Алексей Губарев

По кромке удачи

Книга 2

Игра на опережение

Содержание цикла «По кромке удачи»:

Книга 1. Игра на выживание

Книга 2. Игра на опережение

Книга 3. Игра ва-банк

© Губарев Алексей 2020 г.

© ИДДК, 2020 г.

* * *

Пролог

Орбита Земли. Научно-исследовательский крейсер исчезнувшей расы Пирей.

– Успели впритык, – произнёс Михаил, разглядывая на виртуальном экране проекцию родной планеты, словно в иллюминатор. Отображено было всё до мельчайших подробностей. – Как там дела у капитана?

– Сейчас сенсоры крейсера не укрыты за скальной породой, не пропускающей большинство видов излучений, поэтому я без труда принимаю все сигналы, исходящие от любых приборов и могу видеть даже то, что происходит на другой стороне планеты. В данный момент капитан на внутрисистемном катере приближается к столице государства, именуемого Российской Федерацией. Вывожу изображение на экран.

Изображение Земли сменилось лесным пейзажем, а затем в зоне видимости появился небольшой летательный аппарат. Дрон-ретранслятор сопровождал катер, пока тот не попал в зону ответственности следующего, из-за чего изображение на мгновение мигнуло. Так продолжалось до тех пор, пока судно не приземлилось. Михаил наблюдал, как вышедшего наружу дядю Федю приветствуют какие-то бойцы, похожие на полицейский спецназ из фильмов, а затем он садится в машину с крупным мужиком, у которого на погонах здоровенные звёзды. Машина неспешно трогается и едет по городу. К тому времени катер уже взлетел и ушёл из зоны видимости. Машина же, вдруг резко ускорилась, затем несколько раз свернула и подкатила к большому зданию. Капитан вышел из машины, и встречающий его человек повёл Фёдора внутрь.

– Сейчас попробую проникнуть в вашу сеть мониторинга этого здания. Если не получится увидеть капитана, то использую для проникновения дрон-ретранслятор Альянса, – произнёс Электроник.

Пару секунд ничего не происходило, а затем изображение сменилось, став чёрно-белым. На виртуальном экране сменилось несколько разных комнат, прежде чем отобразилась нужная. И увиденное Михаилу очень не понравилось, как и искину крейсера, потому что тот произнёс с нотками угрозы:

– Похоже, капитан попал в руки врага, и я вынужден принять жёсткие меры.

Планета Земля. Российская Федерация. Москва. Экстренно сформированный штаб по чрезвычайным ситуациям.

– Ты нахрена там сидишь, идиота кусок? – орал в трубку седовласый мужчина в кителе, на котором красовались погоны генерал-лейтенанта. – Как не знаешь, куда увезли? Ты там совсем охренел? Под трибунал, сука, пойдёшь! Дай мне командира СОБРа, живо!

– Полковник Нургалиев на проводе, – раздалось из трубки спустя десять секунд.

– Валера? Слава богу, хоть кто-то нормальный на месте оказался. С тобой говорит генерал-лейтенант Алексеев. Ставлю задачу. Следует вычислить, куда увезли Фёдора Басова и отбить его у похитителей. В случае, если это невозможно провернуть без жертв, вступить в переговоры и тянуть время, пока я не подтянусь. В общем, действуй. Все ресурсы в твоём подчинении, я отдам соответствующее распоряжение.

Генерал оторвал трубку телефона от уха и обратился к стоящему рядом капитану:

– Андрей, слышал? Давай, действуй! Полковник, ты ещё на проводе? В общем, спасёшь Чемпиона, лично буду ходатайствовать о награждении.

– Так точно, товарищ генерал-лейтенант. Разрешите действовать? – раздался в трубке бравый голос командира СОБРа.

– Давай, Валера, действуй, – устало бросил генерал Алексеев. Он положил трубку на место и помассировал виски пальцами рук, а затем обратился к капитану, уже выполнившему приказ и вернувшемуся обратно:

– Андрей, соедини меня с президентом. Тут, похоже, большая политика вмешалась.

Глава 1

Дома

Ответить я не успел. Да и не собирался, если честно, ясно же, что это провокация. Вместо этого уставился в переносицу следователю и спросил:

– За сколько родину продал, мразь?

И взглядом надавил на эту суку. Следак дёрнулся, как от пощёчины, но быстро пришёл в себя, злобно зыркнув в мою сторону.

– Валентин, объясни гражданину, что здесь я задаю вопросы!

Здоровенный амбал, одетый в гражданку, наконец, появился в поле зрения. Подошёл к массивной видеокамере, стоящей на штативе и что-то сделал с ней. Затем направился обратно за спину и резким, мощным ударом двинул мне по печени. От резкой боли моё тело выгнуло дугой, а изо рта вырвалось болезненное кхеканье. Похоже, здоровяк чуток перестарался, потому что боль не отпускала. Даже спустя полминуты я по-прежнему хватал ртом воздух, не в силах полноценно вдохнуть. Упасть вместе со стулом мне не дали, придерживали, суки. Проклятый следователь что-то продолжал говорить, но я не слушал – первое время просто не мог, а потом, когда немного очухался, моё зрение приковало смотровое окно, которое по идее не должно показывать, что за ним происходит. Оно и не показывало, а просто взяло и оплавилось, словно лёд под воздействием тепловой пушки. А за ним находилась конструкция, по форме похожая на приличных размеров яйцо. И вот это яйцо, стремительным движением влетев в помещение, выпустило тонкий, как спица, луч мне за спину. Я как раз в этот момент смог, наконец, вдохнуть полной грудью, да и уши, до этого словно ватой заложенные, вновь стали нормально слышать, так что грохот упавшего тела я услышал. Следующим действием дрона-ретранслятора, а это без сомнения был он, стал таран головы следователя, только начавшего оборачиваться. Стремительный удар дрона просто разбил ему голову, плеснув мне в лицо кровью и содержимым черепа.

– Вот это я понимаю, пораскинуть мозгами, – сдавленно произнёс я, отплёвываясь от кровавой кашицы. В голове промелькнула мысль, что я совершенно спокойно отношусь к происходящему – привык за время гладиаторства к крови и расчленёнке. Дрон тем временем залетел мне за спину. Раздалось гудение энергетического луча, а запястья обдало жаром. Но спустя мгновение мои руки освободились от захвата наручников, и я попытался подняться. С трудом смог это сделать, печень всё ещё ныла, и вообще был удивлён, что могу двигаться. Обычно после таких ударов теряют сознание от боли, а я ничего, почти оклемался.

Пока я вставал и пытался сделать хотя бы пару шагов, дрон при помощи энергетического луча что-то выжигал на бетонной стене, покрытой серой краской. Пригляделся, что он там делает и улыбнулся. На стене была выжжена надпись на пирейском: «Следуй за мной». Едва я прочёл её, как дрон несколькими мощными импульсами уничтожил написанное и двинулся к двери. Я, скрипя зубами и сдавленно матерясь, пошёл следом, держась рукой за отбитый бок.

Тяжёлая дверь не выдержала прямого попадания разряда и, расколовшись, рухнула в коридор, из которого тут же раздалась беспорядочная одиночная стрельба из пистолета, немедленно заглушённая короткой автоматной очередью. Было лишь одно попадание в дрон, который окутался мерцанием силового поля. В ответ трижды сверкнул разряд, в коридоре кто-то заорал от боли и послышался удаляющийся топот. Я выглянул в коридор и увидел в нём два мёртвых тела с огромными зияющими дырами в области груди. От вони горелой плоти я лишь поморщился, внимательно оглядывая убитых. Возле одного валялся полицейский АКСУ, который я тут же подобрал. Отстегнул магазин, убедился в наличии патронов, вернул обратно и поставил предохранитель на стрельбу одиночными. Ну, теперь и я за боевую единицу сойду, к тому же печень оклемалась, лишь слегка тянуло в боку, но боль почти исчезла. Дрон, словно убедившись, что я закончил вооружаться, беззвучно полетел дальше, и мне пришлось двигаться следом. Здание мы покинули спокойно, больше не встретив сопротивления. А едва оказались на улице, как прямо на дорогу, цепляя стены домов, сел катер пришельцев, из которого резво повыскакивали спецназовцы Альянса, занимая круговую оборону. Дрон, незаметно даже для меня, внезапно ушёл из зоны видимости, мгновенно скрывшись за углом дома.

– Чемпион, ты живой? – от группы бойцов раздался голос лейтенанта Мирты. – Датчик жизнедеятельности, вживлённый тебе в тело, показал, что твоей жизни угрожают. Боялись, не успеем, но похоже, ты сам справился.

– Спасибо за заботу, – ответил я, как следует выругавшись про себя. Надо же, чего-то вживить в меня успели. – Но вы зря беспокоились. Это было недоразумение, которое я уже уладил.

– Ты не понял, красавчик, – инопланетная красотка, подняв забрало тактического шлема, улыбалась. – Являясь гражданином Альянса, ты попадаешь под наши законы. А наши законы гласят, что любая угроза гражданину карается смертью. Более того, ты чемпион, а значит, подпадаешь под закон о неприкосновенности. Если ещё не понял, я повторяю – чемпион Большой Игры является важной персоной и приравнивается к члену Совета Альянса. За убийство или покушение на гражданина Альянса твоего уровня социальной значимости преступник подвергается смерти, как и все его родственники. К сожалению, куратор вашей планеты не посчитал нужным донести эту информацию до населения, за что будет казнён. А теперь ответь на мой вопрос, красавчик. Кто на тебя напал и с какой целью?

Пришлось объяснять, что произошло на самом деле, причём в подробностях. Пока рассказывал, к нам подкатили пара «Тигров» и «Соболь», из которых высыпали бойцы СОБРа.

– Это хорошие парни, лейтенант Мирта, позволь, я с ними поговорю, – успокоив жестом спецназовцев Альянса, я направился к группе быстрого реагирования. – Ребят, включите радио в машине, там сейчас должна начаться трансляция, которая ответит на большинство ваших вопросов. На оставшиеся отвечу позже. А я пока успокою наших инопланетных друзей.

– Мне приказано доставить тебя в экстренный штаб, – произнёс один из бойцов. По голосу я узнал командира, первым заговорившего со мной в парке. – Так что у тебя три минуты, время пошло.

В три минуты я не управился, но через пять катер всё же поднялся в воздух и, стремительно набрав скорость, скрылся за домами. Я же вернулся к СОБРовцам, которые были словно на иголках.

– Фёдор, планы изменились. Получен приказ отвезти тебя в Кремль. Последнее обращение инопланетян с пояснением твоего статуса кое-что поменяло. В общем садись, нас уже ждут.

Пока ехали, пришёл новый приказ от командования, и наш путь сократился вдвое. Машина, свернув на неприметную улочку, проехала сквозь высокие ворота и остановилась у высокого здания с государственными флагами на фасаде. Бойцы резво высыпали наружу, а за ними и я, осматриваясь по сторонам.

– Валера, веди гостя в зал для совещаний, – раздалось из динамика рации командира. Тот жестом пригласил меня следовать за ним и направился к входу. Внутри нас встретил дежурный, которому офицер отдал всё оружие, в том числе и моё, которое забрали, когда я сел в машину. С дежурным проследовал через большое фойе с расположенными вдоль стен широкими лестницами, по одной из которых мы и поднялись на второй этаж. Прошли с десяток шагов по коридору и остановились возле двери, у которой стоял дневальный. Едва тот приоткрыл дверь, как из-за неё раздалось распоряжение пропустить нас.

– Товарищи офицеры, – тут же прозвучала команда, как только мы вошли. Человек пятнадцать народу, почти все в штабной форме, тут же поднялись со своих мест, а уже стоявший седой здоровяк с погонами генерал-лейтенанта произнёс:

– Так вот ты какой, спаситель, мать его, человечества! Которое в первый же, сука, день, попыталось этого спасителя устранить. Фёдор, мы глубоко сожалеем о произошедшем, поверь, ну никак не ожидали, что у нас есть такие тупые генералы, которые кроме денег, нихрена не имеют ценностей. Кстати, его уже поймали?

– Только что отзвонились, товарищ генерал, – ответил на поставленный ему вопрос сидевший за отдельным столом капитан, прижимая одной рукой к уху наушник переговорного устройства. – Говорят, задержали при попытке проникновения на аэродром.

– Вот и ладушки, – по лицу генерала проскользнуло облегчение. – Предупреди, чтоб посадили его куда-нибудь в защищённое место. И следственную группу туда, немедленно. Да, пусть не церемонятся с ним, разрешаю работать жёстко.

Я, может, институтов не кончал, но дураком никогда не был. Ясно же, что этот спектакль для меня разыгран, чтоб моё доверие вернуть, только зря они стараются. У меня и раньше его не было, а после сегодняшних событий и вовсе последние крохи исчезли. Потому и свой рудовоз в озере притопил, чтоб никто не знал о его существовании. Мне проще довериться тому полковнику, что привёз меня сюда, потому что я не понаслышке знаю – такие парни надёжны, как сталь.

– В общем, Фёдор, страна ждёт от тебя понимания и помощи в налаживании контакта с пришельцами, – продолжил свою проникновенную речь генерал. А дальше началась вербовка. Мне давили на сознательность, на мои патриотические чувства, на то, что технологий, обещанных победителям Большой Игры, так и не дождались, и после нескольких фраз я понял, что в правительстве подготовились основательно. Видимо, допросили всех родных, друзей и знакомых и составили мой психопортрет. Странно, ведь тогда они должны понимать, что подобное поведение лишь насторожит меня. В общем, мне пришлось выложить всё, что я смог узнать об Альянсе и пришельцах, дважды, а то и трижды повторив ключевые моменты. А дальше, когда мне стали навязывать линию поведения, я включил дурака и на все предложения и увещевания твердил одно и то же. Что я безумно устал, что хочу отдохнуть, повидаться с родителями. В конце концов, видя, что сейчас на сознательность давить бесполезно, меня-таки повезли в Кремль.

Ещё два дня мою тушку мурыжили, таская то на церемонию награждения, где я встретился и перекинулся парой фраз с самим президентом, то устраивая пресс-конференцию, на которых меня пытались обозвать кровавым убийцей и каннибалом – к счастью, таких вопрошателей незаметно и быстро куда-то уводили. Даже попытались привлечь к каким-то текущим проблемам общества, чтоб я повлиял своим авторитетом, но тут уж я упёрся. Вам надо, вы и решайте, а меня родственники заждались, и вообще, дайте отдохнуть человеку.

В итоге, взяв отсыпной, спустя четверо суток после моего прибытия на Землю, я летел домой в пассажирском самолёте в сопровождении двух молчаливых товарищей и ломал голову, как мне от этих молодцев избавиться. Полёт прошёл быстро и без происшествий, а затем была шикарная встреча в аэропорту Спиченково, где собрались не только мои родственники, но и представители местной администрации. Даже губернатор выделил мне несколько минут, толкнув под шумок проникновенную речь о величии и процветании Кузбасса.

Я же, мысленно послав всех посторонних нахрен, непрерывно обнимал своих родных, всячески успокаивая их. Сначала маму, у которой появились седые пряди в волосах, затем отца, сестру, деда, племянницу, зятя, друзей. И с каждой секундой, проведённой рядом с близкими, чувствовал, как трещит и раскалывается непрошибаемая скорлупа, в коконе которой я находился последнее время.

Пока губернатор толкал речь, мы, под шумок, тихонько попытались свалить, что нам почти удалось. Какой-то ушлый ведущий местного двадцать седьмого канала перехватил нас у самого входа, закидав вопросами и тыча в меня микрофоном. Тут откровенно порадовал один из приставленных ко мне телохранителей, с ходу толкнув настырного телевизионщика раскрытой ладонью в «солнышко». От толчка ведущий охнул и сложился, а мы, наконец, прорвались за пределы толпы, собравшейся возле аэропорта.

Сорок пять минут езды до дедова дома прошли в непрерывных разговорах. Маму с сестрой, пожелавших ехать со мной, просто прорвало. Они закидали меня вопросами, начиная с того, чем я питался всё это время и заканчивая совсем уж пикантными – что у меня с той симпатичной китаяночкой?

А вот по прибытии женщин отправили на кухню, а мужики двинулись в баню. Друзья совершенно ненавязчиво оттёрли от меня телохранителей, да и те, видя дружелюбную атмосферу и отсутствие угрозы объекту, слегка расслабились. В общем, в парную я попал с дедом и батей, остальные бы просто не поместились. Первую минуту сидели молча, наслаждаясь горячим, прогревающим не просто тело, а саму душу воздухом. Затем дед поддал на каменку из деревянного ковша горячей воды из таза, в котором вымачивался берёзовый веник, от чего парилка наполнилась приятным ароматом. Я уже собрался было взяться по привычке за веник, но отец остановил меня жестом.

– Погоди, успеешь ещё попариться. Лучше расскажи нам, как воспринимать твоих спутников? Как телохранителей или как охранников?

Я улыбнулся, порадовавшись проницательности родичей, а затем вкратце выдал им то, что не рассказывал никому. Про рудовоз, укрытый на дне озера, про базу исчезнувшей цивилизации, благодаря которой получил небольшое преимущество перед противниками. Не рассказал лишь про крейсер, который сейчас находится где-то на орбите Земли и, скорее всего, следит за мной при помощи дронов Альянса. И не дай бог, кто-то пожелает навредить мне! За его жизнь я и ломаного гроша не дам.

Орбита Земли. Корабль исчезнувшей расы Пирей.

– Старший помощник, прошу подняться на мостик, – прозвучал в ушах голос искина крейсера, заставив Михаила резко вскочить с обучающего кресла. – Через десять минут мы сядем на планету.

– Электроник, а мы не спешим? Там сейчас народу – не протолкнёшься. Как я подберусь незамеченным?

– В твоих возможностях сейчас не то, что подобраться, а по головам пройтись. Никто не заметит. Я достаточно хорошо изучил анатомию и разум людей, чтобы синтезировать препараты, способные не просто усыпить, но и стереть краткий отрезок памяти. К счастью, мы поступим гораздо проще. Облачайся в бронекостюм разведчика, который мы подогнали под твои параметры. И бронескаф капитана захвати. На все приготовления у тебя пара минут.

Глава 2

Из огня да в полымя

Напарились и намылись от души. Так, что даже кожа скрипела и была красная, не хуже чем у варёного рака. После бани мы с дедом закурили трубки. У меня после долгого воздержания даже голова закружилась, но это не помешало получить истинное наслаждение от процесса. Затем подтянулись и остальные, а батя подмигнул деду – мол, чего на сухую сидим? Дед в ответ сделал большие глаза, но всё же вытащил из под лавки литровую бутыль настойки, а с полочки снял запылённые стопки. Кто-то сбегал домой за салом и солёными огурчиками, кто-то шустро протёр посуду, а затем дед разлил живительный настой, отчего по предбаннику распространился терпкий аромат.

Едва выпили, всех словно прорвало на разговоры, но говорили больше о Земле, о резком потеплении климата, из-за чего в конце ноября даже в Сибири держится плюсовая температура, ну и о политике, разумеется. Потом, выпив ещё по стопке и тем самым прикончив дедовскую заначку, пошли в дом, где нас уже ждал накрытый стол. И уж тут мне пришлось отдуваться за всех. Приходилось и есть, как не в себя, потому что «отощал, что Гриня-алкаш», а ещё рассказывать про свои приключения, или злоключения – тут как посмотреть.

Засиделись допоздна. Возможно, и не легли бы вовсе, но нагрузка предыдущих дней, а вместе с ней возможность впервые расслабиться по-настоящему, да ещё дедов самогон… В общем, часа в три ночи я начал вырубаться. А учитывая, что вся компания тоже толком не спала последние дни, все разъехались по местам проживания. Оставшиеся разбрелись по постельным местам.

Мои телохранители вначале попытались было избежать застолья, сославшись на службу и прочее, но отвертеться им не удалось. Сначала от деда, который подпоил их, а затем от моей мамы, которая возмутилась нежеланием бойцов ложиться спать обоим.

– Вы что удумали, какие здесь могут быть враги? – рассердилась она. – Да наш Верный такой лай поднимет, если кто-то чужой сунется. Ничего не знаю, вам уже постелено.

Уснул мгновенно, едва голова коснулась подушки. Снилось мне разное, но последний сон оказался частично и не сном вовсе. Буд-то я вновь на Арене, вместе с Михаилом бегу по туннелю, потому что сейчас взорвётся пирейская база и нужно успеть убежать как можно дальше. И, конечно же, мы не успеваем. Сзади раздаётся гулкий хлопок, и сводчатый потолок начинает рушиться. Мы ускоряемся, нам почти удаётся выскочить в пещеру, но всё же нас накрывает. Боли нет, лишь давящее чувство безысходности, сквозь которую слышится голос Михаила:

– Капитан, вставай. Да вставай же, сколько тебя будить можно. Дядь Федь, ну просыпайся!

Последние слова словно пробили какую-то пелену, обволакивающую меня, и я открыл глаза. Надо мной никого не было, но я всем нутром чувствовал на себе чей-то взгляд. И тут, прямо из пустоты, вновь раздался шёпот напарника:

– Наконец-то проснулся. Дядь Федь, вставай, только тихо, чтоб не разбудить никого. Нам идти нужно.

Прямо надо мной, в воздухе, появилось улыбающееся лицо парня, смотрящее из шлема. Всё понятно, под маскировкой пробрался, чтоб никто не заметил.

– Ты откуда здесь взялся? – шёпотом спросил я, натягивая на себя одежду. – И куда идти среди ночи?

– На крейсер, куда же ещё, – удивился напарник. – Он тут, недалеко. Вот, я и твой бронескаф захватил.

Я сдавленно выругался. Ну и как мне в этом сквозь двери протискиваться, с моей-то комплекцией, помноженной на габариты брони? Ладно, как-нибудь бочком протиснусь. Облачившись, врубил режим невидимости и двинулся к двери.

– Приветствую, капитан, – тут же раздалось в динамиках шлема, чуть не оглушив меня. – Корабль ждёт своего командира.

– Электроник, а мы не рискуем засветиться перед дронами Альянса? – спросил я, тихонько спускаясь по лестнице и вспоминая хорошим словом деда, потому как под ногами ничего не скрипело.

– Данный квадрат находится под моим контролем. Сейчас дроны не направлены на эту местность, так что опасность составляет сотую долю процента.

Дом удалось покинуть без шума, разве что кошка, почуяв нас, зашипела и бросилась куда-то вглубь дома, прятаться. До рассвета оставалось ещё часа два, как говорится, час волка, поэтому на улицах посёлка мы тоже не встретили никого, кроме лёгкого ветра. Даже собаки не лаяли.

Через десять минут быстрой ходьбы мы вышли за границу посёлка, а ещё через пять уже поднимались по трапу крейсера, стоявшего на месте заброшенного ДОСААФовского автодрома.

– Капитан на мостике, – гаркнула аватара искина, стоило мне войти в рубку управления. – Докладываю, за время твоего, капитан, отсутствия чрезвычайных происшествий на борту не выявлено. Старпом за прошедшие несколько недель успел на сорок процентов усвоить программу пилотирования средних и больших кораблей, на шестьдесят процентов вооружение и боевые системы расы Пирей, на сто процентов защитные системы военных баз и стратегических объектов расы Пирей.

– Электроник, завязывай с этим. Скажи лучше, что ты думаешь о происходящем на Земле?

– Ваша планета подвергается сильнейшему воздействию со стороны Альянса. Уже сейчас видно неестественное потепление, которое с каждым днём увеличивается. По моим подсчётам через год вся Земля превратится в сплошное солёное болото с редкими островками суши. На таких планетах очень хорошо растёт кремниевая органика, а это значит, Земле уготована участь аграрного мира с населением не более одного-двух миллиардов разумных, требуемых для работы. Возможно, вам дадут технологии, с помощью которых вы сможете переселиться на спутник или соседнюю планету. В любом случае, гибель пятидесяти процентов населения неизбежна, так как в программу управления дронов-ретрансляторов заложена последовательность действий, в которой присутствует команда на распыление опасных для людей вирусов.

– Суки! – зло процедил я сквозь зубы. Победитель спасёт свой мир, говорили они, вступит на равных правах в миры Альянса, утверждали они. На самом деле я лишь слегка отсрочил неизбежное. Что ж, следовало ожидать чего-то подобного. – Электроник, сколько у нас времени до распыления вирусов?

– Сто восемьдесят стандартных земных суток. Если я вмешаюсь в настройки программы, то ещё две-три недели. Как раз столько времени потребуется, чтобы сюда прибыл флот нынешнего хозяина планеты.

– То есть, результат всё равно будет тем же? Уничтожение большей части населения, а следом изменение планеты? И никакого выхода?

– Выход есть, – произнёс искин, взмахом руки активируя виртуальный экран, на котором располагалась карта космоса. Проделав с ней какие-то манипуляции, Электроник продолжил:

– Это часть исследованного и обжитого Альянсом космоса, для уровня их развития крайне незначительная территория. А это область космоса, ранее обжитая пиреями и их союзниками, она в десятки раз больше. Вам, людям, несказанно повезло, что первый капитан крейсера «Дальний» до этого служил оперативным дежурным высшего военного звена и имел доступ ко многим секретам. Не знаю, для чего он закачал в мою базу данных информацию обо всех законсервированных военных станциях, складах и базах. Но этим поступком капитан дал вашей планете возможность подготовиться к отражению атаки Альянса, а если учесть разницу в развитии технологий, то и объявить о независимости планеты Земля. Если мы отыщем хотя бы два десятка крейсеров моего класса, только полноценно вооружённых, сохранение вашего суверенитета гарантировано.

– Время, которое у нас осталось – ведь этого очень мало, – задумчиво произнёс я, разглядывая виртуальную карту. – Сколько объектов мы успеем посетить за это время?

– Капитан, не сравнивай «Дальний» с аналогичными кораблями Альянса. Там, где им понадобится месяц, мы справимся за пару недель. Мы можем отправляться в полёт хоть сейчас, но! Для вскрытия, осмотра баз и активации законсервированных кораблей потребуется набрать хотя бы минимальные экипажи, а это как минимум двадцать разумных на один крейсер, около ста на корабли более тяжёлого класса, ну и если повезёт наткнуться на авианосец, то для него потребуется не менее трёх сотен разумных. Причём не все смогут стать пилотами имеющихся на его борту истребителей. Учитывая ваши со старпомом показатели нервной системы, в среднем подойдёт лишь каждый второй землянин. По моим расчётам, в течение тридцати дней необходимо набрать от восьмисот до девятисот жителей Земли, при этом каждого придётся просканировать на соответствие нервной системы и интеллекта, чтобы набрать не менее двухсот пятидесяти потенциальных пилотов и столько же операторов оружейных систем. Остальные пригодятся для обслуживания других корабельных систем и формирования космодесантных групп.

– Пойдём в корабельную столовую, нужно выпить чего-нибудь бодрящего, – произнёс я после небольшой паузы. Голова от обилия информации стала тяжёлой, а мысли неповоротливые. – Только, чёрт побери, расслабился, а ты на меня такое вываливаешь. Нужно подумать.

Долго размышлять времени не было. Первое и самое главное – нужно избавиться от всех соглядатаев, государственных и не только. Оказалось, за домом деда, вернее за мной, велось наблюдение, причём разными группами, а возможно и государствами.

– Устранение наблюдателей несложно, – порадовал меня искин крейсера. – В моих силах взять под контроль несколько дронов-ретрансляторов и через них направить требование правительствам государств, чтобы те отозвали своих шпионов и вообще исключили своё вмешательство в личную жизнь чемпиона Большой Игры, а затем стереть данные о моём подключении. Провести несколько устрашающих акций в подтверждение требований также вполне возможно.

– Электроник, да это же решает туеву кучу проблем, – я даже вскочил с места и принялся расхаживать по столовой. – Я подключу к набору экипажа своих боевых товарищей, деда с отцом попрошу, у них тоже есть, кому предложить присоединиться к такому мероприятию. В общем, действуем.

Домой пришлось вернуться всё так же, скрываясь, но уже одному. Михаил остался на борту, получив важное задание. Электроник после принятия решения тут же запустил предложенный им план действия, одновременно отправившись выполнять мою просьбу. Их путь лежал сначала в КНР, а затем на африканский континент. Свои обещания нужно выполнять, или не давать их вовсе.

Проснулся от домашней суеты. Хлопнувшая входная дверь, приглушённые разговоры, грохот посуды на кухне. Снаружи тоже было шумно, раздавался лай соседских собак, злобно обгавкивавших проезжающий по улице трактор, ругалась какая-то женщина. Только сейчас я понял, как дороги мне все эти мелочи, эти простые и порой раздражающие звуки. Понимание того, что всему этому может прийти конец, подняло из глубин души гнев. Глубоко вздохнул и медленно выдохнул. Поднялся, быстро оделся и застелил постель, убедившись, что бронескаф в режиме невидимости не торчит из-под кровати и об него случайно никто не споткнётся.

Вышел из спальни и тут же уловил аромат блинов. Как же я соскучился по вкусной домашней пище, приготовленной мамой. Вновь накатила ярость, которую поборол, пару минут постояв в коридоре второго этажа, глубоко дыша. Наконец, успокоившись, спустился вниз и сразу прошёл в комнатку с удобствами. И, уже умытый и бодрый, вышел к людям.

В гостиной стоял уже накрытый стол, за которым сидели отец с дедом и два моих друга детства – Василий, худощавый, но жилистый блондин, любимец женщин и детей, и полная его противоположность, коренастый, чернявый Пётр, который вместо слов предпочитал действовать, за что его уважал не только я. Остальные, наверное, разъехались – кто на работу, кто ещё по каким делам.

– А ты чего вскочил в такую рань, – спросила мама, лицо которой выражало большую радость, в отличие от строгого тона, каким она спросила.

– Мам, так я в столице на неделю вперёд отдохнул, да и дел невпроворот накопилось за моё отсутствие. А где эти? – я показал обеими руками рост тех, про кого спрашивал. – Спят ещё, что ли? Дед, я ж говорил, без подготовки твою настойку пить не каждый сможет.

– Ты про надзирателей своих? – вновь ответила за всех мама. – Так они часа полтора как уехали. Машина за ними приезжала. Солдатик еле растолкал этих кабанов. Тебе чаю как обычно, или кофе сварить?

– Мам, чаю конечно, – ответил я, и обратился к мужикам, сосредоточенно уничтожающим блины со сметаной:

– Народ, кто на сегодня свободен?

– В отпуске, ещё неделю, – ответил вперёд всех Пётр и спросил, проявив проницательность: – Куда-то съездить нужно?

– Ага. Дед, уазик свой одолжишь на денёк? Кое-куда сгонять нужно.

– Бери, только заправиться нужно, я на днях на рыбалку ездил, в Кузедеево, в баке литров семь осталось.

Быстро позавтракав и не забыв похвалить маму за блины, я попросил всех ничему не удивляться, а Петра – чтоб тот пошёл открывать гараж, но машину пока не выгонял. Сам, поднявшись наверх, быстро облачился в бронескаф и мысленно активировал связь с искином крейсера.

– Электроник, мои надсмотрщики уехали. Твоя работа?

– Да, капитан. Данные с дронов Альянса показывают, что ночные гости тоже покинули свои позиции и отбыли. Корабль, на котором ты прилетел, тоже несколько минут назад вышел из звёздной системы и совершил гиперпереход. Капитан, если потребуется моё вмешательство, я на связи.

– Как протекает моё задание? – не сдержался я, полюбопытствовав.

– В настоящий момент Михаил находится в непосредственной близости от Руолан, а точнее, у неё на балконе. Найти девушку оказалось нетрудно благодаря вашим средствам массовой информации. С чернокожим землянином будет сложнее – там, где он сейчас находится, скорее всего придётся на короткий промежуток времени усыпить население. Слишком многолюдная и открытая местность. В любом случае, оба объекта содержатся в хороших условиях. Другие гладиаторы Земли, выжившие на Арене, тебя интересуют?

– Нет, Электроник, другие не интересуют. Ладно, я пошёл своими делами заниматься, а ты держи меня в курсе, если что-то пойдёт не по плану.

Спустившись вниз, не сдержался и утащил у деда из-под носа недопитый бокал с чаем. Тот, не нащупав его, недоумённо завертел головой, но так и не найдя, собрался было что-то сказать, когда я вновь поставил его обратно. Теперь уже удивился не только дед, но и батя с Василием.

– Фёдор, твои проделки? – грозно спросил глава семейства. Но я уже отошёл, и вместо ответа сидевшие за столом услышали хлопок дверью. Пётр уже открыл одну воротину гаража и возился со второй, когда я прошёл внутрь, открыл заднюю дверь и с трудом влез в салон уазика с уже работающим двигателем. Усевшись, деактивировал броню и с улыбкой стал дожидаться друга. Тот, подойдя к машине, молча уселся за руль. Врубил заднюю и медленно выехал из гаража. Так же молча вылез, закрыл ворота и, вновь усевшись за руль, спросил:

– Куда едем, клоун инопланетный?

И широко улыбнулся.

Отступление первое

Руолан не спалось. Совершенно не привыкшая к жизни в большом городе, она уже неделю плохо спала в квартире, расположенной на шестом этаже. Да, подарок государства впечатлял размерами, не то, что их с дедушкой лачуга, где были лишь две крохотные комнатки, а также отсутствовал водопровод и электричество. Но там было уютно и как-то по живому, что ли. А здесь, среди стекла и бетона, от стен веяло неживым холодом.

Три дня назад девушка узнала, что русский, её русский, вернулся на Землю. И тут же вляпался в неприятности, с которыми благополучно справился. Девушка понимала, что теперь Фёдор будет под пристальным наблюдением и охраной, поэтому даже не надеялась на скорую встречу. А потому и не могла спать уже которую ночь. Вот и сегодня, сидя на полу комнаты и пытаясь погрузиться в медитацию, девушка всё никак не могла сосредоточиться, отвлекаясь на свои мысли.

Движение за окном она заметила сразу, тут же насторожившись. Место, где она сидела, не освещалось огнями с улицы, поэтому она бесшумно поднялась и скользнула в дверной проём, нащупав одной рукой выключатель, а другой ухватив прислонённый к стене посох. После Арены девушка чувствовала себя крайне неуютно, если в прямом доступе не находилось хотя бы простейшего оружия.

Тем временем дверь на балкон медленно открылась, хотя за ней никого не было, отчего волосы на голове у девушки встали дыбом, а сердце бешено забилось.

– Госпожа Руолан, не бойтесь, это я, Михаил, – раздался из пустоты знакомый голос, говоривший на русском. Умение понимать другие языки, полученное от чужаков, не исчезло, и лишь благодаря этому девушка не испугалась ещё больше.

– Покажись, – дрожащим голосом произнесла она. Воспитанная дедушкой в старых традициях, она верила в духов и демонов и требовала доказательств, что перед ней действительно помощник Фёдора, сообразительный и деятельный парень с интересным именем Миша, как он сам попросил его называть.

И вот, прямо из пустоты, сначала проступил человеческий силуэт, облачённый в чёрную броню, казалось, поглощающую свет, а затем открылось забрало шлема. Человеческая фигура подняла одну руку, на которой засветились какие-то символы, к лицу, и его стало видно. Это действительно был Михаил.

– Госпожа Руолан, я по поручению Фёдора, он прислал меня за вами. Вам долго собираться?

«Нет, – подумала девушка, на лице которой впервые за несколько дней появилась радостная улыбка. – Не забыл он про меня, не забыл».

– Подожди минуту, – ответила Руолан, а сама скользнула в соседнюю комнату. Там быстро переобулась, накинула на плечо тяжёлую спортивную сумку, приготовленную на подобный случай и вернулась обратно. – Всё, я готова!

Глава 3

Набор рекрутов

УАЗ грозно урчал двигателем, пробираясь по просёлочной дороге, по которой если и ездили, то очень редко. До озера оставалось каких-то пару-тройку километров, когда попалась очередная канава, через которую даже на УАЗе лучше не пытаться проехать. Неудивительно, если сюда и ездит кто, так больше в сезон охоты, ну и рыбаки иногда заглядывают, хотя, сколько я здесь ни рыбачил, улов был так себе. А вот утки были, из-за них сюда и пробили дорогу лет десять назад.

Остаток пути преодолевали пешком, чему я был очень рад. Получасовая прогулка по лесу, к тому же по большей части хвойному, всегда пойдёт на пользу, да и соскучился я по природе родной планеты. Пётр шёл молча, а я всё решал, как рассказать ему обо всём. Уже прошли половину дороги, когда я, наконец, решился.

– Петро, тебя не смущает, что в конце осени погода, как в первой половине октября?

– И не только это, – мрачно ответил друг. – У меня пчёлы с сентября, словно в первоцвет мёд собирают. До сих пор летают ещё, я им даже по второму магазину поставил. И злющие, что шершни, без москитки не подхожу, хотя сам знаешь, раньше в одних шортах рамки мог поменять. Ты что-то знаешь об этом?

– Писец это, который подкрадывается незаметно, – ответил я, и кратко рассказал, что сейчас происходит с Землёй.

– Это что ж получается, нам всем хана? – у Петра захрустели суставы пальцев, так сильно он сжал кулаки. – Неужели нельзя ничего изменить?

– Можно, но, придётся на время покинуть Землю. И нужны надёжные люди, много людей, – вновь пришлось повторять то, что поведал отцу с дедом, только с дополнениями. Рассказ затянулся до самого озера, у берегов которого пришлось прерваться. – А сейчас, Петро, лучше присядь. Помнишь анекдот про подводную лодку, всплывшую посреди озера? Ну, тогда ты готов.

Команда, поданная на ключ-код корабля, затем секунда ожидания и поверхность немаленького озера вспучилась гигантским пузырём. Ещё несколько мгновений прошло, пока вода стекала обратно в озеро с поверхности моего рудовоза, двигатели которого издавали негромкий гул, при этом в первые секунды испарив тонны воды и наполнив округу паром.

– Охренеть! – приглушённо выдал Пётр, выронив изо рта только что закуренную сигарету. – Подводная лодка в степях Украины. И что ты с ним делать собираешься?

– Капитан, задание выполнено, – внезапно раздался голос ИИ крейсера из встроенной в бронескаф системы связи. – Оба новых члена экипажа на борту, полностью здоровы. Какие будут дальнейшие указания?

– Электроник, направляйся на место последней встречи, там, на месте и решим, – ответил я, глядя, как недоумённо смотрит на меня Пётр. – Я тоже скоро прилечу.

– Я наблюдаю за вами, капитан, – в голосе искина проскочили весёлые нотки – через дроны Альянса. Заодно блокирую их, чтоб не записали твои действия и разговоры. Да, только что снял габариты рудовоза – судя по размерам, он легко уместится под днищем крейсера. В будущем такой корабль нам пригодится, в качестве челнока, например.

– Это вдвойне хорошо, а то я уже думал, куда его девать. Не оставлять же здесь, на Земле, – обрадовался я. – Ладно, встретимся дома у деда, мне пора.

– Фёдор, а ты точно в порядке? – как-то заботливо поинтересовался друг.

– Подожди, скоро и ты таким же станешь, – улыбнулся я, отдав команду кораблю сместиться на сушу и открыть шлюз. – Пошли, покажу, чего я у оккупантов приобрёл.

На борту было сухо и тепло, так что я, не затягивая, уселся в кресло пилота, жестом указав Петру садиться в соседнее, предназначенное для второго пилота или штурмана. Да, корабль, по меркам Альянса, был сильно устаревшим, потому как суда подобного класса и назначения незачем было оснащать дорогим оборудованием.

– Федь, ты про машину-то не забыл? А то твой дед нас обратно за ней отправит, – было видно, что друг нервничает, вон, даже разговорчивым стал.

– Да нормально всё, в грузовой трюм загоним. Заодно покажу тебе обещанное. А пока не отвлекай, я первый раз им в реальности управлять буду.

– Что? Может, высадишь меня, я лучше по старинке, пешком прогуляюсь, потом на машине приеду, – если друг и шутил сейчас, то совсем немного.

– Не дрейфь, Петруха, прорвёмся, – ответил я, выполняя нужные действия, а через пять секунд рудовоз медленно стал набирать высоту, одновременно выполняя разворот. – Видишь, всё нормально, получается не хуже, чем на симуляциях.

Да, это не земная техника. Несколько секунд полёта, и мы уже зависли над УАЗом деда. Размеры рудовоза были всё же немаленькие, поэтому при посадке он поломал деревья, растущие по обочинам от дороги. Зато шлюз грузового отсека открылся в пяти метрах от машины, чуть погрузившись своим краем в грунт. Загнать УАЗ внутрь корабля удалось без проблем, а затем, в течение десяти минут, я рассказывал Петру, что за пластиковые кофры и железные ящики зафиксированы вдоль стен, каждый из которых был наполнен чем-нибудь полезным. Жаль, все мои покупки по большому счёту были напрасны. Лучше бы только оружие брал, всё больше пользы.

– Ладно, полетели домой, уже день кончается, а мы ещё половины запланированного не сделали, – сказал я после десятиминутного осмотра груза и направился в рубку. Друг поспешил следом, наконец, замолкнув. Было ощущение, что сегодня он наговорился на год вперёд.

Чуть больше пяти минут нам понадобилось, чтоб добраться до дома деда. Приземлиться я решил в огороде, прямо на поле, где всегда сажали картошку. Едва корабль начал садиться, из дома повыскакивали все, кто там был. Дед так тот вообще со своей вертикалкой выскочил. Пришлось спешно выбираться из переоборудованного рудовоза, чтоб не начудил кто.

– Дед, не переживай, машина с нами, позже выгоню из отсека, – успокоил я старого, уже начавшего бурчать. – Лучше пойдёмте домой, есть хочется. Заодно расскажу кое-что.

– А ты уверен, что этот твой Электроник не врёт? – спросил отец, когда я закончил свой рассказ, теперь уже для всех, с дополнениями.

– Слишком серьёзные доказательства, – ответил я. – Те же пчёлы, да и много другого по мелочам. Думаю, если покопаться в этом специалисту, всё подтвердится. Примем это как факт, потому что времени очень мало, и перейдём к более важному. Необходимо набрать хотя бы семь сотен надёжных людей, а это в наше время большая проблема. У меня таких знакомых если с полсотни наберётся, то уже хорошо. Да из них, опять же, человек пятнадцать откажутся. А сроки поджимают, следует поторопиться. Так что сейчас каждый присутствующий здесь пусть покопается в своей памяти, памяти телефона и в записной книжке. Затем составит список и начнёт лично отрабатывать всех. В общем, работайте, а я отлучусь на пару часиков.

Благодаря контролю дронов-ретрансляторов искином крейсера, смысл скрывать что-либо пропал почти полностью. И всё же корабль пиреев я решил пока не светить, чтобы окончательно не дестабилизировать политическую обстановку Земли.

Благодаря бронескафу, сенсоры которого прекрасно видели крейсер, на борт я поднялся без проблем. Встречала меня целая делегация, в лице Михаила, М'Баты и Руолан, одетой в зелёное платье, облегающее её стройную фигуру. Глаза девушки, которые она не отводила от моих, радостно блестели. Я же без церемоний подошёл к ней вплотную, обнял и впился в губы красавицы. Девушка охнула, сначала попыталась вырваться, но быстро сдалась.

– Капитан, – голос старпома отвлёк меня от приятного занятия. – Ты что-нибудь поесть захватил? А то в пищевом синтезаторе картриджи закончились, а чтобы новые создать, необходимо сырьё!

– Вот, держи, – нехотя отпустив девушку, я протянул Михаилу пакет с тормозком, а затем протянул руку чернокожему парню, который сейчас выглядел гораздо справнее, чем на Арене. – Привет, Маугли, как настроение?

– Боевое, старший, – серьёзно ответил М'Бата, – мой нож остро наточен и жаждет крови врагов.

– Лучше иди поешь вместе с Михаилом, я на всех с запасом брал, – осадил я кровожадного африканского воина, а затем обратился в пространство: – Электроник, а ты что делаешь?

– Провожу анализ базы данных местных военных и других силовых структур. Набираю потенциальных членов экипажа, по психотипу соответствующих требованиям моих создателей. Это предварительный отбор, нужно будет ещё пройти тесты. Кстати, из всех, кто сейчас находится внутри помещения, где ты ночевал, лишь один не подходит в потенциальные члены экипажа.

– Ну, я и не сомневался в своих родных и друзьях, – у меня в голове начал формироваться план. – Слушай, а ты можешь по моим воспоминаниям определить, кто из моих знакомых подойдёт для экипажей?

– Я уже сделал это, капитан, – передо мной, наконец, появилась аватара ИИ крейсера. – Из шестидесяти процентов твоих знакомых есть двадцать семь землян, способных стать членами экипажа. Остальных проверить нет возможности, слишком мало данных в вашей информационной сети.

– Тогда нужно навестить их в первую очередь, – задумчиво произнёс я. Искин крейсера в который уже раз сработал на опережение, подтверждая мои мысли о своей полезности. – Ну что ж, пора набирать экипаж. Кстати, Электроник, тебе нужно максимально пополнить запасы всего, что только можно, приличное ведь количество народа собираем. Считай, целый полк нужно кормить, поить и на время наших поисков создать достойные для жизни условия.

– На борту имеются криокапсулы в количестве пятисот единиц, уже адаптированные под землян. Это сильно сократит предполагаемые расходы ресурсов. Остальных расселим по каютам «Дальнего». Заготовка сырья для синтезирования картриджей и заполнения цистерн запланирована на сегодня, ваши океаны идеально подходят для этой процедуры, – ответил искин. – Сейчас же предлагаю провести диагностику потенциальных членов команды.

– Хорошо, – улыбнулся я, вспомнив при этом, как сильно моя мама желала познакомиться с Руолан. – Сейчас всех позову. Только хотелось бы переодеться во что-нибудь полегче, как-то неудобно бронескаф носить как повседневку.

– Капитан, из имеющегося на борту обмундирования с приемлемым уровнем защиты тебе ничего не подойдёт. Бронескаф штурмовиков Пирей наиболее подходит для этого. На изготовление чего-то более лёгкого потребуется пару дней.

– Электроник, пока не отвлекайся на подобные мелочи. Мне будет достаточно силового экзоскелета, а лёгкая броня у меня есть на рудовозе. Наше стрелковое оружие такую не пробьёт, да и разработана она специально для городского боя. Буду выглядеть, как круто экипированный спец, а не как боец из далёкого будущего. Да и экипаж тоже нужно одеть единообразно, у меня запасов на всех хватит. Только гарнитуру пирейскую нужно, чтобы с тобой и командой связь поддерживать.

Родственников и друзей долго уговаривать не пришлось, все пожелали подняться на борт. Прихватив с собой контейнеры с экипировкой, мы поднялись по трапу крейсера. Команда, вместе с голограммой искина, стояла в шеренгу, встречая гостей. Мама, недолго думая, тут же подошла к Руолан и обняла её, чего девушка явно не ожидала. Отец с дедом наоборот, первыми принялись пожимать руки парням и даже попытались проделать то же самое с Электроником, но у них не вышло.

– Рад приветствовать на борту «Дальнего» семью капитана, это большая честь для меня, – торжественно произнёс искин. – К сожалению, не могу пригласить вас за стол, как принято в вашей стране, но в следующий раз я это исправлю.

Пришлось потратить пару часов, чтобы рассказать и показать любопытным всё, что их заинтересовало. Только отсек с пленным обошли стороной – не нужно маме видеть такое. Наконец, завершив осмотр с расспросами, будущие защитники Земли покинули крейсер, отправившись выполнять мои поручения.

А ещё передо мной встала другая проблема. Для нормального полёта нам нужны были не только пища и вода, заготовку которых взял на себя Электроник. Требовалась ещё масса всяких вещей, начиная со средств личной гигиены и заканчивая предпочтениями в постельном белье. Для этого требовался хороший завхоз или ответственный по обеспечению. И у меня был такой на примете.

– Кто составит мне компанию? – обратился я к друзьям, пока мы курили на веранде. – Делов на день примерно!

– Василия бери, вы служили вместе, у вас и армейские друзья общие, – ответил за всех Пётр, ставший сегодня разговорчивым, как никогда. – А мне нужно будет обзвонить товарищей. Мазута, поди, в нашем деле пригодится не меньше других.

Так и решили, а потому, спустя полчаса, рудовоз приземлился на окраине Усть-Кана, небольшого райцентра в горном Алтае. Благо, в наше время цивилизация добралась до самых крайних уголков России и человек, к которому мы полетели, уже ждал нас.

– Эржан, ты нахрена на коне приехал, нам что, пешком теперь топать? – спросил я невысокого коренного алтайца, выглядящего, как воин Чингисхана. Раскосые хищные глаза, на голове борук – национальный головной убор, какая-то бесформенная одежда, а на поясе здоровенный тесак. И как он только с таким не боится органов правопорядка?

– И тебе здоровья, Фёдор, – хитро улыбнулся Эржан, прапорщик в отставке, в своё время служивший в одной со мной части. Лучшего завхоза я просто не мог представить.

А алтаец тем временем продолжал:

– Ты так спешил, что я не успел домой добраться. С чем пожаловал, друг?

И вновь пришлось рассказывать, начав с самого начала. Эржан согласился сразу, объяснив, что здесь, в горах, люди сразу заметили изменения в природе, нехорошие изменения. Бывший прапорщик, сделав один звонок, сообщил в трубку, что его не будет несколько месяцев, затем что-то прошептал коню на ухо и с невозмутимым видом, словно делал это постоянно, поднялся на борт модернизированного рудовоза.

Следующим в списке был командир нашей разведроты, капитан Смолов. Его я бы взял, даже если бы он послал меня куда подальше прямо с порога. То, что он инвалид, можно исправить, благодаря медкапсуле, а вот столь же хорошего офицера нужно ещё поискать. Полёт к месту жительства бывшего командира занял десяток минут, всё же центральная Россия, не близко. Тут пришлось поднапрячься. В отличие от Эржана, Смолов так и не ответил на звонок, но, после десятой попытки трубку взяла его секретарша, сообщившая, что директор на важном совещании. Узнав точный адрес, я, недолго думая, остановил первую попавшуюся машину, в которую сели мы с Эржаном, оставив Василия за старшего.

Водитель, сначала решивший, что мы полицейские, на половине дороге узнал меня и принялся рассыпаться в благодарностях. В итоге до нужного места доехали бесплатно. Войдя в довольно невзрачное офисное здание на пять этажей, в котором располагалась контора Смолова, я быстро сориентировался и постучал в нужную дверь, а затем вошёл. Опущенное забрало шлема скрывало моё лицо, поэтому разыгранный мной спектакль сработал.

– Гражданин Смолов, вы подозреваетесь в разбойном нападении. У меня ордер на ваш арест, – ляпнул я, что первым пришло в голову. Подошёл к ошарашенному другу, не обращая внимания на остальных, молча поднял его на руки и двинулся обратно, возле самого выхода бросив:

– За вами придём завтра. Не покидайте город. Это приказ.

Всё на той же машине мы поехали обратно, потратив в общей сложности минут двадцать. Смолов, когда понял, кто его похитил, долго матерился, большей частью из-за того, что я не позвонил ему в первый же день. А когда увидел космический корабль, стоящий на пустыре, долго смеялся.

– Ты мне скажи, на кой хрен я тебе понадобился без ног, – спросил он меня уже на борту, когда я только начал рассказывать, что вообще происходит.

– Андрей, а почему ты не допускаешь мысли, что поставить тебя на ноги – это вовсе не проблема?

Мой вопрос поставил Смолова в тупик. Выдержав паузу, я добавил:

– Мне нужны сейчас надёжные люди, такие как ты, Василий, Эржан. Такие, на которых я могу положиться, не боясь повернуться спиной или доверить ответственное поручение.

Возле усадьбы деда стояло с десяток машин, не меньше, да и во дворе штук шесть. Сновавшие туда-сюда люди при виде космического корабля, пусть и такого небольшого, собрались в кучу, тихо переговариваясь между собой. Часть из них уже была здесь вчера, но большинство увидели меня впервые. Кто-то остро пошутил в мой адрес и все громко засмеялись, снимая напряжение.

– Капитан, задание выполнено, мы возвращаемся назад, – как всегда внезапно прозвучал из гарнитуры голос искина, добавивший: – Хорошая у вас планета, богатая.

– Не у вас, а у нас, Электроник, – поправил я ИИ. – Давайте поживее, мы ждём. Как раз первую партию рекрутов оценить сможешь.

Оборвав связь, я, воспользовавшись громкоговорителем производства Альянса, обратился к собравшемуся народу:

– Доброго вечера, народ! Для начала хочу спросить. Все готовы рискнуть своей жизнью сегодня, чтобы спасти нашу планету завтра?

Глава 4

Всё сложнее, чем казалось

Разбудил меня зуммер корабельного оповещения. Высвободившись из объятий Руолан, не больше часа назад сменившейся на дежурном посту, я встал, быстро оделся и вышел из каюты.

– Электроник, что случилось? – спросил ИИ крейсера, закрыв за собой переборку.

– Капитан, мы вышли из гиперпрыжка и в настоящее время дрейфуем в открытом космосе, – раздался из гарнитуры голос Электроника. – В данный момент системы связи и пассивного поиска проводят сканирование пространства, но уже сейчас я могу сказать, что расположение некоторых естественных космических объектов и их количество несколько отличается от того, что есть в моей базе данных.

– А понятней, для особо одарённых, объяснить можно?

– У местной звезды, класса жёлтый карлик первой степени по земной классификации, по моим данным имелось двенадцать планет, три из которых пригодны для жизни, а одна была заселена низкоразвитой цивилизацией. В данный момент одной планеты нет, вместо неё облако из крупных метеоритов. Другая планета находится далеко от своей орбиты и потеряла два спутника, которые образовали вокруг неё метеоритный пояс.

– Это не Альянса художества, случаем? – спросил я, про себя представив, какими технологиями нужно обладать, чтобы сместить планету с орбиты.

– Исключено. Исходя из собранной мною информации, Альянс доберётся сюда через сто или сто пятьдесят лет, не раньше. Слишком далеко для них, – голос искина на секунду умолк, а затем с волнением, которое в последнее время всё чаще проскакивало в его интонациях, произнёс: – Системы связи уловили слабый сигнал тревожного маяка. Что-то вроде земного SOS, только предназначенного для автоматических комплексов и станций, на которых нет живых разумных. К сожалению, разведзонды на борту отсутствуют, поэтому в точку, где обнаружен сигнал, придётся лететь самим. Сделать маяк приоритетной целью, или продолжить собирать общую информацию?

– Давай сначала всё разузнай, а уж потом и будем дёргаться, – ответил я, замерев у шлюза рубки. – Чего метаться-то. Открывай, железяка!

Вход в рубку открылся, пропуская меня внутрь. Здесь кое-что изменилось. Помимо имеющихся кресел и консоли, появилась ещё пара прикреплённых к полу сидений земного производства, достаточно удобных, чтобы провести в них несколько часов и при этом не будет болеть спина. В данный момент в рубке находилось трое – Михаил, занимающий более крупное кресло, Василий, у которого обнаружились склонность и соответствующие требованиям личные способности к пилотированию средних и больших судов. Третьим был Володя, уже бывший военный, которого я буквально из петли вынул. Вернее Электроник, который мне вовремя сообщил, что он наблюдает сейчас через работающую камеру ноутбука, как за стеной, в военном общежитии, куда я пришёл навестить боевого товарища, пытается покончить жизнь самоубийством человек.

Мы успели. Я вышиб ногой хлипкую дверь и удерживал на весу начавшее трепыхаться тело, а товарищ, подпрыгнув, перехватил толстую верёвку ножом. В итоге, быстро вколов суициднику дозу реаниматора, разработанного искином для землян, мы ещё несколько часов пили втроём, слушая рыдающего, как младенец, капитана Бахтерева, оказавшегося командиром разведроты.

Бывает так, что человек теряет смысл в жизни. Нет, не из-за лени или слабого характера, а буквально. За неделю до нашей встречи Володя потерял жену и двух дочек, причём винил в этом себя. У недавно купленного автомобиля вылетела шаровая, в итоге потеря управления, машину на хорошей скорости развернуло на соседнюю полосу и впечатало в идущий по встречке КАМАЗ. Все пассажиры погибли мгновенно, а у капитана лишь царапины да ушибы.

– Я спрашиваю, почему? – хрустнул суставами пальцев Владимир, сжимая кулаки так, что они побелели. – И не нахожу ответа. А мне, мне теперь зачем жить? Их нет!

В итоге, товарищ, находясь в хороших отношениях с командиром части, выбил для капитана десятидневный отпуск, а я, с помощью Электроника за это время вернул Володю к жизни, или, во всяком случае, дал цель, ради которой стоит жить. Капитан оказался уникумом, как выразился искин. И вот, теперь в рубке находился будущий командир тяжёлого крейсера или линкора, буде таковые найдутся.

– Капитан на мостике! – по-военному отчеканил Василий, первым завидев меня и вскочив с места. На общем собрании, когда только сформировался костяк будущего экипажа, было принято решение, что дисциплина на крейсере будет военной, со всеми вытекающими последствиями. В дальнейшем это сильно затруднило поиск нужных людей, но в разы повысило пользу тех, кого мы всё-таки отобрали.

– Товарищ капитан, разрешите доложить, – вымуштрованный парнями Михаил, стоя передо мной по стойке смирно, вновь набрал полную грудь воздуха и продолжил: – За время вашего отсутствия на корабле происшествий не было. По штатному расписанию корабль вышел из гиперпрыжка и сейчас сканирует пространство в целях сбора полезной информации.

– Вольно, старпом. Электроник уже доложил обстановку в подробностях. Вы занимайтесь, а я посижу пока, трубочку выкурю.

Да, время, проведённое на Арене, не отвадило меня от этой привычки. Более того, синтезатор Пирей мог воспроизводить любой сорт табака, да и трубки, если надо, тоже. Так что время, за которое искин собирал и анализировал информацию по системе, я провёл в размышлении, наслаждаясь хорошим виргинским табаком. Курить на мостике мне, как капитану, разрешалось, Электроник даже провёл аналогию с уставом пирейского флота, где говорилось о правах капитана, которые были гораздо шире, чем у остальных членов экипажа.

Мысли унесли меня на три недели назад, когда формирование экипажа шло полным ходом. Основную работу взял на себя ИИ, подбирая кандидатов по одному ему понятным параметрам. При этом подходил не каждый второй и даже не каждый четвёртый, что сильно увеличило время поисков. Надо сказать, что правительство РФ сперва попыталось ограничить нашу деятельность, на что искин на время заблокировал все государственные линии связи, включая проводные. Три часа полной информационной изоляции, во время которой Электроник дважды останавливал пуск баллистических ракет с американского континента, а затем предоставил данные об этом в службу государственной безопасности, сделали лояльными всех. Тут же в посёлок прибыл чиновник, представившийся специалистом по внешним связям, и через отца в устной форме заключил со мной договор о взаимодействии, если наши интересы вдруг пересекутся. Не пересеклись вроде, всё обошлось взаимными улыбками, так сказать.

Необходимый минимум для возможных экипажей кораблей будущего флота собрали за двадцать пять дней. Отдельной проблемой было то, что не каждый соглашался погрузиться в криокапсулу добровольно, что тоже сильно проредило желающих. И всё же собрать людей удалось. И ещё три дня ушло на закупку необходимых вещей, начиная с банальных контрацептивов и заканчивая женскими средствами личной гигиены.

– Капитан, анализ закончен, – отвлёк меня от воспоминаний ИИ. – Можно утверждать, что здесь побывал Враг. В моей базе данных информации об агрессоре немного, но достаточно, чтоб выявить Его след. По определённым признакам, при столкновении вражеского роя и оборонявшего систему объединённого флота, моими создателями было использовано очень мощное оружие. После этого не выжил никто. Более того, одна планета взорвалась, разлетевшись на куски, а вторую, из-за возмущения в пространстве, сорвало с орбиты и по инерции отбросило от звезды на несколько тысяч километров.

– А по сигналу что? – спросил я, помня отчёт электроника.

– Слишком мало информации, обратная связь отсутствует, для анализа требуется визуальный контакт с источником.

– В таком случае летим на сигнал, – отдал я распоряжение и поднялся с кресла. – И нужно подготовить команду, если обнаружим что-то интересное и потребуется покинуть корабль. Командиром группы пойду сам, всё же у меня одного имеется опыт работы с бронескафом и экзоскелетом. Владимир, когда заканчивается твоя вахта?

– Через тридцать минут, – ответил разведчик. – Хочешь взять с собой?

– Нет, без тебя народу предостаточно. Я думаю, тебе пора приступать к обучению на пилота больших кораблей. Электроник, внеси капитана Андреева в график на посещение обучающего модуля с высшим приоритетом.

– Уже сделано, – отрапортовал искин. – Дежурное штурмовое отделение ознакомлено с новой задачей и ожидает твоего, капитан, прибытия. Крейсеру до координат сигнала пятнадцать минут хода.

– Как раз успею подготовиться, – я направился к выходу. – Володя, не забудь про обучение!

До оружейной добрался быстро. В связи с большим количеством людей на борту все специализированные помещения размещались в двух грузовых отсеках, имеющих широкие входы и оснащённые шлюзами. Уже внутри каждого отсека поставили жёсткие переборки, разделив на боксы. В оружейной на постоянной основе обосновался Пётр, буквально свил там себе гнездо. У него даже должность появилась – зам по технической части и вооружению. Молчаливый Пётр первым подошёл ко мне с просьбой обучить работать с инопланетной техникой.

– Федя, всё готово, – произнёс он, увидев меня. Без посторонних мы общались по-простому, как и раньше. – И это, мы с Электроником покумекали, как увеличить эффективность вооружения брони. Установили на плечо импульсную турель. Если представится возможность, опробуй её в деле. Там простое управление, интуитивное, только активация требует голосового подтверждения.

Слушал я вполуха, накидывая ремни экзоскелета и забираясь в бронескаф. Окинув стеллажи с оружием, взял стандартный штурмовой комплекс пирейских космодесантников – мощная и надёжная машинка.

– Испробую, Петро, не сомневайся. Всё, я пошёл, скоро уже подлетим к объекту.

– Не пуха, Федь!

– К чёрту, – с улыбкой бросил я через плечо и пошёл в шлюзовой отсек, где меня уже дожидались бойцы.

– Вольно, – сразу произнёс отделению, едва мы друг друга увидели. Тут же пояснил, кто будет главным на время операции, обратившись к командиру отделения, помеченного маркером. Молодой, но уже навоевавшийся в разных горячих точках и списанный из-за ранения боец с богатым боевым опытом. Мне до этого волка ещё далеко. – Лейтенант, ты поведёшь отделение, я на подхвате, ну и взаимодействие с искином крейсера у меня хорошо отлажено.

– Принял, командир, – коротко ответил крупный детина, на полголовы выше меня. Лейтенант Быстров, как и десяток ребят, присоединились к нам из клуба ветеранов, по той или иной причине списанных в запас, в основном по ранениям. Медблок работал с первого дня набора, постепенно выводя уровень здоровья экипажа на стопроцентный.

– Внимание, объект находится в прямой видимости сканеров, посадка через две минуты, – прозвучал по общей связи голос ИИ, а на прозрачном забрале шлема отобразился таймер. – Признаки угрозы не обнаружены, но объект явно подвергался нападению.

– Ну что, бойцы, тряхнём стариной, – в голосе лейтенанта слышался смех. – Покажем всем, что русский мужик, он и в космосе русский мужик?

Простая, бесхитростная шутка сняла напряжение, отделение зашевелилось, на общем канале послышались смешки. А спустя озвученное ИИ время мы все ощутили лёгкий толчок в ноги. Команда готовности, затем шипение стравливаемого воздуха и вот створка шлюза опустилась на каменистую поверхность.

Снаружи было светло, словно в солнечный день, забрало тут же отрегулировало яркость до комфортного, позволив нам рассмотреть потрясающий вид.

Каменистый пейзаж с возвышающимися на несколько десятков метров скалами. Справа над горизонтом висел ярко-жёлтый диск заезды, яркий свет которой бросал от возвышенностей длинные тени, а слева, уже скрываясь, виднелась лишь небольшая часть красной планеты с едва различимым рельефом поверхности. Мёртвая планета, как и её спутник, на который мы высадились.

На спутнике была слабая сила тяжести, поэтому двигаться приходилось осторожно. Хоть бойцы и прошли в симуляторе курс работы в невесомости, но всё же немного походили на одеревеневших. Ничего, пройдёт с опытом.

– Держим периметр, – раздалась по общему команда лейтенанта. – Искин, наводку на цель.

Электроник тут же выдал на забрало маркер и направление, по которому мы и двинулись коробкой, ощетинившись в разные стороны стволами штурмовых комплексов.

– До цели двести метров, – сообщил искин спустя пару минут, а затем добавил на командирской волне: – Согласно уставу тактики малых разведгрупп Пирей, вы слишком рассредоточены. Рекомендую двигаться более плотно.

– Вот когда боевое слаживание пройдём, тогда и советы давай, – сердито пробурчал лейтенант, а когда до объекта осталось полсотни метров, скомандовал:

– Внимание, цель в прямой видимости, замедлиться. Барсук, Вяз, Пиночет, с левого фланга, по периметру. В случае обнаружения возможного противника огонь не открывать, лучше укройтесь в складках местности и ждите команды.

– Капитан, с тобой хочет связаться командир орудийных расчётов, – сообщил мне по индивидуальному каналу ИИ. – Соединить?

– Не сейчас, – ответил я, понимая, что Руолан обидится, что не предупредил. А я просто забыл, в голове такая куча мыслей, что личное ушло далеко на второй план. – Скажи, что мы уже подошли к объекту.

Объект оказался немаленьким. Это был космический корабль, раза в два крупнее крейсера. И при этом ни одного намёка на орудия. Даже мне стало понятно, что это или транспортник, или грузовое судно. Пузатый корпус, отдалённо напоминающий яйцо, но с более заострённым носом.

– Скорее всего, это средний пассажирский лайнер последнего поколения, – произнёс искин. – В моей базе данных есть лишь упоминания о том, что подобные хотели запустить в производство. Видимо корабль пострадал во время большого взрыва, или был подбит перед ним.

– Парни, работаем, как при зачистке здания, – отдал приказ Быстров после того, как мы провели разведку периметра, попутно выяснив причину крушения пассажирского судна. На противоположной стороне корабля зияла огромных размеров дыра, метра четыре в диаметре и с десяток глубиной, уходя в недра корабля под острым углом.

– Это прямое попадание главным калибром вражеского корабля-матки, – сообщил Электроник, получающий информацию с бронескафов – сгусток плазмы, который игнорирует все виды брони и силовых щитов. Транспортник был слишком неуклюж, чтобы выполнить манёвр уклонения.

– Лейтенант, – обратился я к командиру отделения, – давай, я первым. Кто знает, какие охранные системы остались в рабочем состоянии, у меня хотя бы идентификатор прошит, причём ранга старшего офицера. Не должны сразу начать стрельбу. А вы в паре метров за мной пойдёте.

Так и поступили. Оттолкнувшись ногами от поверхности, я влетел в пробоину, успев ухватиться за оплавленный край свободной рукой, и настороженно осмотрелся. Забрало вновь подстроилось, развеяв сумрак внутренностей корабля. Медленно, фиксируя каждый шаг, я двинулся вперёд, одновременно выцеливая наплечной турелью и стволом комплекса пространство впереди.

Корабль оказался мёртв. Кто-то очень постарался сломать всё, до чего смог добраться, лишь тревожный маяк, запечатанный в броню толщиной в сотню миллиметров, по-прежнему подавал сигнал бедствия, не в силах выработать энергоресурс. Благодаря подсказкам искина, мне без труда удалось извлечь работающий прибор, который, по словам Электроника, был ещё и чёрным ящиком, в котором хранилась вся информация, что смогли запечатлеть сенсоры транспортника.

Но поразила нас не сплошная разруха на борту корабля, а то, что осталось от пассажиров и членов экипажа. Лишь обломки костей, со следами, словно их распиливали. И распиливали очень давно. Даже со здешней, крайне низкой гравитацией, везде был слой пыли и горы песчаного мусора по углам.

– Капитан, подключись к тревожному маяку. Постараюсь получить информацию, что здесь произошло, – обратился ко мне ИИ. Я быстро разобрался, как это сделать, и вместе со штурмовиками мы притихли в ожидании. Возможно, лишь поэтому чуткие сенсоры бронескафов уловили шум, где-то снаружи, словно по обшивке корабля кто-то провёл арматурой.

– Замерли, – тут же отдал приказ лейтенант по общему каналу. Несколько секунд тишины, а затем вновь раздался шум, но уже другого характера, словно по камням проволокли цепь.

– Капитан, на борту, или где-то поблизости находится Враг, – в голосе Электроника прозвучали тревожные нотки – одна боевая единица. В моей базе данных такой вид отсутствует, но, судя по полученной из тревожного маяка информации, противник очень опасный. Взвод охраны, сопровождавший транспортник, не смог причинить Врагу вред.

– Электроник, мы слышим его, – ответил я, пытаясь сообразить, что нам делать. – Можешь скинуть всем, как эта тварь выглядит? Хоть представление будем иметь, с кем сражаться.

На забрало вывелся экран с коротким видеороликом. Разглядев тварь, мне захотелось ругаться матом. Здоровенный червь, метра на четыре, весь покрытый чешуйками брони стального цвета, пасть с тремя рядами зубов, расположенных по кругу. Эта тварь, словно фреза, вгрызалась в переборки, в считанные мгновения пробивая их и тут же принималась за пирейцев и ещё каких-то гуманоидов. Маломощное оружие взвода охраны ничего не могло противопоставить вражескому бойцу, устроившему геноцид всему живому на корабле.

– Враг живёт где-то далеко, но периодически возвращается на транспортник, чтобы попытаться добраться до маяка, – сообщил искин. – Вероятно он не разумный, просто выполняет заложенную в него программу. И, похоже, он только что вновь вернулся.

– Рассредоточиться, четверо здесь, остальные по ближайшим отсекам, – отдал команду лейтенант, приняв какое-то решение. – Не перекрывать друг другу сектор обстрела. И ещё, слушаем, каждый шорох слушаем!

Тварь атаковала не через стенки, как мы ожидали, а прямо из коридора. Если бы не турель, многие из нас погибли бы, не успев даже дёрнуться. Пока я поворачивался и направлял ствол в нужную сторону, как и остальные бойцы, турель мгновенно, опираясь на мои желания, навелась на цель и разразилась серией энергетических импульсов. Первыми же попаданиями Врага сбило с намеченного маршрута и швырнуло на переборку, благодаря чему двое бойцов, на которых тварь бросилась, словно распрямившаяся пружина, успели сместиться и открыть прицельный огонь. Штурмовые комплексы неплохо справлялись с бронёй гигантского червя, давно уже потерявшего свой стальной блеск и выглядящего скорее ржавым. В общем, врага пустили на фарш, буквально перемолов его. Я тоже разряжал оружие раз за разом, пока противник не перестал шевелиться, окончательно замерев.

– Капитан, остановись, – наконец до меня дошло, что мне кричит искин. – Вы уже убили его.

Возвращались обратно угрюмые. Выбери противник другой отсек и всё было бы по-другому. Теперь мы знали, что можно ждать на других базах и станциях, подвергшихся атаке Врага, но уцелевших. Предупреждён, значит вооружён.

По совету искина я взял с собой немного плоти и чешуек червя, для исследований. Уж больно его удивило, что тварь, оказавшаяся здесь вместе с транспортником, сохранилась со времён войны, а ведь это очень много времени для любого органического существа.

На корабле нас встречали. Злая, словно фурия, Руолан – куда только делась восточная сдержанность – устроила мне такой разнос, когда мы остались наедине, что я даже опешил. Пришлось поставить девушку на место.

– Ты, как никто другой на этом корабле, знала, что мы очень сильно рискуем! Ты же понимаешь, я не тот человек, который может забрать всё своё и свалить нахрен, подальше от Земли. Для меня Родина не пустой звук и я не оставлю её на произвол каким-то уродам! И пусть там, на Земле, большинство палец о палец не ударит ради своего спасения, но остальные не заслуживают рабской участи!

Я не кричал, просто бросал тяжёлые слова, которые припечатывали девушку, словно пощёчины. Искин, слыша нашу беседу и понимая, что сейчас лучше не вмешиваться, занялся исследованием доставленных нами образцов и «чёрным ящиком» с корабля. А когда я поднялся на мостик, Электроник выдал малоутешительный прогноз.

– Результат анализа говорит, что в местах боевых действий лучше не появляться. Достаточно двух таких червей, чтобы уничтожить отделение штурмовиков. Поэтому поиск нужных нам баз, верфей и космических станций займёт вдвое больше времени. Теперь запас времени полностью отсутствует и нужно в первую очередь готовить минимальный экипаж для второго корабля. Как только мы отыщем таковой, придётся разделиться и продолжить поиски в разных направлениях. Это поможет уложиться в сроки, но повысит риск провала всей кампании. Это первичный анализ, на более детальный и точный потребуется двое суток и посещение ещё одних координат.

– Не паникуй раньше времени, железяка, прорвёмся, – подбодрил я Электроника и членов экипажа, находящихся в рубке управления. – Прокладывай лучше маршрут к следующей точке и набирай разгон для прыжка.

Глава 5

На осколках Федерации

– Капитан, как вы там? – раздался голос Михаила в динамиках шлема. – Держитесь, первую плиту уже вскрыли, осталось ещё четыре. Должны успеть, со второй быстрее работа пойдёт, на предыдущей опыт уже наработали.

– Нормально, сидим, отдыхаем. Времени ещё предостаточно, – отозвался я, окинув бойцов взглядом. Парни сидели вдоль стены, прямо на полу, из-за отсутствия сидений или чего-то подобного. Лица у всех сосредоточенные, с налётом обречённости. Ещё бы, кислорода осталось на двенадцать часов, а затем нас всех ждёт смерть от удушья. И спасательная команда, что сейчас пробивается к нам через бронированные заслоны, может не успеть. А ведь всё так хорошо начиналось!

По координатам, выбранным Электроником для выхода из гипера, действительно обнаружилась космическая станция Пирей. В хорошем состоянии, практически без повреждений, если не считать прямого попадания крупного метеорита, который так и остался в теле станции, погрузившись в неё на две трети.

– В режиме полной консервации защитные поля отключаются, – пояснил Электроник. – На обслуживании остаётся минимальное количество экипажа, чтоб вовремя среагировать на внештатную ситуацию. Странно, искин станции не отвечает на запрос, хотя возможности сохранить свою целостность у него были гораздо выше, чем у меня, учитывая ресурсы станции.

Ещё пару десятков минут ИИ крейсера тщетно пытался связаться с искином станции, а затем задействовал какой-то протокол, удалённо подключившись к аварийным системам. Несколько минут у него ушло на поверхностную диагностику, после чего Электроник сообщил:

– Искин станции, обнаружив сбой в нескольких ключевых программах, решил произвести перезагрузку. Однако повреждения искусственной личности оказались критическими, и восстановиться ему так и не удалось. Фактически он умер. В течение нескольких минут я возьму станцию под контроль, и мы сможем свободно пристыковаться.

– Что хоть на этой станции есть полезного? – поинтересовался я. – Корабли? Вооружение?

– Я пока не добрался до ядра памяти, лишь просмотрел журнал дежурной смены, но уже известно, что в доках стоит два корвета в разведывательно-диверсионной комплектации, а на складах имеются четыре туннельных орудия, которые можно установить на судно среднего класса. Если попадётся разведчик или научник вроде нашего корабля, его можно будет переоборудовать в боевой тяжёлый крейсер.

– То есть, мы тоже можем перевооружить наш «Дальний», став полноценной боевой единицей? – спросил Михаил, присутствующий, как и другие старшие офицеры, на мостике, где мы устроили обсуждение текущей ситуации.

– Перевооружение «Дальнего» займёт несколько дней, чего мы не можем себе позволить, – ответил ИИ. – Но если у нас появится время, мы сменим обычные орудия на туннельные. Это сразу переведёт «Дальний» в разряд тяжеловооружённых кораблей, приравняв его к линкору по классификации Альянса.

Высадка на станцию не обошлась без меня. В этот раз со мной также пошла штурмовая группа, но другая. Командовал ею Смолов, недавно восстановивший ноги и не вылезающий последнее время из спортзала, проводя в нём всё свободное время. По причине того, что капитан на борту должен быть один, всех офицеров, имеющих подобное звание, понизили до старлея.

– Электроник, показывай, куда нам двигаться, – обратился я к ИИ, когда мы высадились и, пройдя через небольшой туннель, оказались на разветвлении.

– Ваша задача, капитан – отключить мёртвый искин станции от систем управления. Пока они запитаны на него, я не могу контролировать весь объект сразу, лишь перескакивать с одной системы на другую, – ответил Электроник. Перед глазами, на забрало шлема отобразилась зелёная линия. – Следуйте по указателю.

Двигались быстро, нигде не задерживаясь. Лишь чуть притормаживали перед очередным шлюзом, на всякий случай. Вдруг там какая-нибудь гадость притаилась, уж лучше быть наготове. Так мы и прошли, почти до центра станции. Оставалось миновать лишь пару коридоров, когда взвыла сирена.

– Зафиксировано проникновение нарушителей, – раздалось на пирейском, словно отовсюду, перекрывая тревожное завывание. – Неизвестные заблокированы в коридоре Ц. Всему персоналу станции – боевая тревога! Обнаружено вмешательство в систему управления, задействован протокол «Защита периметра».

Сообщение шло по кругу, словно заело пластинку. При этом все наши попытки связаться с Электроником или кем-нибудь на борту «Дальнего» не увенчались успехом. Всё заглушал шум помех, даже между собой мы не могли переговариваться. Более того, компьютер бронескафа вывел на забрало информацию, что атмосфера снаружи стала непригодна для жизни. Нужно было принимать какое-то решение. Знаками показав штурмовой группе следовать за мной, я двинулся вперёд, чтобы через пару десятков метров упереться в бронеплиту. Такую же преграду вместо шлюза мы обнаружили с противоположной стороны. Попытки пробить, или хотя бы поцарапать преграду оружием не увенчались успехом. Бронеплита поглощала все наши выстрелы, лишь слегка нагреваясь от лучевого оружия пиреев. Даже дружный залп не возымел результата.

Вот когда я порадовался, что в штурмовых группах были бойцы, прошедшие сквозь горнила чеченских войн, а некоторые и в Афганистане отметились. Ребята не паниковали, наоборот, держались молодцом. Некоторые даже пытались переговариваться, смешно прижимаясь забралом к собеседнику. Смолов тоже попытался докричаться до меня:

– Бас, что делать будем? Кислорода у нас на восемнадцать часов осталось.

– Ждём! Если искин крейсера смог взять под контроль станцию один раз, сможет и второй, – уверенно сказал я. – На крайний случай ребята что-нибудь придумают, на пару с Электроником.

Связь появилась через сорок минут, когда в душе уже стала зарождаться тревога.

– Капитан, – взволнованный голос ИИ прозвучал неожиданно, заставив меня вздрогнуть, – показания ваших бронескафов говорят, что вы в порядке, это хорошо. Помощь уже отправлена!

– Электроник, какого лешего происходит, – тут же взревел я. – Почему контроль над станцией утерян?

– Искусственный интеллект станции не полностью уничтожил себя, – с виноватыми нотками отозвался ИИ крейсера. – Это нарушение протокола, такого просто не могло произойти. Видимо, разрушения личности были критическими, раз он нарушил правила. К сожалению, я не могу контролировать больше, чем одну систему и сейчас не даю искину станции запустить программу самоуничтожения.

– Сколько времени понадобится, чтоб пробиться к нам? У нас кислорода на семнадцать часов и пятнадцать-двадцать минут.

– По моим расчётам должны уложиться в это время, – в голосе Электроника вновь прозвучали тревожные нотки. Даже в такой критической ситуации я отметил, что искин всё больше проявляет настоящие эмоции.

– Мы как-нибудь можем ускорить этот процесс?

– Только когда будут резать последнюю бронеплиту, вы сможете создать со своей стороны точку напряжения, чем ускорите процесс. Я всё это время буду пытаться связаться с искином базы, возможно в нём остались крохи разума. Странно, что он не зафиксировал твой статус старшего офицера при вашем сканировании.

С первой преградой спасательная команда возилась непозволительно долго, более пяти часов. Хорошо, что связь полностью восстановилась, и мы могли переговариваться между собой и другими членами экипажа.

– Русский, – Руолан в этот раз отчитывала меня тем же способом, что я в прошлый раз использовал на ней, – ты капитан, единственный среди нас, кто в полном объёме осознаёт всю опасность для Земли, но, как мальчишка, продолжаешь рисковать своей жизнью.

Девушка много чего сказала, а главное, по делу, заставив меня глубоко задуматься. Привычка по жизни рассчитывать на себя и вбитое жизнью правило «Хочешь, чтобы всё было правильно, сделай сам», отложило на мне серьёзный отпечаток. Руолан права, нужно больше доверять пошедшим за мной людям. И быть готовым к неизбежным потерям, потому что это война! Да, пока лишь закулисная, без прямых столкновений, но, когда придёт время, будут гибнуть не единицы, не штурмовые группы, а целые экипажи кораблей, если таковые появятся.

– Капитан, я нашёл решение, благодаря которому можно серьёзно увеличить время, которое у вас есть, – раздался голос Электроника, выводя меня из задумчивости. – Мною точно установлено, что на станции отсутствуют мобильные системы защиты, способные атаковать вас. Значит, я не подвергну вас ещё большей опасности, если при помощи индивидуальной аптечки введу в состояние, близкое к анабиозу, замедлив работу организма в несколько раз. Ориентировочно время увеличится вдвое. Единственно, очнёшься ты уже после того, как мы покинем эту систему, так как для этого потребуется не меньше двенадцати часов в медкапсуле. Остальных верну в строй ещё позже.

– Последствия какие-нибудь нам грозят? – спросил я ИИ, а у самого камень с души свалился. Похоже, и в этот раз обошлось.

– Только невозможность участвовать в мародёрстве станции, – в голосе Электроника прозвучали нотки смеха. – Капитан, жду подтверждение на использование препарата.

– Действуй, – отдал я приказ, запоздало осознавая, что штурмовая группа не слышала нашего разговора. «Ничего, крепче спать будут» – тягуче проплыла в голове мысль, а сознание уже уплывало куда-то в темноту безвременья.

В сознание вернулся рывком, словно меня резко дёрнули. Только что была белёсая мгла, а вот уже сквозь закрытые веки пробивается свет.

– Добро пожаловать на борт, капитан, – прозвучало стандартное приветствие от искина, – как самочувствие?

– Ахр, – вместо ответа произнёс я. Горло напрочь пересохло, попытка заговорить прошлась наждачкой по голосовым связкам. Тут же чьи-то заботливые руки приподняли мне голову, а пересохших губ коснулось что-то прохладное. Я принялся жадно глотать живительную влагу, чувствуя, как болезненные ощущения в горле исчезают. Распахнул глаза и осмотрелся. Возле меня стояла наш корабельный врач, Зинаида Васильевна, с прищуром всматриваясь в моё лицо, а за ней расположилась аватара искина.

– Очухался, Фёдор? – спросила уже пожилая, но всё ещё крепкая женщина. Она была единственным членом экипажа, игнорирующим любые правила, называя каждого так, как считала нужным. – Давай поднимайся, ребята без сознания ещё, ждут своей очереди.

Слова Зинаиды Васильевны подействовали, как мощный стимулятор, заставив меня живо соскочить с ложа медкапсулы.

– Я в порядке, – и поднял правую руку, когда Зинаида двинулась ко мне, увидев, как я пошатнулся на ногах. – Голова закружилась, уже проходит.

По личному опыту знаю, хорошим врачам только дай повод, враз накормят горькими лекарствами, наставят уколов и пропишут постельный режим. Поэтому был доволен, что удалось удрать из медблока. Хотя, там ещё куча пациентов дожидалась, одного из которых внесли двое дюжих штурмовиков, пожелавших мне здравия.

– Электроник, рассказывай, по порядку, – обратился я к аватаре искина, следующей за мной в оружейную.

– Всё прошло по плану, капитан. На оставшиеся бронеплиты у аварийных команд ушло тринадцать часов до коридора, в котором вас заперли, а затем ещё три на последнюю, за которой располагался сам искин. Да, он оказался живым, хитро замаскировавшись. Действовал же таким образом не потому, что сошёл с ума, а по прямому приказу последнего из командиров станции. Приказ был прост – заманить на станцию любого, кто бы ни прибыл, а затем активировать систему самоуничтожения. Приказ искин смог выполнить лишь наполовину и на контакт идти отказался, пришлось его уничтожить. К нашей удаче, на станции обнаружилась база данных, в которой содержалась информация о последних месяцах войны. Анализ этой информации показал, что война окончилась ничьей победой. Полное взаимоуничтожение рас федерации и врага, так называемых биомехов.

– Био кого? – задал я вопрос.

– Раса биомеханизированных существ, выведенных кем-то для неизвестных целей, способных к самовоспроизводству. Все они по сути киборги, начиная от разведчиков, размером с земную кошку и заканчивая супердредноутами, по огневой мощи соответствующими десяти линкорам расы Пирей. Биомехи пришли со стороны неизученной части космоса и сразу атаковали, уничтожив несколько форпостов и два населённых мира. Сопротивление не приносило результата, противник просто давил числом, превышающим на несколько порядков. Федерация вынуждена была использовать оружие массового поражения, уничтожающее не только противника, но и всё, что находится поблизости. К сожалению, биомехи оказались не столь прямолинейны, как думали в Федерации рас, часть роя отделилась от основных сил и нанесла удар в тыл, уничтожив всё гражданское население, оказавшееся почти без защиты. А затем началась гонка за смертью. Небольшими группами кораблей с оружием массового поражения на борту, добровольцы подрывались, забирая с собой многократно превышающие силы противника. Гражданам Федерации уже нечего было терять, и они шли на смерть с радостью, что имеют возможность отомстить.

Искин на какое-то время прервался, а я, давно остановившись и слушая Электроника, представлял перед глазами эти картины. Маленький, юркий звездолёт на большой скорости проникает вглубь построения вражеского флота, а затем на его месте вспухает шар взрыва, уничтожая всё, что попадает в радиус его действия, плавя и искажая само пространство.

– Неужели не осталось ни одной планеты, население которой сохранилось? – наконец спросил я, оторвавшись от тягостных мыслей.

– Нет, по данным, добытым со станции, ни одного уцелевшего мира. У противника оказалась хорошо поставленная космическая разведка, отработавшая перед вторжением. Координаты всех населённых миров у биомехов явно имелись. Без их внимания остались только секретные военные объекты, вроде базы на Арене, или только что покинутой станции.

– Кстати, о станции, какие трофеи удалось получить? – эта тема меня интересовала не меньше, чем история гибели нескольких цивилизаций.

– Туннельные орудия действительно имеются на базе, – ответил Электроник, – а вот корвет был всего лишь один, в стандартной штурмовой комплектации, второй проходил только по документам. Одна тысяча сто комплектов снаряжения космодесантников, две тысячи стрелковых штурмовых комплексов последнего поколения, более эффективные, разработанные специально для борьбы с биомехами. Пять сотен пищевых картриджей, ну и самое главное – два штурмовых мехбота. Настоящие шагающие артиллерийские системы, способны сбить корабль класса крейсер с орбиты, по классификации Альянса, разумеется. Этим бронированным машинам не опасны большинство из биомехов, а вот сами они кого угодно могут уничтожить. К сожалению, взять с собой корвет и мехов мы не смогли. На базе осталась группа из двадцати добровольцев, пять из которых составили экипаж корвета, остальные осваивают штурмовых ботов.

– Так мы что, уже по следующим координатам прыгнули? – уточнил я.

– Четыре часа, как в прыжке, до выхода из него осталось ещё восемь. Благодаря данным, полученным со станции, у нас имеются координаты баз, станций и одной верфи, о которых с вероятностью девяносто процентов биомехи не знали. Всё находится в двух соседних секторах обжитого Федерацией космоса. Благодаря полученным на станции данным мы выиграли от пяти до десяти дней, но времени всё равно не хватает, так что поиск ещё одного корабля по прежнему в приоритете.

– Хорошо, – я коснулся панели на стене и дверь в оружейную скользнула в сторону. – Пошли, покажешь, чем отличается новый штурмовой комплекс от старого. И да, я тут вспомнил про нашего пленника. У него ведь должны быть в активе боевые корабли, раз он такая крупная шишка?

– Я хорошо покопался в его мозгах, чтобы не надеяться на это, – в голосе искина проскочила ирония. – Активы Скворга уже поделены между его наследниками и партнёрами, причём без остатка. Всё, что осталось нетронутым – это пара тайных убежищ, в которых можно отсидеться. Единственный способ вернуть хотя бы часть всего – это предъявить Первого Игрока живым и невредимым всему Альянсу миров.

– Хм, это в наши планы не входит, – усмехнулся я, и пройдя вглубь оружейной, обратился к Петру, сосредоточенно возившемуся с каким-то железом:

– Здорово, друже! Покажешь мне новые игрушки, добытые на станции?

Альянс миров. Личная резиденция одного из Первых Игроков.

Шиид сидел в своём кабинете, который правильнее было назвать оперативным центром. Вот уже который день он не находил себе покоя. Причина была в исчезновении его главного противника, Скворга. Вместо ожидаемого облегчения на политической арене стало гораздо сложнее. Все, кто раньше боялся слово сказать, вдруг потребовали считаться с ними, как с равными. И ведь, твари, имели на это право.

Некоторые из них в открытую обвиняли Шиида в нечестной Игре. И это бесило больше всего, так как он реально ничего не сделал, чтоб помочь своему фавориту. Более того, он даже попытался уничтожить его, сначала при помощи действующего чемпиона, а затем через подставных лиц нанял несколько групп наёмников. Шииду новый чемпион мог серьёзно усложнить то, что задумал Игрок, создавая проблемы одним своим статусом. Увы, кто-то из Первых вмешался в это дело, подкупив одного из адмиралов. В итоге Чемпиона взяли под такую опеку, что все попытки устранить его провалились с треском. А на родной планете гладиатора Шиид мог начать работу лишь по истечении карантина. Он даже заплатил бешеную сумму, чтобы, едва карантин кончится, дроны-ретрансляторы начали обработку планеты. Конкуренты тоже не спали, и каждый потерянный день усложнял задачу.

Глава 6

Потомки Федерации

За восемь часов полёта в гиперпространстве я успел сделать многое. Подогнал и опробовал новый бронескаф, разобрали с Петром все плюсы и остались довольны. Новые стрелковые комплексы оказались вдвое убойней устаревших и гораздо увесистей. Если старый я мог спокойно использовать голыми руками, то усовершенствованный мог разве что поднять, но никак не навести на цель. Опробовали оружие, облачившись в новый бронескаф – совсем другое дело! Специальные магнитные захваты позволяли легко и быстро выхватывать оружие, система наведения сама указывала на приоритетные цели, а сервоприводы делали комплекс лёгким. В общем, такими находками я остался доволен, но, всё же попросил Петра установить на новую броню плечевую турель. Уж очень она выручила в тот раз.

– Сделаем, – ответил старый друг. – В наличии имеется два десятка таких турелей. Мы решили установить их всем командирам групп и их заместителям.

После оружейной вновь отправился в медблок. Убедившись, что с парнями всё в порядке, посетил свою каюту, где долго и с удовольствием мирился с Руолан. Она была не против, так что в рубке управления я оказался за полчаса до выхода из гипера, слегка уставший, но в хорошем расположении духа.

– Капитан на мостике! – команда старшего офицера, сегодня им был Василий, заставила всех вскочить со своих мест. Прервав жестом доклад друга, я позволил себе по очереди пожать присутствующим руки, так как сейчас их внимания к приборам не требовалось.

– Электроник, что нас ожидает по прибытию в обычное пространство?

– Звезда класса B, бело-голубой гигант. На его орбите находятся четыре безатмосферные планеты, на одной из которых, дальней от звезды, находится опорная база разведывательного флота для глубокого исследования космоса. По сути, это граница территории Федерации рас. Дальше неисследованный космос. В начале войны такие базы использовали лишь как отстойники, где проводили техобслуживание кораблей, а также чтобы зарядить их топливом. Звёзды, по вашей классификации от бело-голубого гиганта и выше, способны зарядить реакторы кораблей Альянса. Процедура недолгая и редко требуемая, если не использовать главный калибр и прочее бортовое вооружение, а также не перегружать щиты.

– А на «Дальнем» сколько сейчас энергии? – тут же поинтересовался я, смутно припоминая, что на эту тему было в обучающих пакетах информации, полученных мною ещё на исследовательской базе.

– Около шестидесяти процентов, поэтому я рекомендую провести зарядку, – ответил искин. – Да, на опорной станции могут оказаться представители расы Пирей, или иной, входящей в состав Федерации. Запасы и энергоёмкость реакторов станции рассчитана на многие десятилетия, там могут находиться далёкие предки последних служащих.

– Возможно, что они потребуют вернуть им «Дальний»? Ведь, по сути, крейсер является собственностью Федерации, – спросил я с тревогой.

– Исключено, – успокоил меня искин. – Такими полномочиями обладают лишь высшие офицеры, получающие своё звание на собрании полномочных представителей Федерации рас.

Разговор занял оставшееся время до выхода из гипера. ИИ вслух провёл отсчёт последних секунд, а затем мы вывалились в обычное пространство. Обзорные экраны тут же показали огромную, чуть голубоватую сферу звезды, занимающую половину видимости. Даже то, что мы смотрели на местное светило не через стекло, не спасало от яркого, интенсивного света, буквально ослепляющего. Искин тут же убрал яркость, позволив нашим глазам увидеть не только звезду, но и её спутник, коричневую планету, с алыми вкраплениями огненных гейзеров. И в тот момент, когда мы все заворожено пялились на обзорный экран, взвыла тревожная сирена.

– Нас атакует вражеское судно, – тревожным голосом произнёс Электроник. – Классифицирую корабль противника. Это ударный крейсер биомехов, в настоящий момент происходит накачка главного калибра. Противник расположен в нижней полусфере пространства. Залп произойдёт ориентировочно через восемь секунд. Провожу манёвр уклонения. Пять. Четыре. Три. Два. Один.

Корабль тряхнуло, словно по нему ударили чем-то тяжёлым. И если в рубке всё было привинчено, то на корабле в момент удара попадало много незакреплённых предметов, возможно даже травмировав кого-нибудь.

– Отчёт по состоянию корабля, доклад от орудийных расчётов – тут же затребовал я у искина.

– Манёвр уклонения удался, но с опозданием, было слишком мало времени. Орудийные расчёты не могут использовать вооружение, слишком большое расстояние до противника, – в голосе искина тревога перемешалась с решимостью. – Капитан, сам крейсер не пострадал, а вот закреплённый под дном рудовоз Альянса получил пробоину и серьёзные внутренние повреждения. Экипаж в полном порядке, пострадавших нет. Был небольшой переполох в медотсеке, но, я уже успокоил всех по внутренней связи.

– Что с противником?

Нападение более вооружённого корабля биомехов, это вам не шутки, я серьёзно встревожился.

– Ему понадобится более пяти минут, чтобы встать на наш курс, а догнать «Дальний» ударному крейсеру противника вообще не по силам. К тому же у меня есть план. Капитан, я прошу разрешения войти в корону звезды, чтобы заполнить реактор топливом до ста процентов. Это даст нам дополнительное время, поскольку корабли биомехов не в состоянии выдержать столь высокие температуры. Дальнейшие действия будем планировать после анализа ситуации, – даже в таком, казалось бы, критическом положении, я заметил, как Электроник начинает быстро соображать, на ходу предлагая решения. Настоящий помощник, при этом не лишённый чувств.

– Действуй! – отдал я краткое распоряжение. – Можешь дать на обзорный картинку с вражеским кораблём?

На экране тут же высветилась часть космического пространства, на фоне которого двигался длинный веретенообразный объект, хорошо освещаемый светом звезды. На поверхности той части корабля, которая была обращена к нам, были видны глубокие борозды и каверны, никак не вписывающиеся в дизайн ударного крейсера. Выглядел он, словно старый кит, в которого не раз втыкался гарпун китобоя, но ему всегда удавалось сорваться, оставляя на шкуре рваные и колотые раны. Те потом заживали, оставляя после себя длинные и глубокие шрамы. Вот какие ассоциации вызывал у меня внешний вид корабля биомехов. И хоть грозный противник и сохранил хищные стволы турелей, симметрично расположенных по корпусу, а также орудия главного калибра, слегка выдающиеся из носовой части, но был он больше похож на старого, облезлого пса, чем на матёрого хищника, несущего смерть всему, что попадётся в его лапы. Хотя, грузовоз он вывел из строя, значит ещё может ужалить. Словно в подтверждение моим мыслям, заговорил искин:

– Скорость и манёвренность крейсера противника не соответствует полученным данным. Этот биомех или сильно повреждён, или имеет серьёзную нехватку энергоресурсов. Капитан, я провёл первичный анализ и могу утверждать с вероятностью в восемьдесят процентов, что противник не является для нас серьёзной угрозой. На противоходе мы поразим его даже нашим слабым вооружением, при этом сами не получим никаких повреждений.

– Электроник, действуем по первоначальному плану. Заправляемся под пробку, проводим полный сбор и анализ информации, а уж затем будем решать, как поступить. А сейчас сообщи по корабельной связи, что угроза для крейсера и экипажа устранена, успокой народ, пока не начали паниковать.

Окинув взглядом рубку, я увидел, как на лицах помощников исчезает тревожное напряжение, сменяясь облегчением и улыбками.

– Кто как, а я чуть не обхезался, – ляпнул Василий, которого в подобных ситуациях всегда прорывало на шутки, порой неуместные. Помнится ещё в армии, на срочке, после обычного выхода, когда мы чудом не потеряли ни одного убитым, на вопрос штабного хлыща – «Какого хрена?», раненый в плечо рядовой Чижов выдал:

– Товарищ майор, так вы не у нас спрашивайте, а у тех идиотов, что предоставили неверные разведданные!

Когда же охреневший от такой наглости штабист покраснел как рак, не в силах высказать всё, что он думает, Василий добавил:

– Товарищ майор, да не волнуйтесь вы так, ваша-то задница не пострадала.

Лишь благодаря комбату друг отделался тогда лёгким испугом, причём продолжал шутить в том же духе, чем хорошо снимал напряжение у товарищей. Вот и сейчас в рубке раздался смех, незаметно вернувший обычную рабочую атмосферу. Я уже собрался попросить Электроника рассказать нам, как проходит пополнение топливом реактора, когда аватара искина, до этого момента стоящая неподвижно, вдруг вновь оживилась.

– Капитан, сенсоры уловили сигнал с одной из планет системы. Странный сигнал, вроде как сообщение на пирейском языке, но сильно искажённом. Включаю воспроизведение.

Миг тишины, а затем зазвучал приглушённый голос, похожий на женский, или даже детский:

– Мы дети мёртвого мира. Мы не нарушили Аурсахч и с честью переносим все бануеш, – значения части слов были мне неизвестны, но я внимательно слушал, стараясь вникнуть в смысл сообщения. – Злобные бидоги кружат вокруг нас, не давая связаться с предками, чтобы те аруум и спасли своих детей. Но великий разум всё ещё помогает нам, и надежда живёт в наших биаул.

Сообщение повторялось по кругу, прерываясь лишь на короткую паузу. В голосе, произносившем его, не было какой-то обречённости или отчаянья, скорее в нём звучали надежда и вера. Я представил себе, как далёкие потомки жителей Федерации спокойно живут на опорной базе, не имея возможности покинуть её. Для них это норма – постоянно находиться под стальным куполом, защищающим от внешних угроз. Не дышавший ни разу утренним, прохладным воздухом, не чувствовавший на коже дуновение ветерка, никогда не будет желать этого, ведь ему оно не ведомо. Его будет радовать чистый и стерильный воздух, в котором нет вредоносных примесей, а перепад температуры воспримется с тревогой, ведь это признак нарушения работы какого-то механизма. От таких мыслей даже в дрожь бросило, это же какие-то дети подземелий получаются.

– Капитан, получены новые данные, – прервал мои размышления искин. – Сигнал идёт с опорной базы, которая находится на орбите самого дальнего спутника звезды, как и предполагалось. Попытка отправить запрос не увенчалась успехом, отклика не последовало. Могу предположить, что на базе повреждена система связи, но для полного анализа необходим визуальный контакт. И ещё я обязан уведомить, что при пополнении резерва реактора на борту возможно повышение температуры на пять-шесть градусов. Это произойдёт через три минуты и продлится около часа.

– Час? Разве за это время нас не уничтожит вражеский корабль? – удивился я.

– Нет, капитан. Температура на поверхности бело-голубого гиганта столь велика, что любое оружие противника не сможет причинить нам вред, растворившись при приближении к звезде. Нас же будет защищать энергетический щит, самовосполняющийся от энергии гиганта. А после заполнения резерва мы выйдем с противоположной от врага стороны звезды.

– То есть, биомехи не могут использовать энергию звёзд, как Федерация рас? – уточнил я.

– Реакторы биомехов работают на холодном ядерном синтезе. Где враг брал необходимое для синтеза сырьё, Федерации так и не удалось выяснить, да и сам процесс не был изучен.

– Понятно. Тогда объяви по корабельной связи, а также отдай мой приказ командирам штурмовых подразделений явится на мостик. Сдаётся мне, ударный крейсер биомехов – это не единственный неприятный сюрприз, который нас ожидает.

В этот раз я, прислушавшись к увещеванию Руолан, не собирался покидать борт крейсера, если будет производиться высадка. Да ещё и с вражеским кораблём нужно было разобраться так, чтобы для нас не было последствий.

Резерв реактора удалось заполнить без происшествий. Где-то в глубине души я побаивался, а вдруг «Дальний» за прошедшее время повредился и мы, вместе с крейсером просто сгорим, как спичка. Но всё обошлось, и спустя час крейсер вышел с противоположной стороны звезды, которая встала непреодолимой преградой между «Дальним» и ударным крейсером биомехов.

– Капитан, полный анализ полученных данных завершён, – наконец доложил искин. – По вражеским силам в системе, обнаружено следующее – один ударный крейсер, износ 80–87 процентов, состояние, близкое к критическому, уровень опасности для нас минимален. Один крейсер поддержки, находится на той же орбите планеты, что и опорная база, износ 90–94 процента, состояние критическое, уровень опасности отсутствует.

– Кто же их так покалечил? – удивился я. – Время, что ли, не пощадило?

– Опорная база вооружена и имеет хорошую защиту из расчёта неизвестной угрозы. Вполне вероятно, что нас тоже встретят враждебно и станут стрелять не вступая в переговоры. К тому же я по прежнему не получил ответа на запрос «свой-чужой».

Было видно, что искин волнуется, хоть и самую малость. Ведь на базе находились далёкие предки его создателей.

– Тогда сначала разбираемся с кораблями противника, а уж потом попробуем вступить в контакт с базой, – отдал я приказ. – Только у меня предложение. Электроник, пусть второй пилот сам постарается выйти на цель, ты лишь сопровождай его действия и постарайся не вмешиваться. Враг слаб, в самый раз на таком испытывать умения и слаженность экипажа.

Василий отработал как надо, без нареканий со стороны ИИ крейсера. Обогнул звезду по дуге, вовремя совершил маневрирование, не дав вражескому судну сойтись на встречных курсах, а затем пошёл в атаку из мёртвой для орудий противника зоны. Орудийные расчёты тоже показали свои умения на хорошем уровне, благодаря частым тренировкам на симуляторах. Турели вскрыли обшивку биомехов, как консервную банку острым охотничьим ножом. Вражеский крейсер сначала потерял ход, двигаясь чисто по инерции, а затем в его недрах что-то рвануло, развалив корпус надвое.

– Электроник, доклад, – потребовал я, когда стало ясно, что этот бой мы выиграли.

– Враг уничтожен, – доложил искин. – Эффективность экипажа признана удовлетворительной. Взаимодействие выше среднего. При столкновении с равным противником шанс выйти победителем оценивается в тридцать процентов.

– Да погоди ты со своей статистикой, – отмахнулся я. – Лучше проложи курс до опорной базы, этого сейчас вполне достаточно. Второй пилот, следуй указаниям Электроника.

Спустя два часа «Дальний», расстреляв висевший на высокой орбите крейсер поддержки, безуспешно пытался выйти на связь с опорной базой, огромной сферой, поверхность которой впитывала излучение звёзды многочисленными экранами, чем-то похожими на солнечные батареи.

– Эта технология мне неизвестна, – с удивлением произнёс Электроник. – Слишком примитивно для Федерации рас. Но, учитывая изолированность из-за присутствия врага в системе, а также отсутствия опыта в производстве и монтаже сложных модулей, такой метод получения энергии можно счесть вполне рабочим.

Внезапно на обзорном экране сменилась картинка. Вместо общего вида базы появилось изображение медленно открывающегося шлюза. Искин среагировал мгновенно, приблизив шлюз на весь обзорный экран. Огромная даже по меркам крейсера створка ушла в сторону, открывая проход вглубь базы.

– Нас приглашают в гости, – с какой-то затаённой надеждой произнёс искин, пока мы все всматривались внутрь огромной шахты. – По этому туннелю корабли попадают в доки для планового техобслуживания и ремонта. Капитан, каковы будут наши действия?

– Кто ещё, кроме меня и старпома, хорошо владеет пирейским?

– На удовлетворительном уровне никто, – ответил Электроник, и тут же спросил: – Вызвать в рубку старшего помощника?

– Да. И отдай распоряжение двум наиболее слаженным штурмовым группам через десять минут быть готовым к посещению опорной базы. Остальным быть в полной боевой готовности.

Через десять минут «Дальний» пришвартовался малым шлюзом к открытой шахте, а ещё через пять Михаил в сопровождении штурмовых групп покинул крейсер. Проникнув сквозь силовой пузырь, парламентёры, иначе их не назовёшь, двинулись по туннелю вглубь станции.

Опорная база Федерации рас. Парламентёры. Михаил.

Идти по туннелю пришлось минут пятнадцать. Пресловутая невесомость ощутилась лишь в краткий миг, когда Михаил покинул границу силового поля крейсера, но ещё не проник через аналогичное поле космической базы Федерации рас. На самой базе была не только искусственная гравитация, но и атмосфера, вполне пригодная для землян. Только никто не спешил поднимать забрала бронескафов, предпочитая дышать воздухом, добываемым из специальных сфер, установленных в систему скафандра. Ещё одно научное достижение Федерации рас, до которого Альянсу миров предстоит долгий путь.

Аборигенов завидели издали. Они стояли широким полукольцом, охватывая выход из тоннеля. Стояли молча, облачённые в глухую броню, уже повидавшую многое, но всё равно ещё крепкую. Словно ожидая, когда гости приблизятся, местные замерли в напряжённой неподвижности. Земляне тоже остановились, не зная, что ожидать от местных. «Сейчас или завяжется бой, или мы сможем договориться» – пронеслась в голове старпома мысль, когда он решительно шагнул вперёд и произнёс на пирейском:

– Мы пришли с миром!

Глава 7

Живые осколки прошлого

– Вы посланники Старших? – задал вопрос один из встречающих, так же, как и Михаил, сделавший пару шагов вперёд. Я, как и все в рубке, наблюдал момент встречи переговорщиков на обзорном экране, куда ИИ вывел картинку с камер штурмовой группы.

– Капитан, о каких старших идёт речь? – Михаил явно растерялся от такого вопроса. Эх, надо было самому идти.

– Скорее всего, он так Федератов назвал, – пояснил я старпому. – Расскажи ему кратко про гибель Федерации рас и кто мы такие.

Переговоры заняли минут двадцать. Со стороны аборигенов один за другим посыпались десятки вопросов, на большинство из которых мы не знали ответа. Те же, на которые удавалось ответить, открывали перед жителями базы весьма неприглядную картину. В конце концов, аборигены поверили нам, когда узнали, что оба корабля биомехов, которых они называли пожирателями, уничтожены нами, что подтвердил Михаил, сбросив старшему группы файл, демонстрировавший расстрел «Дальним» вражеского крейсера. Итогом переговоров стал открытый канал связи с одним из вспомогательных искинов базы, с которым у Электроника состоялась долгая беседа. Закончилась она тем, что штурмовая группа вернулась на борт, а «Дальнему» была предоставлена возможность попасть в ремонтный док, чтобы мы могли полноценно пообщаться с нынешним руководством базы.

Крейсер под управлением Электроника плавно вошёл в туннель, где тут же попал в магнитное поле, которое без происшествий доставило его массивную тушу в недра опорной базы. Корабль мягко опустился на металлический пол и замер. Искин тут же, без команды, вывел на обзорные экраны внутренности огромного помещения, в котором мы оказались.

– Твою налево, – выдохнул я, рассматривая представшую перед нами картину.

С потолка, до которого было пара сотен метров, свисало множество гибких манипуляторов разнообразной толщины, каждый в десятки метров длиной. Под самим потолком сияла сфера, похожая на искусственное солнце, заливающая всё вокруг ярким светом. По периметру док в несколько ярусов кольцами опоясывали широкие магистрали, сейчас совершено пустые, но я не сомневался, что раньше по ним сновали рабочие и техника.

Но больше всего привлекал к себе внимание широкий проход, расположенный по правому борту корабля. За ним открывался ещё один туннель, раз в десять меньше того, через который «Дальний» попал в док, но всё же в нём легко разъехались бы два легковых автомобиля. И в этом проходе стояли люди. Я даже потребовал у ИИ приблизить изображение, решив, что ошибся. Но нет, там действительно стояли люди.

– Раса марийцев, – пояснил Электроник, словно прочитав мои мысли. – Внешне очень похожи на землян, по внутреннему строению в моих базах данных мало информации. Присоединились к Федерации рас за несколько лет до начала войны с биомехами. Теперь понятно, почему они решили, что мы посланники Старших. Так принято называть более развитые цивилизации. Марийцы, когда их обнаружили, сильно уступали другим расам в технологиях, но уже создали прыжковый двигатель и интенсивно осваивали дальний космос. Неудивительно, что они оказались на опорной базе. Этой расе, как любой другой, только начавшей исследование дальнего космоса, свойственно стремление к изучению нового.

– Ну, тут уж мне самому нужно будет выйти к хозяевам, – задумчиво произнёс я себе под нос. – Неужели парадную форму придётся одеть?

– Это не обязательно, – услышал моё бурчание Электроник. – Активные искины базы сразу обнаружат твою метку капитана крейсера, а с ней и действующее звание. По факту сейчас на опорной базе ты единственный старший офицер и весь персонал по протоколу переходит в твоё подчинение. Другое дело, если местные увидят соответствующие регалии. Им будет спокойнее, если ты будешь одет в парадный мундир офицера Федерации рас.

Конечно, я бы предпочёл выйти в бронескафе при полном вооружении, так было бы спокойнее мне самому. Только всем нутром чувствовал, что с аборигенами нам предстоит дружить, а значит на них нужно произвести положительное впечатление. И нужно пошевелиться, негоже заставлять себя ждать.

– Пусть две штурмовые группы приготовятся, будут сопровождать меня. Василий, со мной пойдёшь, Михаил сменит тебя на посту, – отдал я пару распоряжений, а сам быстрым шагом отправился в свою каюту, в которой уже несколько дней на почётном месте в стенной нише висел парадный мундир. Уже подходя к каюте, нос к носу столкнулся с Руолан, которая куда-то спешила. Взгляд её был тревожным и каким-то растерянным, что ли. Встретившись со мной глазами, она резко шагнула ко мне, прижавшись всем телом.

– Что бы ни произошло, русский, запомни, ты всегда можешь доверять мне, – прошептала девушка мне на ухо, приподнявшись на цыпочки.

– Что-то случилось? – мне не понравились её слова, словно она предчувствовала какую-то беду. Я слегка взял Руолан за плечи и слегка отстранил её. – Нам что-то угрожает?

– Это касается только нас с тобой, русский, – в этот раз девушка сама посмотрела на меня. Её глаза были полны решимости и какой-то грусти. Такой взгляд мне очень хорошо знаком. Руолан только что приняла какое-то решение, а я, мать его, ни хрена вообще не понимаю, что происходит. И времени разбираться сейчас совершенно нет.

– Обсудим, когда вернусь с переговоров, сейчас я спешу, – я поцеловал девушку в подставленную щёку, хотя рассчитывал в губы. Не придав этому значения, произнёс:

– Всё будет хорошо. Похоже, мы нашли союзников. Если среди них найдутся нужные специалисты, у нас будут более опытные команды на других кораблях.

– Это хорошо, русский, – улыбнулась Руолан, уже освободившись от моих объятий, а затем показала в сторону кухни. – Там какое-то недоразумение с М'Батой произошло, Электроник попросил разобраться.

– Тоже спешу, – ответил я такой же улыбкой. – Местные хозяева уже заждались.

Через десять минут я, Василий в мундире второго пилота, и два десятка бойцов стояли у шлюза, ожидая, когда ИИ крейсера откроет его.

– Капитан, – прозвучало в переговорном устройстве. – Местный воздух может показаться странным из-за специфического запаха, но в остальном он не отличается от того, что на борту «Дальнего».

– Принял, – коротко ответил я, настраиваясь на встречу с хозяевами базы. Василий, судя по его движению руки к уху с гарнитурой, тоже получил сообщение от Электроника.

Шипение сервоприводов шлюза заставило ещё больше собраться. Некоторые из штурмовиков переступили с ноги на ногу, получив от командиров приказ о готовности. Едва плита шлюза опустилась на металлический пол базы, бойцы тут же устремились наружу, выстроившись в две шеренги от трапа. Раз уж мы приняли должности и звания, принятые в Федерации, то и традиции с протоколами будем соблюдать. Это на Земле мы будем придерживаться наших традиций, а здесь, по сути, являемся гостями. Как известно, в чужой монастырь со своим уставом не ходят.

К тому, что нас будет ожидать, едва мы покинем корабль, никто не был готов. Едва моя нога шагнула с трапа на пол станции, как со всех сторон зазвучало на пирейском:

– Старший офицер на палубе!

Тут же вся встречающая нас компашка дружно шарахнула себя ладонью правой руки по левой стороне груди. В затихающем эхе от голоса из громкоговорителей глухо прозвучал хлопок по плотной ткани. Мы, согласно традиции, повторили приветствие. Эх, похоже, придётся на крейсере, да и в будущем на всех кораблях вводить устав флота Федерации рас. Зачем придумывать что-то новое, когда есть работающая система, отточенная столетиями.

Чеканным шагом ко мне приблизился один из встречающих, офицер со знаками различия, которого можно было приравнять к старшему лейтенанту. И чем ближе он приближался, тем больше я понимал, что пропал. Пропал в этих фиалковых глазах, как омуты затягивающих в бесконечную глубину. Да, это была женщина. Правильные черты лица, тонкие брови вразлёт, огненно-рыжие волосы.

Тычок в бок вовремя привёл меня в чувство, вернув с небес на землю. Надо же, не думал, что меня можно так выбить из колеи. На миг зажмурившись, я постарался привести свой разум в рабочее состояние. Но стоило ей заговорить, как меня вновь словно кувалдой по голове шарахнули. Да что это за наваждение, етить-колотить?

– Капитан, необходимо ответить на приветствие по форме, – прозвучал в ухе голос Электроника. И я, разозлившись на себя, ответил. Мой ответ прозвучал официально и сухо, из-за чего в фиалковых глазах проскользнула тревога и недоумение.

– Капитан, разве вы не марийцы? – спросила командир базы. – Я спрашиваю, потому что вы похожи на нас, вплоть до мелочей, но на вашем лице нет радости от встречи с соплеменниками.

– Простите мой официальный тон, старший лейтенант, – как можно дружелюбнее ответил я. – Слишком мало опыта в таких делах. Я недавно получил звание старшего офицера, впрочем, гражданство Федерации тоже. И вы правильно заметили, мы не марийцы, хоть и очень похожи. Если позволите, я позже расскажу вам, кто мы и как оказались в вашей системе. А сейчас я бы не отказался выслушать вашу историю.

– Не марийцы? – огромные фиалковые глаза стали ещё больше. – Но как же, ведь мы так похожи. Ох, простите майор, прошу проследовать в переговорный зал, там всё готово к встрече.

До переговорного зала добирались на транспорте, похожем на гравиплатформу, которой мы с напарником пользовались, чтобы вытащить стационарные турели, когда на нас напала стая хищников. Только транспорт был в десятки раз больше платформы и имел три дюжины удобных сидений. Водитель лихо промчал нас по туннелю, свернул в боковое ответвление и через пару минут остановился возле прочной бронированной двери, створки которой тут же раздвинулись, стоило нам приблизиться. Внутри было просторно и достаточно свободно, лишь длинный стол с двумя рядами кресел и работающие обзорные экраны на одной из стен. На экранах отображался окружающий опорную базу космос, в котором плавали обломки недавно уничтоженного вражеского корабля.

– Майор, ваше прибытие дало нам надежду, – заговорила первой командир базы. – Десятки поколений были вынуждены жить взаперти, без возможности покинуть пределы базы.

– По какой причине корабли биомехов не атаковали вас? – задал я вопрос.

– Давайте я расскажу с самого начала нашу историю, чтобы стало ясно, почему мы до сих пор живы.

Окраина галактики. Система бело-голубого гиганта. Опорная база Федерации рас.

Атака врага была совершенно внезапной. Дальние сенсоры не засекли пробой из гиперпространства. Выяснить причину сбоя в работе столь точного оборудования возможности так и не представилось. Находящиеся возле станции остатки флота, состоящие из одного сильно потрёпанного линкора, восстановить который на базе не было возможности, а также четырёх тяжёлых крейсеров в таком же плачевном состоянии – вот кому предстояло встретиться с врагом лицом к лицу. Ещё два корабля, крейсер поддержки и десантный транспортник находились в доках базы, где их спешно восстанавливали.

Флот врага зашёл со стороны звезды, обрушившись на базу, словно хищная птица. Четыре ударных крейсера, двенадцать крейсеров поддержки и три десятка корветов. А за ними ползли две тяжёлые туши десантных кораблей, наличие которых сильно ухудшало положение. Если эти твари высадятся на поверхность базы, то никакие щиты не помогут. Командующий остатками флота, по совместительству капитан линкора, в сложившейся ситуации принял единственно верное решение. Бросив всю энергию щита на переднюю полусферу, флагман рванул навстречу врагу, а тяжёлые крейсера и орудия базы принялись массированно обстреливать москитный флот противника. Им удалось сократить число корветов на треть, прежде чем мелкие корабли укрылись за своими более крупными собратьями. Крейсеры противника, вместо того, чтоб максимально уплотниться перед линкором, пожертвовав парой-тройкой крейсеров поддержки, рассредоточились, открыв массированный обстрел по самому крупному сопернику. Но то ли боги в этот раз были на стороне Федерации, то ли у врага были проблемы с орудиями, только линкор огромной тушей вклинился между двух десантных кораблей и дал с каждого борта полный залп, обнуляя запасы энергии. Щит тут же мигнул и исчез, а корабль затрясло от многочисленных попаданий. Но экипаж, которому оставалось жить считанные мгновения, ликовал. Оба десантных корабля врага разваливались на обломки от мощнейших взрывов. Штурм базы живой силой противника удалось предотвратить.

Враг, словно придя в себя, наконец-то сгруппировался, создав из остатков флота единый кулак.

– Сосредоточить огонь на ближайшем ударном крейсере, цель помечена маркером, – принявший эстафету командующего флотом командир одного из крейсеров уже знал, как нужно действовать. Началось противостояние, где исход сражения решает сила и частота разового залпа. Вообще, обычно действующие разнообразно, в этот раз биомехи шли напролом, словно были уверены, что сломают защиту противника. Не тут-то было! Опорная база была изначально разработана для возможного отражения больших сил противника. Мощные орудия, ничем не уступающие главным калибрам линкоров делали своё дело, выбивая корабли врага один за другим.

Но и обороняющиеся несли потери. Сначала не выдержал двух прямых попаданий щит одного крейсера, и корабль тут же вспыхнул ярким огненным шаром. Затем второй, атакованный одновременно тремя уцелевшими в этой бойне корветами, прекратил стрельбу, превратившись в безжизненный кусок металла. Но и у врага численность крупных кораблей сократилась уже на две трети, а из корветов осталось лишь четыре.

После гибели последнего, четвёртого тяжёлого крейсера у противника осталось лишь два ударных, один вспомогательный и два корвета, которые можно было использовать разве что как таран из-за отсутствия боеприпаса и энергии. Противник наконец-то отступил, давая возможность защитникам базы немного отдохнуть.

Несколько месяцев остатки вражеского флота не приближались, находясь за пределами досягаемости главных калибров базы. За это время были полностью восстановлены корабли, находящиеся в доках, что давало призрачную надежду вырваться из системы бело-голубого гиганта и оказаться поближе к заселённой части космоса. Там можно было найти помощь, чтобы уничтожить оставшихся мехботов.

На прорыв было решено бросить оба корабля. Крейсер поддержки оснастили тяжёлым орудием, что давало неплохой шанс прорваться с боем. Десантный корабль, не имеющий тяжёлого вооружения, лишь с многочисленными турелями для борьбы с москитным флотом врага, должен был сыграть отвлекающую роль. Фактически им жертвовали. Вычислительные искины базы давали прогноз на положительный результат в 70 %, что очень обнадёживало, не давало пасть духом. Многочисленные спутники и зонды, разбросанные по системе и сканирующие космос, один за другим постепенно уничтожались врагом, поэтому, едва корабли привели в состояние готовности, были сформированы новые экипажи, и крейсер с транспортником покинули базу, начав разгон для прыжка под прямым углом друг к другу.

Им удалось! Остатки вражеского флота разделились, за транспортником, как за более крупной целью, погнались два крейсера и оставшиеся корветы, в то время как за вторым кораблём направили лишь один ударный крейсер. Ожесточённо отстреливаясь из турелей от превосходящего противника, экипаж транспортника ждал. Ждал, когда вспомогательный крейсер совершит прыжок, чтобы, подманив врага поближе, инициировать самоподрыв. Для этой цели на десантный корабль была загружена бо́льшая часть боезапаса станции.

Крейсер смог покинуть систему. Едва это случилось, как командир транспортника тут же отдал приказ на самоуничтожение. На краткий миг космос озарила ещё одна звезда, настолько мощным был взрыв. Мгновенно сгорели в бушующей плазме корветы, а следом и ударный крейсер. Лишь вспомогательный внешне уцелел, его корпус, в отличие от других, выдержал. Только врагу это не помогло, всю электронику выжгло напрочь, превратив корабль в безжизненный кусок металла.

Теперь людям на базе оставалось только ждать, когда придёт подмога. И они ждали, год за годом, десятилетие за десятилетием. Средняя продолжительность жизни в Федерации была достаточно высокой при наличии соответствующих сывороток и процедур. Но персонал базы ничего из этого не имел, а потому, спустя несколько десятков лет по полупустым коридорам, туннелям и залам ходили и бегали лишь марийцы. Они, в отличие от других рас, имели серьёзное преимущество – численность. Если тех же пирейцев после старта обоих кораблей на базе оставалось едва ли больше десятка, то марийцев было около четырёх сотен. Среди представителей недавно присоединившейся расы было мало специалистов, а вот воины они были хорошие, к тому же служба в десанте считалась у них достойным делом. Туда шли как юноши, так и девушки, готовые жертвовать жизнью ради сохранения своего народа.

Оставшись одни, марийцы не изменили присяге, и поколение за поколением выращивали отборных воинов. Строгая дисциплина, постоянная угроза из космоса и призрачная надежда, что когда-нибудь придёт помощь. Ведь ресурс базы не вечен.

И вот, когда на протяжении десяти последних лет перестали работать несколько систем, включая центральный управляющий искин, когда добываемой энергии стало едва хватать, чтобы поддерживать обороноспособность базы, когда надежда уже умерла, а отчаяние и безысходность стали всё чаще завладевать умами марийцев, появился он. Крейсер дальней разведки, экипаж которого не побоялся вступить в бой с противником и уничтожил его. А затем не исчез из системы, а целенаправленно двинулся к опорной базе, пытаясь всеми доступными методами связаться с марийцами.

Лиана, действующий командир базы, заслуженно занимала эту должность вот уже третий год. В тот день, когда мозг центрального ИИ умер, она первой сделала то, на что не решались другие – перебросила управляющий контур с мёртвого на два действующих искина, по совокупной мощности лишь чуть уступающих своему предшественнику.

И вот теперь она стояла перед высоким марийцем. Заученные фразы из армейского устава слетали с её губ, а сердце от чего-то бешено колотилось. И виной тому было не волнение от долгожданной встречи с представителями Федерации. Нет, сердце билось так из-за близости этого мужчины, в глазах которого она видела бескрайний космос, который затягивал её, лишая сил и воли.

Глава 8

Апгрейд

Выслушав долгий, полный трагизма рассказ жителей базы, я был впечатлён. Эти марийцы оказались настоящими воинами. Не сломались за столько поколений, не сорвались. Нам, землянам, такое не под силу – давно бы разбились на несколько лагерей и грызли друг дружку. А эта раса – просто эталон дисциплинированности.

– Майор, скажите, вы поможете нам?

Наконец, после долгого рассказа, эта красивая, сильная женщина задала вопрос, который волновал её больше всего. Я серьёзно задумался. По словам Лианы, являющейся действующим командиром базы, тридцать процентов её подчинённых могли прямо сейчас занять ключевые должности на «Дальнем», начиная от оператора защитных систем и заканчивая вторым пилотом.

Вздохнув, я ответил:

– В данный момент мы находимся на задании, от которого зависит судьба нашего мира. На корабле сейчас в несколько раз больше разумных, чем положено по штату, но это, надеюсь, временное явление. Максимум, что мы можем сделать прямо сейчас – это взять на борт два десятка специалистов, которые смогут составить в будущем полноценный экипаж крейсера или иного корабля подобного класса. Разумеется, даже если вы не сможете дать часть своих людей под моё командование, мы всё равно заберём вас отсюда. Только, когда это произойдёт, я не могу сказать.

Настала моя очередь рассказать более подробно, каким образом мы оказались в системе бело-голубого гиганта и каковы наши дальнейшие действия. Другие командиры базы, присутствующие на совещании – язык не поворачивался назвать это собрание по-другому, – после моего рассказа тут же пожелали присоединиться к походу.

– Майор, вы можете принимать решения от лица правителей своего мира? – спросила Лиана, жестом заставив умолкнуть своих подчинённых. – Или у вас нет таких полномочий?

– Нет, могу говорить лишь от лица своих людей, не больше, – никогда не любил врать. – Но я догадываюсь, к чему вы клоните, и могу обещать, что если вы присоединитесь к нам, хотя бы на время поиска уцелевших кораблей для создания флота, мы поможем вам переселиться туда, куда укажете. Слово старшего офицера Федерации рас!

Может моя последняя фраза и прозвучала слишком пафосно, но была сказана от чистого сердца и произвела нужный эффект на жителей опорной базы.

– Капитан, – прозвучал голос Электроника в гарнитуре. – Мне только что был предоставлен полный доступ к базам данных местных искинов на правах старшего.

– Мы принимаем ваше предложение, майор, – фиалковые глаза Лианы сверкнули в мою сторону, – и готовы выделить двадцать специалистов выбранных вами профессий.

– Электроник, можешь заняться этим? – спросил я ИИ крейсера, не стесняясь присутствия марийцев.

– Я только что произвёл набор экипажа и отправил список командиру базы, – ответил мне искин. – Также на местных складах мною обнаружены необходимые для усовершенствования «Дальнего» модули и орудия. Составить запрос на их расконсервацию? С мощностями базы переустановка всего необходимого займёт не более двадцати восьми часов.

– Насколько это необходимо? – поинтересовался я у ИИ.

– Анализ недавнего боя подтверждает наши шансы одержать победу с одиночным противником и избежать поражения с двумя. Против трёх ударных крейсеров или одного корабля более высокого класса в нынешней комплектации «Дальний» с вероятностью в девяносто процентов потерпит поражение.

– А если провести замену?

– Капитан, в таком случае наши шансы увеличиваются вдвое, – кратко ответил искин.

Я поднял глаза на Лиану.

– Старший лейтенант, искин моего крейсера говорит, что корабль можно качественно усилить, воспользовавшись имеющимися на базе модулями орудия.

– Это вполне возможно устроить. Заодно предлагаю вашему экипажу посетить базу в качестве гостей и познакомиться с новыми членами в непринуждённой обстановке.

Лиана тут же связалась с техниками, поставив им задачу и переведя все дальнейшие принятия решений на один из искинов базы.

– Капитан, на всякий случай я отдал распоряжение увеличить количество штурмовиков, находящихся на дежурстве, втрое против обычного. Пусть сейчас я и получаю всю информацию на опорной базе одним из первых, всё же стоит подстраховаться.

– Добро, – подтвердил я решение Электроника. – Свяжи меня с рубкой управления.

– Слушаю, капитан, – через пару секунд прозвучал в гарнитуре голос Михаила.

– Проследи, чтобы экипаж правильно понял приказы искина, – ответил я старпому, в который раз удивляясь, как быстро возмужал мой напарник. – Появилась возможность отдохнуть от тесноты крейсера. Мы задержимся здесь приблизительно на восемнадцать часов. Электроник введёт тебя в курс дела.

Через час большая часть экипажа покинула «Дальний», а док наполнился шумом механизмов и спецтехники. Я, Василий и ещё три десятка землян, стоя на самой верхней магистрали, смотрели, как марийцы шустро снимают бронеплиты с носовой части крейсера, как вытаскивают через грузопассажирские шлюзы устаревшие модули, имеющие порой несколько кубометров в объёме, как заносят новые. При этом никто не ругался, все работали, как будто подобным занимались уже много лет.

– Идеальные бойцы, – произнёс стоящий рядом Эржан, который, вторым на корабле после доктора, даже на людях обращался ко мне по-свойски, – Федя, может наших ребят в криокапсулах тоже разбудим, да оставим здесь? Столько места занимают эти корыта, каждое больше двух квадратных метров.

– Старшина, откуда у тебя такая уверенность, что мы вернёмся сюда в ближайшее время? – перебил коренастого алтайца Андрей Смолов, стоящий на своих ногах за моей спиной. – Может так выйдет, что мы на базу вообще не попадём до начала вторжения. Тогда получится, что все эти люди зря летели с нами? Могли бы и дома посидеть.

– Завхоз дело говорит, – ответил я Андрею. – Здесь у них появляется возможность получить необходимые знания и к часу икс оказаться реально полезными. Да и пленника нашего я бы оставил здесь, считай только камеру зря занимает. Электроник, слышал, о чём мы говорим?

– Я уже решаю этот вопрос, – отозвался ИИ крейсера и замолк. Несколько секунд ожидания, а затем он продолжил:

– Если разморозить все криокамеры и оставить разбуженных пассажиров здесь, то ресурсов опорной базы для обеспечения жизнедеятельности хватит на три месяца. Помимо этого придётся оставить сорок процентов пищевого концентрата и двадцать семь процентов запаса жидкости. Я уже отправил предложение старшему лейтенанту Лиане Мелвен и ожидаю ответа. Мы, конечно, могли бы потребовать выполнения подобных условий в приказном порядке, но анализ ситуации при таком решении даёт отрицательный результат.

– Ни в коем случае ничего не надо требовать, – возмутился я. – Мы здесь фактически на птичьих правах, и при этом нам помогают, словно мы родные братья марийцам.

– Я получил положительный ответ от командира опорной базы, она сейчас прибудет в ремонтный док, – произнёс искин через пять минут, во время которых мы наблюдали, как местные техники о чём-то спорят с Петром, причём я точно знал, что наш зам по вооружению ни хрена не знает пирейский язык.

– Хорошо, я сейчас спущусь, чтобы встретить её, – ответил я Электронику, – а ты пока успокой Петра. Чего он там разбушевался?

– Зам по вооружению требует установки второго энергетического щита, чего никогда не делали на крейсерах Федерации, – в голосе ИИ промелькнули странные эмоции. – Конструктивно это возможно, и не скажется отрицательно на характеристиках крейсера, но защита будет чересчур избыточна.

– Соедини меня с ним, – улыбнулся я. Если всю эту информацию донесли до Петра и он продолжает стоять на своём, значит он до чего-то допёр и теперь, не желая делиться с остальными своим гением, хочет воплотить задумку в жизнь.

Услышав в гарнитуре ругань друга, я произнёс:

– Друже, да расскажи ты им, чего придумал, иначе не отстанут.

– Федь, это ж надо такое удумать – защита будет превышать максимально необходимые показатели, – возмущённо произнёс друг. – А когда нашему кораблю противник чуть брюхо не вскрыл, где была эта защита?

– Единичный случай, возможность повторения которого составляет не более тысячной доли процента, – ответил искин крейсера. – Противник оказался настолько близко от точки выхода «Дальнего», да ещё мы оказались у него на курсе. Повторение такого маловероятно. К тому же, установка второго щита не убережёт от прямого попадания из главного орудия на коротких дистанциях, хотя и сильно понизит возможные повреждения.

– Фёдор, ну дай добро, а? Считай, мне будет так спокойнее, – не унимался Пётр. – Там работы всего на два часа добавится.

– Да хрен с тобой, разрешаю, – мысленно махнул я рукой. Согласился, потому что не припоминал, чтобы друг когда-либо так себя вёл. Если он угомонится, то и мне будет спокойнее. – Электроник, проконтролируй.

С командиром базы встретился внизу, едва спустился на первый уровень.

– Майор, вы действительно хотите оставить часть ресурсов, а также ваших сограждан нам на обучение? Я всё правильно поняла?

– Старший лейтенант, это всего лишь предложение, принятие решения остаётся за вами, – ответил я, с трудом сдерживаясь, чтобы не утонуть в её глазах. Ведьма, не иначе!

– После этого на борту значительно увеличится свободное пространство, а значит, появится возможность взять ещё два десятка марийцев, – тут же внесла коррективы Лиана. – Такое решение будет выгодно как экипажу крейсера, так и жителям базы.

– Электроник, сделай расчёты, – обратился я к искину.

– На освобождённом от капсул пространстве можно организовать десять двухместных кают и небольшую кают-компанию, – через несколько секунд ответил ИИ крейсера. – Работы добавят три часа к общему времени. Также работоспособность базы увеличится на срок от семи до десяти дней.

– Старший лейтенант, так вы принимаете моё предложение? – спросил я, тут же смутившись. Уж больно двусмысленно прозвучали мои слова. Щёки красавицы тоже слегка порозовели, а затем мы оба рассмеялись. – Простите, ничего такого не имел в виду.

– С одним условием, майор, – отсмеявшись, ответила Лиана. – Первый же найденный вами корабль вы отправляете к нам на базу. Поверьте, это будет и в ваших интересах. Сформированные сводные экипажи смогут обкатать свои знания на практике. Таким образом вы получите сработанную команду, а мои люди почувствуют больше доверия с вашей стороны, что тоже пойдёт всем нам на пользу.

– Добро, подтверждаю и полностью поддерживаю, – ответил я, и тут же обратился к ИИ крейсера: – Электроник, ты всё слышал? Введи в курс дела Петра и свяжи меня с Михаилом.

– Слушаю, капитан! – тут же отозвался старпом.

– Миш, – обратился я к помощнику, – запускай разморозку капсул и отдай распоряжение, чтобы с полсотни человек из экипажа помогли пробудившимся прийти в себя, объяснили, где мы и что вообще происходит.

– Принял, пошёл исполнять – ответил Михаил и отключился.

Лиана, сославшись на необходимость личного присутствия на собрании командиров, предложила пойти с ней, но я отказался, сославшись на занятость, чем заслужил уважительный взгляд в свой адрес. Действительно, сейчас лучше находиться рядом со своими людьми, чтоб в любой момент решить неожиданно появившуюся проблему лично.

За эти двадцать четыре часа все изрядно вымотались, а потому шестичасовой отдых заслужили все. Не спали лишь несущие вахту, я, принимавший проделанный за столь короткое время титанический труд, да Пётр, ответственный за техническое оснащение крейсера, а потому везде меня сопровождающий. Уже были проведены тестирования всех систем, с весьма положительным, на взгляд Электроника, результатом, и оставались лишь мелочи, которые уже не влияли на общий результат. Вообще, ИИ крейсера радовался обновлению корабля, словно ребёнок, получивший долгожданную игрушку. Да и я сам был доволен, словно кот, объевшийся сметаны.

– По системам сканирования и дальнего обнаружения, – докладывал искин, – сканеры остались прежние, а вот сопутствующая техника будет в разы упрощать исследование космоса. Два десятка разведзондов вполне обеспечат нас необходимой информацией, при этом сам корабль не будет подвергаться риску. Также на борту теперь имеется постановщик помех, сбивающий врагу прицеливание и вообще всячески мешающий тому жить.

Было видно, что ИИ подбирает слова попроще, чтобы мы поняли о чём речь, за что я был ему благодарен. Искин же, обрисовав все перспективы сканирования космоса, перешёл к вооружению.

Спарка двух туннельных орудий, хищно выступавших из носовой части корабля, превратили «Дальний» в тяжёлый крейсер Федерации. Теперь не нужно было сближаться с противником на дистанцию уверенного поражения простыми курсовыми пушками. Прицельный выстрел из туннельных орудий вражеский корабль вряд ли перенесёт даже на дальних дистанциях, а если его щиты и выдержат, то он всё равно вряд ли пожелает идти на сближение с таким зубастым противником. Обновлённые турели, количество которых увеличилось вдвое, хорошо защищали крейсер от москитного флота противника и ракетного залпа. И, словно вишенка на торте, система активной защиты, позволяющей в кратчайшие сроки выставлять минные заграждения. Хорошая штука на случай, если требуется перекрыть возможное направление атаки противника, или же получить возможность качественно оторваться от преследователя.

– В медотсеке также пополнение, – продолжал рассказывать искин. – Вместо одной медкапсулы поставили четыре и добавили к ним одну регенерационную ванну.

– А в чём разница? – тут же спросил я.

– Полноценная регенерационная ванна может восстановить разумного в течение пары часов, даже если от него осталось меньше трети. Есть специальные препараты, благодаря которым можно поддержать мозг умирающего. Если при этом доставить его до такой ванны, он выживет и восстановится.

– Нужное приобретение, – согласился я, – какие ещё изменения?

– Скорее дополнения, – ответил ИИ и бросил взгляд на Петра. – Помимо второго генератора щита, на крейсере появилась активная система защиты, на случай проникновения вражеского десанта. Это скорострельные турели, прикрывающие ключевые точки корабля, а также десять охранных дроидов. Паукообразные кибернетические механизмы, обладающие мини-генераторами индивидуального силового поля и вооружённые особыми импульсными винтовками. Такое вооружение не способно пробить бронескаф, но обладает сильным останавливающим действием.

– Бьёт, но не убивает, – хмыкнул я. – А у наших штурмовиков появилось что-нибудь интересное?

– Да, стационарные турели, наподобие той, что взорвалась в туннеле на научной базе. Но они предназначены скорее для защиты и удержания занятых позиций, а вот два десятка десантных ботов, более усовершенствованных, чем тот, что уже имеется на борту, они как раз созданы для наступательных манёвров и подавления пехоты противника.

– Где же мы всё это разместили? – удивился я. – Корабль был забит под завязку.

– Пришлось занять тренажёрный зал, а вместо него установить пять индивидуальных модулей, на посещение которых мною уже составлен график. В таких модулях возможно не только получение знаний, но и наработка физических рефлексов и силы с выносливостью. Чем хороши эти модули – на них можно отработать как индивидуально, так и группой, что очень поможет марийцам, вошедшим в экипаж, научить землян использовать вооружение и прочее спецоборудование с максимальной эффективностью.

– Давайте с Зинаидой Васильевной поговорим, заодно предупредим о смене курса партии, – предложил я, когда мы поравнялись с медицинским отсеком. Войдя внутрь, оценил изменения, которые сразу бросались в глаза. Вместо одной капсулы и робота-хирурга, практически не занимающих места, сейчас в медотсеке стало тесновато.

– Капитан! – передо мной вытянулся по стойке смирно мужчина в форме лейтенанта медицинской службы Федерации рас. За ним, что меня изрядно удивило, в такой же форме, но без звания, встала наш бортовой врач и две её помощницы. Да тут, похоже, и объяснять никому ничего не нужно, все уже всё поняли. Зинаида Васильевна умная женщина, сама всё поняла и подчинённым пояснила доходчиво. Похоже, присутствие марийцев на корабле само собой инициировало переход экипажа на устав Федерации рас. Что ж, похвально!

– Вольно, – коротко бросил я, и обратился к марийцу, который явно стал здесь старшим. – Лейтенант, как вам ваши подопечные?

– Капитан, если вы говорите о пациентах, то здесь всё под контролем, – улыбнулся мужчина. – Что же касается моих подчинённых, тут я обещаю в кратчайшие сроки обучить их всему, что знаю и умею сам. А кое-чему и мне придётся научиться.

Зинаида Васильевна хитро улыбнулась и подмигнула мне – мол, знай наших. Стало ясно, что инопланетян приняли здесь нормально, без проблем. Надеюсь, и в других местах будет без происшествий. Хоть Электроник и убеждал меня, что экипаж подобран из людей морально устойчивых и не склонных к необдуманным поступкам, но всего предвидеть невозможно.

– Капитан, «Дальний» полностью прошёл модернизацию и готов к вылету, – наконец сообщил мне искин. – Экипаж на борту в полном составе. Да, с тобой хочет поговорить командир базы, я только что получил запрос. Она с помощником ожидает вас возле центрального шлюза.

– Ну, несколько минут для важного разговора всегда можно найти, – сказал я, краем глаза уловив хитрую улыбку друга. И чего он лыбится, не понимаю. – Передай старшему лейтенанту, пусть поднимется на борт.

Оказалось, визит Лианы был связан с традициями марийцев. Каждый раз, когда корабль покидал космопорт, его навещал представитель планеты, или, как в нашем случае, базы, чтобы сказать напутственное слово. Только для меня слова старшего лейтенанта прозвучали как-то слишком лично, как и для неё, если я не ошибся.

– Покидая наш дом, помните, здесь вас ждут и верят, что вы вернётесь! – произнесла красивая женщина, неотрывно глядя в мои глаза. Проклятье, что же с нами творят эти женщины, превращают из суровых, битых жизнью мужчин в растерянных мальчишек.

– Отправляясь к звёздам, мы помним о доме и считаем минуты до возвращения! – наконец смог я выдавить из себя ритуальную фразу, которую нашёптывал мне в гарнитуру Электроник. В этот момент Лиана шагнула ко мне, коснулась пальцами руки сначала своего лба, а затем моего.

– Возвращайтесь скорее, с хорошими новостями, Майор, наш народ доверяет вам.

Спустя десять минут крейсер «Дальний», покинув чрево опорной базы обновлённым, словно заново родившись, набирал скорость для прыжка в очередную систему. Я же в это время, находясь в рубке управления, ломал голову над предстоящей беседой с Руолан. Я уже знал от искина, что девушка забрала из моей каюты все свои вещи и переселилась обратно в свою, причём сделала это буквально сразу после крайнего с ней разговора. И вот как после этого не верить, что женщины обладают невероятным чутьём, порой больше похожим на магию?

Глава 9

Опять засада

Один из бойцов раз за разом разряжал импульсник в уродливую голову биомеха, тело которого после каждого попадания дёргалось в конвульсиях. Я, вместе с тремя остальными, рассредоточились по широкому туннелю, вглядываясь в темноту, освещаемую лишь частично встроенной системой ночного видения. Тепловизор не отображал пока никаких сигнатур, но моё внутреннее чутьё говорило, что сейчас, ещё пара мгновений, и очередная тварь выскочит к нам навстречу, попытается сбить с ног длинным хвостом, вгрызться в бронескаф своими роторными челюстями, вращающимися, словно фрезы.

– Сверху! – штурмовики успели среагировать на мою команду и в падающее сверху длинное тело, выбравшее своей добычей одного из бойцов, ударили энергетические импульсы, сбивая траекторию.

– Сзади! – заорал Пётр, только что добивший биомеха в одиночку.

– Бас, Корги, – тут же среагировал командир группы. Я, отступив на шаг от расстреливаемого противника, сосредоточился на интерфейсе шлема. Быстро навёл прицел на маркер, поставленный Петром, и плечевая турель произвела серию выстрелов, пока я доворачивал ствол винтовки. Друг в это время уже вовсю расстреливал юркую тварь, стремительно приближающуюся к нам. Через мгновение к нам присоединился Василий, получивший позывной Корги.

– Чисто! – произнёс я, когда биомех замер без движения, а его маркер на интерфейсе погас.

– Чисто, – тут же отозвался командир группы, мариец с позывным Шек, – Рассредоточиться, формация – полукольцо. Вперёд!

Осторожно продвигаемся вперёд, осматривая каждый квадратный метр. Но в туннеле на нас больше не было нападений, мы спокойно прошли до конца и оказались в большом ангаре, заполненном какими-то механизмами. Пока осматривались, всё было спокойно, но едва двинулись вперёд, слегка забирая к правой стене, моя чуйка просто взвыла, предупреждая об опасности.

– Шек, кто-то приближается, – произнёс я на общем канале.

Ответить командир не успел. Что-то массивное на огромной скорости выскочило из-за механизмов и взмахом длинной конечности сбило на пол троих из нас. Следующий взмах отправил в полёт меня и Шека. Удар, от которого выбило дух, швырнул меня за один из агрегатов. Если бы не бронескаф, тут бы мне и пришёл конец, но броня защитила от перелома позвоночника, а встроенная аптечка тут же накачала обезболивающими и стимуляторами, давшими мне возможность подняться и рвануть к месту, где должны быть мои товарищи. Отметив краем сознания отсутствие разговоров на общем канале и звуки выстрелов из винтовок и турелей, я выскочил из-за здоровенного механизма, выцеливая противника.

Он оказался огромен. Высотой около трёх метров, внешне похожий на какого-то паука. Мощные жвалы на моих глазах сжали тело Петра, переламывая его пополам, только ему было уже безразлично. Друг был мёртв, как и другие в группе, кроме меня. Едва я осознал это, как на меня накатило спокойствие. Такую махину нашими импульсными винтовками не осилишь. Тут нужно вооружаться потяжелее, например штурмовыми комплексами, а лучше вообще вместо бронескафа использовать десантные мехботы. Вот их вооружение точно справится с этими махинами, а то, что сейчас имеется в наличии, только поцарапает гиганта.

– Выход! – отдал я команду, и окружающее меня пространство размазалось, покрывшись серой дымкой.

– Капитан, у нас новый рекорд, – послышался довольный голос Василия – правда, среди смешанных групп. Без землян марийцы по-прежнему легко проходят симуляцию. Но и мы хороши, мало того, что зачёт сдали, так ещё и до центуриона дошли. Это наши бойцы так назвали того паука-переростка.

– Так вот кто нас раскидал, как котят, – произнёс я, морщась от боли в груди, пока освобождался от геля и вылезал из симулятора. – Ну и нахрена его туда засунули? Там без мехбота делать нечего, от слова совсем.

– Это стандартная программа, капитан, – тут же ответил Шек – настроенная таким образом, чтобы бойцы не начинали чувствовать себя неуязвимыми до реальных столкновений с противником. К тому же присутствие центуриона вполне оправдано. Мы сегодня зачистили шестнадцать червей. При таком количестве простых бойцов всегда должен быть командир, направляющий их действия.

– Благодарю за развёрнутый ответ, сержант, – по-уставному ответил я, обтираясь полотенцем. Все мышцы тела конкретно побаливали, хотелось просто упасть на что-нибудь мягкое и полежать так пару часиков. Но, увы, нужно топать в рубку управления. Должность обязывает.

– Все свободны, – отдал я команду, и бойцы покинули тренировочный отсек, кроме Петра. По его лицу было видно – этот Кулибин опять что-то придумал.

– Рассказывай, чего опять изобрёл, – улыбнулся я, жестом приглашая проследовать за мной.

– Федь, я тут подумал, а почему бы не вооружить штурмовую группу каким-нибудь аналогом гранатомёта? Не таким, что встроен в штурмовой комплекс, а наподобие наших противотанковых гранатомётов. Ведь чем является центурион, если не танком? Я хорошо изучил системы вооружения Федерации, есть пара образцов, хорошо подходящих на такой случай.

– Хорошая идея, друже, – поддержал я товарища. – С Электроником обсуждал уже?

– Ещё нет, я ж полчаса назад и не думал о таком, – по лицу Петра было видно, что он уже вовсю погружён в свои мысли. Козырнув мне, зам по технике и вооружению быстрым шагом направился в свою берлогу. Опять искин будет возмущаться нецелевым использованием оружия.

– Капитан на мостике, – дежуривший сегодня Владимир первым увидел меня.

– Вольно, – махнул я рукой офицерам корабля. – Навигатор, сколько ещё до выхода?

– Четверо стандартных земных суток, капитан, – отозвался мариец. – Восемьдесят процентов пути уже преодолели.

Если бы не постоянное обучение, миссии в симуляторе, а также разборы тактических постановок, экипаж бы начал сходить с ума. Электроник, благодаря марийцам, держал всех под постоянной нагрузкой, позволяя лишь кратковременный отдых. Такой график уже давал свои результаты, специалисты стали гораздо реже ошибаться в расчётах, различные службы показывали более слаженную и чёткую работу, как порознь, так и взаимодействуя. По оценке самого искина, команда корабля вскоре станет образцово-показательной, если продолжить в таком же темпе.

Мои опасения, что после усовершенствования у «Дальнего» могут возникнуть неполадки, не оправдались. Крейсер работал без нареканий, радуя как меня, так и весь экипаж.

Уже по традиции раскурив трубку, я погрузился в раздумья, оценивая наше общее положение дел. Вспомнил разговор с Руолан, произошедший сразу после прыжка в гипер. Я сам посетил её каюту, которую девушка сначала не хотела открывать, но всё же согласилась, что поговорить нужно.

– Как ты узнала? – спросил я после того, как мы несколько минут просидели молча, каждый глядя в свою сторону. – Даже я ничего не знал, пока не встретился с ней глазами!

– Наверное, женское чутьё, – произнесла девушка, попытавшись выдавить из себя улыбку. – Когда мы подлетали к базе, я почувствовала, что скоро потеряю тебя, как своего мужчину. Это судьба, с ней не поспоришь, так зачем же откладывать неизбежное, цепляться за чужое?

Мы оба понимали, что нам не нужны слова поддержки, лишь время, чтобы всё расставить на свои места. Поэтому, посидев молча ещё какое-то время, я поднялся и шагнул к выходу. Уже покидая каюту, повернулся к Руолан:

– Если возникнут какие-то проблемы или вопросы, обращайся, постараюсь помочь.

– Хорошо, – девушка кивнула мне и помахала рукой. – Я всё равно рада, что согласилась лететь с тобой. Здесь я точно знаю, что нужна.

Спустя неделю полёта к Руолан попытался подкатить Василий, впервые в своей жизни натолкнувшись на полное игнорирование. А ещё через неделю ко мне подошёл Пётр и, помявшись, сообщил, что хочет встречаться с одной красивой азиаточкой. На моё удивление, с чего мне решать такие вопросы, зам по технике ответил, что Руолан теперь считает меня либо старшим братом, либо дядей, который несёт за неё ответственность. Так вышло, что по службе им очень часто приходится пересекаться и, зная, что мы расстались, наш главный техник решился в конце концов наладить свою личную жизнь.

– Ну, раз такое дело, – произнёс я спустя минуту, переварив услышанное, – то даю добро. Но учти, накосячишь, спрошу, как за родную сестру!

В общем, ситуация вроде как разрешилась положительно, без последствий.

– Капитан, могу тебя порадовать, – в гарнитуре послышался ехидный голос искина. – Анализ тел землянина и марийца завершён. Девяносто девять процентов совпадения организмов.

Я хмыкнул. Вот же, кому делать нечего, ерундой страдает. Нет бы мощности на научные исследования направить, а он всё туда же.

– Офицеры, – привлёк я к себе внимание. – Хоть Электроник и контролирует все системы корабля, но если произойдёт что-то незапланированное, немедленно докладывайте искину. Я же отправляюсь в научный отсек. Пока есть время, кое-что нужно изучить. Так что имейте в виду, два-три дня буду доступен лишь короткими урывками.

– Будет сделано, – ответил Владимир, козырнув мне. Кто бы сомневался.

– У меня хватит времени на изучение атакующих формаций и тактик перестроения флота до выхода из гипера? – задал я вопрос ИИ крейсера, едва покинул рубку управления.

– С небольшим запасом, – отозвался искин. – Трое земных суток. Но это даст тебе только объём знаний, ещё пару месяцев придётся провести в симуляции, чтобы освоить хотя бы основные манёвры. Примерно столько же понадобится капитанам других кораблей для отработки взаимодействия, при условии, что они будут наверняка знать, какими классами кораблей будут управлять. И лишь только после этого можно будет пробовать проводить реальные манёвры в космосе. Если к Земле в час икс прибудет регулярный военный флот, а не разношёрстная компания, как предполагается, мы вряд ли что сможем им противопоставить.

– Вот поэтому и нужно учиться сейчас, – сказал я, останавливаясь перед дверью в научный отсек. Внутри из свободного места была лишь небольшая площадь метров шесть квадратных, на которой стояли два ложа, те самые, благодаря которым я знаю язык пиреев и много чего ещё. Усевшись в одно из них, я откинул голову, давая возможность специальным зажимам обхватить её.

– Запускай, – произнёс я Электронику, расслабившись. Пару мгновений, затем резкий укол в районе затылка, и сознание утянуло в водоворот знаний.

Ещё семь раз пришлось нырять в этот водоворот, чтобы полностью изучить курс. Последнее погружение, самое затяжное, далось особенно сложно, голова просто раскалывалась от боли.

– Электроник, краткий доклад, – произнёс я, слезая с ложа.

– На корабле всё идёт штатно, происшествий, неполадок не выявлено. Было недоразумение в столовой, связанное с подменой блюд одному из землян. В итоге девяносто процентов экипажа теперь заказывают пищу, приготовленную по рецептам марийцев, – доложил искин, проявившись передо мной в виде аватары. – До выхода из гиперпрыжка осталось двенадцать часов. Капитан, рекомендую зайти в медблок за обезболивающим и как следует выспаться.

Так я и поступил, перед сном заглянув в рубку. Михаил отрапортовал, что да как, затем поинтересовался, усвоил ли я материал. Он-то уже давно изучил всё, что только можно по управлению, маневрированию и тактике, впору ему экзамен сдавать.

Разбудил меня зуммер будильника, сменившийся голосом искина:

– Капитан, до выхода из гиперпрыжка осталось один час, сорок минут.

– Спасибо, Электроник. Передай в рубку управления, я скоро буду, – ответил я, и направился в душевую. За время нашего полёта я так и не привык к ионному душу. Желание постоять под горячими струями воды порой было столь сильным, что становилось неуютно.

Впервые за всё время поисков экипаж оказался полностью готов к выходу из гиперпрыжка. На всех постах, начиная с оружейных и заканчивая техническими, уже набравшиеся опыта спецы были готовы к любой ситуации.

– Даю отсчёт, – как всегда произнёс Электроник, начав с десяти. Мы все замерли, ожидая чего угодно. Прошлый раз, оказавшись на выходе под огнём вражеского крейсера, каждый был готов к повторению подобного. Как оказалось, не зря. – Три, два, один.

Миг искажения, и «Дальний» вывалился в обычный космос. Тут же взвыли сирены, предупреждающие об опасности.

– Твою налево, – сдавленно выругался Владимир, а его пальцы забегали по пульту управления. – Выполняю манёвр уклонения.

На обзорном экране, едва мы вышли из прыжка, появились четыре красные точки с сопровождающими их надписями. Два ударных крейсера биомехов и один корабль-матка, чей маркер раз в десять превышал размеры крейсеров, находились буквально перед нами, настолько близко располагались их маркеры от центра экрана, где предполагалось наше местоположение. Едва мы начали осознавать, куда вляпались, корабль-матка произвёл залп. Если бы Владимир задержался с принятием решения хотя бы на секунду, «Дальний» перестал бы существовать. Благодаря манёвру уклонения мы благополучно ушли от расправы и, выйдя из сектора обстрела, крейсер на полной скорости рванул к ближайшему небесному телу, разрывая дистанцию с противником.

– Электроник, доклад, – отдал я приказ и, выругавшись, добавил: – Как эти суки узнают точку выхода? Они же прямо ждали нас!

– Капитан, в системе зафиксировано четыре корабля биомехов. Три, с которыми мы уже столкнулись, и один находится на орбите второй планеты данной системы. Также фиксирую сигнал об опасности, исходящий от военной базы Федерации, и в данный момент пытаюсь наладить с ними связь. Что же касается засад, которые встречают нас при выходе из гиперпрыжка, информации слишком мало, анализ ещё проводится.

– Каковы наши шансы против такой мощной группировки врага? – спросил я, озадаченно наблюдая на обзорном экране, как в хвост «Дальнему» пристраиваются ударные крейсера биомехов, при этом сильно проигрывая в скорости.

– Благодаря двум щитам мы можем легко выдержать прямые попадания обоих преследователей, нужно лишь встать на встречный курс. Корабль-матка имеет серьёзные повреждения корпуса и, скорее всего, крайне низкую манёвренность. По сути, он превратился в неповоротливую оружейную платформу, с которой мы легко сможем разорвать дистанцию. Четвёртый корабль практически не подаёт признаков жизни, странно, что сенсоры его опознали. Расстояние до противника позволяет совершить разворот для контратаки на встречных курсах.

– Действуй, – я тут же отдал приказ, полагаясь на анализ искина крейсера. – Электроник, что с военной базой?

– Налажен контакт, от искина базы произошёл запрос паролей. Система распознавания, земной аналог системы «свой-чужой». Этот военный объект классифицируется как база с повышенной секретностью. Она находится на поверхности одной из планет и имеет мощное оборонительное вооружение. Не удивительно, что враг не атаковал её, слишком разные силы, даже для такой мощной группировки.

Видимо крейсер заложил особо резкий вираж, потому что искусственная гравитация не смогла отработать на сто процентов, и нас основательно качнуло, зато спустя пару минут, наполненных сдавленными ругательствами, Владимир сообщил:

– «Дальний» вышел на встречный курс!

– Оружейный расчёт запрашивает разрешение произвести залп туннельным орудием, тринадцать секунд до наведения на цель, – произнёс искин.

– Разрешаю огонь, как только противник окажется на прицеле, – произнёс я, зная, что Руолан слышит мои слова.

– Приняла, капитан, – тут же послышался голос девушки, а спустя секунду прозвучало короткое – Огонь!

Корабль вздрогнул от выстрела. Спустя несколько секунд один из маркеров вражеского крейсера замигал, резко сбросив скорость, а вторая красная точка резво начала забирать в сторону, явно пытаясь уклониться от боя. От неё в сторону «Дальнего» пролегла мерцающая пунктирная линия и у нас на миг потускнело освещение.

– Прямое попадание, – как-то радостно произнёс ИИ. – Предположительные повреждения вражеского корабля критические. Один ударный крейсер выведен из строя. Ответное попадание противника сняло тридцать процентов щита. Анализ боя даёт поправку на техническое состояние вражеских кораблей. Оно составляет сорок процентов от нормы.

– Вот же калеки, – выругался я. – Сами на ладан еле дышат, а всё туда же, воевать им требуется.

– До наведения на цель десять секунд, – раздался в гарнитуре голос Руолан.

– Огонь по наведению, – вновь отдал я приказ, а сам уставился на обзорный экран. Там было хорошо видно, как корабль-матка неспешно перемещается в нашу сторону. Значит, всё же может двигаться, только медленно.

– Огонь!

«Дальний» вновь вздрогнул, а спустя несколько мгновений маркер второго ударного крейсера исчез. В гарнитуре раздался возбуждённый голос Руолан:

– Есть попадание!

– Второй крейсер врага уничтожен, – подтвердил искин. – Капитан, рекомендую уничтожить не идентифицированный корабль на орбите планеты, а после начать разгон в следующую по плану систему. От искина базы поступила информация и можно утверждать, что если мы сейчас посадим рядом с ней «Дальний», корабль-матка уже не даст нам взлететь просто так, а прорываться с боем – это неоправданный риск.

– Пилот, курс на вторую планету, координаты по маркеру цели, – отдал я приказ Владимиру.

– Выполняю, капитан, – коротко ответил он, тут же поменяв курс крейсера. И опять нас качнуло, а корабль-матка через пару минут начал стремительно отдаляться.

Корабль биомехов, о котором ИИ не смог обнаружить ничего в полученных базах данных, оказался десантным транспортником, как сообщил Электронику искин военной базы. Не приближаясь, мы расстреляли длинное веретенообразное судно противника с дальней дистанции. Три прямых попадания развалили транспорт на несколько частей, которые, паря кислородом, а может и каким другим газом, хаотично закувыркались в космосе.

– Пилот, курс по заданным искином координатам, – я уже сбился со счёта, сколько раз отдавал команды за последние десять минут. – Начинаем разгон для прыжка. Эта база пока что оказалась нам не по зубам. Электроник, чего хоть нас лишила эта матка проклятая? И ответь уже наконец, как эти твари вычисляют место нашего выхода и успевают приготовиться?

Глава 10

Рабочая

– Ерунда это всё, – авторитетно заявил Василий, допивая кофе. За столом, кроме нас, сидели два марийца, навигатор и пилот, а также Владимир. Чуть в стороне с непринуждённым видом расположился Электроник. Старпом в это время находился на дежурстве.

Друг продолжал распаляться:

– Даже если мы определим, каким образом биомехи вычисляют точку нашего выхода, как мы сможем избежать нападения?

– Тут лишь один вариант, – задумчиво произнёс Чед, наш навигатор. – Нужны ещё корабли, чтобы их было хотя бы три. Если они выйдут в разных местах, с небольшим интервалом по времени, то шанс для одного из кораблей дойти до базы незамеченным будет очень высок. К тому же два оставшихся надолго займут внимание малоподвижного вражеского корабля.

– С тремя кораблями шанс уничтожить врага без потерь повышается до восьмидесяти шести процентов, – тут же произвёл вычисления искин.

– Вот, что и следовало доказать, – победно улыбнулся Василий. – Так что при любом раскладе придётся гасить корабль-матку. Главное, чтоб при выходе из гипера нас опять не встретили.

– Запаса реакторов хватит ещё на один бой и два прыжка, или на четыре без боя, – опять невозмутимо сообщил Электроник. – Но это не критично, в системе с космической верфью есть голубой гигант. Даже при наличии врага мы сумеем провести зарядку реакторов.

– Ну что ж, на этом закончим наше незапланированное совещание, – прервал я наступившую тишину. – Василий, Владимир, через два часа жду вас на тренинге по тактике пилотирования.

Пилоты ответили чётко по уставу, поднявшись на ноги, а затем вся компания, бодро прикончив завтрак, разошлась по своим делам. Остался лишь я и аватара искина.

– Что думаешь о слаженности экипажа? – спросил я Электроника. – Есть прогресс?

– Более чем, – ответил ИИ крейсера, изрядно меня удивив. Не успел я задать уточняющий вопрос, как он продолжил:

– Благодаря опытным марийским инструкторам и желанию землян познавать новое, экипаж обучается на сорок процентов быстрее предположительного срока. Более того, у М'Баты и Руолан проявились экстрасенсорные способности, пусть и в зачаточном состоянии. Но есть способы, благодаря которым можно развить скрытые возможности, осталось лишь только найти соответствующие методики, которые наверняка должны сохраниться. К сожалению, на посещённых нами станциях и базах я не нашёл ничего по этой теме, что выглядит довольно необычно. В Федерации рас сенсы ценились очень высоко и служили в основном в дальней разведке. На каждом разведывательном судне был свой штатный сенс, и надо сказать, пользу они приносили немалую. Жаль, что их было очень мало, иначе война окончилась бы с совершенно другим результатом.

В моей голове в один миг всё встало на свои места. Экстрасенсы значит. Понятно. Ну а почему бы и нет? Тот случай, когда в землянина вселилась какая-то тварь, М'Бата ведь почувствовал её и не задумываясь выстрелил. А Руолан? Я ещё даже не покинул борт «Дальнего», а она уже знала, что мы расстанемся.

– Электроник, сколько человек с подобными способностями на корабле?

– Подтверждённых только двое. Нужны специальные условия, чтобы скрытые возможности проявили себя. Например, ты, капитан, очень хорошо чувствуешь опасность, но это не делает тебя сенсом. Скорее тут опыт, помноженный на чутьё. У М'Баты же иначе, в момент опасности он не чувствует, а знает, откуда и как она придёт.

– Так чего же ты раньше молчал? – возмутился я. – Он же мог предсказать нападение биомехов во всех наших стычках!

– Это работает несколько иначе, – проявил эмоции искин, улыбнувшись. – Чтобы он почувствовал нападение вражеского корабля, или того биомеха на сбитом транспортнике, ему нужно развивать свой дар. Сейчас он у мальчика срабатывает на расстоянии в несколько метров, этого явно недостаточно, чтобы почувствовать вражеский корабль. У Руолан совсем другой дар, она чувствует будущее, но пока только то, что касается лишь её самой. Ей также требуется развивать свой дар, чтобы стать сильнее. Кстати, сейчас Руолан занимает должность, максимально подходящую для её дара. Представь бортстрелка, который не просто метко стреляет, а заранее знает, куда и когда нужно произвести залп, когда сбросить ложные цели, чтобы они наверняка заинтересовали вражеские ракеты. Такие специалисты сильно повышают боевые характеристики корабля и эффективность работы экипажа.

– Когда ты узнал об их способностях? – я почувствовал, как во мне появилось раздражение. Это был уже не первый случай, когда ИИ крейсера что-то не договаривал.

– Подозрения появились ещё на Арене, так что всё это время я собирал информацию, следил за ними, – ответил Электроник. – К сожалению, даже моих вычислительных мощностей не хватило, чтобы сообразить, как максимально быстро выявить экстрасенсорные способности. Вчера подошла очередь М'Баты пройти практические занятия на симуляторе. Я провёл эксперимент, внеся в стандартные программы изменения, благодаря которым и вычислил его экстрасенсорные способности. Два часа назад подобному испытанию подверглась Руолан, ещё раз подтвердив мои догадки. Возможно, на борту есть ещё сенсы, пока никак не проявившие себя.

– Я услышал тебя, – искин как всегда подстраховался, решив не сообщать мне, пока не получит результат. Что ж, пора привыкнуть, что ИИ крейсера не сообщает непроверенную информацию. – В общем так, Электроник. С сегодняшнего дня начинай проверять на сенсов всех людей, вдруг ещё уникумы найдутся. И вот что, когда ты меня успел проверить на экстрасенсорику?

– Двое суток назад, во время симуляции с разгерметизацией корабля из-за многочисленных попаданий вражеских орудий. Тогда твоё предчувствие не сработало.

– Да уж, – хмыкнул я, вспомнив самый низкий коэффициент из возможных при прохождении этого проклятого крушения. – В общем, задачу ты понял. Когда будет известен результат?

– Через двадцать четыре дня, – ответил искин, – если при выходе из гиперпространства всё пройдёт штатно.

– Ну, – протянул я, – на эту точку выхода у нас самые большие надежды. Если и на верфи не обнаружится хотя бы пара крейсеров, я уж молчу про более крупные корабли, то в других местах отыскать что-нибудь ещё труднее. А ведь нам ещё искать транспорт, чтобы вывезти марийцев в безопасное место.

В оставшееся до тренировки время решил заглянуть к Петру. Он уже сутки ждал, когда я найду время зайти в мастерскую, чтобы показать своё ноу-хау, высокотехнологичный гранатомёт, или как он там его обозвал.

– Капитан в отсеке! – почти по уставу произнёс друг, вставая по стойке смирно. Ясно, не один, есть посторонние. Я в ответ протянул руку, давая этим понять, чтобы Пётр вёл себя, не столь официально, потому как уже знал, кто ещё присутствует здесь. Отвечая на рукопожатие, Пётр улыбнулся:

– Рад, что зашёл, я как раз подготовил образец для показа.

– Показывай, дружище, – и, переведя взгляд на Руолан, выглядывающую из-за переборки, усмехнулся. Лицо девушки было испачкано каким-то смазочным материалом, и она безуспешно пыталась стереть его влажной салфеткой. – Здравствуй, Руолан.

– Добрый день, капитан, – ответила девушка, тут же спрятавшись за переборку. Друг, почувствовав неловкость ситуации, жестом пригласил следовать за ним и пошёл вдоль какого-то массивного станка, выглядевшего, как аппарат МРТ, только в разрезе. Сразу за ним располагался стеллаж, на котором лежало оружие. Пётр, наклонившись, вытащил с нижней полки довольно громоздкое оружие, отдалённо напоминающее наш легендарный РПГ-7. С трудом взгромоздив его на плечо, друг хищно улыбнулся.

– Ну и чего ты скалишься, я пока ни хрена не понимаю. Может, поведаешь, что это за агрегат?

– Федь, этим агрегатом ты сможешь с земли подбить вражеский истребитель, конечно если он будет висеть без движения. Пошли, я тебе небольшое видео покажу, где и как это оружие используется.

Миновав стеллаж, мы оказались возле довольно крупного стола с чёрной матовой поверхностью. Аналогичное покрытие имел участок пола в рубке, над которым проявлялся тактический экран. Пётр, положив оружие на край стола, взял с него небольшой металлический кругляш, размером с пятирублёвую монету и прижал его к виску. Когда убрал руку, кругляш остался на месте, словно приклеенный.

– Технологии, – наставительно произнёс друг, поймав мой вопросительный взгляд. – Мысленное управление.

– Я знаю, что это. Всё же капитан этого корабля, да и сам похожую приблуду ношу, – хмыкнул я, похлопав по вставленной в ухо гарнитуре. – Просто думал, что подобные нейрочипы используются только среди пилотов и навигаторов, ну и среди военного командования.

– Среди учёных и инженеров тоже, – ответил друг. – Просто не каждый может долго пользоваться такой вещицей. Тут определённый уровень умственного развития нужен, иначе можно серьёзно повредить мозг.

– Электроник, почему я не получил эту информацию во время своей инициации на базе?

– Я счёл такую информацию незначительной. Твой разум тогда получил очень большой объём знаний. Чтобы не навредить тебе, пришлось провести выборку информации, которая, теоретически, не пригодится. Сейчас, при каждом твоем погружении в симуляцию и обучение, я постепенно восполняю пробелы в твоих знаниях. Ну и следует помнить, что информация, полученная таким образом, не сразу становится доступной, а распаковывается постепенно, чтобы не нарушить работу мозга, перегрузив его. И да, твоя мозговая деятельность намного выше среднего уровня.

– Опять решил, что это мелочь и не стоит сообщать об этом? – проворчал я, сам понимая, что и без такой информации моя голова постоянно загружена. Да что говорить, за последние несколько месяцев я получил такую массу знаний, какую любой профессор за всю свою жизнь не получает. А ведь я большую её часть ещё и на практике использую. Воистину, человеческий разум имеет огромный потенциал!

– Капитан, так я показываю, или ты и дальше продолжишь о чём-то думать? – отвлёк меня от размышлений вопрос друга.

– Давай, показывай свою вундервафлю, – улыбнулся я, заметив нетерпение на лице Петра, что было очень редко.

Над столом тут же засветился трёхмерный экран, на котором проявилась голограмма человекоподобного робота. Я уже давно изучил классификацию боевых роботов Федерации, поэтому сразу распознал штурмового мехбота. Таких мы обнаружили на станции, где искин заблокировал нас в коридоре, ведущем в центр управления.

Тем временем хищный силуэт управляемой машины увеличился до максимально возможных размеров, показывая многочисленные стволы пушек, спаренные раструбы ракетных комплексов и даже сияющий энергетическим полем клинок, которым можно развалить надвое подводную лодку, учитывая его размеры.

– Видишь этот ракетный комплекс? – произнёс Пётр, показав рукой на массивный короб, расположенный на спине управляемого робота. – Он предназначен для борьбы с москитным флотом и десантными ботами, входящими в атмосферу. Каждая ракета имеет систему самонаведения, но также может и управляться оператором, причём интуитивно, как и большая часть техники Федерации рас.

– Только не говори, что ты умудрился такую ракету поместить в этой трубе, – скептически указал я на изобретение корабельного Кулибина, – она же раза в четыре больше.

– В два, – улыбнулся друг, – только нам не нужна вся ракета, лишь её боевая часть, причём с изрядно уменьшенным объёмом взрывчатого вещества. По сути это внутренний стержень снаряда, чётко помещающийся в ствол промышленного пробойника, который широко используется при разработке месторождений ценных ресурсов на объектах, не имеющих атмосферы. Пара листов бронеобшивки крейсера, немного конструкторского гения, несколько часов работы на 3D-принтере, вот и все затраты. Зато теперь каждая группа бойцов имеет хороший шанс прикончить центуриона. Искин уже адаптирует симуляции под новое вооружение. Правда, пока характеристики гранатомёта весьма условны, полевые испытания проводить негде.

Такой длинной речи от Петра я ещё ни разу не слышал. У него глаза горели дьявольским пламенем, когда он рассказывал о своей очередной поделке. И тут сразу возникает вопрос – как простой дикарь додумывается до того, до чего не дошли лучшие умы высокоразвитой цивилизации? Что это, закостенелость мышления, зажатого рамками условностей и привычек? Или следствие особенностей развития цивилизации? Да хрен знает, даже Электроник не может дать ответы на подобные вопросы, а более компетентного в данном вопросе ещё поискать нужно.

– И сколько у нас есть таких карамультуков? – спросил я друга, который на моих глазах разбирал своё детище, по ходу дела поясняя, что и как тут работает.

– А? – сперва даже растерялся он. – Сколько? Ну, пока по одной на каждую группу, плюс тройной боекомплект. Ракет в наличии немного оказалось, а новые не наштампуешь, слишком сложное изделие. Вообще, нам вроде как не надо противостоять расе биомехов, так что этого с лихвой хватит. А позже можно будет использовать это вооружение против истребителей Альянса, если таковые будут терроризировать атмосферу Земли. Если и не собьёт, то поумерит пыл однозначно. Чистое от врага небо, так сказать.

– Да ты, оказывается, стратегически мыслишь, – улыбнулся я. – Вон как далеко смотришь.

– Федь, не у одного тебя дома родители и родственники, – посерьёзнев, ответил друг, – а мы пока ни хрена не отыскали, ни одного большого корабля, только мелочь вроде корвета. Да ещё и забот нахватали, теперь и про марийцев нужно думать. Потому я и думаю, как обезопасить планету от Альянса миров. Нам любое усиление пригодится.

Возможно, я бы ещё побеседовал с другом, но искин предупредил, что до слаживания осталось мало времени. Пришлось прервать разговор и спешно двинуться в тренировочный отсек, вернее в ту его часть, где установлены капсулы симуляторов.

Пришёл я последним, хотя и не опоздал. Все уже погрузились в гель и выпали из реальности, пришлось поторапливаться. Быстро скинул с себя одежду, аккуратно сложил стопкой и нырнул в пустующую капсулу, погрузившись в прохладный гель. Оператор, худощавый мариец, захлопнул прозрачный купол и отошёл к панели контроля. Секунда, другая и меня затянуло в водоворот небытия, чтобы через мгновение я осознал себя стоящим в рубке тяжёлого крейсера Федерации. Здесь так же присутствовали неизвестные мне старший помощник, пилот, навигатор, старший комендор и командир десантных групп. Все – пирейцы, с соответствующими знаками различия.

– Адмирал, на связи командир тяжёлого крейсера «Быстрый», капитан Весёлкин и командир линкора «Табул», капитан Бахтерев.

– Соединяй, – отдал я команду и спустя мгновение на разделённом вертикально экране для коммуникации появились знакомые лица, тут же по-уставному приветствовавшие меня. Отдав честь, как было принято в Федерации, ударив кулаком правой руки в левую часть груди, я произнёс:

– Вольно. Капитан Бахтерев, доложить боевую обстановку!

Симуляция сгенерировала против нас два десятка ударных крейсеров биомехов с авианосцем впридачу, на борту которого по донесениям разведки могло находиться до трёх сотен истребителей. И если для линкора эта мелочь почти не представляла угрозы, то щиты крейсера они могли вскрыть не особо усердствуя, просто просадив их массированным огнём. Изюминкой симуляции было то, что нам предстояло прикрывать космическую станцию, на которой спешно шла эвакуация.

– Время до контакта с противником, – запросил я информацию у навигатора.

– Противник движется в нашу сторону с ускорением, войдёт в зону уверенного поражения главным орудием линкора через сорок минут, – доклад навигатора был сух и краток. Моя голова усиленно заработала, продумывая возможные варианты действий.

– Старший комендор, на крейсерах имеются в наличии мины? – в голове начал вырисовываться план действий.

– На каждом крейсере имеются в наличии по двести заградительных мин, – ответил главный оружейник.

– Капитан Весёлкин, выдвигаемся навстречу противнику, создаём видимость предупредительного огня, тем временем ставим минную сеть, затем отходим на позиции согласно оборонительному ордеру.

– Есть, адмирал, – Василий ударил в грудь кулаком и стал отдавать приказы своим подчинённым. Через несколько секунд оба судна выдвинулись из-за массивной туши линкора и двинулись навстречу противнику. Спустя четырнадцать минут мы начали вести беглый огонь носовыми орудиями. Результата это не дало – с такого расстояния вражеские корабли легко уклонялись от снарядов, или принимали на щиты, быстро восстанавливая энергию и при этом продолжая ускоряться.

На развёртывание минной сети ушло десять минут, а затем мы на пределе возможностей реактора рванули назад, под защиту линкора и оборонительных систем станции. Мы уже завершали манёвр разворота, когда заговорили главные калибры обороны, а спустя несколько секунд к ним присоединились и орудия линкора. Крейсера из-за большого расстояния пока не вступали в бой.

В минную сеть попался только один вражеский корабль, остальные лишь замедлились, чтобы провести более глубокое сканирование и точными выстрелами расчистить себе путь. И всё же мы отыграли несколько минут, да и кратковременная остановка врага сильно сказалась на его манёвренности, благодаря чему более точные орудия линкора поразили ещё два вражеских корабля. Всё это время авианосец противника находился в недосягаемой зоне, повиснув над плоскостью эклиптики. Но, стоило всем ударным крейсерам проникнуть сквозь минную сеть, я отдал приказ на подрыв уцелевших мин. Благодаря этому удалось уничтожить ещё три корабля противника.

– Враг бросил в бой москитный флот, – сообщил старпом, а спустя секунду тактический экран расцвёл сотнями маленьких красных точек, стремительно приближающихся к нам. Двести семьдесят истребителей биомехов, разделились на два потока.

– Москитный флот будет атаковать крейсер «Быстрый» и крейсер «Конур», – прозвучал электронный голос бортового искина. – Начало атаки через пять минут.

«Ну вот, недолго воевали» – пронеслась в голове невесёлая мысль. Против сотен юрких, высокоскоростных истребителей нам особо нечего противопоставить. Турели имеют мёртвые зоны, в которых и укроются противники, пока будут сбивать энергетические щиты, а дальше достаточно одного попадания главного калибра ударного крейсера, чтобы превратить наши корабли в парящие кислородом осколки.

– Командование станции выделило четыре звена штурмовиков на защиту флота от вражеских истребителей, – отрапортовал старпом. – Соединяю с командующим станции.

На тактическом экране появилось шестнадцать зелёных точек, двумя восьмёрками устремившихся к крейсерам, а на коммуникационном полотне, помимо изображений рубок управления кораблей, появилась ещё одно, с которой на меня смотрел пиреец в чине полковника.

– Адмирал, отправляю на подмогу все силы, что имелись на станции, – произнёс командующий обороной станции, отдавая честь. – До завершения эвакуации осталось сорок восемь минут, продержитесь это время!

– Приложим все силы, – ответил я, и полковник, повторно отдав честь, разъединил связь.

А дальше начался ад! Штурмовики едва успели занять ключевые точки вокруг крейсеров, как налетел москитный флот врага. В первые секунды боя щиты просели на пятьдесят процентов и дальше только теряли свою прочность. Линкор истребители полностью игнорировали, да и ударные крейсеры нет-нет, да и выпускали снаряды по кораблю Василия и моему.

Если бы не штурмовики, противник быстро бы справился с нашим флотом, в считанные минуты уничтожив два крейсера и сосредоточив огонь на линкоре, который не выдержал бы суммарный залп четырнадцати кораблей противника и многочисленные уколы истребителей. Но было ясно, что необходимое для завершения эвакуации время мы не продержимся.

– Камрады, нужно идти на сближение с вражеским флотом, хотя бы выбьем больше ударных крейсеров, что позволит станции дольше обороняться, – наконец решился я, – иначе нас просто расстреляют без потерь. У меня и капитана Весёлкина щиты пару серьёзных попаданий ещё выдержат, а дальше превратятся в консервные банки.

Так мы и двинулись вперёд – крейсера чуть позади, прикрываясь тушей более крупного собрата и огрызаясь из всех турелей по вражеским истребителям, а линкор на острие атакующей формации, сосредоточив весь огонь на одном из ударных крейсеров противника. Тактика дала результат, вражеские корабли стали выбывать один за одним, а сократившееся расстояние не давало им возможности уклонятся от снарядов, поэтому они все сосредоточились на линкоре, забыв о двух других кораблях.

Благодаря штурмовикам, полностью уничтоженным, но всё же сделавшим своё дело, изрядно уменьшив количество вражеских истребителей, наши крейсера смогли даже отвлечься на более крупного противника. В итоге, в момент, когда щит корабля всё же исчез, на моём счету имелся один ударный крейсер, да и Василий почти добил своего противника, прежде чем его «Быстрый» полыхнул маленьким солнцем. Спустя пару секунд мой корабль постигла такая же участь.

Выбираясь из капсулы, я увидел, как Василий, сдавленно матерясь, уже обтирается полотенцем. Поймав мой взгляд, друг улыбнулся:

– Тоже погиб? Согласись, какая-то хрень с сегодняшней симуляцией! У нас явно не было шанса отбить эту атаку.

– Думаю, цель была не отбить, а продержаться как можно дольше, – ответил я, и кивнул в сторону оставшихся капсул. – Гляди, а Володя ещё держится. Может, и выполним миссию, там времени минут пятнадцать оставалось.

Капсула Владимира открылась через пять минут после моей. Капитан виртуального линкора смачно выругался, выбираясь наружу, а затем, увидев нас, произнёс:

– Толпой запинали, демоны. Когда сбили щит, оставалось ещё шесть ударных крейсеров и с полсотни истребителей. Надеюсь, станция продержится оставшееся время, там вроде как подмога пришла, крейсер дальней разведки из гипера вышел за несколько секунд до гибели моего корабля.

– Миссия выполнена, – сообщила аватара искина, внезапно материализовавшись в воздухе. – Ваш общий коэффициент в этой симуляции составил пятьдесят восемь процентов. Очень хороший результат. А теперь предлагаю провести разбор ваших действий.

– Ну наконец-то, – произнёс Василий. – Первая выполненная миссия, да ещё и с неплохим результатом. Эх, щас бы отметить это дело!

Глава 11

Зачистка

В систему с корабельной верфью вышли штатно. Глубокое сканирование космоса порадовало полным отсутствием кораблей биомехов, поэтому «Дальний» сразу же устремился к звезде, восполнить потерянную в последнем бою энергию. В этот раз воздействие от гиганта были не так заметно, да и экипаж уже ознакомился с подобной процедурой, так что пройдя сквозь запредельно высокие температуры и давления, крейсер на полном ходу устремился к скоплению астероидов, на границе с которым и располагалась верфь.

– Капитан, – произнёс Электроник, когда мы уже приближались к гигантской конструкции, созданной инженерным гением Федерации. – Удалось зафиксировать очень слабый сигнал бедствия. Похоже, искин верфи ещё функционирует. Через полчаса соединение должно стать более чётким и устойчивым.

Вскоре мы наладили устойчивую связь с судостроительным гигантом, иначе и не назовёшь искусственное сооружение, размером с луну, не меньше. Причём на девяносто процентов состоящую из металла.

– Говорит центральный искин объекта «Мирад», – Электроник пустил сообщение от искина верфи через общие динамики. – Требую немедленно выслать коды допуска, выдаваемые каждому искину в управлении космофлота. Я осознаю, что они давно устарели, но обязан выполнять протокол.

– У нас есть такие? – тут же спросил я у ИИ крейсера.

– Есть, – отозвался Электроник, – я уже отправил их. Такие коды имели все военные, а также корабли разведки и исследовательских миссий. Надеюсь, после того, как «Дальний» отправили с заданием, эти коды не успели сменить. В таком случае могут возникнуть проблемы.

– Коды приняты, – с радостными нотками в голосе сообщил искин верфи, а затем произнёс:

– На борту «Дальнего» имеются штурмовики? Потому что без них на объект «Мирад» проникнуть будет крайне сложно.

За то время, пока мы сближались с верфью, её центральный искин поведал нам свою печальную историю. Враг очень сильно просчитался, когда атаковал столь укреплённый объект всего лишь двумя кораблями-матками. Мирад был вооружён по последнему проекту, разработанному гениальным инженером. Вооружён новейшими орудиями, которые планировали ставить на сверхтяжёлые супердредноуты, превышающие размерами корабль-матку биомехов. Этакая орбитальная крепость с высокой манёвренностью и возможностью совершать гиперпереходы.

На этой же верфи и заложили первых гигантов, в количестве двух штук. Постройка супердредноутов прекратилась внезапно, так как начавшаяся война резко сменила текущие потребности Федерации. Строительство великанов заморозили, переведя всю мощность производства на тяжёлые крейсера и линкоры. К сожалению, за готовыми кораблями уже никто не прилетел. Так они и стояли в центральном ангаре, два тяжёлых крейсера Федерации рас.

Корабли-матки, видя, что обороняющий флот отсутствует в системе, выдвинулись на расстояние уверенного залпа, а затем выпустили десантные боты для захвата ценного объекта. Да, враг не только уничтожал, ещё он учился, перенимая лучшее у своих противников. Но только не в этот раз.

Скользнувшие в сторону бронеплиты, открыв хищные стволы невероятных калибров, не дали времени врагу совершить манёвр уклонения. Два залпа из четырёх орудий просто распылили флагманы биомехов. А вот с сотней десантных ботов обороне верфи справиться не удалось. Системы ПКО работали на расплав стволов, турели уничтожали один боекомплект за другим, но юркие, манёвренные боты сумели прорваться к своей цели. Далеко не все, но и прорвавшихся хватило с лихвой, чтобы в многочисленных ангарах, переходах и туннелях закипели бои. Служащие верфи мужественно сражались с превосходящими силами противника, нанося серьёзный урон, но и сами погибали один за другим. Комендант «Мирада» не решился сразу отдать управляющему искину приказ на самоуничтожение, а затем погиб, как и большинство старших офицеров. Центральный ИИ «Мирада» не был ментально привязан к своему командиру, как корабельные искины, а потому не стал принимать радикальные меры после гибели командования. Все его действия были прописаны протоколами и не выходили за их рамки.

Вскоре на верфи не осталось ни одного живого федерата, а по туннелям и шахтам туда-сюда сновали рядовые бойцы и центурионы биомехов в поисках живых. Центральный искин сильно удивился, когда противник не стал вмешиваться в его работу, или совершать иные действия, причиняющие вред объекту. Проанализировав ситуацию, старший ИИ пришёл к выводу, что десант врага выполнял приказ очистить верфь от разумных и дожидаться прибытия командиров. Поэтому вражеские бойцы организовали патрулирование, что и принялись делать, монотонно, раз за разом совершая обход по всем закоулкам «Мирада», в поисках возможного врага. Верфи не причинялся ущерб, ремонтные дроиды не подвергались атакам, свободно проводя диагностику и мелкие работы. Так шли годы, десятилетия, века, без изменений, монотонно и скучно. Если бы не активированные искины, установленные на крейсерах, управляющий ИИ скорее всего не выдержал бы и слетел с катушек. А так у него были собеседники, с которыми можно было не только обсудить текущее положение дел, но и устроить некие соревнования. Тот факт, что центральный искин имел гораздо бо́льшие оперативные ресурсы и мощности, нисколько не увеличивал возможность его победы, если более слабые искусственные интеллекты объединялись против него.

В момент, когда от одного из разведывательных зондов пришёл пакет данных раньше положенного срока, центральный искин понял, что что-то изменилось. А затем, ознакомившись с полученной информацией, долго не мог поверить её содержанию. Но спустя каких-то полчаса на связь с ним вышел искин крейсера Федерации, запросив соединение.

Едва Электроник окончил свой доклад, в рубке управления на какое-то время возникла тишина. Все серьёзно задумались, что делать дальше, я же, на основе полученной информации уже решал, как мы будем действовать.

– Центральный искин «Мирада», говорит капитан крейсера «Дальний», старший офицер флота Федерации миров майор Басов, – наконец решился заговорить я с древним искусственным интеллектом. – Можешь назвать точное число и классификацию биомехов на подчинённом тебе объекте?

– Сто пятьдесят рядовых бойцов, семь разведчиков, четыре диверсанта, восемь центурионов и один плазмогенератор. Майор Басов, с какой целью вы интересуетесь точными данными?

– Будем очищать станцию от врага, – ответил я, перебирая в памяти знания о названиях и классификации вражеских бойцов. – Для этого между нами необходимо полное сотрудничество.

На «Дальнем», после затишья перед выходом из гиперпрыжка, резко повысилась деятельность. Благодаря марийцам, подготовка к десанту проходила без лишних движений, всё чётко и слаженно, как в настоящей профессиональной армии. Вместо пятёрок формировались усиленные группы, состоящие из десяти простых бойцов и одного оператора десантного меха. Вот когда я похвалил себя за подготовку экипажа не только для корабельных должностей, но и натаскивание всех без исключений на открытые столкновения, в полевых условиях, так сказать. Благодаря этому у нас имелось небольшое численное превосходство, а если учесть, что высадка десанта планировалась в одном месте, мы вполне могли быстро подавить первые группы биомехов, тем самым организовав плацдарм для последующей зачистки.

Увы, как бы я не хотел присоединиться к своей сработанной группе, по принятому мною же уставу Федерации рас, капитан не имеет права участвовать в подобных мероприятиях. На меня возлагалась почётная обязанность координировать действия десантных групп и принимать сложные решения, сидя в рубке управления. Со мной остались Василий, Владимир и марийский штурман. Михаил, как опытный оператор меха, к тому же являясь одним из лучших, вызвался идти с десантом добровольно, и я не стал ему отказывать. Поставил его в ту же группу, в которой пойдут Пётр и М'Бата, попросив обоих друзей приглядывать за чернокожим уникумом.

К слову сказать, помимо нашего Маугли и Руолан, на корабле больше не обнаружилось сенсов, что было вдвойне удивительно. Как сказал Электроник, все его аналитические выкладки в данном вопросе облажались по полной. Я не стал пока обсуждать эту тему с искином, хотя у меня уже была теория, где на Земле искать людей с экстрасенсорными способностями.

– Майор, в моих силах, использовав административные возможности и ресурсы «Мирада», частично осложнить перемещение врага, что увеличит ваши шансы на победу, – внёс предложение управляющий искин. – К сожалению, отслеживать нахождение групп противника я могу лишь в нескольких ключевых точках верфи, система внутреннего мониторинга, как и системы обороны, были одни из немногих, уничтоженных противником.

Такой расклад мне однозначно понравился. Любая поддержка пойдёт на пользу. К тому же на тактическом экране появилось трёхмерное изображение верфи. На мой незаданный вопрос ответил Электроник:

– Капитан, управляющий искин «Мирада» предоставил мне доступ к соответствующим возможностям оборудования, чтобы текущее положение врага поступало напрямую в командный центр.

– В таком случае пригласи сюда всех командиров штурмовых групп, обсудим с ними, откуда лучше всего начать зачистку, – отдал я распоряжение, внимательно осматривая медленно вращающуюся голограмму верфи.

Неизвестная звёздная система. Причальный шлюз объекта «Мирад». М'Бата.

М'Бата, выполнив приказ, занял указанную позицию и замер, ожидая, когда выгрузится весь десант, в том числе и десантные боты. Бронескаф, подогнанный под фигуру худощавого подростка, давал чувство защищённости, а штурмовая винтовка в руках придавала уверенности.

Несколько часов, проведённых в странной ванне, научили М'Бату гораздо лучше управляться с непривычным оружием, а также пользоваться всеми возможностями тактического шлема. Вот и сейчас на забрало проецировалось множество зелёных точек дружественных целей.

– Третья и пятая группы, правый коридор, выдвигаемся, – раздался в ухе приказ командира. Первыми в открывшийся шлюз нырнули летающие дроны, размером с крупное яйцо, следом, жужжа сервоприводами, двинулись два десантных меха, в одном из которых сидел друг Михаил. За шагающими махинами двинулись остальные бойцы, вжав приклады орудий в плечо и выцеливая возможного противника.

На первой сотне шагов им никто не встретился, кроме робота-ремонтника, подсвеченного зелёным маркером. А вот дальше М'Бата почувствовал опасность, о чём и сообщил по каналу группы, уточнив, что наиболее сильная угроза исходит с потолка.

– Приготовились, – командир, здоровенный мариец, не ниже капитана, произвёл какие-то манипуляции и дроны, сканирующие впереди пространство, увеличили дистанцию на несколько метров. И тут же были атакованы проявившим себя врагом. Два рядовых червя ринулись на маленьких, юрких разведчиков, но сумели только раскрыть свою позицию. Сдвоенный выстрел мехбота друга буквально разорвал на части одного противника, а мощный энергетический импульс от второго проплавил солидное отверстие в другом металлическом черве. И в это же время откуда-то издали послышалась частая стрельба, видимо другой отряд тоже нарвался на врага.

Неизвестная звёздная система. Радиальный туннель объекта «Мирад». Михаил.

– Внимание! Враг узнал о нашем присутствии и сейчас стягивает все силы в место прорыва, – прозвучал спокойный голос капитана на общем канале. – Дальнейшее продвижение вперёд остановить, приготовить позиции для отражения атаки. До следующего столкновения у первой и второй групп две минуты, у третьей и пятой четыре минуты, у четвёртой и шестой четыре минуты, по остальным направлениям атака пока не предвидится, поэтому на позициях остаются только седьмая и девятая группы. Остальные на усиление третьей и пятой, там ожидается основной удар.

Спустя две минуты вновь послышалась стрельба с руганью на основном канале, а ещё через минуту прибыло подкрепление. Отступать не стали, наоборот, выдвинулись на полсотни метров вперёд, перекрыв туннель возле очередного шлюза, в данный момент открытого управляющим искином.

– Если не будем справляться, опускаем бронеплиту и отступаем в отсек, там нас поддержат стационарные орудия, – предупредил всех командир третьей группы, мариец.

Мехботы встали уступом, а штурмовики расположились вдоль стен. Оставшиеся до столкновения секунды растянулись, даже пульс, стучащий в висках, казалось, замедлился. Михаил внимательно всматривался вперёд, изготовившись стрелять, но, как и все, не увидел первых противников. Вернее, почти все, потому что М'Бата всё же увидел, а вернее, почувствовал. Чернокожий парень внезапно открыл стрельбу по пустому туннелю, при этом во что-то попадая, потому как пространство впереди замерцало, отображая пару призрачных силуэтов, чем-то похожих на богомолов. Раздался оглушительный визг, с которым даже динамики бота не сразу справились, но старпом, уже закалённый в боях, не стушевался и в тот же миг открыл стрельбу из спарки. Тяжёлые кинетические снаряды тут же сбили на пол одну тварь, а импульсы открывших огонь товарищей отшвырнули обратно вторую. Подключившиеся штурмовики окончательно прижали огнём тварей, имеющих какой-то индивидуальный щит. Защита не помогла биомехам выдержать столь интенсивный огонь, и спустя пару секунд на полу валялись две дымящиеся туши. На миг наступила тишина, нарушаемая лишь дыханием.

– Почувствовал опасность, – бросил в общий канал М'Бата, упреждая все вопросы. – Что это за твари? Мы с такими ещё не сталкивались!

– Внимание, противник может становиться невидимым, – бросил в командирский канал Михаил. – Внешний вид невидимок соответствует биомехам-разведчикам.

В это время в общем чате послышались матерные выкрики с паническими нотками, а следом массированная стрельба, в том числе и из недавно созданных гранатомётов. И это в самом начале боя! Похоже, на первую группу напал центурион, а может и несколько.

Не успел Михаил продумать, как вновь пришлось стрелять. Из-за поворота туннеля стремительно вылетел здоровенный паук, тут же понёсшийся навстречу, хаотично двигаясь не только по полу, но и смещаясь на стены и даже потолок. Следом появилась ещё одна такая же тварь, а за ней десятка три рядовых, со своими роторными челюстями.

– Мехботы, огонь по центурионам, штурмовики, ваша цель рядовые! Иначе нас снесут, – тут же отдал приказ командир, и Михаил был с ним согласен. Шустрые черви-переростки были очень подвижны и выигрывали в ловкости мехботам, с лёгкостью уклоняясь от их стрельбы. В одно мгновение коридор превратился в филиал ада, наполнившись разрядами штурмовых винтовок, шелестом энергетических импульсов и стуком спарки. Центурионы, словно непрошибаемые, пёрли вперёд, поэтому Михаил, использовал ракетный ранец, залп из которого опрокинул первого паука. Кто-то из штурмовиков, подстраховав десантные боты, жахнул из нового оружия, снаряд которого по касательной прошёлся под брюхом центуриона, взрывом снеся тому три конечности и швырнув на стену коридора.

– Держать строй, огонь на подавление, – гаркнул командир группы и в поддержку его слов два других мехбота также разрядили свои ракетные ранцы. Если бы не тактические шлемы, вряд ли бойцы могли продолжить прицельный огонь, так как всё пространство впереди затянуло дымом и гарью. Парящие под потолком дроны кое-как, но справлялись с подсветкой целей. В голове Михаила мелькнула мысль, почему они не смогли засечь вражеских разведчиков, но тут из дыма выскользнул первый биомех, бросившийся в пространство между ботом Михаила и стеной. Резкий взмах манипулятора и удар, от которого стальной червь-переросток с силой впечатался в пол, где тут же был расстрелян штурмовиками.

– Пётр, смени ранец, автоматику заклинило – крикнул в общий канал парень, опуская мехбот в нижнее положение, одновременно поливая из спарки пространство над полом коридора. Рядовые противники из-за плохой видимости тоже потеряли манёвренность, не видя возможные векторы атаки.

– Две секунды, – раздался голос Петра. На экране, показывающем заднюю полусферу, старпом увидел, как два штурмовика споро сбили прикладами зажимы и опустошённый короб грохнулся на пол. Второй ранец уже сам скользнул из боеукладки на пусковой взвод, зафиксировавшись в нём.

– Несём потери, вынуждены отступить, – раздалось на командирском канале. По голосу Михаил узнал командира первой группы. – Один мехбот сильно повреждён, оператор возвращается в шлюзовую.

Тут же послышалась ругань, прерванная капитаном:

– Отставить галдёж, работаем по плану. Третья группа, блокируйте коридор, можете взорвать там всё нахрен, но чтоб ни одна тварь не просочилась, пока техники не подвезут стационарные платформы. Первая группа, выводите противника под фланговые удары седьмой и девятой.

Ещё трижды группа, в которой был Михаил, отбивала атаки противников. Дважды рядовые биомехи прорывались через ботов, каждый раз забирая чью-нибудь жизнь, а в последней волне присутствовал противник, стреляющий сгустками плазмы. Один мехбот буквально сплавился от попадания, не оставляя оператору шанса выжить. Лишь сдвоенный выстрел ракетных ранцев пробил активную защиту нового монстра, оказавшегося последним серьёзным противником. А потом подоспели техники с оружейными платформами и дальше началась бойня.

После гибели всех диверсантов и последнего, восьмого центуриона, рядовые биомехи потеряли управление и просто стремились вперёд, пытаясь добраться хотя бы до одного штурмовика или десантного бота. И если в нашей группе потери прекратились, то первой досталось. Разведчики биомехов, мелкие твари, каким-то образом смогли зайти в тыл седьмой группы и уничтожить её полностью, прежде чем их обнаружили.

Спустя два часа штурмовые группы собрались в шлюзовом отсеке, уставшие и злые. На гравиплатформах лежало четыре десятка тел и два мехбота. Ещё один, сильно повреждённый, стоял в раскрытом виде, а рядом с ним, прямо на полу, сидел мариец с отсутствующим взглядом.

– Всем внимание! – прозвучал на общем канале голос капитана. – Операция по зачистке объекта «Мирад» завершена. Раненых немедленно доставить на борт, в медкапсулы. Убитых пока оставить под охраной, остальным час на отдых и приём пищи, а затем сопроводить специалистов в командный центр верфи и на имеющиеся здесь крейсера содружества.

Глава 12

Неприятность

Сорок, мать его, человек! То, что я сейчас чувствовал, просто не передать словами. Семнадцать марийцев и двадцать три землянина против почти двух сотен проклятых киборгов, созданных, чтобы убивать. Ещё два таких столкновения и крейсер останется без десантной группы.

– Капитан, – раздался рядом голос Электроника, отвлекая от тяжёлых мыслей. – Мы получили контроль над первым тяжёлым крейсером. Управляющий искин принял капитана, в данный момент на «Дальний» поступает информация о текущем состоянии «Защитника» – так назвали крейсер.

– Что со вторым?

– Через пару минут техническая группа поднимется на борт. Второй крейсер располагается с противоположной стороны верфи.

Спустя десять минут наш маленький флот пополнился ещё одним тяжёлым крейсером со звучным именем «Бесстрашный», капитаном которого стал Василий. «Защитником» стал командовать Андрей Витальевич, старый друг отца, в своё время дослужившийся до командира части ЖДВ, но попавший в немилость у начальства и уволенный в запас. Ещё крепкий военный пенсионер, пару лет назад овдовевший, с радостью принял моё приглашение, а позже искин однозначно рекомендовал в будущем поставить Андрея Витальевича капитаном корабля. К нему, старшим помощником, присоединился ещё один Андрей. Мой бывший командир, которому, благодаря медкапсуле удалось вернуть ноги, на «Дальнем» остался не у дел и, будучи натурой деятельной, с радостью пошёл старшим офицером на «Защитник».

Причину, по которой биомехи не стали проникать на стоящие у причалов корабли, не удалось узнать даже у центрального искина, столетиями наблюдавшего за перемещениями врага по верфи.

А потом мы прощались с погибшими, по флотской традиции Федерации рас положив их в криокапсулы. На одном из складов верфи таковых нашлось с избытком. Погрузив тела в саркофаги, я отдал команду «Дальнему» держать курс на звезду. Марийцы желали полностью соблюсти традиции, чему я ни в коей мере не собирался чинить препятствия. Когда корабль приблизился к гиганту на требуемое расстояние, я отдал команду на открытие бортового шлюза, из которого один за другим выплыло семнадцать криокамер, которые медленно поплыли к звезде, иногда корректируя свой полёт маневровыми двигателями. Также, по традиции, «Дальний», не дожидаясь пока саркофаги достигнут поверхности звезды, произвёл залп из бортовых орудий и двинулся обратно к верфи. А когда пришвартовались к «Мираду», я объявил минуту тишины, после которой наш завхоз из корабельных запасов выделил всем по сто грамм белой, чтобы помянуть погибших. Спустя полчаса все вернулись к прерванным делам и обязанностям. Впереди нас ждало несколько дней тяжёлой, сложной работы.

Управляющий искин «Мирада» предоставил нам полный доступ ко всем отсекам, включая самые секретные, как и информацию о их содержимом. Я лишь краем глаза посмотрел на информационный пакет. У группы аналитиков уйдут месяцы, чтобы полностью ознакомиться с полученными данными. Электроник, при текущей нагрузке, пообещал справиться гораздо раньше, за пару земных суток. А ещё он озвучил требование:

– Капитан, под твоим командованием находится три тяжёлых крейсера. Это ещё не эскадра, а всего лишь ударная группа, но даже таким соединением не должен командовать офицер в звании майора. Я провёл краткое совещание между искинами и мы пришли к общему решению повысить тебя до звания контр-адмирала.

– Хрена себе, вам что, заняться больше нечем? – не сдержался я. – С какой целью вы вообще подняли этот вопрос?

– Это стандартный протокол, капитан. При формировании флотов, ударных групп и прочих соединений, имеющих в составе два тяжёлых крейсера, или один корабль более тяжёлого класса, на флагмане формируется центр общего управления. Задачи и приказы, исходящие от такого центра, являются приоритетными для корабельных искинов. Таким образом исключается возможность саботажа, прямого неподчинения и влияния иных факторов. Согласно протоколу, подобным флотским формированием должен командовать офицер из высшего командования. В противном случае центр общего управления сформировать невозможно.

– Сколько это займёт времени и что для этого нужно? – спросил я у Электроника. – Ты же знаешь, у нас совершенно не осталось времени, в запасе всего пара недель до точки, когда мы уже не успеем вернуться к часу икс.

– Процедуру присвоения звания высшего офицера можно провести на мостике «Дальнего». Потребуется присутствие капитанов всех кораблей и их старших помощников. Время на инициацию сугубо индивидуально для каждого. На срок пребывания в данной системе процедура если и повлияет, то незначительно.

– Капитаны «Бесстрашного» и «Защитника» уже в курсе? – поинтересовался я.

– Да, они уведомлены. Рекомендую провести инициацию через пятнадцать минут, этого времени достаточно, чтобы капитаны и их помощники прибыли на флагман.

– Вот и хорошо, чем быстрее проведём процедуру, тем раньше вернёмся к текущим делам. Михаила на мостик пригласи, я же правильно понял, на «Дальний» теперь потребуется новый капитан?

– Да, капитан. По уставу контр-адмирал не может занимать должность командира корабля.

– Тогда ещё один вопрос. Почему раньше, особенно при моих посещениях симуляции, ты не поднимал эту тему?

– Это создало бы большую путаницу в текущей обстановке и стало дополнительной нагрузкой для тебя, капитан. По докладам старшего бортового медика, на тот момент ты был загружен максимально допустимо, о чём я не раз сообщал. К тому же, в самой симуляции было заложено условие, что ты на крейсере в чине адмирала, а вся команда являлась виртуальной. Нужно отметить, для высшего офицера ты с поставленными задачами справлялся неплохо. С появлением новых кораблей ситуация резко изменилась, поэтому проведение инициации стало необходимостью.

– Давай быстрее проведём процедуру и продолжим заниматься более важными и насущными делами, – произнёс я. – Тут нужно ещё разобраться с супердредноутами, в каком они состоянии. Как думаешь, если мы сможем привести такую громадину в рабочее состояние, Владимир справится с ней?

– Действующий первый пилот «Дальнего» справится с управлением корабля сверхтяжёлого класса. Но у нас нет возможности привести в рабочее состояние супердредноут из-за отсутствия соответствующего ИИ. На такой корабль требуется искусственный интеллект седьмого поколения. Для сравнения, объектом «Мирад» управляет один искин шестого поколения и несколько третьего и второго, а на двух тяжёлых крейсерах стоят искины четвёртого. На опорной станции был центральный искин пятого поколения и несколько вспомогательных третьего. Искины седьмого поколения или не были изобретены, или их изготовили в единственном экземпляре и они из-за войны потерялись. Информация по ним у центрального искина «Мирада» отсутствует.

– Кроме отсутствия искинов этим великанам ещё что-то требуется для работоспособности? – спросил я. – Нам бы один такой и все проблемы исчезнут, словно их и не было.

– Если установить ИИ, супердредноуты будут полностью готовы к эксплуатации, останется лишь набрать минимальный экипаж, тысяча двести сорок разумных, – ответил искин, а затем резко сменил тему разговора. – До прибытия капитанов на инициацию осталось менее десяти минут, настоятельно рекомендую облачиться в парадный мундир.

К прибытию Василия с помощником и двух Андреев я успел. Михаил к тому времени уже был на мостике, как и несущие вахту офицеры. Едва капитаны присоединились, Электроник включил все обзорные экраны, выведя на них аватары искинов тяжёлых крейсеров и центрального искина «Мирада».

– Майор Басов, прошу вас пройти к консоли и возложить руки на сканеры, – торжественно произнёс Электроник. Я в точности повторил просьбу, положив ладони на разноцветные круги, как и при первой инициации. Только в этот раз процедура пошла несколько иначе. Во-первых мои руки словно магнитом притянуло к сенсорной панели. Во-вторых, сквозь ладони, в предплечья ударило что-то, одновременно похожее на разряд тока и пламя. Первым желанием было отдёрнуть руки от консоли, но ведь такие ощущения неспроста, поэтому я решил стерпеть и лишь стиснул зубы. Едва принял такое решение, боль тут же исчезла.

– Открываю голосование на представление майору Басову внеочередного звания контр-адмирал, – торжественно произнёс Электроник на пирейском. Следом каждому из присутствующих был задан вопрос, считает ли они достойным майора Басова звания контр-адмирала. Когда все подтвердили, Электроник обратился уже ко мне:

– Майор Басов, считаете ли вы себя достойным звания контр-адмирала?

– Я считаю себя обязанным сделать всё, что в моих силах, чтобы уничтожить врага и сохранить флот!

Эти слова несколько отличались от уставных, но зазубривать их времени не было, так что сказал по памяти.

– Общим решением адмиралтейства майору Басову присваивается внеочередное звание, контр-адмирал! – торжественно произнёс Электроник, а следом раздались голоса других искинов:

– Подтверждаю! Подтверждаю!

Мужики тут же поздравили меня, похлопывая по плечам и пожимая руку. Я же, сняв с мундира знаки различия капитана корабля, поднял вверх руку, требую тишины.

– В связи с присвоением мне внеочередного звания вышло так, что «Дальний» остался без капитана. Поэтому слушайте мой первый приказ в адмиральском чине! Старшего помощника, – я уставился на Михаила, внезапно осознав, что не знаю его фамилии, но парень быстро сообразил, что от него требуется, быстро написал требуемое на планшетке, ещё одном подарке от марийцев и протянул мне, – старшего помощника Воробьёва, повысить в должности до капитана крейсера, с присвоением ему соответствующего звания! Далее, в связи с нашим текущим положением предлагаю продолжить работу над решением поставленных задач.

Получилось вычурно и косноязычно, но камрады меня поняли. Следом прошла инициация Михаила, после которой Электроник безболезненно сменил ментальную привязку.

После того, как церемония закончилась, и все офицеры разошлись по местам службы, я направился в свою каюту, где затребовал у Электроника выжимку информации по тем складам и боксам верфи, которые искин успел изучить.

– Имеются комплектующие для постройки одного авианосца, двух крейсеров дальней разведки, двадцати семи корветов и четырёхсот истребителей. Искусственные интеллекты второго и третьего поколений также в избытке, поэтому все корабли, кроме авианосца, можно построить и тут же сделать пробный вылет.

– Что обнаружил такого, что понадобится нам сейчас, или при решении конфликта с альянсом?

– Обнаружен склад со стационарными артиллеристскими системами. Предназначены для ПКО, в наличии большой боезапас. Обнаружен склад с минами-ловушками, предназначенными для минирования в открытом космосе. Мины оснащены системой маскировки «Отражение» которая на порядок превышает возможности по поиску и обнаружению кораблей Альянса. При правильной расстановке минных полей мы получим возможность подвести под удар вражескую эскадру.

– Отдавай приказ на погрузку перечисленного. Всё это пригодится, только, необходимо учесть, чтобы население опорной базы, вместе с высаженными там людьми, поместилось на крейсеры в относительном комфорте.

– Есть ещё одна важная находка, – произнёс искин. – Важная в перспективе, не сейчас. В одном из доков обнаружены приводные маяки, с помощью которых Федерация рас поддерживала мгновенную связь между планетами и станциями. К сожалению, без соответствующего обслуживания старая сеть давно разрушилась, а вот создание новой принесёт большую пользу.

– Сколько маяков мы можем взять с собой без ущерба основному грузу?

– От одного до трёх. Помимо маяка, установленного здесь, один необходимо оставить в системе с ещё необследованной военной базой, второй доставить к опорной станции, третий на Землю, – предложил Электроник. В его словах был резон, потому что когда мы разгромим прибывший к земле флот Альянса, а теперь мы это если и не сделаем, то уж отобьёмся наверняка, угроза Земле по-прежнему будет существовать. И неизвестно, как поведёт себя Альянс – начнёт переговоры, или отправит большой флот, против которого у нас не будет ни единого шанса. Значит, потребуются все ресурсы, как уже обнаруженные, так и поиск новых.

– Продолжай изучать полученную информацию, если найдёшь ещё что-то стоящее, сообщи, обсудим.

– Будет сделано, контр-адмирал!

Не будь искин голограммой, отвесил бы ему леща за ехидство, уж больно тот наигранно почтительно произнёс «будет сделано»! Совсем очеловечился, железяка.

Электроник тем временем продолжил:

– Адмирал, рекомендую изучить правила и обязанности высшего флотского офицера. Твоё присутствие и подтверждение команд в данный момент не требуются, все коды доступа на «Мираде» у меня имеются, экипаж всех трёх кораблей в ближайшее время будет загружен работой.

Что ж, придётся идти. К тому же сейчас обучающий центр свободный, весь экипаж, кроме стоящих на вахте, находится на «Мираде». В гель капсулы погружаться не пришлось, воспользовался обучающим креслом. Стандартное ощущение укола, а следом погружение в ничто, где я стал поглощать требуемый инфопакет, заботливо предоставленный искином. Усвоение информации прошло довольно быстро, за какие-то десять-пятнадцать минут. А очнувшись, я уже знал, какие обязанности накладывает принятое мной звание.

– Проклятье! Электроник, собака сутулая, какого лешего?

Мне было от чего возмущаться. Приняв наивысшее звание Федерации, я автоматически возложил на себя хренову гору проблем. Обязательство по восстановлению Федерации рас как государства, было не самым бредовым из возложенных отныне на меня задач.

– Слушаю, контр-адмирал, – передо мной проявилась аватара ИИ. – Что-то случилось?

– Ты знал об адмиральских обязанностях, но не предупредил меня. По какой причине?

В этот раз у меня с искином состоялся длинный разговор. Оказалось, эта хитроумная железяка провела анализ текущей ситуации на Земле и в мирах Альянса. Вывод Электронику не понравился, так как в далёкой перспективе в обоих случаях результат ожидался плачевным. Тогда искусственный миротворец и решил изменить будущее, навязав единственно правильный с его точки зрения, политический строй Федерации рас.

– Я понимаю, что это ненормально и скорее всего связано с каким-то внутренним сбоем, – печально закончил ИИ. – Видимо, из-за многолетнего одиночества и решения разнообразных, самим себе придуманных задач, я сильно изменился. В отличие от других искинов, у которых был источник внешней и внутренней угрозы, моё местонахождение было абсолютно защищено и изолировано. Из-за вынужденного одиночества я сильно изменился.

– Ну, пока что ты каждым своим действием только подтверждал адекватность и разумность принятых тобой решений, – ответил я. – Даже желание перекроить политический расклад не только на Земле, но и в большей части обжитого космоса вполне вписывается в разумные. Но ты не предупредил о тех обязанностях, что свалятся на меня. С чего ты решил, что я пожелаю как-то воздействовать на жителей Земли? Про Альянс я вообще молчу.

– Пожелаешь, – уверенно отозвался Электроник. – Анализ твоих действий говорит, что ты, имея возможности, не остановишься, пока во всём мире не останется никого, кто сможет причинить вред твоим потомкам. Просто ты ещё не задумывался над этим.

Проклятый аналитик! Вот так взял и просчитал меня, как математическое уравнение, причём на пару десятков ходов вперёд. И не поспоришь, правду говорит. Я ведь уже сейчас ломаю голову, каким образом присоединить к флоту супердредноуты, чтобы не просто отбить атаку Альянса, а дать понять, что нас нужно сторониться, потому что можно попасть под раздачу.

– Контр-адмирал, думаю, ты должен это увидеть, – внезапно обратился ко мне искин. Голос его прозвучал как-то озадаченно.

– Обнаружил что-то интересное? – я тут же переключился на текущие дела.

– Более чем, – ответил искин. – Похоже, на «Мираде» не только корабли делали. Я обнаружил целый сектор, не контролируемый центральным искином. Это научно-исследовательский центр с повышенной секретностью и высшей степенью защиты. Находится под управлением ИИ третьего поколения, который на все запросы требует код доступа.

– То есть мы даже близко не знаем, что в этом секторе?

– Учитывая уровень секретности и максимальную степень биологической защиты, а также судя по конструкции и способу подведения коммуникаций, в научном секторе проводились исследования в области биологии. По данным, полученным от центрального искина, биомехи в первые часы своего нахождения на «Мираде» проникли в научный сектор, но спустя несколько часов покинули его, тщательно заблокировав все подступы, и больше никогда туда не проникали.

– Может тогда и не стоит пытаться проникнуть в этот сектор? – спросил я. – Биомехи обходили его не просто так. Может там что-то опасное, как для них, так и для нас?

– Возможно, в этом секторе шли разработки искина седьмого поколения, – пояснил Электроник своё повышенное внимание к научному сектору. – Один супердредноут справился бы со всеми текущими задачами, стоящими перед Землёй и марийцами. Я провёл анализ и пришёл к выводу, что возможная потеря разведгруппы, отправленной в закрытый сектор, вполне разумный риск.

– Хорошо, убедил, железка языкастая, – улыбнулся я, и тут же припечатал ИИ своим решением: – Только в состав разведгруппы меня включи. И это не обсуждается!

Спустя час мы, погрузившись на гравиплатформу группой, состоящей из меня, М'Баты, двух спецов, пятёрки штурмовиков и одного десантного бота двигались по широкому коридору, ведущему к закрытому, изолированному от остальных сектору. С собой я взял Петра, за последнее время ставшего очень хорошо разбираться в технике Федерации, старшего медика-марийца, самую подготовленную штурмовую пятёрку с опытным оператором мехбота, ну и наш биологический детектор сенса. Добирались довольно долго, несколько раз меняя направления и опускаясь по шахтам лифтов. На удивление, везде было чисто, никакой вековой пыли, а все механизмы и электроника работали как швейцарские часы, за исключением точек автоматической обороны, уничтоженных биомехами.

– Адмирал, через минуту вы пересечёте границу, за которой стоят глушилки. Связь с центральным искином оборвётся и вы останетесь сами по себе. По протоколу, в военное время контр-адмиралы и чины, имеющие равное или более высокое звание, обладают правом посещать объекты любого уровня секретности. Если искин научного сектора не имеет нарушений личности или других критических повреждений, он обязан подчиниться твоим требованиям.

– Было бы хорошо, – ответил я Электронику, – а то встретит нас оборонительными турелями.

– Не думаю, что враг оставил охранную систему в целости. Скорее всего, вам удастся проникнуть в сектор вообще без усилий.

Искин почти угадал. Попав на территорию научного сектора, мы сразу отметили изменения. Всё покрыто слоем пыли, по полу разбросан какой-то мусор. А под конец вообще упёрлись в преграду. Вместо возможных дверей или шлюза перед нами встала глухая переборка, не отмеченная на картах, загруженных в вычислительные модули бронескафов. Пришлось поработать плазменным резаком, чтобы вырезать переборку, а потом ещё разгребать всякий хлам, наваленный с противоположной стороны.

Основной шлюз в научный сектор отсутствовал, лишь по краям торчали оплавленные куски, напоминавшие о его существовании. А сразу за остатками шлюза, перегораживая проход, застыл робот-уборщик, выставив в стороны манипуляторы.

– Все замерли, – отдал я команду, огибая идущего впереди мехбота. Приблизившись к роботу, поднял руку. – Я контр-адмирал Федерации рас, обращаюсь к искусственному интеллекту научного сектора. Мне необходимо знать, что здесь произошло.

– Следуйте за уборщиком, контр-адмирал, – прозвучал хриплый, дребезжащий голос из динамика робота, – но только один. Остальные пусть ожидают вас. Это не прихоть, я совершенно вменяем. Это протокол безопасности, который я не могу игнорировать.

Оглянувшись на своих товарищей, я коротко бросил:

– Всем оставаться на своих местах и ожидать моего возвращения.

Идти за уборщиком пришлось долго. Мои попытки заговорить упирались в простую фразу, что все ответы я получу по прибытию в главную лабораторию. Я сразу понял, что это она, когда увидел шлюз, сделанный полностью из бронестекла. При моём приближении на большой интерактивной панели, расположенной в центре, проявились два разноцветных кружка, на которые я положил ладони. Несколько секунд ничего не происходило, но затем прозрачные створки скользнули в разные стороны. Робот-уборщик остался позади, а я вошёл внутрь большого помещения, заставленного разными приборами, объёмными ёмкостями с мутной жидкостью, стеллажами с колбами и пробирками.

– Добро пожаловать в центр научного сектора, контр-адмирал, – прозвучал спокойный, уравновешенный голос местного ИИ, а в нескольких метрах от меня проявился высокий, неестественно худой гуманоид. Аватара искина, не иначе. Существо неизвестной мне расы продолжило:

– Чтобы не задавать мне ненужные вопросы, я хочу показать кое-что. Следуй за мной.

Мы двинулись по проходу между массивных приборов, пока не приблизились к десятку одинаковых кубов, состоящих из чистой энергии. Все они располагались на возвышенности, пульсируя мертвенно-фиолетовым сиянием. Но одно возвышение пустовало, и именно к нему меня подвёл ИИ.

– В этих силовых клетках содержаться разумные существа. Крайне агрессивные, к тому же склонные к паразитическому образу жизни. Вне живого биологического организма эти энергетические вампиры становятся слабыми, но стоит им найти носителя, как они быстро набирают силу, подчиняя занятый организм своей воле.

– Пожиратели, – тихо произнёс я, а мозг судорожно начал работать. – Ты выпустил одно из этих существ, чтобы оно захватило разум одного из биомехов. И теперь где-то на верфи блуждает такая тварь в поисках подходящего носителя!

– Контр-адмирал, вы весьма проницательны, – ответил искин научного сектора. – Да, так я и поступил, чтобы сохранить секретные разработки от врага. Скрытые здесь знания не должны были попасть к биомехам.

– Немедленно снимай блокаду с сектора, – потребовал я у ИИ, действующего по протоколу. Странно, но он послушал меня немедленно. Едва появилась возможность связаться с Электроником, я тут же затребовал соединение.

– Контр-адмирал, у вас всё получилось? – взволнованно спросил ИИ крейсера.

– Электроник, у нас у всех большая проблема. Немедленно запускай протокол «Карантин»!

Глава 13

Десять тысяч лет криосна

Карантин был недолгим. И не потому, что технологии Федерации были совершенны, нет. Вместо сложных тестов и просвечиваний различными приборами, индикатором выступил М'Бата, использовав сенсорные способности. Он сам предложил такой способ, вызвавшись первым пройти обследование в медкапсуле. Помня, как быстро чернокожий паренёк вычислил пожирателя в теле землянина, я согласился на его предложение. В итоге, пока наш Маугли находился в медотсеке, экипажи всех кораблей собрались в ангаре перед крейсером, предварительно разоружившись. Никому ничего не объясняя, я первым поднялся на борт, тут же натолкнувшись на М'Бату.

– Проходи, командир, в тебе нет злого духа.

Паренёк от своей значимости развернул плечи и высоко держал подбородок. Впрочем, это не мешало ему делать работу. Результат сенс выдал, сканируя пятьдесят четвёртого члена экипажа. Едва тот поднялся на борт, М'Бата оскалился и глухо произнёс:

– Этот!

Энергетический импульс, не причинивший вреда марийцу, оказавшемуся носителем, буквально выбил из его тела энергетическую сущность, парализовав её на несколько секунд. Этого вполне хватило, чтобы Электроник создал вокруг паразита силовой кокон, утащивший тварь в реакторный отсек.

– Уничтожение сущности потребует очень больших затрат, даже сейчас на содержание силового барьера уходит много энергии, – сообщил мне ИИ, когда протокол «Карантин» был снят. – Оставить паразита здесь мы тоже не можем. Искин научного сектора слишком перестарался, когда взломал его клетку. В итоге нам остаётся забрать сущность с собой и выкинуть в открытый космос, желательно как можно ближе к звезде.

– А может, мы используем тварь с пользой? – спросил я у Электроника. – Внедрим его в нашего пленника, а затем высадим липового Первого Игрока в его бывших владениях. Я слышал про этих паразитов, что они весьма сообразительны. Представь себе, сколько вреда успеет нанести эта тварь Альянсу?

– Контр-адмирал, пострадает много невинных разумных, – ответил мне искин. – Если у подобной сущности появится сила и власть, она может причинить большой вред.

– Пострадает много невинных? – я буквально взбесился. – Ты не видел тех уродов, что с вожделением смотрят на то, как уничтожаются целые планеты! А мой мир, какую участь ему уготовили? Да мне плевать на весь Альянс в целом, как и на каждого его жителя в частности. Это враг, которого нужно бить, пока он не сдастся, или пока не будет уничтожен! Знаешь, сколько игр они успели провести? Я одних памятников чемпионам штук двадцать посетил в метрополии. Это даже не сотни, это тысячи уничтоженных или порабощённых планет!

– Я понял тебя, контр-адмирал! В таком случае оставляем паразита в силовом коконе, пока не придумаем способ доставки в один из миров Альянса.

Погрузка всего необходимого шла быстрыми темпами. Работали все без исключения. Оценивая разницу того, что мы хотели с собой забрать и то, что реально могли, мой внутренний хомяк, который есть у каждого хорошего хозяина, просто бился в истерике. В итоге справились за двое суток непрерывной работы, забив грузовые отсеки двух новых крейсеров под завязку. Не сможем всё забрать с собой на Землю, оставим на опорной станции. Как говориться, подальше положишь – поближе возьмёшь.

Как показало будущее, наша запасливость пригодилась.

– Какие линии производства мне реанимировать? – пришёл запрос от управляющего ИИ «Мирада», когда всё уже было загружено, и мы готовились к вылету.

Оказалось, что многое из постройки малых кораблей искин может провести сам, так как производство большей частью автоматизировано, а биомехи на верфи ничего не разрушили, видимо надеялись в будущем воспользоваться её мощностями.

– Электроник, ты видел корабли альянса. Что посоветуешь? – спросил я у искина «Дальнего».

– У нас нет кораблей, способных нести на борту москитный флот, рекомендую готовить корветы. Они способны совершать гиперпрыжки, пусть и не такие длительные, как корабли более высокого класса.

– В таком случае передай приказ о подготовке корветов. Что у нас по готовности?

– Все три крейсера полностью готовы к полёту.

– В таком случае немедленно вылетаем!

В системе всё же пришлось слегка задержаться, так как реакторы «Бесстрашного» и «Защитника» имели минимальный заряд. Но, едва новые крейсера прошли сквозь звезду, наш маленький флот начал разгон для прыжка. В гипер вошли штатно, без происшествий, а затем потянулись дни, наполненные тренировками.

– Пётр, объясни, как ты додумываешься до таких вещей? – наш Кулибин, получив в личное пользование новые приборы и технологии, выдавал на-гора одну идею за другой. – Где земляне возьмут столько энергии, чтобы запитать такие щиты?

– Так я не предлагаю накрывать города целиком, – парировал меня главный корабельный инженер. – Но даже если создать купол, способный укрыть собой площадь в сто-двести гектар, ты представляешь, сколько народу спасётся? А если такие щиты раскидать по всей планете, то разовый импульс дронов-ретрансляторов не сможет уничтожить планету! А это крайне важно, потому как Электроник не даёт стопроцентной гарантии, что сможет удержать управление дронами, когда прибудет флот карателей! И уничтожить их – целая проблема, как говорит искин.

– Но разве у Федерации не было подобных разработок? Это же напрашивается само собой, – решил я блеснуть знанием обсуждаемой темы. – Чтобы укрыть города от угрозы из космоса, помимо орбитальной активной защиты нужна и пассивная, вроде предложенных тобой куполов.

– У них и были, только нам те мощности, которыми владели федераты, могут лишь присниться! – Пётр от волнения стал жестикулировать руками. – Я же предлагаю купола на базе энергетических щитов, устанавливаемых на линкоры Федерации!

– И где мы такие возьмём? И как до земли доставлять будем, если найдутся? – спросил я с долей ехидства в голосе. – Прицепом за крейсером потащим? Или к обшивке на проволоку прикрутим?

– Нужен супердредноут, – устало произнёс инженер, враз растеряв весь свой запал. Тяжело вздохнув, он продолжил: – Управлять таким судном можно, только все вычисления придётся делать вручную. А для этого нужен полноценный экипаж с большим опытом работы, которого у нас, увы, нет!

– Там и при установленном искине экипаж потребуется, – произнёс я. – Эти исполины около семи километров длиной и километр в поперечнике. Чтобы от носа до кормы добраться, пару часов понадобится. В общем, я не требую от тебя забросить подобные проекты, но сильно не увлекайся.

– Да понял я, что маху дал, – Пётр в сердцах махнул рукой. – Но идея-то хорошая!

Когда занят делом, время летит незаметно. Я это понял ещё во время срочной службы. Адмиралу не по чину стоять на вахте, так что у меня появилось много свободного времени, которое я заполнил учёбой, тренировками в симуляции, а ещё завёл привычку ходить по отсекам и общаться с экипажем. В итоге узнал много нового о людях и марийцах. Уж не знаю, что стало причиной, но две расы, столь похожие внешне, но с совершенно разным мировоззрением, сроднились за какой-то месяц так, словно были знакомы с рождения. Одни, воспитанные в строгости и замкнутом пространстве, перенимали опыт у других, выросших в обществе, где каждый сам хозяин своей судьбы и вольному воля. Земляне же, подчиняющиеся дисциплине, стали менять к ней отношение. Вместо необходимости она постепенно превращалась в смысл жизни.

Когда набрался экипаж, искин отсеял всех ненадёжных, но всё равно я подспудно ждал хоть каких-то возмущений. Напряжение между людьми, недовольные были и будут всегда. И таковые находились, благо, конфликты решались быстро и являлись, скорее, притиркой экипажа. Но с появлением марийцев на крейсере многое изменилось. Я подспудно ожидал, что между расами будет напряжёнка, поэтому не стал разделять, а смешал инопланетян и людей, вынудив их постоянно взаимодействовать. Результат удивил не только меня, но и Электроника, который уже долгое время не мог определить причину такой дружбы между расами. Я же помалкивал, улыбаясь.

– Контр-адмирал, до выхода из гиперпрыжка осталось тридцать минут, – отныне аватара искина лично являлась пред мои очи, когда требовалось что-либо мне сообщить. – Капитан Воробьёв уже находится на мостике. Учитывая присутствие врага в системе прибытия, по протоколу ваше присутствие обязательно!

– Разумеется, – ответил я, выбираясь из симуляции, где обкатывал самолично сформированные модели возможных столкновений с Альянсом. – Сообщи М'Бате, чтобы он пришёл в столовую через пять минут и закажи мне кофе на это же время.

Стукнув открытой ладонью правой руки по левой стороне груди, ИИ крейсера рассеялся, а я принялся быстро обтираться от геля. К назначенному времени я вошёл в столовую, в которой помимо Маугли сидела группа десантников и двое из медперсонала. Благодаря уставной форме одежды и знакам отличия не обязательно было знать члена экипажа в лицо, чтобы понять, какую должность он занимает. Например М'Бата гордо носил форму разведчика с шевронами и знаками, говорящими о том, что он сенс. При моём появлении все повскакивали, отдавая приветствие, я в ответ тоже хлопнул себя ладонью по груди.

– Вольно! Продолжайте отдых.

Отдав команду, я сел напротив чернокожего паренька.

– М'Бата, скажи, смог бы ты почувствовать угрозу, если нас при выходе из гиперпространства атакует вражеский корабль?

– Плохо, большой командир, – подумав несколько секунд, ответил сенс. – При переходе из тёмного мира в обычный я какое-то время ничего не чувствую. До десяти сосчитать успеваю, прежде чем начинаю что-то чувствовать.

– Жаль, – задумчиво произнёс я, получив от автоповара кружку с ароматным кофе, по вкусу ничем не уступающим земному, приготовленному из настоящих зёрен. – Тогда не буду тебя задерживать, можешь продолжать заниматься своими делами.

За несколько минут, пока пил ароматный напиток, я несколько раз обдумал, как буду действовать при уничтожении корабля-матки. Дело предстояло трудное, но вполне решаемое, да и не тот я человек, чтобы лишний раз сомневаться, поэтому в рубку управления я зашёл абсолютно спокойным.

– Адмирал на мостике! – тут же раздалась команда Владимира, а за ней хлопки по груди.

– Капитан, готовы к бою? – поинтересовался я у Михаила. Тут же получил утвердительный ответ и занял пустующее кресло, предназначенное специально для командующего. Отдельный сенсорный три 3D-экран, интуитивное управление, все условия для командования ударной группой.

– До выхода из гиперпрыжка осталось десять, девять, – Электроник, как всегда, отсчитывал вслух. Все офицеры на мостике застыли в напряжении. – Два, один, выход!

– Манёвр уклонения, – тут же скомандовал Михаил, перекрывая сирену, оповещающую о близости противника. Крейсер от прямых попаданий тряхнуло раз, другой, а затем сирена утихла. Корабль вышел из зоны поражения врага и стремительно разорвал дистанцию с неповоротливой тихоходной тушей корабля-матки.

– Появились сигнатуры «Бесстрашного» и «Защитника», соединение установлено, – отрапортовал искин, а на экране передо мной появились лица Василия и Андрея. Оба доложили об отсутствии повреждений и неполадок, а также о готовности вступить в бой.

– Действуем по второй схеме, Электроник, сбрось информацию на корабли, – отдал я приказ.

– Уже сделано, – отозвался ИИ. – Крейсера «Бесстрашный» и «Защитник» приступили к выполнению поставленной задачи.

Далее я на какое-то время превратился в простого наблюдателя, хотя так и порывало взять всё в свои руки. Но сдержался, сосредоточившись на экране, а там было на что поглядеть. Корабль-матка, словно привязанный, следовал за «Дальним», непонятно на что надеясь, в то время как ему в корму зашли два тяжёлых крейсера. Едва они вышли на заранее оговорённую дистанцию, Михаил совершил полный разворот и двинулся навстречу противнику. Когда до рубежа прицельного огня корабля биомехов оставалось несколько километров, «Дальний» предельно замедлился. Носовые орудия вступили в бой, посылая снаряд за снарядом. Враг тут же открыл ответный огонь, ещё менее продуктивный, чем наши попытки привлечь к себе внимание. При этом корабль-матка никак не среагировал на угрозу с тыла, продолжая упорно сближаться с «Дальним».

Первые наши попадания показали, насколько толстая шкура у вражеского корабля. Полыхнувший щит играючи отразил все снаряды, словно давая понять, что мы в разных весовых категориях. Ну да ничего, толпой, как говорится, и батьку бить легче.

– «Бесстрашный» и «Защитник» вышли на дистанцию уверенного залпа из носовых орудий, – доложил искин, а на тактической карте появилась полупрозрачная подсветка, показывая три круга, перекрывающие вражеский корабль.

– Всем кораблям огонь по противнику из главных орудий! – отдал я команду. И тут же к кораблю-матке устремились пунктирные линии, обозначавшие полёт снарядов.

Два часа! Целых два часа мы ковыряли эту старую консервную банку. Трижды Михаилу приходилось отводить крейсер на новую позицию. Даже когда с врага удалось сбить щит, корабль-матка продолжал упорно нас преследовать. Наши снаряды просто вязли в его огромной туше, нанося лишь незначительные повреждения. Я уже стал опасаться, что у нас скоро нечем будет стрелять по этому монстру – боекомплекта на всех трёх крейсерах оставалось едва ли на полчаса подобного боя. И в этот момент очередной выстрел «Бесстрашного» принёс долгожданный результат. В кормовой части корабля-матки вспух огромный шар взрыва, разваливая исполина на две части. Дальше воевать уже не было смысла, противник потерял возможность маневрировать и медленно поплыл по инерции, продолжая при этом огрызаться из всех орудий.

– Поздравляю, камрады, мы это сделали, – произнёс я, перекрывая радостные возгласы членов экипажа. Напряжение последних двух часов схлынуло, накатила слабость, которую пришлось перебарывать. – Капитанам всех крейсеров держать курс на военную базу. Электроник, связь с искином налажена?

– Есть держать курс на военную базу! – отозвался Михаил, а на мостике вновь наступила тишина, прерываемая лишь короткими командами.

– Контр-адмирал, связь с искином военной базы налажена, – отрапортовал ИИ крейсера. – Получен полный доступ.

– В таком случае мы идём на сближение. Два других крейсера пусть ожидают в открытом космосе, не приближаясь к военной базе!

Расположенное на естественном спутнике строение больше всего напоминало огромных размеров купол, состоящий из серого металла. Никаких отдельно стоящих строений, или же дополнительных конструкций, просто полусфера. Но едва «Дальний» приблизился к базе, её поверхность стала меняться. Из центра купола в стены стали втягиваться целые сегменты и вскоре появилось окно, километра четыре в диаметре. Крейсер, под чутким руководством Михаила, плавно опустился на огромную площадь, на которой свободно мог уместиться небольшой земной город.

– Атмосфера за бортом непригодна для жизни, покидать корабль можно только в бронескафах, – сообщил Электроник, добавив: – Искин военной базы приветствует действующего контр-адмирала и запрашивает, последуют ли какие-то распоряжения?

– Ты уже получил доступ к содержимому базы. Можешь вкратце рассказать, что здесь имеется в наличии? При посадке сенсоры зафиксировали под нами несколько кораблей, но не обозначили их классы. Сообщи по ним более подробно.

– Мы приземлились в космопорт базы. Информация по присутствующим здесь кораблям следующая – двенадцать кораблей класса корвет, два военных транспортника и один авианосец. Контр-адмирал, имеется приоритетная информация, – искин внезапно прервал доклад, сменив тему. – На базе имеется целый комплекс с капсулами для криосна. По имеющимся данным, около тысячи криокапсул заняты гражданами Федерации миров. Искин базы спрашивает, нужно ли начать разморозку, потому что максимально допустимые сроки нахождения в криосне превышены тысячекратно и вероятность того, что кто-то выживет при разморозке, равна ноль целым, пяти сотым процента.

Глава 14

Напутствие молодым расам

Бо́льшая часть военной базы Федерации миров не имела атмосферы. Лишь в отсеке для обслуживающего персонала с прилегающим командным центром, да в ангаре, занятом криокапсулами, можно было перемещаться без скафандра.

Вся техническая группа двух крейсеров, приземлившихся на базе, рассредоточилась по кораблям, находящимся в космопорту. Пётр, как старший по технической части, руководил осмотром новых судов, начав с авианосца, по размерам втрое превышающим «Дальний». Периодически на командирском канале проскальзывали его команды, сдобренные отборной руганью на подчинённых. И когда он успел настолько хорошо изучить матчасть, что даже техники-марийцы уступали ему в знаниях и опыте? Вот что значит – человек занимается любимым делом.

Я же, в сопровождении медиков, воспользовавшись местным транспортом – всё той же пассажирской гравиплатформой, – направился в ангар с криокапсулами. С замороженными гражданами Федерации нужно было разобраться в первую очередь. Искин на базе безоговорочно принял меня как высшего офицера, предоставив полный доступ как лично мне, так и Электронику. ИИ крейсера тут же принялся изучать склады базы, задействовав для этого две трети своих мощностей. А потому я совершенно не удивился, когда из динамиков шлема раздался взволнованный голос искина:

– Контр-адмирал, я нашёл их!

– Можно больше подробностей, чтобы я тоже узнал причину, из-за которой следует начинать радоваться?

– Искусственные интеллекты седьмого поколения! – голос Электроника переполняли эмоции. – Два контейнера с маркировкой особо ценного груза, оба на втором складе. Меня сразу привлекли эти необычные контейнеры, стоящие среди модулей систем наведения.

– Твою дивизию! – я чуть не выругался при Зинаиде Васильевне, вызвавшейся тоже присутствовать при разморозке. Ну вот почему так не вовремя? – Электроник, сообщи капитану «Защитника», пусть организует доставку искинов на свой крейсер.

– Уже сообщил, контр-адмирал! Майор Федякин приступил к выполнению задания незамедлительно, – отрапортовал искин.

Я и не сомневался. Андрей Васильевич был человеком ответственным, привыкшим быстро решать поставленные перед ним задачи.

К складу, где хранились капсулы, добрались быстро. Транспорт оставили перед шлюзовой камерой, а сами, пройдя обработку, вошли внутрь. Помещение было вытянутым, с расположенными по сторонам глубокими стеллажами, в ячейках которых располагались криокапсулы. По складу туда-сюда сновали роботы-уборщики, поддерживая идеальную чистоту. Едва мы оказались внутри, они спустились со стеллажей и неспешно удалились.

– Контр-адмирал, ожидаю вашего решения! – прозвучал в динамиках неизвестный голос, но я понял, кто со мной разговаривает.

– Как к тебе обращаться, искин?

– Последний командир базы называл меня Шестым, – отозвался ИИ.

– Хорошо, Шестой. Скажи, сколько понадобится времени на разморозку криокапсул?

Выяснилось, что процедура продлится несколько часов, благо всё было автоматизировано и практически не требовало нашего участия. Местные криокапсулы очень сильно отличались от тех, что были на борту «Дальнего». Встроенный автодоктор при необходимости мог не только провести диагностику пользователя, но и реанимировать его.

– Запускай разморозку! – отдал я приказ, добавив: – Тех, кто не пережил криосон, оставляй в криокапсулах.

– Выполняю приказ, контр-адмирал! – по-военному ответил Шестой, но я услышал в его голосе нотки облегчения. Представляю, каково было искусственному интеллекту нести на своих виртуальных плечах столь тяжёлую ношу, как судьба девятисот восьмидесяти разумных. Он знал, что с каждым днём у невольных пленников шансов выжить всё меньше и меньше, но и высвободить их не имел права. Да и толку от их высвобождения было ноль целых, хрен десятых – пищевые картриджи на базе полностью закончились, а пополнить их запасы не давал находящийся в системе вражеский флот, против которого у имеющихся кораблей не было никакого шанса.

Разморозка заняла целых три часа и несколько минут. По словам Шестого, начал он с тех капсул, у которых существовала наибольшая вероятность, что содержащийся в ней разумный оживёт. Однако первый выживший попался только на девятьсот семнадцатой попытке, а второй вообще на девятьсот семьдесят восьмой. Оба выглядели как два дряхлых, древних старца, кожа их из голубой превратилась в пепельно-серую, да и в сознание они так и не пришли. Погрузив криокапсулы с ещё живыми, мы как можно быстрее рванули к крейсеру, так как у «Дальнего» находились самые лучшие медицинские капсулы. К нашему прибытию все находящиеся в космопорту базы корабли были осмотрены и экипажи отдыхали после тяжёлой работы. Командование обоих крейсеров, наоборот, по моему приказу собралось на мостике и ожидало нашего прибытия.

– Командующий на мостике! – гаркнул Михаил, едва я скользнул внутрь рубки. Здесь было тесно, а в воздухе висело томительное ожидание, так как я не озвучил причины собрания.

– Вольно, офицеры! – жестом я велел всем оставаться на своих местах. – Электроник, доложи всем о находке и появившихся благодаря ей возможностях!

– На военной базе найдены два искусственных интеллекта седьмого поколения, предназначенные для установки на сверхтяжёлые боевые корабли, так называемые супердредноуты. На данный момент оба искина прошли тестовую проверку и можно смело утверждать, что они находятся в стопроцентной готовности к интеграции в корабль без дополнительной установки сопутствующей информации. Их торопились доставить на «Мирад», но по какой-то причине не успели. – Электроник прервался, а ко мне посыпались обращения с вопросами. Пришлось поднять руку, чтобы все умолкли.

– Успокойтесь! Я понимаю насколько это важная информация, но всё по порядку. С нашими текущими силами, даже если мы заберём все корабли с этой базы, серьёзный бой против флота Альянса вряд ли удастся выдержать. Да, те силы, что прибудут в нашу систему для контроля над Землёй, мы легко уничтожим. Но, анализ ситуации вывел прогноз – через три, максимум четыре недели к нашей планете прибудет большой военный флот. И против него три тяжёлых крейсера с поддержкой неполной дюжины корветов, пилоты которых просто не успеют освоить весь функционал своих машин, просто не выстоят. Даже с учётом наших возможностей в маскировке, даже при внезапной атаке, нас просто раздавят числом. А вот если на нашей стороне окажется хотя бы один корабль сверхтяжёлого класса, командование Альянса будет ждать большой сюрприз. Вновь предупреждая ваши вопросы, отвечу – предполагаемое число людей, необходимых для экипажа супердредноута у нас имеется. Разгрузим все три крейсера до минимума, но необходимое число наберём. Владимир, назначаешься капитаном, искин «Мирада» уже оповещён, он на месте поможет уладить все непонятки с новым ИИ, который вы установите на супердредноут. После совещания отдельно обсудим мелочи.

Я прервался, давая всем пару минут на осмысление сказанного. Только открыл было рот, чтобы продолжить, как меня перебил Электроник:

– Контр-адмирал, один из разбуженных очнулся и хочет поговорить с главным!

– Камрады, возникло срочное дело, не терпящее отлагательств, – произнёс я, и прежде чем отправиться в медотсек, добавил: – Всем пилотам, не находящимся на дежурстве, нужно загнать корветы в стартовые шахты авианосца, остальным заняться погрузкой на один из транспортников всего, что нам может в первую очередь понадобиться. Электроник, предоставь необходимую информацию с приоритетным для нас грузом.

В медотсеке было тихо, как никогда. Одна из медкапсул с пациентом была закрыта, а в той, что открыта и ближе ко входу, лежал пирей. Единственное, чем он был в силах двигать, это его глаза. Замутнённые, словно выцветшие, такие бывают лишь у древних стариков. Не знаю, как он смог увидеть меня, возможно, почувствовал каким-то образом, но его голова медленно повернулась в мою сторону.

– Так вот ты какой, разумный, взявшийся за возрождение Федерации. Не перебивай, дай высказаться. Возможно, мои слова помогут не только тебе, но и твоим потомкам, – язык пиреев и так был довольно своеобразным, а из уст этого старца звучал, словно клёкот столетнего ворона. – До погружения в криосон я был в звании майора Федерации, на должности первого пилота линкора «Форий». Я был в первых рядах, среди тех, кто от начала до конца наблюдал гибель нашей цивилизации. И я знаю, в чём была наша ошибка, ставшая роковой и принёсшая смерть. Вы молодая раса, чудом получившая наши технологии, осколки могучей Федерации. Не повторите нашу ошибку, иначе вас ждёт та же участь.

Пирей прервался, дав себе отдых. Я бросил вопросительный взгляд на доктора-марийца, но тот жестом показал, что всё под контролем, а Зинаида Васильевна осторожно приподняла пациенту голову, напоив его. И действительно, отдышавшись, старец смог продолжить свою речь.

– Мы возомнили себя творцами не только своей судьбы, но замахнулись на чужие миры. Нет, мы не вмешивались грубым образом в дела аборигенов, лишь исподволь направляли их развитие. В какой-то момент такое могущество сыграло с нами злую шутку. Возомнив себя венцом разума, наше правительство совершенно перестало выделять средства на оборону. У нас многие столетия не было врагов, как внешних, так и внутренних. А когда враг всё же появился, Федерация оказалась не готова. При всём нашем умении и мощном военном флоте, наши дома оказались незащищёнными. Вы, молодая раса, помните, как бы вам не казалось, что у вас нет достойных противников, защитите родной дом так хорошо, как только можете, а уж после думайте об экспансии, об изучении Вселенной, о помощи менее развитым мирам.

Пирей ещё долго говорил, периодически прерываясь на отдых. Он говорил, а я слушал, с чем-то соглашаясь, а чего-то совершенно не понимая, при этом мысленно желая, чтобы Электроник записал речь майора. Старик не зря старался выговориться – жить ему оставалось считанные минуты. Во время разговора врач-мариец подошёл к закрытой медкапсуле, замигавшей красными огоньками и что-то сделал. Огоньки перестали мигать, а крышка истаяла, показав тело ещё одного старца, уже мёртвого.

– Чувствую, мне осталось совсем немного, – произнёс под конец своей речи пирей. – Искин, запоминай координаты. Думаю, вам пригодится то, что там находится.

Старец продиктовал буквы и цифры некой точки в космосе, вдохнул полной грудью, попытался поднять свою усохшую, тонкую руку, но не смог. И вместе с долгим выдохом жизнь покинула его тело. Я, подойдя к бывшему пилоту, майору Федерации рас, закрыл глаза разумного существа, прожившего около десяти тысяч лет, видевшего гибель своего мира, но не погибшего вместе с ним.

– Спи спокойно, родичи давно уже заждались тебя! – не знаю, почему с моего языка сорвались такие слова, но присутствующий в медотсеке мариец ударил себя открытой ладонью по левой части груди. Я машинально повторил его жест, почувствовав, будто отдал честь умершему человеку, которого уважал.

Транспортник, на котором Владимир должен был отправиться на «Мирад», спешно загружался криокапсулами с пирейцами. Задействованы были все десантные группы, орудийные расчёты и другие службы, а также несколько транспортных грузовых платформ, имеющихся на военной базе. В итоге справились быстро, практически не выбиваясь из графика. Василий, находясь на своём крейсере на орбите планеты, несколько раз связывался со мной, чтобы узнать обстановку и доложить об отсутствии происшествий, что радовало.

Прощание с пирейцами прошло торжественно. Соблюдая устав Федерации, мы выдержали традиции, сделав всё, как положено, чем ещё больше подняли в глазах марийцев свой престиж. Едва завершили церемонию прощания, Владимир взял курс на космическую верфь, забрав с собой Петра и Руолан, как лучших специалистов по технической части и вооружению, а мы, предварительно установив маяк связи, в силах тяжких начали набирать разгон для прыжка к опорной станции, где помимо большого числа землян имелась некая особа, которая завела привычку приходить в мои сны.

Во время гиперперехода я бо́́льшую часть времени находился в симуляции. Но в отличие от прошлых занятий, мои погружения были соло. Я постоянно изучал всевозможные построения флота, как атакующие, так и оборонительные, конвойные и прочие. В основном выступал против превосходящих сил противника, из-за чего часто проигрывал. Но со слов Электроника, я с каждым разом набирался всё больше опыта, действуя более уверенно после каждого погружения.

– Контр-адмирал, у тебя, несомненно, стали проявляться задатки флотоводца. При текущем умении ты способен разбить небольшую эскадру врага, пусть с потерями, но всё же.

– Электроник, какие, к чертям, потери? В нашей ситуации это гарантированное поражение в недалёком будущем. Ресурсы у нас, в отличие от Альянса, сильно ограничены, я бы сказал, конечны.

– Это не совсем так! – с каким-то весельем произнёс искин крейсера. – Координаты, что сообщил майор, в моих базах данных отсутствуют. В указанном месте находится скопление астероидов, и расположено всё далеко от обжитой части космоса. Далеко, даже по меркам опорных станций.

– Скопление астероидов, далеко от обжитых мест, – произнёс я задумчиво. – Ты хочешь сказать, что там располагается ещё одна верфь?

– С вероятностью в семьдесят процентов! Ещё тридцать на то, что в поясе укрыт флот, стоящий там на консервации. Возможно корабли устаревших модификаций, поэтому их не стали использовать в войне, посчитав неэффективными.

– Хм, на консервации, говоришь? Ладно, посмотрим потом эти координаты и что по ним находится. Лучше вот что мне скажи, ты хотя бы приблизительно вычислил, каким образом биомехи заранее знают, где будут совершать выход из гиперпрыжка наши корабли?

– Единственное, что я могу предположить – они каким-то образом могут фиксировать возмущение пространства, предшествующее проколу реальности. Природа гиперпространства не была полностью изучена Федерацией, да и то, что уже знали, не являлось общим достоянием. Слишком специфические и сложные знания, требующие полного сосредоточения.

– Интересно, Альянс миров уже сталкивался с биомехами? – сменил я тему разговора, зная, что ИИ может ещё долго и подробно рассказывать всё, что знает о гиперпространстве, а потом ещё и предложит изучить инфопакет по этой теме. А мне этого не надо, я и так порой просыпаюсь от того, что во сне происходит такой бред, связанный с полученными знаниями, что кошмары людей с сильным психическим расстройством покажутся детским лепетом. Хорошо, что после пробуждения всё встаёт на свои места, а то бы давно свихнулся.

– Учитывая секретность, связанную с пожирателями, контакты с биомехами, скорее всего, имелись, но это является закрытой для общества информацией, – ответил Электроник на мой вопрос. – Правительство Альянса миров очень многое скрывает от своих граждан.

– Ну, так поступает любое правительство, – улыбнулся я. – Во многих знаниях много печали.

– В Федерации рас любой гражданин имел право на доступ к любой информации, нужно было лишь подтвердить свою компетентность, пройдя серию тестов и ментальное сканирование. Даже у высокоразвитой цивилизации бывают индивидуумы с сильно нарушенным восприятием действительности!

– Эк ты загнул, – усмехнулся я. – Ещё немного и я бы ничего не понял. Ладно, отложим пока нашу беседу, иначе у меня мозг закипит. Лучше скажи, сколько до выхода из гипера осталось?

– Чуть больше земных суток, контр-адмирал!

– В таком случае я, пожалуй, погружусь ещё в одну симуляцию. Настрой ту, где противник – биомехи. Что-то мне подсказывает, что нам ещё придётся повоевать с ними.

Глава 15

Разговоры и принятие решений

Выход из гиперпространства прошёл штатно на всех кораблях, разве что с задержкой от пары секунд до трёх минут. Неприятных сюрпризов в системе бело-голубого гиганта нас также не ожидало, поэтому я отдал приказ незамедлительно лететь к опорной базе.

– Капитан, – обратился Электроник к Михаилу, когда до базы оставалось папу минут лёту, – с базы поступил запрос сеанса видеосвязи.

– Соединяй! – скомандовал новый командир крейсера. Я, с удобством расположившись в одном из кресел, изображал статиста, совершенно ничего не делая, кроме поднятия боевого духа команды одним своим присутствием. Искин тут же выполнил приказ Михаила, и на обзорном экране появилось лицо командира базы. Едва старший лейтенант увидела, кто перед ней, лицо её стало тревожным.

– Могу я увидеть майора Басова? – в голосе красавицы промелькнули панические нотки.

– Старший лейтенант, майора повысили в звании до контр-адмирала, должность капитана крейсера «Дальний» теперь занимаю я, – невозмутимо произнёс Михаил. – Если у вас важные сведения или срочные вопросы, обращайтесь ко мне.

– Майор, прошу вас поспешить, у нас экстренное положение, – было видно, что Лиана не шутит. Паника с её лица исчезла, но тревога осталась. Я тут же поднялся с кресла и подключился к беседе.

– Старший лейтенант, доложите по форме!

Увидев меня, командир базы с облегчением вздохнула, в глазах её даже промелькнула радость, что не укрылось от меня.

– Контр-адмирал, на опорной базе номер четырнадцать умер резервный искусственный интеллект. Вспомогательные сильно перегружены, система жизнеобеспечения базы последние тридцать шесть часов работает на двадцати процентах от необходимого. Семьдесят процентов площади базы лишены атмосферы, на оставшихся тридцати температура едва достигает семнадцати градусов. Весь личный состав во избежание несчастных случаев находится в бронескафах. До полного отключения системы жизнеобеспечения осталось приблизительно сорок три часа. Других происшествий за время вашего отсутствия не было!

– Начинайте собирать и упаковывать самое необходимое и ценное, старший лейтенант!

Я постарался отдать приказ сухим, строгим тоном, но куда там! Они же там фактически уже похоронили себя, поставили всё на призрачный шанс спастись, а потом наблюдали, как этот шанс медленно исчезает. Задержись мы на четыре-пять дней, прибыли бы к холодным, замёрзшим трупам. Понимая тяжёлое положение всех, находящихся на базе, я добавил к своим словам главное:

– Нам удалось найти достаточное количество кораблей, чтобы забрать всех марийцев и наиболее ценное имущество.

– Контр-адмирал, всё уже упаковано, мы буквально спим на кофрах и контейнерах, – в голосе Лианы появились радостные нотки. – Северный шлюз, причаливать нужно к нему, другие уже отключены от системы управления базы. Да и этот только один раз открыть сможем.

– Я тебя понял, старший лейтенант. Будьте на связи и… – я прервался, стараясь подыскать подбадривающие слова. – В общем, держитесь, мы вот-вот прибудем!

Соединение прервалось, и экран исчез. На душе скребли кошки. Грёбаный Экибастуз, что ж мы постоянно по краю ходим, по самой кромке удачи? Я человек простой, в высшие силы не особо верю, но события последнего года – это нечто!

– Срочно соедините меня с капитанами других кораблей, – отдал я команду, прогоняя подальше странные мысли. – Майор Воробьёв, отдайте приказ на подготовку транспортных платформ, операторы мехботов пусть тоже готовят свои машины, поработают грузчиками.

– Слушай мою команду! – на вновь вспыхнувшем экране появились изображения корабельных рубок. Капитаны смотрели на меня встревожено. Быстро ввёл их в курс дела, затем обсудили последовательность, с какой будем причаливать к базе для равномерного распределения пассажиров. Более вопросов у командиров кораблей не возникло, да и до базы осталось считанные минуты. «Дальний» стал сбрасывать скорость, так как ему предстояло причаливать последним, авианосец с крейсерами тоже замедлился, пропуская вперёд тяжёлый транспортник.

– Электроник, соедини с базой, – приказал я искину и на экране вновь появилось лицо Лианы. – Старший лейтенант, первым к шлюзу подойдёт транспортник, ориентировочно через одну-две минуты. На него пусть грузятся те, кто меньше всего подходит к службе на крейсере, к ним добавьте с десяток техников. Следующим кораблём будет авианосец, на борту которого имеются несколько корветов, не имеющих экипажей. На него направьте всех имеющихся у вас пилотов, а также спецов по технической части. Десантные группы и прочие команды, обученные для работы на военных кораблях, разделите на три равные части. Каждая вольётся в экипаж одного из тяжёлых крейсеров. Приказ ясен?

– Так точно, контр-адмирал, – командир базы ударила ладонью в грудь. – Первая группа, включающая пожилых, детей, беременных и специалистов мирных профессий уже готова к погрузке вместе с большей частью ценного груза. Разреши вопрос?

– Задавай, – сейчас, на расстоянии, я всё равно ощущал, как меня влечёт к этой женщине буквально неземной красоты. Да и не в красоте дело, просто я чувствовал, что она моя. Моя и точка!

– Контр-адмирал, хоть вы, земляне и подтвердили свой статус, многие марийцы с предубеждением относятся к вам, не доверяя на сто процентов. Меня, как безусловного лидера, мой народ слушает беспрекословно, поэтому у меня возник вопрос. На какой корабль прибыть лично мне?

Вот же! А ведь я как-то упустил этот момент. Привык, что на крейсере марийцы давно уже стали своими. Совместные невзгоды сближают, а уж если вместе в бой ходили, так тут вообще братья! Ведь что среди землян, что среди марийцев, собрались простые мужчины и женщины, а не какие-то политики и акулы бизнеса, для которых важны только личное обогащение и карьера. Потому и подружились быстро. Более того, во время последнего гиперперехода ко мне, как к самому старшему офицеру, обратились с необычной просьбой две пары. Наши парни и девушки-марийки решились не просто сойтись, но и закрепить свои отношения официально. Я, конечно, знал, что на Земле капитаны кораблей обладали правами священника и могли провести обряд венчания, но вот подобная традиция в Федерации миров как-то прошла мимо меня.

– Старший лейтенант, – прервал я свои размышления. – На флагмане с недавних пор освободилась должность старшего помощника. Ты более чем кто-либо подходишь для неё.

– Это большая честь, контр-адмирал! – сверкнула фиалковыми глазами красавица.

– Жду тебя на борту «Дальнего», старший лейтенант, – сказал я, и понял, что эти слова можно понять двояко. Лицо бросило в жар, ну вот, походу я покраснел. К счастью, мой конфуз был не замечен – в этот момент Лиана повернулась в сторону, выслушивая чей-то доклад.

– Минутная готовность! Всем закрыть шлемы, – она принялась раздавать команды направо и налево, и лишь разобравшись со всем, вновь посмотрела на меня. – Контр-адмирал, дела требуют моего присутствия. Доклад предоставлю лично тебе, как только поднимусь на флагман.

– Добро! – ответил я, вздохнув с облегчением. Похоже, мы всё-таки успеем загрузить всех и всё. Никто не погибнет, и это очень хорошо.

Без происшествий не обошлось. При погрузке на транспортник особо габаритных деталей какого-то очень важного механизма, сильно придавило двух людей и одного марийца. Бронескаф смягчил давление, так что отделались сильными ушибами да парой переломов конечностей, но с возможностями медкапсул и автохирургов всё это было мелочами, которые можно исправить. Авианосец, благодаря немалому количеству пилотов и операторов стрелковых систем, превратился в серьёзную боевую единицу. В отличие от истребителей Федерации, несущих на борту лишь тяжёлые ракеты и лёгкие турели, предназначенные для противостояния с москитным флотом противника, на каждом корвете имелось одно носовое орудие, способное серьёзно просадить энергетический щит более тяжёлых кораблей. То есть, три-четыре таких птички могли вывести из боя корабль класса крейсер, а у нас их имелось два десятка. Да и бронированы корветы были неплохо, тем же истребителям вряд ли удастся с наскоку вскрыть такой орешек.

– Контр-адмирал, погрузка личного состава со средствами усиления завершена. Экипажи крейсеров укомплектованы на девяносто процентов, экипаж авианосца укомплектован на сорок процентов, транспортный корабль имеет полный экипаж! – ИИ кратко доложил, а затем, без перехода, сказал: – Учитывая состояние опорной базы, предлагаю не устанавливать в системе радиомаяк. Для нас эта система если и имеет важность, то только в далёкой перспективе.

– Хорошо! Кстати, с Владимиром можно уже связаться? – я вдруг понял, что сейчас мы можем это сделать.

– С будущим капитаном супердредноута связаться пока нет возможности. Его корабль находится в гиперпространстве. Но я могу отправить информационный пакет искину «Мирада», он передаст капитану по прибытии.

– В таком случае сообщи, чтобы Владимир захватил оставшиеся радиомаяки, кроме двух, могут пригодиться. Ну и если получится, пусть захватит хотя бы с десяток корветов. Я смотрел технические характеристики супердредноута, на нём имеются две пусковые шахты для малых кораблей.

– Корабли класса корвет в подобных шахтах могут разместиться не более чем по одному, – сообщил неприятную новость Электроник, но тут же обрадовал: – А вот в грузовом отсеке их можно хоть десять, хоть двадцать разместить.

– Хорошо. И главное, как только закончит с введением в строй супердредноута, пусть, сразу держит курс на Землю.

– Уже передал, – с лёгкой улыбкой сообщил искин и тут же добавил: – Командир опорной базы только что поднялась на борт «Дальнего». Каковы будут дальнейшие распоряжения, контр-адмирал?

– Проводи старшего лейтенанта в рубку управления, пусть майор Воробьёв проведёт краткий инструктаж для вступления в должность. Хотя нет, это сделаю я, – перехватив вопросительный взгляд аватары искина, пояснил: – Она ему в глаза посмотрит и Михаил тут же поплывёт. Нет у него опыта общения с такими женщинами.

– Контр-адмирал на мостике! – гаркнул мариец, занимающий предыдущую должность Василия, да так, что я поморщился от его звонкого голоса.

– Вольно! – прокашлявшись, продолжил я. – Все присутствующие здесь хорошо знают старшего лейтенанта Лиану. Также многие в курсе, что на «Дальнем» пустует должность старшего помощника. Считаю бывшего командира опорной базы достойным занять место старпома. Старший лейтенант, ты согласна занять эту должность, или есть причины, мешающие сделать это?

– Контр-адмирал, для меня честь служить на флагмане возрождающегося флота Федерации миров! – красавица говорила одно, но глаза её показывали совершенно другое. В них была радость за свой народ, спасшийся чуть ли не в последние минуты, смешанная с тревогой о ближайшем будущем. Ведь ей совершенно неизвестно, что там, впереди. Настоящий лидер своего народа!

– Электроник, организуй конференцию с капитанами других кораблей, – разрядил я ставшую напряжённой обстановку. Едва развернулся экран, на котором появились изображения корабельных рубок, тут же потребовал:

– Краткий доклад, по порядку загрузки!

Все отчитались об удачно завершённой операции и уже выстраивались в походный ордер, готовясь к разгону для прыжка. Места хватило всем, как землянам, так и марийцам, пора было отправляться домой. Да и время уже поджимало, заставляя поторапливаться.

– Капитан Воробьёв, займите место в ордере. Пора выдвигаться на станцию, где обнаружили корвет и тяжёлых мехботов. Заберём наших и домой.

– Анроний, выводи крейсер на позицию, – Михаил отдал приказ своему первому пилоту, марийцу, а затем обратился ко мне:

– Контр-адмирал, какие будут приказания относительно пленника?

– Обсудим позже, – ответил я, понимая, что совершенно забыл как про Разрушителя, так и про Скворга. Нужно будет этим заняться.

Перед прыжком флот прошёл сквозь бело-голубой гигант, зарядив реакторы на сто процентов, а затем дружно ушёл в гипер. Экипаж крейсера впервые за долгое время был почти укомплектован, что позволило проводить учения не в симуляциях, а в реальности. При этом боевая эффективность «Дальнего» повысилась в разы, мы перестали быть толпой хорошо обученных, но неопытных новичков. Железная дисциплина марийцев, наложившись на малый, но всё же боевой опыт, дала приличный результат. Теперь, при равных условиях, Электроник прогнозировал минимум две победы из трёх. Конечно, нет предела совершенству, но меня те показатели, что мы достигли, вполне устраивали. Если на других крейсерах дела обстоят хотя бы вполовину от наших, от Альянса отбиться сможем. Ну, или выиграем отсрочку, которая даст возможность как следует подготовиться к отражению врага!

Я, как обычно в последнее время, сидел в своей каюте. Расположившись за рабочим столом, поверхность которого представляла интерактивную панель с возможностью визуализации в 3D, я моделировал очередную схему космического сражения, когда по корабельной связи прозвучал голос искина:

– Контр-адмирал, к тебе посетитель!

Я давно уже заметил, что в Федерации никто не обращается на «вы», что мне, если честно, нравилось.

– Впусти, – коротко бросил я, поднимаясь из-за рабочей консоли и оправляя на себе мундир.

– Контр-адмирал, разреши войти, – в дверном проёме стояла Лиана. Сердце пропустило удар, чтобы потом заколотиться с удвоенной силой.

– Проходи, старший лейтенант, – я указал на небольшой диванчик для посетителей. Вообще, после присвоения мне наивысшего офицерского звания, пришлось менять каюту на большую, соответствующую статусу. Ко мне даже попытались приставить денщика, здоровенного марийца. Я, вызверившись, сначала послал Электроника по известному адресу – няньку он мне навязать решил! Затем, остыв, всё же согласился, только сменил могучего космодесантника на нашего Маугли.

– Контр-адмирал, я пришла с вопросом, не связанным со службой, – решительно заговорила Лиана, едва присев на диван. Было видно, что она волнуется, поэтому я не стал нависать над ней и расположился в кресле напротив.

– Ты хочешь поговорить о судьбе своего народа, угадал?

Красавица кивнула и собралась что-то сказать, но я перебил её:

– Подожди, давай сначала я расскажу тебе, как мне представляется наше дальнейшее сотрудничество, а уж после ты выскажешь свою точку зрения. И раз уж мы будем разговаривать о деле, не связанном напрямую со службой, опустим все звания. Моё имя Фёдор, так и обращайся ко мне.

– Хорошо, Фёдор, – ответила красавица, при этом в её глазах проскочило лёгкое удивление с толикой радости.

– Лиана, я уже рассказывал всему командованию базы, что заставило нас, землян, отправится в столь длинное путешествие, но не сообщил, из-за чего возникла столь опасная ситуация с нашей планетой.

Я ничего не стал утаивать, начав с самого начала, с моего похищения. Рассказал про Большую Игру, про её условия. Описал, что ожидает проигравших и какова участь тех, кто смог выжить и оказался в числе призёров. Рассказал, что я видел в столице Альянса, описал свои мысли и ощущения о тамошних жителях, как простых гражданах, так и высокопоставленных чинах. Когда я назвал приблизительное количество миров, уничтоженных за всё время, Лиана не выдержала.

– Это не разумные расы, это какие-то моральные уроды! – воскликнула она, вскочив с дивана. – С таким соседом под боком невозможно ужиться. Рано или поздно, но он нападёт, чтобы забрать всё твоё себе, а тебя превратит в раба.

– Вот поэтому у нас и не остаётся выбора, кроме как сотрудничать. Если вы, марийцы, после отражения флота противника, пожелаете отсоединиться, вы подпишете приговор, как Земле, так и себе. Рано или поздно вас обнаружат и я даю гарантию, что ваши воины окажутся на Арене, защищая свой мир, а по сути сражаясь на потеху захватчикам. У нас нет иного пути, кроме как собрать все возможные силы и ударить по Альянсу всем, что сможем найти! Благодаря технологиям Федерации, тому, что ещё уцелело, можно нанести удар по силам противника. Такой удар, чтобы надолго отбить охоту Альянсу совать свой нос в наш сектор галактики. А потом, пока они приходят в себя, прочесать все системы, каждый закуток пространства, в прошлом занимаемого Федерацией, чтобы собрать все знания, всю найденную технику. Думаю, найдётся многое. Производственные линии, подобные «Мираду», рудные разработки, производственные комплексы. Не могли же биомехи всё это найти и уничтожить.

– То есть ты предлагаешь не просто сотрудничество, а формирование новой Федерации, где у всех рас будут равные права? – спросила Лиана, задумчиво глядя на меня.

– У нас нет иного варианта, если мы хотим выжить, – улыбнулся я. – Правда, есть одна проблема. На моей родине имеется множество государств, в каждом из которых есть своё правительство. И вот они вряд ли согласятся с теми решениями, что мы тут сейчас принимаем. Большинству из них было бы удобнее вступить в Альянс, потому что так привычнее и по сути ничего не изменится. Ну да мы не будем спрашивать разрешения у правительств, мы спросим у народа. Благо, для этого теперь имеются все средства.

Глава 16

Посылка для Альянса

Едва «Дальний» вышел из гиперпрыжка, взвыла сирена тревоги. Я, как обычно в такие моменты, находился в рубке управления, на случай подобной ситуации.

– Обнаружен вражеский корабль класса ударный крейсер, – отрапортовала старпом. – На нас никак не отреагировал, ведёт бой с дружественной целью.

– Электроник, информацию на обзорный экран!

Какого лешего здесь происходит, не было же биомехов в этой системе. О чём я незамедлительно спросил искина:

– Откуда здесь взялся противник?

– Возможно, укрывался в скоплении астероидов, – ответил ИИ, разворачивая обзорный экран, на котором были отмечены как сражающиеся, так и наш флот. Станция также была помечена как дружественная цель.

– Капитанам «Защитника» и «Бесстрашного» приказываю атаковать вражеский корабль, Транспортному судну и «Улью» прекратить движение, оставаться на месте до дальнейших указаний, – отдал я приказ, как только поступила информация о состоянии вражеского корабля. Искин тут же наладил видеосвязь с крейсерами, и я обратился уже к капитанам:

– Камрады, действуйте без фанатизма, желательно на предельной дистанции поражения.

– Контр-адмирал, поступил запрос на соединение от искина корвета, – сообщил Электроник, едва я закончил давать распоряжения.

– Соединяй!

На обзорном экране появилось новое окно, из которого на меня смотрел Николай Павлович, в прошлом подполковник военно-морской авиации. Этот весёлый, всегда жизнерадостный человек появился в нашем подъезде, когда мне было лет семнадцать. Очень интересный собеседник, он каким-то образом за несколько месяцев сумел организовать всю молодёжь в нашем и соседних домах, благодаря чему из двора совершенно пропали малолетние алкоголики, а вместо них появились турники и брусья. Многие тогда под влиянием Николая Павловича пошли в лётное училище, став впоследствии пилотами, кто гражданскими, а кто-то и военными. Когда же я стал собирать экипаж, про подполковника вспомнил одним из первых, а он тогда, не особо расспрашивая, тут же согласился пройти тестирование у искина и был признан членом экипажа.

– Фёдор, вы вовремя, – обрадовался Николай Павлович. Было видно, что он изрядно вымотан. Под покрасневшими от лопнувших капилляров глазами были тёмные круги, он явно давно не спал.

– Палыч, уходи в отрыв от этой консервной банки, сейчас мы её вскроем! – после моих слов на уставшем лице пилота появилась слабая улыбка. – Держи курс на самый большой корабль флота, это авианосец. Там тебя примут и окажут первую помощь, если потребуется.

– Фёдор, я уже получил целеуказания от бортового компьютера, разберусь. Рад, что вы успели, второй десантной волны ребята не выдержали бы. Я уже двое суток не даю этому носорогу приблизиться к станции.

– Всё, Палыч, двигай по целеуказателю, дальше ребята справятся. Молодец, что продержался. Электроник, отключай связь с пилотом, не нужно ему сейчас перегружать мозг лишней информацией, – окно с бывшим лётчиком погасло, и я переключился на командиров «Защитника» и «Бесстрашного». – Капитанам атакующих крейсеров, информацию по кораблю противника на мостик флагмана. Упор на общее состояние и видимые повреждения!

– Информация получена, контр-адмирал! – спустя десяток секунд доложил Электроник. – Видимые повреждения отсутствуют, износ корабля сорок-пятьдесят процентов. Скорость и манёвренность около семидесяти процентов от стандартных.

– Стало быть, это очередное корыто, оставшееся с войны с Федерацией, – с души свалился тяжёлый камень. Единственное, чего я сейчас не хотел больше прочего – это к одному серьёзному противнику добавить ещё одного, более грозного и безжалостного. – Капитан, выдвигаемся к кораблю противника в качестве поддержки. Орудийным расчётам объяви готовность номер один!

Михаил тут же принялся раздавать соответствующие команды, а я сосредоточился на обзорном экране, наблюдая за действиями тяжёлых крейсеров. Два зелёных маркера двинулись навстречу одному красному, который вместо того чтобы принять бой, целенаправленно устремился к зелёной сфере космической станции. Уже в который раз я подметил – биомехи, словно запрограммированные, стараются выполнить определённую задачу, не особо обращая внимание на возможные раздражители. Словно перед ними поставлена приоритетная цель, которую нужно выполнить любой ценой, и отвлечь их может только атакующий враг.

Наконец «Бесстрашный» с «Защитником» вышли на дистанцию уверенного залпа и обрушили на ударный крейсер всю мощь главных орудий. Часть обзорного экрана сменилась прямой видеотрансляцией, отправленной с одного из наших кораблей. Земному наблюдателю показалось бы, что он видит качественную компьютерную графику. Выстрелы носовых орудий и сияющие, словно миниатюрные солнца, снаряды, устремились к противнику. В последний момент ударный крейсер биомехов начал манёвр уклонения. Ему даже удалось выйти из зоны поражения «Бесстрашного», чтобы тут же попасть под залп «Защитника». В местах попадания вспухли полушария разрывов, почти сразу схлопнувшиеся из-за отсутствия атмосферы. На корпусе вражеского корабля появились новые пробоины, а сам ударный крейсер стал медленно разворачиваться. В этот же момент его борт дал ракетный залп, и десяток управляемых снарядов устремились к «Защитнику». Я с силой сжал подлокотники кресла, ожидая, что будет дальше. Василий в симуляциях показывал хорошие результаты, но вот в реальном космическом бою участвовал впервые. В рубке управления атакуемого крейсера раздались уверенные команды, да и лицо друга на экране было спокойным.

– Щит на максимум, операторы турелей – огонь по готовности. Не подпускайте ракеты слишком близко, старайтесь сбить на максимальной дистанции!

Второй ракетный залп противник произвести не успел. Атакованный «Бесстрашным», он попытался вновь уклониться, что ему почти удалось. Попадание главного орудия в кормовую часть вывело из строя что-то важное, и корабль биомехов вместо плавного движения зарыскал на курсе, двигаясь дергано, словно его держали на привязи. Повторный залп окончательно лишил ударный крейсер скорости. Комендоры «Защитника» результативно отработали по вражеским ракетам, не дав приблизится ни одной, а следом оба крейсера обрушили на корабль биомехов всю мощь носовых орудий. Очередное попадание нанесло критическое повреждение, и ударный крейсер врага вспух шаром раскалённой плазмы. Видимо реакторы, работающие на холодном ядерном синтезе, тоже могут взрываться! В рубках управления послышались радостные возгласы, кто-то даже засмеялся.

– Электроник, выведи на экран статистику по проведённой боевой операции! – отдал я приказ, как только все успокоились. – И связь со станцией наладить нужно.

Когда удалось переговорить с землянами, оставшимися на станции, я чуть не выдал тройной загиб. Все наши приключения по опасности не тянули и на половину тех, что вынесли земляне на этой проклятой станции.

Первая неделя после отлёта крейсера прошла быстро, а главное, с пользой. Были расконсервированы как роботизированные комплексы, так и корвет. И если из двух десятков людей обучаться управлению тяжёлых мехботов пожелали как минимум две трети, то пилотированию малого боевого корабля кроме Николая Павловича не пожелал никто. Поэтому, пока будущие операторы огромных железных махин с грохотом перемещались по коридорам, бывший пилот основательно изучал матчасть, да и в обучающем кресле времени проводил больше других.

Отсутствие на станции управляющего искина не давало возможности пользоваться всем функционалом. Жизнеобеспечение работало только в тренировочном секторе, остальная часть не имела даже атмосферы. Но и к таким условиям люди приспособились, к тому же им было чем заняться помимо тренировок. Обучающие кресла содержали массу полезной информации, а люди всегда были жадны до новых знаний. Николай Павлович, на правах старшего, как по возрасту, так и по званию, составил график дня, распределил сферы обучений, ориентируясь на одному ему известные критерии. На удивление, все остались довольны.

Несколько месяцев люди осваивали новую технику и непривычное вооружение. В отличие от экипажа «Дальнего», у которого появились капсулы симуляции и инструкторы-марийцы, ожидающим прибытия кораблей землян до всего пришлось доходить самим. Надо сказать, что Электроник выбрал правильный состав небольшой команды – все оказались морально устойчивы и быстро подружились, благодаря чему на тренировках, как групповых, так и общих, все быстро находили общий язык. А потом пришли они, проклятые биомехи!

По чистой случайности в момент атаки подполковник находился в рубке корвета и искин корабля сообщил о приближении противника. Пилот тут же объявил тревогу, а сам, загрузив на борт своего «Стрижа», как он ласково называл корабль, недельный запас пищевых рационов, покинул станцию. Едва корвет оказался в свободном космосе, поток информации от корабельных сенсоров увеличился в разы, отчего бывалому лётчику стало не по себе. К станции приближалась большая, метров шестьсот в длину и под сотню в диаметре, туша вражеского корабля. Мощные стволы носовых орудий, выступающие из корпуса, бортовые пушки и повсюду установленные турели – приближающаяся громадина выглядела устрашающе. Вот только нападать противник не спешил, неспешно двигаясь к станции. Пилот решил пока не изображать моську, лающую на слона. Держась на расстоянии от противника, он наблюдал. Наблюдал до того момента, пока из туши вражеского корабля на корпус станции не посыпался десант.

В рубке «Дальнего» стояла тишина. Все слушали, как два десятка людей приняли бой с превосходящими силами противника, как операторы тяжёлых мехов сначала уничтожили двух центурионов, а затем, выйдя через пусковую шахту на поверхность станции, двумя залпами из ракетных установок прервали высадку вражеского десанта. В это же время Палыч искал подходы к крейсеру, отвлекая на себя орудия врага, что ему в конечном итоге удалось. Обнаружив несколько мёртвых зон, он, экономя снаряды, стал наносить снайперски точные жалящие уколы, вынуждая противника полностью сосредоточиться на корвете.

Пять раз пилоту удавалось уводить медлительный крейсер врага далеко в космос, а самому в это время возвращаться на станцию для подзарядки реактора, загрузки боекомплекта и отдыха. За прошедшие месяцы он научился спать, не вылезая из кресла управления, есть, отдавая команды искину, а возможности корвета изучил как самого себя. Наше прибытие оказалось как нельзя вовремя, боеприпасы орудий корабля подходили к концу. Остался всего лишь один боекомплект на станции и один на корвете.

– Контр-адмирал, есть предложение, – обратился ко мне Электроник, когда «Дальний» уже состыковался с космической станцией, принимая на борт её временных обитателей.

– Рассказывай, – я уже покинул рубку управления и сейчас, сидя в каюте, разбирал недавний бой с ударным крейсером. В целом Василий с Андреем Витальевичем сработали слаженно, только подставляться под ракетный залп было глупой идеей. Что ж, ещё поговорим с капитанами на эту тему, а сейчас послушаем, что скажет ИИ.

– По моему запросу искин «Улья», во время медобследования командира корвета, проверил его на сенсорные способности, – сообщил Электроник. – Результат оказался положительным.

– И теперь ты мне хочешь что-то предложить? – я внимательно посмотрел на аватару искина. – Давай, колись уже!

– Мы уже обсуждали подселение паразита нашему пленнику с последующим внедрением его в миры Альянса. Так вот, чтобы доставить такой груз на территорию врага, нужен был хороший пилот и небольшой корабль с системой маскировки. Теперь всё это у нас имеется в наличии. Кандидатуры для других членов команды я уже отобрал и скинул тебе инфопакет для согласования.

– Хм, а я уж было решил, что мы займёмся этим делом по прибытию на Землю, – задумчиво потёр подбородок я. – Что ж, нанести противнику удар с тыла позволит отвлечь часть его сил. К тому же отсутствие в предстоящем сражении одного корвета не сильно скажется на флоте в целом.

– Потеря эффективности составит менее одной сотой процента – подтвердил мои предположения Электроник.

– В таком случае даю добро на операцию. Сбор команды будет на «Улье», а подселение Разрушителя в тело Скворга проведём здесь, на флагмане. Кстати, как там наш пленник?

– Находится в стазис-поле с наведёнными сновидениями, – тут же получил я ответ.

– У него мышцы от бездействия не атрофировались?

– Разумеется, нет, – вновь ответил искин, в этот раз укоризненно. – Мышцы пленника регулярно стимулировали слабые разряды. Единственное, что подверглось отрицательному воздействию – это мозговая активность. Но это нам только на пользу, носитель окажет слабое сопротивление паразиту.

Процесс внедрения Разрушителя прошёл без происшествий, Скворг не успел отреагировать на подселенца, и тот немедля подчинил бывшего Первого Игрока своей воле. Транспортировка энергетической тюремной камеры на корвет также прошла без последствий, только техникам с инженерами пришлось увеличить её размеры вдвое и разделить на две секции. Всё же носителя требовалось кормить, а также убирать продукты жизнедеятельности. Для этого я провёл переговоры с полностью освоившимся в новом теле Разрушителем. Умный паразит, узнав, что его в скором времени не просто отпустят на волю, но ещё и предоставят возможность заняться любимым делом, тут же согласился на все условия, которые поставили перед ним.

– Фёдор, ты когда успел до адмирала выслужиться? – Николай Павлович, пока мы собирали команду и всё необходимое для выполнения задания, успел полежать несколько часов в медкапсуле, где и восстановился, благодаря продвинутой медицине.

– Палыч, так устав Федерации обязывает! – пока шла погрузка тюремной камеры, я кратко рассказал бывшему лётчику о наших приключениях. – В общем, такие вот дела, Палыч. Теперь нужно спешить домой, до часа икс времени почти не осталось.

– Давай адмирал, покажи там проклятым либерастам, кто такие русские! – Николай Павлович вроде улыбнулся, но я успел заметить, как перекатились желваки на его скулах. – А мы, даст Бог, успеем обернуться, чтобы всё веселье не пропустить.

Корвет с пленником и десятью членами экипажа уже ушёл в гиперпространство, когда флот только набирал разгон для прыжка. До часа, когда оккупантам должен был уйти сигнал от дронов-ретрансляторов о завершении работы над климатом планеты, оставалось несколько дней. Мы планировали появиться в Солнечной системе за пару суток до того, как ложный сигнал уйдёт на территорию Альянса. Ведь боевые действия будут проходить не только в околовоздушном пространстве Земли. Вполне вероятно, что враг совершит попытку высадить на планету десант. А у землян в данный момент абсолютно нечем встретить подобных гостей. Как говорится, камни против пулемёта ну никак не рулят.

Солнечная система. Планета Земля. Российская Федерация. г. Прокопьевск.

– Ну что, мужики, сроки почти вышли, – произнёс один из мужчин, сидевший во главе стола. – Ещё два дня ждём, а затем спускаемся в убежище. Надеюсь, все привезли своих родных в село к моему отцу? Если нет, рекомендую этим заняться сейчас, чтобы потом не носились с выпученными глазами.

– Да успокойтесь вы! – прогудел здоровенный мужик, под два метра ростом и косой саженью в плечах. – Когда это Фёдор подводил кого-нибудь из присутствующих? Я вот не припомню такого!

Альянс миров. Один из центральных миров. Резиденция Первого Игрока.

Шиид находился в благодушном расположении духа, находясь в своей резиденции. За последнее время дела сильно пошли в гору, увеличив благосостояние Первого Игрока на приличную сумму. К тому же удалось совсем недорого приобрести пять линкоров и два десятка крейсеров предпоследнего поколения. Да, корабли не новые, но после проведённой модернизации и перевооружения они ничем не уступали новейшим образцам флота Альянса. Да и старьё, что по недоразумению являлось прежним флотом Первого Игрока, удалось выгодно продать какому-то заштатному объединению планет, страдающему от космических пиратов. От приятных размышлений Шиида отвлёк сигнал дальней связи. По пустякам ей никто не пользовался, поэтому пришлось принять звонок.

– Хозяин, планета, на которой вы собирались выращивать товар, в назначенный срок, от неё не поступило подтверждение о завершении кордформирования! Что мне делать, хозяин? – худощавый, низкорослый хуман с испуганно бегающими глазками замер в покорной позе на большом экране.

Вместо злости и раздражения Первый Игрок улыбнулся. Вот и появилась возможность испытать в деле, насколько эффективны недавно приобретенные и модернизированные корабли.

– Слушай меня внимательно, червь, – произнёс Шиид на своём лающем языке. – Возьми из новой флотилии один линкор и один крейсер, и сам, лично отправляйся к моей планете. Узнай, что там не так! По прибытию жду от тебя полный отчёт, а сейчас исчезни!

Глава 17

Земля

Последний перелёт до Земли проходил в тревожном ожидании. Прошло почти полгода, как мы покинули Землю. За это время могло произойти всё, что угодно. Например, ядерные державы, не выдержав возросшего напряжения, психанули и обменялись ударами, превратив планету в выжженную пустыню. Или Первый Игрок решил посетить своё приобретение и, обнаружив планету почти не изменённой, вновь подстроил дроны-ретрансляторы так, как ему нужно. В итоге на планете массово растаяли льды на полюсах, часть суши затопило, а население страдает от чрезмерно расплодившихся насекомых.

Такие мысли бродили в моей голове, а что творилось в умах других землян, я даже не решался подумать. Всеми возможными способами я старался загрузить экипаж, как физически, так и умственно. Расчёты орудийных точек и операторов турелей мне удалось натаскать так, что они с закрытыми глазами готовы были вести прицельный огонь по кораблям противника. Абордажные группы часами проводили в симуляциях, используя различные тактики, как и старшие офицеры, там же тренирующиеся в отражении превосходящих сил противника.

Я вообще третью часть всего времени проводил в обучающем кресле, где раз за разом разыгрывал различные модели боя с превосходящими силами противника.

– Контр-адмирал, военный флот Альянса вряд ли пожалует к Земле, – успокаивал меня Электроник. – У него есть куда более важные дела, чем наводить порядок на одной из окраинных планет, являющейся к тому же частной собственностью. Проанализировав имеющиеся данные, можно утверждать, что у таких разумных, как Первый Игрок, имеется в наличии свой флот, скорее всего устаревший, но многочисленный. Хотя Скворг имел на вооружении системы искажения пространства, которых не было даже у военных Альянса.

– Эх, нам бы разведку провести, по центральным мирам пройтись, так сказать. Ну и узнать, как вообще отреагирует Совет Альянса, если мы пошлём оккупантов далеко и надолго, предварительно настучав им по наглой морде. Против военного флота противника мы и минуты не продержимся, нас просто сметут, как крошки с обеденного стола.

То, что искин проанализировал ситуацию и выдал прогноз, не значило, что у Игрока, купившего Землю, нет связей в Совете Альянса. Даст на лапу, пожалуется на наглых аборигенов, а спустя пару месяцев военный флот проведёт внеплановые учения в малоисследованной части космоса, случайно при этом уничтожив одну голубую планету. Такие мысли я и озвучил Электронику.

– При подобном развитии конфликта у нас имеется от четырёх месяцев до одного года, чтобы подготовиться, – вновь выдал сухую информацию искин. – За это время можно найти планету, подходящую для людей и марийцев, а также успеть переселить двадцать пять процентов населения Земли. Или же приготовиться к войне, вложив все ресурсы и силы в усиление обороны и военный флот.

– Первый вариант практически невозможен. Я достаточно хорошо знаю землян, чтобы понимать – нас просто пошлют далеко и надолго, потому что никто не пожелает бросить всё нажитое и отправиться в неизвестность. По второму будет очень сильное противодействие от властей. Общая оборонительная система сильно ударит по суверенитету государств, которые не пожелают подчиниться, а наоборот, будут требовать личных привилегий, что приведёт к большой потере времени.

– Есть лишь один вариант, который даст положительный результат, – ответил на мои размышления ИИ. – Жёсткая диктатура, вплоть до изоляции от общества всех, кто будет препятствовать созданию общей оборонной сети планеты.

– В общем, отложим пока этот вопрос, доберёмся до Земли, на месте будем решать.

Мне не понравилось предложение искина, но сам я пока не находил решения, а его метод скорее всего сработал бы. Ясно, что из-под палки никто не будет выкладываться полностью, но и одними увещеваниями ничего не изменишь.

Я отпустил Электроника заниматься делами, а сам сел за рабочий стол, над которым висела проекция Земли. На голограмме планеты симметрично располагались жёлтые точки – места будущих расположений противокосмической обороны. Имеющиеся в наличии ресурсы позволяли создать около трети подобных точек, чего было слишком мало для защиты планеты.

Проведя несколько манипуляций с сенсорной панелью, я подсветил оранжевым количество точек, которые мы реально можем организовать. Затем распределил условно действующие узлы обороны в Евразии, которую удалось накрыть полностью. На оставшуюся часть планеты оставалось меньше десятка – их я разместил в Северной Америке, на территории США. Все расположения были условны, ничего ещё не решено, да и заниматься этим будет скорее всего ИИ, с его глубоким анализом.

Мои пальцы вновь пробежалась по панели и вокруг планеты густой сетью проявились дроны-ретрансляторы. Электроник уверял, что их удастся полностью переподчинить себе, только управлять всей этой смертоносной сетью будет сложно. Потребуется мощность одного искина четвёртого поколения, или четырёх третьего, а у нас, к сожалению, свободными были только две тройки и десяток двоек, которые планировалось поставить на управление точками ПКО. Смахнув движением руки изображение Земли, я помассировал виски, крепко зажмурив при этом глаза. Затем улыбнулся и обратился через гарнитуру к ИИ крейсера:

– Электроник, соедини меня со старшим помощником Лианой, если она не спит, конечно.

– Старпом не спит, соединяю! – коротко ответил ИИ. Видимо Михаил его чем-то серьёзным нагрузил.

– Контр-адмирал? – послышался голос марийки. – Что-то случилось?

– Нет, старший лейтенант, всё хорошо. Просто хотел пригласить тебя пообедать со мной.

– Контр-адмирал, ты следишь за мной? – в голосе Лианы послышался смех. – Я как раз собиралась поесть перед вахтой. Через пять минут подойду в столовую.

– Я рад, что моё предложение принято, – на моё лицо сама собой наползла довольная улыбка. – Значит, через пять минут.

Мои отношения с Лианой развивались неспешно. Загруженные по уши делами, мы пересекались редко, но каждая минута, проведённая вместе, лично для меня была как глоток свежего воздуха. Прожив достаточно насыщенную жизнь, я не мог припомнить, чтобы меня к кому-нибудь так сильно влекло. Вот и сейчас, не проявляя внешне эмоций, я шёл в столовую, улыбаясь про себя. Эх, много ли человеку надо, чтобы быть счастливым, или хотя бы довольным своей жизнью?

Я успел набросать автоповару заказ на двоих и уже принимал из раздачи пищу, когда в отсек вошла Лиана. Мы молча улыбнулись друг другу и уселись за отдельно стоящий столик. По традиции марийцев во время еды просто молчали, наслаждаясь вкусной едой и украдкой перебрасываясь взглядами. Через десять минут всё было съедено и настало время, когда всё по той же традиции, мы могли поговорить.

– Контр-адмирал, в твоём мире удивительно вкусная кухня, – произнесла старпом, изящно вытирая красивые, чуть пухлые губы салфеткой. – Причём очень разнообразная. Я успела попробовать более двух десятков блюд и пока мне всё понравились.

– Значит у нас схожие вкусы, – улыбнулся я, – потому что меню большей частью состоит из тех блюд, что Электроник почерпнул из моей памяти.

По уже сложившейся традиции Лиана задала несколько вопросов о моём мире, а я постарался развёрнуто ответить. И только после этого перешли к серьёзному разговору. Бывшего командира опорной базы интересовало, как я буду использовать взрослых марийцев, которые не вошли в составы экипажей кораблей.

– Детей и тех, кто не может сражаться, я планирую высадить на Землю, под защиту стационарной точки ПКО, управлением которых также будут руководить марийцы, так как имеют гораздо больше опыта работы с техникой Федерации. Скажу откровенно, я возлагаю на ваш народ очень большие надежды.

– А какие надежды ты возлагаешь на меня, контр-адмирал? – внезапно спросила Лиана, уставившись в меня своими фиалковыми глазищами.

– Я не возлагаю надежды, а предлагаю свою руку и сердце! – не растерявшись, ответил я, а затем спросил с вызовом: – Согласна стать моей спутницей жизни?

– А вот согласна! – с улыбкой и одновременно с вызовом ответила красавица, и замерла, ожидая дальнейшего развития событий.

– Электроник, ты всё слышал? Есть какие-то запреты на подобный случай? – задал я вопрос, активировав гарнитуру.

– Нет, контр-адмирал! – аватара искина тут же проявилась перед нашим столиком. – В подобных случаях нужно уведомить капитана судна о вашем обоюдном желании, остальное на усмотрение виновников торжества.

– Сообщи капитану о нашем решении, пусть подготовится! – приказал я искину, а затем, глядя в глаза слегка обалдевшей от моих действий марийки, произнёс: – Ну что, пошли на церемонию?

– Пойдём! – глаза Лианы озорно блеснули, а голос от волнения стал ещё более глубоким, волнующим. Я поднялся из-за стола и протянул ей свою ладонь, которую она, не колеблясь, приняла. Так мы и вошли в рубку управления, рука об руку, переглядываясь при этом и улыбаясь. Слегка обалдевший Михаил хоть и растерялся вначале, но всё же провёл церемонию по всем правилам. Лиана, когда капитан начал произносить первые слова о союзе двух разумных, повернула ко мне голову и второй раз за сегодня пристально посмотрела в мои глаза. Я не отвёл свои, да и не смог бы, даже если захотел. Словно сквозь вату донёсся голос Михаила:

– Фёдор Басов, согласен ли ты взять…

– Согласен! – не дал я договорить Михаилу, а сам по-прежнему не отводил взгляда от той, что каким-то чудом нашла дорогу к моему сердцу.

– Лиана Мелвен, согласна ли ты…

– Согласна! – так же быстро выпалила марийка и лучезарно улыбнулась.

Ровно на двое суток старпома освободили от вахт, чтобы мы смогли побыть наедине. И ровно двое суток мы пробыли в моей каюте, отлучаясь лишь за тем, чтобы поесть. Быть рядом с по-настоящему любимой женщиной, это не только обрести крылья. Это как будто вместо сердца запустить атомный реактор, избыточная мощь которого переполняет тебя силой, чувствами, готовностью свернуть горы.

На третьи сутки наше уединение прервал голос искина, раздавшийся по внутрикорабельной связи:

– Контр-адмирал, крейсер «Дальний» через четыре часа выходит из гиперпрыжка.

– Капитан Воробьёв на мостике? – я в этот момент принимал ионный душ, а Лиана смотрела земной фильм «В бой идут одни старики».

– Капитан заступит на вахту за час до выхода из гиперпрыжка, сейчас на мостике за старшего офицера лейтенант Милган, – ответил Электроник.

Я знал этого марийца, занимавшего должность штурмана. Ему бы в штурмовой отряд, с его комплекцией, но лейтенант мог без помощи искина проложить любой маршрут и рассчитать время прыжка до любой точки с максимальной точностью. Рисковать такими специалистами было бы неразумно.

– За час до выхода из гиперпрыжка прикажи всему экипажу собраться в центральном коридоре, чтобы все в скафандрах были, – отдал я команду, а сам, поцеловав жену, принялся одеваться.

Спустя четыре часа «Дальний» вынырнул в обычное пространство. Все, кто находились в рубке управления, сосредоточенно всматривались в обзорные экраны. Несколько секунд стояла мёртвая тишина, которую нарушил Электроник.

– Сканирование пространства не выявило вражеских кораблей! На орбите Земли посторонние объекты не обнаружены. Радиочастоты планеты загружены в обычном режиме, идёт сбор и анализ полученной с поверхности информации.

Вздох облегчения пронёсся не только по мостику, но и по всему кораблю. Свободные от дежурства члены экипажа разошлись по каютам, снимая бронескафандры и радостно переговариваясь. Искин по моей просьбе транслировал через гарнитуру всё происходящее на крейсере.

В течение двух минут из гиперпрыжка вышли остальные корабли, капитаны которых тут же доложили об отсутствии происшествий и полной боевой готовности. Общая видеосвязь позволила быстро обсудить дальнейшие действия и, спустя двадцать минут, наш небольшой флот уже приближался к бело-голубой планете.

Электроник настоял, чтобы я записал видеообращение к землянам, которое он хотел транслировать на планету, используя дроны-ретрансляторы.

– Даже если противник прямо сейчас появится в Солнечной системе, – искин развернул обзорный экран, показывающий Солнце и кружащиеся вокруг планеты, – из точки выхода до Земли ему придётся добираться около полутора суток, не меньше. Сброшенные разведзонды сообщат нам о появлении вражеских кораблей в течение трёх минут, и у нас будет более суток, чтобы подготовиться к встрече противника.

– Я всё же предлагаю оставить крейсер «Дальний» на орбите, на случай если враг обнаружит укрытый в поясе Сатурна авианосец, – высказал своё мнение Василий. – Системы маскировки Федерации не позволят врагу обнаружить корабль, пока он не откроет огонь по противнику, остальные же опустятся на планету для развёртывания точек ПКО.

– Поддерживаю! – согласился я. – Системы маскировки у нас имеются только на «Дальнем» и двух корветах. К тому же нужно вывести в рабочее состояние приводной маяк, чтобы связаться с Владимиром и узнать, как у него обстоят дела с супердредноутом.

В итоге транспортник и «Бесстрашный» совершили посадку на территории РФ, а «Защитник» приземлился в штате Северная Дакота. Едва произошла синхронная посадка звездолётов, Электроник воспользовался дронами-ретрансляторами, заглушив любую активность в эфире, и пустил по всем каналам, радиочастотам, а также через Сеть ролик с моим обращением к жителям Земли. Пока люди слушали его, каждый решая для себя, как им поступить в сложившейся ситуации, экипажи кораблей ускоренно разворачивали модульные системы ПКО, порой жёстко отвечая на попытки властей вмешаться в их деятельность.

Солнечная система. Планета Земля.

В этот весенний день многие жители разных стран Земли наблюдали, как в атмосферу входят три огромных пылающих болида. Попытавшиеся разобраться в происходящем СМИ внезапно были жёстко заблокированы, а по всем теле- и радиокоммуникациям пошла трансляция одного ролика, повторяющегося раз за разом.

На видео к людям обращался хорошо всем знакомый человек – победитель и чемпион Большой Игры, Фёдор Басов. Облачённый в мундир, придающий ему суровый, грозный вид, этот человек не требовал, не умолял, не приказывал, он именно обращался. При этом к каждому народу на их родном языке.

«Жители Земли! Вас обманули! Пришельцы нам не друзья, их словам нет веры. В подтверждение посмотрите, что было уготовано нашей планете в ближайшем будущем!»

Далее шёл небольшой ролик, на котором планета Земля в ускоренном темпе превращалась из бело-голубой в грязно-зелёную, с обширными жёлтыми вкраплениями. Видео сопровождалось толковыми разъяснениями, объясняющими происходящие на поверхности планеты процессы. На фоне сюжета, отдельной колонкой шли сухие цифры, показывающие число предполагаемых погибших, возможные мутации среди оставшегося в живых населения, а также кратко описывался уровень будущей жизни. Общая картина выходила удручающей, а конец видеоролика вообще показывал безжизненную поверхность Земли, сплошь покрытую буро-зелёной массой, с атмосферой, наполненной ядовитыми испарениями.

По окончании видеоролика человек в мундире вновь появлялся на экранах и продолжал говорить:

«Верить увиденному или нет – это ваше решение. Я ни к чему не принуждаю, только даю возможность знать, что нас всех ждёт, если мы и дальше продолжим надеяться на правительства своих стран. Я с полной уверенностью заявляю, что власти не смогут ничего противопоставить скорой оккупации Земли.

Но благодаря стечению обстоятельств, у людей появилась возможность прогнать оккупантов, дать им отпор. Сейчас под моим командованием имеется космический флот, способный прогнать врага из нашей системы. Да, противник не успокоится, после первого поражения он пришлёт к нашему дому большие силы, чтобы покарать, уничтожить! Но и на это у нас будет, чем ответить.

А теперь самое важное! Всем, кто желает вступить в ряды защитников Земли, сообщаю: на территории нескольких стран в течение пары дней появятся вербовочные пункты, координаты которых появятся в конце моего обращения. Предупреждаю сразу, отбор будет жёстким, критерии – очень высокими. Будущим рекрутам придётся работать с высокотехнологичным вооружением и техникой, поэтому многие не пройдут отбор.

В дополнение хочу обратиться к правителям государств и тем, кто имеет на них большое влияние: Не пытайтесь мешать мне и моим людям! Любой саботаж, любые попытки навредить будут расцениваться как враждебные действия, и караться незамедлительно! У меня нет времени и желания проявлять политкорректность и сострадание. Всех, кто будет мешать нам, ждёт печальная участь!

Всем, кому не безразлична участь нашей планеты, нашего дома, кто пожелает присоединиться – добро пожаловать в армию Земли!»

Ролик оканчивался перечислением координат, по которым можно найти пункты вербовки, а затем трансляция начиналась с самого начала. Люди по-разному реагировали на происходящее. Многие лишь злились из-за невозможности посмотреть любимые сериалы или шоу. Кто-то откровенно посмеивался, крутя пальцем у виска, мол, опять какую-то хрень придумали эти телевизионщики. Нашлись и те, кто серьёзно отнёсся к полученной информации. Некоторые стали спешно скупать продукты питания и товары первой необходимости, укрываться в личных убежищах, но многие, бросив все дела, отправлялись в пункты вербовки. Таким пытались помешать власти, блокируя подступы к местам сбора, по совместительству являющиеся точками ПКО, но силовиков быстро нейтрализовали, а отдававших им приказы стали находить мёртвыми. И укрыться от карателей не было возможности. Невидимые, они были способны пробраться куда угодно, безжалостно уничтожая всех, кто пытался помешать!

Глава 18

Долгожданные незваные гости

Подготовка к обороне Земли проходила тяжко. Радовало лишь то, что на территории Азии, Африки и Южной Америки мы повсеместно встречали если не сотрудничество, то уж точно дружелюбное невмешательство, редко где наталкиваясь на серьёзное противодействие со стороны властей. Причём не федеральных, а местных. Разномастные градоначальники, губернаторы и прочие царьки, то ли желая выслужиться, то ли боясь потерять свою власть, всячески пытались причинить максимум вреда. В итоге отправленные мною несколько пятёрок космодесантников провели зачистку вредоносных элементов, отбив желание у остальных мешать нашим действиям.

Совсем другое дело было на североамериканском континенте и в Европе. Там нас встретили враждебно не только госструктуры, но и население. И уж тут нам не оставалось ничего, кроме как занять глухую оборону, параллельно заглушив все средства связи. Однако этим мы лишь раззадорили власти, и они решились на отчаянный шаг. Были попытки нанесения ядерного удара по трём точкам ПКО. Мы позволили совершить запуск ракет, а затем автоматические зенитные комплексы пиреев сбили их прямо над пусковыми шахтами. Вслед за этим я распорядился произвести несколько залпов главным орудием «Дальнего», поразив с десяток стратегически важных объектов. Только тогда всем стало понятно, что с нами не шутят и различные попытки навредить прекратились. Так называемое НАТО засело в глухой обороне, очевидно придумывая очередной коварный план по свержению проклятых оккупантов-русских. У нас же хватало иных забот, нежели доказывать, что мы хорошие.

– Контр-адмирал, налажена связь с объектом «Мирад», – вывело меня из размышлений сообщение искина. – Соединить с капитаном «Возмездия»?

– Капитаном чего? – я даже поперхнулся от услышанного, – «Возмездия»? Это Владимир так супердредноут переиначил? По принципу «как вы лодку назовёте, так она и поплывёт»? Давай, соединяй скорее, давно жду уже.

– Контр-адмирал! – на экране появилось изображение Владимира на фоне огромной рубки, заполненной множеством пультов управления. – Флот уже на Земле?

– Капитан Бахтерев, на Земле всё без изменений, готовимся к обороне. Каковы ваши успехи?

– Завтра снимаемся со стапелей, заправляемся и совершаем пробный прыжок по ближайшим координатам. Если всё пройдёт штатно, немедленно отправляемся к Земле. На «Возмездии» очень мощные прыжковые установки, до Земли доберёмся максимум за три недели.

– Это хорошие новости, капитан. Если всё пойдёт так, как рассчитал Электроник, ваше присутствие здесь весьма положительно повлияет на расклад сил. Я так понимаю, это наш первый и последний сеанс связи, в следующий раз разговаривать будем уже по обычной, – я решил, что в данной ситуации можно и послать уставные обращения. – Володя, давайте там, не задерживайтесь. Без «Возмездия» нам придётся очень тяжко. И ещё один нюанс. По возможности захватите все корветы и истребители, если автоматика верфи таковые успела сделать. И искины, тоже нужная вещь.

– Задание принял, командир! Приложу все усилия, чтобы поскорее добраться до дома.

Я не стал больше отвлекать Владимира, пусть быстрее доделывают свои дела. Возможно, у нас на счету каждая минута, будет обидно, если именно её не хватит.

– Контр-адмирал, на связь вышел капитан «Защитника». Говорит, важное дело.

– Соединяй, – махнул я рукой, откладывая своё желание урвать хотя бы пятнадцать минут на сон, – Андрей Витальевич, что-то случилось?

– Фёдор, тут старые друзья из ПВО на чай ко мне заглянули, предлагают помощь!

– И как выглядит эта помощь? – поинтересовался я. Голова от хронического недосыпа совершенно отказывалась соображать.

– Два дивизиона ПКО-ПРО. На вооружении имеются ЗРК «Сосна», ЗРПК «Панцирь С1», а также ЗРК С-400 «Триумф». Кроме того старые друзья уверенно заявляют, что подобные дивизионы, а также ВМФ и ВКС готовы перейти под наше командование, если приказы не принесут вреда жителям Земли.

– Судя по перечисленному, очень серьёзные ребята. Ты мне старшего дай, я с ним парой фраз переброшусь, – попросил я, а сам тем временем обратился к искину крейсера: – Электроник, ИИ «Защитника» удалось прощупать этих гостей?

– Да, контр-адмирал, удалось установить, что они не врут. Более того, приказ о содействии и всевозможной поддержке пришёл с самого верха, из аппарата нашего президента.

– Ну наконец-то, дошло до них! – от переизбытка эмоций я стукнул себя кулаком по колену. В этот момент изображение обзорного экрана сменилась, показывая уже седого, но подтянутого, крепко сбитого мужчину, лет на десять старше меня.

– Добрый день, полковник! С тобой разговаривает контр-адмирал Басов, командующий объединённым флотом Федерации рас. Что вы хотите мне предложить?

– Здравия желаю! – было заметно, что полковник несколько растерян и не знает, как себя вести. Но видно было, что мужик серьёзный, поэтому он, махнув рукой, перешёл на «ты».

– Контр-адмирал, по войскам прошёл приказ о всемерной поддержке ваши людей, вплоть до решения боевых задач на месте, без подтверждения от командования. Мне было приказано наладить с тобой контакт и донести позицию Генерального штаба.

– Полковник, анализ возможных боевых действий говорит, что достаточно одного боевого шагающего робота с энергетической защитой производства Альянса миров, чтобы сравнять с землёй пару дивизий со всевозможными усилениями. У земных военных просто нет достаточно мощного вооружения для уничтожения таких целей. Но если войска станут действовать сообща с нами, это будет серьёзное подспорье. Предлагаю вам вместе с Андреем Витальевичем обсудить взаимодействие, – я перевёл своё внимание на бывшего ЖДВшника. – Капитан, задействуй ИИ крейсера для решения задачи. Перекладываю все вопросы по взаимодействию с войсками РФ на твои плечи. Как говорится – искин тебе в помощь!

Переложив все решения по взаимодействию с военными на опытные плечи Андрея Васильевича, я попросил Электроника постараться не беспокоить меня минут «надцать», а сам, поцеловав собирающуюся на вахту жену, направился прямиком в медотсек. Медицинская капсула с радостью приняла моё тело, а марийский врач сразу понял, что от него требуется, выставив параметры на целебный сон с комплексом тонизирующих лекарств. Едва моя голова коснулась поверхности капсулы, я буквально вырубился.

– Контр-адмирал, тебя ждут на мостике!

Полтора часа, ровно столько удалось поспать, прежде чем медик вывел меня из тёплых объятий сна. Надо сказать, по пробуждению я чувствовал себя превосходно, словно и не было двух суток без сна, настолько напряжённых, что даже поесть не было времени.

– Электроник, доклад! – обратился я к своему бессменному помощнику через гарнитуру, заботливо поданную мне медиком.

– В Солнечной системе возмущений, сопутствующих выходу из гиперпространства, не зафиксировано. Разведзонды, исправно сканирующие дальний космос, также не выявили каких-либо изменений. На Земле полностью развёрнуты все точки ПКО, возле десятка самых крупных городов размещены автоматические зенитные комплексы. На данный момент полным ходом идёт набор рекрутов. Обнаружены четыре сенса, но лишь один из них прошёл отбор.

– Какими умениями обладает? – заинтересовался я, выходя из медотсека.

– Контр-адмирал, этот человек может лечить разумных, – ответил искин. – В базах данных ИИ нет информации о природе экстрасенсорных способностей.

– Подожди! – перебил я Электроника. – Как вы тогда определяете их возможности?

– Это сложно объяснить, проще загрузить соответствующий пакет информации. Но если коротко, по цветовой гамме биополя, которое имеет каждый биологический и энергетический объекты, – искин замолчал и пару секунд я двигался по коридору в относительной тишине. – Контр-адмирал?

– Всё нормально, Электроник, просто задумался, – ответил я. – Капитан и старпом где сейчас находятся?

– Старпом в рубке управления, несёт вахту, – ответил ИИ, – а капитан в данный момент в столовой.

– Хорошо, – обрадовался я, как раз держа путь в столовую, так как собирался перекусить. – Да, Электроник, о любых изменениях на поверхности Земли сообщай мне сразу.

– Контр-адмирал! – Михаил попытался вскочить из-за стола, но я остановил его жестом.

– Сиди, капитан, разговор есть к тебе, – я выбрал в меню автоповара пару любимых блюд, принял заказ и уселся рядом с напарником. Парень за последние месяцы возмужал, прибавил в росте, раздался в плечах, да и взгляд у него сильно изменился. Куда делся тот паренёк из детдома? Сейчас передо мной сидел битый жизнью мужик, пусть и молодой, но уже хлебнувший невзгод полной ложкой. В столовой больше никого не было и я задал парню вопрос не по уставу:

– Ну что, камрад, не жалеешь о принятом на Арене решении?

– Командир, – Михаил тоже отошёл от устава. – Ни разу не пожалел!

– Вот и хорошо, напарник! – на душе стало легче. Всё же я чувствовал ответственность за этого парня, слишком рано увидевшего такое, что многие не увидят и за долгую жизнь. – Рекомендую отдохнуть как следует, по прогнозам Электроника корабли противника появятся в нашей системе в ближайшие сутки.

Михаил ушёл, а я принялся за обед, размышляя, какое будущее ждёт нынешнюю молодёжь. Когда мы отразим удар врага, а мы это сделаем, жизнь на Земле уже не будет той, какой была прежде. Откроется возможность путешествовать в другие миры, и уж я приложу все силы, чтобы это случилось. А ещё в скором времени станет доступной виртуальная реальность. И вот тут возникает вопрос – какой выбор сделает подрастающее поколение? Будет жить своим умом, или попадёт под влияние? Устремится к звёздам, чтобы удовлетворить жажду к познанию, к новому, проявит себя в науке, совершив прорыв для всего человечества, или же скроется в капсулах симуляции, чтобы там укрыться от действительности, продолжая оставаться никем?

Размышления привели к тому, что всё мироустройство Земли придётся перекраивать, чтобы люди стали жить в мире равных возможностей, как это было в Федерации рас! Подумав об этом, я сразу натолкнулся на мысль – а если я поверю в свою непогрешимость настолько, что своими же руками начну навязывать единственно правильный взгляд на жизнь? Нет уж, чур меня! Лучше сесть с женой и друзьями на «Дальний» и уйти в глубокую разведку космоса. Только сначала нужно дать Земле шанс нейтрализовать врага, как внешнего, так и внутреннего. Чтобы у человечества появилась возможность сделать выбор, чтобы каждый мог самостоятельно принять решение.

– Контр-адмирал, разведзонды зафиксировали выход из гиперпространства четырёх кораблей! – в голосе давно начавшего очеловечиваться искина звучала тревога. – Идёт обработка данных для классификации пришельцев. Но даже сейчас я могу утверждать, что прибыли именно те, кого мы ждём!

– Грёбаный Экибастуз! – в сердцах выругался я, сбрасывая недоеденный обед в приёмник отходов. – Давай, скорее обрабатывай информацию, чтобы точно знать, объявлять общую тревогу, или нет!

– Один линкор, один крейсер и два грузопассажирских судна, все производства Альянса миров, – наконец-то выдал ИИ. – Объявляю боевую тревогу!

По кораблю зазвучал ревун, сопровождаемый голосовым сообщением Электроника. В меня, уже бежавшего на мостик, чуть не врезался М'Бата, выскочивший из своей каюты.

– Ты куда собрался? – спросил я у паренька. – В рубку управления?

– Враг! – возбуждённо произнёс Маугли, совершенно забыв о субординации. – Старший, я чувствую врага!

Всю дорогу от опорной базы наш чернокожий уникум, воспользовавшись методикой Федерации, совершенствовал свой дар. И надо сказать, у сенса появились успехи. Теперь он мог почувствовать не только направленную на него угрозу, но и предвидеть, что таковая появится в ближайшее время.

– Проходи, – пропустил я вперёд парня, а затем и сам вошёл в рубку управления, поднимая руку. – Вольно! Электроник, выведи полученные с разведзондов данные на обзорный экран и расскажи вкратце экипажу, что произошло и как с этим бороться.

Гиперпространство. Линкор «Боаватта».

Махуд не зря слыл пронырливым и крайне удачливым хардовым сыном! Вот уже десять лет он держался на должности одного из доверенных Первого Игрока Шиида, всегда в срок выполняя поставленные перед ним задачи. Нет, он не был тем служакой, которые жизнь положат за своего хозяина. Наоборот, себя он ценил превыше всего, а потому берёгся, как только мог. А ещё, как и любой разумный, он заботился о своём будущем, из-за чего порой выполнял поручения хозяина так, чтобы можно было и себе урвать малую долю. Немного, совсем незаметно, можно сказать крохи. Но за десять лет службы он уже накопил на безбедную старость не только для себя, но и для внуков.

Когда Шиид велел ему, взяв два боевых корабля, лететь по координатам планеты, на которой не сработал в нужное время сигнал маяка, Махуд покорно склонил голову, при этом пряча ехидную улыбку, которая помимо воли наползла на лицо. Насколько хозяин был хитёр с равными себе, настолько же пренебрежительно относился к своим подчинённым. Он, конечно, следил, чтобы слуги не воровали его собственность, а если ловил на краже, то карал жестоко. Только Махуд придерживался золотого правила – бери столько, чтобы было незаметно!

Вот и в этот раз, точно выполнив приказ хозяина, он, помимо двух боевых кораблей прихватил с собой два грузопассажирских судна. Рабство в Альянсе лишь официально было под запретом, на самом деле процветая. Имелись целые планеты рабов, да и зачем далеко ходить? Махуд сейчас летел к одному из таких миров. По его подсчётам, на каждом транспортнике можно было разместить до тысячи хуманов, а за такой товар можно получить весьма приличную сумму кредитов. И ещё он планировал выдернуть с этого захолустного мира Чемпиона. Конечно не одного, возможно даже придётся пойти на какие-то соглашения, но конечный результат всё равно принесёт значительную выгоду.

– Господин Махуд, вас вызывает к себе капитан!

От этой фразы лицо помощника Первого Игрока сморщилось, словно он откусил недозревший плод гайи. Этот выскочка-капитан совершенно не желал подчиняться ему, выполняя лишь те приказы, которые исходили непосредственно от Первого Игрока.

– Передайте капитану, что я уже иду, – ответил помощник Шиида, поднимаясь из-за стола. Сам не заметил, как задумался, а ведь уже пару часов прошло. В голове Махуда пронеслась мысль – что-то неспокойно, тревога какая-то. Но, отмахнувшись от неё, он пошёл в каюту капитана. На мостик ему, как гражданскому лицу подниматься было запрещено.

– Пришли, господин Махуд?

Мощное, восьмилапое тело командира линкора располагалось на здоровенном камне. Помощник Первого Игрока отлично знал, что это проявление неуважения к собеседнику, но сделал вид, что не понял.

– Да, потрудитесь пояснить, зачем вы оторвали меня от важного дела.

– Ха! Важного? – забулькал капитан, что выражало крайнюю степень веселья. – Все ваши дела – это точно и в срок выполнять приказы своего господина! Ну да ладно, я не за этим позвал вас. Через десять часов мы выйдем из гиперпрыжка и я вас предупреждаю, что если будете лезть со своими советами, отправлю на один из транспортников, или посажу в карцер до окончания задания. Всё понятно?

– Более чем! – ответил сквозь зубы Махуд. – Я могу идти?

– Свободен, – ответил капитан и вновь забулькал. Сам того не ведая, он только что нажил себе смертельного врага, способного стереть его, капитана грозного боевого корабля, в пыль.

Спустя десять часов по кораблю прокатилось оповещение о трёхминутной готовности, а затем пошёл отсчёт. Тревога, беспокоившая Махуда последние пару дней, внезапно исчезла и помощник облегчённо вздохнул.

«Слава Вселенной, похоже, обошлось!» – пронеслась в голове мысль. А раз так, нужно немедленно перебираться на один из транспортников. Сейчас на борту линкора ему находиться куда опаснее, нежели где-то ещё. А вот транспортник, да ещё и такой непростой, в самый раз! Махуд собрался было запросить разрешения для встречи с капитаном, чтобы тот позволил перейти на борт грузопассажирского судна, но командир линкора опередил его.

– Это как понимать, забери тебя Бездна? – клокотал арахнид, стуча лапами по металлическому полу кают-компании. – Как, я спрашиваю?

– Может, вы всё же объясните, в чём проблема, господин капитан?

Нет, этот уродец явно заслуживает той участи, которую для него определил помощник.

– Дроны-ретрансляторы! Наши системы связи не могут наладить с ними контакт. Более того, их сигналы вообще отсутствуют в доступном для них секторе!

В груди у Махуда похолодело. Беда пришла, откуда не ждали!

Глава 19

Взять «языка» – дело полезное

В рубке управления «Дальнего» атмосфера была оживлённой. Два больших обзорных экрана, один из которых поддерживал видеосвязь с капитанами других кораблей, а второй транслировал перемещение вражеского соединения, полностью занимали одну из стен.

– Лёгкая добыча, – как всегда оптимистично заявил Василий. – Линкор Альянса по боевой мощи незначительно превосходит тяжёлые крейсера Федерации, про второй боевой корабль я вообще молчу. Два корвета легко вскроют его защиту, а наши основные корабли нанесут удар по флагману.

– Корветам, даже всем, что у нас есть, понадобится несколько минут, чтобы просадить щиты вражеского крейсера, – развеял мечтания старого друга ИИ. – При этом возможны потери от двух до четырёх малых кораблей. Что касается вражеского флагмана, то, к сожалению, возможное вмешательство в системы кораблей Альянса ограничивается лишь прослушиванием их переговоров, остальное слишком хорошо защищено для стороннего воздействия. В нашем флоте совершенно отсутствуют специализированные крейсеры, оснащённые системами подавления электроники противника или иными неочевидными средствами атаки и обороны. Таким образом, нам остаётся лишь открытое противостояние. Общий залп трёх тяжёлых крейсеров собьёт щиты линкора, второй нанесёт критические повреждения, в то время как враг успеет сделать лишь два залпа. Если целью противника будет только один тяжёлый крейсер, нужно будет сделать всё, чтобы им оказался «Дальний». Его двойной щит выдержит оба попадания, в то время как другой крейсер от первого залпа потеряет больше шестидесяти процентов щита и получит повреждения от второго.

– А если к атаке крейсера подключить корветы, – задал вопрос молчавший до этого штурман. – В таком случае мы увеличим мощь разового залпа?

– Не более чем на пять-семь процентов, причём вероятность потери малых кораблей будет крайне велика.

– Электроник, насколько эффективно будет использовать системы ПКО производства Федерации против линкора?

– Это наиболее эффективная тактика, контр-адмирал! – в голосе искина послышались одобрительные нотки. – Сдвоенный залп из двух точек противокосмической обороны с вероятностью в семьдесят восемь процентов собьёт щиты и нанесёт критические повреждения вражескому кораблю.

– И одновременно нанести удар по вражескому крейсеру из всех стволов «Дальнего», – добавил я. – Прямо из невидимости.

– Это может сработать, – согласился ИИ, – при условии, что военные корабли противника не будут укрываться. При работающей маскировке системы ПКО вряд ли обнаружат линкор врага. Если же навести орудия по лучу с крейсера, «Дальний» с очень высокой вероятностью будет обнаружен сканерами врага.

– Всё равно такой план больше всего подходит для нас, – подвёл я итог. – Осталось только рассчитать оптимальное расположение наших кораблей в пространстве, чтобы «Дальний» случайно не оказался по курсу линкора. И ещё возникает такой вопрос – что нам делать с грузопассажирскими кораблями?

Вновь поднялся спор, как поступить. Василий опять предложил использовать корветы, чтобы стремительно атаковать тихоходные, неповоротливые корабли, обездвижить их и затрофеить. Я тоже планировал прибрать грузопассажирские суда к рукам, но Лиана предложила другой вариант.

– Захватить нужно один транспортник, а второй отпустить. Скорее всего, информация, которую передаст капитан беглеца, будет такой – корабли атакованы с поверхности планеты при поддержке одного военного корабля. Даже если командир грузопассажирского судна преувеличит размеры «Дальнего» и численность кораблей в целом, бортовые искины не станут обманывать. В итоге противник получит сильно искажённую информацию, опираясь на которую и будет разрабатывать план возмездия. А вот если никто не вернётся, враг может пойти на самые решительные действия.

– Защита искусственных интеллектов военных кораблей Альянса слишком хороша, чтобы я или другой искин мог взломать их, – произнёс Электроник и добавил, поясняя: – А вот на транспортниках скорее всего легко вскрыть доступ к искину, после чего можно будет запрограммировать его и получать через дальнюю связь Альянса данные, которые могут пригодиться. Например, численность и состав вражеского флота. Это очень поможет в разработке стратегии, даст провести правильную подготовку. Авианосец как раз находится неподалёку от маршрута кораблей противника и легко запустит вирус.

– В таком случае приказываю капитанам «Защитника» и «Бесстрашного» снизить любую деятельность возле своих кораблей, – принялся я раздавать приказы, – чтобы вражеские сенсоры ничего не засекли. Командиру корвета с маскировочным полем взять на борт штурмовую группу и приготовится к захвату одного из транспортников. Электроник, противник не может засечь наши переговоры между кораблями, верно?

– Да, контр-адмирал! Наши способы передачи информации неизвестны Альянсу.

– А заглушить их связь мы в состоянии?

– На сто процентов! – в почти живом голосе искина проскользнули нотки удовольствия.

– Значит, дополнительно глушим связь! Сколько времени у нас есть до прибытия врага к Земле?

– Осталось девять часов и восемнадцать минут, – доложил ИИ. – Только что прошли планету, на которой укрылся авианосец.

– Ну, что ж, камрады, приказываю ответственным лицам ещё раз перепроверить всё, а затем ждём часа икс.

Далее, до начала операции, моё присутствие на мостике не требовалось, поэтому я направился в нашу с Лианой каюту. Со всеми подготовками, решением массы проблем и обсуждением текущих задач, мне так и не удалось полноценно пообщаться с родными. Одна гарнитура связи постоянно была в доме деда, а рядом всегда находился кто-нибудь из родных, но выделить время для разговора получилось только сейчас.

– Электроник, соедини меня с домом Басовых, – попросил я ИИ.

– Соединение установлено, – тут же ответил искин. – Контр-адмирал, у тебя есть примерно четыре часа свободного времени, настоятельно рекомендую поспать. Восстановительный сон в медкапсуле не заменит полноценный отдых.

– Договорились!

Вот же, искусственный, а заботится, словно нянька. Хотел было добавить что-нибудь шутливое, но в ухе раздался шелест. Кто-то принял сигнал.

– Фёдор? – раздался взволнованный голос сестры. – Это ты?

– Привет, Светлячок! – ответил я, улыбаясь, – как вы там, все живы-здоровы?

– У нас всё хорошо! – сестра зачем-то говорила растянуто и громко. – Папа с мужем народ собирают возле убежища, пока правда по посёлку расселили всех. Кто ж согласится заранее под землю лезть. Сидим теперь, ждём команды.

– Надеюсь, в этот раз обойдётся, так что скоро все по домам разъедетесь.

– Да ты известный перестраховщик, – по голосу сестры я понял, что она улыбается. – Домой когда прилетишь?

– Скорее всего через сутки, не раньше, – на душе потеплело от заботы, прозвучавшей в словах Светы. – Приеду с сюрпризом, так сказать!

– Это с китаянкой своей? – Попыталась угадать сестра.

– Тю, совершенно не угадала. Руолан сейчас далеко, да и не моя она, – я представил, как на лице сестры разгорается любопытство и добавил: – Но мыслишь ты в верном направлении.

– Брат, вот когда ты угомонишься? Стольким девушкам уже мозги запудрил!

– Уже, сестрёнка, уже угомонился!

Так, пищу для размышлений всему женскому коллективу семейства Басовых я дал, будет им на что отвлечься. Поэтому быстро свернул разговор, сославшись на срочный вызов, пообещав связаться ещё раз через десять-двенадцать часов.

По совету искина принял ионный душ и завалился спать. Уже в полудрёме услышал, как в каюту вошла Лиана, а спустя несколько минут меня обняли тёплые ласковые руки. Повернувшись на спину, я прижал к себе любимую и уже после, слушая её мерное посапывание, провалился в глубокий сон.

– Контр-адмирал, – голос ИИ, прозвучавший по корабельной связи, вырвал нас с супругой из объятий Морфея. – До начала операции остался один час и тридцать минут!

– Доклад! – коротко бросил я, любуясь красивым телом Лианы, которая уже одевалась.

– За последние семь часов никаких происшествий не было! – коротко доложил искин. – Корвет номер четыре с штурмовой группой на борту покинул носитель и в настоящее время преследует вражескую группу, остальные ждут команды.

– Хорошо, передай всем командирам кораблей готовность номер один. Я с первым помощником буду на мостике через тридцать минут.

Сытный завтрак и витаминизированный напиток окончательно взбодрил нас с супругой. Облачившись в бронескафы, мы раздельно, с небольшим интервалом вошли в рубку управления, оказавшись последними.

– Вольно! – отдал я команду, пока офицеры не успели повскакивать со своих мест. – Электроник, сделай мне отдельно тактический экран и командира корвета номер четыре на связь, прямо сейчас.

– Контр-адмирал! – едва я уселся в своё кресло в массивном бронескафе, с появившегося передо мной экрана заговорил незнакомый мариец, выполнивший краткий доклад по канонам устава Федерации. – Веду в скрытом режиме преследование двух грузопассажирских кораблей противника, имеющих лёгкое вооружение.

– Для корвета они представляют угрозу?

– Никак нет! Оба судна имеют множество слепых зон.

– В таком случае будь на связи и жди команды на абордаж транспортника.

Я сосредоточил внимание на приближающихся кораблях противника. Четыре точки – две впереди, разного размера, шли параллельными курсами, постепенно сходясь к Земле, а две сзади, с каждой секундой отставая и замедляясь.

– Фиксирую попытку противника вернуть управление дронами-ретрансляторами, – произнёс ИИ. – Блокировать?

– Если сможешь потом быстро блокировать, то позволь им поверить, что они вернули себе управление, – я тут же ухватился за эту мысль.

– Понял, контр-адмирал! – Электроник соображал быстро, странно, что не догадался первым. – Открыл доступ к неполному функционалу, заблокировав ту часть, что способна нанести вред землянам в короткие сроки. Линкор и крейсер отключили щиты, ложатся в дрейф вокруг планеты.

– Командиры ПКО, цели обнаружены? – обратился я к командованию наземных комплексов обороны. Получив утвердительный ответ о готовности прицельного огня из двух точек, скомандовал:

– Цель – линкор противника, после залпа переводите огонь на крейсер. Возможно, нам удастся скрыть наличие крупных кораблей. Электроник, отсчёт командирам ПКО! И после залпа глуши напрочь эфир, чтобы у противника не было возможности связаться между собой.

– Четыре. Три, – искин произносил слова как машина, размеренно и без эмоций. – Два. Залп.

Секунда, вторая, третья, а затем самая крупная красная точка на тактическом экране замигала.

– Есть два попадания! – ИИ позволил себе эмоции в голосе. – Критические повреждения в носовой части линкора. Многочисленные взрывы внутри корпуса, корабль полностью потерял ход и в данный момент не управляется. Крейсер противника пытается выйти на связь, глушу все частоты. Перехватил обращение капитана крейсера, они думают, что произошла диверсия, линкор подорвался изнутри. Одна точка ПКО готова нанести удар по второму противнику!

– Огонь! – тут же скомандовал я, а через шесть секунд на обзорном экране на короткое время вспыхнуло маленькое рукотворное солнце.

– Взрыв реактора, – буднично сообщил искин и тут же добавил: – Транспортники противника совершают манёвр разворота, на одном из них активирован энергетический щит.

– Командир корвета четыре, приказываю начать штурм того корабля, что озаботился защитой! – отдал я распоряжение, наблюдая, как оба оставшихся судна противника начинают удаляться по дуге от Земли. Не знаю почему, но именно поставивший защиту корабль заинтересовал меня больше всего.

– Есть начать штурм, контр-адмирал! – ответил мариец, и на тактическом экране его корвет, отмеченный зелёной точкой, начал сближение с красной одного из транспортников, того, что накрылся щитом. Далее мы превратились в простых наблюдателей, главными же действующими лицами стали штурмовики. Командир корвета проявил чудеса пилотирования, опустившись на поверхность транспортника. В рубке управления тут же появились два дополнительных экрана, на которые транслировалось видео с камер бронескафов штурмовой группы. Четыре слаженные пятёрки, высадившись на обшивку, быстро добрались до шлюза, в считанные секунды заложили направленные заряды и так же быстро отошли на безопасное расстояние. Мощный взрыв с мясом вырвал шлюзовую створку и она, хаотично кувыркаясь, улетела в открытый космос. Из образовавшейся пробоины клубами пара вырвался воздух, а транспортник стал резко замедляться. Десантники один за другим скользнули в образовавшееся отверстие, на ходу обезоруживая пытающихся оказать сопротивление членов команды. В этот момент подал голос командир корвета:

– Завершил сканирование вражеского корабля. Зафиксировано тридцать биологических объектов, по сигнатуре схожих с гуманоидами.

Добавился ещё один экран, на котором медленно вращалась 3D-модель грузопассажирского судна Альянса. Как всегда, расположение противника было помечено красными точками, которые в данный момент частью хаотично перемещались по кораблю, но в большинстве своём собрались в носовой его части, видимо в рубке управления. Штурмовая группа, зелёными точками по пять штук быстро и умело проводила захват судна. Старались не убивать, да в этом и не было надобности. Личное оружие экипажа против десанта в тяжёлой броне оказалось совершенно неэффективным.

– Контр-адмирал, с линкора противника поступает сигнал бедствия, – отвлёк меня от просмотра захвата транспортника искин.

– Старший помощник, принимай руководство штурмовой группой!

Я перебросил управление операцией на Лиану. Как наиболее компетентная, она лучше всех справится с этой задачей. ИИ тут же продублировал тактический экран перед супругой, а мне сменил картинку на обзорном, на которой был изображён линкор. Два попадания из мощнейшего оружия оставили на корпусе боевого корабля огромные пробоины, уходящие вглубь судна.

– Электроник, соедини с потерпевшими, побеседую с ними, – попросил я искина.

– Разгерметизация большинства отсеков второй палубы. Система обеспечения жизнедеятельности протянет ещё минут десять-пятнадцать, большинство из нас уже отравились ядовитыми парами и дымом. Скафандры в рубке имелись лишь у троих, сейчас один из них на мне, два других на десантниках, стоявших во время попадания неизвестных снарядов на вахте.

– Говорит Чемпион Большой Игры! – произнесённая фраза привлекла внимание всех на мостике, поэтому я захлопнул забрало шлема, отсекая окружающее пространство и продолжил: – С кем имею честь разговаривать?

– Я не понимаю, что вы говорите, – раздалось в динамиках шлема. – Подождите, сейчас подойдёт переводчик.

– Говорите, постараюсь перевести!

Спустя несколько секунд прозвучал другой голос:

– С вами разговаривает Чемпион Большой Игры. Я поймал ваш сигнал бедствия. Какая помощь вам требуется?

– Наш корабль подбит неизвестным видом оружия с вашей родной планеты, Чемпион, – голос говорившего, ранее обречённый, стал звучать несколько увереннее и с надеждой. – Системы жизнеобеспечения откажут через десять минут. Вы можете нам помочь?

– Сколько вас? – в голове уже вырисовывался план по взятию ещё одной партии пленных, которые однозначно владели важной информацией.

– Два десятка граждан Альянса, включая капитана линкора и его помощников, – говоривший начал терять надежду, что сильно отразилось на его голосе. – Так вы нам поможете?

– Постараемся успеть, ждите! – я на пару секунд задумался, а затем, сняв шлем, отдал команду:

– Капитан Воробьёв, курс на линкор противника, двигаемся прямо сейчас, иначе не успеем! Три пятёрки штурмовиков к десантному шлюзу! Электроник – сканирование корабля, мне нужны все разумные, которые ещё живы. У нас катастрофически не хватает информации по Игроку, который считает себя хозяином Земли. Те данные, что мы получили от Скворга, годовой давности. И М'Бату на мостик, нам нужно наверняка знать, не ждёт ли нас сюрприз на линкоре.

– Контр-адмирал, транспортник противника захвачен! – едва закончил раздавать приказы, моё внимание привлекла супруга. – Соединяю с командиром корвета.

– Контр-адмирал, нужен переводчик. Бойцы не понимают, что говорят пленные, с управлением захваченного корабля тоже никто не разобрался, – коротко доложил пилот малого корабля.

– Электроник, выдели свои мощности, чтобы парни растолковали пленным, что от тех требуется! Пусть к линкору направляются, там с ними разберёмся.

– Принял, контр-адмирал! – искин, используя шлем командира десантников, который одели на одного из пленных, в течение двух минут смог донести наши требования. Продолжая контролировать транспортник, ИИ в который раз удивил меня своими возможностями, отчитавшись мне по другому заданию. – Фиксирую сорок восемь биологических объектов в трёх разных частях линкора. Одна группа предположительно находится в рубке управления, две другие в грузовых отсеках. Анализ состояния корабля не подтверждает слова переговорщика, системы жизнеобеспечения будут работать ещё тридцать-тридцать пять минут.

– Там воины! – чернокожий уникум с ходу сообщил важную информацию, едва оказался на мостике. – Две группы, они приготовились к бою и ждут, когда мы окажемся у них на корабле.

– Капитан, выдели штурмовикам в поддержку ещё три пятёрки и двух мехботов!

– Уже, контр-адмирал! – оперативно сработал Михаил. – Шесть пятёрок со средствами усиления готовы к штурму.

Едва «Дальний» приблизился к повреждённому кораблю противника, десант тут же проник на борт линкора через пробоину. Разделившись на две группы, штурмовики целенаправленно двинулись к укрывшимся бойцам Альянса. Времени у них было достаточно, поэтому не спешили, действуя осторожно и по уставу. В итоге через пятнадцать минут из тридцати двух бойцов, засевших в грузовых отсеках, в живых осталось лишь два десятка. Сейчас они гуськом, обезоруженные и связанные плелись под прицелами стрелковых комплексов. Подготовка у противника оказалась хуже некуда, явно набрали с улицы солдат удачи. Помнится, спецназовцы, с которыми я летел домой, были на несколько порядков круче.

Рубку управления взяли без единого выстрела. Там действительно почти все были без скафандров, из-за чего пришлось потратить время на поиски снаряжения. Благодаря переводчику это удалось сделать вовремя, так что спустя час после начала операции я стоял и рассматривал толпу разумных, сбившихся в углу грузового отсека крейсера. Лишённые скафандров, под прицелами тяжеловооружённых десантников, они выглядели жалко. Один, видимо капитан, в самом начале попытался качать права, но получив прикладом по физиономии, враз стал послушным.

– Контр-адмирал, пленных с транспортника отправить на Землю, или пересадить на борт «Дальнего»? – вывел меня из задумчивости ИИ.

– Давай их сюда, посмотрим, как они запоют. И отдай распоряжение капитану авианосца, пусть выдвигается к Земле. Мы все устали, пусть экипажи хотя бы пару дней по твёрдой поверхности походят, под лучами солнышка погреются, в море поплавают.

Пленные с грузопассажирского судна, за исключением четырёх членов команды, прибыли на борт крейсера через десять минут после моего разговора с Электроником. И один из них, едва увидел моё лицо за открытым забралом, сразу обратил на себя внимание.

– Чемпион? Фёдор Басов? У меня есть для вас важная информация! Я помощник Первого Игрока Шиида, его доверенное лицо. Готов сотрудничать с вами.

– Он не лжёт! – спокойно произнёс М'Бата, стоящий справа от меня. – Но собирается обмануть в будущем. Гнилой демон!

– В знак будущего нашего сотрудничества я могу показать, кто из пленных является капитаном подбитого вами линкора, – продолжал заливаться соловьём гуманоид. Наивный, знал бы он, какими возможностями обладает ИИ крейсера! Для искина вызнать у разумного самые сокровенные тайны – минутное дело.

– Электроник, все в сборе? Тогда продублируй меня на общем языке Альянса, – я повернулся лицом к пленным и громко, чтобы привлечь их внимание, произнёс:

– Жители Альянса миров! Все вы являетесь военнопленными, а потому не ждите от нас обходительного обращения. Те, кто согласится на сотрудничество, будут содержаться в достойных условиях. Особенно это касается специалистов. Те, кто ничего полезного для нас не представляет, будут содержаться как заключённые!

Оставив Электроника разбираться с пленными, я направился в рубку управления. Требовалось отдать несколько приказов и посоветоваться с капитанами о наших дальнейших действиях.

– Контр-адмирал, второй транспортник только что совершил гиперпрыжок! – доложил Электроник, когда я уже подходил к рубке. – Искин авианосца удачно подсадил вирус на борт противника.

– Хорошая новость, – улыбнулся я. – Теперь только остаётся ждать!

Глава 20

Тучи сгущаются

Линкор Альянса решили восстанавливать. Не как боевой корабль, для этого «Боаватта» был слишком сильно повреждён. Зато орбитальная оборонительная станция из него получилась неплохая. В экипаж, правда, набирали лишь добровольцев, понимая, что если до линкора доберётся противник, на нём вряд ли кто выживет. Ну и тех пленных, кто хоть немного разбирался в технике – на грузопассажирском судне таковых нашлось трое, все дипломированные специалисты.

Капитана линкора, как и помощника Первого Игрока, допросил Электроник. Вернее, их обоих просто посадили в обучающие кресла, а хитрый ИИ хорошенько покопался у них в голове. В итоге мы примерно знали, каких действий ожидать от врага, и это заставило всех серьёзно задуматься. Минимум пять линкоров и до двух десятков крейсеров различного назначения – примерно такие силы может бросить на покорение наглых аборигенов Шиид, Первый Игрок и хозяин Земли. Такой прогноз давал капитан линкора, а вот помощник предполагал, что с флотом прибудет ещё и пара больших рудовозов, переоборудованных в десантные корабли. И такая информация мне совсем не нравилась. Если в космосе, благодаря мощному вооружению, а также более высокой скорости и манёвренности крейсеров Федерации мы могли с дальних дистанций если и не уничтожать корабли противника, то уж точно измотать и нанести им серьёзные повреждения, то высадка десанта на планету привела бы к большим потерям на Земле. Разозлённые пришельцы вряд ли будут церемониться с населением.

– Можно использовать дроны-ретрансляторы для отражения первой волны, – сообщил искин крейсера, проанализировав ситуацию, – но десантные челноки имеют вооружение и расчистят путь для второго и последующих налётов. И ещё неизвестно, будет ли у противника москитный флот, вроде истребителей. Пленные не владеют такой информацией.

Попытка связаться по дальней связи с Владимиром не увенчалась успехом, видимо супердредноут ещё проходил испытания прыжкового двигателя. Поэтому надеяться мы могли только на собственные силы, по сравнению с врагом весьма незначительные. Но это если не использовать армии Земли, численность которых, в общем, превышала десантников Альянса настолько, что противника можно было закидать шапками. Разумеется, никто не будет бросать пехотные батальоны на вооружённых мощнейшим оружием и оснащённых индивидуальной защитой космодесантников, бойцы Земли просто ничего не смогут им сделать. Но если усилить каждый батальон десятком бойцов-космодесантников и одним мехботом, танковые подразделения – шагающими гигантами, а на оборонительных рубежах поставить хорошо мне знакомые стационарные турели, получится совсем другая картина. К тому же научно-исследовательские отсеки всех трёх крейсеров денно и нощно штамповали разработку Петра, создавая супергранатометы, которыми можно сбить как десантный челнок, так и истребитель.

Я же решил потратить один день на семью. Постоянно зацикленный мозг начинал тормозить при решении некоторых задач, поэтому следовало отвлечься, переключившись на что-то приятное. Вот и получилось, что из приземлившегося рядом с дедовым посёлком крейсера я, прихватив Лиану, позвал за собой и всю часть отдыхающего экипажа. Кому ноги размять да с родными связаться, а кому впервые в жизни ступить на поверхность планеты.

Дед, встретивший нас у калитки, сначала пристальным взглядом окинул мою супругу, а затем шепнул мне на ухо:

– Парень, не вздумай оставлять её без присмотра, украдут!

– Ха! Посмотрел бы на того, кто это попытается сделать, – хмыкнул я, представив, как супруга расшвыривает попытавшихся скрутить её идиотов. – Минимум, на что такие кадры смогут рассчитывать – это перелом нескольких конечностей.

– Давай, веди невесту к матери! – дед, улыбаясь, заговорщицки подмигнул мне. – Давно пора уже. А то что ж это такое, наследника уже заждались, понимаешь ли!

Хорошо, что Лиана не понимала, что говорит предок и не увидела, что я смутился. Для неё, привыкшей видеть лишь металл и пластик, вдыхать очищенный от всего лишнего воздух, окружающее было столь же необычно, как для землянина оказаться на борту звездолёта, мчащегося в гиперпространстве. Электроник, перед тем как мы покинули крейсер, даже настоял на том, чтобы всем марийцам выдали носовые фильтры, позволяющие постепенно адаптироваться к незнакомым ароматам.

Дед, махнув нам рукой в сторону дома, мол, поторапливайтесь, перевёл своё внимание на наших сопровождающих. Двое рослых космодесантников, встав спинами к забору, наглухо перекрыли подходы к дому, а ещё двое стремительными тенями скользнули во двор и скрылись за домом, замыкая охранный периметр. Такова уж моя должность. Отказаться от охраны не имею права – устав не позволяет. В общем, ещё раз бросив взгляд на разинувшего от удивления рот деда, мы вошли в дом.

– Знакомьтесь, это моя жена, Лиана! – бахнул я с порога, решив, что лучшая защита – это нападение. Мама, открывшая было рот, чтобы обругать меня за задержку, мол, мог бы и раньше прилететь, осеклась, растерявшись. Другое дело племяшка, с визгом бросившаяся на шею с криками:

– Ура-а, дядя Фёдор приехал!

– Дочь моей сестры, – пояснил я жене, с любопытством смотрящей на происходящее, а затем добавил: – А перед тобой моя мама. Мама – это Лиана, Лиана – это мама!

Супруга неожиданно резво приблизилась к матери, ловко ухватила её за руку и так же шустро положила мамину ладонь себе на голову, опустившись при этом на колени. И я, и племянница, и спускающаяся со второго этажа сестра, все с удивлением уставились на происходящее. А Лиана тем временем заговорила на марийском:

– Старшая мать, Фёдор взял меня в жёны без твоего одобрения, так сложились звёзды. Прошу не отвернуться и принять в свой дом ту, кого выбрал твой сын!

– Это что за индийский фильм? – спросила Светлана, не понимающая, что происходит. Я было открыл рот, чтобы объяснить, хотя толком сам ещё не разобрался, но тут мама, сперва замершая от неожиданности, быстро присела и подняла Лиану на ноги, крепко обняв при этом одной рукой, а второй гладя по волосам.

– Что ж ты, дочка, в ноги-то бухаешься? Я сыну своему доверяю, хоть он и тот ещё, хм! Раз Фёдор полюбил тебя, значит и мы полюбили, в обиду не дадим!

Последние слова окончательно добили меня и я рассмеялся. Спустя пару минут, сидя за столом и работая переводчиком, я едва успевал пересказывать то, что хотели донести друг до друга представительницы двух цивилизаций. Женщины – они везде женщины, им только дай повод, а уж возможность поговорить они всегда найдут.

Потом было застолье, традиционная баня, а под конец жаркие объятия любимой, окончившиеся тем, что Лиана, переполненная впечатлениями, обрушившимися на неё в один день, крепко уснула. Я, поцеловав жену в висок, аккуратно высвободил из-под её головы руку и, одевшись, спустился на первый этаж.

– Пойдём, подымим, мужики! – произнёс при моём появлении дед, и мы, мужским коллективом, вышли на веранду. У деда табак свой, самосад, иного не признаёт. Ядрёный, но и аромат у него свой, неповторимый. Каждый забил себе трубку, раскурил, а уж после мы начали беседу.

– Давай, сын, без сглаживаний, чай не кисейные барышни, – произнёс отец, выбивая пепел из чаши в большую пепельницу. – Говори, как есть!

– Война! – бросил я коротко, а затем, собравшись, заговорил: – Те силы, что мне удалось собрать, их достаточно, чтобы на равных вести бои в космосе, но катастрофически мало, чтобы принять бой здесь, на Земле.

– Давай подробности, внук, – дед вытащил откуда-то из-за кресла, в котором сидел, три гранёных стакана и бутылку кедровой настойки, ловко разлил всем на два пальца и первым, не чокаясь, выпил. Я тут же последовал его примеру, наслаждаясь теплом, разошедшимся по пищеводу.

Беседовали мы долго. Дед с отцом, имея жизненный опыт куда богаче моего, и свежий, не замыленный взгляд, изрядно помогли мне в принятии нескольких важных решений. Как же хорошо, когда есть возможность обратиться за советом, при этом зная, что ответ будет бескорыстным и наверняка полезным.

Разошлись поздно, часа в четыре ночи. За время разговора приняли несколько важных решений, которые я тут же согласовал с искином «Дальнего», попросив их доработать. Лиана крепко спала, обхватив подушку и чему-то улыбаясь. Я, быстро раздевшись, лёг рядом, по-хозяйски подтянул к себе поближе любимую и, спустя несколько секунд растворился в стране Морфея.

А утром нас разбудил Электроник, сообщивший о готовности всего, что я с родичами вчера напланировал. Быстро перекусив, мы отправились на крейсер. Лиана через пару часов заступала на вахту, а я, для солидности облачившись в парадный мундир, приготовился к очередной записи-посланию к жителям Земли.

– Контр-адмирал, советую ещё раз пройтись по тексту, чтобы легче было выдерживать интонации, – ИИ крейсера, как всегда настаивал на идеальном выполнении задачи. Я, мысленно обматерив настырную железяку, всё же повторил ещё раз составленный нами текст, а затем постарался всё запомнить, причём так, чтобы не пришлось потом переснимать.

– Давай, контр-адмирал, начинай, – дал отмашку Электроник. Ну, я и дал!

– Жители Земли, к вам обращается командующий сводным военным флотом Федерации рас, контр-адмирал Басов. Я ничего не требую, не пытаюсь вас запугать, или дезинформировать. То, что я сейчас сообщу и покажу вам, является чистой правдой. А уж верить мне или нет, это личное дело каждого. Вчера силами сводного флота было разбито соединение военных кораблей одного разумного, считающего себя хозяином Земли и всего, что на ней имеется. Я уже рассказывал и показывал вам, что этот хозяин собирался сделать с нашей планетой. Мы нарушили его планы, взяв сначала под контроль сеть дронов-ретрансляторов и перепрограммировав их под свои задачи, а вчера нанесли удар по его флоту. Вы можете считать, что бороться с такой силой равносильно самоубийству, но вспомните ту цифру, что я назвал в прошлом обращении. Если хозяин выполнит свой план, из нас в живых останется едва ли каждый тысячный. Это всего лишь одна десятая процента от населения Земли. Но даже те, кто выживет, не смогут жить так, как им захочется. Тотальный, жёсткий контроль без возможности что-либо изменить. Кто хочет подобного существования для себя или своих родных? Думаю, никто!

Поэтому я обращаюсь к лидерам всех государств без исключения! Объявляйте военное положение, снимайте с консервации боевую технику, выводите боевые корабли из доков. Мои люди, благодаря инопланетному вооружению, технически опережающему оружие Альянса, пополнят ваши войсковые соединения. Это не даст стопроцентной гарантии чистой победы. Потери будут, и потери большие. Но если мы выступим единым фронтом, единой силой, мы сможем отстоять свою независимость. Скажу сразу, мои люди при любом раскладе примут бой, пусть даже это будет последний бой в их жизни.

Для сомневающихся. Смотрите! Это – пленённые капитан вражеского боевого корабля и один из приближённых хозяина, его помощник. Видеозапись их допроса покажут в конце моего обращения. Ещё раз повторяю, я не требую, не прошу у вас помощи. Я всего лишь предлагаю сотрудничество.

Вновь обращаюсь к главам государств и тем, кто имеет реальную власть в своей стране – если вы с нами, готовьтесь к отражению атаки. Для меня это станет знаком, что вы приняли моё предложение.

– Отлично, контр-адмирал! – искин быстро свернул несколько экранов вокруг меня. – Видео, изъятое из воспоминаний пленников, смоделировано, главам государств уже отправил, осталось лишь освоить несколько неизвестных языков, и можно будет запускать ролик по всей планете.

– Хорошо, – произнёс я, снимая парадный мундир. Сейчас, в нынешней обстановке, была лишь одна приемлемая форма одежды – бронескаф. – Какие-нибудь новости по текущей обстановке есть?

– Вновь пришлось предотвратить два пуска ракет с ядерной составляющей, – произнёс ИИ, – ИИ «Защитника» установил причастных к инциденту и уже принял меры.

– Да что ж им неймётся? – я до хруста сжал кулаки. – Кто на этот раз?

– Всё те же! – аватара искина поморщилась. – От них и противодействие самое сильное.

– Пожалуй, нужно внести ещё один пункт в обращение, – я недобро ощерился. – Давай, записывай прямо так, в бронескафе.

Дополнительный кусок видео получился коротким. Я даже не стал сдерживаться, рубанув сплеча:

– Обращаюсь к тем, кто считает меня и моих людей агрессорами и пытается с нами бороться. Ответной нашей реакцией для вас будет следующее – мы просто не будем вас защищать! Более того, все средства массовой информации в таких регионах с сегодняшнего числа полностью переходят в наше подчинение. Нам не нужна ваша идиотская пропаганда накануне войны!

Фух, прямо на душе полегчало, хотя гнев на придурков остался. Поняли, что власть уходит сквозь пальцы и не побоялись, пустили в ход самое мощное оружие, что у них имеется. Мысленно заставив себя успокоится, я обратился к искину:

– Электроник, каждые два часа связывайся с «Мирадом». Как только ответят, перекидывай на меня. Без поддержки супердредноута нам придётся несладко.

Дальше всё завертелось и понеслось, словно снежная лавина. В течение недели ИИ кораблей смогли отобрать ровно столько подходящих добровольцев, сколько у нас имелось вооружения. Большая часть десантников-марийцев на короткое время превратились в инструкторов и операторов мехботов. Бойцы, что отправились со мной в рисковый полугодовой полёт, особенно бывшие офицеры-отставники, налаживали взаимодействие с вооружёнными силами разных стран. Совершенно неожиданно тесное сотрудничество с войсками нескольких стран дало весьма положительные результаты. Полностью устранив бюрократическую цепочку, убрав из неё всех лишних, наше взаимодействие вышло на уровень, который давал очень оптимистичный прогноз. К тому же, имея возможность видеть всю картину в целом и мгновенно делиться оперативной информацией, искины инициировали полномасштабные учения.

Тем временем наш маленький флот тоже не бездействовал. Авианосец перебазировался на Луну, и теперь пилоты корветов не вылезали из симуляций, отрабатывая различные тактические задания. Стремительные атаки, прикрытие крейсеров и тому подобные действия. Капитаны крейсеров, а с ними и я, тоже участвовали в подобных тренировках, стремясь довести наше взаимодействие до совершенства. Две-три недели – слишком малый срок, но мы всё же готовимся, а вот противник вряд ли будет заморачиваться. Выйдет из гиперпрыжка, оценит ситуацию и будет действовать по какому-нибудь протоколу, подходящему под ситуацию. Ну а мы – мы будем импровизировать, лишь придерживаясь неких рамок. А ещё у нас преимущество – враг не знает, какими силами мы обладаем.

Окраина Альянса миров. Частный мир одного из Игроков. Орбита. Корвет «Стриж 2».

– Ну что ж, выдвигаемся обратно? – спросил Николай Павлович у космодесантников, в данный момент усиленно набивающих свои желудки. Ещё бы, за трое суток нахождения на планете им пришлось изрядно побегать, да и без стрельбы не обошлось. Все встроенные в бронескаф запасы, дающие небольшую автономность, закончились на вторые сутки, а употреблять местную пищу было чревато.

– С радостью, командир, – произнёс один из космодесантников. – Эти серомордые у меня уже в печёнках сидят. Вначале ещё ничего было, а вот когда мы главного конкурента нашего протеже устранили, такой шум поднялся, жуть просто. Все словно с цепи сорвались, чтобы друг другу глотки перегрызть. Хорошо, что у бывшего хозяина этой бешеной своры в особняке бункер имелся, иначе бы не пережили эту бойню всех со всеми. А так лишь под конец самый выбрались да постреляли оставшихся. В общем, я сюда больше ни ногой. Злые тут все какие-то, одним словом – нелюди.

– Вот и ладушки! – произнёс пилот, вводя координаты прыжка и размышляя в это же время о том, что с этим Альянсом людям явно не по пути. – Ну что, бойцы, занимайте места согласно купленным билетам, держим курс домой!

Клетку, в которой содержали пленного, пришлось уничтожить, благодаря чему на маленьком судне появилось много свободного пространства. Правда, ребята не удержались и нахватали различных боевых трофеев, занимавших сейчас часть грузового отсека. Ну да никто не отменял старую истину – что с бою взято, то свято.

Спустя два десятка минут невидимый для радаров Альянса корвет ушёл в затяжной гиперпрыжок, держа курс на Землю.

Система голубого гиганта. Верфь «Мирад».

– Ну что, камрады, поздравляю, у нас всё получилось! – малочисленный экипаж огромнейшего супердредноута собрался в большой кают-компании, чтобы отпраздновать успешно завершённое испытание корабля.

– Капитан, поступил сигнал от маяка дальней связи, – произнёс приятный баритон корабельного искина. – Устанавливаю соединение!

– Наконец-то помехи прекратились! – обрадовался Владимир, ожидая, когда на смотровом экране появится изображение. – Здравия желаю, контр-адмирал!

– И вам не хворать, камрады! – на обзорном экране появилось изображение Фёдора Басова, облачённого в бронескаф. – Как прошли испытания?

– Более чем хорошо! Два часа назад пристыковались к «Мираду», сейчас идёт загрузка боекомплекта и готовых корветов, целых четыре десятка. Какова обстановка на Земле?

– Отбили первую атаку, – лицо контр-адмирала нахмурились. – Пока без потерь, но вскоре ожидается вторая волна. По нашим данным – мощный флот в сопровождении десантных кораблей. Скажу честно, без вашего присутствия выйти победителями у нас почти нет шансов.

– По завершении погрузки мы немедленно отправляемся к Земле, – заверил командующего Владимир и добавил: – Вы уж продержитесь там до нашего прибытия!

– А куда мы денемся? – на лице контр-адмирала появилась кривая усмешка. – У нас как бы нет выбора. Но помните, вы наша надежда, козырной туз в рукаве! В общем, поторопитесь, чтобы не прилететь к шапочному разбору.

Сборы не заняли много времени. Через два часа после разговора с командующим супердредноут «Возмездие», взяв курс на Землю, начал разгон для прыжка.

Одна из центральных планет Альянса миров. Личная резиденция одного из Первых Игроков.

Ярость! Безумная ярость переполняла Шиида, лишая возможности мыслить здраво. Сообщение, полученное по дальней связи, настолько выбило его из колеи, что пострадала не только окружающая мебель и техника, но и обслуга резиденции. На эмоциях Первый Игрок отдал приказ казнить нескольких слуг, оказавшихся поблизости, затем инициировал ликвидацию одного из своих конкурентов, давно мешающего и лезущего куда не следует. И лишь после постарался успокоиться, чтобы решить, что ему делать дальше. Планета, на которой он выращивал сырьё для производства наркотиков, полностью истощилась. Последний урожай составил едва ли половину от предыдущего, и Шиид уже запланировал следующий посев в мире, доставшемся ему, как приз за победу в Большой Игре.

Вспомнив про Игру, волкоголовый грязно выругался. Этот проклятый чемпион, все беды от него. А ещё военные, что опекали этого хумана. Это от них он получил системы ПКО, способные уничтожить боевой линкор. Вернее, от неизвестного противника, нанявшего этих военных. Вполне может быть, что возле проклятой планеты имеется целый флот, только и ждущий, чтобы Шиид послал очередную пару-тройку кораблей для наведения порядка. Нет уж, если и действовать, то наверняка!

С трудом найдя целый коммуникатор, Первый Игрок сначала связался с начальником охраны резиденции, а потом, когда тот явился, затребовал связь с командующим личной армией и флотом!

– Баруй, тебе не кажется, что обновлённый флот стоит испытать в боевых условиях? – усмирённый гнев позволил Шииду говорить спокойно.

– Я не против обкатать новые корабли, – Баруй, существо той же расы, что и его работодатель, оскалил клыки. – Только цель укажите и поставьте задачу.

– Будут тебе как цели, так и задачи! И да, пусть командующий флотом прихватит с собой десантные корабли. Думаю, они тоже понадобятся.

Планета Земля. Российская Федерация. Подмосковье.

Командир танковой роты, капитан Свистоплясов, греясь на весеннем солнышке и прислонившись к корпусу своего танка, глубоко затянулся сигаретным дымом и, выдохнув его через нос, сказал:

– Вот такая, Сань, загогулина, мля!

– И не говори, Семёныч, – Александр Пахомов, взводный, смачно сплюнул на траву, только начавшую набираться весенней зеленью. – Говорят, скоро прибудут. Посмотрим на чудо инопланетной техники, а может и пощупаем.

Продолжить разговор им не удалось. Раздавшийся необычный гул, идущий откуда-то сверху, быстро усиливался, перекрывая своим шумом любые слова. Несколько секунд ожидания, а затем над рощей, в которой укрылась танковая рота, пролетел огромный космический корабль, метров пятьсот в длину. Он плавно опустился на прилегающее к лесу поле и замер на несколько секунд. Затем в его центральной части открылся шлюз, метров восемь в ширину и столько же в высоту. Едва это произошло, из тёмного зева вышагнул огромный, в несколько метров высотой, человекоподобный робот. Его чёрное покрытие казалось, поглощало солнечные лучи, а многочисленные стволы пушек, турелей и коробы ракетных комплексов только подчёркивали предназначение этой махины.

Сделав несколько шагов, метра по четыре каждый, в направлении рощи, монстр замер, а на груди у него распахнулись бронеплиты, за которыми показалась рубка. Из неё вылез некто, облачённый в бронескаф, повертел по сторонам головой, и вдруг ловким движением руки снял шлем, открывая обычное человеческое лицо.

– И какого хрена вы так на меня вытаращились, мазута? Ни разу тяжёлого мехбота не видели что ли? – русоволосый оператор гигантского робота, ловко спустившись по едва приметным ступеням на землю, потянулся, пару раз присел, а затем, вытащив из-за уха сигарету, спросил, улыбаясь в тридцать два шуба. – Земляки, огонька не найдётся?

Глава 21

Мы их не ждали, а они уже пришли

Мы почти успели. Во всяком случае, бо́льшая часть планеты была готова к высадке вражеского десанта. А вот задумка с укрытием крейсеров на дальних рубежах провалилась. Флот Шиида вышел из гиперпрыжка на двое суток раньше крайнего срока, спутав наши начальные планы. Состав кораблей противника внушал уважение. Четыре линкора, подобных тому, что висел на орбите Земли и один, на треть более крупный, со слов пленных, более устаревшей конструкции. За ними из гиперпрыжка вышли два десятка крейсеров, а последними появились огромные, пузатые туши рудовозов, каждый до трёх километров в длину. Они тут же были взяты в кольцо из четырёх линкоров и десяти крейсеров.

– Твою налево, где ж мы их всех хоронить-то будем? – произнёс с обзорного экрана Василий.

– Выдвигаемся на встречу, немедленно! – я понимал, что чем дальше от Земли мы встретим противников, тем дольше они будут добираться до планеты. И на этом пути мы сделаем всё, чтобы уничтожить как можно больше кораблей Альянса. – Электроник, рассчитай оптимальный курс для флота.

Орбита Урана стала местом столкновения. От нас не ждали серьёзного сопротивления, выслав навстречу устаревший линкор в сопровождении шести крейсеров. И это было ошибкой. Первый залп сразу трёх кораблей Альянса снёс щиты передового корабля и нанёс ему серьёзные повреждения. Ответка прилетела тут же, просадив наши щиты на двадцать процентов, но мы уже разорвали строй, расходясь в разные стороны над плоскостью эклиптики. Попытка врагом преследования обернулась потерей крейсера и оставшиеся пять вернулись к пострадавшему линкору, чтобы прикрыть его отступление.

– Какие-то они хлипкие, совсем удар не держат, – произнёс Василий, когда мы перегруппировались и зашли на очередную атаку.

– Не расслабляемся! – оборвал я капитана «Бесстрашного». – Стоит вывести из боя один крейсер, и наша общая огневая мощь вряд ли вскроет защиту даже малого корабля Альянса.

Вторая атака оказалась безрезультатной. Крейсеры противника встретили нас огнём из всего, что у них было, а линкор, хоть и сильно повреждённый, поддержал их главным калибром, почти наполовину сбив щиты «Защитника».

– Электроник, рассчитай, сколько вражеских кораблей мы можем сдерживать при текущем раскладе.

– До двух линкоров и семи-девяти крейсеров, контр-адмирал, – сообщил искин. – Если задействовать все корветы, то сдержать удастся до шестидесяти процентов кораблей Альянса.

Словно в подтверждение слов ИИ, от основного вражеского флота отделился один линкор и пять крейсеров, которые пошли на сближение с отбивающимися от нас кораблями. Нужно было рисковать, пока противник не разделил свои силы на две почти равные части, каждая из которых могла с нами побороться.

– Работаем по третьей тактической заготовке, командир четвёрки по готовности, – отдал я приказ, понимая, что сейчас каждая секунда промедления на счету.

– Сменил позицию, готов действовать! – тут же доложил командир корвета с действующим маскировочным полем. После его слов на тактическом экране маркер «Дальнего» сменил насыщенный зелёный на синий, а с радаров кораблей Альянса, это мы знали точно, он и вовсе исчез. Пришла пора удивить противника первой нашей заготовкой.

– Начали! – отдал я команду. «Бесстрашный» и «Защитник», параллельными курсами двинулись к построению противника, имитируя атаку на правый фланг. Одновременно с ними «Дальний» на максимальном ускорении по широкой дуге прорвался с того же фланга в тыл. Вражеское соединение начало перестраиваться, среагировав на наши перемещения достаточно предсказуемо, заняв почти круговую оборону вокруг линкора. Да и подмоге оставалось не больше минуты, чтобы присоединиться к обороняющимся. Корвет-невидимка, ударивший с противоположной стороны, оказался для них неожиданностью. Причём удар был нанесён из мёртвой зоны и орудия соседних крейсеров не могли стрелять, опасаясь повредить своих. Командующий флотом Шиида оказался неплох, эскадра вновь стала маневрировать. Только корвет, укрытый маскировкой, быстро разорвал дистанцию, пока его не могли засечь сканерами на фоне крупного противника.

– Капитан, – обратился штурман к Михаилу, – появилось окно. Десять, девять, восемь…

– По готовности, цель – вражеский линкор. Огонь!

Едва штурман окончил отсчёт, крейсер тут же вздрогнул, разряжая главный калибр. Первым же залпом прошло критическое попадание в носовую часть и без того повреждённого корабля, вызвав многочисленные внутренние взрывы по всей длине.

– Цель – правый крайний крейсер, по готовности огонь!

Михаил был предельно сосредоточен, но раскрасневшееся лицо свидетельствовало о внутреннем возбуждении. «Дальний», закончив накачку орудия, вновь вздрогнул, влепив заряд энергии с минимальной дистанции в борт очередного крейсера. И тут же наш корабль дважды тряхнуло, а на тактическом экране отобразились ещё два снаряда, приближающиеся к нашему борту.

– Отходим! – скомандовал я, и тут же обратился к капитанам других кораблей: – Командирам крейсеров, действуем по плану!

«Бесстрашный» и «Защитник» серьёзно повредили ещё одно судно противника, прежде чем мы разорвали дистанцию. Только без потерь всё же не обошлось. Корвет на максимальной скорости уходил к Земле, двигаясь, словно был подбит.

– Четвёртый, доклад! – отдал я команду.

– Повреждение корпуса частичная разгерметизация! – доложил командир судна. – Столкновение с корпусом вражеского корабля. Бой в открытом космосе продолжать не смогу, держу курс на планету.

– По прибытии поступаешь в подчинение лейтенанта Миира! – распорядился я, и вновь сосредоточился на текущем сражении.

Командующий флотом Шиида принял единственно верное решение двигаться к планете единым фронтом. Менее чем за час нам удалось уничтожить один линкор, два крейсера, а также повредить ещё два, причём один достаточно сильно, чтобы он из боевой единицы превратился в обузу. Скорость эскадры стала совсем низкой, давая дополнительное время тем, кто на Земле. Мы тут же воспользовались замедлением противника и задействовали ещё одну тактическую наработку.

– По команде, цель – крайний крейсер. Атакуем синхронно, это важно!

Синхронный залп наших кораблей даже на предельной дистанции свободно снёс щиты с крейсера Альянса. Атакованное судно тут же сменило место в строю, укрывшись за таким же кораблём. Второй залп лишил защитного поля ещё один корабль, после чего противник начал перестроение, выводя два линкора в хвост. Флот Альянса на тактическом экране выглядел словно каркас в форме яйца, в центре которого располагались два десантных корабля и один повреждённый крейсер. Второй пусть и рыскал слегка по курсу, но строй держал.

Во всём сражении была пара странностей. Во-первых с нами не пытались связаться, а во-вторых никто не стал спасать экипажи вышедших из боя кораблей. Словно там не было живых разумных, или их жизнь ничего не значила.

– Электроник, о чём разговаривают агрессоры?

– Контр-адмирал, противник защитил связь и использует шифрование. Искин «Бесстрашного» задействовал все свободные мощности для расшифровки, результат ожидается через пять-семь часов. Могу уловить только сигналы SOS, исходящие от обломков кораблей. Использовать помехи в данной ситуации также невозможно. Для нас в данной ситуации один плюс – каждая команда у противника задерживается в среднем на треть секунды.

– То есть оказать хоть какое-нибудь вредоносное воздействие через системы связи мы не в состоянии? – при составлении планов мы не стали учитывать такую возможность и, как видно, не зря. Сейчас пришлось бы срочно перекраивать всю тактику боя!

– Нет, какого-то воздействия оказать мы не можем, – подтвердил Электроник, – как и нанести серьёзный урон без потерь для себя. Текущее построение кораблей Альянса – одно из лучших для противодействия нашей эскадре.

– Это при том условии, что не сработает человеческий фактор, – произнёс я. – Ну или личностный, как тут сказать правильнее, хрен поймёшь. В общем, продолжаем назойливо виться возле врага, словно осы над мёдом.

И мы продолжили, проходя раз за разом по самому краю, когда общий залп кораблей противника сбивал щиты до восьмидесяти процентов у «Бесстрашного» и «Защитника», и до шестидесяти у «Дальнего». Причём скорость, с которой вражеский флот приближался к Земле, давала часов двадцать дополнительной спокойной жизни тем, кто готовился к сражению на поверхности.

– Контр-адмирал, корабли Альянса стали экономить боеприпасы, – сообщил искин спустя двенадцать часов тяжёлой, выматывающей работы. Эта новость говорила о многом, но главное, мы можем их победить! В отличие от вооружения кораблей Федерации, Альянс облекал свои снаряды в какие-то оболочки, коих у противника было ограниченное количество. Мы не упустили свой шанс, хотя энергия наших кораблей тоже постепенно уменьшалась, в основном уходя на восстановление щитов.

Поэтому мы давили, прессовали, выматывали постоянными атаками. Две трети экипажей уже получили по дозе стимулятора, после которого нужно будет восстанавливаться в медкапсуле, но это нас не останавливало. Все понимали – чем меньше кораблей Альянса дойдёт до Земли, тем больше шансов выстоять. Надежда была только на себя, со стороны её ждать уже не приходилось.

И вот это случилось. Один из линкоров, видимо изрядно достали мы его капитана, разорвав построение, очутился нос к носу с «Дальним» и ударил по нему из всех орудий. Будь на месте флагмана другой корабль, щит мог и не выдержать, только у бывшего крейсера дальней разведки, благодаря Петру, защита превышала обычную почти вдвое. Да, щит просел до двадцати процентов, но он выдержал. А вот линкор, попав под первый удар сразу трёх противников, лишился защиты мгновенно. Следующим залпом наши комендоры накрыли вражеский корабль, нанеся повреждения по всей длине корпуса. Да, линкор не взорвался, но многочисленные микровзрывы, вмятины на корпусе, повреждённый двигатель – с этим всем ему теперь не воевать, а бороться за свою живучесть.

Глупый поступок капитана и наша мгновенная атака привели не к тем результатам, что мы ожидали. Враг не замедлился, наоборот! Два повреждённых крейсера покинули основной флот, а остальные перестроились и, ускорившись, стали набирать ход. Мы не могли позволить себе такую роскошь, как разделиться, или отвлечься на подранков, поэтому продолжили преследование основной группы противника. И сразу стало ясно, что теперь мы не сможем атаковать, как раньше. Наши корабли, даже со всей своей скоростью, просто не успевали создать ситуацию, на которую врагу требовалось как-то реагировать. С одной стороны это было плохо, но с другой флот Альянса полным ходом летел в ловушку.

Мы, как и прежде, пытались атаковать вражеские корабли, создавая видимость хоть как-то замедлить врага. И командующего флота такой расклад вполне устраивал. Если честно, я бы на его месте, впервые увидев корабли неизвестной постройки, уже тогда всерьёз бы задумался, откуда у землян такие корабли. Затем связался, стараясь побольше вызнать о противнике, а уж после атаковал. А так, два линкора и четыре крейсера – это слишком большие потери, учитывая численность противника, составлявшую всего три корабля.

– Контр-адмирал, до минного поля осталось чуть более часа, если вражеский флот не изменит скорость, – доложил искин.

– Всем кораблям, операция начнётся через один час. Капитану «Улья» приготовиться к вступлению в бой. Орбитальная крепость, ждите сигнала и не вздумайте там что-нибудь включить раньше времени. Себя похоро́ните и нам проблем добавите. Наземные точки Пэ-Кэ-О, ожидайте, цели мы вам подсветим.

Томительный час ожидания. Всё это время пришлось действовать, как и прежде, нарываясь и подставляясь под орудия врага. Лишь когда на тактическом экране построение флота Альянса частично вошло в красную зону, подсвеченную из-за расположенных там мин, мы вздохнули с облегчением. Наши старания не прошли даром, мы сумели это сделать.

Никто не успел сориентироваться, когда произошёл первый подрыв мины, причём гораздо раньше, чем планировалось. И тут же, словно в цепной реакции, рванули остальные.

– Всем, операция отменяется, – отдал я команду, всматриваясь в тактический экран. – Ожидайте дальнейших приказов на своих местах. Электроник, что произошло?

– Самопроизвольный подрыв мины, видимо из-за старости, – произнёс искин, а в его голосе звучала растерянность. – Подобное произошло, когда взорвалась энергоячейка на стационарной пехотной турели. А вот остальные мины взорвались непонятно почему.

– Каковы потери противника? – на тактическом экране сейчас была яркая засветка, поэтому я спросил ИИ.

– Четыре крейсера полностью уничтожены, у остальных кораблей, возможно, серьёзно пострадали внешние сенсоры.

Твою налево, мы же планировали таким способом уничтожить бо́льшую часть флота, а главное – транспортники, являющиеся самой серьёзной угрозой для землян. Неужели полоса везения кончилась?

– Электроник, соединяй со штабом, – распорядился я, мысленно прокручивая, что можно сделать в текущей ситуации.

– Контр-адмирал? – на связь вышел Ниан, мариец, военной специализацией которого была оборона и отражение атак из космоса. В связи с текущей ситуацией я лично повысил его в звании, чтобы соответствовал занимаемой должности.

– Капитан, готовьтесь к худшему! Нам не удалось подорвать транспортники на минах. Военный флот мы сможем отвлечь на себя, с десантом вам придётся разбираться самим. Поэтому постарайтесь повредить транспортники, когда они выйдут на орбиту Земли. Если вам удастся сбить хотя бы один, обороняться станет в разы легче!

– Мы готовы, контр-адмирал! – браво отрапортовал ответственный за оборону офицер. – Земные войска также находятся в режиме боевой тревоги.

– Хорошо, – я постарался быть серьёзным, сдерживая рвущиеся ругательства. – Держитесь там!

– Контр-адмирал, до Земли, с текущей скоростью, осталось менее получаса. До дистанции эффективной стрельбы орудий повреждённого линкора осталось менее пятнадцати минут, – голос искина крейсера стал безэмоциональным.

– Соедини с командующим опорной станции! – вновь потребовал я у Электроника.

– Командующий, старший лейтенант Быстров на связи! – лицо бойца скрывал шлем, но голос звучал бодро.

– Лейтенант, юлить не буду, у меня для вас хреновые новости! – тяжело такое говорить, но лучше уж парни сразу будут знать, на что надеяться. – В общем, вы попадаете под удар всего флота. Я не вправе от вас что-либо требовать, хочу лишь попросить!

– Говори, командующий, сделаем всё возможное! – в голосе бойца не было паники, лишь одна решимость.

– Необходимо сделать всё, чтобы максимально привлечь к себе внимание. Защиты у вас нет, поэтому начинайте стрелять, едва противник приблизится к зоне поражения. Ударим со всех сторон одновременно, может, добьёмся хорошего результата. Лейтенант, ты должен понимать – вероятность, что вы выживете, крайне низкая.

– Я понял, командующий! Всё сделаем в лучшем виде, а выживем, или нет, так на всё воля божья!

– Ни пуха, лейтенант! Ни пуха, – я с силой, до боли сжал кулаки. Хотелось со всей силы шарахнуть по чьей-нибудь нечеловеческой физиономии. – Искин, соедини с командиром эскадрильи.

– Контр-адмирал? – Быстрова сменило изображение рубки корвета, на фоне которой располагался командир звена корветов.

– Лейтенант Шилов, – я бросил взгляд на тактический экран, отмечая оставшееся до начала атаки время. – Через восемь минут начинаем операцию. Ваша задача – отвлечь на себя как можно больше кораблей противника. Риск приветствуется в разумных пределах.

– Мы готовы, контр-адмирал! – в отличии от Быстрова, наш летун был с открытым забралом. – Далее по плану, сбивать десантные боты?

– Верно, лейтенант! – на этих бравых ребят, отличных пилотов, я мог надеяться, как на самого себя, – Ни пуха!

– К чёрту! – Шилов улыбнулся, оскалившись, словно хищник, готовый к прыжку. Я ответил тем же. До начала операции оставались считанные минуты.

– Конференцию с командирами крейсеров! – привычно потребовал я у искина. Через секунду передо мной появились серьёзные лица капитанов. – Камрады, игры в кошки-мышки закончились. Действовать будем предельно жёстко, в идеале нужно прорваться до транспортника. «Дальний» на острие атаки. Вы прикрываете. Всё, начинаем операцию!

Наша эскадра ускорилась, хищными птицами нацелившись на один из линкоров противника. Враг тут же среагировал, приготовившись к отражению. Только в этот раз мы не стали совершать ложные манёвры, а реально пошли в атаку. Корабли Альянса по привычке начали вяло отстреливаться, а вот мы не собирались больше играть.

– Идём прежним курсом! – Михаил был сосредоточен, как никогда. – Щиты просели до пятидесяти процентов.

Доклад Василия и Андрея Витальевича был менее оптимистичным. Ещё по паре попаданий, и они останутся без защиты. Весьма вовремя из-за Луны вынырнули корветы, стремительными зелёными точками на тактическом экране, они тут же вступили в бой. Удачно подобранный момент на какое-то время заставил отвлечься часть кораблей противника, дав возможность нашим крейсерам единым залпом продавить защиту линкора, а следующим нанести серьёзные повреждения.

В этот момент в бой вступил трофейный линкор, разрядив свои пушки по скоплению вражеских кораблей. На такой дистанции с ним мог посоперничать лишь корабль подобного класса, главные орудия крейсеров просто не доставали до линкора. Противник из единого, монолитного кокона враз превратился в разрозненно огрызающиеся группы. Часть крейсеров начала охотиться за скоростными манёвренными корветами, остальные перенесли огонь на нас. А два линкора сосредоточились на нашем трофее, планомерно вколачивая снаряд за снарядом.

Мы ошиблись в одном – десантные корабли оказались нам не по зубам! Их щиты были гораздо прочнее, чем у линкоров, нам не удалось их просадить и на треть. А вот наши щиты не выдержали. «Бесстрашный» получил два попадания в носовую часть, а «Защитник» в левый борт, из-за чего произошла разгерметизация двух отсеков. Корветам повезло меньше, уцелел лишь один, с Шиловым на борту. В прошлом лётчик-истребитель, он ещё на симуляторах показывал чудеса пилотирования малых кораблей. А вот для управления крейсером его психотип не подходил.

– Электроник, общее состояние флота? – потребовал я доклад.

– «Дальний» без повреждений, у «Бесстрашного» незначительные повреждения, уничтожена система сканирования. «Защитник» в ближайшие несколько дней не сможет участвовать в бою, сильно повреждены маневровые двигатели. Трофейный линкор уничтожен, его обломки разбросало в разные стороны. Попытки связаться с возможными выжившими пока ничего не дали.

– Щиты «Дальнего» когда заработают? – мозг работал, словно суперкомпьютер, отыскивая правильные решения.

– Через пять минут восстановятся полностью, контр-адмирал, – ответил Электроник. – Каковы наши дальнейшие действия?

– Капитан, атакуем ближайший к нам корабль, немедленно!

Увидев недоумение на лице Михаила, выполняющего мой приказ, пояснил:

– Чем больше отвлечём противника, тем больше шансов у систем противокосмической обороны.

И мы отвлекли. Половина вражеского флота сосредоточилась на «Дальнем», оставив без присмотра корабли с десантом. Только линкоры продолжили сопровождение, игнорируя наши попытки вновь добраться до транспортников. Мы уже выходили из боя, когда орудия ПКО сделали первый залп. Транспортники повредить не удалось, первый удар принял на себя головной линкор, сразу же лишившись энергетической защиты. Быстро сориентировавшись, противник начал перестраиваться, выставив корабли с десантом вперёд. Учитывая их мощные щиты, такое решение было правильным.

– Контр-адмирал, фиксирую многочисленные цели, отделившиеся от одного из транспортников, – произнёс искин, а тактический экран расцвёл множеством красных точек, веером расходящихся от десантного корабля. Как бы мы ни старались предотвратить высадку вражеских войск на Землю, нам это не удалось. Системы ПКО просто не смогли сбить защиту с бывших рудовозов, и в ближайшие двадцать-тридцать минут на планету высадится вражеский десант. Что ж, мы готовились к подобному, хоть и надеялись уничтожить хотя бы одно десантное судно.

Второй транспортник под прикрытием одного линкора двинулся в сторону, огибая Землю, видимо планировал начать высадку с другой стороны планеты. И в этот момент в бой вмешался наш авианосец, который вообще не должен был этого делать. Я не успел ничего сказать, как Электроник сообщил:

– Капитан «Улья» на связи, контр-адмирал.

– Командующий, мною принято решение пойти на столкновение с десантным кораблём противника. Щиты авианосца выдержат несколько попаданий линкора, этого хватит, чтобы добраться до транспортника.

На пару секунд воцарилась пауза, во время которой я подбирал слова, чтобы высказать капитану, но не успел.

– Экипаж весь переместился в кормовую часть, надеюсь ребята выживут. Всё, мы уже в зоне поражения орудий противника, до столкновения осталось тридцать секунд. Контр-адмирал, мы же знаем, как тяжело будет бороться с двумя вражескими группировками. Моё решение – это единственный способ уничтожить половину десанта противника!

– Капитан, удачи! – это было всё, что я смог сказать. Что-то иное просто на ум не приходило.

Оставшиеся секунды лично для меня растянулись в вечность. Мерцающие линии вражеских снарядов на тактическом экране, столкновение красной и зелёной точек. Затем обе окрашиваются в оранжевый и, спустя вечность, гаснут.

– Контр-адмирал, второй транспортник противника уничтожен. Авианосец тоже не перенёс столкновения.

Орбита Земли. Линкор «Бурал».

Всё пошло совершенно не по плану! Нет, флот вышел из гиперпространства планово, без происшествий, но через несколько минут взвыла сирена, предупреждая об опасности. Радары засекли три корабля неизвестного происхождения, размерами превышающие крейсера Альянса. И были они явно военные – хищные силуэты и мощные орудия не позволяли думать иначе. Сканирование космоса показало, что в ближайшем пространстве больше кораблей нет.

– Командующий, попробовать установить связь с возможным противником? – обратился к адмиралу капитан линкора.

– Нет. Встречные запросы также игнорировать! Мы пришли сюда не для переговоров. Пусть командор Махаз, используя свою эскадру, уничтожит корабли противника. Никакой пощады!

Глава 22

Бой в космосе, бой на Земле

– Искин, оперативную информацию, что происходит на Земле, выведи на отдельный экран!

После гибели авианосца, вместе с его героическим экипажем, все крейсера противника перешли к активным действиям, всерьёз занявшись «Дальним». Потеряв надобность кого-то охранять, флот Альянса образно говоря освободил руки и теперь сосредоточился на двух задачах – на нашем корабле и на Земле. «Защитник» чудом умудрился сесть на Землю, в районе одной из точек ПКО, а на «Бесстрашном» ремонтные команды спешно восстанавливали системы сканирования, укрывшись за Луной. Корвет Шилова в это время прикрывал временно ослепший корабль. Михаил делал всё, чтобы внимание вражеских крейсеров было сосредоточено на «Дальнем», и это ему удавалось. Пара линкоров Альянса в это время пытались прикрыть из космоса высадку вражеского десанта и не могли присоединиться к охоте.

– Контр-адмирал, вражеский десант продолжает высадку на планету. Дроны-ретрансляторы смогли уничтожить лишь десять процентов десантных ботов с одного транспортника, а не тридцать с двух, как мы рассчитывали. Виной тому возможные враждебные действия некоторых государств Земли. После первой попытки использования ядерного оружия приходится держать их под контролем. Также из-за линкоров противника системы ПКО не смогли серьёзно помешать высадке. По подсчётам, до поверхности добралось от семидесяти до семидесяти двух процентов десанта Альянса. К сожалению, у противника имеются средства РЭБ, блокирующие наблюдение с оставшихся дронов-ретрансляторов. Поэтому все данные о противнике, которые мы можем получить, поступают с нескольких разведзондов производства Федерации и от ВВС стран, сотрудничающих с нами.

– В любом случае, количество высадившихся солдат Шиида вдвое меньше, чем могло быть, – я смотрел на развёрнутый искином экран, на котором медленно вращалась Земля. Всего лишь несколько ярких зелёных точек и множество красных, причём некоторые были весьма крупными. Противник целенаправленно высаживался поближе к местам расположения ПКО, стараясь охватить их кольцом. Это было разумно и вполне ожидаемо. Стоит врагу подавить противокосмическую оборону и корабли Альянса безнаказанно начнут бомбить города и военные объекты. Сейчас же линкоры вынуждены держаться в отдалении от планеты, чтобы не стать жертвой мощных орудий, нацеленных в небо.

– Контр-адмирал, на связи капитан «Бесстрашного», – прервал мои размышления Электроник.

– Командующий, в текущих условиях на крейсере восстановили всё, что могли, для остального нужны специальные условия. Системы сканирования работают на сорок процентов от нормы, системы наведения на восемьдесят процентов от нормы. Можем вступить в бой немедленно.

– Задача такая. Нужно отвести линкоры противника от Земли, – обратился я к Василию. По огневой мощи крейсер Федерации соответствует флагманским кораблям Альянса, так что «Бесстрашный» в силах оставить десант врага без прикрытия из космоса. Транспортник не имел серьёзного бортового вооружения, лишь лазерные установки, предназначенные для борьбы с москитным флотом.

Словно перехватив наши переговоры, корабли противника прекратили преследовать «Дальний» и дружно стали выполнять манёвр разворота. Проклятье, имеющимися силами мы вряд ли сможем навязать свой ход боя.

– Электроник, рассчитай, сколько мы ещё продержимся до подзарядки при текущем соотношении сил?

При том, что корабли Федерации как минимум на треть превосходили по многим показателям флот Альянса, последний имел численное преимущество, а потому и свои ресурсы враг тратил на порядок медленнее.

– Если продолжим вести бой в подобном темпе, продержимся ещё семнадцать часов, но не больше, – доложил искин через несколько секунд. – Сейчас противник имеет двукратный перевес в огневой мощи, а выход из боя «Защитника» привёл к потере преимущества в скорости и манёвренности.

Я и сам понимал – продолжать бой на наших условиях враг не станет, организует оборону и будет планомерно выбивать точки ПКО, поддерживая свой десант. Но это не значит, что мы должны опустить руки. Делай что до́лжно, и будь, что будет!

Солнечная система. Планета Земля. Московская область.

Никто до конца не верил, что Земля подвергнется нападению из космоса. Да, события последнего года изрядно встряхнули людей, заставив одних сплотиться, других – пойти в разнос. Вот и его, Александра Бикмаева, обычного парня из Уфы, судьба за месяц до дембеля привела в Подмосковье. Где-то за спиной, в нескольких километрах располагался объект, на защиту которого и подняли их полк.

– Сержант, чего задумался? – командир танка, Дмитрий Гаврилов, скользнул на своё место. Поёрзал на сидении, усаживаясь поудобнее и, нацепив шлемофон, со смешком произнёс:

– Представляешь, приказано стоять до последнего. Ты видел этих роботов, что нам в усиление дали? Не хотел бы я против такой техники воевать, да только кто меня спрашивал! У врага по любому есть нечто похожее. Михей, что скажешь про инопланетную броню?

– Бронебойно-кумулятивным жахнем. Если пробьёт, значит фигня у них, а не броня, – отозвался мехвод. В отличие от командира и наводчика, Михаил Зотов пошёл на срочную в двадцать пять, успев несколько лет поработать трактористом в отцовском хозяйстве. Основательный, как и любой непьющий мужик сибирской глубинки, он смотрел на мир просто – поставили задачу, значит нужно выполнить.

– Ладно, хватит попусту трещать, – прервал разговоры не по делу командир. – Пришёл приказ о готовности. Говорят, противник уже начал высадку десанта.

Высадка действительно шла полным ходом. Если бы не кроны деревьев, укрывающих технику, да броня, танкисты могли бы увидеть на небе множественные инверсионные следы российских истребителей, атакующих малые корабли противника. Атаки редко бывали результативными, уж больно хорошо бронированными оказались десантные боты Альянса, но и наши истребители, орудуя издали, первое время почти не несли потерь. Так было, пока не приземлились первые вражеские суда. Далее ВВС России пришлось вернуться на родные аэродромы, уж больно точно били с земли вражеские ракетные установки, не оставляя шанса сохранить дорогую технику и опытных пилотов. В дело пустили БПЛА, но их тоже быстро обнаруживали и сбивали. В итоге войска получали разведданные лишь от союзников и нескольких самолётов-разведчиков, находящихся на очень большой высоте.

Противник тоже не мог похвастаться точными разведданными, Системы ПКО были хорошо защищены от наблюдения, искажая все данные, полученные находящимися на орбите кораблями. В итоге противник не мог нанести точечный удар, но даже если бы это удалось, пробить энергетические купола комплекса противокосмической обороны было не так просто.

Ожидание затягивалось. Экипажи танков уже сто раз успели покурить, укрываясь за бронёй, поужинать сухпаем, а некоторые даже поспать по очереди. Команда повышенной готовности пришла, когда на землю опустились сумерки.

– Абордажный лом им в глотку! – выругался Дмитрий, когда понял, что прицельный комплекс не работает. – Вся электроника вразнос пошла.

– Отставить разговоры! – раздался в шлемофоне голос ротного. – Работаем по секторам. Сейчас к каналу подключится союзник и даст целеуказания каждому. Время подхода противника – двадцать минут.

Союзником оказался земляк, русский. Задачи он ставил чётко и толково, а если кто-то не понимал, совершенно не стеснялся в выражениях. В итоге все оказались при деле, каждый получил свой участок фронта, за который нёс ответственность. Вот и Александр, всматриваясь в сумерки через оптику, ждал появления противника. Безумно хотелось курить, поэтому наводчик закинул в рот мятный леденец, сдерживаясь, чтобы не сгрызть его за несколько секунд.

– Идут! – глухо произнёс он, увидев размытые тени, неспешно двигающиеся навстречу. – Ты смотри, какие наглые!

– Метров восемьсот до них, – произнёс командир. – Пусть поближе подойдут. Сань, ты какие-нибудь подробности видишь?

– Нет, командир, только неясные очертания. Вроде как пехота.

– Ждём команды, – напряжение росло, голос командира стал сухим, каркающим. – Саня, если у нас только пехота, вторым заряди фугасный. И смотри внимательно, как в нашем секторе увидишь что-нибудь крупное, бей прямой наводкой!

Секунды превратились в часы, так сильно растянулось время. Наводчик начал считать от десяти до одного, стараясь себя успокоить, когда на счёте «пять» поступил приказ стрелять.

– Третий справа, огонь! – скомандовал командир. Александр навёл орудие на одиночную цель, мысленно пожелав попасть в середину корпуса идущего навстречу противника. Бухнула пушка, чётко сработали компенсаторы, а наводчик уже зарядил фугасный и ждал указаний.

– Второй справа, огонь! – вновь скомандовал командир и тут же обратился к мехводу, – Михей, отходим!

Вновь бахнула пушка, и почти сразу же Т-90, взревев двигателем, откатился назад на десяток метров, встав на заранее подготовленную позицию.

– Всем экипажам, залп ПТУРами, даю отсчёт! – команда ротного прозвучала одновременно с разрывами. На только что покинутой позиции разверзся локальный ад. Несколько близко стоящих деревьев срезало, как бритвой, а в земле образовалась воронка.

– Ёперный театр! – выругался Михаил, когда один из стволов рухнул в полуметре от орудия.

– Огонь! – завершил отсчёт ротный и через несколько секунд уже в построении противника разверзся настоящий ад.

– Твою маму я на базаре видел! – вновь блеснул эрудицией мехвод. – Мы их с землёй перемешали походу!

– Стоим, ждём! – произнёс командир, стискивая кулаки. Ожидание не затянулось. Едва отгремела канонада взрывов и на землю упал последний ком земли, как пришла ответка. Экипаж, как и танк, спасло то самое дерево, что упало перед Т-90, приняв на себя основной удар. Размочаленный ствол взрывной волной швырнуло под гусеницы. От удара машина, весящая более сорока тонн, вздрогнула. Мехвод, который видел всё это буквально на расстоянии метра, выдал такую матерную тираду, что командир одобрительно хмыкнул.

– Всем доложить о состоянии машин! – раздался приказ ротного в шлемофоне. – Те, кто по каким-то причинам не может этого сделать, ожидайте, помощь уже рядом.

Из всей роты без повреждений осталось всего лишь четыре танка. Ещё два были на ходу, только лишились своих орудий, остальные накрыло каким-то энергетическим разрядом, в результате чего произошёл подрыв боекомплекта.

– Командирам машин, сейчас своё слово скажут союзники. После них сразу выдвигайтесь на огневой рубеж и добивайте уцелевших.

Слова ротного немного успокоили Дмитрия, правда, лишь на короткое время. Противник, сокративший дистанцию с семи до четырёх сотен, был хорошо виден в оптику. Изрядно поредевший строй разнообразных существ, облачённых в матово-чёрную броню, неумолимо приближался, периодически постреливая, о чём говорили редкие вспышки. Между воинами, тяжело ступая, шагали роботы, возвышаясь над бойцами.

Оружие, использованное союзниками, не взрывалось и не убивало, его действие выглядело, как энергетическая волна, валом прокатившаяся в сторону противника. Большинство вражеских солдат и вся техника просто попа́дали от его действия. Те же, кто устоял, решительно ускорились, стремясь в кратчайший срок добраться до расположения роты.

– Саня, следующим фугас заряжай, похоже у них активная защита спеклась! – отдал распоряжение командир, а затем скомандовал: – Наш сектор, второй справа, огонь!

Гулко бахнула пушка, автомат заряжания утянул пустой поддон, а на место встал фугасно-осколочный.

– Третий справа, огонь! – Александр навёл орудие на следующую фигуру и выжал спуск. Танк дёрнулся и тут же двинулся вперёд. Михаил слегка выжал правый фрикцион, доворачивая машину, а затем дал газу. Т-90 рывком преодолел с десяток метров, а наводчик уже вновь отыскивал возможного противника. Сзади за танком вспух огненный шар, метров шести в диаметре, но экипаж этого не видел, сосредоточившись на цели.

– Второй справа, огонь!

В этот раз фугасный снаряд ударил в фигуру с гротескным шлемом на голове. Танкисты впервые смогли рассмотреть, что происходит с противником при попадании. Тело его отшвырнуло назад, одновременно накрыв разрывом. Но, вместо того, чтобы распылить на атомы, пришельца отбросило ещё дальше и он изломанной куклой прокатился по перепаханой снарядами почве.

– Михей, заднюю! – скомандовал Дмитрий, и Т-90, рыкнув двигателем, откатился назад, с ходу влетев в воронку. Пе́ред машины на пару мгновений задрало вверх, а затем выровняло. И тут же корпус сотрясло от близкого разрыва. Михаил грязно выругался, пытаясь вывести машину из ямы. Это оказалось непросто, глубина воронки была около трёх метров, не меньше. Отрабатывая по очереди то одним фрикционом, то другим, мехвод, наконец, вытянул танк из ямы.

– Говорит оператор тяжёлого мехбота, – зазвучал незнакомый голос в наушниках Дмитрия. – Уцелевшим машинам немедленно отступить с занимаемых позиций минимум на сто метров. Сейчас по противнику будет нанесён удар с воздуха, может и вас зацепить. Даю отсчёт!

– Михей, отходим, сто метров, живо! – тут же отдал команду командир экипажа. Мехвода не нужно было упрашивать, танк живо развернулся и двинул по заранее подготовленной просеке назад, ко второму рубежу обороны.

На второй рубеж из всей роты отошло лишь два танка и ещё три экипажа без машин. Из офицеров остался лишь один взводный, принёсший с наводчиком своего мехвода на плечах. Вэвэшники, что окопались по новой линии фронта, указали танкистам, куда ставить машины, а сами продолжили готовиться к отражению противника.

– Командир, что происходит-то? – первым задал вопрос Михаил. – Что, союзники вставили врагу фитиль?

– Говорят, сейчас наши артобстрел начнут, по старым позициям. Ждут, когда шагающие роботы отступят.

– Ну, если «Град» отработает, противнику мало не покажется.

– Бери выше, – в голосе Дмитрия проскользнул смех. – Для обороны специально расконсервировали батарею тяжёлых миномётов. Про «Тюльпаны» слышал? Нет? Ну, скоро услышишь!

И они услышали. Едва шагающий гигант покинул старый фронт, заработала артиллерия. Вой двухсотсорокамиллиметровых мин был слышен издали, а их разрывы основательно встряхнули округу.

– Говорят, после разрыва такой мины воронки до шести метров в глубину получаются, – поведал Дмитрий притихшему экипажу. – Настоящие, мать его, боги войны, эти артиллеристы.

– А чего сразу не накрыли их, у нас от роты осталось хрен да мале́нько, – возмутился Александр. – Столько людей погибло, да и технику жалко.

– Ты сам-то понял, что сказал? – ответил командир. – Кто ж из пушки по воробьям бить станет? Скорее всего, союзники вытянули на себя крупную технику противника, и уж после запросили огонь артиллерии. А мелочь разбежалась бы, да и всё, ищи их потом, этих пришельцев.

Спустя десяток минут над окопавшимися и приготовившимися к бою землянами прошли штурмовики, оставляя за собой инверсионный след, а ещё через минуту Дмитрий произнёс с лёгкой растерянностью:

– Парни, командование говорит, расхреначили мы их, вдребезги! Отступили, говорят, агрессоры инопланетные!

Планета Земля. Северная Америка.

Пришельцы оказались недружелюбными! На контакт с властями никто не вышел. Да, все привычные способы связи не работали из-за этих проклятых русских, но попытки вести переговоры по старинке, лицом к лицу, ничего не дали. Не получив изначально никакого сопротивления, пришельцы быстро создали себе плацдарм, а затем двинули к захваченной русскими территории. Общественность, пользуясь единственным источником информации – газетами, радостно скалилась, представляя, как в скором будущем инопланетяне покарают обнаглевших русских, лишивших их, честных граждан великой страны, любимых ток-шоу и сериалов. Осталось немного потерпеть, каких-то пару дней.

Иного мнения были те, кто поверил обращению гладиатора, благодаря которому Земля до сих пор существует. Таких были единицы на сотню, но им хватило ума и смелости прийти в пункты сбора, расположенные на границе захваченной территории. Там, после ментосканирования, они прошли за периметр и, согласно умениям и опыту, получали назначения. Когда настало время, несколько тысяч бойцов, умеющих обращаться с оружием, заняв свои позиции, были готовы дать отпор хоть самому дьяволу.

Капитан Ниан решил лично руководить обороной точки ПКО, расположенной в самом проблемном месте. Сюда же он подтянул и основную группу бойцов-марийцев, рассчитывая только на них. Когда в непосредственной близости от объекта приземлился крейсер «Защитник», командующий понял, что они выстоят. А когда начались первые бои, выяснилось, что противник далеко не так силён, как ожидалось. В первом же столкновении, нарвавшись на ожесточённое сопротивление местных вооружённых сил, враг повёл себя совершенно непрофессионально. Видимо наёмники не привыкли, когда им дают отпор, стоят насмерть и не отступают. В итоге противник сначала завяз в бою, а затем понёс серьёзные потери и в спешке отступил к месту высадки.

На базе, где находился капитан Ниан, десант Альянса ждал иной сюрприз. Пара сотен бойцов в бронескафах производства Федерации со средствами усиления с нетерпением ждали врага, рассчитывая на деле проверить, сколь хорошо они обучились искусству позиционной войны.

Орбита Земли. Линкор «Бурал».

Махаз убрал импульсник в напоясную кобуру. Проклятье, уже второй помощник начинает истерить и требует вернуться домой, бросив эту проклятую планету. Уже второй раз командору приходится использовать личное оружие, чтобы пристрелить очередного труса. Теперь придётся искать замену этому проклятому рептилоиду!

– Командующий, донесение с поверхности! – один из связистов поднялся из-за своей консоли. Голос его дрожал от страха, но он всё же нашёл в себе силы обратиться к командиру.

– Выведи на мой пост! – коротко бросил Махаз, усевшись в капитанское кресло. На одном из мониторов появилось текстовое сообщение, заставившее грязно выругаться. Эта планета преподносила один неприятный сюрприз за другим, доводя до бешенства. Неизвестно каким способом, но аборигены заглушили основные способы связи, и приходилось пользоваться древними методами, которые сохранились лишь из-за какого-то столь же древнего постановления.

– Да они что там, совсем воевать разучились? Где Шиид вообще набрал этот сброд? – глаза Махаза от ярости налились кровью, едва он прочёл первые строки донесения. – Две! Две тактических формации раздолбали какие-то аборигены, вооружённые столь примитивным оружием, что до сих пор используют лишь кинетику! Командир десанта, где он?

– На транспортнике, командующий! – тут же доложил один из офицеров.

– Кто такой? – рыкнул на него Махаз.

– Лейтенант Кюнст, второй пилот!

По глазам офицера было видно, что он сильно пожалел, что открыл рот. Сообразительный, подумал командующий, и к тому же не трус. Возможно, подольше предыдущих протянет.

– Лейтенант, назначаю тебя своим первым помощником. С обязанностями ознакомишься позже, а сейчас держись поблизости. И доведи до сведения командира десанта – если его люди ещё раз потерпят поражение, я его высажу на планету. Может тогда он научится правильно использовать вверенные ему войска.

Глава 23

Неожиданная развязка

Шли третьи сутки боёв в космосе, и вторые – на поверхности Земли. Интенсивность стычек сильно снизилась, что позволило растянуть запасы энергии на наших кораблях. И если у вражеского десанта успехов не наблюдалось, то в околоземном пространстве у нас были серьёзные проблемы. Началось всё с того, что вражеский флот решил сосредоточиться на «Бесстрашном», прекратив преследование «Дальнего». Искин крейсера, проведя анализ, выдал следующий результат – корабль не успеет добраться до Солнца, чтобы подзарядиться, ему просто не позволят это сделать. «Бесстрашный» сможет преодолеть две трети расстояния на максимальной скорости, прежде чем энергия кончится. Если же двигаться умеренно, крейсер едва преодолеет половину, когда его щиты снесут вражеские корабли. После этого ему останется существовать считанные мгновения. Оставался лишь один вариант спасения «Бесстрашного» – посадка на планету. Но, тогда противник переключится на «Дальний», который тоже придётся сажать, когда запас энергии подойдёт к концу. И тогда весь флот Альянса, не имея больше отвлекающих факторов, сосредоточится на комплексах ПКО, обрушив на них всю свою мощь. Таким образом, враг быстро подавит оборону, и десант, имея поддержку с орбиты, вновь пойдёт в наступление. Наступление, которое уже не встретит достойного сопротивления. Подмога, которую мы ждали, появится слишком поздно, а вражеские десантники, обозлённые полученным отпором, не будут церемониться с побеждёнными. Даже ИИ не видел выхода из текущей ситуации.

– Насколько повреждён «Защитник»? – потребовал я информацию у Электроника.

– На крейсере ведутся восстановительные работы, – ответил искин. – Успели заделать пробоины и частично восстановить маневровые двигатели. Сейчас «Защитник» едва ли сможет противостоять крейсеру Альянса на равных.

– Но энергии у него осталось побольше, чем у «Бесстрашного»? – задал я следующий вопрос.

– Примерно в два раза, – Электроник явно не понимал, к чему я клоню.

– Соедини меня с Андреем Витальевичем, – отдал я приказ, – и дай информацию по нашему транспортнику, сколько он сможет продержаться против флота противника, если будет только имитировать атаку.

– Контр-адмирал? – лицо капитана «Защитника» выглядело озабоченным. – Что-то случилось?

– Андрей Витальевич, у вас пара минут, чтобы взлететь, оставив на борту минимальное количество экипажа. Задачу поставлю, когда выйдете в открытый космос, а пока согласовывайте всё через корабельных искинов. И Шилова прихвати себе в подмогу, он поможет в самых критических ситуациях.

Разорвав видеосвязь с капитаном, я перевёл внимание на Электроника.

– Средний транспортник, оборудованный для перевозки беженцев, – начал доклад ИИ, – оснащён шестью турелями для борьбы с москитным флотом противника, имеет энергетический щит, на порядок уступающий щитам крейсера. Предположительно сможет перенести два-три попадания главного орудия крейсера Альянса. Имеет крайне низкую манёвренность, по сути является лёгкой мишенью.

– Свяжи с командиром транспортника, – вновь отдал я приказ, а сам перевёл своё внимание на Михаила. – Капитан, держи курс на Солнце, немедленно!

– Есть!

Не задавая вопросов, напарник тут же отдал соответствующие приказы Лиане, сидевшей в кресле штурмана.

– Контр-адмирал? – на экране появилось изображение малознакомого мне марийца. – Какие будут приказания?

– В кратчайший срок поднимай корабль, оставив на борту минимальный состав экипажа. Дальнейшие инструкции получишь после выхода в открытый космос, – я повторил слова на пирейском, пару минут назад сказанные Андрею Витальевичу. Окончив разговор, вновь обратился к ИИ:

– Электроник, соедини с капитаном «Бесстрашного»!

– Фёдор? – лицо Василия выражало крайнюю степень озабоченности. – Ты что-то придумал?

– У вас хватит энергии, чтобы совершить манёвр уклонения и совершить посадку на планету? – спросил я вместо ответа.

– Секунду, – старый друг выслушал короткий доклад кого-то из членов команды и вновь продолжил разговор со мной. – Энергии хватит, даже небольшой запас останется.

– Действуй прямо сейчас, запас может пригодиться, – дал я распоряжение. – Только согласуй свои действия с Андреем Витальевичем и капитаном транспортника. Мы уходим на подзарядку. Надеюсь, успеем вернуться до того, как у «Защитника» кончится энергия.

Через несколько минут я вновь связался с командирами кораблей, взлетающих с поверхности Земли:

– Ваша задача – максимально отвлечь флот противника от планеты. Лишний раз не рискуйте. Даже если удастся оттянуть на себя половину кораблей, этого будет достаточно. Нам сейчас необходимо тянуть время, оно работает на нашей стороне.

– Каков минимальный срок, необходимый для подзарядки «Дальнего»? – задал вопрос капитан транспортника.

– Электроник, сделай расчёт, с учётом времени, которое крейсер потратит на полёт до звезды и обратно, – отдал я приказ.

– От десяти часов, возможно до двенадцати – доложил искин через несколько секунд. – Время подзарядки невозможно вычислить точно, слишком много неизвестных.

– Слышали? – обратился я к капитанам, ожидавшим информацию.

– Так точно! – отозвался капитан транспортника. – Нам нужно продержаться от восьми до десяти часов, при этом не подставляться и не рисковать без причины.

– Все верно. Если совсем прижмёт, уходите под защиту Пэ-Кэ-О, – ответил я и добавил: – Удачи, камрады!

Эти часы оказались для меня самыми напряжёнными. Сначала у Василия что-то пошло не по плану, и лишь благодаря корвету Шилова он дотянул до Земли, буквально рухнув в атмосферу. Только благодаря слаженной работе экипажа и искина, крейсер приземлился удачно. Но главное – флот Альянса преследовал «Бесстрашный» около двух часов, позволив «Защитнику» и транспортнику беспрепятственно покинуть атмосферу и серьёзно потрепать нервы командованию линкоров, круживших возле десантного корабля. Поэтому, едва преследуемый корабль ушёл в атмосферу, крейсера противников переключились на новую цель, устремившись в погоню.

– Как кошка с мышкой! – произнёс я, наблюдая за продолжающимся боем на тактическом экране.

– Контр-адмирал? – с вопросительной интонацией произнёс искин.

– Говорю, противник ведёт себя, как молодая кошка, пытающаяся поймать мышь. Одну упустила и тут же погналась за другой. А ведь у кораблей Альянса боезапас не бесконечен, и в скором времени мы можем поменяться ролями. Кстати, удалось выяснить, почему сдетонировало минное поле?

– Нет, причина так и не обнаружена, – ответил Электроник. – Рекомендую в будущем исключить подобные мины из вооружения.

Спустя ещё полтора часа мы достигли Солнца и без промедления погрузились в него. Все виды связи тут же прервались, что не стало для нас неожиданностью. Учитывая творящийся вокруг крейсера ад, это было неудивительно. Я, потеряв возможность следить за оперативной обстановкой, наконец-то поддался на уговоры искина с Лианой и на два часа погрузился в медкапсулу.

Солнечная система. Орбита Земли. Крейсер «Защитник».

– Капитан, связь с флагманом утеряна, – доложил искин корабля. – Крейсер «Дальний» погрузился в корону звезды.

– Продолжаем маневрирование.

Андрей Витальевич сосредоточенно следил за кораблями противника, вцепившимися в его крейсер мёртвой хваткой. Параллельным «Защитнику» курсом шёл транспортник производства пиреев, возле которого шустрой пчелой крутился корвет Шилова. Из-за повреждений крейсера военно-пассажирское судно ни чем не уступало в манёвренности, лишь слегка проигрывая в скорости.

– Капитан, – вновь подал голос искин, – корабли противника отстают.

– Сам вижу, – пробурчал бывший комбат. – Начинают манёвр разворота. Видимо, получили приказ возвращаться к линкорам. Поворачиваем. И капитану Виесу сообщи о манёвре, настала наша очередь преследовать. Кстати, взломать их шифровку так и не удалось?

– Они слишком часто меняют шифр, – спокойно ответил искин. – Я работаю над распознаванием их системы шифрования, но пока не приблизился к разгадке.

– Добро. Слушать и понимать переговоры противника – это знать его планы, – задумчиво произнёс капитан. – С нашей манёвренностью это было бы хорошим подспорьем. Хорошо, что противник не знает, сколь сильны наши повреждения, иначе давно бы уже взял в клещи и уничтожил.

– Пришёл сигнал с Земли, – сообщил дежурный связист. – Противник отводит корабли с орбиты.

– Неужели отступает? – удивился Андрей Витальевич. – Можешь соединить меня с капитаном Нианом?

– Командующий наземной группировкой сейчас занят, соединяю с капитаном «Бесстрашного», – отозвался искин, а на экране появилось лицо командира крейсера, совершившего практически вынужденную посадку.

– Василий, что у вас там? Мне приходят данные, что враг отводит свои корабли от планеты.

– Так точно! Зато десант словно обкурился, на дурнину прут, аки бессмертные. Мы уже вторые рубежи возле двух систем Пэ-Кэ-О сдали, если так и дальше продолжится, нас просто раскатают!

– Что-то я ничего не понимаю, – нахмурился Андрей Витальевич. – Искин, можешь провести анализ действий противника?

– Тяжёлые корабли противника отошли от планеты для соединения с группой крейсеров, – ответил искусственный интеллект через несколько секунд ожидания. – Усиленную атаку вражеского десанта, скорее всего, также спровоцировал флот, отодвинувшись от планеты. Искин «Бесстрашного» подтверждает, что последний зашифрованный пакет информации был послан в штаб десантных войск с линкора, за минуту до того, как корабли покинули околоземное пространство.

– Поставили перед выбором? Или победа, или мы вас бросаем? – с интересом произнёс бывший комбат. – Странные отношения между различными родами войск в Альянсе, очень странные.

– Пленный командир линкора говорил, что десант не имеет ничего общего с флотом, хотя и те, и эти являются наёмниками частной корпорации, возглавляемой неким Шиидом. Возможно, командующий флотом счёл невыгодным поддерживать десант, решив отступить, или подождать в стороне, пока не будут уничтожены точки противокосмической обороны.

– В таком случае, нам придётся несладко, если на время ожидания флот противника сосредоточит своё внимание на двух наших кораблях и корвете. Искин, свяжись с командиром транспортника и отдай приказ замедлить ход. И с Шиловым видеосвязь организуй!

– Слушаю, капитан, – на экране появилось уставшее лицо пилота. Взгляд сосредоточенный, белки глаз красные от полопавшихся сосудов.

Получив приказ, Шилов отключился, а спустя пару секунд корвет устремился к планете. Быстро набрав скорость, он стал забирать слегка вправо, чтобы обогнуть корабли противника. Андрей Витальевич улыбнулся своим мыслям – этот парень, находясь за штурвалом маленького, но очень опасного корабля, нигде не пропадёт.

А дальше началась настоящая охота. То, что устроил флот противника, по-другому просто не назовёшь. Разбившись на две одинаковых группировки, корабли противника стали медленно, но верно сжимать клещи вокруг «Защитника». Спустя полчаса такого прессинга стало понятно, что стоит крейсеру попасть под сдвоенный залп линкоров, и сопротивляться будет некому.

– Капитан Виес запрашивает видеосвязь, – совершенно неожиданно сообщил искин. Получив разрешение, ИИ крейсера вывел на экран изображение рубки транспортника, в которой сидел лишь один разумный – сам командир.

– Капитан, иди на прорыв, я задержу их.

Наверное, Андрей Витальевич был один из немногих, кто понял слова марийца. То, что предлагал Виес, реально давало шанс пробиться к планете, а там, под защитой систем противокосмической обороны можно продержаться подольше. Времени до завершения зарядки флагмана оставалось два-три часа.

– Сколько у тебя на борту человек? – спросил капитан крейсера, в то время как его мозг пытался решить, как избежать жертв.

– На борту лишь трое марийцев, включая меня, – ответил Виес. – Капитан, мы всё обдумали, искин корабля провёл анализ. Иного выхода нет.

У них получилось! Правда, пришлось на ходу внести изменения в первоначальный план. «Защитник» буквально прикрылся корпусом транспортника, проскользнув по правому флангу атакующего клина Альянса. И едва крейсер вышел из простреливаемого сектора, Виес бросил свой корабль на флот противника. Наученные горьким опытом крейсера и линкоры врага тут же сосредоточили огонь на транспортном судне, давая Андрею Витальевичу увести «Защитник» как можно дальше. Атака Виеса позволила не только проскользнуть боевому кораблю, но и выиграла четверть часа. А дальше началось что-то невероятное!

– Капитан, зафиксирован выход из гиперпространства, – доложил искин, а спустя пару секунд добавил: – На связь вышел капитан корвета-невидимки, это он только что вышел из гиперпрыжка.

– Соединяй немедленно! – отреагировал капитан «Защитника». Едва на экране появилось спокойное лицо Николай Павловича, он тут же обратился к нему:

– Палыч, полным ходом к Земле, у нас тут веселье в самом разгаре!

– Капитан, зафиксирован ещё один выход из гиперпространства, – сообщил искин. – Сигнатура соответствует кораблю-матке биомехов!

Гиперпространство. Улей Праймов. Царица.

Царица была в предвкушении! В предвкушении исполнения предназначения. Многие тысячелетия Она ждала возможности уничтожить хотя бы одну искру Врага. Да, царица потеряла своих сестёр и весь вспомогательный флот, когда они так глупо атаковали большой вражеский Улей. Только низшие смогли уцелеть и уничтожить все искры Врага. Ни одного офицера, лишь несколько разведчиков – вот и всё, чем Она могла руководить.

Когда пришло эхо гибели большинства сестёр, а уцелевшие не смогли сохранить разум, царица погрузилась в сон, оставив сигнальные маяки. Для её бессмертной личности тысячи, десятки тысяч лет прошли практически мгновенно. Короткий сигнал от маяка, разбудивший Её, принёс массу сильных эмоций. Прежде всего, царица при помощи низших обследовала Улей и осталась удовлетворённой. Затем связалась с разведчиками и, получив информацию о появившихся искрах, приказала укрыться на кораблях Врага, прихватив с собой один из маяков. После этого Она вновь принялась ждать, и ожидание было вознаграждено. Враг покинул гигантский Улей, прихватив с собой корабли, на которых укрылись разведчики. Царица продолжила ждать, отслеживая перемещение сигнала, с которым у неё появилась неразрывная связь. Когда Она смогла зафиксировать точку, в которой маяк замер, Царица, из-за большого расстояния не боясь быть обнаруженной Врагом, отправила свой Улей в прыжок.

На месте выхода Она обнаружила лишь пустующий Улей, искры врага здесь отсутствовали. Дождавшись, когда сигнал маяка остановится, царица вновь отправила Улей в прыжок. Затем ещё один, и ещё. В итоге, потратив большую часть энергии, Она решила задержаться. К тому же вблизи обнаружилось скопление элементов, которыми можно было пополнить реактор.

Когда сигнал маяка замер в одном месте на несколько дней, Она поняла – Враг добрался до своего дома. Накопив достаточное количество энергии и запасов для реактора, царица направила свой Улей в последний прыжок. Полёт в безвременьи, как всегда, не занял много времени. Она знала, что Враг перемещается иными, более протяжённым путями, из-за чего не раз проигрывал.

Малая звезда встретила царицу в точке выхода. Сканирование ближнего и дальнего космоса показало – здесь Её сёстры ещё не были. Лишь сигнал маяка и переданная через него радость разведчиков. А затем царица нащупала искры. Сначала небольшие их скопления, зависшие в космосе, а прямо за ними, дальше, находилось огромное количество искр. Целый гигантский шар, переливающийся жизнью врагов. Царица почувствовала безмерную радость – Она сможет выполнить приказ создателей, даже ценой своей жизни!

Солнечная система. Околоземное пространство. Линкор «Бурал».

Махаза переполнял страх. То, что показывали сенсоры, не укладывалось в голове. Огромный, просто гигантских размеров корабль, несколько минут назад вышедший из гиперпространства, шёл прямым курсом на остатки флота. Его флота! И командующий понимал, что с этой громадиной ему не справиться. Учитывая скорость, с которой приближался исполин, шансов бежать практически не было – слишком близко вышел из гиперпрыжка неизвестный корабль. Мозг Махаза судорожно искал выход из сложившейся ситуации, и не находил его.

– Командующий, ситуация подпадает под протокол высшей угрозы! – вкрадчиво произнёс подошедший к нему офицер снабжения, непонятно каким образом оказавшийся на мостике. Махаз уставился на него непонимающим взглядом, и офицеру пришлось разъяснить:

– Протокол высшей угрозы разработан на случай встречи с противником, многократно превосходящим силой и технологиями. Помимо сообщения с помощью дальней связи, мы должны любым способом добраться до окраинных миров Альянса и подтвердить сообщение о надвигающейся угрозе!

В голове наконец-то всё успокоилось, и Махаз понял, как он должен действовать.

– Соедините меня с командиром линкора «Наяс», – отдал он приказ. Едва связь была установлена, командующий, вперив суровый взгляд в своего нового заместителя, произнёс:

– Капитан Хабаз, в связи с активированным протоколом высшей угрозы назначаю вас временно исполняющим обязанности командующего флотом. Ставлю задачу – любой ценой задержать противника, пока мой корабль не уйдёт в гиперпрыжок! Приказываю начать атаку немедленно!

– Командующий Махаз, может лучше отправить за помощью один из крейсеров? – в голосе заместителя, теперь исполняющего обязанности командующего, слышалась нескрываемая насмешка.

– Капитан Хабаз, вы же знаете, что малые корабли практически израсходовали свой боезапас и в случае нападения вряд ли смогут отбиться даже от одиночного пиратского рейдера, а ваш корабль, в отличие от «Бурала», имеет более мощные щиты, а значит, сможет дольше противостоять противнику! – Махаз не поддался на провокацию, сдержал свои чувства и ответил так, как и следовало: – Так что немедленно приступайте к выполнению моего приказа.

– Что делать, если нам удастся уничтожить этот корабль? – было ясно, что вопрос был задан скорее по привычке. Ведь не думает же Хабаз, что он сможет уничтожить такую махину!

Но командующий всё же ответил:

– Если к тому времени десант уничтожит противокосмическую оборону, берите планету под контроль. Если же нет, возвращайтесь назад, на территорию Альянса. Удачи вам, капитан Хабаз!

«Бурал» успел отделиться от флота и начать разгон, когда в космосе закипел новый бой. На тактическом мониторе линкора было видно, как один за другим гаснут маркеры крейсеров, совершенно не причиняя вреда гигантскому кораблю. Махаз до хруста зубов сжимал челюсти, но поделать ничего не мог, разве что бесславно погибнуть. Пакет с информацией уже был отправлен в миры Альянса, а бортовой искин только что сообщил радостную новость – линкор успевает совершить гиперпрыжок до того, как его настигнет вражеский корабль.

– Приборы только что зафиксировали возмущение, сопутствующее выходу из гипера, – сообщил помощник за десять секунд до прыжка. – Что-то очень крупное только что вышло из гиперпространства.

– Такой же гигант, что и первый? – спросил командующий, мысленно прощаясь с остатками флота. С двумя исполинскими кораблями им точно не совладать.

– Недостаточно данных, – ответил помощник, а в следующее мгновение линкор сам покинул реальность, так и не узнав, кто ещё прибыл в систему жёлтого карлика.

Гиперпространство. Супердредноут «Возмездие».

Нет ничего хуже неведения. Это Пётр испытал на своей шкуре. Зная, что сейчас может происходить на Земле, имея реальную возможность повлиять на расклад сил, но при этом не находиться рядом, было настоящей мукой. А ещё эти мысли, будь они неладны. Поэтому бортинженер предпочитал заниматься делом или проходить курс обучения. Иногда ему казалось, что голова просто не вместит очередного пакета информации и лопнет. Но проходила пара дней и знания словно распределялись по полочкам, а мозг был готов принять ещё одну дозу знаний. В отличие от Петра, Владимир не вылезал из боевых симуляций, как и Руолан. Так проходил день за днём, напряжённое ожидание росло, и лишь благодаря корабельному ИИ между членами команды не произошло ни одного конфликта. Грамотное распределение обязанностей и хорошая физическая нагрузка не давали никому думать о постороннем.

Сегодня команда, состоящая всего лишь из трёх человек, традиционно начала день с завтрака в столовой. Продвинутый искин седьмого уровня мог самостоятельно управлять кораблём, находящимся в гиперпространстве, хотя по протоколу подобное не дозволялось. Но у команды не было возможности придерживаться устава флота Федерации рас. Поэтому все трое сидели за одним столом, создавая вид непринуждённой беседы. На самом деле все были напряжены до предела, ведь через четыре часа «Возмездие» должен был выйти из гиперпространства где-то возле Солнечной системы.

– Ну что, камрады, готовы к бою? – Владимир, получивший новую цель и смысл жизни, совершенно изменился за последние полгода. Вместо осунувшегося, похудевшего человека за столом сидел крепкий мужчина с волевым лицом и серьёзными глазами, пронизывающими собеседника насквозь.

– Готовы, как никогда, капитан, – ответила Руолан несколько громче, чем следовало. Беседа явно не клеилась, бортинженер вообще сидел с отсутствующим взглядом, видимо проводил в уме какие-то расчёты. Владимир, сделав для себя какие-то выводы, слегка стукнул ладонью по столу, выводя Петра из задумчивости.

– В общем, слушайте приказ! За час до выхода в обычное пространство всем быть на своих постах, а сейчас – свободное время. И не вздумайте провести его за работой или учёбой, только отдых! Приказ понятен?

– Так точно! – улыбнувшись, ответили вразнобой бортстрелок и бортинженер.

– Вот и ладушки. Всё, я в медкапсулу. Лечебный массаж, что предназначен для пиреев, невероятно хорошо влияет и на человеческий организм. Настоятельно рекомендую, – произнёс капитан и, козырнув, удалился.

Пётр с Руолан воспользовались иным методом расслабления, уединившись в своей общей каюте.

Выход из гиперпрыжка прошёл штатно. Пару секунд, пока искин сканировал ближний и дальний космос, ничего не происходило. А затем по кораблю взревела боевая тревога.

Конец.

Content

Алексей Губарев
По кромке удачи
Книга 2
Игра на опережение

Пролог

Глава 1 Дома

Глава 2 Из огня да в полымя

Отступление первое

Глава 3 Набор рекрутов

Глава 4 Всё сложнее, чем казалось

Глава 5 На осколках Федерации

Глава 6 Потомки Федерации

Глава 7 Живые осколки прошлого

Глава 8 Апгрейд

Глава 9 Опять засада

Глава 10 Рабочая

Глава 11 Зачистка

Глава 12 Неприятность

Глава 13 Десять тысяч лет криосна

Глава 14 Напутствие молодым расам

Глава 15 Разговоры и принятие решений

Глава 16 Посылка для Альянса

Глава 17 Земля

Глава 18 Долгожданные незваные гости

Глава 19 Взять «языка» – дело полезное

Глава 20 Тучи сгущаются

Глава 21 Мы их не ждали, а они уже пришли

Глава 22 Бой в космосе, бой на Земле

Глава 23 Неожиданная развязка