Максим Коляскин

Минус два

«Я сюда приехал, потому что поверил!.. А поверил потому, что больше верить было не во что. А русский человек должен во что-то верить, понял, браток? Если ни во что не верить, ничего, кроме водки не останется. Даже чтобы бабу любить, нужно верить. В себя нужно верить, без веры, браток, и палку хорошую не бросишь…»

Аркадий и Борис Стругацкие «Град обреченный»

«Кто любит, тот любим, кто светел, тот и свят»

Анри Волохонский

«К высотам светлых истин

Во мрачной бездне ключ»

М. К.

Глава 1

Старец

«Боже, зачем я проснулся?! — подумал Андрей, силясь приподнять отёкшие веки. Утро? День? Точно — не вечер. Июньское солнце ярко освещало комнату, искрясь, блестя и отсвечивая на стёклах, посуде, полировке мебели. Это было нестерпимо, и Андрей спешно прикрыл глаза. Тупая боль ржавым гвоздём блуждала где-то в недрах черепной коробки… Понятно, что уснуть уже не удастся, но снова открывать глаза, а уж тем более подниматься, вставать… О, это решительно невозможно! И тут же, совершенно некстати, резко пересохло во рту. Жажда накинулась на него высохшей промасленной тряпкой. Пить! Но вставать?! Немилосердно костеря всех виноделов «от Адама до сегодняшнего срама»[1], припомнив и старика Менделеева, Андрей с нечеловеческим стоном приподнялся и опустил ноги на пол. Только после этого он заставил себя снова приоткрыть глаза, да и то лишь настолько, чтобы хоть как-то ориентироваться в пространстве. Однако даже столь невеликое маневрирование собственным телом не прошло даром. Комната покачнулась и стала заваливаться на бок, в глазах потемнело, к горлу стало подкатывать… «Совсем худо», — подумал Андрей, и от напряжённой работы мысли ржавый гвоздь, поселившийся в его голове, впился в правый висок. Дабы безвременно не покинуть список живых, явно следовало более не думать и глаз не открывать. Кое-как встав на ноги, наощупь, маленькими неверными шажками он донёс своё непослушное тело до ванной комнаты. Наощупь же включил холодную воду на полную громкость и присосался к крану, больно ударившись зубами о металл… О, блаженство тепловатой хлорированной водопроводной воды! Почти утолив нестерпимую жажду, Андрей с удивлением отметил, что источник не иссяк и сунул голову под струю. Колени его томно подогнулись, а глаза приоткрылись. В ванной было чудесно — темно и прохладно. Решение остаться здесь навсегда, в крайнем случае, до заката солнца пришло естественно и неоспоримо. Как вдруг со стороны кухни раздались звуки человеческой деятельности, перекрывшие мерный плеск воды и вялое течение мыслей.

«Галлюцинация!» — решил Андрей, но всё-таки приподнялся с такого сладостно прохладного и трепетно родного кафеля, шумно вздохнул и принялся себя ощупывать. На мокром от капающей с волос воды теле он нашёл главное. Главными были трусы. «Та-ак!» — заранее кривясь перед очередным укусом головной боли, сопровождавшим любую мало-мальски выдающуюся мысль, подумал он: «Кто же там засел, ей Богу?!» Что двигало мужчиной в этот момент, неведомо. Первые ростки любопытства, возрождавшиеся в слабом ещё теле и заново формирующемся мозге? А может запрограммированный от рождения страх перед снующими тут и там матёрыми натовскими шпионами? Бог весть! Однако, приоткрыв дверь ванной комнаты настолько, чтобы просунуть красный и слезящийся от непосильной работы глаз, Андрей с упрямством, достойным лучшего применения, принялся фокусировать взгляд на кухонном столе. Спустя некоторый, никем, к сожалению, не отмеренный исторический промежуток времени, цель была достигнута, но без особого результата. То есть, стол Андрей видел ясно, но не видел никого стоящего прямо или, хотя бы, криво ни на столе, ни за столом, ни под столом. Зато с самим столом произошла необъяснимая метаморфоза. Даже по самым скромным расчётам, он обещал быть заваленным тарелками с остатками вчерашней закуски, опустевшими немытыми рюмками, объедками, окурками и прочими продуктами бурной человеческой жизнедеятельности. Однако же, сегодняшний стол сиял нездешней чистотой, а посреди него возвышалась большая миска с невероятно овощным салатом, а рядом на подставке отдувалась, явно только что снятая с огня и накрытая крышкой сковорода. Распространяющийся со скоростью запаха аромат заставил улыбнуться даже, уже было приказавший долго жить, пищеварительный тракт трагически ослабленного тела. «Неужели я умудрился познакомиться с престарелой студенткой кулинарного техникума?!» — с детской непосредственностью прикинул Андрей. Он ещё раз тщательно себя ощупал и, решив, что думать всё равно больно и неэффективно, решительно выдвинул ногу за дверь.

На кухне, прислонившись плечом к холодильнику, стоял и с интересом посматривал на Андрея мужчина, возраст которого не поддавался определению: русые волосы с сильной проседью, совсем уж седые, но весьма благообразные усы и борода, чёрные с блеском улыбающиеся глаза, окружённые множеством мелких лукавых морщинок. 50? 60? А может все 70 лет? Андрей от неожиданности рухнул на табуретку подле стола.

— Э-э-э, — хрипло протянул он, с трудом узнавая собственный голос, — Здравствуйте!

— Здравствуйте, молодой человек! — приятным, неожиданно свежим тенором откликнулся незнакомец, улыбаясь и продолжая вытирать вымытую до блеска рюмку невесть откуда взявшимся чистейшим полотенцем. Голосовые связки Андрея совсем уже собрались восстановить временно утраченную работоспособность, но мозговых импульсов не поступало. Совсем не поступало! Пауза затягивалась. К счастью, на помощь пришёл гость.

— Я тут по-хозяйничал немного. Подумал, что Вам утром, ну собственно, уже днём… будет трудновато. Да и организм потребует оперативного вмешательства, — произнёс он, поставил перед Андреем рюмку, достал из недр холодильника запотевшую бутылку «Столичной», быстрыми и точными движениями нарезал несколько ломтей мягчайшего, даже на вид, чёрного хлеба. А в довершении действа, снял крышку со сковороды. Оттуда выглянула румяная картошечка с золотистым лучком и грибочками. Рюмка была налита, Андрей только мотал в недоумении головой, и вдоль, и поперёк, и по кругу…

— А Вы? — прохрипел он.

— С удовольствием! — вторая рюмка появилась и наполнилась в мановение ока. У ещё пять минут назад полуживого Андрея слюнки были готовы потечь изо рта. Ах! Содержимое рюмки упало внутрь содрогающегося чрева. Но горячая картошечка, грибочки, сочный салатик сделали процесс мягким и чрезвычайно приятным. Вторая доза легла уже на специально подготовленное место.

— Спасибо! Это просто замечательно. Но, извините… — окрепшим голосом начал Андрей.

— М-да, я так и предполагал, — продолжил незнакомец, — Однако, выпиваете, молодой человек!.. Меня вчера пригласил Станислав.

— Стас?

— Именно. Вас зовут Андреем, а меня…

— Воланд?! — выпалил Андрей и поперхнулся самым маленьким грибком.

— Эка Вы задвинули, ей Богу! Начитаетесь книжек, и мерещится всякое. Зовите меня просто Вадим Аронович.

— Угу, — произнёс Андрей, прокашливаясь, — И…

— Боже милосердный, да Вы совсем ничего не помните?! Я снял у Вас комнату на полгода. Вон там, на полке лежит задаток.

— Комнату… На полгода? Класс! — пробормотал Андрей и посмотрел на полку, где и в правду виднелись краешки купюр. Это было весьма кстати.

* * *

За последний год в жизни Андрея произошло несколько событий, изменивших его жизнь до неузнаваемости, причём не в лучшую сторону. Сначала жена уехала жить к своей маме. Не то, чтобы семейные отношения полностью зашли в тупик, но стали обременительными для всех. И сил, желания, любви для того, чтобы осмыслить, сделать выводы, смазать и заново запустить тонкий механизм взаимоотношений близких вроде бы людей, не хватило ни у него, ни у неё. Андрей приезжал в гости к тёще, жене и десятилетней дочери один-два раза в месяц. Разговаривали, смеялись, обсуждали новости… А вечером Андрей уезжал домой без тоски и сожаления. Одиночества он не испытывал. Когда неподъёмными булыжниками наваливались воспоминания, обязательно приходил кто-нибудь из друзей со своими новостями, проблемами, эмоциями, бутылками… Выпить Андрей любил, но не часто, с хорошими людьми и под хорошую закуску. К сожалению, общение с друзьями редко позволяет решить проблемы, а после бурного, пусть и радостного, веселья, непременно наступает похмелье…

* * *

С появлением в его квартире Старца, как он сразу обозначил квартиранта, жизнь Андрея снова сделала крутой вираж в неведомую сторону. Лишь единожды ещё собралась у него привычная весёлая компания, в которой Вадим Аронович вовсе не выглядел лишним, но… В последствие друзья уклончиво поясняли, что им неудобно беспокоить такого серьёзного и немолодого мужчину своими загулами. Андрея стали чаще приглашать в гости, забывая «деда», а сам Андрей постепенно привык изредка зазывать друзей в небольшие ресторанчики или кафе на необязательные праздники, дружеские вечеринки и т. п. Благо, материальное положение ощутимо улучшилось. Помимо щедрой оплаты за проживание, Старец предложил Андрею работу. Сначала его предложение было встречено со скепсисом. Андрей привык к своему НИИ, где занимался уже никому не нужной в этой стране разработкой радиоэлектроники и получал за это мизерную зарплату. Вадим Аронович, напротив, щедро платил за несложные, в основном курьерские услуги, и Андрей сначала пытался совмещать их выполнение с основной работой, затем взял в НИИ отпуск за свой счёт, а позднее и вовсе уволился…

Дед производил впечатление человека основательного, аккуратного в быту, суждениях и поступках, надёжно стоящего на своих немолодых ногах, но при этом не занудливого. Собеседником Аронович оказался замечательным и вдвоём они частенько засиживались под рюмку хорошего коньяка до поздней ночи… В жизни Андрея появилась неторопливая размеренность, естественная для сорокалетнего мужчины, годы безумных шалостей и экспериментов которого уже позади. У близких Андрея, напротив, начали происходить бурные жизненные коллизии. Его младший брат Стас разошёлся с очень подходившей ему, казалось, женой, встретил новую, весьма напоминавшую прежнюю, молодую женщину. Он сменил работу и окунулся в нескончаемую череду пьянок и сомнительных авантюр. Виделись они редко… Жена Андрея неожиданно завела себе другого мужчину, потребовала официального развода, который и получила, а посиделки у тёщи стали редкими и натужными. Даже дочь, всегда приветливая с отцом и открытая до непосредственности, некстати вступила в бесшабашный подростковый период, интересы в котором не пересекаются с желаниями и мнением родителей… Андрей расстраивался по поводу близких, но Старец не давал ему горевать. Вадим Аронович любил повторять, что многое в этой жизни предопределено у каждого человека, что до глупости случайные события обычно происходят неслучайно, но самые важные, ключевые решения принимает или не принимает сам человек, а дальше… Дальше жизнь покажет.

Сильно поднявшийся уровень благосостояния позволил Андрею приобрести старенький, но бодрый «Volkswagen», весьма облегчивший его новую работу, и современный компьютер, позволявший выполнять поручения старца по сбору, сортировке и хранению разнообразной информации. Не вдаваясь сначала в суть деятельности деда, со временем Андрей пришёл к выводу, что Вадим Аронович занимается какими-то специальными вопросами социологии и психологии, причём вхож в самые высокие круги, и с мнением Старца считаются весьма солидные мужи. Уточнять у Ароновича, кем тот является по положению и званию, Андрею было неудобно. «Минимум профессор, а то и академик, консультирующий за хорошие деньги богатых, но сирых, — рассуждал он, — Не моего ума это дело…» Новейший персональный компьютер предоставил мужчине и другие возможности. В свободное от работы время Андрей увлёкся плодящимися, словно кролики, компьютерными играми, в том числе и с эротическим уклоном. Вадим Аронович новое увлечение своего помощника и квартиродателя не одобрил, утверждая, что Андрею следует искать удовольствия и удовлетворение в реальном мире и, в особенности, не уклоняться от женского общества. Тот отнёсся к этой мысли скептически, если не сказать наплевательски, и однажды дед даже пригласил к ним в гости весьма миловидную особу лет тридцати пяти, представив её, как дочку приятеля. Недурная собой барышня оказалась ещё и умненькой, и они втроём провели прекрасный вечер с домашним ужином и литературно-философской беседой. Однако, гостья не пробудила в Андрее эротических фантазий, он проводил её до дома на такси и только. Через неделю женщина сама, как видно по наущению деда, позвонила Андрею и пригласила выпить где-нибудь по чашечке кофе. Он не захотел огорчать ни барышню, ни Старца, и встреча состоялась… Как ему показалась, женщина ждала от Андрея решительных действий, мужских, пусть и не вполне пристойных, предложений, но так и не дождалась. Сердцу не прикажешь, а мужчине, не имеющему желания, тем более…

* * *

— У нас сегодня званый обед? Запахи слышны от лифта! — Андрей разувался в прихожей и через открытую дверь в комнату с удовольствием рассматривал как-то особенно вкусно, даже утончённо накрытый стол. Так умел только Аронович, которого Андрей уже давно незаметно даже для себя переименовал в Хароныча. Однако, в глаза он не обращался у деду таким образом, дабы не обидеть.

— И как запахи? — хитро улыбнуться тот.

— Изумительные! Возбуждающие аппетит и фантазию, а также внушающие жизненный оптимизм… Кто у нас сегодня будет?

— Эко тебя проняло. Мой руки не торопясь, мне нужны ещё десять минут и… Будем вкушать! И никакой не званый обед, и никого мы не ждём. У нас сегодня праздник, который касается только тебя и меня…

— Праздник? — Андрей просунул голову на кухню и с удивлением взглянул на Старца.

— Ты же не старый ещё, а память… Сегодня полгода, как я у тебя живу! — Хароныч окатил Андрея весёлыми искрами своих удивительно молодых глаз.

— Да-а?.. И правда! Полу-годовщина! Ух, отметим! — отправляясь мыть руки, Андрей ещё раз глянул на стол, накрытый в комнате жильца, и снова удивился. Стол был сервирован на двоих, что вполне совпадало со словами деда, но… Хароныч всегда ставил лишний комплект приборов «для дорогого хужетатарина», а нынче… Сегодня застолье обещало быть особенным, камерным, исключительным…

* * *

Пиршество удалось на славу. Была открыта уже вторая бутылка водки, но под дивную и обильную закуску опьянение почти не чувствовалось. Зато разговор шёл открытый и радостный. За шутками, прибаутками и обсуждением свежих новостей и милых старостей время летело незаметно. Андрей чувствовал, что самое интересное Хароныч оставил на десерт. Предчувствие его не обмануло… Восхитительно ароматный кофе пили в комнате у Андрея. По случаю праздника тот открыл припрятанную бутылочку «Курвуазье», который они с наслаждением потягивали, расположившись в креслах по сторонам от журнального столика.

— Ты ничего не надумал относительно моей просьбы? — словно мимоходом спросил Хароныч.

— Ну-у… Думал я на эту тему, но…

— Что же, ни одного достойного кандидата для познавательного, хотя и ответственного путешествия?

— Да у меня и друзей-то настоящих трое-четверо, Вы сами знаете… А у них семьи, дети, работа… А Ваш знакомый? Такой задумчивый… Ростислав?

— Вот именно — задумчивый. Весь в себе. Ты же понимаешь, что толку от него будет мало. Точнее совсем не будет… А ты не разговаривал со своим младшим братом? Может быть он?

— Брат? Стас? Он… средний.

— У тебя есть другой брат? — изумился Хароныч.

— Другого нет… — развёл руками Андрей.

— Вот как…

— Да Вы бы и сами могли с ним поговорить. Это же Стас Вас ко мне привёл полгода назад… Правда, он этого почему-то не помнит.

— Пьяный был, вот и не помнит… Не важно. Приятный молодой человек, не глупый, кажется, довольно энергичный…

— Мне тоже многое кажется, когда дело доходит до него… Впрочем, о чём тут рассуждать. Ему сейчас некогда. У него семья!

— Так он же вроде бы не женат нынче? — снова удивился Старец.

— Кажется (вот видите, опять кажется!) ещё нет, но семья есть… сегодня, — язвительно отвечал Андрей, — А завтра окажется, что и нет семьи, зато послезавтра снова будет. Однозначно!

Хароныч взял паузу, задумался, наблюдая, как Андрей выпускает изо рта ровные колечки табачного дыма… Он не сомневался, что тема разговора не исчерпана. И действительно, вскоре Старец вздохнул и продолжил:

— Эх… У каждого свои тараканы… Но нам это не подходит. Налей-ка ещё коньячку!

— С удовольствием! Хорош, правда?! А Стас… Не подходит нам… Нам?

— Конечно, нам. Я тебе уже говорил, да ты всё мимо ушей пропускаешь… Ты — тоже лицо заинтересованное. Дело-то нужное и важное! Для меня, конечно, в первую очередь, но и для тебя… Деньги, опять же не маленькие… Мне туда нельзя, может ты?

— Ох, Аронович! Я же к Вам всей душой, но… Куда-то за тридевять земель, киселя хлебать… Мне и здесь хорошо, а всех денег не заработаешь.

— Лишними не будут… — упрямо гнул свою линию Старец, — Да и развеешься, мир посмотришь…

— У-у… Плавали — знаем… Потом это ведь надолго? Как Вы без меня?

— Ты мне здесь, конечно, помогаешь хорошо, не спорю… Но там… — Вадим Аронович умел быть настойчивым, когда этого требовала ситуация, — Это особый случай! А надолго ли, от тебя будет зависеть в немалой степени. Может, ещё так понравится, что уезжать не захочешь!

— Что-то сомневаюсь я…

— А ты не сомневайся. Финансовые условия шоколадные… Эх, хорош коньячок у тебя!.. Какие условия? Так-с. В качестве аванса получишь кругленькую сумму, как всё сделаешь — три таких же кругленьких… Командировочные? Ха-ха-ха… Там будешь на полном довольствии!

— Это как же? Типа, всё включено? — усмехнулся Андрей, — Или как при коммунизме?

— Почти. Банк «Last Credit» тебе известен? Нет? Там он — ведущий. У тебя будет карта, безлимитная.

— Как так безлимитная? Лимит кредита неограничен?!

— Почти… Чтоб ты не пугался, применим стандартную оговорку — «в пределах разумного». Хотя… Самолёт ты там всё равно купить не сможешь.

— Самолёт? Смешно! А машину?..

— Можешь, если захочешь… Для начала возьмёшь в аренду, например. Понравится — купишь!

— А кто кредит отдавать будет? Фирма, говорите?.. Ох, что-то не нравится мне всё это… — покачал головой мужчина, — И что сделать-то надо? Конкретно.

— Вот это — правильный вопрос! — воскликнул дед, — Нужно найти человека. Необходимо найти!

— Имя, возраст, род деятельности?

— Имени я не знаю. Да-да! Возраст может быть любой, да и как он выглядит сейчас мне не известно. А вот род деятельности, как ты сформулировал, однозначно известен. Он библиотекарь или архивариус, последнее слово сейчас не в ходу, но… И знать его могут именно, как библиотекаря.

— Вот тебе на… — изумился Андрей, — Что у них там один библиотекарь на всех, что ли?

— А где их нынче много? Да и не до библиотек там народу, есть чем заняться.

— Курорт какой-то?

— Можно и так сказать… Зона освобождения от здешних забот!.. Одним словом, искать следует по кодовому слову «Библиотекарь».

— Найти человека на курорте, не зная его имени и внешности… Пол тоже неизвестен, я правильно понял? По-моему, миссия не выполнима!

— Я и не говорю, что будет легко. Но, во-первых, тебя никто сильно не торопит, поиски можно и нужно вести обстоятельно. Во-вторых, буду связываться с тобой, подскажу что-нибудь дельное, а то и новая информация появится. И, в-третьих, это ещё и путешествие в мир экзотический, чрезвычайно интересный и необычный до уникальности!

— Что же такого уникального на этом курорте? — с сомнением пожал плечами мужчина, — Молочные реки, кисельные берега?

— Начиная от таких мелочей, как все лучшие напитки и яства мира, приготовленные настоящими профессионалами. Ты оценишь. Комфорт на высшем уровне! Хорошо? Ах, ещё хочешь… Пейзажи уникальные, ты таких не видел, могу поручиться. Впрочем, это дело вкуса, но развлечения!.. Ух! Даже рассказывать не стану, сам узнаешь… А какие там женщины! Учитывая твою полную платёжеспособность, оттянешься по-полной. Так, кажется, теперь говорят?

— Женщины? Женщины — это прекрасно! Только… Ну их!

— Ты что это? Ты же их любишь и ценишь, или уже нет? Там и мужчины тоже… — ухмыльнулся Вадим Аронович.

— Тьфу на Вас! — скривился Андрей, — Женщин я, конечно, люблю. Но последнее время на эту любовь уходит многовато сил… И моральных, и физических. Пока настроишься, узнаешь по-ближе, пока разогреешься и почувствуешь, пока заведёшься…

— Милок, да ты никак ослаб? — улыбнулся дед.

— Может и так, всё-таки уже не мальчик. Просто пора найти одну, которая… Ну, единственная, что ли…

— Может быть, может быть… Только торопиться не надо! Как говорил один мудрец: «Второй раз жениться? Да лучше я сопьюсь!»[2]

— А не он же говорил: «Не пью — не тянет»? Тогда я знаю этого мудреца и, пробовал его рецепты… Не получается!

— В таком случае, тебе просто необходима эта поездка. Там потенция зашкаливает у всех!

— Прямо-таки у всех? — хмыкнул Андрей, — Не может такого быть!

— Я тебя когда-нибудь обманывал? Вот так-то… Кстати, медицина там замечательная, а по этой части особенно. Здоровье поправишь по всем направлениям и, к тому же, за счёт фирмы!

— М-да… Звучит заманчиво…

— Ещё бы! — с улыбкой вальяжно потянулся Хароныч, — Полный шоколад! И всего-то надо — найти Библиотекаря и отдать ему вот этот медальон.

— Ну да, — задумался Андрей, взяв в руку и рассматривая металлический диск со странным выпуклым рисунком, надёжно прикреплённым к очень прочной цепочке того же благородно-серого металла, — Найти и передать… Почему бы и нет?.. И когда нужно ехать-то?

— Согласен? — улыбнулся Старец, — Ай, молодец! Сейчас мы за это по рюмочке, и…

Глава 2

Отель

«То ли серое небо на душу мне давит,

То ли нежности рук остро мне не хватает…

Только это не всё…»

Тэсиро

Андрей открыл глаза и задумался: «Хорошо мы вчера посидели. Разговор получился толковый, неторопливый, обстоятельный. Да и выпили не мало, а голова совсем не болит, даже странно… И ничего странного в этом нет, просто и закуска отменная, и разговор умный… Только как заснул не помню, и что-то ещё было важное… На что-то важное я решился. Принял-таки решение, которое многое может изменить?» Андрей повернул голову и понял — многое и в правду изменилось. Обстановка изменилась точно. Из окна, полуприкрытого шторами, истекал тусклый, странный тёмно-сиреневый свет. Да и само окно было не на своём месте… Он был не дома! Вот тебе на! Вот тебе и не напился… Куда это меня занесло? Андрей попытался разглядеть что-то ещё в почти полном мраке, а затем принялся осторожно ощупывать руками незнакомый окружающий мир. Скоро его усилия увенчались успехом. Рука наткнулась на шнур, который оказался электрическим проводом, а на нём быстро отыскался выключатель. Висевшее над изголовьем бра осветило небольшую спальню. В неярком розоватом свете Андрей разглядел пару кресел, комод, туалетный столик и огромное зеркало напротив, в котором отражался он сам, возлежащий на чудовищных размеров кровати. Несмотря на придававшие комнате уют обои с витиеватыми узорами и прекрасно подобранные в тон обоям тяжёлые шторы, был в этой обстановке особенный дух. Андрей приподнялся и сразу обнаружил рядом, на туалетном столике, старинный дисковый телефонный аппарат и, здесь же, под стеклом список телефонных абонентов.

— Точно! Гостиница! Но как?..

Мужчина встал с постели, одел лежавшие на одном из кресел рубашку и джинсы. Пол в комнате покрывал чистый и весьма изящный ковёр, по которому было приятно ступать босиком, что он и сделал, направляясь к двери. За ней стоял полумрак. Андрей наощупь нашёл выключатель, но свет загорелся за ещё одной дверью. Открыв и её, он оказался в совмещённой с туалетом большой ванной комнате, приятно удивившей чистотой и свежестью. Складывалось впечатление, что сантехнику здесь установили буквально на днях. Сама же ванна могла легко вместить не менее трёх желающих окунуться людей среднего телосложения. Оставив дверь в ванную комнату открытой, чтобы осветить внешнее пространство, Андрей вступил во вторую комнату, оказавшуюся просторной гостиной, совмещённой с кабинетом. Отель, по всей видимости, был не из дешёвых. От этой мысли мужчина принялся ощупывать собственные карманы и, к своему ужасу, ничего в них не обнаружил. Однако все эти мысли убежали прочь, стоило зажечься под потолком бронзовой, в старинном стиле, люстре. Первое, на что упал взгляд, оказались предметы, лежавшие на большом письменном столе: мобильник Андрея, сигареты с зажигалкой и, ярко блеснувшая золотом, пластиковая карточка. Судорожно икнув, мужчина взял карточку в руки и принялся ошарашенно её рассматривать. На ней обнаружился выпуклый шестнадцатизначный номер, его собственное имя на латинице, а поверху набранную готическим шрифтом надпись «Bank Last Credit». Андрей рухнул на стул, непослушными руками достал сигарету из пачки и закурил.

— Этого не может быть! Ну да, я принял решение… Согласился поехать, но!.. Уже приехал? Как?! Я же ничего не помню!.. Ну, совсем ничего! Так не бывает…

Закурив вторую сигарету подряд, он взял в руки мобильник. Связь отсутствовала из-за сетевой ошибки. Андрей упрямо и бессмысленно пытался набрать один номер, другой, третий… Результат ожидаемо получился нулевым. На столе стоял стационарный телефон, близнец того, что находился в спальне, рядом лежал аналогичный список абонентов. Взгляд уткнулся в надпись «Портье». Андрей потянулся было к трубке, но почесал подбородок, встал и, всё так же босиком, пошёл к входной двери. Приоткрыв её, он увидел небольшой уютный гостиничный коридор. На его двери красовался номер «12». Некстати приоткрылась дверь номера напротив, из-за которой выглянуло смазливое личико юной особы, глазевшей на него с явным любопытством. Девушка лукаво улыбнулась. Андрей изобразил из своего лица некое подобие ответной улыбки и захлопнул дверь. Ещё толком не сформулировав вопрос, он схватил телефонную трубку.

— Прошу прощения! Вас беспокоит двенадцатый номер…

— Двенадцатый?.. Здравствуйте! С прибытием! Если не возражаете, я через пять минут поднимусь к Вам.

— Э-э-э… Конечно, я не возражаю… У меня тут пара вопросов…

— Я постараюсь ответить на все Ваши вопросы через пять минут, хорошо?

— Да. Договорились.

Андрей откинулся на спинку стула и попытался задуматься, но… в голове было пусто. Он снова закурил и приготовился ждать. И тут ожил его мобильник. Мужчина схватил телефон, сети по-прежнему не было, зато ему пришло короткое сообщение: «С прибытием, Андрей! Не пугайся, всё нормально. У портье узнаешь массу полезных мелочей. Но постарайся не задавать сложных и, особенно, глупых вопросов. Слушай, смотри и постепенно всё поймёшь сам. Не торопись и не суетись! Будь спок. Вадим Аронович.»

— Ни хрена себе, будь спок! — вырвалось у Андрея, — В чём был, без документов, без денег… Карта! Но я даже кода не знаю! Что за фигня… И когда он успел её оформить? Именная карточка-то… Он знал! Всё предполагал заранее. И посиделки наши подгадал, и был уверен, что я соглашусь.

Мужчина взял в руки кредитную карту, ещё раз прочёл на ней своё имя и отбросил её обратно на стол. Безо всякой надежды взглянул на мобильник: «Поиск сети»… Очередная неприятная мысль засвербила в голове, но в этот момент в дверь негромко постучали. Портье вошёл в номер с дежурной улыбкой на лице. Впрочем, в его глазах было что-то большее, чем просто желание вежливо поприветствовать нового клиента.

— Добрый день! — произнёс он, и Андрей с недоумением оглянулся на тёмное с серо-синими проблесками окно, — Несколько обычных формальностей, после чего я постараюсь ответить на Ваши вопросы.

Портье легко чеканил привычный текст, подходя к письменному столу. И тут его взгляд упал на кредитную карту.

— О мать-тьма, Золотая карта! Что же Вы молчали?! — громко воскликнул портье, и улыбка его стала юбилейной, — Вы позволите?

Только после того, как Андрей автоматически кивнул, он осторожно, двумя пальцами взял карточку и восхищённо хмыкнул. Затем свободной рукой достал из внутреннего кармана форменного двубортного пиджака странный приборчик и вложил в него край карты. На маленьком мониторе высветилась фотография Андрея и какой-то текст мелким шрифтом… «Личные данные? — подумал «вновь прибывший гость», с интересом наблюдая за происходящим, — Похоже, документы у меня всё-таки имеются!»

— Будьте любезны, Господин Андрей, прикоснитесь пальцем к этому месту, — торжественно произнёс портье, и мужчина тронул сенсорный датчик на приборе. Через пару секунд маленький монитор засветился золотом и раздался приятный мелодичный звук.

— Ух, ты! — шумно выдохнул портье и с поклоном вернул Золотую карту её владельцу.

— «Вероятно, и код мне не понадобится», — решил Андрей и сразу успокоился.

— Чрезвычайно рад видеть Вас в нашем отеле, Уважаемый Гость! Вам полагается специальный номер люкс, и мы подготовим его в кратчайший срок. Будут учтены все Ваши пожелания…

— Я бы сейчас выпил чего-нибудь, — перебил его постоялец, удобно усаживаясь на кожаный диван рядом со столом и закуривая.

— Да, конечно! — портье шагнул к шкафу, похожему на сервант, и открыл дверцу, за которой оказалась целая батарея бутылок и бутылочек, а также строй разномастных бокалов и рюмок, — Коньяк, виски, водка…

— Пожалуй, виски, — мужчина с огромным удовольствием хорошенько глотнул из поданного ему стакана и шумно затянулся, — И скажите мне для начала, где у вас можно поесть? Я что-то проголодался.

— Нет ничего проще, Господин Андрей! На первом этаже нашего отеля есть небольшой бар с разнообразными закусками. Во внутреннем дворике, в пятнадцати метрах от выхода — прекрасный ресторанчик. Оба заведения работают круглые сутки. А для Вас лично я могу организовать обед прямо в номер. Какие блюда вы предпочитаете в это время суток?

— М-м-м… Сейчас бы я съел что-нибудь не слишком плотное. Морепродукты, пожалуй… Полагаюсь на Ваш вкус. И пиво!

— Какое именно, Господин Андрей?

— Хорошее… Светлое. Холодное.

— Уже бегу!

— Подождите! — Андрей остановил портье, стремительно двинувшегося из номера, — Как Вас?

— Джон, Господин! Моё имя Джон.

— «Странное имя для человека славянской наружности», — подумал Андрей, а вслух поинтересовался, — Скажите, любезный, Вас предупреждали о моём… прибытии? Вы, ведь, не всё мне рассказали.

— О, если я буду рассказывать Вам обо всём, боюсь, Вы проголодаетесь чрезмерно, — вежливо улыбнулся портье, — О появлении Гостя в двенадцатом номере меня предупредил управляющий отеля, а всё остальное… Ну, если кратко, то… Во-первых, всё необходимое — одежду, обувь… (Андрею показалось, что Джон покосился на его босые ступни, и он нарочито закинул ногу на ногу) как и всякие необходимые мелочи, Вы в любой момент сможете заказать с доставкой, выбрав товары по каталогу.

— Это меня устроит, — благодушно кивнул Гость.

— Во-вторых, — портье бросил взгляд на пепельницу, в которой покоилось уже порядочное количество окурков, — сигареты…

— «Benson&Hedges», — почему-то ляпнул Андрей, по непонятной цепочке ассоциаций вспомнив марку сигарет, которые и пробовал-то пару раз в жизни.

— О, конечно, никаких проблем! — отозвался Джон, — В-третьих, развлечения. Об этом можно говорить бесконечно. Многое Вы узнаете из Вашего персонального компьютера, который полагается обладателю Золотой карты, и за которым я немедленно отправлю курьера. Кстати, там же Вы найдёте упомянутый мною каталог одежды и прочих предметов, которые по Вашему распоряжению быстро доставят прямо в номер… Я готов рассказывать и дальше, но сначала обед? Прекрасно!..

— Идиотизм какой-то! — резюмировал Андрей, когда дверь за портье захлопнулась, — Но забавно…

* * *

Не прошло и получаса, а портье торжественно вносил в номер огромный поднос, накрытый изящным полотенцем.

— Приятного аппетита, Господин Андрей! — произнёс Джон, установив поднос на небольшом круглом столе посередине гостиной и наливая пиво из странного цилиндрического сосуда в кружку из тонкого, идеально прозрачного стекла. — Что-нибудь ещё?

— Компьютер?

— Ваш Персональный компьютер прибудет с курьером через несколько минут. Могу я поинтересоваться Вашими планами на сегодня?

— Ну-у-у… — неопределённо потянул Андрей, с удовольствием глотнув холодного, изумительно вкусного пива и цепляя вилкой внушительного размера очищенную креветку, — Пожалуй, в ближайшее время я буду наслаждаться едой, она того стоит (при этих словах портье просиял), и затем изучать содержимое компьютера.

— Прекрасно-прекрасно, — закивал Джон, — Если в ближайшее время Вы не собираетесь покидать отель, хочу сообщить, что у нас проживают весьма милые женщины, которые наверняка будут рады разнообразить досуг такого приятного и представительного мужчины, когда он утомится делами. В номере напротив, например, проживает в высшей степени соблазнительная барышня.

— Напротив? — Андрей тут же вспомнил юную смазливую мордашку. — Но ей, по-моему, нет и восемнадцати?

— Смею уверить, что Вы ошибаетесь, Господин. У нас проживают только совершеннолетние. Ваша соседка наверняка опытна в амурных делах, хотя и очень молода на вид. Впрочем, не исключено, что ещё несколько месяцев назад она выглядела иначе.

— Пластика?! — мужчина так удивился, что даже отложил в сторону вилку, — Юное личико, а всё остальное…

— Такое же юное, можете не сомневаться. Наши биокорректоры творят чудеса!

— Биокорректоры?

— Специалисты по омоложению, изменению внешности, коррекции лица, тела, организма в целом. Они — профессионалы в своём деле, в чём Вы можете убедиться на примере Вашей соседки напротив. Однако, если Вам нравятся женщины другого типа, я могу порекомендовать…

— Постойте! Вы хотите сказать, что в гостинице живут девушки лёгкого поведения?

— Ни в коем случае, Господин! В двухстах метрах от нашего отеля есть заведение, где можно найти женщину на любой вкус и уединиться с ней там, либо пригласить её к себе. Но в нашей гостинице такие не проживают! Я говорил только о том, что несколько вполне приличных обитательниц нашего отеля наверняка будут рады знакомству с только что появившемся Гостем. Они, разумеется, не предложат Вам близкие отношения сами, — скромно улыбнулся Джон, — Но если Господин прикажет, вряд ли они устоят…

— Я подумаю и непременно позвоню, если у меня появятся вопросы.

— Конечно, Господин! Ещё раз, приятного аппетита…

* * *

Андрей быстро насытился и просто попивал пиво, иногда поддевая вилкой очередного, прекрасно приготовленного морского гада. Потом он закурил и с удовлетворением потянулся. Вкус табака показался ему необычайно приятным, и мужчина с удивлением обнаружил рядом открытую золотистую пачку «Benson&Hedges». Повернув голову, он обнаружил упаковку таких же сигарет на письменно столе. «Когда это Джон успел их принести и открыть? Я и не заметил», — подумал Андрей.

Удовлетворённый желудочно, организм начал выдавать определённые сигналы мозгу, и мысли стали приходить уклончивые: с уклоном в сторону обитательниц отеля. Андрей почувствовал абстрактное пока возбуждение, которое последние месяцы посещало его не часто, что не могло ни тревожить мужчину. «Вот так так… Значит, и это Хароныч знал! И никаких врачей мне, похоже, не надо.» На радостях Андрей налил себе ещё бокал пива… Вспомнив милое личико соседки напротив, мужчина почувствовал, что возбуждение приобрело конкретные очертания и усилилось, и решил не игнорировать рекомендации Джона. В эту минуту в дверь вежливо постучали.

— Господин Андрей? Ваш Персональный компьютер! — торжественно провозгласил благообразный юноша в форменной куртке курьерской службы. — Будьте любезны поднести сюда Вашу Золотую Карту.

Андрей прислонил карту к такому же устройству, которое он видел у портье. Раздался мелодичный звук. Курьер поклонился и, пожелав Гостю всего наилучшего, удалился прочь. Закрыв за ним дверь, Андрей направился к дивану, держа в руках доставленный ему шикарный кожаный портфель и сгорая от любопытства. В портфеле он обнаружил весьма современный, тонкий и лёгкий ноутбук неизвестной ему фирмы-производителя и, в отдельном кармане, такое же устройство, как у портье и курьера.

Как только мужчина открыл ноутбук, монитор загорелся ровным серо-синим светом. На экране появилась надпись:

«Здравствуйте! Для идентификации личности и инициализации программного обеспечения нажмите, пожалуйста, красную кнопку и не отпускайте её в течение 5 секунд».

Искомая кнопка располагалась выше клавиатуры по центру, Андрей нажал на неё без раздумий. Спустя пять секунд на экране появилась следующая надпись:

«Подождите, пожалуйста. Идёт обработка данных и подготовка компьютера к первому запуску. Процесс займёт несколько минут».

Мужчина покуривал, то и дело поглядывая на монитор. Ноутбук жил своей жизнью, устанавливая и запуская программы, о назначении которых оставалось только догадываться. Андрей докурил сигарету почти до фильтра, когда монитор высветил золотую эмблему «Bank Last Credit» и приветствие: «С прибытием, Господин Андрей! Я — Ваш Персональный Компьютер, готов к работе. Для просмотра и корректировки личных данных вставьте Вашу Золотую Карту в приёмное гнездо эмблемой вверх и нажмите красную кнопку».

После проделанных манипуляций компьютер слегка задумался и выдал на экран монитора раздел «Личные данные владельца» с фотографией. Андрей изумлённо откинулся на спинку дивана и принялся изучать собственные персональные данные, некоторые из которых заставили его удивиться. Например, следующие строки:

«Температура тела в текущий момент — 36,7 С. Давление — 128/77. Пульс — 88 ударов в минуту».

Были здесь и непонятные сведения, типа «биомодификация — ноль». Значился и его нынешний титул: «Официальный и правомочный обладатель Золотой Карты в статусе Гостя». Была даже такая строчка:

«Время прибытия — 31.01.1991 Земли, 00 часов 00 минут по Гринвичу»…

«Вот оно как! Значит, тридцатого вечером я пил коньяк с Харонычем, а ночью оказался здесь, и как — не помню… Бред полнейший!» — Андрей недоумевал и, со всё возрастающим любопытством, продолжал впитывать поступающую информацию…

«Текущее время 14 часов 15 минут 15.01 216-го года правления Княгини»…

Компьютер оказался весьма прост в управлении, податлив и дружелюбен. Мужчина узнавал всё новые и новые подробности о месте, в которое попал. Иногда информация была важной и полезной, иногда пустой и даже глупой с его точки зрения. К большому сожалению, ему не удалось найти карту или схему местности, но и без неё он понял, что оказался в городе с хорошо организованной инфраструктурой… Так продолжалось более двух часов, в течение которых Андрей только пару раз отвлёкся от ноутбука — прикурить сигарету. Его любопытство только разгоралось, но вместе с тем, он был уже в полном замешательстве от прочитанного. Следовало остановиться. Мужчина с сомнением оторвал взгляд от монитора и встал с дивана, чтобы налить в кружку последние капли пива из цилиндрического сосуда, оказавшегося чем-то вроде термоса. Во всяком случае, пиво по-прежнему было холодным и свежайшим. Андрей сделал глоток, и собрался было начать спокойно анализировать полученную информацию, хотя бы в первом приближении. Но тут его внимание привлёк странный звук, будто кто-то скрёбся во входную дверь. «Кого ещё чёрт принёс?» — раздражённо пробормотал мужчина, направляясь в прихожую.

За дверью, переминаясь с ноги на ногу, с виноватой улыбкой на лице стояла соседка из номера, напротив. Андрей склонил голову на бок и молча уставился на посетительницу тяжёлым взглядом.

— Господин Андрей… — пролепетала она высоким приятным голоском.

— Разве мы знакомы? — Обладатель Золотой Карты успешно входил в роль дорогого Гостя, и это ему нравилось. Впрочем, сказать, что, убедившись в возможностях заветной Золотой кредитки, мужчина стал уверенным в себе, было бы преувеличением. Он по-прежнему плохо понимал, как следует себя вести с местными жителями.

— Я Вам неприятна? — уже чуть слышно произнесла юная на вид особа, опустив глаза в пол. Желание Андрея загорелось с новой силой, но он хотел быть хозяином положения, а значит, торопиться не следовало. Выдержав паузу, он коротко произнёс:

— Заходи.

Соседка с готовностью, пожалуй, даже с радостью юркнула в полуоткрытую дверь. Андрей нарочито медленно прошёл от двери к дивану, сел и уставился на девушку, которая неприкаянно топталась посреди комнаты. Перехватив восхищённый взгляд посетительницы, он закрыл ноутбук с логотипом Золотой Карты на крышке и убрал его в портфель. На первый взгляд соседка произвела впечатление недавно созревшей девушки лет семнадцати-восемнадцати, при внимательном же рассмотрении можно было догадаться, что она на несколько лет старше, но это, как ни странно, только усиливало производимый на мужчину эффект. Миниатюрная, но не худосочная, со стройными ножками, для визита к новому соседу она надела короткую тёмно-коричневую кожаную юбку и облегающий тело тонкий свитер чёрного цвета. Нижнее бельё девушка, по всей видимости, презирала. Прямые, шелковистые тёмно-рыжие волосы прекрасно сочетались с прохладным оттенком идеально ровной кожи лица и яркими васильковыми глазами. Карамелька, чёрт возьми!

— Ну и… — с некоторым недовольством в голосе изрёк Андрей.

— Я Ваша соседка из 13-го номера… Меня зовут Катрина, — тихо и быстро, но внятно проговорила она.

— Катька, что ли? — мужчине нравилось над ней глумиться, но не меньше хотелось немедленно завалить её прямо на изумительно мягкий ковёр гостиной.

— Ах, Господин… Мне больше нравится Катрина.

— Пусть так… Зачем ты пришла?

— Познакомиться, если Вы не против.

— Моё имя ты узнала у Джона? Так я и думал. Теперь и я знаю, как зовут тебя, так? Считай, что знакомство состоялось.

— Ах, Господин Андрей, — произнесла девушка почти шёпотом, — Я Вам ни капельки не нравлюсь, правда?

— Ну, если ты уверена, что простого приветствия не достаточно, то открой бар… Ты употребляешь алкоголь?

— Коньяк, если можно.

— Ого! Мне не жалко… — с интересом взглянул на неё мужчина, — Тогда уж налей коньяку и мне.

* * *

Катрина несколько секунд выбирала определённую марку напитка, затем уверенно расправилась с пробкой, взяла две пузатые коньячные рюмки. Андрею она налила почти половину, а себе не более четверти.

— Ваш бокал, Господин! Может быть что-нибудь к коньяку? — сказала девушка, подавая мужчине сосуд. Рука её немного подрагивала. «Вот бестия!» — растерялся Андрей.

— Может быть, — произнёс он вслух, долго держать такую красотку стоящей посредине гостиной ему не позволяло воспитание, — Присаживайся, коли пришла!

— Спасибо! — поблагодарила Катрина и, проследив, как хозяин номера поднимается с дивана, достаёт из бара плитку шоколада и присаживается за стол, тоже выдвинула стул и уселась к столу сбоку, демонстрируя свои стройные ножки, закинутые одна на другую… В соседке удивительным образом сочетались неуверенность поведения и желание выставлять напоказ свои прелести.

— За знакомство! — произнёс Андрей и, коснувшись своим бокалом бокала девушки, сделал большой глоток. Когда с удовольствием выпила и она, он спросил: — Кто ты, Катя?

— Ваша соседка из тринадцатого номера, Господин! — как зачарованная повторила девушка, но увидев, как хмурится лицо Андрея, пояснила, — Извините, я просто волнуюсь, правда…

— Отчего же? — немедленно улыбнулся мужчина.

— Когда Вы выглянули из своей двери, я посмотрела на Вас и… растерялась, — опустила глаза Катрина, — А теперь, вот, напросилась к Вам в номер, веду себя, как дурочка… Вы же недавно прибыли, устали наверное, а я знакомиться пришла… Мне уйти, Господин Андрей?

— Сиди уж… — добродушно ответил он и взял девушку за руку, от чего она ощутимо вздрогнула, — Почему же ты растерялась, Катрина?

— Почему? — задумавшись, Катя охватила кисть руки Андрея тонкими пальчиками и после этого прикосновения сделалась ещё более удивлённой, — Вы не такой, как другие… Правда! Я сразу это поняла, как увидела… А теперь тем более… Откуда Вы прибыли?

— Издалека, — неопределённо ответил мужчина.

— Я так и думала, — казалось, ответ Гостя вполне удовлетворил её, — Тем более, Вам нужно отдохнуть…

— Ты хочешь уйти?

— Нет! — ахнула девушка и провела рукой по своему гладкому лбу, — Ах, извините меня, Господин Андрей! Я запуталась и, вероятно, совсем запутала Вас… Но если можно, я останусь.

— Катя, скажи мне прямо, — мягко произнёс мужчина, — Ты хочешь заработать?

— Так Вы подумали, что я шлюха? — неожиданно мягко улыбнулась Катрина, — Нет, Господин… Девушек из борделя на выбор Вы можете заказать по телефону… А я… просто никогда раньше не встречала таких мужчин.

— Я не похож на местных, да? — попытался разобраться Андрей, — Но разве мало здесь останавливается приезжих, Катя?

— Мало… Гости у нас — редкость.

— Вот как? — страшно удивился он и задумался, — Какая разница, в конце концов… Если ты считаешь, что мне следует отдохнуть, давай отдохнём вдвоём…

— Правда?.. И… Мне раздеться? — неожиданно ломающимся голосом выговорила Катрина, и словно бы сама испугалась сказанного.

«Если она актриса, то замечательная. Мимика, жесты, полутона, мягкое прощупывание партнёра, контроль над ситуацией… Класс! Но если это — её естественное поведение, то я уже и не знаю…» — думал Андрей, взяв паузу в очередной раз, вместо того, чтобы уступив наступающему по всем фронтам желанию, сразу крикнуть «да». Он медленно взял сигарету, медленно закурил, оценивающе поглядывая на застывшую с рюмкой в руке девушку…

— Подожди немного… — ему вдруг решительно расхотелось изображать из себя сорокалетнего мачо, — Я как-то не ожидал подобного визита и… немного смущён…

— Вы?.. Я смутила Вас?! — изумилась Катрина и, вероятно, чтобы занять чем-то руки, взяла в них бутылку коньяка, наполнила бокал Андрея и налила себе ещё несколько капель, — Посмотрите, это я сама не своя от смущения… Просто не гоните меня…

— Никто тебя не гонит, милая!

— Милая? — удивлённо произнесла Катя, во все глаза глядя на мужчину, вернувшегося с бокалом на кожаный диван и жестом приглашающего её присесть рядом, — Я, и в правду, Вам мила?

— Ты очень хорошенькая… — кивнул Андрей, обнимая присевшую рядом девушку за талию и тепло улыбаясь, — Просто не привык я, что молоденькие и хорошенькие девушки с ходу вешаются мне на шею.

— Привыкайте, Господин! — очаровательно улыбнулась Катрина, обвила мужчину своими изящными ручками и мягко поцеловала его в щёку, — Я первая, к счастью… Но далеко не последняя, вот увидите!

— В самом деле? А Джон говорил, что в отеле проживают исключительно порядочные женщины, которые будут рады милому общению, но чтобы сами… Ни-ни!

— Ах, простите меня, Господин, я позволила себе лишнее, это правда, — опустила глаза девушка, но вдруг почувствовала, как рука мужчины скользнула по её коже под свитером и коснулась груди. Катрина сильно вздрогнула и прошептала: — Я теряю голову…

— Готов тебе поверить, — тихо проговорил Андрей, снимая с неё свитер, — Я, вообще, очень доверчивый…

— И я… — эхом ответила девушка, — Можно, я доверюсь Вам?

Катрина сидела на диване, скромно сжав ножки и прикрывая рукой обнажённую грудь. Андрей глотнул коньяка, протянул свободную руку и провёл ладонью по телу девушки от шеи по плечу, руке и остановился на груди, оказавшейся немного большей, чем он предполагал. Катя сдавленно охнула. Её кожа оказалась прохладной и атласно-гладкой, а грудь упругой и чувствительной. «Если это — работа пластических хирургов, то они здесь — просто кудесники», — решил мужчина.

— Ещё раз за знакомство, Господин? — взяв с пола свой бокал, промолвила гостья нервным шёпотом, подняв на него ясный доверчивый взгляд, полный нерешительности.

— Да, детка, за знакомство! — Андрей со звоном коснулся бокала Кати и залпом выпил коньяк. Девушка, не отрывая от Андрея глаз, сделала то же самое и замерла в ожидании. Господин держал паузу…

— Вы меня поцелуете? — пролепетала Катрина, и тогда Андрей отставив пустой бокал, и, взяв девушку за затылок, привлёк её губы к своим. Поцелуй Катрины был нежным и сахарным. Она, едва касаясь, обняла его, он же дал волю своим рукам, трогая её прохладное, гладкое, содрогающееся от его ласк тело. Девушка возбудилась, не меньше Андрея, но не проявляла никакой инициативы, всякий раз дожидаясь воли мужчины. Он сидел на диване уже раздетый выше пояса, а она покрывала нежными поцелуями его шею, плечи и грудь…

— Налей нам ещё коньячку, Катя, — сказал Андрей, и когда она наполнила бокалы, добавил: — И разденься совсем.

— Прямо здесь? — смущённо произнесла она.

— Прямо здесь! — подтвердил он, наблюдая, как девушка, потупив взгляд, снимает с себя юбку. Глазам возбуждённого мужчины открылся идеально гладкий лобок, без каких либо следов растительности. Впрочем, она тут же прикрыла его ладонями. Андрей ещё некоторое время рассматривал нагую и, кажется, зардевшуюся Катрину, а затем тихо произнёс: — Иди ко мне, маленькая…

— Я не маленькая… Но это теперь всё равно…

* * *

— Как же это удивительно хорошо получилось, мой Господин! — выдохнула девушка и легко прижалась к нему сбоку, сидя голышом рядом всё на том же диване гостиной после безумных минут, сжатых в один сладкий миг, — Чувствовала, что так будет, но… даже не верится… Я не разочаровала Вас?

— Конечно нет, Катя, ты чудесная! — искренне проговорил Андрей в ответ. Её лицо осветилось нежной улыбкой, а он продолжил: — Но сейчас мне необходима… пауза…

— А мне пора уходить? — грустно отозвалась Катрина, одарив Андрея ясным взором васильковых глаз.

— Если хочешь, можешь остаться, — легко засмеялся мужчина… Андрей отдавал себе отчёт, что такого горячего и безрассудного секса у него не было лет десять. Жизненный опыт подсказывал мужчине, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке, но думать об этом сейчас не хотелось… Если честно, то думать не хотелось вообще.

— Правда? Спасибо, мой Господин! Очень хочу остаться с Вами! — девушка прильнула щекой к его плечу и обняла его двумя руками…

* * *

Следующие полчаса, пока обездвиженный и обезмысленный Андрей, приходя в себя, полулежал на диване, Катрина наводила порядок. Она успела убрать со стола остатки обеда, сбегать в свой номер, принять душ и вернуться в умопомрачительном полупрозрачном платье. Нижнего белья под ним не было и в помине, Андрей даже приподнялся на диване, не в силах оторвать взгляд от девушки, и поражался, как она опять его возбудила. Катя же, то и дело одаряя его лучезарной улыбкой, организовала ароматный кофе с роскошным сырным ассорти. Когда после кофе Андрей собрался в душ, она уговорила его воспользоваться её услугами мойщицы. В дверях ванной он обнял девушку через её сексуальное платье, но она ловко извернулась и, смеясь, предложила принять сначала водные процедуры…

* * *

Проснувшись утром, но ещё не открывая глаз, Андрей нащупал рукой гладкое голое женское бедро. Повернувшись навстречу девушке и обняв её, он поднял веки, увидел милое улыбающееся личико и только после этого поверил, что вчерашний день ему не приснился.

— Как Вам спалось, Господин? — произнесла Катрина.

— Превосходно! А ты выспалась?

— Конечно. Замечательно выспалась, правда!

Слушая её щебетание, Андрей поглаживал прохладную спину Катрины. «Интересно, она всегда такая прохладная? Нет, это даже приятно, но странно… Что бы мне такое с тобою вытворить сегодня?» — раздумывал он, и вдруг понял, что и она говорит об этом.

— … Вы только скажите, я готова выполнить любое Ваше желание…

— Так уж и любое?

— Постараюсь… — Катрина покраснела, теперь Андрей это видел ясно, и нежно прижалась к нему.

— А я подумаю… Может у тебя есть предложения?

— Есть, Господин. Скоро принесут завтрак, и я расскажу Вам свою идею, хорошо? А пока… немножко пошалю и разбужу Вас окончательно, можно?

Андрей кивнул и немедленно ощутил нежное прикосновение прохладных ручек. Он откинулся на спину, а Катрина, приподнявшись с подушки, долго целовала его лицо, а потом нырнула под одеяло…

* * *

Завтрак оказался слишком плотным для Андрея, который облачившись в обнаруженный в шкафу малиновый махровый халат, с удовольствием пил сок и кофе, и рассматривал проголодавшуюся девушку. Она оставалась для него загадкой, разгадывать которую мужчина не спешил… Потом он курил, а Катрина объясняла ему свой замысел.

— Вам нравится, как я выгляжу, Господин? Правда?! Ах, как я рада! А если нарядить меня ученицей?

— Старшеклассницей? Тебе это, несомненно, будет к лицу. И, наверное, весьма эротично…

— О, спасибо! Я по-старше, чем выгляжу… — когда она опускала взгляд, Андрей видел перед собой виноватую скромницу. Безумно соблазнительную скромницу! — А из Вас получится замечательный строгий учитель, правда?

— Вполне возможно… Во всяком случае, идея мне нравится. У тебя есть подходящая одежда?

— Можно найти что-то более-менее подходящее… Но, Господин, Вы же можете заказать всё необходимое…

— И то верно, — Андрей достал свой ноутбук, — А ты будешь скромной школьницей или плохой девочкой?

— Как Вы захотите, Господин. Только мне кажется, что сегодня Вы предпочтёте скромницу. Я угадала?.. Хотите, я буду совсем неопытной… невинной?

— А получится? — усмехнулся он.

— Я постараюсь, — скромно потупившись, ответила Катрина.

— Почему-то не сомневаюсь, что тебе и это по плечу… — тихо засмеялся мужчина, — Но один вопрос меня, всё-таки, мучает: ты уверена, что нам не следует предохраняться?

— Что Вы имеете в виду, Господин?

— Как это что? — изумился Андрей, наблюдая её неподдельное удивление, — Разумеется, я и сам веду себя крайне легкомысленно, но ты… Молодая девушка должна задумываться о своём здоровье и… последствиях…

— Последствиях?.. — проявившаяся на гладком лбу складка выдавала тяжёлый мыслительный процесс Катрины, а её ответ огорошил мужчину, — Поняла… Уже и забыла, что Вы — Гость и… мало знаете. В Ваших краях, как я понимаю, многое происходит иначе. У нас же все женщины стерильны и, конечно, здоровы, как впрочем, и мужчины. А Ваш сок только добавляет мне здоровья и молодости…

К осознанию услышанного Андрей оказался не готов абсолютно… Следующие пару часов они выбирали и заказывали одежду, обувь и всякие мелочи. Мужчине одежда требовалась и не только для любовных игр и утех, а Катрина разошлась не на шутку. Помимо школьного платья, великое множество моделей которых обнаружилось в компьютерном каталоге, причём разных стран и народов, она выбирала бантики, туфельки, чулочки. Рассудив, что скромная старшеклассница без нижнего белья, будет выглядеть нелепо, Катрина заказала даже трусики и лифчик, правда то ли из кожи, то ли из латекса, Андрей в тонкости не вникал. Он только посмеивался и кивал, когда девушка доказывала ему необходимость всяких цепочек, пут, прочих аксессуаров и приспособлений, которыми жестокий учитель будет учить бедную скромницу уму-разуму, а потом долго и тщательно выбирала их… Заказ покупок изрядно утомил Андрея. Он собрался было выпить ещё чашечку кофе, но тут раздался телефонный звонок.

— Господин Андрей? Вас беспокоит управляющий отеля. Меня зовут Фёдор. Могу я поговорить с Вами?

— Здравствуйте! О чём разговор?

— Хотелось бы выслушать Ваши пожелания о Золотом номере, который мы для Вас готовим. Да и вообще, у Вас, должно быть, есть планы, требования, желания, которые я охотно выслушаю в подходящее для Вас время.

— Видимо, удобнее мне зайти к Вам, чем обсуждать всё это по телефону? — предположил Андрей.

— Несомненно, это — лучший вариант. Назовите время, когда за Вами зайдёт портье и проводит ко мне.

— Думаю, откладывать не стоит. Я буду готов через четверть часа.

* * *

Оставив увлёкшуюся своими идеями Катрину в номере дожидаться курьера с заказом, Андрей отправился знакомиться с управляющим гостиницей. Тот оказался приятным, несколько тучным мужчиной средних лет. Вёл он себя предельно вежливо и предупредительно, хотя и было понятно, что его статус несоизмеримо выше, знакомых уже новоявленному Гостю портье. Заселяться в какой-то там Золотой номер, Андрею вовсе не хотелось. Однако стоило ему об этом заикнуться, как Фёдор страшно расстроился и заявил, что престиж его отеля напрямую зависит от того, как живёт здесь столь дорогой Гость, Владелец Золотой Карты. Андрею пришлось смириться. К счастью, управляющий сам предлагал варианты обустройства Золотого номера, иначе у Гостя просто бы расплавились мозги, ибо помещение под апартаменты отводилось не маленькое. Если откровенно, он так и не смог понять, каких масштабов переделку внутри отеля затеял управляющий, и зачем это нужно. Фёдор, однако, уверил, что к концу послезавтрашнего дня всё будет готово. Совсем ошеломило Андрея сообщение, что ему положено иметь в Золотом номере персональную служанку и личного секретаря, коих управляющий тут же предложил выбрать по каталогу кандидатов на вакансии.

— Но людей следует нанимать, знакомясь с ними лично, — растерянно возразил Андрей, раздумывая над тем, что толковая секретарша, способная помочь в его поисках, ещё пригодилась бы, а вот служанка — это явный перебор.

— О, не беспокойтесь, Господин! Если кто-то не подойдёт Вам, Вы сможете произвести замену в любую минуту. Меняйте их хоть каждый день, пока не подберёте подходящих…

С некоторым неудовольствием, Андрей начал просматривать кандидатов и, если миловидную секретаршу с умными глазами он присмотрел довольно быстро, то в списке служанок-горничных ткнул пальцем в более-менее приемлемую. Разговор затянулся, и многие немаловажные вопросы он решил оставить на потом, выслушав уверения Фёдора, что тот готов помочь ему в любое время суток. Огорчила Андрея неясность с тем, кто именно сообщил в отель о прибытии Гостя. Управляющий развёл руками и сказал только, что ему позвонил человек из Дворца. Такой ответ лишь добавил вопросов, с которыми определённо следовало повременить…

Возвращаясь в свой номер, Андрей подумал, что сейчас, когда чары соблазнительной Катрины на него не действуют, необходимо спланировать время. Иначе, он рискует сутками не вылезать из постели. Мужчина решил, что немного перекусит и отдохнёт, а затем отправится на прогулку, дабы осмотреться, куда же его занесло?

* * *

12-й номер, меж тем, превратился в купеческую лавку. По всей видимости, заказ доставили быстро, как и обещали. В гостиной повсюду лежала и весела одежда, валялись разные, нужные и не очень, предметы. Андрей хотел уже выразить Катрине своё неудовольствие, но она посмотрела на него такими ясными доверчиво-восхищёнными глазками, что мужчина смолчал. «Опять купился на внешность хорошенькой малолетки» — со вздохом подумал он. Правда, девушка быстро развесила его одежду по шкафам, свою собрала в стопку, предметы разложила по правильным, по её мнению, местам. Андрей, тем временем, откинул полотенце со стоявшего на письменном столе подноса.

— Умница, детка! — произнёс он, наливая себе пива и сооружая бутерброд.

— Ой! Я даже не успела за Вами поухаживать, — просияла соседка.

— Успеешь ещё.

— С радостью, Господин Андрей! Вещи привезли очень красивые, правда! Вы позже будете мерить? А я кое-что уже померила! — затараторила Катрина и смутилась, — Мне ещё нужно немного подготовиться, но через два часа я точно буду готова. Вы не возражаете, Господин?

— Не торопись, милая, — сказал Андрей, а девушка посмотрела на него нежно, с непонятным восхищением и некоторым сомнением, — Ближайшие несколько часов я буду занят, так что готовься не спеша.

— Хорошо, Господин. Позовите меня, когда захотите. Я буду ждать… Очень!

— О, я не намерен тянуть с воспитанием своей ученицы, и боюсь, ей не поздоровиться, — улыбнулся Андрей, а Катрина весело засмеялась и закивала, — Иди, готовься, Катя… Кстати, что я тебе должен?

— Должны? Ну, что Вы, Господин, я же не девушка по вызову, правда!.. Если только… — Катя вынула из сумочки приборчик, который имелся здесь, видимо, у каждого (УСУ — Универсальное Считывающее Устройство или просто УС, как теперь знал Андрей), — Коснитесь своей Золотой Картой или пальцем.

— Просто пальцем?.. И что произойдёт? — шутливо спросил он, удивляясь, что так и не разгадал личность своей соседки.

— Ну-у-у… — в тон ему продолжила Катрина, — Во-первых, пройдёт подтверждение, что заказ доставлен курьером адресату, а не какой-то девушке, укравшей Золотую Карту у Гостя и сидящей в его номере.

— Понятно. А во-вторых?

— А во-вторых… — с запинкой произнесла она, — Пройдёт информация, что я теперь… Ваша девушка. Вы же не против, правда?

— Моя девушка? Как у вас всё запутано… Это обязательно?.. Нет? — немного растерялся Андрей, наблюдая за реакцией Катрины, — Но, это важно для тебя, Катя? Да?! Ну, хорошо… Я совсем не против.

Глава 3

Прогулка

«Город, который не чувствует боли

и не щадит никого.

… я твой пьяный ребёнок,

Но я тобою рождён и с тобою помру.»

И.И. Сукачёв

Надо сказать, что Андрей совершенно потерялся во времени. Наручных часов у него не было, мобильник показывал 21:15. Однако за окном было значительно светлее, чем пару часов назад. Это было странно и любопытно, но на данный момент не принципиально. «Пора прогуляться», — подумал мужчина и примерил некоторые шмотки, из тех, что пришли с курьером. Всё оказалось удобным, качественным, а главное, впору. Даже кроссовки странной фирмы «youdidas» оказались вовсе не дешёвкой, сидели на ноге как влитые, ступалось в них мягко и комфортно. Интересно, какая погода на улице? Через окно Андрей разглядел только внутренний дворик, серые дома и часть светящейся вывески ресторана, надо полагать. Сухо, снег не лежит, и то хорошо.

Выходя из отеля, Андрей остановил жестом руки метнувшегося к нему портье. Сегодня дежурил не Джон, а второй, который провожал его к управляющему, мордастый такой, Билл. «Интересно, у всех портье такие имена?». Впрочем, не это сейчас разжигало любопытство мужчины. Куда же он всё-таки попал? Где находится так неожиданно встретившая его гостиница, в которой Андрей оказался совершенно непонятным, невообразимым образом? Выйдя через две пары дверей наружу, пройдя под аркой, мужчина оказался на двухполосной улице. Оглядевшись по сторонам он понял, что попал в город и, город, на первый взгляд, совсем не маленький и основательный… Рядом стояла легковушка-такси незнакомой ему марки. Однако Андрей решил прогуляться пешком и, свернул влево. «Ох, чуть не забыл посмотреть название гостиницы, — шлёпнул он себя по лбу, оглянулся и прочитал вывеску: «Отель «Силикон». К-хе… Забавное название». Улица вывела его на площадь, где она пересекалась с дорогой, напоминающей бульвар. Сомнения вызвало то, что на этом бульваре не было видно ни единого живого деревца. Вообще, никакой растительности вокруг не обнаруживалось. Вот тебе и курорт!.. Андрей ещё раз свернул налево, чтобы потом не путаться. Он шёл по бульвару и внимательно изучал окрестности… Не отличавшиеся повышенной многоэтажностью, но массивные, с высокими перекрытиями, каменные дома со странно закруглёнными фасадами, серый асфальт, посредине бульвара какие-то сады, но тоже из камня… Возникало ощущение, что Гость прогуливается по некоему грандиозному каменному монументу, только к чему этот памятник? Мужчина поймал себя на мысли, что было в этом мемориале что-то ему знакомое… Людей и автомобилей на улицах оказалось слишком мало для большого города, словно появлялись они откуда-то из тени по неведомой необходимости и растворялись в полумраке, где их не могли найти неяркие, желтоватые огни уличных фонарей. Погода тоже стояла странная. Полный штиль, ни тепло и ни холодно… Ощущение, что если надеть шубу или раздеться донага, ощущение нейтральности воздуха вокруг не изменится, ни теплее, ни холоднее не станет. Для пробы Андрей снял замшевый пиджак из своего нового гардероба — точно, холоднее не стало. Непонятным осталось и время суток, пока он не свернул с бульвара, опять налево, и не застыл в изумлении. Прямо над улицей, неправдоподобно громадная, висела луна, заливая своим холодным светом всё вокруг. Помимо своих фантастических размеров она поражала своей близостью, в мельчайших подробностях рассмотреть рисунок на её поверхности ничего не стоило даже невооружённым глазом. И рисунок был какой-то… незнакомый.

Понемногу отойдя от изумления и закурив, Андрей огляделся. Однозначно, это место ему знакомо. Где-то он всё это видел, может быть на картине, а может и… То, что он созерцал сейчас казалось каким-то искажением иного, почти узнаваемого. Что и не удивительно, при таком фантастическом освещении! Но в лунном ли свете только было дело? Андрей решил, что пора успокоиться, отбросить эмоции и осмотреться с полным вниманием. Он повернулся спиной к луне, прошёл несколько метров и уселся на кстати подвернувшуюся каменную тумбу, очевидно, являвшуюся частью уличного ограждения. Перед ним открылся вид на сложную дорожную развязку. Автомобильное движение оставалось минимальным, людей по-прежнему обнаруживалось мало и они, словно сговорились не привлекать к себе внимание. Только странный свет луны или оптический обман рисовали на асфальте и стенах домов витиеватые тени, которых казалось в разы больше, чем самих людей. Стараясь меньше удивляться, но внимательнее наблюдать, мужчина заметил странные фигуры в серых плащах с накинутыми на головы капюшонами. Андрей насчитал пять таких фигур, что поодиночке стояли на перекрёстках, почти не двигаясь. Стражи порядка? В облике стражей виделось что-то непривычное, что напрочь отбивало желание Гостя подойти и расспросить их о местных достопримечательностях… Вправо и влево уходил всё тот же каменный бульвар, откуда он свернул пять минут назад. Прямо перед Андреем начинался широкий проспект, на пересечении с которым, бульвар прятался в небольшой тоннель. На проспект смотреть не хотелось абсолютно, при всей его грандиозности и внушительности выстроенных, как под копирку, коробок серых зданий по обе стороны от дороги. Не любил Андрей урбанистических красот, а здесь ещё и гигантоманией попахивало — каждое из зданий выросло не менее, чем на тридцать непомерно высоких этажей. Проспект логично продолжался и за спиной Андрея, но там он терял размах, и казался анахроничным отростком. А спереди, левее широкого проспекта, приятным исключением из правил гигантомании, виделось старенькое трёхэтажное здание с угловой башенкой, увенчанной куполом и колоннадой, украшавшими верхний этаж. На здании тускло светила вывеска, которую Андрей на расстоянии прочитать не смог. «Докурю и подойду ближе», — подумал он, заметив левее трёхэтажки маленькую улочку, уходящую вглубь под углом к проспекту и зовущую по ней прогуляться. Движение по транспортной развязке практически не менялось, автомобили ехали без затруднений, не говоря уже о заторах. В основном это были легковые машины такси и тонированные пассажирские и грузовые микроавтобусы, часто выкрашенные в некоем фирменном стиле и с эмблемами, среди которых Андрей узнал и, запомнившийся ему при обработке заказа в отель, знак курьерской службы. Не все, но многие автомобили оказались хорошо известных мужчине марок производителей. Людей на улице становилось всё меньше, вероятно оттого, что время приближалось к полуночи. Докурив, он поднялся с каменной тумбы, вежливо приостановил проходившего мимо мужчину средних лет и попытался заговорить с ним:

— Прошу прощения, уважаемый! — произнёс Андрей, — Я здесь гость, прибыл несколько часов назад и ничего почти не знаю…

— Гость? — удивился мужчина и посмотрел на него подозрительно, — Так бывает? Не знаю, чем Вам помочь… Здесь рестораны, отели, магазины, видео, танцевальные залы, бары и прочие увеселительные заведения для богатых… Вы богаты? Вот и развлекайтесь! А я пойду, пожалуй…

— Спасибо! — Андрей пожал плечами, глядя в спину быстро удаляющемуся негостеприимному прохожему.

Гость вздохнул и двинулся по спланированному маршруту. Подземный переход под перекрёстком показался ему чрезмерно долгим: сверху-то казалось, что всё рядом. Впрочем, мужчина уже устал удивляться странностям этого «курорта». Наверх выскочил прямо перед трёхэтажным зданием…. По спине прокатило холодком — видел он этот дом много раз! Или такой же дом? «Брага», — прочитал Андрей, а ниже: «Таверна — VIP». С трудом удерживая себя от истеричного хохота, он перечитал надпись ещё несколько раз, подавился дежурным местоимением и двинулся дальше. За углом мужчина увидел то, что уже ожидал обнаружить. Узкая улица, покрытая брусчаткой, ведущая между старенькими домами, только здесь они казались крупнее, выше, значительнее… На негнущихся ногах Андрей прошёл ещё около четырёхсот метров, чтобы уставиться на открывшееся справа красивое здание с колоннадой, и прочитать на нём — «Отель «Вахтанг»…

Обратный путь мужчина преодолел, нет, пролетел за полтора десятка минут. В голове вертелись не стыкующиеся обрывки мыслей, мозг начал закипать, ноги переступали сами по себе… Аварийный клапан сработал вовремя, мысли кончились, а в голове зазвучало на мотив омерзительного шлягера: «Ну и ладно, ну и пусть. Ну и ладно, ну и пусть». Это безобразие прекратилось, когда Андрей поймал себя на том, что уже несколько минут стоит на одном месте и в десятый раз читает — «Отель «Силикон». «Ага, я, можно сказать, дома! Отлично. «Силикон», говорите? Ну-ну… А что? Очень милое название, богатое на ассоциации. Кому — силиконовая долина, а кому силиконовые сиськи. Вот меня, например, ожидает почти силиконовая красотка, у которой я пока не нащупал ни грамма силикона. Не вижу причины, чтобы не продолжить прощупывание!» Андрей уже собрался зайти в отель, но увидев огоньки впереди, изменил решение. Расположившийся во внутреннем дворике ресторанчик назывался так же, как и гостиница — «Силикон». Андрей не стал заходить внутрь, а устроился за уличным столиком под навесом.

Заказал хорошо прожаренный бифштекс, а для начала сто грамм водки и солёный огурец. Официант изучающе, с недоверием смотрел на Андрея, пока тот не достал из внутреннего кармана пиджака свою Золотую Карту и не прислонил её к УСУ, болтавшемуся на шее официанта. Выражение лица халдея категорически переменилось, превратившись в глянцевую улыбку с бегающими глазками.

— Какую водочку прикажете, Господин!

— Московскую Особую! — выпалил Андрей, поражаясь собственной изысканности.

— Московскую Особую? — удивился официант, — Сейчас посмотрю… Всего одну минуту, Господин.

В этот момент у Андрея ожил его мобильник. На дисплее значилось подключение к оператору «You Line». Андрей автоматически набрал вызов Хароныча, на что телефон уведомил его о перегрузке линии на этом направлении. Оставалось только зло рассмеяться и выдуть залпом 100 грамм. Официант с ужасом наблюдал за процессом, а затем побежал за второй дозой. У Андрея тем временем всплыл в голове номер 200–002, который он тут же и набрал на мобильнике.

— Отель «Силикон», — раздалось в трубке.

— Билл? Это Гость из двенадцатого…

— О, Господин Андрей! Доброй ночи! Чем могу служить?

— А телефонный номер 200–001 принадлежит управляющему? — предположил звонивший.

— Нет, это номер Золотого люкса, который вот-вот будет готов для Вас. У директора — 200–003.

— А у моего нынешнего номера — 200–012?

— Совершенно верно, Господин!

— Спасибо, Билл. Пока это всё, — сказал Андрей и тут же набрал 200–013.

— Да. Я слушаю, — раздался милый женский голосок.

— Катрина? Это Андрей.

— О, мой Господин! Вы вернулись?

— Ещё нет, но скоро буду. А ты уже готова?

— Конечно, Господин! У меня было много времени… Ваша скромная ученица ждёт своего жестокого преподавателя, — в голосе девушки сквозила улыбка и, кажется, лёгкое нетерпение.

— Прекрасно, детка, подожди ещё немного. Кстати, ты не голодна?

— О нет, Господин, благодарю Вас! А можно я буду ждать в Вашем номере? Вы зайдете, и… сразу начнём. Нет?

— Да! Это хорошая идея. Жди не спеша…

Выпивая вторые 100 грамм, Андрей почувствовал, что его тянет сбросить всё своё недоумение, непонимание происходящего в омут желания, которое он испытывал к этой смазливой и добродушной девушке, которая сейчас ждала его, переодевшись в школьницу. Эта перспектива успокоила мужчину, не торопясь он расправился с отличным бифштексом, заказал кофе с рюмкой вишнёвого ликёра и закурил… В этот момент его посетила ещё одна странная мысль, и он уставился на свой мобильник. Шкала показывала полную зарядку, хотя аккумулятору пора было разрядиться. Иначе и быть не могло, поскольку зарядное устройство осталось далеко дома. Андрей сильно вздрогнул, мобильник завибрировал у него в руке, пришло сообщение.

«Здравствуй, Андрей! — писал Хароныч, — К сожалению, двустороннюю связь наладить не удаётся. Надеюсь, ты в порядке. Ничему не удивляйся, не переживай, а просто наблюдай, изучай, анализируй. В поисках я тебя не тороплю, но и забывать о них не желательно. Пусть всё идёт спокойно и планомерно. Как тебе аборигенки? Не советую себя ограничивать! До связи. Не делай резких движений».

«Красавец! — воскликнул мужчина вслух, потом глотнул кофе, вкуснейшего ликёра, снова кофе, затянулся и задумался: — Не переживай! Легко сказать, когда такое…. И что значит — не делать резких движений?»

«Наблюдать, изучать, анализировать — это правильно», — продолжал думать Андрей, заходя в холл гостиницы: «Пора покататься по городу и убедиться, что я круглый дурак».

— Билл, не знаю обращаться мне с этим к Фёдору или справишься ты? — проговорил он, подойдя к портье.

— Слушаю, Господин Андрей. В чём проблема?

— Мне понадобится автомобиль, видимо, завтра… или послезавтра, — уточнил Андрей, вспомнив о Катрине и её совсем не краткосрочном замысле.

— Такси всегда у подъезда или по телефону, Господин.

— Нет, я предпочитаю управлять машиной сам, — и, перехватив вопросительный взгляд, добавил, — В трезвом состоянии, разумеется.

— О, Господин Андрей всё понимает с полу-взгляда! — просиял портье, — Завтра же автомобиль будет здесь. В случае необходимости, Вам немедленно будет предоставлен шофёр. Какую марку Вы предпочитаете?

— А выбор велик?

— О да, Господин! Для Вас всё самое лучшее!

— Тогда… Мерседес G500, пожалуй. Чёрный.

— Как Вам будет угодно, — уважительно покивал портье, — И я бы рекомендовал Вам, Господин…

— Да, Билл, у меня есть ещё пара минут…

— Может быть, я лезу не в своё дело, но скоро будет готов Ваш Золотой номер. Так вот, возьмите себе секретаря, который хорошо водит автомобиль…

— Я тебя понял. Дельный совет…

Поднимаясь в свой 12-й номер, Андрей понял, что алкоголь таки подействовал. «Я, пожалуй, не помню и половины того, что напридумывала Катрина. Что же, будем импровизировать». Усталости он не чувствовал, по крайней мере такой, которая могла ему сейчас помешать. В нём жило нарастающее возбуждение, а закрыв изнутри дверь номера, Андрей забыл обо всём, сузив мир до размеров двух комнат.

В гостиной был выключен верхний свет, но горели настольная лампа на письменном столе, бра над кожаным диваном и торшер в углу комнаты, рядом с креслом. Катрина сидела на самом краешке кресла в свете торшера, целомудренно сжав ножки и положив руки на колени. На ней была надета школьная форма старого советского образца с белым передником. Подготовилась она, действительно, хорошо. Минимум макияжа, волосы убраны в два милых хвостика, украшенных небольшими белыми бантами, на ногах белые же подростковые туфельки и, несколько диссонирующие с типажом скромной старшеклассницы, чёрные чулки с кружевной резинкой, проглядывающей у края коротенького платья…

* * *

— Я, наверное, и правда глупая и ничего не знаю, — произнесла «школьница» по прошествии получаса игры, когда «учитель» усадил её к себе на колени… Андрей, вдруг, словно взял мысленную паузу в игровом действии и подумал о том, какая Катя разная, даже если никого не изображает, а изображая, всё равно остаётся собой. И сам он меняется… Вот и сейчас чувствует, что хмель почти ушёл, что желание преобразилось в нежность, но скоро оно загорится с новой силой. И это хорошо, и ему повезло с этой неожиданной женщиной. Вот только, кто она? Не девушка по вызову по её же собственным словам. Просто случайная соседка по отелю? Странная история…

— В сущности, никто ничего не знает, — неожиданно ляпнул Андрей, но тут же понял, что вот-вот выйдет из роли. Он легко поднял девушку на руки и понёс в спальню…

* * *

— Но как же ты это сделала?.. — изумлённо начал было Андрей, повалившись рядом с девушкой на постель, когда «первое действие» закончилось.

— Вы довольны своей ученицей, Господин Учитель? — перебила его Катрина, не давая выйти из игры, обвивая его нежными ручками и прижимаясь щекой к его волосатой груди…

Игра, придуманная Катриной, заняла большую часть ночи и, с перерывом на сон вповалку, добрую половину следующего дня. Перед обедом Андрей волевым решением объявил большой перерыв и отослал девушку в её номер, потому что знал, что стоит им пойти вдвоём в ванную комнату, любовные игры возобновятся и, всё снова пойдёт по кругу… Однако, час спустя, мужчина, собравшись хорошенько подкрепиться в ресторане, позвал с собой Катрину, которая несказанно этому обрадовалась. Просидев во дворике «Силикона» больше двух часов и насытившись даже с избытком, они возвращались в отель, когда к Андрею подошёл управляющий гостиницей Фёдор и объявил, что Золотой номер для Господина готов. Предложение переехать туда немедленно Андрей решительно отверг, сославшись на усталость, и перенёс эту тяготившую его процедуру на завтра. Однако, увидев горящие любопытством глаза Катрины, он согласился на короткий осмотр своих новых апартаментов. Оценить масштабы работы, проделанной по подготовке номера, было сложно, поскольку Андрею не довелось видеть это помещение в изначальном состоянии, тем не менее, результат его впечатлил, а девушку привёл в нескрываемый восторг. Поблагодарив Фёдора и согласовав планы на завтра, мужчина отправился в свой нынешний 12-й номер и вскоре крепко спал в обнимку с упросившей его не расставаться на ночь соседкой.

Впрочем, весь следующий день, исключая приятное и весьма чувственное пробуждение поздним утром, они провели врозь… Переезд — дело хлопотное по определению. И хотя вещей у новоиспечённого хозяина Золотого номера было откровенно мало, а все передвижения проходили в пределах одного здания, Андрея они утомили. Обживать прекрасно организованные по конфигурации, обстановке, антуражу и декору апартаменты казалось делом не хитрым, но появление там двух новых женщин изрядно нервировало мужчину. Он быстро понял, что с секретаршей не ошибся, а вот эмоциональная и слишком шумная фигуристая служанка его порядком утомила. На объяснения деталей обязанностей работниц ушло порядочно времени и, если до секретарши Эммы всё доходило быстро, то для горничной Инны потребовались дополнительные разъяснения. Андрей понял, что решительно устал от малопродуктивного разговора с хлопающей большими глазами красоткой с вечно открытым ртом, когда ему захотелось заткнуть этот рот чем-нибудь… звукоизолирующим. Мужчина страстно возжелал покинуть свой Золотой номер хотя бы на пару часов, что и сделал.

Андрей вылетел из гостиницы и с наслаждением глотнул вечернего уличного воздуха. Нельзя сказать, что он показался ему особенно свежим, и в гостинице воздух был чист, но здесь Андрей почувствовал себя свободным. А свободному и дышится свободно. «Как мало человеку надо» — подумал он, закурил и огляделся. В нескольких метрах от него стоял «Mercedes G500», Андрей нажал кнопку на брелоке, автомобиль довольно отозвался и подмигнул. В полутьме ночного двора автомобиль виделся угольно-чёрным, а салон сливочного цвета приятно пах кожей и свежестью. Андрей сел на водительское сидение, откинулся и довольно крякнул. Не спеша, с удовольствием докурив сигарету, он завёл двигатель, услышал его мягкий бархатистый басок и включил ближний свет. Дворик осветился, и в углу Андрей увидел тонкую женскую фигурку. Катрина? Девушка сидела на корточках и, кажется, плакала. Андрей моргнул несколько раз фарами, опустил стекло и высунул голову наружу.

— Катя? Ты что здесь делаешь? Садись в машину!

— Господин Андрей?! — девушка нерешительно открыла дверь, вытирая глаза свободной рукой.

— Садись, говорю! Что случилось?

— Ничего, Господин. Всё хорошо.

— У тебя на лице написано, как тебе хорошо. Говори толком.

— Вы теперь в Золотом номере, а меня туда не пустили, — сухо буркнула Катрина, пряча от Андрея глаза.

— Кто не пустил? Ерунда какая… Так ты из-за этого ревёшь?

— Я не реву, — упрямо заявила девушка и судорожно кивнула, тут же опровергая своё заявление, — У Вас теперь и секретарша, и служанка, а я… я Вам теперь не нужна!

— Перестань говорить глупости, — улыбнулся Андрей, — Поехали лучше кататься!

— Кататься? С Вами? Это Ваша машина?

— Моя. Поехали?

— Зачем Вы меня спрашиваете? Знаете же, что я соглашусь… Я Ваша девушка… или уже нет? — она, кажется, снова собралась зареветь.

— Моя, разумеется, не сомневайся и не реви. Так могу я спросить свою девушку, что ей больше по душе? Поехать кататься или, например, прогуляться пешком?

— Прогуляться? С Вами? Вдвоём? — глаза Катрины высохли окончательно, — О, мой Господин! Я хочу гулять вдвоём. С Вами! Очень хочу…

— Вот и отлично. Покатаюсь завтра, так даже лучше… Пойдём-ка гулять!

Закрыв автомобиль, Андрей взял девушку за руку и вывел её на улицу. Как и в прошлый раз, она не выглядела оживлённой, на углу одиноко стояла машина такси, малочисленные прохожие выглядели угрюмыми.

— Сегодня идём направо, — приказал он сам себе и посмотрел на Катрину, — Успокоилась? Вот и прекрасно. Возьми меня под руку.

— Как это под руку?

— Ты не знаешь, как ходят под руку? — рассмеялся Андрей и показал, — Вот так. Поняла? Ты хорошо знаешь город?

— Город? — снова не поняла Катрина.

— Ну… — удивился мужчина и принялся подбирать синоним, — Ну, эти места?

— А… Но у нас тут не город, а Княжество, Господин Андрей…

— Как в Монако? — усмехнулся он, но не получив ожидаемой реакции, стал серьёзнее и снова спросил, — Значит, вами правит Князь?

— Не Князь, а Княгиня, — с ударением на последнее слово произнесла девушка, словно разговаривала с глупым ребёнком, — Вы, и правда, ничего не знаете, Господин Андрей! Я буду Вашим экскурсоводом.

— Экскурсоводом? Можно попробовать, любопытно, что у тебя получится… Впрочем, давай лучше я буду тебя спрашивать, а ты расскажешь то, что знаешь?

— Обо всём?

— Обо всём, что мне вздумается…

— И обо мне? — совершенно как подросток, с вызовом посмотрела на мужчину его хорошенькая спутница.

— И о тебе, дурочка!

— Я не дурочка! Хотя, веду себя глупо, наверное… Называйте меня, как Вам хочется, Господин Андрей! Просто Вы мне очень понравились…. И я опять говорю лишнее, — Катрина прижалась к нему плечом и улыбнулась. Они проходили мимо здания, на котором горела вывеска — «Отель «Маньяковский». Андрей сделал над собой колоссальное усилие, чтобы не загоготать на всю улицу. Вышел короткий глухой смешок, после которого он закашлялся.

— Вы смеётесь, Господин? — изумилась девушка, — Надо мной?

— Нет, милая, — произнёс он и, отдышавшись, наблюдал, как лицо Катрины осветилось тихой улыбкой. Слово «милая» действовало на неё магически. — Название гостиницы меня позабавило…

— Да? Мне оно не кажется смешным. Но Вы, возможно, знаете больше…

— Пожалуй, в данном случае ты права, но от этого не легче. Нет, милая, всё нормально, только…

Улица закончилась, влившись под прямым углом в другую, более широкую и оживлённую. Левее перекрёстка, отсвечивая ровным тёмно-серым асфальтом, как огромная заводь, открылась площадь. Всё это Андрей заранее предполагал увидеть и не ошибся. Пусть этот пейзаж и был странным искажением той картины, которая хранилась в его памяти, но искажением узнаваемым. А вот то, что открылось его взгляду на противоположной стороне площади, заставило его застыть в полнейшем оцепенении… У дальнего края площади земля будто вздыбилась и поднималась всё выше и выше. Асфальт, сначала ровный, а затем бугристый и волнообразный поднимался метров на двадцать, где встречался со стеной старого тёмно-красного кирпича. Стена вздымалась ещё выше — огромная, даже издалека были видны исполинские кирпичи и острые кромки зубцов на её вершине. И уже совсем добил Андрея тот факт, что за этой стеной виднелись не здания, пусть и такие же гигантские, а скальная порода горы, круто уходившей ввысь и скрывавшей там свою невидимую вершину.

Андрей лицезрел этот пейзаж широко открытыми глазами, застывший и онемевший. Катрина, удивившаяся, а позже и испугавшаяся его ступора, не знала, что и делать. Она заглядывала ему в глаза, дёргала за рукав и постоянно что-то говорила, но Андрей не слышал девушку. Чувства начали возвращаться к нему через несколько минут рывками, будто кто-то включал их последовательно. Сначала ему стало холодно при том, что его пробил холодный же пот. Потом Андрей вспомнил, что у него есть руки, и эти руки немедленно принялись шарить по карманам в поисках сигарет. И только после нескольких затяжек на Андрея обрушился страшный шум, который умудрялась издавать всего одна миниатюрная девушка, тараторившая без умолку с заметными истерическими нотками в голосе.

— Что это? — деревянным голосом спросил Андрей, вытянув руку в сторону горы.

— Как что? Вулкан, — ответила Катрина, выдохнув с облегчением и моментально успокаиваясь, — С Вами всё в порядке, Господин? Вы никогда не видели Вулкана?

— Никогда, — тупо кивнул он.

— О, конечно! Вы же здесь всего несколько дней. Просто я думала, что там… ну, откуда Вы прибыли… Хотя это не важно. Пойдёмте-пойдёмте! Я Вам всё расскажу по дороге… Ох, и напугали же Вы меня, мой Господин!

Увлекаемый своей подругой направо по улице, Андрей поплёлся, едва переставляя ноги и стараясь не глядеть влево. Там оставалось громоздиться то, что было выше… Выше его понимания.

На Катрину напало многословие, и она, не останавливаясь, эмоциональной скороговоркой рассуждала о том, из каких, должно быть, странных мест прибыл Андрей. И о том, что в каждом Княжестве или городе должен быть свой Вулкан потому, что без него нельзя. Девушка абсолютно серьёзно считала, что без Вулканов и существовать-то невозможно, ибо они дают тепло и энергию. Говорила она и о том, что пройдя через площадь по диагонали, они увидели бы большие ворота, за которыми находится площадь со Дворцом Княгини. Только дальше ворот их всё равно бы не пустили Блюстители… Многое из того, что поведала девушка, Андрей понимал плохо. Это раздражало, поскольку он чувствовал, что пропускает очень важную информацию о городе… нет, о Княжестве в котором очутился неведомо как. Мало-помалу мужчина начал приходить в себя. Катрина снова взяла его под руку, так гулять ей очень понравилось. Они дошли до следующего перекрёстка, где Андрей остановился, разглядывая появившееся из-за поворота здание и его окрестности. И здесь всё было ему знакомо, но местный вариант строения выглядел излишне громоздко и странно из-за множества цветных огней и ярких пятен афиш, разглядеть которые издалека не удавалось. Над входом большими светящимися буквами было выведено: «ЛЕНИНСКАЯ ВИДЕОТЕКА». Андрея это рассмешило и разозлило одновременно.

— Твою дивизию… Видеотека!.. Но и здесь без него никак…

— Без кого? О, Господин, — тут же отозвалась Катрина, со знанием дела и, даже, с некоторой гордостью прояснившая ситуацию, — Это Центральная Видеотека, где собраны сотни тысяч видеофильмов. А Ленинской она называется потому, что собирать эту коллекцию начала, а затем открыла видеотеку знаменитая личность — Видео-Лена…

— А? Что?.. Видео-Лена? Основатель Ленинской видеотеки?! — у Андрея от смеха начались желудочные колики и заломило в затылке, а на глазах выступили слёзы, — Всё-всё… Пошли отсюда быстрее, милая!.. Ой, я не могу…

— Что случилось, мой Господин? Вам нехорошо? — снова испугалась Катрина, едва поспевая за широкой поступью Андрея.

— Всё нормально, детка! Не беспокойся… Видишь ли, — содрогаясь от нового приступа смеха продолжил он, — Я, кажется, знаю эту Лену!.. Теперь-то я понял, чьим именем назвался один большой му… мудрец…

— Вы знаете Видео-Лену, Господин? И что же тут смешного?! Я так Вам завидую! Она особенная… И Вы тоже особенный, — восклицала Катрина, но Андрей уже не слушал девушку…

Вскоре они поравнялись с появившейся по правую руку витриной магазина, где живописно располагались многочисленные камуфляжные костюмы, трусики и лифчики в милитаристском стиле, а также различные шмотки и штучки из кожи, пластика и металла. От обилия всяческих аксессуаров от погон и аксельбантов до цепей, наручников и плёток рябило в глазах.

— Если мы и дальше будем идти прямо, то выйдем на Ар… — Андрей поперхнулся, — Короче, там я уже был. Давай повернём направо…

— Здесь мне как-то тревожно, Господин! Хорошо, что я с Вами, — произнесла Катрина, когда они свернули с улицы и возвращались в отель тёмными переулками, в которых Андрей к удивлению девушки отлично ориентировался.

— Не бойся, милая, — ответил он тесно прижавшейся к нему Катрине. Мужчина вдруг остановился, развернул девушку лицом к себе, внимательно посмотрел ей в глаза, а затем прижал её к стене дома и стал целовать взасос…

— Мой Господин! Вы такой… Я так… — со стоном попыталась вымолвить Катрина, когда Андрей отпрянул. Но мужчина уже, нежно обняв за плечи, повёл её дальше. Катя обхватила его двумя руками за талию и прижалась к мужчине доверчиво и радостно.

Глава 4

Золотой номер

Проснулся Андрей в роскошной спальне своего нового, Золотого номера гостиницы, один и не в настроении. Где-то в глубине помещения слышались голоса служанок, они опять что-то не поделили. Мысль о том, что сейчас придётся с ними разбираться, добавила негатива, но решение было принято быстро. Ближайший час не сулил ничего хорошего не только хозяину номера… Андрей оделся, неслышно прошёл в кабинет, сел за стол и закурил. Служанки бранились в ванной комнате, причём секретарша спокойным тоном что-то доказывала горничной, которая вела себя весьма агрессивно. Истеричные нотки её голоса звучали особенно неприятно. Мужчина глубоко вздохнул и с грохотом уронил на пол настольную лампу.

Женщины вбежали в кабинет обе одновременно и застыли перед столом. Строго одетая, идеально причёсанная и накрашенная Эмма, а рядом Инна, явно только из-под душа, в распахнутом халате, откуда торчали большие аппетитные груди. Непрошеная искра желания проскочила по телу Андрея, но он затушил её в пепельнице вместе с окурком, и больно обжёг себе палец. «Эмма, кофе!» — гаркнул Андрей, и секретаршу ветром сдуло. А мужчина принялся планомерно орать на горничную, не выбирая слов. Инна внимала этому потоку сознания, округлив глаза, беззвучно открывая и закрывая рот, то запахивая, то наоборот, распахивая халат и демонстрируя все свои прелести. Это разъярило Андрея окончательно, и он продолжал орать до тех пор, пока служанка всё в том же полу-распахнутом халате не выкатилась из его Золотого номера, подгоняемая мужчиной.

Захлопнув за ней входную дверь, Андрей выдохнул, вернулся в кабинет, принял из рук стоявшей статуей рядом с письменным столом секретарши чашку кофе, сделал глоток, зажёг следующую сигарету и совершенно успокоился.

— Так. Теперь разберёмся с тобой, — обратился он к Эмме. Та молча кивнула и опять застыла статуей. Мужчина неторопливо сделал пару затяжек, несколько глотков кофе, а затем повернулся к секретарше вполоборота и, неожиданно даже для себя, расстегнул пуговицы на её строгом чёрном пиджачке. Навстречу ему выпрыгнули освобождённые, не такие большие, как у изгнанной горничной, но тоже не маленькие груди, красивой грушевидной формы, прикрытые тонким лифчиком, поддерживающим их снизу и едва прикрывавшим соски. Эмма ахнула, но не произнесла ни единого слова. Андрей с удовольствием провёл рукой по обнажённой части её груди, и продолжил говорить, как ни в чём не бывало: — Чем ты занималась всё это время?

— Выполняла Ваше задание, Господин! — секретарша старалась говорить спокойно, но голос дал трещину и выдал её волнение.

— Ну и как? — спросил Андрей. Накануне, перед прогулкой, он приказал Эмме собрать в местной сети информацию по ключевым словам «библиотека» и «архив».

— Слово «библиотека» встречается редко, — принялась чесать секретарша по памяти, — Несколько библиотек существовало при видеотеках, но они закрылись за ненадобностью. Последняя — в «Ленинской видеотеке» полгода назад. Слово «архив» звучит только применительно к Объединённому архиву Княгини, который находится в её Дворце. Судя по всему, ранее существовало несколько мелких архивов.

— Понятно. А ты, оказывается, не глупая девочка! — сказал Андрей. Эмма едва заметно улыбнулась и ослабила стойку. Однако стоило мужчине положить руки на её полуобнажённую грудь, как секретарша снова вытянулась «смирно», руки по швам. В этот момент зазвонил телефон, и Эмма, поймав взгляд босса, бросилась к аппарату:

— Золотой номер слушает! Да, Господин директор. Сейчас узнаю, — секретарша посмотрела на Андрея преданными глазами, — Вы можете поговорить с управляющим отеля, Господин Андрей? Да? Передаю трубку.

— Слушаю, — сухо произнёс хозяин Золотого номера.

— Господин Андрей, это Фёдор. Извините за беспокойство, у меня очень короткое дело к Вам. Правда ли, что Вы уволили служанку?

— Не уволил, а выгнал, — недовольно процедил он, Эмма заметно вздрогнула, — А что в этом удивительного?

— О нет, Господин Андрей! Никаких проблем! Я хотел предложить Вам ещё несколько кандидатур на выбор, и узнать когда их лучше привести на… просмотр… отбор?

— Пока это ни к чему. У меня есть одна кандидатура, если она не подойдёт, я обращусь к Вам за помощью. А пока, будьте любезны, пригласите её в мой номер… Вы весьма догадливы, да, именно её. Благодарю, — мужчина положил телефонную трубку и уставился на секретаршу: — Это ты вчера не пустила ко мне Катрину?

— Нет, Господин. Инна заявила ей, что Вы заняты и никаких указаний по поводу посетительниц не поступало.

— Я так и думал. Смотри, чтобы тебя не постигла участь Инны, — мстительно заявил Андрей.

— Нет, Господин! Я очень хочу остаться, Господин Андрей! — по-армейски отчеканила Эмма, то бледнея, то краснея.

— Очень? Ну-ну… А пока тебе следует встретить Катрину и привести её сюда.

— Да, Господин, — Эмма дёрнулась, остановилась и тихо спросила: — Мне можно застегнуться?

— Нет! — отрезал хозяин Золотого номера.

* * *

Через несколько минут секретарша, безуспешно пытаясь спрятать прыгающие в раскрытом пиджаке груди, ввела в кабинет Катрину. На той было надето шикарное длинное коричневое платье, туфли на высоком каблуке, волосы девушки были уложены в сногсшибательную причёску, а на хорошеньком личике играла озорная улыбка. Принцесса, не иначе.

— Здравствуйте, Господин Андрей! — звонко пропела она.

— Здравствуй, Катрина! Шикарно выглядишь! — улыбнулся мужчина и, Катя просияла, — Эмма сооруди, пожалуйста, кофе, коньяк, ну и что там ещё… Нет, не здесь. В гостиной.

Секретарша справилась с задачей быстро, Андрей с Катей сели за стол друг против друга, выпили по глотку кофе. Эмма взяла в руки бутылку коньяка и вопросительно посмотрела на босса. «Нет, — произнёс он, — Катрина справится с этим сама. А пока мы с ней беседуем, у меня будет для тебя ответственное поручение». Андрей подтолкнул Эмму в спину к двери в кабинет, там усадил за секретарский столик к стационарному компьютеру, а сам встал у неё за спиной.

— Слушай внимательно! — произнёс мужчина и наклонился к Эмме сзади, положил руки на её грудь и слегка сжал пальцами соски. Женщина напряглась и чуть слышно охнула, а он продолжил: — Тебе следует и дальше заниматься сбором информации, который ты успешно начала вчера. Ключевые слова мы немного изменим. «Библиотекарь» и «архивариус». Поняла? Хорошо. Упоминаний наверняка окажется немного, поэтому будь внимательна, важна каждая деталь. Тебе ясно?

— Да, Господин! — выдохнула Эмма.

— Прекрасно. А пиджак тебе, пожалуй, только мешает, — неожиданно произнёс Андрей, легко сорвав его с плеч окаменевшей секретарши, и оставил её почти голой выше пояса, — Вот так — хорошо. Я позову тебя, когда ты понадобишься.

Он провёл руками по её плечам, рукам, спине. Вернулся к сочным грудям, опустил руку на живот и… остановился. Женщина сидела, замерев. Тогда Андрей наклонился и поцеловал её в шею. Она обдала его жарким прерывистым дыханием, чуть повернула голову к нему и посмотрела своими затуманенными светлыми глазами, близкими-близкими, прямо в его глаза. Мужчина слегка отстранился, поднял пальцами её подбородок и крепко поцеловал в губы. Эмма затрепетала, а Андрей со словами «работай, детка», вернулся в гостиную. Там за столом, где стояли уже наполненные коньяком рюмки, его терпеливо ожидала Катрина, теперь вполне серьёзная, чего Андрей и добивался.

— Итак, Катя, у меня к тебе важный разговор… по поводу наших дальнейших отношений.

— Да? — испуганно произнесла девушка, — В них что-то не так, мой Господин?

— Почему же? Всё хорошо. И можно ничего не менять. Ты можешь время от времени приходить ко мне в гости, или я буду заходить к тебе… Но есть и другой вариант.

— Какой?! — с чувством выпалила Катрина.

— Видишь ли, я до сих пор не поинтересовался твоей работой…

— Ох, это долгая и совсем не интересная история, Господин… Видите ли, за последнее время я накопила достаточную сумму, чтобы спокойно выбирать себе занятие по нраву… Но пока не выбрала. А почему это заинтересовало Вас?

— У тебя есть возможность перебраться сюда, ко мне и…

— Жить здесь, с Вами?! — ахнула девушка, — Что я должна для этого сделать?

— Не сделать, а делать постоянно! Выполнять обязанности горничной, служанки, да и мало ли что понадобится?

— Ох, так это правда? Вы уволили ту… свою служанку?

— Детка! С каких это пор ты стала задавать так много вопросов? — с наигранной угрозой спросил Андрей.

— Простите, пожалуйста! Это всё моё дурацкое любопытство… — удручённо ответила Катрина.

— И много у тебя ещё вопросов?

— Да! Ой, простите, мой Господин, я умолкаю.

— Интересно. Меня давно никто ни о чём не спрашивает, — улыбнулся мужчина, — Может быть, дать тебе интервью, а? Хорошо, попробуем. У тебя есть пять минут. Итак, я действительно выгнал служанку. Так её во мрак, кажется, таким образом выражаются в вашем Княжестве? Следующий вопрос?

— Чем она Вам не понравилась?

— Без комментариев.

— А Вы её хотя бы попробовали?

— В каком смысле?.. — поднял брови мужчина и передёрнул плечами, — Нет… Ну и вопросы у тебя, детка!

— Нет?! С ума сойти! — страшно удивилась Катрина, — А секретаршу? У неё удивительно красивая грудь.

— Да, сиськи у Эммы замечательные… Но её я тоже, как ты выражаешься, не пробовал.

— Но почему? Это же необходимо!

— Не было времени, да и… Но почему это так уж необходимо и… весьма интересует тебя? — непонимающе пожал плечами Андрей и попробовал перевести эту тему в шутку, — Хочешь поучаствовать в процессе? Или ревнуешь?

— Простите меня, Господин, за небольшую справку. Чувствую, Вы что-то не понимаете в нашей жизни… В Княжестве интимные отношения считаются такими же естественными и необходимыми, как дыхание или питание. Когда Господин подбирает себе служанку, он интересуется различными её качествами и способностями, конечно… Но последующую интимную связь с ней оценивает прежде всего. Да-да, и не смотрите на меня, как на сумасшедшую!.. А ревность… Я, честно говоря, не очень-то и знаю, что это такое. Но когда Инна не пустила меня к Вам… В общем, предпочитаю быть рядом и всё знать, видеть, и даже участвовать, если Вы пожелаете!

— С ума сойти… Одним словом, ты готова приступить к обязанностям образцовой служанки?

— Да! Я готова немедленно стать Вашей горничной, служанкой, шофёром, сексуальной рабыней… кем прикажете! Только позвольте мне остаться рядом с Вами, — горячо произнесла Катрина.

— Вот как? Налей нам ещё по глотку, — Андрей немного опешил от горячности девушки, — Зачем тебе это? А впрочем… Выпьем и… переезжай в комнату служанки, если тебе надоело жить одной.

— О, мой Господин! Это лучшее, что могло со мной случиться! — девушка вскочила с места, подлетела к мужчине, обняла его, крепко поцеловала и… замерла, испугавшись собственного порыва.

— Как ты эмоциональна, Катюша! — улыбаясь, проговорил Андрей и сжал рукой её упругую попку. — Однако, в данных обстоятельствах, вероятно… Не знаю даже… Мне нужно выполнить какие-то формальности?

— Позвонить директору отеля, чтобы он удостоверился в Вашем решении и не доставал своими предложениями… А потом активировать моё назначение Золотой картой или просто отпечатком пальца в Вашем ноутбуке или на моём УСе. Принести Вам телефон?

— А что тянуть-то? Соедини меня с управляющим… Фёдор! Да, это я. Я взял Катрину к себе в горничные или служанки, без разницы. Конечно, всё должно быть официально. Испытательный срок? Стандартный. Месяц? Нормально, а вдруг она окажется ленивой неумехой? — засмеялся Андрей, а Катя нежно обняла его и принялась покрывать поцелуями его голову, — Да, свой нынешний номер она начнёт освобождать немедленно. Помогут перенести вещи? Прекрасно. Благодарю.

— Иди, милая, — сказал мужчина, легко поцеловав девушку в губы, — собирай вещи, всё остальное потом.

Катрина радостно выпорхнула из Золотого номера, а он выпил немного из своей рюмки и задумался. «Что я делаю? — удивлялся Андрей самому себе, — Взял на работу малознакомую рыжую девчонку вдобавок к незнакомой вовсе белокурой секретарше… И обеих с проживанием! Сдурел ты, Андрюха, вот что я тебе скажу…» Однако, ситуация успокоилась и нормализовалась, пора было заняться делом. Тут он некстати вспомнил о соблазнительных сиськах Эммы, чертыхнулся, встал и направился в кабинет. Секретарша тихо постукивала по кнопкам клавиатуры.

— Как продвигается поиск? — поинтересовался Андрей, упёршись взглядом в полуобнажённое тело Эммы, и ещё раз чертыхнулся про себя.

— Плохо, Господин, — уныло ответила секретарша, — «Библиотекарь» есть только в нескольких фильмах.

— В кино? — удивился он.

— Да, видео. Вот перечень: «Девушка и библиотекарь», «Тайная страсть библиотекаря», «Библиотекарь-1: Острое копьё», «Библиотекарь-2: Копьё страсти»…

— Стоп! — фыркнул мужчина, — Это очень занимательно, но вряд ли нам поможет. Что с «архивариусом»?

— Только упоминание о назначении нового Главного Архивариуса Объединённого архива Княгини.

— Так, с этого момента поподробнее, — насторожился Андрей, почувствовав, что эта новость явно касается его поисков.

— Увы, информация о событиях во Дворце Княгини чаще всего закрыта, — воскликнула секретарша, — Вот и здесь, нет даже имён, как нового, так и прежнего Главного Архивариуса.

— Жаль. Но хотя бы дата назначения есть?

— Дата есть — 14 декабря 215 года, около месяца назад. Я расстроила Вас, Господин?

— В общем-то, да… — кивнул Андрей, — Впрочем, я и не рассчитывал на многое. А кое-что ты всё-таки нашла.

— Я поищу ещё, Господин.

— Попробуй… Кстати, Эмма, а у тебя есть водительские права?

— Да, Господин. Я имею разрешение и уверенно управляю автомобилем, это есть в моём досье…

— Да? А я не обратил внимания, — улыбнулся мужчина, — Но это может понадобиться… Похоже, я в тебе не ошибся.

— Спасибо, Господин. Я стараюсь убедить Вас в этом.

— Старайся-старайся. Только почему ты называешь меня «Господин», а, например, не «мой Господин»?

— Ах, Господин Андрей! Я только второй день у Вас и, вероятно, ещё не заслужила право так к Вам обращаться, — тихо проговорила Эмма и опустила глаза.

— А хочешь заслужить? — заговорщицки спросил Андрей и приподнял её подбородок двумя пальцами.

— Да, — совсем тихо произнесла секретарша и одарила его открытым ясным взглядом своих больших светлых глаз с красиво подведёнными ресницами. А спустя мгновение, словно убеждая его, не отводя взгляда, подтвердила: — Хочу…

Запланированная Андреем поездка по городу, точнее по Княжеству, как он знал теперь, принесла мужчине больше загадок, чем отгадок. Суммируя увиденное и услышанное за несколько дней своего странного путешествия, Андрей пытался выстроить вменяемую картину происходящего, но получалось плохо. Так называемое Княжество — тёмная и таинственная, когда на небе игнорируя строгую периодичность оказывалась огромная и всегда полная луна, безумная карикатура на его родной город, производило на него впечатление если и курорта, то исключительно для поклонников эдакого готического секс-туризма. Почти на каждой улочке в центральной части города встречались бордели и магазинчики «для взрослых» с неизменно широким ассортиментом. Вместо центров культуры — отели. Апофеозом этой подмены оказалась Гостиничная площадь, на которой располагались Большой, Малый и… Молодёжный отели. Иногда Андрею казалось, что он просто сошёл с ума и невидимые врачи, погрузившие его в состояние гипнотического сна, производят эксперимент, испытывая его похотью. Этой самой похотью буквально пропиталось всё тёмное Княжество. Видео-залы на месте известных мужчине кинотеатров, бары и рестораны, магазины, гостиницы и секс-салоны… казалось, всё здесь подчинено единой цели — ежечасному совокуплению людей… Пейзажи, как и обещал Хароныч, оказались невероятными. Шикарные, чрезмерно громоздкие здания на некотором отдалении от центра сменялись раздражающе обветшалыми строениями и руинами, кое-где виднелись целые кварталы аккуратных коттеджей, а их сменяли производственные постройки, часто казавшиеся заброшенными. Доехал Андрей и до окраины, до кольцевой автодороги, чтобы испытать ещё один колоссальный стресс: автомобили на этой трассе практически отсутствовали по простой причине — сама дорога оказалась местами разрушена подступавшей к ней чёрной водой… Да и не водой даже, а тягучей маслянистой жидкостью. И сколько было видно глазу, за кольцевой дорогой простиралась чёрная гладь, из которой лишь кое-где выступали скелеты построенных когда-то зданий…

Чем дольше длилась «командировка», тем больше Андрей понимал, что ничего не понимает. И прежде всего он не мог расшифровать женщин, волею судьбы оказавшихся рядом с ним. Разумеется, радовала его замечательно возросшая мужская сила. Ему нравились и не приедались нескончаемые забавы с Катриной (задумки об изучении местных злачных заведений он оставил на потом). Но почему эти женщины, Катя и Эмма льнули к нему, хотели постоянно быть рядом и угождать, причём, по всей видимости, совершенно искренне?! Деньги? Разумеется, положенные суммы оплаты услуг горничной и секретарши были заранее известны мужчине, но не произвели на него никакого впечатления. Да и где женщинам было тратить деньги, если они и не думали спрашивать о выходных и отлучались из Золотого номера отеля, где жили на полном довольствии, только вместе с боссом… Личные отношения? Если к Катрине Андрей быстро и легко привык и не мучил себя частыми размышлениями на эту тему, то Эмма… Эмма производила впечатление давней и преданной ему секретарши, хотя знакомы они были крайне мало. Близкое знакомство с ней он откладывал, несмотря на регулярно возникающее желание. Возможно, ему мешало присутствие Катрины… Но в результате именно она подтолкнула Андрея к этому шагу.

— Мой Господин, Вы недовольны Эммой? — спросила рыжеволосая бестия однажды вечером, когда они втроём пили кофе в гостиной.

— С чего ты взяла? — удивился Андрей, но Катя только загадочно кивнула. Тогда он обратился к секретарше, — Ты тоже так считаешь?

— Я не знаю, Господин, — глухо ответила Эмма и покрылась пятнами.

— Ей просто неудобно об этом говорить, — беззлобно хихикнула Катрина.

— Можно я пойду к себе, Господин? — неожиданно попросила секретарша, быстро взглянув на него своими большими светло-серыми глазами, а затем странно посмотрев на служанку.

— Можно, — ответил сбитый с толку мужчина…

* * *

— Это, конечно, Ваше дело, — продолжила Катрина, когда Эмма потерянно удалилась, — Но у нас здесь, обычно, так не поступают…

— Что ты имеешь ввиду, Катя? — растерянно спросил он, — Ты снова об интиме?

— Да! Вот я Вам сразу понравилась? Ну, почти сразу, да?.. И Вы… сделали меня своей… девушкой, а теперь и… близкой, правда? Вы уделяете мне время и внимание, ласковы со мной, а я с Вами… Это хорошо?.. Вот и я считаю, что хорошо, даже очень… — девушка пересела на подлокотник его кресла и трогательно прижалась к нему, положив голову на мужское плечо, — А Эмма, выходит, Вам не нравится…

— Чепуха какая… Она прекрасная исполнительная секретарша! Я ею доволен.

— И всё? — поразилась Катрина, — Она же такая соблазнительная женщина!

— Да, она очень мила и всё такое… Тебе кажется странным, что я до сих пор её не… Не сплю с ней?

— Ещё как странно! — кивнула девушка, — Не знаю, как там у Вас… А у нас, я же говорила Вам раньше, ласковые отношения между Господином и его женщинами норма и говорят о том, что Господин доволен и… всё у них в порядке…

— И тебе, Катя, не нравится, что «ласковые отношения» у меня только с тобой? — улыбнулся Андрей.

— Только со мной? — округлила глаза Катрина, не веря услышанному, — Я очень рада, что так нравлюсь Вам, мой Господин! Я сделаю всё, чтобы Вы никогда не пожалели, что выбрали меня… Вы чудесный! Но… это очень-очень странно! И мне жаль Эмму…

— Жаль? Но почему? Ей плохо?!

— Конечно, плохо! Ей хорошо у Вас живётся, но я точно знаю, что она часто думает о том, что не подходит Господину, что не заслужила его благосклонности… Что же в этом хорошего? Вы совсем не хотите её?

— Хочу, — серьёзно и прямо ответил Андрей, не переставая удивляться этому разговору.

— Правда? Тогда позовите её!.. Не сейчас?.. Но, поверьте мне, откладывать не надо, — тоном умудрённой опытом наставницы говорила Катрина, — Хотите она завтра утром принесёт Вам кофе в постель? Да? Вот и замечательно… Я всё устрою! Как бы случайно, да?.. Она Вам очень понравится, я чувствую!

— И что тогда? — уже не сопротивлялся мужчина.

— Тогда всё у нас будет чудесно! — довольно рассмеялась девушка и поцеловала Андрея в нос.

— Видишь ли, Катя, — попытался сформулировать свою позицию мужчина, — В моём мире мало кто позволяет себе интимную близость со всеми подряд…

— Эмма — не вся подряд, — забавно парировала Катрина, — Она замечательная молодая женщина, умная и красивая… Да, что я говорю, Вы же сами выбрали её!

— Говорю же тебе: я выбрал секретаршу, и она оказалась хорошей секретаршей. Но это её работа, её заработок, в конце концов.

— Вы хотите сказать, что нежные отношения не входят в круг её должностных обязанностей?

— Я хочу сказать, — рассмеялся мужчина, — что ты гораздо умнее, чем хочешь выглядеть!

— Мой Господин, мне давно понятно, что скрывать от Вас своё истинное лицо бессмысленно, да я и не стремлюсь к этому, — улыбка у Кати получилась немного грустной, — Моя внешность может ввести в заблуждение… Но Вы, как мне кажется, понимаете, что я старше, чем выгляжу, и умнее, может быть… Это плохо?

— Это прекрасно, милая! — серьёзно ответил Андрей, — Знаешь, ты — очаровательна вне возраста, всяких там ролей… Добра и умна, как мне представляется. Я уже не представляю своё пребывание в вашем Княжестве без тебя. Возможно, это глупо, но так случилось… И это тоже нравится мне!

— Правда? — заглянула ему в глаза Катрина, воодушевлённая и какая-то просветлевшая, — Это прекрасно, а не глупо, мой Господин! С Вами можно радоваться жизни, ничего из себя не изображая. Я уже и не думала, что такое возможно… Но вернёмся к нашей Эмме. Можно мне так её называть?

— Почему нет, если ты считаешь, что она «наша»?

— Это так, мой Господин, а если Вы ещё и не будете столь упрямы… Попробую объяснить с другой стороны. С Ваших слов, кроме меня Вы не общаетесь с девушками тут, у нас. Это не укладывается в моей голове, потому что противоречит всем правилам и обычаям. В нашем Княжестве большинство женщин стремятся к близким отношениям с мужчинами. Кто-то этим зарабатывает, интимные салоны разных уровней и направлений Вы не могли не заметить… Конечно, многие женщины зарабатывают на жизнь в других сферах, но каждой из нас необходима мужская энергия и мужской сок для того, чтобы чувствовать себя в тонусе и красиво выглядеть…

— В моём мире интимная близость, помимо удовольствия, существует для создания семьи, рождения детей, — несколько растерявшийся от услышанного, Андрей попытался перевести разговор в другую плоскость, но по реакции Катрины понял, что ступил в запретную зону.

— Вот как… — девушка сделалась страшно серьёзной, — У нас здесь ничего этого нет вообще и быть не может.

— Ну и… не будем об этом, Катя! — оторопевший от неожиданности мужчина только сейчас осознал давние слова портье, уверявшего, что в отеле не бывает несовершеннолетних. В этом городе или Княжестве Андрей ни разу не видел ни одного ребёнка. Судя по всему, мужчины и женщины здесь не могли иметь детей в принципе…

— Я что-то слышала, кажется… или читала об этом, — девушка прижалась к обнявшему, словно успокаивавшему её Андрею, — Неважно… Знаю точно: и женщины, и мужчины попадают в наше Княжество взрослыми, но это совсем другая история…

— Хочешь сказать, что Эмма плохо себя чувствует без мужской энергии? — решительно вернулся к прежней теме хозяин Золотого номера, чтобы не бередить душу Катрины, — Но у такой симпатичной дамы наверняка есть с кем поддерживать «ласковые отношения». Да и ты до знакомства со мной наверняка не страдала от недостатка внимания!

— Ах, как же мне объяснить Вам такие простые вещи? — качала головой и морщила носик Катя, — У меня не было потребности в постоянном мужчине, по крайней мере из тех, с кем я знакома, а у Эммы и возможности познакомиться не велики…

— И что же у вас делают женщины, да и мужчины тоже, у которых нет такой возможности… для поддержания здоровья, так сказать?

— Идут в секс-салон, разумеется!

— И женщины тоже?! — изумился Андрей, — Как это?

— Вы ни разу не были у нас в борделях?! — поразилась девушка, — Напрасно… И уж, конечно, Вы бы знали, что у нас полно заведений и для мужчин, и для женщин, и смешанных…

— То есть для женщин там работают… мужчины лёгкого поведения?! — никак не мог прийти в себя от услышанного Андрей.

— Конечно. Вы считаете, что только женщины могут быть шлюхами? — пожала плечами Катрина, — В Ваших краях просто… неравенство какое-то…

— Постой-постой… Но если у человека нет возможностей, нет средств для того, чтобы познакомиться с обычным партнёром и… встречаться с ним постоянно… Откуда деньги на бордель?

— Извините, Господин Андрей, не знаю как там у Вас, а в нашем Княжестве услуги шлюх бесплатны! — с гордостью заявила девушка.

— Как… бесплатны?! — выпучил глаза мужчина.

— Разумеется, если Вы хотите, чтобы девушка приехала к Вам на дом или воспользоваться апартаментами повышенной комфортности, заказать особые услуги или остаться с проституткой на ночь — Вам придётся раскошелиться, — подробно и со знанием дела излагала Катрина, — Но час общения со шлюхой в борделе не стоит ни гроша.

— Твою мать!.. — воскликнул Андрей, — Извини, Катя… Но как же тогда зарабатывают проститутки и хозяева заведений? Не на доплатах клиентов же?

— На доплатах Княгини…

— Откуда ты всё это знаешь?

— У меня самой есть салон в двух шагах от нашего отеля… — выпалила девушка и отчаянно махнула рукой, — Всё-таки проболталась…

— Ты — хозяйка секс-салона?! Не понимаю… — ошалело посмотрел на неё мужчина и закурил, — Катя, ты не могла бы принести мне выпить?..

Девушка кивнула, мигом выскочила на кухню, откуда через несколько минут вернулась с запотевшим стаканом, наполненном джином и тоником…

— Да, я владею небольшим, уютным салоном в соседнем здании, — очень тихо, будто извиняясь, проговорила Катрина, — Самой мне там и делать-то ничего не надо, руководит управляющая… Но если бы Вы только захотели, все девушки…

— Катюша, ты — обеспеченная женщина, — перебил её мужчина, делая глоток напитка, — соглашаешься работать моей служанкой?!

— Так я же не из-за денег, Господин! — испуганно посмотрела на него девушка, — Просто, чтобы быть рядом, помочь, сделать приятное… Вы теперь меня уволите… прогоните?

— Я… Я не понимаю, Катя!

— Вы с самого начала… так очаровали меня, а после были добры и нежны со мной до такой степени, что… В общем, когда мой Господин предложил мне переехать к нему, я не сомневалась ни секунды. Думаете, мне не хватало средств, чтобы оплачивать номер в этой далеко не дешёвой гостинице?

— Теперь я точно знаю, что хватало, — хмыкнул Андрей и покачал головой.

— Так и есть, — кивнула девушка, — Но мне показалось глупым оставлять за собой номер, когда Вы предложили мне жить в Вашем…

— Хочешь сказать, что доверяешь мне и твои обязанности не в тягость?

— Конечно! В этом и дело. Мало того, что мне хорошо и тепло с Вами, Господин, но ещё и надёжно…

— Так доверяешь, что ничего не сказала… — вздохнул мужчина, — Всё правильно, я же Гость, приехал развлекаться, ни о чём таком не спрашивал…

— Андрей, прости меня! Ну, дурочка я у тебя, мой Господин! Не хотела болтать о себе… Всё, что было до тебя не имеет значения!

— Ты — сумасшедшая… Но видно судьба у меня такая — жить с умной, буйно помешанной женщиной, но, по сути, с глупой малолеткой…

— Так Вы не прогоняете меня, Господин?! — шумно выдохнула Катя и прижалась к Андрею всем телом.

— Куда же я от тебя денусь?..

— Правда? — глаза Катрины выражали восторг и умиление, — А Эмма?

— Что Эмма? — не понял Андрей.

— Мы же не договорили об Эмме, — улыбнулась девушка, — Вы видите, как она на Вас смотрит?

— Как?

— С уважением и… нежностью! Дрожит и краснеет, когда Вы прикасаетесь к ней…

— Эмма — скромная женщина… — попытался возразить растерянный от крутых виражей разговора мужчина, но Катя продолжала гнуть свою линию:

— Конечно, она не такая оторва, как я. Но её смущение говорит об эмоциях, которые Вы в ней вызываете! Разве она покинула Вас хоть на час с того дня, как появилась здесь? Разве выражала желание отдохнуть не здесь, в Вашем доме, а где-то ещё?

— Нет, — развёл руками Андрей.

— Вот! А, между прочим, у неё есть свой маленький номер в отеле на окраине, и она до сих пор не перевезла сюда свои вещи… Мой Господин, Вы просто не хотите, чтобы Эмма жила здесь на тех же правах, что и я? Вы подумываете о том, чтобы вскоре уволить Эмму?

— Конечно, нет! И в мыслях такого не было… — растерянно ответил мужчина, — Просто не понимал, что всё это так важно для неё и… для тебя тоже…

— Очень важно! Теперь поняли, мой Господин? — улыбнулась девушка, обняла и поцеловала его в щёку, — Вот и хорошо… Вижу, что Вы поступите правильно, по-доброму…

* * *

Наутро Катрина привычно легко, чтобы не побеспокоить Господина, выскользнула из его постели. Но Андрей этой ночью спал чутко: вечерний разговор с Катей и предстоящее утро с Эммой взволновали его. Вдруг подумалось, что секретарша чем-то похожа на его бывшую одноклассницу. Это показалось ему забавным, вроде бы ни к месту нахлынули воспоминания… Не прошло и получаса, как дверь в спальню приоткрылась, и на него глянул блестящий глазок Кати. Она убедилась, что Господин проснулся, и убежала… Через пять минут в комнату опасливо вошла секретарша, одетая в короткий жемчужного цвета халатик, с подносом в руках.

— Доброе утро, Господин Андрей! Катрина сказала, чтобы я принесла Вам кофе, Вы правда хотели этого? — с сомнением в голосе произнесла женщина.

— Правда. Доброе утро, Эмма! Присаживайся, — мягко произнёс мужчина и кивнул на край постели, — Кофейку выпьем.

— Но я взяла только одну чашку… — охнула секретарша.

— Ничего страшного, попьём из одной. Садись поудобнее, — Андрей помог женщине расположить поднос на прикроватной тумбочке, усесться поближе к себе и положил руку на её колено.

— Как из одной? — вздрогнула Эмма.

— А вот так, — Андрей сделал глоток и передал чашку секретарше, — Пей и… расскажи о себе.

— О себе? — чуть не поперхнулась Эмма, — Но я даже не знаю, что рассказывать… Вас интересует что-то определённое, Господин Андрей?

— Всё, — он сделал ещё один глоток из их общей чашки, снова передал её женщине и вернул руку на её колено, — Меня интересует всё о тебе.

— Это… так неожиданно… Спасибо, Господин!.. За что? За внимание, которое Вы уделяете моей скромной персоне, — Эмма порывисто подняла на него свои светлые глаза, оттенённые длинными ресницами, встретилась с его изучающим взором и тут же сконфужено отвела взгляд, — Рассказывать-то особенно нечего… Включили меня примерно десять месяцев назад…

— Включили?! — напрягся Андрей.

— Это местный сленг… Даже не знаю, как назвать лучше? Просто до этого момента почти ничего не помню, туман какой-то в памяти… Тут у всех так…

— Понимаю, — кивнул мужчина, — Да не крути ты в руках пустую чашку! Не знаешь, куда их деть? Давай их мне и рассказывай… хотя бы о последних месяцах.

— Да… Это, по-моему, не стоит внимания, но я расскажу, — Эмма, не отрываясь, смотрела, как Господин держит её руки в своих и перебирает длинные женские пальцы, — После короткого обучения я работала продавцом-консультантом в магазине тканей… Потом мой шеф отправил меня на секретарские курсы, а после окончания разместил моё резюме на случай появления вакансии…

— Твой шеф?

— Директор магазина…

— Он решил продвигать тебя по службе?

— Думаю, он решил от меня отделаться! — всё так же тихо, хотя и не без эмоций отвечала женщина, млея от прикосновений мужчины к своим ладоням, — Он говорил, что я слишком умная…

— Может быть, он прав? — улыбнулся Андрей, — Во всяком случае, не без его участия ты оказалась здесь.

— Да… И очень хорошо…

— В самом деле? Ты хотела стать секретарём?

— Нет… Ну… Я сомневалась… И надеялась, что мне повезёт, — Эмма снова подарила ему быстрый благодарный взгляд.

— Повезёт с достойным местом работы? Или с хорошим начальником? — Андрей улыбаясь продолжал гладить её красивые руки уже до локтя, едва прикрытого халатиком, — А может ты боялась хозяина-тирана?

— Господин, это не весело, — извиняющимся тоном произнесла женщина, — Бывают ужасные хозяева, страшные и часто пустые… холодные и бессердечные… Очень часто, насколько мне известно…

— Вот оно что, — задумался мужчина, — Ну, а я?

— Вы?! — лицо Эммы прояснилась, она даже взяла его руки в свои и нежно сжала, — Я бы хотела здесь остаться… Но если у Вас другие планы…

— Честно говоря, мне сложно судить о планах… Но твоё присутствие и твоя помощь меня радуют. А у тебя есть планы, Эмма?

— Я бы хотела остаться у Вас, — повторила она и добавила: — Насовсем.

— Насовсем… Навсегда… Это страшные слова! — неожиданно произнёс Андрей, — Ты же меня почти не знаешь.

— Может быть, и не знаю, — лицо женщины стало очень серьёзным, — Но я Вас… чувствую… Простите, Господин, я не должна так говорить…

— Говори, как есть… — так же серьёзно ответил он, — И, по-моему, тебе пора узнать меня близко…

— Вы в самом деле так думаете? Близко-близко? Сначала я думала, что это произойдёт сразу же, в первые дни, но Вы…

— Я медлил? А если у меня были на то причины? Если я присматривался к тебе? Подумай, ты же умная…

— Ох, не знаю, так ли это? — Эмма внимательно посмотрела на Андрея и положила руки на его не закрытые одеялом плечи, — Я запуталась… Мне кажется, я Вам нужна только, как секретарша, Господин… А Вам, действительно, нужны мои… чувства, эмоции… ласки?

— Нужны, девочка моя! — он увидел, как приблизившиеся к нему глаза её увлажнились, и крепко поцеловал Эмму в губы, — А ещё страшно хочу знать, насколько ты сама этого хочешь?

— Если только это правда… Очень хочу, Господин! Очень-очень… — женщина, обдавая его своим горячим учащённым дыханием, начала покрывать несмелыми поцелуями его небритые щёки, а после шею и плечи… Время от времени она поднимала глаза, словно желая убедиться, что Андрей не шутит. В какой-то момент Эмма остановилась и снова подняла глаза, в которых читался вопрос.

— Да, моя девочка! Да, — выдохнул Андрей и тут же понял, что она спрашивает о большем, и открыто посмотрел на неё, — Тебя никто не прогонит и не тронет без твоего желания… И ты нужна мне, мила мне, а значит останешься так долго, как захочешь…

— Да, — прошептала Эмма и осторожно столкнула одеяло в бок… Мужчина абсолютно расслабился и погрузился в её ласки, так не похожие на ласки Катрины. Его милая служанка Катя, хоть и выглядела юной, а порой чуть ли не невинной девочкой, умела всё! У Эммы же умения и опыта оказалось на удивление мало. Зато нежности и желания ласкать его, Андрея, вызвавшего в ней удивительно тёплые чувства, было в избытке, а горячее дыхание секретарши возбуждало его до крайности. Но торопиться не хотелось…

— Иди ко мне, девочка моя, только сними с себя всё, — тихо сказал он, Эмма вздрогнула, медленно приподнялась и, глядя мужчине в глаза, скинула с себя халатик, под которым не оказалось нижнего белья. Немедленно покрасневшая от стыда женщина стояла на коленях у подушки Андрея, замерев в ожидании. Мужчина провёл руками по её чудесно красивой груди и опустился на бёдра, — Приляг рядом…

— Да, — прошептала женщина и легла на бок рядом с повернувшимся к ней Андреем и доверчиво взглянула ему в глаза. Он прижал Эмму к себе и почувствовал, как громко и часто бьётся её сердце. Мужчина гладил ей спину, опускаясь всё ниже… Эмма лежала тихо-тихо, обнимая Андрея за талию и поминутно находя губами его лицо, а когда почувствовала его пальцы между своих ног, сильно вздрогнула, но не издала ни звука.

— Всё хорошо, девочка моя, не напрягайся… Ты красивая и… желанная, — успокоительно шепнул мужчина, плоть его скользнула по сильно увлажнившейся промежности секретарши, и оказалась внутри. Эмма тихо ахнула и задрожала, а Господин ласково, но крепко прижал её к себе… Женщина только едва слышно постанывала, не позволяя себе большего, но вскоре упоительная сладость мужских ласк накрыла её полностью. Тело секретарши сильно задрожало и выгнулось. Андрей, сжав его в своих объятьях, сделал несколько глубоких амплитудных движений… Рот женщины открылся в беззвучном крике, Эмма забилась в его объятьях и заплакала навзрыд.

— Всё хорошо, Господин… Да… Да… Всё очень хорошо… — сквозь рыдания шептала женщина в ответ на немой вопрос Господина, не в силах успокоиться. Он, не покидая её лона, уложил секретаршу на спину, дотронулся губами до мокрых щёк и вздрагивающих губ, потом до высокой гибкой шеи и, наконец, очутился между восхитительных грудей. Эмма разметала по постели свои руки, ноги, волосы и только, содрогаясь от сладости и слёз, повторяла, — Да… Да… Пожалуйста…

— Что «пожалуйста», Эммочка? — спросил Андрей, продолжая неторопливо двигаться внутри секретарши и изучать губами и языком её трепещущую грудь.

— Пожалуйста… не останавливайте себя, Господин!.. Я здесь… вся… Да… Да… — с трудом выговаривая слова, шептала женщина, прижимая руками голову мужчины к своей груди. Долго это продолжаться не могло. Глаза секретарши высохли и расширились, она глянула в него, как в бездну и, уже не сдерживаясь, громко закричала. И вслед за ней взорвал и мужчину долгий сладостный оргазм…

* * *

— Вам хорошо, Господин? — заглянула ему в глаза Эмма, когда обессиленный Андрей повалился на спину, а она, обвив его руками, пристроилась у него на плече.

— Да, девочка моя, — вздохнул он и провёл рукой по её светлым волосам, — Всё прекрасно! И будет прекрасно…

— Ах, мой Господин! — легко выдохнула женщина и поцеловала его плечо.

— О! — улыбнулся Андрей, — Наконец-то ты выговорила это!

— Да, — легко согласилась Эмма и… покраснела, — Может быть повторить… кофе?

— Повторим непременно! — засмеялся Андрей, — А кофе сейчас точно не помешает… И себе не забудь… А мне ещё сигарету.

— Вы же не курите в спальне? — улыбнулась секретарша, уже накинувшая халатик и стоящая у двери.

— Сегодня сделаю исключение из правила… Уж очень мне лень сейчас вставать…

— А Катрину позвать? — неожиданно спросила уже открывшая дверь Эмма.

— Хм… — присутствие в номере служанки совершенно вылетело у Андрея из головы и вызвало противоречивые чувства, — Позови, если хочешь… Возможно, она ещё не пила кофе…

Не прошло и десяти минут, как обе его женщины ввалились в спальню. Одетая в алое, чрезвычайно короткое обтягивающее платье Катрина несла огромный поднос с кофе и горой бутербродов. Уже успевшая принять душ свеженькая Эмма удручённо несла в руках пачку сигарет и зажигалку. С влажных волос на её жемчужный халатик и на видневшуюся из него грудь попадали капельки воды.

— Ну, уж нет! Подавать еду — моя работа, и ни к чему её у меня отбирать, — внушала секретарше служанка, — Доброе утро, мой Господин! Если я правильно поняла Эмму, Вы затеяли завтрак в постели? Прекрасно… Может быть ещё что-то? Нет? А шампанского по поводу… праздника?

— Праздника? Ну да… Именно так, — Андрей весело взглянул на своих женщин, — Шампанского и немедленно!

— А мне можно остаться? — сконфуженно спросила секретарша, когда Катрина упорхнула за вином. Эмма подала Господину сигареты и щёлкнула зажигалкой, чтобы сделать для него хоть что-нибудь ещё.

— А разве это не твой праздник? — с удовольствием затянулся Андрей и с лукавой усмешкой ответил вопросом на вопрос.

— Мой? — всё ещё не веря в изменившуюся обстановку, промолвила секретарша.

— Твой, девочка моя! Именно твой! — с чувством констатировал мужчина, — Иди ко мне…

— К Вам? Да, мой Господин! — глаза Эммы заблестели, и она забралась с ногами в изголовье постели рядом с приподнятой к спинке кровати подушкой Андрея, — А праздник наш…

— Ты снова права. Это будет наш общий праздник, — мужчина приподнялся и положил голову на грудь секретарше, она тут же обняла его одной рукой, а другой принялась гладить его по голове.

— Ого! — хитро улыбнулась вошедшая с шампанским и бокалами Катрина, — Она уже в постели! Я Вам не помешала?

— Нисколько, — улыбнулся Андрей, отбирая у служанки бутылку и открывая её с лёгким хлопком, — Присоединяйся!

— Это, в каком же смысле присоединяться, мой Господин? — фыркнула Катрина, подставляя два бокала под горлышко бутылки.

— А во всех смыслах, милая! — хохотнул мужчина, — Но сначала давай свой бокал.

— Ах, вот как! — картинно надула губки служанка, — Это же ваш с Эммой день, а не мой…

— У нас теперь все праздники общие, но и будни тоже, — неожиданно серьёзно произнёс Андрей, но тут же понял, что умничать сейчас глупо, схватил бутерброд и, запивая его шампанским, воскликнул: — Да здравствует наша дружная шведская семья!

— Семья? — задумалась на секунду Катя, — Я что-то читала об этом… И даже говорила Господину, что в наших краях такого не бывает. Но, кажется, я ошиблась. Да, семья — это хорошо! Это нам подходит…

— Семья? А почему шведская? — удивилась Эмма.

— Это не важно… Потом объясню, — Андрея разбирал смех и нежность к этим дурёхам.

— И мы, правда, будем жить, как семья? — продолжала расспрашивать секретарша.

— Попробуем, если хотите…

— Хотим! — ответила Эмма за обеих, — Тогда не ругайте Катрину за это…

— За что? За то, что она бесстыдно пристаёт ко мне у тебя на глазах? — засмеялся Андрей, понимая, что нормально поесть ему сейчас не дадут, — А ты так сможешь, Эммочка? При ней…

— Я… постараюсь, — снова покраснела секретарша, — Мы же… не чужие…

— Теперь уж точно! — улыбнулся он, обнял Эмму и крепко поцеловал, — Думаю, сегодня мы перевезём сюда твои вещи и… продолжим праздник.

— Мои вещи? Вы хотите, чтобы всё мое было только здесь? — Эмма посмотрела на кивающего ей Андрея с обожанием, — Если бы Вы знали, какое облегчение я испытываю…

— Только облегчение? — весело рассмеялась Катрина, в самом деле без всякого стыда ласкающая Господина на глазах у секретарши, — А по-моему, это по другому называется…

Глава 5

Библиотека

«Иногда очень полезно побыть одному», — думал Андрей, сидя в своём автомобиле. Мягко и тихо запустился двигатель, также мягко машина двинулась. «Одностороннее движение здесь, видимо, не принято. Да и зачем оно нужно при такой слабой загруженности дорог?» — подумал он, сворачивая с улицы, на которой располагалась его гостиница, направо, где движение транспорта сейчас тоже почти отсутствовало, да и пешеходов было видно немного. Сегодня он ехал той же дорогой, по тротуару которой они гуляли с Катриной. В сторону Вулкана Андрей старался не смотреть, он будоражил его и пугал своей невозможной неестественностью. Напрямик проехав перекрёсток, мужчина остановил «Мерседес» и задумался. Направо вверх уходили ступени ко входу в «Ленинскую видеотеку». Туда следовало зайти… Несмотря на отсутствие связи с Харонычем, цель у его командировки, хотя и размытая противоречивыми, не укладывающимися в голове впечатлениями от Княжества и его обитателях, всё-таки оставалась неизменной.

Поднимаясь по ступеням, Андрей рассматривал подсвеченные бледно-голубыми и бледно-розовыми лампами рекламные плакаты. Это были анонсы и афиши видеофильмов, судя по изображениям и названиям, сплошь эротического содержания и, похоже, сомнительных художественных достоинств. Ближе ко входу он обнаружил плакат фильма «Библиотекарь-2: Копьё страсти», о котором упоминала Эмма, и хмыкнув, покачал головой. Внутри здания открылся просторный холл, в центре которого с огромного портрета на мужчину смотрела пышная полуголая блондинка. Ниже портрета располагалась светящаяся табличка с надписью: «Видео-Лена приветствует вас!». Андрей тихо засмеялся своим мыслям и оглянулся по сторонам. За стойками в холле стояли несколько девушек в одинаковой униформе, с одинаковыми улыбками. Мужчина подошёл к ближайшей, и не успел открыть рта, как она накрыла его информацией о том, какие видеофильмы предлагаются для просмотра в каких залах, какие услуги предлагаются дополнительно и так далее. Андрей, не дослушав интереснейшие факты о наличие мест в комнатах для двоих, троих и для группового просмотра, остановил этот словесный поток красноречивым жестом.

— Меня интересует другая информация.

— Да?! — так изумилась девушка, будто о возможности других вопросов и не слышала, — Какая же?

— У вас здесь существовала библиотека. Меня интересует именно она.

— Библиотека? — девушка недоумевала, — Боюсь я ничем не смогу Вам помочь.

— Не бойся и постарайся хорошенько, — жёстко произнёс Андрей, доставая свою Золотую карту.

— О, прошу прощения, Господин! — выражение лица девушки переменилось в мановение ока, — Всего одну минуту! К сожалению, Господина управляющего нет на месте, но сейчас Вас примет его заместитель.

Она набрала номер на стоявшем рядом телефонном аппарате, пробормотала скороговоркой что-то не вполне членораздельное, положила трубку и, ослепительно улыбаясь, широким полукругом руки вежливо указала, куда именно Андрею следует пройти. Не успел он сделать и пары шагов в указанном направлении, как навстречу ему появился высокий мужчина средних лет. Заместитель управляющего, а это был именно он, здороваясь, вежливо улыбнулся Андрею, слегка прищурившись, с интересом изучил лицо и Золотую карту визитёра, а затем пригласил его в кабинет. В небольшой комнате стоял громоздкий, занимавший чуть ли не половину пространства, письменный стол, со стульями вокруг. Но Андрею было предложено кресло в углу у окна, рядом с маленьким журнальным столиком, в соседнее кресло присел хозяин кабинета и закурил. Гость тут же сделал то же самое.

— Добро пожаловать, Господин Андрей! — дружелюбно кивнул заместитель управляющего, забавно отразив лысиной свет красивой хрустальной люстры под высоким потолком, — Меня зовут Сергей, и я в Вашем распоряжении. Правда, мне сообщили, что Вы интересуетесь библиотекой, и это меня удивило.

— Отчего же? — спокойно спросил Андрей.

— Видите ли, библиотеки давно не пользуется популярностью. Все предпочитают видео, иногда довольно старые и редкие видео-фильмы, но не книги.

— Я не имею ничего против видео, но, на мой взгляд, оно никак не может заменить собой всё остальное и литературу, в частности.

— Лично мне понятна и приятна подобная точка зрения, но… Я здесь не хозяин. Полгода назад библиотека, как таковая, была закрыта за ненадобностью.

— И от неё совсем ничего не осталось? — спросил Андрей, пристально взглянув на Сергея.

— Многие материалы, считавшиеся ценными, перевезены в Архив Княгини, при Дворце. Что-то вывезено в неизвестном мне направлении, но этими делами занимался управляющий, а он далеко не всегда обсуждает со мной свои решения. Кое-что ещё находится у нас, в Старом Хранилище.

— Я могу взглянуть?

— Широкий доступ туда закрыт, но я постараюсь Вам помочь, если только…

— Я не собираюсь распространяться об этом, где бы то ни было, — улыбнулся гость.

— Прекрасно! Вы догадливы, — с улыбкой кивнул хозяин кабинета, — Дело в том, что я не уверен, одобрит ли управляющий мои старания…

— Понимаю.

— Я не предложил вам выпить что-нибудь…

— Спасибо, но я за рулём. Если только кофе.

— Да, конечно, с удовольствием составлю Вам компанию, — сказал Сергей и куда-то позвонил, а затем снова обратился к Андрею: — Говорите, Вы за рулём? Не проще ли взять шофёра?

— Знаете, захотелось покататься в одиночку. Иногда полезно побыть одному…

— Необычный Вы человек, Господин Андрей! А в библиотеке Вы хотите найти что-то определённое? Нет? Впрочем… Давайте поступим следующим образом. У меня имеется перечень материалов, оставшихся на хранении у нас. Я открою доступ, и Вы сможете просмотреть список на собственном компьютере прежде, чем мы отправимся в хранилище. Хорошо?

— Хорошая идея, это не займёт у меня много времени.

— О, я в Вашем распоряжении, как только понадобится. Звоните, приезжайте, буду только рад…

* * *

Во время второго визита Сергей встречал Андрея, как старого знакомого, в дверях «Ленинской видеотеки». В кабинете на столике уже дымился кофе, и разговор начался сразу, без разведки.

— Итак, как я понимаю, в моём списке не нашлось ничего интересующего Вас, Господин Андрей?

— Видите ли… Может быть перейдём на «ты»? Так, мне, во всяком случае, было бы удобнее…

— Э-э-э… С формальной точки зрения мой статус не позволяет обращаться к Вам на «ты». Но если у Вас есть такое желание, мне будет приятно. Вы сегодня за рулём?

— Сегодня я пешком.

— Как? — переспросил Сергей, — Но…

— Не удивляйтесь, я живу недалеко, в «Силиконе».

— Понимаю, но, тем не менее, удивлён. Переход на «ты», кажется, желательно закрепить глотком какого-либо вкусного напитка? У меня здесь есть бутылка старого рома, не хотите попробовать?

— С удовольствием, — дружески кивнул Андрей, — А себе?

— А я, с Вашего позволения, выпью бокал безалкогольного вина.

— Хорошо. На «ты»? — гость решил не задавать лишних вопросов.

— На «ты»! — улыбнувшись, откликнулся Сергей.

— Замечательно! — воскликнул Андрей, выпив рюмку превосходного рома до дна, — Однако, хочу заметить, что твой список гораздо хуже твоего рома. Он какой-то странный, я бы даже сказал, нелепый…

— Вот именно, — ответил Сергей, осушив свой бокал, — Я предполагал подобную реакцию. Видишь ли, это список материалов, которые остались здесь по указанию управляющего. Мне даже кажется (хозяин кабинета понизил голос), что он оставил всё это для себя, на свой вкус.

— Вот оно в чём дело… Это многое объясняет. А существует ли список перемещённых ценностей, так сказать.

— Вероятно, существует. Но, увы, у меня его нет. Я уже говорил, что перемещением материалов занимался управляющий лично по указанию… вышестоящего начальства. Как-то меня заинтересовала судьба некоторых книг… На мой вопрос он ответил в том духе, что тема закрыта и, говорить не о чем.

— Весьма прискорбно, — вздохнул Андрей, — Одним словом, помочь ты мне не сможешь.

— Скорее всего, именно так.

— Мне это понятно, Сергей, но… И никто другой?

— Я ждал этого вопроса. Обращаться к управляющему абсолютно бесполезно, если ты не человек из Дворца, разумеется…

— Я не человек из Дворца, так что пусть тебя это не беспокоит, — усмехнулся Андрей.

— Да? — улыбнулся в ответ Сергей, — Тогда позволь мне небольшой экскурс в прошлое, ты не очень торопишься? Итак, когда я появился здесь немногим более года назад, библиотека ещё была открыта для широкого доступа. Правда, народ интересовала не самая качественная литература, и библиотека выглядела придатком видеотеки. Однако, в Хранилищах поддерживался полный порядок. В силу малой востребованности и загруженности, в библиотеке, помимо девочек на выдаче, служили два человека.

— Ага! Значит, не всё так плохо.

— Возможно. Но сейчас они здесь уже не служат, к сожалению.

— Сергей, расскажи хотя бы: кто они и где их можно найти?

— Конечно. Руководил библиотекой Илья. Насколько мне известно, когда наиболее ценные материалы переместили во Дворец, он перевёлся в Объединённый Архив Княгини, причём на высокий пост.

— Все дороги ведут во Дворец, — задумчиво произнёс Андрей.

— Да уж, — фыркнул его собеседник, — Формулируешь ты безупречно.

— Ну, а второй человек, кто он?

— Она. Елена служила заместителем Ильи. Она однозначно была в курсе перемещения всех материалов. Видишь ли, Илья — интеллектуал и эрудит, но несколько расхлябан. Точностью и аккуратностью, необходимой в библиотечном деле, он не обладает. А Елене хватало внимательности, аккуратности, а также ума, чтобы не указывать Илье на его недостатки. Короче, она была здесь просто незаменима. Когда библиотеку прикрыли, а Илья перевёлся во Дворец, Елена впала в депрессию. Пару месяцев спустя она уволилась, хотя я настойчиво предлагал ей остаться, даже с улучшением условий работы. Думаю то, чем мы здесь занимаемся сейчас, Елене абсолютно не интересно.

— И где она нынче?

— В том то и дело, что Елена никому не сказала, чем собирается себя занять… Я предпринял некоторые шаги для её поиска, но только придётся немного подождать…

* * *

В третий раз Сергей неожиданно позвонил сам, а уже через полчаса Андрей подъезжал на своей машине к видеотеке. Заместитель управляющего встречал его у дороги и, после рукопожатия, неожиданно предложил вернуться в автомобиль.

— Покатаемся? — произнёс он, удобно располагаясь на переднем пассажирском кресле.

— Почему бы и нет? — в тон ему ответил Андрей.

Они, болтая о пустяках, проехали минут двадцать в юго-западном направлении, а затем решили прогуляться пешком. Посередине широкого проспекта, перпендикулярного шоссе, по которому мужчины двигались на автомобиле, находилась пешеходная зона с чередой каменных барельефов, скамеек, изваяний. К подобному пейзажу Андрей начал привыкать. Они шли с Сергеем не торопясь, озираясь на внушительного вида здания по сторонам проспекта и покуривая.

— Мне не хотелось вести наш разговор в кабинете, Андрей.

— Я так и понял. Есть что-то новое?

— Есть, но хорошего мало. Как мне удалось выяснить, Елена сменила место жительства. Живёт в частном домике в 43-ем округе, почти никуда не выходит и ни с кем не общается. Я заезжал к ней, но она вежливо отказалась со мной говорить, сославшись на плохое самочувствие. Выглядела Лена, действительно, неважно.

— Она живёт одна?

— С молодой женщиной, то ли подружкой, то ли служанкой…

— А если мне попробовать поговорить с ней? — задумался Андрей, — Меня она не знает, может это и хорошо?

— Может быть, но мне кажется, что это не поможет или займёт уйму времени, — пожал плечами Сергей.

— И что же делать? Как заставить её заговорить?

— Да-да… Мне кажется, слово «заставить» является ключевым. Пусть тебе покажутся странными мои рассуждения, но я думаю, что на Елену желательно надавить, чтобы начать разговор. Потом она поймёт, что ты не желаешь ей плохого, и раскроется.

— Что-то у тебя всё очень сложно получается, — скептически отреагировал Андрей, — Сначала надавить, потом отпустить. И результат будет, а может и не будет. А не проще найти Илью?

— Во Дворце? Проще. Но туда ещё надо попасть…

— Это так сложно?

— Во Дворец может попасть каждый, но только шесть дней в году с 18 по 23 марта.

— В общем-то, скоро. Считаешь, следует подождать?

— Нет.

— Почему? — удивился Андрей.

— Это Дни Княгини. Особенные дни… э-э-э… праздничные… — Сергей скривился так, словно говорил о чём-то постыдном, — Ты всё увидишь и поймёшь сам, если окажешься там в это время… Как тебе объяснить? Все получают выходные, все идут во Дворец.

— Все?!

— Почти. Если быть точным, туда идёт большинство мужчин и некоторые женщины, но опустим пока детали… Это форменное столпотворение. Искать в эти дни кого-либо во Дворце — полная утопия. Да и Архив, вероятно, будет закрыт.

— Интересные вещи ты рассказываешь… Не представляю! Я ещё не видел здесь не только большого скопления людей, но и десятка одновременно. Улицы почти пусты…

— Улицы? — переспросил Сергей, — Ах, ну да… У нас их так никто не называет. У нас здесь в основном дороги и направления. Правда, в центре есть некоторые набережные и площади с названиями…

— Ну, пусть будет так, как есть… Мы с тобой ехали по юго-западной дороге?

— Да… Сейчас многим людям и выходить-то особо ни к чему, но в Дни Княгини, поверь мне, мало не покажется!

— Верю. Но не представляю… Ну, пусть… А в другие дни доступа во Дворец нет вообще?

— В остальные дни во Дворец приходят только по вызову. Если ты понадобился, тебя вызывают на определённое время.

— Все приходят только по вызову?

— Все. Существует исключение, но… — Сергей понизил голос, — Свободно заходить во Дворец и покидать его территорию могут только Вершители…

— Кто они? — тихо спросил Андрей, выждав паузу. Он почувствовал, что сейчас он узнает о Княжестве больше, чем за все прошедшие дни.

— Ты же ничего не знаешь! — ахнул Сергей, — Но это долгий разговор…

— Я не тороплюсь, а ты?

— Нет, Андрей. И тебе всё это знать просто необходимо! Только давай присядем, давно я столько не ходил, ноги гудят.

Они уселись на ближайшую каменную скамью. К удивлению Андрея, камень не был холодным, да и тёплым он не был тоже. Если бы это не звучало полной галиматьёй, Андрей признал бы, что каменная поверхность скамьи не была и твёрдой! По крайней мере, сиделось на ней комфортно. Сергей достал из внутреннего кармана куртки плоскую флягу и протянул её собеседнику.

— Ты за рулём, но это изумительно вкусный вишнёвый сок. Будешь?

— Пожалуй… А ты?

— Себя я не обижу! — улыбнулся он и извлёк из другого кармана плоскую бутылочку вина или сока. Они сделали по глотку, закурили и, Сергей начал рассказ, — В Княжестве, как ты возможно догадываешься, существует система статусов. Ты знаешь, какой у тебя статус? Коснись пальцем моего УСа… Вот среди разной открытой для меня информации о тебе значится и твой статус — «Гость». Это очень редкий случай, доложу я тебе. Мне доводилось слышать о Гостях, но ты первый с кем мне повезло пообщаться. Все Гости такие, не знаешь?

— Понятия не имею… Честно!

— Верю. Я, в принципе, так и думал. Но мне почему-то приятно с тобой общаться.

— Взаимно, — улыбнулся Андрей, и они выпили ещё по глотку.

— Но я отвлёкся. Типичными статусами у нас являются — Исполнитель и Служитель, Вершители — высшая каста, их немного, несколько десятков максимум, как я думаю. Есть ещё Испытуемые, но это отдельный разговор. Совсем особый тип — Блюстители, но о них я знаю совсем мало…

— Что значит «особый тип»?

— Они строго следят за порядком, причём в широком смысле слова. И вряд ли кто-то посмеет с ними спорить…

— Видел я их… И что же тут особенного?

— Не всё так просто. Со временем ты поймёшь… Но главная их особенность в другом. Они — не люди…

— Что?! Вот даже как… — воскликнул Андрей и умолк, отчётливо вспомнив пробирающий до дрожи взгляд Блюстителя из глубины его капюшона.

— Именно так, — поёжился Сергей, — Но начнём сначала. Исполнители. Их большинство. Они только в теории вольны в выборе своих занятий, хотя бы потому, что начинают они с обязательного распределения места работы, а высшие статусы имеют право привлекать их к своей деятельности в любое время. Проще говоря, заставить выполнять те или иные поручения по собственной воле. Например, девушки в холле нашей видеотеки — Исполнители, которых добровольно-принудительно привлекли к конкретной работе на неопределённый срок. Правда, у них есть возможность получить постоянное назначение, пройти испытательный срок, подняться по карьерной лестнице и стать Служителями. У Служителей существует три ранга по старшинству. Скажем, я — Служитель 2-го ранга, а управляющий видеотекой — Служитель 1-го ранга. Рост статуса происходит постепенно за различные заслуги и, как любое повышение, позволяет пользоваться большими правами, даёт привилегии и частично снимает ограничения. Служителей достаточно много, но ощутимо меньше, чем Исполнителей. Служителей 1-го ранга совсем немного и, чаще всего, они занимают достаточно серьёзные руководящие должности… Вершители же — наивысший статус. Обычно это руководители самого высокого уровня, хозяева собственных предприятий. Насколько я знаю, они вполне вольны в выборе занятий, но и у них есть обязанности. Вершители сами или с помощью нанятых ими Исполнителей работают с Испытуемыми… К сожалению, я не знаю, откуда и как сюда попадают Испытуемые. Не знаю, разумеется, и как Вершители работают с ними. Могу сказать только то, что многие из них после этого становятся Исполнителями, а судьба остальных мне неведома. Насколько знаю, некоторых Вершители делают своими рабами.

— Рабами? В полном смысле слова?

— Конечно, — спокойно ответил Сергей, — Разумеется, я не в курсе, сколько рабов у Вершителей и чем они занимаются конкретно. Рабы — неприкасаемая каста, личная собственность отдельно взятого Вершителя. Никто, кроме Хозяина не может даже взглянуть на них без его разрешения.

— Да… Стройная картинка получается… и мрачная, — покачал головой Андрей, — Но не вполне понятная.

— Ну… Может быть, у тебя есть вопросы? Только я наверняка не на все смогу ответить…

— Вопросов уйма! Но, пожалуй, оставим их на потом… Хочу переварить всё то, что ты уже рассказал. Впрочем, поясни, если это не секрет, как ты стал Служителем 2-го ранга?

— С самого начала? Это долго… Я был Исполнителем некоторое время, потом стал Служителем 3-го ранга в видеотеке в книжном отделении…

— Сергей, я не требую от тебя подробностей, особенно если они тебе неприятны, но… Что было до этого? Как ты сюда попал? Ты был Испытуемым?

— До этого?! Андрей… Ты можешь мне не верить, но я почти ничего не помню об том, что происходило раньше. Был Испытуемым, как же иначе? Но как именно, что и откуда? Только смутные видения, о которых говорить бессмысленно, — Сергей покраснел, или Андрею это только показалось?

— Вот оно как…

— Мы все здесь такие…

— Ты хочешь сказать, что люди, как правило, попадают в Княжество в качестве Испытуемых? С ними работают Вершители и те, кто прошёл Испытание, чаще всего становятся Исполнителями? — задумался Андрей, — Поэтому-то мой редкий статус Гостя так удивляет…

— Да, ты правильно рассуждаешь…

— И никто толком не помнит Испытания, а тем более, жизни до него?

— Если кто-то и помнит, то молчит… Увы, я могу рассказывать только с уровня своего статуса и, полагаясь на свои знания, своё понимание.

— Спасибо, Сергей! Это всё очень важно! — с чувством произнёс Андрей.

— Но слишком мало, — виновато улыбнулся его собеседник. Они выпили ещё по паре глотков сока и помолчали…

— Однако, вернёмся к тому с чего начали. Свободно посещать Дворец могут только Вершители, — вздохнул Андрей.

— Именно так, — констатировал его собеседник.

— В таком случае у меня возникает логичный вопрос: как становятся Вершителями?

— Теоретически — от Исполнителя до Служителя, потом три ранга поочерёдно, а там и Вершителем как-то можно стать. Но пока я сам не стал Служителем 1-го ранга, шаги последнего этапа мне неизвестны.

— Одно можно сказать уверенно — этот путь долгий… Очень долгий!

— Безусловно. Не говоря уже о том, что лишь единицы Служителей становятся Вершителями. Одни, как я думаю, просто не подходят для этого. Другие, вероятно, не имеют такого желания. Я, например, даже побаиваюсь Вершителей… Их вообще боятся!

— Почему?

— Потому, что они Вершители.

— Да уж… Какой-то тупик получается. Если всё это действительно так, то во Дворец мне попасть не светит.

— Уверены, что Вам необходимо туда попасть? — Сергей неожиданно перешёл на «Вы» и смутился, — Прости, Андрей, я просто волнуюсь.

— Как при виде потенциального самоубийцы?

— Я сразу сказал, что ты весьма проницателен…

— Послушай меня, Серёжа, — мягко начал Андрей, и Сергей тихо улыбнулся и кивнул, — Я обязательно постараюсь разговорить затворницу Елену, ещё раз проштудирую список материалов, сокрытых твоим управляющим. Да и у тебя, я думаю, кое-что припрятано для личного употребления, не правда ли?

— Да, ты снова прав, — со вздохом согласился Сергей, внимательно слушая.

— Очень хорошо. Это, наверняка, будет интересно… И всё-таки, как я сейчас думаю, в результате этих шагов подтвердится мой путь — к Илье. У меня нет ещё полной уверенности в этом, но…

— Я тебя понял, но в таком случае тебе и впрямь придётся стать Вершителем.

— Возможно, если нет другого выхода. Неплохо бы понять, как это сделать? — покачал головой Андрей, — Вариант, который расписал ты, мне не подходит.

— Для тебя, я думаю, найдётся другой.

— Да?! Почему ты так думаешь?

— Если ты помнишь, в начале разговора я определил твой статус — «Гость», как редкость. Но ты ведь не просто Гость, ты ещё и обладатель Золотой карты. А это уже — просто диковина! Общаться мне приходится со многими, уж поверь. И ты — первый Гость, с которым я знаком лично, но ещё и только второй обладатель Золотой карты, с которым я разговариваю.

— А кто первый? — встрепенулся Андрей.

— Илья.

— Вот как? А какой у него статус? Ты должен знать…

— Я уже думал об этом. В библиотеку к нам он пришёл Служителем 1-го ранга.

— Понятно.

— Что тебе понятно? — удивился Сергей.

— Что я весь такой уникальный! Только что это даёт?

— Возможности! А в данном случае возможность отправиться лично в Дом Вершителей и поинтересоваться, нет ли у тебя короткого пути?.. И кажется мне, там ты узнаешь, что он у тебя есть.

— Креститься надо, когда кажется, — пробурчал Андрей и поперхнулся.

— Что-что? — не понял Сергей.

— Не важно. Что такое Дом Вершителей, и где он находится?

— Внутри я не был и не рвусь. Но название говорит само за себя, нет? Если от твоего отеля двигаться в направлении противоположном «Ленинке»…

— Как ты сказал? — хохотнул Андрей.

— «Ленинка». Так часто называют нашу видеотеку.

— Замечательно называют!

— Да? — удивился Сергей, — Это тебе что-то напоминает?

— Однако, и ты проявляешь проницательность! — развеселился Андрей, — Мне многое здесь что-то напоминает…

— Знаешь, — тихо проговорил Сергей, — Я прочитал много книг из хранилища… И, кажется, понял, почему они вышли из употребления. Многие написаны потрясающе красивым языком, но почти все они о странном, вымышленном авторами мире. Почему, не понимаю! Они будто сговорились культивировать этот вымысел, будто он существует на самом деле…

— А может так оно и есть? — усмехнулся Андрей, — Поговорим об этом в другой раз? Ты не договорил, что я увижу, если буду двигаться в противоположном направлении?

— Там будет площадь со статуей Древнего Вершителя посередине, а за ней здание…

На следующий день после прогулки с Сергеем, Эмма везла Андрея в 43-й округ Княжества на его автомобиле. Всю дорогу мужчина молча размышлял, не забывая внимательно разглядывать окрестности… Целью его поездки оказался небольшой, аккуратный двухэтажный частный домик, среди множества других, разных, не поражавших воображение размерами, а то и совсем маленьких. Андрей оставил Эмму ожидать его в машине, припаркованной у низкого заборчика, а сам прошёл через узорчатую калитку к входной двери. Особа, открывшая ему дверь, произвела на Андрея неизгладимое впечатление. Это была молодая японка, ростом не доходившая до его плеча, худенькая и улыбчивая. Гостеприимно впустив Андрея в дом, женщина поглядела на него вопросительно.

— Здравствуйте. Я хотел бы увидеть Елену, — с сомнением в голосе проговорил мужчина, — Надеюсь, я не ошибся адресом?

— Вы не ошиблись. Здравствуйте! Меня зовут Аоки, а Вас? — ответила японка тонким с тёплыми интонациями голоском.

— Меня зовут Андрей, — ответил он, доставая Золотую карту, которая не произвела на женщину обычного впечатления. Аоки только посмотрела на него с любопытством, не более.

— Очень приятно. Так Вы хотели поговорить с Еленой? Сожалею, но хозяйка плохо себя чувствует и в данный момент отдыхает.

— Я понимаю, Аоки. Но разговор этот очень важен для меня. Не могли бы Вы убедить Елену принять меня? — Андрей был мягок, но настойчив, — Обещаю не нарушать ваш покой и уединение надолго…

— Лучше обращайтесь ко мне на «ты», Господин Андрей, а то… как-то неудобно. Я поговорю с хозяйкой, но обещать ничего не могу.

— Постарайся, пожалуйста, — всё так же мягко, но убедительно произнёс мужчина. Аоки кивнула и, во взгляде девушки ему почудилось нечто большее, чем простое любопытство и врождённая вежливость.

Оставшись один, он огляделся по сторонам. Прихожая и открывшаяся его взгляду часть большой комнаты, вероятно гостиной, смотрелись удивительно уютными, с ощутимым японским акцентом. Циновки на полу, живописно разбросанные по гостиной маленькие подушки, какие-то безделушки, стоящие и висящие тут и там, даже особый запах дома, говорили о некоем единении здесь западных и восточных традиций… Аоки вернулась через пять минут.

— Хозяйка примет Вас, — с улыбкой произнесла она и добавила, понизив голос, — Только не тревожьте её понапрасну, Господин Андрей, пожалуйста. Меня беспокоит её состояние, особенно в последнее время.

— Хорошо, Аоки, — тихо улыбнулся в ответ Андрей, и направился вслед за девушкой на второй этаж.

Хозяйка дома сидела в большом уютном кресле в полутёмной комнате, которая, видимо, служила спальней и кабинетом одновременно. Та часть комнаты, которая служила для отдыха, сейчас была отгорожена большой ширмой с изображением горных вершин, драконов, а также иероглифов чёрного и красного цвета.

— Здравствуйте, Елена! — негромко произнёс Андрей.

— Здравствуйте… Господин Андрей? — тихо отозвалась хозяйка, внимательно разглядывая гостя большими серыми глазами. Елена выглядела лет на сорок. О её фигуре нельзя было сказать ничего вразумительного, потому что на тело хозяйки был наброшен безразмерный, вероятно, очень тёплый, чёрный махровый халат. Свободно падающие на плечи прямые светло-русые волосы, мягкая линия рта, небольшой, чуть вздёрнутый нос и тускло мерцающие в полутьме глаза — это лицо можно было назвать красивым, если бы не мертвенная бледность кожи.

— Да, меня зовут Андрей. Прошу прощения за беспокойство, но мне очень нужно поговорить с Вами.

— Именно со мной? Зачем я Вам? Откуда Вы обо мне узнали? Кто Вы, наконец? — несколько встревоженно, низким грудным голосом задавала вопросы Елена, — Я совсем не настроена принимать гостей.

— Кто я? Просто человек… Но, видите ли, я занимаюсь поиском, и мне необходимо задать Вам несколько вопросов…

— Просто человек? Любопытно! — повеселела Елена и позвала Аоки, — Милая, свари нам кофе, пожалуйста!

— Сию минуту, хозяйка, — довольно отозвалась японка и поспешила выполнять поручение.

— Да Вы присаживайтесь, Господин Андрей — просто человек, — неуверенно, но мило улыбнулась хозяйка дома и продолжила, — Просто человек с Золотой картой? Я могу взглянуть?.. Это интересно. Вы — «Гость»?! Удивительно… Кстати, Вы не должны называть меня на «Вы»…

— Это не важно…

— Вот как? А что важно, Ваши поиски? Что Вы ищите или кого? — хозяйка взяла в руки чашку кофе, принесённую Аоки, и жестом предложила Андрею угощаться. На подносе оказались также крошечные рюмочки, от которых исходил потрясающий аромат миндального ликёра, и массивная мраморная пепельница.

— Кого, — произнёс мужчина, глотнул крепкого кофе и, с разрешения хозяйки, закурил. Вся обстановка и её обитательницы, прежде всего, располагали к неторопливому доверительному разговору. И Андрей решил вести откровенную беседу с этой женщиной, — Я ищу человека, известного, как «Библиотекарь» или, может быть, «Архивариус».

— Странно, — в глазах Елены промелькнул не только интерес, но и что-то похожее на страх, однако мужчина не придал этому значения, а женщина продолжила: — Однако, Вы очень прямой человек! Вы со всеми так?.. Нет? Я польщена и, кажется, понимаю, кто рассказал Вам обо мне. Сергей был здесь пару дней назад и передал мне через Аоки, что кто-то интересуется материалами бывшей библиотеки. Но дело, оказывается, даже не в материалах…

— Да, — кивнул мужчина, — Всё так.

— Зачем Вам это? Впрочем, я задала некорректный вопрос. Вам нужен «Библиотекарь». И как далеко Вы продвинулись в поиске?

— Совсем не далеко… Но я пришёл к Вам, Елена. Может быть, «Библиотекарь» — это Вы?

— Я? — удивлённо усмехнулась хозяйка, — Вы ошибаетесь. То есть я, конечно, библиотекарь в определённом смысле, но Вам нужен кто-то другой. Это очевидно.

— Может и так… — медленно ответил Андрей, — Но Вы поможете мне в поиске?

— Чем же я могу помочь? Не представляю. Вы даже не знаете толком, кого ищете…

— Возможно, Илью, — полуутвердительно, полувопросительно, но твёрдо произнёс он.

— Илью?! — голос Елены вспыхнул и потух, — Вероятно, Вам действительно нужен Илья. Он многим нужен.

— И Вам тоже? — тихо, стараясь не нарушить доверительности разговора, спросил мужчина.

— Мне?.. Мне было очень интересно с ним работать, — она подняла на Андрея большие печальные глаза, — Хотите откровенно? Работа с Ильёй в библиотеке придавала моей жизни смысл. Смысл, с большой буквы. Теперь всё разрушено… А интимной связи у нас с ним не было, Вы же об этом хотели спросить?

— Даже не знаю, что на это ответить… — сконфузился Андрей, — Вряд ли это было бы вежливо…

— Мне приятна Ваша чуткость, Господин Андрей. Приятна и удивительна. У нас это — редкость… Но я, в самом деле, не знаю, чем мне Вам помочь.

— Я понимаю Вас, Елена, но всё-таки надеюсь… Не протестуйте! В любом случае рад знакомству с такой умной и очаровательной женщиной, как Вы, — Андрей поднялся, подошёл к хозяйке, наклонился, взял её руку в свою и поцеловал. Рука Елены была вялая, но такая тёплая! Он запнулся, поднял глаза, и они встретились с округлившимися от его, явно неожиданного, поцелуя, глазами Елены, — Простите за навязчивость, но мне хотелось бы навестить Вас завтра.

— Завтра? — сдавленно прошептала женщина, — Не знаю, зачем нужен повторный визит, но… приезжайте… к ужину, если Вас устроит вечернее время. Я буду рада…

Провожая Андрея в прихожей, когда он наклонился, обуваясь, Аоки зашептала ему на ухо: «Не знаю, как Вам это удалось, Господин Андрей, но хозяйка оживает на глазах. Приезжайте завтра, пожалуйста. Мы будем Вас ждать!» Андрей удивлённо глянул на мило улыбающуюся японку, усмехнулся и кивнул…

* * *

На следующий день Андрей оставил Эмму с Катриной в отеле и вызвал такси. Он понимал, что от сегодняшнего визита к Елене толку может быть мало, но его так потянуло к ней, к её тёплым рукам, уютному дому и даже к её забавной японской служанке, что ни о чём больше думать не хотелось. Мужчина даже подготовил маленькие подарки, купленные в сувенирной лавке: резную деревянную шкатулку с маленькой хрустальной розой внутри — для Елены, а ещё очень красивый веер, расписанный в японском стиле — для Аоки… Встречали его чуть ли не с оркестром. Андрей не ожидал такой торжественности и радушия, но ему было крайне приятно. Особенно усердствовала Аоки. Грациозно-комичная в национальном японском одеянии она принесла ему мягкие домашние тапочки и, чуть ли не насильно, сама надела их ему на ноги. От подаренного веера девушка сначала пришла в полное замешательство, затем в восторг и зарделась. Елена встречала Андрея в великолепном длинном вечернем платье. Оно, правда, снова оказалось чёрным, и с ним сильно контрастировала бледная матовость её лица. Но сегодня и бледность, как будто, стала не пугающей, и глаза женщины смотрели веселее. Андрей, наконец, смог рассмотреть её фигуру и остался весьма доволен пропорциональностью и гармоничностью форм хозяйки. В ней не было ни лишней худобы, ни тяжеловесности, туфли на высоких изящных каблуках подчёркивали стройность ног, но при этом, женщина оставалась на несколько сантиметров ниже Андрея. Елена открыла рот, увидев пунцовую Аоки с веером, а раскрыв предназначенную ей шкатулку, ахнула.

— Господин Андрей! Я даже и не знаю, что сказать. Чем мы заслужили такие подарки?

— Заслужили? Мне просто хотелось сделать приятное Вам, Елена, и Аоки тоже.

— Спасибо, очень неожиданно и, действительно, крайне приятно, — с очаровательной улыбкой произнесла женщина. Они обе стояли над раскрытой шкатулкой и любовались хрустальным цветком, который вскоре Аоки прикрепила к платью хозяйки.

— Зовите меня просто Леной, — попросила Елена, приглашая Андрея за низкий стол, накрытый в гостиной.

— Хорошо. Но тогда и меня лучше звать просто Андреем, — весело ответил он.

— Я постараюсь, но не обещаю… — странно смутившись, проговорила хозяйка. Женщины, как оказалось, подготовились к его повторному визиту весьма щепетильно. Ужин поразил великолепием. К изобилию блюд японской кухни были добавлены изумительно сочные куски жареной свинины с несколькими видами соусов на выбор. В начале ужина Аоки выдала очередной номер из своей сегодняшней программы, вплыв в гостиную с маленьким подносом в руках.

— Саке для Господина Андрея и Госпожи Елены! — тонко пропела она, Лена фыркнула, Андрей заулыбался.

— А что же Аоки так и не присядет за стол? — спросил он. Японка молча потупилась.

— Если Господин пожелает, Аоки присоединится к нам, — ответила ему Елена с игривым пафосом.

— Господин на этом просто настаивает! — в тон хозяйке произнёс Андрей, — А так же объявляет дорогой хозяйке последнее предупреждение за употребление по отношению к нему слова «Господин». Дальше мне придётся штрафовать тебя, Лена!

— Вот как? А велик ли штраф?

— Поцелуй.

— Ого! — воскликнули хором Елена и Аоки.

— Да-да! У меня с этим строго!

Ужин продолжался неторопливо и весело. Таким же случился и разговор — не суетный, с мягким юмором, без напряжения и без пафоса. Однажды Андрея занесло, и он ударился в забавные воспоминания из своей жизни. Женщины реагировали замечательно, смеялись, слушали со всё возрастающим вниманием. В какой-то момент мужчина понял, что заговорился…

— Как интересно, — задумчиво произнесла Елена, — Любопытно, необычно и как-то смутно знакомо. Откуда Вы, Андрей?

— Думаю оттуда же, откуда и вы.

— Да? Может быть… А… — воскликнула Лена и осеклась. Андрею показалось, что у неё готов был вырваться вопрос: «А откуда я?»

Когда на десерт Аоки подала фрукты, шоколад и кофе, мужчина с хитрецой посмотрел на женщин и заявил:

— Такой изумительный ужин следует закончить шампанским!

— О! — они переглянулись, и хозяйка удручённо констатировала: — Увы, Андрей, у нас давно не было праздника, и шампанским мы не запаслись…

— И тем не менее! — торжественно произнёс он, извлекая бутылку из недр своего портфеля. Женщины охнули, Аоки даже тихо взвизгнула… За несколько минут шампанское было охлаждено в морозильной камере, открыто с хлопком и разлито по бокалам Андреем лично.

— За знакомство! За прекрасную Елену и милую Аоки! — провозгласил мужчина. Бокалы со звоном и смехом сомкнулись и были немедленно опустошены.

— Только не говорите, пожалуйста, Андрей, что скоро нас покидаете! — с вызовом воскликнула Лена.

— Даже и не собираюсь, — засмеялся он, — Вы ещё сами меня выгонять начнёте!

— И не надейтесь! Правда, Аоки? — весело отозвалась хозяйка, а японка кивнула и заулыбалась.

— К тому же мы ещё не говорили сегодня о Ваших поисках, Андрей. Я хотела Вам кое-что рассказать…

— Обязательно. Только давайте об этом чуточку позже, а? Сейчас хочется просто усесться на диван и закурить, возражений не будет? Прекрасно. А я могу тебя попросить, Лена, присесть рядом со мной? — Андрей перебрался на диван, сладко затянулся, уютно придвинулся к севшей слева хозяйке и взял её за руку. Тепло мягкой женской руки принесло ему полное умиротворение и удивительное, порядком подзабытое, удовольствие покоя, — Ах, как мне хорошо!

— Да? — Лена смотрела на него внимательно и, пожалуй, ласково.

— Да, — просто произнёс Андрей, поглаживая её руку. Так они просидели около получаса. Аоки позвякивала посудой на кухне…

— Поднимемся наверх? — предложила Лена. Андрей кивнул. В комнате на втором этаже свет был приглушен, но не до вчерашнего полумрака. Ширма оказалась немного сдвинута к стене, и взгляду Андрея открылся край низкой широкой постели с белоснежным атласным бельём. Они стояли посредине комнаты, взявшись за руки и глядя друг другу в глаза.

— Я неважно выгляжу, да? — спросила Лена.

— Ты — красивая, — без тени лукавства ответил мужчина, — только немного бледненькая…

— Наверное… Но мне кажется, что сегодня я всё время красная, как помидор…

— Явное преувеличение! Ты иногда розовеешь, что несомненно тебе к лицу…

— Андрей, я обязательно должна Вам сказать… — смутилась женщина, — Это важно…

— Конечно, я внимательно тебя слушаю.

— Тебе нужно найти библиотекаря или архивариуса… Жаль, что это не я… Только не перебивай меня, пожалуйста, я и сама собьюсь, — Лена прикрыла ладонью рот Андрея, готового возразить ей. От волнения она переходила с «Вы» на «ты» и обратно, — Если ты не знаешь разыскиваемого человека, это не означает, что он не знает тебя.

— Об этом я как-то и не задумывался, — удивился Андрей.

— В любом случае, он должен иметь информацию о твоём визите! А я ничего такого и не предполагала…

— Но…

— Постой! Тебе наверняка нужно встретиться с Ильёй. Если человек, которого ты ищешь, и не он…

— Что тогда?

— Тогда, всё равно, только Илья из известных мне людей, может помочь тебе в поисках. Но беда в том, что он во Дворце, и уже больше трёх месяцев от него нет известий. Когда началась его работа в Архиве Дворца, Илья возвращался оттуда регулярно, приходил в «Ленинку», делился впечатлениями или, хотя бы, давал о себе знать. Но теперь всё изменилось, и его давно уже никто здесь не видел…

— Значит, — со вздохом констатировал мужчина, — мне, всё-таки, надо попасть во Дворец.

— Да. Но как это сделать? Не знаю, смогу ли помочь тебе… Визит в Архив Княгини — большая проблема и, я не понимаю, сколь велика необходимость решать её? — Лена, снова перешла на «ты» и даже не заметила, — Твой поиск, действительно, необходим, Андрей?

— Это очень важно для меня, Леночка, — тихо и нежно сказал он, словно лаская её, — Думаю, со временем ты всё узнаешь, если захочешь…

— Я хочу верить Вам, Андрей, — она снова перешла на «Вы», — Но не знаю, что делать…

— Похоже, придётся стать Вершителем, — задумчиво произнёс он.

— Ты с ума сошёл?! — вскрикнула Лена и прижалась к мужчине.

— Возможно, я безумный, но не сумасшедший, — пошутил Андрей, обнимая её, — Надо всё хорошенько обдумать, но не сейчас. Сейчас это не главное…

— А что же сейчас главное?

— Не что, а кто… Ты! — Андрей чуть отстранился от Лены, посмотрел ей в глаза и поцеловал её губы…

— Это штраф, Андрей? — тихо улыбнулась она, — Я провинилась?

— Ещё как!..

— Ну и хорошо! — Лена глубоко и свободно выдохнула…

К себе в гостиницу Андрей возвращался в прекрасном настроении. Он чувствовал себя просветлённым и… хвалил себя за то, что не полез в постель к Елене. В какой-то момент ему очень захотелось этого, более того, Андрей почувствовал, что хозяйка уютного домика на окраине не стала бы сопротивляться его инициативе, но… «Всё правильно! Не надо торопиться. Поспешность только испортит…» — думал он. Теплота общения порой бывает важнее интимной близости… Впрочем, воспоминания о долгих нежных поцелуях с Еленой заставили его улыбнуться…

С некоторых пор Андрей взял за правило совершать поездки по городу хотя бы через день. Во-первых, появилась необходимость прерывать нескончаемые эротических желания и удовольствия, ежедневно преследовавшие его в Золотом номере отеля. К глубокому своему удивлению, Андрей почти не утомлялся физически, но моральная разрядка требовалась… Любая чрезмерность приводит к пресыщенности, он понимал это прекрасно, а потому не сводил своё общение с Катриной и Эммой к интимным контактам, с ними всегда находилась тема для беседы и обсуждения. Иногда же Андрею просто хотелось побыть в одиночестве… Во-вторых, следовало изучить местность, хотя бы для того, чтобы подтвердить или опровергнуть сначала смутные, а потом всё более явные догадки… Да нет, теперь уже отринуть последние сомнения в том, где он находится. С полным недоумением Андрей убеждался, что Княжество — его родной город, точнее странное повторение, гротесковая карикатура на него. Это была Москва, но… не его Москва! Когда он впервые проезжал мимо одноимённого бассейна, Андрея удивил его идеально ухоженный внешний вид. «Москву» вроде бы планировали закрыть, а на его месте восстановить разрушенный в лихие годы храм. Здесь же всё выглядело иначе. Сначала Андрею пришла в голову безумная мысль, что он попал в прошлое, но… В городе, а точнее в этом тёмном Княжестве не нашлось ни единого храма! На их местах иногда оказывались руины, но чаще всего бассейны! Маленькие и большие, полу-заброшенные и ухоженные, архаичные и наисовременнейшие бассейны, в которых непременно плескалась чистейшая голубоватая вода. Действительность оказалась куда безумнее, чем идея о путешествии во времени… За редким исключением, вход в бассейны был свободным, и Андрей с удовольствием плавал, наслаждаясь прохладой и чистотой воды. Она даже на вкус оказалась удивительно приятной! Малочисленные охранники украдкой наблюдали за его купанием. Их реакция на естественное, казалось бы, занятие мужчины поражало — они либо сразу поворачивались к нему спиной, либо смотрели исподлобья неодобрительно и со страхом. В других посетителях бассейнов наблюдался явных недостаток. Да, что там говорить, их просто не было. По крайней мере, Андрей всегда плавал один!

Зато набережные в центре города случались людными в дневное время суток. Так здесь назывались серо-синие сумерки, начинавшиеся в 7–8 часов утра и прекращающиеся к 8–9 вечера, в отличие от тёмных в безлунные сутки ночей. Однако, больших скоплений народа Гость Княжества не видел ни разу — люди прогуливались, чаще парами, кто-то в одиночку спешил по делам… Движение автотранспорта тоже становилось интенсивнее днём, но ни о каких затруднениях движения не было и речи. Поражало другое — в реках, озёрах или прудах, которые он видел, не было воды! Там тяжело и лениво плескалась коричнево-чёрная густая маслянистая жидкость. Андрей, конечно, не считал себя специалистом, но у него скоро не осталось сомнений, что это — нефть! Другое дело, что такая жидкость должна была распространять специфический запах, но воздух казался чистым. Впрочем, сильных запахов в Княжестве он не встречал вовсе, если они и привлекали его обоняние, то в сильно приглушённом состоянии.

* * *

Сегодня Андрей держал путь на восток. Туда, где на удалении от центра, рядом с обширным лесопарком жил когда-то в своём родном городе он сам. В Княжестве же многое оказалось иным, незнакомым и непривычным. Стоило отъехать от центра на 5–7 километров, как город разительно менялся. Громоздкие здания стремительно становились ниже и проще, многие выглядели заброшенными или полуразрушенными. Главные дороги на удивление матово отсвечивали словно вчера уложенным ровным асфальтом, но на маленьких улочках зияли провалы и выбоины. Знакомый из прошлого железнодорожный мост над дорогой провалился, обломки сгребли и оставили валяться на обочине. Впереди показался лес, самый настоящий лес. Только деревья стояли голые, как зимой, хотя ни на какой снег не было и намёка. Лесной массив надвигался чёрно-серой стеной. Андрей даже остановился на обочине у опушки леса, чтобы посмотреть на него вблизи, и вышел из машины. Сразу за столбом с табличкой о запрете на курение, начинались заросли. Здесь стояли небольшие сухие деревья, их ветви даже при слабом прикосновении рассыпались в угольную пыль, которой была усыпана земля вокруг. Присутствовали и другие растения — гибкие и прочные, словно прорезиненные деревья и кустарники. Андрей задумчиво покачал головой, пожал плечами, вернулся к машине и поехал дальше… На открывшимся из-за леса пространстве он увидел знакомые очертания станции метро. Но так было в прошлой жизни, там за станцией располагался целый комплекс высоких гостиничных зданий, а здесь…

Андрей свернул с дороги налево и остановился на просторной площадке напротив станции «Куртизанская». Так, во всяком случае, значилось на фасаде. У входа внутрь стояли и прохаживались немногочисленные женщины в неожиданно ярких нарядах и с размалёванными, кто во что горазд, лицами. Находились там и мужчины, внешний вид которых так же показался Андрею неприятно ярким. Подходить ближе к этой тусовке, уже обратившей внимание на Господина, выходящего из дорогой машины, решительно не хотелось. Андрей пошёл пешком в сторону незнакомого ему, вероятно искусственного холма, застроенного лубочного вида домиками и башенками. На территорию холма, ограждённую бревенчатым на вид частоколом, вели распахнутые ворота, над которыми красовалась видимая издалека вывеска «Вернисаж». Направо открывался вид на большой остров в форме неправильного овала, окружённый широкой слева и сужавшейся справа закольцованной лентой пруда. На острове виднелись строения, но ясно разглядеть их отсюда в сизом сумраке дня не представлялось возможным. Заполняла пруд, как обычно, чёрная жижа, перейти через которую можно было через горбатый пешеходный мостик. Память рисовала мужчине ещё два моста на противоположной стороне острова. Впрочем, сегодня Андрей решил отправиться на вернисаж. Внутреннее его содержание вполне соответствовало лубочному наружному виду с поправкой на преследующую повсюду эротическую тематику. Ряженые продавцы с организованных прямо на улице или внутри крошечных домиков прилавков и лотков предлагали на продажу всякую всячину: немыслимое множество сувениров всех мастей и размеров; одежду, годную только для карнавалов и воплощения изощрённых фантазий; книги и журналы, картины и фильмы сомнительного содержания… И всё это, по уверению продавцов, наивысшего качества. Андрею кичливый базар быстро наскучил, радовало только то, что «купцы» не слишком навязывали свои товары и услуги. Он подошёл к ограде вернисажа, чтобы оглядеть местность с высоты холма. Увы, знакомой с детства цепочки четырнадцатиэтажных домов недалеко от пруда, Андрей не увидел. На их месте расположилась стройная череда симпатичных коттеджей. Зато остров отсюда виделся отчётливей, обозначились сероватые прямоугольники низеньких зданий на возвышенности, а за ними блеснула голубизной гладь бассейна.

Мужчина глубоко вздохнул, и собрался уходить прочь, но взгляд его упал на оказавшийся поблизости прилавок, содержимое которого серьёзно отличалось от прочих соседних. Во-первых, на нём оказались широко представлены средства для театрального грима и макияжа вплоть до париков, накладных бород и усов. Во-вторых, присутствовали сувениры, книги и картины гораздо содержательнее обычного для местного базара ассортимента. Покупателей у такого прилавка, разумеется, не наблюдалось. Зато внимание Андрея привлекла продавщица. Ею оказалась невысокая светловолосая худенькая женщина, лет около пятидесяти, в простом, но изящном синем платье с голубым орнаментом. Несмотря на то, что вокруг люди в большинстве своём выглядели существенно моложе, смотрелась она интереснее и приятнее. Лицо продавщицы, моложавое от природы, отражало не только ускользающую врождённую красоту, но и опыт прожитых лет, груз ушедших невзгод и обид, радость пережитого счастья, интеллект, потаённую мудрость и доброту. Добавляла же очарования в её образ лёгкость, как в выражении этого лица, так и в стройности фигуры. Заметив изучающий взгляд мужчины, продавщица вопросительно посмотрела на него, гордо приподняв подбородок. Андрей поздоровался и завёл беседу о её товарах. Продавщица рассказывала и объясняла со знанием дела, в свою очередь, поглядывая на мужчину оценивающе. Через несколько минут верительные грамоты были вручены и приняты.

— Как мне называть Вас, Господин? — приятным низким голосом поинтересовалась продавщица.

— Андрей, — просто ответил он.

— Меня зовут Валентина, Господин Андрей!

— Очень приятно! — улыбнулся мужчина.

— Взаимно! — чуть улыбнулась она выразительным ртом с немного тонковатыми губами, — Жаль только, что Вы не планируете сегодня покупки…

— Вы читаете мысли, Валентина?

— Иногда… — с весёлыми искрами в светлых глазах ответила женщина, — Господин не должен называть меня на «Вы».

— Господин называет Вас так, как считает нужным! — открыто улыбнулся Андрей, — И будьте добры… Покажите мне картину… Нет-нет… Справа краешек показался сиреневый!

— С удовольствием! — улыбка Валентины стала шире и… загадочнее.

— Рерих! — изумился Андрей, увидев картину полностью. Он не мог похвастаться хорошим знанием и пониманием живописи, но любимые полотна у него были, — «Град обреченный» и, по-моему, прекрасная копия!

— Откуда Вы знаете? — выдохнула поражённая Валентина, — Впрочем, чудеса иногда происходят… Если скажу, что оригинал, всё равно не поверите…

— Это слишком фантастично для моего понимания реальности… — проговорил Андрей переводя взгляд с картины на продавщицу и обратно, а затем посмотрел прямо в светлые умные глаза женщины и сказал неожиданно: — Но Вам я почти готов поверить, Валя!

— Вот как? — серьёзно произнесла она, — Вы странный… Вы меня заинтересовали… Хотите купить эту картину? Она не из дешёвых…

— Разумеется, хочу!

— Пожалуйста, Господин Андрей! — взгляд женщины продолжал выражать удивление, — Просто завернуть или упаковать в кофр?

— Лучше в кофр, — кивнул мужчина, — Страшно подумать, что я могу повредить её…

— Одну минуту, — упаковывая простенькую рамку с полотном в солидный кофр из ламинированной фанеры с алюминиевым профилем, Валентина бросала быстрые взгляды на Андрея, словно продолжая ожидать подвоха. Мужчина вытащил свою Золотую кредитку, продавщица удивлённо мотнула головой и защёлкнула замки на чехле.

— А Вам бы очень пошёл вот этот головной убор, Валентина, — Андрей указал на висящий за спиной продавщицы голубой платок из неизвестной мужчине плотной ткани с узорами, гармонично сочетающимися с орнаментом её платья.

— Убрус? Да, он мне нравится, но не по Сеньке шапка, — улыбнулась женщина, всё ещё удивлённо, но уже совершенно спокойно поглядывая на покупателя и принимая его кредитную карту, — Уникальный экземпляр, между прочим…

— Его я тоже покупаю, — спокойно произнёс Андрей.

— Шутите? — наклонила голову вбок продавщица, — В самом деле, Господин? Думаю, женщина, которой он предназначается, оценит Ваш подарок и обрадуется…

— Уверен, что так и будет! — утвердительно кивнул мужчина, забирая у продавщицы кредитку и покупки, и после паузы… возвратил ей платок, — Убрус, Вы говорите? Он для Вас!

— Господин Андрей! За что же мне такой подарок?

— За прекрасно проведённое в общении с Вами время, за чудесную покупку… Да просто я хочу, чтобы он принадлежал Вам и никому другому!

— Мне неудобно… — смутилась женщина, — Даже не знаю, что сказать…

— А Вы ничего не говорите, Валя! — улыбнулся Андрей и сделал шаг от прилавка, — До свидания!

— Спасибо, Господин Андрей! До свидания! Приходите ещё… Я буду ждать…

— Я приду, Валя…

* * *

На парковке у машины Андрея крутились две миловидные, но слишком накрашенные особы и смазливый молодой человек, который ему сразу и решительно не понравился. Не обращая внимания на их болтовню и недвусмысленные предложения, в нюансы которых он вникать не желал, мужчина аккуратно поставил кофр с картиной перед задним сидением, сел за руль и, двинув автомобиль от «Куртизанской». Проехав ещё около километра на восток, он остановился напротив здания с колоннадой, непривычно более внушительного, но, увы, такого же запущенного, как и в привычной для него Москве… Поразмыслив, Андрей свернул в небольшую улицу направо, где скоро должен был снова показаться лес и ещё одна станция метро. Место оказалась безлюдным, а станция и дома поблизости разрушены. Он снова решил пройтись пешком и, покуривая, пошёл вглубь руин, обнаружив по ходу, что не только станция заброшена, но и железная дорога метро разобрана полностью. Смотреть оказалось не на что, Андрей решил дойти до видневшегося недалеко здания депо и вернуться. Однако депо его заинтересовало: и здание выглядело целым, даже название бывшей когда-то конечной станции этой линии метрополитена угадывалась на фасаде «Имейловский парк»; и рельсы выходивших из депо путей в видневшееся поодаль чрево тоннеля были целы и, похоже, недавно использовались. В депо, судя по всему, как минимум теплилась жизнь, что подтверждала колючая проволока вокруг объекта. Скоро появилась и охрана. К счастью, не Блюститель, а человек в камуфляже, но с винтовкой в руках. Он так активно ею размахивал и выкрикивал что-то нечленораздельное, что Андрей решил спокойно удалиться. «Значит, оружие здесь всё-таки имеется, просто видеть мне его до сих пор не приходилось», — отметил он про себя…

Глава 6

Дни Княгини

Наступила середина марта, приближались Дни Княгини и, Андрей засобирался во Дворец. Он не тешил себя надеждой случайно встретить там Илью, вероятность такого события приближалась к нулю. Но взглянуть на дворцовую территорию, увидеть своими глазами Дворец Княгини и, быть может, помещение Архива Андрей считал необходимым. Кроме того, ему было страшно любопытно просто посмотреть на праздничное мероприятие, которое собирает большую часть населения тёмного Княжества. Как ни странно, у идеи Андрея нашлись противники…

— Что Вы там забыли, мой Господин? — встревоженно заговорила Катрина, когда догадалась о его намерениях.

— Что же в этом особенного, Катя? Множество людей соберётся там, почему мне не поучаствовать? — вопросом на вопрос ответил мужчина, не скрывая удивления от её бурной реакции.

— Вы опять не поняли, мой добрый Господин! — всплеснула руками девушка, усаживаясь на край стола в кабинете Андрея, — Во Дворце собирается масса мужчин, чтобы даром получить отличную выпивку и разнообразные яства высшего качества, чтобы поучаствовать в колоссальной многолюдной оргии, на которую каждый год собирают всех шлюх Княжества. Я знаю, о чём говорю. Девочек и мальчиков из моего салона забирают на неделю во Дворец, а затем они получают две недели отпуска потому, что не в состоянии работать! Некоторым приходится обращаться к медикам… И так повсеместно. За шестью Днями Княгини приходят две недели всеобщего опустошения… Конечно, есть люди, которым необходимо находиться во Дворце в это время по долгу службы, но у Вас-то нет никаких обязательств, а лучшую еду, питьё и хорошеньких девочек мы с Эммой обеспечим Вам в любой день, не выходя из отеля… Хотите? Или может быть снять для этой цели отдельный особняк на несколько дней?

— Катюша! — мужчина поразился горячности Катрины, вспыхнувшей, как костёр на ветру, — Мне хватает тебя и Эммы, да и во всём остальном я не испытываю недостатка. Дело в другом… Во-первых, элементарное любопытство. А, во-вторых, у меня есть слабая надежда встретить там одного человека, которого, как ты наверняка знаешь по компьютерным поискам Эммы, мне крайне желательно повидать…

— Вы слишком легкомысленны, мой Господин! — рыжая бестия могла быть крайне упряма и, сейчас наступил именно такой момент, — Отыскать во Дворце кого-то определённого в эти дни невозможно, а любопытство может Вам дорого стоить.

— Ты считаешь, что мне там грозит опасность?

— Вам, как минимум, угрожает полное опустошение, депрессия, серьёзные психологические травмы… Кстати, и за Ваше физическое состояние я беспокоюсь!

— Ты не преувеличиваешь, Катя? — закуривая, покачал головой мужчина, — Разве тебе приходилось участвовать в Днях Княгини?

— По счастью, мне пока удавалась избегать этого… Но источники моей информации заслуживают внимания и это не один, и не два человека, поверьте, — убеждала его девушка, — Вы бы успокоили меня, если отказались от этой затеи полностью… В конце концов, попробуйте расспросить тех мужчин, которые бывали там. Не уверена, что они будут откровенны, но всё-таки… А уж если и после их слов Ваше любопытство победит, не ходите во Дворец в первые два Дня Княгини, умоляю Вас, мой Господин!

* * *

Надо сказать, что горячее сопротивление Катрины визиту Андрея на княжеский праздник вызвало у мужчины обратную реакцию. Очень стало интересно ему, что же такое происходит во время Дней Княгини во Дворце? Однако, и прислушаться ко мнению Кати Андрей посчитал не лишним и решил пообщаться на эту тему с Сергеем. Позвонив на мобильный заместителю управляющего Ленинской видеотекой, Андрей с изумлением обнаружил, что его, постоянно отказывающийся от употребления алкоголя, новый друг сильно пьян. Приглашение Гостя Княжества посидеть в каком-нибудь ресторанчике или заехать в «Силикон» на рюмку чая и пообщаться Сергей не принял, но настойчиво позвал Андрея к себе в гости на следующий день…

— Как я понимаю, речь о Днях Княгини, дружище? — с радостью и некоторым смущением приветствовал Андрея хозяин небольшого, по-холостяцки уютного двухкомнатного номера гостиницы «Хренком», — Так я и думал… Видишь ли, толковый разговор на эту тему может получиться, если хорошенько выпить. Составишь мне компанию?

— Почему бы и нет, — улыбнулся Андрей, понимая, что Сергей пришёл в себя с похмелья непосредственно перед его визитом, — Честно говоря, ты удивил меня своим… запоем, я не ошибся в диагнозе? Но это не значит, что мы сейчас же не сделаем заказ подходящей выпивки и закуски. В конце концов, мужчинам необходимо время от времени общаться друг с другом по-мужски…

— Только водку, Андрей, только водку… А закуски на своё усмотрение… Ого! У тебя серьёзный подход к делу, — с бесшабашной улыбкой комментировал Сергей выбор своего гостя, заказывающего продукты по местной сети…

* * *

Дожидаясь курьера, мужчины лихо взялись уничтожать остатки припасов хозяина номера. Курьерская служба работала в Княжестве оперативно, и уже минут через сорок Андрей принимал и оплачивал заказ, будучи слегка навеселе. Обновив содержимое стола, собутыльники и не подумали делать паузу в своём тяжком, изнурительном труде. К радости гостя, вскоре Сергей решился поговорить на интересующую Андрея тему.

— Скажу тебе честно, что побывал там лишь единожды, — начал своё повествование хозяин номера слегка заплетающимся языком, — С тех пор я стараюсь брать отпуск за трое суток до начала Дней Княгини и вплоть до их окончания… Как ты успел заметить, в обычное время я веду фактически трезвый образ жизни, только изредка позволяя себе… в хорошей компании… Но ежегодный мартовский отпуск посвящаю запойному пьянству. Ты хочешь спросить почему?

— Ещё бы! — кивнул Андрей, разливая по рюмкам очередную дозу, — Мне страшно интересно…

— А мне просто страшно! — мотнул головой Сергей, опрокидывая в себя водку и закусывая ещё тёплым беляшом с чудесной мясной начинкой, — Меня тянет туда и, я боюсь, что не смогу остановиться, сорвусь и… снова там набезобразничаю…

— Ты так лихо погулял на Днях Княгини во Дворце, дружище?

— В том то и дело, что я плохо помню, как погулял, Андрей! Но ощущения после этого… Ты, конечно, ждёшь объяснений. Попробую рассказать… Во Дворце всех прибывших сначала приглашали на первый нижний уровень. Вдоль уходящего далеко вперёд широкого прохода между двумя залами, где располагались столы и столики с едой и выпивкой, с обеих сторон стояли официанты и настойчиво зазывали гостей начать пиршество… Дворец — странное сооружение: он велик снаружи, а внутри… невероятно огромен! Возможно, это какой-то обман зрения или колдовство… Позже я понял, что таких залов, с широкими проходами между ними, множество. Рассказывали мне и о том, что этот уровень далеко не единственный и самые сладкие угощения… во всех смыслах, находятся на третьем и ниже.

— Сколько же их всего?

— Не знаю… Говорят шесть… или девять… Но я и до третьего не добрался. На второй попал уже сильно пьяным и вымотанным от… переизбытка женского внимания, а там… Присел за столик к женщине в красном платье… О, она была прекрасна! Никого желаннее у меня в жизни не было… Женщина вовсе не отказывалась от общения со мной, напротив… Но тут появился какой-то хахаль что ли её… прежний… Видать, в сортир бегал… Слушай, там же ещё туалеты как-то помещаются, душевые и комнаты для… отдыха. Чудо архитектуры! И повсюду в этой роскоши тысячи людей пьют, едят и совокупляются… В общем, подрался я с этим хахалем и прекрасную женщину в красном у него отбил, но… Через какое-то время она куда-то исчезла и… появилась снова… А, может быть, это была уже и не она… Не исключено, что их было несколько, но перед глазами стоит одна, да и та — смутный образ… Короче, я дрался за даму сердца, наслаждался ею, пил, ел, снова дрался и наслаждался… Позже люди-охранники втолковывали мне, что драться во Дворце вовсе необязательно, прекрасных дам, выпивки и закуски хватит на всех. Домой я возвращался всё ещё сильно пьяный, едва переставляя ноги, весь в ссадинах и оборванной одежде, к-хе… А в гостинице узнал, что отсутствовал четверо суток! С тех пор 22 марта для меня особенный день… Думаю, если бы люди-охранники, а потом и Блюстители не выперли меня тогда из Дворца, мы бы сегодня с тобой не разговаривали. Но даму в красном вспоминаю до сих пор, и меня тянет к ней больше… чем к бутылке! Налей ещё, друг, а то я протрезвел, вспоминая…

— Разумеется, я никуда не тороплюсь…

— В самом деле? Это очень хорошо! А давай девчонок пригласим?

— Какие девчонки, Сергей? Все дамы полусвета готовятся к Дням Княгини…

— Неправда Ваша, Господин! — засмеялся хозяин номера, чокаясь с Андреем рюмкой, — Во Дворец собираются дамы полутьмы, а девчонкам полусвета, как например, милым девушкам из холла «Ленинки», там делать нечего… Есть у нас две умненькие и хорошенькие подружки, позволь мне позвонить им?

— Что же с тобой сделаешь? — с улыбкой пожал плечами Андрей…

* * *

Весьма похожие друг на друга на первый взгляд, девушки из Ленинской видеотеки зашли в номер Сергея через час. Обе — крашеные блондинки среднего роста, стройные, но не худые. Андрей вспомнил, что все девушки в холле «Ленинки» казались ему на одно лицо. Но стоило гостьям присоединиться к застолью мужчин и легкомысленному разговору, стало понятно, что они отличаются и по характеру, и эмоционально, да и внешне тоже… На Андрея обе смотрели со сдержанной настороженностью, хотя он сразу понял, что блондинки появились в номере Сергея не впервые. Впрочем, весёлая беседа и алкоголь делали своё дело — обстановка приобрела нужную непринуждённость: мужчины обращались к девушкам не по именам, а по тут же приклеившимся к ним определениям — «черноглазка» и «зеленоглазка». Первую — более экспрессивную и раскованную, хозяин номера через пару часов утащил к себе в спальню; вторая — и в правду, умненькая и сдержанная осталась с Андреем и принялась рассказывать ему о своей, прямо скажем, не очень счастливой жизни, об увлечении фильмами, в которых эротика не являлась единственно важным элементом и, что крайне удивило мужчину, литературой. Ещё более поразительным фактом оказалось увлечение «зеленоглазки» стихосложением. Не встречая, судя по всему, привычного ей сопротивления, девушка принялась читать свои вирши. По большей части стихи оказались слабые, но весьма и весьма эмоциональные. Андрей понял, что именно в них она вдыхает свои нерастраченные чувства, и слушал с интересом, хотя неточные рифмы порою били по ушам. Увлекшись, «зеленоглазка» перешла к весьма фривольной любовной лирике, немного смущаясь, но прямо обращаясь к слушателю, будто передавая ему закодированное послание…

«Когда б Поэт любил не только Музу,

хоть иногда смотрел по сторонам,

я б стала учредителем союза,

его перу покорных милых дам.

К читателям на встречу, он явùтся,

суров и прям в душевной наготе…

И дамы в небо воспарят, как птицы,

и отдадутся сладостной мечте.

Когда б Поэт хотел не только Фею,

к земному счастью безучастным став,

то подошла бы я к нему, слабея,

и отдала всю soul, live & love.

Ах, почему Поэт поёт

всегда лишь той, что не даёт?»[3]

Глубокой ночью порядочно опьяневший Андрей засобирался восвояси и зашёл в ванную комнату, чтобы умыться. Поэтесса «Зеленоглазка» немедленно юркнула за ним.

— Не покидайте нас так быстро, Господин! — воскликнула она, поедая мужчину глазами, — Без Вас будет скучновато…

— Можно и остаться, — пожал плечами Андрей, — Но неплохо было бы отдохнуть пару часов, не напрягая при этом Сергея… Разве что, снять номер на сутки в этом отеле?

— В этом нет необходимости, Господин! Мы с подругой живём здесь же, на верхнем этаже… Господин Сергей точно не захочет отпускать её до утра, а я могла бы… устроить Вас в нашем номере, только он поскромнее…

— Это меня не пугает, — улыбнулся мужчина и, через полчаса они отправились на верхний этаж гостиницы «Хренком»…

* * *

Проснувшись утром, Гость с юмором отреагировал на развешенное и разбросанное по номеру девушек многочисленное женское бельё, смутив «зеленоглазку», не нашедшую ничего лучшего, чем закрыть его глаза своими ладонями, а рот губами… Ещё через час в номере Сергея был проведён комплекс мер по борьбе с похмельем. Андрей убедился, что его приятель находится в адекватном состоянии, в надёжных руках, во Дворец не рвётся, и отбыл в «Силикон», где загодя проинформированные о его планах Эмма и Катрина, всё равно встречали его с нетерпением и тревогой. Как они и предполагали, мужчина не отказался от идеи увидеть Дни Княгини своими глазами…

* * *

В полдень 20-го марта Андрей, в новом тёмно-синем костюме, голубой рубашке с серебристо-синим в полоску галстуком, в отличных, а главное удобных чёрных кожаных туфлях, отправился на такси к воротам на территорию Дворца. Судя по рассказам, основная волна пребывающих на праздник приходилась на первый день, но и увиденное мужчиной сегодня производило впечатление. На парковке в ожидании клиентов, а также разгружая прибывших и загружая немногочисленных отъезжающих гостей праздника, толпилась добрая сотня такси. К радости Андрея, столпотворения у ворот не наблюдалось, все новые гости Дней Княгини многолюдной, но спокойной рекой, не задерживаясь, заходили внутрь мимо внушительной команды Блюстителей. Однако на территории Дворца мужчину ждала первая и не укладывающаяся в голове неожиданность… Помимо того потока вошедших в ворота гостей праздника, где находился Андрей, он увидел ещё три разные по интенсивности движения человеческие реки, которые словно бы… материализовались из теней на специально отведённых площадках и спокойно, как и он сам, двигались через площадь ко Дворцу. Теряясь в догадках, но решив оставить раздумья на потом и ничему не удивляться, мужчина шёл дальше, на покрытую брусчаткой площадь… Никогда бы не пришло Андрею в голову, что знакомое с детства сооружение, внешне напоминавшее вавилонский зиккурат, может служить Дворцом. Правда здесь, в Княжестве, оно оказалось огромной со скруглёнными углами, искажённой и вызывающей у Гостя озноб и оторопь, копией, раз в десять крупнее оригинала. Прямо за зданием Дворца возвышалась безобразная от своих гигантских размеров стена красного кирпича. На дальней же стороне площади, где Андрей ждал и боялся увидеть бассейн, часть поверхности накрывал матово-белёсый круглый купол, не менее ста метров в диаметре. Мужчина понял, что бассейн там всё-таки имеется, но он не только закрыт для посещения, но и скрыт от глаз прохожих. Последнее, что посмотрев влево увидел Андрей, увлекаемый потоком во чрево Дворца, было длинное трёхэтажное здание напротив с тремя крупными буквами на фасаде: «ГУМ». Стараясь никак не реагировать на увиденное, и уже не надеясь хотя бы краем глаза взглянуть на боковой вход в интересующий его Архив, мужчина с десятками других гостей, оказался внутри Дворца.

Ведущая от входных дверей наверх центральная лестница оказалась перекрытой Блюстителями. Пришедшие дисциплинированно шествовали по двум боковым лестницам, ступени которых вели вниз, на первый подземный этаж. Андрей с содроганием подумал, что сейчас он увидит остеклённый саркофаг с мумией, и он его увидел! Памятная мужчине гробница стояла посередине полутёмного траурного зала, как ни в чём не бывало, нисколько не уступая оригиналу, только мумии в ней не оказалось. Возможно, лучше бы она там находилась, потому что взгляд Андрея, автоматически передвигавшего вмиг одеревеневшие ноги в потоке гостей праздника, не мог оторваться от страшного, словно нарочито грубо прорубленного вниз отбойными молотками, зияющего неровными острыми кромками провала во тьму на месте, где должно было находиться ложе с мумией.

Миновав зал с саркофагом, людской поток выплеснулся в огромный светлый зал, разделённый широким проходом. Столы на правой половине зала оказались наполовину заполненными гостями, празднующими очередной День Княгини с утра, а судя по внешнему виду многих, возможно, и со вчерашнего вечера. На левой половине официанты заканчивали обновление столов для вновь прибывших. Некоторые из новых гостей занимали свободные места за столиками справа, другие не спеша проходили вперёд, дожидаясь возможности усесться за почти подготовленные к их появлению столы с левой стороны прохода. Так же поступил и Андрей, не задерживаясь шагая вперёд. Впрочем, он и не торопился к столу, притягивающему видом и запахом роскошных яств, мужчине куда интереснее было воспользоваться заминкой и сразу спуститься этажом ниже, минуя весьма назойливых, по словам Сергея, официантов… Их навязчивые предложения занять, наконец, место за столиком, а не разгуливать без дела, Андрей почувствовал уже на втором нижнем уровне Дворца, убранство и наполнение которого мало отличалось от первого. Ловко уворачиваясь от халдеев обоих полов, мужчина добрался до середины тамошнего зала, где был взят в плен двумя, издалека заприметившими его, раскрасневшимися красотками у ближайшего к проходу четырёхместного столика. Наперебой расхваливая кухню Дворца и качество напитков, женщины усадили Андрея за стол, четвёртое место у которого занимал в лоскуты пьяный громоздкий мужчина, мирно спящий на своём, чрезвычайно удобном стуле, уронив голову на грудь. Развесёлые красотки кормили нового гостя чуть ли не из ложечки, регулярно подливая ему прозрачную, как слеза, восхитительную по качеству водку, которую он сам и выбрал в качестве аперитива… Не прошло и получаса, как женщины сидели на расстоянии вытянутой руки от Андрея, и тянули к нему эти самые руки. Одна исследовала на сопротивление его рубашку под уже расстёгнутым пиджаком, другая решила разгладить стрелки на его брюках так, что мужчина начал опасаться за целостность пуговиц на брючном гульфике. Несмотря на то, что вокруг, за соседними столиками, происходило нечто подобное, Андрей не планировал так рано ввязываться в бой. На помощь ему неожиданно пришёл пьяный богатырь, сидящий напротив. Он проснулся, продрал глаза, и невероятно тонким для своей устрашающей наружности голосом тут же устроил истерику по поводу невежливого обхождения нового гостя с его близкими дамами, одна из которых уже полуобнажила свою грудь и положила на неё ладонь Андрея. Не дождавшись хоть какого-то ответа от равнодушно глядящего на него мужчины и окружавших его двух ухмыляющихся женщин, богатырь с тонким голосом решился на применение мер физического воздействия… Увы, только упавший на спинку стул и сброшенные со стола тарелки стали результатом богатырского размаха руки. Женщины завизжали и вскочили, поднялся с места и Андрей, краем глаза заметивший спешащих к столику охранников… Он воспользовался ситуацией и отправился в туалет. Правда, одна из дам не захотела оставлять кавалера без присмотра, однако неистребимая даже здесь очередь в дамскую уборную помогла мужчине избавиться от её внимания и оказаться на третьем уровне нижних этажей Дворца… «Ох, не зря Сергей сюда стремился», — подумал Андрей, минуя контролировавших вход и внимательно наблюдавших здесь за гостями Блюстителей. В интерьерах небольших, хотя и многочисленных залов третьего уровня появилась роскошь, богатство и размеренность. Гость с удовольствием прошёлся бы мимо столиков, большинство из которых были накрыты на двоих, и двинулся ниже, удовлетворяя своё растущее любопытство, но…

Она сидела за столом, прекрасная и одинокая, и смотрела на Андрея огромными всё понимающими глазами. Загипнотизированный женским взглядом, мужчина просто подошёл к её столику для двоих и сел напротив… Впоследствии он не мог припомнить, о чём говорил с ней, да и говорил ли вовсе. Они ели и пили, более глядя друг на друга, нежели в тарелки, и буквально нескольких минут хватило, чтобы Андрей понял: он встретил свой идеал, женщину своей потаённой мечты. Никаких сомнений в том, что и она ждала здесь только его, у мужчины не возникало. Время для него остановилось… Он плохо помнил потом, как долго они просидели за столом, прежде чем женщина повела его в комнату, оказавшуюся маленьким будуаром с невероятно красивым альковом. Обстановка оказалась под стать особе, которая привела сюда Андрея и столь недвусмысленна, что мужчина немедленно принялся раздевать женщину своей мечты. В обнажённом виде она стала ещё прекраснее и желаннее… Час ли они провели там вдвоём, два или три? Этого Андрей не запомнил. В его памяти осталось только странное чувство досады, преследовавшее его, когда они покидали комнату и возвращались за столик, чтобы продолжить чревоугодие… Окружающая обстановка зала теперь не имела значения. Вероятно, мужчина со своей дамой снова провели за столом долгое время, прежде чем он, уже в состоянии крепкого опьянения, решительно вернулся со своим идеалом женской красоты в приватные покои. Андрей обладал этой женщиной горячо и страстно, а она вполне отвечала ему взаимностью… «Что-то не так… Не так, как должно быть», — засело в его голове. Он яростно доказывал всему миру своё право владеть этой лучшей самкой в городе и довёл её до полного исступления… Но когда она, едва отдышавшись, бессильно раскинула своё идеальное тело на скомканном, мокром от человеческого сока и пота белье прекрасной постели, Андрей оделся и ушёл прочь с мыслью о том, что его обманули… Возвращаясь к воспоминаниям о близости с той женщиной месяцы спустя, он так и не смог объяснить себе в чём, собственно, суть этого ощущения пронзительной обманутости. Но никак по-другому назвать это чувство было нельзя…

Особенные ли напитки и блюда дворцовой кухни или масса выплеснутой энергии подействовали на мужчину таким образом, что долгое время он находился в полу-бредовом состоянии… По всей видимости, Андрей нашёл помещение с душевыми кабинами, где ему удалось освежиться, прежде чем нырнуть на четвёртый уровень, воспоминания о котором начисто стёрлись из его памяти… Последние события, оставившее след… размытый, но пусть это и звучит несуразно, удивительно яркий след в его голове, произошли с ним не то на пятом, не то на шестом нижнем уровне Дворца Княгини.

Сам ли Андрей встретил невысокую брюнетку с точёной фигуркой, лицо которой закрывала чёрная вуаль или она увидела мужчину и привела в свои роскошные апартаменты?.. Если это и был сон, то ярче иной яви… Андрей сидел в гостиной несомненно знатной дамы… Ели и пили они крайне мало, зато разговаривали много, это он хорошо запомнил… Будто бы женщина сначала удивлялась самому появлению Андрея в глубинах Дворца, а он доказывал ей, что попал сюда вовсе не случайно… Затем, кажется, они спорили о природе человеческой красоты и, Андрей доказывал, что каждая женщина прекрасна, если естественна и открыта. Но на призыв снять с лица вуаль брюнетка лишь улыбалась и качала головой… Смутно помнилось мужчине позднее, что рассуждал он и о любви. Уверял, что каждый человек способен любить, и достоин любви, но многие любят только себя, убивая саму суть этого чувства. Говорил Андрей и о том, что супружеским долгом является не секс на семейном ложе, а именно любовь… Потерявшись во времени, мужчина не мог определить, сколько длился их долгий, неторопливый разговор, и когда брюнетка в чёрной вуали поднялась со своего изящного кресла, взяла Андрея за руку и повела в свою спальню. Там, к его изумлению, уже сидел на роскошном ложе другой мужчина с великолепной атлетической фигурой. Кажется, этот молодчик давно ожидал, что брюнетка ляжет в постель с Андреем, и собирался присутствовать при их близости. По крайней мере, когда Госпожа отослала красавчика прочь, на его лице читалось недоумение, безмерная обида и… страх…

То, что происходило в спальне с того момента, как Андрей и дама с вуалью остались наедине, он не мог назвать занятием любовью, что-то мешало произнести такое слово. Но не было это и просто сексом… Буря, ураган, страсть в гипертрофированном виде, взаимное обладание друг другом… Андрей даже представить себе не мог, что у него оставалось столько сил в резерве и, что в этой изящной женщине может быть такое количество энергии, да и качества тоже… Так, возможно, совокупляется жаждущая друг друга пара приговорённых к смерти…

* * *

Утром 22-го марта Эмма открыла дверь Золотого номера отеля «Силикон», Андрей шагнул через порог и… рухнул на пол прямо в прихожей. На крик секретарши прибежала Катрина, лицо которой немедленно исказилось судорогой от заранее ожидаемой ею беды и боли… Женщины с трудом дотащили своего Господина до ванной, раздели и погрузили его в тёплую воду, а затем долго и тщательно омывали тело Андрея ласковыми руками. Впервые этот процесс не вызвал у него сексуального возбуждения. Мужчине стало легче, но его преследовало ощущение того, что он грязен, несмотря на старания его добрых девочек. Ему хотелось наговорить им море прекрасных нежностей и, даже слова любви готовы были сорваться с языка Андрея, но что-то или кто-то будто вталкивал их обратно.

К вечеру мужчина обрёл потерянную было способность мыслить, но чувство гадливости к собственному, замаранному чем-то гнусным телу осталось. На вид Андрей был цел и невредим, кожа его не зудела и не чесалась, но… Идея пришла к нему, как озарение. Несмотря на протесты Катрины, мужчина осторожно дошёл до автомобиля у дверей гостиницы и собрался сесть за руль, но тут к машине подскочила Эмма и заявила, что если Господин не позволит ей отвезти его туда, куда он считает необходимым, она бросится под колёса… Вернувшаяся в Золотой номер Катя втихомолку налила себе полную рюмку коньяка и выпила её залпом, даже не поморщившись…

* * *

— Господин! — обратился к Андрею одинокий охранник небольшого бассейна на набережной, с сомнением глядя на искрящуюся голубыми бликами воду, — Вы вправе делать здесь всё, что Вам заблагорассудится… Но пожалейте девушку, не заставляйте её…

— А девушку никто и не заставляет, — тихо, но жёстко оборвала его речь Эмма.

— Спасибо за заботу, молодой человек, — устало проговорил Андрей, — Не волнуйтесь, всё будет хорошо… Только отвернитесь, пожалуйста, не смотрите на нас и… полчаса не пускайте сюда никого.

— Так я и сделаю, Господин! — слабо улыбнулся охранник, вздохнул с видом человека, исполняющего свой долг, отошёл от бассейна и расположился таким образом, чтобы не видеть водной глади, но хорошо просматривать окрестности…

Эмма помогла Андрею раздеться донага и тревожно смотрела, как он медленно погружается в голубоватую воду. Мужчина отплыл на несколько метров от бортика, затем нырнул в глубину, чтобы через несколько секунд вернуться на поверхность воды и застыть на ней с разведёнными в сторону руками и ногами… Минут через пять Эмма встретилась взглядом с блестящими от восторга глазами мужчины, тихонько охнула, склонилась через бортик к воде и провела по ней рукой. Изумлённо взглянув на свою мокрую ладонь, девушка оглянулась, выглядывая охранника, и не увидев его, принялась снимать с себя одежду. Уже нагая, она ещё раз смущённо оглянулась, осторожно окунулась в воду бассейна и немного неловко поплыла к Андрею…

* * *

— Что ты сделала с нашим Господином? — спрашивала Катрина Эмму, с радостной улыбкой глядя на явно взбодрившегося мужчину, — Вы ездили в клинику?

— Э-э-э… В водолечебницу, — улыбнулся в ответ Андрей, а секретарша с удовольствием кивнула головой.

— Даже не слышала о такой… — пожала плечами Катя и, продолжая улыбаться, обняла обоих, — Но главное — помогло, а то я уж думала… Постой-постой, Эмма, а тебе в этой лечебнице предложили новую косметику?! Кожа гладкая, как у ребёнка… и будто чуть-чуть светится изнутри…

* * *

Через пару дней Андрей встречался с Сергеем и на его молчаливый вопрос ответил: «Ты во многом оказался прав, дружище! Но это надо пережить самому, иначе не поймёшь… Во всяком случае, если доведётся нам встретиться 22-го марта, мы отметим этот день, как памятную нам обоим дату…»

Глава 7

Дом Вершителей

Вход в приёмную находился с тыльной стороны здания Дома Вершителей. За массивную латунную ручку двери Андрей взялся с некоторым содроганием, хотя волноваться ему не было причины. Однако, эти двери с двумя Блюстителями по сторонам сами настраивали на тревожный лад. Внутри стояли ещё два Блюстителя. Андрей попытался было рассмотреть их краем глаза, но сделать это на ходу оказалось сложно, а замедлять шаг не хотелось вовсе. Просторные тёмно-серые плащи с капюшонами и странные маски на лицах — такой вот портрет мельком… За столом в приёмной стоял, именно стоял, а не сидел, молодой человек атлетического сложения в костюме с полуулыбкой на лице. Андрей предъявил ему свою Золотую карту, после чего тот кивнул и, сверкнув зубами, схватил телефонную трубку. Через минуту за Андреем пришёл другой молодой человек, близнец первого, и отвёл его в кабинет на втором этаже здания. Когда Андрей вошёл в комнату, навстречу ему поднялся из-за стола, улыбаясь во весь рот, мужчина средних лет, кошачьи повадки которого, совершенно не вязались с внешностью хорошо откормленного суслика.

— Добро пожаловать, Господин Андрей! Мы рады Вас видеть! — елейно провозгласил хозяин кабинета. Гость оглянулся по сторонам и, никого более не обнаружив, ответил:

— Здравствуйте, Господин…

— Михаил. Для Вас просто Михаил. Обращение «Господин» мы вполне можем оставить для других случаев, не правда ли?

— Разумеется, можем, — сухо ответил Андрей.

— Ну и прекрасно! Присаживайтесь, пожалуйста. Какой сорт виски предпочитаете?

— «Chivas Rеgal», пожалуй…

— Прекрасный выбор, — произнёс Михаил, наполняя два стакана, — Со льдом? Без содовой? Отлично. Курите, пожалуйста. Ну-с, за знакомство? Чудесный напиток, не правда ли? Итак, я готов Вас выслушать, Андрей. Или начать мне, как Вам удобнее?

— Начните, пожалуй, Вы, Михаил…

— Отлично. Итак, Андрей, я не склонен считать Ваш визит к нам случайностью. По всей видимости, Вы более-менее обжились в Княжестве, начали разбираться — что к чему, но этого Вам показалось мало, не так ли?

— Так.

— Отлично. Однако Ваш статус «Гостя» и Ваша Золотая карта позволяют вести восхитительно праздный образ жизни, развлекаться, ни о чём не задумываясь. Неужели, надоело?

— Ещё нет, — улыбнулся Андрей, — Но скоро надоест.

— Понимаю-понимаю… Вы подумываете о том, чем заняться через неделю-другую, когда праздность наскучит, и решили получить информацию из первых рук, так сказать?

— Вот именно.

— Что же, я не буду лукавить, Ваш интерес совпадает с нашим желанием познакомиться поближе с «Гостем» и, возможно, привлечь его к сотрудничеству. Но прежде мне хотелось бы понять, чем Вас так заинтересовал статус «Вершителя»?

— Имеющаяся у меня информация о Вершителях невелика и отрывочна, но анализируя её, я понял, что Вершители имеют то, чего нет у людей другого статуса, в том числе и у меня…

— И что же это? — заинтересованно спросил хозяин кабинета, лукаво улыбаясь.

— Власть, — жёстко ответил Андрей, прекрасно понимая, что именно это слово хотел услышать его собеседник.

— Отлично! И Вы хотите получить эту власть? Что же, тогда Вы пришли по нужному адресу.

— Прекрасно, Михаил, я весь внимание.

— Полагаю, Вы достаточно умны и проницательны, чтобы понять, что Вершителями становятся единицы, и путь этот для обычного обитателя Княжества долог и не прост… Однако, с Вами дело обстоит совсем иначе, на том простом основании, что Вы оказались здесь не обычным порядком, а так сказать, пришли со стороны… Если «Гость», да ещё и Обладатель Золотой карты решит прервать свой отдых ради выполнения высоких задач, мы обязаны познакомиться с ним, предоставить ему такой шанс и помочь им воспользоваться. А начнём мы, пожалуй, с поверхностного описания того, что Вы приобретаете, становясь Вершителем, не возражаете? Ещё виски?

— Не возражаю.

— Итак, Вершители практически не ограничены в своих передвижениях по Княжеству, в сфере своей деятельности, в привлечении Исполнителей, а при необходимости, и Служителей для своих нужд. Некоторые небольшие ограничения существуют только на территории Дворца Княгини, а по части использования людей в своих целях, только в согласовании с другими Вершителями, если они уже пользуются услугами вышеозначенных лиц. Разумеется, все возможные у нас развлечения доступны для Вершителей, при желании Вы можете придумывать что-то особенное и реализовывать собственные идеи. Это касается не только развлечений, разумеется, многие из нас владеют отелями, магазинами, фабриками… Как видите, возможности безграничны, а власть велика!

— И какова цена?

— О, с Вами приятно иметь дело, Андрей. Вы зрите в корень. Дело в том, что возможности и власть предоставляются действующим Вершителям, у которых имеется одна постоянная обязанность, вне зависимости от их пристрастий и рода побочных занятий. Эта обязанность — работа с Испытуемыми.

— А подробнее?

— Подробности имеют гриф ДВП (Для внутреннего пользования). И я могу продолжить разговор с Вами в этом направлении, только если получу от Вас устное согласие хранить эту информацию в тайне, вне зависимости от того, станете Вы кандидатом в Вершители или нет.

— Я согласен, — ответил Андрей без колебаний.

— Отлично. Итак, Испытуемые пребывают к нам не по собственной воле, как Вы, а по принуждению. Однако, это и есть естественный способ пополнения Княжества новым населением. Отсюда и наша первая задача — отбор Испытуемых на предмет целесообразности нахождения в Княжестве, а также их дальнейшего использования. Критериев много, Вы можете ознакомиться с ними позднее, если пожелаете. Большинство из них субъективны, то есть, по сути, судьбу Испытуемого Вершитель решает единолично и по собственному усмотрению. Испытуемый, не прошедший отбор Вершителя, передаётся Блюстителям. Если Испытание пройдено, Вершитель даёт заключение и рекомендации об использовании человека в качестве Исполнителя в той или иной сфере деятельности. Также он имеет возможность контролировать судьбу отобранного им нового Исполнителя и привлекать к работе для собственных нужд после того, как тот пройдёт необходимый карантин.

— Очень интересно, но как именно Вершитель проводит Испытание и сколько времени это занимает?

— Во времени Вершителя никто не ограничивает. На одного Испытуемого может хватить и нескольких часов, на другого может потребоваться месяц, хотя чаще всего испытание длится от двух дней до недели. У каждого Вершителя имеется специально оборудованный для работы коттедж, иногда используются другие помещения. Вершитель сам разрабатывает сценарий очередного Испытания, а в случае необходимости меняет его по ходу процесса. Изучить Испытуемого желательно достаточно тщательно, хотя это не всегда имеет решающее значение. Способы могут быть любые — от простого разговора до самой изощрённой…

— Пытки?

— Вы меня удивляете, Андрей!

— Отчего же? Ведь слово «Испытуемый», не только от слова «Испытание», но и от слова «Пытка».

— Вы абсолютно правы и мне нравится Ваша проницательность. Да, проверки и пытки могут быть любыми.

— А если Вершитель покалечит, а то и убьёт Испытуемого? — мрачно спросил Андрей.

— Крайне редко случается и такое, но предпочтительно рачительное использование материала.

— Материала? Хм… Понятно.

— Одно нужно знать точно. Каждый Испытуемый доставляется сюда по причине серьёзных порочных отклонений в своей жизни, нарушений, как правило, в половой сфере, причём, в подавляющем большинстве случаев, сознательных нарушений или преступлений. Поэтому, Испытание — не только акт насилия в той или иной степени, но обязательно…

— Половой акт?! — вздрогнул Гость.

— Совершенно верно. А потому, Вершители-мужчины обычно занимаются отбором Испытуемых-женщин, и наоборот. Впрочем, бывает и по-другому, это зависит от выбора Вершителя.

— Логично: убийцу следует неторопливо и со знанием дела убивать, вора обкрадывать самыми обидными способами, насильника… И, стало быть, такая работа с распутными Испытуемыми — обязанность Вершителя… Он совершает её в одиночку?

— Вы опять в точку, Андрей. В одиночку эта задача зачастую становится тяжёлой, а порой и не безопасной… Прошлое некоторых Испытуемых отягчено не только сексуальными проступками. Поэтому Вершители обычно используют специально обученных личных помощников или нанятых Исполнителей, а в исключительных случаях и Служителей для разовой помощи в Испытании. Иногда Вершитель только разрабатывает сценарий, наблюдает за Испытанием, контролирует его и выносит вердикт. Но это не распространяется на кандидата в Вершители.

— Да, Михаил. По-моему, пора перейти к разговору о кандидатах.

— Отлично. Обычному Служителю 1-го ранга, чтобы только попасть в кандидаты требуется пройти серьёзный тест на профессиональную пригодность, так сказать, окончить специальный курс и сдать суровый Экзамен… Вы же, как уважаемый Гость, становитесь кандидатом в Вершители сразу после того, как даёте на это согласие.

— Вот как? — изумился Андрей, — Но получается, что чрезвычайно ответственная работа возлагается на непроверенного и не обученного человека!

— Скажу Вам откровенно, риск имеется… Но Гости в наших краях — большая редкость, и один Ваш статус — лучшая рекомендация. Кандидатский минимум и станет проверкой и, одновременно, обучением для Вас… Итак, я продолжу… Информация о Вашем согласии вносится в закрытую часть Ваших анкетных данных. Вы получаете в своё распоряжение коттедж Вершителя и первого Испытуемого. Чтобы стать Вершителем Вам необходимо обработать троих, выбранных Вами лично из имеющихся Испытуемых, не привлекая к процессу помощников. Если Вы не справляетесь или отказываетесь от прохождения кандидатского теста, всё возвращается на круги своя. Разумеется, при обоюдном соблюдении тайны.

— А Вы отслеживаете процесс, Михаил? И как, вообще, осуществляется контроль?

— Я курирую только кандидатов в Вершители. У действующих Вершителей есть Советники, которые помогают в случае необходимости. А контроль минимален. Во всяком случае, никакой аудио и видеозаписи извне не ведётся, на основании Закона об исключительной конфиденциальности Испытания. По сути, даже при наличии помощников, Испытание — это всегда дуэль между преступником и представителем власти закона, на котором, сами понимаете, лежит полная ответственность за принятие окончательного решения. Кстати, помещения коттеджа Вершителя оборудуются скрытыми видеокамерами, но включаются они только по его желанию и для его нужд, даже если он ещё кандидат. Частенько это бывает очень полезно не только для постоянного контроля за Испытуемым, но и для просмотра ключевых моментов Испытания в записи для вынесения обоснованного заключения. По завершении работы Вы уничтожаете все эти материалы самостоятельно. Окончание работы — это вердикт Вершителя или кандидата в Вершители, а также данные о физическом, психологическом и эмоциональном состоянии Испытуемого, которые снимаются специальной медицинской службой до и после Испытания.

— Видимо, эти данные серьёзно меняются… — задумался Андрей.

— Безусловно. Но так и должно быть, не правда ли? — развёл руками Михаил.

— Да уж. Итак, если я решу пройти кандидатский тест Вершителя, мне нужно только уведомить Вас об этом?

— Да, Андрей. Но надеюсь, Вы понимаете исключительность своего положения и не отнесётесь к своему выбору легкомысленно.

— Легкомысленно? Всё оказывается ещё серьёзнее, чем я предполагал… Правильно ли я Вас понял: моя задача — единолично изучить Испытуемого, выяснить его наклонности, понять… э-э-э… являются ли его проступки последствиями невоздержанности, чрезмерной похоти, сексуальной распущенности или же они сопутствуют куда более тяжким преступлениям, закрывающим конкретному человеку дорогу в Княжество?

— Совершенно верно! — с улыбкой кивнул Куратор кандидатов, — Вам в помощь я предоставлю Свод Законов об Испытаниях. Он короткий, ёмкий и, разумеется, секретный… Из него Вы почерпнёте информацию о правах и обязанностях Вершителя. Есть и другие материалы, с которыми будет полезно ознакомиться перед практической работой…

— Несомненно… И, как я понял, очень не просто…

— Конечно, но Гость, мечтающий о власти, вряд ли страдает мягкотелостью! — хитро улыбнулся Михаил, — Не следует, однако, думать и о запредельных нагрузках. Обычно действующие Вершители проводят в месяц не менее одного, но и не больше трёх Испытаний, дабы исключить психологические перегрузки и связанные с ними неприятности. Каждое Испытание щедро оплачивается, но…

— Это для меня не главное, — прервал паузу Андрей, — В любом случае, полученная от Вас информация требует осмысления.

— А я не собираюсь торопить Вас, решение-то серьёзное, так ведь? — моментально отреагировал Куратор, — Правильно! Но как только Вы решитесь, мы встретимся и обсудим детали. Вы осмотрите свой коттедж, а я отвечу на Ваши вопросы и предложу первого Испытуемого на выбор. Впрочем, любопытства ради, можете посмотреть текущий список Испытуемых.

— Можно и посмотреть, а смысл есть?

— Увидеть своими глазами прибывших, с которыми нам приходится работать, лишним не будет. А если Вам кто-то приглянется в качестве потенциального первого Испытуемого, я смогу зарезервировать его для Вас, правда только на три, максимум пять дней. Если Вы не успеете решиться, им займётся кто-то другой.

— Что же, давайте попробуем…

— Давайте попробуем, — повторил за гостем Михаил, устанавливая на стол свой ноутбук, — Я рекомендую Вам присмотреться к этим четырём вариантам. Они, на мой взгляд, не должны быть сложными, а это важно для первоначального опыта. Вас интересуют только женщины?

— Да уж, пожалуйста… Мужчины с сексуальной точки зрения меня не интересуют вовсе, а это, как оказалось, немаловажно, — констатировал Андрей, — А, кстати, какого возраста могут быть Испытуемые?

— Возраст? — усмехнулся Михаил, — Теоретически возраст и внешность могут быть любыми. Но, во-первых, детей у нас не бывает в принципе. Правда, в последнее время девушки успевают набедокурить, едва созрев, но варианты моложе шестнадцати исключены категорически. Как, впрочем, и женщины почтенного возраста.

— С моей точки зрения, это приятная новость, — усмехнулся Андрей, — Но в чём причина такой избирательности?

— Никакой избирательности не существует, зато есть два важных и необъяснимых для всех нас нюанса. Первый заключается в том, что Испытуемые прибывают сюда с некоторой амнезией, что ли. Провалы в памяти у одних большие, у других очень большие. Чаще всего они помнят лишь некоторые события и эпизоды своего прошлого, и никакой закономерности в этом нет. Где находятся, они тоже не представляют, что естественно позволяет работать с ними почти с чистого листа. Это часто упрощает процесс, но в условиях дефицита сопутствующей информации об Испытуемых, напротив, усложняет… Но что интересно, возможно, в качестве компенсации за утерю памяти, Испытуемые пребывают сюда с внешностью, которая наиболее соответствует их ощущению себя. Это второй нюанс. Я понятно формулирую?

— Хотите сказать, что внешность и фактический возраст могут не соответствовать друг другу? Шестидесятилетняя женщина может помнить и чувствовать себя, например, сорокалетней и… выглядеть соответственно?

— Совершенно верно. Физически — сорок, а по прошедшему сроку жизни — шестьдесят… Или на вид двадцать, а по факту — тридцать пять… Очень распространённый случай и у женщин, и у мужчин…

— Лихо, — покачал головой Андрей, — Но звучит неправдоподобно.

— Тем не менее, длительный опыт работы с Испытуемыми подтверждает это предположение и практически исключает ошибку, — развёл руками Михаил, — Кстати, Вы вправе отказаться от Испытуемого, если он Вам решительно не подходит по физическим или каким-то другим параметрам… Имеющаяся у нас служба предварительной информации работает неплохо, что в большинстве случаев позволяет составить первое мнение об Испытуемом, хотя оно не всегда совпадает с действительностью.

— Хорошо, — немного успокоился Андрей, — покажите Ваши варианты.

— Пожалуйста. Вот это — проститутка со стажем, несмотря на свои реальные двадцать два года… Вот убеждённая, надо понимать, шлюха сорока шести лет, но вполне привлекательной наружности. Смотрится на тридцать, нет?.. Это — вообще топ-модель, со всеми вытекающими и втекающими. Думаю, вполне годится для начала.

— Не знаю, — засомневался Андрей, рассматривая фотографии очень высокой и стройной брюнетки лет тридцати, с каким-то стандартным лицом и тусклыми глазами, — Как-то она мне не очень, особенно, в качестве первой. Пустая и стервозная.

— Да Вы — физиономист, мой друг! Это может пригодиться… Но и с такими тоже надо работать. Далеко не худший вариант, — воскликнул Михаил, улыбаясь, — Впрочем, для первой Испытуемой желательно найти кого-нибудь помягче, что ли, так?

— Да, наверное… — пожал плечами Андрей.

— Ну, вот ещё вариант. Внешность, конечно, не блестящая… — Михаил вывел на монитор компьютера фотографии сорокалетней согласно документам женщины, выглядевшей не намного моложе. Она не отличалась красотой и стройностью, была несколько блёклой, что подчёркивали волосы какого-то соломенно-пегого цвета. Однако, что-то в её внешности зацепило Андрея, заинтересовало. Может быть взгляд карих глаз, пусть и не больших, но живых.

— А эта что наделала? — поинтересовался он.

— Эта, по нашим сведениям, никак не могла определиться с мужчинами. И до замужества, и во время. Изменяла мужу не часто, но с какой-то странной убеждённостью, что в этом есть существенная необходимость. А затем начинала относиться к очередному любовнику, как ко второму мужу… Закончилось всё плачевно. Впрочем, это уже не важно. Она здесь и с ней нужно работать, возьмётесь?

— Возможно, — задумчиво проговорил Андрей.

— Попробуйте… Я резервирую Ирину, так зовут эту женщину, для Вас, Андрей?

— Пожалуй, да…

— Отлично. Только, помните, что она будет ждать Вашего решения всего трое суток, начиная с этого момента…

Андрей вернулся в Золотой номер отеля задумчивый и взбудораженный. Выкурив несколько сигарет подряд в своём кабинете, он принялся что-то высматривать во всех, особенно плохо освещённых, уголках каждой комнаты номера. Катрина и Эмма молча наблюдали за Господином, не понимая, что происходит. Когда мужчина вернулся в кабинет, горничная вошла за ним.

— Мой Господин, простите, что отвлекаю, но мне хотелось бы поговорить с Вами, — очень серьёзно произнесла она.

— Поговорить? — непонимающе спросил её Андрей, но увидел в глазах Кати такое волнение и тревогу, что сразу пришёл в себя, — Конечно, милая… Через полчаса мы пойдём обедать в какой-нибудь ресторан, там и поговорим.

— С Эммой?

— Было бы несправедливо оставлять её здесь одну, — улыбнулся мужчина, — Или у тебя ко мне сугубо личный разговор?

— Нет-нет, с ней будет даже лучше, — взгляд Катрины прояснился…

Обедали в «Браге». Здесь было довольно людно и шумно, но казалась, что обычно предпочитавшего вкусно поесть в тихой и спокойной обстановке Андрея сегодня это вполне устраивало. Заняв столик в углу большого зала, в ожидании заказа, они пили аперитив, когда Катя не выдержала:

— Господин, по Вашему мнению, мы не заслуживаем доверия?

— Девочки мои! — начал мужчина, в принципе ожидавший подобного вопроса, — Возможно, я очень легкомысленный человек, но иначе не могу… Кому же мне доверять в этом мире, если не вам двоим?

— Уже легче… — выдохнула Катрина, — Тогда, возможно, Вы расскажите нам о своих проблемах здесь, в ресторане, если в Золотом номере Вам кажется разговаривать не безопасно?

— Догадалась? — усмехнулся Андрей, — Думаешь, мои опасения не беспочвенны?

— Не могу утверждать с полной уверенностью, но такая слежка за Вами кажется мне невероятной… Но хотелось бы понять суть возникших у Вас, а значит и у нас проблем.

— Ты так повернула вопрос, Катя, что мне не отвертеться, — почесал затылок мужчина, — Начистоту, так начистоту… С первого дня появления у меня секретарши, я поручил ей задание, связанное с поиском одного человека… Не правда ли, Эмма?

— Правда, Господин… Мой Господин! — поправилась секретарша и покраснела.

— Зачем это было нужно, могу я спросить? — Катрина обошлась без дежурного хихиканья.

— Видите ли, помимо знакомства с вами, целью моего визита в Княжество является выполнение ма-аленького поручения моего… хорошего знакомого.

— Помимо знакомства с нами? — открыла рот Эмма, не разобравшись сразу с тонким комплиментом Андрея, замешанном на английском юморе.

— Господин намекает, дорогая, что основная часть его визита в Княжество уже достигла цели, — с неподражаемым выражением лица произнесла Катрина, и Андрей затрясся от смеха, глядя на расцветающую в улыбке секретаршу. Меж тем Катя, всё-таки хихикнув, продолжила: — Однако, чтобы потом не отвлекаться на мелочи, следует поскорее закончить с этим маленьким поручением?

— Вот именно, — мужчина, хитро улыбаясь, смотрел на свою рыжеволосую бестию, наслаждаясь её тонкостью и рассудительностью, — Мне непременно нужно найти этого человека и передать ему одну вещь…

— Ваш медальон? — неожиданно спросила Эмма.

— Почему ты так решила? — оторопел Андрей, теперь поражаясь чутью своей белокурой помощницы, — Да, ты права… Удивительно… Признаюсь, что недооценивал вас обеих…

— Это только моё предположение, случайная догадка, мой Господин, — тихо произнесла секретарша, словно оправдываясь, — Мне ужасно не хочется, чтобы она нарушила… теплоту наших отношений.

— Не нарушит… Всё будет хорошо. Возможно, даже лучше, чем прежде, — уверенно заявила Катрина, поглядывая на встревоженную Эмму и задумчивого Андрея, — Особенно если наш Господин посвятит нас в проблемы своих поисков, а мы поможем ему…

— Пожалуйста, с вами я готов поделиться, если вы настаиваете, — пожал плечами мужчина, делая ударение на слове «с вами», — Но о какой помощи ты говоришь, Катя? Путь моих поисков ведёт во Дворец.

— Ох, так я и думала… — с горечью воскликнула секретарша.

— Говорю же, что ты умная, — улыбнулся Андрей и вздохнул, — Как вы помните, я посетил Дворец во время Дней Княгини, но сложно было найти там кого-то в это время…

— Поэтому-то Вы ездили сегодня на площадь Вершителей? — прямо спросила Катрина.

— Да, так и есть…

— Могу я сделать хоть что-то, чтобы уберечь Вас от следующего безумного шага, мой Господин? — с надрывом произнесла Катя, глаза которой наполнились слезами.

— Можешь, если предложишь другой, — спокойно ответил мужчина, наливая водку себе и женщинам, которые пили до этого момента только белый вермут, — Я долго думал, Катюша: а так ли безумны мои шаги, если другой возможности нет, а дело сделать надо?

— Вы что же, решили стать… Вершителем? — удивилась Эмма.

— А если и так? Вы обе будете относиться ко мне хуже? — спросил Андрей, опустошая свою рюмку и ковыряя вилкой поостывший стейк, — Захотите покинуть меня?

— Нет! — неожиданно горячо выпалила секретарша, — Но мне почему-то страшно…

— Да-да… Страшно… — кивала в задумчивости Катрина, — Я кое-что знаю о Вершителях, мой Господин, и тоже опасаюсь… Боюсь, что Вы измените своё отношение ко всем людям и к нам с Эммой, в первую очередь. Возможно, сами прогоните нас или… что-нибудь похуже… С другой стороны… Вы — не такой, как все и, наши опасения могут оказаться беспочвенны.

— Я в общих чертах представляю, что мне предстоит, Катя, и… не скажу, что мне это нравится… Но почему не попробовать? В конце концов, если всё это окажется противно моей натуре…

— Мой Господин, Вы же не развлечения ради хотите пробовать, а для того, чтобы стать Вершителем и получить постоянный допуск во Дворец, так?

— Да, но не в сам Дворец, там мне делать нечего, а в Архив Княгини…

— Понимаю-понимаю… Но получив статус Вершителя, Вы потеряете статус Гостя, Господин Андрей!

— Ну и что с того? — удивлённо спросил он.

— Статус Гостя временный… полгода, иногда год, насколько я слышала, и Вы возвращаетесь… туда, откуда прибыли… У Вершителя статус постоянный… Конечно, мы будем счастливы, имея возможность жить с Вами долго! Правда, Эмма? — состроила Катя забавную рожицу, но тут же посерьёзнела, — Но хотите ли Вы этого так же сильно, как хотим мы, Господин?

— Э-э-э, — растерялся Андрей, если и задумывавшийся о такой стороне вопроса, то вскользь и не серьёзно, — Давайте-ка, всё-таки, пообедаем, девочки мои… Остыла еда-то…

Ели медленно, без аппетита… Катрина и Эмма бросали быстрые, испытующие взгляды на Андрея, а он больше думал, чем ел… «Временный статус, постоянный — нет ничего более постоянного, чем временное… Неужели может так случиться, что я останусь в этом невероятном Княжестве навсегда? И так ли уж я тороплюсь вернуться назад?.. Как же хочется быть легкомысленным, положиться на случай и на чувства… А почему нет? К кому у себя дома я нынче испытываю такие чувства, как к этим двум замечательным, милым и желанным женщинам?.. Авантюра, говоришь? Раньше это называлось экспериментом… Потом ни времени, ни возможности, ни здоровья на авантюру может и не остаться… Буду ли сожалеть, если не вернусь домой вовсе? Помнится, в юности рвался в космос и чувствовал себя готовым к невозвращению… И какой это, тьма-тьмущая, дом, если тебя там никто не ждёт? А здесь я нужен и Катрине, и Эмме… Не знаю, почему и зачем, но чувствую — нужен!.. Поручение Хароныча выполню и… останусь с ними… Золотой кредитки меня, возможно, лишат, но Вершители-то хорошо зарабатывают…»

— Вам ещё интересно, девочки мои, проведёте ли вы ещё несколько месяцев с Гостем или…? — наконец произнёс мужчина вслух и, женщины обожгли его горячими взглядами.

— Ах, Господин, не томите! — не выдержала паузы секретарша, — Если бы Вы могли забрать нас с собой, когда соберётесь назад…

— В этом нет необходимости, Эмма, — легко выдохнул Андрей и уверенно произнёс: — Я остаюсь…

* * *

Мир вокруг преобразился, стало понятно Андрею, особенно когда они вышли из шумной «Браги» на улицу и неторопливо шествовали втроём по бульвару в сторону отеля. Катрина всё это время смотрела на него с неожиданно вернувшейся к ней недоверчивой робостью, а Эмма с нескрываемой радостью и облегчением… Андрей остро почувствовал, что в этом ещё малопонятном ему мире, в сумеречном Княжестве он уже не совсем чужой, он остаётся здесь надолго. Принятое решение открыло ему второе дыхание, и мужчина перестал сильно переживать тревожную и мрачную перспективу работы Вершителем, потому что после выполнения обязательств, он непременно вернётся домой к ждущим его чудесным женщинам. Также перестала его беспокоить и неизвестность поиска, Андрей почему-то приобрёл уверенность в том, что непременно найдёт «Архивариуса» и выполнит поручение Хароныча… Настроение троицы изменилось кардинально, и они ещё зашли ненадолго в ресторанчик отеля, а затем выпили по рюмке коньяка в гостиной своего Золотого номера. Впервые Андрей видел Эмму, плюнувшую на самоконтроль и хватившую лишнего…

— Чем же Вы займётесь, мой Господин, когда выполните поручение своего знакомого? — поинтересовалась она, — Кроме своих обязанностей, конечно…

— Не знаю, Эмма, — легкомысленно отвечал он, — Может быть построю дом в тихом месте, где будет жить наша семья? Начну книжки писать…

— Книги? — удивилась секретарша, — О чём же Вы станете писать?

— О читателях, — засмеялся Андрей, — О чём же ещё писать настоящему литератору?

— А мы подумали, что о нас… — с хитринкой улыбнулась Катя.

— Так вы и будете мои читателями! — улыбнулся мужчина и обнял их обеих…

В какой-то момент Андрею с Катриной показалось, что секретарше пора отдохнуть, и они ласково уложили слабо сопротивляющуюся женщину в её постель, где она мгновенно уснула…

— Мой Господин! — шептала сидящая на диване в гостиной Катя, поглаживая волосы лежащего головой на её коленях Андрея, — Вы решили остаться из-за важности поручения, которое обещали выполнить?

— Нет, Катюша, честно говоря, я даже не вполне понимаю степень его важности, — ответил мужчина, целуя прохладную и ставшую такой необходимой ладонь её руки.

— Но не из-за меня же? — голос девушки задрожал.

— Ну что ты… — тихо и легко засмеялся Андрей, — Это всё из-за женщин… двух прекрасных и удивительно близких мне женщин, имена которых…

— Эмма и Катрина, — закончила за него Катя, дождалась утвердительного кивка в ответ, порывисто обняла мужчину и принялась горячо целовать его лицо…

* * *

Этот день Андрей тщательно распланировал, хотя особенно не надеялся, что его план будет близок к реальности. Проснулся в 9:00, хорошо выспавшись. Легко, но питательно позавтракал. Дал указания Эмме и Катрине на тот случай, если будет отсутствовать несколько дней, а затем позвонил в Дом Вершителей. Михаил, похоже, ждал его звонка и предложил Андрею подъехать не на собственной машине, а на такси. Андрей вызвал машину через портье, взял собранный заранее портфель и двинулся на выход. Посреди гостиной столбом стояла Эмма с выражением глубокой тоски на лице. Мужчина усмехнулся, подошёл к ней вплотную, провёл рукой по её лицу, коротко поцеловал в губы, а затем слегка шлёпнул по ягодице. «Не грусти, я вернусь, как только смогу», — произнёс он и пошёл к лифту, где его дожидалась Катрина. «Э, нет! Так не годится. Если я не появлюсь завтра, то позвоню. Ясно? И не вздумай реветь!» — строго сказал Андрей, чмокнул готовую расплакаться девушку в щёку и, не давая ей опомниться, нырнул в кабину лифта. Автомобиль ждал его на улице. Ехать было всего ничего, и водитель домчал его за три-четыре минуты к Дому Вершителей, напоследок глянув на Андрея с испугом. К Михаилу его отвели немедленно.

— Итак, Вы приняли положительное решение, мой друг, — с удовлетворением констатировал Михаил, поздоровавшись, — Присаживайтесь, в ногах правды нет.

— Но нет её и выше, — угрюмо отреагировал Андрей.

— Да-а-а? — протянул Михаил и громко расхохотался. — Сами придумали? Да Вы сегодня философски настроены, нет?

— Я настроен работать.

— Отлично. У меня всё подготовлено. Вам нужно только нажать указательным пальцем на эту кнопку моего компьютера… Вот так. С этого момента Вы официально являетесь кандидатом в Вершители. Сейчас мы отправимся в коттедж N14 Южной Зоны, который теперь закреплён за Вами. Машина уже ждёт. В дороге обсудим детали. Только один вопрос: Вы не будете менять Испытуемого, такая возможность имеется? Нет? Тогда Ирина будет доставлена в коттедж, как только мы осмотрим его, всё уточним, и Вы подтвердите готовность. Я сохранил её для Вас, как мы и договаривались.

— Что же, пусть будет так. Едем?..

* * *

Южная Зона располагалась на самой окраине города. За очень высоким забором располагалось два внушительного вида особняка и пару десятков одинаковых коттеджей по обе стороны от центрального проезда. Здания располагались довольно далеко друг от друга, каждое окружала живописная разновысокая каменная ограда. По всей видимости, в каждом имелись подземные гаражи, служившие и одним из входов в дом. Гараж 14-го коттеджа был просторным, две машины поместились бы здесь свободно. Андрей с Михаилом поднялись по лестнице в дом. На первом этаже располагалась гостиная, очень удобный кабинет, небольшая, но функциональная кухня, просторная ванная, а также рабочая комната, как назвал её Михаил. На втором этаже под двускатной крышей что-то вроде курительной комнаты с бильярдом, а также шикарная спальня, служившая и ещё одной рабочей комнатой. Была и третья, в подвале, где хватило места и сауне с небольшим бассейном и комнатой отдыха. Каждая рабочая комната была оборудована своим санузлом, совмещавшим туалет и душевую кабину.

— Работать с Испытуемым Вы можете в любом помещении по своему желанию, все они легко закрываются при необходимости, а открываются с помощью сенсора, реагирующего на нажатие Вашего и только Вашего пальца. Однако, три рабочие комнаты специально оборудованы для Испытания. Возможно удалённое управление дверями, скрытыми видеокамерами и ещё несколькими устройствами с Вашего компьютера в кабинете. В одну из рабочих комнат будет доставлен клиент, когда Вы подтвердите готовность его принять.

— Клиент? А, ну да…

— Рабочие комнаты отличаются антуражем, — продолжил Куратор, — Посмотрим?

Верхняя рабочая комната («Белая», как назвал её для себя Андрей) оказалась просторным будуаром с зеркалами, белым мягким диваном, туалетным столиком солидных размеров, двумя белыми креслами и широкой кроватью под палантином. Кружевное постельное бельё, мягкие шторы на окнах, текстильная драпировка стен, даже зеркальный шкаф-купе во всю стену — всё было очень светлым и изысканным. Здесь вполне можно было принять, например, даму с претензиями. Средняя рабочая комната («Зелёная») была поменьше и гораздо скромнее. Но и здесь присутствовали два кресла, столик, шкаф и двуспальная пружинная кровать с никелированными спинками. Нижняя («Чёрная») рабочая комната явно годилась для садомазохистских опытов. Кожаная кушетка с подъёмным механизмом, специально оборудованная стена, какое-то хитрое клеёнчатое кресло — всё это было чёрного цвета. Михаил показал возможности кресла-трансформера, как он его назвал, а также предназначение верёвок, шнуров и цепей, висящих по стенам и под потолком. «Во я попал!» — подумал Андрей, разглядывая мрачноватый антураж… Они вернулись в гостиную, бар в которой оказался укомплектован весьма недурным набором напитков, а выпить по рюмке показалось очень кстати.

— У Вас есть какие-то замыслы по работе со своей первой Испытуемой, Андрей?

— Есть несколько идей, но пока я определился только с местом — это будет Зелёная комната.

— Отлично. Если хотите, подумайте, поразмышляйте ещё. Можете импровизировать по ходу дела, иногда отлично получается. В любом случае, я всегда готов дать Вам дельный совет по телефону. Кстати, рекомендую Вам доставить Ирину в комнату прямо сейчас, и додумывать сценарий испытания, наблюдая за ней с помощью скрытой камеры и компьютера в кабинете. Камеры стоят во всех помещениях, но Вы можете отключать, включать и настраивать любую из них. Короче, вот Вам кодовый номер Испытуемой Ирины, вот телефон, вот номер для вызова клиента. Мой телефонный номер Вы знаете, Андрей, а по этому можно заказать дополнительные предметы одежды, аксессуары, приспособления или что-то ещё, что Вам может понадобиться. В принципе, здесь много всякого разложено по шкафам, — усмехнулся Михаил, — а с Испытуемой привезут ещё некоторые предметы одежды её размера и разложат их в шкафу той комнаты, которую выбрал Вершитель. Мои разъяснения понятны?

— Вполне. И нечего тянуть, — хрипло произнёс Андрей, понимая, что если не сделает это сейчас, то может не сделать никогда. Снял трубку телефона и набрал номер…

* * *

Уже минут сорок Андрей тупо глядел на экран монитора, курил и цедил коньяк. Женщина в Зелёной комнате спала на пружинной кровати, и это сбивало его с толку. Куратор Михаил уехал через пять минут после того, как Андрей оформил вызов Испытуемой. Привезли её минут через двадцать. Взгляд Андрея буквально прилип к экрану, когда два Блюстителя вводили женщину в комнату и убирали в шкаф какие-то вещи. Складывалось впечатление, что она совершенно не понимала, что с ней происходит, где находится и как сюда попала. Пару минут Ирина вяло озиралась по сторонам, потом безуспешно попыталась открыть дверь комнаты. Затем, вдруг, зевнула, сняла с себя джинсы и блузку, легла на кровать и уснула. «Войти, разбудить и устроить скандал, чтоб не спала неизвестно где!» — раздражённо проговорил Андрей и рассмеялся. Ему хотелось толково разобраться со своей первой Испытуемой, вникнуть в суть процесса, а силовой подход вряд ли добавил бы ясности. Мужчина вспомнил теоретический курс, который изучал накануне. «Испытуемые, не поставленные перед фактом появления Вершителя, как некоего должностного лица (как, например: представитель власти, врач и так далее, а возможно и родственник), могут непредсказуемо идентифицировать его на основании собственных ассоциаций, отрывочных смутных воспоминаний, подозрений, страхов или скрытых желаний и фобий».

— Так даже интереснее. Будем импровизировать. Но, нужен ход! — подумал Андрей, и тут его осенило. Он взял в руки телефон и нажал кнопку местного вызова. В Зелёной комнате зазвонил телефон. Ирина замычала, просыпаясь, открыла глаза, повернулась на звук, увидела телефонный аппарат и подняла трубку.

— Алло, — сонно произнесла она.

— Ира, ты дома? — глухо проговорил Андрей.

— Дома, — неуверенно ответила женщина, — А кто это?

— Ты что, не узнала? Ты одна?

— Одна. Только я что-то не могу вспомнить…

— Ир, ну, ты что? Мы же договаривались, что я сегодня зайду! Это я, Виталий! — ляпнул Андрей.

— Виталий? А-а-а… Да-а-а… Я просто заснула. Ты уже около дома? Квартира N 50, заходи…

Андрей положил трубку, закурил, ухмыльнулся и, качая головой, стал наблюдать по монитору, как женщина, протерев глаза и поправив волосы, надевает джинсы и застёгивает блузку. Когда она начала поправлять бельё на кровати, он сказал себе «пора» и вышел из кабинета, плотно закрыв дверь. Через несколько секунд Андрей постучал в дверь Зелёной комнаты.

— Да-да…

— Привет! — жизнерадостно воскликнул он, входя в комнату и, на всякий случай, закрывая за собой дверь.

— Привет… Виталий? — растерянно посмотрела на него женщина.

— Ир, да ты что, своих не узнаёшь? Конечно, Виталий! Учились же вместе! Сто лет назад, правда. Но вчера-то больше часа по телефону говорили! Сама же в гости звала… А ты ничуть не изменилась…

— Ой, Виталик, извини! Ты, наоборот, изменился очень, сразу не узнать. Да и голова у меня сегодня какая-то странная. То спать тянет, то не проснусь никак…

Если спросить Андрея, о чём они говорили последующие пятнадцать минут, он только недоуменно пожал бы плечами. Так, вероятно, общаются все люди, которые не виделись 10 — 15, а то и все 20 лет. Однако, когда женщину понесло в опасные «а помнишь?», Андрей отреагировал немедленно.

— Ир, а кофейком-то напоишь?

— Ой, да что со мной сегодня. Конечно-конечно. Пойдём на кухню? — Ирина попыталась открыть дверь, пожала плечами… Андрей, тихо усмехнувшись, незаметно дотронулся пальцем до сенсора, и вторая попытка женщины оказалась удачной. Затем он легонько, под локоть, направил её в сторону кухни. А уж на кухне большинство женщин ориентируется быстро, даже на чужой.

— А куда я кофе-то положила? Да вот же он. Тебе чёрный? — целенаправленные действия вернули в её жизнь осмысленность, чему Ирина явно радовалась.

— А помнишь, — эту тему Андрей решил прочно держать в своих руках, — с чем мы раньше любили пить кофе?

— С чем?.. С ликёром, да? Помню! «Amaretto». Только сейчас такого не найдёшь, пробовала недавно какой-то, никакого сравнения. Ты куда?

— Я на минуту, — пока женщина наливала свежеприготовленный кофе в чашки, Андрей быстро сходил в гостиную и открыл бар. К его радости там стояла тяжёлая бутылка, где под большой квадратной пробкой находился тот самый напиток, который, как оказалось, нравился Ире, — Ир, я тут взял пару бокалов из гостиной, ничего?

— Да… А зачем они нам? — неопределённо ответила женщина.

— А вот зачем! — торжественно проговорил мужчина, вынимая из-за спины бутыль.

— «Amaretto»! Тот самый? Ты принёс с собой?

— Принёс. Тот самый, а может и ещё лучше. Сейчас попробуем, — провозгласил он, откупорил бутылку и разлил жидкость по бокалам. По кухни поплыл благородный, хотя и на любителя, запах миндаля, — За встречу!

— За встречу! — подтвердила Ирина, дотронулась своим бокалом до бокала мужчины и сделала небольшой глоток, потом большой глоток, и зажмурилась от удовольствия, — Какая вкуснятина! Ты прав, кажется даже лучше, чем тогда…

— Я знал, что тебе понравится, — скромно подтвердил Андрей.

— Виталик, так это ты специально для меня?! Какой ты молодец! — она подошла к нему, блеснула глазами, чмокнула в щёку и сразу вернулась на место за столом напротив мужчины, — Какая у тебя память! А что ещё помнишь?

— Я многое помню, Ирочка, — таинственно произнёс Андрей, закуривая, — Но сейчас твоя очередь…

— Мы курим на кухне? — женщина забеспокоилась, пытаясь что-то вспомнить, — Ах да, на кухне мы курим. Сейчас включу вытяжку. А ты не видел мои сигареты? Нет, спасибо, твои, наверное, крепкие для меня.

— Подожди, кажется, я их где-то видел, — Андрей жестом остановил порыв Ирины заняться поисками сигарет. В гостиной, всё в том же безразмерном баре лежали сигареты нескольких марок, он взял какие-то тонкие, в красной пачке, очевидно дамские, и вернулся на кухню, — Эти?

— Да, Виталик, спасибо, — поблагодарила его Ира, — Ты всегда был таким внимательным…

— И это всё, что ты обо мне помнишь? — с упрёком в голосе произнёс мужчина.

— Не обижайся, у меня что-то с памятью, особенно сегодня. Давай выпьем ещё немного, и я, возможно, что-то вспомню, — кокетливо ответила Ирина, — С тебя тост!

— Тост? Но он сегодня очевиден, — воскликнул Андрей, — За нас!

— За нас? Ну, пусть будет так. Хотя это несколько… странно, — Ира наморщила лоб, опять пытаясь что-то вспомнить, выпила бокал до дна, сладко облизнулась и снова задумалась.

Андрею эта задумчивость оказалась очень кстати, он неспешно курил, потягивая кофе, и рассматривал свою клиентку. В её лице он не видел ничего выдающегося. Небольшие карие глаза, небольшой нос, небольшие, но аппетитные губы, слегка растрёпанные волосы соломенного цвета. Всё это было заметно тронуто налётом прожитых лет. Впрочем, её тело среднего сложения, похоже, сохранилось хорошо. В общем, Андрей не нашёл в ней ничего особенного, но почувствовал какой-то интерес к Ирине ещё несколько дней назад, когда рассматривал её фотографии. После ближайшего рассмотрения интерес не пропал, и к нему добавилось несколько неожиданное, но устойчивое желание обладать ею. Впрочем, влечения такого рода в тёмном Княжестве перестали его удивлять…

— Ты что-то хотела спросить, Ира? — прервал он раздумья женщины.

— Да, Виталик, — протяжно произнесла она, — Ты говорил, что многое помнишь…

— Например, наш первый поцелуй! — закинул удочку Андрей, — Вспомнила?

— А? Да… Смутно. Это было так давно… А вчера? Мы говорили о чём-то, а я забыла…

— Ничего важного не было сказано, и помнить нечего. Мы с тобой решили, что нам обязательно надо встретиться, и ты пригласила меня сегодня в гости. Я и не рассчитывал встретиться с тобой так быстро, но ты сказала, что сегодня очень удобный день.

— Да, это я, кажется, помню… Сегодня — удобный день, — подтвердила Ирина и тут же неожиданно спросила, — А почему он удобный?

— Ну, это тебе лучше знать, — подготовил Андрей следующий экспромт, — Достаточно свободного времени… Ты ещё говорила, что мужа не будет дома.

— Что?! Муж! — вскрикнула женщина, — Ну, конечно же… Он вернётся, а ты здесь… Мы здесь курим, пьём…

— Ир, успокойся. Сама же сказала, что его не будет! Всё нормально. Лучше выпей ещё ликёра…

— Нет, не надо. Я буду пьяная… Муж увидит и…

— Не увидит. Ты вчера сказала, что его не будет весь день до ночи, — продолжал развивать тему кандидат в Вершители.

— Я сказала? Ты уверен, что я именно так говорила? Да? Ну, хорошо… А сколько времени? Два часа дня? Я так разволновалась, — с лёгкой истерикой в голосе сказала Ира, — Виталий, ты извини, но у меня дома не бывает посторонних мужчин…

— Ну, во-первых, я не посторонний, — веско заметил Андрей, но Ирина с сомнением покачала головой, — А во-вторых, ты можешь ему позвонить…

— Правильно! На мобильник, — просияла женщина, нашла глазами телефон, набрала номер и стала внимательно вслушиваться, бросив на Андрея строгий взгляд и прижав палец к губам, — Так, ага. Его телефон выключен или временно недоступен.

— Это хорошо или плохо?

— Это хорошо. Он всегда отключает его, когда работает.

— Ну и замечательно, — выдохнул мужчина, — А то, я тоже начал нервничать. Предлагаю выпить для успокоения нервов, покурить, а потом поменять обстановку…

— Да? Ну, это правильно… А здесь проветрим, ты откроешь форточку?

Через несколько минут они вернулись в Зелёную комнату. Ирина села на кровать, ему предложила расположиться в кресле, но Андрей так стремился быть рядом с ней, что она уступила, окинув его оценивающим взглядом. Он уселся, едва касаясь её плеча, и следующие двадцать минут молол невообразимую чушь о том, как она всегда интересовала и привлекала его. Ира слушала внимательно и с удовольствием, удивлялась, сомневалась, соглашалась и неожиданно «вспомнила», что Виталий был женат. Мужчина коротко ответил ей, что давно развёлся и продолжил монолог о ней, о себе и о том, как хорошо, что они встретились, удивляясь собственной многословности. Всё это время он не сделал ни единой попытки, ни обнять Ирину, ни даже просто коснуться её тела.

— И я до сих пор нравлюсь тебе, Виталий? — томно и трепетно спросила Ирина, многозначительно взглянув на мужчину.

— Да, Ира, — сокрушённо промолвил он и положил руку на её бедро, обтянутое джинсами. Женщина вздрогнула и тотчас молча прижалась к нему, положив голову на его плечо. Андрей выждал несколько секунд, а затем сжал Ирину в своих объятьях и принялся целовать её губы. Ира тут же обхватила его спину одной рукой и ответила жаркими поцелуями, дыхание женщины стало тяжёлым и звучным. Тогда мужчина, пуговка за пуговкой, расстегнул блузку на её груди. Женщина молча продолжала целовать его, громко дыша. Он залез рукой под лифчик и властно схватил довольно большую и приятную на ощупь грудь. Ира застонала, и Андрей принялся быстро раздевать женщину, не забывая поглаживать и целовать её лицо, шею, плечи и груди.

— Что же мы делаем? — томно вопрошала Ирина, лёжа в постели на спине в одних трусиках. Мужчина ещё стоял на полу, но уже абсолютно голый.

— Не волнуйся, Ирочка! Всё правильно делаем, — пропел он, как заклинание, и лёг рядом, припечатав поцелуем её голову к подушке. Рука мужчины продолжила своё эротическое путешествие… Ира горячо обнимала и целовала его, сначала с опаской, а потом всё смелее трогая возбудившуюся мужскую плоть. Через несколько минут Андрей оторвался от ахающей и постанывающей женщины, спустился ближе к гладким, не лишённым стройности ногам и рывком стащил с неё последнюю одежду… Ира застонала ещё громче, прикрыла рукой глаза и громко тяжело задышала в предвкушении. Тогда мужчина прижался к ней своим естеством и, с удовольствием отметив судорожное движение женского тела навстречу, резко качнулся вперёд. Томно вскрикнувшая Ирина и не думала его останавливать…

— Виталик! Ты… Мы… Что ты наделал? — удовлетворённо шептала женщина десятью минутами позже, всё ещё лёжа на спине и пытаясь руками прикрыть свою наготу.

— Всё хорошо, Ирочка. Отдыхай, — Андрей сидел рядом с ней на постели, свесив ноги, и поглаживал её влажные от пота бёдра и живот.

— Да? А ты? Скоро уходишь? Может быть кофе? Я отдохну немного…

Мужчина встал, собрал свои вещи с пола и вышел из комнаты, тихо, но плотно прикрыв дверь. Спустя пятнадцать минут, посвежевший после душа, он сидел в кабинете перед компьютером в чёрном шёлковом халате с эмблемой Вершителей на голое тело и размышлял, наблюдая за спящей в Зелёной комнате нагой женщиной. «Спать ей не давали, что ли? Странно… В принципе, здесь всё ясно. Случай действительно не сложный. Но делать окончательные выводы на основании пары часов знакомства, пусть и приведшего в постель, наверное, неправильно. Да и что я, собственно, о ней узнал? Что ей легко запудрить мозги и соблазнить? Это ничего не значит… За что она попала сюда в Испытуемые? Серьёзных проступков за ней нет наверняка. Значит, речь идёт о хронических нарушениях в половой сфере, как выразился Михаил. Может Ира по жизни не может разобраться со своими мужчинами или ей просто не везёт? Нужно дать ей шанс или… Довести её до кондиции. Кстати, хорошая идея»…

Андрей зашел в комнату к Ирине, открыл шкаф, покопался в нём и достал плотную повязку для глаз, которую тут же приладил на лицо спящей женщины, и пару прочных верёвок. Одной он связал её руки, безвольно лежавшие на постели около груди, а другой ноги на щиколотках. Ира и не думала просыпаться. Мужчина повертел в руках кляп, закреплённый на резинке, положил его на кресло и вернулся в кабинет… Дело было к ночи, Андрей собрался было позвонить в свой Золотой номер в отеле, но передумал. Он немного перекусил, расслабился, спать не хотелось совсем. Мужчина глянул на монитор, Ира продолжала спать, он чертыхнулся и встал. В Зелёной комнате Андрей вставил кляп в рот спящей на спине женщине и сел в кресло, обуреваемый желанием грубо разбудить её. Раздражаясь от минуты к минуте всё более, он снова залез в шкаф и вынул оттуда плётку из мягкой кожи, рукоятка которой была выполнена в форме фаллоса средних размеров. В этот момент Ирина начала просыпаться, издавая нечленораздельные звуки через кляп. Андрей перевернул её на живот и не сильно ударил плёткой по её обнажённой заднице. Женщина вскрикнула. Он продолжил, ударяя то немного сильнее, то совсем слабо, иногда хватая её рукой за ягодицы. Ира вскрикивала, постанывала, а потом сделала попытку что-то сказать. Мужчина извлёк кляп из её рта и шлёпнул ладонью по ягодице не сильно, но звонко.

— Нет! — громко запричитала Ирина, — Не надо. Не бей меня! Толя, это ты? Развяжи меня. Я ничего не сделала. Ай! Я не виновата!

— Врёшь! — грозным глухим голосом рявкнул Андрей, приподнял её задницу и обрушил на неё град ударов. Он вовсе не стремился сделать пытку болезненной, но женская попа изрядно покраснела.

— Не надо, я прошу тебя, Толенька! Пожалуйста! Ничего же не было…

— Врёшь!

— Ну, милый, я же не виновата! Ай! Не бей меня, я всё расскажу, — взмолилась она. Мужчина опустил плётку, сел в кресло и закурил в ожидании поучительного повествования, которое тут же и последовало, — Это какой-то кошмар! К нам зашёл неизвестный тип, очень страшный такой… Он угрожал мне ножом, раздел меня…

— Врёшь!

— Нет, это правда, — захныкала Ира, — Он повалил меня на кровать и… насиловал… долго! Я не могла сопротивляться, он был такой сильный!.. Толенька, прости!

— Хм… — кандидат в Вершители встал и схватил женщину за промежность.

— Ах, Толя, — застонала она, — Возьми меня, если хочешь…

— Ну, хитра! — произнёс Андрей своим обычным голосом и сорвал повязку с её глаз.

— Виталий?! Как ты посмел?! — закричала Ирина в голос, — Развяжи меня немедленно и убирайся прочь! Негодяй! Извращенец! Самец!

— Какой Виталий, крошка? — самым развязным тоном, на который был способен, произнёс он. Женщина попыталась было отстраниться, но он схватил её за волосы у затылка, она вскрикнула и замерла. — Забудь про Виталия, и про Толю забудь…

— Как? — всхлипнула Ира, — Он же мой муж…

— Был.

— Вы убили его!

— Да замолчи ты! Зачем его убивать? Он и сам прекрасно помрёт, когда придёт время. А вот ты… Ты хоть знаешь, где находишься? Оглянись вокруг…

— Не знаю, — прошептала Ирина, — В Турции?

— Где?! — Андрей отпустил женщину и упал в кресло, содрогаясь от хохота. Потом немного успокоился, снова закурил и иронично изрёк: — Конечно, мимо… Но ход твоих мыслей мне нравится.

— Не убивайте меня, Господин! — воскликнула она.

— А ты умненькая! Теперь ты назвала меня правильно. Только, что же, я так похож на убийцу?

— Нет, Господин, но… Вы могли отдать приказ, чтобы завладеть мной и избавиться от него…

— Тобой я уже завладел, как видишь, а он мне не интересен, — проговорил мужчина, не торопясь освобождать Испытуемую от пут.

— Да? Я Вам верю…

— Да неужели?.. Иди ко мне, — Андрей развалился на кресле, Ирина сползла с постели и, очутившись у его ног, перехватила недвусмысленный взгляд, поёжилась и медленно, с испугом распахнула чёрный шёлковый мужской халат.

— Пожалейте меня, Господин! Я не такая… Может Вы всё-таки Виталий, а?.. Может быть это игра? Я была бы согласна…

— Вот как? — удивился мужчина, — И на что ты согласна?

— Поиграть немного…

— Немного? Это мне не подходит!

— Виталик, ты же хороший! — вернулась на «ты» Ирина, но Андрей решил пока не обращать на это внимания, — Ты умный и должен понимать, что я не такая, чтобы… Я замужем!

— Ну и что? — холодно ответил «Виталий», — Это не помешает мне играть с тобой!

— Ах, всё-таки, играть? — обрадовалась она и осмелела, почувствовав хозяйкой положения, несмотря на связанные руки и ноги, — Я, конечно, не буду ничего тебе обещать… Но мы можем созваниваться, иногда встречаться, играть… Ну я не знаю, может быть и играть даже… Сегодня ты — Господин, я — твоя пленница… Но в следующий раз уже я буду Госпожой, а ты моим слугой!

— Интересно, — мужчина решил некоторое время идти у Испытуемой на поводу, — И что же будет требовать от слуги Госпожа?

— Требовать? — настроение Иры сменилось кардинально, она, казалось, была уже вполне готова повелевать, — Госпожа будет требовать послушания, подобающего обхождения, ласковых слов и тогда…

— А если слуга не подчинится? — перебил Андрей.

— Не подчинится? Как это… Он должен! Это же правило игры! — возмутилась Ирина, — И вообще, Виталик, прекрати это и развяжи меня! Я не хочу больше сидеть тут перед тобой голой!

— Зато я так хочу, и вот так хочу… — резким движением он прижал её лицо к низу своего живота, — И это тоже правило игры.

— Нет! Не надо, — глухо, безуспешно пытаясь вырваться, промычала Ира, — Я не буду в это играть…

— Будешь! Ещё как будешь! — зарычал Андрей и оттолкнул от себя женщину, — Я не Виталий и даже не твой Господин, но ты моя самка. Это ясно? Жалеть я тебя не собираюсь, и мне плевать, на что ты согласна, а на что нет. Поняла?

— Да… Вы мой сутенёр? — мигом поникла она и просительно дотронулась до его колена связанными руками. — Я же не гожусь в проститутки. Я уже не молода…

— А если мне нравятся опытные женщины? — усмехнулся Андрей, развязывая руки Ирины.

— Вам нравятся? Вы хотите, чтобы я принадлежала только Вам? — спросила Ира и начала, с опаской, но нежно поглаживать мужчину освобождёнными руками.

— Даже и не думай на это надеяться, — жестоко заявил мужчина, — Но от меня во многом зависит твоё теперешнее существование и… будущее тоже. Подумай об этом хорошенько и… поработай, Ирочка.

— Но я не могу так… не умею… Не надо, Господин!

— Надо. Не капризничай!

Женщина жалобно застонала и прилежно, не торопясь, но с надрывом провинциальной актрисы, выполнила его приказание до конца… После завершения процесса, она удовлетворённо провела языком по своим губам и вопросительно подняла взгляд. Андрей полулежал в кресле, прикрыв глаза, но ровно настолько, чтобы продолжать наблюдение за женщиной, поведение которой поражало его своими перманентными изменениями.

— Я всё сделала правильно? — тоном глупой школьной отличницы спросила Ирина, — Вам понравилось, Господин?

— Да, Ира, это у тебя хорошо получается, — саркастически улыбнулся Андрей, встал с кресла и запахнул халат, — Пойду сочинять рекомендательное письмо для тебя.

— О, Господин, можно я пойду с Вами? Я не буду Вам мешать, — кротко попросила Ира, умоляюще глядя на Андрея, — Мне будет плохо здесь одной.

— Пошли, но веди себя смирно, — начальственным тоном произнёс мужчина, достал из шкафа и бросил ей халатик из необычной прозрачной и гладкой ткани. — Какая забавная вещица, тебе нравится?

* * *

Следующие полтора часа Андрей провёл за компьютером, вымучивая формулировки отчёта о работе с Испытуемой, а она искала себе уютное место в кабинете, несколько раз попыталась расположиться у его ног. Это отвлекало от дела, но в результате отчёт был готов. В нём кандидат в Вершители характеризовал Ирину, как убеждённую и довольно безвредную шлюху, которую он рекомендовал после обучения направить Исполнителем в какое-нибудь относительно тихое место, типа отеля, ресторана, магазина или видеотеки. Пару цитат из своего опуса Андрей прочёл Ире, уморительно глядевшей на него честными и преданными глазами.

— Я могла бы работать продавцом, горничной, даже официанткой, — кивнула она, — Только я уже не молода и не отличаюсь яркой внешностью.

— Это, как раз, не проблема…

— То есть?

— Здесь ты можешь пройти процесс омоложения и даже изменить свою внешность по желанию.

— Да?! Но это, наверное, безумно дорого, — предположила Ирина.

— Если ты имеешь в виду деньги, то бесплатно, — усмехнулся Андрей, и глаза женщины удивлённо округлились, а он задумчиво продолжил: — Только, видишь ли… Я думаю, что всё в жизни имеет цену, часто немалую. Изменение внешности тоже. Так что, решать тебе.

— Вы рассказываете необычайные вещи! Я даже не знаю… А как Вы бы поступили на моём месте?

— Я не буду давать тебе советы, Ира. Такое каждый решает сам для себя.

— Простите, но может быть, это отчасти означает, что я Вам понравилась?..

— Хм… — усмехнулся Андрей, — Любопытный вывод. Может и так… Ты — иногда забавная, неглупая и весьма сексуальная женщина.

— Тогда у меня, всё-таки, есть шанс, что Господин оставит меня при себе.

— Нет, Ира. Я уже говорил, что это и в принципе маловероятно, а в ближайшее время просто невозможно.

— Маловероятно и не в ближайшее время. Что же мне сделать, чтобы Вы обо мне не забыли? — почти шёпотом проговорила женщина, наблюдая, как Андрей, захлопнув дверь, раскладывает диван напротив компьютерного стола.

Он решил отправить отчёт Михаилу позже, а сейчас немного вздремнуть. Не столько само Испытание, сколько подготовка к нему и нервное ожидание утомило Андрея. «Всё произошло довольно быстро и просто, — думал он, — Интересно, а действующие Вершители работают иначе? Не знаю, по-моему, Испытуемую важно понять и… прочувствовать… И уж конечно, Ирине тёмное Княжество в самый раз…» Разумеется, можно было отправить Иру, а потом поспать, но ему было её немного жаль… «Кто сказал, что я имею права судить эту женщину? Куратор кандидатов в Вершители Господин Михаил? — продолжал сомневаться Андрей, — С другой стороны, меня наделили этим правом официально и, если я не буду относиться к обязанностям Вершителя формально, попробую доброжелательно и без предубеждений разбираться в Испытуемых, проявлять к ним не жестокость, а милосердие… В конце концов, почему не я?» Засыпая, мужчина уже не мучился сомнениями о справедливости своего вердикта. Он думал о том, что с первой Испытуемой ему повезло, что ужасы, на которые намекала Катя, не происходят, да и атмосфера в коттедже Вершителя перестала быть гнетущей… О том, что Испытание на Испытание не приходится, кандидат в Вершители поразмышлять не успел, забывшись тихим сном…

* * *

Проснулся Андрей часа через три или четыре, неплохо отдохнув. Ирина лежала, свернувшись калачиком, в его ногах и смотрела на него блестящими глазами, исполненными какой-то особой решимости. Он потянулся и вопросительно посмотрел на женщину.

— Ты так сладко спал, — вкрадчиво начала она, но увидев проступающее на его лице недовольство, тут же исправилась, — Ой! Простите меня, Господин! Вам хорошо спалось? Да? Ну и прекрасно… А я не спала и придумала, как сделать так, чтобы Вы меня запомнили.

— В самом деле? Но, может быть, ты сначала сваришь кофе? — ворчливо произнёс мужчина, потирая глаза.

— Конечно… Если, Вы откроете дверь и пустите меня на кухню, — улыбнулась Ира.

Через несколько минут они пили на кухне кофе, ели печенье и бутерброды. Потом Ирина попросилась в душ и вышла из него свежая, с чистыми ещё влажными волосами, не забыв надеть всё тот же коротенький абсолютно прозрачный халатик. Андрей ощутил лёгкий приступ желания. «Какого чёрта, раздери вас тьма? — подумал он, — Я что, хочу здесь всех и всегда?»

— Ну, что же, Ира. Скоро придёт пора прощаться. Давай выпьем ещё по рюмке твоего любимого «Amaretto» и, если ты ещё хочешь что-то сказать мне, то другого случая может и не представиться.

— Да, Господин. Спасибо за ликёр, он очень вкусный! Я хочу Вам сказать… — женщина потупила глаза, — Но боюсь…

— Боишься? Но ты хотела только рассказать мне о том, что придумала, пока я спал?

— Да, именно это. Ну, во-первых, я решила не менять внешность… По крайней мере, до тех пор, пока мы снова не встретимся.

— Это твоё право. Можешь менять, можешь не менять. Мне кажется, что ты и так уже немного помолодела, — сказал мужчина, вглядываясь в её лицо и явственно ощущая, что прав. Впрочем, Андрей и сам за последнее время точно не постарел, а скорее, наоборот.

— Правда? — радостно воскликнула Ирина, — Мне и самой так показалось, когда я причёсывалась в ванной.

— Вот и прекрасно… Но я всё равно не понимаю, что ты опасаешься мне поведать. Что там, во-вторых?

— Во-вторых — самое главное! — нежно пропела она, глядя на него в замешательстве, — Это Вы запомните, наверное…

— Ты можешь и не говорить. Ну, хорошо-хорошо, давай выпьем ещё по рюмке, и ты решишься сказать мне, что именно я не смогу забыть, — вздохнул мужчина.

— Да, хорошо… — закивала Ира, с удовольствием употребляя ликёр маленькими глоточками, — Я никогда этого не делала и…

В Золотом номере отеля Катрина и Эмма ждали своего Господина с нетерпением, встретили с радостью, но поглядывали на него, словно изучая.

— Так и будете меня рассматривать, выискивая отклонения от нормы или ужином накормите? — рассмеялся Андрей…

— Как всё прошло, мой Господин? — расспрашивала Катя, намывая мужчину в ванной комнате, пока секретарша собирала на стол.

— Ты же знаешь, что это закрытая информация, Катюша, — с укоризной проговорил Андрей и поцеловал девушку в губы.

— Знаю, — улыбнулась Катрина, фыркая и отбрыкиваясь от мокрых прикосновений мужчины, — Но в общих чертах, хотя бы… Мы беспокоились…

— Ну, никаких поводов для беспокойства нет, — ответил Андрей, всё-таки, намочив девушку с головы до пят, — Случай был, на мой взгляд не сложный, для первого раза самое оно…

— Вы были жестоки с ней? — в глазах Кати блеснул огонёк сомнения.

— Нет, милая… Да и нужды в этом не было никакой.

— Хорошо… Я вовсе не представляю Вас жестоким, мой Господин! — вздохнула девушка, — А ведь при такой работе этого не избежать…

— Поживём-увидим… — неопределённо отреагировал на её слова мужчина.

— Неужели скоро Вы станете самым настоящим Вершителем? — интонация Катрины говорила ему о том, что она не просто снова надела на себя образ школьницы, но и готовит более важный вопрос. Он и последовал: — И останетесь с нами… надолго?

— Так и есть… Ты с первого раза не расслышала, Катя? — уже вытертый полотенцем, Андрей с улыбкой схватил девушку на руки и заглянул в её васильковые глаза, — Повторю специально для тебя…

Глава 8

Двойное Испытание

Звонок от Михаила прозвучал неожиданно. Кандидат в Вершители намеревался взять паузу после первого теста, о чём и договорился с Куратором по телефону. Но вот, прошло всего два дня и… просьба приехать… Поразмыслив, Андрей решил, что съездить всё-таки надо, и через час входил в дом Вершителей. Сегодня он зашёл сюда уверенно и, кивнув дежурному, направился в кабинет Куратора без провожатого.

— Рад видеть Вас, Андрей, — Михаил поднялся навстречу посетителю, — Извините, что прервал Ваш отдых. По маленькой?

— Не откажусь. Надеюсь, Вы не просто соскучились по мне? — улыбнулся Андрей.

— А если и так? — рассмеялся Куратор, — На самом деле мы очень довольны, как чётко и быстро Вы разобрались со своей первой Испытуемой.

— Рад слышать. И?..

— Первый тест пройден, вознаграждение за Испытание перечислено на Ваш счёт в банке в полном объёме… И когда появился действительно любопытный вариант для второго теста, я решил проинформировать Вас незамедлительно.

— Понимаю, — закурил Андрей, — Какой-то необычный случай?

— Конечно, не уникальный, у нас тут всякое случается. Но Вам должна понравиться эта сладкая парочка.

— Парочка? — удивился кандидат в Вершители.

— Именно! Школьная учительница со своей шестнадцатилетней ученицей. На самом деле обе сейчас на несколько лет старше, но предстанут перед Вами ровно в таком обличье, если конечно, Вы возьмётесь за это дело.

— Ого! Прибыли сюда прямо с урока? — усмехнулся Андрей, — Хотелось бы знать подробности…

— Разумеется. История любопытная, и у меня есть возможность рассказать Вам её весьма и весьма подробно. Начнём? Итак… Одинокой учительнице русского языка и литературы по имени Наталья очень нравились юные мальчики. Юные девочки нравились ей не меньше. Однако в силу своей сверхъестественной скромности, а говоря прямо — сильной закомплексованности, тайная для всех страсть стала для неё страшным мучением и, разумеется, не находила никакого выхода. Так продолжалось до тех пор, пока на строгую, очкастую, вечно толком не накрашенную, скромно одетую, а потому невзрачную училку, не обратила внимание её ученица по имени Оля. Ольге к тому времени едва исполнилось пятнадцать лет, она созрела сексуально и живо интересовалась половыми вопросами, но мальчики её не интересовали абсолютно. Посредственно учившаяся девочка стала напрашиваться в гости Наталье Ивановне под предлогом желания заниматься литературой дополнительно. Училка чуть с ума не сошла от счастья и немедленно согласилась уделять девочке своё свободное время, даже не задумавшись о том, зачем нужны троечнице, не прочитавшей за свою жизнь и десятка книг, углублённые знания литературы… Забавно, что очень скоро Ольга сильно прибавила в учёбе, и не только по профилю своей училки. Но самое главное, что они почти ежедневно проводили по несколько часов в квартире Натальи. Девочке очень нравилось говорить с учительницей о литературе за круглым столом в большой комнате, пить чай на кухне и беседовать на свободные темы, смотреть кино в маленькой комнате, сидя вдвоём на узкой, прямо таки девичьей, училкиной кровати. Правда, Олю раздражали многочисленные альбомы и фотографии учеников и учениц их школы, что Наталья быстро поняла и убрала свои сокровища в дальний угол шкафа. Остались только несколько фотографий Ольги, живописно развешанных тут и там. Над постелью училки торжественно поместили портрет Оли в полный рост, который девочка сама подарила Наталье Ивановне на какой-то праздник. Учительница была в восторге…

— Однако, сегодня Вы, действительно, весьма и весьма многословны, Михаил, — кивнул Андрей на предложение освежить содержимое бокалов, — Впрочем, Ваш рассказ меня заинтересовал и… удивил. Откуда такие подробности, да ещё и в художественном изложении?

— Об этом Вы узнаете немного позже, Господин кандидат в Вершители! — с таинственной улыбкой ответил Михаил и продолжил повествование, — Жизнь Натальи Ивановны наполнилась смыслом. Оля казалась ей олицетворением идеалов, то есть сильно напоминала саму Наталью лет десять-пятнадцать назад. Несомненно, такое сравнение не имело ничего общего с действительностью и выглядело полнейшим самообманом, но у влюблённых свои законы, а училка втюрилась по уши, хотя ни за что не призналась бы в этом. В те редкие дни, когда Ольга не могла придти к ней, Наталья Ивановна старалась пораньше уснуть, чтобы приблизить их завтрашнюю встречу. В такие дни она начала принимать снотворное, потому что мысли и эмоции мешали заснуть. Её захлёстывали воспоминания о том, как они общаются, как её рука касается руки ученицы, или поправляет её одежду, волосы… Апофеозом же были поцелуи. Они случались два раза в день — при встрече и на прощание, и становились нежнее день ото дня. Наталья стала подкрашиваться к приходу Ольги, следуя её мимолётным советам, наряжаться в лучшие платья, а постепенно и обновлять свой гардероб. Девочка же стала приходить к ней во всё более свободных и откровенных нарядах. В середине мая, в пятницу Оля предупредила, что завтрашний день станет особенным…

— Праздник? День рождения? — предположил Андрей.

— Теряете терпение? Ну-ну… На самом деле, Ольга объявила, что у них будет праздник, но не сказала какой. Зато она сообщила, что придёт отмечать его с учительницей вечером, что стало для Натальи сюрпризом. Обычно Оля приходила по субботам днём, а оставшееся время выходных дней проводила с родителями. К назначенному празднику учительница накрыла стол в большой комнате, приготовила любимые Ольгой сладости. Девочка появилась около семи часов вечера с двумя бутылками вина. Наталья изумилась, но не смогла возражать, когда Ольга заявила, что для такого вечера спиртное необходимо. Суть праздника ученица отказалась пояснить наотрез, сказав лишь, что всё откроется позже… Когда они сели за стол и, Оля лихо откупорила первую бутылку, училке пришло в голову, что девочке попадёт от родителей. Но на это Ольга безапелляционно ответила, что родители уехали в гости, и она переночует здесь, у Натальи Ивановны. Учительница ахнула, у неё поплыло перед глазами, и первый бокал вина она выпила залпом. К середине второй бутылки Наталья почти лишилась возможности думать, зато её захлестнула буря чувств и эмоций к своей возлюбленной ученице. Из-за стола они пересаживались на диван, когда Оля попросила, чтобы учительница сняла с себя платье. Наталья Ивановна почувствовала, что сейчас упадёт в обморок, но сделала то, что хотелось Оленьке. Сидя на диване, девочка начала целовать лицо и гладить голые ноги и плечи учительницы. Наталья минуту пыталась не умереть от сладких ласк девочки, а затем стала отвечать ей своими жаркими поцелуями. Однако Оле этого показалось мало. Теперь она приказывала учительнице раздевать себя шаг за шагом и ласкать, уговаривать Наталью не пришлось. Она гладила и целовала всё тело ученицы сантиметр за сантиметром. Последний проблеск разума посетил Наталью Ивановну, когда она стояла на коленях перед распахнутыми ногами девочки и смотрела на неё с обожанием и ужасом…

— Вам бы новеллы писать, — нервно заметил Андрей, подливая в стакан виски и закуривая в очередной раз.

— Это не моя заслуга, а тщательная работа информационного отдела, — серьёзно ответил Михаил, показывая Андрею экран дисплея с объёмистым текстом, — Вам не нравится?

— Откуда могут быть такие детали в информационном отделе?.. Да, читайте уж, — неопределённо ответил он, — Не останавливаться же на полпути.

— Отлично. Я продолжаю… Дальше, уже в густом тумане, Наталья запомнила, как они, упоительно ласкаясь, мылись под душем. Потом, влажные и голые, выпили ещё по бокалу за праздник их первой любви. А затем, Оля отвела учительницу в маленькую комнату, достала из сумочки небольшой фаллоимитатор на ремешках, закрепила его на своём теле и грубо поимела Наталью Ивановну на её узенькой кровати. Училка билась в её объятьях, кричала, стонала, целовала насильницу и испытала первый в жизни бурный оргазм… Наутро они проснулись вдвоём на той же кровати. Наталья, боясь разбудить девочку, аккуратно расплела их объятья, поцеловала её в плечо и поднялась. «Что же теперь будет? Кто я теперь? И что мне делать?» — шептала учительница, вспоминая случившееся ночью. «Теперь, ты — моя любовница, и свари нам, пожалуйста, кофе», — громко ответила на её вопросы Оля, открывая глаза…

— Лихо закручено, — воскликнул Андрей, когда Михаил взял паузу, — Однако с точки зрения предстоящего Испытания, всё это можно было сократить до двух абзацев, не считая эмоциональной составляющей, разумеется.

— Согласен, информация в основном субъективно-чувственного характера, но эмоциональный фон передан достоверно, и работе это может помочь, нет? И это, разумеется, не всё. Как думаете, что было дальше?

— Дальше, вероятно, они продолжали предаваться любовным утехам под руководством Ольги, забросив литературу и прочие глупости.

— Вы правы, но лишь отчасти. В повествовании будут повороты, которых Вы не ожидаете, как я думаю. Продолжим? Отлично… Недели две Оля использовала свою послушную учительницу в том же духе, в различных интерпретациях. Наталья уже не представляла свою жизнь без Ольги и позволяла ей всё. Но однажды ученица подготовила учительнице очередной сюрприз. К полному недоумению Натальи Ивановны, Оля явилась к ней не одна, а с одноклассником Колей и заявила, что ему тоже необходимо срочно позаниматься литературой дополнительно. Слова девушки казались более чем странными, потому как Коля считался скромником, почти отличником, предпочитающим точные науки. Около получаса Наталья вяло объясняла тонкости своего предмета, поминутно запахивая свой лёгкий халатик, под которым отсутствовало нижнее бельё. Она-то готовилась к другому времяпрепровождению. Коля постоянно косился на Олю, что страшно раздражало Наталью Ивановну. На учительницу мальчик тоже поглядывал исподлобья и с явным интересом, но она этого не замечала. У женщины начинался приступ ревности, который подогревала Ольга, изредка, но явно кокетничая с мальчиком. Кажется, она даже подталкивала его под столом ногой. Учительница хотела уже возмутиться, но тут Оля попросилась в туалет, и Наталья через минуту пошла за ней, чтобы наедине получить объяснения происходящему… Ученица ждала её на кухне и, плотно прикрыв дверь, вместо объяснений тоном, не терпящим возражений, выдала ей короткие и чёткие указания, что следует делать и в каком порядке. Наталья сдавленно охала, кивала и вскоре, опустив голову, вернулась в комнату. Коля посмотрел на неё вопросительно, а затем восхищённо уставился на показавшуюся из-под халатика училкину грудь. Наталья автоматически запахнула халат, отправила мальчика на кухню пить чай с Олей, а сама уселась на диван, прикрыла глаза и стала ждать, едва справляясь с волнением. Ученики не торопились возвращаться, и её успокаивал только доносившейся с кухни голос Ольги, звучавший жёстко и строго. Минут через пятнадцать из-под прикрытых век Наталья увидела вошедшего в комнату мальчика.

— Она, кажется, спит, — прошептал Коля, обернувшись на входящую за ним в комнату Ольгу, — Может, посидим на кухне?

— Идиот, — ответила ему девочка тоже шепотом, — Ты же только что говорил, что она тебе нравится!

— И что?

— Пользуйся случаем!

— Как это? — изумился он, глядя на активно жестикулирующую девочку, — Потрогать её? Ты с ума сошла?!

— Трус! — Оля тихо присела на диван рядом с учительницей и слегка распахнула халат на её груди, — Она спит крепко. Посмотри, какая красивая… Да иди же сюда!

— Да… Красивая, — прошептал совершенно опешивший и растерявшийся мальчик. Он подошёл к дивану вплотную и замер. Оля взяла его руку за кисть и приложила ладонью к совсем уже открытой левой груди учительницы. Коля вздрогнул так сильно, что не заметил, как вздрогнула в ответ на прикосновение Наталья Ивановна. Ольга и не думала останавливаться, она приказывала, а мальчик послушно выполнял её приказы. Сначала Коля, чуть дыша, лёгкими касаниями ласкал училкины груди, затем опустился на пол и принялся гладить её оголённые ноги. Оля давала распоряжения, наблюдала за происходящим внимательно, чуть улыбаясь, а затем рывком полностью распахнула халатик на Наталье. Мальчик сдавленно вскрикнул и уставился на обнажённую женщину.

— Потрогай, — велела Оля.

— Там? Но я…

— Трогай, я сказала! — шепотом закричала девочка, и Коля провёл пальцем по лобку учительницы…

* * *

…Наталья громко и сладко застонала, а потом открыла глаза. Коля пытался вытереть своё мокрое лицо и смотрел на учительницу, не зная, что и сказать. Оля, с дьявольской улыбкой на лице, гладила Наталью по плечу.

— Так-так, — глухо произнесла учительница, строго посмотрев на мальчика через стёкла очков, — Так вот ты как себя ведёшь, Коля!

— Но я… нечаянно… Наталья Ивановна! — чуть не плача, произнёс ученик, — Я не виноват…

— Это мне решать. Раздевайся, мальчик.

— Но… Совсем? — всхлипнул Коля.

— Не спорь с учительницей! — язвительно произнесла Ольга.

— Снимай с себя всё. Ты же послушный мальчик?.. Вот и молодец. Подойди ко мне ближе, — роль строгой и похотливой учительницы, заставшей ученика за постыдным занятием давалась Наталье непросто, но рядом находилась Оля, сжимавшая её плечо и шептавшая на ушко подсказки, гадкие, но возбуждающие училку…

* * *

…Пока ученик гладил и целовал тело своей учительницы, под её мудрым руководством, Оля удалилась в спальню. Там она переоделась в сексуальный кожаный наряд, подготовила свой любимый фаллоимитатор, поправила постель. Узкую кровать Натальи они давно выбросили, на полу лежал толстый широкий матрац, идеально подходящий для любовных утех…

— Михаил! Я всё равно не понимаю, откуда столько интимных подробностей? — спросил Андрей, допивая очередную дозу спиртного.

— Так ведь наша Наталья — учительница литературы…

— И она вела дневник?

— В точку! — улыбнулся Куратор, — Она постоянно и очень подробно вела дневник, и время от времени литературно обрабатывала текст… Пока не попала сюда… Впрочем, может и здесь продолжит?

— О как!

— Там материала на несколько томов мемуаров собралось…

— И мы поможем ей их экранизировать? — усмехнулся кандидат в Вершители.

— Отличная мысль, Андрей! Но я закончу своё повествование об этом эпизоде её жизни, а с полной версией дневника учительницы Вы ознакомитесь сами, если пожелаете. Договорились? Итак…

* * *

— Ну, всё, Михаил. По-моему, подробностей более чем достаточно! — не выдержал Андрей, — Я и так уже не понимаю, что мне делать с этой сладкой парочкой.

— Всё, так всё, — засмеялся Куратор, — А с ними не так просто и однозначно получается. Во-первых, и это главное, необходимо удостовериться, что Наталья описывала реальные события, а не фантазировала… Нет, скорее всего, связь между ней и Ольгой — бурная и длительная, с привлечением третьих лиц имела место. Но в достоверности этой информации следует убедиться окончательно. Да и записей у Натальи много, надо с ними разобраться… Ну и, наконец, необходим человек, который своей волей и властью поставит точку… или многоточие в этой истории.

— Понятно, — вздохнул кандидат в Вершители.

— Что, Андрей? Эта пара Вам не нравится?

— Вообще-то, нет… Но мне рановато выбирать себе дела попроще или посимпатичнее. Да и случай интересный, хоть и не слишком эстетичный на мой взгляд… Как раз для «чёрной» комнаты. В общем, я берусь за это дело.

— Отлично, — констатировал Михаил, — Это именно то, что я хотел от Вас услышать, Андрей. Я рад, что вижу в Вашем лице ответственного человека… Кстати, учитывая, что Испытуемых двое, при успешном выполнении задания Ваш кандидатский минимум будет выполнен. Вы получите все права и официальный статус Вершителя.

— Да, это важно, — без всяких эмоций произнёс Андрей.

— Помните, что главное — результат. Двойное задание добавит сложности. Но торопиться не надо, можете работать с обеими Испытуемыми одновременно или по отдельности, не торопясь, но, к сожалению, и в этот раз без помощников. Впрочем, уверен, что всё пройдёт успешно, и на следующее Ваше дело это ограничение уже не будет распространяться.

— Надеюсь, хотя бы пара дней на отдых и подготовку к Испытанию у меня имеется?..

Изучая дневник Натальи Ивановны на компьютере в кабинете Золотого номера, Андрей достаточно хорошо, как ему казалось, проанализировал психологию этой женщины. Первичное раздражение от её болезненной тяги к ученикам сменилось если не на понимание, то на жалость к одинокой, потерянной и потерявшей веру в себя, как в женщину, достойную внимания и полноценной личной и семейной жизни, учительнице… «Если она писала этот дневник искренне, пусть и сильно преувеличивая, — думал мужчина, — необходимо дать ей шанс…» А вот малолетнюю дрянь Ольгу Андрей люто возненавидел и готов был отправить к Блюстителям, во тьму, куда угодно в первый же день Испытания. К счастью, мужчина поймал себя на этом эмоциональном желании и пришёл к выводу, что в обилие непроверенной информации есть не только плюсы, но и минусы. Ему, как представителю власти, следовало быть хладнокровным, а главное, справедливым… Об этом же, как ни странно, с ним заговорила Катрина. По состоянию и настрою Господина девушка поняла, что его ждёт ещё одно и, вероятно, непростое Испытание. Не добившись от Андрея, ссылавшегося на «тайну следствия», подробностей на этот счёт, Катя просто заговорила с ним о том, что в любой ситуации хорошо бы оставаться человеком. Таким человеком, какой он есть на самом деле — добрым, чувствительным к чужим невзгодам, отзывающимся на радость и боль другого человека… Эти слова впоследствии Андрей вспоминал не раз…

* * *

С утра первого дня своего второго и сразу двойного Испытания Андрей сидел в кабинете коттеджа № 14 за рабочим столом и наблюдал на экране монитора за происходящим в «чёрной» комнате. Собственно, изначальную диспозицию замыслил он сам, а потому сейчас оценивал результат. В центре картинки стояла Наталья Ивановна в вызывающе красном клеёнчатом облегающем костюме с разведёнными в стороны руками, накрепко пристёгнутыми к стене наручниками. Ступни её ног были прикреплены к горизонтальному шесту, удерживающему их на ширине плеч. Наталья оказалась довольно высокой, среднего телосложения шатенкой, лет тридцати от роду. В заданном антураже её учительские очки забавно смотрелись на довольно блёклом лице. Ольга же казалась очень юной благодаря своей миниатюрности, но не хрупкости, а также милому кукольному личику, обрамлённому светлыми, собранными в пучок, волосами. Наряженная в белое, с крупными красными горошинами, летнее платье, она лежала на узкой кушетке с вытянутыми вдоль тела руками, закреплёнными на запястьях кожаными ремнями. Таким же образом были закреплены на кушетке и её ноги… Кандидат в Вершители решил подойти к началу Испытания предельно жёстко, сразу поставив Испытуемых в критическое положение, чтобы по ответной реакции понять, следует ли верить дневнику Натальи Ивановны… Обе Испытуемые недавно пришли в себя, сразу узнали друг друга и недоумевали по поводу происходящего. Андрей рассмеялся, когда Ольга принялась негодовать по поводу своего наряда и костюма учительницы, который прекрасно подошёл бы ей, Оле. Наталья воспринимала их положение серьёзнее и, убедившись, что освободиться от пут невозможно, отчаянно пыталась вспомнить, где они находятся, как попали в эту страшную комнату. Увы, память её молчала, Ольга тоже не могла вспомнить ровным счётом ничего. Оставалось ждать и строить предположения… Андрей внимательно вслушивался в немногочисленные, порой совершенно безумные идеи, решая для себя, как приступить к непосредственной работе с клиентками.

Через полчаса решение было принято, и Андрей спустился в подвал. В «чёрной» комнате он уселся на кресло-трансформер, стоящее посередине помещения, и закурил, даже не поздоровавшись с притихшими женщинами.

— Ну и? — прервал мужчина затянувшуюся паузу.

— Что происходит? Кто Вы? Где мы? — заголосили пленницы наперебой.

— Это я, как раз, хотел спросить у вас, дамочки. Как вы здесь оказались? — каменным голосом проговорил он, вынимая из кармана и демонстрируя специально подготовленное удостоверение офицера внутренних дел.

— Мы не знаем! — воскликнули женщины хором.

— Очень смешно. И вы хотите, чтобы я вам поверил? Кто вы такие, в конце концов?

— Я школьная учительница, меня зовут Наталья Ивановна, — едва справляясь с волнением, заговорила Наталья, — А это моя ученица, Ольга. Куда мы попали? Отпустите нас, пожалуйста…

— Где вы? — вскинул брови Андрей, — Хотите сказать, что не знаете, где находитесь?

— Не знаем! — снова хором воскликнули они.

— Чушь! Но если вы желаете получить от этого удовольствие, я скажу. Вы находитесь в шикарном тайном борделе, деятельностью которого сейчас занимаются компетентные органы.

— Нет! Этого не может быть. Развяжите нас, отпустите…

— И не подумаю. По крайней мере, до тех пор, пока не закончу допрос.

— Допрос? Я буду жаловаться! Вы не имеете права! — взвизгнула Оля.

— Помолчи, девочка, — спокойно отреагировал Андрей, — А Вы, Наталья Ивановна, скажите мне, у вас обеих есть при себе документы?

— Не знаю… Нет. Ничего нет. И одежда не наша, странная…

— А, по-моему, вы обе очень мило одеты: для работы одеты! Вы сами сюда пришли? Нет? Вас привезли сюда силой? Кто? Не знаете? Не помните? Так не бывает. Если хотите, чтобы я вам поверил, напрягите память. Может, кто-нибудь из знакомых?

— Но у нас нет таких знакомых, — пыталась возразить Наталья, судорожно дёргая скованные руки.

— Может быть, Коля?

— Коля? Да что Вы, он хороший мальчик. Постойте, откуда Вы знаете Николая? — учительница побледнела.

— Работа такая, — усмехнулся Андрей, — Советую вам говорить со мной начистоту.

— Это полный ментовский беспредел! — закричала Оля, — Освободите нас немедленно! Мы требуем адвоката…

— Заткнись, детка, — процедил сквозь зубы мужчина, — А то я заткну твой милый ротик кляпом.

— Каким ещё кляпом? — взвизгнула девушка. Андрей достал из шкафа кляп, показал его Ольге и положил на подлокотник кресла. Девушка замолчала.

— Итак, Наталья Ивановна, что будем делать? Вызовем Колю? Или его папу?

— Папу? Зачем? Он ничего не знает…

— Откуда такая уверенность?

— Молчи, дура! — охнула Оля. Андрей встал с кресла, вставил кляп в её рот и затянул крепёж на затылке. Потом он подошёл к учительнице и положил руки ей на плечи.

— Дорогая Наталья Ивановна, я уже сейчас могу привлечь Вас к ответственности за занятие проституцией и, что самое неприятное, за принуждение к этому занятию Вашей малолетней ученицы. Учитывая обстоятельства и место, где вы обе обнаружены, других доказательств не потребуется. Более того, если окажется, что Вы состоите в сговоре с хозяевами этого притона, я обещаю Вам лично, дорогая Наташа, очень долгую счастливую жизнь в местах вовсе не столь отдалённых, как кажется… Поговорим?

— Да-да, хорошо, — училка в панике смотрела на мужчину, округлившимися под очками карими глазами, — Но только, я не знаю… Поверьте мне, пожалуйста… Ох, я даже не знаю как Вас зовут?

— Господин офицер. Такое обращение будет вполне уместно.

— Хорошо. Поверьте мне, Господин офицер, я не представляю, что с нами происходит…

— Допустим, я попробую в это поверить.

— Ах, как я рада. Мы же ни в чём не виноваты с Оленькой… Жили себе спокойно, учились… И вдруг, в этой комнате, в публичном доме, в таком виде…

— Не думаете ли вы, что оказались здесь случайно? Повторяю в последний раз, я знаю достаточно. Не надо мне врать!

— О нет! Я не хочу Вас обманывать. Просто я не знаю, что Вы хотите?

— Что я хочу? Чистосердечного признания! Но если ты не желаешь его сделать немедленно… Пожалуй, сейчас я хочу… разглядеть тебя получше, — сказал Андрей и опустил замок молнии на костюме Натальи от шеи вниз до живота.

— Что же это такое, Господин офицер? — взвизгнула училка, — Мне не в чем признаваться! Но что Вы делаете?!

— Знакомлюсь с тобой поближе, — ответил он, сжав её грудь, а затем провёл руками по скользкой ткани на заднице женщины и расстегнул ещё одну молнию между ног, — А ты рассказывай, Наташа. Рассказывай о Коле, о других мальчиках и девочках…

— Не надо… Ах… Пожалуйста… Господин офицер… Мальчиков больше не было…

— Но девочки-то были! Рассказывай о них, — Андрей неторопливо изучив тело Натальи Ивановны глазами и руками, без дальнейших предисловий, освободил свою возбудившуюся плоть… Оля на кушетке завыла через кляп. Он обернулся на девушку, — Ты тоже хочешь, детка?! Подожди пока, дойдёт и до тебя очередь.

— Ах… Господин офицер, она хорошая девочка… Не надо… — начала томно постанывать Наталья, — Я всё вам расскажу… Ах… Вы такой… хороший…

— У тебя все хорошие, как я вижу. Мой член тоже хороший?

— Ах… Господин офицер! Мне так неудобно… Зачем Вы это делаете… при ученице… Я одна во всём виновата и заслуживаю наказания… Ах… Вы накажите меня, Господин офицер? Да?!

— Разумеется, Наталья Ивановна, Вы будете наказаны! И очень строго! — произнёс мужчина с пафосом, тело учительницы изогнулось в сладкой судороге и обмякло. Ольга громко замычала через кляп. Андрей прервал своё занятие, подошёл к кушетке и освободил Олин рот. Тотчас из этого трогательно юного ротика посыпался поток отборной брани. Андрей вернул кляп на место, ослабил ремни и, не обращая внимания на попытки девушки сопротивляться, перевернул её на живот и затянул ремни в новом положении.

— Я научу тебя, детка, как себя вести с незнакомыми людьми в незнакомом месте! И опять без плётки не обойтись… — Андрей достал означенный предмет из шкафа, высоко задрал подол Олиного платья и оголил маленькую упругую попку.

— Нет! Не надо, Господин офицер, — взвыла Наталья Ивановна, — Она же ребёнок! Накажите меня. Я всё стерплю. Я сделаю всё, что прикажите. Не бейте её!

— Ничего себе ребёночек… Я и не бью её, — спокойно возразил Андрей, в очередной раз занося плётку над нежной попкой, — Я воспитываю твою ученицу, но не так как это делала ты, а так как следует… Кстати, а почему бы тебе самой не заняться этим?

— Мне? Но я не могу! — запричитала Наталья, но мужчина быстро освободил её от пут, вложил плётку ей в руки и подтолкнул к кушетке.

— Воспитывай, а я покурю, — усмехнулся он, — Ну же! Или ты хочешь, чтобы я испортил это свежее нежное тельце?

Наталья Ивановна со слезами на глазах, со стенаниями и всхлипами начала стегать ученицу, делая это по возможности мягче и аккуратнее. Андрей курил, поглядывал на происходящее и, время от времени, покрикивал на учительницу. Ольга некоторое время подвывала и дёргалась, а потом притихла.

— Довольно! — мужчине надоел этот воспитательный процесс, — Пусть девчонка отдохнёт немного и подумает, а ты, Наташа, сваришь мне кофе. Пойдём…

На кухне Наталья, как была в расстёгнутом клеёнчатом одеянии, варила кофе. Андрей облачился в свой чёрный шёлковый халат и принёс коньяк… Вершитель пил кофе и с интересом рассматривал училку, которая едва притронулась к своей чашке. Впрочем, коньяк он её выпить заставил.

— Что с нами будет, Господин офицер? — не выдержала паузы Наталья.

— Я ещё не решил, — жёстко ответил мужчина, — Возможно, мне не следует заниматься этим лично, а отдать вас обеих…

— О, нет, Господин офицер! Решите всё сами! Только не трогайте Олю. Накажите меня…

— Ты хочешь, чтобы тебя наказали, Наташа?

— Я заслуживаю этого…

— Вопрос не в этом. Я сам определю, кто чего заслуживает. Ты хочешь, чтобы я тебя наказывал? — произнёс Андрей, делая ударение на слове «хочешь».

— Да, — прошептала Наталья Ивановна и уставилась в пол.

— Не слышу!

— Да!

— Насколько я понимаю, тебе нравятся наказания сексуального характера? Да, Наташенька?

— Не говорите так, Господин офицер. Мне неудобно… об этом. А Вы всё равно сделаете со мной всё, что захотите? Ведь так?.. Я не о том говорю?.. Ну, хорошо-хорошо… Всё равно же теперь… этого не избежать. Да! Мне… уже нравится чувствовать себя… Вашей пленницей! Это ужасно стыдно… — Наталья опустила глаза, затем поднялась со стула, подошла к Андрею, медленно распахнула его халат и опустилась к его ногам, — Только не трогайте Олю…

— Это невозможно, Наташа! — строго произнёс Андрей, — Она тоже заслуживает наказания. Нет?

— Нет!.. Я не знаю… Вам виднее… — учительница пристально посмотрела мужчине в глаза. В этом взгляде был замешан целый коктейль эмоций: мольба, покорность и, что очень удивило Андрея, желание!

— Эй, училка! Ты же предпочитаешь маленьких девочек и мальчиков…

— О, Господин офицер! Вы ошибаетесь! Это так получилось… Я же работаю с ними… И у меня не было никого… Я была так одинока! А тут Оля, такая замечательная и… — Наталья виновато посмотрела на Андрея и нежно дотронулась губами до его плоти, — Как Вы накажите Олю?

— А ты не догадываешься?

— Вы будете её насиловать, — без тени сомнения произнесла Наталья Ивановна.

— Разве она не заслужила этого?

— Я не знаю. Оленька может быть другой, не грубой, а… очень мягкой… Она умная, трудолюбивая и талантливая… Но Вы же всё сделаете по-своему…

— Разумеется, — кивнул Андрей.

— Вот видите. Но что же делать мне, я не могу повлиять на Ваше решение, — грустно констатировала Наталья.

— Ты будешь мне помогать.

— Я? Буду помогать Вам наказывать Олю?! Но как?

— Ты скоро это узнаешь. Да и какое теперь это имеет значение? Ты будешь моей послушной помощницей, Наташа?

— Да, — тихо, но уверенно произнесла учительница.

— Прекрасно. Но, кажется, недавно ты слушалась Олю?

— Недавно? Мне кажется, что это было очень давно… Всё изменилось, сломалось, остановилось… Вероятно, я должна была остановить это сама гораздо раньше… — неожиданно начала размышлять Наталья Ивановна.

— Возможно мы поговорим об этом позже, — прервал её Андрей, — А пока слушай меня внимательно. Нет, ты можешь не прерывать своё занятие, у тебя хорошо получается…

Следующие полчаса Наталья выслушивала указания Господина. Сначала она пугалась и сомневалась, потом смирилась со своей ролью окончательно, вникала в детали и возможные варианты, даже подсказывала и предлагала действия, которые в голову Андрею и прийти не могли. В процессе разговора, Наталья своими тихими нежными ласками довела мужчину до острейшего оргазма, сварила ещё раз кофе и, даже, выкурила сигарету первый раз в жизни. Позже Андрей отправил её в ванную и велел надеть строгий чёрный учительский костюм — пиджак и юбку на голое тело. После последних наставлений Наталья Ивановна отправилась к Ольге, а кандидат в Вершители в кабинет, к монитору компьютера.

Учительница вошла в «чёрную» комнату строгая и подтянутая, плотно затворила за собой дверь и принялась развязывать ученицу. Оля с трудом приподнялась с кушетки, притихшая и испуганная.

— Что происходит? Где мы, в самом деле? Надо бежать отсюда…

— Ничего не получится… — негромко, но убеждённо проговорила Наталья.

— Да? — девушка подскочила к двери, но та была надёжно заперта, — И как нам быть?

— Для начала тебе надо успокоиться. Сядь в кресло, Оленька, попей…

— Что это? — Ольга уселась на кресло и глотнула из принесённого Натальей стакана, — Вода? У этого мерзавца нет какого-нибудь вина, а лучше «Мартини»?

— Ольга! Ты, кажется, не понимаешь нашу ситуацию…

— Зато ты всё поняла сразу. Что ты там с ним делала? Трахалась? Сука! Убить тебя мало! И никакой он не мент!..

— Может и не мент. Что это меняет?

— А если он бандит?

— Может и бандит… — вздохнула Наталья, — А если он новый директор нашей школы?

— Что?! Что ты несёшь? С ума сошла? Или это он тебе мозги членом заплёл? Где мы хотя бы находимся, ты выяснила?

— Успокойся, Оля, не надо браниться. Похоже, мы с тобой, и в правду, в борделе.

— Что? — упавшим голосом спросила девушка, — Где?

— В публичном доме, в салоне интимных услуг. Так яснее?

— Не может быть, — тихо проговорила Ольга и огляделась, — И зачем мы здесь?

— Догадайся сама. Ты, вроде бы, не маленькая девочка…

— Почему ты так со мной разговариваешь? Если ты намекаешь, что я должна заниматься проституцией, то со мной это не пройдёт. Сама подставляй свою дырку, если тебе это нравится…

— Конечно, тебе больше нравится роль мальчика…

— Я сейчас убью тебя, сука! — заорала Ольга, а Наталья незаметно нажала кнопку на кресле и Олины руки оказались прикованы к подлокотникам, — Что такое?!

— Успокойся, девочка.

— Ах, ты сучка! Ты с ним заодно? Это так ты меня любишь?

— Оля! Если бы я тебя не любила, то бросила бы здесь одну. Так что, лучше спокойно меня выслушай.

— Зачем ты меня пристегнула?.. Ладно, говори…

— Мы не знаем точно, где мы, хотя всё это похоже на шикарный частный дом, используемый для… свиданий. Мы не знаем кто этот «Господин офицер». Но у него, хотя бы, можно кое-что выяснить…

— И что же ты выяснила, Наталья Ивановна? Что ты теперь дорогая проститутка?

— Я выяснила следующее, — продолжила учительница, не обращая внимания на сарказм Ольги, — Мы здесь не то по указанию, не то по наводке нового директора школы…

— Что ещё за новый директор?

— Разговоры ходили давно. Неделю назад я слышала, что новый директор уже принимает дела. Но в лицо я его не знаю…

— И предполагаешь, что Господин офицер и есть новый директор?

— Почему бы и нет?

— Не знаю. Но откуда он узнал о нас, зачем притащил в этот… дом? Я даже не помню, как здесь оказалась, а ты?

— И я не помню… Похоже на нас кто-то настучал…

— Кто? Коля? Не может быть, но больше не кому. Все девки молчат как рыбы и трясутся от страха, что кто-нибудь узнает… Ну, я доберусь до этого маменькиного сынка… Постой! Но если всё так, как ты говоришь, то… Господин офицер и директор в одном лице — это лучший вариант!

— Это почему же? — удивилась училка.

— До тебя плохо доходит? Если он директор, и привёз нас сюда, значит, обо всём знает он один, и с ним можно договориться.

— Как договориться?

— Как-нибудь можно. Тебя он уже трахнул, и пусть трахает дальше… А я кое-чем заткну рот Коле до полной немоты!

— Ну, ты и стерва, Оленька! — зло произнесла Наталья Ивановна, и в этот момент в комнату вошёл Андрей с бутылкой «Мартини» и стаканами в руках.

— О чём разговор? — недобро усмехнулся он, — Выпьем за знакомство?

— Давно пора, — резко ответила Оля, — Прикажите Наталье освободить мои руки.

— Не вижу в этом необходимости, — железным тоном ответил мужчина, — Думаю, Наталья Ивановна с удовольствием попоит свою любимую ученицу.

— Это не очень гостеприимно, Господин офицер… Или лучше называть Вас Господин директор? — гораздо спокойнее и не без лукавства продолжила девушка.

— Можно и так, — он разлил напиток по стаканам, — Дела это не меняет. И для вас, милые девушки, это дело сулит большие неприятности…

— Показания Коли ничего не значат! — не выдержала Ольга.

— Не повышай голос, детка. У меня и без Николая достаточно материалов, — спокойно ответил Андрей, — Даже фото и видео имеются, хочешь посмотреть? Нет? А с Колей я сам разберусь, здесь он пока не нужен.

— Может, мы как-нибудь договоримся, Господин директор? — примирительно заговорила девушка.

— Конечно, договоримся. У вас просто нет другого выхода, — в голове Андрея промелькнула идея и, он решился на новую импровизацию, — Итак, мы поступим следующим образом. Я не стану придавать гласности ваши тайны, а вы обе поможете мне разбогатеть.

— Как? — хором выдохнули женщины.

— Во-первых, мы снимем несколько фильмов с вашим участием…

— Как это? — выпучила глаза училка.

— Что?! — взвизгнула Ольга, — Какие ещё фильмы? Порнуха?!

— Именно! — хитро улыбнулся Андрей, — Может, и Колю пригласим…

— Вы с ума сошли! — вырвалось у Натальи Ивановны.

— Ничуть! Съёмочный процесс и реализацию готового материала я беру на себя, — уверенно потешался он, — Вам останется только творить!

— Совсем охренел, старый развратник, — взвизгнула Ольга, — Даже и не думай!

— Замолкни, деточка! — тихо, но зло проговорил Андрей, — Мнение маленькой сучки в рваных трусах прикованной к креслу меня не волнует.

— Вы не имеете права! Отстегните меня от этого чёртова кресла и дайте переодеться, — не унималась девчонка, — Отпустите нас! Мы будем жаловаться прокурору! Вас посадят!

— Жалуйся прямо сейчас! Прокурор здесь тоже я! Ты ничего не поняла, Оля… Всё будет так, как я захочу! Кстати, одежды на тебе, действительно, многовато, — кандидат в Вершители спокойно поднялся, подошёл к девушке и рванул на ней платье так, что оно разлетелось в стороны, обнажив её маленькие острые девичьи грудки и едва покрытый шёлковыми белыми волосиками лобок, — Так лучше… Может кляп добавить?

— Нет! — Ольга попыталась лягнуть мужчину ногой, но он нажал неприметную кнопку на кресле и ноги девушки оказались скованы также плотно, как и руки, — Не надо!

— Надо! — вздохнул мужчина.

— Господин офицер! — подала голос училка, — Оля не будет больше браниться… Но съёмки кино… Эротика?

— Не эротика, а порнография! — жёстко уточнил Андрей, — Ты тоже ничего не понимаешь, Наталья Ивановна? Объясняю в последний раз. Вы обе оказались здесь не просто так и не по чьей-то прихоти. Вы совершили многочисленные и серьёзные проступки, за которые понесёте наказание. Обе!!!

— Но, Господин! — горестно воскликнула Наталья, — Оля — моя ученица, и за её проступки должна отвечать я! Накажите меня…

— Обе! Я сказал — обе! — громко перебил учительницу мужчина, — Здесь я определяю кого и как карать. А вы, как видно, вовсе не заинтересованы в том, чтобы наказание оказалось мягче…

— Очень заинтересованы! — горячо возразила Наталья и схватила мужчину за руку, — Но разве съёмки в порно — мягкое наказание?

— Мягкое, можете мне поверить… — кивнул Андрей, и Оля тихо взвыла, а училка застонала, — Кстати, Наташа, мне надоел твой строгий костюм. Раздевайся!

— Что? — потерянно посмотрела на мужчину она, — Прямо здесь? При Ольге?

— Да, здесь. Можно подумать, что Оленька не видела тебя голой! — усмехнулся Вершитель, — Или ты о сексе? Хочешь, чтобы я снова делал это с тобой у неё на глазах? Может быть… Но позже, сейчас пора перекусить. Мы с тобой идём на кухню.

— Прямо так? — Наталья стояла перед Андреем абсолютно голая.

— М-да, очки можешь не снимать, — развеселился мужчина, достал из шкафа такой же прозрачный и гладкий халатик, как и тот, который приглянулся ему на первой Испытуемой, — Накинь это.

— А я? — тускло напомнила о себе Оля.

— А ты будешь сидеть здесь, и думать о своём поведении! Еду Вашей милости принесут персонально! — усмехнулся Андрей.

— Гад! — услышал он шёпот себе в спину, но решил не оборачиваться.

Следующий час Господин кандидат в Вершители провёл с Натальей Ивановной на кухне. Училка делала бутерброды, резала салаты и разогревала полуфабрикаты, постоянно твердя Андрею о своей вине, неизбежности наказания и необходимости пожалеть её ученицу. Мужчина молчал, покуривал и в упор разглядывал Наталью. Иногда она перехватывала его взгляды, густо краснела и смотрела на него стыдливо, но вопросительно. Кандидат в Вершители держал паузу. Дело шло к вечеру и, когда ужин был приготовлен, Андрей велел училке отложить еду для Ольги отдельно. Наталья немедленно соорудила поднос для ученицы и выразила готовность немедленно покормить её, но мужчина решил иначе. Для начала он предложил ей сесть за стол и начать трапезу вдвоём. За ужином Господин пил водку и поил ею Испытуемую, несмотря на её робкие протесты. Через некоторое время Андрей объявил перерыв и собрался лично накормить Ольгу. Наталья удивилась, но не спорила.

— Вы хотите, чтобы она поужинала и уснула до утра? — неожиданно спросила училка.

— Ты угадала, — усмехнулся он, — Оля немного утомила меня… Пожалуй, я займусь ею завтра.

— А мной сегодня? — порывисто спросила Наталья, подняла на него глаза и, упершись в непроницаемый взгляд, проговорила, — Чтобы Оля быстро и спокойно уснула до утра нужно подмешать ей в воду, а лучше в яблочный сок, успокоительное.

— Вот как?! И часто ты им пользовалась?

— Редко, — виновато откликнулась училка, — Но иногда без этого трудно… Оленька такая нервная! А это действует…

Андрей понял, что форсировать разбирательство с девчонкой бессмысленно. С ней ещё придётся помучиться, почему бы не воспользоваться подсказкой Натальи и не отложить дело младшей Испытуемой на завтра? Нужное средство было заказано и через некоторое время доставлено. Кандидат в Вершители отправился в чёрную комнату во всеоружии. Ольга встретила его молча, но зыркнула с ненавистью. Для начала Андрей попробовал кормить прикованную к креслу Испытуемую своими руками, но она упиралась и отплёвывалась.

— Послушай, детка! Я ведь могу оставить тебя голодной…

— Я сама умею есть, — тихо и зло проговорила Оля, — Отстегните меня!

— Что ты говоришь? — в тон ей произнёс мужчина, — Я не понимаю.

— Отстегните мои руки, — громче, но мягче сказала она, — Пожалуйста!

— Да, так лучше, — кивнул он, — Я отстегну тебя при условии, что ты будешь вести себя пристойно.

— А если я пообещаю, а потом всё Вам здесь разнесу, — Оля хитро посмотрела по сторонам.

— Маловероятно, что тебе это удастся, — спокойно возразил Андрей, — Но если ты будешь продолжать пытаться действовать в таком направлении… Я просто… отдам тебя охране на пару дней.

— Не надо, — посерьёзнела девушка, — Я буду хорошей девочкой…

Она и в правду тихо и с аппетитом поела, обильно запивая еду подготовленным соком. Потом запросилась в туалет. Андрей открыл ей дверь в санузел, где Оля немедленно попыталась запереться. Мужчина ухмыльнулся, закрыться ей было невозможно. Когда в туалете что-то загромыхало, Андрей распахнул дверь. На кафельном полу лежал, даже не разбившийся стаканчик с новенькими зубными щётками. Ольга, кисло улыбнувшись, быстро запахнула на себе разорванное платье, поставила стакан на раковину и шмыгнула обратно в комнату. Там под тяжёлым взглядом «директора» она со вздохом уселась в кресло, хотела что-то спросить, но только махнула рукой, зевнула и сонно прикрыла глаза. Андрей облегчённо вздохнул, подхватил девушку на руки и понёс в зелёную комнату. Она только на секунду открыла глаза, посмотрела на него недоуменно и сразу склонила голову на мужское плечо. В зелёной комнате он аккуратно положил Олю на кровать, снял с неё гольфы и разорванное платье, задумчиво осмотрел её худенькое нагое тело, тщательно укрыл девушку одеялом и вышел.

Наталья Ивановна сидела на кухонном стуле, сложив руки на коленях и грустно глядя внутрь себя. Увидев входящего Андрея, она подалась вперёд и посмотрела на него вопросительно.

— Не беспокойся, Наташа, — улыбнулся мужчина и сел за стол напротив учительницы, — Твоя ученица поужинала и заснула.

— Да? — с сомнением произнесла Наталья, — Прямо там? В этой ужасной комнате?

— Отчего же? Здесь есть помещения и поудобнее…

— И она сама… поела… и пошла спать?!

— Поела сама, — всё шире улыбался Андрей, — А в постель её отнёс я…

— Отнёс?! — ахнула училка, — Отнесли… на руках?!

— Отнёс и уложил спать, а что здесь такого?

— Вы… так добры… — Наталья, казалось, была готова броситься к нему и расцеловать.

— Не преувеличивай! — хмыкнул кандидат в Вершители, — Налей лучше коньячку, пора нам перейти к десерту…

Андрей развалился на стуле, курил, пил коньяк и кофе, сваренный учительницей. Она убирала со стола, мыла посуду и о чём-то сосредоточенно думала. Впрочем, он знал о чём… В принципе, с училкой ему было всё более-менее ясно. Конечно, он накажет её, тем более, что сама напрашивается. Но по большому счёту Андрею было действительно жаль эту не красивую, но довольно симпатичную и, в общем-то, несчастную женщину. Другое дело Ольга. С этой маленькой сучкой предстояло разобраться внимательно. При этом идея с киностудией теперь виделась мужчине любопытной и перспективной во многих направлениях…

Только сейчас, на пути к статусу Вершителя, он начал понимать среди кого живёт. Так же, как сейчас Наталья, многие женщины попадали в тёмное Княжество на Испытание. Вероятно, некоторые из них быстро понимали, что жизнь кончилась… Да нет же, кардинально переменилась! Они видели или чувствовали занесённый над собой карающий меч и… умоляли о смягчении наказания у первого встречного, коим оказывался Вершитель, разумеется. Вполне возможно, что Испытуемые осознанно или подсознательно начинали испытывать к такому… представителю власти сексуальное влечение, не понимая, что наказание не в том, чтобы отдаться ему, как только можно, и вернуть себе утраченную жизнь… Наказание — продолжать жить в неведомом им Княжестве по его тёмным законам долгие годы…

Осознав глубину своего открытия, Андрей оставил размышления о нём на более подходящее время и мысленно вернулся к теме видео… Возможность организовать съёмки кино дома даже и не снилась. А здесь, как только он перейдёт из кандидатов в официально действующие Вершители, идея окажется абсолютно реальным проектом. В принципе, одобрение Михаила уже имеется. А значит, можно организовать свою киностудию, снимать не только элементарную порнуху, но и умное кино, пусть и с эротическим привкусом. Можно привлечь к процессу Испытуемых, которых не хочется бросать на произвол здешней судьбы, да и знакомых можно привлечь — Сергея, а может быть даже Елену… Эта идея нравилась Андрею всё больше и больше. Об этом же, правда со своими нюансами, заговорила Наталья, присаживаясь на краешек стула напротив мужчины.

— Вы серьёзно говорили о съёмках, о киностудии, Господин? — училка явно смущалась.

— Серьёзно, — с интересом взглянул на неё Андрей.

— Я могу попросить у Вас кое-что уточнить? Да?.. Во-первых, будет ужасно, если на видео нас узнают знакомые…

— Здесь у вас нет знакомых, — перебил её кандидат в Вершители.

— Здесь нет знакомых? — удивилась Наталья, — Вот как?.. Мне это не совсем понятно, но я Вам доверяю.

— Прекрасно. Во-вторых?

— Во-вторых, хотелось бы знать… Вы планируете просто отдать нас с Олей кому-то на студию для съёмок?

— Хороший вопрос, Наташа, — кивнул Андрей, — У меня есть идея об организации такой студии. Если откровенно, ты и твоя ученица невольно подтолкнули меня к мысли о практической реализации этой задумки в ближайшее время. Думаю, на организационные вопросы мне хватит недели, потом начнём обустройство, а через месяц и съёмки.

— Вот оно как… И мы Вам будем нужны только через месяц?

— Почему же? Вы и над обустройством поработаете. Так что, через неделю могли бы приступить. Дело за малым.

— За нашим согласием?

— Ты опять ничего не поняла, Наталья Ивановна! — вздохнул мужчина, — Я могу привлечь тебя и Ольгу к этому проекту и без всякого согласия.

— Да, конечно, — часто закивала училка, — Дело за нашим желанием? Да? За нашим искренним желанием прилежно работать над этим… Вашим проектом? И тогда мы будем… ну… только у Вас… Вы нас никому не отдадите?

— В общих чертах верно. Тебе так важно, чтобы я вас никому не отдал? Почему?

— Очень важно, Господин! Вы хороший… Не надо переубеждать меня, пожалуйста! — Наталья даже привстала со стула и невольно продемонстрировала мужчине свои прелести, прекрасно видные через прозрачный халат. Андрей улыбнулся и кивнул, училка продолжила, — Вы добрый… И я точно знаю, что далеко не все в нашем мире такие… Я всё сделаю, чтобы остаться у Вас, и Оленьку уговорю!

— Нет, Наташа. Во-первых, ты рассуждаешь о «нашем мире», но… не понимаешь, где ты очутилась…

— Не понимаю… — с чувством кивнула она, — Но знаю, что школы, учеников и… прошлой жизни уже не будет…

— Вот и думай об этом! А я уже говорил и повторю ещё раз: Ольга должна всё понять сама, без твоей помощи. Я займусь ею завтра один. Вот и посмотрим…

— Вы покараете её?

— Ох же, тьма-тьмущая… Ты всё об одном…

Андрей вернулся в кабинет уже глубокой ночью, по дороге зайдя в зелёную комнату и убедившись, что Ольга продолжает безмятежно спать, скинув с себя одеяло и живописно раскинув руки и ноги. Он снова укрыл девчонку, вздохнул и покачал головой… В кабинете мужчина расслабленно расселся на диване со стаканом ледяного виски с колой и сигаретой. Позже пришла Наталья. Она побывала в душе и на кухне, откуда принесла поднос с только что сваренным кофе на двоих и нехитрой снедью. Вот только сидеть, после наказания, на которое сама напросилась, она пока не могла, поэтому кофе пила стоя, а потом, с разрешения Господина кандидата в Вершители, улеглась бочком на диван, положив голову ему на колени. Наталья всё никак не могла успокоиться и некстати начинала всхлипывать. На вопросительный взгляд Андрея она только разревелась.

— Простите меня, Господин! Я не знаю, что со мной такое, — нетвёрдо произнесла учительница, — Вы наказали меня… Правильно наказали… За дело… Хорошо наказали… Так хорошо, что я в себя прийти не могу! И стыдно, и больно, и страшновато, и сладко так, плачу вот до сих пор… от счастья…

— От чего?! — изумился Андрей, — Какая ты странная, Наташа! Что же мне и дальше тебя так… наказывать?!

— О, если бы это было возможно! — с глубоким сомнением вздохнула она, — Но чтобы только Вы и никто другой!

— Не знаю, — растерянно пробормотал он, — Но я подумаю, Наташа…

— Спасибо, Господин! Мне хорошо с Вами… Правда! Вот Вы произносите «Наташа» и, мне становится почему-то и стыдно, и тепло, и не страшно ни капельки…

Андрей смотрел на неё и удивлялся непонятной ему странности этой женщины. Удивлялся он и себе. Наталья совсем не казалась ему красивой, несмотря на правильные черты лица, с чувственным, красиво очерченным ртом. Её задумчивые карие глаза смотрелись немного блёкло, но вспыхивали огнём в минуты эмоционального подъёма и возбуждения. Фигура учительницы казалась несколько тяжеловесной и немного сутулой, но при ближайшем рассмотрении вовсе не производила отталкивающего впечатления. Но всё это — и, пусть не выдающаяся, но привлекательная грудь, и не отличающиеся изящностью, но стройные ноги, всё это было не главным. При первом знакомстве Наталья показалась Андрею невзрачной не только внешне, но и по своим человеческим качествам, теперь же она начала вызывать у него целую гамму противоречивых чувств. Он испытывал раздражение от её безумной связи с той ещё сучкой ученицей, неприязнь к её бесхарактерности, непонимание постоянной готовности подчиняться и даже получать удовольствие от унижения. Однако странная жалость к этой пронзительно одинокой, по сути, женщине побеждала негатив и рождала в нём желание помочь ей… Спали они вместе на разложенном в кабинете диване. Наталья уткнулась носом Андрею в плечо, а потом, уже во сне, прижалась к нему и обняла рукой.

Проснувшись рано утром, Андрей сразу уселся за отчёт по Испытуемой. Она принесла ему свежеприготовленный кофе и молча сидела рядом в мягком байковом халате, разукрашенном большими красными маками, который он нашёл для неё в большом шкафу в белой комнате.

— Тебе скоро уезжать, — заканчивая отчет, сказал кандидат в Вершители.

— Как? Куда? — вздрогнула учительница.

— Я не обязан отвечать, — строго заметил Андрей, но увидев, что женщина снова готова расплакаться, смягчился, — Успокойся, здесь так положено. Карантин на несколько дней…

— А потом на студию или…

— Ты задаёшь слишком много вопросов, Наталья Ивановна! — недовольно буркнул мужчина и задумался: «А почему, собственно, я привязываю идею киностудии к этой парочке. Во-первых, студия мне пригодится в любом случае. Во-вторых, парочку эту можно и разделить. На Ольге свет клином не сошёлся… Или здесь следует говорить — тьма клином не сошлась?»

— Простите, Господин! Но это для меня очень-очень важно… — тем временем шептала Наталья, склонив голову.

— Хорошо, слушай. На днях я займусь студией и, если не случится ничего непредвиденного, через неделю ты присоединишься к моему проекту.

— Спасибо, Господин! Я буду стараться… — покраснела училка, — А Оля?

— Ольга будет стараться сегодня, — улыбнулся Андрей, — А если серьёзно, с ней пока ничего не ясно. Многое будет зависеть от неё самой, но…

— Можно мне с ней поговорить?

— Нет.

— Господин! Как я понимаю, может случиться так, что мы с ней больше не увидимся… Никогда, — Наталья Ивановна всё-таки не удержалась и заплакала, — Позвольте мне хотя бы покормить её завтраком на прощание… Умоляю Вас!

— Ладно, — кивнул он, — Хотя она и не заслужила этого…

— Я заслужу! — вскинулась и подалась к нему женщина, — Я всё, что хотите…

— Не сейчас! Да и не об этом я, — остановил её мужчина, — Иди, покорми девчонку. Но только в спальне и без разговоров!

На мониторе компьютера Андрей наблюдал, как учительница входит с подносом в спальню к своей ученице. Ольга ещё спала, снова скинув с себя одеяло. Наталья разбудила её легкими ласковыми прикосновениями. Девушка на удивление тихо поднялась и отправилась в туалетную комнату. Оттуда она вышла свеженькая, завернувшись в белое банное полотенце, и принялась с аппетитом завтракать, время от времени вопросительно поглядывая на учительницу. Наталья молчала и только смотрела на ученицу с материнской нежностью.

— Что ты? — неожиданно хриплым ломающимся голосом произнесла Оля, закончив трапезу, — Спасибо за завтрак! Вкусно… А что дальше?

— Я не знаю, — тихо ответила Наталья Ивановна, поглаживая девушку по худенькой голой ножке.

— Не знаешь, — уныло констатировала Ольга.

— Ты постарайся поспокойнее… — пытаясь подобрать нужные слова, зашептала учительница, — Повежливее… с ним…

— Может ещё и поласковее? — взвилась, было, девушка, но осеклась, почувствовав неладное, — А ты? Ты что, прощаешься со мной?!

— Наталья, тебе пора! — тоном, не терпящим возражений, проговорил Андрей, вошедший в зелёную комнату, — А у тебя, девочка, есть ещё немного времени для раздумий…

Ольга не нашлась, что ответить. Кандидат в Вершители вывел из комнаты училку, так и не позволив ей нежно попрощаться с ученицей. Они вернулись в кабинет, Андрей сел на сложенный уже кожаный диван, закурил и строго посмотрел на Наталью.

— Тебе пора собираться, — произнёс он.

— О, Господин! Простите меня! — взмолилась учительница, — Я не должна была говорить с Олей…

— Не должна была, но это, в сущности, не важно, — сухо ответил мужчина.

— Я виновата! — Наталья нескладно, театрально бросилась к нему и встала на колени, — Но я только хочу, как лучше… Хочу, чтобы Вы поняли, что мы не очень плохие… И будем Вам верными… помощницами…

— Или рабынями? — саркастически усмехнулся он, даже не предполагая, как близок к истине.

— Или рабынями, — эхом ответила училка…

— Поживём-увидим…

— Я ещё не сказала Вам, а это важно… — неожиданно произнесла Наталья Ивановна, — Когда Вы будете с Олей… ну… Возьмите её нежно…

— Что такое? — удивился мужчина, — Я как-нибудь сам решу, что мне с ней делать и как!

— Она девственна, — чуть слышно прошептала учительница.

— Что?! — закашлялся Андрей, — Что ты такое говоришь?!

— Это правда, Господин! У Оленьки никогда не было мужчины…

Глава 9

Ольга

После того, как увезли Наталью, кандидат в Вершители испытал острый приступ лени. Он позвонил домой в Золотой номер, поговорил с Катриной и Эммой. Они обрадовались его звонку, но в тоне обеих женщин чувствовалась напряжённость… Надо, всё-таки, заняться Ольгой, решил он, в очередной раз разглядывая на мониторе, как оставленная в одиночестве младшая Испытуемая мается от безделья. Андрей понимал, что закончить с ней Испытание как-то по-хорошему вряд ли получится. Да и информация о её девственности, полученная от Натальи, вызывала у него смешанные чувства. Трудно было представить эту маленькую сучку невинной девушкой. Однако, просто устроить ей жестокую экзекуцию, добиться тем самым повиновения и признания во всех её тяжких проступках, уже не казалось хорошей и единственно правильной идеей. Кандидат в Вершители принял контрастный душ, облачился в изящный светлый костюм и отправился в зелёную комнату.

— Что же мне делать с тобой, девочка? — миролюбиво начал он.

— Простить и отпустить, — так же мирно, но не без издёвки ответила Ольга.

— Отпустить? — вяло улыбнулся Андрей, — Куда? Ты даже не представляешь, где находишься…

— Не важно. Всё равно, лишь бы стать свободной! А домой я как-нибудь доберусь…

— По поводу свободы говорить не будем, не время и не место. А домой… Невозможно!

— Врёте Вы всё! — вспыхнула пленница, — Сказки тут мне рассказываете, чтобы заставить заниматься… этим перед камерой.

— Этим, по твоему выражению, ты и так занималась! Да ещё и снимала на камеру сама, — всё ещё спокойно ответил мужчина.

— Откуда Вы знаете? — вскрикнула было Ольга, но тут же опустила голову, — Ну да… Вы много знаете… Даже слишком… Но это же для себя, это другое!

— Именно — для себя! И принуждая других! — резко отреагировал Андрей, — Твоя вина во многих провинностях доказана и обсуждению не подлежит. Вопрос в каре за содеянное. Вероятно, она для тебя слишком мала… Не хочешь в порно, поработаешь проституткой для начала.

— Нет! Нет! Нет! — истерично взвизгнула Испытуемая, — Ни в порно, ни в проститутки! Никогда!

— Встать! — заорал Вершитель, и девушка вскочила с постели, — Раздевайся!

— Не надо…

— Надо! — прорычал он и сорвал с неё полотенце. Ольга взвизгнула и закрыла ладонями лобок, оставив напоказ свои маленькие острые грудки.

— Вы не имеете права, Вы не должны так… — скороговоркой тараторила она, — Я несовершеннолетняя!

— Врёшь! Здесь нет несовершеннолетних!

— Да? — удивилась девушка, — Я не знала…

— Могла бы догадаться, — понизил тон Андрей.

— Отпустите меня… — жалобно попросила она.

— Куда, детка? — уже и не удивляясь подступающему желанию, он приказал себе забыть об этом… на время. Очень кстати появилась неожиданная мысль о том, что неплохо бы проветриться, — Показать тебе, где ты находишься?

— Да, — недоверчиво взглянула ясными голубовато-зелёными глазами Оля.

— Одевайся! — Андрей встал, открыл шкаф, покопался в нём и кинул девушке голубой плащ с поясом, а потом очень красивые синие кожаные полусапожки на каблуке.

— Плащ на голое тело? — заныла девушка, одеваясь, — Я замёрзну!

— Там тепло, — не давая Ольге опомниться, мужчина защёлкнул браслет наручников на её левой кисти, а второй браслет на своей правой. Испытуемая ахнула, но молча последовала за ним в гараж, мимоходом взглянув на себя в зеркало. Андрей улыбнулся: женщина остаётся женщиной, везде и всегда. Действительно, у Ольги даже настроение поднялось, она выглядела в этом наряде замечательно — сразу подросшая благодаря высоким каблукам, изящная, со шлейфом светлых волос, которые попыталась как-то подправить свободной рукой. В гараже девушка цокнула языком от удовольствия, увидев в какую машину её сажают на переднее пассажирское сидение. Мужчина ловко перестегнул браслет наручника со своей руки на внутреннюю ручку дверцы автомобиля, сел за руль, заблокировал двери и включил зажигание.

Андрей выехал с территории коттеджного посёлка и повернул в сторону окружной дороги, которую впрочем, здесь называть окружной или кольцевой можно было весьма условно.

— Уже ночь? — удивлялась Ольга, глядя по сторонам.

— Ещё даже не вечер, — серьёзно ответил мужчина, девушка посмотрела на него с недоумением.

— Куда мы едем?

— На окраину, — всё так же серьёзно и равнодушно проговорил он. Пейзаж за окном не радовал глаз. Ухоженные коттеджи закончились, по сторонам дороги виднелись странные полуразрушенные строения, насыпь железной дороги, с разбросанными шпалами и без какого-либо следа рельсов. Всё это тонуло в синевато-серой мгле здешнего дня. На часах значилось 16:30. Андрею всё это было знакомо, а Оля… Бодрое настроение девушки улетучивалось стремительно. Наконец они доехали до кольцевой, пересекли её, и почти тут же увидели шлагбаум. Перед ним Андрей остановился, вышел из машины и вывел из неё Ольгу. Они вдвоём нырнули под перекладину шлагбаума, прошли ещё метров сорок и остановились рядом с оградительной сеткой с табличками «стоп» и «не курить». Перед ними впереди и по сторонам простиралась гладь густой смоляной жидкости. Правее можно было увидеть, как неожиданным провалом обрывается часть окружной дороги, уступая место всё той же чёрной жиже.

— Ужас какой… Что же это? — запричитала испуганная девушка, — Где мы? Где я, Господин?

— Там же, где и я, — грустно ответил он. Удивительно, но такой странный ответ, казалось, удовлетворил её.

— Увезите меня отсюда, пожалуйста, — тихо попросила Оля и взяла его за руку. Андрей молча развернулся, и они быстро вернулись к автомобилю. Обратная дорога, к счастью, оказалась не долгой.

— Проголодалась? — по-отечески заботливо спросил он девушку, заезжая в гараж.

— Да, — кивнула она, — Жаль, что здесь не видно закусочных…

— Соскучилась по гамбургеру? — улыбнулся мужчина.

— По чизбургеру! — ответная улыбка этой негодной девчонки оказалась на редкость светлой и открытой, — И по картошке фри!

— Легко!

— Правда?! — настроение Ольги снова и явно улучшилось. Они отправились на кухню, где Андрей набрал номер службы доставки и стал диктовать заказ, время от времени прерываемый весёлыми возгласами девушки, — И пирожок с вишней! И колу! И мороженое самое большое и вкусное!

— Не лопнешь? — засмеялся он, оформив заказ и стянув с Ольги плащ.

— Не-а, не лопну… А сапожки можно оставить? — наморщила носик девушка, прикрывая руками свою наготу.

— Можно. Так и будешь ходить голой в сапогах?

— Неудобно, конечно… Стыдно то есть… Но если Вы так хотите…

— Какая послушная и стыдливая девочка! — покачал головой кандидат в Вершители.

— Да… Я такая! — фыркнула и… вдруг покраснела Оля.

Розовые щёки тоже оказались ей к лицу. Андрей нашёл для неё коротенькое белое с голубыми косыми рисками платье в обтяжку, которое она тут же и натянула.

— Я Вам нравлюсь? — ляпнула девушка и осеклась, — Ну… в этом платье…

— В этом платье, да, — он посмотрел на неё оценивающе и снова почувствовал приступ желания, — А на тебя голенькую я ещё насмотрюсь! Или ты всё ещё хочешь сбежать?

— Да-а-а… — с непонятной интонацией протянула Ольга, — Век свободы не видать…

Вскоре привезли еду, и они принялись ужинать на кухне. Андрей обильно запивал сандвичи виски с колой. Девушка наблюдала за этим с лёгкой укоризной. Тогда он налил немножко виски и в её бокал с газировкой. Оля довольно кивнула, с аппетитом смолотила весь свой заказ, напоследок принявшись корчить уморительные физиономии и измазавшись мороженым.

— Спасибо! Что теперь? — спросила она, когда мужчина удовлетворённо откинулся на спинку стула и закурил.

— Пожалуйста! Я хотел спросить тебя о том же…

— Я совсем пропащая, да? — после долгой паузы сказала девушка вроде бы невпопад, Андрей промолчал, — Плохая? Гадкая? А гадких девчонок нужно пороть и… А ещё снимать в порно! Почему так? Почему Вы молчите? Я сволочь, конечно… Но я не проститутка, и не порнозвезда… Я придумывать могу, сценарии писать… У меня знаете какие фантазии? Знаете? Ну, может что-то и знаете, но не всё… Я и режиссером могу. Честное слово, смогу! И эротику, и совсем не эротику!

— Оля, мы ещё вернёмся к этим твоим талантам позже… — прервал молчание мужчина, — Может быть вернёмся.

— Может быть? Значит, может и не быть? Но почему?!

— Потому, что я не знаю, что будет с тобой завтра. Я тебя не знаю, не понимаю, может быть чувствую, но только изредка…

— А Наталью Вы узнали и поняли? Где она, куда Вы её увезли?

— Это не важно. Важно, что с ней будет завтра. И это я знаю. Она тоже не ангел, но…

— Не заслуживает наказания? А я, значит…

— Заслуживает! И наказана, — перебил девушку Андрей, — И будет наказана ещё и ещё… Это не игра, это жизнь такая… Но у Натальи всё нормализуется, насколько это здесь возможно.

— Потому, что Вы знаете, что с ней будет завтра?

— Да.

— Я, кажется, начинаю понимать… Но, скажите… Разве Вы — взрослый и здоровый, умный и… симпатичный мужчина имеете право без суда и следствия приговаривать двух женщин… пусть падших, но слабых и нежных женщин…

— В том-то всё и дело, Оля… Мне не только дано такое право… Я обязан судить и приговаривать! А разговаривать с тобой, объяснять вовсе не обязательно… Плохо ли, хорошо ли это, но… Я — суд, а следствие заканчивается здесь, на твоих глазах… Наталья уже осуждена… Ты осталась одна… Думай! Ты не производишь впечатления глупой школьницы…

— Да, не школьница я давно, — воскликнула Ольга, чем ввела кандидата в Вершители в жесточайший ступор, — Не понимаю, что здесь у Вас творится?.. Или что-то со мной?

— Что? — спросил Андрей деревянным голосом, чтобы сказать хоть что-то, взять паузу и разобраться, что твориться с этой девчонкой.

— Это Вы меня спрашиваете? Сами всё знаете, даже показали мне и… спрашиваете… Хотите, чтобы я сама? — она вздрогнула, побледнела и, словно метнувшись от невидимой тени, соскочила с места, кинулась к опешившему мужчине и прижалась к нему.

Андрей не знал, что ему делать в снова изменившейся ситуации. Он только слегка приобнял сидевшую на его коленях замолчавшую девушку, смотрел в её голубовато-зелёные, ставшие сухими и болезненными, глаза и думал: «Уж лучше бы ты заплакала, девочка… Талантливо играешь сумасшествие?.. Нет… Ты, кажется, в самом деле понимаешь, что произошло…»

— Вы мой следователь, судья и… палач? — через несколько минут снова заговорила она горячечным громким шёпотом, — Вы осудите и казните меня даже такую… мёртвую?

— Оля, перестань, — мужчина не нашёл ничего лучшего, чем успокаивать девчонку, которую ещё недавно называл маленькой сучкой, — Посмотри на себя! Какая же ты мёртвая?

— Не обманывай меня, мой Палач, — неожиданно перешла на «ты» Ольга, — Лучше пожалей, погладь меня перед казнью, а я… сама придумаю её для себя, если хочешь…

По телу Андрея пробежали мурашки, но он встал со стула, взял девушку на руки и перенёс на диван гостиной. Оля лежала на диване, положив голову на колени сидящего там же мужчины и, едва почувствовав его руку, поглаживающую белокурые локоны на её голове, горько и безудержно заплакала…

— Я умерла, знаю… Не обманывай меня, пожалуйста! — сквозь слёзы начала говорить девушка, — Но моя смерть не была наказанием, она была спасением!.. А ты пришёл покарать меня уже здесь, без этого же нельзя, правда?

— Правда, маленькая, — уже ни с чем не спорил Андрей, положившийся на чувства и интуицию.

— Я не маленькая… Но если ты так говоришь со мной… Если я сама напишу свою казнь, ты хотя бы выслушаешь меня, Судья мой?

— Выслушаю…

— У меня плохо получается, — уже немного успокоившись, воскликнула Ольга, не давая мужчине убрать руку со своей головы, — Ты поможешь мне?

— Помогу, — незаметно улыбнувшись, вздохнул мужчина, понимая, что перед ним не исчадие ада, а всего лишь девушка, пусть плохая, своенравная, взбалмошная девушка, но не конченная, не мёртвая, а живая и не способная на долгое и мучительное самобичевание, что бы ни произошло, — Чем тебе помочь?

— Скажи, ты будешь меня бить, истязать?

— Бить, истязать, лупить, стегать розгами, — прочувствовав новую перемену настроения, нарочито грозно перечислял кандидат в Вершители, — Или отшлёпать?..

— Лучше, конечно, отшлёпать, — с удивительно легкомысленным облегчением произнесла Оля, — Поняла я, поняла… А это… как его… ну… насиловать?

— Насиловать тоже можно по-разному…

— Да?! Хотя… может быть и так… Я напишу для себя нежное изнасилование, — размышляла девушка вслух, по прежнему не отпуская мужскую руку со своей кукольной головки, — Но я же… Впрочем, рано или поздно это должно было случиться… Никогда бы не подумала, что здесь и с таким…

— Что-то не так? — впервые после долгого перерыва открыто улыбнулся Андрей, перехватив оценивающий взгляд Испытуемой.

— Нет-нет, это я о своём, о девичьем… — попыталась сгладить неловкость Ольга, — Надо бы определиться с ролями… Кто я?

— Невеста! — буркнул мужчина.

— Ну, жениха-то я бы выбрала себе помоложе, — немедленно парировала она и, Андрей расхохотался, — Однако, может быть украденная до свадьбы чья-то там невеста… Нет, это слишком пафосно! Вы согласны, Господин? Ах, я даже не знаю, как мне Вас называть…

— Просто Господин, — сдержался он, чтобы не назваться собственным именем.

— И совсем не просто, — заявила девушка, незаметно вернувшись на «Вы», — Мне сейчас не надо знать Ваше имя? Да? Вот видите, какая я понятливая… Следователь, Судья, Палач — слишком мрачно даже для того света… Лучше я буду называть Вас «Хозяин».

— Хозяин? — удивился Андрей, — Любопытно… Можно попробовать.

— Хорошо. Вы и в сценарии моей казни будете Хозяином… Гостиницы?.. Или борделя?.. В общем, крутым бандитом, которому привезли в подарок юную сиротку, невинную и скромную…

— Скромную и невинную? — язвительно осведомился он, — А ты справишься с этой ролью?

— Не знаю… А кто сказал, что будет легко? — дерзко ответила Ольга и вздохнула, — Короче, бандюга, то есть Вы, Хозяин, сомневается… Отдать девку в бордель или оставить для своих развратных утех? Такое может быть, правда? Ну, вот… Она понимает, к кому попала, умирает от ужаса, но только умоляет о пощаде и плачет от безысходности… А где будет происходить действие, Вы покажите?

— Пусть это будет для тебя сюрпризом, — хитро сощурился Андрей.

— Вот как? Интересно… Значит, Вам нравится мой сценарий, Хозяин?

— Неплохая идея, и не вижу причин, чтобы не начать воплощать её…

— Прямо сейчас? — вырвалось у девушки, — Но…

— Ты хочешь, чтобы я придумал что-то более смелое? — поднял брови Андрей.

— Нет, — Оля опустила голову.

— Тогда пойдём выбирать наряд для скромной пленницы…

— Подождите одну минутку, Хозяин! — брызнула Ольга на мужчину зелёными искрами глаз, — Всего один вопрос: что произошло со мной и Наташей?

— Почему ты думаешь, что я должен знать это, Оля? — спросил кандидат в Вершители и, неожиданно для себя, высказался весьма открыто: — Сюда попадают разные люди… Но никто не попадает сюда без причины. Можешь назвать это судьбой или карой…

— Или кармой… — крепко задумалась девушка, что придало её миленькому личику не знакомую Андрею по первому впечатлению злость и стервозность, а очень взрослую отрешённость, — Отягощённой кармой… Всё справедливо, наверное… Надо же как это, оказывается, происходит…

Что и говорить, Андрей плыл по течению, полагая, что инициатива Испытуемой сама приведёт её к нужному берегу… Мужчина восседал в кабинете со стаканом из толстого зелёного стекла. На нём был дорогой тёмно-коричневый в тончайшую золотую полоску костюм-тройка, шёлковая песочного цвета рубашка с рубиновыми запонками. Довершал картину умопомрачительный бордово-золотой галстук. Долго терпеть это безобразие Андрей не смог, снял и повесил на спинку кресла пиджак, расстегнул пуговицы на жилетке, ослабил галстук, сел на диван, закурил и почти тут же уронил пепел на роскошные брюки… В кабинет вошла юная пленница в легком белом с вертикальными бледно-жёлтыми полосками платье, подчёркивающими её стройность. Белокурые волосы она заплела в косу, отчего почти лишённое косметики лицо девушки слегка округлилось, став и вправду замечательно юным. Худенькие ножки, которые платье прикрывало только выше колен, были босы. Несколько диссонировали с образом юной грации узкие кожаные полоски с металлическими колечками на лодыжках, запястьях и шее, но они добавляли трагизма в образ несчастной пленницы.

— Здравствуйте, Хозяин! — ломающимся голосом произнесла она, остановившись посередине кабинета.

— Ты заставляешь себя ждать, девочка, — недовольно откликнулся мужчина, на что пленница только молча ссутулилась. Не желая вести пустые разговоры, он поднялся, поставил опустевший стакан на стол рядом с выключенным монитором, взял девушку за локоть и повёл её к месту основного действия. Вид белой комнаты произвёл на Ольгу большое впечатление. Она с видимым усилием подавила в себе желание высказаться, снова огляделась и заметно заволновалась. «Всё-таки, эта стервочка в любой момент может выкинуть какую-нибудь пакость», — почему-то подумалось Андрею и он решил держать ухо востро, но без необходимости не отвлекаться от задуманного ею сценария.

— Что это? — удивлённо спросила девушка, одарив мужчину зеленью испуганных глаз, а потом покосилась на огромное ложе под балдахином, — Зачем я здесь?

— На ближайшее время это — твоя спальня, — медленно со значением ответил Хозяин, подходя к туалетному столику, на котором стояло серебряное ведёрко со льдом и торчащим из него горлышком бутылки, — Здесь ты для того, чтобы принадлежать мне. А для начала выпьем шампанского…

Ольга старательно изображала скромную, несчастную пленницу. Господин кандидат в Вершители плавно вошёл в роль властного Хозяина, безапелляционно навязывающего девушке общение по собственным правилам и требующего безусловного послушания. Пленница, с содроганием внимая его жестоким речам и прикосновениям ласковых, но не терпящих отказа рук, медленно сдавалась на милость Господина… Он же не только стремился полностью завладеть её телом, но и требовал ответных ласк, и планомерно добивался своего…

* * *

Андрей сразу заметил, как непривычны девушке подобные нежности. Изображать испуг и неумелость ей не требовалось, они выглядели естественными. Пленница, старалась удовлетворить желания Хозяина, случайно, а может и намеренно, слегка прикусила его зубками. Мужчина словно ждал этого. Он немедленно отвесил девушке лёгкую, но звонкую пощёчину, потом схватил её за косу и, не обращая внимания на слёзные мольбы, потащил Ольгу на середину постели. Через минуту нагая пленница была распята на белоснежном ложе, руки и ноги её были разведены и прочно закреплены ремнями.

— Простите меня, Хозяин! Я не виновата… Я больше не буду! Пощадите! — умоляюще шептала девушка. Обнажённый мужчина подсунул подушку под голову пленницы и полу-прилёг рядом. Коса у Ольги расплелась и белокурые волосы разметались по подушке, на щеке блестела одинокая слёзка. Когда Андрей ласково смахнул её пальцами, из ясного голубовато-зелёного глаза вытекла ещё одна. Эту слезу мужчина подобрал губами.

— Пожалейте меня, добрый Хозяин, — всхлипывая проговорила она, а потом вдруг, — Поцелуйте меня!

— Да, детка, — Андрей нежно прикоснулся к её вздрагивающим тонким губам своими. Ему совершенно расхотелось изображать злого Хозяина, зато безумное желание изучать и нежно гладить юное тело своей пленницы накрыло его с головой. Он целовал её милое лицо, вздрагивающую от прикосновений губ шею, поглаживал ладонями плечи… Остренькими упругими грудками девушки Хозяин занялся особенно тщательно, то нежно поглаживал их пальцами, то сжимал, то целовал твердеющие сосочки. Оля сначала всхлипывала и беспомощно шептала что-то неразборчивое, затем всхлипы превратились во всё более сладкие тихие стоны. Когда ласковые руки Хозяина принялись оглаживать тонкие ножки девушки, всё чаще попадая на внутреннюю поверхность бёдер, а то и касаясь лобка, Оля занервничала.

— Позвольте, я ещё поласкаю Вас… губами, — ломающимся голосом предложила она…

Теперь Оля была крайне осторожна и нетороплива, словно изучала все его тайны. Хозяин быстро достиг крайнего возбуждения, но торопить развязку ему не хотелось. Развернувшись на 180 градусов, он склонился над лоном девушки и положил руку на её лобок.

— Пожалуйста, Хозяин! Не надо… У меня там… всё такое нежное… — быстро зашептала Оля, выпуская и снова ловя губками естество мужчины.

— Не бойся, малышка, я буду осторожен, — палец Андрея скользнул по розовым нижним губам девушки.

— О, Хозяин, мне страшно… У меня там… — напряглась и застонала Ольга, выходя из роли, — Поласкайте лучше язычком… Пожалуйста!

— Ишь, чего захотела! — оторопел Хозяин, но просьба Оли неожиданно возбудила в нём любопытство. Андрей взял вторую подушку, подсунул её девушке под ягодицы, наклонился, поцеловал девичий лобок и провёл языком по губкам.

— Да! Да, мой хороший… Полижи её… ещё… ещё! — Ольга уже не владела собой. Вкус её вульвы оказался на удивление приятным. Мужчина увлёкся процессом, а девушка уже не в силах одновременно ласкать Хозяина, выгнулась и забилась от сладкого оргазма…

Теперь и Андрею не терпелось перейти к развязке. Он расположился у ног пленницы, несколько раз провёл головкой по её промежности, взглянул на округлившиеся глаза девушки и осторожно, но уверенно вошёл в неё. Через мгновение мужчина мягко прижался к телу Ольги, закрывая губами раздирающий её крик, и замер… Андрей только целовал Олины губы и мокрые щёки, на которых вдруг проступили веснушки. А девушка, чередуя всхлипы и стоны, чуть заметно двигала бёдрами, доставляя мужчине тончайшее наслаждение. Этот сюрпляс длился долго, пока Андрей по сладким стонам не понял, что болезненные ощущения у Ольги отступили, а самому ему требовалось всего несколько движений… Их он и сделал, осторожно, чтобы не причинить девушке боль, и ритмично вводя её в резонанс со своим начинающимся острым сладострастием… Когда их бурные обоюдные судороги и совсем уже неконтролируемые стоны затихли, Андрей освободил руки девушки и, она немедленно обвила ими его шею.

— Не уходи, — прошептала Оля.

— Не ухожу, — хрипло ответил он, прижимаясь к ней всем телом, — Тебе не тяжело, малышка?

— Нет, милый, — забыв об условностях, откликнулась девушка, — Никогда не думала, что это будет так… Я чуть с ума не сошла… Вы чудесный… Хозяин…

— Это и в правду волшебно… — когда Андрей поднялся и освободил от пут ноги девушки, она ласково уложила его спиной на постель, нежно поцеловала в губы и улеглась сверху, лёгкая, как пушинка. Доверчиво прижавшись щекой к его груди, Оля тихо и спокойно дышала. Слушая дыхание и стук её сердца, мужчина перебирал руками упавшие ему на лицо белокурые волосы и вдыхал их аромат. Потом он нащупал сбившееся в сторону одеяло и накрыл им девушку и себя. Так они и уснули…

Господин кандидат в Вершители проснулся страшно голодным и понял, что проспал долго. В кое-как натянутом на голое тело и не застёгнутом платье Ольга сидела у изголовья постели, подоткнув под спину подушку. Её рука погрузилась в волосы Хозяина и рассеянно, но нежно их поглаживала. Андрей слегка приподнялся и переложил голову с подушки на обнажённое бедро девушки.

— Ты так сладко спишь, — Оля наклонила голову и поцеловала его ухо, белокурые волосы щекотно рассыпались по лицу мужчины.

— Маленькая пленница перешла с Хозяином на «ты»? — с нежным укором поинтересовался мужчина.

— Прости, пожалуйста! Это получается как-то само по себе… — пролепетала девушка, — Но я буду только иногда… и только когда мы вдвоём… Можно?

— Я подумаю… Если хорошо будешь себя вести! — улыбнулся Хозяин.

— А какой я ещё должна быть со своим первым мужчиной? — сладко вздохнув, сказала Оля, — И ведь не верила Наталье…

— И я не верил, — задумчиво произнёс Андрей, — Тебе было больно?

— Да, — тихо ответила девушка, указывая на алое пятно на белоснежной простыне, — Но боль прошла так быстро… Как Вы так сделали? А ещё я никогда не понимала, как можно получать удовольствие, когда тебя… а оказалось…

— Зато в других удовольствиях ты знаешь толк! — хитро улыбнулся мужчина.

— Ну, зачем Вы так, Хозяин? — расстроилась Ольга, — Или Вам не понравились мои ласки?

— Понравились, детка…

— Хотите ещё? — вызывающе улыбнулась девушка и наморщила носик.

— Хочу! — прямо ответил Андрей, — Но если я сейчас не подкреплюсь, то съем тебя!

— Я хотела приготовить завтрак, — не переставала улыбаться Оля, — Но все двери закрыты… Впрочем, я не удивилась… На Вашем месте я была бы ещё осторожнее…

Как и предполагал Андрей, готовить девушка почти не умела. К её радости он снова обратился к услугам службы доставки. Пока ожидали заказ, мужчина довольствовался недосоленной яичницей, приготовление которой кое-как осилила его подопечная. Зато привезённая пицца с тонкими, закрученными в волны ломтиками пармской ветчины, сладкими помидорными колечками, нежнейшими маслинами вызвала бурный восторг не только у Ольги и была уничтожена ими на ура. Андрей смотрел на аппетитно завтракающую, что-то поминутно болтавшую, весёлую девчонку и понимал, что так и не разобрался в ней. Он понимал, что такой беленькой и пушистенькой Оля бывает редко. Но сейчас она такая. Почему? Ольга просчитала варианты поведения и притворяется, за одно и, пожертвовав своей девственностью, чтобы произвести впечатление на Господина и избежать жестокого наказания? Такой вывод делать рано… Возможно, она хитра, но не настолько же?

— Вы мне не верите, Господин, — перехватив взгляд Андрея и словно прочитав его мысли, серьёзно заявила девушка.

— О чём ты? — сосредотачиваясь, вопросом на вопрос ответил он.

— Вы думаете, что я всё время притворяюсь?.. Да, я могу играть, но…

— Расскажи мне о Коле, — неожиданно попросил Андрей.

— О, нет… Он тоже здесь? — юное личико ожесточилось, — Зачем Вам этот сосунок?

— В каком смысле «сосунок»? — без улыбки спросил мужчина.

— Во всех смыслах! — в зелёных глазках появился холодный голубой оттенок и вспыхнули яркие злющие искры, — Кстати, он делает это прекрасно, даже лучше Натальи… Мой страпон всегда блестел после его работы…

— И тебе нравилось это?

— Очень нравилось! — завелась Ольга, — А ещё нравилось, когда он подставлял свою попку и… А потом этот придурок благодарил меня…

— Тебе нравилось унижать его?

— Унижать?! Мне нравилось получать удовольствие. Унижаться нравилось ему!

— Понятно. И тебе никогда не хотелось, чтобы он…

— Вы с ума сошли, Господин! Дать этому дурачку?!

— Но Наталья же занимался этим с Колей?

— Откуда Вы знаете? Ах, ну да… По-моему, Вы читали её дневник.

— Читал, — кивнул Андрей.

— Так я и думала всё время… Уж больно хорошо Вы разбираетесь… Наталья приукрашивает всё… Придумывает всякое…

— Так это неправда?

— Не то, чтобы неправда… У неё там слишком много красивых выдумок, сладких грёз и слюней… Коля трахал Наталью, когда я этого хотела. Я, понимаете?! Ну и… ей был нужен мужчина… хотя бы такой…

— А тебе не нужен?

— Не нужен! — горячилась девушка, — Да и не было такого мужчины, чтобы я согласилась… А Коля — просто мой сосунок, шлюха моя!

— А Наталья Ивановна?

— Ну… и Наталья тоже, — вздохнула Ольга, — Но это совсем другое… Она же несчастная такая… С ней тепло… Она мне нравилась…

— И я нравлюсь? — улыбнулся Андрей.

— Вы? Да… Но это иначе… Вы — мужчина… Мужчина, которому можно всё… — Оля подняла на него глаза, в которых читались смятение и странная теплота, — Властный и… ласковый…

— Да? — задумался он, — А если бы власть была у тебя?

— Я бы Вас трахнула! — выпалила девушка.

— Что?!

— Да! — воскликнула Ольга, вскинула свои ясные сине-зелёные глаза, встретилась взглядом с Андреем и… начала краснеть, — Ну, да… я такая… Мне бы хотелось как-то… чтобы Вы не сопротивлялись… а я бы Вас ласкала и… Вам бы понравилось!

— Ты — ужасная хулиганка!

— Ох… да, — согласно кивнула Оля, — А Вы так и не казнили меня…

— В самом деле? — едва отошедший от неожиданной откровенности девушки, Андрей усмехнулся и покачал головой.

— Конечно, — Ольга посмотрела на него открыто и доверчиво, — Пусть мне и было немного больно, но Вы же не наказывали меня… Это было слишком ласково и нежно для казни…

— Пожалуй… Странная ты, Оленька! — сказал Андрей и, девушка улыбнулась, — Хочешь, чтобы я наказал тебя посерьёзнее?

— Нет!.. Да…

— Так да или нет?

— Я не знаю, — смутилась Оля, — На меня это совсем не похоже, но… кажется, да! Вероятно, настоящее наказание окажется куда более жёстким и болезненным… Ну и пусть! Потерплю… Только ты теперь мой! Не понимаешь?.. Я жила и умерла там девственницей, потому что… тебя встретила только здесь.

— Ты по-прежнему считаешь себя мёртвой? — покачал головой Андрей, не реагируя на «ты», — Судя по твоему телу этого не скажешь…

— Вам виднее! — выпалила девушка, покраснела и от смущения показала язык кандидату в Вершители…

Пока Испытуемая прибиралась на кухне, мужчина расположился в кабинете и задумчиво покуривал. Разговор за завтраком вроде бы что-то прояснил в его голове, но… Закончить на этом испытание он не мог. Во-первых, потому, что ещё не представлял себе итогового отчёта. Во-вторых, в голову Андрея закралась мысль, что если он не расшифровал эту маленькую странную стервочку, её расшифрует и казнит, как она выражалась, кто-то другой. А отдавать Олю другому Вершителю Андрей уже решительно не желал… Кроме того, он ясно понял для себя, что бесчисленные разговоры о наказании, которые заводила Наталья, а теперь Ольга, далеки от истины. Возможно, прояснению в мыслях Андрея поспособствовало употреблённое младшей Испытуемой слово «казнь». Рассуждая о заслуженной ими каре, женщины ошибались, представляя её, как разовый и непродолжительный, пусть и жестокий акт. Их наказанием становилась долгая жизнь в тёмном Княжестве, это Андрей понял теперь чётко и определённо.

Девушка вошла в кабинет снова, будто почувствовав, молча села на диван, не мешая мужчине размышлять. Словно сговорившись, за следующие пару часов они не проронили ни слова. У Андрея закончились сигареты, и он отправился в гостиную, а когда вернулся в кабинет, увидел, что Ольга разобрала кожаный диван и застилает его свежей простынёй.

— Что ты делаешь, Оля? Спать ещё рано… — удивился мужчина, — А для всего остального кабинет не лучшее место, да и…

— Знаешь, — снова на «ты» и удивительно по-взрослому заговорила она, — это не для сна и не для секса тоже… Мне просто пришло ведение, что мы с тобой проведём в этой комнате и на этом диване не один час… Не знаю, откуда это в моей голове… Глупо, да?.. А ещё я решила, что Хозяину будет приятно подумать в тишине, но лёжа на разобранном диване и… со странной худенькой блондинкой под боком…

— Интересная мысль и… она мне нравится, — развёл руками Андрей, — Только, если уж ты снова перешла на «ты», принеси нам что-нибудь для очередного брудершафта…

— За моего первого мужчину! — произнесла Ольга, дотрагиваясь своим стаканчиком с чистым виски до такого же стакана, только с большим количеством того же напитка, принесённого ей Хозяину.

— За прелестную молодую женщину, которой я не доверяю! — с улыбкой ответил Андрей, переплетая с ней руку, опустошая свой сосуд и целуя немного тонкие, но такие сладкие сейчас губы девушки…

— Значит, всё-таки, не верите, — грустно улыбнулась Ольга, снова переходя на «Вы», забираясь к мужчине под одеяло, ложась ему на левое плечо и прижимаясь к Андрею всем своим телом, — Жалко, конечно… Но я не удивлена… Вы воспринимаете меня, как гадкую сучку, которая всю жизнь соблазняла и использовала для удовлетворения своих грязных желаний училку и одноклассников… И вдруг, эта стерва, попав в мир разрушения и похоти, начинает преображаться…

— Куда попав? — изумился мужчина, легко обнявший девушку и поглаживающий её худенькую спинку.

— Плохо назвала?.. Мне кажется, что я попала в некое царство, где властвует похоть, разрушая и наш мир в целом, и личность каждого попавшего сюда, в частности…

— Интересная мысль, — Андрей с любопытством заглянул в снова ставшими ясно-зелёными глаза Ольги, — По поводу похоти я с тобой согласен, она здесь — основа основ, а вот за личность, хотя бы некоторых, попавших в этот мир людей, следует побороться, как мне кажется…

— Но не за мою, да? Почему же я не достойна хотя бы капли доверия?! Неужели Вы не чувствуете, Хозяин…

— Чувствую, — мягко прервал её мужчина, — Если бы я не почувствовал тебя за последние несколько часов, ты не была бы сейчас рядом и этот разговор не состоялся бы. Но…

— Что? — с чувством произнесла Оля, — Может быть я просто не в Вашем вкусе?

— С моей точки зрения, ты очень хорошенькая, даже красивая юная женщина, — заулыбался Андрей, — И при наличии ума и соответствующего характера, разумеется, стала несомненным лидером в той своей жизни… Но принесло ли тебе это счастье?

— А что это такое — счастье, Хозяин?

— Конечно, каждому своё… Но, по-моему, счастье — это гармония с самим собой и окружающим миром.

— Ну, да… Мудро… Только окружавший меня мир был столь прекрасен, — в голосе девушки появилась желчь, — что я стала… такой, как стала…

— Ты хорошо помнишь свою жизнь?

— Разумеется, помню! Мне по возрасту рано страдать склерозом.

— Хорошо помнишь всю свою жизнь? — мужчина посмотрел на Ольгу с нескрываемым удивлением.

— Да, а что тут удивительного? Каждый человек… Постойте! — девушка застыла, словно догадалась о чём-то важном, — Вы хотите сказать, что обычно люди многое забывают, попадая сюда?.. Да-да, вот и у Натальи были провалы… Впрочем, и я, кажется, не всё могу вспомнить… Но школьные годы, детство, маму помню отлично!

— Правда? — почему-то обрадовался Андрей, — Расскажи мне о детстве и о маме…

— Пожалуйста! — удивилась Оля, а следом с хитринкой глянула на мужчину, — Вам, действительно, интересна моя жизнь или Вы тонкий психолог, Хозяин?.. Вероятно, с этого-то всё и началось… Раннее детство моё было прекрасным и безоблачным, но когда мне исполнилось десять лет, мои родители расстались, папа ушёл из семьи, а потом и вовсе исчез в неизвестном мне направлении. Мама же как-то сразу изменилась, наверное, растерялась сначала, как я теперь думаю… Но выход она нашла быстро: в нашей трёхкомнатной квартире стали появляться незнакомые мужчины. Сначала один изредка, затем другой и почаще, потом третий… К моей маме, эффектной блондинке, клеились многие, выбор у неё был огромный, но она, кажется, особенно и не выбирала. По крайней мере, не выбирала мужчину, с которым планировала связать судьбу. Мама утверждала, что ведёт богемный образ жизни, начала регулярно ходить по ресторанам и театрам в дорогих обновках. Мне тоже кое-что перепадало… В материальном плане мы оказались обеспечены мамиными любовниками куда лучше, чем отцом. Но что творилось в её спальне, а иногда и не только в спальне, ночью и, порою, днём… Я вечно засыпала под стоны и скрип родительской кровати. Случалось приходить из школы и заставать в гостиной мать, совокупляющуюся с очередным приятелем… а то и с двумя! Некоторые появлялись у нас однократно, были и постоянные поклонники. Иногда очередной фаворит моей мамы оставался жить у нас в квартире, но максимум на три месяца… Я старалась проводить больше времени в школе и у подруг, но услышала и увидела немало подробностей маминых приключений. Один из её поселившихся у нас на некоторое время мужиков любил, чтобы я подсматривала за их занятиями, и специально оставлял двери спальни приоткрытыми… Другой, норовил подсмотреть за мной… Третий прямо объявил матери, что желает попробовать секс втроём — с мамой и дочкой одновременно. Когда он откровенно полез ко мне через несколько дней, то получил по голове любимой маминой вазой. Ваза разбилась вдребезги, голова пострадала меньше… Хорошо, хоть не убила этого козла… Мне тогда исполнилось пятнадцать, скандал удалось замять, но… В общем, через некоторое время я стала пропадать у Натальи, а окончив школу, практически переехала жить к ней…

— Всё-всё, девочка, успокойся, — воскликнул Андрей, когда почувствовал, как она вздрагивает от болезненных воспоминаний. Он повернулся к ней, обнял и прижал Олю к себе, — Я услышал более, чем достаточно…

— Ну да, — разок всхлипнула девушка и обвила мужчину тонкими, изящными руками, — Теперь ты точно не захочешь меня удочерить!

— Что?! — охнул Андрей и, немного отстранившись, взглянул на Ольгу и увидел её смеющиеся глаза, — Ну и шуточки у тебя! Надо же такое ляпнуть мужчине, который…

— Лишил меня иллюзий? — тихо засмеялась Оля, — Но шутка получилась забавной, правда?.. Не знаю, что ты решишь делать со мной, а я для себя всё уже решила — ты останешься первым и единственным моим мужчиной!

— Но, Оленька…

— Да, Хозяин, я понимаю, что ты можешь отдать меня кому-то, заставить заниматься этим перед камерой с каким-нибудь актёром… Но никому я не отдамся по собственному желанию, с радостью… Кроме тебя!

— Ты не будешь сниматься в порно, Ольга, — вздохнул Андрей, — Это всё равно, что забивать гвозди микроскопом…

— Ух ты… Кажется, в чём-то мне тебя убедить удалось, мой Палач…

— Прекрати, меня зовут Андрей…

— А… Моего мужчину зовут Андрей! — вскрикнула Оля и набросилась на него с поцелуями, — Мой Андрей… Андрюша…

Когда после своего второго и впервые двойного Испытания, одновременно служившего окончательным тестом кандидата в Вершители, мужчина вернулся домой, Катрина с Эммой устроили ему тёплую и радостную встречу с долгим и тщательным мытьём в ванной, вкусным обедом и тихим отдыхом. Однако, в глазах женщин оставался вопрос.

— Вы хотите спросить, как мои дела? — поинтересовался Андрей и, они синхронно кивнули, — Всё в порядке, но… Похоже, я ввязался в серьёзную историю.

— Я же говорила, мой Господин! — воскликнула Катя, — Это занятие способно искалечить и морально, и физически…

— Возможно, — кивнул мужчина, — Но у меня другая проблема… Я принимаю людей, с которыми меня сводит эта должность, очень близко к сердцу. Вероятно, Вершителям так работать не пристало… Но я отдаю им часть души и… не могу по-другому!

— Что Вы отдаёте?! — охнула Катрина, а Эмма улыбнулась Андрею своей доброй и нежной улыбкой…

Глава 10

Большие перемены

Необходимый кандидатский тест был Андреем пройден. В Доме Вершителей им были по всей видимости довольны. Оставалось самое малое — принять собственное решение. С самого начала идея стать Вершителем не казалась Андрею единственно правильной. Теперь же, после реально проведённых Испытаний над живыми, пусть и оказавшимися в другом, тёмном мире, людьми, он только убедился, что к принятию окончательного решения нельзя отнестись легкомысленно. Перспектива регулярно выполнять обязанности единоличного Судьи, определяющего судьбу неизвестных ему доселе, чужих людей совсем не радовала Андрея. Сомнения и тревога — вот какие ощущения рождались в нём при мысли о службе Вершителя. С другой стороны Андрей начал задумываться о словах самих Испытуемых, твердивших, что попасть в его руки — большая удача. А вдруг эти, уже не совсем чужие ему женщины правы? Может быть это и есть главная причина его появления в тёмном Княжестве, главная задача, миссия Андрея — разобраться, пусть и странными, но предписываемыми здешними законами методами? Разобраться и помочь!.. Эти умозаключения более, чем желание общаться и далее с милыми его сердцу, близкими женщинами или организовать собственную киностудию, стали определяющими в его окончательном решении…

Поздравления с официальным введением в ранг Вершителя неожиданно для Андрея оказались весьма помпезными и продолжительными. Михаил знакомил нового члена этого весьма закрытого клуба с важными персонами, которые, впрочем, не произвели на него особого впечатления. Был представлен Андрею и его личный Советник, которым оказался рыхлый, скучающий мужчина лет сорока пяти по имени Аркадий. Был он вполне дружелюбен, предложил обращаться по насущным вопросам без стеснения. Но у Андрея сложилось впечатление, что всё происходящее Советнику давно надоело и мало его интересует. Это предположение в принципе подтвердил и Куратор, когда после изысканного застолья они остались вдвоём пить кофе в кабинете Михаила.

— Вижу, что официальная часть Вас утомила, Андрей. Но что делать, это традиция… А с Советником Вам не повезло в определённом смысле. Аркадий считается у нас крупным теоретиком в области Испытаний, особенно по части психологии процесса. Практической помощи от него особо не ждите. С другой стороны и вмешиваться в Ваши дела он не станет, забот у него хватает. В принципе, это можно считать положительной стороной ситуации… В конце концов, я вряд ли откажусь помочь Вам по большинству вопросов, если таковая помощь потребуется. Кстати, не было времени спросить, как прошло Ваше «двойное задание»? Пришлось помучиться?

— Не сказал бы, что дело оказалось мучительным, но повозиться пришлось, — удобно расположившись в кресле у кофейного столика, наконец расслабившись и с удовольствием вытянув ноги, отвечал Андрей, — Времени и сил ушло на двойное задание не мало… Надеюсь, результат того стоил…

— Насколько я знаю, всё в полном порядке. Особенно хорошо, что обе женщины остались у нас… По поводу Ольги сомнения были?

— Да, и серьёзные… Во многом из-за этого дело и затянулось. Но решение я принимал без спешки и аргументированно. Пояснить?

— Зачем же? Я читал отчёт, мне всё предельно ясно. Остаётся Вас поздравить и отдохнуть.

— Спасибо. А то, что они обе… остались здесь, важно?

— Теоретически нет, а на практике… Аргументы для дальнейшего этапирования по негласным правилам должны звучать чётко и бесспорно, а отправлять дело на доследование другому Вершителю никто не хочет. Кроме того, Княжество заинтересовано в пополнении людскими ресурсами… Новая кровь, так сказать. А значит, в своей работе Вершителям следует иметь в виду столь немаловажный фактор.

— Понятно…

— Вы в чём-то сомневаетесь, Андрей? — улыбнулся Куратор.

— Я не сомневаюсь, — выдохнул новоиспечённый представитель власти, — Мне странно, что не сомневаетесь вы… Не Вы лично, а структура вообще…

— Вам даже после Испытаний не даёт покоя быстрая дорога к власти? По-моему, Вы критически настроены не к нашей структуре, а к себе, Господин Вершитель, — хозяин кабинета быстрым изучающим взглядом глянул на собеседника, — Мой друг, напрасно Вы пытаетесь упрекнуть нас в легкомысленности… Во-первых, кандидатские тесты не так просты и безобидны, как Вам быть может кажется сейчас. Во-вторых, критические ошибки Вершителя быстро всплывают на поверхность, когда особи, прошедшие Испытание оказываются в карантине или в первые недели их жизни в Княжестве… В-третьих, если человек становится преступником, изгоем в нашем мире, соответствующие компетентные органы расследуют причины произошедшего и непременно интересуются тем, кто проводил его Испытание… Вы же определённо доказали свою профессиональную пригодность и ответственность, а сменив статус, позволили относиться к Вам, не как к развлекающемуся Гостю, а как к равному среди уважаемых членов общества…

— Вы убедили меня, — улыбнулся Андрей, с удовольствием закуривая.

— Вот и отлично! Давайте лучше по коньячку, — Михаил наполнил маленькие серебряные рюмки, — Кстати, Ваша любопытная идея об экранизации дневника учительницы получила продолжение?

— Я по-прежнему считаю эту идею любопытной и… — предельно равнодушно ответил он, — Это сложно организовать?

— Не сказать, что сложно для разумного человека, но хлопотно… Руководить процессом придётся Вам лично!

— Что Вы имеете в виду?

— Общее руководство, разумеется, — улыбнулся Михаил, — И в свободное от обязанностей Вершителя время, конечно… Кстати, не думали, какое количество испытаний в месяц Вы могли и хотели бы проводить?

— Я думал об этом, — кивнул Андрей, — Полагаю два-три в зависимости от сложности дела. Этого достаточно?

— Вполне. Стандартный обязательный минимум — одно законченное дело в месяц. Бывают исключения, но не часто… Ваши планы меня очень радуют. Так вот, в свободное от заданий и необходимого отдыха время, Вам придётся осуществлять общее руководство видеостудией, если Вы решитесь открывать её. У Вас, разумеется, появятся штатные сотрудники: помощники, управляющий, актёры, технический и служебный персонал. Все они, как и сама студия, будут в полном Вашем распоряжении… Но и Вам придётся уделять этому делу время и силы, как любому бизнес-проекту.

— В принципе я не против, — потягивая коньяк, произнёс Андрей, — А как обычно это устроено у Вершителей, Михаил?

— Вы имеете в виду личный бизнес? Тут правил нет, — ответил он, — Есть более активные Вершители, есть менее… Личные проекты есть у многих: магазины, отели, рестораны, клубы… Одни процветают, другие существуют себе потихоньку. Это зависит, прежде всего, от желаний и целей Вершителя.

— От целей? — встрепенулся Андрей, — А подробнее?

— О, это очень индивидуально… Но по сути основных целей три: получать прибыль от бизнеса, разнообразить свой досуг и иметь под рукой проверенный персонал, который может понадобиться в разные моменты… Во время Испытаний, например.

— Разумно, — солидно кивнул новоиспечённый Вершитель, — Однако, подбор надёжного персонала — дело кропотливое. Вершители используют лиц, прошедших у них Испытание или это не принято?

— И здесь общих правил не существует. Всё зависит от характера Вершителя, — на правах радушного хозяина, Михаил всё подливал Андрею кофе и коньяк, — Одни решительно не желают никакого общения со своими бывшими Испытуемыми, другие наоборот считают их самыми проверенными и преданными, часто делая своими рабами и помощниками одновременно. И тот и другой подход объясним, не правда ли?

— Разумеется. А учитывая, что истина обычно где-то посередине, следует попробовать оба варианта, возможно, их синтез и даст результат! — лёгкий хмель помогал Андрею формулировать фразы изысканно, — И этот «синтезированный персонал» будет эффективной помощью Вершителю и в Испытаниях, и в личном бизнесе.

— Прекрасно сказано! Вы далеко пойдёте, Господин Вершитель! — заулыбался Михаил, — Во всяком случае, если решение об организации студии принято, я готов оказать Вам содействие. Какое? Во-первых, Вам понадобятся помещения. Я помогу подобрать необходимые. С этим проблем нет, если только речь не идёт о Центральных районах. Но для студии место в Центре не обязательно, как Вы полагаете?

— Для студии, в отличие от магазинов, ресторанов и клубов нужны помещения в тихом месте, где можно творить без шума и суеты, — пафосно произнёс Андрей, пригубив очередную рюмку и с удовольствием покуривая.

— Отлично! При таком подходе Вы можете получить в бессрочную аренду довольно обширную территорию с основным зданием студии и отдельно стоящими рядом постройками для технических нужд и проживания персонала. Как Вам такая перспектива?.. Отлично! Тогда я дам распоряжение и завтра будут готовы варианты. Останется только выбрать. Разумеется, потребуются перестройка и ремонт объектов. Но в Княжестве такие работы проводятся быстро и качественно…

— Наслышан! — с видом знатока кивнул Андрей.

— Да-да… Автоматизация строительных работ, понимаете ли, творит чудеса, — улыбнулся Михаил, — В общем, как только сделаете выбор и выскажете свои пожелания, примем проект в исполнение…

— Моё присутствие во время реконструкции объектов обязательно?

— Контроль никогда не бывает лишним. Но если у Вас найдётся доверенное лицо…

— Я подумаю.

— Конечно… Занимайтесь подбором кадров — это залог успеха. Кстати, Вашу сладкую парочку планируете использовать? — усмехнулся Михаил.

— Планирую попробовать, — хитро улыбнулся в ответ Андрей, — Посмотрим, что и как получится. А когда у них заканчивается карантин?

— Сейчас гляну, — Куратор пересел за компьютер, — Наталью можете забирать хоть завтра, но если не будет Вашего запроса, её распределят на общих основаниях через три дня после окончания карантина.

— Заберу… завтра или послезавтра…

— Отлично! Делаю пометку о Вашем запросе. Вам есть, где её содержать? Можете временно снять отдельный номер в Вашем или любом другом отеле…

— Подумаю… А Ольга?

— У неё карантин дольше, примерно десять дней, запрос сделаете сами накануне освобождения, я покажу, как это делается… Кстати, будьте готовы, что Ваши бывшие Испытуемые будут не совсем такими, какими Вы их отправили…

— Как это?!

— Они снова практически полностью потеряют память о прошлой жизни, будут первое время слегка заторможены… Испытание вспомнят скорее на уровне самых сильных ощущений от него…

— Что же с ними там делают?

— Этого я не знаю, — очень серьёзно ответил Михаил.

— Даже так?!

— Да. Мне известно только, что во время карантина Испытуемые находятся во власти Блюстителей.

— Вот оно что… — покачал головой Андрей, — Это ещё один этап наказания?

— Возможно и наказания… Впрочем, о телесных страданиях я не слышал, Блюстители не интересуются людьми ни физически, ни эмоционально, а люди после карантина часто выглядят посвежевшими, даже похорошевшими. Скорее, это второй этап чистки… ментальной, прежде всего.

— Это должно быть мучительно…

— Да, вероятно так, — нехотя выговорил Куратор, и перевёл беседу на другую тему, — Вас они узнают, как только увидят, но очень смутно… Однако, стоит только заговорить с Вашим бывшим Испытуемым и, он поймёт, что Вы сыграли важную роль в его жизни, обычно без подробностей… И только Ваше желание приоткрыть тайну Испытания или деталей общения пробудит в нём память.

— Любопытно…

— Своё любопытство Вы утолите сполна, как только возобновите общение со своей сладкой парочкой, например, — лукаво усмехнулся Михаил.

— Я понял, но… Вы хотите сказать, что они не будут помнить друг о друге?

— Именно. Но в Ваших силах напомнить им о том, что Вы посчитаете целесообразным. Кстати… — Куратор ещё раз заглянул в монитор, — Ваша первая испытуемая…

— Ирина?

— Да. Она работает в магазине продавцом-консультантом… Можете её навестить и оценить степень происшедших изменений…

К вечеру следующего дня Андрей получил от Михаила варианты размещения видеостудии с описанием и фотографиями. Решение пришло сразу. Одно из мест оказалось Андрею знакомо и навевало приятные воспоминания из прошлого. Он, правда, не очень представлял себе проект реконструкции территории, но не сомневался, что ему предложат оптимальные варианты и быстро выполнят все необходимые работы. Здесь это умели делать хорошо, в чём Андрей убедился на примере своего Золотого номера. Впрочем, думы о студии, которой Вершитель планировал активно заниматься в свободные от новых заданий ближайшие две недели, он решил оставить на завтра. Нынешний вечер Господин Вершитель решил посвятить своим бывшим Испытуемым. Для начала Андрей нанёс визит директору отеля Фёдору и снял маленький номер для Натальи, этажом выше своего Золотого номера. После согласования всех деталей прибытия новой постоялицы в отель, он заехал в Дом Вершителей и оформил транспортировку своей подопечной к новому месту службы. Наталью должны были привезти через пару часов, и Андрей решил заехать в магазин к Ирине. «Всё-таки она первая», — думал он, — «Надо посмотреть, как устроилась. Ира так хотела, чтобы я не забыл её… Вот и посмотрим, надо ли ей это теперь. И надо ли мне… В принципе, место на студии найдётся…».

Магазинчик, где работала Ирина, оказался маленьким секс-шопом, коих в округе было великое множество до явной чрезмерности. Появление потенциального покупателя продавщицы встретили, как праздник. Собственно, продавщиц было двое. Первая — яркая статная брюнетка, по-видимому, была здесь и управляющей, но Андрей обратился ко второй, к Ирине. Когда она взглянула на покупателя, лёгкая тень пробежала по её лицу. Но под грозным взглядом брюнетки, побледневшая и напрягшаяся Ира немедленно начала выдавать информацию о новинках магазина и особенно популярных товарах. Некоторое время Андрей молча слушал, а затем двинулся к стенду с женской одеждой и нижним бельём. Там неопытная продавщица с помощью квалифицированной управляющей вылила на него ещё один поток чрезвычайно полезной информации. Слушая вполуха, мужчина выбрал вызывающий, но превосходного качества костюм под названием «Похотливая классная дама» и два комплекта нижнего женского белья. Один алый кружевной из шёлка с подвязками и чулками, второй чёрный из латекса для любителей жёсткого экстрима.

— Я хочу посмотреть, как это будет выглядеть на женском теле, — прерывая словоохотливых продавщиц, обратился Андрей к Ирине. Та застыла, словно что-то припоминая, молча приоткрыв рот.

— Конечно, Господин, — недовольно взглянув на новенькую, лилейным тоном ответила старшая, — Сейчас я приглашу манекенщицу, и она продемонстрирует выбранные товары в примерочной. Вы сразу пройдёте туда или пока посидите здесь и выпьете чашечку кофе?

— Можно и кофе, — ответил Андрей брюнетке, продолжая внимательно поглядывать на Ирину, — Но вы меня не поняли. Я хочу посмотреть эту одежду на теле вашей новенькой продавщицы.

— Как? — вздрогнула от неожиданности Ира, — У нас для этого есть специальная сотрудница, а я… только продавщица!

— В самом деле, — подтвердила управляющая, изучающе оглядывая Андрея, — у нас это не принято…

— Для меня вы сделаете исключение, — заносчиво произнёс покупатель.

— С чего бы это? — начала было брюнетка, но Андрей дотронулся указательным пальцем до её УСа, женщина взглянула на монитор, изменилась в лице и в голосе, — О да, Господин! Как изволите, Господин! Может быть, мне сделать это?

— Может быть… Может быть, ты и будешь делать это или что-то другое, — жёстко ответил Вершитель, нагло разглядывая управляющую с ног до головы, — но позже. Сейчас выбранные мною вещи наденет она!

— Да, Господин! — хрипло произнесла брюнетка и подтолкнула Ирину к двери в примерочную. Пока Андрей пил кофе, управляющая и появившаяся из подсобных помещений длинноногая худосочная манекенщица готовили новенькую продавщицу к показу. Управились они быстро.

— Я могу поприсутствовать? — упорно навязывалась брюнетка, утирая выступившие на лбу капельки пота, — Я Вам подскажу, помогу… чем прикажите…

— Нет. Оставь нас наедине и проследи, чтобы нам не мешали, — тихо, но безапелляционно произнёс Вершитель. Управляющая разочарованно кивнула и удалилась. Примерочная оказалась небольшой комнатой с зеркалами на стенах, парой кресел в комплекте с круглым столиком в углу и небольшой, но судя по всему удобной кушеткой, на которую Андрей и присел. Ирина стояла посредине примерочной в чёрном с красной отделкой костюме развратной учительницы. Боковой разрез опускающейся ниже колен юбки был таков, что можно было разглядеть блестящие чёрные трусики. Покрой же чёрного с красным воротником жакета позволял, не напрягаясь, лицезреть верхнюю часть чёрного латексного лифчика. Дополняли образ очки в тонкой чёрной оправе и чёрные с маковыми цветами туфли на шпильке. Костюм не шёл Ирине категорически.

— Не сутулься, Ира, — произнёс Андрей. Женщина вздрогнула, округлила глаза и выпрямилась. Вершитель вздохнул и покачал головой, — Раздевайся.

— Как… раздеваться? Прямо здесь? — Ирина попыталась поймать его взгляд и трясущимися руками начала расстёгивать пуговицы жакета.

— Так лучше, — констатировал Вершитель, когда женщина осталась в гладких трусиках из чёрного латекса, таком же лифчике и ошейнике с металлическим кольцом, — Подойди ко мне… Ближе!

— Вы… — ахнула Ира, когда Господин провёл одной рукой по её покрытой латексом груди, а другой по заднице, — Вы имеете право… так со мной обращаться?

— Да, — уверенно кивнул Андрей, — А теперь примерь кружевной комплект!

— Но Вы же здесь сидите и… смотрите…

— Я отвернусь, — перебил её Вершитель, повернулся в сторону и с улыбкой наблюдал в зеркало, как женщина растеряно сдирает с себя тесный латекс и облачается в атласные кружева с алыми чулками. Уже закончив этот пикантный процесс, она увидела отражение глаз мужчины в зеркале и густо покраснела.

— Зачем Вы…

— Иди сюда, — снова перебил её Андрей, — Присядь мне на колено.

— Но я же только продавец-консультант! — взмолились Ирина, присаживаясь и с ужасом ощущая властную мужскую руку на своей ляжке.

— Так ты не помнишь меня, Ира? — негромко спросил он.

— Нет… Откуда Вы знаете моё имя? — произнесла было женщина, но тут глаза её вспыхнули, — Вы — Виталий?!

— Мы же договорились не называть меня именем, не имеющим ко мне никакого отношения? — улыбнулся Вершитель.

— Ах, Господин, это — Вы! — Ирина обняла мужчину и прильнула к нему всем телом, — Вы не забыли меня!

— Нет, как видишь, — Андрей продолжал гладить женщину по ноге, — И ты, оказывается, кое-что помнишь…

— Смутно… Но кое-что… отчётливо, — вспомнила что-то и страшно смутилась Ира.

— В самом деле? Ну-ну… — игриво улыбнулся Вершитель, — Как тебе живётся?

— Живётся? — с сомнением переспросила она, — Работаю вот…

— Ну, а кроме работы? С кем общаешься?

— Только с Ритой и Ниной, — Ирина махнула в сторону двери, — Больше ни с кем. Меня пока никуда не отпускают одну, да и времени нет… Заберите меня к себе!

— К себе? — Андрей поднял пальцами её подбородок и заглянул прямо в глаза, — Зачем тебе это? Ведь у меня ты будешь…

— Вашей рабыней, я знаю! — перебивая Господина, с чувством воскликнула она, — С Вами лучше…

— Вот как? Они тебя обижают?

— Обижают? Не знаю… Здесь, наверное, так везде…

— Рита тебя домогается? — прямо спросил Андрей, безошибочно угадывая имя брюнетки управляющей.

— Один раз… — тоскливо прошептала Ира и опустила голову, — А ещё один раз вместе с Ниной…

— Понятно… Этого больше не будет! — уверенно произнёс мужчина.

— Да?! — глазки женщины заблестели, — Спасибо! Но лучше бы с Вами…

— Тебе милее рабство? Думаю теперь, когда мы встретились здесь, следует подумать об этом серьёзнее.

— Да, наверное… — снова покраснела Ирина, — Говорят, что некоторые рабыни живут в покое и достатке.

— Говорят? — хмыкнул Андрей, — Но Господин имеет все права на свою рабыню, а она никаких!

— Ну и пусть! — отчаянно заговорила женщина, стыдясь собственных слов, и положила руку на его брюки в том месте, где из них выпирало его естество, — Вы хотите меня, Господин? Прямо здесь и сейчас?

— Нет, Ирочка, здесь не хочу, — ответил Андрей, сдерживая шальное желание.

— Тогда приходите ко мне в гостиницу! Я в Малом отеле живу, на Гостиничной площади.

— Приду, — вздохнул мужчина, но тут же перешёл на весёлый лад, — Только если на тебе будет вот тот латексный наряд! Я его тебе дарю…

— Спасибо! Не думала, что буду носить такие вещи, но если Вы считаете, что мне идёт…

— Да, тебе идёт, Ира.

— Я буду в нём, только приходите! — воскликнула женщина, — А лучше заберите меня к себе совсем…

— Не торопи меня, Ирочка. Когда приду к тебе, мы обсудим и это.

— Когда, Господин? Когда Вы придёте?

— Скоро. В ближайшие дни позвоню и… приду. Кстати, тебе пора знать, что меня зовут Господин Андрей!

— Я буду ждать Господин Андрей! Очень буду жать… — Ира поцеловала мужчину в губы и глаза её увлажнились…

Через минуту Вершитель вышел из примерочной и вынул из бумажника Золотую карту, вид которой вызвал у брюнетки Риты состояние близкое к обмороку. Мужчина оплатил картой костюм училки и кружевное бельё размера, который приблизительно соответствовал фигуре Натальи. Управляющая тут же заговорила о том, что третья покупка ему полагается без оплаты, как бонус. Андрей пожал плечами, дождался, пока латексный комплект упакуют, и прилюдно вручил его, вернувшейся из примерочной уже в корпоративном наряде продавщицы, Ирине. Управляющая и манекенщица охнули, а Ира с улыбкой победительницы конкурса красоты порозовела от удовольствия. Рита провожала дорогого гостя до дверей, всё время пытаясь ухватить его за локоть.

— Спасибо за покупки, Господин! Приходите ещё, Господин! — тараторила брюнетка, вкладывая ему в руку визитную карточку с информацией о магазине и с её личным номером телефона на обороте, — Буду рада видеть Вас и у себя, Господин! Мы живём в одном отеле с Ириной…

— Надеюсь не в одном номере? — раздражённо спросил Андрей.

— Конечно, нет, Господин! — не поняла Рита, — У меня большой удобный номер, Вы не пожалеете…

— Главное, чтобы не пожалела ты! — с нескрываемой яростью тихо произнёс мужчина, наклонившись к её уху, — Если тронешь Иру хоть пальцем, убью!..

— До свидания, Господин Андрей! — на удивление звонко прокричала оставшаяся в зале Ирина.

— До свидания, Ирочка! — хитро улыбнулся он и вышел на улицу.

Впрочем, отцепиться от управляющей сразу не удалось. Она, бледная как полотно, догнала его у машины, на которую взглянула с благоговением. Прижавшись к Андрею, Рита горячо шептала ему на ухо, что будет вести себя с Ирой, как с лучшей подругой, что виновата перед ней и Господином, что готова загладить вину со всем старанием, что умоляет его решить этот вопрос между собой, не привлекая внимания, и готова сама или с манекенщицей Ниной устроить ему незабываемый вечер (утро, день, ночь, сутки, ненужное зачеркнуть) с переодеваниями или без оных…

Не успел Андрей сесть за руль, как завибрировал его мобильник. Звонила Эмма с сообщением о том, что в 22-ой номер отеля «Силикон» заселилась некая женщина, о которой Господин должен знать. В голосе секретарши слышалось волнение и непонимание. Андрей ответил односложно и дал отбой. Он был удивлён и даже раздражён тем фактом, что о прибытии Натальи ему докладывала Эмма, а не портье отеля. Выяснять, в чём собственно дело, Андрей начал сразу по возвращению в гостиницу.

— Что случилось, Джон? — спросил Вершитель, подходя к конторке портье, — Почему свои обязанности ты перекладываешь на мою секретаршу?

— О, Господин Андрей, Вас не было в отеле, — заволновался тот, — и я передал информацию Вашей секретарше…

— Если бы я хотел, чтобы этим элементарным делом, а именно обеспечить приём и размещение некоей дамы, а потом сообщить об этом мне, занималась моя секретарша… Вам поручили простое дело, Джон!

— Извините, но я встретил и поместил Вашу даму, как полагается…

— И что дальше? — перебил его Андрей, — Позвонить мне так сложно?

— Я позвонил в Золотой номер, — портье побледнел, — А номер Вашего мобильного телефона мне не известен…

— Это твои проблемы, — сухо констатировал Вершитель, — На юридическом языке это называется «неполное служебное соответствие»… Включай мозги, Джон!

— О, простите, Господин… — продолжал оправдываться портье, но Андрей уже не слушал его…

Он решил наведаться к Наталье немного позже, и отправился в свой номер. Однако, передохнуть дома не получилось. Всё, что Андрей успел сделать, это снять туфли, расстегнуть пиджак, ослабить галстук и закурить, расположившись на кресле в гостиной. И тут появилась Катрина.

— Здравствуйте, Господин! Вас можно поздравить? — язвительно взвизгнула она, вызвав неподдельное изумление у мужчины, — Вас ждёт в 22-ом номере новая любовница? Вижу, и подарки ей приготовлены!

— Та-а-ак… — Андрей мысленно считал до двадцати, пытаясь сохранить спокойствие, — С каких это пор я должен отчитываться перед тобой, Катя? Мне по силам самому решить, с кем встречаться, кого и куда привозить, чем и как заниматься. Это понятно?

— Но, мой Господин… — переменилась в лице Катрина.

— Закрой свой чудесный ротик и помолчи, — процедил сквозь зубы Андрей, встал и отправился на выход. В дверях его поймала Эмма.

— Это я виновата, — горячо зашептала она, взяв мужчину за руку, — Я звонила Вам, а Катрина слышала… Простите!

— Уже простил, — вздохнул Андрей, поцеловал секретаршу в щёку, взял в руку пакеты из секс-шопа и вышел из номера, — Буду поздно!

— А ужин? — безнадёжно спросила вдогонку Эмма.

— Ужинайте без меня, я поем в ресторане, — ответил он, заходя в лифт.

Желание общаться с Натальей прямо сейчас отсутствовало напрочь, но зайти к ней было нужно хотя бы для того, чтобы убедиться, что с его бывшей Испытуемой всё в порядке. Андрей открыл дверь с табличкой «22» ключом, взятым у безутешного Джона. Номер оказался очень небольшим. Маленькая гостиная, маленькая спальня, совмещённый санузел и, конечно, отсутствие кухни. Бывшая учительница литературы сидела на диванчике в гостиной, подперев ладонью лицо, лишённое какого-либо выражения.

— Здравствуй, Наталья Ивановна! — просто произнёс Вершитель.

— Здравствуйте! — обнаружив в своей гостиной мужчину, училка оживилась, растерялась и испугалась одновременно.

— Отдыхай спокойно, поговорим позже… Да, я принёс твои вещи, — Андрей оставил пакеты в гостиной, развернулся, вышел из номера и закрыл его на ключ, оставив женщину в полном недоумении. Ну, не было у него сейчас настроения общаться с ней. Не было и всё…

Андрей вышел из гостиницы, свернул влево в арку и сразу оказался у расцвеченного иллюминацией ресторанчика. Выбрав удобный столик здесь же, во дворике, на свежем, так сказать, воздухе, он, мысленно послав всех во тьму, решил расслабиться в одиночку. Официант появился незамедлительно.

— Водочку? Московскую особую? — радостно поинтересовался он. Андрея уже знали, хотя и появлялся здесь сначала Гость, а теперь Вершитель с продолжавшей действовать Золотой картой «Bank Last Credit» не слишком часто.

— Её родимую! 300? Нет, давай-ка бутылочку… Ну и к бутылочке… Пирожки ваши мне нравятся, давай-ка и с мясом, и с капустой… Селёдочку неси с лучком. Залом имеется? Ах ты, красава! Грузди солёные? Непременно! И ещё капустку квашенную в обязательном порядке, да непременно с репчатым лучком и душистым подсолнечным маслом…Ну, минералочку давай. Ничего я не забыл?

— Горячее? — лицо халдея сияло.

— Пока не хочу. Может быть позже…

— Икорки?

— Икорку неси, не помешает, — засмеялся Андрей, — И не тяни…

— Я мигом, — кивнул официант и тут же испарился.

Ждать, и в правду, не пришлось. Под первую рюмку идеально холодной водки Андрей зацепил кусок фантастически вкусного залома, а поверх умял замечательный пирожок с мясом. «Иногда просто необходимо получать желудочное удовольствие, не перемешивая его ни с чем», — подумал он. После третьей Андрей благостно закурил, расправил плечи и посмотрел по сторонам.

У арки подпирала стену Катрина, глядя на него глазами раненой лошади. Мужчина глубоко вздохнул, понимая, что пятнадцать минут никем не прерываемого чревоугодия убили его злость и поманил девушку к себе. Через пару секунд печальная Катя уже сидела напротив Господина и явно намеревалась что-то сказать.

— Рот открывать только по моей команде! — опередил её Андрей и кликнул официанта, — Будьте любезны, милейший, второй прибор для девушки!

— Сию минуту, Господин Андрей! — в тон ему проговорил халдей и щёлкнул каблуками, — Вы не надумали заказать горячее?

— Ну, раз пошла такая пьянка… — хохотнул Вершитель, — Не сконструируете ли нам сковородочку жареной картошки с грибочками? С лисичками, говорите? Так это же просто великолепно!

— Слушаюсь, Господин! — официант исчез, через минуту появился с приборами для Катрины и снова исчез. Их разговор девушка слушала с округлившимися глазами и открытым ртом.

— Рот по команде! — повторил Андрей, наливая рюмку Кати до краёв. Катрина ошалело глянула на мужчину, захлопнула рот и тихо захихикала. Он соорудил для неё роскошный бутерброд с икрой, налил себе и сказал, — Пей!

— Полную? Я буду пьяная, — ахнула девушка, тихонько звякнула своей рюмкой о рюмку Господина, выпила залпом и закашлялась. Андрей покачал головой, подал ей стакан с минералкой, а потом всучил бутерброд.

— Закусывай!.. Кстати, а где Эмма? Гулять, так гулять! — он налил ещё раз по одной, Катя только пожала плечами. Андрей достал мобильный, — Эммочка, ты где, красавица? Дома, неужели? А мы тебя в ресторане ждём… Уже выходишь? Умница, девочка!..

— Ничего себе! — воскликнула Катрина, когда минут через десять к их столу подошла эффектная дама в длинном обтягивающем вишнёвом платье, с зачёсанными наверх светлыми волосами, скреплёнными изящной диадемой с крупными каплями бирюзы. В глубоком декольте блестело колье в том же стиле, а в ушах серёжки.

— Когда ты только успеваешь? — Андрей улыбнулся, этот комплект украшений недавно подарил ей он сам.

— Добрый вечер! — загадочно улыбнулась в ответ секретарша и, грациозно изогнувшись, присела за столик слева от мужчины.

— Что-нибудь особенное для очаровательной дамы? — тут же подскочил к ним официант, пожирая глазами появившуюся минуту назад женщину. Эмма действительно выглядела утончённой знатной дамой, особенно по сравнению с Катей, на которой была только короткая коричневая юбка из кожи и красная водолазка.

— Жюльен с белыми грибами и стейк из сёмги, — не задумываясь сделал заказ Андрей.

— Откуда Вы знаете? — опешила Эмма и уставилась на мужчину влажным благодарным взглядом, — Спасибо, мой Господин!

— Пожалуйста, девочка моя! — с удовольствием улыбнулся Андрей. Застывший рядом с ними халдей гулко сглотнул и умчался выполнять заказ…

Ужинали они долго и весело. Расслабившийся под действием алкоголя и вернувшегося к нему хорошего настроения Андрей рассказывал забавные истории и анекдоты на грани приличия. Комментарии и шутки подхватившей эту тему подвыпившей Катрины были уже за гранью. Ставшего чрезмерно навязчивым официанта, распускавшего слюни при каждом взгляде на секретаршу Андрея, Катя отбрила чудовищно неприлично. Халдей застыл столбом и покрылся пятнами. Так бы и стоял, ошарашенно уставившись на девушку, если бы не возглас Андрея: «Брысь!» На десерт сил не хватило, на часах было уже далеко за полночь, когда компания покинула заведение. Эмма пила мало, и алкоголь лишь добавил блеска в её глаза и румянца на щёки. С дополнением в виде сногсшибательного наряда и эффектной причёски, выглядела она обворожительно. Катрина, напротив, была пьяна до такой степени, что едва передвигала ноги. Увидев это, Андрей легко вскинул её на руки и так, вслед за секретаршей они отправились домой. В Золотом номере он занёс Катю в её комнату и положил на постель. Девушка недовольно забормотала, не открывая глаз. Тогда Андрей начал ловко раздевать её. Это было не трудно, под юбочкой и водолазкой, как обычно, ничего не оказалось. Сопровождавшая их Эмма, тут же исчезла. Заметив это, мужчина усмехнулся, аккуратно укрыл одеялом голенькую Катю и поцеловал её в носик. Девушка, не просыпаясь, улыбнулась, потянулась к нему и, дождавшись повторного поцелуя в губы, повернулась на бок, подложила ладони под щёку и сладко засопела. Андрей выключил свет в комнате, прикрыл оконные шторы так, чтобы взошедшая луна не беспокоила Катрину, и вышел.

Эмма ждала его в тёмной гостиной, стоя у окна. Привычная сизоватая мгла на улице пронизывалась резкими контрастными тенями зданий, подсвеченных луной. На этом фоне прямая, стройная секретарша, стоящая вполоборота к окну, выглядела впечатляюще.

— Коньяку на десерт, Господин Андрей? — тихо спросила она, явно радуясь его скорому возвращению.

— Только не двигайся, Эмма! — быстро произнёс мужчина, наощупь открывая бар, внутренности которого тут же осветила потайная лампочка.

— Почему? — удивилась женщина.

— Смотреть на тебя такую — одно удовольствие, и я хочу его продлить, — пояснил Андрей, наливая коньяк для Эммы и скотч для себя.

— Спасибо, мой Господин! — смущаясь, проговорила секретарша.

— Это тебе спасибо! Если бы не ты, у меня был бы довольно тоскливый день… А ещё ты сегодня фантастически красива, девочка, — сказал Андрей, подавая женщине коньяк и снова делая несколько шагов назад, чтобы насладиться портретом дамы с бокалом, — Выпьем за тебя!

— Ах, если бы Вы знали, как мне необходимо Ваше внимание… Пусть Ваши слова и вгоняют меня в краску… — окончательно растрогалась Эмма.

— Тебе не нравится, когда я называю тебя девочкой?

— Очень нравится! Своей девочкой, а ещё Эммочкой…

— Это мне не сложно и приятно, девочка моя, — улыбнулся мужчина, поставил стакан на подоконник и обнял женщину за талию, — А ещё ты хочешь, дай угадаю, чтобы я и тебя взял на руки?

— Вы правы, очень хочу!..

— И отнёс в постель? — он поцеловал Эмму в губы, и она жарко ответила ему своим поцелуем… Андрей поднял её на руки и понёс в свою спальню. Это было не так легко, как с Катей, но своя ноша не тянет…

— Эммочка, ты хочешь так же быстро уснуть, как Катрина? — улыбнулся мужчина.

— О, мой Господин! — женщина то смотрела ему прямо в глаза с нежностью и призывом, то стыдливо опускала взгляд, — Я сегодня… так взволнована, что… не скоро усну…

— А я тебе немного помогу в этом…

Через полчаса, разгорячённые и запыхавшиеся, они лежали, не расплетая объятий, смотрели друг другу в глаза и получали от этого неизъяснимое удовольствие. Спать не хотелось ни ей, ни ему. Андрея пробило на лирику… Он тихо, мешая нахлынувшие воспоминания с обрывками стихов, делился с Эммой сокровенным, а она слушала его слова, как объяснение в любви… «Осень — мёртвые дожди. Осень — юные морозы. Задубевшие берёзы ковыляют по Руси…»[4]

— В чём смысл жизни, Эммочка? — занесло мужчину в глубокие дебри сознания.

— Смысл? Вы спрашиваете, зачем я живу? — эмоциональным шёпотом переспрашивала она, — Какой странный вопрос… Жила, как умела. Работала, как могла. Надеялась… Почему Вы меня выбрали? Случайно?

— Вряд ли… У тебя на фото такие умные глаза, а в них тоска… Не мог я пройти мимо твоего взгляда… «Осень — падшая листва, оплевавшая дорогу. Осень — смертная тревога у хмельного старика…»[5]

— А зачем и как живут там, в Вашем мире?

Андрей вздохнул и начал неторопливый, довольно несвязный рассказ о людях в мире под Солнцем… В этом повествовании люди встречались случайно или предопределённо, порою в совершенно неожиданных местах; бросались друг на друга или долго присматривались, а иногда проходили мимо своей судьбы; тонули в омуте страстной влюблённости или стоили расчётливые планы… Женщины и мужчины образовывали пары, строили новые семьи, их жизнь обрастала бытовыми проблемами, убийственными привычками, наполнялась неизвестными доселе существами под названиями «тёща» и «свекровь»… «Я зарезан без ножа. Я прострелен, но не пулей. Вы мою свечу задули, Осень — тёмная душа…»[6] В семьях появлялись дети и, для одних мужчин и, особенно, женщин именно дети становились смыслом жизни, а для других появление малышей оказывалось началом конца их прекрасной пары…

— Я что-то помню такое… читала… — тихо проговорила Эмма, когда Андрей взял паузу, — Малыши — это, наверное, чудесно… Но они же вырастают, правда? Как же дети могут быть смыслом жизни, если они становятся взрослыми и у них появляется свой собственный смысл?

— Хорошие родители не перестают заботиться о детях, они для них всегда малыши… В одном ты права: когда другого смысла, кроме воспитания потомства, в жизни нет, и отношение к детям становится излишне щепетильным, болезненно нервным… Впрочем, не мне судить об этом. Я — плохой отец… «С неба рвёт хмельная муть. Отчего Ему я каюсь? Скоро, чувствую, отмаюсь… Вместо крови в жилах ртуть.»[7]

— Так в чём же смысл жизни, мой Господин?

— Если бы я знал ответ на этот вопрос, цены бы мне не было! — улыбнулся Андрей, — Может быть в самой жизни? А может в том, чтобы не прекращать задавать себе этот вопрос? В любом случае, мы недостаточно далеко прошли свой путь, чтобы получить ответ…

— Мы… — легко и свободно выдохнула Эмма и трогательно-доверчиво заглянула мужчине в глаза, — Может смысл заложен в слове «мы»?

— Не исключено, — задумчиво проговорил Андрей. «Поэтичность языка — легковесная химера. Этой дряни нету дела до осеннего меня…»[8]

Спал он крепко, но недолго. На часах значилось семь утра, секретарша мерно дышала ему в плечо. Подниматься не хотелось, Андрей решил немного поваляться и мысленно спланировать начинающийся день. Однако, не прошло и десяти минут, как в мёртвой утренней тишине он услышал звяканье посуды и шум льющейся воды. «Сушняк мучает девчонку», — с улыбкой подумал мужчина. Катрина, тем временем, включила душ в хозяйской ванной комнате и вскоре прокралась в спальню. Оглядевшись в серо-синей мгле комнаты, она тихонько прошлёпала босыми ступнями до постели и уткнулась холодным носом в правое плечо Господина. Андрей чуть оттолкнул девушку рукой, приподнял одеяло, под которое Катя тут же и юркнула, прижавшись к мужчине своим голеньким с капельками влаги телом.

— Простите, мой Господин! Я больше не буду, — зашептала девушка, обвивая его прохладными нежными ручками, — Не знаю, что на меня нашло…

— Верю-верю, сам болтун, — тихо пробурчал Андрей, уворачиваясь от её влажных рыжих волос…

Около девяти утра за завтраком Андрей давал секретарше указания по поводу женщины из 22-го номера, Натальи. Эмме надлежало следить, чтобы подопечная Господина не оставалась голодной и совсем уж одинокой. Секретарша задавала уточняющие вопросы. Катя слушала молча, иногда бросая на мужчину многозначительные взгляды. Но он решил не привлекать её к этому делу, и был непреклонен. Комментировать наличие в гостинице ещё одной женщины, явно имевшей к нему отношение, Андрей тоже считал преждевременным. Сегодня и других дел хватало. Он созвонился с Куратором Михаилом, получил от него приглашение на обсуждение проекта студии, и через полчаса выехал к Дому Вершителей. Разговор получился обстоятельным, продолжительным и, главное, плодотворным. Михаил вызвал проектировщика для выезда на выбранное Андреем место, чтобы вместе осмотреть объекты реконструкции воочию. Пока дожидались его приезда, Андрей нанёс визит вежливости Советнику Аркадию. Для того появление нового Вершителя в собственном кабинете стало полной неожиданностью, причём едва ли приятной. Но стоило Андрею затронуть тему психологического аспекта Испытания, как важнейшей составляющей процесса, Аркадия словно подменили. Бурный получасовой диспут, более напоминавший монолог севшего на своего конька Советника, завершился дружескими рукопожатиями и предложениями обращаться за помощью (и не только) в любое время дня и ночи. Присутствовавший при последних аккордах беседы Михаил уже в коридоре показал большой палец и шепнул на ухо: «Ну, Вы и фрукт, Андрей! Теперь он Ваш! О, Вы далеко пойдёте!»

На объект они ехали втроём на машине Михаила. Андрей уже побывал ранее в здешних местах, но сейчас разглядывал местность другими глазами, глазами Хозяина. После ревизии объектов, а в их число, кроме центрального здания, входила добрая дюжина пустующих законсервированных коттеджей и несколько технических зданий, проектировщик предложил несколько вариантов реконструкции. Важнейшей проблемой виделось основное сооружение будущей студии, коим должно было стать неплохо сохранившееся, но запущенное помпезное здание бывшего клуба с колоннадой, как и повсюду в Княжестве весьма громоздкое, если не сказать монументальное. Оно и стало основной темой обсуждения. Когда желания Андрея, предложения проектировщика и замечания Михаила были согласованы, настало время решить судьбу большой прилегающей территории. С этим вопросом справились быстрее, постановив подвергнуть основательной переделке только два коттеджа: один через дорогу, сбоку от центрального здания, другой — на краю территории, недалеко от пруда в форме неправильного овала с островом посередине. Проектировщик обязался предоставить окончательный, детально проработанный проект уже через сутки и, сразу после ознакомления и одобрения Хозяина, начать работы. Утомлённые Господа Вершители вызвали проектировщику такси, а сами заехали в небольшой ресторанчик неподалёку, где наскоро пообедав, договорились хорошенько гульнуть после завершения работ.

— Я знаю весьма любопытное местечко, тут рядом, — заговорщицки ухмылялся Михаил, когда они возвращались в Дом Вершителей на автомобиле, и указал на промелькнувшее в стороне здание бывшей станции «Куртизанская», — Вот там…

— В самом деле? — удивился Андрей, — Бывал я там. Не больно-то симпатичное место, девки какие-то разукрашенные…

— Ага, а внутрь Вы заходили?

— Даже в голову не пришло.

— И напрасно, там находится клуб… экстремальных развлечений, скажем так. Причём, на первом этаже и этажом ниже развлечения для многих, а дальше… — Куратор даже облизнулся, — Вход на закрытую территорию, куда так просто не попасть. Клуб для своих, так сказать, и мы с Вами в этом заведении всегда желанные гости. И девки там первоклассные!

Расстались они у Дома Вершителей. Андрей пересел в свой автомобиль и, не заезжая домой, отправился к Сергею в «Ленинку». Тот удивился неожиданному визиту, но был рад повидаться. Предложение стать управляющим студией его заинтересовало, как и возможность общаться чаще, ближе и свободнее.

— Что тут говорить, Ваш проект удивительно интересен… Я согласен, — немного подумав, сказал Сергей, — Только два момента меня беспокоят…

— Твоя нынешняя работа? Или боишься не справиться?

— Какая здесь работа? Название одно… Да и справиться со студией, думаю, мне по силам, а с Вашей помощью и подавно, — на работе Сергей обращался к Андрею подчёркнуто официально, — Но, во-первых, эта должность для Служителя 1-го ранга, а у меня 2-й. А во-вторых, мой переход к Вам необходимо согласовать с управляющим видеотекой… Не уверен, что быстрое увольнение легко осуществить.

— Это мои проблемы, и я их решу, не сомневайся! — улыбнулся Андрей, решительно настроенный не откладывать дело в долгий ящик, — Директор на месте?

— Да, — ахнул Сергей, — Вы пойдёте к нему прямо сейчас?!

— Именно! Мне ждать некогда…

Минут через сорок взору Сергея, ожидавшему в коридоре, открылась удивительная для него картина. Раскрасневшийся, утирающий пот Директор Ленинской видеотеки выходил из кабинета, услужливо открывая двери Господину Вершителю и поминутно кланяясь. Увидев заместителя, он криво ему улыбнулся, развёл руки в стороны и, подчёркнуто уважительно попрощавшись с Андреем, укатился обратно в кабинет.

— По-моему, он тебе не завидует, — с улыбкой произнёс Андрей, когда они с Сергеем вдвоём выходили из здания видеотеки.

— Что Вы ему сказали?!

— Разве это важно? Важен результат! — засмеялся Вершитель, — С завтрашнего утра сдаёшь дела новому заму. На это у тебя день, максимум два. Если управляющий будет тянуть резину, пригрозишь ему мной! Я буду звонить тебе на мобильный… Через два дня ты мне нужен свободный и готовый к новой работе. Тогда и поговорим о деталях… Да, о ранге можешь не беспокоиться. В конце концов, это мне решать кто, с каким статусом и на каком месте у меня находится! Но лично для тебя мне хочется сделать приятное… Готовься к повышению и… с тебя причитается!

Домой Андрей попал только вечером, уставший, но довольный. Его женщины, судя по всему, давно томились ожиданием и сразу засуетились. Эмма встречала его в привычном строгом костюме секретарши, правда с игривой причёской на голове и абсолютно ненужными, но очень шедшими ей очками. Катрина же предстала пред ним юной грацией со школьным уклоном. Две маленькие рыжие косички с голубыми бантиками искушали…

— Э нет, — хмыкнул мужчина, — К очередной части мерлезонского балета я сейчас не готов!

— Ужин, Господин Андрей? — невинно чирикнула служанка.

— Немного позже, милая. Сейчас кофе, сигарету и под душ, — он скинул пиджак и галстук, устроился на кресле в гостиной, потянувшись и вытянув ноги. Женщины расположились рядышком, Эмма начала доклад о проделанной работе.

— С Вашей подопечной всё в порядке, Господин! Она уже поужинала, ни в чём особо не нуждается, только всё время спрашивает, где она находится и что с ней будет?

— И что же ты ей отвечаешь?

— У неё что-то с памятью, и эта женщина почему-то уверена, что является пленницей. Я не стала её разубеждать, сказала, что она обо всём узнает в своё время.

— Очень хорошо! Ты умница, — похвалил секретаршу Андрей, — Что-то ещё?

— Да. Наталья говорила, что была знакома с Вами, но не может вспомнить, когда и при каких обстоятельствах. Она расспрашивала о Вас. Я назвала ей Ваше имя, это плохо?

— Вовсе нет. Тем более, что моего имени она никогда не слышала. Но мне интересно, о чём Наташа вспомнит сама… Что ты так смотришь на меня, Катя? — обратился Андрей к служанке, пожиравшей его глазами, — Тебе не терпится узнать, кто такая эта Наталья? М-да, терпением ты похвастаться не можешь… Хорошо, я расскажу, но немного. Эта женщина — моя подопечная. Скоро я открою новый проект, где она мне может пригодиться…

— Простите, Господин, — не выдержала Эмма, — Можем ли мы узнать, что это за проект?

— Терпение, девушки! Имейте терпение, — со вздохом повторил мужчина, — Скоро вы всё узнаете и непременно примите участие… Куда же от вас денешься?

— Но что же дальше с Вашей подопечной, Господин? — поинтересовалась секретарша, — Она Вас ждёт сегодня вечером.

— Она ждала меня и вчера вечером, — усмехнулся мужчина, — Но вчера у меня была пьяненькая девчонка на руках и умопомрачительная дама в гостиной!

— Я тоже бываю умопомрачительной! — фыркнула Катя.

— Кто же спорит? — улыбнулся Андрей и поцеловал девушку в носик, — Но вернёмся к делу. Если честно, я утомился сегодня и, идти к Наталье мне не хочется, тем более надолго…

— Как я поняла, это не горит, — поигрывая своими рыжими косичками, глубокомысленно изрекла Катрина, — Ждала и ещё подождёт…

— Подождёт, конечно, и я пока о ней позабочусь, — с упрёком взглянула на служанку Эмма, — Но что именно Вы хотите от Натальи сейчас? Или ей следует просто ждать Вашего решения?

— Всё уже решено, — ответил Андрей, — А для начала хорошо бы… включить её память…

— Поговорить с ней или просто прийти и помолчать, если она должна узнать Вас в лицо? — засомневалась секретарша, — Или этого не достаточно?

— Сам не знаю… — развёл руками Вершитель, — Думаю, этот тонкий момент очень индивидуален…

— Я тоже могу с ней пообщаться, — воскликнула Катрина.

— Как? — поинтересовался Андрей, — Совратить её?

— Что?! Ну, Вы круто рулите, мой Господин! — изумилась Катя, потом вздохнула и пожала плечами, — Но если надо для Вашего дела, могу и совратить… наверное…

— М-да, забавная мысль, однако, — ухмыльнулся Вершитель, — Я подумаю над этим ходом.

— Вы серьёзно, мой Господин? — теперь настала пора удивиться Эмме.

— Возможно. Ты же сама сказала: надо подтолкнуть, — хмыкнул Андрей, — Вот Катрина и подтолкнёт!

Первую половину следующего дня Господин Вершитель провёл по большей части за компьютером, отвечая на возникавшие у проектировщика студии вопросы. Надо сказать, что все проблемы решались оперативно и к двум часам пополудни Андрей уже чётко представлял будущую студию, как в своей голове, так и в объёмном изображении, которое прислал проектировщик. Заказчик дал добро на начало реконструкции объекта, а все последующие доработки надлежало производить по ходу дела. На следующее утро Андрей назначил проектировщику встречу на месте строительства, куда намеревался приехать вместе с управляющим студией. Расставание Сергея с «Ленинкой» проходило быстро и безболезненно. Его уже бывший шеф не только не мешал, но и на удивление любезно содействовал передаче дел, а на прощание, как потом рассказывал Сергей, полез обниматься.

Тем временем Эмма доложила, что в состоянии подопечной Господина положительных изменений нет, и Андрей решился отправить к ней в номер Катрину. Вид у девушки, облачённый в страшненький, но очень сексуальный кожаный наряд с выступающим из брюк внушительным бугорком, оказался впечатляющим. Однако, Господин дал служанке строгие указания — вести себя нагловато и достаточно настойчиво, но в случае активного сопротивления, насилия не совершать… Катя вернулась через полчаса с надутыми губками.

— Она меня не хочет, — плаксиво проговорила она.

— Вот дура! — ответил Андрей, и они громко и весело рассмеялись, вызвав неподдельный интерес и удивление появившейся в дверях гостиной секретарши. Теперь настала пора давать наставления Эмме. Дело было к вечеру, и вскоре она отправилась кормить Наталью ужином.

— «Подталкивание» Катрины результата не дало, — докладывала секретарша по возвращению, — Наша подопечная на грани истерики.

— Наша? Это звучит! — хохотнул мужчина, — Ну и что ты?

— Не успокаивала, с разговорами не лезла, как Вы и приказывали. Накормила ужином, велела привести себя в полный порядок, накраситься, красиво одеться и ждать визита Господина.

— Прекрасно. Видимо, придётся идти… Но сначала ужин, мы его заслужили!

Часы показывали десять с минутами, когда Андрей засобирался в гости к Наталье. За неспешным ужином он вёл беседу о пустяках, довольно прилично выпил, но почти не опьянел, хотя и стремился к этому. Через час после застолья Господин Вершитель накинул тяжёлый тёмно-синий махровый халат на голое тело, поймал на себе недовольные взгляды своих женщин, велел им скоро его не ждать, не нервничать, из номера не выходить, отдыхать, и ушёл к Наталье, прихватив с собой бутылку рома. Тщательно причёсанная, чуть излишне и не слишком искусно накрашенная женщина в чёрном с красной отделкой платье «похотливой классной дамы» сидела в своей крошечной гостиной на маленьком диванчике растерянная и абсолютно потерявшаяся в новой для себя реальности. Появление в её номере в халате и с бутылкой пьяного мужика, которого старательно изображал Андрей, она встретила с ужасом.

— Как Вы сюда попали? Зачем? Кто Вы? — нервно спросила Наталья. Она крепко сжала ноги, отчего сразу же открылся боковой разрез юбки, обнаживший кружевную резинку розового шёлкового чулка, и сложила на груди руки, прикрывая декольте, — Уйдите отсюда… пожалуйста!

— Хм… — обошёлся без слов Вершитель, нашёл в маленьком серванте подходящие стаканчики, плеснул в них рому и протянул один женщине, — Пей!

— Я не буду! — отмахнулась она, — Что за кошмарная гостиница? Сначала эта ужасная девушка в безобразном наряде и с… этим в штанах… Теперь совершенно нетрезвый мужчина, которого я не знаю… Или знаю?.. Я Вас знаю откуда-то… Ах, не важно! Вы приходите ко мне, как к себе домой, и заставляете пить…

— Значит, так и не вспомнила, — развязно перебил её Андрей и всё-таки всучил ей стакан, — Пей!

— Кошмар какой! — прошептала Наталья, сделала крошечный глоточек и скривилась, — Что это такое… крепкое?.. Официантка… ну, девушка, которая приносит мне еду, сказала, что придёт её Хозяин… Господин Андрей какой-то… Это Вы?! О, нет… Я думала, Вы благообразный, интеллигентный Господин, который объяснит мне, что происходит… А вместо этого ужасный пьяный мужчина…

— Пей до дна! — грозно буркнул Вершитель и, встречая отпор, нахально пересел на тесный диванчик к училке, переплёл её руку своей и повторил, — До дна!

— Нет! — пыталась сопротивляться Наталья, но мужчина выпил одну и подтолкнул к её рту вторую рюмку. Женщина влила в себя ром, задохнулась и тут же почувствовала на себе мужские руки, а на губах его властные губы…

— Вот так лучше, Наталья Ивановна! — пьяно ухмыльнулся Андрей.

— Как Вы смеете?! — вскочила на ноги женщина, поправляя очки, — И откуда Вы меня знаете?

— Кто же не знает такую… сексуальную учительницу, — мужчина с наглой улыбкой закурил и выпустил в неё струйку дыма, оценив взглядом, что костюм на ней смотрится прекрасно, не то, что на Ирине.

— Вот именно, — тут же подхватила Наталья, — Вы вваливаете к порядочной женщине, к преподавателю, в конце концов, и позволяете себе…

* * *

— Ты и теперь меня не вспомнила, Наташа? — вполголоса спросил Вершитель, отпуская женское тело и укладываясь рядом. Училку от его голоса словно электрическим зарядом прошило, как только что от его мужского достоинства…

— Вы?! Простите меня, Господин! — глядя во все глаза на его лицо и с недоверием трогая его пальцами, пролепетала она, — Я не знаю, что со мной было… Туман какой-то… А Вы и не такой пьяный, как мне казалось! И я опять с Вами…

Последние дни, положа руку на сердце, Андрея больше всего интересовало создание студии, и отвлекаться от этого процесса не хотелось. Обсудив идею проекта с Эммой и Катриной и заручившись их поддержкой и помощью, он проанализировал деятельность всех видеостудий на территории Княжества, которые им удалось отыскать. Вывод Андрея прозвучал однозначно: «У нас всё будет иначе». И если в организационном, техническом и производственном аспекте он готов был почерпнуть лучшее у конкурентов, то в творческом плане… Несмотря на нравы и порядки тёмного Княжества, Андрей решил, что будет стремиться снимать принципиально другие фильмы в компании единомышленников. Иначе его затея грозила превратиться в фарс, в пир во время чумы…

Проект студии занимал мысли Андрея всё более, однако, в голове он постоянно держал и необходимое — визит в Архив и встречу с Ильёй. Не ради этого ли он стал Вершителем? «Да уж, конечно, не только ради этого. Не надо себя обманывать, — рассуждал Андрей, — Но и откладывать дальше выполнение просьбы Хароныча неудобно, хотя связь со старцем так и не наладилась…» Эта тема отчего-то так нервировала Андрея, что он решил чётко спланировать поездку и более не тянуть… Господин Вершитель проснулся утром и сразу решил, что проспал. Хотел было устроить выволочку девчонкам, что не разбудили, но глянул на часы — 5:05. Похоже, нервы расшалились, и вставать рано, и спать решительно не хотелось. В Архиве он планировал появиться не раньше десяти утра. Андрей поднялся, набросил халат и тихо пошёл в ванную комнату. Стоило ему, свежему и бодрому после душа, подумать о сегодняшнем визите в Архив, тут же его охватило непонятное и неприятное волнение. Идти туда не хотелось категорически, но… Надо! В принципе, ему было крайне любопытно попасть на территорию Дворца не в праздничный, а в будний день, добраться, наконец, до Архива, познакомиться с Ильёй. Но что-то мешало думать об этом легко и позитивно. Может быть, его мистическая неприязнь к Блюстителям, коих на подступах к Дворцу более, чем достаточно, и уж наверняка его патологический страх, возникающий при одном взгляде на Вулкан. С этим сумбуром в голове Андрей направился на кухню, чтобы сварить себе кофе, но там уже суетилась Эмма.

— Ты что это вскочила такую рань, — буркнул он неласково.

— Я услышала, что Вы проснулись, Господин. Вышла посмотреть, не нужно ли чего… Кофе Вам сварила, — Эмма, как обычно, отвечала чётко и ясно, но сейчас в её голосе слышалось беспокойство, — Доброе утро, мой Господин!

— Доброе утро, Эммочка! — Андрей с удовольствием сменил недовольство на благодарность, — Могла бы и поспать ещё… Но, спасибо! Выпьешь кофе со мной?

— С радостью! — улыбнулась секретарша. На ней был длинный голубой халат с белыми цветами и кружевным воротничком. Любой её наряд подкупал изяществом, Катрина одевалась ярче и сексуальнее. Впрочем, под халатом Эммы тоже, почти наверняка, отсутствовало нижнее бельё. Андрею захотелось немедленно проверить так ли это, но он сдержался.

— Тогда наливай и присаживайся напротив, — предложил мужчина.

— Вы планировали встать рано… — с сомнением произнесла Эмма, сделав глоток.

— Да, но не настолько, — кивнул Андрей, — Не спится что-то…

— Что мне сделать для Вас?

— Пей спокойно кофе. Я собираюсь во Дворец к десяти… Времени уйма!

— Во Дворец? — вздрогнула женщина.

— Ты хочешь спросить: кто меня туда вызвал? Никто не вызывал, но у меня там дела… И ты, наверное, помнишь какие…

— О да, конечно, Господин Вершитель! — отчеканила секретарша и поёжилась.

— Эмма! Я же просил не называть меня так без необходимости! — немедленно, но мягко упрекнул её Андрей.

— Извините меня, пожалуйста! — опустила голову женщина, — Вам не очень хочется туда идти?

— С чего ты взяла, девочка моя? — улыбнулся он.

— Я вижу…

— Какая ты зоркая! Мне это нравится, — Андрей внимательно посмотрел на секретаршу, и когда она подняла голову, глаза их встретились.

— Могу я чем-то помочь Вам, мой Господин? — смешалась Эмма и опустила глаза.

— Во Дворец мне всё равно надо… — потянувшись, улыбнулся мужчина, — Но сейчас мы с тобой могли бы выпить ещё немного кофе, очень вкусный он у тебя, и немного… поговорить… в твоей комнате…

В десятом часу они легко позавтракали втроём. Катрина строила уморительные рожицы и подмигивала Андрею, он однажды не выдержал и показал ей кулак, чем вызвал приступ глупого хихиканья, Эмма молчала и краснела, будто совершила что-то совсем уж неприличное. Около десяти Андрей засобирался, Катрина сразу стала серьёзной, словно провожала мужчину на войну. Секретарша уже стояла у выхода в изумительно изящно сидевшем на ней строгом костюме. На прощание Катрина трогательно взяла Эмму за руку, прижалась к Андрею и чмокнула его в щёку…

Ехали молча. На большой и пустой парковке около входа на территорию Дворца секретарша остановила машину и вопросительно посмотрела на босса.

— Дождёшься меня или дома дел хватает? — неожиданно спросил он, даже не подумав улыбнуться. Глаза Эммы округлились.

— Я буду ждать Вас, пока не вернётесь… Мой Господин!

— Хорошо, — светло улыбнулся Андрей, легко вздохнул и поцеловал женщину в носик.

Он шёл к воротам, чувствуя затылком напряжённый взгляд Эммы. Очень хотелось обернуться, но Андрей сдержался, подошёл к паре Блюстителей у больших кованых ворот, приложил свою карту к УСу. Блюстители благосклонно и синхронно кивнули, и он вошёл на территорию Дворца. «Кто бы мог подумать, что это страшное здание, пусть и увеличенное во много раз может служить Дворцом», — как и первый раз подумал Андрей, шагая по брусчатке тёмно-бурой площади к мрачному ступенчатому зданию. Его знания о том, что Дворец не столько возвышается вверх, сколь грандиозно разрастается вниз, и там, в веренице подземных этажей посетителя встречают грандиозные залы, изысканные покои, тайные кабинеты и альковы, будоражили, воскрешали тёмные островки памяти и совсем не успокаивали. Был информирован Андрей и о том, что в Архив Княгини ведёт неприметный боковой вход, за которым находились помещения Блюстителей и хранилища Архива. Сначала это соседство насторожило его, но затем он решил, что так и должно быть, что именно там и находится цель его путешествия. Подходя ко Дворцу, мужчина бросил взгляд вперёд и снова вздрогнул, увидев как там, в двухстах метрах левее здания, брусчатка нелепо обрывается и переходит в особое пространство, закрытое здесь огромным матовым и непрозрачным колпаком из стекла или пластика. «Разобраться бы с историей этих бассейнов», — подумал он, не надеясь на скорое решение такой задачи. Смотреть вправо и вверх, туда, где за гигантской зубчатой стеной громоздился и уходил ввысь этот убийственный монстр — Вулкан, ему не хотелось ни капельки. Андрей юркнул в боковой вход, удивился и обрадовался отсутствию охраны. «Ну, правильно. Не себя же им охранять!» Тут же он увидел серую дверь с серебристой табличкой, и оказался в вожделенном Архиве Княгини. Спустившись по лестнице, Андрей очутился в небольшом полутёмном и безлюдном зале, вмещавшем десяток столов и столько же стульев и настольных ламп. В конце зала ярким пятном светился дверной проём в следующее помещение, где он надеялся хоть кого-то встретить. Помещение это оказалось просторным кабинетом, где за огромным столом восседал мужчина, внешность которого показалась Андрею смутно знакомой. Впрочем, он тут же вспомнил, что именно так ему описывали Илью.

— Господин Архивариус? — Андрей шагнул вперёд, протягивая руку для пожатия.

— Кто Вы? В чём дело? — неожиданно неприятным скрипучим голосом ответил неопрятный субъект, — Как Вы сюда попали?!

— Меня зовут Андрей…

— Как Вас пропустила охрана? — у мужчины, по всей видимости, начиналась необъяснимая паника, и пока он, вскочив, не дотянулся до секретной кнопки вызова охраны, моментально рассекреченной благодаря его неуклюжести, Андрей вынул свою Золотую Карту. Мужчина со стоном упал обратно в кресло, считал данные с карты посетителя и, заикаясь, произнёс, — Как Вы меня напугали, Господин Вершитель!.. Ах, прошу меня извинить! Чем могу быть полезен?

— Во-первых, прошу Вас представиться! — грозно воскликнул Андрей, неприятно поражённый увиденным. Удивился он и сканируя отпечаток незнакомца. Если верить появившейся информации, перед ним стоял Служитель 1-го ранга по имени Илья, состоящий во Дворце на должности Главного Архивариуса Объединённого Архива Её Высочества Княгини. «Это и есть Илья? — удивился Андрей, — Ничего не понимаю!»

— Всё в порядке, Господин Вершитель? — заискивающе поинтересовался архивариус.

— Вполне, — недовольно ответил мужчина, — Мне нужен список литературы…

— Художественной? Он огромен, Господин Вершитель! Вы ищите что-то определённое?

— Пока не знаю…

— О, я понимаю! Вы ищите вдохновение, Господин Вершитель?!

— Можно и так сказать, Господин Архивариус…

— Главный Архивариус, смею заметить, Господин Вершитель! Но для Вас просто Илья.

Около часа Андрей вёл дурацкую беседу с неприятным субъектом, имя и должность которого полностью соответствовали тому человеку, которого мужчина искал, но… Сначала он пытался расколоть «интеллектуала и эрудита», ломающего непонятную комедию. Безрезультатно… Наконец, до него дошло, что перед ним просто недалёкий, дрожащий от страха человечек, ничего общего не имеющий с тем, кого он ищет. От безысходности Андрей достал телефон и тут же вспомнил, что на территории Дворца мобильная связь не функционирует. Архивариус предложил ему воспользоваться стационарным телефоном, но мужчина вовремя опомнился. Разговаривать с Еленой или Сергеем в присутствии этого типа было глупо и небезопасно. Андрей пролистал на компьютере Архива классификатор хранимой литературы и пообещал Илье вернуться на днях. Прощался Главный Архивариус с Господином Вершителем безмерно подобострастно. Особенно неприятно оказалось его рукопожатие. Рука Ильи была вялой, рыхлой, влажной, если не сказать скользкой и, при этом, холодной до дрожи…

— У Вас неприятности, Господин Андрей? — встревожено спросила Эмма, когда он вернулся в свой автомобиль.

— Нет, девочка моя, пока нет… Пока у меня сложности… Но мне больше нравится, когда ты называешь меня иначе, — задумчиво произнёс Андрей.

— Ах, простите меня, Мой Господин! — промолвила Эмма и посмотрела на него взглядом, полным нежности, а потом схватила его руку своими длинными, чуть прохладными пальцами. У мужчины как-то сразу потеплело на душе, несмотря на смутное предчувствие. Он понял, что даже представить себе не может, чем обернётся история с его поисками. Рваные обрывки мыслей будоражили, тревожили, пугали… «Немедленно к Лене!.. Нет-нет, не сейчас… Вечером… А лучше завтра! Сейчас успокоиться… Выпить, забыться в прохладных ручках моих девочек… Тьфу ты, прорва!.. Ну и пусть!»

— Поедем домой, Эммочка!

— О да, мой Господин! По-моему, Вам нужно немного отдохнуть…

«Забывался» Андрей до вечера, когда окончательно проснувшись, позвонил-таки Елене. Это решение виделось правильным хотя бы потому, что Лена знала о его намеченном на сегодня визите во Дворец и, вероятно, беспокоилась из-за отсутствия новостей. По телефону Андрей не хотел вдаваться в подробности и предложил встретиться завтра, но она попросила его приехать, не откладывая, несмотря на поздний час. Машина, за рулём которой в этот раз сидела Катрина, подъехала к домику Елены около полуночи. Андрею не очень нравилось, как водит автомобиль его рыжая бестия с юным личиком, но он не хотел обижать девушку. Катя осталась дожидаться его, будучи уверенной, что здесь состоится свидание Господина со знатной дамой, и через пару часов он освободится. Не успел Андрей подойти к входной двери, как она распахнулась. На пороге его с поклоном и сдержанной улыбкой встречала Аоки. Войдя в прихожую, Андрей поцеловал миниатюрную японку в затылок, она вспыхнула и убежала на кухню. Елена встретила его в гостиной и сразу усадила пить кофе. Гость пил и рассказывал, хозяйка слушала внимательно, не задавая вопросов. Когда рассказ подошёл к окончанию, Елена встала, включила музыку и неожиданно присела к Андрею на колени. Он недоумевал, поскольку перекрикивать Бетховена, звучавшего во всю мощь, было, по меньшей мере, странно. Но Лена поцеловала его в небритую щёку и горячо зашептала на ухо, привычно путая «ты» и «Вы»:

— Дорогой, ты уверен, что за тобой не следят?

— Лена! — Андрей чуть отстранился от неё и внимательно взглянул в бархатные серые глаза, удивляясь и обращением «дорогой», и резкой постановкой вопроса, — Я, честно говоря, и не думал об этом серьёзно…

— Вы ведёте себя, как мальчишка! Понятно же, что Вы говорили не с Ильёй!

— А с кем?!

— Не знаю, — встревоженно шептала Елена, крепко прижавшись к нему, — Илью они где-то прячут, а на его место посадили кого-то похожего внешне…

— Кто «они»? — тревога хозяйки начала передаваться Андрею.

— Ты задаёшь бессмысленные вопросы, дорогой! Откуда мне знать? Кто-то, заинтересованный в том, чтобы вы не встретились, например…

— Но откуда они могут знать… Впрочем… — на некоторое время мужчина умолк, обдумывая ситуацию в новом свете, — Но я и сам толком ничего не знаю!

— По моему, тебе угрожает опасность! — горячо убеждала Елена.

— Ты так думаешь?.. Но, тогда и тебе небезопасно общаться со мной!

— Я-то им зачем? Не переживай, музыку я включила, чтобы нас не могли подслушать… Ты понял? О важном теперь следует говорить с осторожностью…

— Может быть ты и права, — Андрей нежно поцеловал Елену в шею.

— Щекотно, — улыбнулась она, — Что ты собираешься делать дальше? Ты вернёшься в Архив?

— Да. Вариантов нет. Нужно понять, где настоящий Илья? Разыскать какие-то следы… может быть он оставил подсказку…

— Может и оставил, только где?

— В книгах, например… Буду искать, завтра же и начну.

— Я боюсь за тебя…

— А я за тебя!

— Не волнуйся, дорогой! Мы попробуем убедить их, что у тебя здесь чисто плотское… ну… романтическое приключение…

— Да? — улыбнулся Андрей, поражаясь неожиданной идее женщины, с которой его отношения в сексуальном смысле пока ограничивались поцелуями, — И как мы это будем делать?

— Кажется, идея тебе понравилась? — с показным гневом проговорила Елена и тут же улыбнулась, — А им понравится тем более! Ты приехал один?

— С горничной.

— Прекрасно! Отправь её домой до утра…

— Хорошо, скажу, что свидание затягивается… И что дальше?

— Мы выпьем втроём, ты будешь уводить разговор в интимную сторону, я буду фыркать, Аоки краснеть… Через полчаса ты уведёшь меня наверх…

— Звучит заманчиво!

— В самом деле? Но Вы ещё не дослушали, Господин! — кокетливо улыбнулась хозяйка, — Когда я усну, ты спустишься вниз и переспишь с Аоки…

— Это ещё зачем?! — обалдел от неожиданности Андрей.

— Любой нормальный ловелас, насладившись прелестями хозяйки… — Елена звонко засмеялась, — … непременно соблазнит её компаньонку!.. Она тебе совсем не нравится, дорогой?

— При чём здесь это? Она очень милая, но…

— Вот и хорошо! Если за тобой следят, то ни за что не поверят, что странствующий ловелас не обратит внимания на столь экзотический для этих мест плод, как маленькая японка!

— Лена! По твоему, я — Дон Жуан что ли?

— Очень похож! Что случилось, дорогой? — хихикнула хозяйка, — Поверь мне, так будет лучше для всех…

— Но у Аоки даже не спросили…

— Я уверена, что она возжелает при одной мысли, хотя и покапризничает для вида… Но это даже хорошо, потому что первый раз ты должен взять ей насильно!

— Ты с ума сошла!

— Дорогой, это всего лишь спектакль! Девушка боится Господина, который пришёл к ней, но боится и хозяйки. Девушка умоляет Господина не делать с ней… этого, но он непреклонен. Девушка вяло отбивается, издавая при этом массу впечатляющих звуков, и сдаётся… В другой раз она будет послушна и покорна.

— В другой раз?!

— Конечно. По крайней мере, до тех пор, пока нам нужна такая легенда… Но я уверена, что тебе понравится!

— Лена!

— О, молчите, Господин! Я буду только рада этому, и Аоки… такое приключение только на пользу…

— В каком смысле? — Андрей продолжал сомневаться в целесообразности неожиданно безумной затеи, хотя и не мог толком объяснить почему.

— Во всех! Пожалуйста, доверься мне, дорогой! Сходи, отпусти горничную, а я переговорю с Аоки, — Елена встала с его колен, кивнула с самым серьёзным видом, выключила музыку и направилась на кухню.

Без всякого энтузиазма мужчина вышел из дома. Катрина сначала обрадовалась его скорому возвращению, затем расстроилась, услышав новости. Она просила разрешить ей ждать Андрея в машине, но он твёрдо отказал. Правда, пообещал большую часть завтрашнего дня провести с ней, и Катя уехала немного повеселевшей. Когда мужчина вернулся в дом, до него донеслись звуки спора из кухни. Женщины препирались на повышенных тонах и на японском языке, звучало забавно, но тревожно… Андрей шагнул на кухню с намерением немедля во всём разобраться, но спорщицы мгновенно притихли и смотрели на него с улыбками. Лена — с весёлой, Аоки — с виноватой. Поскольку часы показывали глубокую ночь, застолье в гостиной получилось символическим и непродолжительным. Женщины пили белое вино, Андрей потягивал виски. Пошлые шуточки ему сегодня удавались с трудом, но Елена блестяще играла роль строгой, но похотливой хозяйки, а лицо Аоки то краснело, то бледнело… И для этого, похоже, разговоров не требовалось. Через полчаса Андрей с Леной лежали в её постели на втором этаже, тесно обнявшись, но даже не обнажившись полностью. В спальне негромко играла музыка, хозяйка шептала ему на ухо:

— Ты представляешь, какая литература интересовала Илью?

— Думаю, да. История, жизнеописания, философия, художественная самого лучшего качества… — также шепотом отвечал он, — Так?

— Да, всё правильно… Откуда ты знаешь?

— Догадался.

— Ты прав, но более всего Илью занимали документальные архивы, дневники, мемуары… Будь там осторожнее, — попросила Елена, целуя его лицо, — И не звони мне оттуда…

— Хорошо, Леночка, да и мобильная связь там блокируется…

— Вот как? Я не знала. Но потом позвони обязательно, просто скажи, что жив и здоров.

— Обязательно, моя хорошая!

— Ну, всё. Через пять минут спускайся вниз…

Андрей лежал на спине абсолютно обезмысленный. Через несколько минут хозяйка, словно бы во сне, легко ткнула его пяткой. Мужчина глубоко вздохнул, выждал ещё минуту и тихо встал, набросил приготовленный для него халат и двинулся вниз. В гостиной он выкурил сигарету, допил из стакана уже тёплый виски, подошёл к комнатке Аоки и тихо, но решительно отправил в сторону сдвижную дверь. Женщина лежала на своей низкой постели, укрывшись простыней до подбородка, её горящие глаза испуганно глядели на Андрея.

— Вы не спите, Господин? Вам что-то нужно?

— Да… Мне нужна ты, малышка, — пристально глядя на неё, Андрей подошёл к постели и откинул простыню.

— Нет! — приглушённо взвизгнула Аоки, её маленькое нагое тело метнулось в угол. Там она села, подобрав под себя ножки и прикрываясь переплетёнными руками, — Не надо, Господин!

— Надо, — глухо и упрямо произнёс Андрей, — Я так хочу!

— Но, пожалуйста! Я скромная девушка, — она лепетала высоким тонким голосом, вставляя непонятные японские слова и тихо взвизгивая, — И что скажет хозяйка?

— Хозяйка спит, и если ты разбудишь её, тебе не поздоровится! — Андрей забрался на постель, взял женщину за руки и развёл их в стороны, разглядывая её обнажённое тело. Аоки, как и предполагалось, выглядела миниатюрной, изящной, с маленькой девичьей грудью. Мужчина сбросил с себя халат, прилёг на постель, не обращая внимания на причитания, прижал девушку к себе и прошептал ей на ушко, — Если ты в чём-то сомневаешься, маленькая, просто полежи со мной и… покричи немного для вида…

Глаза Аоки округлились, она на минуту затихла и прижалась к Андрею всем телом. Вскоре, вздрагивая от его ласковых прикосновений к своей спине, девушка снова принялась слабо выкрикивать малопонятные фразы из русских и японских слов вперемешку с междометиями… «Но я же мила Вам, Господин, да? Я чувствую», — прошептала Аоки на ухо мужчине и принялась целовать его губы…

* * *

…Тело девушки резко выгнулось, будто по нему прошёл электрический разряд, который на обратном пути накрыл Андрея так, что очнулся он уже лежащим на спине… Мужчина не мог вспомнить в точности происшедшего с ними, знал только, что пережил необыкновенное наслаждение. Некоторое время он неподвижно лежал, наблюдая, как маленькая японка покрывает всё его тело нежными и сладкими поцелуями… Порядком утомлённый, Андрей тщательно укрыл Аоки одеялом, едва слышно произнёс «спасибо» и нежно поцеловал её влажные губы. Она смотрела на него во все глаза и шептала что-то удивительно нежное. Мужчина тепло улыбнулся ей, вышел из комнаты и прикрыл дверь.

Покинув спальню Аоки, в гостиной он налил себе стакан ледяной колы и закурил. «Что же здесь такое со мной происходит, — думал Андрей, — Никогда я не получал столько сексуального наслаждения ни по количеству, ни по качеству… Вот уж и вправду — Княжество похоти…» Минут через двадцать он поднимался на второй этаж, испытывая только лёгкую усталость и благодарность ко всем женщинам в мире. Лена не спала, она ждала его, только делая вид, что спит. Андрей, почему-то не испытывая никаких угрызений совести, лёг рядом и поцеловал её в плечо. Она тут же повернулась к нему, легко прижалась и шепнула на ухо: «Вот видишь, всё хорошо, а ты сомневался». Они быстро и крепко уснули.

В десять утра Андрей выходил к своей машине легкой походкой, свежий после душа. Катрина смотрела на него грустно и подозрительно, он пересадил ее на пассажирское место, сам сел за руль и лихо погнал автомобиль в сторону центра. Когда машина остановилась на парковке у входа на территорию Дворца, Катрина посмотрела на Андрея испуганно и разочарованно.

— Мне необходимо некоторое время поработать, Катя.

— Но… — грустно улыбнулась она.

— Поезжай домой.

— Можно я подожду здесь?

— Нет. Когда буду заканчивать, позвоню и, ты за мной приедешь.

— Да, Господин!.. А это надолго? — с сомнением спросила Катрина.

— Много будешь знать — скоро состаришься! — засмеялся Андрей, — Ещё не знаю, как быстро освобожусь, но вечер проведём дома непременно!

— Правда? Дома? Конечно, дома! Вы стали мало бывать дома! Мне придумать что-нибудь особенное?

— Может быть, — улыбнулся он на скороговорку Катрины, — Придумывай, только сначала отдохни, по-моему, ты не выспалась, милая!

— Хорошо, — она, как всегда, расплылась при слове «милая», — Пошалим втроём? С Эммой?

— Вполне возможно! — Андрей подмигнул ей, вышел из машины и направился к воротам, не оборачиваясь.

На этот раз субъект, именовавший себя Ильёй, встретил его радостной улыбкой и сходу устроил ему экскурсию по Архиву. Андрей пребывал в шоке. Помещения оказались огромными, занимая несколько этажей вглубь сооружения. В сущности, Архив представлял собой множество частично соединённых друг с другом, реже изолированных хранилищ. Мужчины побывали везде, кроме спецхрана, допуск куда разрешался только по указанию свыше даже для Ильи, если верить его словам. Для осмотра хранилища живописи и огромных залов скульптурных произведений потребовались бы недели, если не месяцы. Несмотря на разгорающееся любопытство, Андрей решил сначала заняться делом и внимательно присмотреться к литературной части Архива. Илья объяснил ему принципы организации хранилища, пояснил, как не запутаться в подземелье и оставил его для самостоятельного осмотра, выдав перчатки для работы с особо ценными экземплярами. Довольно быстро Андрей понял, что большинство интересных ему трудов теоретически сосредоточено на минус третьем и четвёртом этажах Архива. Стало ясно и то, что найти подсказку, если таковая имелась в принципе, будет нелегко и, дело это неопределённо долгое. В какой-то момент Андрею захотелось просто взять в руки книгу, сесть в кресло и почитать, но то ли от изобилия литературы, то ли оттого, что самая нужная сейчас книга сама не прыгнула ему в руки, желание это не осуществилось. Вдобавок, Андрею дико захотелось курить, пришлось подниматься в кабинет Ильи, где его снова приняли с приторным радушием. Дабы Господин Андрей не расстраивался, ему был открыт компьютерный доступ к той части Архива, которая была оцифрована. Впрочем, Андрей предвидел, что возможность ознакомится с частью хранилища дома не отменит его визитов в подземелье… Посмотрев на часы, он с удивлением обнаружил, что находится в Архиве уже более четырёх часов. Андрей позвонил с местного телефона в Золотой номер своей гостиницы. Трубку взяла Эмма, которая вызвалась немедленно заехать за ним. Катрина, по её словам, была очень занята подготовкой вечера. Андрей рассмеялся, он не возражал. На прощание Илья в очередной раз объявил о своём уважении к нему и готовности в любое время помочь в работе и поисках Вершителем вдохновения, как по телефону, так и непосредственно в стенах Архива…

— Вот это да! — потешался Андрей, разглядывая Эмму, которая везла его домой. Она предстала одетой в строгий, как обычно идеально сидящий на ней, брючный костюм, но причёска, макияж и, особенно, очки! Во всём была видна рука Катрины, слепившей из секретарши строгую и недоступную даму. Андрей резвился вовсю: — Сегодня Вы неподражаемы, мадам!

— В самом деле? — прыснула Эмма, но тут же вернула лицу строгое выражение, — Катрина сказала, что мы готовимся к какой-то театрализованной игре, это правда, Господин Андрей?

— Судя по твоему виду, несомненно!..

Глава 11

Ритуал

На неделю Андрея поглотили заботы об организации студии. Главное здание менялось на глазах, особенно внутри. Да и вся отведённая под студию территория преображалась. Очень скоро Андрей понял, что не ошибся в Сергее. Тот взялся за дело с энтузиазмом, проявляя не только желание, но и строительные знания, и организаторские способности. Для управляющего Вершитель отвёл доставшийся ему в законсервированном виде отдельный коттедж весьма внушительного вида, недалеко от основного здания студии и по соседству с коттеджем, который сейчас готовили для него самого. Дом управляющего был готов к заселению буквально через пару дней после начала работ и Сергей сразу выразил желание переехать сюда из гостиницы. Перевезти вещи большого труда не составило. Так же тихо, без шума и лишних глаз, они перевезли книги, сохранённые и спрятанные в своё время Сергеем. В коттедже управляющего для них отвели специальную комнату. Настроение Сергея улучшалось с каждым днём. Он уже выглядел не грустным философом, а деятельным энергичным хозяином предприятия… Ещё через пару дней на студию переехала Наталья. Её временно разместили на втором этаже коттеджа Сергея. Работы для Натальи тоже хватало. Увлечённые идеей студии мужчины регулярно забывали о бытовой стороне вопроса. И не столько о хлебе насущном, этот вопрос решался быстро, сколько о будущей инфраструктуре студии. Наталья и занималась налаживанием сферы услуг в формировавшемся маленьком городке внутри тёмного Княжества… Андрей приезжал сюда практически ежедневно, контролировал процесс, вносил поправки и радовался преображением выделенного ему пространства. Бурная деятельность выбила его из привычной колеи, и только неожиданный звонок Елены напомнил об окружающем мире.

— Здравствуйте! Я не сильно отрываю Вас от важных дел, Господин Андрей? — раздался из трубки дружелюбный, но не без нотки язвительности голос.

— Здравствуй, Лена! Для тебя я всегда свободен.

— Не преувеличивайте, пожалуйста! Вы о нас совсем забыли.

— Это не так, — мягко ответил он, — У меня за последнее время произошло немало событий, и я хотел бы обсудить их с тобой… Но не по телефону!

— Приятно слышать! И когда же это случится?

— Через несколько дней…

— Несколько дней… это не мало… Вы говорили об особенном уюте нашего дома, а сами и не скучаете о нём…

— Скучаю… Можешь не сомневаться…

— Ах, не лукавьте, Господин Андрей! Я догадываюсь, в чём тут дело…

— В чём же, Лена? — удивился он.

— Наши с Вами отношения так интеллигентны и интеллектуально-умозрительны, пусть и с ореолом романтики… Мужчины часто предпочитают другое.

— Я очень ценю наши отношения, Лена! Это, правда, — решительно ответил Андрей, — И мне казалось, что тебе приятен именно такой стиль общения… Он и мне доставляет много радости…

— И мне… Но… Ты не понимаешь! — с чувством выпалила женщина, привычно переходя с «Вы» на «ты» и обратно.

— Лена, ты уверена, что хочешь говорить об этом по телефону?

— Ещё бы! — неожиданно прямо ответила она, — С глазу на глаз я ни за что бы не решилась…

— Не решилась на что?! — ахнул Андрей.

— Выяснять насколько я тебе нравлюсь, как женщина! — воскликнула Елена и, кажется, покраснела.

— Нравишься, конечно. Очень нравишься!

— Достаточно для того, чтобы… Я хочу знать это точно, Господин Андрей!

— Да. Более, чем достаточно… Хочешь, я приеду сейчас?

— Хочу!.. Но нет… сейчас не надо! — совсем запуталась женщина, — Сейчас я не готова… Обещайте, что через несколько дней Вы… приедете к нам… на целый день!

— Обещаю, Леночка! Приеду обязательно!

— Хорошо, — вроде бы успокоилась она, — А Аоки?

— Что случилось с Аоки?

— Ничего с ней не случилось. Но мне нужно знать, нравится ли тебе моя маленькая подружка?

— При чём здесь Аоки?! — поразился мужчина, — Она очень милая… Ты разве не слышала мои слова во время… моего прошлого визита?.. Я не понимаю!

— Это очень важно для неё и для меня тоже, — Елена перешла на шёпот, — Возможно, это трудно понять, но было бы замечательно… если бы и она Вам нравилась тоже!

— Аоки — милая, хорошенькая, миниатюрная и очень сексуальная девушка! — не очень понимая, что он сейчас сказал, выпалил Андрей, — Это для тебя новость?

— Ах… Ах, какой ты… Ты — просто чудо!

— Ага… Чудовищное чудо!

— Совсем не так… Мы будем ждать тебя… через несколько дней… Постарайся не опаздывать… Я хочу, чтобы ты приехал, рассказал обо всём и… делал… всё, что… взбредёт тебе в голову! — путаясь в словах, проговорила Елена и оборвала телефонный разговор, оставив Андрея в полном недоумении.

«Я ничего не понимаю в женщинах! — думал он. — Лена удивляет… Впрочем, мне же удалось как-то оживить её жизнь… И всё было так славно… И наши поцелуи были совсем не скромные и очень горячие… Я не раз мог пойти дальше, но сам сдерживался, не хотел торопить события… А она так смотрела на меня… Почему, собственно, я решил, что она не хочет большего? А сейчас просто потеряла терпение? Она замечательная женщина… и такая тёплая…» Его многое удивляло в этом мире, особенно во взаимоотношениях с женщинами. Андрей хорошо помнил, как удивлялся настойчивостью Катрины довести до интима его общение с Эммой… «Вам нужна тёплая женщина рядом», — сказала как-то его рыжеволосая помощница. Она же и объяснила ему природу теплоты человеческого тела в этом странном Княжестве. Теперь Андрей знал, что всё зависит от того, насколько женщина подвергала изменениям свою внешность. У всегда прохладной Катрины индекс биомодификации составлял 50 %, у Эммы — всего 10 %, у Лены — наверняка ноль, как и у самого Андрея. У новоприбывших Испытуемых, естественно, так же, что придавало новый смысл его давнему уже разговору с Ириной об изменении внешности и плате за такое вмешательство в человеческую сущность… «Кстати, — вспомнил он, — Как там Ира? Нужно с ней что-то решать».

Андрей отправился в Малый отель вечером, за три дня до открытия студии, предупредив Ирину о своём визите накануне. Гостиница ему не понравилась. Вход и холл за ним показались Андрею слишком пафосными, аляповатыми, а длинный коридор второго этажа, где обитала его первая Испытуемая, напротив, предстал тоскливым и запущенным. Не успел он дойти до 25-го номера Ирины, как из приоткрытой двери 23-го выскочила её начальница, брюнетка Рита в чудовищно ярком халате.

— Здравствуйте, Господин Андрей! Я так рада Вас видеть! — томно заговорила она.

— Я не к тебе, — грубо ответил Андрей, крайне недовольный её появлением.

— Ах, как жаль… Нет, я понимаю, конечно… Но загляните ко мне на минутку, будьте любезны! — пошлость липким потоком лилась из управляющей магазином, которая нахально схватив мужчину за руку, потянула его в свой номер и немедленно затворила за ним дверь.

— Что тебе надо, Рита?

— Ах, как я рада, что Вы запомнили моё имя, Господин! — проговорила брюнетка, скинула с себя халат, оставшись в объёмном кружевном розовом пеньюаре, и расположилась на огромной полукруглой постели, занимавшей четверть большой гостиной, так, чтобы мужчина хорошо видел её волосатую промежность, — Вам нравится?

— Что именно? — зло спросил Андрей.

— Ну… мой номер… хотя бы? — сладко с ритмичными паузами пропела Рита.

— Богато, — ухмыльнулся Вершитель, — Но меня этим не удивишь!

— О, конечно, — обольстительно улыбнулась брюнетка и изменила своё положение так, чтобы во всей красе продемонстрировать мужчине свою обширную грудь, — Но здесь есть ещё и просторная ванная комната, и очень красивая спальня… Там, кстати, Нина… Наша манекенщица… И мы могли бы…

— Что могли бы? — Андрея мучил смех и ярость одновременно.

— Всё, что прикажите! — тоном опытной официантки произнесла женщина, — За мной должок, Господин, и… Вы могли бы принять… хотя бы часть его!

— Послушай, Рита! Это хорошо, что ты помнишь о своих проблемах. Но если ты будешь надоедать мне с этим, твои долги только возрастут! — отчеканил мужчина, — А сегодня я не к тебе, что здесь непонятного?

Не дав брюнетке опомниться, Андрей вышел из номера, шумно захлопнул за собой дверь и через несколько секунд вошёл к Ирине. 25-й номер оказался полной противоположностью 23-го — маленький, простенький и весьма обшарпанный. Небольшая комната, столик, два стула, кресло в углу у торшера, буфет и платяной шкаф по противоположной стене; там же две двери, вероятно в туалет и ванную, а у окна за грязно-жёлтой ширмой разобранная постель. У ширмы, не решаясь сделать шаг навстречу, стояла Ирина в силиконовых трусиках, лифчике и ошейнике, как велел Господин во время их предыдущей встречи.

— Здравствуйте, Господин Андрей! Хорошо, что Вы всё-таки пришли… Вам здесь не нравится? — грустно произнесла женщина, перехватывая его взгляд.

— Здравствуй, Ира! М-да, номер у тебя совсем не такой, как у Риты…

— Вы были у Риты? — охнула и как-то вся съёжилась Ирина, — А я думала, что Вы ко мне…

— Думала? — жёстко ответил мужчина, снимая куртку, — И поэтому сообщила ей о моём визите?

— Я не сообщала! Она подслушала…

— Плохо, — лицо Вершителя смягчилось, — Мне пришлось наслаждаться её обществом целых пять минут!

— Пять минут? — переспросила женщина и выдохнула с облегчением, — Значит, Вы всё-таки пришли именно ко мне?

— К тебе, к тебе… — ворчливо ответил Андрей, доставая из сумки коньяк, миндальный ликёр и кое-какую снедь. Ира радостно вскрикнула, бросилась доставать рюмки и тарелки, раскладывать и расставлять всё это на маленьком столике, пока Господин покуривал в кресле и изучающе разглядывал её.

— Может быть, мне набросить на себя халатик? — стеснительно спросила Ирина, когда они усаживались к столу.

— Не надо, — с улыбкой, ответил Андрей, — Давай выпьем и поговорим о твоём будущем… Итак, тебе не нравится в магазине? Понятно… Даже в должности управляющей?

— Как это управляющей? — женщина посмотрела на него непонимающе, — А Рита?

— А Рита и Нина будут твоими подчинёнными, — он знал, что говорит. Перед визитом к Ирине Андрей навёл справки. Магазином владел некий Служитель 1-го ранга, который давно утратил к нему интерес и был готов продать свой бизнес за мизерную сумму, но с условием, что работницы этого заведения не лишаться места или будут как-то пристроены.

— Подчинёнными? Вы серьёзно? Это так неожиданно! — задумалась женщина, — А владельцем магазина будете Вы? Это хорошо и, наверное, очень перспективно, но… Мне не хотелось бы с ними общаться… С Ниной ещё можно, она хорошая девушка, а вот Рита… Встречаться изредка, куда ни шло… Но ежедневно? Если это возможно, избавьте меня от этого!

— Ира, давай определимся окончательно, — Андрей ещё раз наполнил рюмки и закурил.

— Я много думала, пока ждала Вас в гости, Господин! Вы умный и проницательный, когда смотрите в упор, мне не по себе… Вы будто видите меня насквозь! Поэтому буду говорить откровенно. Я же не глупая, правда? И вижу, куда попала… Здесь без покровителя не обойтись. И лучшего Господина, чем Вы, мне не найти… Вот только у Вас нет ясности, нужна ли я Вам, так?

— Ну что же, откровенность за откровенность. У меня, действительно, нет пока окончательного решения.

— Я Вам совсем не нужна? Или не нравлюсь? Знаю, это важно… Конечно, моя внешность…

— Ира, если бы ты мне совсем не нравилась, я пробыл бы у тебя не более, чем у Риты.

— Ах, Господин Андрей! — лицо женщины прояснилось, — Тогда всё у меня будет в порядке… Только прикажите!

— А без приказа, значит, не можешь? — с притворной суровостью спросил мужчина.

— Я стесняюсь, — опустила голову Ирина, — Мне раздеться?

— Ты и так не одета, — усмехнулся Андрей и хлопнул себя по колену, — Иди сюда!

— Да, Господин, — женщина села к нему на колени, и он принялся водить ладонью по её скованной латексом груди, выше лифчика сплошь покрытой веснушками, — Если Вам не нравятся веснушки, это можно исправить, говорят…

— Не надо ничего менять, — отрицательно покачал головой мужчина, наливая им ещё по глотку, — И если ты станешь моей рабыней, то не будешь предпринимать таких действий без разрешения.

— Конечно, Господин! Я постараюсь Вам угодить и… стать Вашей… рабыней… — Ирина выпила глоток своего «Amaretto» и принялась расстёгивать его рубашку, — А это правда, что Господин имеет рабыню, где захочет и как захочет?

— И когда захочет! Конечно, правда, — Андрей глотнул коньяку и закусил спелыми губами Иры, а потом снял с неё лифчик, — Вероятно, я всё-таки куплю этот магазинчик. Что будешь делать, если прикажу остаться работать там?

— Буду слушаться Вас, Господин, — женщина начала чуть слышно постанывать от его прикосновений, — И надеяться на лучшее…

— У тебя красивые ножки, Ира, — рука Андрея скользила по коленям женщины, потом выше и выше, и, наконец, развела её ноги в стороны и прикоснулась к латексу на лобке.

— Я стану Вашей рабыней, как только Вы купите магазин? — вычислила Ирина, — Когда же это случится?

— Может быть через час, а может и никогда, — мужчина, уже обнажённый выше пояса, продолжал поглаживать латекс между ног женщины, — Сейчас и только сейчас это зависит ещё и от тебя!

— Кажется, я понимаю, — сладко застонав, Ира встала с его коленей, — Не хотите, пересесть на кресло, Господин?

— Нет, Ирочка, лучше покажи мне свою постель, — ответил он, и женщина, взяв руку Андрея, молча повела его за ширму. Там она раздела мужчину донага, положила на свою малогабаритную кровать и склонилась над ним.

— А Рита и Нина тоже станут Вашими рабынями? — спросила Ирина, целуя его.

— Да, в качестве нагрузки к тебе… Увы, но по-другому не получается. Местные законы, видишь ли, не позволяют…

— Ах, Господин, Вы и вправду не забыли обо мне и беспокоитесь о моей участи… — постепенно избавляясь от стыдливости, Ира сладко ласкала мужчину, иногда прерываясь на разговор, — Рита — хорошая управляющая для этого магазина, если честно… А Нина — вполне профессиональная манекенщица…

— Но ты с ними не сработалась…

— Но Вы же знаете почему… — проговорила Ирина, не прерывая ласк.

— Знаю… Это было так ужасно?

Стыдясь и сокрушаясь, Ира рассказывала Андрею о грубоватой настойчивости управляющей, заманившей её в свой гостиничный номер в первый же день знакомства. Распаляясь от ласк и собственного повествования, Ирина в подробностях поведала Вершителю, как уговорами, посулами и силой Рита добилась с ней близости, как унижала потом её и Нину в магазине, заставляя удовлетворять свою ненасытную плоть… Мужчина слушал её с сочувствием, но по интонации рассказа ему вскоре стало ясно, что Ира не противилась бы и получала удовольствие от подобного общения с сотрудницами магазина, если бы не излишняя грубость и откровенное насилие со стороны управляющей…

* * *

— Теперь я Ваша рабыня? — сидя перед ним голышом и всхлипывая, спросила Ира.

— Да, почти… Остались формальности, — вопросительно посмотрел на неё Андрей, — Но ты плачешь? Есть ещё возможность всё оставить, как есть…

— Слёзы — это от… Даже не знаю, как сказать… Никогда не думала, что буду ТАК отдаваться мужчине… — нагая Ирина глядела горящим взором, нежно поглаживая его живот, и похоже, готовая к немедленному продолжению, — Я Ваша… Я уже Ваша рабыня… Что тут говорить?.. И я хочу этого!

Андрей удивлялся необъяснимому для него потоку сознания этой женщины, удивлялся вновь появившемуся желанию, когда они вдвоём освежались в душе, удивлялся, когда там же и взял её снова, стоя, просто прислонив спиной к мокрой кафельной стене… Когда отдыхая после всего этого в кресле, мужчина взял свой ноутбук из сумки и оформил сделку по покупке магазинчика вместе с его персоналом, это уже не выглядело для него неестественным…

На следующий день, по пути на студию, Андрей заехал в магазин. Весь персонал, то есть Ира, Нина и Рита тут же построился в торговом зале. Управляющая явно была в курсе происходящих перемен, вероятно, ей сообщил об этом прежний владелец. Брюнетка, как могла, прятала от него свои бегающие глазки, но, к удивлению Андрея, в общем-то, не выглядела растерянной или недовольной.

— Похоже, все уже всё знают, — равнодушно кивнул он, — С этого момента магазин принадлежит мне, а значит, и вы тоже. Вопросы есть?

— Да, — с несвойственной ей кротостью произнесла Рита и поёжилась, словно от холода, — Прежний владелец — Служитель, а мы являлись наёмными работницами магазина. Вы — Господин Вершитель… Значит ли это, что с сегодняшнего дня мы трое — Ваши рабыни?

— Ты знаешь законы, Рита? Тогда к чему этот вопрос? По закону, если владельцем предприятия становится Вершитель, то сотрудники становятся его рабами, за редким исключением. Для вас исключений не будет! — негромко, но чётко произнёс Андрей. Нина ахнула, Рита тихо застонала, Ирина кивнула и чуть заметно улыбнулась, — Ещё вопросы?

— Прежний хозяин ценил меня, как управляющую магазином, — продолжила брюнетка, — и обещал мне вскоре выхлопотать ранг Служителя…

— А в результате продал магазин вместе с тобой, хотя мог оставить тебя при себе, — холодно пожал плечами мужчина, — Вместо Служителя ты станешь рабыней, это факт.

— Да, Господин Вершитель, — то белея, то краснея, спросила брюнетка, явно не понимавшая, как себя вести в подобных обстоятельствах, — Ритуал посвящения в рабыни Вы проведёте сейчас же, Господин? Сразу со всеми или с каждой по-отдельности?

— Я подумаю… Торопиться некуда! — расплывчато ответил Андрей. Ни о каком Ритуале он и не слышал, — Вопросы по делу имеются?

— Да, — Рита по-прежнему говорила за всех сотрудниц, — Магазин будет работать, как прежде?

— Некоторое время да. Правда, Иру я забираю. Сегодня же, — заявил он, — Справитесь вдвоём.

— Кто бы сомневался, — пробурчала себе под нос управляющая, но громко произнесла: — Справимся… А почему только некоторое время?

— Через несколько дней я открываю видеостудию, — продолжил Вершитель, — Магазин будет работать с ней, снабжать… всем необходимым…

— Студию? — ахнули женщины в унисон.

— Да, а что здесь странного?

— Но это же… другой уровень! — с неожиданным энтузиазмом горячо заговорила Рита, — Появятся фильмы с упоминанием нашего магазина в титрах?

— Разумеется, — кивнул Андрей.

— Это же реклама! У нас будет гораздо больше клиентов! — запела брюнетка, — А нас только двое?

— Фильмы появятся не завтра, — веско ответил мужчина, — А потому Нина пока остаётся манекенщицей и продавщицей по совместительству… А ты, Рита, всё ещё управляющая магазином. С тебя весь спрос. Кстати, подготовь мне отчёты и предложения по развитию бизнеса в новых условиях. Тогда и подумаем о финансировании и новом штатном расписании.

— Слушаюсь, Господин Вершитель! — повеселела брюнетка, — К вечеру будет готово!

— То-то же… И не пугайте клиентов, — мрачно улыбнулся он, — Обращайтесь ко мне — «Господин Андрей».

— Да, Господин Андрей! — нестройным хором пропели женщины.

— Всё. Мне пора. Ира, мы уезжаем!

— Я готова, Господин Андрей! — счастливо прощебетала Ирина, снимая с себя халат продавщицы.

— До свидания, Господин Андрей! — скромно произнесла Рита и, снова побледнев, напомнила, — До вечера? И Ритуал вечером?

— С этим можно повременить… — пожал плечами Вершитель, — Я позвоню. Отчёты и предложения должны быть готовы сегодня же!

— До свидания, Господин Андрей! — со странной, несколько истеричной интонацией попрощалась с ним высокая худая манекенщица Нина и, встретив его удивлённый, внимательный взгляд, смешалась и побледнела.

Андрей усадил Иру в автомобиль, который она оглядела с некоторым смущением, и они отправились сначала в Малый отель, где забрали её совсем немногочисленные вещи и сдали номер. По дороге на студию Ирина рассказывала ему о том, что предыдущий владелец магазина вполне доверял Рите управление, закупку товаров с учётом новинок и спроса, как и большинство других вопросов бизнеса. Нина, по её мнению, была очень исполнительным и ответственным работником, да и девушкой была бы не плохой, если бы не полная зависимость от властной Риты. Потом Ира начала задавать наводящие вопросы о студии Андрея, о её будущей работе и жизни… Он отвечал, что скоро она всё сама увидит и узнает. Когда же Ирина, как бы мимоходом, поинтересовалась Ритуалом, то поймала на себе колючий взгляд Вершителя, густо покраснела и замолкла.

Работа на студии шла полным ходом. Андрей осмотрел объекты реконструкции, одновременно знакомя Ирину с Сергеем и Натальей. Поселить новенькую он решил в расконсервированный несколько часов назад аккуратный одноэтажный коттедж на границе студийной территории с чудом сохранившейся и, как оказалось, даже потихоньку работающей меховой фабрикой. Пока рассматривали коттедж, Андрей почувствовал на себе вопросительный взгляд Натальи.

— Что ты хочешь спросить, Наташа? — отвёл он её в сторонку, предоставив Ирине восторгаться своим новым жильём и выслушивать советы и комментарии Сергея.

— Можно мне поселиться здесь с этой женщиной, Господин Андрей?

— Конечно, можно. Здесь вполне просторно для двоих. Кстати, на первых порах помоги ей устроиться, введи в курс дела и используй, как помощницу. Работы ведь хватает?

— О да, хватает! — улыбнулась Наталья, — И… в этом коттедже так уютно… Думаю, мы с ней уживёмся…

— А с Сергеем, значит, не ужились? — сощурил глаза Андрей.

— Сергей хороший энергичный управляющий, — посерьёзнела женщина, — Да и помимо работы… С ним интересно поговорить…

— Он к тебе приставал что ли? — прямо спросил улыбающийся Вершитель.

— Ну, до этого не дошло, — виновато глянула на него Наталья, — Но он та-ак на меня смотрит! Ну, просто… раздевает глазами!

— Я понял, — ухмыльнулся Андрей, — И тебе это не нравится?

— Не нравится, — серьёзно ответила женщина, — Вот, Ирина уже спросила меня… Кто я для Вас? Ваша рабыня, как и она? Я сказала, да… Да! Ваша рабыня, Ваша женщина… Но Ваша, а не Сергея!

— Я тебя понял. Вечером, после работы, переезжай сюда, к Ире.

— Хорошо, — снова повеселела Наталья, — Нам с ней будет о чём поговорить…

— О чём же? — усмехнулся Андрей.

— О чём же говорить двум рабыням Господина? — улыбнувшись, вздохнула женщина, посмотрела на мужчину и… лицо её пошло пятнами, — О своём Хозяине, конечно…

Когда с делами было покончено, Андрей предложил своему управляющему отобедать вдвоём. Сергей с радостью согласился и пригласил Хозяина студии в свой новый дом, а Наталья, услышав разговор, обещала быстро организовать их застолье… За обедом мужчины обсудили ход работ по подготовке студии, перспективы её деятельности, предварительно назначили время открытия и согласовали связанные с ним мероприятия. Когда трапеза подошла к завершению, Андрей перешёл к разговору о личном.

— Тебе нравится Наталья, Сергей?

— Да, интересная женщина! — чмокнул губами управляющий, но тут же спохватился, — Но она Ваша… рабыня, не правда ли? Поэтому ничего такого нет и быть не может…

— Конечно, не может, — спокойно подтвердил Вершитель, — Но я чувствую, что у тебя есть проблема…

— С женщинами? — поднял глаза Сергей, — Пожалуй, есть…

— Почему? — удивился Андрей, — В конце концов, как Служитель 2-го ранга, ты имеешь достаточно большой выбор. А вскоре, когда тебе присвоят 1-й ранг, тем более… Если я ничего не путаю, тебе будет положена личная прислуга.

— Да, это так… Но видишь ли, Андрей, — переходя на их обычное в неформальной обстановке «ты», поведал управляющий, — легкодоступные женщины не доставляют мне радости, а здесь очень многие таковы… В каждом отеле, в клубах и видеотеках, не говоря уже о борделях… С большинством из них просто скучно… Мне бы хотелось какого-то постоянства, определённости, тем более с человеком, который будет жить рядом.

— Думаю, я тебя понял, — кивнул Вершитель, — Возможно, я смогу помочь, но выбирать-то всё равно придётся тебе самому… И, кстати, когда вся эта суета уляжется, не развлечься ли нам на пару?

— С незнакомыми девчонками? — улыбнулся Сергей, — Почему нет?

— Можно и с девчонками… незнакомыми или… малознакомыми… — улыбнулся в ответ Андрей, — В общем, считаю, что мы договорились!..

На обратном пути, он заглянул к Михаилу в Дом Вершителей. Обменявшись соображениями о студии, Андрей официально пригласил Куратора кандидатов на её открытие. Михаил с радостью принял приглашение и подкинул пару интересных мыслей по поводу организации этого мероприятия.

— А как у Вас кадровый вопрос решается? — поинтересовался он.

— Неторопливо, — улыбнулся Андрей, — Управляющий уже работает, я им доволен. Пара помощниц по бытовому обеспечению имеется… А вот по кадровому списку видеопроизводства пока только идеи.

— Торопиться некуда, — кивнул Михаил, — Но список возможных вакансий рекомендую составить… И ещё одна тонкость. Как действующий Вершитель, Вы можете привлекать к делу, как наёмных специалистов, так и собственных рабов. Их сочетание разумно, ибо и те, и другие имеют свои достоинства и свои же недостатки. Наёмным нужно платить… Правда, Вас это вряд ли волнует?

— Не особенно, — равнодушно ответил Андрей, понимая намёк Михаила на свою Золотую карту, кредит по которой продолжал действовать, несмотря на изменение статуса владельца.

Он давно разобрался в местной денежной системе. Наличных денег в Княжестве не оказалось и в помине. Все заработки и траты отдельного индивида привязывались к его личным данным, начислялись и списывались с личного счёта через УСУ или кредитную карту банка. Когда Андрей поинтересовался суммой своего кредита, воспользовавшись удалённым доступом к информационной службе «Bank Last Credit», то был ошарашен. На эти деньги можно было купить минимум десяток центральных кварталов города, вместе с магазинами, клубами, ресторанами, отелями и их постояльцами. Не продавалась только земля, но приобретая здание, покупатель автоматически оформлял участок земли в бессрочную аренду. Кроме того, Служители и Вершители получали ежемесячный оклад в зависимости от ранга. Получая оклад Вершителя и гонорары за каждого Испытуемого, Андрей вместе со своей прислугой мог не экономить и безбедно существовать и без кредита банка, доступного держателю Золотой карты…

— Так вот, — продолжал Михаил, — Наёмникам нужно платить, но это не главный их недостаток. Система личной преданности здесь не работает и каждый наёмный специалист может завтра покинуть Вас, если найдёт лучшее место. С рабами, в этом смысле, проще. Они никуда от Вас не денутся, платить им не надо, но надо более-менее сносно содержать и… Как это лучше сформулировать?.. Уделять им внимание!

— Э-э-э… — задумался Андрей, — В интимном смысле?

— Вот именно! — усмехнулся Куратор, — Без этого они хиреют, стареют и так далее… У меня, для примера, сейчас трое рабов и я минимум раз в месяц уделяю, так сказать, внимание каждому. Другое дело, что мне нравится брать новых, менять, даже продавать иногда…

— Ясно. Если я забираю бывшую Испытуемую после карантина в своё распоряжение, она автоматически становится моей рабыней?

— Именно так. Извините, Андрей, я упустил из виду, что Вы не в курсе этих юридических тонкостей… Да, в тех законах, которые Вы изучали для начала работы Вершителя, ничего не говорилось о рабовладении… — развёл руками Михаил, — У Вас есть ещё время, чтобы выслушать объяснения? Отлично! Итак, как Вы уже поняли сами, в случае использования своей Испытуемой после карантина и до стандартного распределения, она становится Вашей рабыней автоматически. Далее. Любого индивида в статусе Исполнителя Вы можете сделать своим рабом даже без его согласия, если у него нет личного хозяина. Если хозяин есть, Вы можете договориться с ним о передаче или покупке раба. Кстати, и Вы можете продать или подарить ненужную рабыню… Существует даже официальный сайт для работорговли, разумеется, открытый только для Вершителей, но сейчас не об этом… Со Служителями сложнее. Сделать Служителя рабом можно только с его личного согласия и согласия его хозяина, если таковой имеется. Вершители, разумеется, рабами быть не могут… Разве что, у собственной рабыни? Шучу!

— Система понятна. Это всё? — кивнул Андрей, — Я слышал о Ритуале посвящения в рабы…

— Ах, ну да! Вы же и об этом не знаете! — хлопнул себя по лбу Михаил, — Но это простые милые традиции… Вы лично надеваете каждому рабу специально изготовленный по Вашему заказу ошейник с гравировкой, на которой должно быть Ваше имя и имя раба. Этот ошейник раб имеет право снимать только с Вашего разрешения. Ну, а потом… Орошаете раба своим соком. Если речь идёт о рабыне, то вагинально, орально и анально в любой последовательности… Торопиться с Ритуалом не обязательно, но традиционно его начинают не позднее недели после приобретения раба, и длятся мероприятия Ритуала, если Вы не желаете провести его единовременно, обычно не более месяца… Слышал, что некоторые управляются за полчаса, но это как-то маловероятно и несерьёзно… Бывает, что Господин забывает о Ритуале. В этом случае, рабу надлежит самому напомнить об этом… Зачем? Если Ритуал не состоится в течение года, невостребованного раба снова ждёт карантин и новое стандартное распределение…

— М-да… Вы дали мне ценную информацию, — задумался Андрей.

— Это не так серьёзно, чтобы долго думать, — улыбнулся Михаил, — В кадровых вопросах, на мой взгляд, важно сочетание… Ваш управляющий наёмный?

— Да. А помощницы — рабыни.

— Отлично! Продолжайте в том же направлении… Кстати, у Вас же есть личная прислуга, секретарь?

— Да, обе женщины наёмные.

— А вот это, по-моему, абсолютно неправильно, — серьёзно отметил Куратор, — Они слишком близки к Вам, чтобы оставаться чужими! Подумайте об этом…

Некоторое время Андрей сидел в машине у Дома Вершителей, курил и размышлял. Юридически всё оказалось несколько сложнее, чем он предполагал. А ещё этот Ритуал… «Вот не было печали… Мало заморочек со статусами этими, ещё и рабовладение удумали… Законы и традиции, тьма-тьмущая!.. С Натальей всё понятно, только ошейник этот надеть, и с Ольгой будет также… С Ириной, в принципе, тоже самое. А теперь ещё Рита с Ниной? Ещё чужого добра мне не хватало… Их же ни отпустить, ни подарить нельзя, пока не… М-да… А главное — со своими девчонками, действительно, нужно что-то решать… Не хватало ещё, чтобы кто-то другой предъявил на них права! А с другой стороны, какое я имею право решать за них?..» — размышляя о новой проблеме, Андрей достал из сумки ноутбук, нашёл производителей ошейников на заказ, коих оказалось достаточно, выбрал самый изящный ремешок из дорогой кожи с серебром. Окончательно определившись с дизайном, подобрал шрифт для надписи «Господин Андрей», оставил пробел для имени раба, добавил только что придуманный символ в виде стилизованной буквы «Альфа» и сделал заказ с именами: Наталья, Ольга, Ирина, Маргарита, Нинель, Эмма и Катрина. Буквально через минуту с Андреем связались по телефону, подтвердили заказ и доставку в отель через три часа.

Домой он приехал около шести пополудни в скверном расположении духа, что тут же почувствовала секретарша. Катрина же, как обычно, предпочитая не замечать неприятности до последнего, увязалась за Андреем под душ, помогла ему смыть пыль и усталость, но до ожидаемых ею шалостей дело не дошло. Выйдя из ванной в гостиную с влажными волосами, в толстом махровом халате, Андрей принял из рук Эммы стакан «Чиваса» со льдом, сделал пару глотков, взял секретаршу за локоть и повёл в кабинет. Они уединились там минут на сорок, Катрина изнемогла в ожидании…

Увидев покрытое красными пятнами лицо секретарши, решительно выходящей из кабинета, Катя влетела туда без приглашения.

— Что Вы тут с ней делали? — почти закричала она, но сидящий за своим столом Андрей молчал и, девушка понизила тон, — Что случилось?

— М-м-м… — неопределённо протянул мужчина.

— Простите, мой Господин! — Катрина схватила со стола пустой стакан и заполненную окурками пепельницу, вылетела из кабинета, а через минуту вернулась с чистой пепельницей и наполненным стаканом.

— Нам надо поговорить, — спокойно произнёс Андрей, сделал порядочный глоток виски, снова закурил и изложил служанке суть проблемы.

— Вы и с Эммой говорили об этом? — лицо сидевшей перед столом девушки стало непривычно серьёзным, — Тогда понятно… И она Вам отказала, мой Господин?!

— Катя, формально Эмма не может мне отказать… — грустно ответил мужчина, — Не имеет права, видишь ли!

— Да, это так… А я имею право… Но, скажите мне, пожалуйста, Эмма не хочет быть Вашей рабыней, да? — делая колоссальное ударение на слово «не хочет», спросила Катрина и уставилась на Андрея, широко открыв глаза.

— Нет, — очень тихо, но внятно ответил мужчина, — Хочет… Она хочет быть моей рабыней.

— Ну и прекрасно!.. А Вам от этого грустно? — вдруг поняла Катя, — Да? Но почему? Вы же этим защищаете её!

— Что?! Как это защищаю?

— Мой Господин! Послушайте меня внимательно, пожалуйста! Эмма — всего лишь Исполнитель, она здесь меньше года и у неё нет никаких прав. Вы же остались в Княжестве… надолго, чем обрадовали нас до… Не важно… Вы теперь Вершитель и у Вашей рабыни Эммы будут права! Даже если она сейчас этого не подозревает…

— Какие права, Катя? — с сомнением произнёс мужчина.

— У неё будет право на Вашу защиту! Никто не сможет даже пальцем дотронуться до Эммы без Вашего разрешения… А право быть с Вами рядом столько, сколько Вы захотите, мой Господин?! — убеждённо говорила Катрина, — Право на Ваше внимание!

— На внимание? — наконец улыбнулся Андрей, — Внимание — это много!

— Не смейтесь, пожалуйста! Разговор на эту тему давно должен был произойти… И знайте, Вы правы! Раз уж Вы стали Вершителем, то должны… Вы просто обязаны сделать её своей рабыней! И никогда об этом не пожалеете, потому что, она будет рядом всегда… и сделает всё, что надо и как надо… В верёвку скрутится, а сделает! А Вы… Вы её никогда не оставите одну! Я знаю…

— Катя-Катя… — совершенно по-новому осознав проблему, после продолжительного молчания покачал головой Андрей, — Какая ты у меня, оказывается… Ты у меня золотая!

— Я золотая? Золотая я… у Вас?! — повторила девушка, и спрятала лицо в ладони.

— Подожди, милая, — тихо застонал мужчина, сжимая руки в кулаки, — Не раскисай, а то и я раскисну…

— Да, мой Господин! — Катрина подняла на него большие влажные глаза, — Я Вас слушаю!

— Хорошо… Всё это и тебя касается… не меньше, чем Эмму, — подбирая слова, заговорил Андрей, — С тобой-то как?

— А что со мной? Со мной всё ясно! — вытирая глаза, улыбнулась девушка, — Вот она я перед Вами… простая русская баба!

— Что?! — ахнул Вершитель, — Какая баба? Девчонка ты… Где ты это… вычитала? Или высмотрела…

— Эмма говорит, что необходимо заниматься… этим… как его?.. самообразованием, вот! Ну, я и занимаюсь… иногда… с её помощью.

— Да? Это хорошо, конечно… И уж если Эмма говорит… — заулыбался мужчина и тут же снова посерьёзнел, — Постой! Не путай меня… В конце концов, ты — пусть и простая баба, как говоришь, но Служитель… первого ранга, на минуточку!

— Да, это так, — грустно кивнула Катрина, — Мы мало разговаривали об этом…

— Вот именно… Не знаю, хорошо ли это?

— Раньше было ни к чему, а теперь и я не знаю… Но спасибо Вам за это!

— За что, Катя? Я совсем запутался…

— Мой Господин! — девушка встала перед ним во весь свой небольшой рост, — Делайте всё так, как считаете нужным!

— Мне нужно твоё мнение, милая!

— Милая… Ах, как хорошо Вы это говорите… — зажмурилась Катрина, — Моё мнение… Вы и у Эммы интересовались её мнением, хотя и не обязаны были?

— Именно! Мне важно, что думаешь ты… и Эмма…

— Важно… Если бы это что-то меняло… — тягостно задумалась девушка, — А может быть, это как раз всё и изменит?!

— О чём ты, Катя? — удивлённо смотрел на неё Андрей.

— Не сейчас, мой Господин!

— А всё-таки?

— Давайте поговорим об этом потом? Пожалуйста! Вам же важно моё мнение, даже моё желание, пожалуй… Я не ошибаюсь?

— Не ошибаешься! — откинулся на кресле мужчина и снова закурил, — Мне важно и нужно твоё желание.

— Вот и прекрасно, — лицо Катрины выражало ту же решимость, что была у Эммы, когда та выходила из кабинета, — Я хочу быть Вашей рабыней!

— Катя! — Андрей подпрыгнул в кресле, — Почему?! Ты — свободная женщина!

— Да, мой Господин! — кивнула девушка.

— Ты дорожишь своей свободой и независимостью!

— Да, — упрямо кивнула Катрина, — Не представляю, как Вы догадались, но это правда.

— Ты — Служитель 1-го ранга!

— И что? — словно капризничая, склонила голову к плечу девушка.

— Значит, ты не только достаточно свободна, но и вполне независима! — не обращая внимания на её гримаски, громко заявил Андрей, — Послушай, Катя! Ты — очаровательная девушка, хорошая горничная… Нет? Ну, хорошо, ты — плохая служанка, но… Ты очень нравишься мне! Да! И я не хочу расставаться с тобой ни за что. Это правда! Но ты-то можешь быть рядом, сколько захочешь, ничего не меняя…

— Спасибо, мой Господин! — снова готовая заплакать, Катрина сорвалась с места, уселась на колени растерянному Андрею, нежно обняла руками его шею и горячо зашептала ему на ухо, — Вы мой хороший, мой дурачок… Нет-нет-нет… Мой Господин! Мой прекрасный Господин! Мой желанный Господин! Я не хотела говорить об этом сегодня, откладывала на потом, но… надо.

Нежно прижавшись к Андрею, Катя глубоко вздохнула и начала тихо рассказывать ему то, что давно хотела и… боялась поведать: «Да, я давно здесь, многое знаю и… жила по-разному… Со временем я стала Служителем 1-го ранга, приобрела так называемую свободу и независимость, если здесь это возможно вообще… Но этого мне было мало! Я решила стать Вершителем! Да-да, не удивляйтесь так… У Вас всё происходило иначе, Вы были Гостем… А Служителю для этого нужно пройти Экзамен кандидата… Один экзамен, но какой!.. Я не буду об этом рассказывать, не просите! В общем, один экзамен и только одна попытка… Его мало, кто сдаёт… А я сдала!»

— Катя! — затрепетал Андрей, почувствовав потоки её слёз на своей шее, и сжал девушку в своих объятьях, — Может быть не надо?..

— Надо! — Катрина только теснее прижалась к нему и продолжила: «Я сдала его и… отказалась стать Вершителем! Просто уже не могла… и уже не хотела… Мне было плохо, очень плохо, отвратительно плохо… Я изменила внешность… довольно сильно изменила, чтобы и внутри измениться… Пробовала заняться бизнесом… разным… Знакомилась с людьми… разными… и… Мне по-прежнему было плохо и… страшно одиноко в своей свободе и независимости! А потом я встретила Вас…»

— Катюша! — после долгой паузы хрипло прошептал Андрей, нежно поглаживая девушку по голове, — Но хорошо же, что встретила меня?

— О, ещё как хорошо! — Катрина поцеловала его в щёку.

— Значит, дальше всё будет просто замечательно… — как-то по-детски произнёс Андрей и, вдруг, засомневался, — Да?

— Не знаю… Только хочу очень, чтобы так было… — прошептала девушка, — Подождите, мой Господин, не перебивайте… Это ещё не всё! Думаете, бедную девушку, прошедшую Экзамен кандидата, могут оставить в покое? Мне настойчиво предлагали задания… маленькие такие и очень материально выгодные поручения… и не часто… где-то раз в год. Только отказаться от них нельзя! Отсрочить или поменять одно на другое обычно можно… А отказаться нет. Плата за свободу! Хотите знать какие поручения? Нет? Понимаю… Но чаще всего ничего страшного… Я Вам всё-таки расскажу, всего об одном. Так надо, мой Господин!.. В наших краях Гости бывают очень редко…

— Не надо, Катя! — отчаянно вскрикнул Андрей и опустил руки.

— Тихо-тихо-тихо, — зашептала Катрина, возвращая его руки на свою талию, — Всё будет хорошо…

— Хорошо?!

— Да, верь мне! — глаза девушки просохли, а в голосе появилась уверенность: «Итак, в наших краях Гости бывают редко, очень редко. И, разумеется, оставлять их без внимания, по крайней мере, негостеприимно… Вот девушке Катрине и поручили выяснить, что за Гость такой появился под именем «Господин Андрей». Выяснить каков он, как хочет отдохнуть, развлечься (Гости всегда хотят развлечься!), чем планирует заняться в Княжестве или, быть может, к чему стремится? Девушке Катрине и надлежало помочь Гостю освоиться, познакомиться с нашей действительностью и его возможностями, да и сообщать куда следует, всем ли он доволен… Поручение вроде бы не сложное? Только у глупой девушки, будь она хоть трижды бывшим кандидатом в Вершители, как увидела Господина Андрея, что-то там внутри ёкнуло и оборвалось… И вместо того, чтобы действовать умно, Катрина отдалась ему сразу и без памяти!.. Тихо, мой Господин! Дослушайте, умоляю Вас!.. В общем, всё пошло наперекосяк… Девушка, правда, честно доложила, что всё у Гостя прекрасно, а когда он переселился в Золотой номер, могла спокойно закончить задание… Но такая тоска её взяла! Встретить своего Господина… своего мужчину! И… тут же потерять?! Удивительно, но ничего решать ей не пришлось, даже страдать долго не пришлось… Господин Андрей всё придумал и сделал сам, взяв её к себе в горничные! А она тихо радовалась своей удаче… Жаль, только, что задание не было завершено. Те, кому положено, знали, конечно, о том, что девушка Катрина стала служанкой Господина Андрея и требовали отчётов. Она отписывалась кое-как, в общем-то, это оказалось не сложно. И даже, с ужасом и глупой надеждой узнав, что Господин совершенно серьёзно решил остаться здесь надолго и стать Вершителем, она проинформировала кого следует, что ему надоело просто развлекаться и его привлекает власть! Да-да, так она и сделала… Однако, следует упомянуть, что истинные цели своего Господина Катрина не знала, выяснять их даже не пыталась (и не хотела!), о своих сомнениях никому не докладывала… То есть задание, по сути, провалила… А сейчас очень хочет провалить его окончательно!»

— Но, как? — тревожно спросил Андрей.

— Отказаться от статуса Служителя 1-го ранга, от своей свободы, тьма её дери, независимости и стать рабыней своего Господина! Если, конечно, ему нужна такая рабыня!

— Ты… Ты мне нужна, Катя! Такая, как есть… разная и такая милая… — мужчина легко приподнял её голову за подбородок и провёл пальцами по такому родному уже личику, — Ты удивила меня… Сильно удивила! То, что я узнал, многое меняет…

— Этого я и боялась! — грустно произнесла притихшая девушка.

— Но это не меняет главного: ты нужна мне! И теперь ещё больше нужна… Только помоги мне понять, не усложняешь ли? Нужно ли отказываться от всего тяжело заработанного? Став моей рабыней, ты получишь мою заботу и защиту, от тебя отстанут те… Я правильно понимаю? Хорошо, если так… Но я готов заботиться о тебе, защищать и оберегать и без всяких дурацких условий!

— Ах, мой Господин! Вы такой… — слабо, но искренне улыбнулась Катрина, — Но это не мои условия, это — условия власти, это — закон… А значит, так нам будет спокойнее, и мне, и Эмме… Так будет лучше Вам и нам, мой Господин, поверьте! И дело не только в юридических тонкостях и правах, но и в сути наших отношений с Вами, в наших чувствах…

— Катя! Ты опять меня запутала…

— Андрей… Господин мой! — в глазах девушки вдруг проявилось редкое для неё, но ценимое Андреем выражение взрослой, умной, очень доброй и ласковой женщины, — Мы здесь с Эммой последнее время действительно много читаем на компьютере, фильмы смотрим… такие… не только о сексе. Я многое узнала, а может, вспомнила, хотя и не знаю, как и откуда, но главное, поняла… или начала понимать… И о чувствах поняла… Не только об эмоциях, а именно о чувствах. О них здесь не говорят почти, будто их и нет вовсе, а они, оказывается есть! И это важно… Очень! Так вот, Господин Андрей, всё это потому, что мы с Эммой… Как же это сказать-то?.. Мы с ней разные, конечно. Мы по-разному думаем, интересы не всегда совпадают, эмоции, вкусы и чувствуем мы тоже по-разному… Но мы обе… Мы Вас любим!

— Что?! Катя, ты… — вскрикнул Андрей, но тут же из-за плотно закрытой двери кабинета раздался шум и грохот. Они оба вскочили с кресла, подбежали к двери, распахнули её… На полу у порога лежала сползшая по стене Эмма, лицо которой было залито слезами, а рот беззвучно открывался и закрывался…

— Я подслушивала, — виновато выдавила из себя секретарша и громко зарыдала. Андрей молча наклонился, взял Эмму на руки и, целуя её мокрое лицо, понёс женщину в спальню и положил на постель. Тут же появилась Катрина со стаканом воды в руках, напоила Эмму и тихо легла рядом. Теперь уже плакали обе. Андрей в полном ступоре некоторое время молча стоял рядом с постелью, а потом забрался на неё, встал на колени где-то между женскими ногами, наклонился и стал целовать обеих, а они тянули к нему руки, прижимали его к себе, всхлипывали и не могли успокоиться.

— Ничего-ничего… Всё хорошо… Всё будет хорошо, мои девочки, — только и мог повторять он.

— Вот видите… Тут и понимать нечего… — сказала, немного успокоившись, Катрина, поцеловала ещё всхлипывающую Эмму в губы и добавила, — Надевайте скорее нам свои ошейники, пока ещё что-нибудь не случилось…

— Пусть будет так, — задумчиво проговорил мужчина, поглаживая их переплетённые руки и ноги, потом встал, вышел в гостиную, нашёл свой мобильник, позвонил в мастерскую и внёс изменения в заказ. Когда Андрей вернулся, девушки почти успокоились. Катрина полусидела, прислонившись к спинке широкой кровати, и поглаживала светлые волосы лежавшей рядом Эммы.

— У Вас, конечно, будет много рабынь, Господин Андрей! Не спорьте, я знаю, что говорю, — лукаво улыбнулась ему Катя, — Но мы хотим быть первыми! Когда начнётся Ритуал?

— Ритуал? Какой Ритуал? — с интересом спросила Эмма. Катрина с таинственной улыбкой наклонилась к ней и быстро зашептала что-то на ушко, отчего лицо секретарши начало непрерывно менять своё выражения, а глаза округлились. Выслушав всё до конца, пунцовая, как роза Эмма, решилась спросить Андрея, — И Вы будете всё это с нами вытворять, Господин?

— Непременно! Закон есть закон! — широко улыбнулся мужчина, — Ритуал сегодня в полночь!

— Так, что же мы валяемся! — сверкнула смеющимися глазами Катрина, — Эмма, подъём! Готовиться! У нас мало времени!

Пока женщины шептались, готовились, а заодно и составляли меню ужина, Андрей пытался проанализировать, что же такое с ним снова происходит… Что и как теперь будет? В голове укладывалось плохо… Да торопиться с этим Ритуалом он совсем не планировал, но получилось иначе… Прямо перед ужином, около девяти вечера ему позвонил портье. Прибыл курьер. Андрей не разрешил ему подняться в номер, а спустился сам. Проверил заказ и расплатился картой. Потом вышел из отеля к своему автомобилю и убрал коробочки с ошейниками в бардачок. Все, кроме двух, которые отличались от других уже тем, что были изготовлены из тонкой полоски кожи не с серебром, а с золотом. На одном было имя «Эмма», а на другом «Катя», а не «Катрина», как он планировал вначале… Вернувшись, он поймал на себе вопросительные взгляды женщин, но только загадочно улыбнулся в ответ. Ужин прошёл тихо, после него никто Андрея не беспокоил. Женщины готовились к Ритуалу, и даже не напоминали о себе… Ближе к назначенному сроку, мужчина принял ванну, облачился в чёрный шёлковый халат с эмблемой Вершителей и расположился в кресле. В номере повисла тишина, женщины ждали Господина в спальне.

Андрей распахнул дверь туда ровно в полночь. Помещение освещалось мерцающим таинственным светом. Множество свечей располагалось на мебели и на полу спальни. Мужчина гадал, как будут выглядеть Катя и Эмма, но увиденное поразило его. На лицах сидевших на краешке выстланной свежим белым шёлком постели и поднявшихся навстречу Господину женщин, не было ни капли косметики. Короткие рыжие волосы Катрины и длинные, спадавшие на плечи светлые локоны Эммы были причёсаны прямо, без каких-либо изысков. Женщины встречали своего мужчину в одинаковых однотонных прямых шёлковых робах чуть выше колен, только одна в бордовой, а другая в голубой. Андрей медленно оглядел их с ног до головы, и они покраснели. Обе! Тогда он подошёл к Катрине, достал из коробочки ошейник с именем «Катя» и показал ей. Девушка на мгновенье таинственно улыбнулась и тут же опустила голову. Андрей дёрнул пояс её одежды, и шёлк с женских плеч соскользнул к ногам. Господин молча приложил золотистый ремешок к шее обнажённой Катрины и защёлкнул замок. Девушка громко вздохнула, взяла его, ещё не опущенные руки и поцеловала обе ладони. Андрей смутился, но промолчал. Когда он шагнул к Эмме и показал её ошейник, щёки женщины запылали пурпуром. Одежда сползла с её тела медленнее, словно пытаясь задержаться на чудесной груди. Андрей смахнул светлые волосы с наклонённой шеи секретарши и защёлкнул на ней ошейник, Эмма тихо застонала и осыпала ладони Господина нежными благодарными поцелуями, не поднимая головы. Мужчина был поражён и… почувствовал резко наступающее возбуждение. В этот момент к нему подошла нагая Катрина с подносом, на котором стоял бокал полный красного вина и маленькая, обитая чёрным бархатом коробочка. Розовощёкая Эмма, наконец, подняла голову, открыла коробочку, и Андрей увидел изумительной работы золотое кольцо с крупным бриллиантом прямоугольной формы. Он взял в руки кольцо и заметил тонкую изящную гравировку на внутренней поверхности «Катя и Эмма всегда с тобой». Пока мужчина приходил в себя, секретарша перехватила у служанки поднос, Катрина ласково взяла у него кольцо и надела на средний палец его правой руки…

…Через несколько часов, уже утром он спрашивал: «Катя, зачем это?», показывая кольцо. «Мы давно его приготовили, — отвечала девушка, — А этой ночью нельзя было без подарка». «Но я же ничего такого вам не подарил, — не унимался Андрей, — А это дорого, знаю». «Вы подарили нам это, — указывая на обвивавший её шею ремешок, — с нежной улыбкой говорила Катрина, — И кусочек своего сердца… Правда же?.. Вот это действительно дорого! А кольцо… Вам же приятно? И нам очень приятно, вот и хорошо!.. И что значит «дорого»? До сегодняшнего дня я хорошо зарабатывала». «Да уж, — от растерянности Андрей пытался отшутиться, но подходящее словцо не пришло в голову, — Там написано «с тобой», почему?» Девушка отвечала просто: «Потому, что подарок тебе, а не Вам»… Но то было утром, а сейчас…

Сейчас Андрей с мыслью: «Ну, вот и окольцевали… Почему же мне так хорошо?» взял в руки бокал и пригубил красное вино. Оно было сладкое и изумительно вкусное. Мужчина удивлённо кивнул на стоящие поодаль два пустые бокала, и служанка немедленно наполнила их до краёв. Раздался приглушённый вином мелодичный звон стекла, и они осушили свои сосуды до дна, а дальше… Возможно, Андрей давно не пил вина и оно так на него подействовало. А может быть, вино было особенным или лукавая служанка что-то подмешала в него… Но скорее всего, на него подействовала аура странного таинства, особенной ночи и двух удивительных женщин… Андрей погрузился в загадочное действо сразу и полностью, сохранив память об этой ночи в ощущениях, эмоциях и чувствах, название которым дать затруднялся… Стоило ему тронуть пояс своего халата, как женщины подались навстречу. Нет, сегодня даже Катя не проявляла никакой инициативы. Они ждали его желаний и тут же подхватывали, казалось, даже предугадывали их так безошибочно, что между появлением желания и его исполнением пролетал миг…

…Потом был отдых, вино, редкая для спальни сигарета Андрея и ещё более редкая тонкая коричневая сигарета Катрины, в длинном янтарном мундштуке, давнем подарке Господина. Через полчаса Эмма…

…Как и когда они уснули, Андрей не помнил. Он приоткрыл глаза через несколько часов сна и увидел перед собой светлые волосы Эммы, прислонившейся щекой к его груди. Рыжая головка Катрины расположилась ниже, на его животе, мужчина чувствовал на своей плоти лёгкие дуновения её ровного дыхания. Андрей, улыбаясь, вздохнул, окунул свои ладони в волосы спящих женщин и снова прикрыл глаза, наполненный странным чувством нечаянной и щемящей радости… Ему не очень нравилось спать втроём, да ещё и на спине, но сегодня-то случай был особый…

К площади перед зданием, на фронтоне которого горела надпись «Студия Альфа», подъезжал шикарный длинный белый «Линкольн». Он остановился у находящегося в двадцати метрах от здания светового фонтана, расцвечивающего синевато-сизую дымку дня золотистыми, серебряными и рубиновыми снопами искр. К автомобилю устремился управляющий Сергей. Он не позволил одетому в сияющую униформу шофёру открыть пассажирскую дверь машины, а сделал это сам. Из автомобиля вышел одетый в дорогой костюм мужчина, сразу протянувший Сергею руку, которую управляющий с лёгким поклоном пожал. Вслед за Господином из машины появились две дамы в вечерних платьях, которым Сергей поклонился, раскрыв рот. И немудрено, ибо дамы выглядели сногсшибательно: высокая стройная блондинка в длинном светло-сиреневом платье с тонким золотым шитьём и золотой заколкой с бриллиантами в пышных волосах, а контрастом к ней невысокая, даже в изящных туфельках на шпильках, но прекрасно сложенная рыжеволосая девушка в чёрном, чуть ниже колен, маленьком, дико сексуальном платье, ушки которой украшали чудесные золотые серёжки с рубинами, а одну из изящных щиколоток золотой браслет с такими же рубинами, но более крупными. На шеях обеих женщин поблёскивали золотой отделкой тонкие кожаные полоски. Андрей предлагал снять их на время, но Эмма и Катя отказались наотрез… Вышеописанную картину наблюдали не только несколько сотрудников студии, ожидавших гостей на ступенях здания, но и пассажиры чёрного BMW, подъехавшего через минуту после «Линкольна». Наблюдая парадный выход Андрея и с любопытством крутящих головами его спутниц, Михаил с Аркадием несколько растерялись. Впрочем, хозяин студии сразу заметил прибывших гостей и быстро сгладил неловкость своим радушием.

— Это Ваши актрисы, Андрей? — цокал языком Аркадий, бросая на женщин нескромные взгляды.

— А может быть это его прислуга?! — засмеялся Михаил, пожимая руку хозяина праздника.

— Он шутит? — спросил Аркадий, в свою очередь, обмениваясь с Андреем рукопожатиями.

— Может быть, и шутит… Но это мои служанка и секретарша, — довольно улыбнулся хозяин.

— С ума сойти! — охнули оба гостя.

— А как Вам студия, Господа? — сменил тему Андрей.

— Внешне весьма впечатляет, — улыбнулся Михаил, а Аркадий покивал головой, с видом знатока, оглядывая главное здание и коттеджи вокруг.

— Прекрасно! — улыбнулся в ответ хозяин, — Если снаружи всё в порядке, не посмотреть ли нам, как там внутри?

— Отличная мысль! — кивнул Михаил.

Гости в сопровождении хозяина и его свиты, двинулись к поднимавшимся между центральными колоннами фасада здания ступеням, ведущим к распахнутым дверям. На ступенях их ожидали немногочисленные пока сотрудники студии: Наталья, Ирина и пожилой мужчина в роговых очках с толстыми стёклами, кинооператор Павел, на днях принятый в штат по рекомендации Сергея, с видеокамерой в руках, а также автор проекта реконструкции и генеральный подрядчик. Между колоннами виднелась натянутая красная лента, и управляющий подошёл к Андрею с ножницами на подушечке алого бархата.

— Прошу Вас, Господин Андрей, перерезать эту ленту в честь открытия «Альфа-студии», — торжественно проговорил Сергей.

— Господа не желают принять участие? — поинтересовался хозяин у Аркадия и Михаила, но они вежливо отказались.

— Это Ваша студия, Андрей, — пояснил Куратор, — Вам и ножницы в руки!

— Что же… Спасибо всем, потрудившимся над этим нашим общим детищем! Но главная работа впереди! — под аплодисменты собравшихся Андрей перерезал ленту и с улыбкой двинулся внутрь здания.

На первом этаже трёхэтажного строения между двумя боковыми мраморными лестницами располагался просторный светлый зал, в центре которого был накрыт праздничный стол, выстроенный буквой «Т». В зале наводили последний лоск специально ангажированные на это мероприятие официанты и девушки из эскорт-услуг, две самые эффектные из которых немедленно приклеились к Аркадию и Михаилу. Короткая часть стола предназначалась исключительно для хозяина студии и двух его дам, вдоль длинной части по мере удаления от Андрея расположились друг напротив друга два Вершителя со своими эскорт-девушками, Сергей с Ириной и Наталья рядом с проектировщиком и подрядчиком. Павел, не выпускавший из рук камеру, снимал происходящее и к столу присаживался от случая к случаю. Застолье шло неспешно и немного натянуто в начале, но по мере поглощения выпивки и закуски всё живее и веселее. Несколько раз объявлялись перерывы, во время которых Сергей проводил экскурсии по многочисленным помещениям студии для всех желающих. Андрей улучил момент и на несколько минут сводил Эмму с Катриной в свой коттедж, да что там, большой трёхэтажный дом с подземным гаражом. Девушки восторгались и настойчиво интересовались, будет ли им позволено бывать здесь с Господином, а получив положительный ответ развеселились. Кате, разумеется, больше всего понравилась просторная спальня на втором этаже с красивой широкой постелью. Девушка порывалась поваляться на ней, но Эмма серьёзно объяснила, что мять вечернее платье несколько преждевременно. Заметила Катя и потайные двери в спальне, и если назначение одной из них сразу выяснила — она вела в кабинет хозяина, то другая оказалась запертой. На вопросы о ней Андрей лишь таинственно улыбался…

— Почему «Альфа-студия», Андрей? — поинтересовался Аркадий, когда застолье плавно подходило к десерту, — Вероятно, от первой буквы Вашего имени? «А», «Альфа»…

— А может быть речь идёт о какой-то особенной позе? — рискованно пошутил Михаил, вызвав бурное веселье одних и смущение других присутствующих.

— Затруднюсь точно ответить, Господа, — сказал Андрей, когда шум стих, — Вероятно, какие-то ассоциации… В общем, я решил, что звучит и смотрится неплохо…

После десерта трое Вершителей уединились в курительной комнате на втором этаже здания, рядом с VIP-залом для просмотра видео.

— Вы серьёзно подошли к организации студии, Андрей, — констатировал Аркадий, — Уверен, впечатляющего результата долго ждать не придётся! Приглашайте на первую премьеру! И всегда рассчитывайте на мою помощь…

— Считайте, что Вы с Михаилом уже приглашены! И благодарю за поддержку, непременно воспользуюсь вашей помощью в дальнейшем…

— Даже быстрее, чем думаете, — хитро улыбнулся Аркадий, — У меня для Вас подарок! Для Вас и для Вашего первого фильма!

— В самом деле? — удивился Андрей, — Интригуете…

— Михаил рассказал мне, что студия родилась из идеи экранизации дневника одной Вашей Испытуемой?

— Верно, — кивнул хозяин студии, — Она сегодня здесь, её зовут Наталья. Ещё одна девушка, действующее лицо этого дневника, вероятно, тоже на днях появится…

— Да-да, но если я не ошибаюсь, там был ещё и юноша? — поднял брови Аркадий, а Михаил усмехнулся, — Так вот, этот молодой человек по стечению обстоятельств, недавно был моим Испытуемым!

— Вот как? — поразился Андрей и… не обрадовался.

— Представляете? Когда я узнал эту историю полностью, решил преподнести Вам сюрприз, — Советник потирал руки от удовольствия, — Я дарю Вам Колю! Уверен, для Вашего творчества он очень пригодится…

— М-да… — задумался Андрей, но немедля стёр сумрак и сомнения со своего лица, — Благодарю Вас, Аркадий! Ваш сюрприз удался!

— Ну, а мой подарок последует через час другой, — посматривая на Андрея с хитрой улыбкой, прищурился Михаил.

— Ваш подарок? — удивился Аркадий, — И тоже что-то для студии, а может быть, кто-то? Секрет?

— О, нет! Подарок лично для Господина Андрея, и никакого секрета тут нет. Я пригласил хозяина этой замечательной студии в одно особенное место сегодня ночью. Не составите нам компанию, Господин Советник?

— Боюсь, что вряд ли… — глаза Аркадия забегали, — А куда именно Вы собрались?

— На «Куртизанскую», — ухмыльнулся Михаил.

— О! Действительно, особенное место… — выражение лица Советника, по очереди посмотревшего на обоих собеседников, решительно не понравилось Андрею. Было в нём слишком многое намешано: зависть и любопытство, гадливость и тайное желание, юношеский восторг и плохо скрываемый ужас. Впрочем, возможно, способности к физиономистике, которые Андрей не так давно открыл в себе, в этот раз его подвели…

Через час Аркадий, окончательно отказавшийся составить компанию двум другим Вершителям в продолжение разгула, отбыл домой на белом «Линкольне», прихватив с собой двух эскорт-девушек. Первоначально Андрей планировал, что на этом автомобиле вернутся в отель Катрина и Эмма, но они уговорили Господина оставить их ночевать в большом хозяйском доме на территории студии. Ирина с Натальей вызвались помочь им там расположиться. Личная служанка и личная секретарша Господина сразу согласились. По-видимому, две первые сотрудницы студии вызвали их живейший интерес. Возможно, благодаря тонким полоскам кожи на шеях, но серебряных, а не золотистых, как у Эммы с Катриной. Впрочем, с Наташей они уже были немного знакомы… Андрей поблагодарил за прекрасный праздник весь персонал и Сергея персонально, сел в BMW Михаила, и они отправились за особенным развлечением.

Глава 12

Охота

«Куртизанская» произвела на Андрея даже более отталкивающее впечатление, чем в первое посещение этих мест. Автомобиль представительского класса произвёл фурор у многочисленных, броско, кто во что горазд, разодетых, густо накрашенных девиц и гламурных парней. Они подскакивали к вновь прибывшим Господам и даже пытались хватать их за руки, но натолкнувшись на холодные взгляды, отходили. «Вершители… Вершители приехали!» — пошёл шепоток по толпе, неведомым Андрею образом определившей, кто есть кто. Восторг сменился настороженным интересом, а у некоторых присутствующих и страхом. Впрочем, желания продемонстрировать себя и быть отмеченным, а то и выбранным Господами, их разгаданный статус уменьшил не сильно. Однако, Михаил и Андрей мало смотрели по сторонам и уверенно шагали к обшарпанному зданию бывшей станции метро. Внутри было тише, но и здесь по стенам в одиночку и парами стояли размалёванные девки и парни, молча пялившиеся на вошедших. Вершители спустились этажом ниже. Их взору открылся огромный полутёмный нижний вестибюль станции. Андрей помнил, что в другом мире на аналогичной станции метро пролегало три железнодорожных пути, присутствовали они и здесь. Причём средний путь, отгороженный металлической сеткой, судя по матовому стальному блеску рельс, иногда использовался по назначению. На боковых путях тоже сохранились рельсы, но там они покрылись ржавчиной, насколько мог разглядеть мужчина. Нормальной видимости мешало слабое освещение вестибюля и хаотично расположенные металлические клетки, в которых копошились люди. По платформам сновали другие люди, их было немного и они, по большей части, что-то громко и деловито обсуждали, указывая пальцами на пленников в клетках. Андрею пришло в голову, что он попал на невольничий рынок. Добавляли уверенности в этом расположенные на платформах столы, к которым были прикованы обнажённые женщины и мужчины. К ним запросто подходили «торговцы» и «покупатели», рассматривали распятых и трогали их руками. Некоторые пленники были прикованы к огромным квадратным колоннам, стоящим вдоль платформ, ближайшие из которых были украшены огромными статуями, имевшими мало общего с теми изваяниями, которые Андрей видел в своём мире. Правая статуя изображала полуголую женщину, тело которой было обвязано толстыми верёвками выше пояса, а ниже спелёнато обрывками ткани. Левая статуя — весьма пожилой, мускулистый и сильно заросший волосами мужчина в кожаных, насколько понял Андрей, штанах и такой же жилетке, с факелом в левой руке и топором в правой… Михаил тянул спутника во внутренние помещения станции. Они шли по ярко освещённому коридору с закрытыми и справа, и слева дверьми, из-за которых раздавался шум, разговоры, даже смех и, почти всегда крик, истерический визг или вой, от которого становилось не по себе. Пройдя по коридору, не улучшившему настроение Андрею, они спустились ещё одним этажом ниже, резко свернули вбок и, пройдя ещё метров двадцать, уткнулись в закрытую металлическую дверь, по обеим сторонам которой стояли вооружённые резиновыми дубинками огромные и неприветливые охранники.

— Прошу Вас, Господин Вершитель! — произнёс Михаил, смерив взглядом тут же ставших по стойке «смирно» громил, и указав спутнику на едва заметную кнопку, закреплённую на косяке двери. Кнопка оказалась не обычным электрическим звонком, а сенсором и датчиком отпечатков пальцев и, после нажатия на неё Андреем, прошло никак ни менее минуты, прежде чем дверь распахнулась, и на пороге появился дородный лысый мужчина неопределённого возраста.

— Здравствуйте, Господа Вершители! — широко улыбнулся он, приглашая пришедших войти, и отдельно обратился к Андрею, — Чтобы не напрягать понапрасну Вашу память, зовите меня просто — Банщик.

Внутреннее убранство комнаты, куда вошли мужчины, и вправду напоминало предбанник сауны. Да и дальше антураж бани сохранялся. Две очень милые девушки выдали мужчинам белые простыни, полотенца и шлёпанцы, Вершители недолго посидели в парилке и сразу нырнули в подсвеченный голубыми и зелёными лампами неправильной формы бассейн с холодной, но, к большому сожалению Андрея, простой водопроводной водой… После водных процедур Вершители уселись на деревянные скамейки за стол из струганной древесины, что было явным признаком высокого уровня заведения. Андрей знал, что настоящая древесина в Княжестве — большая редкость. Мужчины опрокинули по стопке холодной водки под хрустящие грузди, и выпили горячего чая. Пива, после крепких напитков в студии, не хотелось, плотно закусывать тоже…

— Уважаемые Господа! — произнёс Банщик, наполняя их стопки повторно. Обращался он к обоим Вершителям, но смотрел в основном на Михаила, с которым был, по всей видимости, давно знаком, — Полагаю, Вы пришли сюда не только, чтобы попариться и ущипнуть наших прелестных служанок?

— Что же Вы можете нам предложить, уважаемый, э…? — решил взять инициативу в свои руки Андрей.

— Банщик, — подсказал ему хозяин заведения, — У нас здесь не принято называть настоящих имён. Я — Банщик, Ваш друг — Господин Фокс, а Вас мы будем называть…

— Альфа! — выпалил Михаил и заулыбался.

— Неплохо, — кивнул толстяк и обратился к Андрею, — Вы согласны?

— Вполне, — с любопытством посмотрел на него Андрей и закурил.

— Прекрасно! Ваше кодовое имя в нашем заведении для особых персон — Господин Альфа! — с пафосом произнёс Банщик, — Но вернёмся к нашей сегодняшней программе. Я могу предложить Вам многое, Господин Фокс подтвердит… Но сегодня только для Вас хит сезона… Надеюсь, у Господ достаточно энергии и нет противопоказаний?

— Всё в порядке, мсье Банщик! — ответил на французский манер Михаил, вероятно, желая сделать управляющему заведением приятное, — Мы немного пьяны и в прекрасной физической форме!

— Тогда Охота! — объявил толстяк.

— Охота! — выкрикнул встрепенувшийся Михаил.

— Охота, так Охота, — равнодушно пожал плечами Андрей.

— О, Господин Альфа, это развлечение у нас особенное и случается не так часто, — тут же отреагировал Банщик, — Скажу откровенно: я рассчитываю, что Вы станете нашим постоянным клиентом, а потому предлагаю сегодня лучшее… Впрочем, полагаю, следует объяснить правила игры?

— Буду очень признателен, мсье Банщик! — с улыбкой кивнул Андрей, к которому возвращалось хорошее настроение.

— Прекрасно! Правила просты и, много времени мои пояснения не займут. Итак, Вы и Господин Фокс сегодня охотники. Вам будет выдано соответствующее обмундирование и снаряжение. На ваш выбор будут предоставлены объекты Охоты, для простоты — дичь. Действие будет происходить в наших, специально подготовленных катакомбах, куда будет выпущена дичь по вашему сигналу. Через минуту после этого вы можете начинать преследование… Как только дичь пленена, вы вольны делать с ней всё, что заблагорассудится в специально отведённых для вас апартаментах…

— Снаряжение? — заинтересовался Андрей, — Оружие?

— О, да, Господин Альфа! — просиял Банщик, — Помимо пары фонариков — в катакомбах игроков ожидает полумрак, а местами просто темно, я предложу Вам оружие холодное и огнестрельное. Также рекомендую хлыст, он всё-таки не так сильно повреждает дичь… Раньше времени это ни к чему, не правда ли? Впрочем, если вдруг… Вы всегда можете выбрать новый объект Охоты… Что ещё? В случае необходимости можно вызвать по переговорному устройству специально обученного помощника под кодовым именем Палач.

— В чём может заключаться его помощь? — спросил порядком заинтригованный Андрей.

— Теоретически во всём… Но используют помощников во время преследования и захвата дичи только ленивые охотники! — улыбнулся толстяк, — Однако, в любой затруднительной ситуации, а также если вы захотите поддать перцу или добавить ещё одно действующее лицо в ваше общение с дичью, Палач в красном кожаном комбинезоне и в красном колпаке, с прорезями для глаз и рта всегда к вашим услугам… Да, чуть не забыл, на Охоте случаются травмы, ранения и разного рода повреждения не только у дичи, но и у охотников. Для оказания своевременной помощи в таких ситуациях, у нас дежурит опытный врач с профессиональными и очаровательными медсёстрами.

— Понимаю, — кивнул Андрей, — А насколько Охота ограничена по времени?

— Без лимита! Вы ограничены только вашими силами и желанием… Насколько я помню, самая длительная Охота продолжалась более суток!

— У меня больше нет вопросов на данный момент…

— Прекрасно! Если они появятся до начала действия, я отвечу на все, а что-то, вероятно, вам расскажет Господин Фокс. Ему, насколько я знаю, нравится наша Охота, — улыбнулся Банщик, а Михаил многозначительно кивнул, — Не желают ли Господа заняться выбором дичи?

— Сначала по стопке? — обратился Андрей к своему спутнику.

— Сначала осмотрим дичь, а потом можно не спеша выпить, — ответил Михаил, ёрзая от нетерпения. Господин Альфа неопределённо пожал плечами, Вершители накинули на себя сухие белые простыни и направились вслед за Банщиком.

Из сауны мужчины попали в просторный светлый коридор, длина которого составляла никак ни меньше двадцати метров. Оглядываясь по сторонам, Андрей подумал, что цель их прогулки — выход, которым коридор заканчивался, но толстяк пригласил их в боковой проём. За распахнувшейся дверью открылся просторный полутёмный зал, по периметру которого за толстыми стёклами висели клетки, похожие на те, что находились в большом вестибюле станции. В клетках по одному стояли, сидели, иногда даже лежали объекты Охоты — в основном женщины, но встречались и мужчины. Через специальные стёкла, охотники могли видеть предназначенных для развлечения людей, но не наоборот. «Дичь не должна видеть охотников заранее», — пояснил Банщик. Как только Вершители подходили к очередной клетке, управляющий манипулировал рычагами, вмонтированными в пол, и объект освещался ярче других, натягивались цепи, которые были прикреплены к кистям и лодыжкам пленников, вынуждая их встать и раскинуть конечности. Кроме того, клетки могли вращаться, для удобства осмотра. «Снова я вляпался в какую-то тьму», — подумал Андрей.

— Вы можете выбирать любое количество дичи, но рекомендую для первого раза начать с одной, Господин Альфа, — обратился к нему толстяк.

— Если Вам не сложно, выберите двоих, мой друг! — неожиданно предложил Михаил, потирая руки, — Думаю, мы будем охотиться вместе? Отлично! А добычу поделим потом…

— Не вижу проблем, Господин Фокс, — спокойно ответил Андрей, впрочем, немного озадаченный.

Он мало понимал в мужской красоте, да и как охотничьи трофеи, мужчины не интересовали его вовсе, а потому клетки с ними Андрей проходил, глядя на пленников мимоходом из чистого любопытства. А вот женщины привлекли его внимание, и выбор их оказался велик. Практически все — красотки любых мастей с прекрасными и разнообразными фигурами. Одно начало удивлять и удручать начинающего охотника: у абсолютного большинства пленников обоего пола глаза казались потухшими. Все они словно потеряли интерес к жизни и смирились со своей судьбой… Все, кроме двух женщин, которых Андрей и выбрал. Одна из них — высокая брюнетка с точёной фигуркой и мраморной кожей. Её чёрные глаза пылали звериной злобой. Другая — среднего роста мулатка, очень стройная, но менее худощавая, чем первая. Волосы её были короче, чем у брюнетки, но имели странный цвет: то ли каштановые, то ли чёрные и медные вперемешку. Цвет глаз мулатки тоже отличался нестандартностью — золотисто-карие, как определил Андрей. Эти глаза тоже светились, но не яростью, а огнём жажды борьбы, жажды жить…

— Прекрасно! — одобрил выбор охотника Банщик.

— Отлично! — чуть ли не затрясся от предвкушения Михаил, — У Вас прекрасный вкус!..

— Объясните, если не сложно, — кисло улыбнувшись, завёл разговор Андрей, когда Банщик ушёл готовить дичь к Охоте, а Вершители вернулись в сауну и продолжили неторопливо выпивать, — как сочетается Охота с Вашими давними высказываниями о бережном отношении к материалу?

— Ага, Вы заметили, мой друг… В том-то весь и фокус! — аж порозовел от удовольствия Господин Фокс. «А ведь он и вправду похож на лисицу», — подумал Андрей. Меж тем Михаил радостно продолжал, — В том-то и прелесть этого места и уникальность Охоты. Девушки и юноши здесь не только прекрасны внешне! Они одноразовые!

— Не понял! — охнул Господин Альфа.

— Ха, — всё более распалялся Куратор, — Эти особи недавно прошли Испытание…

— То есть как?!

— Вот именно, «как»? Они прошли его неудачно!

— То есть результат их Испытаний отрицательный? Им не место в Княжестве и… они попали сюда?!

— Да! Разумеется, сюда попадает не каждый из таких… Лишь некоторые, кому Вершителем дан последний шанс!

— Шанс?! Да они же запросто могут быть убиты!

— Именно, мой друг, именно! В этом и есть особенный шарм Охоты! Всё по-настоящему — дичь может погибнуть по желанию охотника или… по случайности. Но те, кто останутся живы — не будут отправлены в глубины тьмы… Они, как бы лучше выразиться… будут считаться прошедшими Испытание страхом и… кровью!.. Есть некоторые юридические нюансы, которые я сейчас опущу, но оставшаяся в живых дичь может… и дальше жить в Княжестве… Если, конечно, охотник не решит иначе…

Андрей всеми силами пытался не показать, что увиденное и услышанное повергло его в шок. О наличие в Княжестве огнестрельного оружия он догадывался, увидев однажды охранника из людей, вооружённого чем-то весьма напоминавшим винтовку. Обычно охранники ходили с резиновыми дубинками, а Блюстители и вовсе без оружия, насколько знал Андрей… Да и не в оружии, в конце концов, дело! Здесь и сейчас он принимал участие в игре, по ходу которой Вершители могли запросто убивать людей, пусть и обречённых отрицательным результатом Испытания на муки, которых Андрей не ведал. Так может быть, эти муки страшнее смерти?! Его размышления прервал женский вопль из коридора, куда охотников водили выбирать дичь.

— Что это такое? — встревоженно спросил он вернувшегося Банщика.

— Не обращайте внимания, Господин Альфа. Палачи готовят дичь.

— Как «готовят»?!

— О, смею доложить, что женщины, которые Вами выбраны, как объекты Охоты, помыты, одеты (весьма символически, Вы сами скоро увидите), а сейчас Палачи наносят каждой клеймо на левое предплечье… — радостно рассказывал толстяк.

— Как? — ахнул Андрей.

— Раскалённым железом, конечно, — продолжая улыбаться, уточнил Банщик, и в этот момент раздался крик второй женщины, — Это необходимая формальность! Выбранная дичь должна быть заклеймена непосредственно перед Охотой… Но не желают ли Господа рассмотреть снаряжение и примерить амуницию?

Мужчины вернулись в коридор, но теперь их ждала дверь в его конце. Сразу за дверью располагался небольшой каменный зал, заканчивающийся широким бетонным тоннелем по обе стороны которого находились четыре двери в помещения охотников, а в торце решётка — вход в катакомбы. Вершители выбрали себе апартаменты друг напротив друга. Отсек Андрея состоял из трёх небольших комнат. Одна из них служила для переодевания, хотя вполне могла сойти за небольшую гостиную. Вторая, выглядела стилизованной пыточной камерой, способной нагнать страх на неподготовленного человека, но несколько гламурной при ближайшем рассмотрении. К каменному полу прикручена узкая металлическая койка с разнообразными приспособлениями и устройствами, сконструированными для того, чтобы сковать жертву в различных положениях, множество таких же штучек на стенах соседствовало здесь с явно дизайнерской росписью потолка и стен в духе садомазохистских оргий. Стоял здесь и большой металлический шкаф с богатым инструментарием и ещё не остывшей жаровней в углу. Это сразу объяснило лёгкий запах раскалённого металла и палёного мяса в комнате. «Здесь, значит, их и клеймили, — с ужасом подумал Андрей, — Но где же они теперь?» Третья комната напоминала спальню. Только мебель и стены этой спальни были обтянуты кожей, а постель и два кресла — толстой и гладкой рыжей клеёнкой, никакого постельного белья не было и в помине. Дополнял картину выкрашенный чёрной краской потолок и чёрный линолеум на полу. Была в спальне и ещё одна маленькая дверца, которая оказалась сейчас закрытой, но служила, по всей видимости, автономным выходом из катакомб… В раздевалке-гостиной Господина Альфу ждало его обмундирование. Андрей скинул с себя простыню, голышом влез в лёгкий комбинезон из какой-то прорезиненной ткани цвета хаки, в карманах которого обнаружилась маленькая аптечка, тонкие марлевые салфетки, лёгкие прочные наручники и портативная рация. Казалось, что в такой одежде должно быть жарко и тело начнёт потеть, однако, ничего похожего не происходило. Андрей надел на себя обувь — что-то похожее на берцы, но удобное, как кроссовки, и подпоясался широким кожаным ремнём с кобурой для пистолета и ножнами. В каменном зале на столах был разложен целый арсенал оружия и снаряжения для выбора охотников. Андрей предпочёл удивительно лёгкий шестизарядный пистолет, стреляющий, как и всё огнестрельное оружие в этом заведении, резиновыми пулями, а кроме того длинный, довольно тонкий, очень острый нож и внушительных размеров кожаную плеть со стандартной здесь ручкой в виде фаллоса средних размеров. Из дополнительного снаряжения Господин Альфа взял только два фонарика, один из которых давал широкий луч света, другой, напротив, узкий и мощный, а ещё зелёную бейсболку, которую тут же лихо напялил себе на голову, козырьком назад.

— Вы похоже не на Охоту, а на войну собрались, — сказал он, скептически оглядев Михаила, обвешанного оружием, как новогодняя ёлка украшениями.

— Ну-у-у… — Господин Фокс вернул на стол автомат, неизвестной Андрею системы, но оставил пистолет и помповое ружьё… Вершители дали сигнал выпустить дичь, пропустили по стопке за удачную Охоту и через пару минут отправились к решётке в катакомбы.

Банщик пожелал им успеха, опустил рычаг на стене, и решётка поднялась, освобождая проход. Охота началась… Минут пять они молча брели по плохо освещённому широкому прямому бетонному коридору. В катакомбах не было слышно ни звука, кроме шагов охотников, и становилось всё темнее. Но, вместо того, чтобы включить фонарь, Михаил вскинул ружьё и один за другим сделал два выстрела в темноту. Послышался звук слабых глухих ударов, шум ссыпающейся на бетонный пол штукатурки и удаляющийся вглубь лабиринта шорох быстро бегущих ног дичи. Андрей моментально включил фонарь, но заметил только две тени, летящие от охотников вдаль по противоположным стенам коридора.

— Предупреждать же надо, Господин Фокс! — недовольно прошептал Господин Альфа, — Вы их только спугнули напрасно…

— Что Вы предлагаете, мой друг? — неожиданно громко произнёс Михаил. Он заметно нервничал и выглядел малопригодным к такому приключению.

— Во-первых, тише! — зло прошептал Андрей, — Иначе, мы их действительно сутки будем ловить… А план таков: идём метров 100–150 максимально осторожно, без шума и в темноте… похоже, поблизости никаких ниш и ответвлений нет… потом одновременно Ваш выстрел и я включаю фонарь… Они наверняка разделятся, вычислим одну и…

— Откуда Вы знаете, что разделяться? — нервно прошептал Куратор.

— Эти разделятся точно! Считайте, что во мне говорит инстинкт охотника…

— Ну… хорошо. Командуйте!

— Перезарядите ружьё прямо сейчас… так… двигаемся вперёд, и тихо!

Метров через сто Андрей заметил, что коридор впереди заканчивается и по сторонам появляется что-то вроде боковых проходов. Он поднял руку, и мужчины остановились. По сигналу Михаил выстрелил, раздался приглушённый женский возглас. Андрей тут же включил фонарь и в его свете увидел две женские фигуры. Одна, метнулась в дальний правый от них проём в стене коридора, другая, не очень уверенно, отскочила в ближайший левый. «Ранена?» — подумал Андрей, но промолчал, приложил палец к губам, жестом велел Михаилу двигаться за ним, и выключил фонарь. Прижимаясь к левой стене коридора, они лёгкими шагами в зыбком мраке медленно приближались к проходу, в который нырнула женщина. За несколько метров до цели Андрей ещё раз приложил палец к губам, вырвал из рук Михаила ружьё и вложил в них его фонарик, приказав включить его по команде, а сам достал из-за пояса и взял в правую руку хлыст, а свой фонарь в левую. Скользнув в проём, он широким движением махнул хлыстом. В ответ в темноте раздалось громкое шипение и в Андрея что-то полетело, вероятно, мелкий камень, который оцарапал ему щёку. Мужчина сделал несколько быстрых шагов внутрь помещения, ещё раз взмахнул хлыстом и включил фонарь. Этот удар оказался точным. Женщина, взвизгнув, попыталась броситься к выходу в коридор, но в глаза ей ударил свет фонаря Михаила. Секундного замешательства дичи хватило, чтобы Господин Альфа намертво схватил её за длинные чёрные волосы…

— Попалась, козочка! — восторженно закричал Господин Фокс, на лице которого моментально обозначилось облегчение и вожделение, — Отдайте её мне, мой друг! Это мой размерчик… Но вторая, уверен, не хуже… И для Вас будет ещё слаще…

— Не вопрос! Забирайте свою козочку! — усмехнулся Андрей, удерживая зло, но безрезультатно пытающуюся брыкаться женщину. Она, действительно, была легко ранена. Резиновая пуля вскользь полоснула икру левой ноги. Рана была пустяковой, но кровоточила. Кроме того, от левого плеча одетой в коричневые кожаные шорты и такой же обтягивающий топик женщины, по диагонали вниз, виднелся слабый кровоподтёк от удара хлыстом. Михаил вразвалочку подошёл к пленнице и тут же получил от неё свободной рукой по щеке.

— Ах ты, сука! — заголосил он, роняя горящий фонарик, схватился за расцарапанную щёку, а другой дрожащей от негодования рукой с трудом достал из кармана рацию и принялся орать в неё: — Палача! Срочно!

— Спокойно, Господин Фокс! Спокойно, всё под контролем, — незаметно улыбнулся Андрей, заводя руки шипящей от боли и злости пленницы за спину и защёлкивая на них наручники, — Вашей козочке уже связали копытца… Сейчас Вы отведёте её куда надо и научите уму-разуму!

— Спасибо, мой друг! — радостно произнёс Куратор, весьма довольный таким поворотом событий, — Вы справитесь со второй в одиночку? Отлично! Вы, как я вижу, прирождённый охотник и скоро станете знаменитым!.. Сейчас прибежит Палач, и мы отведём эту козу… А пока, не желаете отметить мою удачу?

— Что это? — удивился Андрей, наблюдая как Михаил достаёт из карманов две фляжки, плоскую поменьше и пузатую побольше, — Спирт и вода? Да Вы — гурман, Фокс! Ну, что же — на войне, как на войне…

Не успели Вершители сделать по глотку, как появился Палач. Разумеется, лицо Палача было скрыто капюшоном, но фигура выдавала женщину даже в подсвеченном фонарями мраке катакомб. Андрей заулыбался, передавая пленницу в надёжные руки, отобрал у Михаила наручники, взамен пригодившихся своих, а так же обе фляжки… Наблюдая, как Куратор торжественно шествует вслед за женщинами, иногда подталкивая пленницу под зад коленкой, оставшийся в одиночестве охотник закурил, сделал ещё по глотку из каждой фляги и задумался. Ситуация виделась ему неоднозначной. С одной стороны эта Охота определённо прибавляла адреналина, с другой… Может всё это и хорошо для Господина Вершителя, но для человека по имени Андрей как-то не очень весело. В любом случае, Охоту нужно было достойно завершить, для этого тихо и без крови поймать вторую «птичку», а для реализации этого замысла, в свою очередь, прояснить обстановку.

Андрей докурил сигарету, тщательно затушил окурок и осмотрелся. Место, где была пленена брюнетка, при ближайшем рассмотрении оказалось небольшой комнатой. У дальней стены стояла вмурованная в пол ржавая железная кровать, на грязных бетонных стенах виднелись старые подтёки крови, а у кровати и не только крови… В проёме напротив оказалась такая же комната, только совсем пустая. И таких комнат Андрей насчитал шесть, с кроватями и без, но обязательно присутствовала застарелая грязь, кровь, а кое-где и следы других жидкостей, и слабый запах мочи… Коридор заканчивался Т-образной развилкой. И вправо, и влево под прямым углом уходили узкие одинаковые коридорчики. Разница была в одном: в конце правого виднелся свет, там, судя по всему, он делал ещё один излом влево, относительно неплохо освещённый; в левом же стояла полнейшая тьма, туда Андрей и направился. Коридорчик он прошёл тихо, довольно быстро и не включая фонарика, пока не открылся малозаметный поворот направо. Здесь тоже было пусто и темно, но можно было различить, что новый проход идёт дугой в правую сторону, где тьма немного рассеивалась. Пройдя метров двадцать, мужчина достал пистолет и выстрелил вдаль в левую стену так, чтобы пуля рикошетом ушла в невидимое пока пространство. Раздался лёгкий гул, шелест штукатурки, какой-то шорох, а потом ещё и грохот металла. «Та-ак… А не зря ли я шмальнул?» — подумал Андрей, лёгким шагом проскочил ещё метров пятнадцать и понял, что вот-вот справа появится ещё один проём. Охотник осторожно, вслушиваясь в тишину, прокрался до предполагаемого поворота, за которым оказался и не проход вовсе… Справа открылось обширное пространство, ограниченное массивными квадратного сечения колоннами, заставленное перегородками и местами заваленное мусором. Перегородки возвышались метра на полтора и, глядя над ними, можно было видеть на противоположной стороне пространства такой же дугообразный коридор, только освещённый равномерно расположенными тусклыми лампами. Андрей, внимательно оглядывая этот полукруглый зал, медленно дошёл до места, где коридоры смыкались, и обнаружил там большую металлическую дверь на внешней стене, правда, наглухо закрытую. Он решил оставить свой интерес к подземелью на потом, сосредоточившись на поимке своей «птички», она явно была где-то здесь, в полукруглом зале, изредка выдавая себя шорохами.

Категорически не желая применять огнестрельное оружие и понимая, что хлыст в узких промежутках между перегородками не эффективен, охотник сунулся в этот лабиринт с голыми руками… Мужчина не прошёл и пяти метров, как откуда-то сверху на него по-кошачьи прыгнуло полуголое женское тело, свалило его набок и помчалось прочь. Эффект неожиданности, конечно, присутствовал, но если женщина надеялась причинить ему какой-либо вред, то напрасно. Упал Андрей вполне удачно, а потому немедленно вскочил и бросился вслед за дичью. Почувствовав, что охотник рядом и снова спрятаться не удастся, она не нашла ничего лучшего, чем бежать прямо по тёмному коридору. Бежала она быстро, но Андрей постепенно настигал её. К тому же, женщина неудачно вписалась в почти незаметный во мраке поворот, охотник ловко выставил ногу и «птичка» покатилась по бетонному полу. Она закашлялась и успела только инстинктивно перевернуться на спину, а запыхавшийся Андрей уже сидел у неё на груди и защёлкивал браслеты на тонких запястьях.

— Не ушиблась? — спросил он, доставая фонарик и освещая её смуглое лицо. Золотисто-карие глаза женщины расширились от удивления, и она отрицательно замотала головой, не проронив ни слова. Охотник помог «птичке» подняться и взял её за предплечье, чтобы вести дальше. Женщина охнула от боли, Андрей остановился, посветил фонарём на её руку и увидел свежее клеймо, — Извини!

— Почему? — хриплым, но мелодичным голосом произнесла она, — Почему Вы так говорите со мной?

— Как? — охотник взял женщину за локоть и повёл по коридору, но не повернул к выходу, а направился прямо к повороту в освещённую часть полукруглого коридора, огибающего зал. Впрочем, ничего интересно Андрей не увидел и там…

— Куда Вы меня ведёте? — хрипота прошла, осталась только музыка, но мужчина молчал, и женщина спросила иначе, — Вы ведёте меня на казнь?

— Куда? — ему показалось, что он ослышался.

— Вы будете здесь меня убивать? — спросила она, делая ударение на слово «здесь».

— А что, похоже? — без эмоций спросил Андрей, прижав её к стене, прямо под тусклой лампой.

— Да, — снова с хрипотцой произнесла мулатка. Она, и вправду, была смуглая и фантастически красивая. Правильный овал лица немного портили упавшие на лоб запылившиеся сейчас волнистые волосы странного красно-коричнево-чёрного цвета, охотник молча поправил их. Над поблёскивающими золотыми искрами глазами изящными дугами выгнулись чёрные брови, а под идеально прямым носиком с аккуратными и нервно раздувающимися сейчас крылышками находился не самый маленький, но очень милый ротик с ровными белыми зубками и немного припухшей нижней губой. А ниже небольшой упрямый подбородок с большим пыльным пятном, охотник достал из кармана марлевую салфетку и вытер его… Дальше… Прямые, но не слишком широкие плечи, с изящно выступающими косточками ключиц, ровные предплечья, одно из которых изуродовано клеймом, охотник аккуратно приподнял его и… только немного подул на больное место… Женщина смотрела на него, как на сумасшедшего, а Андрей не мог остановиться… Он достал свой тонкий и очень острый нож, надрезал им кожаный топик и обнажил не крупную, но привлекающую взор грудь женщины с небольшими сосками и широкой коричневой каймой вокруг, на которую словно нанесли рукою мастера вычурный рисунок, охотник даже не дотронулся до груди. Он поддел ножом и разрезал кожу её шортиков и, когда они упали на пол, по ноге женщины потекла тонкая струйка…

— Ты описалась, девочка, — удивлённо произнёс мужчина, убирая нож. Мулатка обречённо кивнула, а он внимательно посмотрел ей в глаза и спокойно сказал, — Сядь и сделай это нормально…

— Да, — женщина, даже смуглая кожа которой не могла скрыть стыда, присела, не сходя с места, обильно оросила бетонный пол вместе со своими разрезанными шортами, потом приняла чистую салфетку из рук охотника, отошла на несколько шагов в сторону и вытерлась, — Спасибо!

— Ты меня боишься?

— Боюсь, — кивнула мулатка, — Не убивайте меня!

— Как тебя зовут, птичка? — немного успокоившись, спросил Андрей, закуривая и доставая фляжки со спиртом и водой, — Хочешь?

— Хочу! — женщина сделала большой глоток спирта, закашлялась и припала к фляге с водой, а когда напилась, попросила, — Позвольте мне затянуться?

— Может быть, целую сигарету? — переспросил Андрей, но мулатка покачала головой.

— Меня зовут Лаура… — сказала она, затягиваясь от сигареты, которую поднёс к её губам мужчина, — А Вас?

— Сейчас это не важно… — неопределённо ответил Андрей и тоже выпил спирт, а затем воду.

— Ещё как важно! Должна же я знать имя человека, который лишит меня жизни!

— Я не собираюсь тебя убивать…

— Я Вам не верю! И зачем нужно было возвращаться в этот зал?

— Мне интересно его осмотреть…

— Здесь нет ничего интересного, — ошарашенно произнесла мулатка, — Мусор и дурацкий лабиринт из перегородок…

— Ты залезла на перегородки, чтобы прыгнуть сверху? — спокойно спросил охотник, — Так я и думал… И больше ничего здесь нет?

— Какая-то лесенка вниз, но…

— Где?! — встрепенулся Андрей, — Покажи!

— Там всё завалено, — закончила фразу Лаура, указывая направление скованными руками, и пошла показывать охотнику заинтересовавшее его место.

— Действительно, завалено, — разочаровано проговорил мужчина, тщательно осмотрев несколько ведущих вниз бетонных ступенек и завал из мусора, за которым при свете фонаря можно было разглядеть маленькую дверцу, вероятно, ведущую в подвал или на ещё один нижний этаж. Андрей уселся на верхнюю ступеньку, вздохнул и снова закурил, — Но что-то там определённо есть…

— Зачем Вам это?

— Я любопытный… — пожал плечами охотник и достал фляжки, — Пить будешь?

— Воду, если можно…

— Можно, только оставь и мне немного, — Андрей совсем расклеился, то ли от спиртного, то ли от странной Охоты, то ли от этой женщины, — Зачем ты на меня прыгнула? Что толку?

— Я не знала, что мне делать… Велели убегать, прятаться, стараться не попасться…

— Глупо всё это, — охотник оглядел свою птичку с ног до головы и понял, что Охота закончилась, а проблемы только начинаются. Лаура, или как там её, была потрясающе красива, и несколько минут назад он готов был на неё просто любоваться: на пыльную, писающую, не слишком приятно пахнущую, почти совершенную, на любую… Но сейчас он понял, что это бред, фантасмагория… Даже если бы он очень хотел, то есть вовсе не хотел эту женщину, ему бы никто не позволил просто отпустить птичку на волю… Это Андрей знал точно, но ещё раз взглянув на неё, он достал ключ и расстегнул наручники, — Иди!

— Что? — испуганно посмотрела на него мулатка, — Вы хотите выстрелить мне в спину?

— Дура! — мужчина сделал глоток спирта, закрыл полупустую фляжку и зашвырнул её вниз, — Иди отсюда!

— Нет! — Лаура села рядом с ним красивой голой попой на бетон, и схватила своими освобождёнными руками кисть его руки, — Я останусь с Вами… Куда мне идти?! Меня там убьют…

— Может и так… Чего же ты хочешь?

— Жить!.. Да кого интересует, что я хочу?..

— Меня интересует…

— Вы странный… Но я не нужна Вам, а значит… Убейте меня сами! Пожалуйста!

— Круглая дура! — не повышая голоса, ругался Андрей, — Ты хочешь жить… Значит, ты должна жить!

— Не должна! — выпалила мулатка и опустила голову, — Никому я ничего не должна… Так я думала…

— Кто ты? — неожиданно спросил мужчина.

— Не помню… Вы верите, что я ничего не помню? Да? Странно… Все с кем удаётся поговорить, в это верят… Не важно… Важно, что я не нужна Вам и должна умереть!

— А если нужна? — Андрей с сомнением посмотрел в такие близкие золотисто-карие глаза.

— Не верю, — с ещё большим сомнением смотрела на него женщина и, вдруг, слабо улыбнулась, — Но могу проверить…

— Как? — удивился мужчина.

— Просто, — птичка протянула руку к его паху и погладила там прорезиненную ткань комбинезона.

— Это тебе что, барометр что ли? — беззлобно прорычал Андрей, чувствуя, как от лёгких прикосновений её руки восстаёт его естество.

— Скорее это индикатор, — улыбнулась мулатка, показывая свои ровные белые зубки, правда всего на мгновенье, — И это моя надежда… Даже если я Вам нужна только для того, чтобы меня… Это мой шанс!

— Не здесь и не сейчас! — голос мужчины приобрёл твёрдость. Андрей словно скинул с себя накрывшую его тягостную пелену, а за ней и руку мулатки, встал, поднял на ноги обнажённую женщину, посмотрел ей прямо в глаза и проговорил очень серьёзно, — Шанс, говоришь? Я расскажу о твоём шансе… Сейчас мы возвращаемся… Молчи и слушай! Идём назад и там… я буду бить тебя и…

— Трахать с Палачом? — с ужасом произнесла Лаура.

— Знаешь, как это происходит, да?.. Без Палача, поняла?.. Но бить придётся сильно, а ты будешь кричать, орать, блажить, выть…

— Но… — красивые глаза женщины наполнились слезами, — А если не буду?

— Будешь! Потому, что это и больно, и обидно, но главное… от этого зависит твоя жизнь, поняла?

— Кажется, да… Оденьте на меня наручники!

— Зачем?

— Всё должно выглядеть натурально!

Когда охотник, лёгкими касаниями подгоняя свою пойманную и закованную птичку, подходил к выходу из катакомб, из-за опущенной решётки на него смотрел Банщик. Толстяк широко улыбался и аплодировал, а потом указал Господину Альфа на ранее закрытую дверь из коридора прямо в его апартаменты. Там мужчина шумно, но аккуратно бросил добычу на клеёнчатую постель, снял с себя ремень с кобурой и ножнами, и взял в руки плеть. Первая пара ударов даже не оставили следов на спине женщины и она приняла их молча. Андрей наклонился к уху мулатки:

— Кричи, дура!

— Бейте сильнее… Пожалуйста! — прошептала она. Мужчина не заставил себя уговаривать. Лаура начала болезненно стонать, когда удары попадали в одно и то же место, а потом закричала, сначала негромко и жалобно, а затем уже не сдерживаясь. Женщина что-то шептала в паузе между ударами, Вершитель снова наклонился к ней. Мулатка посмотрела на него умоляюще и быстро зашептала: — Ещё сильнее!.. И… возьмите меня!.. Как хочешь возьми… Им нужна моя кровь и… твоя сперма!

— Да, птичка, — тихо произнёс он, нанёс сильный удар плетью по её милой нагой попке и расстегнул комбинезон…

Минут через двадцать охотник снова наклонился к своей добыче…

— Спасибо! Теперь я тебе верю… — чуть слышно простонала женщина и уткнулась в его щёку сухими губами, — Воткни в меня что-нибудь на прощанье…

— Что воткнуть? — вздрогнул Андрей, — Куда? Зачем?!

— Туда… Для красоты! — криво улыбнулась мулатка и закрыла глаза. Мужчина оглянулся, потом взглянул на мокрую от пота рукоятку плети и… осторожно ввёл её между ног Лауры почти до конца. Женщина охнула, застонала, перевернулась на окровавленную спину и… кажется, потеряла сознание…

В сауне Андрея уже ждал Михаил в компании Банщика. Охотник вышел из своих апартаментов и направился туда в расстёгнутом до пупа комбинезоне, с зажжённой сигаретой в зубах и с мелкими пятнышками крови на руках и груди. Словом, вид был впечатляющий. «Где там ваши врачи? Пусть посмотрят эту… птичку!» — бросил он, на ходу стягивая с себя комбинезон. Уже голым Андрей остановился на краю бассейна, сощурившись, убедился, что его правильно поняли и медики бегом направляются в его апартаменты… Он кивнул, сделал ещё пару затяжек, отбросил окурок в сторону и нырнул в воду…

— Лихо Вы её отделали, Господин Альфа, — минут через десять проговорил пожилой доктор, наблюдая, как Андрей вылезает из бассейна, выдёргивает из рук хлопающий глазами миленькой служанки свежую простыню, садится за стол и выпивает полную рюмку водки. Врач продолжал: — Мы нашли её в обмороке, с плетью во влагалище…

— Как-как? — ахнул обалдевший Михаил.

— Да, именно так, — кивнул врач и далее обратился ко всем собравшимся, — И на спине, и на ягодицах живого места нет… Но сейчас она потихоньку приходит в себя… Думаю, дня через три будет, как новенькая… В отличие от Вашей добычи, Господин Фокс.

— Да уж, — растерянно кивнул Куратор.

— Что ещё случилось? — хмуро посмотрел на Михаила Андрей.

— Перестарались они, — странно улыбаясь, вступил в разговор Банщик.

— Асфиксия, — констатировал Доктор, — Летальный исход…

— Я даже не знаю, как это получилось… — развёл руками Михаил.

— Вы задушили её, Господин Фокс? — угрюмо произнёс Андрей, которого начала душить злоба по отношению к напарнику по Охоте, — В порыве страсти, надо полагать?

— Мы с Палачом затащили её в апартаменты… Она брыкалась… — принялся оправдываться Куратор, — Всё пошло как-то не так… Ну, то есть, мы растянули её на железной койке и решили сделать ей второе клеймо в ответ на мою окровавленную щёку…

— Вы вдвоём так решили? — Андрей исподлобья посмотрел на Михаила, на щеке которого виднелись две царапины, уже обработанные чудодейственными средствами доктора, но пока ещё сильно бросающиеся в глаза.

— Ну, нет… Я решил… А она так заверещала, что мне… ну… захотелось её орально… — Куратор, похоже, плохо соображал после произошедшего и, его рассказ не отличался обычной стройностью, — А она так лязгала зубами… Палач вставил ей специальный кляп-расширитель… Девка завыла…

— Увольте меня от промежуточных подробностей, Фокс, — жёстко прервал его Андрей, — Давайте сразу финал!

— Финал? Ну, я не очень помню… Палач держал её… Она орала… Я вставил ей в п. ду… Она начала вся выгибаться и дёргаться… Мне это понравилось и, наверное, для усиления эффекта я стал душить её попавшейся под руку плёткой…

— Короче, Ваш оргазм, Фокс, совпал с её агонией, — зло резюмировал Андрей.

— Да! — вылупился на него Михаил, — Но это так быстро кончилось… Я так не хотел…

— Бедный охотник! — непередаваемым тоном, в котором нарочитое сожаление легко путалось с неуважением, заговорил Господин Альфа, — Потратить столько времени и сил на эту дурацкую дичь… Правда, она была весьма красива, нет?

— Да! Очень красива! Такая лапочка… — булькающим голосом отвечал Фокс, совершенно не понимающий, куда ведёт Андрей.

— Ну, да… — продолжил тот, — Получить достойный охотничий трофей и… толком не попользоваться им!

— Именно! — разочарованно закивал Михаил, — Именно, друг мой!

— Вот ведь херня какая! — неожиданно заявил Андрей и спросил: — Может быть, выберем новую дичь и повторим?

— Что?! — вздрогнул Фокс, и продолжил неожиданно пьяненьким голосом, — Мы… Мы слишком пьяны для этого и… Нам бодрости не хватает…

— Верно-верно, — подтвердил Господин Альфа, театрально покачивая головой, — Однако, несправедливо, когда охотник остаётся без должной награды… Помнится, у Вашего Палача была прекрасная женская фигура…

— А? Что? А ведь и правда… — глаза Михаила разгорелись, и он обратил их на Банщика.

— Любой каприз за Ваши… То есть, никаких проблем, я хотел сказать, — хитро улыбнулся толстяк и тут же связался по рации с Палачом, — Ей ждать в Ваших апартаментах?

— Ну, уж нет, — скривился куратор, — Пусть идёт сюда… в комнату отдыха… И… это… пусть захватит с собой… свои штучки разные…

— Не задушите и её! — злобно усмехнулся Андрей, — Страстный Вы наш…

— Ну, что Вы… — скромно потупился Михаил, заметно возбуждаясь, — Однако, эта Ваша мысль о продолжении… банкета… Очень удачная мысль!

Господин Альфа остался за столом в компании Банщика, который сделал незаметный знак миловидной официантке. Та быстро обновила стол, налила Андрею коньяку, подсела рядом, и вскоре… с опаской стала гладить его по коленке. Рядом маячил врач…

— Присядьте, Доктор! Выпейте с нами! — позвал Вершитель, схватив рюмку левой рукой, а правой поощрительно приобнял за талию девушку.

— Благодарю Вас, Господин Альфа, с удовольствием! Если, конечно, Вы не планируете продолжать Охоту…

— Думаю, на сегодня достаточно. Настрой уже не тот, — ответил Андрей, без тоста чокнулся с собутыльниками, выпил, закурил и посмотрел в расширенные от страха глаза официантки, — Что ты дрожишь, детка? Не бойся, я тебя не съем! Выпей, рюмочка тебе не повредит, не правда ли, Банщик?

— Разумеется, Господин Альфа! — кивнул толстяк, жестом позволяя девушке расслабиться. Она быстро налила себе и Андрею коньяку, чокнулась с ним персонально, чем вызвала его одобрительное улыбку, выпила, прижалась к Господину и продолжила поглаживать мужчину смелее. Меж тем снова заговорил Банщик: — Это была хорошая Охота, я полагаю. Вы большой мастер, Господин Альфа! И это только начало… Заходите к нам чаще, однозначно станете легендарной личностью! И, разумеется, для Вас всегда всё самое лучшее! Только предупреждайте о своём визите загодя…

— Благодарю, Банщик… Возможно, так оно и будет. Ваша задумка мне, в общем-то, нравится, только… Катакомбы впечатляют, но легко читаются, а лабиринт в полукруглом зале не вызывает интереса… Достаточно одной свето-шумовой гранаты и…

— Некоторые так и поступают, насколько я знаю… — кивнул хозяин заведения, — Но мы готовы идти навстречу Вашим пожеланиям! У Вас есть предложения?

— Возможно… Там есть дверь в дугообразном коридоре…

— Да, и за ней продолжение катакомб… Великое множество неосвоенного пространства: коридоры, комнаты, залы, даже двухуровневые, ещё и переходы разные… — с удовольствием рассказывал толстяк, — Но их освоение требует денежных вложений и не малых, если обустраивать всё на высоком уровне!

— Вероятно, я смогу оказать финансовую поддержку, — солидно заявил Андрей и тут же почувствовал, как рука официантки юркнула под наброшенную на его тело простыню.

— Вы серьёзно? — засиял Банщик, — Это же прекрасно! Готов принять Вас в соучредители проекта и, разумеется, любые развлечения на Ваш вкус за счёт заведения!

— «Идиот! Я могу купить весь твой проект с потрохами, только зачем мне это?» — подумал Андрей, но сказал другое: — Хорошо, мы обсудим этот вопрос на днях… Но вернёмся к тому, что есть. Например, в полукруглом зале я видел лестницу вниз. Куда она ведёт?

— Никуда. Там всё разрушено завалом, — моментально отреагировал толстяк, опуская глаза, и Вершитель ему не поверил.

— Ну и мрак с ней, с лестницей, — легко изменил тему Андрей, — Есть ещё одна идея, которая сделает Охоту сложнее, опаснее и гораздо интереснее — вооружить дичь!

— Что?! — ахнули одновременно Банщик, Доктор и разомлевшая от руки, поглаживающей её задницу, официантка.

— Не огнестрельным оружием, конечно, но… Подумайте об этом, Банщик… Адреналин будет зашкаливать!

— Да, неожиданная идея, — с сомнение проговорил толстяк, — Надо хорошо обдумать это и обсудить… с Вами… Вероятно, будет много жертв…

— При правильной организации, только со стороны дичи, — жёстко ответил Вершитель, — Вас это беспокоит?

— Не особенно, — тихо произнёс Банщик, — На днях мы поговорим и об этом тоже, Господин Альфа… Наедине, не так ли?.. Прекрасно! Но как Вы намерены поступить со своей сегодняшней добычей? Эта публика после Охоты мне без надобности… Но, возможно, выбранная Вами дичь на что-нибудь сгодится?

— Да! — подал голос Доктор, — Женщина пришла в себя и через час будет готова к транспортировке… Вы намерены забрать свою добычу, Господин Альфа?

— Забрать? — хорошо играя изумление, воскликнул Андрей, — Я и не думал об этом… Возможно, она и пригодилась бы мне, но я даже не знаю, кто она такая, так что…

— Принести, её личное дело? — с готовностью предложил толстяк…

Через несколько минут Вершитель изучал историю мулатки на ноутбуке Банщика, почти не обращая внимания на опустившую свою миленькую головку на его колени официантку. История Лауры, которая оказалась вовсе не Лаурой, а Изабеллой, заинтересовала его. Оказалось, что в той жизни, память о которой у неё стёрлась, мулатка активно работала в сфере кинопроизводства и порно в частности. Сначала, как модель и актриса, потом как режиссёр и совладелица студии и, наконец, как хозяйка и руководитель широкой сети небольших отелей, студий и подпольных салонов интимных услуг. Закончилось всё какой-то тёмной историей с убийствами… Как понял Андрей, Вершитель, занимавшийся её Испытанием, особенно не усердствовал в расследовании причинно-следственных связей, но счёл Изабеллу потенциально опасной и отправил во тьму, милостиво разрешив напоследок Испытание кровью…

— Забавно… — поднял голову от монитора Андрей, — Учитывая, что всего несколько часов назад я открыл видеостудию недалеко от вас… эта птичка, действительно, может мне пригодиться!

— У Вас есть видеостудия? — с удивлением и уважением воскликнул Банщик, а официантка подняла голову от ног Вершителя и посмотрела на него, как на властителя мира.

— Да, а что такое?

— Это же прекрасно! У меня в голове давно крутится одна идея…

— Снять Охоту на видео? — усмехнулся Вершитель.

— Да, — ахнул толстяк, — Откуда Вы знаете?

— Не сложно догадаться, — улыбнулся Андрей, — Можно расставить в катакомбах камеры и вести съёмки на них автоматически, а потом смонтировать фильм…

— Прекрасно! Можно даже подумать о трансляции Охоты в режиме реального времени по ТВ… Так ещё никто у нас не делал, это будет бомба! Это возможно?

— Всё возможно, Банщик! Всё возможно, — усмехнулся Андрей, — Но боюсь, ваша нынешняя клиентура вряд ли даст согласие на съёмки…

— О, Господин Альфа! Разумеется, это будут специально подобранные и подготовленные люди, — счастливо улыбнулся толстяк, — Съёмки или трансляции можно осуществлять, например, раз в неделю. Всё остальное время, как и сейчас, только для VIP-клиентов! И станет их намного больше, уверяю Вас!

— Не сомневаюсь! — засмеялся Вершитель, — Мне нравятся грандиозные планы… Но не будем обсуждать их сейчас, на днях я позвоню и мы встретимся.

— Прекрасно! — Банщик сиял.

— Но что Вы решили с… добычей, Господин Альфа? — снова подал голос Доктор.

— Да, о птичке… Я мог бы забрать её… Но, насколько я понял, в ближайшие несколько дней за ней нужен специальный уход? — подчёркнуто равнодушно спросил Андрей, — Я правильно Вас понял?

— Всё правильно! И я, разумеется, с удовольствием предоставлю Вам профессионально подготовленную медсестру для медицинского ухода. Пригласить её, Господин Альфа?

— Конечно, — кивнул Андрей, и врач немедленно достал рацию…

Лариса, а именно так звали медсестру, явилась через минуту. Официантка, выпрямившаяся рядом с Господином, повинуясь его жесту, посмотрела на вошедшую с неудовольствием. Одетая в белый медицинский халат невысокая пухленькая блондинка лет тридцати, с миловидным лицом скромно встала перед столом.

— Доложи нам о состоянии пострадавшей, — приказал ей Доктор, выбрав удивительно точное определение.

— Больная в сознании, — красивым чистым сопрано начала доклад Лариса, — Чувствует себя удовлетворительно, находится под действием обезболивающих препаратов. Многочисленные раны поверхностных покровов, есть глубокие. Лечение проводится комплексно и займёт не менее четырёх суток. Внутренние органы практически не повреждены.

— Хорошо, Лариса. Если у Господина Альфа нет претензий, ты со своей подопечной поступаешь в его полное распоряжение на неопределённый срок, вплоть до особого распоряжения Господина. Больная готова к транспортировке?

— Будет готова через 30–40 минут, — ответила медсестра, со страхом и любопытством взглянув на Андрея, — Желательна специальная машина… Если Господин не против, конечно…

— Господин не против! — улыбнулся Вершитель, и официантка посмотрела на медсестру уничтожающе, — Надеюсь на твою компетентность, Лариса…

— Да, Господин, — поклонилась она и ушла готовить Лауру-Изабеллу к переезду.

— Господин Альфа не желает часок вздремнуть перед дорогой? — поинтересовался Банщик, ловя на себе горячие вопросительные взгляды официантки.

— Разве с такой красоткой вздремнёшь? — рассмеялся Андрей и чмокнул девушку в губки, — С удовольствием познакомлюсь с вашей комнатой отдыха, но не сегодня…

— Меня зовут Дина… Приходите ещё, Господин Альфа! — многозначительно прошептала официантка на ухо Вершителю и поцеловала его в щёку…

Андрей отказался от услуг водителя BMW Михаила и поехал на студию в салоне медицинского автомобиля рядом с лежавшей животом на носилках, постанывающей мулаткой и расположившейся около неё Ларисой. Когда санитары выносили прикрытую простынёй пострадавшую из «сауны» на поверхность к подъехавшей «скорой», размалёванные обитатели станции притихли и долго провожали процессию настороженными взглядами… Лариса внимательно присматривала за своей подопечной, временами бросая быстрые опасливые взгляды на Вершителя. До студии было не далеко и скоро они подъехали к только что реконструированному дому, находившемуся в отдалении от главного здания студии, ближе к пруду. Этот объект подвергся переделке, как и дом хозяина. Андрей планировал использовать его для особых случаев. Такой случай и настал, быстро настал… Санитары осторожно перенесли мулатку из машины в просторную спальню второго этажа и положили на широкую кровать с удобным упругим матрасом. Когда они уехали, Лариса, не обращая внимания на присутствие Господина, ловко перевернула на живот обнажённое тело больной, обработала какими-то специальными растворами раны на её спине и ягодицах, сделала укол, осторожно перевернула мулатку обратно на спину, укрыла её одеялом, поправила подушку и только потом вопросительно посмотрела на Андрея.

— Пойдём, покажу твою комнату, — тихо проговорил мужчина. Комната, которую он определил для медсестры, была небольшая, но уютная, а главное рядом со спальней. Санузел тоже в двух шагах, недалеко и кухня, где благодаря Наталье имелся серьёзный запас провизии.

— Благодарю Вас, Господин Альфа, но ближайшие несколько часов я проведу рядом с больной… На всякий случай!.. Вы тоже будете в этом доме?

— Нет, Лариса, я скоро уйду… Но буду поблизости, и ты всегда сможешь позвонить мне, если что-то понадобиться…

— Пока Вы не ушли, мне сделать что-то для Вас? — спросила женщина, и Андрею показалось, что вопрос этот она хотя и вымучивала, но стремилась задать давно.

— Да, Лариса, свари мне кофе и поешь сама, если голодна, а я пока посижу здесь…

— Но кофе перед сном… — отозвалась медсестра и, надо было видеть, как любопытно ей, что Господин станет делать в её отсутствие.

— … на меня не действует! — закончил фразу Андрей, — Да и с чего ты взяла, что я собираюсь спать?

— Сейчас же сварю и принесу, Господин! — негромко отчеканила Лариса своим высоким голосом и ушла на кухню. А Андрей присел на постель рядом с Изабеллой и молча запустил руку в её волосы. Через минуту мулатка приоткрыла глаза:

— Спасибо! — прошептала она, — Где я?

— В безопасности, — тихо ответил мужчина, — Но тебе сейчас не надо говорить, тебе надо спать…

— Почему? — умоляюще посмотрела на него женщина.

— Что «почему»?

— Почему Вы спасли меня? — бессильно произнесла она.

— Спас? Не знаю, птичка… Поговорим завтра… У нас много времени… — тихо проговорил Андрей и поцеловал её высокий лоб. Мулатка с трудом протянула ему свою руку и прикрыла глаза…

Когда Лариса вернулась, мужчина сидел на постели больной и держал её руку в своей. Медсестра очень хотела о чём-то спросить Господина, но только мотнула светлыми кудряшками на своей голове… Они присели в кресла у журнального столика, пили кофе с бутербродами. Лариса хотела было попоить водой больную, но та крепко спала…

— Как Вам это удалось? — удивлённо спросила Андрея медсестра.

— Что именно?

— Я и не надеялась, что она так быстро и крепко уснёт без очередной дозы обезболивающего! Это очень хорошо, больная идёт на поправку…

— Но я-то ничего не делал, — настаивал мужчина.

— Странно… Что-то всё-таки сделали, — не унималась Лариса, но после махнула рукой, — А скажите, пожалуйста, Господин Альфа, почему меня отправили сюда на неопределённый срок? Здесь дел-то… на три-четыре дня…

— А может ты мне понравилась? — широко улыбнулся Андрей.

— Так уж прямо и понравилась? — смутилась медсестра, — И когда только успела?..

— Отдыхай! — вздохнул, поднимаясь, мужчина, — Потом поговорим… Всё потом!

Андрей медленно шёл по территории спящей студии в утренней сиренево-сизой мгле, курил и даже размышлять не мог… Он устал, устал и морально, и физически. Радостно начавшийся день, вверг его к ночи в пучину страшного и тягучего негатива, из которого вроде бы удалось вырваться… А остальное потом… Сейчас Андрей просто шёл и наслаждался одиночеством в собственном уголке этого мрачного города… В его доме стояла тишина. Мужчина заглянул в спальню и увидел своих мерно посапывающих, повернувшихся друг к другу спинами женщин. Ему захотелось немедленно плюхнуться к ним в постель и уснуть, но он отправился под душ, где долго и тщательно смывал с себя грязь, пот и кровь прошедшего дня…

Занимаясь днём делами своей студии, Андрей мысленно возвращался к вчерашней Охоте и своей «птичке» Изабелле. В какой-то момент он уединился с компьютером и около часа посвятил изучению законов Княжества, касающихся лиц, приговорённых к Испытанию кровью. Действительность оказалась ещё мрачнее, чем предполагал Андрей. Даже прошедшие такое Испытания («Меченые» по терминологии законодательства) оставались абсолютно бесправными и полностью зависимыми от воли некоего ответственного за них лица. В данном случае этим лицом стал он сам. Выбор у Вершителя, а значит и у Лауры-Изабеллы оказался не велик. Если Андрей отказывался от неё, как от личной собственности, Меченая подлежала распределению на самую тяжёлую, унизительную, да ещё и бессрочную работу. Теоретически она становилась Исполнителем, но перспективы повышения статуса у Меченых не виделось никаких…

Андрей вернулся в Дом у Пруда, как он его назвал, вечером следующего дня. Мулатка спала под действием медицинских препаратов, а медсестра сидела неподалёку. Лариса подробно отчиталась о проделанной работе, заявила, что выздоровление её подопечной идёт даже быстрее, чем предполагалось и, вздохнув, ушла на кухню варить кофе. Изабелла (это имя почему-то нравилось Андрею гораздо больше, чем Лаура) лежала на животе, словно нарочно предоставляя мужчине возможность откинуть одеяло и посмотреть на свои художества. Так он и сделал, правда, от кровавой картины, которая отпечаталась в его памяти, остался заметно побледневший эскиз. Андрей, едва касаясь, провёл ладонью по спине женщины от шеи до поясницы и ниже… Мулатка слегка вздрогнула, приоткрыла глаза, улыбнулась, протирая их и потягиваясь, повернулась на бок, не стесняясь своей наготы, и вопросительно посмотрела на мужчину:

— Красивая?

— Спина? — переспросил он, хмурясь.

— Я! — блеснула зубами женщина.

— Красивая! Чего уж тут, — прояснился взгляд Андрея.

— Мой ангел! — произнесла она.

— Что ты такое говоришь?! — изумлённо воскликнул он.

— Прости, я никогда не буду так говорить… и даже называть тебя на «ты», когда кто-то есть поблизости… Но когда мы вдвоём… твоя птичка будет петь, как захочет!

— Пой! — Андрей не спорил, к нему возвращалась радость жизни, — А как тебя зовут, птичка?

— Ох, Вы забыли, Господин?! — пришёл черёд хмуриться женщине, — Я говорила… там… Меня зовут Лаура…

— Ты уверена?

— Не знаю… — в словах мулатки появилось сомнение, а в глазах удивление, — Мне так сказали… там…

— Забудь это имя, красавица, оно не твоё, — улыбнулся Андрей, — Мою птичку зовут Изабелла! И это твоё настоящее имя.

— В самом деле? Изабелла?.. — задумалась женщина, — Что-то знакомое… Красивое, но… такое длинное! Как Господин будет меня называть?

— Беллой? А может быть Белкой? — улыбнулся Андрей.

— Годится-годится! — с улыбкой кивнула она, — В твоих устах это звучит радостно… А как мне называть тебя, мой охотник? Всё ещё тайна?

— Зачем тебе это? — хитро сощурился Андрей, — Хочешь знать имя человека, который лишит тебя жизни?

— Чтобы знать имя человека, который подарил мне жизнь! — потерянное солнце заиграло в золотисто-карих глазах; женщина приподнялась, обвила руками шею мужчины и нежно прижалась к нему.

— Не знаю, кто подарил тебе жизнь, — ласково пробурчал он, — Но имя человека, который и впрямь не позволил твоей жизни окончиться раньше срока — Андрей.

— Андрей! — Белла чуть отодвинулась, посмотрела на него, словно узнавая вновь, и поцеловала его глаза, — Ах, как хорошо… Ах, как мне это нравится!

— Птичка! — он прижал женщину к себе, и в этот момент в спальню вошла медсестра с подносом.

— Я, кажется, помешала? Прошу прощения, но я принесла кофе, — своим высоким голосом недовольно произнесла Лариса, — Кстати, я не уверена, что больной пойдут на пользу физические нагрузки…

— Меня ещё никто не нагружал… к сожалению, — задиристо отреагировала мулатка, — И кофе мне тоже нельзя?

— Не желательно… — мстительно ответила медичка, но посмотрела на Андрея и… смягчилась, — Могу принести томатный сок…

— Сок? Тоже хорошо, — улыбнулась Белла.

Андрей смотрел на женщин с любопытством и непониманием. Странные они… Недовольны друг другом? Но почему? Всё тихо и спокойно. За что бороться, что делить? Мужчина не понимал… Лариса тем временем удалилась на кухню, а Белла, не разжимая объятий, стала шептать ему на ухо:

— Сходите к ней, Господин Андрей!

— Это ещё зачем? — удивился он.

— Иначе, она не даст нам спокойно побыть вдвоём, — улыбнулась мулатка.

— И что же, по-твоему, я должен сделать, птичка? — по-прежнему не понимая, куда она клонит, негромко спросил мужчина.

— Какой ты непонятливый, мой спаситель! — хитро посмотрела она в его глаза.

— Не ёрничай, Белка! Скажи прямо.

— Думаю, тебе надо зайти на кухню и быстренько… уложить сестричку в постельку!

— О как!

— Конечно! — мулатка поцеловала мужчину в щёку, — Я ещё слабенькая, а она… Ты думаешь, я шучу?! Неужели, ты не видишь, как она мечтает об этом? И если Господин не оттолкнёт её, Лариска будет ему добрым другом и хорошей помощницей… да и мне тоже… Только не мешкай, пожалуйста, а то она сейчас вернётся.

— Почему я тебя слушаю? — проговорил растерянный Андрей и поднялся с постели.

— Потому, что я умная! — Белла одарила его тёплыми золотыми искрами своих глаз, — А я пока посплю ещё немного… и подожду тебя…

Вершитель столкнулся с медсестрой на пороге кухни. От неожиданности Лариса едва не уронила стакан, наполненный соком. Стакан Андрей успел у неё перехватить, но часть густо-красного содержимого выплеснулось на белоснежный медицинский халат сестрички. Женщина охнула, всплеснула руками и поспешила к раковине, вероятно, чтобы замыть пятно… Но мужчина не позволил. Он развернул медичку от мойки лицом к себе, прижал к длинной кухонной столешнице, недолго, но пристально посмотрел в её небольшие, но сейчас расширившиеся голубые глаза и начал расстёгивать пуговки медицинского халата.

— Что Вы делаете? — воскликнула женщина, но не шелохнулась.

— По-моему, без стиральной машины здесь не обойтись, — спокойно проговорил Андрей, снимая с Ларисы халат и рассматривая белые кружева нижнего белья, ещё скрывающего увесистую аппетитную грудь и ещё более аппетитную задницу.

— Но, Господин Альфа, я только медсестра и… — стремительно краснела женщина.

— Мы не на Охоте, детка! Оставь это имя для катакомб… — строго сказал Вершитель, и медичка опустила голову… Андрей обнаружил застёжку спереди у кружевного лифчика и немедленно расстегнул её; большие сиськи Ларисы выпрыгнули прямо ему в руки, — Если мы подружимся, ты узнаешь моё настоящее имя.

— Мне страшно… хотелось бы с Вами… подружиться, Господин, — ахая и постанывая от его нахальных прикосновений, тихо проговорила женщина, — Но я же здесь временно…

— Нет ничего более постоянного, чем временное… Поговорим об этом позже, — Андрей взял медичку за руку и повёл её в спальню первого этажа.

— Господин! — Лариса замерла на пороге шикарной спальни с огромной постелью, — А как же Ваша… добыча?

— А что с ней не так? — ухмыльнулся мужчина, подталкивая женщину под задницу внутрь комнаты и закрывая за собой дверь.

— С ней всё хорошо… Но она же нравится Вам, я вижу, а мы тут…

— Пусть это тебя не беспокоит, детка, — Господин посадил медичку на край постели и начал расстёгивать свою рубашку.

— Господин, но я… скромная женщина… — повинуясь взгляду мужчины, она взялась руками за пряжку его брючного ремня, — Я не могу так… сразу… сама…

— Понимаю, Ларочка… Сегодня ты… подчинишься силе! — нахмурил брови Вершитель и стащил с медички белые кружевные трусики.

— Да, Господин, — женщина откинулась на подушки, потупила глазки и замерла в ожидании…

Следует признать, что Изабелла оказалась права. Лариса только в первую минуту безыскусно изображала несчастную, но послушную жертву насилия, а потом с жаром отдалась Вершителю…

— Что же теперь будет? — тихо спрашивала она после не слишком продолжительного, но бурного соития, ласково поглаживая отдыхающего на постели мужчину.

— Хочешь продолжить? — улыбнулся Андрей, поглядывая на медичку изучающе.

— Ну… если Господину понравилось… — Лариса подняла на него ясные глазки, тут же смешалась и принялась целовать его волосатую грудь своими пухленькими губками.

— Понравилось, — вздохнул мужчина, — Продолжим… позже… Можешь обращаться ко мне: «Господин Андрей».

— Спасибо, Господин Андрей! — женщина положила голову ему на грудь и взглянула на Вершителя снизу вверх, — Я буду рада… продолжению… Но наша больная скоро выздоровеет и медсестра Вам будет больше не нужна…

— Это почему же? Вчера здесь открылась большая студия, где будут создавать видео многие люди… На съёмках разное случается и…

— Это, в самом деле, Ваша студия?! — чуть не взвизгнула медичка, — И у Вас будет работа для меня?.. Ну… или для какого-то другого медика… более квалифицированного, может быть…

— У меня нет пока претензий к твоей квалификации, Лариса, — серьёзно ответил Андрей, — Тем более, что в экстренном случае можно вызвать специалиста… В общем, сейчас мне нужна не столько медсестра высокого уровня…

— Но и верная помощница?

— Надёжная помощница! Степень верности определяется временем…

— Я поняла…

— Это хорошо, что ты понятливая, пампушечка моя! — улыбнулся мужчина и погладил Ларису по голому плечу.

— Я толстенькая, да? — ахнула она, — Но это можно исправить! Если, конечно, я останусь здесь, и Вам не нравится моя… приятная полнота… Я могу стать другой!

— Ни в коем случае! — очень серьёзно ответил Андрей, — Во-первых, ты очень милая именно в том виде, который я сейчас вижу…

— Вы в самом деле так думаете? — Лариса слушала его, приоткрыв рот, — А во-вторых?

— Во-вторых, я вот что думаю… — мужчина притянул медичку, положил её голову на своё предплечье, повернулся к ней и, серьёзно посмотрев в такие близкие сейчас ярко-голубые глаза, провёл пальцем по её трогательной ямочке на подбородке, — Каждый человек интересен и красив по своему, пусть и не все это видят. Когда кто-то серьёзно меняет свою внешность, он меняет свою жизнь и далеко не всегда к лучшему…

— Я почему-то всегда так и думала… — Лариса поцеловала Андрея в губы и тесно прижалась к нему, — Люди уникальны… Каждый уникален по своему… С изменением внешнего вида, человек меняет себя вообще и свою жизнь, конечно… Для кого-то, возможно, это спасение… Но легко потерять индивидуальность и… Потерять себя насовсем…

— Ого! — удивился мужчина, — Ты это сама придумала или вычитала где?

— Я давно ничего не читала, к сожалению… — женщина оплела ручками его тело и мягко уткнулась в него, — Кроме медицинской литературы, да и то…

— Это мы исправим! — радостно улыбнулся Андрей. Он положил руку на её выпуклую попу и понял, что нужно немедленно подниматься с постели…

Через несколько минут они вернулись на кухню, по дороге зайдя в большую гардеробную, и выбрав для Ларисы наряд вместо испачканного халата. Выбор в гардеробной поразил женщину, и она быстро подобрала себе эффектное красное платье, прекрасно подошедшее к её фигуре и белокурой головке. На кухне они быстро обсудили ближайшие планы. Наступило время ужина, а значит, следовало накормить выздоравливающую Изабеллу и поесть самим. Лариса между прочим заметила, что поражена скоростью восстановления больной, склонна отнести это на эффект присутствия Андрея и особого его влияния на Изабеллу. Не давая мужчине возразить, медичка постановила, что строгая диета выздоравливающей уже не нужна и на ужин она вполне может выйти на кухню или в гостиную, а кроме того ей не повредит прогулка перед сном. Андрею это идея очень понравилась.

— Господин Андрей! — Лариса снова превратилась в неуверенную в себе скромницу, — А Вы позволите мне прогуляться с Вами и… Изабеллой?

— Почему нет? — улыбнулся мужчина, затягиваясь давно желанной сигаретой, — Пойдём гулять втроём через полчаса после ужина.

— Ах, как хорошо… — благодарно улыбнулась медичка, — Ну, тогда я сейчас займусь заказом и подготовкой к ужину, а Вы идите к ней… Как будет готово, я позову…

— Что? — нарочито удивился он, — Ты меня гонишь?

— Ах, зачем Вы так, Господин Андрей! Я же вижу, что Вы хотите пойти к Изабелле и побыть с ней вдвоём.

— Вот как? — заинтересовался он, — А что ты ещё видишь?

— Что Вы жалеете её… Ещё там жалели!

— Да… красиво жалел… плетью! — нахмурился мужчина, — Её спина и… задница надолго запомнят мою жалость!

— Вот именно! — просияла медичка, — Только спина и ягодицы! По лицу Вы её не били… Грудь, живот — ни единой царапины! Да и конечности почти не повреждены…

— Ну, допустим… — задумался Андрей, — У Вас все там такие глазастые?

— Только я! — гордо выпалила она, — Кроме меня ею никто и не занимался… Доктор только мельком посмотрел, убедился, что жива, что внутренние органы целы… Хотя там… плеть торчала… Ужас!

— Понял-понял… Будем считать, что мне с тобой повезло и твоей пациентке тоже…

— Она красивая… очень красивая!

— Тебе нравятся женщины? — усмехнулся Вершитель.

— Не знаю… Редко… — смутилась Лариса, — Но она, правда, очень красивая и Вы знаете это. Я же вижу, как Вы смотрите на неё!

— Как?

— Особенно… — задумалась медичка, — Она станет Вашей рабыней?

— Рабыней? С чего ты взяла? Я ничего ещё не решил… И потом, она же…

— Меченая?.. Вот именно! — горячо продолжила своим мелодичным сопрано Лариса, — Я хотя бы Исполнитель и, если Вы окончательно решите предоставить мне место в Вашей студии, будущее представляется мне светлым… А она Меченая и Вы — её единственная надежда! Она доверяет Вам, тянется к Вам… Да и Вы к ней неравнодушны… А у неё сейчас два пути — либо к Вам, либо… в грязь на долгие годы, может быть навсегда… Неужели же Вы позволите такому свершиться и откажитесь от такой… красивой рабыни…

— Не позволю! — широко улыбнулся Андрей, медленно выходя из кухни, — Но мне ещё нужно подумать…

— Господин, только… — неожиданно остановила его медичка, — Вы там… осторожнее с ней… Она ещё не совсем здорова и… бурный контакт с мужчиной ей нежелателен…

— Ах, Лариса! — рассмеялся он, — Хорошо, я учту медицинские рекомендации…

В спальне второго этажа Изабелла в полной тишине неподвижно лежала на постели с открытыми глазами, но стоило Андрею подойти ближе, подала ему руку.

— Я не сплю, сядь ко мне, пожалуйста.

— Давно проснулась?

— А я почти и не спала… Просто лежала, думала… обо всём…

— Обо всём? — переспросил мужчина.

— Ну да… обо всём… о том, как ты с ней трахаешься.

— Белка, ты же сама…

— Конечно, я сама предложила! А ты… сразу согласился!

— Белка! Что за…

— Извини! Я неудачно пошутила, — улыбнулась мулатка, — Ну, простите, пожалуйста, Господин, бедную больную девушку…

— Бедной больной девушке пора подкрепиться, скоро будем ужинать в гостиной!

— В гостиной? Правда?! Значит, я близка к выздоровлению… — обрадовалась Белла, — Только мне нужно будет во что-нибудь одеться или… Господин предпочитает видеть меня за столом голой?!

— Хорошая идея! — рассмеялся Андрей, — Я подумаю… А ты изменилась, птичка!

— В самом деле? Тебе больше нравился беззащитный, описавшийся от страха птенчик?

— Ну, зачем ты так? — огорчился Андрей, но Белла тут же привлекла его к себе и покрыла поцелуями его лицо:

— Спасибо тебе!

— За что?

— Хотя бы за то, что не избавился от меня там…

— Опять ты! — недовольно воскликнул Андрей и отстранился от женщины.

— Я, правда, тебе понравилась? — мулатка удержала его руку в своей.

— Правда, — откровенно ответил мужчина, — Сразу, как увидел тебя…

— В клетке? — грустно спросила она, — Я чувствовала, что меня рассматривают… Прости, мне хорошо, когда ты рядом, но мысли не очень… Ты хотел отпустить меня ещё там… Хорошо, что не прогнал, меня бы просто добили, как бешеную собаку. Сейчас мне хорошо у тебя, поправлюсь, наберусь сил… А что дальше? У тебя девчонок и без меня хватает, правда?

— Девчонки есть, — кивнул он, — А такую, как ты, вряд ли сыщешь…

— Может и так… Но Господин хочет отпустить свою птичку на волю! А куда я там с этим? — горячо ответила Белла, указывая на глубокое, ярко-бурое, неровное по краям клеймо.

— Почему ты всё время твердишь о том, что я хочу избавиться от тебя, выгнать неизвестно куда?

— Потому, что я — Меченая, так здесь таких называют? Видишь — знаю! Потому, что такая я никому не нужна… Разве что уродам каким-нибудь, извращенцам… Зачем я тебе такая? Что? Не так?!

— Конечно, не так, — спокойно ответил Андрей.

— Не знаю… — в золотисто-карих глазах загорелся слабый лучик надежды, — Ты меня не прогонишь и не бросишь?

— Послушай, Белка, прежде чем ответить, я кое-что тебе напомню. Ты уже говорила как-то, что не веришь мне, а потом…

— Я верю тебе, Андрей! — перебив мужчину, воскликнула Изабелла, — Там… в катакомбах… Другой бы позабавился и выбросил! А ты…

— А я бил тебя! — воскликнул он.

— Это было необходимо! — повысила голос мулатка, — И с каждым ударом, как не дико это звучит, крепла моя вера в тебя и появлялась надежда…

— Прекрати, мне неприятно это вспоминать, Белка… Я тебя не прогоню и не брошу.

— Даже не представляешь, как мне сложно поверить в это, мой ангел! — тихо проговорила женщина и положила руки мужчине на плечи, — В хорошее, иногда, очень сложно верить… Обними меня, а лучше…

— То, что лучше, я знаю и… сам хочу! — улыбаясь, прервал её Андрей, — Но позже, не надо торопиться…

— Да-а-а? Это Лариска тебя так укатала? — тихо засмеялась мулатка, — Молчу-молчу! Сейчас пора готовиться к ужину, всё понятно… Но скажи, что с ней я была права? Да? Ах, какая я умная!

Ужин прошёл замечательно вкусно и свободно. Изабелла, разумеется, не преминула по-ёрничать по поводу красного платья Ларисы и истории его появления на медичке. Сестричка в долгу не осталась, проведя витиеватую параллель между снежно-белым новым нарядом Беллы и особенностями брачных церемоний. Однако, все эти шутки звучали совершенно беззлобно, также, как и остроумные комментарии Андрея по поводу словесной пикировки женщин. Когда, за десертом мулатка узнала, что ей разрешена прогулка, которая состоится буквально через полчаса, она пришла в восторг, даже несмотря на то, что помимо мужчины в её сопровождении оказалась медичка…

Ночная прогулка обрадовала всех троих. Андрей повёл женщин из дома к чёрному пруду, на остров. Больше всего вопросов задавала Белла, абсолютно не понимавшая, где находится. Информация о том, что здание, в котором она приводит в порядок своё здоровье, находится на территории открытой накануне видеостудии, сильно заинтересовала её. А когда мулатка узнала, что всей этой территорией и самой студией владеет Андрей, она онемела от неожиданности. Казалось, что настроение Беллы несколько испортилось, а может быть она просто погрузилась в размышления… К счастью, Лариса продолжала забрасывать мулатку потоком информации об окружающих местах и нравах обитателей, что быстро вывело Беллу из ступора. Перейдя через юго-восточную часть пруда по прямому пешеходному мостику, они оказались на острове и, поднявшись в горку, вышли прямо к полуосвещённому бассейну. Возле него находился только одинокий охранник, сразу заинтересовавшийся их компанией и немедленно побледневший, стоило Андрею прислонить палец к его УСУ… Вершитель предложил Ларисе искупаться, но та с испугом отказалась. Тогда Андрей подкинул женщинам тему для разговора, попросив медичку рассказать Белле о социальных группах, статусах и их различиях. Ларису уговаривать не пришлось, а мужчина закурил, подошёл к краю бассейна, затем к находящейся рядом скамейке и начал стаскивать с себя одежду. Аккуратно затушив окурок о край урны, уже абсолютно голый Андрей снова подошёл к краю бассейна и под пристальными взглядами женщин и охранника, взмахнув руками, рыбкой бросился в воду и через несколько секунд вынырнул на середине водоёма. Женщины в унисон вскрикнули, охранник что-то пробурчал и отвернулся. Вершитель, между тем, широкими гребками доплыл до края бассейна, развернулся, вернулся на середину, перевернулся на спину и, раскинув ноги и руки в стороны, замер… Через пару минут он продолжил заплыв, добравшись до ближайшего к женщинам бортика, и поманил их рукой. Лариса снова и решительно замотала головой, а Белла внимательно посмотрела на Андрея и, вдруг, медленно пошла к бассейну, на ходу снимая с себя одежду. На секунду её стройное смуглое нагое тело застыло на бортике, но, несмотря на громкие увещевания медички, под стать Господину, ушло под воду. Когда они встретились в воде, мулатка, звонко смеясь, брызгала водой на Андрея и целовала его мокрое улыбающееся лицо… Несколько минут они наслаждались водой, свободой и друг другом… Потом, соприкасаясь телами, доплыли до края водоёма. Андрей вылез на бортик, помог выбраться Белле, подошёл к скамейке, вынул из сумки, лежавшей рядом с одеждой, заранее приготовленное полотенце и принялся вытирать счастливо улыбающуюся женщину. Лариса, разглядывая собственные туфли, стояла в пяти шагах от них с одеждой Беллы в руках и бубнила медицинские нравоучения. Охранник поедал глазами обнажённую женщину, пока не почувствовал на себе тяжёлый взгляд Вершителя… Медичка, наконец, подняла глаза, решительно отобрала полотенце у Беллы, начавшей было вытирать Господина в ответ, и строго велела ей немедленно одеться. Мулатка хитро улыбнулась и послушалась… А Лариса, бросив быстрый взгляд на голого Андрея, начала краснеть и бросилась тереть полотенцем его тело… ласково тереть, особенно в интимных местах, старательно не обращая внимания на тихий смех Господина и хихиканье Беллы…

Домой возвращались неторопливо. Медичка всё ещё пыталась тихо выговаривать свою подопечную за легкомысленное отношение к здоровью, но та только улыбалась, и устало отмахивалась. Прогулка с купанием действительно утомила Беллу до такой степени, что подходя к дому, она едва передвигала ноги. Заметив это, Андрей открыл входную дверь и тут же подхватил мулатку на руки и, усмехнувшись завистливому взгляду Ларисы, понёс Изабеллу на второй этаж. «Ты же ещё не уходишь, мой ангел? Налей себе что-нибудь и возвращайся скорее! Мне нужно кое о чём поговорить с тобой и кое-что показать, — таинственно улыбнулась смуглянка, когда Андрей положил её на постель, — Побудь со мной ещё часок хотя бы… Пожалуйста!» Он улыбнулся, кивнул и отправился на кухню, где столкнулся с Ларисой.

— Думаю, и ты устала, моя пампушечка! — лукаво проговорил мужчина, — Отдохни. Можешь занять нижнюю спальню…

— Спасибо, Господин Андрей! Но там мне будет… слишком просторно, — моментально покраснела Лариса, — А Вы… к Белле… на всю ночь?

— Нет, детка, — ответил он вполне деловым тоном, наливая себе коньяк в большой пузатый бокал, — Я побуду у неё недолго и уйду… Завтра много дел…

— Вот как, — по тону голоса медички было трудно понять разочарована ли она его скорым уходом или, наоборот, довольна, что Господин не проведёт всю ночь в постели с выздоравливающей Беллой, — А чем будем завтра заниматься мы?

— Вы? — улыбнулся Андрей, — Помимо медицинских процедур? Я планирую познакомить вас со студией…

— Очень хорошо, — мило улыбнулась Лариса в ответ.

— Тогда, спокойной ночи? — мужчина наклонился к ней и поцеловал пухленькие губки.

— Спокойной ночи, Господин Андрей! — прижалась к нему медичка и, вдруг, спросила: — А можно… когда Вы уйдёте… я лягу к ней?

— Ты хочешь спать с Беллой в одной постели? — поразился Вершитель, — Неожиданное желание…

— Я немного устала, конечно… Но после этих суток с Вами и с ней, мне будет одиноко одной, — сконфуженно пыталась оправдываться Лариса, — Вот я и подумала… Только если Вы разрешите и… она будет не против!

— Я подумаю… — бросил Андрей и вышел из кухни.

Он зашёл в полумрак спальни с бокалом в руке, мулатка ждала его на постели голенькая. Мужчина сел на край её постели, сделал глоток коньяка и собрался поставить сосуд на тумбочку, но к нему потянулась Белла. Андрей с улыбкой покачал головой, сделал ещё один большой глоток, отставил бокал и припал сжатыми губами к губам женщины. Сначала она не поняла, что происходит, но коньяк тоненькой струйкой потёк изо рта мужчины в её полуоткрытый рот…

— Мне никогда не было так вкусно выпивать! — серьёзно заявила Белла, восстанавливая дыхание, — Какой ты… затейник… Нет, мне не нравится это слово, лучше — фантазёр!.. Иди ко мне!

— Ты обещала что-то показать, — Андрей с улыбкой снимал свою одежду, — Впрочем, мне и так нравится то, что я вижу…

— Правда?.. Но у меня тоже есть сюрприз! — таинственно прошептала женщина, принимая обнажённого Господина в свои объятья, и показала на своё левое предплечье, — Посмотри!

Сначала Андрей ничего не понял. Потом подумал, что полумрак спальни обманывает его зрение. Он вскочил с постели и включил верхний свет в комнате… Жуткое клеймо на руке Беллы выровнялось и сильно побледнело. Андрей не мог поверить своим глазам, ощупал его пальцами и, вместо глубоких рваных борозд, обнаружил лёгкие гладкие впадины. Ничего не понимая, он перевернул женщину на живот и уставился на её спину…

— Что там? — предчувствуя ответ, радостно улыбнулась она.

— Там… Две слабые красные полоски на спине и… чудесная гладкая попка! — запинаясь, проговорил ошарашенный Вершитель, — Как ты это сделала?

— Я то же самое у тебя хотела спросить! — Белла перевернулась на спину, открывая взгляду мужчины другие прелести своего чудесного тела.

— Ничего не понимаю! — проговорил Андрей, поглаживая её бархатистые бёдра, — Непонятно, удивительно и очень хорошо…

— Ты не хочешь выключить свет, дорогой? — улыбнулась женщина, открывая ему своё лоно.

— Нет! — он бросился к ней, утонув напоследок в золотисто-карих глазах, широко открытых ему навстречу…

Безумие было недолгим, но полным. Казалось, их тела давно истосковались друг по другу, так горячо и бурно, содрогаясь от блаженства и входя в резонанс особой телесной гармонии, они воссоединялись…

— Не могу подобрать слова… — хрипло проговорила Белла, когда задохнувшийся Андрей прервал их долгий поцелуй, соскользнул с её тела и рухнул спиной на постель, — Откуда ты… такой?!

— Сама… такая! — счастливо рассмеялся он, поднимаясь, делая глоток коньяка и с сомнением потянувшись за сигаретами.

— Покури здесь, пожалуйста! Мне нравится запах твоего табака и… твоего тела… Только… ты точно не хочешь выключить свет?

— Не хочу! — уверенно заявил Андрей, затягиваясь и прижимая к себе женщину, — Я хочу видеть тебя, моя птичка!

— Даже после?.. Ах, как хорошо, что раны так быстро заживают и не мешают Господину разглядывать его девочку! Просто чудо, да?

— Это вода, Белла! — вдруг осенило Андрея.

— Вода?.. Да, она была особенная какая-то, очищающая… Но это ещё и ты, мой ангел! — Белла с удовольствием прижалась к мужчине и нежно прикусила его сосочек, — Тихо, милый! Мы и так, кажется, изрядно пошумели…

— В самом деле?

— Да… Ты даже рычал, мой тигр! Да-да! А я… Не помню… Я кричала?.. Ну да, кричала, я совсем себя не контролировала… Тебе не понравилось?

— Мне?.. Ох, как понравилось, — вздохнул Андрей, — Всё понравилось!

— И дальше так будет? — женщина посмотрела ему в глаза.

— Будет по-разному, — просто ответил он.

— Ключевое слово — «будет», — весело взмахнула Белла своими волнистыми волосами, — Ты и правда позволишь мне остаться у тебя?

— Прекрати повторять один и тот же вопрос. Да, ты остаёшься, — убеждённо ответил Андрей, и по щеке женщины неожиданно потекла слеза, — Не так всё просто, но… Тебе не надо плакать!

— А я и не плачу, — шмыгнула носом мулатка, — Знаю, что не просто… Лариска мне многое объяснила. Она говорит, что твоё отношение ко мне — чудо! А я и сама знаю… И, если ты не передумаешь, буду рада стать одной из твоих наложниц… и только… и хорошо…

— Не только! — прервал её мужчина, — Совсем не только… Но ты опять изменилась!

— Да, — хлюпнула носом женщина, — Я опять бедный птенчик…

— Знаешь, ты мне нравишься всякая… Пожалуй, очень даже хорошо, что ты разная. Ты мечешься, сомневаешься, а значит… у тебя есть совесть. Не понимаешь? Потом поймёшь… Ты, главное, ничего не бойся! Ты со мной…

— Это окончательно? Ты решил?

— Я-то решил. Но ты снова выбираешь рабство? По сути, ты просишься в клетку, птичка! — крепко затянулся Андрей и затушил окурок, — А как же твоя борьба за жизнь, за свободу?

— Свобода… Лариса рассказала мне об этой свободе, да и сама я насмотрелась! — нахмурилась Белла, — Спасибо, что даёшь мне право выбора! Но я его уже сделала: между свободой и жизнью я выбираю жизнь. У меня осталась только одна просьба: проведите Ритуал поскорее, Господин Андрей!

— Ритуал? Кто тебе рассказал о Ритуале? Лариса? Когда только успела… — удивился Вершитель, — Но почему ты так торопишься, птичка?

— Потому, что я боюсь! — ничего уже не скрывая, умоляюще посмотрела на него Белла, — Вы не можете всегда быть рядом, а без Вас я начинаю трястись от страха… Пожалуйста, мой ангел! Ты же сам сказал, что я борюсь за жизнь. Может и странно, что я говорю такие слова мужчине, который сутки назад на меня охотился, но оказалось, что ты — источник моей жизни, а ошейник твоей рабыни — символ жизни…

— Хорошо, — Андрей потянулся за телефоном и, несмотря на то, что за окнами стояла тёмная, безлунная ночь, тут же заказал серебряный ошейник с именем «Изабелла». Он перехватил счастливый взгляд мулатки и тяжело вздохнул, — Теперь успокоилась, дурочка?

— Твоя дурочка успокоится, только когда этот ошейник Господин застегнёт на ней, — блеснула глазами Белла, — И заахает свою рабыню до одури… Тем более, что она мечтает об этом!

— А ты и правда бываешь дурочкой… иногда… — он нежно прижал женщину к себе и, поглаживая её по спинке, заговорил, — Завтра посмотришь студию. Знаю, тебе будет интересно. Ты готова заняться съёмками видео?

— Работа на студии? Я думала, что рабыни только ласкают своего Господина и раздвигают ножки! — артистично всплеснула руками смуглая красотка, снова меняясь, — Шучу! Студия, значит… Похоже, Вы знаете обо мне больше, чем помню я…

— Возможно, — уклончиво ответил Андрей, — Полагаю, что в прошлой жизни тебе это было знакомо…

— В прошлой жизни? Начинаю понимать… — задумалась Белла и неожиданно зевнула.

— Утомил я тебя, девочка-белочка, — мужчина погладил её по головке, как ребёнка, — Поговорим завтра… Всё будет хорошо и не страшно… И студия, и работа, и… Ритуал твой, тьма его придумала, мрак её дери… Спи спокойно… Доброй ночи, птичка!

— Доброй ночи, мой ангел! Только не забудь ничего… Жаль, что ты уходишь!

— Я вернусь… Кстати, Лариса рвалась к тебе… поспать в одной постельке! — улыбнулся Андрей, целуя Беллу в губы и поднимаясь.

— Да ну? — хихикнула она и сладко потянулась, — Пожалуй, с ней спокойнее, чем одной… Пускай приходит, если не боится… что я её ахну по ошибке, когда проснусь!

— Или она тебя? — тихо засмеялся мужчина.

— Ну, уж, дудки! — зевнула Белла, — У меня теперь есть Господин! Вот пусть он и занимается моим телом и… моим сердцем…

Одевшись, Андрей тихо вышел из спальни и выключил свет. Задумавшись, достал сигарету и чуть не забыл порадовать Ларису. Без стука он зашёл в её комнату. Если медичка и спала, то тут же проснулась, с лёгким вскриком вскочила с постели и оказалась прямо перед ним абсолютно голая. «Можешь перейти в постель к Белле, — улыбнулся он и погладил круглую и упругую попку прижавшейся к нему медички, — Если не передумала, конечно… А мне пора, увидимся завтра!» Лариса поднялась на цыпочки, чтобы поцеловать Андрея в щёку, а затем так же на цыпочках осторожно вошла в спальню к своей пациентке. Мужчина тихо ухмыльнулся, пожал плечами и вышел на улицу…

Глава 13

Сценаристка

Проснулся Андрей поздно, вероятно около одиннадцати, и долго не хотел подниматься с постели. Студия, по крайней мере, на первом этапе её работы взвалила на него массу непривычных забот. А теперь эта история с закрытым клубом Банщика… Изабелла тоже не выходила из головы, да он и не хотел, чтобы выходила… А ещё завтра предстояло забрать Ольгу из карантина, Андрей кожей чувствовал, как ей там непросто и категорически не хотел продлевать её заточение даже на час… Кроме того, в ближайшие дни его ждала в гости Елена… Калейдоскоп какой-то… За поздним завтраком Катрина и Эмма смотрели на него настороженно. Господин ел без аппетита и не подавал признаков хорошего настроения.

— Вы поразили нас своей студией, Господин Андрей! — попыталась разрядить обстановку Катя, — Я даже подумала, не сняться ли мне в Вашем видео?

— Ну, если очень хочется… — хмуро ответил Вершитель, — Правда, мне придётся искать себе новую служанку, а дел и так полно… Но как-нибудь справимся, да, Эмма?

— Господин, я же пошутила! — подскочила на месте Катрина, бросилась к нему и схватила за руку, — Никуда я от Вас не хочу…

— Я понял, Катя… — вяло улыбнулся Андрей, — И тоже пошутил…

— Вы меня… напугали, — потупилась служанка.

— И меня… — тихо проговорила Эмма, сидевшая на стуле прямо, как палка.

— Значит, шутка удалась, — пробурчал мужчина, вздохнул, расправил плечи и заговорил тепло и доверительно, — Милые мои девочки! Если честно, я сейчас уехал бы с вами в отель, в наш номер… Увы, ближайшие два-три дня мне это не светит.

— У Вас неприятности? — выпалила секретарша, — Мы можем помочь?

— Ваша помощь мне, конечно, понадобится, в том числе и на студии… Но сегодня…

— Сегодня нам лучше уехать домой, — констатировала Катрина, и по её тону сложно было понять, говорит ли она серьёзно или ёрничает, — У Господина пока хватает здесь помощников, а особенно помощниц и проблем с ними, разве ты не видишь, Эмма?

— Сколько бы ты не язвила, Катя, делу это не поможет. Мне действительно нужно всё здесь наладить и построить тех, кто есть, — вздохнул Андрей, — И не надо изображать из меня мачо, от которого все без ума!

— Но так оно и есть! — выдохнула Катя.

— Чепуха! Я не гламурный красавчик, и не харизматичный лидер…

— Вы — замечательный, привлекательный мужчина и… харизма в Вас видна невооружённым глазом! — неожиданно заявила Эмма и покраснела.

— Вот видите! — довольно улыбнулась Катрина, — А какие о Вас легенды ходят!

— Какие ещё легенды? — обалдел Андрей, — Где ходят?!

— В отеле… да и здесь уже!

— Так, — мужчина недовольно мотнул головой, — Давайте о легендах после… Если вас волнует что-то серьёзное, спрашивайте сейчас.

— Вы говорили о студии, это понятно, — Катя сразу стала серьёзной, — Но что-то есть ещё, что Вас сильно беспокоит, так?

— Да, догадливая моя, — кивнул Андрей, улыбнувшись одними глазами, — Как вы понимаете, это строго между нами! В подробности сейчас вдаваться не хочу, мы обсудим их позже, но меня беспокоит авантюра, в которую меня втянул Господин Михаил.

— Он мне сразу не понравился! — воскликнула секретарша.

— Вот как? — удивлённо поднял глаза мужчина и увидел серьёзные густо-серые сейчас глаза Эммы и согласно кивающую Катрину, — Можно конкретнее?

— Гнилой он какой-то и… с двойным дном, — заявила Эмма.

— Если не с тройным! — подтвердила Катя.

— Однако, вы меня удивляете, девочки! Давайте поговорим не спеша, — Андрей посмотрел на них с интересом и закурил, — Мне интересно ваше мнение. Разумеется, выраженное искренне и по-возможности точно. Предположим, что ваше мнение о Михаиле мне понятно… А Господин Аркадий?

— Трус голубоватый! — выпалила Катрина.

— Да ну?!

— Я тоже так думаю, — настало время согласно кивать Эмме, — Может быть некоторые женщины ему и по вкусу, но больше Вашему Советнику нравятся мужчины…

— Активные мужчины! — уточнила служанка.

— Откуда такая осведомлённость? — спросил Андрей, — Со студии он уехал с двумя девушками…

— А Вы попробуйте! — хохотнула Катрина.

— Попробовать что?! — охнул мужчина, — Да ну тебя, Катя!.. Возможно, вы и правы… Забавно!.. А Сергей?

— Нормальный парень. Относится к Вам с большим уважением, — чётко определяла Эмма, — Деятельный и трудолюбивый… Только он идеалист и склонен к депрессии…

— Ага, связанной с сексуальной неудовлетворённостью эмоционального толка, и алкоголем, — уточнила Катрина и улыбнулась: — В общем, наш человек…

— Проблемы с женщинами… — мужчина пропустил шутку мимо ушей, — Я уже понял это, не знаю только почему?

— Хотите, чтобы мы выяснили? — хитро улыбнулась служанка.

— Я укушу тебя, Катя! — засмеялся Андрей.

— Это именно то, что мне сейчас хотелось бы! — заговорщицки подмигнула ему девушка.

— И мне! — расхохотался мужчина, — Но не провоцируйте меня сегодня. Пожалуйста!

— Хорошо, — так мило и благожелательно посмотрела на него Катрина, а за ней очень серьёзно и, вместе с тем, с нежной обворожительностью Эмма, что Андрей растаял окончательно, а Катя продолжила: — Ещё немного о деле, если Вас интересует наше мнение. Так вот, Наталья — ответственная, исполнительная, вдумчивая, делает всё тщательно… Училка, должно быть?.. Ирина страшненькая, но может расшибиться для Вас в лепёшку, только её нужно стимулировать, иначе уйдёт в себя и толку от неё не будет… Короче — рыба!

— Да, — согласилась Эмма, — И обе от Вас без ума!

— Точно! — улыбаясь, воскликнула Катя, не давая мужчине возразить, — Интересно, по каким качествам Вы подбираете рабынь?.. Кто ещё? Павел — фанат своего дела, профессионал… В общем, с оператором у Вас проблем не будет, если Вы дадите ему простор для творчества. А всё, что не касается работы, его интересует слабо…

— Цены вам нет, девочки мои! — констатировал Андрей.

— Может и так… Но цена у нашей откровенности и преданности имеется! — съехидничала Катрина.

— Ещё бы! — мужчина сгрёб их в охапку и расцеловал, — Только закончу с делами и… минимум сутки, не выходя из номера!

— Не вылезая из постели, Вы хотели сказать? — улыбнулась Катя.

— Нет! — хохотнул Андрей, — Я хочу вас не только в спальне!

— Ого! — воскликнула Катрина, а Эмма прижалась к нему и положила голову ему на плечо, — Тогда нам пора ехать и… готовиться!

— Хорошо! — кивнул мужчина, — Такси будет через час… А у меня к вам ещё одна просьба: посмотрите перед отъездом на ещё одного человека…

Через полчаса Андрей подошёл к Дому у Пруда, где его уже ждали Изабелла в белой широкой узорчатой юбке ниже колена, такой же блузке с рукавами, закрывавшими её смуглые руки на три четверти, и Лариса в своём новом красном платье. Обе выглядели несколько встревоженными, но во взгляде мулатки читались любопытство и решимость, а медсестра, казалось, хочет скорее вернуться обратно в дом.

— Как спалось? — поинтересовался мужчина, когда они двинулись по направлению к главному зданию студии.

— О, я прекрасно выспалась! — нарочито весело воскликнула Белла и шепнула Андрею на ушко: — Она так ко мне ластилась! Я еле удержалась…

— Хорошо, Господин Андрей! — проговорила Лариса и, ему показалась, что медичка не спала вовсе.

У главного здания их встречали Наталья, Катрина и Эмма. Пока женщины знакомились, Андрей заметил подъехавшее такси и дал знать, чтобы водитель подождал. Некоторое время Вершитель курил недалеко от болтающих женщин, а потом объявил, что служанке и секретарше пора уезжать и вызвался проводить их до машины.

— Что скажите, проницательные мои? — с улыбкой спросил он своих женщин.

— Интересные типажи, но в порно актрисы не годятся! — неожиданно начала Эмма.

— С чего ты взяла? — удивился Андрей.

— Блондинка — медсестра, как я поняла, довольно скромная женщина… Может это и не совсем так, — порозовела секретарша, — Но под камеру не сможет, если не заставлять…

— Она просто хорошая медичка — Исполнитель, которого я планирую нанять именно на медицинскую работу, — пояснил Вершитель, — Заставлять сниматься в нашем видео не собираюсь… Ну, а вторая?

— Мулатка Изабелла? На самом деле она — первая! Вы же именно её хотели нам показать? Красавица! Она, думаю, многое может, — продолжала Эмма, — Гораздо больше, чем валяться в постели под софитами…

— Характер у неё серьёзный… И красотка, это точно! — перехватила эстафету Катрина, — Только что-то с ней не так… Затаённый страх в глазах я увидела… Не понимаю! Вы ничего не хотите нам о ней рассказать, Господин?

— Дело в том, что она… — засомневался Андрей, — Катя, ты должна знать, что такое Испытание кровью…

— Оп-па! — Катрина даже остановилась, — Изабелла — Меченая?!

— Что это значит? — с испугом спросила секретарша.

— Это… — мужчина посмотрел на Катрину и обратился к Эмме, — Это долго объяснять, Катя знает, как я вижу, и расскажет тебе дома. Не вздумайте обсуждать это в такси!

— Конечно, Господин! Расскажу дома… — откликнулась рыжеволосая служанка, — Теперь понимаю, почему… И насколько я знаю Вас, мой Господин, именно поэтому Вы сделаете её своей рабыней?

— Да, — твёрдо ответил Андрей, — Других вариантов не вижу… Ты поступила бы иначе, Катя?

— Не знаю… Вероятно, Вы правы, но… я правда не знаю, — подняла на него ясные глаза Катрина, — Вы — мужчина, Вам решать!.. Понимаете, мой Господин, эта Белла чем-то похожа на меня… И ещё, если моё мнение важно: она достойна Вашего внимания и того особого отношения, которое я сейчас наблюдаю…

— Спасибо, Катя! Спасибо, Эмма! — уже около машины он поблагодарил женщин по-отдельности и поцеловал их щёки, — Вы мне очень помогли, милые мои!

— Постойте, Господин Андрей! — улыбнулась Катрина, — Я же про Ларису не сказала! Она хочет Вас, как кошка! Вас… и Беллу!

— Катюша, прекрати… У меня же к вам есть ещё одно важное дело… — хлопнул себе по лбу Андрей и коротко обрисовал суть «домашнего задания», которое показалось вполне ясным Эмме и вызвало кучу вопросов у Катрины…

После того, как такси отправилось в отель, мужчина вернулся к ступеням главного здания студии и вместе с ожидавшими его женщинами вошёл внутрь. Первым, кого они встретили там, оказался оператор Павел. Он уважительно поздоровался с Андреем, но глаз не мог отвести от Беллы.

— О, прима! — восторгался Павел, целуя смуглую руку, затем обернулся к хозяину студии, — Где Вы нашли такое чудо, Господин Андрей?! Я готов снимать её и днём, и ночью!

— Не спешите, сударь! — выдержав паузу, произнесла мулатка тоном королевы, только что спустившейся с трона, и тоже обратилась к Вершителю, — Я, кажется, видела когда-то этого человека… Разрешите мне поговорить с ним наедине, Господин Андрей?

— Хорошо, Белла, — легко согласился он, — А мы с Ларисой пока осмотрим её владения.

Медичка охнула и, увлекаемая Вершителем, зашагала по ступеням лестницы на второй этаж. Андрей показал ей двадцатиметровую комнату, задуманную им, как кабинет врача, и смежные с ней, процедурную и массажную. Лариса, не ожидавшая такого серьёзного подхода, засияла от радости.

— И это всё будет в моём распоряжении?

— Конечно, доктор!

— Увы, я не врач и не очень хорошая массажистка, — самокритично высказалась она, — но постараюсь быстро научиться…

— Не думаю, что это проблема. При необходимости выделим тебе помощника или помощницу…

— Здесь достаточно места, чтобы поставить диванчик и ночевать!

— Да, но не думаю, что это хорошая идея, — произнёс Андрей, — На студии скоро будет шумно в любое время суток, а отдыхать следует в тишине, не правда ли? Я выделю тебе удобное жильё поблизости, здесь на территории студии.

— В самом деле? Спасибо, Господин! А Вы… будите иногда заходить сюда, ко мне… в гости?

— На медицинские процедуры?.. Почему же нет? — улыбнулся Вершитель, — Если пригласишь…

— О, я рада видеть Вам в любое время! — смутилась Лариса, — Когда я могу приступить к работе?

— Да, прямо сейчас и начинай… Скоро подойдёт управляющий, обсудим, что тебе понадобится для начала… Мебель, оборудование…

— Замечательно! Я готова, Господин Андрей! — быстро произнесла медичка и задумалась, — А… мой нынешний начальник?

— Не беспокойся об этом, с Доктором я решу все вопросы сам…

— О, спасибо! — засияла Лариса и, смущённо трогая рукой стол, предложила, — Хотите я сделаю Вам массаж прямо сейчас?

— Потренироваться решила? Массаж чего, пампушечка? — хитро сощурился Андрей и положил руку на её аппетитный зад, — Может быть, лучше мне самому развернуть тебя к себе попкой и… помассировать?

— Ну… я не знаю, — мигом покраснела блондинка и коснулась руками ширинки его брюк, но в этот момент в дверь постучались… Пришёл Сергей.

Управляющий сразу уловил суть задумки по организации медицинского пункта, и они с Ларисой быстро перешли к планированию размещения оборудования и мебели, а также составлению списка необходимых расходных материалов. Андрей слушал их диалог, иногда делая замечания, и понял, что кудрявая пампушка умело совьёт своё медицинское гнёздышко, где каждый сможет получить квалифицированную первую помощь, а ему, хозяину студии, будет иногда приятно расслабиться… Вершитель, не прощаясь, вышел из медицинского отсека, спустился по лестнице вниз, прошёл мимо сидящих на диванчике в большом фойе и бурно обсуждающих что-то Изабеллы с Павлом, и вышел на улицу. Не успел он расположиться на скамейке у светового фонтана, как зазвонил мобильник: к студии подъезжал курьер. Андрей сам подошёл к его автомобилю, сел на заднее сиденье и принялся рассматривать доставленный заказ. Ошейник смотрелся бы точно таким же, как у Ирины и Натальи, если бы в первую букву «а» имени «Изабелла» не был искусно вмонтирован не очень большой, но потрясающе красивый бриллиант. Именно такое изменение внёс в заказ Андрей, возвращаясь ночью домой. Качество работы его полностью удовлетворило, Вершитель расплатился и отпустил курьера. Через несколько минут на ступеньках лестницы у входа в здание появились Белла и Лариса, причём красавица-мулатка спускалась молча с печатью горделивого достоинства на лице, а медичка бойко и громко рассказывала ей о своей новой работе…

— Как дела? — спросил Андрей, когда женщины подошли к нему.

— О, всё прекрасно! — опять затараторила Лариса, перечисляя по пунктам план оборудования медицинского отсека, и, наконец, резюмировала, — Сейчас управляющий напечатает документы на компьютере, принесёт их Вам для утверждения и… завтра начнётся работа!

— Прекрасно, — кивнул хозяин студии, — А ты почему такая молчаливая, Белла?

— Всё нормально, Господин Андрей! Думаю, Вам будет интересно побеседовать с Павлом о ходе наших переговоров, — серьёзно заявила мулатка, — Меня же сейчас больше беспокоит другой вопрос.

— Переговоры? Любопытно, — улыбнулся мужчина, — И что же беспокоит тебя сейчас, птичка?

— То, что у Вас в руке, Господин, — негромко ответила Белла, указывая на коробочку, — Это то, о чём я думаю?

— Да.

— Он такой же, как у Натальи?

— Нет.

— Неужели, как у Катрины с Эммой?

— Нет.

— Но он мой?! — не выдержала Белла.

— Ещё нет, но он для тебя.

— И… когда? — очень тихо спросила мулатка.

— Сегодня, — всё так же невозмутимо отвечал Андрей. По лестнице сбегал Павел, но Вершитель жестом попросил его подождать.

— Ах, Господин… — Изабелла, было, рванулась к нему, но сдержалась и только нежно взяла его руку, — Я даже не знаю, что сказать… Как это будет? Где? Когда?

— Думаю в Доме у Пруда, где вы сейчас живёте… Как? Обязательную программу ты себе представляешь, а всё остальное… Уверен, что лучше тебя самой никто не сочинит твой Ритуал!

— То есть я могу всё подготовить сама?!

— Вот именно. И сценарий, и скрытую режиссуру… — вздохнул Андрей, но тут же улыбнулся, — Только не забудь, что и я принимаю участие в Ритуале.

— Я только об этом и думаю, — совершенно серьёзно ответила Белла.

— Сколько времени тебе нужно на подготовку?

— Часа три, наверное… Лариса мне поможет.

— Хорошо. Не надо торопиться… И не забудьте пообедать, я поем с Сергеем и Павлом… Но не хочу, чтобы вы остались голодными, — улыбнулся Андрей.

— Не забудем… Мне могут понадобиться разные вещи…

— Дом в вашем распоряжении, только не устраивайте кавардак… Если чего-то не найдёте, закажите от моего имени, Лариса знает как… Только в пределах разумного!

— Да, Господин! — задумалась мулатка, — Тогда, может быть, в полночь?

— Не знаю почему, но ход твоих мыслей мне нравится. Согласен! Дай мне знать по телефону, что всё готово. Я буду без четверти двенадцать…

— А я? — ожила Лариса, — Я помогу, конечно! Но можно ли мне принять участие в Ритуале?

— Участвовать?.. Почему ты меня спрашиваешь? — сдвинул брови Андрей, — Это очень интимный вопрос! Задай его Белле.

— Беллочка? — умоляюще взглянула на мулатку медичка.

— Я подумаю, милая! — без тени улыбки ответила Изабелла, — Может и поучаствуешь, но при одном условии: по первому требованию ты покинешь нас, когда будет нужно!

— Да! Да! Да! — восторженно взвизгнула Лариса, страшно удивив Андрея. «На кой мрак, ей присутствовать? Да ещё так радоваться этому?», — подумал он.

Женщины ушли в Дом у Пруда, а Вершитель медленно направился к Павлу, который давно и нетерпеливо переминался с ноги на ногу. Но не успел оператор открыть рот, как Андрей остановил его своим вопросом: «Где Сергей? Все разговоры за обедом!»

Обедали на третьем этаже, где управляющий организовал маленький ресторанчик под стеклянной крышей, пока почти бездействующий. Ввиду отсутствия штатного персонала готовили и прислуживали немного погрустневшие Наталья и Ирина. Правда, Андрей шуточками, подмигиваниями и пощипыванием за выдающиеся части тела вдохнул в них немного жизни. Сергей принёс с собой ноутбук с планировкой и сметой медицинского отсека. Вершитель ознакомился с документами, отметил про себя пару пикантных подробностей плана, одобрил и утвердил проект. Но главным выступающим был Павел, буквально сгорающий от нетерпения:

— Где Вы её взяли, Господин Андрей?! Это просто находка для студии!

— Давайте поподробнее, Павел! Чему Вы так радуетесь? — с улыбкой спросил Вершитель.

— Хорошо-хорошо… Когда Вы вошли с ней, меня поразила внешность Вашей Беллы. Подумал: «Вот она — прима, никакого кастинга, никаких проб не надо на главные роли практически в любом фильме». Но она оказалась во много раз круче, как теперь говорят! Ваша красотка начала задавать мне такие вопросы, что я понял…

— Ещё подробнее, Павел! — внимательно разглядывал оператора Андрей.

— Да, конечно, но… Там много специальных терминов… Ах, давайте я попробую суммировать наш с ней разговор, хорошо? Во-первых, она откуда-то хорошо знает мой творческий почерк. Причём, не мои последние работы, которыми, честно говоря, я не горжусь… В них всё слишком… плоско… Белла знает мою манеру вообще, и даже некоторые детали, о которых и я-то забыл… Во-вторых, она абсолютно в теме! Кинопроизводство, режиссура, нюансы сценариев, операторское дело, подбор актёров… Белла знает всё! В-третьих, а это касается не дешёвого порно, а серьёзного кино: натурная работа, батальные сцены, съёмки в экстремальных условиях, спецэффекты… Вы, конечно, извините меня, Господин Андрей, но не я должен снимать эту красотку, а она командовать мною на съёмочной площадке!

— Ясно, — кивнул Вершитель, — Так я и думал…

— Что?! — воскликнул оператор, чуть не вскочив на ноги, — Вы знали?!

— Догадывался… — уклончиво ответил Андрей, — Ну, что же… Надеюсь, Вы к нам надолго, Павел?

— Да как Вам сказать, Господин? — глаза за толстыми стёклами очков горели мальчишеским задором и лукавством, — Мне сразу понравился Ваш размах и отношение к делу и… людям. А с появлением Беллы… Я Ваш навеки!

— Всё это очень серьёзно, Павел. И этот наш разговор, что называется, для служебного пользования, — Вершитель стал говорить тише и собеседники были вынуждены склониться к нему, — Итак, завтра мы начинаем производство…

— Под руководством Беллы! — выпалил оператор.

— Да, — покосился на него Андрей, — Но под моим контролем!

— Разумеется, Господин! — сиял Павел.

— Сергей! Ты, помимо обязанностей управляющего, становишься администратором первых фильмов, — обратился Вершитель ко второму собеседнику и тот с воодушевлением закивал, — Тебе вскоре понадобится помощник, подумай о кандидатуре… А теперь самое главное…

— Сценарий? — оператор от нетерпения вел себя, действительно, как мальчишка.

— Сценария, как такового, ещё нет… Есть идея и… наброски сценария, скажем так, — по-деловому сухо рассказывал хозяин студии, — Впрочем, Белле для старта хватит и этого…

— Несомненно! — горячо поддержал его Павел.

— Сценарист, имеющий непосредственное отношение к проекту появится здесь и начнёт работать… послезавтра, надеюсь, — задумался Андрей, — Тогда проведём ещё одно совещание… Что ещё? Основных действующих лиц в сюжете трое, возможны и второстепенные… Подбор исполнителей осуществляете вместе с Изабеллой, но согласовываете со мной… Если понадобится кастинг, то исключительно при моём участии. По крайней мере, на этом, первом нашем фильме, будет так.

— Разумеется, Господин Андрей! — в унисон ответили его собеседники.

— А теперь самое главное, будьте внимательны! — Вершитель выдержал паузу, — Мы будем снимать параллельно два фильма.

— Как два? — оператор остолбенел и открыл рот.

— Будьте внимательны, говорю! Первый фильм — любопытное, изобретательное, но всё-таки довольно банальное порнографическое видео, — хитро улыбнулся хозяин студии, — Второй, в том же антураже, с теми же актёрами — настоящее полноформатное психологическое кино, суть которого не в совокуплении действующих лиц, а в их жизненной драме.

— Господин Андрей… — ахнул Павел, и за столом повисла тишина, которую Вершитель и не думал прерывать, закурив и наблюдая за произведённым эффектом. Прошло несколько долгих минут, во время которых администратор и оператор погрузились в размышления, пока Павел не вскрикнул: — Вы — гений, вы — волшебник!

— Не преувеличивайте! — скромно произнёс Андрей, улыбнувшись.

— Нет, в самом деле! — не унимался оператор, — Это же в корне меняет дело! Это же настоящее творчество, а не… Только где показывать второй фильм, дорогой Вы мой?

— А вот это, не ваша забота! — довольно кивнул Вершитель, — Организуем закрытый показ здесь, на студии, пригласим знатоков… Раскрутимся… Если будет нужно, я куплю видео-залы или построю новые! Я почему-то уверен, что зрители найдутся…

— Спасибо, Сергей! — Павел неожиданно обратился к управляющему, — Если бы Вы не пригласили меня, не порекомендовали Господину Андрею, я бы многое потерял, прошёл бы мимо замечательной работы… Как редко выпадает удача появиться в нужном месте в нужное время! Я Ваш должник, Сергей! И Ваш должник, Господин, и надёжный соратник…

— Прекрасно! Но довольно высокопарных речей, если всё ясно, приступаем к делу без раскачки, — подытожил хозяин студии, — Кстати, Павел, у нас, судя по всему, будет ещё один проект, связанный с ТВ…

— Да Вы просто кладезь идей!.. Я весь внимание, — воскликнул оператор и с большим интересом выслушал набросанную Андреем вчерне идею натурных съёмок в режиме реального времени.

— Как вам? — спросил Вершитель.

— Грандиозно! Замечательно! Здесь никто не делал ничего подобного! И Вы договоритесь с ТВ? С ума сойти! — восторгался Павел, а Сергей непонимающе смотрел на обоих, — Для этого проекта понадобится минимум один специалист по скрытым камерам и компьютерному управлению ими. У меня есть такой знакомый, пригласить его на разговор?

— Да, через несколько дней я напомню… Очень желательно, чтобы он был ещё и не болтлив.

— К счастью, он очень любит своё дело и… дружит со мной, — улыбнулся Павел, блестя глазами через толстые стёкла очков…

Как и обещал, Андрей вошёл в Дом у Пруда без четверти двенадцать ночи. Стоило ему захлопнуть входную дверь, как в полумраке прихожей появилась Лариса, светлые кудряшки которой рассыпались по глянцевой поверхности узкого красного плаща из латекса, закрывающего её тело почти до щиколоток. В руках медичка держала поднос, на котором стояла наполненная до краёв прозрачной жидкостью рюмка и блюдечко с тонкими ломтиками мяса. «Водка и бастурма, — определил мужчина, с удовольствием принимая угощение, — Интересный выбор». Поклонившись, Лариса взяла Господина за руку и молча повела в гостиную второго этажа. Подсветка подготовленной к его приходу гостиной была организована так, что освещённым оказался стол, на котором стоял графин со всё с той же водкой, нарезанное мясо, свежие овощи и зелень на закуску. В круге света было и кресло с журнальным столиком в углу. Медичка предложила Господину переодеться, указав на шёлковые халаты нескольких цветов на выбор. Неожиданно для себя Андрей выбрал белый, надев его на голое тело… «Я знала, что ты выберешь белый, — позже таинственно прошептала ему Белла, — Цвет чистоты, смерти и надежды»… Лариса, старательно помогавшая мужчине переодеваться, вероятно, чётко следовала сценарию, но заметно нервничала. Она то пыталась дотронуться до Андрея, то словно отдёргивала руку. Когда облачённый в белый шёлк Господин присел к столу, до полуночи оставалось ещё несколько минут, и медичка покинула его, пообещав пригласить вовремя. Андрей подумал, что хихикать над происходящим глупо, относиться слишком пафосно — ещё глупее, и решил просто плыть по течению задуманного Беллой действа. Он выпил вторую рюмку, закусив бастурмой и ломтиком сладкого перца, закурил и вскоре за ним вернулась Лариса… Её весёлые кудряшки теперь скрывал странный головной убор из того же материала, что и плащ, и в тон ему. Убор напоминал колпак палача, оставлявший открытыми только глаза и рот женщины, только был более округлым и женственным. Ритуал начинал приобретать мрачные тона.

Лариса снова поклонилась поднявшемуся навстречу Господину, слегка подрагивающей рукой взяла его руку и повела не в спальню Беллы, как предполагал Андрей, а в помещение на первом этаже, где находился небольшой спортзал. Медичка озиралась на несколько удивлённого Господина и особенно на его руку, державшую ошейник новой рабыни. Когда дверь распахнулась, мужчина не узнал помещения: все спортивные снаряды были искусно задрапированы чёрным шёлком и латексом. В зале царил полумрак, только сумрачно-красными лучами подсвечивалась кушетка, застеленная всё тем же чёрным латексом, и задрапированная шведская стенка, к которой короткими металлическими цепочками с кожаными браслетами была прикована женщина с поникшей головой. На ней был такой же плащ, как у медички, но чёрный и без головного убора. Непослушные волосы Беллы были собраны в пучок. Андрей сбросил с ног домашние тапочки, ступив босиком на тёплое покрытие пола, напоминавшее древесину, и двинулся к «пленнице». Лариса в аккуратных лаковых туфельках на каблучках тихо сопровождала Господина в двух шагах от него. Подойдя к распростёртой у стены Белле, мужчина положил руку на её затянутое латексом плечо. Женщина подняла голову, открывая взгляду Вершителя высокий лоб и свои магические золотисто-карие глаза, в которых сейчас нежданно возник страх и мольба. Андрей медленно провёл рукой по её плащу спереди снизу вверх, и дыхание пленницы участилось. Тогда мужчина поднял руку, скользнул ладонью по смуглой щеке и погладил высокую шею. Ответом ему был тихий мучительный стон. Вершитель поднял и вторую руку, державшую ошейник, и показал его Белле. Теперь нежданно вырвался стон у Ларисы, приглушённый её головным убором, а в глазах мулатки явственно промелькнули золотые искры. Мужчина поднёс ремешок ошейника, камнем вперёд к губам пленницы, она поцеловала его, и Вершитель, прислонив ошейник к шее женщины, защёлкнул замок. Белла издала странный звук: полу-вздох, полу-стон, опустила голову и замерла. Андрей почувствовал прикосновение к своей руке и обернулся, Лариса указывала на маленький задрапированный столик в углу, на котором стоял серебряный поднос с графином и рюмками. Вершитель жестом велел медичке наполнить и принести три рюмки, а пока она выполняла приказ, приподнял лицо рабыни и поцеловал её. Губы Беллы были тёплыми, мягкими и податливыми, но пока безответными. Водку пили по очереди. Сначала, по приказу Господина, Лариса махнула стопку до дна и закашлялась. Затем Андрей влил содержимое второй стопки в полуоткрытый рот рабыни, дождался, пока она послушно проглотит жидкость, не произнеся ни звука, и снова припал губами к её горячему рту. Губы Беллы ожили, но лишь на мгновенье. Наконец, и сам Вершитель осушил свою стопку, вернул её Ларисе на поднос и принялся освобождать кисти рук рабыни от кожаных браслетов. Как только руки Беллы освободились, она медленно сползла на пол и стала покрывать ноги Господина поцелуями. При всём мрачном пафосе Ритуала, это показалось Андрею излишним. Он приподнял женщину за плечи, и она уткнулась губами в его возбуждающееся под шёлком халата естество. Лариса тем временем освободила ноги пленницы, помогла ей подняться и повела к кушетке, стоящей посередине зала. Вершитель подошёл к Белле, погладил её тело через ткань плаща, а затем одним движением расстегнул молнию на нём сверху до низу. Женщина вздрогнула, полы плаща распахнулись, обнажая светло-коричневое тело. Стоявшая рядом медичка судорожно сглотнула, обнажила рабыню полностью, уложила её на прохладный латекс кушетки, дрожащими руками немного развела ноги мулатки и подала Господину плётку. Это была совсем не та плеть, которой охотник истязал свою жертву в катакомбах. Эту плётку из мягкой кожи создали для других целей. Мужчина покружил ею по груди и животу Беллы, слегка стегнул по бёдрам, а затем медленным скользящим движением провёл между ног…

* * *

…Андрей смотрел на молчаливую, неподвижно раскинувшуюся на латексной простыне Беллу и читал её взгляд: любопытство, призыв, желание, сильное желание… Когда в глазах мулатки прочиталось безумное нетерпение, мужчина медленно отстранил от себя ласкавшую его медичку и негромко сказал ей: «Подожди нас в спальне Беллы, Лариса!»

* * *

…Через полчаса полного безумия они сидели голые на полу у тумбочки, выпили ещё по рюмке, Андрей курил, иногда давая затянуться Изабелле. Идти в спальню к Ларисе сейчас не хотелось.

— Я никогда не забуду этого! — тихо сказала Белла.

— Я тоже, — негромко, но твёрдо ответил Андрей.

— Теперь я твоя рабыня?

— Это так, птичка…

— Я счастлива, мой ангел! — женщина тихо поцеловала его в щёку и прижалась головой к мужскому плечу.

— Думаешь, это счастье? — удивлённо спросил он.

— Наверное, оно бывает разным… Но это — моё! И я никому его не отдам… — проговорила Белла и, Андрей поверил.

— Всё будет хорошо, — произнёс он нараспев, как мантру.

— Да… И спасибо за это, Господин! — женщина дотронулась до ремешка на своей шее, — Он прекрасный и… не такой, как у других…

— Ты похожа на этот бриллиант!

— Правда? — глаза её заблестели, а потом в них появилось лукавое выражение, — Только, насколько я слышала, Ритуал не такой короткий…

— Всё-то ты знаешь! — улыбнулся Андрей, — Может быть, я растягиваю удовольствие… У нас будет ещё время для этого… Да и Лариса тут…

— Она тебе мешала?

— Не особенно… Но мне хорошо с тобой вдвоём, птичка!

— Мне тоже. А Лариска… она так рвалась… Знаешь, по-моему, она тоже мечтает быть твоей рабыней!

— Но не станет ею…

— Почему? Впрочем, я понимаю…

— Чудо ты моё, понятливое! — Андрей поцеловал женщину в носик.

— А ты моё… — Белла обвила его руками, — Не сердишься, что я иногда с тобой на «ты»? Это хорошо… А Лариску мне почему-то жалко… Пусть она будет немножко моей, а?

— Свободная, в определённой степени, женщина — рабыня рабыни! Звучит парадоксально… Не знаю зачем это тебе, в конце концов можно быть просто подругами… Но я не против, а она точно «за». С тобой она, в сущности, согласна на многое.

— С тобой тоже… Ты окончательно решил оставить Ларису на студии?

— Да, будет заведовать медпунктом. Ты совсем её не слушала?

— Слушала, но слышала плохо… Мои мысли были заняты другим… Но сейчас могу сказать тебе, Лариска и не мечтала о такой удаче… А я? Сниматься в порно?

— Ты хочешь сниматься в порно?

— Нет! — твёрдо ответила Белла, — Если только с тобой, но зачем нам заниматься этим под софитами? Впрочем, ты — мой Господин, буду делать то, что прикажешь! Это точно…

— Тогда приказываю… — Андрей выдержал драматическую паузу, — С завтрашнего… нет, уже с сегодняшнего дня приступаешь к обязанностям… главного режиссёра студии.

— Что?! Ты меня разыгрываешь? — нагая Изабелла встала перед Андреем на колени и недоверчиво заглянула ему в глаза, — Это очень серьёзная должность… Ты уже знаешь, что я всё это умею и… очень неплохо?

— Знаю… Это более, чем серьёзно. Конечно, я слишком доверчивый, и жизнь меня за это наказывает, и наказывать будет, но… — он открыто смотрел в дивные глаза своей птички, — Я верю тебе, и верю в тебя!

— Ох, ты не пожалеешь об этом! — ломающимся голосом вскрикнула Белла и… заревела.

— Не плачь, моя птичка! Не надо плакать… — сгрёб её в охапку Андрей и нежно прижал к себе, — А то я тоже заплачу…

— Это от избытка… всего! Эти несколько дней должны были сломать меня окончательно, а вышло всё наоборот… — глубоким грудным голосом произнесла женщина и, всхлипывая, продолжила, — Ты многое знаешь обо мне, но знай ещё… Я хороший режиссёр! Не знаю, как могла забыть такое… И ты быстро убедишься в этом, Андрей! Но мне не нравится снимать банальное порно, да и вообще…

— Ах, Беллочка, это именно то, что я хочу! Не только порно, не только эротику, совсем не только…

— Серьёзно? — слёзы высохли мгновенно, — Но… Ты снова меня удивляешь!

— Завтра всё узнаешь, завтра… Но и у меня вопрос, откуда ты знаешь Павла?

— Знаю?.. Помнишь, ты говорил мне о прошлой жизни? Я задумалась об этом и… начала вспоминать… Смутно, как в густом тумане, но… — медленно и вдумчиво рассказывала Белла, — Вот и Павла я помню из прошлой жизни… Возможно, я была с ним знакома… а с его творчеством точно! Там он был… великим оператором!

— Да… О чём-то подобном думал и я… — медленно проговорил Андрей.

— Ты тоже его знал? — внимательно посмотрела на него женщина.

— Знал?.. Где-то я о нём слышал, — уклончиво ответил мужчина, не готовый сейчас углубляться в тему памяти о прошлом, и переменил тему, — А ты здесь лихо подготовила действие, я оценил…

На следующий день, несмотря на все студийные заботы, Андрею предстояло важное дело — у Ольги заканчивался карантин, и забрать её он решил лично и незамедлительно. Мужчину беспокоил тот факт, что срок карантина девушки оказался значительно более продолжительным, чем, например, у её бывшей преподавательницы Натальи. Разбираться в причинах такого несоответствия Андрей посчитал бессмысленным, но о нынешнем состоянии Оли он знать не мог, и это его нервировало. В полдень за Вершителем приехала машина, на которой он отправился в отель. Там Андрей принял душ, переоделся, побеседовал с Катриной и Эммой около получаса и, нежно расцеловав их на прощанье, ещё раз пообещал вернуться, как только позволят дела. Сев в свой, припаркованный у отеля, «Мерседес», Вершитель отправился прямо в карантинную зону, находившуюся к востоку от центра, чуть в стороне от набережной небольшой чёрной речки. Андрей остановился около КПП, и зашёл туда, чтобы выполнить необходимые формальности. Процедура длилась не более десяти минут, после чего перед автомобилем Вершителя открылись внешние ворота зоны, строго охранявшейся Блюстителями. Андрей остановил машину в зажатом двумя высокими кирпичными стенами пространстве между внешними и внутренними воротами карантинной зоны, открыл дверь, закурил и стал ждать… Через полчаса в десяти метрах от автомобиля открылась боковая дверь в стене и оттуда появились два дюжих парня, то ли охранника, то ли санитара. Ничуть не напрягаясь, парни несли носилки, на которых лежало прикрытое простынёй худенькое тело с белокурой головкой. Худшие опасения Андрея начали оправдываться.

— Что с ней? — сурово спросил он.

— Ничего особенного, Господин Вершитель! — подчёркнуто вежливо, но абсолютно равнодушно ответил один из парней, — Ослабла она, конечно… А сейчас просто крепко спит.

— Понятно, — пробурчал Андрей, открыл заднюю дверь машины и, не позволив молодцам касаться девушки, взял её на руки и переложил на заднее сиденье. Садясь за руль, он автоматически сказал парням, всё ещё стоящим рядом и глядящим на него исподлобья: — Благодарю за службу…

— Рады стараться! — в унисон гаркнули просиявшие молодцы…

С тревогой поглядывая на Олю в зеркало заднего вида, Андрей, сдав пропуск Блюстителю, выехал из ворот зоны и погнал «Мерседес» к студии «Альфа». Он решил временно поселить девушку не в Доме у Реки, где, похоже, надолго, обосновались Белла с Ларисой, а в своём доме, который сотрудники студии быстро нарекли «Домом Хозяина». Проехали полдороги, когда девушка на заднем сидении зашевелилась и приоткрыла глаза. Андрей улыбнулся ей в зеркало, разумеется, не надеясь, что Ольга сразу признает его после карантина, а просто стараясь, чтобы она не испугалась незнакомца.

— Андрюша… Я пить хочу, — раздался слабый голосок. Мужчина на мгновение потерял управление, а потом резко дал по тормозам, едва не уронив девушку на пол. Кое-как припарковавшись у обочины, он вытащил дежурную бутылку воды из бардачка и, не выходя наружу, цепляясь за передние кресла, перелез на заднее сиденье.

— Ты… Ты меня помнишь? — заикаясь от волнения, спросил Андрей, положив голову Ольги на свои колени и давая ей напиться прямо из горлышка.

— Разве такого забудешь? — слабо улыбнулась она, — Всё я помню…

— Но… так не бывает! — вырвалось у него, но Оля только сложила губки бантиком и прикрыла глаза.

— Мне плохо, Андрюша, — прошептала она, — Мутит…

— Ничего-ничего, маленькая!

— Но в машине…

— Плевать! — воскликнул Андрей, тело девушки судорожно содрогнулось, она рывком повернулась лицом к полу и её стошнило…

— Извини, — жалко посмотрела на мужчину Ольга.

— Ничего страшного, Оленька! — он достал из кармана носовой платок, смочил его водой из бутылки и обтёр её лицо, а затем свернул платок лентой и ещё раз намочив, положил девушке на лоб, — Потерпи, скоро мы будем дома…

Оля чуть заметно улыбнулась и почти сразу уснула. Андрей выждал ещё несколько минут, осторожно положил голову девушки на мягкую кожу сиденья и вылез из машины.

Он никак не мог успокоиться и поверить в реальность происходящего… «Она всё помнит? С ума сойти!» — Андрей достал сигарету и, закуривая, одновременно схватился за телефон. Он звонил на студию. К счастью, Сергей быстро отыскал медичку. «Лариса, слушай меня внимательно! Мне нужна твоя помощь. Немедленно, но без шума иди в мой дом. Сергей тебе покажет и откроет. Прихвати с собой аптечку и жди меня внутри. Приеду минут через 10–15, тогда всё и объясню… Никому ничего не рассказывай, даже Белле, поняла?» Через десять минут «Мерседес» Андрея въезжал в подземный гараж Дома Хозяина. Ещё через минуту Андрей вносил завёрнутую в простыню худенькую девушку в большую спальню первого этажа. Лариса в идеально-белом халате и с медицинским саквояжем в руках шла рядом и бросилась к новой пациентке, как только та оказалась лежащей на постели. Мужчина вышел из комнаты, сжимая в руке снятую с Ольги простыню, в сердцах отбросил её в сторону и посмотрел в спальню через дверной проём. Оля осунулась и похудела. Обострились скулы, под маленькими грудками обозначились косточки рёбер, а по бокам от впалого животика выступили кости таза… Лариса действовала быстро, но не торопясь, чётко, словом, профессионально. Измерив температуру тела и давление, медичка сделала пациентке укол внутривенно и со словами «сейчас вернусь», умчалась из дома. Через пять минут она вернулась с Сергеем, волокущим какую-то белую штангу или стойку, Андрей сразу не разобрал. Сергея Лариса не подпустила к спальне даже близко, и принялась устанавливать Ольге капельницу.

— Что случилось? — спросил управляющий у хозяина студии, когда они ушли в гостиную и закурили.

— Надеюсь, ничего страшного, — ответил Андрей и пояснил: — Там девушка… Думаю, наш ведущий сценарист в скором будущем… Только что привёз её из карантина… Не распространяйся, пожалуйста… Зачем шумиха?

— Я понял, — кивнул Сергей, — Помощь нужна?

— Нужна Наталья… на несколько суток… Справишься без неё?

— Справлюсь. Ирина есть… А Наташу сейчас позову, — ответил управляющий, и в это время появилась Лариса.

— Ничего угрожающего не происходит, Господин Андрей! — доложила она, — Сильное переутомление, хотя физических повреждений нет… Небольшое обезвоживание… Я поставила капельницу. Нужна сиделка на сутки, максимум на двое… Мне остаться?

— Не надо. Сиделка сейчас будет. На тебе только общий контроль… Девушка спит?

— Да, проспит несколько часов… Нужна ещё специальная диета на неделю, сиделке я всё расскажу и распишу… Сниму капельницу, когда закончится, и вернусь через пару часов, хорошо?

— Хорошо, — ответил Андрей, благодарно взглянув на Ларису, и обернулся к управляющему, — Сходи за Натальей, Сергей, и вот ещё что… Закажи корпоративные мобильники для всех постоянных сотрудников студии… Хорошие мобильники! И Ларисе выдай в первую очередь! Медицина всегда должна быть на связи.

Управляющий вышел, а через десять минут пришла ничего не понимающая Наталья. Впрочем, Андрей быстро ввёл её в курс дела, чётко пояснив, что лучше неё с таким поручением никто не справится. Этих слов оказалось достаточно, чтобы женщина взялась за дело с энтузиазмом. Лариса объяснила новоявленной сиделке все детали процесса и ушла, зардевшаяся от благодарного поцелуя Хозяина в щёку… Мужчина вошел в спальню. Ольга тихо спала под одеялом, Наталья сидела рядом. «Училку из неё ничем не выбить», — подумал Андрей, рассматривая брючный костюм и малиновую блузку с волнистым воротничком в стоечку, с которым несколько диссонировал изящный кожаный с серебром ремешок на шее.

— Какая она юная… Только бледненькая и худенькая слишком, — подняла Наташа на него свои очки, — Но это мы поправим…

— Не сомневаюсь, — улыбнулся мужчина, — Она тебе никого не напоминает?

— Нет, Господин… А должна?.. Как её зовут?

— Ольга.

— Ольга… Оля… — задумалась бывшая училка, — Что-то такое… Нет, не помню…

— Пускай поспит, — Андрей взял Наталью за руку и вывел из спальни в соседнюю небольшую комнату, где было всё необходимое для проживания одного человека, — А ты можешь пока ночевать здесь.

— Хорошо, Господин… А эта девушка… Оля будет жить здесь, в Вашем доме?

— Нет, Наташа… Но она будет жить и работать на нашей студии…

— «На нашей»… Как хорошо Вы сказали!.. Простите мою нескромность: Оля станет Вашей новой рабыней?

— Да.

— Она такая молодая и красивая… А я…

— А ты интересная зрелая женщина в самом соку, — подхватил мужчина, снимая с неё пиджак и расстёгивая пуговицы блузки, — Только стилисту нужно будет научить тебя одеваться разнообразнее…

Выходя из дома, он намеревался в двух словах обменяться новостями с Сергеем, Изабеллой и Павлом, оставить остальные дела до завтра и отправиться в отель. Но на деле всё получилось иначе. Сначала Андрей столкнулся с Ларисой, намеревавшейся повторно проведать свою новую пациентку, и начавшую с ним неожиданный разговор.

— Я, конечно, сделаю всё, как надо, Господин! Девушка, несомненно, скоро поправится, — говорила медичка, — Но для ускорения процесса выздоровления Вы ей нужны больше, чем я…

— Что ты имеешь в виду? — удивился Андрей.

— Не знаю, как Вам это удалось, но Белла пришла в себя удивительно быстро!

— Ты считаешь, что её вылечил я? Каким же образом?

— Вот это мне и непонятно… Возможно, у Вас особый дар!.. Лечить руками…

— Руками? Или другими частями тела? — усмехнулся он.

— Может быть и другими… — сконфузилась Лариса, — Но я уверена, что завтра, когда новая девушка немного восстановится, Вам было бы хорошо уделить ей внимание, Господин!

— Я, собственно, и планировал навестить её завтра, — скептически улыбнулся мужчина, — Но что ты рекомендуешь конкретно, пампушечка? Секс?

— Да, — густо покраснела Лариса, — Нежный и ласковый контакт…

— Первый раз слышу такое оригинальное предписание врача! — широко улыбнулся Андрей, и взял мягкую руку медички в свою, — Значит, ты уверена, что раны Изабеллы я тоже излечил таким же образом?

— Да, — упрямо кивнула Лариса, — По крайней мере, без Вашего воздействия это так быстро не случилось бы…

— Других объяснений нет? — покачал головой мужчина.

— Возможно, Вам помогло в исцелении Беллы ещё одно средство, но в это мне верится гораздо меньше…

— Вода? — внимательно посмотрел на медичку Андрей.

— Вы читаете мои мысли? — вздрогнула она, — Да, я думала о купании в этом… бассейне… Как Вам не страшно там плавать? Ну, Белла-то просто к Вам пошла…

— Лариса! — он заговорил тихо с неожиданно серьёзным выражением лица, — Я завтра буду здесь, рядом с Ольгой, но это не всё. Давай договоримся с тобой о серии опытов.

— Опытов? — удивлённо посмотрела на мужчину медичка.

— Да. Причём знать о них будем только ты и я. Если принести тебе воду из бассейна, ты сможешь её исследовать?

— Конечно, необходимое оборудование уже имеется… К вечеру настрою…

— Прекрасно! Если понадобится что-то дополнительно, скажешь мне лично. Я принесу тебе воду из бассейна на острове, литра хватит? Много? Ну, не важно… Посмотрим, что покажет анализ, а там и решим…

— Хорошо, Господин Андрей! Я сделаю всё тщательно и… молча.

Не успел хозяин студии попрощаться с Ларисой, как к нему подлетел Павел и потащил Андрея на студию, чтобы представить своего хорошего знакомого, большого мастера компьютерной и прочей цифровой техники. Невысокий и худощавый молодой мужчина по имени Иван расположил к себе Хозяина студии знанием дела, разумным энтузиазмом и чувством юмора. Идеи и задумки он схватывал налету, тут же предлагая общие концепции технического решения. Увлёкшись разговором с новым сотрудником, а Иван им стал через десять минут беседы, Андрей даже не заметил, как к нему подошла Белла и, наклонившись к сидящему на диванчике в холле студии Господину, нежно поцеловала его в щёку. Он, не прерывая разговора, светло улыбнулся ей, посадил женщину на колени, поцеловал в носик и ласково обнял. Иван и Павел смотрели на красавицу-мулатку с неподдельным восхищением. Заметив, что с её появлением серьёзный разговор мужчин разладился, Белла нежно поцеловала Андрея в губы и, разборчиво пробурчав: «В следующий раз надену платье подлиннее», легко поднялась и двинулась к лестнице на второй этаж. Андрей лукаво посмотрел ей вслед и громко рассмеялся, женщина обернулась, показала компании язык и расхохоталась в ответ… Это милое происшествие только добавило хорошего настроения в продолжившийся творческий диспут. А чтобы перейти от слов к делу, хозяин студии предложил Ивану вместе отправиться на место проведения грядущего ТВ-шоу. Компьютерщик сразу согласился, и Андрей не раздумывая позвонил Банщику, который страшно обрадовался звонку и выразил готовность принять гостей незамедлительно, а заодно и отобедать в его катакомбах. Решив ковать железо, пока горячо, Андрей отправился за своей машиной. Спускаясь в гараж, он вспомнил, что салон надо бы привести в порядок. Звать кого-то на помощь было глупо, Андрей прекрасно справился сам, и через полчаса они с Иваном выехали к «Куртизанской».

Обычно, как теперь стало понятно, здесь становилось многолюдно ближе к ночи, но и сейчас у входа на станцию дефилировали разнообразные, ярко разукрашенные особи обоих полов. К своему удивлению, Андрей обнаружил, что его здесь уже знают. Вокруг шептались: «Вершитель… Господин Альфа…». Иван следовал за ним, с любопытством крутя головой. Когда они вошли внутрь, шуму прибавилось.

— Купите девушку, Господин! — раздался неприятный, какой-то мяукающий мужской голос. Андрей сделал вид, что не слышит, но «продавец» не унимался, — Купите, не пожалеете! Эксклюзивный экземпляр!

— Шёл бы ты во тьму! — не выдержал Вершитель, но тот преследовал его по пятам и даже попытался взять за плечо, в чём быстро раскаялся. Разозлившийся Андрей резко остановился, развернувшись перехватил и рывком крутанул руку надоедливого «продавца». Тот взвыл, получил увесистый пинок под зад, и полетел на пол под визг наблюдавших за этой сценкой девиц и дружное ржание парней…

— Крепко Вы его припечатали, — одобрительно кивал Иван, когда они уже сидели у Банщика за струганым столом, курили и попивали пиво в ожидании угощения.

— Кого? Что случилось, Господин Альфа? — тут же заинтересовался толстяк.

— Ничего особенного, — буркнул Андрей, но Иван живописно поведал о случившимся наверху.

— Совсем распоясалась эта мелюзга, — констатировал Банщик, — Пора порядок наводить, а то всех клиентов распугают…

— Так наведите! — зло произнёс Вершитель.

— Сделаем, Господин Альфа! Только здесь место такое… Уберёшь одних, появятся другие… Культовое место, как говорят эти размалёванные…

— Культовое, так их во мрак! — выругался Андрей, — Если нельзя уничтожить, надо заорганизовать!

— Это как? — вылупились на него собеседники, приступая к трапезе.

— Слушай, Банщик, не разочаровывай меня, — мрачно произнёс Вершитель, вокруг которого уже крутилась знакомая по прошлому визиту официантка Дина, — Я пришёл обсудить с тобой серьёзное дело! Если вложусь в ТВ-шоу, к тебе клиенты попрут, сам знаешь… Разные клиенты! Для Вершителей — VIP — развлечения за соответствующую плату, для Служителей (а их будет уйма!) — отдых попроще, а прибыль побольше!

— Как так? — удивился толстяк.

— Не догоняешь? После просмотра ТВ, народ к тебе толпой повалит… Скажешь «только для избранных» всю прибыль потеряешь! А если подготовишь место для развлечения среднего класса — утомишься денежки считать!

— Да, перспектива, — мечтательно произнёс толстяк, — Но чтобы подготовить место, а его в принципе хватает, нужны средства…

— Средства я тебе дам, но не просто так. С завтрашнего дня работаешь над планом целого парка развлечений. Работаешь быстро, план сразу ко мне, обсудим, утвердим и вперёд!

— Господин Альфа — это бомба, всем бомбам бомба! — взревел Банщик, Иван посмотрел на Андрея с нескрываемым уважением, а Дина с восхищением.

— Не перебивай… Арену для Охоты в режиме реального времени для ТВ покажешь Ивану сегодня. Он просчитает технические детали. Разумеется, эту арену будем использовать и для клиентов, но не для VIP. Вершители — Господа разборчивые, тусоваться вместе с другими не станут. Для них подготовим отдельную, закрытую для других арену и прочие вкусности… С отдельным входом, разумеется!

— Дорого! — крякнул Банщик.

— Что?! Ты головой думай! Впрочем, если не хочешь…

— Да что Вы, Господин Альфа! Я под все Ваши планы подписываюсь! — аж вспотел толстяк.

— То-то же! Затраты тебя волновать не должны! Но они волнуют меня, поэтому всё буду проверять… И всё делаем быстро и красиво! Понял? Через две недели — пробная съёмка, через месяц — эфир…

— Так точно, Господин! — взревел Банщик, — А моя доля?

— Твою долю обсудим наедине. Не бойся — не обижу, если дело своё чётко делать будешь… А вот с этой, тьма ей в дышло, тусовкой вокруг станции и внутри тоже — разобраться в первую очередь!

— Так как разобраться? Как заорги… заорганизовать?

— Вся станция должна быть наша!

— Ух, — выдохнул толстяк.

— Кого выгнать отсюда без шума и пыли (А может и с шумом, чтоб другим неповадно было!), кого купить — думай сам, потом обсудим. Размалёванных этих культистов можно и оставить, но… Неуправляемых долой! Найди вменяемых лидеров, поговорим через них с этой тусовкой и управимся.

— Круто! — воскликнул Иван, — Толковая идея…

— Гениально! — замычал Банщик.

— Оставь ты эти славословия, — скривился Андрей, — Лучше скажи, этого недоноска, которого я пнул, знаешь? Он из ряженых?

— Знаю… Гвоздём его кличут, — ответил толстяк, — Никакой он не культист… Шушера мелкая… Девок таскает откуда-то, и нажиться на них норовит. Давно я на него зуб точу… Уже один скандал был. Пришёл ко мне клиент с двумя девицами, так Гвоздь чуть одну не умыкнул… Получил, конечно, по полной, успокоился вроде… Ан, нет, опять принесла его нелёгкая. Ну, доберусь я до него!

— Доберись-доберись… Разгони эту мразь!

— Динка, да перестань ты приставать к Господину! — окликнул Банщик официантку, выпивая с собеседниками по маленькой за дружбу.

— Пусть посидит рядом, от меня не убудет, — усмехнулся Андрей, — Кстати, надо бы перерыв объявить, а то мы наедимся сейчас… Кто пойдёт Ивану арену Охоты показывать?

— Я всё покажу, Господин Альфа! — немедленно ответил толстяк, — А Вы отдыхайте…

— Отдохнуть я ещё успею, — засмеялся Вершитель и хлопнул по ляжке сидевшую рядом Дину, — Пойдёмте-ка вместе!

— Возвращайтесь скорее, Господин! — быстро зашептала ему на ухо официантка, — Я буду ждать Вас в комнате отдыха.

Выходя из-за стола, Андрей обернулся на девушку, одна едва заметно подмигнула ему и тут же опустила глаза… Освещённые, насколько это было возможно, катакомбы произвели на Вершителя двоякое впечатление. С одной стороны, без таинственной темноты уровень адреналина падал к нулю. С другой, оказалось, что пятен крови на полу и стенах гораздо больше, чем мужчина мог разглядеть во время Охоты. И кровь это была не киношная, а самая настоящая. В некоторые углы и закоулки катакомб свет не попадал, там Иван всё осматривал особенно тщательно. Он, как сразу заметил Андрей, схватил идею проекта влёт и сразу приступил к подготовке её реализации. Вершителя больше интересовала захламлённая лестница в полукруглом зале, где пока ничего не изменилось, и открытая теперь металлическая двустворчатая дверь в новое пространство катакомб. За дверью стояла кромешная тьма, освещение там ещё не наладили. Банщик обещал, что на днях ситуация изменится, но Андрей с Иваном чуть ли не в один голос заявили, что для пробных съёмок достаточно старой территории. Правда, Вершитель дал задание толстяку собрать всю имеющуюся информацию о ближайших подземельях… Иван решил приступить к измерениям помещений, Банщик вызвался помогать ему, а Андрей вернулся к официантке Дине.

Комната отдыха, как и предполагал Вершитель, оказалась весьма типичной для сауны. Не слишком уютное для сна, это помещение было хорошо подготовлено для плотских удовольствий. На широкое ложе, обитое неведомой Андрею розовой с матовым блеском гладкой тканью и само по себе вызывавшее тёмные желания, официантка постелила простую, но чистую простыню и ждала Вершителя, полулёжа на ней. В рассеянном розовом свете, наполнявшем комнату, Андрей впервые внимательно рассмотрел Дину. Этой миловидной шатенке, видимо, не было ещё и тридцати. Складная невысокая фигурка, без выдающихся достоинств, но и без видимых недостатков. Почти идеально правильный овал лица с красивыми пухленькими губками и широко расставленными глазами, в которых читался восточный колорит. Униформа официантки шла ей, особенно сейчас, в розовом свете и с выставленными напоказ стройными ногами.

— Идите сюда, мой герой! — привставая, поманила его Дина, — Отдохните хоть немного…

— Можно и отдохнуть, — произнёс Андрей, снимая куртку, — Но ты что-то хотела рассказать мне?

— О, я многое расскажу, когда Вы будете совсем рядом, — таинственно прошептала официантка, помогая мужчине раздеться и укладывая его на постель. Не снимая униформы, Дина устроилась рядом и принялась медленно гладить его грудь, опускаясь к животу.

— Я слушаю тебя, детка, — прикрыл глаза Вершитель.

— Сначала о Гвозде, — заговорила она, не переставая ласкать мужчину, — Он не так прост и безобиден, как Вы думаете… У Гвоздя есть помощник… Законченный отморозок… Будьте осторожны, Господин Альфа!

— Похоже, ты хорошо осведомлена о здешних обитателях?

— Очень хорошо! Поэтому и беспокоюсь о Вас…

— С чего бы тебе беспокоиться именно обо мне? — приоткрыл глаза Андрей.

— Вы — мой герой! — улыбнулась ему Дина, — Разрешите поцеловать Вас?

— Герой — это круто! — с улыбкой он взял её руку, и женщина опустила голову к его лицу, — Но ничего героического я пока не совершил…

— Совершили! А сколько совершите ещё! — целуя лицо и грудь Вершителя, Дина забралась рукой в его трусы, — А ещё я хочу поговорить с Вами о Банщике…

— В самом деле? — встрепенулся разомлевший, было, от ласк мужчина, — Любопытно…

— Он говорит Вам не всё, — официантка наклонилась прямо к уху Андрея, — И не так…

— И ты хочешь со мной этим поделиться? — Вершитель уложил женщину рядом с собой и посмотрел ей в глаза вопросительно, — С чего бы это, детка?

— Я и не надеялась, что Вы сразу мне поверите, Господин Альфа! — шептала Дина, глядя ему прямо в глаза, — Но выслушайте, хотя бы… Банщик груб и глуп… Ваши планы слишком грандиозны для его скудного ума и мелкой, алчной сущности…

— Допустим, — тихо ответил Андрей, продолжая смотреть в лицо официантке и поглаживая её задницу, — Но зачем тебе влезать в это?

— Если я правильно поняла, Вы приняли решение заняться проектом шоу на ТВ и расширением всего предприятия на станции лично, — выражение лица Дины стало очень серьёзным и, даже автономно, казалось бы, действовавшие руки женщины остановились, — Мне хотелось бы участвовать в этом… Я хочу работать на Вас!

— Стоп, детка! — тихо, но твёрдо произнёс Андрей, стаскивая с женщины коротенькое платье вместе с белым передником, — Не скажу, что ты меня убедила, но… Если мы и продолжим этот разговор, то не сейчас и не здесь.

— Конечно, Господин Альфа! — на Дине остались только чёрные колготки в белую точечку с большим вырезом на причинном месте и белый чепчик официантки на голове, — Когда скажите и где Вам удобно! Приезжайте ко мне в гости, если хотите…

— А где ты живёшь, Дина? — поинтересовался мужчина, изучая руками женскую грудь.

— Дальше на восток… «Отель Мумии и жести»…

— Как?! — оторопел Андрей и вдруг засмеялся, — А… Я понял…

— Ничего смешного, — произнесла женщина, — Безумное название какое-то… А гостиница хорошая, уютная и место тихое…

— Как же ты туда добираешься, детка?

— Как и другие… Каждые полчаса маршрутка от станции ходит к окраине и каждые полчаса в центр, на такси дороговато…

«Надо же, здесь и общественный транспорт имеется, — подумал Вершитель, — А я и не замечал…»

Прошло около часа, в дверь комнаты отдыха постучали. Вернувшийся Банщик интересовался Господином Альфа. Андрей шепнул Дине что-то на ушко, и официантка крикнула, что Господин выйдет через несколько минут. Прежде чем отпустить Вершителя, ещё не одевшаяся женщина сунула ему в руку продолговатый предмет из толстого чёрного пластика с металлическими контактами на конце. Приборчик оказался электрошокером. Андрей пожал плечами, но на всякий случай положил его в карман куртки…

Когда они с Иваном выходили из здания станции, местная тусовка притихла. Андрей уже собирался садиться в припаркованный на дальней стороне площадки «Мерседес», как заметил прячущуюся за машиной фигуру.

— Кто здесь?

— Вы должны спасти её, Господин! — раздался женский голос, и фигура вышла из тени.

— Валентина?! — удивился Вершитель, разглядывая женщину, — Что случилось? Кого я должен спасти?

— Господин Андрей?! Как я рада, что это Вы! — выдохнула продавщица с вернисажа, — Я слышала, что к кому-то приставал этот… недоносок… Гвоздь… Не к Вам ли?

— Ко мне, — кивнул он, — За что и получил… Что ещё случилось?

— Эта мразь… Он схватил девушку… подругу моей знакомой…

— Понял. Гвоздь предлагал мне девушку, — мрачно проговорил Андрей, попросил Ивана оставаться у машины и быть настороже, усадил Валю на заднее сидение, а сам двинулся назад, к станции.

Подойдя к зданию, Вершитель поймал за руку первую попавшуюся размалёванную особь и потребовал найти и позвать Гвоздя. Особь округлила глаза, кивнула и умчалась. Андрей отошёл на десяток шагов от станции и закурил. Не успел он докурить сигарету, как из здания вышел щуплый парень, огляделся и осторожно направился к нему.

— Чем могу быть полезен Господину? — с опаской спросил Гвоздь.

— Что ты там предлагал, купец? — негромко произнёс Вершитель.

— О, девушки на любой вкус, Господин! — развязно замяукал тот, расплываясь от слова «купец», — Самый лучший товар по разумной цене!

— Не паясничай, Гвоздь! — зло уставился на него Андрей, — Что там за эксклюзивный экземпляр?

— Ну да… Есть такой, но дороже… — парень немного сник, но ещё пытался держать марку, — Настоящая жемчужина востока! Пойдёмте, покажу…

— Вот ещё! — возмутился Вершитель, — Сам приведёшь её сюда. А я посмотрю, стоит ли эта жемчужина моего внимания.

— Стоит-стоит… И внимания, и денег… Пусть будет по Вашему, сейчас приведу, — хмуро ответил Гвоздь и, разворачиваясь, пробурчал, — Неплохо бы ещё и компенсацию за вывернутый сустав и эта… моральный ущерб…

— Мрака тебе мешок, а не компенсацию! Я не фрей-фея, чтобы за каждый пинок платить, — зло произнёс Андрей ему в спину, — И поторопись, долго ждать не стану…

Минут через десять размалёванные, тусовавшиеся у входа на станцию, рассыпались по сторонам, а к Андрею, стоявшему рядом с Иваном у «Мерседеса», двинулась через площадку процессия в составе Гвоздя и рослого широкоплечего детины, ведущего на верёвке миниатюрную пленницу, на голове которой красовался мешок. Почувствовав неладное, Вершитель кивнул Ивану, чтобы он отошёл к задней двери автомобиля и приоткрыл её, а сам включил электрошокер, не вынимая его из кармана куртки, и сдвинул переключатель мощности до максимума. Тем временем, детина стащил мешок с головы девушки, и Андрей вздрогнул, увидев полные слёз знакомые глаза замотанной толстой верёвкой японки. Она что-то пыталась произнести, но мешал кляп, находившийся в её маленьком ротике. Вершитель сделал пару шагов вперёд и поманил пленницу к себе. Державший её детина посмотрел на стоявшего рядом Гвоздя, и отпустил верёвку. Андрей, не двигаясь с места, дождался пока девушка неуверенной походкой подойдёт к нему и, делая вид, что рассматривает пленницу, наклонился к ней: «Аоки, в машину, живо!» Несколько секунд японка хлопала глазами, пока до неё дошло, кто стоит перед ней. Глаза девушки расширились, она выпрямилась и со всей прытью, которую позволяли путы, устремилась к автомобилю. Увидевший это Гвоздь взвизгнул, а его здоровенный помощник, соображавший не так быстро, взвыл, достал из кармана нож и ринулся за беглянкой… Дальше дело шло на секунды. Детина, пробегая мимо Андрея, получил мощный разряд электричества в бок и повалился на землю, в воздухе сильно запахло палёным мясом. Гвоздь, присевший на месте от неожиданности, попытался развернуться и сбежать. Но Иван, захлопнувший заднюю дверь машины за японкой, молниеносно догнал его и подножкой уложил на асфальт. Тут же подоспел и Андрей с электрошокером в руке. «Не убивайте меня, Господин Вершитель! — замяукал Гвоздь, — Я больше не буду!» Не позволяя парню подняться, Андрей вытащил ремень из его штанов и замотал руки Гвоздя за спиной. Парень ныл и умолял, а Вершитель звонил Банщику.

Через пять минут запыхавшийся толстяк с двумя крепкими провожатыми разных полов стоял рядом, а к станции неожиданно подъехал микроавтобус, из салона которого вылез Блюститель.

— Только не это, Господин Вершитель! Не отдавайте меня им! — взмолился Гвоздь.

— Забирайте, — глухо произнёс Андрей, дотрагиваясь пальцем до УСа Блюстителя и указывая ему на безрезультатно силящегося подняться детину, уронившего нож на мостовую. Блюститель кивнул и молча посмотрел на Гвоздя, и снова на Андрея, который криво усмехнулся: — С этим мы сами разберёмся образцово-показательно… Банщик, забирай этого недоноска…

Вершитель довёз Ивана до студии, развернулся и погнал автомобиль в 43-й округ, наблюдая в зеркало заднего вида, как Валентина пытается успокоить освобождённую от пут Аоки.

— Ты цела, девочка? — спросил он.

— Да, Господин Андрей! Они ударили меня всего несколько раз… — тихо плакала японка, — Но если бы Вы не пришли на помощь… Спасибо Вам! Я буду благодарить Вас до конца жизни…

— Успеешь ещё, — буркнул мужчина.

— Так Вы знакомы с Аоки, Господин?! — поразилась Валя, — И куда Вы нас везёте, позвольте спросить?

— Домой, куда же ещё? Я знаком с Аоки и знаю, где она живёт. А куда мне отвезти Вас, Валентина?

— Вы тоже знаете Господина Андрея, Госпожа Валя? — девушка, тоже не скрывавшая удивления, произнесла не «Валя», а «Валия».

— Чуть-чуть… Господин купил у меня полотно Рериха на вернисаже, — улыбнулась Валентина и обратилась к Андрею, — Я живу в двух домах от Аоки, мы соседи…

— Ясно. И как Вы узнали, что её… украли?

— Это я виновата, — помрачнела Валя, — Аоки иногда приезжает ко мне на вернисаж поучиться искусству макияжа… Она очень способная!.. И я, растяпа, оставила её сегодня за прилавком одну…

— Всего на десять минут, — тоненько подхватила японка, — А тут этот… Вы не виноваты, Госпожа Валия! Это я виновата в том, что случилось!

— Я всё понял, — кивнул Андрей, — И перестаньте искать виноватых… Назовём это несчастным случаем… Вы Елене позвонили?..

Заплаканная Елена встречала их у дверей своего дома. Она долго обнимала и оглаживала Аоки, а потом вдруг бросилась на шею Андрею, покрывая его лицо поцелуями, не обращая внимания на остолбеневшую Валентину и улыбающуюся японку, поминутно утиравшую слёзы. Опомнившись, Елена предложила всем войти в дом, но Валя заявила, что слишком вымоталась морально и физически, а Андрей объявил, что вернётся, как только проводит Валентину домой… До её дома шли пешком около полукилометра. Женщина взяла Андрея под руку и молчала, ему тоже не хотелось говорить.

— Вы спасли и её, и меня, Господин Андрей! — очень серьёзно своим низким голосом говорила Валентина на пороге уже открытой двери своего коттеджа, — Не приглашаю к себе в дом сейчас, Вас ждут Аоки и Елена… Но я умею быть благодарной, и Вы убедитесь в этом!

— Это всё лишнее, — отмахнулся Вершитель, — Все живы и целы, ну какая тут нужна благодарность ещё, скажите на милость?

— Нужна… Какая? Если я мила Вам, то сами знаете, какая… — глаза женщины, взявшей Андрея за руку, блеснули.

— Сегодня Вам нужно отдохнуть, Валя! — произнёс мужчина, выпуская её руку из своей, и улыбнулся, — Но позднее мы непременно увидимся…

— Обязательно, — слегка склонив голову на бок, проговорила Валентина, — Вы же должны увидеть на мне подаренный Вами убрус…

Через полчаса Андрей стучался в дом Елены, и впервые дверь ему открыла сама хозяйка. Мужчина снял обувь и куртку в прихожей и направился в закуток Аоки, где Елена отпаивала ещё влажную после душа девушку чаем. Японка стыдливо натянула на себя одеяло до самого подбородка, но глаза её светились благодарностью и радостью при виде Андрея. Мужчина попросил разрешения хозяйки покопаться на кухне, и с чувством, близким к восторгу, обнаружил в холодильнике литровую бутылку «Чиваса», заполнил большой стакан наполовину льдом, а затем налил виски до краёв.

— Я сейчас накормлю Вас, Господин Андрей! — улыбнулась Елена, возвращающемуся со стаканом мужчине, и тут же привычно перешла на «ты», — Что это, дорогой, ты же за рулём?

— А я уже никуда не еду, — с видимым удовольствием поглощал напиток Андрей.

— Как это? — ахнули обе женщины, а хозяйка дома добавила, — Вы остаётесь у нас на ночь?!

— Именно так, — легкомысленно кивнул мужчина, — Никто не против?

— Не-ет, — женщины так забавно синхронно замотали своими милыми головками, что Андрей рассмеялся…

— Спасибо за заботу, Госпожа Елена, попробую уснуть, — с виноватой улыбкой произнесла Аоки через некоторое время, — А вам нужно побыть вдвоём… Господин Андрей, как мне отблагодарить Вас?

— Никак… Ох, ну как-нибудь отблагодаришь потом… А сейчас отдыхай, маленькая! — Андрей широко улыбнулся ей и, потушив свет, отправился вслед за Еленой в гостиную.

— Это чудо, что ты оказался рядом! — с чувством произнесла Лена, пытаясь накормить мужчину лёгким ужином, но он только пил и курил, — Что Вы там делали?

— Леночка, ты скоро совсем меня запутаешь своими «ты» и «Вы»… Я ездил туда по делам, — улыбался Андрей. Хозяйка собралась было включить громкую музыку, но мужчина поймал её за руку:

— Пока ничего нового и важного, — шепнул он ей на ухо, а вслух добавил, — Не включай музыку, пусть Аоки поспит…

— Но почему ты ничего не ешь?

— Во-первых, там я находился на деловом обеде, достаточно плотном. Во-вторых, мои нервы тоже не железные, а потому не хочу есть, а хочу напиться!

— В зюзю?

— Нет. Если, конечно, ты не желаешь провести ночь с пьяным в стельку мужиком!

— Не слишком радостная перспектива, но… Сегодня Вам можно всё!

— Прелесть какая… — тихо рассмеялся Андрей.

— А откуда ты знаешь Валентину? — неожиданно спросила Елена.

— Покупал у неё Рериха.

— Что покупал? Рериха?! С ума сойти… Как мало я тебя знаю…

— Пока мало… — поправил её Андрей, делая ударение на слово «пока».

— Да, — вздохнула женщина и вернулась к разговору о своей соседке, — Валя очень интересная женщина, и в Княжестве она давно, намного дольше меня… У меня была мысль познакомить вас, но…

— Что «но»? — прервал мужчина затянувшуюся паузу.

— Она не молодая, но очень интересная… Я боялась, что ты западёшь… Запал?

— Запал, — признался Андрей, — Но совсем не так, как на тебя!

— Всё Вы врёте, Господин! — фыркнула женщина.

— Зачем мне обманывать тебя, Леночка? Иди лучше ко мне…

— Куда же я от тебя теперь денусь, дорогой? — улыбнулась Елена, присаживаясь на диван рядом с мужчиной, который немедленно заключил её в объятья. Женщина прижалась к нему и вдруг произнесла, — Прости меня… За тот телефонный разговор прости!

— А что такое? — улыбнулся Андрей.

— Ничего такого, — улыбнулась Лена и поцеловала его в губы, — Поговорим об Аоки, дорогой?

— Что здесь обсуждать? — поднял брови мужчина, — Несчастный случай! Случается такое, к сожалению… Надо сделать выводы и перестать мусолить эту тему.

— Это не случайность, Андрей! — убеждённо произнесла Елена, — И выводы нужно делать быстро… И что-то решать…

— У меня иногда складывается ощущение, что ты преувеличиваешь неприятности… И лучше бы так оно и было… Итак, ты считаешь, что история с Аоки закономерна? Почему?

— Не то, чтобы закономерна, но… — Елена дождалась, пока Андрей снова наполнит свой стакан и закурит, положила голову ему на плечо и продолжила, — Что-то должно было случиться… И неприятности будут повторяться… Может быть, и ещё большие, потому что она беззащитна…

— Беззащитна? Но она же не одинока… Аоки с тобой!

— Какой от меня прок, Андрей? Пока работала в Ленинке, была упорядоченность, защищённость, интересное дело… Но не могла я там оставаться, когда библиотеку, в сущности, ликвидировали. Не только в Илье дело, а в том, что на работу приходилось ходить, как на каторгу!

— И никакой альтернативы?

— Я не нашла… Ну, Служитель 1-го ранга, и что? Идти управляющей в магазин или отель? Я сейчас занимаюсь сайтом одного большого магазина, не выходя из дома, только для того, чтобы нас с Аоки не трогали… Но это работа для 3-го, максимум 2-го ранга, а на этом уровне помощница не положена… Чувствую, долго нам так жить не дадут!

— А я? — мужчина понял причину депрессии Елены, но так ли всё серьёзно, как она думает?

— Ты — это знак того, что не всё так плохо! Спасибо, мой дорогой! — энтузиазм появился в её словах, но не в её тоне, — Андрей, я не знаю, откуда Вы появились и не знаю, когда исчезните…

— Вот оно как, — задумался мужчина, в комнате повисла тишина… — Послушай, Леночка: Абсолютное большинство людей не знают, откуда пришли и когда уйдут! Не знают, но живут же. По-разному живут… И стараются радоваться тому малому, что даёт им эта жизнь. Давай-ка и мы, пока я здесь и ты здесь, жить и радоваться светлому, и сопротивляться тёмному… Вместе!

— Как хорошо Вы сказали, Андрей, — пришёл черёд задуматься Елене, — Может быть… Ваши слова так похожи на правду! Но это, пусть искренние и прекрасные, но только слова… Нужен ещё и какой-нибудь план действий…

— Он есть, Лена! Слушай! Во-первых, вы с Аоки переезжаете ко мне на студию…

— Нет, мой дорогой! Наш дом — это наше всё!.. Постой, какая студия? — удивилась Елена. Андрей рассказал, она выслушала с интересом, но отозвалась скептически, — Снова порно, везде одно и то же, даже у тебя…

— Только на первый взгляд! — парировал мужчина и рассказал ещё: о планах и масштабах, о сотрудниках и условиях работы и жизни, даже о своих рабынях рассказал…

— Вот! — оживилась женщина, — Как я об этом не подумала? Ты же теперь — Вершитель и можешь иметь рабынь!

— Лена, только не говори, что хочешь стать рабыней! — чуть не закричал Андрей, раскаиваясь, что затронул эту тему.

— Нет, мой дорогой, я хочу стать свободной женщиной! — гордо улыбнулась Елена, — Быть твоей рабыней наверняка хорошо, но… Я и так тебя обожаю!

— Ох… Что ты говоришь такое? — изумился мужчина, — Всё… Я хочу в постель!

— Прости?.. Что Вы хотите, Господин? — ахнула женщина.

— Я хочу в твою постель! — уточнил Андрей, допивая виски и туша в пепельнице сигарету, — Немедленно!

— Ну, что же… Можно поговорить и там, — блеснула серыми глазами Елена, — Пойдёмте, Господин Андрей!

На второй этаж, в комнату Лены они поднимались медленно… Там женщина снова попыталась заговорить, но мужчина закрыл её рот своим, а руки его взлетели на тело Елены, лаская и, одновременно, освобождая его от одежды… Лена быстро поняла, что тянуть бесполезно, да и не хочется. Она сама помогла ему снять своё платье, а затем его одежду… Бюстгальтер с раскрасневшейся хозяйки дома Андрей снял уже лёжа с ней на прохладной простыне её низкой, но широкой постели.

— Ты правда хочешь этого, мой дорогой?! — успела спросить Елена, изнывая от его поцелуев и прикосновений мужских рук.

— Да, моё солнышко! — не задумываясь, ответил он и… вдвоём они свернули время и пространство…

* * *

— Что это было? — с трудом проговорила через полчаса Лена, распластанная на мятой постели, — Что это, мой хороший?

— Это… — Андрею совсем не хотелось думать, и он произнёс то, что само лилось наружу, — Возможно, это малая толика того, что называют любовью…

— Правда? Да, это не могло быть просто сексом… — женщина перевернулась на живот, поставила подбородок на грудь мужчины и заглянула ему в глаза, — О любви я только в книгах читала… Красиво! Дорогой мой, а как Вы назвали меня перед… этим?

— Как назвал?.. Не помню… Это так важно?

— Очень важно для меня! Вспомни, пожалуйста…

— Да, Леночка… Вспомнил! Я назвал тебя солнышком… Ты и есть — солнышко, только слишком часто прячешься за тучами…

— Как хорошо… Но и о Солнце, и о тучах я знаю только из книг… А ты?

— Там… Там, откуда я появился… И ты, кстати, тоже… — Андрею пришлось-таки думать и подбирать слова, — В общем, в реальном мире и Солнце реально… Впрочем, я уже и не знаю, какой мир реальный… Хотелось бы надеяться, что оба!

— Ты не веришь в мою реальность? — улыбнулась женщина, поцеловала его грудь и, приподнявшись, слегка прикусила мочку его уха, — Ах, всё-таки веришь?.. Какое оно, Солнце?

— Яркое… Яркое до такой степени, что на него невозможно смотреть без самых тёмных очков… Тёплое, а иногда жаркое до изнеможения…

— Какая прекрасная… сказка! Нет-нет, я верю, удивительный Вы человек! Но для меня это сказка… Возможно, я и вправду видела его, но… как во сне… — мечтательно произнесла Елена и, неожиданно, переменила тему, — Скажи, у тебя много женщин?

— Здесь много… Пожалуй, даже слишком, но… — вздохнул Андрей, — Или тебя интересует, как было там? Там было по-другому… Я был женат…

— Так ты ещё и женат? — весело улыбнулась женщина.

— Был женат, потом мы развелись… Ты знаешь, что это такое?

— Читала… Вы были парой какое-то время, а потом расстались, правильно?

— Да, но не совсем… Мы продолжали время от времени общаться по телефону, виделись раз в месяц, как старые знакомые… — вспоминал мужчина, — Ах, как жаль, что я не встретил тебя там!

— И что случилось бы? — Елена положила его голову себе на колени и водила пальцами по лицу и волосам мужчины.

— Не знаю… Я сделал бы тебе предложение! — не задумываясь, выпалил Андрей.

— Предложение? — сдвинула брови женщина, вспоминая прочитанные книги, — А… Предложил мне руку и сердце? Я думала, что так бывает только в романтических книгах, в романах для эмоциональных женщин… И что случилось бы дальше?

— Дальше? Если бы ты приняла моё предложение, случилась бы свадьба… Такое торжество, после которого мужчина и женщина становятся мужем и женой… Мы жили бы вдвоём в большом мире под солнцем…

— Да… Здесь всё иначе… А люди те же, Андрей? Не отвечай! Чувствую — те же, но… не совсем… Я хочу выпить!

— Что ты хочешь? — улыбнулся мужчина.

— Я хочу выпить твой виски, мой дорогой! — улыбаясь, уточнила Елена.

Андрей голышом спустился на кухню, закурил и, не торопясь, подготовил и наполнил два стакана. В доме было тихо, но мужчине показалось, что Аоки не спит и подглядывает за ним. Впрочем, он не стал проверять свою догадку, как и ни на секунду не устыдился собственной наготы…

— Ваш виски, мадам! — негромко, но торжественно объявил мужчина, возвращаясь к Елене с двумя стаканами.

— А знаешь, Андрей… — сказала женщина, чокаясь с ним стаканами и с удовольствием делая большой глоток, — Я согласна!

— На что согласна? — приподнял брови мужчина.

— Я согласна стать Вашей женой!

— Лена! — Андрей чуть не поперхнулся содержимым своего стакана.

— Да, здесь это не принято и в сущности глупо… Да, у тебя много женщин, а будет ещё больше… Думаю, ты относишься к ним необычно, но сейчас не об этом… Я не собираюсь с ними конкурировать и, даже, быть одной из них… Просто, кроме рабынь и подруг, у тебя будет жена — женщина, которая в любую минуту встретит, согреет, накормит и напоит, выслушает и посоветует, почувствует и поможет, чем сможет… и… будет любить тебя любого… Ни у кого здесь нет жены, а у тебя будет!

— Ты сведёшь меня с ума! — мужчина отставил стакан в сторону, заключил Елену в объятья, наслаждаясь исходящим от неё теплом, — По-моему, это не я тебе, а ты мне делаешь предложение! И оно настолько безумно, что я не в силах от него отказаться…

— Да, Андрей, теперь ты никуда от меня не денешься, — без улыбки проговорила Лена, сделав ещё один большой глоток, поставила стакан на пол и крепко прижала к себе мужчину, — У нас будет свадьба… Тихая свадьба… Я надену белое платье, ты строгий костюм… Это будет маленькое весёлое застолье… здесь, в нашем доме… Мы немного повеселимся и чуть-чуть погрустим по уходящим дням… А потом будет наша ночь… ещё одна наша ночь, только самая торжественная… И тебе, как всегда теперь, будет позволено всё, потому что я стану совсем твоей! Твоей женой… Я даже, вероятно, соглашусь переехать на твою студию… Если, конечно, ты построишь там наш новый дом, и он мне понравится!

— Не сомневайся…

— Хорошо… Ты и на работу меня возьмёшь?

— Разумеется! Хоть сейчас… Только надо придумать кем…

— А я уже придумала. В каждой приличной студии, если она снимает не только порно, но и занимается настоящим творчеством… Да, дорогой! Если твоя студия занимается разнообразным, скажем так, кино, тебе понадобится заведующая литературной частью.

— Великолепно! — Андрей с чувством поцеловал Елену в губы, — И как раз для Служителя 1-го ранга подойдёт… Какая ты у меня умница!

— Только тебе придётся взять на работу и Аоки, — зашептала ему на ухо женщина, — А ещё я ужасно боюсь дороги в это смутное время!

— Пока вы живёте здесь, привозить на работу и обратно вас будет машина…

— Такси?

— Нет, конечно… Будет личный автомобиль с надёжным водителем и охранником в одном лице.

— Очень хорошо… Какой ты у меня заботливый! — улыбнулась Елена, — Только приступим не сегодня, конечно, и не завтра… Нужно закончить старые дела и…

— Что «и», Лена? — глубокий вздох женщины не понравился Андрею.

— И… провести ещё одно торжество, — ещё раз вздохнула она, — Пусть и не такое светлое, как свадьба, а даже наоборот… Но необходимое!

— Это ты о чём сейчас? — нахмурился мужчина.

— Аоки должна стать Вашей рабыней, Господин!

— Лена, что за вздор?

— Это моё условие, требование, называй, как хочешь! — упрямо твердила женщина, — Да ты и сам знаешь, что это правильное решение!

— Ах, Леночка… Ты уверена, что только таким образом можно решить проблему?

— Уверена! Нам обеим необходима твоя защита, а ей особенно, — решительно произнесла Елена, а потом улыбнулась, — Я же говорила, что если свяжешься с хозяйкой, то и служанку обойти не сможешь?.. Уж не хочешь ли сказать, что тебе не мила моя Аоки?!

— Мила… Очень мила твоя маленькая Аоки, разве в этом дело?

— В этом, дорогой! — поцеловала его Лена, — Теперь она будет не только моя, но и твоя…

Утром Андрей поспешил на студию. Хотелось запустить проект полностью, наладить производственный механизм и убедиться, что Ольга пришла в себя, и потянет ношу штатного сценариста. Первой в Доме Хозяина его встретила растерянная Наталья.

— Доброе утро, Господин! — увидев Андрея, она обрадовалась, трогательно поцеловала его в щёку и, кажется, облегчённо вздохнула, — Докладываю: Ольга хорошо отдохнула, я помогла ей помыться в ванной и накормила лёгким завтраком… Она такая странная, Господин!

— Что ты имеешь в виду, Наташа? — внимательно посмотрел на женщину Андрей.

— Когда Оля проснулась среди ночи и, я поила её водой, она так странно на меня смотрела… Потом стала задавать вопросы, суть которых мне была не понятна… Я подумала — бредит девушка… Но утром всё повторилось! Ольга решила, что знает меня и, что я тоже должна её помнить… Называла меня Натальей Ивановной, училкой…

— Я же говорил тебе, что девушка не здорова, слаба и может неадекватно воспринимать реальность, — мужчина смотрел на женщину недоверчиво.

— Да-да, Господин! Она, кажется, и сама это поняла в какой-то момент… Махнула рукой и больше не заговаривала об этом.

— Ясно, — кивнул Андрей, — Думаю, ты утомилась. Иди домой, поспи, отдохни… Когда понадобится, я тебя вызову… Доктор приходила?

— Да, Господин! Лариса была час назад, сказала, что выздоровление идёт нормально, по плану.

— Хорошо. Передай ей, чтобы сюда не торопилась, я позвоню ей сам… Сергей приобрёл для вас мобильники? Ну, вот и отлично…

К Ольге Андрей не спешил, сварил себе кофе и обдумывал вчерашний разговор с ней. То, что девушка после длительного карантина не потеряла память, не давало ему покоя. Через несколько минут он услышал голос из спальни:

— Наталья! Где ты там?.. Эй, кто-нибудь! Вы что, одну меня тут бросили?.. Сейчас встану и…

— Не так резво, девочка! — мужчина с улыбкой вошёл в спальню, где уже сидела на краю постели Ольга, завернувшаяся в одеяло.

— Андрей! Как хорошо… — стёрла недовольство со своего юного личика девушка, — Мы одни?

— Одни. А тебе ещё кто-то нужен?

— Если Вы… Если ты здесь, то никто больше не нужен… Сядь рядом, пожалуйста!

— Как ты себя чувствуешь, Оля? — спросил мужчина, присаживаясь на край постели и взяв ладонь девушки в свою.

— Неплохо… А сейчас и вовсе хорошо, — улыбнулась она, — А вот Наталья сошла с ума… Она меня не помнит!

— В этом нет ничего особенного, Оля! Здесь это происходит со всеми… почти…

— Сначала я думала, что она меня разыгрывает… Потом, решила, что училка свихнулась… Но позднее до меня дошло… Со всеми так, говорите? Но не со мной!

— Да, Оленька… И я не могу понять, как тебе удалось сохранить память?!

— Просто. Там… в тёмной комнате, которую охраняли… и даже заходили ко мне эти странные существа… Они даже не дотрагивались до меня, но всё равно было дико страшно! Шум в ушах и в голове… Я повторяла, как заведённая — Андрей, Андрюша… Когда отпускало немного, старалась вспомнить тебя, себя, свою жизнь… А потом опять повторяла твоё имя… Это очень просто… Только страшно… Будто теряешь всё, что было — и плохое, и хорошее… А ещё теряешь всех, с кем была рядом… Я знала, что мне нельзя потерять тебя! А ты уж вернёшь мне других…

— Бедная моя девочка! — мужчина нежно прижал девушку к себе.

— Уже не бедная… — улыбнулась Ольга, освобождая из под одеяла руки, и дотрагиваясь до лица Андрея.

— Главное — этот ужас в прошлом и всё будет хорошо, — убеждённо заявил мужчина, взглянув на её худенькое тело, показавшееся из-под сползшего одеяла.

— Угу… Только я стала ужасно худой, страшненькой и совсем теперь тебе не нравлюсь!

— Не выдумывай, Оля! Ты очень хорошенькая и скоро поправишься! — улыбнулся Андрей, поглаживая её белокурую головку.

— Почему я тебе верю? — вздохнула она, — Но, что бы я не сомневалась в своём мужчине, он должен хоть немножко полежать рядом со своей маленькой слабенькой девочкой…

— В самом деле? — улыбнулся Андрей, — Но разве ты не хочешь на некоторое время покинуть спальню, посидеть в гостиной и попить чаю с Господином?..

Он нашёл симпатичный голубой халатик и мягкие домашние тапочки для Ольги. Пока они шли на кухню, а потом в гостиную, девушка с интересом рассматривала дом. За чаем она снова разговорилась.

— Красиво жить не запретишь! С кем Вы здесь живёте, Господин? — улыбнулась Оля.

— Этому дому в его нынешнем виде всего несколько дней, — ушёл от прямого ответа мужчина, — Так же, как и всей студии, на территории которой он находится…

— Ого! Значит, история о съёмках фильма на Вашей студии мне не приснилась? Даже не знаю, что сказать… А что Вы решили со мной? — во взгляде девушки появилась неуверенность.

— Ты же уверяла меня, что напишешь сногсшибательный сценарий… И не один! Забыла?

— Помню… и напишу!

— Можешь приступать хоть завтра, если силы вернутся.

— Вернутся! А что здесь уже есть и кто работает? — во взгляде девушки появилось весёлое любопытство. Андрей рассказал о студии, сотрудниках, и планах на ближайшее время, умолчав пока о ТВ-проекте, чтобы не перегружать Ольгу информацией и эмоциями.

— Круто Вы развернулись! — одобрительно мотнула головой девушка и перевела разговор на свою бывшую учительницу, — А Наталью, значит, определили в сферу обслуживания? Это правильно, актриса она, между нами, никакая… Скажи, а что за ремешок у неё на шее? У докторши такого нет…

— Это знак её нынешнего положения, — сказал мужчина и внимательно посмотрел на Ольгу.

— Ошейник рабыни? — выпалила девушка, — Твоей рабыни, так?

— Так, — ответил Андрей и, затянувшись сигаретой, продолжил изучать выражение лица Ольги.

— Понимаю… — неожиданно смутилась она, — А я… Я тоже твоя рабыня?

— У тебя же нет ошейника, — усмехнулся мужчина, — Значит, пока ещё нет.

— А у меня есть выбор?

— Формально выбираю я, а не ты… — задумался Андрей, — Но, знаешь, моё отношение к тебе так изменилось с момента нашего знакомства, что… Я готов предоставить тебе выбор.

— Ты мне поверил! — Оля схватилась за голову, — Ты даже не представляешь себе, что это значит… Не зря я мучилась! Скажи скорее, между чем я могу выбирать?

— Пути два, Оленька, и не один из них, увы, не ведёт к свободе…

— Разве я говорила о свободе? — округлила глаза девушка.

— Говорила, пусть и не сейчас… Ты можешь о ней и не говорить, — мужчина посмотрел ей прямо в глаза, — Но не перестанешь думать.

— Когда Вы только успели так хорошо меня изучить, Господин? — уважительно произнесла Оля и глубоко вздохнула, — Но я столько здесь успела пережить, что и не узнаю удалую Ольку… Андрюша, знаешь… Я теперь думаю, что свобода — штука очень относительная… Поэтому, расскажи о двух моих путях.

— Всё просто. Первый — жить и работать на студии с ремешком на шее. Второй — распределение на общих основаниях, первое время, разумеется, непрестижная работа, но без ошейника…

— И без тебя! — закончила девушка.

— Почему же? — пожал плечами мужчина, — Мы, вероятно, сможем видеться иногда…

— Я не для того повторяла в камере твоё имя, чтобы потерять тебя, Андрей! — очень по-взрослому произнесла Ольга, — Надень мне мой ошейник… Что ты так смотришь? Поверь, у меня было достаточно времени на раздумья, и свобода выбора, которую ты мне предоставил — простая формальность, но очень важная для меня деталь и… такая приятная! Я взрослая девушка, даже если это не сразу заметно, и говорю серьёзно…

Вершитель вздохнул, взял девушку за руку и повёл обратно в спальню. Там он достал из сумки отливавший серебром ремешок с именем «Оля» и… «Подожди, Андрюша, — вдруг произнесла Ольга, скидывая с себя халат, — Возьми последний раз свою маленькую девочку, прежде чем она станет одной из твоих рабынь!» Сил у девушки оказалось недостаточно, чтобы превратить интимное действо в настоящую феерию. Андрей чувствовал это и превратил контакт двух желающих тел в поток нежности и ласки… Когда запыхавшаяся и мокрая, как мышка, попавшая под дождь, но довольно улыбающаяся Оля подала ему ошейник, он снова застыл в нерешительности. И тогда она сама защёлкнула ремешок на своей изящной шее и упала на мужчину без сил… Так девушка и уснула, а за ней и Андрей. Их спокойный тихий сон продлился не больше часа, а проснувшись, они с шутками и улыбками мыли друг друга под душем…

Вызванная через некоторое время Лариса тщательно осмотрела пациентку, лукаво улыбавшуюся присутствовавшему Господину. Закончив осмотр, медичка многозначительно посмотрела на Андрея, покраснела и промямлила, что со следующего дня пациентке можно больше двигаться, но не переутомляться. Мужчина поймал уходящую Ларису за руку, поблагодарил и поцеловал в щёку, отчего она стала и вовсе пунцовой… Ольга, взяв Господина под руку, спустилась в гостиную, гордо выпрямив шею с серебристым ремешком. В гостиной Наталья заканчивала приготовления к столу. По настоянию Андрея она поставила третьи приборы, втроём они и сели обедать.

— С чего мне завтра начать, Господин? — спрашивала между делом Ольга.

— Помнишь предысторию, с которой началось наше знакомство? — улыбнулся Вершитель, бросив быстрый взгляд на ничего не понимавшую Наталью, — С неё и начнёшь… Впрочем, почему завтра? Сейчас мы пригласим на десерт режиссёра с оператором, они уже изучают сюжет. Я вас познакомлю… Поговорим, ты поможешь расставить акценты, а завтра начнёшь писать сценарий детально.

— Замечательно! — широко улыбнулась девушка, откровенно потешаясь над неведением училки, — А в подборе актёров я буду участвовать?

— Разумеется. Только знай и помни, что сценариев и фильмов будет два!

— Как это? — удивилась Ольга.

— Один простой — с интригующей возбуждающей фабулой и множеством разнообразных откровенных сцен — для любителей клубнички. Второй для тех, кто ещё не разучился думать — психологическая драма о людях чувствующих и сомневающихся, добрых и обозлённых, думающих и сходящих с ума от безумных желаний… В общем, правдивая история реальных людей.

— Ах, Господин Андрей, как Вы тонко это поняли… а скорее, прочувствовали… — Оля смотрела на мужчину во все глаза, — Я напишу…

— Очень на тебя надеюсь, — внимательно посмотрел он на девушку, не обращая внимания на тоскливые, ревнивые взгляды Натальи, — Здесь не будут смотреть кино без секса и страстей… Но ты уже поняла, какой фильм мне важен. Необходимо поймать тонкую грань между самкой и женщиной, между чисто физическим влечением и…

— Душой… — тихо произнесла Ольга, и Андрей сильно вздрогнул и закашлялся…

Дело шло к десерту. Наташа собралась идти за Беллой и Павлом, но сначала поинтересовалась, понадобится ли её дальнейшее присутствие. Андрей почувствовал, как ей неуютно присутствовать при обсуждении фильма, от съёмок в котором он её освободил.

— Думаю, мы справимся сами… Спасибо тебе, Наташа! — сказал мужчина и ощутил благодарное прикосновение руки сидящей за столом рядом с ним Ольги, эхом повторившей его слова: «Спасибо, Наташа!»

— Наталья Ивановна так ничего и не узнаёт? — задумчиво спросила девушка, когда училка вышла, взглянув на них каким-то новым выражением потеплевших глаз.

— Посмотрим… А как бы ты хотела?

— Не знаю… Может быть так и лучше… А Вы можете вернуть ей память?

— Да, но… Возможно, Наташа сама всё вспомнит, когда увидит фильм.

— Но только второй фильм… И только, если он получиться честным!

— Вот видишь… Поняла, как много от тебя зависит? — Андрей наклонился к девушке и поцеловал её белокурую головку.

Вскоре в Дом Хозяина пришли режиссёр и оператор. Некоторое время разговор не завязывался. Павел недоуменно поглядывал на худенькую девчонку и хозяина студии, представившего её, как сценариста фильма. Белла смотрела на Ольгу с улыбкой и одобрительно, но заняла выжидательную позицию. Оля, бегло глянув на Павла, пожирала глазами красавицу-мулатку со сверкающим бриллиантом ремешком на смуглой шее. Андрей, хитро улыбаясь, молча наблюдал за игрой в переглядки, но это занятие ему вскоре наскучило. «Итак, как вы понимаете, мы собрались здесь вовсе не чаи гонять, — начал хозяин студии, — Белла, дневник и наброски режиссёрского сценария у тебя с собой? Хорошо, покажи их Ольге для ознакомления… И пусть она, пролистав их, наконец-то расскажет нам, что мы будем снимать!» Андрей успел только выкурить сигарету и состроить пару забавных рожиц сидящей напротив него мулатке, нога которой активно хулиганила под столом, как Оля начала говорить…

Атмосфера гостиной сразу и решительно переменилась. Резко, но аргументированно раскритиковав наброски сценария Беллы за поверхностность, годную только для порнофильма, а знакомый ей дневник училки за однобокость, девушка потрясающе точно и достоверно рассказывала своё видение сюжета и сути фильма. В истории этой хватило место и страстям, и лирике, и совсем не по-детски здравому и жёсткому анализу событий, и совершенно киношному подходу к передаче слова на экран… Это был рассказ талантливого сценариста о том, как должен выглядеть фильм о пронзительном одиночестве двух очень разных женщин, сведённых судьбой… Выражение лица оператора категорически переменилось — Павел, словно не веря своим ушам, качал головой, не в силах оторвать взгляд от девчонки, открывающей ему, опытному человеку и художнику, тайны мироздания… Воспользовавшись паузой в рассказе, он шумно выдохнул и восторженно показал Андрею большой палец… Белла, напротив, затихла, положив голову на сплетённые пальцы, возвышающихся над столом рук. Нахлынувшие на мулатку чувства выдавал только золотистый блеск выразительных глаз… Андрей смотрел на Олю сначала с волнением, а затем с гордостью. Он не ошибся в этой маленькой белой ведьмочке с очаровательным личиком.

— Ты чудо, Оленька! — произнесла Белла, когда рассказ окончился. Ольга сжала под столом руку Андрея, вторую его руку поймала на столе мулатка, — Мне будет очень интересно работать с тобой…

— Да уж, — кивнул Павел под впечатлением от услышанного, — У этой истории… У будущих фильмов есть названия?

— Я, честно говоря, ещё и не думала об этом, — отозвалась Оля. Она немного утомилась, свалив с плеч огромный камень сомнений.

— У меня есть названия, — неожиданно заявил Андрей, и все уставились на него.

— Интересно, — поправил очки оператор.

— Для первого фильма оно вполне двусмысленное и звучное, как готовый слоган для нашей студии — «Двойное проникновение», — хитро оглядел компанию хозяин студии, женщины лукаво переглянулись.

— Нам и с продюсером повезло! — констатировала Белла.

— Как ты меня назвала, Беллочка? — рассмеялся Андрей, — Попрошу в моём присутствии не выражаться!

— А второе название? — повернулась к нему Ольга, — Не томите, пожалуйста!

— «Двойное одиночество», — тихо проговорил он, и девушка, обхватив его руку своими, крепко прижалась к ней лицом…

Глава 14

Кастинг

«Да. Лучше поклонятся данности

с убогими ее мерилами,

которые потом до крайности,

послужат для тебя перилами

(хотя и не особо чистыми)…»

И.А. Бродский «Одиночество»

— Скажи, мой ангел, кто ты? — неожиданно спросила Изабелла, когда они остались вдвоём в павильоне студии после долгого и порядком вымотавшего их рабочего дня.

— Какие могут быть ангелы в нашем тёмном Княжестве, птичка? — вздохнул Андрей, потянувшись к пачке сигарет, но тут же отбросив её в сторону. От чрезмерного курения его уже мутило.

— В нашем? — улыбнулась Белла, — Ты из другого мира — это очевидно, Андрюша, здесь таких людей нет, но… Ты здесь и называешь это мрачное Княжество своим, нашим! Почему?

— Тебе интересно, зачем я здесь? — внимательно взглянул на неё мужчина, — Был повод, чтобы посетить экзотический курорт, впрочем, сейчас это уже не актуально… У меня тоже был выбор и… я его сделал… остался. Не мог я всё бросить и… исчезнуть, понимаешь?

— Всё или всех? Нет, не так я говорю… Ты остался из-за конкретных людей, да?

— Да… и, к счастью, благодаря этому ты стала для меня конкретным… очень близким человеком…

— Ты чувствуешь, как изменил… какое тепло и свет принёс в мою никчемную жизнь, ангел мой?

— Прекрати, пожалуйста, так называть меня, Беллочка! Хорош ангел, занимающийся сексом по три раза на дню, да всё с разными всякими…

— Это кого ты всякой обозвал? — засмеялась женщина, — Меня? Катю? Эмму? Оленьку? Да и никаким ты не сексом тут занимаешься, это что-то совсем другое… Ты делишься с нами своим сердцем, понимаешь?

— Птичка, ну не надо…

— Что не надо, родной мой? Я просто вижу твои сомнения и очень хочу, чтобы ты понял и не сомневался… Вижу, какое кино мы затеяли с тобой. Это же продолжение твоих отношений с нами… Скажи, а тебе была бы интересна фантастически красивая, но пустая и бесчувственная самка? Можешь не отвечать, я и так знаю… Потому то и близость с тобой никогда не бывает просто сексом. Твоими эмоциями, чувствами, идеями соединяются наши сердца и… это единение подарит своё тепло зрителям наших фильмов. Ты понимаешь, как это чудесно, Андрей?!

— Вероятно, ты права, Белочка моя. Я чувствую наше общее тепло, слышу наше общее сердце, как ты это назвала…

— Что же мучает тебя, мой желанный?

— Вершители, Блюстители, Дни Княгини, мрак, тьма, Охота, рабство… — принялся перечислять мужчина и не мог остановиться…

— Ах, мой дорогой, многое из того, что ты перечислил, следует принимать, как данность, — улыбнулась Изабелла, — А что-то, вероятно, можно изменить, но… Ты же не собираешься устроить революцию?

— Ишь, какие словечки знаешь! — улыбнулся в ответ и снова задумался Андрей, — Я принципиальный противник революций… с некоторых пор…

— Вот и хорошо… А рабство… Какое это имеет к тебе отношение?

— То есть как это? — поразился мужчина.

— Это ты про нас что ли? Про своих близких женщин? — покачала головой Белла, — Открой глаза! Ни одну из нас ты не сделал своей рабыней по сути… Одно название…

— Поясни, пожалуйста, птичка!

— Все твои женщины стали рабынями Господина Андрея по собственному желанию. Я так просто умоляла… Какое же это рабство? Это совсем по-другому называется…

— Как же, красавица моя?

— А ты не догадываешься?

— О нет, Беллочка! Хочешь сказать, что я просто позволяю стать моей рабыней каждую влюбившуюся в меня девчонку? Но это чепуха какая-то… Я что здесь — первый парень на деревне? Да и не в том дело… Каждое искренне любящее сердце создаёт вокруг себя такое пространство тепла и добра…

— Стоп! Остановись, пожалуйста, и послушай, — подняла руку женщина, — Ты, наконец, подошёл к главному… Не было здесь любви, понимаешь? Совсем не было никакой любви… Не доходила любовь до мрака нашего Княжества… пока не явился ты, мой ангел!

— Птичка моя, но вы же…

— Мы чувствуем и даже начинаем говорить об этом вслух… Мы осознаём себя живыми… Мы учимся этому У ТЕБЯ, понимаешь? К боли и одиночеству мы привыкли, а теплу и свету только учимся, оттого и плачем… От избытка запрятанных в глубине чувств, о которых и думать забыли…

— То есть ты уверяешь, что попавшим сюда вычищают не только память, — широко раскрыл глаза Андрей, — но и чувства?..

— Да, мой любимый… Теперь знаешь, зачем ты здесь?..

Этот разговор состоялся после затянувшегося на несколько дней кастинга на роли в «Двойном одиночестве». В эти дни Изабелла и Павел, Ольга и Андрей с Сергеем напоминали золотоискателей, пытавшихся найти самородок в тоннах пустой породы. Выбор казался огромным. Сначала на студию приезжали актёры, чьи портфолио предварительно были отобраны в сети. Красавицы и красавцы жаждали, чтобы их отборные лица и тела увидели на экранах зрители, но не умели ничего, кроме как красиво преподнести себя в откровенных сценах… К концу первого дня кастинга Андрея тошнило от гламурных, в абсолютном большинстве случаев серьёзно биомодифицированных тел с потухшими, либо начищенными до блеска стеклянными взглядами. Пришлось прибегнуть к связям Павла, Ивана и Сергея. Второй день кастинга позволил убедиться, что в Княжестве всё-таки имеются приличные актёры, но для «Двойного одиночества» требовались особенные. Ольга быстро убедила Павла отказаться от попытки достичь портретного сходства с прототипами сценария. Белла вообще перестала обращать внимание на фигуры претендентов, уделяя внимания только глазам, рукам и актёрскому мастерству. С Андреем дело обстояло ещё хуже, ему не нравились даже приемлемые, на первый взгляд, варианты. Хозяин студии только курил и пил виски с колой, пока Изабелла не пригрозила ему на ушко вызвать Катрину с Эммой… Как ни странно, лучшими оказались претендентки, приехавшие на студию в третий день кастинга, просто услышав от знакомых о проходящем отборе. В результате пять актрис были взяты на карандаш, как весьма подходящие для ролей второго плана или на ближайшую перспективу, а две исполнительницы, утверждённые на главные роли, вообще никогда не снимались в кино, по крайней мере, на студиях Княжества. Исполнительница роли училки удивительно напоминала Наталью по манере поведения, хотя до внешнего сходства было далеко. А на роль ученицы утвердили девушку, которая сначала выглядела абсолютно аморфной в кадре и была забракована, но затем устроила невообразимое шоу в мужском туалете студии. Там, после неудачного кастинга, она поджидала Андрея и, увидев его, бросилась к ногам Хозяина студии, срывая с себя одежду, и выдала форменную истерику озлобленной сучки. Андрей притащил её назад в павильон полуголую, извивающуюся в яростном порыве вырваться и доказать, что с ней поступают несправедливо.

— Это моя роль! — вопила девушка и, когда изумлённая комиссия позволила ей повторить попытку, резко успокоилась и выдала все свои способности на гора. У наблюдавшей за ней Ольги загорелись глаза, Павел развёл руками, а Изабелла тихо и довольно посмеивалась.

— Господин управляющий! — со вздохом обратился Хозяин студии к Сергею, — Подпишите с девушкой контракт на съёмки…

После того, как формальности были соблюдены, а указания режиссёра актрисе получены, новоявленная исполнительница главной роли с победным видом подошла к Андрею и подставила щёку для поцелуя. Под общий смех и аплодисменты Хозяин звучно чмокнул девушку, а она повисла на его шее и чуть не расплакалась… Всё бы хорошо, но роль ученика оставалась вакантной. Гибкие моложавые юноши готовы были к любым извращениям на съёмочной площадке, но ни в одном из них не нашлось ничего человеческого, совсем…

— А я-то предполагала, что Коля сам здесь объявится, — разочарованно произнесла Ольга после очередного неудачного просмотра четвёртого дня кастинга, — Но видно, нет его в наших краях…

— Как бы ни так, — усмехнулся Андрей, — Здесь он, здесь, понимаешь…

— Как здесь? — изумилась Оля, — Где именно?

— Оленька, ты уверена, что хочешь, чтобы Николай играл себя сам? Ну, что же… Будет тебе Коля через пару дней… Посмотрим на него… — со вздохом мрачно констатировал Хозяин студии, — А пока закрываем кастинг, так его во тьму, и на завтра объявляю первый съёмочный день, пока без сцен с учеником…

Проект со студией взорвал жизнь Андрея. Не только месяцы, проведённые в тёмном Княжестве, во всей жизни, насколько он мог вспомнить, не случалось ничего сколько-нибудь схожего по масштабности и силе замысла… Поиски, ради которых собственно, Хароныч и отправил его сюда, почти не продвигались. Регулярно посещать Архив и копаться в нём, не было ни времени, ни желания. Только из чувства долга и намерений туманного смысла — примелькаться двойнику Ильи, Андрей изредка наведывался в помещения Архива и спускался в Хранилище… Некстати наступило и время для проведения очередного Испытания. Радовало только одно — теперь, как официальный, действующий Вершитель, он имел право использовать помощников. И первым его помощником неожиданно стала Ольга. Оказалось ли это случайностью, стечением обстоятельств?..

В процессе обсуждения будущего фильма, ролей и кандидатов на их исполнение, Андрей вспомнил о «подарке» Аркадия без всякого энтузиазма. Но подарок пора было забирать, и он поведал об этом Оле. Она немного злилась, что и здесь нельзя отделаться от Коли, но после безрезультатного просмотра актёров на его роль, решила использовать оригинал. Ольга потешалась над тем, что Николай, вероятно, как и Наталья, ничего не помнит о прошлом, и как забавно будет посмотреть, когда память начнёт возвращаться… Узнав же от Андрея о необходимости перехода Коли в собственность Господина и нюансах этого процесса, Ольга смеялась до слёз. На щеках девушки проявились милые Андрею веснушки, почти незаметные в обыденности. Эти весёлые, милые крапинки недоступного в тёмном мире солнца он запретил ей изводить любыми способами. Успокаиваясь и снова принимаясь хохотать до одури, Оля обещала Господину помочь провести Ритуал без последствий для психики Андрея. Впрочем, подробности замысла она оставила при себе, упомянув только коттедж, где они впервые увиделись… Вершитель решил использовать поездку туда, чтобы убить сразу двух зайцев — Колю и свою новую Испытуемую. Андрей выбрал несложное на первый взгляд дело, рассчитывая закончить Испытание за пару суток, а в коттедж заехать накануне с Ольгой и Николаем. Правда, освободив несколько рабочих дней на студии, сценаристка уговорила Господина приехать ещё одним днём ранее, чтобы провести вечер и ночь наедине…

Колю доставили в коттедж утром. Он оказался невысоким худощавым женоподобным юношей с тёмным пушком над верхней губой, о каких говорят: маленькая собачка — до старости щенок. Андрей забрал его у Блюстителей, перевозивших Колю от Аркадия, и привёл в кабинет, где гордо восседала на диване Ольга. На девушке были кожаные обтягивающие брюки и такой же топик, открывающий плечи и часть живота, на шее поблёскивал светло-зелёным изумрудом ошейник… «Господин, на всё, конечно, воля Ваша, — как-то сказала Оля Андрею, — Но неужели я и Наталья не заслужили… О, разумеется, не такой бриллиант, как у прекрасной Беллы! Но хотя бы какой-нибудь знак отличия и Вашей благосклонности?» Мужчина понял, что девушка права, и через день на её ремешке появился прекрасный изумруд под цвет глаз, а на ошейнике Натальи — сочный рубин. В такой ситуации не мог Андрей оставить без подарка и Ирину, на её шейном ремешке появился оливково-зелёный хризолит. Женщины радовались обновкам, как дети…

— Вы моя новая Госпожа? — проговорил юноша, испуганно глядя на Ольгу.

— Нет, но ход твоих мыслей мне нравится, — хрипло рассмеялась девушка, смерив Колю уничтожающим взглядом, — Радуйся! У тебя, раб, тот же хозяин, что и у меня. Обернись!

— О, простите, Господин! — рухнул на колени юноша, со страхом взглянув на Вершителя.

Андрей содрал с шеи Николая уже устаревший ошейник и убедился, что вкусы у Вершителей разные. Ремень был из жёсткой кожи с металлическими шипами на наружной стороне и заклёпками на внутренней. Мужчина сел на кожу дивана, рядом с Ольгой и показал ей ошейник. Девушка многозначительно улыбнулась.

— Почему ты решил, что она твоя Госпожа? — спросил Андрей.

— О, простите, Господин! — скорбно повторил юноша, — Это больше не повторится…

— Я спросил: почему?! — раздражённо перебил его Вершитель.

— Она… — заикаясь, заговорил Николай, — Она такая… гордая и… красивая…

— Тебе нравятся женщины, Коля? — всё так же жёстко спросил Андрей.

— Я… Я не знаю… Но Ваша рабыня…

— Тебе не пара, — закончил за него мужчина, — Ты годишься только прислуживать ей!

— Да, Господин! — склонил голову стоящий на коленях юноша, а Ольга поцеловала Андрея и нежно прикусила мочку его уха…

Через некоторое время девушка загнала Николая в чёрную комнату, приказала раздеться и отправила под душ. Андрей наблюдал за процессом молча.

— Тебе совсем не хочется этого раба, Господин? — с улыбкой вполголоса спросила Оля, — Со своей милой мордашкой, маленьким членом и гладкой сексуальной попкой он больше похож на девочку…

— Оленька, я объяснил тебе всё не достаточно доходчиво? — недовольно воскликнул мужчина.

— Не сердись, мой добрый Господин! — девушка поцеловала Андрея в плечо, закрытое шёлком чёрного халата Вершителя, — Я всё сделаю сама…

Не сказать, чтобы Андрей был в восторге от наблюдаемого им на экране зрелища, но что-то неожиданно любопытное в нём присутствовало. «Похоже, в тёмном Княжестве у меня начинается профессиональная деформация, — мельком подумал он, — То, что казалось психологически неприемлемо…» Впрочем, возможность не участвовать в Ритуале лично оказалась для Андрея весьма своевременным подарком. Для официального оформления в собственность нового раба Господину понадобилось лишь пожертвовать собственным соком, тщательно собранным и употреблённым для необходимого ритуального действа Ольгой…

Через час они обедали на кухне. Удивлённый и обрадованный тем, что ему позволено сидеть, есть и даже выпить бокал вина за столом Господина, Николай поминутно старался услужить Андрею и Ольге. Похоже, нравился ему и новый ошейник, который с разрешения Господина на него надела девушка. Кроме этого изящного, особенно по сравнению со старым, ремешка на юноше были только забавные трусики, напоминавшие женские стринги.

— Представляете, Господин, Ваш новый раб во время Ритуала что-то шептал мне о какой-то Ольге! — заговорила Оля, многозначительно взглянув на Хозяина.

— В самом деле? — поднял брови Андрей, заканчивавший обед рюмкой коньяка и сигаретой, — Что и кого ты вспомнил, кроме этой Ольги, Коля?

— Только её… Ваша прекрасная рабыня очень похожа на… — юноша испуганно посмотрел на Господина, а на девушку не решился смотреть вовсе, — Мы с Ольгой учились вместе в школе когда-то и… Она иногда разрешала мне находиться рядом…

— Хорошо излагаешь, раб! — не удержалась от комментария Оля, — И больше никого не помнишь?

— Но были же в школе другие ученики и… учителя? — спросил Андрей, наблюдая, как Николай мотает головой.

— Воспоминания об Ольге пришли ко мне только сейчас, во время посвящения в рабы… Существовали и другие люди, наверное… Но я не помню, — отчаянно напрягал память юноша, — Кажется, была учительница, с которой дружила Оля… Ольга… Но я почему-то не помню имени и внешности…

— Понятно, — заключил Андрей, — Тогда расскажи, как ты жил здесь до сегодняшнего дня?

— Это я знал, но… Меня посадили в машину эти… страшные… Кто-то сказал, что везут к новому Господину и… Всё остальное я забыл! — посерел от отчаяния Николай, — Вы не верите мне, Господин?!

— Верю, Коля, верю, — смягчился Андрей, — Это было очень мудро с его стороны…

— С чьей? — тут же спросила Ольга.

— Сейчас это не важно, Оля… А ты, Николай, с сегодняшнего дня будешь называть меня Господин Андрей, — сказал Вершитель и хитро взглянул на девушку, — А её — Госпожа Ольга!

— Но я же Ваша рабыня, мой Господин! — вздрогнула от неожиданности и почему-то покраснела девушка.

— Я так хочу! — ухмыльнулся Андрей.

После обеда Вершитель объявил тихий час, чтобы к вечеру, не откладывая на завтра, начать работать с Испытуемой. Коле отвели для отдыха зелёную комнату, Ольга же, пыталась затащить Господина в белую, но он предпочёл разложить кожаный диван в кабинете.

— Почему ты решил, что я должна быть его Госпожой, милый мой? — спросила девушка, кладя голову на его плечо.

— Ты, по сути, провела Ритуал… А вдруг ты захочешь что-нибудь ему приказать? — улыбнулся Андрей.

— Что, например?

— Например, поласкать себя, — мужчина повернулся к ней, с интересом посмотрел в светло-зелёные глаза и положил руку на маленькую упругую попку.

— Ни-за-что и ни-ког-да! — отчеканила Ольга, — Моё нежное тело только для одного… Я же твоя рабыня или как?

— Моя-моя, — вздохнул Андрей, — Давай отдохнём, ещё неизвестно какова эта Испытуемая?

— Но я же здесь и обязательно помогу тебе, мой Господин!.. А Колю зачем оставили?

— В принципе, его следует показать на студии, провести кинопробы, наверное… но можно пока и здесь понаблюдать за будущей звездой экрана, — усмехнулся мужчина, — А вдруг пригодится…

— Вдруг… Будет сниматься на студии, как миленький!.. Лучше, расскажи мне об этой… Испытуемой… Это же так интересно! Она похожа на меня?

— По-моему, совсем не похожа. Но наверняка узнаем вечером…

— Ну, расскажи, что знаешь, Андрей! Пожалуйста! — Ольга принялась ёрзать на постели и хватать мужчину за выступающие места, — Пожалуйста, мой Господин!

— Ну, хорошо… Только если хорошая девочка будет вести себя прилично! — улыбнулся он, — Итак. Испытуемая по имени Нира, на вид около тридцати лет.

— Еврейка?

— Видимо, да. Брюнетка, среднего роста, стройная, миловидная.

— Ты сам выбираешь хорошеньких?

— Ольга! У меня есть выбор, поэтому например, я не занимаюсь Испытуемыми мужского пола.

— Молчу-молчу… Что же она натворила?

— Сведения скудные, история тёмная… Жила себе скромная женщина, с мужем и ребёнком, потом развелась, снова родила… Уже неизвестно от кого… Потом бросила детей… Образ жизни изменился до неузнаваемости…

— Половину я поняла плохо, но… Пошла по рукам?

— Возможно…

— Но это просто, у нас здесь таких много, как я поняла…

— Ишь, какая понятливая! — улыбнулся Андрей, — Да, если распутница — это к нам. А если ещё и душегубка? А если мафия или секта?

— Не помню, что это такое, но звучит гадко… И что тогда?

— Тогда не к нам, — уклончиво ответил Вершитель, — Но сначала нужно выяснить правду и желательно с подробностями.

— Как? В постели?

— И в постели тоже…

— Да, тяжёлая у тебя работа!

— Ещё какая тяжёлая! — засмеялся Андрей и принялся тискать и щекотать Ольгу.

— Ой, не надо! — взвизгнула она, — Ой, я поняла… А как, всё-таки, проверить?

— Ты же обещала мне помогать, детка! Придумай… сценарий!

— Ничего себе! Так прямо сходу и придумать? Ты и с нами так? И правда, непростая работа…

— Вот такая…

— Ну, хорошо, давай попробуем… Она ничего не будет помнить?

— Будет, но вряд ли много… Что-то отрывочное, может быть главное, а может какие-то ассоциации или сильные эмоции… Угадать невозможно. Но нужно выудить важное и понять…

— С Натальей было не сложно, да? А я — тот ещё фрукт… Хорошо, что ты меня расшифровал и понял, мой милый!

— Если не можешь помочь, просто поцелуй! — улыбнулся Андрей.

— Одно другому не мешает! — Оля принялась нежно целовать мужчину, — Послушай, а если ты войдёшь к ней и скажешь, что ты её муж — она поверит?

— Может и поверит, особенно если надавить… Но можно представиться и любовником, и представителем власти, например…

— Да-да, поняла… Муж нам ничего не даёт… Слушай, к ней захожу я под видом соседки, интересуюсь, как она без мужа, находящегося…

— В длительной командировке, — подсказал Андрей, внутренне готовый к экспромту.

— Ага… Плачусь о том, что и мой муж пропадает целыми днями где-то… А я и не знаю, что делать… Может он стал мафиози или состоит в секте? Между прочим, упоминаю, что она, Нира, моему мужу, то есть тебе, очень нравится… И прошу, когда ты зайдёшь (А ты зайдёшь к ней обязательно!), выведать что к чему?

— Интересный подход, — приподнялся на локте Андрей, — И что дальше?

— Через некоторое время ты к ней заходишь, спрашиваешь о жене, то есть обо мне!

— Хватит шалить, жёнушка! Ты мне в дочери годишься! — нахмурил брови мужчина и… рассмеялся.

— Ну, такая молодая жена… Не отвлекайте меня глупостями!.. Итак, она отвечает, что я (по моим же словам) уехала к подруге и заночую у неё. Тут она вспоминает мою просьбу выведать у тебя подробности, а ты в свою очередь разводишь её на ужин, чай или что покрепче, а потом и на интим. Она же по сценарию нравится тебе, и ты ей тоже понравишься… В общем, моему «мужу» наладить контакт с «соседкой» не составит большого труда, я уверена! По ходу дела ты сначала нехотя, а потом всё свободнее рассказываешь ей о своей мафии или секте, а после интима уговариваешь в неё вступить!

— То есть если всё ограничится сексом, а о вступлении в мафию она и слушать не захочет, то можно сделать вывод… Нет, этого мало!

— Хорошо! Я застаю тебя с ней в постели, устраиваю грандиозный скандал… Заявляю, что ухожу от тебя и всё расскажу её мужу!

— Уже лучше…

— Когда ты с ней опять остаёшься наедине, пытаешься убедить вступить с тобой в мафиозный клан, правильно я выражаюсь?.. Если она и здесь откажется наотрез, значит только распутница… А для уточнения этого диагноза, если захочешь, можно будет подослать к ней Колю под видом моего друга или брата.

— Беспредел! — хохотнул Андрей, — Но звучит убедительно!

— То есть Вы согласны, Господин? — заулыбалась Оля.

— Любопытно. Почему же не попробовать?

— Тогда отдыхай, милый! — хитро сощурилась девушка, — Вечером тебе понадобится много сил…

Испытуемую привезли около семи вечера и оставили в зелёной комнате, освобождённой к тому времени от Николая и подготовленную для работы. Андрей за компьютером показывал Ольге, как управлять камерами слежения и контролировать обстановку. Коля, которому девушка выдала джинсы и клетчатую рубашку, сидел в сторонке и во все глаза смотрел за своими Господами, источая преданность и готовность на всё. Нира, действительно, оказалась миловидной еврейкой с хорошей, насколько позволяло рассмотреть глухое чёрное платье до колен, фигуркой. Андрей привык, что Испытуемых по прибытию клонит в сон. Подобное происходило и с Нирой, но спать она не ложилась. Ходила по комнате, садилась в кресло, бралась за трубку старого дискового телефона и бессильно возвращала её на рычаги, заходила в ванную комнату… В какой-то момент она вроде бы решила принять душ, начала снимать платье, но передумала… Потом полезла в оставленный Андреем открытым платяной шкаф, осмотрела его содержимое и покачала головой… «Твой выход, Ольга!» — произнёс Вершитель, и одетая в легкомысленное летнее платье, девушка выпорхнула из кабинета и через минуту стучалась, а после рассеянного ответа Испытуемой, входила в зелёную комнату.

Глядя в монитор, Андрей думал о том, что актриса Ольга всё-таки замечательная. Она моментально захватила инициативу, а вместе с ней и Ниру, в свои руки и, только что не обнималась с ней, обсуждая мужей и тяготы семейной жизни. Испытуемая поверила в «соседку» практически сразу и безоговорочно. Она с интересом выслушала рассказ Ольги об её «муже», проблемах с ним, пообещала помочь, чем сможет и даже смущаясь «вспомнила», что он как-то заходил к ней в отсутствие её собственного мужа за какими-то инструментами. Оля лихо подхватила эту тему, заявив, что мужья временами общаются между собой, да и вообще обе пары дружат семьями, и ходят друг к другу в гости. Нира «вспомнила» и это. Затем она перевела разговор на обсуждение своего мужчины, которого явно помнила не достаточно хорошо. Чётко выстраивающая диалог Ольга на её вопросы отвечала обтекаемо, стараясь при этом всячески стимулировать собственные воспоминания Испытуемой. Для полноты дружеского общения Оля привела Ниру на кухню «собственной квартиры» и принялась поить её чаем. На Испытуемую и её память перемена мест подействовала благотворно. Нира, как страшную тайну, поведала «подруге», что побаивается мужа, хотя он и добр к ней; не слишком ладится у них и в постели, поскольку жена не должна проявлять инициативу, а муж Ниры не понимает таких простых вещей. «Если бы он требовал, я бы делала всё! — краснея, признавалась Испытуемая, — Но он всё ждёт чего-то…» Улучив момент, Ольга подмигнула Андрею в скрытую камеру. По всему получался парадокс — Нира боится мужчин вообще, но жаждет мужчину властного и требовательного, если речь в её откровениях не шла исключительно о муже. Разговоры о причастности мужчин к мафии Испытуемую не заинтересовали вовсе… Через некоторое время Оля проводила Ниру «домой», напоследок крайне настойчиво пожелав ей не скучать ближайшие несколько дней без супруга и выведать у Андрея, мужа Ольги, его тайны.

В кабинет девушка вбежала вполне довольная собой, Коля смотрел на неё со страхом и обожанием, а Андрей… Андрей просто поднялся ей навстречу и раскинул руки, Оля немедленно кинулась ему на шею и зашептала в ухо: «Правда, я у тебя умница?» Мужчина не отрицал… Не торопясь, они приготовили белую комнату и кухню для продолжения Испытания, заодно и перекусили — Ольга и Николай плотнее, Андрей легче. Ему ещё предстоял ужин с Нирой… Через час Вершитель стучался в дверь к Испытуемой.

— Привет, Нира! Ольга к тебе не заходила? — уверенно и без изысков Андрей вошёл в комнату и уселся в кресло.

— А… Андрей? — женщина нервно одёрнула платье, и так закрывавшее всё, что можно, — Да, твоя жена заходила ко мне…

— Её телефон не отвечает… Где она сейчас, не знаешь? — мужчина нескромно рассматривал Ниру в упор, вызывая смущение и смятение.

— Ольга говорила, что уезжает к подруге и… собирается у неё переночевать, — женщина быстро взглянула на Андрея с интересом, но тут же отвела глаза.

— Понятно… — равнодушно протянул он, — Значит, ужинать одному… Хотя… Твоего ещё долго не будет?

— Долго, — тоскливо проговорила Нира, но снова одёрнула платье и добавила, — Тебе не надо здесь сидеть… со мной… наедине…

— Почему же? Мы не делаем ничего особенного и предосудительного… Да если бы и делали? Никто не увидит! Никому нет дела…

— Что ты такое говоришь, Андрей?.. Всё равно, — смущённо настаивала женщина, — Если он узнает о твоём визите, у меня будут неприятности… Ольга говорила, что ты… хорошо ко мне относишься… Это правда?

— Оля сама сказала? Странно… — Андрей снова посмотрел на Испытуемую в упор и кивнул утвердительно, — А почему я должен относиться к тебе… не хорошо? По-моему, тебя интересует другое… Нравишься ли ты мне не только, как соседка?.. Не надо так смущаться, Нира! Мы же взрослые люди… Да, на мой взгляд, ты очень интересная женщина. Я так считаю, это плохо?

— Не знаю… Не плохо, наверное… Но ты этого даже не скрываешь!

— Почему это обязательно следует скрывать?

— Как почему?! У меня муж, у тебя молодая жена… Думаю, тебе лучше уйти отсюда.

— Хорошо, — неожиданно согласился Андрей, поднимаясь, — Но ты пойдёшь со мной.

— Как с тобой?! Куда? — ахнула Нира.

— Поужинаем у нас. Мне тоскливо сидеть одному, ты тоже одна… Тебе же грустно и скучно, я вижу!

— Но мне… так неудобно! — возразила женщина, но, вероятно, вспомнила об обещании, данном Ольге, — А может быть и ничего страшного, да? Я и в правду немного голодна…

Андрей взял за руку вяло упирающуюся «соседку» и потащил её на кухню, где пару часов назад та пила чай с его «женой».

Оля с большим интересом наблюдала за происходящим по монитору. Николай попробовал было присоединиться к ней, но девушка резко отогнала его, как назойливую муху. Когда же он начал умолять Госпожу Ольгу обходиться с ним мягче, просто отвела юношу в чёрную комнату и закрыла там… Тем временем, за ужином на кухне Нира начала расспрашивать «соседа» о жизни и работе. Андрей отвечал односложно, жаловался на обыденность, недостаток положительных эмоций и высоких чувств… Оля за монитором фыркнула и захихикала…

— Ты можешь быть со мной откровенным, — забросила удочку женщина, не задумываясь, куда она может её утянуть.

— Я и так не скрываю, что ты меня интересуешь, — тут же включил чувственную тему мужчина.

— Да… Я ценю это, — смущённо кивнула Нира, — Тем более… Ты можешь доверять мне свои… тайны…

— Есть темы, которые можно обсуждать только с очень близким человеком! — Андрей смотрел ей прямо в глаза и настойчиво гнул свою линию.

— Ах, Андрей, но мы же друзья… И ты тоже нравишься мне, — женщина, похоже, сама испугалась того, что сказала.

— В самом деле? — пылко воскликнул мужчина, — Чтобы поверить в правдивость таких слов требуются доказательства!

— Доказательства? Но какие?!

— Хотя бы один невинный поцелуй, — тихо, но твёрдо заявил Андрей.

— Что ты?! Как же это можно… — смутилась Нира, но, подумав, добавила, — Может быть позже… Сначала поговори со мной… обо всём…

Их беседа напоминала шахматную партию, в которой каждый из партнёров-соперников пытался разыграть свою комбинацию, не забывая о защите позиций. Мужчина начал довольно пространно рассказывать о некоем сообществе людей, целью которого является гармоничное развитие и рост благосостояния каждого члена, а также забота о судьбах мира. Отвечая на робкие наводящие вопросы собеседницы, он, распаляясь, поведал об исключительности этого сообщества избранных, в котором сам мужчина, будто бы, состоит уже около года и скоро сможет рекомендовать туда новых членов… Нира выслушивала многословные откровения «соседа» без энтузиазма и довольно скептически, но спросила:

— Кого же ты хочешь туда рекомендовать, Андрей? Ольгу?

— Жену? Нет… Жену нельзя! Там совсем другие отношения, другой образ мышления… Я хочу рекомендовать тебя!

— Меня?! Но я же… — растерялась женщина, — Даже не знаю, что сказать?

— Тебе и не нужно сейчас ничего говорить, Нира! — горячо воскликнул мужчина, — У нас ещё будет время поговорить, ты узнаешь много такого, что изменит твою жизнь навсегда! Но сейчас мне нужны доказательства твоих чувств!

— Доказательства? Поцелуй? Прямо здесь?

— Разумеется, нет, — Андрей вскочил, схватил растерявшуюся женщину за руку и потащил в полумрак белой комнаты. Там он крепко прижал Ниру к себе и поцеловал её в засос.

— Ты же говорил о маленьком невинном поцелуе! — воскликнула она, пытаясь отдышаться. Но мужчина продолжал целовать её губы ещё и ещё, лапая женское тело, а потом расстегнул молнию на спине платья. Нира закричала: — Нет… Не надо, Андрей!

— Я давно хочу… посмотреть, какая ты без одежды! — заявил он.

— Я же замужем… — безнадёжно прошептала она.

— Раздевайся! — жёстко приказал мужчина. Нира охнула, неожиданно быстро стянула с себя платье, расстегнула и сбросила лифчик, после чего застыла перед Андреем, кое-как прикрыв руками немного отвисшую, но весьма красивую грудь, и уставилась на мужчину горящим взором. Он же медленно снимал с себя рубашку и расстёгивал брюки.

— Ты такой… властный… Ох! — вскрикнула женщина, увидев его возбуждённую плоть. Андрей без промедления опрокинул Ниру на постель. Женщина не сопротивлялась внезапному порыву «соседа», напротив она жаждала его грубых прикосновений, и её оргазм не заставил себя ждать, а вскоре и ещё… Мужчине этого показалась мало, соскользнув с женского тела, он лёг на спину, схватил Ниру за волосы и наклонил к себе.

— Но я так никогда не делаю! — вскричала разгорячённая еврейка…

— Ну, сейчас я вам устрою! — зарычала у монитора Ольга, ни на шутку распалившаяся от увиденного и почувствовавшая себя оскорблённой женой. Когда она влетела в спальню и включила свет, наконец разрядившийся Андрей лежал, вальяжно развалившись на подушках, а Нира уронила голову на его живот. Раскрасневшуюся нежную кожу лица еврейки покрывали свежие белёсые подтёки…

Такой бурной площадной брани от юной блондинки мужчина никак не ожидал. Оля превзошла себя и, если «мужа» она ещё щадила, то самое малое из проклятий по отношению к его новой «любовнице» звучало, как «мерзкая еврейская шлюха»… Напоследок Ольга заявила, что завтра же подаёт на развод и всё расскажет мужу Ниры, когда тот вернётся. Вылетая из комнаты, она хлопнула дверью так, что стены завибрировали…

— Что же теперь будет? — зарыдала Нира, вытирая лицо о тело Андрея.

— Другая жизнь! — уверенно ответил мужчина, — Разведёмся, если уж на то пошло… Ты вступишь в наше тайное сообщество… Жильё там есть… Будем жить лучше, чем раньше! Ты будешь со мной…

— Нет, Андрей! То есть, я согласна бывать с тобой, но… — не могла успокоиться женщина, — У меня есть муж, у тебя такая молодая и красивая жена! Давай, я просто стану… твоей любовницей, ты будешь получать меня при любой возможности… Не надо никаких тайных обществ, от них только хуже… А если мой муж всё узнает, тогда… Ох, даже думать об этом не могу… Но если я останусь одна, ты… не потеряешь ко мне интерес, правда?

— Конечно, правда… С чего бы это мне терять интерес к такой… сексуальной женщине?

— Ох, мне так плохо, Андрей! Возьми меня ещё раз…

Когда мужчина отвёл Ниру в её «квартиру» и уложил в постель, она попыталась снова отдаться ему, но он заявил, что ласкаться в её супружеской постели не красиво. Прокатило… Несколько минут Андрей стоял под контрастным душем… Оля ждала его на кухне.

— Ну и шлюха же эта Нира! — со злостью выпалила она.

— М-да… Ну и стерва же эта «жена»! — усмехнулся мужчина, с удовольствием закуривая.

— Да-а?! А мне понравилось, как я сыграла! — засмеялась девушка, — Что-то не так, Господин?

— Ты была неподражаема! — засмеялся в ответ Андрей, — А я что-то утомился…

— Но-но, милый! Тебе ещё с «женой» спать!

— Куда же я сегодня от тебя денусь? — хмыкнул мужчина, — Кстати, а где ты нахваталась таких словечек, Оленька? Даже я не все слышал…

— Понятия не имею! — предельно ясно ответила девушка.

На кухне они просидели недолго. В кабинете Вершитель некоторое время смотрел на монитор, в зелёной комнате мирно и крепко спала утомлённая Испытуемая.

— А этот… Коля-то где? — спохватился Андрей.

— Надоел он мне… Зарезала на фиг! — засмеялась Ольга и переключила изображение на чёрную комнату, — Шучу! Вот он Ваш раб…

— Чем это он насолил своей Госпоже? — усмехнулся мужчина.

— Говорю же, достал своей услужливостью… Ты не сердишься, милый? — неожиданно ласково спросила девушка, усаживаясь ему на колени, и Андрей нежно погладил её по головке, — Ну и хорошо… Надеюсь, ты убедился, что твоя Испытуемая — банальная шлюха?

— Не вполне…

Утром Андрей погрузился в раздумья, которые не улучшали его настроение. Присутствие Ольги не тяготило, она искренне старалась помочь и создавала лёгкую, деятельную ауру. А вот Николай Андрея раздражал… Но главное, хотелось побыстрее закончить Испытание, а чёткого понимания человеческой сути Ниры у Вершителя не сформировалось. На помощь пришла Оля, разложив по полочкам все сомнения Андрея. Она говорила о том, что доказать причастность Испытуемой к тайной организации негативного и агрессивного толка крайне сложно. Однако это и не обязательно, достаточно понять, что Нира если и состояла в ней, то под серьёзным нажимом извне, а не по собственному желанию. Такой вывод, вроде бы, вытекал из логики поведения Испытуемой, оставалось подтвердить постоянство её устремлений. Что же касается чрезмерной похоти Ниры, то, несмотря на кажущуюся очевидность, следовало убедиться в её несомненной склонности к разврату, пусть и спровоцированную жизненными проблемами, а не горячим желанием совершенно конкретного мужчины… Доводы Ольги выглядели убедительно и, отталкиваясь от них, Андрей с помощницей разработали план продолжения Испытания. Объяснять Николаю его роль в грядущих событиях пришлось долго. Юноша пугался не только ответственности, но и просто активных действий в отношении незнакомой ему женщины. Андрею пришлось жёстко напомнить Коле, кем тот является, а Оля живо описала возможные методы наказания провинившегося раба. На некоторое время угрозы произвели обратный эффект, юноша впал в ступор. Однако, девушка хорошо знала Николая, через несколько минут тот стал реально воспринимать окружающее и принялся методично изучать свои обязанности.

Нира проснулась ближе к полудню, поднялась, подошла к окну. Вероятно, настоящий вид из окна привёл бы женщину в замешательство, но в данный момент времени его заменяла превосходная голограмма обычного дворика, около многоквартирного дома. Обнажённая Нира пожала плечами и полезла в платяной шкаф. Видимо, она осталась не слишком довольна его содержимым, выбрав только лёгкий цветастый халатик с пояском, который и надела после водных процедур. В этот момент в дверь её «квартиры» постучали.

— Кто там? — встревоженно спросила женщина.

— Это Николай, брат Вашей соседки Ольги, — раздался молодой мужской голос в ответ, — Я могу к Вам войти?

— Зачем? — голос Испытуемой звучал враждебно.

— Вы не волнуйтесь, Нира! — продолжал гость, — Меня послал Андрей…

— Андрей? — ахнула женщина и немедленно распахнула дверь зелёной комнаты, — А где он сам?

— Куда-то уехал… — неопределённо ответил Коля, заходя внутрь и закрывая за собой дверь.

— Разводиться? — с чувством выпалила Нира.

— Возможно… У них там жуткий скандал, — «доверительно» поведал ей молодой человек, — Андрей, к сожалению, не посвятил меня в свои планы, но велел зайти к Вам узнать, как Вы себя чувствуете и помочь, если надо…

— Он мог бы помочь! — непонятно для юноши ответила женщина, тщательно запахивая халат, — А чем можешь помочь ты?

— Принести завтрак, например, — с готовностью ответил Николай.

— Да, я голодна, но мне не хотелось бы оставаться здесь… Вдруг, муж вернётся? Я и так не знаю, как мне с ним… говорить… А тут ещё ты!

— Тогда пойдёмте к нам, — не веря такой удаче, предложил молодой человек, которому по плану надлежало уговорить женщину пройти на кухню, а потом и в белую комнату, — Правда, Андрей будет не скоро, а Ольга, вероятно, не появится здесь совсем…

— Так, что же мы ждём? — перебила его Нира, — Ты же хотел накормить меня завтраком?

Бурная ночь и длительный сон прибавили аппетита женщине. Ела она долго и неторопливо, от вина отказалась, но выпила две чашки кофе. Разговор с Николаем у неё не клеился. На вопросы об Ольге и Андрее, тот отвечал уклончиво и односложно. В свою очередь, вопросы молодого человека, которые касались исключительно Андрея и тайного общества, членом которого тот будто бы являлся, только раздражали Ниру. «Проводи меня в спальню!» — неожиданно попросила она, Николай с радостью исполнил её просьбу… Женщина с большим интересом рассматривала белую комнату, в которой провела несколько волнительных часов с её хозяином совсем недавно. В конце концов, она подошла к большой постели под балдахином, присела на краешек и стала водить изящной чувственной рукой по белому шёлковому покрывалу.

— Андрей — замечательный мужчина, — мечтательно проговорила Нира, — Если бы я не была замужем, и он был свободен… Но в любом случае, знакомство с ним мне приятно…

— Это потому, что он крутой мафиози? — спросил юноша.

— Мафиози? О чём ты, мальчик? — снисходительно посмотрела Нира на молодого человека, — Ничего такого я не знаю и знать не хочу! Андрей — мужчина, не то, что некоторые…

— Некоторые? Кого Вы имеете в виду? — исподлобья глянул на неё Николай, — Мужа или… меня?

— Мужа?.. Да, пожалуй… — разоткровенничалась женщина, — А ты… ещё очень молод и… я совсем тебя не знаю…

— Разве молодость — большой недостаток? — возразил Коля, — Вы очень нравитесь мне и… я мог бы стать Вам близким другом! Вы можете узнать меня близко… прямо сейчас!

— Что ты имеешь в виду, мальчик? — удивилась Нира.

— Всё! — вырвалось у молодого человека, который сначала смущался, но, памятуя об указании Господ, старался вести себя нагло, — Да, Вы и сами знаете что…

— Как ты смеешь, негодник, делать мне непристойные предложения? — от возмущения женщина вскочила на ноги, — Я замужняя женщина…

— Муж к Вам больше не вернётся! Так сказала Ольга, а сестра мне не врёт! — выкрикивал Николай, — И Андрею ты не нужна, его интересует только тайное общество… Там женщин куча всяких…

— Почему ты перешёл со мной на «ты»? — растерялась Нира.

— Потому, что я… Я… — никак не мог решиться молодой человек, — Теперь я буду твоим мужчиной! Разденешься сама или тебе помочь?

— Да как ты смеешь?! — вскрикнула женщина, автоматически хватая рукой узел пояса, которым был схвачен её халатик.

— Смею, шлюха! — нервно взвизгнул Николай и сделал шаг в сторону Ниры. К его изумлению, женщина вздрогнула, опустила взгляд и развязала пояс. Халат распахнулся и медленно сполз с её плеч на край постели. Нира стояла перед юношей абсолютно голая, только упавшие с головы чёрные волосы немного прикрывали грудь. Не веря своему счастью, молодой человек подскочил к женщине, положил руки на её плечи, с вожделением посмотрел на обнажённое тело, поцеловал шею и принялся лапать грудь.

— Ты же говоришь, что влюблён в меня, Коля? — вздрагивая от суетливых прикосновений юноши, проговорила она, — Зачем же ты называешь меня шлюхой? Это так… некрасиво…

— Молчи! — взвизгнул он, покрывая слюнявыми поцелуями лицо Ниры, — Как хочу, так и называю… Будешь меня слушаться и… давать — буду называть по-другому…

— Не надо, мальчик! — засомневалась женщина, — Я пожалуюсь… Андрею…

— Жалуйся, шлюха! А сейчас ложись и раздвигай ноги! — закричал Николай.

К удивлению наблюдавшего за этой сценой на мониторе компьютера Андрея, Нира послушно легла на постель и приоткрыла своё лоно, покрытое шелковистой каймой чёрных волос. Молодой человек неуклюже снимал с себя одежду трясущимися руками.

— Какой он у тебя… невзрачный, мальчик, — неприятно удивилась женщина, когда Коля предстал перед ней голышом.

— Молчи, шлюха еврейская! — зло вскрикнул он и… бросился покрывать поцелуями её лобок.

Нира дрожала, металась на постели и, вдруг, принялась отталкивать от себя юношу. Однако, Коля вцепился руками в женскую талию, как клещ и, несмотря на пинки и тычки, продолжал взахлёб целовать вожделенное лоно.

— Господин, не пора ли нам присоединиться к этим…? — спросила Ольга, фыркая от увиденного, — И поставить жирную точку в этой истории!

— М-да… Похоже, самое время, — кивнул Андрей…

Через пару минут они вошли в белую комнату. Нира взвизгнула и ещё раз попыталась решительно оттолкнуть от себя Николая, увидев вошедшего в стильном костюме Андрея и облачённую в кожу Ольгу. Коля, ничего не видя и не слыша, крепко держал Испытуемую за бёдра и наслаждался ею на свой лад… «Я же говорила тебе, что эта еврейка — просто шлюха! — указала «мужу» на постель Оля, — С ней и обращаться следует соответственно, милый! Пусть мой «братец» отдохнёт…»

Обедали поздно, после четырёх часов дня, вчетвером. Вершитель с улыбкой наблюдал, как Ольга вводит на кухню хорошенько отмытую Ниру, надевает на неё забавный белый фартучек и шлепком по заднице отправляет на помощь Коле, накрывающему на стол в таком же фартучке на голое тело. Оля потешалась, Андрей ей не мешал. Уже за обедом Нира не выдержала и спросила у него:

— Я теперь буду служанкой в Вашей семье?

— Служанкой? — недобро усмехнулся Андрей, — Возьмёшь на себя все заботы по хозяйству, а мы за это будем кормить тебя, поить, одевать, а потом… Тебе же понравились наши… групповые занятия, детка?

— Мне было больно… почти как в самый первый раз… только по-другому… — растерянно подбирая слова, отвечала Нира, глядя на него так, будто никого другого вокруг нет и быть не может, — Я готова делать так, как ты скажешь…

— Готова? Интересно, — Вершитель неожиданно впал в задумчивость, Ольга уставилась на него непонимающе, а он поинтересовался у Испытуемой, — А если во время наших милых развлечений войдёт твой муж?

— Муж? — Нира вздрогнула, и лицо её помрачнело, — Но ты же теперь не отдашь меня ему, я теперь твоя, правда?.. Вчера… кажется, вчера мне снилось, что муж бросил меня… я металась и не знала, что делать… приехал старый друг, готовый утешить… но стало только хуже… а потом появился Хозяин и… жизнь сразу наладилась…

— Какой Хозяин, Нира? — поинтересовался Андрей.

— Я не очень хорошо помню… — отвечала Испытуемая, и Оля вся превратилась в слух, осознав, что Вершитель таки добился своего — Нира вспомнила ключевой момент своего прошлого: — Он был куда требовательнее и страшнее мужа, но… Хозяин заставлял, а я выполняла беспрекословно… Просто не могла ослушаться, да и не хотела… Я бросила всё и всех, кто у меня был, и пошла за ним… Он, кажется, чему-то учил меня и других, что-то втолковывал, но ничего из его слов не запомнилось. Возможно потому, что главным оказалось не учение, а слепое подчинение его власти, его желаниям… Даже вспоминая тот сон, мне кажется, что я впадаю в транс от взгляда Хозяина, его речи и прикосновений…

— И кто же твой Хозяин, шлюха? — не выдержала Ольга, и Вершитель поморщился, — Андрей — твой Хозяин?

— Да, — Нира взглянула на девушку невидящими глазами и снова переключила всё своё внимание на Андрея, — Только ты ещё прекраснее, чем тот… во сне…

— На что же ты готова для Хозяина, шлюшка еврейская? — очень серьёзно спросила Ольга.

— На всё! — горячо отозвалась Испытуемая, — Я не знаю, что от меня потребуется… Но сделаю всё для Хозяина и его семьи…

— Что ты подразумеваешь под словом «семья»? — хмуро поинтересовался Андрей.

— Ну, как… — непонимающе посмотрела женщина и перешла на «Вы», — Вы, Ваша жена, её брат…

— Ты не поняла, Нира, — без улыбки произнесла Ольга, — Коля не мой брат, а раб Господина Андрея! Посмотри на его ошейник…

— И ты тоже, — даже не удивилась Испытуемая, взглянув сначала на шею Николая, а потом и Ольги.

— Да, — гордо кивнула девушка, блеснув изумрудом на шейном ремешке, — Я тоже рабыня Господина Андрея, а не его жена.

— Значит, Вы, действительно, крутой мафиози? — со страхом обратилась Нира к Андрею.

— Нет. И никакого тайного общества у меня тоже нет, — усмехнулся он, — Ты расстроена?

— Разве это важно?.. — растерялась женщина, — Я не расстроена, но… мой муж…

— И мужа у тебя больше нет, — спокойно и твёрдо ответил Вершитель, — Это тебя удивляет?

— Нет, Андрей… Нет, Хозяин! — моментально поправилась Нира, — Я уже забыла о нём почти… Я тоже стану Вашей рабыней?

— Нет.

— Но почему?! — отчаянно вскричала Испытуемая, словно её жизнь лишали смысла, — Я тоже готова помогать Вам, ухаживать за Вами и… всё остальное тоже! Не бросайте меня, Хозяин!

— Не приставай к Господину, Нира! — громко осадила её Ольга, — Он ещё и не думал об этом! Господину нужно отдохнуть, прежде чем принять решение… А тебе пора напиться…

— Отличная идея, — подхватил Андрей, и в самом деле не готовый сейчас принимать решение, и переключился на своего новоиспечённого раба, — Коля, наполняй бокал Ниры до краёв, а когда вино закончится, сходи за второй бутылкой.

— Да, Господин!

— Кстати, через пару часов тебя отвезут… к месту постоянного проживания, — Вершитель продолжил разговаривать с Николаем.

— Да, но… Разве здесь я Вам больше не нужен? — расстроился тот.

— Хочешь, чтобы тебя трахнули, как Ниру? — жёстко отозвался Вершитель.

— Втроём? — краснеющий юноша оглядел присутствующих, опустил голову и прошептал: — Да…

— Вот и прекрасно, — холодно проговорил Андрей, — С завтрашнего дня с тобой подобное будут проделывать регулярно, но не здесь, а на съёмочной площадке… и не мы, а те, кто будет сниматься с тобой в одном фильме.

— Господин, Вы приказываете мне стать актёром порно? — изумлённо воскликнул Коля, — А если я… не справлюсь?

— Справишься, у тебя хорошие данные для этого… — недобро усмехнулся Вершитель, — Но ты должен не только красиво лизать промежности и подставлять свою задницу на моей студии, но старательно учиться актёрскому мастерству прежде всего…

После обеда Андрей составлял отчёт. Пришла машина со студии за Николаем, которого отправили на временное попечительство Сергея. Сильно опьяневшая Нира спала в белой комнате, Ольга сидела рядом с Господином в кабинете.

— Что ты там выдала о том, что я «ещё не думал и нужно отдохнуть»? Что за мысли, Оля?

— Простите меня, Господин, но… Вы же видите, что она…

— Вижу, — нахмурился мужчина, — и слышу я хорошо… Да, Нира рассказала нам историю… из своего реального прошлого. Мне теперь ясно, что в Княжестве ей самое место. Ну и что дальше? Мне признать себя её Хозяином и начать новый виток этой мрачной повести?

— Новый — не значит плохой… Она же сама сказала, что ты другой, ты — прекрасный…

— О да! — зло рассмеялся Андрей, — И быть моей рабыней — великое счастье! Оленька, это бред… Так эта женщина никогда не выйдет из своего порочного круга.

— Наоборот! — горячо возразила Ольга, — Нира в любом случае будет искать своего Хозяина. Тыркаться, мыкаться… А если она и вправду сейчас нашла его? Ей останется только внимательно смотреть по сторонам и видеть, как живёт Эмма, Катя, Изабелла… Всё изменится в её жизни, вот увидишь!

— А если не увижу?.. — покачал головой мужчина, — Это единственная причина, по которой эта женщина должна остаться рядом?

— Главная!.. Но Нира бы нам пригодилась… — вкрадчиво произнесла Оля, но добилась обратного эффекта.

— Нам?! Тебе мало Коли, хочешь теперь рабыню?! — возмутился Андрей, — А ответственность, между прочим, на мне! Зачем тебе понадобилась Нира?

— Почему обязательно рабыню? Да и не мне лично… — смутилась девушка и неожиданно произнесла: — Она очень мне напомнила одну знакомую из прошлого…

— Школьную знакомую?

— Нет, институтскую.

— Не понял! О каком институте идёт речь? — страшно удивился мужчина.

— Я хотела бы рассказать об этом, когда Вы отправите Ниру в карантин, и мы останемся вдвоём, — загадочно проговорила Ольга, — Ночью…

— Оля, мне не хочется задерживаться здесь ещё на одну ночь… Отдохнуть, и правда, надо…

— На студии? — быстро спросила девушка.

— Нет, в отеле… А что такое?

— Ничего особенного, — с хитринкой ответила Ольга, — Думала, что ты соскучился по своей красавице-мулатке… А оказалось — по груди своей секретарши!

— Оля! Иногда ты бываешь совершенно невыносима!

— Прости, мой милый! Я пошутила… А в каждой шутке, как известно… Молчу-молчу! Кстати, у Ниры тоже красивые сиськи, только отвисли немного… Но в этом есть определённый шарм…

— Так и скажи: «Оставьте её мне, Господин! Я хочу и дальше ахать Ниру!»

— Да ни в этом дело! Может, я хочу, чтобы ты занимался с ней этим… В любом случае, Господин Андрей, это только часть правды. Я уверена, что Нира прямо-таки создана для нашего кино! И не только для «Двойного одиночества»… У меня есть идея нового сценария… Эта история закомплексованной и неудовлетворённой семейной жизнью женщины, которая боится мужчин и тайных обществ и, конечно, получает то, чего боится.

— Неплохо, — улыбнулся Андрей, — А что там об институтской знакомой?

— Была такая скромница, которая… давала всем, кто умел попросить, а скорее потребовать… Пообещай, пожалуйста, что останешься со мной ещё на одну ночь, если я сумею тебя удивить!

— Удивить? Ну, допустим… Обещаю! — с усмешкой посмотрел он на девушку, — Рассказывай о себе!

— Вы уже поняли, что это обо мне? Какой Вы… проницательный! — с воодушевлением заговорила Ольга, — После школы, по настоянию Натальи, я поступила в педагогический институт, но быстро поняла, что это не моё… Через год бросила и поступила в медицинский. Да-да, я способная, как оказалось! Там мне всё нравилось, я вполне прилично училась и… Продолжала встречаться с Натальей и не только с ней, но почти всегда у неё… По сути, я жила у Наташи…

— И ты всё это помнишь? — засомневался Андрей.

— Вспомнила… в карантине… Как видишь, кто-то забывает, а у меня всё наоборот. Да и сейчас вспоминать продолжаю… и из-за Ниры тоже… — печально посмотрела на него девушка, — Но я такая, как есть… благодаря тебе, Андрюша!.. Подожди, не спорь… Я не досказала… Мои шоу у Натальи продолжались. Чаще только с ней или с ней и Колей, иногда ещё и с бывшими одноклассницами, потом уже и с девушками из медицинского… В общем, это должно было случиться!

— Что, Оля?

— Я перешла грань… Слишком долго, слишком много! И ни одна я оказалась в этой истории… В тот день мы ехали к Коле на дачу. Он часто приглашал нас, когда родители отсутствовали, иногда мы соглашались и ехали… Там у него всё по высшему разряду было, Коля из богатеньких… Вот и в этот день решили подышать свежим воздухом, отдохнуть в хоромах его родителей, а заодно попользоваться сынком… Надо сказать, что мои отношения с Колей к тому моменту усложнились. Нет, к сексу по моим правилам он был готов в любое время и даже страдал, когда случались перерывы. Однако с некоторых пор Николай стал заговаривать о том, чтобы узаконить наши отношения. Да-да, он хотел на мне жениться! Или выйти за меня замуж, как тебе больше нравится?

— Честно? Никак не нравится, — ответил Андрей, — Эта история с каждой минутой нравится мне всё меньше… Но я слушаю.

— Спасибо! — очень серьёзно кивнула Ольга и продолжила: — Возможно, родители Коли что-то требовали от него… Они знали, что их сын встречается с очень симпатичной бывшей одноклассницей, фотографиями которой была увешана его комната и, наверное, хотели познакомиться с «невестой». Судя по всему, предки Николая очень правильные, а сынок… Не важно. В предложении Коли соединились его чувства и здравый смысл, как ни странно это звучит. Разумеется, став женой, я продолжала бы пользоваться муженьком по своему усмотрению, но уже на официальных основаниях, не скрывая наши встречи от общественности. Родители «жениха» готовы были купить нам квартиру, машину Коле уже подарили… Ну и так далее… Однако, думаю ты понимаешь, что этот дурачок интересовал меня гораздо меньше, чем Наталья. А она, как раз, попадала в двусмысленное положение. Впрочем, для меня не было неразрешимых проблем. Я заявила «жениху», что подумаю над его предложением при условии, что училка будет жить с нами. И, представь себе, этот сосунок оказался категорически против! Он говорил, что мы продолжим общаться с Натальей, будем ездить к ней в гости, когда я пожелаю… Короче, не знаю, что там происходило у Коли в голове, но жить в его квартире мы должны были вдвоём и никак иначе! Разумеется, я психанула, и отлучила его от наших игр на месяц. Мальчик страдал, просил прощения, клялся в верности, но… решительно не желал допускать в «семейное гнёздышко» кого-либо ещё… История затянулась, Наталья начала паниковать, вновь допущенный к телу Коля был неимоверно ласков и покладист, но уже явно ревновал меня к училке и ко всем остальным… Ситуация становилась тягостной и, тут, во мне что-то сломалось… Я поняла, что никогда не соглашусь стать его женой, пусть и формально, или его «мужем», не важно. В конце концов, моей «гражданской женой» уже была Наташа, других мне не требовалось, а мужчина… Я редко задумывалась об этом, мужчину в своей жизни не представляла, а если и допускала его появление, то… Мне представлялся настоящий мужик, фантастически брутальный, сильный, явно сильнее меня, короче — харизматическая личность, а не какой-то там Коленька! Я поняла, что если однажды стану женщиной, а может и женой в нормальном смысле слова, то только с настоящим мужчиной. Мой решительный отказ Николаю приободрил Наталью, Коля же стал бледным, нервным и плаксивым… Впрочем, он и не думал отказываться от встреч и наших игр. Для их продолжения, прежде всего, мы и ехали в тот самый раз к нему на дачу…

— Что же уникального именно в этой поездке? — задумчиво спросил Андрей.

— Ты прав, мой хороший! Поездка случилась особенная… Её уникальность в том, что до дачи мы не доехали. Николай совсем неплохо управлял своей новой машиной, мы с Натальей ворковали на задних сидениях, дорога ранним утром была достаточно свободная и сухая… Но на прямом участке шоссе Коля неожиданно потерял управление, машину вынесло на встречную полосу лоб в лоб спешившему в город грузовику.

— И… — Андрей покрылся холодным потом.

— И мы оказались здесь, — Оля смотрела на него открытым взором светлых глаз. На секунду мужчине показалось, что девушка готова расплакаться, но он тут же понял, что готов расклеиться сам.

— Ты так уверена в том, что говоришь… — выдавил из себя Андрей после долгой паузы.

— В том, что я умерла? Конечно… А ты сомневаешься, мой Господин? — грустно улыбнулась она. Мужчина закашлялся, вдохнув дым только что закуренной сигареты.

— Я думаю… — прохрипел он.

— О чём? Впрочем… Я тоже сначала не верила, думала, сомневалась… Последней каплей оказалось появление здесь Коли. Он, вижу, ничего такого не помнит, да и не надо… Жаль, только, что мы так и не узнаем, случайно ли произошла авария или, мальчик сам…

— Да-а-а… — Андрей лихорадочно тёр свои виски, — Но случайностей не бывает…

— Что?! — охнула Ольга, — Ну, конечно!.. Я даже и не думала об этом ТАК…

— Сильно сомневаюсь, что Коля поступил сознательно, — прояснилось в голове у Андрея, — Иначе, он вряд ли был бы здесь с нами.

— Пожалуй, ты снова прав… Какой ты умный, мой Хозяин! — улыбнулась девушка, — Как же я рада, что очутилась здесь!

— Оля, ты думаешь, что говоришь?

— Ещё бы! Если бы этого не случилась, я бы не встретила тебя — моего первого и последнего, самого настоящего мужчину! — от чистого сердца воскликнула она, — Ты — моё счастье!

— Оленька! — Андрея прорвало. Он схватил девушку в объятья, прижал к себе, нежно гладя её белокурую головку… Из глаз Вершителя покатились слёзы.

— Андрюша, ты плачешь?! — изумилась Оля, почувствовав мокрое на своей щеке, — Какие солёные… Но почему ты плачешь? Это из-за меня?! Я не стою твоих слёз…

— Стоишь, Оленька! — в ласках Андрея не было ни грамма простого мужского желания, одна только нежность к этой странной, неоднозначной и чудесной девчонке. Он понимал это и не мог остановить свои непрошеные слёзы.

— А если так, то… — теперь уже не выдержала и девушка, — Тогда всё в порядке, всё очень хорошо, мой милый! Ты обязательно придёшь, если мне будет плохо, а я… всегда, когда ты будешь рад меня видеть…

— Чудо ты, Оленька моя!

— Ага, я — чудо, которому повезло, — улыбнулась сквозь слёзы девушка, — Здесь же полно таких, но везёт единицам…

— Не нарывайся на комплимент! — улыбнулся в ответ Андрей.

— Спасибо тебе! Только давай выпьем, а то я никогда не успокоюсь! — тихо засмеялась Ольга и, увидев его кивок, убежала на кухню. Вернулась девушка с большим стаканом виски со льдом для мужчины и довольно внушительным бокалом, наполовину заполненным коньяком, для себя.

— Не напейся, маленькая! — усмехнулся Андрей.

— Сегодня можно! — заявила Ольга, — Мы же остаёмся здесь на ночь, правда?

— Правда… Я же обещал, что останемся, если ты меня удивишь, — мужчина поднял свой стакан, — А ты меня просто сразила… За тебя, Оля!

— И за Вас, мой прекрасный Господин!

— Тогда уж просто за нас с тобой!

— О, это самое лучшее, что можно себе представить! — лучезарно улыбнулась Ольга и с удовольствием сделала большой глоток из своего бокала.

Вскоре в белой комнате проснулась Нира. Андрею не хотелось говорить с ней, но Оля уговорила Господина немного повременить с отправкой Испытуемой. Девушка отправилась в белую комнату сама. Андрей без особого интереса наблюдал за женщинами по монитору, отключив звук. Импровизированный театр мимики и жеста немного позабавил его. До определённого момента разговор женщин шёл, по всей видимости, на повышенных тонах и закончился крепкой пощёчиной, которой наградила Ниру Ольга. После этого Испытуемая, вероятно, умерила пыл, но Оля ещё дважды заставила краснеть её щёку своей ладонью…

— Господин Андрей, Нира плохо понимает куда попала, но я объяснила ей, — весьма официально произнесла Ольга, вернувшись в кабинет и подталкивая впереди себя Испытуемую, на которой был только хорошо знакомый Андрею гладкий прозрачный халатик, — Кажется, до неё дошло и, теперь она хочет кое о чём попросить Вас…

— Господин! — сложила на груди руки Нира, — Я, действительно, плохо понимала, наверное… Но будьте милосердны, Господин! Я готова снести любое… от Вас, Господин Андрей!

— Не знаю, насколько ты внимательно слушала Ольгу, — досадливо поморщившись, произнёс Вершитель, — Но здесь есть строгие правила…

— Да, сейчас меня отправят в зону карантина, — опустила голову Испытуемая и, её шелковистые чёрные волосы упали на грудь, — Там мне предстоит провести несколько долгих и тягостных дней, но после…

— Тебя волнует, что будет после? — вздохнул Андрей.

— Очень волнует!.. Ваша жена… Ваша рабыня сказала мне, — забавно исправилась женщина, поднимая своё миловидное, усталое еврейское лицо, — Если Вы проявите ко мне хотя бы небольшой интерес и сострадание, то после карантина я смогу вернуться к Вам… в качестве рабыни… И Вы больше не будете гнать меня прочь, Хозяин?..

— Значит, всё-таки, без Хозяина никак, — вздыхая, вполголоса проговорил мужчина, — Ты и вправду хочешь так жить? Да?! Ну, что же…

— Да, Хозяин! Спасибо, Хозяин! — без улыбки, но горячо воскликнула Нира, — Пока меня не увезли, могу я просить о последнем желании?

— Замолчи, шлюха еврейская! — громко попыталась перебить её Оля, но Испытуемая словно и не слышала её.

— Пока меня не увезли… Пожалуйста, Хозяин…

— Ты уверена, что Нира хоть что-то поняла? — обратился Андрей к Ольге, девушка только пожала плечами и слабо улыбнулась, глядя как Испытуемая подползает к мужчине на коленях…

Глава 15

Дверь во тьму

Далеко не все Испытания приносили Андрею моральное удовлетворение. Часто он задумывался о том, что бремя обязанностей Вершителя тяготит его и мешает свободно дышать. Но Андрей сам ввязался в эту историю, сам принял законы тёмного Княжества, и назад дороги не было… Случалось, что Испытания приходилось переносить, так произошло и в этот раз, причём по совершенно неожиданной причине… Утром, по дороге в свой рабочий коттедж, где Вершитель, дабы выполнить подошедшие по времени обязанности, намеревался выбрать Испытуемую и подготовиться к новому делу, он получил долгожданное сообщение от Хароныча. Некоторую часть пути Андрей проехал, что называется, на автопилоте, а потом и вовсе остановился на обочине. Во-первых, Хароныч не писал чрезвычайно давно, Андрей и ждать-то перестал, хотя и надеялся на его поддержку в поисках Библиотекаря. Во-вторых, послание было выдающимся по краткости и неожиданности содержания: «Ищи Набокова»… Плюнув на намеченные планы, мужчина развернул автомобиль и поторопился в Архив, дабы выяснить, что же случится, когда он отыщет в книгохранилище труды Набокова. Наскоро переговорив там с нынешним Архивариусом, он немедленно взялся за дело. Воспользовавшись компьютерной программой поиска, Андрей обнаружил, что на нижнем этаже хранилища Набокову уделён целый шкаф… «А-а-а, Господину Вершителю понадобилась «Лолита»! — хихикнул Илья, глядя ему через плечо, — Полезная литература!» Андрею захотелось немедленно съездить по слащавой физиономии, но он только рявкнул на Архивариуса, и тот поспешно ретировался, рассыпаясь извинениями. «Некогда мне разбираться с ним. Пусть думает, что хочет, лишь бы не мешал», — подумал Андрей. Впрочем, «Лолитой» в искомом шкафу оказались забиты целых две большие полки. Издания разных стран и лет, на разных языках, чаще с иллюстрациями, порой весьма фривольными. Что-то подсказывало ему, что ключ поиска рядом, но разобраться Андрей не мог. «И откуда Хароныч знает, что со мной происходит в этом Княжестве? Или не знает? Но всё-таки… Не понимаю!» Мужчина листал книги, рассматривал корешки, пытаясь найти какую-нибудь подсказку между листков — всё тщетно. Прошла пара часов, когда Андрей решил сделать перерыв, чтобы подняться к Илье покурить.

— Вам не понравилось? — осторожно спросил Архивариус, разглядывая недовольную физиономию Господина Вершителя.

— «Лолита»? Отчего же, занимательное чтение… Но быстро не осилишь.

— Зачем торопиться? Приходите ещё! — виновато улыбнулся Илья.

— М-да… А ты давно перечитывал «Лолиту»? — вдруг спросил Андрей, поражённый своей догадкой.

— Давно, — пожав плечами и, кажется, вполне искренне ответил Архивариус, — Да и зачем? Видеофильмов про неё полно…

— Тоже верно, — стараясь сохранять спокойствие, пробормотал Господин Вершитель, — Так. Посижу ещё полчасика, продолжу потом…

— Приходите завтра!

— Завтра или послезавтра… Работы много.

— О да! Я понимаю! — испуганно закивал головой Илья.

Андрей спустился вниз с мыслью полистать огромный фолиант с особенно живописными иллюстрациями и убрать извлечённые книги на место. Он уселся в кресло напротив шкафа, открыл книгу… «Комиксы какие-то… Кто только до такого додумался?» — ухмыльнулся Андрей, поднял голову от страницы и… Что-то тускло блеснуло в глубине освобождённой от книг второй снизу полки. Он отложил фолиант в сторону и наклонился, чтобы рассмотреть то, что привлекло его внимание. К задней стенке шкафа оказался прикреплён металлический диск, похожий на медаль со странным, но на удивление знакомым Андрею рисунком. Мужчина провёл по нему пальцами, ахнул, и принялся расстёгивать рубашку дрожащими пальцами, чтобы извлечь медальон, который вручил ему перед поездкой Хароныч. Андрей всё уже понял, но начал покрываться потом, когда убедился, что рисунок на медальоне — зеркальное отражение изображения на диске. Он утёр лицо рукавом, оглядываясь и прислушиваясь, не идёт ли Илья. Потом снял цепочку с шеи и приложил медальон к диску. Шкаф плавно въехал на два метра вглубь стены, открывая тёмный проход… Всё это произошло бесшумно, если не считать пары хлопков свалившихся от движения книг, оставшихся на полках, но Андрей подпрыгнул от неожиданности!

Нашёл! Но что нашёл? Под стук бешено колотившегося сердца он на цыпочках отошёл к лестнице, ведущей наверх, убедился, что за ним не шпионят и, затаив дыхание, направился к открывшемуся проёму. В проходе стояла полнейшая тьма. Андрей ощупывал бугристый камень стен, пока не отыскал что-то напоминающее электрический выключатель. Зажигалка осталась наверху, в кабинете у Ильи, курить в хранилище строго запрещалось. Но и размышлять было некогда, рука мужчины повернула выключатель. Ничего страшного не произошло, тускло зажглись немногочисленные лампочки, уходящие вместе с каменным коридором куда-то вниз по плавной дуге. Андрей сделал несколько шагов вперёд, понял, что конец прохода не находится в обозримом пространстве, и поспешил вернуться. Прежде, чем выключить свет, он обнаружил на стене ещё один металлический диск, с помощью которого, вероятно, можно было закрыть проём изнутри. Проверять предположение немедленно Андрей не решился. Он вернулся в хранилище и совместил свой медальон с диском в шкафу. Что-то тихо щёлкнуло, и шкаф начал медленно возвращаться на своё исходное место. Андрею оставалось только сделать несколько шагов назад и плюхнуться в кресло. Ошалевший от происходящего, мужчина просидел без движения видимо не один десяток минут, пока не услышал стук шагов, раздающийся сверху. Андрей подскочил с кресла, заставил книгами нижние полки шкафа, застегнул рубашку, закрыв от посторонних глаз заветный медальон, и снова уселся в кресло с очередным томиком «Лолиты».

— Извините, Господин Вершитель, я не помешал? — спросил спустившийся в нижнее хранилище Архивариус.

— Нет, — как можно спокойнее ответил он, — Да и засиделся я что-то…

— Зачитались? — улыбнулся Илья.

— Пожалуй, что так… Но пора собираться… Вернусь завтра, если будет время…

— Пожалуйста, Господин Вершитель! Всегда рад Вас видеть! — Архивариус помог Андрею вернуть оставшиеся книги на полки и, развлекая незамысловатой беседой, проводил его в свой кабинет наверху, где они выпили по чашке кофе и расстались, кажется, вполне довольные друг другом. Впрочем, всё это время мысли Андрея были совсем в другом месте. Ему страшно хотелось выяснить, куда ведёт открытый им подземный ход, а не возвращаться к очередному Испытанию…

Уже сидя в своём Золотом номере гостиницы, мужчина никак не мог успокоиться. Мысли несли его в глубины Архива, к открывшемуся ему таинственному проходу. Очевидно, следующий визит туда следовало организовать серьёзно и аккуратно, чтобы у Архивариуса не возникло ни малейших подозрений. Было что-то в этом подземелье важное и, вероятно, самое главное — то, ради чего его отправил в Княжество Хароныч. Илья оказался фигурой второстепенной, впрочем, и не Илья это был вовсе. Мысль о том, что кто-то заменил настоящего Илью двойником, тревожила Андрея и рождала уйму неприятных вопросов. Кто это сделал? Зачем? И где, в конце концов, реальный Илья? Арестован? Если так, то почему? В любом случае, Андрей должен вновь попасть в подземелье, где он, по всей вероятности, и найдёт ответы на все вопросы.

В плане Андрея на следующий день значилась утренняя поездка на студию, где Хозяин, не вдаваясь в детали, посвятил около часа текущим вопросам и столько же времени общался с управляющим наедине. Со студии Вершитель отправился в Архив. Главное, ради чего он ездил к Сергею, лежало во внутреннем кармане пиджака — маленький, но мощный фонарик. Теперь необходимо было отвлечь Илью, чтобы у Андрея появился хотя бы час для спокойного исследования подземелья и проверки возникшей у него гипотезы. Он подумывал уговорить Архивариуса совершить визит к руководству за разрешением на посещение спецхранилища Архива, но этого не понадобилось. Илья встретил Господина Вершителя с виноватым выражением лица и объявил, что вынужден немедля покинуть его минимум на пару часов, чтобы принять участие в совещании администрации Дворца Княгини. Андрей с самым серьёзным видом пожелал ему плодотворной работы, поинтересовался последовательностью своих действий, если придётся покинуть Архив до возвращения Ильи, покурил с ним на прощанье, спустился вниз и облегчённо выдохнул.

Итак, у Андрея имелся, как минимум, час для разведки. Мужчина освободил нужную полку шкафа от книг, приложил медальон к диску внутри полки — шкаф двинулся, освобождая проход. Затаив дыхание, Андрей зашёл внутрь, включил карманный фонарик, отыскал выключатель на стене уходящего вглубь каменного коридора. Затем он посмотрел на металлический диск на стене подземелья, прикоснулся к нему медальоном — шкаф встал на место, затворив проход. Андрей тихими шагами медленно двинулся по плавной дуге уходящего вниз коридора. Около десяти минут обстановка не менялась — ни дверей, ни ответвлений — только слабо освещённый каменный ход к недрам вулкана, который по разумению Андрея находился недалеко (точно оценить расстояния казалось проблематично). Впрочем, эту мысль мужчина рассматривал лишь, как версию. С тем же успехом можно было предположить, что тоннель в два человеческих роста, по которому он медленно продвигался, огибает вулкан, вызывавший у Андрея исключительно негативные эмоции… Ещё через десять минут, когда он уже начал сомневаться в успехе своей первой разведки, звук его шагов изменился. Андрей понял, что впереди большое пространство, вероятно пещера, в которую вёл путь в скальной породе. Вскоре коридор, действительно, выпрямился и закончился, но разглядеть в деталях, куда именно он привёл, не представлялось возможным: в пещере царила тьма. Андрей медленно двинулся вдоль стены и включил фонарик. Пространство перед ним оказалось значительно больших размеров, чем предполагалось, а сам он стоял на высоком естественном балконе, от которого правее, метрах в двадцати, начиналась каменная лестница вниз, на дно пещеры. Свет фонарика доходил до противоположной стены слабым пятном, но рядом с лестницей Андрей обнаружил ещё один выключатель. Скорее всего, он активировал освещение ступеней лестницы, но экспериментировать с ним показалась Андрею преждевременным. Подойдя к краю балкона, он продолжил осмотр и выяснил, что пещера уходит далеко вправо и размеры её колоссальны. Андрей взглянул на часы — с начала его экспедиции прошло более получаса, пора было возвращаться, но дабы убедиться в правоте своих выводов, мужчина осторожно спустился по лестнице вниз. Дно пещеры, находившееся метров на семь или восемь ниже балкона, сплошь устилала каменная крошка. Похоже, здесь давно никто не ходил, но гипотеза Андрея подтверждалась — это был путь, который открыл его медальон, путь в неизведанное и… Именно туда, вероятнее всего, ему надлежало отправиться, чтобы найти кого-то или что-то, необходимое Харонычу. Но, мрак побери, тот говорил про библиотекаря! Может быть настоящий Илья, если дело именно в нём, скрывается где-то в подземельях? И куда ведёт эта дорога в принципе? По всей видимости, вниз… Во тьму?

Вернувшись в архив, Андрей аккуратно вернул все предметы в обычное положение и поднялся наверх. Нынешний Архивариус ещё не вернулся с совещания, но Андрею не хотелось дожидаться его, он предпочёл дойти до своего автомобиля, припаркованного недалеко от ворот на территорию Дворца, сесть за руль, закурить и не спеша обдумать создавшееся положение. Мужчине представлялось ясным одно — большие открытия только начинаются, и подступаться к ним нужно с разумной осторожность. Он похвалил себя за то, что посещал Архив достаточно регулярно, пусть и без серьёзного результата. Зато теперь, когда его визиты приобрели реальный смысл — подготовку к прорыву в неизведанное, мнимый Илья даже не заметит изменений в периодичности появления Господина Вершителя… «Какой же ты, всё-таки, мальчишка! — возражал сам себе Андрей, закуривая вторую сигарету подряд, — Ведь, обжился здесь, серьёзным и нужным делом занимаешься — кинопроизводством. Сам же впустую мечтал о такой возможности когда-то в стародавние времена… Так нет же — замаячили впереди приключения на свою задницу, прорыв в неизведанное, так его во мрак и… Готово дело — вперёд и с песней! Когда же ты повзрослеешь и поумнеешь?.. Мало того, что ввязался в авантюру, а потом и отрезал себе короткий путь назад, а может и единственный… Да и тьма с ним, с назадом! У тебя же здесь не только дело, у тебя здесь люди…»

Поздним вечером в отеле, когда его девчонки уже уснули, Андрей продолжал думать, рассуждать и накручивать себя по тому же извечному поводу: быть или не быть, плыть или не плыть, жить или не жить, рать или не жрать… «Что же ты врёшь-то себе самому, Андрюша? Скажи прямо — мне здесь хорошо. Не холодно, сумрачно и мухи не кусают, потому что их нет вовсе! Ты же в этом Княжестве как сыр в масле катаешься: еда и питьё — первоклассные и в любой момент; девчонки — лучшие в мире, ты о таких и мечтать не мог; дело своё — настоящее, увлекательное, без финансовых проблем. Кстати, о деньгах — когда у тебя были такие возможности?.. Обязанности?.. Так это совсем небольшая плата за все блага здешней тёмной цивилизации. Да и адреналина добавляют твои Испытания, Господин Вершитель! Никуда ты отсюда не денешься… И никакой Хароныч тебе не указ».

Ничего Андрей не решил ни сразу, ни по прошествии времени… Будучи человеком неглупым и благодарным, он не мог забыть о просьбе Хароныча, а потому принялся регулярно, но не спеша продолжать разведку открывшихся ему подземелий и готовиться к большой экспедиции для поисков библиотекаря или следов его пребывания там. Однако, сроки длительного похода Андрей определять себе не стал, постановив, что и подготовка нужна серьёзная и обстоятельства должны сложиться… Ругая себя за слабохарактерность и привычку плыть по течению, он ждал знака судьбы, после которого и решать-то ничего не надо… Жизнь снова вошла в широкое, неторопливое русло: раз в неделю Андрей посещал Архив, раз в неделю старался совершать поездки по Княжеству, чаще в компании Сергея или кого-то из своих близких женщин. Большую часть времени и сил он отдавал своей студии, но не забывал и аккуратно, два раза в месяц, выполнять обязанности Вершителя…

— Где Вы откопали эту толстушку, Господин? — спросила со смехом Ольга, разглядывая на экране монитора новую Испытуемую, спящую в зелёной комнате.

— Ну, худышка-то у меня уже есть! — хохотнул Андрей и ущипнул девушку.

— Ой! — взвизгнула Оля, — Вам не нравятся худенькие стройные женщины? С каких это пор?

— Нравятся! — мужчина поцеловал её в щёчку и уселся на диван, — Но в работе я предпочитаю разнообразие!

— Только в работе? — съехидничала Ольга, — А почему Вы не позвали меня в прошлый раз?

— Откуда ты знаешь, что было ещё одно Испытание, догадливая моя? — Андрей закурил, работать не хотелось, — В прошлый раз тебе хватало работы на студии, да и дело пустяковое было…

— Вы зовите меня всегда, пожалуйста…

— Тебе так нравится в этом участвовать?

— Мне интересно, хотя нравится не всё, — призналась Ольга, — Зато здесь я могу побыть с Вами…

— Да уж, — вздохнул Андрей, — Вне этих стен нам редко удаётся побыть наедине…

— Угу… — кивнула Оля, подбежала к дивану, села и прижалась к мужчине, — Поговори со мной, пока эта спит… Расскажи, как было с предыдущей испытуемой, пожалуйста…

— Там, на самом деле, ничего интересного не происходило, но если тебе так хочется… Я специально выбирал дело попроще, чтобы надолго не отрываться от студии. Испытуемой инкриминировалась половая распущенность в течение длительного времени с целью получения материальных благ. Требовалось подтвердить диагноз и только. Всё просто, не находишь?

— Да, но… Какая она была?

— Не худенькая, — усмехнулся мужчина, — Ниже среднего роста, с большой грудью и ядрёной задницей, миловидная, русая… Судя по всему, за собой она следила, но десяток килограммов лишнего веса победить не могла…

— Ясно. И что Вы придумали для неё? — продолжала интересоваться Ольга и, Андрей подумал, что большинство его женщин научились виртуозно переходить с «Вы» на «ты» и обратно.

— А ничего не придумал, — ответил он.

— Как это?

— Просто зашёл к ней в комнату, сидел и молчал.

— Интересно! И что она?

— Довольно долго соображала и решила, что находится в гостях после бурной гулянки накануне. Без особого интереса спросила, где её муж? Я ответил, что муж уехал на работу, поинтересовался, почему она спит одетой и предложил опохмелиться…

— Забавно, — улыбнулась Ольга, — Она согласилась?

— Да. Выпили пива, потом перешли на водку… Дом, насколько она его увидела, ей понравился…

— Хозяин дома тоже?

— Наверное… Эта женщина весьма обрадовалась, когда узнала, что дом принадлежит мне…

— И решила соблазнить Вас? — недовольно усмехнулась Оля и слегка укусила Андрея за руку.

— Нет, — засмеялся он, — С водкой и закуской мы переместились в бильярдную…

— Ох, а я там ни разу не была…

— Я, честно говоря, ею тоже раньше не пользовался… Показать?

— Ещё бы! Только расскажите историю до конца…

— Там и расскажу, — решил Андрей, посмотрев на экран монитора и убедившись, что новая Испытуемая и не думает просыпаться.

Бильярдная комната была обставлена со вкусом. Кроме стоявшего посредине внушительных размеров стола для русского бильярда и специальной стойки с аксессуарами для игры, закреплённой на стене, в комнате присутствовал диванчик у окна и два кресла со столиком в углу. Комната была оборудована мощной вентиляцией, позволявшей использовать её, как курительную. Небольшой шкаф с табачными изделиями и принадлежностями располагался вдоль одной из стен, рядом с баром и компактным холодильником, в которых хватало напитков на любой вкус. На противоположной стене находилась похожая на ширму раздвижная дверь, за которой оказалось просторная ниша, в которой не было ничего, кроме большого, разобранного сейчас кожаного дивана. Комната освещалась точечными светильниками, которые при желании включались по-отдельности. Над бильярдным столом располагался купол со специальной подсветкой для игры. Ольге бильярдная так понравилась, что она сбегала за ноутбуком Андрея и закуской, и они там и остались, расположившись в креслах и попивая пиво. Андрей продолжил рассказ: «Играть в бильярд после бутылки водки на двоих, да ещё и с пивом — занятие забавное, но быстро надоедающее… Когда Испытуемая наклонилась к столу, чтобы нанести очередной удар кием по шару, я подошёл сзади и схватил её за выставленную задницу. Женщина замерла. Тогда я обнял её сзади, приподнял длинную блузку, расстегнул её брюки… Женщина положила кий на стол, развернулась лицом и с интересом посмотрела мне в глаза. Не мешкая, я расстегнул её блузку… Этого оказалось достаточно, чтобы она ответила мне сладким поцелуем. Прелюдия длилась недолго. Через несколько минут я развернул её, уже голую, обратно, лицом к столу… Задница у этой женщины, действительно, оказалась очень аппетитной… Позже я повторил этот процесс на диване… Впрочем, и губки Испытуемой были очень сладкие и ласковые… Ты это хотела знать, Оля? Нет? Ну, извини… Между совокуплениями и выпивкой она рассказала мне о семейных проблемах, набилась мне в любовницы и очень интересовалась моим родственником, якобы положившим на неё глаз во время вчерашней пьянки. Я ответил, что этот «мой родственник» не женат и, быть может, даже влюблён в неё. Она поверила! И просила меня свести их. Я пообещал помочь с условием, что буду получать её, когда захочу…»

— И она согласилась! — выдохнула Ольга.

— Вот именно, — подтвердил Андрей, — Сама понимаешь, продолжения Испытания не требовалось.

— И Вы отправили её в карантинную зону, даже не сообщив, где она находится на самом деле?!

— Совершенно верно! Мы ещё какое-то время пили, ели и так далее… А утром я подмешал ей в воду абсолютно безопасное снотворное и… Вскоре за ней приехали… Открывать ей глаза на происходящее? Зачем?

— Но, насколько я понимаю, Вы не бросаете своих Испытуемых на произвол судьбы? — удивилась Ольга.

— Да, — со вздохом кивнул мужчина, — Хотя и не уверен, что поступаю правильно…

— Ещё как правильно! — воскликнула девушка, — Вы очень нужны им… нам… Мне, в конце концов!

— Оленька, меня преследует мысль, что это должно быть не правилом, а исключением из правила!

— Каждый человек — исключение из правила! — горячо возразила Оля.

— Хорошая мысль… Ты права, моя маленькая! — Андрей обнял девушку и нежно поцеловал её в губы, — Но меня на всех не хватит!

— Да уж…

— Впрочем, признаюсь тебе, что отслеживаю судьбу и той Испытуемой после карантина тоже…

— А я и не сомневалась… — Ольга принялась целовать его лицо, — Как же мне хорошо с тобой!..

Вскоре новая Испытуемая Вершителя пробудилась, а у Андрея до сих пор не возникло даже идеи сюжета Испытания. Хорошо, что он не принял предложение Ольги поласкаться на бильярдном столе, а то бы Снежана (так звали новенькую) расколотила дверь в зелёную комнату. Стучаться эта дородная женщина с живописными формами начала через пять минут после пробуждения.

— Кто она? — с улыбкой спросила Ольга.

— Я же ещё ничего тебе о ней не рассказал! — спохватился Андрей, — Ты будешь смеяться, но Снежана Олеговна — учительница! Причём, вовсе не такая добрая и покладистая, как Наталья Ивановна… Мне интересно сравнить…

— Поняла! Мой клиент! — вскрикнула Оленька, — Сейчас я быстро оденусь в школьную форму и выключу её на некоторое время, а Вы пока входите в роль… строгого директора школы, например… Вернусь — обсудим детали!

Не прошло и десяти минут, как «ученица» вошла в комнату к разъярённой училке. Андрей с некоторым волнением наблюдал за происходящим на экране монитора в кабинете.

— Что за безобразие здесь происходит? — истерично кричала женщина, — Кто закрыл меня в этой комнате? Ну, говори, как там тебя зовут…

— Ольга, — ответила запыхавшаяся и взлохмаченная девушка, очень похожая сейчас на старшеклассницу, — Не знаю точно, кто мог Вас запереть, Снежана Олеговна, но… Может быть директор?

— Директор? — изумилась и немедленно притихла учительница.

— Да, Андрей Петрович… Он где-то здесь ходит… Тихий час, всё-таки, спят все…

— Тихий час? Ох, а я тут раскричалась… Что у меня с головой? — растерялась женщина, — Оля, где мы?

— Ах, Вы так разнервничались из-за закрытой двери, что всё забыли, — с готовностью начала пояснять обстановку ученица, — У нас месяц выездного обучения… Мы живём в благоустроенном доме отдыха… Это — коттедж, где живёт директор и Вы…

— Да, всё вспомнила! — сразу «включилась» Снежана, — Как память-то подводить стала, надо таблетки попить… А ты что здесь делаешь, Ольга? Разве тебе следует находиться в коттедже директора, а не отдыхать в тихий час?

— Я дежурная, Снежана Олеговна! — убедительно отвечала девушка, — Андрей Петрович поручил мне находиться здесь сегодня и оказывать помощь по дому…

— Странно, но если он поручил… Когда закончится тихий час?

— Ещё сорок минут, Снежана Олеговна!

— Так, — задумалась училка, — Зачем он, всё-таки, закрыл меня? Оля, ничего Андрею Петровичу не говори, поняла? Так… Закрой дверь, как было, и разбуди меня через полчаса, если он сам не придёт. Ясно? Иди, я пока отдохну…

Андрей с облегчением вздохнул в кабинете, через минуту сюда же вбежала Ольга и схватила Господина за рукав дорогого пиджака.

— У нас есть полчаса. Расскажи мне скорее об этой гадкой толстой училке! — затараторила она, тяжело дыша.

— Она тебе так не нравится? — хмыкнул мужчина, — Не мудрено… Кроме своих выдающихся физиологических достоинств и склочного характера, эта дама известна особым отношением ко многим своим ученикам.

— Делает старшеклассникам непристойные предложения, от которых невозможно отказаться?

— И хорошенькими старшеклассницами не брезгует. Правда, предпочитает мальчиков… Но, будь предельно осторожной, Оля! Ходят слухи, которые нам необходимо тщательно проверить, что не все её ученики доживают до совершеннолетия…

— Ты серьёзно, Андрей? — вздрогнула от неожиданности девушка.

— Более чем, — кивнул мужчина, — Возможно Снежана душила их от избытка чувств, а может быть, аккуратно убирала опасных свидетелей своих преступлений… В любом случае, ученики пропадали, а училку никто не заподозрил в этом. Есть веские основания думать, что зря… Нам нужно убедиться в этом безопасным для себя образом.

— Как, мой Господин? — во взгляде Ольги появился испуг.

— Во-первых, ничего не бойся. Один из нас должен постоянно находиться здесь, в кабинете, и внимательно наблюдать за происходящим. Если ситуация выйдет из под контроля, сразу приходим на помощь. Можно использовать это, — Андрей достал из ящика стола электрошокер, — Знаешь, как обращаться с таким устройством? Я покажу…

— Хорошо, — немного успокоилась девушка, — Нам нужен Коля.

— Согласен. Попробуем спровоцировать Снежану Олеговну…

— Но как же получилось, что на неё никто не подумал?

— Может кто-то и подумал, но промолчал… Вероятно, кто то прикрывал училку. Директор, например…

— Думаете, у них была интимная связь и… общие интересы?

— Возможно, — пожал плечами Андрей, — В любом случае, в нашем сюжете играть активные роли и обеспечивать безопасность можем только мы с тобой. Николая сейчас вызовем на роль наживки… Давай продумаем варианты развития событий…

Через полчаса Господин Вершитель строго предупреждал Колю о дисциплине, строгом выполнении своей задачи и оставил его в кабинете с Ольгой для получения подробных инструкций, а сам отправился в зелёную комнату.

— Снежана вставай, труба зовёт! — громко проговорил Андрей, открывая дверь. Лежащая на постели поверх покрывала женщина открыла глаза и посмотрела на него с опасливым сомнением, — Что, со сна директора своего не узнаёшь? Хватит спать, пойдём вкусим блага природы и человеческой фантазии…

— Я хотела сначала принять душ, Андрей… Петрович, — нетвёрдо произнесла училка, входя на кухню вслед за мужчиной.

— Успеешь ещё… Давай лучше выпьем и закусим!

— Выпьем? — удивилась она, — А как же ученики?

— Ты совсем память потеряла?! — грубо отреагировал «директор», — Суббота же! До понедельника школьниками занимается завучиха и физрук, а мы с тобой отдыхаем!

— Вдвоём? — в голосе училки прозвучало сомнение.

— А кто тебе ещё нужен?

— Не знаю… Тут у Вас ещё дежурная какая-то… Ольга, кажется…

— Конечно! Должен же кто-то отвечать на телефонные звонки и прислуживать нам?

— Почему именно она? — сомнения в голосе Снежаны исчезли, но появилась стервозные нотки.

— А почему нет? — язвительно ответил Андрей, — Кого бы ты хотела здесь видеть? Своего любимчика Колю?

— Колю? — задумалась училка и, вдруг, карие глаза тучной шатенки заблестели, — Именно Колю! Чем он Вам не угодил? Толковый послушный мальчик…

— Послушай, Снежана… До меня постоянно доходят слухи о твоём особенном, можно сказать нежном отношении к этому малахольному отличнику…

— Вот именно — к отличнику! — тут же подхватила учительница, — Он способный и трудолюбивый ученик. Всегда готов заниматься дополнительно после уроков…

— У тебя дома? — усмехнулся директор.

— Почему обязательно у меня дома? — удивилась женщина, — И это уже вынюхали и доложили… Ну и что? Иногда и у меня дома… Что в этом такого? Дома заниматься уютнее.

— Уютнее? — ехидно улыбнулся мужчина, ставя на стол закуску и разливая по рюмкам коньяк, — Чем же ты занимаешься с ним дома, Снежана Олеговна?

— Что за намёки, Андрей Петрович? — училка чокнулась рюмками с директором и выпила залпом, — Какой чудесный у Вас коньяк… Не будем ссориться по пустякам. В конце концов, моё участие превратило Колю в круглого отличника, а Ваша Оля, если я ничего не путаю, троечница!

— Верно. Но я только вчера решил обратить на неё своё внимание…

— Вот как? — насмешливо посмотрела на него училка, — Решили пойти по моим стопам и заниматься кое с кем индивидуально? Так Вы ещё с ней не…

— Что? — прищурился Андрей.

— Ну, ещё не начали занятия? — уклончиво закончила фразу Снежана, испытующе глядя на директора.

— Нет, — ответил мужчина, наливая по второй, — Хотел с тобой посоветоваться, с чего начать?

— У тебя просто великолепный коньяк! — решительно перешла на «ты» училка, — Скажи мне, пожалуйста, дорогой Андрей Петрович, твоя Оленька останется здесь на ночь?

— Разумеется, — прикинулся дурачком «директор», — Её дежурство заканчивается в девять утра…

— Прекрати молоть чепуху! Лучше налей ещё коньячку, и поговорим по-свойски…

— Давай попробуем, — согласился Андрей, наливая и выпивая с училкой по-третьей.

— Нам глупо утаивать что-то друг от друга, дорогой! — с удовольствием проглотив содержимое рюмки, Снежана пошла напролом, — Ты поселил меня в свой коттедж, не скрываешь присутствие здесь этой морковки… Я тебя поняла и, поверь, очень ценю твоё доверие, так же, как и либеральное отношение к моим… слабостям. Ты знаешь некоторые вещи, которые я не планирую делать достоянием общественности, но держишь их при себе. По сути, ты прикрываешь мои «приключения» и я не останусь в долгу!

— Надеюсь…

— Даже не сомневайся, дорогой! Всё, что требуется для полного взаимопонимания — откровенность между собой. Первой начну я. Мне было бы очень приятно провести выходные здесь не только с тобой, но и с моим Колей. Видишь, я не скрываю, что питаю к нему слабость и занимаюсь с этим юнцом предметами, далеко выходящими за рамки школьной программы.

— Ты спишь с ним, Снежана? — взгляд Андрея демонстрировал горячее любопытство и заинтересованность.

— Это не точная формулировка, дорогой! — обворожительно улыбнулась училка, грациозно указывая рукой на пустую рюмку. Андрей налил по-четвёртой и закурил, Снежана выпила и продолжила, — Я регулярно занимаюсь с Коленькой… э-э-э… половым воспитанием, в самых разнообразных формах… И надеюсь, сегодня продолжить эти занятия. В твоей власти, Андрей Петрович, вызвать мальчика сюда и оставить на сутки или даже до утра понедельника. Этим ты доставишь мне удовольствие, а взамен…

— Да, что взамен? — директор выражал крайнее нетерпение.

— Ах, мой дорогой! Ты получишь море удовольствий в эти выходные дни, — сладко улыбнулась училка, — Но сначала ответь со всей откровенностью на мои вопросы! Ты готов, милый?

— Да, Снежана Олеговна! — тоном оробевшего школьника ответил Андрей Петрович.

— Превосходно! Итак, ты хотел бы, чтобы Ольга сегодня ночью оказалась в твоей постели?

— О, Снежана, это очень неудобный вопрос…

— Послушай, дорогой! Либо мы называем вещи своими именами, либо… — разъярилась училка, но быстро смягчилась: — Хорошо, выпьем ещё по одной, и ты покажешь мне свою спальню…

Минут через десять они входили в белую комнату. Снежана пришла в восторг от убранства «спальни директора». Женщина немедленно ощупала постель и уселась в белое кресло напротив.

— Однако, твоя комната сильно отличается от моей, — хитро прищурилась училка, — Но сейчас это не важно. Так кого бы ты хотел увидеть рядом с собой в этой потрясающей постели, дорогой?

— Мне сложно быстро адаптироваться к такой манере общения с тобой, Снежана, — сконфузился директор.

— Ах, какие мы нерешительные! — широко улыбнулась женщина и потянулась, демонстрируя свой огромный бюст, обтянутый кремовой блузкой с кружевным воротничком, планкой и манжетами, — Будь любезен, принеси коньяк и… Может быть, у тебя есть дамские сигареты, что-то покурить захотелось!

— Думаю, найдутся… Я скоро вернусь, дорогая! — мужчина бросил на училку заинтересованный взгляд, она в ответ провела языком по большим влажным губам…

На кухню к Андрею прибежала Ольга, прошептала ему на ухо несколько фраз. Господин криво улыбнулся и кивнул. Девушка вернулась в кабинет… Когда «директор» вернулся в белую комнату, его великолепную постель украшало роскошное тело обнажённой Снежаны, возлежавшее на белоснежной шёлковой простыне. Одеяло с покрывалом валялись на полу… Мужчина застыл, а «придя в себя» с некоторой робостью подошёл к училке, держа в руках поднос с коньяком, рюмками, сигаретами и пепельницей.

— Иди же ко мне, мой директор! — томно произнесла женщина, перехватывая у него поднос и ставя его на постель, — Не волнуйся, я сама сделаю всё, что надо… Только не забудь раздеться!

— Ох, Снежана! — воскликнул он, снимая с себя одежду…

— О, мне нравится то, что я вижу! — с удовольствием рассматривая тело Андрея во всех подробностях, произнесла училка, — Безусловно, я должна была рассмотреть тебя раньше, но, думаю, мы наверстаем упущенное…

Андрею, на самом деле, не пришлось проявлять никакой инициативы. Женщина сама сделала всё то, что считала нужным в такой ситуации…

* * *

— Ты умеешь доставить женщине удовольствие, дорогой! — Снежана с улыбкой вальяжно развалилась на подушках, утирая пот со лба и закуривая, — Мы непременно это повторим, но позже… Сегодня мне нужно хорошенько позаниматься с Николаем, а тебе с Ольгой!

— Но как? — с сомнением вопрошал мужчина, которому соитие с дородной училкой не доставило большой радости.

— Не переживай, Андрей Петрович! Не знаю, правда, зачем тебе эта худосочная недотрога… Я бы могла предложить тебе, как минимум, двух вполне созревших старшеклассниц, которые обслужат своего дорогого директора по полной и вдвоём, и поодиночке…

— Не сейчас, Снежана, — вздохнул мужчина, — Сегодня я хочу Ольгу!

— Наконец-то ты сказал это прямо, дорогой! Тебе не дают покоя её… нежные нетронутые прелести? — хохотнула училка, — Расслабься, я всё устрою… Если, конечно, получу вознаграждение в виде Николая!

— Не сомневайся, ты получишь его…

Выслушав чёткие указания Снежаны Олеговны, как вести себя с «недотрогой» в ближайшее время, Андрей покинул белую комнату. В кабинете за монитором сидела раскрасневшаяся от увиденного и услышанного Ольга в своём школьном платьице; не допущенный до компьютера Коля насупившись сидел на диване и напряжённо погружался в свою новую роль. На юноше прекрасно смотрелся костюмчик, весьма напоминавший школьный. По всему было видно, что помощница Вершителя даром времени не теряла. После короткого, но бурного обсуждения перспектив Испытания, Оля отправилась исполнять свою роль в следующей сцене спектакля.

— Снежана Олеговна! — тяжело дыша, обратилась к учительнице растерянная «ученица», входя в гостиную, где облачённая в просторный розовый с блёстками халат училка отдыхала от забот, — Андрей Петрович приказал мне заняться подготовкой к ужину…

— Самое время. В чём проблема, милочка?

— Нет, я всё сделаю, конечно… Но он велел мне переодеться в это! — девушка, казалось, готова была заплакать, показывая учительнице гладкий, совершенно прозрачный халатик.

— Какая милая вещица, — улыбнулась Снежана, разглядывая халат, — И тебе будет в самый раз! Что тебе не нравится, детка?

— Но я же в нём буду, как голая! — хлюпнула носом ученица.

— Давай поговорим с тобой, как взрослые женщины, Олечка! — нахмурилась училка, — Ты же считаешь себя взрослой девушкой? Так и должно быть… Такой солидный и привлекательный мужчина, как уважаемый директор нашей школы Андрей Петрович, выделил тебя из числа своих учениц. Ты, что же, не ценишь этого?!

— Ценю, Снежана Олеговна, очень ценю…

— Так… Но если ты — взрослая девушка, то должна понимать, что именно мужчина вправе потребовать от тебя.

— Но он же… директор!

— Тем более! — с чувством произнесла учительница, — Не вздумай сказать мне, что Андрей Петрович тебе не приятен, не поверю! Любая ученица нашей школы хотела бы оказаться на твоём месте!

— Я понимаю… Он… очень хороший…

— Да, деточка… И ты обязана отблагодарить Андрея Петровича, как это сделали бы лучшие его ученицы!

— Но, Снежана Олеговна, как отблагодарить?!

— Так ты ещё и глупа, милочка! — недовольно фыркнула училка, — Прежде всего примерным поведением, исполнительностью и послушанием… Если директор приказал надеть этот милый халатик, ты должна немедленно сделать это!

Снежана потребовала, чтобы девушка переоделась прямо перед ней и долго объясняла и внушала бестолковой ученице, как ей следует себя вести с уважаемым директором. Ольга талантливо играла поражённую до оторопи невинность. Училка гневалась и требовала внимательного отношения к деталям, старания и полного послушания. Искомого послушания от растерявшейся стыдливой «старшеклассницы» Снежана Олеговна сразу не добилась, своими угрозами довела её до состояния, близкого к истерике, но не унималась. Училка принялась сетовать на то, что у неё под рукой нет подходящих аксессуаров и приспособлений, дабы поучить негодную девчонку уму разуму, на что Ольга неожиданно для Снежаны заявила, что видела нечто подобное в одной из комнат дома. «Да ну?! Покажи!» — воодушевлённо воскликнула преподаватель… «Ученица» проводила учительницу на цокольный этаж коттеджа и отворила дверь в чёрную комнату. Снежана Олеговна была в восторге:

— Эту милую комнатку мы ещё используем по назначению… А что ещё находится на этом этаже? Ты всё разведала, милочка?

— Не знаю, всё ли, — опустила голову ученица, — Здесь ещё гараж и небольшая сауна с бассейном, насколько я знаю…

— Прекрасно! Ты можешь пригласить Андрея Петровича в бассейн… Вы поплещетесь голышом, а потом он будет ласково гладить твоё мокрое тельце…

— Это… — покраснела Оля, — Это так волнительно…

— Очень хорошо! Тебе пора пробудить чувственность своего тела, чтобы получать удовольствие самой и дарить его мужчине… В любом случае, сегодня ночью ты будешь принадлежать Андрею Петровичу. Смирись с этим и… постарайся доставить ему наслаждение! Иначе, я строго накажу тебя, деточка!..

К моменту, когда стол в гостиной полностью подготовили для ужина, Снежана уже несколько раз нетерпеливо переспрашивала у Андрея, когда же появится её мальчик? Директор, на котором по настоятельной рекомендации училки был только чёрный халат с непонятной ей эмблемой Вершителей, незаметно подал знак своей помощнице… Через несколько минут Ольга, одетая в прозрачный халатик, сквозь который прекрасно просматривалась её девичья грудь и белые трусики, ввела в гостиную Николая, тщательно причёсанного «под отличника», в подростковом костюмчике и белой рубашке. «Только пионерского галстука не хватает!» — подумал Андрей и ухмыльнулся. Снежана Олеговна признала в нём «своего мальчика» сразу и без колебаний. Ужинали вчетвером, правда, «ученики» время от времени вскакивали со своих мест, чтобы поухаживать за старшими. Директор не торопясь пил водку, училка продолжала заливать в себя коньяк лошадиными дозами, «деткам» разрешили выпить немного вина. Насытившись, Снежана объявила, что на десерт все отправятся в бильярдную комнату. Вершитель решил дать возможность Испытуемой проявить инициативу, но подал сигнал помощнице, быть настороже… Развязка сцены наступила быстро. Андрей успел только выпить с училкой по рюмке коньяку, закурить и сделать пару глотков кофе, как Снежана Олеговна грациозно поманила рукою к себе Николая. В следующий момент стало понятно, что она подразумевала под словом «десерт»…

* * *

Вершитель чуть не рассмеялся, когда через полчаса Испытуемая сама попросила Андрея запереть их с Колей в белой комнате, «чтобы никто не побеспокоил». Просьба, разумеется, тут же была исполнена, и мужчина отправился в кабинет, где его ждала свеженькая после душа Оля. На экране монитора Снежана продолжала миловаться с Николаем на широкой постели в спальне, а затем выговаривала его за торопливость и несдержанность… Впрочем, порядком набравшаяся коньяку женщина, объявила ему пару часов отдыха, отвернулась от Коли и немедленно заснула. «Прилежный ученик», не раздумывая, прижался к спине Снежаны и прикрыл глаза…

— А Вы, Андрей Петрович, будете лишать невинности свою ученицу? — изображая скромницу, тихо молвила Ольга и, блеснув глазами, добавила: — Повторно…

— А как же! Тем более, она сама напрашивается! — сверкнул зубами Андрей, — Только почему «Петрович»?

— Не знаю, — пожала плечами девушка и с интересом спросила: — А как на самом деле?

— Э-э-э… Пусть это останется тайной! — хитро усмехнулся мужчина, — Всё равно, здесь не принято именовать по отчеству… Но вернёмся к нашей Испытуемой. Сука первостатейная, конечно, но зашкаливающей агрессии я пока не обнаружил, а надо бы. Чувствую, есть в этой Снежане двойное дно.

— Нужно спровоцировать её… По-моему, на чёрную комнату она клюнула и завтра потащит туда нашего сосунка…

— Или тебя…

— Меня?! А может Вас, Господин Директор школы? — засмеялась Ольга, — В любом случае, кто-то из нас должен быть на посту и… вырубить её, если ситуация выйдет из под контроля.

— Верно, — улыбнулся Андрей, оценивающе взглянул на девушку и сказал директорским тоном, — Ну, что же, деточка? Пойдём…

— Куда, Андрей Петрович? — тут же подхватила игру Оля, — Не надо! Я боюсь…

Они разыгрывали сцену с размахом и так громко, что спавшая в соседней белой спальне Снежана проснулась, и начала прислушиваться. Её гадкая ухмылка была отчётливо видна на экране ноутбука, который Андрей захватил с собой в бильярдную… Возбудившаяся от доносящихся до неё звуков, Снежана растолкала уснувшего рядом с ней «ученика»…

* * *

Такого Андрей не ожидал — его маленькая помощница то пронзительно и громко кричала, то невыразимо сладко стонала, то горячо шептала ему слова, какие он и представить от неё не мог… Мужчину преследовало ощущение, что он и в самом деле снова лишает Олю невинности. Насколько мог, Андрей был предельно осторожен и нежен, пока сумасшедшая аура их соединения не накрыла его с головой…

— Что это было, Андрюша?! — чуть слышно произнесла Ольга, когда они, не разжимая объятий, свалились на бок.

— Не знаю, девочка моя, — тихим хрипом ответил он, — Такого у меня не было никогда…

— Не было? У тебя?! Ни-ког-да?! — изумилась Оля, отпускать мужчину, чья плоть всё ещё прибывала в ней, девушке решительно не хотелось… Они долго и громко молчали, пока Оленька, наконец, не поцеловала Андрея самым нежным своим поцелуем и сказала: — Это нужно назвать каким-то очень красивым словом…

— Можно назвать, — ответил он, ласково сжал ладонями лицо девушки и заглянул в самую глубину её светло-зелёных глаз, — Но надо ли торопиться произносить громкие слова? Мы ещё успеем, правда? А пока я просто послушаю, как стучит твоё сердечко…

Немного позже Оля положила голову Андрея на свои голые ножки и медленно водила рукой по чёрным волосам. Мужчина нежно целовал сосочки остреньких, трогательно маленьких девичьих грудок. «Андрюша, перестань, — сконфуженно улыбнулась она, — А то я опять тебя захочу!» На монитор ноутбука смотреть не хотелось… Однако, пока в белой комнате находился Коля, следовало сохранять бдительность. Ночь, в течение которой Андрей с Ольгой спали по очереди, прошла спокойно. Снежана, как видно, выпустила пар и снова заснула. Вконец измождённый Коля спал, прижавшись к широкой спине мучительницы…

Основные события начались утром, причём весьма неожиданно. Через час после завтрака неугомонная Снежана Олеговна повела Николая в чёрную комнату, наказывать мальчика за якобы остывший по его вине кофе… Однако, сегодня училка выглядела вялой и «воспитание ученика» ей быстро наскучило. Вскоре Снежана махнула рукой и вышла из чёрной комнаты… Вершитель немедленно отправился из кабинета навстречу Испытуемой, оставив помощницу наблюдать и контролировать события. «Андрей Петрович, дорогой, мне нестерпимо скучно! — тоном зажравшейся гадюки заявила Снежана, — Давай выпьем и придумаем что-нибудь весёлое…» «Директор» не возражал, но и не рвался генерировать идеи, ожидая инициативы от училки. На неё же напало многословие… Расположившись в гостиной, Снежана Олеговна витиевато доказывала преимущества полового воспитания в школе, над непрофессиональными и только вредящими делу попытками родителей открыть глаза на жизнь их непослушным чадам. Себя училка позиционировала не иначе, как гениального специалиста в данном вопросе и выдающегося психолога…

— Хочешь сказать, что благодаря своим незаурядным способностям, ты воспитала в нашей школе целый отряд отменных шлюх? — с вызовом воскликнул Андрей.

— Почему сразу шлюх, дорогой? — обиделась училка, выпивая для разнообразия рюмку текилы, — Милые девочки с хорошими фигурками… Ноги, сиськи, жопы — всё в полном порядке! Но если тебе нужен эксклюзив, получишь, не сомневайся…

— Ну-ну… Не зарывайся, Снежана! У нас всё-таки школа, а не публичный дом!

— Не усложняй, Андрей Петрович! Всем этим девочкам-мальчикам что-нибудь надо. Одним оценки, другим отгулы за прогулы и пойло, третьим просто потрахаться с опытным партнёром… На наш век этого добра хватит! Кончится один Коля, появится новый…

— Что ты имеешь в виду? — насторожился директор.

— Как что? — удивилась училка, чокаясь с ним очередной дозой спиртного, — Выпьем за Колю, за Олю, за наше настоящее… Они же приедаются быстро, а значит, должна быть замена, должно быть разнообразие этих малолеток…

— И всё же будь поаккуратнее! — поморщился Андрей.

— Разумеется, — развязно ответила захмелевшая Снежана, — Ты, вот, уверен в своей Олечке, бывшей целочке? Да? Ну-ну… А мой Коля предан мне, как собака! Пойдём, покажу…

— Что-то не хочется, — принялся капризничать «директор», раззадоривая училку.

— Пойдём, мой мачо! Я покажу тебе, что он может и как может! — пьяно настаивала Снежана Олеговна, опрокидывая очередную рюмку и поднимаясь с початой бутылкой текилы из-за стола, — А потом я сделаю тебе приятное, Андрей Петрович… Только захвати рюмки и курево…

Директор без всякого желания поплёлся за училкой в чёрную комнату, там она усадила его в кресло-трансформер и закурила тонкую коричневую сигарету… Многословие не оставляло сильно захмелевшую Снежану и здесь. Не обращая внимания на присутствие Коли, она всячески рекламировала Андрею его не заметные с первого взгляда, но несомненно выдающиеся достоинства, предлагая оценить их немедленно. Директор наотрез отказывался не только принимать участие в подобном действе, но даже наблюдать за ним, чем вызвал крайнее раздражение училки. Видя, что он намеревается покинуть чёрную комнату, и проигнорировать предполагаемое ею бесчинство, Снежана Олеговна неожиданно ловким для её состояния движением мгновенно нажала кнопку на боковине кресла, и Андрей Петрович оказался прикован к трансформеру. Ольга в кабинете впилась глазами в экран, схватив со стола электрошокер и приведя его в боевое положение. Однако срываться с места было рано, ничего криминального пока не произошло, несмотря на незавидное положение «директора». Мужчина заорал:

— Прекрати эту хреновину, извращенка!

— Сам такой! — плотоядно улыбнулась Снежана, достала из шкафа кляп на ремешке, аккуратно вставила его в рот Андрею Петровичу и приказала Николаю: — Мой мальчик, сделай-ка нашему дорогому директору приятное!..

Когда Ольга влетела в чёрную комнату, училка успела несколькими увесистыми ударами повалить «ученика» к ногам «директора» и с медвежьей грацией убеждала последнего расслабиться и получить удовольствие, крепко схватив мужчину за шею и прижимая его лицо к своему дородному телу. В этот момент Снежану и настиг разряд электрошокера, поваливший её на пол рядом с милым Колей… Электрический удар, по всей видимости, коснулся и Андрея, который с трудом приходил в себя, разминая освобождённые руки… Через несколько минут бессознательное громоздкое тело училки волоком дотащили и бросили на пол зелёной комнаты, не потрудившись поднять его на постель. Вершитель впервые воспользовался сауной своего коттеджа, с бортика нырнув «солдатиком», в прохладную воду бассейна. Сопровождавший его по пятам Николай просительно взглянул на Хозяина, и тот, молча кивнув, разрешил юноше сделать то же самое. Взлохмаченная Ольга суетливо пыталась помочь «своим мальчикам» после стресса. На бортике бассейна уже стоял поднос с водой, водкой, сигаретами… Андрей настоятельно порекомендовал Ольге и Николаю выпить по рюмке водки, сам проделал это трижды и закурил.

— Лихо ты её вырубила! — продолжая отмокать в бассейне, Вершитель обратился к помощнице, сидевшей на бортике почему-то в белом медицинском халате, — Но могла бы и раньше…

— Тогда бы мы не получили несомненных доказательств агрессивных наклонностей этой гадины! — парировала девушка и опустила голову…

Команда перебралась в кабинет. На экране монитора находилась зелёная комната, где болезненно охая, пыталась прийти в себя Снежана Олеговна. Пока ей удавалось только бессмысленно шевелить своими обнажёнными телесами на полу.

— Если бы она задушила меня, других доказательств не потребовалось бы, — мрачно пошутил Вершитель, — Но в нашей ситуации необходимо вызвать у этой… Испытуемой рецидив…

— Это опасно! — засомневалась Ольга.

— Да, но обвинение в убийствах — дело серьёзное, ошибки быть не должно, — строго заметил Андрей, — Коля, ты готов принять удар на себя?

— Да, Господин! — не слишком уверенно кивнул Николай, весьма поднаторевший на съёмках в студии, но не сталкивавшийся ещё с подобным экстримом в жизни, — Вы же не позволите ей убить меня?

Через час Снежана более-менее пришла в себя в зелёной комнате и, когда к ней вошёл Николай, возлежала на постели, даже не подумав прикрыть свою наготу.

— Где ты шляешься, мерзавец? — тихо, но зло проговорила она, — Видишь, твоей учительнице плохо? Такое впечатление, что меня ударили мешком по голове…

— Я не знаю, Снежана Олеговна, — потупился «ученик», — Ничего не помню… Мне самому плохо…

— Плохо? — издевательски спросила училка, — И поделом тебе! Нужно слушаться только меня и бояться меня, а не директора… Кстати, где он?

— Ушёл куда-то со своей Ольгой…

— Придурок! — злобно выкрикнула Снежана, — Ему оказывает внимание настоящая женщина, а он носится с этой худосочной девкой… Если этого глупца здесь нет, не перейти ли нам в его спальню, дружок? Помоги мне встать…

Опираясь на юношу, училка добралась до белой комнаты, приказала Николаю подать в спальню кофе, сыр и коньяк, а сама отправилась в ванную комнату. Вернувшись оттуда посвежевшей и в благостном настроении, она разлеглась на огромной постели под балдахином, принялась употреблять принесённые учеником напитки. Приходя в себя Снежана принялась рассуждать вслух:

— Что бы там ни было, я должна околдовать этого Андрея Петровича! Его должность поможет мне властвовать без опаски… Пожалуй, я дам ему почувствовать себя султаном в гареме. От этого ни один мужик не откажется… Приятная обстановка, вкусная еда и пойло, вседозволенность со скромницами, разнообразные шалавы в любых количествах целой оравой или поодиночке, да и юные мальчики тоже… Коля тебе нравится директор? Можешь не отвечать, сама вижу… Хочешь, я подарю тебя ему?

— Снежана Олеговна! — поёжился юнец, — Вы же говорили, что я должен принадлежать только вам?

— Конечно! — с видом королевы кивнула женщина, — А это значит, что я вольна продать тебя, сдать в аренду или подарить… Я сделаю ему много подарков! В конце концов, от вас, детки, время от времени следует избавляться, а это хороший способ не тратиться на… Да, у Андрея Петровича будет всё, но так, чтобы он не мог сделать без меня ни шагу… Полная зависимость от прекрасной, благородной дамы! Султан под моим каблуком!

— А как же я, Снежана Олеговна? — тихо спросил Николай.

— Ты? — удивилась училка, — Ты начинаешь надоедать мне, милый… Я найду тебе достойную меня замену! Но пока этого не произошло, доставь наслаждение своей прекрасной учительнице…

Далее события развивались стремительно и без лишних слов. Снежана заставляла юношу ласкать себя самыми изощрёнными способами, а минут через двадцать оседлала распростёртого на постели ученика… Коля был послушен и старателен, но градус ярости училки только повышался… Вероятно, не получая желаемого наслаждения, она склонилась к «ученику» и вцепилась руками в его горло…

Когда Андрей с Ольгой вбежали в белую комнату, Снежана с искорёженным лицом душила хрипящего Николая, лицо юноши стало белее постельного белья… Вершитель без раздумий саданул училку по голове бильярдным кием, и она бесчувственно повалилась на край постели. После этого Андрей с Ольгой долго приводили в чувство истерично рыдающего Колю… Через час голая Снежана ждала своей участи на разложенном кресле-трансформере в чёрной комнате, накрепко прикованная к нему. Браниться или звать на помощь ей мешал плотно засунутый в рот кляп…

Правила тёмного Княжества подсказывали Вершителю начать наказание Испытуемой немедленно, но Андрея такая перспектива нисколько не радовала. Он увидел и услышал достаточно, чтобы принять решение, а остальным пусть занимаются те, кто обязан… Похоже и до училки, наконец, дошло, что обстановка изменилась, и она не контролирует её. Когда Вершитель вошёл к Снежане в чёрную комнату, та глухо застонала и посмотрела на него сумрачно. Во взгляде училки не было мольбы о пощаде, в нём не было даже ненависти… Снежана сломалась, она была готова к унижению, лишь бы спасти свою жизнь, своё знойное тело… Училка бессвязно бормотала что-то о том, как сильно погорячилась, как искренне извиняется за своё безумное поведение и готова понести от директора суровую и заслуженную кару. Но Андрей только освободил её от оков и вышел, не произнеся ни слова… Вершитель вернулся в кабинет и вызывал по телефону перевозку для Испытуемой.

— Куда её теперь? — устало спросила Оля, — Не в карантинную зону, как я понимаю?

— Нет, — мрачно ответил мужчина, — Хорошо ли, плохо ли совершённое Испытание, но она показало… Ей здесь не место, её дорога дальше во тьму…

— А ведь и я могла отправиться туда… — поёжилась девушка.

— Нет, Оля, она — убийца! — возразил Андрей, — Ты много чего натворила, однако…

— И всё-таки, если бы не ты… — убеждённо заявила Ольга, — Кто-то другой не захотел бы и разбираться в тонкостях…

— Может быть и так, — задумался он, глядя, как на экране монитора Снежана сползает с кресла и, усаживаясь на пол, обхватывает голову руками.

Вскоре она, пошатываясь, отправилась в душ, а вернувшись, присела на краешек кушетки голая и потерянная. Пока не приехали Блюстители, Андрей забрал в белой комнате розовый халат Испытуемой и снова зашёл к ней. Снежана подняла на Вершителя потухший и покорный взор.

— Что меня ждёт, Андрей Петрович? — заунывно произнесла она, — Хотите, чтобы вместе с Вами мною овладели все ученики, которых я… Чтобы они смеялись, плевали и мочились на меня? Я согласна!

— Все? Даже те, кого ты уморила?.. Ты мне не интересна, Снежана Олеговна, — просто ответил Андрей, передавая женщине халат, — Ты мне противна… Я не могу ничего для тебя сделать, да и не хочу…

— Не убивайте меня! — вскрикнула она, отворившему дверь мужчине, будто предчувствуя страшное, — Пожалуйста…

— Возможно, мне случается быть палачом в некотором смысле, — с порога ответил Вершитель, — Но я — не лишаю жизни, Снежана! А вот ты… Подумай об этом. Хотя думать-то нужно было раньше…

Андрею захотелось отогнать помощников от монитора, когда в чёрную комнату вошли Блюстители, но он сдержал свой порыв. Пусть смотрят! Женщина, ещё несколько минут назад бывшая Снежаной Олеговной, подняла глаза, и на них проступил неподдельный ужас. Через несколько секунд она уронила голову и обмякла… Блюстители подхватили её, и повели на выход, женщина механически переставляла ноги…

— Вот и я мог также, — неожиданно проговорил Николай, глядя на эту картину округлившимися глазами, — Во тьму…

— Что?! — в унисон воскликнули Андрей и Ольга.

— Я не знаю… Я не уверен, — виновато отозвался юноша, — Но у меня появились видения… или сны?

— Какие ведения? Когда появились? — уставился на него мужчина.

— После съёмок «ДП»? — добавила вопрос девушка, заменив название фильма привычным на студии сокращением.

— Нет, после «ДП» я испытывал беспокойство, но не более, — покачал головою Николай, — А вот во время съёмок «Двойного одиночества» (названия важных фильмов на студии не коверкали, а произносили полностью, словно вслушиваясь в них) я словно узнал что-то необходимое для себя и… появились видения…

— Коля, ты можешь поконкретнее объяснить? — не выдержала Ольга.

— Простите, Госпожа! Простите, Господин! Я сейчас сформулирую… — грустно улыбнулся юноша, — Наверное, это одно из определений действительно хорошего кино… Смотришь и думаешь — это про меня!

— Глубокая мысль, — задумчиво произнёс Андрей и переглянулся с Олей.

— А здесь… И фильм ещё не готов, и я не видел его целиком, а чувство появилось такое… Будто и у меня была девушка, которую я считал лучшей среди всех и… боялся… Всего боялся при ней: показаться нескладным, разочаровать её, слишком навязываться… а главное — потерять… Она была прекрасна, как Госпожа Ольга!

— Ну, уж… — не выдержала девушка и порывисто схватила Андрея за руку.

— Да. Простите Госпожа, если говорю лишнее, — продолжил Николай, — Была там и учительница, но не такая, как эта… Снежана Олеговна, а добрая и чуткая… Кто-то ещё появлялся, не помню… Да и неважно это! Знаю только, что отношения мои с прекрасной, властной девушкой и доброй, ласковой учительницей из близких, стали отдалёнными и напряжёнными… Простите, я надоел Вам своим бредом!

— Продолжай, Коля! — сказал Андрей, — Нам интересно…

— Спасибо! Я не смогу сейчас воспроизвести все тонкости и детали, сам плохо их понимаю, но кончилось всё плохо… Будто бы, машина, в которой мы ехали втроём, разбилась, а за рулём сидел я!

— Он не мог прочитать сценарий? — незаметно прошептал мужчина Ольге на ухо, девушка решительно покачала головой.

— Коля! — её голос зазвучал неожиданно громко, — Зачем ты устроил катастрофу и убил этих женщин вместе с собой?

— Нет-нет! — подскочил на месте юноша, — Это не так… Я сильно переживал за наши отношения, почти не ел и не спал, задумался за рулём и… когда увидел встречную машину, пытался вырулить, но слишком поздно… Но откуда Вы знаете об этом, Госпожа Ольга?! Конечно, Вы умная… Но Вы всё неправильно поняли!

— Прости меня, Коля! — вдруг ломающимся голосом произнесла девушка и уткнулась в плечо Андрея.

— За что, моя Госпожа?! — Николай готов был кинуться к её ногам, но его остановил взгляд мужчины, — Так это всё-таки…

— Успокойся, мальчик! Мы всё поняли правильно, — говорил Хозяин, — Только финал фильма надо немного переделать… Но это сейчас не важно… Нам всем надо отдохнуть.

— Здесь? — глотая ком в горле, спросила Оля.

— Ни в коем случае! — ответил Андрей, — Этот коттедж следует хорошенько отмыть… от грязи! Мы уезжаем… в мой дом на студии.

— А мне можно с Вами? — глаза юноши загорелись тёплыми карими звёздочками.

— Сегодня можно, — кивнул Господин и впервые посмотрел на Николая с искренним сочувствием и пониманием.

— А у Вас там есть бассейн? — улыбнулась успокаивающаяся девушка, — Что-то я его не видела, мой Господин!

— Есть… Ты хочешь искупаться, Оля? — улыбнулся в ответ Андрей, — Тогда по дороге мы заедем в другой бассейн… в наш бассейн!

Собрались быстро. Автомобиль мужчина тоже вёл быстро, но аккуратно, бормоча под нос какие-то рифмованные строки. Ольга упросила его прочитать стихи вслух.

— Не знаю, прибавит ли это тебе настроения, — пожал плечами Андрей и прочёл наизусть строки, вычитанные им из книги в хранилище Архива:

«Слишком много разговоров,

Пересудов, перекоров.

Бесконечных рассуждений,

Полувзглядов, полумнений…

Слишком много.

Слишком много безразличных,

Веселящихся, безличных,

Жизнерадостно-утробных,

Всепрощающих, незлобных…

Слишком много.

Слишком много терпеливых,

Неуверенных, плаксивых;

Робких, маленьких, забитых,

Растерявшихся, разбитых…

Слишком много.

Слишком много паразитов,

Фарисеев, иезуитов,

Губернаторов, удавов,

Патриотов, волкодавов…

Слишком много.

Слишком много слуг лукавых,

Партий правых, жертв кровавых,

И растет в душе тревога,

Что терпения у…»[9]

— Саша Чёрный, — неожиданно произнесла вжавшаяся в переднее пассажирское кресло Ольга, — Только последние строки Вы не дочитали, мой Господин…

— Не дочитал… но имеющий уши… А в Архиве они тщательно вымараны, — кивая ответил Андрей, и тут же изумлённо уставился на девушку, — А ты откуда знаешь эти стихи?

— Вспомнила, — глубоко вздохнула она, — Зря я, что ли, у Натальи литературу изучала?..

Не доезжая до студии, Андрей свернул на остров, принадлежащий с некоторых пор ему всецело. Охрана строго контролировала теперь все входы и въезды на остров, но не бассейн. К его голубой водной глади Оля шла весело под руку с Господином, а Николай с интересом и опаской. Помня об отношении к подобным бассейнам в Княжестве, Андрей аккуратно смочил правые голени девушки и юноши голубою водой и закурил… Ольга поняла, что водные процедуры немного задерживаются, и звонко вскрикнув: «А у нас пикник!», достала из сумки тайно припасённые бутерброды и пиво.

— Ты знала! — радостно воскликнул мужчина, — Эх, сейчас бы воблу к пиву! Что-то навеяло…

— Ну, это нам раз плюнуть! — заявила девушка и достала из недр сумки рыбину, тщательно завёрнутую в бумагу и целлофан.

Сначала Андрей не поверил своим глазам, а потом принялся целовать Олю во все места, до которых мог достать. Девушка радостно визжала, а Николай улыбался и смотрел на них, как на заигравшихся детей… Все с удовольствием перекусили… Убедившись, что тест на особенную воду его помощниками успешно пройден, Андрей скинул с себя одежду и нырнул в бассейн. Ольга, проводив его восхищённым взглядом, быстро разделась донага и с визгом устремилась в воду к своему мужчине. Коля с сомнением потрогал воду босой ступнёй, медленно разделся, наблюдая за купающейся парой, сполз с бортика бассейна и поплыл… Оля с Андреем давно уже сидели на скамейке рядом с бассейном, разговаривали и смеялись, а юноша всё плавал и плавал в чудесной воде. Он пребывал в нирване…

— Досталось мальчику… — со странным выражением произнесла Ольга, наблюдая за Николаем, — Не мне судить, конечно… Но рабская сущность преобладала в нём всегда…

— Не торопись с выводами, Оленька! — задумался Андрей, — Этот мальчик меняется, как и все мы… Не удивлюсь, если со временем он станет мужчиной, несмотря на своё сегодняшнее положение. Это тебе не Снежана какая-нибудь, Коля так просто не сломается…

Глава 16

Ревность

Студия «Альфа» заработала быстро и продуктивно. Первый съёмочный день «Двойного проникновения» состоялся меньше, чем через месяц после открытия студии. Через три недели фильм был отснят и смонтирован. Ещё неделю спустя, растиражирован и вышел сначала на экраны видео-залов, а потом и на электронных носителях. Андрей рассматривал первое, в общем-то, простое и пошлое видео, как некую стартовую площадку и успех ошеломил его. Казалось, в мире распутства и порнографии трудно выделиться в стандартном для Княжества жанре, но грамотная проработка сюжета с привлекательными завязками каждой сцены, тщательный подбор актёров (Наталью и Ольгу играли приглашённые актрисы, Коля играл себя, а Нира успела сыграть яркую эпизодическую роль в страшно сексуальной групповой сцене), удачная режиссура и сценография, а главное — потрясающая операторская работа дали результат. Знакомые Вершители, заехавшие к Андрею на премьеру, пришли в восторг, рвались помогать и сотрудничать, а народ шёл на просмотр и скупал диски с фильмом… Не обращая внимания на шумиху, Белла с Ольгой и Павлом погрузились в «Двойное одиночество», завершение которого требовало гораздо большего труда и времени.

Параллельно Иван при деятельном участии Андрея разрабатывал концепцию «Альфа-шоу». Катакомбы напичкали скрытой аппаратурой, позволяющей снимать изображение и записывать звук, а заодно и применять разнообразные спецэффекты. Было решено снять несколько постановочных «Охота-Альфа-шоу», показать их по ТВ, а затем объявить еженедельное реалити-шоу. В процессе работы над проектом Андрей предложил, в случае успеха постановочного мини-сериала, дать объявление о наборе желающих поучаствовать в ТВ-программе, чем вызвал бурный восторг Банщика… Когда хозяин студии взглянул на финансовую сторону успеха первого фильма, он решил увеличить размах и бюджет проекта, и первое, что сделал помимо освоения новых площадей в катакомбах — приобрёл остров со всеми постройками, бассейном и прилегающими территориями, доведя свои владения до границы станции «Куртизанская», где теперь под его присмотром всецело заправлял Банщик. В дальнейшем Андрей планировал прибрать к рукам и вернисаж на холме. Надо сказать, что идею с покупкой острова ему, сама того не ведая, подсказала Валентина, когда он приехал к ней в гости и они долго беседовали. Правда, визит начался не с разговора…

Андрей не забыл Валю и её приглашение. Однажды он просто набрал номер телефона и выразил желание посетить женщину завтра же. Валентина немного удивилась такому напору, но только поинтересовалась, идёт ли речь о давно ожидавшей мужчину благодарности от «женщины в убрусе», «Визите Господина к своей наложнице», как Валя выразилась? Услышав после короткой паузы утвердительный ответ, она заявила, что в таком случае готова объявить завтрашний день свободным от работы и будет ждать Господина в полдень… Андрей прибыл минута в минуту, надев для визита шикарный синий костюм из бархата с голубой рубашкой и галстуком цвета морской волны. На открывшей ему входную дверь Валентине был подаренный Андреем убрус и длинное нежно-голубое платье с множеством пуговиц спереди. Женщина блеснула глазами, но тут же склонила голову и молча пригласила Господина войти. Большая комната оказалась убрана, как опочивальня султана, никак не менее. У Андрея появилась позднее подтвердившаяся мысль, что весь этот антураж придумала и создала сама Валентина за несколько часов до его визита. Слева, у закрытого тяжёлыми бордовыми шторами окна, стоял низкий стол, заполненный яствами и напитками, среди которых выделялось множество овощей, фруктов и даже кальян. Справа, у декорированной красной с песочно-жёлтыми геометрическими фигурами тканью стены, стояло просторное ложе, застеленное алым атласом. Имелись в комнате и шкафы, как глухие, так и со стеклянными дверцами, за которыми виднелись корешки книг и разнообразные статуэтки; была и дверь в следующую комнату, также декорированная тканью. Всё убранство было выдержано в красных тонах, включая шикарный толстый и мягкий ковёр на полу. Женщина грациозным жестом руки пригласила Господина к столу.

— Похоже, ты долго ждала меня и хорошо подготовилась, красавица! — принял игру Андрей, Валентина смущённо поклонилась, — Надеюсь, ты порадуешь меня не только угощением?

— Как будет угодно Господину! — низким, с легкой хрипотцой, голосом ответила «наложница». Господин не был склонен к долгому застолью и, если первую рюмку он закусил свежими овощами, то вторую немного сухими, но сладкими губами женщины.

— По-моему, тебе пора предложить мужчине возлечь на своё ложе! — внушительно произнёс он, кладя руки на ягодицы «наложницы».

— О, Господин, постойте! — вскрикнула она, — Я новенькая в Вашем гареме и… польщена Вашим вниманием, но немолода уже и… надеюсь стать полезной Вам своим умом и трудом…

— Да, у меня есть наложницы гораздо моложе тебя, — сварливо ответил «султан», расстёгивая верхние пуговицы её платья, — Вероятно, со временем я оценю твой ум и трудолюбие, но сейчас меня интересуют другие твои достоинства!

— Но моя скромная грудь…

— Меня интересует не пышность форм, а искренность и свежесть ощущений, — перебил «наложницу» мужчина. На стоящей перед ним Валентине остался только головной убор, подчёркивающий изящество и стройность её худощавой фигурки. «Султан» оглядел женщину с ног до головы, положил ладони на её и в самом деле скромную, но приятную и зрительно, и наощупь грудь, и продолжил: — Как моя наложница, ты должна знать, что я не терплю неповиновения и всегда получаю то, что хочу! Помоги мне раздеться и приласкай Господина, как должно…

Мужчина снял с женщины головной убор, и светлые локоны её волос рассыпались по обнажённому телу… Всё происходило неторопливо и проникновенно: её губы и опытные ласковые руки повсюду, его настойчивые ласки, когда она лежала рядом, а потом и сверху… И уже на исходе, обвивающие мужчину стройные худые ножки…

— Спасибо, Валя! — произнёс Андрей, с удовольствием целуя женщину в губы, когда всё закончилось.

— Вас понравилось? — испытующе посмотрела на него женщина.

— Да.

— Искренность и свежесть ощущений?

— Вот именно! — кивнул мужчина, — А Вам понравилось?

— Конечно да, но лучше, всё-таки, на «ты»… Впрочем, как Вам угодно… Если соберётесь ко мне ещё раз, заходите и берите, как своё…

— Вот как? А если я захочу другую сцену? — улыбнулся Андрей.

— Тогда я постараюсь сохранить искренность, но стать немного другой для свежести ощущений, — мягкой улыбкой ответила Валентина.

— Мудро…

— Я немного завидую Вашим рабыням… У них такой добрый и ласковый Господин!.. Лена станет одной из них?

— Нет, мы не планируем этого…

— Напрасно… Рано или поздно Вы придёте к такому решению, я думаю…

— По-моему, ты знаешь о Елене что-то такое, чего не знаю я, — задумчиво проговорил Андрей.

— Возможно… Но думаю, Вы сами разберётесь, а моё вмешательство может только навредить. Скажу только, что Лена часто бывает пуглива до мнительности, а для этого должна быть причина.

— Скорее всего, так… Но почему сразу рабыня?..

— Не хочу настаивать на своей правоте, — не поддержала разговор о Елене Валентина, — Но Аоки, по крайней мере?

— Ты считаешь, что в её случае существует необходимость, Валя?

— Конечно! И чем скорее, тем лучше! Иначе, Вы с Леной сильно рискуете её потерять… Дело не кончится тем инцидентом на вернисаже.

— Понимаю…

— Похоже, пока не понимаете… — женщина поднялась и принесла Андрею и себе по стакану восхитительного ягодного морса. Ему нравилось смотреть на её изящную обнажённую фигурку в сумраке красной комнаты, а Валентина не стыдясь своей наготы, принесла ему зажжённую сигарету, пепельницу и продолжила: — Здесь не защищены почти все женщины, но рабыни не защищены только от своих хозяев.

— А женщины-Вершители?

— Это не совсем женщины, точнее не совсем люди…

— Значит и я не совсем мужчина? Не совсем человек? — поразился Андрей.

— В том-то и дело, что Вы не обычный Вершитель… Достаточно прикоснуться к Вам, чтобы это понять!

— Прикоснуться?!

— Да-да, — Валентина ласково провела ладонью по груди и животу мужчины, — Это трудно объяснить… Но я была с другими Вершителями и знаю… У Вас такая тёплая и живая кожа… Но оставим это… Вы замечаете, Господин Андрей, как женщины тянутся к Вам?

— Замечаю, — задумался он, — Но у меня нет объяснения этому!

— Лена говорила, что Вы прибыли сюда Гостем?

— Да, это так.

— Вы, наверное, уже поняли, что Гости в Княжестве — большая редкость, да?.. Тем большее удивление вызывает тот факт, что Вы сменили свой статус!

— У меня есть на то веские причины, — Андрей посмотрел женщине прямо в глаза.

— Не сомневаюсь, но… — Валентина посмотрела на него, как мать на неразумное дитя, и прикоснулась пальцами к лицу мужчины, — Я давно здесь и знаю многое. Например, то, что Гость имеет… Как это назвать?.. Имеет право находиться здесь ограниченное время, смотреть, изучать, развлекаться… а потом вернуться туда, откуда прибыл. Вы помните, откуда Вы?

— Разумеется, помню. Но не вполне понимаю, как сюда прибыл, — откровенно признался Андрей.

— Не так важно, как именно. Важно, что прибыли и могли бы убыть таким же путём, — настойчиво объясняла женщина, — Став Вершителем, Вы отрезали себе этот путь, милый друг!

— Догадываюсь, Валечка…

— Ах, вот как? — пришёл её черёд удивляться, — Значит, Вы задумывались над этим?! И Вас не волнует вопрос возвращения? Вы решили остаться здесь с нами?

— Решил… Но ты подняла сложный вопрос, Валя, — Андрей задумчиво смотрел в светлые умные глаза и водил пальцами по гладкой коже женского лица, — Сейчас я не готов рассуждать на эту тему…

— Ну, что же… Я вижу и понимаю, что Вершителем Вы стали не только ради удовлетворения жажды власти и похоти, — улыбнулась Валентина, — Однако, возможности Вы приобрели колоссальные… Пользуйтесь ими, пока есть время!

— Что ты имеешь в виду?

— Ничто не вечно в нашем мире, мой Господин! Пока возможности есть — ими надо пользоваться… Я слышала о Вашей студии — используйте её во благо, расширяйте горизонты нашего сознания! Кстати, и территорию студии можно расширить — Вам это по карману, а живописных мест для съёмок и других идей прибавится… Может, и до нашего вернисажа доберётесь…

— Может быть, — Андрей задумался о новых перспективах, — И уж остров-то мне нравится точно!

— Остров? — загадочно улыбнулась Валентина, — Да, это интересное место и красивое… Вы часто там бываете?

— Иногда, — внимательно посмотрел на женщину Андрей, — Обычно, когда хожу купаться в бассейн…

— Что?! — поразилась Валентина, — Вы купаетесь в бассейне на острове?

— Почти ежедневно, да и в других бассейнах тоже… Это кажется тебе необычным? — окончательно перешёл на «ты» мужчина.

— Ещё бы! — понизила голос женщина, — Почти все боятся к ним даже подходить!

— Но не ты, Валечка! — неожиданно заявил Андрей, — Я определил это по твоей коже.

— Вы ещё умнее, чем я думала, — женщина легла на него сверху почти невесомым покрывалом, — Вода в этих бассейнах особенная… Вероятно, она влияет на Вас благотворно, что удивительно для Вершителя, но не для такого человека, как Вы, Андрей… Однако, я знаю о многих случаях, когда после соприкосновения с такой водой у человека появлялись страшные, плохо заживающие язвы… Иногда требовались пластические операции… А от омовения в ней многим уже не помогает ничего… Подумайте об этом, Господин!

— Уже думаю и… Спасибо, за важную информацию! Однако, ты тоже купаешься там…

— В тайне ото всех и редко, когда удаётся договориться с охранником…

— Как это договориться? — спросил Андрей.

— В принципе, купаться в бассейнах не запрещено, но на плавающих в них людей смотрят с опаской и… Одно дело — Вы, Господин Вершитель, другое — я, обычная женщина во втором ранге Служителя. Чтобы охранник не болтал лишнего и не пускал посторонних, когда я нахожусь в бассейне, приходится благодарить его.

— Как именно, красавица? — хитро взглянул на неё Андрей, положив ладони на ягодицы женщины, и почувствовав, что снова хочет её.

— Не так, как ты подумал, мой милый развратник! — прошептала лежащая на нём Валентина и тихо застонала, чувствуя, как его возбуждающаяся плоть скользит по её промежности и устремляется в лоно, — Правда, некоторые охранники хотят именно этого до того, как я погружаюсь в бассейн. Но обычно достаточно хорошего алкоголя…

— Обычно? — лукаво улыбнулся мужчина, начиная лёгкие движения тазом.

— Исключения случались, — призналась женщина, целуя его, — Забавно смотреть на молодого, красивого и сильного парня, который боится даже прикоснуться к беззащитной обнажённой женщине, мокрой после купания в ЭТОЙ ВОДЕ…

Они проголодались, и поздний обед, а скорее ранний ужин, получился плотным и неторопливым. За ужином разговор продолжился.

— Вернёмся к Вашим рабыням, Господин Андрей, — сказала Валентина, — Я немного завидую им… Они беззащитны только перед Вами и… Это хорошо!

— Послушать тебя, так я должен сделать рабыней любую женщину, тянущуюся ко мне, — покачал головой Андрей, — Но это глупость какая-то…

— Разумеется, не любую… Но не забывайте, что в силах помочь тем, кто особенно в этом нуждается! — убеждала его Валя, — В том, что Ваш «гарем» будет несколько обширнее, чем обычно, нет ничего страшного… Уверена, Вы справитесь.

— Ты имеешь в виду интимную сторону дела?

— Нет, не только… На мой взгляд, важно внимание, доброе отношение, какое-то общее дело, может быть…

— А ты тоже хотела бы стать моей рабыней, Валентина? — неожиданно строго и официально спросил мужчина.

— Вероятно, не отказалась бы… Но я привыкла справляться с трудностями этой жизни сама, — грустно ответила она, — Нужно ли что-то менять на склоне лет?

— Во всяком случае, на мою помощь ты всегда можешь рассчитывать, Валечка! — тоже не весело, но весомо заявил Андрей, — А когда остров с бассейном окажутся в моей собственности, вход для тебя будет открыт круглосуточно.

— Спасибо, милый Господин! — улыбнулась она, — Я же готова быть полезной для Вас в любое время… Мне доставляет удовольствие говорить с Вами и… не только!..

Визит Андрея к Валентине привёл к неожиданным переменам в его отношениях с Еленой. К тому времени рядом с домом у пруда началось строительство замечательно красивого японского домика. Аоки с удовольствием и весьма эффективно работала на студии гримёром, а Лена энергично приступила к обязанностям завлита. Для неё выделили помещение в дальней части первого этажа главного здания студии, со скрытым от посторонних глаз входом в подвал, где помещалось специально оборудованное книгохранилище. Во владения Елены и направлялся Андрей через день после визита к Валентине с её подарком в портфеле — чудесным томиком рассказов Бунина. Лена встретила хозяина студии непривычно холодновато, с интересом пролистала книгу и сразу спустилась с ней в подвал.

— Что-то случилось, Леночка? — удивлённо спросил Андрей, когда она вернулась через пару минут.

— Ничего. Всё в порядке, Господин! — ответила женщина, уклоняясь от его объятий.

— Совсем не в порядке, — улыбнувшись, попытался разрядить ситуацию мужчина, — Нехорошо, когда невеста не радуется поцелуям жениха!

— Наша свадьба отменяется, Господин Андрей!

— О как! — удивился мужчина, — И в чём же причина, позволь спросить?

— Что Вы делали позавчера у Валентины? — вопросом на вопрос ответила Елена, — Вашу машину видели у дома, в котором она живёт.

— Мы общались, — удивлённо ответил Андрей, — Разговаривали…

— Разговаривали? — глаза женщины выражали с трудом сдерживаемую ярость, — И только?

— Не только…

— Вот и причина! — повысила голос Елена, — Вам не хватает ласковых рабынь, Господин?

— Ты ревнуешь, Леночка? — изумился мужчина, — Но здесь это так странно и… глупо! В конце концов, всегда можно поговорить, милая моя, найти общий язык…

— Я не хочу больше говорить об этом, — отрезала женщина, — К тому же, Вы не выполняете своих обещаний, Господин!

— О чём ты, Солнышко?!

— Прекрати меня так называть! — почти закричала Елена, — Ты не помнишь своих обещаний?! Тем хуже…

— Постой-постой… Японский домик строится с учётом всех твоих пожеланий. Тебе, насколько я знаю, нравится здесь работать. Аоки…

— Вот именно! Аоки! — перебила его женщина, — Ты обещал позаботиться о её полной безопасности, а вместо этого милуешься с Валентиной!

— Я не забыл об Аоки! — развёл руками Андрей, — Но к чему так уж торопиться? Всё же тихо и спокойно. Я лишь хотел подобрать удобное для всех время…

— Ты обманываешь меня!

— Нет, — мужчина залез в свой портфель и вытащил оттуда упаковку с ошейником. Лена нервно выхватила её из рук Андрея и достала серебристый ремешок с именем Хозяина и рабыни. В букву «о» имени Аоки была вмонтирована чудесная чёрная жемчужина.

— Красиво! — холодно, но с удовлетворением констатировала Елена, рассматривая ошейник, — Сегодня же ты поедешь с ней к нам домой, останешься вдвоём с Аоки до утра, и… сделаешь всё, как надо!

— Хорошо, пусть будет сегодня, — пожал плечами мужчина, — А ты, Лена?

— Я не Ваша рабыня, Господин! — жёстко заявила женщина, возвращая ему ремешок и сверкая глазами, — И не Ваша жена, чтобы отчитываться!

Во второй половине дня Андрей уединился с Сергеем, поговорил с ним о делах студии и съёмках в катакомбах, а затем попросил ненавязчиво приглядеть вечером за Еленой, не мешать, если она соберётся уезжать, но и не оставить женщину без внимания, если та захочет остаться ночевать на студии. Немного позднее он зашёл к Аоки, уже заканчивающей работу и наводящей порядок в гримёрке. Андрей сообщил ей, что сам отвезёт девушку домой, как только она будет готова. Японка немного смутилась и заволновалась, но мужчина объяснил ей, что у Елены свои планы на вечер, и через час они двинулись в путь вдвоём. По дороге больше молчали, Андрей размышлял о странном поведении Лены и её неожиданно горячей ревности, но затем решил, что всё время думать об этом некрасиво по отношении к Аоки.

— Спасибо, что привезли меня домой, Господин! — поклонилась ему девушка, когда они вошли в дом, — Вы пойдёте к Валентине?

— Причём здесь Валентина?! — вскипел мужчина, но тут же велел себе успокоиться и принялся медленно снимать обувь, — Я останусь здесь и, мы будем ужинать вдвоём с тобой.

— В самом деле? — Аоки удивилась, обрадовавшись и заволновавшись одновременно, — Что мне приготовить на ужин, Господин Андрей?

— Я не хочу, чтобы ты пропадала на кухне весь вечер, — улыбнулся он, — Давай просто закажем суши.

— Замечательно! — просияла девушка, — Я знаю прекрасный японский ресторан, где готовят изумительные суши, роллы, другие вкусности и доставляют их на дом в течение часа… А к еде я приготовлю саке.

Не прошло и полутора часов, как облачённая в белое с розовыми цветами кимоно Аоки подавала угощения на заранее сервированный стол. Андрей выпил с девушкой саке, они вкусно и плотно поужинали, а после пили чай с каким-то особенным японским ликёром. Разговаривали о студии и творческих планах, но, несмотря на усилия Андрея, разговор натыкался на упоминания о Елене. Было видно, что её отсутствие беспокоит японку.

— Вы поругались с ней, Господин? — с искренним и трогательным желанием разобраться и успокоиться спросила Аоки.

— Это слишком сильное слово… — отвечал Андрей, — У нас возникло недопонимание по одному вопросу.

— Госпожа Елена такая нервная последнее время, — в сомнении покачала головой девушка, — Она за Вас переживает…

— За меня? — улыбнулся мужчина, — А что со мной такого?

— Не знаю… Елена говорила, что будет очень рада, если Вы сосредоточитесь на студии, не слишком стараясь быть Вершителем, — поёжилась Аоки, — Не понимаю, что именно она имела в виду… Наверное, Вы знаете… А ещё Госпожа сомневалась, так ли необходимы Ваши поиски… Не лучше ли жить в покое?

— Может быть и лучше, — посерьёзнел Андрей, — Это вопрос сложный, как и само понятие покоя… Но, по-моему, Лена больше о тебе волнуется!

— Обо мне? — ахнула японка, — Но все неприятности позади! Всё хорошо! И я хочу отблагодарить Вас за это, только не знаю как…

— Ты и так благодаришь меня, Аоки, своей прекрасной работой на студии…

— Спасибо! Но это же работа и любимое дело, — японка быстро глянула в глаза Андрея и начала краснеть, — Благодарность должна быть личная… Только я не знаю, как мне, простой, скромной девушке подступиться к этому? Подскажите, пожалуйста…

— Подожди с этим, Аоки… Елена убеждает меня («Да и не только она», — подумал, но не произнёс Андрей), что неприятности с тобой непременно повторятся, если немедленно не принять решительных мер. Она говорила с тобой об этом?

— Говорила, — опустила голову японка, — Я всецело доверяю ей, значит, она права… Елена сказала, что я должна стать Вашей рабыней… Вы же не против, Господин?

— Я тоже доверяю Елене… Я не против, малышка…

— Мне страшно, — прошептала она, — Это случится сегодня?

— Да, — ответил Андрей, и девушка вздрогнула, — Не надо бояться… Я отношусь к тебе с добротой и нежностью…

— Вы хороший, знаю… Не подумайте, что я отвечу моей Госпоже и Вам сомнениями и непокорностью!

— Даже и не думаю… Но мне важно твоё собственное мнение.

— Моё мнение? — девушка посмотрела на него внимательно и удивлённо, — Я хочу жить с ней… и с Вами, Господин! Служить, помогать вам обоим и в дни радости, и в дни печали… Я преодолею свой страх перед… этим Ритуалом… Этот не столько физический, сколько мистический страх… Буду надеяться и верить, что отношения Господина и Госпожи ко мне не изменится после… этого…

— Почему же что-то должно измениться в худшую сторону, Аоки? — приподнял брови мужчина.

— Не знаю… Не могу объяснить…

— Ты хотела отблагодарить меня лично? — после паузы неожиданно спросил Андрей, — Хорошо, я подскажу тебе, как это сделать. Во-первых, укрась свою комнату…

— Как? — вскинула брови японка.

— Не мне тебя учить этому… Главное, чтобы всё было просто и красиво… особенно постель…

— Моя постель? Она маленькая и на полу… — страшно смутилась девушка.

— Ничего страшного, — мужчину не интересовали такие мелочи, — Потом укрась себя, если хочешь…

— Да, Господин! Я поняла Ваши мысли…

Пока Аоки приводила в надлежащий вид свою комнату, Андрей принял душ и надел подаренный хозяйками дома халат с вышитым драконом, вернулся в гостиную со стаканом виски и крепко задумался о постоянно преследовавших его вопросах. Зачем он прибыл в этот мир? Что означают его поиски и нет ли дел поважнее? Действительно ли нуждаются эти разные, но замечательные, каждая по своему, женщины в его помощи, защите, внимании и участии? Насколько страшна их нынешняя судьба, если они легко доверяют её ему, обыкновенному, в сущности, далеко не идеальному и малознакомому мужчине?.. Правда, Изабелла говорила об этом совсем по-другому, и звучало это очень убедительно… А если она не права?

Аоки, тем временем, выпорхнула из своей комнаты и скрылась в ванной, прихватив с собой какие-то вещи. Через полчаса, незамеченная полулежавшим на гостином диване и прикрывшим глаза Андреем, она снова юркнула в свою комнату. Аоки вышла оттуда минут через двадцать босая, в коротком белом платье без рукавов, с золотистой вышивкой вокруг трёх пуговиц спереди от воротничка стоечкой до груди, и такой же вышивкой в начале разреза на левом бедре, с тщательно причёсанными чёрными, как смоль, волосами. Косметикой девушка подчеркнула только свои и без того выразительные чёрные глаза. Андрей приподнялся на диване, сделал глоток из своего стакана и, закуривая, внимательно оглядел стоящую перед ним Аоки. В японских национальных традициях он был не сведущ и засомневался — невеста перед ним или девушка, которую приготовили на съедение дракону? По крайней мере, не женщина, подготовленная к Ритуалу посвящения в рабыни, по его мнению…

— Я готова, Господин! — тихо, но уверенно проговорила она, — Приказывайте!

— Вот как? — неопределённо произнёс мужчина, затушил окурок в пепельнице, поманил девушку к себе, усадил её на свои колени и провёл рукой по бархатистой коже оголившегося левого бедра миниатюрной ножки. Аоки затрепетала, а он тихо спросил: — К чему же ты готова, маленькая?

— Пригласить Вас в свою комнату, — судорожно выдохнула японка, — и выполнить все Ваши приказания, Господин!

— Что же, веди меня к себе, — Андрей поднялся с дивана и двинулся вслед за девушкой, доставая по дороге из портфеля упаковку с ошейником.

— Я могу задать Вам один единственный вопрос, Господин? — Аоки остановилась у самой двери в комнату, — Всё это только для того, чтобы защитить меня и успокоить Елену?

— Это и так понятно нам с тобой… Ты не об этом хотела спросить, — уверенно, но мягко заявил мужчина, взяв девушку за плечо и почувствовав, как она подрагивает от волнения.

— Хай, — утвердительно ответила Аоки по-японски, — Вам служат такие красивые и умные женщины, Господин, а я… Я нравлюсь Вам хоть чуть-чуть?

— Очень нравишься. Ты — прелестная малышка, — Андрей посмотрел на её маленький ротик и, наклонившись, поцеловал пухленькие губки.

— Господин Андрей, я буду преданно и старательно служить Вам… Но сейчас я не могу сделать… это… сама… — трепеща от волнения перед закрытой дверью в свою комнату, японка посмотрела на мужчину, — Вы же знаете, что могли войти сюда в любое время, и я не смогла бы Вам отказать… Потому, что…

— Не бойся, маленькая! Всё будет хорошо, — произнёс Андрей, сдвигая дверь и входя в очень скромно обставленную комнату Аоки, подсвеченную цветными фонариками с иероглифами и четырьмя большими свечами по углам маленькой постели на деревянной подставке, стоящей прямо на полу. Толстый, упругий матрас был застелен белыми простынями и алым шёлковым покрывалом с вышитым драконом… совсем, как на халате Андрея. Мужчина положил ошейник на журнальный столик и повернулся к стоявшей между ним и постелью японке, трогательно сложившей руки на груди. Он провёл пальцами по чёрным волосам, по милому личику с бархатистой кожей, и поймал себя на мысли, что абсолютно не желает никакого Ритуала. Аоки пристально смотрела Андрею в глаза и что-то прочитала в них. Девушка взяла Господина за руку, уложила его на свою маленькую постельку, тихо улеглась рядом и принялась нежно целовать лицо мужчины.

— Вы правы, всё хорошо, Господин Андрей… Тихо так… — приговаривала она вперемешку с японскими словами, смысла которых мужчина не понимал, но чувствовал успокаивающую интонацию. Ему захотелось глубоко вздохнуть, а лучше застонать или завыть, но Андрей сдержался, а девушка неожиданно спросила: — Вы можете сказать, что чувствуете… одним словом?

— Нежность, — не задумываясь, ответил мужчина.

— Ах, как это хорошо… А будет… прекрасно, поверьте мне! — глаза Аоки наполнились слезами, — Только снимите с меня платье сами, пожалуйста…

— Да, маленькая…

Утром Аоки была невероятно нежна с Андреем, стараясь предугадать любое желание Господина. Всю дорогу от дома до студии девушка искала и находила возможность лишний раз дотронуться до мужчины и смотрела на него трогательно ласковым взглядом блестящих глаз. «Теперь я всегда буду радовать Вас и радоваться сама», — шептала ему она… Обычно Аоки одевалась скромно, стараясь не бросаться людям в глаза, насколько это вообще возможно для девушки с ярко выраженной азиатской наружностью среди людей с преимущественно славянской внешностью. Однако сегодня она ехала на студию в стильном красном платье, с ремешком на шее. Чёрная жемчужина таинственно перекликалась с глазами женщины. С удивлением Андрей впервые видел в осанке и выражении лица Аоки гордость и уверенность в себе, когда провожал её до рабочего места…

Студия, где работа частенько затягивалась до поздней ночи, только просыпалась. Выходя из главного здания, Андрей столкнулся с Сергеем. Они расположились покурить на скамейке у не работавшего сейчас светового фонтана, и управляющий рассказал хозяину, что Елена вечером уехала с работы на такси, а далеко за полночь вернулась. Сергей предложил ей переночевать в Доме Хозяина, как велел Андрей. Лена долго колебалась, но согласилась, правда, выбрав для сна не спальню хозяина, а комнату прислуги… Обсудив текущие вопросы, Сергей отправился в главное здание, а Андрей к себе.

В доме стояла полная тишина, мужчина отправился на кухню варить и пить кофе. Ему было неспокойно. Выждав десяток минут, Андрей поднялся на второй этаж, тихо приоткрыл дверь в комнату, соседствующую с его спальней, и заглянул в неё. На кровати, тщательно укрытая одеялом, лежала Елена и встревоженно глядела на него покрасневшими, припухшими глазами. Она молчала… Затем, поколебавшись, решила прервать паузу: «Простите, Господин, я только что проснулась, — тихо проговорила Лена, — Дайте мне минут двадцать, привести себя в порядок, и я спущусь вниз». Андрей кивнул и вернулся на кухню. Женщина появилась в назначенное время тщательно причёсанная и накрашенная, в сером деловом костюме и чёрной блузке. Мужчина кивком указал ей на йогурты, бутерброды и дымящуюся чашку кофе на столе.

— Мне неудобно, что Вы ухаживаете за мной, Господин! — пробормотала Елена.

— Доброе утро, дорогая! — без улыбки отреагировал он.

— Извините, Господин Андрей… Доброе утро! — смешалась женщина.

— Завтракай, я уже поел, — мужчина допил очередную чашку кофе, отошёл к окну, приоткрыл его и закурил…

— Могу я задать вопрос? — спросила Елена, наскоро перекусив, — Как там Аоки?

— По-моему, хорошо…

— Хорошо?.. — женщина смотрела настороженно, — Но Вы сделали это… Да?

— Да.

— Так… — выражение лица Елены не изменилось, — Ей не было больно?

— В определённом смысле да… — спокойно ответил Андрей, не глядя на женщину, — Но всё в порядке.

— В порядке? Вы так считаете? — повысила голос женщина.

— Ей, как и мне, спокойно и… радостно! Вот что важно… Можешь убедиться, поговорив с Аоки лично хоть сейчас, — без вызова, но с холодком проговорил мужчина, — И уволь меня, пожалуйста, от своего допроса!

— Прошу прощения, Господин! — словно испугавшись, прошептала Елена, — Я так виновата перед Вами…

— Перестань!

— Это правда… Вы не знаете… У меня что-то перемкнуло в голове… Сначала я думала, что, наконец, встретила мужчину, которому могу доверять… Полностью довериться, понимаете? Потом мне показалось, что Вы относитесь ко мне, как… к очередной… Это мучительно! Я то психовала, то впадала в депрессию… Говорила Вам такое, что самой стыдно… А вчера совсем потеряла разум…

— Не стоит так себя изводить, Лена, — Андрей готов был смягчиться, но что-то мешало ему, — В конце концов, жизнь налаживается. Аоки, как ты и хотела, в полной безопасности, вы с ней занимаетесь делом, которое, если я правильно понимаю, вам по душе… Ваш дом, лучше прежнего, скоро будет готов… А тебя никто не заставляет жить так, как нравится какому-то там мужчине.

— Ты не понял! Я безмерно благодарна тебе за всё, что ты делаешь для нас… для меня… Это я всё испортила!

— Ох, прекрати… — поморщился Андрей, — Что ты испортила, Леночка?!

— Подожди… — женщина с опаской глянула по сторонам, — Нужно включить музыку.

— В этом нет необходимости. У нас на студии прекрасный специалист по вопросам безопасности… Территория студии не прослушивается. Ни один объект!

— Ты уверен? — ахнула Елена.

— Да. Твой нынешний дом, кстати, тоже…

— Откуда ты знаешь?!

— Если помнишь, я заезжал к тебе на прошлой неделе с Иваном? Пока мы с тобой беседовали, он всё проверил…

— Вот как? Ты доверяешь ему?

— Теперь вполне… Да и студию мы проверяли с ним вместе, я кое-что понимаю в этом тоже…

— Какая же я дура! — бессильно опустила голову женщина, — Всё зря… Что же теперь будет? Вы позволите мне хотя бы встречаться с Аоки, Господин?

— Что за белиберду ты несёшь? — строго посмотрел на Елену мужчина, — Вы будете жить с ней, как жили, только лучше, спокойнее…

— Ах, нет… Теперь она Ваша! Пусть рабыня, но честная, искренняя… А я… Вы даже видеть меня не захотите!

— Лена, ты можешь говорить толком?

— Да, могу, — женщина резко взглянула на Андрея, но взгляд её оказался испуганным, виноватым, и она тут же опустила глаза, — Вчера вечером, когда Вы с Аоки уехали к нам домой, я поехала к Господину Михаилу…

— Что? — не поверил своим ушам Андрей, — Куда?!

— Он снял номер люкс в Большом отеле…

— Какой, мрак побери, люкс? Какой, тьма тьмущая, Михаил? Откуда ты, вообще, его… — закричал Андрей, поперхнулся, и мучительным усилием заставил себя сдержаться и тихо спросить: — Зачем?

— Я познакомилась с ним на премьере фильма «Двойное проникновение», — понимая, что назад пути нет, подробно и спокойно, насколько могла, начала рассказывать Елена, — Он постоянно оказывал мне знаки внимания, Вы просто не замечали, Господин Андрей. Перед отъездом Михаил сунул мне свою визитку и шепнул, что нам непременно нужно увидеться. Когда я удивилась, он внимательно так и со значением посмотрел на меня и добавил, что речь идёт не только обо мне, но и об Аоки, и о Вас, Господин Андрей!

— Угу… — мрачно кивнул мужчина, — И ты поверила до такой степени, что не сказала мне ни слова?

— Не перебивайте меня, пожалуйста! Господин Михаил потребовал, чтобы наш разговор в любом случае остался в тайне, иначе неприятности грозят всем нам… Сначала я решила просто забыть об этом разговоре, но он нашёл номер моего телефона и стал названивать… регулярно, почти каждый день… Разговоры вёл душевные, намекал на личный интерес ко мне, повторял, как прекрасно относится и даже беспокоится о Вас. Я спрашивала о причинах его беспокойства, Михаил отвечал, что это не телефонный разговор… В моей голове всё перемешалось: страх за себя и Аоки, желание видеть Вас рядом, ревность…

— Значит, всё-таки ревность…

— Да, — грустно кивнула Елена, — К кому? Не знаю… Ко всем… Абстрактная такая ревность… Мне казалось, что я Вас теряю… А тут ещё Ваш визит к Валентине… Он меня добил. Господин Михаил, словно зная моё состояние, снова позвонил, был очень вежлив… Вероятно, он почувствовал нервозность в моём голосе и сказал, что мне не следует нервничать, а нужно, наоборот, успокоиться… А для этого принять предложение о встрече, выслушать его… «Послушайте, Елена! Я желаю Вам самого лучшего! Более того, наши интересы совпадают, — говорил Господин Михаил, — Я сниму люкс в Большом, там нам никто не помешает… Мы всё спокойно обсудим. К тому же Вам следует расслабиться, отдохнуть… И не надо бояться меня! Я буду только рад помочь такой прекрасной женщине… Мне же доставит удовольствие просто провести несколько часов с Вами наедине. Я ничего не требую от Вас, но пожалуйста, позвоните и приезжайте!»

— Хитрый лис… — пробурчал Андрей и сжал кулаки.

— Что? — то ли не расслышала, то ли не поняла Елена.

— И ты, значит, позвонила и поехала, — снова начал злиться мужчина.

— Да… Господин Михаил встретил меня, как королеву. Роскошные апартаменты, изысканные угощения на столе… Комплиментам не было конца…

— И королева растаяла, — казалось, Андрей успокоился, сдерживаемую ярость мужчины выдавали только блеск в глазах и выкуриваемые одна за другой сигареты.

— Вас в это время ублажала Аоки…

— Лена, ты понимаешь, что говоришь?

— А до этого Валентина, которой Вы наверняка расточали многочисленные комплименты, не правда ли? — не могла остановиться Елена.

— Я скуп на комплименты, даже если они заслужены, — ледяным тоном заявил мужчина, поднимаясь из-за стола, — Вероятно, это мой недостаток… И не вижу смысла продолжать этот разговор. Думаю, ты рассказала достаточно.

— Нет, Андрей, подожди! Извини, я просто схожу с ума… Не гони меня сейчас! — заголосила Елена, — Выслушай меня в последний раз!

— Бред какой-то! — заскрежетал зубами мужчина, подходя к холодильнику и доставая бутылку виски, — Рассказывай, если тебе угодно…

— Сладкие речи Михаила подняли мне настроение, это правда… Но ненадолго… Я попросила его объяснить, о каких неприятностях для меня и моих близких он упоминал? Не на свидание же к нему я приехала?

— Почему бы и нет? — с исключительным равнодушием произнёс Андрей, делая глоток виски и в очередной раз закуривая.

— То же самое сказал и он, только другим тоном, — кивнула побледневшая Елена, — Мне эта мысль не понравилась, о чём я ему сразу и сказала… Михаил очень серьёзно заговорил о том, что с радостью обсуждал бы со мной исключительно прекрасное и радостное, но в жизни так не бывает. Для начала он спросил, причисляю ли я Вас, Андрей, к числу своих близких. Услышав утвердительный ответ, Михаил заявил, что и он полон дружеских чувств к Вам, и крайне расстроен последними событиями. Моё удивление Господин Михаил воспринял, как должное, и доверительно сообщил, что и сам не сразу осознал всю опасность происходящего. По его собственным словам, он посещал с Вами какие-то злачные места, где познакомился с очень опасными людьми. В частности, Михаил упоминал некоего Банщика, с которым Вы близко сошлись в последнее время. Этот Банщик и его компания, оказывается, безусловно криминальные и крайне агрессивные люди. Господин Михаил утверждал, что пытался предупредить Вас об опасности, но Вы ведёте себя чрезвычайно легкомысленно в последнее время и даже слушать его не захотели. И вот теперь он, как друг, и я, как близкий человек, просто обязаны помочь Вам выбраться из этого критического положения…

— Чушь! — вырвалось у Андрея, обещавшего себе выслушать женщину молча.

— Я, разумеется, сказала, что готова помочь Вам в трудную минуту, — словно и не слыша мужчину, продолжила Елена, — Михаил страшно обрадовался, открыл ещё одну бутылку вина, чтобы выпить за прекрасные дружеские и близкие отношения между людьми… Я, конечно, интересовалась, чем именно могу Вам помочь? Он отвечал, что собирает полную информацию о Банщике и его людях, а мне надлежит внимательно наблюдать за Вашими отношениями с людьми на студии и не только… Вполне вероятно, что некоторые из них могут быть причастны к преступному миру. О любом инциденте Михаил просил немедленно докладывать ему, а раз в неделю встречаться, обсуждать ситуацию и план действий. Но главное — позаботиться о собственной безопасности. Михаил недоумевал, как Вы могли втянуть меня в эту историю? Я отвечала, что тихо работаю на студии, но он настойчиво утверждал, что неведомые мне опасности гораздо серьёзнее, чем я могу предположить. Господин Михаил как-то незаметно перевёл разговор на меня и себя, убеждая, что только он один в силах уберечь такую женщину от беды. Я отвечала, что до сих пор вполне обходилась собственными силами и Вашей помощью, но Михаил уверял, что Вы сейчас не вполне понимаете, кому следует доверять и помогать. «Многочисленные женщины, которые окружают Андрея, пользуются им, — говорил он, — Некоторые, по большой вероятности, находясь в преступном сообществе, завлекая его своей красотой и обаянием, преследуют свои цели… И уж, конечно, всеми силами пытаются разлучить Андрея с теми, кому он действительно дорог!»

— «Козёл!» — выругался Андрей про себя, наблюдая, как лицо Елены покрывается красными пятнами.

— Возможно, эти слова на меня подействовали или я просто устала и разнервничалась, но последние силы и выдержка покинули меня, — продолжала она, — Я разревелась… Михаил бросился успокаивать меня, подливал вина, твердил, что мне нужно отдохнуть и расслабился… В общем, я даже не помню сейчас, как оказалась в постели…

— Ты хочешь сказать, что он изнасиловал тебя? — впадая в ступор, спросил Андрей.

— Нет, это не то, — печально покачала головой Елена, — Не исключено, что он подмешал что-то в вино, пока я выходила в туалетную комнату… Мне было не по себе, голова раскалывалась… Помню только, что слова Михаила поначалу действовали успокаивающе… Он всё твердил о моей красоте и исключительности, потом повёл меня в спальню и ласково уговаривал прилечь и отдохнуть. Даже его прикосновения не казались излишними… Тебя ведь тоже ласкали в это время женские руки… Когда всё стало мне противно, было уже поздно… Хорошо ещё, что кончилось быстро…

— Это всё? — спросил Андрей после очень долгой паузы.

— Нет, — убитым голосом ответила женщина, — После… этого… Господин Михаил сразу перешёл на «ты» и на деловой тон, заявил, что я должна впредь являться к нему по вызову, тщательно выполнять его рекомендации и… вести себя с тобой, будто ничего не произошло…

— Изумительно! — хрипло проговорил Андрей без всяких эмоций в голосе…

— Что теперь будет? — тихо спросила Елена после ещё одной долгой паузы, — Что мне делать теперь?

— Идти работать, я полагаю, — мрачно ответил мужчина, — Или ты предпочитаешь уволиться?

— Что?! Что ты такое говоришь? — схватилась за голову женщина, — Тебе всё равно?.. Вам наплевать, Господин?

— Я давно тебе всё сказал… Что ты хочешь ещё от меня услышать, Леночка?! — делая над собой страшное усилие, спокойно проговорил Андрей, но тут его прорвало: — Что я не терплю дур?! Что ты мне казалась умной женщиной? Не то?! Хорошо, тогда радуйся — у тебя есть Господин Андрей, который ценит тебя и не откажется от своих слов, даже если ты… Опять не то?! Но у тебя теперь есть ещё и Господин Михаил, единственный, кто в силах защитить тебя от всяческого зла, включая Господина Андрея! Ты вполне в состоянии выполнять его требования. Живи себе с Аоки, работай на студии, приглядывай за Андреем и его друзьями, докладывай о них Михаилу и трахайся с ним раз в неделю, чаще не потребуется, ручаюсь! И это тоже не то?! Что же ты хочешь услышать от меня, Леночка?!

— Спасибо, Андрей! Я всё услышала! — неожиданно просветлённо произнесла Лена, глядя в глаза ошеломлённого мужчины, — Я тебе не безразлична! Остальное не имеет значения…

— Выпороть бы тебя, как следует, солдатским ремнём! — в сердцах воскликнул Андрей, залпом допил содержимое стакана и пошёл к холодильнику за новой порцией.

— Это верно, это не помешает, — кивнула женщина, утирая руками неожиданно закапавшие на щёки слёзы.

— Прекрати реветь! Я не могу так…

— Не буду, — грустно улыбнулась она, — Но что дальше, после ремня?

— После ремня ты бы отлёживалась пару дней… на животе! — притворно зарычал мужчина, и вдруг без всякого притворства бессильно завыл волком и шарахнул кулаком по кухонной столешнице. Елена подскочила на стуле и глаза её округлились. Андрей больно укусил себя за кисть руки и через несколько секунд продолжил: — А после… я бы посоветовал тебе стать рабыней… бесправной и покорной рабыней Господина Андрея.

— Я даже не смела думать об этом после всего, что произошло…

— А ты подумай, мадам Служитель 1-го ранга!

— Мадам Служитель?.. Да, требуется моё согласие… — задумалась женщина и вдруг улыбнулась, — А если не соглашусь?

— В принципе, таких глупых и ревнивых баб следует делать рабынями насильно! — невесело усмехнулся мужчина.

— О, это выход! — улыбнулась в ответ Елена, — Прости меня, глупую, ревнивую и беспутную бабу! И сделай своей рабыней принудительно…

— Нет, Лена, так не выйдет, — серьёзно ответил Андрей, — Ты должна подумать и определиться сама, хотя бы потому, что я не позволю рабыне, как бы нежно к ней не относился, вести себя так, как ведёшь себя ты в последнее время… А простить? Прощу, конечно, потому, что отношусь к тебе, как… к очень близкой женщине… Прощу, но не сейчас… Сейчас нет сил даже думать об этом… И не забуду, не надейся! Потому что, когда так относишься к человеку, помнишь и самое хорошее, и самое больное…

Провожая Елену в главное здание студии, Андрей сдержал порыв поцеловать притихшую женщину и только пожал её руку, получив горячее пожатие в ответ. Через полчаса на такси приехала Эмма, чтобы сесть за руль «Мерседеса» и отвезти принявшего изрядную дозу алкоголя Господина в отель. Катрина уже занималась подготовкой ванны для Андрея, наводя пену с какими-то особенными ингредиентами. Его девчонки всегда знали, что особенно нужно Андрею, вызывая удивление и благодарность мужчины. Сегодня водные процедуры успокаивали и восстанавливали силы, Катрина сидела рядом и несла весёлую чепуху. Андрея потянуло на шалости, и вскоре уже мокрые с головы до пят Эмма и Катрина с хохотом плюхнулись к нему в воду… Обедали неспешно и с удовольствием. На десерт раздался телефонный звонок.

— Прошу прощения за беспокойство, Господин Андрей! — услышал мужчина голос Елены, — Но у меня важный вопрос.

— Здравствуй, Лена! Вопрос по работе?

— Скорее личный… Я упустила серьёзную деталь в грядущих событиях, — голос женщины звучал спокойно и, это порадовало Андрея, хотя и подмывало ёрнически заявить, что по личным вопросам он принимает по четвергам.

— Серьёзные вопросы нежелательно обсуждать по телефону, — произнёс он, — Давай поговорим завтра на студии?

— Завтрашний день Изабелла объявила выходным для тех, кто не занят монтажом «Двойного одиночества». Я хотела побыть дома…

— Ещё лучше!

— Вы приедете к нам? — обрадованно удивилась женщина.

— Непременно, если получу приглашение!

— Вы приглашены на сто лет вперёд! Приезжайте в любое время, мы будем ждать! — теперь уже откровенно радовалась Елена.

— Вот и хорошо, тогда и обсудим все вопросы…

Андрей с радостью отбросил тяжкую тему до завтрашнего дня, в чём ему прекрасно помогли Катрина и Эмма. С ними он обсудил важные дела, касающиеся только их троих, и творческие планы студии, поговорил о прозе и поэзии, даже о живописи, глядя на дракона, обвивающего обреченный град на полотне Рериха, висевшем над диваном в гостиной. Впрочем, и для шуток и шалостей времени хватило… Уснули под утро, проснулись в полдень. И только после двух часов дня Андрей засобирался в гости.

Встречали его, как всегда, радушно. Впрочем, появились нюансы. Аоки вместо кимоно надела маленькое чёрное платье, с которым прекрасно смотрелся шейный ремешок с чёрной жемчужиной. Девушка смотрела на Андрея горящими глазами, не слыша возражений, надевала на ноги Господина домашние тапочки и традиционным японским поклоном приглашала в гостиную. Тщательно причёсанная, но без грамма косметики на лице, Елена тоже встречала гостя в чёрном платье, которое неприятно контрастировало с бледным лицом. Андрей, которому не нравилось, когда Лена надевала чёрное со дня их знакомства, так явно поморщился, что женщина слабо усмехнулась, вздохнула и пошла переодеваться… Обстановка быстро разрядилась, возможно потому, что новое лёгкое платье Елены жемчужного цвета с крупными фиолетовыми цветами понравилось всем и улучшило настроение. Андрей поймал себя на мысли, что отсутствие косметики на лице Лены в домашней обстановке только красит её, делает лицо женщины мягче, милее и добрее. Условившись устроить через пару часов ранний ужин, Андрей с Еленой оставили Аоки внизу, а сами поднялись на второй этаж, чтобы тихо обсудить свои проблемы.

— Какие детали мы с тобой упустили во вчерашнем разговоре? — наконец спросил мужчина, усаживаясь в кресло.

— Собственно, деталь одна, — тихо ответила Лена, опускаясь в кресло напротив, — Но важная очень… Что мне делать, если позвонит Михаил и вызовет на встречу?

— Одно из двух — либо ехать, либо нет. Леночка, это не я должен решать! — негромко, но горячо ответил Андрей.

— Но если я поеду, он снова… — побледнела женщина, — А если нет… Михаил найдёт других людей, чтобы собирать информацию о Вас!

— Так ты у нас агент 001, единственный и неповторимый? — криво усмехнулся мужчина, — Думаешь, ты одна такая у этого красавчика?

— Вы хотите сказать, что есть и другие? — охнула Елена.

— Конечно, имеются, — кивнул Андрей и поведал ей свои мысли, — Михаила, как я думаю, вряд ли интересуют мои поиски, даже если он и догадывается о них… Ему не дают покоя мои возможности. Идея студии оказалась удачной и прибыльной, что для Миши особенно важно и… неприятно. У нас на студии собралась отличная команда, открылись широкие перспективы, а мои возможности позволили быстро расширить бизнес и сферу влияния… Михаилу банально не нравится, что студия «Альфа» превращается в империю без его участия. Впрочем, он вовсе не желает работать для процветания студии. Миша элементарно ревнует! Он жаждет власти… ну и участия в дележе прибыли, как в проекте Банщика. Да-да, наш Господин Вершитель знает этого типа гораздо дольше меня и давно имеет с ним общие делишки и свой процент с выручки… Но сейчас, когда «баня» на «Куртизанской» стала лишь частью растущего бизнеса, Михаилу захотелось большего.

— Откуда Вы это знаете? — женщина смотрела на Андрея во все глаза.

— Из разных источников, — неопределённо ответил мужчина и добавил, — Михаил сам намекал мне о желании участвовать. Вопрос в чём?.. На определённом этапе я не отказывался от помощи, даже нуждался в ней… Но в отличие от других, помогать нашей студии ему быстро надоело…

Андрей вспомнил о своём визите к официантке Дине в отель «Мумии и жести», давшей ему много пищи для размышлений и повлиявшей на развитие проекта студии… Дина сильно обрадовалась тогда его звонку и желанию приехать. Некоторые её соседи по гостинице явно были осведомлены о визите важного гостя к женщине, и наблюдали за подъехавшим дорогим автомобилем и выходящим из него Господином из окон здания. В вестибюле отеля к нему навстречу бросился портье и проводил Андрея до дверей номера Дины. Несмотря на то, что ковровая дорожка в коридоре скрадывала звук шагов, дверь распахнулась, как только Андрей подошёл к ней. Женщина встречала его в недорогом, но эффектном коротком вечернем платье коричневых тонов. Смазливое личико Дины украшала немного чрезмерная боевая раскраска, тщательно уложенные волосы и блестящие серёжки в ушах… Номер оказался небольшим, но уютным — гостиная и смежная с ней небольшая спальня, маленькая ухоженная кухня и раздельный санузел. Стол в гостиной был уже накрыт, скромно, но со вкусом. Андрей добавил столу нескромности, достав её из недр своего портфеля, чем несказанно обрадовал хозяйку. Перед ужином, осматривая номер, мужчина незаметно сканировал помещение маленьким приборчиком, выданным ему Иваном и лежащим в кармане вельветового пиджака. Никаких посторонних устройств в помещении обнаружить не удалось, что весьма порадовало гостя.

— Спасибо за электрошокер, Дина! Он мне пригодился в общении с Гвоздём и его несимпатичным дружком, — улыбнулся женщине Андрей, начиная разговор за ужином, — Могу вернуть тебе его немедленно…

— Я же говорила, что Вы — герой! Мой Герой! — очаровательно улыбнулась Дина, — И пусть этот приборчик останется у Вас и напоминает о скромной официантке, Вашей поклоннице, Господин Альфа!

— Андрей — так зовут меня близкие, — поправил её мужчина, — Надеюсь, и ты будешь называть меня так же…

— О, спасибо, Господин Андрей! — горячо воскликнула женщина и подняла бокал, — Я оправдаю Ваше доверие…

За ужином Дина рассказала ему о нравах Банщика, организации бизнеса в «сауне», тёмных делишках и его связи с Господином Фоксом. Со слов женщины получалось, что Банщик постоянно промышлял коммерцией в полукриминальных кругах, наживался на нелегальной работорговле, а также нашёл в катакомбах склад военного обмундирования и оружия, который втихую использовал для «Охоты». Продавать содержимое склада он даже не пытался, риск превышал возможную прибыль. Тёмные делишки Банщика прикрывал Фокс, то есть Михаил, раздосадованный ныне большими планами Андрея и потерей своего влияния. Кроме того, Господин Фокс использовал элитное заведение на «Куртизанской» для сбора информации о его посетителях, и помогал ему в этом Банщик. Информацию же о самом Банщике Михаилу поставляли люди из персонала «сауны», в том числе и Дина.

— Господин Фокс однажды поставил меня перед выбором: либо я выполняю его указания, либо не задержусь в заведении Банщика и окажусь… — рассказывала женщина, — В общем, он серьёзно угрожал мне!

— Понимаю, — кивнул Андрей, — И что сделала ты?

— Я согласилась на его условия и… немедленно рассказала об этом Банщику, — внимательно посмотрела на собеседника Дина и пожала плечами, — По крайней мере, отношение ко мне у этого толстяка сильно изменилось в лучшую сторону… Я передавала только то, что рекомендовал Банщик. Но последнее время, естественно, Фокса больше интересует Господин Альфа…

— И ты обратилась ко мне, — широко улыбнулся Андрей.

— Вы хотите сказать, что я — слуга двух Господ, а теперь мне и этого мало? — состроила кислую рожицу, а затем засмеялась женщина, — О, не думайте обо мне так плохо… Мне не нужны Ваши деньги, я хочу работать с Вами и зарабатывать сама!

— Как?

— Во-первых, Банщик с Вашей помощью начал активно обогащаться последнее время и страшно обленился. Я могла бы принять на себя большинство его обязанностей. У меня получится, а он вряд ли будет против, если мою кандидатуру в помощники управляющего, назовём это так, предложите Вы… Во-вторых, я могу помогать Вам и Вашему Ивану в организации ТВ-шоу и разведке новых территорий… В общем, я многое могу, если Вы не откажите мне!

— Тебе придётся заниматься и первым, и вторым, Дина, — ответил Андрей.

— Так Вы согласны, Господин? — радостно блеснула глазами женщина, — И поговорите с Банщиком?

— Да, завтра же, — быстро принял решение мужчина, — На этом месте нужен деятельный и ответственный человек. Почему не попробовать… Если получится, думаю, тебе уже не придётся наряжаться в официантку.

— Если только для Вас! — лукаво улыбнулась она, — Но как же с информацией для Господина Фокса?

— Как ты передаёшь её, детка?

— О, этот Господин обожает шпионские игры! — неожиданно покраснела Дина, — Он снимает номера всегда в разных отелях, приглашает по телефону своего «агента», то есть меня, на конспиративную встречу и…

— Тащит тебя в постель? — внимательно смотрел на женщину Андрей.

— Сначала так и было, — смущённо кивнула Дина, — Информацию я передавала ему после секса… Но Господин Фокс быстро остыл. Я подумала было, что чем-то не подхожу ему в интимном смысле. Это меня устраивало потому, что он и сам… скользкий какой-то и совсем не герой моего романа… Позже стало понятно, что ему почти всегда сложно по-настоящему возбудиться, и Фокс всё время ищет какой-нибудь новый фетиш для этого. С обычной женщиной, даже самой красивой, ему быстро становится скучно… Я наблюдала за ним в нашем заведении — Охотник он никакой, ему самому нужна Охотница и жёсткие отношения с ней…

— Понятно… Значит, будешь спокойно снабжать его почти достоверной информацией обо мне, Банщике и наших делах… А Банщику рассказывать о Фоксе и своём новом любовнике!

— То есть о Вас? — ахнула Дина и обольстительно улыбнулась, — Да Вы ещё большая лиса, чем сам Господин Фокс!

— Это вряд ли, — усмехнулся мужчина.

— Да… Вы излучаете тепло и вызываете доверие! Надеюсь, я в Вас не ошиблась, Господин Андрей, — искренне проговорила женщина, — Хотите перебраться в спальню, я покажу Вам свою постель, на которой давненько не было мужчины…

Минут через сорок разговор продолжился в постели. Но сначала Андрей подарил женщине шикарный и страшно сексуальный красный шёлковый комбидрес. Дина охнула от восторга и тут же бросилась его примерять. К радости мужчины, обновка пришлась ей впору и очень к лицу.

— Послушай, детка! — сказал Андрей, когда женщина щедро наградила его поцелуями и прижалась красным шёлком к телу мужчины, — Я понимаю, что ты хорошо знаешь людей, работающих у Банщика. Расскажи мне о них… Тебе, безусловно, понадобятся надёжные помощники.

— Конечно, Господин! — с готовностью заговорила Дина, — До Вашего появления у нас работали три официантки, включая меня, три палача и врач с медсёстрами. Одна из официанток — моя подруга, вторая новенькая, я ей не доверяю. Был отличный парень, палач, но он чем-то не угодил Банщику или Господину Фоксу, его совсем недавно заменили женщиной…

— Той, которая после нашей Охоты осталась с Фоксом? — улыбнулся мужчина.

— Нет, о ней я расскажу отдельно… А эта очень горячая, высокая, с прекрасной фигурой, но я никогда не видела её лица! Понятно, что палачи обычно ходят в колпаках, но после работы, среди своих, они их снимают… Эта — нет, я даже имени её не знаю. По-моему, её прислал Господин Фокс… Кстати, в связи с расширением заведения идёт набор нового персонала, и занимается этим тоже знакомый Вам Господин, насколько мне известно!

— Знаю, — кивнул Андрей, — Это согласовывалось со мной, я этот процесс контролирую. Но вот о новой женщине-палаче мне ничего не известно, любопытная история… Однако расскажи мне о докторе и двух оставшихся палачах.

— Доктор — тоже скользкий тип, человек Банщика. Медсестёр он приглашает сам. Некоторые бывают часто. Одну из них Вы забрали, к сожалению. Ларисе я доверяла… Слышала, она прекрасно себя чувствует на Вашей студии?

— Да, ей нравится. И меня её отношение к делу устраивает полностью.

— Очень рада, — улыбнулась Дина, — Есть там ещё одна хорошая медсестра, на которую можно положиться… Но главное — двое палачей, мужчина и женщина. Софья (она и была тогда с Господином Фоксом) — моя лучшая подруга, Александр — её приятель. Он высокий, физически сильный мужчина, а при ней словно мельчает и, порой, становится жалким. Саша предан Соне целиком и полностью. Она, на мой взгляд, пользуется им бессовестно, и не задумываясь, но добра к нему при этом. Вероятно, Александр — тоже не герой её романа, однако, в нашей жизни нельзя разбрасываться хорошими людьми, которые заинтересованы в нас…

— Насколько я понял, — заговорил Андрей, — в своей работе ты хочешь опираться на Софью, в первую очередь?

— Да, Господин! — горячо ответила женщина, — Думаю, она способна на большее, чем роль палача в заведении Банщика…

— Возможно, — пожал плечами мужчина и улыбнулся, — Я совсем её не знаю, помню только силуэт в капюшоне.

— Хотите, я Вас с ней познакомлю? — предложила Дина, — Думаю, она сможет рассказать Вам много интересного и нового о Банщике или Господине Фоксе, например…

— Прямо сейчас? — усмехнулся Андрей.

— Конечно! Она живёт в соседнем номере… — вскочила с постели женщина и быстро накинула лёгкий халатик на свой новый комбидрес, — И будет очень рада встретиться с Вами!

Дина убежала к соседке. Мужчина решил, что знакомиться голышом несколько претенциозно и оделся, оставив только светло-коричневый вельветовый пиджак висеть на спинке стула. Андрей налил себе скотч в стакан со льдом и закурил. Через несколько минут входная дверь отворилась и в неё вошла женщина в красном костюме палача. При ярком электрическом освещении гостиной, её плотная, но гармоничная фигура выглядела менее таинственной, но ещё более сексуальной, чем в катакомбах.

— Палача вызывали, Господин! — замогильным голосом спросила она, а за её спиной раздалось сдержанное хихиканье Дины.

— Вызывал! Здравствуйте, Софья! — весело улыбнулся мужчина, — Какие напитки предпочитаете в это время суток?

— Здравствуйте, Господин! — ответила женщина уже своим обычным голосом, приятно удивившем бархатистой интонацией, и сняла с головы капюшон, — Только не говорите со мной на «Вы», это мне не по чину!

— Видите ли, Софья, когда я знакомлюсь с женщиной свободно и не по службе, то предпочитаю обращение на «Вы» по крайней мере, до первого брудершафта, — продолжая улыбаться, пояснил Андрей. Соня оказалась приятной брюнеткой с широким мягким лицом, на котором выделялись большие выразительные глаза, красивая линия прямого носа и уютный подбородок.

— В таком случае, я вынуждена выпить с Вами коньяку на брудершафт, Господин! — смело заявила женщина и подошла к столу.

Мужчина наполнил рюмки, они чокнулись с Диной, а затем он подошёл к Софье и переплёл с ней руки. После того, как коньяк был выпит, Андрей выдержал паузу, глядя женщине в глаза, и легко поцеловал её довольно тонкие, но сочные губы.

— Не так! — вдруг произнесла Соня и крепким продолжительным поцелуем закрепила знакомство.

— Да, теперь лучше, — хитро улыбнувшись уголками глаз, согласился мужчина, — Думаю, дамам следует присесть за стол!

— Только после Вас! — воскликнула Дина, неожиданно почувствовавшая себя лишней в собственном номере отеля.

Впрочем, Андрей быстро разрядил атмосферу новой порцией коньяка и тостом «за милых дам». Потёк ровный и лёгкий разговор ни о чём, позволявший спокойно наслаждаться едой и напитками. Однако такой разговор Андрею быстро наскучил.

— Я собираюсь содействовать продвижению Дины по службе, — произнёс он, — Что ты думаешь об этом, Софья?

— Я буду только рада…

— Рада и всё? — потребовал уточнения Андрей, — Уверен, что ей не обойтись без твоей помощи!

— Разумеется, я помогу своей подруге, чем смогу, — серьёзно ответила Соня, — Но я всего лишь палач в увеселительном заведении Банщика…

— Не только! — громогласно заявила быстро и сильно захмелевшая Дина.

— Действительно! — кисло усмехнулась Софья, — Однажды я изображала настоящего палача, помогая Господину Фоксу!

— Вот как? — удивился Андрей, — Ты так легко рассказываешь мне об участии в его служебных делах?

— Простите, Господин Вершитель! — слегка побледнела женщина, — Но я уверена, что Вам можно это слышать… К тому же, зная мою напившуюся сейчас подругу, я готова Вам доверять…

— В заведении Банщика я — Господин Альфа. Для твоей подруги и для тебя теперь моё имя — Андрей, — спокойно произнёс мужчина, пристально глядя Соне в глаза, — И уж если начала о Михаиле, то есть о Фоксе — продолжай!

— Собственно, и рассказывать особенно нечего. После той Охоты с Вами, когда Господин Фокс вызвал меня в комнату отдыха, он заявил, что я скоро понадоблюсь ему для важного дела. Возможно, ему понравилось, как женщина-палач стегает плёточкой его попку… Надеюсь, Вас не шокируют такие интимные подробности?

— Уже нет…

— И правильно… Извините, Господин Андрей, но у меня складывается впечатление, что большинство Вершителей зажрались до такой степени, что почти ни на что не способны!

— Ах, простите меня… — тихо проговорила Дина, выпив ещё одну рюмку, — Я напилась и хочу спать!..

— Софья, твоя манера говорить вызывает двоякое впечатление, — заметил мужчина, после того, как женщины удалились в спальню, и через пару минут Соня вернулась в гостиную.

— Простите ещё раз! — ответила она, — Дина очень много говорила мне о Вас в последнее время, а посмотрев в Ваши глаза я… Давайте выпьем?

— Давай! — Андрей налил и они выпили ещё по рюмке коньяку, — Я понимаю, что ты не говоришь так со всеми, но… Либо мне следует поверить в искренний порыв, либо ты — дура…

— Я не дура… Просто наболело! Все последние Охоты — одно недоразумение… Охотники выдыхаются через десять минут, палачи сами приводят им жертву, сами её показательно наказывают… Да ещё и, как этот Фокс, без всякой надобности до смерти!.. У Вас хоть по-мужски получилось: хорошая охота, сами без палача справились, сами и наказали, только…

— Только что?

— Наказали жестоко, по-моему…

— Так было надо…

— Зачем? — удивилась Софья.

— Теперь «жертва» спокойно и плодотворно работает у меня на студии, — прямо ответил Андрей.

— Правда? — заулыбалась женщина, — Тогда понятно! Тогда я согласна помогать не только Дине, но и Вам!

— Возможно, так оно и случится, — грустно улыбнулся мужчина, — Когда узнаю тебя поближе…

— До какой степени ближе? — улыбаясь одними глазами, спросила Соня, выдержав паузу.

— Я никогда не ограничиваю общение какими-то рамками заранее и не терплю табу, — серьёзно ответил Андрей.

— Вот это мне по сердцу, — прямо ответила женщина.

— Ну и хорошо… Так что там с Фоксом?

— Ах, этот бред… Не мне обсуждать методы работы Вершителей, этих Господ я обычно вижу на отдыхе… Но Господин Фокс, по-моему, не мог уговорить Сошедшую…

— Как ты её назвала? Сошедшая? Любопытно… Так что он там не мог?

— Не давала она ему без посторонней помощи, по-моему… Очень приличная на первый взгляд женщина, красивая очень… Когда я вошла в костюме с капюшоном, она страшно испугалась и сразу дала ему всё, что он хотел, вот и вся история.

— М-да…

— Вы же не так работаете, Господин Андрей?

— Я не знаю, как об этом рассказывать, Софья! И не хочу! — твёрдо ответил мужчина, — Если доведётся поработать со мной — узнаешь…

— Когда?

— Что когда? Когда я тебя позову… на подмогу?

— Да, глупый вопрос… Но когда Дина пойдёт на… повышение?

— Завтра, я думаю…

— А я?

— Ты хочешь пойти… за ней? — улыбнулся мужчина.

— Пока нет, — серьёзно ответила Соня, — Я хочу разобраться, что происходит, Господин Андрей! И мне очень хотелось бы знать о Ваших намерениях…

— Относительно тебя? Я всё уже сказал… Мне важно, чтобы ты поддержала Дину, это раз. А развитие наших отношений возможно, когда мы узнаем друг друга ближе…

— Скоро? — спрашивала она уже на пороге номера, провожая мужчину. Он улыбнулся, поцеловал её в губы и кивнул. Тогда Софья притянула его к себе и простилась с ним долгим поцелуем…

— Так вот, — очнувшись от воспоминаний, продолжил Андрей, — У твоего Господина Михаила имеется целая сеть осведомителей!

— Никакой он не мой! — возмутилась Елена.

— Но твоя история меня… ранила, — признался мужчина, — А из моих ближних у него не существовало… тайных информаторов…

— Вот именно, — уронила голову на руки женщина, — Я знаю, что мне нет прощения, но… Что же теперь делать?

— Я уже говорил тебе, Лена, что можно оставить всё, как есть…

— Но я не хочу, чтобы он до меня дотрагивался никогда более! Это было помешательство моё, — закричала Елена в голос, — Сделайте что-нибудь со мной, Господин! Или прикажите отдаваться ему!

— Ты и в самом деле считаешь, что я могу такое приказать? — едва сдерживаясь, чтобы не выругаться, спросил Андрей, — Какая прелесть…

— Нет-нет… Прости меня, пожалуйста! — взмолилась женщина и сжала его руку, — Если я стану твоей рабыней, он же не сможет меня тронуть, да?

— Никто не сможет…

— Тогда сделай это немедленно!

— Не хочу, — совершенно искренне ответил мужчина.

— Почему?! — изумилась Елена, — Я тебе противна?

— Нет, — тихо произнёс он, — Просто это — не пыль с башмаков вытереть и не в суп плюнуть! Такие вещи решают с холодной головой… Ты же рассудительная женщина со своим жизненным опытом и планами на будущее… В конце концов, к таким поступкам готовятся, спроси у Аоки!

— Значит, ей, всё-таки, было больно?

— Нет, Леночка, ей было хорошо, и мне тоже, — улыбнулся и снова посуровел мужчина, — Но дались нам некоторые шаги не просто…

— Кажется, я поняла, — прошептала Елена и принялась целовать его руки, — Но если он позвонит, Андрей?

— Если он позвонит сегодня, то ты скажешь, что у тебя срочная работа, и я тебя никуда не отпускаю, а завтра… — ответил мужчина, отнимания у неё свои руки, — Что будет завтра, зависит от тебя.

— Значит, если я подготовлюсь, то завтра ты сделаешь это?! А сегодня останешься со мной?

— Останусь, Лена… Что же касается кардинального изменения твоего статуса… Скажу честно: я и представить себе не мог, что буду всерьёз думать о тебе, как о рабыне. Однако, если другого выхода нет, я пойду на этот шаг… Но принимать окончательное решение и готовить себя ты должна сама!

— Я поняла… Но Аоки подскажет мне? А ты будешь рядом?

— Аоки подскажет. Я буду недалеко… Но спать сегодня ночью я буду со своей рабыней.

— С Аоки? — Елена подняла на мужчину ясные глаза полные слёз, — Да, Господин… Я могу попросить Вас?

— Да, слушаю тебя, Лена.

— Я решилась… Пусть будет самый простой ошейник… И, главное, пусть Аоки будет присутствовать во время…

— Ты хочешь, чтобы она помогала тебе во время Ритуала?

— Нет… Пусть она помогает Вам… Аоки мудрее меня и лучше… Она поняла Вас и себя… Она приняла Вас, как своего Господина, потому, что смерила гордыню и увидела свет в Ваших глазах… А мне должно быть больно и стыдно! Пожалуйста, сделайте так, чтобы мне было больно и стыдно, Господин! — умоляла Андрея женщина, снова хватая его руки и целуя их, — Я знаю, Вы поймёте и объясните ей, что надо именно так…

— Не знаю, так ли ты виновата, как хочешь наказать себя, но… Пусть будет по-твоему, Лена, — после раздумья ответил мужчина, — Ритуал через сутки в полночь.

— Спасибо, Господин! — женщина взглянула на него с благодарностью высохшими глазами.

За ужином Аоки съедала глазами ушедшую в себя Госпожу, припухшее лицо которой выдавало её переживания и опасения. Елена ела мало, выпила залпом рюмку водки и сразу после чашки зелёного чая на десерт, поднялась к себе. Андрей, напротив, ужинал плотно и неспешно, словно в раздумьях. Закончившая трапезу Аоки подкладывала и подливала Господину, терпеливо ожидая удобного момента для своих вопросов. Такая возможность представилась, когда Андрей поблагодарил девушку за вкусный ужин и закурил.

— Что происходит с Госпожой Еленой? — тихо спросила она, — Я переживаю, мой Господин!

— Постарайся сохранять спокойствие, Аоки, — мужчина поднял взгляд на японку, — Твоя Госпожа готовится…

— Готовится?.. Стать… Вашей рабыней?! — с мистическим страхом переспросила девушка, не дождавшись окончания фразы Андреем.

— Да, — без всякого удовольствия подтвердил мужчина, — Но о подробностях я поговорю с тобой немного позже… перед сном…

— Вы останетесь у нас на ночь? — лицо Аоки просветлело, — Это очень хорошо, Господин! Так нам будет спокойнее… Зовите меня в любое время, когда захотите поговорить!

— Нет, маленькая… Разговаривать мы будем в твоей постели.

— Ах… Хай, — вырвалось у японки, тут же поклонившейся Андрею, — Мне жаль, что у моего Господина разлад с моей Госпожой, и он не желает её… Но я сделаю всё возможное, чтобы Господин обрёл тепло и наслаждение, покой и новые силы в моих объятьях.

— Именно так, милая… Именно так! — Андрей бросил на девушку благодарный взгляд и снова задумался, — Не желаю?.. Разве же в этом дело?..

Перед сном он зашёл к Елене. Женщина сидела на своей постели, скрестив ноги. Судя по взгляду, который она бросила на вошедшего мужчину, мысли Елены бродили в глубинах её сознания. Андрей отобрал у женщины её мобильник, отключил аппарат местной связи, поцеловал Елену в горячий лоб и пожелал спокойной ночи. Женщина закивала в ответ и благодарно, хоть и грустно, улыбнулась. Мужчина вернулся в гостиную и строго предупредил Аоки о возможных телефонных звонках. Предупреждение оказалось своевременным, не прошло и получаса, как городской телефон зазвонил.

— Алло, — своим тонким голоском ответила японка, — Госпожа Елена сейчас очень занята. Попробуйте связаться с ней завтра.

— Кто это был? — сумрачно спросил Андрей.

— Недовольный мужчина, он не представился, — с тревогой произнесла девушка… Минутой позже завибрировал мобильник Елены. Господин закурил, глядя на него. Вызывающий абонент был невежливо настойчив.

— Слушаю, — грозно произнёс в трубку Андрей.

— Кто это? — растерялся звонивший.

— Господин Андрей или Господин Альфа, как Вам больше нравится, Господин Михаил? — с недоброй усмешкой ответил он.

— Андрей, какая неожиданность, друг мой! — моментально изменился тон звонившего, — А у меня маленькое дельце к Елене…

— У меня тоже, Михаил, — иронично рассмеялся Андрей, — Но отнюдь не маленькое и довольно продолжительное…

— Интимного свойства, я полагаю?

— Совершенно верно, Вы на редкость догадливы!

— И продолжительное, говоришь? — плохо скрывая недовольство, спросил Куратор.

— Естественно, — развязано констатировал Андрей, — Во-первых, я слишком хорошо воспитан, чтобы общаться с прекрасными дамами впопыхах…

— Тем более что живёт Елена со своей маленькой подружкой в азиатском стиле! — ухмыльнулся Михаил.

— Точно! Именно поэтому я взял выходные и вернусь к делам только послезавтра…

— Ого! У тебя хороший аппетит, мой друг! — разочарованно произнёс Куратор, — Что же, не буду мешать вам… Желаю получить полнейшее удовлетворение тебе и твоим подругам!

— Спасибо! — коротко ответил Андрей и нажал «отбой». Аоки принесла стакан виски со льдом, он благодарно поцеловал девушку в щёку, а затем провёл рукой по её маленькой попке. Японка зарделась и… пошла в свою комнату стелить постель…

Глава 17

«Поправка Беллы»

Наступил последний съёмочный день трёхсерийной постановочной части теле-проекта «Охота», которая должна была стать презентацией еженедельного шоу в режиме реального времени. Идея Андрея состояла в том, чтобы на трёх телефильмах отработать возможные нюансы будущего шоу, его плюсы и минусы, отладить технологию съёмки и подачи материала в эфир. Студия «Альфа» уже заключила договор с местным ТВ о показе мини-сериала, с последующим анализом зрительского интереса, корректировкой проекта, если такая понадобится, и запуском шоу. Нынешние съёмки происходили теми же техническими средствами, что и будущие on-line. Усиливать эффект дополнительными камерами в гуще событий (Павел предлагал снять с рук некоторые планы) Андрей запретил. По его твёрдому убеждению будущая картинка ТВ-шоу обязана полностью соответствовать ожиданиям зрителя, посмотревшего презентационные серии. Главный оператор с доводами Хозяина студии согласился. «Может мы такие тупые, и Вам следует набрать штат потолковее, — улыбаясь, говорил он Андрею, — но уж слишком часто Вы оказываетесь правы, Господин Генеральный Продюсер!» Андрей улыбался и не спорил, но точно знал, что на его студии эффективность достигается за счёт коллективного разума, а он… просто вовремя вспоминает ключевые слова.

Перед началом съёмок в катакомбах подготовили помещение для съёмочного персонала, сердцем которого являлась большая комната, где стоял режиссёрский пульт с шестью мониторами, на которые приходило изображение с двадцати четырёх управляемых камер, тщательно спрятанных в лабиринте. Кроме того имелось три монитора (один запасной) для показа картинки из комнат Охотников и, разумеется, большой монитор режиссёра, переключаемый им по своему усмотрению. Андрей сомневался, следует ли привлекать к работе над «Охотой» Изабеллу, но та быстро убедила Хозяина, что самое сильное её воспоминание о катакомбах — это он сам. «То, что я помню об Охоте изнутри, только поможет в работе. Не беспокойся о моей психике, дорогой! — говорила она в приватной беседе с Андреем, — Впрочем, мне очень приятно твоё внимание… Самое лучшее лекарство для хорошего самочувствия — это интересная работа и… встречи с тобой. Вспоминай обо мне чаще, пожалуйста!»

Сегодня в режиссёрской собралась большая команда — Андрей, Изабелла, Павел, Иван, контролировавший всю технику проекта и технический персонал, его приятель звукорежиссёр Никита, а также Ольга и Сергей. Банщика интересовал готовый продукт и результат в денежном эквиваленте, а не процесс, и он ожидал Андрея в своих владениях для очередного «важного разговора»… На экранах монитора разгоралось тщательно спланированное действо. В третьей и последней серии два охотника, мужчина и женщина, выслеживали двух жертв — женщину и мужчину, соответственно. Поиск затруднялся меняющимся освещением, таинственными, а порой и леденящими кровь звуками, эффективность которых обеспечивали Иван и Никита, а также изобретательно спроектированным тем же Иваном и сооружённым его командой двухуровневым лабиринтом в полукруглом зале катакомб. Впрочем, мужчина-охотник обнаружил свою жертву-женщину довольно быстро, её пленение также не заняло у него много времени. Вскоре охотник волок упирающуюся добычу за волосы по коридору к своей комнате на расправу. В этот момент Никита довольно громко запустил в динамики коридора такой отвязный марш, что вздрогнули не только исполнители ролей, но и студийцы. Звукорежиссёр вопросительно посмотрел на Андрея и Изабеллу, те хмыкнули в унисон и одобрили неожиданный экспромт Никиты… Сцена образцово-показательного наказания женщины-жертвы охотником под мрачную, но весьма эротичную мелодию струнных инструментов никого по большому счёту сейчас не интересовала, этим занимался помощник Беллы. Всё внимание сфокусировалось на противоборстве женщины-охотника и мужчины-жертвы. По сценарию охотница не справлялась с делом сама и звала на помощь палача. Андрей знал, что в этой роли будет задействована Софья. Вдвоём у них дело пошло веселее, жертву вычислили и стали зажимать в угол упреждающими выстрелами, не экономя резиновые пули. В последний момент мужчина попытался спастись бегством, но через несколько шагов попал в удачно расставленный капкан. Кричащего «от боли» неудачника охотницы волоком затащили в большую нишу в дальней от входа части коридора, где бросили его на металлическую койку. Женщина-палач профессионально быстро приковала мужчину к койке и помогла охотнице надругаться над жертвой…

— Сколько у нас по хронометражу? — поинтересовался Андрей.

— Сорок восемь минут, — ответила Белла, — При монтаже добавим ещё восемь-девять плюс титры… Итого, ровно час экранного времени.

С титрами вышла отдельная история, которая забавляла Андрея. В Княжестве у людей не имелось официальных фамилий, за исключением рабов, которых называли по именам Хозяев. Так в титрах появились Изабелла Андреева, Ольга Андреева, Николай Андреев, Нира Андреева… Отчества тоже были не в ходу, но иногда появлялись отдельные буквы и даже слова после имени, истинное значение которых частенько понимали только близкие. Например, Наталья И. Андреева, Павел Четырёхглазый, Иван Комп, Никита Звучок… Судя по титрам, на студии процветала семейственность. Правда, «Глава семьи» не стремился к личной славе, но коллектив настоял. Так в титрах появилась строчка — «Генеральный Продюсер Господин Альфа». Вершителям не пристало афишировать собственное имя, но догадаться, что Альфа и Андрей — одно и то же лицо было несложно.

— Итак, три серии по одному часу, — констатировал Хозяин студии, — Снято!

— Ура! — раздался нестройный, но радостный хор голосов, — Это надо отметить!

— Не возражаю, — отозвался Андрей, вызвав дружное одобрение и аплодисменты, — Но ещё пару слов… Во-первых, с монтажом не тянуть. Через неделю — сдача мини-сериала на ТВ. Во-вторых, хорошенько обдумать грядущее шоу в режиме реального времени с учётом полученного опыта. Предварительная договорённость с ТВ — два часа эфира еженедельно. Необходимо его разложить на составляющие…

— И каким-то образом ограничить время Охоты, — вставил своё слово Иван.

— Это просто, — ответил Андрей.

— Как? — к нему повернулись все собравшиеся.

— Допустим, непосредственно Охота начинается через 15–20 минут после начала трансляции с представлением действующих лиц и должна закончиться за 30–40 минут до окончания эфира, чтобы показать столь привлекательное для зрителей эротическое истязание жертв, правильно?

— Да, Господин! — ответила за всех Изабелла, — Но нельзя же оставить Охоту незавершённой через полтора часа после начала передачи?

— Можно, — неожиданно для окружающих ответил Андрей, — Мы изменим правила… В момент появления Охотников в катакомбах включаем таймер. Он отсчитывает время Охоты в обратном порядке от одного часа до нуля. Если жертвы пленены досрочно, отсчёт заканчивается…

— А если на таймере появляется ноль, а Охота не закончена? — тихо спросила Ольга и затаила дыхание, как и все вокруг.

— Тогда побеждает жертва! — спокойно ответил Хозяин студии.

— Класс! Браво! — выдохнули слушатели.

— Это несколько уравнивает шансы, — проговорила Белла, когда шум стих.

— И привлечёт добровольцев не только на роль охотников, — заметил Павел.

— Только за получением сомнительной славы удачливой жертвы? — скептически отозвался Сергей.

— Отчего же? — взял слово Андрей, — Предприятие у нас коммерческое. Желающие попробовать себя в роли Охотников платят деньги, чтобы получить удовольствие и славу. Желающие изображать жертву могут, допустим, внести символическую плату, а в случае успеха (шансы на него, явно не велики!) получить значительное вознаграждение от организаторов шоу. Кроме того, здоровье любых добровольцев должно быть застраховано, как я думаю.

— Прекрасно! — восхитился Павел, — Я же говорил, что Вы — талантливый продюсер…

— Добровольцы — это, конечно, хорошо, — прекратила его славословия Изабелла, — Но на данный момент сто процентов «дичи», то есть жертв реальной Охоты — бывшие Испытуемые, для которых это действительно последний шанс. Что Вы предложите им, мой Господин, в случае победы? Свободу? Но это фикция…

— Я понимаю, о чём ты, милая! — Андрей взял нервно подрагивающую руку женщины, — Но давай попробуем спокойно разобраться… Сейчас реальная Охота у Банщика продолжается до пленения последней жертвы без ограничения времени, так? Что ожидает жертву после того, как Охотник насладится победой?

— В лучшем случае жертва станет рабом Охотника, — тихо, но твёрдо ответила Белла, гордо выпрямившись и пожав руку Господина. Окружающие тревожно зашевелились и притихли.

— Так и есть, — подтвердил Андрей, ответив женщине таким же горячим рукопожатием, — Но это случается крайне редко, да и Охотник непременно должен быть Вершителем… Что происходит в худшем случае?

— Жертва погибает или её передают Блюстителям… Но я не знаю, что хуже? — всё так же прямо и твёрдо, голосом, звучавшим набатом в полной тишине комнаты, отвечала Изабелла. Присутствующие подняли нервный гул.

— И я не знаю, но думаю, что это одно и то же, — ответил Андрей, и женщина вцепилась в его руку обеими своими руками, — Остаётся ещё один исход для жертвы, пережившей Охоту — её отпускают на свободу. Такое случается приблизительно в половине случаев, но для бывшего Испытуемого, использовавшего свой последний шанс, свобода — это смрадное болото, из которого он будет выбираться годами, и неизвестно выберется ли, так?

— Да, мой Господин! — уверенно кивнула Белла.

— Я предлагаю реальной, а не наёмной жертве в случае успеха другую свободу, — все замерли, Изабелла смотрела на Андрея горящими глазами, впившись ногтями в мужскую руку, а он делал вид, что не замечает этого, — После того, как на таймере появится ноль, не пленённая охотниками жертва получит не только свободу, но и неприкосновенность сроком на один год. Она (или он) сможет жить и работать среди нас, доказывая, что не только прошла Испытание кровью, искупив тем самым часть своей вины, но и благополучно адаптируется к нашему миру…

— А через год? — спросил Сергей.

— В течение года за таким человеком будут присматривать Блюстители чуть пристальнее, чем за другими людьми… Это всё, — заявил Андрей, — Через год все ограничения будут сняты… Несомненно, похожий путь должен появиться и у пленённой охотниками жертвы.

— Но его или её лицо смогут узнать, — произнёс Иван.

— Несомненно, человеку будет предоставлена на год тайна личности… А лицо? ТВ смотрят не все… В любом случае, через год ему никто не запретит изменение внешности…

— То, что Вы говорите, мой Господин, звучит фантастически, — Изабелла смотрела на Андрея глазами полными слёз, — Удастся ли Вам убедить власть имущих признать такие действия законными и разрешить их?

— Видишь ли, моя дорогая… Последние недели мне приходится время от времени изучать законы Княжества в связи с постоянным расширением и движением вперёд нашей студии, реализацией новых проектов. Хорошо ещё, что имеются толковые консультанты и замечательные помощники… Так вот, на днях появилась поправка к закону об Испытании и Испытуемых, известная теперь в юридических кругах, как «Поправка Беллы»…

— Что?! — закричала женщина и из золотисто-карих глаз её хлынули слёзы…

— Всё уже решено и разрешено… Всё признано правомерным, Белочка моя! — тихо улыбнулся Андрей.

Изабелла прыгнула на шею Андрея, буквально заливая его слезами радости, через несколько мгновений их обоих нежно обняла Ольга. Большинство из мужчин, присутствующих в комнате хорошо понимали, что происходит на их глазах и деликатно отворачивались, пожимали друг другу руки и объясняли несведущим детали события.

— Прошу Вашего внимания, дорогие студийцы! — через несколько минут громко проговорила Изабелла, утерев слёзы и потёкшую косметику с помощью Ольги, — От имени Господина Андрея объявляю остаток сегодняшнего дня праздничным и приглашаю всех вас через три часа в Дом у пруда на торжественный ужин!

— Маленькое уточнение! — широко улыбаясь, воскликнул Андрей, — Сейчас уже два часа дня, так вот… Завтра начинаем работу в 14:00. У нас ровно сутки, чтобы отпраздновать и отдохнуть! Через час начинаем пикник на острове, я приглашаю… А после этого плавно переходим к торжеству у нашего Главного режиссёра в Доме у пруда. Явка строго НЕобязательна!.. Но жду всех…

Присутствующие радостно загудели. Ольга поцеловала Господина в щёку и убежала руководить подготовкой пикника. Андрей с трудом оторвал от себя Беллу, принявшуюся при всех целовать ему руки, и что-то прошептал ей на ушко. Изабелла счастливо улыбнулась ему и под одобрительными взглядами мужчин отправилась в свой Дом у пруда… Андрей коротко переговорил со своим управляющим Сергеем и пошёл на беседу с таким сейчас несвоевременным Банщиком… Впрочем, разговор с ним оказался недолгим. Точнее, коротким и ёмким. Банщик, как обычно, доложил о своём вкладе в общее дело. Андрей выслушал, тщательно скрывая свой скепсис по этому поводу и, не вдаваясь в детали, рассказал об идее привлечения добровольцев. Лицо Банщика при мысли о появлении новой линии поступления денег, пусть и небольших, расплылось в улыбке. Вершитель поинтересовался, справляется ли с обязанностями управляющей бывшая официантка?

— Это была отличная идея, Господин Альфа! — радостно ответил толстяк, — У меня появилось масса времени для развл… для развития бизнеса… Дина прекрасная управляющая!

— Я очень рад, Банщик! — улыбнулся Андрей, — Ты понадобишься нам для больших дел!

— «Нам»? — удивился он.

— Мне и Господину Фоксу, разумеется!

— Да-да, конечно, — глазки толстяка забегали, — Господин Фокс — Ваш друг и всё такое, но мне показалось…

— Что такое?

— Буду с Вами предельно откровенен, Господин Альфа! Хотя бы потому, что моё благосостояние теперь напрямую зависит от Вашего, — покраснел от натуги Банщик, — У меня создаётся впечатление, что Господину Фоксу не очень нравится успешное и столь стремительное развитие нашего бизнеса…

— Да, ты прав… И поэтому ни к чему сообщать моему другу слишком многое из того, что испортит ему настроение, — с ледяной улыбкой произнёс Андрей.

— Именно это я и хотел сказать, — облегчённо вздохнул толстяк.

— Учти Банщик, пока ты откровенен и чист передо мной — мы в одной лодке, а значит, ты в полном шоколаде, — продолжил Вершитель, — Но если мне вдруг почудится, что кто-то играет со мной…

— О, да, Господин Альфа! Я глубоко признателен, что Вы закрываете глаза на мои… не совсем обычные операции с культистами и рабами… — преданно взглянул на Андрея толстяк.

— А также со складом в катакомбах, например… У меня достаточно полное досье… Важно, как я его использую!

— Откуда Вы… Ну да… Разумеется, Ваши люди рано или поздно должны были наткнуться… — побледнел Банщик, — Я всё понял, Господин Альфа, и отныне не только открыт перед Вами полностью, но и окажу любую посильную помощь в Вашей справедливой борьбе, как с недругами, так и с друзьями… Кроме того, предлагаю Вам пользоваться всевозможными услугами моих людей в любое время и без всякой компенсации… просто в знак моего уважения!

— С тобой приятно иметь дело, голубчик! — соврал Андрей и распрощался с Банщиком.

Он дошёл от «Куртизанской» до горбатого мостика пешком и очутился на острове. Там, в глубине, среди живописных руин бурлила жизнь. Мужчины под руководством Сергея расставили столы, женщины под командованием Ольги накрыли их скатёрками с нехитрой снедью. Бутерброды, салатики в контейнерах, мясные, рыбные и сырные нарезки, овощи и оливки, соленья и целая батарея разномастных бутылок с водой, соками и алкоголем. Для пикника — в самый раз! Надо сказать, что после того, как остров перешёл во владения Андрея, он быстро преобразился. Руины полуразрушенных зданий не трогали, но собрали и вывезли мусор, установили нужное количество электрических фонарей, расставили скамейки. Бассейн с внешней стороны острова оградили высокими пластиковыми щитами. На внешней стороне ограждения красовался вид острова в зелёных тонах, отчего казалось, что деревья там тоже зелёные. Присутствовал на ограждении и герб студии в виде стилизованной буквы»?». На внутренней стороне изображалась картина, которая казалась абстракцией для тех, кто никогда не видел воочию голубого неба с облаками или не помнил, что видел… Кроме Андрея, только Иван и Сергей знали, что и в недрах острова, спрятанных под руинами, велись работы, пока только разведывательные. Но это отдельная история…

Появление Хозяина студийцы встретили радостным гомоном и мигом расселись за столы. Людей собралось немало. Пришли все, кто был занят в съёмках мини-сериала, включая актёров. Андрей с удовольствием разглядел за столом Софью, которая, наконец, избавилась от своей униформы и надела джинсы, сиреневую блузку, а также изящный пиджачок из серо-синей кожи. Присутствовали Наталья с Ириной, ударно потрудившиеся над организацией застолья, и Коля с Нирой, занимавшиеся подготовкой последующей вечеринки в Доме у пруда. Пришли Елена с Аоки, окончательно перебравшиеся в замечательно украсивший территорию студии Японский домик. Пока разливали напитки и раскладывали закуски, подошла Изабелла, сверкая золотистой чешуёй сногсшибательного вечернего платья, подчёркивающего соблазнительность её точёной фигурки. С Беллой, занявшей место по левую руку от Андрея, пришла верная Лариса. Ждали только служанку и секретаршу Хозяина, для них оставили незанятыми два места справа от него.

— Друзья! — постучал столовым ножом по своей рюмке с водкой Андрей, поднимаясь со стула, и гул стих, — Пока до нас не доехали Катрина и Эмма, мне не хотелось бы приступать к главной теме нашего праздника по причине, о которой вы скоро узнаете… Но я хочу выпить за нашу студию, которая, чтобы не говорили, без вас не состоялась бы, не процветала и не развивалась… За вас, друзья!

— За нас с Вами, Господин Андрей! И не только потому, что без Вас ничего бы даже не началось, но и потому, что мы не дадим Вам отделиться от коллектива! — дополнил тост Сергей.

— Принято! — улыбнулся Хозяин студии. С шумом, криком и звоном студийцы выпили и зааплодировали друг другу…

Вскоре зазвонил мобильник Андрея, охранники просили подтвердить разрешение для въезда такси на территорию острова, которое немедленно и получили.

Через три минуты долгожданная пара изумительно красивых женщин выходила из автомобиля и усаживалась за стол. Мужчины, и не только, встречали их, не отрывая взгляда. Было на что посмотреть. Яркая рыженькая Катрина в ослепительном мини красного цвета и блондинка Эмма с осанкой королевы в длинном чёрном с белой отделкой вечернем платье составили серьёзную конкуренцию сверкающей золотом мулатке Изабелле.

— Штрафную! — крикнул кто-то из мужчин.

— Мы что-то пропустили? — сверкнула зубами Катя.

— Самую малость, — улыбнулся усаживающейся по правую руку от него девушке Андрей, снова поднялся со стула и призвал собрание ко вниманию, — Думаю дальше тост будет один и тот же — за прекрасных дам!

— Согласны! Не то слово! Слов, вообще, нет! — вразнобой ответили мужчины и некоторые из женщин…

— Но сначала о главной причине нашего торжества. Сегодня мы празднуем, гуляем и выпиваем в честь «Поправки Беллы»! — поднявший наполненную рюмку Андрей, прежде чем обвести взглядом всех присутствующих, взглянул на мулатку, и глаза женщины снова наполнились слезами, — Думаю, все уже знают суть происшедшего детально, а кто не знает, поясним в индивидуальном порядке… Это наша общая победа! Это прорыв, последствия которого с радостью почувствует каждый, пусть не сразу, но со временем непременно. Кем бы мы не были здесь по статусу — Исполнители и Служители, рабы и Вершители — каждый заметит изменения к лучшему. Да, сейчас это нелегко понять, но… Просто поверьте мне на слово!.. И пусть, волею судьбы, главная именинница у нас сегодня бесспорно прекрасная Изабелла, есть люди, без которых этот праздник не состоялся бы сегодня, а может быть и вовсе… Два человека, посвятившие последние несколько недель своей жизни такой непростой проблеме… Честно хочу сказать, я бы не осилил этот труд, а они смогли подготовить документ, который оставалось только подсунуть в нужные инстанции. Ни юридически, ни идеологически, ни формально не подкопаешься! И теперь, когда слышу о «Поправке Беллы», прежде, чем вспоминаю о тех, кому она позволит выжить и обрести свой новый путь, я думаю о двух прекрасных женщинах, двух скромных замечательных труженицах, создавших эту поправку и (Внимание!) назвавших её так, а не иначе… Я пью за «Поправку Беллы» и за её творцов — Эмму и Катрину!

Стол замер, а через секунду разразился шквалом, ураганом эмоций! Многие просто не верили своим глазам — две красотки, две распрекрасные рабыни Хозяина студии и… такое! Мужчины выпивали и забывали закусить, женщины охали и улыбались… Изабелла выпила залпом своё вино, налила в опустевший фужер водки, выпила и её, вскочила на ноги и… бросилась к Эмме и Катрине. Вскоре к ним подскочила Ольга… Объятья, поцелуи, слёзы, улыбки… Но больше всех поразили Андрея те, от кого не ожидал: Елена с Аоки подошли к Эмме и Катрине и прежде, чем целовать щёки, поцеловали их руки! Он понял, что его слова услышали, поняли и, самое главное, в них поверили…

Андрей решил не мешать эмоциональному шквалу, отошёл в сторону от стола с Сергеем. А потом вместе они подошли к актёрам, чтобы поблагодарить их за работу. Вероятно, те не привыкли к такому отношению и ответили, что готовы и впредь работать на студии «Альфа» даже бесплатно! Софья смотрела на Андрея очень внимательно и с нескрываемым волнением… С ней он поговорил позднее, когда действие переместилось ближе к бассейну. Купалось, правда, явное меньшинство. Кто-то, как водится, боялся, хотя никогда и не пробовал. Кто-то уже выпил лишнего… Весёлая, но ещё не пьяная Изабелла просто показала Андрею на своё платье, снимать которое ей сейчас решительно не хотелось. Зато Ольга голышом прыгнула в бассейн, как только туда нырнул Андрей. А потом Катрина с весёлым визгом скинула своё мини, под которым, к молчаливому удовлетворению Господина и многоголосному изумлению других мужчин, не оказалось нижнего белья, и бросилась догонять плывущих… Долго колебался Сергей, пока вылезающий на бортик Андрей, вроде бы случайно, неловким движением не столкнул его в голубоватую воду прямо в одежде.

Вытираясь полотенцем и не стыдясь своей наготы, Хозяин подошёл к Софье, стоящей чуть поодаль у скамейки.

— Ну, ты же не из пугливых, окунись!

— Страшновато, — улыбнулась она, — Да и купальника нет…

— Здесь, как видишь, купальник не нужен! — засмеялся Андрей и провёл мокрой рукой по тыльной стороне ладони женщины.

— А это зачем? — спросила она.

— Тест на совместимость, — улыбаясь, ответил мужчина и закурил.

— На совместимость с Вами?

— С водой… А может быть, и со мной! Интересная мысль, очень интересная… — покачал головой Андрей. В этот момент к нему подошёл мокрый до нитки и абсолютно счастливый, протрезвевший Сергей.

— Андрей!.. Господин Андрей! — поправился при посторонней управляющий, выглядевший помолодевшим лет на десять, — Это же чудо! А я-то дурак… Спасибо Вам, я теперь каждый день сюда!..

— То, что происходит у Вас — удивительно! — констатировала Софья, — Нигде в Княжестве не видела, а видела я немало, чтобы к людям так относились… Нет, чтобы люди так относились друг к другу!

— Это замечательный комплимент нашей компании! — благодарно кивнул Хозяин студии, — Ты можешь стать её частью, если захочешь…

— Ах, Господин Андрей! У Вас такие красивые женщины, — вздохнула Соня, — Называть их рабынями — язык не поворачивается…

— Не поворачивается — не называй! Красота имеет не только яркую, внешнюю сторону, но и внутреннюю, глубинную…

— Я сегодня имела возможность увидеть обе! — улыбаясь, искренне заявила женщина, — Остаётся только удивляться, что Вы находите время и возможность уделять внимание таким обыкновенным женщинам, как мы с Диной!

— Не нарывайся на комплимент, Софья! — рассмеялся Андрей.

— После того, что я здесь вижу… Вы, в самом деле, хотите ещё раз встретиться со мной… наедине? — она с вызовом посмотрела ему в глаза.

— Да.

— А я совсем не хочу… Вам отказывать! — очаровательно улыбнулась Соня, — Но мне хочется и помочь Вам в чём-нибудь необходимом… Когда Вы работаете… по долгу службы… Вам не потребуется женщина-палач?

— Хочешь сравнить меня с Михаилом? — усмехнулся мужчина.

— Любопытно немного… Но нет, уже не хочу сравнивать! — серьёзно произнесла Софья, — Зато желаю помочь и, может быть, побыть несколько часов вдвоём…

— Честно говоря, это не лучшее место для свидания, но если ты действительно хочешь…

— В любом случае, это лучше, чем в гостинице, — убеждённо проговорила она, — Да, было бы хорошо, чтобы Господин вызвал меня к себе…

— Вызвал? — испытующе посмотрел на Соню Андрей, — Ты хочешь, чтобы за тобой приехал специальный автомобиль?

— Но не с Блюстителями, а с обычными охранниками… Всё-таки я не преступница, чтобы Блюстители приезжали, правда? — глаза женщины неожиданно заблестели, — Как представлю, что за мной приезжает такая машина прямо на работу или в отель… Все вокруг шепчутся, делают вид, что сочувствуют, а на деле боятся… за себя! И мне самой тревожно и страшновато, хотя и знаю, кто вызывает… Ох, не смейтесь, но это меня заводит…

— Да ты, я смотрю, не прочь поиграть со мной? — не выдержал и рассмеялся мужчина, — Договорились. Это случится в ближайшее время, но когда точно — не скажу!

— Уже страшненько, — отозвалась Софья и незаметно сжала свой сосок.

— Покажи руку, — сменил тему Андрей, разглядывая кисть женщины, — Ну вот, тест пройден! А это что у тебя? Царапина?

Он выжал несколько капель чудесной воды из своих мокрых волос и нанёс их на яркую ранку, появившуюся на Сониной ладони после съёмок. Поймав вопросительный взгляд женщины, уклончиво ответил, что это ей не помешает, нужно только немного подождать… Когда через полчаса компания отправилась в Дом у пруда, а собравшаяся домой Софья подошла попрощаться, она с изумлением показала ему ладонь, на которой не осталось и следа царапины. Андрей широко улыбнулся и поцеловал женщину в щёку…

В доме Изабеллы пир продолжился. Остались тесная компания самых стойких: кто-то есть и пить уже не хотел, у кого-то, наоборот, после водных процедур разыгрался аппетит… Но веселились все! Иван с Никитой принесли гитары и наладили звуковую аппаратуру. Мужчины наперегонки старались пригласить красавиц на медленный танец, но получалось не очень. Эмма, например, танцевала только с Андреем, а подуставшие Елена и Аоки не танцевали совсем. Безудержно веселились и в быстрых, и медленных танцах только Катрина и Ольга, но и они решительно не позволяли кавалерам вольностей. Когда Никита попробовал положить руку Катрине на задницу, он немедленно схлопотал звонкую пощёчину и больше подходить к рыжеволосой бестии не решался. С другой стороны, скованные сначала Наталья, Ирина, Лариса и Нира, с течением времени осмелели, и веселились наравне со всеми. Коля, на удивление, предстал галантным кавалером, не давал грустить Наталье и следил, чтобы Нира не пила лишнего. Однажды она попыталась было выпить с Андреем на брудершафт и увести его в свободную комнату, но её резко отшила Белла, старавшаяся весь вечер находиться рядом с Хозяином студии. Гитарную музыку в исполнении Ивана и Никиты с удовольствием слушали все, жаль только текстов песен они помнили мало. Помогал, как мог Сергей, память которого хранила хорошие строки, но петь он стеснялся… И тут неожиданный фортель выкинул Андрей, который подошёл к гитаристам и о чём-то с ними некоторое время шептался. Иван с Никитой заиграли несложную мелодию, напоминавшую частушки, а Хозяин негромко, вкрадчиво и с лёгкой издёвкой в голосе запел:

«Хорошо при свете лампы

Книжки милые читать,

Пересматривать эстампы

И по клавишам бренчать, —

Щекоча мозги и чувство

Обаяньем красоты,

Лить душистый мед искусства

В бездну русской пустоты…»

Голос Андрея окреп и стал нанизывать каждую фразу на кружева мелодии:

«В книгах жизнь широким пиром

Тешит всех своих гостей,

Окружая их гарниром

Из страданья и страстей:

Смех, борьба и перемены,

С мясом вырван каждый клок!

А у нас… углы, да стены

И над ними потолок».

В интонации исполнителя появилась едкая желчь, а в голосе громкость:

«Но подчас, не веря мифам,

Так событий личных ждёшь!

Заболеть бы, что ли, тифом,

Учинить бы, что ль, дебош?

В книгах гений Соловьевых,

Гейне, Гёте и Золя,

А вокруг от Ивановых

Содрогается земля.

На полотнах Магдалины,

Сонм Мадонн, Венер и Фрин,

А вокруг кривые спины

Мутноглазых Акулин».

«Где событья нашей жизни», — с болезненной грустью спрашивал он у каждого слушателя, -

«Кроме насморка и блох?

Мы давно живем, как слизни,

В нищете случайных крох.

Спим и хнычем. В виде спорта,

Не волнуясь, не любя,

Ищем бога, ищем черта,

Потеряв самих себя».

На последних двух строках Андрей сделал ударение, словно вбивая их в уши слушателей, а следующие две строфы пропел лёгкой ускоренной скороговоркой. Гитаристы ловко подстроились:

«И с утра до поздней ночи

Все, от крошек до старух,

Углубив в страницы очи,

Небывалым дразнят дух.

В звуках музыки — страданье,

Боль любви и шепот грёз,

А вокруг одно мычанье,

Стоны, храп и посвист лоз».

«Отчего?» — глухо и отчаянно вопрошал Андрей и сам же твёрдо отвечал:

«Молчи и дохни.

Рок — хозяин, ты — лишь раб.

Плюнь, ослепни и оглохни,

И ворочайся, как краб»!

А напоследок исполнитель издевательским тоном зациклил «ламентации»:

«…Хар-р-рашо-о-о (!!!), — грозно зарычал он и желчным ёрничаньем закончил:

— при свете лампы

Книжки милые милые читать,

Перелистывать эстампы

И по клавишам бренчать». [10]

Успех был полный! Сначала к Андрею кинулись женщины, нетрезво визжа, крича, обнимаясь, трогательно целуя в щёку и удивляясь, почему он скрывал от них такие таланты? Потом ему жали руку мужчины. Павел, снимавший с рук весь разгул, начиная с пикника на острове, бросил камеру и полез обниматься, растроганный до слёз. Последней подошла Белла и, целуя Андрея в щёку, прошептала: «Уведи меня отсюда, мой ангел!» Мужчина, улыбнувшись, произнёс ей на ухо: «Ещё несколько минут, моя красотка, и я буду только твоим…» Вскоре, словно почувствовав, что Хозяин скоро уйдёт, Катрина и Эмма поинтересовались у него, где им лучше переночевать? Андрей убедился, что силы и желание веселиться у них ещё не иссякли, и посоветовал им остаться в Доме у пруда до утра или в подходящее время отправиться спать в Дом Хозяина, но там не шуметь и не соваться в спальню второго этажа. Эмма смутилась, а Катрина понятливо кивнула, сегодня отнять пальму первенства у Изабеллы не решился бы никто…

Через полчаса Андрей со своей спутницей, таинственно мерцавшей в лунном отсвете чешуёй своего платья, тихо прошлись пустынной улочкой до Дома Хозяина и поднялись на второй этаж. Этой ночью Белла любила его так нежно, будто они остались вдвоём впервые, и так горячо и долго, словно это происходило в последний раз…

Проснувшись утром, Андрей услышал шум и женские голоса, раздававшиеся снизу, и обнаружил отсутствие мулатки на своём ложе. Вскоре голоса и шлёпанье босых ног раздались у двери в спальню, и мужчина сделал вид, что ещё спит, но тщетно. «Господин!» — робко позвала Эмма. «Любимый Господин!» — в полный голос произнесла Белка. «Наш любимый и единственный! — подытожила Катя и сообщила фактическую часть послания спящему: — Похмелье не терпит!» Открывшиеся глаза Андрея осветились улыбкой и через секунду изумлением и восторгом. У постели с подносами, полными яств и напитков, вероятно, необходимых для восстановления здоровья и жизненных сил, стояли три обнажённые красавицы, три грации — рыжая, со смеющимися глазами Катрина, скромно улыбающаяся Эмма, светлые волосы которой живописно ниспадали на плечи и восхитительную грудь и, конечно, смуглая Белла, золотисто-карие глаза которой, горели солнцем… И тут такое началось!..

— Пока Вы здесь ночью предавались разврату… А только так можно назвать Ваши уединённые занятия, при наличии стольких страждущих, — часом позднее начала рассказывать о ночных приключениях немного утомившаяся Катя, и громко взвизгнула, будучи укушенной за голую ляжку белыми зубками Изабеллы, — Всё-всё, об этом больше не слова! В общем, в Доме у пруда отличилась… ни за что не догадаетесь… Эмма!

— Да ну! — удивился Андрей, пьющий виски с ледяной колой, и с любопытством посмотрел на мигом покрасневшую секретаршу, которая статуэткой восседала у его согнутых в коленях ног, — Что произошло?

— В общем-то, всё было тихо и мирно… Точнее, шумно и весело… Шутки, танцы… Многие уже разошлись по домам… пьяные и не очень… Короче, всё отлично, только Никита никак не мог успокоиться! Обиделся на мою пощёчину, напился, полез танцевать к Эмме, а когда она отказала, решил потрогать её… — тихо засмеялась Катрина, дотрагиваясь пальчиком до груди Эммы.

— И? — в унисон воскликнули Андрей и Белла.

— О трудоспособности Вашего звукорежиссёра я умолчу, это у Лариски нужно спрашивать, — состроила уморительную рожицу Катя, — Но фингал под глазом у него исключительный!

— Эмма! — охнул Андрей, — Ты этого молодца… собственной ручкой?!

— Ещё как! Это надо было видеть! — потешалась Катя. Эмма только скромно кивнула и вздохнула, а рыжая фурия продолжила: — Один удар и глубокий нокаут!

— Ты не преувеличиваешь, Катюша? — недоумевал Андрей.

— Вы мне не верите, Господин? Белла не смотри на меня, как на клоунессу! — оскорбилась Катрина, — Не верите словам, посмотрите видео Павла! У нас все ходы записаны…

Через пару дней Андрей столкнулся с Никитой в коридоре съёмочного павильона студии и отозвал его в сторонку. Ещё не заживший глаз звукорежиссёра был густо замазан гримом заботливой рукою Аоки. В памяти Андрея тут же возникла сцена, несколько раз с интересом и весёлым смехом просмотренная на отснятом Павлом видео: Никита пытается положить свои пьяные руки на декольте платья Эммы, правая рука секретарши сжимается в кулак, изгибается и летит точно в глаз наглеца, мужчина беззвучно падает на пол…

— Скажи мне, Никита, тебе нравится здесь работать? — улыбаясь, спросил Хозяин студии.

— Ещё бы, — вырвалось у смертельно побледневшего молодого человека, — Господин! Я больше никогда…

— Нет-нет, я не собираюсь увольнять тебя за наглые выходки в пьяном виде. И не хочу читать нотации о вреде употребления алкоголя до состояния отключения мозга, — продолжал улыбаться Андрей, — Просто если в следующий раз кто-то из моих милых девочек тебя покалечит или, тьма тьмущая, убьёт, то я не стану даже ругать их за это…

— Я понял, Господин! — ответил бледный и мрачный Никита, — Но хотя бы работа моя Вам нравится?

— Работа нравится, — прямо ответил Хозяин студии, улыбка которого потеплела, и протянул молодому человеку руку, которую тот горячо пожал…

Глава 18

Выбор

«Вы знаете, что такое сниматься в кино? Представьте, что вы моетесь в бане, а туда приводят экскурсию.»

Ф.Г. Раневская

Радости общения и совместного творчества с прекрасными женщинами не означали, что Андрей не уделял время своим друзьям и соратникам мужского пола. Беседы с Павлом о теории и практике киноискусства увлекали Хозяина студии всё более и более. Ему и говорить-то почти не приходилось, Павел нёс «свой свет в чужие тьмы»[11] без посторонней помощи и одухотворял собеседников, не требуя ничего взамен, кроме внимания и заинтересованности… Забываясь в феерическом многословии, он вспоминал великолепные истории из далёкого прошлого с участием замечательных персонажей, имена которых стёрлись из его воспоминаний, но не из памяти Андрея… Близко сошёлся Андрей и с Иваном, который помимо недюжинного дарования в компьютерной сфере, оказался приятным собеседником, хохмачом и надёжным другом. Но самые тёплые, искренние отношения сложились с Сергеем, знакомство с которым состоялось в первые недели появления Андрея в Княжестве. Это был тот самый случай, когда люди находят друг друга не в пустыне, а в толпе по особому блеску глаз, по вскользь брошенной фразе, по особенным, излучаемым ими флюидам и не расстаются после этого вовсе…

— Как ты управляешься с ними, Андрей? — интересовался управляющий у Хозяина студии во время очередных посиделок в своём доме, когда количество и качество сопутствующего материала, то есть выпивки и закуски, отошло на второй план. Важность в таких случаях приобретает градус дружеской беседы, тем более, что Сергей находился в состоянии очередной завязки, пил только кофе, но следил, чтобы рюмка гостя не пустовала, — Я и с одной-то справляюсь плохо…

— Ты о женщинах, дружище? — улыбнулся Андрей, — Так это не я, а они со мной управляются!

— Всё шутишь?

— Отчего же? Ты посмотри вокруг — у нас же царство матриархата! Главный режиссёр — женщина, ведущий сценарист тоже… даже службу безопасности возглавит женщина, скоро увидишь…

— Кто? — удивился Сергей.

— Софья, знаешь о ком я?

— Да, — задумчиво кивнул управляющий, — Серьёзная женщина и умная… Пожалуй, лучшей кандидатуры из наших знакомых не найти.

— Вот видишь… У нас всё на женщинах держится, даже Верховная Власть Княжества. Заметь, что у власти Княгиня, а не Князь.

— Ох, не надо об этом, Андрей…

— Почему же? Я говорю абсолютно понятные для всех вещи, не стремлюсь критиковать мироустройство, а просто констатирую факт. В Княжестве, насколько я вижу, нет достаточного количества серьёзных, умных и активных мужчин с твёрдым характером… Вот возьмём для примера случай массового скопления людей, то есть Дни Княгини: там, конечно, умом блеснуть вряд ли получится, но хотя бы характер, независимость свою проявить…

— Вот охота тебе такие темы поднимать? — покачал головой Сергей, — Я, например, о Днях Княгини не то что говорить, а даже думать не стремлюсь…

— Но мне-то рассказывал? — поднял брови и улыбнулся Андрей.

— Ну… Тебе… — вздохнул управляющий, — Да и то… под воздействием серьёзного количества допинга!

— Вот тебе и здравствуй-жопа-новый-год! — засмеялся Хозяин студии, — Кстати, прекрасный пример нашей замечательной мужской слабости и бесхарактерности… И правильно, что нами управляют женщины!..

Андрей сидел за компьютером в кабинете коттеджа Вершителя и просматривал текущий список Испытуемых. Ольга должна была приехать на следующий день по его звонку, а сегодня он ждал в гости Софью. Час назад Андрей без предупреждения, как и обещал, отправил за ней служебный автомобиль со штатной охраной. Блюстители в таких случаях не требовались, они сопровождали только Испытуемых и преступников. Десять минут назад Вершителю позвонил перепуганный Банщик с вопросом о Софье. Андрей сухо ответил, что женщина-палач срочно понадобилась ему на службе, а кроме того толстяк сам предложил Вершителю использовать его людей, при необходимости, в любое время суток. Отлично понимая, что Вершители могут забрать человека и без его разрешения, Банщик успокоился и, разумеется, не только не возражал, но и заявил, что рад угодить Господину Альфа. «Используйте эту женщину, как потребуется и сколько потребуется, Господин Вершитель, — мямлил он, — Я найду ей замену, бизнес не пострадает…» Впрочем, бизнес Банщика если и волновал Андрея, то исключительно в плане взаимодействия с его собственными проектами…

Дожидаясь машину с Софьей, он переоделся в чёрный шёлковый халат Вершителя, выбрал и зарезервировал новую Испытуемую. Выбор, как часто происходило у Андрея, оказался если не случайным, то парадоксальным, как минимум. Он пал на не слишком приметную на первый взгляд женщину лет тридцати пяти, с осветлёнными и уже отросшими тёмно-русыми волосами, сомнительными чертами лица и отнюдь не идеальной фигурой, насколько можно было судить по плохоньким фотографиям, на которых она была запечатлена одетой. Глаза! Вот что определило выбор Андрея. Но одних фото они смотрели отстранённо и равнодушно, на других почти враждебно и не улыбались даже, когда в улыбке кривился рот женщины. И цвет этих глаз мужчина не мог идентифицировать однозначно, то ли тёмно-синие, то ли тёмно-серые с просинью… Несколько странно выглядели и данные о ней. Испытуемой Елизавете инкриминировалась ненависть к мужчинам, а особенно к собственному мужу. В этом не было бы, к сожалению, ничего уж слишком удивительного, если бы не уголовное дело об отравлении со смертельным исходом вышеозначенного мужа. Елизавета числилась главной обвиняемой, но её адвокаты развали дело. Там это прокатило, как будет здесь?

Вершитель прервал раздумья, когда ему позвонили с проходной коттеджного посёлка. Он разрешил въезд автомобиля и через пять минут охранники вводили в его кабинет Софью в полном комплекте униформы палача и… с браслетами наручников на кистях рук!

— Это что ещё такое? — рассердился Андрей.

— Просим прощения, Господин Вершитель! — струхнули охранники, — Но эта женщина кричала, что мы не имеем права… Вырывалась и пыталась кусаться!

— Это правда? — удивлённо спросил Андрей, глядя в густо-серые глаза Сони и на её белые зубы… Всё-таки здешняя модернизация капюшона палача, после которой в нём появилось третье отверстие, весьма удачная идея!

— Снять с неё наручники? — спросил один из охранников, не дождавшись ответа конвоируемой.

— Ни в коем случае! — ответил мужчина, принимая правила Сониной игры, — Оставьте ключ и можете быть свободны!

Охранники предельно вежливо попрощались и покинули коттедж. Андрей, изобразив недовольную физиономию, смотрел на стоящую посредине кабинета женщину-палача. Софья молча опустила голову. Суровый Вершитель сел на кожаный диван и закурил, не произнося ни слова. Женщина исподлобья быстро глянула на него, словно проверяя, хорошо ли Андрей понял её замысел, и снова промолчала.

— Так и будем в молчанку играть? — выдержав очень долгую паузу, рявкнул Вершитель.

— Что? — вздрогнула Софья и принялась оправдываться, — Они схватили меня на работе без предупреждения и вели себя грубо и нагло…

— Эти молодые люди пусть и не отличаются изысканностью манер, зато чётко выполняют свои обязанности! Эти простые, мужественные ребята… — Андрей едва сдержался, чтобы не засмеяться от собственной речи, но Софья даже не хмыкнула. Без хорошего актёрского мастерства в заведении Банщика долго не продержишься, — Да, эти ребята прекрасно знают, что такое приказ и как следует его выполнять! А вот ты, милочка, видимо забыла…

— Но, Господин Вершитель… — попыталась вставить слово женщина.

— Молчать! — заорал Андрей, входя в роль, — Твой долг — оказывать всемерное содействие работе Вершителей в любое время дня и ночи, в случае необходимости. Сегодня такая необходимость появилась! Но вместо того, чтобы спокойно и добровольно прибыть сюда в сопровождении охранников, ты оказала им сопротивление…

— Я не знала, что всё так серьёзно, — Соня талантливо играла испуг, — Если бы Вы позвонили мне…

— Я не обязан предупреждать тебя, — перебил её мужчина, — А твоё незнание вовсе не освобождает от ответственности…

— Вы хотите сказать, Господин Вершитель, что я должна быть привлечена к ответственности за… такое поведение? — выдержав небольшую паузу, тревожно произнесла Софья.

— Несомненно! — безапелляционно заявил Андрей, — И сейчас я решу, как наказать тебя…

— Но как же важное дело, ради которого меня привезли сюда? — отчаянно воскликнула женщина.

— Ты заставила меня усомниться в пригодности к серьёзному делу… Надеюсь, после наказания мои сомнения рассеются. Подойди ко мне!

— Но…

— Никаких «но»! — отрезал Вершитель, и Софья с опущенной головой нетвёрдыми шагами подошла к нему.

Андрей положил руку на прохладную кожу красного комбинезона женщины-палача в том месте, где выдавались наружу округлости грудей. Соня вздрогнула, но не издала ни звука. Ощупывая возбуждающие выпуклости, мужчина наткнулся пальцами на потайную молнию, спрятанную под тонкой кожаной планкой униформы. Доведя пальцем до верхней кромки этой планки, он нащупал неприметный глазу замочек и резко дёрнул его вниз. Одежда распахнулась почти до пояса, оголяя женскую грудь, ласкающую взгляд формой и размером… Не маленькая, не большая, а влекущая…

— Ох, — оторопела Софья и попыталась закрыться руками, скованными наручниками, — Зачем Вы так со мной, Господин?! Я скромная, законопослушная женщина…

— Если бы я сомневался в этом, то позволил наказать тебя этим… гориллам, — жёстко ответил Вершитель, — Встань на колени, детка!

— О, Господин! — трагически застонала Соня и послушно опустилась перед сидящим на диване мужчиной. Андрей опустил вниз её руки, прикрывавшие обнажённое тело и занялся изучением груди, то скользя по ней рукой, то хватая твердеющие соски. Женщина сначала только вздрагивала от его прикосновений, а вскоре начала чуть слышно постанывать…

— Ты не хочешь умолять меня о пощаде, милочка? — удивлённо произнёс Вершитель, ехидно улыбаясь.

— А это поможет? — безнадежно спросила Софья.

— Смотря как умолять!

— А как надо? — надежды в голосе женщины не прибавилось.

— Ласково, — пристально посмотрел на неё Андрей, — Руками… и губами…

— О, нет, Господин! — взмолилась Соня, — Я не такая…

— Что же… — разочарованно вздохнул мужчина, — Тогда наказание неизбежно… И у меня есть для этого специальная комната!

— Не надо, Господин! Я боюсь! — очень натурально запричитала женщина, но было поздно.

Андрей отвёл слабо упирающуюся Софью в подвал, в чёрную комнату…

* * *

— Спасибо, Господин! — сладко потянулась улыбающаяся Софья через час, лёжа рядом с Андреем на широкой постели в белой комнате, — Я получила именно то, что хотела…

— Ты о сексе? — усмехнулся мужчина.

— Не только… Эмоции, психологическая игра, телесное удовольствие… Кроме того, я много узнала о Вас за эти полтора часа!

— Вот как? И что же ты узнала?

— Например, то, что Вы совсем не жестокий человек и… ласковый мужчина, — Соня наклонилась к нему и нежно поцеловала в губы, — А Вам понравилось наказывать женщину-палача?

— Да… В этом есть что-то особенное… — задумчиво посмотрел на неё Андрей, — С тобой хорошо…

— Правда? Я рада, — радостно улыбнулась Софья, — Интересно, а Вы хотели бы поменяться ролями?

— То есть?

— Быть наказанным женщиной-палачом…

— Я как-то и не задумывался об этом, Соня! — удивился Андрей.

— В какой-то степени это уже ответ на вопрос… А ещё Вы впервые назвали меня не Софьей, а Соней… Это приятно! — женщина нежно провела рукой животу мужчины, — И всё-таки представьте: таинственная и угрожающая женщина-палач приводит Вас, закованного в наручники, в чёрную комнату и наказывает!.. Ласково…

— Ласково? Это может быть любопытно, — улыбнулся Андрей, — Но поболтаем об этом позднее, хорошо?

— Хорошо! — легко согласилась Соня, — А сейчас я могла бы приготовить обед, после которого Вы, быть может, познакомите меня со своей работой? Вам же предстоит сегодня поработать, не правда ли?

— Да… — нехотя ответил Вершитель, — Думаю, ты сможешь помочь мне… если захочешь…

Подготовка обеда и сама трапеза не заняли много времени и прошли в полном взаимопонимании. Лишь однажды Софья удивила Андрея, упомянув в разговоре о нестандартном алкогольном напитке — роме, страной происхождения которого была маленькая Гайана. Мужчина немедленно нашёл и заказал его по телефону… Позднее они перешли в кабинет. Андрей курил, закурила и Соня.

— Вы, похоже, можете всё! — улыбнулась она, делая глоток любимого рома из рюмки, — Тот самый вкус…

— Где же ты его пила? — с интересом взглянул на женщину Вершитель, в свою очередь, дегустируя действительно приятный напиток.

— Не помню, — ответила Софья после раздумья, — Неведомая цепочка приятных ассоциаций…

— Угу… — кивнул Андрей и сменил тему, — Значит ты хочешь попробовать себя в роли помощницы Вершителя?

— Пробовала уже… Помогать Вершителю Михаилу мне не понравилось, — нахмурилась женщина, — Но я хочу попробовать помочь именно Вам! Если, конечно, Вы не планировали других помощников…

— У меня есть помощница, к услугам которой я прибегаю часто, — признался Андрей, — Возможно, ты увидишь её здесь… В любом случае, буду рад сегодня твоему содействию, но при одном условии: всё, что ты здесь увидишь и услышишь, не должно выйти за пределы этого дома.

— Разумеется, Господин Андрей! Могли бы и не говорить, — серьёзно заявила Софья, — Будьте уверены, что никто, даже Дина, не услышит от меня ни слова.

— Михаилу ты тоже давала такие обещания?

— Вы намекаете, что я напрасно рассказывала Вам о нём? Может быть и так… Но он в тот раз не предупреждал меня о сохранении тайны. Я это точно помню, мой скрупулёзный Господин!

— Прекрасно… Надеюсь, что если я привлеку тебя к своей работе в дальнейшем, повторно предупреждать тебя о конфиденциальности происходящего не придётся, — хитро улыбнувшись, Вершитель подошёл к компьютеру, — Можешь взглянуть на сегодняшнюю Испытуемую…

— С большим интересом, — откликнулась Соня и углубилась в изучение фотографий и текста… Минут через пятнадцать она оторвалась от монитора и повернулась к мужчине, будучи несколько разочарованной: — Эта Елизавета после косметолога и визажиста вполне сгодится в актрисы для Ваших фильмов, я думаю…

— Интересный вывод, — удивился Андрей, — Поясни, пожалуйста!

— Ну, возможно, это только мой взгляд… Но её лицо… Сложно объяснить словами, однако я уверена, что в данном случае имеются только запущенные половые проблемы. С мужем у неё, вероятно, имелись серьёзные затруднения, но… Вспомните меня, когда быстро убедитесь, что никого она не убивала!

— Может быть… — задумчиво произнёс Вершитель, — Как я понял, тебе это дело кажется скучноватым?

— Ну, да… — согласилась Софья, — Воля, конечно, Ваша, но… Нельзя ли выбрать что-то поазартнее, что-ли?

— Выбрать другое? Почему бы и нет… — Андрей сел за компьютер, вызвал базу данных и снова освободил место женщине, — Выбирай!

— Вы серьёзно? — поразилась Соня и, убедившись, что её не разыгрывают, углубилась в работу… Ждать результата пришлось не менее получаса, — Вот это — другое дело!

— Что ты там нашла? — Вершитель очнулся от дрёмы на диване, — Рассказывай!

— Слушаюсь, Господин! — улыбнулась ему Софья, — Семейная пара! Прибыли вместе сегодня ранним утром. Она: Евгения — хорошенькое личико, светло-русые волосы, рост ниже среднего, толстенькая попка и большая грудь. В общем, очень даже… Он: Вячеслав — симпатичный, несколько смазливый брюнет выше среднего роста. Какой-то вялый, по-моему… Предыстория: жили себе вдвоём, не тужили, пока не возникли длительные материальные трудности… Не придумали ничего лучше дурацкого мошенничества — знакомились с обеспеченными женатыми мужчинами. Евгения заинтересовывала собой мужчину, а Вячеслав заставал их в постели или просто полуголыми, делал фото, устраивал скандал… Короче, мужчины под угрозой разоблачения и передачи фотографий своим жёнам соглашались расстаться с кругленькой суммой. Похоже, бизнес этой парочки процветал несколько лет… Насколько я поняла, пробовали они и другую схему: муж — сутенёр, жена — проститутка и клофелинщица… Банальный грабёж.

— И что же тебя привлекло? — усмехнулся Андрей, — Кроме того, что их двое и прибыли они вместе?

— Вот именно, вместе!

— Это просто, — вздохнул мужчина, — Однажды нарвались на клиента, который не захотел платить или решил отомстить…

— Да? — Софья вскинула глаза на Вершителя, — Похоже, Вы знаете то, что неведомо мне… И правы, наверное… Тут прописана возможность испытывать их по-отдельности… Но, по-моему, сразу двоих эффективнее и… эффектнее!

— Ну, что же… — вздохнул Андрей, разглядывая фото на мониторе, — Если хочешь, возьмём эту парочку.

— Серьёзно? Очень интересно! — глаза Сони заблестели, — Работаем вдвоём?

— Нет, — покачал головой Вершитель, — Их двое, значит нам следует работать вдвоём непосредственно с Испытуемыми или Сошедшими, как ты их называешь… Вместе или параллельно, не важно… Однако, желателен третий человек на подстраховке за монитором. Сейчас позвоню Оле…

— Ольге? — удивилась Софья, — Эта замечательная сценаристка, миниатюрная блондиночка — Ваша помощница?

— Да, — кивнул мужчина, — И очень хорошая помощница!.. Кстати, а почему «Сошедшие»? Думаю, «Спустившиеся» точнее…

— Или «Опустившиеся»? — задумчиво спросила Соня, вскинув на него взгляд…

Андрей планировал начать Испытание утром и не настаивал на немедленном приезде Ольги, но разве её остановишь… Через час девушка примчалась на такси и вбежала в кабинет Вершителя в легкомысленном белом платьице и с именным браслетом на шее. Обнаружив там не только своего Господина, но и Соню в цветастом халате, Ольга недовольно сверкнула глазами:

— Софья? — дерзко произнесла девушка, — Какими судьбами?

— Во-первых, здравствуй, Ольга! — улыбаясь, проговорил Андрей, в голосе которого зазвучал металл.

— Здравствуйте, мой Господин! Извините, — поутихла Оля, но сделала ударение на слово «мой», — Здравствуй и ты, Софья!

— Здравствуй, Ольга! — официально и немного насмешливо ответила женщина-палач.

— Итак, работаем с семейной парой, а потому втроём, — категорично заявил Вершитель, — Начинаем утром. Сейчас обсуждаем диспозицию, антураж, общий сценарий и возможные варианты…

— Идеи уже есть? — ревниво спросила Оля.

— Без тебя мы бы не решились! — засмеялся Андрей, а за ним и женщины, — Но у меня есть мысль изобразить похмелье в доме мужчины, с которым парочка познакомилась накануне…

— Отлично! — отозвалась Соня.

— Софья, покажи Оле досье! А я пока оформлю вызов Испытуемых на… десять утра, раньше не хочется, а позднее не следует… В общем, времени у нас немного, а нужно нормально выспаться перед делом, — заявил Вершитель, поймал на себе мятежный взгляд Ольги и пояснил, — На ночь Соня займёт белую спальню, там удобно. Я останусь в кабинете…

— А я? — с понятной всем ревностью в голосе отчаянно спросила блондинка.

— А ты можешь выбирать! — усмехнулся Андрей, — Коттедж большой, спальных мест хватает… Если хочешь, попроси нашу гостью подвинуться…

— Могу выбирать, значит? — облегчённо вздохнув, переспросила девушка, — Тогда я тоже остаюсь в кабинете с моим Господином!..

В десять утра они втроём сидели у монитора. Посередине Андрей в светлых льняных брюках и белой футболке с красной надписью на груди «Апс!» и чёрной на спине «Упс…». По правую руку от мужчины — Соня в униформе женщины-палача, но пока без капюшона. Слева, держа Господина за руку — Ольга, обтянутая чёрной кожей… В зелёной комнате просыпалась семейная пара — Евгения и Вячеслав. К удивлению команды Вершителя, муж и жена, открыв глаза, и увидев друг друга, не проявили тёплых чувств и начали разговаривать, только удивившись незнакомой обстановке. Женщина кинулась к окну, увидела сверхреалистичную голограмму, изображавшую ухоженный участок богатого загородного дома и позвала мужа. Тот посмотрел «за окно» и удовлетворённо кивнул. Евгения сбегала в ванную комнату и, когда туда пошёл Вячеслав, решилась отворить дверь внутрь дома, но в этот момент в неё постучали… Женщина испуганно отскочила, кинулась за мужем и, в тот момент, когда дверь отворилась, парочка стояла в дверях ванной и во все глаза таращилась на вошедшего в комнату мужчину.

— Слава, Женя, проснулись? — улыбнулся он, — Не пора ли нам опохмелиться?

— А-а-а… — неопределённо произнёс Слава, и пара согласно закивала головами…

— Можно и пива, конечно, — пожал плечами «хозяин дома» уже на кухне, доставая из морозильной камеры бутылку водки, — Но лучше то, чем вчера заканчивали… Тем более что закуска соответствует!

— Да уж, — согласился Вячеслав, глядя на стол, где присутствовала и селёдочка, и икорка, и грибочки, и рыбка холодного копчения, и соления… В общем, всего хватало. Все выпили по рюмке, мужчины с удовольствием, женщина с сомнением.

— Ну, а теперь давайте заново знакомиться, ибо вчера мы были… в другой реальности, — лукаво засмеялся Вершитель, — Ваши имена, как видите, я всё-таки помню… А меня, если кто забыл, зовут Андреем. Познакомились мы вчера в клубе «Апокалипсис», весело погуляли… А догонялись уже здесь… в моём доме…

— Конечно, Андрей… Не такие уж и пьяные мы были, чтобы ничего не помнить, правда, Женя? — неуверенно проговорил Вячеслав, а его жена кивнула, но тоже неуверенно.

— Отлично! Тогда повторим… Выпьем за память! — пошутил хозяин и указал на фотографию, висящую на стене гостиной. Это был отменный портрет Ольги большого формата, — Жаль жена в отъезде, она бы сейчас рассказала, какими мы явились…

— Какая молодая у Вас жена! — впервые подала голос Евгения, — Но вчера в клубе я её не заметила…

— Да, вчера я был один, она улетела к отцу в Швейцарию.

— Ого! Ваш тесть живёт в Швейцарии? — приятно удивился Вячеслав и почти незаметно подмигнул жене.

— Да… — пожал плечами Андрей, — Он — серьёзный бизнесмен… Купил нам этот дом… Ну и… он там, мы здесь… В общем, нормально…

— Я всегда говорила, что нужно жить отдельно от родителей! — высказалась Евгения, неприязненно глянув на мужа.

Обстановка быстро приобрела расслабленность, характерную для продолжения дружеской попойки. Разговаривали об автомобилях и заграничных поездках. Потихоньку пили водку, мужчины ещё и пиво открыли. Однако вскоре Вячеслав стал стремительно пьянеть, в то время, как пивший с ним наравне Андрей лишь слегка захмелел, как и прекратившая выпивать Евгения. Перешли в бильярдную, закурили, продолжили коньячком… Играть в бильярд с пьяным мужем было не интересно, его заменила жена. Пока вяло катали шары, Вячеслав начал засыпать в кресле. Последнее, что он сказал заплетающимся языком, прежде чем его под руки повели спать в зелёную комнату: «Женя, достань фотик из сумочки, давайте сфотографируемся на память!» Андрей заметил, как женщина вздрогнула, начала рыться в своей сумочке, а затем, облегчённо выдохнув, достала миниатюрный фотоаппарат… Не дожидаясь, пока Евгения уложит своего мужа в постель, Вершитель вернулся в бильярдную и закурил. Женщина вернулась даже раньше, чем он ожидал… без сумочки и без лифчика! Андрей точно помнил, что под её тонким серым свитером, приятно сочетавшимся с синевой джинсов, виднелся бюстгальтер. Сейчас его на месте не оказалось.

— Я посижу с тобой, Андрей? — резко перешла на «ты» Евгения, ранее обращавшаяся к нему неопределённо, — Сидеть с этим алкашом мне не хочется, а спать тем более…

— Посиди, конечно, Жень… Одному скучно… — подхватил мужчина, — Что это он так быстро набрался, на старые дрожжи что ли?

— А у него постоянно старые дрожжи, — махнула рукой женщина, поднимая рюмку, наполненную коньяком. Андрей налил и себе, они чокнулись и выпили «за здоровье». Евгения продолжила говорить о муже: — Знаешь, алкаш, он и в Швейцарии алкаш… Достал уже…

— Да, брось ты, — засомневался мужчина, — Нормальный, здоровый парень…

— Пока был нормальный и здоровый, я только успевала девок от него гонять, а теперь… — женщина проникновенно взглянула на Андрея ясными голубыми глазами, — Скажи, ты часто выпиваешь?

— Малыми дозами частенько, а по-серьёзному редко…

— А этот не умеет малыми дозами! — всплеснула мягкими ручками Евгения, — И начинаются скандалы, ругань, рукоприкладство…

— Он поднимает руку на такую нежную женщину?! — с чувством выдохнул Андрей, — Женечка, скажи, что ты шутишь!

— Мне не до юмора! — вовсе не на шутку завела себя женщина и раскраснелась. Надо сказать, что розовые щёчки очень шли её лицу, — Если бы ты знал, как он меня обзывает, когда напьётся, и мы остаёмся одни! Это здесь он тихий, при тебе…

— Даже не верится, — покачал головой мужчина, подливая в рюмки коньяк и снова закуривая.

— Не верится?! — вскричала Евгения и выпила рюмку залпом, — Хорошо, я расскажу тебе… Он обзывал меня сисястой! Представляешь? Сказать мне, что я сисястая!

— Ох, Женя! Как он не прав! — громко воскликнул Вершитель, — Во-первых, это грубо… А по отношению к тебе ужасно несправедливо, у тебя такая красивая грудь!

— Ты, правда, так считаешь? Спасибо, Андрей! Ты мне тоже сразу… — начала было признаваться женщина, но вдруг, стала заламывать руки, — Зачем я тебе говорю это, у тебя красивая молодая жена…

— Женечка! — ласково произнёс мужчина, поднялся на ноги, сдвинул дверцу-ширму, из-за которой показался разложенный в нише диван, сел на его край и легко хлопнул по нему рукой, словно приглашая женщину присоединиться, — У меня действительно молодая и красивая жена… Но ты такая обаятельная женщина и, твоя грудь… У моей нет ничего подобного…

— Ах, Андрей! — горячо отозвалась Евгения, встала с кресла, подошла к мужчине и после недолгих колебаний, присела рядом, совсем близко, — Если бы в моей жизни появился такой мужчина, как ты… Я тебе правда нравлюсь?

— Конечно, Женечка!

— Очень?

— Вот именно, что же тут скрывать?.. — Андрей дотронулся рукой до раскрасневшейся щеки женщины. Кожа была тёплая, гладкая, чрезвычайно приятная на ощупь, но мужчина не спешил…

— И ты, в самом деле, считаешь, что у меня красивая грудь, да? — не выдержала паузы Евгения, перехватила мужской взгляд на свой бюст и рывком сняла через голову свитер. Обнажившиеся сиськи оказались действительно превосходны! Если и великоваты, то самую малость, и красотою своей не дотягивали разве что до чудесной груди Эммы…

— Она прекрасна! — ответил Вершитель, убеждаясь, что и наощупь грудь Жени восхитительна. Женщина охнула и застонала.

— Поцелуй меня, милый! — неожиданно громко вскрикнула Евгения и… Дверь в бильярдную отворилась, и в неё влетел почти трезвый Вячеслав, на ходу щёлкая фотоаппаратом. Снимки наверняка получились удачными: голая выше пояса его жена с чужим мужчиной, держащим свои похотливые руки на её драгоценных сиськах.

— Что здесь происходит? — истерично заорал муж, закончив фото-охоту, — Немедленно убери руки от моей жены!

— Слава! — качая головой, произнёс в ответ Андрей, и не думая подчиняться. Женя сидела тихо, вовсе не пытаясь сбросить с себя руки мужчины, а Вершитель нагло поглаживал её сокровище и говорил: — Ты не мог бы закрыть дверь с другой стороны, дружок, и оставить нас ещё на полчасика… Потом я сам к тебе приду и мы обо всём договоримся.

— Спятил? — оторопел Вячеслав, — Я всё расскажу твоей жене и фото покажу! Прекрати лапать Женьку, она — моя жена!

— Эх, ну что же ты такой назойливый и нетерпеливый? Прямо, как муха… — разочарованно пробурчал Андрей, — Мрак с тобой, пойдём, поговорим… А ты, Женечка, останься, я скоро вернусь…

Только после этих слов Вершитель нехотя снял руки с груди Евгении, поднялся на ноги и вытолкал рассерженного мужа из бильярдной. Вероятно, не ожидавший такой нестандартной реакции Вячеслав плохо понимал, что происходит и легко позволил Андрею оказаться в коридоре у себя за спиной. Вершитель резким движением заломил руку «оскорблённого мужа» за спину и затолкал его в подвал, в чёрную комнату, где Славу уже поджидала женщина-палач в красной кожаной униформе с капюшоном. Вячеслав вскрикнул от неожиданности и обмяк. Софья подняла его голову за подбородок, пристально взглянула в глаза и мощно рванула на нём рубашку. Оторванные пуговицы посыпались на пол. «Снимай штанишки, котик!» — произнесла она таким тоном, что её пленник содрогнулся и безвольно принялся расстёгивать брюки… Андрей оставил Испытуемого на попечительство Сони и отправился на кухню, где налил себе виски со льдом, а потом поспешил в кабинет.

— Вы не слишком увлеклись алкоголем, мой Господин? — тоном недовольной жены спросила сидящая перед монитором Ольга и радужно улыбнулась.

— Оль, я тебя покусаю! — отозвался мужчина.

— Всегда готова! — засмеялась девушка.

— Очень рад, но придётся потерпеть! — засмеялся в ответ Андрей, отпил из стакана и закурил, — Кстати, как на тебя действует спиртное тёмного Княжества? Можешь вспомнить прежний мир и сравнить?

— Не уверена, что хорошо помню, но… — удивилась вопросу Оля, — У меня ощущение, что здесь многое вкуснее и несколько меньше пьянит…

— Умница, девочка моя! — мужчина поцеловал её в макушку, девушка заулыбалась, — Я сразу заметил разницу: вкус тоньше, опьянение значительно меньше… Если я выпиваю здесь бутылку водки в одну глотку, то становлюсь веселым, распущенным, слегка пьяным и… не могу кончить минут тридцать!

— Ого! — с интересом посмотрела на него Ольга, — Давай поэкспериментируем?

— Ишь ты какая! — засмеялся Андрей, — Не сейчас, детка… Короче, чтобы прилично опьянеть, мне нужно выпить больше литра…

— Не нужно, мой Господин! — улыбнулась девушка, посмотрела на монитор и сменила тему, — Вы лихо закрутили сюжет! Когда мой выход?

— Уже скоро, милая жёнушка! — хохотнул мужчина.

— У Женьки действительно классная грудь… — то ли спросила, то ли констатировала Ольга, глядя на экран, где снова одетая Испытуемая бесцельно бродила по бильярдной. На картинке из чёрной комнаты, Софья методично обрабатывала жёсткой плетью приподнятую задницу Испытуемого, прикованного к трансформируемому креслу.

— Хорошая грудь, — подтвердил Андрей, — Хочешь пощупать?

— Конечно! А Вы разрешите?

— Если будешь хорошо себя вести! — усмехнулся мужчина, — Так… Пора начинать следующий акт…

— Так уж сразу и акт? — съязвила девушка, — Не думаю, что она готова сразу раздвинуть ножки перед Вами…

— Тогда следующая сцена! — рассмеялся Вершитель, — Но потом всё равно акт…

Через пять минут мужчина вошёл в бильярдную и перехватил тревожно-вопросительный взгляд Евгении, сидящей на краю разобранного дивана.

— Раздевайся! — жёстко произнёс он.

— Как это?.. Зачем ты так, Андрей? — растерялась женщина, — Я же замужем всё-таки…

— С твоим мужем я договорился.

— Как? — изумилась Женя, — Он согласился на то, чтобы я переспала с тобой?! Не может быть!

— А куда ему деваться? — Вершитель вёл себя нахально, — Ты мне не веришь, деточка?

— Нет… Я не могу в это поверить!

— Ну, что же… — вздохнул мужчина, — Тогда пойдём, посмотрим, чем занимается твой благоверный…

Андрей схватил мягкую руку Евгении и повёл женщину в чёрную комнату. Увиденное там, повергло её в шок: стоящий на карачках, прикованный к трансформированному креслу голый муж лизал промежность стоящей перед ним женщины, облачённой в красный костюм палача! Увидев вошедшую жену, Вячеслав вздрогнул всем телом и застонал.

— Ну что же ты, котик? Не останавливайся! — грубо крикнула Софья и наградила «котика» увесистым ударом плети по низу спины. Испытуемый прилежно продолжил своё занятие.

— Вот видишь, Женя, у твоего мужа всё изумительно до безобразия! — обратился Андрей к Евгении чрезвычайно гадким тоном, — Ему нравился лизать пи… Славик, у палача сладкая киска?

— М-м-м… — замычал муж, но тут же получил удар плетью и выразился более определённо, — Да…

— Вот сволочь! — не выдержала жена, — Когда я прошу тебя об этом, ты ломаешься, как девочка! А тут…

— Надо уметь просить, дорогая! — заявила женщина-палач, — Возможно, я уговорю твоего мужа сделать это и для тебя, но немного позже. А сейчас тебе пора самой заняться делом!

— Ка-каким… делом? — от страха Евгения начала заикаться…

Вершителю не пришлось ничего объяснять Испытуемой. Палач жёстко и доходчиво довела до сведения Жени, что именно от неё требуется. Мольбы и стенания Евгении, впервые занимавшейся подобным с посторонним мужчиной на глазах собственного мужа не произвели впечатления на окружающих, за исключением Вячеслава. «Обиженный муж» пытался подать голос, но не в попытке защитить свою благоверную, а тщетно силясь отстоять свои права на неё. Потуги Испытуемого обошлись ему боком. Андрей смотрел на него равнодушно, обезумевшая от неожиданности и стыда Евгения фыркала и плевалась в его сторону, разъярённая женщина-палач пополнила его жизненный багаж множеством новых, незабываемых ощущений… За время дикой вакханалии в чёрной комнате Женя с избытком насладилась зрелищем, одновременно принимая в действии непосредственное участие, и даже успела получить свою порцию разнообразных удовольствий и наслаждения, забыв о стыде и семейном положении… Андрей решил, что этот акт пьесы пора завершать.

— Пойдём отсюда, Женя! — проговорил он, — Думаю, следует оставить твоего мужа наедине с палачом… Если, конечно, ты не хочешь ему помочь!

— Нет! — вскрикнула Евгения, — Я вообще не хочу его больше видеть…

— Не уходи, Женя! — застонал Вячеслав, — Куда ты её уводишь, Андрей? Она — моя жена…

— Бывшая жена, — перебил его Андрей, и женщина, на плечо которой он положил руку, вздрогнула.

— Почему бывшая? — простонал Слава, выгибая спину.

— Потому, что ты сам… бывший! Ну, что же… О Славике прекрасно позаботится палач! — криво усмехнулся Вершитель, подавая Соне жёлтые прорезиненные перчатки. Софья демонически засмеялась…

Андрей, облачённый в чёрный халат с эмблемой Вершителей, вёл Евгению, на которой не было ничего, кроме знаменитого в узких кругах прозрачного гладкого халатика, в белую комнату…

— А я уже заждалась вас, — сказала вошедшим Ольга, лежащая на белых простынях огромной постели в своём чёрном кожаном наряде.

— Кто это? — неприятно поразилась Испытуемая и прижалась к мужчине.

— Женечка, ты же внимательно рассматривала фотографию, — усмехнулся Андрей, — Это — Оля, моя жена!

— Вот именно, — девушка просияла от такого представления, — Тебе понравилась эта сисястая, дорогой?

— Она не сисястая, — улыбнулся мужчина, обняв за талию немедленно расплакавшуюся от обиды женщину, — У Женечки очень красивая грудь… Посмотри сама, Оленька!

— Ну, хорошо-хорошо, — смягчилась «жена», явно не ожидавшая такой бурной реакции «любовницы», — Не обижайся, Женя, я просто завидую… Иди ко мне, милая, я успокою тебя, а ты утешишь меня, хорошо?

— Д-да, Оля, — кивнула сквозь слёзы уже на всё согласная Евгения, недоверчиво посмотрела на Андрея и резко перешла на «Вы», — А Ваш муж не будет против?

— Ну, что ты, милая? Он такой добрый! — с улыбкой феи ответила Ольга, подавая руки забирающейся на постель женщине и обнимая её, — Ты можешь называть меня Госпожой, а его Господином!

— Милая жёнушка, не заводись и не говори потом, что и её следует оставить… — не обращая внимания на присутствие Испытуемой, произнёс Андрей, — У нас есть здесь что-нибудь выпить, дорогая? Или придётся идти на кухню?

— Я принесла всё, что надо. Посмотри на столике, мой Господин! — ответила Ольга, послала «мужу» воздушный поцелуй и принялась поглаживать сиськи Евгении через гладкий прозрачный халатик, — Почему бы и не оставить? Женя такая хорошенькая…

— Только мужиков соблазняла и грабила! — мужчина сел в кресло у столика, — А ещё травила их клофелином…

— Откуда Вы знаете, Андр… Господин Андрей? — Испытуемая выглядела потрясённой.

— Я многое знаю, Женя! Думаешь, ты случайно оказалась в этом доме? Случайно познакомилась со мной? Случайно здесь оказался палач, который сейчас занимается твоим благоверным?

— Я поняла… Но я не виновата! Это всё этот… Он не желал работать, но хотел денег и придумал такое… А я…

— Совсем не виновата! — лукаво воскликнула Ольга, помогая женщине снять халат.

— Совсем, — моментально подтвердила Евгения, но задумалась и продолжила через минуту очень серьёзно, не замечая ласковых рук девушки, исследующей ей тело, — Нет, я участвовала… конечно… Только не я это придумала! У меня была нормальная работа и муж работал со мной… Но он ленился… А потом фирма развалилась… Я виновата, но я не убийца, не отравительница…

— И даже не проститутка, а простая мошенница, — закончил за неё Андрей.

— Но меня можно понять? — взмолилась женщина, вдруг принявшаяся целовать руки Ольге, — Меня можно пощадить?

— Кто захочет тебя понимать, Женя? — вздохнул Вершитель, — У кого теперь ты попросишь пощады?

— Да, здесь с этим сложно… — задумчиво проговорила Ольга, поглаживая лежащую рядом нагую женщину по голове.

— Здесь?.. Я сразу почувствовала, что-то не так… И не зря Вы говорили, что мой муж — бывший, Господин Андрей! — привстала на локте Евгения, — Не только бывший муж, а бывший мужчина… бывший человек? Где мы?!

— Я же говорю — наш человек! — Оля бросила лучистый взгляд на Андрея.

— Где мы? — нахмурившись, переспросил Вершитель, — Ну-ка, попробуй сама вспомнить последние несколько дней, Женя!

— Да ничего особенного… Всё, как обычно… — напрягла память женщина, тихо вздрагивающая в руках Ольги, — Хотя… Да, было странное происшествие… Меня с мужем пригласила в ресторан незнакомая дама. Согласились сдуру. Вдруг выясняется, что это жена одного нашего… клиента. Мы перепугались, но она заявила, что узнала о нас случайно и очень благодарна за то, что её похотливый муж вернулся в семью… после встречи с нами! Расслабились, поговорили о том, о сём… Потом она заспешила домой, оплатила ужин и подарила нам бутылку французского шампанского… Необыкновенное было шампанское!

— Похоже, и правда необыкновенное… в смысле — особенное, — мрачно кивнул Андрей, — Вот ты всё и вспомнила сама…

— Да? Что вспомнила? — охнула Евгения, взволнованно глядя на мужчину, и вдруг, словно что-то прочитала в его глазах, — Она нас отравила? И… Я умерла?!

— Я не знаю, какой смысл ты вкладываешь в это слово, Женя! — ответил Вершитель, — Могу сказать одно: на мой взгляд, ты попала по назначению! А остальное тебе расскажет Оля, если захочет… Моя жена не кажется тебе мёртвой?

Андрей покинул женщин, чтобы вернуться в кабинет и вовремя: в чёрной комнате шёл допрос с пристрастием, что наглядно подтверждал экран монитора. Софья демонстрировала Вячеславу громадный фаллос, какие-то прищепки и зажимы, но тот нёс какую-то околесицу и пытался свалить всю вину на супругу. Сдался он только после того, как женщина-палач елейным тоном произнесла: «Ты мне нравишься, котик! На мой вкус у тебя не хватает сисек и кое-что лишнее имеется между ног. Но я найду денег на операцию и, мы исправим твои недостатки». Это заявление добило Славика окончательно, он начал слезливо каяться и рассказал о том, как замышлял мошенничества, искал клиентов, подсовывал им свою жену, выманивал деньги, усыплял клофелином приезжих дурачков, позарившихся на элитную проститутку с милым личиком и шикарным бюстом… В общем, муж рассказал всё, даже то, о чём его не просили: о своих любовницах от юных школьниц до богатых старух, о тайном желании завести себе любовника, о скрытых от жены крупных суммах… Славик просил только об одном — чтобы женщина-палач не отдавала его ужасному Господину Андрею, соблазнившему его, теперь уже потерянную навсегда, жену и оставила «котика» себе. Вячеслав обещал ей преданность гроба и старательное выполнение им любых просьб и приказов во имя услады «прекрасного палача». Соня фыркнула, освободила Славика от оков и оставила его дожидаться своей участи в запертой чёрной комнате, а сама отправилась в кабинет.

— Вы слышали это, Господин Андрей? — с нескрываемым пренебрежением к «Спустившемуся» произнесла Софья, увидев Вершителя за монитором, — И это называется мужчиной?!

— По-моему, это называется иначе, — желчно ответил Андрей, — Видимо, ты сильно его напугала.

— Может быть, — неопределённо произнесла женщина, — Но роль «девочки» ему подойдёт вполне…

— Ты хотела бы иметь такую «девочку» у себя в услужении?

— Нет. Он мне противен в любом качестве, — огласила свой приговор Софья, закуривая, — А как там его супруга?

— Раскололась, — равнодушно ответил мужчина.

— Тоже после «допроса с пристрастием»?

— Этого не понадобилось. Я и не дотрагивался до неё, а Ольга приласкала немного…

— В прямом смысле приласкала? И всё?! Евгения после этого сама рассказала свою историю?

— И даже вспомнила последний день их жизни…

— Что?! — охнула Соня, — Я не понимаю… Какая жалость, что я этого не видела!

— Хочешь посмотреть запись на ноутбуке? — улыбнулся Андрей, — Не вижу в этом тайны, которую следует от тебя скрывать…

— Благодарю Вас, Господин! — со значением улыбнулась в ответ женщина.

Пока Софья с интересом просматривала записи из белой комнаты, Вершитель направился туда сам. Женщины по-прежнему лежали в постели и тихо беседовали, Евгения ласкала тело полураздетой «Госпожи»… Возвращение Господина обе встретили с радостью, но в глазах Испытуемой Андрей прочитал тревогу.

— Мне нужно поговорить с тобой, Оля, — произнёс Вершитель, и Ольга соскочила на пол, на ходу застёгиваясь.

— А я, Господин Андрей? — испуганно спросила Женя, — Вы позволите мне остаться здесь… хотя бы ещё несколько часов…

— Поспи, — ответил мужчина, а заметив сомнение во взгляде женщины, добавил, — Не можешь спать — думай… Никто тебя не торопит…

Вернувшись в кабинет с помощницей, Андрей задумал устроить совещание. Софья к этому времени закончила просмотр записи.

— Интересно Вы работаете, Господин Андрей! — серьёзно посмотрела она на Вершителя, — Уважительно, вдумчиво, изящно… Никакого сравнения сами знаете с кем… И есть в Вашем подходе что-то… мистическое… Поэтому и результат такой!

— Ты так думаешь, Соня? — внимательно посмотрел ей в глаза мужчина, — Может быть… Но сейчас я хочу поговорить с вами о промежуточных результатах Испытания… Не удивляйся, Софья, у меня принято обсуждать с помощниками не только сценарий. Конечно, решение остаётся за мной, но… Думаю, мы можем поговорить доверительно и каждый выскажет своё мнение.

— Разумеется, Господин Андрей! Я вполне доверяю Вам и надеюсь на взаимность, — сверкнула глазами Соня, — Мне начать? Хорошо… Сначала о Вячеславе. Я не знаю технологии дальнейшей обработки Испытуемых, но этот человек на мой взгляд заработал серьёзную кару за содеянное и… наказание это должно быть таким, чтобы до него дошло если не через безмозглую голову, то…

— Согласна, — воспользовавшись паузой, вставила Ольга, — Только в нашем ли Княжестве?

— В нашем, — твёрдо констатировал Андрей, — Но первое и довольно продолжительное время он должен почувствовать на себе все «радости жизни» Княжества и от того, как Славик переживёт их, будет зависеть его будущее… Как считаете, специальность проститутки ему подойдёт?

— Несомненно! — желчно улыбнулась Оля.

— Мальчик по вызову? — переспросила Соня, — Или…

— Тебе не даёт покоя его ориентация? Возможно, вопрос о смене его пола возникнет у будущих клиентов или у сутенёра, — недобро усмехнулся и пожал плечами Вершитель, — Но это не наша проблема. Не исключено, что подобный вопрос всё-таки заставит Вячеслава задуматься… Пусть тогда и решает сам, кто он по существу.

— Логично, — кивнула Софья, — Одним словом, со Славиком всё более-менее понятно, а его жёнушка?

— В общем-то, и с ней всё ясно, — ответил мужчина, — Но Ольга считает, что она может пригодиться нам в дальнейшем… А у меня нет уверенности в её безобидности.

— После карантина она станет тише воды, — предположила Оля.

— Вероятно, — кивнул Андрей, — Но я говорю о глубинной сущности.

— А кто она по профессии? — поинтересовалась Софья.

— До начала их маленького бизнеса? Рекламный агент, — усмехнулся мужчина, — И Славик агент… рекламный…

— Угу, — задумчиво произнесла Соня, — Может Женя и в правду пригодится? Но за ней следует внимательно присматривать первое время.

— Вот именно! — согласился Андрей.

— Я присмотрю, — вызвалась Ольга.

— У тебя не хватает работы, Оля? — улыбнулся мужчина.

— Хватает, — улыбнулась в ответ девушка, — Но, по-моему, до сегодняшнего дня я не ошибалась в кадровых вопросах…

— В кадровых? — засмеялся Андрей, — Пожалуй, нет…

— В конце концов, если Вы сомневаетесь, мой Господин, можно до завтрашнего вечера понаблюдать за Женей здесь и устроить… дополнительную проверку…

— Ахнуть ещё пару раз? — язвительно усмехнулся Вершитель.

— Могу я высказать своё мнение, Господин? — спросила Софья.

— Конечно. Мы для этого здесь и собрались.

— Очень хорошо. Думаю, Оля права, и дополнительная проверка не повредит…

— Какая именно? — улыбнулась Ольга, — У тебя есть идея, Соня?

— Есть, — улыбнулась ей Софья. Судя по всему женщины между собой поладили, — Но сначала о Славике. Он так и будет сидеть в чёрной комнате?

— Нет, — твёрдо ответил Андрей, — Сейчас я напишу заключение, и его увезут, что тянуть-то?

— Хорошо, — серьёзно кивнула Соня, — А идея такая… Можно устроить ужин вчетвером, где Женя будет выполнять роль прислуги. Разговор за ужином может касаться её, но словно Евгения отсутствует…

— Ты хочешь создать атмосферу, в которой она почувствует себя изгоем? — догадался мужчина.

— Именно так! После ужина Господин с женой уединяются, не обращая на Женю никакого внимания, — продолжила Софья, хитро глянув на улыбающуюся Ольгу, — А я — палач, преобразившийся в обычную женщину, начинаю с Евгенией задушевный разговор…

— Ты окажешься не просто обычной женщиной, — дополнила девушка, — А доброй, внимательной, переживающей за бедную жёнушку мерзкого мужа…

— Ага, — засмеялась Соня, — Эдакая сердобольная женщина-палач!.. Итак, я завожу с ней разговор о том, что в этом мире трудно приходится без надёжного и доброжелательного покровителя и заступника. Она, разумеется, начнёт спрашивать о Вас, Господин Андрей…

— А ты скажешь ей, что у этого Господина забот и без неё хватает, — улыбаясь, продолжил мужчина, — Да ещё и молодая, красивая жена!

— Конечно, — засмеялась Софья, взглянув на гордую физиономию «жены», — Я скажу, что Евгения может быть нужна Господину и Госпоже только для развратных утех и экспериментов, которые могут скоро стать жестокими… А со временем она просто надоест им и превратиться в опостылевшую прислугу, которая вечно мешается под ногами, когда драит туалет.

— Интересно, — хитро прищурился Андрей, — Какую альтернативу ты ей предложишь, Соня?

— Я поведу её в опустевшую чёрную комнату, — объясняла она, — Там на неё нахлынут страшненькие воспоминания об экзекуции мужа, но добрая женщина-палач поведает, что в подобной комнате можно быть не только жертвой, но и палачом! И если Евгения предпочтёт слушаться свою новую знакомую Софью, то получит не только её покровительство, но и возможность со временем стать такой же, как она…

— Женька не согласится! — выпалила Ольга.

— Не уверена, — засомневалась Соня, — Что ты ей рассказывала о Княжестве и возможностях в будущем, Оля?

— Не слишком много, — ответила девушка, — Говорила о светящем ей обслуживании мужчин в самых различных формах, о подчинении и дисциплине, о Господах и потенциальных покровителях, что вполне соответствует твоей идее, Соня… Ну и о… моём муже, который, если Женя будет вести себя правильно, защитит от угроз и поможет устроиться в этом мире…

— Очень хорошо! — кивнула Софья, — Я буду подтверждать всё, что ты говорила, но склонять её выбрать моё общество…

— Этого мало, — прокомментировал Вершитель, — Разумеется, важно и не перегнуть, но необходимо спровоцировать её на предательство.

— Я думала об этом, — кивнула Соня, — Сутью моего предложения ей станет не только выбор моей стороны, но и письменные показания о преступных деяниях Господина и его жены по отношению к Евгении и Вячеславу, которые я, якобы, передам в соответствующие инстанции. Если Женя согласится, мною будет предложено написать показания прямо в чёрной комнате, дабы обезопасить себя и её от гнева Господина, ровно, как и проверить Евгению на искренность… На этом, собственно, Испытание подойдёт к завершению. Останется только бурный финал, во время которого Господин ознакомится с рукописью и накажет Евгению в полном соответствии с мерой своего гнева.

— А если она откажется с тобой сотрудничать? — без улыбки спросила Ольга, продолжавшая держать сторону Испытуемой.

— Тогда я начну давить на неё с нарастающей силой… — белозубо улыбнулась Соня, — И в самый драматический момент войдёт Господин Андрей и спасёт бедную Женечку из коварных лап палача!

— Надеюсь, так и случится, — грустно кивнула Оля.

— Вскоре мы всё узнаем сами, — произнёс Андрей.

— Так Вы принимаете мой план, Господин? — внимательно посмотрела на него Софья…

Не откладывая дела в долгий ящик, Вершитель принялся писать отчёт об Испытании Вячеслава, а женщины обсуждать меню ужина и заказывать вечерние платья… Через полтора часа Блюстители увезли бледного, как полотно Славика, а вскоре всё было готово для начала ужина с задуманной Софьей изюминкой. Андрей в строгом, но не без изящества тёмно-синем костюме занял место во главе стола. По правую руку от него сидела Ольга в чёрном вечернем платье с отделкой под цвет её глаз и сверкающего на шее изумруда. Напротив неё расположилась Соня в изысканно-сексуальном красном платье. Весьма привлекательно выглядела и Евгения в изящном мини официантки, подчёркивающем выдающиеся особенности её фигуры, с изобретательно уложенными волнами светло-русыми волосами и прекрасно подобранным макияжем. В облике Испытуемой читалась рука Ольги. Евгении пришлось потрудиться и перед ужином, и во время него. Всё это явно не доставляло женщине большого удовольствия, но под неожиданно суровым взглядом Госпожи выбирать не приходилось. Ближе к окончанию ужина, Ольга соизволила разрешить «служанке» перекусить на дальнем от Андрея конце стола. Вскоре Господин и Госпожа покинули гостиную, даже не взглянув на Евгению. Софья осталась наблюдать, как расстроенная и сбитая с толку Женя убирает грязную посуду, и завела с ней душещипательную беседу. Всё пошло по плану…

— Не желает ли милая жёнушка ублажить своего дорогого мужа? — хитро улыбнулся Андрей, плюхаясь на кожаную поверхность дивана в кабинете и закуривая.

— Ещё как желает! — сверкнула зубами Оля и указала рукою на экран монитора, — Но может быть, досмотрим сначала кино. Фильм такой интересный и захватывающий, что его сложно смотреть в постели…

«Муж» не возражал. «Кино» на экране проходило строго по сценарию. Далеко не лучшее настроение Испытуемой становилось с каждой минутой всё хуже и хуже… Оля ёрзала на стуле у монитора, Андрей спокойно прикуривал очередную сигарету, наблюдая за происходящим с дивана… Действие «фильма» переместилась в чёрную комнату, где состояние Евгении перешло на грань истерики после заявления Софьи: «Своего бывшего ты вряд ли когда-нибудь увидишь». После длительной вербальной атаки Женя совсем поникла, ушла в себя и упрямо молчала. Женщина-палач в красном вечернем платье пыталась её расшевелить…

— Всё, что Вы говорите мне — ужасно, — наконец произнесла похоронным голосом Испытуемая и Оля у монитора сжала кулачки, — Впрочем, я давно привыкла никому не верить… То, что происходит со мной сейчас, вероятно, плата за ошибки и заслуженная плата… Возможно, я делаю новую ошибку, но мне нравится Господин Андрей и его жена Оля, и не нравитесь Вы…

— Ура! — закричала Ольга в кабинете, — Пусть Женька и дрянная сисястая курва, но нас не предала!

— Ну, что же… — грозно произнесла сидящая в кресле-трансформере Софья в чёрной комнате, — Не желаешь по хорошему, будет по плохому… На колени!

— Что?! Зачем это? — вздрогнула Женя, — Я не Ваша женщина…

— Плётку захотела? — закричала Соня, хватая рукой одежду «официантки» так, что Испытуемая упала перед ней, а её платье разорвалось пополам, обнажая белую грудь. Второй рукой женщина-палач задрала подол своего платья, открывая доступ к темноволосой промежности, не защищённой нижним бельём, — Пора тебе поработать по специальности, шлюха!

Дальше события развивались стремительно. Женя упиралась руками и ногами, Софья пыталась прижать к себе её лицо, Ольга выталкивала улыбающегося Андрея из кабинета… Через минуту, вероятно, казавшуюся Испытуемой вечностью, дверь в чёрную комнату распахнулась, и в неё вошёл Вершитель.

— Дождалась, дура! — равнодушно произнесла Соня и оттолкнула Евгению от себя, — Вот он — твой спаситель, только нужна ли ты ему?

— Не слишком ли много пафоса? — поднял бровь Андрей, нажал кнопку на кресле, и женщина-палач оказалась к нему прикована.

— Зачем это, Господин? — театрально охнула Софья, — Я не сделала ничего предосудительного…

— С этим мы разберёмся позже, — мрачно ответил мужчина и, незаметно подмигнув Соне, поднял с пола тяжело дышащую Женю и вывел её из комнаты. В белой спальне их ожидала Ольга. Евгения с рыданиями кинулась к «своей Госпоже». Андрей снял пиджак, галстук и вернулся к Соне.

— Надо же, Ваша Оля оказалась права! — улыбнулась она, — А я была почти убеждена, что выиграю…

— Но проиграла, — улыбнулся в ответ мужчина.

— Думаю, Вам следует отпустить меня домой, попадаться сейчас на глаза Спустившейся не логично, — констатировала факт Софья, — Если только Господин не желает наказать проигравшую и прикованную сейчас к креслу, а по сути, к Вам, несчастную женщину-палача…

— Желает, но в более спокойной обстановке, — Андрей поцеловал Соню в губы, шаловливо провёл рукой по её обнажённой промежности и только после этого освободил женщину из жёстких объятий кресла, — Пойдём, выпьем, Соня, и я вызову тебе такси…

— Хорошо, мой милый Господин! — поднялась и обняла его, целуя в губы, Софья, — Только мне надо переодеться в своё…

— Не надо, это теперь тоже твоё, — улыбнулся Андрей, — Ты смотришься в этом платье восхитительно!

— Правда? Спасибо огромное! — снова бросилась целоваться Соня, — Оно мне очень нравится! Когда Вы захотите увидеть меня, я могу снова надеть его…

— Договорились!

— И возможно тогда вы пожелаете полностью доверить себя в руки женщины-палача в красном платье…

— Что ты имеешь в виду? — не сразу понял Андрей, а затем рассмеялся, — Ах, ты всё ещё хочешь порулить? Не знаю-не знаю… Зато у меня есть к тебе другое и вполне серьёзное предложение.

— В самом деле? — удивилась Софья, — Я Вас внимательно слушаю.

— Видишь ли, Соня… Студии «Альфа», как любому приличному и уже не маленькому предприятию требуется собственная высокопрофессиональная служба безопасности. Предлагаю тебе принять участие в её организации и… возглавить.

— Вы серьёзно?! — вскрикнула женщина, — Но Вы же так мало меня знаете, Господин Андрей?

— Извини, Соня, но я навёл о тебе справки и… Не понимаю, почему ты работаешь у Банщика?

— Это долгая история, в двух словах не расскажешь… — грустно улыбнулась Софья, — Стремилась к другому, но… С тех пор я не слишком доверяю людям…

— Значит, тебе будет сложно согласиться на моё предложение, — вздохнул мужчина, — Без доверия в таком деле никак…

— Не беспокойтесь, Господин Андрей… Даже если бы не верила словам, по делам Вашим всё видно… Вы подключите Ивана к службе безопасности? Техническая, компьютерная поддержка очень пригодится, а он в этом деле мастер.

— Ивана подключим, Александра твоего… Да и не только их, разумеется…

— Сашу? — пристально посмотрела на мужчину Софья, — Ну да… Без меня он пропадёт, а студии пригодится, конечно… Внимательный Вы…

В белой комнате Андрея ждали довольная Ольга и почти успокоившаяся после пережитого Женя. Во взгляде его «жены» читался вопрос. Мужчина понял, что она интересуется Софьей и жестом показал, что та уехала. Оля радостно кивнула, девушка пусть и наладила контакт с женщиной-палачом, но, похоже, немного ревновала… Содержимое подноса на столике обновилось. Андрей понял, что Ольга хотела покормить Евгению, которой за ужином нормально поесть не пришлось.

— Ну, что же, милые дамы? По-моему, нам следует выпить и закусить!

— С удовольствием, мой Господин! — Оля слезла с постели и подала руку Жене, которая радостно её приняла, хотя и смотрела на девушку с удивлением.

— Вы называете своего мужа Господином? — спросила Испытуемая.

— Конечно, я называю Андрея своим Господином, ведь так оно и есть, — кивнула Ольга, присаживаясь на кресло. Второе кресло заняла Евгения в изорванном наряде официантки. Себе мужчина пододвинул к столику стул.

— У тебя есть вопросы ко мне, Женя? — проговорил он, наполняя рюмки коньяком.

— Да, Господин! — ответила женщина и задумалась, формулируя вопрос…

— Софья наговорила ей кучу гадких странностей и настраивала против нас! — решила помочь Ольга.

— Ничего страшного, — спокойно ответил Андрей, — Я уже принял меры…

— Эта женщина говорила, что… здесь очень плохо без покровителя… — Евгения словно раздумывала вслух.

— Это правда, — ответила ей Оля, — Но покровители тоже бывают разные…

— Насколько я понял, вопросов ко мне в принципе нет, — хмыкнул Вершитель и опустошил свою рюмку, — Зато Женя выбирает себе покровителя…

— Она просто хочет разобраться, мой Господин, — Ольга встала на защиту Испытуемой.

— В чём? — вздохнул Андрей, — Прекрати мечтать, Женя, выпей коньяку и включи, наконец, мозги и слух.

— Извините, Господин, — Евгения пригубила из рюмки, встряхнулась, в глазах женщины появилась осмысленность, — Я слушаю Вас очень внимательно…

— Прекрасно! Я не знаю, о чём вы здесь без меня грезите, но фактически дело обстоит так, — жёстко начал Вершитель, — Никаких покровителей у Жени нет!

— Но эта женщина… — попыталась возразить Испытуемая.

— У Софьи прав и возможностей меньше, чем… у моей жены. Если бы ты приняла предложение палача, то осталась бы одна, потому что перестала бы существовать для нас с Ольгой… Повторяю, покровителей у тебя сейчас нет и быть не может. Зато есть целая цепочка преступлений, за которые уже осуждён твой муж…

— Он в тюрьме?! — нервно воскликнула Евгения.

— Да, можно это и так назвать, — кивнул Андрей, — По форме — тюрьма, по сути — чистилище.

— Да уж, — вырвалось у Ольги, метнувший быстрый, как молния, взгляд в сторону «мужа».

— Оля тебе расскажет, если захочет…

— Вы там бывали, Госпожа? — с ужасом спросила Женя.

— Была, — задумчиво кивнула девушка, — Через карантинную зону все проходят… почти… И тебе это предстоит, милая…

— Какой кошмар, — Евгения обхватила голову руками.

— Разумеется, ничего хорошего там нет, — раздражённо проговорил Андрей, — Но тебе нужно думать не о покровителях и ужасах нескольких дней карантина, а о том, что тебя ждёт, когда ты из него выйдешь!

— До этого ещё нужно дожить, — снова ушла в себя Испытуемая.

— И то верно, — легко согласился Вершитель. Он вздохнул, наполнил рюмки коньяком, немедленно опустошил свою, закурил и поднялся со стула, — Думаю, можно считать этот разговор законченным.

— Мой Господин, не бросайте Женечку! — взмолилась Ольга, — Куда Вы?

— В кабинет, готовить отчёт, — сухо ответил Андрей, Оля просительно сложила на груди руки, Женя непонимающе смотрела на них помутневшими глазами. Мужчина обратился к помощнице, не глядя на Испытуемую, — Ольга, ты же знаешь, мы не обязаны вести подобные разговоры. Более того, они против правил. А в данном случае ещё и бессмысленны: Евгению не интересует будущее, её интересует только настоящее! Так пусть она и получает его естественным путём.

Прежде чем отправиться в кабинет, Андрей спустился в сауну, разделся и нырнул в холодную воду бассейна. Через минуту выскочил из него, забежал в парилку и улёгся на верхний полок из струганного дерева. На душе было муторно, хотелось быстрее закончить Испытание и забыть о нём, но… В сауну забежала Ольга, разыскивавшая его по всему коттеджу. Она быстро скинула с себя одежду и залетела к мужчине в парилку, в глазах девушки стояли слёзы.

— Пожалей её, Андрюша! — тихо проговорила девушка, глотая горячий воздух.

— Что я могу? — с сомнением проговорил недовольный собой и всё ещё раздражённый Андрей, — Если хочешь, приведи Женю сюда… Распарим её и…

— Зачем ты так, милый мой? — Оля опустила голову и принялась водить ладошкой по телу мужчины, покрытому горячим потом.

— Можно подумать, что ты этого не хочешь? — Андрей пытался задавить в себе раздражение, но получалось плохо.

— Может быть, и хочу, — подняла на него ясные и такие серьёзные сейчас глаза Ольга, — Но это не главное… Пойми, Женя ничуть не хуже меня!

— Возможно, — кивнул мужчина, — Но ты… родная…

— Ах, Андрюша…

— Пойми и ты меня! Я, прежде всего, человек… со своими слабостями и недостатками…

— Возможно, за это я тебя и люблю! — Оля забралась к нему и тесно прижалась, отчего обоим стало очень жарко.

— Ох, не надо сейчас об этом…

— Надо, мой Господин! Ты — не просто человек…

— Ещё бы! — в голосе Андрея появился едкий пафос, — Я — особенный! Я — Вершитель!

— Ты — Вершитель судеб, Андрюша! — негромко, без всякого пафосного надрыва в голосе проговорила девушка, — Думаю, что большинство Вершителей давно об этом не задумывается, но не ты… Именно потому, что ты остаёшься человеком…

— Мы сейчас здесь сваримся, — охнул мужчина, поднимаясь с полки сам и поднимая Олю, — А я не хочу варёную «жену»… Марш в бассейн!

Они выскочили из парилки и, взявшись за руки, прыгнули в ледяную после жара сауны воду бассейна. Через пару минут они стояли в небольшой комнате отдыха, где из мебели находился только простой стол с двумя скамейками из струганой древесины и довольно широкая койка, обитая рыжей клеёнкой с таким же упругим валиком вместо подушек. Андрей набросил на тело девушки сухую белую простыню и тщательно вытирал покрывшуюся пупырышками кожу Оли.

— Замёрзла? — ласково спросил мужчина, — Может быть, погреешься немного в парилке?

— Лучше в твоих руках, — улыбнулась в ответ девушка, тесно прижавшись к нему. Андрей нежно поглаживал Ольгу по спину, пока она не почувствовала, как упёрлась в живот возбудившаяся мужская плоть, — Ой-ой, кажется не только я согрелась…

— И что же в этом плохого? — мужчина хитро посмотрел в её весёлые глазки.

— Может быть, ты позволишь мне позвать Женю?

— Ах, всё-таки, моя «жена» запала на сисястую? — грозно произнёс Андрей и рассмеялся, — Ладно уж, сходи за ней…

— Пивка захватить? — девушка открыла встроенный в стену шкаф и достала белые махровые халаты для себя и Господина…

Минут через десять Оля вернулась в комнату отдыха сауны вместе с Евгенией. В руках обеих женщин оказались подносы, на одном из которых стояли два больших кувшина с пивом и полагающейся к пиву снедью, на другом запотевшая бутылка водки и холодная закуска. Ольга приказала Жене снять с себя всю одежду, что та и сделала, на удивление, стыдливо взглянув на Господина, а потом на рыжую койку. Однако «Госпожа» повела её не туда, а в парилку… Андрей выпил бокал пива с икрой воблы, закурил и пошёл посмотреть, чем занимаются женщины.

— Господин, не хотите пообщаться с Испытуемой в парилке? — хитро улыбнулась ему Оля, указывая на потеющую в сауне Евгению.

— Почему нет? — усмехнулся мужчина, — А что же ты сама?

— Ой, хватит мне этого жара, — поцеловала его в щёку девушка, — Я и так худенькая…

Андрей скинул халат, зашёл в парилку и присел рядом с робко взглянувшей на него Женей. Одной рукой обнажённая женщина прикрывала лобок и старалась не смотреть на открытые гениталии мужчины.

— Ты теперь стесняешься меня, Женечка? — усмехнулся Андрей.

— Да, Господин! — кивнула она и покраснела, — Всё-таки на нас смотрит Ваша жена… А мы тут с Вами голые…

— Не беспокойся об этом, Ольга не против, — шепнул ей на ушко мужчина и провёл ладонью по влажной от пота груди Евгении.

— Разве так бывает? — вздрогнула от его прикосновения удивлённая женщина и прижалась к Андрею горячим плечом, — Я тут пытаюсь понять… От Вас сейчас зависит… моё дальнейшее существование, так? Мне предстоит ответить за… то, что мы со Славой делали… И наказание мне тоже назначите Вы?

— Не всё так просто, детка, — мягко произнёс он, продолжая поглаживать женскую грудь, соски которой начали твердеть, — Я не должен всё это тебе рассказывать, ну да ладно… Уже то, что ты с мужем оказалась здесь — наказание… Мне надлежит выяснить твоё дело во всех подробностях и вынести вердикт о степени твоих преступных действий, о мере твоего падения. От этого зависит, где ты понесёшь наказание…

— Где? По-моему, важнее какое оно будет? — Евгения размякла под рукой Вершителя и положила свою руку на его бедро, — И как долго продлиться?

— Это взаимосвязанные вещи. Не все остаются здесь… От того, где ты будешь находиться, во многом зависит тяжесть наказания, — ладонь мужчины скользнула между ног женщины, Женя вздрогнула, тихо застонала и дотронулась пальцами до мужской плоти, Андрей спокойно продолжал говорить, — В этом мире остаются те, чьи поступки не имели катастрофических последствий…

— Это я понимаю, Господин! — томно произнесла разомлевшая Евгения и протянула мужчине свои солёные мягкие губы.

— Ничего ты ещё не понимаешь, — улыбнулся Вершитель после долгого поцелуя. Ему захотелось овладеть этой мокрой от пота пышногрудой женщиной прямо здесь, но в парилке стало уж слишком душно, и он слегка шлёпнул Женю по ягодице, — Пойдём, проветримся!

Андрей нырнул в бассейн, Евгения предпочла тёплый душ. За столом в комнате отдыха женщины медленно пили пиво, а мужчина после ещё одного бокала пенного выпил рюмку водки и продолжил рассказывать Испытуемой о том, что может ждать её впереди:

— Итак, здесь остаются люди, чьи проступки соответствуют пребыванию в этом мире. Остальные уходят дальше… во тьму, — сказал Вершитель, и Евгения вздрогнула.

— А мой муж… бывший? — тихо спросила она.

— Ты его любишь? — вдруг спросил Андрей, и Ольга охнула от неожиданности и уставилась на мужчину с изумлением.

— Любовь?.. Я уже и не помню, что это такое… — с неожиданно горьким стоном произнесла Женя, — Деньги одни, словно без них дышать невозможно… Деньги за труд, деньги за пот, за боль, стыд, кровь… даже за смерть деньги… Всё остальное считается малозначимым и бесполезным… Сложно поверить, что у вас иначе… И тем более странно, что Вы заговорили о любви! Где её искать, особенно теперь, здесь?..

— Как и везде… — пожал плечами мужчина, но увидев непонимание в глазах женщин, добавил, — В себе, конечно, где же ещё?..

В комнате повисла тишина. Когда молчание начало давить, Ольга принялась неторопливо рассказывать Испытуемой об устройстве жизни в Княжестве и её ближайших и долгосрочных перспективах…

— Но это же наказание длиной в целую жизнь! — осознала Евгения.

— Так и есть… Но для кого-то наказание, а для кого-то настоящая жизнь с горестями и радостью, — возразила Ольга, — И куда лучше прежней!

— Вам просто повезло, Госпожа! — уныло воскликнула Женя, — Вы удачно вышли замуж…

— Замуж? Это не то, что ты думаешь, милая! И не то, что было там, в прошлом… — улыбнулась девушка, — Я была на твоём месте. Осмотри внимательно браслет на моей шее…

— Какой прекрасный изумруд!.. Здесь что-то написано… Так Вы — рабыня Господина Андрея?! — ахнула женщина и недоверчиво посмотрела на мужчину, — Но с рабынями так себя не ведут!

— Хозяин сам решает, как вести себя с рабынями. Для меня Оля — не только рабыня, но и друг, помощница, необходимая сотрудница моего проекта, любовница, жена, если тебе нравится это слово… — прямо ответил Андрей, глядя на сияющую Ольгу, — И всё это в одном лице.

— Невероятно! — воскликнула Евгения, — А та женщина-палач уверяла, что я могу быть интересна Вам только для секса… Судя по Госпоже Оле, это не соответствует действительности.

— Софья лукавила, — улыбнулся мужчина, — Женщины интересуют меня не только, как способ удовлетворения похоти… С другой стороны, разве тебе не хочется, чтобы Господин Андрей и Госпожа Оля разложили тебя сейчас же на этой рыжей кушетке?

— Не могу так сразу сказать, что… хочется, — виновато опустила голову Испытуемая, — Я не привыкла к такой откровенности в общении, мне стыдно… Это часть наказания?

— Всё зависит от того, как ты сама к этому относишься, Женечка! — высказалась Ольга, — Пойми, тебе повезло уже в том, что с тобой говорят и рассказывают о многом… И дело даже не в том, что после карантина ты, вероятно, мало что вспомнишь…

— Как это? — изумилась женщина, — У меня сотрут память?

— Можно и так назвать, наверное, — задумчиво ответил Андрей, выпивая рюмку водки, — Когда ты родилась на свет, помнила, что было с тобой до этого?

— Нет, — изумлённо взглянула на Господина Евгения.

— А некоторые помнят, — кивнул мужчина, — Также и здесь… Большинство забывают о своей прежней жизни, но есть исключения…

— На самом деле есть?

— Одно такое исключение пьёт сейчас с тобой пиво, — засмеялась Ольга.

— Вы, Госпожа?! С ума сойти! — Женя порывисто схватила руку девушки и поцеловала, — Но если я всё забуду… Можно мне сейчас доверить Вам свои мысли, Господин?

— Попробуй, если не жалко, — доброжелательно улыбнулся Андрей.

— То, что происходит со мной сегодня — настоящий шок! — Евгения с тяжёлым вздохом заговорила о наболевшем. Она, наконец, решилась открыться и… словно камень упал с души и плечи распрямились, — Но если быть до конца честной — я ждала чего-то ужасного… Мы с мужем занимались гадким промыслом, нечестным во всех смыслах. Если бы я просто продавала своё тело — было бы честнее, но… Дело даже не в том, что клиенты случались противные… Некоторые мужчины мне нравились! В конце концов, я могла завести себе состоятельного любовника и доить с него необходимые для жизни деньги, это куда честнее. Но Слава был против, он сам придумал этот способ получения прибыли и… сам страшно ревновал меня к каждому клиенту! А я… Я чувствовала себя верной женой, потому что никто из них… не получал меня по-настоящему…

— Именно поэтому ты удивилась и не поверила, когда я сказал, что Славик не против нашего совокупления? — поинтересовался Андрей.

— Да, — кивнула Женя и… покраснела, — Но тогда я оказалась на пределе и, если бы Вы начали брать меня силой… Я хотела Вам отдаться, Господин! Простите, Госпожа Оля!

— Не извиняйся, милая, ты же говоришь правду, — девушка смотрела на «Спустившуюся» внимательно и очень серьёзно, — Продолжай…

— Я ещё не понимала где нахожусь, да и сейчас мне трудно… — благодарно кивнула ей Евгения, — Но внутри накопилось столько всего… Я давно поняла, что нельзя получать довольство и благополучие просто так, за всё надо платить. И моё терпение лопнуло, как нарыв… Я решила, что изменю всё, пусть даже против воли мужа. Я оплачу Вам свои долги!

— Почему именно мне, Женя? — удивился Андрей.

— Какой ты не догадливый, мой дорогой! — кокетливо улыбнулась Ольга.

— Вы сразу всё поняли, Госпожа Оля, — тихо проговорила Женя, стыдясь своей прямоты, — Любому человеку, наверное, а женщине особенно важно кому платить… Если тебя насилует монстр и ничего, кроме страха и отвращения ты не испытываешь — это ужасно… Если то же самое делает мужчина, к которому тянет, то испытываешь, конечно, и бессилие, и стыд, но и желание, и даже удовлетворение от того, что он тебя выбрал! Думаю, внешность мужчины при этом не главное, хотя желательно, чтобы он нравился тебе… Главное — доверие!

— Ты уже прониклась ко мне доверием, Женечка? — с иронией произнёс Андрей, — Почему? Ты же очень мало меня знаешь…

— Просто… Вы сразу вызываете доверие… — прямо ответила Евгения, — И даже если это ещё одна моя ошибка, я доверяюсь Вам…

— Не ты одна, Женя, — улыбнулась Ольга, — Что касается ошибки… Только время рассудит.

— Да, я понимаю, что пока не могу рассчитывать на такое же доверие с Вашей стороны, но не бросайте меня на произвол судьбы! Я оплачу Вам всё сполна…

— Предположим, что тобою движет раскаяние и надежда, — заговорил Андрей и Женя часто закивала головой, — Однако я не понимаю, о чём именно ты просишь? Снова о покровительстве?

— Я чувствую, что Вам не нравится это слово… Госпожа рассказала мне немного о мире, в который я попаду за пределами этого дома, это немыслимо, но жить-то надо… Я прошу только немножко Вашей защиты в страшном и чужом мне мире! Человек ко всему привыкает, но требуются силы и время… За Ваше внимание ко мне и защиту я заплачу собой… всем, что есть у меня!

— Серьёзное заявление, — констатировал Андрей, закуривая, — Думаю, Госпожу Олю ты убедила…

— А Вас? — Евгения бросила на мужчину вопрошающий взгляд и опустила голову, — Я не нравлюсь Вам, как женщина, Господин?

— С этим всё в порядке, Женечка, — усмехнулся Андрей, — Но я не убеждён в твоей искренности… Впрочем, её, и в правду, подтвердит или опровергнет только время…

В комнате снова висела тишина. Ольга предпочла не высказываться сейчас в защиту Испытуемой, опасаясь обратного эффекта. Женю последние слова Вершителя покоробили, но и внушили надежду на его благосклонность, которую она боялась спугнуть. Андрей просто наливал в рюмки водку, с интересом посматривая на женщин… Он уже всё решил для себя, а решив, откинул сомнения и тяжесть своих обязанностей. Пора было просто расслабиться, но он ждал, как поведут себя его спутницы, и покосившись на рыжую койку, просто поднял наполненную рюмку. Ольга поймала его взгляд, прочитала в нём что-то своё, улыбнулась, звякнула стеклом о рюмку Господина и облегчённо опустошила её. Евгения взяла свою рюмку с опаской, осторожно, словно боясь расплескать, чокнулась с Вершителем и резко, отчаянно выпила до дна…

* * *

Часы показывали пять утра, и порядком утомившаяся компания отправилась спать. Испытуемая умоляла не оставлять её одну и Вершитель уложил женщин в белой спальне, а сам расположился в кабинете, несмотря на молчаливые протесты обеих. Спал Андрей крепко, но недолго. В начале одиннадцатого он проснулся и сразу сел писать отчёт. Дело заняло около часа. На экране монитора наблюдалась почти статическая картинка спящих женщин… Проснулись они ближе к полудню. За коротким завтраком Ольга предложила Андрею исполнить ночное желание в парилке. Откуда только знала? Мужчина не возражал, взял снова смутившуюся Евгению за руку и повёл её в сауну. Там он молча раздел женщину и, не дожидаясь пока в парилке станет душно и слишком жарко, после недолгих поцелуев и ласк взял Женю по первому поту без лишних выкрутасов…

— Неужели я забуду всё это?! — удручённо спрашивала Евгения незадолго до прощания. Со времени ночного разговора она ни разу больше не спросила ни о своём будущем, ни о покровительстве. Андрей оценил это по достоинству.

— Господин пробудит твою память, — с полной уверенностью заявила Оля, — Если, конечно, захочет…

— Значит ли это… — начала, было, Женя, но умолкла на полуслове.

— Ольга, скажи-ка мне, — очень серьёзно начал Вершитель и прямо спросил, — у тебя есть конкретные задумки, как использовать Евгению, если она после карантина окажется при тебе?

— Да, мой Господин! — также серьёзно ответила девушка, — Я могла бы задействовать её сразу в нескольких направлениях…

— Я не подведу Вас, Госпожа! — вставила Женя.

— Даже если тебе прикажут сниматься в порно? — жёстко спросила Ольга.

— Знаю, что Вы оба желаете мне добра, — опустила голову женщина, — Если понадобится, я стерплю унижения и сделаю, что требуется…

— Что же, это серьёзно, — строго, но доброжелательно кивнул мужчина, — Последний вопрос. Осознаёшь ли ты, что после обязательного карантина снова встретиться и остаться с нами возможно только в статусе моей рабыни?

— Я уже сейчас чувствую себя Вашей рабыней, Господин Андрей! — тихо, но убеждённо проговорила Евгения и поцеловала его руку, — Звучит странно, но это мой внутренний выбор…

Глава 19

Провалы в памяти

Кто бы мог подумать, что ровно через неделю они снова окажутся в коттедже Вершителя втроём? Забирать Евгению из зоны карантина Андрей и Ольга решили вместе. Охранники вывели женщину, которая физически выглядела бодрой и даже помолодевшей, не то, что Оля в подобной ситуации. Женю, которая растерянно оглядывалась по сторонам, усадили на заднее сидение автомобиля рядом с Ольгой. Андрей погнал машину на студию, но тут случилось непредвиденное… Евгения стала требовать, чтобы её немедленно отвезли домой или отпустили, металась по машине и даже порывалась открыть дверь. Андрею пришлось заблокировать двери, а Ольге надеть женщине наручники. Но и после этого Женя отказывалась успокоиться, никого не узнавая и требуя освобождения. Андрей резко развернул машину и двинулся в сторону коттеджа Вершителя. Ольга быстро поняла и поддержала его идею. Вид за окном автомобиля озадачил и утихомирил Евгению, но ненадолго. Из подземного гаража коттеджа упирающуюся женщину тащили вдвоём, но ни вид чёрной комнаты, ни порванная на ней Вершителем серая карантинная одежда, ни лёгкая взбучка, которую ей устроила Ольга, не пробудили памяти Евгении. Она стала тихой, унылой и покорной, но и только… Тогда Андрей подмигнул своей помощнице, разделся и повёл недоумевающую, со страхом глядящую на обнажённого мужчину, Женю в сауну. Там он сорвал с неё лохмотья, снял наручники и втолкнул в парилку. Евгения сидела на полке, положив руки на колени, и время от времени бросала боязливые и стыдливые взгляды на сидящего рядом мужчину. Он дождался, пока тело женщины начнёт покрываться каплями пота, и начал ласково, но властно гладить ладонью ей груди. Женя вздрагивала, но не сопротивлялась… Через некоторое время её соски набухли, Андрей приблизил своё лицо к лицу женщины и поцеловал её солёные губы… Евгения задрожала, потом замерла, издала протяжный стон, обняла мужчину мягкими руками и принялась целовать его губы, щёки, глаза…

— Господин! — горячо зашептала она, — Господин Андрей! Я чуть не забыла Вас… Простите свою глупую рабыню…

Женя буквально запеленала его своими горячими и нежными ласками, а затем отдалась ему бесстыдно и безрассудно, не замечая жара и духоты парилки… После всего этого, мужчина покачиваясь вывалился из сауны и рухнул в бассейн, а Евгения упала на колени перед стоящей рядом в белом платье, облегчённо улыбающейся Ольгой, которая с упрёком покачивала головой… Через полчаса Андрей вёл машину на студию, довольная Оля сидела рядом, а Женя одаривала их нежными взглядами с заднего сидения, поминутно поправляя ошейник, который надел на неё Господин…

… Но это случилось неделей позже, а нынешним вечером Андрей и Ольга остались одни. Обедать было поздно и, они решили вскоре устроить ужин, поваляться в постели и уснуть… когда получится… Но сначала Вершитель огорошил свою помощницу:

— Вообще-то у меня висит резерв на ещё одну Испытуемую…

— Серьёзно? — удивилась Оля, — Ещё одна подряд? Такого я не припомню…

— Наша семейная парочка — выбор Софьи, — признался Андрей, — А эту я зарезервировал до её приезда.

— Соне она не понравилась? Интересно, — лукаво усмехнулась девушка, — Впрочем, её выбор оказался необычным и эффектным… А можно и я как-нибудь выберу или это привилегия женщины-палача?

— Можно, Оленька! И прекрати паясничать, — ехидно ответил мужчина, но сразу перешёл на деловой лад, — Отказаться от этой Елизаветы что ли?

— Зачем же? — улыбнулась Оля, — Сегодня отдохнём, а завтра можно и поработать… Ты же знаешь, я могу не вылезать отсюда, когда рядом ты! Особенно, если на студии для меня работы не много…

— Ты-то можешь, — с лёгкой укоризной улыбнулся Андрей, — А мне здесь становится душно…

— Понимаю, — вздохнула девушка, — Но если обработать завтра ещё одну Испытуемую или Сошедшую, как забавно именует их Соня, тебе можно будет забыть об обязанностях Вершителя недели на две, так?

— Даже больше, — кивнул Вершитель, — Пожалуй ты права… Если не случится ничего срочного, зависнем здесь ещё на пару суток.

— Ура! — взвизгнула Ольга и поцеловала Господина в щёку.

— Радуешься? — хитро улыбнулся он, — Испытание завтра будешь проводить ты!

— Как это? — поразилась Оля и глаза её загорелись, — А Вы?

— А я буду наблюдать… — лениво потянулся на кресле Андрей и зевнул, — Ну, помогу, если что…

— Замётано! Я разрабатываю план с начала и до конца, а ты, мой дорогой Господин, его только утверждаешь! — лихо вскрикнула девушка, прогнала Вершителя с кресла и принялась изучать досье Испытуемой.

Пока Ольга занималась делом, Андрей связался по телефону со студией, расспросил о проблемах и новостях, обсудил и согласовал планы с Изабеллой и Сергеем. Позвонил он и Елене. Женщина обрадовалась его звонку, но как с ней часто бывало в его отсутствие, пребывала в состоянии лёгкой депрессии. Новый статус, казалось, успокоил и примирил её с окружающим миром, но… положение обеспеченной и защищённой от невзгод рабыни иногда угнетало Елену, в отличие от её азиатской подружки… Разговаривать с Золотым номером отеля «Силикон» Андрей начал после того, как все деловые разговоры завершились. Он скучал по Катрине и Эмме. Нельзя сказать, что они редко виделись, но мужчине хотелось уделять им больше времени и внимания. Личные секретарши, как Андрей предпочитал теперь называть их, уходя от слова «прислуга», часто приезжали на студию, занимаясь делопроизводством, юридической и финансовой составляющей его проектов, выполнили громадную работу в разработке и узаконивании «Поправки Беллы», вели и некоторые конфиденциальные дела Андрея, но личного, тёплого общения не хватало… Разговаривая сейчас с ними о делах и пустяках, он с радостью и смущением ловил себя на мысли, что мечтает о ласковых объятиях своей рыжей бестии Катрины, нежных ласках трогательно заботливой, часто стыдливой Эммы и… о её замечательной груди…

За ужином Ольга завела неожиданный разговор.

— Вам не кажется, мой Господин, что Наталья Ивановна сильно изменилась за последнее время?

— Да, Оля, — кивнул Андрей, — «Двойное одиночество» повергло её в шок, но кризис миновал, я думаю…

— Тяжело ей пришлось, конечно… Она всё вспомнила?

— Дело в том, что фильм получился… очень сильный, а для кого-то и тяжёлый, — проговорил Андрей, отрываясь от еды, — Никогда не забуду той тишины в зале на премьере, вскриков, стонов и даже слёз… Какие глаза у людей были, с ума сойти!

— А коллективное остолбенение в конце и… овации? — напомнила Оля.

— Это тоже, но… Я и представить не мог, что такое возможно ЗДЕСЬ! — по лбу мужчины пробежала быстрая вертикальная, как молния, складка, — Люди живы, их души живы… Не предполагал, что люди придут в залы на этот фильм в таких количествах! Мы делали его, в сущности, для себя и для близких… Этих близких, раскупающих диски с нашим кино и тихо просматривающих его дома, оказалось невероятно много!

— Наталью после премьеры я не видела несколько дней, — Ольга вернула разговор к своей бывшей учительнице и любовнице.

— На следующий день после премьеры она позвонила мне и попросила о встрече, — рассказывал Андрей, — Я пригласил её в Дом Хозяина вечером того же дня и… Она рыдала несколько часов, только под утро немного успокоилась и забылась…

— Ты умеешь успокаивать, милый…

— Ольга, прекрати пошлить! — вскрикнул мужчина и ударил ладонью по столу.

— Прости, Андрюша… — девушка вздрогнула, но в глазах её горела убеждённость, — Я сказала правду, мой хороший… Прекрасно это знаю из собственного опыта… А то, что женщины окончательно успокаиваются в постели, это — не пошлость, а нежность… и особая тактильная магия, которой ты владеешь…

— Это ты меня прости, Оленька! Я бываю вспыльчив… — сокрушённо произнёс Андрей и взял руку сидящей напротив него за столом девушки в свою, — Да, Наташа начала рыдать прямо с порога, уткнувшись в меня, потом в гостиной, где мы что-то пили и пытались разговаривать, а затем я увёл её в спальню…

— И это хорошо, — Оля ласково гладила кисть его руки, — Извини за прямоту, но некоторые очень важные истины всегда доходили до Натальи не через голову, а через…

— Она неглупая женщина… Может быть и этим местом думает? — мрачно пошутил мужчина, и… девушка расхохоталась до икоты…

— Умеешь ты поднять настроение! — заявила она, давясь яблочным соком.

— Если серьёзно… Наталья вспомнила далеко не всё, — продолжил Андрей, — О том, что фильм об учительнице, очень похожей на неё, и учениках этой женщины, она прочувствовала каждым нервом… А ты до сих пор не говорила с ней о прошлом, Оля?

— Нет, — опустила голову девушка, — Пойми меня правильно, я не хочу переносить в свою новую жизнь все «прелести» старой… Конечно, если бы Наталья заговорила со мной о нашем прошлом, я не отказала ей в такой беседе. Она хорошая, добрая и ласковая женщина, но в интимном смысле у меня с ней продолжения не будет. Как и с Колей, всё осталось за гранью… Возможно, она чувствует это, а может просто меня боится отчего-то… Наталья стала чаще приходить в мой коттедж по любому поводу, помогать по хозяйству, приносить какие-то вещи… нужные и не очень. Она беседует о разном с Колей и Нирой, иногда заговаривает со мной о делах в студии или о тебе. Я отвечаю ей вполне доброжелательно, однако…

— У неё проявляются материнские чувства и комплекс вины, — убеждённо кивнул Андрей.

— У неё? Это у меня комплекс вины! — горячо откликнулась Ольга, — И я не знаю, что с ним делать…

— Жить, маленькая моя! — мужчина погладил её ладонь, — Стараться быть доброй, но не добренькой, тёплой, но не тёпленькой… В конце концов, этой и есть твоё наказание — помнить и жить.

— Вот ты как повернул! — охнула Оля и задумалась, — Да, всё правильно… И я постараюсь…

— Вот и умница! — Андрей подсел к девушке и обнял её за плечи, — Может стоит позволить Наталье жить с вами в одном доме?

— Ни в коем случае! — немедленно отреагировала она, — Это выше моих сил. Мне и с Колей-то иногда встречаться не хочется… С Нирой — другое дело, с ней просто. У нас нет далёкого и сложного прошлого, только настоящее и будущее…

— Ты спишь с ней?

— Иногда… — неожиданно покраснела Оля, — Нира, если ты до сих пор не понял, хотела бы каждую ночь проводить в постели Хозяина, она заговаривает со мной о тебе постоянно, иногда в совсем не подходящий момент… Посмотрим, как они ещё уживутся с Женей…

— Да, развела ты себе гарем, — улыбнулся мужчина.

— Кто бы говорил! — улыбнулась в ответ девушка, — Знаешь, я тоже бы хотела жить и спать только с тобой! Молчи-молчи… Это отголоски моей памяти о прошлом. Сама знаю, что здесь говорить об этом нелепо… Да и отбивать тебя у Эммы, Кати, Беллы — глупо и несправедливо… Поверь, мне хорошо, что ты бываешь рядом даже в этом мрачноватом коттедже Вершителя… Кстати, Нира постоянно передаёт тебя приветы и надеется, что Хозяин когда-нибудь вызовет её к себе и… ну, ты понимаешь…

— Вызову-вызову… когда-нибудь, — вздохнул Андрей и неожиданно хохотнул, — А она занята завтра на съёмках?

— Ближайшие дни нет, — автоматически ответила Ольга и повернулась к мужчине, заглянув в его глаза, — А что? Вы придумали какую-то новую шалость, мой Господин?

— Ну-у… — лукаво улыбнулся девушке Вершитель, — Не знаю, впишется ли она в твой сценарий Испытания Елизаветы?

— Ещё как впишется, мой милый! — всплеснула руками Оля, — Внесу несколько поправок и готово! Вызываем Ниру, да? Я почему-то рада этому… Но только завтра, мой похотливый муженёк, завтра утром. Сегодня ты только мой!

— Не возражаю, — улыбнулся Андрей и провёл пальцами по милому личику девушки, — Однако, я снова твой «муж»?

— Так надо, дорогой! Ты же не против?..

К десяти утра на такси приехала возбуждённая от предстоящей встречи Нира. Испытуемая Елизавета уже больше часа спала поверх покрывала на постели в зелёной комнате, одетая в болотного цвета свитер грубой вязки, короткую плиссированную чёрную юбку и плотные чёрные колготки. Ольга предложила Вершителю ознакомиться с подготовленным ею сценарием, но к удивлению светловолосой помощницы, Андрей заявил, что доверяет ей бразды правления полностью и предпочитает видеть действие с чистого листа. Девушка радостно кивнула и принялась пояснять Нире нюансы её роли в предстоящем спектакле. Мужчина их не слушал, он только наблюдал. К его удивлению, Нира ничуть не изменилась, несмотря на то, что успела за последние месяцы стать настоящей порно-звездой Княжества. Время от времени она бросала на Андрея любопытствующие и смущённые взгляды. Впрочем, когда Ольга отправилась в зелёную комнату, чтобы начать Испытание, оставив женщину наедине с Господином, выражение глаз Ниры изменилось, в них появился призыв. «Да, детка, — ответил мужчина на её молчаливый вопрос, — но позже, сейчас сосредоточься на задании Ольги». Тонкая кожа еврейки порозовела, и женщина, скромно отведя глаза от Господина, уставилась в экран монитора. Там Ольга вовсю знакомилась с Испытуемой, представившись хозяйкой дома, будто бы сдавшей Елизавете комнату. Та, немного задумавшись, вроде бы приняла ситуацию, как должное, однако продолжала оставаться весьма сдержанной и настороженной. Впрочем, это не помешало им через несколько минут перейти на «ты». Оля показывала Лизе весь дом, кроме чёрной комнаты, которую она назвала подсобным помещением, и кабинета, который «вечно запирал муж». Большая фотография мужа в обнимку с женой уже висела на стене в гостиной. Елизавета посмотрела на фото с мрачным интересом, а заявление Ольги, что её супруг находится в длительной заграничной командировке, восприняла без эмоций. Помощница Вершителя продолжала дополнять мизансцену новыми деталями, предложив Лизе провести сегодняшний и завтрашний, будто бы выходные, дни вместе в веселье и праздности, разумеется, если у той нет своих планов. Елизавета снова задумалась, достала из сумочки свой мобильник, набрала один за другим два номера, абоненты которых, конечно, оказались недоступны. Своих планов у Лизы не оказалось. Женщины решили закатить шикарный обед, меню которого обсудили немедленно. Ольга надумала пригласить на обед подругу, Елизавета ничего не имела против, упомянув только, что не хотела бы присутствия на этом мероприятии мужчин. Оля только этого и ждала! Она весьма натурально поморщилась, заявив, что это вовсе не входит в её планы. Напротив, ей больше по душе тесная, чисто женская компания, а мужики, мол, не достойны столь прекрасных дам… Андрей в кабинете довольно хохотнул, когда Ольга нарочито показала язык его портрету, в который была вмонтирована одна из скрытых видеокамер, и открыл бутылку виски, заботливо принесённую его «женой», как и другую снедь, до начала «спектакля»… Тем временем у мужененавистниц в гостиной вовсю пошёл разговор о… мужчинах, огонь которого Оля поддерживала новыми поленьями, в качестве которых использовались «истории о мужьях и любовниках её знакомых»…

«По сценарию Госпожи, — прокомментировала для Вершителя разворачивающееся действие Нира, — я — её подруга и любовница, а Вы — не только её муж, но и мой любовник». Андрей округлил глаза и показал моментально покрасневшей женщине большой палец… Разговор Ольги с Елизаветой меж тем переместился из гостиной в сауну, куда «хозяйка дома» пригласила новую знакомую на водные процедуры перед плотным обедом. Тема разговора не изменилась, только говорила теперь больше Лиза, а Оля слушала. По словам Елизаветы, выходило, что её муж умер около года назад. Подробности его смерти женщина не сообщала, но поведала, что их отношения не складывались давно: «Муж не пропускал ни одной юбки, моё терпение лопнуло, когда он переспал с моей подругой. С этой дурой я порвала, а с ним жила как-то… Как с соседом». Рассказывала она и о женатом любовнике, который был хорош только своими постельными экспериментами. Однако и с ним она рассталась после того, как тот припёрся к ней на следующий день после похорон мужа, как к себе домой (Раньше они встречались только на нейтральной территории), надел тапочки покойного и начал к ней приставать… Впрочем, на этом откровения Лизы закончились, а попытки Ольги продлить её воспоминания успехом не увенчались. На просьбу «хозяйки дома» рассказать об экспериментах любовника, Елизавета только отшучивалась… В сауне женщины разделись, и Андрей с удивлением отметил, что фигура Испытуемой гораздо эффектнее, чем он предполагал: стройные ноги, плоский живот, упругая грудь, которую хорошо маскировал грубый свитер… Нира тоже заметила это и перекинулась с Господином лукавыми взглядами… Обнажённая Ольга в сауне тоже смотрела на «новую подругу» с удовольствием. В парилке женщины пробыли недолго, а затем с весёлым визгом прыгнули в холодную воду бассейна, где некоторое время подозрительно копошились… Сцена в комнате отдыха уже смахивала на романтическую. Оля принялась ласково вытирать Лизу полотенцем, пристально глядя в её тёмно-серые, как сейчас казалось, глаза. Женщина не сопротивлялась, но спросила:

— Зачем, тебе, молодой и обеспеченной женщине, сдавать комнату в твоём большом, ухоженном доме?

— Ах, Лиза, — томно отвечала Ольга, — Думаешь здесь уютно одной, когда мужа месяцами нет дома… Да и не в нём дело, он о тебе и не узнает, и не в деньгах, конечно… Я мечтала о новой подруге, с которой мне будет хорошо…

— Я поняла, Оля… — тихо ответила Елизавета, не отводя глаз, — Хорошо, если ты ждала именно меня…

Женщина провела ладонью по голому, мокрому плечу Ольги и принялась вытирать её своим полотенцем… Через несколько минут женщины отбросили полотенца, прижались друг к другу уже сухими телами и нежно поцеловались.

— Скоро обед привезут? — спросила Лиза, явно не стремившаяся к немедленному продолжению нежного общения.

— Скоро, — с хорошо сыгранным сожалением в голосе ответила Оля, — Пойдём одеваться к столу…

Одевались они недолго и без лишних изысков. В доме было тепло и комфортно, да и лишних глаз не предвиделось, а потому женщины облачились в лёгкие атласные халатики, Ольга в белый, Елизавета выбрала жёлтый… Уже и стол стоял накрытым, а третья собутыльница не появлялась. «Вечно она опаздывает!» — недовольно пробормотала «хозяйка дома» и взялась за телефонную трубку. В кабинете раздался неслышный из гостиной звонок, Нира покосилась на Вершителя, тот кивнул и, женщина заговорила по телефону: «Да-да, дорогая, я уже недалеко, через десять минут буду»… Андрею было крайне любопытно, какую роль Оля уготовила Нире. Распущенная развратная кошка или скромная, стыдливая подруга, волею судьбы попавшая под влияние Ольги и поневоле ставшая её любовницей. Судя по строгому и скромному платью третьей женщины, следовало ожидать второго варианта.

Вскоре Оля представляла Лизе свою старую подругу, которая явно стеснялась незнакомого лица в доме. За неторопливым обедом Елизавета с интересом рассматривала гостью, которой хозяйка дома периодически помыкала, не скрывая этого.

— Что за странное имя — Нира? — мимоходом поинтересовалась Лиза.

— Обычное еврейское имя, — пожала плечами Ольга, подруга которой смущённо опустила глаза.

— Тебе не жарко, голубушка? — неожиданно развязно спросила Елизавета.

— И в самом деле? — тут же подхватила хозяйка дома, — К тому же, мы договаривались с тобой, что в отсутствие посторонних лиц, ты приезжаешь ко мне без нижнего белья…

— Но, Олечка, — ахнула и моментально покраснела Нира, — Я же ехала на такси и, потом, у тебя гостья…

— Ты могла снять свой лифчик и трусики сразу, как приехала, — крайне недовольным тоном возразила хозяйка, — А Лиза — не посторонняя, она моя новая подруга… Так что иди и переоденься в мой любимый халатик… немедленно!

— В халатик? И без нижнего белья? — изменилась в лице старая подруга, — Но мне будет… неловко…

— Потерпишь! Кого тебе здесь стыдиться?..

— Ты с ней спишь? — прямо спросила Елизавета, когда Нира, ссутулившись, вышла из гостиной.

— Ага… Время от времени, — легкомысленно кивнула Оля, — Она скованная и закомплексованная, но зато послушная и горячая, когда разойдётся… Хочешь попробовать?

— Втроём? Хочу, — быстро согласилась Лиза, сверкнув глазами, — Через часок после обеда?

— Конечно, — улыбнулась хозяйка, — Куда нам спешить?..

— Шикарный халатик! — впервые за всё время улыбнулась Елизавета, взглянув на пунцовую от стыда женщину в прозрачном халате, абсолютно не скрывавшем её прелести.

На десерт пили шампанское с шоколадом и фруктами, будучи уже в белой комнате. Ольга с Лизой развалились на широченной постели, Нира скромно сидела на кресле… Некоторое время ничего не происходило, кроме пустого разговора между «хозяйкой дома» и её новой подругой…

Андрей понимал, что помощница Вершителя выдерживает паузу, ожидая активности от Испытуемой, но та медлила… От скуки мужчина налил себе немного виски, закурил и, весело хмыкнув, взялся за телефон. В белой спальне зазвучал телефонный звонок, страшно удивлённая Ольга встала с постели и взяла трубку.

— Здравствуй, жёнушка! — услышала она голос Господина, достаточно громкий, чтобы его услышали и женщины, встревоженно смотревшие на хозяйку дома с постели.

— Здравствуй, дорогой! — с лёгкой хрипотцой растерянно произнесла «жена», — Что-то случилось?

— Нет, всё в порядке, милая! Просто хотел услышать твой голос, — усмехнулся Андрей, — Не скучаешь там без меня?

— Скучаю, Андрюша, — Оля пришла в себя и начала отвечать подчёркнуто сладким голосом, — Как иначе? Сижу дома, думаю о тебе…

— Одна думаешь? — язвительно произнёс мужчина.

— Чаще всего одна, — трогательно пропела Оля, — Но сегодня подружек пригласила на выходные…

— Подружек? Я их знаю?

— Одну знаешь, дорогой, это Нира… Привет тебе передаёт! — с лёгкой тревогой ответила Ольга.

— Нира? Да, она… хорошая подруга, — удовлетворённо отметил муж, — Поцелуй её от меня.

— Поцеловать? — лукаво улыбнулась жена, — С удовольствием, милый! А в какое место поцеловать?

— Оставь свои хулиганства до моего возвращения, жёнушка! — усмехнулся Андрей, — И позванивай, чтобы я не забывал о своей девочке…

— Конечно, дорогой! — во взгляде Ольги появилось ехидство, — Целую тебя!

— И я тебя целую, детка! — ответил муж, заканчивая разговор…

— Забывает он меня, ведите ли… — нарочито зло хмыкнула Оля и немедленно переключилась на Ниру, — Он велел поцеловать тебя, подружка!

— Да? — лицо женщины просветлело, — Спасибо!

— Рано ты благодаришь Ольгу, — включилась в разговор Елизавета, в голосе которой появилась желчь, — Она ещё не передала тебе поцелуй мужа… в натуральную величину! Куда тебя обычно целует супруг подруги?

— Куда целует? — удивилась Нира, глядя на ухмыляющуюся Олю, которая крепко схватила её за руку и потащила на постель, — В щёку… иногда…

— В щёчку? — скривилась Лиза, — Всего то… Но ты то, хотела бы, чтобы он целовал… другие места, голубка?

— Что ты такое говоришь? — изумилась еврейка, моментально краснея.

— Ты прекрасно понимаешь, что я говорю! — жёстко ответила новая подруга хозяйки дома, — Оля, а ты не замечала, что Нира влюблена в твоего мужа?

— Ты так думаешь, подружка? — хохотнула Ольга, — И конечно она мечтает, чтобы Андрей целовал её не только в щёчку? Это мы сейчас устроим… Закрой глазки, Нирочка!..

В кабинете Андрей наблюдал, как не на шутку разошедшиеся Оля и Лиза руками и губами довели безнадежно пытающуюся их урезонить Ниру до полной кондиции, а затем заставили женщину долго ласкать себя всевозможными способами… Только получив полное удовлетворение, они оставили бедную Ниру в покое. Ольга отвела её в кабинет, подмигнула укоризненно покачавшему головой Андрею и вернулась к Лизе. Мужчина успокоительно поцеловал «старую подружку жены» в щёку и отправил под душ… Вернувшись всё в том же прозрачном халатике, посвежевшая и успокоившаяся Нира посмотрела на Хозяина вопросительно. Он кивнул на кожаный диван, подал ей бокал красного вина, закурил и присел рядом.

— Ну и гадкие у тебя подружки! — дружелюбно улыбнулся Андрей, — Что там дальше в сценарии Ольги?

— Дальше она ещё раз попробует подтолкнуть Лизу на откровенный разговор, — ответила женщина, ласковым кивком благодаря Господина за вино и заботу о ней, — А если не получится… Не станет торопиться и оставит продолжение до утра.

Андрей согласно кивнул, прихватил бутерброды, заранее приготовленные Олей, и уставился в экран, где интересного разговора пока не складывалось. Идти на кухню и варить кофе он не хотел, боясь испортить «спектакль». Но Нира почти бесшумно сходила туда и принесла Господину чашку свежезаваренного напитка. Андрей предложил женщине присоединиться к своей скромной трапезе, но она, благодарно улыбнувшись, отказалась… Тем временем, в белой комнате Елизавета неожиданно сама выбрала удачную тему для продолжения разговора.

— Оля, а ты не думала о том, чтобы развестись с мужем? — спросила она.

— Что за странная идея, Лиза? — едва не поперхнулась шампанским, которым освежались женщины, спросила хозяйка дома, — Зачем? Материально я при желании могу прожить и без него, хотя Андрей очень хорошо зарабатывает и обеспечивает все мои потребности… Потом, он часто отсутствует и редко беспокоит меня своим контролем… А когда возвращается домой, мы веселимся, принимаем гостей или сами ездим в самые лучшие заведения и путешествуем… К тому же мой муж — очень хорош в постели…

— Глупости всё это! — безапелляционно заявила Елизавета, — Я вижу, что детей ты заводить не планируешь, так? Тогда и мужчина не нужен… Женщина женщину всегда лучше поймёт и… приласкает.

— Ты так думаешь? — засомневалась Ольга, — Мне приятно заниматься этим с женщинами, но… Хотя бы для разнообразия…

— Это, смотря как заниматься! — таинственно улыбнулась Лиза, — У тебя здесь есть страпон?

— Конечно, — лукаво усмехнулась хозяйка дома, — И не один!

— Тащи их сюда, — томно посмотрела Елизавета на Олю и погладила её по голой ноге, — Я трахну тебя так, как ни один мужик не сможет!

— Ещё чего! — хохотнула «жена Андрея», — Давай лучше я тебя!

— Ну, нет, милая! — нахмурилась Лиза, — Так я не хочу…

— Тогда может быть Ниру вдвоём… утром? — весело предложила Ольга, — По полной программе…

— Точно! Я в деле! — неприятно засмеялась Испытуемая, — Утром в самый раз… А сейчас можно и поспать, поздно уже… Ты обнимешь меня, дорогая?

— Конечно, милая! — Оля прижалась к Елизавете, обняла и погладила её задницу, но попробовала продолжить разговор, — А ты и вправду считаешь, что мужчины не нужны?

— Хочешь, чтобы рассказала тебе откровенно? Хорошо, — Лиза в свою очередь принялась гладить Ольгу ласковыми ладонями, — Раньше я так не думала, но потом поняла, что все мужчины пьяницы или слабаки… Ни одного настоящего, как в книжках и кино, не встретила. Потому по жизни мне пришлось самой стать сильной… Я и с мужчинами стала себя вести по-другому. Сама их трахала, а не они меня! Тут и слабаки пригодились… Однако со временем я открыла для себя, что нежные попки и сладкие влагалища женщин куда приятнее для этого, чем волосатые задницы и вяленькие члены…

— Может быть, ты и права, — под ласками Елизаветы Оля расслабилась и распахнулась, — Но мне не хотелось бы лишаться этого дома и многих других прелестей жизни, которые даёт мне муж…

— А ты единственная его наследница, дорогуша? — пальцы Испытуемой скользнули вглубь лона помощницы Вершителя.

— Да, — сладко застонала она, — А что это меняет? Когда-нибудь… Но об этом и думать глупо…

— Ты права, сладкая моя! — своими настойчивыми ласками Елизавета довела хозяйку дома до состояния… когда та очень достоверно изобразила оргазм, но Лиза не остановилась, — Я тоже хочу кончить, дорогая, помоги мне…

— Ах, какая ты шалунья, Лизонька! — вызвать ответный оргазм у новой подруги не затруднило Ольгу…

— Спасибо, Оленька! — благодарно целовала Елизавета Олины губы и, уже засыпая, тихо проговорила, — Вот я, например, осталась одна, без мужика, с наследством… А что от этого? Радости в жизни не прибавилось…

Последнее заявление Испытуемой удивило Вершителя. До этих слов Лизы, у него складывалась вполне стройная картинка её жизни… Женщины в белой комнате уснули. Андрей увеличил громкость звука компьютера до максимума, чтобы не прозевать их пробуждения, если что… Кроме того, он поставил будильник на пять утра.

— И что нам теперь делать? — спросила Нира, глядя на его приготовления.

— Как что? — улыбнулся мужчина, — Каким Ольга представляла продолжение действия утром?

— Если всё идёт в выбранном Госпожой направлении, а так и получается… — словно пересказывая хорошо выученную роль, говорила женщина, — Ольга, проснувшись с Лизой, собираются продолжить развлекаться… со мной. Однако оказывается, что ночью вернулся муж, узнал подробности происходящего в доме от своей любовницы…

— То есть, от тебя? — хитро сощурился Андрей.

— Да, — ответила Нира и скромно опустила глаза, — В общем, Вы и я заходим в белую спальню, когда Оля с Лизой ещё нежатся и ласкаются в постели голышом, обсуждая планы на день…

— Прекрасно! — проговорил мужчина, — Будем считать, что я уже приехал домой и узнал от тебя подробности времяпрепровождения своей жены…

— И что теперь?

— До утра времени много, — заявил Вершитель, — Поговорив о своей жене с женщиной, которая является не только её… близкой подругой, но и его любовницей, а также не желая будить ночью парочку в белой спальне, муж Ольги и хозяин этого дома должен… Что он должен сделать, Нира?

— Потребовать ласк от своей любовницы? — краснея, предположила она.

— Совершенно верно! — улыбнулся Андрей, раскладывая диван, — Постели постель для нас, детка!

— Да, Господин! — бросилась выполнять приказ женщина, — Я постараюсь быть Вам хорошей любовницей…

Надо сказать, что Нира проявила себя не только горячей и ласковой любовницей, но и прекрасной собеседницей, когда Андрей заговорил с ней о делах студийных и фильмах уже законченных и ещё снимающихся… Хозяин студии с искренним удивлением узнал какое сильное впечатление произвело на Ниру «Двойное одиночество», когда она впервые увидела этот фильм на экране целиком. Именно после него Нира поняла, что её участие в съёмках не наказание, а творческая работа, особенно вне откровенных сцен. Андрей и сам видел, какими темпами растёт актёрское мастерство Ниры во время работы над очередной парой фильмов по сценарию Ольги — «Невольница» и «Помешательство», частично основанных на реконструкции жизненных коллизий одной еврейской женщины. Исполнявшая в них главную роль Нира приобрела свой собственный артистический почерк, основанный на удивительно тонких полутонах и налёте трагизма. Если в довольно жёсткой и целиком порнографической «Невольнице» это и не сильно бросалось в глаза, то в драматических перипетиях и трагедии «Помешательства», не говоря уже об открытой, но мрачной концовке этого фильма, талант исполнительницы роли главной героини оказался очевиден… Дарование новоявленной актрисы разглядел и Андрей, но беседуя сейчас с Нирой он открывал для себя глубинные источники актёрского преображения своей рабыни…

— Скажите, Господин! — интересовалась она, — Фильмы и дальше будут сниматься парами?

— Нет, это вовсе не обязательно, — отвечал Хозяин студии, — Но сейчас я хочу приучить зрителей к разному кино, поэтому идея двух разных фильмов с одной фабулой, в одном антураже, с одними и теми же актёрами видится мне оправданной и эффективной.

— Понимаю, — кивнула женщина, — «Помешательство» — совсем другой уровень по сравнению с «Н», я очень благодарна Вам и Белле за это кино! Я погружалась в эту работу, как… в омут… нет, как в глубокое озеро… озеро надежды…

— Ты играла себя, Нира?

— Нет.

— Нет?! — с изумлением переспросил Андрей, — Мне показалось, что у тебя много общего с главной героиней…

— Мне понятна моя героиня, я чувствую её очень глубоко, — с жаром поясняла женщина, — Но если она и была когда-то близка мне по натуре и по образу мыслей, то это осталось далеко позади… Я другая, мне интересно жить и узнавать мир вокруг меня, а не слепо подчиняться чьей-то воле! Конечно, я Ваша рабыня… Но Вы же и не требуете слепого подчинения, Хозяин!

— Нет… — задумчиво покачал головой Андрей, понимая, что недооценивал эту странную и по своему прекрасную еврейскую женщину, в которой легко уживалась преданность своему Господину и тяга к наслаждениям, покорность и желание жить и творить, — Глупо заставлять тебя механически выполнять набор обязанностей, да и скучно это…

— Конечно, мой Господин! Я сделаю всё, что нужно, хорошо сделаю, потому что это… ещё и моё желание!.. Боялась только, что отправив меня сниматься, Вы отстранитесь от меня… Но я ошибалась!

Разговор с Нирой всколыхнул в памяти Андрея беседу с Советником Аркадием после премьеры «Двойного одиночества». Если Куратор Михаил отнёсся к увиденному равнодушно, посчитав фильм затянутым и заумным, то Аркадий был в полном восторге. Выяснив у режиссёра Изабеллы, что замысел картины в первую очередь принадлежит Андрею, Советник принялся расточать ему комплименты, уверяя, что в фильме удалось не только яркими красками показать действие, но и тонко прорисовать психологические портреты героев. Аркадий просто умолял Хозяина студии продолжать эксперименты в драматическом направлении, не сосредотачиваясь исключительно на коммерчески выгодном видео, доступном для каждого… Воспользовавшись возможностью поговорить с Советником наедине, Андрей увёл беседу от фильма к работе с Испытуемыми. Экзальтированное после просмотра кино состояние Аркадия, подогретое некоторой дозой алкоголя, развязало ему язык. Благодаря этому Андрею удалось услышать от Советника подробности некоторых Испытаний разных Вершителей, документально нигде не зафиксированные. Аркадий использовал их в разговоре, как аргументы для доказательства обоснованности своих теорий, Андрей же получал ясную картинку методов работы некоторых своих коллег. Выводы напрашивались сами: стиль и методы работы Андрея с Испытуемыми оказались куда мягче и разумнее… По крайней мере он не использовал широко применяемых коллегами длительных и болезненных экзекуций Спустившихся, не доводил их до психологических срывов и истерик, не выбивал информацию жестокостью…

Ранним утром Вершитель с удовлетворением не увидел на экране монитора ничего нового, женщины в белой комнате спали. Нира, убедительно доказавшая Андрею свои качества нежной любовницы и прекрасной собеседницы, а затем уснувшая, трогательно прижавшись к своему Господину, проснулась вместе с ним. Вынужденная карьера порно-звезды ничуть не изменила её романтической натуры, она оставалась преданной еврейской женщиной своего, с некоторых пор, лучшего в мире мужчины, доброго и желанного Господина! Всё остальное казалось ей пустым и малозначимым, что нужно было принимать, как данность и не забивать этим голову… Такой подход к жизни удивлял Андрея, но не мог не вызывать в нём уважение к Нире, абсолютно не считавшей себя несчастной, лишённой внимания Хозяина и привлекающей окружающих только в силу своей сомнительной профессии. Мужчина притянул к себе за руку поднявшуюся с постели, ещё голенькую, припухшую после сна женщину, посадил её к себе на колени, обнял и поцеловал в губы. В ответ Нира одарила его таким взглядом, что по телу Андрея пробежали мурашки. «Благодарю Вас, мой прекрасный Господин, за Вашу нежность и внимание ко мне! — говорил этот искренний взгляд, — Я отплачу Вам самыми горячими ласками, на которые способна, преданностью и готовностью прилежно выполнять любое Ваше задание!» Мужчина ласково провёл ладонью по лицу и телу Ниры и тепло прижал её к себе…

Вдвоём они быстро организовали для себя завтрак и подготовились к дальнейшим действиям… В ожидании пробуждения женщин в белой спальне, Нира снова забралась на колени Господина, сидевшего в кабинетном кресле у компьютерного столика. Андрей даже и представить себе не мог, что эта странная женщина, совсем не торопясь, доведёт его до сладчайшего оргазма, не позволив ему даже сдвинуться с места… Однако, к тому моменту, когда Ольга проснулась и завела разговор с открывшей глаза Елизаветой, «муж» с «любовницей» были полностью готовы исполнять свои роли в спектакле.

— Доброе утро, Лиза! — Оля взяла со столика и перенесла в постель поднос с фруктами, сладостями и напитками, недоеденными и недопитыми ночью, — Как спалось?

— Доброе утро, дорогая! Спалось с тобой очень сладко, — пропела Елизавета и улыбнулась. Однако улыбаться эта женщина не привыкла, что стало заметно по вымученности этого мимического рисунка, — Какие у нас планы на сегодня?

— Обширные… Продолжаем развлекаться на всю катушку! — широко улыбнулась хозяйка дома, — Кажется, мы планировали позабавиться с Нирой? Можно вскоре заняться этим в сауне, например… Там будет удобно.

— Ну, если ты не надумала принять мои услуги в роли обожающего тебя горячего любовника… Нет? Жаль… — похотливо оглядела Ольгу Лиза, — Тогда сойдёт и твоя подружка… Кстати, где она? Могла бы сварить нам кофе…

— Точно! Мне лень сейчас идти на кухню, — усмехнулась Оля, спрыгнула с постели и взялась за телефон. В кабинете раздался звонок. Облачённый в чёрный халат Вершителя Андрей кивнул своей «любовнице», та взяла трубку и услышала ехидный голосок хозяйки: — Надеюсь, ты проснулась, Нирочка? Будь добра, свари нам с Лизой кофе и принеси его в спальню… Надеюсь, десяти минут тебе хватит?

Нира грустным голосом обещала Ольге поторопиться. В ожидании горячего утреннего напитка, женщины в белой комнате быстро приняли душ «на брудершафт» и снова завалились на широкую кровать. Несколько минут спустя в дверь, потупив взгляд, вошла женщина с подносом, на котором дымились четыре чашки кофе, а вслед за ней появился «хозяин дома».

— Андрей?! — вскрикнула Оля, весьма натурально изображая изумление и испуг, — Ты вернулся?!

— Как видишь, дорогая! — усмехнулся «муж», усаживаясь в кресло, устанавливая на столик рядом две чашки и закуривая. Поднос с оставшимся содержимым Нира поставила женщинам на постель. Вершитель внимательно рассматривал побледневшую и мрачно глядящую исподлобья Испытуемую, — Познакомь меня со своей новой подругой, жёнушка! Хотя мне мила и прежняя…

— Но как же так? — не могла найти слов «жена», глядя, как мужчина сажает Ниру себе на колени, — Когда ты приехал? Почему так… неожиданно, без предупреждения?

— Хотел сделать тебе сюрприз, Оленька! — улыбнулся муж, глаза которого не сулили супруге ничего хорошего, а рука лежала на бедре Ниры, прикрытом только гладким и прозрачным материалом её халатика, — Вижу, для тебя моё возвращение оказалось приятной неожиданностью… Я приехал под утро. Нирочка рассказала мне, как ты тут развлекаешься.

— Ты… Ты спал с этой… еврейской шлюшкой?! — попыталась перейти в наступление Ольга, забыв об остывающем кофе.

— Дорогая! Я слишком хорошо воспитан, чтобы беспокоить тебя спящую с твоей… Елизаветой, если не ошибаюсь, — желчно ответил мужчина, — Но и одному мне было неуютно, а Нира оказалась так мила и… поделилась со мной своим теплом…

— Но это же ни в какие ворота… Ты спишь с моей подругой и считаешь это нормальным? — истерично взвизгнула жена, — Я же не изменяю тебе с мужчинами!

— То есть, если бы у Ниры был член, ты не возражала бы? — грозно повысил голос муж, засовывая руку под халат сидящей на его коленях женщины, — Не вижу ничего криминального в том, что мы оба пользуемся ласками твоей давней подруги и… любовницы! А вот как тебе новая? Не хочешь на время поменяться партнёршами?

— Андрей, ты с ума сошёл?! — голос Оли надломился, а ощетинившаяся Елизавета, то ли защищая хозяйку дома, то ли защищаясь сама, обняла её сзади, положив руки на обнажённую молодую грудь Ольги.

— Ишь ты! — усмехнулся мужчина, заметив движения Испытуемой, и в ответ, мягко опустил Ниру на пол меж своих, показавшихся из под распахнутого халата, коленей, — Похоже дома мне рада только наша нежная евреечка… Поласкай меня, милая подружка!

— Как Вы смеете… такое при жене? — возмутилась сжимающая грудь умолкнувшей Оли Испытуемая, со странной смесью неприязни и похоти глядя, как Нира робко целует гениталии хозяина дома.

— О, Лиза! Ты всё-таки решилась познакомиться со мной поближе? — прищурил глаза Вершитель, нежно поглаживая рукой голову ласкающей его женщины, — Иди же сюда, никто не будет против!

— Оля, как ты можешь терпеть такое? — вздрогнула Елизавета.

— Лизонька, лучше сделай всё так, как говорит мой муж, — неожиданно произнесла Ольга и спрятала лицо в ладонях.

— Что-о-о?! — охнула новая подруга хозяйки дома и увидела, как Андрей мягко отстраняет от себя Ниру и поднимается на ноги с возбуждённой плотью наперевес.

Нагая Лиза соскользнула с постели и бросилась из комнаты. Она слышала за собой тяжёлые шаги мужчины и это лишало её ум привычной находчивости. Женщина сбежала по лестнице в подвал и юркнула в темноту за первую попавшуюся приоткрытую дверь, тщательно прикрыв её за собой и стараясь громко не дышать. Елизавета вспомнила, что Ольга называла эту комнату подсобным помещением, но разглядеть что-либо в кромешной тьме не представлялось возможным. Женщина осторожно ступала, выставив руки вперёд и прислушиваясь, далеко ли погоня? До неё не доносилось ни звука… Откуда было знать Лизе, что при закрытой двери чёрная комната, в которую она попала, практически звуконепроницаема? Когда женщина уткнулась в противоположную стену, раздался металлический звук потревоженных ею цепей и в комнате внезапно зажёгся ослепивший её свет… Вскоре Елизавета снова обрела возможность нормально смотреть на окружающую обстановку, но обнаружила себя прикованной к стене за раскинутые в стороны запястья и щиколотки. Перед ней стоял муж её новой подруги и строго смотрел ей в глаза, покручивая на пальце ремешок с кляпом.

— Я не буду кричать и кусаться, — неожиданно заявила Лиза, — Но в чём моя вина? Позовите свою жену…

— Предпочитаешь дополнить натуральный член искусственным? — спокойным тоном спросил Андрей, убирая в шкаф кляп и доставая оттуда фаллос на ремнях, — Сейчас позову Олю и Ниру тоже…

— Не надо! — Елизавета смотрела на него, как на диковинку, и перешла на «ты», — Ты всегда такой?

— Какой? — усмехнулся мужчина.

— Решительный, — глаза Испытуемой распахнулись и теперь казались серо-голубыми, — Считаешь, что тебе можно всё?

— Как минимум, мне дозволено то, что может себе позволить моя жена.

— А ей?

— Жена, думаю, имеет право на поступки, аналогичные действиям мужа, — ответил Андрей, — Пусть иногда мужчине и нелегко с этим согласиться.

— Ты ещё и прямой! — удивилась Елизавета, — Будешь трахать меня?

— Обязательно, — саркастически улыбнулся Вершитель, — Ты не против?

— Нет, — после короткой паузы произнесла женщина, — Развяжи меня, так будет… удобнее…

— Не хочу… Почему? Нет, я не боюсь, что убежишь, — мужчина провёл пальцами по её лицу, и женщина вспыхнула и задрожала, — А ты неплохо сохранилась… только волосы не красила давно… Тебе некуда бежать, Лиза, поверь мне на слово, потом убедишься сама…

— Почему же тогда? — она вздрогнула и слабо застонала от властных прикосновений мужской руки, — Ты хочешь унизить меня?

— Непременно, — кивнул он, — Я буду унижать тебя столько, сколько сочту необходимым.

— Тогда не медли, — воскликнула Елизавета и издала громкий стон, почувствовав его пальцы в своей мокрой промежности, — Пожалуйста!

Мужчина не заставил просить себя дважды. Он обхватил женщину за талию… К удивлению Вершителя Испытуемая оказалась горячей и жаждущей самкой, тело которой мгновенно откликалось на его движения, несмотря на закованные руки и ноги. Елизавета сладко стонала, а затем поймала его губы своими разгорячёнными губами и через некоторое время бурно кончила. Мужчина не торопился, своего оргазма он достиг, когда у Лизы уже плыло перед глазами и она сбилась со счёта своих сладостных конвульсий…

Когда Андрей вышел из душа и накинул на себя сброшенный во время соития халат, в комнату вошла Ольга, которая принесла по его просьбе воду, сигареты и виски со льдом.

— Оленька, ничего, что твой муж здесь трахает меня? — холодно проговорила прикованная к стене Елизавета.

— Господин сам знает, когда и что делать, — насмешливо ответила Оля, оглядела Испытуемую с головы до ног и вышла из комнаты…

— Выпьешь? — Андрей поднял стакан с виски. Огорошенная происходящим женщина кивнула, он подошёл к ней и поднёс край стакана к её губам. Испытуемая попросила воды и мужчина ещё раз проделал эти действия со стаканом, наполненным минералкой, после чего уселся в кресло и закурил.

— Может быть теперь ты отстегнёшь меня, дорогой? — неожиданно ярко улыбнулась Елизавета, — Если захочешь, можешь потом снова пристегнуть меня и трахнуть! Это стоит того…

— Потерпи немного, Лиза! Сначала я хочу поговорить с тобой, не меняя расположения.

— Как будет угодно Господину! — попыталась пошутить Испытуемая, но вышло ненатурально, — Я тебя слушаю…

— Зачем ты убила мужа, Елизавета? — тихо и страшно проговорил Вершитель…

— Я не делала этого! — после жуткой паузы проговорила женщина и из её глаз, потоком полились слёзы, — Как ты мог такое подумать?! Да, я плохая женщина… Я изменяла мужу, спала с другими… даже с его другом! Потом с женщинами и… даже с твоей женой… Но я никого никогда не убивала!

— Не плачь, Лиза! — всё так же тихо, но уже мягче говорил Андрей, — Вспомни, что произошло, когда его не стало и… потом, весь последний год твоей жизни…

— Но я же всё рассказала на суде! — закричала Елизавета, не прекращая рыданий.

— Здесь не суд… Не земной суд, по крайней мере.

— Что?! Не земной суд?.. Последний год жизни?.. — глаза Лизы округлились, мгновенно высохли, и… тело её обвисло на цепях.

Андрей кинулся к женщине, снял с неё кандалы, взял её на руки и переложил на кушетку. В комнату вбежала взбудораженная, готовая заплакать Ольга, в руках которой был флакончик с нашатырным спиртом, а в глазах вопрос. «Постарайся успокоиться, Оля, — говорил ей мужчина, забирая флакон и целуя шмыгающий носик, — Иди, я всё сделаю сам»… Андрей поднёс нашатырь к бледному лицу Елизаветы, она вдохнула, закашлялась и потихоньку пришла в себя…

— Я уже не там? — спросила она у склонившегося к ней мужчины и взяла его за руку.

— Нет, — покачал головой Вершитель, — Ты уже здесь…

— Я поняла, — прошептала Лиза и тихо заплакала, — Всё кончилось.

— Да, — кивнул мужчина, — И всё только начинается…

— Начинается?! Правда, Господин? — в глазах женщины, резко перешедшей с ним на «Вы», появилась тоска, слабая надежда и ожидание неизбежного, — Моя судьба… в Ваших руках, да?

— Сейчас в моих.

— Но я как-то иначе всё это представляла… Небесный суд…

— Что ты сказала? — поразился Андрей и глубоко задумался… — Небесный, говоришь?.. Он тоже у тебя позади, пусть ты и не помнишь об этом. Впрочем, о нём никто и не заговаривал на моей памяти… Направление твоего движения задано, а я… только конкретизирую его.

— Вы — мой чёрный ангел? — пролепетала Лиза, готовая снова потерять сознание.

— Не пестуй собственные страхи! — весомо воскликнул мужчина, повторно поднося нашатырь к её лицу, — Постарайся взять себя в руки…

— Попробую, — тихо произнесла Испытуемая, успокаиваясь не столько от слов, сколько от мужской руки, поглаживающей её волосы, — Но Вы такой… и Ваша жена… а ещё и Нира…

— Они мои рабыни.

— Ах, вот как… Теперь понятно… и ещё страшнее… Но я не убийца, Господин…

— Ты — распутная женщина, ненавидящая мужчин! — тихо улыбнулся Андрей.

— Не всех, как Вы успели убедиться, — слабо улыбнулась в ответ Елизавета, — Я ненавижу пустых, безмозглых тряпок любого пола…

— Есть ещё умные и душевные, но слабые…

— С такими мне нравится говорить по душам, а потом… трахать их от души, — призналась Лиза и… покраснела, — Я распущенная и развратная, Вы правы… Но я расскажу Вам о всех своих прегрешениях…

— Главное, чтобы ты сама помнила их.

— Мне предстоит… страшная кара?

— Может быть и так…

— Меня будут трахать все подряд, я стану страшной, больной и… умру в диких мучениях?

— Трахать все подряд? Возможно… Как и то, что тебе будет больно физически и морально… Но здесь не болеют и не беременеют…

— Вот как? Ну, конечно же… — задумалась Елизавета, — Пожалуй, это ещё хуже… Да, я Вам верю!

— А вот это совсем не обязательно, — спокойно проговорил Вершитель.

— Как раз наоборот, Господин! — возразила Лиза, — Я чувствую Ваше участие… даже неравнодушие ко мне и… верю Вам! Это — главное! Мне предстоит снести от Вас и Ваших рабынь наказания и унижения? Ну и что? Остаётся радоваться, что я попала к Вам и к Вашим женщинам…

— Не говори глупостей!

— И вовсе это не глупость… Если бы у меня… там был такой муж… Пусть, унижающий меня, но неравнодушный…

— Прекрати, Лиза! Теперь уже не я тебя, а ты меня мучаешь! — воскликнул Андрей.

— Молчу, — понятливо кивнула она и улыбнулась, — Но Вы позволите… ой… заставите меня ласкать Вас?

— Шлюха! — беззлобно произнёс Вершитель.

— Как скажите, Господин! — улыбка женщины стала ещё шире.

— Однако ты начинаешь вспоминать, что такое улыбаться! — легко засмеялся Андрей.

— Вы… — глаза Испытуемой снова округлились и стали очень серьёзными, — Вы знаете обо мне всё! Не думала, что такое возможно…

Мужчина посмотрел на Елизавету, лицо которой перестало быть болезненно-белым, и решил, что на сегодня приключений достаточно. Он подал женщине руку, чтобы помочь ей подняться с кушетки. Лиза не твёрдо встала на ноги и… прижалась к Андрею с ласками и поцелуями.

— Не сейчас, детка, — погладил он её по голове, — У нас ещё будет время. Сейчас надо отдохнуть.

— Хорошо, Господин! — ласки женщины стали скромнее, — Вы позволите мне привести себя в порядок… волосы покрасить…

— Несомненно, — улыбнулся Вершитель.

Он отвёл Испытуемую в сауну и велел подождать, а сам отправился в кабинет, где его ждали, наблюдая за происходящем, помощницы. Выражение лица Ольги не понравилось Андрею и он обратился к Нире. Та выслушала Господина и отправилась к Елизавете…

— Что с тобой, Оленька? — спросил мужчина девушку, положив руки на её плечи.

— Не знаю, Андрюша! — на глазах Оли выступили слёзы, — Мне жалко Лизу… Всех жалко!.. И злюсь на себя за это и… ничего не могу поделать…

— Жалость — естественное человеческое чувство… К тому же ты просто устала, маленькая! — Андрей поднял её с кресла, стоящего у компьютера, и взял на руки, — Два Испытания подряд — это перебор, как я теперь понял. Отдохни, мы с Нирой закончим это дело без тебя…

— Спасибо, мой добрый Господин! — Ольга уткнулась лицом в его шею, но почти сразу горячо заговорила, — Понимаешь, мне совсем не хочется сейчас контактировать с Елизаветой, хотя я и понимаю её, и чувствую, и… жалею… Ты же не хочешь, отправить её отсюда сегодня?

— Ты даже не спрашиваешь, готов ли я написать заключение по её делу? — вздохнул мужчина, присаживаясь на диван с девушкой на руках, — Или ты готова написать отчёт сама?

— Сама? Это слишком страшно… Знаешь, я вообще не понимаю, как ты со всем этим справляешься! — воскликнула Оля, — Ты доверил мне вести это дело… Я решила — подумаешь, состряпать сценарий и поиграть… Но оказалось ох, как не просто, никаких сил душевных не остаётся!

— Да… Но назад пути нет, — непонятно отреагировал Андрей, — А ты отдыхай…

— Подожди! — девушка крепко обняла его, — Куда ты её… определишь?

— Оленька, ты же слышала разговор… Лиза сама всё определила…

— Сама? — Ольга задумалась на некоторое время, а потом подняла глаза на мужчину, — Девушка по вызову, бордель, эскорт-услуги?

— Да, распределение на общих основаниях в сфере интимных услуг. Она сама сделала такой выбор… Потому ли, что считает его самым лёгким? А может потому, что боится именно этого? Не знаю… Но пока я не вижу причины, чтобы отказать ей в собственном выборе.

— А в актрисы?

— Вероятно, из неё может получиться порно-дива, покруче нашей Ниры, — усмехнулся Андрей. В этот момент в кабинет как раз вбежала его вторая помощница и начала расспрашивать Господина о возможности заказа косметических средств для Лизы. Вершитель достал свой ноутбук, показал ей, как сделать заказ и напутствовал: — Хочешь сделать из Елизаветы куколку? Я не против, только смотри, не влюбись в неё!

— Господин! — укоризненно посмотрела на мужчину Нира, — Возможно, я натура влюбчивая, но… Сердце моё занято… Вами!

— Ох, блин… Язык мой — враг мой! — схватился за голову Андрей, а Оля посмотрела на женщину с нежностью и добродушно рассмеялась…

— Если ты, как и я, видишь в Лизе хорошие задатки для того, чтобы сниматься в наших фильмах… — продолжила развивать тему Ольга, когда Нира, сделав заказ, вернулась в сауну.

— Постой, милая! — поднял руку мужчина, — Думаю, тебе не надо объяснять, что новая рабыня мне не нужна. Совсем! И дело даже не в том, что я не планирую создавать полк половозрелых рабынь… Просто, это — не её путь. Могу позволить тебе отслеживать судьбу Елизаветы после карантина. Если ты не изменишь своего мнения, через некоторое время я встречусь с ней…

— Как клиент? — улыбнулась девушка.

— Может так, а может… как бы случайно, — усмехнувшись ответил Андрей, — Пойму, что мы с тобой не ошиблись — предложу работу на студии, и пусть думает сама… Другого пути я не вижу!

— Другого и не надо! — кивнула Оля, — Я присмотрю за ней… Только не торопись отправлять отчёт, у меня есть ещё пара вопросов…

Ближе к вечеру они собрались вчетвером в гостиной за ужином, который решили провести с претензией на роскошь. Настроение Ольги не способствовало подобному мероприятию, но она позволила уговорить себя немного поучаствовать в общем застолье. Когда кокетливо причёсанная «жена» в синем с золотой отделкой, бархатном костюме и со своим именным браслетом на шее вошла в гостиную под руку с «костюмированным мужем», там их ожидали две дамы, вид которых заставил вошедших ахнуть. Нира предстала одетой в изысканное чёрное вечернее платье, изумительно дополненное серебряными украшениями, собственным шейным браслетом и макияжем женщины-вамп, от созерцания красоты которой трудно было отказаться. Но ещё более потрясал вид Елизаветы. Её лицо разгладилось, приобрело цвет свежего светло-коричневого загара, лоск и незамеченную прежде особую привлекательность, а тщательно выкрашенные платиновые волосы уложены в благородную, но не без игривости, причёску. Мало того, на Лизе оказалось ярко-алое декольтированное атласное платье, балансировавшее на грани изысканности и порочности. Андрей с Ольгой, не сговариваясь, зааплодировали женщинам, щёки которых порозовели от удовольствия и, кажется, смущения… Ужин прошёл неторопливо, легко и непринуждённо. Говорили больше о пустяках, шутили и смеялись. Правда, Оля, как бы походя, рассказала забавные истории о жизни студии, чем вызвала повышенный интерес Елизаветы, не слишком удовлетворённый шутливыми и обтекаемыми комментариями Андрея и Ниры. Отказавшись от десерта, Ольга поцеловала «мужа», хитро посмотрела на красавиц в вечерних платьях и вернулась в кабинет, сославшись на усталость.

— Надеюсь, Вы не покинете нас так скоро, Господин? — вежливо, но настойчиво проговорила Лиза, которую под столом легонько пнула носком чёрной туфельки на высоком каблуке соседка.

— Ещё не родился тот мужчина, который добровольно откажется от общества таких прекрасных дам! — расщедрился на комплимент Андрей, делая глоток кофе и закуривая тонкую сигару.

— Это замечательно! — глаза Елизаветы вспыхнули, а щёки зарумянились, — Но, почему Вы не едите сладкое, Господин?

— Я сыт, даже слишком… — улыбнулся мужчина, — Но, возможно, не откажусь от других сладостей через некоторое время…

— Может быть, переместимся в другое место? — скромно спросила Нира, не выдержав молчания Лизы, которая смотрела на Андрея, словно ожидая сладкого, может быть страшного, но обязательно непристойного продолжения.

— Да, — ответил Вершитель Нире, но пристально глядя в глаза Елизаветы, — Чуть позже мы спустимся этажом ниже…

— В чёрную комнату? — удивилась, но не испугалась его помощница, а Лиза вздрогнула.

— Почему обязательно туда? — рассмеялся Андрей, — Мне бы хотелось освежиться. Надеюсь, милым дамам не надоело в сауне? Прекрасно! А пока выпейте коньяку, он очень хорош.

— Вы хотите, чтобы мы напились, Господин? — таинственно глядя на него, поинтересовалась Елизавета.

— Отнюдь, — усмехнулся Вершитель, — Но лёгкое опьянение не помешает…

Через полчаса женщины ставили на стол в комнате отдыха сауны захваченные с собой напитки, а мужчина, быстро раздевшись, нырнул в бассейн. Пока он с удовольствием плескался в холодной воде, не пожелавшие портить свои причёски и макияж, дамы следили за ним, не отрываясь и, как только Андрей забрался на бортик, Нира растёрла его покрывшуюся пупырышками кожу большим махровым полотенцем и подала сухую белую простыню. Набросив её на себя, мужчина в сопровождении женщин прошёл в комнату отдыха и расположился за столом со стаканчиком виски, его помощница присела рядом, а Елизавета на краешек койки, обитой рыжей клеёнкой, поглаживая ладонью её гладкую поверхность…

* * *

…Со стороны это смотрелось завораживающе: женщина в красном склонилась над женщиной в чёрном и принялась покрывать её лицо и тело поцелуями. Андрей сразу заметил, что Лиза ласкала Ниру совсем иначе, чем Ольгу накануне. Сейчас в ней не было жажды первенствовать и обладать, только благодарность и даже нежность к женщине, на которую ещё вчера она смотрела, как на игрушку в похотливых руках. Вероятно, порядком позабытые искренние нежности рождали дрожь и лёгкую неловкость рук Елизаветы. Для Андрея оставалось загадкой, то ли она действительно прониклась категорическим переменам в своей жизни, то ли он имел дело с подающий большие надежды актрисой… Тем временем, Нира, дословно выполняя приказание Господина, лежала, раскинув руки, уже без лифчика и чулок, аккуратно и неторопливо снятых с неё Лизой, и, прикрыв глаза, постанывала от удовольствия. Испытуемая, уже не спрашивая разрешения у Вершителя, сняла и свой бюстгальтер и, выгибая спину, ласкала грудью свою благодетельницу…

* * *

Отдышавшись, немного отлежавшись вповалку и утолив жажду все трое бросились использовать сауну по прямому назначению. Андрей с любопытством наблюдал, как Нира и Лиза смывают со своих лиц потёкшую косметику, и с удовольствием отмечал про себя, что без грима они становятся не дурнушками, а мягкими и милыми женщинами…

В гостиной их ждала улыбающаяся Ольга в лёгком домашнем халатике. Андрей посмотрел на неё с хитрой улыбкой, а женщины с явным смущением.

— Какие стыдливые у меня подружки! — тихо засмеялась Оля, делая из чашки глоток свежеприготовленного кофе, — Будьте спокойны, я не в претензии. Выпейте со мной кофе, отдохните от приятного, но отнимающего немало сил, времяпрепровождения…

— С удовольствием, Оленька! — откликнулся мужчина, а Нира с Лизой только благодарно кивнули и бросились наполнять чашки. Через пару минут мужчина оглядел притихших за столом женщин и снова обратился к Ольге: — У тебя, кажется, остались вопросы? Не закрыть ли эту тему прямо сейчас?

— Давайте попробуем… — кивнула Оля, — Мне хотелось бы, чтобы Елизавета всё-таки рассказала нам печальную историю последнего года своей жизни… в том мире… Я по себе знаю, Лиза, как это не просто и даже больно, но…

— Необходимо, — закончила за неё посерьёзневшая Испытуемая, — Да, я готова…

— Только помни, Лиза, что ты не на судебном разбирательстве… — тихо произнёс Вершитель.

— А в обществе людей, которые желают тебе добра, — неожиданно закончила за него Нира, и Андрей посмотрел на неё с удивлением, радостно сжав её руку своей…

Проводить два Испытания подряд Господин Вершитель зарёкся. Такой график выматывал не столько физические силы, сколько нервы, в чём Андрею пришлось убедиться на себе. Особенно же это отразилось на Ольге, полностью опустошённой за дни Испытаний. Эмма с Катриной даже посоветовали своему Господину привезти девушку в отель, что Андрей и сделал. Что и говорить, обеспечить уход и отдых его секретарши умели, что Оля прочувствовала в полной мере. Вечером следующего дня, отдохнувшие и выспавшиеся Вершитель со своей помощницей, Эмма и Катрина сидели за накрытым в гостиной столом, неторопливо ужинали и беседовали. Андрей поднял неожиданную тему, обратившись по началу к Кате:

— А не скажешь ли ты мне, Катюша, в Княжестве можно прожить без секса? — поинтересовался он. Первая реакция оказалась вполне предсказуемой.

— Вы так утомились, мой Господин? — хитро зыркнула рыжая бестия, — Оля, чем вы там занимались с нашим Господином?

— Катя, я серьёзно! — хмыкнул Андрей, посмотрев на молча улыбающуюся Ольгу, — В первые недели нашего с тобой знакомства ты говорила о естественности и необходимости интимных отношений мужчин и женщин Княжества. Без этого совсем нельзя обойтись?

— Я не могу отвечать за всех… А рассказывать на личном примере немного неловко, — неожиданно для всех смутилась Катрина, — Но за столом все свои… Ладно уж… Неделю я спокойно переживу без секса, хотя и не хочется… Месяц — очень большая проблема. Чувствуешь себя отвратительно, всё тело ломает, о нормальном настроении и говорить не приходится…

— Ломки?! Вот это да! — поразился Андрей, — Эмма, у тебя случались такие ощущения?

— Разумеется, да, мой Господин! — кивнула секретарша.

— Девчонки, давайте сегодня на «ты» и без «Господина», а? Подташнивает уже… — попросил он, задумался и снова обратился к Эмме, — Постой-постой! Значит первое время ты жила здесь у меня и мучилась? Почему же ты молчала? И как же ты обходилась, не выходя из номера?

— Можно я не буду отвечать на последний вопрос? — залилась краской Эмма и, увидев кивок Хозяина, продолжила, — А молчала, потому что… такая я глупая… Но Катя всё-равно догадалась тогда, предлагала сходить в своё заведение… А мне совсем не хотелось с кем-то другим…

— Прости, Эммочка! Это я глупый был… — выдохнул Андрей и ласково взял секретаршу за руку.

— Извините, что вмешиваюсь в разговор… — произнесла Ольга и, трое постоянных жильцов Золотого номера заулыбались и почти синхронно кивнули ей в ответ, — Почему у Вас… у тебя, Андрей, вообще возник такой вопрос? Ты хочешь сравнить Княжество с нашим прежним миром?

— Конечно, Оленька! — подтвердил мужчина, — Ты, вероятно, помнишь, а Эмма с Катей забыли, что в другом мире интимные отношения хотя и важны, но не столь необходимы. По крайней мере, если у кого-то там и случаются ломки от их отсутствия, то мне об этом ничего не известно… А я, всё-таки, прожил под солнцем сорок лет… Более того, в нашем прежнем мире существуют люди, добровольно отказывающиеся от секса не по болезни или увечью, а по убеждению, по морально-этическим соображениям.

— Как хорошо, что я этого не помню! — передёрнула плечами Катрина, — Это же безумие какое-то… Всё равно, что добровольно отказаться дышать!

— Напрасно ты так скоропалительно судишь, Катенька, — улыбнулся Андрей, — Во-первых, люди в том мире гораздо быстрее стареют, болеют… А во-вторых… Представь себе, что я физически не могу заниматься сексом? Как быстро ты меня бросишь?

— Я брошу?! — подскочила на стуле Катя, — Ты в самом деле думаешь, что я могу тебя бросить?! Да чтоб мне во тьму провалиться, никогда!

— Никогда! — в унисон вскрикнули Эмма и Ольга.

— Спасибо, девочки мои! — тепло заулыбался Андрей, — Мне удивительно приятно вас слышать… Я искренне верю вам! Однако, боюсь, что вы не знаете, о чём говорите…

Речи и споры закончились примиренными лобзаниями и плавно перетекли в чаепитие, за которым Катрина с Эммой принялись хвалить Ольгу и всю съёмочную группу «Двойного одиночества» за невероятное кино.

— Прости, сестрёнка, что я сейчас расскажу о тебе немного лишнего, — заранее извинилась Катя, — Наша Эмма на премьере ревела белугой, а потом домой приехала просветлённая такая… Мы после просмотра фильма долго успокоиться не могли, не спали, разговаривали…

— Разговаривали? — вздохнула секретарша, — Скорее угомонить друг друга пытались… Катюша-то во время сеанса слёзы не лила, зато зубами скрежетала так, что на соседних рядах слышно было… Но вот ведь как получается: такая разная эмоциональная реакция у нас случилась, а в оценке фильма мы сошлись сразу и абсолютно… Спасибо тебе, Оленька! За искренность спасибо!

— Это вам спасибо, дорогие мои! — растрогалась Ольга, — А за фильм Андрея благодарить надо, если бы он мне не поверил…

— Ну-ну… Я-то что? — вздохнул мужчина, — Помочь, организовать, собрать вместе, это у меня получается… Но фильм создать, сотворить кино… А главное, жизнь прожить за вас я не смогу…

— Скажи, Андрей и вы, дорогие хозяйки… — после паузы подалась вперёд за столом Оля, готовясь задать волновавший её вопрос: — Всё-таки, вы дольше меня здесь находитесь и больше знаете… Почему большинство людей, которых я вижу вокруг достаточно молоды и находятся в Княжестве не более десятка лет?

— Некоторые всё-таки больше… — взялась отвечать на вопрос Катрина, — Думаю тебе не надо объяснять, что очень многие только выглядят молодо… Однако, ты права — рядом с нами в основном те, кто появился здесь в последние годы… Тех, кто спустился раньше, тоже хватает… Они в Княжестве, но… в другом месте… Как это правильно объяснить, Андрей?

— Да, они рядом, но почти не пересекаются с нами, — кивнул мужчина, — Иногда их можно увидеть… Ты не обращала внимания на избыток теней, Оля? Думаю, и «старшие» видят наши тени…

— Вот оно что… — задумалась Ольга, — Но как переходят в «старших», как покидают Княжество? Андрюша, ты говорил, что здесь стареют очень медленно, но всё-таки стареют…

— А дальше — тайна, покрытая мраком! — развёл руками Андрей, — Я не шучу, Оля… Надеюсь со временем разгадать эту загадку… А пока знаю только, что людей, время пребывание которых среди нас подошло к концу, вызывают во Дворец… и больше они не возвращаются…

Глава 20

Непредвиденное задание

С некоторых пор визиты Андрея в Архив приобрели стойкую регулярность. Минимум раз в неделю он парковал свою машину у ворот во владения Княгини или пользовался для этого водительскими услугами Эммы. В Архиве Андрей обычно беседовал некоторое время с так называемым Ильёй, а затем на несколько часов исчезал в недрах хранилища. После того, как ему открылся секретный ход, пришлось стать внимательнее и осторожнее. Для того чтобы не привлекать интерес Ильи, Андрей старался не задерживаться в комнате с тайной дверью и, либо бродил по многочисленным помещениям хранилища, читая замечательные книги и рассматривая экспонаты (Было на что посмотреть!), либо быстро исчезал в недрах секретного хода. Возвращение оттуда являлось проблемой, он совсем не хотел, выходя, нарваться на Илью. Однако вскоре проблема разрешилась. Исследуя подземные ходы и помещения, ближайшие к Архиву лабиринты тоннелей, Андрей наткнулся на комнату со стеклянной стеной, за которой виднелся слабо освещённый зал со множеством статуй вдоль стен, в центре которого громоздилось странное изваяние. Он быстро понял, что за стеклом находится одно из помещений обширного хранилища Княгини. Впервые обнаружив комнату со стеклянной стеной, Андрей напрягся и немедленно выключил фонарик, которым освещал себе путь в темноте. Переведя дух и успокоившись, он тщательно исследовал комнату и слева от стекла обнаружил панель, на которой нашлась округлая выемка, по размеру соответствующая его медальону. Убедившись, что в зале за стеклом никого нет, Андрей прислонил медальон к выемке и панель бесшумно, медленно поползла в сторону. Так он нашёл безопасный выход из пещер. Помещение со статуями прекрасно просматривалось через стекло, которое со стороны зала выглядело, как огромное зеркало. Через некоторое время Андрей обнаружил аналогичную выемку в тыльной части ближайшей к зеркалу скульптуры, изображавшей невысокого лысоватого мужчину в кепке и, приложив к ней медальон, закрыл обнаруженный проход.

Отношения с нынешним архивариусом сложились у Андрея вполне дружелюбные и доверительные. С некоторых пор тот позволял Вершителю выносить из Архива любую книгу на выбор. Андрей забирал с собой заинтересовавший его том, который на студии быстро оцифровывала Елена, пополняя свою электронную библиотеку. Через неделю книга возвращалась в Архив… Кроме того, Андрей потихоньку приносил с собой туда вещи, которые непременно пригодились бы в дальней разведке недр, уходящих вглубь каменных пещер и проходов между ними. Он нашёл подходящее место для своего маленького склада и регулярно пополнял его, но само путешествие постоянно откладывал. «Конечно, мне придётся однажды отправиться в путешествие, но Хароныч не торопит, а мне куда спешить? Надо подготовиться хорошенько! — лукаво твердил Андрей самому себе, пытаясь объяснить свою выжидательную позицию, — На кого я оставлю студию? А что будет с моими девочками, если я их покину хотя бы на неделю? Нет, сначала должно произойти некое событие, знак того, что мне пора идти». Он даже и представить не мог, насколько неожиданным и страшным окажется это событие. А пока, всё время Андрея уходило на студийные дела, обязанности Вершителя, общение с нужными, а чаще близкими и приятными ему людьми, а также на милые шалости. Он вполне адаптировался к новому для себя миру и чувствовал себя в Княжестве всё увереннее и комфортнее. Полный достаток, плавно перешедший в богатство, любовь прекрасных женщин, будоражащая кровь, и не слишком опасные приключения, добавляющие адреналина… Чего ещё желать уже немолодому, но далеко не дряхлому мужчине?

Впрочем, для очистки совести Андрей запланировал, как минимум, двухдневное путешествие в недра пещер, целью которого обозначил поиски следов пребывания там настоящего Ильи. По плану путешествие должно было начаться в один из первых дней Княгини, до которых осталась пара недель. Дабы не случились накладки, Андрей загодя наметил и обстоятельно выполнил все необходимые действия на студии, а по линии обязанностей Вершителя, спланировал Испытание за неделю до назначенного срока. Впрочем, тут в его планы вмешалась неожиданность…

Дней за десять до бурных празднеств во Дворце у Княгини ему позвонил Аркадий и предложил заехать к нему в Дом Вершителей, для разговора о некоем новом Испытании. Андрей немного удивился, потому что навязывать работу было не в правилах Аркадия. С другой стороны, выполнение Испытания по его просьбе показалось Андрею вполне своевременным, необременительным и, судя по всему, как нельзя лучше вписывалось в его планы.

— Страшно рад тебя видеть, Аркадий! — по-приятельски произнёс он, входя в кабинет Советника и пожимая протянутую ему навстречу вялую ладонь.

— Взаимно, Андрей, взаимно! — радостно улыбался Аркадий, приглашая гостя за небольшой столик, уставленный благородными напитками и изысканными закусками, — Жаль, что принимаю тебя в рабочем кабинете и беспокою по необходимости, но…

— Никаких проблем, Советник! — откликнулся гость, поднимая наполненную рюмку, — Работа есть работа… А хорошенько развлечься и пообщаться на досуге мы ещё успеем!

— Несомненно, мой друг, несомненно, — подтвердил хозяин кабинета, чокаясь с гостем и выпивая, — У нас тут, как всегда, не вовремя появилось срочное дело. Хочу доверить его тебе. Зная твои способности, думаю, оно не станет для тебя слишком обременительным…

— Надеюсь оправдать доверие, — улыбнулся Андрей…

Выяснилось, что сложность предлагаемого Испытания связана, прежде всего, с недостатком информации об Испытуемой, имевшей по непроверенным данным высокий социальный статус в прежней жизни. Испытания при дефиците первоначальной информации для Андрея не были в диковинку, большой проблемы в этом он не видел. С фотографий, которые на экране дисплея демонстрировал ему Аркадий, смотрела сногсшибательно красивая, длинноногая то ли жена, то ли любовница некоего олигарха из мира, в который Андрей нынче не рвался возвращаться. Оценивая фотографии своей новой Испытуемой и отдавая должное несомненным достоинствам её тела в дорогих и по большей части фривольных одеждах, и несомненно красивому лицу, Андрей почувствовал, что эта тридцатилетняя или немногим старше женщина чем-то ему активно не нравится. Возможно, его отталкивала надменность и холодность взгляда на большинстве изображений, нарочитая искусственность улыбки и поз. «Ничего, — думал Вершитель, — И не таких обламывали…»

Как он и обещал Аркадию, Андрей приступил к Испытанию на следующий же день после встречи в Доме Вершителей. Утром они с Ольгой приехали в коттедж, запланировав прибытие Испытуемой на вторую половину дня. Оля, как обычно, радовалась редкой возможности провести время с ним наедине, но Андрей, чувствуя, что дело предстоит непростое, настраивал её на рабочий лад.

— Включи свою изобретательность и воображение, Оленька! Придумаем толковый план и основу сценария Испытания — тогда и расслабимся немного до появления этой особы, — говорил мужчина, указывая на экран монитора, где демонстрировалось слайд-шоу Испытуемой Инны.

— Ох, не нравится мне эта красотка. И Вам тоже, мой Господин? — удивлялась Ольга кислому выражению лица Андрея, — Значит, не Вы её выбирали…

— Не я. Но это не меняет дела.

— Да уж. Жена миллионера, говорите? Вероятно, муж значительно старше её…

— Не факт. По крайней мере, данных об этом у нас нет. Судя по скудному содержимому телефонной книги мобильного Испытуемой, официального или гражданского мужа зовут Вадимом. Больше однозначно полезной информации там не нашлось. Какие-то салоны, визажисты, журналисты, дизайнеры…

— Да, но наличие у Вадима достаточно взрослых детей от первого брака, например, вполне вероятно…

— Может и так. Хочешь попробовать себя в роли падчерицы этой мадам? — улыбнулся Андрей.

— Я?! Весьма креативная идея, Господин! — хохотнула Ольга, — Почему бы жене олигарха не питать нежных чувств к его юной дочери? А если лесбийские нежности не в её репертуаре, может появиться Коля в роли сынка олигарха…

— Допустим… Однако, меня не покидает ощущение, что у Инны могли быть гораздо более серьёзные проступки, чем интимные отношения с пусть даже несовершеннолетними детьми своего мужа от первого брака.

— Вполне возможно. Тогда прибавим к дочери мужа историю о его похищении!

— О как! Переведи… — усмехнулся Вершитель.

— Я захожу к ней. Она, как обычно, ничего не помнит. Я доходчиво объясняю, что ей пора включить мозги и вспомнить, что её мужа, моего папу украли и требуют выкуп…

Днём Андрей с Ольгой освежились в сауне, плотно пообедали и ещё раз обсудили свою задумку. В 18:00 Блюстители привезли спящую Испытуемую и уложили её на постель в белой спальне. Оля начала готовиться к выходу, Андрей рассматривал Инну на экране монитора. Спящая женщина, действительно, отличалась чрезвычайно гармоничной, стройной фигурой. Кожу её покрывал ровный желтоватый загар, лицо поражало правильностью форм и законченностью линий, которые подчёркивал высокий лоб под тёмно-каштановыми волосами. «Ох, не дура! — вздохнул Вершитель, — С этой дамой придётся повозиться…»

— Хватит спать, мамочка! — развязно обратилась к Инне гламурно наряженная и размалёванная Ольга, — Пора наши проблемы решать…

— А?.. Что?.. Кто?.. — Испытуемая открыла свои тёмно-синие глаза и непонимающе уставилась на девушку.

— Ты память потеряла что ли? Это я — Оля, дочка твоего любимого мужа! Не узнаёшь? — зло проговорила «падчерица», — Пить меньше надо!

— А я и не пила вовсе… — неожиданно начала оправдываться Инна под напором Ольги, — Но голова почему-то тяжёлая… Что случилось, девочка?

— Тьфу ты… Девочку нашла! Ты и вправду ничего не помнишь?! Отец пропал!

— Какой отец?

— Не включай дуру, Инна! Мой отец, твой муж… Вадим пропал!

— Вадим? Как это пропал? Где? Когда? Ты заму его звонила? — женщина поднялась с постели, её глаза выражали беспокойство.

— Кому?

— Заму Вадима по производству Игорю Валентиновичу…

— А… — кивнула Ольга, — Может я его и видела когда-то, но не общалась точно… Позвонила брату своему Коле, папиному другу Андрею… Они ничего не знают.

— Подожди… Где мой мобильный? — Инна нашла глазами свою сумочку, лежавшую на туалетном столике, достала свой дорогой смартфон и попробовала вызвать один номер, другой, третий, — Странно, телефон Вадима недоступен…

— Тоже мне новость… — ершисто отреагировала Ольга, — Это я и без тебя знаю!

— Но Игорь… Валентинович тоже вне зоны и… ещё один наш общий знакомый… — с видимым волнением проговорила женщина, — У тебя нет знакомых в полиции?

— Так папин друг Андрей — большой полицейский начальник! Забыла? — прищурилась девушка.

— Да-да… Вадим рассказывал… — захлопала глазами Инна, — И что говорит этот… Андрей?

— Он не говорит, он ищет папу! — воскликнула Оля и тихо вздохнула, — Пока безрезультатно… Велел мне находиться рядом с тобой и немедленно связаться с ним, если позвонят похитители.

— Кто? — вздрогнула женщина.

— Ты совсем ничего не понимаешь? — Ольга изобразила очень недовольную гримасу, — Если его похитили, то будут звонить по поводу выкупа… Скорее всего тебе на домашний…

— Поняла, — нервно проговорила Инна…

Около получаса почти ничего не происходило. Женщины старались разговаривать на нейтральные темы и смотрели друг на друга уже без неприязни, вполне дружелюбно. «Жена» время от времени пыталась дозвониться до кого-то из своих абонентов, «падчерица» набрала с городского «дяде Андрею» и подтвердила, что новостей нет… Однако, стоило Инне заговорить об ужине, зазвонил городской телефон в спальне. Женщина подскочила на кресле и схватила трубку. Она слушала странный металлический голос, и глаза её расширялись. Это Вершитель, воспользовавшись компьютерной программой обработки голоса, объявлял ей условия возвращения мужа.

— Что?! — взвизгнула Оля, когда «мачеха» положила трубку.

— Требуют приготовить десять миллионов выкупа до полуночи, — хрипло ответила Инна, — Будут звонить ещё…

— И что нам делать? Где взять деньги? — зарычала «дочка», — Звони этому заму…

— Не доступен, — женщина безрезультатно пыталась дозвониться сначала с мобильного, а потом и со стационарного телефона. Ольга вырвала у неё телефон и позвонила «дяде Андрею»…

— Он уже знает об этом звонке, но засечь звонившего не удалось, — ответила она на тревожно-вопросительный взгляд Инны, — Расследование продолжается… Может у отца любовница есть, не знаешь?

— Ты с ума сошла, Оля? — оскорбилась жена, — У Вадима есть я!

— Ну-ну… — покачала головой «падчерица», — Тогда нужно искать деньги. Звони своим любовникам!

— Зачем ты хочешь меня оскорбить, девочка? У меня нет любовников! — Инна с обидой посмотрела на Ольгу.

— Тогда поклонникам и воздыхателям, этих у тебя точно хватает, — примирительно улыбнулась девушка.

— Те, кто может помочь, недоступны, — слегка покраснев, грустно произнесла женщина, — А у тебя?

— У брата Коли таких денег никогда не было, а дядя Андрей хочет всё сделать по-своему… — ответила Оля, — От остальных знакомых никакого толку…

Через полчаса бесполезного ожидания снова зашёл разговор об ужине. Ольга посоветовала «мачехе», одетой в очень дорогое длинное платье, переодеться во что-то более домашнее. Инна кивнула, взглянула на девушку с некоторым стеснением и принялась снимать платье, под которым оказалась дивной красоты комбинация. Через минуту женщина продемонстрировала свою грудь, немного большего размера, чем предполагал Вершитель, и тех же безупречных линий, что и всё её тело. Оставшись в одних трусиках, Инна юркнула за дверь ванной комнаты. Оля, чисто по-женски, тут же взялась осматривать оставленную «мачехой» дорогую одежду и вскоре, с недоумением поднесла к скрытой камере сначала платье, а затем комбинацию, явно пытаясь показать своему Господину что-то важное. Андрей далеко не сразу уловил суть демонстрации, а потом понял… С одежды оказались удалены все бирки производителя! Причём, срезаны не слишком аккуратно, явно второпях. Так же, как и его помощнице, этот факт показался Вершителю странным.

Инна вышла из ванной, завёрнутая в махровое полотенце и с благодарностью приняла из рук девушки пепельно-белый атласный халатик. Когда полотенце было сброшено, и «мачеха» предстала перед «падчерицей» полностью обнажённой, та провела ладонью по идеально гладкой коже её плеча.

— Что ты делаешь, Оля? — смутилась женщина.

— Мне давно хотелось тебя потрогать, — призналась девушка, — Тебе это неприятно?

— Не то, чтобы неприятно… — ещё больше смутилась Инна, — Но как-то неудобно…

За ужином Ольга предложила «мачехе» выпить, та долго колебалась и согласилась только, чтобы «успокоить нервы». Незаметно они ополовинили бутылку коньяка, а когда дело дошло до кофе, зазвонил аппарат городского телефона. «Похититель мужа» интересовался у Инны приготовлен ли выкуп и угрожал, при невыполнении его условий, с завтрашнего утра присылать мужчину по частям. У женщины случилась истерика. Оля пыталась успокаивать её и отпаивать коньяком, звонила «дяде Андрею». Все остальные абоненты, разумеется, находились вне зоны действия сети… Закончилось это действие тем, что «падчерица» привела всё ещё плачущую Инну назад в белую спальню, практически без сопротивления сняла с неё халат, уложила в постель под тонкое одеяло, не раздеваясь, прилегла рядом и принялась гладить шелковистые тёмно-каштановые волосы «мачехи»… Ещё через десяток минут Ольга попыталась залезть к «мачехе» под одеяло, но Инна воспротивилась.

— Не надо, Оля… — всхлипывая, произнесла она, — Спасибо тебе за сочувствие, но это слишком…

— Можно подумать, что у тебя одной горе! — обиженно воскликнула девушка, — Мне, между прочим, тоже страшно, одиноко и холодно…

— Прости, милая! — обескураженно охнула Инна, — Я совсем с ума сошла… Иди ко мне скорее…

Ольга скинула с себя всю одежду, забралась под одеяло к «мачехе» и с громким вздохом тесно прижалась к ней. Инна обняла девушку и чуть поглаживала её белокурую головку. «Падчерица» некоторое время лежала неподвижно, а затем, уткнувшись в грудь «мачехи» принялась нежно поглаживать её спину. Инна успокоилась и расслабилась, слёзы её высохли, лицо разгладилось, но никакого стремления к телесным удовольствиям она не проявляла, а попытки Ольги приласкаться «по-взрослому» аккуратно пресекала…

Неизвестно, сколько продолжалась бы это сцена покоя, но тут в комнату вошёл мужчина в форме полковника полиции. Инна взвизгнула и принялась натягивать на себя одеяло, слегка сдвинутое девушкой с «мачехи».

— Дядя Андрей! Мы Вас не ждали так рано, — воскликнула Оля, — Я думала, Вы позвоните…

— Не до условностей сейчас, — угрюмо произнёс мужчина, — А то, что не ждали — я вижу.

— Может быть, Вы позволите нам одеться? — хрипло произнесла Инна, тщательно кутая одеялом свои прелести и пытаясь при этом приподняться с кровати. Но «полковник» подошёл к широкой постели, неожиданно схватил «жену друга» за руку и ловко пристегнул кисть её руки наручниками к перекладине в изголовье постели.

— Лежите смирно, мадам! — грозно приказал он.

— Что Вы делаете? — вскрикнула растерявшаяся женщина.

— Что случилось, дядя Андрей? — удивлённо спросила «племянница».

— Видишь ли, Оленька, у меня есть основания считать, что твоя «мамочка» причастна к похищению Вадима! — отчеканил «полковник», усаживаясь в кресло напротив постели, — А посему я намерен её немедленно допросить.

— Не может быть! — изумилась Оля, в то время как Инна в панике беззвучно открывала и закрывала рот, — Она, не такая, дядя Андрей! Она хорошая…

— Ты многого не знаешь, девочка…

— Возможно, — вздохнула Ольга, — Хотите, я принесу Вам выпить, и Вы спокойно расскажете и… допросите Инну, если это так необходимо?..

Мужчина кивнул, Оля выскочила из-под одеяла и с образцово-показательным бесстыдством отправилась на кухню голышом. Инна ахнула и с упрёком прокричала ей вслед: «Одень на себя хоть что-нибудь, девочка!»…

— Моё повествование, думаю, заинтересует только тебя, Оля, поскольку для Инны в нём вряд ли найдутся откровения, — заговорил Андрей, принимая из рук девушки, накинувшей ярко-красный халатик, едва прикрывавшей её ягодицы, стакан виски со льдом и закуривая, — Дело в том, что у твоего папы семейная жизнь с Инной в последнее время разладилась. Выяснять причины проблем с такой умницей и красавицей сейчас бессмысленно, но по моим данным у Вадима появилась новая женщина…

— Нет! Это невозможно… — вскрикнула Инна, дар речи к которой возвращался с трудом.

— Почему же? — пожал плечами мужчина, — У меня есть полная смс-переписка Вадима за последний месяц. И, с точки зрения текущих событий, интерес представляют, прежде всего, диалоги с Вами и ещё одной особой, общение с которой велось Вадимом часто и бурно…

— Но причём здесь похищение, дядя Андрей? — спросила Ольга.

— Не торопись, ты же хотела, чтобы я всё рассказал спокойно… Как я понимаю, твой отец решил оформить развод со своею женой.

— Это неправда! — вскрикнула Инна, — Мы даже не заговаривали об этом…

— Иногда об этом не говорят до последнего, но сути это не меняет, — резко возразил ей «полковник», — В случае развода, твоя «мамочка», Оля, оставалась ни с чем. Поэтому ей было необходимо действовать… Быстро и агрессивно. А Игорь Валентинович, один из ведущих менеджеров Вадима, сразу согласился помочь своей любовнице!

— Это не так, Андрей! — закричала Инна, но наткнувшись на ледяной взгляд Вершителя, заговорила тише, — Извините, Господин полковник, но я никогда не была любовницей Игоря Валентиновича…

— Допустим, что Вы говорите правду, но этот Игорь наверняка замешан в похищении. Кто ещё?

— Я немногих знаю… — уныло отозвалась женщина, — Может быть Геннадий, начальник секретариата?

— Этот хлыщ тоже Ваш любовник, мадам? — зло спросил Вершитель.

— Нет! — воскликнула Инна, — Поверьте мне, Господин полковник! Они оба оказывали мне знаки внимания… слишком настойчиво… Я говорила об этом Вадиму, но он только смеялся… У меня ничего с ними не было…

— Дядя Андрей, — вступилась за «мачеху» Ольга, — Почему ты так уверен, что Инна — преступница?

— Милая Оленька, подумай, кому выгодно похищать Вадима? Кто знает, как можно организовать это похищение? Круг заинтересованных лиц не велик… Кое-кого мы уже проверили. По сути, кроме Игоря, Геннадия и твоей мачехи, почти никого не остаётся. Первые двое скрываются, что само по себе подозрительно… Хорошо, допустим, всё тщательно организовано посторонними людьми, они же звонят с требованиями и угрозами. Но нужно быть полным идиотом, чтобы не понимать, что жена редко бывает в курсе бизнеса мужа, и уж конечно, не имеет возможности распоряжаться его деньгами! Я считаю, что требование выкупа — отвлекающий манёвр…

— От чего отвлекающий? — почти одновременно спросили обе женщины.

— От главного… — хмыкнул Андрей и обратился только к Ольге, — Подумай хорошенько, девочка!

— Вы хотите сказать, что Вадима хотят убить? — выпалила быстрее сориентировавшаяся в логических построениях «полковника» Инна.

— Вот именно, мадам! Этого я и боюсь, — не весело кивнул Вершитель, — Причём, Вам его смерть выгодна… Не перебивайте меня! Вместо развода Вы получаете серьёзную часть большого наследства.

— Но главное достояние папы — бизнес, — неожиданно вступила в дискуссию «дочка».

— Конечно, и с ним всё непросто, — подтвердил Андрей, — На время, пока наследники будут предъявлять свои претензии и судиться (А это минимум полгода!), управлением активов Вадима будут заниматься всё те же Игорь, Геннадий и ещё пару человек из совета директоров… И что они там устроят? Кто знает? Кто проверит?

— Значит нужно искать не только папу, но и этих… — воскликнула Ольга.

— А я чем по-твоему занимаюсь? — нервно произнёс «полковник», — Короче… Мадам, если Вы заинтересованы в том, чтобы я вычеркнул Ваше имя из числа «заговорщиков», будьте со мной откровенны. И помните, что если Вадим мёртв, то следующей жертвой можете стать Вы!

— Какой ужас, — простонала Инна, — Но Вы же не оставите меня в беде, Андрей?

— Видите ли, мадам, я друг Вашего мужа. Вы, разумеется, можете называть меня по имени, но беспокоюсь я, прежде всего, за Вадима и его детей. Коля уже в безопасности, Олю я не оставлю без присмотра, а Вы… В Вас я, извините, совсем не уверен.

— Я буду предельно откровенна с Вами, Андрей, — опустила голову женщина, исподлобья наблюдая, как Ольга, и не подумавшая хотя бы одёрнуть на себе халат, приносит «дяде» очередную порцию виски и закуску на подносе, — Что Вы хотите знать?

— Всё, мадам, всё! — жёстко заявил Вершитель, делая глоток из стакана.

— Хорошо… Мне остаётся только надеяться, что Вы не бросите меня после этого на произвол судьбы! — глубоко вздохнула Инна, задумалась на минуту и заговорила, — Мы с Вадимом живём вместе почти три года, и я очень быстро поняла, что меня одной ему мало. Вы, как его друг, наверняка знаете, что у него время от времени появляются новые любовницы…

— Знаю…

— Сначала я страшно переживала… позже почти привыкла… Он добр и ласков со мной, да и собеседник прекрасный, умный, и хозяин умелый и не скупой… Однако около полугода назад я почувствовала, что… надоела ему что ли… Вадим уделял мне всё меньше времени и чувств… Однажды, то ли в шутку, то ли всерьёз он заявил, что мне пора завести себе любовника для здоровья и полноты эмоций. И чуть ли не на следующий день, словно они нас подслушивали, ко мне начали клеиться Игорь Валентинович и Геннадий… Эти двое всегда оказывали мне знаки внимания, но в рамках приличий, а тут, словно с цепи сорвались…

— Дядя Андрей, — неожиданно спросила Оля, — А в доме всё чисто?

— Чисто, — усмехнулся и выразительно посмотрел на девушку мужчина, — Я проверил, но ход твоих мыслей… Продолжайте, Инна, я весь внимание…

— Я отбивалась от них, как могла… Жаловалась Вадиму… Честно говоря, даже задумывалась о том, чтобы последовать совету мужа, но ни Геннадий, ни Игорь Валентинович совсем не нравятся мне и решительно не подходят на роль любовника, пусть и разрешённого мужем чуть ли не официально…

— Да, тебе нравятся совсем другие мужчины, Инна! — улыбнулась «падчерица».

— Что ты имеешь в виду, Оля? — поразилась женщина.

— Однажды мы с тобой рассматривали фотографии отца, и ты с интересом расспрашивала об одном мужчине, изображённом рядом с ним на многих снимках, — таинственно проговорила девушка.

— В самом деле? — смешалась Инна, — Я не помню…

— Извините, милые дамы, — с трудом сдерживая улыбку, произнёс Вершитель, — Я покину Вас ненадолго, свяжусь со своей командой из кабинета…

— Может быть, Вы снимите с меня кандалы, Андрей? — грустно попросила Инна, — Я не сбегу. Напротив, это я нуждаюсь в Вашей защите!

— Ну, если Оля не против… Нет? Хорошо…

«Полковник» освободил руку женщины и отправился в кабинет, чтобы посмотреть на экране монитора и послушать, как станут общаться «мачеха» с «падчерицей» в его отсутствие…

— Что ты такое говорила про фотографии, Оленька? — смущённо спросила Инна, потирая высвобожденную кисть руки.

— Ты, в самом деле, не помнишь? — удивлённо спросила Оля, — Тогда у тебя вызвал неподдельный интерес мужчина на снимках с папой.

— Ну… Может быть… И кто это был? — женщина метнула быстрый взгляд в сторону девушки, которая, скинув халатик, снова забралась к ней на постель и взяла её руку в свою.

— Дядя Андрей, кто же ещё?!

— Андрей? — ахнула Инна и покраснела.

— Не смущайся, дорогая… Я уже тогда поняла, что он тебе нравится, но не знала, что папа дал тебе полную волю…

— Ах, Оленька, как ты можешь рассуждать об этом сейчас? — качала головой «мачеха», не мешая, впрочем, девушке снова стаскивать с себя одеяло и поглаживать нежными пальчиками свою грудь, — А ты?.. Почему ты ходишь при нём в таком виде? Тебе не стыдно?

— Что уж тут стыдиться? — спокойно отреагировала на претензии «падчерица», — Дядя Андрей видел меня всякой множество раз…

— Как? — поразилась Инна, — Ты — его любовница?

— Ну, если тебе нравится именно это слово… Да, мы близки с ним.

— Какой ужас! Ты же совсем ещё юная девушка… А папа знает?

— Ох, когда он узнал об этом полгода назад, случился скандал, — вздохнула Ольга, целуя «мачеху» в пупочек изысканно женственного живота, — Но папа умный… Он быстро понял, что в наших отношениях нет ничего криминального. Дяде Андрею он доверяет, к тому же с ним я в полной безопасности…

— Ах, Оленька, что ты делаешь? Перестань… — томно произнесла Инна, разомлевшая от лёгких и сладких ласк девушки, — И как ты можешь намекать на мою симпатию к Андрею, если сама…

— Ты слишком правильная, мамочка, или прикидываешься? Тогда и я перестану тебе доверять! — Оля сделала контрольный поцелуй в ухоженный лобок «мачехи» и, накрыв её своим телом, заглянула ей в глаза с расстояния нескольких сантиметров, — Ты мне нравишься, Инна… Дядя Андрей мне очень нравится, он замечательный мужчина… Он и тебе нравится, не вижу в этом проблемы. Я не ревнива, по крайней мере, по отношению к тебе…

— Но, девочка моя… — «мачеха», насколько видел Вершитель, начала отвечать на нежные поцелуи Ольги, правда довольно сдержанно.

— Не напрягайся, мамочка! Ты ему тоже нравишься, — прошептала девушка Инне на ушко.

— Откуда ты знаешь? — мгновенно спросила женщина таинственным шепотом.

— Вижу! — уверенно заявила Оля и соскользнула с Инны набок, увлекая её за собой так, что повернувшись к «падчерице», женщина оказалась над телом девушки. «Мачеха» словно задумалась, но только на секунду, и, словно решившись, несколько раз чувственно поцеловала Ольгу в губы. Казалось, Инна благодарила девушку за понимание, поддержку в трудную минуту и неожиданную нежность…

Андрей сидел в кабинете, уставившись в экран, курил и качал головой. «Ничего не понимаю, — говорил себе он, — За исключением этих милых нежностей с «падчерицей» и, будто бы, готовности завести себе разрешённого мужем любовника, что можно списать на давнюю женскую неудовлетворённость, ей нечего инкриминировать… Белая и пушистая! При ближайшем рассмотрении, не только красивая, но и весьма приятная в общении особа. Никакой холодности и надменности, как на фотографиях… Ничего не понимаю! Ну, допустим, я займусь с ней любовью этой ночью… Что себя обманывать? Я хочу этого… Причём, без всякого насилия, только подтолкнуть чуть-чуть ласково… Но ничего это не доказывает. Может мы намудрили со сценарием? Нет, сегодня обойдёмся без ужасов, а завтра будет видно… И всё-таки она слишком белая и пушистая… Слишком! Что бы это значило?» Через полчаса Вершитель вернулся в белую комнату, где тихо шептались, обнимались, изредка целовались женщины. В их ласках не было горячего и страстного желания, только взаимная симпатия и нежность. Даже Оля притихла и перестала провоцировать «мачеху» на разнузданный секс. «Полковник» вошёл в дверь уже без кителя, спокойный и немного мрачный. Инна опять потянулась за одеялом, но Ольга успокоительным движением остановила её. «Мачеха» покраснела и сдалась, невольно демонстрируя мужчине свои прелести. А посмотреть было на что, живьём тело Инны выглядело мечтой для любого художника, предпочитающего классические гармоничные формы и пропорции.

— Что-то произошло, дядя Андрей? — тихо спросила Оля, продолжая обнимать Инну, — Что-то плохое?

— Смотря для кого, — Вершитель уселся в кресло, взял со столика стакан и глотнул виски. Лёд растаял, и напиток потерял свою привлекательность для знатока, — Вадим жив…

— Ах, как хорошо! — произнесла Ольга.

— Как он? Где он? — скороговоркой спросила Инна и ещё раз робко попыталась натянуть на себя одеяло, но безрезультатно.

— В порядке. Бывало, конечно, и лучше. Но Вадим здоров и находится в надёжном месте…

— Один? — в голосе «жены» сквозила тревога.

— Нет, Инна, он не один, — вздохнул мужчина, Инна внимательно посмотрела на него и понятливо кивнула, — Их, собственно, захватили вместе и освободили обоих. Теперь они отдыхают в безопасности и под присмотром моих людей.

— Кто же их захватил, дядя Андрей? — спросила Оля.

— Люди в масках под руководством Игоря Валентиновича, тоже в маске…

— Мерзавец… — зашипела Инна, — Он в тюрьме?

— Увы… Все убиты при попытке оказать сопротивление, — констатировал «полковник», — Эта сволочь — Геннадий тоже в деле… скрывается… ищем… Надеюсь, его возьмём живым…

— Да-а-а… — потянула Ольга.

— Знала я, что они плохие люди, но чтобы до такой степени… — проговорила Инна, похоже, совсем забывшая, что лежит голой перед «другом мужа» в объятьях «падчерицы».

— Да, Вадиму давно следовало провести чистку в своих владениях… Ладно, отдыхайте. Утро вечера мудренее… Завтра решим, что дальше делать…

— А ты, что же, к нам не присоединишься, дядя Андрей? — с очаровательной непосредственностью поинтересовалась Оля.

— К вам? — с улыбкой хмыкнул мужчина, — Так никто не приглашал!

— Уже приглашаем, правда, Инна?

— А… Ну… — растерялась женщина, — Да, приглашаем Вас поужинать с нами… Спасибо Вам за помощь, Андрей!

— Когда всё закончится, тогда и благодарить будете… — покачал головой мужчина и закурил.

— Ну, хватит курить, — недовольно канючила Ольга, — Иди к нам, Андрюша! Хочешь, я помогу тебе раздеться?

— Оля, как тебе не стыдно? — покраснела обнажённая «мачеха», — Я думала, ты хочешь предложить Андрею перекусить и немного выпить после трудного дня…

— Оленька у нас стыдливостью не отличается, — улыбнулся мужчина, — Поужинать не откажусь… А сначала я бы в сауну сходил, вы не против?

— Классная идея! — заулыбалась Ольга, — Иди, мы сейчас догоним…

Вершитель кивнул и вышел из комнаты. «Падчерица» довольно быстро убедила Инну, что сауна никому ещё не вредила. По настоянию «мачехи» обе накинули халатики и отправились вслед за Андреем транзитом через кухню, где быстро приготовили напитки и холодные закуски для полноты удовольствия. Когда женщины спустились в помещение сауны, Андрей лежал на полке в парилке. Оставив поднос со снедью в комнате отдыха, Оля схватила Инну за руку и, на ходу снимая одежду с себя и «мачехи», потащила её к Андрею. Обнажённая красавица скромно присела у ног мужчины, а Ольга бросилась к «дяде» и принялась ласково гладить его влажную грудь. Через пару минут, с удовольствием глядя на приходящую в возбуждение мужскую плоть, она взяла руку Инны в свою и стала водить ею по ноге Андрея, поднимаясь всё выше и выше. Красивое лицо не сопротивлявшейся «мачехи» застыло в испуге.

Однако Вершитель решил не торопить события, ласково отстранил женщин, поцеловал обоих в розовые щёчки, выскочил из парилки и нырнул в бассейн. Вода в нём оказалась немного теплее, чем ожидалось, что, впрочем, позволяло подольше порезвиться с Ольгой, которая прыгнула туда вслед за Андреем. Инна чуть позже погрузила своё прекрасное тело в воду, но вскоре застыла у бортика, с интересом и опаской глядя на мужчину. Андрей что-то шепнул Оле на ушко, подплыл к Инне и положил руку на её плечо. Женщина заметно вздрогнула и внимательно посмотрела широко открывшимися тёмно-синими глазами прямо в глаза мужчины. Он почувствовал в этом взгляде что-то необычное, непривычное для Испытуемой, иррациональное, но Инна быстро опустила взгляд, не позволив ему разобраться. Тогда Андрей кончиком пальца дотронулся до родинки на её правой щеке и… Тихо застонав, женщина затрепетала, обвила его шею своими красивыми руками, как лебедиными крыльями, и прижалась к мужскому телу. Не ожидавшей такой реакции, Вершитель сначала опешил, но потом нежно обнял талию Инны и поцеловал её в губы. Почти не двигаясь, они держали друг друга в объятьях несколько минут, пока одновременно не почувствовали, как мужская плоть без всякой помощи ищет путь в женскую… «Андрей, это так неожиданно… Я боюсь», — прошептала женщина ему на ухо, не разжимая объятий, и снова Вершитель решил не торопить события. «Так мы замёрзнем, красавица», — тихо произнёс он и ловко помог Инне подняться на бортик бассейна, а затем выбрался сам. Ольга, хитро смотревшая на парочку в бассейне, подала им сухие простыни с некоторым удивлением и даже разочарованием.

— Какой Вы сегодня… не энергичный, дядя Андрей! — не без язвительности произнесла она, когда компания садилась за стол.

— Так и день был необычный… нервный, — словно защищая мужчину, а за одно и себя, произнесла ей в ответ Инна. Застолье продолжалось тихо, по-домашнему, но недолго. Будто уставшие после тяжёлого дня родственники устроили поздний ужин перед сном. Женщины пили вермут, мужчина виски. Шёл неспешный разговор на общие темы, пока Андрей не решил, что дальнейшие действия лучше отложить на завтра.

— Так. Вижу, что все устали, — сказал он, — Идите-ка спать, девочки, а я ещё немного поработаю в кабинете…

Андрею показалось, что женщины немного удивились, но возражать не стали. Вершитель отправился в кабинет, где прилёг на прохладный кожаный диван и с него вполглаза посматривал на монитор, транслировавший картинку белой комнаты. Мужчина пребывал в состоянии задумчивости и лёгкой растерянности. Испытуемая, изначальное впечатление о которой, основанное на фотографиях и скудной информации, носило несколько негативный характер, вела себя вопреки прогнозам. Более того, она пробудила в сердце Андрея нарастающую приязнь, жалость, а порою и щемящую нежность. Он не мог разобраться, как вообще могла попасть в тёмное Княжество такая милая, трогательно-пугливая и, безусловно, обаятельная особа. Вершитель всё время ждал подвоха в поступках женщины, несомненно обладавшей умом и исключительно гармоничной внешностью, но дождаться не мог… Задумавшись, Андрей не вслушивался в разговор женщин в спальне, но вскоре понял, что говорят о нём. Через несколько минут Ольга, сидевшая в своём сверхкоротком халатике на постели рядом с уже лежавшей под одеялом «мачехой», поднялась на ноги и вышла из белой комнаты…

— Вы знали, Господин Андрей? — удивлённо спросила она, войдя в кабинет.

— О чём знал? — пришла пора удивляться Вершителю.

— Не кокетничай, Андрюша! — сопровождая язвительный тон мягкой улыбкой, произнесла Оля, — Когда ты не стал брать её в сауне, ты знал, что она позовёт тебя в спальню! Да?

— Нет. Даже и не думал об этом, — откровенно ответил Андрей, — Она сама зовёт меня в спальню, пообщаться тет-а-тет?

— Вот именно!

— Ничего не понимаю! — покачал головой мужчина.

— Я тоже, — развела руками девушка, — Но… Вам нужно идти к ней, мой Господин…

— Да…

— Только не засыпай с ней, пожалуйста! — Оля взяла его руку в свою и пристально посмотрела в глаза Андрея, — Я буду ждать тебя здесь…

Вершитель вошёл в спальню в белом махровом халате на голое тело, как и был после сауны. В скудном свете лампы, стоящей на столике у кресел, Инна лежала на широкой кровати под одеялом и смотрела на него горящими глазами. Она немного сдвинулась от края постели, словно приглашая мужчину присесть рядом, что он и сделал.

— Скажите, Андрей, — тихим, с лёгкой хрипотцой голосом начала женщина, — я Вам действительно нравлюсь?

— Ты очень красивая женщина, — «полковник» с ходу перешёл на «ты», — Большего сказать не могу, поскольку не достаточно хорошо тебя знаю.

— Понятно, — задумчиво ответила явно нервничающая Инна, — Но Вы хотели бы… узнать меня лучше… ближе…

— Хотел бы… Но ты — жена Вадима, — прямо ответил мужчина, умышленно не сказавший «жена друга», чтобы не накалять ситуацию.

— Муж оставил меня… — вспыхнула женщина, — Ему даже не пришло в голову позвонить мне после освобождения, чтобы успокоить! Разумеется, он не лишит меня дома и средств к существованию, но Вадим оставил меня… без себя. Впрочем, я почти привыкла к этому… Теперь я точно знаю, почему он советовал мне завести другого мужчину… Из меня получится любовница, Андрей?

— Каждая женщина может стать любовницей, но не каждой это по душе… И почему ты спрашиваешь об этом именно меня?

— Потому что, если я и решусь стать любовницей, то… — Инна взяла его за руку, словно пытаясь позаимствовать решительности, но окончание фразы проговорила так тихо, что её не расслышал никто…

— Даже и не знаю, что ответить тебе… — левой рукой мужчина накрыл тыльную часть ладони Инны, которой она держала его правую руку.

— Тебе не нужно ничего говорить, — горячо прошептала женщина и, словно боясь передумать, рывком скинула с себя одеяло свободной рукой, — И… не останавливай меня, пожалуйста, иначе мне станет совсем плохо…

Андрей, отпустив руку Инны, подвинулся к женщине вплотную и погладил её обнажённый живот. Кожа этой непонятной и очень красивой женщины была удивительно гладкой, мягкой и тёплой. Когда мужчина принялся нежно ласкать её высокую грудь, Инна, по всей видимости, с трудом сдерживаясь, чтобы не застонать, неуклюже развязывала пояс халата Андрея. Ещё не раздевшись, Вершитель наклонился к её лицу и поцеловал горячие губы, женщина обдала его жарким дыханием и принялась взахлёб целовать его в ответ… Через несколько минут обнажённая пара лежала лицом друг к другу. Сжимая объятья, Андрей подумал, что давно не чувствовал такой горячей женщины. Если бы он не был уверен, что это невозможно, то решил бы, что у Инны жар… «Андрей, я боюсь, — повторила женщина слова, уже произнесённые в бассейне сауны, и добавила, — Но хочу этого всем сердцем…» И снова мужская плоть, будто бы сама по себе, безошибочно нашла вход в женскую, но теперь никто её не остановил…

— Как это было, мой Господин? — неожиданно тревожно глядя на Андрея, спрашивала Ольга час спустя, когда мужчина, укутав заснувшую Инну одеялом, вернулся в кабинет и пил холодную воду, а затем виски с колой и льдом.

— Не знаю… — отвечал Андрей, закуривая ходившими ходуном руками, — Не знаю с чем сравнивать! Похоже на первую брачную ночь… Нет, скорее на первое свидание мужчины и женщины, которые давно мечтали стать любовниками, но всё время что-то мешало…

— Кажется, я понимаю… — Оля схватила Андрея за руку и потащила к себе на разложенный и застеленный свежей мягкой простынёй кожаный диван, — Я больше не пущу тебя к ней!

— Это что за новости?! — вздрогнул мужчина, даже не улыбнувшись, — Почему же?

— Потому, что ты в неё влюбляешься! — проникновенно воскликнула девушка, — А этого тебе нельзя!.. Она же — Испытуемая…

— Да, Испытуемая… — задумчиво проговорил он, чувствуя, что Оля права, пусть и не столь явно. Андрей потерял контроль над своими эмоциями и чувствами, над своим поведением, над Испытанием. И если о неконтролируемой чрезмерной жестокости с Испытуемыми он слышал и задумывался об этой проблеме, то о неконтролируемой нежности к ним — никогда…

— Ничего, мы сейчас всё исправим, — заявила вовсе не так уверенная в себе, как хотела казаться, Ольга, снимая со впавшего в ступор Господина халат, укладывая Андрея на постель и принимаясь ласкать его маленькими любящими ручками, содрогающимися от тревоги и любви губками, прижимаясь к мужчине всем своим, пусть и не столь совершенным, как у Инны, но искренне любящим худеньким телом, — Рабыни тоже кое-что умеют!..

Андрей проснулся под утро в ласковых объятьях своей маленькой Оленьки совершенно разбитый. Едва ли не впервые в его новой, а может быть параллельной жизни, ему приснился сон. Снилась ему собственная свадьба, и во сне всё было так же, как наяву много лет назад, только невеста не та, что после родила ему дочь, а Инна. И, несмотря на то, что сон выглядел светлым и оптимистичным, Андрея преследовало гнетущее чувство обмана… Сон оборвался в самом начале брачной ночи… Вершитель не выспался и выглядел угрюмым. Ольга, казалось, вовсе не спала, а увидев больной взгляд Господина, ахнула, нежно поцеловала мужчину в губы и побежала на кухню варить кофе… Немного позже, когда Андрей, закутанный в простыню, содранную с дивана, пил кофе, глядя отсутствующим взглядом на экран монитора, где виднелась безмятежно спящая в белой спальне Инна, Ольга разразилась короткой, но ёмкой речью:

— Красивая? Бесспорно!.. Похоже, умная… Но белая и пушистая до такой степени, чтобы начать сводить Вас (и меня заодно) с ума?! Не верю! Тогда получается, что эта женщина оказалась по ошибке в нашем Княжестве… Или мы уже не в этом мире!

— Как ты сказала? — поперхнулся кофе Андрей и, как был в простыне, бросился к входной двери коттеджа, чтобы немедля распахнуть её…

За дверью в утренней мгле он увидел стандартно невзрачный ухоженный дворик, а за забором вид на другие коттеджи Вершителей… Страшно бранясь вполголоса, мужчина захлопнул дверь, проскочил мимо стоявшей рядом Оли в сауну, где плюхнулся в воду бассейна, показавшуюся ему сейчас зверски холодной…

Ольга, как и обещала, не пустила Андрея к просыпающейся Инне. Сама одела легкомысленный халатик, собрала на кухне лёгкий завтрак на поднос и отправилась в белую комнату… Испытуемая посмотрела на вошедшую девушку рассеянно.

— Кто ты? — неожиданно спросила Инна.

— Я?! — опешила Ольга и не придумала ничего умного в ответ на такой вопрос, — Я — Оля…

— Я не спрашивала, как тебя зовут, — равнодушно произнесла женщина, даже не глядя в сторону девушки, — Ты моя служанка? Что-то я не помню…

— Инна, я — Ольга… Ты всё забыла?! — от растерянности Оля едва не выронила поднос и поторопилась поставить его на столик.

— Что за фамильярности, милочка? И с каких это пор служанка со мной на «ты»? — по-прежнему равнодушно, без всякого намёка на тепло, но и без металла в голосе отреагировала женщина, поднимая с постели своё красивое тело, — Если между нами и случилось что-то, чего я, кстати, тоже не припомню, это ещё не повод… Для тебя я — Госпожа и никак иначе. Кто ещё дома?

— Андрей, — автоматически ответила Оля упавшим голосом.

— Андрей? Мой муж? — всё так же спокойно спросила Инна, нагишом усаживаясь в кресло и отпивая из чашечки кофе, — И ты называешь его просто Андреем? Совсем обнаглела…

— Господин Андрей! — одеревеневшим тоном поправилась Ольга.

— Так-то лучше, — без всяких эмоций кивнула Испытуемая, — А сливки ты принесла?.. А, вот они… Кстати, а где этот мальчик… ну, мой новый секретарь, которого нанял для меня муж? Как его зовут… забыла…

— Николай, — нашлась Ольга, выныривая из омута непонимания и ориентируясь в изменившейся обстановке на ходу, — Вы же вчера приказали ему отправиться за покупками, Госпожа… Вот он с утра и уехал…

— За покупками, говоришь? Не помню… Но это хорошо, пусть будет сюрприз, — всё так же равнодушно говорила Инна, — Позвони ему, поторопи… Как только вернётся — немедленно ко мне. Хочу, чтобы он сделал мне… Э-э-э… Хочу продиктовать ему пару писем… И оденься поприличнее, милочка…

— Будет сделано, Госпожа! — ответила Оля, вживаясь в новую роль, и выскочила из комнаты.

В кабинете у монитора сидел Андрей, в полном недоумении глядя на экран застывшим взглядом. К вбежавшей девушке он повернулся с видом идола, олицетворяющего непонимание сущего и вселенскую тоску.

— Андрюша, ты что-нибудь понимаешь? — сходу спросила Оля, прижимаясь к качающему головой Вершителю, — Получается, что она забыла всё, что было вчера… Заснула, а сегодня… началась новая история?

— Может её подменили, пока мы спали? — Андрея в затруднительных ситуациях часто спасало чувство юмора.

— На вид нисколько не изменилась! — улыбнулась Ольга, — Но выражение лица и тон разговора…

— А может быть, она сама решила сыграть другую роль? — уже без улыбки произнёс Андрей.

— Как это? — округлила глаза Оля, — Звучит слишком фантастически, но мы и эту версию попробуем проверить… Колю вызываем?

— Вызываем, — эхом ответил явно расстроенный мужчина, — Она сама позвала юного секретаря, странное совпадение… Но всё же, мне не понятно… Как Инна могла забыть вчерашнее?

Прошло более полутора часов, прежде чем тщательно проинструктированный Коля в однотонном синем костюмчике и с двумя большими пакетами, наполненными «покупками» входил в белую комнату. За это время Испытуемая успела не торопясь позавтракать, принять душ, тщательно уложить свои густые тёмно-каштановые волосы и сделать лёгкий макияж, подчёркивающий красоту её лица. Юного «секретаря» она встречала в изъятом из платяного шкафа коричневом бархатном халате ниже колена, одетом поверх вычурной бледно-розовой комбинации.

— Ах, как ты долго, Коля! — произнесла она с лёгкой томностью в голосе.

— Я торопился, Госпожа… Я старался… — извиняющимся тоном проговорил немного запыхавшийся юноша и взглядом указал на пакеты в своих руках.

— Ну, показывай, что ты там накупил для меня, — хмыкнула Инна, взглянув на «секретаря» без всякого энтузиазма.

Пока женщина выкладывала на постель и рассматривала «покупки», Николай стоял рядом с ней столбом и нервно облизывал губы, словно боялся не угодить Госпоже… Предметы, принесённые «секретарём» по всей видимости продавались в очень дорогом магазине одежды и интимных принадлежностей. Кружевное нижнее бельё различных фасонов и расцветок Инна без особого интереса откладывала в сторону, её больше привлекали кожаные предметы женской одежды. Особенно понравились Госпоже сапоги-ботфорты из тончайшей коричневой кожи на высоком тонком каблуке и… очень натуральный фаллоимитатор, который можно было закрепить в женской промежности с помощью изящных ремешков, введя изогнутую выпуклость с тыльной стороны в вагину. Вероятно, эта особенность позволяла женщине, исполнявшей активную роль в интимной игре, получать особое удовольствие.

— Вижу, что ты постарался, — слегка ухмыльнулась Инна, надев на стройные ноги ботфорты и подбрасывая на ладони страпон. Ухмылка исказила красивые черты её лица, словно рябь идеальную гладь озера, — И что мы будем делать с этим, мальчик?

— Не знаю, — потупился Николай и покраснел, — Я только выполнил Ваш приказ…

— Может быть, позвать служанку? Она подскажет? — недобро произнесла женщина.

— Ольгу? — вздрогнул молодой человек, — Но… Хозяин будет недоволен…

— Мой муж? — впервые за утро во взгляде Инны появился читаемый интерес, — Значит, он её… Так я и думала… Тем более! Значит, и мне можно испытать на ней эту штуковину… Или лучше на тебе, милый?

— Я не знаю, Госпожа… — голос юноши задрожал.

— Какой же ты робкий, — недовольно констатировала женщина, — Раздевайся!

— Что? — совсем оробел Николай, — Как?

— Догола, — равнодушно уточнила Инна, беспечно наблюдая, как побледневший молодой человек судорожно расстёгивает пуговицы пиджака.

Через пару минут Коля стоял перед ней нагим с безвольно опущенными вдоль туловища руками. Женщина оглядела тело юноши без особого интереса, лишь на мгновенье остановив взгляд на возбуждающийся плоти, размеры которой не поражали воображение.

— М-да… Послушный мальчик, — разочарованно пробормотала Госпожа и надолго задумалась, не обращая никакого внимания на голого Николая. Через несколько минут она неожиданно спросила, — А ты не знаешь, милый, куда муж перевёл моего бывшего помощника? Серьёзный мужчина и имя подходящее — Андрей, как у мужа… Не мог же он его совсем выгнать?

— Не выгнал, наверное, — с сомнением ответил Коля, а дальше попробовал импровизировать, — Я Вашего прежнего секретаря и видел-то всего пару раз, но он производит впечатление человека умного… Такими не разбрасываются.

— Он — серьёзный мужчина… Ты верно подметил, мальчик, — довольно кивнула Инна…

«Это она о тебе!» — жарко воскликнула в кабинете Ольга, прилипшая взглядом к экрану монитора, а плечом к Андрею. Вершитель смотрел на экран внимательно и молча, не торопясь строить предположения…

— Если будешь смышлёным, расторопным и послушным, — продолжила Испытуемая, — отблагодарю тебя. Но имей в виду, что за провинности я строго наказываю.

— Я весь в Вашей власти, Госпожа! — вытянулся в струнку «юный секретарь», чувствовавший себя крайне неуютно обнажённым посредине комнаты.

— И только в моей! — властно уточнила Инна и снова задумалась, — Вот что, милый… Оденься и ступай… Попробуй незаметно выяснить, где находится и чем занимается Андрей. Я не о муже, разумеется! Можешь поинтересоваться у этой… Ольги… Она, как мне кажется, в курсе всех дел… Но не говори ей о моём интересе, понял? Если что-то узнаешь, доложишь мне, но до обеда меня не беспокой… Обедать будем не раньше трёх, ясно? Если тебе удастся тайно привести моего прежнего секретаря сюда или устроить нам встречу, моя награда тебя впечатлит…

— Сделаю всё возможное, Госпожа! — выпалил Николай, когда Инна умолкла, и, повинуясь её взгляду, быстро собрал вещи и двинулся к двери.

— Какая у тебя аппетитная попка, однако, — вслед ему со странным выражением произнесла женщина, пока смущённый юноша ещё не вышел из спальни…

Наспех одевшись, Коля ввалился в кабинет, где крепко задумавшийся Андрей сидел на диване и курил. Ольга ещё некоторое время наблюдала за Испытуемой, которая переоделась в обновки — коричневые кожаные шорты, топик и сапоги, аккуратно повесила в шкаф чёрный лаковый плащ и забросила туда же остальные шмотки, а страпон убрала под подушку. После этого Инна набросила на постель покрывало, не снимая ботфорты улеглась поверх и прикрыла глаза.

— И что теперь делать, мой Господин? — спросила Оля.

— Думать, — твёрдо ответил Вершитель, — Прежде, чем что-то предпринимать, надо основательно разобраться в ситуации, тем более, что Испытуемая сама взяла паузу…

— Что тоже выглядит необычно, — насупила брови Ольга.

— Согласен, — кивнул Андрей, — Но давай по порядку… Коля, сядь куда-нибудь, не стой, как неприкаянный!.. Итак, вчера мы общались с одной Инной, сегодня видим совсем другую… Либо она действительно не помнит то, что происходило накануне, либо делает вид, что не помнит.

— А такое, вообще, возможно? — внимательно посмотрела на мужчину девушка, — Испытуемые попадают сюда с большими провалами в памяти…

— Или очень большими! — вставил Николай, присевший на край дивана.

— Короче, — недовольно заговорил Вершитель, — Испытуемые появляются здесь в беспамятстве! Некоторые островки памяти открываются им ассоциативно, постепенно и каждому по-своему… Что помнит Инна?

— Что она весьма обеспеченная замужняя дама, — констатировала Оля, — Но вчера, по её мнению, мужа звали Вадимом, сегодня Андреем…

— Вчера она произнесла имя мужа сама? Нет, по-моему, как и сегодня ты произнесла имя… Возможно, она просто связывает произнесённое тобой имя с личностью мужа… Что общего во вчерашнем и сегодняшнем мировосприятии Испытуемой, кроме мужа и высокого социального и материального положения?

— Ничего! — выпалила Ольга, — Вчера мы подсовываем ей детей мужа от первого брака и друга мужа, сама она вспоминает только двоих сотрудников супруга… Сегодня она идентифицирует меня, как служанку и говорит о секретарях — новом и бывшем, который, как мне кажется, напоминает Вас, Господин Андрей!

— Маловероятно, но это следует проверить… Возвращаемся к твоему вопросу, Оля. Возможна ли повторная потеря памяти без вмешательства определённых сил, а просто после сна? — спросил сам себя Вершитель, — Ни о чём подобном я не слышал, но это не значит, что невозможна… Попытаюсь проконсультироваться со знающими людьми, а пока придётся продолжать собирать информацию об Испытуемой методом проб и ошибок…

По большому счёту день прошёл впустую. Консультации с Аркадием (к Михаилу обращаться решительно не хотелось) и некоторыми медиками не дали чёткого ответа на вопрос. Все, если о таком и слышали, то лично не сталкивались… Облачённая в кожу, молчаливая и равнодушная ко всему Инна, отобедала в гостиной с новым секретарём под чутким руководством Ольги. Часа через три после обеда Николай постучался в белую комнату и вполголоса доложил Госпоже, что её муж ближе к полуночи уезжает в командировку и, если не случится ничего непредвиденного, Коля организует ей встречу с бывшим секретарём. Впервые с утра второго дня Испытания Инна, пусть и сдержанно, выразила сильные положительные эмоции.

— Королева в восхищении! — язвительно прокомментировала Ольга, обедавшая с Андреем в кабинете, «без отрыва от производства».

— Ты читала Булгакова? — поднял на неё глаза мужчина.

— Разумеется, читала. Ты же помнишь, кто преподавал мне литературу? — пожала плечами девушка, — Но вспомнила только сейчас… По-моему, это прекрасная литература…

— Прекрасная и удивительная! — широко улыбнулся Андрей, — Мы обязательно вернёмся к этой теме в другое время… Но ты ревнуешь, маленькая?

— Я не маленькая! — возразила было Оля, но тут же мягко улыбнулась мужчине, — Впрочем, для тебя готова быть любой. Да, я ревную, Андрюша, но это не имеет значения, когда ты рядом… А ты рядом всегда…

— Философствуешь или становишься романтиком?

— Просто хочу оставаться с тобой почаще… — опустила глаза от вопросительного взгляда Андрея Ольга, — А Инна — замечательно красивая женщина, конечно… Только расколоть её трудно, а без этого никак. Постарайся оценивать эту красотку объективно, мой любимый Господин!

— Я объективен, только когда равнодушен, Оленька! — произнёс мужчина и весело рассмеялся. Впрочем, через несколько секунд он снова стал серьёзным: — Ты считаешь, что Вершитель обязан быть хладнокровным до равнодушия? Думаешь, я должен был равнодушно отнестись к Нире или к Евгении, а может быть к Наташе или к Ольге?

— Ко мне? — тяжело вздохнула девушка, — Да, тогда и ко мне тоже… Вы правы, мой Господин: останьтесь таким, как есть, неправильным Вершителем! От этого только лучше…

Ближе к полуночи Николай крадучись провожал Инну в сауну, где была назначена встреча с «бывшим секретарём». В комнате отдыха на струганых досках стола стояли запотевшие кувшины с водкой и морсом, тарелки со свежими овощами, соленьями, мясными и рыбными нарезками, хлебом и вазочки с икрой.

— Здравствуйте, Госпожа! — произнёс Андрей, поднимаясь со скамьи навстречу вошедшим.

— Андрей! — ни секунды не сомневаясь воскликнула женщина, и в её глазах появилось живое «вчерашнее» выражение. Жестом приказав Коле удалиться, она снова обратилась к мужчине: — Почему же так официально?

— Не знаю, можно ли доверять этому мальцу, дорогая? — моментально сориентировался Вершитель, взяв женщину за руку.

— Да… Я тоже не уверена в нём пока… — ответила Инна, поднимая руку для поцелуя и улыбаясь результату, — Возможно, следует запереть дверь?

— Несомненно и немедленно, — мужчина кивнул, вышел из комнаты отдыха, подошёл к двери на выходе из сауны, условным сигналом отправил в кабинет стоявшего за ней Николая, нарочито громко захлопнул ею и вернулся к Инне, — Всё в порядке…

— Как я рада! — Испытуемая обвила шею мужчины своими красивыми руками, их поцелуй был продолжителен и горяч, как после долгой разлуки, — Мы будем пить водку, дорогой?

— Да, королева! Или Вы предпочитаете чистый спирт?

— Ах, как мне нравится, когда ты так меня называешь! — засмеялась Инна, — Мы будем пить водку! Мне можно сегодня напиться?

— Можно, — улыбнулся Андрей, усаживая женщину на скамью, располагаясь напротив и готовя новую импровизацию, — Но не так, как тогда… Помнишь, как ты хотела напиться в прошлый раз и что из этого вышло?

— Что ты имеешь в виду? — подняла соболиные брови Инна, немного растерянно задумалась, а потом будто вспомнила и, лицо её прояснилось, — На юбилее мужа? Да-да… Такое вот случилось у меня настроение, достали эти напыщенные гости в ресторане… Вообще, всё тогда достало… Зато муж был вынужден просить тебя отвезти меня домой и, ты нёс меня на руках в спальню, раздевал, укладывал в постельку, целовал…

— И ты сразу заснула, дорогая!

— Ах, вот ты о чём, мой славный! — игриво улыбнулась женщина, чокаясь с Андреем рюмками и выпивая по первой, — Сегодня этого не случится, даже и не думай! Сегодня я хочу замутить что-нибудь эдакое… Мужа долго не будет?

— Дня три-четыре… — ответил мужчина, закусывая осетриной.

— Прекрасно! — сладко протянула Инна, — Кстати, куда тебя перевёл этот деспот?

— В управлении место предложил… По деньгам хорошо, а в остальном… Ты знаешь Геннадия Сергеевича, Игоря Валентиновича?

— Э-э-э… Что-то знакомое… Партнёры по бизнесу? Не важно, — не поддержала тему «жена олигарха», — Главное, что я всё-таки могу видеться с тобой! Так что мы сегодня вытворим?

— А что хочешь? Слово королевы — закон! — сверкнул зубами Андрей, наливая по второй, — Кстати, что это на тебе надето? Что-то новенькое?

— Малыш Коля сегодня купил. Я будто бы вчера ему велела, но почему-то не помню… Тебе нравится?

— Ещё бы! Тебе очень идёт… Вообще-то, это я его консультировал.

— Ах, вот оно что! — заулыбалась Инна, — А я-то подумала, что у мальчика есть вкус, кое с кем совпадающий… Какой ты у меня затейник!

— Я такой! — весело фыркнул мужчина.

— Послушай! Прежде чем обсуждать самое сладкое, хотела тебя спросить о служанке, об Ольге этой… Она спит с моим мужем?

— Дорогая, а у тебя и вправду проблемы с памятью появились! — встревоженно посмотрел на женщину Андрей и с усмешкой глянул на скрытую камеру, — Оля спит с твоим мужем и не только с ним…

— И с тобой тоже?!

— Инна, ты в самом деле не помнишь, какой беспредел мы устроили втроём с Ольгой неделю назад?

— Не помню, — ошарашенно ответила женщина, — Втроём? Интересно… Теперь я понимаю, почему она так фамильярно вела себя утром… А вдвоём с ней ты не хотел покувыркаться?

— Зачем? — Вершитель снова язвительно улыбнулся в объектив видеокамеры, — У меня же есть королева!

— Это правда, дорогой! — довольно кивнула Инна, — Но я — не собака на сене… Когда уезжаю надолго, ты вполне можешь покрутить с Олей, она хорошенькая… Муж, конечно, был бы против, но она-то вряд ли! Кстати, а может, повторим с ней… втроём?

— В прошлый раз получилось неплохо, но… Видишь ли, дорогая, сейчас ситуация напряжённая… Как бы Ольга не сдала нас твоему благоверному!

— Не должна, у самой рыльце в пушку… А хочешь втроём с Колей?

— Ха, я предполагал, что королеву потянет на свеженькое! — усмехнулся мужчина, — Хочешь почувствовать в себе сразу двоих: молодого и не очень?

— Тогда уж молодого и юного! — рассмеялась Инна и кокетливо взглянула на Андрея, — Может быть… Но Коля вряд ли скоро заслужит такую награду!

— Тогда о чём же ты, дорогая?

— Видишь ли, мой ненаглядный, — Испытуемая становилась всё эмоциональнее и щедрее на комплименты, — внешность этого юноши не произвела на меня большого впечатления, но попка… У него восхитительная юная попка!

— Очень мило, — без энтузиазма откликнулся мужчина, — Но какова моя роль? Помогать тебе советами?

— Ты обижаешься, дорогой? — удивилась Инна, — Разве ты не хочешь составить мне компанию, Андрей?

— Разве можно обижаться на королеву? — мужчина улыбнулся и через стол взял руку женщины в свою, — Но меня не привлекают мужчины, даже юные… Меня привлекаешь ты!

— Ах, ты знаешь, что я таю от твоих комплиментов и готова позволить тебе всё! — синие глаза Инны быстро глянули на него испытующе, а затем загорелись тусклым манящим пламенем, — Но ты же не будешь против того, чтобы я получила то, что захочу от этого мальчика на твоих глазах?.. А ты будешь делать всё, что захочешь со мной в его присутствии или без него!

— Слово королевы — закон! — патетически воскликнул Андрей, — Но сначала мы ещё немного выпьем, окунёмся и… побудем вдвоём… Не так ли, дорогая?

— Именно так, мой мудрый и желанный! — не менее патетически отозвалась Инна и томно улыбнулась мужчине.

Ещё около десяти минут они сидели за столом, выпивали, закусывали, говорили об Ольге, Николае, эротическом белье… Попытки Андрея перевести разговор на мужа Инны, её и его знакомых не увенчались успехом, эти темы не вызывали у женщины ни малейшего интереса. В конце концов, Вершитель плюнул на разговоры, встал из-за стола, подошёл к Испытуемой и обнял её сзади. Инна перевернулась к нему лицом и с радостью горячо ответила на его ласки… Раздев друг друга, они в обнимку с весёлыми криками прыгнули в прохладную воду бассейна, чуть позже грелись в парилке, растирая ладонями по телам друг друга капельки выступающего пота… Потом снова прохлада бассейна и, как накануне, Андрей подплыл к Инне, замешкавшейся у бортика, обнял её одной рукой за талию и заглянул в синие глаза. В этот раз женщина не дала ему и малой возможности читать в них потаённые мысли, а прижалась к мужскому телу и запечатала рот Андрея долгим горячим поцелуем… «Только не торопись, дорогой… Не торопись, пожалуйста!» Впрочем, мужчина и не думал спешить. Умело сдерживая свою плоть, он довёл партнёршу до предела прямо в воде бассейна, затем выбрался на бортик и помог это сделать разомлевшей Инне, взял её на руки и понёс в комнату отдыха, где намеревался продолжить процесс. Однако у Испытуемой оказались иные планы. Ещё находясь на руках Андрея, она томно попросила: «Позови мальчишку, мой славный!.. И захвати страпон из спальни… Эта штука лежит в постели под подушкой…» Мужчина вздохнул, посадил Инну на край кушетки, подал ей белый махровый халат, надел на себя такой же, подойдя к столу, выпил рюмку водки и, пожав плечами, отправился выполнять просьбу «Госпожи».

Не прошло и десяти минут, когда Андрей вернулся в комнату отдыха сауны, подталкивая впереди себя «нового секретаря» Инны, и подал женщине чёрный пластиковый пакет. Ожидавшая их на краю кушетки Госпожа заглянула внутрь пакета, довольно хмыкнула и поблагодарила Андрея кивком и плотоядной улыбкой. «Пора мне проэкзаменовать своего секретаря, — холодно заявила она, разглядывая смущённого юношу, — Я отойду ненадолго с Андреем, а ты пока сними с себя одежду, Коля!» Не обращая никакого внимания на сильно покрасневшего молодого человека, Инна с чёрным пакетом вышла из комнаты в сопровождении «бывшего секретаря» и направилась в туалетную комнату, у порога которой что-то шепнула на ухо Андрею. Мужчина с улыбкой хмыкнул и удалился в недра коттеджа. Проходя мимо очередной скрытой камеры, он скорчил скорбную физиономию специально для Ольги и развёл руками. Через несколько минут Вершитель вернулся в сауну, подал в туалетную комнату Инне коричневый плащ из тонкой кожи и ботфорты, а сам зашёл в комнату отдыха, присел за стол, налил себе водки, с удовольствием выпил, закусив ядрёной квашеной капустой, и насмешливо смотрел на неприкаянно переминавшегося с ноги на ногу нагого Николая… Явление Инны в плаще, сапогах и с кожаной плёткой произвело весьма возбуждающее впечатление на Андрея и гнетущее на обнажённого юношу. Сидя за столом, выпивая, закусывая и покуривая, Вершитель наблюдал за разворачивающимся действом и понимал, что агрессивная похоть Инны превосходит его ожидания…

* * *

…Порядком захмелевший на вид мужчина поднялся из-за стола, подошёл к кушетке, угрюмо посмотрел на поднявшего глаза Колю, который, похоже, начал получать удовольствие от процесса, и покачал головой. Андрей зашёл за спину Инне, сбросил с её плеч плащ и крепко схватил обеими руками обнажившиеся груди. И без того получавшая удовольствие благодаря тыльному изгибу страпона, стимулировавшему её вагину, женщина застонала от блаженства, движения её бёдер стали мощнее, а рука скользнула под халат Андрея. Но Вершитель на этом не остановился. Через несколько минут он аккуратно уложил «Госпожу» спиною на кушетку и приказал Николаю забраться на страпон сверху. Раскинувшая по кушетке своё красивое тело, на котором не осталось ничего, кроме фаллоимитатора и сапог, Инна томно улыбнулась выдумке Андрея… Однако, когда возбуждённая плоть «бывшего секретаря» оказалась в сантиметрах от женских губ, на красивом лице женщины промелькнуло что-то похожее на возмущение. Но то ли благодаря ласковым мужским рукам, терзавшим её высокую грудь, а может непоколебимой уверенности Андрея в своём праве на такое поведение со «своей Госпожой», она быстро успокоилась….

* * *

— Ты не хочешь прогнать мальчишку отсюда вовсе, Андрей? — с укором, но без нажима спросила Инна, когда мужчина согнал юношу с кушетки, извлёк из промежности женщины страпон и, согнув её длинные ноги в коленях, пристроился между ними.

— Ни в коем случае! — безапелляционно ответил Вершитель, — Пусть стоит рядом, смотрит на свою Госпожу и целует её руки.

— Ах, дорогой, это так романтично… — томно пропела женщина…

Через час после горячих и последовавших за ними прохладительных процедур, Инна, послав Колю подальше, тащила Андрея за руку в свою спальню, чудесной улыбкой отвечая на его призывы к осторожности. Однако за приоткрытой дверью белой комнаты она увидела Олю, обернулась к мужчине, с трудом удержалась, чтобы в гневе не топнуть ногой, но только шепнула: «Я позвоню!», и шагнула в спальню одна.

— Что ты здесь делаешь, Ольга? — раздражённо проскрежетала зубами Инна.

— Жду Вас, Госпожа! — нарочито скромно ответила девушка, — Звонил Ваш муж…

— Вот как? — скривилась женщина, — И что же он хотел?

— Хотел поговорить с Вами… Я сказала, что Вы в сауне…

— Так, — Инна метнула в сторону «служанки» острый, как осиное жало, взгляд, — Надеюсь, ты не сказала с кем?

— Нет, Госпожа, — всё так же скромно отвечала девушка, косвенно подтверждая догадку женщины о хорошей информированности прислуги о происходящем.

— Правильно, Оля, — Инна сменила гнев на милость, — Если ты и впредь будешь проявлять осмотрительность и смекалку, можешь рассчитывать на мою благодарность…

— О, я очень ценю Ваше доброе отношение ко мне!

— Прекрасно… Что просил передать муж?

— Что скучает, — начала сосредоточенно перечислять «служанка», — пока не может сообщить о точном времени возвращения и будет звонить ещё…

— Позвонит ещё? Сегодня? Но уже поздно… — капризно проговорила женщина, — Соскучился, значит… Ну, что же, я прилягу, и буду ждать звонка, пока не усну…

— Да, Госпожа… Моя помощь Вам не понадобится?

— Твоя помощь? В постели? — удивлённо подняла брови Инна, — Ты совсем распустилась в последнее время, Оленька… Впрочем, я подумаю об этом, но не сегодня… А если тебе грустно засыпать одной, воспользуйся Колей. До утра он мне не нужен!

— Благодарю, Госпожа! — мило улыбнулась Оля, — Но если у меня есть выбор, то я предпочту спать одна… Мне нравится другой мужчина.

— Вот как? — оценивающе посмотрела на девушку Инна, — Надеюсь, это не мой муж?

— Как можно, Госпожа? — всплеснула руками Ольга, — Он, конечно, замечательный мужчина, но я не так дурно воспитана, чтобы думать о таком…

— Ну-ну, — хмыкнула женщина, — Значит, сегодня поспишь одна, как и твоя Госпожа…

Андрей, вытянув ноги, сидел на диване в кабинете и весело улыбался влетевшей туда огнеопасной, как порох, Ольге.

— Что за самодеятельность, дорогая помощница? — хохотнул мужчина.

— А Вы хотели остаться с ней на всю ночь, Господин? — состроила кислую мину девушка, — Оргии в сауне Вам показалось мало?

— Прекрати, Оленька… Это же Испытание!

— Да-а-а? Тогда давайте пошлём к ней сейчас Колю, нет? Пусть не даёт этой гнедой лошадке спать до утра… Кстати, где наш мальчик?

— Отдыхает в зелёной комнате, — спокойно ответил Андрей, — А Инна пусть заснёт одна… Для чистоты эксперимента.

— Значит, ты не собирался с ней спать, мой Господин? — облегчённо вздохнула Оля и моментально переменила тему, — Думаешь, она и завтра ничего не вспомнит?

— Не знаю, — прямо ответил Вершитель, — Это я и хочу проверить…

В начале девятого утра Андрей сидел в уютном кресле белой комнаты рядом с маленьким столиком, на котором тускло светила настольная лампа и дымился кофейник. Кроме того на столике помещалась маленькая соусница со сливками, две чашечки на блюдцах — пустая и наполненная, а также девственно чистая пепельница. Мужчина пил кофе и смотрел на мирно спящую на широкой кровати под балдахином женщину. Он ждал её пробуждения, но не собирался торопить его… Что в этот раз выкинет непредвиденная Испытуемая Инна? Ждать пришлось долго, захотелось курить, но Андрей решил потерпеть. Он пытался размышлять о не случайном изначально и необычном по сути Испытании, но ничего толкового в голову не приходило. Мужчина с какой-то тяжестью в груди смотрел на спящую женщину, смотрел не отрываясь и начал было засыпать сам, но тут Инна пошевелилась. Андрей взглянул на часы над дверью, они показывали половину десятого. Испытуемая пошевелилась ещё раз, приоткрыла глаза и уставилась на мужчину… Спустя минуту, не отрывая от него глаз, она приподняла голову от подушки, оперлась локтем о постель и положила подбородок на ладонь.

— Ну, зачем же ты засыпаешь там, в кресле, мой хороший? Иди ко мне, я тебя убаюкаю… Ты не выспался, я вижу, — удивительно домашним, мягким голосом заговорила Инна. И вся она была изумительно уютная, без малейших следов косметики на чуть припухлом ото сна лице, чистая, мягкая и тёплая. Последнее мужчина чувствовал даже на расстоянии… Он видел, слышал, чувствовал и молчал — в горле вырос ком. А женщина не сводила с него добрых синих глаз: — Андрей, ты слышишь меня? Иди сюда…

— Слышу… Но откуда ты знаешь, как меня зовут? — с трудом прошептал мужчина.

— Как мне не знать имени своего мужа? — в уголках глаз Инны появились маленькие добрые морщинки чудесной улыбки.

— Мужа? — Андрею ужасно не хотелось вступать в дурацкое препирательство, его тянуло туда, к теплу и ласке, к ней… Но это совершенно не сочеталось с планом Испытания, — Почему ты так уверена, что я твой муж?

— Я ни разу не усомнилась в этом с того дня, когда впервые увидела тебя, — совершенно ошарашила Андрея женщина, — Да, также уверена, как и в том, что тебя сейчас очень тянет покурить, но ты не хочешь доставить мне неудобство. Кури, милый! Мне нравится запах твоего табака, только приоткрой форточку, чтобы здесь не застаивался дым и… налей мне чашечку кофе со сливками, пожалуйста!

— Да, дорогая, — непроизвольно вырвалось у мужчины, который совершенно не понимая, что происходит, автоматически налил кофе и сливки в пустую чашку, подал её Инне, которая тут же потянулась целовать его небритую щёку, оголив свою высокую упругую грудь. Андрей отошёл к окну, доставая из кармана халата сигареты и зажигалку, раздвинул занавески, открыл форточку и, закурив, замер в свете сиреневых утренних сумерек. В комнате повисла тишина…

— Ты совсем не хочешь ко мне? — очень тихо спросила Инна, держа в руках опустевшую чашку, когда сигарета мужчины потухла.

— Очень хочу! — честно признался Андрей, забирая у женщины чашку и ставя её на столик.

— Тогда иди скорее, я без тебя замерзаю, — произнесла Инна и, мужчина, неразборчиво бормоча себе под нос, в сердцах скинул халат, забрался в постель под бок зовущей его женщины, крепко сжал в объятьях её чудесное тело, а затем со вздохом повалился на спину. Она склонилась над ним, щекоча волосами лицо Андрея, и принялась нежно гладить грудь мужчины тёплыми пальцами, — Что с тобой происходит?

— Я не знаю, что мне делать, — Андрей решился на чудовищный экспромт, — Всё перепуталось в голове…

— В голове это случается, а в сердце? — неожиданным вопросом отреагировала Инна, — Ты хочешь бросить меня?

— Нет, — совершенно искренне ответил мужчина, — Ты считаешь, что это многое меняет?

— Для меня это меняет всё! — ещё более неожиданно ответила женщина и очень мягко продолжила, — Сейчас ты не думай ни о чём плохом… Вообще ни о чём не думай, а я тихо поласкаю тебя… Ты уснёшь, а через час я разбужу тебя и провожу… Да, ты поедешь по своим делам и вернёшься, когда сможешь, с прояснившейся головой, с новыми мыслями… Только знай, что больше двух-трёх дней я не выдержу! И не напивайся, пожалуйста… Мне страшно, когда ты пьяный, где бы ты ни был…

— Хорошо… — только и прошептал Андрей, погружаясь в волну её ласк.

Инна целовала его лицо, а потом тело, опускаясь всё ниже… Позже не он, а она не сдержалась и взяла его изумительно нежно, и они одновременно беззвучно кончили, почти не дыша… «Если бы мы находились в прежнем мире, — вдруг подумалось Андрею, — она непременно бы забеременела сейчас». И уже засыпая, он почувствовал капельки её слёз на своём лице, или это только показалось ему?.. Ровно через час Инна ласково разбудила Андрея, вымыла его в душе, вытерла полотенцем и, грустно досмотрев его недолгие сборы, проводила до дверей комнаты, дальше он её не пустил. На прощанье женщина приблизила к нему своё лицо и заглянула в его глаза своими синими, казавшимися сейчас мужчине огромными, глазами, не опуская их, как прежде… И только когда Андрей подумал, что вот-вот сойдёт с ума, Инна попрощалась с ним долгим мягким поцелуем и, сделав непонятный жест рукой от сердца, отпустила…

Вершитель неверными шагами вошёл в кабинет, где забравшись с ногами на диван и сжав руками колени, сидела, глядя в одну точку, его помощница Ольга. Не говоря ни слова, мужчина сбросил халат и стал одеваться в уличную одежду — джинсы, рубашку…

— Куда Вы, Господин? — потерянно спросила девушка, — Вы бросаете меня здесь?

— Оленька, девочка моя чудесная! У меня что-то непонятное с головой… Отпусти меня хотя бы на сутки, — к изумлению Оли Андрей бросился к ней, встал на колени у дивана, обнял её голые ножки и стал гладить их, целуя колени, — Но если хочешь, я останусь…

— Езжай, Андрюша, — девушка погладила мужчину по голове, — Инна права…

— В чём?! — сильно вздрогнул он.

— Путаница в голове может случиться у каждого, но сердце… С ним у тебя всё хорошо, оно тебя ведёт и подсказывает…

— Я не понимаю, Оленька!

— Я тоже многое не понимаю, но это мне определённо ясно… — ничего не объясняла, но утверждала девушка, — Поедешь в отель?.. Послушай меня, пожалуйста: прими контрастный душ, выпей, но не напивайся, поспи подольше…

— Попробую… — неуверенно проговорил Андрей, — Ты справишься?

— Да… Не первый раз… — грустно кивнула Ольга, — Испытуемую поить, кормить, укладывать спать, пытаться разговорить, но не давить, так?.. Собирать информацию, не предпринимать решительных действий, при необходимости звонить… Видишь, я всё знаю, но и ты звони мне, Андрюша!

— Обязательно, — немного успокоившись, кивнул Вершитель, — Завтра я пообщаюсь с умными людьми, может кто-то подскажет…

— Поговори, но… это ничего не решит.

— Почему же, маленькая моя?

— Знаешь, мой родной, — Оля взяла его лицо в свои ладони, — Это Испытание не только для неё, но и для тебя, Андрюшенька…

Глава 21

Предчувствие беды

Андрей ввалился в свой Золотой номер отеля «Силикон» совершенно неожиданно для Эммы и Катрины. Опешившие женщины кинулись к нему, но мужчина, благодарно улыбнувшись и поцеловав их щёчки, отправился прямиком в ванную комнату. Там он быстро залез под тугие струи душа, добавляя то горячей, то холодной воды. Под душем Андрей простоял никак не меньше десяти минут, отказавшись от помощи заволновавшейся Кати. Потом, наспех вытеревшись, он направился в гостиную, уселся на диван и закурил.

— Не хотите пообедать, Господин? — спросила Эмма, внимательно глядя на мужчину и пытаясь понять причину происходящего.

— Спасибо, милая, сейчас не хочу, — как мог мягко ответил Андрей, — А вот ближе к вечеру… Не могли бы вы с Катей приготовить что-нибудь домашнее? Котлетки, например, пожарить, картошечку сварить…

— Конечно, Господин! — уверенно ответила Эмма, перехватив удивлённый и совсем не уверенный взгляд Катрины, явно давно не упражнявшейся в приготовлении пищи собственными руками, — К вечеру справимся… Ну, а сейчас?

— А сейчас я просто хочу водки…

— Что случилось? — тихо спросила Катя, сидевшая рядом с Андреем, влившим в себя уже третью рюмку, и с переменным успехом пытающаяся заставить его закусывать. Эмма, заказав необходимые для приготовления ужина ингредиенты, стояла в дверях и выглядела обеспокоенной.

— Ничего особенного, — отмахнулся мужчина, снова закуривая, — Не напрягайся так, Катюша! Да и ты Эмма, расслабься и присядь уже, хватит дверной косяк подпирать! Я просто хочу выпить, а вы, девочки мои, можете составить мне компанию, или просто побыть рядом, или заниматься своими делами…

— Понятно, — решительно кивнула Катрина, в тоне голоса которой появилась нотка язвительности, и обратилась к Эмме, — Не волнуйся, подруга, у нашего Господина ничего особенного! Возьми, пожалуйста, ещё две рюмки, не пить же Господину в одиночку?

— В самом деле, — кивнула Эмма, ставя на стол рюмки и присаживаясь по правую руку от мужчины.

Андрей с сомнением оглядел девушек, пожал плечами, наполнил рюмки до краёв и поднял свою. Катя с Эммой последовали его примеру и с легким звоном дотронулись ими до рюмки Господина. Катрина залпом опрокинула содержимое в свой хорошенький ротик и, даже не поморщившись, подцепила вилкой нежно-розовый кусочек слабосолёной форели. Эмма, напротив, пригубила рюмку до половины, тихо кашлянула и принялась запивать водку минералкой. Андрей посмотрел на их действия оценивающе и только потом с удовольствием выпил и закусил самой обыкновенной варёной колбасой, впрочем, свежайшей.

— Прекрасно! — всё также язвительно проговорила Катя, — Будем пить до ужина, потом во время ужина, а после ужина перейдём на коньяк. И всё потому, что ничего особенного не случилось… Да, мой Господин?

— Перестань ёрничать, Катюша! — добродушно отозвался мужчина, — Может у меня быть такое… особенное настроение?

— Может, — кивнула рыжая бестия, — Но если Вы и дальше собираетесь держать нас здесь за бесчувственных дур, то я сейчас уйду без Вашего одобрения и напьюсь где-нибудь в другом месте… А потом Вы будете искать меня, и найдёте пьяную, и притащите домой, и выпорете для всеобщего удовольствия…

— Всё-всё-всё, Катя, — прервал этот словесный поток Андрей, — Ты победила, успокойся… У меня сложное Испытание, но я не хочу говорить о нём… Сейчас, по крайней мере, точно не хочу. Может быть после ужина…

Женщины, не сговариваясь, молча прижались к нему с боков, Эмма взяла его руку и поцеловала тыльную часть ладони, а Катрина небритую со вчерашнего дня щёку. Некоторое время они ещё сидели за столом, но Андрею отчего-то быстро наскучило выпивать. Позже он улёгся на диван прямо в гостиной и попытался размышлять, но получалось это плохо, и вскоре мало спавший за последние несколько суток мужчина уснул…

Прямо перед ужином его разбудила нежными поцелуями Эмма. Как она и обещала, на ужин ели удивительно вкусные домашние котлеты с посыпанной зеленью молодой отварной картошечкой и разнообразными соленьями. Когда дело дошло до кофе с выбранным вместо коньяка чудесным вишнёвым ликёром, Катрина снова вопросительно уставилась на мужчину.

— Тебе так хочется углубляться во всё это, Катя? — покачал головой Андрей, удобно располагаясь в кресле.

— Конечно, я же вижу, что мой Господин сам не свой, и хочу помочь! Всё-таки у меня есть некоторый опыт…

— Ну, хорошо, — вздохнул мужчина.

— Мне оставить Вас? — спросила Эмма, в глазах которой снова затаилась тревога.

— Ни в коем случае, — ответил Андрей, — Рассказывать, так вам обеим…

Насколько мог, ровно и обстоятельно он поведал женщинам историю Испытания Инны. Эмма слушала беспокойно, вздыхая и теребя свои пальцы, Катрина сдержанно, очень серьёзно, изредка хмуря брови…

— Никогда не слышала о повторяющейся ежедневно амнезии, — отметила она, когда Андрей закончил рассказ.

— Я тоже, — кивнул мужчина.

— Но Ваше имя она запомнила! — воскликнула Эмма, — Если я правильно поняла…

— Верно, — кивнула Катя и задумалась, — Что-то здесь не так…

— А она, правда, очень красивая? — неожиданным вопросом секретарша прервала затянувшуюся паузу.

— Правда, — мрачно произнёс Андрей.

— Но сиськи-то у Эммы красивее? — прыснула Катрина.

— Ещё бы! — хмыкнул мужчина и захохотал.

— Да и попка Катькина, наверняка, круглее и глаже, — вдруг, в тон подруге, продолжила Эмма, привычно смутившаяся сначала.

— И не говори! — зашёлся от смеха Андрей.

— Очень смешно! — хмыкнула Катя, но тут секретарша сорвалась с места и прижала к своей груди содрогающуюся от смеха голову мужчины.

— Ты что, не видишь — у него истерика! — выкрикнула Эмма.

— Только этого не хватало! — ахнула Катрина, — Отведи Андрея в спальню и побудь там с ним, а я… подумаю, что делать…

Секретарша оказалась права, у Вершителя словно сгорел предохранитель, и он не мог остановить сначала безудержный смех, а затем нелепый спазм горла, мешавший заговорить. Уже лёжа в постели, на плече Эммы, Андрей продолжал судорожно вздрагивать и никак не мог успокоиться.

— Лягте мне на грудь, Господин, там мягче, — трогательно заботилась о нём, нежно гладившая его голове секретарша.

— Во-первых, не Господин, а мой Господин! — хрипло выговорил мужчина первые после приступа слова, — А во-вторых, мне жалко помять такую красоту!

— Вы… Вы… Какой же Вы!.. — заикаясь, проговорила женщина и… горько заплакала.

— Эмма! — от изумления Андрей пришёл в себя, приподнялся и заключил её в объятья, — Ты обиделась, моя родная? Прости! Прости дурака! Но у тебя действительно лучшая грудь в этом мире и во всех других мирах тоже…

— Правда? — всхлипывая, откликнулась женщина, мокрое лицо которой целовал Андрей, — Но она же… не всегда будет такой…

— Ну и что? Я же не только грудь твою люблю…

— Господин… Мой Господин!.. Андрей! — выдыхала Эмма и снова принялась лить слёзы, но совсем другие слёзы, — И я всегда буду рядом…

— Ты всегда будешь рядом, — эхом ответил мужчина, целуя её шею и опускаясь на ту самую грудь, которая открылась перед ним, когда секретарша расстегнула пуговицы своего жакета.

— Но Вам же не нравится слово «всегда»? — глубоко вздохнула женщина, вздрагивая от будоражащих её прикосновений Андрея.

— А я потерплю…

В этот момент в комнату вошла обеспокоенная Катрина, но увидев происходящее, заулыбалась.

— Я уже было подумала, что здесь потоп! — воскликнула Катя и пояснила: — Твои рыдания слышны даже в гостиной, Эмма! Но, как вижу, всё хорошо… Только не понятно, почему Господин со своею прекрасною рабыней лежат в постели почти одетые?

— Мы только говорили о любви, а занятие любовью оставили на потом, — предельно ясно ответил Андрей, и глаза лежащей в его объятьях Эммы широко открылись и вспыхнули.

— Но не полностью, как я вижу, и это радует, — улыбнулась Катрина, — А то я начала думать, что Господин влюбился…

— Да… И уже давно! — улыбнулся мужчина, глядя на напрягшиеся лица своих незаменимых уже девочек, — В вас обеих я просто не мог не влюбиться!

— И это очень радостно! — тихой трелью пропела рыженькая пташка Андрея, забираясь к нему под бок и целуя в щёку. Эмма молча прижалась губами к другой небритой щеке, а Катя продолжила разговор, — Но если с нежностями наш Господин решил повременить, то могу я задать вопросы по делу? Да? Скажите, а с Испытуемой осталась Ольга? Одна? Ну, от Коли, думаю, проку не много… Может быть, мне поехать к Оле на помощь?

— Тебе? — страшно удивился Андрей, и токая струнка тревоги лопнула в его груди, — Не надо, Катюша… Лучше принеси мой мобильный, я позвоню Ольге.

Разговор с Олей успокоил мужчину. В принципе Испытание застопорилось. После отъезда Андрея Инна замкнулась в себе, от обеда отказалась, а за недавно закончившимся ужином молча ела, почти не обращая внимания на Ольгу и Колю. Все усилия помощницы Вершителя расшевелить Испытуемую не привели к результату. Оля даже не разобралась, за кого их сегодня Инна принимает? Андрей, как мог спокойно, посоветовал ей не переживать и постараться отдохнуть, а также обещал связаться с Ольгой утром, но велел немедленно сигнализировать ему в любое время в случае непредвиденных обстоятельств…

— Она меня успокоила… Чего-то подобного я и ожидала, — туманно прокомментировала известия Катрина, — Думаю, Вам тоже нужно расслабиться и уснуть, мой Господин! С Эммой это получится хорошо…

— А ты? — одновременно воскликнули Хозяин и его секретарша, удивлённо глядя на Катю.

— Я хотела бы проанализировать Ваше Испытание ещё раз и набросать план действий по своему разумению, если позволите.

— Конечно, позволю, — ответил Андрей, — Но только не сейчас, Катюша, пожалуйста… Утро вечера мудренее. У тебя будет достаточно времени…

Проснувшись утром, отдохнувший Вершитель немедленно позвонил Ольге. То, что он услышал от помощницы, не стало откровением и не изменило ситуации: и сегодняшний день Инна начала «с чистого листа». С момента пробуждения она предстала строптивой и стервозной гламурной барыней, помыкающей своими слугами. Впрочем, пока всё ограничивалось мелкими претензиями, а разговоры о муже или каких-либо других персонах, отсутствующих в доме, Инна не заводила. Легко войдя в роль служанки, Ольга заняла выжидательную позицию — ясного плана действий не было, оставалось надеяться на удачную импровизацию в нужный момент… Катрина собралась было заняться планированием продолжения Испытания, но Андрей толково объяснил ей, что строить планы и писать сценарии, не прочувствовав обстановку, по меньшей мере, неэффективно.

— Так позвольте мне поехать туда, мой Господин! — снова начала просить Катя.

— Сам не знаю почему, но привлекать тебя к этому делу я не хочу, — вздохнул мужчина, — Зачем, Катюша?

— Андрей, — тихо проговорила, прислонившись к сидящему на диване в гостиной мужчине, Катрина, — Во-первых, я видела тебя вчера и поняла, что Испытание вышло из под контроля… Во-вторых, тебе необходимо взять паузу, собраться с мыслями, посоветоваться со знающими людьми, может быть… В-третьих, я могла бы снять часть нагрузки и напряжения с Ольги, ей сейчас тяжело и морально, и физически. Сомневаюсь, что она спокойно спит, оставляя «на хозяйстве» Колю.

— Да, это дело оказалось нестандартным, и привлекать… ну, скажем, неподготовленных помощников не хотелось бы, — кивнул Вершитель, — Допустим, ты меня убедила. Но я позволю тебе поехать туда только на определённых условиях!

— Как прикажите, мой Господин! — сверкнула ровными жемчужными зубками Катя.

— Слушай внимательно: в непосредственном действии ты участия не принимаешь, только наблюдаешь и анализируешь… Не спорь! Возникающие идеи обсуждаешь с Ольгой, согласовываешь со мной, но воплощение остаётся за Олей и Николаем… Ты, в случае необходимости, осуществляешь общий контроль и руководство.

— Но если возникает критическая ситуация?! — воскликнула Катрина.

— Если только критическая! — улыбнулся и покачал головой Андрей, — Тогда ты сыграешь роль рояля в кустах…

— Что? Какого рояля? — удивилась Катя, — А… Я поняла…

— Но только в самом крайнем случае, со всеми предосторожностями и с ясной головой!

Ольга обрадовалась подмоге в лице Катрины, что успокоило и порадовало Андрея… Сам он договорился пообедать с Аркадием в ресторанчике своего отеля, надеясь узнать подробности хоть сколько-нибудь похожих Испытаний из его практики. Однако начало разговора за столиком в тихом уютном уголке ресторана «Силикон» не порадовало — дружески улыбающийся Советник разводил руками и уклонялся от прямых ответов на конкретные вопросы. Впрочем, вкусная еда и обилие алкоголя делали своё дело — Аркадий размяк и потерял бдительность.

— Лично я с подобными случаями не сталкивался, — в который раз с улыбкой повторил он, — Слышал разное… Но Вы же понимаете, мой друг, относиться к слухам и рассказам следует с известной долей скепсиса.

— Разумеется, дорогой друг! — солидно кивнул Андрей, — Но есть же и более-менее объективная информация. В конце концов, есть старые дела… Могу я с ними ознакомиться?

— О да, конечно, можете! Я выпишу Вам разрешение на работу в секретном архиве Дома Вершителей, но… Что именно Вы собираетесь искать, а главное, сколько времени это займёт?

— М-да… — задумался Андрей, — Это долгая история…

— Согласен, дело оказалось весьма непростым и необычным, — с удовольствием закусывая коньяк маринованной миногой, медленно растягивая слова и продолжая улыбаться, проговорил Советник, — Но Вы же любите интересные случаи и с энтузиазмом занимаетесь ими… Эту Вашу особенность я давно заметил и без подсказок нашего общего друга… Да, что там, об этом уже все знают в нашем ведомстве!

— Не думаю, что такая популярность полезна для Вершителя…

— Не скромничайте, мой друг! У Вас большое будущее!

— Так значит, предложить мне данное Испытание Вам подсказал Михаил? — вдруг осенило Андрея.

— Разве я такое говорил? — снова улыбнулся Аркадий, — Но Вы так проницательны, мой друг!.. Придётся признаться по секрету, что наш общий друг уверил меня, что лучше Вас никто не справится… Он, из скромности, конечно, не пожелал говорить этого Вам лично, но… Предполагая сложности Испытания, наш общий друг заявил мне, что готов в любой момент оказать любую помощь. Не настал ли момент обратиться к нему, дорогой Андрей?

— Я чрезвычайно ценю оценку моих достоинств, дружеское участие и поддержку, — тщательно скрывая злость, ответил он, — Но мне интересно самому покопаться в этих проблемах и закончить дело, пусть и не в сжатые сроки, но успешно.

— Прекрасно-прекрасно! — Советник покончил с куском утки по-пекински и перешёл к десерту…

В свой номер отеля Андрей вернулся раздражённым, но одетая в лёгкое бирюзовое платье, удивительно домашняя Эмма встретила его так ласково и спокойно, что тёплый свет её глаз затмил все проблемы и неприятности. Вершитель позвонил Катрине, отчёт которой о продолжении Испытания позволил сделать вывод, что дело не сдвинулось с места ни на йоту.

— Думаю, завтра мне следует приехать самому, — проговорил в трубку мужчина.

— Не торопитесь, мой Господин! — зазвучал в телефоне голос Кати, — Посмотрим, что случится утром… Вероятно, завтра Инна будет вменяемой и не агрессивной…

— По логике событий предыдущих дней, да… Посмотрим. У Ольги будет время отдохнуть?

— Уже отдыхает. «Госпожа» сейчас занята Колей, причём, вовсе не в интимном смысле! Она читает ему курс лекций по теме «Образцовый слуга»… По-моему, Коленька предпочёл бы лёгкую экзекуцию!

— Наверняка, — засмеялся Андрей, — Но ты там не расслабляйся, Катюша!

— Я бдю! — воскликнула Катрина и рассмеялась.

— Вот именно! Бди!

— Слушаюсь, мой Господин! — отчеканила женщина, — Как только Оля отдохнёт, попробуем спланировать возможные варианты… Если, конечно, Инна не выкинет ничего особенного…

Не выкинула. Как только Коля, которому надоело выслушивать «кодекс слуги», проявив инициативу, кинулся к ногам «Госпожи» и попросил её наказать своего нерадивого работника, Инна решительно выгнала его из белой комнаты, заявила, что ужинать поздно и пора ложиться спать, что вскоре и сделала…

В номере Андрея, напротив, Эмма готовилась к ужину. И, разумеется, когда за дело бралась она, во всём появлялись романтические нотки. А сегодняшний вечер обещал быть особенным… Этим вечером они остались вдвоём впервые с того дня, когда Эмма первый раз переступила порог Золотого номера в качестве кандидата в секретари Господина Андрея. Разумеется, случались часы, которые они проводили тет-а-тет, но почти всегда кто-то находился рядом, обычно Катрина. Однако сегодня днём она уехала на машине Андрея в коттедж Вершителя, и открывшаяся возможность остаться наедине с Господином на целый вечер и ночь, а может быть, даже на сутки, будоражила Эмму. Секретарша Андрея ни на минуту не теряла его из виду, постоянно старалась сделать что-то полезное и приятное. Андрей улыбался и не протестовал. Некоторое время он провёл в кабинете, пытаясь сосредоточиться на проблеме Испытания Инны и своего отношения к этой нетривиальной особе, чему секретарша нисколько не мешала…

«Что же, всё-таки, не так с нашей Испытуемой? — размышлял Вершитель, — На поверхности её ежеутренняя амнезия, не позволяющая развивать Испытание в едином ключе. Может быть, не давать ей заснуть? Но рано или поздно она отключится и проснётся без памяти… В любом случае, за время бодрствования необходимо вытянуть из Инны информацию, достаточную для принятия решения. Пока с этим туго… Насколько глубока её амнезия? Однозначно сказать трудно, но возникшая у неё в первый день аналогия «муж — Вадим», сменилась на «муж — Андрей». Почему? Она запомнила, пусть отрывочно, меня? Вчера, по видимости, такое предположение подтвердилось, а сегодня? Нужно попросить девчонок прозондировать эту тему… Допустим, подобная аналогия окажется устойчивой тенденцией, но что она даёт, кроме моей глупой радости по этому поводу. Может я и вправду влюблён?.. Странно как… Сначала Инна производила отталкивающее впечатление непомерно горделивой гламурной красавицы. Такая манера проскакивает в её поведении, но не в моём присутствии. Почему? Я ей понравился и запомнился? Очень мило, но что это означает? Отождествляет меня с какой-то значимой персоной в своей жизни или просто чувствует, что от меня многое зависит? Когда Инна со мной, с неё слетает отталкивающая оболочка холодной гордячки, и под ней обнаруживается нежная и ранимая сущность прекрасной женщины, которая… Что же мне лукавить в собственных мыслях? Такая Инна мне очень нравится, меня влечёт к ней… Но хватит разводить сантименты! Дело-то, в любом случае, надо доводить до ума и желательно в приемлемые сроки. Времени, как всегда не хватает, а значит следует спешить, но нельзя торопиться! Эх, приехать туда завтра, провести с Инной красивый вечер или прекрасную ночь… Написать исключительно мягкое заключение… Но тогда гнать меня нужно из Вершителей! Может такого результата и добивается Михаил, рекомендуя поручить Испытание Инны мне? Может быть, он знает о её деле больше, потому и рассчитывает, что я обращусь к нему за помощью? Несомненно, Господин Куратор видит мою независимость, теряет надо мной контроль и, судя по всему, не готов с этим мириться. Но зачем я ему? Деньги? Нет, власть! А потом уже деньги и прочее… Пытался связать меня Банщиком и его людьми, не вышло. Потом Елена… Ах, Лена, Лена… Вернётся ли прежняя доверительность и теплота в наши отношения?.. Но и здесь у Михаила ничего не выгорело. Похоже, дело Инны — следующий этап его стараний и мне следует серьёзно потрудиться, чтобы он оказался последним… Не зря ли я поддался на уговоры Кати, а не форсировал события сегодня же?.. А ещё, на всякий случай, следует позаботиться о пресечении возможных утечек информации из коттеджа. Наш дорогой Куратор много говорил о конфиденциальности Испытаний, но давно утратил доверие к себе… Надо позвонить Ивану…»

Все эти мысли изрядно портили настроение, но рядом с Андреем находилась Эмма, чутко улавливающая его флюиды. Заранее выяснив, что Господин не настроен на плотный ужин, секретарша, взявшая на себя нынче ещё и обязанности горничной, поварихи и служанки, организовала замечательный стол на двоих. Как оказалось, в основе меню стояли блюда из рыбы и морепродуктов, а также овощей и зелени. При кажущейся лёгкости каждого из разнообразных блюд и закусок, если бы Андрей решил не только попробовать, но и основательно вкусить каждое кушанье, из-за стола он поднялся бы с трудом… Словно чувствуя настроение мужчины, Эмма придала ужину не пафосный, а максимально домашний мотив, включая свой наряд. К радости Андрея, за стол она садилась не в вечернем платье с полагающимися для него украшениями, а в лёгком светлом марлевом платьице выше колен, под которым просвечивалось такое же лёгкое белое нижнее бельё. Вероятно, мужчину не смутило бы и его отсутствие, но смотрелось бы это слишком вызывающе и… наверняка не способствовало неторопливому приёму и усвоению пищи… За ужином Эмма легко прозондировала желательную тему для разговора и сразу поняла, что говорить о насущных проблемах Андрей не настроен. Впрочем, женщину это нисколько не огорчило. Напротив, её крайне обрадовал лишённый всякого напряжения разговор о литературе и кино, о перспективах студии и её замечательных сотрудниках. Не забыли и о Катрине. Говорили о ней весело и душевно, как о самой близкой родственнице. В какой-то момент Эмма прямо сказала, что последние полгода они живут с Катей, как сёстры, чувствуют себя сёстрами и даже называют так друг друга. Андрей удивился было, но вдруг почувствовал необъяснимую разумом, но согревающую сердце огромную радость. Он вскочил с места, подошёл к стулу, на котором застыла Эмма, обнял её сзади и поцеловал сначала в макушку, а когда женщина повернула к нему лицо с горящими глазами, и в губы… Пили за ужином совсем немного, сначала белое вино с тончайшим букетом, затем Андрей перешёл на джин. Десерт мужчину не интересовал, он ограничился чёрным кофе с рюмкой коньяка и сигаретой. Эмма также выпила несколько глотков коньяка и с неожиданно детским восторгом поглощала разноцветные шарики мороженого, превратив процесс в забавную озорную игру. Она таки умудрилась шутками и мольбой заставить Андрея попробовать каждый из шариков, оба весело смеялись, особенно, когда мужчина в финале измазал носик женщины остатками десерта… От избыточного количества мороженого Эмма даже немного замёрзла, Андрей посадил её рядом на диван и крепко обнял.

— Красивое платье, — улыбнулся он, поглаживая предплечье женщины, — И ткань мягкая и тонкая такая…

— А мне нравятся Ваши льняные брюки и рубашка, — прошептала женщина и уткнулась губами в его шею, — Вам нравится, что моё платье просвечивается?

— Нравится… И на ощупь нравится!

— У меня есть ещё тоньше, в крупную сетку… Даже не знаю, где его носить — оно совсем ничего не скрывает, — Эмма начала краснеть, — Хотите я сейчас его надену?

— Хочу!

Женщина находила быстрыми и нежными поцелуями его губы, наконец-то выбритые щёки, высокий лоб, упрямый подбородок, нахально выпирающий нос и аккуратные уши… Андрей улыбался, легко вздыхал и гладил руками гибкую спину Эммы.

— Почему я, Эммочка? — спросил он.

— Почему Вы?! — улыбаясь, переспросила Эмма, — Порядочные девушки на такие вопросы не отвечают!

— Серьёзно… Год назад ты попала сюда, ко мне почти случайно… Хотя в такие случайности я не верю!

— И я не верю, — мелодичным лирическим сопрано отозвалась женщина, — Вы нашли меня…

— Пусть даже и так… — он поцеловал её в макушку, — Ты — замечательная секретарша, исполнительная, трудолюбивая, умная!.. Пришла на работу к Господину с сомнительным характером, нервным, да и ещё и в первый же день полезшим оголять и трогать твою грудь…

— Во второй день! — тихо улыбнулась Эмма, — Я помню…

— Я тоже помню…

— Вот Вы и объяснили всё сами, мой Господин Андрей! — чуть слышно проговорила женщина, и голос её дрогнул, — Вы не забыли, а я помню каждый наш день, потому что… Может быть, я была лишена этого в другой жизни, не знаю… Но здесь всё изменилось, когда меня позвали Вы и… я счастлива!

— Но у меня же столько…

— А это не важно! — Эмма подняла голову и посмотрела на своего мужчину блестящими влажными глазами, — Есть Вы, и есть я рядом с Вами… И мы оба помним обо всём, что было и что есть, а может быть, даже знаем чуть-чуть о том, что будет… Назовите это магией, если хотите…

Постель в спальне оказалась застлана алым шелком, и Андрей сначала усомнился в таком выборе, но нагая секретарша просто светилась на таком фоне. А её природная мягкость и стеснительность напрочь лишила яркий антураж скабрезности и пошлости… Зато живых эмоций и чувств было предостаточно. И если бушевали здесь в эти минуты страсти, то выражались они умопомрачительной нежностью и лаской, которыми Эмма закутала Андрея, словно ворохом тонких и легчайших одеял… И он говорил с ней на её языке, и была эта беседа мужчины и женщины одухотворена той самой светлой магией и пронзительно трогательна…

Прежде чем уснуть, Андрей ещё раз позвонил в коттедж Вершителя. Отчёт Катрины фактически не содержал ничего нового, однако в очередной раз удивил мужчину нюансами. Испытуемая, пусть и с перерывами, весь день измывалась над «слугами», загружая их бессмысленной работой и напрягая придирками. Однако во всём этом не было ни грамма сексуальности… Опыт Вершителя подсказывал ему, что во время Испытания женщина либо сама провоцирует секс, либо довольно легко поддаётся на провокацию окружающих. Но Инна сегодня наказывала слуг исключительно жёстким словом. Когда же Ольга, пытаясь вывести «Госпожу» из колеи и развернуть поток слов в сторону её мужа и его окружения, устроила маленький бунт, проявившийся в неподчинении, то получила звонкую пощёчину.

— Тебе повезло, маленькая негодница, что Андрея нет дома! — шипела Инна, — Он бы наказал тебя по-своему…

— Простите, Госпожа! — немедленно отреагировала Оля, — Не говорите ничего Хозяину, когда он приедет…

— С чего бы это? — холодно спросила женщина, — Обязательно расскажу…

— Не надо, пожалуйста! — захныкала девушка, бросаясь к ногам Госпожи, — Господин такой строгий! И у меня от его наказаний долго болит попка…

— Меня не интересуют страдания твоей тощей задницы, — со злорадной усмешкой ответила Инна.

— Позвольте мне загладить свою вину! — поглаживая красивые длинные ноги «Госпожи» и целуя её колено, Ольга талантливо изображала раскаяние, — Или накажите меня сами…

— Прибереги свои нежности для Андрея, — хмыкнула Инна и оттолкнула девушку, — Может быть, этим тебе удастся разжалобить Господина и он не будет с тобой слишком суров…

Ночь в коттедже Вершителя прошла тихо, как и утро. «Госпожа» проспала до полудня. Но вопреки предположениям, Инна проснулась отнюдь не в благостном настроении и, явно, не собиралась подтверждать версию о том, что за днём агрессивной гламурности у неё следует день тихой интеллигентной доброты и чуткости… Зашедшую к ней в спальню с приглашением к завтраку Ольгу Госпожа резко развернула с порога, потребовав немедленно найти своего «мальчика-слугу».

— Скажи-ка, милый! Почему это я сплю и просыпаюсь одна? — сухим тоном Снежной Королевы вопрошала она у вбежавшего в комнату Коли.

— Но Госпожа! — всплеснул руками юноша, — Хозяин строго настрого запретил мне ночевать в Вашей спальне!

— Как видишь, мужа нет в моей постели, — недобро усмехнулась женщина, — А значит, здесь должен быть ты… Или мне найти парнишку поумнее?

— О, Госпожа, Вы же знаете о моей преданности… — казалось, Коля был готов упасть на колени, — Однако, Господин может вернуться в любую минуту…

— Не может! — перебила его Инна, — Андрей может не вернуться вовсе…

— Как это? — покачнулся от изумления Николай, а Катрина с Ольгой переглянулись в кабинете и насторожились.

— Видишь ли, мой мальчик, у меня есть основания считать, что Господин нас оставил, так сказать, — заявила женщина, — И как только мои предположения подтвердятся, я буду решать, кто из вас останется со мной. Глупые и нерадивые слуги вылетят вон сегодня же!

— Госпожа, но я же Ваш всей душой!

— И телом, детка! И телом тоже мой, — усмехнулась Инна, — Хорошенько запомни то, что я сейчас сказала и передай этой маленькой вертихвостке…

— Оле?.. Вы же шутите обычно про неё и меня — Оля и Коля…

— Прошедшей ночью ты спал с ней?

— Разумеется, нет, Госпожа! Как можно?

— Вот именно! Если я узнаю, что ты неравнодушен к этой шалаве, выгоню тебя мгновенно, а её оставлю… Есть в ней, думаю, нераскрытые ещё таланты… — с хитрой улыбкой проговорила Инна, — Так… Лёгкий завтрак через четверть часа в гостиной, а потом… Потом, пожалуй, я отправлюсь в сауну… Есть достойная меня сауна поблизости?

— У нас же в доме прекрасная сауна, Госпожа!

— Действительно, что это я?.. Итак, через полчаса после завтрака пойду в сауну. Приготовишь её для меня и… останешься там со мной.

— О да, Госпожа! Всё будет исполнено…

Николай помчался на кухню. Вскоре, быстро обсудив создавшееся положение с Катриной, к нему присоединилась Ольга. Катя набрала номер отеля… Уже звонивший ей парой часов ранее Андрей, выслушал девушку очень внимательно. Они решили, что сегодняшний день может оказаться определяющим, а потому действие нужно вести очень точно и умно. В общих чертах план сложился достаточно быстро…

Через полчаса после того, как Испытуемая позавтракала, недолго посмотрела эротический фильм по ТВ и отправилась с Николаем в сауну, туда же отправилась Оля с «дурными вестями»… Помощники Вершителя начали разыгрывать одобренную Андреем, новую версию сценария, использованного в первый день Испытания и наблюдать за сегодняшней реакцией Инны…

— А ты вовремя, Оленька, подай мне бокал с шампанским! — «Госпожа» возлежала в комнате отдыха сауны на кушетке, застеленной большой махровой простынёй. Раскрасневшийся Коля слизывал с её прекрасного тела капельки воды, оставшейся на нём после купания в бассейне. Инна, вероятно, получала удовольствие от стараний юноши, но на её красивом лице это не отражалось, — Послушай, милая, я обещала Коле, если он доставит мне большое удовольствие, его отблагодарить. Думаю, моей благодарностью станешь ты… Тебя не затруднит помочь мальчику испытать сладостные ощущения?

— Госпожа! — не сдержавшись, поморщилась Ольга, — У меня тревожные новости…

— Что такое? — холодно спросила Госпожа, не меняя положения тела и выражения лица.

— На окраине, в безлюдном месте полиция обнаружила автомобиль Хозяина со следами нападения…

— Что? — в глазах Инны появилось что-то большее, чем растерянность, — А сам Андрей?

— В машине никого не нашли, — тихо проговорила Ольга и захлюпала носом, — И поблизости тоже…

— Подожди хныкать… Может быть, с твоим любимым Хозяином ничего не случилось, — казалась, что Инна чрезвычайно растеряна и пытается оценить возникшую ситуацию, — Полиция в курсе, чья машина?

— Конечно, Госпожа, они же позвонили именно сюда… Или Вы о чём-то другом?

— Разумеется, о другом! У Андрея полно хороших знакомых в полиции… Они в курсе событий?

— Не знаю, Госпожа, — моментально отреагировала Оля, — Но это скоро выяснится, полиция сообщила, что навестит Вас в ближайшее время…

— Что такое? — с крайним неудовольствием произнесла Инна и оттолкнула от себя Николая, — Они собираются искать Андрея здесь?!

— Возможно, только расспросить Вас… — опустила глаза Ольга…

Катрина ещё раз связалась с Андреем по телефону и настойчиво попросила разрешения вступить в игру. Вершитель предпочитал приехать и выступить в роли офицера полиции лично, но у Кати нашлись веские возражения: «Во-первых, мой Господин, Инна может действительно помнить Вас, пусть и смутно. И если к ней придёт «муж» в форме полицейского… Реакция непредсказуема, а игра сломана. Во-вторых, похоже, что сегодня действие растянется. Испытуемая, вроде бы, реагирует на внешние раздражители и начинает выдавать информацию, но медленно… Думаю, Ваше участие станет необходимым вечером или ночью, а пока Вам резонно отдохнуть.» Андрей в сомнении покачал головой, но согласился с условием, что Катя не станет делать резких движений, а за монитором постоянно будет находиться хотя бы один человек, готовый среагировать на непредвиденные ситуации. Кроме этого, Вершитель, воспользовавшись защищённым каналом, подготовленным Иваном, удалённо подключился к компьютеру в коттедже, чтобы видеть происходящее в режиме реального времени…

Инна отослала Колю до особого распоряжения и, воспользовавшись услугами Ольги, привела себя в порядок: уложила волосы, тщательно накрасилась и облачилась в строгий костюм деловой женщины. «Госпожа» расположилась в гостиной, но визит представителей власти задерживался…

— В конце концов, кто-нибудь объяснит мне, что происходит? — громко спросила потерявшая терпение Инна, — Где эти полицейские?

— Дежурят возле дома, — сообщил Николай, приоткрывая дверь гостиной.

— Вот как? — раздражённо откликнулась женщина, — Спасибо, мой мальчик, но я не звала тебя и не хочу, чтобы ты присутствовал при разговоре. А ты, Оленька, узнай, удосужусь ли я, наконец, визита этих бездельников и… не покидай меня, когда они окажутся здесь…

Коля исчез, и стоило Ольге подойти к захлопнутой им двери, как в неё постучали. В комнату вошла, выдерживавшая длительную паузу, Катрина в форме майора полиции, но без головного убора.

— Госпожа Инна? — поинтересовалась она у восседавшей нога на ногу за столом женщины.

— Она самая, — громко и сухо ответила Испытуемая, — А это моя горничная Ольга…

— Ваша прислуга мне пока не нужна, — не слишком вежливо заявила женщина-офицер, присаживая на стул с противоположной стороны стола.

— Зато она нужна мне, — твёрдо проговорила Инна и недобро усмехнулась, — А Вы, майор, прекрасно выглядите! Быстрый служебный рост?

— Нет, просто я хорошо сохранилась, — парировала Катя.

— Прекрасно сохранились! — продолжала скалиться «хозяйка дома», — И, учитывая Ваш чин, надеюсь, компетентно объясните мне, что происходит?

— Разумеется, — махнула копной рыжих волос Катрина, — Как Вы, вероятно, уже знаете, на окраине обнаружена открытая и пустая машина Вашего мужа. Следов нападения более чем достаточно, но свидетелей нет. Поиск по горячим следам результата не дал. В связи с этим, у меня к Вам вопрос…

— Постойте, майор! — перебила её Инна, — Друг моего мужа, полковник э-э-э…

— Вадим Алексеевич?

— А? Ну да… Он в курсе произошедшего?

— Разумеется. Полковник — мой непосредственный начальник.

— Вот как? Но почему же он не позвонил мне сам и не приехал?.. У него есть версии случившегося?

— Вадим Алексеевич сейчас в самой гуще расследования и приказал мне приехать в Ваш дом… Версии, разумеется, я озвучивать не вправе, но они, как говорится, лежат на поверхности.

— Похищение с целью получения выкупа? Но никто не звонил и требований не выдвигал… Убийство? — холодно перечисляла варианты Инна. Слушавшая разговор Ольга заметно вздрогнула, но Госпожа не обратила на это внимания, — Но зачем тогда похищать?

— По сути, Вы всё назвали сами, — грозно взглянула на неё Катрина, — Может, и причину назовёте?

— Я?! Вы меня считает виновной в преступлении? — закричала «жена похищенного», — У Вас есть на это основания?

— Пока нет, — сухо ответила женщина-офицер, — Мы рассматриваем все возможные версии…

— Обыскивать будете, арестовывать? — зло проговорила Инна, — Может быть, и санкции имеются?

— Не будем горячиться, — примирительно проговорила Катрина, — Думаю, все заинтересованы в Вашем сотрудничестве со следствием. Я прибыла сюда не для допроса, а для разговора… Вы расположены ответить на мои вопросы?

— Спрашивайте, — недовольно ответила женщина.

— У Вашего мужа есть враги?

— Конечно, есть! Конкуренты, недоброжелатели, завистники… Но имена этих людей мне неизвестны. Андрей рассказывал о многих, но я не запоминала имён и деталей. Зачем мне это? К тому же у него чётко и профессионально работала служба безопасности…

— Вы хорошо знаете его окружение?

— На приёмах сталкивалась со многими… Некоторым муж уделял больше внимания, но в дом не приглашал никого.

— И всё-таки некоторым, по Вашим словам, Господин Андрей уделял повышенное внимание… Имена помните?

— Зачем мне их помнить? — подняла брови Инна, — Как слуг-то зовут иногда забываю, а тут знакомые мужа… Игорь, кажется, был… Не хочу вводить Вас в заблуждение.

— Игорь Валентинович, Геннадий Сергеевич, так?

— Возможно… Звучит знакомо. Но зачем Вам они?

— Мы должны отработать круг общения Вашего мужа, мадам, — терпеливо объясняла женщина-офицер, — Велика вероятность, что кто-то из этих людей причастен к исчезновению Господина Андрея. Это понятно? Замечательно… Ну, а друзья, вхожие в дом существуют?

— Кроме Вашего босса, майор, у нас в доме не появлялся ни один приятель Андрея. Со старыми друзьями он общается редко… по телефону или в ресторане раз в полгода…

— А Ваши личные друзья и подруги, Госпожа Инна? — не унималась Катрина.

— Какие там подруги? Скучные потаскухи… — мрачно усмехнулась женщина, — Дома у нас только одна появлялась, да и её я стараюсь приглашать когда мужа нет дома.

— Имя подруги назовёте? — спросила Катя, удивлённо разглядывая «хозяйку дома», которая сконфузилась, будто сболтнула лишнего, — Вы забыли имя лучшей подруги?

— Забудешь её, как же, — непонятно ответила Инна, — Клотильда Тезе…

— Это настоящее имя? — нахмурила брови Катрина, почувствовав что-то знакомое и не заметив, как снова вздрогнула сидящая поодаль на диване Ольга.

— Понятия не имею, — равнодушно ответила Испытуемая, — Вообще не понимаю, зачем она Вам понадобилась?.. И не пора ли прекратить этот допрос, я устала.

— Значит, Вы утверждаете, что понятия не имеете, кому понадобилось похищать Вашего мужа? — сделала вид, что не слышит Инну, женщина-офицер.

— Утверждаю.

— Хорошо, отдыхайте, — кивнула Катрина, — А я, с Вашего разрешения, побеседую с прислугой.

— Допрашивайте, кого хотите, — махнула красивой рукой «хозяйка дома» и обратилась к Оле, — Я буду в спальне, милая…

Пока Инна пила чай и смотрела что-то по ТВ, лёжа на постели в белой комнате, в кабинете шло обсуждение последних новостей, участие в котором по телефону принимал и Андрей.

— Клотильда Тезе — знакомое имя, — раздавался его голос в мобильнике Катрины, включенном на громкую связь, — Оля, ты не помнишь?

— Я знаю, кто это, — неожиданно заявил Николай, и все присутствующие посмотрели на него с интересом, — Это журналистка, которая бывает на всех премьерах в студии «Альфа», да и просто так приезжает… Интервью, разговоры, слухи, сплетни…

— Точно! — друг за другом вскрикнули Ольга и Андрей.

— Журналистка? Здесь, в Княжестве?! — ахнула Катрина, — Но этого не может быть!

— Я вспомнила — улыбчивая такая женщина в очках, из журнала «Светская хроника» она, вечно на студии крутится… — заговорила Оля, — Между прочим, Господин Андрей, Вы ей эксклюзивное интервью обещали, не помните?

— Обещал-обещал, — поморщился Вершитель, — Да, в такие совпадения я не верю… Кло Тезе, у меня и визитки её везде валяются… И каким образом, по-вашему, Инна может быть знакома с Кло?!

— Нужно убедиться, что Испытуемая имеет ввиду именно её, — недоумевая, качала головой Катя.

— Как? — спросил Коля.

— Нужно привезти её сюда, — заявила Ольга.

— И устроить очную ставку, — дополнила Катрина.

— А если она не захочет? — Николай задал вопрос, поднимавший проблему, о которой никто и не задумывался.

— Я привезу её, — раздался голос Андрея из телефона.

— Как? Силой? — вразнобой воскликнули его помощники в кабинете коттеджа.

— Зачем же силой? — усмехнулся Вершитель, — Предложу ей обещанное интервью сегодня ночью тет-а-тет в романтической обстановке.

— Круто! — выразил общее мнение Николай.

— Только, что это нам даст? — снова заговорил Андрей, — Если, например, наша Кло взяла псевдоним некоей Клотильды Тезе из другого мира… Впрочем, есть ли там такая? Эмма, пожалуйста, попробуй выяснить это в сети прямо сейчас!

Находившаяся рядом с ним секретарша мигом упорхнула за свой компьютер, а Вершитель продолжил свои мысли вслух:

— Итак, если наша Кло не имеет отношения к Инне, то для Испытания ничего не меняется…

— Но Вы же сами сказали, что таких совпадений не бывает? — воскликнула Катрина.

— Может и бывают, но я в них не верю, — хмыкнул Андрей, — Если же Инна действительно имеет в виду нашу журналистку, то дело и вовсе приобретает фантастический оборот…

— Давайте сначала убедимся в этом, Господин! — предложила Оля с лёгким укором, — Всё лучше, чем рождать безумные догадки… Думаю, Кло с радостью согласится на свидание с Господином Альфа и последующим… интервью.

Ольга оказалась права. Клотильда долго не могла поверить, что Хозяин студии «Альфа» сам позвонил ей, а когда он назначил встречу в маленьком ресторанчике к югу от центра, на набережной, потеряла дар речи… Когда дар вернулся, Кло немедленно ответила согласием… В пять часов пополудни они сидели за столиком у окна, в ожидании заказа потягивали аперитив, и мужчина в упор разглядывал Клотильду Тезе. Эмма не нашла предполагаемого персонажа, чьё имя выбрала себе журналистка в качестве псевдонима, но собрала небольшое досье на неё. Из разрозненной информации вытекало, что Кло появилась в Княжестве около двух лет назад и, как минимум, последние полтора года активно занималась журналистикой. Судя по всему удачно, ибо год назад её пригласили в популярный журнал «Светская хроника», в отдел зрелищных мероприятий. Клотильда, как оказалось, писала о студии Андрея с первой премьеры, постоянно, с энтузиазмом и весьма талантливо… Под тяжёлым взглядом мужчины, Кло немного тушевалась, несмотря на журналистскую выучку. На вид женщине было между тридцатью и тридцатью пятью годами. Её несколько необычные рыжеватые глаза казались близорукими, чему способствовали большие очки. Красиво вытянутый овал лица снизу завершал упрямый подбородок, а сверху копна русых, с мелированием, волос. Лёгким диссонансом смотрелись чуть великоватые рот и нос, которых, судя по всему, касались руки местных кудесников по изменению внешности. Как успел заметить мужчина, фигурка Кло в лёгких брючках и блузке без рукавов смотрелась очень складно, а завершал образ журналистки лёгкий желтоватый загар. Вероятно, Клотильда регулярно посещала фитнес-клуб с солярием.

— Вы так смотрите на меня, Господин, словно видите впервые! — мелодичный тембр голоса женщины порадовал Андрея, — На студии меня представляли Вам несколько раз, но… всё мельком, на ходу… Поэтому Ваше приглашение стало для меня полной неожиданностью!

— Почему бы мне не рассмотреть внимательно известную журналистку? — улыбнулся мужчина, Кло порозовела от удовольствия, а он, вопреки обыкновению, начал беседу сразу на «ты» и весьма напористо, — Знаю, что ты давно и настойчиво интересуешься работой студии «Альфа».

— Да, Господин! Мне интересно Ваше творчество, да и атмосфера на студии, — кивнула женщина, воспринимая его обращение к себе на «ты», как нечто само-собой разумеющееся, — Мне нравится у Вас бывать…

— Ничего не имею против, — Андрей продолжал изучать собеседницу, — Помнится, ты просила меня об эксклюзивном интервью?

— Так Вы пригласили меня для этого?! — громко удивилась Клотильда.

— Нет, конечно… — неожиданно усмехнулся мужчина и после паузы заявил, — Я планировал поужинать, а потом уложить тебя в койку…

— Ой!.. — вздрогнула журналистка, — Вы всё шутите… А если серьёзно?

— Куда уж серьёзнее, — на лице Андрея не обнаруживалось и тени улыбки, — Хочешь сказать, что мои планы не совпадают с твоими?

— Я… Я не готова сейчас ответить на Ваш вопрос, — сконфузилась женщина.

— А к интервью, значит, готова? — мрачно спросил мужчина и… хитро улыбнулся.

— Всегда! — увидев улыбку на лице Андрея, Кло расслабилась, — Можно включать диктофон?

— Действительно, всегда готова! — рассмеялся он, — Включай, но потом предоставишь мне запись для прослушивания.

— А ещё для редактирования и копирования, да? — сузила глаза журналистка, — Ну, хорошо… Тогда первый вопрос: зачем Вам всё это?

— Ого! Ну и вопросик! — удивился Андрей, цепляя вилкой сочный кусок говяжьего стейка и наливая себе водки, а даме красного вина, — Мне нравится процесс создания фильма от идеи до итогового результата, мне нравится общаться со съёмочной группой, спорить, делать открытия, находить общий язык… А когда всё это ещё и вызывает интерес у зрителя, а стало быть, приносит прибыль!..

— А что для Вас важнее — успех или деньги?

— Самое важное — донести до людей идею, воплощённую в фильм, зрительные образы, соединённые со звуком, красоту и безобразие, страсть, желания, эмоции и чувства… Если всё это вызывает отклик — значит, цель достигнута.

— Но Вы снимаете фильмы, отличающиеся друг от друга по жанру…

— Так и зрители разные, и запросы у них разные… Одному хочется расслабиться, другому возбудиться, третьему сопереживать, четвёртому задуматься… Когда ты видишь красивые движущиеся картинки с качественным звуком — это, конечно, приятно. Но если в фильме заложены спорные мысли, и после просмотра зрители дискутируют — это, по моему, гораздо лучше, интереснее, важнее. Если одному фильм очень нравится, а другому категорически нет — это прекрасно, особенно если люди аргументируют своё мнение… И тут, кстати, очень желательна помощь журналистов. Когда вы пишите о фильмах нестандартно, без штампов и навешивания ярлыков, предлагая зрителю задумываться, анализировать, искать созвучия в себе самом — это по настоящему интересно и важно, как для любителей видео, так и для его создателей.

— Классно… Вы говорите невероятно любопытные вещи! Но почему тогда у студии «Альфа» нет своего журнала, а Ваш сайт сугубо информационный, хотя и прекрасно оформлен?

— Этот вопрос тоже интересен читателю «Светских хроник»? Вопрос для интервью? — вздохнул Андрей. Ему, с одной стороны, было желательно ускорить разговор и привезти Клотильду в коттедж на очную ставку с Инной, но с другой стороны, хотелось предварительно прощупать журналистку, а с третьей, тема разговора случилась действительно насущной для студии «Альфа»…

— Этот вопрос очень интересен для меня, и думаю, не только, — прямо ответила женщина.

— Хорошо, но не для публикации… Видишь ли, Кло, студия «Альфа», как ты знаешь, работает не так давно и, по-моему, весьма активно, но до всего руки сразу не доходят… Кроме того, я ориентируюсь на конкретных людей, с которыми мне интересно и приятно работать. Безусловно, нужен толковый рекламно-информационный отдел, интересный, живой сайт, обратная связь со зрителем, может быть, и журнал тоже… Всё это со временем должно появиться и обязательно на высоком уровне.

— Но когда? Любители Ваших фильмов не хотят ждать! — улыбнулась журналистка.

— А ты подготовь свои предложения, я рассмотрю, — усмехнулся мужчина.

— Я?! Серьёзно? — изумилась Кло, — Вы предлагаете мне работу?

— Я предлагаю тебе серьёзно подумать о сотрудничестве на ином уровне, нежели сейчас, — предельно чётко сформулировал Хозяин студии, — А что из этого выйдет, посмотрим, для начала прочитав это интервью и твои предложения для студии.

— Я поражена и… постараюсь не разочаровать Вас!

— Постарайся! — хмыкнул Андрей, — Продолжим интервью или как?

— Да-да, продолжим… Кроме фильмов, Вы занимаетесь нашумевшим еженедельным шоу «Охота» на ТВ…

— Хочешь сказать, что это совсем разные вещи? Согласен… «Охота» — достаточно жёсткий экшн в режиме реального времени, тем он и интересен, потому и собирает собственную теле-аудиторию.

— Судя по опросам — огромную аудиторию! Более того, есть информация о попытках организовать тотализатор на исход поединков.

— До меня доходили такие слухи, предлагаешь мне и тотализатором заняться? — засмеялся мужчина.

— Насколько я знаю, ставки начали принимать чуть ли не со второго show-time, сначала на количество времени, которое продержится «жертва», а когда правилами сильно уровняли возможности «охотника» и «дичи», всех заинтересовал исход поединка…

— Именно поэтому, пусть тотализатор работает в стороне от «Охоты»! Когда ставки принимает организатор шоу, возникает резонная мысль: а не запрограммирован ли результат? Для меня принципиально, чтобы каждое шоу завершалось непредсказуемо…

Ужин продолжался неспешно, вопросов у Клотильды Тезе накопилось много, но когда журналистка, глаза которой разгорались всё ярче не столько от вина, сколько от беседы, перешла к личной жизни Хозяина студии «Альфа», Андрей решил, что пора отправляться в коттедж.

— Ты думаешь, Кло, что моя частная жизнь заинтересует читателя? — спросил он.

— Я уверена в этом! — широко улыбнулась женщина, — Редакционный компьютер завален комментариями по каждой премьере Вашей студии. Поклонников у Вас гораздо больше, чем критиков и недоброжелателей, вопросы в огромном количестве задают и те, и другие… Причём, половина вопросов о Вас лично, Господин Андрей, и о Вашей частной жизни…

— М-да… — задумался мужчина, — Придётся рассказывать тебе и об этом?

— Придётся! — призывно воскликнула журналистка.

— Сделаем так, Кло… — Андрей снова пристально посмотрел в её глаза и, женщина смущённо уставилась в стол, — Сейчас мы допьём кофе и поедем в одно укромное место, где ты познакомишься с частью моей жизни, скрытой от посторонних… Там я и отвечу на твои вопросы, если они останутся, а потом решим, какие из моих ответов и твоих впечатлений следует придавать огласке.

— Вы снова меня удивляете… интригуете… даже пугаете своими предложениями, — произнесла Клотильда, — Вы пользуетесь тем, что очень интересны мне, и знаете, что я не смогу отказаться…

Из ресторана они ехали на такси, сидя вдвоём на заднем сидении автомобиля. Женщина, касаясь плечом предплечья мужчины, тихо вздрагивала, и Андрей взял её руку в свою. Кло громко вздохнула, и он почувствовал, что журналистка нервничает. Ещё больше занервничал водитель такси, поглядывая на Андрея в зеркало заднего вида, когда они подъезжали к коттеджному посёлку. Вершитель не стал испытывать пугливого шофёра, судя по всему, отнюдь не старожила в Княжестве и велел ему остановиться у проходной…

— Но это же… — начала догадываться о цели поездки Клотильда, когда они шли по аллее между коттеджами.

— Не надо нервничать, Кло, — спокойно отреагировал Андрей, — Лучше возьми меня под руку…

— Хорошо, Господин… Вершитель, — испуганно ответила женщина.

— Только не говори, что это для тебя новость — не поверю, — улыбнулся мужчина, взглянув на журналистку.

— Знала, конечно… Это понятно по Вашим рабыням… — судорожно сглотнула она, — Но я не ожидала, что Вы привезёте меня… прямо сюда…

Благодаря упреждающему телефонному звонку, они никого не встретили по дороге в бильярдную комнату коттеджа, куда Андрей привёл Клотильду. Журналистка присела в предложенное ей кресло, косясь на чуть прикрытое ширмой ложе в нише комнаты.

— Вы, действительно, хотите этого? — нервно спросила она.

— Чего именно, Кло?

— Ну… — смущение женщины нарастало, — Уложить меня на эту постель…

— Почему бы и нет? — взгляд Андрея стал особенно колючим, — Ты же рвалась узнать меня получше.

— Да, но… не так стремительно… Вы со всеми сотрудницами студии «Альфа» так поступаете?

— Стремительно? Иногда случаются весьма удачные экспромты, — уклонился от прямого ответа мужчина, почувствовавший острое желание, — Ты уже привыкаешь к мысли, что становишься моей сотрудницей?

— Если честно, я давно хотела предложить Вам свои услуги журналистки… И чем больше думала, тем больше видела в этом перспективу… Я знаю своё дело, Господин!

— Мне это известно, Кло, — кивнул Андрей, подавляя желание и закуривая, — Я читал твои статьи. Если бы они мне не нравились, вряд ли состоялся бы наш сегодняшний разговор…

— Спасибо, Господин! Я постараюсь не испортить впечатление текстом интервью, своими предложениями и… — женщина поколебалось, но всё-таки решилась: — Вы действительно хотите… чтобы я разделась?

— Хочу, — произнёс мужчина, и Клотильда вздрогнула, хотя и ожидала похожего, но не столь прямого ответа. А Господин продолжил: — Но позже, Кло… Сейчас я принесу тебе выпить. Отдохни, отпусти нервы… А я закончу одно неотложное дело и вернусь к тебе…

В кабинете, куда зашёл Вершитель, за столом сидел Николай и со странным выражением лица смотрел в монитор компьютера. Появление Господина он даже не заметил, и Андрей, встав у него за спиной, глянул на экран и закашлялся от неожиданности. Коля подскочил на стуле, выкатил глаза и немедленно освободил место для Вершителя. Андрей на автопилоте сел в кресло и достал сигареты, не сводя глаз с экрана… Там творилось то, чего мужчина никак не ожидал увидеть. В чёрной комнате к высоко поднятой кушетке лицом вниз была привязана абсолютно голая Инна, задницу которой охаживала плетью Катрина в костюме полицейского офицера, требовавшая от Испытуемой признания. Катю безуспешно пыталась остановить растерянная Ольга… Первая мысль Андрея — кинуться туда, чтобы остановить неожиданную экзекуцию. Но Вершитель сдержал порыв и приказал стоявшему рядом Николаю сообщить Катрине, что её срочно требует к телефону начальство, и незаметно передать Оле баночку с заживляющим раны кремом…

Взлохмаченная, раскрасневшаяся Катя вбежала в кабинет, кинулась к телефону, но увидев Андрея, остановилась, как вкопанная.

— Вы здесь, мой Господин? — вскрикнула она, тяжело дыша, — Я, кажется, догадываюсь, что не так с этой Испытуемой!

— Я тоже догадываюсь, — мужчина оторвался от экрана, где страшно расстроенная Оля осторожно наносила крем на покрытые красными полосами ягодицы Инны, — Но ты уверена, что следует выбивать признание таким образов, да ещё и без моего…

— Прости, Андрюша! Я сорвалась… Меня заклинило… Я виновата перед тобой! — Катрина кинулась к Андрею, бросилась на колени перед креслом и взвыла, не обращая внимания на сидевшего на диване озадаченного Колю, у которого хватило такта, чтобы срочно покинуть кабинет без указания Господина.

— Не плачь, Катюша! — сердце Андрея неожиданно больно заныло, когда он опустил ладонь на рыжую голову Кати, — Это бывает… Ничего особенно страшного не произошло.

— Ты так думаешь? — она подняла на него глаза, в которых стояли слёзы, — Ты добрый… Но это же подстава! Это…

— Экзамен кандидата в Вершители, — закончил за неё Андрей и помрачнел, — Но почему ты говоришь «подстава»?

— Потому что знаю об этом больше, чем ты, мой дорогой! — уверенно заявила Катрина, — С одной стороны я вижу очень сложное Испытание для кандидата, а с другой, в данном конкретном случае, проверка Вершителя! Зачем понадобилось проверять Вас, мой Господин, и кому понадобилось?

— Вот это нам и следует понять… Но по-возможности спокойно, умно и без резких движений, — проговорил мужчина и снова задумался, — Но есть у меня и другие вопросы…

— Какие? — поинтересовалась было Катя, но тут обстановка в чёрной комнате изменилась…

Молчавшая долгое время и только вздрагивающая иногда от прикосновений обрабатывающей её раны Ольги, Инна заговорила.

— Спасибо, Оленька! Мне уже лучше, — произнесла она и попросила, — Ты не могла бы позвать сюда эту женщину, полицейского? Мне есть, что сказать ей…

— Я попробую, — удивлённо ответила Оля, — Вы что-то знаете, но не хотели говорить?

— Ничего я не знаю, милая, — тяжело вздохнула Инна, — Но верю, что Андрей появится здесь, если не сегодня, то завтра… И я… очень сильно этого хочу!

Вершитель и Катрина в кабинете переглянулись. Несмотря на совпадение их догадок, до полного понимания ситуации было далеко. Испытуемая вела себя странно, нелогично, непредсказуемо.

— Мне идти к ней, Андрей? — с сомнением спросила Катя.

— Возьмём паузу… Дождёмся Ольгу, — ответил мужчина. Стройный план действий в его голове не складывался…

— Вы всё слышали? — спросила вошедшая в кабинет Оля. Взгляд её искал поддержку в глазах Андрея. Она, не сдержавшись, наклонилась к нему и со вздохом обняла за шею и поцеловала в щёку, — Вы понимаете хоть что-нибудь?

— Думаю, да, — ответил Вершитель, — Но объяснять это долго и не время сейчас… Нужно быстро обсудить план действий. Может быть, пора появиться «мужу»?

— Рано, мой Господин! — откликнулась Катрина, — Вы должны появиться в финале, когда покров тайны практически исчезнет…

— Покров тайны? — изумилась Ольга, — Ну и ну… Кстати, если помните, она звала полисменшу, ничего?

— Мой выход, Господин? — спросила у Андрея Катя.

— Да, — кивнул он, — Но не так быстро и не в одиночку…

Женщины с интересом уставились на Вершителя. Андрей неторопливо, останавливаясь, словно продолжал размышлять, изложил свою идею продолжения Испытания. Вопросы, которые ему задавала Ольга, касались, в основном, сути происходящего, и он по большей части оставил их без ответа, пообещав всё объяснить Оле позднее. Вопросы Катрины к Андрею, напротив, касались конкретных деталей и были обсуждены тщательно…

Через полчаса Вершитель с бутылкой коньяка в руке зашёл в бильярдную комнату, где маялась в одиночестве Клотильда Тезе. Увидев на мужчине чёрный халат с эмблемой Вершителей, женщина ощутимо напряглась.

— Извини, Кло, но мои обязанности не позволяют посвятить эту ночь исключительно тебе, — заговорил Андрей.

— Что-то случилось, Господин? — тревожно спросила женщина.

— Можно и так сказать, — спокойно ответил он, — Но сегодня мы с тобой немного узнали друг друга, и я считаю, что ты могла бы помочь мне в одном деле. Это не займёт много времени…

— Конечно, Господин Вершитель! — Клотильда встала с кресла, — Я готова помочь Вам… Что я должна сделать?

— Сейчас женщина в форме офицера полиции проводит тебя в одну комнату… — проговорил Андрей, и лицо женщины побледнело, — Не пугайся, эта женщина — Катрина, ты наверняка знаешь её и можешь рассматривать неожиданный наряд, как элемент представления с переодеваниями… Так вот, она отведёт тебя в комнату, где ты увидишь другую знакомую тебе женщину. Катрина даст тебе конкретные указания, как следует себя вести… Ну, а я буду ждать тебя здесь и через несколько минут мы снова увидимся…

Через несколько минут Вершитель, покуривая в бильярдной, наблюдал на экране ноутбука, как Клотильда входит в чёрную комнату в сопровождении Катрины и, увидев обнажённую женщину, прикованную к кушетке, каменеет.

— Юля?! — громко вскрикнула журналистка.

— О, нет! — застонала Инна, с трудом поворачивая голову к вошедшим, — Что ты здесь делаешь, Кло?! Уведите её отсюда!

Катрина молча взяла застрявшую посреди комнаты Клотильду за руку и потащила её прочь… В бильярдной их ждал хитро и, кажется, удовлетворённо улыбающийся Андрей.

— Это заняло, действительно, немного времени, — констатировал он, жестом предлагая журналистке присесть на кресло и обращаясь к Катрине, — Катя, наша подопечная, насколько я помню, хотела поговорить с тобой тет-а-тет? Выслушай её… Но не более! А потом подожди меня в кабинете, пожалуйста. Да, на всякий случай свяжись с Иваном, пусть подтвердит, что у нас всё в порядке…

— Не очень похоже на представление, — опасливо произнесла Клотильда, когда Катрина, сосредоточенно кивнув, вышла из бильярдной и оставила их вдвоём.

— Тем не менее, это — именно представление с элементами реальности, а не наоборот, — витиевато объяснил мужчина и предложил: — Брось ты цедить своё вино, лучше выпей со мной коньяку, Кло!

— Да, коньяк сейчас мне не повредит, — нервно ответила журналистка, всё ещё находящаяся под впечатлением короткой сцены в чёрной комнате, — Но Вы же не захотите, как я думаю, внести разъяснения, Господин?

— Не могу, Кло! Сейчас не могу, даже если захотел бы, — произнёс в ответ Андрей, наливая в рюмки тягучую янтарную жидкость, — Зато надеюсь, что ты расскажешь мне всё, что знаешь об этой женщине… В конце концов наши будущие отношения и совместная деятельность предполагают доверие.

— Так значит, Ваше предложение в силе? И весь вечерний разговор — не представление?

— Я предпочитаю игры по взаимной договорённости, если, конечно, речь не идёт о моих служебных обязанностях, — произнёс мужчина, чокаясь рюмкой и, как бы невзначай, кивая на ложе за ширмой, — Всё в силе, всё серьёзно…

— Да? Ну… — женщина осушила свою рюмку залпом и слегка раскраснелась, то ли от коньяка, то ли от взгляда на постель, — Никак не предполагала увидеть Юлю здесь и в таком виде… Мне стало страшно, Господин!

— Не бойся, Кло, я тебя не обижу.

— Надеюсь… Я расскажу Вам то, что знаю…

— Я весь внимание, — серьёзно кивнул Андрей, закуривая.

— Юлия — заместитель главного редактора журнала «Светские хроники», где я работаю корреспондентом и автором текстов, — начала Клотильда, — Около полугода тому назад, насколько я знаю, она стала Советником 1-го ранга и её вес в редакции сильно возрос. Кое-кому стремительная карьера Юли пришлась не по вкусу, но… Одни подчинились её толковому, но жёсткому управлению, другие были уволены.

— Ты хочешь сказать, Кло, что она, по сути, стала руководителем журнала?

— Именно так, — кивнула головой журналистка, — Главному редактору больше нравится заниматься чистым творчеством. Хозяйку журнала, кажется, это устраивает, и Юлия практически стала главным администратором, директором издания и редакции, в том числе. К счастью, мои отношения с ней и раньше считались приятельскими, и после её повышения не изменились. Более того, вскоре Юля очень заинтересовалась моими материалами о Вашей студии и предложила мне сосредоточиться на этой работе, что очень даже совпало с моими желаниями.

— Когда это произошло? — поинтересовался Андрей.

— Около трёх месяцев назад. У нас выходит еженедельное приложение к большому ежемесячному журналу. Так вот, в последних двух больших номерах, мне стали предоставлять гораздо больше места для публикаций о студии «Альфа», и в приложениях тоже… Жаль, что Вы не интересовались этим раньше!

— Приходиться признать, что был не прав! — мужчина улыбнулся уголками глаз, снова наполняя рюмки, — Вероятно, в редакции набралось приличное досье на студию?

— О да! — лицо Клотильды впервые после визита в чёрную комнату осветилось улыбкой, — И я могу Вас с ним ознакомить!

— Досье в открытом доступе для сотрудников журнала? — удивился Андрей.

— Большая часть, да. Но, конечно, множество рабочих материалов хранится у меня лично, — журналистка внимательно взглянула на мужчину, поднимая рюмку, — Есть и закрытая часть досье, которая хранится у Юлии. Вас же это интересует?

— Какая проницательность! И это тоже, — ответил мужчина, делая ударение на слово «тоже» и рассмеялся, — Естественно, мне крайне любопытно, что же там такое в закрытой части?

— Думаю, Вы догадались, — скромно улыбнулась Клотильда, — Там информация о сотрудниках студии… Прежде всего, о Вас… В том числе и личная… Юлия очень интересовалась деталями, особенно последние несколько недель.

— Вот как? — Андрей пытливо заглянул в глаза женщины, — Занятно…

— Мне кажется, что Вы гораздо больше интересуетесь Юлией, чем мной, — произнесла журналистка и отвела глаза.

— Это абсолютно разные вещи, Кло! — убедительно возразил мужчина.

— В самом деле? — недоверчиво спросила она, — И что же теперь со мной будет? Я чувствую себя в заточении, Господин Вершитель.

— Ты же не откажешься ещё часок-другой побыть здесь моей гостьей? Нет? — в тоне мужчины появилась интимная нотка.

— Не откажусь, — порозовела Клотильда, — А потом?

— Потом я предложу тебе взять творческий отпуск на неделю, с Юлей я договорюсь, можешь не сомневаться, — неожиданно заявил Андрей.

— Да? Но зачем?

— Чтобы ты закончила интервью и написала развёрнутое предложение по развитию новой рекламно-информационной службы в спокойной обстановке, прямо на студии.

— Вот как? — удивилась журналистка, — Непосредственно на студии?

— Да, я обеспечу тебе всё необходимое для вдумчивой неторопливой работы и для отдыха, естественно.

— Спасибо, Господин! — Клотильда взглянула на Андрея так, словно искала подвох, — Но отпуск? После всего, что происходит сегодня, я начала подумывать об увольнении из редакции…

— Даже так? — пришла пора удивляться мужчине, — Что же, у тебя как раз будет время подумать… Если решишь уволиться, я предложу тебе должность на студии, но с испытательным сроком, разумеется.

— Конечно! — охнула журналистка, — А какую должность, Господин Андрей?

— Какую? — хитро улыбнулся мужчина, — Пресс-секретаря, например. Подойдёт?

— Ещё бы! — глаза Клотильды вспыхнули, — А пресс-секретаря студии или Вашего личного?

— Ишь ты, как закрутила! — засмеялся Андрей, — Я подумаю… Поскучаешь здесь одна? Недолго… Вернусь и… уточним должность…

Вершитель направился в кабинет, где его заждались помощники, особенно Катрина. Однако, мужчина вёл себя нарочито спокойно, словно не замечая наэлектризованную обстановку в комнате.

— Итак, Катя, что тебе поведала Испытуемая? — спросил он, долго располагаясь на диване, словно подыскивая место поудобнее.

— По большому счёту, ничего особенного, мой Господин! — откликнулась странно притихшая рыжая бестия.

— Совсем ничего? — всё так же спокойно уточнил Андрей.

— Она твердит о какой-то своей вине, но не уточняет о какой… Уверяет, что ждёт Вашего скорого возвращения… Ну, то есть, что муж появится в ближайшие часы, и всё нормализуется… Претензий на жестокое обращение не высказывает.

— О, это самое главное! — едко заметил Вершитель, но улыбнулся беззлобно, — И что делать будем? Мужа ждать?

— Можно и подождать, — неожиданно проговорила Ольга, — До утра, уж точно…

— Ага, Испытуемая, значит, так и будет лежать привязанная к кушетке? — показалось, что Вершитель начинает закипать, — Вот что, Оля… Сейчас ты идёшь в чёрную комнату, отвязываешь Инну, но не выпускаешь её оттуда. Принесите ей с Николаем еду и питьё, думаю, вы уже выучили, что она предпочитает употреблять в пищу… Что ещё? Халат какой-нибудь, одеяло, подушку… Поинтересуйтесь, что ей надо, чтобы привести себя в порядок… Она сидеть-то сейчас сможет?

— Думаю, сможет… на мягком… — откликнулась Ольга и отправилась с Колей выполнять поручение Вершителя.

— На мягком… — передразнил Олю Андрей и обратил внимание на задумчивость, даже рассеянность Катрины, — Катя, что-то ещё?

— Не знаю, — уклончиво ответила женщина, и вдруг вскочила на ноги, вспыхнула, словно на что-то решилась, — Всё это… неправильно! Мне нужно кое-что проверить, мой Господин! Вы позволите мне взять Вашу машину?

— Машину? — поразился он, — Куда ты собралась ехать, милая?

— Не спрашивай меня сейчас ни о чём, мой любимый! — едва сдерживаясь, чтобы не сорваться произнесла Катрина, обняв поднявшегося с дивана мужчину, — Потом… Я всё объясню тебе потом!

— Хорошо-хорошо, — успокаивающе произнёс Андрей, крепко обнимая женщину за талию и целую её губы, — Только не пропадай надолго…

Через пять минут Катя вбежала в кабинет уже переодетая, решительная и сосредоточенная. Мужчина посмотрел на эту складную, милую, маленькую, но эффектную женщину с лёгким удивлением и с большим удовольствием.

— Прости меня, Андрюша! — всего на мгновение она дала волю чувствам, целуя его на прощание, — Ты же знаешь, как я тебя люблю!

— Катя! — попытался задержать её Андрей в своих объятьях, но Катрина выскользнула из мужских рук, как рыбка, в дверном проёме обдала его огнеопасным взглядом, взмахнула рукой и исчезла, — Катюша…

Настроение у Андрея после отъезда его Катрины резко испортилось без видимой причины. «Что она проверять-то собралась? — думал он, — С другой стороны, разнервничалась Катя здесь… Приедет домой, отдохнёт…» Успокаивая себя, Вершитель наблюдал, как в чёрной комнате Инна-Юля, благодарно улыбаясь Ольге, накидывает на себя халат и потирает покрасневшие кисти рук, а потом и щиколотки красивых длинных ног…

— Коля, приготовься через час выехать с Клотильдой на студию, — объявил Андрей, когда его помощники вернулись в кабинет, — Придумаете с Сергеем, где её разместить… Она будет жить и работать у нас неделю… может больше, посмотрим…

— А я? — спросила Ольга.

— Ты устала, Оленька, я вижу… — произнёс мужчина, глядя на побледневшее, с синевой под глазами лицо девушки.

— Нет-нет, мой Господин! — немедленно откликнулась она, — Я буду здесь сколько потребуется…

— Когда Николай с Клотильдой уедут, мы отдохнём, — вздохнув, кивнул Андрей, и Оля сразу взбодрилась, — Если, конечно, не случится непредвиденное… А пока я немного побуду с Кло, а вы наблюдайте за Инной…

В бильярдной комнате Вершителя ждала ещё одна неожиданность. Ожидающая его журналистка сидела на краю постели, на которой она расстелила найденную в шкафчике свежую белую простыню. Кроме трусиков, одежды на Клотильде не наблюдалось. Андрей молча поглядел на женщину, стыдливо прикрывавшуюся руками, подошёл к столику, наполнил коньяком две рюмки и, подавая журналистке одну из них, присел рядом с ней.

— Я решил так, — заговорил мужчина, словно не замечая наготы сгорающей от стыда Клотильды, — Если на днях ты поймёшь, что пора увольняться из «Светских хроник», то сможешь попробовать себя в качестве пресс-секретаря студии… и моего личного пресс-секретаря по совместительству, если хочешь…

— Вы серьёзны? — вырвалось у женщины.

— Вполне, — ответил Андрей, чокаясь с ней рюмками и выпивая.

— Но я же совсем не нравлюсь Вам? — воскликнула журналистка, неловко опустошив свою рюмку и закашлявшись, — Вы же просто используете меня, Господин Вершитель!

— Это не так. Но, как я вижу, ты не веришь мне на слово, а просишь доказательств? — спросил мужчина и, не дожидаясь ответа, поставил рюмки на пол и прикоснулся к обнажённому телу женщины, порадовавшему его гладкой, приятной на ощупь, кожей, кое-где покрытой родинками, — Да, Кло?

— Да… — выдохнула она, отвечая на хозяйский поцелуй Андрея.

— Нам обоим не повредит расслабиться, Кло, — мужчина расплёл её руки и добрался до женской груди, — Только не вздумай называть меня Господином Вершителем в постели!..

Через пару минут Андрей, скинув халат, лёг спиной на постель и потянул Клотильду за руку к себе так, что лицо женщины оказалось прямо над гениталиями мужчины.

— Но, Господин Андрей, Вы хотите, чтобы я делала такое при первой же встрече? — охнула застывшая над ним журналистка.

— Разве твоя профессия не предполагает использования различных способов достижения цели — найти подход к нужному человеку, разговорить его, получить необходимую информацию? — нахально улыбнулся он.

— Ох, Господин… — Клотильда подрагивала от прикосновений мужчины к своей груди и ласково гладила его вокруг, да около, — Я — неправильная журналистка!

— Вот как? — удивился Андрей, — Тогда можешь просто полежать рядом…

— Да?! — ахнула женщина, прилегла на диван, заглянула мужчине в глаза и… дотронулась рукой до его плоти, — Но так мы станем ходить по кругу и никогда… не услышим друг друга… Скажите, это разовая проверка для, возможно, будущего пресс-секретаря или…

— Или, — произнёс Хозяин студии, давая волю своим рукам.

— Значит, это… такая сторона общения журналистки с её новым боссом? — всё теснее прижимаясь к нему, рассуждала женщина, — Мой начальник будет требовать от меня…

— Уже требую, Кло! — нагло заявил он и улыбнулся.

— Да? Ну… Тогда я попробую, Господин… — томно вздохнула женщина…

Через час, как и планировал Андрей, Николай увозил смущённо улыбающуюся Клотильду на прибывшей со студии машине. Посвежевшая после душа в чёрной комнате, задумчивая Испытуемая перекусила, прилегла на долго мучившую её, сейчас опущенную ниже кушетку, положила голову на подушку, укрылась одеялом, и тут же уснула. Вскоре легли на разложенный в кабинете диван и Андрей с Ольгой. Уже засыпая, мужчина слушал голосок своей уставшей, но не успокоившейся помощницы, беловолосая головка которой лежала у него на груди: «Вот не хватает Вам Инны, ещё и с журналисточкой этой… Совсем забыли о своей маленькой любящей рабыне!.. Только не говорите, что не хотели её, что так получилось…» Он не говорил, он гладил Олю по головке и засыпал…

Проснулся Андрей рано, около шести часов утра без видимой причины, будильник был установлен на семь. Оля спала, и мужчина осторожно встал с постели, чтобы не потревожить её сон, и отправился под душ… За чашкой кофе на кухне, убедившись, что Испытуемая тоже ещё спит, он позвонил в свой Золотой номер отеля «Силикон». Трубку подняла заспанная Эмма.

— Доброе утро, мой Господин! — немного удивлённо произнесла она, сдерживая зевок, — Что-то случилось?

— Доброе утро, Эммочка! У нас всё время что-нибудь случается, — с улыбкой хмыкнул Андрей, — Но пока всё более-менее… А у вас?

— У нас? Решили для разнообразия назвать меня на «Вы»? — наверняка тоже улыбнувшись, переспросила ещё не проснувшаяся толком секретарша, — Одной мне грустно, Господин! Даже во сне скучаю…

— Угу… — только и произнёс мужчина, по спине которого прошёл холодок. Собравшись, стараясь голосом не выдать себя и не устроить панику, он тихо спросил, — Катрина не заезжала, значит?

— Нет… А должна была? — Эмма опомнилась и тревожно спросила в трубку, — Она не с Вами?!

— Спокойно, девочка моя! — Андрей понял, что шила в мешке не утаишь, — Катя поехала по делам… Я подумал, что она уже дома.

— Когда поехала? Куда?

— Эмма, успокойся, я говорю… — твердил Андрей, сам уже далёкий от спокойствия. Параллельно с разговором по стационарному телефону, он уже набирал номер Кати на мобильном… Абонент оказался недоступен. Мужчина занервничал: — Не знаю куда поехала, обещала рассказать после… Проверить ей нужно было… не знаю что!

— Давно? — чуть слышно спросила Эмма.

— Ночью… Часов пять уже точно прошло…

— Так… — голос секретарши изменился. Андрей не мог видеть, как она встаёт со стула, топает ногой в пол, заставляя себя собраться и не провоцировать панические настроения, а затем тщательно артикулируя, ровно проговаривает в трубку: — Катя у нас девочка взрослая и самостоятельная. Княжество ей знакомо лучше многих… Думаю, она просто ещё не закончила свои дела и скоро появится либо у Вас, либо здесь…

— Ты права, скорее всего… — проговорил мужчина в трубку, в который раз безрезультатно пытаясь дозвониться на мобильный Катрины, — Но… если она появится, позвони мне сразу же.

— Конечно, мой Господин! Только и Вы мне перезвоните, если она приедет к Вам…

Положив трубку, Андрей моментально запихнул в рот сигарету и задумался. Не докурив до половины, он снова схватил мобильный и набрал номер Ивана. Разбуженный компьютерный гений долго соображал, о чём идёт речь… «Всё-всё, я понял Вас, Господин Андрей! — прояснилось в голове у Вани, — Я обдумывал эту идею и даже кое-что наваял, но возможности мои пока не велики… Я контролирую только один ретранслятор рядом с нашей студией… Какой номер нужно пробить? Катрины? Одну минуту… Готово. Её, то есть её мобильного, в зоне нашего ретранслятора нет… А что случилось, она мобильник потеряла? Понятно… Кстати, я вчера ей подтвердил, что в Вашем коттедже всё чисто, все линии связи защищены и контролируются, Вы в курсе? Ну, хорошо…» Андрей успокаивал себя мыслями о том, что Катрина гораздо более опытный житель Княжества, чем он сам, но успокоиться не получалось… Когда третья чашка кофе опустела, и окурок очередной сигареты был затушен, Вершитель вернулся в кабинет с намерением просмотреть последнюю беседу Катрины с Инной, оказавшейся Юлей… Проснулась Ольга, улыбнулась ему, не заметив напряжённого выражения лица, поцеловала мужчину и убежала под душ. Когда она вернулась, Андрей в третий раз тщательно просматривал запись из чёрной комнаты: после слов Инны, о которых говорила ему Катя, Испытуемая очень тихо что-то прошептала… На записи разобрать слова не представлялось возможным, похоже, не расслышала тогда и Катрина, наклонилась к Инне и та снова прошептала ей что-то. Склонённое лицо женщины в полицейской форме обе камеры, установленные в чёрной комнате, показывали не слишком чётко, но Катя очевидно застыла на несколько секунд и что-то в ней переменилось… Впрочем, Андрей мог и преувеличивать это событие. Наблюдавшая за картинкой из-за его плеча Ольга ничего чрезвычайного не заметила.

— Что случилось, мой Господин? — наконец прочитала она беспокойство на его лице.

— Не могу найти Катрину, — ответил мужчина, понимая, что скрыть от помощницы происшествие уже не получится, да и смысла нет, — Дома нет, мобильник недоступен. Уехала она, как видишь, почти шесть часов назад, чтобы проверить что-то, о чём собиралась поведать позднее…

— Круто… — отозвалась огорошенная Оля, — И Вы думаете, что Инна что-то нашептала ей такое… Такое, что нужно проверить?

— Одно из двух — либо некая догадка, требующая проверки, сама появилась в её голове, либо кто-то навёл на мысль… Кто, если не Инна?

— Вы хотите выспросить, что она сказала Кате, прямо у Испытуемой?

— То-то и оно, что Инна — Испытуемая, а Испытание не закончено! Была бы она моей подружкой — уже спросил бы…

— Да, Вы правы… — задумалась Ольга, — Могу я чем-то помочь?

— Можешь, — кивнул Андрей, голова которого вдруг очистилась от тумана волнений и эмоций, — Хватай дежурное такси на проходной и отправляйся к Эмме в отель. Если Катрина не появилась, быстро продумайте план поиска без посторонней помощи. То есть кого-то со студии можете привлечь, но так, чтобы не поползли слухи… Ивана задействуй, я уже звонил ему, думал, он сможет отследить её мобильник…

— Смог? — быстро спросила девушка.

— У него сканируется только студия и её окрестности, там мобильника Кати нет, если только он не выключен совсем… Иван не в курсе пропажи Катрины, думает, мобильник потеряла, а я беспокоюсь… Можешь поставить его в известность, но не по телефону, вызови его в отель, когда поговоришь с Эммой… Я не буду навязывать вам план поиска, надеюсь, сообразите сами, но если будут вопросы и… результаты, звоните немедленно!

— А Вы? — встревоженно спросила Оля, быстро собираясь в дорогу, — Продолжите Испытание? Один? Может Колю вызвать? Я волнуюсь…

— Не волнуйся, маленькая! — улыбнулся Андрей, целуя её в носик, — У меня есть основания считать, что сегодня я Испытание закончу… Только об этом никому знать не надо.

— Я поняла, мой Господин! — Ольга поцеловала его в губы и убежала…

Почти сразу после отъезда своей белокурой помощницы, Вершитель отправился в чёрную комнату, уселся в кресло-трансформер и задумался, разглядывая спящую на кушетке под одеялом женщину… Возможно, Юля почувствовала на себе его взгляд или просто наступило время пробуждения, но вскоре она приоткрыла глаза. Некоторое время они молча смотрели друг на друга…

— Андрей, как же долго тебя не было, — наконец произнесла женщина, не поднимая голову от подушки.

— Вы меня ни с кем не путаете, девушка? — мстительно отреагировал мужчина, сохраняя видимое спокойствие.

— Перестань, пожалуйста! — просительно воскликнула она, приподнимаясь на локте и оголяя красивые покатые плечи, — Я виновата перед тобой и не скрываю этого… Виновата, но заслуживаю снисхождения!

— С чего бы? — пожал плечами Андрей, — Почему я должен быть с тобой… милосерден?

— Милосерден? Да! Какое чудесное слово! — женщина уселась на край кушетки, и одеяло упало с груди, — Почему? По праву победителя, Господин Андрей!

— Вот как? — хмыкнул мужчина, стараясь не смотреть на её прелести, — Ты признаёшь поражение?

— Да, Андрей! — ответила Юля, ничего не поясняя и опустила голову, — Я сдаюсь на милость победителю…

— Допустим, — непонятно отреагировал Вершитель и поднялся с кресла, — Но продолжим разговор в гостиной, здесь мне надоело…

— Конечно, Господин! — женщина попыталась поймать его взгляд, не вышло и, она улыбнулась, — Вы позволите мне привести себя в порядок?

— Ты и так в порядке, — буркнул Андрей, — Иди уже в ванную, только не долго…

— Спасибо, Господин! Мне одеться или… сойдёт и так? — продолжала улыбаться Юля, откидывая одеяло в сторону.

— Ты хочешь, чтобы я подтвердил, что ты красива? Да, ты потрясающе красивая женщина! — нахмурил брови мужчина, — Но если я ничего не путаю, нам предстоит непростой и очень важный разговор, нет?

— Да, Андрей, — тихо ответила Испытуемая и погрустнела, — Просто я неравнодушна к тебе…

— Что?! — воскликнул Вершитель, но Юля уже юркнула в ванную комнату…

Через пятнадцать минут они сидели в гостиной и пили кофе, сначала молча. Женщина пыталась ухаживать за Андреем, но он только хмурился и просил её не суетиться.

— Итак, ты провалила Экзамен кандидата, Юля? — неожиданно резко воскликнул Вершитель. Опустевшая уже чашка вывалилась из рук женщины и разбилась на две, ровные на вид, половинки. Испытуемая бросилась подбирать осколки, а мужчина вздохнул: — Ничего, это к счастью!

— К счастью?! — ошалело взглянула на него женщина.

— Да. Что-то не так? Ты хочешь, чтобы я по-прежнему называл тебя Инной?

— Нет, не хочу, — грустно ответила она, складывая осколки на поднос и возвращаясь в кресло, — Но Вы можете называть меня так, как Вам удобно, Господин Вершитель!

— Юлия — твоё настоящее имя?

— Да, Господин Вершитель!

— Вот и хорошо, оно мне нравится, и тебе идёт гораздо больше, чем Инна, — покивал головой Андрей, — Моё имя ты знаешь и, очень тебя прошу, обойдёмся без пафоса! Будем говорить на «ты», по крайней мере, сегодня и здесь… Если для такого стиля общения нужно выпить на брудершафт, мы сделаем и это, но немного позже…

— Правда? — ахнула Юля, — Хорошо… Спрашивай, я буду с тобой откровенна, Андрей.

— Вот это самое главное! Для начала у меня два вопроса, оба важные… С какого начать?

— Со второго, — неожиданно ответила она на абсолютно риторический, казалось бы, вопрос мужчины.

— Вот как? — удивился он, — Ладно… Почему ты сознательно провалила Экзамен?

— Ох… Вы это поняли… Да я и не сомневалась… Давно? — Юля положила руки на колени и выпрямилась в кресле, как прилежная ученица, — Впрочем, это тоже не так важно… Я знала, что завалю Экзамен за неделю до него.

— Даже так? — удивлённо поднял брови Андрей и закурил, — А нельзя ли подробнее и с самого начала?

— Можно… Около четырёх месяцев назад я получила задание от своего руководителя на обучении — собрать информацию о Вашей студии… Прости, о твоей студии и о тебе лично. Всё, что можно получить из открытых источников и от надёжных осведомителей. Самой вступать с тобой в контакт мне категорически запрещалось! С осведомителями у меня оказалось туго, твои сотрудники на контакт не шли… Куда там… Они у тебя все, как одна команда с одним сердцем! — в интонации голоса Юлии послышалась зависть, — К счастью, журналистка «Светских хроник» Клотильда Тезе к тому времени заинтересовалась твоими проектами и начала писать статьи о студии «Альфа». У меня с ней давно сложились приятельские отношения, а сама я стала большим начальником в журнале… В общем, оставалась только сосредоточить Кло на тебе и твоей студии, освободив от другой работы, что было абсолютно в моей власти. Клотильда взялась за дело с удвоенной энергией, не подозревая о том, зачем мне это потребовалось. Кстати, такой ход принёс журналу неплохую прибыль, ты интересен народу, Андрей! Ну, а я лично получила то, что хотела — информацию… Чуть больше месяца назад руководитель объявил мне тему и задачу на Экзамен: роль Испытуемой, хорошо продуманная провокация на Испытании, проводимом Вершителем Господином Андреем, с целью дискредитации его профессиональных и личностных качеств.

— Круто! — вырвалось у мужчины, — И кто же, позволь спросить, этот любопытный руководитель?

— Как кто?! — страшно изумилась Юля, — Господин Михаил, разумеется! Ты не знал?! Я же шепнула ночью Катрине… Она тебе не передала?!

Андрей сгорбился в кресле, отрицательно качая головой. Потом поднял руку, чтобы остановить эмоциональные возгласы женщины, схватил мобильный, и заговорил в трубку: «Иван! Ты уже в отеле? Хорошо. Ты уверен, что связь чистая? Прекрасно. Девчонки вводят тебя в курс дела? Поторопитесь… И передай, пожалуйста, трубку Оле… Оленька! Слушай меня внимательно и не перебивай. Вам следует действовать быстро, но предельно осторожно. Катрина поехала на встречу с Господином Михаилом… Да, уверен! Судя по тому, как долго её нет, она в опасности! Ищите мой «Мерседес»… Уже ищите? Хорошо… Но аккуратнее, очень вас прошу! Вы нужны мне… Всё. Я на связи». Юля дослушивала этот монолог уже на полу, обнимая ноги Андрея и глядя на него глазами, полными слёз.

— Андрей, но я же нашептала ей про Господина Михаила только для тебя… Ты всё не приезжал, а ждать у меня не было сил!

— Этой ночью я был здесь, рядом, Юля… — он не отталкивал женщину, понимая, что намерения её были благими, но…

— Ох, какая же я дура! Нетерпеливая дура!

— Прекрати! В конце концов, это нелепая случайность и горячность Катрины, хотя… Ты хорошо знаешь её биографию?

— В том то и дело, что хорошо! — взвыла Юлия, — Я была уверена, что она тут же передаст информацию тебе и…

— Что ты ей прошептала? — перебил женщину Андрей, — Дословно!

— «Мы с тобой одной крови, Катрина. Передай Андрею — его заказал Михаил».

— Ясно… Но, тьма-тьмущая, она же полетела меня спасать! Зачем?!

— Как это зачем? — ахнула Юля, — Хотя, конечно, могла поговорить с тобой, а потом уж…

— И могла, и должна была… Ах, Катя, Катя… Послушай, но почему ты раскрылась именно ей, а не Ольге, например?

— Катрина — опытный человек, и если она появилась здесь… — женщина крепко сжала его ноги своими руками.

— Верно…

— Но, что же теперь делать, Андрей?!

— Ждать, — твёрдо произнёс мужчина, — Или ты хочешь, чтобы я позвонил Михаилу? Нет? Вот и я так думаю… Послушай, королева, мне страшно хочется жрать! Пойдём на кухню?

— Конечно, Господин! — ответила Юлия, понимая, что Андрей решил срочно поменять место и атмосферу беседы, — Королева соорудит Вам королевскую яичницу!

— Прекрасно! — слабо, но искренне улыбнулся он, — А за столом её величество продолжит рассказ о своей подготовке к Экзамену…

Пока мужчина поглощал роскошную яичницу с беконом, помидорами и луком, Юля рассказывала ему, как изучала биографии всех его приближённых, которых Вершитель мог привлечь в помощники на Испытании; как наблюдала за Андреем, стараясь не попадаться ему на глаза; как пересмотрела все фильмы студии «Альфа» и шоу «Охота»; как просила Клотильду добиться большого эксклюзивного интервью с ним…

— Спасибо за яичницу, королева, — улыбнулся Андрей, вытирая губы салфеткой, — Я дал Кло интервью… вчера вечером.

— В самом деле?.. Ну да, после того, как Испытуемая назвала её своей единственной подругой, — вздохнула женщина, — А потом устроили очную ставку…

— Всё-то мне подсказывать надо… Такой я тупенький и жестокий…

— Не такой, я-то знаю… Честно говоря, я готовилась к более жёсткому обращению с собой, а тут только попу подпортили…

— И то без моей санкции…

— Правда? — улыбнулась Юля, — Можно я тебя поцелую?

— Нет, — ответил Андрей, — Ты так и не ответила на второй вопрос: почему ты сознательно провалила Экзамен?

— А первый вопрос о чём? — неожиданно игриво спросила женщина.

— А на первый ты, как ни странно, ответила… Он был о Катрине.

— Да, конечно… Теперь я это понимаю, — посерьёзнела Юлия, — Отвечу и на второй… Когда я неплохо изучила тебя и твоё окружение, то поняла, что не встречала в Княжестве людей симпатичнее, добрее и… счастливее, чем ты, и твои близкие… Я завидовала им! По-хорошему завидовала, мне до слёз хотелось быть среди вас…

— Пришла бы ко мне, попросилась… — он внимательно, без улыбки посмотрел на женщину.

— Ты смеёшься надо мной, Андрей?

— Почему же? Некоторые так к нам и пришли, — серьёзно ответил мужчина, а потом улыбнулся, — Да и посмеяться над тобой мне можно. Я же победитель, как ты говорила, а ты проигравшая…

— Очень сомневаюсь, что проиграла, — Юля открыто заглянула ему в глаза.

— А вот эта твоя мысль мне нравится чрезвычайно!

— Вы, правда, доверяете мне или я выдаю желаемое за действительное? — от важности вопроса женщина автоматически перешла на «Вы».

— Правда, доверяю…

— Но почему, Андрей?! Ведь в этом мире…

— И не только в этом, — кивнул мужчина, — Но в совершенно конкретном Княжестве я пытаюсь построить свой маленький мир, островок человеческого тепла и, к счастью, у меня получается… Вижу, что не всем это нравится и просто мне не будет… А ты… Юля, твои глаза… с первой встречи…

— Мои глаза?! — непонимающе посмотрела женщина.

— Да, твои глубокие и умные тёмно-синие глаза не умеют врать! — неторопливо и чеканно проговорил Андрей, — Поэтому, советую тебе на Испытаниях носить затемнённые очки.

— Не будет никаких Испытаний! — вскричала Юлия, — Я провалила Экзамен и не буду Вершителем!

— Будешь! — жёстко ответил мужчина, — Я так решил!

— Ты?! — изумилась женщина, — Но разве ты можешь так?.. Да… Ты можешь! Но я-то разве смогу теперь?..

— Выпьем на брудершафт, Юля? — вдруг предложил Андрей, — Мне нужно быть сегодня трезвым, но рюмка коньяку не повредит…

— Я… Да, я хочу… — опешила от перемены темы женщина… Коньяк налили в рюмки, из рюмок в переплетённых руках внутрь себя… А затем мужчина с женщиной надолго прижались друг к другу губами и телами…

— Ух ты, — задохнулся Андрей, с сожалением выпуская раскрасневшуюся Юлию из объятий…

— Знаешь, — заговорила она, когда отдышавшись и как-то по новому глядя друг на друга, они вернулись в гостиную и присели на диван, — Ты можешь считать меня наивной идиоткой, но я готова на любое твоё предложение… Только в Вершители-то как?

— Об этом мы поговорим позднее… — не захотел немедленно развивать тему Андрей, — Из твоих слов следует, что ты тоже доверяешь мне… И, конечно, понимаешь, что я не желаю тебе зла… Получается, несмотря на то, что здесь я, как мне кажется, никого не унизил и не оскорбил, у меня появляются враги… Одного, по крайней мере, я уже знаю точно.

— Ты о Господине Михаиле?

— Да, именно. Что ты о нём знаешь? Кстати, — мужчина хитро поднял бровь, — ты спишь с ним?

— Спать — абсолютно не то слово! — бурно отреагировала Юлия, — Секс был, если это так можно назвать… один раз.

— Один раз, — задумчиво повторил Андрей, — Как знакомо…

— Он просто овладел мной, — с горечью произнесла женщина, — Без моего желания, да и сам он… В общем, всё это заняло пятнадцать минут, и больше он к интимным отношениям не возвращался. Для Господина Михаила это, по-моему, символ власти. Не больше, не меньше… Думаю, власть — единственное, что его интересует.

— А деньги?

— Только, как инструмент власти… Думаю, ты его бесишь, Андрей!

— Почему? — удивился мужчина.

— Потому, что не такой, как он, и не в его власти…

— Да, я и мои рабыни…

— Точно. Ещё и поэтому, я завидую им! — выдохнула Юлия.

— Нет, милая, так не годится, — тему рабынь Андрей отрезал на корню, — Мы с тобой ещё поборемся с этим властолюбцем… Я же не в его власти?

— Но он стремится это исправить!

— Перебьётся! — резко заявил мужчина, — Не волнуйся, я придумаю, как его нейтрализовать в ближайшие дни… А вот после этого, появится новая Госпожа Вершитель!

— Но как?! — Юля схватила его за руку, и тут зазвонил телефон…

Андрей схватил трубку и, подчёркивая доверие к находящейся рядом женщине, включил громкую связь.

— Мой Господин! — раздался из трубки взволнованный голос секретарши.

— Слушаю тебя, Эмма!

— Вашу машину нашли на стоянке у моста N2, который Вы называете Большим Каменным…

— Понял. Катрины, конечно, в ней нет?

— Нет… Автомобиль пуст, рядом с ней сейчас Иван на служебной машине студии…

— Немедленно передай ему, чтобы без меня не лез внутрь! Лучше её, вообще, не трогать… Пусть ждёт меня, я скоро выезжаю…

Дав отбой, Андрей на минуту замер, даже не замечая, как пальцы Юлии вцепились в его руку.

— Мне придётся тебя оставить, Королева! — наконец произнёс он.

— Одну? — вздрогнула Юля, — Понимаю, что это звучит дико, но я боюсь!

— Надо же, — мягко улыбнулся мужчина, — А я-то думал, как поделикатнее приставить к тебе соглядатая?

— Всё шутишь?

— Нисколько. Во-первых, меня волнует твоя безопасность, ибо обстановка нервная, а ты для Михаила не только инструмент, но и нежелательный свидетель в ближайшей перспективе… Во-вторых, Катрине я доверяю всецело, а она, как видишь, решила проявить инициативу, погеройствовать… В общем, не хочу, чтобы ты наделала глупостей! Обещай мне, что не допустишь никаких контактов вне коттеджа.

— Обещаю!

— Хорошо. Тогда выбирай, кого из моих близких к тебе вызвать сейчас! Ты, насколько я понимаю, знаешь их в чём-то лучше меня самого…

— Андрей, ты серьёзно?!

— Более чем, — подтвердил мужчина, закуривая, — Только поторопись, пожалуйста…

— С ума сойти! А можно двоих?

— Можно, — засмеялся Андрей, — Осилишь двоих-то?

— Ну, какой же ты! — смутилась Юля, — Я же совсем ни это имела в виду… Мне, что же, обязательно сексом с ними заниматься?

— Не обязательно! — подмигнул мужчина.

— Тогда Софью и… Ниру, если можно…

— Можно, — Андрей взял в руки мобильник и набрал поочерёдно названным женщинам. Когда пояснения были услышаны и непременное добровольное согласие получено, мужчина спросил у Юлии: — Не хочешь прокомментировать свой выбор?

— Ну… — снова смутилась женщина, — Очень хочется поговорить с обеими, а кроме того… С Софьей надёжно и спокойно, я думаю… А Нира — самая загадочная из твоих рабынь, на мой взгляд…

— Возможно, — пожал плечами Андрей, — Они появятся минут через сорок, я уеду на той же машине, которая привезёт их… Когда вернусь, пока сказать не могу.

— Я понимаю и… буду ждать, — кивнула Юлия, — А эти сорок минут ты…

— Что сорок минут? — он с удивлением посмотрел на женщину.

— Может быть, мой Король выделит полчасика, чтобы… поцеловать свою Королеву?

— Первый раз вижу такую легкомысленную Королеву! — воскликнул Андрей и схватил Юлию в охапку… Впрочем, вскоре он остановил себя и льнувшую к нему женщину, — Прости, Юленька, но не сейчас… Душа не на месте… Да и не хочу я заниматься с тобой любовью впопыхах!

— Юленька?! Любовью?! — всплеснула руками женщина, — Да за эти слова я всё тебе могу простить на десять лет вперёд, Андрей!

— Постарайся немножко побыть серьёзной, пожалуйста!

— Если только немножко… В твоём присутствии я становлюсь сентиментальной дурочкой! — улыбнулась Королева, но тут же перестроилась на деловой лад, — Я слушаю тебя…

— У меня есть просьба, Юля, — кивнул мужчина, — За время моего отсутствия подготовь, пожалуйста, отчёт по полной форме о работе Господина Вершителя Андрея с Испытуемой Инной.

— Отчёт по полной форме? Ты…

— Когда я вернусь, мы его обсудим и спланируем дальнейшие практические шаги…

— Я всё поняла, Андрей! — часто закивала женщина, — Это очень умно… И для Михаила, стало быть, моё Испытание продолжается, сильно затягиваясь?

— Абсолютно точно! — поцеловал её в щёку мужчина, — Разумеется, тебе придётся оставаться здесь ещё некоторое время, пока я не выведу Михаила…

— На чистую воду! — подсказала она.

— Вот именно! — усмехнулся Андрей, — Ты — умница!

— И красавица? — Юлия блеснула своими тёмно-синими глазами, — Пожалуйста, скажи, что тебе было хорошо со мной и ты меня хочешь снова!

— Юля, прекрати! — грозно вскрикнул мужчина, — А то, когда вернусь… ахну тебя в извращённой форме!

— Это как?! — женщина изобразила испуг, — Бутылкой по голове?

— Не-е-ет… — сохраняя видимую серьёзность, потянул Андрей, — Жалко такую красоту!..

— Ты имеешь в виду бутылку? — забавно подняла брови Юлия.

— Ах, если бы… — глубоко вздохнул мужчина, и Юля, зардевшись от удовольствия, нежно прижалась к нему…

«Мерседес» Андрея, действительно, находился на стоянки у моста, который в ином мире назывался Большим Каменным, а здесь именовался мостом N2. Рядом припарковался чёрный «Фольксваген Транспортер» студии «Альфа» с Иваном за рулём. Компьютерщик явно заждался Андрея и обрадовался его приезду. Мужчины пожали друг другу руки и сразу приступили к осмотру «Мерседеса». Никаких внешних повреждений и подозрительных предметов снаружи не оказалось. Внутрь первым полез Андрей, хорошо знавший, что и где находится в его машине, а чего быть не должно… Ключи обнаружились в замке зажигания, в бардачке и багажнике ничего не пропало, не нашлось и лишнего, кроме губной помады Катрины. Андрей положил футляр с помадой и ключи в карман куртки, развёл руками, и в автомобиль полез Иван, но и он не обнаружил предметов и следов, которые помогли бы в поисках Кати… Оставив машины на стоянке, мужчины обошли окрестности от небольшого отеля «Эстрада» с танцевальным залом до видео-театра «Удар Ника» с одной стороны, осмотрели Болотную площадь с другой. Название «Болотная» было здесь в ходу, как и в мире ином, как теперь частенько его называл Андрей. Болотной называлась и набережная обводного канала, а вот набережные вдоль широкого русла чёрной нефтяной реки назывались безыскусно — Главные, и выделялась только Княжеская, входящая в закрытую территорию Дворца… Впрочем, мужчины только глянули на набережные и вернулись на стоянку, ни солоно нахлебавшись. Андрей мрачно посмотрел на знаменитый и в Княжестве, серый и враждебный Дом на Набережной, выглядевший запущенным, если не заброшенным, хотя был он абсолютно цел и, будто бы, использовался под офисные помещения… Может где-то здесь сейчас находится Катя, мобильный телефон которой, по всей видимости оставался при ней, но не отвечал на звонки.

— Иван, отследить её мобильник в этом районе не получится?

— Я сделаю всё, что смогу, Господин Андрей! — грустно ответил компьютерный гений студии «Альфа», — Но не обещаю…

— Понимаю, Ваня… Спасибо тебе, друг! Я на связи…

Андрей сел в свой «Мерседес» и поехал к отелю «Силикон»… Припарковавшись, как обычно, на своём месте под аркой, он полез за сигаретами, но пачка оказалась пуста. Впрочем, в машине всегда имелся запас на такой случай. В полутьме салона мужчина, не глядя, нащупал пачку в бардачке, вытащил её… В его руках оказались длинные, пониженной крепости, коричневые сигареты, которые иногда курила Катрина. Андрей совсем уже положил их обратно, но по наитию открыл пачку. Там между нескольких оставшихся сигарет лежал сложенный в несколько раз листок бумаги…

Мужчина доставал его осторожно, двумя пальцами за уголок, словно раскалённый добела лист металла. Положив бумажку себе на колени, он достал-таки новую пачку своих сигарет, открыл её, вытащил одну, прикурил и глубоко затянулся. Только после этого Андрей включил свет в салоне автомобиля и развернул листок.

«Андрюша! — читал он строки написанные почерком Катрины, только очень мелко, — Если ты читаешь это письмо, значит что-то пошло не так… Сейчас я сижу в твоей машине, чувствую твой запах и жду Михаила. Он назначил мне встречу у Болотной площади в половине шестого утра… Не ругайся на меня, я и сама не уверена, что поступаю правильно, но эта сволочь меня достала! Я про уважаемого, но не мной, Господина Михаила говорю. В своё время он немало моей кровушки попил, теперь взялся за тебя. Думала — успокоился, но нет… Ты говорил мне о Лене, пусть и без подробностей, но я поняла. Знаю, что суёт он свой нос в твои дела, знаю, что завидует и злится, но фортель с Инной — предел терпению! Михаил должен получить своё, а ты слишком мягкий и добрый для этого… Жалко мне даже Инну — она попала под раздачу, ты же понимаешь? Я почему-то уверена, что Инна — хорошая баба и, кстати, может стать толковым Вершителем, а это редкость. Я, например, никогда бы не стала умным, добросердечным, мудрым Вершителем, как ты, а она может… В любом случае, не бросай её, она будет тебе хорошим другом и… Ну, ты сам знаешь!.. Что я хочу сделать, говорить не буду, не злись. У меня есть планы А, В и С, как положено. Правда, в случае третьего плана пострадает твой автомобиль и, ты, возможно, не прочтёшь эти строки, зато узнаешь обо всём наглядно и точно! Не ругай меня, пожалуйста, и не обижайся! Береги Эмму! Обещай мне, что она всегда будет рядом с тобой! А я надеюсь, что ты не увидишь этого письма, потому что увидишь меня и хорошенько отшлёпаешь… Я люблю тебя, Андрюша! Так сильно, как любить нельзя! Так нежно, что сейчас заплачу…

Твоя Катрина, твоя Катя, твоя Катюша…»

Глава 22

Пропасть

Андрей не помнил, как оказался в своём номере в отеле, сидящим на диване в гостиной в уличной одежде и обуви со стаканом воды в руках. Его привёл в сознание вкус воды, он показался отвратительным до такой степени, что мужчина хотел запустить стаканом в стену, но внимательная Эмма удержала руку Андрея, отобрала стакан и через минуту принесла другой — со льдом, залитым виски. Эту жидкость мужчина пил, не отрываясь, разгрызая ледяные кубики, а потом молча, одними глазами попросил повторить… Когда Эмма принесла вторую дозу, Андрей встал с дивана, звучно поставил стакан на стол, снял куртку и ботинки… «Приди в себя, тряпка! — приказал он себе молча, — Так нельзя, ты не один, в конце концов!» Остановив Эмму жестом руки, мужчина сам отнёс одежду и обувь в прихожую, вернулся в гостиную, присел за стол, закурил и только после этого позволил себе глоток виски из второго стакана. Эмма молча стояла рядом и смотрела на него с выражением, которое он не мог понять. Он, вообще, сейчас мало что мог… Только жестом попросить её сесть на соседний стул и вручить ей письмо Катрины…

— Господин Андрей!.. — треснувшим голосом произнесла женщина, прочитав записку и играя желваками.

— Какой я тебе сейчас Господин?! — хрипло перебил её мужчина.

— Андрей! — не споря, тихо продолжила она, — Это ещё не значит…

— Значит! — снова перебил секретаршу мужчина.

— Мой родной! Если ты сейчас же не успокоишься, я начну биться головой о стену…

— Не надо, — упавшим голосом ответил Андрей.

— Что ты собираешься делать?

— Допью виски и позвоню Михаилу.

— Не надо, не сейчас…

— Верно, — кивнул мужчина, — Тогда позвоню в коттедж…

— Да, это нужно, — согласилась Эмма и подала ему телефон. Андрей затушил окурок и набрал номер.

— Привет! — тускло проговорил он в трубку, — Как дела?

— Всё в порядке, Господин Вершитель! — отозвалась трубка голосом Софьи.

— Отставить Вершителя! — тихо приказал мужчина, хотя ему хотелось заорать.

— Да, Господин Андрей! Всё в порядке, — удивилась Соня и продолжила, — Садимся обедать. Ваша Испы… подопечная Инна — само очарование! Правда-правда, очень милая женщина и безупречно красивая…

— В каком смысле?

— Э-э-э… — опешила Софья, — В любом! Если же Вы имеете в виду интимную сторону, то мы этим не занимаемся…

— Что так?

— Вы же знаете, что я предпочитаю мужчин… Но если Вы прикажете…

— Не прикажу, — всё так же тихо говорил Андрей.

— Ну и хорошо… Хотя Нира, как я вижу, была бы не против!

— Если Инна предпочтёт разделить с ней ложе, Нире представится такая возможность.

— Поняла, — ответила Софья, — Я в этом случае останусь в кабинете…

— Конечно, Соня! Скоро меня не ждите… Главное — спокойствие, безопасность и порядок! Позови, пожалуйста, к телефону Инну. Спасибо, Соня!

— Рада быть Вам полезной! — голос женщины повеселел, — Сейчас позову…

— Юля! Всё нормально? — обратился Андрей к «Инне», когда она взяла трубку и ответила, — Выслушай меня внимательно: дело обстоит так, что не менее суток вы проведёте втроём… Может и поболее, но я постараюсь выходить на связь. Очень тебя прошу, не оставайся одна ни при каких обстоятельствах. Не забывайте отдыхать, но по очереди… И сохраняй спокойствие, скоро всё закончится…

— Да, я понимаю… Всё будет хорошо! — просто, но искренне ответила Юлия. Она хотела добавить что-то ещё, но не решилась…

Андрей отложил трубку в сторону, сделал глоток виски, закурил очередную сигарету и задумался. Эмма внимательно, с трогательным участием смотрела на своего Господина. Убедившись, что он немного успокоился и погрузился в размышления, женщина подошла к нему, поцеловала в макушку и отправилась на кухню… Через полчаса Андрей сам пришёл к ней с пустым стаканом и прояснившимся, решительным взглядом.

— Не хотите пообедать, Господин? — Эмма посмотрела на него вопросительно.

— Спасибо, девочка моя! Я не голоден… Аппетит отсутствует, как класс! А ты поешь, конечно…

— Мне бы лучше поговорить с Вами…

— Хорошо, давай поговорим. Только на «ты» сегодня, по крайней мере…

— Да, Андрей… Ты боишься, что поиски Кати затянутся?

— Я боюсь, что они ничего не дадут, — ответил мужчина.

— И кроме Господина Михаила, никто ничего не знает? — Эмма держалась молодцом, но было заметно с каким трудом ей это даётся.

— Вполне вероятно, — Андрей присел за кухонный стул, усадил женщину к себе на колени и обнял, — Думаю, он пусть и удивился её звонку, но место для встречи выбрал не случайно… У Кати был свой план, но и у этого урода тоже…

— А у тебя? У тебя есть план, Андрей?

— Теперь уже да… — кивнул он, — Встреча с Михаилам необходима и чем быстрее, тем лучше…

— Но твоя поспешность может быть истолкована им…

— Теперь это уже не важно, — мягко перебил женщину Андрей, — Если Катрина у него, я её вытащу любыми средствами. В одном ты права, имеет значение не только время встречи, но и место!

— О чём ты, дорогой? — удивилась Эмма.

— Поскольку наша встреча не станет для него неожиданностью, нужно подобрать место, где нам никто не помешает… разговаривать…

— Поняла. У тебя есть такое?

— О да! — очень недобро усмехнулся мужчина, — Остаётся только заманить его туда, и думаю, я знаю, как это сделать.

Андрей торопился, но не спешил. Он чётко обозначил действия Ивана, возглавлявшего с Ольгой группу поиска Катрины, и Эммы, выполняющей роль координатора и связного для всех, кто имел отношение к текущим событиям. После того, как схема действий приобрела чёткость, мужчина набрал номер Куратора.

— Как настроение, Михаил? — произнёс Андрей, стараясь выдерживать естественно-жизнерадостный тон.

— О, рад приветствовать тебя, друг мой! — привычно ответил тот, но в интонации голоса чувствовалась нервозная наигранность, — Надеюсь у тебя всё в порядке? Слышал об Испытании, которым ты сейчас занят… Не нужна ли помощь?

— Испытание, как Испытание, — как мог, равнодушно проговорил Андрей, — Как часто бывает, есть особенности, затягивающие дело… Некоторые нюансы любопытны и можно о них поговорить при случае, но не сейчас. У меня есть к тебе дельце поинтереснее!

— Вот как? — Михаил не смог сдержать удивления, — Что за дельце, мой друг?

— Это совсем не телефонный разговор! Речь идёт об одной находке, поразившей моё воображение… Считаю полезным показать её тебе и… выслушать твоё мнение.

— Э-э-э… Ты меня заинтриговал… — Куратор оказался не готов к такому повороту событий, — Это терпит? У меня, как назло, уйма дел накопилась…

— Терпит, конечно, — спокойно ответил Андрей, — Но, учитывая открывающиеся перспективы, я намерен действовать быстро… Занимайся своими делами, я поведаю о своих тайнах, когда у тебя появится время, а пока… посоветуюсь с Аркадием.

— Нет-нет, мой друг! Мне очень интересно! — тон Михаила, почувствовавшего, что инициатива уплывает из его рук, решительно изменился, — Я хотел только сказать, что сейчас занят исполнением некоторых поручений Дворца, связанных с грядущими Днями Княгини. Завтра утром я тоже буду во Дворце, но не долго, и в полдень готов встретиться с тобой!

— Устраивает, — всё так же спокойно говорил Андрей, — Там и встретимся…

— В самом Дворце? — снова удивился Куратор.

— Почти… В Архиве Княгини.

— В Архиве? Любопытно… — проговорил Михаил, — Я буду там ровно в двенадцать…

В половине двенадцатого Андрей входил на территорию Дворца. По сравнению с каждодневной мрачноватой тишиной, сегодня здесь наблюдалась повышенная активность, служившая прямым предвестником близости ежегодных Дней Княгини. Сновавшие по площади сущности являлись, судя по одежде, в большинстве своём курьерами различных поставщиков Дворца, некоторые материализовывались из теней прямо во входных воротах. Около года назад такая трансформация страшно поразила Андрея, но человек ко всему привыкает… В помещениях Архива, как обычно, оказалось пусто, если не считать Архивариуса, давно выдававшего себя за Илью и вполне сжившегося со своей ролью. В принципе, его присутствие не доставляло Андрею проблем. Этот пустой, как оказалось, человечек привык к регулярным визитам Господина Вершителя и ныне считал его своим, что вполне соответствовало планам и намерениям Андрея. Сегодня Илья суетился возле конторки управляющего Архивом, собираясь, как оказалось, удалиться по делам Княгини. Надо сказать, что именно на такие дела он тратил львиную долю своей энергии, а непосредственными обязанностями Архивариуса нередко манкировал. Вот и сейчас, подчёркнуто вежливо поздоровавшись с Господином Вершителем, он вскоре и откланялся, посетовав на колоссальную занятость и ответственность, свалившуюся на него в заботах по подготовке к Дням Княгини. Упомянул Илья и о том, что Андрею не следует рассчитывать на его помощь в ближайшее время, вплоть до окончания праздничных дней. «Однако, — констатировал Архивариус, — Вы прекрасно обходитесь и без моей помощи, Господин Вершитель! Мой шкафчик со спиртным всегда открыт для Вас (Помните, где ключик?), прошу только не забывать, что на нижних этажах, в хранилищах курение категорически запрещено!» Илья убежал в основные помещения Дворца, Вершитель же расположился в его чрезвычайно удобном кресле и закурил… Когда ровно в полдень появился Михаил, Андрей с удовольствием попивал превосходный португальский портвейн и предложил вошедшему присоединиться.

— Изумительный напиток! — с видом знатока констатировал тот, — Но это же не та находка, о которой ты говорил, мой друг?

— Моя находка в глубинах Архива, Михаил, — улыбнулся Андрей, — Туда мы и отправимся.

— Даже так? Никогда бы не подумал, что здесь можно обнаружить что-то… перспективное!

Не прошло и пятнадцати минут, как мужчины оказались в зале со статуями и зеркальной стеной. В рассеянном свете спрятанных в потолке ламп, зал смотрелся грандиозным, хотя и мрачноватым…

— Впечатляет! — негромко, словно опасаясь говорить здесь в полный голос, произнёс Михаил, оглядываясь, — И что ты нашёл среди этих изваяний?

— А вот что, — спокойно ответил Андрей, незаметно приложив свой медальон к выемке в статуе. Тайная дверка у зеркала бесшумно отворилась, — Прошу!

— Как ты это сделал? — удивлённо спросил Куратор, с опаской шагая в темноту за дверью, — И что там? Ещё один зал?

— Сейчас узнаешь. Не волнуйся, я бывал здесь уже несколько раз…

— Но тут темно, как в бездонном колодце!

Затворив дверь, Андрей включил приготовленный для путешествия фонарь и потащил Михаила дальше, а именно к бездонному колодцу, о котором по странному стечению обстоятельств упомянул тот. Каменный тоннель от развилки уходил резко вправо от вулкана и прямо привёл их к огромному, плохо освещённому помещению, в центре которого находился провал правильной округлой формы и более тридцати метров в диаметре. Между колодцем и стенами зала оставалось не менее десяти метров поверхности в каждую сторону, а над самим провалом обнаруживался явно рукотворный каменный мостик без перил, шириной не более трёх метров, с круглой площадкой по центру, на которой виднелась остроконечная стела в человеческий рост, тускло светящаяся изнутри.

— Куда ты привёл меня? — спросил опешивший Куратор, — Что это такое? Ты нашёл новые катакомбы для своих проектов? Но они же рядом с Дворцом!

— Впечатляет, правда? — проговорил Андрей, проходя по мостику к стеле, — Иди сюда, мост крепкий!

— Зачем всё это? — Михаил ступил на мост с явной опаской.

— Об этом я и хотел тебя спросить, будучи уверенным, что такой информированный человек, как ты, знает и о подземелье, и о колодце, и о стеле…

— Ничего не знаю, — проговорил Куратор, дойдя до широкой площадки и облегчённо вздохнув, — Даже не слышал о том, что здесь существует подобное…

— А о кандидате в Вершители по имени Юлия тоже ничего не слышал? — неожиданно и в лоб спросил Андрей.

— Мрак… — в глазах Михаила появилось смятение, разочарование и… страх, — Ты всё-таки расколол эту дамочку? Поздравляю, Господин знаменитый Вершитель!

— Поздравляешь?.. И тебе даже не интересно, как я её расколол? А если на прекрасном теле твоей подшефной живого места нет?

— Серьёзно? Ну, в нашем деле всякое случается… Продолжим разговор в более уютном месте?

— А чем здесь плохо, Миша? — улыбнулся Андрей и закурил, — Тихо… Никто не мешает…

— Дай и мне сигарету, пожалуйста! — попросил Куратор и закурил, — А выпить у тебя есть? Нет? Жаль… Что ты хочешь узнать?

— Зачем ты затеял эту игру со мной, друг любезный? — наклонив голову, прищурился «знаменитый Вершитель».

— Ты перестал слушать дружеские советы, Андрей! Ты заигрался в свои «Альфы» и «Охоты»…

— Я как-нибудь сам разберусь, чем заниматься и во что играть, куда вкладывать и как тратить свои деньги! — резко, но не повышая голоса, отозвался он.

— Вот видишь! — с упрёком проговорил Михаил, — Деньги — это власть! У тебя их слишком много!

— Поделиться?

— Конечно! Ты сосредоточил слишком много власти в своих руках. Ты становишься неуправляемым и не в состоянии правильно распоряжаться своими активами! Почему ты не слушаешь старого друга, почему не хочешь вести дела вместе с ним? — очевидно Михаилу понравилось говорить о себе в третьем лице наставительным тоном, это его успокаивало, — Ну, «Охота» — дело правильное, да и её ты подпортил, дав жертвам слишком много прав… А какие фильмы снимают на твоей студии? Ты сам-то за этим смотри иногда. Такое многообещающее начало — лучшее порно в Княжестве, а потом… Нет, порно у тебя, по-прежнему, лучшее! Но зачем ты в нагрузку предлагаешь людям никому ненужный интеллигентский бред?! Послушай только, что о тебе за глаза говорят…

— «Всё, что говорят за моей спиной, слушает только моя жопа»[12], - кстати вспомнилась Андрею одна из любимых фраз, — А судя по изменениям моего счёта в банке, твои доводы неубедительны…

— Ты снова о деньгах! Есть вещи важнее, мой друг: статус Вершителя, стиль жизни представителя Власти! Не рядового, заметь, представителя… Нечего сюсюкаться с заумными любителями искусств и заигрывать с маргиналами! В нашем мире всё должно быть чётко и ровно. Каждый должен выполнять свои функции строго и дисциплинированно. А Власть — то есть ты, должна быть Властью! Бери всё, что нужно тебе лично, но не трогай устои, не балуй народ… А если тебе не нравится жить в таком мире, возвращайся в свой.

— Хорошая мысль, Миша, — вроде бы дружелюбно произнёс Андрей, начиная свирепеть, — Поделюсь с тобой денежками, оставлю тебе свои активы, как ты это называешь, и свалю обратно.

— Вот именно, мой друг! — Куратор так заигрался, что не почувствовал очевидной язвительности в словах собеседника, — Несомненно лучшее решение! С такими деньгами ты везде король…

— А у тебя, любезный, морда не треснет? — в голосе Андрея появились стальные нотки.

— Не злись, рассуди здраво, — проглотил Михаил и не подавился, — Я готов взять на себя тяжёлую ношу! Ты же распустил своих людей до невозможности… Они творят, что хотят. Слышал, что некоторые даже купаются в бассейне на твоём острове, это уму непостижимо! Ну, тебе можно такими глупостями заниматься — ты из другого мира. Ну, кинул с собой в эту воду какую-нибудь девку для смеха. Помрёт — не жалко! Но они же сами и… С ними, понимаешь ли, ничего не делается! Откуда ты тащишь к себе такую шваль? На вид всё больше красотки, картины с них писать, тьфу… Но по сути то — обычные шлюхи все: и Испытуемые твои бывшие, и мулатка твоя меченая, и эта ущербная Лена со своей азиаткой…

Куратор не заметил, как сжался до белых косточек кулак Андрея до тех пор, пока тот пращой не вылетел в его лицо… Михаил упал на колено, побледнел, вытирая кровь с губ, и скорчился.

— Не трогай моих женщин, придурок! — ледяным тоном проговорил Андрей.

— Трогал и трогать буду! — скривил окровавленный рот Куратор, поднимаясь на ноги, — И Лену твою, и Катрину, и до остальных добе…

Договорить Михаил не успел. Тяжёлый короткий сапог с рифлёной подошвой, а именно в таких Андрей предпочитал ходить в подземельях, влетел Куратору точно в пах… Он взвыл, упал на бок, некоторое время судорожно шевелился, а затем снова поднялся на ноги, в руке его блеснуло узкое лезвие ножа. Наличие оружия у оппонента не стало откровением для Андрея, он и сам незаметно прихватил спрятанный в зазеркальной комнате ПМ на крайний случай, но пользоваться им без особой необходимости не планировал. Надо сказать, что сам Михаил оказался крепче и сильнее, чем предполагалось, однако, пользоваться своей физической силой он не умел. От первого удара ножом Андрей увернулся, а на втором выбил оружие из рук нападавшего. Куратор в растерянности наблюдал, как нож, скользнув по каменной поверхности моста, падает в пучину гигантского колодца, а его рука уже была с хрустом заломлена за спину. Михаил упал на колени, теряя волю к сопротивлению.

— Не вздумай меня калечить! — вскричал он, прижатый к камням моста, но осознав, что дело худо, запел иначе: — Не убивай, меня будут искать!

— Рассказывай подробно и громко всё о подготовке к проведению и цели Экзамена Юлии, — рявкнул Андрей, усаживаясь на спину «дорогого друга».

— Зачем?! — охнул и закряхтел Куратор, — Ты записываешь разговор?!

— А как же…

Следующие пятнадцать минут Миша монотонно, словно автомат рассказывал в подробностях о подготовке Юлии к Экзамену кандидата в Вершители и своём тайном плане дискредитации Андрея, его методов работы и общения с Испытуемыми…

— Очень доходчиво, — сквозь зубы проговорил Андрей, выслушав и записав на диктофон живописно рассказанную от безысходности историю, — А теперь, если хочешь жить, говори: где Катрина?

— Нет твоей Катрины! — уныло промычал Михаил.

— Врёшь! — заорал Андрей, рука Куратора громко хрустнула, а он взвыл:

— Не вру… Так вышло…

— Говори, сука! — удерживаемая Андреем правая рука Михаила обмякла, и он заломил левую, — Говори, убью!

— Она… Эта служанка твоя… Она же бывший кандидат!..

— Знаю. Короче!

— Знаешь?! Она сама мне позвонила… Я назначил ей встречу напротив серого дома… Думал, посидим, у меня там офис есть, решим всё полюбовно… — Куратор снова взвыл от очередного хруста теперь уже левой руки, — Не ломай мне руки совсем! Она… Она отказалась… Мы пошли на мост N2, там площадка есть смотровая… Говорили там, но ни о чём не договорились… Она орать стала, угрожать… Дура!.. А-а-а… Не надо, больно!.. Я не виноват! Она бросилась на меня! Я только увернулся, а эта… Катрина твоя… упала вниз…

— Врёшь! — отчаянно прохрипел Андрей.

— Да не вру я!.. Не убивай, без меня ты пропадёшь здесь совсем…

Левая рука Михаила обмякла, как и правая, обе безвольно лежали вдоль тела. Андрею безумно не хотелось верить в то, о чём рассказал Куратор. Он встал с его спины, сдирая с неё рубашку и оголяя кожу, которая походила на мелкую, гладкую и поблёскивающую рыбную чешую. Андрей посмотрел на неё недоуменно, доставая сигарету и закуривая… Неожиданно Михаил поджал ноги, а затем каким-то немыслимым образом вскочил и побежал по мосту. Андрей догнал его в два прыжка и просто пнул сапогом в зад. Этого Куратору оказалось достаточно… Ноги его, заплетаясь, сделали несколько неверных шагов вперёд и в сторону, повисшие руки безвольно болтались вдоль тела, зависшего на краю моста… Михаил дико заорал и рухнул в пропасть, вслед за своим ножом… Андрей молча стоял и смотрел вниз, в пучину, автоматически докуривая сигарету, ничего не видя и не слыша…

Как вернулся на поверхность и вышел с территории Дворца, не сохранилось в его памяти. Очнувшись на площади, за воротами, Андрей ощупал карманы, убедился, что пистолета в них нет, зато есть диктофон и мобильник, с которого он немедля позвонил Эмме… Свою машину с Эммой за рулём он увидел, когда докуривал дежурную сигарету. Андрей сел на пассажирское место и снова закурил. Секретарша порывалась спросить что-то важное, но взглянув в его глаза, запнулась и только выдохнула:

— Домой?

— Нет, девочка моя, на Большой Каменный…

— Поняла, — Эмма снова взглянула ему в глаза и тяжело вздохнула, — Вы много курите, мой Господин!

Андрей засмеялся… тихо и горько… Через десять минут они стояли на смотровой площадке моста N2. Мужчина, упершись животом в каменную ограду, не отрываясь, смотрел вниз, словно надеясь что-то увидеть там… Секретарша стояла рядом и недоумевала, пока лицо её не исказила судорога.

— Она здесь?! — тихо, но очень громко воскликнула Эмма, упёршись глазами в чёрную жижу внизу. Андрей не ответил, он вынул свой мобильник, набрал номер, немного подождал, вслушиваясь, вздохнул, позвонил по другому номеру и негромко заговорил в трубку: — Ваня, скажи мне, пожалуйста, если мобильный телефон упал в чёрную реку, он долго там проработает? Не долго… и таких экспериментов ты не проводил, конечно… А обнаружить его выключенным у нас технических возможностей нет никаких… Когда-нибудь… Понял. Ваня, останавливаем поиск… Нет, всё расскажу потом… Спасибо тебе, друг!..

— Вам нужно отдохнуть, мой Господин! — прошептала секретарша, по щекам которой текли слёзы.

— Потом, девочка моя, потом, — вздохнул Андрей и осторожно, словно боясь повредить, обнял её за талию и погладил по щеке, — Очень много дел нужно сделать в ближайшие дни, чтобы потом…

— И тогда отдохнёте? — прижалась к нему женщина.

— Тогда я уйду.

— Куда? — ахнула Эмма и отстранилась, чтобы взглянуть в его глаза, — Надолго?

— Может на неделю, а может навсегда…

— Как это?! Вы же… Вы же ненавидите это слово!

— К сожалению, иногда приходится расставаться с теми, кого любишь, ради того, что ненавидишь, — Андрей и сам не понял, что сказал.

— Я уйду с Вами, — тихо, но с нажимом произнесла секретарша.

— Нет, Эммочка, — покачал головой мужчина, — Это я сделаю один… Рисковать тобой я не намерен, не имею права…

— Прекрати, Андрей! — Эмма никогда не была столь решительной и уверенной в своей правоте, — Ты обещал не оставлять меня одну! И мне обещал, и Кате… И здесь, на этом месте ты так легко заявляешь, что бросаешь меня?!

— Тише! Остановись, девочка моя! Я… Я не подумал об этом так… Я не прав, прости! — заскрежетал зубами Андрей, в глазах которого потемнело, и крепко сжал женщину в объятьях.

— Простить тебя? — охнув, вскрикнула Эмма, — Андрюшенька, родной мой, это ты прости, что я уже никак не могу без тебя!

— Эммочка… — хрипло проговорил мужчина, — Ты права, нужно отвечать за свои слова и за своих близких…

— И за меня? — снова заплакала женщина.

— За тебя теперь в первую очередь… И важные решения нужно принимать с холодной головой и… вместе.

— Со мной, да?

— С тобой. Думаю, сегодня ничего хорошего я сделать просто не смогу, а потому… Поедем в отель и напьёмся, а?

— Поедем…

Оставшуюся часть суток они пили, закусывали по настоянию Эммы, снова пили, молча занимались любовью, отчаянно пытаясь найти в этом спасение от боли, опять пили и даже разговаривали, старательно обходя серьёзные темы и воспоминания, где их всегда поджидала Катрина… И так пока не упали… Андрей проснулся около семи утра, лёжа в постели и уткнувшись носом в обожаемые груди Эммы. В голове шумело. Мужчина давно привык, что в тёмном Княжестве похмелье мучает его крайне редко, но сегодня оно было весьма ощутимо. Он взглянул на Эмму, пившую накануне, если и не наравне с ним, то уж с явным для себя перебором точно. «Бедная девочка!» — подумал он, увидев с какими страданиями, она пытается открыть глаза. Эмме было плохо, очень плохо, до тошноты и бессильной слабости, очень-очень плохо…

— Девочка моя, не делай резких движений! Я сейчас… — тихо произнёс Андрей, проворно вскочил с постели и вышел из спальни. Вернулся он с мокрым полотенцем и большим графином, наполовину наполненным льдом, залитым виски с колой, и одним стаканом тонкого стекла на двоих. Мужчина пил сам и вливал холодную жидкость в свою женщину, на лбу которой лежало сильно смоченное ледяной водой полотенце. Через некоторое время он осторожно взял охающую Эмму на руки и понёс ванну, где ей снова стало худо… Андрей носил свою Эммочку туда и обратно трижды, менял полотенца, заполнял опустевший графин, стелил свежую простынь на постель… Через полтора часа женщине стало лучше.

— Если бы я знала, что ты будешь так со мной носиться, напивалась бы регулярно! — произнесла она слабым голосом.

— Дурочка! — нежно произнёс в ответ мужчина.

— Мне тоже хочется сделать тебе приятное, мой Господин, но сил ещё нет, — слабо улыбнулась Эмма, — Возьми сам свою слабую, но любящую рабыню, если хочешь…

— Если бы я знал, что тебе станет от этого лучше…

— Ох, в этом даже не сомневайся, мой родной!

Никогда в жизни Андрей не занимался любовью с такой осторожностью и даже опаской, но когда перед ним распахнулись белые ноги Эммы, а во взгляде женщины он прочитал стыдливый призыв…

К обеду Эмма пришла в себя. Они плотно, с горячим супом, поели и обсудили необходимые в ближайшие дни действия. Андрей не утаил от подруги ни единого пункта из намеченного им плана. О том, чтобы уйти в подземелья, оставив секретаршу здесь, не было уже и намёка. Если бы не события, которые привели к такому их единению, Эмма считала бы себя счастливейшей из женщин…

Ближе к вечеру Андрей на такси отправился в коттедж, где предупреждённые о его приезде женщины подготовились к раннему ужину. Встретили его с радостью. Юлия-Инна смотрела на него сдержанно, ожидая новостей, Соня с немым вопросом, Нира с плохо сдерживаемой радостью, но мужчина не торопился с объяснениями, не был словоохотлив, держал себя приветливо, но без привычных шуточек. Лёгкий ужин прошёл тихо, к его окончанию Андрей поднял бокал за присутствующих дам.

— Спасибо Соня! Спасибо Нира! Вы нам очень помогли! — произнёс он. Софья с некоторым удивлением радостно кивнула, лицо Ниры озарила тёплая улыбка, — Обстоятельства складываются таким образом, что нам с Ю… с Инной потребуется провести некоторое время наедине. Надеюсь, вы понимаете меня правильно — слишком важные дела нам предстоят. Думаю, не следует напоминать, что всё происходящее здесь следует оставить в строжайшей тайне. Впрочем, на днях я смогу удовлетворить ваше любопытство, хотя бы частично.

— Да, Господин! Значит, нам пора собираться и уезжать?! — с нескрываемым разочарованием спросила Нира, пользуясь молчанием остальных.

— «Бедная… Она же замучается, когда я уйду! Надо что-то придумать…» — наблюдая за полными страстного, плохо скрываемого желания взглядами чернявой еврейки, подумал мужчина, но вслух сказал другое, — Машина за вами приедет через час, а пока… Я отправляюсь в сауну и ты, Нира, можешь составить мне компанию, если хочешь…

Андрей мог просто взять её за руку и повести с собой, а тут… Сказать, что она обрадовалась, значит не сказать ничего. Соня посмотрела им вслед со вздохом, Юлия с одобрительной улыбкой… Нира ластилась к мужчине в бассейне, в парилке и снова в бассейне, а когда он уложил её на рыжую койку в комнате отдыха сауны, неожиданно покраснела и заговорила:

— Вы считаете меня нимфоманкой, Господин Андрей, я знаю… И не только Вы… Это может и так, но не совсем, а лишь отчасти… Я пытаюсь бороться с этой напастью, но когда вижу Вас…

— Не суди себя слишком строго, Нира! — мягко произнёс мужчина, поглаживая её щёку, — Нет ничего удивительного в том, что мужчинам нравятся женщины, а женщинам мужчины, просто одни это скрывают, а другие нет…

— В том то и дело, Господин, что мне очень-очень нужен только один мужчина!

— Ты так уверена в том, что говоришь? — с сомнением спросил Андрей, нависая над её обнажённым и очень соблазнительным телом и продолжая поглаживать её лицо и чёрные волосы.

— Уверена… Правда, мне нравятся некоторые женщины, но это совсем другое…

— Допустим. Но представь себе, что я уехал куда-то на месяц, на два…

— Это ужасно… Не представляю!

— Скажи, Нира, а тебе нравится Коля?

— Коля? — женщина непонимающе посмотрела на Господина, — Он милый, добрый молодой человек… Иногда мне кажется, что он несчастен, и тогда я испытываю к нему жалость… и всё!

— Хорошо. А если, например, я попрошу тебя в период моего долгого отсутствия (Мало ли, что может произойти!), проявлять к нему немного больше жалости, нежности и скрашивать иногда его одиночество, как ты отнесёшься к этому?

— Какая странная просьба… — Нира потянулась к Андрею за поцелуем и получила его, — Вы хотите предложить мне иногда… если Вы в отъезде… заниматься с Колей сексом, да? Ну… если это важно для Вас… Но только по моим правилам и только изредка! Если, конечно, это не приказ Господина своей послушной рабыне…

— Это не приказ, Нирочка… Это имеет смысл, если ты сама пожелаешь… — тихо, но чётко проговорил Андрей, рука которого скользнула по плечу женщины и властно, но ласково схватила её грудь. Нира сладко вскрикнула, и глаза её расширились…

Через час Вершитель проводил до машины воздушную, с сияющим взглядом Ниру, и Софью, в глазах которой остался вопрос и лёгкое разочарование. Андрей крепко поцеловал Соню в губы и что-то шепнул ей на ушко, после чего женщина расслабилась, обняла его и даже подмигнула, садясь в автомобиль… В коттедже Андрея с нетерпением ожидала Юлия.

— Ну и взгляд у тебя, Королева! — слабо улыбнулся мужчина, удобно располагаясь на диване в гостиной, — Не ешь меня!.. У нас достаточно времени, чтобы не спеша обсудить дела, отношения, будущее… Всё что захочешь! Никто не мешает…

— Как хорошо, что мы остались вдвоём, — выдохнула и расслабилась Юля, усаживаясь рядом, — Ты так красиво всё сделал…

— О чём ты? — удивился Андрей, — Что сделал?

— О совместном ужине… об уединении с Нирой… Необычная женщина, противоречивая, страстная натура… Она так ждала тебя!

— В твоей постели, надеюсь? — снова попытался привычно легко улыбнуться мужчина, но губы не складывались в беззаботную улыбку.

— Да, — тряхнула каштановыми волосами Юлия, — Ночью мне стало холодно. Психологически, наверное… Нервы! Понимаю, что это не профессионально, но… Нира помогла мне не сексом, а теплотой и пониманием… В интимном плане мне с женщинами сложно, да и опыт скудный…

— Но полезный для продолжения карьеры, — сузил глаза Андрей.

— Ты продолжаешь настаивать?.. Кстати, Нира прямо спросила, хочу ли я стать твоей рабыней? И с гордостью показывала красивый ремешок на шее…

— Что же ты ей ответила?

— Ответила, что хотела бы, — неожиданно смутилась и опустила взгляд Юля, — Но она сказала, что рабыней я буду никудышной и… не объяснила почему…

— Хотя бы потому, что хорошая рабыня, как я понимаю, должна уметь ждать, предугадывать желания Господина и послушно выполнять их… В тебе так много энергии, Юленька! Физической и умственной, эмоциональной и чувственной, бьющей наружу и сдерживаемой внутри… Я уверен, что ты способна на большие и красивые поступки, на серьёзные и нужные дела!

— С тобой?

— Да, я готов предложить тебе дружбу.

— И только? — вспыхнула Юлия, и в глазах её появилась удивительно детская обида, — Я — женщина, Андрей! Ты перестал это видеть?!

— Я не слепой пока ещё, и ты знаешь об этом! — ответил мужчина, — Но хочу сейчас поговорить о деле, о важном деле, Юля!.. Если я завалю тебя на этот диван и трахну, а потом мы продолжим разговор, будет лучше?

— Нет, мой милый! — обида во взгляде женщины сменилась на смущённое раскаяние, — Так я не хотела бы…

— Вот! — повысил голос Андрей и взял её руку в свою, — Поэтому я хочу общаться и говорить с тобой не как с рабыней, а как с равной.

— Спасибо! — она сжала его руку, — Но лучше, всё-таки, не как с равной, а как… с достойной тебя женщиной, способной помочь в серьёзном деле.

— Пусть так, если поправка принципиальна, — кивнул мужчина и поцеловал её красивую руку, — Итак… Ты подготовила отчёт?

— Да, конечно, — улыбнулась Юлия…

На время они переместились в кабинет, где Андрей с интересом изучал тщательно прописанное женщиной заключение к Испытанию Инны.

— Прекрасно! У меня бы не получилось столь изящно… — внеся незначительные изменения, мужчина откинулся на спинку кресла у компьютера, — Ты умна…

— Спасибо, но кто это ценит? — легко засмеялась Юля, — И что ты собираешься делать с этим отчётом?

— Отправить в Дом Вершителей, разумеется!

— Господину Михаилу?!

— Нет, — покачал головой Андрей, — Миша вне игры…

— Как? — поразилась женщина, — Как тебе это удалось?

— Пусть это останется моей тайной, не возражаешь? Главное, он уже не вмешается в наши планы.

— Ах, если бы… Ты говорил с ним, он в курсе?

— Говорил, — вздохнул Андрей, — Михаил даже признался в своих неправомочных, ни с кем не согласованных действиях…

— Удивительно! Но он легко может отказаться от своих слов, такое за ним водится…

— В этот раз не откажется, — уверенно заявил мужчина, — Его признания записаны на диктофон. Ну, а самого Мишу весьма кстати… вызвали во Дворец…

— Во Дворец? — нахмурившись, переспросила Юлия, — Надолго?

— Навсегда. Пусть я и не люблю это слово…

— Андрей! — изумилась женщина и вцепилась руками в мужские плечи, — Ты хочешь сказать, что он больше не появится здесь совсем?! Это точно?!

— Да, Юля, — спокойно ответил мужчина, — Из Дворца частенько не возвращаются…

— Подожди… А Катрина? — вспомнила Юлия, — Где она? Что с ней?

— К сожалению, Катя решила разобраться с Михаилом самостоятельно, — лицо Андрея исказилось болью, — И ничего хорошего из этого не вышло…

— Как не вышло? Что не вышло? Как она вообще смогла связаться с ним?

— Ты же знаешь, что Катрина с тобой одной крови — такой же кандидат в Вершители, как и ты, только в прошлом. И с Михаилом тогда она имела дело, к сожалению, и контакты у неё оставались… Но и это теперь в прошлом, — сказал мужчина и лицо его почернело.

— Андрей! — Юлия положила ладони ему на щёки и с тревогой посмотрела в его глаза своими тёмно-синими, такими близкими сейчас глазами, — Милый мой! Что с ней?

— Она… погибла…

— Нет! — отпрянула Юля и схватилась за живот, будто её туда ударили, — Этого не может… Так не должно быть! Он — сволочь… А я — дура… Это я во всём виновата!

— Прекрати! — сдерживая волчий вой, готовый вырваться из горла, воскликнул Андрей, — Ты-то в чём?.. Да и вообще, Королеве не пристало…

— Какая я, во мрак, Королева после этого? — на глазах Юлии выступили слёзы, которые мгновенно просохли от шальной мысли, — И ты встречался с этим козлом… после всего? И просто поговорил с ним, хочешь сказать?!

— Узнать о Кате мне удалось только у самого Михаила, а дальше… Уволь меня от расспросов! Я сказал тебе всё, что сказал.

— Кажется… я тебя поняла… В тартарары, значит… — женщина крепко обхватила руку вздрогнувшего от неожиданного слова Андрея, прижалась к его плечу и замерла, — Но какое же несчастье у тебя!.. Я могу помочь хоть чем-нибудь?..

— Можешь, Юля! Во-первых, необходимо немедленно успокоиться, — выдохнув, ответил мужчина, поднимаясь с кресла и увлекая Юлию обратно в гостиную, — Во-вторых, расскажи мне о том, что знаешь о ближнем круге Михаила: как он работал, с кем, была ли у него команда помощников?

— Он очень скрытный, ты знаешь… Предпочитает… Предпочитал всё контролировать сам, никому не доверял, даже среди Вершителей у него не было союзников, насколько мне известно… Для конкретных операций обычно привлекал одноразовых исполнителей, которых не информировал о сути замысла…

— Как тебя, например?

— Да, но со мной ему было сложнее. Михаил довольно долго готовил меня к Экзамену, консультировал, инструктировал, устраивал проверки. Он узнавал меня, но и я узнавала его… Окончательная цель операции, прикрытой моим Экзаменом, была мне неизвестна до последнего. Только догадки… За день до начала я задала ему несколько вопросов и, хотя отвечал он неохотно и обтекаемо, поняла, что дело не чисто и не сводится только к тому, чтобы переиграть тебя на Испытании…

— Неужели наш замечательный Куратор готовил тебя в одиночку? У него совсем нет постоянных помощников?

— Есть, — лицо женщины помрачнело, — Помощница Клавдия…

— Тебе, я вижу, неприятны воспоминания о ней?

— Ещё бы, — Юлия передёрнула плечами, — Но это сейчас не имеет значения, я расскажу всё, что знаю. Эта сука (Прости, Андрей!) готовила меня по специальному курсу, придуманному Михаилом. Здоровая такая баба, почти одного со мной роста, плотная блондинка… Совсем не великого ума, но преданная своему Хозяину, как… сука!

— Рабыня Михаила?

— Да, кроме неё у него сейчас ещё двое рабов-мужчин, насколько я знаю, но о них позже… Клаву, как я поняла, он держал на коротком поводке и заставлял слепо себе повиноваться не просто, как рабыню… Там какая-то тайна… Кстати, эта дура, в порыве садистской страсти, проговорилась, что выделывает со своим Господином!

— Она устраивала тебе экзекуции? — скривился Андрей.

— Да, милый, — глубоко вздохнула Юлия, — Дважды. Хорошо, что меня нельзя было калечить… Она наглядно демонстрировала, как я должна работать с неподатливыми Испытуемыми. Однажды с ней был раб Михаила Руслан — здоровенный, безмозглый чурбан за два метра ростом, усатый и весь покрытый чёрными волосами, как обезьяна… С другим рабом, Олегом, похожим на пятнадцатилетнего смазливого подростка, мы «работали» вдвоём с Куратором…

— М-да… Серьёзная подготовка! — с нескрываемым сарказмом отметил Андрей, — Но сосредоточимся на Клавдии. Она, как я понял, была ближе к Хозяину.

— Да, это так… Она постоянно находится в офисе Михаила в сером доме, где кроме неё и Куратора постоянно никто не бывает. Раз в месяц, не чаще, выезжает в коттедж Вершителя на Испытания, которые сама и проводит под чутким руководством Хозяина, вызывая, по мере необходимости, других рабов или приглашённых помощников.

— Это ты у Михаила узнала?

— Нет, конечно. Клавдия бывает болтлива, когда выпьет и разойдётся… Коллегой меня называла, сука!

— Ну-ну, не ругайся, Королева! — мягко улыбнулся Андрей и погладил сидящую рядом на диване женщину по голове, — Значит, сам Михаил только руководил Испытаниями, и без того редкими?

— Насколько я знаю, сам работал с Испытуемыми он не часто и то эпизодически…

— Что же, придётся нам добраться до этой Клавы, чтобы закрыть все вопросы по нашему Мише…

— Но как, Андрей? Она не захочет разговаривать с нами…

— Слушай внимательно, Юля! Завтра я лично доставлю тебя в Дом Вершителей к моему Советнику Господину Аркадию.

— Сам? На своей машине?

— Именно так. Оттуда ты выйдешь со мной в ранге Вершителя.

— Ты уверен, Андрей? Мне страшно!

— Не бойся. Со мной тебе ничего не угрожает… А после… не ты, а тебя будут бояться, Госпожа Вершитель!

— Андрей, ты уверен, что я справлюсь?

— Уверен. На первых порах тебя подстрахую я, мои помощники, если потребуется, и Советник Аркадий…

— А можно устроить, чтобы ты был моим Советником?

— Формально нет. Я, как ты знаешь, не вхожу в высший круг Вершителей… Но мы что-нибудь придумаем немного позже… Сейчас нам нужно заручиться поддержкой Аркадия, пусть и чисто номинально, поняла?

— Кажется, да… — кивнула Юлия, — Как же мне повезло!

— Ты о чём, Королева?

— Знаешь, я же не сразу поняла какой ты… Сомневалась… Правда, со временем всё меньше и меньше… А теперь…

— И какой же я? — вздохнув улыбнулся мужчина и обнял Юлию.

— Иной! — прошептала она ему на ухо.

— Ах, вот как! — хмыкнул Андрей, — А операция Михаила называлась случайно не «Инна и Иной»?

— Откуда ты знаешь?! — женщина подпрыгнула на месте, — То есть у него она никак не называлась… Но я про себя именовала её в точности так!

— Я просто догадался, Юленька! — успокоительно поцеловал её мужчина.

— Невероятно!.. Сначала наказание за гордыню… Потом выбор… Ах, какой правильный выбор! И теперь награда…

— О чём ты снова, Королева?

— О том, как мне невероятно повезло, мой Король!

— «А уж как мне со всеми вами повезло!» — подумал Андрей, но промолчал…

Разговор затянулся до поздней ночи, а следующий день не обещал отдыха. Пора было ложиться спать, но Юля не решалась попросить Андрея об этом, словно боялась, что он снова оставит её одну в белой комнате. Но, пусть и уставший, измотанный безумными днями и тягостными переживаниями мужчина в нужный момент поднялся с дивана в гостиной, молча взял её за руку и повёл в спальню. До последнего не верившая, что ужасный Экзамен может закончиться так счастливо для неё, Юлия послушно шла за ним и хотела только, чтобы это мгновение длилось как можно дольше…

Глава 23

Подарок из тьмы

Ровно в полдень следующего дня Андрей, оставив Юлю на диванчике в приёмной, вошёл в кабинет Аркадия в Доме Вершителей.

— Очень рад тебя видеть! — Советник долго жал руку Андрея своей вялой ладонью, — Ты звонил такой возбуждённый, что-то случилось? Проблемы с Испытанием продолжаются?

— Напротив, Аркадий! Ситуация с Испытанием разрешилась, но таким образом, что требуется твоё срочное вмешательство, — с некоторых пор они перешли на «ты», уж наедине во всяком случае.

— В самом деле? Именно моё? Ты не хочешь проконсультироваться с Михаилом?

— В том то и дело, что с Мишей я поговорил и хочу, чтобы ты, прослушав наш разговор, высказал своё компетентное мнение, — сказал Андрей и, не дав Аркадию опомниться, включил кусок диктофонной записи. По мере прослушивания лицо Советника вытягивалось и бледнело, серело и потело.

— Что же это такое?! — сделав внушительную паузу после завершения записи и вытирая пот со лба, выдавил из себя Аркадий.

— Ты не узнаёшь голос Михаила? — спокойно поинтересовался Андрей.

— Разумеется, узнаю… Но это же уму непостижимо! Поверь, я даже не подозревал об его безумной афере!

— Верю, потому и пришёл к тебе.

— Спасибо, но что же делать? Где Михаил? Я срочно вызываю его сюда! — вскричал Советник и попытался дозвониться Куратору сначала на рабочий, потом на мобильный и, наконец, на офисный номер, но безрезультатно.

— Эта запись сделана вчера, Мишу, насколько мне известно, вызвали во Дворец. После этого я его не видел и не слышал.

— Во Дворец? Странно, хотя… — Аркадий набрал номер какого-то официального лица в канцелярии Дворца, поговорил с ним, а вслед за этим пообщался с «хорошим знакомым» во Дворце. Итоги переговоров он резюмировал следующим образом: — Михаил, действительно, зашёл вчера на территорию Дворца и до сих пор не выходил обратно. О месте его пребывания мои источники не сообщают…

— И что это может означать?

— Не могу утверждать уверенно, но, похоже, дела нашего друга плохи… Если бы он сейчас занимался подготовкой Дней Княгини, меня бы проинформировали, а так… — Советник снова сильно побледнел, — Михаил может и вовсе не вернуться!

— Аркадий, пойми меня правильно: в другой ситуации я бы, возможно, забеспокоился и посочувствовал ему, но после прослушанного тобой разговора…

— Да-да, я прекрасно понимаю тебя, Андрей! Я поражён и возмущён! Но по такому делу требуется немедленно провести расследование, а я сильно занят. Да и, вообще, найти достойную кандидатуру ответственного за следственные мероприятия в это время нереально…

— Может быть, передать дело Блюстителям?

— Ты с ума сошёл, Андрей! Ни в коем случае! Знаем мы их расследования… Да и глупо признаваться в собственном бессилии… Может быть ты сам, а?

— Видишь ли, Аркадий! Разумеется, в данной ситуации мне сложно ответить отказом, но…

— Ты получишь от меня, от Дома Вершителей самые широкие полномочия, вплоть до задержания и ареста подозреваемых в заговоре, лицензию на использование оружия… Хотя до убийства лучше бы не доводить.

— Сам не хочу, особенно после того, как погибла моя рабыня, отправившаяся на встречу с Михаилом до меня.

— Как?! — вскричал Советник, — Кто?!

— Катрина, — глухо ответил Андрей, — Миша утверждает, что произошёл несчастный случай, и она упала с моста N2, но в нынешней ситуации… В общем, я ему не верю!

— Какой ужас, мой дорогой! Я тебе искренне соболезную… Такая прекрасная рабыня… Тем более, считаю, что ты должен взять расследование в свои руки. Вероятно, Михаил задумывал заговор против… нас с тобой! Возможно, его исчезновение во Дворце как-то связано с этим… Высшие Силы… Но лучше не будем об этом. Наверняка здесь у него остались помощники, связи… Я поручаю тебе разобраться, пресечь на корню, наказать, так их в тьму! Через полчаса ты получишь чрезвычайные полномочия на неопределённый срок. От текущих обязанностей Вершителя я тебя, разумеется, освобождаю вплоть до окончания расследования. Моего влияния на Совете Вершителей для всего этого хватит…

— Допустим, Аркадий… Пусть это и не вписывается в мои планы, но заговор… против нас с тобой (!) и гибель Катрины… Я возьмусь за это дело.

— Да, Андрей, да! Ты — настоящий Вершитель и друг!

— У меня остаётся ещё один вопрос, — поморщился он от патетики Советника, — Как мы поступим с Испытуемой, то есть проэкзаменованной? И могу ли я использовать её для своих целей?

— Разумеется, используй! Только Экзамен, как я понимаю, она провалила?

— Напротив, Аркадий! — спокойно и уверенно заявил Андрей, — Провалился Михаил, а Юлия показала себя достойной ранга и положения Вершителя. Отчёт я уже отправил по официальным каналам.

— Ну, если ты так считаешь… В данном случае, лучшей рекомендации быть не может! Как я понял, тебе желательна её помощь именно в ранге Вершителя? Думаю, формальности мы уладим в течение часа, а торжественную церемонию проведём после Дней Княгини, ты согласен? Прекрасно, вези её сюда!

— Она ждёт в приёмной, Аркадий…

Андрей обрадовался, что ситуация, пусть и с оговорками, складывается в его пользу, и понадеялся, что формальная часть не займёт много времени… Но убежавший куда-то в недра Дома Вершителей, оставивший их вдвоём в своём кабинете Советник отсутствовал не менее полутора часов. Правда, Андрей и Юлия за долгое и нервное ожидание в итоге оказались вознаграждены…

— Простите, друзья мои! — вытирая пот со лба и широко улыбаясь, произнёс вернувшийся Аркадий, — Мне посоветовали уведомить Главного Вершителя Княжества, постоянно пребывающего во Дворце. К счастью он быстро разобрался в ситуации и высказал своё мнение, но потребовал собрать Советников…

— Всё так сложно? — нахмурился Андрей, — Так мы ничего не расследуем… по горячим следам…

— Не волнуйся, дорогой друг! — юбилейно улыбнулся Советник, — Всё уже готово! Советники быстро собираются по приказу Главного и быстро принимают решение, согласованное с его мнением…

— И ты готов огласить его?

— Разумеется! Во-первых, — Аркадий повернулся к женщине, — Госпожа Юлия, разрешите поздравить Вас с присвоением ранга Вершителя!

— Благодарю Вас, Господин Советник! — ответила Юля, тщательно пряча свою растерянность.

— Торжественная церемония состоится через три-четыре недели, но к своим обязанностям Вам надлежит приступить немедленно. Причём единственной Вашей обязанностью, до особого распоряжения, является всемерная помощь и содействие… Господину Советнику Андрею!

— Что такое? — вздрогнул Андрей, а Юлия с трудом сдержалась, чтобы не вскрикнуть.

— Да-да, мой друг! Главный Вершитель лично настоял на том, что твои заслуги и особая миссия в ближайшее время требуют немедленного введения тебя в сан Советника Вершителей! — торжественно произнёс Аркадий и добродушно хмыкнул, — Конечно, некоторые члены Совета бурчали о поспешности и несвоевременности такого шага, но против мнения Главного никто, как ты понимаешь, не пошёл! Так что… поздравляю Вас, Господин Советник!

— Благодарю, дорогой друг! — без улыбки наклонил голову Андрей, — Надеюсь это, действительно, поможет, а не помешает мне в расследовании…

— Поможет, даже не сомневайся! У Советника большие права и возможности, причём не на чрезвычайный период времени, а постоянные… Мало кто из нас пользуется этими возможностями, но тебе, в твоей нынешней миссии они просто необходимы! Выясни все подробности преступления, найди и накажи заговорщиков и пособников злодеев собственной властью Советника! Калёным железом жги скверну!

— Я так и поступлю, дорогой друг! — поморщился от многословной выспренности Аркадия Андрей, — Мы приступим немедленно!

— Да-да, я понимаю твоё нетерпение, но ещё несколько минут… Дорогая Госпожа Вершитель, подойдите ко мне и дотроньтесь ладонью до этой сенсорной панели, — женщина поднялась с места, приблизилась к нему, Аркадий удовлетворённо кивнул, открыл шкатулку и надел на шею Юлии амулет Вершителя, — Носите этот знак с достоинством!.. Возможно, у Вас есть вопросы?

— Всего один, Господин Советник, — гордо кивнула новоявленная красавица-Вершитель, — Моим Советником может стать лично Господин Андрей?

— Разумеется, дорогая! Если он не против… — улыбнулся Аркадий, — А теперь оставьте нас с ним на пару минут. Есть слова, которые звучат только для ушей Советников…

— Я внимательно слушаю тебя! — нетерпеливо проговорил Андрей, когда Юлия походкой королевы покинула кабинет.

— Это действительно важно знать теперь, когда мы с тобой равны не только, как друзья, но и как сановники! — Аркадий физически не мог обойтись без пафоса в речах, — Во-первых, знай, что до сегодняшнего дня в Совете насчитывалось двадцать членов, включая Главного Вершителя Княжества, ты — двадцать первый… Как видишь, круг высших представителей власти Дворца крайне ограничен. Торжественное собрание по случаю твоего приёма в наш круг состоится не ранее, чем через три недели и, разумеется, после окончания твоего расследования, не возражаешь?

— Разумеется, нет!

— Прекрасно! Во-вторых, попрошу и тебя прикоснуться к сенсору… А теперь с радостью вручаю тебе перстень Советника! Поздравляю, Андрей!

— Благодарю тебя, Аркадий!

— Ну, и в-третьих… Надеюсь, что наши дружеские отношения отныне станут только крепче! Готов оказывать тебе любую посильную помощь!

— Взаимно, дорогой друг! — Андрей улыбнулся образцово-показательно, — Кстати, у меня есть к тебе небольшая просьба… Видишь ли, Аркадий, я не планирую посвящать Юлию во все детали расследования и постоянно держать возле себя.

— Мудро! — кивнул его собеседник.

— Я не против того, чтобы стать личным Советником этой красавицы, — хитро улыбнулся Андрей, — Но в случае, если она займётся очередным Испытанием, а я всё ещё буду занят расследованием, надеюсь, ты поможешь ей своим советом?

— Несомненно, дорогой друг, несомненно! — солидно кивнул Аркадий, — Но и у меня к тебе просьба.

— Слушаю внимательно!

— Михаил, как ты знаешь, являлся единственным Куратором кандидатов… Почему в прошедшем времени? Даже если он и появится снова, то не вернётся на эту должность и будет лишён всех привилегий до окончания твоего расследования и особого распоряжения Главного Вершителя… Впрочем, и без расследования понятно, что такого распоряжения не будет… Так вот, работа с кандидатами сейчас временно приостановлена. Однако, как только ситуация нормализуется, это важное дело необходимо продолжить… Не хочу отрывать тебя сейчас от первостепенных задач, но прошу подумать о том, чтобы возглавить это направление. История с Михаилом натолкнула нас на мысль, что Куратором должен быть Советник…

— Резонно! Но почему я?

— Ты опытный практик, ты умён и осторожен, но что особенно важно, ты энергичен! Скажу тебе по большому секрету, большинство членов Совета почивают на лаврах и не желают поднимать свои зады без большой необходимости. Они согласны, что работа с кандидатами должна вестись интенсивнее и тщательнее под руководством Советника, но никто не желает заниматься лично этим ответственным делом… Когда я намекнул Совету на то, что вскоре мы сможем попросить об этом тебя, наши сановники пришли в восторг!

— Ох, не напрасно ли ты намекнул им, дорогой друг? — покачал головой Андрей, — Но я подумаю об этом важном деле, как только смогу.

— Именно это я и хотел от тебя услышать, дорогой Советник! — просиял Аркадий…

Выходя из дома Вершителей, Андрей с громадным удивлением обнаружил, что всегда неподвижные Блюстители поклонились ему, пусть и едва заметно. Юлия же вздрогнула от неожиданности и прижалась к нему теснее. Машина Андрея мигом донесла их до ресторанчика во дворике отеля «Силикон», где было решено передохнуть и подкрепиться перед дальнейшими действиями.

— Как тебе это удалось, мой Советник? — спросила Юлия, изучая меню и с восхищением наблюдая, как официанта, заметившего перстень на руке Андрея, будто ветром сдуло.

— Мастерство не пропьёшь! — хохотнул мужчина и полез в карман дорогого пиджака за мобильным телефоном… Пока Андрей разговаривал по телефону, из внутренних помещений ресторана выскочил его директор и, сильно волнуясь, подошёл к их столику под навесом.

— Прошу прощения, Господин Советник! Я счастлив видеть у нас такого важного гостя!

— Не напрягайтесь так, уважаемый! — усмехнулся Андрей, — Я давний и постоянный посетитель Вашего заведения. Надеюсь, мой нынешний ранг не изменит моего отношения к нему…

— О, мы сделаем для этого всё возможное, Господин Советник! Но могу ли я просить Вас называть меня на «ты»? Меня зовут Тимофеем, — услужливо произнёс директор, в повадках которого появилось что-то кошачье.

— Договорились, Тимофей. Однако думаю, у тебя есть более привычные дела, чем обслуживать нас лично. Возможности твоего ресторана мне отлично известны, а официанты знают мои предпочтения…

— Хотел бы предложить Вам прекрасную официантку, опытную, предупредительную и расторопную, несмотря на юный возраст, Господин Советник!

— Предлагай, мы посмотрим! — улыбнулся Андрей, вспоминая, что замечал среди официантов молоденькую шатенку с ямочками на щеках.

— Её зовут Олеся, Господин Советник, — представил девушку директор, когда через мгновенье та оказалась у столика и застыла, как вкопанная, с руками по швам, — Если Вам понравится её обслуживание, она станет Вашим личным официантом в нашем ресторане и за его пределами.

— За пределами? — удивился Андрей.

— Вы можете сделать заказ по телефону ресторана или напрямую через Олесю в Ваш номер гостиницы в любое время дня и ночи. Мы доставим его, а она обслужит Вас и Ваших гостей.

— Вот так, значит? — хмыкнул Советник, изучающе оглядев официантку с головы до ног, отчего она заметно покраснела, — А если заказ последует не в номер отеля, а в другое место?

— О, пожалуйста, Господин! В любое место… — с готовностью ответил Тимофей, — Только сделайте поправку на расстояние и время для доставки заказа. Кроме того, я буду рад предоставить отдельное, самое комфортное помещение внутри ресторана для Вашей трапезы.

— Если мне понадобится такое помещение, я непременно обращусь к тебе. А пока мне хорошо и здесь. И не надо привлекать ко мне большого внимания, думаю, это понятно? Ну и хорошо, — кивнул Андрей директору и обратился непосредственно к Олесе, — Подойди к нам через десять минут, детка, мы будем готовы сделать заказ…

Официантка кивнула, мило улыбнулась и исчезла. Вслед за ней, кланяясь, последовал Тимофей, а из дверей отеля под аркой показалась Эмма, с которой пятью минутами ранее и разговаривал новоиспечённый Советник по телефону. На секретарше было длинное чёрное платье, чёрные замшевые туфли на каблучках и чёрная траурная лента в светлых волосах. Полоска кожи с золотом на шее казалась деталью в скорбном наряде женщины, а в глазах её читалось грустное удивление и упрёк… Андрей вышел из-за стола навстречу Эмме и когда она подошла к нему, взял её руки в свои и поцеловал прохладные женские ладони. В глазах секретарши вспыхнули тёплые благодарные искры, а Юлия за столом замерла. Она, пусть и выглядела писаной красавицей в прекрасно смотревшемся на ней деловом костюме с амулетом Вершителя на шее, но почувствовала себя случайной знакомой Андрея в обществе давней и любимой подруги.

— Познакомьтесь, девушки! — произнёс мужчина, не придавая никакого значения колоссальной разнице в их статусе, — Это Госпожа Юлия, а это Эмма… моя Эмма.

— Очень приятно! — без улыбки, но дружелюбно произнесла секретарша, не выпуская кисти своих рук из нежно любимых ею рук Андрея.

— И мне очень приятно, Эмма! — совершенно искренне ответила Юля, глядя на рабыню с лёгкой завистью.

— Хорошо, — подвёл черту Андрей, усаживая секретаршу за стол и присаживаясь сам, — Изучайте меню, нам следует не спеша подкрепиться и кое-что обсудить.

— Но я совсем не голодна… — начала было Эмма, однако, Андрей остановил её:

— Я вижу, что еда сейчас не радует тебя, девочка моя, — произнёс он, — Но подкрепиться, пусть и немного, необходимо.

— Хорошо, мой Господин! — вздохнула секретарша и взяла в руки меню. Во взгляде Юлии появилась уже не лёгкая, а очень даже тяжёлая зависть.

Впрочем, Андрей привык ловко сглаживать углы. Когда подошла официантка, компания уже дружелюбно беседовала между собой и быстро сделала небольшой заказ, к которому, судя по довольной улыбке, Олеся оказалась полностью готова и ринулась его исполнять…

— По-моему, Господину Советнику приглянулась эта юная грация в белом фартуке… Как Вы думаете, Эмма? — очаровательно улыбаясь, проговорила Юлия.

— Господину… Советнику? — секретарша только сейчас разглядела перстень на пальце мужчины, с тревогой посмотрела в его усталые глаза, вокруг которых за последние дни собралось многовато морщинок и… приняла легкомысленный тон разговора, — Почему бы Господину Андрею не порадоваться особенной свежестью Олеси, которую мы ему предложить не в состоянии?

— Эмма! Как тебе не ай-яй-яй?! — ахнул мужчина, глядя, как секретарша индифферентно пожимает плечами, а Юля сползает со стула от хохота…

— Не хотите ли сказать, что Ваша изумительная женщина не права, Господин Советник? — отсмеявшись, спросила Госпожа Вершитель, ловя на себе приветливый взгляд Эммы…

К радости Андрея, совсем не настроенному поддерживать легкомысленную тему разговора, в ресторане появился хозяин отеля Фёдор, бросавший вопросительные взгляды в адрес важного постояльца своей гостиницы. Благовидным предлогом, чтобы на некоторое время оставить женщин, мужчина немедленно воспользовался. Во время перекура Андрей успокоил Фёдора, сомневавшегося в том, что Господин Советник продолжит пользоваться своим Золотым номером, предпочтя более статусный отель или собственный дом. Однако, несмотря на наличие собственной недвижимости, и больших возможностей, в планы Андрея это не входило. Он чётко объяснил Фёдору, что гостиница «Силикон» приятна и удобна ему по многим причинам, а потому, даже в случае продолжительного отсутствия, Андрей считает необходимым оставить номер за собой. Директора такой подход и успокоил, и порадовал. Вопрос о новой горничной, неплохо осведомлённый о жизни постояльца, Фёдор из вежливости задавать не стал… Когда Андрей возвращался к столику, сидящие за ним женщины (Уже успевшие перейти на «ты»!) беззлобно подтрунивали над официанткой, принесшей блюда и напитки. Впрочем, Господин Советник быстро настроил Госпожу Вершительницу на серьёзный лад, а Эмме веселье и без того давалось с трудом… Обедали, хоть и не торопясь, но недолго, успев между тем обсудить ближайшие планы. Выяснив, что Андрею с Юлией предстоит напряжённая работа, Эмма уговорила их зайти в Золотой номер, чтобы принять душ и переодеться…

— Ты удивляешь меня, Эммочка! — заговорил Андрей, пока Юля находилась в ванной, — Я считал, что тебе не хочется сейчас видеть здесь посторонних, а тем более…

— Это так, мой Господин! — ответила секретарша, усаженная мужчиной на колени и привычно смутившаяся его вольностям, — Но, во-первых, и Вам, и ей действительно следует освежиться перед работой…

— Ты права, — согласился он, тихо поглаживая руки Эммы, — А во-вторых?

— А во-вторых, Юлия… не совсем посторонняя уже сейчас, а вскоре…

— Почему ты так решила?

— Можно мы поговорим об этом как-нибудь потом? Вот и хорошо… В принципе, мне не очень понравилось бы, если Госпожа Юля… Ну, пусть будет просто Юля… осталась бы здесь… надолго… Но она успела познакомиться с Катей… Каковы бы не были обстоятельства этого знакомства, оно не могло быть случайным…

— Наверное… — вздохнул Андрей, — Эмма, займись подготовкой к нашему путешествию.

— Так Ваши планы не изменились?!

— Нет… Но об этих планах никто не знает.

— Никто?! — удивилась секретарша.

— Пока никто… Узнают через два-три дня, непосредственно перед нашим с тобой походом… Узнают, далеко не все, конечно, и не обо всём.

— А Юля? Она сможет помогать студии во время Вашего отсутствия…

— Юлия узнает о наших намерениях, но без главных целей и направлений, и… Став сегодня Вершителем, сможет оказывать посильную помощь студийцам, надеюсь…

— Сможет! — неожиданно уверенно кивнула Эмма. В этот момент открылась дверь ванной, и секретарша немедленно соскочила с коленей Андрея, смущённо поправляя платье и причёску. Впрочем, стыдливость Эммы оказалась излишней.

— Я прекрасно освежилась! — заявила появившаяся в халате Эммы и с мокрыми волосами Юля, — Но переодеться мне не во что… Верхняя одежда сойдёт и эта, а вот… нижнее бельё…

— Пойдёмте со мной, Госпожа! — вспыхнув и заговорив официально, Эмма схватила Юлию за руку и потащила в свою комнату, выговаривая её вполголоса и напрасно предполагая, что Андрей не слышит, — Ты не могла подойти ко мне потихоньку? Какая же ты бесстыжая, Юля!.. Надеюсь, моё бельё будет тебе впору…

Андрей, хихикая, выкурил сигарету и отправился под душ… Когда перед выходом из отеля он проверял и запихивал в кобуру под кожаной курткой официально выданный ему в Доме Вершителей пистолет Макарова с боевыми патронами, в глазах Эммы появился страх. Но Андрей мягко обнял её, поцеловал в обе щёки, в губы и попросил пожелать им счастливого пути… По пути к Дому на Набережной, чаще называемому в Княжестве Серым Домом, где в числе прочих находился офис Михаила, Юля прижалась плечом к сидящему за рулём автомобиля Андрею и проговорила: «Эмма — невероятная женщина! Мне никогда не сравниться с ней…» Мужчина дико посмотрел на красавицу-Вершительницу и тут же перевёл разговор в деловое русло, тем более, что дело предстояло не шуточное…

— Что? Кто? Что Вы здесь делаете… Господин Андрей и ты Юля? — громко вскрикнула, вставая из-за секретарского стола круглолицая блондинка, не лишённая прелести для любителей крупных женщин, — Господина Михаила нет на месте, и вам здесь без него делать нечего!

— Во-первых, не «ты», а Госпожа Вершитель! — поправил секретаршу Михаила Клавдию Андрей и, воспользовавшись её растерянностью, застегнул наручники на кистях её крепких рук, — И не Господин Андрей для тебя, Клава, а Господин Советник!

— Как это?! — охнула женщина и рухнула обратно в кресло, — Но так не должно быть! Это Господин Михаил должен стать Советником! Вы — проходимец, выскочка…

— Научись говорить вежливо, сука! — взвилась Юлия, подскочила к блондинке и отвесила ей внушительную пощёчину.

— Я буду жаловаться! — вздрогнула, но не успокоилась Клавдия, — Где мой Господин, что Вы с ним сделали?

— Странно, что ты спрашиваешь об этом нас… — холодно произнёс мужчина, — Не удивлюсь, если расследование выявит твоё участие в тёмных делишках.

— Моё участие?! Расследование? — вскричала блондинка и принялась в мешающих ей наручниках неловко набирать номер на офисном телефоне. Абонент, разумеется, оказался недоступен, — Я не могу дозвониться до Господина два дня… Сам он тоже не звонил, чего не случалось никогда ранее…

— Ты веришь ей, Юля? — обратился Андрей к своей спутнице, — Нет? Я тоже…

— Алло! — закричала в трубку Клавдия, позвонив, по всей видимости, на другой номер, — Господин Аркадий! Простите, Господин Советник, это — Клава, секретарь Господина Михаила…

Блондинка пыталась жаловаться и взывать о помощи, но услышанные в ответ слова повергли её в уныние. Она опускала голову всё ниже, а затем выронила из рук трубку, которую быстро подобрал Андрей:

— Аркадий, привет! Всё под контролем, не беспокойся, я продолжаю расследование, — дав отбой, мужчина снова обратился к Клавдии: — Ты начнёшь, наконец, отвечать на вопросы или сразу в тюрьму?

— В тюрьму?! За что?! Не надо… Что Вы хотите знать?

— Ты утверждаешь, что понятия не имеешь, где находится Михаил? Допустим. Кто знает? Куда он направлялся?

— Вы! Вы знаете! — снова закричала блондинка, — Вчера утром мой Господин должен был отправиться во Дворец и… ещё встретиться с Вами!

— Это я и без тебя знаю! — ледяным тоном ответил Андрей, — Мы встретились и поговорили…

— Господин Михаил не вернулся из Дворца?! — ужаснулась Клавдия, — И никто не знает, где он? И Господин Аркадий… Господа Советники тоже не знают?! Мрак…

— Соберись, дура! — снова сделала шаг к блондинке Юля и выписала ей вторую увесистую пощёчину, — С кем он общался накануне, кто мог знать о его планах?

— Я не могу говорить об этом без его разрешения! — взвыла Клава.

— Не можешь? Значит, замешана сама, — констатировал Андрей, — Юля, начинаем обыск офиса!

— Не имеете права! — вскрикнула блондинка, взглянула на мужчину и уронила голову на скованные руки.

— Клава отказывается помогать властям в расследовании, — Андрей мрачно улыбнулся Юлии, — Осмотрим помещение сами…

Из просторной приёмной, в которой был выделен уютный уголок для секретарши, открытая сейчас дверь вела в огромный и богато обставленный кабинет Михаила, из которого, в свою очередь, можно было попасть в большой санузел с джакузи и комнату отдыха с широкой кроватью. Как выяснилось немного позже, имелась в кабинете и потайная дверца в помещение, по сравнению с которым чёрная комната коттеджа Вершителя смотрелась детской игрушкой. Здесь Миша устроил чрезвычайно хитроумную камеру для садомазохистских извращений и пыток. Нашёлся и запасной выход из комнаты отдыха на чёрную лестницу.

Но всё это Андрей и Юлия рассмотрели позднее, сейчас же Клавдия, воспользовавшись их занятостью, вскочила с кресла и вылетела из офиса на лестницу со скованными руками. Вершитель с Советником переглянулись, и не спеша, последовали следом за рабыней Михаила, чтобы взглянуть, как её под белые ручки берёт пара Блюстителей и, не обращая никакого внимания на крики и стоны блондинки, сопровождают в свой автофургон… После того, как Андрей с Юлией тщательно осмотрели офис, отправили с курьерской машиной студии «Альфа» Ивану стационарный компьютер Клавдии и ноутбук, которым, вероятно, пользовался Михаил, а заодно и небольшой сейф из кабинета, они закрыли офис и отправились в коттедж Андрея для работы с Испытуемыми…

В чёрной комнате коттеджа их ожидала Клавдия, прикованная к стене, притихшая и заметно нервничавшая.

— Ну, что, Клава, успокоилась? — начал разговор мужчина, — До тебя, наконец, дошло, что я руковожу официальным расследованием по распоряжению Главного Вершителя Княжества? И это не розыск Михаила, а выяснение причин его отвратительных поступков, порочащих звание Вершителя…

— Какой ужас… Но Вы спрашиваете о том, чего я не знаю! — тусклым голосом, но всё ещё с вызовом ответила блондинка, опасливо глядя на Юлию, подходящую к ней со злостью в глазах и острыми ножницами в руках. Андрей взглянул на Клавдию, одетую в белую офисную блузку с тонким красным галстуком и простую чёрную юбку до колена, потом на свою помощницу, скинувшую пиджачок своего прекрасного делового костюма и демонстрирующую похожую белую блузку, но с кружевным воротничком, без галстука и без лифчика, и произнёс:

— Не так… Голыми руками будет живописнее, — мужчина подошёл к Клаве и, схватив ворот её блузки, рывком порвал её до пупа. Под воротником обнаружился почти прозрачный тонкий ошейник из мягкого пластика с неразборчивой надписью, а ниже белый бюстгальтер никак не менее четвёртого размера с застёжкой спереди. Андрей хмыкнул и расстегнул её. Большие белые сиськи с сосками, похожими на крупные напёрстки выпрыгнули наружу.

— Вы не имеете права, я — не Ваша рабыня! — визгливо выкрикнула Клавдия.

— А что хотел сделать Михаил с моей рабыней? — так заорал ей в лицо мужчина, что даже Юлия вздрогнула, а сама жертва его ярости тихо взвизгнула и… описалась… Андрей отошёл от неё, уселся в кресло-трансформер и обратился к помощнице: — Юля, сорви с этой зассанки юбку с трусами и выброси их подальше, пожалуйста.

— Пощадите меня, Господин! — заныла Клава.

— С чего бы? — закуривая, ответил мужчина, наблюдая, как Юлия разрезает ножницами одежду на блондинке, вытирает ноги и промежность рабыни обрывками её же юбки, сваливает лоскуты в чёрный пластиковый пакет и выходит из комнаты.

— Я только выполняла приказы Хозяина! — продолжала причитать Клавдия.

— Ну, конечно, — криво усмехнулся Андрей, — Ты готова рассказать об этих приказах всё? Нет?! А придётся… Кого ещё использовал Михаил? Сколько ещё у него рабов?

— Трое, — нехотя проговорила блондинка, — Руслан, Олег и новенькая… Арина или Алина… Она появилась позавчера…

— Позавчера? — удивился мужчина, — Любопытно зачем?

— Да, вряд ли это совпадение, — проговорила Юлия, вернувшаяся в комнату с мокрым полотенцем, бутылкой рома и тремя стаканчиками, — Не желаете глоточек горячительного, Господин Советник?

— Почему нет? — откликнулся Андрей, наблюдая, как Госпожа Вершитель тщательно протирает мокрым полотенцем Клавдию, — Что это ты так заботишься об этой рабыне, даже стопку для неё принесла?

— Рабыня должна быть чистой и всегда готовой принять Господина! — недобро рассмеялась Юлия, наливая ром, выпивая с Андреем, а затем вливая содержимое третьего стаканчика в рот пленницы.

— Рассказывай, Клава, рассказывай! Что ты замолчала? — обратился к блондинке Андрей, — Если до тебя по-хорошему не доходит, я узнаю всё, что мне надо, по-плохому. В любом случае узнаю, Клава.

— Я ничего не знаю, — упрямо повторила Клавдия, немедленно схлопотав очередную пощёчину от Юлии.

— Где находятся остальные рабы Михаила? — без эмоций спросил мужчина, — Впрочем, мы легко выясним это и без тебя…

— Они здесь… рядом… — тоскливо пробормотала блондинка, — В коттедже N6, только Вы туда не попадёте без Хозяина…

— Ты так думаешь, деточка? — Андрей поднялся с кресла, подошёл к пленнице, взял её за подбородок и уставился в её белёсые голубенькие глаза, — Ты и в самом деле глупа или прикидываешься?

Клавдия обдала его руку горячим вздохом и уныло опустила глаза. Мужчина вышел из чёрной комнаты, за ним последовала Юлия… Дополнительного разрешения на обыск коттеджа бывшего Куратора Андрею не требовалось. Оставив предупреждённую об ответственности за порчу «материала» Юлю с нежно любимой ею Клавой, Господин Советник отправился в коттедж N6, рядом с которым его уже поджидали Блюстители.

Странное дело, но вид этих загадочных существ в плащах и чёрных глянцевых масках с некоторых пор перестал внушать Андрею мистический страх, как в первые месяцы пребывания в Княжестве. Он воспринимал их, как неизбежную часть жизни, и не брезговал пользоваться помощью «стражей порядка», когда того требовала работа… Появление Блюстителей в коттедже Михаила произвело эффект разорвавшейся бомбы для его постоянных, как оказалось, обитателей. У хозяйничавшего на кухне двухметрового Руслана отвалилась челюсть, и огромные обезьяньи руки повисли вдоль туловища, как плети. Развалившийся на диване и, вероятно, ощущавший себя главным в отсутствии Хозяина, Олег забился в угол и закрыл голову руками. Только новенькая рабыня Михаила, запертая в зелёной комнате, оставалась в блаженном неведении о происходящем… К удивлению Андрея, огромный Руслан так и не пришёл в себя, безропотно сдавшись «превосходящим силам противника». Толку от него не было никакого, и Господин Советник отправил его в свой коттедж в сопровождении Блюстителей, а сам занялся изящным смазливым Олегом, одетым в забавный оранжевый комбинезон.

— Покажи-ка мне коттедж, малыш! — с усмешкой обратился к нему Андрей.

— Я не твой малыш… — возразил извлечённый из угла гостиной юноша, но короткий удар в солнечное сплетение отбросил его на диван, где он некоторое время корчился, наблюдая исподлобья за курящим Советником, потом со стоном поднялся на ноги и послушно отправился показывать мужчине помещения дома.

Коттедж Михаила в общем-то оказался стандартным, только более обжитым, чем коттедж Андрея, в силу постоянного пребывания здесь рабов, а кое-где даже немного обшарпанным. Кроме привычного духа похоти, здесь присутствовал особенный привкус склонности его хозяина к садомазохизму. Даже бильярдный стол тут явно использовался не по прямому назначению, а белая комната, которая вполне могла сойти за спальню знатной дамы у Андрея, смотрелась у Миши будуаром прожжённой шлюхи… С опаской косящийся на Советника Олег оставался немногословен, пока они не вошли в чёрную комнату.

— Вы будете делать со мной то же, что и Хозяин? — с похотливой улыбочкой проговорил юноша, дёргая пуговицу на своём комбинезоне, отчего обтягивающие его выпуклую попку штаны медленно сползли с узких бёдер на пол.

— Почему ты так решил? — вопросом на вопрос ответил опешивший Андрей.

— Если Вы имеете право меня бить, то и всё остальное… — расстёгивая курточку комбинезона, неопределённо произнёс Олег, словно выбирая играть ли ему обиженную невинность или сальную развязность, — Правда, Господин Михаил, бережёт меня… Он говорит, что моё тело — произведение искусства!

— И что же Миша делал с этим произведением? — ухмыльнулся пришедший в себя мужчина, присаживаясь на край кушетки.

— Хозяин любит гладить и целовать меня всего, — принялся откровенничать обнажённый юноша, — Лизать мою попку и мой пенис…

— Да ну? — засомневался Андрей.

— Конечно! Он у меня не большой, но очень красивый, посмотрите сами! — запел юный нарцисс, — После нежных ласк Господин Михаил, обычно, нежно берёт меня анально или орально, а иногда просит меня сделать это с ним…

— А как же Руслан и Клава? — продолжал изумляться мужчина.

— Они для других развлечений, — поморщился Олег, — Руслан очень большой, а Клавдия… Ей нельзя пить… Хотя иногда Хозяин любит играть с нами в «несчастного учителя»…

— Это как?

— Учитель увлечён своим лучшим учеником. Мамаша ученика застаёт его у себя дома, сосущим пенис у своего сыночка и… трахает учителя страпоном, который всегда лежит в её сумочке…

— А потом приходит папаша Руслан? — хохотнул Андрей.

— Бывало и такое, — кивнул Олег, — Но мне это не нравится…

— Понятно. А новенькая?

— Алинка? — поднял на Советника ясные глазки юноша и пожал плечами, — Не знаю, зачем она, когда есть я… Хозяин сказал, что кому-то в подарок… Кому? Понятия не имею. Может она знает? Спросите её сами…

— Так я и сделаю, — хмыкнул мужчина и повернулся к двери.

— А я? — остолбенел от удивления Олежек, — Мой Хозяин больше не вернётся, я это понял. А Вы меня даже не попробуете? Нежнее и глаже, чем я не найдёте!.. Да и Вы… такой симпатичный…

— Я злой, — желчно произнёс Андрей и ещё одним коротким ударом в солнечное сплетение отправил юношу отдыхать на пол. Затем он закрыл снаружи уже перепрограммированную под себя дверь в комнату и отправился в кабинет.

Впрочем, там ничего интересного найти не удалось, кроме, разумеется, компьютера, который Советник решил не вывозить для анализа, а просто открыть Ивану полный удалённый доступ к нему… Включив монитор, Андрей посмотрел сначала на обиженного и растерянного Олега в чёрной комнате, а затем, с некоторым недоумением, на одетую в школьную форму то ли китайского, то ли японского образца, юную особу, покорно сидящую в зелёной комнате, сложив на коленях худенькие ручки. В миловидном лице рыжеволосой девушки чувствовалась значительная доля азиатской крови… Почесав затылок, Андрей отправился в зелёную комнату.

— Здравствуй, Алина! — сказал он испуганно взглянувшей на него девушке.

— Здравствуйте, Господин…

— Можешь называть меня Господин Советник.

— Здравствуйте, Господин Советник! — автоматически повторила она.

— Не бойся, девочка! Я не сделаю тебе ничего дурного, — смягчил тон Андрей, — Но тебе придётся честно ответить на мои вопросы.

— Я готова, Господин Советник!

— Хорошо. Во-первых, кто ты и что здесь делаешь?

— Жду своего Хозяина, но не знаю какого… — растерянно ответила Алина.

— Ты не знаешь своего Хозяина? — удивлённо улыбнулся мужчина.

— Я запуталась, Господин Советник! Несколько дней назад я стала рабыней Господина Михаила, но потом он объявил мне, что я — подарок для другого мужчины…

— Вот как? Расскажи мне свою историю подробно.

— Да, но… Не будет ли Господин Михаил против некоторых подробностей?

— Не волнуйся, девочка! Мише на это наплевать, — усмехнулся Андрей.

— Так я и думала, — вздохнула Алина, — Слушайте… Я не помню последние годы своей жизни… только детство отрывочно… После больницы, где мне безуспешно пытались вернуть память, меня привезли в какую-то гостиницу и сказали, что там я буду жить и работать горничной. Но на следующий день появился Господин Михаил и забрал меня в какой-то маленький и очень дорогой отель. «Теперь я твой Хозяин, — сказал он, — Сегодня ночью ты станешь моей рабыней». Я испугалась, плакала, просила меня отпустить, но Господин Михаил не слушал и ночью провёл этот…

— Ритуал, — подсказал мужчина.

— Да, это было так гадко и обидно, что я запомнила только эти ощущения… Чувствовала, что он и не желает меня даже, а просто хочет поработить зачем-то… На следующий день мои опасения подтвердились: Хозяин объявил, что не будет жить и спать со мной, а подготовит меня в подарок своему другу…

— Девочка, ты не голодна? — хрипло спросил Андрей, прерывая рассказ, — Пойдём на кухню или в гостиную…

— Да, я бы перекусила, Господин Советник… Но там эти… рабы Господина Михаила…

— Там никого нет, — нетерпеливо взял её за руку мужчина, — Идём!

На кухне Алина ловко соорудила бутерброды для себя и Советника. На самом деле Андрею просто хотелось выпить, он не сомневался, что у Михаила должны быть внушительные запасы спиртного и оказался прав. Через несколько минут они сидели в гостиной: Андрей со стаканом виски со льдом, Алина с чашечкой кофе и бутербродами.

— Хорошо, что никого здесь нет, — девушка несмело улыбнулась мужчине.

— М-да, — согласился он, — Ты можешь спокойно продолжить свой рассказ.

— Да… — опустила глаза Алина, — К моему ужасу, меня снова отправили в больницу, но в другую… Там убрали все последствия этого… Ритуала… и вообще…

— Ты хочешь сказать, — поразился Андрей, — что в больнице тебе… восстановили девственность?

— Господин Михаил заявил, что такой я больше понравлюсь своему новому Хозяину! — грустно подтвердила девушка.

— Сильно… Он, случайно, не называл имени этого человека?

— Когда я видела Господина Михаила в последний раз… вчера… ранним утром, — Алина почувствовала на себе пристальный взгляд Андрея и смутилась, — Он сказал, что мой новый Хозяин потерял свою рабыню, и я стану хорошей заменой… А зовут этого мужчину — Господин Андрей.

— Ох, тьма-тьмущая, — вырвалось у Советника, — Только этого не хватало…

— Это Вы… Господин Андрей? — тихо, но с чувством спросила девушка, глядя на мужчину удивлёнными глазами.

— Я, — нехотя ответил снова охрипший Андрей, — Откуда ты узнала?

— Увидела… Догадалась… — в глазах Алины появилось какое-то знакомое Андрею, но необъяснимое выражение.

— Видишь ли, девочка, — мужчина сделал большой глоток виски, — Женщина, которую я потерял, хоть и считалась моей рабыней, но значила для меня гораздо больше…

— Была Вашим другом? — глаза девушки увлажнились.

— Больше, чем другом… Её никто не сможет заменить!

— Я поняла, Господин Советник, — произнесла Алина и прикусила губу, — Но не бросайте меня здесь, Хозяин! Я никому не нужна… Я боюсь!

— Какой же я тебе Хозяин? — покачал головой Андрей, сделав ещё один глоток из стакана, — И чем я могу тебе помочь, маленькая?

— Просто не бросайте меня одну… Конечно, я не заменю Вам её! — пылко воскликнула девушка, — Но я могу быть полезна хоть чем-нибудь…

— Не знаю… В конце концов, откуда ты знаешь, что я не хуже Михаила?

— Я вижу… Вы — иной…

— Что?! — Андрей чуть не подавился, — Значит так… Сейчас ты пойдёшь со мной, оставить тебя одну я, действительно, не могу… почему-то… Но ничего не обещаю!

— Да, конечно… Спасибо, Господин Андрей! — воскликнула Алина. Мужчина хотел поправить её, но увидев скатившуюся по щеке девушки одинокую слезинку, смолчал…

Оставив растерянного нарцисса Олега в чёрной комнате, Андрей возвращался в свой коттедж, ведя за руку, опасливо озирающуюся по сторонам и жмущуюся к нему девчонку в школьном платьице. Он временно разместил её в белой спальне, разрешив пользоваться всем, что она сочтёт нужным, но не рваться наружу. Алина с радостной улыбкой поцеловала ему руку… Андрей тяжело вздохнул и отправился в кабинет, где обнаружил попивающую кофе и со злой усмешкой глядящую на монитор компьютера Юлию. На экране обнажённый гигант Руслан с автоматизмом робота обрабатывал распластавшуюся спиной на кушетке и привязанную к ней голую Клавдию. Через определённые промежутки времени он отталкивался от её разведённых ног, подходил к откинутой, свешивающейся с края кушетки голове… И снова размеренные механические движения робота… И так по кругу…

— Что здесь происходит, Юля? — с брезгливым недоумением произнёс Андрей.

— Тест на выносливость, — злобно прокомментировала Госпожа Вершитель, — Извини, дорогой! Тебя так долго не было, а я нашла в дамской сумочке Клавдии прелестный страпон. Ах, как она визжала, когда я засунула его в её поганый рот! Оказывается, этот приборчик она всегда носит с собой для своего Хозяина! А тут Клавочку дерут собственным орудием… Потом привели Руслана. Этот дебил стоял и хлопал глазами, пока я не приказала ему спустить штаны и заняться делом… Впрочем, мне это быстро надоело, тем более что он и один прекрасно справляется…

— Дурдом… — вздохнул Советник и, вдруг, рассмеялся, — А Русланчик заканчивать-то собирается? Госпожа Вершитель не велела? Злая ты…

— Это смотря с кем сравнивать… Кстати, замечательную белую жопу Клавы с аккуратной розовой дырочкой, Господин Михаил холил и лелеял! — желчно проговорила Юлия, — Я оставила её для тебя.

— Какое счастье! — ещё более желчно ответил мужчина, — Мне она просто необходима, особенно сейчас!.. Эта пышнотелая Церера[13] хоть что-то интересное тебе поведала?

— Пока ничего существенного… Но, думаю, продолжающаяся сейчас прочистка мозгов поможет развязать ей язык. А у тебя есть что-то новое?

— Пожалуй, есть, — ответил Андрей и поведал ей о событиях в коттедже N6…

— Вот это да! — выражение лица женщины из желчного, медленно превратилось в тревожно-озабоченное, — И ты привёл эту девчонку сюда? Что ты будешь с ней делать?

— Не знаю, — честно признался мужчина.

— Ты добрый, — поцеловала его в щёку Юлия, — А Олег? Что делать с ним? Он — мерзкий тип, но может быть, Господин Советник желает…

— Даже не говори мне об этом, а то разозлюсь! — резко перебил её Андрей, — Отдам его Блюстителям на промывку мозгов, да и Руслана тоже… Они нам больше ни к чему… Да и тебе пора бы прекратить идти на поводу у своей мести, Юля! Достаточно… Но сначала прикажи Русланчику как следует помыть Клаву в сауне.

— Для Вас, Господин Советник?

— Для меня, дорогая! Я ещё не закончил допрос, а общаться с потной, затраханной коровой мне не хочется…

Послушно прекратив свой трах по кругу, Руслан потащил Клавдию в сауну, тщательно и бережно, что было удивительно ожидать от такого гориллоподобного существа, вымыл её, вытер и отвёл обратно в чёрную комнату. Там, однако, он проявил совсем ненужную инициативу. Руслан усадил обнажённую Клаву в кресло-трансформер, приковал её к нему, налил себе стаканчик рома из забытой Господами бутылки, выпил залпом, а потом принялся вливать ром в женщину, несмотря на её крикливые и решительные попытки сопротивления. Складывалось впечатление, что Руслану неведомы препятствия, решил напоить Клаву — напоил, но когда после этого он решил снова засунуть ей своё огромное, готовое к бою копьё, случилось непредвиденное. Клавдия широко открыла рот, пропуская внутрь головку, и тут же с силой сжала челюсти… Горилла заорала нечеловечески, упала на бок и начала кататься по полу. Андрей среагировал быстро: сдержав дикий смех, он приказал Юле вызывать врачей и Блюстителей, а сам залез в аптечку, схватил шприц с обезболивающим препаратом и побежал в чёрную комнату. Жёстким окриком приказав Руслану замереть, мужчина воткнул шприц ему в бедро…

К врачам Руслан вышел пошатываясь, но на своих ногах, из промежности гиганта медленно капала кровь. Запахивая выданный Советником банный халат, он молча виновато поклонился Андрею и отдал себя в руки медиков… А Клавдия под чутким руководством Госпожи Юлии, сопровождаемая её пинками и окриками, покорно орудовала шваброй и тряпками, смывая кровь своей «жертвы» с пола в комнате и коридоре…

— Клава, ты спятила? — вопрошал Андрей, уже сидя в бильярдной комнате.

— А что мне было делать, Господин? — уже без всякого апломба, извиняющимся тоном говорила стоящая перед ним плотная блондинка в прозрачном халатике, — Мне нельзя много пить, и Руслан знает это! Знает и заставляет, идиот… От большой дозы алкоголя я дурею, зверею и творю ужасное…

— Михаил пользовался этим, — не вопросительно, а утвердительно произнёс Советник, догадавшись, о чём говорит женщина.

— Да, Господин, — уронила голову на грудь Клавдия, — Не отдавайте меня Блюстителям, пожалейте!

— А скольких не пожалела ты? — доверившись интуиции, выпалил Андрей. Сидящая на краю бильярда Юля округлила глаза, а мужчина продолжал: — Скольких насиловала по приказу своего бывшего Хозяина?

— Я не знаю, Господин Советник! — Клава упала перед ним на колени и зарыдала. Её прорвало: — Господин Михаил говорил, что об этом никто никогда не узнает, а Вы… узнали! Он подпаивал меня, когда ему хотелось использовать меня такую… В коттедже… и в офисе… и в разных отелях… Я не могла управлять своей второй, звериной сущностью, а он управлял… Кто пострадал и насколько… знает только Господин Михаил…

— Клава, а ты понимаешь, что твоя реакция на алкоголь — это болезнь и… она лечится? — тихо и мрачно спросил мужчина.

— Лечится?! Нет! Не может быть! — схватилась за голову и уткнулась ему в ноги блондинка, — Он говорил, что это… особенности моего организма!

— Он нагло врал, пользуясь твоей необразованностью и бесправностью! — воскликнула Юлия, глядя на рабыню уже не с гневом, а с ужасом и участием, — Он и меня обманывал, но твоя история — полный кошмар…

— Я, ка-кажется, на-начинаю по-понимать, — заикаясь от рыданий и обхватив ноги Советника, проговорила Клавдия.

— Что он приказал, когда пошёл на встречу с моей Катриной? — отчётливо произнося каждое слово, спросил Андрей.

— Приготовить лёгкий ужин… Подготовить специальную комнату… Вызвать Руслана…

— Понятно! — рыкнул мужчина.

— Но я не виновата! — громко вскрикнула Клава.

— Хорошо, что Катя догадалась не идти в ваш гостеприимный офис… — неожиданно произнёс Андрей металлическим тоном. Женщины уставились на него, не понимая, у блондинки даже слёзы высохли, и он тихо пояснил: — Иначе, я перебил бы всю вашу банду без разбора!

— А так… — попыталась что-то сказать Клавдия, но умолкла, глядя как со стоном опустила голову Юлия. В комнате повисла тишина, которую несколькими минутами позже прервала блондинка неожиданно тонким голосом: — Вылечите меня, Господин Советник!

— Я не врач, — сухо ответил Андрей.

Следующие полчаса Клава слёзно каялась, взывала к жалости и обещала-обещала-обещала… На Андрея накатил жесточайший приступ равнодушия. Хотелось просто сбежать из этого коттеджа, из дерьма и темноты Княжества… хотя бы в подземелья. Взять за руку свою Эмму, уйти и не возвращаться… Настроение мужчины быстро почувствовала Юлия, на которую откровения Клавдии произвели впечатление.

— В конце концов, они только рабы, Господин Советник! — воскликнула она, — И вся полнота ответственности за их поступки лежит на Хозяине рабов. Уверена, что следствие вскроет все его преступления полностью… А Клава, конечно, заслуживает наказания, но ей можно дать шанс…

— Вот ты этим и займёшься, если на то пошло, — пробурчал Андрей, сдирая с шеи блондинки ошейник, — Наказывай, лечи, воспитывай… Я не возражаю.

— О, спасибо, Господин Советник! — горячо воскликнула и принялась целовать его колени Клавдия, словно вместе с ошейником Михаила у неё удалили воспалившийся, гниющий от застарелой болезни орган, — Моя благодарность…

— Благодари Юлию, если умеешь, — остановил её Андрей.

Клавдия с очередным поцелуем оторвалась от ног Советника и бросилась к Госпоже Вершительнице. К изумлению мужчины, Юля спрыгнула с края бильярда и с видом профессиональной модели начала расстёгивать юбку… «Нет, ничего я не понимаю в этих бабах, — думал Андрей, наблюдая, как королева Юлия, на которой кроме белой блузки и туфель не осталось никакой одежды, сдвигает ширму и ложится на скользкую поверхность широкого дивана со словами «Ну, иди ко мне, моя пышечка!», — Никогда я их не понимал и никогда не пойму, ну и пусть…»

Андрей раздражённо пожал плечами, неслышно вышел из комнаты, быстро ополоснулся под душем, переоделся в чёрный халат Вершителя и вызвал машину для Клавдии, чтобы через час освободиться от её присутствия… Возвращаясь в бильярдную, мужчина заглянул в белую комнату. Там работал телевизор, а на огромной постели, поверх покрывала, сладким и беспечным сном котёнка спала Алина. Андрей с улыбкой покачал головой и направился к сладострастной парочке. В бильярдной ничего не изменилось: Юлия, до сих пор не снявшая блузку и почему-то не допускавшую Клаву до своей груди с возбуждённо торчавшими сосками, прижимала голову бывшей рабыни Михаила к низу своего совершенного живота. Клавдия воодушевлённо ласкала новоявленную Вершительницу, выпятив свой обширный зад. Юля была права — большая белая задница Клавы заслуживала внимания… Но сейчас эта мысль, кроме привычного похотливого возбуждения вызвала у мужчины решительный протест…

— Клава, что я вижу! — неожиданно воскликнул Андрей, — В этом мире совершенных тел есть место целлюлиту? Миша и это считал твоей неотъемлемой особенностью?

— Да, Господин! Я говорила ему, но… — оторвавшись на минуту от горячих и нежных ласк, виновато ответила блондинка, — Возможно, мои новые Хозяева будут ко мне добрее?

— Новые Хозяева? Ну-ну, — усмехнулся мужчина…

— Как это у тебя получилось, дорогой Господин Советник? — заглядывая Андрею в глаза, спросила Юля, когда отправив Клавдию, они освежались в бассейне сауны.

— Ты о чём? — лукаво улыбнулся он, — Ах, о том, как я расшифровал Клаву… Интуиция, озарение… Называй, как хочешь…

— Да уж… У меня даже догадки противоречили друг другу, — грустно произнесла Юлия…

— Объясни, отчего ты вдруг захотела женщину, о которой часами ранее отзывалась крайне уничижительно?

— Но это уже твоя школа, мой Советник! Ты же противник жестокости в отношении даже отъявленных негодяев… Если тебе хватило выдержки не мстить Клавдии, а признать её больной и пострадавшей от мерзавца-хозяина, то что оставалось мне? — улыбнулась Юля, — Считаешь, что помочь ей в лечении и принимать её ласки — не одно и тоже? Но я вижу некоторые нюансы, которые остаются незамеченными тобой…

— Какие же? — удивился мужчина, вылезая на бортик бассейна.

— Похоже, Михаил держал своих рабов в чёрном теле… — ответила женщина, схватив поданную Андреем руку, выбираясь из воды и демонстрируя совершенство своего мокрого тела…

— Что ты имеешь в виду, красавица? — улыбнулся Советник.

— Не понимаешь? — удивлялась Юлия, уже завернувшись в простыню и сидя в комнате отдыха, — Не знаю, как там Олежек, а Руслан и Клава выглядели обделёнными…

— Сексуально? — наконец дошло до мужчины, и он усмехнувшись, покачал головой, — Хотя бы это Миша мог им обеспечить… Следовательно, твой поступок можно рассматривать, как акт милосердия?

— Ещё бы! И ты, кстати, мог помочь мне в этом акте… — закинув голову, звонко рассмеялась Юля, — Не скрою, во мне оставалась жажда мести, но… сладкой мести…

— Мстительница! — улыбнувшись, хмыкнул Андрей, — Оставим эту тему… К тому же, я очень хочу есть! Кстати, надо накормить девчонку…

— Ох, я и забыла, что мы до сих пор не одни! Где она?

— Когда я заглядывал в белую комнату, спала. Возможно, спит и сейчас…

— Спит… — Юлия задумалась с полотенцем, которым она сушила свои тёмно-каштановые волосы, в руках, — Как можно безоглядно спать в такой ситуации?.. Впрочем, эта девчонка уже доверилась тебе и успокоилась… Как тебе это удаётся?

— Что удаётся, Юля? — удивлённо переспросил Андрей, — Располагать к себе людей? Я, в общем-то, ничего и не делаю для этого. Просто… остаюсь самим собой. Кому-то это нравится, кому-то нет…

— Большинству нравится! — уверенно уточнила женщина, — Ты добрый… Тебе сложно отказывать людям… Хорошо, что ты притягиваешь в основном светлых людей, но и они порою приносят с собой тёмные ситуации.

— Светлые люди… тёмные ситуации… Даже не задумывался… — вздохнул мужчина, — Может и так, но почему не помочь, если всё в твоих руках? Разве ты смотришь на жизнь иначе?

— На жизнь?.. Точно так же, — улыбнулась Юлия, — Я меняюсь под твоим влиянием и попробую помочь даже Клавдии…

— Помогай, конечно… Только учти, что с ней случай сложный, запущенный… За просветлением, может последовать затемнение, и одними ласками тут ничего не добьёшься… Зато, если тебе удастся научить её думать, прочно обратить к нам… Возможно, Клава станет хорошей помощницей…

— Ключевое слово «к нам»?

— Нет, Юля, ключевое слово — «думать»…

Когда Андрей снова заглянул в белую спальню, Алина лежала на постели и с интересом смотрела на него.

— Извините, Господин, я уснула, — проговорила девушка, сладко потянулась и смутилась.

— Ты можешь спокойно раздеться, лечь под одеяло и спать дальше, — улыбнулся мужчина, — А можешь поужинать с нами, если хочешь.

— С вами?

— Да, здесь моя… подруга.

— А… — задумалась Алина, — Я с удовольствием поужинаю… если только не помешаю…

Через десять минут умытая, причёсанная, добавившая чуточку макияжа на своё милое личико рыженькая девушка вошла на кухню и остановилась на пороге, смущённая пристальным взглядом Юли.

— Совсем не похожа на Катрину! — неожиданно жёстко заявила Вершительница и тут же спохватилась, — Извините, Господин Советник, вырвалось!

— М-да… — поиграл желваками Андрей и заставил себя не кипятиться, — И хорошо, что не похожа… Заходи, Алина, не бойся! Познакомься с Госпожой Юлией…

Девушка подошла к Вершительнице, сделала уморительный книксен, а та широко улыбнувшись, в ответ подала и пожала ей руку. Ситуация легко разрядилась, и через несколько минут, они уже весело щебетали на одним женщинам ведомые темы и расставляли приборы в ожидании доставки заказанной пищи… Несмотря на то, что на часах оказалось далеко за полночь, ужин проходил неторопливо и растянулся во времени. Задумчивость Андрея, пытающегося мысленно ответить на третий извечный вопрос, зная ответы на первые два, прервала Юлия.

— Я хочу серьёзно поговорить с тобой, Андрей! — произнесла она, — И пусть Алина выслушает и выскажет своё мнение…

— Пусть, — удивился мужчина.

— Как это ни парадоксально, я стала Вершителем… Впрочем, только благодаря тебе. Знаю, что нужна тебе в таком качестве, хотя не совсем ещё понимаю зачем… Безусловно, я благодарна судьбе, уже потому, что жива, здорова, и главное, нахожусь рядом с тобой… И, конечно, буду помогать тебе всем, чем смогу… Но, пусть я и Вершитель, но мне необходимо быть твоей рабыней!

— Как это?! — изумился Андрей, — Абракадабра какая-то…

— Хорошо, не быть… Не быть твоей рабыней официально, но чувствовать себя ею! Ты не понимаешь?.. Я хочу знать, что у меня есть ты — мой Хозяин, который придёт и возьмёт от меня всё, что захочет, и не даст меня в обиду, и никому не отдаст…

— Некоторые отдают, — мужчина покосился на Алину, и та кивнула и… улыбнулась!

— Но только не ты, Андрей! — воскликнула Юлия.

— Послушай, — проговорил он, — Это не входит в мои планы… Потом ты меня совершенно запутала: Вершительница и рабыня в одном флаконе; не быть, но чувствовать и знать… Как это?

— Очень просто, Хозяин, — неожиданно заговорила Алина, — Госпожа, официально и фактически оставаясь Вершителем, хочет стать Вашей тайной неофициальной рабыней!

— Точно! — вскрикнула Юля, — Какая ты умненькая…

— Девочка, милая, — обратился Андрей к Алине, — Я не твой Хозяин, сколько можно повторять. У тебя есть ошейник, не правда ли?

— Есть, Господин Андрей, — не моргнув глазом ответила девушка, снова забыв предложенное мужчиной обращение «Господин Советник». Впрочем, он не поправил её и на этот раз, несмотря на лукавую улыбку Юлии, а уставился на пластиковое кольцо, которое Алина достала из кармана и передала ему.

— Почему в кармане? Кто это сделал? — поразился Андрей, разглядывая не расстёгнутый, а разрезанный мягкий прозрачный пластик.

— Это сделал Господин Михаил, — ответила девушка, — Он велел отдать его Вам, когда Вы придёте за мной. Говорю же, я — подарок для Вас, именно Вы — мой Хозяин!

Не говоря ни слова мужчина неожиданно вышел из гостиной и вернулся, держа в руках ноутбук, к сенсору которого он тут же приложил пальчик Алины. Внимательно изучив появившуюся на экране информацию, Андрей растерянно покачал головой и глубоко вздохнул.

— Что-то не так? — поинтересовалась Юлия.

— Когда он только успел, мрак побери? — выругался мужчина, — Сама посмотри!

Госпожа Вершитель с интересом изучила данные на Алину, последней записью в которых значился факт дарения рабыни её прежним Хозяином Господину Андрею. Юля улыбнулась одними глазами, развела руками и проговорила:

— А ведь ты права, девочка…

— Вы, действительно, мой новый Хозяин? — заулыбалась Алина, глядя на Андрея.

— Не совсем, — вздохнул он…

Нежданный подарок разрывал Андрею и сердце, и мозг не только потому, что исходил от ненавидимого им Михаила, не только потому, что к возможности получить в дар человека Господин Советник так и не привык… Этот подарок вызывал в нём горечь и растерянность как самим фактом, так и его несвоевременностью. Об этом без лишних подробностей, но абсолютно искренне Андрей и заговорил вслух. Прямота и открытость мужчины вызвала адекватную реакцию женщин и задала доверительную интонацию беседе. Стало ясно, что Алина тяжело переживает происходящие с ней последнее время события и страшно боится остаться в одиночестве или в обществе чужих и пугающих её людей. Из реплик Юлии выяснилась, что историю с рабами Михаила, и особенно юной девушки, она приняла близко к сердцу и оставлять Алину на произвол судьбы не намерена. Сложность ситуации, по мнению Андрея, неплохо знакомого с местными законами, заключалась в том, что даже просто передать девушку на попечительство Юлии было невозможно, пока новый Хозяин не вступит в права на неё… Трудно сказать, какие мысли бродили в её юной головке, но Алинка горячо уверяла, что была бы счастлива принадлежать Господину Андрею. Юле пришлось разъяснять девушке детали…

— Ритуал? — вздрогнула Алина и начала тревожно рассуждать вслух, — Но это же так гадко… Хотя у Господина Андрея наверняка всё иначе… Но мне будет больно!

— Больно? — удивилась заинтересованно слушавшая и наблюдавшая за ней Юлия, — Отчего же?

— Она — девственница, — мрачно подал голос Андрей.

— Как это?! — громко воскликнула Юля.

— После посвящения в рабыни, наш дорогой Михаил, отправил Алину в больницу, где ей полностью восстановили девственность, — угрюмо пояснил мужчина, — Более того, похоже, восстановили не только физиологическую девственность, но и психологическую!

— Вот это да! — воскликнула Вершительница, — Я слышала о таких изощрённых операциях, но вижу впервые…

— А без Ритуала никак нельзя? — тоненько простонала девушка, и увидев, как Юлия качает головой, уронила голову на руки…

Успокаивающе поглаживая Алину по голове Госпожа Вершитель на время ушла от болезненной темы, перейдя к разговору об Андрее, несмотря на его неудовольствие. «Твои рабы живут не так, как принято у других Хозяев в Княжестве, я это точно знаю… — утверждала она, — Наличие ремешка с твоим именем на шее — это знак принадлежности к особому кругу людей, близких тебе людей. Никого из них ты не подставишь, не выгонишь вон, не продашь и не променяешь… Поверь, я всем сердцем желаю оказаться в этом круге! Скажешь, что это мой каприз? Нет, дорогой! В этом желание доказать тебе свои искренние намерения и успокоиться самой… Прекратить тревожиться о завтрашнем дне и вздохнуть полной грудью… А Ритуал… Да, это символ рабства, в нём должно присутствовать даже не послушание, а покорность и повиновение… Даже унижение рабыни, которое ты обязан обозначить, я считаю добровольным самопожертвованием!»

— Госпожа Вы просите Господина о Ритуале, как об одолжении?! — поразилась Алина.

— Не об одолжении, девочка, а об акте наивысшего взаимного доверия! — ответила женщина удивительной стати и красоты, которую невозможно было представить унижающейся рабыней, — У Господина Андрея по-другому и быть не может!

— Тогда и я хочу этого! — твёрдо объявила девушка слабым голоском.

— Девочки, а у меня тоже есть мнение на этот счёт, — не выдержал Андрей, — Если, как говорит Юлия, существует мой особенный ближний круг, то было бы странно вдруг пригласить в него совершенно незнакомую девушку, не правда ли?

— Ах, Господин Советник, конечно, всё это правильно и разумно, — тяжело вздохнула Юля, — Я тоже совсем не знаю Алину, но… В сущности, она такая же жертва Михаила, как и я… Знаешь, мой дорогой, во мне живёт уверенность в том, что тебе не обязательно хорошо знать человека, чтобы понять… Ты можешь его… почувствовать… если захочешь.

Андрей не знал, что двигало им в этот момент, но он протянул руку рыженькой девушке и усадил её к себе на колени. Алина немедленно прижалась к мужчине и облегчённо вздохнула, Андрей обнял худенькую девичью спинку и замер. В комнате повисла пауза… Через несколько минут мужчина немного отстранил девушку от себя, заглянул в её глаза и погладил по голове…

— Вот видишь, — произнесла Юлия, словно констатируя очевидное, — Никто, кроме тебя, не сможет показать Алине, как отличается добрый Хозяин от злого и равнодушного, один мужчина от другого…

Решение Господин Советник принял парадоксальное. Принимая во внимание неожиданно горячее желание Юли принять участие в судьбе Алины, Андрей назначил на полдень следующего дня Ритуал, который должен был стать как актом официального вступления Хозяина во владения рабыней, так и актом передачи её новой Хозяйке. Госпожа Вершитель выразила полное согласие, попутно уговорив Андрея допустить и её в «свой особенный круг». «Если тебе так хочется, чтобы время от времени я помыкал тобой и относился, как к рабыне, что же… Изволь!» — вздохнул Господин Советник и, увидев как загорелись глаза Юлии, в сердцах махнул рукой:

— Сумасшествие! — констатировал мужчина, отправляясь в кабинет, — Значит так — сейчас вы обе идёте отдыхать в белую комнату. Возможно, утром ваши желания покажутся вам вздором или найдутся другие решения…

— Не покажутся и не найдутся… Всего одну минуту, Господин! — окликнула его Вершительница, — Оглянитесь ещё раз на новоявленную Госпожу, чья жизнь с сегодняшнего дня в любом случае принадлежит Вам, и влюблённую в Вас девушку…

— Я не влюблённая! — ахнула Алина, покраснела и спросила: — А что это такое, вообще?..

— Вы прекрасны! — улыбнулся мужчина, — Спокойной ночи, красавицы!

В кабинете Андрей устало повалился на диван и к собственному удивлению почувствовал сожаление, что занимается не рядовым Испытанием, и что рядом нет Ольги. Сначала он отогнал от себя желание позвонить ей мыслью о том, что будить девушку среди ночи для пары тёплых слов некрасиво. А потом понял, что Оля наверняка волнуется и обрадуется этому звонку… Так и случилось, только делиться с ней хронологией последних событий Андрей не стал, пообещав появиться послезавтра… Уже готовясь ко сну, он вспомнил о пожелании Юли и, тяжело вздохнув, сделал заказ по телефону на три ошейника к одиннадцати утра (Два обычных — чёрная кожа с серебром и эмблемой «Альфа», третий — красная кожа с выгравированной на серебре короной, с вписанной в неё буквой «Ю»). Засыпая, Андрей подумал, что скоро ему с Эммой придётся отправиться в неизведанное, и впервые эта мысль вызвала в нём не тревогу и отторжение, а облегчение… Он уже и забыл, когда последний раз спал в одиночестве, но во сне к нему пришла Катрина и нежно целовала и обнимала его до самого утра…

Ровно в одиннадцать прибыл курьер с заказом. Женщины к этому времени даже не подумали поменять свои намерения. Кажется, их общие желания только окрепли, и Андрей понял, что спорить и убеждать их бесполезно.

— Быть Вершителем и рабыней одновременно — невозможно! — привёл он Юле последний довод.

— Ты же знаешь, что я не обычная женщина, мой Господин! — уверенно изрекла та, — А с тобой для меня и невозможное возможно…

Ровно в полдень мужчина в чёрном халате Вершителя вошёл в специально подготовленную для действа белую комнату… Если и были у него сомнения в организаторских способностях Юлии, её вкусе и чувстве меры, то сегодня они отпали. Белая комната невероятно изменилась, благодаря драпировке, шторам, игре света и тени. Преобразились и женщины, облачённые в туники… Давая возможность Алине неторопливо вникнуть в суть происходящего, Андрей с Юлей затеяли медленное, изящное действо… Впрочем, назвать его спектаклем язык не повернётся, хотя бы потому, что в ключевой момент в глазах Юли неожиданно мелькнул мистический страх, густо перемешанный с горячим желанием… Время от времени мужчина перехватывал взгляд наблюдавшей за ними с открытым ртом Алины. Он, разумеется, даже не представлял себе, как и насколько врачи изменили её сознание, но эта очень юная на вид, двадцатилетняя по факту девочка, смотрела за происходящим глазами, полными любопытства, страха и невинности…

Вторая часть Ритуала, целиком посвящённая доставшейся Андрею в подарок рыженькой девушке, произошла позднее, после часового перерыва… Мужчина поднял за подбородок миленькое личико стоявшей у постели Алины, легко поцеловал её в губы и снял с девушки тунику. Некоторое время он просто гладил её худенькое тело, затем снял с головы девушки белый цветочный венчик и взял в руки ошейник с её и своим именем… Алина, дрожа всем телом, принялась целовать полоску кожи с серебром и руки Господина, а когда он защёлкнул ремешок на её шее, вскрикнула и безвольно прислонилась к мужчине. Андрей легко поднял девушку на руки, осторожно положил на постель и, погладив её порозовевшую щёку, начал целовать губы и шею Алины, а потом и маленькую грудь с несколькими очаровательными родинками. К Господину присоединилась Юлия, ласково гладившая сжатые худенькие ножки девушки, а потом снявшая с неё трусики. Алина вскрикнула и прикрыла глаза. Юля, поглаживая одним пальчиком безволосый лобок, посмотрела на Андрея с нежностью и мольбой. Мужчина не сдержался и коснулся лобка горячими губами, а когда девушка с лёгким стоном инстинктивно раздвинула ножки, провёл языком по раскрывшимся нежным розовым губкам. От ласк мужских рук и губ она начала трепетать и изгибаться, тогда Юлия положила её голову на свои колени и принялась успокоительно поглаживать волосы, лицо и плечи Алины. «Простите, Госпожа, — тихо проговорила девушка тонким голоском, — Я должна испытать это сама… одна… без Вашей помощи…» Юля кивнула, горячо поцеловала её в губы, отправилась в кресло рядом с постелью и, поймав взгляд мужчины, опустила глаза. Андрей лёг на бок слева от Алины, развернул и прижал к себе её маленькое трепещущее тело. Девушка несмело заглянула ему в глаза, в её взгляде читалась и тревога, и доверие, и вопрос, и что-то такое, чему мужчина не знал названия…

— Мне будет больно? — совсем по-детски зашептала она и сама же ответила, — Да… Но я не стану кричать… Ну, поплачу немножко, можно?

— Можно, малышка… Ты действительно хочешь испытать это со мной? — шептал ей на ушко Андрей, чувствуя, как она интуитивно изучает его тело, вжимается в него, и чуть приоткрыв своё лоно, нежно трётся о так возбуждающее и пугающее её мужское естество.

— Да, Господин! — произнесла Алина, целуя губы Андрея и начиная тоненько постанывать от удовольствия, — Но почему он так поступил со мной? Хотел заинтересовать Вас невинной девушкой?

— Нет, девочка… Он хотел, чтобы я сделал тебе очень больно и ты возненавидела меня…

— Какой он глупый! Я… — глаза Алины расширились…

* * *

Алина обожгла его взглядом женщины впервые жаждущей любви, а вовсе не рабыни, покоряющейся неизбежному, и, обняв шею мужчины своими тонкими ручками, потянулась к нему…

* * *

Спустя ещё несколько минут они снова лежали не боку, лицом друг к другу, и девушка всё ещё не выпускала мужскую плоть из своего плена: — Спасибо, Господин! Вы такой ласковый… А этот… Он просто дурак! Это было так… волшебно!.. Я хочу ещё…

— Не торопись, девочка… Отдохни немного… — мужчина сполз с постели, накрыл прикрывшую глаза Алину своим чёрным халатом и опустился в освобождённое Юлией кресло.

— Как Вам это удалось, прекрасный Господин? — удивлённо спросила Юля курящего в кресле Андрея, с нежностью обтирая мягким, влажным полотенцем мирно дремлющую девушку и указывая на всего несколько капель алой крови на снежно-белой простыне.

— Что-то не так? — вопросом на вопрос ответил мужчина.

— Наоборот! — воскликнула Юлия, переместившись к креслу и нежно ухаживая теперь и за его плотью, — Вы преодолели её плеву, почти не двигаясь…

— Ты, всё-таки, подсматривала… — с улыбкой покачал головой Андрей, — Мне просто не хотелось сделать ей больно…

Через полчаса Алина приоткрыла глаза, улыбнулась, приподнялась на постели и… голышом кинулась к креслу, на колени к Андрею, с обезоруживающей непосредственностью обняв его за шею и целуя, поджав ножки.

— Вам было хорошо со мной, Господин? — спросила она и, увидев его кивок и добрую улыбку, продолжила, — Я бы хотела… Пожалуйста, не затягивайте с… этим…

— С окончанием Ритуала? — продолжая улыбаться, подсказал мужчина, ласково обнимая её маленькое тело.

— С окончанием? — забавно подняла брови Алина, — Нет, с продолжением!..

Ближе к вечеру Андрей с Юлей сидели в кабинете, пока их утомившаяся, но очень довольная собой рабыня спала в белой комнате.

— Ты скоро уезжаешь? — почувствовав настроение мужчины, грустно спросила Юля.

— Да, Юленька…

— И бросишь своих новых, таких прекрасных и нежных рабынь?

— Красавица, ты начинаешь пользоваться моей добротой!

— Нет-нет, мой дорогой! Всё это наша тайна и никому ничего знать не надо, — примирительно прижалась к нему женщина, — Я, вообще, супер-пупер Вершительница, гордая и ужасная!

— Дело не только в этом, милая, — вздохнул Андрей, поглаживая красивые длинные ноги Юлии, — Возможно, я слишком легкомысленно отнёсся ко всей этой истории… Да и в тебя, можно сказать, влюбился…

— Ах, мой хороший, мой прекрасный, это было бы чудесно! — воскликнула женщина, — Такой грозной Вершительнице стыдно признаваться, наверное… Я влюбилась в тебя, когда и дотронуться до тебя не смела, да и не могла…

— Ну-ну!

— Это правда, Андрей! — настойчиво подтвердила она, — Но, как я понимаю, ты хочешь вернуть разговор к делам… Или к Алине?

— Я, почему-то, после всех этих переживаний стал относиться к этой… нашей девчонке, как к твоей младшей сестре… Маленькой, милой, непосредственной…

— И очень доброй! — закончила за него Юлия, — Совсем, как ты доброй… У меня к Алине похожее отношение…

— Очень хорошо! Значит ты, в самом деле, будешь ей прекрасной Хозяйкой и защитницей, — облегчённо констатировал мужчина, — Но дело в том, что я хочу попросить тебя взвалить на свои плечи гораздо более тяжёлую ношу…

— Я тебя слушаю, — женщина заглянула в его глаза и сразу стала серьёзной, — Я сделаю для тебя всё, что смогу… и даже чуточку больше…

— Очень надеюсь на тебя, — кивнул Андрей, и Юля воодушевлённо взяла его за руку, — Через два-три дня я исчезну…

— Как это? — охнула женщина, — Надолго?

— Надеюсь, что ненадолго, но уверенно обещать не могу…

— Это связано с расследованием?

— Не совсем, — Андрей посмотрел в глаза Юлии прямо и открыто, — С расследованием, в принципе, всё понятно. Скорее, я хочу воспользоваться этой историей для другого, ещё более важного для меня дела… Повторять, что доверяю тебе, не буду, ты и так это видишь. А не рассказываю тебе сейчас о своём деле потому, что объяснять детали трудно, а самое главное, долго, а по-другому говорить бессмысленно… Но времени нет.

— Для меня главное, что это дело для тебя важно, и что ты доверяешь мне, — серьёзно отозвалась женщина.

— Мне радостно слышать это, Юленька! — произнёс Андрей, — Так вот… Об этом деле почти никто ничего не знает. А о том, что я ухожу заниматься им, знает только Эмма, которая будет сопровождать меня… Теперь узнаешь и ты…

— Понимаю, дорогой… Чем я могу тебе помочь здесь?

— Это самое главное! Во-первых, ты будешь неторопливо и вдумчиво выполнять свои обязанности Вершителя. Твой коттедж N15 находится по соседству с моим. Не рвись выполнять много Испытаний, лучше не спеша, разбираясь детально. Мои помощники, Оля в первую очередь, наверняка помогут, если ты попросишь… И только так, милая! Помни, мои девочки…

— Я теперь одна из них, — решительно заявила Юлия, — И единственный человек, кто может приказать каждой из нас — это ты.

— Верно… Но у тебя будут и другие заботы.

— Я уже поняла это. Они-то, как раз, самые главные…

— Для меня, да, — снова вздохнул Андрей, — Я прошу тебя в моё отсутствие позаботиться о студии и её сотрудниках.

— Вот это да! — покачала головой Юлия, — А я справлюсь?

— Справишься! — подчёркнуто уверенно произнёс мужчина, — К счастью, ты хорошо осведомлена о делах студии и о моих людях…

— Я должна заботиться обо всех твоих рабах, кроме Эммы?

— Не только, Юленька! Обо всех сотрудниках студии вообще! К институту рабства я, как ты знаешь, отношусь формально… в общем, иначе, чем принято, и стараюсь использовать его более, как инструмент защиты…

— Да, дорогой… Я стараюсь у тебя учиться.

— Да? Ну, пусть будет так… Если хочешь, можешь поселиться на студии.

— А это не будет слишком открытой демонстрацией того, что я… временно замещаю тебя?

— Возможно, я об этом не подумал, — нахмурился Андрей, — Не сомневаюсь, что ты осторожно разберёшься в этих тонкостях сама… Можешь пожить в моём номере отеля «Силикон»…. а лучше, подобрать удобное жильё по своему вкусу… Ты теперь многое можешь себе позволить, как Вершитель и… как моя рабыня.

— Хорошо, мой Повелитель, я подумаю…

— Как ты меня назвала? — удивился мужчина.

— Вообще-то, первой так тебя назвала Клава… шёпотом… когда ты её… приручал…

Эмма ждала Андрея в Золотом номере гостиницы по-прежнему в чёрном одеянии. На её лице радость от возвращения мужчины соседствовала с печалью от тяжёлой утраты, норовившей перерасти в затяжную депрессию. Прежде, чем нырнуть под душ, Андрей заговорил с ней об этом.

— Так нельзя, девочка моя! Нам сейчас никак нельзя раскисать… У нас важные дела. Знаешь, что я тебе скажу: Катя этого не одобрила бы… — мягко, но настойчиво проговорил он, — Сегодня — последний день траура…

— Завтра… — тихо откликнулась женщина, на глазах которой выступили слёзы, — Разрешите ещё один день, мой Господин!

— Хорошо, — хрипло ответил мужчина, сердце которого мучительно сжалось…

Эмма, как он понял, приняла бесповоротное решение совместить в себе секретаршу и горничную, себя и Катрину, не допустив появления в доме другой женщины… Андрей также противился идее приглашения новой служанки, но не хотел видеть серьёзных изменений в поведении и характере Эммы, она была дорога ему такая, как есть… Впрочем, когда стройная нагая блондинка забралась к нему под душ и принялась мыть его ласковыми руками с длинными нежными пальчиками, мужчина не воспротивился…

Глава 24

Прощание

Утром Эмма подсунула ему чёрные джинсы и чёрную рубашку, на которую он накинул коричневую кожаную куртку, в тон ботинкам. Секретарша отвезла Господина с плотно забитым поклажей баулом, тяжесть которого Андрей скрывал лёгкостью обращения с ним, к воротам на территорию Дворца. Вернулся мужчина через три четверти часа уже с реально лёгкой сумкой.

Эмма доставила Андрея к его студии и поехала за Юлией, которую Хозяин решил сегодня же представить сотрудникам «Альфы». Но сначала ему требовалось переговорить со своими людьми… Андрей с удивлением взглянул на вышедшего ему на встречу управляющего. На Сергее были чёрные брюки и чёрная рубашка с платочком в нагрудном кармане, идеально-белый цвет уголка которого, на контрасте бросался в глаза. Уединившись с Сергеем в своём доме, Андрей неторопливо беседовал с ним о сиюминутных заботах студии, важных аспектах дел завтрашних и даже послезавтрашних.

Часом позднее, убедившись в полном взаимопонимании, они входили в Главное здание студии… Ещё в дверях Андрей почувствовал непривычное — такая тишина здесь случалась только ночью, да и то редко. Войдя же в просторный зал первого этажа, мужчина остолбенел — здесь были все! В полном и оттого страшном молчании, нарушаемом только лёгким жужжанием вечной камеры Павла, стояли женщины в чёрных платьях, блузках, юбках, с чёрными лентами в волосах и мужчины в чёрных рубашках, свитерах, брюках, джинсах… На стене висел огромный фотопортрет солнечно улыбающейся Катрины без всяких там траурных рамок и лент. Не в силах проглотить ком в горле, Андрей в отчаянии взмахнул руками… «Друзья мои!..» — так и не отдышавшись, сломанным голосом выдавил из себя он, и звук этих слов разорвал тяжкую тишину. Люди задвигались, открывая Андрею проход к портрету его Кати, под которым расположили стол, усеянный стопками с прозрачной жидкостью и тарелками с чёрным хлебом, и только на одной из стопок уже лежал сверху кусочек хлеба, и ничего поделать с этим было нельзя… Всеми силами стараясь сдержать подступающие слёзы, мужчина подошёл к столу взял в руки стопку, хлеб и жестом предложил присутствующим сделать то же самое. Люди тихо, не торопясь и не толкаясь, подходили к столу за рюмками и возвращались с ними обратно. Андрей пытался найти хоть какие-то слова, и в этот момент открылись входные двери. В зал вошли Эмма и Юлия, вошли и остановились. Кто-то быстро передал им стопки, и всё снова замерло.

Чёрное в пол платье Юлии добило Андрея, слёзы потекли по его щекам, а вслед за ним и по щекам тихо всхлипывающих женщин и мужчин. «Спасибо, друзья! — нетвёрдо, сбивающимся голосом, но громко проговорил Андрей, — Спасибо, что мы вместе и в радости, и в беде! Катрина… Катя — очень светлый и радостный человек!» Мужчина категорически избегал глаголов прошедшего времени, а слушавшие его люди, словно сговорившись, смотрели не на него, а на яркий, весенний портрет женщины. «Катрина ни за что бы не позволила мне… и вам долго горевать… — продолжил Андрей, — Спасибо за ваше сопереживание и уважение к моим чувствам, так же, как и к чувствам каждого в этом зале! Спасибо, что вы есть и вы здесь! Но плакать мы будем только сегодня, а завтра… и далее будем вспоминать Катю радостно и светло! Завтра я хотел бы видеть вас всех на острове, где и ей всегда… Давайте выпьем за нашу Катрину, за Катю, за мою Катюшу…» Водка обожгла ему горло…

Через полчаса под портретом Катрины осталась только одна стопка водки, накрытая куском хлеба, и много цветов, пусть не живых (таких в Княжестве не водилось), но очень красивых…

В Доме Хозяина собралась небольшая, но очень близкая Андрею группа людей: Наталья и Ольга, Николай и Нира, Ирина и Нина, Елена и Аоки, Изабелла и Евгения… Здесь же находилась и Юлия, заботливо опекаемая Эммой.

— Я собрал здесь, у себя, самых близких… — Андрей сидел на стуле у окна и после первых же слов опустил голову, чтобы не видеть глаза женщин. Они стреляли ими в него, друг в друга, а ещё в незнакомую этому обществу красавицу Юлию, безрезультатно пытаясь разглядеть на её шее кожаную полоску. Хозяин студии не мог знать этого наверняка, но судя по высокому вороту её платья, тайный знак принадлежности там присутствовал… Андрей продолжал: — Мне страшно не нравится, что все мы сегодня в чёрном, и рядом нет Кати. Это больно и… уже не исправить… Спасибо вам всем и каждому в отдельности за то, что происходило… там в зале… Один бы я… не смог… не выдержал…

— Ваши сигареты, Господин! — подошла к мужчине Белла с пепельницей и сигаретами, почувствовав, что ему нужна передышка.

— Спасибо! — благодарно взглянул на неё Андрей и закурил, — Но я собрал вас по другому поводу… для того, чтобы сообщить, что ближайшее время вы проведёте без меня…

— Что? Как это? Почему? — раздалось нестройное встревоженное разноголосье.

— Мне необходимо выполнить одно очень важное дело, и события последних дней подтверждают, что тянуть больше никак нельзя. В общем, это не обсуждается. Далее… Сопровождать меня будет Эмма и только она одна. Это тоже не обсуждается… Вы все остаётесь здесь, спокойно живёте, работаете, творите… Студия продолжает работать в привычном режиме, все проекты в силе… Более того, я надеюсь, что настало особое время для особой работы. Постарайтесь ради Кати, для меня, для всех нас… Я верю в вас, девочки мои!..

— Как долго Вас не будет, Господин? — с волнением в голосе спросила Нира.

— В том то и дело, что ответить на этот вопрос я сейчас не в состоянии, — Андрей с приязнью посмотрел на женщину, кивнул ей и снова опустил голову, — Думаю, вам следует быть готовыми к тому, что моё отсутствие продлится достаточно долго… Возможно, месяц… Не исключено, что и более…

— Долго… — единственное, что удалось понять мужчине в поднявшемся шёпоте и шушуканье.

— Если бы речь шла о кратком сроке, я не стал бы и беспокоить вас по этому поводу, — продолжил Андрей, снова закурил, поднял голову и расправил плечи, — Самое главное, чтобы вы знали и помнили — мы одна семья! Каждая из вас дорога мне по отдельности, но вместе мы — одна семья, как бы странно это не звучало…

— Семья, семья… — эхом разносилось из уст в уста, одетые в чёрное женщины тихо заулыбались, переглядываясь.

— В каждой семье случаются и радости, и горести, и праздники, и чёрные будни… Не обходится и без размолвок, ссор и взаимных обид… Чтобы размолвки быстро заканчивались, а обиды прощались, нужно просто быть друг к другу добрее. Лишний раз поговорить, обсудить проблемы, понять… Вы остаётесь хозяйками в нашем большом доме, называемом студией «Альфа». Возможно, будет правильным вам собираться не реже раза в неделю и обсуждать проблемы и планы, принимать единые решения… А когда вернусь, продолжить собираться уже со мной…

— Но без Вас у нашего собрания должен быть лидер, ведущий, — воскликнула Изабелла.

— Ты так считаешь, Беллочка? — удивился Андрей, — Но среди вас есть лидеры с одной стороны, и люди, не претендующие на эту роль, но несомненно имеющие свой голос, своё мнение. Выслушать нужно всех. Сегодня я поговорю с каждым из вас наедине и об общем, и о личном… А если считаете, что для ваших собраний необходимо назначить ведущего… Предлагайте свои кандидатуры!

— Нам важно услышать Ваше мнение, Господин! — произнёс Николай, и женщины взглянули на него с одобрением.

— Да? — усмехнулся Андрей и задумался, — В принципе, логично: выслушать меня, пока я здесь, а не додумывать за меня позднее… На мой взгляд, это должен быть человек, который даст возможность высказаться всем, никого не забудет, не даст превратиться собранию в базар и, при необходимости, поможет принять решение не в пользу кого-то отдельного, а на пользу общего дела. Я предлагаю Ольгу…

— Олю… Почему нет? Отличная идея! Оля подойдёт… — началось стихийное обсуждение, в котором не принимала участия сама Ольга, пристально смотревшая на Андрея.

— Не торопитесь, решение, в любом случае, за вами… Но не придумывайте никаких голосований, пожалуйста! Не спешите, общайтесь, договаривайтесь и принимайте единое решение… В семье по-другому нельзя! — настаивал мужчина, — Теперь ещё один важный и для вас, и для меня вопрос — ваша безопасность. К счастью, служба охраны студии налажена и работает без сбоев. Любые вопросы, замечания, наблюдения и предложения — напрямую к начальнику службы безопасности Софье, вы её знаете, и у каждой из вас должен быть номер её мобильного на всякий случай… Впрочем, опасности бывают разного рода, поэтому в моё отсутствие у вас должен быть защитник со стороны власти. Знакомьтесь — Госпожа Юлия!

— Вот оно что… Ах, вот кто это… — раздался женский шепоток.

— У вас будет и её телефонный номер, — продолжил Андрей, — Госпожа Юлия в моё отсутствие готова выслушать каждую из вас по интересующим вопросам и помочь при необходимости…

— Милые женщины, и ты, Николай! — заговорила Юля, — Я немного знаю всех вас… со слов Господина Андрея. Я действительно готова оказать вам помощь и поддержку, тем более в его отсутствие. Буду рада, и личному общению. Обещаю ответить на все вопросы, если только они не касаются моих обязанностей Вершителя… Вы очень симпатичны мне, как и ваша студия…

— А наш Хозяин Вам тоже симпатичен, Госпожа? — тут же появился первый вопрос, который озвучила Евгения.

— Да, — прямо ответила Юля, немного смутившись, — Господин Андрей мне нравится, очень… Как и всем здесь присутствующим…

— Отчего же? — возразил Хозяин студии, усмехаясь, — Мне он иногда противен!

— Вы — исключение, только подтверждающее правило! — улыбнулась в ответ Юлия, как и другие женщины, — Однако, моё собственное отношение к Господину Андрею не означает, что я буду вмешиваться в ваши личные дела и участвовать в вашем собрании без особого приглашения. Я надеюсь быть полезной вам и студии… Кстати, с разрешения Хозяина, мне и журналистке Клотильде Тезе предстоит наладить взаимодействие организуемой на студии рекламно-информационной службы со средствами массовой информации Княжества. Хотелось бы в ближайшие дни выслушать ваши пожелания и предложения по этому вопросу. Уверена, таковые найдутся… Но главное — спокойная и безопасная жизнь и работа в отсутствии Господина Андрея. Этому вопросу я отдам все силы и возможности, какие понадобятся, можете не сомневаться…

— Спасибо, Юля! — благодарно кивнул мужчина и обратился ко всем присутствующим, — Если у вас нет вопросов к Госпоже, я провожу её и Эмму, а затем поговорю с каждой по отдельности в своём кабинете. Хорошо?

— Кому готовиться для личной беседы первой? — улыбнулась Ольга среди общего кивания.

— Готовиться не обязательно, это не экзамен, — хмыкнул Андрей, — Лучше сообразите какие-нибудь бутерброды на всех, думаю, наши разговоры затянутся… Первой будет… Нина, а ты, Оленька, — завершающей!

— С радостью, Господин! — ослепительно улыбнулась Оля.

Юля с Эммой и Андреем вышли из Дома Хозяина и некоторое время беседовали. Затем Андрей коротко поговорил со своей секретаршей, которая должна была отвезти Вершительницу и отправиться домой в отель; поцеловал Эмму в щёку и ласково погладил по спине. Прощаясь с Юлией, мужчина дотронулся рукой до её шеи и укоризненно покачал головой. Юля обдала его брызгами синих глаз, быстро и горячо чмокнула в губы, взяла за руку Эмму и пошла к машине, поминутно оглядываясь…

К появлению Андрея, в его кабинете на втором этаже Дома Хозяина, на столе рядом с огромной хрустальной пепельницей стояли две тарелки с бутербродами, бутылка воды, вазочка со льдом, пара стаканов и штоф с бурбоном. На диване, недалеко от стола, сидела Нина. Усаживаясь в кресло и закуривая, Андрей внимательно смотрел на женщину, оказавшуюся его рабыней в общем-то случайно, благодаря не прогнозируемой цепочке событий. Внешность Нины не соответствовала вкусу Андрея: выше его ростом, худая, с казавшимся маленьким чуть вытянутым лицом. Большие карие глаза неоднозначно сочетались с маленьким носом и ртом с тонкими губами, а цвет всегда коротких волос Нинель (так звучало полное имя женщины) меняла часто и, казалось, по настроению. Сейчас она была огненно-рыжей. Главным достоинством её внешности многие мужчины студии считали ноги, и были по-своему правы. Длину чрезвычайно стройные ноги Нины имели выдающуюяся. Про таких женщин говорят, что ноги у них из коренных зубов растут. Поэтому, когда Нинель надевала короткие платья или юбки, мужчина не могли оторвать от неё глаз. Ножки Нины мелькали во всех фильмах студии, но только они. Ни на что большее, а тем более на полноценную роль в кино, она не соглашалась, а Хозяин студии не настаивал…

— Ты, кажется, удивлена, что я позвал тебя первой? — спросил Андрей.

— Да, Господин! — кивнула взволнованная женщина, — Не знаю, радоваться или огорчаться?

— Конечно, радоваться! Быстрее отделаешься! — пошутил мужчина, — Ну, а если серьёзно, у меня к тебе вопрос для начала: Ты не жалеешь, что оказалась у меня, здесь?

— Конечно, нет! — сильно удивилась Нина, — Почему Вы так спрашиваете, Господин? Я недостаточно хорошо справляюсь со своей работой на студии или чем-то не угодила Вам лично?

— Ничего похожего! — тепло улыбнулся Андрей, — К тебе у меня претензий нет, напротив… Думаю, это я уделяю тебе мало внимания.

— Ах, Господин! Вряд ли кто-то из нас отказался бы от повышенного внимания с Вашей стороны, но мы хорошо знаем о количестве и важности дел, которыми Вы занимаетесь…

— Рад это слышать, но без внимания Господина тоже нельзя, — серьёзно кивнул мужчина, — А теперь, когда меня не будет продолжительное время, проблема только усугубится. Вот я и хочу конфиденциально выяснить у тебя, Нина: Нет ли у тебя желания что-то изменить в своей жизни?

— Ни в коем случае, Господин! — воскликнула женщина, слегка порозовев, — Я очень дорожу работой на студии и положением в Вашем… ближнем окружении! А если Вы об интимном… Я буду ждать Вашего возвращения.

— Милая девочка! Это приятно слышать, но мы с тобой и сейчас… очень редко бываем наедине…

— Да, но… Я надоела Вам? — с тревогой спросила Нинель, — Нет? Ну, тогда всё в порядке! Пусть редко, но… Первого раза я никогда не забуду!

— Первого раза? Ты о Ритуале? — поразился Андрей, — Но там всё было… не слишком гладко… И я был несколько…

— Вы были прекрасны, Господин, внимательны и добры ко мне… Я даже не надеялась на такое понимание…

— Ты не преувеличиваешь?

— Нисколько! С того дня всё в моей жизни изменилось…

— Изменилось к лучшему? — улыбаясь, пробурчал мужчина.

— Конечно! Меня больше никто не заставлял… что-либо делать по принуждению… А когда через день после Ритуала Вы перевели меня из магазина на студию, дали интересную работу и жильё здесь… Никогда и нигде мне не было так хорошо, нигде и не будет!..

Андрей вспомнил тот день, когда они с Сергеем ближе к полуночи приехали в магазин, где тогда работала продавщицей и манекенщицей Нина, а управляющей Рита… Накануне стараниями Андрея управляющий «Альфы» стал Служителем 1-го ранга. Праздновали это событие вдвоём в доме Сергея на студии. Как частенько случается у мужчин, после изрядного количества спиртного, разговор с тем творческих, философских и просто интересных, перешёл на животрепещущие, то есть на женщин. Сергей очень кстати, по его мнению, напомнил Андрею об обещании провести ночку в обществе незнакомых или малознакомых дам. Учитывая праздник Сергея, отступать Хозяину студии было некуда, и тут он вспомнил о парочке женщин, доставшихся ему «в нагрузку» к Ирине и магазину товаров интимных принадлежностей. По закону Рита и Нина должны были стать его рабынями, но Андрей оттягивал Ритуал до сих пор, хотя пара ошейников давно лежала в его портфеле… Выпив ещё по одной, Вершитель махнул рукой, и позвонил управляющей магазина, чтобы уведомить её о том, что он с другом считает нужным через час встретиться с ней и Ниной.

— Нет проблем! — томно ответила Рита, несмотря на позднее время, — Приезжайте ко мне, Нина тоже будет здесь…

— Это не подходит, — капризно ответил Андрей пьяным голосом, — Собирайтесь и отправляйтесь в магазин, там есть всё необходимое для этого… как его?

— Для Ритуала?! — вскричала женщина, — Но нам с Ниной следует подготовиться!

— Вот и готовьтесь, — развязно проговорил мужчина, — У вас ещё целый час есть! А выпивку и закуску мы привезём…

— Но, Господин, Вы хотите проводить Ритуал вместе со своим другом? — растерянно спросила Рита, — Вам, конечно, можно всё, но обычно…

— А я хочу необычно! — по голосу можно было подумать, что Андрей пьян в лоскуты, — Не порти мне хорошее настроение, крошка, а то…

— Нет-нет, Господин! — воскликнула она, — Мы будем на месте и… всё сделаем, как надо…

В магазин мужчины приехали не через час, а почти через два. Во-первых, Андрею не очень нравилась вся эта затея, он валял дурака, и строил из себя ну о-о-очень пьяного маньяка сначала дома, а потом в такси. Во-вторых, им приспичило заехать в дорогой ночной супермаркет и сорок минут выбирать там убойное пойло и изысканную закуску. В секс-шоп мужчины вошли, весело посмеиваясь, с четырьмя огромными пластиковыми пакетами, наполненными снедью… Рита встретила их с широкой, немного наигранной улыбкой, а когда быстро оценила качество привезённых угощений, повеселела уже вполне естественным образом. В отличие от напарницы, напялившей розовое платье с кружевами которой скорее подчёркивало, нежели скрывало её аппетитные формы, Нина надела чрезвычайно изящный, но строгий светло-коричневый брючный костюм и смотрела на мужчин со страхом. За столом, накрытым прямо в небольшом торговом зале закрытого на ночь магазина, подвыпивший Сергей решил было приударить за Ниной, но вскоре посетовал на её холодность и, не встречая возражений со стороны Андрея, переключился на пышнотелую управляющую. Спиртное лилось рекой… Вскоре Вершитель понял, что его друг изнемогает от желания, а сам он вот-вот захочет спать, и произнёс:

— Не пора ли нам заняться делом, девочки? Вы подготовили местечко для нашего группового… Ритуала?

— О да, Господин! — с уже нетрезвой томностью, если не сказать развязностью, ответила Рита, — Мы готовы приступить немедленно!

— Подождите, Господин! — неожиданно возразила Нина, обращаясь к Андрею, — Только Вы будете моим Хозяином, значит, во время таинства Ритуала я должна быть только с Вами вдвоём…

— Что ты придумываешь, Нинка? — опережая вероятное недовольство мужчин, прикрикнула на манекенщицу управляющая, — Прекрати ломаться!

— Минуточку… — прервал её Андрей гораздо более трезвым голосом, чем минуту назад, — Заставлять я никого не буду… Ты готова к Ритуалу, Нинель?

— Да, — женщина оторопела не столько от постановки вопроса, сколько от того, что Господин назвал её полным именем, — Но не так я это себе представляла…

— Хорошо, — неожиданно для всех согласился Вершитель, — Тогда жди меня здесь и… надень что-нибудь более подобающее моменту!

В большую примерочную, подготовленную для Ритуала, Андрей отправился вслед за Сергеем и Ритой без интереса, обернувшись по пути на Нину, которая смотрела ему вслед с плохо скрываемым облегчением. По центру примерочной была разложена и застелена красным шёлком койка, на которой легко могли поместиться две пары. Присевшая на край Рита изображала пугливую невинность ровно две минуты, а затем принялась помогать Господину избавляться от одежды… Ещё через пятнадцать минут Андрей, застегнув на Рите ошейник и накинув чёрный атласный халат на голое тело, выходил из примерочной, оставляя возможность Сергею утолить все свои желания… Нина, в те времена брюнетка, как и управляющая, сидела за столом в той же позе, в которой он оставил её, но переодетая в чёрное шёлковое платье выше колена, на бретельках, напоминающее комбинацию…

— Вы уже вернулись? — удивилась женщина.

— Не хочу им мешать…

— Но Рита теперь Ваша рабыня!

— Думаю, ненадолго, — моментально ответил мужчина. Нина хотела задать вопрос, но прикусила язык, а Андрей спросил: — Здесь нет душа?.. Плохо! Надо будет решить этот вопрос…

— Я оботру Вас влажными салфетками, Господин… Хотите?

— Хочу, только немного позже… — устало ответил мужчина, — Давай выпьем, Нина!

— С удовольствием, Господин! — вдруг легко и ясно улыбнувшись, согласилась женщина, подставляя бокал под струйку «Мартини», — А Вы, оказывается совсем не пьяный…

— Да? — пожал плечами Андрей, выпивая свою рюмку водки и закуривая, — Скажи-ка мне на милость, почему ты так себя повела?

— Простите, Господин, но для меня Ритуал — серьёзное испытание и… Я не могу отнестись к нему легкомысленно.

— Так, — внимательно посмотрел на неё мужчина, — А подробнее?

— Я очень испугалась, когда узнала, что должна стать рабыней… Расспрашивала Риту… Для неё это — простая формальность, но не для меня. Она многое знает. Я почерпнула важное для себя из её рассказов, переосмыслила свою жизнь и поняла, что всё к лучшему.

— Что же к лучшему?

— Мою жизнь давно пора менять в корне… Этот магазин, Рита, редкие клиенты, часто докучливые, иногда противные… А после работы снова Рита в отеле и… пустота… Может лучше быть рабой одного Господина?

— Может лучше, а может хуже… Кто скажет наперёд? Это зависит от Господина, да и от рабыни тоже…

— Вы — умный и с характером… Студию открыли… Может, там мне более интересная работа найдётся, чем продажа нижнего белья и страпонов. Я понимаю, что для рабыни не это главное, но…

— А что — главное для рабыни?

— Хозяин, — ответила Нина, и внимательно посмотрела на мужчину широко раскрытыми карими глазами.

— Логично, — кивнул Андрей, — А если, всё-таки, не я…

— У меня есть выбор? — тихо улыбнулась женщина.

— Представим, что есть…

— И кто же, если не Вы?

— Сергей, например, — мужчина кивнул в сторону примерочной.

— Нет, — покачала головой Нина.

— Почему же? — поднял брови Андрей.

— Возможно, он хороший человек и друг, но сюда он пришёл просто, чтобы потрахаться.

— А я не за этим?

— Вы пришли, чтобы отделаться от двух женщин, случайных рабынь…

— Не удалось! — усмехнулся мужчина, наливая себе ещё водки, а женщине вермута.

— Почему же? Наполовину уже почти… — улыбнулась Нина, коснувшись бокалом его рюмки, — Вы хотите подарить Риту Сергею, да?

— Возможно… Разумеется, если она ему понравится до такой степени, чтобы… — фразу Андрей не закончил.

— Думаю, понравится, но через несколько месяцев он об этом пожалеет, — неожиданно заключила женщина.

— Вот даже как? — снова вскинул брови мужчина, — Тогда всё это не нравится мне ещё больше… А ты — умная, да?

— Нет, это у меня от спиртного, — улыбнулась Нина, — Рита любит, чтобы её ублажали… желательно вдвоём или втроём… Вряд ли Сергей согласится на частые групповые оргии… Но сильно волноваться не надо, хоть она и потаскуха, но хороший работник и… без двойного дна…

— Это успокаивает, — вздохнул Андрей, — А что мне делать с тобой, Нина?

— Может быть, позволить мне отмыть Вас от Риты?

— Неплохо бы… — кивнул мужчина, — Но не здесь же?

— Нет, конечно, — тихо улыбнулась Нина, — Пойдёмте, Господин…

Женщина привела Андрея в маленькую, но очень уютную комнатку, что-то вроде гримёрной манекенщицы. Мужчина сразу понял, что это крошечное царство Нины, её уголок для уединения, и то, что она привела сюда его, мужчину, стало исключительным событием. У дальней стены стоял небольшой диванчик, уже разложенный и заботливо застеленный чистым и мягким, даже на вид, бельём. Андрей подошёл к нему и развернулся лицом к женщине. Она мягкими движеньями освободила мужчину от халата, а он в ответ снял через голову её чёрное платье. Стройность Нины не вызывала сомнений, но худощавость и чрезвычайно маленькая грудь… Единственной серьёзной выпуклостью её фигуры оказалась небольшая упругая попка, полузакрытая чёрными трусиками. «Да, не мой размерчик», — подумал Андрей, трогая маленькие сосочки Нины. Женщина практически сразу мелко задрожала, и её кожа покрылась мурашками.

— Быть может, Вы приляжете, Господин, и я протру Вас? — смущённо спросила она.

— Конечно, милая… Как скажешь…

— Как скажу? — удивилась Нина, — Тогда… сначала… Поцелуйте меня, пожалуйста!

Тонкие губы женщины оказались влажными и вкусными, а тело тёплым и гибким. Нина уложила Андрея поперёк диванчика и принялась протирать мягкими увлажнёнными салфетками, время от времени целуя. Движения женщины были плавными и ласкающими, а процесс тщательным и неторопливым…

— Вам, и в правду, нужна такая рабыня, Господин? — с сомнением спросила Нина, колени которой уже стояли на диванчике, а голова наклонилась к лицу мужчины.

— Теперь уже да! — ответил Андрей, застёгивая кожаный с серебром ремешок на шее женщины…

Зрелище двигающегося на нём гибкого, худощавого тела заворожило Андрея, а ощущения внутри узкой, упругой вагины оказались красочными…

* * *

Некоторое время они лежали рядом в её мягкой постельке, Нина тяжело дышала и вздрагивала от ласковых прикосновений мужчины к её гладкому, начисто лишённому растительности лобку…

— Курите здесь, Господин! — угадывая желание мужчины, воскликнула Нина, но он покачал головой.

— У тебя здесь всё так уютно и мило, даже запах, что не хочется нарушать гармонию дымом, — ответил Андрей.

— Теперь здесь пахнет и Вами, мой ласковый Господин! — Нина благодарно поцеловала мужчину в плечо…

Через пять минут он в халате и она в своём чёрном платье-комбинации, но уже без нижнего белья, вышли из каморки манекенщицы и направились к столу, где, как оказалось, пьянствовали весёлые, разгорячённые и довольные друг другом Сергей и Рита. Нине общаться с ними, по всей видимости, не хотелось. Она прижалась к закурившему сигарету Андрею и сжала тонкими пальцами его бедро. Сергей наслаждался своим полным удовлетворением от происходящего и не обращал внимания на нюансы. Рита внимательно осмотрела Нину и Господина, в глазах управляющей магазином промелькнула зависть и тайное желание…

— Благодаря Вам, Господин Андрей и прекрасным дамам, особенно Марго, мой праздник удался на славу! — произнёс Сергей, поднимая наполненную рюмку и чокаясь с присутствующими.

— Вот и прекрасно!.. Но мы с Ниной ещё не закончили, — улыбаясь, ответил Андрей, и манекенщица сжала его бедро ещё крепче.

— Ничего себе! — охнула Рита, трогая свой ошейник и рассматривая такой же на шее Нины, — Вы снова нас покинете?

— Так и нам есть чем заняться! — с готовностью отреагировал Сергей, — Не правда ли, мой бутончик?

— Ну, если Господин не против… — с сомнением проговорила яркая и пышная управляющая, явно ожидавшая продолжения в расширенном составе.

— Милуйтесь, голубки! Господин не возражает, — с едва заметной усмешкой ответил Андрей, поднялся из-за стола и, подмигнув Рите, повёл радостно сжавшую его руку Нину обратно в уютную каморку… Там он повернул женщину к себе лицом, посмотрел в её блестящие карие глаза и сказал: — Мы и в правду не закончили, ласточка моя! Кое-что мы забыли, не так ли?

— Это столь необходимо? — тихо спросила Нина, и щёки её покраснели, — Но я готова, мой добрый Господин! Делайте всё, что считаете нужным…

… Андрей с улыбкой оставил свои воспоминания в покое и снова посмотрел на сидящую на диване в его кабинете Нину. Изменилась ли она со времени их первой встречи? Внешне — почти нет, не считая постоянно меняющейся короткой причёски и цвета волос. Но пропала в ней блёклая магазинная покорность судьбе и забитость, появился же блеск карих глаз, выражающих не только беспокоящую порой неуверенность в себе, но и гордость от того, что её выбрали, позволили оказаться в этом особенном уголке Княжества среди равных и прекрасных людей, подняться над собой и окружающим миром. Эти глаза убеждали, что Нина благодарна шансу оказаться равной среди равных, верна ему, и искренне ценит этот подарок судьбы.

— Значит, ты вспоминаешь о той ночи с удовольствием? — спросил Андрей.

— Да! А Вы? — словно читая его мысли, спросила женщина и привстала. Мужчина остановил её порыв жестом, сам вышел из-за стола и подсел к ней на диван. Он обнял Нину за талию, положил её длиннющие ноги себе на колени и принялся поглаживать их, а она склонила к нему голову и прошептала: — Правда же, там, в моей комнатке, было хорошо?

— Правда, ласточка моя!

— Ах, как хорошо, что Вы всё вспомнили! — искренне обрадовалась женщина, — Может для кого-то Ритуал кажется страшным, а для меня он был… прекрасным!

— Хочешь повторить? — улыбнулся Андрей.

— Повторить?! Там же? — ахнула Нина, — Очень хочу, мой Господин! А это возможно?

— Той каморки манекенщицы с неповторимым запахом и уютом уже нет, — вздохнул мужчина, — Но неужели мы не найдём подходящего места, когда я вернусь?

— Найдём, — прошептала женщина и нежно поцеловала его в щёку, — Я подготовлю прекрасное местечко к Вашему возвращению…

— А я даже знаю, где оно появится… — таинственно улыбнулся Андрей, — На время моего отсутствия есть у меня одно задание для тебя лично… Этот дом большой и красивый, но толком необжитой и неуютный…

— Вы хотите, чтобы я занялась дизайном его обстановки? Пожалуй, я справлюсь…

— Справишься, — кивнул Андрей, — Но этого мало, я хочу, чтобы ты жила здесь.

— Как это? — изумилась Нина, — Я в Доме Хозяина?!

— Ты же говорила, что будешь ждать меня? Так? — тепло улыбнулся мужчина, — В таком случае, я хочу, чтобы ты ждала меня здесь!

— Я… Я даже не знаю, что сказать, мой Господин! Я буду жить в Вашем доме, делать его уютнее, обживать…

— И время от времени принимать добрых гостей или небольшие собрания близких… — продолжил Андрей, целуя маленький ротик женщины, — Я оставляю тебя хозяйкой этого дома, ласточка!

— Это так неожиданно! И так… вдохновляет, — Нина одарила мужчину чудесной улыбкой и доверчиво прижалась к нему…

Покидая кабинет, она посмотрела на Андрея с такой теплотой, что у мужчины защемило сердце. Он понял, что недооценивал Нину и ошибался, собираясь предложить ей полную волю и непонятную ей холодную свободу…

По просьбе Хозяина студии Нина пригласила в кабинет Наталью. Та присела на диван с таким сумрачным выражением лица, прекрасно сочетавшимся с чёрным платьем, что Андрей за столом закурил внеочередную сигарету.

— Что случилось, Наталья Ивановна? — неожиданно даже для себя, он назвал её по отчеству, — В последние дни происходит целая череда тяжёлых, даже тягостных событий… Но нельзя же смотреть на мир так мрачно, да ещё в нашей довольно светлой студии! Как ты считаешь?

— Я не знаю, — подобное выражение означало у Натальи высокую степень депрессии, и Андрей знал это.

— Прекрати умирать, Наташа! — довольно жёстко проговорил он, — Расскажи толком, что тебя мучает?

— Вы уезжаете надолго, это я знаю, — мученически стеная, проговорила женщина, — Вы уезжаете, а я… остаюсь… одна!

— Что значит одна, Наташа? Вокруг столько людей, столько дел в студии, забот, хлопот и радостей…

— Всё это так, но… Я никому не нужна!

— Наталья Ивановна! — с холодной улыбкой мрачного обольстителя заговорил Андрей, — Если бы мой отъезд не был необходим в ближайшее время, я бы… надавал тебе пощёчин, изощрённо надругался бы над тобой и выгнал голую из кабинета пинком в зад!

— Да?! — аж подскочила на месте Наталья, и уставилась на мужчину, — И что же делать?

— Снимать штаны и бегать! — засмеялся Андрей, — Всё, что перечислил, я, безусловно, проделаю с тобой в воспитательных целях, когда вернусь… А сейчас скажи мне: тебя беспокоят личные отношения? Кто тебя тревожит? Ольга и Николай?

— Они… Да, какие там личные отношения?! — всплеснула руками женщина, — Оля шарахается от меня… Я чувствую нашу с ней связь из прошлого, и знаю, что Оленька не хочет даже вспоминать об этом. Наверное, она права, но я-то не могу так…

— Понимаю. А Николай?

— Коля — хороший мальчик. Да и не мальчик уже, а молодой мужчина… Он со мной добр и ласков, но его, как и меня, тянет к Ольге. У него есть возможность общаться с ней чаще, но и с ним она холодна.

— Оля не холодна, Наташа! Более того, она начнёт спокойно общаться с тобой и Колей, когда вы оставите в покое прошлое, перестанете преследовать её своими воспоминаниями… Пойми, Ольга стала взрослой, самостоятельной женщиной, у неё другая жизнь. И в этой новой жизни ты и Николай можете быть с ней добрыми приятелями, сотрудниками студии… Но не более! — жёстко заключил Андрей.

— Вы правы, Господин! — понуро опустила голову бывшая училка, — Мне нужно сохранить хотя бы Колю, он тянется ко мне, но… Что-то не даёт ему раскрыться полностью, пойти мне навстречу…

— Вероятно, я знаю что… Но не проси от меня немедленного ответа, мне нужно поговорить с самим Николаем. Лучше скажи мне: ты хотела бы жить с ним?

— Как это? — поразилась Наталья и недоверчиво уставилась на Андрея.

— В прямом смысле слова. Знаю, что ты помогаешь ему и сейчас… Хочешь ли ты ухаживать за ним, заботиться постоянно?

— Ухаживать? — глаза женщины расширились, — Как женщина ухаживает за мужчиной, пусть и младше её по возрасту?

— Именно так. И жить при этом в одной квартире, спать в одной постели, радоваться взаимным ласкам…

— Но это же невозможно! — вскричала Наталья, — Коля — Ваш раб, а я — Ваша рабыня навсегда…

— Наташа, я только спросил, хочешь ли ты этого? — нахмурился Андрей, — Можно было подумать о такой возможности, но вижу, что это напрасная трата времени…

— Нет, Господин! Конечно, я хочу быть ближе к Коле! И если бы такая возможность была, жила бы с ним в одной квартире, и заботилась, ухаживала… Даже спала бы с ним в одной постели, ласкала… позволяла бы ему… многое… Но мне неудобно говорить об этом при моём Господине!

— Отчего же? — усмехнулся мужчина, — С Господином ты должна быть абсолютно искренней! И если вдруг, он разрешит тебе жить со своим рабом, то ты не перестанешь быть его рабыней! Однако, в свободное от служения Господину время…

— Вы хотите сказать, что могли бы позволить… если я… — начала заикаться женщина, — Но разве я не послушная и прилежная рабыня Ваша? Разве я не служу Вам верно и не готова выполнить любой Ваш приказ, даже самый страшный, унизительный, неприличный?..

— Готова-готова… Всегда готова! — властно ответил Андрей, с удовольствием наблюдая, как к училке возвращается желание жить, о чём красноречиво свидетельствовало лицо, покрывшееся красными пятнами, — Я подумаю о вас с Колей… Но не вздумай и намекать ему об этом, пока я не поговорил с ним сам! Ясно?.. А сейчас позови ко мне Ирину.

Андрею хотелось осмыслить разговор с Натальей, прежде чем разговаривать с Николаем, поэтому он не стал вызывать его сразу… Общение с Ириной не сулило положительных эмоций. Последнее время Хозяину студии начало казаться, что он ошибся, согласившись сделать эту добрую и мягкую, но блёклую и настойчиво не желающую давать волю своим эмоциям, чувствам, воображению сорокалетнюю женщину своей рабыней. Зная о взаимной симпатии Ирины и Павла, Андрей даже подумывал о том, чтобы избавить себя от неё, сделав подарок Главному оператору студии. Однако Павел лишь месяц назад стал Служителей 2-го ранга и до 1-го ранга, позволяющего взять женщину в услужение, мог пройти не один год… Разговор с Ириной шёл вяло и уныло, пока Андрей не перевёл его на Главного оператора студии.

— В отличие от многих наших сотрудников, работа, как мне кажется, не увлекает тебя? — как бы между прочим поинтересовался мужчина, — Может быть тебе попробовать себя в другом качестве, Ира?

— В каком, Господин? — насторожилась женщина, — Вы решили снимать меня в постельных сценах?

— Если решу — так оно и будет! — нарочито грубо ответил Андрей, — Впрочем, сейчас есть и другая возможность… Павел говорил мне, что ты интересуешься операторским искусством?

— Да! — вспыхнула Ирина, — Это… очень интересно…

— И если он изъявит желание взять тебя в помощники оператора?.. То есть своим ассистентом…

— Правда?! — ахнула женщина, — Я бы согласилась с радостью… А это возможно?

— Всё возможно, — хмыкнул Андрей, — Но скажи мне сначала, Павел интересует тебя, как мужчина?

— Как можно? — изменилась в лице Ирина, — Я же принадлежу только Вам!

— Это я и без тебя знаю! — резко заговорил Андрей, пересел к рабыне на диван и крепко схватил её за руки, — Но если ты хочешь, чтобы твоя жизнь менялась к лучшему, а не наоборот, потрудись говорить мне правду! Лгать ты, всё-равно, не умеешь!

— Простите меня, Господин! Накажите меня! — вскричала женщина и бросилась к его ногам, — Возьмите меня, как хотите, я же Ваша рабыня! Но Вы видитесь со мной так редко, а теперь Вас и вовсе долго не будет… Да, мне интересен Павел… Он Великий оператор, а я… Ваша рабыня и… никогда себе не позволю… Он симпатичный пожилой уже мужчина… Удивительный, когда работает… Вы не понимаете? Сексуально его нельзя даже сравнивать с Вами. Вы приказываете и я… кончаю уже от этого! Но Вы так редко приказываете…

— А если я прикажу тебе спать с Павлом?

— Не надо, Господин! — совершенно искренне, округлив глаза, воскликнула Ирина, — Это всё испортит… Приказывайте мне делать это с Вами, когда угодно, где и как Вам захочется!

— Пытаюсь я тебя понять, Ира! Но получается с трудом… — проговорил Андрей, глядя на расположившуюся у него в ногах женщину, — Значит так, с завтрашнего дня работаешь ассистентом у Павла. Помогай ему, заботься о нём хоть круглые сутки, учись у Мастера до моего возвращения, по крайней мере… А если за это время у вас с ним случатся нежные отношения…

— Не случатся, Господин! — прервала его Ирина, — Он только иногда целует мне руку, но я большего и не разрешу…

— Не перебивай меня, Ира! — грозно произнёс мужчина, — Если до моего возвращения у тебя с Павлом начнутся нежные отношения, я не буду гневаться… А там посмотрим…

— О, только не гоните меня прочь! — женщина встала на колени и быстро расстегнула чёрную блузку, — Я буду ждать Ваших приказов, что бы не случилось… и в Ваше отсутствие тоже буду ждать, как сейчас! Прикажите! Прикажите мне! Обзывайте меня гадкой шлюхой и приказывайте, пожалуйста!

— Ира! — Андрей поразился расторопности женщины, её горячности, бесстыдству и… сдался…

Немного отойдя от неожиданной развязки общения с Ириной и поразмыслив, Андрей позвал в кабинет Николая, предполагая выслушать молодого человека и принять решение по поводу него и Натальи.

— Я очень рад, что Вы нашли время поговорить со мной наедине, Господин! — говорил Коля, — Ваш внезапный отъезд расстроил всех, в том числе и меня, конечно… Буду ждать Вашего возвращения, помогая моей Госпоже всем, чем могу.

— Не сомневаюсь в этом, Коля! — доброжелательно произнёс Андрей, — Но кроме обязанностей, с которыми ты обычно справляешься хорошо, хочу спросить тебя и о твоих желаниях.

— О желаниях? — немного удивился молодой человек, — Я полезен, занимаюсь важными делами, помогаю Вам и Госпоже Ольге… Чего мне желать ещё? Если же Вы хотите знать о моих мечтах, то, боюсь, они Вам не понравятся.

— М-да… — почесал затылок Андрей, — Ты прекрасно знаешь, что меня не интересуют мужчины, как сексуальные партнёры, но продолжаешь упорствовать?.. Знаешь, несмотря ни на что, я вижу, что ты становишься взрослым мужчиной, на которого можно положиться. В моё отсутствие, надеюсь, ты проявишь свои мужские качества, оберегая не только Олю.

— Можете не сомневаться, Господин!

— Прекрасно, но я хочу поговорить и о другом. Уверен, забота и поддержка нужна и тебе…

— Спасибо, обо мне заботятся. Наталья Ивановна, особенно…

— Как ты к ней относишься, Коля?

— С большим уважением и… нежностью, Господин! Она самая важная и нужная мне женщина, после моей Госпожи, — признался молодой человек, — Наше далёкое прошлое, конечно, имеет значение, но всё меньшее… Однако, мои обновлённые здесь чувства не становятся слабее…

— Послушай, Коля… У Ольги сейчас достаточно помощниц. Это, разумеется, не значит, что она не будет пользоваться твоими услугами. Но я хочу, чтобы ты больше внимания оказывал Наташе. Намного больше, чем сейчас! Да и у неё появится гораздо больше возможностей, чтобы заботиться о тебе, ухаживать за тобой…

— Вы думаете обо мне и Наталье Ивановне? Мне это очень приятно… — Николай поднял немного озадаченные, но ясные глаза на Андрея, — Я буду только рад такой возможности, Господин! Но как Вы это видите?

— Думаю, вам двоим следует попробовать жить вместе.

— Вдвоём? В одной комнате? — встрепенулся молодой человек.

— Скорее в одной квартире. Это можно устроить.

— И Вы позволите нам жить вдвоём?

— Да, — кивнул Андрей, — Ты бы этого хотел?

— Хотел бы, Господин! — заволновался Николай, — Но это значит, что мы и спать будем…

— Да, Коля, и спать будете в одной постели и заниматься тем, что нравится вам обоим…

— С ума сойти! — молодой человек сжал руками виски, — И Вы сами хотите этого, да? Похоже, Вы заботитесь о нас больше, чем мы о Вас!.. А Наталья Ивановна согласится?

— Она согласна, Коля, — сказал Андрей и продолжил, — И если ты хочешь этого, как и она, если готов отнестись к этому ответственно, как мужчина, то… Сходи за Наташей, и возвращайтесь сюда вдвоём побыстрее… пока я не передумал!

Через пять минут смущённая пара стояла в кабинете перед столом своего Господина. Мужчина молча смотрел на них, будто сомневаясь… Наталья — солидная тридцатипятилетняя училка в очках и Николай — двадцатипятилетний молодой человек, одного с ней роста, но на вид женственный, гибкий юноша…

— Коля, возьми Наташу за руку, — произнёс Андрей, закурил и заговорил с нехарактерной для себя патетикой, очевидно, под влиянием необычности момента, — Итак, поправьте меня, если я в чём-то ошибусь. Вы, двое, хотите жить вместе в радости и в печали, делить очаг и постель, заботиться друг о друге, помогать в большом и в малом… Пусть будет так. Сегодня Сергей выделит вам квартиру, куда вы можете поселиться сразу же. Всё так?

— Да, Господин! — ответил за двоих красный, как варёный рак, Коля и поцеловал руку Натальи.

— А Вы… придёте к нам, когда вернётесь? — снова покрывшись красными пятнами, смущённо спросила женщина.

— В гости приглашаешь? — усмехнулся Андрей.

— В гости? — переспросила Наталья, — Ну… как же можно пригласить в гости Хозяина?

— Вы придёте к нам, как Хозяин к паре своих рабов? — конкретизировал Николай.

— Ах, так… — вздохнул мужчина, — Приду, конечно, а там… видно будет…

Вошедшую к нему следующей Елену, Андрей встретил посередине кабинета и сразу сел с ней на диван. Женщина смотрела на него грустно и тревожно. Чёрная одежда ей, как всегда, была не к лицу.

— Извини, Лена, я немного утомился…

— Вы не должны извиняться, Господин! Я всего лишь одна из Ваших рабынь, — тихо ответила она.

— Прекратим этот бесконечный и бесполезный спор! — с досадой отмахнулся мужчина, — То, что я ухожу, ты уже знаешь… Если не хочешь говорить со мной, так и скажи!

— Ужасно хочу говорить и просто смотреть! — всё так же тихо произнесла Елена, — Обещаю не спорить!

— Ну и хорошо! — моментально успокоился Андрей и поцеловал её в щёку, — Тогда иди домой…

— Как домой? Почему? — опешила женщина.

— Потому что, вечером я приду к вам с Аоки в гости, тогда и поговорим…

— Правда? — расцвела Елена и заглянула Андрею в глаза, — В гости? Но наш Японский домик — и твой тоже, так ведь?.. Вот и прекрасно… Мы будем говорить, да? А потом?

— А потом я… останусь до утра, — посмотрел в её серые глаза мужчина.

— Честно?! — округлились глаза Елены, — Тогда… я побежала… А Аоки сюда позвать?

— Позови, а то как-то неудобно, — Андрей поймал убегающую женщину за талию, прижал к себе и крепко поцеловал в губы…

Через минуту, постучавшись и медленно, словно с опаской, отворив дверь, в кабинет вошла миниатюрная японка. Как бывало в минуты волнения, щёки девушки покрывал румянец. Андрей с ходу схватил её на руки и прижал к себе, Аоки ойкнула, а он прошептал в её маленькое ушко: «Я позвал тебя только, чтобы поцеловать! Поговорим вечером у вас дома, Лена в курсе». Девушка смущённо оглянулась на дверь, обвила его шею ручками, улыбнулась и нежно поцеловала мужчину в губы…

Следующей в кабинет, словно чёрная пантера, влетела Изабелла и тут же взобралась на крышку стола, за которым сидел Андрей, демонстрируя мужчине смуглые коленки, выскочившие из-под платья.

— Ты специально мариновал меня ожиданием, мой ангел? — с упрёком спросила она и тут же добавила, — Не отвечай, я просто ужасно соскучилась! Как некстати ты уезжаешь… Надолго?

— Надолго, Белочка! — вздохнул мужчина.

— Это дело важнее меня? — распахнула Белла золотисто-карие глаза и снова добавила, — Не отвечай, знаю, что важнее, иначе ты бы не бросил свою птичку!

— Я не бросаю тебя, птичка! Я вернусь…

— Попробуй только не вернуться! — выражение лица женщины стало предельно серьёзным, тревожным, — Вижу, что твоё предприятие опасно… Не возражай! Почему ты берёшь с собой только Эмму?

— Не взял бы и её, но… не могу оставить.

— Поняла. Очень даже поняла… — задумалась Изабелла, а потом лицо её просветлело, — Всё будет хорошо, вот увидишь! Мы будем делать здесь прекрасное кино, а ты успешно завершишь свои дела, вернёшься и увидишь та-ко-е… Я буду ждать тебя, мой ангел! Но обещай мне, что не забудешь свою птичку…

— Не забуду, птичка моя родная! — ответил Андрей, поглаживая волосы Беллы, уже сидевшей у него на коленях, — Как можно тебя забыть?

— Ах, мой добрый охотник! — улыбнулась она, — И ещё… сегодня тебе, конечно, будет некогда… Но завтра ты же ещё здесь? Тогда твоя птичка ранним утром затащит своего Господина к себе в клетку… хотя бы на пару часов… и будет любить его!..

К приходу в кабинет следующей женщины, а ею была Евгения, Андрей почувствовал, как на него наваливаются тоска и усталость. Похоже, она предполагала это и принесла с собой на подносе свежую воду, сок, лёд, бутерброды и чашку горячего кофе, которому мужчина особенно обрадовался. По просьбе Господина, женщина разделила с ним скромную трапезу…

— Как тебе у нас живётся, Женя? — интересовался Андрей.

— Я вытянула счастливый билет, Господин! — улыбнулась она, — Это же хорошо, да?

— Ты забыла, — улыбнулся в ответ мужчина, — Это не лотерея… У тебя имелся выбор, ты сама принимала решение.

— Помню, — посерьёзнела Евгения, — Возможно, я снова кажусь легкомысленной, но это, похоже, лучшее решение, которое я когда-либо приняла. Только…

— Что «только»? — спросил Андрей, не дожидаясь продолжения.

— Только это не очень похоже на наказание, Господин!

— Ты находишь? — задумался мужчина, — Испытания и карантина тебе мало? А съёмки в откровенном кино — не наказание?

— Испытание — да, но с Вами… Карантин — мало не показалось, это правда. А съёмки… Я же не профессиональная актриса… Ну да, мне случается сниматься голой, но… Думаю, многие настоящие актрисы полжизни бы отдали за те роли, которые предлагают мне Изабелла и Ольга!

— Такие замечательные роли? — Андрею в последние недели не хватало времени, чтобы просматривать рабочие материалы фильмов.

— Ещё бы! — гордо заявила Евгения, — На банальное порно приглашают девушек со стороны, а мы… Нира — уже не порнозвезда, а знаменитая актриса кино! Вы называете это наказанием?

— Значит, большего вы не заслуживаете! — засмеялся мужчина.

— Правда? — оторопело посмотрела на него женщина и тоже засмеялась, — Ну, а если серьёзно?

— Если серьёзно, то дело опять таки в твоём выборе, — Андрей заглянул ей в глаза и удовлетворённо кивнул, — Ты выбрала Ольгу, а она оказалась… такой, как есть… Пишет умные сценарии, а не пошлятину… Предлагает сниматься в психологических сценах, а не раздвигать ноги перед камерой… Суровое наказание!

— Да, я, кажется, понимаю… Я выбрала Ольгу, студию… выбрала Вас!

— Верно, но это только начало!

— Что Вы имеете в виду?

— Немногим здесь предоставляют информация о том, где они и что происходит… Тебе дали. Единицам предлагается хоть какая-то возможность выбора… Тебе предложили. Большинство влачит тут своё существование в незнании и невежестве, не задумываясь часто потому, что и думать-то не о чем! Сказали «встань раком» — встал, сказали «достань свой прибор» — достал… У тебя здесь изначально другие условия, — проговорил Андрей и снова задумался, — Возможно, это хорошо… Но это совсем не просто так, Женя! Совсем не просто…

— Я поняла Вас, мой Господин! — с чувством произнесла женщина и посмотрела на него с таким огнём в глазах, что мужчина просто не мог не выйти из-за стола и не обнять её. Евгения прижалась к нему и проговорила, — Всё в жизни имеет цену… Кому-то — чем проще, тем лучше. А я не хочу, чтобы моя жизнь оценивалась копейкой… Вот и выбрала Вас! Но сколько стоит мой выбор, Господин Андрей?

— А об этом ты задумайся сама, Женечка! Твои думы тоже входят в стоимость, — улыбнулся мужчина, — Когда я вернусь, мы продолжим этот разговор, если захочешь…

Общение с Нирой получилось самым немногословным, но самым эмоциональным. Эта, обладающая таинственной красотой еврейка, мистически притягивающая мужчин, оставалась для Андрея загадкой во многом. Она просто вошла в кабинет, подошла к креслу, взяла его за руку и повела к дивану. Прошептав: «Ничего не говорите, мой Господин! Я всего лишь Ваша верная и любящая рабыня», Нира ласкала его так, будто не чаяла увидеть больше… Одеваясь, Андрей посмотрел на неё с нежностью и тревогой, тепло улыбнулся и сказал единственные слова: «Всё будет хорошо, звёздочка моя!» У только что горячей и безумствовавшей, а теперь притихшей, неуверенно держащей его руку женщины выступили слёзы на глазах: «Я жду Вас… Я всё время жду Вас…».

Последней в списке драгоценностей Андрея, как и было обещано, оказалась Ольга. Она вошла в кабинет спокойно и сосредоточенно.

— Мой Господин! — испытующе глянула на мужчину девушка, — То, что я пришла сюда последней не означает, что мы больше не увидимся… до Вашего отъезда?

— Увидимся… Завтра… Наверное, и завтра ты окажешься последней, — задумчиво проговорил Андрей, подняв на Ольгу глаза, — Короче, увидимся до, увидимся и после…

— Спасибо!

— За что?!

— Вы меня успокоили, — тоскливо посмотрела на него девушка, — А то… как-то не по себе…

— Ты это прекрати! — мягко, но с упрёком произнёс мужчина, — Тебе ещё предстоит меня успокоить.

— А я смогу?

— Сможешь, — уверенно кивнул Андрей, — Об этом мы сейчас и поговорим. Во-первых, назначение, как бы это назвать… «спикером народного собрания» — не простая формальность.

— Угу… Меня народ уже утвердил «спикером рабского собрания», — без улыбки пошутила Ольга, — Но почему я, а не Лена или Белла, например?

— Потому, что в тебе есть нужное сочетание творческого размаха и здравого смысла, готовности рискнуть и осторожности, умения выслушать и заставить слушать себя, бережного отношения к людям и умения приказать, настойчивости и гибкости… Наконец, я доверяю тебе!

— Этого достаточно, мой Господин! Всё будет в порядке.

— Хорошо, теперь некоторые решения, уже принятые мной… Этому дому нужна хозяйка, чтобы жила в нём, создавала уют, встречала гостей, помогала тебе организовывать собрания. Хозяйкой будет Нина.

— Нина? — удивилась девушка, — Неожиданно, но… По-моему, очень красивое и удачное назначение. Только как же Наталья? Она день ото дня бледнее…

— Уже порозовела! — улыбнулся Андрей.

— Я видела, — хмыкнула Ольга, — Но надолго ли…

— Надолго. У неё теперь забот прибавится, — хитро проговорил мужчина вопросительно смотрящей на него девушке, — Через пару часов Наташа въезжает в новую квартиру здесь, на студии… И не одна, а с Николаем.

— С Колей?! — изумлённо открыла рот Ольга, — Они будут жить вместе… вдвоём?

— Именно!

— Как… муж и жена?!

— Точно.

— Но это… — не могла прийти в себя от новости Оля, — Какой же ты умный, Андрюша! Просто мудрый Каа…

— Оленька, какая ты большая! — засмеялся Андрей, — Уже и «Маугли» прочитала?

— Ага, — кивнула девушка и звонко рассмеялась, — А если серьёзно, ты просто камень с моей души снял… два камня! Ох, спасибо, мой мудрый Господин!

— Я знал, что тебе понравится моя идея, — улыбнулся мужчина, — Однако вернёмся к главному. Студия-то остаётся на тебе!

— На мне? Вся студия?! А… А Сергей?

— Сергей — хозяйство и техническая часть, вместе с Иваном. Соня — безопасность, отчасти тоже с Иваном. Не сомневаюсь, что ты найдёшь с кем посоветоваться, а с Сергеем будешь делиться мыслями и сомнениями регулярно, особенно когда нужен мужской взгляд на вещи… Но общее руководство осуществляешь ты.

— Андрюша, постой! Но ведь это ещё и деньги…

— Умница, Оленька! — радостно кивнул Андрей, — Финансовые вопросы будете решать коллегиально, но не на собраниях, а втроём: ты, Лена и Белла.

— Пожалуйста, подробнее, Господин, это очень важно!

— Верно говоришь… Учёт средств пусть ведёт Елена, она человек ответственный. Основные запросы на расходы пойдут от производства, то есть от Беллы. Доходы от проката и продаж, кстати, тоже от неё. Возможные переговоры с клиентами и партнёрами — только втроём, как и крупные вложения. Но только у тебя одной есть право вето, отнесись к нему серьёзно!

— Я слышу Вас, мой Господин! Я девочка взрослая…

— Знаю… Что ещё? Крупные проекты без меня не начинайте… Эх, не успел я… до отъезда сеть кинотеатров организовать…

— Что-что? — удивилась Ольга, — Не видео, а кинотеатры? Ну да, мы же кино снимаем, а не…

— Вот именно! — Андрей в очередной раз порадовался сметливости девушки, — В принципе, начать можете и сами. Белла знает об этой задумке и горячо поддерживает её, поговоришь с ней потом… Эммы с вами не будет, но затраты на покупку и строительство нужно просчитать. Привлеки Ивана, Наталью…

— Колю, он умненький… Так на покупку или на строительство?

— Молодец, вопрос по существу. Я вижу это следующим образом… — увлёкся Хозяин студии, — По предварительным расчётам, которые есть у Беллы и Ивана, можно сразу организовать сеть из пяти-семи кинотеатров, которые мы легко заполним, демонстрируя наши фильмы и прокатывая некоторые другие, подходящие нам стратегически. Но торопиться я не хочу… Начнём, допустим, с трёх. По сути, дешевле построить новый кинотеатр по собственному проекту, чем покупать и переделывать старый. Но строить в центре нам никто не позволит, да и архитектурный, исторический, так сказать, облик Княжества нужно сохранить… Ну, да сейчас не об этом. Хотя бы один кинотеатр в центре нам нужен, чтобы закрепить наш статус, имидж и чётко понять, как идёт дело. Параллельно разрабатываем проект своих кинотеатров и прикидываем места для застройки. Есть отличный проектировщик и строитель, который занимался всей территорией студии. Он в курсе планов и перспектив, контакты и предыдущие договора с ним Эмма передала Лене… Ну, а дальше… придумывайте, смотрите, решайте, творите…

— Ясно, — сосредоточенно кивнула Ольга, — Начинаем с покупки первого кинотеатра, одновременно начинаем работу над новыми проектами… Вскоре после ремонта и открытия первого, анализируем ситуацию, запускаем строительство второго и так далее…

— Верно. Дело серьёзное, работать над ним нужно командой — ты, Сергей, Белла, Лена, Иван и все, кто хотят и могут помочь…

— Желающих хватит, я уверена, — улыбнулась девушка, — Один вопрос: этот первый кинотеатр… Вы же хотите купить не любой, а какой-то определённый, да?

— Вы очень проницательны, барышня! — довольно усмехнулся Андрей, — В принципе, у меня были несколько вариантов… Но теперь… Помнишь видео-центр «Удар Ника» у Болотной площади?

— Да, Вы мне его показывали из окна автомобиля…

— О покупке я уже договорился. Внутри, конечно, многое нужно переделать, но фасад только подновить.

— Поняла, — кивнула Ольга и внимательно посмотрела на мужчину, — А название первого нашего кинотеатра? «Альфа»?

— Нет, Оленька, — вздохнул Андрей и, упершись локтями в стол, положил подбородок на ладони, — Это будет кинотеатр «Катрина».

Этот день Андрея оказался перенасыщен встречами и разговорами. Необходимо было обсудить неотложные вопросы с техническим персоналом студии, поговорить с Софьей наедине, а затем и с присоединившимся к ним Иваном о проблемах безопасности, да и просто перекинуться парой слов с сотрудниками, улыбнуться и подбодрить… В Японский домик Андрей входил около девяти вечера порядком вымотанный. Елена и Аоки встречали его в прихожей вдвоём в уютной домашней одежде, почти без косметики и патетики, что очень его порадовало. Женщины хотели сразу пригласить его за стол, но заметив усталость в облике мужчины, решили немного отложить ужин… Освежившегося после контрастного душа Андрея Аоки уложила на массажный стол и начала колдовать над ним своими кукольными ручками. Лена некоторое время наблюдала за происходящим, потом не выдержала и присоединилась. В четыре руки женщины вернули мужчину в бодрое расположение духа и тела. Сдержавшись, чтобы не начать приставать к обеим «массажисткам» сразу, пахнущий маслами и благовониями Андрей снова отправился в душ, а из него в своём домашнем халате, переехавшим вместе с женщинами из их прежнего дома, за стол, уставленный угощениями. Ужин с японским уклоном готовила Аоки при активной помощи Елены. Суши, роллы, салатики и два горячих блюда, одно из рыбы, другое из свинины, как всегда оказались изысканно вкусны. Как заведено, выпили саке, после чего Андрей перешёл на виски со льдом. Серьёзные разговоры начались только к окончанию трапезы.

— Значит, Вы всё-таки уходите? — тихо, но с вызовом спросила Елена, — Это то, о чём я думаю? Вы надеетесь найти его?

— Его или кого-то другого, — кивнул мужчина, — Чтобы спокойно и уверенно заниматься своим делом, необходимо завершить эту историю.

— Вы вернётесь, Господин?! — со странным выражением глаз так громко и пронзительно спросила Лена, что Аоки вздрогнула, — Я думала, что…

— Что же ты думала? — оторопел Андрей, — Мне есть, что терять здесь, не правда ли?

— Наверное, — вздохнула Елена, — Но мне показалось, что Вы нас бросаете…

— Вот ты как обо мне думаешь? — с горечью отозвался мужчина, — Ну, что же… Видимо, я заслужил именно такое мнение о себе!

— Нет, Господин! — раздался тонкий голосок Аоки, — Госпожа совсем не это имеет в виду… Мы очень переживаем… за Вас!

— Спасибо, маленькая! Но я слышу то, что я слышу…

— Прости меня! — опустила голову Лена, — Я боюсь… Я всегда боюсь!.. За тебя боюсь… За нас боюсь…

— Говорил же, что на время своего отсутствия принял повышенные меры безопасности… Для кого я это делаю? — с отчаянием произнёс Андрей, — Может быть пора прекратить трусить по каждому поводу?

— Прости! — русые волосы женщины опускались всё ниже к столу, — Но без тебя опять появится Михаил…

— Не появится! — резко ответил мужчина, — Нет больше Михаила!

— Как нет?! — громко вскрикнула, вскидывая на него горящий взгляд, Елена, а за ней ахнувшая Аоки.

— Так… Совсем нет… — сурово проговорил он, — И ни с кем уже он не сможет поступить, как с тобой… и с Катей…

— Что ты говоришь, Андрей?! — подалась вперёд Лена, — Так это он… Катрину…

— Всё, Леночка! — мужчина шумно встал из-за стола, схватил сигареты, подошёл к окну, открыл форточку и закурил, — Я всё сказал об этом.

Комнату накрыла тишина…

Первой опомнилась японская девушка, которая подскочила к Андрею с пепельницей и его стаканом с виски. Мужчина благодарно посмотрел на неё и ласково погладил чёрные волосы на голове Аоки. Девушка прижалась к нему и тихо спросила:

— Там, куда Вы направляетесь, будет очень опасно, Господин?

— Опасно? Возможно… Трудно сказать…

— Я буду думать о Вас… и ждать…

— Спасибо, маленькая! Всё будет хорошо, поверь…

— Я верю! — ломающимся голоском произнесла Аоки.

— И я верю! — со стоном вставая из-за стола, бросилась к ним Елена, — Я очень хочу верить! До боли хочу… Я такая трусливая дура! И слишком много думаю о себе… Я никчёмная женщина, никудышняя рабыня, но… Я верю Вам, Господин! Простите меня… Снова я, да я…

— Прекрати это самоедство, — тихо ответил ей мужчина и обнял обеих, — У вас прибавится работы, девочки! А за работой и время летит быстрее…

— Мы готовы! — в унисон ответили женщины…

Около часа Андрей рассказывал им о текущих и грядущих трудах и заботах, требуя запоминать всё, как следует. В конце концов, обе схватили блокноты и стали записывать, задавать вопросы и снова записывать… Когда обсуждение проблем закончилось, мужчина заглянул в блокнот японки и поразился — она вела запись иероглифами!

— Аоки, после возвращения ты поучишь меня японскому? — улыбнулся Андрей.

— Ох… Хай… С радостью, Господин! — расцвела девушка…

— Где Вам постелить, Господин? — тихо спросила Елена, когда её подруга ушла на кухню заваривать чай.

— Сегодня я буду спать в твоей постели, Лена, — ответил мужчина.

— Как тогда? — женщина смотрела в его глаза внимательно, без улыбки, водя пальчиком по тыльной стороне мужской ладони, — Ляжешь со мной… потом спустишься к Аоки… и после вернёшься?

— Нет, — покачал головой Андрей, — Сначала я побуду с малышкой, а ты будешь ждать меня наверху… и я приду.

После чая Елена поднялась к себе наверх, а мигом покрасневшая японка, вопросительно посмотрев на Господина, взяла его за руку и повела к себе в комнату. Здесь было немного просторнее, чем в старом доме, но так же уютно и пропитано японским духом…

— Что бы ты хотела, малышка? — спросил Андрей, уже лёжа на низкой постели девушки и положив голову на её маленькие коленки.

— Вы же знаете, Господин! — страшно смущаясь, проговорила она, запустив кукольную ручку в волосы Андрея, — Но сейчас это… как-то не в настроение, наверное…

— Ты говоришь об очень возбуждающей игре, в которой строгий Господин приходит к маленькой невинной японской девушке и властно насилует её? — улыбнулся мужчина.

— Властно и… нежно насилует, — поправила его Аоки и залилась краской.

— Да… Мы обязательно поиграем в эту игру, когда я вернусь, — Андрей погладил её по щеке, — А сегодня мы будем просто Андреем и Аоки перед долгой разлукой…

— Хай, — кивнула девушка, лицо её исказилось, и на щеке появилась одинокая слезинка, которую мужчина тут же подобрал губами, наклонив милое личико к себе… Аоки глубоко вздохнула и прошептала ему на ухо: — Я люблю Вас!

Андрей не спорил, ему надоело убеждать всех в том, что любовь — это что-то происходящее только между двумя одинокими людьми, обретшими друг друга. Мужчина вдруг поймал себя на мысли, что не может внятно сформулировать, что это за штука такая — любовь, потому что он просто не знает этого, а только умеет чувствовать её здесь и сейчас… Андрей ласкал свою трепещущую малышку осторожно, как хрупкую куколку, и наслаждался её удивительно нежными, особенными ласками…

Елена ждала его в своей комнате, лёжа на постели и натянув одеяло до шеи. Глаза женщины блестели… нет, не грустью, а какой-то неуверенностью. Андрей не стал дожидаться слов и жестов, скинул халат и юркнул к ней под одеяло, обнимая тёплое нагое женское тело…

— Андрей… — вздрогнула и зашептала она, — Я ждала… Я всегда тебя жду… Можно мне сказать? Ужасно жалко, что так всё получилось…

— Как?

— Ты говоришь, что его больше не будет… Это хорошо… Но моя измена осталась.

— Лена, сколько можно думать об этом?

— Я изменила тебе и себе. Понимаю, что такое простить невозможно…

— Я простил.

— Да? — женщина удивлённо посмотрела в его глаза, — Да… Но… ты переменился ко мне, так ведь?

— Переменился? — переспросил Андрей, гладя тёплую спину Елены, — Наверное, ты права… Мне тоже бывает трудно… Я словно поранился тогда… Но раны затягиваются, а время лечит…

— Хотелось бы верить, — женщина уткнулась губами в его плечо, — Я плохая рабыня, Андрей…

— Не знаю…

— А я знаю… Я плохая рабыня, но… любящая женщина!

— Лена!

— Не надо, пожалуйста… Не мешай мне любить тебя… Так, как я умею… как могу…

— По-другому и не надо, — вздохнул мужчина, — Иначе, это будешь уже не ты.

— Правда? — Елена подняла голову, заглянула ему в глаза и… мягко поцеловала в губы, — Знаешь, я была убеждена, что здесь любить нельзя! Заниматься сексом можно сколько угодно и как заблагорассудится, а любить по человечески, как в прекрасных книгах, нельзя. Так я решила и… наложила табу на эту тему… Представляешь, я не усомнилась в этом, даже когда появилась Аоки. Она лелеяла меня, как прихотливый цветок, носилась со мной, как с писаной торбой, а я… Благодарила её, разумеется, но как Хозяйка прислугу… Упрямая, как овца, Хозяйка не верила в искренние чувства! А ты… Ты добил меня окончательно! Оказывается, любовь существует не только в книжках о мире, который ты уверенно называешь реальностью, а я сказочным сном… Любовь живёт здесь! Ты… Ты, словно волшебник, собираешь её по тёмным уголкам и приносишь сюда, в свою студию, которая должна и называться-то не «Альфа», а «Любовь»! Здесь всё пронизано ею… Я чувствую это, хотя знаю, что в нашем мире такое невозможно!

— Ты ошибаешься, Леночка!

— Да, я ошибалась… Вокруг тебя всё возможно!

— Любовь не может зависеть от одного только человека, каким бы он не был… Это чувство присуще каждому. Кто-то боится его, кто-то стремится к нему, кто-то называет его другими именами… А в сущности всё просто: либо чувствуешь, либо нет!

— Сейчас ты покинешь нас, Андрей и… всё разрушится…

— И снова ты ошибаешься, только доказать тебе это я сейчас не могу, — мужчина взял ладонями лицо Елены и заглянул в глубину её серых глаз, — Вот вернусь и… мы продолжим наш разговор, Солнышко моё!

— Ты… Ты всё ещё называешь меня так? Ушам своим не верю! — воскликнула женщина, приподнимаясь на локте, откидывая одеяло и принимаясь целовать плечи и грудь Андрея, — Сколько же в тебе самом любви, доброты, веры…

— Не надо меня идеализировать, Леночка!

— Не надо? После того, как ты называешь Солнышком страшную, вечно бледную от неврозов и депрессии, глупую тётку?

— Ты красивая! Ты умная! Ты особенная… — искренне говорил Андрей, поглаживая Елену по голове, — Ты неповторимая…

— В самом деле?! Разумеется, это невозможно! Но когда ты говоришь, я верю, — Лена уткнулась в его живот, но через минуту подняла голову и впервые за долгое время посмотрела на Андрея с полным доверием, — Оставим разговоры на потом, да?

— Да, — кивнул мужчина, улыбнувшись ей и в который раз удивляясь своим безграничным желаниям и возможностям, проявившимся после его «переезда» в тёмное Княжество.

— Хорошо, — в глазах Елены появилась непривычная шаловливость, — Скажи, Аоки помыла тебя?

— Помыла? — не понял Андрей.

— Ну да… После всего… маленьким скользким язычком?

— Какая ты, оказывается, хулиганка, Лена! — заулыбался мужчина.

— Знаю, что помыла! — наклонив голову, женщина смотрела на, постепенно поднимающуюся от прикосновения её ласковых пальцев, плоть Андрея, — Как мне нравится, когда он такой…

— Какой?

— Распускающийся, как чудесный цветок!..

Ласки Елены этой ночью были беззастенчивы и избыточно чувственны. Андрей же, освободив голову от мыслей, погрузился в создаваемую Леной сладостную волну, наслаждаясь её не просто тёплым, а разгорячённым телом, сладкой бархатистой кожей… Уже распластанная на постели Лена с надрывом воскликнула: «Что же ты сделал с этим мерзавцем, мой Господин? Ты его уничтожил?!» И увидев короткий кивок мужчины и сумрак в его взгляде, она отдалась ему с таким жаром, извергающим из груди протяжные стоны, с такой безумной отрешённостью, какую раньше Андрей не мог в ней и заподозрить… В конце концов, совершенно обессиленная Елена уронила голову на подушку и уснула, как убитая. Обнимая её, мужчина тоже уснул быстро, спал крепко, но недолго.

Около семи утра он проснулся, поцеловал мирно спящую женщину в переносицу и тихо выбрался из её комнаты… На кухне Андрея встречала уже проснувшаяся, чуть припухшая после сна малышка Аоки. С таинственной улыбкой она приготовила и напоила его кофе, а вскоре, когда мужчина засобирался, проводила его до дверей и нежно поцеловала в губы. «Встретимся в полдень на острове, хай?» — прошептал ей на ушко Андрей и вышел за порог, но не двинулся сразу прочь, а присел на каменные ступени, ведущие от входной двери, и закурил. Поглядывая по сторонам и, особенно, на чёрный пруд с островом посередине, он понимал, что новое сумрачное утро ему нравится, но не хватает даже не восхода небывалого здесь солнца, а пения и чириканья утренних птичек и шума листвы… Докурив сигарету почти до фильтра, мужчина поднялся на ноги и взглянул на находящийся напротив, через улочку Дом у Пруда. Андрею показалось, что входная дверь теперь уже постоянного жилища Изабеллы и Ларисы, где иногда, заработавшись, оставались ночевать на первом этаже Иван и Павел, приоткрыта. Удивившись, мужчина решил убедиться в собственной зоркости и, подойдя к зданию, понял, что зрение его не подвело.

Тихо, чтобы не разбудить спящих, войдя внутрь, Андрей плотно прикрыл входную дверь и только начал привыкать к темноте, как его схватила пара гибких и ласковых женских рук. Мужчина готов был вскрикнуть от неожиданности, но едва различимая во мраке прихожей Изабелла закрыла его рот своим, и после продолжительного поцелуя, повела за руку на второй этаж к себе, прикладывая к своим губам пальчик… В спальне, по прежнему не давая Андрею произнести ни слова, она освободила его от одежды, уложила на широкую постель, скинула свой золотистый халатик, под которым оказалось только её смуглое тело, и легла на мужчину сверху.

— Вот ты и попался, мой ангел! — улыбаясь, шептала Белла, — Затащила тебя птичка в свою клетку…

— Хитрая птичка! — улыбнулся в ответ Андрей, сжимая в руках её упругую грудь, — Оставила дверку открытой, а охотник-дурачок сам её изнутри и захлопнул!

— Ага, я такая, — от удовольствия чуть постанывая в его руках, отвечала мулатка, — Но не отчаивайся, милый, птичка только заласкает до полусмерти охотника и отпустит!

— Так быстро?

— Кто сказал, что быстро? Спешить я не собираюсь…

Действительно, не спеша и не давая мужчине подняться, женщина вытворяла затейливые штучки, основательно возбудившие обоих… Первый обоюдный сладостный взрыв случился у них в момент под номером 69, но это только распалило красивую пару желанных друг другу мужчины и женщины…

— Утомила тебя птичка, мой охотник? — сползая Андрею под бок, с очаровательной улыбкой спросила запыхавшаяся Белла.

— Утомила, птичка моя прекрасная! — признался мужчина, поглаживая её гладкую смуглую кожу, — Но это приятно… И естественно, не правда ли?

— Правда. Ты и так поражаешь меня своей неуёмностью!

— И себя поражаю! — тихо засмеялся Андрей, — Не знаю, как другие мужчины Княжества, но… Думаю физических сил здесь навалом у всех, но многие не справляются психологически… Как с деньгами, например.

— При чём здесь деньги? — удивилась Белла.

— А представь себе мир, где у каждого много денег… Однако, одним просто негде их тратить потому, что живут они в пустыне или в тюрьме и только ждут редкого случая, чтобы залезть в свою кубышку… Другие, напротив, имеют возможность тратить ежедневно и… устают! Надоедает им, видишь ли… И одно купили, и второе, и третье, и всё приелось.

— Хочешь сказать, что себя надо тратить с умом?

— С умом? Может быть… Но по-моему, главное — с чувством, с душой… И так во многом. Вот посмотри, Белочка, наше кино очень часто напоминает нашу жизнь. Вероятно, это хорошо, но пора разнообразить репертуар… Иначе мы погрязнем в нескончаемой мрачноватой мелодраме с философским подтекстом.

— Да, мой дорогой Хозяин, я полностью согласна… Более того, мы с Ольгой уже говорили и размышляли об этом.

— Вот и прекрасно, — с чувством произнёс мужчина, поднимаясь с постели, — И я присоединюсь к вашим разговорам, как только вернусь…

— Погоди, сейчас я напою тебя кофе и клянусь не задавать уже надоевших тебе вопросов!

— Ты и так всё знаешь? — улыбнулся Андрей, радостно глядя в золотисто-карие глаза.

— Конечно! — легко выдохнула Изабелла, — Знаю, что ты обязательно вернёшься, и не только потому, что именно здесь твоя судьба, твоя большая, нужная многим людям жизнь, но и потому, что тебя ждут здесь самые прекрасные, любящие тебя и любимые тобой… да-да, любимые тобой женщины!

— А ведь ты права, птичка! — раскрыв глаза так, словно увидел чудо, произнёс мужчина, в голове которого мелькнула простая мысль: «Все твои рассуждения о том, какая должна быть любовь, а какой ей быть нельзя — во мрак! Ты ничего в этом не понимаешь…»

— Конечно, я же одна из них! Ни на кого не похожая, но любящая…

— И любимая! — чуть слышно закончил её фразу Андрей.

— Ты сам это сказал?! — сжав руками его лицо, целуя глаза и боясь расплакаться, воскликнула Белла, — Вот этого я точно никому не расскажу!

— Ах, птичка…

— Да, мой ангел! А ещё я знаю, что там, куда ты отправляешься, тебя с Эммой будут подстерегать опасности куда более серьёзные, чем в шоу «Охота», и на самом деле страшные… Но ты не пропадёшь сам и защитишь свою подругу…

— Откуда такая уверенность, птичка моя родная?

— Родная? Ах, как хорошо, родненький мой! — снова едва сдерживая слёзы, воскликнула женщина, — Всё просто — ты ангел, ты по-другому не можешь…

Четверть часа спустя они пили кофе с бутербродами прямо на разобранной постели, голышом… А ещё через полчаса Белла ввела в спальню упирающуюся и тотчас покрасневшую Ларису в белом медицинском халате. Андрей вздрогнул от неожиданности.

— Не гневайтесь, Господин! — пояснила свою инициативу мулатка, — Но перед долгой дорогой необходим профессиональный медосмотр.

— К-хе… — только и произнёс обнажённый мужчина, усмехаясь и разводя руками.

— Осмотр прямо здесь? — охала Лариса, смущённо подходя к постели.

— Милая, ты хочешь тащить обнажённого, отдыхающего Господина через всю студию в твой замечательный кабинет? — хохотнула Изабелла, — Приступай к осмотру здесь и немедленно! А я присмотрю за тобой, дорогая, мало ли что?

Достав из кармана медицинского халата фонендоскоп, с охами и вздохами медичка осмотрела, выслушала и ощупала мужчину со спины, а затем начала осмотр груди и живота… Когда она ощупывала его ноги, Белла притворно-горестно вскрикнула:

— Ну, так я и знала!

— Что случилось, Беллочка? — усмехнулся Андрей, чувствуя подвох.

— Как что? Ваш неуёмный, дерзкий и хулиганский прибор, тоже потребовал к себе внимания, Господин! — голосила мулатка, указывая на поднимающуюся плоть Андрея.

— И что же мне делать? — залилась краской Лариса, ошалело глядя, то на смеющегося мужчину, то на схватившуюся за лицо и качающую головой женщину.

— Как «что делать»? — с трудом сдерживая смех, спросила Белла, — Осматривать и проверять!

— Как проверять? — охнула медичка.

— Хочешь сказать, что не знаешь? Думаешь, я не догадываюсь, как ты проверяешь Хозяина, когда он заходит в твой медицинский кабинет? — тоном школьной наставницы ответила Изабелла, ослепительно улыбаясь, — И радуйся, что ты доктор… только халатик сними!..

Незадолго до полудня Андрей шёл на остров в сопровождении главного оператора студии Павла.

— Отчего Вы по-прежнему обращаетесь ко мне на «Вы», Господин Андрей?

— Мне приятно проявлять уважение к Вам, Павел! — отвечал Хозяин студии, — Весь наш проект без Вас потерял бы половину своей привлекательности.

— Вы преувеличиваете, но мне это нравится, — улыбнулся оператор, — А мучает меня один вопрос, возникающий от общения с Вами, Изабеллой, Ольгой… Как человек творческий, я не могу отрицать возможности существования разных миров, в которых каждый из нас жил или будет жить так же реально, как здесь и сейчас. Вероятным при этом мне кажется и феномен глубинной памяти о прежней жизни, например, у Беллы. Но Вы… Не хочу даже поднимать сейчас тему тайны Вашей личности. Прошу ответить только на один вопрос, если мои рассуждения не лишены оснований и если Вы готовы ответить.

— Спрашивайте, Павел!

— Вы были знакомы со мной… тогдашним?

— Знаком? Увы, нет… Радость знакомства, общения и даже плодотворного сотрудничества с Вами, к счастью, доступны мне здесь, в этом нашем мире, в тёмном Княжестве. Но по секрету скажу, что и в другой реальности Вы известны…

— Вы серьёзно? Я известен… в каком качестве? — пристально посмотрел на Андрея через толстые стёкла своих очков Павел.

— В том же самом… — улыбнулся Андрей, — Как гениальный оператор!

— Гениальный!.. Вы шутите?

— Я утверждаю это совершенно серьёзно! Жаль, что в здешних архивах я не могу найти видео и кино-материалов, достойных хранения без срока давности… Предоставил бы Вам доказательства.

— Вы помните те мои фильмы?

— Помню, Павел!

— Расскажите?

— Я же не оператор и не искусствовед, мои рассказы будут поверхностными и дилетантскими… Но, если хотите, расскажу, когда вернусь.

— Договорились! — просиял оператор, — Спасибо Вам!

— За что же? Лучше поговорим о нынешнем творчестве… Кстати, хочу предложить Вам ассистентку.

— Ассистентку? Женщину? — удивился Павел, — Даже не знаю… Кто она?

— Ирина.

— Ирочка? В самом деле? Я принимаю Ваше предложение, Господин! — искренне обрадовался оператор, — Это тот редкий случай, когда женщина реально интересуется моей работой в своё свободное время… Мне кажется, у неё есть способности и от неё будет польза!

— Рад это слышать! — произнёс Андрей и продолжил, — Но и у меня есть к Вам вопрос. Вы не замечали, что женщины часто интересуются определённой сферой деятельности, в некоторой степени потому, что носителем её является понравившейся им мужчина?

— Пожалуй, в Ваших рассуждениях есть резон, — согласился Павел, — Впрочем, может быть и наоборот, внимание привлекает творчество человека, а затем уже и его мужские достоинства… Но Вы намекаете, что Ирина симпатизирует мне? Да?! И Вы так просто рассуждаете об этом? Более того, Вы, несмотря на это, сами предлагаете мне в ассистентки её, Вашу рабыню?

— Да, предлагаю и рад, что Вам моё предложение по душе, — спокойно ответил Андрей, — Думаю, Вы заметили, что моё отношение к институту рабства отличается от общепринятого.

— Думаю, это видят все, кто так или иначе общается с Вами достаточно близко, — кивнул Павел, — Это вызывает удивление… Я бы сказал, приятное удивление. Вы не делаете различия в отношениях с людьми, будь они рабами, Исполнителями, Служителями и даже Вершителями… Уважение к каждому из нас — это дорогого стоит!

— Верно, я считаю, что каждый человек достоин уважения не по своему рангу, а по чисто человеческим качествам, — развивал тему Андрей, — И ни одну из тех женщин, которых Вы видите возле меня, я не сделал рабыней насильно…

— Вы хотите сказать, что они имели выбор? — поразился оператор.

— Вот именно. Они выбирали сознательно и сами решали, быть ли им рядом со мной на таких условиях.

— Непостижимо! — воскликнул Павел, — Но это сразу объясняет их… трепетное отношение к Вам и уважительное, если не сказать родственное, друг к другу… Ирочка — не исключение. Не буду лукавить, она милая женщина и весьма симпатична мне… Однако я никогда не выходил за рамки приличий в отношениях с Вашей рабыней.

— Не сомневаюсь в этом, мой дорогой друг… Но приличия и тайное желание особенно близких отношений — вещи совместимые, — открыто улыбнулся Андрей.

— М-да… Вы проницательны, — внимательно посмотрел на него оператор, — Буду предельно откровенен. Я вижу на съёмочной площадке и рядом с ней множество женщин, некоторые вызывают восхищение своей ослепительной красотой… Ирина не из их числа, но есть в ней что-то особенное, что притягивает меня… Будь она свободной женщиной, я, возможно, стремился бы к близким, основанным на взаимности, отношениям с ней. Но Ирочка — Ваша рабыня, а я всего лишь Служитель 2-го ранга…

— Вот я и хочу, чтобы это Вас не беспокоило, ведь ключевое слово — «взаимность».

— Боюсь, что не понимаю Вас!

— С одной стороны я решительно не желаю, чтобы Ваш порыв к женщине мешал работе. Напротив — пусть он помогает творчеству! С другой стороны, если Ирина ответит Вам взаимностью и сочтёт возможными особенные отношения между вами… Не думаю, что следует лишать её и Вас такой возможности.

— Вы хотите сказать, что нам не надо бояться Вашего гнева? — поразился оператор.

— При соблюдении взаимности и внешних приличий, — утвердительно кивнул Андрей, — Но помните, Павел: Ирина остаётся моей рабыней, такова реальность… Если это не отталкивает Вас от неё…

— Я хорошо это помню, Господин Андрей! Ирочка об этом никогда не забывает, поверьте мне! Какую бы симпатию она не испытывала ко мне, Вы для неё значите гораздо больше… И это не отталкивает меня… Я чрезвычайно благодарен Вам за чуткость и эту невероятную возможность быть ближе к ней, хотя бы иногда… если Ирочка пожелает, разумеется!..

На острове, рядом с любимым теперь уже не только Андреем бассейном, наблюдалось оживление. Печаль от потерь и расставаний не должна убивать радость жизни, радость общения с близкими, добрыми людьми… Общими стараниями всё было готово к лёгкому, не напрягающему участников заорганизованностью и пафосом, пикнику. С приходом Андрея яркая жизнь в отдельном уголке мрачного Княжества забурлила. Хозяину студии не хотелось становиться сегодня центром внимания и присутствующие словно почувствовали это, не требуя от него громких слов и тостов… Это был праздник общности личностей, что не могло не радовать Андрея. Так или иначе, улучив минутку, к нему подходил каждый, но не с соболезнованиями по поводу утраты незримо витавшей рядом Катрины, не с тревогой по его внезапному отъезду, даже не с проблемами студии, а с парой тёплых слов и душевного участия… Андрей отвечал каждому в этой разношёрстной компании сотрудников, соратников, союзников взаимной приязнью и теплотой. Разумеется, дело не обошлось только разговорами, выпивкой и закуской. Теперь уже традиционно пели песни, танцевали под музыку и, конечно, купались в чудесной воде бассейна. Андрею уже не требовалось уговаривать или провоцировать кого-то на купание в нём… Среди купающихся увидел он и светлое, радостное лицо Валентины, для которой Андрей открыл круглосуточный доступ в бассейн сразу после покупки острова…

Через пару часов Андрей с Иваном, Сергеем и присоединившейся к ним по просьбе Господина Ольгой, не привлекая внимания отдыхающих и веселящихся людей, отправились вглубь острова. Ивану и Сергею хотелось продемонстрировать Андрею до его отъезда свои достижения в раскопках, организованных ими на острове, и разведанных в глубине территориях. Оля, появившаяся в этих местах впервые, смотрела во все глаза и удивлялась… Из полуразрушенных зданий, возведённых здесь в давние времена, уходили вглубь острова подземелья и многочисленные заброшенные подземные ходы, часть которых отряд разведчиков под руководством Ивана расчистил и сделал проходимыми для дальнейшего исследования. В некоторые помещения подвели освещение. Проделанная работа и осмотр позволяли утверждать, что под поверхностью острова существовал настоящий подземный дворец, от которого уходила разветвлённая сеть коммуникаций, ныне заброшенная, а местами разрушенная. Тем не менее, Ивану удалось обнаружить подземные ходы, которые довели его, в частности, до «Вернисажа», до подземелий «Куртизанской», до таинственных тоннелей заброшенного, вроде бы, метро, и это было только начало… Любопытно, что Иван добрался и до катакомб Банщика, где проходило общеизвестное теперь шоу «Охота»… Не торопясь, Андрей обсудил с Иваном планы продолжения археологических и разведывательных работ, не делая в этом тайны от Ольги, но попросив её не распространяться об увиденном и услышанном… Час спустя группа выбрались на поверхность, Иван вернулся к бассейну, а Сергей, всячески извиняясь, украл Андрея у Ольги на полчаса…

— Нам вечно не хватает времени, чтобы не спеша поговорить, — вздохнул управляющий, когда Оля покинула их на время, и мужчины присели на новенькую скамейку и закурили, — А теперь ты уходишь…

— Серёга, — сразу перешёл на тёплый дружеский тон Андрей, — Только ты и Лена знаете основную причину моего… похода. Только ты знаешь, что я нашёл в Архиве и как долго готовился и даже сомневался… Сейчас, после того, как не стало Кати… Знаешь, я ждал знака, после которого тянуть с этой экспедицией будет невозможно. Но и в самом дурном сне не мог представить, что знак окажется таким убийственно страшным.

— Вот как ты это воспринял?.. М-да… Прости, но я боюсь, что ты не вернёшься…

— Сергей! — недоуменно развёл руками Андрей, — Я думал, что только мои прекрасные, добрые женщины боятся этого… По твоему, мой отказ от очень удобного статуса Гостя говорит о том, что мне пора бросить всех и вернуться назад, откуда пришёл?

— Я не об этом, друг! С этим всё предельно ясно, хотя и удивительно… Мне думается, что опасности, которые подстерегают тебя в подземельях не шуточные. Я помогал тебе в подготовке и экипировке, чтобы свести риск к минимуму… Но ты берёшь с собой Эмму! Зачем?

— Серёга, я дал слово ей и Кате, что буду с Эммой, что бы не случилось… Пришло время отвечать за свои слова.

— Понял, — кивнул Сергей и пристально взглянул на Андрея, — Думаешь, той сумки, которую я передал тебе для неё, будет достаточно?

— На первое время хватит, — вздохнул он, — Знать бы, сколько этого времени понадобится и что нас ждёт… В любом случае, я рядом с ней, и оставим эту тему в покое… Знаешь, мне очень радостно, что в нашем тёмном Княжестве я встретил не только прекрасных подруг, но замечательно светлого и доброго друга!

— Ах, Андрей, если бы ты знал, как рад этому я, как ты перевернул мою тусклую, никчемную жизнь, как буду ждать твоего возвращения… Ну, всё-всё, больше не буду об этом… Как там говорится? — вздохнул и улыбнулся Сергей, — «Советую переменить тему»[14]? Да? Поговорим о женщинах?

— О них родимых, а как же? — засмеялся Советник, — Как поживает твоя горячая Марго?

— Рита уже не моя…

— Как так? — удивился Андрей, — Ты говорил, что у вас не всё в порядке, о том, что она рвётся сниматься в кино, однако…

— Кто её возьмёт в кино, дружище? — усмехнувшись, махнул рукой управляющий, — Её берут в порно, а ей и этого достаточно… Мне пришлось ставить вопрос ребром: либо я, либо съёмки… Она выбрала «большой экран».

— Не скажу, что ты сильно удивил меня, но всё-таки… Может оно и к лучшему?

— Так и есть… Но всё равно неприятно…

— Да… Ты её уволил?

— Я освободил Риту от обязанностей моей… служанки. Увольнять хорошую управляющую магазином, да ещё без твоего ведома, было бы глупо. Она прекрасно контролирует секс-шоп, появляясь там один-два раза в неделю, а остальное время проводит на студии… Кастинги, пробы, съёмки в эпизодах… К твоему возвращению станет порно-дивой, вот увидишь!

— Ага, вместе увидим, возьмём автограф или ещё чего-нибудь… — ухмыльнулся Хозяин студии, — А ты-то как один? Только не запей сейчас, Серёга! Пока я не вернусь, даже думать об этом забудь…

— Не волнуйся, я всё понимаю… Один? Не совсем… — хитро улыбнулся Сергей, — Присмотрел тут себе женщину… актрису на съёмках… По моему, талантливая и милая, не Марго, одним словом… Правда, Изабелла говорит, что у этой актрисы постельные сцены не получаются. Вот я и вызвался помочь!

— Ты поможешь… — покатился со смеху Андрей, — Пустили лису в курятник!..

Через некоторое время вернулась Ольга. Друзья обнялись на прощание, и Оля с Андреем окольными путями направились в Дом Хозяина студии.

— Я постараюсь не расспрашивать тебя о причине и целях твоего отъезда, мой Господин! — негромко говорила девушка уже в спальне второго этажа, где они валялись на постели поверх покрывала, не сняв уличной одежды, — Не буду говорить и о том, что дождусь тебя, сколько бы ни продолжалось твоё путешествие…

— Не говори, Оля, — ответил мужчина, поглаживая белокурые локоны лежащей на его груди головы девушки, — Мне и так тревожно покидать тебя…

— Но надо… Я справлюсь, Андрюша! — грустно, но уверенно произнесла она, — У нас хорошая команда, не волнуйся…

— Ну, что ты, Оленька, я всё равно буду волноваться, — улыбнулся мужчина, — Как и ты… Что тебя беспокоит более всего?

— Не что, а кто! Ты!.. Но я обещала не говорить этого, — Оля подняла голову, посмотрела на него и улыбнулась, — А кроме тебя, Юлия…

— Почему именно она?

— Она здесь чужая… Знаю, ты рассчитываешь, что со временем будет иначе. Мы все постараемся с ней подружиться, но и это непросто, потому что она — Госпожа Вершитель.

— Понимаю, но Юля нужна, в том числе и потому, что она Вершитель… и вам всем, и мне тоже.

— Знаю, Андрюша, но есть и обратная сторона её положения. Если бы ты оставался здесь, помог бы ей освоиться на студии, помог бы и в Испытаниях…

— Ты всегда была мне хорошей, надёжной помощницей…

— Хочешь, чтобы я помогала ей? — Ольга посмотрела на него с гнетущим сомнением, — Как, мой Господин? Думаю, Испытуемыми Юлии окажутся в основном мужчины… Ты не задумывался об этом…

— Да, я думал об этом, — ответил Андрей, — Оленька, ты решила, что я хочу обязать тебя участвовать в её Испытаниях?!

— Нет? — облегчённо выдохнула девушка.

— Конечно, нет! Как ты могла такое подумать? Ни ты, ни кто-то другой из нашей… компании ничем не обязан Юлии! — с чувством проговорил мужчина, — Да, я надеюсь, что ты поможешь ей советом или идеей, возможно, подстрахуешь за компьютером во время Испытания, но исключительно по доброй воле!

— Значит, Госпожа Юлия не имеет права заставлять нас делать что-то без нашего желания, так?

— Точно так! Она знает и понимает это… Вы — мои женщины, а не её.

— Ах, какое облегчение, мой Господин! — Оля поцеловала его в губы и капризно улыбнулась, — У нас, твоих рабынь, тоже есть своя гордость и нет желания трахаться с кем попало…

— Дурочка ты моя маленькая… — Андрей прижал девушку к себе, потом немного отстранился, заглянул ей в лицо и… принялся расстёгивать пуговки на её блузке, — Я хочу тебя!

— А уж я-то как хочу Вас, мой прекрасный Господин! — улыбнулась Оля, — Возьмите Вашу глупую рабыню!

— Ещё как возьму! — улыбался в ответ мужчина, обнажая стройное тело девушки и раздеваясь сам.

— Ты… — остановила она его руки, когда они, сбросив одежду и покрывало на пол, уже лежали голышом, прижавшись друг к другу.

— Что? — замерев, вопросительно взглянул на Олю Андрей, а она всё смотрела в его глаза, словно стараясь прочитать в них сокровенное, качала головой и говорила только:

— Андрюша… ты мой единственный…

Глава 25

Пора!

«Мы поставим свечи, мы грустить не станем.

Выпал чёт иль нечет — завтра же узнаем…»

А.Б. Градский

Андрей проснулся в Золотом номере отеля «Силикон» в семь часов утра без всякого желания подниматься с постели. Разумеется, он прекрасно помнил, что сегодня они с Эммой отправляются во Дворец, а на самом деле в Архив Дворца, а затем в глубины подземелий… Но это нисколько не влияло на его нежелание вставать с широкой постели, где Андрей возлежал в одиночестве потому, что его чудесная Эмма уже звенела посудой на кухне.

— Эммочка! — тоном капризного ребёнка позвал он сначала негромко, а затем во весь голос.

— Доброе утро, Господин! — вбежала в спальню свеженькая после душа женщина в лёгком жемчужного цвета халатике, — Вы будете пить кофе на кухне или принести сюда?

— Эмма, я не хочу кофе, не хочу вставать… Можно я ещё посплю?

— Ах, мой Господин! Как не вовремя случаются у Вас приступы лени! — всплеснув руками, улыбнулась женщина.

— Это не лень! Это здравый рассудок! — продолжал капризничать мужчина, — Ну, хорошо… Неси сюда свой кофе… Попьём и… я снова усну… Может хоть присниться что-нибудь… жизнеутверждающее!..

— Чем же мне взбодрить Вас? — вздыхала Эмма, возвращая опустевшую чашку на стоящий прямо на постели поднос и глядя на полуприкрытого одеялом мужчину, привалившегося к ней плечом, — Чем жизнеутверждающим мне помочь Вам?

— Девочка моя! — тоном страдающего от неустроенности бытия поэта произнёс Андрей, — Самое жизнеутверждающее, что мне ведомо, это твои сиськи!

— Как Вам не стыдно, мой Господин! — ахнула женщина.

— Прости за столь бесстыжую откровенность, Эммочка! — улыбнулся оживающий мужчина, — Но столь любимая мною, твоя прекрасная грудь способна поднять меня даже со смертного одра!

— Ну, если так… — мигом покрасневшая Эмма развязала узелок пояса своего халата, пуская под него руки Андрея…

Через полчаса окончательно проснувшийся мужчина целовал гладкую прохладу тела своей женщины, а Эмма ласково гладила волосы на его голове и… беззвучно плакала.

— Эммочка, не плачь! — уговаривал её Андрей, слизывая солёные слезинки с её лица, — Я же рядом…

— Потому и плачу! — улыбнулась сквозь слёзы секретарша.

— Потому, что я твоё горе? — от избытка чувств он сжал её в своих объятьях так крепко, что испугался сломать ей что-нибудь.

— Потому, что ты — моё счастье, моё волнение… моя жизнь! — Эмма поцеловала Андрея в щёку и, обняв руками его голову, прижалась к мужчине всем телом…

И в этот самый момент раздался звук, который Андрей не сразу смог идентифицировать. Сообщения на его старый, почти не используемый нынче, но постоянно включенный мобильный телефон не приходили несколько месяцев. «Пора!» — прочитал он на экране и вздрогнул…

В одиннадцать часов утра через ворота на территорию Дворца проходила красивая пара прекрасно одетых людей. Уверенный в себе Господин Советник в дорогом тёмно-синем костюме, снежно-белой сорочке, при пурпурном галстуке с мелкими белыми звёздочками и его личная секретарша в длинном лиловом вечернем платье, дополненным золотыми украшениями с бриллиантами на шее и в волосах. Пара привлекала внимание сгущавшейся толпы, но услышав комментарии типа «Куда её тащит этот Господин? Там одиноких девок хватает…» или «Смотри-ка, он решил принести её в жертву!.. И не жалко такую?.. Видать, достала!.. Ухватить бы эту цыпочку…», Андрей с усмешкой стал настойчиво пробираться правее в людском потоке. Уворачиваясь от материализующихся в одиночных и шествующих группой мужчин и женщин из незримых ворот теней, Советник пробрался с Эммой к боковому входу во Дворец. Как и предполагал Андрей, Блюстители контролировали ключевые посты у ворот, при главном входе во Дворец и внутри него, а потому никто даже не встретился им у входа в абсолютно безлюдный Объединённый Архив Княгини. «Спокойно, девочка моя! — шепнул мужчина страшно нервничавшей секретарше, — Всё нормально.» Андрей вёл Эмму по лестницам и лесенкам вглубь хранилищ, потом по коридорам, хорошо знакомой ему дорогой в зал статуй с зеркальной стеной. Когда рядом с зеркалом уехала в стену панель, открывая проход в темноту, женщина тихо вскрикнула и вцепилась пальцами в рукав пиджака Андрея. Мужчина успокаивающе погладил её по спине, взял Эмму за руку и повёл за собой… Они не торопясь, но и не задерживаясь, почти бесшумно шли по неведомым женщине подземельям, подсвечиваемым фонариком, который Андрей достал из неприметной ниши за зеркальной стеной, вместе с пистолетом. Минут через десять пара свернула из длинного, изогнутого коридора в небольшое прямоугольное помещение. Мужчина, освещая пространство фонарём, произвёл какие-то манипуляции под низким потолком и пустая комната слабо осветилась пыльной лампой. В углу комнаты виднелся проём в соседнее маленькое тёмное помещение, куда и отправился Андрей. Половину комнатушки занимал высокий металлический шкаф с оторванными дверцами, полки которого занимали разнообразные вещи и предметы.

— Где мы? — шёпотом спросила испуганная и напряжённая Эмма.

— На моём складе, — тихо засмеялся мужчина, — Успокойся, девочка моя, здесь нам ничто не угрожает.

— Хорошо, но… У Вас здесь склад, Господин?!

— Дорога нам предстоит не близкая, как я полагаю… Наши парадные одежды, как ты понимаешь, для такого похода не годятся, — начал объяснять Андрей, — Я знал, что сюда придётся идти красиво и налегке, так что пришлось организовать собственное хранилище.

— Сколько же времени Вам понадобилось на это? — удивилась женщина, взглянув на шкаф.

— Больше полугода, Эмма…

— Ого!

— Да-да… Эту экспедицию я готовил давно, не знал только, что отправлюсь в поход с тобой, девочка…

— Я не буду Вам обузой!

— Знаю, моя хорошая, — грустно кивнул мужчина, — Ты не голодна? Тогда давай переодеваться…

— Во что, мой Господин?

— А вот смотри: это твои кроссовки, походный комбинезон, запас трусиков и маек… Лифчиков, извини, не завезли! Да ты и так красивая…

— Красивая?.. Вы всё это подготовили для меня? — изумилась женщина.

— Для кого же ещё, Эммочка? — улыбнулся Андрей, снимая пиджак, изысканный галстук и расстёгивая запонки с крупными рубинами, — Все женские вещи твоего размера… Да у меня никого, кроме тебя, и не осталось…

— Это не правда… Но я буду рядом, — Эмма прижалась к нему на несколько мгновений и принялась снимать с себя украшения, а затем платье и туфли.

Андрей быстро переоделся в джинсы, лёгкую, но прочную льняную рубашку, надел свои походные короткие горные сапоги, не лёгкие, но прочные. Переложив в карманы кожаной куртки оружие, фонарик и сигареты, он уселся прямо на каменный пол и закурил, дожидаясь пока переоденется его женщина… Свой рюкзак мужчина подготовил заранее, женский собирали вместе, причём Эмма старалась запихнуть туда побольше, Андрей же, усмехаясь, старался уложить поклажу так, чтобы она не намяла женщине спину.

Вскоре двинулись дальше. Секретарша намеренно не расспрашивала Господина о том, куда и зачем они идут, зная, что в нужное время Андрей сам расскажет всё, что можно. Шли молча. Мужчина решил немного отклониться от намеченного маршрута, чтобы зайти в зал с пропастью, через которую был перекинут мостик. На мост Эмма поднималась с опаской, крепко держась за руку Андрея.

— Что это? — наконец подала голос она, показывая на слабо мерцающую стелу на верхней площадке, — И почему мы здесь остановились?

— У меня не было времени, чтобы изучить эту достопримечательность, — Андрей глянул на таинственный предмет, а затем в глубину колодца, — Но на этом месте… закончил свой путь в Княжестве некий Михаил.

— Как? Он там? — ахнула Эмма, показывая рукой в пропасть, — Вы столкнули его туда, Господин?

— Как ты понимаешь, без меня этот процесс не обошёлся… — задумчиво проговорил Андрей, — Здесь мы выясняли отношения… сначала словами, затем голыми руками, а потом… Туда, вниз улетел нож Михаила, а через несколько минут он сам, пытаясь сбежать…

— По крайней мере, Катя отомщена… — черты лица женщины ожесточились, — Давайте не будем здесь задерживаться, мой Господин!

Подземелье, то сужая, то расширяя коридоры, переходящие иногда в просторные залы, давало возможности для выбора направления движения. Но Андрей вёл Эмму вглубь по заранее намеченному маршруту. Минут через сорок непрерывного движения они достигли очередного слабоосвещённого помещения рядом с развилкой тоннелей: один уходил с лёгким изгибом вперёд и вниз, два других — в стороны, в полнейшую темноту. Мужчина объявил привал, присел на каменный пол, закурил и достал из рюкзака самодельную карту.

— Ну, вот… Далее будем идти осторожно и не так быстро, туда я ещё не заходил, — проговорил он.

— А что мы ищем, мой Господин? — спросила женщина, присаживаясь рядом.

— Следы… Прежде всего, следы пребывания других людей.

— Я видела по дороге следы обуви, но, вероятно, они Ваши?

— И мои тоже… Но когда я добрался сюда впервые, то заметил, что и до меня здесь кто-то недавно проходил и… двинулся дальше вниз… Сейчас мы это и проверим.

— Как далеко и долго нам идти, Господин?

— Учитывая некоторые детали нашего путешествия, в суть которых вдаваться преждевременно, думаю, какого-то результата поиска следует ожидать не более чем через сутки движения… Иначе, это бы выглядело глупо, — не вполне понятно ответил Андрей, — В любом случае, запасов еды и воды нам хватит максимум на неделю, если мы не найдём, где их пополнить…

— Не найдём — придётся возвращаться? — тревожно посмотрела на мужчину Эмма.

— Об этом думать сейчас ни к чему, — он погладил женщину по щеке, — Кстати, здесь называть меня Господином и на «Вы» совсем не обязательно… Тем более, что нас только двое.

— Разве это что-то меняет в наших отношениях, мой Господин? — улыбнулась женщина и положила голову на его плечо.

Слегка перекусив печеньем, они двинулись дальше. Шли медленно, стараясь не пропустить в полутьме следы и изменения подземелья. Андрей время от времени дополнял карту. Следов хотя бы относительно недавнего пребывания здесь людей оказалось немного. Можно было предположить, что этой же дорогой проходил один или два одиноких путника и отнюдь не вчера… Продолжая двигаться по возможности прямо вперёд, они шли до вечера и порядком утомились. Мужчина решил подыскать место для отдыха и ночлега, но его окликнула спутница: «Господин Андрей, посмотрите!» В луче её фонарика на неприметной запылённой стене коридора обнаружилась нанесённая чёрной краской, порядком поблекшая окружность около семидесяти сантиметров в диаметре. Внутрь окружности оказалась вписана цифра «2». «Ничего себе!» — удивился мужчина, принимаясь тщательно, сантиметр за сантиметром, изучать стену вокруг надписи, и не зря. Немного в стороне от надписи, почти на уровне его глаз нашлись три круглые выемки, расположенные горизонтально друг за другом и бросающиеся в глаза только при достаточно ярком освещении. С замиранием сердца, Андрей приложил свой медальон к каждой из них поочерёдно и… ничего не произошло! Страшно разочарованный мужчина продолжил исследовать стены коридора, но безрезультатно. Неожиданная находка взбудоражила его и добавила сил, но пройдя по коридору ещё около двухсот метров, Андрей решил успокоиться и всё-таки остановиться на ночлег, тем более, что нашлось подходящее место. От коридора шло маленькое ответвление вправо, из-за обрушения потолка превратившееся в тупик. Обследовав потолок и стены, и убедившись в их надёжности, путники решили остановиться именно здесь.

Сухари и консервы — не лучший ужин, каменный пол — не лучшая постель, а рюкзак — не самая удобная подушка, но с милым рай и в шалаше, в чём и убедилась Эмма, засыпая, а часа через четыре и просыпаясь в объятиях Андрея… Утолив жажду несколькими глотками чистой воды, загодя набранной в бассейне на острове, путешественники двинулись дальше, осматривая стены и потолки коридоров теперь так же внимательно, как и пыльную дорогу под ногами… Впрочем, несколько часов их поиски не давали других результатов, кроме слабых оттисков подошв обуви на каменисто-пыльной поверхности пола. Временами эти следы становились чёткими, то почти пропадали, а иногда казалось, что следов становится больше, но практически постоянно они вели в одном направлении, пока путники не вошли в небольшой зал, из которого и, соответственно, в который вели четыре тоннеля под прямым углом друг к другу. На одной из стен зала Андрей обнаружил грубо начертанные камнем стрелки ориентации по сторонам света. Мужчина заинтересованно достал из кармана свой новейший вай-фон местного производства и в очередной раз убедился, что встроенная в аппарат функция компаса не имеет смысла — стрелка вращалась по одной только ей понятной закономерности и показывала что угодно, кроме истинного направления на север. Пожав плечами, Андрей принялся кропотливо изучать стены зала, пол которого был просто-таки затоптан следами уже не одного и не двух человек, не считая его и Эммы. Именно подруга Андрея и обнаружила на одной из стен зала уже знакомую им окружность с двойкой посередине, а на противоположной — снова расположенные подряд по горизонтали три круглых углубления в стене. Мужчина без особой надежды приложил свой медальон сначала к крайним отверстиям, а не получив никакого результата, к центральному и… стена плавно и бесшумно ушла в пол! Андрей с Эммой вскрикнули от неожиданности и отпрыгнули назад.

В полумраке образовавшейся ниши виднелась довольно просторная, обставленная мебелью комната. Оправившись от волнения, мужчина двинулся в таинственное помещение, быстро обнаружил на внутренней стене выключатель и щёлкнул им. Мягкий свет наполнил что-то вроде гостиной, совмещённой с кухней. Мебели оказалось достаточно, чтобы там могли комфортно расположиться не менее трёх человек. В глубине комнаты виднелся маленький тёмный коридорчик, но прежде, чем отправиться туда, Андрей обратил внимания на лист бумаги, лежащий на кухонном столе. Это было письмо! «Дорогой друг! — размашистым неряшливым почерком писал неизвестный, — Попасть сюда случайно ты не мог так же, как и я… Мне повезло прекрасно отдохнуть в этом убежище, чего и тебе желаю! Если же тебе назначена встреча, то, отдохнув, отправляйся в сторону Марьиной Рощи. Ты должен помнить, что это такое… Удачи!» Андрея так взбудоражили эти строки, что он готов был отправиться в путь немедленно. Однако, немного успокоившись, мужчина решил, что отдохнуть всё-таки необходимо, поскольку путь к месту, о котором писал незнакомец, предстоял неблизкий… Под выключателем он обнаружил ещё три отверстия под медальоны, расположенные в этот раз вертикально. Убедившись, что затвор послушен его медальону, Андрей понял, что открыть тайное помещение кроме него могут только обладатели двух других дисков с соответствующим выпуклым рисунком. Мужчина позвал к себе Эмму и поднял стену в начальное положение. К радости путешественников, коридорчик из комнаты вёл в санузел с душевой кабиной и небольшую спальню с простой, но удобной двуспальной кроватью…

— Что это за штуковина, Эмма? Не знаешь? — спросил Андрей, указывая на металлический шкаф со встроенным старинным монохромным монитором рядом с кухонным столом.

— Это очень старый, но, кажется, действующий синтезатор пищи, мой Господин, — улыбнулась женщина, — А Вы не знали? Удивительно…

— В самом деле? — хмыкнул он, — И ты знаешь, как с этим обращаться?

— Конечно! Через полчаса будем есть горячее… Что мне приготовить для Вас?

— Бифштекс с жареной картошкой, свекольный салат с чесноком и солёными огурцами, селёдку и 150 грамм водки, — пошутил и сам же рассмеялся Андрей.

— Хорошо, — спокойно ответила Эмма, — Только Ваш заказ потребует не полчаса, а около часа.

— Серьёзно?! — изумился мужчина, — Ты, в самом деле, приготовишь всё это?

— Удивительно! Вы так много знаете о сложном, и так мало о простом, — улыбнулась женщина и полезла в холодильник, — Прекрасно! Водку синтезировать не придётся, здесь целых три бутылки… Просто великолепно! Нам тут оставили несколько брикетов биомассы. Значит, всё будет проще, быстрее и вкуснее…

— Ты и мои любимые котлеты в отеле так готовила?!

— Ну, нет… Котлеты я делала руками, а вот ингредиенты…

— Кто бы мог подумать? — удручённо покачал головой Андрей и отправился под душ…

После плотного обеда чистые, сытые и довольные жизнью они улеглись на постель в спальне и обнялись. Хотелось именно такой близости, близости без секса… Ещё через два часа путешественники покинули своё временное пристанище и двинулись на север в сторону места, известного людям из иного мира, как Марьина Роща. Андрей практически не сомневался, что там-то он точно найдёт Библиотекаря, на встречу с которым его отправлял Хароныч. Однако, двигались путешественники с осторожностью, которая не бывает лишней в походе по незнакомым местам, да ещё и в подземелье. Несколько раз Андрею казалось, что он слышит какие-то непривычные звуки, но если что-то и происходило за каменными массивами, оно оставалось незримым для путников…

Только поздним вечером путешественники заметили ещё одну «двойку в окружности» на стене коридора там, где от него отделялся проход вправо, в большую нишу. Предположив по аналогии, что именно следует искать, Андрей и Эмма, помогая себе фонариками, изучили ближайшие к знаку стены, но нашли три выемки в самой глубине ниши. На сей раз мужчина приложил свой медальон сразу к центральному отверстию и не ошибся — кусок стены ушёл в пол, открывая прямоугольный проход внутрь. Путники прошли дальше, закрыв за собой «дверь» и метров через двадцать остановились. Коридор, по которому они двигались, расширился метров до десяти, а потолок стал выше втрое. Пространство впереди разделилось по вертикали на два уровня и, если первый в полумраке заканчивался глухой стеной со стоявшими около неё углом скамейками, то на втором этаже горел свет, и туда вела длинная и довольно широкая каменная лестница, возведённая вдоль правой по ходу путников стены.

Андрей прижал указательный палец к губам, бесшумно снял с плеч рюкзак, поставил его на каменный пол и жестом предложил Эмме подождать внизу, а сам осторожно начал подниматься по ступеням. Когда голова его оказалась на уровне верхней ступени лестницы, мужчина принялся осматривать открывшийся ему вид… Мягкое, как и в недавнем временном прибежище путников, освещение позволяло хорошо рассмотреть ближайшее пространство второго этажа. Оно представляло собой просторную лоджию, которая использовалась, как гостиная или комната отдыха, причём использовалась совсем недавно. На большом дорогом столе, по виду из карельской берёзы, были живописно разбросаны тарелки с остатками еды и бокалы с недопитыми напитками. Сначала Андрей подумал, что здесь пировали, как минимум, трое не страдающих отсутствием аппетита мужчин, но поднявшись на верхнюю ступеньку лестницы, он обнаружил на столе только два комплекта приборов. Причём, вторым явно пользовался человек скромный и аккуратный, а вот первым…

На всякий случай, нащупав во внутреннем кармане куртки пистолет, сняв его с предохранителя и переложив в боковой карман, Андрей громко произнёс: «Дорогие хозяева! Гостей не ждёте?» На некоторое время в помещении воцарилась полная тишина, но вскоре из глубины второго этажа послышалось кряхтение и шарканье ног, очевидно обутых в домашние тапочки. В коридоре, ведущем из недр помещения на лоджию показалась фигура плотного мужчины, лицо которого оставалось в тени.

— Как не ждать? Заждались уже! — немного развязно прозвучал сипловатый грудной голос, — Ты мог бы и поторопиться, Андрей!

— Кто Вы? Я Вас знаю? — удивлённо проговорил гость, на пару шагов отойдя от лестницы и прижавшись к стене.

— А ты посмотри внимательно! — с усмешкой проговорил хозяин апартаментов, выходя на свет. Когда Андрей увидел его лицо, то сначала изумился, приглядевшись, обмер, и глаза его округлились, норовя выскочить из орбит.

— Не может быть! — хрипло вскрикнул он, хватаясь за сердце, — Изя!

— Признал, чертяка! — широко и удовлетворённо улыбнулся было хозяин, но тут заметил, как побелело лицо Андрея, и тот начал сползать на пол вдоль стены. Несмотря на тучность, мужчина кинулся к гостю и тотчас снизу по лестнице, как ракета, взлетела Эмма и бросилась к Андрею…

Очнулся он здесь же на лоджии, лёжа на великолепном диванчике с гнутой спинкой и изящными подлокотниками красного дерева, головой на коленях своей Эммы, открыл глаза и увидел нагнувшуюся к нему с пузырьком нашатыря странную женщину в лёгком хлопковом платье и светлой косынке на голове. Рядом с ней, в позе раскаявшегося в разорении улья медведя, стоял хозяин убежища со встревоженным выражением лица.

— Ну что, живой? — с облегчением произнёс мужчина, обращаясь к Андрею, — Что это тебе приспичило падать в обморок? Ожившего покойника увидел что ли?

— Но… Изя! Ты? Здесь?!

— Ну, ты же здесь! — довольно и добродушно ухнул «медведь», — Где же, в таком случае, быть мне?

— Как же я не вспомнил раньше… Как не догадался, что Илья — это ты?! — всплеснул руками, приходящий в себя Андрей, — True Ilya[15]…

— Ну, догадливость и раньше не была твоим коньком! — хохотнул тот, — Лучше представь нам свою прекрасную спутницу…

— Конечно, — Андрей с виноватой улыбкой посмотрел на свою спутницу, погладил её руку, лежащую на его голове, и произнёс, — Это — Эмма! Моя… Эмма…

— Мне, безусловно, приятно видеть Вас здесь с этим… несчастным счастливчиком, мадам! — хозяин убежища бросился целовать смутившейся даме свободную от Андрея руку, — Меня же можете звать Ильёй или как Вам вздумается, не обращая внимания на инсинуации этого типа…

— Очень приятно! — немного недоуменно улыбнулась Эмма, — Но и Вы представьте нам свою подругу и хозяйку этого дома.

— Э-э-э… Подругу? Это весьма затруднительно, поскольку я не знаю её имени!

— Как так? — ахнули гости.

— Дело в том, что эта женщина за девять месяцев моего с ней знакомства не произнесла ни единого слова и не проинформировала меня о своём имени любым другим способом, как например, написание пером на бумаге или папирусе, стилом на коре или глиняной табличке…

— Ну, началось… Завёлся! — весело улыбнулся Андрей, — Пошла трепотня… Теперь-то я хорошо узнаю Изю…

— Э-э… Только не надо надуманных имён, не говоря уже о фамилиях, здесь они не в чести… — хихикнул хозяин, — Да и национальность, раса, партийная принадлежность и другие врождённые патологии, к счастью, мало кого интересуют!

— Ладно-ладно, не заводись… Но как-то ты называешь эту… милую женщину?

— Милую, как ты изволил определить, женщину я называю… Мымрой!

— Мымрой?.. И здесь Мымра? — удивился и задумался Андрей, рассматривая немолодое, но правильное и удивительно светлое, благообразное лицо женщины с необыкновенно лучистыми, ярко-голубыми, мягко улыбающимися глазами, — Но ведь нисколько не похожа!

— А ты поживи с ней тут с моё… И поймёшь, что Мымра и есть… только наоборот! Но не Антимымрой же мне её называть?

Не прошло и получаса, как женщины заново накрыли стол, чтобы вновь прибывшие смогли поужинать. Пришедший в себя после невероятной встречи не только с настоящим Библиотекарем и Архивариусом Ильёй, но и со своим старинным, начисто забытым другом из позапрошлой, как теперь казалось, жизни, Андрей просто наслаждался прекрасным обществом и общением, которое подогревала текущая рекой водка. Пьющим этим вечером только воду и лёгкое виноградное вино женщинам обильное возлияние мужчин, по всей видимости, не пришлось по душе, только что же с ними поделаешь… Оставив все серьёзные разговоры и обсуждения на завтра, мужчины просто пили, ели и трепались, как и полагается встретившимся после долгой разлуки друзьям.

— Изя, ты же перед нашим появлением поужинал за двоих, как минимум! Как в тебя столько влезает? — потешался Андрей, наблюдая, как хозяин дома обгладывает баранью лопатку, норовя время от времени вытереть руки о свою свежую рубашку, хотя на столе хватало салфеток, а на коленях у него лежало заботливо подготовленное Мымрой полотенце.

— Всё верно, дружище, я вышел из-за стола сытым. Но увидев тебя, сразу проголодался! — кивал «прекрасный Иосиф»[16], - А сколько калорий я потерял из-за твоего обморока?.. Но не будем о грустном. Скажи лучше, откуда ты взял такую прелестную барышню? Нет, женщины всегда вешались тебе на шею, но чтобы они ещё и верность хранили! Это что-то новенькое… Я только дотронулся до попки твоей Эммы, а она та-ак на меня посмотрела!

— И правильно сделала. У тебя же есть… Мымра!

— Спятил? — оскорбился Илья, — Я тут больше года страдаю… Большую часть этого года с этой… женщиной, абсолютно не пригодной для совместного проживания с интеллигентным мужчиной! Не веришь? Попробуй сам!

— Попробовать? — Андрей снова взглянул на светло улыбающуюся ему женщину в косынке, улыбнулся ей в ответ и пожал плечами, — Не думаю, что это хорошая идея… Да и не сейчас же?

— Разумеется, нет… Постой-постой! — изумился его собеседник, — Уж не хочешь ли ты сказать, что присутствующая здесь прекрасная Эмма не будет против… э-э-э такого эксперимента?

— Господин сам решает, когда и что ему делать, — насмешливо заявила спутница Андрея, делая глоток вина, — А также с кем и зачем…

— Ух ты! Господин? Уж не хотите ли Вы сказать, красавица, что… — вопросительно посмотрел на женщину Илья, а она спокойно расстегнула ворот комбинезона и продемонстрировала изящный, кожаный с золотом, ремешок на своей лебединой шее. Мужчина охнул, всё-таки вытер руки о рубашку и задумчиво произнёс, — Ну, конечно… Однако таких рабынь не бывает!

— Это Вы ещё других не видели! — звонко засмеялась Эмма.

— Сколько же их у тебя, Господин Вершитель?

— Достаточно… Можешь называть меня просто, — хмыкнул Андрей, — Господин Советник!

— Ого! Ничего не меняется… — покачал головой Илья, — Вечно ты в истории вляпываешься, когда метишь в Советники… Но в тёмном Княжестве этот титул имеет совсем другое значение… Не мог бы ты показать мне свой торс, Господин Советник Вершителей?

— Торс? — удивился гость и с улыбкой снял с себя рубашку, демонстрируя компании свою окрепшую и постройневшую за последний год фигуру, — Пожалуйста!

— Странно… — задумчиво проговорил Изя, дотрагиваясь рукой до гладкой и ровной кожи старого друга и перехватывая одобрительный взгляд хозяйки убежища, — Но когда же ты успел?! И чем пожертвовал для этого? Кем пожертвовал?

— Вы что-то не то говорите, Илья! — с чувством воскликнула Эмма, — Большинство рабынь Господина — его бывшие Испытуемые. Они прекрасно себя чувствуют, живут в безопасности и достатке, работают на студии…

— Что ещё за студия? — с сомнением проговорил Илья, — Фото? Видео? Порно?

— Без порнухи, как ты верно заметил, в Княжестве никак… Но мы делаем хорошее кино! — ответил Андрей и, не вдаваясь в детали, кратко рассказал собеседнику о своей студии, её работе, сотрудниках, достижениях и ближайших перспективах… Слушавший его мужчина сначала растерялся, а к концу рассказа схватился за голову.

— И это всё правда? — спросил он Эмму.

— Да, — кивнула она, — Только Господин рассказал далеко не всё и… сильно приуменьшил свою роль в этом проекте.

— Кто, ты говоришь, у тебя Главный оператор? — спросил Илья уже у Андрея и, услышав фамилию, сильно вздрогнул, — Этого не может быть! Хотя…

— Ты всё ещё не веришь?

— Верю! Андрюха, но ты даже не представляешь себе, что делаешь! Заниматься здесь искусством — это… фантастика!

— Ты преувеличиваешь… — улыбнулся Андрей и налил ещё по одной.

— Я преуменьшаю! — Илья залпом выпил свою рюмку и захрустел солёным огурцом, — Конечно, следует признать, что ты остался везунчиком… Ещё пару лет назад тебя крепко прижали бы за такие… художества. Похоже, времена меняются.

— Что ты имеешь в виду?

— Эх… Эта тема слишком серьёзна и обширна, чтобы обсуждать её спьяну… Отложим до завтра?

— Тогда расскажи, хотя бы, чем ты здесь занимался?

— Тебя ждал целый год! — хмыкнул Илья, — Ну и архивы, конечно… Ты же помнишь, что они — моя страсть?

— Помню… Но откуда ты знал, что приду именно я?!

— У меня оказалось достаточно времени, чтобы оценить обстановку в Княжестве, проанализировать создавшееся положение и прийти к некоторым выводам…

В тайной обители Ильи и Мымры оказалось сразу три спальни и в свободную Эмма привела Андрея сразу, как только мужчины поняли, что водка в них больше не лезет, да и разговор теряет связность. Секретарша помогла Господину раздеться, уложила его в постель и легла рядом со словами: «Надеюсь, целью нашего путешествия не является запойная пьянка с твоим старым другом, мой дорогой?» Андрей виновато улыбнулся ей, молча поцеловал розовый сосочек правой груди Эммы, положил хмельную голову женщине на плечо и моментально уснул…

Словно сговорившись, на следующий день мужчины оттягивали самый главный разговор, склонившись над картой подземелья, которую Илья демонстрировал Андрею, как предмет особой гордости. Этот весьма подробный документ он создавал последний год, исследуя катакомбы и многочисленные тоннели и ходы под Княжеством. Андрей, изучая карту и выслушивая комментарии Ильи, почувствовавшего себя Вергилием[17], открыл для себя много нового… О существовании подземных производств он слышал, а теперь убеждался в достоверности этой информации. Схема отражала масштабность и специфику производства: полуавтоматические фабрики производившие биомассу и другие ингредиенты для изготовления продуктов питания, одежды и прочих изделий повседневного спроса. Существовали и заводы строительных материалов, мебели, электроники и даже автомобилей исключительно ручной сборки, по уверению Ильи. Обычно производство имело наземные постройки или выход на поверхность, как минимум. Некоторые заводы и фабрики имели подземные коммуникации, связывавшие их друг с другом, часто для этого использовались железнодорожные пути полу-заброшенных линий метро… На карте Андрей обнаружил и часть катакомб рядом с «Куртизанской», и засыпанные ходы на остров.

Когда он рассказал Илье о своём острове и начале работ на нём, тот пришёл в восторг.

— Ты купил остров целиком?!

— Сначала территорию по соседству для студии, а потом уже и остров с прудом…

— Фантастика!.. Но это стоит кучу денег!

— Во-первых, моя студия начала приносить неплохую прибыль, — улыбнулся Андрей, — Но и до этого у меня имелись возможности… Постой, у тебя же должна быть Золотая карта банка с огромным кредитом, как и у меня?

— Ну да… — кивнул Илья, задумчиво потирая ладони, — Но я тратил как-то по мелочи… Правда появилась мысль — купить «Ленинку» целиком, но как подумал, какая с ней будет морока… Да и без книг и архивных документов она мне не интересна.

Занимательный для обоих собеседников, временами эмоциональный и затянувшийся разговор неожиданно прервала Мымра, долгое время находившаяся с Эммой на кухне, а затем подошедшая к мужчинам. Она положила руки им на плечи и, когда они обернулись к ней, молча указала на их шеи. Собеседники одновременно вздохнули, извлекли наружу свои медальоны на цепочках и вопросительно взглянули на женщину. Эмма с неподдельным интересом смотрела, как Мымра взяла металлические диски в обе руки, как-то особенно улыбнулась, переложила медальоны в левую руку и продемонстрировала собравшимся три пальца правой.

— Да, дорогая, — с глубоким вздохом произнёс Илья, — Я до сих пор не рассказал Андрею о главном…

— О главном? — удивился Андрей, — Да, за этими волнениями и неожиданностями я и забыл о задании… Но Хароныч просил только найти архивариуса и передать ему медальон.

— Кто? — изумился хозяин убежища, — Какой ещё Хароныч?

— Ну, знакомый мой… Вадим Аронович…

— Эка ты его переименовал-то красиво! — засмеялся Илья, — Устами младенца… Но, сейчас не об этом. Знаю и я твоего Хароныча, но о нём после… Дело обстоит так, что нам нужны три медальона.

— Нам? — удивился Андрей, — И откуда знает о медальонах эта добрая женщина?

— Нам, потому что, как я теперь понимаю — моя задача не только в том, чтобы встретить тебя и передать два медальона третьему…

— О третьем медальоне я догадался, пока дошёл до тебя… А третий человек — она?

— В том-то и дело, что нет… С третьим у нас человеком проблемы…

— Кто же тогда она? И где этот третий с медальоном?

— Мымра… Она же молчит! — шумно вздохнул Илья, — Появилась вдруг у стены, за которую можно попасть, только имея все три медальона сразу… Я тогда опешил, от неожиданности! Сейчас я думаю, что эта женщина хранит какую-то тайну…

— Ну, дела… — задумался Андрей, — Стена с тремя отверстиями для медальонов?.. Похоже, я видел её по дороге сюда… Что за ней?

— Видимо, это и есть часть тайны, — развёл руками Илья, а Хранительница с улыбкой кивнула головой, — Видишь, кивает?

— Вижу… Значит, нам нужно добыть третий медальон и попасть туда? — под заворожённым взглядом Андрея женщина кивнула снова, и улыбка её стала солнечной, — М-да, не так всё просто оказалось… Так, где третий?

— В Питере, — ответил его друг.

— Где?!

Не реагируя на дикое изумление собеседника, Илья принялся рассказывать о том, что помимо Ультра-Москвы, как именовал он Княжество, в подземелье которого они сейчас находились, существует и Ультра-Петербург. Оказалось, что полгода назад Ильёй, после сложных молчаливых объяснений с Мымрой, была предпринята попытка отправиться туда совершенно фантастическим, в понимании Андрея, способом. Предполагая, что дожидаться напарника придётся долго, Илья решил поискать третий медальон, используя бессловесные объяснения Хранительницы Тайны.

Впрочем, Ильёй вовсе не предполагался визит в другой город. Он просто зашёл в одну секретную комнату, а вышел… в другом убежище. Обстановка тамошнего пристанища почти полностью соответствовала здешнему, но там мужчина обнаружил двух поджидающих его женщин. Они сначала испугались его появления, а затем пояснили, что ждут гостей по приказу своего Хозяина. В том, что он и есть таковой гость, женщины убедились, когда подвели Илью к сейфу, который тот с лёгкостью открыл с помощью своего медальона. Самым интересным, что обнаружилось в сейфе, оказалось письмо, которое он тут же продемонстрировал Андрею.

«Дорогие друзья! — с живейшим интересом и нетерпением читал Андрей, — Сожалею, что не могу встретить Вас лично ввиду большой занятости. Надеюсь появиться здесь на днях, засвидетельствовать Вам своё почтение и дружеское расположение, а также передать необходимую для Вашей миссии, но совершенно ненужную мне вещь. Да, почти два года, проведённые в здешних местах изменили меня и моё отношение к действительности. Я нисколько не желаю разубеждать Вас, но для себя решил, что ничем не обязан неким лицам, с которыми и Вы, вероятно, знакомы. Только здесь я обрёл свободу самореализации, которая не была мне доступна в прошлом, и не променяю её ни на что… Однако, дабы не затруднять Ваши замыслы, непременно передам Вам то, без чего они, как я понимаю, невозможны. На меня же Вы можете рассчитывать, как на гостеприимного хозяина, приятного собеседника и товарища в недолгом, но, безусловно, приятном времяпрепровождении. Искать меня на поверхности бесполезно и небезопасно, я появлюсь сам, как только позволят дела, и проведу с вами несколько часов. На большее у меня нет ни времени, ни возможности. Честно говоря, и желания мои ныне располагаются в иной плоскости, нежели тратить себя на выполнение никому не нужного, а потому бессмысленного задания… Надеюсь, милые дамы, которые встретили Вас, помогут превратить ожидание встречи со мной в лёгкое и крайне приятное во всех отношениях приключение. Эти женщины — Ваши, в полном смысле слова. Можете вести себя с ними так, как пожелаете нужным. Если же общение с ними не доставит Вам должного удовольствия или быстро наскучит, просто заприте их в клетку, я не расстроюсь. До скорой встречи! С наилучшими пожеланиями!

Дмитрий».

— Ни хрена во тьме компот! — вырвалось у Андрея после прочтения письма, — И что случилось дальше?

— Как ты понимаешь, гостеприимный хозяин ждал нас обоих, — усмехнулся Илья и продолжил, — Однако, сути это не меняло. Разве что обаяние красоток Дмитрия и старание угодить оказалось направлено на меня единственного… Впрочем, на третий день ожидание стало мне надоедать. По словам женщин, Хозяин оставил их в этом непонятном и закрытом для них помещении за неделю до моего появления, сменив другую пару дам. Сколько времени провели в ожидании предыдущие женщины, они не знали, когда появится их Хозяин тоже. Несмотря на нежелание красоток расставаться с таким обаятельным мужчиной даже на час, я предпринял одиночную вылазку на поверхность. Представляешь, какой я испытал шок?.. Вид Ультра-Петербурга меня потряс, Андрюха… Но не буду об этом, сам всё увидишь! Короче говоря, кроме обзора окрестностей никакого результата моя прогулка не дала. Искать там Дмитрия, кем бы он ни был, не представлялось возможным. Оставалось только ждать, чем я и занимался. Девчонки кормили и поили меня, как в лучших домах. В ответ я их… Ну, то есть, со свойственной мне вежливостью и обаянием оказывал знаки внимания обеим вместе и каждой по отдельности. Они же к моей благосклонности не оставались безучастны и… творили такое, на что моя природная скромность не позволяет даже намекнуть. Через неделю я забеспокоился о состоянии и перспективах своего мозга, написал гостеприимному хозяину ответное письмо и, оставив красоток безутешными, вернулся к ожидавшей меня Мымре.

— И что же ты написал Дмитрию?

— Что тронут его гостеприимством, что милые дамы делают честь его вкусу, что могу лишь предполагать меру занятости Дмитрия, но и сам не располагаю временем в таком количестве, чтобы ожидать встречи далее… Пригласил его к себе с ответным визитом и отметил, что если путешествие для него никак невозможно, то я непременно вернусь уже с напарником и надеждой на более эффективное взаимодействие.

— Как я понимаю, Дмитрий здесь так и не появился, — покачал головой Андрей.

— Разумеется, нет, — ответил Илья, — Впрочем, я мало верил в его любознательность. Ему всего хватает и в Ультра-Петербурге… Похоже, он там хорошо устроился.

— Интересно, до какой степени хорошо?

— Фантазировать на пустом месте не хочу, а его красотки молчали о нём, как рыбы, и называли исключительно Хозяином, несмотря на то, что фактически принадлежали уже мне…

— И как ты планировал поступить? Действительно, вернуться туда вдвоём со мной?

— До твоего появления я не собирался предпринимать новых попыток… А теперь… Отправиться туда всем вместе? Твоя прекрасная Эмма, как я вижу, не против, но я категорически не согласен рисковать ни ею, ни доброй Мымрой…

— Думаешь, риск велик?

— Не знаю, велик ли, но он есть. Уж больно непонятна ситуация с этим Дмитрием, владельцем третьего медальона… Я бы отправил туда тебя одного в отместку за своё долготерпение! — рассмеялся Илья, — Ты — парень смелый, но… Теперь уже добрая Хранительница Тайны возражает, как видишь! А Эмма смотрит на меня, как на врага человечества…

Глава 26

Третий ключ

Причины откладывать путешествие мужчин за третьим медальоном не нашлось, и на следующий день глаза Эммы постоянно были на мокром месте, словно она отправляла Андрея на войну. Илья беззлобно шутил по этому поводу, а Хранительница Тайн в какой-то момент взяла за плечи Эмму и её возлюбленного Господина, поочерёдно взглянула им в глаза и кивнула с таким участием и уверенностью в благополучном исходе мероприятия, что Андрей моментально расслабился, а Эмма успокоилась. Надо сказать, что женщины прекрасно ладили с самого знакомства, несмотря на немоту Мымры. Андрею, в свою очередь, удалось убедить свою спутницу не реагировать на его недолгое отсутствие излишне нервно…

Часы показывали три пополудни, когда мужчины, пообещав не задерживаться слишком долго, отправились в секретную комнату на первом этаже убежища. Андрей открыл вход в это помещение своим медальоном, поцеловал Эмму и вошёл внутрь. Комнатка, по углам которой оказались установлены четыре кресла с ремнями безопасности, как в самолёте, а посередине стойка с несколькими кнопками и маленьким дисплеем, напоминала кабину большого лифта. Илья помахал женщинам рукой и закрыл дверь своим медальоном. Последнее, что увидел в проёме двери Андрей — тревожные глаза Эммы и странный жест правой руки Мымры. Он взглянул на дисплей пульта на стойке, там загорелась надпись: «Нажмите клавишу готовности».

— Просто нажми и садись в кресло, — спокойно ответил Илья на молчаливый вопрос Андрея и занял одно из кресел кабины.

Нажав на клавишу, Андрей увидел, что надпись изменилась на «Готовность 3 минуты», и устроился в другом кресле. Через некоторое время свет в комнатке померк, мерцал один только пульт. Затем раздалось три щелчка, через десять секунд — два, наконец, один, и Андрей почувствовал, будто земля ушла из-под его ног. Но минуло всего несколько секунд, и свет в кабине снова загорелся. «Вот и всё», — произнёс Илья и поднялся с кресла, направляясь к двери. Поднялся и Андрей, глянул на дисплей пульта: «Процесс завершён». Тем временем его спутник открыл медальоном дверь помещения.

Мужчины вышли в коридор, в точности повторявший свой аналог в их прежнем убежище, но, судя по эротическим картинам на стенах, находящийся совсем в другом месте… Тихо поднявшись на второй этаж и никого не встретив, они дошли до превращённой в шикарную гостиную лоджии, переглянулись, пожали плечами и стали осматривать закрытые комнаты. Открыв дверь одной из спален, Андрей увидел там сидящую у трюмо полуголую женщину, старательно ухаживающую за своим лицом. Нависший над плечом спутника Илья удовлетворённо хмыкнул. Женщина, громко вскрикнув, подскочила на кресле и запахнула красный халат из атласа, украшенный рисунками белых роз.

— Кто вы? — испуганно проговорила она, — Хозяин сказал, что здесь никого не будет… Если только Гость не появится…

— А мы и есть Гости, — усмехнулся Илья.

— Нет… — из груди женщины вырвался стон, — Сразу двое?

— Почему это так пугает тебя, красавица? — с лёгкой иронией поинтересовался Андрей, — Дмитрий должен был оставить тебе чёткие указания на этот счёт.

— Простите, Господа! Вы так неожиданно появились… — извиняющимся тоном ответила женщина, выражение лица которой решительно переменилось после произнесения имени её Хозяина, — Я должна сопроводить Вас в кабинет, а сама… заняться приготовлением торжественного обеда…

— Так в чём же дело? — строгий тон Андрея не вязался с ироничной улыбкой на его лице, что сбивало с толку встревоженную женщину и вызывало довольную ухмылку Изи.

— Да-да, пойдёмте… Извините меня, Господа! — засуетилась она, — Хозяин предполагал, что может явиться только Господин Илья…

— Он знает твоё имя? — вполголоса спросил спутника удивлённый Андрей, когда они сопровождали даму в кабинет.

— Разумеется, я же подписал ответное письмо, — объяснил Илья и обратился к женщине, — А как зовут нашу милую хозяюшку?

— Татьяна, — растерянно ответила она, застыв посередине кабинета. Женщина была невысокого роста, но весьма аппетитных форм. Чёрные волосы и тёмно-карие глаза приятно контрастировали с белизной кожи ухоженного округлого лица. В ней сочеталась зрелая красота с не ушедшей ещё и тщательно культивируемой свежестью, отразившейся румянцем на щеках с милыми ямочками.

Андрей направился прямо к сейфу в кабинете и моментально открыл его своим медальоном под изумлённым взглядом Татьяны, которую, в свою очередь, пристально разглядывал Илья. В сейфе, к удивлению Андрея, обнаружились драгоценности, вплоть до тонких серебряных наручников, украшенных мелкими и, на первый взгляд, необработанными алмазами; связка ключей, маленькая плотно закрытая бутылочка тёмного стекла… Нашлось там и ожидаемое письмо в заклеенном конверте из плотной бумаги. Удерживая конверт за угол, Андрей закрыл сейф, уселся за солидный письменный стол и закурил, широким жестом предлагая Илье с Татьяной усесться на чёрный кожаный диван по правую от себя руку. Довольно кивнув, «Библиотекарь» немедленно обхватил всё ещё пребывающую в замешательстве женщину за талию и усадил рядом с собой. Андрей вскрыл конверт нашедшимися среди канцелярских принадлежностей на столе ножницами, достал письмо и углубился в чтение.

«Дорогой Илья! — писал Дмитрий, — Весьма прискорбно, что наша предыдущая встреча не состоялась, а я не имею возможности нанести Вам ответный визит. Впрочем, надеюсь, что Ваше нынешнее путешествие окажется продуктивнее по части планируемого Вами результата. Не снимая с себя обязанностей радушного хозяина, оставляю встречать Вас милейшую барышню, которая, уверен, не разочарует Вас приёмом и обхождением. Как я понял, женщины, встречавшие Вас в прошлый раз, понравились Вам не настолько, чтобы вызвать желание оставить их себе. Но это Ваш выбор, разумеется. Нынешняя служанка, прислуга, временная хозяйка этих апартаментов (называйте, как хотите), может быть, не столь гламурная, энергичная и нескромная, зато хорошо воспитанная, в меру застенчивая, обходительная и утончённая женщина. Возможно, такой тип окажется Вам по вкусу в большей степени и, безусловно, она Ваша настолько, насколько Вы посчитаете нужным… Мне показалось, что Вы снова прибудете на встречу в одиночку, но если я ошибся, то преодолеть стыдливость моей, а теперь Вашей скромницы вдвоём с напарником наверняка не составит труда. Если же подобный сценарий не отвечает Вашим запросам, возможны варианты… Впрочем, достаточно о женском поле, пора о деле. Я появлюсь в этих апартаментах, как только смогу. Надеюсь, обстановка расположит Вас к не напрягающему и не слишком долгому ожиданию. С уважением, Дмитрий».

— Давно ты здесь ждёшь, Таня? — спросил Андрей после того, как перечитал письмо вслух.

— Четвёртый день, — ответила пунцовая после услышанного женщина, поминутно снимающая с себя ласковые лапы Ильи, — И… Как мне к Вам обращаться, господа?

— Четвёртый? Понятно… — вздох Андрея, очевидно, отражал его отношение к длительному ожиданию встречи с Дмитрием. Впрочем, закуривая, он улыбнулся и ответил на вопрос Татьяны, — Как ты, наверное, поняла, мужчина, ласково подтверждающий твою привлекательность — Илья, меня же зовут Андреем.

— И я теперь… принадлежу… Вам… обоим? — смущённо, но пылко спросила женщина.

— Безусловно, — сладко промурлыкал «Библиотекарь», поглаживая её по ляжке.

— Но тогда… — вяло пытаясь вырваться, произнесла Таня, — Возможно, мне следует переодеться и накрыть стол?

Андрей кивнул, Илья со вздохом разжал свои объятья, и женщина выпорхнула из кабинета, оставив мужчин обсуждать создавшуюся ситуацию, явно нервирующую Андрея.

— Как-то всё это глупо, — констатировал он.

— Согласен, — подхватил Илья, — Прошлый раз меня, как героя, встречали классные девицы с длиннющими ногами… А этому, видишь ли, не понравилось, что я не забрал их с собой! Куда? К Мымре?! Конечно, я ничего не имею против скромниц. В этом есть известная пикантность… Но почему одна?

— Изя! Я не об этом, — скривился Андрей, — Сколько нам здесь ждать этого Дмитрия? Думаю, в самом лучшем случае три-четыре дня…

— Пока не закончатся так называемые праздники? — задумался Илья, — Похоже, ты прав… Но почему бы нам не развеяться, раз уж на то пошло? Выпьем, закусим, поболтаем… поваляем Танюшку поочерёдно или вместе…

— Послушай, дружище! — раздражённо воскликнул Андрей, — Давай я оставлю тебя здесь валяться с Танюшкой, а сам вернусь?

— Нет, — без улыбки ответил Илья, — Возможно, я был бы не против, но… Во всём этом есть какая-то загадка… какой-то смысл… Тебе так не кажется?

— Кажется. Но я не понимаю какой… Хорошо, завтра устроим вылазку наверх. А там видно будет…

Торжественный обед Татьяна организовала быстро. Стол буквально ломился от холодных закусок и выпивки. Горячее, облачённая в весьма скромный, но оттого ещё более соблазнительный наряд официантки, женщина предложила принести по первому требованию, пытаясь при этом уклониться от застолья. Мужчины запротестовали, и Татьяна, понурив голову, отправилась, как она объяснила, переодеваться к столу. В её отсутствие Изя многословно доказывал напарнику превосходство водки над коньяком и скромных женщин над легкодоступными. Андрей безнадежно отмахивался, выпивал с приятелем за беременных, но честных, смеялся всё чаще, искреннее и громче… Татьяна вышла на лоджию-гостиную с дымящейся супницей и в роскошном вечернем тёмно-синем платье. Илья был сражён наповал!..

Неторопливое застолье продолжалось около двух часов. Андрей наслаждался желудочно, Изя расправлял перья перед дамой, Татьяна, кажется, начала осваиваться с ролью хозяйки, принадлежащей сразу двум Господам. Правда, от Ильи она старалась держаться на расстоянии, но когда обед подошёл к концу, он повёл вяло упирающуюся женщину в её спальню, клятвенно обещая не приставать к ней с глупостями ближайшие пару часов… Андрей, чтобы отделаться пообещавший Илье присоединиться к ним позднее, некоторое время сидел в гостиной один и размышлял. Алкоголь не мешал этому, хотя к окончанию застолья взгляды Андрея в сторону Татьяны уже не отличались благопристойностью. Затушив окурок, мужчина решил осмотреть помещения убежища, в котором ему предстояло, по всей видимости, находиться довольно продолжительное время.

Он с удовольствием отметил, что постель во второй спальне готова принять его в свои чистые и свежие объятья, оставил там свою куртку и перешёл в кабинет. Там Андрей снова изучил содержимое сейфа, не нашёл ничего особенно интересного, повертел в руках драгоценные наручники и собрался было уходить, как в кабинет вошла Татьяна, снова переодевшаяся в халат с розами.

— Я могу Вам чем-то помочь, Господин Андрей? — спросила она, смущённо глядя на браслеты в руках мужчины, — Господин Илья спит…

— В самом деле? — улыбнулся Андрей, — Ты его так быстро утомила?

— Он попросил меня снять платье и лечь рядом. Я… сделала это, и он… уснул…

— Бывает… Пусть отдохнёт, — мужчина так внимательно рассматривал женщину, что она начала прятать глаза, а он неожиданно спросил, — Ты всегда носишь лифчик?

— Да… Почти, — ахнула Татьяна, тщательно запахивая халат.

— Не тесно? — прищурился Андрей, женщина растерянно пожала плечами и щёки её зарумянились, а он продолжил, — Думаю, тебе следует вернуться к Илье… Охраняй его сон, а я… приду позже… Мне некоторое время требуется побыть одному и подумать.

Таня с готовностью и некоторым, как показалось мужчине, разочарованием кивнула и вышла из кабинета. Андрей взглянул на наручники, которые продолжал автоматически крутить в руках, вернул их в сейф, достал оттуда связку ключей и отправился на первый этаж. Там, помимо секретной комнаты для перемещения в пространстве, он ожидаемо обнаружил вполне готовую к использованию сауну с просторной комнатой отдыха и открывающуюся только медальоном дверь в помещение, аналог которого в своём убежище Илья использовал, как хранилище личных архивов, находок и всякой всячины. Андрей прислонил свой медальон к соответствующему отверстию и открыл дверь.

В большой комнате никакого архива не оказалось, зато в углу находилась клетка, а в ней сидящая на матрасе женщина. Опешивший от такой находки мужчина, закрыв дверь, медленно подошёл к ней, а она, вздрогнув от неожиданности, поднялась на ноги и уставилась на Андрея живыми, сине-зелёными глазами.

— Кто Вы? — с лёгкой хрипотцой спросила женщина.

— Здравствуй! У меня к тебе аналогичный вопрос, — с некоторым раздражением произнёс мужчина, — Кто ты и что здесь делаешь?

— Здравствуйте… Я — рабыня, — пожала плечами невысокая складная особа с довольно большой грудью, сдавленной странным коротким металлическим корсетом. На бёдра женщины было надето что-то похожее на короткие шорты из ткани с металлическими полосками. Несомненным достоинством дамы являлись длинные светло-рыжие волосы и нежная кожа с многочисленными родинками. Она снова спросила: — А кто Вы?.. Гость?.. Илья?

— Какая осведомлённость! — усмехнулся Андрей, — Да, я Гость, но не Илья… Зачем он тебе?

— Вы, правда, не Илья? — настойчиво спрашивала женщина.

— Послушай, дорогуша, — нахмурил брови мужчина и заговорил скороговоркой сквозь зубы, — Во-первых, я не обязан отвечать на твои вопросы. Во-вторых, тот, кого зовут Ильёй, сейчас отдыхает с твоей подругой Татьяной. Или она тебе не подруга? В-третьих, меня, в отличие от моего друга, зовут Андреем. В-четвёртых, мне надоело говорить с женщиной в клетке, даже имя которой я не знаю…

— Постойте, Господин Андрей! Простите меня! — воскликнула рыжеволосая особа, глядя, как мужчина поворачивается к ней спиной и делает шаг к двери, — Мне очень важно было знать, что Вы не Илья… Правда! А зовут меня Ильсина…

— Ильсина? — удивился Андрей, рассматривая комнату. Она тоже вызывала его удивление, поскольку сильно смахивала антуражем на «чёрную комнату» в его коттедже Вершителя, только гораздо просторнее и… чернее. Мужчина снова повернулся к клетке: — По-моему, это татарское имя… И что ты делаешь в такой милой комнате?

— Да, у меня татарское имя, Господин. Хозяин посадил меня в эту клетку, велел Тане кормить и поить меня, но не выпускать… А Вам не нравятся татарки?

— Почему же? — улыбнулся мужчина, — Ничего не имею против…

— Хорошо, что так… А то Хозяин сказал, что меня выпустит Гость, но скорее всего не Илья, — проговорила Ильсина, во взгляде которой продолжало читаться недоверие, — Вы — тот человек, который меня выпустит?

— Возможно, — пожал плечами Андрей, — Но для начала мне хотелось бы понять — почему Дмитрий посадил тебя в клетку, да ещё в такой странной одежде?

— Он сказал, что меня освободит Гость, который станет моим новым Хозяином и… ему будет приятно снять с меня эту одежду…

— Вот как? — удивился мужчина, — А если бы сюда зашёл Илья?

— Я не знаю… Хозяин сказал, что для Ильи уже достаточно… что я предназначена не ему… Мне трудно понять, что означают его слова, но… он так сказал.

— Странно всё это…

— Вы не верите мне, Господин Андрей? Вы не освободите меня?

— Освобожу, конечно, — пожал плечами мужчина и полез в карман за ключами, — Но почему я должен тебе верить?

Подобрав ключ из связки, он открыл клетку, вывел оттуда Ильсину, поднялся с ней на второй этаж, где они сели за стол в гостиной. Поставив перед женщиной чистые приборы, Андрей сказал: «Ешь, ты голодная». Она, похоже, сначала не поверила своим ушам, затем благодарно кивнула и принялась за еду. Мужчина сходил на кухню, где соорудил себе почти полный стакан виски со льдом, вернулся на лоджию, сел на удобный диванчик и принялся рассматривать Ильсину. Женщина примерно того же возраста, что и Татьяна, то есть лет тридцати с небольшим, выглядела моложе, вероятно, благодаря прекрасной от природы, гладкой и нежной коже. Андрей даже поднялся с дивана, подошёл к ней и провёл ладонью по её руке. Кожа оказалась чрезвычайно приятной на ощупь, атласно-гладкой и тёплой. Разглядел мужчина и странное одеяние рабыни — на корсете и шортах имелись маленькие, но прочные замки.

— Как же ты в туалет-то ходила, Ильсина? — не сдержавшись, спросил Андрей, вспомнив о био-унитазе в клетке.

— Там есть отверстия для этого, — кивнув на свои шорты, доверительно сообщила женщина.

— Понятно, — вздохнул он, — Но почему, всё-таки, Дмитрий посадил в клетку тебя, а не Татьяну, например?

— Возможно потому, что я задаю слишком много вопросов? — грустно улыбнулась Ильсина, продолжая утолять голод.

— Предполагаешь, что Хозяин хочет от тебя избавиться? — улыбнулся в ответ Андрей, делая глоток виски и закуривая.

— Не уверена, что должна говорить это… Да, что терять-то?.. Я думаю, что он избавляется ото всех рабынь, которых направляет сюда…

— Ух ты!.. Серьёзное заявление… — поднял брови мужчина, — Вернёмся к этому позже и подробнее… Скажи, а почему Татьяна ничего не сказала о тебе, даже увидев, что нас двое?

— Не знаю… Возможно… — начала было отвечать на вопрос Ильсина, но тут через коридор из спальни Татьяны раздался сдавленный женский крик, а затем громкие ритмичные стоны. Мужчина и женщина переглянулись и тихо рассмеялись, — Вот Таня и ответила на Ваш вопрос сама, Господин!

— Ты думаешь, она хотела обоих? — покачал головой Андрей, — Но при правильном подходе, Татьяна может получить это и при тебе…

— Некоторым такое просто необходимо, конечно же, — непонятно ответила Ильсина, а увидев молчаливый вопрос мужчины расшифровала: — Тебя имеют, но ты владеешь!

— Интересная мысль… Но бывает и наоборот, — высказался Андрей, женщина заглянула ему в глаза, и они оба рассмеялись, теперь достаточно громко…

Вероятно, их смех услышали в спальне Татьяны. Там страсти поутихли, а минут через десять на лоджии появился плотоядно улыбающийся «Библиотекарь» в просторном махровом халате снежно-белого цвета. Войдя в гостиную и заметив Ильсину, он удивлённо остановился.

— Андрей, ты уже нашёл себе другую женщину? Но где и когда?!

— Здесь и сейчас! Подробности позже, Илья… Познакомься, это Ильсина… Но мне интересно задать несколько вопросов Танечке, где она?

— Одну минуту, — вежливо поцеловав руку новой женщине, Илья обернулся, затем удалился в спальню и через минуту притащил на лоджию раскрасневшуюся после соития, а может быть от стыда, Татьяну в болтающимся на голом теле халате.

— Скажи-ка мне, Таня! — сделав глоток виски, произнёс Андрей, — Отчего ты умолчала нам о своей подруге?

— Но Хозяин приказал мне… Да и в письме Вы читали… — пыталась оправдываться женщина.

— Ложь! Тебе велено скрывать Ильсину, если появится один Гость, но не два…

— Я думала, так будет лучше…

— Кому лучше, Таня? Тебе? Ты мечтала о двух мужчинах одновременно? Но если бы тебе хватило ума и такта попросить об этом по-хорошему…

— Попросить? — изумилась Татьяна, — Я со стыда бы сгорела…

— Ну-ну… Попросить можно и молча, — усмехнулся Андрей, — Но ты не сделала этого, а потому… Я думаю, должна быть наказана.

— Как? — отчаянно вскрикнула Таня, — Но я же не хотела плохого…

— Когда ты убедилась, что Гостей двое, от тебя требовалось просто рассказать нам об Ильсине. А вместо этого твоя подруга ещё четыре часа, как минимум, провела в клетке…

— Где? — изумился Илья, — В клетке?

— Именно так! А посему считаю, что и тебе, Танечка, надлежит провести четыре часа в той же комнате и в той же клетке.

— Но, Господин… — взмолилась она.

— Твоя вина очевидна, — не слушал её Андрей, — И если Господин Илья не возражает…

— Я… — растерялся «Архивариус» и, переводя взгляд с одной женщины на другую, а затем, посмотрев на своего спутника, глубокомысленно изрёк, — Учитывая тяжесть обвинений и возможные последствия твоего бездействия, Танечка… Считаю наказание не слишком суровым… Подумаешь, всего четыре часа в клетке! Если бы Андрей не нашёл твою подругу так быстро, тебе пришлось бы просидеть там минимум сутки, дорогая моя!

— Я поняла, — тихо проговорила Татьяна, опустив голову, — Вы поведёте меня туда прямо сейчас?

— Завтра, Таня, завтра, — ответил Андрей, — Дело к ночи, пора и отдохнуть… Думаю, Господин Илья ночью квалифицированно подготовит тебя к наказанию.

— Несомненно! — давясь смешком, гордо произнёс «Библиотекарь», а Ильсина, уже усевшаяся на диван рядом с Андреем, тихо усмехнулась ему в плечо…

Ещё около получаса они сидели за столом, потом женщины быстро убрали посуду, и Илья увёл грустную Татьяну в спальню, оставив двух других участников застолья наедине. Андрей смотрел на Ильсину с сомнением.

— Ну, что, пора и нам идти? — вопросительно произнёс он.

— Куда, Господин? — вопросом на вопрос ответила женщина, — Скажите прямо — такая рабыня Вам не по нраву.

— Какая такая?

— Из клетки… Вам точно нравятся татарки?

— Обо всех сказать не могу, — улыбнулся мужчина, — Но от тех, с которыми сталкивала жизнь, остались в основном приятные воспоминания…

— Почему же тогда Вы до сих пор сомневаетесь, снимать ли с меня эти гадкие одежды? Просто не хотите?

— Почему же не хочу? Думаю, найдётся одежда удобнее и наряднее, — вздохнул Андрей и задал странный в данной ситуации вопрос, — Хочешь ли ты этого сама?

— Вы спрашиваете рабыню о её желаниях? — изумилась Ильсина, — Чудно?!.. Вам и вправду это интересно?.. Ещё как хочу, хотя бы потому, что в них мне… противно. И предупреждая Ваш следующий вопрос, скажу, что мой прежний Хозяин был прав…

— В чём?! — удивился мужчина.

— Он будто заранее знал, что я предназначена Вам… И теперь я это понимаю…

— Зато я не понимаю… — покачал головой Андрей, — Но сейчас мы с тобой пойдём в сауну.

— В сауну? Почему туда?

— Чтобы снять этот наряд и отмыть тебя от него и от клетки…

По дороге на первый этаж мужчина заглянул на кухню, где налил себе новую порцию виски со льдом и прихватил бутылку белого вина для Ильсины. Проходя мимо спальни Татьяны, они снова услышали ритмичные стоны, Андрей усмехнулся, Ильсина в этот раз скромно промолчала. В комнате отдыха сауны мужчина усадил женщину на кушетку, подобрал нужный ключик на связке, открыл замочек на её металлическом корсете и снял его. Грудь Ильсины оказалась действительно крупной и свежей, только изрядно примятой корсетом. Андрей лёгкими движениями рук размял и расправил её, вызвав лёгкий стон у прикрывшей глаза женщины… И тут из брошенного на кушетку корсета вывалился сложенный вчетверо помятый листок бумаги. Письмо?

«Дорогой друг! — Андрей увидел уже знакомый ему почерк Дмитрия, — Я искренне рад, что Вы добрались до этой записки и… до этой женщины. Она чужая в моём жестоком мире, но я не желаю ей зла. Надеюсь, что в Ваших краях и Ваших руках ей станет лучше… Не сомневаюсь, что в силу природной любознательности или по другим причинам, Вы захотите взглянуть на мой Город. Я не буду препятствовать Вам в этом, если Вы не удалитесь от выхода на поверхность более, чем на сто метров. Далее Ваша безопасность мной не гарантируется. Более того, я крайне не рекомендую Вам продвигаться дальше ни сейчас, ни впредь. Вид сверху прекрасен, и это лучшее, что Вы можете у нас увидеть, поверьте! Искать же меня теперь и вовсе бессмысленно. Принимать участие в запланированной известным Вам лицом (если быть точным — группой лиц) миссии я решительно отказываюсь. Если Ваше мнение расходится с моим, постарайтесь справиться сами. Я же пойду своей дорогой… В любом случае, желаю удачи! От меня Вы получили всё, что могли. Если не верите, снимите нижнюю часть одеяния Вашей новой наложницы, если не сделали этого прежде. С наилучшими пожеланиями и дружеским рукопожатием!

Дмитрий».

— Ты знала? — спросил у Ильсины Андрей.

— Я знала только то, что он что-то положил туда и… туда, — женщина указала рукой на свои странные шорты, — Но не знала, конечно же, что именно… Вы можете рассказать мне, что в этом письме, Господин Андрей?

— Могу. Могу даже прочитать тебе его целиком, хочешь? — произнёс мужчина. Женщина кивнула, и он прочитал ей записку Дмитрия…

— Спасибо!.. Но что же там? — Ильсина села так, чтобы Андрею было удобнее добраться до замочка на её шортах, — Вы знаете?

— Догадываюсь… — он расстегнул замок и аккуратно стащил с женщины шорты. На женской талии была закреплена цепочка, на которой находился свисающий на лобок Ильсины медальон…

Они вместе сидели в парилке, вместе охлаждали распаренные тела в бассейне, мыли друг друга мочалками и руками в самых интимных местах, но Андрей не сделал ни малейшей попытки овладеть женщиной в сауне. Ильсина, в свою очередь, уже ни о чём не спрашивала, а просто внимательно наблюдала за ним и старалась понять, почувствовать этого странного с её точки зрения Господина. Из сауны ещё влажные они выходили в одинаковых белых махровых халатах. По пути, к удивлению женщины, Андрей зашёл в комнату с клеткой, открыв её медальоном Дмитрия, оставил там металлизированные одеяния и ответил на немой вопрос Ильсины: «Подарок для Татьяны на завтра. Пусть прочувствует весь спектр удовольствий». Женщина молча кивнула и крепко схватила его за предплечье… К удивлению Ильсины мужчина привёл её не в спальню, а в кабинет, где налил ей ещё один бокал вина, продолжая потягивать свой виски, и закуривая.

— Послушай, девочка! — заговорил Андрей.

— Девочка?.. Как минимум, взрослая девочка, конечно же… — тихо поправила его она.

— Да, взрослая, — кивнул мужчина, — А ещё, по-видимому, неглупая и весьма миловидная девочка… А раз такая, то ответь мне: что ты ждёшь от меня? Не сейчас… Завтра, и послезавтра, и потом…

— Это не важно, Господин! — внимательно взглянула на него Ильсина, пригубив вино, — Я понимаю, что встретилась на Вашем пути неожиданно и, возможно, некстати, но… Вы поступите так, как посчитаете нужным, а я… подчинюсь Вашему решению. Но не потому, что Вы — мой новый Хозяин, а потому, что предназначена Вам. Не спорьте со мной сейчас, пожалуйста! И не раздумывайте нынче об этом… Завтра будет виднее, а сейчас… Позвольте мне пойти в спальню и постелить Вам постель.

Некоторое время Андрей ещё сидел в кабинете, докуривая сигарету, а затем затушил окурок в пепельнице, мотнул головой, отгоняя назойливые мысли, и отправился к Ильсине. Женщина сидела в полутёмной спальне на краю разобранной широкой постели и смотрела на вошедшего мужчину с тревогой. Но он быстро успокоил её, молча сев рядом, подняв ладонью лицо Ильсины, заглянув ей в глаза, а затем прикоснулся губами к немного тонковатым губам женщины… Их близость получилась безыскусной, но очень чувственной, что могла услышать пара в соседней комнате, благодаря посредственной звукоизоляции в убежище. Но Андрей не задумывался об таких деталях. Лаская Ильсину, он поймал себя на каких-то новых или хорошо забытых старых ощущениях. Чудилось ему, что эта женщина давно и хорошо ему знакома, и только из-за его дурацкой его забывчивости, память так медленно возвращает ощущения её податливого, отвечающего на его движения взаимностью тела…

— Ты вспомнил меня, милый? — неожиданно зашептала Ильсина через некоторое время после того, как оба они пережили чудо острого и глубокого взаимного сладострастия.

— Вспомнил?! — жарким шёпотом переспросил Андрей, обнимая её разгорячённое тело с гладкой, влажной кожей и глядя женщине в глаза.

— Ну, конечно же! — отозвалась она, сама пристраивая свою грудь на груди мужчины и заглядывая в его глаза, словно собираясь прочувствовать их глубину, — Почему ты так сопротивляешься своим воспоминаниям?!

— Я не сопротивляюсь, — растерянно ответил он, — Просто я не понимаю…

— Тут ничего понимать не надо, нужно только вспомнить… Я помогу тебе… Это происходило очень давно, в совсем другом городе… Мы с тобой окончили школу, и как-то случайно встретились… А потом встречались уже не случайно… Сидели у тебя дома, гуляли по улицам, на острове ещё…

— На острове?! — вздрогнул Андрей.

— Да, там ты целовал меня впервые… по-настоящему, — продолжала шептать Ильсина, — Не так, как сейчас, конечно же… Так ты тогда не умел… Мы были ровесниками и, в общем-то, ещё детьми… Почти всё для нас происходило впервые…

— Ровесниками? — изумлённо спрашивал мужчина, — Но как же это может быть?

— Всё может быть, милый, — отвечала женщина, лёжа на нём сверху и целуя его губы, — Меня звали иначе, и тебя тоже… Но это были мы, поверь мне!.. Просто трогай меня, владей мной и… вспоминай, если хочешь…

Андрей гладил её спину и небольшие упругие ягодицы, сдавшись в плен смутным видениям и странным ощущениям, которые снова возбудили его естество и вложили его в лоно этой необычной женщины… Повторный оргазм оказался ещё острее и глубже, чем первый. По крайней мере, так показалось обоим… Уже отдышавшись и лёжа на боку, лицом друг к другу, они поцеловались, и мужчина, с лёгким стоном прикрыв глаза, спросил:

— Что же там было дальше, Сина?

— Дальше… — с нежной улыбкой прошептала женщина, — Я повела себя глупо и… ты тоже… Мы ещё встречались позднее, и я даже строила планы… Но всё изменилось… Мы потеряли друг друга… Так должно было случиться. Мы потерялись, чтобы вновь обрести друг друга здесь!..

Утром Андрей проснулся, ещё не открывая глаз, стал ощупывать постель вокруг себя и, не найдя никого, разочарованно замычал. Но тут же к нему под одеяло нырнуло гладкое и тёплое женское тело, а горячие губы начали целовать его лицо. Открыв свои глаза, мужчина увидел искрящиеся радостью глаза Ильсины и обрадовался, и испугался вновь. «Можете считать меня сумасшедшей, если Вам так проще, Господин… Только не гоните прочь!» — горячо прошептала женщина, и Андрею, вдруг, стало неважно — сумасшедшая она или прозорливая, чýдная или чуднàя, новая или давно забытая… Сейчас она была его женщиной и, он обладал ею так порывисто, горячо и громко, что это, несомненно, услышали все обитатели убежища…

— С ума вы посходили совсем! — с недовольной миной начал и с улыбкой продолжил свою речь в гостиной Илья, — Я-то думал, что у меня подобные сцены получаются лучше и… громче всех! Но, Андрей!.. Что ты устроил со своей татарочкой? Это же не спать, не… Ничего невозможно делать под такой аккомпанемент! Уму непостижимо…

— А ты бы тоже… с Танечкой! — весело засмеялся Андрей, делая глоток кофе, приготовленный сидящими рядом женщинами. Ильсина держала за руку своего Господина и смотрела только на него. Порозовевшая и будто помолодевшая Татьяна пила кофе и глядела в стол.

— Мы так и сделали, но… Куда нам до вас! — провозгласил Илья, — К тому же, Танечке следовало готовиться к наказанию!

— Разумеется! Как я мог забыть? — заулыбался Андрей и с напускной суровостью обратился к женщине, — Надеюсь, ты готова, Таня?

— Да, — она подняла на него глаза, выражение которых мужчина затруднился бы описать, и быстро опустила их.

— Тогда, дорогой друг, — обратился Андрей к Илье, доставая из кармана связку ключей, — ведите свою даму к месту заточения!

— Нет-нет-нет! — решительно возразил «Архивариус», — Это должен сделать только Вершитель!

— Вы — Вершитель? — затрепетала Татьяна, глядя на Андрея.

— Нет, дорогая! — проговорил Илья, — Перед тобою сам Господин Советник!

— Ох… — вырвалось у побледневшей Тани, в то время как Ильсина даже бровью не повела, всё так же спокойно глядя на своего нового Хозяина.

— М-да, — Андрей неожиданно почувствовал толчок бедра сидевшей рядом женщины, недоуменно взглянул на неё и перехватил просящий взгляд. Пожав плечами, и сжав её пальцы, он снял руку Ильсины со своей, поднялся, и удалился в кабинет со словами: — Ну, если друг отказался вдругом…

Вернулся Господин Советник уже не в белом махровом халате, а в найденном в шкафу абсолютно новом чёрном шёлковом, и с драгоценными наручниками из сейфа в руке. Илья гордым кивком головы оценил театральность происходящего, а лицо Ильсины выражало полное одобрение! И только бледная Татьяна с нескрываемым страхом, удивившим вполне мирно настроенного Андрея, подала ему свои руки, на кистях которых мужчина защёлкнул браслеты. Женщина выходила из гостиной на негнущихся ногах, легко подталкиваемая в спину Вершителем, решившим сыграть эту драматическую роль до конца. В комнате с клеткой он снял с женщины наручники и жёстко произнёс:

— Раздевайся!

— Совсем? — охнула Татьяна с выражением ужаса в глазах, — Догола?

— Разумеется, — мрачно кивнул Андрей, наблюдая, как женщина трясущимися руками снимает с себя надетое утром чёрно-белое платье, чёрные чулки с ажурной резинкой, лифчик и трусики. Он посмотрел на неё оценивающе и произнёс, указывая на металлический наряд пленницы, вчера принадлежавший Ильсине: — А теперь надень это!

— Но, Господин Советник! — вскричала Таня, но встретившись с мужчиной взглядом, сжала свои пухлые губки и тихо произнесла: — Может бедная рабыня как-то смягчить свою вину в глазах Господина?

— Не исключено, — хмыкнул Андрей, — Но сначала ты примеришь наряд пленницы!

Задница Татьяны оказалась явно больше попы Ильсины, но благодаря пластичности ткани, соединяющей металлические полоски, шорты налезли на неё, пусть и с трудом. Защёлкнув замок на шортах, Вершитель взял в руки корсет. Груди Тани были на размер менее чем у её подруги, и по форме напоминали крупные спелые персики. Мять их корсетом было жаль, но отступать Андрею не хотелось. Когда замочек на корсете защёлкнулся, Вершитель взял женщину за руку и завёл в клетку. Опустившись на обтянутый клеёнкой матрас, Татьяна бросила на мужчину смущённый, но горячий взгляд.

— Ты хочешь о чём-то просить меня, Таня? — удивлённо спросил он.

— Да, Господин Советник! — женщина поднялась на колени, обняла ноги Андрея и прижалась к нему, — Позвольте мне сделать это…

— Что именно, Таня? — внимательно посмотрел на неё мужчина, а «пленница» молча прижалась пухлыми губками к его проступающей через шёлк халата плоти и, краснея на глазах, посмотрела на Вершителя умоляюще…

— Не сейчас, — произнёс немного ошарашенный Андрей, закрывая на ключ дверцу клетки, — Через пару часов тебе принесут пищу…

— А через четыре часа Вы меня освободите? — женщина воодушевлённо смотрела на него своими большими тёмно-карими глазами, — Вы придёте за мной один?

— Один? — хмыкнул он, — Ты же хотела двух мужчин, Таня?

— Хотела… — опустив голову, тихо ответила Татьяна, — Но я уже не знаю… уже не хочу так… Я буду ждать Вас, Господин Советник!

Андрей возвращался в гостиную с регулярно посещающей его мыслью, что он совершенно ничего не понимает в женщинах. На лоджии Ильсина с таинственной улыбкой на лице сидела в той же позе, что и полчаса назад. Вокруг стола ходил Илья, широко жестикулируя и брызгая слюной. Короче, произносил свой очередной монолог. Увидев Андрея, он тут же обратился к нему:

— Послушай, дружище, что ты с ними делаешь? Пока ты занимался Танюшей, я попробовал соблазнить твою татарскую красотку, но не тут-то было! Она отказывает мне решительно! Утверждает, что ты теперь её Хозяин, она всецело принадлежит тебе и… даже лёгкий флирт со мной возможен только по твоему приказу!

— Что же… — пожал плечами Андрей, — Придётся уважать мнение женщины.

— Да я всегда уважаю мнение женщины! — вскричал Илья, — Но объясни мне…

— Не заводись, Изя! Объясню… потом, если захочешь… А сейчас у меня есть к тебе разговор поважнее. Начну с этого письма, — он достал из кармана, развернул и прочёл записку Дмитрия вслух…

— Откуда это? Ну да, я понял, — проговорил взволнованный «Библиотекарь», нервно трогая своё лицо, — Но почему ты молчал?

— Не думаю, что ради этого стоило прерывать твой сон…

— Да я и не спал, наверное, — махнул рукой Илья, — Не важно… Скажи, а в нижней части одежды Ильсины он спрятал то, о чём я думаю?

— Именно, — отвечал Андрей, доставая медальон Дмитрия и объясняя, где именно он находился.

— О как! — охнул «Архивариус», сочувственно взглянув на женщину, — Похоже, у этого Господина психологические проблемы… Скажи, а ты уверен, что медальон подлинный?

— Да, я уже проверил…

— Молодец какой… И что же теперь делать? Уходить? Сразу?

— Во-первых, у нас Татьяна отбывает свой срок в клетке…

— Вот я и говорю, что особенно торопиться не стоит…

— Во-вторых, — не слушая его, продолжал Андрей, — я обязательно поднимусь сегодня на поверхность. После записки Дмитрия мне это особенно интересно!

— Был я там полгода назад, — покачал головой Илья, — Интересно, конечно, и впечатляет, но… пока меня туда не тянет…

— Ага, любопытная реакция… Значит и мне следует взглянуть, как минимум… А что же касается нашего возвращения в родные пенаты, так сказать…

— Да? — насторожился «Библиотекарь».

— С этим у нас одна большая проблема… А точнее две проблемы — Ильсина и Татьяна.

— Ты хочешь сказать, что не желаешь оставлять их здесь?

— Не желаю, — кивнул Андрей, и Ильсина посмотрела на него более чем благодарно, — Впрочем, я не смог бы их оставить здесь, даже если бы захотел.

— Объясни! — подался вперёд Илья.

— Думаю, объяснения Ильсины впечатлят тебе гораздо больше…

— Дело обстоит так, дорогие Господа! — кивнув, строго начала говорить женщина, — Мой бывший Хозяин придерживается мнения, что рабыня должна принадлежать одному Господину раз и навсегда. Он никогда не приказывает и не позволяет своим рабыням вступать в контакт с кем бы то ни было, кроме него самого, конечно же. Для других мужчин есть другие женщины… Если же его рабыня по той или иной причине не соблюла себя для Хозяина, она подлежит уничтожению.

— Уничтожению?! — даже подпрыгнул на месте Илья, — Значит… Те женщины, с которыми я провёл здесь время полгода назад…

— Да, Господин Илья! — подтвердила Ильсина, — Более того, даже тех рабынь, которые ежемесячно пребывают сюда, ждут и не дожидаясь Гостей возвращаются обратно, он не оставляет у себя, а тут же продаёт или дарит своим приближённым…

— И отсутствие у тебя и Тани ошейников Хозяина говорит о том, что вы заранее приговорены им? — уточнил Андрей.

— Конечно же, — кивнула женщина, — Он снимает их перед отправкой сюда, но мало, кто знает зачем… Татьяна до сих пор не верит в это…

— Да сколько же у Дмитрия прекрасных рабынь, если он с такой лёгкостью разбрасывается ими?! — вскричал Илья, обхватив руками голову.

— Сколько? — с недоброй улыбкой переспросила Ильсина, — Вы на самом деле Советник, Господин Андрей? Да?.. Удивительно… И сколько у Вас рабынь?

— Сейчас уже десять рабынь… и один раб, — без энтузиазма ответил Андрей.

— Сколько?! — ахнула женщина, — У моего бывшего Хозяина десятки рабов, а рабынь не меньше трёх сотен!

— Не может быть! — поразился Господин Советник, — И при этом ты утверждаешь, что он никого до них не допускает и отслеживает каждую?

— Не допускает… Но это целая империя работорговли! Мало кто задерживается даже на год. Есть правда небольшая кучка постоянных, но их он тоже не щадит… А мужчин-рабов обычно использует для своей охраны и личной армии.

— Армии? — изумился Андрей, — Зачем ему армия? Есть же Блюстители.

— Блюстители, к счастью, ему не подчиняются… А часть Армии Хозяина Вы сможете увидеть, если поднимитесь на поверхность. Она охраняет этот… объект в том числе…

— Вот как? И всё-таки я не понимаю… Рабыням нужно уделять внимание. Общаться с ними хотя бы с какой-то регулярностью, иначе они… становятся больными и несчастными.

— Вы серьёзно, Господин Андрей? — поразилась Ильсина, — Вы заботитесь о своих рабынях? Вы не забываете о близости с ними? Завидую Вашим рабыням… Я нахожусь здесь почти год, и Хозяин был близок со мной дважды, не считая Испытания, конечно же… Последний раз за несколько дней до отправки сюда.

— Проверял на профпригодность? — легкомысленно сострил Изя, но женщина промолчала и только бросила на него быстрый, как молния, взгляд.

— Ты помнишь своё Испытание? — задал волнующий его вопрос Андрей.

— Помню, — ответила ему Ильсина, и горящий только что взор её глаз потух, — Не во всех подробностях, но вполне достаточно…

— Похоже, в Ультра-Питере происходят ужасные вещи, — пробормотал Илья.

— Где-где? — не поняла женщина.

— Я объясню тебе позже, девочка! — проговорил Андрей и обратился к своему спутнику, — Итак, ты получил необходимые объяснения, дружище?

— Не то слово, — горестно покивал головой «Архивариус», — Во всём этом ещё предстоит разобраться, но женщин здесь оставлять нельзя ни в коем случае!

— Вот именно! Оставлять нельзя, а забирать некуда!

— Как так? — удивился Илья.

— А ты подумай, — ответил Андрей и обратился к тревожно глядящей на него Ильсине, — Вероятно, ты уже догадалась, Сина, что мы оказались здесь не из простого любопытства, а по важному делу. И наше дело далеко от завершения… Разумеется, мы можем завтра вернуться к себе с тобой и Таней, но там вы увидите почти такой же объект, как ты выразилась, что и здесь…

— Но там мы будем с Вами и в безопасности? — обеспокоенно спросила женщина.

— Разумеется, в безопасности, но… Повторяю, нам с Ильёй нужно закончить свои дела, а оставлять вас там одних надолго я не считаю возможным.

— Спасибо за Вашу заботу, Господин! Но я стану спокойно ждать Вас там, если другого выхода нет…

— А я буду беспокоиться, Ильсина, потому что это… не по-человечески! И значит нужно найти другой выход…

— Вот именно, другой выход! — воскликнул Илья, — И он есть! Ты же можешь пристроить девушек на своей студии?

— Могу… — задумался Андрей, — Но до неё ещё нужно добраться!

— До твоего острова километров десять-двенадцать по подземельям… Опасность не велика. Не спеша доберёмся часа за три…

— Возможно, ты и прав. Это лучшее, что мы можем сделать…

— Студия, остров… Что это такое? — удивлённо спросила женщина, и Андрею пришлось рассказывать… И чем дальше он рассказывал, тем больше удивлялась Ильсина… Незаметно наступило время, когда «пленнице» надлежало принести еду.

— Изя, ты не хочешь покормить свою подшефную? — улыбнулся Андрей.

— Ох, нет… Увольте меня от этих страстей! — поморщился Илья.

— Позволите мне это сделать, Господин? — вызвалась Ильсина.

— Да, но ты должна быть не только внимательна, но и строга с ней… Раз уж Татьяна наказана, всё должно соответствовать…

— Можете не сомневаться, Господин! — таинственно улыбнулась женщина и отправилась на кухню…

— Дружище, тебе разонравилась Танюшка? — усмехнулся Андрей, когда мужчины остались вдвоём, — Или мне показалось?

— Знаешь, вся эта история с Дмитрием и его многочисленными рабынями выбила меня из колеи, — грустно ответил Илья, — Всё так усложнилось… Теперь-то я понимаю, почему Татьяна упиралась в первый раз…

— М-да… Но, надеюсь, через два часа ты пойдёшь вызволять «пленницу» и…

— Нет, Андрей… Ей сейчас нужны другие отношения, ей нужен ты!

— Я? Другие отношения? Не понимаю…

— Как ты вообще справляешься со своими рабынями, если не понимаешь? — воскликнул Илья, — Тане сейчас нужен Господин Советник Вершителей, то есть ты! Она с восторгом выполнит любой твой приказ, не веришь?

— Не знаю, это кажется мне странным…

— Ничего странного. От неё отказался прежний Хозяин, ей нужен новый, не менее властный, иначе Танечка не умеет! Ильсина другая, но и она тянется к тебе по неведомой мне причине. А Таня… Короче, зайди к ней через два часа в образе строгого Господина и убедись, что я прав.

— А ты? Зачем тебе отдавать её мне?

— Андрей, ты сам говоришь, что следует уважать мнение женщины… Пусть она получит то, что желает и заслуживает, а не завидует своей подруге…

Вскоре в гостиную вернулась Ильсина, всё с той же таинственной улыбкой на лице. Она рассказала, что «пленница» накормлена и сильно интересуется, придёт ли Господин Советник её наказывать? «Я же говорю тебе, что с ней иначе нельзя!» — хмыкнул Илья, а Ильсина согласно кивнула… Двумя часами позже Андрей спустился на первый этаж в комнату с клеткой. Его напарник наотрез отказывался составить ему компанию в процессе «освобождения пленницы», мнение Ильсины оказалось аналогичным. Она выразила готовность присоединиться к Господину только по его приказу, а такой расклад совсем не понравился Андрею…

Татьяна, сидя на матрасе в клетке, ждала минуты освобождения со смешанными чувствами лихорадочного возбуждения и животного страха. Когда дверь открылась, и в комнату в одиночестве вошёл Господин Советник, к этим чувствам прибавилась радость, ничуть не ослабившая страх, а от возбуждения у женщины заныл низ живота. Она наблюдала, как Андрей открывает клетку, уже стоя коленями на клеёнчатой поверхности матраса. Мужчина вошёл в клетку и молча уставился на «пленницу». В его взгляде Татьяне почудилось любопытство и презрение, властность и даже жалость, но не равнодушие. «Я виновата, Господин! — простонала женщина, — Я виновата перед Вами!» Вздохнув и пожав плечами Андрей жестом приказал «пленнице» подняться на ноги и открыл замки на корсете и шортах, одетых на ней. Опустив голову, Татьяна сняла с себя одежду и положила её на матрас. Мужчина вывел её из клетки, оглядывая со всех сторон обнажённое тело женщины и заметив, что на ягодицах Тани остались красные полоски от металлических пластин, а персики грудей выглядели немного помятыми. В углу комнаты стояла широкая койка, на которую был натянут чёрный латекс с креплениями для рук и ног по углам. Когда они остановились у этой койки, Таня подняла на Андрея глаза, и в глазах этих читался стыд, страх и неудержимое желание. Мужчина крепко сжал ладонями грудь женщины, и она сладко застонала, прикрыв глаза. «Принеси мне плётку, рабыня!» — негромко приказал через минуту Господин, указывая на стену, увешенную приспособлениями для истязаний. Реакция Татьяны в очередной раз удивила его. Женщина с готовностью кивнула и лёгкими быстрыми шагами устремилась за требуемым предметом, правда выбрала самую мягкую плеть. Приняв её из женских рук, Андрей хмыкнул и подтолкнул Таню на койку, уложил её животом на гладкий латекс и закрепил петлями кисти рук и запястья ног женщины. Экзекуция продолжалась недолго, досталось только ягодицам Татьяны, которые изрядно покраснели. Когда Андрей, отбросив плётку, провёл ладонью по заднице женщины, она сильно вздрогнула. А стоило мужчине, сжав одной рукой прижатую к койке грудь Татьяны, запустить пальцы другой руки во влажную промежность женщины, как она с криком забилась в оргазме…

Удивлённый Андрей достал из кармана своего халата сигареты и закурил, параллельно освобождая руки и ноги «пленницы». Таня приподнялась на кушетке, пытаясь поймать взгляд Господина. Она испугалась, что он не доволен ею! Однако мужчина докурил сигарету, затушил окурок об каменный пол, скинул халат и улёгся спиной на прохладный латекс. Татьяна восприняла это, как призыв, и…

* * *

Содрогаясь от пароксизма следующего пика сладострастия, Татьяна прижалась к мужчине всем телом и горячо зашептала: «Почему Вы сдерживаете себя, Господин? Я хочу, чтобы Вам было со мной по-настоящему хорошо…» Ещё через минуту Таня обдала мужчину горящим взглядом, встала коленями и локтями на койку, развернувшись к Андрею попкой, и он не медля прижался сзади к её тёплым ягодицам…

* * *

…Некоторое время они неподвижно лежали на койке, затем Татьяна легко вздохнув полной грудью, словно совершила что-то очень значительное в своей жизни, принялась покрывать тело мужчины ласковыми поцелуями.

— Я по-прежнему должна спать с Вашим другом, Господин?

— Таня! — вздохнул мужчина, — Похоже, мои наказания на тебя не действуют?.. Тебе не нравится Илья?

— Ещё как действуют!.. А он хороший, добрый, но… Я же Ваша рабыня и…

— Что-то я не вижу ошейника с моим именем на твоей шее, — грустно улыбнулся Андрей, — Ну да, не это главное… Тебе нужен мой приказ?

— Конечно! — улыбнулась женщина, не переставая ласкать Господина, — Разве у меня есть выбор?

— Выбор есть всегда, — серьёзно ответил мужчина, — Например, ты можешь попробовать вернуться к Хозяину. Вдруг, он поблагодарит тебя за тёплый приём Гостей?

— Как это?! — ахнула Татьяна, — Но Ильсина говорит…

— Я знаю, что она говорит… А если твоя подруга ошибается?

— Но я… Но Вы…

— Таня, тебе нравится, когда все решения принимают за тебя? — с чувством спросил Андрей, — Иногда необходимо делать выбор самой… Ладно… Нервничать ни к чему. Никто тебя не бросит одну. Но подумать тебе не помешает… Пойдём в сауну, нам надо ополоснуться.

Одетая в чёрное лаковое обтягивающее платье, найденное Андреем в шкафу, задумчивая Таня шла с Господином в сауну, держа его за руку. Оказалось, что там их уже поджидала Ильсина, соорудившая лёгкую закуску в комнате отдыха.

— А Илья к нам не присоединится? — удивлённо улыбнулся ей мужчина.

— Я предлагала, но он отказался, — ответила она, пожимая плечами.

— Что же… Тогда помоги своей подруге привести себя в порядок после клетки, пожалуйста!

— Пожалуйста? Вы говорите мне «пожалуйста»? — изумилась Ильсина, подошла к Андрею и поцеловала его в плечо, — Конечно, я всё сделаю… Пойдём, Танечка!

Наливая себе виски в стакан со льдом, Андрей с интересом наблюдал за Ильсиной, которая разделась донага сама, расстегнула молнию на платье растерявшейся Татьяны, не обнаружив под ним другой одежды, взяла её за руку и повела подругу в парилку… Сам он быстро ополоснулся под душем и, улыбнувшись женщинам, отправился к Илье.

— Ну что, убедился в моей правоте? — задумчиво спросил его напарник.

— Да. И меня это совсем не радует… — ответил Андрей.

— Почему? Танечка — очень милая женщина!

— Изя!

— Какой опять Изя? Не делайте мне нервы, Господин хороший! Ильсина же прямо сказала, что твой гарем слишком мал…

— Я так не считаю, — скривился Андрей.

— Ну, ты же не бросишь Ильсину? Так? И Таню не бросишь…

— Куда же я денусь, так меня во мрак?.. Ну, а ты-то что? Пока Татьяна с нами, ты мог бы…

— Знаешь, Андрюха, я как вспомню рассказ о рабынях Дмитрия… Как подумаю о тех двух… красивых, недалёких и очень добрых женщинах, с которыми я тут кувыркался полгода назад…

— Я понял, дружище, — произнёс Андрей и пожал Илье руку.

Не дожидаясь ужина, он решил выйти на экскурсию в Ультра-Петербург. Скорее для проформы Андрей спросил у всей компании, не желает ли кто-то присоединиться к нему?

— Я пойду, — неожиданно уверенно заявила Татьяна.

— Не сходи с ума! — изумлённо воскликнула Ильсина, — Это может быть опасно!

— А одному Господину не опасно? — воскликнула Таня, — Он там вообще ни разу не был! Я хотя бы покажу и подскажу что-то…

— Хорошо, — прервал спор Андрей, немного озадаченный порывом женщины, — Мы с Таней только осмотримся и вернёмся…

Собирались недолго. Татьяна переоделась в спортивный костюм. Андрей проверил наличие в карманах кожаной куртки фонаря и пистолета. Наличие огнестрельного оружия удивила Илью: «В кого ты здесь стрелять-то собирался, кроме меня?» Но у Андрея имелся свой взгляд на проблему безопасности, и он только благодушно хмыкнул. Ильсина и Илья провожали их с тревогой на лицах…

Спустившись по каменной лестнице с лоджии, они прошли по коридору и вскоре уткнулись в сплошную стену, которая уехала в пол, послушная медальону Андрея. Вернув стену в исходное положение, мужчина пошёл медленнее и осторожнее, попросив Татьяну идти на пару шагов позади. Коридор, круто взявший вправо, быстро закончился развилкой. Направо и налево под прямым углом от него уходили тёмные и явно давно не хоженые людьми тоннели, а прямо вела вверх крутая каменная лестница. Андрей вопросительно оглянулся на Таню, и она молча кивнула ему в ответ. Закончилась лестница привычной уже глухой стенкой, которая, как обычно легко поддалась воздействию медальона Андрея на соответствующую ему выемку из трёх, расположенных вертикально на боковой стене. В открывшемся проёме царил синий полумрак, нарушаемый странными огненными бликами. Андрей долго не мог понять, куда попал.

Они с Таней стояли на возвышающейся над поверхностью земли не менее чем на тридцать метров, скале, которая служила основанием для колоссального металлического изваяния. Лишь отойдя на край скалы, и обернувшись, мужчина с ужасом разглядел скульптуру огромного змея, на котором восседал всадник с факелом в руке. И факел этот горел медно-красным пламенем… Три края скалы оказались почти отвесными и только относительно пологий четвёртый склон, ведущий от реки, поблёскивавшей невдалеке чёрной гладью, выглядел проходимым, хотя и заваленным огромными булыжниками. По крайней мере, по нему петляла между камнями тропинка, которой, по-видимому, время от времени пользовались. Стоя на вершине отвесной стены, лицом к реке, Андрей осмотрелся. В полукилометре правее он заметил ещё один факел, горящий на вершине огромной колонны. Как догадался мужчина, виднелась одна из пары колонн, а вторую заслоняли каменные громады зданий открытого его взору тёмного, с минимальным уличным освещением, острова. Ещё правее, на берегу реки мутно подсвечивал окнами весьма внушительный дворцовый ансамбль… А вдали за ним возвышалось то, от чего Андрея всегда одолевала мистическая дрожь, но без чего, как когда-то уверяла Катя, не мог существовать тёмный мир — Вулкан. Правда здесь он оказался не столь гигантским, как в Ультра-Москве, или виделся таким на большом расстоянии… «Значит, в Ультра-Петербурге Вулкан вырос на Марсовом поле», — задумчиво прошептал мужчина, и Таня посмотрела на него удивлённо-вопросительно…

Увлёкшись мрачной, но впечатляющей картиной окрестностей изваяния, рядом с которым они находились, Андрей не сразу заметил, что возвышающая их над поверхностью земли скала окружена баррикадами. Похоже, кто-то старательно отгородил Змее-Всадника целым комплексом оборонительных сооружений, особенно в районе пологого участка скалы. Несмотря на, мягко говоря, слабое освещения, в отсвете пламени факела Андрею показалось, что среди баррикад находятся люди. Любопытство толкало мужчину к спуску по тропинке, но сначала он вопросительно глянул на Татьяну. Женщина с готовностью кивнула, как скоро оказалось, весьма легкомысленно… Не успели они пройти по тропе и двадцати метров, как снизу послышался шум и крики людей, а ещё через пару десятков метров пути звуки выстрелов! Андрей не успел понять, что к чему, как пуля рикошетом от одного из булыжников задела Таню и женщина пронзительно вскрикнула. В этот момент внизу ослепительно вспыхнул луч прожектора, направленный в сторону явно непрошеных гостей. Андрей одним движением столкнул Татьяну с тропы за огромный валун и спрятался за ним сам. Стрельба снизу не прекращалась. Переведя дыхание, мужчина взглянул в полные ужаса глаза Тани, достал из кармана куртки пистолет и снял его с предохранителя. Выглянув из-за камня, Андрей прицелился в прожектор и выстрелил. Свет потух. Мужчина схватил Татьяну в охапку и бросился наверх, пользуясь неразберихой у охраны. Внизу кричали и бранились, некоторое время не стреляли по внезапно ставшими невидимыми мишеням, но вскоре пальба возобновилась. Проклиная себя за то, что взял с собой женщину, и себя же хваля, что оставил проход открытым, несмотря на наличие не только своего медальона, но и медальона Дмитрия, Андрей влетел в коридор, поднял стену и остановился, прислушиваясь… Полная тишина прерывалась только тихими всхлипами раненной Тани. «Потерпи немножко, девочка!» — тихо произнёс он, сделал несколько затяжек только что прикуренной сигареты, теперь уже мягко и осторожно взял Татьяну на руки, и не мешкая, отправился в обратный путь.

В убежище Андрей взлетел по лестнице и сразу устремился в спальню Тани. Туда же сбежались Ильсина с Ильёй, с порога непонимающе наблюдавшие, как мужчина сдирает спортивную куртку и футболку с тела распростёртой на постели бледной, как полотно, Татьяны. К счастью, пуля, порвав одежду, попала в плечо женщины по касательной, только содрав с него кожу. Впрочем, крови хватало, также как и эмоций присутствующих.

— Аптечка здесь есть? — громко крикнул Андрей, — Ильсина, бинты, марлю или чистую простыню — живо! Изя тащи водку!

— Господин, я умираю? — с надрывом вопрошала Таня, в глазах которой играли лукавые бесята, — Поцелуйте меня! Может быть, это в последний раз…

— Танька! — вскрикнул мужчина, — Хулиганка ты эдакая! Сейчас вставлю тебе по первое число!

— Прямо при всех? — улыбнулась почувствовавшая себя в безопасности и порозовевшая женщина, — Ух ты!.. Ах, я согласна, добрый Господин…

— Сейчас тебе будет больно, девочка! Можешь меня укусить… — предупредил Андрей, выхватывая из рук Ильи бутылку водки и тканевые салфетки. Обильно смочив одну из них жидкостью, он облил рану прямо из бутылки. Не обращая внимания на громкий крик Тани и её зубки, впившиеся ему в предплечье, мужчина подул на рану и приложил к ней мокрую салфетку…

— Не могу найти аптечку, — вскрикнула вбежавшая в спальню Ильсина и протянула Андрею чистую хлопчатобумажную простыню.

— Рви её на полосы для перевязки!

— Как это? — для женщины такой процесс оказался внове, по крайней мере, в этом чудесном мире.

— Вот так! — Андрей схватил простыню, принялся рвать её на относительно ровные полосы, а затем бинтовать руку Татьяны, — Всему учить надо!.. Илья, дружище, посмотри аптечку в комнате с клеткой. Должны же здесь быть хоть какие-то медицинские препараты?..

— Спасибо, мой Господин! — Таня, на глазах которой выступили слёзы, уже целовала руку мужчины там, где на ней остались следы её зубов.

— Значит, всё-таки твой? — со вздохом улыбнулся Андрей, потрогал губами лоб женщины, и не заметив изменений температуры, обнял её и легонько прижал к себе.

— Да, теперь я Ваша… кровная рабыня, — заявила Татьяна.

— Что там всё-таки произошло? — спросил Илья, вернувшийся в спальню с найденной-таки аптечкой.

— Ох, не разбираюсь я в этих таблетках, а обезболивающих и противовоспалительных инъекций не вижу! — воскликнул Андрей, вздохнул и с улыбкой продолжил: — Сейчас волью в «кровную рабыню» сто граммов водки, и пока она будет засыпать, чтобы быстро поправиться, всё вам расскажу.

— Только тогда уж разденьте меня совсем, мой Господин! — перестав обращать какое-либо внимание на других присутствующих, голая выше пояса Таня, кривясь, выпила водку из большого бокала, закусила губами Андрея и с удовольствием наблюдала, как он стаскивает с неё спортивные штаны и трусики, целует в живот и укрывает одеялом. Стоящая рядом Ильсина, смотрела на эту трогательную картину с нескрываемой завистью…

— Не нравится мне твоя история, Андрей! — заявил Илья через полчаса, когда они курили в гостиной и обсуждали рассказ об экскурсии на поверхность, — Полгода назад там тоже присутствовали какие-то люди и, кажется, пост охраны… Но ни о каких оборонительных сооружениях не было и речи. А стрельба, вообще, за гранью моего понимания!

— Видимо, нынче Дмитрий категорически против визитёров извне, — кивнул его собеседник, — Похоже, поразмыслив, он увидел в нас угрозу своей власти.

— Но какова же его власть, если он выставил здесь серьёзную охрану и приказал ей стрелять на поражение? — покачал головой Илья.

— Насколько я знаю, мой бывший Хозяин — правая рука Княгини, — тихо проговорила Ильсина, сидевшая рядом с Андреем и поглаживающая его руку.

— Ого! — в унисон вскрикнули мужчины.

— Да, — кивнула женщина и сменила тему, — Но, по-моему, Господам пора поужинать…

— И выпить! — констатировал Илья.

— Не помешает, — согласился Андрей, — Как ты думаешь, Изя, Дмитрию не придёт в голову преследовать нас?

— Он отдал свой медальон, а сделать дубликат, насколько я понимаю, невозможно!

— Надеюсь… Ай да Дмитрий! Стало быть, из грязи в князи…

Перед сном Андрей зашёл в спальню Татьяны, чтобы перебинтовать её рану. Женщина спала, и он присел на постель, откинув край одеяла. Илья и Ильсина удивлённо наблюдали за его манипуляциями. Андрей достал из кармана серебряную фляжку и капнул из неё на голень пострадавшей. Потом он осторожно размотал повязку, и когда снимал высохшую салфетку с раны, Таня вздрогнула, застонала, приоткрыла глаза, но увидев своего нового Хозяина тихо улыбнулась и снова уснула. Андрей поцеловал её лоб, осмотрел рану, удовлетворённо кивнул, потом взглянул на голень, куда упали капли из фляжки, и по-видимому, очень обрадовался. Достав из аптечки марлевый тампон, мужчина смочил его жидкостью из фляжки и очень осторожно, но тщательно обработал им рану, затем приложил к ней чистый смоченный тампон и достал перевязочный материал. Забинтовать руку Татьяны вызвалась Ильсина, быстро освоившая новые навыки.

— Что у тебя во фляге? — заинтересованно шёпотом спросил Илья.

— Чистейшая вода, — с улыбкой ответил Андрей.

— Вода?! Ах, чистейшая… Я понял… А на ногу Тане ты её капнул для теста? Очень круто! Значит, ты понимаешь, что эта вода живая для одних и мёртвая для других?

— Как ты изящно сформулировал!

— А ты в курсе, что другой воды в Княжестве нет и её намеренно загрязняют для использования в пищу и других нужд? — пристально посмотрел на Андрея Илья, — А то, что в наших нынешних убежищах из крана течёт эта чистейшая, как ты выразился, вода?

— В самом деле? Так вот почему в убежищах еда и питьё вкуснее! И, вероятно, полезнее некоторым? — спросил Андрей, и «Архивариус» кивнул утвердительно, — Только я всё-равно не понимаю, почему уровень воды в бассейнах не убывает, сколько не черпай?

— А ты черпаешь? И много? Красавец! — тихо и радостно рассмеялся Илья, — Уровень воды тебя интересует? Этого никто не понимает…

— Ильсина! — вдруг осенило Андрея, — А были случаи, когда девушки, которых Дмитрий посылал сюда… умирали?

— Да, — кивнула женщина, — И довольно часто, поэтому все боятся этого объекта… Такое всегда случалось в первый же день их дежурства… Некоторые покрывались волдырями, язвами и… даже умирали… Им на замену вызывали других.

— Как вызывали? — насторожился Андрей.

— В первый день здесь всегда присутствовал Хозяин, он и распоряжался.

— Понятно… Выходит, Таню можно было и не тестировать на совместимость с водой.

— Точно! — улыбнулся «Архивариус».

— Господин сегодня будет спать с Татьяной? — обратилась к Андрею Ильсина, не понимавшая сути разговора мужчин.

— В этом нет необходимости, — ответил за него Илья, — Мне здесь спать привычно, я и присмотрю за Танечкой… А вы идите… отдыхать к себе в спальню.

— Пусть будет так, — согласился Андрей, и глаза Ильсины засветились радостью…

— Вы удивляете меня всё больше и больше, Господин, — проговорила она, уже лёжа в постели.

— Чем же, Ильсина?

— Вам же Татьяна сначала не очень-то понравилась? Или я ошиблась?

— Нет, ты права… — ответил мужчина, — Что-то в ней меня отталкивало… Вероятно, история с тобой.

— Но Вы приняли её такую… А затем вынесли раненую из-под пуль и лечите теперь!

— Ты бы поступила иначе?

— Я? — удивилась женщина, — Нет, я тоже лечила бы её, как смогла, конечно же… Но Вы — Господин Советник! Очень странный Господин Советник, надо сказать, и очень добрый…

— Не знаю-не знаю… — вздохнул Андрей, — Но и ты меня поражаешь, Сина! Зачем тебе нужно, чтобы я… общался не только с тобой, но и с Таней?

— Она моя подруга…

— Ну и что же?

— Как что? Я беспокоюсь за неё, за то, что с ней будет завтра… Господин Илья… поматросит и бросит…

— Неужели? — хмыкнул мужчина, — А я нет?

— А Вы даже наказали её так, что она хочет ещё… И в беде не оставите, как и меня!

— Не оставлю, — улыбнулся Андрей, — Иди ко мне, девочка…

— Правда? Я очень хочу… — глаза Ильсины вспыхнули, она прижалась под одеялом к мужчине всем своим тёплым нагим телом и нежно поцеловала его губы…

Утром в их дверь постучал Илья и сообщил, что пострадавшая проснулась и очень просит Андрея к себе. Наскоро умывшись, Ильсина отправилась варить кофе, а Андрей зашёл в спальню Татьяны… Таня лежала на постели под одеялом. Увидев входящего, и закрывающего за собой дверь Господина, виновато заулыбалась. Андрей присел на край кровати и пощупал лоб женщины губами, которые она тут же поймала в свои.

— Простите, мой Господин! — воскликнула Татьяна и, заметив его вопросительный взгляд, пояснила: — Наверное, я должна быть ласкова с Господином Ильёй, который так внимателен ко мне… Но у меня не хватило сил, и… я думала о Вас…

— Не оправдывайся, Таня! Никто от тебя не требует ласк через силу, — вздохнул мужчина и принялся разматывать бинт на руке женщины, а сняв повязку радостно вскрикнул.

— Что такое?! — взвизгнула Татьяна, увидев вместо зияющей раны небольшую царапину, — Этого не может быть!

— Не спеши вскакивать! Ты ещё слабенькая, — с улыбкой успокаивал Андрей женщину, откинувшую одеяло и бросившуюся ему на шею, — Подожди, я схожу за фляжкой, чтобы ещё раз обработать твою рану, а заодно порадую остальных…

Однако Илья и Ильсина не поверили в чудесное исцеление, пока с восторгом не убедились в нём лично… Через полчаса Таня вышла в гостиную, обтянутая своим чёрным лаковым платьем, которое по её мнению, нравилось Андрею. Необходимость в повязке на руке отпала… Компания в прекрасном настроении не спеша завтракала, пила кофе и строила планы. Через два часа они собрались отбывать из убежища под Ультра-Петербургом, которое познакомило их. Усаживаясь в кресла в комнате-кабине, женщины заметно нервничали, а мужчины успокаивали их простой мыслью, что там, куда они отправляются, будет наверняка лучше и спокойнее, чем здесь…

Прибытие в «родное» убежище мужчин с двумя женщинами вызвало противоречивые чувства у ожидающих. Если Ильсина и Татьяна были подготовлены к тому, что и кого они увидят, то для Мымры и Эммы их появление оказалось полной неожиданностью. Выслушав сжатый, но тем не менее, довольно продолжительный рассказ Ильи и Андрея, Хранительница Тайн сначала осмотрела плечо Татьяны и радостно закивала головой, выражая своё одобрение. Чуть позже Андрей вручил ей медальон Дмитрия, который женщина внимательно осмотрела, облегчённо вздохнула и… повесила на шею Эммы. Надо сказать, что Эмме уделялось сегодня особое внимание. С того момента, как Андрей нежно обнялся и поцеловался с ней при встрече, прибывшие с Господином Ильсина и Татьяна не сводили с неё глаз, на что Эмма, к удивлению мужчины, реагировала, как на что-то само собой разумеющееся… Вскоре все женщины отправились готовить обед, а Андрей с Ильёй уединились в кабинете, чтобы детально разработать план доставки Ильсины и Татьяны на студию «Альфа», назначенной на завтра…

Вечером к Андрею, курящему с Ильёй на лоджии, подошла Эмма и неожиданно произнесла:

— Мой Господин, если Вы не заняты… Госпожа просит Вас зайти к ней!

— Кого ты назвала Госпожой, Эмма? Мымру?! С ума сойти! — поразился Илья, но Эмма только пожала плечами. «Архивариус» же, качая головой, бросил вслед удаляющемуся в недоумении другу: — Вот сейчас, Андрей, ты и узнаешь, какая это женщина!

Эмма прикрыла за ним дверь в спальню Хранительницы. Женщина в своём простом длинном платье и в светлой косынке на голове сидела на краю постели и смотрела на вошедшего к ней мужчину лучистым взглядом своих добрых глаз, особенно уместных на её гладком, даже молодом, пожалуй, несмотря на далеко не юный возраст, и открытом лице. Во взгляде её удивительным образом сочеталась строгость и радушие. Когда ничего не понимающий Андрей подошёл к ней, женщина протянула ему обе руки. Он взял их в свои, а затем, не задумываясь, опустился на колени к её ногам. Женщина положила руки Андрея на свои бёдра и погладила Андрея по склонённой голове. Когда же он поднял к ней своё лицо, она взяла его за виски своими удивительными руками…

Андрей не понимал, что с ним происходит. В глазах поплыло, но это ему было приятно… Он словно читал свою жизнь, а странная женщина своими руками читала её вместе с ним… Счёт времени был потерян… Но когда она отпустила его виски, голова мужчины бессильно упала на её колени. Словно разрешая Андрею передохнуть, женщина лёгкими прикосновениями поглаживала его волосы, а потом снова взяла его руки в свои, и мужчина, приподняв голову, посмотрел в её глаза. Понимание — вот, что он увидел в них. Понимание и дружеское… нет, какое-то родственное участие… А затем она положила его руки на свои виски.

Ничего подобного Андрей в своей жизни не переживал. Утонув в глазах женщины, а затем, опустив ставшие тяжёлыми веки, он увидел окружавший его мир другим. И тот, сейчас далёкий, прежний мир вдруг соединился с нынешним естественными, хотя и не совсем понятными связями. Мужчина, по сути, осознавал совсем немногое из того, что видел каким-то внутренним зрением, касаясь пальцами висков удивительной Хранительницы тайн… В одном из видений, он узрел таинственное и страшное ущелье, зажатое между двумя скалами такой высоты, что разглядеть их вершины не представлялось возможным. По дну ущелья тёк ручей раскалённой лавы и освещал его пугающим жёлто-красным светом. Андрей словно летел над ним, изучая… Затем ему будто захотелось выбраться из ущелья, но в пещере, казавшейся безопасной ему встретились неведомые существа. Мужчина почему-то знал, что они его не тронут, но боялся за кого-то сейчас невидимого, кто путешествовал с ним… Потом он увидел другое, уходящее вниз, в глубину, ущелье, по которому тек уже не ручей, а бурная река раскалённой лавы. На широком уступе одной из скал, образовавших это ущелье, стоял прекрасный Золотой Дворец. А во дворце, в центральном его зале стоял золотой трон, на котором сидела… Мымра! «Какая же она Мымра?!» — подумал Андрей, глядя на прекрасную женщину с золотистыми волосами, одетую в изумительное воздушное платье голубых тонов. Она восседала на троне, как повелительница миров и протягивала ему руку, к которой мужчина с жаром прикоснулся своими губами… И тотчас дворец исчез, исчезли страшные ущелья… Андрей видел свою комнату в старой квартире, а на его диване лежал и смотрел на мужчину большими улыбающимися глазами младенец, похожий на него самого и ещё на женщину, которую он сейчас не мог вспомнить…

Руки Андрея бессильно соскользнули с висков прекрасной женщины, молча рассказавшей ему сейчас так много удивительных историй, и голова мужчины упала на её колени. «Ма…» — хрипло произнёс Андрей и заплакал. Но она так ласково гладила его по голове, что мужчина быстро успокоился и забылся… Возвращался в гостиную Андрей удивительно очищенным и просветлённым, но так и не понявшим, что же произошло с ним в комнате этой непостижимой Хранительницы тайн. Зато он понял, наконец, жест, которым она провожала его в Ультра-Петербург и напутствовала сейчас. Женщина освящала путь Андрея крестным знамением!

— Тебя долго не было! — глядя на по-детски улыбающегося друга констатировал Илья, покачивая головой, — Неужели ты сделал это? Ты был близок с Мымрой?!

— Близок? — возвращая своему лицу более-менее сосредоточенное выражение, переспросил Андрей, — Это наверняка можно назвать близостью, но не той, о которой думаешь ты. И перестань называть эту женщину Мымрой, Изя… Забудь это имя!

— Как же мне называть её? — растерялся Илья.

— Я буду именовать её Ма, — раздалось в ответ.

— Ма? Странное имя… Иногда мне кажется, что ты сходишь с ума… или я… Хорошо, пусть будет Ма… Знаешь, я иногда боюсь её… а ещё мне она часто кажется обнажённой, хотя я ни разу не видел её нагой… Но стоит мне взглянуть на эту особу, как на обыкновенную женщину из плоти и крови, она в ответ смотрит на меня, как на ребёнка…

Лечь спать накануне похода по подземельям к острову Андрея решили пораньше. Ужин устроили также ранним и лёгким. После десерта Ильсина с Татьяной ушли на кухню мыть посуду, Илья отправился в кабинет, чтобы ещё раз просмотреть предстоящий маршрут по своей карте подземелий. Андрей собрался было составить ему компанию, но его остановили.

— Могу я попросить Вас, мой Господин? — застенчиво обратилась к нему Эмма, — Нам кажется необходимым, чтобы эту ночь Вы провели с Ильсиной и Татьяной.

— Вам?! Ты тоже так думаешь, Ма? — Андрей удивлённо посмотрел на с улыбкой кивающую женщину, которую отныне он называл только новым именем и на «ты», вполне сообразуясь с её желаниями, — Тогда, объясните мне, пожалуйста, прекрасные женщины, почему?

— Во-первых, потому что завтра Вы отведёте их на студию, и они долго Вас не увидят, Господин! — пояснила Эмма.

— Допустим, хотя и… А во-вторых?

— Во-вторых, Вы, вероятно, не закончили с ними Ритуал посвящения в рабыни… А это необходимо сделать до… продолжения нашего путешествия.

— Что? Вы обе считаете, что Ильсина и Татьяна непременно должны стать моими рабынями? Неужели, по-другому нельзя, Ма? — с сомнением спросил Андрей, но Ма отрицательно покрутила головой, — Дорогие мои! Но почему опять рабыни?.. В конце концов, у меня даже ошейников для них нет…

— Ма считает, что это не самое главное, — заявила Эмма, а женщина, держащая её за руку, улыбнулась, — А мне кажется, что ошейники успеют сделать, пока Вы будете ждать провожатых для женщин на острове… Ведь встречаться со всем коллективом студии не входит в Ваши планы, Господин?

— Я планировал встретиться только с Иваном и Юлией, — задумался мужчина, — Пожалуй, выйдя на поверхность, можно не только связаться с ними, но и заказать ремешки… Хорошо, я сделаю это, если по-другому нельзя… Но где же сегодня будешь спать ты, Эммочка?

— Я могу лечь в кабинете, — сказала его секретарша, но Ма возражала. Эмма подняла брови, — Вы хотите, чтобы я спала с Вами, Госпожа?..

— В таком случае, сейчас мы сходим с тобой вдвоём в сауну, — обратился к Эмме Андрей, — Ненадолго…

Минут десять они молча сидели в парилке, иногда соприкасаясь руками, и в эти мгновения Эмма вздыхала. Мужчина не выдержал и принялся размазывать капельки пота по её плечам и груди, животу и ногам… Женщина от удовольствия закрыла глаза, но в какой-то момент схватила его за руку и потащила под душ. Там они долго мыли друг друга без всяких там мочалок, голыми руками и ароматным мыльным раствором.

— Я очень хочу Вас, мой Господин! — шептала Эмма, касаясь мокрыми губами мочки его уха, — Но я хочу…

— Чтобы в этот время я принадлежал только тебе? — пришёл ей на помощь Андрей, — Ты хочешь отложить это до завтрашнего вечера, девочка моя?

— Да! Да! Да! — женщина порывисто целовала его лицо, прижимаясь к его мокрой груди, — Вы всё чувствуете, мой Господин! А я просто… очень люблю Вас… Завтра Вы вернётесь, и я буду ухаживать за Вами, кормить, поить, ласкать Ваше усталое тело… Я буду любить Вас, как только смогу, всем своим телом и душой…

— Ах, Эммочка-Эммочка… Что бы я без тебя делал? — улыбнулся мужчина, сдерживая своё возбуждение.

— Так бы и мучились! — улыбнулась она, а затем уже без улыбки добавила, — И грустили бы, как грустите теперь, вспоминая Катрину…

— Да, девочка моя, и вспоминаю, и грущу… — говорил Андрей, ещё мокрый, сидя на скамейке в комнате отдыха, — А ещё радуюсь, что Катя была со мной, с нами… И думаю о том, что когда живые закрывают глаза мёртвым, мёртвые раскрывают глаза живым…[18]

— Как?! — ахнула Эмма и от волнения перешла на «ты», — Как ты сказал, мой родной?.. Как же я тебя люблю!..

— Постой-постой, девочка моя! Не убегай так скоро! — мужчина поймал женщину за руку, усадил рядом на скамейку и обнял поверх накинутой на неё простыни, — Скажи, как ты научилась понимать Ма?

— Это очень просто, мой любимый Господин! — ответила Эмма, — Госпожа берёт меня за руку и… я понимаю то, что она хочет сказать…

Когда Андрей зашёл в спальню, Ильсина и Татьяна сидели рядышком в изголовье постели, прикрывшись одеялом, и смотрели на него со смущением. Улыбнувшись и пожав плечами, мужчина перешёл на серьёзный лад.

— Завтра мы с вами отправляемся в путешествие, целью которого будет безопасное место, в котором вы останетесь жить…

— И дожидаться Вашего возвращения? — тихо, но отчётливо спросила Ильсина.

— Прежде всего, вы сможете спокойно жить, — не поддержал тему Андрей, — К тому же, надеюсь, познакомившись с моей студией и её сотрудниками, многие из которых и проживают там же, вы найдёте дело себе по душе… Разнообразных возможностей там хватает, остается только захотеть и выбрать. И этот выбор за вами!

— Мы будем выполнять только Ваши приказы, Господин? — попыталась уточнить Татьяна.

— На студии работают люди, которые знают, что и как следует делать без приказа… Они расскажут, помогут, научат… Но знайте, что вам не придётся совершать что-либо по принуждению! Мои близкие и студийцы согласовывают свои действия со мной, а значит, не заставляют, а предлагают. Знаю, что вам трудно сейчас понять особенности моих отношений с людьми, с рабынями в том числе… Но я убеждён, что любое дело не принесёт радости и удовлетворения, а значит, будет выполнено плохо, если человек не имеет желания его выполнять.

— Любое? — переспросила Ильсина.

— Любое, — кивнул мужчина, — от приготовления пищи до интимной близости, от уборки мусора до фантастических проектов… Всё нужно делать с желанием!

— Мы, кажется, начинаем понимать это, — проговорила Таня, переглядываясь с подругой, — Но мы желаем… мы очень хотим, чтобы Вы были рядом, Господин!

— Когда мы с Ильёй закончим свои дела, и я вернусь на студию… — начал Андрей, но в глазах двух женщин появилась тревога, — Не поговорить ли нам об этом после моего возвращения?

— Разумеется, Вы поступите, как считаете нужным! — ответила ему Ильсина, — И, конечно же, мы будем ждать… Но хочется чувствовать, что мы ждём… своего Господина!

— Ты хочешь сказать, что вы обе хотели бы ждать меня, будучи моими рабынями? — со вздохом спросил мужчина, которого подмывало задать простой вопрос: «А если не дождётесь?» Андрей удержал эту мысль при себе…

— О да, Господин! — горячо воскликнула Татьяна.

— Конечно же, да! — подтвердила Ильсина, и в глазах её появилось какое-то особенное выражение… Смущение, страх, желание? Всё вперемешку, не разобраться…

— Хорошо, пусть будет по вашему, девочки, — сдался Андрей, — Когда мы завтра поднимемся на поверхность, для вас приготовят ошейники моих рабынь…

— Правда? — со странным восторгом воскликнула Таня, — А сейчас… Вы… овладеете нами обеими?

— Вообще-то, Танюша, с тобой мы уже проделали тот минимум, который полагается рабыне для первого раза, — улыбнулся мужчина, глядя, как женщина краснеет на глазах.

— Да, Господин, а с Ильсиной иначе? — тихо проговорила она, — Вы хотите, чтобы я вышла, когда Вы… станете это делать с ней…

— Нет, Таня, ты останешься, хотя бы потому, что Сина предпочла бы отослать тебя на это время, — ответил Андрей, и Татьяна смущённо улыбнулась и кивнула, — Однако, и у добровольного рабства есть своя цена. Сине сегодня придётся, кроме прочего, смирить свою стыдливость и гордыню…

— Как надлежит рабыне? — низким грудным голосом, выдававшим её волнение, спросила Ильсина, и дождавшись кивка мужчины, добавила, — Конечно же, я буду послушна воле Господина… Что я должна делать?

— М-да, — задумчиво произнёс Андрей, загадочно взглянул на неё и не менее загадочно произнёс, — И никакая ты не Сина, ты Иля… Для начала просто будешь смотреть…

* * *

…Татьяна быстро уснула справа от Господина. Лежавшая слева Ильсина в полутьме спальни, где слабо светился только маленький ночник, внимательно вглядывалась в лицо Андрея, словно заново узнавая его, и нежно поглаживала его руку.

— Так вот Вы какой, мой настоящий Хозяин, — зашептала она.

— Какой? — тихо спросил мужчина, слегка поворачиваясь к ней лицом.

— Внимательный и ласковый даже во время жёсткого секса…

— В самом деле?

— Да… Одинаково открыто принимающий и стыдливость, и бесстыдство, и знающий толк и в том, и в другом… Властный и нежный…

— Любопытно ты рассуждаешь, Иля, — Андрей с интересом заглянул женщине в глаза и положил руку на её бедро.

— Я так долго ждала встречи с тобой, — чуть слышно произнесла она, ненадолго переходя на «ты» и касаясь пальцами его лица, — С тех давних пор в том… другом, конечно же, мире… Но я дождалась и узнала тебя… И ты меня почти вспомнил, я вижу… Скоро ты поверишь, что я права.

— Я не изменился? — неожиданно спросил Андрей, и глаза Ильсины вспыхнули и расширились.

— Изменился, конечно же, как и я… Но как же я рада тебе! — горячо зашептала женщина, прижимаясь к нему, — Ты был юным неопытным мальчиком, а теперь ты… такой мужчина, что мне не стыдно стать твоей рабыней…

Глава 27

Пауза в пути

Путь по подземельям Княжества к острову Андрея предстоял долгий, но, по большей части, безопасный и скучный… Впрочем, разговаривать на ходу посчитали делом неудобным и легкомысленным. Илья шёл впереди группы, время от времени сверяясь с картой. Ильсина и Татьяна шествовали в двух шагах за ним, то рядом, то друг за другом, в зависимости от ширины дороги. Замыкал процессию Андрей, поглядывая в боковые проходы и прислушиваясь. Большую часть пути ничто не нарушало тишину, помимо шагов идущих. На полдороги устроили привал и нескоро перекусили. Илья начал было разговор с Андреем о делах грядущих, но напарник не пожелал обсуждать эти вопросы в присутствии женщин, чтобы зря не нервировать их и не распространять неоднозначную информацию, а попросту слухи…

Отдельные участки пути удивили Андрея. Встречающиеся изредка обширные колодцы, с возвышающимися над ними дугообразными мостами, которые венчали светящиеся стелы, были уже знакомы ему. Но нашлись и другие, явно рукотворные мосты над расположенными ниже тоннелями, по которым кое-где оказались проложены железнодорожные пути. На этих участках пути группа шла медленнее и осторожнее, стараясь не включать карманные фонарики… Попадались руины каких-то сооружений, возле которых Илья останавливался, сверяясь с отметками на своей карте. Некоторые сооружения показались Андрею весьма любопытными, но на осмотр, а тем более, исследования не было времени… Шум и связанное с ним беспокойство случились на последнем отрезке маршрута. Группа остановилась, мужчины склонились над картой и вскоре поняли, что близко подобрались к катакомбам, недалеко от «Куртизанской», где «охота» проходила теперь на новых территориях… Сделав небольшой крюк, путники обогнули беспокойный район, чтобы случайно не столкнуться с кем-то и не выдать своего пребывания здесь.

Надо сказать, что если на первой половине пути дороги и проходы в тоннелях были в основном чистыми, то на второй многие ходы оказались сильно захламлены, и путешественникам нередко приходилось перебираться через кучи камней, песка и всякой рухляди. Через некоторое время довольно узкие здесь тоннели снова стали чистыми, и Андрей понял, что цель близка. И действительно, минут через десять пути в боковом проёме он увидел знакомые очертания и окликнул Илью. Когда тот подошёл, мужчины осторожно вошли в открывающийся их взору зал. Андрей посветил фонариком под ноги и быстро обнаружил электрический провод, а у стены колодку с выключателем, которым немедленно и воспользовался. Илья ахнул, и рванул было вглубь зала, но напарник поймал его за рукав, улыбаясь, сказал несколько слов и вернулся к изумлённым женщинам, оставив друга наслаждаться зрелищем подземного дворца.

К радости Андрея, археологической бригады Ивана сегодня здесь видно не было, и через пять минут он с женщинами вышел на поверхность острова и остановился, прячась в тени построек. Мужчина достал свой мобильник и набрал номер Юлии… Сказать, что она обрадовалась, услышав его голос, значило не сказать ничего! Выслушав приветствия и пожелания Господина, Юля пообещала примчаться через четверть часа… В ожидании Вершительницы Андрей закурил и сделал срочный заказ по телефону, а затем, не заметив посторонних, позволил женщинам немного осмотреться, не выходя из пределов видимости.

Первым в условленном месте появился Иван, которому назначила встречу Юлия. Удивлённо взглянув на мигом притихшую парочку женщин, он увидел лицо вышедшего из тени мужчины и вскрикнул от неожиданности: «Господин Андрей?!» Однако, увидев прислонённый к губам указательный палец мужчины, заговорил тише: «Простите, но я совсем не ожидал Вас здесь встретить!» Мужчины отошли в сторону и принялись обстоятельно беседовать. Андрея интересовали все новости и обстановка на студии, а также в подземелье под островом и в катакомбах «Охоты». Быстро оправившись от неожиданной встречи, Иван подробно отвечал на вопросы Хозяина студии, время от времени косясь на стоящих невдалеке женщин…

Через полтора десятка минут собеседники услышали звук приближающихся шагов и на всякий случай быстро спрятались у входа в подземелье, подтолкнув туда и женскую половину компании. В поле зрения Андрея появилась высокая стройная женщина, оглядывающаяся по сторонам. «Юля!» — негромко позвал он и прошёл несколько метров навстречу. Женщина ахнула и в несколько шагов подбежала к нему и повисла на шее мужчины. У входа в подземелье за ними наблюдали три пары глаз: мужская улыбающаяся и две женских — тревожных, недоверчивых и взбудораженных… За разговорами и знакомством прошло не менее полутора часов. В какой-то момент у Юлии зазвонил мобильник, и она вопросительно посмотрела на Андрея. Мужчина кивнул, Юля коротко поговорила по телефону, указала рукой в сторону автомобильного моста, ведущего на остров, и ненадолго покинула компанию. В её отсутствие Хозяин студии и острова ещё раз обменялся мнениями с Иваном по интересующим его вопросам, дал ему несколько настойчивых указаний и закрепил договорённости крепким мужским рукопожатием. Юлия вернулась к ним с двумя небольшими коробочками, которые тут же передала Андрею. Тот, не откладывая дело, отвёл наблюдавших во все глаза за происходящим Ильсину и Татьяну в комнату отреставрированного, но пустующего пока рядом домика и обратился к обеим:

— Ну что же, девочки мои, пришла пора нам завершить Ритуал и на время попрощаться, — Андрей открыл одну из двух упаковок наугад, достал ошейник, прочитал имя «Ильсина» и подозвал женщину к себе. Похоже, Иля удивилась обыкновенному для рабынь Андрея, но исключительно изящному ремешку из прекрасной тонкой кожи с серебряной вставкой. С каким-то особым чувством она взглянула на мужчину, поцеловала его имя на ошейнике, а после того, как Андрей защёлкнул его у неё на шее, взяла его руки в свои. Мужчина посмотрел Ильсине в глаза и поцеловал её губы… Реакция Татьяны на ремешок с её собственным именем оказалась куда более бурной. Когда ошейник был защёлкнут на её шее, женщина сама прижалась к Господину и расцеловала его в обе щёки.

— Скажите, пожалуйста, Хозяин, Госпожа Юлия будет нашей хозяйкой? — с большой заинтересованностью спросила она.

— Нет, Таня, — ответил Андрей, — У вас один Хозяин, но в моё отсутствие Юля поможет вам освоиться, и проследит за тем, чтобы никто не обидел моих новых рабынь.

— Это просто прекрасно!

— Если Юле или кому-то ещё понадобится ваша помощь, вы сами решите, можете ли и хотите ли её оказать. При этом разумеется, надеюсь, что вас не нужно учить вежливости и такту. Иначе, по возвращении мне придётся наказать провинившуюся рабыню со всей строгостью, — с улыбкой проговорил мужчина.

— Например, плёткой? — подняла на него Татьяна лукавые глаза, — Но Вы можете сделать это и без моей провинности, Хозяин!

— И ты будешь рада этому? — засмеялся Андрей, — Понятно. В таком случае, если ты провинишься, я просто… не буду делать этого!

— О, не пугайте меня так, Хозяин! — улыбнулась покрасневшая женщина, — Вы же знаете, что я — послушная рабыня…

— Мой Господин! — обратилась к нему Ильсина, когда Таня вышла из комнаты, и они остались наедине. В глазах женщины стояли слёзы, — Можно и мне задать вопрос?

— Что-то не так, Иля? Ты расстроена?

— Не так? Всё во много раз лучше, чем я думала… А расстроена я только тем, что мне приходится сейчас расставаться с Вами, но это же не очень надолго, конечно же? Хорошо, если так… Но мне важно знать: этот остров оказался Вашим не просто так?

— Остров? — внимательно посмотрел на Ильсину Андрей, — У нашего острова много тайн, значений и смысла, со временем ты узнаешь… Возможно одна из его тайн — твоя.

— Да! — воскликнула женщина, — И значит, я не ошибаюсь… Значит, то, что я помню — правда!..

Когда Ильсина покинула комнату, Андрей, задумавшись, закурил и собрался идти следом за ней, но, тут, влетела улыбающаяся Юлия, схватила его за руку и поцеловала в щёку.

— Что случилось, милая барышня? — удивился мужчина.

— Как это — что случилось? Тебя не было целую неделю, но ты вернулся, мой дорогой! — женщина положила голову на мужское плечо.

— Увы, я не вернулся, а только прервал ненадолго свой путь, чтобы передать на твоё попечение двух женщин, которых не мог бросить на произвол судьбы…

— С ними всё будет хорошо, дорогой, я обещаю… Но ты здесь!

— Через несколько минут исчезну, будто и не было, — вздохнул Андрей, — Расскажи лучше то, о чём не могла при всех — как твоё первое Испытание? Как там Алинка?

— Всё в порядке. Оля мне очень помогла и морально, и безудержной фантазией своей… Но не будем сейчас об этом, хорошо? — взмахнула рукой Юлия и улыбнулась, — Алина в полном порядке, у нас с тобой умненькая, добрая девочка, и ты это знаешь… Кстати, и Клава в порядке, целлюлит мы ей почти вылечили, остальное в процессе… А ты даже не повидаешься со своими?

— Нет, Юля. Встречаться с кем-то выборочно — не честно по отношению ко всем остальным, а встречаться со всеми — слишком долго, а значит, не честно по отношению к тем, кто ждёт меня для продолжения пути.

— Да, это верно… Но так же верно и то, что ты встретился со мной, а значит… Ты даже не представляешь себе, как много это для меня значит! — горячо воскликнула женщина, — И… у тебя же есть ещё десять минут для меня?

— Десять минут? Есть…

— Тогда… — неожиданно Юлия сняла через голову своё лёгкое бирюзовое платье, и осталась перед ним в одних туфлях и чулках с кружевными резинками, — Пожалуйста!..

— Прямо здесь?! — ошалел от неожиданности Андрей и развёл руками, — Эмма была права — ты бесстыжая!..

Через десять минут, наспех утолив желание, они выходили из домика… «Какая красивая женщина!» — почти слово в слово шептали Андрею на ухо Ильсина и Татьяна, косясь на раскрасневшуюся Госпожу Юлию и целуя на прощание своего Хозяина…

— Потрясающая женщина! — восторженно проговорил Илья, встречая напарника в подземелье.

— Ты-то когда успел разглядеть? — усмехнулся Андрей, глядя на совершенно обалдевшего «Архивариуса».

— Из-за угла, — почёсывая подбородок и качая головой, ответил он, — У тебя тут вообще с ума можно сойти от красоты…

— Это ты ещё студию не видел… и фильмы!

— Когда ты только успеваешь?! Я, понимаешь, по архивам лазил, а он… Друг называется!

Минут через десять они сидели на полу в небольшой круглой комнатке подземного дворца, которую на днях обнаружила команда разведчиков-археологов. О ней Андрею час назад рассказал Иван, и вот теперь двое мужчин сидели и завороженно разглядывали изображения на стенах в тусклом свете одинокой электрической лампочки…

— Глазам своим не верю! — тихо произнёс Илья, — В тёмном Княжестве такое… Невероятно…

— Когда вернусь, — так же тихо проговорил Андрей, — Изготовлю свечи и буду зажигать их здесь…

Обратный путь мужчины начали с короткого, осторожного визита на «склад Банщика», за которым Хозяин студии давно дал указание Ивану и Софье строго наблюдать. С трудом разглядев установленные у склада и внутри него скрытые видеокамеры, Андрей удовлетворённо кивнул. Сегодня его интересовало здесь не столько оружие, сколько походная амуниция, которой они с Ильёй благополучно и разжились. Не давало Андрею покоя только мысль о том, что до установки камер, запас вооружения и боеприпасов на складе мог оказаться частично разграблен или перепрятан людьми Банщика…

— Скажи, дружище, — начал разговор Илья, когда они миновали участок, где вероятность столкнуться с другими людьми была реально выше нуля, и шли по относительно безопасным тоннелям, — А у тебя все рабыни такие красивые?

— Юлия не рабыня, — неожиданно смутился Андрей.

— Да, ты говорил, что она Вершитель, твоя подруга и помощница, но… мне пока не просто разобраться в твоих отношениях с женщинами…

— Не в чем разбираться! Они разные и… красивые, каждая по-своему… Но давай поговорим о чём-нибудь другом.

— Да, об этом я лучше спрошу Эмму, — хихикнул Изя и поменял тему, — Кстати, ты так и не рассказал, как искал меня… Понятно, что вышел на Ленинку, но там меня уже не было, и никаких подсказок я тебе не оставил, опасаясь, что они попадут в чужие руки…

— Вероятно, ты оказался прав, соблюдая осторожность, — задумчиво проговорил Андрей, — А я, разыскивая «библиотекаря» или «архивариуса», познакомился с Сергеем. Правда, в тот момент я мало понимал, куда меня занесло…

— Если ты вызвал доверие у Серёги, а я в этом не сомневаюсь, он просветил тебя, думаю… Хороший парень, кстати, душевный…

— Знаю, мы подружились. Он теперь у меня на студии управляющим.

— Молодец ты, Андрюха! — обрадовался Илья, — Наконец-то научился разбираться в людях… Только одного Серёгу оставлять не стоит…

— И это я понимаю, — кивнул Андрей, — Но у меня там хорошая команда, сильная и дружная.

— Понял… Однако Сергей не знал меня близко…

— Зато Лена знала… Правда, к моему появлению она тоже ушла из Ленинки и пребывала в депрессии.

— Елена? — переспросил Илья, — Уволилась из Ленинки? Почему? Она же оставалась на моей должности… Хотя, что там было делать без нормальной библиотеки и архива?

— Так она и сказала, — подтвердил Андрей.

— Значит, ты познакомился с Еленой… Да, она некоторое время тесно работала со мной и знала меня тогда неплохо… Правда, я хотел узнать её ещё ближе, но… Она предпочла мне свою компаньонку.

— Аоки?

— Да-да… Очень милая японка! Ты и с ней знаком? Чем они сейчас занимаются?

— Когда я только познакомился с ними, Елена работала где-то чисто номинально, Аоки помогала ей, стараясь взбодрить и поддержать Хозяйку, — рассказывал Андрей, — Ну, а теперь они обе живут в специально выстроенном для них Японском домике на территории студии, в двух шагах от острова, на который мы сейчас заходили.

— Эх, жаль, взглянуть нельзя было, — вздохнул Илья, — И чем занимается Елена и её подруга на твоей студии?

— Аоки — гримёр и косметолог, а Лена — завлит.

— Она заведует литературной частью киностудии? Шикарно! Это — лучшее, что могло с ней случится… Но как же тебе удалось расшевелить эту углублённую в себя барышню? У тебя и с ней амурные дела? Не может быть…

— Подожди, Изя! — тихо и быстро проговорил Андрей, втолкнул Илью в тёмный боковой проход тоннеля и прижал палец к своим губам, вынимая из внутреннего кармана куртки оружие.

Последние пять минут пути Андрею казалось, что он слышит чьи-то, преследующие их, шаги, и он решил перестраховаться. Слыша только собственное дыхание и стук сердца, мужчина решил было, что ему померещилось, но тут из тоннеля раздался шорох, а затем негромкий, знакомый женский голос:

— Только не вздумайте стрелять, Господин Андрей! Испортите моё тело, а оно Вам нравилось, вроде бы…

— Соня! — выдохнул он, осторожно выглянул из-за угла и увидел улыбающуюся начальницу охраны студии в паре с незнакомой женщиной в камуфляже, прячущуюся у неё за спиной, — Соня, откуда ты здесь?

— Ну вот, расшифровали Вы нас, — радостно заявила Софья, подходя к Андрею и целуя его в щёку, — А заодно чуть не обнаружили наш дальний пост!

— Что ещё за пост? — широко улыбаясь, удивился мужчина, целуя женщину в губы.

Соня зашла в тёмный проём, где затаились мужчины, познакомилась с растерянным Ильёй, а затем посветила фонарём в глубину коридора. Сначала Андрей подумал, что они попали в тупик, ибо он видел только глухую стену, но подойдя ближе, рассмотрел искусно закамуфлированную под камень дверь в стене… Софья первой зашла в скрытое от посторонних глаз помещение, включила там автономное освещение и пригласила войти остальных. Оказалось, что заброшенное и довольно просторное укрытие из четырёх комнат обнаружили более месяца назад. Когда же Андрей серьёзно поднял в разговоре с Иваном и Софьей, отвечающих за безопасность студии, вопросы «повышенной бдительности и обороноспособности», эти помещения быстро переоборудовали в «дальний наблюдательный пост», который на днях планировала начать использовать на постоянной основе служба безопасности.

— Да, но ты-то как нас вычислила? — удивлённо спрашивал Андрей, присаживаясь к столу в общей комнате.

— Хороша бы я была, Господин, если рядом со студией, пусть и в подземелье, расхаживают люди, а я ничего не знаю! — засмеялась Соня, — Ну а обнаружила Вас, Господа, Тамара — прошу любить и жаловать!

— Это мы завсегда рады! — хихикнул Илья, потирая руки, и все дружно рассмеялись.

— Мне тоже очень приятно! — отсмеявшись, дружелюбно ответила яркая, даже без косметики, голубоглазая блондинка с забавными кудряшками, рассыпавшимися по её плечам, когда женщина скинула с головы капюшон камуфляжной куртки.

Охранницы, как гостеприимные хозяйки быстро собрали на стол нехитрую снедь, и даже выставили бутылку водки для мужчин, сами наотрез отказавшись употреблять алкоголь на дежурстве. Впрочем, Андрей тоже ограничился единственной рюмкой «за неожиданную, но приятную встречу», и только «Библиотекарь» не отказывал себе ни в еде, ни в выпивке.

— Господа могут отдохнуть часок-другой под нашей охраной, — заявила развеселившаяся от непринуждённого общения Тамара, — Здесь у нас и спальня имеется!

— В самом деле? — тут же подхватил тему Илья, — Может быть, Тома покажет мне этот уютный уголок?

— Покажу, — ответила женщина, вопросительно взглянув на начальницу. Софья кивнула и подмигнула напарнице, тогда Тамара к удивлению Андрея, посмотрела на него, явно спрашивая разрешения. Мужчина только развёл руками, а затем проговорил в спину уже обнимающему за талию охранницу, удаляющемуся напарнику:

— Дружище, через полчаса мы выдвигаемся!..

— Через два дня здесь будет постоянный пост из трёх пар, меняющихся через сутки, охранников, — рассказывала ему Софья, когда парочка скрылась в комнате отдыха, — Как видите, здесь есть всё необходимое — общая комната, спальня, а также биотуалет с умывальником, маленький склад с оружием и снаряжением… Дежурная смена начнёт патрулировать близлежащие территории, и возвращаться сюда.

— Это очень своевременно, Соня, — произнёс Андрей, закуривая и переваривая информацию, — Думаю, повышенная осторожность не повредит. Времена сейчас смутные… Не знаю отчего, но не спокойно мне. Тебе не кажется, что одной пары охранников на посту маловато?

— Согласна, — кивнула женщина, — Логичнее и надёжнее, если во время патрулирования одной парой, на посту останется другая…

— И пока отдыхает одна, — улыбнулся Андрей, — бодрствует вторая.

— Точно, — улыбнулась в ответ Софья, — Если Вы даёте добро на увеличение штата, так и сделаем.

— Считай, что добро получено, с условием, что народ ты подберёшь толковый и надёжный. И это касается не только данного поста, но и охраны всей территории, как мы и договаривались с тобой ранее. Поговори с Иваном, он в курсе моих пожеланий… Я встречался с ним сегодня.

— Знаю, Господин Андрей! Я наблюдала за Вами в бинокль…

— Ах, вот как? — поднял брови мужчина, — Служебная бдительность?

— Не только, — грустно посмотрела на него женщина, но услышав донёсшиеся из комнаты отдыха специфические звуки, улыбнулась, — Когда поняла, что Вы здесь… Не могла удержаться, чтобы не проводить…

— Я не в обиде, Соня… Даже наоборот…

— Серьёзно? Ну, хорошо тогда… А эти две женщины, которые прибыли с Вами? Беженки?

— Как ты сказала? «Беженки»? — удивился Андрей, — Умеешь ты словечко найти!.. Пожалуй, что так… Они останутся на студии в ранге моих рабынь, других вариантов не было… Останутся под твоей защитой, разумеется! Только не расспрашивайте их о прошлом… Всё равно то, что вы услышите трудно понять. Думаю, им мало кто поверит, если они будут говорить чистую правду!

— Я поняла…

Через полчаса из комнаты отдыха появилась раскрасневшаяся Тамара и взъерошенный Илья, бормочущий себе под нос что-то о том, что армейская дисциплина его не касается, и отдых нельзя прерывать столь резко и непременно следовало продлить. При этом оба казались довольными и немного смущёнными… Андрей засобирался в путь, налил себе и напарнику по рюмке «на ход ноги», но тут Тома неожиданно спросила в лоб:

— А Вам разве не нужно отдохнуть, Господин Андрей? Хотя бы полчаса?

— Мне? — изумился мужчина, взглянув в чистые глаза, начинающей стремительно краснеть блондинки, а потом в загоревшиеся лукавыми огоньками карие глаза её начальницы.

Глубоко вздохнув, он с грохотом встал со стула, схватил Соню за руку и потащил её в комнату отдыха. Женщина не сопротивлялась, и через пару минут они уже лежали голышом на одной из двух узких коек спальни…

— Дорогой ты мой! — едва отдышавшись и всё ещё целуя мужчину, улыбаясь, произнесла Софья, — Как же тебя угораздило променять на меня несомненные прелести Томочки?

— Соня! — воскликнул Андрей и прикусил мочку её уха.

— Нет, ну, правда… Неужели ты не понял, что она звала тебя!

— Прекрати! Ты что не рада?

— Очень рада, Господин! — с большой неохотой поднялась с постели Софья, — Я тоже буду искренне ждать Вашего возвращения с тайной надеждой, что подобные встречи будут повторяться, хотя бы изредка… Но Тома такая хорошенькая!

— Ага… И значит, если ты наберёшь целый отряд хорошеньких шлюх…

— Ну, зачем ты так, дорогой? Она вовсе не шлюха, уверяю тебя! У неё случился порыв, который не оценил ты, но наверняка оценил твой друг… Ты-то скоро увидишь свою Эмму, а у Ильи в этом смысле перспектив не наблюдается, так ведь?

— Да, приходится признать твою догадливость и правоту в данном вопросе…

Охранницы провожали мужчин ещё около километра, пока Андрей решительно не остановил их. После того, как Илья галантно поцеловал дамам ручки, Андрей подошёл к пристально глядящей на него Тамаре и поцеловал её розовую щёку. «Я ещё увижу Вас, Господин Андрей?» — горячо прошептала она ему на ухо, а когда мужчина с улыбкой посмотрел в её ясные голубые глазищи и кивнул, сочно поцеловала его в губы и залилась краской. С Соней Андрей попрощался гораздо спокойнее, тайком всучив ей копию карты подземелий, заботливо переданной ему автором. Тихо попросив Софью сохранить в тайне и карту, и факт их встречи, Андрей поцеловал женщину в губы и строго посмотрел на стоявшую рядом и, конечно, всё слышавшую её напарницу. «Слушаюсь, мой Генерал!» — вытянувшись в струнку и выпучив глаза, негромко воскликнула Тамара, и все присутствующие тихо, но очень весело рассмеялись…

— Какая восхитительная девушка! — заговорил Илья после десятиминутного молчания с момента расставания с охранницами, — Какие глазки… А какая фигурка! В этом камуфляже разве оценишь? Но я всё видел и… рассмотрел очень внимательно…

— Только рассмотрел? — захихикал Андрей.

— Да ну тебя! — фыркнул Изя, — Не знаю, что они все в тебе находят? Томочка, вон, тоже тебе себя предлагала, а ты… Нет, я понимаю, что у тебя с Соней особые отношения! Да и, вообще, она эффектная женщина, но Тома… Ты многое потерял!

— Верю на слово! — миролюбиво откликнулся он, — Рад, что тебе хорошо!

— Спасибо, дружище! — радушно ответил Илья и схватил друга за руку, — А пока мы с новыми силами возвращаемся в наше убежище, поведай мне о своих амурных делах с Еленой… Не представляю, как ты её уломал!

— Что же ты всё о женщинах-то? Вот что, друг сердечный, путь у нас не близкий… Расскажи-ка ты мне сначала о своих похождениях в тёмном Княжестве, а потом и я продолжу…

Уговаривать «Архивариуса» не пришлось. Правда, Андрей быстро и с удивлением понял, что приключения Ильи не отличались разнообразием. Новоявленный «Главный Библиотекарь «Ленинки» львиную долю времени посвящал изучению Княжества и его архивов, доверяя местной архитектуре и живописи, книгам и документам больше, чем мнению окружающих. Свалившиеся ему на голову материальные блага, доступные обладателю Золотой кредитной карты, он тратил на рестораны и барышень облегчённого поведения, просаживал круглые суммы в казино, но только в свободное от работы в архивах время. Учитывая увлечённость Ильи, такого времени у него оставалось крайне мало. И даже почувствовав в Княжестве усилившуюся сверх всякой меры собственную похоть, «Библиотекарь» встречался только с женщинами, не требовавшими особо внимательного к себе отношения, да и то впопыхах…

— Зато, какие под Дворцом архивы и хранилища, Андрюха! — горячо распинался Илья, — То, что видел ты — малая толика… Там целые пласты истории Княжества и его бессменной Княгини. Да-да, ты не ослышался… А литература?! Ты не задавался вопросом: откуда здесь столько книг «с того света»? То-то и оно… Мне до сих пор многое непонятно… Такое впечатление, что какой-то канал «контрабанды» всё-таки существует, но большинство книг написаны прямо здесь…

— Как так? — изумился Андрей.

— Ты не замечал несоответствия в здешних книгах с теми текстами, что знаешь на память? — хитро улыбался Илья.

— Замечал, но думал — память подводит… А ещё видел вырванные страницы, тщательно замаранные или вовсе отсутствующие куски, особенно определённой тематики…

— Религиозной тематики, ты хочешь сказать? Так это и не удивительно для тёмного Княжества, где мы находимся, не правда ли?.. Но и это не всё… Поверь мне на слово, часть текстов переписаны здесь самими авторами!

— Что ты несёшь, Изя?! — взбрыкнул было Андрей, да призадумался, — Хотя… Почему бы здесь не оказаться некоторым чрезвычайно талантливым литераторам? Но… ты уверен, что они сами восстанавливали свои тексты?

— Убеждён! Во-первых, на некоторых книгах прямо указано время «восстановления», как ты выразился, и подтверждено авторство. Во-вторых, авторская копия не всегда полностью соответствует оригиналу. Одни даже превосходят его, потому что автор стал ещё изысканнее и мощнее, даже попав в Княжество. Другие оказываются тенью самих себя… Кстати, некоторые книги напечатаны, как бы это сказать… в пересказе их ценителей, знавших в прежней жизни текст дословно. Ты наверняка не обращал на это внимания, а в некоторых изданиях прямо сказано: книга Иванова в пересказе Петрова… Ещё чаще эти Петровы выдают произведения Ивановых, написанные в том нашем мире, за свои! Да если бы только в литературе дело было… Архитектура, научные и технические решения и разработки, живопись — либо копии ценителей и последователей, либо авторские варианты, созданные здесь, в тёмном Княжестве!

— Живопись, говоришь? — поражённо покачал головой Андрей и вспомнил купленное у Валентины полотно Рериха…

Рассказы и описания Ильи, как обычно, отличались многословностью и витиеватостью. Путники незаметно миновали добрую половину дороги до убежища, когда «Архивариус» немного утомился и потребовал от напарника продолжения рассказа о Елене… Не торопясь, весьма обстоятельно, но, не касаясь интимных подробностей, Андрей рассказал напарнику о знакомстве и общении с известной им обоим женщиной. Илья слушал, кивая на ходу, потом принялся чесать подбородок и, наконец, остановился, как вкопанный:

— Ты хочешь сказать, что Елена стала твоей рабыней?!

— Да, сначала Аоки, а потом и Лена, — печально подтвердил Андрей, закуривая и с удивлением глядя на друга, — Ты, вообще-то, внимательно меня слушал?

— Ещё бы! — ошарашенно смотрел на него Илья, — Но это совершенно не укладывается у меня в голове! Елена долго добивается первого ранга Служителя, добивается свободы и независимости от всех и всего в тёмном Княжестве, насколько это в принципе возможно… Получает то, чего хотела и… Когда встаёт вопрос: немножечко так поступиться принципами, чуть-чуть предать тебя, но сохранить вожделенную свободу; или же, по сути, потерять свою выстраданную и теперь официально собственную подругу-японку, напрочь потерять всю эту свободу, с таким трудом добытую, став твоей рабыней… Она выбирает тебя! Не в качестве друга, любовника или там условного мужа, а в качестве Хозяина! Пусть я лишусь свободы, решает она, пусть я буду рабыней, но ЕГО рабыней!

— Изя, ты спятил! Я же рассказывал тебе о Гвозде, а главное о Михаиле, который…

— Да при чём здесь Михаил?! — перебил Андрея напарник, — Пойми же, дурак, Елена выбирала между свободой, как она её себе представляла… Даже не так! Между собой и тобой, она выбрала тебя!

— Вот это ты выдал! — ахнул Андрей и полез в карман за второй сигаретой.

— Хочешь сказать, что я не прав? — уже спокойнее спросил Илья, — Лучше дай выпить, Соня переливала тебе из бутылки во фляжку, я видел…

— Может и прав, не знаю, — горестно ответил Господин Советник, делая глоток из упомянутой фляги и передавая её другу.

— Ладно, не умирай, — выдохнул Изя, вылакав не менее ста граммов водки, — Пошли дальше, и… рассказывай об этом… Михаиле… Чувствуя я, этот урод на Елене не остановился…

Андрей изумлённо взглянул на Илью, и на ходу возвращая флягу в карман, продолжил рассказ о Михаиле, его попытках остановить стремительно набирающее обороты влияние Андрея, об Инне-Юле и о Катрине… По мере продвижения повествования, Изя начал кряхтеть, пыхтеть, а потом и свирепеть:

— Андрюха, это тебе не хухры-мухры, это — враг! — снова остановился Илья, — Настоящий, изворотливый и хитрый, злобный и последовательный… Я же говорил тебе, что в этом мире безнаказанно заниматься искусством, да и, вообще, добром, в любом его проявлении, не получится! Таких врагов надо уничтожать!

— А я что сделал?

— Что ты сделал? Ты убил его?!

— Ну… Убивать-то я его не хотел…

— А что хотел? — возмутился Илья, вырывая флягу из рук Андрея и снова распаляясь, — Катя… Бедная девочка! Пусть я и не знал её… Ты хотел предать этого урода суду? Какому суду?! Где ты его здесь видел?

— Я хотел передать его Блюстителям, — чувствуя себя безмозглым школьником, начал объяснять Андрей, делая глоток из фляги и снова закуривая, — Михаил дал признательные показания… Правда, для этого мне пришлось сломать ему руки, после того, как он кинулся на меня с ножом…

— Ого! — мелко затрясся от смеха Изя, осушая флягу до донышка, — Ты растёшь в моих глазах! И что же случилось потом?

— Он попытался убежать… я дал ему пинка этим вот сапогом… В общем… знаешь бездонный колодец с мостиком и светящейся стелой по дороге от Дворца, здесь, в подземелье?

— Со стелой? — переспросил Илья, — А эти энергетические точки, как мне представляется… Их здесь несколько, но ту, что недалеко от выхода из архива, я помню…

— Ну, вот туда он и свалился! — без эмоций кивнул Андрей.

— В колодец?! Вот! — просиял Изя, — Вот это и называется — Высшая Справедливость! Уродливое дерьмо — во тьму! Знаешь, что я скажу тебе, друг… Я знал некоторых Вершителей… Ты — самый лучший Вершитель, какого только можно представить! И самый справедливый!

— Ну, так я и знал… Ты напился!

— Дурак… Я говорю правду! Вот ты знаком с Главным Вершителем? Нет? А я знаком! Он, знаешь кто, а?.. Ни-кто! Он пешка, кисель, амёба обыкновенная, но неприкосновенная… Почему? Потому, что за него всё решают другие, а он… Он просто священная корова…

Андрей схватил за руку опьяневшего друга и потащил его по тоннелям и переходам, размышляя о том, что сейчас от него услышал, и потихоньку разговаривая сам с собой… Илья послушно плёлся за ним и прислушивался к бурчанию спутника, пока не услышал размышления Андрея о своём двойнике в Архиве.

— Погоди, что за двойник? — изумился «Библиотекарь».

— А ты не знал? — воскликнул Андрей, — В дворцовом Архиве сейчас сидит и откровенно бьёт балду твой двойник по имени Илья… То есть он глуп до невозможности и совершенно бесполезен для архивного дела, но очень похож на тебя внешне! Вот я и думаю…

— Ай да, Виктор! — перебивая Андрея, воскликнул Илья подлинный, не желая слушать, что там думает его напарник, — Ай да, молодец! Точно знал, что ты не признаешь его за меня, а остальные не в счёт… Вот это фильтр!

— Постой! Какой фильтр? Какой Виктор?

— Ну и тугодум же ты, дружище!.. Признал же во мне Изю?

— Ещё как признал, — непонимающе кивнул Андрей.

— А в двойнике не признал!

— Нет, конечно… Я быстро понял, что это копия Ильи, пластика… А Изю признал, только когда увидел Илью настоящего.

— Вот! На это и был расчёт Виктора! Сначала зародить сомнение, подтолкнуть на продолжение поиска, а потом… Ах, умён!

— Постой же ты снова! Кто такой Виктор?

— Э-э-э… Ты не знаешь, кто такой Виктор?! Но почему так? — непонятно отозвался Илья и задумался, жестами призывая Андрея помолчать, — Получается, что ты шёл ко мне абсолютно вслепую… А по пути создал киностудию, завалил урода и спас полтора десятка замечательных людей… По большому счёту, без всякой помощи… И дошёл! Знаешь, Андрюха, я говорил, что ты — лучший Вершитель? Так это мелочь…

— Ты с ума сошёл? — Андрей с недоумением смотрел, как снова остановившийся Изя, сжимает его руку своими двумя и трясёт её, а из глаз его катятся слёзы, — Прекрати эти пьяные еврейские штучки…

— Дурак, — беззлобно и проникновенно произнёс Илья, наконец, утерев слёзы, — Я горжусь тобой… Я горжусь тем, что у меня есть такой друг!

— С чего бы? — окончательно растерялся Андрей.

— Пойми, дорогой ты мой человек, нас бросили в чужой мир для выполнения некоего задания… По нашей воле, вроде бы, бросили, но… «Эксперимент — есть Эксперимент»[19], понимаешь? Меня-то в достаточно привычную колею отправили — библиотека, архив… А главное — всё время вели за руку, пока я не попал в подземелье, да и то достаточно подготовленным. Первой серьёзной неожиданностью оказалась Мым… ну, то есть, Хранительница Тайн. А до этого всё ровно — у меня был Виктор.

— Да кто же он такой?

— Подожди, сейчас узнаешь… Я прибыл сюда так же, как и ты, но Гостем оставался менее суток. Виктор нашёл меня в первый же день прибытия, Виктор устроил меня в Ленинку, Виктор инспирировал централизацию всех мало-мальски важных материалов в Архиве Княгини под флагом борьбы с тлетворным влиянием чуждой литературы на умы населения, Виктор сделал меня управляющим Центрального Архива, Главным, понимаешь ли, Архивариусом Княгини, а затем указал пути в подземелье… Более того, он подготовил меня к жизни в этом каменном мешке, предоставил схему, которую я теперь превратил в карту и… лишил меня баб!

— Что?! — крайне изумился Андрей, и до этого-то слушая друга в полной прострации, — Зачем лишил?

— Чтобы я не превратился в барана, в овощ… Чтобы думал головой, а не…

— А я?!

— А ты трахал баб, но к тебе прилипали лучшие! Ты стал Вершителем, но не демонизировался!

— Не демо… что?

— Вспомни Дмитрия… И это… Ты видел тела кого-нибудь из Вершителей?

— Видел Михаила… Он оказался крепче, чем я предполагал и… Кожа у него странная, как рыбья чешуя!

— Вот! — воскликнул Илья, — Они уже не люди!

— О, как! — вздрогнул Андрей, — А я?.. Я — демон теперь, по-твоему?

— А ты стал Советником Вершителей, так их во мрак, но остался человеком! Ты вытаскиваешь людей из тьмы, даёшь им право выбрать новую жизнь… Ты в мире, где показывают только порно, начал снимать кино! И твои фильмы смотрят люди и…

— И что всё это значит?

— Это значит, что за твой ум не опасались… Правильно, зачем опасаться за то, чего нет? — начал хихикать Изя, но тут же успокоился и закончил серьёзно: — То, что я не в состоянии постичь и создать головой, ты постиг и сделал сердцем, дорогой ты мой! Именно поэтому к тебе липнут самые лучшие женщины, и они будут ждать тебя, и надеяться, и верить… Они будут любить тебя потому, что ты способен вдохнуть в них это чувство в мире, где любить невозможно по определению, где даже слово-то это используют разве что, как синоним совокупления… Андрюха, здесь же только трахаются, а ты соединяешься со своими женщинами не только гениталиями, но и сердцами… Понял?! И Виктор мог помочь, только не мешая тебе идти по собственному пути…

— И что же мне делать со всем этим? — Андрей обессиленно сел прямо на камень тоннеля и закурил.

— Жить! — полной грудью вздохнул уже совершенно трезвый Илья, — Жить самому и давать жить другим, творить и делать этот тёмный мир светлее… Здесь ты не Гость, друг мой сердечный, здесь ты дома!

Глава 28

Вниз на вершину

«Маятник качнётся — сердце замирает.

Что кому зачтётся — кто ж об этом знает?»

А.Б. Градский

В убежище мужчин ждали с тревогой и нетерпением. Ждали, что они вернутся усталыми, но не настолько молчаливыми. Впрочем, стоило Илье и Андрею смыть с себя пыль подземных дорог, как их тут же усадили за стол ужинать. Женщины потрудились на славу, а задуманные и приготовленные Ма, не без помощи Эммы, блины привели всех в восторг. Их ели и со сметаной, и с вареньем, и с икрой, и с красной рыбой, и с селёдкой… Водка под такую закуску ложилась гладко, ровно и только слегка приятно пьянила. Однако мужчины, хоть и радовались возвращению и чрезвычайно вкусному ужину, но выглядели непривычно немногословными.

— Что-то случилось? — не выдержала Эмма после тоста за прекрасных хозяек дома.

— Всё хорошо, девочка моя! — улыбнулся Андрей, — Все на месте, всё в порядке… Просто много говорили с Изей на обратном пути, а теперь нужно осмыслить разговор.

— Это ему нужно осмыслить, — усмехнулся Илья, — Я уже осмыслил… Но мне нужно прочувствовать! У меня это получается гораздо хуже…

— Тогда давайте отдыхать, вы устали, это заметно, — не поняла его витиеватых сентенций Эмма.

— Отдохнуть нужно, — кивнул «Библиотекарь» и как-то по-новому посмотрел на подругу Андрея, — Только позволь мне, прекрасная женщина, выразить своё восхищение тобой и сочувствие по поводу твоей сестры…

— О чём это Вы, Илья? — поразилась Эмма.

— О Кате, — пояснил Андрей, — Я рассказал ему… Он понял.

«Архивариус» кивнул и поцеловал женщине руку, она в ответ погладила его по голове и поцеловала в небритую щёку. Ма смотрела на них с такой безграничной добротой, что Илья отвернулся и принялся тереть лоб, Андрей же кашлянул, затушил сигарету и, влекомый за собой Эммой, отправился в спальню. Его женщина сделала всё так, как обещала. Он просто растворился в пелене её любви и нежности, а очнулся утром свежий и бодрый… И всё повторилось, с той лишь разницей, что свою любовь и нежность самой прекрасной спутнице на свете изливал Андрей, а она после всего этого трепетно целовала его грудь и роняла на неё редкие слезинки счастья…

После завтрака наступил час Ильи.

— Дорогая наша Хранительница Тайн! — обратился он к Ма, — Я хочу поговорить с тобой о нашем грядущем путешествии, а точнее о составе его участников…

— В каком смысле? — удивился Андрей, но друг и напарник его не слушал.

— У нас есть все три медальона, так? — продолжал он, обращаясь к светло улыбающейся Хранительнице, — Для того, чтобы открыть тайную дверь, нужны эти медальоны и все здесь присутствующие, как я понимаю? Прекрасно! Но дальше-то тебя могу сопровождать я один…

— Послушайте! — теперь к нему обратилась Эмма, но мужчина стремился донести свою идею до конца и отрицательные покачивания головой Хранительницы только распаляли его.

— Подумай, Ма, ну зачем нам эти двое? — горячился Илья, — Мы прекрасно уживались и без них! А теперь, когда ключи собраны воедино, нам пора поблагодарить эту парочку и снова остаться вдвоём…

— Изя, что ты несёшь? — поразился Андрей, не понимая сути происходящего и чувствуя себя крайне неуютно.

— Ма, услышь меня! Хочешь, я встану перед тобой на колени? — умолял «Архивариус», припав к ногам улыбающейся, но по-прежнему отвечающей ему отказом Хранительнице, — Пойми, Эмма и Андрей должны вернуться к себе… домой, на студию… Их там ждут самые прекрасные люди в Княжестве, собранные Андреем воедино! От них там зависит очень многое, и они делают такое, чего просто не могут, не умеют другие… Они делают этот тёмный мир лучше и у них получается! Почему ты уводишь их за собой? Почему не хочешь дать этому миру шанс?!

— Зачем ты так? — уже не надеясь быть услышанным другом, произнёс Андрей, но вдруг увидел, что реакция Хранительницы изменилась. Она начала кивать утвердительно и протянула руку Эмме…

— Ма знает всё то, что Вы говорите, — подруга Андрея начала транслировать мысли Ма, — Она уверяет, что всё образуется и станет лучше, но нельзя изменить тех, кто предназначен…

— Послушайте! — тут уже не выдержал Андрей, — Я согласен, что мы с Изей пришли сюда по собственной воле, хотя и не понимая сути и глубины происходящего. Но мы и не отказываемся идти до конца…

— Я говорил не об этом! — воскликнул Илья, но его друг поднял руку, умоляя не мешать теперь высказаться ему.

— Ма, с нами должен был идти Дмитрий, а вовсе не Эмма!

— Она знает это, — пристально глядя на Хранительницу, не отпуская её руки и сильно побледнев, тихо проговорила подруга Андрея, — Но обстоятельства изменились: третий мужчина должен был стать главным, единым хранителем ключей, но оказался слабым и подлым… Вместо него судьба даровала нам женщину…

— Это не судьба даровала, а я привёл Эмму! — уже почти кричал мужчина, — И очень не хочу пожалеть об этом!

— Не будем спорить… Эту женщину привела сюда любовь и… Катрина! — зачарованно заглядывая в глаза Ма, произнесла Эмма не своим голосом и… упала в обморок…

Андрей подхватил свою женщину на руки, Хранительница хлопнула себя по лбу, вскочила и скрылась в недрах убежища. Илья наблюдал за происходящим в глубоком ступоре… Через несколько минут Эмма лежала на диванчике в гостиной, голова её покоилась на коленях возлюбленного мужчины, а к её носу Ма подносила пузырёк с нашатырём. Женщина потихоньку приходила в себя, виновато улыбаясь Андрею. С чувством вины смотрела на них и Хранительница, словно упреждая вертевшийся у мужчины на языке вопрос: «Зачем же ты так с ней, Ма?» В гостиной повисла пауза… Через несколько минут эта пауза стала угрожающей, тишина давила и на Илью, мерящего лоджию тяжёлыми шагами, и на Эмму, уже тихо сидящую на диване рядом с Хранительницей, и на Андрея, нервно курящего за столом. Только Ма, к плечу которой привалилась Эмма, словно ожидала чего-то. И действительно, стоило Андрею докурить, как она поманила его к себе, указывая на свои виски. Мужчина подошёл к Хранительнице, пристально заглянул в её добрые глаза и приложил пальцы к вискам женщины… Он снова будто погрузился в её сознание, в другой мир, в котором опять увидел нисходящее ущелье с потоками раскалённой лавы… Когда Андрею стало не по себе, Ма почувствовала это, сняла руки мужчины со своей головы и поцеловала их.

— Что происходит? — хрипло спросил друга Илья, — Ты хоть что-то понимаешь?

— Что-то понимаю, — эхом отозвался Андрей, — Пора собираться в путь…

— Куда же мы направляемся?

— Вниз.

— Вниз? Но это же… — изумлённо пробормотал «Библиотекарь», — Отправляемся вчетвером, иначе нельзя?

— Нельзя… И тянуть тоже нельзя. Мы должны дойти с Ма…

— Куда, Андрей? Куда?!

— Я не могу объяснить это простыми словами… Скажем так, мы должны добраться до Золотого Дворца… целыми и, желательно, невредимыми…

— Золотой Дворец? Внизу?! — изумился Илья, — Невероятно… Ну и пусть! К чему следует быть готовыми?

— Не знаю, — вздохнул Андрей, — К этому вообще нельзя подготовиться! Знаю только одно, нам нужна вода.

— Вода? — Изя, как и Эмма, смотрели на него непонимающе.

— Да, нам нужно много воды! — убеждённо заявил мужчина, а Хранительница часто закивала.

— Хорошо, — кивнул Илья, — Я всё равно ничего не понимаю, поэтому просто доверюсь… твоему сердцу. Оно умнее меня!

Ма поднялась с дивана, обняла Андрея и поцеловала его в лоб… Остаток восьмого дня, с того момента, как Андрей с Эммой спустились в подземелье, до ужина компания занималась подготовкой к походу, как и первую половину дня следующего. После плотного обеда, в котором алкоголь отсутствовал напрочь, они разошлись по спальням, чтобы через два часа, уже переодетыми в походное снаряжение, снова собраться в гостиной и посидеть на дорожку… Спускаясь по лестнице, Андрей обернулся и увидел, как Ма, замыкающая шествие, осеняет их тройку крестным знамением, а затем крестится сама…

Привал устроили только у загадочной стены с тремя неприметными выемками для медальонов-ключей, не спеша перекусили. Ещё минут пятнадцать Андрей сидел прямо на каменном полу, прислонившись спиной к той самой стене, и курил. Эмма присела рядом, положив голову на его плечо. Когда мужчина поднялся, все собрались вокруг него. «С Богом!» — неожиданно произнёс Андрей и приложил свой медальон к центральной выемке. Илья посмотрел на него изумлённо и, не найдя, что ответить, молча приложил свой медальон к левой впадине в стене, а державшая Андрея за руку Эмма — к правой. Глаза Хранительницы, с удивительным детским восторгом и материнской любовью одновременно, не отрывались от Андрея, а лицо её просияло и помолодело лет на двадцать, но этого никто не успел заметить. Троица с медальонами, синхронно вздрогнув, отпрянула от медленно опускающейся вниз стены…

Людям открылся тёмный проход почти во всю ширину стены. Метров через тридцать коридор превратился в нисходящую каменную лестницу, по которой предстояло спускаться. Это оказалось крайне неудобно, поскольку вся группа везла с собой большие рюкзаки на колёсиках, удачно позаимствованные мужчинами на складе Банщика. К счастью, лестница довольно быстро закончилась большой площадкой с грандиозным видом на мерцающее багрянцем огромное ущелье, напомнившее Андрею его видения. Дно ущелья отсюда не просматривалось, как впрочем, и его вершина… В скале, на уступе которой находилась смотровая площадка, виднелась каменная панель, за которой оказалась комната-лифт, уже знакомая мужчинам по визиту в Ультра-Петербург. Судя по ощущениям, этот лифт мгновенно переместил сидящих в креслах путешественников с их объёмной поклажей вертикально вниз и, похоже, весьма глубоко.

Стоило двери комнаты отвориться, на людей пыхнуло жаром, который в покинутом ими Княжестве был немыслим. Впрочем, первое нежданное впечатление отступило, реально же воздух пусть и оказался разогрет, несомненно, выше тридцати градусов, но отличался сухостью, а потому люди постепенно привыкли к изменению климата… Зато пейзаж перед ними возник эпический и крайне непривычный. По зажатому двумя бесконечными скалами, уходящему вдаль и вниз ущелью тёк ручей раскалённой лавы, прямо, как в видениях Андрея. От ровной площадки возле скрытой теперь за каменной панелью комнаты-лифта по подножью скалы, вдоль огненного ручья вела каменистая дорога, другого пути вперёд не обнаружилось… Через час пути Илья, шествовавший в авангарде группы, увидел вход в пещеру, немного возвышающуюся над дорогой. Пещера оказалось маленькой, но вполне сухой и безопасной для того, чтобы передохнуть и снять себя излишки одежды. Мужчины, явно не ожидавшие подобных климатических изменений, оставили на себе только камуфляжные комбинезоны. Женщины тоже переоделись, пока Илья и Андрей курили у входа в пещеру, и предстали перед ними в таких же комбинезонах. Воду, занимавшую большую часть поклажи путников и разлитую в пластиковые канистры и бутылочки, расходовали экономно. В рюкзаке Андрея имелись и две металлические канистры с неприкосновенным запасом воды. Несмотря на позднее время, решили двигаться дальше. Радовало то, что пустые и сухие пещеры разных размеров и конфигураций встречались вдоль дороги достаточно часто. В одной из них, спустя пару часов хода, путники и остановились на отдых. Из соображений безопасности спали по очереди.

— Что нас ждёт, Андрюша, и долго ли идти? — задала мучивший всех вопрос Эмма, присев и тихо прижавшись к сидящему на камне у входа в пещеру мужчине. Илья и Ма уже спали в пещере, положив под головы надувные подушки и прижавшись друг к другу спинами.

— Думаю, долго, Эммочка! — тихо ответил Андрей, обнимая женщину за плечи, — А что ждёт?.. Не исключено, что обычным людям, как ты и я, сложно не только предположить, но даже постичь это… Главное ничего не бояться… Как же я жалею, что ты не в нашем гостиничном номере!

— Ты же обещал, милый! — горько воскликнула Эмма, — Ты не рад, что я рядом?

— Очень рад, — ответил мужчина, целуя её щёку, — Но здешние места не для женщины, не для такой женщины! Не для любимой!

— Место для такой женщины, родной мой, рядом с её мужчиной, где бы он не находился, — прошептала в ответ она и поймала губами его пересохшие губы…

Первая преграда, причём сразу же серьёзная, появилась на пути группы около полудня следующего дня, десятого дня по исчислению Андрея, начавшего вести дневник, в который он кратко вносил важные события с момента спуска в подземелье… Впереди, на дороге, по которой путники спускались в глубины ущелья, показался пост охраны. По мере приближения к нему стало ясно, что здесь, с неизвестной людям целью, несут службу трое, как минимум, Блюстителей в своих обычных накидках с капюшонами тёмно-серого цвета. Путешественники остановились и заняли оказавшуюся поблизости пещерку. Андрей понимал, что Блюстители, с их острым зрением, давно заприметили их и, дабы избежать никому не нужной стычки, с ними нужно было встретиться лицом к лицу, чтобы понять причину их нахождения в ущелье и, соответственно, возможную реакцию на появившихся путников. На разведку он пошёл в одиночку.

Вскоре от поста отделился и направился в его сторону один из Блюстителей. Андрей напрягся, но и вздохнул с облегчением: один на один всегда лучше, чем против группы непонятных существ с неизвестными намерениями… Когда между ними осталось несколько шагов, Блюститель молча остановился. Остановился и мужчина, демонстрируя ему перстень Советника на левой руке. Существо кратко уважительно кивнуло и показало жестами верхней конечности, затянутой в перчатку, что для Андрея путь свободен, но остальные путники должны ждать его здесь, либо вернуться восвояси. Мужчина задумался: предъявлять Блюстителю медальон казалось, как минимум, бесполезным. Тогда Андрей по наитию просто поднял на уровень своего лица открытую правую ладонь и сделал ещё один шаг навстречу стражнику. По всей видимости, Блюститель сильно удивился, но через несколько секунд стащил перчатку и, подойдя к мужчине вплотную, приложил свою левую, волосатую, когтистую лапу к руке Андрея и заглянул ему в глаза… Неприятные ощущения от такого общения длились у мужчины не более пары секунд. Он давно уже перестал испытывать мистический ужас перед Блюстителями, но никогда не заглядывал им в глаза. По крайней мере, так близко, открыто и пристально. К своему изумлению, Андрей увидел перед собой глаза большой и суровой, но, несомненно, умной… собаки! Словно в подтверждение его ощущений, Блюститель негромко и, казалось, благодушно зарычал, опустил лапу, напялил на неё снятую перчатку и жестами показал мужчине, что тот может свободно пройти пост вместе со своими людьми…

— Как тебе это удалось? — воскликнул Илья, когда Андрей вернулся к пещере и, вытаскивая на дорогу спрятанную там поклажу, закурил.

— Я не знаю, как это объяснить, дружище! — честно ответил он, вытирая со лба пот и розовея от облегчения и удовольствия от восторженного взгляда Эммы и добрых глаз Ма, в которых сияло выражение, которому мужчина названия не знал…

Пост представлял собой приподнятую над уровнем дороги на полтора метра ровную каменную площадку, огороженную с двух сторон металлическими шлагбаумами, и встроенное в большую пещеру жилище Блюстителей. Рассмотреть, что там у них внутри, не представлялось возможным, да никто особенно к этому и не стремился. Спутники Андрея с опаской проследовали под приподнятыми для них заграждениями, а сам он кратко кивнул каждому из троих, стоящих на посту Блюстителей, на что они ответили вежливыми и уважительными встречными кивками. Только сейчас Андрей понял, что эти существа так же отличаются друг от друга, как и люди, и напрасно он считал, что все они на одно лицо, чему весьма способствовали их чёрные глянцевые маски.

«Уважаемый! — неожиданно обратился мужчина к тому Блюстителю, которому предъявлял руку, как верительную грамоту, — Не могли бы Вы проводить нас немного?» Спутники Андрея остолбенели. Очевидно, удивился и Блюститель, но через мгновенье кивнул в знак согласия… Через несколько километров сопровождавшее Андрея существо остановилось. Мужчина посмотрел в его глаза вопросительно, а Блюститель указал лапой на какой-то объект, ближе к повороту ущелья, на грани видимости человеческого глаза. «Мы сможем там остановиться на ночлег?» — прямо спросил Андрей, на что его «собеседник» кивнул и мелодично зарычал, а затем показал, что ему пора возвращаться. Тогда, проговорив «спасибо», мужчина протянул ему руку, как это делают мужчины для дружеского рукопожатия. Блюститель ощутимо вздрогнул, быстро снял перчатку с правой лапы и вложил её в руку Андрея. Взглянув на него ещё раз, Андрей понял, что такие, как у его нового знакомого, глаза встречаются у собак не только умных и воспитанных, но и добрых, пусть и суровых на вид… Уже сделав, под взглядами людей, несколько шагов в обратную сторону, Блюститель издал странное рычание, словно что-то забыл. И действительно, он снял с себя висевшую на нём через плечо торбу и протянул её Андрею.

— Спасибо, это совсем не обязательно! — поразился мужчина, но существо жестами показывало, что это подарок. Он понял, что отказ обидит Блюстителя и кивнув, подошёл к нему и принял торбу. Тот же удовлетворённо рыкнув, дотронулся лапой до своей груди и произнёс:

— Йоргкхх…

— Хочешь сказать, что тебя зовут Йорг? — растерянно воскликнул Андрей, и существо часто закивало головой. Тогда мужчина дотронулся свободной рукой до своей груди и отчётливо проговорил: — Андрей… Меня зовут Андрей. Спасибо, Йорг, мы ещё встретимся!

Блюститель как-то особенно мелодично зарычал, быстро отвернулся, словно не хотел, чтобы человек увидел его растроганным, и, не оборачиваясь, пошёл обратно на свой пост…

— Послушайте! — не сдержался и громко воскликнул Илья, когда путешественники отошли от поста охраны ещё на полкилометра, — Я, конечно, многое видел на своём веку… Но не могу своим жалким умишком постичь, как человек, пусть даже и самый распрекрасный Господин Советник Вершителей на этом свете, но человек… может разговаривать с Блюстителем?! Так не бывает!.. Дружище, а ты, хоть, посмотрел, что там, в сумке, нет? Может там бомба?!

— Сам ты бомба! — весело засмеялся Андрей.

Дорога пошла под серьёзный уклон, идти стало легко и радостно… Илья не успокоился даже к вечеру, когда они добрались до сооружения, указанного Йоргом. Оказалось, что группа дошла до давно оставленного его обитателями поста охраны, куда более просторного и обустроенного, чем предыдущий. Это показалось мужчинам странным, но осторожное обследование не выявило в сооружении ничего угрожающего. Обрадовавшись тому, что даже спать придётся не на полу, а на низких лежанках, с металлическими основаниями, поверх которых лежали удобные матрасы из какого-то упругого и достаточно мягкого материала, путешественники начали приготовления к скромному ужину. Открыв подаренную ему торбу, Андрей обнаружил в ней три чёрных плаща с капюшонами, стальной браслет с непонятными символами и несколько кусков превосходного вяленого мяса. Ма, готовясь к походу, тоже припасла сухари, вяленую рыбу и мясо, но эти куски выглядели особенными.

— Что-то побаиваюсь я это есть, — заявил Илья, обнюхивая один из кусков и, судя по всему, глотая слюни.

— Но они же едят, — усмехнулся Андрей, откусывая приправленное какими-то особенными, почти не издающими запаха, специями, мягкое и чрезвычайно вкусное мясо.

— Вот именно, ОНИ! Ты хоть знаешь, кто они такие? Я, например, не знаю.

— А, правда, какой он? — поинтересовалась Эмма, — Вы же смотрели друг другу в глаза…

— Трудно понять так сразу, — принялся рассказывать Андрей, — По виду, как мне кажется — человекообразные собаки или собакообразные люди… Впрочем, у меня была возможность рассмотреть только глаза и… лапы.

— Вот как? — посерьёзнел и заинтересовался Илья, — И этот, который нас провожал…

— Такой же, с умными глазами… И зовут его Йорг.

— Ух ты! Вы даже лично познакомились? — заворожённо спросил Изя, откусывая кусок пряного вяленого мяса, — Вот так номер…

— Так я и подумала, — неожиданно заявила Эмма и, перехватив взгляды мужчин, пояснила, — Ты разговаривал с ним, как с равным… Это дорогого стоит для любого существа. Йорг был так растроган, что…

— Что ты, Ма? — Андрей повернулся к сделавшей ему знак и смотрящей на него, как на любимое чадо Хранительнице Тайн. Она указала ему на свои виски, но когда мужчина поднялся, чтобы подойти к ней, кивнула в сторону его подруги. Он удивился: — Ты хочешь, чтобы я… прочитал Эмму? Но как?

Следующие десять минут жизни, Андрей вспоминал потом, как в тумане. Он подошёл к Эмме, посмотрел в её ставшие вдруг испуганными глаза и приложил кончики пальцев к вискам женщины… Инстинктивно, как при поцелуе, прикрыв глаза, мужчина попал в водоворот событий и переживаний, страхов и сомнений Эммы. Словно волнами его окатывала нынешняя и прежняя жизнь его женщины… Долго терпеть этого Андрей не смог, и тогда он отпустил её голову, дико посмотрел на Хранительницу и положил ладонь на грудь Эммы там, где под нежной кожей, совсем близко, громко билось её сердце… Как его собственное сердце не вырвалось из груди? Как выдержал мужчина это море нежности, сострадания и любви к ближним её, к тем, кто любил и ценил эту женщину и кто бессовестно пользовался её добротой, что, по сути, и привело Эмму в тёмное Княжество… Кого-то он, Андрей, и не знал вовсе или, напротив, хорошо знал, как Катрину? А ещё там жила невероятная любовь и нежность к нему, Андрею, и безграничное доверие…

Очнулся Андрей на лежанке. Голова его покоилась на коленях плачущей над ним Эммы. На противоположной койке сидел встревоженный Илья и посуровевшая, но всё такая же добрая Хранительница.

— Ма, зачем Вы так с ним? Ему же плохо! — причитала Эмма, размазывая по щекам слёзы, но добрая женщина только покачивала головой, и заплаканная подруга обратилась к приходящему в сознание мужчине, — Андрюша, родненький, что с тобой?

— Не плачь, маленькая, всё хорошо, — хрипло отозвался Андрей, — Просто оказалось, что я тебя люблю…

— Правда? Но почему же тебе стало худо?

— Потому, что я очень сильно тебя люблю, — прошептал мужчина, и из глаз Эммы снова потекли слёзы, а он, нежно поглаживая женщину по голове, очень серьёзно обратился к Хранительнице Тайн, — Тебе не кажется, что это слишком, Ма? Нет? Этот дар теперь останется со мной? Да?! Но, зачем?! Милая Ма, я же не выдержу его… Выдержу? Уж не хочешь ли ты сказать, что я привыкну? Нет? Ты права, к этому невозможно привыкнуть…

Одиннадцатый день Андрея и Эммы в подземельях и третий день путешествия четвёрки по ущелью выдался спокойным. Беспокойство вызывал только факт сильного увеличения уклона дороги вниз, сопровождавшийся усилением жары.

— Теперь я начинаю понимать, почему Блюстители оставили хорошо обжитой пост охраны, — проговорил Илья, когда они располагались на ночлег в очередной пещере на склоне горы, метров на десять выше дороги.

— Почему же? — поинтересовался Андрей, похрустывая вечерним сухарём.

— Предполагаю, что им стало трудно дышать. Посмотри на склон, похоже, уровень лавы время от времени повышается, подходит вплотную к дороге… Думаю, тогда здесь становится совсем не комфортно.

— Вероятно, ты прав, — задумался он, разглядывая следы застывшей лавы на обочине.

— Но у меня есть другой вопрос, — вздохнул «Архивариус», — Зачем твой Йорг подарил нам чёрные плащи?

— И почему их только три? — кивнула Эмма, — Больше не нашлось?

— Вряд ли, — ответил Андрей, — Скорее всего, он знал, что нам нужны именно три… Возможно, Хранительнице Тайн такой плащ не понадобится?

— Как бы не так! — усмехнулся Илья, разглаживая отросшие на подбородке рыжие волосы и с удовольствием наблюдая, как Ма отрицательно качает головой, — Это просто — маскарад явно не понадобится нашему провожатому, то есть Господину Советнику Всея Вершителей и Блюстителей!

— Что за чушь? Опять меня приплёл! — возмутился Андрей, но Хранительница улыбнулась и развела руками, а Илья громко рассмеялся…

От избытка ли мыслей или от духоты под утро четвёртого дня путешествия по ущелью Андрею не спалось. Поцеловав мирно спящую рядом Эмму, он тихо поднялся и отправился к выходу из пещеры. По дороге его остановила Ма с походным стаканчиком с несколькими глотками тепловатой воды, и кусочком вяленой рыбы. Позавтракав таким образом, Андрей присел на пороге пещеры и закурил. Открытый его взгляду пейзаж не отличался разнообразием и начал надоедать… Уже докуривая сигарету, мужчина, смотревший преимущественно вправо на дорогу, по которой предстояло пройти, взглянул в противоположную сторону, и с изумлением обнаружил спускающуюся от оставшегося вдали поста охраны странную процессию. Андрей негромко позвал Илью, приводившего в порядок свой записи, вечно разбросанные по любому жилью, которое он занимал… Укрывшись за входом в пещеру, мужчины наблюдали, как трое людей в чёрных плащах, с накинутыми на голову капюшонами, двигались по дороге в сопровождении Блюстителя, пока те не скрылись справа внизу за очередным изгибом скалы.

— Вот тебе и наглядный ответ на вопрос: зачем нужны плащи? — произнёс Андрей.

— Да уж, — пробурчал Илья, — Значит твои друзья-Блюстители на том посту — не только охранники, но и конвоиры…

— Похоже на то… Только откуда взялись эти люди в плащах?

— Возможно там, на посту, тоже лифт имеется или что-то подобное… Кстати, ты заметил, когда нам открывали шлагбаумы, что второй, в отличие от первого, используется регулярно?

— Нет, — удивился Андрей, — А ты когда успел это приметить, вы же проходили пост, опустив головы?

— Да, я старался не смотреть на этих… Блюстителей… Но это не значит, что не смотрел по сторонам.

Увиденное не только произвело впечатление на мужчин, но и заставило призадуматься. Насколько свободна, в действительности, пустынная до сей поры дорога? Следует ли маскироваться под людей в капюшонах?

— И кто эти люди, собственно? — спросил Андрей на собранном по случаю происшествия совете.

— Дружище, ты, конечно, человек уникальный. Я даже готов время от времени преклоняться перед тобой! — витиевато начал Илья, но заметив кислое выражение лица друга, быстро закончил славословия, — Но иногда ты поражаешь меня своей… э-э-э… несообразительностью! Это те самые люди, которых Господа Вершители и ты, в том числе, отправили дальше во тьму!

— Да ладно?! — охнул Господин Советник и посмотрел на Ма, которая без колебаний утвердительно кивнула…

Разговор на совете так взбудоражил и встревожил Андрея, что он добился согласия группы и отправился в одиночную разведку, пообещав вернуться не позднее, чем через три часа. Вооружённый до зубов, то есть со своим ПМ в кармане и с секретным оружием, которое изобрёл Илья, мужчина легко шёл под уклон…

Изобретение Ильи требует отдельного упоминания. После того, как чудесные свойства воды, которую Андрей черпал из своего бассейна на острове, и которая свободно текла из крана в их временном убежище под Княжеством, стали неоспоримы, родилась идея, как их следует использовать в дальнейшем. Ведь помимо целительных свойств, эта жидкость могла нанести серьёзный урон существам, её не переносящим. А именно такие субъекты могли стать серьёзным препятствием на пути группы путешественников… Идея «Архивариуса» — купить водяные пистолеты в ближайшем магазине детских игрушек, хотя и отличалась простотой и изяществом, к сожалению, не могла быть реализована в настоящих условия, ввиду отсутствия в Княжестве детей, а, следовательно, и товаров для них… Каждодневная болтовня и шуточки Ильи, иногда весьма глупые, стали непременным атрибутом их компании. Когда плоскость юмора превышала разумные пределы, Андрей обзывал друга непонятным для присутствовавших порядочных женщин словом «Петросян». Илья страшно обижался и настаивал, что не заслуживает подобного оскорбления… Однако, в уме, наблюдательности и сообразительности отказать «заслуженному Архивариусу» было сложно. Для «водного оружия» Илья приспособил медицинские шприцы, присутствовавшие на складе их убежища в достаточных количествах. Выбрав инструменты подходящего размера, мужчины просто заполняли их водой — оружие было заряжено и готово к использованию. Иглы от шприцев «Библиотекарь» советовал не выбрасывать, а использовать для увеличения дальнобойности… В настоящий момент в нагрудном кармане комбинезона Андрея находилось три единицы секретного оружия Ильи.

Обогнув выступ скалы, мужчина остановился. Не то чтобы пейзаж категорически изменился, но у него появились новые детали. Выглядывая на скале какой-нибудь доступный для него и достаточно высокий уступ, Андрей прошёл ещё около двухсот метров и нашёл то, что хотел. Правда, ему пришлось немного вскарабкаться по скале, рискуя сорваться и сломать себе шею, но искомый уступ с углублением в виде маленькой пещерки, готовой служить хорошим укрытием, стал его личным наблюдательным пунктом. Очень пригодился бинокль Ильи, который тот всучил ему для разведки. Только воспользовавшись им, Андрей понял насколько меняется снижающаяся впереди местность: огненный ручей на горизонте делился надвое, упираясь в огромный базальтовый валун, а ближе просматриваемая, как на ладони, дорога вливалась в сложный перекрёсток. Поодаль справа к нему подходила тропа, спускавшаяся из расщелины скалы, слева же, ближе к наблюдательному посту Андрея через ручей лавы был перекинут каменный мост, упирающийся в огромную пещеру на противоположной стороне ущелья. И из этой пещеры по мосту в сторону перекрёстка шли люди… Точнее тройка людей в чёрных накидках в сопровождении Блюстителя. Наблюдая с высоты своего укрытия, Андрей вскоре заметил ещё одну тройку, поднимающуюся по расщелине вправо, а затем ещё одну, шествующую через мост. Центр притяжения этих групп был один — большой пост охраны, расположенный у главной дороги вдоль ущелья, сразу за перекрёстком. Рассматривая этот пост, мужчина сделал вывод, что там провожатые у людей в чёрных плащах могут меняться, прежде чем те отправятся дальше. По крайней мере, некоторые Блюстители кому-то сдавали их, общались между собой и отправлялись в обратный путь, а другие, миновав пост, продолжали движение вперёд… Перекрёсток оказался весьма оживлённым, за сорок минут наблюдения, Андрей насчитал пять троек с провожатыми. Правда, сверху мимо пещеры, где укрылись его спутники, кроме утренней группы никто не спустился. Но больше всего поразил мужчину тот факт, что хозяевами поста оказались вовсе не Блюстители, а неизвестные ему существа в огненно-красных бесформенных балахонах, скрывавших, казалось, их тела со всех сторон. Хорошенько рассмотреть этих сущностей не удавалось даже с помощью бинокля Ильи… Настала пора возвращаться к своим, и тут от поста отделилась фигура Блюстителя, утром сопровождавшего тройку людей мимо укрытия путешественников. Андрей узнал его по своеобразной походке, и если утром мужчина только предположил, что Блюстителю тяжело идти, то сейчас он не сомневался, что тот чувствует себя не лучшим образом. Шаги его были нетвёрдыми, тело Блюстителя покачивало. Словно чувствуя неладное, как только конвоир скрылся за изгибом скалы, Андрей осторожно выбрался из своего наблюдательного пункта, спустился на дорогу и последовал за ним…

Когда медленно и неровно идущий Блюститель почти поравнялся с пещерой, где Андрея ждали друзья, мужчина заметил подходящую сверху новую тройку в чёрных накидках со вторым провожатым. Не желая оказаться на виду, Андрей прижался к скале и стал наблюдать… Блюстители встретились, и казалось, делились информацией, склонив головы друг к другу. Когда второй конвоир чуть отстранился от первого и тревожно покачал головой, мужчина скорее по наитию узнал его — это был Йорг. Но тут случилось непредвиденное: один человек из тройки в чёрных плащах сорвался с места и бросился бежать к руслу огненного ручья. Йорг двинулся за ним, но беглец оказался проворнее и с разбегу перепрыгнул лаву. И тут Блюститель как-то особенно сложил лапы и направил их в сторону беглеца. Тот дёрнулся, застыл, а затем пластом упал на спину. Слетевшая в лаву пола накидки загорелась, и через мгновенье всё тело человека превратилось в яркий, кошмарный и абсолютно безмолвный факел…

Загипнотизированный ужасным зрелищем, Андрей не сразу обратил внимание на то, что и второй человек из тройки в чёрном предпринял безумную попытку бегства, оттолкнув встречного, обессиленного конвоира. И бежал этот человек прямо по дороге вниз, к Андрею. Не задумываясь, мужчина отделился от скалы, доставая «водное оружие» из кармана, и когда до беглеца, безумно несущегося вперёд, расставив перед собой руки, осталась пара шагов, брызнул из шприца прямо ему в лицо… Такого душераздирающего крика слышать ему не приходилось. Корчащийся на дороге беглец, принялся сдирать с себя накидку с капюшоном. Под ней оказался абсолютно голый мужчина, лицо которого начало багроветь, а затем быстро чернеть и покрываться язвами. И это было лицо Михаила!.. Отойдя от шока, Андрей громко закричал хрипящему у его ног бывшему Куратору: «Ты думал, что можешь сбежать, тварь? От меня не сбежишь! Я уничтожу тебя всюду, где встречу!» Выпученные в бессильной злобе глаза Михаила неожиданно поменяли выражение. Теперь в них читался суеверный ужас и бессилие, через несколько секунд они помутнели, а сам он затих, судорожно дёрнулся и вытянулся на дороге…

Только сейчас, ещё не остывший от приступа ярости Андрей заметил, что склонившийся над своим собратом Йорг машет ему лапой. Картина перед подбежавшим к ним Андреем открылась тревожная: судя по всему, падая, Блюститель ударился головой о кусок застывшей лавы. Сделав знак Йоргу, Андрей попробовал осторожно приподнять упавшего, и через пару минут они вдвоём вносили пострадавшего в пещеру, из которой с ужасом и тревогой наблюдали за происходящим друзья Андрея… Дальше мужчина действовал быстро и точно, словно опытный целитель. Попросив у Эммы смочить тряпку водой, он аккуратно снял с раненного Блюстителя плащ с капюшоном, вместе с таинственной, пугающей маской и выдавил несколько капель на его лапу. Ожидая реакции, Андрей рассматривал своего «пациента». Перед ним, как и предполагалось, была человекообразная собака, судя по строению тела, легко передвигавшаяся на задних лапах, а передние использовавшая, как человек руки. Голова существа внешне сильно походила на голову чёрного дога, а из раны на затылке сочилась кровь. Поскольку отрицательной реакции на воду не последовало, мужчина аккуратно обработал рану мокрой марлей, а затем, внимательно оглядев пострадавшего, сделал то, от чего все присутствовавшие ахнули. Андрей достал из кармана шприц, подсоединил к нему иглу и сделал инъекцию в холку Блюстителя… Несколько мгновений ничего не происходило, а затем раненый приоткрыл свои собачьи глаза, благодарно приподнял переднюю лапу, снова закрыл глаза и, повернувшись на бок, сложил свои конечности вдоль тела и задышал спокойно и равномерно, без стонов и хрипов…

— Андрюха, он спит! — вскрикнул Илья. Андрей кивнул, поднялся на ноги и, не глядя на окружающих, пошатываясь, вышел из пещеры, сел у порога и закурил…

— Значит, они не враги нам в принципе… — прошептал он, делая глубокие затяжки.

Тем временем Йорг вышел из пещеры, странно посмотрел на мужчину, а затем направился к тому, что осталось от первого беглеца. Вынув из кармана непонятный предмет в форме узкого цилиндра, он выдвинул из него длинный (вероятно телескопический), металлический штырь, присоединил к нему крюк, с помощью которого сбросил останки человека в чёрном прямо в огненный ручей. Далее Блюститель проделал ту же операцию с телом Михаила. Зрелище получилось чрезвычайно неприятным. Огненная лава уносила вспыхивающие и потухающие останки прочь…

— Ты уничтожил его во второй раз, — задумчиво произнесла Эмма, присаживаясь рядом со своим мужчиной и мелко вздрагивая, будто от невозможного здесь холода.

— Девочка моя, ты поняла, кто это был? — Андрей с грустью посмотрел на женщину и обнял её за плечи, — Постарайся успокоиться… Так, видимо, должно было случиться…

Йорг направился к единственному оставшемуся целым человеку в чёрной накидке, всё это время стоящему столбом на дороге. Сопроводив его внутрь пещеры, Блюститель снова вышел наружу и остановился у сидящего Андрея. Когда, взглянув в собачьи глаза, мужчина поднялся на ноги, Йорг сбросил со своей головы капюшон, снял свою маску и… заключил Андрея в объятья своих могучих лап! Через минуту, когда они отстранились друг от друга, пришедший в себя мужчина взглянул на Блюстителя и радостно улыбнулся, глядя на большую волосатую голову, удивительно напоминавшую сенбернара…

Через час Иыхш, как представил собрата Йорг, проснулся. Он был ещё очень слаб, но чувствовал себя, судя по всему, неплохо, и если бы собачья мимика позволила, непременно бы улыбнулся. Рана на голове не кровоточила и полностью затянулась, однако «доктор» Андрей с «медсестрой» Эммой тщательно обработали её ещё один раз. Вскоре Йорг жестами показал, что Блюстителям необходимо возвратиться на свой пост и попросил мужчину помочь ему доставить туда собрата. Андрей взглянул в глаза Ма и согласился.

— Но это же не менее суток пути? — засомневался Илья.

— Думаю, надо помочь… Тем более, наша Хранительница даёт добро, — улыбнулся мужчина и обратился к Блюстителям, — Но что делать с вашей подопечной?

Под снятым капюшоном чёрной накидки третьего человека из тройки Йорга обнаружилось хорошенькое личико блондинки лет двадцати пяти, испуганно глядящей по сторонам. Она была очень бледна, но, казавшиеся сейчас тёмными из-за расширенных зрачков, зелёные глаза и тонкие брови, в другой обстановке сделали бы это лицо красивым… Жестикуляция её конвоира означала, что он хотел бы оставить женщину в пещере до своего возвращения.

— Договорились, — проговорил Андрей, заметив кивок Хранительницы, — Сейчас перекусим и выступаем.

— Я иду с тобой, — уверенно заявила Эмма.

— Ну, хорошо… — с сомнением в голосе ответил мужчина, — Если Ма не против…

Хранительница тайн не возражала. Провожая своих спутников в дорогу, она взяла их за руки, соединила их, и ласково погладила обоих по головам…

Начало пути выдалось нелёгким. Шагать в горку оказалось значительно тяжелее, чем под уклон, тем более что Иыхш шёл неуверенно и Андрей с Йоргом поддерживали его с двух сторон. «Держись, братишка!» — проговорил мужчина, и взгляд Иыхша увлажнился. Впрочем, стоило четвёрке подняться выше, раненый Блюститель начал дышать полной грудью и через полтора часа пути смог передвигаться самостоятельно. Как только подъём стал более пологим, группа зашагала веселее… Впрочем, путь их ждал, действительно, не короткий. Андрей хорошо знал, что долгую дорогу желательно скоротать приятными мыслями о близких и родных, так он и поступил. Однако думы понесли его дальше. Монотонная ходьба весьма способствовала анализу накопившейся за последние месяцы в голове Андрея информации…

«Почему, всё-таки, вокруг меня здесь, как нарочно, группируется преимущественно женский коллектив? — спрашивал он себя, — Какая сволочь внедрила в Княжестве институт рабства? И почему я встречаю так мало нормальных мужиков?» Пытаясь ответить на эти вопросы, Андрей вспомнил давний разговор с Сергеем, когда они уединились в его доме и выпивали в своё удовольствие.

— Помнишь, ты говорил о том, что женщины нами властвуют? — завёл тогда разговор управляющий студией, сильно захмелев, — С тобой трудно спорить… Но матриархат в Княжестве вполне объясним. Никому не рассказывал этого, но тебе могу… Я не помню подробностей своего Испытания, но ощущения от него останутся у меня до последнего… Мерзкие ощущения, Андрей! Надо мной «трудились» двое: он и она. Кто уж там был главнее, не ведаю, даже лиц не помню… Знаю, хотя и не слышал от тебя лично, что ты относишься к Испытуемым иначе, а те за человека меня не держали. Не помню, чтобы они разговаривали со мной, пытались определить степень вины… По-моему, не интересовало их это вовсе — я был для них просто свежей жертвой! Измывались они надо мной с удовольствием и страшно долго, не менее трёх суток с перерывами, так думаю… Они сломали меня, Андрей! Когда я вошёл в этот мир, чувствовал себя абсолютно бессмысленной, лишённой эмоцией, трясущейся от страха скотиной, способной выполнять только простейшую работу, жрать, спать и… трахаться. Очень быстро стало понятно, что и другие мужчины поблизости от меня точно такие же… сломанные, и смысл существования у нас один — заработать на жратву, выпивку и проститутку… Не подумай, что оправдываюсь! Не могу знать, как там, у рабов, а у обычных граждан Княжества желания простые: заработать побольше, жратвы послаще, бухла и… особенно, женщин почаще… Со многими мужиками я пил, многое слышал, но суть одна — как пришёл в этот мир в каждодневных поисках доступной самки, так и не останавливайся.

— А женщины? У них, по-твоему, иначе? — Андрей хорошо помнил разговор, хотя и не был тогда трезв.

— Не уверен… — наливал очередную порцию его друг, — С женщинами об Испытании я не заговаривал… Правда, однажды сильно пьяная шлюха живописала мне свою историю и, похоже, не врала… Вероятно, у женщин тоже самое… Все мы оказываемся в тёмном Княжестве слабыми, трясущимися от страха, беззащитными, с ощущением неизвестной нам вины…

— Изначальная вина? — спросил тогда Андрей, а сейчас, вспоминая, дал иное определение: «Первородный грех».

— Изначальная?.. Да-да… Просто женщины, как мне кажется, легче адаптируются к таким условиям. Они, вообще, во многом сильнее, устойчивее…

— Как же ты справился с этим, Серёга?

— А никак… Как все работал, ел, пил и трахался… Меня спасла память. Нет, я не помню никакую прежнюю жизнь, как некоторые здесь, на студии. Но видения, будто обрывки снов, а ещё стихи… Когда у меня появилась возможность слушать музыку… Пусть смысл слова «песня» я хорошо узнал только от тебя, но и раньше, услышав красивую мелодию, чудесным образом начинал рифмовать, вспоминать слова… Потом начал смотреть видео. Порнуха, говоришь? А где другое кино взять? Но в некоторых фильмах проскакивали искры человеческих чувств… Когда же я дорвался до книг, то… О, я понял, что это моё, что нужно выбираться из болота! Как ни странно, учиться новому мне оказалось легко. Возможно, что-то было мне известно изначально, как ты утверждаешь, просто я забыл… В общем, к нашей с тобой встрече я оказался готов, в том смысле, что во мне включились эмоции, чувства, мысли, а главное — желания отличные от привычной всем похоти. Я и к людям стал тянуться, к тем, с которыми поговорить можно о своих порывах и сомнениях, поделиться… А здесь, на студии, жизнь преобразилась до неузнаваемости! Иногда кажется, что я и не в Княжестве вовсе… Но мы здесь живём… Помни об этом, Андрей: большинство людей живут тут примитивными инстинктами, одними фильмами их изменить сложно…

— Но что же делать, Серёга?

— Вероятно, нужны… новые люди…

— Так откуда же они возьмутся, — удивлялся тогда Андрей, — если все проходят через… мясорубку Испытаний?

— Вот и я раньше так думал… — кивал управляющий студии, разливая по рюмкам очередную дозу не смертельного спиртосодержащего, — А когда ты пошёл в Вершители, решил, что теряю тебя… Знаешь, дружище, нам бы побольше таких Вершителей, как ты!

— Это ещё зачем?

— Да, посмотри же вокруг! Как мало людей выбираются из болота: Павел, Иван, Софья… И как непросто выбираются… Большинству же это не удаётся вовсе! А после твоих Испытаний люди сразу выходят в жизнь с надеждой, с жаждой жить и всё исправить, изменить к лучшему…

— Ага, — хмыкал Андрей, выпивая, — В ранге рабов…

— Да какая разница в каком ранге, дружище, если на твоей студии на это никто не обращает внимания?! Важно, что ты за руку приводишь сюда, к нам, новых людей! Светлее и одухотворённее других…

Мужчины тогда долго беседовали и спорили, а устав от разговоров и спиртного, с удовольствием горланили неведомо откуда взявшиеся песни, вспоминая слова, путаясь, поправляя друг друга и снова вспоминая…

«Часы исходят в месяцы.

Порой слегка повеситься

Охота, а пока

Мы скачем в поле зайцами,

Безглазыми мерзавцами,

И бьём себя в бока.

Сипим, хрипим, но ды́хаем,

И сигаретой пы́хаем,

А можем по 100 грамм

Закинуть водки с паприкой…

Но не хватает Гаврика.

Гаврика

не хватает нам!

Слова уходят, в горле ком.

Как хорошо, что музыку

Играет твой сынок.

Вне мнений и вне времени играет вдохновеннее,

Чтоб ты услышать мог…

Пока стучит наш барабан,

С молитвой ходим по гробам,

А тянет в облака.

Но ноша наша не легка,

И не хватает Гаврика.

Гаврика

не хватает нам!

Ах, лишь бы не отчаяться —

Так быстро всё кончается:

И песни, и века…

Но в ночь начала — свет зачать,

Теперь пора отчаливать.

Дорога далека…

Пусть с верой и терпением

Дорога откровения

Ведёт в Небесный Храм.

А в помощь — верная рука,

Рука большая Гаврика.

Гаврика

не хватает нам!» [20]

Воспоминания вызвали у Андрея улыбку, и с ней он обернулся к идущей рядом Эмме, которая несмотря на усталость, смотрела на него светло и радостно, будто знала что-то особенное, одной лишь ей ведомое и прекрасное…

Сделав пару привалов и однажды остановившись на короткий ночлег, четвёрка прибыла на пост охраны днём следующих суток. Все устали, но приём, который им устроили на посту, впечатлил… Но сначала Эмма с закурившим, довольным, что незапланированный первоначально путь пройден, Андреем сидели у шлагбаума в то время как Йорг с Иыхшем мелодичным рычанием общались со встречавшими их собратьями. И если сначала те издавали удивлённые звуки, то через несколько минут у Блюстителей началась форменная суета… Одни вбегали во внутренние помещения поста, другие выбегали, с интересом смотрели на сидящих рядом людей и снова скрывались в недрах оборудованной под пост пещеры. Потом двое Блюстителей увели усталого Иыхша внутрь, и только Йорг остался стоять у шлагбаума, радостно глядя на Андрея и Эмму…

Минут через пятнадцать к ним вышел весьма солидный по виду Блюститель, который с поклоном, жестом пригласил людей войти. Переглянувшись, Андрей с Эммой в сопровождении Йорга вошли в помещение Блюстителей, проследовали между двумя, очевидно, служебными комнатами по коридору, вошли в довольно просторный зал, и одновременно ахнув, остановились. В зале находился большой стол с простыми скамейками по сторонам, а вокруг него собрался десяток человекообразных собак без плащей с капюшонами и масок. И все они, включая скинувших одеяния Йорга и Блюстителя, приглашавшего людей войти, аплодировали передними, то есть верхними лапами, и сдержано, весьма благозвучно рычали. Оправившись от изумления, Андрей, а за ним и Эмма молча поклонились Блюстителям, которые удивлённо и радостно зарычав, принялись кланяться людям. Обменявшись, таким образом, приветствиями и благодарностями, все, за исключением двух охранников, отправившихся обратно на пост, уселись за стол. Угощения были нехитрыми, но питательными. Ели уже знакомое людям вяленое мясо, причём Блюстители предпочитали косточки, а люди мякоть; присутствовала в рационе и тушёная в мясном бульоне фасоль, и свежие овощи. Пили Блюстители только воду, но, к сожалению, не такую, которой Андрей лечил поправляющегося сейчас Иыхша, и какой-то хитрый молочный продукт, людям же вынесли две большие пиалы с напитком малинового цвета, оказавшимся вкуснейшим лёгким вином…

После застолья Андрею и Эмме выделили отдельную комнатку с мягкой лежанкой, подушками и одеялом, чтобы они могли спокойно отдохнуть перед дальней дорогой. Сладко спящих в обнимку людей не беспокоили, пока часа через три они не проснулись сами… В обратный путь их снова провожали полным составом поста. «Какие же они, действительно, разные!» — думал мужчина, разглядывая лица, а может симпатичные морды, напоминавшие ему доберманов и лабрадоров, догов и ньюфаундлендов, сенбернаров и овчарок, хаски и лаек… На прощанье Андрею подарили полный комплект обмундирования Блюстителей, тут же попросив его примерить. Почувствовавший себя неловко, мужчина видел сквозь прорези в маске довольно кивающих и переглядывающихся хозяев поста… Когда Андрей вернул себе привычный облик, каждый из Блюстителей подошёл к нему с поклоном и рукопожатием, а Иыхш вдобавок ткнулся влажным носом ему в щёку, и они обнялись…

— Йорг, когда мы снова встретимся, и у нас будет время, ты научишь меня вашему языку? — спросил мужчина, отмеривающий очередной километр дороги под уклон, плечом к плечу с Блюстителем и Эммой.

— Ах-хр, — прорычал его новый приятель.

— Это значит — да? — улыбнулся Андрей, — Вот видишь, кое-что я уже знаю…

С полудня шестого дня путешествия по ущелью, в пещере с возрастающим нетерпением и тревогой ждали Андрея и его подругу. Илья поминутно выглядывал из проёма наружу, но только около пяти пополудни он заметил три приближающихся фигуры.

— А где Андрей? — в панике спрашивал он Эмму, которая вошла в пещеру в сопровождении сразу двух Блюстителей и поздоровалась со странным выражением лица. Блюстители переглянулись и зарычали друг на друга. Илья отпрянул, и ошалело уставился на Ма, которая залилась беззвучным смехом.

— Друзей уже не признаёшь? — воскликнул Андрей, снимая капюшон и маску… Все громко засмеялись, глядя на вытянувшуюся физиономию «Архивариуса». Смеялся даже Йорг, кивая головой и подрыкивая. Тоненько смеялась даже сидящая в уголке блондинка в чёрной накидке, а Илья, постояв несколько секунд с открытым ртом, просто зашёлся от хохота…

Когда все отсмеялись, отдышались и успокоились, Ма, и помогающая ей блондинка в чёрном, накрыли импровизированный стол. Ужинали все вместе… Покуривая возле пещеры после скромной трапезы, Андрей с хитрой улыбкой поинтересовался у Ильи о нежданной гостье:

— Послушай, а девушка-то очень миленькая… Позавчера казалась жутко бледной и забитой, а сейчас ожила — просто куколка! Это не твоё благотворное влияние? Прошлой ночью, небось, слаще спалось?

— Поэт, блин! — кисло усмехнулся Изя, — Это влияние Ма! И спали они вдвоём… И молчат вдвоём… А я… так… тётя Илюша, уборщица…

— Вот оно как… — задумался Андрей и, заходя в пещеру, обратился к Йоргу: — Завтра с утра выходим… А куда ты поведёшь женщину?

Блюститель жестами показал, что, мол, идти им всем вместе до перекрёстка, а там их пути разойдутся, но, вдруг, Ма отрицательно покачала головой, причём весьма решительно, поставив в тупик и Йорга, и Андрея.

— Как тебя зовут, милая девушка? — спросил мужчина, подходя к вскочившей на ноги перед ним блондинке и заметив побуждающие его к действию кивки и жесты Ма.

— Кира, — ломающимся голосом ответила она и Илья, впервые услышавший её голос, в сердцах крякнул.

Дальнейшие манипуляции Андрея могли показаться странными и непоследовательными. Он поднял лицо Киры за подбородок и внимательно взглянул ей в глаза, затем распахнул накидку вскрикнувшей и устыдившейся своей наготы девушки, тело которой неторопливо рассматривал мужчина. Но вместо того, чтобы дотронуться до тела, Андрей приложил пальцы к вискам её белокурой головы… Минуты через три мужчина, оторвавшись от блондинки, сделал шаг назад, покачнулся, но собрался, встряхнул кистями рук, словно освобождая их от лишнего, и усадил девушку, запахнув на ней плащ. После этого Андрей повернулся к стоящей в трёх шагах от него Хранительнице и с недоумением спросил:

— Ма, я вижу, что ты уже пообщалась с Кирой и собственной волей… сильно облегчила её участь… Но и до этого она не заслуживала тьмы, по моему разумению… Почему она здесь, вообще?!

— М-да-а… — тихо произнёс Илья, глядя, как Хранительница без привычной улыбки на устах разводит руками, — Ни хрена себе Вершитель…

— И что это за фрукт — Господин Советник Вершителей Антуан? Что за идиот?! — спрашивал уже себя Андрей, не зная ответа… Покачав головой, он обратился к Йоргу, сопровождая пожелание жестами: — Братишка, ты не мог бы мягко сканировать свою подопечную? Я знаю, это в твоей власти…

Блюститель пожал плечами и подошёл к девушке в плаще, жестом позволяя ей не подниматься на ноги, и молча уставился на неё… Спустя пару минут он удивлённо и растерянно обернулся к Андрею и знаками попросил разрешения сканировать стоящую рядом Хранительницу. «Попробуй, — улыбнулся мужчина, — Только у тебя ничего не получится! Если, конечно, она сама не захочет…» Йорг недоверчиво посмотрел на приятеля и попробовал сканировать Ма… Он боролся с ней не менее пяти минут, начал тяжело дышать, а Хранительница только улыбалась его тщетным попыткам добраться до её сокровенных мыслей и чувств. Когда же Блюститель готов был сдаться, Ма подняла к нему открытую ладонь правой руки, как несколько дней назад сделал Андрей. Совершенно растерянный Йорг, оглянувшись на приятеля и поймав его дружелюбный взгляд, сорвал перчатку и прислонил свою левую лапу к женской ладони, глядя Хранительнице прямо в глаза… Не прошло и минуты, как случилось невероятное: срывая капюшон и маску, Блюститель упал к ногам Ма и уткнулся носом в её ступню! Хранительница со вздохом наклонилась и ласково потрепала его мохнатый затылок. Илья и Кира изумлённо охнули и всплеснули руками…

Около полуночи, не теряя бдительности, Андрей с Эммой бодрствовали у входа в пещеру, пока остальные спали. Женщина порывалась спросить своего мужчину и, наконец, решилась:

— Андрюша, когда Ма с Ильёй проснутся и заменят нас, ты пойдёшь спать к Кире?

— Нет, Эммочка… А ход твоих мыслей меня забавляет! — тихо, но очень весело рассмеялся Андрей, — Даже когда Ма освободит место рядом с Кирой, я лягу с тобой, а не с ней.

— Это, конечно, хорошо… — улыбнулась ему Эмма, — Но я подумала, что ей… нужно побыть с тобой…

— Надо же, какая ты… сердобольная, — удивился мужчина, — Мне и с тобой-то здесь как-то неудобно делать что-то большее, чем спать в прямом смысле слова… А с этой женщиной…

— Ты устал, Андрюша?

— Не в этом дело… Возможно, в этих местах моё либидо, действительно, не зашкаливает, как в Княжестве, но… Думаю, Кире нет необходимости прибегать к животворящей силе моего семени… Ну, хорошо-хорошо, не семени, а тепла моего, так лучше? — усмехнулся Андрей, — В любом случае, не сейчас, а главное — не здесь.

— Где же мы, Андрюшенька? — взяла его за руку Эмма.

— Где? Думаю, мы… этажом ниже… А может быть, мы застряли между этажами… Не уверен…

— Вот оно что… — задумалась женщина, — Но если Княжество на втором вниз… На каком же этаже мир, откуда ты спустился? На первом?

— Какие интересные у тебя мысли… Нет, девочка моя, немного дальше, как я понимаю… — Андрей положил себе на лоб правую ладонь и покачал головой, — Мой прежний — мир номер ноль… Нулевой, понимаешь ли, мир…

Утром седьмого дня на пути к Золотому Дворцу трое людей в чёрных накидках с одной стороны дороги и один человек в таком же облачении с другой, наблюдали как две фигуры в одеждах Блюстителей обнимаются на прощание. Андрей со своими спутниками направлялся вниз, в сторону перекрёстка, а Йорг, ко всеобщему удивлению взявший Киру за руку, в противоположном направлении, обратно на свой пост… «Интересно, — спрашивал Хранительницу за завтраком, полтора часа назад Господин Советник, — часто ли Блюстители возвращают своих подопечных назад?» Строгая Ма отрицательно мотнула головой, Йорг подтвердил это похожим жестом и сдержанным рычанием. Чуть позже Хранительница подозвала к себе Эмму, и взяв её руку в свою, в очередной раз использовала женщину, как транслятор своих мыслей. «Ма хочет сказать, что с Кирой поступили очень жестоко, и мы только исправляем катастрофическую ошибку… — говорила Эмма, — А тебе, Андрей, непременно нужно будет разыскать её по возвращении и проследить, чтобы с девушкой снова не поступили несправедливо… Ты сам можешь наказать Киру, адекватно её вине. Всё это в твоих силах и в твоей власти!» Мужчина без энтузиазма кивнул, а вот блондинка в чёрной накидке несмело подошла к нему, смущённо, но доверчиво заглянула в его глаза и… поцеловала ему руки… «Тот, кто спасает одну жизнь, спасает весь мир»[21], - неожиданно произнёс Илья, и надо было видеть с каким выражением лица подошла к нему Ма, посмотрела в увлажнившиеся глаза Архивариуса и порывисто обняла его…

Андрей в облачении Блюстителя, не торопясь, вёл тройку своих спутников к перекрёстку, вышагивая сбоку от шествовавших друг за другом людей в чёрных накидках. Со стороны фигуры путников казались крупными и тяжеловесными из-за одетых на плечи под плащи рюкзаками с тщательно упакованными ёмкостями с водой, и минимальным количеством провизии. Везти с собой баулы на колёсах дальше было бы легкомысленно… Посматривая по сторонам, Андрей заметил подходящую к перекрёстку по мосту слева другую группу и решил подойти к посту вслед за ними, чтобы спокойно осмотреться и не попасть впросак. Накануне вечером он долго расспрашивал Йорга о том, что может ожидать там путешественников. Мужчина старался задавать Блюстителю максимально конкретные вопросы, чтобы тот отвечал однозначно положительно, либо отрицательно. Тем не менее, некоторые слова Андрея вызывали у Йорга непонимание, и даже изумление. В таких случаях мужчина менял формулировку, но отдельные вопросы так и остались без ответа. Вероятно, и знакомый со здешними местами и правилами Блюститель знал не всё или не мог ответить однозначно…

Подойдя к посту, Андрей весь превратился во внимание и осторожность. Особенно беспокоили его существа в огненно-красных балахонах, закрывавших их тела сверху донизу без каких-либо разрезов и отверстий. Имеющие форму удлинённой вниз по вертикали полусферы («Колпаки какие-то», — подумалось Андрею) около полутора метров высотой, они странными рывками двигались вдоль поста охраны, ещё и вращаясь вокруг собственной оси. Когда на территорию поста вошла предшествующая группе Андрея тройка со своим Блюстителем, «колпаки» всего несколько секунд покрутились вокруг них и пропустили дальше, сразу потеряв интерес к происходящему… Перед входом на площадку поста охраны стояло двое Блюстителей, вероятно, собиравшихся в обратный путь. Они так уважительно поклонились подошедшему Андрею, что тот, коротко поклонившись им в ответ, засомневался, не знаком ли с ними? Обмен поклонами не остался незамеченным «колпаками», которые сначала без особого интереса отнеслись к новой группе. Однако, несмотря на то, что движения хозяев поста казались медлительными и вальяжными, один из них загораживал Андрею и стоящим за ним полукругом спутникам путь к выходу, ещё трое беззвучно и на вид бессмысленно кружили вокруг. Остановка становилась напряжённой, и тогда Андрей медленно вытянул вперёд свою левую руку в перчатке и со стальным браслетом — подарком Йорга, на котором ясно проглядывали начертанные символы, смысл которых оставался неведом людям. Не прошло и пяти секунд, как круговерть «колпаков» прекратилась, и путь на выход открылся… Выйдя с охраняемой территории, путники практически сразу попали в естественный тоннель в скале, и только миновав его, Андрей облегчённо вздохнул.

— Слушай, — тихо заговорил поравнявшийся с ним Илья, — Похоже, у Блюстителей имеется эффективная система коммуникаций.

— С чего ты взял?

— Они здоровались с тобой, как с уважаемой личностью. А я сомневаюсь, что ты знаком с ними, хотя бы потому, что мимо нашей пещеры за последние сутки никто не проходил.

— Вероятно, ты прав… Меня сейчас больше интересует другой вопрос: эти «колпаки», судя по всему, лишены обычного зрения?

— Наверняка лишены…

— Тогда почему они отреагировали на браслет? — спросил Андрей, показывая кисть левой руки.

— Возможно, моё предположение покажется тебе фантастическим… — тихо произнёс Илья, — Думаю, он излучает какую-то энергию.

— Энергию?.. В этом есть что-то магическое… Не знаю… Тогда и наши медальоны должны излучать энергию, только иную!.. В наших рассуждениях есть смысл, Ма? — задумчиво спросил мужчина в облачении Блюстителя у одной из женщин в чёрной накидке, и она, к его удивлению, трижды глубоко кивнула головой, прикрытой капюшоном…

После тоннеля дорога снова пошла под уклон и, давалась с трудом. Андрей почувствовал, как тяжело ему дышать, посмотрел на своих спутников и понял, что они испытывают аналогичные трудности. Однако альтернативы этому пути не было. Перейдя на широкий ритмичный шаг, группа шествовала вперёд, в низину, к развилке дороги, от которой начинался подъём направо, на скалу и где, по соображениям Андрея, появится возможность восстановить дыхание. Впереди в зоне видимости, находилась предыдущая группа, которая мучилась теми же проблемами. Люди в чёрных плащах шли неровно, натыкаясь друг на друга, и даже их провожатый-Блюститель пошатывался… Через полчаса группа Андрея достигла нижней точки и начала подъём на скалу, почти догнав предшествующих. Дорога вверх давалась Андрею легче, возможно, чисто психологически. Особенно, когда после развилки он посмотрел на другую тропу, круто спускавшуюся влево, вместе с набиравшим силу потоком огненной лавы. Оттуда с видимым трудом выбирался одинокий Блюститель, а ещё ниже виднелась тройка людей в чёрных накидках, окружённых тремя же огненно-красными «колпаками». Складывалось впечатление, что люди уже не в состоянии стоять и передвигаться самостоятельно, и «колпаки» поддерживают их кучкой с трёх сторон и конвоируют всё ниже и ниже…

Как и предполагал Андрей, через двадцать минут подъёма дышать стало значительно легче, а вскоре путешественники попали в широкий, с высоким сводом, словно прорезанный в скале огромным буром, горизонтальный тоннель. Здесь стало прохладнее, захотелось остановиться и отдохнуть, но группа только укоротила шаг, оставляя в зоне видимости предыдущую тройку с Блюстителем… Тоннель закончился внезапно, открыв путникам грандиозный вид. Прямо перед ними зиял провал глубиной метров в пятьдесят, по которому медленно тёк уже не ручей, а целая река лавы, а за ней темнела ещё одна огромная скала. Дорога, по которой продолжала двигаться предшествующая группа, уходила влево, вдоль берега огненной реки. Направо же и выше, неровная и гораздо более узкая дорога вела туда, где скалы, из-под которых вытекал огненный поток, смыкались, и над ними золотом блестело невероятное для здешнего ландшафта сооружение. Расстояние было слишком велико, чтобы рассмотреть детали, но в целом сооружение казалось отсюда невероятным, сияющим, фантастическим Золотым Дворцом, парящим над огненной рекой на фоне чёрной стены базальта… В направлении Дворца путешественники и двинулись. Через час стало очевидно, что подъём к Дворцу не будет простым: дорогу всё чаще преграждали россыпи крупных камней и огромные валуны. Радовало только то, что жар от огненной реки сюда почти не добирался, и температура воздуха оставалась приемлемой для людей. В обнаружившейся вскоре скальной расселине сразу за очередным валуном, высотой в человеческий рост, устроили привал. Экономно перекусили, выпили по несколько глотков воды, после чего Андрей закурил. Сигареты теперь тоже приходилось экономить… Через четверть часа, обсудив обстановку, Илья с Андреем отправились на разведку.

Не успели мужчины отойти на километр от места привала, как обнаружили малоприметную тропинку, поднимающуюся вдоль скалы над основной дорогой. Переглянувшись, они пошли по ней. Тропка, хотя и совсем узкая, не была завалена камнями, и шагалось по ней куда комфортнее, особенно если не смотреть вниз. Часа через полтора Андрею, идущему первым, показалось, что впереди тропа обрывается. К счастью, она просто изгибалась правее и ныряла в образовавшийся в скале грот, а затем продолжала бежать дальше. В гроте мужчины осмотрелись, признали его пригодным для ночлега, уселись на краю тропинки и принялись рассматривать в бинокль Ильи дальнейший путь и Золотой Дворец. Прежде, чем полюбоваться этим уникальным сооружением в увеличенном изображении, Андрей с удовлетворением убедился, что их тропа продолжает карабкаться по скале до самого Дворца на уровне его верхних угловых башенок. К сожалению, разобрать возможности спуска с тропинки к зданию отсюда оказалось невозможно даже в бинокль. Однако, осмотрев перспективы движения во Дворец по основной, нижней дороге, мужчины быстро поняли, что там им пути и вовсе нет. Если бы путешественники миновали камни и валуны понизу, то упёрлись бы даже не в пост, а в целую заставу огненно-красных «колпаков», которых там виднелось никак не менее десятка. За заставой же прямая и чистая дорога вела вниз, в котлован, расположенный на берегу огненной реки, за которым на широком уступе скалы располагался Дворец. Что творилось в котловане, понять было сложно, но «колпаков» там насчитывалось как минимум втрое больше, чем на заставе…

Мужчины разделились. Илья отправился за женщинами, чтобы привести их в грот, Андрей продолжил разведку. Он так увлёкся, что остановился только часа через два, когда рассмотрел в бинокль большую пещеру, в которую погружалась тропа в непосредственной близости от Дворца. По расчётам мужчины, до пещеры оставалось часа четыре ходу, и туда, несомненно, следовало отправляться всем вместе после отдыха. Вид на котлован от места, где остановился Андрей, открывался значительно яснее, и к своему неудовольствию, мужчина обнаружил в бинокль рядом с Дворцом не только внушительное количество «колпаков», но и несколько других, вовсе неизвестных ему существ. Сначала они показались Андрею каменными валунами правильной округлой формы, но затем он обнаружил, что валуны медленно двигаются по котловану, а вскоре понял, что «камни» могут перемещаться достаточно быстро, выпуская из-под округлого панциря что-то напоминавшее клешни. Учитывая расстояние и увеличение бинокля, конечности «каменных стражей» наверняка имели внушительные размеры…

Вечером следующего, восьмого дня путешествия, четвёрка путников расположилась в просторной пещере в скале над Дворцом, представшим перед ними во всей красе. Казалось, что удивительное, особенно для этих мест, сооружение и в самом деле построено из чистого золота. Стены и колонны, башенки и сферическая крыша, лесенки, переходы, балконы — всё блестело золотом, даже окна казались затянутыми золотой плёнкой. Хранительница Тайн только улыбалась и комментариев не давала. Она выглядела очень довольной тем, что цель путешествия рядом, и призывала озадачиться планированием утреннего последнего рывка.

— Скажи, дружище, — спрашивал у друга Илья, — Блюстители и эти… «колпаки» оказывают на тебя ментальное и психологическое воздействие?

— Блюстители уже почти нет, — подумав, отвечал Андрей, — А «колпаки» воздействуют, но я то ли не слишком восприимчив к их излучениям, то ли ставлю защиту… Правда, не знаю, как мне это удаётся.

— Понятно. Мне они просто вскрывают мозг, — вздохнул Изя и посмотрел на Хранительницу, — И никакой защиты у меня нет, кроме Ма, которая, по-моему, экранирует от них, когда совсем невмоготу.

— У меня тоже самое, — грустно подтвердила Эмма, и Хранительница кивнула им обоим…

— Тропинка, выходя из пещеры, круто спускается вниз, — озвучил Андрей разведанные им подробности остатка пути, — Идти не очень удобно, но чёрные плащи практически сливаются со скалой, если, конечно, эти существа имеют хоть какое-то зрение в привычном для нас диапазоне… В любом случае, по тропинке можно спуститься к Дворцу за полтора часа и оказаться у правого от входа флигеля, где охрана нас, по-видимому, не ждёт.

— А где ждёт, Андрюша? — удивилась Эмма.

— Во-первых, у заставы, которая уже далеко позади, — ответил он, — Во-вторых, у «парадного» выхода из пещеры внизу. Спускаться туда внутри скалы быстрее и удобнее: попадаешь в нижнюю пещеру, но у выхода наружу лежит «каменный страж». И я не знаю, что от него ждать… Да и на площади, при выходе из нижней пещеры, между котлованом и Дворцом хватает всякой нечисти.

— Ма, а у Дворца один вход? И нам будут сильно препятствовать? Очень сильно? — спрашивал Илья у Хранительницы, и она всякий раз кивала утвердительно. Тогда он обратился к Андрею: — Значит, спускаемся по тропинке и стараемся прорваться ко входу максимально быстрым темпом под энергетической защитой Ма, с «водным оружием» наперевес…

— Всё правильно, — ответил Андрей, — Только очень быстро не получится, а значит эффект неожиданности может не сработать, и они блокируют вход до того, как Ма его откроет…

— Открыть входную дверь можешь только ты? — со вздохом уточнил «Библиотекарь», глядя на Хранительницу, и та снова кивнула утвердительно.

— Думаю, следует поступить вот каким образом… — предложил Андрей, — Вы втроём спускаетесь по тропинке. Я же, часа через полтора, вылетаю из нижней пещеры и устраиваю заваруху на площади перед входом. Вы, пользуясь тем, что их внимание отвлечено, добегаете до него.

— А ты?! — ахнула Эмма.

— Поливая водой направо и налево, бегу и проскакиваю в уже отворённую Ма дверь…

— Авантюра! — цокнул языком Илья, — Неужели по-другому нельзя?

— Ма, Вам нравится эта идея? — тревожно спросила Эмма, на что Хранительница только развела руками и кивнула…

— Риск велик, но если других идей не имеется… Послушай, Ма! — в голове Ильи возник давно напрашивавшийся вопрос: — Ты же отсюда шла на встречу с нами, когда поняла, что запланированный «герой» не явится? Как же тебе удалось пробраться в одиночку через все кордоны, заставы и посты?!

— Существовал короткий путь, как я понял… — тихо проговорил Андрей, после того, как Хранительница в сердцах махнула рукой, — В нижней пещере я заметил комнату-лифт… А точнее, то, что от неё осталось… Думаю, побег Ма из Дворца не остался незамеченным. Упустив пленницу, стража отрезала ей путь назад, превратив устройство для транспортировки в груду искорёженного, оплавленного металла…

Около полудня девятого дня похода по ущельям Андрей притаился в дальнем углу нижней пещеры, наблюдая за «камнем» у выхода. Страж не чувствовал присутствия человека, возможно, благодаря золотому обручу, вручённому мужчине Ма и надетому сейчас на его голову под капюшоном Блюстителя. Андрей ждал назначенного часа, и сердце мужчины билось учащённо. Когда условленное время наступило, он выждал ещё несколько минут и… стартовал! С разбега Андрей запрыгнул на панцирь стража, и вправду оказавшийся каменным, поверхность под ним завибрировала. Увидев показавшиеся спереди клешни, мужчина брызнул на них водой прямо из пластиковой канистры. Конечности «камня» на глазах начали обугливаться. «Работает!» — с восторгом подумал Андрей и спрыгнул со встающего на дыбы, издающего неприятный скрежет и ещё более неприятный запах стража. Выскакивая на ровную каменную площадку между котлованом и входом в Золотой Дворец, мужчина полукругом разбрызгивал перед собой воду из горловины канистры на приближающихся к нему «колпаков». Когда жидкость попадала на них, огненно-красный цвет темнел, а сами существа беззвучно сморщивались и опадали на землю. Однако на смену одним из всех уголков площади ринулись другие, а из котлована их пёрла уже целая куча… Отбросив в сторону опустевшую канистру, Андрей схватил вторую такую же, болтавшуюся на остатках рюкзака сбоку и боковым зрением отметил, что его спутники начали забег ко входу во Дворец. Половина их стометровой дистанции осталась незамеченной для охраны, затем же наперерез тройке в чёрных накидках бросились находившиеся поблизости «колпаки», которых если не с первого, то со второго раза сбивали струйками воды из шприцев…

Замысел казался верным: петляющему по площадке перед Дворцом Андрею удалось сосредоточить на себе внимание основных сил противника, сильно облегчая задачу своим попутчикам. Однако дела у самого Андрея шли всё хуже и хуже. Впрочем, зашкаливающий адреналин, боевой дух и безудержное желание добиться цели удваивали силы. Не хватало только громогласного звука подходящей песни! «Маятник качнётся… — закричал он во весь голос, закладывая виражи и запутывая противника, — Сердце замирает… Что кому зачтётся — кто ж об этом знает? Кто кому по нраву, кто кого в опалу? Что кому по праву выпало-попало…»[22] От «колпаков», наседавших спереди и с обеих сторон, Андрей отбивался успешно, но спина мужчины была прикрыта только рюкзаком с металлической канистрой. Почувствовав болезненный ожог икры правой ноги, а затем задней поверхности плеча он запустил струю воды назад, заодно окатывая ею и себя. Помогло, но ненадолго… «Что судьба нам, братцы, к ночи напророчит? Станет улыбаться или не захочет? — продолжал на бегу громко, отчаянно петь Андрей, — Мы одни и плеть им, мы одни узда им… Мы всегда успеем, мы не опоздаем…»[23] Помимо физического воздействия, мужчина ощущал, как вокруг него сгущается энергетическая тьма… «Настал час заката… Маятник качнётся, — орал он, задыхаясь, — А без нас, ребята, драка не начнётся…»[24] До поры Андрей соображал здраво, но когда разум начал покидать его, сосредоточился на двери во Дворец, прекратил менять направления движения и попёр напролом: «А без нас, ребята, драка не случится. Надо же когда-то с жизнью разлучиться…»[25] Сорвав с себя последнюю, металлическую канистру, находившуюся в рюкзаке за спиной, сняв с неё только слегка наживлённую пробку, Андрей поливал водой вперёд, расчищая себе дорогу и уже не замечая ни десятка окружающих его «колпаков», ни двух «камней», пытающихся преградить ему путь к Золотому Дворцу… «Что судьба нам, братцы, к ночи напророчит? Станет улыбаться или не захочет? — хрипел он, теряя последние островки сознание, — Мы поставим свечи, мы грустить не станем… Выпал чёт иль нечет — завтра же узнаем…»[26] Последнее, что Андрей увидел и запомнил — открывшиеся настежь двери Золотого Дворца и струи животворной воды оттуда, направленные в его сторону…

«Андрюша, не умирай!» — в голос кричала Эмма, когда Илья втаскивал упавшее на ступени тело друга внутрь, и женщины захлопывали двери наглухо… Людей встречал огромный, светлый, убранный в белое золото зал, добрую половину которого занимал бассейн с прекрасной голубоватой водой. Туда, скинув с себя чёрную накидку, со всей возможной осторожностью, с помощью Ильи, погрузила Андрея Ма, придерживающая голову мужчины на плаву. Туда же бросилась и Эмма, и осторожно сдирала с его тела обугленные обрывки одежды… Когда Андрей оказался полностью обнажён, женщины, поддерживая его на поверхности воды, по очереди аккуратно омывали тело мужчины, вокруг которого голубая вода краснела. Ма, беззвучно шевеля губами, произносила неведомые никому из присутствующих слова и заклинания, а Эмма просто лила слёзы над телом любимого, обезображенным ожогами «колпаков» и рваными ранами от клешней «каменных стражей»… Полчаса спустя Андрея осторожно уложили на лежанку, коих оказалось с полдюжины вокруг бассейна, головой на колени обнажённой и совершенно не стыдящейся своей наготы, всё ещё плачущей, Эммы. Ма занялась Ильёй, которому тоже досталось от огненно-красных «колпаков»…

Лежанки вокруг бассейна оказались удобными, но довольно узкими, однако Эмма ни на минуту не покидала своего мужчину и снова заплакала, уже от радости, когда он, наконец, открыл глаза и узнал её ранним утром следующего дня. Раны Андрея оказались столь серьёзными, что ещё более суток вся его жизнь свелась к лечению, большой частью которого являлись водные процедуры и сон… Более-менее твёрдо подняться на ноги мужчина смог только в последовавший за лечебным, одиннадцатый день путешествия в Золотой Дворец. Взгляд Андрея прояснился, голова перестала раскалываться, начала немного соображать и воспринимать действительность. Вид прекрасного зала с бассейном и золотым троном в стороне, противоположной входной двери, поразил мужчину… Около трёх часов пополудни, Андрей с Эммой, поддерживающей его под руку, облачённые в одинаковые, белые с золотым шитьём туники, входили в соседнюю с залом просторную комнату, где был накрыт большой стол, во главе которого сидела удивительно красивая Хранительница. Она предстала перед ними без привычной косынки, но с золотым обручем в золотистых же волосах и в тунике, а по левую руку от неё сидел улыбающийся Илья, в такой же тунике. Андрей расположился по правую руку от Хозяйки Дворца, Эмма справа от своего мужчины.

— Детки мои! — красивым певучим голосом произнесла Ма, и её спутники дружно охнули и открыли рты, — Спасибо вам, мои чудесные!

— Но… Почему же ты… Вы молчали?! — произнёс Илья, когда к нему вернулся дар речи.

— Не надо переходить на «Вы», Илюша! Не будем ничего менять, пока это возможно… Тем более что на брудершафт мы с тобой не пили, — заулыбалась Хранительница, — А молчала я потому, что дала обет: заговорю снова, только когда вернусь в этот Дворец и сяду за стол со своими спутниками, живыми и здоровыми!

— Значит, ты на самом деле добровольно покинула Золотой Дворец, а теперь возвратилась сюда с нами и… не без приключений. Другого выхода не было, Ма? — задал вопрос Андрей, глядя на неё с восторгом и удивлением.

— Чтобы встретить всех вас, Андрюша! — улыбнулась Хранительница, — Это чистая правда! Вероятно, вы поняли, что первоначальная идея — собрать все медальоны и передать их Дмитрию для дальнейшего применения, давно оказалась несостоятельной. Не скрою, Дмитрий казался идеальной кандидатурой, способной в одиночку, по возможности незаметно, пройти все преграды и очутиться здесь, в Золотом Дворце. Но героя из него не вышло, более того… Но не будем о грустном, потеряв одного мы приобрели троих Героев! Думаю, со временем вы хорошо поймёте ради чего пошли на муки телесные и душевные, что пережили и преодолели в себе, прежде всего, и возрадуетесь… А зачем мы собрались здесь, в Золотом Дворце в глубинах Царства Тьмы, вы узнаете завтра в полдень. Не позже, и не раньше… Сейчас же я хочу, чтобы мы ели, пили, веселились, общались легко и радостно, как позволительно тем, кто терпел лишения на непростом пути, вёл себя отважно и достойно… и завершил дорогу полной победой! Да будет свет!

— Да будет свет! — вслед за Ма, подняли бокалы с игристым напитком её спутники…

Разнообразные блюда и напитки на столе оказались столь вкусны, а некоторые просто изысканы, что хотелось попробовать всё. Но, даже обычно невоздержанный в застолье, Илья усомнился, можно ли путешественникам не ограничивать себя, после десяти дней воздержания? Ма весело рассмеялась и заявила, что сегодня можно всё от чего радуется душа.

— Даже выпить с тобой на брудершафт? — не унимался Изя.

— Ты хочешь выпить на брудершафт и поцеловаться с Мымрой, Илюша? — удивилась Хранительница и снова засмеялась звонким колокольчиком. Андрей с Эммой переглянулись и тоже засмеялись, а Илья со вздохом потупился и ответил:

— Да, хочу…

— Тогда непременно сделаем это… на десерт! — произнесла Ма, и нельзя было понять — шутит она или говорит правду.

Застолье то разгоралось новым весельем, то ловило серьёзную нотку, но продолжалось непринуждённо и с удовольствием. У Андрея, как и у его друзей, оказалось множество вопросов к Хранительнице, на некоторые она ответила… Впоследствии он часто вспоминал её ответы, а ещё вопросы, которые ей никто, к сожалению, не задал… И всё-таки Ма сказало многое, а он запомнил. «Знаю, какой мучительный выбор часто встаёт перед тобой, — говорила она Андрею, — Уверена и в том, что ты понимаешь — образ жизни даже лучших людей тёмного Княжества я не могу одобрить, как и великое множество поступков людей других миров. Однако, кому будет нужен свет, если не будет жизни?.. Я — не истина в последней инстанции, но запомните: цель не оправдывает средства, даже если эта цель — свет! Путь к свету может быть разным и… Каждый, если очень захочет, найдёт свой, но не за счёт других…»

Всё было прекрасно в тот день, кроме… отсутствия табака. Если у Андрея и оставались сигареты, то они погибли на подступах к Золотому Дворцу… В конце застолья Ма на самом деле выпила с Ильёй брудершафт и поцеловалась, после чего «Архивариус» выглядел немного пришибленным и очень счастливым. А Хранительница проделала то же действие и с Андреем, и с Эммой, тогда и они поняли реакцию Ильи… Никому не хотелось расходиться, и они просидели почти до полуночи, когда Ма проводила порядком захмелевшего Илью до его постели, поцеловала его в лоб, после чего он моментально уснул. А Хранительница довела Андрея с Эммой до порога выделенной им на втором этаже Дворца спальни и проговорила: «Андрюша, я очень рада, что ты жив, почти поправился и можешь позволить себе любить свою прекрасную женщину во всех смыслах слова! А ты, доченька, непременно воспользуйся этим! Впрочем, вы всё это знаете сами, дорогие мои детки!»

Та ночь запомнилась им навсегда не потому, что их близость была удивительно сладкой и желанной. Такое случалось и до, и после… Не потому они помнили её, что любили друг друга горячо и нежно. Это, к счастью, не являлось для них исключением из правил… Но было этой ночью что-то особенное, неуловимое, возможное только здесь, в Золотом Дворце. И когда любящая пара одновременно достигла мига наивысшего блаженства, Андрей почувствовал, что не только испускает семя своё, соединяющееся с соком Эммы, но энергия их любящих душ, объединившись, рождает новую единую и прекрасную сущность, отпуская её в большую, наполненную светом и теплом жизнь…

Незадолго до полудня двенадцатого дня путешествия в Золотой Дворец все четверо собрались в зале с бассейном у золотого трона. Великолепная Ма в тунике, с золотым обручем в волосах, расположилась на троне и произнесла:

— Дорогие мои детки! Вы сделали такое важное и прекрасное дело, что я не в силах выразить это словами. Моё заточение в Золотом Дворце длилось целую вечность, пусть и служило необходимой платой… Сегодня всё изменится!.. И знайте, что свершение ваше — праздник не для меня только, но для многих и многих… Со временем понимание происходящего сейчас придёт к вам во всей широте и глубине своей, если только вы сами захотите этого. Каждый из вас заслуживает награды…

— Не надо, Ма! — воспользовавшись паузой, проговорил Илья, сидящий, вместе со своими друзьями на ступенях у подножья трона, — Нам и так хорошо…

— Надо, Илюша! Просто потому, что эти награды — будущее, — продолжила она, — Ваше будущее, будущее ваших близких и далёких… Для тебя, Илюшенька, сынок мой, моя награда — новые знания и невероятные возможности в изучении и понимании того, без чего ты не представляешь жизнь. Я говорю о Храме Культуры…

— Ох, Ма! Как ты узнала?.. Да, что это я? Спасибо, Ма!

— Не благодари меня… Благодари друзей, которые помогли тебе заслужить право на такую награду! Только обязательно помни, что Храм Культуры пуст и бесполезен без жизни, без Храма Любви… Помни это, и если любящие тебя близкие позовут на помощь…

— Я понял, Ма, — потирая кулаком глаза, горячо прошептал Илья и поцеловал ступню Хранительницы.

— Эмма, доченька! Твоя награда уже при тебе… остальное ты, если и не знаешь, то почувствуешь… Впереди у тебя большая жизнь…

— Спасибо, Ма! Спасибо, что вернули его… мне… — из глаз женщины потекли слёзы, — В какой-то момент я подумала, что…

— Не плачь, доченька моя! Всё будет хорошо, я знаю, поверь и ты мне! — улыбнулась Хранительница и обратилась к Андрею, — Андрюша, сынок! Не я наградила тебя большим, но тяжёлым даром! Не удивляйся… Способность чувствовать то, что не способны ощутить другие, жила в тебе с рождения и дарована свыше. Я лишь открыла тебе глаза на твой дар… Знаю, что ты справишься с ним, используешь для доброго, для светлого… Поверь, я не могла представить, что в тёмном и холодном мире можно делиться теплом и любовью так, как способен делать ты! Это — главный твой дар и пользуйся им, что есть сил, не отказывай верующим и страждущим… Я горжусь тобой, сыночек!

— Спасибо, Ма! — с хрипотцой произнёс Андрей, и они с Эммой одновременно поцеловали ступни Хранительницы.

— Верьте, детки мои, я с вами, я думаю о вас и помогу всем тем, что в моих силах! — вздохнув проговорила Ма и приступила к действию: — А теперь, любимые мои, наступило время приложить свои медальоны к отверстиям в основании трона… Андрюша, возьми Эмму за руку! Илюша, пожалуйста, одновременно с друзьями! С Богом!

В памяти Андрея осталась только ослепительная вспышка света и сильнейшая вибрация здания Золотого Дворца… В то, что золотой трон Ма поднимается, а навстречу ему открывается Солнце на голубом небе, поверить было очень трудно, почти невозможно. Куда легче предположить, что это приснилось или привиделось троим путешественникам…

Глава 29

Возвращение

«А на кресте не спекается кровь,

И гвозди так и не смогли заржаветь,

И как эпилог, всё та же любовь,

А как пролог, всё та же смерть.»

К.Е. Панфилов (Кинчев)

— Андрюша, где мы? Что происходит? — услышал Андрей голос Эммы, когда открыл глаза. Он лежал в уютной, немного тесноватой постели, обнимая любимую женщину. В тщательно закрытое плотными шторами окно пробивался яркий свет.

— Сейчас посмотрим, — ответил мужчина, наощупь целуя Эмму, потягиваясь и вставая на паркетный пол.

Подойдя к окну, Андрей чуть развёл в стороны шторы, охнул и прикрыл ладонью ослеплённые глаза. Немного придя в себя, он повторил попытку, заставил себя посмотреть в заоконное пространство, потом обвёл глазами комнату и глубоко вздохнул:

— Это солнце, Эммочка! И мы с тобой в моей старой квартире!

— Что?! Как это? — вскрикнула женщина с испугом, — Не смотри на меня, ты меня не узнаёшь!

— Что за фантазии, девочка моя! — засмеялся мужчина, подходя к постели, хватая женщину в охапку вместе с одеялом и глядя ей прямо в глаза, — Ты — моя любимая Эмма! Вот твои глазки, бровки, вот родинка у левой брови появилась, раньше не было…

— Вот видишь! — взвилась женщина, — Я теперь страшненькая и не похожая на твою… секретаршу!

— Что за чепуха! — воскликнул Андрей, насильно сдирая с Эммы одеяло и целуя её тело, — Вот они, мои любимые сисечки и тоже с родинками, от которых они только краше! Вот животик, вот попка и ножки белые, стройные, вот и то, что между ними! Господи, да у тебя родинки повсюду разбросаны! Весь сыр-бор из-за них?!

— Да! — ахнула женщина, уже не отбиваясь от ласковых рук и губ Андрея, — Они тебе правда нравятся?

— Очень!

— Честно?! И ты узнаёшь меня такую?

— Я узнал бы тебя любую, девочка моя! — серьёзно ответил мужчина, — А такую… Да ты и не изменилась совсем, детка!

— Ох, как я испугалась, мой Господин! — неожиданно вернулась к прежнему обращению Эмма, — И Вы… ты будешь меня любить?

— Ещё как! И прямо сейчас! — засмеялся Андрей, — Только сигареты найду… Не курил целую вечность!

Осмотр квартиры занял у Андрея несколько больше времени, чем предполагалось. Загашник с сигаретами «Ява» он нашёл, а вот следов жизнедеятельности Хароныча или кого-либо другого нет. Если возвращение в свой прежний мир мужчина воспринял относительно спокойно, ибо предполагал в своих размышлениях такое развитие событий, то о девственной пустоте своего холодильника даже не задумывался, что и поведал появившейся на кухне Эмме. Вид озиравшейся по сторонам, испуганной женщины вызвал у него приступ хохота, причину которого Андрей немедленно озвучил:

— Не обижайся, моя хорошая! Я не над тобой смеюсь, а над своим положением… Господин Советник Вершителей вернулся в нулевой мир в тунике на голое тело и без средств к существованию! Его встречала старая квартира без запасов пищи, но залитая полуденным солнцем!

— Что же мы будем делать, мой Господин?

— Сейчас придумаем, — ответил мужчина, которого подобное обращение побудило собрать мысли в кучу и действовать решительно. Андрей уставился на старенький телефонный аппарат. Телефон работал, номер мобильника Хароныча мужчина помнил наизусть. Абонент, к счастью, ответил на вызов сразу и, Андрей не задумываясь выпалил в трубку: — Алло, Вадим Аронович? Вас приветствует группа неистребимых романтиков, болельщиков московского «Динамо»!

— Простите? — ответила трубка голосом Хароныча.

— Капитан госбезопасности Иванов-заде беспокоит, говорю! — не на шутку разошёлся Андрей, — Дело государственной важности!

— Извините, я не понимаю!

— Да, что здесь понимать, Вадим Аронович? — не выдержал шутник, — Я просыпаюсь с девушкой в своей квартире… Жильца нет, еды нет, выпить нечего, денег ни копейки, даже курева нормального купить не на что! Стало быть, бросили Вы меня на произвол судьбы?

— А… Андрей? Андрюша! — взревела трубка, — Я уже выезжаю! Заеду в магазин и… мигом к тебе!..

— Ну, вот… Кажется, жизнь налаживается, — с усмешкой произнёс мужчина, возвращая телефонную трубку на рычаги аппарата, закуривая и морщась от забытого вкуса залежавшейся в ожидании «Явы», — У нас целый час времени, что будем делать, красотка моя?..

Когда во входной двери квартиры послышался звук поворачиваемого ключа, Андрей уже стоял в прихожей, а из-за его плеча выглядывала Эмма. Пара красовалась белыми туниками с золотым шитьём на голое тело. Вадим Аронович зашёл в квартиру с четырьмя большими пластиковыми пакетами в руках, поставил их на пол и посмотрел на Андрея и его подругу со странным выражением в глазах. На вид он ничуть не изменился, но вот глаза раньше никогда не бегали… Похоже, старец не знал, как себя вести.

— Андрей! Когда это ты познакомился с такой красавицей? Вчера ведь допоздна с тобой сидели… — бросил пробный шар Вадим Аронович, состроив сливочную физиономию.

— Вчера?! — вылупился на него мужчина, переваривая услышанное… Впрочем, долго ждать достойного ответа не пришлось. Крепко схватив руку Эммы у себя за спиной, он кивнул: — Ну, да… Хорошо мы с тобой посидели, Ароныч… А ночью, прикинь, девушка пришла… Квартирой ошиблась и… прямо ко мне! Я, естественно, как гостеприимный хозяин раскрыл ей свои… запасы… В общем, мы с ней до утра… это… плюшками баловались… И до того добаловались, что в холодильнике твой любимый мышонок Гуманоид сделал себе харакири. Пойдём, покажу!

— Андрей, что ты несёшь? — удивлённо проговорил старец, заходя на кухню и начиная доставать из пакетов продукты, — Тебе приснилось?

— Ага, — весело кивнул он, — А теперь тебе, мой дорогой, снится, как мы с Эммой в туниках на голое тело прибыли сюда прямиком из Золотого Дворца…

— Что?! — Вадим Аронович упал на табуретку и схватился за сердце, — Вы были там и… всё помните?!

— Были и помним, — с металлом в голосе произнёс Андрей, присаживаясь на соседнюю табуретку, усаживая себе на колени смущающуюся своей выпирающей из туники груди женщину, и прищурившись, глянул на собеседника, — А что, не должны были?

— Не представляю, что вы там такое натворили, если всё так обернулось?

— Девочка моя, давай разберём продукты! — обратился мужчина к Эмме, — А то дедушка из деревни вернулся, никак не отдышится с дороги… Даже обнять внучка сил не осталось!

Под пристальным, удивлённым взглядом старца пара поднялась с табурета и принялась осматривать пакеты и раскладывать их содержимое по местам. Надо сказать, что Аронович неплохо забежал в магазин: помимо изобилия провизии в пакетах нашлась новая мужская одежда и женский домашний халатик, беленький с крупными лилиями… После переодевания, Андрей вышел на кухню в синих джинсах и футболке, а Эмма в его новых шортах и рубашке, которая оказалась мужчине откровенно мала.

— Похоже, ты забыл, как я выгляжу, Хароныч, — улыбнулся Андрей, — Рубашка только моей девушке впору, да и футболка впритык…

— А ты изменился, Андрюша! — покивал старец и, вдруг, сорвался с места и заключил «внучка» в крепкие и радушные объятья. Через минуту Ароныч со вздохом оторвался от него и принялся накрывать на стол, — Как ты меня назвал-то? Хароныч? Хорошо назвал, внушает… Извини старика, если что не так. Сейчас перекусим, до завтрашнего вечера вам двоим продуктов хватит… А завтра я привезу Вам документы и… всё необходимое…

Не прошло и получаса, как они уже сидели за кухонным столом и обедали. Эмма жалась к Андрею и смотрела на старца с недоверием, а тот, казалось, никак не мог осознать, что видит перед собой своего посланника в мир иной…

— Что ты смотришь на меня, как на приведение? — колюче взглянул на Ароновича Андрей и разлил по рюмкам коньяк, — Выпьем за встречу или ты бросил пить?

— Выпьем, конечно… — старец поднял наполненную рюмку, — Почему бросил? Зачем разбрасываться приятными, а иногда и полезными привычками?

— Да мало ли… — ответил мужчина, выпивая и закусывая сыром, вкус которого показался ему непривычным, — Мало ли, что может произойти за пятнадцать месяцев?

— Ты не понял, Андрюша… Всё пошло не так, но… похоже, тебе удалось… Только я не об этом! Пятнадцать месяцев прошло по ТВОЕМУ времени…

— А по твоему тридцать? — усмехнулся Андрей, — Год за два?

— Пожалуйста, выслушай меня серьёзно! Там, где ты находился, время течёт иначе, медленнее… Значительно медленнее… Пока ты отсутствовал, здесь прошли… двадцать четыре года.

Андрей выронил вилку из рук, недоверчиво уставился на старца, затем вскочил на ноги и подлетел к окну… Слева шелестели листьями слишком большие деревья только пару лет назад разбитого здесь парка; деревья же, посаженные десять лет назад у дома Андрея подступали вершинами к его седьмому этажу; а, напротив, через улицу, на месте стандартных пятиэтажек вырос огромный дом, непривычной архитектуры… Мужчина схватился за голову, поднял глаза на маленький, висевший на кронштейне в углу телевизор, включил его и автоматически схватился за сигареты…

— Но Вы же почти не изменились, Вадим Аронович! — переходя на официальное «Вы» и по-прежнему не желая мириться с неизбежным, воскликнул Андрей.

— Я - не показатель, — вздохнул старец.

— То есть, Вы хотите сказать, что моей дочери сейчас тридцать четыре года?!

— Да, Андрюша… Твоя дочь замужем вторым браком, жена выходит на пенсию, а тёща совсем старенькая стала… Всё это время им оказывалась серьёзная материальная и прочая помощь. Сначала, как семье гражданина отправленного за границу по особо важному заданию, а потом… погибшего в горячей точке.

— Что?! Ты с ума сошёл!

— Андрей, когда у тебя кончилась «гостевая виза», и ты не вернулся, я не знал, что мне делать! У тебя там прошло полгода, здесь десять лет… События развивались скверно, и не осталось никакой уверенности в том, что ты вообще вернёшься!

— И ты, Хароныч, заранее предполагал, что моя лёгкая и непринуждённая командировка продлится минимум десять лет? Вероятно, и моя кандидатура была утверждена заранее, и наше с тобой знакомство неслучайно?

— Да, Андрюша… — уныло кивнул старец, — Прости старика, если можешь!

— Уже простил… — после паузы вздохнул Андрей и обнял Эмму, которая тут же склонила голову ему на плечо, — Но поведай нам, хотя бы, что и почему пошло не так, как предполагалось? Ты же присылал мне сообщения, хотя и не часто?..

Всё оказалось не так, как виделось Андрею… Прямой связи между ним и Харонычем не существовало вовсе. Механизм передачи информации между мирами оставался мужчине не понятен. Ясно оказалось только то, что старец имел возможность изредка связываться с «резидентом» во Дворце Княгини Виктором, который и посылал Андрею сообщения от его имени… Вообще, Виктор должен был стать определяющим лицом в судьбе прибывшего к нему Гостя, так же, как и в судьбе Ильи, но всё пошло не по плану с первым и основным визитёром — с Дмитрием в «Петербургском Княжестве». Он считался сверхнадёжным ведущим их тройки, специально и тщательно подготовленным к выполнению сверхзадачи. Что, вдруг, в корне переменило его характер и намерения оставалось неизвестным…

— Хароныч, постой! — прервал рассказ старца Андрей, — С Изей я был знаком лично ранее. Значит, и Дмитрия я знал по прежней жизни?

— Знал… Но не по прежней, а по здешней: ты учился с ним в одном институте, вы были приятелями некоторое время… — ответил Вадим Аронович и назвал прежнее имя Дмитрия.

— Не может быть! — искренне изумился мужчина, — Ничего себе — супер-герой, даже забавно… Впрочем, специальная подготовка… Но почему он оказался в Ультра-Питере?

— Как ты изящно назвал это место!

— Не я, а Изя ввёл такую терминологию — Ультра-Москва, Ультра-Петербург…

— Очень точно и красиво придумал твой друг! Кстати, он тоже знаком с Дмитрием по работе в Петербурге… Только Илья, которого ты упорно называешь Изей, позднее переехал оттуда в Москву, а Дмитрий, как оказался в Питере через несколько лет после института, так и остался там до того момента, как был призван…

Ближе к ночи, Хароныч засобирался домой, в купленную четырнадцать лет назад роскошную квартиру в доме сталинской постройки на Университетском проспекте. Предлагал он и Андрею с Эммой перебраться туда, но они решили побыть вдвоём в старой квартире Андрея, по крайней мере, до завтра.

— Что у тебя с рукой? — поинтересовался старец, обнимая Андрея на прощание и разглядывая видимый из-под рукава футболки затянувшийся шрам внушительного размера. Тогда тот стянул с себя футболку и продемонстрировал свой торс полностью.

— Последствия прорыва в Золотой Дворец, — ответила за мужчину Эмма и вздохнула, нежно поглаживая его спину и плечи, испещрённые шрамами и отметинами от ожогов и рваных ран, — Теперь, наверное, так и останется…

— До сих пор поверить не могу, что ты… Что вы сделали это! — крякнул Хароныч, — Но оставим этот разговор до завтра…

Ночь и большую часть следующего дня Андрей старался не задумываться о произошедшем и происходящем сейчас в его жизни, просто опасаясь сойти с ума… Они с Эммой разговаривали о том, что касалось только их двоих, ели, выпивали понемногу и, конечно, занимались любовью… В этом, возвращённом им мире физическая близость происходила и чувствовалась несколько иначе: и мужчина, и женщина не пребывали в состоянии постоянной боевой готовности, не ощущали ежечасной потребности в сексе; Господин Советник Вершителей стал менее горяч и безрассуден… Но Андрею и Эмме было так хорошо вдвоём в тишине старой квартиры, что на такие мелочи они просто не обращали внимания…

К вечеру следующего дня снова появился старец, настроение которого стало теперь деятельно-восторженным. Он привёз такую одежду для Эммы, что привёл женщину в полный восторг. Всё оказалось ей к лицу и впору, как и стильный костюм Андрею. Как и обещал, подготовил Хароныч и документы для пары: паспорта, водительские удостоверения, кредитки и прочие необходимые для жизни в этом мире бумажки и карточки. В документах женщины значилось имя — Андреева Эмма Вадимовна.

— Удочерил, значит? — засмеялся Андрей, — А как узнал, что моя красавица Андреева?

— Догадался, — скромно ответил старец, с умилением наблюдая, с каким восторгом женщина обнаружила в своём паспорте штамп о заключении брака со своим возлюбленным.

— Ты ещё и документы подделываешь, Хароныч? — хмыкнул «новоиспечённый муж» Эммы.

— Обижаешь! Всё натурально и официально, только за сверхбыстрые сроки пришлось доплатить…

Этим вечером старец впервые после возвращения вывел их из дома, посадил в новую «Skoda Yeti», немного покатал по Москве и привёз в небольшой, но очень уютный и дорогой, судя по всему, ресторанчик.

— По какому поводу шикуем? — спросил Андрей, закусывая водку прекрасно приготовленными крабами.

— Видишь ли, до меня таки дошла официальная, скажем так, информация о ваших… похождениях и… Я до сих пор не могу прийти в себя! — ответил Хароныч, добровольно взявший на себя обязанности шофёра, а потому сегодня не пьющий, — Это событие можно праздновать неделями, да что там… месяцами! И сегодняшнее застолье — только начало!

— У нас с Эммой другие планы, — проговорил виновник торжества, подливая своей официальной жене какое-то очень старое вино с тончайшим вкусовым букетом.

— Я слушаю и готов сделать для вас всё, что в моих силах! — горячо воскликнул старец и уставился на мужчину с гордостью, — Знаю, что должен, а теперь и многим обязан тебе, Андрюша! А мои возможности, как ты понимаешь, весьма велики…

— Понимаю… Но многого нам не надо, — спокойно произнёс Андрей, — Просто отправь нас с Эммой домой.

— Что? — опешил Хароныч, глядя то на Андрея, то на кивающую в знак согласия Эмму, — Куда это домой?

— Да, именно туда… Ты правильно подумал.

— Но зачем? Здесь у вас будет всё, что пожелаете: новая просторная квартира в любом районе, шикарный загородный дом, увлекательные поездки по всему миру… Думаешь, тебе станет скучно? Но ты можешь, например, написать книгу о своих приключениях. Разумеется, вряд ли кто поверит в её правдивость, но она разойдётся миллионными тиражами, вот увидишь!

— У нас… там… есть дела поважнее, дорогой благодетель! — улыбнулся Андрей.

— Постой-постой, Андрюша… Я понимаю, что там у тебя имеются большие возможности и появились… большие желания… Но и здесь ты можешь осуществлять их, поверь мне! Да простит меня прекрасная Эмма, ставшая в одночасье твоей женой, и женщины у нас здесь не хуже. Если дело в них, и брачные узы тебя не тяготят…

— Прекратите говорить пошлости, Вадим Аронович, — начал закипать Андрей.

— Извини, если что не так, — махнул рукой Хароныч и переключился на женщину, — В тёмном мире, уважаемая Эмма, Вам приходилось делить своего мужчину с другими дамами по определению! Здесь же Вы стали его единственной женой, неужели это не стоит того, чтобы остаться?

— Единственной? — с улыбкой мадонны взглянула на него женщина, — Это только звучит внушительно, как «вечность», как «навсегда»… Андрей отдаёт мне столько тепла, нежности и любви, сколько может и хочет, также как и я ему… Это совершенно не зависит от других, даже самых близких. Это зависит только от него и меня… Да, времени порой не хватает. И здесь, уверена, у любого человека есть стремления, желания, интересы, помимо любимой жены… Мы спешим домой, потому что там нас ждут близкие, прекрасные люди, без которых наше счастье немыслимо! А ещё там есть наше общее дело, которое мы считаем важным и необходимым до такой степени, что без него теряется смысл жизни… Отправьте нас домой, Вадим Аронович!

— Лучше и не скажешь, — с восторженной улыбкой посмотрел на Эмму Андрей, — Нам пора возвращаться.

— Но это… невозможно! — даже обиделся старец.

— Возможно, Хароныч! Возможно, дорогой Вершитель моей судьбы! — продолжал улыбаться мужчина, — Если Ма сказала, что я вернусь ТУДА, значит так и будет!

— Кто сказал? Ух… Я понял! — подскочил на мягком стуле вечно молодой старик, — Ты и вправду говорил с ней и держал её за руку?

— Правда.

— И даже целовал её в губы! — с улыбкой добавила Эмма.

— Простите меня, Господин Андрей и Вы, Госпожа! Но это выше моего понимания… — глаза Хароныча, неожиданно перешедшего с ними на «Вы», норовили выскочить из орбит, — Вы хоть понимаете, с кем были рядом?!

— Теперь уже да, — не переставая глядеть на старца с добродушной улыбкой, ответил мужчина, — Только вернись на «ты», а то мне неудобно…

— Она… Да нет, именно вы помогли ей освободиться из заточения!

— Ей пришлось выйти нам навстречу…

— Это всё из-за Дмитрия и его предательства! — вскричал старец, — Но вы трое уберегли её и помогли ей обрести свободу! Как тебе удалось такое, Андрюша, не укладывается в моей голове… Я сделаю для тебя…

— Умоляю тебя, Хароныч, убавь пафос! Дело, к счастью, сделано… Но у нас там остались те, кем мы с Эммой очень дорожим… Верни нас домой!

— Хорошо, я постараюсь… Ближайший портал через месяц, максимум полтора…

— Месяц? Ты не понимаешь: нас ждут дела, а главное — нас ждут и волнуются за нас люди!

— Я понимаю… Но ты забыл о разнице во времени, Андрюша! Месяц здесь — это полутора суток там…

— Что же, двое суток мы согласимся подождать. Правда, Эмма? — Андрей посмотрел на свою женщину, они улыбнулись друг другу и поцеловались…

Вернув после ресторана парочку к дому, Хароныч, к их удивлению, закрыл автомобиль и вручил ключи с документами Андрею. Оказалось, что машина приобретена сегодня специально для них. Впрочем, наибольшее впечатление на Андрея и Эмму произвёл ни этот факт, а слова старца на прощание:

— Там многое изменилось благодаря вам, друзья мои, и благодаря её освобождению, конечно!

— Что ты имеешь в виду, Хароныч? — заинтересовался и встревожился мужчина.

— Я не знаю, как выразить это словами… Многое изменилось, сами увидите… Там стало светлее!

— Ах, как хорошо! — выдохнула Эмма.

— Тем более, нам надо торопиться! — в тон ей произнёс Андрей.

— Что же ты ещё хочешь сделать там, дорогой мой Андрюша? — взял его за руку старец.

— Этого тоже не расскажешь так просто, — задумчиво проговорил мужчина, — Но если сейчас в тёмном Княжестве стало светлее, то мы попробуем сделать тот мир хотя бы немного добрее… а когда-нибудь… Я хочу зажечь там Солнце!..

Ожидание всегда тягостно, особенно, когда тянет домой. «Молодожёны» быстро нашли себе занятие. Набросав план перспектив там, у себя дома, в тёмном Княжестве, они оба засели за учебную литературу. Большие дела требуют знаний, а их не хватало. Благодаря возможностям всемирной сети, Андрею и Эмме удавалось ускоренно восстанавливать подзабытое, и знакомиться с новым. Не отказывали они себе и в разнообразной культурной программе, два-три раза в неделю выбираясь в кино, на концерт, в театр или музей… Да и в обновлённой обстановке своей квартиры Андрей с радостью, изменившимся за последние месяцы жизни взглядом, просматривал с Эммой старые и новые, но по большей мере уже постаревшие фильме, о появлении которых он узнавал только сейчас. Приобретённый ими музыкальный центр позволял смотреть кино с изумительным звуком, а ещё слушать замечательную музыку — разную и прекрасную… Когда в минуты отдыха Андрей находил очередную композицию, заставлявшую его обращаться в слух и трепетать, он звал в комнату Эмму, чтобы поделиться своей радостью…

«Maybe I, maybe you

Are just soldiers of love

Born to carry the flame

Bringin' light to the dark…»[27]

— пел из динамиков Клаус Майне, вызывая сердечный отклик у слушателей…

Засидевшись дома, они с радостью выходили на прогулки или катались по Москве на своём автомобиле. Эмма боялась скоплений машин на дорогах, как и непривычных ей толп огромного количества людей, и за рулём почти всегда находился Андрей. Частенько они выбирались в город по ночам, когда людские и автомобильные потоки ослабевали. Неторопливо проезжали по знакомым им обоим по Ультра-Москве местам… За двадцать с лишним лет Москва изменилась, даже исторические районы, в одном из которых находился сильно обновлённый ныне прообраз их гостиницы с Золотым номером. Только здесь он предстал перед ними замечательным театром…

Сегодня, почти через месяц после возвращения, «Yeti» нёс их в Измайлово, где в ином мире существовала студия «Альфа» и остров с чудесным бассейном и загадочным подземельем. Объехав почти пустые в это время суток улочки района, подивившись тому, как мало общего осталось у одного и того же места в двух похожих, но таких разных городах, они отправились к здешнему острову. За четверть века отсутствия Андрея, многое изменилось: величественный Храм и другие постройки отреставрировали, а некоторые восстановили из небытия. Ландшафт стал облагороженным и ухоженным, но потерял милую прелесть детства и юности Андрея…

Довольные пешей прогулкой по острову мужчина и женщина вернулись в автомобиль, одиноко дожидавшийся их на стояночной площадке, и двинулись в обратный путь. Но стоило им проехать сотню метров, как свет включенных фар разгоняющейся машины попал на молодую девушку, беспечно переходящую через дорогу. Андрею пришлось экстренно тормозить, чтобы не задеть её бампером. Опустив стекло водительской двери, он уже собрался посоветовать девушке ходить осторожнее, как вдруг она, словно выйдя из оцепенения, набросилась на проезжавших с упрёками, не стесняясь в выражениях:

— Ездят здесь всякие! Пройти спокойно невозможно! Протри глаза, водила! — громко вскрикивала она, подходя вплотную к автомобилю. И тут её лицо попало в полосу света уличного фонаря.

— Катрина?! — уже не слыша и не видя ничего, кроме этого лица, вскричал Андрей.

— Какая я тебе Катрина, старый дурак! Что ещё за фантазии… Катя я, Катька, понял! — всё так же громко кричала она и продолжала поливать бранью застывшего статуей за рулём автомобиля мужчину… Эта, вовсе ни немая, сцена продолжалась до тех пор, пока ожившая первой пассажирка машины, не дёрнула водителя за рукав рубашки и не произнесла неожиданно громким, ломающимся голосом:

— Не надо… Поедемте, Господин Андрей!

— Да, Эмма, — автоматически ответил он и тихонько нажал на педаль акселератора.

Автомобиль ехал очень медленно, а мужчина за рулём смотрел не вперёд, а в зеркало заднего вида, где кричавшая девушка внезапно смолкла и замерла с распростёртыми в жестикуляциях руками и, простояв так несколько секунд, бросилась за машиной бегом. В полной прострации, Андрей остановил автомобиль и вышел наружу, а вслед за ним это сделала Эмма. Боясь совершить лишнее движение, они вдвоём стояли рядом с открытой водительской дверью и ждали, когда девушка добежит до них, не спуская с неё глаз…

— Господин Андрей?! Эмма?! — отчаянно крикнула запыхавшаяся Катя, глядя на них круглыми, непонимающими глазами. Новоявленная жена Андрея, содрогаясь от подступающих рыданий, открыла ей свои объятья и крепко прижала к себе девушку, продолжавшую произносить слова, смысл которых был неясен ей самой: — Эмма? Сестрёнка? Но откуда… откуда… откуда?!

Мужчина не выдержал. Он пересёк асфальт дороги, уселся на бордюрный камень, посмотрел на обнимающихся женщин и зарыдал, содрогаясь всем телом… Катя смотрела на него, не понимая происходящего, а Эмма, не разжимая объятий, гладила её по рыжим волосам и беззвучно плакала… Это не могло продолжаться бесконечно и, Андрей, утерев солёные слёзы, достал трясущимися непослушными руками сигарету, выкурил её в несколько затяжек, а потом усадил женщин на заднее сиденье и погнал машину по опустевшему ночному городу…

Забежав на кухню своей старой квартиры, мужчина схватил бутылку коньяка, первую попавшуюся под руку закуску и ринулся в большую комнату, длительное время служившую жильём Вадиму Ароновичу, а нынче переделанную в гостиную. Там Андрей достал из серванта рюмки, налил себе полную, выпил её залпом и только потом снова наполнил уже три рюмки, упал в кресло и закурил, глядя, на по-прежнему не отходящих друг от друга ни на шаг женщин.

— Катя? — хрипло произнёс он, наконец.

— Да, — ответила ему девушка, несмело улыбаясь, — Это я — Катя, Катрина Ваша… Только я совершенно ничего не понимаю… В больнице мне говорили, что такая амнезия случается от сильного стресса… Позже выдали паспорт на имя Андреевой Екатерины Вадимовны…

— Как?! — в унисон ахнули Эмма и Андрей.

— По документам я — Андреева Екатерина Вадимовна… Что-то не так? — испугалась девушка.

— Всё хорошо, Катюша, не волнуйся, — мягко произнёс мужчина, сам не в силах сдержать волнение, — Что ты помнишь ещё?

— Ничего толком я не помнила из своей прошлой жизни… А теперь появились Вы с Эммой, но я всё равно ничего не могу вспомнить, кроме того, что Эмма — моя любимая сестрёнка, хотя мы совсем не похожи… А Вы… Вы — мой… Господин! Вы — мой любимый Господин! Да?!

— Да, — выдохнул Андрей, подскакивая с кресла, и сейчас же Катрина бросилась к нему на шею, а мужчина кружил её по комнате на руках, покрывая поцелуями родное личико под невероятно счастливыми взглядами Эммы…

Некоторое время они сидели за столом, выпив по рюмке за встречу. Эмоции переполняли их, но разговор не клеился, поскольку Катя по-прежнему знала только кто они, но не понимала, почему это так. Тогда Андрей снова взял девушку на руки, усадил её на кресло, встал перед ней на колени и приложил кончики своих пальцев к её вискам… Через минуту облегчённо улыбнувшись, словно с души его свалился огромный базальтовый валун, он взял её руки в свои, и крепко прижал их к собственным вискам… Эмма тревожно наблюдала, как меняется выражение лица Катрины, как проявляются на нём попеременно страдание и радость, переживания и удовлетворение, отчаяние и восторг, все эмоции и чувства её долгой жизни. Наконец, Андрей и Катя отпрянули друг от друга… Обессиленный мужчина распластался на полу, а Катрина через несколько мгновений сползла к нему с кресла…

«Андрюша, родной мой!» — прошептала она и, обняв, прижалась к нему всем телом. Ещё через минуту Эмма оказалась рядом с ними, уложив головы самых родных ей людей на свои колени… Приходя в себя, мужчина поднял благодарный взгляд на Эмму, а затем перевел его на лежащую рядом с ним на полу рыженькую девушку. Встретившись с ней глазами, Андрей прочитал в них то, чего с такой мучительной жаждой желал с момента их последнего прощального поцелуя в коттедже Вершителя — перед ним была настоящая Катрина, его Катя, живая!

Все серьёзные разговоры были отложены назавтра, но ложиться спать двум женщинам и одному мужчине в старой квартире не хотелось. Уже под утро, немного опьяневший, совершенно расслабившийся и довольный жизнью Андрей сидел, развалившись, на диване в гостиной, освещённой только неярким красноватым светом торшера, с давно налитым бокалом коньяка в руке, слыша, как в соседней комнате щебечут и весело смеются его девочки… Спустя некоторое время голоса стихли, и мужчина подумал, что пора и ему идти в спальню и отдохнуть, как в полуоткрытую дверь гостиной кто-то поскрёбся.

— Да? — негромко и удивлённо произнёс он.

— Господин Андрей? — раздался тихий женский голос, — Позвольте мне зайти к Вам… познакомиться…

— Ну, заходи, коли пришла, — хрипло ответил он, выглядывая в полумраке гостиной рыжеволосую бестию и понимая, что однажды участвовал в похожей сцене и даже чувствовал похожее стремительное возбуждение, только сейчас сердце мужчины билось куда громче и чаще, — Возьми рюмку на столе и… познакомимся!

— Меня зовут Катрина, Господин! — медленно подходила к нему девушка, лицо которой в рассеянном свете торшера выглядело юным, но таинственным.

— Катька, что ли? — вспомнил когда-то произнесённые слова Андрей.

— Ах, Господин… Катрина мне нравится гораздо больше! Наверное, я Вам просто не нравлюсь… Ни капельки?

— Хм… Давай-ка выпьем по глоточку и ты…

— Разденусь? — прошептала девушка, звякнув рюмочкой о бокал мужчины и делая маленький глоточек.

— Разденешься, — кивнул мужчина, чувствуя невероятную энергию, соединяющую их всё крепче, и дикое желание схватить рыжую красотку в охапку.

— Мне очень стыдно, Господин! — произнесла тонким голоском Катрина, возвращая рюмку на стол и снимая через голову тонкий красный пуловер, под которым, разумеется, не оказалось лифчика, — Но я буду самой послушной девочкой…

Андрей усадил девушку рядом с собой на диван и, даже не удивляясь трепету своих рук, дотронулся до знакомой ему, как собственные пальцы, атласной кожи, а потом, отводя руку Кати в сторону, трогая её небольшую, но упругую и такую чувствительную к его ласкам грудь… Дальше последовал взрыв, который случался у них и прежде, только во сто крат сильнее и ярче, ибо эта близость ещё несколько часов назад абсолютно невозможная, стала прекрасной реальностью. Они, вспоминая, наслаждались каждой впадинкой и бугорком тел друг друга и не могли насытиться даже тогда, когда бурный фонтан семени Андрея ударил в глубины лона Катрины, прижатой к нему сверху крепкими и ласковыми руками…

— Андрюшенька! — тихо спрашивала Катя, когда он принёс её голенькую на руках в спальню и уложил рядом с Эммой на кровать, поставленную здесь две недели назад, взамен старого дивана, — Как же получилось, что внешне я не изменилась вовсе?

— Не знаю, Катенька моя! — отвечал Андрей, укладываясь рядом, — Возможно, так и должно было случиться… А скорее всего, произошло ещё одно чудо!

— Это ты — моё чудо! Чудо чудесное, правда, сестрёнка?..

Эмма и Андрей проснулись около полудня одновременно, что у них стало ритуалом в последнее время. Катрина ещё спала, и когда проснувшаяся женщина ушла на кухню варить кофе, поднявшийся с постели мужчина без всякой необходимости всего на несколько секунд дотронулся до висков спящей и вздрогнул, поражённый новым открытием…

Вечером к ним в гости по приглашению Андрея прибыл Вадим Аронович. Женщины наводили лоск на праздничный стол в гостиной, а потому Андрей единолично встречал гостя в прихожей и провожал его к столу.

— По какому поводу торжество? — заинтересовался старец.

— Повод велик! — ответил хозяин квартиры, — Воссоединение семьи!

— Какое воссоединение? Какой семьи? — удивлённо спросил Хароныч и в этот момент увидел Катрину, охнул и снова схватился за сердце, — Ох, знал я, что это случится! Знал и боялся… Сейчас я всё объясню, Андрюша…

— Нет необходимости, мы всё уже знаем сами, — улыбнулся Андрей, усаживаясь за стол.

— Как это? — изумился старец, делая то же самое, — Катя же ничего не помнит!

— Уже помню! — звонко рассмеялась Катрина, присаживаясь по правую руку от своего Господина, напротив Эммы, — Можете спрашивать меня о чем угодно!..

— Ты вернул ей память?! — Вадим Аронович был просто поражён ответам девушки на его весьма заковыристые вопросы, — Но как можно это сделать столь быстро?

— Тактильное считывание и передача информации, — строго научно отвечал Андрей, усмехаясь и наливая по первой, — Не сомневайся. Это… дар, который… открыла во мне Ма…

— Открыла? — засомневался старец, качая головой, чокаясь и выпивая за воссоединение семьи, — Такой дар — тяжёлая ноша, Андрей!

— Догадываюсь… Но я справлюсь.

— Откуда такая уверенность, сынок?

— Уверена Ма, уверен и я…

— Вера… Да, с этим не поспоришь… — Хароныч пребывал в задумчивости, пока не выпили по третьей — за него, вольного или невольного соединителя сердец. Тогда он развеселился и, вроде бы в шутку, спросил Андрея, — А без тактильного контакта сможешь?

— Даже не задумывался об этом… Блюстители кое-что могут, а я… сейчас попробую… — серьёзно ответил мужчина и посмотрел на испугавшегося собственного вопроса старца исподлобья, фокусируясь на его переносице. Через пару минут Андрей вздохнул, улыбнулся и произнёс: — Эмма, что у нас на горячее? Наш дорогой гость считает, что пора перейти к основному блюду.

— Но это слишком простой вывод, который можно списать на твою догадливость или простое совпадение! — недоверчиво смотрел на него Вадим Аронович.

— Кроме того, — с дерзкой улыбкой продолжил прозорливый хозяин квартиры, — он подумывает о том, что ему придётся и Кате поставить в паспорте штамп о заключении брака, а мне, стало быть, второй такой штамп, что вроде бы не принято в нашей стране…

— Андрюша, это невероятно! — вскинул руки и заохал Хароныч, а через секунду снова схватился за сердце, — Уморите вы меня, детки… Так и есть, думал я о втором штампе…

— Хорошая мысль, — захихикала Катрина, — Если моя любимая сестра — официальная жена Андрея, то почему бы и мне не быть ею?

— Не ставь защиту, мой добрый друг! Я не полезу туда, куда не просят. Да и вообще, тяжеловато мне это с непривычки… Но спасибо за науку! — с улыбкой посмотрел Андрей на ошарашенного старца, а затем обратился к Кате: — Я тоже так думаю: если есть такая возможность, этот штампик тебе не помешает… И ещё… Впрочем, об этом позже… Сейчас мы будем есть, пить и веселиться!

Застолье продолжалось полным ходом. Задумавшийся было в очередной раз Вадим Аронович благодаря беззлобному подтруниванию Андрея и Катрины пришёл в себя и с удовольствием принял участие в открытом и безоблачном общении… Только перед чаепитием, когда хозяин квартиры расселся на диване и закурил, старец, уютно расположившись в кресле, вернулся к наболевшей теме.

— С твоими талантами и дарованиями, Андрюша, в нашем мире тебе цены не будет! Подумай об этом хорошенько…

— Уже подумал, Хароныч! Хорошо думал, долго, — отвечал Андрей, — И знаешь… То ли я давно не был здесь, то ли сам я стал другим, но… Душно мне в нулевом мире.

— Конечно, ты изменился, сынок! Столько пережил, возмужал… Но посмотри, как у нас светит солнце, какое голубое небо над головой!

— И деревья шелестят зелёными листьями, и птички поют… Мне очень не хватает этого… в темном Княжестве, — с улыбкой подхватил хозяин квартиры, но, неожиданно, лицо его стало суровым, — Да, там мы живём во тьме, но тянемся к свету… Вы же здесь все под солнцем ходите, а лезете во тьму… У нас там весь город похотью пропах, а люди задумываются о вечном, по любви тоскуют… Тут, как погляжу, борьбу с порнухой развернули, а по телевидению… Хароныч, ты телевизор смотришь? Нет? И правильно делаешь! Для кого снимают эти передачи?! Для добрых людей? Для алчущих знаний подростков? Для сомневающихся, заблудившихся в бесплодных поисках смысла жизни? Сплошь враньё и тьма тьмущая!

— Андрюша, причём здесь ТВ? — кисло произнёс старец, — Там борьба за рейтинг!

— Ах, ну да! — недобро рассмеялся Андрей, — Рейтинг передач, рейтинг политиков, рейтинг популярности звёзд экрана, прости Господи! Ваш рейтинг показывает только одно — меру дерьма! И почти всегда зашкаливает…

— Говномер? — засмеялся в ответ Вадим Аронович, и, увидев непонимающие взгляды мужчины и подсевших к нему на диван женщин, пояснил: — Есть у Галича такие строки: «Всё было пасмурно и серо, и лес стоял, как неживой… И только гиря говномера слегка качала головой. Не всё напрасно в этом мире (Хотя и грош ему цена), покуда существуют гири и виден уровень говна.»[28]

— Сильно! — с удовольствием рассмеялся Андрей, — Надо будет запомнить…

— Кстати, у вас там, в мире номер минус два есть подобное приспособление… Не видел? Ну, как же… Часы на башне, что слева от Дворца, помнишь, Андрюша?

— Так они же стоят на месте, да и стрелка там всего одна… — удивился Андрей.

— Стрелка-то одна, это ты верно подметил, но не стоит она на месте, а очень медленно двигается туда-сюда… И чем сильнее отклоняется эта стрелка от вертикального положения, тем меньше человеческих выделений ощущает Княгиня, и тем больше гневается на своих приближённых, а они на остальных по цепочке… Что же там у тебя хорошего? Монархия? Да нет, хуже — демонизм какой-то вкупе с рабством и бесправием.

— Может и так, — уверенно кивнул Андрей, — Но ты говоришь о том, что знаешь понаслышке… Может, лучше о демократии расскажешь? Любопытно послушать о том, чего нет в мире номер ноль… Да нигде нет, Хароныч, ни у нас, ни у вас здесь, ни за вашим бугром! Есть стремление одних подняться над другими, но не по причине выдающихся человеческих качеств, а за счёт владения инструментом для обрезания голов этих самых других… А демократия может и была когда-то, да мыши её поели…

— А почему же тогда говорят, что в Америке лучше живётся, чем в России, — неожиданно поинтересовалась Катрина, успевшая попривыкнуть к реалиям нулевого мира, — Значит, есть у них демократия, правильные законы и забота власти о простых людях?

— Нет, Катюша… Увы, только обман и воровство. Просто Америка, в лице своих реальных, а не цирковых, торгующих своими физиономиями по ТВ, властителей, ворует у других, а Россия всё больше у себя самой, у тех самых простых людей… Ты не согласен, Хароныч?

— Да хватит тебе о политике… Андрюша, этот мир, нулевой, как ты выразился — арена непосредственной и непримиримой борьбы добра со злом! — наставительно заявил старец, — А когда идёт война…

— Хароныч, ты сам-то слышишь, что говоришь? — возмутился Андрей, — Война — это метод борьбы зла с добром, а не наоборот! Злу, мраку абсолютно наплевать на культурные ценности, а человеческие жертвы, страдания, боль — только пища для тьмы. И чем большее этой пищи, тем лучше, тем темнее… А добро… Ты хочешь сказать, что оно должно быть с кулаками, чтобы защищать ни в чем не повинных людей? Твои толстосумы, проповедующие псевдо-демократию, обжираясь до одури самыми лакомыми кусками, защищают голодных? Защищают гибнущих в их собственной войне за сферы влияния? Защищают верующих в святые ценности, насаждая свой образ жизни, как единственно правильный?.. Добро в нулевом мире просто пытается выжить… не до борьбы ему! А я… Никому я здесь не нужен, ни с талантами своими и дарованиями, ни без них… То есть дарования-то мои пригодятся кое-кому наверняка, а сам я нет. А дома Андрей нужен! Хотя бы нескольким десяткам людей, каждого из которых я люблю и могу назвать тебе по имени… Они верят в меня и ждут…

— Всё-всё, сынок, не горячись ты так… — примирительно произнёс Вадим Аронович, — Через десять дней ты отправишься к ним… В конце концов, то, что удалось тебе там сделать менее чем за полтора года, убеждает… Ну, а последние события… Знаешь, освобождение Ма, как ты её называешь, изменило не только тёмное Княжество… Оно изменило мир в целом! Просто здесь последствия этой истории скажутся не так быстро…

— Через десять дней тебя здесь не будет, мой Господин? — с тяжёлым вздохом спросила Катрина, улучив паузу в споре мужчин, и добавила, — А как же Эмма?

— Твоя сестрёнка отправится со мной, Катенька, — ответил Андрей, заранее ужасаясь неминуемому следующему вопроса, но продолжая, — Однажды ты попросила меня не отпускать от себя Эмму…

— Я помню, Андрюша! — воскликнула Катя и уткнулась носом мужчине в плечо.

— А как же Катрина, мой Господин? — задала за свою любимую сестрёнку тот самый страшный вопрос Эмма.

— Дорогие мои! — заговорил Вадим Аронович, видя, как напрягся Андрей, — Открытие портала в иной мир — задача крайне непростая, поверьте! Открыть его сразу для двоих на порядок сложнее… А для троих… я даже думать об этом боюсь!

— Я всё понимаю, — откликнулась Катя, глаза которой были сухи и полны решимости, — Я знаю, что так надо…

— Ты не всё знаешь, милая, — тяжело вздохнул Андрей, ловя её любящий взгляд, — Конечно, мы обязательно сможем придумать что-нибудь… Но только (вот ведь как смешно!) в нулевом мире ты можешь то, чего нельзя сделать в нашей тьме и чего, увы, не в силах совершить Эмма.

— Что же это, мой родной? — Катрина смотрела на него во все глаза.

— Родить нашего с тобой ребёнка, Катюша!

— Ребёнка? — ахнули Катя и Эмма в унисон, Хароныч закашлялся и вопросительно посмотрел на Андрея, а Катрина изумлённо продолжила спрашивать, — Нашего с тобой?.. Но это же не так просто…

— Конечно, девочка моя, — серьёзно ответил мужчина, — Родить, выходить и воспитать ребёнка — это посложнее портала в мир иной будет… Но ты… уже беременна им!

— Как?! — вздрогнула Катрина и уронила на пол бокал с вином…

— Это правда? — прервала немую сцену Эмма, сбегавшая на кухню за веником, совком, мокрой тряпкой и собирающая осколки, — И… какой срок?

— Теперь уже больше семнадцати часов, — посмотрел на циферблат будильника Андрей, — И не подумайте, что я шучу… Это — чистая правда!

На следующий день Катя не позволила Эмме и Андрею уклониться от ежедневных занятий и даже принимала в них активное участие, а через час после обеда увела мужчину в спальню.

— Андрюша, любимый, у меня к тебе всего один вопрос? — произнесла она, усадив его на край постели, — Ты хочешь, чтобы наш ребёночек появился на свет?

— Очень хочу, Катенька! — совершенно искренне ответил Андрей.

— А ты случайно не знаешь, мальчик там или девочка? — со счастливой улыбкой спросила Катрина.

— Совсем не случайно я знаю, что у нас будет девочка! — не стесняясь нахлынувших чувств, мужчина завалил Катю на постель, и, задрав новую светло-розовую блузку, принялся покрывать поцелуями её животик.

— Ну, перестань… Мне щекотно! — потешно отбивалась рыженькая красотка, — И ты ещё не добился моего согласия!

— Что же мне сделать, чтобы его добиться? — хохотал Андрей, не прекращая поцелуи и опускаясь по животу всё ниже.

— Во-первых, с сегодняшнего дня ты куришь только на балконе или на лестнице…

— Согласен, но при условии, что с завтрашнего дня ты на пару лет забываешь о том, что такое спиртные напитки и прочие вредные для ребёнка вещи…

— Так надолго? — капризно воскликнула Катрина, — Почему?

— А кто будет кормить дочку грудью? Пушкин? — засмеялся мужчина, глядя в глаза такой солнечной сейчас женщины, — Но что же во-вторых, Катюша?

— Во-вторых, и это самое главное, — с чувством произнесла она, крепко схватив Андрея за плечи, — Обещай мне, любимый, что мы ещё увидимся!

— Мы ещё увидимся, — эхом ответил он и добавил, — Мы ещё будем вместе, и ты прекрасно знаешь это!

— Я? — расширив глаза, переспросила Катрина, но тут во взгляде её появился особенный, нездешний блеск, и она, наклоняясь к Андрею с поцелуем, прошептала: — Правда, знаю… Я всегда это знала!..

Через неделю, далеко после полудня в старую квартиру Андрея снова пожаловал Вадим Аронович с цветами и таинственной улыбкой на лице. От вопросов хозяина квартиры он отмахивался, а с девчонками секретничал и хихикал наравне. Перед ужином, когда стол уже стоял накрытым, женщины скрылись в спальне, около получаса чем-то шуршали там, а потом вышли по очереди. Сначала появилась Эмма в красивом фиолетовом вечернем платье, а затем… Катя в платье свадебном! Андрей охнул и растерялся от неожиданности и восторга. Он даже подумать не мог, что его рыжей оторве может быть так к лицу белое, с изысканно-лаконичными линиями, без всяких там рюшечек, завитков и прочих нелепостей, длинное в пол платье. «Принцесса ты моя!» — воскликнул мужчина, и Катрина скромно потупилась… Вскоре слово взял старец:

— Дорогие Екатерина и Андрей! В этот прекрасный день я прибыл сюда, чтобы официально объявить вас мужем и женой… Ну, то есть, наоборот… — сбился Вадим Аронович и с улыбкой достал из внутреннего кармана своего допотопного, но о-очень представительного пиджака два паспорта, — Пока не случилось непоправимое, а штампики ещё свежие, и мы их, в случае чего, пятновыводителем… того… Так вот, одумайтесь и ответьте бедному старику, взвалившему на себя непосильную ношу… Вы, Андрей, согласны взять в жёны присутствующую здесь Екатерину?

— Да, Ваша честь! — с улыбкой произнёс мужчина, уже переодетый в подобающий ситуации выходной костюм.

— Ох, сумасшедший… — тихо прокомментировал себе под нос старец. Катя захихикала, и он обратился к ней: — А Вы, Екатерина, согласны взять в мужья присутствующего здесь Андрея до скончания всех скончаний?

— Так надолго? — наморщила носик Катрина, — Да, согласна!

— В таком случае, официально объявляю вас… парой сумасшедших, то есть…

— Погодите, Ваша честь, а почему Эмму никто ни о чём не спрашивает? — возмутилась невеста.

— В самом деле, — поддержал её жених и внезапно обнаружил, что любимая сестрёнка Кати куда-то скрылась под шумок, — Да где же она?

— Вот я! — Эмма вошла в гостиную в свадебном платье, как две капли воды похожем на платье Катрины, только на ней оно смотрелось не как на принцессе, а как на королеве. Мужчины задохнулись от восторга, а Катя радостно рассмеялась…

— Ну, что же… — откашлялся Вадим Аронович, — Спрошу и Вас, Эмма: согласны ли Вы наравне с Екатериной взять в мужья присутствующего здесь Андрея?

— Да! — с чувством выдохнула женщина.

— Да будет так! — провозгласил старец, доставая из кармана маленькую, обитую бархатом, коробочку, — Данной мне высокой, между прочим, властью объявляю вас мужем и… жёнами! Прошу молодожёнов в знак этого события обменяться кольцами!

— Но моё кольцо давно при мне, Ваша честь! — воскликнул Андрей, демонстрируя перстень, который однажды подарили ему нынешние невесты, — Только переодеть его на безымянный палец затруднительно. После событий у Золотого Дворца это кольцо приросло к моему среднему пальцу раз и навсегда, хотя мне и не нравится это слово…

— Шрамы на твоём теле оттуда же, мой дорогой муж? — Катрина взяла мужчину за руку и заглянула в его глаза, зная ответ.

— Зато голова цела! — кивая, улыбнулся Андрей, — Спасибо Ма и её золотому обручу! Он спас мою голову от повреждений, а её содержимое от помешательства…

— Как?! — вскрикнул, как громом поражённый, Вадим Аронович, — Она сняла со своей головы нимб и надела его на тебя?!

— На время, Хароныч… — вскинув взгляд на старца и нахмурившись, пожал плечами мужчина, — Только на время последнего рывка к Золотому Дворцу…

Андрей надел обручальные кольца на безымянные пальцы правых рук своих женщин, а потом они целовались как-то особенно нежно и проникновенно… Затем последовал лёгкий и непродолжительный ужин, за которым молодой муж двух очаровательных особ потешался, рассматривая свой паспорт, на одной страничке которого стоял штамп о заключении брака с Эммой, а перевернув её, можно было увидеть и штамп о заключении брака с Катей… Вскоре старец покинул их, чтобы не мешать сакральному интиму, как он выразился. Проводив Хароныча, молодожёны выпили ещё по бокалу втроём, и тут Эмма безапелляционно заявила, что у неё первая брачная ночь уже была, и принялась отправлять Андрея с Катриной в спальню…. Однако, Катя попросила паузу. Встав рядом с сестрёнкой, она спросила мужчину:

— А, правда, мы красивые, Господин?

— Очень! — искренне согласился Андрей, удивляясь неожиданному для такой минуты обращению.

— Запомните этот день так же, как и тот, в который окольцевали нас впервые! — продолжила Катрина.

— Впервые окольцевал?.. Но это же… совсем другое…

— Не другое, а то же самое, наш любимый Господин! — заговорила Эмма, — Подойдите к нам и… разорвите воротники наших платьев!

Удивлённый мужчина подошёл к ним и попробовал расстегнуть изящный, поднимающийся высокой стойкой на шее Эммы, ворот белого платья. Женщина отрицательно покачала головой, и тогда Андрей рванул ткань, обнажая тело своей молодой жены почти до с волнением вздымающейся груди. На шее Эммы красовался её кожаный с золотом ремешок, и мужчина поцеловал его, а она поцеловала руку Андрея с памятным перстнем… Подойдя к Катрине, он терялся в догадках, но Катя смотрела на него такими ясными глазами, что мужчина, не задумываясь, порвал воротничок её платья и… увидел под ним такой же ремешок, только немного потёртый.

— Но как? — поразился Андрей, целуя ошейник рабыни и рассматривая сильно потёртую, почти не читаемую надпись на нём.

— Мне отдали ремешок в больнице, сказали, что он был у меня на шее при поступлении, и очень обрадовались, когда я узнала его. А я и вправду узнала, только не могла вспомнить, что он означает… Ошейник сильно потемнел, и я долго отмывала его, приводила в порядок, а потом всюду носила с собой, а надела только сегодня…

Несколько минут Катя и Андрей целовали Эмму, а она подталкивала их к дверям спальни, вздыхая, улыбаясь и стараясь не расплакаться от переполняющей её грудь нежности… В спальне мужчина медленно и бережно раздел свою невероятную жену, и они, словно заново узнавая, любили друг друга до одури, счастливо и безоглядно…

— Ты вспоминай меня, любимый! — шептала Катрина, нежно лаская Андрея, когда безумие осталось позади.

— А я и не забывал о тебе с первого дня, — ответил мужчина и рассказал ей то, чего рассказывать не собирался: о её портрете в главном здании студии, о молчавших и сострадавших людях в чёрном…

— Я знала… — шмыгала носом Катя, — Это было в твоих мыслях, которые ты позволил мне прочесть, но… Спасибо им всем! Они у нас замечательные и… тебе пора возвращаться к ним, мой родной!

— Да… — вздохнул Андрей, — Но и ты вспоминай меня иногда в своей новой жизни…

— Дурачок ты мой! — воскликнула женщина, — Никакой новой жизни не будет! Будет продолжение этой и прекрасное продолжение! Я замужняя женщина, ждущая ребёнка…

— Рыжик мой любимый! — изумился мужчина, — Ты молодая, красивая женщина! Я счастлив, что ты согласилась выносить, родить и воспитать нашего ребёнка, но это не значит…

— Прекрати молоть чепуху, мой дорогой муж! — перебила его Катрина, прекрасно зная, как ему нравится и такая — серьёзная и решительная Катя, — Да, мне двадцать лет по паспорту… Хи-хи… Но у меня в Княжестве было мужчин достаточно, для того, чтобы понять ценность единственного любимого и остановиться, задуматься и заняться воспитанием его дочери… На днях я приступаю к работе помощницей Вадима Ароновича. Он, оказывается, хотел, но не решался предложить мне это сам. Уверена, что польза от меня будет. Жить я буду, уж извини, в этой твоей квартире и ездить на твоей «Yeti» на правах официальной жены… В общем, дел у меня хватит, чтобы вспоминать о тебе с радостью и без страданий. Ты даже не заметил, как много мы фотографировали тебя за эту неделю, но это сейчас не важно… Важно, что ты тоже будешь спокойно работать там, жить полной и беспокойной жизнью, иногда вспоминая о своей Кате и…

— А как мы назовём дочку? — решительно переменил тему Андрей.

— Эммой! — в унисон прошептали они оба и тихо рассмеялись.

— Нет, Андрюша, — покачала головой Катрина, — Имя нашей девочке должна дать её вторая, крёстная мама, без которой ничего бы этого не было… Ведь это и ребёнок Эммы, правда?

— Правда! — радостно откликнулся мужчина…

Проснувшись с рассветом, Андрей тихо скользнул на кухню, украдкой покурил в форточку и отправился в гостиную. Там на диване, не снимая свадебного платья, беспокойно спала его Эмма. Мужчина опустился на колени, лёгкими движениями нежно провёл по её высокому лбу несколько раз… Лицо женщины разгладилось, она успокоилась во сне, а через минуту открыла глаза, и счастливо улыбнувшись, обхватила Андрея за шею, и принялась целовать его лицо. Абсолютно нагой мужчина, тихо и радостно смеясь, взял Эмму на руки и понёс в спальню. Там, в очередной раз, поражаясь её стыдливости, Андрей не торопясь раздел женщину, уложил её на середину постели, рядом со спящей Катей и, несмотря на молчаливые попытки густо покрасневшей Эммы остановить его, начал ласкать её тело горячо и бесстыдно… Когда тела их переплелись и затрепетали, Катрина проснулась, но старательно делала вид, что спит… Позднее Андрей тихо соскользнул с горячего тела Эммы, не переставая ласкать его, и тогда Катя приподнялась и поцеловала сестрёнку во влажную грудь.

— Ты не спала? — ахнула Эмма и снова залилась краской, — Какой кошмар!

— Не говори глупости, — улыбнулась Катрина, — Это было так завораживающе красиво, родные мои!..

Ещё некоторое время они провели в постели втроём, полные любви и нежности друг к другу. Положив мужчину посередине, женщины улеглись ему на плечи и ласкали его переплетающимися руками, как-то особенно глядя друг-другу в глаза.

— Сестрёнка, ты же чувствуешь, что через девять месяцев мы обе станем мамами? — тихо спросила Эмму Катя, и та согласно кивнула и счастливо улыбнулась, — Мы с Андреем просим тебя дать имя нашей общей девочке…

— Мария! — не задумываясь, воскликнула женщина.

— Ух ты… — мужчина посмотрел на неё сначала с удивлением, а затем, поражаясь своей догадке, — Но, может быть, у нас родится маленькая Эммочка?

— Нет, мои родные, только Мария! — уверенно ответила Эмма, — И не надо со мной спорить…

— Очень хорошо, мы и не спорим, — счастливо вздохнула Катрина, — У нас будет Машенька…

Во второй половине дня расставания приехал старец. Мужчины много разговаривали между собой, стараясь не упоминать вслух о том, что нынешний вечер прощальный… Женщины, иногда прислушиваясь к их беседе, что-то обсуждали вдвоём и готовили праздничный ужин, как очередной, а не последний. Тосты за столом произносились соответствующие, поддерживающие атмосферу радушия, а не навевающие тоску. Пили больше обычного, что прибавляло веселья всем, кроме отказавшейся от алкоголя Кати, но она-то шутила и смеялась больше всех…

— Андрюша, а, правда, что у тебя там множество прекрасных рабынь? — решился на пикантный вопрос Хароныч, — Да?! И все они красотки? Я подумал о том, что рыба ищет где глубже, а человек где лучше…

— Значит, я рыба… А женщины разные, — с улыбкой отвечал захмелевший и благостный Андрей, — Каждая из них прекрасна своей индивидуальностью и неповторимостью… Среди них нет случайных фигур, желанных только для удовлетворения похоти, хотя все они появились рядом со мной, казалось бы, по воле случая… М-да, не верю я в случайности… Своё общество не навязывал никому, но каждую из этих женщин я люблю по-своему…

— Это правда, Вадим Аронович! — подтвердила подвыпившая Эмма, перехватывая недоверчивый взгляд старца.

— Это правда! — воскликнула трезвая Катрина, с нежностью глядя на своего возлюбленного, — Но чтобы понять это, нужно побывать там и увидеть… Нет, для этого там нужно жить!

— Quod licet Jovi…[29] — пробормотал старец, — Знаешь, Андрюша, за этот месяц я узнал о тебе столько удивительного, прекрасного, порой не укладывающегося в голове… Не только от тебя узнал. И всё это правда… И еще, правда в том, что я должен бы называть тебя Господином, как часто делают твои удивительные барышни; не спорить с тобой, а просить совета; внимательно слушать твои рассказы и запоминать их, чтобы передать другим; целовать твои руки и ноги, радуясь и гордясь тем, что исполнил Высшую Волю и когда-то познакомился с тобой…

— Ну, ты и загнул, Хароныч! — засмеялся Андрей, не борясь с опьянением. Он хорошо понимал, зачем старец накачивает сегодня его и Эмму алкоголем, — Дорогой ты мой Старец! Последнее время добрые люди наговорили мне столько приятных, а иногда и слишком красивых слов… Спасибо, конечно! Но я отношусь к этим словам, как к продолжению Испытания, которое началось, когда ты поставил меня перед выбором… Я, честно говоря, плохо понимал тогда, что выбираю… Изя, например, регулярно потешался над моими умственными способностями, а я не желаю спорить с ним… И в тот день я выбирал не умом и согласился на твоё предложение, почувствовав нечто особенное… Свой путь, быть может… В общем, никакой я не прекрасный, не удивительный и совсем не Герой! Но я сделал свой выбор и пойду дальше своим путём, осознавая, что нахожусь в его начале, а Испытание моё продолжается…

Проснулся Андрей от шлёпанья босых ног по полу и неясных женских восклицаний. Через минуту в спальню вбежала нагая Эмма и увидев, что он просыпается, вскрикнула:

— Андрей! Господин мой! Мы… Мы…

— Мы дома! — вглядываясь в полумрак спальни и мгновенно просыпаясь, с облегчением констатировал мужчина, — Мы дома, девочка моя!

Некоторое время они, как сумасшедшие, бегали голышом по своему Золотому номеру отеля «Силикон», словно пытаясь убедиться, что это не сон, что они на самом деле вернулись в своё родное, уютное гнёздышко… Дом встретил их таким же, каким его оставили Эмма и Андрей в день начала своего путешествия по подземельям. Более того, на спинках стульев в спальне оказалась развешана и разложена их вчерашняя одежда, а на столике лежали новые мобильники, купленные неделю назад в Москве. Мужчина помнил, что так же происходило его прибытие в Княжество и в первый раз, предполагал подобное и сейчас, но логику и суть процесса объяснить не мог… Впрочем, убедившись в наличии в мобильниках карт памяти, Андрей облегчённо и удовлетворённо вздохнул, кивая улыбавшейся Эмме. Замечательно объёмная память телефонов несла в себе очень важную для них контрабанду из нулевого мира… Немного успокоившись, они почувствовали, что похмелье после вчерашнего застолья всё же даёт о себе знать, и решили, во-первых, никуда не торопиться, а во-вторых, заказать свежего пива из местного, тоже ставшего почти родным, ресторанчика прямо в номер. В ожидании заказа оба влезли под душ, где Андрей почувствовал, что вернулся в Княжество в полной мере, и принялся приставать к Эмме. Жена, со смехом отбиваясь от его ласковых рук и брызгаясь лейкой душа, заявила, что для красоты и полноты ощущений неплохо бы сначала поправить здоровье. Да разве остановишь полного сил, желания и чувств мужчину?..

Заказ быстро доставила личная официантка Господина Советника в ресторане «Силикон» Олеся в привычном белом фартучке поверх форменного короткого платья. С интересом и некоторым смущением рассматривая ещё не вполне обсохших после душа мужчину и женщину, сидящих друг напротив друга за большим столом в гостиной, она принялась с энтузиазмом обслуживать их, разливая пиво по бокалам и раскладывая по тарелкам закуску.

— Вы долго не пользовались услугами нашего ресторана, Господин Советник! И Вы, Госпожа, тоже… — проговорила официантка, — Что-то не так? Вам по нраву другое заведение?

— Не беспокойся, Олеся! В вашем ресторане нам всё нравится, — улыбаясь, ответил Андрей, с удовольствием отхлёбывая из большого бокала тонкого стекла холодное и наисвежайшее светлое пиво с приятной горчинкой, — Некоторое время мы были очень заняты… Думаю, теперь ваше заведение получит удовольствие видеть нас регулярно, а ты, детка, и подавно…

— Это очень приятно слышать, Господин Советник! — с возрастающим смущением произнесла девушка, косясь на Эмму, — Всегда рада Вам услужить… И сейчас… Мне остаться? Я никуда не тороплюсь…

— Э-э-э… — протянул мужчина в сомнении, чувствуя немного подзабытый приступ похоти местного разлива, — Можешь и остаться, наверное…

— Так, милочка! Сейчас я провожу тебя в комнату, где ты отдохнёшь и дождёшься дальнейших указаний! — взяла инициативу в свои руки Эмма. Она встала из-за стола, взяла за руку растерявшуюся, но послушную Олесю и вывела её из гостиной, по пути незаметно ущипнув Андрея за плечо. Через пять минут жена вернулась на своё место и… игриво подмигнула мужчине.

— Куда ты её отвела? — удивлённо спросил Андрей, — Могла бы и отпустить…

— Дорогой муж! — посмеиваясь, ответила Эмма с напыщенной интонацией, — Мы вернулись, а потому Вам, Господин Советник, пора заново привыкать к реалиям тёмного Княжества… Услугами этой милашки нам, возможно, предстоит пользоваться долгое время. Она пока устраивает меня, да-да… И, как я вижу, приятна Вам, а потому, полагаю, должна быть приближена на расстояние вытянутой руки…

— Эмма, я поражён! — воскликнул мужчина, — Ты так изменилась, став моей женой…

— Абсолютно не ревнивой женой, прошу заметить! — искренне засмеялась женщина, — Не пугайся, Андрей! Это я с похмелья такая и от переживаний приятных… Да!..

— Приятные переживания — это очень хорошо, но… Почему ты заинтересовалась этой официанткой? Открой секрет!

— Хорошо, Андрюша! — улыбнулась Эмма, — У тебя есть ещё одна жена, которая заботится о нас обоих! Катрина велела мне не валять дурака и нанять служанку на её место по моему усмотрению… Чтобы и тебе было комфортно и уютно в нашем доме, и мне не одиноко, когда ты занят. Знаю, что ближайшие недели я буду видеть тебя редко… Почему бы прямо сегодня не попробовать, пока только попробовать на роль… моей помощницы такую свеженькую девушку с милыми ямочками на щёчках?

— Без Кати не обходимся? Это радует… — с улыбкой вздохнул Андрей, — И мне как-то понятнее стала твоя инициатива. Хочешь, чтобы я выразил своё отношение к кандидатуре Олеси? Надеюсь, это не единственный, припасённый тобой, вариант?

— Нет, милый, но об этом мы поговорим позднее. А Олеся хорошенькая, да и вправду, может быть полезна так или иначе… Давай спокойно попьём пива, перекусим и… Кроме женских достоинств, проверь её мысли на всякий случай… Девушка будет ждать тебя в кабинете столько, сколько надо…

— Жёнушка моя, и что же ты советуешь делать мне с этой юной грацией в моём кабинете, кроме проверки её мыслей? — с хитринкой в глазах спрашивал насытившийся и закуривший Андрей, всё ещё не вошедший заново в роль Господина Советника Вершителей и испытывавший дискомфорт под дразнящими взглядами жены.

— А твой вынужденный отпуск не остался без следа, — констатировала Эмма, подходя к нему и целуя в затылок, — Вы же хотите её, мой Господин, я вижу! К чему сомневаться, познакомьтесь с этой милашкой поближе… Уверена, это окажется для Вас не трудно и приятно! А потом отправьте её восвояси и возвращайтесь к законной супруге…

Так и не избавившись от сомнений и покачивая головой, мужчина направился в кабинет, на ходу закуривая ещё одну сигарету. А в кабинете на кожаном диване сидела Олеся в белом переднике… на голое тело! Остальная одежда оказалась аккуратно сложенной на стуле. Андрей застыл от неожиданности, но быстро взял себя в руки и понял, что инстинкты Господина благодаря специфической атмосфере Княжества и стараниям Эммы возвращаются к нему ускоренными темпами.

— Ты не замёрзла, детка? — хитро прищурившись, спросил мужчина, в упор разглядывая краснеющую официантку, — Сама такая фантазёрка или Эмма посоветовала?

— Сама… Госпожа только сказала, что если я хочу оказаться ближе к ней и к Вам, то должна быть умненькой девочкой… и готовой к тому, что Вы придёте сюда ко мне… — опустила взгляд Олеся, — Но если я Вам не подхожу…

— Не дёргайся, всё в порядке… Может и подходишь, посмотрим… — успокоительно произнёс Андрей, присаживаясь к ней на диван, — А ты, действительно, хочешь стать ближе?

— Да, если это возможно, Господин Советник! — ответила девушка, вздрагивая от прикосновения руки мужчины к своей голой ножке.

— Те, кто рядом, не называют меня так наедине, — произнёс мужчина, властно, но ласково исследуя чуть прохладное юное тело уже под фартучком.

— Я поняла, Господин! — подрагивая от его ласк, прошептала официантка, — И хочу быть там, где прикажете Вы!

— Даже так, детка? — хмыкнул он, — Но может быть, отложим продолжение нашего знакомства на потом?

— Ах, Господин!.. Я же так хочу понравиться Вам! — горячо воскликнула Олеся, взглянув на него с неподдельным огорчением.

— «Здравствуй, тёмное Княжество, я вернулся!» — подумал Андрей, легко вздохнул и проговорил вслух девушке: — Тогда поцелуй меня…

В этой юной шатенке не было ничего особенного, кроме несомненной свежести и милого личика с ямочками на щеках. Когда Господин Советник увидел её впервые, Олеся показалась ему немного пухленькой, а при ближайшем рассмотрении и наощупь плечи и руки, небольшая грудь и живот, выпуклая попка и ножки невысокой девушки оказались мягкими и податливыми. Губки и язычок официантки тоже были мягкими и приятными, что мужчина хорошо прочувствовал разными частями тела… Олеся предстала перед Господином Советником немного пугливой и не слишком опытной любовницей, но Андрей не считал это недостатком, от которого необходимо решительно и немедленно избавляться. Девушка искренне старалась понравиться мужчине, и ей это удалось…

Через час, задержавшись на несколько минут в душевой, Андрей вернулся в гостиную. Эмма приветливо улыбнулась ему и разлила по бокалам остатки пива из металлического сосуда-термоса. Мужчина благодарно кивнул и сделал глоток…

— Я была права, мой Господин? — скромно спросила женщина, отпив немного жидкости из своего бокала.

— Вероятно, да, Эммочка… — ответил Андрей и неожиданно рассмеялся, — И всё для того, чтобы не готовить еду самой?

— Ох, какой же ты догадливый и деликатный! — прыснула Эмма и весело рассмеялась вслед, — Андрюша, мне очень приятно готовить для тебя домашние котлетки и… всё, что ты пожелаешь, но… когда тебя нет дома…

— Не оправдывайся! В нашем ресторанчике, действительно, хорошо готовят… — сохранял весёлый тон мужчина, — Кстати, чёрных мыслей в голове Олеси не нашлось, и это радует… Знаешь, она мечтает, чтобы Господин Советник Андрей купил их ресторан, в котором она будет обслуживать только его самого и его близких гостей, что жизнь станет тихой и спокойной, стабильной и радостной…

— Думаю, узнал ты и о том, что Господин Советник Андрей невероятно напоминает идеал её мужчины, и она влюбилась в него с первого взгляда, — с доброй улыбкой, прямо как у Ма, подошла к нему Эмма и стала копошиться в его волосах.

— Точно! Но почему так? Мне трудно это понять… Я же не гламурный красавец! Да и в шрамах весь теперь…

— Не заводи этот разговор снова, Андрюша… Ты уже спрашивал об этом, мой любимый. Я не знаю… В конце концов, ты серьёзно думаешь, что у меня самой не случается сомнений? Мне тоже приходят мысли, что я недостаточно привлекательна для тебя, не слишком нужна тебе… Возможно, мне захотелось подтолкнуть тебя к Олесе, чтобы убедиться в собственных чарах… Чтобы ты сравнил, вернулся и… А я могу говорить только за себя, да и то… Я знаю, что люблю тебя, и не хочу разбираться по какой причине. Просто люблю тебя, мой родной, и всё!

— Девочка моя! Я давно никого ни с кем не сравниваю… Сравнивать можно предметы: одежду, пищу, машины, здания, да и то, если они не являются произведениями искусства. А сравнивать людей — значит приравнивать их к предметам, лишать определяющей их суть индивидуальности, а это… обидно… — вздохнул Андрей, сажая женщину на колени, — Умная моя красавица!.. Эммочка, нужно отметить этот день чем-то особенным!

— Да! Исполним мечту Олеси? — она поцеловала мужчину в щёку, а потом в губы, — Купим этот ресторанчик… и отель до кучи!

— Ого, вот это размах! — рассмеялся Господин Советник и обнял свою, такую родную женщину, — Я согласен! Может, и название сменим?.. Нет? Верно, пусть всё остаётся, как в первый день…

Не откладывая дело в долгий ящик, Андрей с Эммой отправились в кабинет, где женщина с любопытством взглянула на кожаный диван, а мужчина достал из сейфа и включил свой ноутбук. Хозяином отеля и ресторана оказался один и тот же человек — Господин Советник Виктор. Это не поразило воображение Андрея, чего-то подобного он и ожидал. Номер телефона Виктора, который дал ему Хароныч, был записан в его новом мобильном, за которым тут же отправилась Эмма. Но тут взгляд мужчины упал на его вай-фон местного производства, оставленный в номере отеля перед отправлением в подземелья. Он, как и предполагалось, работал, ожидая хозяина, и сигнализировал о полученном ещё вчера сообщении.

«Андрей! Срочно нужно переговорить! Позвоните мне, как только сможете.

Виктор.»

- прочитал мужчина.

— Вот так совпадение! — удивился он.

— Так мы не попадём сегодня на студию, — констатировала Эмма, узнав о причине восклицания мужа.

— Ну, мы же решили не торопиться и растянуть удовольствия от возвращения домой! — улыбаясь ей, развёл руками Андрей и уже серьёзно добавил, — С другой стороны, это сообщение нельзя проигнорировать…

— Тогда позвони, не откладывая… Только, пожалуйста, постарайся избежать сегодня визита во Дворец, очень тебя прошу!

— Господин Виктор! — кивнув Эмме и набрав номер, произнёс мужчина в трубку.

— Здравствуйте, Господин Андрей! С возвращением! — послышался в ответ приятный низкий голос мужчины, явно обрадованного звонку, — Я прекрасно понимаю, что у Вас большие планы на ближайшие дни, но нам требуется переговорить по конфиденциальному вопросу, не терпящему отлагательства. Не думаю, что отниму у Вас много времени именно сегодня и готов встретиться на Вашей территории, если Вы посчитаете это возможным.

— Да, я Вас понял. Не желаете отужинать в моём номере, в известном Вам отеле?

— С удовольствием! Буду у Вас в 19:00, годится?

— Прекрасно. Жду. До встречи!

Осмысливая новые обстоятельства, Андрей подумал, что поездку на студию, действительно, придётся отложить на некоторое время, возможно, и до завтра. Сейчас, придя в себя от переживаний последних дней, он готов был отправиться туда в любой момент, но и сваливать все дела в кучу, лишая себя удовольствия всем сердцем пережить возвращение на родную студию не хотелось. «Ладно, будем отталкиваться от разговора с Виктором», — решил мужчина и позвонил на мобильник Олеси.

— Господин Андрей? — сильно удивилась официантка, — Что случилось? Я что-то сделала не так?

— Всё в порядке, детка! Но я уже соскучился, — ухмыльнулся Андрей, на что Эмма тут же ответила, с притворным гневом укусив его за руку, — Ой… Шучу я! Послушай меня, Олеся. Я доволен тобой и, мне нужна твоя помощь…

Мужчина озвучил официантке свои пожелания, относительно сегодняшнего ужина, она же с неподдельным энтузиазмом выразила готовность помочь. Заканчивая разговор с ней, Андрей подошёл к окну и… едва не выронил трубку.

Дав отбой, он нетерпеливыми жестами подозвал к себе Эмму, и они оба уставились на вид из окна кабинета, а потом, перебежав в гостиную, из другого окна на улицы Ультра-Москвы. Там было светло!.. Не так светло, как в мире под Солнцем, конечно… Но в разы светлее, чем раньше. Город утопал в светло-сизой дымке… Андрей посмотрел на часы — они показывали час пополудни. Утро казалось темным, как обычно, а теперь… «Похоже, и у нас дома, день стал отличаться от ночи! А в этом есть и наша с тобой заслуга…» — восхищённо проговорил мужчина, а Эмма кивнула и прижалась к нему щекой… «Поцелуй меня! — тихо попросила она и, набравшись смелости после поцелуев, добавила, — Что-то давно я не слышала комплиментов моим… сиськам!» Андрей счастливо засмеялся, взял женщину на руки и понёс её в спальню… «Только не вздумай снова удалять свои милые родинки, девочка моя! — шептал он Эмме, лаская её чудесную тёплую грудь, — Не надо ничего улучшать и терять своё тепло, столь необходимое мне…»

С половины шестого вечера Олеся трудилась в поте лица, организовывая стол, достойный приёма у Господина Советника, Эмма помогала ей и контролировала процесс в целом. Без двадцати минут семь, Олеся покинула номер со строгим указанием в полной готовности ожидать дальнейших распоряжений. Ровно в семь Эмма в строгом, но очень красивом бордовом вечернем платье открывала дверь Золотого номера высокому импозантному седому мужчине в дорогом костюме и с перстнем Советника на левой руке… Мужчины уважительно посмотрели друг на друга, обменялись рукопожатиями и через минуту перешли на «ты»…

— Я тронут твоим приёмом, Андрей! А стол просто чудесный… — произнёс Виктор через четверть часа застолья, — Но не могли бы мы, не отрываясь от него, перейти к проблемам, который заставили меня ускорить нашу встречу?

— Разумеется, — кивнул хозяин номера, — Надеюсь, Эмма не помешает нашей беседе? Она — моя правая рука и у меня нет от неё секретов.

— Кое-что знаю о Ваших приключениях и подвигах, искренне рад знакомству, уважаемая хозяюшка! — произнёс седой мужчина, уважительно целуя женщине руку, — А рекомендация Андрея позволяет мне не таиться от Вас, разумеется, сохраняя конфиденциальность нашей беседы!

— Прекрасно! — кивнул Андрей, а за ним Эмма, — Мы слушаем Вас…

— Отлично понимаю, что у тебя ко мне накопилась куча вопросов, Андрей. Но отложим их немного… Вы в курсе, что у нас творится? Не совсем? Итак, за время вашего относительно недолгого отсутствия и, как я понимаю, во многом благодаря ему, в Княжестве происходят серьёзные изменения… Днём стало значительно светлее, чем ночью. Уровень особенной воды в бассейнах поднялся настолько, что она вытекает из них ручейками наружу… Но это, так сказать, внешние проявления. Есть и глубинные… Однако, для начала необходимо объяснить вам, кто я такой, не правда ли? Слушайте… Кстати…

— Я проверил номер перед твоим приходом, Виктор, — произнёс Андрей, — Всё чисто.

— Великолепно! Тайные службы Княжества работают по-старинке, но всё же… Ты очень предусмотрителен, и это замечательно… Итак, я занимаю должности заместителя Главного Советника Вершителей и начальника канцелярии Княгини. Учитывая мою более-менее устойчивую связь с высшими мирами…

— Можно сделать вывод, что сейчас мы разговариваем с Резидентом Высшей Воли в тёмном Княжестве под условным названием Ультра-Москва, — после короткой паузы закончил фразу Виктора Андрей.

— О терминах можно поспорить, но, по сути, ты прав, — удивлённо-уважительно взглянул на него Виктор, — По большому счёту, я пришёл сюда прежде всего, чтобы выразить своё восхищение проведённой вами операцией «Золотой Дворец», показавшейся мне в какой-то момент абсолютно невыполнимой, а также выразить свою искреннюю радость по поводу вашего возвращения… Честно говоря, и в это мне верилось с трудом… Оставалось надеяться, что ты не бросишь свои масштабные начинания, Андрей! В общем, я страшно рад, что вы оба здесь, и хочу попросить вас о помощи.

— Вот как? — удивился хозяин номера, — Спасибо за добрые слова, но о какой помощи идёт речь?

— Если честно, Андрей, то я хотел бы, чтобы ты стал, по меньшей мере, моей правой рукой, как уважаемая Эмма является твоей… Наслышан о деятельности твоей студии и считаю это дело — работой колоссальной важности и потрясающе своевременной темой… Я нисколько не преувеличиваю, и понимаю, что ты не согласишься постоянно находиться во Дворце, так? Я и не сомневался… Но уклоняться от деятельности Вершителя, Советника Вершителей, надеюсь, ты не планировал?

— Нет, — очень серьёзно покачал головой Андрей, — Более того, в идеале я хотел бы реформировать весь институт Вершителей, насколько это возможно.

— Что?! Реформировать службу полностью?.. Ты даже не представляешь, как я счастлив это слышать! Мне не под силу заниматься одному этим назревшим, и даже перезревшим, на мой взгляд, вопросом. Но если ты настроен на такую работу, я выложу перед тобой все карты и окажу всемерную помощь и поддержку… У тебя есть наброски проекта и идеи по его реализации?

— Идеи есть, но если мы сейчас начнём обсуждать их… В общем, это разговор на несколько суток, я думаю.

— Нет-нет… Достаточно того, что ты свалил с моей души огромный камень! Вернёмся к этому вопросу, как только ты будешь готов… Через неделю, скажем? Великолепно!.. А пока о делах не менее насущных: светлый день напугал многих… Как же объяснить это в двух словах?

— Проблема вертикальности спермомера? — усмехнулся Андрей.

— Как ты сказал?

— Я имел в виду проблему отклонения стрелки на башне от вертикального положения.

— Ты и это понимаешь? — поразился Виктор, — Каким же идиотом я был, не встретившись с тобой раньше!

— Не согласен. Мы встретились вовремя!.. За последнее время мои знания неизмеримо выросли, а намерения изменились и утвердились… Так что там со спермомером?

— Пока в пределах допустимого, но возможен срыв… Вопрос нужно решать комплексно. Только не говори, что у тебя есть идеи и на этот счёт!

— Есть, — кивнул Андрей, — и я их выскажу тебе через неделю.

— Невероятно, — покачал головой Виктор, — Видишь ли, последние дни голова идёт кругом от свалившихся проблем… Но теперь я уже не один на один с ними, это не может не радовать и… Тогда последний на данный момент вопрос. Я занимаюсь им сам, но он может и тебя коснуться… Часть откровенно преступных элементов и люди, поддавшиеся организованной ими панике, уходят в подземелья. Их цели пока не ясны, но… Позаботься об охране своей студии, в том числе снизу. Думаю, ты понимаешь, о чём я говорю.

— Понимаю. И с подземельями знаком частично… Спасибо за предупреждение!

— Не за что, Андрей. Думаю, это я буду вскоре тебя благодарить… Однако через полчаса мне нужно возвращаться во Дворец… С сегодняшнего дня я на постоянной связи с тобой, и как только будешь готов к долгому предметному разговору, предупреди хотя бы за сутки…

— Хорошо. У тебя работает мобильный во Дворце, как это возможно?

— Почему обязательно мобильный?.. Потом объясню, договорились? — улыбнулся седой Советник, — Нашу встречу желательно организовать в каком-нибудь другом и сверхнадёжном месте…

— Мой коттедж Вершителя, предварительно проверенный, подойдёт?

— Идеально подойдёт! Как же легко иметь с тобой дело, я невероятно рад нашему знакомству! — заключил Виктор, собираясь откланяться, — Могу я что-то сделать для вас обоих?

— Можешь, — улыбнулся Андрей, — Продай мне этот отель и ресторан?

— Шутишь? — не поверил ушам начальник канцелярии Княгини, — Серьёзно? Тогда слушай… Во-первых, это не только отель, но и…

— Портал, — подсказал хозяин Золотого номера, — Если доверишь, мы проконтролируем эту функцию отеля в лучшем виде.

— Тебе доверю! И ещё одной проблемой у меня будет меньше! — заулыбался Виктор, — Порталом мы пользуемся редко, но он, как ты понимаешь, всегда должен быть наготове… Однако, у меня в собственности здесь не только отель и ресторан, но и весь квартал с магазинчиками, борделями, офисами и так далее… Всё заберёшь?

— Всё, — махнул рукой Андрей, — Детали обсудим при встрече, важен… э-э-э… протокол о намерениях!

— Детали, конечно, обсудим… А с оформлением прав что тянуть-то? Где у тебя компьютер? Пойдём, оформим дарственную…

— Что оформим? — не понял новый хозяин отеля.

— Дарственную, — повторил Виктор и весело засмеялся, — Я тебе всё это дарю… Не понимаешь? Передаю в добрые и надёжные руки! Так яснее?..

Через полчаса Андрей стал полноправным владельцем целого квартала в центре Ультра-Москвы с отелем «Силикон» и одноимённым рестораном… Ещё через полчаса в номер прибежала Олеся, чтобы убрать со стола и снова накрыть его для десерта пяти персон. Вскоре в номере появился управляющий отелем Фёдор, страшно обрадованный возвращением Андрея, а пятью минутами позднее директор ресторана Тимофей… Трое мужчин и Эмма сели за стол и принялись пить кофе с коньяком, лакомиться сладостями и курить. Олеся суетилась вокруг стола…

— Господин Советник! Мы с Тимофеем искренне благодарим Вас за оказанную честь, отпраздновать Ваше возвращение в наш отель! — принялся было говорить Фёдор, но покосившись на пятые приборы, спросил, — Мы ждём кого-то ещё?

— Олеся, перестань носиться, как ошалелая, сядь на место! — неожиданно произнёс Андрей. Официантка обалдело плюхнулась на указанное место, Эмма налила ей кофе, а остальным ещё и коньяк, подложила всем пирожные и мороженое, Тимофей и Фёдор пооткрывали рты, а хозяин номера продолжил: — Теперь никого больше не ждём… И собрались мы здесь совсем по другому поводу!

— Давайте поднимем рюмки за нового хозяина этих милых нашему сердцу отеля и ресторана! — провозгласила Эмма, Андрей удовлетворённо кивнул, а остальные с открытыми ртами чокнулись рюмками и вылили их содержимое всё в те же открытые рты.

— Если намёки не доходят, — вздохнул новый хозяин, — объявляю прямо: час назад мы с Эммой стали официальными и единственными владельцами этого квартала в целом, отеля и ресторана в частности!

— Как это? — первой подала признаки жизни Олеся, — Вы — наши Хозяева?!

— Совершенно верно, детка! — улыбнулся Андрей и повернулся к Эмме, — Налей ещё по одной, радость моя! У Олеси дрожат ручки…

— И… И что же будет с нами, Хозяин? — проблеял Тимофей.

— Вот об этом я и хотел поговорить, — кивнул он, поднимая рюмку одной рукой и щёлкая зажигалкой другой, — Ты, Тимофей, остаёшься директором ресторана и готовишься открыть его филиал на моей студии «Альфа». Если сделаешь всё на высшем уровне, будут для тебя и другие предложения.

— Так точно, Господин Советник… и Хозяин! — выкрикнул тот и расплылся в улыбке.

— Отлично. Теперь ты, Фёдор! Остаёшься управляющим отелем, разумеется… Помниться, ты мечтал о расширении? Готовь бизнес-план с одним условием — существующее на данный момент здание отеля «Силикон» никакой глобальной реконструкции в ближайшем будущем подвергнуто не будет. Все вопросы о ремонте или перепланировке только с моего разрешения! Но знай, квартал в нашем распоряжении, а значит, есть повод для размышлений, расширения, дополнения, развития. Думай, предлагай, обсудим…

— Спасибо, Господин Андрей! — по-свойски протянул руку и сжал протянутую в ответ, управляющий отеля, — О таком Хозяине можно было только мечтать!

— Не преувеличивай! — улыбнулся Андрей, — Теперь о тебе Олеся… О чём ты мечтаешь?

— Не поверите, Господин! — горячо ответила официантка, — Мечтала о том, чтобы Вы были Хозяином ресторана, а я прислуживала только Вам и Госпоже Эмме…

— Мечты сбываются? Для начала поступаешь в распоряжение Эммы, не забывая оставаться в курсе дел ресторана… Где ты живёшь? В нашем отеле? Прекрасно. Пока оставляем всё, как есть, только оплачивать твой номер буду я, а там посмотрим…

— О, спасибо, Хозяин! Я всё буду делать… как надо… — порозовела официантка.

— Если мы откроем филиал на Вашей студии, Олесю можно будет перевести туда с повышением, — вставил своё слово Тимофей.

— Посмотрим, об этом говорить рано… Текущие кадровые вопросы имеются?

— У меня хороший повар может уйти… Помните, он для Госпожи Эммы рыбу готовил и жульен? — жалобно проговорил директор ресторана, — Конкуренты переманивают высокой зарплатой, а у меня фондов не хватает…

— Вот Эмма и поговорит с поваром, и этот вопрос решит… Я знаю вашего прежнего хозяина, ему вечно не хватало времени на текущие дела… У меня тоже случаются такие проблемы, но в подобных случаях вы сможете обращаться лично к Госпоже Эмме. У неё достаточно власти, чтобы помочь разрешить ваши трудности… Фёдор, кадровые и другие экстренные вопросы есть?

— Нет, справляемся! Я подготовлю Вам записку о состоянии дел и перспективах развития.

— Вот и отлично! Я в тебе не сомневаюсь…

— Мне остаться, Хозяин? — скромно спросила Олеся, убрав со стола, когда гости ушли, а хозяева, недолго посовещавшись в кабинете, вернулись в гостиную. На часах было около десяти вечера.

— Послушай, детка, а у тебя есть водительские права? — неожиданно спросил Андрей.

— Есть, Хозяин… И машину я вожу хорошо… но редко…

— Ты не пила коньяк? Вот и славно, ещё успеешь… Не хочешь сейчас прокатиться с нами за рулём?

— На Вашей шикарной машине?! — ахнула девушка, — Ужасно хочу!

Сборы длились недолго. Через полчаса, к удовлетворению Эммы переодевшаяся в неброское, но стильное зелёное платье, Олеся сидела за рулём «Мерседеса» Андрея, а Хозяин с Эммой на заднем сидении автомобиля, который стараниями обслуживающего персонала гостиницы сиял чистотой как снаружи, так и внутри, и мягко запустился с готовностью немедленно отправиться в путь… По указанию Господина Олеся аккуратно и немного боязливо вела машину к мосту N 2, миновав который, остановилась у обновлённого здания, украшенного яркой, но не пёстрой, а стильной рекламой новых фильмов, показ которых был объявлен на будущей неделе. Над входом висел анонс: «Внимание! До открытия кино-видео центра осталось 5 дней!» Наверху фасада светилось название: «Кинотеатр «Катрина»». Осмотрев здание снаружи, и заметив через стеклянные двери, что внутри него продолжаются приготовления к открытию, Эмма и Андрей улыбнулись друг другу… Далее, вполне освоившаяся с управлением Олеся, не торопясь, повезла их на восток, тщательно выполняя указания Хозяина… Свернув к острову, они оставили автомобиль на парковке и двинулись к мосту пешком. Из маленького домика охраны рядом со шлагбаумом, закрывавшим несанкционированный въезд на остров, навстречу тройке приближающихся пешеходов появилась фигура охранницы. Андрей узнал её буквально через пару шагов — Софья! Однако и Соня узнала мужчину едва ли не раньше, чем он её, и приглушённо вскрикнув, чуть ускорила шаги навстречу, вглядываясь, и словно не веря глазам своим. Андрей с улыбкой прижал палец к губам, а затем открыл женщине свои объятья…

После тихого, но радостного и очень чувственного приветствия, короткого обмена новостями и уговора позднее поговорить обстоятельно и не торопясь, Эмма с Андреем оставили Олесю у Софьи, а сами двинулись на остров. Стараясь держаться в тени, они тихо подошли ближе к бассейну и увидели необычайную картину. Перед бассейном был возведён небольшой деревянный с виду помост с открытым сейчас занавесом, служивший сценой. Задней стены у сцены не было, декорацией служил сам бассейн с отражавшейся в нём огромной луной. Перед помостом, на установленных там скамейках сидели люди, от вида которых у Андрея радостно защемило сердце. Центральное место занимала Изабелла, явно исполнявшая обязанности режиссёра, а рядом и на соседних скамейках расположились Лена с Аоки, Николай с Натальей, Нира и Нина, Евгения и Лариса, Ильсина, Татьяна и Сергей. За рядами скамеек на ещё одном, совсем маленьком помосте к установленной на штативе камере склонился Павел, а рядом с ним стояла Ирина, устремив взгляд на сцену, куда в эту минуту выходила Ольга в лёгком белом платье с голубыми оборками. Андрей и чувствовал, и до конца не верил, какие слова он сейчас услышит, пока Оля не заговорила со сцены громко и выразительно:

— «Люди, львы, орлы и куропатки, рогатые олени, гуси, пауки, молчаливые рыбы, обитавшие в воде, морские звезды и те, которых нельзя было видеть глазом, — словом, все жизни, все жизни, все жизни, свершив печальный круг, угасли… Уже тысячи веков, как земля не носит на себе ни одного живого существа, и эта бедная луна напрасно зажигает свой фонарь. На лугу уже не просыпаются с криком журавли, и майских жуков не бывает слышно в липовых рощах. Холодно, холодно, холодно. Пусто, пусто, пусто. Страшно, страшно, страшно.»[30] — выждав паузу, девушка вскинула руки и продолжила с чувством произносить монолог своей героини: — «Тела живых существ исчезли в прахе, и вечная материя обратила их в камни, в воду, в облака, а души их всех слились в одну. Общая мировая душа — это я… я… Во мне душа и Александра Великого, и Цезаря, и Шекспира, и Наполеона, и последней пиявки. Во мне сознания людей слились с инстинктами животных, и я помню всё, всё, и каждую жизнь в себе самой я переживаю вновь.»

— «Это что-то декадентское.» — с лёгким сарказмом произнесла слова другой героини пьесы Елена, сидящая на скамейке перед сценой…

Реплики прочих героев озвучивала Изабелла… Андрею стало понятно, что режиссёр устроила здесь, вероятно, одну из первых натурных репетиций, и незаметно подкравшись и спрятавшись у края помоста, он ждал, когда в знакомой ему с юности пьесе вспыхнет конфликт и занавес на сцене будет опущен… Когда момент настал, мужчина запрыгнул сбоку на закрытую занавесом сцену, схватил за руку сдавленно вскрикнувшую Ольгу, жарко поцеловал её и через несколько мгновений показался с девушкой перед зрителями, отдёрнув занавес, со словами, которые помнил довольно точно:

— «Виноват! Я выпустил из виду, что писать пьесы и играть на сцене могут только немногие избранные. Я нарушил монополию!..» — после реплики Андрея возникла абсолютно немая сцена… Сам он слышал только громкий стук собственного сердца и горячее дыхание Оли, стоящей рядом и глядящей на него расширенными глазами, как на чудо. Мужчина продолжал держать паузу… Первой в себя пришла Изабелла, лицо которой осветилось двумя счастливыми звёздами золотисто-карих глаз.

— Ну, нет, мой Господин! Треплев не такой… Я хочу занять Вас в роли Тригорина! — закричала она и с трёх шагов запрыгнула на сцену, где уже сжимала мужчину своими тонкими ручками Ольга.

Когда они втроём в обнимку спрыгнули с помоста, внизу началась сущая куча-мала… Эмма с солнечной улыбкой стояла за спинами людей, и через несколько мгновений они заметили её…

Занавес.

Примечания

1

Саша Чёрный «Октябристы»

2

И.В. Фёдоров «Неизданное»

3

Е.Н. Нестерова «Когда б поэт…»

4

Ю.Ю. Шевчук «Осень — мёртвые дожди…»

5

ДДТ «Осень. Мертвые Дожди»

6

ДДТ «Осень. Мертвые Дожди»

7

ДДТ «Осень. Мертвые Дожди»

8

ДДТ «Осень. Мертвые Дожди»

9

Саша Чёрный «Слишком много разговоров…»

10

Саша Чёрный «Ламентации»

11

М. К. «Свину»

12

Цитата из высказываний Ф.Г. Раневской

13

Церера — в древнеримской мифологии богиня плодородия и земледелия

14

Фраза из т/ф «Здравствуйте, я Ваша тётя» (1975, режиссура и сценарий Виктора Титова)

15

True Ilya — подлинный Илья (англ.)

16

Прекрасный Иосиф — сын библейского праотца Иакова от Рахили, персонаж «Пятикнижия»

17

Вергилий (Публий Вергилий Марон) — один из величайших поэтов Древнего Рима. Здесь упоминается, как персонаж «Божественной комедии» Данте Алигьери

18

«Живые закрывают глаза мёртвым; мёртвые открывают глаза живым.» Александр Поуп (1688 — 1744), английский поэт

19

А. и Б. Стругацкие «Град обреченный»

20

М. К. «Гаврика!»

21

Талмуд: «Тот, кто спасает одну жизнь, спасает весь мир»

22

А.Б. Градский «Песня о маятнике»

23

А.Б. Градский «Песня о маятнике»

24

А.Б. Градский «Песня о маятнике»

25

А.Б. Градский «Песня о маятнике»

26

А.Б. Градский «Песня о маятнике»

27

Песня «Maybe I, maybe you» группы «Scorpions» (английский текст — Klaus Meine): «Может я, может ты — лишь солдаты любви. Рождены, чтобы свет среди мрака нести…» (автор перевода на русский — йожик)

28

А.А. Галич «Пейзаж»

29

Публий Теренций Афр (древнеримский драматург): «Quod licet Jovi, non licet bovi» (лат.) — «Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку»

30

А.П. Чехов «Чайка»

Content

Максим Коляскин
Минус два

Глава 1 Старец

Глава 2 Отель

Глава 3 Прогулка

Глава 4 Золотой номер

Глава 5 Библиотека

Глава 6 Дни Княгини

Глава 7 Дом Вершителей

Глава 8 Двойное Испытание

Глава 9 Ольга

Глава 10 Большие перемены

Глава 11 Ритуал

Глава 12 Охота

Глава 13 Сценаристка

Глава 14 Кастинг

Глава 15 Дверь во тьму

Глава 16 Ревность

Глава 17 «Поправка Беллы»

Глава 18 Выбор

Глава 19 Провалы в памяти

Глава 20 Непредвиденное задание

Глава 21 Предчувствие беды

Глава 22 Пропасть

Глава 23 Подарок из тьмы

Глава 24 Прощание

Глава 25 Пора!

Глава 26 Третий ключ

Глава 27 Пауза в пути

Глава 28 Вниз на вершину

Глава 29 Возвращение

Примечания