Уиндем Джон

НЕ ТАК СТРАШЕН ЧЁРТ

— Здорово! — с удовлетворением сообщил Стивен. — Знаешь, когда я прокручиваю пленку в обратном направлении, я слышу собственную речь задом наперед.

Отложив книгу, Дилис посмотрела на мужа. Перед ним на столе были магнитофон, усилитель и разные приборчики. Их переплетала сложная сеть проводов, тянувшихся также к большому динамику в углу и к наушникам на голове Стивена. Пол был усыпан кусками магнитной ленты.

— Еще одно научное достижение, — холодно сказала Дилис. Как я понимаю, ты собирался только немного почистить запись, чтобы мы могли послать Мире полный отчет о вечеринке. Уверена, что она охотнее послушает его не задом наперед.

— Да, но мне вдруг пришло в голову…

— И откуда столько мусора? Словно мы забрасывали гостей серпантином.

Стивен поглядел вокруг.

— О, это те места, где стоял общий галдеж или говорилось что-нибудь не вполне приличное.

Обведя глазами замусоренный пол, Дилис встала.

— Похоже, что неприличного было сказано куда больше, чем мы в то время услышали… В общем, убери это все, пока я приготовлю чай.

— Но ты должна послушать, что у меня получилось.

— Не вижу причин слушать эту тарабарщину.

Когда Дилис вышла, Стивен вместо того, чтобы заняться уборкой, нажал кнопку «пуск» и с любопытством послушал смежное кудахтанье, ничуть не похожее на его собственный голос. Затем он снял наушники и переключил звук на динамик. Удивляло, что воспроизводимая с нормальной скоростью, только в обратном направлении, речь казалась более быстрой. Ради интереса Стивен вдвое уменьшил скорость. Теперь голос зазвучал октавой ниже, стал глубже, внушительнее. Стивен одобрительно кивнул и откинулся на спинку стула, вслушиваясь в гулкие торжественные раскаты, доносившиеся из динамика.

Внезапно эту, несколько однообразную, торжественность прорезал посторонний, тревожно-пугающий звук, напоминающий свист, с каким локомотив выпускает пар. В комнате повеяло теплом, запахло паленым.

Стивен вскочил, едва не опрокинув стул, и кинулся выключать свои приборы. Затем придирчиво провел ревизию, проверяя, не греются ли контакты, не тлеет ли где обмотка. Все оказалось в порядке, и Стивен собрался уже облегченно вздохнуть, когда вдруг ощутил чье-то присутствие. Он резко оглянулся — и застыл с открытым ртом.

Было от чего опешить. В нескольких шагах от себя Стивен увидел человека шести футов ростом, казавшегося еще выше из-за своего необыкновенно высокого цилиндра. Человек стоял совершенно неподвижно, вытянувшись и держа руки по швам. Одет он был весьма странно: очень высокий стоячий крахмальный воротничок с сильно вытянутыми остроугольными концами, шелковый шейный платок серого цвета, длинный темный сюртук, отороченный по краям шелком, лиловые брюки и остроносые, до блеска начищенные черные ботинки. Стивену пришлось немного откинуться назад, чтобы как следует рассмотреть лицо. Оно было красивое, бронзовое, как от южного загара, с большими темными глазами. Пышные усы свисали книзу и соприкасались у углов нижней челюсти с тщательно подстриженными бакенбардами. Подбородок и щеки в свободных от бакенбардов местах были гладко выбриты. В целом лицо это напоминало ассирийские изваяния.

Что же до наряда, то при всей своей вычурности он выглядел весьма элегантно и в другой ситуации был бы, наверно, вполне уместен.

Незнакомец первым нарушил молчание:

— Я прибыл, — с подчеркнутой многозначительностью объявил он.

— Э-э… да… вижу, но… э-э… я не совсем…

— Вы меня вызывали. Я прибыл, — повторил незнакомец так, точно этими словами все объяснялось.

Совершенно озадаченный, Стивен хмуро возразил:

— Я вообще молчал. Я просто сидел здесь и…

— Вы напрасно волнуетесь. Уверен, что вы не пожалеете.

— Я не волнуюсь. Я просто ничего не понимаю…

Незнакомец начал проявлять нетерпение:

— Разве не вы составили этот Магический Знак? — продолжая держать руки по швам, он сжал три пальца правой руки, оставив выпрямленным только указательный палец. — И не вы произнесли Заклинание?

Стивен посмотрел на то место, куда указывал обтянутый лиловой перчаткой палец. Пожалуй, из обрезков ленты здесь получилась какая-то неправильная геометрическая фигура, которая могла быть и своего рода знаком. Но почему этот человек назвал его магическим?.. Ага, ведь лента, конечно, магнитная… Фу! Сущая ерунда… И еще «заклинание»… Хотя при таком воспроизведении магнитофонной записи исходившие из динамика звуки можно было принять за что угодно.

— Похоже, здесь вышла ошибка, — сказал Стивен. — Простое совпадение…

— Странное совпадение, — скептически заметил посетитель.

— Но потому такое и называют случайностью.

— Ни разу не слыхал о подобных случайностях, ни разу! Всегда, когда меня или кого-то из моих друзей вызывали таким вот образом, нас вызывали, чтобы дать какое-нибудь задание. И мы неизменно его выполняли.

— Задание? — переспросил Стивен.

— Ну да. Вам что-то нужно. Скажем, вы хотите пополнить свою коллекцию, вам недостает какого-то экземпляра. Значит, остается только договориться об условиях. Затем вы подписываете договор, кровью, конечно. И это все.

— А-а… — Наконец-то у Стивена мелькнула догадка, вспомнился испугавший его запах паленого. — Начинаю понимать… Так вы сат…

— Зовите меня Батрул, — поспешно перебил тот. — Я один из доверенных представителей моего господина и имею полномочия заключать договоры. А сейчас, если вы будете так любезны высвободить меня из этого знака, который чрезвычайно меня сковывает, мы сможем без помех обсудить условия.

Несколько мгновений Стивен глядел на него, затем покачал головой и рассмеялся:

— Ха-ха-ха!.. Ха-ха-ха!

— Не понял? — Батрул, похоже, обиделся.

— Послушайте, — сказал Стивен. — Извините, что случайно потревожил вас. Но я хочу, чтобы вы уяснили наконец: вам здесь нечего делать.

Батрул поразмыслил. Затем поднял голову, принюхался.

— Очень странно. Никаких священных запахов вроде нет.

— О, не в том дело, — успокоил его Стивен. — Просто ваши сделки слишком хорошо известны, и не было случая, чтобы другой стороне не пришлось потом пожалеть о таком договоре.

— Бросьте! Подумайте лучше, как много я могу для вас…

Стивен решительно оборвал его:

— Поберегите силы. Я ежедневно выдерживаю наскоки современных комиссионеров.

Батрул погрустнел.

— Я больше привык к натиску клиентов, — признался он. — Ну что же, если вы уверены, что здесь действительно вышла ошибка, мне не остается ничего другого, как вернуться назад и все объяснить. Насколько я знаю, такого у нас еще не бывало… Хотя, конечно, по закону вероятности должно было когда-нибудь случиться. Вот мне и не повезло. Раз так, до свидания… Ой, что я говорю?.. Я хотел сказать: прощайте, друг мой. Я готов! — Он закрыл глаза, лицо его словно окаменело.

Ничего не произошло.

— Ну же, произнесите это! — вскричал он.

— Что произнести?

— Другое заклинание, конечно. Приказ исчезнуть!

— Но я не знаю никаких заклинаний!

Батрул нахмурил брови.

— Вы хотите сказать, что не можете отпустить меня?

— Если для этого требуется какое-то заклинание, то не могу, разумеется.

— Но это неслыханно… — Батрула охватило смятение. — Что мне делать? Мне необходимо либо заключить договор, либо услышать заклинание.

— Ладно, скажите мне это заклинание, и я его произнесу, — предложил Стивен.

— Но я его не знаю. Я никогда его не слышал. До сих пор все, кто вызывал меня, жаждали заключить договор… — Он помолчал. — Право, было бы проще всего, если бы и вы… Нет? О, это ужасно. Ума не приложу, что нам делать…

Легким постукиванием носка в дверь Дилис возвестила о своем прибытии с подносом. Стивен пересек комнату и, чуточку приотворив дверь, первым делом сообщил:

— У нас гость. — Только после этого он пропустил жену в комнату и взял у нее из рук поднос, боясь, как бы она от неожиданности не выронила его.

— Но как… — начала Дилис и в изумлении уставилась на гостя.

— Дорогая, это мистер Батрул… Моя жена, — представил их друг другу Стивен.

Несколько смущенный Батрул, повернув голову, отвесил легкий поклон.

— Очень рад, сударыня… Прошу прощения за эту позу. Но я чрезвычайно ограничен в движениях. Если бы ваш супруг любезно согласился сломать этот знак…

Дилис продолжала таращиться на него.

— Боюсь… — сказала она жалобно, — боюсь, что ничего не понимаю.

Стивен, как мог, объяснил ей ситуацию. Тогда она сказала:

— Ну, я, право, не знаю… Нам надо решить, что делать. Но это так трудно, так необычно… — Не сводя задумчивого взгляда с Батрула, она прибавила: — Стив, если ты действительно растолковал ему, что мы ничего не станем подписывать, не думаешь ли ты, что его можно освободить? Я вижу, он чувствует себя очень неудобно в этом положении.

— Спасибо, сударыня, — с благодарностью сказал Батрул. — Мне, правда, очень неудобно.

Поразмыслив, Стивен принял решение:

— Ладно. Раз он все равно уже здесь и отношения выяснены, вреда от этого, я думаю, не будет. — Нагнувшись, он разметал в стороны куски магнитной ленты.

Батрул выступил из сломанного знака, правой рукой снял шляпу и, прижимая ее к сердцу, а левую руку положив на воображаемый эфес шпаги, щелкнул каблуками и отвесил Дилис глубокий поклон. Проделал он это с большим изяществом.

— Ваш слуга, сударыня.

Затем с таким же поклоном в сторону Стивена:

— Ваш слуга, сэр.

Стивен постарался достойно ответить, но сознавал тщетность своей попытки сравнять с гостем в манерах. Из-за этого возникла неловкая пауза. Дилис пришла на выручку:

— Лучше я принесу еще одну чашку.

Она вышла, вернулась и захватила инициативу в свои руки:

— Вы… э-э… давно не бывали в Англии, мистер Батрул?

Батрула заметно удивил вопрос:

— Почему вы так решили, миссис Трамон?

— Моя жена имеет в виду ваш костюм, — пояснил Стивен. — К тому же, если уж говорить откровенно, вы несколько спутали разные эпохи. Так, например, ваш поклон относится к более раннему периоду, чем костюм. Их разделяют по меньшей мере два поколения.

Батрул озадаченно поглядел на свой наряд.

— А я при последнем посещении этих мест особенно внимательно присматривался к моде, к фасонам одежды, — разочарованно сказал он.

— Не стоит огорчаться, мистер Батрул, — вмешалась Дилис. — Все ваши вещи превосходно сшиты. А уж качество материала!..

— Но все это устарело? — напрямик спросил Батрул.

— В общем, да, — согласилась Дилис. — По-видимому, у вас… ну там, откуда вы, несколько оторвались от реальной жизни.

— Пожалуй, что так, — признал Батрул. — В семнадцатом и восемнадцатом веках мы часто бывали в этих местах, но уже в девятнадцатом веке спрос заметно упал. Конечно, время от времени нас вызывают, но это дело случая, кому какой вызов достанется, в чье дежурство поступит. Вышло так, что в девятнадцатом веке я только однажды побывал здесь, а в этом веке вообще ни разу. Можете представить, с каким радостным чувством, с какими надеждами на взаимовыгодную сделку воспринял я вызов вашего мужа…

— Ну-ну! — прервал его Стивен. — Хватит об этом…

— О да, конечно. Приношу свои извинения. Просто старый боевой конь встрепенулся, заслышав, что протрубили тревогу… Вы понимаете…

Снова наступила пауза. Дилис задумчиво смотрела на гостя. Муж слишком хорошо знал ее, чтобы от него могла укрыться происходившая в ней борьба ее одолевало любопытство. И она в конце концов не выдержала:

— Надеюсь, ваши наезды в Англию не всегда приносили вам разочарования, мистер Батрул?

— О, сударыня, отнюдь нет. У меня сохранились самые приятные воспоминания о вашей стране. Например, о вызове к одному алхимику, который жил под Винчестером — было это в середине шестнадцатого столетия — и желал иметь богатое поместье, титул и красивую жену благородного происхождения. Мы сумели подыскать для него очень славное имение неподалеку от Дорчестера. Его потомки, я полагаю, и поныне живут там. Или вот случай, относящийся к началу восемнадцатого столетия. Один молодой человек мечтал о богатстве и о браке с представительницей высшей знати, из королевского окружения. Мы ему это устроили, и кто знает, в чьих жилах течет теперь его кровь… А еще через несколько лет другому молодому человеку, довольно бездарному малому, захотелось просто сделаться знаменитым драматургом и прославиться своим остроумием. Ну, на этот раз задача была гораздо труднее, но мы с ней справились. Я не удивился бы, услышав, что его имя все еще не забыто. Это…

— Все это очень хорошо, — перебил Стивен. — Потомки могут радоваться. Но чем кончили сами герои ваших историй?

Батрул пожал плечами.

— Ну, сделка есть сделка. Добровольно заключенный контракт… заметил он укоризненно, после чего продолжал — Хотя сам я последнее время не бывал здесь, но из рассказов коллег понял, что изменились только детали, а в принципе запросы те же. Титулы не утратили своей привлекательности, в особенности для жен клиентов. Как и прежде, ценится положение в обществе. Ну и загородный дом, который мы оснащаем теперь, конечно, всеми современными удобствами. А также пристанище в Мейфере[1]. Вместо породистых лошадей мы предлагаем теперь «Бент-Роллсли», а то и личный самолет… — завораживающе говорил он.

Стивен решил, что пора вмешаться.

— «Бент-Роллсли», вот уж действительно! Рекомендую вам в следующий раз внимательнее читать справочник по изучению спроса на потребительские товары. А сейчас я буду вам признателен, если вы перестанете соблазнять мою жену. Ведь расплачиваться придется не ей.

— Не ей, — подтвердил Батрул. — С женщинами всегда так. Расплачиваются, конечно, и они, но чем больше они получают, тем дешевле им это обходится. Вот, к примеру, ваша жена. Ее жизнь облегчится, ей ничего не надо будет делать, у нее…

— Хватит, кончайте с этим! Вам уже должно быть ясно, что ваши методы устарели. Дураков больше нет. Нас теперь не проведешь.

Батрул с сомнением посмотрел на него.

— Судя по нашим бюллетеням, грешить люди не перестали.

— Не спорю. Но вам от этого мало проку. Никакой грешник не согласится на ваши старомодные условия. Теперь каждый норовит побольше урвать и поменьше уплатить, если уж нельзя получить желаемое задаром.

— Это неэтично, — проворчал Батрул. — Это против правил.

— Тем не менее это так. А кроме того, в наши дни все намного сложнее. Ну как бы я мог увязать свой, неизвестно откуда взявшийся, титул с Дебреттом[2], или объяснить налоговой инспекции источник неожиданно привалившего богатства, или даже просто выполнить формальности, связанные с внезапным появлением особняка? Нельзя не считаться с фактами.

— О, я думаю, все это можно уладить, — сказал Батрул.

— Не так-то просто. В наше время есть только один способ внезапно и притом вполне легально разбогатеть. Это… О Боже!.. — Внезапно умолкнув, он погрузился в раздумье.

Батрул обратился к Дилис:

— Ваш муж себя недооценивает. У него огромные способности. Это видно с первого взгляда. Чтобы эти способности могли полностью раскрыться, нужен определенный капитал. За деньги можно иметь все: почет, власть, что угодно… Невольно чувствуешь, что муж ваш растрачивает свои силы впустую…

Дилис взглянула на мужа, который с отсутствующим видом о чем-то размышлял.

— Значит, вы тоже это почувствовали? Я часто думала, что в фирме не умеют по-настоящему оценить его.

— У этих дельцов своя политика. Они сознательно не дают хода молодым. Но при материальной независимости и с помощью жены — возьму на себя вольность прибавить — умной, красивой и молодой жены, почему бы…

Очнувшийся от задумчивости Стивен презрительно прокомментировал:

— «Руководство по искушению», глава первая. Кончайте с этим и постарайтесь взглянуть фактам в лицо. Когда вы здраво оцените их, я готов буду обсудить с вами сделку.

— А-а, — Батрул несколько приободрился. — Я знал, что по некотором размышлении вы убедитесь в выгодности…

— Послушайте, — снова перебил Стивен. — Первый факт, в лицо которому вам придется взглянуть, — это, что ваши обычные условия мне не подходят, а значит, не стоит больше пытаться повлиять на меня через мою жену. Второй факт таков: в беду попали вы, а не я. Как вы вообще сможете отсюда выбраться без моей помощи?

— Но ведь я предлагаю вам способ одновременно помочь и мне и себе.

— Вы никак не отделаетесь от своего одностороннего взгляда на вещи. Теперь послушайте меня. Существуют три способа решения данной задачи. Первый: найти кого-то, кто сообщит нам текст заклинания, которое необходимо произнести, чтобы вы могли отправиться восвояси. Вы знаете, как это осуществить? Нет? Ну и я не знаю. Тогда второй способ: я могу попросить викария соседней церкви совершить ритуал изгнания. Он с радостью выполнит мою просьбу. Может быть, впоследствии его даже причислят к лику святых за такую победу над лукавым.

Батрула передернуло.

— Ой, нет, не надо! Один мой приятель подвергся изгнанию в пятнадцатом веке. Так он до сих пор не вполне оправился от этой мучительной процедуры.

— Очень хорошо. Значит, остается третий способ. Не связывая себя никакими обязательствами, я сколачиваю солидную сумму и гарантирую вам клиента, который беспрекословно подпишет договор. Ну, что вы на это скажете?

— Не пойдет! — последовал мгновенный ответ. — Вы просто пытаетесь совершить две сделки вместо одной, то есть, заплатить нам половинную цену. Наша бухгалтерия никогда не утвердит такого договора.

Стивен с сожалением покачал головой.

— Не удивительно, что практика ваша хиреет. За два тысячелетия ваша контора не продвинулась в своей коммерческой деятельности дальше понятия первичной закладной. Вы даже готовы расходовать собственный капитал, не замечая, что можете воспользоваться чужим. Так дела не делаются. Мой план таков: я получаю деньги, вы получаете нужный вам договор, а первоначальным капиталом для этой коммерческой операции послужат всего несколько шиллингов, которые я же и внесу.

— Не понимаю, как из этого может что-то получиться.

— Уверяю вас, все получится. Вам, возможно, придется задержаться на несколько недель, но поживете у нас. Места хватит. Теперь скажите: вы играете в футбол?

— В футбол? — нерешительно повторил Батрул. — Нет, вроде. А как это?

— Ладно, правила и все такое вам придется вызубрить. Важна суть: игрок должен точным, прицельным ударом послать мяч в ворота. Теперь, если мяч окажется не точь-в-точь там, где ожидал игрок, точность и прицельность нарушатся, а значит, гол не будет забит. Улавливаете?

— Допустим.

— В таком случае вы поймете, что самое незначительное изменение положения мяча в критический момент может предопределить исход игры. Не нужно никаких недозволенных приемов, никакой грубости. Все должно быть проделано очень тонко и незаметно, чтобы ни у кого и тени подозрения не возникло. Достаточно, чтобы какой-нибудь крохотный бесенок — один из тех, кто помогает вам во всяких проделках, — вовремя подвернулся и помешал игроку точно ударить мячом по воротам. Организовать это для вас не составит большого труда, я полагаю.

— Сущий пустяк. Но я не совсем понимаю…

— Беда ваша в том, что вы безнадежно отстали от жизни, приятель, несмотря на все ваши бюллетени… Дилис, где у нас карточка футбольного тотализатора?

Через полчаса Батрул уже демонстрировал свои незаурядные способности.

— Да, — резюмировал он, — я понимаю. После уточнения некоторых технических деталей нетрудно будет организовать проигрыш, ничью, а возможно, если потребуется, даже победу.

— Точно, — одобрил Стивен. — Итак, я заполняю купон и ставлю несколько шиллингов. Вы обеспечиваете результат. Это дает мне возможность легально загребать деньги, не подвергаясь налогообложению.

— Все это очень хорошо для вас, — подчеркнуто констатировал Батрул. Но я не понимаю, как это поможет мне получить договор, разве что вы…

— Мы как раз подходим к этой части плана. В обмен на мои выигрыши я обязуюсь найти вам клиента, который подпишет договор. Крайний срок… ну, скажем, шесть недель. Идет? Хорошо. Тогда оформляем соглашение… Дилис, дай мне, пожалуйста, листок бумаги и… Ах, да, кровь у нас имеется…

Пять недель спустя Стивен остановил свой «Бентли» перед входом в отель. В следующую минуту из вертящейся двери появился Батрул. От идеи поселить его у себя Стивену уже очень скоро пришлось отказаться: стремление искушать носило у Батрула характер почти неконтролируемого рефлекса, что создавало нервозную обстановку в доме. И Стивен выдворил гостя в отель.

Внешне Батрул сильно изменился. Бакенбарды исчезли, сохранились только пышные усы. Длиннополый сюртук сменился строгим серым костюмом, высоченный цилиндр — мягкой фетровой шляпой, шейный платок — нормальным галстуком. В общем — современный, прилично одетый, интересный мужчина лет сорока.

— Прошу, — Стивен распахнул дверцу машины. — Форму договора прихватили?

Батрул похлопал себя по карману.

— Это всегда при мне. На всякий случай…

Когда Стивен первый раз сорвал огромный куш, он еще надеялся сохранить свое инкогнито. Оказалось, однако, что скрыть выигрыш 220000 фунтов стерлингов очень непросто. Так что без рекламной шумихи это дело не обошлось. Пока разыгрывался следующий тур, Стивен и Дилис старательно избегали появляться на людях. Выигрыш на этот раз составил 210000. Некоторая заминка возникла с выплатой по третьему чеку. Собственно, оспаривать выигрыш 225000 фунтов не приходилось: предсказания были четко обозначены чернилами на купоне. Однако часть учредителей тотализатора серьезно задумалась, и некоторые из них даже решили посетить Стивена. Один особенно серьезный молодой человек в очках стал доказывать ему, что согласно теории вероятности троекратное повторение такой удачи выражается дробью, числитель которой единица, а знаменатель — число с огромным множеством нулей.

Стивен заинтересовался произведенным расчетом и сказал, что в таком случае его система гораздо лучше, чем он предполагал, не догадываясь, с каким астрономическим числом приходится иметь дело.

Молодой человек пожелал узнать, что же это за система. Но Стивен уклонился от разговора, хотя дал понять, что готов обсудить некоторые аспекты с главой всего предприятия. Именно на эту встречу с Сэмом Грипшоу Стивен и ехал сейчас в сопровождении Батрула.

Штаб-квартира Сэма Грипшоу находилась в одном из новых предместий города, несколько в стороне от дороги, отделенная от нее заботливо ухоженной лужайкой с газонами шалфея. Швейцар в расшитой ливрее почтительно приветствовал Стивена и без задержки проводил его в просторный кабинет, где Сэм Грипшоу встретил его стоя. Мужчины обменялись рукопожатием, после чего Стивен представил своего спутника, пояснив:

— Это мистер Батрул, мой консультант.

Сэм Грипшоу глянул на Батрула, и этот мельком брошенный взгляд стал внезапно пристальным и настороженным. С минуту Грипшоу молча размышлял. Затем снова повернулся к Стивену.

— Ну, молодой человек, прежде всего я должен поздравить вас с небывалым успехом. Вы намного превзошли всех, кто когда-либо выигрывал за всю историю футбольных тотализаторов. 655000 фунтов — подумать только! Но… — Он покачал головой — так дальше продолжаться не может. Нет, не может…

— О, я не стал бы этого утверждать, — мягко возразил Стивен, когда они уселись.

Сэм Грипшоу снова покачал головой.

— Один раз — это удача, везенье; второй — ну, допустим, исключительное везенье; от третьего раза попахивает уже чем-то странным; случись такое четвертый раз — все предприятие окажется под угрозой; пятый раз будет означать полное банкротство. Никто больше и шиллинга не поставит — раз дело гиблое, кому охота? Вы говорили, у вас есть система?

— Не у меня, а у нас, — поправил Стивен. — Мой друг мистер Батрул…

— Ах, да, мистер Батрул… — Сэм Грипшоу опять внимательно посмотрел на Батрула. — Так вы, я полагаю, не захотите познакомить меня с вашей системой?

— Странно было бы ожидать этого, — сказал Стивен.

— Пожалуй. Хотя могли бы и познакомить. Ведь продолжать вы все равно не сможете…

— Потому что предприятие обанкротится? Что ж, мы действительно этого не хотим. Собственно, потому мы и приехали. Мистер Батрул хочет вам кое-что предложить.

— Послушаем…

Батрул встал.

— У вас здесь очень хорошее дело, мистер Грипшоу. Было бы весьма прискорбно, если бы оно лопнуло. Как для вас, так и для публики. Мне незачем подчеркивать это, поскольку я догадываюсь, что вы воздержались от рекламирования третьего выигрыша моего друга мистера Трамона. Очень разумно с вашей стороны, осмелюсь заметить, сэр. Это могло бы отрицательно сказаться на настроении публики… К счастью, в моих силах избавить вас от риска снова оказаться в подобной ситуации. Это не будет стоить вам ни пенни, и все же… — Тут он пустил в ход все свое искусство обольщения, с жаром расписывая выгодную сделку.

Сэм Грипшоу терпеливо выслушал все, вплоть до заключения.

— …и в ответ на эту… эту простую формальность я гарантирую, что ни мой друг мистер Стивен Трамон, ни кто-либо другой не смогут с моей помощью… э-э… предсказывать результаты. Ничто больше не будет угрожать вашему предприятию, которое, я уверен, сможет процветать дальше. — Он вынул из кармана заготовленный договор и, картинно взмахнув им, положил на письменный стол.

Сэм Грипшоу потянулся за бумагой, быстро проглядел текст и, к удивлению Стивена, почти не колеблясь, кивнул.

— Что ж, все правильно. В моем положении спорить не приходится. Ладно. Я это подпишу.

Батрул с радостной улыбкой протянул ему маленький перочинный ножик.

Поставив подпись, Сэм Грипшоу чистым носовым платком перевязал руку. Батрул осторожно взял договор и помахал им, чтобы подпись просохла. Затем еще раз с нескрываемым удовольствием посмотрел на нее, аккуратно сложил лист и спрятал его в карман.

Покончив с делом, он расплылся в улыбке и напоследок от избытка чувств снова допустил анахронизм: раскланялся с галантностью, принятой в восемнадцатом веке.

— Ваш слуга, джентльмены. — И мгновенно исчез, растворился, оставив после себя лишь слабый запах серы.

Сэм Грипшоу первым нарушил последовавшее за этим молчание:

— Хорошо, что отделались от него и что он не может вернуться, пока кто-нибудь его не вызовет… А вы, надо сказать, малый не промах. Выгодно продали мою душу! Вот это я называю настоящей деловой хваткой. Мне бы такую иметь в ваши годы, молодой человек.

— Ну, вы, по-моему, не очень расстроились из-за этой сделки, — с явным облегчением заметил Стивен.

— Вообще не расстроился. Это ему надо расстраиваться. Вы только подумайте, не одну тысячу лет он и вся его компания промышляют этим — и до сих пор у них нет порядка. В наше время всего важнее правильная организация. Полная четкость во всем — основа любого бизнеса. А эта компания безнадежно отстала, с ее допотопными методами. Пора бы им тоже иметь специалистов по системе управления.

— Методы у них действительно грубоваты, — согласился Стивен. — Но своей цели этот все-таки достиг.

— Ха! Интересно, что он запоет, когда заглянет в картотеку — если у них есть картотека. Откуда, вы думаете, взялось у меня достаточно денег, чтобы основать тотализатор?..

Примечания

1

Фешенебельный район Лондона.

2

Имеется в виду Книга пэров, впервые составленная Джоном Дебреттом в 1802 г. и с тех пор выходящая ежегодно.

Content

Уиндем Джон
НЕ ТАК СТРАШЕН ЧЁРТ

Примечания