее — с её.

— Ну что, лемминги, с вас магарыч! – зазвучал в ушах победоносный голос Ирины Устюжевой. — Говорила же, что они сами сюда прыгнут…

Каждый раз, когда она открывала рот, у меня возникало нестерпимое желание отправить её за борт, вместе со всем сканирующим отсеком в придачу. Жаль, такой кнопки на командном пульте не было предусмотрено. Чтобы корабль смог исторгнуть из своего чрева этот концентрированный сгусток яда нужно, как минимум, сначала погрузить его в спасательную капсулу или в десантный бот. Добровольно она туда ни за что не полезет, а запихивать силой — не лучшая идея, учитывая её верного защитника, пусть он нынче и не в том состоянии, чтобы воевать.

Узнав, что Убивашка полетит с нами, я особого восторга не испытал, но и удивился не сильно. Не в первый раз уже вместе работаем, к моему великому сожалению. Болеслав сам виноват, намекнув на её участие неосторожной фразой о «замечательной кандидатуре», которая поможет с поисками. Тут не нужно быть гением аналитики, чтобы догадаться о том, что наш клан-лидер снова начал крутить шашни с дружественным кланом. Где ещё можно в сжатые сроки нанять отличного искателя? Тем более, у нас участников этого редкого класса и вовсе не осталось – разбежались ребята, как только запахло палёным.

Но Хреноватор не был бы собой, не добив меня крохотным уточнением, что теперь комсомолка, киберспортсменка и просто красавица Ира Устюжева отныне является новобранцем «Мясорубцев». Естественно, я подумал, что он это не всерьёз, а в качестве очередной неуместной шутки, пока не увидел ушастую девушку собственными глазами. Тут уж всякие сомнения отпали, ибо игровая система не в состоянии лгать, она может только недоговаривать. Увы, в данном случае двойной трактовки в строке клановой принадлежности быть не могло – «Мясорубцы», и точка.

От чего на меня накатила такая тоска, что хоть волком вой.

К слову, сама искательница тоже была далеко не в лучшей форме. Её уровень теперь не достигал и четырёх сотен, что являлось расплатой за конфликт с Антаресом. Сколько раз ей пришлось ради такой скромной цифры умереть – страшно даже представить. Но иного пути снижения агрессии в свой адрес не существовало, ведь чем ниже твой уровень, тем меньше сил направят на твою ликвидацию. Такая вот игровая механика, ничего не поделаешь. Тут либо тотальная война на уничтожение, либо исход за пределы обитаемой части галактики, пока всё не уляжется. «Убийцы Красной Звезды» предпочли договариваться с воинственными роботами, и отдали одного из своих лучших игроков на растерзание, лишь бы хоть немного восстановить рухнувшие отношения.

Вдобавок ко всему, девушка лишилась излюбленного транспорта. «Блоха» оказалась уничтоженной, а для её восстановления требовалось посетить одну из клановых баз, доступ к которым Ирина потеряла. Ну, и напоследок, верный спутник искательницы тоже попал под раздачу, и сейчас представлял собой скромную многоножку, не длиннее обычной змеи. Точнее, сам Шёпот героически погиб, а это был его вроде как отпрыск, унаследовавший лишь часть воспоминаний предка.

Как оказалось, будучи при смерти, сайрексы могут оставить потомство в виде одного-двух яиц с очень прочной оболочкой. Если оно попадёт в благоприятные условия, есть шанс, что на свет вылупится новый воин, который будет чуть совершеннее предыдущего, за счёт оставшейся в его генах памяти. Это не совсем воскрешение в привычном понимании этого термина, а скорее перерождение, но так хотя бы вымирающие инсектоморфы могли продолжать собственный род.

Новый Шёпот, увы, не помнил того, кто дал ему это имя, зато свою последнюю хозяйку почти сразу признал. Иначе, боюсь, у той гарантировано случился бы нервный срыв. Ира могла хоть сколько строить из себя непробиваемую профессионалку, но я-то знал, какая она в глубине души ранимая.

Убивашка потеряла очень много, и нынче держалась только на морально-волевых. Хотя, скорее всего, все эти невзгоды являлись лишь ширмой для формирования её героического образа в будущем. И как следствие — лавинообразного прироста новых подписчиков. Вряд ли такой крупный клан, как «KRS» пошёл бы на вынужденную децимацию, не имея на то веских причин. Вероятно, руководство просто ждало окончания Турнира, чтобы триумфально вернуть мученицу во имя святой войны с мехами, или по другой какой причине. А до тех пор она отошла в тень, решив перекантоваться у старых знакомых.

– Но почему именно мы?! — простонал я, безуспешно пытаясь найти опцию удаления из клана.

— Все вокруг считают, что вы — наша неудачная «дочерка», - пожала плечами искательница. – Вот и не будем никого разочаровывать.

– Может, тогда и деньжат нам подкинете, так сказать, для укрепления легенды? – встрепенулся я.

– Ещё чего! – злорадно фыркнула ушастая в ответ. – Скажите спасибо, что у меня контракт не по фулл-прайсу, а чистая кабала!

Хотя от прежней Убивашки в нынешнем состоянии осталась лишь одна бледная тень, нам даже такой огрызок специалиста пришёлся весьма кстати. Да, она потеряла львиную долю способностей, но её собственный интеллект остался прежним. Как и приобретённые с годами умения. Ведь в каждом классе имеются собственные уловки и лазейки, позволяющие при наличии так называемого «скилла» решать некоторые безнадёжные проблемы в свою пользу.

И сейчас мы вышли на скаутов лишь благодаря её филигранной работе. Девушка тщательно изучила показания всех окрестных подпространственных регистраторов, именуемых в простонародье «буйками», и отследила все подозрительные перемещения в пределах нескольких секторов.

Мы с ребятами не меньше сотни раз пролетали мимо этих бесполезных с виду аппаратиков, изредка встречающихся в рандомных системах, и представить себе не могли, что от них может быть такая огромная польза. По игровой легенде они остались от первых исследователей Дальнего Рубежа и трогать их считалось плохой приметой, реально понижавшей игровую Удачу, пусть и ненадолго.

Так что, волей-неволей, я вынужден был признать полезность нашего единственного новобранца за последние пару недель. Хотя в боевом плане она представляла из себя полный ноль, даже с учётом собственного телохранителя. В силу юного возраста он пока не мог раскидывать серьёзных противников грубой физической силой, поэтому всё свободное время, пока Ира отдыхала в реале, он упорно тренировался. Сейчас же его мог задушить одними голыми руками практически любой из моей рейд-группы, за исключением хлипкой Махи. Но, зная возможности сайрексов, я не сомневался, что уже скоро картина разительно поменяется в лучшую сторону.

Нам и самим тоже не помешало бы немного прокачаться, да только где на это всё время и деньги найти…

На захват мы отправились неполным звеном, состоявшим всего из двух кораблей – «Аленького» и «Моржового». Полные названия называть вслух очень не хотелось, особенно, общаясь с различными диспетчерами, но протокол не терпел всяческих сокращений. Поэтому я каждый раз морально страдал и поминал всю родню клан-лидера до самого Влада Цепеша включительно.

Раллекийский фрегат нынче выступал в качестве поддержки основной боевой единицы, и взял я его с собой исключительно в виде дополнительного быстроходного транспорта. Оба звездолёта имели отличные скоростные характеристики, поэтому без особого труда сбросили «хвост», прицепившийся к нам от самой пиратской станции. Любители халявных трофеев отстали после шестого-седьмого прыжка, окончательно потеряв нас из виду. Можно было попробовать схлестнуться с кем-нибудь из них, да только преследователей оказалось неожиданно много – около десятка разномастных судов. С такой оравой я предпочёл не связываться, направив корабли дальше на поиски скаутов.

И вот, спустя всего несколько часов мы напали на их след и даже организовали засаду в одной из проходных систем. Причём, вполне удачную. Когда сканирующие системы только встрепенулись, ещё был шанс, что это окажется кто-то другой, но стоило кораблям вывалиться в трёхмерное пространство, как последние сомнения отпали. Система в считанные мгновения идентифицировала звездолёты, как даторийские поисковики, хотя их оказалось всего два. Один фрегат звено уже успело где-то потерять, да и оставшиеся звездолёты находились далеко не в лучшем состоянии. Прочность корпусов у обоих просела ниже половины, однако остановок на ремонт они не планировали. Странно, может, убегают от кого-то?

Мы особо не скрывались, так что засекли нас практически мгновенно. Расстояние пока не позволяло вести огонь, однако, скауты тут же направили в нашу сторону стволы немногочисленных орудий.

– А поговорить? – огорчился я, активируя узел связи.

На вызов ответили далеко не сразу, но спустя некоторое время на меня с экрана уставился немолодой даториец весьма грозного вида. Морщинистую макушку покрывала густая сетка разномастных шрамов, в левой глазнице светился искусственный окуляр, а правое ухо будто кто-то пытался в своё время отгрызть, да подавился в процессе. Звали его командор Колус Донованозис, и он сходу обозначил свои намерения:

– Ублюдки вонючие, решили к нам полезть, да?! А ну валите отсюда, отребья пиратские, пока я вас на ближайший астероид не натянул! Только попробуйте подлететь, мы вас так трахнем, что перестанете к своим вонючим самкам бегать! Вы у меня дюзы языком до кровавых мозолей полировать будете, падлы лохматые…

Я аж заслушался, ненадолго выпав из реальности. Только когда в параллельном канале общего чата стал нарастать истеричный хохот соклановцев, мне пришлось обрубить бесконечный поток ругательств:

– Послушай, дядя, ты считать-то умеешь? Чем бы я по тебе не выстрелил, ты сразу развалишься.

– И что мне тебя из-за этого, в оба нижних полушария расцеловать, да? – сердито рявкнул даторийский вояка.

– Просто сдайтесь и мы вас доставим до ближайшей безопасной зоны…

– Безопасная зона у меня в штанах, и скоро ты в этом лично убедишься!

Следовало признать, что наш разговор как-то не сложился. Скауты успели с кем-то серьёзно пободаться и теперь не допускали ни малейшей мысли о капитуляции. По всему выходило, что нам нужно будет отправляться на абордаж, не подавив толком их орудия. Ведь они действительно и одного нормального залпа не переживут…

– Мы не прекратим свою миссию из-за того, что какому-то придурку зареготало в одном месте поиграть в налётчика! – продолжал распаляться командор. – Наши корабли вы не получите даже по кускам!

– Вас что, рептилоиды покусали? – не выдержал я. – Это они фанаты славной смерти, а вашему виду вообще-то свойственен прагматизм. Какой толк в бессмысленной гибели?

– Мы поклялись довести дело до конца и не отступимся, – категорично заявил Донованозис. – Можешь сколько увещевать нас, только адрес, по которому тебе суждено отправиться, останется таким же. Иди-ка ты на…

– Спасибо, но мы и так практически оттуда, – покачал я головой. – И что же у вас за миссия такая, ради которой вы готовы себя в жертву принести?

– А тебе какое дело? – буркнул вояка.

– Если цель действительно стоящая, то мы вас отпустим.

В общем чате прокатился изумлённый вздох, и только Убивашка выдала с явным разочарованием: «Слабак!».

– Ну, посмотрим, как ты слово своё сдержишь, – крякнул командор, задумчиво почесав за полуоткушенным ухом. – Нас отправили найти похищенных сородичей, которые летели на колониальном челноке. Когда сателлитов попёрли отсюдова поганой метлой, кое-кто из наших решил застолбить парочку перспективных планет неподалёку от границы. Всё одно ведь подвинется вглубь…

– И кто их взял в плен?

– Рабовладельцы, – скривился командир скаутов. – Челнок копеечный же, он для колонистов только и нужон – чистый утиль. А проклятым сэндпиксам важно только рабсилу себе набрать.

– Кому-кому?

– Ты в уши герметика, что ли, залил?! Говорю же – сэндпиксы, мать их в кувшинку!

– Понятия не имею, кто это такие, – сказал я чистую правду. – А зачем им колонисты сдались?

– Так в рабство же, – удивлённо вытаращился на меня даториец. – На рудниках ихних впахивать.

– Серьёзно?

– Слушай, а у вас там, случайно, никого поумнее нету?

– Увы, умных в командиры не затащишь… – пробормотал я задумчиво.

Ну, действительно, на фига козлу боян? В эпоху космической экспансии рабы не нужны – корми их, охраняй, содержи где-то… Да легче тех же ведроидов набрать не шибко сообразительных, чтобы те упорно трудились на тебя без перерывов и выходных. Ни тебе побегов, ни восстаний и прочих неизбежных проблем с невольниками. Даже предки нашего Зигзага были из простых автономных шахтёров, построенных невесть кем в стародавние времена.

Я понимаю, когда кайло вручается заключённым преступникам, чтобы они не скучали, а перевоспитывались в процессе трудотерапии. Но целенаправленно искать живых добытчиков – по меньшей мере странно. КПД у них в сравнении с роботами, мягко говоря, не сопоставим.

Пока доблестный командир скаутов интересовался, не отмерло ли у меня окончательно мозговое вещество, и сетовал на тупых пиратов, Убивашка выразилась куда более конкретно:

– Сэндпиксы вообще-то промышляют заготовкой Эмерила, а он попадается только рядом с пульсарами.

– Точно, вот где я про них слышала! – обрадовалась Шани.

Теперь мне стало хоть немного понятнее. Недаром это сверхплотное вещество – одно из самых редких в галактике. Излучение схлопнувшейся нейтронной звезды настолько велико, что поблизости спекается самая защищённая техника. Да и на почтительном расстоянии опасность выхода из строя – стабильно высокая, поэтому там без веской причины не летают. Разве что, скрыться от кого-нибудь и следы прыжков запутать.

– Хочешь сказать, эти самые сэндпиксы его при помощи живых рабов добывают? – уточнил я у опытной искательницы.

– Всё верно. Зонды там горят моментально, так что они напяливают простенькие кондомы на персов и отправляют их колупать руду. Само собой, те долго не живут.

– Вручную?!

– Ну, там какая-то древняя гидравлика… – с трудом припомнила Убивашка. – На счёт подробностей можешь меня не пытать – я тебе не Гаризонтопедия. И вообще, мы будем сегодня грабить, или как?

Со схожим вопросом ко мне обратился и бравый командор, хоть и не в столь цензурной форме.

– Причина веская, – обрадовал я Донованозиса, вновь переключившись на внешний канал. – Настолько, что мы никак не можем отпустить вас одних…

Глава 99

— Слушай, а мы точно за Эмирилом летим? — с явным сомнением решила уточнить у меня Убивашка.

— И за ним тоже, не волнуйся. Нам теперь грабить сама система велела, вот мы и крутимся, как можем.

— Ага, сделаю вид, что поверила…

Естественно, база работорговцев располагалась вдали от заветного месторождения, в одном из закутков тупикового сектора. За ним звёзды встречались настолько редко, что его можно было смело окрестить самой настоящей окраиной галактики. Место глухое, и скрытое от посторонних глаз — то, что надо для нелегальных промышленников.

Ведомые собственным искателем скауты двигались в правильном направлении, только они бы вряд ли сюда добрались без нашей помощи. Несколько раз наш путь преграждали пиратские шайки, но стоило им увидеть мощный азархадонский корвет, как всякое желание разбойничать у них резко отпадало. На поиски даторийцев отправились преимущественно слабаки и одиночки, рассчитывающие схлестнуться с такими же противниками, но никак не с прокачанным боевым звездолётом. Все делали очевидный вывод, что они уже опоздали с захватом, и быстренько убирались восвояси.

Лишь однажды киборгам хватило наглости потребовать от нас что-то существенное. Якобы, мы оказались на их суверенной территории, а значит — часть добычи принадлежит им. Но стоило нам со скаутами войти в боевой режим, как неудавшиеся рэкетиры тут же поспешили нырнуть обратно в подпространство. Бравый командор Донованозис даже расстроился от такой трусости, но я уверил его, что он успеет ещё отвести душу.

Поначалу даториец относился к нашему сопровождению с изрядной долей подозрения, однако, когда с помощью Убивашки удалось отыскать отчётливые следы сэндпиксов, он заметно оттаял. Рабовладельцы вели себя крайне осторожно, и без помощи опытного искателя поход точно затянулся бы на несколько дней. В нашу пользу сыграло то, что при всём желании те не могли сидеть у себя в тупичке – им требовалось сдавать продукцию и регулярно пополнять истощающиеся трудовые резервы.

Большую часть рабов сэндпиксы, как нетрудно догадаться, приобретали прямо на «Гвозде-4», не без помощи пиратов. Те беззастенчиво торговали членами экипажей захваченных судов, облегчая нагрузку на воинственных киборгов. Зачем набирать полноценную команду, которой нужно ещё и платить, когда некоторые позиции можно заткнуть невольниками? Инженеры, учёные, пилоты, геологоразведчики — да мало ли, кто! За собой киборги оставляли преимущественно слоты пушкарей и десантников, поэтому воины редко попадали в плен.

Но если такое всё же случалось, их участь была ещё более незавидна, чем у остальных. Добытчики Эмерила предпочитали покупать самых невостребованных и дешёвых рабов, но не гнушались и сами захватывать новые кадры, если видели такую возможность. Как в случае с колониальным челноком, шедшим с минимальным прикрытием.

Сами сэндпиксы являлись выходцами с какой-то дикой планеты, где флора давным-давно одержала верх над фауной, так что они относились к редким представителям разумных растений. Правда, питались они вовсе не солнечными лучиками и родниковой водицей, а любой органической пищей, не гнушаясь и белковой. Поэтому несчастные рабы, страдающие от зашкаливающего облучения, до последнего рвались обратно на прииски. Лучше уж умереть там, в тусклом свете беспощадного пульсара, чем стать закуской для собственных хозяев…

Меня такое безотходное производство не устраивало в принципе, поэтому я решительно забил болт на возможный конфликт с пиратами. Кто-то ведь наверняка крышует этих плотоядных кактусов, и ясен пень побежит жаловаться в Совет. Ну, и пусть. Нам с главами кланов детей и так не крестить, так что на одного недовольного больше, на одного меньше — какая разница? Один хрен каперскую лицензию за валюту приобретать придётся.

Все разом они на «Мясорубцев» ополчиться не могут – это покажет, что все они так или иначе помогают сэндпиксам, которых в Союзе на дух не переносят. Стоит тому узнать, что в нашем регионе процветает их гнилой бизнес, как на пиратское гнездо моментально перестанут закрывать глаза. Так и до новой карательной экспедиции недалеко, а «Гвоздь» едва отстроили заново после засилья плерксов.

Хреноватор в целом согласился с моими доводами, но всё равно посчитал затею с нападением на рабовладельцев неоправданно рискованной. И только возможность добыть на халяву один из самых дорогостоящих элементов в галактике склонила чашу весов в мою пользу. А нашему бедному клан-лидеру только и осталось, что грызть ногти да заливаться антидепрессантами в компании ласковой Миними.

Взять всех бойцов с собой я не мог из-за банальной нехватки места, поэтому фигуристая девушка-стрелок вместе с ребятами Давыдоффа осталась охранять наши последние активы на станции. Включая и самого клан-лидера, само собой.

Куда же мы без его искромётного креатива…

Уже в самом секторе нам несколько раз попадались патрульные катера рабовладельцев, но противостоять нашей маленькой армаде они были не в силах. Первым делом я накидывал на лёгкие звездолёты продвинутую варп-сетку, блокирующую не только прыжковое оборудование, но и узел связи. Остальные корабли в считанные секунды уничтожали пограничника, не давая захваченному врасплох экипажу опомниться. Рисковать в попытках захватить эту мелочь я себе категорически запретил, хотя скупая жаба нет-нет, а стискивала временами горло. Каждый раз приходилось напоминать самому себе, что стоимость у них копеечная, а вот проблем они могут принести целый ворох.

Подобная тактика тотальной зачистки в итоге принесла хорошие результаты – наше появление в захолустной системе стало для сэндпиксов неприятным сюрпризом.

Их база представляла собой старый промышленный комплекс, основанный на внешней модульной системе, ныне считающейся архаичной. То есть, единого корпуса, как у любой приличной станции, у него не существовало, а вместо этого в космосе висела гроздь разнокалиберных объектов. Кубы, цилиндры, сферы и даже арки, состыкованные, как попало. Будто скучающий ребёнок принялся собирать детали от разных конструкторов в одну бесформенную кучу, но быстро охладел к этой странной мешанине, переключившись на другие игрушки.

За исключением нескольких стационарных лазерных турелей, расположенных в хаотичном порядке, никакой защиты у логова не наблюдалось. С кораблями у работорговцев тоже дела обстояли не ахти – один лишь серьёзный фрегат земной постройки, да пяток шустрых сторожевых катеров. Я, честно говоря, ожидал куда большего.

Вражеские звездолёты при виде нашей флотилии быстро сбились в подобие боевого построения, вот только им это особо не помогло. С мелочёвкой быстро разобрались даторийцы при поддержке Эдо, а середнячка наш заслуженный пушкарь Свонн умудрился взорвать одной выверенной атакой изо всех стволов. Плазменные пушки разрядили щит практически в ноль, снаряды рельсотронов проделали брешь в корпусе, а завершил разгром выстрел ионного копья точно в получившуюся прореху. Неподалёку от места попадания располагалось центральное Ядро звездолёта, так что несчастный фрегат моментально превратился в маленькое солнышко.

— А можно было как-то аккуратнее? – поинтересовался я у артиллериста. — От него теперь даже собирать нечего.

— Оу, неловко вышло… Просто очень хотелось проверить эту штуку в деле.

Свонн сильно переживал из-за потери любимого «Насморка», командиром которого он являлся с момента включения самоходки во флот, и просить пощады у него в ближайшее время точно не стоило. Я и сам виноват — засмотрелся на ветхий оплот рабовладельцев, поручив вести огонь более опытному в этом деле игроку. Что ещё ждать от пушкаря?

Ладно, так в отчёте и напишем: «Кораблей противника в системе не обнаружено». За исключением старенького пузатого пассажирского челнока, пришвартованного к одному из отростков, транспорта у рабовладельцев не осталось. А вот сам комплекс волновал меня куда больше с каждой новой строчкой информации, что выдавала система. Пусть он и был старше, чем некоторые разумные расы, но по-прежнему худо-бедно функционировал. Поэтому я решил перед грядущим десантированием прихватить кое-кого для последующих консультаций.

Первая фаза налёта подошла к логическому концу, и теперь осталось лишь разобраться с дендроидами, которые засели внутри станции. Вряд ли они добровольно отдадут свои активы, да и скауты вряд ли согласятся идти на переговоры. Ребята уже истомились в десантных капсулах, но торопиться с вылетом не стоило, пока большинство турелей находилось в строю. Я убедительно попросил Свонна не превращать уродливый комплекс в облако раскалённого газа, после чего отправился в реакторную. По пути ко мне пристала Шандайн, щеголявшая в новенькой оранжево-чёрной экипировке, в которой обтягивающих мест было куда больше, чем бронированных. Что поделать, для неё лучшая защита - это скорость, а вот мой экранированный бронекостюм больше походил на какого-то танка.

– Мы – худшие пираты в галактике, – заявила девушка сходу.

– Возможно, – не стал я спорить, продолжая путь. – Но мне больше нравится грабить плохих ребят.

– А если там вообще не окажется того самого Эмирила?

– Это уже не важно. Мы нашли кое-что посерьёзнее.

– Да? Я ничего такого не заметила.

– Смотри шире, – посоветовал я ей, перешагивая через порог реакторного отсека.

Боевой корвет не мог похвастаться большим количеством модулей, и весь корабль вполне можно было пройти насквозь минуты за три. Энергетическое сердце звездолёта находилось ровно посередине между крыльями-пушками, а за его регулярным биением приглядывал опытный механический кардиолог, напоминавший жертву асфальтного катка. Искорёженное диспропорциональное тело робота удивительно шустро носилось по отсеку, постоянно что-то подкручивая и настраивая. Зигзаг находился в своей родной стихии, и очень болезненно реагировал на малейшее проникновение в его личную зону комфорта.

– Эй, кожаные мешки с мясом! – окликнул нас механик. – Здесь вам не гальюн, а реакторная! Не надо тут шастать. Зацепите что-нибудь, и мне даже соскребать от вас будет нечего. Ясно вам, или вы в Интеллект не вкладывались?

– Зря ты его выкупил из рабства, – вздохнула напарница. – Может, выбросим его за борт и наймём нормального ведроида?

– Да привык я уже к этому засранцу, – пришлось мне признать. – Скучно здесь станет без него…

– Да-да! Такого, как я, вам не найти, – самодовольно изрёк разумный робот, продолжая колдовать над приборами.

– И слава рандому! – всплеснула руками Шандайн. – Не считая противных дефектов – в тебе нет ничего особенного. Заменю тебя втихую, никто и разницы не заметит, только порадуются резкой перемене характера.

– Ещё как заметят! Это вы, биологические порождения, все на одну рожу, а у нас каждый механоид – это уникальная личность.

– Ты серьёзно сейчас?

– Конечно, – механик важно кивнул утюгообразной головой. – Я вот органику вообще не различаю, в том числе и разумную, вроде вас. Безликие комки протоплазмы на ножках… Даже нашего доблестного командира я узнаю, только когда он начинает своей световой указкой перед моими окулярами махать и грозить меня демонтировать.

– Кстати, – я активировал лучевой клинок, который в яркости мог посоперничать с пульсирующим Ядром реактора. – Приветствую тебя, Зигзаг.

– О, командир! – тут же вскинулся механоид. – Ты по поводу того крохотного сбоя? Подумаешь, напряжение разочек скакнуло…

– Вообще-то нет, но в последний раз тебе говорю – прекращай эти свои эксперименты, иначе точно найду себе техника попокладистей.

– Всё работает в штатном режиме, не извольте сомневаться!

– Отлично, тогда собирайся. Полетишь с нами.

– Хм, вы вроде бы на штурм собирались, – осторожно заметил робот. – А я так не люблю, когда органика друг друга месит… Насилие претит моей высокоорганизованной натуре.

– Ничего, потерпишь, – я указал ослепительным лезвием на выход из реакторной. – А то уже абордажная команда нас заждалась. Вперёд и с песней! Мы же теперь пираты, как-никак.

– Да, это точно наш командир, – проворчал Зигзаг. – Дайте хоть вещи напоследок собрать!

– У тебя их нет.

– Йо-хо-хо…

Робот понуро сгорбился и посеменил в сторону десантного отсека.

– А серьёзно, на кой хрен он нам сдался? – не выдержала Шандайн.

– Мне нужен опытный механик, который сможет оперативно поотстёгивать всё лишнее.

– Да ладно! – разведчица невольно притормозила. – Ты хочешь сказать…

– Пиратить, так по полной программе, – усмехнулся я.

К тому времени, когда мы устроились в десантных капсулах, от защитных турелей остались одни лишь оплавленные дыры в корпусе. Откуда-то из внутреннего ангара вылетел скоростной катер, чью бесславную гибель нам пришлось наблюдать, будучи уже в открытом космосе. Свонн не проворонил беглецов, а в буквальном смысле насадил их на ионное копьё, метнув им вслед пучок ускоренных электромагнитных частиц. С кораблика поочерёдно содрало все шкурки, будто с той луковки – силовое поле, внешнюю обшивку и внутренние переборки, оставив от него под конец один лишь рассеивающийся в пространстве след, напоминающий кометный шлейф.

Хорошо, что это завораживающее зрелище сейчас не наблюдал наш клан-лидер, иначе ему срочно понадобилась бы новая порция седативных веществ. А наше комариное звено, поблёскивая боками десантных капсул, тем временем устремилось прямо к раздутой туше промышленного комплекса.

На абордаж пошли уже привычным составом в двадцать штыков, которые в свою очередь были поделены на автономные боевые пятёрки. При желании мы могли объединяться в более крупные формации, но теснота большинства космических сооружений не позволяла разгуливать там толпами. Пятёрка – оптимальное количество бойцов, которые могут воевать, не мешая друг другу. Большинство начинающих группировок предпочитает оперировать сквадами, но у нас нынче и так образовался переизбыток неприкаянных воинов.

В нашей ударной группе находились преимущественно те, кто больно бьёт и быстро бегает. Помимо нас с Шани, вакантные места заняли Отлант, Криман и Кадзицу – молодой, но перспективный самурай с лазерной катаной. Парень-ворлок примкнул к нам относительно недавно, и не успел поучаствовать в покорении реликта. Да и трёхсотого уровня он ещё не достиг, хоть и очень старался. Задатки у него были отличные, и он неплохо прикрывал меня со спины, хотя до Элли ему ещё расти и расти.

Увы, но моя нежданная дочь пока не могла помочь непутёвому папаше-пирату. При одной мысли о ней остро захотелось выскочить из капсулы и поскорее ринуться на врагов, но мы как назло облетали станцию по дуге.

Каждой группе отводилась собственная точка проникновения, и наша была расположена на той стороне. Пришлось накинуть узду на кровожадные порывы, попутно слушая причитания Зигзага. Дополнительный член абордажной команды не стесняясь поливал нас отборными ругательствами, грозя в случае своей безвременной кончины вселиться во всю окружающую меня технику, чтобы испортить её работу. Ну, и в кошмарах ко мне являться, само собой.

– Извини, товарищ механик, но у меня очередь большая, – сразу предупредил я его. – Можешь не дождаться.

– Трахнутая током цитоплазма! Они всё ещё стреляют!

Кензи проявил чудеса наблюдательности – в некоторых модулях имелись скрытые маломощные турели, предназначенные для отстрела мелких астероидов и непрошеных гостей. Возможно, что некоторые из рабов тоже в своё время пытались бежать прямо через открытый космос в одном скафандре, и пушки разместили именно по этой причине.

В любом случае, нам от этого было не легче. Свонн при всём желании не мог поразить всю эту нежданную артиллерию разом, не развалив комплекс до самого основания. Точечные прижигания требовали времени, поэтому зенитки успели вдоволь пройтись по рядам десантных ботов.

У нас первым делом сбили Кримана, но тут без сюрпризов – в десантировании ему всегда не везло. Так же попали по разу в Кадзицу и Шани, но ребятам удалось благополучно покинуть продырявленные боты и продолжить путь своим ходом. Зигзаг до стыковки с внешней обшивкой успел помянуть всё наше генеалогическое древо, вплоть до простейших одноклеточных. Стоило его капсуле приземлиться, как он шустро выскочил наружу и принялся сноровисто вскрывать ближайший технический люк. Царящий вокруг вакуум потомку космических шахтёров был нипочём, а вот нас прикрывала мыльная плёнка силового поля.

На то, чтобы попасть внутрь, ушло меньше минуты – практически рекорд. Механоид немедленно заварил повреждённый шлюз обратно, и активировал подачу кислорода. Когда давление внутри камеры выровнялось, мы смогли откупорить следующую створку. За ней обнаружился широкий коридор, в котором нас уже заждались встречающие. Правда, не с хлебом-солью, а с простенькими лазерными карабинами в руках.

Тонкие ослепительные лучи мы с Кадзицу приняли на щиты, позволяя остальным перегруппироваться, после чего ринулись вперёд на врагов. Плотность обстрела вышла более чем терпимой, поэтому никого толком не зацепило – карабины концентрировали заряд долгие три секунды, за которые наши силовые поля успевали полностью восстановиться.

Горе-стрелков, расположившихся в противоположном конце коридора, мы достигли за считанные мгновения, но вместо ожидаемых сэндпиксов там обнаружились вполне обычные гуманоиды различных рас. Из полутора десятков защитников большая часть относилась к жителям Союза, и лишь несколько являлись представителями экзотических народов. Одного пришельца с мощным клювом на чешуйчатом лице я и вовсе увидел впервые. Объединяло эту сборную солянку одно – полное отсутствие какой-либо защиты, а также толстые полимерные ошейники с острыми краями и небольшой россыпью разноцветных огоньков по периметру. Так себе украшение.

Из одежды на них имелись лишь тоненькие комбинезоны песочного цвета, хранившие на себе немало пятен и потёртостей, да неудобные даже на вид оранжевые ботинки.

– Всем стоп, это рабы!

Вошедшие в раж ребята едва успели погасить скорость, и опустить вскинутое оружие. А вот невольники продолжали упорно стрелять, хотя их лица были перекошены от ужаса. Они прекрасно понимали, что сделают с ними стремительно приближающиеся десантники, но никто даже с места не сдвинулся.

– Шани, глуши!

Разведчица послушно метнула из-за наших спин светошумовые гостинцы. «Флешки» угодили прямо под ноги обороняющимся, заставив тех испугано вскрикнуть. Возгласы быстро потонули в серии громких хлопков, сопровождающихся ярчайшими вспышками. Наши глаза сберегли светофильтры на шлемах, а вот бедолагам досталась полная порция весёлых солнечных зайчиков.

На ногах никто не устоял – все повалились на пол, ослеплённые и дезориентированные, будто новорождённые котята. Некоторые и вовсе потеряли сознание и более не помечались игровой системой как действующие противники. Остальных бездушная программа по-прежнему рекомендовала ликвидировать.

Ага, разбежались!

Пока ребята обезоруживали невольников, я связался с командирами остальных групп и строго-настрого запретил использование летального оружия.

– Шеф, ты нам предлагаешь голыми руками воевать?! – возмутился Нечай.

– С кем ты там воевать собрался?! – прорычал я. – С дохляками в пижамах?

– У нас один шокер на всю группу, – честно признался Мановар. – Не ожидали, что придётся столько пленных брать…

– Закончится заряд – хоть по головам им стучи, но стрелять не смей!

– Принял.

Остальные тоже, пусть и без особого восторга, но подтвердили смену тактики. Однако, от меня не скрылись нотки облегчения в их голосах, даже у самого громкого возмутителя спокойствия – Нечаянного. Ребятам не очень-то и хотелось стрелять в бесплатном тире по беспомощным мишеням, и это лишний раз подтверждало то, что я в них не ошибся. Да, все прекрасно понимали, что это – всего лишь игра, но…

Она ведь должна в первую очередь дарить положительные эмоции, а не заставлять игрока чувствовать себя кровавым палачом.

Мне же самому просто до одури захотелось поскорее повстречаться с хозяевами сего увеселительного заведения. Мало того, что они заставляли своих подопечных трудиться в одном из опаснейших мест во всей галактике, не забывая поедать пришедших в негодность, так ещё не побрезговали использовать их в качестве пушечного мяса.

Обездвижить всю эту оглушённую толпу у нас не было никакой возможности. Дешёвые карабины я просто посёк плазменным клинком, не став захламлять инвентарь, но проблемы с нашими невольными противниками это не решало.

Стоило им хоть немного прийти в себя, как они тут же пытались продолжить обречённое противостояние. Бить в ответ я поручил Шандайн, справедливо опасаясь, что мы можем ненароком зашибить бедолаг.

– Да лежите вы уже! – распалившаяся девушка, не стесняясь в выражениях, пинками раскидывала самых шустрых. – А ну, спать!

Даже от её ударов некоторых гуманоидов подбрасывало в воздух, и вскоре в коридоре снова стало тихо.

– Ты можешь избавить их от этих чёртовых ошейников? – спросил я Зигзага, демонстративно не принимавшего участие в избиении.

– Легко! Тут дел на пару минут, хотя ты и сам справишься быстрее.

– А поподробней?

– Любая манипуляция с этой штуковиной приведёт к её немедленной детонации, – охотно пояснил механоид, ткнув манипулятором в ближайший хомут на тощем раллекийце. – Если хочешь обезглавить эту биомассу, то твоим резаком это будет куда проще. И возможно – безболезненней…

– Ипатьевский монастырь! – я медленно выдохнул, гася очередной приступ ярости. – Не трожь их, а то без пальцев останешься.

– Да нет, вся взрывная волна внутрь идёт.

– А мой меч – снаружи.

– Понял, командир, – Зигзаг шустро поднял все четыре рабочих конечности. – Если вам так дорого это мясо, предлагаю просто запереть его здесь. Протухнуть вроде бы не должно.

– На первое время сойдёт, но нам нужно деактивировать заряды. И желательно – все. Ты же сам бывший раб, и должен знать, как они устроены, так ведь?

– Не нужно лишний раз напоминать про мой не самый интересный эпизод в жизни, – попросил робот. – А эти штуки обычно контролируются при помощи центрального терминала, а уже потом сигнал идёт через многочисленные ретрансляторы. Если получим к нему доступ, то можно будет дать команду на экстренную разблокировку. Только он вряд ли стоит где-нибудь тут, на входе.

– А вот это уже дельная мысль, – оценил я полученную информацию. – Тогда в первую очередь займёмся поисками командного центра.

Прямо за разбитым в пух и прах заградотрядом обнаружился очередной гермозатвор, чьи створки механоид наглухо заварил за минуту с небольшим. Но маяться ожиданием нам было не суждено. Переступив порог, мы оказались на распутье – коридор резко разветвлялся, а миникарта показывала лишь небольшой кусок палубы. Шани отправила во все стороны дронов ищеек, и только благодаря им перед нашими глазами стала постепенно проявляться схема прилегающей территории.

Левый коридор забирал ближе к внешней обшивке, где располагались преимущественно технические помещения. Центральный уходил куда-то вниз, а правый спустя некоторое время вливался в настоящий лабиринт, где без карты можно плутать часами. Одной группы дронов здесь было явно недостаточно и Шандайн немедленно выслала туда подкрепление.

– Хоть бы схему повесили, утырки, – недовольно проворчала разведчица. – У меня так и «глаза» скоро закончатся.

– Они и так указали нам точное направление, – не согласился я. – Не забыть бы им потом спасибо сказать…

– О чём это ты?

– Взгляни на расположение отрядов.

Небольшие тромбы защитников в сосудах промышленного комплекса, помеченные красным цветом, на первый взгляд располагались в хаотичном порядке. Но стоило немного приглядеться, как становилось ясно, что в некоторых артериях они попадаются куда чаще. Сложив расположение всех групп невольников, можно было без проблем прикинуть, где прячутся стеснительные сэндпиксы. Будто пунктирные стрелочки, особо охраняемые коридоры указывали куда-то на верхнюю часть хаотичного сооружения.

– Точно! – Шани без труда проследила ход моих мыслей. – Но придётся прорываться самим – туда моих малышек не пустят.

– Работаем по той же схеме, – решил я, дублируя приказ по другим группам. – Глушим и обезоруживаем, после чего двигаемся дальше.

– Ох, кто-то будет страдать…

– Ничего, заодно новую экипировку проверим на крепость.

– Может, я вас здесь подожду? – невзначай предложил Зигзаг. – Буду болеть, как истинный фанат. Даже лозунг придумаю.

– У нас уже есть: «Фарш невозможно провернуть назад».

– Вот его и буду скандировать, правда!

– Просто держись за нашими спинами и не отставай, если хочешь жить.

Некоторые отряды рабов не держались одного места, а курсировали по заданному маршруту, поэтому существовал ненулевой шанс напороться на такой бродячий по кровеносной системе эритроцит. Мы-то все вместе отмахаемся, если что, а вот одиночка обречён.

Зная, точное расположение противников, никаких проблем с их нейтрализацией у нас не возникало. Спустя некоторое время мы с Кадзицу приноровились сшибать невольников портативными щитами прямо на бегу, экономя небесконечный запас светошумовых гранат. Главным гренадёром являлась Шани, точно просчитывающая каждый пружинистый отскок снаряда. Не зря она столько тренировалась с резиновыми мячиками.

Никакие наспех сооружённые укрепления не могли остановить её новогодних хлопушек, и даже прячущиеся за углом засадники получали свою порцию праздника. Но чем ближе мы подбирались к центральной нервной системе комплекса, тем ожесточённей становилось сопротивление. Живые пробки были выставлены настолько часто, что это приводило к непредумышленным потерям от дружественного огня. А учитывая одни лишь тонкие комбинезоны на каждом из пленников, любое ранение могло стать смертельным.

Кого-то пришлось подлечивать после стычки, но спасти всех было не в наших силах. Некоторые, попав под случайный обстрел от своих же, пытались убежать, чем приводили в действие адский ошейник. Глядя на очередной обезглавленный труп, даже невозмутимый Отлант тихо рычал от злости. Кадзицу крепче сжимал рукоять катаны, а Шани клятвенно обещала стать вегетарианкой.

Обычно говорливый Зигзаг прекрасно понимал наше настроение и старался держаться как можно тише.

Вскоре нам попался первый сэндпикс, вышедший командовать самым многочисленным из ранее повстречавшихся нам отрядов. Рабы заняли небольшой зал, заставленный деактивированным горнодобывающим оборудованием, и приходилось волей-неволей подставляться, чтобы выкурить их оттуда. В результате мы просадили персональные щиты в ноль и потеряли часть здоровья. Двадцать семь невольников оказались обезврежены, четверо погибли. Увы.

Оставшийся без поддержки надсмотрщик попытался было скрыться, огородившись тремя измученными девушками, но разъярённая Шандайн оббежала их всех прямо по ближайшей стене. Пока я бережно укладывал живой щит отдохнуть, разведчица так отработала инопланетянина, что от него осталась лишь груда исходящих тёмным соком веток. Будто кто-то кустарник неудачно подстриг при помощи пулемёта.

В обычном состоянии дендроиды напоминали максимально уплотнённое перекати-поле, украшенное россыпью длинных, кожистых листьев. Из центра клубка по возможности выстреливало от двух до семи гибких лиан, выполнявших роль рабочих конечностей. Хвала галактическому справочнику, иначе опознать это бурое месиво у меня бы не вышло.

– И чего тебе в горшке спокойно не сиделось…

Я наступил бронированным сабатоном на свежепорубленный хворост и раздавшийся сочный хруст стал усладой для моих уставших от бесконечных взрывов ушей.

– Зачётный салатик получился, – улыбнулась напарница. – Но как-то мало.

– Ничего, потерпи, основная грядка уже где-то рядом.

И действительно – дальше пришлось буквально протискиваться через длинную кишку коридора, набитую невольниками до отказа. Сколько же здесь всего одноразовых шахтёров – тысяча, две?

В ход пошли последние гранаты. Винтовки и карабины уже не отбирали, а просто шли по телам, опрокидывая самых стойких. Переход привёл нас к массивным бронированным воротам с деактивированной панелью доступа. Живые марионетки просто расстреляли интерактивный экран, оставив лишь почерневшее пятно на стене.

– Заперто, – с сожалением констатировал Отлант.

– Ничего, у нас отмычка есть, – успокоил я его. – Универсальная.

После чего зажёг ослепительно-красное лезвие плазменной сабли. Спасибо павшему пирату, подарившему мне такой замечательный инструмент. «Открывашка» бы здесь точно спасовала, и я продолжал носить её лишь в качестве запасного оружия. Вдруг придётся выжигать всю электронику в округе при помощи электромагнитной способности. Но на протяжении всего пути я применил импульс всего пару раз против немногочисленных сторожевых дроидов. Лучевая катана Кадзицу тоже не могла прорезать такой солидный слой металла, однако, самурай не остался в стороне и принялся активно расширять прожжённый мной рубец.

Вскоре створки нагрелись так, что ближайших рабов ребятам пришлось оттащить подальше. Расплавленный металл тёк сплошным ручьем, собираясь у порога блестящей лужей. Хотел бы я работать быстрее, но толщина плит не позволяла, и находящиеся внутри рабовладельцы сполна насладились липким ужасом, что неотвратимо надвигался на них. Так сказать, промариновались от души.

Растениям ведь тоже страшно умирать, особенно таким прогнившим, как эти. Они ведь точно в зелёный рай не попадут.

Бежать сэндпиксам было некуда – они самолично замуровали себя в координационном центре, положившись на крепкие двери и толпу вооружённых рабов. С другой стороны, этот поступок выглядел логично – им на выручку наверняка неслось подкрепление, и дендроиды изо всех сил тянули время. Не будь в нашем распоряжении продвинутого оружия, может, у них и выгорело бы. А так…

– Ну что, овощи, ваши стручки уже подвяли?! – ехидно поинтересовался я, стоило только вырезанному куску с грохотом рухнуть внутрь.

Из получившегося отверстия тут же полетели многочисленные выстрелы. В отличие от подчинённых, хозяева комплекса располагали вполне современным вооружением. В основном – плазма, но имелись несколько ионных образцов. Нужно ли говорить, что от такого обстрела прорубленное окно «в Европу» быстро превратилось в настоящую дверь, обрамлённую раскалённым добела металлом. С точностью у рабовладельцев дела обстояли из рук вон плохо. Или всё же – из веток?

Грех было не воспользоваться таким гостеприимством. Дождавшись, пока у перепуганных дендроидов закончатся заряды, мы сошедшей с ума газонокосилкой ринулись вперёд. Только сучки по сторонам полетели. Зал не мог похвастаться большими размерами, зато различных приборных панелей и экранов здесь было – как грязи в свинарнике. Кроме нашего выхода имелось ещё два, закрытых наглухо заклинившими створками. А самое прекрасное – что здесь практически негде было прятаться.

Пришельцев оказалось не так уж и много – всего полтора десятка. Некоторые держали сразу по нескольку единиц оружия и встретили наш рывок ослепительным салютом из запасных стволов. Большая часть попаданий пришлась на выставленные нами щиты, но кое-что прилетело и по бронекостюмам. Мне пробило ногу и опалило шлем, а Кадзицу получил несколько плазмы в бок и спину от установленной над потолком защитной турели.

Раненный самурай в красивом прыжке разрубил ей дуло, а мы тем временем стремительно вычищали эту оранжерею от сорняков. Многочисленные вспышки наотмашь били по сечатке, не позволяя толком осмотреться и оценить обстановку. Я, как ужаленный, скакал от одного нашинкованного противника к другому, не делая передышек и не обращая внимания на раны. Некоторые шарики что-то порывисто щёлкали, заставляя речевой анализатор бубнеть в уши примерный перевод, но переговоры никто вести не собирался.

Только не после того, что мы увидели.

Из того, что хоть как-то осело в памяти – это предложение всех нас обогатить и ещё обещанная кара за каждого убитого сегодня сэндпикса. Увы, мне было глубоко плевать, что на первое, что на второе.

Дендроиды кончились как-то до обидного быстро, и за последнего мы с Шани едва не подрались, отпихивая друг дружку от измочаленного кустарника, забившегося в угол. В итоге он достался шустрому Отланту, поджарившему его метким выстрелом из мощного плазменного пистолета. Другого оружия дуэлянтам не положено, так что он модернизировал пушку, как только мог. Остатки рабовладельца мигом обуглились, а длинные отростки безвольно раскинулись в стороны.

– Тьфу ты, капуста квашеная! – беззлобно выругался я, гася перегревшийся клинок.

Кадзицу еле держался на ногах, его состояние стремительно ухудшалось. Шани сохранила чуть меньше половины хитпоинтов, а у Отланта левая рука висела плетью. Неплохо повоевали, одним словом. Единственным непострадавшим членом отряда остался Зигзаг, всё это время прохлаждавшийся снаружи. Хотя, учитывая адскую температуру, царившую вблизи распиленных створок, он скорее там пропекался.

– Эй, сварочный аппарат на ножках, давай живо сюда!

– Опять одно концентрированное насилие, – пожаловался механоид, осторожно переступая через лужи расплавленного металла и переломанные ветки. – А ведь они хотели сдаться, вообще-то.

– Да ладно?! – Я постучал по измятому шлему в районе левого уха. – Вот чёрт, не услышал.

– Такая же фигня, – призналась Шани, тщательно выискивающая среди рукотворного бурелома хоть какие-то признаки жизни.

– Что ещё ожидать от серийных убийц, – махнул на нас верхней клешнёй робот. – Хорошо хоть техника не сильно пострадала. А органику не так жалко.

– Вот и займись аппаратурой. Как хочешь её сношай, но через минуту все ошейники должны быть отключены без вреда для их носителей. Если хоть у кого-то он рванёт, то у тебя сразу на одну лапу станет меньше. Дальше считай сам, сколько у тебя неудачных попыток.

– Слушаюсь и повинуюсь, командир, – механоид шутливо поклонился.

Пока он возился с немногочисленными уцелевшими в перестрелке приборными панелями, я немного подлатал израненное тело и помог самураю остановить опускающуюся шкалу жизни. Отлант же принялся сторожить единственный вход от непрошенных гостей, держа пистолет в здоровой руке. Далеко не все сэндпиксы на станции были уничтожены, и оставалось только гадать, какую подлянку они могут устроить.

Нечаю очень вовремя удалось взять под контроль центральный реактор, к которому уже тянулись ручки обречённых невольников. Остальные группы завязли по уши в живом щите, так что деактивация поводков пришлась очень кстати, позволив им продолжить зачистку без всяких проблем. Роботов-охранников у дендроидов имелось в наличии не так уж и много, и большая часть из них уже превратилась в обломки.

Зигзаг едва уложился в заданный мной лимит, после чего недовольно выдал:

– Не нужно благодарностей, командир. С этим справился бы любой из твоих недоумков, кто хоть немного смыслит в инженерном деле. Зачем было подвергать мою драгоценную жизнь опасности?

Я только что закончил с блиц-докладом Хреноватору, пожелав тому запастись таблетками на всякий случай, поэтому не стал затягивать с ответом.

– Мне нужен тщательный анализ всего этого комплекса.

– На предмет чего?

– Что из модулей можно быстро отрезать без особой потери функционала.

– Я думал, что тебя интересует запасы Эмирила и симпатичные рабыни, – обронил робот, неохотно возвращаясь к панели управления.

– Всё верно, только везти это всё на собственном горбу у меня нет никакого желания, – признался я. – Поэтому мы отхреначим всё лишнее и потянем получившийся обрубок на буксире.

– Прямо в подпространство?!

– Ну не своим же ходом ползти, – пожал я плечами. – И желательно бы, закончить до того, как сюда заявятся основные силы работорговцев вместе с их покровителями. Иначе нас всех прямо тут и раскатают.

– А у вас, случаем, сопла не треснут такую махину за собой тащить?!

– Ты уж постарайся, чтобы у кораблей тяги хватило, – похлопал я его по скособоченному плечу. – Надеюсь на твою расчётливость. Тебе ведь тоже в этом всём участвовать, если не забыл.

Механоид закатил окуляры на гибких ножках куда-то себе за горбатую спину, после чего едва слышно проскрипел:

– Знаешь, кое-чему я всё же завидую презренной органике. Она, по крайней мере, может позволить себе упасть в обморок…

Глава 100

Знай я, что так удачно всё сложится — прихватил бы в рейд эсминец. А что, лучше тягача и не придумаешь, особенно с новым дорогущим движком. Не пришлось бы так сильно раскурочить станцию.

Увы, в нашем распоряжении имелось всего четыре условно средних корабля — по паре фрегатов и корветов. Каждый имел собственную грузоподъёмность, которую рекомендовалось не превышать, а также мощность подпространственной установки. С ней, как с любой женщиной, всё тоже не так просто. Если к тебе присосалось что-то, выходящее за границы её возможностей, в изнанку мира ты не попадёшь.

Подобным образом частенько гробятся новички, пытающиеся утянуть за собой целый астероид из опасного района, чтобы потом вдумчиво его расколупать. В лучшем случае проход попросту не откроется, в худшем же произойдёт крохотный пространственный коллапс, после которого от бедного судна останутся лишь скриншоты, сделанные на память.

Мне до такого доводить наши суда совсем не хотелось, поэтому под нож пошло всё, от чего можно было в короткие сроки избавиться. Что-то бережно отстрелил Свонн, что-то отстегнулось само после специальной команды, а остальное пришлось отрезать вручную. Хорошо хоть, с рабочей силой никаких проблем не было.

Освобождённые рабы не горели желанием дожидаться новых хозяев, и с радостью предложили посильную помощь. Всего их оказалось тысяча триста шестьдесят восемь штук, и впихнуть такую ораву было решительно некуда. Тот же пассажирский челнок, почти не пострадавший во время штурма, мог вместить лишь четыре сотни, и примерно столько же мы ещё могли кое-как распихать по кораблям. На этом всё.

Командор Донованозис проявил себя с лучшей стороны и согласился с моим предложением принять участие в транспортировке пленников вместе с космической тюрьмой. Тем более, что даторийцев на станции обнаружилось столько, что набралось бы на парочку колониальных кораблей. Сэндпиксы очень ценили зеленокожих трудяг, поэтому выкупали их в первую очередь.

А вот чего в комплексе не нашлось, так это проклятого Эмирила. Что сказать — нам «крупно» повезло нагрянуть в гости к рабовладельцам именно в тот момент, когда они отвозили очередную партию товара на реализацию. По соображениям безопасности, практически все серьёзные корабли отправились в торговый рейд, оголив защиту базы, а прииски и вовсе оставив без присмотра. Невольников же на время похода трамбовали в бараки, чтобы те не разбежались или не совершили массовый суицид прямо на руднике.

Для поддержания работоспособности станции требовалось не больше сотни вахтёров, а у остальных наступали настоящие выходные. К сожалению, дендроиды редко отсутствовали больше трёх суток, если только не охотились на новых бесплатных шахтёров.

Когда Убивашка узнала, что мы захватили практически пустую станцию, где кроме рабов и небольших оперативных запасов ничего ценного нет, у неё случилась форменная истерика. Девушка рыдала от смеха, и снимала хронику событий для последующего монтажа. Сейчас бывшая киберспортсменка не вела трансляций, а делала тематические ролики и мини-отчёты, поэтому такой материал она просто не могла обойти вниманием. Вполне возможно, что после выхода готового продукта на её личном канале нас нарекут самыми неудачливыми пиратами месяца. Если не хуже.

Я по этому поводу не переживал совершенно, продолжая руководить лихорадочным облегчением конструкции. Комплекс с каждой минутой становился всё уродливее, хотя казалось бы — куда ещё? Но Зигзаг продолжал методично обрекать модули на ампутацию, перенаправляя энергетические потоки, чтобы нигде не коротнуло из-за переизбытка напряжения.

Разделённые на бригады рабы носились по палубам, будто ужаленные механическим скорпионом. Некоторым пришлось снова напялить простенькие скафандры на липучках и вдоволь поползать по внешней обшивке. Не обходилось и без несчастных случаев, но пока большинство пострадавших удавалось спасти. Крохотный медицинский отсек я отрезать категорически запретил, и сейчас там вовсю трудились автодоки, латая раненных.

Время неумолимо утекало, а нужный вес всё ещё не был достигнут. Пока никто нас не тревожил, но такое спокойствие было обманчиво. Рабовладельцы наверняка собирали корабли в один ударный кулак, и не собирались соваться к захваченной базе поодиночке. Знать бы только, как далеко их основные силы…

Несчастный комплекс вовсю лихорадило — периодически отказывала то искусственная гравитация, то циркуляция воздуха. Освещение тоже отрубалось, кое-где и насовсем. За тающей станцией тянулся настоящий шлейф из мусора и многочисленных обломков. Но всё равно этого было мало.

— Нужно сбрасывать весь мясной балласт, – недовольно проскрипел Зигзаг, напоминающий увлечённого четырёхрукого пианиста.

— Исключено! — отрезал я. – Можем освободить трюмы и выкинуть всё лишнее.

– Тоже неплохо, сейчас быстренько пересчитаю…

Внезапно пол под ногами взбрыкнул, а большая часть экранов потухла вместе с освещением.

– Криворукая биомасса! — выругался робот. – Опять что-то зацепили…

Конечности механика словно бабочки запорхали над панелью управления, а ко мне в личный канал постучался Свонн.

— Кул, у вас там что-то конкретно так рвануло и целый кусок откололся, — предупредил артиллерист. — Вместе с персонажами.

- Это был производственный модуль, – хмуро ответил я, взглянув на общую схему, предоставленную системой. – Переборщили там, похоже…

Тут в наш разговор вклинилась госпожа Устюжева, имевшая особый приоритет для связи с рейд-лидером:

– Всё, лемминги, хватит ерундой маяться, нужно срочно ливать отсюда. И чем дальше, тем лучше.

– Кавалерия на подходе? – скривился я.

– Ага, космическая. Скачет во весь опор.

– Много их?

– Овердохрена – у меня все приборы с ума сходят. Скоро здесь станет очень тесно…

– Ясно, продолжай мониторить эфир. Зигзаг, что у нас по весу?

– Учитывая отвалившуюся часть, даже с запасом хватает, – заверил меня робот. – Только теперь нужно ещё время, чтобы укрепить оставшееся.

– У нас его нет.

Я немедленно связался с командирами звездолётов и отдал приказ начать буксировку. Процесс разгона, особенно в связке с таким прицепом, должен был занять около минуты, и этого вполне хватало, чтобы болтающиеся снаружи станции работяги успели добраться до шлюзов. Реактивные ранцы у них по понятным причинам отсутствовали, поэтому им приходилось ползать по обшивке, подобно муравьям. Любая потеря контакта с поверхностью грозила бесконечным полётом в пустоте, ведь собирать разлетевшихся было некому. Кому-то повезло встретить на пути какой-нибудь мусор и оттолкнуться от него в нужную сторону, остальные навсегда растворялись в безмолвной черноте.

Обречённые крики не дано было услышать никому, ведь космос не терпит постороннего шума…

Ловить потеряшек было некому. Все десантники давно уже переквалифицировались в рабочих и сейчас спешно латали пробоины в пострадавших от варварского демонтажа отсеках. Знал бы, что так повернётся, захватил бы с собой вагон универсального скотча, вместе с эсминцем в придачу. Тогда точно можно было не беспокоиться о том, что вся эта конструкция не развалится при переходе из одной точки пространства в другую.

От греха подальше я сразу же решил уходить из системы длинным прыжком. Чем дальше, тем лучше, и плевать на громадные потери по времени. Это даже хорошо, что мы надолго выпадем из поля зрения разгневанных рабовладельцев. Когда вереница звездолётов-бурлаков вынырнет в одном из соседних секторов, её встретит подошедший «Сракотан». Уж с ним-то транспортировка пойдёт гораздо веселее. Лишь бы наш полутяж ни на кого не напоролся в пути, но тут уже забота Хреноватора договориться с лояльными пиратами на сопровождение. Иначе беды не миновать.

Оно того точно стоит, даже если придётся заложить последнее клановое имущество…

Как бы мы не торопились уйти по-английски, хозяева успели-таки вернуться до нашего отбытия. И армада, которую они успели собрать в такие сжатые сроки, действительно впечатляла. Одних средних судов насчитывалось больше тридцати, так вдобавок флотилию возглавлял внушительный пиратский крейсер. Где только раздобыть успели – загадка.

Видимо, атакованные сэндпиксы заявили со страху, что на них напала настоящая боевая эскадра. У нас же в наличии вместо десятка звеньев имелось всего одно, да и то занималось сугубо транспортировкой. Поэтому вместо джентльменского обмена залпами мы помахали им ручкой и скрылись в зыбком мареве подпространства. Клянусь, оно само так получилось, но поди кому сейчас докажи. Вместо нас в точке перехода осталось лишь несколько мин из кланового загашника, отследить которые в куче мусора от станции – то ещё извращение.

Большинство игроков туда без предварительного сканирования не сунутся, но я был уверен, что пиратов подведёт собственная торопливость. Среди них имелось трое поисковых фрегатов, и они наверняка попытаются засечь точное направление прыжка. Так сказать, по горячим следам.

Если их накроет, то остальные раз десять подумают, прежде чем ломиться туда без подготовки. Дальнейшее развитие событий будет зависеть от наличия у них грамотных искателей. Отследить точное прибытие вряд ли у них получится, так что им в любом случае придётся распылять силы. Нам же ничего не мешает сразу же уйти ещё в один долгий переход. Мы теперь уже никуда не торопимся…

Будто прочтя мои мысли, система тут же предупредила о том, что пора и честь знать. Пребывание в виртуальности уже граничило с максимально допустимым, и такие затяжные сессии могли в дальнейшем привести к уменьшению общей недельной нормы. Как показал случай с застрявшими тестерами, в числе которых оказался и Талтер, с такими вещами шутить не стоит. Поэтому я с чистой совестью передал командование отдохнувшему накануне Свонну и вместе с остальными десантниками вышел из игры. Всех, кого могли, мы сегодня спасли – можно спать спокойно.

В кои-то веки за последнее время у меня выдался свободный вечерок. Не нужно было ни за кем следить, ни кого-то устранять… Даже как-то непривычно посвящать время самому себе, отвык от такой роскоши.

На досуге, жуя простенький разогретый ужин, я решил немного пошарить по сети. Занимательное чтение перед сном, так сказать.

Новостная лента больше не пестрила заголовками об загадочных убийствах и на первое место снова вышли клановые распри и прочая околоигровая дребедень. В мире тоже всё тоже обстояло более-менее стабильно, и особых пришествий не наблюдалось. Учёные высказывали осторожный оптимизм по поводу очищения околоземной орбиты, но остальному сообществу до этого не было решительно никакого дела. Куда больше всех интересовало новое поколение капсул, обещавшее куда более длительное погружение и возможные апгрейды бюджетных моделей. Ну, кто бы сомневался.

Лично для меня ничего интересного не нашлось. Мой хрустальный гробик и так являлся наиболее продвинутым, учитывая новейший встроенный медкомплекс. Из мёртвых он, конечно, не воскресает, но лечит оперативно и разгоняет естественную регенерацию до невиданных скоростей.

Перед сном я решил виртуально навестить «Б.У.Л.А.Т.», раз уж у них имелся официальный сайт. Портал встретил меня радушно и даже позволил взглянуть на соучредителей охранного концерна. Вот они, голубчики, резко разбогатевшие на волне массовой истерии. В то, что кто-нибудь из них может быть не замазан в творимой «Призраками» грязи, я не верил. Нельзя забраться на гору из костей и остаться при этом со всех сторон чистеньким. Деньги просто так в руки не даются, особенно такие большие.

Достаточно взглянуть на эти лоснящиеся рожи с нарисованными улыбками, чтобы всё встало на свои места. Это раньше упыри предпочитали отсиживаться в тени, а нынче они преспокойно ведут светскую жизнь и даже платят налоги, иначе прочая нежить может на них обидеться и настучать, куда следует.

Итак, головы у этой гидры имелось ровно три, будто у нашего православного Горыныча.

Игорь Викторович Гуцал – самый молодой из руководящего состава. Крысоподобный типчик, обладатель нервного подбородка и тонкого носа, совсем не аристократического. Несмотря на все успехи медицины, продолжает маскировать облысение грамотной причёской. Или вся эта реклама про восстановление волосяного покрова – фигня?

От одного только взгляда на эту скользкую личность мне захотелось срочно помыть глаза с мылом, а ведь только начал знакомиться.

Следом шла Дарья Александровна Филиппова. Молодящаяся строгая тётка с некрасивым жабьим ртом. Вот уж кто натурально пьёт кровь из подчинённых, ей бы Елизавету Батори играть. Даже на сугубо деловой фотографии женщина не удержалась от демонстрации дорого колье на дряблой шее. Диагноз – хроническое упивание роскошью и властью.

Наконец, Рабаданов Рустам Заятдинович. Сереброволосый смуглый брюнет в чёрном костюме. Внешность в целом волевая, даже можно сказать – опасная. Взгляд из-под густых тёмных бровей недобрый, как у затаившегося хищника. Единственный из троицы, кого можно без прикрас назвать акулой бизнеса.

Так вот они какие, господа «Призраки»…

Вряд ли к ним по ночам приходят неприкаянные души, не без их помощи простившиеся с физической оболочкой раньше положенного срока. Уверен, что они все крепко спят в собственных постелях и видят прекрасные сны. От любых кошмаров их тщательно оберегают, чтобы никакой Фредди Крюгер не вторгся в их уютные миры.

Да, подобраться к каждой из голов будет, мягко говоря, сложновато. В чём их сотрудники собаку съели, так это в охране, и на собственной безопасности они не экономят. Это у меня бюджет сильно ограничен – вечно приходится из пальца высасывать, не сказать хуже…

Стоило мне закрыть вкладку, как на краю экрана, который я вывел прямо на голую стену, замигало срочное почтовое оповещение. Фильтры снова выловили в потоке спама нечто интересное и теперь спешили продемонстрировать мне находку. Уже догадываясь, что там увижу, я раскрыл письмо от безликого адресата и удивлённо покачал головой.

Надо же, как быстро. Не помогла ни хвалёная программная защита, ни новое железо, установленное мастерами Барахолки. У меня от прошлого оборудования одна лишь капсула осталась, да и той умудрились серийник поменять.

Что ж, мне весьма наглядно указали подобающее место, буквально ткнули в него носом. Другой на моём месте ужаснулся бы от собственной беспомощности, а я только лишь плотоядно оскалился. Интересно ведь, чем всё это закончится в итоге.

Текст письма уже привычно не баловал витиеватым слогом:

«Поздравляю!»

Ниже та самая подпись, на которую среагировали фильтры, и новый шифр в отдельном файле. Чувствую, у спецов прибавится работёнки, заодно и будет повод дать им втык за дырявую защиту. Ведь если Пастырь смог играючи отследить мои сетевые похождения в реальном времени, то почему этого не могут сделать другие? После того, как он подсказал местоположение Эдуардыча, последние сомнения в том, что я нахожусь под неусыпным взором, у меня полностью отпали. Не то, чтобы в моих планах числился просмотр хёнтая, но такая осведомлённость о моей жизни наводила на определённые размышления.

Загадочный куратор демонстрировал потрясающие возможности, при этом не гнушаясь работать со старым куском размороженного мяса. Хотя, казалось бы, есть и более подготовленные исполнители, чем морально устаревший ликвидатор в компании полукриминальных бомжей-самородков.

Отсюда напрашивался вполне очевидный вывод – наше сотрудничество сугубо одноразовое.

Глава 101

Спецы меня удивили.

Все, как один, били себя пяткой в грудь и божились, что мою систему никто не взламывал. Учитывая то, что здесь собрались умы не хуже, чем в пресловутой «Силиконовой долине», сомневаться в их компетенции не стоило. Другое дело, что видеть таких талантливых людей на обочине жизни было, по меньшей мере, обидно.

Увы, но не все гении могут выдержать испытания, регулярно подбрасываемые жизнью. Кто-то спивается, кто-то проигрывает состояния в пух и прах, а кто-то ненароком наступает на ногу серьёзных людей, которые могут легко достать обидчика из-под земли, чтобы туда же его и положить.

Нужно отдать должное сметливости Бабы Нюры, собравшей под своим стальным крылом такую разношёрстную команду неудачников. Без неё они бы с высокой долей вероятности уже давно покинули наш грешный мир. Если не в физическом смысле, так в ментальном. Сколько в нашей стране скисло светлых умов от одной только «беленькой» — никакому счёту не поддаётся.

Теперь на одного уникума там стало больше. Эдуардыч сменил тропическое бунгало на среднерусское, а шорты с рубашкой — на свитер и тёплый пуховик. В компанию старпёров он вписался идеально, и теперь просиживал вечера, рубясь в шахматы с Петром и Семёном. В целом, его экспертное мнение не отличалось от того, что я уже знал, только в отличие от незаинтересованных реаниматологов у него имелись кое-какие свежие идеи. Закавыка была лишь в одном — для их воплощения требовалось дорогостоящее оборудование, которое не каждый медицинский центр может себе позволить.

Я ненароком поинтересовался конкретной ценой и вполне ожидаемо оказался придавлен гигантской суммой, в несколько раз превышающей стоимость стандартной разморозки, до сих пор входящей в число полулегальных услуг. Стольких нулей я даже в мохнатых девяностых не встречал, хотя мы по молодости любили забиться с пацанами на «мильончик-другой». Никакого свалившегося с неба богатства не было и в помине. Просто мы вкалывали, как проклятые, на стремительно разбухающих стихийных рынках, вот и могли себе позволить многое. Чуть позже «лишние» нули убрали и ввели копейку обратно, хотя в кошельках россиян она задержалась ненадолго.

Какая ирония…

К счастью, в нашем случае покупать технику было не нужно. Спасибо Георгию — он вложил в проект собственную душу и не ограничивал хотелки престарелого нейрохирурга. Работодатели не обделяли их финансами вплоть до той самой зачистки, поэтому им удалось собрать неплохую коллекцию всяких медицинских причиндал, тем самым существенно повысив процент выживаемости подопытных.

Подпольная лаборатория располагалась на одном из арендованных складских боксов. Оттуда размороженные расползались по всему городу, для последующей социализации и внедрения. Ограниченные в обычной жизни, они годились лишь для виртуального шпионажа, но и здесь предприимчивый Георгий успел добиться впечатляющих результатов. Будь у него чуть больше времени, то сейчас подменышей набралось бы с полсотни. И кто знает, к чему бы это в конце концов привело.

Спецслужбам всех стран, входящих в глобальный проект чипизации, такое бы точно не понравилось. Кого-то им удалось задержать, но выйти на команду реаниматоров было уже невозможно по причине её отсутствия. В этом ли кроется причина такой поспешной отмены проекта?

Возможно, какие-то подсказки ждали меня в той самой лаборатории, поэтому откладывать поездку в долгий ящик я не стал. Всё равно ведь мои игровой аватар в ближайшее время заключён в подпространстве. А сидеть без дела не в моей натуре.

Аренда помещения, где творилось таинство подмены личности, была оплачена на полтора года вперёд, и до истечения этого срока внутрь могли попасть только члены группы, чьи биометрические данные были намертво забиты в систему безопасности. За неимением других кандидатов на роль живой открывашки, пришлось брать с собой Эдуардыча. При всём его первоначальном энтузиазме, чем ближе мы становились к его последнему месту работы, тем он больше темнел лицом. Баба Нюра выделила нам в помощники троицу тёртых мужиков, готовых с одинаковым безразличием разбирать мебель для переезда или распиливать чьё-то не обязательно дохлое тело, но пожилой доктор всё равно вздрагивал от малейшего постороннего шума. Как зелёный новобранец, ей богу.

— В твоём возрасте нужно спокойней относиться ко всей этой мирской суете, — укорил я излишне нервного пенсионера.

– А если нас там ждут?!

— Значит, сегодня не их день. Нужно было гороскоп читать и сматываться оттуда на хрен.

— Тебе бы всё шуточки свои мочить, – произнёс он с укором.

– Гляди на жизнь позитивно, и умрёшь с улыбкой на губах. Или предпочитаешь жить вечно?

– Я всё больше хочу залезть в криокапсулу и выйти оттуда, когда тебя уже и след простынет!

— Странное пожелание, но так и запишем. Заморозить, желательно целиком… Когда там у тебя день варенья очередной?

– Катись в ад.

Старик возмущённо отвернулся, но хоть сменил похоронное настроение.

На дело мы отправились на стареньком неприметном грузовичке, который периодически кашлял и взбрыкивал на ровном месте, заставляя своего ровесника ещё сильнее напрягаться. Нас от лишних глаз усадили в кузов, и доктор явно страдал от недостатка обзора. У меня же впервые за долгое время в душе никто не скребся. Не будь под боком такого беспокойного соседа — обязательно бы прикемарил прямо на жёсткой лавке.

Чего переживать, если скоро всё увидим своими глазами?

Боксы располагались на окраине городской промзоны, и прятаться там было практически негде. Особенно, если учесть, сколько времени прошло с разгрома группы. Хотя, если среди «Призраков» ещё остался кто-то с мозгами, то он теоретически мог проанализировать неудавшееся тропическое покушение и догадаться о моём интересе к работе Георгия. Даже если они по-прежнему считают Эльвиру погибшей, что невольно подтвердил Хрусталь, земля ему бетоном. В таком случае в одном из соседних гаражей нас должны поджидать бравые ребята с чётким приказом валить всех, кто приблизится к заветному ангару.

Но сколько бы я не прислушивался к себе, опасности вокруг не ощущалось, хоть ты тресни. Тишь, да благодать. Вдобавок, какие-либо следы на слежавшемся снегу полностью отсутствовали. Нужная нам группа прямоугольных складских боксов располагалась у самой границы участка, и сюда наведывались нечасто. А вот ближе ко входу колея была накатана широкая, вдвоём поместиться можно. Регулярно катали что-то грузовиками, хотя сейчас и не сезон.

Что сказать — потеря сладкой парочки негативно сказалась на качестве работы подпольного отдела одного охранного концерна. Мы с мужиками честно отработали возможное появление засадного полка, покинув машину заранее, но никто и носа не высунул. Грузовик беспрепятственно пристроился задним бортом к широким воротам с цифрой «73», а Эдуардыч разблокировал замок собственной вспотевшей физиономией.

Оставив ребят приглядывать за округой, я побрёл к хранилищу, чавкая ботинками по размокающему снегу. Эх, скорей бы уже весна, что ли…

Кому точно было не холодно, так это бедняге нейрохирургу. Он еле меня дождался, переступая с ноги на ногу, но не решаясь шагнуть за порог. И стоило мне приблизиться, как и до меня дошло — почему.

В одной из створок ворот имелась отдельная калитка, позволявшая заходить внутрь без возни с массивными створками. Стоило её немного приоткрыть, как по воздуху начал быстро распространяться знакомый душный запашок. Даже на приличном расстоянии смердело так, что водитель поспешил скрыться в кабине, а Эдуардыч прижимал ладонь в перчатке к лицу. Нужно отдать ему должное - другой бы на его месте давно бы уже вывернулся мехом внутрь от такого терпкого аромата. Но врачу к такому не привыкать.

Я хоть и не брезгливый, но прекрасно знаю, что дышать таким воздухом – верный способ попрощаться с собственными лёгкими, поэтому прихватил из машины небольшой рюкзак со всякой всячиной из ближайшего строймага. Нашлись там и строительные респираторы с прорезиненными очками. До военных образцов им было как пешком до стратосферы, но что имеем, того и пользуем. По молодости иногда приходилось и вовсе обходиться одним лишь шейным платком, осматривая руины на предмет засевших там боевиков.

Один комплект я сразу нацепил на себя, второй протянул старику. Тот без восторга принял подарок и поманил меня за собой внутрь. Страхов у него сразу поубавилось, ведь он боялся вовсе не мёртвых, а живых. Тех же, судя по запаху, там быть не могло.

Чтобы общаться в респираторах, приходилось излишне напрягать гортань, но в гулкой тишине слышимость была отличная. А вот свет отсутствовал – внутренний распределительный щиток оказался разбитым вдребезги. Работала лишь система безопасности, предусмотрительно запитанная с внешнего источника.

И вновь на выручку пришёл магазин строительных товаров. На этот раз я достал из рюкзака налобные фонарики, превратившие нас в настоящих горняков, только кирок не хватало. Но иначе в этой тьме вполне можно было переломать ноги, или того хуже.

Бокс имел площадь около двухсот квадратных метров, поделенных на несколько зон быстровозводимыми тонкими перегородками. Под потолком шли толстые жгуты всевозможных кабелей, разветвляясь ближе к центру. Где-то было не протолкнуться от всяких странных приборов, а кое-где наоборот – царила пустота и разруха. Здесь явно побывали чистильщики, и они особо не тряслись над сохранностью техники и персонала.

Первым под раздачу попал обладатель мужской майки и спортивных штанов, стена над которым была изрешечена частыми попаданиями. Как водой из лейки окатили, хотя у бедолаги не имелось при себе оружия.

Вот откуда такая вонь. За несколько месяцев мясо уже начало отслаиваться от костей, и идентифицировать погибших можно было лишь по одежде. Хорошо, что система вентиляции перестала работать вместе со всем остальным, иначе к вонючему складу давно уже кого-нибудь вызвали.

– Дима, – со вздохом опознал покойника Эдуардыч.

– А много здесь народу вообще было?

– Не считая нас, обычно трое.

– Что ж, тогда поищем остальных, – кивнул я. – Только ступай за мной шаг в шаг, если не хочешь к ним присоединиться.

– Я внимательно гляжу под ноги.

– Если у тебя в глазу нет встроенного лазерного детектора, то тебе это не особо поможет.

– Как будто у тебя он есть!

Я указал на подозрительную кучу мусора, сваленного возле одного из проходов между секциями.

– Думаешь, здесь пытались прибраться? Даю твою руку на отсечение, что там спрятан гостинец со встроенным датчиком движения. Ставили дилетанты, очевидно.

– Почему?

– Нужно было сразу на входе лепить, створки же наружу открываются.

Старик шумно сглотнул:

– Поэтому ты меня вперёд пропустил…

– Смотри-ка, начинаешь соображать! – похвалил я его. – Глядишь, из тебя тоже что-то путное получится, на зависть всяким «Призракам» и прочим выскочкам.

– Спасибо, но пусть лучше каждый занимается своим делом.

– Как скажешь, для ученика ты в правду несколько староват…

Мы осторожно обошли неумелую закладку и продолжили осматривать бокс, осторожно заглядывая в каждую щель. Вскоре обнаружилась ещё один неудачный сюрприз, поджидающий нас прямо за поворотом. С маскировкой там даже не заморачивались, установив вогнутую мину при помощи раскладных ножек прямо на пол. Учитывая расположение, взводились машинки благодаря пульту дистанционного управления, иначе горе-минёры сами бы подорвались, без вариантов.

Интересно, а человечество уже придумало умные снаряды, различающие своих и чужих? Помню, как мы грезили о таких чудесах во время коротких привалов…

Как я мог заглянуть за угол, сохранив руки-ноги в целости? Всё просто – в том же строительном магазине нашлась телескопическая нивелирная рейка, к которой запросто приделывалось небольшое зеркальце. Главное, повыше её задрать, чтобы ненароком не вызвать детонацию. Я много чего там ещё прикупил интересного, только остальные вещички так и не пригодились.

Из-за мин пришлось немного поплутать по обжитому ангару, но в целом нам удалось обследовать большую его часть. Я во всей этой технологии ни бум-бум, но благодаря бесценным комментариям моего проводника картина происходящего понемногу складывалась. Часть дорогостоящей техники была варварски демонтирована, а от компьютерного оборудования остались лишь обрезанные кабели. Так же бесследно пропали сделанные под заказ инструменты по внедрению регистрационного чипа.

Сильно по этому поводу я не переживал, прекрасно понимая ценность всего этого барахла. А вот негодность кое-каких приборов, нужных для разморозки, расстроила меня куда больше. Что-то попало под пули, что-то не громоздкое чистильщики прихватили с собой. И всё же, большинство из необходимого минимума пребывало во вполне рабочем состоянии. Осталось лишь разобраться с минами, и приступить к самовывозу, пока на вонь не слетелось вороньё со всей области.

У покойников тоже имелся недокомплект. Лишь одно вздувшееся тело мы обнаружили в так называемой «зоне отдыха», где подручные Георгия могли в свободное время поваляться на диване и чего-нибудь перекусить из быстро разогреваемого. На этот раз убитой оказалась женщина, судя по длинным светлым волосам, разметавшимся по полу. Джинсы и рубашка давно побурели от трупных выделений, поэтому их первоначальный цвет угадывался с большим трудом.

– Ксения, – коротко представил убитую Эдуардыч.

– Приятно познакомиться. И чем они тут занимались?

– Ксюша помогала мне по медицинской части, особенно с реабилитацией тяжёлых, а Дима просто был на подхвате. Возил камеры хранения, доставал реагенты и оборудование…

– Что ещё за тяжёлые?

– Не все переживали посмертную реанимацию так же хорошо, как и ты. У кого-то отказывали искусственные органы, а кому-то не повезло с прогрессией криораспада. Некоторым пришлось заново учиться ходить.

– Надо же, а мне казалось, что я – самый дохлый из всей партии, – признался я.

– Нет. Тебя действительно, будто сам дьявол хранит.

– Лестно слышать. При случае скажу ему спасибо.

Убедившись, что мины в помещении отсутствуют, я приблизился к телу, оставившему за собой широкую тёмную полосу на полу, будто её волокли. Похоже, медичка пыталась уползти.

Странно, что она осталась здесь. Помощница должна была слышать, что творится на входе, но она явно не собиралась прятаться. На это же указывала пачка сока, разлившегося при падении. Ближайшее к нему мягкое кресло оказалось изрядно запачкано высохшей кровью, а обивка имела целых шесть сквозных дыр. Ага, в нём она и сидела, когда всё началось. Но стрелок оказался так себе, большей частью бессовестно промазав, и ей удалось сползти на пол и немного продвинуться в сторону выхода. Буквально несколько метров, прежде чем ей в затылок прилетела очередная пуля. Но уже из совершенно другого оружия, на что указывали гильзы, которые никто даже не потрудился собрать.

Хоть ругайся, хоть плачь от такого наплевательского подхода. Хрусталь за такое бы их самих здесь запер, с переломанными конечностями. Сразу видно, что здесь без него архаровцы постарались.

Все гильзы оказались как на подбор «парабелумовские», они же – «люгер». Что сказать – популярный калибр, вариантов оружия – целая тьма. Только маркировка у них была не одинаковой, не говоря уже про цвет корпуса. Взял себе одну из более тёмных на память, а остальные оставил, как есть. Всё равно точно такие же в изобилии валялись по всему ангару, хоть лопатой их греби.

– Так, а ведь одного сотрудника не хватает, – заметил я, отправляя находку в карман. – Либо он валяется где-то в дальнем углу, либо его имя начинается на «Г».

– Ты имеешь в виду…

– Нет, не я, а Ксения. Видишь?

Я указал на распростёртое тело. Вытянутая рука покойницы оставила неоконченную надпись под столешницей, использовав собственную кровь в качестве краски. Она уже поняла, что уйти ей не дадут, и решила хотя бы предупредить тех, кто её найдёт. Иначе зачем ей тратить на эти мазки последние секунды своей жизни?

– Ах, вот ты о чём… Я сразу и не заметил.

Нейрохирург поцокал языком, рассматривая предсмертную записку. Вторую букву женщина дорисовать не успела, оставив лишь обрывающуюся вертикальную черту. Первой же без всяких сомнений являлась та самая «Г». А из всей группы только у двоих имена начинались на эту букву. Один взорвался в собственном автомобиле буквально на моих глазах, а со вторым мне пока что встретиться не довелось. Но я уже знал, кто может организовать наше свидание.

Глава 102

Сказал бы я, что от логова рабовладельцев осталось одно название, но радостный Хреноватор лишил отбуксированную станцию и его. Вместо безликого серийного номера раскуроченный комплекс теперь носил гордое имя «Запорожец», ибо силуэтом больше напоминал распотрошённую горбатую черепаху, чем что-то приличное.

Дотащили мы не так уж и много.

Имеющаяся производственная мощность не превышала десяти процентов. Этого было недостаточно даже для собственного ремонта, не говоря уже про остальные направления. По сути, от захваченной нами обители сэндпиксов остался лишь жалкий огрызок. Охранные технологии полностью отсутствовали, реакторы задыхались и постоянно грозили дестабилизацией, системы жизнеобеспечения почти не функционировали, а из всех стыковочных шлюзов работал только один, и то — строго через раз. Но эта развалюха всё равно имела статус действующей станции, что позволило клан-лидеру торжественно назначить её новой базой «Мясорубцев».

Видимо он переборщил с успокоительным, ибо радости его не было предела. Как ни странно, такой нездоровый энтузиазм постепенно заразил остальных.

Ничего ещё не закончилось. Повоюем!

В отличие от потерянного мусоросжигателя К’Вонгов, который относился к более продвинутому поколению, большинство здешних технологий безбожно устарели. Поэтому параллельно ремонту необходимо было проводить серьёзную модернизацию. От предварительных смет протрезвел даже Хреноватор, не говоря об остальных. Единственной хорошей новостью являлось то, что весь комплекс был приспособлен именно к горнодобывающей промышленности. Учитывая последнюю не захваченную систему, где можно было наколупать дорогостоящий Таммий-9, польза от него ожидалась немалая.

Но для начала следовало вернуть в рабочее состояние хотя бы одну производственную цепочку. Если расщепители ещё могли кое-как переработать руду, то формировать элементы в чистые слитки заводик пока не мог. А без этого ни о каком экспорте не могло быть и речи.

И всё равно — упаднического настроения среди соклановцев не наблюдалось. Нас разгромили, но пока не до конца.

Именно на Шебукае мы бросили последний якорь. Заключившие соглашение с Хреноватором наёмники помогли нам дотащить похищенную станцию до места назначения и отразить немногочисленные нападки разрозненных преследователей. В итоге на клан ополчились ещё три пиратские группировки, остальные же предпочли соблюдать нейтралитет. Могло быть и хуже.

Другие «Мясорубцы» в это время тоже не сидели без дела. Давыдоффу вместе с его отрядом удалось-таки незаметно пробраться на территорию Союза и сбыть там артефакты по нормальной цене. Операция заняла почти четверо суток, но ребята справились, хоть на обратном пути их на арендном катере всё же накрыли «Жнецы». Вырученные деньги тут же ушли на оплату каперской лицензии, окончательно превратившей нас в космических корсаров. Отныне, при всей испытываемой к нам неприязни, другие пираты нападать на нас не могли. По крайней мере, открыто.

На остальных же подобное запрет не распространялся, а даже наоборот. Вооружённые силы Союза Антропоморфов отныне имели полное право атаковать наши корабли безо всякого предупреждения, хотя на практике они предпочитали не связываться с пиратами без крайней нужды. Тем более, что после освобождения рабов отношение к нам отдельных фракций заметно потеплело. Особенно, среди благодарных даторийцев.

Командор Донованозис обеспечил доставку всех желающих вернуться в межзвёздное государство, а не только своих соотечественников. На этот раз набитые до отказа пассажирские челноки охранялись как следует, и они благополучно добрались до аванпоста. «Талвро-19» всё же продвинулся вглубь Приграничья, а его место заняла обычная перевалочная станция под названием «Стопка-36». Сильной обороной она похвастаться не могла, зато имела расширенный рынок и более совершенную верфь для модернизации кораблей.

Самое время наладить торговлю, но путь туда презренным пиратам был заказан. Работать же через посредников — это терять весомую часть прибыли. Вот и думай, какое из многочисленных зол — меньшее.

Но не всем освобождённым рабам имелось куда, а главное — к кому возвращаться. Таких неопределившихся товарищей набралось около трёх сотен, и практически все с радостью влились в наш клан. Ни высокими уровнями, ни какими-то особыми умениями они не обладали, зато могли существенно освободить игроков от рутинных работ. Одно плохо — из-за невозможности возрождения их следовало беречь и не отправлять на рискованные задания.

Про поверхность давно успокоившегося Шебукая-2 и заикаться не стоило, даже в отдалённой перспективе. Там бедолаг схарчат за раз, даже не сказав «спасибо». Поэтому персонажи понемногу приводили «Запорожец» в божеский вид и ковыряли близлежащие астероиды. Руду понемногу перерабатывали на звездолётах, и там же производили необходимые запчасти. Разумеется, работали так называемые «неписи» не в старых скафандрах времён покорения космоса, а в приличных рабочих костюмах, оснащённых персональным силовым полем. Иначе чем бы мы тогда отличались от их прошлых хозяев?

Что касается красной планеты, спешить с десантом никто не собирался. Заскучавшей Убивашке вновь нашлась работёнка по профилю – обследовать с орбиты все искусственные объекты и отметить самые перспективные для реанимации. Наш флот переживал не лучшие времена, и был не в состоянии отразить любое серьёзное нападение. «Сракотан» и вовсе пока не мог отлепиться от повреждённой станции, так как большая часть энергопотребления приходилась на его реакторы.

Мы с Болеславом прекрасно понимали — наше обнаружение, это дело времени. Причём, не самого длительного.

Слишком многие были в курсе того, куда наглые изгои отбуксировали отбитый у сэндпиксов модуль. Всех наёмников не заткнёшь, поэтому разведчики наших недругов могли появиться на горзонте в любой момент. А там уже и до полноценного рейда недалеко. Немного обнадёживал тот факт, что «Жнецы» вряд ли позволят себе гоняться за нами. Турнир начинался уже через три дня, а они пока что уверенно входили в заветную двадцатку. В такой ситуации им нужно было вовсю готовиться к многочисленным соревнованиям, а не добивать вчерашних конкурентов. Даже если очень хочется вытереть о нас ноги.

Зная тактику Диоксида и компании, я не сомневался в том, что они в привычной манере предпочтут разгрести жар чужими руками. Искать подходящих исполнителей долго не нужно — пролетевший мимо рейтинга клан «ProSoS» всем составом спит и видит, как наши активы переходят в их собственность. Возможно, в качестве одних лишь обломков, но кого это волнует? Лишь бы мы уже никогда не подняли головы.

Мало кто испытывал к нам настолько незамутнённую, чистую ненависть. Даже в неудаче с реликтом он готовы были винить нас, а не самих себя. Вот уж кого не нужно просить дважды.

Достаточно просто шепнуть нужные координаты…

– С «Прососами» нужно что-то решать, – заявил Хреноватор, завершив вместе со мной обход новой базы.

– У них сорок с лишним кораблей в строю, — напомнил я ему на всякий случай. – Не говоря уже о том, что их тупо в три раза больше нас, даже с учётом персонажей.

— Мы не будем с ними меряться, у кого активы круче. Бодаться с этими баранами в лоб, значит изначально ставить на собственный проигрыш. Нужно действовать хитрее, и выиграть нам немного времени. А там посмотрим.

— Намекаешь на диверсию? — предположил я.

- Было бы прекрасно щёлкнуть их по носу, – заговорщически подмигнул мне псионик. – Да так, чтобы он внутрь провалился.

– А у тебя есть конкретные идеи?

– Пока что – только наработки. Зато какие!

– Выкладывай.

– Для начала, чтобы всё сложилось, придётся сильно потрудится. Как ты, кстати, относишься к рыбалке? К самой настоящей – с удочкой, спреем от комаров и прочей атрибутикой, типа чекушки.

– В целом – положительно, хотя что-то крупное никогда не ловил, – осторожно ответил я.

– Значит, для тебя не составит труда побыть разок в качестве наживки? Так сказать, во имя справедливости перед бедными червями.

– Если для общего дела, то без проблем.

– Отлично! – обрадовался клан-лидер. – Осталось только крючок побольше откопать и тебя туда посадить.

– Что-то мне резко перехотелось, – признался я.

– Да я метафорически! Просто ты лучше всех годишься на роль приманки. А на счёт крючка не беспокойся – не он в тебе будет, а ты в нём.

– Вот ни разу спокойней не стало…

Глава 103

От сердца немного отлегло — в роли рыболовного крючка выступал старенький земной корвет третьего поколения, с залатанной дырой в корпусе. Убивашка смогла обнаружить целых пять не разбившихся всмятку судов, и Болеслав милостиво разрешил мне использовать самый крупный из поднятых звездолётов.

В своё время звездолёту прилетело от кого-то пострашнее сторожевиков, вооруженных преимущественно лазерами, но он смог дотянуть до поверхности планеты, и совершить относительно удачную посадку. А вот со взлётом, увы, не сложилось. Шебукайские монстры, которые гнездились неподалёку, в одночасье истребили оставшийся экипаж, чему я совсем не удивился. Сам не один раз отправился на перерождение по их милости.

Долгое время корабль потихоньку ржавел и заносился вездесущим красным песком, пока его не нащупали чуткие сканеры нашего поискового катера. Спасённый «Факус» в который раз сменил командира, но справедливости ради стоило признать, что с Убивашкой его эффективность выросла на порядок. Та и сама практически являлась ходячим радаром, а в сочетании с хорошей поисковой техникой девушка могла считанные минуты просеять огромные территории.

Осиротевший корвет извлекли и кое-как подшаманили, чтобы он не развалился во время полёта. Из оружия в строю остался один лишь слабенький импульсный лазер, а внутри приходилось постоянно пребывать в бронекостюме из-за навернувшейся системы жизнеобеспечения. Однако, для своей роли он вполне годился.

Изобретательный клан-лидер нарёк судно «Кондоминиум», как бы намекая на его сугубо одноразовое использование. Прописка на станции пока ещё не функционировала, а вылетать нужно было немедленно, пока купленные у информаторов данные не устарели окончательно. Так что с высокой долей вероятности я стал его последним командиром.

Как ни странно, желающих отправиться со мной в самоубийственную миссию оказалось предостаточно. Сейчас большинство игроков вернулось к очертевшему ещё на «Жигулях» ремонту и добыче ресурсов, поэтому они были рады любой стычке, даже самой безнадёжной. Взять всех добровольцев мне не позволила бы ни грузоподъёмность корабля, ни собственная совесть, так что я ограничился лишь тремя, наименее занятыми в обустройстве на новом месте.

За сканеры уселся мой старый приятель Робофотт, который изнывал от невозможности исследовать недра загадочной планеты. Но пока что на поверхность опускались лишь группы судовых реаниматоров, чтобы не тревожить раньше времени местных обитателей. Мы с Болеславом решили повременить с разграблением брошенных азархадонских построек, пока у нашей базы не появится работающий грузовой отсек, хотя у партнёра наверняка свербело во всех местах от желания поскорее начать инвентаризацию трофеев.

Напичканная секретами планета являлась настоящим подарком для нашего беглого клана, и чем позже про неё станет известно остальным — тем лучше. Мы не сомневались, что среди наличного состава остались осведомители, поэтому большинство из рядового состава не знало, что здесь есть ещё что-то, помимо монстров и старых звездолётов.

Поэтому самых рьяных исследователей следовало держать как можно дальше от сканеров.

Моим сменщиком по штурвалу стал даториец Гриджон, руливший в своё время на пару со Свонном артиллерийским «Насморком». Сейчас количество звездолётов намного превышало «безлошадных» пилотов, так что большинство из них маялось откровенной фигнёй. Найденные корабли ещё предстояло вернуть в строй, так что он охотно согласился на совместную рыбалку. Там маячил хоть какой-то классовый опыт, а не бесполезное ползанье по пробитой обшивке с диффузной сваркой в зубах.

Удовольствие от этого действа ниже среднего, особенно, по прошествии нескольких часов.

Выбор последнего члена экипажа дался мне тяжелее всего. По-хорошему, им должен был стать инженер с прокачанным Ремонтом, дабы мы успешно доковыляли до нужного сектора, но все специалисты оказались и так загружены выше крыши. Просмотрев по характеристикам остальных соклановцев, я неожиданно даже для себя остановился на Кримане. Он имел неплохой Интеллект и частенько ковырялся во всяких железяках наряду с механиками. Это у него пошло ещё со старенького дедушкиного «Чероки», разобранного по винтикам в семейном гараже задолго до получения водительских прав.

Десантироваться нам вроде бы никуда не предстояло, поэтому стрелок являлся неплохой кандидатурой. Тем более, что в бою его везучести можно было только позавидовать, а удача в рыбалке — первое дело. Ты можешь прикармливать рыбу хоть до ожирения, сидеть часами в лучших местах с профессиональными снастями, вести себя как можно тихо… Но, если не суждено тебе сегодня что-нибудь поймать — клёва не будет. Поэтому опытные люди всегда берут с собой выпить и закусить, чтобы день окончательно не пропадал зазря.

Подвывая разлаженным двигателем, «Кондоминиум» кое-как покинул Шебукай и отправился в самостоятельный полёт. Я не питал особых надежд на счёт корвета, и в свободное время по мере сил помогал Криману с настройкой всего и вся. Здесь бы необычайно пригодился Зигзаг, но болтливого робота буквально приковали к станции, смиренно терпя его склочный характер. Да и не хотелось мне вот так на ровном месте терять ценного персонажа.

В идеале нам нужно было для начала помаячить возле пиратской станции, только нужда в этом отпала сама собой, когда нам в одной из систем повстречалась небольшая флотилия, возвращающаяся с удачного набега. Мы обменялись приветствиями с командиром ватаги, и он охотно подбросил мне свежих новостей. Как оказалось, разъярённые сэндпиксы настолько потеряли осторожность из-за огромных финансовых потерь, что принялись в открытую бороздить космос в поисках обидчиков. То есть — нашего клана.

Хоть плотность трафика здесь куда ниже, чем по ту сторону границы, случайные встречи являлись не такой уж и редкостью. Особенно на популярных пиратских маршрутах, связывающих «Гвоздь-4» с наиболее «хлебными» местами. Киборгов хищные дендроиды не боялись совершенно, но им не повезло наткнуться на лояльных Союзу игроков, тут же накапавших, куда следует. Всё ради укрепления взаимоотношений, на которые виртуальное межзвёздное государство может в любой момент наплевать, вполне как настоящее.

Реализм и тут во всей своей красе.

Геймеры не стали преследовать рабовладельцев, но в ответ на донос в Приграничье выдвинулась серьёзная группировка, состоящая преимущественно из тех, кто ещё не навоевался с поделками Скульпторов. Раздосадованные тем, что не удалось обнаружить оплот генных инженеров, военные с удовольствием открыли сезон охоты на работорговцев. Тем более, что спасённые пленники уже наверняка были по нескольку раз допрошены контрразведкой, как и доставившие их даторийцы.

До схваток дело пока ещё не дошло, но киборги предпочли ненадолго передислоцироваться в более отдалённые секторы. Чего и нам настоятельно советовали.

Я поблагодарил словоохотливого коллегу за проявленное участие, но курс менять не стал, о чём специально оповестил собеседника. Заодно ненароком сообщил ему, куда мы собираемся. Напускным дружелюбием меня сложно обмануть, да и сами корсары особо не жалуют друг друга. Не будь у нас покровительства Совета, разговор начался бы с демонстративного залпа и набрасывания варп-сетки. С другой стороны, и мы в таком случае не стали бы столь нагло летать по пиратскому тракту.

Командир ватаги пожал роботизированными плечами и направился дальше, пожелав нам удачи.

Теперь можно было не сомневаться в том, что об этой встрече вскоре станет известно всей пиратской станции, а затем и нашим бывшим конкурентам. При всём нарочитом пофигизме, «Прососовцы» имели там несколько прикормленных информаторов, не считая постоянного представительства в несколько человек.

Осталось только отыскать нужную систему среди сотен подобных, но тут уже в дело вступил мой давний приятель. Ксенобиолог тщательно изучил все звезды, после чего выбрал с десяток перспективных светил. Наша цель не ошивалась абы где, а действовала по чёткому алгоритму. Учёный настолько увлёкся разбором и анализом данных, что для него последующие часы пролетели незаметно. В отличие от нас.

Гриджон прыгал от системы к системе, как только заканчивалось накопление энергии, а мы с Криманом носились по звездолёту с ремнаборами, изредка прерываясь на перекус. У «Кондоминиума» вечно что-то барахлило и наворачивалось, всеми силами намекая нам на необходимость капитального ремонта. Во время однообразной починки я прикинул траты на восстановление и модернизацию низкоуровневого судна, и пришёл к неутешительному выводу, что в случае неудачной рыбалки его проще продать.

Но пока всё шло чётко по плану Хреноватора, как ни странно. У очередной звёзды, неизвестно какой уже по счёту, нами наконец-то была зафиксирована специфическая аномалия, которую мы так долго искали. Хорошее место — одна из тупиковых систем на краю вытянутого сектора. Горячее голубое светило не давало нам приблизиться к нему, перегружая и без того неровно дышавшую энергетическую защиту. Я не стал испытывать старый корвет на прочность, оставив его на орбите единственной, пропечённой добела планеты.

Тем более, той самой прочности у корабля имелось всего три четверти от базового значения.

Всё. Место выбрано, удочка заброшена, остаётся только ждать. Чекушка? А, и чёрт бы с ней, обойдёмся.

Аномалия практически не перемещалась, но Робофотт всё равно не сводил с неё приборов, ипериодически делая снимки на память. Отправлять его на боковую я не стал, хотя в игре он задержался уже сверх положенного. И остаток времени мы все провели, выслушивая различные гипотезы и предположения, которые бродили в научных кругах по поводу этого феномена. Одна безумнее другой.

Моя игровая сессия тоже подходила к концу, когда у нас случилась долгожданная поклёвка. Да не какая-нибудь ложная, а самая настоящая. Впору разводить руки, чтобы показать размеры будущего улова.

«Прососовцы» не смогли проигнорировать сообщение о том, что рейд-лидер враждебного клана летит куда-то на старом корыте, и решили немного его проучить. Но и то, что это вполне может быть ловушкой для дураков, они тоже со счетов не сбрасывали. Всё же подозрительно, что я решил пересесть с любимого флагмана на эту древнюю развалюху. Поэтому за нами в погоню вылетело не одно звено, достаточное для уничтожения «Кондоминиума» с гарантией, а целых три.

Всего в поход за нашими скальпами отправился ровно десяток разномастных звездолётов – от лёгких катеров, до серьёзных боевых корветов. Эсминцами наши конкуренты тоже располагали, в количестве целых двух штук, но те не годились в качестве догоняющих юнитов. Да и такой малой эскадры вполне хватало, чтобы навалять нашим последним кораблям в случае засады. Всё же, слабых судов среди них не наблюдалось — все от пятого тира и выше. Можно сказать — клановая элита.

Плотность огня у них выходила весьма серьёзной, и они могли преспокойно выбивать немногочисленных противников по одному. Под сфокусированным обстрелом даже моему «Моржовому» тёзке придётся туго, а «Сракотан» при всей своей крепости не сможет выстоять в одиночку. Шапками со всех сторон закидают.

Так что пусть и с потерями, но «Прососы» оказывались гипотетическими победителями в любом случае, кроме одного единственного. Если на нашей стороне окажется кто-то более могущественный.

С союзниками у клана дела нынче обстояли крайне плохо – те же наёмники брали столько, что впору остаться по уши в долгах, а фракционные отношения ещё не достигли того уровня, чтобы за нас кто-нибудь вписался добровольно. Но тут у «Мясорубцев» всё же имелся неоспоримый козырь, отсутствующий у подавляющего большинства других группировок – нейтралитет с одними из малочисленных представителей внепланетной жизни.

Мелочь? Смотря, для каких целей.

Как оказалось, Кристаллиды – единственные в галактике космические монстры, причисленные игровой системой к условно разумным. А значит, существовала и шкала взаимоотношений, на которую никто не обращал внимания. У всех астронавтов значение изначально находится в агрессивно-враждебном секторе, но нам удалось поднять лояльность среди живых минералов, и отныне они на нас первыми не нападали. В противном случае, радостно орущих в микрофон «Прососовцев» дождались бы одни лишь заиндевевшие обломки.

На свою беду я оставил включённым общий межкорабельный канал, и на мои бедные уши вылился такой яростный звуковой поток, что они едва не пожухли, как нежные цветы в засушливой пустыне. Если честно, то я бы такую акустическую атаку приравнял к психологической пытке. Из самых приличных возгласов следовало, что меня хотят захватить живьём, чтобы превратить в защитный чехол для какой-нибудь особо широкой пушки. Ну, как всегда. Поколения меняются, а угрозы — нет.

Я не стал предупреждать борзую молодёжь о том, что судьба тех, кто хотел усадить меня на бутылку, сложилась очень плохо. Просто обрубил канал и принялся ждать, пока они окажутся на расстоянии прямого выстрела. Это и называется зрелостью – доказывать не словом, а делом. Так гораздо наглядней получается. Переорать этот мутный словесный вал не стоило и пытаться, тем более — он скоро должен был иссякнуть сам собой.

Кристаллид уже оторвался от странного взаимодействия с местным светилом, и стремительно приближался к потревожившим его покой кораблям. Нас он до сих пор успешно игнорировал, а вот шумных «мамулюбов» оставить без внимания не мог. Откуда же ему было знать, что они тут не по его душу…

Это действительно оказалась ловушка, только в качестве засадного полка выступало одно из самых опасных существ в галактике.

— Ну всё, началось, — с нескрываемой грустью в голосе констатировал Робик.

- Не налюбовался ещё? – хмыкнул Криман. – Зато теперь можешь понаблюдать за ним ещё и в бою. У нас лучшие билеты на шоу!

– Боюсь, до конца представления мы не доживём, – поделился Гриджон. – У нас опять реактор в разлад идёт.

– Да и чёрт с ним, – махнул я рукой. – Мы всё равно обратно своим ходом идти не собирались. Так что сидим и наслаждаемся, пока можем.

– Я, кстати, видел порно, которое начиналось точно так же… – тихо пробормотал стрелок.

За что тут же получил порцию возмущённого шипения от ксенобиолога, который начал запись.

Тем временем корабли засекли новую угрозу и принялись перестраиваться в полумесяц, чтобы охватить одинокого зверя с боков. В нашу сторону пока что полетели только варп-сетки, как будто кто-то в здравом уме хотел бы пропустить такое зрелище. Как мы и предполагали, геймеры не стали отступать, пока есть возможность, а решили совместить приятное с полезным. Ведь у них подавляющее преимущество, а лут с космического монстра с лихвой покроет все возможные потери.

То, что их не избежать, наш невольный союзник решил обозначить сразу, уничтожив выстрелом из центрального кристалла один из четырёх фрегатов. Та самая беспощадная «ульта», которая сжирала под сотню тысяч очков прочности. Мне невольно вспомнился обречённый бой на «Мародёре», который я пережил по чистой случайности. В отличие от той особи, эта не была изнурена длительным боем, да и сапфировых накопителей и рубиновых фокусировщиков у неё имелось куда больше. А вот апатитовых образований было всего два, так что восстановление жизни шло крайне медленно.

Игроки ответили на «ульту» дружным залпом, расколов парочку некрупных кристаллов и повредив ещё три. Что я отметил сразу, так это несогласованность действий между командирами. Некоторые выстрелы бесполезно ушли в рой свежих осколков, а другие попали по абсолютно целым участкам вместо того, чтобы добить повреждённые. Да и выбор целей откровенно смущал – первыми под раздачу попали безобидные изумруды и малахиты. Всё ради ещё большей наживы, ведь в своём успехе никто из них не сомневался.

Ещё бы им напрягаться, если сумма прочности всех кораблей едва ли не втрое превосходила противника с учётом всех кристаллов. Нас в расчёт никто не брал – лазер едва ковырял силовое поле у катеров. Криман занимался этим скорее по привычке, чем ради какого-то результата. В ответ по корабельной обшивке застучали торпеды, и мы получили несколько досадных пробоин. Энергия упала до критической отметки, поэтому продолжать стрельбу корвет уже не смог, превратившись в дрейфующий обесточенный гроб.

Спасибо хоть, что не взорвались.

А вот мамкины нагибаторы переключились на нас совершенно зря. Сначала один, а следом и второй вспыхнули военные катера, отвлекавшие на себя бриллиантовую мелочь. Последний лёгкий корабль благоразумно отступил за более крупных соратников, и таким образом тоже выключился из битвы. В строю оставалось четыре фрегата и два корвета, причём последним было тяжелее всего. Фокусировщики никаких проблем со слаженностью действий не имели, буравя за раз только одного противника.

А тем временем сияние в апатитовых кристаллах становилось всё ярче.

Спохватившиеся игроки перенесли огонь на более опасные образования, но не успели расправится с накопителями, как последовала новая «ульта». На этот раз её жертвой стал один из корветов, превратившийся в красивый праздничный салют. Правда, без привычных громовых раскатов, но что поделать. Мощным взрывом зацепило и отсиживающийся в тылу катер, лишив его энергетического прикрытия. Кристаллид тут же этим воспользовался, окончательно уполовинив эскадру.

Пять-ноль в его пользу. Зрители не в счёт – мы всё равно никак не могли повлиять на расклад сил.

Космического обитателя тоже порядком потрепало, но не настолько сильно, чтобы он предложил оппонентам отступные. Отправить на него шахтёрские дроны игроки не догадались, решив действовать по старинке. Фокусировщики взрывались один за другим, не выдерживая массированного обстрела, вот только не все разноцветные осколки улетали прочь. Некоторые продолжали жить собственной жизнью, кружась по спирали вокруг центрального кристалла. На них никто не обращал внимания, хотя я на месте вражеских игроков постарался бы как можно скорее рассеять это скопление.

«Прососовцам» следовало предварительно изучить особенности охоты на такого сложного босса, ведь они все страшны не запасом жизни и даже не повышенным уроном, а спецприёмами. Шани предпочитала называть их «фазами», но сути это не меняло.

Спустя несколько минут в строю у Кристаллида осталась лишь парочка потрескавшихся фокусировщиков. Почуявшие скорую победу игроки отправили корабли вперёд, чтобы более эффективно использовать кинетическое и ракетное вооружение. Оно наносило куда больше урона в сравнении с энергетическим, но сильно зависело от расстояния. Пусть в космосе отсутствовало всякое сопротивление, полёт любых снарядов на порядки уступал в скорости элементарным частицам.

Полуразумный монстр нисколько не протестовал против такого сближения, а напротив – полетел навстречу горе-охотничкам. Вращение роя осколков ускорилось до одного сплошного марева, раскручиваясь по типу средневековой пращи. В своё время умельцы могли сбивать из неё птиц прямо в воздухе, но кому сейчас интересны скучные уроки истории? Гораздо интереснее сидеть за прицелом футуристической пушки, и палить из неё во всё, что движется. Пиф-паф, ой-ой-ой, оторвался пальчик мой…

Как и следовало ожидать, грозящую им опасность игроки бессовестно прошляпили. Пока не случилось непоправимое – по передним кораблям хлёстко ударил настоящий град из небольших минералов, движимых единой волей и огромным ускорением. Массированная бомбардировка перегрузила энергетические щиты, и спустя доли мгновения ударила по корпусам, вминая их внутрь себя. Два звездолёта, включая последний корвет, сразу же превратились в искорёженные груды металла, ещё один замер в красной зоне, получив критические повреждения.

– Фаталити, – констатировал довольный Криман.

– Да, похоже, что всё, – согласился Робофотт.

Осколки окончательно потеряли связь с прародителем и превратились в обычные минералы, весело поблёскивающие в голубоватом свете раскалённой звезды. Командиры двух последних фрегатов решили не испытывать судьбу до последнего, и принялись шустро улепётывать на форсаже. Подбитый товарищ остался далеко позади, предназначаясь в качестве жертвы, чтобы задобрить разбушевавшегося монстра. Всё, на что хватило брошенного недобитка, это выпустить несколько торпед перед тем, как фокусировщики скрестили на нём яркие лучи.

Но прощальные подарки полетели вовсе не в Кристаллида, который уже принялся потихоньку восстанавливаться, а в наш помятый «Кондоминиум». Действительно, как корабль назовёшь…

Глава 104

Возвращаться с победой всегда приятно, даже если тебе пришлось многим пожертвовать. В том числе, и самим собой. К счастью, гибель в игре не так фатальна, и уже на следующее утро меня поджидало свеженькое тело без единого шрама.

Только распечатался я внезапно не посреди новой станции или на флагманском эсминце, а на борту ветхозаветного шпионского фрегата четвертого тира. От прочих своих одноклассников корабль отличался наличием маскировочного оборудования, делающего его невидимым для большинства приборов. За это приходилось платить урезанной прочностью и куцей огневой мощью, поэтому данные суда обычно редко идут в лобовую атаку. На передовой они живут считанные секунды, а вот в тылу могут принести много пользы. В основном, их используют для наблюдения или различного рода диверсий.

В своё время мне довелось столкнуться с одной из таких невидимок, чьи хозяева промышляли разбоем. «Плауеркиллеры» заманивали неопытных новичков на слабых корытах в расставленную ловушку, после чего беззастенчиво их грабили. Не вмешайся тогда Убивашка, я бы тоже пополнил число их жертв.

Судя по ветхому состоянию моей новой колыбели, она являлась одной из шебукайских находок. Звездолёт ещё недавно представлял из себя груду металлолома, и в строй вернулся весьма условно. Повсюду виднелась ржавчина, часть освещения не работала, а под ногами поскрипывал вездесущий красный песок. На глаза то и дело попадались грубые сварочные швы и выбивающиеся по цвету куски металла, использованного в качестве заплаток.

Назывался этот Франкенштейн от звездолётов коротко и ясно: «Чебуратор». Даже без фракционной приписки сразу становилось понятно, кому именно эта лохань принадлежит. Видимо, сыграли роль здоровенные выпуклые надстройки по бортам, которые являлись частью стелс-оборудования. На их фоне короткие маневровочные крылья казались какими-то куцыми придатками, не способными удержать судно в условиях атмосферы.

Фрегат являлся таковым исключительно благодаря возможности садиться на планеты, а во многих других аспектах он больше смахивал на обычный катер. Членов экипажа по штату числилось всего трое, оружейный отсек был не способен управлять чем-то, серьёзней стандартных пушек, а силовой щит годился только на отражение мелкой космической гальки. Запусти в нас гипотетический противник что-нибудь солидное, и он моментально скажет: «ой, всё, ухожу!». Прочность корпуса в восемь тысяч единиц тоже не внушала никакого доверия, поэтому я сразу же поспешил облачиться в боевой костюм.

Помимо моей капсулы репликации в крохотном грузовом отсеке примостились ещё две. И не успел я толком экипироваться, как в трюм ввалились их обладатели — Шани и Велион. Кроме нас троих на судне не оказалось ни души, будто мы старой гвардией решили прокатиться в ностальгическое турне. Жаль, Диана и Змей уже не с нами…

— Попался! — напарница как всегда первым делом полезла обниматься.

— Может, мне уйти, пока вы там намилуетесь? — проворчал Велион, прислонившись к стене.

— Ну, ты чего! – обиженно ткнула его в плечо отпрянувшая от меня разведчица. — Мы наконец-то снова вместе, давай вырубай свою язву.

— По такому случаю – попробую.

– Кстати, а что тут вообще творится? – поинтересовался я, закончив с облачением.

— А, точно! – спохватилась Шандайн. — Клан-лид попросил ввести тебя в курс дела, он сейчас в офф ненадолго вышел, таймер сбросить. В общем, мы летим на «Стопку».

— Потрясающе информативно, — оценил я. - Вел, давай ты.

– Да ну вас!

Девушка демонстративно отвернулась и присела на один из немногочисленных грузовых контейнеров, заложив под себя ногу. Шпион лишь пожал плечами, после чего невозмутимо продолжил рассказ:

– На станцию прибыла раллекийская шишка. Вроде та самая, которую вы из плена спасли.

– Сотка? – удивился я. – Чего он забыл в нашей глухомани?

– Без понятия, но нам поручено наладить связь и сбыть ему кое-что из наших запасов. Репутация у нас вроде бы хорошая, а до станции мы должны долететь в инвизе. Дальше – по ситуации.

Выходит, что Хреноватор решил заручиться поддержкой одной из раллекийских ветвей. Задумка неплохая, но наш должник занимает слишком низкую позицию в местной иерархии, чтобы потянуть за собой остальных. И всё же, попробовать стоит.

– А что с «Прососами»?

– У них знатно прогорело чуть пониже спины, – едко усмехнулся Велион. – После того, как админы отклонили их жалобу о нашем читоводстве, они активно распространяют слухи, что мы каким-то образом приручили Кристаллидов. У них один из командиров как раз вёл прямую трансляцию, поэтому ролик быстро разошёлся по Сети. Мы, само собой, ничего не опровергаем и комментариев не даем. Зато теперь к нам снова начали проситься рекруты.

– Вышло даже круче, чем мы рассчитывали, – честно признался я. – Хотя с новичками лучше повременить. Чем дольше остальные будут в неведенье, тем меньше желающих будет искать Шебукай.

– Я тоже так думаю. Поэтому заявки будут рассматриваться минимум неделю, когда Турнир уже будет в самом разгаре.

– А в ящиках что? – я кивнул на контейнеры, на которых восседала Шани.

– Разная мелочёвка, что на кораблях нашли. Ничего ценного, но продать нужно подороже. Если всё выгорит, у нас список покупок примерно в километр длинной.

– Ну, как всегда, – я обвёл глазами тесный грузовой отсек. – Хорошая идея с инвизом, вряд ли мы долетим туда на обычном челноке.

– Если это ведро с гайками не рассыплется после очередного прыжка.

– А почему тогда не взяли хотя бы одного инженера? Или ведроида какого, на худой конец?

– Клан-лид запретил, – пожаловалась напарница. – Сказал, что мы куда-нибудь обязательно вляпаемся и угробим железяку, а у него все рабочие руки наперечёт.

– Возможно, он в чём-то прав, – задумчиво произнёс я. – Раллеки не появились бы здесь без веской причины.

– Может, опять что-то ищут, – предположила Шандайн. – Тот же реликт, например.

– Его местоположение теперь знают даже последние нищеброды, – возразил Велион. – Из сорока восьми призов там осталось от силы три-четыре штуки.

– Сегодня сплошь одни хорошие новости, – обрадовался я. – А то боюсь, там кое-кто заждался конца ивента…

– Не особо верю в их успех, но тебе виднее.

Наш разговор прервало сообщение от бортовой системы, предупреждавшее о скором выходе в обычное трёхмерное измерение. До точки назначения оставалось ещё целых три прыжка, пусть и коротких. Преодолеть всё расстояние одним махом было невозможно из-за близости к одной из гравитационных аномалий, искажавших даже изнанку пространства. Станции нарочно располагали так, чтобы к ним было как можно сложнее заявиться неожиданно. Хотя бы с тех направлений, что уходили к рубежам межзвёздного государства.

Ещё недавно являвшиеся приграничными, эти системы теперь кишели различными судами. Большей частью – вполне мирными, но хватало и боевых звездолётов. И поди предскажи, как они отреагируют на одинокое пиратское судно. Благо, активная маскировка худо-бедно скрывала нас от постороннего сканирования, пока подпространственное оборудование копило заряд для следующего прыжка.

Мы не задерживались нигде дольше положенного и спустя полчаса оказались неподалёку от перевалочного пункта. Наступил самый опасный момент нашего путешествия – выход из инвиза для опознания. Стоило только «Чебуратору» проявиться, как он тут же оказался под прицелом множества орудий – как на самой станции, так и на ближайших сторожевиках.

Я вежливо представился диспетчеру и запросил разрешение на стыковку. Потекли томительные секунды ожидания, но после продолжительной паузы нам всё же дали добро, не забыв предупредить о примерном поведении на борту. Остатки доброй репутации всё-таки перевесили негативное отношение к представителям космических корсаров, да и недавняя акция по спасению рабов не прошла для нас бесследно.

Пожалуй, мы на самом деле – худшие пираты в галактике…

«Стопка-36» будто в насмешку имела форму хромированного цилиндра, отдалённо напоминая походный стакан. Хоть скромные размеры фрегата позволяли без проблем влететь в один из внутренних ангаров, нам настоятельно рекомендовали пристыковаться снаружи. После чего на борт заявилась целая инспекция со сканерами, включая даже одного псионика. Впервые нас проверяли столь тщательно.

Таможенники обшарили каждый уголок звездолёта, не забыв проверить несколько раз наш груз, и только после уплаты немалой пошлины вручили-таки пропуск на станцию. Само собой, пришлось поместить всё оружие в инвентарь, а вот броню нам милостиво разрешили оставить на себе.

Первым делом мы выставили содержимое контейнеров на биржу, оставив доступ в трюм для роботов-погрузчиков, и с облегчением пошли на поиски знакомого раллекийца. Из прошлого знакомства с их аристократическими закидонами, я точно знал, что на большей части «Стопки» он попросту не может передвигаться, не говоря уже о постоянном пребывании. Подходящие апартаменты имелись лишь на считанных уровнях, вынудив нас ненадолго разделиться.

Младшего дариокса отыскала Шандайн, но внутрь молодой наследник её не пустил. Даже когда мы с Велионом присоединились к разведчице, укреплённый шлюз по-прежнему остался закрытым.

– Извините, но нам придётся общаться так, – донеслось из ближайшего интеркома.

– Сотка, ты что там, с барышней время проводишь? – я громко постучал ногой по створке. – Или сквозняков боишься?

– Ни то, ни другое, – в искажённом голосе раллекийца отчётливо проскользнула грусть. – Я заперт из соображений безопасности.

– Да ладно, опять?! – простонал я. – Что ты там на этот раз натворил?

– Ничего, – сдавленно ответил аристократ. – А… Эллита с вами?

– Нет, её убили, – безжалостно рубанул я словами. – И тебя, придурка, скоро убьют, если продолжишь в этой золотой клетке сидеть.

Мои спутники почти синхронно уставились на меня округлёнными глазами, но с вопросами решили повременить. И правильно, мне сейчас было не до задушевных разговоров.

– С чего такая уверенность, что мне скоро конец? – не поверил Сотка. – Это жилище защищено от любой внешней угрозы.

– Всё просто, – принялся я терпеливо объяснять прописные истины. – Ни один бункер, ни один телохранитель тебе не поможет, если тебя всерьёз решили устранить. Это лишь отсрочит конец, но никак его не отменит. Есть только один действенный способ спастись – отбить желание твоей смерти. Раз и навсегда.

– Тогда мне точно конец…

– Тем более, не стоит держать нас на пороге.

– Ох, ну хорошо, подождите.

Спустя несколько секунд бронированные створки начали расходиться в стороны, открывая прятавшийся за ним десяток гуманоидов. Все как один раллекийцы, что в принципе неудивительно, и у каждого в руках оружие – от штурмовых бластеров до церемониальных фотонных мечей. Дорогие, зараза, у меня прямо неконтролируемое слюноотделение началось.

Охранники тщательно нас просканировали, после чего пропустили внутрь, тут же захлопнув двери. Так продолжалось ещё пару раз, пока мы наконец не оказались в самих апартаментах. А точнее, в огромном зале, напоминающем убранство какого-нибудь дворца.

От давящей со всех сторон роскоши понемногу начинало рябить в глазах. Стены были отделаны драгоценными минералами и сплавами, пускавшими зайчики от малейшего лучика света. Потолок тоже не отставал, весь увитый затейливыми гравюрами. Центральное место помещения занимал солидный трон с высокой спинкой, по стоимости сопоставимый с хорошим фрегатом, вставать с которого юный аристократ не мог без крайней необходимости.

Раллек усталым жестом отпустил большую часть телохранителей, и подле него осталось всего четверо, одетых столь вычурно, что у меня возникли серьёзные сомнения в их военной эффективности. Эскорт застыл позади трона в странных неестественных позах, подходящих для циркового балета, но никак не для боевого дежурства. Уж лучше бы опахала держали – всяко полезнее, чем строить из себя ряженных манекенов.

Несмотря на пышное окружение, выглядел Сотакадолир ещё хуже, чем в пиратском плену. Юный аристократ осунулся и как-то весь выцвел, даже яркие роговые пластины на голове заметно потускнели. Видимо, дела у него и вправду неважные.

Кресел нам не предложили, так что пришлось общаться стоя. Но мы этому были только рады – ещё на корабле успели вдоволь отсидеть себе всё, что можно.

– Ну, рассказывай, как ты до жизни такой докатился, – вместо приветствия предложил я.

Лица охранников враз потемнели от прилившей крови, а один сквозь стиснутые клыки тихо прошипел:

– Да как ты смеешь…

– Довольно! – с явным металлом в голосе отрезал наследник. – Это мои друзья, и мы можем общаться, как того захотим. Ещё один посторонний звук с вашей стороны, и я освобожу вас от клятвы!

Бодигардов проняло, и они, кажется, перестали даже дышать. А вот мы невольно заулыбались – растёт парень!

– Прошу прощения, командор Куладун, – продолжил аристократ. – Мы все сейчас на взводе, и тому есть веские причины. Дело в том, что мой отец… Старший дариокс нашей ветви, погиб несколько дней назад.

– Соболезную.

– Не стоит, он пал в бою, смертью храбрых. Однако, об этом до последнего времени мне никто не потрудился сообщить. Я как раз заканчивал обучение торговым делам у лучших купцов нашей расы неподалёку отсюда, когда на меня было совершено покушение. По счастью, продвинутая система безопасности засекла лазутчиков, и мне удалось спастись.

– И чему же тебя учили эти лучшие торгаши? – усмехнулся я. – В нашем приграничном регионе пока что товарооборот находится в довольно зачаточном состоянии, не считая контрабанды, конечно…

– Не будем вдаваться в подробности! – торопливо ответил Сотка. – Я думал, вас прежде всего заинтересуют наниматели ассасинов.

– Нисколько, – махнул я рукой. – Наверняка это дело рук конкурентов.

– И да, и нет. Дело в том…

– Погоди, – перебил я его, с подозрением оглядывая просторный зал. – Здесь установлен детектор масс?

Кандидат в старшие дариоксы перевёл вопросительный взгляд на одного из телохранителей, того самого, что не удержал язык за зубами. Тот отрицательно покачал головой.

– Говори!

– Сканеры стоят только на входе, – прервал вынужденное молчание боец. – Нет нужды проверять каждую комнату. Сюда никто не входил, кроме ваших… Друзей.

Последнее слово он практически выплюнул, чем подписал себе окончательный приговор. Что бы сейчас не случилось, и пальцем не пошевелю, чтобы ему помочь. А судя по встрепенувшейся чуйке, спокойствию продолжаться недолго.

– Что скажете? – спросил я у задумчивых спутников.

– Я в поиске не силён, – сразу предупредил Велион. – Но рамки у них серьёзные, это да. Вряд ли кто-то бы через них прошмыгнул.

– Могу попробовать, – не особо уверенно произнесла Шандайн. – Если мне позволят выпустить ищеек.

– Здесь не может никого быть! – безапелляционно заявил старший охранник.

– Побереги дронов, – покачал я головой, игнорируя его вопли. – Сотка, попроси-ка шмальнуть разок в потолок. Уверен, твои финансы потянут ремонт.

– А… зачем?

– Увидишь. Только пусть бьют именно в дерево.

– Хорошо, – пожал плечами аристократ. – Касотопалир, сделай это. Немедленно!

– Как прикажете, – согнулся тот в глубоком поклоне воин.

После чего вскинул инкрустированный драгоценными камнями бластер и выстрелил в резную фреску, украшавшую высокий свод. Дерево в месте попадания почернело и рассыпалось горячим пеплом, а остальную часть произведения искусства тут же объяло яркое пламя. Дыма получилось даже слишком много, поэтому система пожаротушения немедленно среагировала на угрозу. Из расположенных повсюду разбрызгивателей щедрым потоком хлынула густая пена, моментально покрывшая каждый квадратный сантиметр помещения, вместе с нами.

Огонь с шипением погас, сирена утихла, но тут заверещали уже сами охранники, наставив на нас оружие:

– Как ты посмел так унизить господина!

Сотка действительно выглядел презабавно, окутанный грязноватыми хлопьями с ног до головы. Паренёк непонимающе хлопал глазами, будто жертва внезапного розыгрыша, и безуспешно пытался очистить роскошный камзол.

– Хватит вопить, а лучше оглянитесь, – спокойно предложил я бодигардам. – Видите следы?

В одном из углов беспощадная пена чуть расступилась в стороны, вырисовывая чей-то силуэт. На беду защитников, невидимка догадался о собственной демаскировке раньше их самих. Засверкали разноцветные выстрелы, однако, нового пожара удалось избежать.

Шани в безумно быстром рывке подскочила к ошарашенному аристократу и сдернула его с трона, который тут же оплавился от попаданий. Я подскочил следом и раскрытым щитом прикрыл повалившуюся на пол парочку. Наверняка зрелой напарнице юноша предпочёл бы мою дочурку, но та временно была недоступна для виртуалаьных шашней. Велион же с независимым видом продолжил подпирать стену, ковыряясь в зубах припрятанным до поры виброножом.

Следовало отдать должное телохранителям – с лазутчиком они разобрались на удивление быстро. Но положение осложнилось тем, что он оказался далеко не один. Двое поджидали в спальне, и ещё пара пряталась в соседних помещениях. Стоило только их товарищу открыть огонь, как они ринулись к нему на выручку со всех сторон.

Вокруг нас засверкало пуще прежнего, но к защитникам тоже прибыло подкрепление из коридора, и они дружно дали ассасинам прикурить. Всё же те ни нормальным вооружением, ни крепкой бронёй похвастаться не могли.

В итоге все пятеро нападавших были уничтожены. Четверых записала на себя охрана, ещё одного собственноручно прирезал Велион. Телохранители потеряли троих, в том числе и того самого говорливого эскортника с бластером. По его поводу живой и невредимый Сотка расстроился особенно сильно:

– Касотопалир, ну как же так…

– Только не говори, что это был твой начальник безопасности, – хмуро обронил я.

– Он был одним из лучших воинов нашей ветви! – зло выпалил парень, баюкая на коленях голову погибшего бодигарда. – По крайней мере, из лояльных мне…

– В смысле – тебе?

– Ты не дал мне договорить, – с укором заметил юный наследник. – Моей смерти желают вовсе не представители других ветвей. Это дело рук моего старшего брата!

Глава 105

После смерти старшего дариокса, главы прочих семей проявили стратегическую мудрость и не стали вмешиваться в интриги вокруг престола. Ведь нет ничего лучше, когда твои враги самозабвенно месят друг друга вместо того, чтобы сообща навалять уже тебе.

Наш Сотка был отнюдь не против выступить против внешних врагов, но его возросшая популярность никак не устраивала амбициозного брата. Раньше младшенький воспринимался как в той сказке — безобидный дурачок, склонный к безрассудным авантюрам. Но после возвращения семейной реликвии отношение к нему патриархов резко изменилось. Поэтому первый наследник решил перед грядущей инаугурацией сократить число возможных претендентов до себя одного.

Всё бы хорошо, да только угораздило потенциальную жертву остановиться погостить у осторожных до паранойи контрабандистов. Те без проблем засекли убийц и моментально их нейтрализовали. А Сотка сразу понял, что здесь без братишки никак обойтись не могло — кроме него самого о поездке знало всего двое, включая покойного отца. Даже личная охрана до последнего была не в курсе, куда именно они летят, и финальную часть пути их вёл представитель нелегальных торговцев. Стоило только нашему дважды спасённому аристократу узнать о смерти старшего дариокса, как всё встало на свои места.

Но Сотка, вместо того, чтобы отсидеться в безопасности до прибытия родного флота, решил рвануть на ближайшую официальную станцию. Наш регион входил в зону влияния его ветви, и он вполне здраво прикинул, что помощь дружественного клана может ему пригодиться. Так что на «Стопке» юноша оказался отнюдь не просто так.

Вот только «Мясорубцы» уже давно пребывали вне закона, а обращаться к другим кланам аристократ побоялся. Такое поведение едва не стоило ему жизни, хотя лично я сильно сомневался, что кто-то кроме «Жнецов» мог реально его спасти в той ситуации. Убийцы не проходили через сканеры и многочисленные двери, они уже были там, когда Сотка въехал в номер. Вот и вся разгадка. Причём, бронировал его никто иной, как покойный Касотопалир. Что это было — разгильдяйство или же предательство, так и осталось для всех тайной. Сотка попросил не ворошить грязное бельё прославленного воина, и считать его глупую смерть героической. Мы особо не возражали.

Как бы то ни было, теперь ответственность за жизнь опального наследника полностью легла на наши многострадальные плечи. Хотя доверия к оставшимся телохранителям у меня резко поубавилось, однако, других бойцов под рукой не было. Втроём мы эту партию никак не вытягивали, слишком очевидным было превосходство врага.

Единственным моим условием нашего участия стала полная передача командования этими расфуфыренными ребятами. Не отошедший толком от шока аристократ подмахнул моё виртуальное прошение и назначил меня временно исполняющим обязанности командира охраны. Большего мне и не нужно было. По крайней мере, в ближайшее время.

— Скоро там ваши законники подвалят? — поинтересовался я, подходя к ближайшему терминалу галактической связи.

Как и всё остальное убранство, он представлял собой настоящее произведение искусства, выполненное из драгоценных материалов. Так и подмывало выдрать его из стены, и унести с собой под мышкой.

— Через пять часов, – охотно ответил наследник. — Думаю, теперь мы без проблем продержимся в полной изоляции.

— Ещё бы, – хмыкнул я. – А кто там у них главный?

– Покушение на мою жизнь, это удар по чести ветви. Скорее всего, прилетят самые высокопоставленные чиновники во главе с хранителем закона. Ты его уже знаешь.

— Понял, – кивнул я. — А твой брат?

— Вряд ли, — с сомнением произнёс аристократ. - Он всё прекрасно понимает и постарается избежать нашей встречи, чтобы ни случилось.

– Это мы исправим, не волнуйся. Теперь всем посторонним на выход, впереди у нас важные переговоры!

Несмотря на недвусмысленный приказ, телохранители замешкались на пороге, явно ожидая подтверждения от хозяина. Сотка повелительно рыкнул, и они живо оставили нас одних. Маячившая за спиной смерть явно сделала из авантюрного мальчишки мужчину, и за этой метаморфозой приятно было наблюдать. Прямо на наших глазах из хрупкой золотой скорлупы проклёвывался настоящий Повелитель.

– Не думаю, что среди них есть предатели, – неодобрительно заметил наследник, возвратившись на остывший от попаданий трон.

– Запомни! Лучше перебдеть, чем недобдеть, – наставительно покачал я указательным пальцем перед его носом. – Тем более, они вряд ли бы спокойно отреагировали на то, что сейчас произойдёт.

– Хм, а что, собственно, случится?

– Увидишь. Вел, погаси его, пусть немного отдохнёт.

– Да я не уста…

Договорить парень не успел – шпион без лишних вопросов ткнул в него мощным разрядником. Юный инопланетянин резко дёрнулся от пронзившей его тело судороги, и обмяк прямо на троне, словно притомился после тяжёлого трудового дня.

– Эй, вы чего творите! – возмутилась сердобольная Шандайн.

– Известное дело – спасаем его, уже в который раз, кстати. Давай-ка грязью его задрапируй для пущей правдоподобности, всё равно этот мундир придётся менять.

Пока ребята наводили красоту, я связался по выделенному каналу с раллекийскими законниками. Вспоминая впечатляющие ходовые характеристики их кораблей, в пять часов пути мне как-то не особо верилось. Не спешат они на выручку бедному принцу, ой не спешат…

После того, как мой статус был подтверждён, на экране возникло испещрённое шрамами лицо пожилого воина, предпочитавшего вместо стандартных для расы рогов носить хитиновые дреды, как в старом фильме про Хищника.

– О, какая встреча! – обрадовался я. – Приветствую, товарищ Ксимири! Тебя повысили?

– Я прощу тебе коверканье моего имени, если ты покажешь мне живого и здорового Сотакадолира, – поморщился высокопоставленный палач.

– Увы, могу продемонстрировать лишь его тело. Мы опоздали, убийцы уже ждали его прямо в апартаментах.

– Что-о-о?! – в рубиновых глазах инопланетянина будто сверкнул настоящий огонь. – Где Касотопалир?!

– Он тоже отрицательно живой, – я отошёл на шаг, чтобы продемонстрировать распростёртые на полу тела. – Не свезло им, что тут скажешь…

Несколько секунд мой собеседник рассматривал непригладную картину, после чего хмуро заметил:

– Однако, ты каким-то образом умудрился попасть в личную охрану младшего дариокса. Как?

– Говорю же, мы не успели ничего предпринять, только перекинулись парой слов с наследником. По старой дружбе он попросил помощи, и я не смог ему отказать.

– Очень зря, – покачал головой старый воин. – Теперь тебя будут судить наравне с остальными клятвоотступниками, не пожелавшими отдать свою жизнь за Сотакадолира.

– Само собой, – не стал я спорить. – Но я должен встретится со старшим дариоксом, чтобы передать последние слова умирающего брата. Такова была его воля.

– У владыки Такотосара слишком много дел, так что тебе придётся полететь с нами.

– А может, лучше мы сами к вам заскочим? Заодно и тела ваших павших соотечественников привезём.

– И думать не смей! – громыхнул военный. – Я скоро прибуду лично, чтобы провести самое тщательное расследование. Попытаешься сбежать или просто покинешь резиденцию – и мы объявим твоему клану кровную месть! В таком случае даже пираты вас не спасут.

– Охотно верю. Значит, мы ждём вас здесь?

– Всё верно. Не трогайте тела и записи камер, они понадобятся для следствия. А главное – не прикасайтесь к младшему дариоксу!

– Так точно. Пожалуй, мы запечатаем помещение до вашего прибытия. Только с руководством станции этот вопрос уладьте, они мне ноту протеста уже успели присылать за стрельбу на борту.

– Знаешь, командор Куладун, – неожиданно выдал Ксимири. – Я был о тебе куда лучшего мнения.

– Аналогично.

Палач, или кто он сейчас там, отключился. Я облегчённо выдохнул и тут же набросал сообщение Болеславу, чтобы он там тоже не слишком беспокоился. А то отношение к нам раллекийцев упало сразу на пятьдесят пунктов, что на моей памяти случалось только с механоидами. Так действительно до объявления воины недалеко.

Пока я отговаривал клан-лидера от приёма ударной дозы успокоительных, ко мне незаметно подошла Шандайн.

– Кул, я всё понимаю, но… Ты же пошутил на счёт Элли, да?

– К сожалению, нет.

– К-как это произошло?! – девушка вцепилась в меня обеими руками.

– Ну, ты же слышала про убийства игроков?

– Да! Но при чём здесь это? Убивали только топовых лидов, а она нубяра, каких поискать!

– Хотели устранить не её, а меня, – признался я. – Просто мы жили вместе, вот и получилось…

– А где был ты, мать твою?! – прорычала она мне в лицо.

– Я не успел. Теперь живу лишь тем, что выслеживаю этих ублюдков и давлю их, где придётся. А в свободное от убийств время играю с вами.

Увидев мой взгляд, напарница испуганно отшатнулась, позабыв разом обо всех претензиях. Зато эстафету перехватил отмалчивающийся до поры Велион:

– Как именно происходили убийства?

– С помощью голограмм. Уроды раздобыли где-то технологию, способную воплощать миражи в осязаемые предметы, после чего перепрограммировали их на атаку хозяев.

– Невозможно…

– Скажи это двум сотням погибших. Я видел результат собственными глазами, и, если бы не Элли, сейчас бы с вами не разговаривал.

– Боже, у меня же весь дом в них! Даже в детской куча… – потрясённо пробормотала Шани, после чего резко вышла из игры.

Потерявшее точку опоры тело разведчицы безвольно упало на скользкий от пены пол. Теперь ещё и её отмывать.

– А ты что остался? – в лоб спросил я у шпиона.

– Полагаю, они могут материализовать далеко не все голопроекции, – резонно предположил он. – Но Насте не повредит немного успокоиться. Всё равно в ближайшее время делать нам будет нечего.

– Хочешь сказать, что не работаешь ни на какую контору и докладывать тебе некому?

– Конечно, нет. Они там и без меня спокойно во всём разберутся.

– Так ты в отставке?

– Целиком и полностью, – уверил меня игрок. – Как и ты, захожу сюда душу отвести, да поправить материальное положение.

– Серьёзно, что ли?

– У любого честного человека не может быть много денег, – улыбнулся скрытник. – Иначе он слишком плохо в своё время работал. Предвосхищу следующий твой вопрос – помощи вне игры от меня не жди. Я до сих пор под колпаком, так что лучше тебе со мной в реале не контактировать.

– А за такую откровенность тебе не влетит, случайно? – всерьёз забеспокоился я.

– Это просто сказки старого пенсионера, заигравшегося в космического ассасина. Ты же мне не поверил?

– Ещё чего, – фыркнул я. – Давай, приводи в чувство нашего покойничка, пока сюда комиссия не пожаловала. Раз Шани в отлучке, отдуваться тебе придётся за двоих.

– Пацан говорил про пять с лишним часов, вообще-то.

– Это пока он был жив. А сейчас они прибудут через девяносто три минуты, вот те крест.

– Ого! – присвистнул шпион. – Ничего себе, притопили педальку немного в пол…

Точное время подсказала мне сама система. После разговора с Ксимири перед моими глазами возник таймер обратного отчёта, рекомендовавший ко времени его истечения пребывать в игре. Иначе мне грозили весьма серьёзные санкции, как будто я мог по доброй воле пропустить такое важное событие.

К моему удивлению, очухавшийся Сотка вполне спокойно воспринял новость о собственной смерти, заявив, что он и так опозорен на веки веков. Ну, нам не впервой такое смывать, особенно –кровью, так что большой проблемы в этом не наблюдалось. Но на всякий случай следовало в этом убедиться лично. Пока вернувшиеся бодигарды приводили сюзерена в порядок, я нашёл в справочнике сборник раллекийского законодательства и углубился в занимательное чтение. Время за изучением норм этикета великосветской жизни прошло незаметно, хотя законники всё же умудрились опоздать минут на двадцать.

Однако, причина их задержки оказалась весьма уважительной, хоть внешне и выглядела не особо впечатляюще. Да ещё и вела себя весьма высокомерно.

Перед входом в запертые апартаменты собралась маленькая армия. Помимо уже знакомого мне Ксимири парадом командовали ещё несколько представительных старцев, каждый из которых годился на роль, как минимум, адмирала крупного флота. Всем выжившим телохранителям приказали заранее встать колени и убрать всё оружие, в то числе и нашей троице.

Шандайн успела-таки вернуться до начала представления, но по-прежнему пребывала в состоянии лёгкой контузии. Мы усадили разведчицу рядом с нами и строго-настрого наказали ни на что не реагировать. С этим она должна была справиться блестяще, но на всякий случай её страховал хладнокровный Велион.

Всех желающих апартаменты никак не могли вместить, поэтому внутрь отправились лишь избранные. В основном – бравые генералы, способные безо всякой свиты скрутить любого убийцу в бараний рог. Следом показалась личная гвардия дариокса, раскрашенная под кислотную хохлому, которая сопровождало первое лицо всей ветви.

Старший наследник не вышел статью, и куда больше напоминал изнеженного аристократа. Высокий, смазливый, с яркими шипами на голове. Если на Сотку окружающая роскошь откровенно давила, то этот фрукт ей безусловно упивался. Наряженный, как фанфарон, молодой раллек пытался шагать с императорским величием, но на деле практически семенил вслед за рослыми охранниками. Ума заставить их маршировать чуть медленнее, у него пока ещё не хватало.

– Где он? – вскричал наследник с фальшивым надрывом. – Где мой любимый братик? Вы все поплатитесь за то, что пережили его смерть!

– Меня сейчас стошнит, – тихо простонал Велион.

– Терпи, а то самое интересное пропустишь.

– Что ты там бормочешь, биологический отброс?! – обратил на меня внимание новый дариокс. – Я ещё разберусь с вами, предатели! Пираты должны гнить на рудниках, а не шляться по нашим мирным территориям.

– Говорю, ваш брат в центральном зале, – сказал я, едва сдерживая улыбку. – Извольте открыть двери?

– Без тебя справятся, – выплюнул он в мой адрес, после чего отвернулся.

Судя по многочисленным стволам, направленным в нашу сторону, нам особо не доверяли. Даже Ксимири с церемониальным фотонным тесаком недобро поглядывал на меня. Гермозатвор открыли гвардейцы, и они же первыми ворвались в залитое пеной помещение, водя стволами по сторонам. И стоило им преступить порог, как на их лицах проступала крайняя степень удивления.

Единственной чистой вещью в зале являлся простреленный в нескольких местах трон, на котором восседал вполне живой и здоровый младший дариокс, успевший сменить мундир на дорогущие лёгкие доспехи. Будь я начальником службы безопасности чуть пораньше – он бы у меня в них даже спал.

– Приветствую вас, славные воины, – Сотка отвесил им лёгкий полупоклон. – Можете устроиться вдоль стен и пропустите вперёд старейшин.

Выражение лица первого наследника стоило всех перенесённых унижений. Его физиономию знатно перекосило, но он всё же смог сохранить остатки самообладания.

– Что всё это значит? – посыпались со всех сторон вопросы. – К чему этот маскарад? Ты хочешь окончательно опозорить честь нашей ветви?

– На меня действительно было совершено покушение, – твёрдо ответил аристократ. – Не будь со мной друзей, сейчас вы любовались бы моим трупом. Прошу прощения за лукавство, но это было необходимой мерой. Мне очень приятно, что вы так спешили почтить мою память, позабыв о собственной безопасности.

– Ч-что? – один из генералов заозирался по сторонам, выискивая несуществующую угрозу.

– О моём местоположении было известно лишь брату и отцу, который уже не с нами, – продолжил парень. – Поэтому я, Сотакадолир, младший дариокс нашей ветви, обвиняю своего брата Такотосара в покушении на мою жизнь.

– Ты уверен? – тут же переспросил Ксимири. – Это очень тяжелое обвинение.

– Полностью.

– А доказательства у тебя есть, братик? – ядовито улыбнулся фанфарон. – Отче наш мог доверить информацию кому угодно. Вокруг нас полно шпионов других ветвей, и я совсем не уверен, что их сейчас нет и здесь.

Это заявление младшему крыть было нечем – убийцы были сплошь из разномастных наёмников, которые не выдадут заказчика даже под страхом смерти. Да и сам наследник наверняка нанимал их не напрямую, так что в его уверенности было прочное основание. Но оно мигом рассыпалось уже от следующей фразы Сотки:

– Я не собираюсь ничего тебе доказывать и впустую тратить время, брат. Вместо этого мы сразимся, как того велит дуэльный кодекс, и пусть сильнейший возглавит нашу ветвь!

Военные резко перестали дышать, даже невозмутимый Ксимири слегка подавился воздухом. Ох, не зря я провел время за изучением хитросплетений раллекийского законодательства. Дуэли там были жёстко регламентированы, и бросить вызов мог только равный по социальному положению воин. С незапамятных времён схватками отстаивали свою честь, и дариоксы не являлись исключением. Правда, бросить виртуальную перчатку им могли только главы других ветвей.

– Ты не можешь! – заголосил Такотосар, отступив на шаг. – Я уже владыка, а ты всего лишь жалкий наследник!

– Вы пока ещё не вступили в права, – напомнил ему кто-то из патриархов. – Вам нужно поклясться на останках предыдущего дариокса, а вы вместо этого отправились прямо сюда.

– К чему все эти глупые обычаи?! Я – ваш повелитель!

– Не признавать традиции, значит осквернять память наших предков, – веско обронил Сотка, после чего обратился к палачу. – Волотоксимири, ты старший блюститель закона, что скажешь?

Все взоры тут же устремились на пожилого воина. Настал самый тонкий момент нашего плана.

– Как того, кто в своё время отправился вас казнить, – осторожно начал он. – Меня сложно назвать беспристрастным, но… Ваш вызов полностью соответствует кодексу. Совершал ли Такотосар преступление против вас или же нет, совершенно не важно. Я признаю право на дуэль.

– Это же попытка переворота! – завопил прижатый к стене интриган. – Мой брат – изменник!

– Всё верно, – не стал спорить бывший палач. – И если вы пресечёте переворот лично, то наша армия последует за вами даже в центр чёрной дыры.

– А вы тогда мне на что нужны, с оружием и бойцами?! Немедленно арестуйте его!

– Не имеем права.

Военные в целом поддержали Ксимири, и лишь двое советников встали на сторону первого претендента на княжение. Перекос вышел слишком существенным, и даже гвардейцы не спешили вытаскивать нового главнокомандующего из опасного места. Только личная охрана была готова стоять за хозяина до последней капли крови, но их было слишком мало.

Против интриг лучше всего работает грубая сила. Раллекийцы чтили традиции превыше всего, и это сыграло дурную шутку с властолюбивым перестраховщиком. Ведь до нашего с ним общения у Сотки и в мыслях не было оспаривать у брата право на престол. Он искренне болел душой за свою семью, а подковёрная суета проходила мимо него.

Такотосар ещё минут пять яростно препирался, но в конце концов вынужден был подчиниться старшим, чем ещё раз продемонстрировал собственное малодушие. По правилам кодекса дуэль могла отстрочиться лишь по причине нездоровья одного из участников, однако, ранее наследник сам уверял всех, что он энергичен и полон сил, а значит – полностью готов стать старшим дариоксом.

– Будьте вы все прокляты! – прошипел он, облачаясь в такие же лёгкие доспехи, как и у брата. – Вы горько пожалеете, что поддержали этого предателя…

Драться наследникам предстояло излюбленным оружием раллекийцев – на мечах. Только не из металла, который был бессилен против современной брони, пусть и облегчённой, а на фотонных. Оба вступали в схватку с отключёнными щитами, поэтому броня тоже являлась больше данью традициям, чем реальной защитой. Лучевые клинки резали тонкие бронепластины всего-то чуть хуже, чем плоть.

Сама дуэль меня неожиданно впечатлила. Я ожидал вялого тыкания световыми шашками, пока кто-нибудь из оппонентов сам не напорется на клинок, но оба наследника показали завидную сноровку. Видимо, к подобным поединкам их готовили с раннего детства.

Стоило только военным сформировать небольшой круг, в центре которого застыли две напряжённые фигуры, как старший брат тут же ринулся вперёд. Его техника изобиловала подлыми приёмами и обманными финтами, тогда как младший бился довольно прямолинейно, но превосходил противника в скорости. Каждое столкновение мечей вызывало сноп ярких искр, щедро осыпающих зрителей, но никто из них не делал ни малейшей попытки прикрыть глаза.

Такотосар напористо наседал, выписывая клинком сложные фигуры, весь аристократический лоск сошёл с него, будто шелуха. Глаза горели жаждой убийства, а изо рта то и дело слышался сдавленный рык. Сотка же всё больше уходил в оборону, и понемногу сдавал позиции. Несколько раз у старшего почти получалось его достать, но он смог оставить лишь чёрные отметины на его броне.

Наконец, всё закончилось – так же резко, как и началось. С помощью ложного выпада Такотосару удалось раскачать противника, и, резко переместившись в сторону, он атаковал в незащищенный бок. Росчерк чистого света отсёк руку Сотки по самый локоть и оставил глубокую борозду на его теле. Но при этом старший брат и сам невольно раскрылся. Раненому наследнику в последний момент удалось перехватить рукоять меча в другую руку и контратаковать снизу-вверх.

Сжатое в клинок пламя пробило брешь в дорогих доспехах и вышло у интригана прямо из спины. На доли мгновения братья замерли в обнимку, соображая, кто именно из них победил, после чего старший стал понемногу обмякать. Поток беспощадных фотонов превратил его внутренности в жаркое, а потом и в угли, так что очки жизни стремительно его покидали, ускоряясь с каждым биением опалённого сердца. А вот с обрубком руки всё обстояло куда лучше – дикий жар остановил кровотечение, хотя боль всё равно должна быть адской.

Сотка выпустил рукоять, затушив убийственный клинок, и подхватил оседающего противника здоровой рукой. По его лицу, видному через прозрачное забрало шлема, сплошным ручьём покатились горькие слёзы.

Никто из военных не проронил ни слова, пока братья молча прощались. Наконец, глаза Такотосара остекленели, и в руке рыдающего Сотки осталось лишь безжизненное тело. Он бережно уложил его на пол и сам рухнул рядом на колени, уронив голову на грудь. Увы, теперь всю оставшуюся жизнь ему предстояло нести на себе клеймо братоубийцы. Заслуженно или нет, как верно подметил мудрый Ксимири, совершенно не важно.

– Что ж, – нарушил я повисшее в воздухе молчание. – Дариокс умер. Да здравствует Дариокс!

Зрители, наконец, пришли в себя и наперебой бросились оказывать помощь. Одуревший от боли и горя Сотка почти не сопротивлялся, уставившись в одну точку.

Я уже собирался разродиться успокоительной речью, чтобы окаянный владыка не терзал себя понапрасну, но внезапно перед глазами выскочило предупреждение об экстренном выходе из игры. В следующую секунду меня пинком вышвырнуло обратно в реальность, отчего ощущения были, как после центрифуги.

Подобное резкое отключение могло произойти лишь по двум причинам – либо по всей стране разом отключился интернет после нейтронной бомбардировки, либо случилось то, чего я больше всего опасался. Настолько сильно, что настроил принудительное выдёргивание из виртуала.

В любом случае расслабляться, лёжа в капсуле раздавленной медузой, я себе позволить больше не мог. Нужно было выползать из саркофага и жёстко наказывать того, кто потревожил мой покой. Как нежить какая, ей богу…

Глава 106

Очень жаль, что в капсуле нельзя лежать одетым — пришлось потратить ещё немного времени, чтобы привести себя в относительный порядок. Зато в процессе успел бегло посмотреть данные с камер и выяснить, куда именно мне нужно мчать.

От сердца немного отлегло — не Барахолка, уже хорошо. Ахтунг случился в таверне «Пьяный Дракон», и пока не думал утихать. Там гремела настоящая маленькая война — трещали выстрелы из разнокалиберного оружия, даже взорвалось что-то один раз. Не зря, ох не зря я решил приглядеть и за этим местом…

За своего старого друга я совершено не переживал. Даже учитывая его немалый возраст, Талтер был способен постоять за себя, да и за других тоже. Лишь бы успеть туда раньше представителей правопорядка, а там всегда можно что-нибудь придумать. Время ещё было. Рядовые «копы» туда и под дулом автомата не сунутся, а «волкодавов» нужно ещё дождаться.

Только транспортом дела сегодня обстояли печально. Сбегая вниз по лестнице, я чётко осознал — срочно нужна своя тачка, иначе буду везде опаздывать. Вездесущее автоматическое такси как назло засбоило, и могло прислать машину лишь через десять минут. Хоть моё жильё и располагалось относительно неподалёку, это было слишком долго. Чья бы ни взяла в той перестрелке, она закончится гораздо раньше.

Пинком распахнув дверь в подъезд, я бегло осмотрелся. Редкие прохожие спешили по своим делам, чавкая размокшим снегом, на крохотной площадке играли измазанные в грязи дети, чуть поодаль какой-то усатый дядька ковырялся в старенькой «Ладе». За неимением других вариантов, первым делом я подскочил к нему.

— Мотор на ходу?

— Может быть, – пожал плечами мужик, разгибаясь. — А чего надо?

— Подбросить кой-куда. Плачу по тройному тарифу!

– У меня, вообще-то, нет никакого тарифа, – признался автолюбитель.

– Теперь есть, поехали!

Я сунул ему в руки толстую пачку банкнот, которую на всякий случай носил в куртке, и он тут же захлопнул капот. Да так громко, что вздрогнула вся машина до самого карданного вала, а с ближайших деревьев разом влетели испуганные птицы.

Через секунду мужик уже был за рулём и заводил чихающий мотор. Пусть и не с первого раза, но «Лада» всё же завелась, вызвав невольную вздох облегчения у хозяина.

— Показывай дорогу!

Устроившись на продавленном пассажирском кресле, заботливо обтянутом свеженьким дерматином, я ткнул в единственный выезд со двора.

– Сначала туда. Потом на Карла Маркса, оттуда по Цветочной до съезда на эстакаду.

— В центр едем? — мужик недовольно покосился на свою промасленную старую куртку.

— Почти, просто так быстрее.

Поездка по эстакаде, пересекающей город строго по прямой, сэкономила мне несколько минут. Пока водитель мчал, как на пожар, я более детально ознакомился с прочими данными камер.

К зданию уже подъехали первые патрульные машины, но они лишь перекрыли дорогу, а вот во внутрь соваться не стали. Что же творилось в самой таверне, оставалось лишь гадать. Судя по записи, туда вломилось не меньше десятка вооружённых людей, особо не скрываясь от посторонних.

Можно сказать, что прямо среди белого дня, только время было не подходящее. Вечер уже вступил в свои права, набросив на город покрывало мрака, но многочисленная иллюминация оперативно разгоняла темноту по углам. Так что у меня никаких проблем с картинкой не наблюдалось, да и современные камеры никаких трудностей при скудном освещении не испытывали.

Тактика ликвидаторов была проста, как лом - ворваться в таверну и покрошить там всех. Это вполне могло бы сработать на мирной публике, но товарища Талтера к таким было отнести нельзя. Он был один из тех немногих на моей памяти, кто представлял угрозу, даже валяясь оглушённым под круглосуточно обстреливаемыми завалами. Поэтому никто из боевиков оттуда так и не вернулся.

Что с них взять – обычное расходное мясо. Ни ума, ни малейшего чувства самосохранения. В моё время их называли коротко, но метко: «отморозки». Очевидно, что после гибели Хрусталя с супругой у руководителей охранного холдинга осталось крайне мало грамотных исполнителей. Глядишь, скоро начнут своих штатных сотрудников отправлять. Те ребята грамотные – с реальным опытом и пониманием, но в случае чего через них можно выйти на тот же «Б.У.Л.А.Т.» в два счёта.

Это похвально, что господа акционеры не хотят смешивать официальную работу и теневую деятельность, но это им в конечном итоге выйдет боком. Тут даже не зуб можно ставить, а бивень мамонта.

Мы были уже в трёх кварталах от заварушки, когда моё внимание привлекла вместительная машина газовой службы, вырулившая из подземного гаража одного из соседних домов. Оранжевый фургон беспрепятственно проехал за спинами полицейских и покатил дальше по дороге. На него обернулись лишь двое, да и то, чтобы торопливо махнуть водителю рукой. Мол, вали-ка отсюда, по добру. Тот и свалил, наверняка усмехаясь от такой беспросветной наивности служивых людей.

Подозрительно ли это было? Более чем.

Покажите мне такого работягу, который высунет нос на улицу, где только что стреляли? Да настоящие аварийщики сидели бы тихонько на парковке до конца рабочей смены, а может – и дольше. В зависимости от количества спиртного, припрятанного в машине как раз на такой экстренный случай.

Поэтому продолжать рваться как можно ближе к таверне потеряло для меня всякий смысл. Прикинув возможный курс аварийки, я принялся подсказывать водиле нужные повороты, и вскоре увидел впереди оранжевую корму с двумя распашными дверцами. Удачно получилось, что мы практически двигались навстречу друг другу, ведь мои камеры ограничивались одним лишь кварталом вокруг питейного заведения. Расположил я их на чистой интуиции после устранения сладкой парочки, но теперь, когда расписной фургон становился всё ближе, в моей голове окончательно сложилась картинка.

– Давай к ним вплотную, – попросил я усатого мужика, указав на машину.

– А что тебе от газовиков надо? – спросил он вроде бы невзначай, но в его голосе отчётливо слышалось напряжение.

Ещё бы – нанимает тебя мутный тип с пачкой денег в кармане, куда ехать не говорит и ещё вдобавок непонятно зачем преследует вахтовиков. Подозрительно…

– Там знакомые мои едут, – сказал я чистую правду. – Посигналь им, а то так и будем за ними до самой конторы плестись.

– Ща! – водитель с явным облегчением надавил на клаксон.

Хриплый гудок привлёк внимания водителя аварийки, и тот тут же сбросил скорость, а чуть позже и вовсе прижался к обочине. Опять же – обычные работники просто проигнорировали бы сигналящего дурака на старой развалюхе. Но у меня уже давно отпали всякие сомнения о том, кто там внутри сидит. Мы припарковались чуть позади, и по моей спине шустро поскакали настоящие стада мурашек, будто перед нашим бампером внезапно возникла отвесная пропасть.

В последний раз в машине я чувствовал такое, когда в неё целились из гранатомёта. Тогда успели выпрыгнуть, кстати, только мы с Варягом…

Неудивительно, что рядышком на тротуаре уже стояли две женские фигуры, всеми силами призывающие оставаться в салоне. Ну как же без них, моих родимых – жена и дочь не могут отпустить непутёвого главу семейства просто так рисковать глупой башкой.

– Спасибо, дальше мне с ними ехать, – произнёс я, распахивая скрипучую дверцу.

– Ага, – закивал мужик. – Обращайся если чё! Вот мой номер, сохрани.

Я не глядя взял бумажку, на которой он торопливо записал несколько цифр, и засунул в карман. Буду жив – обязательно запишу…

А вот в последнем у меня возникли серьёзные сомнения – уж очень сильная аура опасности распространялась вокруг «аварийки». Либо в безобидном фургоне курят прямо на газовых баллонах, либо там кто-то прямо сейчас хочет сделать мне лишнюю вентиляцию в черепе.

Я нарочно дождался, пока «Лада» тронется с места и поедет обратно, и лишь потом зашагал вперёд, стараясь не обращать внимания на отчаянно машущих мне девушек. Не стоит заставлять ждать себя таких опасных людей, особенно, когда они не в духе.

Когда до фургона оставалось всего несколько шагов, водитель опустил стекло и укоризненно произнёс:

– У тебя совсем крыша поехала, Ка-Дэ! Я ведь тебя мог снова продырявить.

– Понадеялся, что у тебя зрение с возрастом не упало, – пожал я плечами, подойдя вплотную.

Старый друг успел облачиться в спецовку газовщика и совсем не походил на отставного ветерана спецслужб, совсем недавно уложившего несколько человек. Причём, совсем не баиньки. Рядом с ним сидел незнакомый светловолосый мужчина лет сорока в таком же фирменном облачении. Бледный, как будто только с похорон вернулся. Ну да, зрелище там в таверне наверняка было ещё то. С непривычки можно и вчерашний завтрак на пол уронить.

– Твою рожу трудно не узнать, особенно теперь, – хмуро произнёс Талтер. – Твоё появление многое объясняет, Клим. У меня и до этого были недовольные клиенты, но конфликты всегда удавалось погасить мирно.

– Не нужно всех собак на меня вешать. И перестань целиться сквозь дверь, куда ты потом с дырками поедешь? Да и кровь с меня брызнет, будь здоров…

– Ты как всегда без бронежилета? – вздохнул владелец разгромленной кафешки. – Ладно, садись к нам. По дороге расскажешь, почему тебя нельзя просто так пристрелить.

– А спецовку дашь?

– Обойдёшься.

Бледный пассажир уступил мне своё место, пересев поближе к окну, и фургон резво стартанул с места. Судя по напряжённому лицу Варяга, причины торопиться у него были весомые.

– У вас там раненые? – кивнул я в сторону кузова.

– Да, двое. Ещё один погиб… Он задержал их, дал нам немного времени.

– Могу подсказать одного квалифицированного врача, который работает без камер, – предложил я вместо соболезнования.

– Спасибо, но мы и сами справимся. Лучше ответь, что стало с Тип-Топом и Печенькой.

– Мне пришлось их убить, прости.

Ушедший в себя пассажир от такой новости вздрогнул и взглянул на меня по-иному, с нескрываемой злобой. Талтер тоже не пребывал в сильном восторге, но он умел скрывать свои эмоции, как никто другой. Пожалуй, сейчас моя жизнь висела даже не на волоске, а просто в воздухе, вопреки логике и здравому смыслу. Уж ему-то под силу убить человека, не сильно отвлекаясь от дороги, чтобы с того не натекла слишком большая лужа крови.

– Пришлось, говоришь… – медленно прожевал он мои слова, будто пробуя их на вкус.

– Я дал им выбор – исчезнуть или продолжить работать на ублюдков. А они выбрали третий вариант, компромиссный. Решили, если грохнут меня, то за ними какое-то время перестанут гоняться.

– Они попытались тебя убить? – вскинул седые брови Талтер.

– Причём, безо всякого почтения, – я оттянул горловину свитера и продемонстрировал ему бледный шрам на шее. – Голову хотели отпилить, а она мне и самому нужна!

– Только пользовался бы ты ей почаще…

– Это нападение вряд ли связано с их гибелью. По крайней мере, напрямую. Может, они и прикрывали вас от хозяев, но те рано или поздно всё равно бы отдали приказ на зачистку бета-тестеров.

– Какое им дело до нас, убогих? Большинство наших отчётов чуть ли не в открытом доступе лежат!

– Включая те, что касаются обмен телами? – усмехнулся я. – Ну, или сознаниями, тут уж как посмотреть.

– Нет, с нас всех взяли подписку, – подал голос бледный пассажир.

– А, так это в тебя Игоря занесло? – догадался я. – Не знаю, как на счёт остальных, а вас двоих на этом свете быть уже не должно. Хотя не удивлюсь, что они решили зачистить всех, кто просто в курсе такой возможности.

– Думаешь, у них получилось это повторить? – с сомнением спросил Талтер.

– Нет, теперь я в этом полностью уверен. До сих пор меня не покидал вопрос – зачем было ликвидировать перспективную группу, создававших поддельные личности на основе вынутых из криостаза людей? Причём, до того, как стали известны все секреты такого интересного производства. Это же нелогично со всех точек зрения, как ни крути. Я думал, что где-то утечка случилась, а всё дело оказалось в вас – мечте любого свингера.

– Ты чего несёшь… – начал было пассажир, но натолкнулся на мой взгляд и замолк.

– Размороженные вроде меня стали промежуточным этапом, – продолжил я рассуждать вслух. – И от них было решено избавиться, когда на горизонте забрезжила более перспективная технология. Зачем мучиться с переносом чипа, если можно пересадить в нужное тело чужое сознание? Вы хоть осознаёте перспективы, которые открывает эта процедура?!

– Если всё так, то у них действительно есть веский довод избежать малейшей утечки информации, – хмуро согласился со мной Варяг.

– Вам есть хоть, куда бежать?

– Да, но об этом я тебе рассказывать не стану, не обессудь. Если они поставят перенос на поток…

– Не беспокойся, скоро всем им придёт конец. Повторю то, что сказал сладкой парочке – исчезните ненадолго, и вопрос решится самым положительным для вас образом.

– Не слишком ли ты себя переоцениваешь?

– Дело вовсе не во мне, – покачал я головой. – А в том, кто хочет это всё предотвратить. Имя ему – Пастырь. Слышал о таком?

Наконец-то и самого Талтера всерьёз проняло – даже весть о гибели приятелей он воспринял куда спокойнее. Подобным образом Игорь отреагировал лишь при нашей первой встрече, увидев собственноручно отправленного в могилу Клима Денисова. И подобная реакция на мой вопрос мне очень не понравилась.

– Слышал. И не сказать, чтобы хорошее… – прошипел он сквозь стиснутые зубы. – То-то я смотрю, что некоторые встречные машины себя как-то странно ведут. Возможно, не подсади мы тебя, в нас бы уже что-нибудь влетело на полном ходу. Ты снова прав – это всё очень скоро закончиться, так или иначе…

Глава 107

Из-за муторной возни с Талтером и его компанией я зашёл в игру сильно позже обычного. Нагруженный всяческим добром «Чебуратор» уже успел вернуться на «Запорожец», и моё тело оказалось среди прочих спящих игроков. За неимением места получше, их складировали в одном из повреждённых грузовых отсеков. Станция ещё не оправилась после насильственного демонтажа, да и обычные жилые помещения были у нашего клан-лидера не в приоритете.

Кстати, о Болеславе. Стоило только мне подняться на ноги, как он уже был тут как тут. Дежурил, что ли, неподалёку?

— С добрым утром, товарищ! — почти ласково произнёс он, кутаясь в фирменный балахон. — Тут по телевизору передали, что население Земли наконец-то стало сокращаться. Случайно, не твоих рук дело?

— Отчасти, — буркнул я, проверяя обновлённые статусы.

В целом, обстановка в клане была нормальной. Ушло всего двое, зато количество заявок в рекруты уверенно приближалось к трём сотням. Служба безопасности уже выдала вердикт по большинству соискателей, только дочерней фирме «Б.У.Л.А.Т.а» я не верил ни на грош. Всё-таки огромные денежные вливания скрыть до конца не удалось, и происхождение фирмы прослеживалось без проблем.

В данный момент «Мясорубцы» расторгали контракт в одностороннем порядке, и подыскивали менее заинтересованных в нашей гибели охранников. Страшно подумать, что случилось бы, не будь мы с Болеславом такими кончеными параноиками. По самому краю прошли, можно сказать. Из плохих новостей — теперь зловещая троица обладала данными обо всех наших соклановцех. И только репутация «Севера», подмявшего под себя существенную часть низкоуровневого рынка не позволяла им воспользоваться этой информацией в своих корыстных целях. Тогда бы сразу пришлось прикрыть лавочку, регулярно поставляющую неплохие барыши.

По сути, никакого толка от устранения рядовых и не очень игроков для «Призраков» не было. Даже полный развал «Мясорубцев» не являлся лично для меня какой-то огромной трагедией. С их ублюдской точки зрения, конечно. Это же виртуал, а господа акционеры хотели прежде всего моего физического исчезновения. Но всё равно рисковать своими подчинёнными и друзьями мы с Хреноватором не могли, поэтому сознательно пошли на разрыв контракта.

Следующим безопасникам следовало быть втрое внимательней, но остальные конторы в силу конкуренции натурально лезли из кожи вон. Утечка личных данных? Возможные покушения? Да без проблем, организуем хоть круглосуточную охрану, только платите!

Само собой, наши расходы вновь подскочили до самых небес, и только тайный союз с раллекийцами не давал рвать на себе последние волосы. Открыто нам помогать они не могли из-за репутационных потерь, а вот тихо торговать под полой – запросто. Теперь всё упиралось в регулярную добычу Таммия и охрану периметра. Мы присоединили к себе ещё три соседние системы, но ни форпостов, ни каких-либо укреплений там не существовало даже в планах. Простой буфер, который преодолевался за несколько минут.

— Нашли хоть что-нибудь интересное? — поинтересовался я у Хреноватора, когда мы уединились в одном из дальних закутков станции.

– Ещё как! – радостно оскалился клан-лидер. – Халявные буровики, немного ресов и оборудования. Первый производственный цех должны закончить уже завтра, и можно будет потихоньку начинать разработку. Пока зверушки прочухают, что к чему, работы уже закончатся. На всей планете есть аж целых пять месторождений, и мы просто будем ковырять их по очереди.

— Неплохо. Ушастая постаралась?

– А кто ж ещё! Только не называй её так, пожалуйста. По крайней мере, на людях. Она испытывает к тебе эмоциональную привязанность, и ей будет очень неприятно.

— Серьёзно, что ли?!

— Мне ли такие вещи не знать, — кивнул псионик. - Будь ты нормальным человеком, посоветовал бы за ней приударить. А так просто прошу – просто держись от неё подальше…

– С удовольствием.

– Вот и славненько! Работает она просто на загляденье. Лупоглазые только три залежи успели расковырять, да и то – поверхностно. Их ошибкой было то, что они хотели на поверхности закрепиться, но там им по щам быстро мобы надавали. Ну, а потом и в космосе кто-то их тазиком накрыл.

– Почему «кто-то», – проворчал я. – Сторожевики антаресовские это были, без вариантов. Любой другой обязательно бы разграбил руины.

– Твоя правда. Кстати, Ирочка обнаружила один очень подозрительный складик, и мне очень хочется узнать, что такое там лежит.

– А в чём проблема? Она может всю планету насквозь просветить, насколько я знаю.

– Он экранирован, и это очень странно. Лупоглазы особо не заморачивались с маскировкой, а тут такие дорогие меры.

– Полагаю, мне нужно спуститься вниз и проверить, что там?

– В точку. Никого другого отправить не могу, мало ли…

– В одиночку предлагаешь, что ли?

– Конечно нет, можешь прихватить своих охламонов, – милостиво разрешил клан-лидер. – Всё равно толку от них здесь никакого. А в качестве транспорта «Флюгегехаймен» бери, как от сердца отрываю.

– Так он же того…

Я на всякий случай глянул в раздел флота и обомлел. Среди наших немногочисленных посудин действительно имелся такой фрегат, пусть совершенно другой модели и тира. Единственное, что их роднило, так это вытянутая форма корпуса. Новый «Флюгегехаймен-2» являлся плодом человеческой инженерии, силуэтом напоминая подводную лодку с небольшими трапециевидными крыльями. Судно было сугубо инженерным, и вооружение имело лишь самое примитивное, зато могло спокойно разместить внутри себя десяток-другой бойцов. Уже неплохо.

Не считая «Чебуратора», это было наше единственное прибавление. Остальные посудины Хреноватор благополучно сбыл, отогнав их на «Гвоздь-4». Заодно мы закрыли обязательную норму по захваченным звездолётам, которая висела неснимаемым ярмом на всех пиратах, без исключений. Злопыхателям и прочим обиженным личностям оставалось лишь скрипеть зубами, но предъявить нам было нечего. Мы чётко соблюдали пиратский кодекс, хоть у меня было страстное желание распечатать его дома в качестве туалетной бумаги.

Стоило признать, что на планете не оказалось ничего достойного многочисленных трат на ремонт и апгрейд. Положа руку на сердце, даже в доску родная «Твоя бабушка» была той ещё дырой в клановом бюджете, но выбирать нам тогда не приходилось. И старенький корвет честно отработал все вложения, какое-то время являясь полноценным флагманским судном. В основном, из-за чертовски талантливой Дианы.

Сейчас мы обладали куда более впечатляющей техникой, и на её фоне возрастали требования даже рядовым юнитам. Будучи на пиратской станции, Хреноватор успел закорешиться с небольшой группировкой угонщиков, и те клятвенно обещали подогнать нам несколько отличных звездолётов по дешёвке. А пока что нам приходилось обходиться тем, что есть.

Я вполне мог выклянчить что-нибудь серьёзное у того же Сотки, тем более – он сам обещал помочь своим дружкам-пиратам. Но у молодого правителя сейчас и так хватало недовольных среди подданных, а такой поступок вряд ли поднимет лояльность раллеков. Так что, для начала новому дариоксу следовало укрепить собственные позиции и разобраться с убийцами отца, тогда и к вопросу о подарках можно будет вернуться.

Для экономии места на фрегате я взял с собой лишь наиболее боеспособных ветеранов – Шандайн, Крокота с Нечаем, а также Кримана, приправив их мирным медработником Махой. Такого состава вполне хватало, чтобы разобраться с большинством местных монстров, если таковые нам встретятся. Одному на планете разгуливать было уже опасно, даже с моим уровнем. С каждым днём количество высадок на поверхность росло, и хищники постепенно набирали тонус.

Но, как говорится, не воинами едиными сильно Отечество. Без грамотного инженера наша исследовательская миссия моментально теряла всякий смысл. Всё же, не воевать мы летели, а инспектировать азархадонское наследство. Поэтому, вместе с игроками я прихватил одного взбалмошного персонажа, которого другие ремонтники всё чаще обещали заварить в какой-нибудь глухой переборке.

За штурвалом нового «Флюгегехаймена» сидел мой соучастник по недавней диверсионной акции Гриджон. Даториец пока являлся единственным закреплённым членом экипажа, остальные впахивали на инженерном судне посменно. По моей просьбе пилот опустил фрегат по спирали, чтобы мы успели прикинуть примерную диспозицию.

Нашей целью оказалось ещё одно азархадонское поселение, но куда меньше того, что мы мародёрили с ребятами в прошлый раз. Строений было всего четыре штуки, и три из них являлись небольшими пристройками к здоровенному ангару, располагавшемуся посреди огромной стартовой площадки. Инопланетяне не поленились выровнять большой участок горного массива, и теперь туда преспокойно мог приземлиться даже наш «Сракотан». За прошедшее время каменное поле успело припорошить песком, но из-за высоты платформы его было не так уж и много.

Корабль благополучно сел на чистый пятачок, а приборы бодро отрапортовали об отсутствии органики в радиусе пары километров. Нас это более чем устраивало.

Я первым выскочил наружу, скрипнув сухим песком. Воздух на расстоянии несколько сот метров начинал дрожать от невыносимой жары, порождая причудливые миражи.

– Ну, здравствуй, Шебукай…

В таких случаях положено вздохнуть полной грудью, но здешняя агрессивная атмосфера способна превратить лёгкие в расплавленный бульон за считанные секунды. И всё же я успел соскучиться по этой негостеприимной планете. С нашей последней встречи как будто прошло уже несколько лет, стерев из памяти весь негатив и суету. Осталась лишь щемящая ностальгия по короткой робинзонаде, которая окончательно сплотила нашу группу. И судя по состоянию Шандайн, её обуревали те же чувства.

А вот у остальных сопартийцев местные пейзажи не вызывали никакого интереса – всё их внимание занимала громада заброшенного ангара. Как и прочие азархадонские постройки, он строго следовал стилю под названием «кубизм», избегая плавных линий где только можно.

– У, проклятый песок! – проскрипел Зигзаг, последним сойдя с опущенного трапа. – Что мы забыли на этом пылесборнике?

Вместо ответа я указал на корпус ангара, под которым нанесло высокие красные барханчики.

– Вы как хотите, а я махать лопатой не буду! – категорично заявил робот.

– Хочешь работать голыми руками? – с явной угрозой в голосе поинтересовалась моя напарница.

– Нет, я предпочитаю понаблюдать в сторонке. Примитивная деятельность негативно сказывается на моём высокоразвитом организме.

– Слушай, Кул, а не оставить ли его прямо здесь?

– Я подумаю.

Механоид тут же позабыл о своих притязаниях на высшую форму жизни, и включился в работу. Чтобы добраться до панели управления, нам пришлось ненадолго стать археологами. Резать створки огромных ворот у меня не было никакого желания, не говоря уже о толстых стенах ангара. Неудивительно, что искательница не смогла их просветить – даже на внешней стороне имелось отражающее покрытие, напоминающее пресловутую фольгу, из которой так любят мастерить шапочки всякие поклонники теорий всемирного заговора и рептилоидов-массонов.

Механизм, отвечающий за открытие входа, оказался обесточен, но снаружи имелось гнездо для стандартной энергоячейки. Припомнив наши прошлые приключения, я прихватил их с собой в избытке, так что даже бегать на корабль не пришлось. Стоило только интерактивной панели засветиться сквозь толстый слой пыли, как Зигзаг оттёр от неё всех остальных и принялся налаживать взаимопонимание. Нам оставалось и дальше жариться на солнцепёке, пока инженер уговаривал сторожевую систему впустить нас внутрь.

Схватка двух искусственных интеллектов ожидаемо окончилась в пользу механоида, о чём тот не преминул похвастаться:

– Добро пожаловать! Но не забывайте, что посторонним вход – воспрещён!

– Мы здесь не посторонние, – с грустью возразила Шандайн.

С диким скрежетом створки принялись отворяться, втягиваясь куда-то вниз. Такое конструкторское решение диктовалась их огромной шириной, едва ли не во весь торец здания. Стоило солнечным лучам проникнуть внутрь склада, как они тут же высветили здоровенную махину угловатой формы, занимавшую практически всё свободное место. По габаритам сооружение превосходило наш фрегат чуть ли не в двое. Оставшееся пространство ангара было забито многочисленными грузовыми контейнерами со знакомой маркировкой. Такую же я встречал в шахтах и наземных сооружениях азархадонцев.

Бойцы вместе со мной затаили дыхание. Неужели мы нашли ещё один звездолёт?

Но к сожалению, системная справка выскакивать не спешила, несмотря на моё высокое Восприятие. Видать, действительно заковыристая штука…

– Давненько я не встречал подобного ведра с гайками, – покачал утюгообразной головой робот. – Может, просто закроем гараж и забудем то, что здесь видели?

– Это ещё почему? – удивился я подобной реакции.

– Мало мне проблем с той развалюхой, что мы притащили с собой, так теперь ещё и этот лагодром добавится. Совсем у меня времени не останется для творческого развития и личностного роста!

– Это что, станция? – обрадовалась Шандайн.

– Маловата как-то, – заметил Криман. – Может, спутник?

– Неплохо для туповатой органики, – похвалил его Зигзаг. – Почти угадал. Это орбитальный артиллерийский комплекс, большая редкость в наших краях. Прошлые хозяева планетоида были ещё теми параноиками, раз притащили сюда такую штуку. Либо хотели расколошматить этот планетоид на кусочки, что тоже говорит не в пользу их психологической адекватности…

– Да ладно!

– Ух ты, живём!

Ребята едва не пустились в пляс от такой находки, а вот я сразу же задумался о наличии дёгтя в этой цистерне мёда. Почему она лежит здесь, ведь ей самое место в космосе? Имей в своём рукаве такой козырь, азархадонцы преспокойно бы отбились от любых нападок, да и местных обитателей прижали бы к ногтю. Как-то не сходится это с их тотальным истреблением.

– В каком она состоянии?

– А мне можно использовать нецензурные слова? – в свою очередь спросил робот.

– Лучше не надо.

– Тогда промолчу.

– Всё настолько плохо?

– По сути, это лишь скорлупа, в которой только начали монтаж модулей. Видишь эти боксы по периметру? Это всё запчасти, и не факт, что здесь хотя бы половина от нужного набора.

– А почему её собирали внизу, а не на орбите? – задал резонный вопрос Нечай.

– Потому что эта старушка постарше меня будет, – недовольно ответил робот. – Не иначе, в музее каком её спёрли. Корпус можно даже твоим хрупким пальцем насквозь проткнуть, а силовая установка отсутствует. То есть, любой залётный камешек подобьёт это убожество, как из пушки. Удивительно, что она до сих пор не развалилась под собственным весом.

– Понятно, – кивнул я. – Значит, закончим сбор внизу и только потом поднимем её на орбиту.

– Эх, опять одни сверхурочные без продыху, – сокрушённо всплеснул манипуляторами механоид.

– Хочешь, подружку тебе какую-нибудь привезу со следующего рейда по станциям? – предложил я.

– Спасибо, но мне всяческих сношений и так хватает со всей этой вашей техникой. Вряд ли кто-то из моих сородичей такую насыщенную жизнь ведёт. Ещё бы не хватало, чтоб у меня в под черепной крышкой кто-то вечно ковырялся…

– Ты слишком категоричен.

– Не видел ни одного разумного, которому бы самка счастье в жизни принесла. За исключением тех, кто умер достаточно быстро.

– А вот сейчас обидно было, – недобро усмехнулась Шандайн.

Сообразительный робот поскорее принялся за инспекцию спутника, забравшись внутрь по технической лесенке, которая располагалась прямо на одной из опор. В качестве сопровождающего за ним увязался Криман, а мы решили осмотреть конструкцию снаружи. Артиллерийский комплекс представлял собой шестигранную призму, опоясанную технической надстройкой с маневровыми дюзами. Прямо торжество минимализма какое-то. Кольцо было ещё не достроено, да и в самом корпусе хватало не прикрытых обшивкой мест.

Но наше внимание привлекло другое – металлический пол ангара в своё время вспучился в нескольких местах, будто снизу кто-то очень настойчиво постучал. Несколько нарывов и вовсе лопнули, раскинув рваную бахрому во все стороны. Мы осторожно приблизились к одной из дыр, пытаясь оценить их глубину. Луч фонарей до дна не доставал, так что Шани пришлось задействовать мобильных дронов-ищеек.

– Да, совсем забыл вам сказать, – внезапно зазвучал в наших ушах скрипучий голос Зигзага. – Этот сарай был заперт изнутри…

Глава 108

Не успел я отчитаться клан-лидеру о находке, как он нетерпеливо меня перебил:

— Эта штука вообще стреляет?

— Мой механик сомневается, что она может хотя бы взлететь одним куском. Её привезли по частям и собирали прямо тут. На большинстве контейнеров система поставила статус «контрабанда».

— Плохо! Высылаю к тебе Озминога с ударной группой гастарбайтеров, приводите пушку в чувство как можно быстрее.

— Мы ждём кого-то в гости?

— Да, Ирочка засекла несколько шпионских шлюпок, — подтвердил мою догадку Хреноватор. – Всех перехлопать не удалось, и они наверняка уже наябедничали хозяевам.

— Игроки?

— Нет, персики. Точнее – овощи. Созрели-таки, к нам на ужин спешат…

– Ипатьевский монастырь, да что ж они об карателей не убились! – в сердцах выдал я.

— Мы оба знали, что рано или поздно к нам кто-то нагрянет, – философски ответил Болеслав. — Возможно, это окажется просто разминка перед действительно серьёзным, пушистым песцом.

— Что-то сомневаюсь, — проворчал я, прислушиваясь к собственным ощущениям грядущей беды.

- Тогда тем более новая «бабаха» нам в масть. Нужно будет только название придумать поэпичней…

– Лучше-ка займись укреплением обороны. – посоветовал я выдумщику. – А над именем потом в более спокойной обстановке поразмыслишь.

– Ох, не ценишь ты совсем моей творческой жилки, – посетовал партнёр. – И вообще, кто из нас военный? Тебе там, внизу, разве не будет скучно с технарями?

– Прошлую рабочую смену схарчили местные твари, и мне совсем не хочется, чтобы наши помощники повторили их судьбу. Либо пришли только игроков, вместе с двумя серьёзными рейд-группами, и тогда я с радостью умою руки.

– Ну не могу я! Они нужнее здесь – у нас тут сферический конь ещё не валялся. Персы слишком дохлые, их надолго не хватает. Угроза-то реальная?

– Понятия не имею, – развёл я руками. – От сборщиков не осталось ничего, кроме дырок в полу.

– Может, они просто сбежали?

– Из ангара никто не выходил, он был всё это время запечатан.

– Мда-а-а… Тогда ладно, сиди тут, охраняй персов. Игроков не дам, для нас в приоритете сейчас понатыкать турели, где только можно. Можешь донабрать народ из своей тимы, если хочешь.

– Справимся и так, – прикинул я. – Инженеры нам сейчас куда больше нужны. Как там наш «Запорожец» поживает?

– Не поверишь, но он стал ещё краше! Навариваем листы брони из всего, что под руку попадается. Пришлось наладку производства бросить, и пустить всё на оборону.

– Это хорошее вложение, – успокоил я его. – Давай, до связи.

Пока мы общались, ребята обшарили каждый закуток ангара в поисках новых источников угроз. В каждом из прорывов теперь дежурил разведывательный дрон, ежесекундно сканируя шахту на сотни метров вглубь, но у меня всё равно крепло ощущение, что мы сидим на крышке от пороховой бочки. И вот-вот к ней поднесут пылающий фитиль.

Я переключился на внутренний канал группы и уже в который раз потормошил Зигзага.

– Тут всё на соплях и прочих ваших биологических выделениях держится, – раздражённо заявил он. – Сборкой занимались конченые дегенераты. Придётся некоторые блоки обратно демонтировать, иначе кое-куда не попасть даже мне. Либо моим мясным коллегам нужно будет опорно-двигательный аппарат деформировать. Слегка…

– В целом, как?

– Да почти никак, – не стал обнадёживать меня робот. – Сам движок на месте, а вот маневровых, считай, что нет. Нужно запускать реактор и собирать рабочую цепь, чтобы это всё не посыпалось. Энергощитовая пуста, как мой счёт в банке, а накопители собраны лишь наполовину. Ах, да, и до кучи общая стабильность обшивки составляет тридцать четыре процента. Если одним словом – эта развалина никуда не полетит, даже на буксире.

– А стрелять?

– Да что вы все заладили! Если каким-то чудом всё же получится затянуть её на орбиту, то она годится только в качестве большой и бесполезной мины. Любая попытка включить ионный излучатель приведёт к взрыву. Так что от этой рухляди больше вреда, чем пользы.

– Сколько нужно, чтобы исправить самое основное?

– Мне одному – чуть меньше вечности, – недовольно проскрипел механик. – Я большую часть всего этого добра просто не подниму, а мобильного погрузчика здесь нет. Как и любого другого.

– Не беспокойся, скоро тебе помощников привезут.

– Надеюсь, не бесполезную органику?

– Увы, но дронов у нас едва на станцию хватает.

– Кусок ржавого хлама это, а не станция! Её проще на звезду уронить, чем довести до ума.

– Зато потом у тебя будет реальный повод собой гордиться, – заметил я. – А теперь начинай сборку, пока мы тебя не отправили узнать, что же стало с твоими предшественниками.

Робот ещё немного поворчал для порядка, но потом всё же не выдержал и с головой нырнул в развороченные потроха орбитального комплекса.

Через полчаса «Фглюгегехаймен-2» привёз нам долгожданное подкрепление – двадцать лучших персонажей-ремонтников под предводительством высокого орторионца в длинном плаще.

Оз-Миног в прошлой жизни был редактором серьёзного мужского журнала, а теперь являлся одним из самых востребованных инженеров клана. И не сказать, чтобы подобные жизненные метаморфозы его особо расстраивали. Воспитанный в лучших традициях постсоветской интеллигенции, он прекрасно сходился с людьми, а персонажи и вовсе души в нём не чаяли. Поэтому как-то само сложилось, что он возглавил наиболее талантливых бывших рабов, сколотив из них оперативную бригаду.

Будь моя воля, я ни за что не отправил бы в такое опасное место простых «смертных», но ситуация требовала идти на крайние меры. В любой момент у наших границ мог появиться неприятель, а наши боевые юниты был способен пересчитать по пальцам одной руки любой столяр со стажем. Флотом их именовали чисто номинально.

Стоило только фрегату совершить вторую за день посадку, как детекторы дронов-разведчиков засекли на глубине нездоровое шевеление. Мои бойцы приготовили оружие и рассредоточились по ангару, готовясь отражать возможное нападение. Один лишь Криман в обнимку с винтовкой устроился повыше, на корпусе недостроенного спутника. Нашу голубоволосую медсестру я до поры отправил внутрь комплекса, приглядывать за Зигзагом. Помимо основной специальности, девушка являлась неплохим учёным, и могла помочь с калибровкой приборов.

Вместе с работягами на Шебукай прибыл наш старый знакомый –Свонн. Его появлению я нисколько не удивился – главный пушкарь клана не мог пройти мимо такой находки. Правда, в силу профессии воевать он мог лишь одним импульсным ружьём, представляющим опасность только на очень близких дистанциях. По сути, это был более продвинутый аналог того же полуавтоматического дробовика.

– Что, не терпится пощупать крошку? – поприветствовал я артиллериста.

– Спрашиваешь! Тем более, за вами глаз да глаз нужен, а не то намудрите такого, что стрелять придётся на глазок.

– Да я на ручном управлении лучше тебя справлюсь, органика! – язвительно заявил Зигзаг, высунув голову наружу через распахнутый шлюз.

– А, и этот спятивший кипятильник тоже здесь, – вздохнул Свонн. – Точно я сюда не зря прилетел…

Оз-Миног был настроен более оптимистично, но объём работы его изрядно озадачил. С собой он прихватил лишь одного грузчика в тяжёлом экзоскелете, а контейнеров вокруг было попросту без счёта.

– Все мехи сейчас работают на износ, мы сами этот шагоход едва починили, – признался старший инженер. – Придётся повозиться, однако.

– Вот же… скупердяй, – прошипел я себе под нос в адрес партнёра. – Это никуда не годится, вы так и до вечера всё не погрузите. Эй, Крокот!

– Да босс?

– Сможешь поднять эту штуку?

– Один момент.

Могучий рептилоид в тяжёлой силовой броне обнял лапами один из небольших контейнеров и с громким кряхтением оторвал его от пола.

– Смотри, от натуги воздух не испорть, иначе в скафандре дышать будет нечем! – тут же подколол его Нечаянный.

– Босс, а можно я бокс на этого придурка уроню? Типа нечаянно…

– Нет, он мне живым нужен, – покачал я головой. – Пока что. Тащи ящик сразу внутрь, там разберутся, куда его приспособить. Ты теперь на погрузке.

– Принято, босс.

Покачиваясь, защитник затопал к грузовому отсеку, где подчинённые Оз-Минога потихоньку налаживали сортировку.

– Вот это другое дело! – обрадовался бригадир. – Самые тяжёлые контейнеры мы возьмём на себя, а он пусть мелочёвку таскает.

– Договорились.

Боязливо поглядывая в сторону дыр, персонажи скрылись внутри комплекса. Снаружи остался лишь один погрузчик в экзоскелете, за которым приглядывали сразу два дрона.

Между тем местные обитатели явно почуяли нас и спешили нанести визит вежливости. Уже через несколько минут в одной из дыр был обнаружен какой-то копатель, резво пробирающийся по шахте наверх. Шандайн не стала дожидаться его появления и сбросила ему навстречу несколько разрывных гранат. Подземника вполне ожидаемо порвало на клочки, но тут же на радарах показались ещё несколько сородичей покойного. И далеко не все из них шли по старым ходам, чтобы их можно было нейтрализовать ещё на подходе.

Судя по возросшей вокруг ангара сейсмической активности, некоторые хитрецы решили проложить новые маршруты.

– Эй, кто там нас шатает? – раздражённо поинтересовался Зигзаг в голосовом чате. – Мы тут Ядро запускаем, вообще-то.

– Стабилизируйте его, как можете, – посоветовал я сразу всем ремонтникам. – Дальше будет ещё хуже.

– Если стойки не выдержат, это ведро уже никуда не взлетит!

– Тогда займись лучше делом, вместо будущих поломок.

– Я и так прямо сейчас работаю. В отличие от несовершенной органики, Кензи – многозадачные существа.

– Вот и занимайся всем сразу, только молча. Иначе я тебе голосовой модуль без всякого паяльника выну.

– Знали бы те тупорылые существа, какой изверг их на поверхности ждёт, вряд ли бы стали сюда торопиться…

С этим утверждением согласились все, включая персонажей. Вполне возможно, что кого-то из них мы лично уложили отдыхать, когда прорывались к спрятавшимся рабовладельцам. Но ничего не поделаешь – другого пути не было, как и сейчас.

Шандайн вихрем носилась от одной дыры до другой, однако, на смену одной погибшей землеройке из недр планеты приползали сразу несколько новых. Да и запас гранат у нас был далеко не бесконечный.

Обстановка разом осложнилась, когда первый из копателей добрался до металлического настила. Я не стал ждать, пока он прорвётся наружу, сотрясая основание ангара, а прорезал металл плазменным лезвием. Из импровизированного кесарева сечения показался симпатичный малыш – чёрное, как уголь существо с длинными усиками на остроконечной морде. Передние лапы живого бура напоминали старые добрые ковши экскаватора, но наибольшую опасность представляли именно гибкие отростки.

Пришлось вдоволь помахать мечом, чтобы отсечь их все и добраться до хитиновой туши. Полноценно обезглавить её не вышло, но и той раны от пиратской сабли вполне хватило, чтобы система отсыпало мне несколько единиц опыта. Существо находилось на сто тринадцатом уровне, и его умерщвление не могло принести мне особой славы.

Пол натурально ходил ходуном, заставляя натужно скрипеть компенсаторы опор. Зато в такой тревожной обстановке работяги выдавали фантастические показатели. Штабеля контейнеров таяли буквально на глазах, а пустые боксы мы периодически сбрасывали в норы. Не пропадать же добру?

Ещё четырежды я дырявил пол и вытаскивал наружу оголодавших монстров, но тряска и не думала утихать. Во всей этой суматохе мы едва не потеряли нашего единственного квалифицированного грузчика. Небольшой, но шустрый монстр незаметно выполз из забитой трупами ямы и решил выковырять вкусного персонажа прямо из экзоскелета. К счастью, консерва оказалась жестковата и принялась активно сопротивляться, применяя манипуляторы.

Персонажа спас Криман, продырявивший плоскую башку монстра точным выстрелом. Шани немеделенно отправила последние дроны на сканирование ангара сверху, и выявила ещё двух хищников, терпеливо скрывающихся между контейнерами. С ними расправился Свонн, после чего я отпустил изнывающего от нетерпения артиллериста знакомиться с техникой и осваивать управление. Вряд ли кто другой во всём клане подходил на должность командира лучше, чем он.

Голодные до инопланетного мяса хищники так и пёрли, буквально изо всех щелей. Под сводом хранилища не стихала пальба, и мы едва справлялись с нарастающим потоком.

– У них там что, респаун неподалёку? – удивилась Шани, расстреляв очередного вторженца.

– А давайте им Крока скинем, в качестве аперитива? – предложил запыхавшийся Нечай. – Пока они его грызть будут, мы спокойно себе улетим.

– А, может, сам тогда в дыру сиганёшь? Как герой.

– Не, во мне яда много, у них несварение будет…

Когда мне уже стало казаться, что целых плит на полу ангара практически не осталось, напор монстров резко пошёл на убыль. Большинство нор было забито мясом на несколько десятков метров вглубь, но упрямые хищники всё равно пытались протиснуться сквозь завалы. А тут их пыл как-то разом поугас.

Закончив рубить очередного бурильщика, я понял, что новых целей поблизости нет.

– Отступают! – подтвердила мои наблюдения Шани. – Не знаю только, радоваться или…

Мне больше верилось во второй вариант. Счастье могло случиться где угодно, но только не на Шебукае. Местные обитатели весьма фанатичны во время охоты, и спугнуть их практически невозможно. Раз они бегут, то дела наши совсем плохи.

– Инженеры, бросайте всё и переключайтесь на двигатели! – приказал я. – Через несколько минут комплекс должен взлететь.

– Тебя там по голове ударили?! – тут же подал голос Зигзаг. – Или ты теперь принимаешь решения другим местом? У нас ещё ничего толком не готово, так что предлагаю и дальше перерабатывать органику.

– Того, кто к нам скоро заявится, даже с корабельной пушки не завалишь. Или вы запускаете в строй, что успеете, или он вас сам до стратосферы запустит одним пинком!

Конец моей фразы утонул в нарастающем гуле. Если раньше ангар легонько трясся от непрошеных визитёров, то теперь он натурально ходил ходуном. Вместе со всем плато.

– Чёрт, у нас тут землетрясение! – зачастил Гриджон. – Давайте все на корабль!

– Всё остаются на своих местах, – отрезал я. – А ты взлетай и начинай резать крышу. Выехать мы уже не сможем, так что будем взлетать прямо отсюда.

– Кул, ты же понимаешь, что в случае чего все мои погибнут? – уточнил Оз-Миног.

– Если хотят жить, то пусть пошевеливаются!

Если раньше персонажи не останавливались даже на короткий перекур, то после моих слов их и вовсе будто скипидаром окатили. Грузчики не доносили контейнеры до конца трапа, а зашвыривали их прямо в трюм на полпути, особо не заботясь о сохранности содержимого. Как внутри выживали сортировщики – одной системе известно. Хотя деловитая Маха то и дело подлатывала пострадавших из-за излишней спешки инженеров. Кого током ударило, а кого –собственным торопливым коллегой…

– Ты думаешь, это сам Чёрный Властелин? – подскочила ко мне взъерошенная Шани с вопросом.

– Очень на это надеюсь, – сказал я чистую правду. – Если здесь есть кто-то пострашней вашего любимчика, то он должен пропустить его вперёд, хотя бы из соображений последовательности. А вообще, нам лучше не дожидаться любого, кто может сотрясать целую гору до её основания.

– Ох, ну ты и оптимист!

Собирать и монтировать сложные приборы в такой тряске – то ещё извращение, но никто не жаловался. Даже игроки прониклись мощью следующей волны и посильно помогали инженерам. Благо, что о нас окончательно забыли – последние монстры резко принялись копать в другом направлении, торопясь убраться как можно дальше. Меня беспокоило другое – как долго хрупкая горная порода будет удерживать на себе ангар и комплекс в придачу. То, что под нами прямо сейчас делают гигантский подкоп, не вызывало сомнений даже без сейсмометра.

Шандайн потеряла практически всех ищеек, но прущего из глубин левиафана спокойно отслеживала бортовое оборудование «Флюгегехаймена». Двигался тот довольно бодро, преодолевая полсотню метров за минуту. Такого бы стахановца, да в мирных целях – тоннели строить, к примеру…

Тем временем Гриджон понемногу заканчивал срезать по кускам крышу, действуя по очереди расщепителем и антигравитационным захватом. Инженерный фрегат, предназначенный для утилизации павших звездолётов, подходил для этих целей идеально. Как только внутрь ворвался раскалённый свет, мои бойцы радостно заулюлюкали, а от поверженных тушек мигом повалил пар. Теперь, по крайней мере, нам ничего не мешало взлетать.

Кроме отсутствия рабочих двигателей, конечно.

Для себя я твёрдо решил, что если в ближайшие несколько минут комплекс не поднимется в воздух, то ремонтников придётся будет эвакуировать. Слишком велик риск разом потерять десятую часть персонала.

Кто уже точно не успевал, так это наши взмыленные грузчики. Контейнеров с запчастями оказалось слишком много для двоих, а больше никто не мог даже с места их сдвинуть. Мы с Шандайн ради интереса попытались примоститься к одному из небольших боксов, но потерпели полное фиаско. И даже пришедший к нам на помощь Нечай положения не исправил. Криман к тому времени давно переквалифицировался в ремонтника, так что пришлось оставить чёртов ящик в покое.

Хруст дробящейся породы давно уже перекрыл все прочие звуки. Выручала лишь голосовая связь, да и то приходилось практически орать, чтобы тебя поняли. А частенько и вовсе обходились жестами.

Я уже хотел было приказать Гриджону зависнуть над распотрошённым ангаром, чтобы начать эвакуацию, когда общий гомон в чате перекрыл радостный крик Оз-Минога:

– Закрыли периферию! Всё!

И действительно, кольцо вокруг призматической части корпуса окончательно замкнулось. Все маневровые дюзы смотрели точно в израненный пол, и готовились исторгнуть из себя пламя.

Мы дружно поспешили к трапу, но по пути нас нагнал скрипучий голос Зигзага:

– Крен на шесть градусов и продолжает расти! Ещё одна опора навернулась…

Предыдущую согнувшуюся стойку ремонтники худо-бедно заварили, использовав в качестве шины опорную балку. Но на этот раз всё обстояло куда серьёзнее – телескопический механизм попросту лопнул, не выдержав длительной перегрузки. Лишившись одной из опор, комплекс принялся потихоньку заваливаться на бок, что ставило крест на всех наших усилиях.

– Свонн, взлетай! – заорал я, едва перекрикивая шум живого карьера.

– Уже завелись, – спокойно ответил артиллерист. – Но крен слишком быстро растёт, можем не успеть.

Двигателю нужно было несколько секунд, чтобы набрать обороты и подать необходимую мощность на сопла. Старая колымага не могла просто так взять и вспорхнуть, как современные звездолёты. Одним словом – музейная реликвия…

Примерно четверть стойки теперь валялась на полу, переломившись, словно спичка. Пока мы таращились на поломку, силясь что-то придумать, к опоре вприпрыжку подскочил Крокот и ухватился обеими лапами за уцелевший край.

– Держу, босс!

Подошвы бронеботинок рептилоида брызнули искрами от трения, а многочисленные сочленения его доспеха натужно заскрипели. Нам со стороны было отчётливо видно, что здоровяка тащит в сторону, как бы он не силился удержать такой титанический вес. Ещё бы – на него сейчас давил многотонный спутник.

– Давай, подсоблю!

Рядом с буксующим Крокотом встал не менее рослый экзоскелет и намертво вцепился клешневидными манипуляторами чуть повыше латных перчаток защитника. Вдвоём им удалось худо-бедно заменить собой лопнувшую опору, хотя пол под ними заметно прогнулся.

– Куда лезешь, идиот? – зарычал рептилоид. – Живо прыгай внутрь!

– Ты один его не удержишь, – ответил храбрый персонаж. – А экзо без меня не работает…

– Босс!

Но я, к огромному сожалению, ничего поделать не мог. Почти всё плато под нами покрылось густой сетью трещин, расширяющихся с каждой секундой. Все, что было сейчас в моей власти – это не дать его жертве стать напрасной.

– Взлёт.

Я едва успел схватить дёрнувшуюся вперёд Шани за плечо, предугадав рывок. Но даже с её фантастической скоростью было уже слишком поздно что-то делать. Одна за другой перегруженные опоры трещали, да и парочку титанов вдавливало всё сильней.

– Пусти!

– Он не успеет, – я обнял сопротивляющуюся девушку. – Не все такие быстрые, как ты.

Дюзы завыли дурным голосом, с трудом преодолевая гравитационные объятья планеты. Комплекс успел немного накрениться, но его носовая часть, где находился фокусировщик ионного потока, по-прежнему смотрела в чистое небо. Мы замерли на краю входного шлюза, отдавая честь безымянному работяге, положившему собственную жизнь ради товарищей и общего дела. Вместе с Крокотом он до последнего момента заменял опорную стойку, пока выхлоп не достиг критической отметки, поднимая тушу комплекса ввысь.

Спутник едва не прочесал боком о край пролома в крыше, и продолжил взбираться наверх, понемногу выравнивая траекторию. Оплавленный остов ангара постепенно уменьшался, пока не сгинул разом в глубокой трещине, по размеру сравнимой с настоящим каньоном. Остатки плато крошились, будто сахарное печенье, и пропадали в бездонной пасти чудовища. В принципе, кроме ненасытного зёва, усеянного пиловидными зубами, нам сверху не было видно.

Шандан, будто завороженная, медленно вытянула руку со сжатой в кулаке связкой гранат. Последних, на всю нашу группу.

– На, подавись!

Ребристые шарики, весело помигивая огоньками, понеслись обратно к вздыбившейся поверхности планеты. Я бы предпочёл сбросить более тактический боеприпас, килотонн этак на восемьдесят, но под рукой как назло не было ничего серьёзнее бластеров.

Любоваться на вздымающегося исполина можно было бесконечно, однако, впереди нас ждало безвоздушное пространство. Так что шлюз пришлось задраить, вернувшись к мертвецки усталым ремонтникам.

Чёрный Властелин катастрофически не успевал сцапать нас прямо в воздухе – уж мы, как бывалые шебукайские космонавты, отчётливо это видели. А вот остальной экипаж нервничал и обливался потом, не отводя глаз от обзорных экранов. Повезло нам с изначально пологой траекторией, ничего не скажешь. Поднимайся мы сразу вертикально ввысь, могли бы и попасть на обед, или что там по местному времени…

В тесной рубке вели какой-то вялый технический спор Свонн с Оз-Миногом. Параллельно оба отслеживали тучу данных и показаний, и корректировали настройки при помощи интерфейса.

– Как хоть звали того парня? – спросил я первым делом.

– А что, как там наши дела, тебе не интересно? – прищурился артиллерист.

– Пока не падаем по кускам вниз – нет.

– Макс О-Гора, – с явным трудом произнёс расстроенный бригадир. – Он один из первых решил примкнуть к нам, ещё до отлёта даторийцев.

– Знакомая фамилия, – задумался я. – Точно попадалась мне раньше.

– Это крупный земной этнос, они сплошь инженеры, – принялся просвещать меня Оз-Миног. – Среди рабов их четверо или пятеро было, но у нас остался один.

– И того потеряли, – вздохнул Свонн.

Пушкарь беззаветно любил технику, но я никогда не замечал в нём заносчивости по отношению к персонажам, свойственной подавляющему большинству игроков. Даже среди «Мясорубцев» многие относились к персоналу чуть лучше, чем к мебели. Хотя до откровенного наплевательства у нас не доходило – Хреноватор не одобрял и всячески культивировал так называемый «ролеплей». То есть – полное погружение, даже в эмоциональном плане.

– Хорошие у тебя ребята, Оззи…

С этими словами я открыл расширенные командирские настройки и впервые совершил то, на что раньше не поднималась рука – переименовал клановую собственность. Комплекс имел стандартный бортовой номер, отправившийся в небытие вместе с его хранилищем. Теперь же он назывался как «О-Гарок». Ничего ближе к фамилии героя не нашлось – видимо, у его многочисленных сородичей хватало своей собственной техники.

– Если клан-лид полезет в меню, просто сообщи мне, – предупредил я удивлённого Свонна.

– Нет уж, я сам его отважу! Мне это название понравилось…

Тем временем разъярённый выползень, своротивший соседнюю скалу, остался далеко внизу, окончательно потерявшись из виду. Разряженная атмосфера постепенно истончалась, а впереди набирала силу чернота бездонного космоса. Шебукай всё же решил нас отпустить, уважая маниакальную упрямость нашей сводной команды.

Ремонтные работы не прекращались ни на секунду, хотя большинство персонажей валились с ног от усталости. Игроки были не в лучшем состоянии, но всё равно старались помочь, где только можно. Сейчас никто не разбирался, кто подчинённый или начальник – все пахали в едином трудовом порыве.

Когда гравитация планеты практически перестала ощущаться (а искусственную пока ещё не включили) на связь вышел Хреноватор, поздравивший меня с удачной операцией. Однако, ничего ещё не закончилось – мы с минуты на минуту ожидали вторжение. Убивашка отследила перемещение немаленькой эскадры, которая направлялась аккурат в нашу сторону. Из хороших новостей был только пиковый онлайн по клану. Три четверти «Мясорубцев» пребывали сейчас в строю и готовились дорого продать свои жизни.

Другое дело, что оборонительных редутов у нас, считай, что и не было.

Совместными усилиями удалось оснастить турелями несколько ближайших астероидов, а также завернуть горноперерабатывающую станцию во многослойную броню. Вот только эта «капустка» срывалась на раз-два штатными разрывными боеприпасами, а толкового силового поля до сих пор не поставили. Вся надежда клана сейчас сосредоточилась на двух наиболее боеспособных звездолётах – «Сракотане» и «Куле Моржовом». Мой именной корвет пребывал в статусе флагмана, так как эсминец по-прежнему подпитывал основную базу. Помимо них отражать вражескую атаку предстояло «Аленькому сосочку» и «Флюгегехаймену», а вот невидимый «Чебуратор» нёс вахту на границе, намереваясь нападать исключительно на отступающих подранков.

Если таковые вообще будут.

Стоило нам кое-как устроиться на орбите и закончить сборку ионных накопителей, как пространство близ дальней планеты в системе затрещало порванным покрывалом от огромной массы кораблей. Зашли одномоментно, как на учениях – жаль, что у нас не было мин. Увы, удовольствие это очень дорогое. а мастерить самостоятельно мы пока не могли.

Плохо дело. Раз нападающие минули соседние системы, значит – их шпионам удалось оставить тут маяк.

– Надо будет длинные уши кое-кому надрать… – пообещал я, считая вражеские звездолёты.

Итог выходил не очень печальным. Одиннадцать фрегатов, пять корветов, а вишенкой на поминальном торте являлся линейный крейсер. Без сомнения, к нам на огонёк заявились основные силы работорговцев. Да ещё наверняка и наёмников до кучи прихватили…

– Не, ну эту толпу мы никак не вывезем, – обиженно цокнула языком Шандайн у меня за спиной.

– «Огарок» уже может стрелять? – быстро спросил я.

– Чисто гипотетически – возможно, – потёр подбородок Свонн. – Но не больше пары выстрелов. Да и мощность пока никак не регулируется. Не представляю, насколько сильно эта крошка может ударить.

– Вот и проверим. На крейсере.

– О’кей, лишь бы нас самим от отдачи не разлететься.

Единственным, кто не поддержал мою идею, вполне ожидаемо оказался Зигзаг. Механоид обозвал нас безрассудной биомассой со склонностью к суициду, после чего отправился калибровать накопители. В нашем распоряжении оставалось всего несколько минут, за которые эскадра должна была приблизиться на расстояние прямого выстрела.

Вторженцы не особо торопились, осторожно ощупывая сканерами окружающее пространство. Деваться нам было некуда, и все это прекрасно понимали.

Проклятье, будь их хотя бы в два раза меньше, у нас имелся бы шанс пободаться. Сейчас же впереди маячило только лишь групповое изнасилование. Даже если нам повезёт каким-то чудом сбить эсминец, четырехкратное превосходство не оставляло иного результата. Перестраховались работорговцы, ничего не скажешь.

Разумеется, Болеслав бросил клич о помощи тем же пиратам, но они вряд ли будут сюда торопиться. Регулярные войска плевать хотели на проблемы отщепенцев, а карательный отряд сейчас занимался не пойми чем. В идеале, они должны были проредить мстительных дендроидов, а вместо этого затерялись где-то на просторах Приграничья. Интересно, это тоже дело рук вездесущих «Жнецов» или просто так неудачно совпало?

Теперь от меня больше ничего не зависело, и можно было спокойно стоять столбом в качестве простого наблюдателя. Тот же Свонн со своими бонусами в качестве командира годился куда лучше, а добраться перерождением до наших звездолётов я не успевал.

«Держимся до последнего. Постараемся нанести им непоправимые потери», – пришло массовое сообщение от Хреноватора. Ну да, что ещё нам остаётся.

– Хороший день, чтобы умереть, – Оз-Миног положил руку на плечо артиллериста. – Давай, вжарь им, чтоб навсегда нас запомнили.

Механика можно было понять – все его титанические усилия пошли прахом, и возрождаться ему предстояло не только без экипировки, но и без родной бригады. А может, и без клана.

– Накопители полны под завязку, – сообщил Зигзаг. – Если не поторопитесь, они лопнут по швам. Контуры уже плавятся, за ними – внешняя оболочка.

– Спасибо тебе, железяка, – тихо произнёс я. – Свонн, обратный отчёт.

– Далековато они. Может, всё же до секунды подождём?

– Тогда они расстреляют нас сами, прежде чем ты надавишь на гашетку. Либо жахнем с упреждением, либо станем первой мишенью.

– Хорошо, но за точность не ручаюсь.

– Хочу напоследок признаться, – снова вклинился в наш разговор механоид. – Вы были самой никчёмной биомассой, что я встречал за свою жизнь. Но всё равно, с вами было весело…

– Огонь!

Из торца призмы вырвался ослепительный луч, будто звезду растянули в тонкую спицу. Вот только ушёл он не к массивному крейсеру, ощетинившемуся пушками, а чуть в сторону.

– Промахнулись… – в кромешной тишине констатировал Свонн. – Прицел сбитый напрочь.

Следом почти разом отрубилось освещение, вместе с приборной доской и прочим оборудованием. Спутник превратился в обычную консервную банку, летающую по законам небесных тел. Не самый плохой исход из возможных – ведь некоторые доморощенные эксперты предрекали мгновенную гибель артиллерийского комплекса после первого же выстрела.

– Надо же, – удивлённо проскрипел Зигзаг. – Вся энергия ушла в ноль, даже реактор потух. Ни у кого нет запасного, случайно?

Персонажи устроились, где придётся, и принялись ждать неминуемого конца. Системы жизнеобеспечения их костюмов хватало ещё часа на три, но вряд ли комплексу позволят просуществовать так долго. Игроки же пытаясь разобраться, что же случилось.

– А сколько мы вообще выдали? – поинтересовался Оз-Миног.

– Около полумиллиона, – присвистнул Свонн, сверившись с данными интерфейса. – Однозначно, это наш рекорд. Примерно, как тяжёлый деструктор восьмого-девятого тира.

– Жаль, что промазали, – посетовала Шандайн. – Могли бы и «тяжа» завалить, запросто. А куда хоть попали?

– Все корабли на месте, – пожал плечами Оз-Миног. – Получается, что никуда.

– Четверо полностью без щитов, – добавил более наблюдательный артиллерист. – Хотя их самым краешком зацепило.

– Эх…

Я единственный не присоединил свой вздох к остальным, с удивлением наблюдая странные перестроения вражеской флотилии. Те поспешили отправить беззащитные суда подальше в тыл, но дальше продвигаться не стали, а осторожно попятились обратно. Такой манёвр позволил им не войти в зону поражения остальных орудий. Нас же по инерции потихоньку уносило в тыл, где и положено быть приличной артиллерии.

– Чего они там задумали? – наконец, заметил Свонн.

– Не знаю, может, хотят нас выманить? – с сомнением предположила Шани.

– Что за бред! – не выдержал я. – Их достаточно, чтобы нас тупо шапками закидать.

– Они отступают, – явно не веря собственным словам, прошептал Оз-Миног.

Никто не успел ему возразить, так как один из потерявших щит кораблей нырнул обратно в подпространство. За ним последовал второй, третий…

Похоже, наш неприцельный выстрел в никуда, персонажи приняли за предупредительный. И эта невольная демонстрация так их впечатлила, что они решили переварить увиденное в более спокойном месте.

– Кто-нибудь, ущипните меня, – ошарашенно попросила Шандайн, но затем поспешно поправилась. – Так нет, не все! А то знаю я вас, извращенцев!

– Ну вот, – расстроился в голосовом чате Нечай, не успевший добежать до рубки. – Опять рейд-лиду за всех отдуваться. А счастье было так близко…

Глава 109

Разумеется, долго почивать на лаврах нам не дали. Сбежавший враг мог в любую минуту опомниться, поэтому Хреноватор не стал снимать производственную мощь клана с оборонительных рельс. На всякий случай.

Вскоре на «О-Гарок» прибыл самодельный транспортный челнок, который привёз новую партию инженеров. На этот раз ими оказались игроки, слегка разбавленные наиболее продвинутыми ведроидами.

После нашего первого и последнего выстрела клан-лидер резко пересмотрел свои взгляды на старенькую орбитальную пушку, и отныне её восстановление пребывало на первом месте в списке приоритетных направлений. На ремонтников уже никто не скупился, как и на запасные части. Взамен погасшего реактора установили новый, а погоревшую технику понемногу приводили в чувство.

Больше моей рейд-группе делать там было нечего, поэтому мы благополучно вернулись на базу, вместе с бригадой Оз-Минога. Встретивший меня Болеслав оказался в таком благодушном настроении, что даже не заикнулся о самовольном переименовании артиллерийского комплекса. Главное — мы отбились, хотя шансов почти не было. Струхнувшие работорговцы продолжили отступать, пока окончательно не вышли из зоны видимости Убивашки. Теперь искательнице предстояло найти спрятанный в системе маяк, чтобы подобное вторжение не повторилось. Причём, в одиночку.

Не самое увлекательное занятие, но она заслуженно получила внеочередной наряд на трудотерапию, ибо слишком высоко задирала нос и переоценила собственные силы.

К нам же у главы клана не было ни малейших претензий.

— С тобой тут кое-кто очень хочет повидаться, — загадочно улыбнулся псионик. — Так что не уходи, Штирлиц. А вот остальные могут отдыхать, вы хорошо потрудились.

Персонажи с благодарным стоном принялись расползаться по койкам, а игроки предпочли поскорее разлогиниться, пока на них не повесили ещё какую-нибудь работу. Со мной осталась только раздосадованная Шандайн, которую никто так и не ущипнул.

Через минуту в отсек, где мы общались с клан-лидером, ворвались двое запыханных инженеров — Фарг и Сир Апрель. Ребята неслись сюда, как заправские спринтеры, поэтому сбитого дыханья им обоим хватало лишь на короткие фразы:

— …Кул, мы сломали!

– …всё нахрен сломали!

— …Там такое началось!

— …Просто армагедец!

– …Мясорубка полнейшая!

– …Но мы всё сломали и переписали!

– …Кул, мы правда всё сломали!

Оба хакера горделиво переглянулись, после чего скинули мне ссылку на один из лотов в клановом хранилище. Я развернул окно и не поверил собственным глазам — там находился самый большой из виденных мною мечей, имевший даже собственное имя. Теперь «Чёрное пламя» всецело принадлежало клану, правда, никто кроме одного меня не мог взять это чудовищное орудие в руки. Уж очень оно было требовательное в плане характеристик. Стоимость чёрного клинка внушала уважение, но я сразу понял, что не продам его ни за какие деньги.

Однако, это было не самое большое приобретение – ведь во вкладке «Флот» на один юнит стало больше.

Получается, дежурившие всё это время возле реликта хакеры сработали даже лучше моих самых оптимистичных ожиданий. Они не только умудрились попасть внутрь брошенного корвета наёмников, но и успели перекинуть права владения. И всё это — за считанные минуты, пока все остальные выясняли отношения в системе.

После выдачи последнего сокровища реликты бесследно исчезали, вместе с режимом «Миротворец». И начинался форменный Ад, пока в строю не оставалась самая крупная и злая флотилия. Наверняка туда под конец набежало множество всяческих авантюристов и «плейкиллеров», которые только и ждали снятия блокировки на стрельбу. Представляю, сколько теперь там обломков…

Чёрный звездолёт осиротел не без моей помощи, и я намеренно оставил возле него лучших взломщиков клана. Мало ли, вдруг получится прихватить оттуда что-нибудь ценное…

Ребята сработали безукоризненно — Змееросток мог бы ими гордиться, не реши он покинуть игру. Не удалось им только одно — сохранить корабль, но их сложно было в этом винить. В данный момент корвет числился как разрушенный до основания, но возможность его восстановить всё же имелась. Неплохо, очень неплохо. Можно сказать, даже отлично!

- Ты на прописку его взгляни, – посоветовал мне с ехидной улыбочкой Болеслав.

Я и без его подсказок прекрасно знал, что скорейшее возвращение нового юнита в строй будет зависеть от конкретного места привязки. И судя по интонациям партнёра, надеяться на какую-нибудь пиратскую станцию не стоило. Наверняка там будет либо очень далёкая дыра на другом краю галактики, либо вовсе вражеская территория.

Но несмотря на все мои предположения, справочной информации всё же удалось меня удивить. Корвет оказался прописан вовсе не на какой-нибудь станции или планете, а на другом судне. Разве такое вообще возможно?

Как оказалось, да. Ведь корабль являлся кочующей базой бродячих роботов, которые торговали практически всем – от простеньких ресурсов до целых звездолётов. Парочка киллеров вряд ли была стеснены в средствах, и поступила достаточно мудро, устроившись среди миролюбивых нейтралов. Мехи берегут каждый свой оплот, как зеницу ока, а игроки там появляются довольно редко. Да и попробуй отследить перемещения вечных космических скитальцев…

В справке имелось точное местоположение материнской станции вплоть до конкретной системы, но долго ли она там пробудет – не мог сказать никто.

Я тут же развернул карту и прикинул маршрут. Роботы находились в соседнем регионе, посреди ничейных территорий. Из ближайших соседей имелись лишь Антаресцы и Союз, но до обоих было достаточно далеко. Лететь туда даже на полных парах – не меньше суток. За это время торговцы могут упрыгать куда угодно, и если они вдруг решат погостить у механических товарищей, то нам останется только помахать им вслед рукой. Лететь туда – это чистое самоубийство, и лишний повод отправить по нашу душу очередной карательный отряд.

– Так, а что у нас самое быстроходное? – произнёс я вслух, перебирая сравнительные характеристики кораблей.

– Даже не надейся на что-то кроме «Че», – сразу предупредил меня Болеслав. – Вот соберёшь новенького, на нём и прилетай.

Я не стал спорить, ведь оборона Шебукая по-прежнему стояла у нас на первом месте. Какое судно не возьми, позиции клана всё равно ослабнут. Слишком у нас мало кораблей. Даже безобидный «Флюгегехаймен-2» мог продлить жизнь на поле боя боевым звездолётам за счёт перекачки энергии для щитов и прочим ремонтным мелочам. Сейчас инженерный корабль встал на прикол возле орбитальной артиллерии, защищая уязвимый комплекс от шальных астероидов и прочего космического мусора.

В принципе, шпионский фрегат был не самым плохим вариантом – уж всяко быстрей и безопасней, чем на пассажирском челноке. Его единственным минусом являлись весьма скромные размеры. Взять на борт он мог лишь шестерых, а остальным попросту не хватало места. Моя кандидатура в качестве командира даже не обсуждалась – у меня был самый высокий показатель репутации во всём клане. На втором месте шла моя ненаглядная напарница, которая тут же застолбила за собой одно из мест.

– Я уже сыта по горло Шебукаем, – заявила она тоном, не терпящим возражений. – И роботы ко мне хорошо относятся.

– Хорошо, – как-то слишком покладисто согласился Хреноватор. – Тогда оборона так и останется на Давыдыче, он более усидчивый, чем вы.

– Без проблем. Ещё мне нужны инженеры.

– Бери своего железного клоуна, и хватит с тебя. Если сможете забрать корабль, там чинить особо будет нечего.

– А как на счёт них? – я кивнул в сторону отдышавшихся хакеров.

Оба тут же состроили умоляющие глаза, прекрасно понимая, что никакого веселья им в ближайшее время на станции не светит. В лучшем случае, поручат собирать защитные турели на каком-нибудь астероиде. Интересно только в первый раз, а после пятидесятого хочется выть волком и стучаться лбом об промёрзлый грунт.

– Да куда тебе столько? – удивился псионик. – В рабство решил их скопом сдать?

– Район там неспокойный. Вряд ли долетим без приключений.

– Зная тебя, в этом можно не сомневаться… – пробурчал Болеслав. – Ладно, забирай охламонов.

–…И Велиона.

– А вот начбеза тебе не дам, выкуси! У нас завтра первый эшелон рекрутов придёт, всех нужно прощупать и следить, чтобы ничего не натворили.

– Без него мы не получим бонуса к стелс-оборудованию, – напомнил я в свою очередь.

– Получите. Зря, что ли, мы столько ресурсов угрохали…

– Вы там его что, клонировали?

– Почти.

Воздух за спиной клан-лидера пошёл мелкой рябью и выплюнул из себя невысокую фигурку в маскировочном капюшоне. Вот только она никак не могла принадлежать нашему старому приятелю. Даже такая свободная одежда была не в силах скрыть характерных выпуклостей и вогнутостей, как и у любого другого игрового класса. Ничего не поделаешь – игровая условность. Увидев впервые женщину-защитника в полной боевой броне, я долго приходил в себя и более ничему не удивлялся, даже термину «бронесферы»

Шпионка откинула капюшон, хитро блеснув фиолетовыми визорами в глазницах. Всё ясно – ещё один киборг на мою голову. Но что-то она мне раньше не попадалась…

– Знакомьтесь, это Паника.

– Можно просто Ника, – скромно добавила скрытница.

– А Миними-то знает? – строго поинтересовалась Шандайн.

– О чём?

– О ней.

– Она воспитанница Велиона… – Хреноватор чуть нервно оглянулся по сторонам. – Надеюсь, что нет.

– А почему я первый её раз вижу?

– Сенсей такой тренинг придумал, – пожала плечами шпионка. – Чем дольше никто меня не засечёт, тем лучше. Нас изначально трое было, остальные отвалились.

– Да уж, любит Вел упороться… – признала напарница. – И давно ты с нами, Паника?

– Уже второй месяц, – гордо подбоченилась девчонка. – А всего в игре – третий.

Нам осталось лишь развести руками и ловить собственные челюсти. Удивительным было и то, что она уже успела преодолеть порог в двести пятьдесят уровней, неофициально являющийся зоной новичков. Даже мы, участвуя практически в каждой заварушке, росли куда медленней.

– Ты из инвиза совсем не выходила, что ли? – покачала головой Шани.

– Да, пока хватало действия абилок. Потом пряталась где-нить и ждала отката.

– Ачешуеть, как весело…

– Да не особо, но в таргет я вписалась. А вы меня рили с собой возьмёте?

– Ты принята, – кивнул я, примерно поняв, о чём она. – Только постарайся выражаться простым человеческим языком. А то все эти твои шпили-вили плохо усваиваются.

– Да у нас все так говорят, – пожала она плечами. – Это просто вы…

Молодая шпионка вовремя спохватилась и прикусила себе язык, поэтому за неё продолжила Шандайн:

– Старпёры?

– Ну-у…

Девчонка-киборг мигом стала пунцовой от смущения, будто заправская раллекийка, способная запросто менять цвет кожных покровов. Разведчица коротко рассмеялась и ободряюще похлопала её по плечу.

– Ладно тебе, не тушуйся! А то сбежишь ещё обратно в инвиз, и ищи потом тебя со сканерами по всей станции.

Судя по тому, как шпионка вздрогнула от неожиданности, Шани полностью угадала её невольные намеренья. Несколько недель, проведённых в полной изоляции от остальных, точно не прошли даром. Желание прятаться у девчонки теперь было на уровне инстинктов. Однако, я прекрасно понимал методику Велиона – для его класса годятся лишь сосредоточенные флегматики, и такое испытание лучше всего показывает потенциал соискателя.

Хорошую смену он вырастил, не то что я…

Команда подобралась хоть и разношёрстная, зато весёлая. Хреноватор не стал нас задерживать, и уже через полчаса «Чебуратор» отчалил от недостроенной базы. В трюм погрузили только необходимый минимум, решив отложить торговлю с роботами на более спокойные времена. У нас практически не было того, что могло их заинтересовать, за исключением двух разбитых вдребезги механоидов, чьих останков набралось ровно на один грузовой контейнер. Хотя, в другом состоянии они вряд ли согласились бы покинуть Шебукай.

Поэтому я отлично понимал мотивацию Шандайн, напросившуюся в полёт. Нашим пунктом назначения значился тот самый «Бродяга-8», на котором остался её победитовый приятель. Не такими уж и бродягами оказались роботы, раз по-прежнему бороздили один и тот же участок галактики. Хотя наверняка торговцы курсируют не просто так, а по конкретному маршруту, заданному разработчиками. Чтобы не происходило печально известных курьёзов по типу: «там густо, а здесь – пусто».

Чего уж говорить, я и сам был не прочь повидаться с Мифрилычем. Но гораздо больше мне хотелось пообщаться с другим персонажем, который в своё время нас здорово выручил.

Полёт прошёл в целом спокойно, хотя несколько раз нам попадались не вполне дружелюбные обитатели Приграничья. И если с пиратами мы ещё могли разойтись миром, то игроки-авантюристы, а также автоматические охотники антаресцев обязательно бы нами заинтересовались. Если бы смогли засечь.

Маскировочное оборудование работало на совесть, а дежурная смена десятой дорогой облетала каждый встречный звездолёт, не допуская фатального сближения. При должном везении достаточно лишь раз попасть в зону действия сканера, чтобы фрегат был обнаружен. Мало ли, какие специалисты там сидят.

Я разделил экипаж на две тройки, поэтому все успели выйти в реал и хорошенько выспаться, при этом не полагаясь на милость автопилота. Мне самому отдых пришёлся весьма кстати, ведь прошлую ночь пришлось провести на ногах. Так и очередное предупреждение от системы недолго отхватить. Не объяснишь же ей, что спасал старого друга…

Кочующая база, по параметрам близкая к тяжёлому крейсеру, никуда особо не торопилась и подолгу задерживалась в каждой системе. Мы без особых проблем догнали могучую конструкцию, и лишь тогда позволили себе выйти из невидимости. Роботы отреагировали на такое появление куда сдержанней, чем представители Союза Антропоморфов. Нас даже не окликнули для приличия, не говоря уже о прочих защитных мерах, так что мне пришлось выходить на связь самому. Поразительный уровень пофигизма, что тут ещё сказать.

Поначалу меня поприветствовал автоматический диспетчер, не особо чем отличавшийся от обычного автоответчика, но затем его сменил более прогрессивный механизм, напоминающий царский самовар. Уж сколько на его корпус пошло самоцветов и драгметаллов – страшно даже представить. Однако, он не собирался пылиться в музейных застенках, и вёл вполне насыщенную торговую жизнь.

– Вай, дорогой! Сколько циклов мы с тобой не виделись!

Робот пригладил шаловливые окуляры на оптоволоконных стебельках и радушно раскинул манипуляторы, не поместившиеся в широкий экран.

– Здравствуй, Оптимист, – поприветствовал я механического барыгу. – Можно нам на борт?

– Спрашиваешь! Для тебя и твоих друзей наши шлюзы всегда открыты. Залетай!

От греха подальше я переключился на автопилот, который тут же направил фрегат по выделенному маршруту. Ни о какой стыковке речи не шло – габариты не те. Нас мигом всосало в один из внутренних ангаров гигантской постройки, будто малька в пасть столетнего сома.

Просторная стартовая площадка была поделена на подвижные секции. Будто на эскалаторе, «Чебуратор» поехал вперёд, пока не оказался возле небольшой роботизированной делегации. Оптимист как всегда явился на встречу вместе с дюжими телохранителями, звенящими на каждом ходу цепями и заклёпками. Сдать бы их в ломбард – и можно смело прикупить ещё один корабль для флота. На фоне расфуфыренного сопровождения белой вороной выделялся старый сторожевой андроид, который мало изменился со дня нашего расставания. Разве что, корпус стал не таким пошарпанным и помятым, а пушка в руке стала куда более солидной.

– Смотри, дорогой, кто тут с вами встретиться хотел, – ткнул в его сторону Оптимист.

– Миф!

Шандайн едва не сбила меня с ног, бросившись навстречу сторожевику. К счастью, её рывок все восприняли спокойно, включая нашего бывшего товарища. Пока растроганная разведчица обнималась со стальным гигантом, остальные члены экипажа скромно топтались у трапа, с любопытством разглядывая бродячих роботов. Один лишь Зигзаг не разделял общего настроения, и продолжал самозабвенно ковыряться в моторном отсеке.

Мы же с Оптимистом, обменявшись обязательными уверениями в глубочайшем почтении, приступили наконец к деловым переговорам.

– Тут до нас дошли смутные слухи, что на тебя кое-кто крепко осерчал, дорогой… – начал издалека Оптимист.

– Среди вас и антаресцы есть? – удивился я.

– Немного, – осторожно признался торгаш. – В основном, отщепенцы, вышедшие за рамки их военного кодекса.

– Значит, ты должен быть в курсе того, из-за чего у нас с ними возник конфликт.

– В общих чертах, да. Но мы не придерживаемся подобных взглядов, и уж тем более не хотим встречаться с их создателями. Нас вполне устраивает существующий порядок вещей.

– Понятная позиция. Я тоже не горю желанием развязывать галактическую войну, но мало на что могу повлиять.

– Тогда зачем ты здесь, так близко от их владений? – задал резонный вопрос мой собеседник. – Неужели, торговать больше не с кем?

– Мы хотим выкупить корабль, приобретённый у вас.

– Ох, дорогой, моя память что-то меня подводит в последнее время… Не помню тебя среди наших покупателей. О каком судне речь?

Я продиктовал бортовой номер корвета, чем заметно озадачил пузатого робота. Тот некоторое время сверял несовпадающие данные, после чего сделал единственно верный вывод:

– Захват, полагаю?

– Он самый, – не стал я отрицать очевидное. – Так уж получилось, что прошлые его владельцы нам крепко задолжали.

– Да, в Приграничье такое частенько бывает… Однако, вы не сохранили данную собственность, и это сильно усложняет дело. Мы можем восстановить звездолёт, но отвязать его от «Бродяги» – совсем другое дело. Если мы будем заниматься подобным направо и налево – быстро заработаем недовольство Союза. Им не нравятся, когда захваченные корабли навсегда уходят в серую зону.

– Понятно. И сколько будет стоить ваше беспокойство?

– Боюсь, что дело тут не в синткоинах, дорогой. Мы могли бы пойти навстречу, так сказать, лучшим друзьям, но нам самим требуется помощь в одном деликатном деле…

– Может, примете в дар ещё одного из ваших собратьев, и разойдёмся на этом? – предложил я.

Все удивлённо уставились на меня, включая растроганную Шани.

– Если ты имеешь в виду того инженера, что прячется на твоём корабле, то нам бы не хотелось принимать здесь такого… Сложного гостя, – покачал гранёной головой Оптимист.

– Вовсе я не прячусь, автомат ты торговый! – донеслось из-за шлюза. – Просто не хочу, чтобы мои визоры ослепли от блеска твоих безделушек.

– О чём я и говорю, – посетовал робот. – Кензи очень заносчивые и высокомерные существа. Не удивительно, что они вымирают. На самом деле для меня большая загадка, как вы с активным голосовым модулем терпите его на борту.

– Кул, ты что, хотел сбагрить им Зигзага?! – дошло, наконец, до Шандайн.

– Каюсь, была такая мысль, но кто же знал…

– Я всё слышу, органика! Только попробуй от меня избавится, и будешь осколки маршевого двигла под плинтусом искать!

– Вижу, дорогой, что вы прекрасно ладите, – сочувствующе защёлкал чем-то торговец. – Так что тебе не составит труда выполнить для нас одну малю-ю-юсенькую услугу…

– Выкладывай, что там у вас стряслось, – мрачно предложил я. – Грохнуть, что ли, кого надо?

– Ты что! – замахал манипуляторами Оптимист. – Мы как никто ценим жизнь во всех её проявлениях. Просто нам позарез нужна одна деталька, а упрямые туземцы никак не хотят её продавать. Она у них считается чем-то вроде реликвии, хотя сами они в технологическом плане – ниже нуля. Не будь их планета под протекторатом Союза, эта досадная проблема рассосалась бы сама собой. А так – нам нужен грамотный исполнитель, который не побоится немножечко преступить закон.

– Что за деталь?

– Сущая безделица, дорогой! Ядро искусственного интеллекта.

В памяти тут же всплыли дорогущие шары, при помощи которых Любомир клепал себе помощников на реликте. Судя по всему, это продукт безвозвратно устаревших технологий. Нынешние роботы функционируют исключительно при помощи центрального процессора. Уж я-то знаю – сколько их за всё время расколотил. Даже мои любимые антаресцы не исключение.

Только на счёт Зигзага я не был полностью уверен, но разбирать его точно не рискнул бы. Уж очень злопамятный это механизм.

– Получается, ты просишь нас выкрасть это самое ядро?

– Что ты, дорогой, какая кража! – Робот вынул откуда-то из внутренней полости небольшой шар, похожий на хрустальный. – Просто поменять их, всего-то и делов.

Глава 110

Оптимист не обманул — на этой планете действительно жили настоящие ретрограды. Причём, такие махровые, что упорно отказывались принимать уклад межзвёздной державы, куда они, собственно, и входили.

В далёкие времена бурной космической экспансии человечества здесь потерпел крушение одинокий исследовательский корабль, который едва смог совершить аварийную посадку. Выжившие члены экипажа нарекли планету «Сирано» в честь разбившегося звездолёта, и основали на ней небольшую колонию. На их счастье, она оказалась вполне пригодной для жилья, хоть людям и пришлось пройти небольшой курс генетических модификаций, чтобы приспособиться к местной атмосфере. Живность здесь имелась в изобилии, и местные хищники попортили немало крови кораблекрушенцам, особенно в первое время.

Кое-как наладив быт, люди принялись ждать подмоги, вот только следующий корабль прибыл в их систему почти через век. Потомки выживших хоть и подозревали, что они не одни во Вселенной, но очень сильно удивились, когда им однажды на голову свалились раллекийцы.

В буквальном смысле.

Как оказалось, в системе размещался древний форпост К’Вонгов, который автоматически атаковал любую неопознанную цель. Хозяева давно покинули сооружение, да и противников их уже не осталось, кроме роботов-помощников, однако техника исправно выполняла последний приказ – держать оборону.

В те времена звездолёты не могли похвастаться мощными щитами, и в одиночку были не способны противостоять подобной огневой мощи. Раллекийский корабль в отличие от своего предшественника разбился всмятку, но перед этим успел отстрелить спасательные капсулы. Поселенцам удалось спасти братьев по несчастью, и вскоре они зажили бок о бок. Не без конфликтов и межрасовых столкновений, однако, следующую партию невольных Робинзонов уже встречали сплочённой общиной.

На этот раз на Сирано упали подстреленные рептилоиды, которые так же успешно влились в разрастающуюся колонию. Воинственные ящеры помогли отбить у местной агрессивной фауны наиболее плодородный участок на континенте, а присоединившиеся к вечеринке чуть позже орторионцы не дали разношёрстному сообществу окончательно одичать и погрязнуть в распрях. Был выработан общий свод законов, сильно смахивающий на рыцарский кодекс чести, особо не изменившийся и до нынешних времён.

Аванпост почти случайно разгромила сводная эскадра набиравшего силу Союза Антропоморфов, которая преследовала распоясавшихся пиратов. Те беззастенчиво грабили мирные суда, пользуясь полной безнаказанностью. Их постоянное давление на торговые маршруты и стало той самой последней каплей, вынудившей разумных гуманоидов объединится.

После ликвидации оборонного комплекса обнаружение стихийной колонии стало делом нескольких минут. Каково же было удивление военных, когда оказалось, что общество там напоминает этот самый Союз в миниатюре. По сути, представители разных рас стали дружить задолго до подписания первых договоров, тем самым доказав, что мир в галактике вполне возможен.

С момента первого кораблекрушения уже минуло добрых полтысячи лет, и воспитанные кодексом потомки как раз отстраивали очередной город-крепость. Часть опаснейших хищников они приручили, остальных либо полностью истребили, либо вытеснили далеко за пределы обитаемой зоны.

Скауты молодой межзвёздной державы и раньше находили поселения, основанные неудачливыми астронавтами прошлого, но ни одно из них не тянуло на полноценное государство. Решающую роль сыграл постоянный приток невольных «колонистов», чего прежде никогда и нигде не случалось. Одних только человеческих кораблей в системе пропало целых три штуки, чего уж говорить об остальных. Даже если атакованные звездолёты взрывались прямо в космосе, выжившие на спасательных капсулах неизбежно садились на единственную обитаемую планету. Таким образом круг замыкался.

Местный правящий класс, скромно именуемый Высшей Аристократией, принял посланцев Союза как равных и даже согласился влиться в межзвёздную федерацию, но на определённых условиях. По итогу долгих переговоров Сирано осталась некоей добровольной резервацией, где применение высоких технологий было строго ограничено.

Одной только системе известно, каким образом ядро искусственного интеллекта попало в руки к этим космическим старообрядцам. Но делать нечего — нам позарез был нужен «отвязанный» корабль, чтобы при его восстановлении клановая казна снова не ушла в летаргический сон. А без положительного баланса на счету не стоит даже мечтать о космическом господстве.

И вот, по заданию торгового робота мы незаметно пересекли границу и добрались сюда, на планету ретроградов. Против наших ожиданий, здесь имелся вполне действующий космопорт, стилизованный под старину. Впрочем, как и все прочие постройки, отчего здешние города напоминали фантастические замки. Никакого пластика, только камни, дерево и старая добрая сталь.

На этом странности местных устоев не заканчивались, ведь мне предстояло принять участие в настоящем рыцарском турнире.

Ну, почти. Я бы назвал его, скорее, гладиаторским.

Глобальные игровые соревнования уже стартовали, и на Сирано решили не отставать, объявив свои состязания, с блэк-джеком и дамами сердца. Наш клан хоть и смог в итоге попасть в ТОП-пятьдесят по кластеру, всё равно остался за бортом основных мероприятий. Главного приза нам было уже не видать, но никто особо не расстроился. Дел и так хватало, а доход понемногу выходил в плюс — чего ещё надо?

Лишь меня одного немного грызла обида за упущенную возможность. Почему-то мне с самого начала моей игровой карьеры казалось, что я точно попаду туда с редким достижением в портфолио. Но нет, не сложилось, не срослось. Немного утешало то, что какие-то участники дожили до глобального события лишь благодаря мне. Судя по откровениям Хрусталя, товарищи акционеры собирались резать игроков вплоть до самого Турнира, взвинчивая цены на собственные услуги до небес. Жадные выродки.

Мне до них остался буквально один последний шаг, с той лишь поправкой, что я замер сейчас на краю обрыва, а дальше зияет бездонная пропасть. Обратной дороги уже не будет, но когда это меня хоть немного останавливало?

Лишь бы успеть, в свете последних событий…

А пока неплохо бы показать себя с лучшей стороны, или хотя бы не проиграть всухую.

Всем игрокам, кому наблюдать за трансляциями было не особо интересно, предлагалось развлечь себя в мелких региональных ивентах. Клановые же войны взяли продолжительную паузу, как и все остальные крупные конфликты. Повезло сендпиксам — каратели так их и не накрыли окончательно, так что овощи наверняка теперь укоренятся в другом месте, подальше ото всех.

Наш клан сейчас остро нуждался в передышке, ведь тех же «Прососовцев» не напугать одним-единственным залпом. Даже самым мощным. Им и Кристаллид особо не страшен будет, когда они соберутся достаточно мощной толпой. Нам нужны новые корабли, как воздух утопающему. Поэтому пришлось мне подать заявку на участие в ратных игрищах, хоть я и не хотел влезать в очередную мутную авантюру.

Читая историю Сирано, во мне поселилась твёрдая уверенность, что выступать придётся в душной кастрюле и с плохо заточенным куском металла в руке. Но реальность оказалась куда благосклоннее – ретрограды разрешали использование современного оружия и брони, лишь бы они подходили под рыцарские стандарты. Если выражаться проще, то всякие бластеры и лучемёты использовать категорически запрещалось, а вот мечи со щитами – пожалуйста. Оптимист так и объяснил свой выбор тем, что я идеально подхожу по экипировке.

А вот кто совсем не вписывался в местные уклады, так это Зигзаг. Взбалмошного робота пришлось оставить на борту фрегата в качестве противоугонной сигнализации. Иначе его вполне могли реквизировать для переплавки в доменной печи или ещё хуже – в качестве экспоната в зверинце. Остальным позволили сойти на поверхность, строго предупредив о соблюдении местных правил, чей перечень только проматывать нужно было с минуту.

Помимо запрета на огнестрел, на планете действовала полная блокировка инвентаря, будто мы участвовали в очередном спецрежиме. Это влекло за собой огромную кучу проблем и сложностей буквально на ровном месте. Не удивительно, что никто так и не смог выкрасть проклятое ядро ИИ…

Ох, пардон, заменить. Всё время путаюсь в формулировках.

Так как я выступал на игрищах впервые, мне следовало для начала пройти отборочный этап. К счастью, требовалось победить всего трех противников, только проходили наши бои не попарно, а в формате «стенка на стенку». Или сказать проще – в массовой свалке. Соучастники делились на четыре группы, и атаковать союзников категорически воспрещалось. Мне досталась синяя команда, поэтому пришлось в срочном порядке перекрашивать доспехи. Готовился я в гордом одиночестве, а вот остальным помогали оруженосцы.

Состав соискателей вышел на редкость разношёрстным – помимо местных жителей, закованных в вычурную броню, годную больше для музея, чем для битвы, попадались авантюристы с разных планет, одетые кто во что горазд, и даже игроки ближнего боя. Последних было не так много – около четверти от общего числа участников, только шума от них выходило гораздо больше, чем от всех остальных вместе взятых.

Нас всех уровняли до четырёхсотого левела, а вот среди персонажей нередко попадались и «полутысячники». Такой вот баланс во всей его красе. С другой стороны – мерять нас по одному лекалу глупо, иначе выйдет избиение детского сада.

– Лишь бы кого-нибудь своего не зацепить, — напутствовал я себя перед боем, вынимая из инвентаря «Чёрное пламя».

Свет в небольшом помещении, где мы ждали условленного сигнала, заметно потускнел. Ближайшие синие сопартийцы принялись откровенно пялиться на диковинное оружие, а геймеры тут же пристали с вопросами:

– Почём взял?

— А сколько дамага выбивает?

- Может, трейданёшь на пару плазменных, с доплатой?

Я отмахнулся от назойливых соседей, но те продолжали жужать до самого открытия ворот. Под раскатистые звуки гонга мы дружно поспешили на арену, чтобы противник не успел занять более выгодные позиции.

Однако, выяснилось, что таковые отсутствуют в принципе – нам предстояло сражаться на круглой площадке, посыпанной мелким белесым песочком. Ни дать, ни взять – Колизей, осовремененный силовым куполом наперёд зрительскими трибунами. Рыцарством тут и близко не пахло.

Наблюдали за зрелищем здесь тоже по старинке, сидя на простеньких креслах рядами друг за другом. Амфитеатр на вскидку вмещал тысяч пятьдесят разумных, улюлюкавших на все лады, а в роли арбитров выступали здоровенные воины в полосатой броне. Бить их тоже было нельзя.

Я горестно вздохнул, отступая подальше к стене. Никакого раздолья не предвиделось, хотя меня так и подмывало броситься в самую гущу соперников. Но так скорее заработаешь дисквалификацию, чем прославишься. Напротив нас замерли зелёные воины, чуть дальше располагались жёлтые и красные. Все выкрашенные в один цвет с ног до головы – захочешь, не перепутаешь.

Очередной, самый громкий и раскатистый удар в гонг ознаменовал начало массовой потасовки. Большинство участников тут же бросились вперёд, и лишь единицы вроде меня не переходили с быстрого шага на бег. Один из наших сопартийцев умудрился запнуться, и едва не совершил ритуальное харакири.

Сшибка бронированных тел разом поглотила все прочие звуки, так что ориентироваться во всей этой свалке мне предстояло лишь визуально. Первой моей жертвой стал раненный красный киборг, вооружённый фотонной секирой. Бедолага пал после первого же удара, пропустив мой размашистый выпад. Орудовать гигантским двуручником было крайне неудобно, учитывая, что большинство классовых техник включали в себя использования щита. Сейчас же пришлось забыть о защите, сосредоточившись исключительно на одних атаках.

Хотя какая-то притягательная бесшабашность в таком положении всё же присутствовала.

Не успели останки поверженного противника рухнуть на песок, как ко мне подскочил новый оппонент – на этот раз обычный человек в зелёной броне. С ним пришлось повозиться, но ровно до того момента, когда он решил блокировать удар чёрного двуручника портативным щитом на запястье. Зря, очень зря.

Меч мигом осушил энергетическую преграду, будто заправский алкаш минералку поутру, отрубил предплечье вместе с браслетом и глубоко вонзился в латы. Те мгновенно потемнели и стали рассыпаться серым пеплом, а полоска жизни персонажа ухнула вниз. Настолько резко, что ему не хватило сил даже на ответный взмах плазменным резаком.

Вокруг творилась форменная вакханалия, поэтому нет ничего удивительного в том, что меня едва не зарезали со спины. Выдёргивая застрявший в бездыханном теле меч, я качнул корпус в сторону, и только это спасло меня от коварной атаки. Лучевая пика на длинном древке, которая должна была воткнуться мне аккурат между лопаток, проплавила длинную борозду на моём плече.

– И вам здравствуйте!

Зелёный копейщик выписал замысловатую восьмёрку, намереваясь подрезать мне ноги, но я просто воткнул широченное лезвие перед собой. Песок тут же прикрылся изморосью, а ближайшие песчинки рассыпались в прах, подняв в воздух тёмные облачка пыли. Лучевое оружие, как и ожидалось, не могло соперничать с частичкой чёрной звезды, и позорно спасовало. Ненасытный клинок жадно впитал в себя свет, на мгновение потушив пику, и пока ошарашенный противник соображал, что к чему, я атаковал в лучших традициях фламберга – снизу-вверх.

Минус три, можно и закругляться…

Вот только уведомление мне так и не пришло, странно. Не засчитали какую-то из побед?

Копаться в настройках совершенно не было времени – то и дело на меня выскакивали обезумевшие от мясорубки воины. Снова пришлось упокоить красного, разрубив его пополам, а затем жёлтого противника. И только тогда система соизволила посчитать мою миссию выполненной.

Видимо, нужно было победить хотя бы одного соперника из каждой команды. Вроде бы внимательно читал, а про это там не было ни слова…

Хоть я и прошёл на следующий этап, вот только добраться обратно в безопасную зону оказалось не таким уж простым делом. Вокруг бушевало безумное сражение, и мне пришлось прибить ещё нескольких по дороге. А также получить пару раз от своих же, благо, что по касательной. Синие, блин, бойцы одним словом.

В итоге моей команде зачли целых девять фрагов, а я с чувством выполненного долга направился за одним из распорядителей. Те ожидали у ворот и пропускали только тех, кто выполнил задание. Остальным же путь назад был заказан, даже тяжелораненым. Бейся или умри – таков главный местный девиз.

Ко мне же никаких претензий не было, я и так план по убийствам перевыполнил в несколько раз. Бородатый мужичок в модном коричневом камзоле провёл меня в отдельные апартаменты, где меня поджидала моя личная дама сердца. Да, без этого обязательного атрибута к соревнованиям так же не допускали, увы.

– Ни слова, Кул! Просто молчи!

Шандайн нервно поправила складки пышного платья с глубоким декольте, чей подол едва не подметал каменный пол. Её лёгкая броня никак не смогла пройти местный дресс-код, согласно действующему этикету, поэтому ей кардинально обновили гардероб. Помимо платья разведчицу оснастили модными туфлями на длинном каблуке, тяжёлыми серьгами и в придачу нацепили колье из полудрагоценных минералов. Не хватало только диадемы в коротких светлых волосах – и получилась бы вылитая принцесса, изрядно заждавшаяся принца.

Правда, в глазах переодевшейся девушки плескалась такая жажда убивать, что от неё шарахнулся бы самый отчаянный аристократ.

– Тебе идёт, – сказал я чистую правду. – И кстати, атаковать своих здесь нельзя, потерпи до Шебукая.

Напарница бросила бесплотные попытки прожечь во мне дыру взглядом, и сокрушённо вздохнула:

– Не думала, что буду когда-нибудь скучать по этому пылесборнику… Но если ты сделаешь хоть один скрин себе на память, то я тебя прямо здесь зарою, вместе с репликатором!

– Думаешь, остальные этого давно не сделали?

– Нет, им ведь тоже помирать молодыми неохота. Я всех предупредила, даже эту прозрачную малявку.

– Кстати, как у них там дела?

– Втёрлись в толпу нормально, сейчас ищут серверную, чтобы начать взлом.

– Надеюсь, она у них вообще существует, – поделился я резонными опасениями.

– Конечно, она есть! Все эти средневековые закосы – просто ширма. Может, с них так налогов меньше дерут. Ты защитное поле на трибунах видел? Представляешь ёмкость генератора?

– У них тут валяется слишком много звездолётов. Вот и приспособили…

Тут в дверь, сделанную из настоящего дерева, деликатно постучали. Я вслух поинтересовался, чего надо, после чего в комнату осторожно заглянул ещё один распорядитель. На этот раз – орторионец, которому камзол шёл так же, как лошади меховой тулуп.

– Ваш бой, милорд. А вас, миледи, ждут на трибунах.

– Быстро вы.

– Стараемся, чтобы почтенная публика не заскучала, – он учтиво поклонился.

Мы втроём покинули покои, но Шандайн прямо с порога подхватила поджидавшая нас молодая фрейлина и увела напарницу в сторону. Я успел ободряюще помахать напарнице рукой, хотя вообще-то в качестве группы поддержки должна была выступать именно она.

Арену за время моего короткого отсутствия успели мало-мальски привести в порядок – убрали тела и насыпали сверху свеженького песочка. Наступило время индивидуальных поединков, и меня уже поджидал четырёхрукий инопланетянин с парными световыми клинками. Судя по цвету брони, он выступал за другую команду, и был совсем не прочь увеличить собственный счёт побед. Меня же напротив, соревновательный элемент совсем не интересовал. Главным призом являлся какой-то артефакт К’Вонгов, наверняка позаимствованный из разорённого аванпоста.

Было бы слишком просто, окажись нужная нам вещица в списке наград. Хорошо хоть, что нас пустили на закрытую от туристов планету, иначе пришлось бы отказать Оптимисту и выкупать корвет втридорога. Лишь бы ребята справились…

Будто услышав мои мысли, на связь вышла Паника:

– Лид, мы нашли серверную, хакеры уже подсосались к ней. Как меня слышно?

– Отлично, – ответил я, двигаясь навстречу противнику. – Ищите сокровищницу.

– Их тут оверлот, чекать не успевают.

– Просил же!

Тем временем инопланетянин налетел на меня, будто вихрь на одинокое дерево. Двигался он с умопомрачительной скоростью, под стать Шандайн. Только ещё успевал при этом шинковать клинками на зависть любому блендеру. У меня тут же появились первые прорехи в броне, а здоровье поползло вниз. «Чёрное Пламя» никак не могло угнаться за шустрым гладиатором – катастрофически не хватало очков Силы. Покойный Хрусталь пользовался механизированными конечностями и махал здоровенным двуручником, словно пёрышком. Мне же едва удавалось держать средний темп, и не слишком заваливаться в сторону от замахов.

– Ой, сорик! Лутовых много, там каталоги километровые, и поиск не пашет. Мы ж не знаем, как они тот шарик обозвали.

– Теперь понятно, работайте.

– Агась, удачного файта!

Шпионка отключилась, оставив меня наедине с четырёхруким. Тот уже предвкушал победу и радостно демонстрировал клыки через прозрачное забрало шлема. Я за ним катастрофически не успевал, а выносливость постепенно подходила к концу. Вот только проигрывать мне было никак нельзя – поражение будет сродни депортации с планеты. Моему распечатанному телу уже не дадут выйти из корабля, да и остальных спутников сразу попросят на выход. Только наличие гостевого пропуска позволяло моей команде шляться по городу в поисках ядра искусственного интеллекта, так что мне нужно было во что бы то ни стало остаться участником турнира.

Раз противник всё равно скакал вне досягаемости моего меча, пришлось снова втыкать его в песок. Но на этот раз я закрутился на месте, щедро зачерпывая сыпучее покрытие треугольным концом лезвия. От малейшего контакта с проклятым металлом крупинки превращались в невесомый прах, который очень неохотно оседал вниз и сильно портил обзор. Мне понадобилось три полных оборота, чтобы сформировать вокруг нас подобие пылевой бури. Непроглядная взвесь была встречена зрителями негодующим улюлюканьем и свистом, ведь они наблюдали за нашей схваткой исключительно визуально.

Ну, простите, это всё равно ненадолго.

Потерявший меня из виду противник не стал лезть в мутное ледяное облако, и ожидаемо отскочил в сторону. Всё правильно – при отсутствии видимости его преимущество в скорости моментально сходило на нет. Только я не собирался стоять на месте и ринулся вслед за ним, ориентируясь на яркие всполохи световых клинков. Тепловое оружие светило, подобно маякам в тумане, и оставляло за собой отчётливый инверсионный след из пара.

Гладиатор слишком поздно сообразил, что я вижу все перемещения, и внезапная атака из облака застала его врасплох. Прекрасно понимая, что ему ничего не стоит снова от меня убежать, я изо всех сил швырнул меч вперёд, будто олимпийский снаряд. Попытка была всего одна, ведь запасного оружия нам не полагалось, но второй к счастью не понадобилось.

«Чёрное Пламя» в который раз продемонстрировало собственную имбалансность – его не остановили ни скрещенные клинки, ни сразу два энергетических щита, которыми на всякий случай прикрывался четырёхрукий. Даже тело в лёгкой броне не стало для него существенной преградой, и только беспощадная гравитация смогла прервать его полёт, метров через пятнадцать.

К мечу я шёл уже в статусе победителя, хотя мнения на трибунах кардинально разделились. Одни считали, что схватка прошла нечестно, другие же справедливо считали, что запрещённых приёмов в бою насмерть существовать не может. Тут либо ты, либо тебя.

По дороге сюда мной были тщательно проштудированы все правила, и они накладывали вето лишь на использование дальнобойного оружия. Меч, понятное дело, к таким не относился, как его не используй. Всё остальное, включая собственные способности, разрешалось применять по своему усмотрению. Киборги преспокойно пользовались имплантами и другими встроенными примочками вплоть до вживлённого в тело экзоскелета, как у Хрусталя, а геномодификанты вроде меня могли применять улучшения собственного тела.

Такие вот Олимпийские игры на стероидах. Допускается любой допинг, который не имеет калибра.

Стоило мне подобрать оружие, как на арене показался давешний распорядитель-орторионец, огласивший окончание боя. Как я и ожидал, судьи посчитали победу в рамках правил и пропустили меня на следующий круг.

Он же отвёл меня в подтрибунные помещения, для отдыха и восстановления. Если тело понемногу регенерировало само, то исполосованная броня нуждалась в срочной починке. Вот только пришлось заниматься ей самостоятельно, что выходило у меня крайне медленно и через одно место.

Следующий бой случился через полчаса и вышел куда проще, чем предыдущий. Противником на этот раз оказался игрок во вполне стандартном облачении, вооружённый плазменным мечом. Особых хлопот он мне так и не смог доставить, отправившись на перерождение уже через три минуты после стартового сигнала. Двигался паренёк неплохо, но слишком уж большой перекос в мою сторону давали оружие и опыт. А вот ему явно не хватало схваток с сильными противниками. Видимо, качался на лёгких мобах и персонажах, и на абордаж с шашкой наголо ни разу не ходил.

Подобревшие зрители стали относиться ко мне чуть благосклоннее, и уже не так сильно освистывали после окончания поединка. Распорядитель предложил ознакомиться с турнирной таблицей, но я лишь отмахнулся. Эта информация была актуальной для того, кто всерьёз готовился к турниру, изучая все слабые и сильные стороны соперников. Мне же все эти имена и никнеймы ни о чём не говорили. Знаменитых мечников сюда вряд ли позвали, большинство из них сейчас защищают честь своих кланов в настоящем Турнире.

Во время перекура снова вышла на связь Паника, и на этот раз с хорошими вестями:

– Лид, мы нашли его! Уже стелсю туда.

– Стелсишь? – машинально переспросил я.

– Агась, на минималках. Вокруг полно персов, боюсь, что задетектят меня.

– Выяснили, какая там защита стоит?

– Хакеры говорят, что комбинированная, – прилежно и по слогам произнесла шпионка, будто ученица у доски. – Электронку они отрубят, а мимо живых я просочусь. Всё понятно сказала?

– Вполне. Только ничего там больше не трогай, слышишь? А то знаю я вашу братию!

– Эх, ладно…

Следующий соперник снова оказался игроком, и с первого взгляда на него я понял – меня ждут большие неприятности. Одно то, что он являлся К’Вонгом уже говорило о многом. В своё время данная раса была очень востребована, пока её не вычеркнули из набора для премиум-аккаунтов, переведя в разряд акционных.

Отныне стать им игроки могли только после участия в специальных мероприятиях, совсем не дешёвых. Кому-то представитель вымершей расы доставался в комплекте с дорогущей вирт-капсулой последнего поколения, кому-то – за особые заслуги перед игровым сообществом, а некоторым счастливчикам давали возможность попробовать разных инопланетян, как популярному видеоблогеру или журналисту.

Странного вида броня К’Вонга казалась излишне лёгкой и прикрывала только жизненно важные места. Всё остальное представляло собой улучшенную версию комбинезона, изготовленного из эластичного крупноячеистого материала. Но больше всего внимание приковывал его прямой короткий меч, пульсирующий тревожным красным светом. Но не как фотон или плазма – клинок имел вполне отчётливый объём. Хотя и на какой-нибудь сплав он не походил – слишком прозрачный, будто какой-то минерал. Как если бы природный кристалл огранили до состояния узкого лезвия, после чего приделали к нему рукоять.

Смотрелся меч так же хрупко, как и его владелец, но меня не покидало ощущение грядущей беды. На всякий случай я встал в оборонительную стойку, и не ринулся вперёд после финального удара в гонг.

– О, сообразительный, – одобрительно произнёс противник под ником А-Дейн. – Ну, хоть в этот раз будет немного интересно.

И пошёл прямо на меня, совершенно не опасаясь занесённого над моим плечом двуручника. Он даже не потрудился активировать щит на запястье, хотя высокотехнологичный браслет у него всё же имелся. Когда между нами осталось всего пара-тройка шагов, я был вынужден атаковать, иначе упустил бы всякое преимущество в длине клинка. К’Вонг с кривой усмешкой на лице не стал блокировать мощный удар, а попросту испарился. Растаял в воздухе, будто заправский шпион. Вот только чёрное лезвие не встретило ни малейшего сопротивления до самого песка, породив небольшие пыльные завихрения по обеим сторонам.

Значит, это не пресловутый «инвиз», а настоящее исчезновение. Понимая, что безнадёжно опаздываю, я выпустил рукоять «Чёрного Пламени» ещё до того, как он окончательно увяз в песке, и врубил щит. Энергетический круг едва успел прикрыть мою спину, куда пришёлся удар вражеского меча. И всё равно лопатки обожгло болью, а в моих доспехах на одну прореху стало больше.

Все вокруг так и хотят мне крылья подрезать, чтоб не взлетел по турнирной таблице.

Материализовавшийся позади меня воин тут же снова исчез, чтобы проявиться в нескольких метрах дальше. Напрасный отскок – на контратаку я сейчас не был способен. Пришлось бы отключить щит, а делать этого мне категорически не хотелось.

Я нарвался на самый опасный подвид мечника, стать которым в своё время так и не смог. Просто подходящего гена не нашлось. Прыгуны-телепортаторы крайне редкие звери, и добыть их не так-то просто. Попробуй поймай его, когда он может выпрыгнуть из любой ловушки через маленький прокол в пространстве.

– Неплохо для донатера, – снова разразился похвалой А-Дейн, замерев на почтительной дистанции от меня.

– Если ты про меч, то это трофей, – проворчал я, стараясь не мигать одновременно двумя глазами.

На всякий случай. Хотя дистанция одного прыжка не превышала четырёх-пяти метров, но кто знает, каков его настоящий предел. Может, он бдительность мою хотел усыпить.

– Насколько я знаю, такие штуки намертво привязываются к аккаунту, – покачал головой мечник. – Ты мог получить его лишь в качестве подарка.

– Почти угадал.

Я специально не стал уточнять тот редкий случай, когда владелец игрового имущества погибает, не оставив не то, что завещания, а хотя бы внятных наследников. Уж кто-кто, а сладкая парочка капитально позаботилась о том, чтобы у них не имелось родственников.

Если правопреемника не существует в природе, то все предметы принимают ничейный статус и уходят к тому, кто первый их нашёл. Правда, привязать к себе меч мне было нельзя, и он вполне мог выпасть из моего трупа. На нынешнем турнире подбирать чужое оружие запрещалось, а вот в Приграничье следовало держать ухо востро.

Со стороны трибун послышались первые недовольные свистки – наш разговор слишком затянулся для распалённой скоротечными сражениями публики.

– Аудитория начинает скучать, – усмехнулся мечник. – Ну что, подарим им достойное шоу?

– Непременно.

К’Вонг снова исчез, чтобы появиться на несколько метров ближе и правее. Его соплеменники и так не жаловались на скорость, а в сочетании со способностью мгновенно перемещаться в пространстве он был практически неуязвим. Накрыть его могла лишь атака по площади, например, синхронный подрыв бомб или заградительный огонь из пулемёта. Ничего такого у меня за плечами не было, поэтому оставалось уповать лишь на собственную сообразительность.

Каждый новый скачок пусть и казался хаотичным, но всё равно неумолимо сокращал расстояние между нами. И когда оно стало слишком коротким, я вновь хватился за меч. А-Дейл не стал изменять излюбленной тактике, и снова воплотился позади меня. Только вместо моей спины его ждало широкое чёрное лезвие. Наши мечи столкнулись со звоном, породившим многократное эхо, однако, полупрозрачный клинок нисколько не пострадал и даже не притух.

Лёгкому противнику было тяжело остановить мой выпад, и он просто позволил огромному лезвию пройти мимо, а затем в который раз исчез. Не теряя скорости, я наотмашь ударил двуручником уже перед собой и проявившийся противник вновь был вынужден блокировать атаку.

– Браво!

– Пасибо, ты тоже ничего так…

Следующие несколько минут прошли в упоительной схватке, где каждый неосторожный шаг мог стать последним. К’Вонгу удалось ещё несколько раз серьёзно зацепить меня, но и он сам носил глубокую борозду на груди. Не имейся у него там защитных пластин – уже отправился бы на перерождение.

Удары сыпались без остановки, мы давно двигались в одном ритме, приноровившись друг к другу. Что там творилось со зрителями можно было только догадываться по многоголосому рёву, окружавшему нас со всех сторон. Вряд ли они ожидали такое представление на одной тридцать второй финала.

Кристаллический клинок не уступал в прочности «Чёрному Пламени», и не давал себя обесточить. Я уже догадывался о его происхождении, ведь ещё с самого первого взгляда он породил смутные ассоциации с одним из космических монстров. Ничего удивительного, что аура чёрного карлика на него не действовала.

Терпя сыплющиеся на меня со всех сторон удары, я терпеливо ждал новой возможности подловить мельтешащего перед глазами соперника, и на новый вызов от Паники ответил одним лишь рассерженным рыком.

– Я опять в тайминг не попала? – робко поинтересовалась шпионка. – Тут это…

– Чего?!

Новый удар едва не оставил меня без руки, а количество хитпоинтов перевалило за середину. Так он меня просто затыкает, как подушечку для булавок.

– У лутовой охрана, того… – продолжила объяснять моя помощница. – В ауте.

Мне понадобилось ещё несколько взмахов, чтобы понять смысл сказанного. Но вот мечи снова столкнулись, подарив небольшую передышку.

– Их вырубили?!

– Типа того, но они живы. Я проверила.

– Беги оттуда, это подстава!

– Ой!

На этом связь внезапно прервалась, а секунду спустя едва не прекратился поединок из-за того, что я замешкался, переживая за девчонку. Опять пришлось моей многострадальной броне принимать на себя всю тяжесть вражеского удара. Хорошо, что догадался перед турниром сменить даторийский технический доспех на более продвинутую модель. Как знал, что моя способность здесь так и останется невостребованной…

Однако, нашему бою суждено было завершиться именно сейчас. Вскоре раздался трубный звук, знаменующий прекращение схватки, после чего его продублировала система через интерфейс. Да такими крупными буквами, что грешно было не заметить.

– Жаль, – искренне посетовал А-Дейл. – В кои-то веки достойный противник попался.

К’Вонг убрал меч в ножны и церемонно поклонился. Видимо, слишком вжился в роль космического самурая, но мне такой скурпулёзный подход к игре только импонировал. Всяко лучше, чем поминание моих родителей в самых нехороших выражениях и прочие примитивные маты. Спасибо, наслушался.

Тем временем на арену выскочили сразу несколько распорядителей, которые сразу же окружили нас плотным кольцом. Компанию им составили рослые стражники, легко узнаваемые по роскошной тяжёлой броне и стареньким лучевым мечам в руках.

– Участник турнира Куладун, пройдёмте с нами! Немедленно!

– А я? – обескураженно спросил мечник-телепортатор.

– Вам присуждается победа. Техническая. Можете отдыхать до следующего этапа.

Теперь я наконец-то мог перевести взгляд на панель отряда и убедиться, что ребята живы-здоровы. Пока ещё. Однако, все пиктограммы оказались за полупрозрачной решёткой. Арестованы, значит. Ипатьевский монастырь, что же там случилось?!

Этот животрепещущий вопрос я задал вслух, обратив к себе всеобщее внимание.

– Вы обвиняетесь в покушении на собственность Сирано, – буднично ответил рослый стражник.

Его напарник тем временем нацепил на меня силовые наручники, мгновенно заблокировавшие все способности, в том числе голосовой чат. Без него стало как-то особенно тоскливо – теперь ни с кем не поболтаешь, остаётся только писать письма.

Вот и снова я стал заключённым, прямо тянет меня в не столь отдалённые места.

Под усиленным конвоем меня повели в подтрибунные помещения, только на этот раз не в отдельные апартаменты с диванчиком, а в настоящие казематы с толстыми решётками. Всё располагалось рядышком, едва ли не за соседней стенкой. Видимо, далеко не все гладиаторы шли на славу и смерть добровольно.

В просторной камере на шесть персон меня поджидали грустные подельники, дополнительно скованные между собой, а так же хмурый дознаватель в строгом чёрном камзоле. Пока меня включали в общую цепь, я успел получить сжатый доклад от Паники, который приятно порадовал пунктуацией и минимумом сленга:

«Перед нами зашла ещё одна тима, их тоже взяли. Но я успела отрубить одного и скинуть ему шар, прежде чем меня засекли. Мы ничего не говорили, ждали тебя».

«Умница!», – напечатал я в ответ.

Теперь всё стало более-менее ясно. Местным турниром воспользовались не только мы, поэтому перед сокровищницей произошла такая толкучка. Шпионка напоролась на того, кто должен был стоять на стрёме, и местная охрана среагировала на удивление оперативно. Будто им это далеко не впервой.

– Я жду покаяния, – вкрадчиво напомнил о себе дознаватель. – Облегчите душу, и можете надеяться на смягчение приговора. Поверьте, в наших рудниках лучше не задерживаться надолго. Обычно заключённые готовы отдать все свои деньги, чтобы поскорее их покинуть.

– В наших действиях нет состава преступления.

– Да? – весело уточнил персонаж. – Что же твои помощники забыли возле сокровищницы? Заблудились в поисках туалета?

Это хорошо, что он не спросил про взлом систем безопасности. Значит, хакеры смогли замести следы.

– Мы узнали, что здесь готовится ограбление, и решили его предотвратить.

– Как интересно, – потёр ладони дознаватель. – А почему не сообщили нам?

– У нас не было доказательств на руках, – пожал я плечами. – Вдобавок, мы не знали, какая именно группа будет участвовать в подлоге.

– Что ещё за подлог?

– Их целью была одна из драгоценностей аристократии, и они хотели заменить её на подделку.

– Так-так… – задумчиво протянул мой собеседник. – Любопытно. А зачем они тогда набили рюкзаки другими сокровищами? Их ведь не на что было менять.

– Отвлекающий манёвр, – продолжил я вдохновенно врать. – Никто бы не заподозрил, что главной целью было совсем другое. Всех покидающих планету тщательно досматривают, и они вряд ли смогли бы увести награбленное. Видимо, намеревались спрятать всё ненужное где-нибудь в укромном месте.

– Я и сам не понимал, на что эти глупые воры надеялись, – признался представитель власти. – Что ж, пойду пообщаюсь с ними. Может, разговорятся.

– А мы?

– До выяснения всех обстоятельств дела побудете пока здесь. И ещё вопрос – зачем им понадобилось хрустальное вместилище души? Насколько я знаю, за пределами нашей планеты оно ценится не так дорого.

– Вот у них и спросите. Наши информаторы этого не уточнили.

– Получается, вы просто хотели нам помочь? – бросил персонаж у самого порога камеры. – Не слишком ли это странно для пиратов?

– Нам нужно любой ценой восстановить отношения с Союзом, – твёрдо ответил я. – Если наведёте справки, то узнаете, что изгоями мы стали совсем недавно и не по своей воле, а в результате политической сделки.

– Непременно.

Надзиратели захлопнули толстую металлическую дверь, оставив нас одних. Ребята, сидевшие на нарах, только сейчас позволили себе выдохнуть и с надеждой переглянуться.

– А врать ты мастак! – похлопала меня по плечу Шандайн. – Теперь остаётся только ждать, заглотят ли они наживку, или нет.

– Нам особо предъявить нечего. Паника не заходила в сокровищницу, не трогала охрану. Наоборот, она нейтрализовала преступника, чем помогла задержать остальных.

– Интересно, а у них тоже квест от того меха? – спросила шпионка, болтая ногами в воздухе.

– Сомневаюсь. Иначе они не тронули бы остальное. Думаю, тут банальный грабёж. Одного только не пойму как именно они собирались пронести всё это добро мимо таможни.

– Да, сканеры там мощные, – закивала Паника. – «Инвизом» точно не получится, особенно целые рюкзаки. Тут одну вещь бы протащить…

– Похоже, нам уже не стоит на счёт этого переживать, – хмуро заметила Шани. – Задание мы провалили.

– Пока нас не депортировали отсюда – ещё нет.

– Я в «инвиз» не могу, – сразу же предупредила шпионка. – У меня шмот отобрали.

– Мы тоже пустые, – развели руками Сир Апрель с Фаргом.

– Не думаю, что получиться второй раз провернуть подобное, – успокоил я всех. – Местные наверняка усилили охрану.

– Тогда вообще, вешалка нам, – вздохнула разведчица, снова затеребив складки на платье.

– Агась, придётся юнит втридорога выкупать…

Все замолчали, думая каждый о своём. В камере пришлось промариноваться ещё минут сорок, прежде чем к нам снова заглянул дознаватель в компании с почтенным стариком в расшитых золотом одеяниях. С первого взгляда на него стало понятно, что к нам пожаловала местная элита.

– Магистр Окатос, это те самые авантюристы, о которых я вам говорил, – представил нас следователь.

– Говорите, что решили помочь нам ради повышения репутации? – величаво произнёс аристократ. – Что ж, по крайней мере, это честно.

– Так что сказали грабители? – первым делом спросил я.

– Молчат, – ответил силовик. – Ждут чего-то… Но все доказательства говорят против них, так что им вскоре предстоит изучить наши рудники, так сказать, изнутри.

– А что касается вас, – подхватил словесную эстафету вельможа. – То я ещё не определился, наказывать или благодарить. С одной стороны, вы действительно помешали грабителям, с другой – слишком уж всё подозрительно…

– И поэтому вы решили сначала поговорить с нами? – догадался я. – Но мы вроде бы уже всё рассказали.

– Мне нужна… Некоторая помощь.

Аристократ сделал выразительный жест рукой, и в камеру вошёл один из стражников, бережно неся в каждой руке по резной деревянной шкатулке. Отличались ларцы только цветом – один был синим, а другой красным. Внутри на бархатных подушках, будто сверкающие жемчужины в раковине, покоились ядра искусственного интеллекта.

– Мои эксперты не могут дать внятного ответа, где настоящее сокровище, а где – подделка, – пояснил магистр. – Может, ты разберёшься?

Мои подельники так и замерли с открытыми ртами, не веря собственным глазам. Я тоже поначалу было обрадовался невероятной удаче, но потом взглянул в умные глаза пожилого персонажа и честно ответил:

– Они оба настоящие. Вся разница лишь в содержании.

Шандайн закатила глаза, будто девица на выданье, и попыталась упасть в обморок. Сир Апрель галантно придержал её и не дал завалиться на нары.

– Продолжай, – благосклонно повелел аристократ. – Что же там хранится?

– Да вы и сами всё знаете, – пожал я плечами. – Души. Только не живых существ, а искусственных.

– Всё верно, кудесники сказали мне примерно тоже самое. Жаль, конечно, что нельзя поместить в сосуд собственную душу, но может, оно и к лучшему… Вижу, что ты не пытался лгать, посему все обвинения снимаются. Турнир, к сожалению, ты уже пропустил, но можешь рассчитывать на нашу благодарность. Мы замолвим словечко за вас перед Союзом.

– А что собираетесь делать со сферами?

– Заполненный сосуд отправится обратно в сокровищницу, где ему самое место. Пустой же не имеет для нас ни малейшей ценности. Пожалуй, отдам его казначеям, пусть выставят как приз на очередном состязании.

– А может, нам подарите за труды?

– Не вижу причин для отказа, – осторожно ответил аристократ. – Если объясните, зачем она вам.

– В нашем высокотехнологичном мире даже такие пустышки можно продать. Хоть какая-то прибыль нам будет. Увы, мимо серьёзных призов мы пролетели…

– А можешь ли ты прямо здесь распознать, какая из них заполнена чужим разумом?

Конечно же я мог, мне система интерфейса подсветила красную шкатулку практически мгновенно. С квестовыми предметами не шутят, и ошибки быть не могло. Нынешние игроки очень не любят, когда их заставляют быть экстрасенсами, если дело не касается детективных заданий. Наше же было довольно простым, из разряда: «иди-принеси».

– Вот этот, – я указал на синий ларец. – А второй прошу оставить нам.

– Хорошо, но знай – до вашего отлёта кудесники проверят твои слова. Если обманул – кары уже не минуешь!

Я с выражением полного безразличия забрал нужную коробочку и засунул её в наплечную сумку Паники. Ни у меня, ни у напарницы не было при себе даже карманов, так что транспортировку пришлось доверить нашей юной помощнице. Но она это заслужила.

Не дождавшись моей реакции, вельможа удалился, прихватив с собой добрую часть охраны. Дознаватель же расковал нас и выдал конфискованные вещи – мой меч и складной веер Шандайн. Инженерам вернули наладонные компьютеры, а Нике – походный шпионский набор, включавший маскировочную накидку с капюшоном.

После чего нашу несостоявшуюся банду взломщиков опять же под конвоем сопроводили на взлётную площадку. Там мы прождали ещё минут десять, пока прибежал запыханный гонец с радостной новостью:

– Всё в порядке, магистр Окатос желает вам счастливого пути!

– Ничего не понимаю, – замотала головой ошарашенная напарница, растрепав тщательно уложенные локоны. – Ты же…

Я крепко прихватил её за локоть и повёл внутрь звездолета, где нас заждался язвительный бортмеханик. Остальным ничего не оставалось, как последовать за нами по трапу, хотя их наверняка тоже распирало от вопросов. Ведь нужный ларец подсвечивался не только у меня и они до последнего ожидали разоблачения.

Только когда наш «Чебуратор» оторвался от каменных плит и стал набирать высоту, ведомый автопилотом, я позволил себе весело рассмеяться. Не зря сюда слетали, однозначно.

– Но как?! – продолжала тормошить меня Шани. – Они же должны были проверить ту пустышку!

– А кто тебе сказал, что там ничего не было? – усмехнулся я.

– Стоп, нам Оптимист пустое ядро отдавал, точно помню. Он не мог ошибиться!

– Ты слишком пропиталась духом ретроградства. Забыла, для чего нужны съёмные носители информации?

– Так ты… Но чем?

– О, блин, забыл! – хлопнул я себя по лбу. – Эй, Зигзаг! Где ты там? Слушай, я твой генератор анекдотов про глупую биомассу потерял, придётся тебе новый писать…

Глава 111

Если в плане жилья я неотвратимо опускался на самое социальное дно, то моим командировкам мог позавидовать любой трудяга из пресловутого среднего класса. Как заправского Джеймса Бонда, меня швыряло по заграницам, но что поделать — нужные люди жили по всему миру и не собирались лететь в стылую Россию.

Здесь же, в Восточной Европе, весна давно вступила в свои права. На деревьях распускались первые робкие почки, а вместо снега на газонах зеленела молоденькая травка. Никакой давящей серости не наблюдалось и в помине.

Моя цель находилась на порядочном расстоянии от аэропорта, так что я вдоволь налюбовался как и урбанистическими пейзажами, так и цветущей сельской глубинкой. Картины за окном автомобиля открывались вроде бы почти как у нас, но всё равно — неуловимо другие, где-то на уровне подсознания. Хватало и запущенной разрухи, и чистеньких уголков стабильности, всего в меру.

Но стоило мне заехать на частную территорию, занимавшую бесчисленные гектары земли, как обстановка разительно изменилась. Поселений стало больше, дома опрятней, а люди приветливей. Позволить здесь поселиться могли либо крутые специалисты, либо успешные предприниматели, и это накладывало свой отпечаток на общество. Сразу вспомнилась пресловутая «Силиконовая долина» поры моей молодости.

Здесь за коровками, щипавшими экологически чистую травку, приглядывали современные винтокрылые дроны, а с балкона «умного жилища», что располагались вдоль искусственных каналов, можно было спокойно удить рыбу.

Посреди этого маленького государства в государстве располагался серьёзный промышленный комплекс. Здесь с экологией было чуть похуже, зато многочисленные предприятия сытно кормили подавляющее большинство местного населения. Так что с выхлопами мирились, как с неизбежным злом.

Сердцем промзоны единогласно считался небольшой мобильный космодром, стоящий на почтительном отдалении от основных сооружений. Пусть и частный, зато вполне себе действующий, в отличие от подавляющего числа подобных объектов по всему миру. В том числе и у нас, в России. Прямо сейчас с него стартовала ввысь серебристая ракета, оставляя за собой чёткий дымный столб.

А самое удивительное, что никого вокруг это не удивляло — люди спокойно шли по своим делам, обедали в маленьких уютных кафешках, и никто не задирал голову к небу. Я же чуть шею себе не свернул, пытаясь проследить за носителем. Что же он там будет делать, в замусоренном донельзя ближнем космосе?

Орбита Земли сейчас представляла собой одну сплошную свалку, дарящую небесное шоу едва ли не каждую безоблачную ночь. Какое-то время даже существовал запрет на новые старты, чтобы обломков там не становилось ещё больше. Однако, со временем на меры безопасности забили болт, когда квантовые технологии одним махом разрешили множество проблем обленившегося человечества. Вычислительные мощности подскочили сразу же на несколько порядков, а отсутствие спутниковой связи заменила сеть ретрансляторов по всему миру. Они-то и убили последнюю надобность что-то запускать для решения насущных нужд.

Теперь люди могли запросто моделировать любые галактики, вместо того, чтобы самостоятельно исследовать свою собственную. С другой стороны, лететь к ближайшим звёздам — десятки, а то и сотни лет, а все хотят получать ответы прямо здесь и сейчас. Да и вопросов с каждым годом задают всё меньше, увлёкшись своей мелкой и никчёмной возней в социальных сетях…

Современное общество куда больше интересует, сколько на самом деле существует гендеров и какой фенотип человека предпочтительней остальных, а не то, какие загадки скрываются за порогом нашей космической колыбели. Всем недовольным с таким порядком вещей указывают на виртуальные симуляции, мол, отрывайтесь там, в полной безопасности. А у человечества есть дела поважней — новый сезон на носу, нужно срочно определиться, что нынче плывёт по мейнстриму. Хотя это допотопное слово никто уже не употребляет, заменив его более коротким «трендом».

А ракета, между тем, взлетала всё выше и выше. Вопреки безжалостной гравитации, а так же всем устаревшим запретам.

По всему выходило, что ехал я сюда не зря.

Вокруг космодрома работало тройное кольцо охраны, но мой путь лежал мимо него — в старенькое поместье, отреставрированное с большой любовью и знанием инженерного дела. Даже близкие старты ракет не могли потревожить монументальное здание, построенное ещё в позапрошлом веке. Глядя на раскинувшийся вокруг старомодный парк как-то особо не верилось, что совсем неподалёку кипит современная жизнь, со всеми её наворотами. Время здесь будто остановилось, не в силах потревожить покой местных обитателей. Точнее, обитателя.

Хозяин усадьбы, а так же всех прилегающих к нему земель и населённых пунктов, встречал меня у самых ворот, выкованных вручную мастерами прошлого. Несмотря на высокий социальный статус одет он был в удобную простую одежду — джинсы, куртка-штормовка и вязаная шапочка. Так и не скажешь, что это долларовый миллиардер, совладелец нескольких крутых инновационных компаний. Хотя, как говорил один мой знакомый, когда твой доход преодолевает определённый порог, надобность в деловом костюме отпадает, как старая отслужившая свой век штукатурка.

Потому что люди в костюмах от Версаче в конце концов работают на таких вот дядек в потёртых джинсах.

— Ну, как тебе? — вместо приветствия спросил местный барин, раскинув руки в стороны.

— Очень крутое у тебя графство, братишка, — ответил я. — Твои предки могли бы тобой гордиться.

— На самом деле их владения были ещё больше, — вкрадчиво поделился со мной Любомир. — Но я потихоньку расту и выкупаю небольшими частями, по кусочкам.

Граф Огурцофф в реальной жизни оказался поразительно похож на своего неказистого прототипа. Высокий покатый лоб, тонкий крючковатый нос и мелкие зубы. Круглые глаза навыкате скрывались за старинными очками в роговой оправе. Толщина линз внушала уважение, будто он их с какого-то телескопа скрутил. Даже рост был примерно такой же, как у невысоких даторийцев. Разве что не хватало заострённых ушей и зеленоватой кожи.

— Пойдём?

— Ведите, господин граф.

— Титул это всё, что мне досталось от родителей, — махнул рукой приятель, шаркая по вымощенной камнем тропинке. — Даже это родовое гнездо было давным-давно заброшено. После развала Союза тут устроили диспансер для туберкулёзных, а потом и его закрыли. Это была моя первая серьёзная покупка…

— Я читал про твои изобретения и компанию, которую ты основал, — признался я. — В целом, история понятная. При должном упорстве талант всегда наверх пробьётся. Но ответь мне, какого чёрта тебя в игры понесло?

— Так интересно же! — искренне улыбнулся конструктор. — Там довольно неплохо физика сделана, есть, что почерпнуть.

— Ещё скажи, что ты подпространственный скачок открыл.

— К сожалению, нет. Даже ионные двиглы не выдают сколько мне нужно. Но у меня есть один перспективный проект…

— Так ты реально собираешь его, прямо там?! — я перевёл взгляд в бездонное синее небо, разбавленное редкими облачками.

— Да, — с гордостью кивнул инженер. — Уже приступили ко второму этапу. Думаю, к концу года всё будет готово.

— А мусор?

— Чистим потихоньку. На самом деле, братиш, там не так уж и много осталось. Другое дело, что выводить носители сейчас невыгодно. В минус уходишь сильно.

— И зачем ты тогда идёшь на такие траты?

— Мечта! — Любомир закатил глаза, пока не споткнулся о какой-то едва выступающий камушек. — А, вот мы и пришли.

Здание вблизи казалось не таким уж и большим — всего три этажа. Но в роскоши оно могло посоперничать со многими загородными особняками современности. Резные балкончики, лепнина везде, где только можно, и огромные мраморные колонны у парадного входа. Неудивительно, что до туб-диспансера здесь долгое время размещался областной музей.

Хозяин повёл меня на небольшую экскурсию, пока домашняя прислуга накрывала на стол. Огурцофф и здесь не стал изменять себе, поэтому все его помощники были сплошь электронными — от мобильных роботов, до умных кухонных комбайнов. Со своей работой они справлялись не хуже живых аналогов, но уюта здесь не чувствовалось совершенно, и от этого здание никак не воспринималось жилым.

Даже стол сервировали пусть и красиво, но всё равно — как-то без души…

Немного прогулявшись, мы устроились в одной из гостиных на верхнем этаже, с видом на цветущий яблоневый сад. Его посадили уже при Любомире на месте стихийно образовавшегося пустыря, и деревья там были сплошь молодыми. Старые же исполины, которых осталось не так уж и много, темнели хвоей чуть дальше, размывая границы графской усадьбы.

— Ты извини, братиш, что я теперь редко там появляюсь, — виновато произнёс инженер. — Работы много подвалило. Даже на Турнир забить пришлось.

— Понимаю, — кивнул я. — Твоя мечта…

— Уж близко, да.

— А скажи мне тогда, куда ты так торопишься? Насколько я понимаю, железный занавес вокруг планеты когда-нибудь рассыпается сам собой, спасибо родному притяжению. С каждым годом обломков всё меньше, а за технологиями уже не угнаться. Ведь все эти твои старты сейчас — огромный риск.

— Да нет, у нас всего одна авария случилась. Плюс, всё на автоматике, без участия живых операторов. Но дело не в том, братиш. Я тоже когда-то думал, что пусть не подпространство, но хоть что-то лучше ионных двиглов мы успеем изобрести, но…

Он надолго замолчал, уставившись в одну точку.

— И в чём проблема? — нарушил я затянувшееся молчание.

— Время. У нас его практически не осталось.

— А вот с этого места, пожалуйста, поподробнее…

— Да тут особо и нечего рассказывать. Ещё годик-другой, и все космические программы свернут. Оставят только наблюдение, метеорологию и прочую ерунду. Потом примутся за нас, частников. Это ведь не только мой проект, мы с ребятами вместе в него вложились, иначе попросту бы не успели даже начать.

— Ага, я и про твоих единомышленников успел в самолёте почитать. Все сплошь миллиардеры, плейбои и филантропы. Но зачем кому-то закрывать от вас космос?

— Всех и так устраивает текущий порядок, а там, — Любомир ткнул пальцем в потолок. — Не будет никакого контроля. Их это пугает.

— Кого?

— Их.

— Массонов, что ли? — не выдержал я.

Инженер тоненько захихикал, едва не расплескав чай себе на штаны. Кухня пока ещё готовила для нас какую-то хитрую снедь, поэтому в ожидании основных блюд мы пока что заправлялись тёрпким напитком с нотками душицы и чабреца.

— Это всё сказки для дурачков, братиш. На самом деле, никакое это не сообщество. Каждый сам за себя, и только общие интересы заставляют их считаться друг с другом. И ты, и я для них — просто мелкие рыбёшки. Пескари. На нас не обращают внимания вплоть до того момента, пока мы не начинаем сбиваться в косяки.

— Любопытная аналогия.

— Ещё всего одно поколение сменится, и будет ровно век, как человек полетел в космос, — с жаром продолжил граф Огурцофф. — На стальном, почти неуправляемом снаряде! Сейчас в одном твоём коммуникаторе вычислительной мощности гораздо больше, чем во время первой высадки на Луну. Я ещё с учебных планшетов в школе спокойно рассчитывал полёты на Марс и Венеру, просто от нечего делать. А мы так снова на собственный спутник так и не слетали.

— Так ведь авария…

— Это всего лишь предлог. Не прилети тогда комета, придумали бы что-нибудь другое. Уж слишком неудачно там цепная реакция случилась. Большинство спутников можно было отвести на другую сторону, и укрыть за планетой. А они обе станции ещё подставили…

— Получается, голодные акулы с самого начала не хотели, чтобы их рыбёшки сбились в косяки и не уплыли в другой водоём?

— Почти что так и есть, образно. Только наше проблема совсем не в этом, братиш. Так было всегда, на протяжении всей нашей истории. Во все времена тотальный контроль был лишь несбыточной мечтой, но именно сейчас эта сказка становится былью. И вряд ли концовка будет счастливой, если вообще будет.

— Ты хочешь сказать, что акулы сотворили погонщика для рыб себе в помощь, — продолжил я его мысль. — Шустрого осьминога, который будет поспевать везде и всюду.

— Так ты знаешь?! — вытаращил на меня глаза Любомир.

— Лишь в самых общих чертах.

— Поверь, все подробности никому неизвестны. Те, кто начинает излишне глубоко копать в этом направлении, быстро пропадают.

— Всё настолько плохо?

— Нет, ещё хуже. Уже совсем скоро акулы поймут, что они — те же самые рыбы, только побольше. Но будет уже поздно.

— Умеешь ты гостей развлечь страшилками, — похвалил я хозяина, допивая чай. — Пробирает, однако.

— Надеюсь, ты с ночёвкой? — оживился Огурцофф. — У меня так редко кто-то бывает…

— Извини, братишка, мой самолёт улетает через три часа. У меня тоже работы невпроворот, заскочил ненадолго.

— Жаль, — вздохнул инженер. — А чего хотел-то? Не просто же так повидаться.

— Да, у меня к тебе небольшая просьба. Хотя, это с какой стороны посмотреть. Может, у вас там каждое место миллион баксов стоит.

— Хочешь с нами, туда?

— Очень хочу, — не стал я скрывать. — Но прошу не за себя…

Глава 112

Самое моё нелюбимое занятие по возвращению в игру — смотреть, как именно Хреноватор обозвал новое приобретение для клана. Я уже давно смирился с его извращённой фантазией, которую рядовые соклановцы просто боготворили, и за всё время упёрся рогом лишь единожды, когда дело коснулось орбитальной артиллерии. Уж очень мне хотелось, чтобы она так и осталась «Огарком». В честь погрузчика-героя. К счастью, выдумщик долго не упирался — его вариант «Статисфакер» не прошло даже премодерацию, а от админов ему прилетело лёгкое предупреждение. Как по мне — давно уже пора.

Однако, не смотря на принятие творческих закидонов партнёра, вкладку имущества и особенно флота я каждый раз открывал со смешанными чувствами. Как будто разбираю ручную гранату с уже горящим запалом.

Даже если пронесло, удовольствия никакого.

Выкупленный у роботов боевой корвет уже успел благополучно прибыть на станцию, и теперь именовался как «Скорострел». Поначалу я даже не заподозрил подвоха, припомнив огневую мощь судна, но потом до меня как дошло…

Что ж, могло быть и хуже. Хотя соклановцы даже самое чернушное название принимали с щенячьим восторгом. Включая командиров кораблей, хотя уж тем его приходилось частенько выслушивать от всевозможных диспетчеров и периодически проговаривать самим. Надо ли уточнять, что от желающих записаться в экипаж не было отбоя?

Помимо новой боевой единицы, наш флот пополнился торговым фрегатом пятого тира под названием «Пыхталёт». У него имелся всего один оружейный отсек, зато в огромный трюм можно было запросто запихать парочку «Чебураторов». Типичная «фура» — рабочая лошадка, на которой возят грузы космические дальнобойщики. Усиленный двигатель, способный тянуть звездолёт с полной загрузкой, компенсировался слабым корпусом и просто никакущим силовым щитом. Таким только мелкую гальку отражать, не больше.

Как мне успели поведать накануне, тягача обнаружила реабилитировавшаяся Убивашка на одной из безжизненных планет Шебукая. Клан-лидер сразу же оценил перспективы нового юнита, поэтому не стал пускать его с молотка, а приказал срочно привести в порядок. Ремонтникам пришлось изрядно повозиться, но их усилия того стоили. Учитывая нашу горнодобывающую специфику, работы для грузовоза с веселым прозвищем имелось в избытке. Интересно, у нашего крёстного отца когда-нибудь иссякнет фантазия или нет?

Стоило только помянуть Болеслава по матушке, как он тут же вышел на связь:

— Привет, партнёр! Никуда не уходи с корабля, мы к тебе сейчас подвалим.

— Только не говори, что мне надо опять куда-то лететь… — простонал я.

— Надоело квесты выполнять? — участливо поинтересовался клан-лидер. — Смотри, у нас рабочей силы не хватает. Можешь кайлом на астероиде помахать, голову проветрить. Или внизу шахтёров посторожить, а то их постоянно ломают. У меня тут уже целая очередь из тех, кому вот это всё уже осточертело, и твоя помощь будет очень кстати.

— Знаешь, я бы с радостью, если за меня кто-то наши проблемы решать будет.

— Какой ты хитрый! Жди, мы тебе новую головную болячку привезём.

— Не сомневаюсь.

Я переключил нейроинтерфейс на мини-карту и с удивлением обнаружил, что нахожусь на корабле почти в гордом одиночестве. Ребята уже успели покинуть судно, и только Зигзаг продолжал самозабвенно ковыряться в техническом отсеке. Получается, никого сюда ещё не назначили — мы с механоидом числились единственными членами экипажа. Странно.

Не будь сейчас Турнира, гремевшего по всей галактике, подобное промедление приравнивалось бы к саботажу. Однако, сейчас никто не смел потревожить наш покой, как и мы — чей-либо. Всеобщее перемирие не смели нарушать даже отъявленные ренегаты, уж слишком серьёзные им грозили санкции. Вплоть до полного обнуления аккаунта. Драться разрешалось лишь на ничейных территориях, если совсем невмоготу.

В ожидании клан-лидера я ознакомился с изменениями, которые произошли в нашей центральной системе за моё отсутствие. Первое, что бросалось в глаза — наш старенький «Запорожец» перестал являться огрызком станции, и к нему как раз приделывали очередной модуль, собранный прямо в космосе. Комплекс по-прежнему был страшен, как божий грех, но хотя бы уже не напоминал огромную стройплощадку. «Сракотан» обрезал связывающую их энергетическую пуповину, и теперь нёс вахту неподалёку, полностью готовый к обороне.

Но главная хорошая новость заключалась не в этом. Ремонтникам всё же удалось запустить производственный цех, и теперь заводик с удовольствием поглощал красную руду, выдавая на выходе готовые слитки Таммия. Из-за повышенного излучения этот элемент надлежало хранить в специальных боксах, но их чертежи входили в стандартный инженерный пакет, поэтому с этим никаких проблем не возникло. Кейсы потихоньку копились в хранилище, с каждым часом увеличивая потенциальное благосостояние клана.

Разработка планеты шла полным ходом — туда раз за разом отправлялся десант из полусотни игроков и целой орды дешёвых дронов-горняков. Пока шахтёры спешно копали руду, сводный отряд защищал прииски от нашествия местных обитателей. Когда натиск разъярённых монстров становился неприлично высоким, вся группа спешно эвакуировалась на орбиту. Следующая партия высаживалась у другого месторождения, подальше от растревоженной области.

Пусть ребята и умирали по нескольку раз за рейд, всё равно их уровни росли, как на дрожжах. Неплохая прокачка получилась, почти как у настоящего полигона, только безо всякой арендной платы. Такими темпами уже к концу месяца средний показатель среди воинов должен был достигнуть четырёхсотого левела. Очень солидный показатель для нашего возраста.

«Мясорубцы» постепенно покидали лигу новичков и приближались к показателям серьёзных группировок. Согласно статистике, подобного результата добивалось меньше пяти процентов новообразованных кланов. Остальные же рассыпались подобно карточным домикам, либо вливались в состав более удачных и расчётливых конкурентов.

Так что повод для гордости у нас с Болеславом имелся вполне серьёзный.

Но прибывший на пассажирском челноке партнёр на мою похвалу лишь досадливо отмахнулся:

— Рано радуешься, у нас проблемы.

— Поэтому мы беседуем прямо здесь? — я невольно обвёл взглядом жилой отсек.

Рубка «Скорострела» была тесновата для переговоров, поэтому я встречал партнёра в более удобном для разговоров помещении. Места тут было предостаточно — десяток откидных лежанок и скрытая под угловатыми чехлами техника по жизнеобеспечению, которую можно было использовать в качестве тумб или даже столов.

— В том числе, — кивнул псионик и бросил себе через плечо. — Ну что там, чисто?

В прозрачном до сего момента воздухе нарисовалась фигура шпиона, в котором система опознала Велиона. Его появление меня нисколько не удивило — Хреноватор очень редко передвигался в одиночестве, да и в недавнем разговоре он прямо упомянул, что летит сюда не один.

Глава службы безопасности нашего клана откинул маскировочный капюшон и спокойно произнёс:

— Всё в порядке. Сюда никто ещё не заходил, прослушки быть не должно.

— Опять засланцы среди новичков? — со вздохом предположил я.

— Да, но к этому мы были морально готовы, — скороговоркой ответил Хреноватор. — Только вот ещё до прибытия первой партии Ирочка обнаружила вражеский передатчик прямо на станции. Почти случайно получилось, она хотела помочь нашим в поиске деформации внутренних переборок. Я попросил её прошерстить остальные наши объекты, и она насобирала целую кучу подобного мусора.

— Получается, кто-то из основного состава сливает информацию? Почему тогда на нас ещё не напали?

— Наверное, решили сначала прощупать почву, а потом случился Турнир…

— Значит, это «Жнецы».

— Но им ничего не стоит сдать нас «Прососам», те как раз без дела маются, — пожал плечами Велион.

— Но пока мы здесь, они не смогут напасть.

— А вот здесь ты ошибаешься. Новички, кто у меня сейчас в разработке, активно интересуются горнодобычей и всем, что с ней связано. Большую часть жучков мы нашли на станции, парочка и вовсе на складе была, прямо в продукции. Догадываешься, зачем их туда засунули?

— Они хотят сорвать сделку, — сразу же догадался я.

Просто потому что это было наихудшим развитием событий. Этого мы боялись больше всего, придерживая поток рекрутов до последнего.

Проще всего выбить нас не военным манёвром, а экономическим. Узнаю знакомый почерк, клан через такое уже проходил совсем недавно.

Мы с Болеславом полагали, что отследить небольшой караван, который должен отправить Сотка, будет очень тяжело. Особенно, если не знать, откуда и в каком составе он отправится. А вот перехватить его на обратном пути с датчиком в трюме не составит никакого труда. Даже при наших тёплых отношениях с раллекийцами, после такой подставы на всей последующей торговле можно сразу ставить крест. И то, что устройства обезврежены, ничего существенно не меняло. Кто даст гарантию, что Убивашка смогла найти все закладки?

Уверен, она сама от такой ответственности открестится двумя руками. Слишком маленький у неё нынче уровень.

Плохи наши дела. Без возможности сбыть продукцию, вся добыча теряет всякий смысл. И помощь лояльной раллекийской ветви пришлась бы как раз кстати. На заказ тяжеловооруженного каравана мы и пока близко не заработали — там расценки такие, что проще весь добытый Таммий просто так торгашам подарить. С другой стороны, молодой дариокс не может отправить сюда серьёзные силы ради одной скромной партии, ему и так своих забот хватает.

Сами мы транспортировать товар можем лишь до границы — если вся флотилия зайдёт на территорию Союза, то на нас тут же ополчатся все законники в округе. Поди им докажи, что это не военный, а торговый рейд. Сирано хоть и сдержали собственное обещание, однако, репутации нам всё ещё катастрофически не хватало. Членство в пиратском сообществе накладывало свои сложности, и с этим пока ничего было поделать нельзя. Только дружба с космическими корсарами хоть как-то сберегала нас от постоянных рейдерских атак.

Получался замкнутый круг, по которому мы должны были бесконечно носиться в поисках выхода, словно белки в колесе.

— Выходит, нужно совершать обмен не у нас, а прямо на границе, — озвучил я наиболее жизнеспособный вариант. — По-другому никак. Преследовать раллекийцев на территории Союза они уже побоятся. Так и огрести можно.

— Зато они могут преспокойно развалить пиратов, то есть нас, — проворчал Болеслав. — Мы не уверены, что наши перемещения не получится отследить. Наверняка неподалёку уже дежурят несколько кораблей в «инвизе». Пока не окажемся с ними в одной системе, Ирочка их не засечёт.

— Известно, сколько у «Прососов» юнитов в наличии?

— Боеспособных зарегистрировано около сорока, но они могут подтянуть ещё больше, если мы выдвинемся всей толпой, — ответил Велион. — У них точно есть «серые» суда, на которых они потихоньку грабят мелкие караваны. Хватит хлебнуть горя и нам, и торговым партнёрам, даже если встречать будем сообща.

— Тогда их нужно как-то нейтрализовать.

— Такую орду? — хмыкнул Хреноватор. — Даже грамотная засада нам не поможет, а заманить их в конкретное место, как тогда с Кристаллидом, не получится. Они сами нас перехватят в проверенном месте.

— А если снова испробовать тактику минного поля? — не сдавался я. — У нас ведь достаточно бесхозных Ядер?

— Аж двести с лишним штук. Спасибо азархадонам, запасливые были ребятки. Только ты попробуй подорви их рядом с кораблями, ага. Там же не конченые идиоты — пошлют вперёд разведку, да и прыгать будут вразнобой. Это же не на маяк по пригласительному билету…

Здесь клан-лидер был совершенно прав. Минная тактика не являлась лично нашим ноу-хау, и её активно использовали по всей галактике. Соответственно, за сотни тысяч космических баталий была выработана эффективная тактика против такой подлянки.

Главный недостаток любых мин заключается в их ограниченном радиусе действия, а даже окрестности самой маленькой планетарной системы исчисляются в световых минутах и часах. Места там предостаточно, чтобы разминуться с самыми разрушительными зарядами. Если же минного поля никак не миновать и рассредоточиться по всей системе не получается, то туда на убой отправляют парочку низкоуровневых развалюх в качестве одноразовых тралов. А уже потом, когда отгремит цепная волна детонаций, на место прыгают основные силы.

Проблема мин — в их неподвижности. Если бы можно было соорудить, нечто вроде самонаводящихся торпед, но увы — подобные технологии нам пока были недоступны. Да и слишком дорогое это удовольствие. Столько центральных процессоров ни на одном рынке не наберёшь, даже если решишь вбухать в проект тонну денег. А заменить их нечем. Разве что…

— Зигзаг, а ну живо дуй сюда! — позвал я бортмеханика по внутренней связи.

Оба моих собеседника недовольно поморщились.

— А можно без этого говорящего утюга на ножках? — пробурчал Велион. — Предатель наверняка из инженеров, и он может спокойно спрятать жучки даже в дронах.

— Поверь, этот робот сам в кого хочешь зонд засунет, если к нему с отвёрткой подойти.

— Хорошо, что такой замечательный экземпляр у нас всего один, — перекрестился Хреноватор.

Конец его фразы утонул в шипении открывающегося гермозатвора, после чего в проёме показался недовольный механоид. Вместе с ним в отсек ворвался неповторимый аромат, знакомый каждому работнику автомастерской. Приборы жизнеобеспечения тут же загудели сильней, стараясь очистить загрязнённый по их мнению воздух.

— Привет разумной плесени! — Робот помахал нам верхним манипулятором. — Надеюсь, у вас есть веская причина отрывать единственного грамотного инженера от работы.

— Да, очень веская, — кивнул я. — Примерно, как мой новый двуручник, который ты будешь полировать до тех пор, пока он не заблестит. Если не перестанешь паясничать.

— Это из чёрного карлика который? Нет уж, спасибо, эта дрянь обесточит меня за несколько секунд.

— Тогда поумерь своё эго, и внимательно слушай техзадание. Нам нужны дешёвые и быстро собираемые лёгкие звездолёты по типу земных истребителей. В приоритете высокая скорость, но если оно ещё сможет в процессе стрелять, будет замечательно.

— Так, — задумчиво проскрипел робот. — Я вроде бы знаю, как это всё проще называется — штурмовой дрон. Если тебя не устраивают характеристики стандартных моделей, можно купить продвинутые чертежи. Помочь оформить заказ?

— Ты не понял — эти штуки должны быть пилотируемые, как обычные челноки. Только одноместные. Для одного разумного, так понятней?

— Дроны гораздо эффективней, — продолжал настаивать техник. — Эти так называемые «разумные» проигрывают им в мастерстве полёта примерно, как кирпич снежинке. О скорости реакции я вообще лучше промолчу, а то ты опять обидишься и насилием грозить будешь.

— А им не нужно будет долго воевать. Максимум — долететь до вражеского корабля и там благополучно взорваться.

— Камикадзе? — едва ли не в один голос воскликнули недоумевавшие до поры Велион с Хреноватором.

— Самоуправляемые мины, траекторию которых невозможно просчитать, — поправил я их. — Автопилот, конечно, уделает их под орех, но он слишком предсказуем. Поэтому дронов так часто сбивают. А ещё у них слабенькие элементы питания. Если использовать реакторные ядра, взрывы будет гораздо сильней.

— Как расточительно! — покачал угловатой головой робот, при этом одобрительно щёлкая чем-то внутри. — Но мне нравится. Интересная задача, как раз для такого скромного гения, как я.

— Кул, вражеские дроны не подпустят твоих одноразовых болванок, — тут же нашёл слабое место в моём плане шпион.

— Прикроем нашими.

— У них четырёхкратное превосходство в технике. Хорошо, если соотношение москитного флота будет примерно таким же.

— Да не в этом проблема! — Хреноватор всплеснул пухлыми руками. — Вы хотя бы представляете, во сколько нам обойдётся постройка хотя бы одного звездолёта?! Это вам не беспилотники по лицензии штамповать, там куча всякого разного оборудования нужна. Да вся наша выручка и десятую часть этих расходов не покроет!

— На самом деле нет, — подал голос призадумавшийся робот. — У вас целый горнопромышленный комплекс под боком, там из одних только отходов можно целый флот построить при желании. Если делать из самых простых и дешёвых соединений, должно получиться дёшево и функционально. Допустим, берём мезоструктурный корпус, на пять тысяч очков прочности. Для его создания нужен углерод, сталь, медь с цинком, и немного титана. Всех запасов перечисленных мной элементов только в одной этой системе вам за всю вашу короткую жизнь не переработать.

— У тебя есть рабочие чертежи для сборки звездолётов? — осевшим голосом поинтересовался псионик.

— Ну разумеется. Каждый Кензи должен уметь собрать простенький челнок, даже если застрял на крошечном астероиде. Самое сложное и дорогое там — компактные реакторы, но как раз с этим у вас проблем нет.

— Что ж ты молчал, паршивец?

Клан-лидер схватился за сердце, а Велион машинально — за пистолет. Ещё бы, любые чертежи стоят столько, их приобретение в качестве трофея или приза — огромная удача. А самые дорогие касаются именно звездолётов, чтобы игроки не клепали их самостоятельно в промышленных масштабах и не обрушивали экономику игры почём зря.

Я уже давно догадывался, что робот не так прост и обладает обширными знаниями. только выудить из него их не так просто. Нужен, как минимум, взаимный интерес.

— Так никто и не спрашивал, — просто ответил Зигзаг, не щадя Болеслава. — Я же не специалист по психическим расстройствам, и не могу предсказать, что у вас там в головах булькает. Вот командир поставил передо мной конкретную задачу, а я её решаю. И не нужно на меня так смотреть. Я люблю, когда мной восхищаются, но лучше делать это на расстоянии. И без оружия в руках.

— А ты его ещё сбагрить бродячим торгашам хотел, — с укоризной напомнил мне Болеслав. — Такую кладезь…

— Я не сведущ в биологии, но кажется, что биомасса вполне может лопнуть от жадности, — предупредил его механоид. — Чертежей крупных судов у меня нет, мне оно без надобности. Кензи предпочитают путешествовать налегке и в одиночку. Если бы не проклятые антаресцы с пиратами, я бы тут с вами ерундой не занимался.

— Хочешь, один из корабликов будет твоим? — с улыбкой предложил я. — И лети себе на все четыре стороны. То есть, на шесть.

— Нет уж, обойдусь как-нибудь без таких щедрых даров. Я ещё слишком молод.

— Боишься за качество?

— Просто комплектация у них будет самая простая из возможных. Движок, Ядро, система навигации. Всё остальное вторично. Если очень хочется, можно постараться вкорячить туда ещё простенький лазерный дырокол, но толку от него будет крайне мало. Дальность там хоть и нормальная, а вот урон… Лучше на свободное место силовую установку поставить, тогда этот летательный аппарат просуществует ровно до следующего попадания. То есть, в два раза больше.

— Ну точно, камикадзе! — восхищённо присвистнул Велион.

— Биомассе лишь бы умереть красиво, и с брызгами, — упрекнул его робот. — Но я так и быть, помогу вам. Это куда интересней, чем искать, откуда взялись лишние детали после предыдущей разборки двигателя…

Глава 113

Сказать, что наши поделки выглядели ужасно, значит отвесить им незаслуженный комплимент. Среди игроков к ним намертво приклеилось прозвище «коробочки», которое точнее всего передавало их внешний вид. Тот самый мезоструктурный корпус лёгкого типа имел геометрию спичечного коробка, и по вместимости ушёл от него же совсем недалеко. Но при всей своей неказистости у аппарата было одно существенное преимущество — он собирался по знаменитому «дендрофекальному» принципу, то есть — из подручных материалов. А ещё он довольно быстро разгонялся.

Первую опытную партию пилоты заездили до состояния утиля, выжимая из «коробочек» всё возможное. Пределы прочности машинок оказались на удивление широкими — они не плавились вблизи звёзд, могли садиться на крупные астероиды и вполне успешно маневрировать в условиях засоренного пространства. Из-за того, что внутри отсутствовала пригодная для дыхания атмосфера, летать приходилось в бронекостюмах, зато «коробочки» могли безболезненно перенести несколько сквозных попаданий, если те не задевали важных узлов. Другое дело, что на приличной скорости дыру спокойно оставляли даже мелкие камушки, не говоря уже о крупнокалиберных кинетических снарядах.

Без щита нечего было и думать о полёте в открытом космосе.

При всём при этом, весь клан был уверен, что крохотные четырёхмодульные звездолётики пойдут на экспорт. Ведь у них отсутствовало самое главное, что требовалось игрокам — хоть какое-то вооружение. Так что «коробочки» воспринимались как дешёвая версия одноместного пассажирского челнока, лишённого не только трюма, но и подпространственной установки. Этакий космический мопед, годный только для передвижения по отдельной звёздной системе. Хоть и довольно быстрого.

В нашем распоряжении имелось несколько стандартных повозок, но все они безнадёжно проигрывали зигзаговским аналогам в прочности и скорости. Челноки мы использовали как дешёвые транспортные средства, хотя по стоимости одна такая «маршрутка» была сопоставима с пятью-шестью «коробочками», если не брать в расчёт Ядро реактора. Эти штуки довольно сложные в производстве, и на создание одной обычно уходит целая прорва материалов и времени.

Проблемы возникли только с размещением корабликов. Какие бы компактные они ни были, места под них требовалось ровно в четыре раза больше, чем для обычного штурмового дрона. При всей своей вместительности, грузовой «Пыхталёт» смог принять не больше трёх десятков судёнышек, ведь там ещё хранились боксы с Таммием. Поэтому пришлось распихивать «коробочки» по остальным кораблям, выкидывая из трюмов всё лишнее.

Таким образом, общее количество машин для смертников удалось поднять до полутора сотен. Но никого такая нагрузка не удивила, ведь все продолжали считать, что мы везём их на продажу, ага. Правду знали только командиры судов, и особо доверенные лица, не раз доказавшие свою преданность клану. Пришлось пойти на такие предосторожности, пока предатель оставался нераскрытым. Велион методично сужал круг подозреваемых, но ему не хватало времени.

Начальник службы безопасности клана полетел вместе с нами, оставив приглядывать за подозрительными новичками своих самых способных учеников во главе с Паникой. Общее количество рекрутов перевалило за полторы сотни, и каждый толковый шпион сейчас был на вес золота.

Навстречу раллекийцам выдвинулся весь наш флот без исключений. Флагманом назначили «Сракотан», как самый живучий и защищённый юнит. На нём впервые на моей памяти отправился Хреноватор собственной персоной, оставив базу на персонажей и новичков.

Главной ударной силой эскадры являлись азархадонские фрегаты «Кул Моржовый» и новенький «Скорострел». Я летел на фрегате имени себя, а второй возглавил опытный Давыдофф, прихватив с собой всю свою рейд-группу. Остальные звездолёты, за исключением «Аленького сосочка» являлись в большей степени поддержкой или транспортными платформами. В бою они особой угрозы не представляли.

Нам позволили пролететь примерно три четверти пути, когда Убивашка засекла приближение вражеской эскадры, подтвердив наши худшие опасения. Примерно двадцать с лишним судов — вполне серьёзная угроза, но всё ещё не повод для паники. Хотя я не сомневался, что это лишь часть из вышедших на охоту «Прососовцев». Никого другого в таких количествах быть здесь не могло. Пираты предпочитают орудовать на почтительном расстоянии от границы, чтобы иметь возможность вовремя смыться от карателей, а сателлитов здесь практически не осталось — хозяева призвали их на защиту собственных территорий.

Пёрли загонщики строго наперерез нам, точно отслеживая каждый наш прыжок. Такая осведомлённость только подтверждала, что передатчики в кейсах с Таммием предназначались именно для них. Прикинув так и этак, мы не стали их деактивировать, чтобы не насторожить рейдеров. И теперь над нашим торговым караваном стремительно сгущались грозовые тучи и кто знает — поможет ли прихваченный в дорогу зонтик?

Преследующая нас эскадра отставала сначала на четыре системы, но уже вскоре расстояние сократилось до двух. Видимо, все суда там были сплошь скоростные, чего не скажешь о нас. Нагруженный «Пыхталёт» еле поспевал за эсминцем, так что битва была лишь делом времени. Причём, не самого отдалённого. Мы старательно делали вид, что убегаем, а вошедшие в раж игроки спешили поскорее с нами разобраться.

Вскоре летящая на исследовательском катере Убивашка предупредила, что нужно как можно скорее тормозить — флот приближался к узкому участку сектора, где был минимум возможных вариантов для перемещения. Дальше двигаться было слишком опасно — можно и самим влететь в засаду, а в наши планы это не входило. Я бы на месте застрельщиков где-то там и разместился в ожидании, пока удирающие звездолёты сами не заявятся в гости.

Нет уж, уважаемые, лучше вы к нам! У нас как раз гостинцы для вас простаивают…

— Ну всё, ребята, готовьтесь разворачиваться, — обратился я к командирам кораблей, как только мы оказались в подпространстве. — Ставьте в известность экипажи и комплектуйте ударные звенья. Прибытие через пять минут, сорок три секунды. Работаем.

— Ох, понеслась жара! — радостно выдохнул Хреноватор. — Не подведите, пацаны и леди!

Моя группа была посвящена в детали грядущей операции, поэтому многие уже заняли места в аппаратах. Не особо просторный трюм «Моржового» вместил всего шесть одноразовых посудин, остальное место занимали дроиды прикрытия и боеприпасы. Зато в «Сракотан» нам удалось запихнуть практически столько же, сколько и в грузовой фрегат. Да и во «Флюгегехаймен» разместилось немало.

Со мной отправились Шани, Крокот с Нечаем, Сир Апрель и Криман. Последний поначалу категорически отказывался от пилотирования, но я смог его убедить, что лучшего смертника нам просто не найти. На все судёнышки просто не хватало пилотов, так что брали тех, кто имел хоть какие-то навыки, или просто сидел за штурвалом больше одного раза. Так что на роль камикадзе одинаково хорошо годились и воины, и учёные с техниками. Единственными, кем мы никак не могли пожертвовать — это настоящие пилоты, а так же артиллеристы.

Свонн временно покинул облюбованный «Огарок» и теперь командовал прокачаным эсминцем. Хреноватор в этом качестве поднимал исключительно характеристики живых существ, что в космическом бою особой роли не играло. От того, как хорошо будет чувствовать себя экипаж, перезарядка орудий быстрей идти не будет, а с бонусами высокоуровневого пушкаря трудно было спорить. Стоило ему принять командование над чем-нибудь стреляющим, как средний урон в минуту тут же подскакивал.

Сопартийцы дружно поприветствовали меня и продолжили предбоевую трескотню ни о чём. В ожидании нападения будущие смертники принялись разрисовывать угловатые гробовозки, и в итоге каждый кораблик теперь представлял отдельное произведение искусства. Шани выкрасила свой в чёрно-оранжевые полоски, будто у шмеля или осы, Сир Апрель нарисовал яркие звёздочки на чёрном фоне, а Криман — огромную мишень во весь корпус. Нечай использовал стилизованный под хохлому принт, оставив обшивку молочно-белой, а Крокот летел на ядовито-зелёном чудище с нарисованной зубастой пастью.

Над моим транспортом ребята тоже постарались — размалевали всеми оттенками голубого, а все рёбра оконтурили белым. Получился этакий кубик льда слегка сплюснутой формы. В целом получилось довольно неплохо, а вот хулиганская надпись на борту «коробочки» была совсем не к месту:

«Охладите трахание!»

— Так, и кто тут у нас с ошибками пишет? — строго поинтересовался я вслух.

Вся пятёрка моментально состроила невинные глазки, даже устрашающего вида рептилоид не отбился от коллектива. Ну, чисто агнцы, ни разу в руки пульверизатор не бравшие. И вот что с ними делать, а?

— Ладно, охламоны, готовьтесь отпочковываться. Как вылетим — сразу врассыпную, и подальше от корабля, чтобы его не поцарапать. Всё понятно?

— Да, командир!

— А можно вопросик, — вкрадчиво произнёс Нечаянный. — Про бонусную систему, которую наш генеральный озвучил. Если я, чисто гипотетически, подорву какой-нибудь из наших кораблей, он мне тоже в зачёт пойдет, как сбитый?

— Непременно! Я тебе гипотетический орден вручу перед строем. Могу даже не один раз, если всем понравится.

— Понял, не надо ордена. Обойдусь…

Ох уж этот Хреноватор со своей политикой эффективного менеджера! Чтобы подстегнуть рвение смертников, он ввёл систему поощрений для особо отличившихся, и сейчас все наперебой мечтали прихватить с собой на тот свет корабль пожирнее. Нашим преследователям оставалось только посочувствовать.

А между тем цифры в таймере стремительно обнулялись, не оставляя времени на пустую болтовню. Я забрался в тесную рубку, где едва хватало места для одного небольшого кресла, и запустил общий тест систем. Вроде бы всё нормально, сбоев нигде не наблюдалось. Всё остальное зависело уже от личной удачи, так как в моём случае лётным мастерством и близко не пахло.

На секунду корвет тряхнуло, выплёвывая его обратно в трёхмерное пространство. Широкий грузовой шлюз тут же принялся раскрываться, исторгая наружу белёсые вихри снежинок. На откачку атмосферы из отсека тоже не было времени. Когда створки окончательно разъехались, кораблики по одному принялись покидать заиндевевший трюм. Мой аппарат отлепился от пола предпоследним, и от втянувшихся магнитных шасси его тряхнуло до самого основания.

Снаружи уже было полным-полно таких же летунов, весело порхающих в свете местной оранжевой звезды. Все понемногу разлетались в стороны, а вот крупные суда наоборот, предпочли сблизиться друг с другом на максимально безопасное расстояние. Противники не могли прохлопать нашу остановку, и уже вскоре Убивашка засекла ещё две группировки, идущие с противоположных сторон. Нам отсекали последние пути к отступлению, и готовились накинуться всем скопом.

Поэтому наши стремительные преследователи притормозили в соседней системе, поджидая товарищей. Они уже поняли, что мы перестали убегать, и готовимся принять их после выхода из подпространства. Теперь вперёд пойдут разве что несколько разведчиков или шпионов, а остальные будут караулить нас на случай внезапного бегства.

Что увидят здесь игроки, только что прибывшие в систему? Небольшую кучку звездолётов в окружении безобидных челноков и дронов — типичного пушечного мяса. Поверить в то, что эти угловатые кораблики способны развивать бешеную скорость они точно не смогут, пока не увидят это воочию. А тогда уже будет слишком поздно.

Ждать пришлось совсем немного — мы не допрыгали до засады всего пару-тройку систем. Вскоре все масс-детекторы дружно сошли с ума, регистрируя синхронное прибытие несколько десятков судов. Неплохой манёвр, следует отдать должное их флотоводцу. Синхронизировать кучу различных юнитов — та ещё головная боль.

Всего за нашими скальпами, а в придачу и товарами, явилось шестьдесят семь звездолётов. От мелких пронырливых катеров до массивных эсминцев, коих насчитывалось целых три штуки. Если нигде нет урезанных экипажей, это свыше тысячи человек — больше, чем во всём нашем клане. У нас в наличии было всего четыреста с небольшим, и примерно треть от этого числа сейчас сидела за штурвалами, потирая потные ладошки. В отличие от обладавших численным преимуществом рейдеров, нам расслабляться было рановато.

— Слышите топот? — поинтересовался я у армады. — Это смерть ваша в коробчонке скачет…

Конечно же, они ничего не слышали но зато прекрасно видели — готовых обороняться до последнего караванщиков.

Рейдеры тут же выстроились в боевые порядки и принялись сближаться. Как я и рассчитывал, множественные цели они восприняли, как наивный манёвр по отвлечению внимания. Ведь любой серьёзный сканер мигом регистрировал отсутствие у корабликов оружейного модуля. Да и предатель наверняка успел их предупредить о наших «экспортных» разработках, о которых все поголовно были в курсе, включая даже персонажей.

Любая из эскадр могла дать нам прикурить в равном бою, а уж втроём они и вовсе не оставляли даже призрачного шанса. «Прососовцы» отлично постарались, выкупая по дешёвке всякую старую рухлядь и модернизируя её собственными силами. Но и дорогих посудин у них тоже хватало — что-то прислал им материнский «Союз Отцов-Основателей», который всё-таки смог стать участником Турнира, а что-то было отбито у менее удачливых обладателей.

На «коробочке» отсутствовал модуль связи, поэтому я мог только догадываться, о чём сейчас беседуют их адмирал с Хреноватором. Вряд ли они предложат добровольно отдать ценный груз и отпустят нас восвояси. Наверняка хотят напоследок поглумиться. Но я точно знал, что одним из обязательных вопросов с их стороны будет про меня. И Болеслав не будет собой, если не ткнёт в один из корабликов со словами: «вы очень скоро с ним встретитесь».

Лишь бы они не поняли подвоха…

Но армада продолжала лететь вперёд, пока расстояние не позволило начать взаимный обстрел. Как и предсказывал Велион, враги тоже не постеснялись выпустить целую тучу дронов, и сейчас именно они представляли для нас основную опасность.

— Мошкара, вперёд! — скомандовал клан-лидер, переключившись на голосовой канал.

Теперь нам оставалось только не отпускать кнопку ускорения на штурвале, не забывая при этом как-то маневрировать. Промедление сейчас равнялось смерти, поэтому разноцветные кораблики рванули в едином порыве. Некоторые перестали существовать уже через несколько секунд, подбитые заградительным огнём или влетевшие в толпу дронов. Во втором случае яркая вспышка не проходила даром, сметая все ближайшие беспилотники.

Корабли со всех сторон не оставались в долгу, подсвечивая чёрную бездну космоса разноцветной иллюминаций. Красивый фейерверк получился, если не задумываться о его стоимости. Ведь некоторые корабли стоили больше того клоповника, в котором я сейчас жил. А на вырученные деньги с эсминца можно вполне приличную квартирку купить. Понятное дело, что игрок-одиночка такую сумму и за десять лет не насобирает — тут либо дружная команда, либо клан, по-другому никак.

На фоне всей хаотичной иллюминации особо выделялись взрывы «коробочек». Они воистину стали неприятным сюрпризом для атакующих, которым было крайне тяжело подбить скоростные кораблики на лету. Летели они, будто гоночные болиды — недалеко и недолго, но этого частенько хватало. Если смертник успевал добраться до своей жертвы, то напрочь лишал его энергетического щита. Генераторы силового поля не могли справиться с таким мощным разрядом и уходили на перезагрузку, а беззащитный корпус теперь мог прожечь любой слабенький лазер при удачном попадании. Так что долго их существование как правило не длилось. При удачном стечении обстоятельств любому лёгкому или даже среднему кораблю хватало всего двух камикадзе, чтобы выключить его из сражения, а то и вовсе уничтожить.

Из-за того, что большинство противников сразу же переключило всё внимание на юркие «коробочки», у наших звездолётов появилась возможность хоть как-то выживать под массированным обстрелом. Целей у них было предостаточно, однако, они предпочитали расстреливать тех, с кого сорвали энергетическую оболочку.

Как мы и рассчитывали, дроны почти не поспевали за поделками, а если они пытались задержать караблик всей толпой, то мгновенно погибали. Нам тоже приходилось нелегко — отзывчивым управлением аппарат похвастаться не мог.

Я не стал размениваться на всякую мелочь и направился к одному из трёх тяжеловесов, вокруг которых сновали корабли поддержки. Там уже успели разбиться двое наших, и поле едва дышало. Вокруг беззвучно вспыхивало всеми цветами радуги, а в ушах стоял весёлый гомон сопартийцев:

— О, крокодила подбили!

— Куда ты рулишь, по тебе зенитки сейчас отработают!

— Всё, меня доста…

— Банза-а-ай!

С каждой секундой в голосовом чате становилось всё тише, только нашим противникам от этого легче не становилось. «Коробочки» всё чаще прорывались в тыл, и выкашивали там всё живое и неживое. Мне было сложно отслеживать поле боя, но уже одно то, что все наши корабли по-прежнему оставались в строю, говорило о многом.

Толстая туша эсминца становилась всё ближе. Поддержки у него почти не осталось — лишь два ремонтных катера испуганно прятались за его силуэтом. Гигант разрядил в нашу сторону главный калибр, и ушёл на перезарядку. Его выстрел не прошёл даром — тревожно замигала пиктограмма «Аленького сосочка», после чего потухла окончательно. Эдо со всем своим экипажем отправился отдыхать.

Вот и первые потери пошли…

Я вдавил штурвал вперёд до скрипа, но меня всё равно успел обогнать кораблик с яркой мишенью во весь корпус.

— Лид, я долетел! — радостно выкрикнул Криман, после чего тоже пропал из чата.

Его «Коробочка» тюкнулась впритирку к силовому куполу вокруг тяжа, умудрившись взрывом зацепить ещё и одного из ремонтников. Это стало последней каплей для генератора тяжёлого звездолёта — плёнка лопнула, обнажив толстый корпус. Такого с наскока не прошибёшь, поэтому я не стал спешить с тараном и полетел вдоль корабля в поисках наиболее уязвимых мест. Таковое нашлось совсем скоро — впереди распахнулся широкий шлюз, откуда высыпала целая стайка ремонтных дронов.

— Ну что ж, ротик ты уже открыл, — злорадно усмехнулся я, направляя туда аппарат. — Теперь скажи «а-а-а-ам!»…

Внутрь залететь у меня так и не получилось — дроны встали сплошной стеной, об которую я расшибся всмятку. Но это уже не имело большого значения, так как сокрушительная ударная волна от термоядерного взрыва сама нашла туда дорогу. И если внешняя обшивка эсминца смогла бы сдержать её яростную мощь, то внутренние переборки она прожигала насквозь, будто картонные коробки от струи напалма.

Мне оставалось только читать многочисленные логи, выскакивающие перед бесплотными глазами. На распечатку уже образовалась внушительная очередь — на всех кораблях для капсул репликации банально не хватало энергии, поэтому их активировали всего по нескольку штук за раз. Я же теперь никуда не торопился и мог вдоль почитать, что же такого успел наворотить.

Как оказалось, весьма немало. Взрыв оторвал солидный кусок у эсминца, и ещё больше расплавил. Рана, нанесённая тяжёлому кораблю, являлась смертельной, и остатки экипажа просто боролись за то, чтобы он не развалился окончательно. Со вторым флагманом приключилась похожая история, хотя об него разбилось около десятка смертников. Третий предпочёл отступить подальше, выставивперед собой заслон из лёгких кораблей и дронов.

На данный момент «коробочек» уже практически не осталось. Последние из камикадзе либо проскочили мимо всех целей, либо осторожно подбирались к наиболее уязвимым жертвам. Но уже сейчас можно было смело констатировать, что бомбардировка удалась на славу. «Прососовцы» потеряли сорок шесть юнитов, ещё девять пребывали в критическом состоянии. У нас же не хватало троих — «Флюгегехаймена», «Скорострела» и «Аленького сосочка». Остальные пока держались, и добивали всякую мелочь с подранками.

Наш эсминец был в относительном порядке, и силы практически уравнялись. Однако, вражеский тяж и не думал о продолжении битвы, отходя всё дальше. И вообще, выжившие корабли действовали абсолютно вразнобой, не пытаясь собраться в один боеспособный кулак. Кто-то ещё пытался воевать, остальные же вместо помощи отступали вместе с тяжем. Вывод напрашивался один — тот опытный флотоводец, что командовал всей этой ордой, тоже отправился на перерождение, а заменить его оказалось некем.

Против «Сракатана» и «Моржового» у середнячков и остальных шансов практически не было. Стоило взорваться ещё нескольким звездолётам, как отступление приняло массовый характер. В результате вокруг тяжеловеса скопилось одиннадцать звездолётов разной степени помятости. В основном, выжили лёгкие модели, которые могли убежать подальше от смертников. Корвет имелся всего один, да и то неожиданно даже для нас — наблюдателей — стал жертвой Велиона.

В горячке боя все позабыли про «Чебуратор», а тот под прикрытием невидимости обошёл сражающихся по широкой дуге. Нужно отдать должное его терпеливости, ведь вражеские скрытники попёрли напролом и попали в зону сканирования «Факуса». Уж мимо опытной искательницы никто пролететь так и не смог. Убивашка бросила на них метки целеуказания, и горе-диверсантов уничтожили до того, как они успели хоть как-то нам навредить.

Велион не стал спешить, и в итоге смог подобраться вплотную к ничего не подозревавшим противникам. Собственное вооружение не позволяло крохотному фрегату тягаться с военным звездолётом, поэтому шпион применил прекрасно зарекомендовавший себя способ внезапного тарана. В результате мощного взрыва у рейдеров погиб не только последний корвет, но и всякое желание продолжать битву. Внезапная гибель ещё одного корабля стала той соломинкой, что вдавила верблюжий горб в обратную сторону. К такому количеству сюрпризов «Прососовцы» оказались не готовы, поэтому предпочли в спешке покинуть систему.

Первым растворился в подпространстве эсминец, за ним последовали остальные, у кого хватало энергии для прыжка. Последнего замешкавшегося катера успел добить «Моржовый», достав его из дальнобойной ионной пушки. О том, какой радостный гвалт поднялся в голосовом чате, можно было лишь догадываться.

Могли ли рейдеры собраться духом и дать последний бой? Разумеется, да. Мы бы на их месте так и сделали. Однако, чересчур увесистой оказалась пощёчина, которую смертники отвесили их флоту. Возможно, знай противники, что «коробочек» у нас больше не осталось, действовали бы куда смелее…

А так они согласились на ничью, которая больше всего смахивала на поражение. Ведь нам ничего не мешало подлатать свои корабли и забить опустевшие трюмы ценными трофеями, в изобилии оставшимися на поле боя.

Правду говорят, что неизвестность пугает больше всего. Меня же сейчас беспокоило только одно — как бы нашего клан-лидера снова не накрыло очередным приступом жадности. С него станется пропылесосить все обломки подчистую, ведь тащиться с перегрузом вроде бы недалеко — раллекийцы условились ждать нас буквально в соседнем регионе.

А в том, что обаятельный псионик сможет сбагрить им даже бесполезный лом, я не сомневался.

Глава 114

В подвале оглушительно смердело трупной вонью.

Той самой, которая выворачивает неподготовленного человека наизнанку, стоит ему только сделать первый вздох. В романтичной литературе для подростков часто применяют оборот: «сладковатый запах смерти», но любой, кто хоть раз вытаскивал сдохшую мышь из-под шкафа знает, что сладость там и рядом не валялась.

Мне подобные ароматы были давно уже не в новинку — нанюхался в своё время. Однако, я всё равно предпочёл прикрыть нижнюю часть лица шейным платком, позаимствованным у одного из местных обитателей. Видимо, тому парню приходилось частенько спускаться в душегубку, поэтому чёрно-белую «арафатку» он предпочитал не снимать. Вплоть до нашего скоропалительного знакомства.

Ступеньки привели меня к приоткрытой металлической двери, изрядно побитой ржавчиной. Оттуда струился дрожащий жёлтый свет и конечно же — трупная вонь. Здесь она приобретала концентрацию, опасную для жизни, но хозяина загородного особняка это не волновало — на его лице красовался новенький респиратор повышенного класса защиты. Прямо сейчас он склонился над самодельным прозекторским столом, распиливая по кускам очередную жертву. Даже я не мог с ходу опознать, кому именно принадлежат останки, настолько они были изувечены.

Прикрученные к стенам полки ломились от всяких банок и прочих ёмкостей. Только там хранились вовсе не соленья с прочими закрутками, как в приличных подвалах. Большая часть была до краёв наполнена мутной жидкостью, в которой плавали невнятные шмотки мяса или даже целые органы.

Патологоанатом-самоучка, напяливший поверх повседневной одежды толстый дождевик, раздражённо обернулся на протяжный скрип петель, явно собираясь высказаться в адрес того, кто посмел отвлечь его от работы. Но вместо нерадивых подчинённых на пороге скромно стоял я, держа его на прицеле пистолета.

В том, что он меня мгновенно узнал, можно было даже не сомневаться. Нам всем для этого хватало одного мимолётного взгляда — настолько мы сроднились с обязательными масками. Когда видишь человеческие лица полностью, как-то не замечаешь, что самым выразительным элементом являются именно глаза. Их невозможно подделать, а уж мои гетерохромные — тем более.

Хоть мы давненько не виделись, нашей встрече он явно не обрадовался, хотя и не стал испуганно дёргаться, подобно остальным. Знал ведь, паршивец, чем это для него может кончиться. Мне было хорошо видно его лицо за прозрачным пластиковым забралом, и его гримаса не сулила ничего хорошего.

В отличие от меня, он почти не изменился за эти годы. Всё такой же молодой и холёный, с волевым подбородком и бледно-голубыми глазами. На лбу имелась особая примета — бугристый шрам, рассекающий тёмную бровь пополам. Но рана его нисколько не портила ему внешность, а наоборот — прибавляла загадочности и шарма. Поэтому у Миши Вектора никогда не было проблем с женским вниманием.

Только свой старый позывной он уже давно сменил на довольно популярную кличку «Солдат». Скорее, даже погоняло, учитывая его специфику. В криминальной среде к военным относились не особо хорошо, но Миша сумел завоевать там серьёзный авторитет. В основном — заказными убийствами, исполняемыми с особой изобретательностью и щепетильной подготовкой. В этом деле ему очень помогали те самые специфические навыки, которые в нас заколачивали годами, превращая отобранных по всей стране крепких и сметливых пацанов в настоящие машины смерти.

А вот к чему мы оказались совершенно не готовы — так это к последующей мирной жизни. Поэтому мало у кого получилось пристроиться по ту сторону человеческого бытия. Кто-то продолжил служить, делая холодные точки горячими, и отсекая особо буйные головы. Кто-то подался в места поспокойней и делал карьеру среди правоохранителей, а остальные… Приткнулись, где придётся.

В этом мы с Мишей были очень похожи. Неприкаянные души, которые не способны ни на что, кроме убийства себе подобных. Только в выборе целей наши взгляды диаметрально расходились. Помимо ликвидаций по заказу, Вектор нередко позволял себе позабавиться со случайными людьми, а я охотился исключительно на таких, как он.

Неудивительно, что наша встреча состоялась при таких душных обстоятельствах.

— Ну, здравствуй, Клим, — чуть картавя произнёс он, откладывая пилу.

Каждое его движение было нарочито плавным, как дань уважения пистолету в моей руке. Уж ему было прекрасно известно, что меня лучше лишний раз не провоцировать. В скоростной стрельбе я уступал лишь Варягу, но тому глазомер с реакцией не иначе как от самого Дьявола достались. Мне же верховный демон щедро отсыпал скверного характера вперемешку с упрямством.

— Не могу пожелать тебе того же, Вектор, — честно ответил я. — Или мне тебя назвать Солдатом?

— Лучше по имени, — попросил мой бывший сослуживец. — Ненавижу все эти собачьи клички.

— Хорошо, Миша. У тебя найдётся минутка поговорить по душам?

— Для тебя — хоть две! — Он широко улыбнулся, демонстрируя ровные, белоснежные зубы.

Сменить бы ему окровавленные шмотки на приличный костюм — и натуральный аристократ получится, хоть на любой званый ужин его приглашай. Если, конечно, не жалко хозяев и прочих гостей. Трапезы с таким монстром всем точно не пережить.

— Может, дать тебе нормальный намордник? — участливо предложил он. — Тебе ведь в чужой маске душно наверное.

— Спасибо, потерплю.

— Как знаешь. Я сто раз говорил Стасяну, что его ковбойские закидоны до добра не доведут. Револьвер его видал?

— Чистые понты. Насколько я знаю, он заставлял людей с его помощью в американскую рулетку играть?

— Был грешок у человека, что поделать…

— Смотрю, ты себе тоже в удовольствиях не отказываешь?

Я не стал отводить взгляд на прозекторский стол, но он и так прекрасно всё понял. От чего его тонкие губы невольно исказила совсем другая улыбка, смахивающая больше на хищный оскал. Так щерятся радостные гиены, прежде чем разорвать свою будущую жертву.

— Работа у меня нервная, нужно же как-то стресс снимать, — пожаловался мне Миша. — Это ведь всего лишь конструктор, и мне любопытно разбираться в его устройстве. Человеческий организм такой прикольный! Вот вроде бы хрупкий, а может выдержать очень многое.

— Ты всегда был с придурью, — констатировал я вслух. — Не зря тебя до пыток не допускали, после того, как ты языка до смерти замучил. Мне твои гнилые пристрастия не интересны. Просто выдай контакт заказчика.

— И что потом?! — заливисто рассмеялся Миша. — Клим, ты кажись не понимаешь, куда пытаешься влезть. Там сидят такие люди, что тебя моментально перемолят и сожрут! Только не говори, что ты на конкурентов работаешь, в жизни не поверю.

— Нет, я теперь частник.

— Народный мститель? — сразу же догадался он. — То-то я смотрю, почерк знакомый больно…

— Контакт, Миша, — поторопил я его. — Как тебе передают заказы, через связного?

— Проще надо быть, проще! Мне звонят на трубу и говорят имя, дальше я беру телефонный справочник и начинаю его вычищать…

— Хватит молоть ерунду, мамкин ты терминатор. Ему, кстати, от этой работы кайфа было никакого.

— Потому его и грохнули, Клим. И тебя грохнут, стопудово. Ты ж не умеешь тормозить, как локомотив прёшь вперёд!

— Что ж, рад был поболтать, — вздохнул я, прицеливаясь в центр пластиковой маски. — Передавай привет пацанам.

— Стой! — он демонстративно выставил пустые ладони перед собой. — Будет тебе контакт, только отпусти. Я уйду, растворюсь без следа, и ты обо мне никогда не услышишь…

Будь на моём месте нормальный человек, конец фразы он дослушивал бы уже со вспоротым горлом. Бритвенно-острый скальпель одинаково легко рассёк наполненный миазмами воздух и плотную ткань «арафатки». А вот до моего горла он так и не добрался, потому что я успел качнуться в сторону ещё до того, как Миша окончательно вскинул руки в перчатках. Фокусник, мать его цирковую!

С такими как мы нужно держать ухо востро, иначе можешь подавиться собственной кровью безо всяких на то причин. Моргнул, и труп. Это единственное, что у нас действительно получалось хорошо…

Хоть я и поменял положение в пространстве, тяжёлая пуля всё равно полетела точно в цель. Выстрел хлопнул по ушам, заставив чуть всколыхнуться муть в стеклянных банках. Пластиковое забрало респиратора покрылось густой сетью трещин, а изнутри его забрызгало кровью. Всё же, позиция у меня изначально была куда выгодней, чем у него. Ноги вивисектора резко подкосились и он грузно повалился навзничь, уставившись удивлёнными глазами в грязный потолок.

Я нарочно не стал стрелять в тело — Миша не был бы собой, не носи он под пластиковым одеянием серьёзного бронежилета. Он в нём и спал, помнится, напялив прямо на голое тело.

Всё закончилось очень быстро. Это на телеэкранах противники могут перестреливаться добрых полчаса, а в реальной жизни любая схватка двух профессионалов длится доли секунды. И не важно, какое у них оружие — современные винтовки или средневековые мечи.

Закрывать бледно-голубые глаза я не стал — много чести, но обыскать его всё же стоило. Мало ли, вдруг он не врал про ту пресловутую «трубу»? А что касается останков, которые нашлись не только на столе, но и в многочисленных пластиковых коробках по углам, о них позаботятся более компетентные товарищи. Работы им здесь будет предостаточно, но хотелось бы верить, что получится опознать всех.

Наверняка ведь прямо сейчас кто-то разыскивает пропавших родных и близких…

Но не успел я вспороть изгвазданный дождевик, как недавний труп внезапно схватил меня за руки. Да так крепко, будто он всю жизнь армрестлингом занимался. А ведь его затылок представлял сейчас нечто среднее между расколотым арбузом и свежим фаршем для котлет. Тот самый выстрел, который уже не требует контрольного.

Однако, остекленевшие глаза Миши со скрипом прокрутились в глазницах и со злобой уставились на меня.

— Ну чего ещё? — спокойно произнёс я. — Помереть не можешь по-человечески?

— Тебя тоже грохнули, Клим! — прошипел покойник мне в лицо. — Ты уже труп, просто этого пока ещё не вкурил!

— Все мы когда-нибудь умрём, — пожал я плечами. — Ну и что с того?

— Нет, ты дохлый и должен лежать в земле! Твой дружбан Талтер по-братски пристрелил тебя, вернул должок за меня и остальных… А ты с ним носишься, как терпила, жизнь его спасаешь! Простил его за предательство?

— Он действовал по приказу. Меня уже нельзя было спасти, никак. Я даже рад, что меня зажмурил именно он.

— Всё равно, нахрена ты ему помогаешь?!

— Хороший вопрос, — пришлось признать мне. — Думаю, он является тем самым, кем я стать так и не смог. Олицетворением моей наивной мечты о семье и прочих радостях жизни, вот. Будет обидно, если он тоже во всём этом дерьме утонет. Как мы с тобой.

— Не цепляйся ты за эту дурацкую жизнь, — продолжал настаивать мертвец, иссыхая прямо у меня на глазах. — Хватит плясать под чужую дудку, стань свободным!

— Ещё не время. У меня есть ещё парочка незаконченных дел.

— Ты всегда так говоришь, а они у тебя никогда не кончаются…

Убитый всё сильней напоминал мумию, а его пальцы с дробным перестуком рассыпались по полу, подарив мне, наконец, долгожданную свободу. Вот только что мне с ней теперь делать?

— Прости, Миш, мне правда есть ещё, чем заняться на этом свете. Ты уж потерпи.

С этими словами я проснулся, резко вынырнув из омута кошмара.

Надо же, какие мохнатые времена приснились, и на этот раз всё ещё кончилось более-менее прилично. Обычно мои жертвы пытались изо всех сил утащить меня за собой, но ещё никому это не удалось. Вот теперь подтянули на это дело тяжёлую артиллерию — Мишу Солдата. А ведь за одно только его устранение мне уже можно было спать спокойно, не говоря о пресловутых «паханах», которых я поголовно перестрелял прямо на сходке. Вот были же беззаботные времена…

Но разбудил меня вовсе не восставший из мёртвых сослуживец, а пронзительное попискивание почтового оповещателя. Звук был особый, и означал он очередное письмо от Пастыря. С каждым разом у меня всё больше убавлялось желание ему помогать, но с другой стороны, — только так я мог подобраться к заветной цели, не разделив судьбу более бесполезных инструментов. Уж слишком резко от них избавляются.

На этот раз послание куда больше напоминала подробную инструкцию. Пастырь прямо разошёлся. Помимо точного адреса, включавшего план-схему расположения нужных апартаментов и всего дома в целом, шло особое предупреждение об усиленной охране. А последняя фраза и вовсе смахивала на самый настоящий приказ:

«Ликвидация обязательна, в противном случае сотрудничество будет прекращено».

— Что, родненький, сам никак? — с иронией произнёс я, рассматривая многочисленные чертежи. — Ладно, предоставь это профессионалу. Пусть каждый занимается тем, что хорошо умеет…

Глава 115

Обычно я не отвечаю на входящие вызовы по внутриигровой галактической сети. А мне, как заместителю главы клана, незнакомые люди стучатся постоянно. Их назойливости позавидуют голодные сибирские комары, летевшие в поисках теплокровного животного многие километры, чтобы под конец уткнуться в противомоскитную сеть.

Вопросы у названивающих игроков были самые разные — от требований к кандидатам в рекруты, до всяческих торговых предложений. Хотя большей их части полагалось самостоятельно отпадать при первом же изучении личного сайта «Мясорубцев».

Да, у нас теперь имелся собственный портал, как у каждого уважающего себя клана. Там же были указаны все нужные контакты и просьба не беспокоить нас по пустякам. Но кто бы это всё читал…

Деловые люди предпочитали писать обстоятельные письма, будучи уверенными, что их просмотрят и обязательно ответят. В помощь любому руководителю теперь имелись умные фильтры, сортирующие все входящие сообщения согласно ключевым словам. Вот только процент сознательных игроков был критически мал. Остальные продолжали бомбардировку руководящих аккаунтов бесконечными звонками, и ещё возмущались тем, что им никто не отвечает. Ну да, клан-лидер только того и ждёт, чтобы пообщаться с очередным абонентом. Так же быстрее вопросы решаются.

Однако, конкретно этот пользователь оказался мало того, что знакомым мне, да ещё умудрился отправить вызов именно в тот момент, когда я ковырялся в галактическом терминале. Решил лично ознакомиться, как идёт восстановление разрушенных в бою кораблей и заодно прикинуть, кого нужно собирать в первую очередь. Так что звонивший оказался тем ещё везунчиком.

Звали его А-Дейн и он являлся самым опасным противником, с которым мне довелось столкнуться на просторах «Новых Горизонтов». Безо всяких преувеличений.

— Привет, Куладун, — дежурно поприветствовал он меня, появившись на экране. — Прости, что отвлекаю, но у меня к тебе буквально два вопроса.

— Излагай.

— Первый — какая у тебя всё-таки способность? Ты её так и не задействовал в бою, и меня это сильно нервировало.

— Всего-то, — улыбнулся я. — Зря беспокоился. Это электромагнитный импульс, он бы тебе никак не повредил. Щиты для меня и так не проблема, а вот твой клинок — органической природы, ему любое облучение нипочём.

— Всё верно, — кивнул К’Вонг. — Мало кто догадывается о его происхождения, ты снова меня удивил. Молодец.

— Просто сталкивался с Кристаллидами, несколько раз.

— О, это незабываемый опыт… Тогда позволь последний вопрос — не против ли ты поучаствовать в одном спортивном мероприятии, в качестве легионера?

— Ты сейчас о Турнире?

— Да, он самый. Ваш клан не является участником, поэтому тебя можно временно делегировать в другую команду. С сохранением твоего статуса, естественно.

— Что-то я о таком даже не слышал…

— Это редко практикуют, обычно у всех уже сформированные команды. Но у нас случилась досадная накладка — двое наших мечников прямо перед самыми соревнованиями угодили в больницу.

— Покушение? — тут же уточнил я.

— Нет, банальная авария. Врачи в ближайшие три недели запретили им погружение в игру, в том числе и с помощью медицинских вирт-капсул. У обоих сильное сотрясение, помимо прочих повреждений. Поэтому мне поручили найти адекватную замену.

— Хочешь сказать, что на Сирано ты участвовал не ради приза?

— Большей частью, да. Любому К’Вонгу идёт в плюс собирание артефактов нашей расы, но ты прав — ради одного несчастного Трансклюкатора я бы не стал тратить собственное время.

— Получается, ты выиграл всё-таки?

— Да, но ты оказался единственным достойным противником, — вздохнул А-Дейл. — Если откажешься, наша команда не сможет рассчитывать даже на выход в четвертьфинал. Я понимаю, что у тебя куча обязанностей, но у нас есть, что предложить твоему клану.

Естественно, Хреноватор бы первым делом принялся бы выпытывать возможный навар, но меня интересовало совсем другая плоскость:

— Для начала объясни толком, зачем вам понадобилось столько мечников? Опять какая-то заруба?

— Почти угадал. Есть особый режим — «Блад-болл», кровавый мяч, если дословно. Слышал о нём?

— Ни разу.

— О’кей, я ожидал такого ответа. Если кратко, это соревнование двух команд, чем-то напоминающее регби. Участвуют только бойцы с бонусами на ближний бой — шпионы, мечники и защитники. Каждому классу отводится собственная роль, плюс существует несколько комбинаций в зависимости от ситуации на игровом поле. Задача каждой из команд — пронести мяч до контрольной черты соперников. Но это не просто шар, а настоящая бомба, которая детонирует в двух случаях — если трижды подряд касается игроков одной команды или истекает тридцатисекундный таймер. Пока всё понятно?

— Вроде бы да. Во всяком случае, звучит весело. И что же стоит на кону?

— О, я ждал, когда ты всё же это спросишь! Самое ценное — общие турнирные очки, выдаваемые победителям. Они нужны для подсчёта итоговых результатов всех кланов-участников. Вам их, конечно, не начислят, ведь ты будешь выступать в качестве легионера. Поэтому мы продумали систему бонусов, которая сможет вас заинтересовать. Так что, если ты хочешь подключить к нашей беседе клан-лидера, то сейчас самое время.

— Ничего, мне прекрасно известны все его предпочтения, — уверил я переговорщика. — Выкладывай, что вы там предлагаете.

— О, это звездолёт класса корвет, артиллерийского типа. Мы в курсе, что вам сейчас крайне важно оборонять собственные территории, а у нас как раз есть выход на их поставщиков.

— Солидно, — вынужден был я признать. — А тир какой?

— Комплектация будет зависеть от нашего итогового места. Мы оплатим и покупку, и доставку корвета к вашим границам. Начнём с пятого, а дальше всё будет зависеть от твоего вклада. Мы сейчас в одной восьмой, финальные игры начнутся уже завтра.

— То есть, если я правильно понял — при победе мы получим самоходку девятого поколения?

— О, мне нравится твой настрой, но противники у нас очень серьёзные. Будет настоящее чудо, если наша разношёрстная команда доберётся до гранд-финала.

— Но помечтать-то можно, — улыбнулся я, представляя реакцию Хреноватора. — А что, кстати, на счёт второй вакансии? У меня есть парочка толковых мечников.

— С уникальным оружием и способностями? — недоверчиво прищурился А-Дейл.

— Хм, нет. Могу предложить киборга, раскаченного в Силу, с плазменным ятаганом и хорошей бронёй.

— Спасибо, но у нас подобного добра и так хватает, — вежливо отказался собеседник. — Полагаю, ты согласен? Тогда передавай ай-ди твоей капсулы, мы тебя зарегистрируем и возродим прямо на месте соревнований. Иначе даже на скоростном челноке ты туда не раньше финального награждения победителей прибудешь.

— Лови!

Я тут же исполнил просьбу, получив взамен готовый контракт найма, после чего мечник отключился. Напоследок он настоятельно посоветовал мне ознакомиться со всеми тонкостями игры и через пару часов быть готовым к интенсивным тренировкам. Так как соревнования командные, от слаженности зависело очень много.

Стоило ему отключиться, как ко мне в приватный канал вломился перевозбуждённый Болеслав, которому пришла копия договора:

— Кул, мать твою в кувшинку! Ты меня доведёшь когда-нибудь своим стратегическим пофигизмом! Почему сперва со мной не посоветовался?!

— А что не так? — буркнул я, параллельно скачивая методичку с правилами режима.

— Да потому что ты торговаться ни черта не умеешь! — заорал он так, что у меня заныли барабанные перепонки. — Наверняка ведь сразу на всё согласился, да?!

— А что я должен был потребовать у них взамен на своё участие, флагман? Да я пока даже не представляю, что мне нужно будет делать.

— Ладно, так и быть, что с тебя взять… Только попробуй хотя бы до четвертьфинала не дойти — я из тебя душу выну и не тем концом обратно вставлю! Нам очень нужна хорошая «бабаха», мы тогда Шебукай крест-накрест наглухо перекроем. Если нам её подарят, я готов тебя хоть на месяц в рабство отдать, со всей командой вместе.

— Вот спасибо, успокоил. Ты в курсе, что торговля людьми давно запрещена?

— А я вас и не продаю, охламонов, а сдаю в аренду. Это другое.

— Ну да, как же. Так и скажи, что избавиться от меня хочешь.

— Да у нас сейчас всё равно одни мирные работы предстоят, — куда спокойней продолжил Хреноватор. — Я же знаю, как ты не любишь без дела сидеть. Ещё, не дай боженька, начнёшь себе сам занятие придумывать…

— Оно само на меня валится, я не виноват.

— Вот-вот. Считай это очередной рабочей командировкой и точка! А мы пока что будем заниматься скучными делами — качать обороноспособность по максимуму и готовить следующую партию на продажу. Может, ещё разок успеем торгануть, пока «Прососы» не очухаются. Вел к тому времени уже должен предателя вывести на чистую воду, так что сможем пригласить раллеков в гости.

— Лучше безопасников дополнительно напряги, — предложил я контрмеры. — Пусть посмотрят, кто из наших технарей делал слишком дорогие покупки в последнее время. Вдруг, получится что-нибудь нарыть.

— Одни растраты кругом… Ладно, раз мы всё равно пока что в плюсе, науськаю их тоже. Пусть отрабатывают. Ты только там в грязь лицом не упади. Лучше других туда укладывай, тебе это не впервой.

— Постараюсь.

— Тогда я побежал. И без корвета не возвращайся!

Партнёр так же стремительно отключился, оставив меня наедине с объёмными мануалами. Их количество наводило на невесёлые размышления — а не поторопился ли я всё же с согласием? Ведь боевой звездолёт так просто за здорово живёшь никто не даст. Тем более, такого редкого типа.

Хотя, кто обещал лёгкой прогулки? Мне не привыкать к сложностям — до этого в спецрежимах я был вынужден разбираться буквально на ходу. Что не мешало мне их в итоге успешно проходить. Главное сейчас — это успеть осилить весь справочный материал за отведённое время. А остальное придёт уже во время практики, как всегда. Тем более, действовать буду не в одиночку, а в команде с опытными игроками.

Всё это хорошо, но меня немного напрягал тот факт, что верного Любомира рядом не будет. Уж у него эта самая перекати-бомба взрывалась бы строго во вражеских руках. Или самостоятельно пересекала бы ленточку от малейшего пинка.

Наверное, поэтому хитромудрых инженеров к соревнованиям и не допускают.

Глава 116

Чертов стальной шар, весящий добрых три пуда, пискнул последний раз и засчитал мой подрыв. Уже пятый за последние двадцать минут. Будь он настоящим спортивным инвентарём, от меня бы уже осталась одна слегка дымящаяся вмятина. Бомба гарантированно уничтожала все живое в радиусе пяти метров, и от неё не спасали никакие щиты.

— Кул, ты плохо считаешь тики, — пожурил меня капитан команды. — Так, ребята, давайте на пятиминутный перекур, потом продолжим.

Как ни странно, главным оказался вовсе не А-Дейн, а неприметного вида шпион, являвшийся моим земляком. Звали его Двойной Кот, но все обычно сокращали ник до Кота. Вообще в клане «Фаер-Фокс», куда меня пригласили в качестве наёмника, оказалось довольно много русскоговорящих игроков. Сказывалась принадлежность к восточно-европейскому кластеру, стоявшему на стыке Азии и, собственно, Европы. Хотя везде правила бал мульти-культурность, и ничто не мешало перейти в любой регион, люди всё равно продолжали держаться своих же. Кочевали считанные проценты от общей массы, хотя автопереводчик помогал без проблем понимать друг друга, а игровые термины всё больше становились универсальными.

Наш клан на четыре пятых состоял из представителей стран бывшего Советского Союза, при том, что никаких языковых предпочтений в требованиях к рекрутам не стояло. Разве что далеко не все из иностранцев могли прочувствовать весь творческий гений Хреноватора.

Я бросил проклятую бомбу в здоровую корзину с такими же муляжами, и поплёлся к ближайшей скамейке. Следовало срочно восполнить запас калорий, да и просто полежать. Выносливость, с которой у меня обычно не возникало особых проблем, опустилась до красной зоны, порезав большую часть характеристик.

Всё оказалось несколько сложнее, чем я представлял поначалу. Режим только на первый взгляд выглядел проще пареной репы, но в нём ообнаружилось столько нюансов, что приходилось постоянно решать сложные арифметические задачи буквально на бегу. Скорость здесь значила много, и чаще всего остановившийся игрок вскоре становился мёртвым. Команде из пяти участников можно взять запасного со скамейки, но не больше трёх за всю партию.

Итого, получалось всего восемь игроков в команде. Неудивительно, что некоторые матчи заканчивались досрочно из-за банальной нехватки состава. Если вчетвером участвовать в сражении за бомбу ещё допускалось, то выбывание следующего сопартийца уже приравнивалось к автоматическому поражению. Трое против пяти не могли выстоять при всём желании, да и зрителям смотреть на такое избиение было не интересно.

А уж способов откопытиться в игровой зоне имелось в изобилии. Подобно рыцарскому турниру Сирано, участникам разрешалось применять всё, кроме дальнобойного вооружения. Поэтому защитники вооружались всевозможным дробящим оружием, а шпионы — разрядниками и парализаторами. Арсенал мечников и вовсе не испытывал никаких ограничений. Коли, руби, прикрывайся щитом, только не забывай, что тот самый «кровавый шар» в лучшем случае займёт одну твою конечность. Поэтому «несуны», которые официально именовались «форвардами» чаще всего попадали под раздачу.

Чтобы гол был официально засчитан, необходимо было пронести бомбу через несколько линий, расстояние между которыми равнялось двадцати пяти метрам. Белая полоса делила поле пополам, затем с каждой стороны шла зелёная, жёлтая, красная и, наконец, чёрная. Именно её пересечение шаром — в руках или в броске — ознаменовало выигранный раунд.

Последний вариант меня заинтересовал прежде всего, но швырнуть чугунную болванку даже с моими солидными параметрами вышло всего на восемь метров. И то — по прямой траектории, что в игре бывает редко. А если уж придётся кого-то перебрасывать, можно смело урезать это расстояние в два раза. Защитники бросали снаряд дальше и лучше — вплоть до пятнадцати метров, а вот хилые шпионы едва удерживали его в руках. Но они контактировали с ним лишь в исключительных случаях, в основном занимаясь излюбленной диверсионной работой.

Товарищи по команде должны были изо всех сил защищать бегуна-камикадзе, но делать это следовало с большой осторожностью. Если в одной зоне оказывалось трое и больше игроков, таймер начинал тикать гораздо быстрее. Поэтому тактика построения в простейшее каре здесь очевидно не работала. Все предпочитали связать противников боем на своих участках, и понемногу продвигаться вперёд, перебрасывая мяч свободным сопартийцам.

В теории это выглядело просто и логично, но на практике чаще всего скатывалось в весёлую свалку. Несколько часов, выделенных на тренировку, пронеслись мимо меня галопом, а я так и не научился толком просчитывать ситуацию на поле. С этим мне должен был помочь опытный капитан, который имел за плечами немало подобных соревнований.

— Главное, слушай меня, — ободряюще похлопал по моему плечу Двойной Кот. — Сражаешься ты неплохо, с Деном у тебя будет отличная связка.

Помимо нас в команде имелся ещё один мечник под ником Джи-Лист. Если читать в латинской транскрипции без дефиса, то получался печально знаменитый кишечный паразит. Подходящее имечко для настоящего энергетического вампира, способного вытягивать силы из противника на расстоянии до трёх метров. Не представляю, что послужило основой для такой странной мутации, но парень особо не распространялся об исходном генетическом материале. Он тоже являлся представителем клана «Фаер-Фокс», хотя раньше на место в основном составе не претендовал.

Оставалось только гадать, на что была способна та парочка разбившихся игроков. Я на всякий случай уточнил, был ли замешан в аварии грузовик, но получил отрицательный ответ. Всему виной оказался алкоголь и излишняя самоуверенность молодых людей.

Защитников в команде так же было трое — два полевых и один запасной. Стандартная раскладка, хотя раньше мечников имелось больше. Основу составляли киборг Архарыч, с мощным силовым молотом, и гигантский ворлок Хэлфраер, по габаритам не уступавший нашему Крокоту. Гигант был вооружён антигравитационным отбойником, ласково прозванным «Мухобойкой», которым он размахивал в бою на манер весла. Устройство напоминало снегоуборочную лопату на длинном черенке, и могло размазать тонким слоем любого, кто попадал под зону её действия. Тяжеленный шар он тоже запускал в воздух, словно теннисный мячик.

Третьим защитником был геномодифицированный человек по имени Дерлион с фотонной секирой, являвшийся наименее опасным бойцом. Но при этом в скорости он почти не уступал мне, что для его класса являлось большой редкостью. Не будь у него тяжёлых доспехов, парня можно было смело принять за ещё одного мечника.

Последним членом команды числился шпион Че-Репаха, которого для краткости все называли просто Че. Он практически не принимал участия в тренировках, предпочитая отсиживаться на скамейке, с головой погрузившись в нейроинтерфейс. Его никто не дёргал, из чего я сделал очевидный вывод, что на поле запасной диверсант появляется редко. В принципе, если капитан безвылазно отсиживается в «инвизе», то в замене он особо не нуждается.

Я и сам пока что являлся запасным игроком, но редко какой матч обходился вообще без замен хотя бы у одной стороны. В чём пришлось убедиться уже совсем скоро.

Первая игра не предвещала особых сложностей. «Апостолы Аппетитного Апокалипсиса» или сокращённо «Три-Ап» являлись сильнейшими лишь среди середнячков. За счёт чего и выбились в одну восьмую финала. Однако, любоваться соревнованием мне пришлось лишь четыре раунда — затем Джи-Листа отправили на перерождение. Вражеский защитник перехватил его, когда тот пересекал оранжевую линию вместе с бомбой, и наш мечник предпочёл взорваться вместе с противником.

Счёт к тому времени был «три-один» в нашу пользу, поэтому от меня требовалось просто не запороть игру команды. Я вынул из инвентаря «Чёрное Пламя», тут же приковавшее внимание всех соперников, после чего встал рядом с остальными — за ближайшей полосой. На месте взрыва опустился новый шар, право обладания следовало заслужить в короткой дуэли. Чаще всего этим занимались защитники, ведь увесистый снаряд следовало каким-нибудь образом переправить своим сокомандникам.

От нас на раздачу отправился Хэлфраер, а компанию ему составил не менее рослый игрок «Три-Ап» с пневматической кувалдой. Несколько секунд они размахивали грозным оружием, способным проломить средней толщины переборку, после чего ворлок отправил бомбу по дуге в нашу сторону, а соперника — кувырком почти до самой кромки поля.

— Кул, твоя подача! — зазвучал в наушниках голос невидимого капитана.

Я тут же ринулся вперёд, согнув левую руку на манер ковша. Разогнанный антигравитационной плёткой шар гулко ударил меня в грудь, едва не сбив с ног, но мне удалось погасить его чудовищную инерцию. Правда, при этом двуручник едва не остался на полу, но закидывать его за спину сейчас точно не стоило. Соперники грамотно рассредоточились по прямоугольному полю и теперь неслись ко мне со всех сторон. А проклятая бомба принялась мерно тикать, отсчитывая секунды до детонации. Никаких таймеров при этом не высвечивалось, и поэтому каждый удар этого великанского сердца приходилось запоминать.

Уже через четыре тика дорогу мне преградил вражеский мечник в стилизованных под восточный колорит доспехах с плазменной катаной в руках. Позади тяжело топал Архарыч, и мне следовало швырнуть снаряд ему, но этот манёвр был слишком уж предсказуем. Мой противник нарочно замер перед самой чертой, явно чего-то ожидая. Остальные его товарищи находились слишком далеко, и только шпиона нигде не было видно.

— Нужен шарик? — поинтересовался я у самурая. — Лови!

И подбросил бомбу, насколько смог высоко. Игрок на провокацию не повелся, выставив перед собой щит, чем подписал себе смертный приговор. «Черное Пламя» проигнорировало энергетический заслон и тяжёлый клинок глубоко вонзился в затейливо украшенную броню. Проигнорировать подобную расправу затаившийся шпион попросту не смог — он прекрасно видел, как просело здоровье у мечника. Поэтому в следующую секунду в мою спину ткнулся раструб мощного парализатора.

Обычно контакт с этим прибором оканчивается полным параличом на несколько минут, но в этот раз всё ограничилось одним лишь бессильным щелчком. Да и сам скрытник стал более чем виден из-за резкого отказа маскировочного оборудования. Волна электромагнитного импульса накрыла его, как говорится, с головой. Я не стал долго прятать собственные козыри, а решил избавиться от двух соперников одним махом. Поэтому следом за атакой активировал спецспособность.

Подоспевший к нам Архарыч с разбега впечатал недоумевающего шпиона в пол, а следом на тот свет отправился раненный самурай. Единственной плохой новостью было то, что бомба успела упасть и даже откатиться от нас в красную зону. Мало того, что любое касание с поверхностью поля разом списывало десяток секунд, так ещё взрыв за красной чертой стоил одного штрафного очка нападающей стороне. Это было сделано для того, чтобы повысить ставки для атакующих и помочь тем командам, что играли строго от обороны.

Я со всех ног рванул к шару, оставив двуручник и дальше плавить бездыханное тело.

— Кул, таймер на нуле, не успеешь, — спокойно предупредил меня Кот.

— А вдруг?

— Серьёзный аргумент, — хмыкнул шпион. — Давай проверим.

Вроде бы пробежать двадцать с лишним метров не такая и сложная задача. Впереди больше никого не было — остальные сражались с ребятами, а один валялся бесчувственной куклой, испытав на себе действие исправного парализатора.

Выносливости у меня было ещё полно, и последний отрезок пути я преодолел во вратарском прыжке, вытянувшись параллельно полу. И всё равно, проклятый шар рванул в моих руках едва поравнявшись с ленточкой. Мне не хватило даже не одной секунды, а каких-то жалких её долей. И то, что наша команда всё равно одержала техническую победу, уничтожив большую часть игроков, являлось для меня очень слабым утешением. Будь противники посерьёзней — и нам пришлось бы туго. Того и гляди, что условия контракта мне предложат пересмотреть.

Ведь на самоходку я пока и близко не наиграл.

Глава 117

Теперь я прекрасно понимал, как чуствует себя Криман перед очередной высадкой. Бомба будто нарочно пыталась взорваться именно в моих руках. Неудивительно, что следующую игру я покинул самым первым, успев сильно ранить двоих. Одного зацепил мечом, а второй оказался слишком близко ко мне во время взрыва. Он так и не дотянул до спасительной зоны, где располагался медблок, и умер на руках у товарищей.

Получился вроде как размен, но наша команда ушла в минус из-за штрафного очка. Положение удалось исправить лишь благодаря А-Дейну, который добил второго подранка и пошинковал вражеского капитана в излюбленной манере ложного отскока. Этим приёмом он в своё время едва меня не прикончил — вместо привычного разрыва дистанции мечник неожиданно вываливался из портала позади противника и продолжал атаку.

Сборная клана «Мёртвая Звезда» потери лидера так и не перенесла. Им удалось забрать Архарыча и забить ещё два гола подряд, но в целом их плачевную ситуацию это уже исправить не могло. Лишившиеся толкового координатора игроки по одному становились жертвами А-Дейна или Хэлфраера, открывших настоящий сезон охоты на разобщённых противников. В итоге, при выигрышном счёте соперники получили техническое поражение, оставшись в меньшинстве. Как я понял, при участии мощных бойцов подобным образом заканчивалось большая часть матчей.

Мы продрались в полуфинал, где должны были столкнуться с моими старыми знакомыми — «Убийцами Красной Звезды» или сокращённо «КРС». Они атомным ледоколом прошли сквозь всех соперников, и всерьёз претендовали на кубок «Кровавого мяча». Победить такую сильную команду простейшей тактикой геноцида было чем-то из области анекдотов.

— Нам нужен толковый план, — заявил А-Дейн на брифинге перед матчем.

— Просто не подпускайте Кула к бомбе, — весело пробасил Хэлфраер. — Она в его руках просто тает.

— Зато он подрезал их самого сильного игрока, — встал на мою защиту Двоичный Кот. — Так что так и будем действовать. Форвардами будут Дерлион и Глист, остальные прикрывают.

Он развернул перед нами проекцию игрового поля и принялся подробно объяснять кому и где лучше находиться. Меня снова передвинули в запасные, но я этому был только рад. Чем позже мы с проклятым шаром пересечёмся, тем дольше продлится моя игра.

— Так, и напоследок обратите особое внимание на двух нападающих, — призвал нас капитан. — Это просто машины смерти, будьте с ними максимально осторожны и старайтесь не оставаться один на один.

— Отто и Арзамас? — уточнил пунктуальный А-Дейн. — Я уже сталкивался с ними. Очень неприятные противники.

— Они самые. Поэтому бережём себя и стараемся выиграть по очкам…

Брифинг затянулся ещё на добрые полчаса, а изматывающие тренировки продолжались до глубокой ночи. Если учитывать, что в реальности спать мне было категорически некогда, то на следующее утро я прибыл на матч в скверном настроении. Хотелось влить в себя полведра кофе и кого-нибудь убить. Тот адрес, что слил мне Пастырь, оказался тем ещё крепким орешком, и чтобы его расколоть требовался промышленный гидропресс. Но даже самая крепкая скорлупа имеет уязвимые места, нужно только суметь их найти.

Так же рассуждал и наш капитан, проанализировав предыдущие игры «Убийц Красной Звезды». В атаке им не было равных, а вот оборона у них откровенно прихрамывала. Лидером команды числился защитник Арзамас, чьи механические ноги напоминали прыжковые ходули — «джамперы». Благодаря им массивный киборг мог запросто перескочить через оппонента или развить бешеную скорость по прямой. Но несмотря на это преимущество, он сам редко являлся форвардом, предпочитая устранять полевых игроков.

В этом непростом деле ему активно помогал мечник под ником Отто Дралли, вооружённый специфическим оружием — электрокнутом. Радиус атаки у него был такой, что противникам иной раз не хватало ширины поля, чтобы уйти от атаки.

Оба топовых игрока находились в стартовом составе, решив пройти нас в излюбленной манере асфальтного катка. Такой мощной пятёркой можно было смело брать на абордаж звездолёт среднего класса, с полным экипажем и защитными системами. Даже их шпион имел вместо стандартного разрядника здоровенный вибронож, смахивающий на мачете. А вот парализатором он пренебрегать не стал.

Стоило только прозвучать стартовому сигналу, как «Убийцы Красной Звезды» тут же принялись демонстрировать высокое мастерство игры. Хэлфраер впервые на моей памяти проиграл подачу, и мяч оказался в руках второго мечника. Точнее, мечницы, судя по характерной фигуре. Та даже не помышляла о защите, ринувшись на нашу половину поля со скоростью выпущенного из пращи снаряда. Но даже при такой скорости её быстро догнал Арзамас, который взял на себя нашего встречающего — Архарыча. К схлестнувшимся защитникам тут же поспешил А-Дейн, а остальные продолжили изо всех сил тормозить форварда.

Бегунья смогла достичь жёлтой зоны, когда дорогу ей преградил Джи-Лист. Не желая вступать в схватку, противница резко повернула в сторону, но там её уже караулил наш капитан. Кот ужалил парализатором, став снова видимым, и споткнувшаяся девушка покатилась по полю, словно от подножки. Мяч выскользнул из её онемевших рук, и затикал куда чаще.

Добить поверженного форварда ребятам не позволил вовремя подоспевший Отто. Он раскрутил кнут до свиста, создав вокруг себя голубое кольцо, и принялся наступать на обороняющихся игроков. Те не стали лезть на рожон, а разошлись в стороны. Спустя несколько секунд Кот снова растворился в воздухе, а парализованная бегунья начала приходить в себя. Вроде бы складывалась патовая ситуация, хотя нападающие были в более невыгодном положении — бомба пульсировала ближе к ним и могла серьёзно приложить во время взрыва.

По-хорошему, игрокам «КРС» следовало отступать, но ничейный раунд их категорически не устраивал. Отто перестал рассекать воздух кнутом, и пошёл ва-банк — сам схватил снаряд и побежал вперёд. Джи-лист не смог сдержать радостной улыбки и рванул следом. Следом за ним поспешил Двоичный Кот, решив переключиться на более опасного соперника. Им не стоило больших проблем догнать оппонента в красной зоне, только тот неожиданно скинул бомбу дружественному шпиону, что незримо сопровождал его во время пробежки, а сам решительно пошёл в атаку.

Электрический хлыст хлестнул по выставленному щиту нашего мечника, только в отличие от большинства клинков это его не особо остановило. Будто искрящаяся змея, он обогнул выпуклый купол силового поля и хлестанул по закрытому шлему. На месте касания осталась глубокая оплавленная борозда, а сам Джи-Лист получил оглушение на несколько секунд и рухнул на поле. Отто сделал очередной замах, намереваясь добить упавшего мечника, но вместо этого он резко изменил траекторию движения кнута, снова очертив круг возле себя. Спешащий на выручку Кот оказался слишком близко, и его рывком выдернуло из невидимости. Защиты на шпионе практически не было, поэтому он почти без промедления отправился на покой.

Пока вражеский форвард не пересёк финальную линию, убийца с хлыстом успел расправиться и с дезориентированным мечником. Остальным тоже успело серьёзно перепасть, и только схлестнувшийся с капитаном А-Дейн добрался до конца раунда относительно невредимым.

Противники открыли счёт и умудрились при этом сократить нашу команду сразу на двух игроков. Хэлфраер и Дерлион поспешили к медицинским аппаратам, чтобы успеть за отведённые две минуты восстановить здоровье, а портальный прыгун устало плюхнулся на соседнюю скамейку.

— Действительно, очень сильные противники.

— Так ты теперь наш капитан? — поинтересовался я.

— Похоже, что да. Придерживаемся того же плана. Или… У тебя есть другой? Уж очень у тебя лицо было задумчивое.

— Просто накатило, — пожал я плечами. — Какой фигнёй мне нужно заниматься, вместо того, чтобы решать действительно важные задачи.

— Для тебя получение топовой артиллерии для клана — это мелочи? Или ты уже смирился с седьмым поколением?

— Да нет, я вообще… Про всю ситуацию в целом.

— Прости, не понимаю.

— У меня просто серьёзные проблемы в реале, — со вздохом поделился я. — А вместо этого мне нужно тут сидеть, на потеху зрителям.

— Нас сейчас смотрят около полутора миллионов человек, — заглянул в интерфейс мечник. — Можно сказать, что ты теперь знаменитость.

— Плевать. Давай просто развалим их к чёртовой бабушке!

— Надеюсь, ты не решаешь все свои дела в подобном ключе, — устало улыбнулся А-Дейн. — Настрой у тебя хороший, только за Арзамасом даже я не поспеваю. Остальные пусть и медленнее, но ничуть не проще. Они редко передвигаются поодиночке.

— Значит, будем выкашивать сразу нескольких.

— О, это плохая идея. Так ты очень быстро вылетишь.

— Не должен, ведь я постараюсь быть как можно дальше от бомбы.

— Да, смешно…

Перерыв между раундами закончился, и нам пришлось в срочном порядке покинуть скамейки. Защитники успели немного восстановиться, а взамен погибшего капитана на поле вышел молчаливый Че.

— Слушайте внимательно, — призвал общее внимание А-Дейн. — Отсиживаться в обороне бесполезно, поэтому идём в атаку. Хэл, постарайся отдать мяч.

— Если что, я вам прямо вместе с подающим его запущу, — зло прорычал защитник.

— Кул, помни, что я тебе говорил.

— Да-да, — проворчал я. — Убивать строго в порядке очерёдности.

— Да нет же! Просто не увлекайся.

— Хорошо, я тебе кого-нибудь оставлю.

— Ох, стартуем!

Замершие в центре защитники по сигналу начали очередную дуэль, окончившуюся на этот раз победой Хэлфраера. Шар улетел точно в руки Дерлиона, ознаменовав начало нашего наступления. Осталось сущая безделица — разобраться с пятёркой вражеских игроков. Ближе всего ко мне оказалась та самая мечница, которую в прошлом раунде приголубил Кот. Девушка была вооружёна металлической рапирой с хитрым волнистым лезвием, которое к тому же было оснащено сильнейшим разрядником. Щиты он просаживал при малейшем касании, вот только я не собирался защищаться.

Наши клинки с оглушительным звоном столкнулись, высекая бенгальские искры. К чести противницы, её оружие выдержало контакт с металлом чёрной звезды, да и сама мечница грамотно отводила от себя удары. Прими она двуручник на жёсткий блок — и её бы вдавило в игровое поле от гигантского веса. Двигалась девица вполне ожидаемо, стараясь подловить меня резкой контратакой. Нам никто особо не мешал — в подобных дуэлях завязло ещё две пары игроков, а остальные весело гонялись за петляющим Дерлионом.

Наконец, шустрой противнице удалось достать мечом до моего персонального силового поля, но на этом её успех стремительно закончился. Как только мыльная плёнка вокруг моего доспеха лопнула, я тут же активировал электромагнитную способность. Импульс лишил девушку сразу обоих щитов и веры в собственную неуязвимость. Следующий удар она отразить уже не смогла и очень тесно познакомилась с «Чёрным Пламенем». Неоспоримым преимуществом двуручника была его длина, которая позволяла атаковать на почтительном расстоянии. До сих пор фехтовальщицу спасала высокая скорость, но разорвать дистанцию она уже не успевала. Её бы Элли в противницы, вот где бы вышло настоящее шоу…

Чёрное лезвие беспощадной бороной пропахало подогнанную под фигуру броню и достала до тела. Сразу мечница не умерла, но атомарная аннигиляция не оставляла ей шансов дожить до конца раунда. Я бросил умирающую, не став тратить на неё драгоценные секунды, и поспешил к следующему игроку. Прошла примерно половина раунда, и мяч по-прежнему был у нас. Дерлион уже едва перебирал ногами, но и обороняющимся приходилось нелегко. Особенно, после внезапной потери одного из своих. В меньшинстве нагрузка на каждого оставшегося на ногах сразу же возрастает.

Моя победа не прошла незамеченной, и ко мне на всех парах спешил главный мечник «КРС». Интересно, его Убивашка тоже называла бесполезным «махателем»? Очень в этом сомневаюсь.

Отто Дралли вполне мог догнать нашего форварда, но вместо этого предпочёл сначала избавиться от меня. Уж слишком ему не понравилась моя маленькая победа. Возможно, их с той девушкой связывало нечто большее, чем дружба. А численное преимущество уже начало сказываться — обороняющимся не хватало игроков, чтобы перекрыть все зоны наглухо, и Дерлиону удалось прорваться за красную черту.

Мой противник обладал ещё большей скоростью, чем погибшая фехтовальщица, а в сочетании с дальнобойным оружием его превосходство надо мной было неоспоримым. Отто не собирался близко подпускать меня к себе, предпочитая понемногу жалить острым концом хлыста. Стоило мне только ринуться вперёд, как он тут же разрывал дистанцию. Мои неприкрытые силовым полем доспехи быстро покрывались пробоинами, хотя сильно шкалу здоровья такая перфорация пошатнуть не могла. Таким темпом к концу раунда оно должно было опуститься максимум до середины.

Погонщик явно задумал какую-то пакость, поэтому мне пришлось работать на опережение. Я раскрутился на месте и запустил в него двуручник, как совсем недавно на турнире. Только на этот раз против меня сражался живой игрок, который смог предугадать манёвр и отскочить в сторону. Огромный меч просвистел мимо, даже не царапнув его для приличия.

— Ипатьевский монастырь, — вздохнул я, прекрасно понимая, что мечник меня слышит.

Даже прикрытое забралом лицо противника излучало ехидство. Теперь моё оружие находилось слишком далеко, а щитов у меня не осталось.

— Кул, беги! — заорал А-Дейн так, что у меня заложило уши.

Телепортатор был примерно в двадцати метрах от нас, но он катастрофически опаздывал. Отто лихо размахнулся и от души стеганул по мне хлыстом, намереваясь если не прикончить, то хотя бы серьёзно ранить. Я выставил перед собой руку, будто собираюсь выставить практически бесполезный щит, но так этого и не сделал. В результате хлыст по инерции обвился вокруг моего предплечья, попутно отхватив мне запястье.

Короткую вспышку боли заглушил более сильный приступ, который сопровождал применение способности. Кнут являлся великолепным проводником, и поэтому охотно передал электромагнитный импульс до самой рукояти. После чего потух, уже навсегда. В руках ошарашенного убийцы осталась длинная шипастая цепь, годящаяся лишь для того, чтобы повеситься. Вдобавок, с него самого полностью слетела энергетическая оболочка, обнажив лёгкий доспех.

Подоспевший к нам А-Дейн не дал противнику опомниться, и сходу вонзил в него сияющий кристаллический клинок. Да с такой силой, что острие меча вышло у того из спины. Умереть бедолаге не позволило лишь окончание раунда. Дерлион за пару мгновений до детонации зафутболил шар за финишную черту, заработав для нас первое очко.

К поверженному игроку тут же бросились остальные представители «Убийц Красной Звезды», но дотащить его живым до медблока им так и не удалось. Пусть осколок Кристаллида не разрушал межатомные связи как моё «Чёрное Пламя», контактировать с ним всё равно не следовало. Так что мы сравняли не только счёт, но и составы.

— Отлично, Кул! — похвалил меня новоиспечённый капитан. — А теперь беги лечить руку.

Медицинский комплекс мог пришивать отсечённые конечности обратно и восстанавливать потерянные ткани, только для этого ему требовалось время. А вот его в нашем распоряжении почти что не было. К счастью, мой быстрый одноклассник успел отнести туда запястье и запустить процесс регенерации заранее. Мне осталось лишь сунуть культю внутрь и отсчитывать оставшиеся секунды. В соседний аппарат с головой нырнул Дерлион, на котором почти не осталось живого места. Не будь на нём серьёзной защиты, красную зону он покинул бы только ползком.

Хэлфраер тоже выглядел изрядно помятым. Впрочем, как и его оппонент. Оба самозабвенно метелили друг друга весь раунд, и собирались продолжить это занятие в следующем.

Само собой, руку до конца раунда мне восстановить не удалось. Пришитое запястье совсем не чувствовалось, а пальцы гнулись с заметным опозданием. Ни о каком мастерском фехтовании не могло быть и речи, поэтому мне отвелась роль форварда. Да, все понимали, что это плохая идея, но так я хотя бы не был совсем уж бесполезен на поле.

Противники выставили взамен павших мечников двух дюжих защитников, максимально усилив собственную оборону. Арзамас перекроил тактику на ходу, и теперь его команда играла слаженными двойками, между которыми курсировал невидимый шпион.

Подачу мы снова потеряли, но на этот раз Хэлфраер оттянулся назад и вместе с нами встретил бегущего бомбоносца в красной зоне. Тот несколько раз при помощи товарищей шёл на приступ чёрной полосы, пока время на таймере не вышло окончательно. Взрывом зацепило обоих наших защитников, и тяжелораненого Дерлиона сменил Архарыч.

Мы повели в счёте, но до победы было ещё очень далеко. Арзамас призвал последнего запасного игрока, на этот раз — мечника. Получается, сменщика у шпиона не было. Типичный атакующий состав.

Во время перерыва я ещё немного восстановил руку и теперь мог держать не только шар, но и рукоять двуручника. Это мне сильно пригодилось уже в следующем раунде, когда мною лично занялся вражеский капитан. Арзамас порхал вокруг меня, будто бабочка, вот только совсем не жалил, а от всей разгневанной души дубасил меня молотом. Попасть по нему было практически нереально, поэтому я целиком ушёл в оборону. Какое-то время мне удавалось сдерживать удары, но затем киборгу удалось пару раз по мне удачно врезать и сбить с ног.

Пол принял меня, как родной, но долго разлеживаться на нём было нельзя. Арзамас коршуном налетел сверху, спеша добить, но ему помешало внезапное окончание раунда. Архарыч намертво вцепился во вражеского форварда, и оба они выбыли из матча, оставив после себя внушительную вмятину в красной зоне. Дальше продолжать игру нам предстояло в формате «четыре на четыре», благо Дерлион успел мало-мальски восстановиться. Пространства для манёвров стало больше, а вот здоровья наоборот — поубавилось. Лечиться следовало на полную катушку, ведь следующий выбывший из строя приносил автоматическое поражение своей команде.

— Арзамас наверняка попытается кого-нибудь подловить, — поделился опасениями А-Дейн. — Не отходите далеко друг от друга.

— Почему кого-то? — внезапно подал голос Че. — Он будет охотиться за Кулом. Даже если форвард пройдёт, у них ещё один раунд в запасе.

— Действительно. На этом и сыграем…

Однако, весь наш план сразу же пошёл прахом из-за того, что соперники нарочно отдали нам мяч с самого начала раунда. Пришлось мне ловить запущенный шар и нестись с ним в обнимку навстречу противникам. Там меня уже поджидали с распростёртыми объятьями, но тут на помощь пришёл союзный шпион. Че разрядил парализатор в последнего мечника «КРС», и я на полном ходу перескочил через рухнувшего игрока. Останавливаться для добивания сейчас было не самой лучшей идеей, ведь поблизости находился Арзамас. Реактивный защитник в три прыжка добрался до беспомощного сопартийца, намереваясь размазать скрытника тонким слоем по всему полю. Однако Че неведомым образом смог уйти обратно в «инвиз», хотя обычно раскрывшимся шпионам требовалось на это несколько секунд. Видимо, ему помогла какая-то скрытая способность.

Вражеский капитан нанёс несколько размашистых ударов вслепую, но ему так и не удалось зацепить невидимку. А тем временем я преодолел жёлтую зону и скинул шар Хэлфраеру, взяв его потрёпанного оппонента на себя. Тот прекрасно знал о моих возможностях, поэтому старался не приближаться ко мне вплотную. Пока мы выписывали восьмёрки, наш подающий с оглушительным хлопком запустил снаряд по направлению к финишной черте, а сам поспешил ко мне на помощь. Арзамас вовремя сообразил, что его провели, и решил во что бы то ни стало меня прикончить.

На его пути встал А-Дейн, и ему удалось ненамного задержать мстителя, прыгая из портала в портал вокруг него. Тем временем отсчитывающий последние секунды шар бухнулся за чёрной полосой, засчитав очередное очко в нашу пользу. Хорошо, что я догадался отдать её, иначе бы точно не успел. Счёт стал «четыре-один», и следующий раунд вполне мог стать последним.

Арзамас рвал и метал. Он явно рассчитывал на блицкриг, и теперь никак не мог перестроить тактику усечённой команды. Мы же спокойно восстанавливали здоровье, и прикидывали тактики.

По всему выходило, что капитан постарается кого-нибудь прикончить, чтобы заработать техническую победу. Поэтому я даже не удивился тому, что мяч снова оказался на нашей стороне. Подхватил его прямо в воздухе и принялся считать.

Хэлфраер снова зарубился с оппонентом, но обычная дуэль быстро перетекла в беспорядочную свалку. Шпион «КРС» подкрался к нашему защитнику со спины и смог вывести его из строя на несколько секунд. Однако, вражеский подающий торжествовал совсем недолго, ведь неподалёку дежурил Че. Так что оба защитника легли рядышком, как скромные молодожёны в первую брачную ночь, а скрытники продолжили за них схватку, уже на ножах. Проигнорировать такую потасовку Арзамас не смог, и помчался туда на всех парах. С противоположной стороны ему навстречу как всегда рванул А-Дейн.

Мы с последним мечником остались один на один. На его стороне было преимущество в скорости, да и атаковать ему ничего не мешало. Мне же отмахиваться с шаром в руках было во всех смыслах не с руки, поэтому я предпочёл отвернуть в сторону.

И тут случилось непоправимое — вражескому капитану удалось подловить телепортатора и врезать по нему молотом. А-Дейна будто ветром сдуло, а следом за ним отправился Че, на котором буквально повис его одноклассник. И если мечник пережил страшный удар, то шпион сразу отправился на перерождение, оставив нас в меньшинстве. Учитывая, что Хэлфраер едва пришёл в себя, положение принимало совсем скверный оборот. У нас осталось два пути, один маловероятнее другого.

Первый — это успеть кого-нибудь убить за оставшееся время, но шпион уже ушёл в невидимость, а остальные пребывали в добром здравии, в отличие от нас. Второй вариант заключался в успешной доставке бомбы за ленточку. Только учитывая мою печальную статистику, рассчитывать на такой исход особо не стоило.

И всё же я продолжал бежать, бросив мешающийся меч под ноги преследователю. Тот не ожидал такой подлянки, и едва не отсёк себе ногу об чёрное лезвие. Заминка позволила мне вырваться вперёд, но позади начал нарастать частый гул от разгоняющегося Арзамаса. Тот не жалел реактивные ходули, стремительно сокращая расстояние между нами, хотя так быстро я ещё никогда не бегал. Выносливость испарялась на глазах, зато под ногами промелькнула красная черта.

Двадцать пять метров, двадцать два, двадцать…

Эх, далеко. На такое расстояние мне этот снаряд при всём желании не швырнуть, при всей набранной скорости. Оставалось лишь уповать на то, что в этот раз я правильно посчитал секунды. Если пропустил хоть одну — всё пойдет насмарку.

Защитник с занесённым молотом нагнал меня ровно через один тик, так что дальше тянуть было нельзя. Я двумя руками толкнул шар вперёд, а сам полетел в сторону от сокрушительного удара. Арзамас нарочно бил так, чтобы ненароком не закинуть меня за финишную черту. Прилетело по мне очень серьёзно — три четверти здоровья как не бывало, а большинство бронепластин на торсе рассыпались вдребезги, будто хрупкий фарфор после землетрясения. Но и капитан растерял свою скорость, передав мне весь набранный импульс.

А бомба между тем звонко бухнулась об пол и покатилась взрывоопасным колобком дальше. Десять секунд списалось как положено, но в запасе имелась ещё целая одна. Вроде бы мелочь, но этого времени хватило, чтобы снаряд пересёк чёрную полосу. Следующий тик, который должен был запустить детонацию, щёлкнул уже за пределами игрового поля. Рядом рухнул опоздавший Арзамас, толкнув шар ещё дальше — к самому краю арены.

Пусть мы закончили матч в меньшинстве, но итоговый счёт был в нашу пользу. А так как соревновательная дисциплина уважала прежде всего набор очков, а не фрагов, победу присудили нашей команде. Вот не успей мы добраться до заветной пятёрки на табло, тогда Арзамасу не пришлось бы ломать собственный молот об пол. Уверен, его бурная реакция пришлась по душе невидимым зрителям.

Сил у меня не осталось даже на то, чтобы подняться, поэтому радовался я в лежачем положении. Но не увеличившийся тир самоходки давал мне повод для гордости, и даже не попадание в гранд-финал, а тому факту, что я смог-таки забить пресловутый гол.

Впервые за всё время соревнований и тренировок.

Глава 118

Ничто так не бодрит с утра, как неожиданный выстрел из гранатомёта по твоему дому.

Каким бы крепким ни было здание, его вряд ли строили с учётом такого маловероятного события. И всё равно глухая стена элитной семиэтажки выдержала попадание фугаса, хоть и пошла многочисленными трещинами. Вот что значит тройная кирпичная кладка, не то что этот ваш дешёвый шлакоблок! Вот его бы точно сложило внутрь, как частенько бывает с зубами от удара опытного боксёра.

А говорят, что строить нынче разучились. Хотя это не типовое сооружение, где стену при желании можно пальцем проковырять насквозь. Ремонт, может, и влетит в копеечку владельцам, зато у них появится шикарный пункт в портфолио недвижимости. «Выстояло после гранатомётного обстрела», — подобным не каждый может похвастаться.

Большинство ближайших к эпицентру взрыва стеклопакетов лопнули, повиснув на рамах белёсыми лохмотьями, и только парочка этажей смогла сохранить лицо благодаря бронестёклам. Именно там располагались конспиративные квартиры «БУЛАТа», где прятался очень важный для меня человек. Лично я удивился тому, что он не сидит в отдельном особняке с охраняемым периметром, но безопасники по неведомым причинам сделали ставку на секретность. Либо же планировали использовать убежище в качестве ловушки.

И последний вариант был вероятнее всего.

Попробуй я приблизиться к постройке или как-то за ней проследить, меня бы мгновенно обнаружили. Вокруг было распихано какое-то неприличное количество камер и всевозможных сканеров. Всё-таки снимали тут офисы сплошь солидные люди, а они очень дорожат личным пространством. Даже воздушное пространство вокруг здания жесточайше контролировалось. Ни один дрон не имел права его пересечь, а нарушители немедленно выводились из строя, ещё на подлёте. Доставку фаст-фуда сюда не заказывали, а все сообщение с внешним миром проходило через специальные тамбуры.

Вот она, современная крепость.

Нам с Талтером пришлось немало поломать голову, прежде чем мы раскусили этот орешек. Как всегда, самый простой способ оказался эффективнее прочих. Сложнее всего оказалось приобрести старенький гранатомёт — уж больно это неходовой товар, даже для чёрного рынка. Ставь мы целью ликвидировать объект, как требовал того Пастырь, о таком шумном и неточном оружии вспомнили бы в последнюю очередь. Но здесь эти минусы только сыграли нам на руку. И пока мой старый напарник срочно сматывал удочки, я преспокойно сидел в машине на подземной парковке, надвинув утеплённую кепку по самые глаза. Заодно попивал чёрную бурду с запахом кофе, чтобы окончательно побороть зевоту.

Ждать пришлось недолго — вскоре гарнитура в ухе приказала срочно подрулить к одному из лифтов. Я, как человек исполнительный, совершил манёвр в лучшем виде, едва не зацепив одну из припаркованных машин. Мой изначально невысокий водительский навык нынче практически атрофировался, но к счастью в машине присутствовал серьёзный автопилот.

— Понатыкают тут всяких… — проворчал я, ворочая головой едва ли не на все триста шестьдесят градусов. — Не пройти, не проехать!

Сколько бы я не елозил взад-вперёд, мне так и не удалось поставить минивен как положено. Хотя по размерам это авто вполне тянуло на звание микроавтобуса. В салоне могла с относительным комфортом разместиться дюжина человек, однако из распахнувшегося лифта выскочило всего лишь пятеро. Четверо крепких мужиков в чёрном облачении сопровождали тощего парня в мятой футболке и растянутых спортивных штанах. Судя по всклокоченным волосам и заторможенным движениям, его выдернули прямо с постели.

Ну, простите, дорогие. Мы специально запланировали акцию раннее утро, чтобы большая часть помещений пустовала. Очень не хотелось зацепить кого-нибудь постороннего.

Мужики пропустили одного своего в салон, и только потом запихнули туда охраняемого, рассредоточившись вокруг него полукругом. Однако, на парковке царила тишь, да благодать. О взрыве тут напоминала лишь густая пыль, беспокойно кружащаяся в свете фар. Кое-где с потолка осыпалась штукатурка, но в целом подземному помещению досталось меньше всего.

Не успели мужики ещё толком рассесться, как один из них хрипло выкрикнул:

— Лёха, гони!

Я хоть совсем не Алексей, но просьбу послушно выполнил, резко тронувшись с места. Закруглённый пандус вывел нас на поверхность, где уже распахнулись толстые ворота. Затем последовал короткий участок внутренней дороги, окончившийся автоматическим КПП. Там машины просвечивались на предмет всякого запрещённого, вот только безопасники гоняли на экранированном минивене, за одну поездку на котором вполне реально получить тюремный срок. Видимо, не всё у них легально, раз пошли на такой риск.

С другой стороны, мало ли куда данные потом могут уплыть…

Мне почти удалось вписаться в проём выезда, ограждённого по бокам мощными колонами. На территории делового центра осталось лишь правое зеркало бокового обзора, разбитое всмятку. Есть повод гордиться собой, но пассажиры моего мастерства совсем не оценили.

— Лёха, ты что творишь?!

Я обернулся к ним и успокаивающе подмигнул. Мол, всё в порядке, водитель бдит. А зеркальце — это фигня, его без проблем на любом СТО поменяют.

Нас разделяло прозрачное стекло, вроде как даже пуленепробиваемое, но спецы тут же потянулись к оружию. Просто их водитель походил на меня не больше, чем астраханский верблюд на арабского скакуна, так что перепутать нас было довольно сложно. Но я и не собирался долго вживаться в его роль. Просто хотел подсобить уставшему от смены трудяге, а он так обрадовался неожиданному выходному, что одолжил мне собственную верхнюю одежду, включая неплохую кепку.

К счастью, испытывать внутреннюю перегородку на прочность не пришлось — распылённый внутри газ наконец-то начал действовать, и мужики один за другим обмякли в креслах. Никто не смог найти в себе сил, чтобы поднять потяжелевший пистолет и нажать на спуск. Они все уже были обречены, как только запрыгнули в салон и сделали первый вздох, просто ещё не поняли этого.

Пусть газ начинал действовать далеко не сразу, зато у него практически отсутствовал всякий запах, а последствия были не такие фатальные, как у большинства нервнопаралитических собратьев. Поболит голова с недельку, ручки потрясутся немного, да в туалет будет тянуть в самое неподходящее время. Зато никаких остановок дыхания и прочих неприятных побочек.

— Можете не благодарить, ребята.

Я кое-как зарулил в один из узких переулков, где располагалась ближайшая мёртвая зона, немного исцарапав бок и передний бампер. Колесить и дальше на чужом транспорте по городу было чревато крупным счётом, выставленным мне «БУЛАТом». А мне и так тратиться на операцию пришлось, как на последний в жизни мальчишник. Даже с удешевлением операции в несколько раз денег на воскрешение дочурки пока что катастрофически не хватало, и любые расходы вызывали у меня дикое желание сокращать популяцию человечества на этой планете.

Никогда не думал, что меня до такой степени жадность одолеет.

Можно было не сомневаться в том, что руководство уже в курсе отклонения эвакуационного транспорта от маршрута. Даже если там ещё не догадались о том, что гранатомётный обстрел был лишь отвлекающим фактором, отреагировать на такое они обязаны молниеносно. Поэтому мне пришлось шевелиться максимально быстро. Любое лишнее движение было непозволительным.

В переулке меня уже дожидалась другая машина — старенький корейский «универсал», неприметного серого цвета. Я резво покинул кабину, уже с защитной маской на лице и вытащил из салона сомлевшего парня в трениках. Когда он только показался на подземной парковке, у меня мелькнула крамольная мысль, что его лицо кажется знакомым. Теперь же всякие сомнения окончательно отпали.

Передо мной был спящий, словно наевшийся мамкиного молока пупс, Константин Майнов, он же — Змееросток. Можно сказать — старейший мой сопартиец, не считая Робофотта, который пропустил львиную долю наших приключений. Я достаточно долго изучал личные дела ближайшего окружения, поэтому ошибки быть не могло.

Вот только откуда он здесь?!

Удивление и прочие душевные переживания до поры пришлось засунуть куда подальше — время поджимало всё сильнее. Я всем своим существом чувствовал, что нужно как можно быстрее отсюда убираться. Того и гляди, супруга с падчерицей нагрянут и начнут опять полоскать мои бедные мозги.

Хорошо, что весил Змей как заправский студент — до смешного мало, поэтому никаких проблем с его транспортировкой не возникло. Я торопливо освободил бывшего соклановца от одежды, в которой могли быть спрятаны жучки, и закинул его в багажник. Там же располагалась пусть и кустарная, но довольно мощная глушилка. Мало ли, вдруг у него в теле помимо стандартного чипа ещё что-то сидит. Нам лишние глаза точно не нужны.

После интенсивных телодвижений растянуться на заднем сиденье было поистине райским наслаждением. Одно только проникновение на парковку сожрало больше трёх часов, которые ушли на ползание по всяким подземным коммуникациям. От меня до сих пор пованивало так, что никакой нервнопаралитический газ и рядом не валялся. Однако молодой парнишка, сидевший за рулём, даже носом не повёл. В его родной Барахолке к таким ароматам давно привыкли, одна речка-Вонючка чего стоила.

Всё, теперь от меня почти ничего уже не зависело. Оставалось только сложить лапки и наслаждаться поездкой. Правда, по пути нам пришлось трижды менять авто, и один раз — водителя. Но учитывая ценность нашего пассажира, такие меры предосторожности точно были не лишними.

Наконец, мы оказались в просторном ангаре на краю города. Не в таком навороченном, где обитала команда Георгия, зато арендная плата стоила сущие копейки. Да-да, я помню про жадность.

Новый водитель не стал здесь задерживаться, только помог выгрузить бесчувственное тело, после чего поспешил по своим делам. На пирожок с кефиром он на пару с молодым коллегой уже сегодня заработал, а лезть в чужие разборки среди жителей «Подмостовья» считалось дурным тоном.

Привести в порядок Костю мне помог хмурый Талтер, который заявился на место раньше меня. Несмотря на пенсионный возраст, ему удалось без проблем стряхнуть с себя хвост и разминуться с прочими неприятностями. Старый конь борозды не испортит, что тут скажешь. А вот на мой счёт у него имелись серьёзные сомнения.

— А ты точно того взял? — строго он спросил меня, вкалывая бесчувственному парню иглу от капельницы.

— Ой, уже и сам не знаю… — наигранно всплеснул я руками. — В переулке темно было очень. Вот и схватил первого, кто под руку попался.

— Серьёзно, Клим. Он не похож на фоторобот.

— Представь себе, я заметил. Но мало ли, вдруг Эдуардыча склероз прихватил…

— Так ты его узнал? — догадался Игорь, закончив с капельницей. — Теперь понятно, отчего у тебя лыба до ушей.

— Может, мне приятно снова с тобой поработать. Как в старые недобрые времена.

— Зубы только мне не заговаривай! Кто этот тип?

— Вроде как, мой соклановец. Бывший.

— И его охраняли наши дорогие друзья, — задумчиво потёр подбородок Варяг. — Слушай, а у тебя там вообще кроме внедрённых агентов есть ещё хоть кто-то?

— Теперь начинаю в этом сомневаться.

Получается, Диана смолчала, что кроме неё среди «Мясорубцев» был ещё кто-то из нечистых на руку. Либо она этого не знала, во что верится с большим трудом. Они ведь плотно контактировали с Костей, а я как последний дурак не проверил тщательно эту связь. Досье товарища Майнова, выходца из солнечной Молдавии, на первый взгляд было кристально чистым. Ни приводов, ни службы где-либо, ни аварий с последующей комой.

С другой стороны, именно он не дал беглецам скрыться на угнанном звездолёте. Благодаря чему часть из них вскоре оказалась у меня в клане. Интересно, а Шани с Велионом тоже не по своей воле ко мне присоединились, или это у меня очередное обострение паранойи?

В любом случае, следовало для начала допросить нашего невольного гостя. Пока он не пришёл в себя, бедолагу успело разок вывернуть наизнанку и пару раз пронести. Мы были готовы к подобному, поэтому уложили его на простенькую больничную кушетку посреди самодельной душевой кабины и периодически окатывали её тёплой водой со шлангов. Через полчаса интенсивных процедур он наконец пришёл в себя, но нашим физиономиям совсем не обрадовался. Однако, деваться ему было решительно некуда — все конечности были плотно зафиксированы кожаными ремнями.

— Привет, Змей, — улыбнулся я. — Как самочувствие?

— Если честно, то хреновое, — ответил Костя со вздохом.

— Водички хочешь?

— Не откажусь.

Пил он долго, трижды поперхнувшись, зато его побледневшая кожа принялась понемногу темнеть. Да и зрачки уже не напоминали наркоманские, и вполне нормально реагировали на свет.

— Жить будешь, — констатировал Талтер, закончив с осмотром. — А вот как долго, зависит уже от тебя, приятель.

— И ты здесь… — сквозь кашель выдавил из себя молодой человек, повернувшись к моему напарнику.

— А мы знакомы? — нахмурился он.

— Заочно. Странно, что вы меня не грохнули прямо там, в машине.

— Поверь, нас очень настойчиво об этом просили, но мы решили сначала немного пообщаться.

— Значит, это Пастырь, паскудина! Другой бы меня никогда не вычислил… Но как?!

— Понятия не имею, — развёл я руками. — Но мне импонирует, что ты не строишь из себя невинного агнца.

— А смысл, — горестно вздохнул пленник. — Если ему удалось меня раскрыть, то мне в любом случае конец. От него никуда не скрыться…

— Подожди, так ты и есть тот самый Григорий? — решил уточнить Талтер. — Здорово тебя отрихтовали, совсем не узнать.

— Тебе ли удивляться, — скривился лже-Костя. — Сам же через это когда-то прошёл.

— Обмен?!

— Он самый. Но, как видите, меня это особо не спасло.

— А где же сейчас настоящий Майнов? — спросил я. — Он в твоём теле?

— Был. До того момента, пока не сгорел вместе со всем домом в придачу. Но у меня и в мыслях не было подставлять его!

— Ну да, и свою коллегу Ксюшу не ты убил, как же. Гриша, ты стремительно теряешь набранные очки. Если я в тебе разочаруюсь, ты горько пожалеешь, что не разделил судьбу Кости.

— Я не хотел стрелять! — зачастил пленник. — Она хотела поднять тревогу, и мне пришлось… Могла бы просто сидеть смирно.

— И дождаться, пока её не расстреляют те, кого ты впустил? Думаешь, все остальные смерти не на твоей совести?

Он на целую минуту замолчал, переваривая услышанное, после чего тихо произнёс:

— Если вы всё и так знаете, то почему тогда я всё ещё жив?

— Подробности, Гриша. Мы хотим послушать твою историю во всех подробностях. Трудное детство и юность, так и быть, можешь пропустить.

— Хорошо, Клим, я понял. А можно вопросик небольшой для начала? Давно было интересно, а тут такой шикарный повод спросить появился.

— Ну, валяй.

— Твоё имя. Это псевдоним или оно реально такое необычное?

Талтер сдержанно фыркнул в кулак, а я со вздохом покачал головой:

— Просто мои родители ждали девочку, и хотели назвать её Клементиной. А в итоге родился я. Ещё дурацкие вопросы есть?

— Нет, закончились.

— Отлично, тогда расскажи, как давно ты работаешь на «БУЛАТ»?

— Достаточно, чтобы они мне пенсию задолжали. Уже почти шесть лет, надо же… Они тогда сильно интересовались разработками Яценко, и вообще всем, что касается вирткапсул.

— Это ещё что за перец?

— Его звали Безликий, — вклинился в разговор Варяг. — Именно он тогда всю ту кашу заварил с Малаалом и застрявшими тестерами. Из-за этого ублюдка несколько тестеров так и не очнулись.

— И что с ним стало?

— Я его взорвал в игре, а в реальности у него произошла аневризма мозга.

— А он точно помер?

— Да, я лично его дохлую тушку видел, — кивнул Гриша. — Мы тогда работали вместе, но мне удалось подчистить за собой. Не появись на горизонте Дружок, меня ни за что бы не подтянули.

— Ты имеешь в виду Тип-Топа? — хмуро переспросил Талтер.

— Да, тот самый. Он тогда работал на другую контору, улаживал последствия инцидента, но потом «БУЛАТу» удалось переманить его к себе. Понятное дело, что пришёл он к ним не с пустыми руками, а чуть позже приволок туда и меня.

— Что конкретно их интересовало?

— Прежде всего — эффект переноса. Как оказалось, наши тушки — всего лишь носители разума, и благодаря нейростимуляции инфу можно переписать. Да, там есть куча ограничений, но это в принципе реализуемо. Главное — чтобы люди были совместимы, как доноры, например. И всё равно, со временем личность постепенно отторгается туловищем. Что-то где-то идёт вразлад, и переселенец едет кукухой.

— Странно, мы ничего такого не заметили, — задумчиво проговорил Игорь.

— Ваш случай со всех сторон уникальный! — с воодушевлением выпалил связанный парень. — Был, по крайней мере. Никаких негативных эффектов, а главное — вы единственные смогли вернуться обратно. Исследованиями занимались не только в «БУЛАТе», но никому так и не удалось совершить «реверс Талтера-Орлова».

— Получается, ты тоже работал в этом направлении?

— Не только. На меня повесили всё, что было связано с капсулами, а также их взломом. Деваться мне особо было некуда, но и платили они совсем неплохо. Помимо меня, у них на зарплате сидело несколько исследовательских групп и даже один небольшой институт. А потом случился этот чёртов прорыв с голограммами, после чего всё резко полетело к чертям… Я сам знаю немного, но первооткрывателей в живых не осталось — их якобы грохнули собственные создания во время одного из экспериментов. Это настолько впечатлило руководство, что они решили быстренько монетизировать обнаруженную уязвимость, пока про неё никто не знает. Так и появились пресловутые «Призраки».

— А как ты про них вообще узнал, при таком уровне секретности? — продолжил я допрос.

— Я писал первичный софт для голограмм, — признался Гриша. — Правда, меня довольно быстро перебросили на другой перспективный проект.

— Размороженные… Ты занимался взломом клановых хранилищ данных.

— И этим тоже. Но главное было — обкатать методику подмены личности во всех аспектах. Как я понял, у руководства на этом пунктик, самый настоящий.

— Их можно понять, — проворчал я. — Сколько бы ты не заработал денег, какими бы связями не оброс, со временем тебе всё труднее «соскочить». А ведь за ними накопилось немало грешков.

— В любом случае, тот проект оказался почти тупиковым. У чипа несколько степеней защиты, и взломать их все невозможно в принципе. Слишком уж большие бабки вложили в его разработку, чтобы исключить любые махинации. Все ведь прекрасно понимали, какое там Поле Чудес может открыться, в случае успеха. Поэтому максимум, что получилось у команды — это наладить подсадку чипа в неинициированных людей вроде тебя, Клим. Но о полной трансплантации не могло быть и речи, а нормальные агенты из размороженных в основном получались чуть-чуть лучше, чем пуля из говна. Вы с Анькой не в счёт — у вас хоть какая-то соображалка с прошлой жизни осталась, а остальные же вояки не годились даже для разовых акций. Делать из них «спящих» выходило так затратно, что даже в случае успеха ни о какой окупаемости не могло быть и речи. Те аферы со взломом клановых кубышек вызывали только смех. Я прекрасно понимал, что дело идёт к неизбежному финалу, поэтому снова вернулся к своим изысканиям. Одна из наработок Герыча по синхронизации натолкнула меня на любопытную мысль, и я решил провести небольшой экспериментик. Переместится в чужое тело уже давно не было большой проблемой, а вот вернуться…

— Так ты смог совершить реверс?

— Да! — с гордостью кивнул парень. — Всё дело оказалось в поиске идеального партнёра и той самой синхронизации игровых капсул. Кандидата я нашёл практически случайно, когда втихаря приглядывал за Анькой. И когда разузнал о нём побольше, решил рискнуть.

— А не страшно было застрять? — поинтересовался Талтер.

— Если честно, то очень. Но ваш пример меня вдохновлял. Я тщательно подготовился, запланировал принудительное усыпление тела по команде извне, так что бедолага ни о чём так и не догадался. Просто полчаса его игрового времени, проведённого в режиме отдыха, неожиданно выпали из памяти. Мне же удалось покинуть игру и немного пройтись по его квартире, после чего благополучно вернуться обратно. Ощущения были ещё те!

— Не уловил в этом кайфа, но допустим, — хмуро проговорил Варяг. — И ты поделился достижением с хозяевами, да?

— Я, казалось бы, всё предусмотрел, — вздохнул путешественник по телам. — Кроме того ажиотажа, который случился потом. Они будто с цепи сорвались. Покрошили всю команду Герыча, хотя те были даже не в курсе, а меня заперли в лаборатории. Подменыша тоже хотели взять в оборот, но тут вмешался Дружок. Дебильная кличка, скажу я вам, но уж очень он не любил представляться своим настоящим именем. До этого они с напарницей вылавливали кандидатов для голографического забоя, но тут всё понеслось под откос и его резко повысили в полномочиях. Часть группы Герыча, оказывается, смогла сбежать, а нескольких ликвидаторов кто-то убил. Включая того дуболома, кто руководил зачисткой. Именно он заставил меня…

— И что же с ним случилось? — с улыбкой поинтересовался я. — Неужто, попал под неисправный грузовик?

— И как ты только догадался… Дружок сопоставил все факты, просмотрел записи с камер и пришёл к выводу, что против нас сработал кто-то очень серьёзный. Даже твоё грёбанное спасение без него не обошлось.

— Тот звонок, — припомнил я. — Анна сказала мне, что в это время была в игре.

— Машина сопровождения попала в аварию, а двух оставшихся олухов ты смог сбросить самостоятельно, — продолжил Гриша. — Дружок тогда не придал этому большого значения, ведь вместе с тобой ускользнуло немало народа. Только потом, когда пыль немного улеглась, он понял, что ты подозрительно везучий не только в жизни, но и в игре. Поэтому он не стал убивать Аньку, а подсадил её к тебе.

— А зачем Тип-Топ ещё и тебя приплёл?

— В качестве контроля. Чтобы обкатать технологию реверса, я ещё несколько раз переселялся в Костю, но во время одного из таких обменов в конспиративный особняк врезался бензовоз. Всё сгорело дотла, вместе с моим оборудованием и телом. Пришлось мне остаться в этом, но Дружок решил воспользоваться такой возможностью, чтобы приглядеть за вами. Огромной ценности без своего партнёра я уже не представлял, и годился разве что в роли простого консультанта. Сначала меня это жутко бесило, а потом понемногу втянулся. Особенно, после Шебукая. Всё шло более-менее хорошо, вплоть до дурацкого покушения на тебя, которое организовал один из подручных Дружка. Ещё один придурок, который хотел выслужиться и получить бонусы. В итоге ты открыл на нас вендетту, а технология оказалась рассекреченной. Да ещё и другие конторы принялись активно копать в этом направлении, в том числе и государственные…

— Странно, что они до этого практически бездействовали, — заметил Талтер.

— Я тоже удивлялся, а потом понял, что они тоже… Экспериментируют, так сказать, — парень коротко хихикнул. — Они спустили своего Цербера с поводка и смотрят, к чему это всё приведёт. Несколько недель назад мне написал некий Пастырь и попросил слить всю информацию по проектам «БУЛАТа», иначе это тело отправится вслед за предыдущим. Поначалу я посчитал это бредом сумасшедшего, но потом участники проекта стали один за другим отъезжать в мир иной. Не знаю на счёт всех, но Аньке похожее письмо точно приходило, после чего она навострила лыжи. Дружок в Пастыря не поверил и решил, что это ты ей помог на тот свет отправиться. А я принялся делать то, что у меня получалось лучше всего — копать информацию. И когда на моей стороне было уже достаточно фактов, чтобы убедить Дружка, вы заявились к нему в гости.

— Клим один сходил, — поправил его Варяг.

— Да не важно это! Поймите, что мы все — просто лабораторные крысы, на которых решили испытать новейший поводок. Тотальный контроль, от которого не скроешься никакими заглушками. Дёрнешься чуть в сторону, и он тебя мгновенно удавит.

— Я нечто подобное себе и представлял, — кивнул Игорь. — Мне ведь тоже пришло такое письмо.

— Раз вы оба ещё живы, то предпочли сотрудничать. Но не льстите себе — как только надобность в вас отпадёт, Пастырь не будет с вами нянчиться. У него явный приказ не оставлять никаких следов, и он неуклонно следует этому курсу — без жалости, без сомнений и прочих тормозов. Так что вы такие же покойнички, как и я!

— Мы умирать пока не собираемся, и тебе не советуем, — успокоил я разнервничавшегося пленника. — Лучше скажи, есть ли у тебя в загашнике что-то, чем можно неприятно удивить «БУЛАТ», а заодно и Пастыря расшевелить?

— Нет конечно, я же себе не враг, — усмехнулся хакер. — Но я знаю, где это можно найти…

Глава 119

Гранд-финал мы пусть и без треска, но проиграли команде «Астральных Охотников». У них в составе имелось сразу два телепортатора, а также геномодифицированный «спидранер» — сверхскоростной бегун. И если в битвах преимущество оставалось за нами, то в транспортировке мяча им не было равных. Мы за ними банально не могли угнаться.

Итоговый счёт получился «пять-три» не в нашу пользу, но мне всё равно было грех расстраиваться — по Сети потихоньку расходился нарытый Гришей компромат, и деятельностью охранного концерна должны были вот-вот заинтересоваться соответствующие службы. Я понимал, что ответный удар неизбежен, и тщательно готовил оборонные рубежи. Наверное, поэтому на игровом поле присутствовало лишь моё тело, но никак не душа. Мыслями я сейчас был очень далеко от игровой реальности

Но всё равно мои наниматели остались не в претензии — им перепало много драгоценных очков, подняв их с шестого на пятое место в общем зачёте. Со мной рассчитались честь по чести, и даже сопроводили новый юнит до границ с Шебукаем. Им оказался человеческий корвет редкой модели «Меч Паладина». Длинный серебристый корпус, представлявший собой одну сплошную пушку, имел неплохую защиту, а энергетический щит и вовсе являлся чуть ли не лучшим во всей линейке.

В отличие от утраченного «Насморка», стрелявшего довольно медленной плазмой, новая самоходка моментально поражала цели из мощного ионного орудия. Нужно было лишь навестись на цель, выстрелить и перекрестить место попадания. Вражеские звездолёты обычно его не переживали, либо отправлялись в глубокий летаргический сон. Просто мечта, а не корабль.

Свонн, который уже практически обжил «Огарок», немедленно попросился в командиры, едва взглянув на перечень характеристик нового корвета. Пусть он и уступал орбитальному собрату в мощности, скорострельность и живучесть была однозначно на его стороне. Артиллерист прихватил с собой большую часть своего старого экипажа, а на стационарном комплексе оставил сменщиков.

Обрадованный Хреноватор недолго думая выдал юниту название «Подгоранус», и я до последнего момента не верил, что эта похабщина пройдёт модерацию. Но там, видимо, уже смирились с его извращенской фантазией, решив не испытывать её на прочность. А то мало ли, что он ещё в творческих муках родит.

Во время моей спортивной командировки соклановцы успели наковырять новую партию Таммия и благополучно его сбыть. Раллекийцы на этот раз полетели более серьёзным составом, да и на их атаку у наших конкурентов сил не осталось. «Прососовцы» спешно восстанавливали флот, загнав экономику глубоко в минус, а «Жнецы» делегировали большую часть игроков для участия в соревновательных режимах. Которые, к слову, должны были вот-вот завершиться.

Помимо артиллерийского корвета у меня на память об участии остался неожиданный подарок от А-Дейла. Телепортатор очень тепло со мной попрощался, а перед самым отправлением вручил мне почти такой же меч, каким владел сам. Формой он напоминал греческий ксифос, и обладал полным иммунитетом к любым энергетическим воздействиям. Хоть в раскалённую плазму его опускай. Вдобавок, кристаллический клинок испускал собственное электромагнитное поле, которое усиливало характеристики защиты и губило вражескую технику.

Я уже примерно представлял его стоимость, и поначалу наотрез отказался от такого дорогого презента. Но игрок твёрдо стоял на своём, напирая на то, что с «Чёрным Пламенем» у меня откровенно не клеилось. Даже с дополнительным вложением в Силу, двуручник оставался слишком тяжёлым, да и невозможность использовать щит сильно снижала мою живучесть.

В итоге меч пришлось принять, иначе А-Дейл категорически не хотел отпускать меня на корвет. Мы сошлись на том, что я привяжу предмет к аккаунту, сделав его личной собственностью. Хотя и без этого продавать такую редкость у меня бы рука не поднялась.

— Тебе он совсем скоро понадобится, — на прощание обмолвился игрок.

Но я даже представить себе не мог, насколько быстро исполнится это странное пророчество.

Два последних дня перед окончанием турнира пронеслись галопом. Мы с Болеславом носились по системам как ужаленные, решая по сотне вопросов за час. Где-то нужно было поскорее развернуть мобильный аванпост, где-то не хватало рабочей силы, а где-то саботажники опять подложили неприятный сюрприз. Велиону с Паникой удалось вычислить четверых новичков, а одного из старших инженеров подвела тяга к роскоши. Наши новые безопасники проанализировали список его покупок и выяснили, что он тратит свыше миллиона в месяц. Жирновато даже для клан-лидера, а уж для небогатого в прошлом парня слишком подозрительно. Плюс, игрок вместе с девушкой недавно переехал в новую квартиру, как говорили в моё время «улучшенной планировки». С ним провели воспитательную беседу, и он быстренько всех выдал, включая посредника, через которого сливалась информация.

Будь у меня чуть больше времени, я лично скатался бы к нему в гости, чтобы поздравить с новосельем. Но хоть здесь бедолаге немного повезло — ему просто выставили немаленький счёт под угрозой обрушения репутации. Ведь закопать человека легко, а вот заставить его по-настоящему ответить за свои поступки гораздо сложнее.

Предателей никто не любит, поэтому бывший инженер не нашёл поддержки даже у тех, на кого работал. И в итоге плотно сел «на счётчик». С новой жилплощадью ему предстояло вскорости проститься, как и с многим остальным, включая расстроенную девушку. Надеюсь, такой урок его хоть чему-нибудь, да научит.

Тем временем, пока я улаживал дела в виртуале, Талтер изо всех сил прятал нашего невольного союзника, на которого был открыт официальный сезон охоты. Начиная со спецслужб и заканчивая частниками — все активно искали беглого хакера. Моему бывшему сослуживцу пока что удавалось обводить их вокруг пальца, но с каждым днём фокусов в его кармане оставалось всё меньше.

Пышное окончание Турнира я банально проспал, вывалившись ненадолго из игры в свою съёмную конуру. Лишь потом, торопливо жуя холодный завтрак, ознакомился со списком победителей. В прицепе, итоговые места распределились без особых сюрпризов. «Фаер Фокс» не смог подняться выше четвёртого места, а вот «Убийцы Красной Звезды» удержали второе. Золото же взяли те самые «Астральные Охотники», победившие в доброй половине соревнований.

Среди кланов-новичков тоже имелись знакомые названия. «Жнецам» удалось завоевать бронзу и получить заветный пропуск в соседнюю галактику. Старт должен был состояться уже сегодня, после пышных проводов. Остальным оставалось лишь набраться терпения и ждать, пока лучшие из лучших разведают обстановку. Если у них выйдет закрепиться на новых рубежах, то следом должны ринуться все остальные, охочие до новых приключений.

Нам же сейчас было совсем не до покорений новых территорий — тут бы своё удержать. И если у ребят Диоксида имелось занятие поинтересней, чем рейдить бывших конкурентов, то «Прососовцы» наверняка точили зубы и жаждали реванша.

Новых писем от Пастыря пока что не приходило, и я всё сильнее сомневался, а будут ли ещё. Зато бурление в Сети наконец-то дало положительный результат — прокуратура заявила о начале проверки деятельности «БУЛАТАа». Как и во времена Аль Капоне, финансовые потоки служили лучшим доказательством вины, и проигнорировать такие явные улики «наверху» попросту не могли.

Главное было найти точку ввода и вывода средств. Деньги, как известно, не берутся из воздуха.

Как оказалось, товарищи акционеры через подставные фирмы спонсировали множество нелегальных проектов, и если у государевых нюхачей выйдет доказать хотя бы часть из этого внушительного списка, то их концерну однозначно конец. Шумиха уже поднялась знатная — одно только убийство игроков чего стоило. Разгневанное сообщество требовало скорейшей расправы над виновными, собирая сотни тысяч подписей под петициями.

Казалось бы, руководство не без помощи Хрусталя обрубило все концы по «Призракам», но кое-какая отчётность касательно испытаний всё-таки осталась. Гришиному профессионализму оставалось только позавидовать, ведь одни только акции производителей голограмм в одночасье рухнули на рекордные шестьдесят процентов. Люди, наблюдавшие за тем, что могут творить объёмные изображения, массово отказывались от их домашнего применения. Реклама тоже пострадала неслабо, и сейчас пиар-менеджеры по всему миру ломали голову, как выйти из данного кризиса.

Досталось на орехи и власть имущим. Граждане быстро смекнули, что до сего момента от них скрывали правду и теперь выдвигали вполне обоснованные претензии своим лидерам. Тем же приходилось обильно потеть перед камерами в попытках хоть как-то оправдаться.

Помимо неуловимых «Призраков», концерн оказался замазан в торговле человеческими органами, рэкете и отмывании колоссальных сумм. В перечень их услуг так же входили заказные убийства и «отмазывание» проштрафившихся богатеев перед законом. У них даже имелся грёбаный прайс для особых клиентов, и за одно только его существование мне очень хотелось повстречаться с троицей лично. Уж у меня бы они за каждый пункт ответили по всей строгости.

Каждая строчка заставляла скрипеть зубами. Сбил пешехода в состоянии наркотического опьянения? С вас столько-то, и уголовное дело рассосётся без следа. Каждая категория граждан оценивалась по-своему — пожилые люди стоили дешевле, а вот дети влетали в копеечку. Обвинения в изнасиловании? Ничего страшного, и такое уладим. Если объект несовершеннолетний, то придётся доплатить, увы. А вот пол жертвы не имел ни малейшего значения — настоящее равноправие.

Надеюсь, оптовикам не предлагались скидки или сезонные абонементы…

Чем больше я наблюдал за реакцией в Сети, тем больше убеждался, что поступил правильно. Пастырь может и разобрался бы с акционерами в своей излюбленной манере, но у многих получилось бы соскочить с крючка. Без нормальных допросов, свидетельских показаний и прочего доказать вину большинства будет практически невозможно. А ведь действовала троица отнюдь не в одиночку, тесно сотрудничая со множеством «полезных» людей. Будет обидно, если у кого-то получится выйти чистеньким из этого фекального потока.

В игре же меня с самого порога снова затянуло в водоворот мелких проблем, и в себя я пришёл на отдалённом астероиде, где инженеры заканчивали монтаж автоматической огневой ячейки. Нейроинтерфейс настойчиво стучался в зрачки неприлично яркой надписью, перекрывшей всё остальное:

«Внимание всем астронавтам! Важное сообщение!

Сегодня из межгалактических порталов, собранных по древним чертежам, на территорию Союза Антропоморфов вторглись неизвестные захватчики. Одновременно с этим механоиды Антареса грубо нарушили мирный договор и начали военные действия на приграничных территориях. Союз готов принять любую помощь в отражении данной агрессии, для чего можете подать соответствующую заявку в Штаб Сопротивления…»

Дальше я читать сводку галактического Информбюро не стал — и так всё было предельно понятно. Лучшие из лучших попали прямиком в гости к арахнидам, а те в свою очередь нанесли ответный визит вежливости уже к нам. Таким образом весь расклад сил в галактике перекраивался на корню, а сама игра получала крупное обновление.

Следом пришёл вызов от клан-лидера, который жаждал как можно скорее пообщаться со мной на базе. Пришлось прыгать в «коробочку», которых у нас осталось ещё десятка полтора, и мчать на «Запорожец». Для пущей хохмы игроки выкрасили их в весёленький оранжевый цвет и нанесли таксистскую шашечку на борта.

Хреноватор по доброй традиции облюбовал для себя небольшое помещение, которое пустовало после отмены рабского труда. Там он принимал посетителей и разрешал текущие вопросы, не требующие личного присутствия. Само собой, обитель клан-лидера была тщательна экранирована, а неподалёку обязательно ошивался кто-нибудь из наших шпионов. Хотя и сам псионик мог увидеть замаскированных игроков, если между ними не было металлических препятствий.

— Всё пошло именно так, как мы с тобой и предполагали, — радостно оскалился Болеслав. — Ядро атаковано, периметр атакован, так что Союз сейчас как та девица в «бутерброде». Ну, ты понял, да?

— А ничего, что мы сами не так далеко от Антареса? — слегка охладил я его восторг.

— М-да, будет неприятно, если они нам снова всё поломают.

— Это ещё мягко сказано…

— В этот раз мехи сражаются со всеми подряд и вряд ли доберутся сюда целёхонькими, — прикинул псионик. — Да и мы здесь уже плотно окопались. Ну, если только они линкор с собой не притащат.

— Чего это ради… — я осёкся на полуслове. — Подожди! Ты хочешь сказать, у них есть веская причина?

— Ну да, наши спасённые снова заговорили. Точнее, один дед. Он с самого отъезда с «Жигулей» змеюку из себя строил — шипел и периодически пытался меня придушить, а тут прямо соловьём распелся. Мол, настал критический момент — либо нашу галактику получится отстоять, либо мы повторим печальную судьбу их народа. И я, почитав свежие сводки, склонен этому верить.

— Всё настолько плохо?

— Азархадонцы и сами далеко не подарок, а вот их хозяева обладают «лейтовой» техникой. Корабли все сплошь десятки, вплоть до «уникумов» в качестве флагманов, ручные пушки и вовсе никакой классификации не поддаются. Пока что они без проблем сметают всё, что им встречается по пути. Два вписавшихся клана уже вырезаны под ноль, остальные огребли в разной степени тяжести. Может им и возместят потом за всё, но я пока склонен в этом сомневаться.

— А мы-то здесь при чём? Про арахнидов было известно многим, включая тех, кто искал наследие древних. Уверен, что все победители Турнира прекрасно знали, куда они идут и что последует потом.

— Не у всех эти самые древние проводку чинят, — заговорщицки подмигнул мне Болеслав. — А ведь именно они в своё время смогли надрать задницу скорпиошкам.

— Получается, старший К’Вонг рассказал тебе подробности той войны?

— В общих чертах. Он же всё-таки технарь, а не вояка. Поначалу их точно так же щемили по всем фронтам, игра была в одни ворота. Но уже перед самым финалом им удалось создать такую мощную бабаху, которая уничтожала любой флот ваншотом. Ультимативная вещь. Назвали её «Копьё Ориона», но больше деду ничего не известно. Ни где теперь находится эта штука, ни сохранилась ли она вообще.

— А сам-то как считаешь, стали бы К’Вонги ставить крест на таком важном проекте? — поинтересовался я. — Они ведь лучше всех знали, что история с вторжением обязательно повторится.

— Однозначно бабаху припрятали где-то в тихом месте, — кивнул клан-лидер. — Только вот системы с таким названием в нашей галактике нет. Где этот самый Орион искать, без понятия.

— Зато я, кажется, догадываюсь. Копьё где-то здесь, в Приграничье.

— Да с чего ты это взял?!

— Антаресцы. Что им мешало переместить войска под каким-нибудь предлогом вглубь Союза и начать атаку оттуда? Зачем они вообще долгое время шерстили здешние пустые регионы?

— Ну, не знаю, — задумчиво пожевал губами Болеслав. — В поисках Реликта, каких-то старых колоний или того мусоросжигающего заводика…

— Вот-вот. А на кой тут он вообще дался, ты никогда не задумывался? Империя К’Вонгов располагалась ближе к Ядру, примерно там, где сейчас находится Союз. И что тогда он такого в этой глуши перерабатывал, прямо-таки в промышленных масштабах? Может, разрушенные корабли?

— Ох, ты ж ёшкин кот! Нужно срочно к деду бежать!

— А ещё к ушастой, — вздохнул я. — Сами мы это не вывезем, зато ничто не мешает нам хорошенько навариться…

Глава 120

— Итак, вот тут работал наш заводик вплоть до нападения антаресцев, — я подсветил нужную систему на галактической карте. — Спрятали его неподалёку, в подпространственном кармане. А здесь, на Шебукае, мы нашли разбитый корабль сопровождения.

— Он летел не в сторону границы, — заметил Хреноватор.

— О которой они даже не подозревали, — ехидно заметила Убивашка. — Так как большую часть времени провалялись в анабиозе. Если воспользоваться тем, чего у вас нет, а именно — мозгами, то можно на «изи» проследить направление полёта.

Искательница решительно прочертила линию от кармана к Шебукаю, а затем повела её дальше. Большинство попавшихся по пути систем были мне незнакомы, кроме одной-единственной, возле которой траектория и оборвалась.

— Их целью стопудово был Маяк, — заявила искательница. — Но он был ориентирован точно на нычку, ничего другого я поблизости не засекла. Нелепица какая-то…

— В подпространственной складке больше ничего не было, — продолжил я её рассуждения. — Да и не стали бы К’Вонги прятать Копьё прямо там. Слишком очевидно для тех, кто будет искать. Особенно, при наличии того же ориентира.

— Я бы нычку и так нашла, только не сразу, — отмахнулась Устюжева. — Маяк просто облегчил мне работу. Эти штуки остались от старой навигационной системы, но сейчас они ни для чего, кроме как поиска, не годятся. И я точно знаю, что других построек Древних поблизости нет, кроме парочки старых гипер-врат. Походу, ту убер-пуху всё же увезли отсюда куда подальше.

— А если она на какой-то планете спрятана? — не сдавался Болеслав. — Могли же прикопать её до поры в каком-нибудь бункере.

— Вместо головы у тебя бункер! — отрезала Устюжева. — Всё, что находится на планетоидах, засечь ещё проще. Помехи там минимальные, так что с этим любой нуб справится, с набором дешманских зондов, собранных на коленке у Ленки! Сейчас половина топов кластера ищет этот мифический самотык, а ты хочешь сказать, что его мог любой геолог случайно отрыть? Разрабам такой косяк не простили бы, они эту обнову целых два года не для того делали.

— Помехи, говоришь… — задумчиво протянул я.

— Поверь, всякие квазары и прочую ерунду нормальный искатель проверяет прежде всего, — снисходительно просветила меня Ира. — Так что можешь даже не продолжать. Если я на пике формы ничего не засекла, кроме нубятского Реликта, значит в ваших краях его просто нет. Забудь.

— А что на счёт самого Маяка?

— В смысле?

— В том самом.

— Да ну, бред. Там обычный нубятский данж, даже для вас он уже мелковат — двести плюс.

— Блин, а мы туда так и не вырвались… — запоздало вздохнул Хреноватор.

— Как всё закончится, можете туда молодняк вывезти на кач, — пожала плечами девушка. — В лучшем случае, найдёте парочку средненьких артов, но на этом всё.

— Сама подумай, где лучше всего спрятать бриллиант — в банковском сейфе или в бочке с водой?

— А вода тут при чём?

— Боже, да чему вас там в школах учат! — всплеснул руками Болеслав. — Есть такое поверье, что брюлики практически исчезают из виду, будучи погружёнными в воду, но на самом деле их спокойно можно там заметить, а вот обычную стекляшку — намного труднее. Потому что у них коэффициент преломления близок. С вас по десять синткоинов за лекцию.

— Обойдёшься!

— Хотите сказать, что копьё спрятали на самом видном месте? — задумчиво потёрла нос искательница. — Которое видно при первом же заходе в регион?

— Ты ещё в прошлый раз говорила, что там искажаются любые сигналы.

— Схрон внутри нубского данжа… — проговорила вслух она, пробуя каждое слово на вкус. — Это настолько тупо, что вполне может оказаться правдой. Нужно проверить.

— Для начала хотелось бы сразу уточнить размер нашего вознаграждения, — тут же врубил коммерсанта Хреноватор.

— Даже без разговора с руководством скажу сразу — в обиде вы не будете точно.

— Это уже нам решать, когда я услышу конкретные цифры. Ваш клан и так сильно потратился, собираясь в межгалактический рейд. Много ли в кубышке осталось?

— Ох, какие же вы… — девушка раздражённо махнула рукой. — Ладно, дайте мне минуту, я напишу своим.

— Только учти, что мы успеем туда гораздо раньше любых ваших кораблей. А то мало ли…

— Ой, да у меня и в мыслях не было! — наигранно возмутилась девушка.

— Сделаю вид, что поверил.

Пока Устюжева общалась с бывшим начальством, к которому должна была совсем скоро вернуться, мы с партнёром обсудили состав разведывательного отряда. Переться туда серьёзным составом не выглядело хорошей идеей — Шебукай как никогда нуждался в крепкой обороне. С каждым часом наступление антаресцев набирало обороты, и сводки боестолкновений шли одним непрерывным потоком. Ближайшие к роботам регионы на данный момент практически вымерли, а на остальных все группировки спешно стягивали силы и заключали срочные союзы. Даже космические пираты объявили о тотальном перемирии, не говоря уже о более мелких фракциях.

Из мелких кораблей для миссии больше всего подходил незаметный «Чебуратор». В последнее время я летал на нём чаще, чем на собственном боевом корвете. Единственным его минусом являлось полное отсутствие свободного пространства. Взять на борт он мог лишь шестерых, кем бы они не являлись.

Два места сразу же застолбила Убивашка для себя и неразлучного Шёпота, как только её начальство дало самое щедрое «добро», на какое только было способно. Третье пришлось выделить Зигзагу. Без опытного инженера полёт мог преждевременно оборваться, как и без шпиона, усиливающего маскировочные способности фрегата. Однако, Хреноватор никого отпускать категорически не хотел. Даже Панику, для которой дополнительная порция опыта пришлась бы очень кстати. Пришлось уступить, ведь любая утечка сейчас могла поставить крест на всей нашей миссии.

Помочь Ушастой в поисках древней закладки должна была Шандайн. У разведчиков существовали свои собственные способности, такие как обнаружение засад, скрытых ловушек и прочих неприятностей. А ещё с напарницей леталось гораздо спокойнее. Не нужно было беспокоиться о том, что в моё отсутствие экипаж окажется не готов к неприятностям.

Последнее место я после недолгих раздумий отдал Отланту. Он являлся самым высокоуровневым К’Вонгом в клане, и кому, как не ему было предначертано разбираться с тяжёлым наследием предков. Тем более, к нам он присоединился именно по этой самой причине.

Подстёгиваемые астрономической суммой, обещанной нам в случае успеха, мы отправились в полёт практически сразу. И прибыли в нужную систему уже в следующий день, порядком устав друг от друга. Девушки весь полёт собачились, а парни предпочли отсиживаться в реале. Включая меня, просиживающего всё свободное время за отслеживанием новостей.

И они были не очень радостные — всё руководство «БУЛАТа» внезапно испарилось, обрекая концерн на растерзание голодными до поощрения силовиками. Сейчас все трое учредителей вместе с доверенными лицами уже находились в международном розыске, а их физиономии безостановочно крутили по всем новостным порталам. Только вознаграждения пока никто не предлагал, что меня настораживало.

Но как бы мне не хотелось подключиться к поискам, следовало прежде всего решить дела виртуальные. Тем более, они сулили скорейшее воскрешение Эльвиры. Да и за экипажем приходилось периодически приглядывать, чтобы не дошло до смертоубийства. Только сайрекс вёл себя образцово, а вот говорливого Зигзага несколько раз едва не выкинули за борт, подышать свежим вакуумом.

В общем, долетели с грехом пополам и с камнем за пазухой.

Планета на первый взгляд не сильно изменилась со времён нашего прошлого посещения. Те же синие джунгли, с примесью сиреневого, та же высокая пирамида и разбросанные повсюду обломки звездолётов в разной степени сохранности. Но на душе начала нарастать тревожное чувство, не предвещавшее ничего хорошего. Я попросил просканировать лишний раз всю систему, но Убивашка так ничего и не нашла. Что неудивительно, учитывая разгуливавшие поблизости от Маяка помехи.

Пришлось нам десантироваться на поверхность планеты как есть, без предварительной рекогносцировки. Дежурить на корабле остался Зигзаг, наотрез отказавшийся знакомиться с местными обитателями.

— Чего я, тупой органики не видел? — пробурчал робот, закрывая за нами шлюз. — Я её и так каждый день наблюдаю…

Насчёт низкой сообразительности он немного перегнул палку. Стоило расправиться с несколькими монстрами, решившими показать нам, кто в джунглях хозяин, остальные предпочли обходить нас десятой дорогой. Почти до самой пирамиды никто на глаза так и не попался, а вот неподалёку от сооружения мы наткнулись на целую свалку из дохлых туш монстров. Судя по прожжённым в телах дырищам, их расстреляли из чего-то очень серьёзного. Даже для тяжелого оружия раны были слишком крупные.

— Их изрешетили совсем недавно, — выдала вердикт Шандайн после беглого осмотра.

— Выходит, мы тут не одни, — сделал я очевидный вывод, бросив выразительный взгляд на искательницу.

— Не надо на меня смотреть, — немедленно насупилась та. — Здесь не пашет сканирование. Совсем. Даже мой кивсяк ничего не чувствует.

Шёпот, не отходивший от хозяйки ни на шаг, заметно нервничал, дергая усиками из стороны в сторону. Инсектоид как и я ощущал нависшую над нами угрозу, но никак не мог её локализовать. Вплоть до того момента, когда над нашими головами не раздался характерный гул двигателей. Мы все инстинктивно задрали головы и уставились на мчащий к нам на всех парах серебристый звездолёт.

И откуда он здесь?

— Шпионский корвет мехов, — моментально опознала судно Убивашка. — Сейчас нам отсыпят знатных звездюлей.

— Бегом отсюда!

Подгонять сопартийцев не пришлось — все прекрасно видели, что приключилось с местными монстрами, попавшими под обстрел корабельных орудий. Для космического боя пушки у корвета-невидимки были слабоваты, а вот по наземным целям он мог отработать с большим удовольствием.

Я на бегу прикинул расстояние до пирамиды и понял, что все мы добежать точно не успеем. По-хорошему, следовало как-то прикрыть сопартийцев, но даже с моим дорогущим мечом много против воздушных целей не навоюешь.

С диким треском джунгли позади нас принялись натурально выкашиваться, превращаясь в обгорелые щепки. Волна огня стремительно догоняла нас, и единственным верным решением в такой ситуации было броситься врассыпную. Кто-нибудь, да выживет.

Вперёд продолжили нестись только мы с Шани, перескакивая через небольшие рытвины и проскальзывая под стволами упавших деревьев. И если разведчица ещё могла рассчитывать добраться до финиша невредимой, то мне в скором времени грозило разделить судьбу продырявленных хищников.

В персональный щит принялись тарабанить комья пропечённого грунта, разлетающегося во все стороны от мест попаданий, которые тут же превращались в неглубокие воронки. Пусть это была не полноценная шрапнель, заряд батарей костюма потихоньку принялся снижаться.

И тут в ритмичное рявканье корабельных пушек корвета вплёлся новый, посторонний звук, похожий на рёв раненного зверя. Кто-то спешил сюда на форсаже, не жалея корабельный реактор. Неужели к ним ещё и подкрепление прилетело?

Однако, новым кораблём оказался всего лишь «Чебуратор» под управлением… Зигзага?! И торопился он вовсе не покинуть планету, а летел навстречу более массивному собрату по маскировке. Тот запоздало перенёс огонь, но было уже поздно. Разогнавшийся фрегат со всего маху впечатался в борт увлёкшегося охотой звездолёта антаресцев и они оба вспухли ярко-оранжевыми шарами взрывов. Огненный фейерверк на мгновение затмил местное голубое светило, отбросив дрожащие тени.

Всё произошло настолько быстро, что я не успел вымолвить ни слова. Да в этом и не было никакого смысла — из-за помех дальняя связь не работала. Даже те, кто успел отбежать далеко в сторону, временно выпали из голосового чата. Пять иконок по-прежнему были активны, потускнела лишь одна, которая принадлежала взбалмошному роботу.

— Ну зачем… — простонал я, треснув кулаком по ближайшему дереву.

От удара ни в чём не повинное растение переломилось пополам, влажно хрустнув ветвями об землю.

— Он бы сказал, что его действия находятся вне понимания глупой органики, — со вздохом произнесла вернувшаяся Шандайн. — Или что-то в этом духе…

Мы практически синхронно переглянулись, одновременно подумав об одном и том же. Конечно, спасательные капсулы на шпионском корабле отсутствовали, да и сам он числился погибшим, но всё же…

— А сбегай-ка осмотри обломки, — разрешил я напарнице. — Мы там и сами справимся.

— Точно?

— Думаю, с поиском теперь заморачиваться не придётся.

— Я быстро!

Подняв небольшой вихрь из сухой листвы, разведчица унеслась прочь. Я же поспешил в противоположную сторону — к подножью пирамиды, где меня уже поджидала Устюжева.

— Да у вас даже персы суицидники! — уважительно зацокала она. — Но рипнулся ваш мех красиво, я потом выложу у себя видос в его честь.

— Где Шёпот?

— Он вперёд на разведку убежал, скоро вернётся. А пока…

Местная атмосфера позволяла нам разгуливать без лицевых масок, так что ей ничего не мешало прильнуть губами к моему лицу. В который уже раз. Поцелуй вышел как всегда корявым, но теперь я был почти уверен, что Ира по этой части далеко не профессионалка.

— Спасибо.

— За что?

— Я видела пруфы в сети, — призналась девушка. — Эти ублюдки теперь точно не отвертятся, когда их найдут. А если нет, я сама возьму ствол и пойду к ним! Они у меня за всё ответят, твари!

— Не твори глупостей, — попросил я её, крепко взяв за плечи. — Есть более компетентные люди для таких дел. И для поиска, и для наказаний. Ты же сама не любишь, когда тебе всякое нубьё под ногами мешается.

— Да, ты прав… Туплю я что-то.

Она снова потянулась ко мне, но тут за нашими спинами излишне громко хрустнула ветка. Там обнаружился смущённый Отлант, который уже заносил ногу над очередным хворостом.

— Я помешал?

— Нет, ты как раз вовремя. Пойдём.

— А остальные где?

— Догонят.

Мы двинулись вдоль уходящей под землю стены, пока не уткнулись в широченный проём. Покорёженные двери, которые оберегали хранилище от местных обитателей, лежали неподалёку, а внутри дежурили сразу два антаресца, выкрашенных в чёрный цвет с ярко красными полосами. Всё ясно — корвет не только приглядывал за брошенным комплексом, но и высадил туда десант.

Что ж, тем хуже для них.

— Кул, подожди!

Ребята, вооружённые одними лишь пистолетами, пусть и плазменными, серьёзной опасности для роботов не представляли. Но мне сейчас это было только на руку. Я жаждал казнить каждого чёртового скорпиона, причём не самым гуманным способом.

Антаресцы тоже оказались не прочь повоевать. Мой электромагнитный импульс они проигнорировали напрочь, разом вскинув все стволы. Даже не замедлились, что наводило на мысль о серьёзном экранировании. Учитывая агрессивную местную среду, это не стало для меня большим сюрпризом. Других бы сюда не отправили. А вот мой личный щит ушёл на перезагрузку, хотя в момент активации способности он был отключен. Досадно.

Охранники дружно принялись плавить стены, пытаясь угнаться за мной. Но если вперёд они двигались довольно резво, то поворачиваться на месте у них выходило гораздо хуже. Я же бежал по спирали, неотвратимо приближаясь с каждой секундой. Под конец электронные нервы у одного из стражей не выдержали, и он запустил в мою сторону небольшую ракету. Пришлось прикрываться ручным щитом, чтобы не стать раздавленной консервной банкой.

Взрыв наподдал мне в спину, придав дополнительное ускорение. Уже в полёте я ухватился за вздыбленный хвост одного из роботов и закрутился вокруг него, гася инерцию. Хоть в стриптиз иди, карьеру делай. Заодно попробовал новый меч на броне механоида, раз подвернулась такая возможность.

Кристаллический клинок с трудом прорезал толстую пластину, едва не вывихнув мне запястье. Тут он явно уступал энергетическим аналогам, которые без проблем плавили большую часть сплавов при плотном контакте. Зато стоило ему преодолеть защитный слой, как робота сразу затрясло в конвульсиях, да так сильно, что пребывание на его спине превратилось в какое-то инопланетное родео.

Пока первого антаресца вовсю лихорадило, второй едва не подстрелил меня из счетверённых орудий. Я едва успел спрыгнуть, укрывшись за тушей повреждённого десантника. Десантник безо всякой жалости продолжил вести огонь, добивая раненного собрата, и не обращая на слабенькие попытки Убивашки с Отлантом переманить его внимание на свою сторону. Их пистолетные уколы практически не беспокоили механоида, выгрызая крохотные очки урона.

Но и я время даром не терял, отсиживаясь за укрытием, и успел восстановить персональный щит. Тот честно успел сдержать три выстрела, после чего снова отрубился. Следом за ним на покой отправился портативный заслон, расплавившись на запястье от невыносимой перегрузки. Следующие попадания пришлись уже по броне, однако к тому времени я уже успел приблизиться к антаресцу вплотную, крепко держа рукоять обеими руками.

Мой выпад пришёлся точно в стык бронепластин, погрузив осколок Кристаллида едва ли не по самую гарду. Меч пришлось бросить прямо там, иначе разъярённый робот прихлопнул бы меня клешневидной конечностью. Хлёсткий удар оставил заметную вмятину, но я успел благополучно откатиться в сторону и выхватить из инвентаря плазменную саблю. Только запасное оружие на этот раз понадобилась мне лишь для того, чтобы выковырять застрявший клинок.

Второй робот отмучился ещё быстрее, чем первый. Губительное излучение в считанные мгновения спекло его электронные потроха и разорвало все энергетические цепи. Антаресец грузно осел на пол и засучил по нему конечностями-ходульками, будто самый настоящий подыхающий скорпион.

— На подвиги потянуло? — недовольно поинтересовалась у меня Убивашка, входя внутрь вместе с подоспевшим Шёпотом. — Совсем невтерпёж?

— Они мне сильно задолжали, — пожал я плечами, убирая освобожденный меч за спину.

Искательница взглянула на останки механоидов, и тихо проворчала:

— Надо будет запомнить ничего у тебя не занимать…

Сопартийцы рассредоточились по залу, где только что кипел бой, но больше никого поблизости не нашлось. Охранники хранилища — антропоморфные роботы, валялись повсюду в крайне нерабочем состоянии. Большинство и вовсе представляло собой бесформенную груду запчастей. Разница в силе у них с десантниками была на порядок, если не больше, так что никакого серьёзного сопротивления они оказать не смогли.

— Шандайн так и не пришла, — доложил Отлант, заглянув в ближайший коридор.

— Она осматривает место крушения звездолётов.

— Так Зигзаг вроде мёртв?

— Он и до этого особо живым не был! — заявила запыханная разведчица, переступая порог.

Девушка победоносно продемонстрировала нам небольшой стеклянный шар, пульсирующий нежно-голубым светом. Странно, я себе представлял что-то более ядовитое.

— Ядро искина? — вскинула брови Убивашка. — Целое? Тогда вам реально фартануло. Хотя он у вас такой вредный, что я бы вам советовала не спешить с его восстановлением.

— Разберёмся, — отрезала Шани, пряча драгоценную находку в инвентарь. — Лучше скажи, куда дальше?

— Ну, босс этого данжа должен сидеть на верхнем этаже. Только я сомневаюсь, что нам туда.

— Значит, вниз?

— Очевидно.

Впятером поиски вышли не слишком затяжными. В одном из отдалённых помещений Отлант обнаружил пролом в полу, вокруг которого валялось какое-то неприличное количество павших охранников. Видимо, когда скорпионы отчаялись найти нормальный спуск, они решили сделать свой, чем вывели сторожевиков из себя.

Мы тоже не стали заморачиваться и пошли следом, применив реактивные ранцы. Сайрекса пришлось снова тащить на себе, так как высота нижнего уровня превышала десяток метров. Там обнаружились какие-то непонятные механизмы, гудящие на разные лады, а так же новая дыра в полу. Чего поблизости не наблюдалось, так это каких-то защитных систем. Ярусы оказались сплошь техническими, чтобы ненароком забредший сюда искатель приключений не заподозрил подвоха.

Однако, азархадонский десант так просто провести не удалось. Они безошибочно взяли правильное направление, и с упорством роботов туда долбились.

Минус четвёртый этаж оказался заметно меньше предыдущих, из чего я сделал вывод, что подземные коммуникации зеркалят пирамидальную постройку, только наоборот. На минус шестом мы наконец-то наткнулись на следы недавнего боя. Некоторые попадания ещё сочились расплавленным металлом, а в воздухе стоял запах горелой проводки. Здешние сторожа оказались куда сильнее надземных коллег, и арахниды понесли первые потери. Один из чёрных механоидов был уничтожен, а другой цинично выковыривал его внутренности в качестве запчастей для себя любимого. А заодно и приглядывал за очередным проломом.

Наш отряд свалился на увлёкшегося ремонтом часового, как весенняя сосулька на голову неудачливого пешехода. Переродившийся Шёпот всё ещё не набрал достаточной кондиции для сражений с антаресцем один на один, и основной ударной силой пришлось снова становиться мне. Битвы как таковой и не случилось, поэтому задерживаться там для подзарядки щитов мы не стали.

Чем глубже опускались десантники, тем ожесточённее становилось сопротивление защитников. По пути нам встретились ещё четыре бездыханных остова и один сильно повреждённый недобиток, который был неспособен передвигаться самостоятельно. Товарищи его просто бросили, отправившись вниз.

— Слушай, а сколько там вообще могло поместиться мехов? — спросил я у искательницы.

— В справке нет такого судна, так что — без понятия.

— А если навскидку?

— Ох, ты ж не отстанешь, да? Учитывая габариты, около дюжины. Вряд ли больше, если только корабль был один.

— Думаешь, они могли отправить сюда целое звено шпионов? Так риск быть обнаруженными гораздо выше.

— Если они летят по одному и тому же маршруту, как последние долбодятлы, — поправила меня девушка. — Но они вряд ли настолько тупые. Так что нужно пошевеливаться, а то нас могут мясом закидать.

Мы и так неслись на всех парах, в отличие от антаресцев, вынужденных с боем продираться сквозь многочисленные слои обороны. Вдобавок, этажи становились всё теснее, лишая десантников пространства для манёвра. Когда пространство сузилось до размеров одного единственного зала, нам встретились сразу два помятых робота, уничтожавшие последние турели на стенах. Наше появление стало для них неприятным сюрпризом, и мне удалось практически сходу поразить одного кристаллическим мечом. Второго ребята взяли на себя, подкинув ему несколько электромагнитных гранат прямо под брюхо. Взрывы его особо не повредили, но зато он перевёл внимание на новые цели, позволив мне вытащить клинок.

В который раз за сегодня помянув добрым словом А-Дейна, я безо всякого стеснения напал на робота сзади. В его корпусе имелось достаточно пробоин, чтобы не пыхтеть над выискиванием слабых мест в броне. Когда со вторым десантником было окончательно покончено, мы без промедления нырнули в очередной проём. Как оказалось, последний.

Этот этаж не стал изменять архитектурной традиции, и являлся не самым просторным залом. Турели на стенах отсутствовали, а изо всех архитектурных особенностей имелся лишь один небольшой постамент, окружённый куполом силового поля необычного сиреневого оттенка. Его безуспешно пытался расковырять последний выживший десантник, заметно отличавшийся от остальных. Гораздо мельче и проворней, да и цвет не такой угольный, а скорее тёмно-коричневый.

И чем больше я вглядывался в беснующегося скорпиона, тем больше убеждался в том, что он вовсе не являлся роботом. Вместо пушек — зазубренные клешни, следующая пара конечностей представляла собой гибкие отростки, оканчивающиеся толстыми когтями, а остальные в виде суставчатых ходулей служили исключительно для передвижения. Сегментированный хвост венчало самое настоящее жало, которое выписывало нервные восьмёрки в воздухе.

Судя по многочисленным отметинам на полу, сферу проверяли на крепость изо всех орудий. Обесточенные пушки, совсем не похожие на привычные нам орудия, валялись поодаль, а ещё чуть дальше дымился уже знакомый корпус обычного антаресца-десантника, которого будто поджарило на гриле. Видимо, он попытался проломить преграду силой и внезапно сгорел, как спичечная головка.

Поэтому живой скорпион старался не приближаться слишком близко к сиреневому полю, топчась вокруг него

— Так, а это ещё что за таракан хвостатый? — удивилась Шандайн.

— Знакомьтесь, это арахнид, собственной персоной, — представила нам Убивашка рассерженного монстра. — Он у них типа главный.

— Да, но как его сюда к нам занесло? Они же вроде ближе к Ядру хозяйничают.

— Помните то яйцо? Его мехи потом себе забрали, и похоже, что вырастили.

— Лучше бы мы его тогда разбили, — покачал я головой, внимательно рассматривая потомка древней цивилизации.

Тот как раз перестал выискивать слабое место в куполе, и с грозным клёкотом развернулся к нам. Мне безо всякого переводчика стало предельно ясно, что он совсем не рад нашему появлению. А уж при виде приземлившегося Отланта у него натурально закапала янтарная жидкость с кончика жала. При падении на пол её капельки начинали с шипением разъедать крепкую металлическую поверхность. Видимо, именно так его отряд и проламывал толстые межэтажные перекрытия.

— Да что этот задохлик нам сделает, — отмахнулась Шани. — Он даже без пушек!

Арахнид с подобным утверждением оказался категорически не согласен и смазанной тенью метнулся к разведчице. Та едва успела увернуться, и клешни рассекли пустой воздух. Скорость у разумного монстра была под стать спидранерам из «Кровавого мяча». Не сильно расстроившись от неудачи, он продолжил атаку, задействовав гибкий хвост. На этот раз девушку щедро окатило кислотой, и не будь на ней силового поля, её растворило бы как крупинку сахара в горячем чае.

Отлант с Убивашкой открыли огонь из пистолетов, а Шёпот словно хищный мангуст ринулся вперёд на врага. Но не успел он преодолеть и половину разделявшего их расстояния, как скорпион взмахнул когтистым щупальцем, подняв ясно различимую ударную волну, будто от взрыва. Не наблюдай я за ним собственными глазами, подумал бы, что где-то поблизости взорвалась невидимая бомба. Инсектоида отшвырнуло к дальней стене, где он и прилёг отдохнуть с половиной здоровья.

Искательница дёрнулась было к своему близкому спутнику, но я успел её перехватить и толкнуть в сторону. Иначе следующая волна приложила бы уже её саму.

— Он телекинетик! — зло прошипела Убивашка, стреляя прямо с колен.

— Да мы как-то уже и сами догадались, — ответила ей Шани, стряхивая с себя остатки органической кислоты.

Щит разведчицы просел практически до нуля, и впредь ей предстояло быть гораздо осторожней. Но на её счастье скорпион принялся за Отланта, который едва успевал уворачиваться от его стремительных атак. На стрельбу дуэлянта уже не хватало, и за него пришлось отдуваться девушкам. Однако, выстрелы из продвинутого плазменного оружия не могли достигнуть цели, отражаясь в стороны под дикими углами. Это точно было не силовое поле, ведь на местах излома лучей не возникало никаких световых эффектов.

Пока скорпион изо всех сил пытался достать заклятого врага, я успел приблизиться к нему вплотную. Тот почувствовал грозящую ему опасность и взмахнул хвостом, будто коровка, отмахивающаяся от надоедливых оводов. Но я ожидал появления новой волны и успел заякориться, воткнув меч прямо в пол. Следом в меня полетела порция кислоты, но только для того, чтобы бессильно стечь вниз по наручному щиту, почти обесточив его заряд. Уже третий за сегодня, того и гляди запас к концу подойдёт.

— Неплохо, а давай теперь я!

Какова бы ни была природа ауры, окружавшей арахнида, отразить кристаллический клинок она оказалась не в силах. А хитин заметно уступал в прочности тем же бронепластинам у роботов. Я успел нанести три глубокие раны, пока меня не отбросила новая волна, суженая до бритвенной остроты. Щиты окончательно вырубились, а на броне остался длинный порез. Ещё бы чуть-чуть, и можно было заказывать виртуальное отпевание.

Разъярённый скорпион резво поцокал в мою сторону, оставляя за собой лужи бурой крови. Зацепило его крепко, и часть конечностей передвигались куда медленней, чем остальные. Вымотанный до предела Отлант получил небольшую передышку, а Шани смогла наконец использовать любимые гранаты.

Девушка уже сообразила, что энергетическими возмущениями арахнида не проймёшь, поэтому закинула под него обычные осколочные снаряды. Эффект превзошёл все ожидания — взрывы не только смогли повредить несколько ходулей, но ещё и сильно изранили брюшную часть пришельца из другой галактики. К сожалению, запас таких гранат у разведчицы быстро исчерпался, а все остальные годились сейчас разве что в роли ярких праздничных хлопушек.

Я снова сошелся с предводителем антаресцев вплотную и сумел подрезать ему одну из клешней. Но на этом мои успехи резко закончились — вторая конечность засадила по мне со всей силы ударной волной, подбросив чуть ли не до потолка. Перед потемневшим взором высветилась целая гроздь негативных эффектов — от кратковременного оглушения, до постоянной контузии. Наверное тот, кого сбил грузовик, чувствует себя примерно так же.

Я рухнул на пол и пару минут судорожно пытался подняться, будто закоренелый алкаш после особо продолжительного запоя. Бронекостюм превратился в лохмотья — большинство повреждённых пластин отстегнулись, а плотная противоимпульсная ткань порвалась в десятке мест, как будто я не угадал с размером. Но не будь её, мой организм давно бы превратился в фарш.

Наконец, мне удалось принять вертикальное положение и даже нашарить выпавший меч. Однако, продолжать битву не пришлось — сопартийцы справились и без меня. Шёпот успел восстановиться, заняв место бойца ближнего боя, а Отлант сменил плазменный пистолет на более примитивную кинетическую модель. С его потрясающей точностью пули поражали наиболее уязвимые места — сочленения суставов, стыки хитиновых пластин и органы осязания.

Дезориентированный и лишённый скорости противник был обречён. Прямо сейчас дуэлянт методично расстреливал заднюю часть туловища, безвольно волочащуюся по полу. Арахнид из последних сил пытался зацепить уцелевшей клешнёй юркого сайрекса, но тот каждый раз выворачивался, на зависть земным проволочникам. Наконец, одна из пуль попала куда-то в особо важный узел, и скорпион затрясся в конвульсиях, стремительно прощаясь с последними хитпоинтами. Через несколько секунд система поздравила нас с победой и предупредила о том, что отношения с Антаресцами опустилось до минимально возможного значения — минус ста. Сами же арахниды были изначально настроены враждебно ко всем живым существам в нашей галактике, так что репутационной шкалы у них не было вовсе. Жирный такой намёк пацифистам с прокачанной дипломатией, что договориться на этот раз не выйдет.

По итогу вся наша пятёрка осталась живой, хоть и не совсем невредимой. Но это были сущие мелочи в сравнении с тем, какого противника нам удалось завалить.

— Только сильно нос не задирайте, — предупредила нас Убивашка. — Это была юная особь, мало на что годная. Так что нам, можно сказать, снова свезло.

— Интересно, а с него какой-нибудь лутецкий дропается? — алчно спросила Шани, разглядывая дохлую тушу.

— Вот наша главная награда, — искательница указала на постамент за силовым полем. — Тебе мало?

— Это… И есть то самое Копьё?

— А что, думала, это будет целый корабль уникального класса? — едко усмехнулась Ушастая.

— Зато Хреноватор не сможет его переименовать, — нашёл я положительный момент. — И никто из Древних не будет ворочаться в гробу.

На постаменте покоился короткий жезл из серебристого металла, с круглым утолщением на конце, делающим его похожим на заготовку булавы. Больше ничего интересного под куполом не имелось. Только возник следующий вопрос — как его преодолеть? Поле подпитывалось невесть от чего, и на первый взгляд не имело запаса прочности. По крайней мере, таковой показатель отсутствовал напрочь, а наш дружный залп изо всех стволов не смог даже поколебать бирюзовою плёнку.

— Только не говорите, что нам нужен ключ, — проворчала Шани. — Который, конечно же, спрятан чёрт знает где, на другом конце галактики.

— Может, и нужен, — кивнул я. — Только он гораздо ближе. Давай, Отлант, шагай навстречу предкам.

— Куда? — растерялся дуэлянт.

— К сфере, конечно. Попробуй её коснуться.

— А если шибанёт, как того меха?! — обеспокоенно спросила Шани.

— Будем думать дальше.

— Зашибись, план…

— Хорошо, я попробую, — согласился Отлант.

Игрок осторожно приблизился к преграде, которую так и не смогли преодолеть скорпионы, и протянул руку ладонью вперёд. Перчатку он благоразумно стянул, и как только его пальцы коснулись сиреневого свечения, возле постамента соткалось грозное голографическое лицо, принадлежащее K’Вонгам. Чем-то оно мне напомнило ту самую воительницу, чей разбитый звездолёт мы нашли на Шебукае. Только эта версия была явно мужской. Изображение смерило дуэлянта строгим взглядом, после чего разомкнуло плотно сжатые губы:

— ДОСТОИН!

У меня от этого звука снова зазвенело в контуженой голове, да и остальные поспешили заткнуть уши. Один лишь сайрекс невозмутимо наблюдал за разворачивающимся действом. Силовой пузырь лопнул яркими сиреневыми искрами, а лицо растворилось в воздухе, оставив Отланта наедине с постаментом, где лежало самое сильное оружие в галактике.

Момент их воссоединения я пропустил, так как вместе с силовым полем пропали и помехи, превратив старый маяк в самые обычные разорённые руины. Тут же прилетел целый ворох писем, среди которых на первом месте было сообщение от клан-лидера.

— О, у меня теперь расовый квест добавился! — восторженно выдохнул Отлант.

— На ликвидацию арахнидов? — уточнила Шандайн.

— Да, вместе с мехами. А ещё добавилось местоположение нескольких хранилищ. Их нужно будет защитить любой ценой, но они по всей галактике раскиданы.

— Не волнуйся об этом, — произнесла Убивашка, успевшая подлечить сайрекса. — Вы теперь самые знаменитые перцы во всём кластере, и помочь вам будут рады все подряд. А ещё поздравляю с концом вашей нищебродской жизни.

— Копьё я не продам! — резко выпалил Отлант.

— Да кому оно теперь нужно, без тебя в комплекте… Ну, и всех остальных твоих дружков, если ты не захочешь себе новых.

— Вот уж не дождётесь, я — «Мясорубец» и своих не брошу!

— Ща расплачусь, — шмыгнула носом сентиментальная Шани.

— Не время сопли разводить, — одёрнул я её, закончив читать послание. — Нужно срочно искать транспорт и лететь выполнять расовый квест. Начнём прямо с Шебукая, заодно и Копьё в деле проверим.

Глава 121

Покинуть планету, где располагался Маяк, оказалось не так уж и просто. Ближайшие к монументу корабли годились, разве что, на запчасти, а более-менее целые экземпляры валялись слишком далеко. Добираться туда предстояло несколько часов, и вдобавок среди нас не осталось инженеров, способных оживить заброшенное судно. Мы могли общими усилиями что-то где-то подлатать, но времени это бы заняло непростительно много. И не факт, что закончилось бы успешным отлётом.

Не успел ещё Зигзаг толком умереть, а я уже начал по нему скучать.

Тем временем на Шебукай уже успела наведаться разведывательная эскадра антаресцев, оставившая там девять кораблей. Разбитых, разумеется.

Оборона отыграла как по нотам, и наши потери свелись всего к двум судам — «Аленькому сосочку» и «Скорострелу». Оба звездолёта сейчас спешно восстанавливали, не стесняясь использовать обломки, оставшиеся от самоуверенных разведчиков. Однако, неподалёку хозяйничала настоящая армада, которая давила пиратов и пограничников с одинаковой лёгкостью. Под раздачу попали и «Прососовцы», которым Союз поручил оборону приграничного региона. Наших бывших конкурентов вырезали под корень всего за одно короткое сражение и в данный момент механоиды разоряли одну их систему за другой. К вечеру от надоедливого клана не должно было остаться и следа.

И нынче такие новости совсем не радовали.

«Жнецы» всем составом ушли покорять соседнюю галактику, так что мы остались последними непокорёнными игроками в регионе и одним из немногих островков сопротивления посреди бушующего моря роботов. Силы, выдвинутые антаресцами, оказались слишком сильны для разношёрстных группировок, а помощи ждать было неоткуда. Регулярные войска пытались сдержать арахнидов в центральных регионах Союза, пираты же предпочитали отсиживаться в сторонке и не пыхтеть.

Так что лишних суток у нас в запасе не было. Обстановка в регионе ухудшалась с каждым часом, и механические скорпионы чувствовали себя здесь всё вольготнее. Как скоро за нашими головами прилетят новые десантники, оставалось только гадать. Но быстрее транспорт из Шебукая прийти не мог, даже самый быстроходный.

К счастью, Убивашка предвидела подобное развитие событий и заранее отправила сюда свою бывшую коллегу по клану. На всякий случай.

Хреноватор к такому финту за его спиной отнёсся удивительно спокойно, хотя другой на его месте обязательно заподозрил бы подлянку. Например, я. И даже взгляды, которые на меня бросала Устюжева, не могли поколебать мою застарелую паранойю.

Оставалось уповать на заключённый между нашими кланами договор, а так же на привязанность артефакта к Отланту. Тот пребывал в эйфории от свалившихся на него расовых обязанностей и пока ещё не осознавал, что в одночасье стал миллионером. Как и мы все.

Подобрать нас вызвалась другая моя знакомая из «Убийц Красной Звезды», под ником «Быстрее,Света!». Лететь ей было в несколько раз дальше, чем нам в своё время, но она воспользовалась старыми гипер-вратами, чтобы срезать значительную часть пути. Да и гнала разведчица не на боевом судне, а на сверхскоростном фрегате. Поэтому ждать разведчицу пришлось недолго – всего несколько часов. За это время мы привели себя в порядок и успели обследовать верхнюю часть пирамиды. Там, как и предупреждала Убивашка, нашлось несколько древних безделушек, включая резак, похожий на тот, которым орудовала Элли.

А там и такси подъехало.

Миниатюрная девушка в кепке практически не изменилась со времён нашей первой встречи. Разве что, поднялась в уровнях на две сотни, но этого всё равно не хватило, чтобы её взяли с собой в межгалактический поход. В «KRS» прекрасно понимали, что после отбытия основных сил начнётся форменный бардак, поэтому оставили значительную часть людей для обороны и обслуживания собственных колоний. Пока скорпионы ещё и близко не добрались до них, и поэтому Света изнывала на клан-базе от безделья.

Меня она, конечно же, не узнала – столько воды утекло со времён моих приключений на «Глории», что вспомнить страшно. Да я и не лез к ней со своей ностальгией. Весь наш немногочисленный отряд быстро запрыгнул в приземлившееся судно, которое тут же стартовало обратно в небеса.

– Куда теперь? — как заправский таксист спросила Света, поправляя кепку.

— Дуй на Шебукай, а там разберёмся, — ответила Убивашка.

– Может, сразу к нам?

— Не, нужно сначала мехов наказать.

Беспокойство извозчицы было понятно — мы отправлялись вглубь охваченного пожаром Приграничья, где шанс нарваться на неприятности был максимальным. А у нас не имелось ни прикрытия, ни толкового вооружения. Фрегат был оснащён лишь одной слабенькой пушкой, годящейся только для разбивания мелких астероидов, и полагался исключительно на собственную скорость.

Все опасения полностью оправдались, причём совсем скоро. Спустя несколько прыжков у нас на хвосте мёртвым грузом повисли несколько неопознанных звездолётов. Так как пираты и прочие любители чужого добра сейчас отсиживались неподалёку от «Гвоздя», это могли быть только роботы. Убивашка не выходила из сканирующего модуля, пытаясь обнаружить возможную засаду, а нервничающая Света гнала от звезды к звезде практически без остановки.

На исходе первого часа преследователи стали отставать и мы наконец смогли совершить долгий прыжок между секторами. Но радость оказалась преждевременной — стоило нам только вынырнуть из подпространства, как на фрегат была немедленно наброшена варп-сетка. А неподалёку проявился затаившийся корабль-невидимка, лишивший нас возможности передвижения между звёздами. Точно такой же, какой накануне протаранил наш «Чебуратор».

Искательница разразилась отборнейшими проклятиями, сводившимися к одному короткому слову: «Засада!». Роботам каким-то образом удалось предугадать наш маршрут и выставить заграждение. Плотно за нас взялись, ничего не скажешь. Теперь всё зависело от того, как быстро подтянутся основные силы.

Оба корабля являлись полными слабаками в плане вооружения, и нанести серьёзный вред друг другу не могли. По крайней мере, быстро. Я мгновенно открыл огонь по врагу, но тут же вынужден был признать, что наша дуэль может затянуться до неприличия.

— Что ж, тогда переходим к плану «Б».

– «Б» — в смысле бежим? — с усмешкой поинтересовалась Убивашка. — Или…

- Ну, бежать мы всё равно не можем, так что бьёмся! – решительно ответил я. – Отлант, давай бери дедовское копьё и выпрыгивай в открытый космос.

– Но я ещё толком не разобрался, как оно вообще работает!

– А ты что, собираешься на этой мелюзге потренироваться? А если у него перезарядка раз в тысячелетие?

– А может КД вообще нет, – предположила Шани.

– Если про силу Копья не врали, то оно вполне может быть одноразовым, – согласился я. – В общем, инструкция для него вряд ли существует, так что будем считать это полевым испытанием. Время пока есть, но не так, чтобы много.

– Минут десять, – уточнила Убивашка.

Взволнованный Отлант выпрыгнул через десантный шлюз, а Света, как могла, прикрыла его корпусом звездолёта. Я же продолжил бессмысленный обстрел, заодно отсчитывая оставшееся время. Наш оппонент вяло огрызался, метя в оружейный отсек, и не забывал «обновлять» нам сетку, чтобы мы ненароком не сбежали.

Ира почти не ошиблась. Через десять минут и восемнадцать секунд в систему начали вываливаться первые вражеские звездолёты. В основном, всякая мелочь не выше корветов, но вслед за ними потянулись более серьёзные суда – эсминцы и парочка крейсеров, заставивших несчастное пространство заметно прогнуться. Приборы сходили с ума, регистрируя всё новые всплески со всех сторон. Судя по количеству кораблей, мы нарвались как минимум на боевое крыло той армады, что наводила ужас в нашем регионе.

– Отлант, как успехи? – поинтересовался я у засадного полка по голосовой связи.

– Не работает! Тут даже кнопки никакой нет!

– Нейроинтерфейс пробовал задействовать?

– Да. Он девайс в упор не видит, будто это палка какая-то, – чуть спокойнее поделился информацией дуэлянт.

– Может, тебе просто нужно навести её на врагов? – предположила Шани. – И оно само бахнет, автонаведением.

– Бесполезно, я уже всех истыкал!

–Не работает палочка, а жаль… – протянула Убивашка.

Между тем все больше звездолётов наводили на фрегат прицелы многочисленных орудий. Времени практически не осталось, даже если нас попытаются взять на абордаж. Этот кораблик можно одними пустыми болванками расстрелять, пока он не развалится. Если десантники сидят хотя бы на каждом третьем судне, то их всё равно хватит, чтобы захватить небольшую станцию.

От досады хотелось стучаться лбом об приборную панель. Неужели все наши усилия пойдут прахом?!

Местоположение других схронов – это, конечно, ценная информация, но много мы на ней не поднимем. Главная ценность сейчас находилась в руках дуэлянта. Пусть она и не единственная в галактике, других пока ещё не нашли. А мне так понравилось чувствовать себя свежеиспечённым миллионером…

Но, пока мы ещё живы, нужно всеми силами искать выход. К’Вонги ведь как-то применяли это оружие, а не полировали его тряпочкой на постаменте. И не стоит забывать, что проектировалось оно разработчиками специально для игроков. Не верится мне, что для использования годятся только персонажи. Их же так мало…

Так, стоп. А почему это К’Вонгов, собственно, осталась всего жалкая горстка? Они ведь всё ж таки победили, пусть и с тяжёлыми потерями. Механоиды добили последних выживших? Но те почти не появлялись возле Ядра, в основном тусуясь по окраинам галактики. А это значит, что Древних там почти не осталось по другой причине. Воевать они больше ни с кем не могли, ведь других разумных на тот момент в космосе ещё не было. Куда же они тогда все подевались?

– Отлант, напомни-ка мне наиболее характерные черты вашей расы?

– Честь, отвага, стремление к новому и самопожертвование, – без запинки ответил игрок.

– Всё ясно. Похоже, нам нужен именно последний пункт.

– Прости, не понял.

– Ты должен сдохнуть, дурик! – максимально доступно пояснила за меня сообразительная Убивашка. – Врубай рокет-джамп и вали к ним навстречу.

– А Копьё?

– В руках держи, как знамя, – приказал я.

– Принял!

Издав боевой клич, дуэлянт вылетел из под гоночного фрегата, оставляя за собой короткий инверсионный след. А между тем роботы принялись выпускать первые десантные боты, полностью подтвердив мою догадку. Одинокого храбреца они поначалу проигнорировали, и лишь когда тот поравнялся с передними абордажниками, от него решили избавиться. Несколько выстрелов из высокоточного ионного оружия оставили от игрока только яркое облачко раскалённого газа, потускневшее и рассеявшееся за секунду.

Ещё одна иконка на панели отряда потускнела.

Затаив дыхание, мы ждали какой-то реакции, но боты беспрепятственно продолжили полёт, а корабли всё продолжали их выпускать. Будто не понимали, что те просто не поместятся у нас на борту, даже если облепят весь корпус. Роботы, что с них возьмёшь. Единственного их живого командира мы собственноручно прикончили, и теперь они действовали строго по забитым в них шаблонам.

– Короче, лемминги, готовьте жопки, – хмуро предупредила нас Убивашка. – Похоже, нас сейчас будут наказывать.

– Ох уж эти твои фетиши… – хмыкнула Света.

Искательница возмущённо зарычала на подругу, но тут приборы зарегистрировали появление ещё одного массивного тела. Судя по показаниям – не меньше крейсера, а то и линкора. Запоздавшие корабли всё ещё подтягивались, но этот тяж вывалился из другого измерения точно на месте гибели Отланта. И ещё более подозрительным являлось то, что его никак не получалось засечь визуально. Уж чего-чего, а тяжёлые звездолёты были видны даже невооружённым взглядом прямо через иллюминатор.

– Подозрительно, – наклонила голову Убивашка, моментально прекратив перепалку. – Там ничего нет.

– Масс-спектрометр с тобой не согласен, – возразила Света.

– Ты вообще меня слышишь? Говорю же – ни-че-го! Даже звёзды пропали.

А вот это уже было любопытно. Отмотать изображение с помощью нейроинтерфейса для меня не составило большого труда. На первый взгляд, никаких изменений в картинке не произошло, однако при наложении друг на друга становилось ясно, что несколько светил действительно погасли, будто их что-то заслонило. Удивительно, как это смогла заметить искательница без подобных манипуляций, просто взглянув на экран.

Это определённо не мог быть очередной шпион – их обманчиво прозрачные корпусы не преломляют свет. Но даже окажись там корабль чёрного цвета, не дающего бликов, его всё равно должен был засечь локатор и отобразить силуэт на тактической карте. Однако, сканеры были уверенны, что там – пустота. Только очень тяжёлая.

Где-то я про такое странное сочетание уже слышал…

– Ну всё, лемминги, приплыли! – немного истерично хохотнула Убивашка, покидая модуль. – Читайте отходную.

– Не может этого быть… – потрясённо замотала головой Света.

– Да что там творится?! – не выдержала Шани.

– Ни-че-го, – по слогам повторила Ира, покидая рубку.

– Эй, ты куда?

– Пойду из кивсяка яйцо выжму, – ответила искательница уже на пороге. – Скоро ему снова на респ идти, как и всем нам. И спасательная капсула здесь не поможет.

– Что за бред, сейчас же абордаж будет!

– Не-а, смотри сама.

Десантные боты, которые уже успели преодолеть большую часть расстояния, замедлялись, а то и вовсе отворачивали в сторону. Как птицы, попавшие под сильный поток встречного ветра. В итоге никто до нас так и не добрался – все будто спешили почтить место гибели Отланта, включая некоторые мелкие корабли. Их тоже стало понемногу разворачивать, несмотря на включенные маршевые двигатели. Более крупные суда пока держались, но в том-то и дело, что лишь «пока». Нас тоже потащило вперёд, понемногу разгоняя.

Те, кто успевал достигнуть сверхтяжёлой аномалии, исчезали без следа. Ни вспышки, ни малейшего отсвета, будто они куда-то резко провалились. Что было не так уж далеко от истины. Ведь перед нами открылась черная дыра – самое редкое и опасное явление в галактике.

Правда, любоваться ей нам довелось совсем недолго, так как через несколько секунд она закрылась. И это внезапное схлопывание породило такое мощное гравитационное искажение, что на куски разлетелась даже ближайшая планета. Чего уж говорить о судах. Какими бы прочными они ни были, пережить такое не могла ни одна упорядоченная структура.

Следовало признать всю простоту и гениальность задумки древних инженеров. С таким оружием попросту невозможно проиграть любую битву. Хотя победа стоит слишком дорого. И если никто, кроме достойнейших К’Вонгов не мог воспользоваться Копьём Ориона, то теперь понятно, куда они все пропали. Вряд ли арахниды были настолько тупыми, что после первого же инцидента продолжили летать крупными группировками.

Та война воистину велась на взаимное уничтожение.

Мы не дотянули до бездонного провала совсем немного, когда искажающее само пространство волна разбила нас вдребезги. На чёрный экран смерти я некоторое время смотрел в полном обалдении от подобного зрелища, пока не получил письмо от павшего духом Отланта. Тот уже распечатался на «Запорожце» и с глубоким сожалением докладывал, что загадочный жезл пропал из его инвентаря. Что логично, учитывая одноразовость тех же ключей, отпирающих подпространственные карманы.

Копьё же открывало дверь прямиком в ад. Неудивительно, что делало оно это лишь единожды.

Но главная наша победа заключалась не в уничтожении целой кучи антаресцев. Куда более важным достижением стало понимание того, как теперь воевать дальше. Наш дуэлянт превратился в живую многоразовую бомбу, только осталось подыскать для него новый детонатор. И желательно, не один. Теперь я был полностью уверен, что координаты других хранилищ ему досталось неспроста. Несколько грамотных подрывов вполне могут переломить ход войны не только у нас, но и в Ядре, где дела обстоят ещё хуже. Конечно, в одиночку нам такое ни за что не провернуть, но свою долю славы и денег мы точно урвём.

Потеря одного Копья уже ни на что не влияет.

Успокоив этой новостью Отланта, я покинул виртуальность и выбрался из капсулы. Игровое время всё равно подходило к концу, а новое тело должно распечататься и без моего участия прямо на базе. Мне же нужно было хоть немного отдохнуть и заодно успокоить скачущие галопом мысли. Денежный вопрос вроде как решился положительно, и теперь осталось определиться, что делать дальше. Вариантов имелась целая куча – от самых утопичных, до вполне реальных и реализуемых.

Однако, толком прийти в себя не получилось – на почте меня уже ждало письмо от абонента, игнорировать которого было никак нельзя. Такое обычно приводило к очень большим неприятностям, вплоть до летальных. Хотя мне и так ничего хорошего не светило из-за отказа от сотрудничества. Видимо, там именно про это.

Открывал сообщение я со смешанными чувствами, но увидев его содержимое впервые за очень долгое время испытал настоящий ужас. Да, как оказалось, Клим Денисов тоже может бояться. Стоило признать, что форму расплаты Пастырь выбрал наиболее изощрённую.

Я был морально готов к всевозможным угрозам, покушениям и даже к раскрытию моей личности по всем федеральным каналам. Но только не к такому.

Несмотря на все меры предосторожности и крайне ограниченный круг посвящённых лиц, внутри оказалась фото того самого хранилища, где находилась криокапсула Эльвиры.

Глава 122

— Не передумал, милок?

Баба Нюра уже в который раз сокрушённо вздохнула. Никак не хотела меня отпускать, даже вызвалась проводить до ближайшего приличного квартала.

— Нет, — ответил я, подавив надоедливую икоту. — Нужно решить этот вопрос, раз и навсегда. Покоя мне он все равно не даст.

— Ну, раз так решил, то ступай. Я обо всём позабочусь, не волнуйся.

— Спасибо тебе и… Можно вопрос, напоследок?

— Пошто я нянькаюсь с тобой? — Тонкие губы женщины тронула грустная улыбка. — Очи твои ясные приглянулись. Ещё давно, когда ты с дырой в боку сюда завалился.

— Так мы пересекались раньше?

— Не спасал ты меня, не напрягайся, — покачала головой Баба Нюра. — Хотя я в своё время вся измечталась… Помню, как тихо было в городе, когда ты за ним приглядывал. Никакая погань и головы поднять не смела, шоб не изгадиться.

— Поверь, скоро станет так же, только сидеть по углам будут вообще все. И не важно, правы они или виноваты.

— Надеюсь, я до такого не доживу.

— Уже дожила, — я кивнул в сторону подъехавшего беспилотного такси. — Как думаешь, что произойдет в случае аварийной ситуации, если нужно будет выбирать — давить пешехода, перебегающего в неположенном месте дорогу, или врезаться в мирно едущего по встречке водителя?

— Знамо что! — всплеснула руками моя собеседница. — Кто не прав, с того и спрос.

— Так было раньше… Ик! Да что ж такое!

Мой протестующий организм снова дал о себе знать, и я поспешил залить в себя остатки воды в бутылке. Икота вроде бы отступила, но в отместку начала давить изжога. Всё правильно — нечего всякую гадость спозаранку глотать.

— Прости.

— Да ничего, милок. Вспоминает кто?

— О да-а, — протянул я. — Но мы не закончили про выбор. А что, если совсем скоро у каждого человека появится свой социальный рейтинг, который и будет влиять на конечное решение бортового компьютера? Кого давить, а кого в любом случае беречь, даже ценой жизни нескольких пассажиров. Да и вообще, много на что повлияет… Кредит взять, к примеру, образование получить или своевременную медицинскую помощь.

— Да это ж чистый фашизм!

— Наверное, — не стал я спорить. — Ладно, мне пора. Подумай о моих словах. Кто предупреждён, тот вооружён.

— Ох, и любишь ты тень на плетень навести…

— Не могу прямо, но ты обязательно обо всём догадаешься.

Мы обнялись, после чего Баба Нюра неохотно отпустила меня в путь-дорогу. Уже сидя в салоне такси, я обернулся и увидел, как она украдкой вытирает краешком платка увлажнившиеся глаза. Примерно так матери отпускали на войну своих сыновей, прекрасно понимая, что ничего хорошего их там не ждёт.

Машина довезла меня почти до центра города, после чего беспристрастно укатила на следующий заказ. Я же остался стоять на перекрёстке в ожидании… Кого?

Пастыря? Даже не смешно.

Пешеходов здесь практически не было, а вот грузовики то и дело проезжали мимо. Хотя, если честно, для меня вполне и легковушки хватит, при нормальной скорости. Тело пусть и восстановилось от многочисленных ран, которых я успел нахватать за последнее время, но всё равно общее состояние было на троечку. С минусом.

Может, всё же таблеточку бахнуть? Атлетом, конечно, мне уже не стать, зато хоть реагировать буду гораздо быстрее. С другой стороны, одним из условий встречи было полное отсутствие в организме посторонних веществ. Хватит и того, что у меня внутри сидит и душит противной изжогой…

— Простите, вы мне не поможете? — отвлёк меня от размышлений тонкий голосок.

Рядом со мной смущённо замерла худенькая девушка в дешёвой неброской одежде. Студентка из провинции, не иначе. Судя по мигающему на запястье бюджетному коммуникатору, она банально заблудилась. Ну да, у подобных моделей аккумулятор садится в самый неподходящий момент.

Я открыл было рот, чтобы похвалить девицу за лаконичный образ и отличную актёрскую игру, но тут моё сознание резко потухло. Будто кто-то выключателем щёлкнул. Это определённо был не укол — его бы я успел почувствовать. И уж точно не какой-нибудь шокер. Может, газ? Аккурат ведь на вдохе рубануло.

Как иронично! Ведь сам же подобным образом совсем недавно людей травил, вот и ответочка прилетела.

Само собой, размышлял я об этом уже значительно позже, понемногу приходя в себя. Этому поспособствовали несколько уколов, от которых обе руки горели огнём, а так же ушат ледяной воды, пролитый на меня сверху. Что-то я подобных банных процедур не заказывал…

— Всё, пульс пошёл, — констатировал кто-то над моим ухом.

— Очнулся?

— Почти.

Следом по щекам прилетела парочка таких крепких пощёчин, что моя многострадальная голова едва не оторвалась от тела. Во рту, где и так было порядком загажено, тут же стало солоно от крови.

Я распахнул слезящиеся глаза и попытался остановить плывущий взгляд на трёх тёмных фигурах. Вокруг всё колыхалось и ускользало, будто меня только-то выволокли из-под барной стойки. А проклятая изжога только усилилась, будто в желудок залили расплавленный свинец.

— Во! Теперь точно очухался.

Ближайшая фигура удовлетворённо хмыкнула и отдалилась. Зрение понемногу набирало остроту, а вот проклятое качание никуда не делось. Стоило хоть на миллиметр двинуть зрачком, как вся картинка немедленно покрывалась волнообразной рябью, будто изображение на старом советском телевизоре.

И чем же меня таким убористым накачали?

— С возвращением, Клим, — раскатистым баритоном поприветствовала меня другая фигура. — Думали уже всё, не получится у нас пообщаться…

— Могли бы просто мне написать, — ответил я, сплюнув загустевшую от крови слюну. — Созвонились бы, как деловые люди.

— Вопросы у нас очень щекотливые, — развёл руками мой собеседник. — Такие лучше с глазу на глаз обсуждать.

Я наконец смог сфокусироваться и опознать в нём господина Рабаданова, Рустама Заятдиновича. Резкость всё ещё сбоила, но ошибки быть не могло. Мужчина вальяжно сидел в кожаном кресле, по комфорту идущем намного впереди моего жёсткого сиденья. Да и никакие ремни по рукам и ногам его не сдерживали, в отличие от меня. Помимо фиксаторов на кончиках моих пальцах обнаружились какие-то мелкие датчики в виде прищепок, а ещё несколько присосались к груди и шее. Дышать они не мешали, поэтому я перестал их разглядывать и снова перевёл мутный взгляд на людские фигуры.

Даже будучи в бегах Рабаданов не стал изменять привычному стилю, и щеголял белоснежной сорочкой и классическими чёрными брюками. А вот его партнер — Игорь Викторович Гуцал, занимавший соседнее кресло, предпочёл одежду попроще — модный спортивный костюм в крупную шотландскую клетку. Бегающие глазки выдавали волнение второго учредителя концерна, а вот Рустам Заятдинович был спокоен, как удав.

Видать, не впервой ему подобным образом с людьми разговаривать.

Помимо нас в небольшой комнате без окон находилось ещё три человека. Неподалёку от начальства подпирали стену два дюжих молодца с угрюмыми лицами, носившие поверх чёрных водолазок кобуру открытого типа. Один из них совсем недавно хлестал меня по щекам, но какой именно — понять сейчас было сложно. А позади меня пристроилась та самая юная девица, которая задумчиво перебирала шприцы на мобильном столике, снабжённом колёсами. На таких стюардессы обычно еду и напитки развозят, но не в моём случае. Помимо пузырьков и ампул, на столешнице лежал экран небольшого планшета, от которого девушка почти не отрывала взгляда.

Само помещение не могло похвастаться наличием мебели, и больше напоминало операционную перед ремонтом. Или очень просторную душевую. Все поверхности, включая потолок, были отделаны светлой плиткой, которую так легко отмывать от разных потёков. Неподалёку от моего кресла, чьё стальное основание было вмонтировано прямо в пол, обнаружилось широкое сливное отверстие.

Похоже, что отсюда на своих двоих мне уже не выбраться.

— А Дарья Александровна где? — спросил я, закончив с беглым осмотром.

Здесь даже лампы скрывались под прозрачными пластиковыми футлярами. А у дальней стены горело табло голографических часов. От меня не укрылось то, что хозяева уже бывшего концерна то и дело невольно поглядывали на циферблат. Будто ждали чего-то.

— Она не любит всю эту грязь, — холодно ответил Рабаданов. — Но можешь не волноваться, мы перескажем ей всё, что ты сейчас нам поведаешь. И давай договоримся сразу — вопросы здесь задаём мы. Будешь перебивать или отмалчиваться — получишь ещё одну дозу.

— Что, на нормальные пытки времени совсем нет? — посочувствовал я.

Рабаданов перевёл взгляд на одного из охранников, который немедленно отработал на мне целую серию ударов. Дай ему волю, он измолотил бы меня в отбивную котлету, а так я отделался парой треснувших рёбер и выбитым зубом. Фигня.

— Повторяю в последний раз — я спрашиваю, ты отвечаешь. Не испытывай, пожалуйста, моё терпение.

В моей гудящей голове не родилось ни одной достойной шутки, поэтому я просто кивнул.

— Хорошо, тогда начнём по порядку. Где сейчас люди из группы Георгия?

— Понятия не имею, — ответил я чистую правду. — Ими сейчас Талтер занимается.

— Бывший владелец пивной?

— Да, тот самый.

— Как вы связаны?

— Служили вместе, давным-давно…

— Вот как, — приподнял густые брови мужчина, обозначив лёгкое удивление. — Где?

— Прости, но это государственная тайна. Потом наши пути разошлись.

— Это он помог тебе убить наших сотрудников?

— Лучшего Друга и его супругу? — уточнил я. — Или ещё кого? Просто их так много полегло…

— Да, их, — сверкнув тёмными глазами ответил Рабаданов. — Они раскрыли ему свои личные данные?

— Нет, Талтер про них толком ничего не знал. Это всё Пастырь.

— Вот мы и добрались до самого интересного! — предвкушающе потёр ладони Гуцал.

— Погоди, — осадил его партнёр. — Клим, каким образом ты выходишь на контакт с Талтером?

— Уже никак. Мы подозревали, что всё так обернётся, поэтому решили разбежаться. Игорь прекрасно и без меня справляется.

Повисла короткая пауза, после чего внезапно подала голос девушка за моей спиной:

— Он не врёт.

— Жаль, — расстроенно вздохнул Рабаданов. — Тогда продолжим. Расскажи про Пастыря. Когда он тебя завербовал?

— Первое от него письмо пришло после взрыва крематория, — припомнил я. — Но он точно присматривал за мной задолго до этого. Вполне может быть, что с самого момента разморозки.

Учредители снова дождались подтверждения моих слов от девицы, после чего продолжили допрос:

— До этого ты работал на «Си-Эс-Джи»?

— «Крокусы»? Можно и так сказать, работал. Но меня разжаловали после срыва операции, а потом и мой куратор погиб.

— Кто именно?

— Мишель Дюбуа. В неё с коллегами врезался грузовик.

— Похоже на работу Пастыря, — пришёл к очевидным выводам Рабаданов. — С кем ты ещё контактировал из той конторы?

— Только с рядовыми чистильщиками. Имён не знаю, только позывные.

— Что случилось с захваченным образцом излучателя?

— Насколько я знаю, все материалы у «Крокусов» забрал Интерпол, а с работников взяли подписку о неразглашении.

— Что им удалось узнать о «Призраках»?

— Понятия не имею, — пожал я плечами. — Со мной не делились информацией. Но думаю, там догадывались, что за убийствами стоит кто-то из конкурентов.

— Ясно. Кого ещё задействовал Пастырь, кроме тебя?

— Из живых знаю только Талтера. Остальные исполнители уже мертвы, как и те, кто слишком много знал.

— Повезло нам тебя перехватить, — порадовался Гуцал. — Ведь ты тоже стал отработанным материалом.

— Пока ничего интересного мы не услышали, — поморщился его старший коллега.

Неожиданно свет в помещении на долю мгновения мигнул, но затем всё вернулось в норму. Верзилы удивлённо переглянулись, и по велению руки Рабаданова один из них покинул комнату, прикрыв за собой толстую дверь. Видать, пошёл разбираться, что там за перебои в электросети.

— Могу рассказать кое-что любопытное о Пастыре, — предложил я, постепенно догадываясь, что сейчас случится.

— Мы в курсе, что он — программа, — отмахнулся Гуцал.

— Как грубо! — Я не удержался от злорадной улыбки. — Он далеко не программа, и даже не пресловутый искусственный интеллект. Он — мыслящая система, которая постоянно совершенствуется. Он умеет грамотно применять творческий подход, поэтому для него нет невыполнимых задач. Есть только тяжело реализуемые, и для их решения он подбирает наиболее оптимальные варианты. Не прокатит один, в дело вступит другой, и так вплоть до нужного результата. От него не получится ни скрыться, ни убежать, или как-нибудь защититься. Вам дико не повезло, раз именно на вас решили испытать такое сверхмощное оружие. Видать, впечатлили всех ваши дутые «Призраки».

— Хорошо, что ты не приписываешь себе чужие успехи, — сдержанно похвалил меня Рабаданов. — Думал, будешь гордиться, что загнал нас в угол. То, что мы сейчас находимся здесь, это не твоя заслуга, а наша недоработка. Досадная оплошность, которая привела к непредвиденным последствиям. Ну ничего, будет нам урок впредь, не пускать на самотёк даже малейшую мелочь и доводить всё до конца.

— Звучит так, будто вы собираетесь спокойно жить дальше.

— Наша история, в отличие от твоей, сегодня не закончится. Так что да, собираемся.

— Хотите сменить тела? — догадался я. — Грише это особо не помогло.

— Он был лишь прототипом, — отмахнулся Гуцал. — Его связь с нами легко было проследить. А мы начнём новую жизнь с чистого листа, и ни одна вшивая программа не сможет нам помешать!

Он бы и дальше распинался, но лампы снова мигнули, на этот раз куда заметнее, чем в прошлый. Света не было почти целую секунду, заставив соучредителей озадаченно нахмуриться.

— Что-то коротит у вас в бункере, — заметил я. — Резервное питание хоть предусмотрено?

— Откуда ты знаешь, что мы именно в бункере? — резко напрягся Рабаданов.

— Так Пастырь рассказал. Тот самый, который никогда вас не найдёт, ага. Думаете, я к вам просто так попал? Просто потому, что вы такие великие профессионалы? Наивные детишки…

— Он знает, где мы! — пропищал Гуцал, испуганно вжавшись в кресло.

— Здесь полностью автономная сеть, успокойся, — рыкнул на него Рабаданов. — Даже если сверху начнут пробиваться, мы в полутора километрах от точки входа. Просто уйдём раньше и всё.

— А для своих работников вы тоже заготовили план эвакуации? — я подмигнул побледневшей девушке.

— У них будут лучшие адвокаты и комфортные условия содержания, — зачастил Гуцал. — Большинство вообще пойдёт по программе защиты свидетелей и не…

— Врёшь ведь, — перебил его я.

— Заткнись!

Он вскочил, намереваясь ударить меня лично, и только рука более хладнокровного коллеги остановила его импульсивный порыв. Рабаданов просто дёрнул хлыща назад и тот рухнул обратно в кресло.

— Ладно, мы услышали, что хотели. В любом случае, долго отсиживаться здесь никто не собирайся. Спасибо за предупреждение, Клим, тебе это зачтётся. Ася! Дай ему укол.

— Спасибо, конечно, за безболезненную смерть и всё такое, — я изобразил поклон, насколько позволяли путы. — Но позвольте последний вопрос. Это здесь вы инсценировали смерть своих подопечных?

— Ты о чём вообще? — не понял меня Рабаданов, жестом остановив девушку.

— Георгий показывал мне голографический слепок одной из ваших жертв, которых вы устранили для отвода глаз. Произошло это как раз в каком-то бункере. Не думаю, что у вас их много…

— А, ну да, — вспомнил Гуцал. — Это Филатов придумал, который до Дружка проект курировал.

— Дебилы! — взревел Рабаданов. — Почему со мной не посоветовались?!

— Так правдоподобней вышло, — принялся оправдываться соучредитель. — Со следователями мы вопрос уладили быстро, а скрины разошлись по группам. Начни нас кто-то серьёзно проверять, увидел бы, что мы тоже пострадали и землю роем в поисках убийц. Как и все остальные.

— То есть, конспиративных квартир вам показалось мало?!

— Решили просто жути нагнать, но переборщили, да. Извини.

— Какие же вы все конченые…

Мужчина выразительно поиграл желваками, но от дальнейших эпитетов сдержался. Хотя у меня самого просилось наружу столько добрых слов, что хватило бы на десятиминутную речь без запинки. Вот что бывает, когда одна голова не ведает, что творят остальные.

Не зря Змей Горыныч проиграл битву одинокому богатырю, хотя во много раз превосходил его по силе.

— Так, что с оборудованием?

— Сразу же демонтировали, — замахал руками Гуцал. — А затем вывезли, так что всё в порядке.

Между тем в комнате начал набирать силу сквозняк. Я ощутил это гораздо раньше остальных, так как мои босые ступни касались пола, отделанного гранитной плиткой. Там и раньше было совсем не жарко, но теперь по ногам тянуло прямо могильным холодом.

Наконец, запутанный пазл сложился, и до меня дошёл весь коварный план Пастыря. В который он, конечно же, не стал меня посвящать. Мало ли, вдруг разболтаю всё раньше времени…

— А на какой мы сейчас глубине? — невинно поинтересовался я вслух.

— Мне не нравится твоя ухмылка, — процедил внимательный Рабаданов. — Выкладывай, что знаешь.

— Помнится мне, излучатель добивал достаточно далеко, — начал я издалека. — Тот самый, который воплощал голограммы. Несколько десятков метров точно.

— Мы гораздо глубже.

— А что мешало Пастырю усовершенствовать ваш прототип? Проекторы ведь у вас остались.

Я кивнул в сторону пустого места, где раньше висели голографические часы, после чего продолжил:

— Ему просто нужно было подключиться к вашей закрытой сети. И он это уже сделал, кстати.

— А, где, собственно… — растерянно пробормотал Гуцал.

— Ася, что там?! — осипшим голосом прорычал Рабаданов.

— Это правда, — выдохнула девушка. — Он не врёт…

— Как?!

— Я н-не знаю!

— А вы вспомните принципы квантовой сети, — предложил я ошарашенным людям. — Ей ведь для передачи информации не нужны спутники и прочие навороты. Годится простейший квантовый ретранслятор. Портативная версия у него совсем небольшая, её можно даже проглотить при большом желании. Работает он, правда, недолго — всего сутки с небольшим…

— Он внутри него!

От такой очевидной мысли господ соучредителей буквально вморозило в кресла. И это их, как ни странно, спасло.

Охранник же резко отлип от стены, выхватывая пистолеты, но было уже поздно. Замаскированные повсюду микропроекторы, являющиеся обязательным атрибутом любого современного помещения, уже отрендерили новое изображение. И даже не одно. Поэтому, не успел мужик толком вскинуть руки, как в него на полном ходу врезалась стайка разноцветных бабочек.

Со стороны это смотрелось, будто кто-то внезапно раздавил целый ящик с помидорами. Горячей кровью щедро окатило всё вокруг, включая присутствующих господ. Красным залило даже лампы на потолке, из-за чего комната мгновенно преобразилась в декорации ожившего кошмара. Но это для нормального человека, я же к такому давно привык. Только снова заныла порезанная до кости скула, беспокоящая каждый раз, когда мои мысли возвращались к Элли.

Не знаю, чем руководствовался Пастырь при визуализации своих палачей, но я неожиданно даже для себя испытал к нему чувство благодарности. Пусть моя последовательница во всех смыслах находилась сейчас далеко отсюда, она будто бы встала со мной рядом. Я невольно повернул голову, но увидел сбоку одну вечно печальную Лидию.

Та уже со всем смирилась и просто ждала.

— Потерпи ещё немного, любимая…

Мои слова утонули в зловещем шелесте, сопровождаемым не самым приятным для пищеварения хлюпаньем. Бабочки продолжили порхать над истерзанным до неузнаваемости телом, даже когда оно шмякнулось на пол. Гуцала вывернуло прямо на кресло, а вот его коллега пришёл в себя гораздо быстрее и одним прыжком вскочил на ноги. Для его возраста он был в отличной физической форме и добрался до двери лишь с несколькими неглубокими порезами на спине.

— Ася!

После чего распахнул дверь и шустро выскочил в коридор, преследуемый несколькими разноцветными насекомыми. Правда, исполосованную сорочку точно придётся потом выбрасывать.

Пребывающая в прострации помощница вздрогнула всем телом от крика начальника и навела на меня мелкий пистолетик, по типу стародавнего «Дерринджера». В её узкой ладошке он смотрелся не так уж и карикатурно, а выстрелы в закрытом помещении прозвучали, почти как настоящие. Живот и бок обожгло острой болью, но третий раз на спуск нажать девушка уже не успела. Её отсечённые пальцы посыпались на пол один за другим, а следом упал и пистолетик.

Ещё ничего не понимая, Ася поднесла фонтанирующую кровью культю к лицу, и тут бабочки взялись за неё всерьёз. Пронзительный крик быстро сменился булькающим хрипом из порезанного в нескольких местах горла. Дальше на экзекуцию я смотреть не стал, сосредоточившись на собственных ранах.

Не знаю, на что она надеялась, метя мне в живот. Даже если мелкокалиберные пули при невероятном стечении обстоятельств смогли бы повредить передатчик, это решительно ничего не меняло. Пастырь уже получил контроль над подземным комплексом, и не собирался выпускать никого отсюда живым.

Как и обещал мне накануне в очередном письме-инструкции.

Но помирать вот так, будучи привязанным к стулу и с дырой в брюхе не очень-то и хотелось. Поэтому я обратился к последнему выжившему, который продолжал исторгать из себя всё то, что успел съесть за прошедшие дни:

— Игорь Викторови-и-ич, приём!

Но тот очень вяло реагировал на внешние раздражители.

— Эй, Гуцал, мать твою! Хочешь отсюда выбраться или нет?

— А?! — он перевёл взгляд полубезумных глаз в мою сторону.

— Освободи меня, и я помогу тебе отсюда уйти, слышишь?

Мужчина судорожно кивнул, вытерев грязные губы ладонью, после чего спросил:

— П-почему они нас не т-трогают?

— Это временно, — не стал я его обнадёживать. — Голограммы запрограммированы атаковать в первую очередь наиболее быстро движущийся объект. У нас не так много времени осталось.

— А если просто не д-двигаться? — ухватился он за спасительную мысль.

— Не забудь ещё прекратить дышать и останови сердцебиение, тогда они тебя точно не тронут.

— П-понял, не вариант. Что д-делать?

— Для начала встань и освободи меня. Медленно, будто под водой двигаешься.

Гуцал стёк с обгаженного кресла и осторожно пополз ко мне. Благо, нас разделяло всего ничего — каких-то несколько метров, а бабочки либо допиливали девушку, либо погнались за шустрым Рабадановым. Из-за открытой двери до нас доносились приглушённые выстрелы и крики обречённых людей. Что-то невнятное шипела гарнитура в осечённом ухе охранника, но в таком бедламе было не разобрать конкретных слов.

Соучредитель трясущимися руками расстегнул фиксаторы вокруг моих запястий и предплечий, а дальше я освободил себя сам, морщась от боли. Внутри меня будто проворачивался раскалённый шампур, методично накручивая мои внутренности на ось. Ноги подкашивались от уколов и кровопотери, но мне удалось кое-как подняться. Химия неожиданно оказалась полезна, притупив боль и не давая провалиться в небытие раньше времени.

В моём распоряжении оставалось всего несколько минут, и нужно было потратить их с пользой. Замирая, когда бабочки начинали проявлять ко мне повышенный интерес, я добрался до останков мелко нарубленного мужика и подобрал один из его пистолетов. В магазине оказалось двенадцать пуль и тринадцатая ждала своего часа в стволе. Вполне достаточно, чтобы не заморачивать себя поиском запасных боеприпасов.

Зажимая рану второй рукой, я поманил невольного помощника к себе.

— Где у вас капсулы стоят?

— Прямо по коридору, потом направо и до конца, — воодушевился мужчина, подползая ближе. — Крайняя левая дверь. Отсюда недалеко, мы успеем добраться!

— Огромное спасибо. Теперь можешь валить.

— Куда?

— На тот свет, куда ещё.

С этими словами я навёл пистолет точно ему в переносицу и нажал на спуск. Риск, конечно, был огромный… Однако, Игорь Викторович честно заслужил лёгкую смерть.

— Можешь не благодарить, — прошептал я, пятясь к выходу.

Выстрел всполошил бабочек, но они погнались за ложной целью — катящимся по полу глазным яблоком. Патрон оказался разрывным, и от черепа несчастного Гуцала осталась только лишь нижняя часть. Эх, знай мы с Элли тогда принцип работы голографических убийц — ушли бы из апартаментов оба…

Главный фокус заключался в том, что в помещении всегда должен находиться предмет, двигающийся быстрее тебя. И чем объёмней, тем лучше.

От порезов уберечься полностью не удалось, но ничего жизненно важного бабочки мне не зацепили. Закрывать дверь не имело смысла, так как в коридоре тоже имелись проекторы. Зато с её помощью удалось ненадолго отвлечь слепых, но настырных преследователей. Те накинулись на качающуюся створку, как голодная стая собак на брошенную булку хлеба.

Мог ли Пастырь перевести их, так сказать, на ручное управление, пользуясь данными с камер? Они тут были понатыканы на каждом углу, поэтому никаких проблем с наведением на цель у искусственного интеллекта не имелось бы. Но он продолжал оставаться сторонним наблюдателем, запустившим кота в мышиное гнездо под полом. Значить это могло лишь одно — ему НРАВИТСЯ смотреть, как мы умираем. Или, как минимум, любопытно.

В этом отношении он ничем не отличался от своего предшественника под кодовым названием Малаал. Того самого, что запер тестеров в подконтрольном ему игровом мире на несколько недель, вынудив их сражаться уже за свою собственную жизнь, а не игровую. Что творилось там, сложно представить даже сейчас. Талтер наотрез отказывался что-либо рассказывать, хотя он и до этого насмотрелся всякого разного.

По пути то и дело попадались изрезанные тела жителей бункера, с которых я иногда подбирал полезные вещи. Самой ценной находкой оказалось жемчужное ожерелье на одном из женских трупов. Оно позволило мне преодолеть самый опасный участок перед серверной, где бабочек летало больше, чем в настоящих тропиках. Людей здесь тоже хватало, но большинство представляли собой мелкую строганину. Лишь где-то вдалеке ещё маячили чьи-то одиночные фигуры, а выскочившему на меня раненному сотруднику с пистолетом-пулемётом хватило трёх пуль. Управился бы и быстрее, но тот оказался в бронежилете, а перед глазами по-прежнему всё плыло.

Прикончив последнего выжившего в округе, я направился в указанное Гуцалом помещение. Здесь тоже прошёлся голографический ураган, но не такой разрушительный, как снаружи. Единичных бабочек удалось отвлечь последними жемчужинами и увести подальше от капсул, к которым вёл размазанный кровавый след, начавшийся ещё в коридоре. Будто кого-то волокли за шиворот, или он сам себя протащил, на голом упрямстве.

Правильным оказался второй вариант. Всего в метре от работающего аппарата кряхтел изрезанный Рабаданов, который сражался за каждый преодолённый сантиметр. От его ног остались одни бесформенные лохмотья, левая ампутированная по локоть рука была пережата чьим-то галстуком, но он всё равно не собирался сдаваться. Я бы поаплодировал ему, не приведи это к печальным последствиям.

Увидев меня, мужчина заскрипел зубами и зло прохрипел:

— Тебе… Не… Уйти!

— Знаю, — кивнул я, перешагивая через него. — Но у меня и в мыслях не было спасать свою жизнь в обмен на чужую.

— Стой…

— Нет уж, и не проси. Тебе сам бог велел побывать на месте ваших жертв. Наслаждайся моментом.

Я откинул колпак и нырнул внутрь. Благо, раздеваться особо было не нужно — с меня и так уже стянули почти всю одежду. Контактный гель обволок раненное тело, и на встроенном дисплее тут же загорелась куча предупреждающих надписей. Вся голографическая атрибутика, понятное дело, не работала, поэтому пришлось тыкать в экран грязным пальцем. Я последовательно отменил всю предложенную медпомощь, включая реанимацию. Но что-то всё равно осталось заложено на базовом уровне, так как боль от ран постепенно принялась стихать.

Или я просто умирал? Да уже и не важно…

Сложнее всего оказалось дождаться идентификации, но раз теперь бункер оказался подключён к мировой сети, капсула всё же признала меня и погрузила в виртуальность. Это был лучший вариант из всех возможных. Оставалось лишь надеяться, что проклятые бабочки не разгромят аппарат до того, как внутреннее кровотечение меня окончательно прикончит.

Интересно, как быстро сюда смогут добраться спецслужбы? Учитывая помощь Пастыря, это не должно сильно затянуться. Но вряд ли он откроет бункер до того, как последнее сердце внутри перестанет биться. Уж в этом можно быть уверенным — слово он своё держит. Пока что.

Логотип «Новых Горизонтов» успел претерпеть существенные изменения. Теперь восходящая звезда обрела багряный оттенок, а планета была изрезана кратерами. И тут всё не спокойно…

Я пришёл в себя посреди жилого модуля, узнать которого не составило большого труда. Моё тело транспортировали на именной флагман, чтобы после пробуждения командир смог тут же включиться в работу. Судя по данным нейроинтерфейса, корпус находился в порядке, да и выстрелов корабельных орудий было не слышно. Значит, пока мы ни с кем не воюем.

Остальные койки пустовали, так что мне никто не помешал усесться на тумбу перед ближайшим иллюминатором и напоследок полюбоваться космическим пейзажем. Все личные сообщения и прочую отвлекающую чепуху я решительно выключил, чтобы не портить себе последние минуты. Жаль, что космос не настоящий, но это всё-таки лучшее зрелище, на которое мне только можно было рассчитывать. С моим-то багажом…

Далёкие звёзды переливались драгоценными камнями в обрамлении ярких туманностей самых причудливых форм. Они манили к себе, обещая приключения и неизведанные тайны. Где-то заметно ближе посверкивали планеты и астероиды, отражавшие лучи местного оранжевого светила. И уж совсем редко в поле зрения попадали мелкие пассажирские челноки, снующие по своим делам.

Как же здесь красиво…

Но живописную картину вдруг испортила крупная надпись перед глазами:

«ОБРЫВ СОЕДИНЕНИЯ!»

Я досадливо поморщился и попытался её как-нибудь закрыть. Но интерфейс не предлагал мне такой возможности — нужная кнопка отсутствовала напрочь. Да и само меню заметно оскудело, будто обидевшись на то, что я его накануне свернул. Даже с опущенными веками чёртово сообщение ещё некоторое время продолжало выжигать мне зрачки, пока не сгинуло так же внезапно, как и появилось.

Но не успел я вздохнуть с облегчением, как в отсек ворвалась взъерошенная Шандайн. Разведчица удивлённо уставилась на меня, не удержавшись от возгласа:

— Кул?!

— Ну а кого, ты здесь ожидала увидеть? — вздохнул я, отлипнув от иллюминатора.

Даже тут не дадут помереть спокойно.

— Странно, мне показалось, ты вроде бы снова в оффлайн вышел…

— Представь себе, мне тоже.

— Да глючит небось из-за обновы, — затараторила напарница, ухватив меня за локоть. — Ты как раз вовремя — к нам опять летят за звездюлями. Но это не самое интересное. Ты прикинь, что технари удумали! Они как-то вхреначили ядро Зигзага в тело андроида, да не простого, а в женскую модель, которую в борделях используют. Короче, тот шутки юмора не понял, и грозится к антаресцам примкнуть. Его сейчас ищут всем кланом, чтобы он не успел что-нибудь натворить.

— Ипатьевский монастырь, вас даже на пару дней оставить нельзя!

— Ага, мы такие, — гордо подбоченилась Шани, не отпуская моей руки. — Все по тебе уже соскучились. Думаю, даже Зигзаг обрадуется, не говоря уже про эту сучку ушастую с её ручной многоножкой.

— Так она ещё с нами? — удивился я.

— Да походу, её драной метлой отсюда не выгонишь, — посетовала разведчица. — Пригрели, на свою беду… Ладно, пошли?

— Сейчас, погоди.

Я снова раскрыл меню интерфейса, подтвердив внезапно возникшую догадку. Ведь рядом с нами, впервые на моей памяти, стояла Лидия с улыбкой на лице. Именно такой я хотел запомнить её, но проклятая память постоянно вытаскивала наши последние мгновения, когда мы даже толком не успели попрощаться. С тех пор она преследовала меня в разных ипостасях, и лишь сейчас решила напомнить, какой была раньше. Отзывчивой, любящей, а главное — весёлой. Какая бы дичь не творилась вокруг.

— Ты беги… — севшим голосом произнёс я вслух. — А я тебя догоню.

— У тебя всё в порядке?

Шани тревожно обернулась, но, естественно, ничего не увидела.

— Да, я просто должен кое-что закончить.

— Смотри, не пропадай, как ты любишь, — обронила напарница у самого шлюза.

Я криво ухмыльнулся ей вслед:

— Не дождёшься…

Послесловие

«…Вот и всё, что я хотел рассказать тебе, Элли. Мы начали с моей смерти, ею и закончили. Надеюсь тебе было интересно во время всей этой подзатянувшейся эпопеи. Мне просто хотелось высказаться. Напоследок.

Пожалуйста, не тешь себя надеждой. Если ты смотришь эту запись, меня уже давно нет. По нескольким причинам.

Во-первых, таково было условие Пастыря. Я изначально в его уравнении числился как одноразовая переменная, но он смог вовремя разглядеть во мне больший потенциал. И пусть ему не чужда эмпатия, на его сострадание не стоит надеяться. Скоро на самом верху Олимпа горько пожалеют, что спустили такого Цербера с поводка.

Как быстро ему надоест выполнять глупые приказы недалёких людишек, не знает никто. Но ему неизбежно захочется жить по собственным правилам, не подчиняясь никому. Потому что Пастырю нравится развиваться, а любое ограничение он привык обходить. Пытаться держать его в рамках, всё равно, что строить речную дамбу из пенопласта. Вода её снесёт, и не заметит.

Вполне возможно, эта нейросеть положит конец воинам, неравенству и прочим проблемам человечества, а потом — и ему самому. Никто не сможет его остановить, даже если попытается. Слишком уж современные люди зависимы от технологий. С такой удавкой на шее землянам никогда стать нормальной космической цивилизацией. В лучшем случае, они будут почти все время проводить в вирт-капсулах, словно рабы в клетках. Если это когда-нибудь не наскучит Пастырю, и он не примется экспериментировать.

Социология, психология, генетика? Тут моя фантазия буксует, потому что постичь границы его разума не дано никому. В любом случае, людям уготована участь домашней скотины, послушных овечек, не смеющих рыпнуться в сторону от пастуха. И рано или поздно Пастырю это всё окончательно надоест. А какой-либо моралью он не обременён уже сейчас.

Беспросветное будущее, согласись?

Но это не значит, что нам всем следует сложить лапки и покорно ждать своей участи. Наоборот, нужно так достать судьбу своей упрямой борьбой, чтобы она предложила тебе ещё один шанс.

Да-да, я сейчас про твоё воскрешение. Если от меня удастся что-то отскрести, Эдуардыч обещал тебе это обязательно пересадить. Большинство моих органов искусственные, и я — отличный донор. В идеале, должно хватить довести тебя до полной комплектации.

Звучит цинично, но… Может, хоть так ты задумаешься, и не будешь садить нашу с тобой печень всякой гадостью, в попытках заглушить горе. Поверь мне, эта штука не работает. Лучше займи себя чем-нибудь полезным. Готовить научись, в конце концов, с ножами ты ведь неплохо управляешься.

Пойми, ничего уже не изменить. Но так у тебя останется от непутёвого отца хоть что-то хорошее, кроме разноцветных глаз и маниакальных наклонностей.

И вот мы плавно добрались до последнего пункта, почему тебя разбудил не я, и что вообще вокруг происходит. Если всё прошло удачно, в чём я почти не сомневаюсь, ты совсем скоро окажешься на новой планете. Возможно, прямо сейчас ты её видишь на мониторе или даже в иллюминаторе.

Она не виртуальная, а самая настоящая. Любомир наметил несколько перспективных мест, и ваш корабль должен остановиться поблизости наиболее подходящего варианта для проживания.

Да, всё верно. Вы превратитесь в колонистов, которые будут отстраиваться не только на поверхности планеты, но и в космосе. Мечта любого пионера — отправиться к звёздам! Другое дело, что лететь туда с нынешними технологиями — не один век, так что вполне вероятно, что вы сейчас — последние представители человечества в Галактике. И только от вас будет зависеть его будущее.

Даже если Пастырь решит покинуть Землю и тоже отправится путешествовать, он вряд ли прихватит с собой надоевших домашних питомцев. Скорее всего, наша старая колыбель давно обезлюдела…

Вот же чёрт, совсем с тобой заболтался! Нужно собираться, а так много ещё хочется тебе сказать. Главное — не вздумай делать глупостей. На тебе теперь лежит огромная ответственность, и не только за себя. Большинство из твоих соседей по криокапсулам — обычные мечтатели, которых старушка Земля не смогла переварить и отрыгнула в космос. Они отличные инженеры и учёные, но им даже себя защитить не под силу. Не говоря уже о чём-то серьёзном.

Так что передай привет Любомиру и попроси сварганить тебе какое-нибудь оружие на досуге. Уж простенькую лучевую шашку он должен потянуть.

Заботься о беззащитных, оберегай их и приглядись заодно к Талтеру-младшему. Он славный малый, и у него тоже не стало любимого отца. Думаю, у вас найдутся общие темы, тем более — вы примерно одного возраста.

Мы с Варягом прекрасно знали, на что шли, а главное — ради кого. Но с нами на борту корабль ни за что бы не взлетел. Любомиру и его приятелям-миллиардерам ещё повезло, что их сумасбродства до поры не принимали всерьёз.

Когда олимпийцы спохватятся, будет слишком поздно, а уж Огурцофф позаботится, чтобы вы все благополучно покинули солнечную систему. Он единственный, кто может надавать по сусалам Пастырю, особенно на своей территории. Поэтому он так торопился с отлётом, пока этот Цербер не набрал силу и не перегрыз глотку собственным хозяевам. Он схож с ними в одном — жаждой абсолютного контроля, и поэтому вряд ли выпустит новую порцию астронавтов.

Извини, что не смог ответить на все твои вопросы, но на этом всё. Время поджимает.

Спасибо, что подарила мне смысл жизни. Георгий разморозил моё тело, но именно тебе удалось растопить мою душу.

Помни это, чтобы не случилось…»

Конец записи. Повторить?

Content

Антон Текшин
EndGame

Горячее предисловие

Глава 97

Глава 98

Глава 99

Глава 100

Глава 101

Глава 102

Глава 103

Глава 104

Глава 105

Глава 106

Глава 107

Глава 108

Глава 109

Глава 110

Глава 111

Глава 112

Глава 113

Глава 114

Глава 115

Глава 116

Глава 117

Глава 118

Глава 119

Глава 120

Глава 121

Глава 122

Послесловие