Евгений Алексеев

Меняла

Пролог

Стать менялой для всего человечества было совсем непросто. Нападения на караваны с золотом и серебром, подкуп, воровство - все это было лишь вершиной айсберга проблем, которые пришлось решать. Боевые группы Огла порой устраивали локальных войны, объединяя по пять-десять пятерок, но иногда не хватало и их, и тогда наступал черед Рэнди. Но, в конце концов, наша команда добилась своего, мы контролировали где-то треть меняльных лавок в самых богатых городах человеческих земель, еще треть покупала наличность у нас. Деньги неиссякаемым потоком устремились в казну баронства. Мы стали достаточно велики, чтобы не обращать внимание на укусы конкурентов, кроме, конечно Великих Домов. И рано или поздно интересы баронства должны были столкнуться с одной из этих акул.

Аль Акримы давно косились на растущую торговлю сахаром. После низложения Дома Ланитов хитрый фирузкий клан получил контроль над торговлей с Тха-Рэ, Мараба и Сиба. Отголоски войны, которую развязали купцы Аль Акримов с Домом Оргайлов и кланом западных торговцев достигли даже владений орков. Сжигались караваны сухофруктов и лекарственных растений, взлетали до небес цены на специи, исчезла слоновая кость. Дома боролись за влияние на юге, но Аль Акримы контролировали самый удобный торговый путь по реке Темб. Командиры двух из трех легионов, обеспечивающих безопасность южного торгового пути, ели из рук главы фирузцев. Относительно независимым оставался лишь наместник Мараба и легион расквартированный в восстановленном южном городе. Пользуясь преимуществом своего расположения, Аль Акримы сосредоточили в своих руках большую часть торговли с югом. Оргайлы сохранили за собой лишь поставки товаров из Тха-Рэ в Судах, запад же почти полностью утерял позиции в Сиба. Учитывая вотчину Аль Акримов - Фируз, их Дом становился первыми среди равных. Богатство и власть всегда шли рука об руку с жадностью и вседозволенностью. Получив все лакомые куски юга, Дом Аль Акрим обратил свой хищный взор на богатые плантации каучука и таинственный "сахарный" остров. Так началась первая Торговая война.

Глава 1. Ловушка

— Гребите псы, отдыхать будете во внутреннем море.

– Лод Торин, здесь же безопасно, пожалуйста, разрешить снизить темп, гребцы выдыхаются.

— Цыц сопляк, мы здесь как на ладони обстрелять суда горящими стрелами и .... к Скарингу тебя молокосос, накаркал!

— Лод, это риттенские легионеры.

— А... уф... пронесло...

Суда речной эскадры остановились, чтобы пройти досмотр и отстегнуть положенную мзду офицерам легиона, пивной налог, как окрестили его речные торговцы. К слову сказать, несмотря на то, что Вольницу контролировали целых два риттенских легиона, все равно нет-нет, да и исчезали караваны судов. Торин поэтому водил суда с оглядкой и облегченно вздохнул, увидев штандарты легионеров. Как правило, разбойничьи шайки обходили патрули за версту, а значит дальше можно плыть относительно спокойно. Матросы уже начали налаживать сходни, когда легионеры вдруг, словно по команде развернулись и маршем устремились вглубь степи.

— Что за фокусы???

– Аааааааа — закричал раненый неизвестно откуда прилетевшей стрелой. И тут из овражков и небольших зарослей камыша посыпались хорошо вооруженные разбойники. Нисколько не опасаясь уходящих легионеров, враг кинулся к кораблям.

— Засадааааа, твоююю мать, нас предалииии...

– К боююю...

Все вокруг завертелось, летели стрелы, взрывались пороховые гранаты, горели корабли. Маги с обеих сторон внесли еще больше неразберихи и смертей. Из трех наших кораблей из смертельной ловушки сумел вырваться лишь Торин на Акраме. Потеряли два судна до отказа набитых сахаром, но самое главное около сотни моряков. Почти в то же время нападению подверглись торговые представительства в Фирузе, Судахе и Мараба. Противник, абсолютно не боясь стражи, штурмовал наши лавки средь бела дня. Бесследно исчезли три сухопутных каравана, еще семь сумели отбиться, правда, потеряв существенную часть груза. Более того дерзкие грабители сумели сжечь одну из факторий рядом с Длинным Языком и лишь вовремя подоспевшие сотни Торина спасли наши южные владения от полного разорения. Аль Акримы особо не скрываясь, навязали нам войну на всех фронтах разом, а неожиданные и дерзкие нападения, к сожалению, достигли своей цели. Ущерб был бы более значительным, если бы не наша быстрая связь через посты с магами. Судя по данным, нападавшие начали с юга, а акции на севере запоздали на два-три дня. Если бы мы получали информацию, обычным путем – курьерами, наши северные отделения были бы также застигнуты врасплох. Но вовремя предупрежденные о событиях на юге, группы Огла усилили меры безопасности и успешно предотвратили ряд атак. Но это пока были все наши успехи. Инициированные расследования пока вязли, несмотря на подкупленных чиновников и судей. Наш ресурс среди них я уверен был не меньше чем у Аль Акримов, но для такой борьбы нужно время, противник, же навязал нам динамичное противостояние, где мы должны были латать дыры в обороне и постоянно ждать новых ударов. И они не заставили себя ждать.

На первый взгляд противостояние с Аль Акримами походило на битву ребенка и каменного тролля, легенды, о которых до сих пор будоражили северные кланы орков. Фирузкие торговцы и раньше были велики, но теперь присоединив к своей империи богатства Ланитов, они стали просто невероятно могущественны. В Мараба у нас было пять факторий, укрепленный Длинный Язык и Сахарный остров, по площади то были огромные владения, но отдаленность от легионеров и небольшое население делали эти места менее ценными, чем те, которые находились в кольце застав риттенского гарнизона. Почти все земли, ранее принадлежавшие Дому Ланитов перешли к хитроумным фирузцам. Их владения на порядок превышали наши по площади и в разы по стоимости. Богатые, хорошо защищенные от набегов плантации, к тому же не испытывавшие недостатка в рабочих руках. Торговля сухофруктами, лекарственными растениями, кожей и специями приносила Аль Акримам огромный доход. Помимо этого, в их империю входили земли в Сиба и Тха-Рэ отвоеванные у Оргайлов и кланов Запада. Но это были лишь вновь приобретенные владения, фирузцы вот уже более трех поколений контролировали рощи тутовника, производство и торговлю шелком. Еще одной опорой этих воротил была торговля шерстяными тканями и коврами, которыми издревле славился Фируз. В сферу интересов Дома входили торговля красками, наркотическими растениями, драгоценным фарфором, чаем и многим другим. Аль Акримы владели серебреными рудниками на юго-востоке Фируза, железорудными месторождениями на границе Сиба и Западных королевств и копями самоцветов на Западе. Ловцы жемчуга в южных морях, знаменитые ювелиры Фируза и Судаха – все платили процент Дому, прочно контролировавшему торговлю этим товаром вот уже более двух сотен лет. Несмотря на то, что Дом Аль Акримов не был однородным, а представлял собой три-четыре главные ветви потомков легендарного основателя Акрим Бея, и добрый десяток менее значимых родственных кланов, перед внешней угрозой фирузцы умели объединиться в монолитный кулак. Что и сделали в торговой войне с Оргайлами и Западом. Нынешний глава дома Урбаши Аль Акрим держал вожжи клана железной рукой, и под его мудрым руководством богатство всех родов оказавшим ему поддержку множилось год от года. Влияние Дома в Риттене и Фирузе было огромно. Урбаши традиционно выполнял функции казначея короля Фируза, и ко всему был вхож в дома двух из двенадцати членов малого королевского совета правителя Риттена, а это стоило многого. Безусловно, в Риттене он мог также рассчитывать на огромную и не бедную диаспору фирузцев, имеющую влияние и в торговой среде, и в кругах аристократов. По слухам, Урбаши мог выставить до двадцати тысяч знаменитой фирузкий конницы, снаряженной и обеспеченной к длительному походу за деньги Дома, сверх того бытовало мнение что овеянные преданиями ассасины Фируза относятся к просьбам Урбаши с великим почтением. Отдельной песней была личная гвардия Аль Акримов, состоящая из мастеров мечников и наемных выпускников Риттенской Академии. Дом за свой счет обучал в Академии членов своих семей, имевших талант, и не скупясь уплачивал все неустойки за студентов, если хотел заполучить талантливого мага в свою армию.

На первый взгляд нам было нечего противопоставить Великому Дому. Мы всерьез обсуждали возможность уступить южные плантации в обмен на прекращение войны, но как показывал опыт, быстрая сдача лишь раззадоривала аппетит, и завтра враг мог постучать в ворота нашего замка. Так что выбора у нас по большому счету не было. Хоть внешне мы и были в разы менее могущественны нежели Аль Акримы, но по крайней мере за нами можно было смело считать ряд преимуществ: небольшую, но спаянную армию, включающую нарождающийся воздушный флот и четыре сильных морских эскадры, влияние среди клерков и финансовые возможности. Нет денег у фирузцев было, конечно, больше, но их финансовые ресурсы были в товаре, землях и мануфактурах. При этом война с Оргайлами и Западом, а потом переваривание владений Ланитов потребовали много наличности, так что свободных финансовых ресурсов у фирузцев быть не должно, а вот наше меняльное дело давало денежный рычаг, пусть и не такой внушительный на фоне конкурента, но, тем не менее, предоставлявший нам определенную свободу действий.

Следующий ход в этой смертельно опасной игре был за нами. На противостояние смотрели многие, а потому фирузцы начали свою партию с демонстрации силы, показательные акции, призванные доказать всем окружающим что Аль Акримы сильны как никогда и вся торговля с югом должна идти только лишь через их Дом. Это не понравилось многим, но еще больше купцов были просто напуганы, что было на руку фирузцам. Отныне мало кто осмеливался самостоятельно снарядить караваны по Тембу. Почти весь южный товар сосредоточился в руках Дома, за исключением того, что шел по опасному морского пути в Датлен. Ко всему мы оказались еще и этакой показательной грушей для битья. Наш ответный удар вообще никто не заметил или не придал ему значения. Наши приказчики занялись бюрократией, в канцелярии понеслись десятки заявлений о нападениях и обвинения в адрес Дома. Девять из десяти этих дел были безнадежны: фирузцев действовали руками наемников, и найти концы было почти невозможно. Но клерки, давно привыкшие к нашей щедрой, а самое главное постоянной в течение нескольких лет денежной поддержке с энтузиазмом принялись копать под Дом Аль Акрим.

Их возня нисколько не напугала Урбаши, он и раньше умело отбивался от наскоков слабых местных властей многочисленными взятками наверху, а на землях феодалов, где суд вершили беки или графы, чувствовал себя еще более уверенно. Но мы и не планировали какого-либо успеха на этом поприще. Самое главное судебные тяжбы связали немногочисленных чиновников, работающих с Домом и закрепили общественное мнение о нас как о жертве подвергшейся нападению более сильного и не стесняющегося в средствах конкурента. Ко всему Огл более точно определил ключевых сторонников Аль Акримов в правящей элите Риттена и Фируза, ведь именно они приложили усилия к тому чтобы замять инициированные нами жалобы.

Наш бизнес с айвами и орками был неуязвим для фирузцев, а меняльное дело, похоже, либо никто вообще не воспринимал всерьез, либо не придавал ему должного значения. Так что основной источник наших доходов пока был в безопасности. Аль Акримы, ошибочно считая основой нашей империи торговлю сахаром и каучуком, сосредоточили усилия на юге. Восприняв судебные тяжбы как показатель слабости, капитаны Дома ударили вновь. Наемники Аль Акримов повторно атаковали южные фактории. Около пяти сотен элитных бойцов легко справились с воинами Торина, но не сумели с ходу взять Белую Крепость, за которой укрылись рабочие и почти вся спешно отступившая армия морского волка. Наместник, помня нашу поддержку в битве с Тха-Рэ, незамедлительно выслал письма в метрополию и приказал выдвинуть к полуострову батальон подчиненного ему легиона. Но это решение было блокировано советом города, причем по формальному поводу. Более того верхушка легиона, ранее лояльная наместнику была заменена на сторонников Аль Акримов по прямому указанию из Балха. Судьба Длинного Языка теперь решалась без участия сил Риттена. В бухту Мараба стягивался мощный торговый флот Аль Акримов, который ранее контролировали внутреннее море, а теперь судя по всему, намеревался оседлать морские торговые пути из Тха-Рэ и Сиба в Мараба и возможно блокировать Длинный Язык и сообщение с Сахарным островом.

Мы вновь работали от обороны, Сахарный остров прекратил сообщения с материком, убрав маяки и скрыв весь наш флот. На Длинный Язык Торин перекинул несколько отрядов и артиллерию, усилив оборону этой природной крепости. Все действия Огла были направлены на поиск союзников и в первую очередь гонцы были отправлены к Оргайлам и клану Западных торговцев. Там мы рассчитывали получить если не открытую помощь, то хотя бы тайную поддержку. Я же отправился на встречу с Анхелем, нам позарез нужно было содействие Нитов. Встреча произошла в Балхе.

— Как дела сын Рогина?

— Ну, вы, наверное, уже в курсе?

— Слышал.

- Мне нужна небольшая поддержка.

– Уууу... конфликтовать с Аль Акримами из-за тебя, ты уж прости Алекс, никто не будет.

– Сам понимаю, не маленький, мне просто нужна консультация по кое-каким операциям Аль Акримов.

– Сожалею, Алекс, даже консультации в таком деле могут послужить поводом к войне, а Нитам сейчас это совсем не нужно. Даже моя встреча с тобой может быть неверно истолкована, так что разбираться с проблемами тебе придется самому.

– Что же, спасибо за честный ответ.

– Не держи зла сынок, я не могу рисковать Домом из-за наших с тобой хороших отношений.

Я не сильно надеялся на успех у Нитов, все что было нужно знать уже добыли информаторы Огла, а вот встреча с Анхелем, во-первых, развязывала мне руки, а во-вторых, возможно втягивала мнительного Урбаши в конфликт с Домом Нитов. Огл сделал все, чтобы информация о нашей сверх засекреченной встрече достигла ушей Аль Акримов. А вот встречи с Оргайлами и Западом были более продуктивны. Те обещали свою поддержку, правда, ожидаемо выставили массу условий, но они вполне укладывались в общую картину будущих сражений.

Тем временем наемники Урбаши доказывали хозяину, что не зря едят свой хлеб: дважды штурмовали Белую крепость, пробовали на прочность наши лавки в Фирузе. Нам намертво перекрыли торговые пути в Рииттен, дошло до того, что эскадра из пяти галер патрулировала воды у Трорура, чтобы перекрыть нам северный морской путь. Без каучука, сахара и других товаров юга сеть наших торговых представительств к тому же переведенная на осадное положение стала терпеть колоссальные убытки. Но мы терпеливо молчали, стараясь до поры не огрызаться на выпады фирузцев. Но это не значит, что Рэнди и Торин – капитаны моей армии – бездействовали. Мелкие локальные конфликты закалили нашу маленькую, но боеспособную армию. Из трех групп, что тренировал Рэнди, две базировались в Балхе, одна охраняла баронство. Так что две сотни элитных бойцов были переправлены в Фируз, где люди Огла подготовили базы рядом с объектами противника, драконы шли своим ходом, делая длительные ночные перелеты. Ко всему Огл мобилизовал все свои пятерки, перебазировав часть людей из Судаха, Риттена и Западных королевств в Фируз. Всего удалось собрать около сотни бойцов, в многолюдном Фирузе они не привлекли особого внимания. Где-то поводом сбора были свадьбы или похороны, иногда воины шли с караванами подставных купцов, в общем, нам удалось сконцентрировать в Фирузе небольшую армию. На Сахарном острове тренировалась еще одна сотня бойцов, Торин перенял опыт Рэнди, правда его ребята были менее зубасты, но не уступали в вооружении и магии, этот отряд тайно был переправлен на Длинный Язык. Во всех остальных городах люди Огла сосредотачивались около объектов Аль Акримов. Но самое основное требовало времени. Огл уже выделил часть влиятельных лиц, рьяно поддерживающих фирузцев и готовил их устранение. Нет, мы не замахивались на высокопоставленных вельмож Риттена, это могло выйти боком, но среднее звено сановников было уже под колпаком.

Враг расслабился и праздновал победу. Торговая блокада и разорение плантаций для большинства мелких торговцев означала медленную, но верную смерть. Таких купцов покидали приказчики, охрана и ближайшее окружение, оставляя неудачника на растерзание более сильного противника. Мы же не спеша подбирали время для удара.

Аль Акримы некоторое время назад заняли огромную сумму денег, правда, в пределах разумного, если соотносить ее с размерами их империи. Великий Дом Аль Акрим стоил около тридцати миллионов, это если оценивать только имущество: земли, товар, мануфактуры... Но по факту, учитывая связи, монополию на ряд товаров и контроль на реке Темб он стоили гораздо больше. Однако последняя война с Оргайлами, западными Киршами, Лидегартами и Оруэлами за южные плантации сильно истощила мошну клана. Еще больше требовались деньги на освоение новых земель, наем рабочих, отрядов охранников, новые караваны, требующий увеличения флот... В целом, по сведениям службы Огла фирузцы заняли около пяти миллионов золотом, заложив все свои приобретения на юге, ранее оцениваемые Ланитами в десять миллионов. Такую сумму не смог осилить ни один из Великих Домов и Акримам пришлось прибегнуть к посредничеству Нитов. Те формировали пулы кредиторов из числа зажиточных купцов, казначеев герцогов и прочих лиц, желавших поместить деньги под проценты. Кредитных пулов было около десятка, и наша компания ранее не без помощи Анхеля размещала в займах небольшую часть свободных средств. Сейчас подчиненные лично мне аналитики активно изучали возможность покупки долговых бумаг фирузцев через сформированную сеть подставных лиц. Но Дом Аль Акрим был в зените своей славы, и цена его долга мало уступала стоимости займов короля Таленгара, что было явно дорого, учитывая грядущие планы.

Операции с золотом гномов принесли за последние годы огромную сумму денег, вычистив все излишки до которой смогли дотянуться финансисты, мы аккумулировали самое главное оружие торговой войны – золото. Час X настал. По заранее намеченным объектам был нанесен сокрушительный удар. Вояки Торина, обойдя силы осаждающих Белую Крепость, ударили в тыл расслабившимся фирузцам. Одновременно гарнизон крепости пошел на вылазку. Взрывы гранат, грохот пороховиков и следом удары магии по ошеломленному противнику. Наработанная годами схема действовала безотказно. Клениевые снаряды легко пробивали магические щиты, внося сумятицу и страх, а следом по дезорганизованной массе солдат отрабатывали маги. Фирузцы бежали. Но это было только начало. Торин, используя броненосец, разгромил флот Аль Акримов, прямо в бухте Мараба, при демонстративном бездействии наместника. Броненосец со времен войны с Тха-Рэ изрядно перестроили, теперь это была полноценная плавучая батарея с десятком пушек, броней закрывавшей весь корпус и верхнюю палубу. В гавани наш монстр был слоном в посудной лавке. Каждый выстрел попадал в цель, суда фирузцев не имели никаких шансов в ранее такой просторной, а теперь ужасно тесной гавани. Попытки абордажа заканчивались ничем. Обильно усеянная шипами палуба броненосца и многочисленные стрелки уничтожили немногих безрассудных Акримов отважившихся штурмовать морскую крепость. Часть кораблей попыталась вырваться из смертельной ловушки, и была затоплена "Акрамом", "Льдинкой" и остальными кораблями нашей эскадры, блокировавшей выход в открытое море. Следом флот высадил десант, на плантации Аль Акримов расположенные вдоль Темба. Артиллерийская поддержка, неожиданность и натиск привели к уничтожению десятка плантаций. Никто не пытался удержать чужие земли, наемники уничтожали посадки, сжигали усадьбы и склады.

В Фирузе люди Огла разгромили несколько богатейших караванов принадлежащих Дому Аль Акрим. Им бы ни за что не удалось захватить хорошо охраняемые богатства, но цели нападения были другие. Воины попросту уничтожали весь товар, не пытаясь грабить. Натасканные на охрану ценностей наемники Великого Дома просто растерялись и не смогли ничего противопоставить такой тактике. Иногда под повозками горела земля, обильно политая земляным маслом, или в тюки с шерстью летели огненные стрелы, рушились переправы через реку и бурные потоки разбивали на миллионы осколков драгоценный фарфор. Задача отрядов Рэнди была сложнее, но они справились с ней на пять. Казармы Аль Акримов в которых квартировали подразделения, устроившие засаду на флот Торина, были заблокированы, а потом преданы огню. Пытавшихся спастись от пожара наемников встречали стрелами и арбалетными болтами. Потом небольшая армия провела убийственный рейд по шелковым и ковровым мануфактурам, уничтожая заготовленное впрок сырье и бесценный товар. Ровно то же самое было проделано со всеми представительствами Дома Аль Акрим, не было показательных штурмов или разгульного грабежа. В окна торговых лавок забрасывали гранаты, поджигали, или если позволяли силы обезвредив охрану оставляли имущество на разграбление толпы. Такая схема позволила нашим людям скрыться безнаказанно, и даже если где-то кто-то из наемников ошибался, его тут же выручали расторопные стряпчие. Отсутствие неоспоримых улик в виде награбленного добра, и взятки позволили нам провести акции значительно чище, чем Аль Акримам. Но самое страшное вершилось не в бурлящем Мараба и не в закипающем Фирузе, убийцы Огла устраняли сторонников Аль Акримов в Риттене: там, где было возможно устраивали несчастный случай, дуэль, отравление...

Одновременно с этими акциями стряпчие, работавшие на нас, представили убойные доказательства нападений, грабежей и пиратства со стороны Аль Акримов: сотни свидетелей, добрый десяток захваченных наемников Дома, ко всему аналогичные дела в Судахе и на Западе инициированные союзниками. Те из сторонников во власти, кто поддерживал Фирузцев, резко отстранились, боясь быть замаранными. Одно дело тихо заминать преступление, другое прослыть его соучастником. Именно это произошло с частью чиновников, раньше успешно отклонявших наши жалобы. Безвременно почившие же чинуши были очернены без всякой меры, хотя, читая их досье, это казалось просто невозможным, шлейф их преступлений был столь внушителен, что, казалось, добавить было просто нечего, но люди Огло совершили невозможное, создавая сторонникам Дома плохо пахнувший имидж.

Усилия достигли цели. Машину Аль Акримов залихорадило. Мы нанесли удар едва ли по десятой части их империи, но зависевшая от ежедневной торговли компания начала испытывать дефицит в деньгах и товарах. Нужно было увеличить охрану караванов и плантаций, повести полноценный поиск нападавших, отмахнуться от сотни жалоб, десятка судебных дел, расследований со стороны городов и даже властей Риттена. Все это требовало времени и денег. Уничтоженные запасы, разоренные мануфактуры и плантации, а самое главное сорванные контракты требовали немедленного восстановления. На все казны Аль Акримов явно не хватало. И тогда они сделали то, к чему их подталкивали. Великий Дом обратился за займами. Если бы Урбаши не жаждал немедленной мести, не хотел разгромить нас одним ударом и прямо сейчас, а просто успокоился и залатал дыры в своей обороне, все могло обернуться иначе. Но его обращение вызвало обоснованную панику в деловых кругах, которую умело, подогрели, выталкивая наружу незначительные ранее, но важные теперь неисполнение контракты, просроченные платежи и прочее. Складывалась картина, что в благополучном и могучем Доме Аль Акрим не все так ладно и просьбы Урбаши о займах ровненько ложились в нарисованную картину. Долговые расписки Дома стали стремительно падать в цене, мелкие владельцы пула решили избавиться от сомнительных бумаг от греха подальше. Южные владения, вначале разоренные войной с Тха-Рэ, а потом торговыми войнами Великих Домов смотрелись менее заманчиво, и то что они выступали залогом по займам уже не так радовало кредиторов. Ажиотаж подогрели подставные люди, начавшие продавать по низкой цене те немногие векселя Аль Акримов что были в нашем распоряжении. Естественно другой рукой мы покупали эти бумаги обратно и продавали их вновь еще дешевле. Если бы в этой вакханалии участвовал один из Великих Домов или Аль Акримы имели наличность, ни к чему бы наша афера не привела. Но сейчас именно мы заказывали музыку. Купленные клерки Нитов снабдили Огла списком заемщиков по пулам, у крупных и достаточно трезвых кредиторов мы скупали расписки с незначительным дисконтом, иначе они вполне могли поддержать Аль Акримов, чтобы спасти свои деньги, а так просто мирились с незначительными на фоне нарисованного коллапса убытками. Паникеры же продавали закладные за четверть цены. К концу операции мы аккумулировали около девяноста процентов долговых бумаг Аль Акримов, заплатив за них чуть менее трех миллионов золотом. Остальные десять процентов пришлось выкупить у Нитов за номинальную стоимость и все причитающиеся до конца выплат проценты, но оно того стоило.

Казначеи Урбаши совсем не думали отслеживать долговые расписки. Все расчеты велись с Нитами, а конечные владельцы Аль Акримов особо не интересовали. Изначально пул заемщиков был столь широк, что никак не мог угрожать Дому. Слишком разрозненной и неорганизованной была масса кредиторов, потому в качестве гаранта сделки выступали Ниты. И сейчас они, как ни в чем не бывало, продолжали выполнять свои функции. Только вот кредитор остался один. Аль Акримы довольно логично заняли деньги под то имущество, которое планировали развивать – бывшие земли Дома Ланитов, но в данном случае эта мудрая политика сыграла против них. Правда Урбаши пока не догадывался почему. Глава Дома довольно спокойно отнесся к вести о том, что его кредитором стал ненавистный клонельский выскочка.

– Чего добился этот безбородый юнец? Мы уничтожим его, и вообще не будем ничего платить. Ха-ха-ха, он за нас рассчитался с долгом в пять миллионов. Так, Алим?

– Досточтимый Урбаши, меня тревожит не это. Откуда у сопляка такие деньги?!?

– Их у него и нет, думаю, эти шакалы Ниты стоят за всем этим. Видно решили нажиться на проблемах Дома Аль Акрим. Сколько они выгадали?

– Полтора миллиона.

– Пусть подавятся, жадные ублюдки. Алим, исполняй обязательства по этим займам ровно в срок, сейчас не время разбираться с шелудивыми ростовщиками. И пусть твои люди ищут, как нам получить с этого выгоду. Думаю, если Ниты выиграли целых полтора миллиона, они вполне могут простить нам проценты, а то и списать часть долгов. Всем выгодно, всем хорошо, так да?

– Вы вселили в мое сердце уверенность высокочтимый, этот юнец действительно марионетка Нитов, и раз они получили свое, скоро мы раздавим выскочку и обернем наши убытки в прибыль.

– Да будут твои слова услышаны. Эй, Гулиюм неси мясо, что-то я проголодался.

Глава 2. Великий Дом

Конклав Великих Домов традиционно проводился в Риттене раз в год. Здесь решались судьбы целых королевств, низлагались торговые империи, обсуждалось множество дел, которые было нужно осветить вот так, публично, а самое главное закрепить решения высшим для всех купцов документом — ежегодным решением Конклава Великих. Который, к слову сказать, признавался и властью Короля Риттена, представитель которого в обязательном порядке участвовал в Конклаве, имея права вето и решающий голос в спорных вопросах. Простым смертным, да что уж говорить даже королям и герцогам путь суда был заказан. Мне удалось попасть на конклав при поддержке четырех Домов: Оргайлов, Оруэлов, Лидегардов, Киршей. Их поручительства было достаточно, чтобы принять участие в этом зарытом для большинства собрании.

Собрание проходило в роскошном зале королевского дворца, специально отведенном для этих целей. Председательствовал представитель короля, казначей Риттена и глава Великого Дома Нитов Ульрих Ал Нит. Велика была власть этого человека, за ним стояла казна самого могущественного государства людей, Великий Дом, сам кредитующий целые королевства и три сотни лет опыта, именно столько прожил патриарх Нитов, жизнь и бодрость духа которого поддерживали лучшие маги-целители человечества. Потому каждое слово, произносимое тихим голосом Нита, старались услышать, ибо бывало, что его речи были поводом к смене династий в сопредельных государствах. Я с немым восхищением прикоснулся к миру незримых кукловодов финансового мира. Куда пойдет железо, в каком государстве взвинтить цены на пшеницу, кому прекратить поставки соленой сельди... Принимаемые решения, конечно, не были самостоятельной политикой Конклава, а скорее всего, служили инструментом в руках короля Риттена. Однако Конклав и сам имел немалое влияние и возможности. Поставки провизии или торговая блокада, оружие и драгоценности, строительство мануфактур и расширение флота – все это проходило через руки трех десятков присутствующих здесь глав Великих Домов.

В целом в собрании принимали участие около двух сотен человек: секретари, помощники, писари, представители заинтересованных сторон. По регламенту вначале обсуждались общие, публичные вопросы, а потом главы Домов удалялись в малый зал для решения внутренних дел Конклава. Мое дело было внесено в повестку одним из последних. Все время я находился под присмотром секретарей Оргайлов и Домов Запада. Покушения были табу, особенно в присутствия королевской гвардии и савахов традиционно берущих безопасность мероприятия на себя. Но от разозленных и горячих Аль Акримов можно было ожидать любой подлости. Так как я сам с трудом попал на заседание, охрану предоставили Дома союзников, имевшие право быть здесь со своими помощниками. Но видимо рассудок возобладал над гневом Урбаши и я спокойно дождался своей очереди быть выслушанным.

— Я обращаюсь к Великому Конклаву с просьбой о принятии меня и моих соратников в число Великих Домов. Согласно уложения Первого Конклава под председательством Аргуса Железного позвольте вынести на суд свидетельства нашей возможности быть принятыми в число первых торговцев человечества.

— Мы Великий Дом Оргайлов, поручаемся за торговый Дом Алекса сына Рогина и считаем его достойным войти в наш Конклав. Нам известен барон Алекс как крупнейший поставщик оружия и трофеев Пустоши.

— Мы Великий Дом Кирши, поручаемся за торговый Дом Алекса сына Рогина. Этот купец поставляет таленгарское зерно и северную рыбу в наши земли. Товар его безупречен, приказчики честны и обязательны.

— Мы Великий Дом Оруэлов, поручаемся за торговый Дом Алекса сына Рогина. Его жатки и железный инструмент спасли нас во времена вероломного нападения Орков на плавильни Таленгара. С тех пор мы постоянные покупатели его товаров.

– Мы Великий Дом Линдегартов, поручаемся за торговый Дом Алекса сына Рогина. Мой Дом является постоянным покупателем новых продуктов, поставляемых бароном: сахара, свечей, каучука.

— Мы принимаем поручительства Великих Домов, и приступаем к обсуждению возможности принятия Дома Алекса сына Рогина в число Великих. В первую очередь просим предоставить претендента достаточные доказательства, того что его дело достойно встать в один ряд с Великими Домами.

— Я как глава торгового дома представляю совету оценку нашего имущества: плантаций на юге, мануфактуры по производству сахара, каучуковых изделия, свечей, механических жаток и железного инструмента. Также здесь документы о наших владениях в Таленгаре, торговые контракты с семью Каганами Айвов, племенами кантабаров и аквитанов, а также разрешение на свободную торговлю с двумя Великими Кланами орков, – при этих словах по залу пронесся удивленный ропот собравшихся.

– Соблюдайте тишину, можете продолжать барон, – в голосе секретаря собрания, а по совместительству главы Великого Дома, господствующего в Датлене появились нотки невольного уважения.

— Спасибо. Я также владею флотом из двенадцати торговых кораблей, выполняющих рейсы от Мараба в Риттен и Датлен, помимо этого наш Дом владеет рядом других менее значимых доходных дел. В заключении хочу предоставить на рассмотрение Конклава документы, подтверждающие стоимость нашего имущества на сумму двенадцать миллионов золотых.

— Каковы Ваши долги молодой человек?

— Порядка ста тысяч золотом, но это только по контрактам, которые согласно договоров мы исполняем по факту получения товара. При этом они покрыты резервной наличностью пятикратно, эта сумма не вошла в оценку моего имущества.

- Кем помимо поручителей подтверждены данные – Урбаши не показал и тени враждебности.

– Специалисты Великого Дома Нитов проводили оценку наших возможностей.

– Главы Домов у вас на руках документы о состоянии дел Дома Алекса сына Рогина. Есть ли у кого какие вопросы?

– В вашем состоянии почти половина денег приходится на долговые расписки Дома Аль Акрим, так?

– Да.

– Не слишком ли это???

– Аль Акримы обеспечили расписки солидным залогом, и стоит ли сомневаться в платежеспособности Великого Дома?

– Сколько лет вашему Торговому Дому?

– Дело начал мой дед, семьдесят два года назад.

– Еще вопросы? Что же предлагаю перейти к процедуре голосования. Принесите чашу.

Голосование было тайным, главы Домов опускали в чашу заранее заготовленные листочки бумаги, на которых были пометки "за" или "против".

– Ну что же Алекс сын Рогина двадцатью одним голосом против двенадцати ваш Дом наделается правом называться Великим. Так как за вами не закреплено королевство или земли вы не несете ответственности за торговую политику Риттена на определенной территории, но вы должны принимать участие в наших блокадах или помощи по мере сил, если ваш долг перед страной или вера не противоречат решениям принятым Конклавом. Мы принимаем Великий Дом Рогинов!

– Да будет так. Да буде.....

Не верилось, что так легко прошли эту процедуру, хоть я и понимал, что она была чистой формальностью. Ранее все документы и доказательства были представлены Нитами на Малый Королевский Совет, и только после того как было получено одобрение там, нас допустили к процедуре голосования. Великим Домам давались немалые торговые льготы и помощь метрополии в любом уголке мира, но и стоило это все о-го-го, только за принятие на меня навешали обязательств перед казной Риттена на добрый миллион. Слава богам хоть не предоплатой. На самом деле по Плану этот статус мне пока было рано получать, но Акримы.... О, пора приступить к тому ради чего затевался весь этот фарс...

– Алекс, глава Великого Дома, вы можете обратиться к Конклаву.

– Спасибо за оказанную честь, Дом Рогинов, ....

Я произнес заранее согласованную и отрепетированную благодарственную речь, оставив самое сладкое наконец.

– А в заключении хочу сделать официальное заявление. Великий Дом Рогинов объявляет войну Великому Дому Аль Акримов. Прошу Конклав подтвердить законность моих действий.

– Молодой человек стоит ли начинать с этого? – глава Нитов укоризненно покачал головой.

– Досточтимый Ульрих Ал Нит, здесь судебные решения Судаха, Риттена, Фируза и королевств Запада, признающие вероломные нападения Аль Акримов на мои законные владения.

– Они будут оспорены Рогин, твои сфабрикованные бумажки никому не нужны. Но я не против войны, это только развяжет нам руки.

– Что же нам бы не хотелось дрязг между Великими, но, если стороны не против так тому и быть. Дома Аль Акрим и Рогинов признаются воюющими, все конфликты решаются в соответствии с законами ваших государств и Риттена, контракты и совместные обязательства Домов перед Конклавом будут исключены до момента примирения. И..., вы все знаете наши неписаные правила, не переходите границ дозволенного.

– Да будет так.

– Да будет так.

– У меня есть еще одно заявление.

– Да?!?

– Так как вопрос касается Контроля торговли с отдельными королевствами, я бы хотел рассмотреть долговые обязательства Дома Аль Акрим перед Домом Рогинов.

– Барон Алекс, каким образом долги Аль Акримов относятся к контролю торговли?

– Залогом по этим займам являются земли протектората в Тха-Рэ, Мараба и Сиба.

– Мы что не исполняем своих обязательств? Дом Нитов может подтвердить нашу добросовестность, – обычно мягкая, а сейчас короткая и жесткая речь Урбаши прозвучала в затаившем дыхание зале.

– Аль Акримы не просрочили ни одного платежа – кивнул Ульрих в сторону Урбаши.

– Договор займа, как подтвердят уважаемые Ниты был заключен после войны Аль Акримов с Оргайлами и кланами Запада, потому кредиторы, опасаясь новых потрясений, ввели право досрочного истребования долга в случае, если Дом Аль Акрим вступит в войну с одним из Великих Домов.

– Щенок имелись ввиду наши соперники за южные владения.

– Мы придерживаемся буквы Договора и уложений Конклава. Вы вступили в войну с Великим Домом Рогинов, а значит, мы вправе требовать немедленной оплаты долга. Согласно этого же договора в случае неуплаты суммы все заложенное имущество поступает в уплату долга. Я бы хотел решением Конклава подтвердить возможность или невозможность Дома Аль Акрим погасить свои обязательства.

– Мы соберем всю сумму в течение месяца.

– Меня и моих партнеров не устраивают такие сроки, не забывайте мы находимся в состоянии войны, а в таком случае согласно Уложения Конклава взаиморасчеты должны быть произведены в день признания Конклавом официальной торговой войны между Домами.

– Мы найдем поручителя, загнанный в угол Аль Акрим скрежетал зубами, судорожно пытаясь найти выход.

– Нет.

– Что же, в соответствии с пунктом сто пять, второго уложения Конклава триста восьмого года от изгнания Скаринага объявляю требования дома Рогинов законными. Дом Рогинов имеет право на получение заложенного Домом Аль Акрим имущества. Право будет осуществлено немедленно, при согласии присутствующего здесь представителя Короля.

– Мы не имеем ничего против, но хотели бы сохранить баланс сил на указанных территориях – взял слово королевский представитель.

– Дом Рогинов также не планирует монопольно владеть южными плантациями, мы готовы передать за половину номинальной стоимости земли Сиба и Тха-Рэ желающим их приобрести.

– Оргайлы готовы произвести оплату за плантации в Тха-Рэ.

– Дома Запада готовы приобрести владения в Сиба.

– Властью, данною мне королем объявляю сделку законной.

– Так тому и быть. Решением Конклава изымаются долговые обязательства Дома Аль Акрим перед Домом Рогинов в обмен на земли в Тха-Рэ, Мараба и Сиба. Земли в Тха-Рэ и Сиба отходят Оргайлам и Домам Запада за половину номинальной стоимости, оговоренной в соглашении о займе.

Уффф... Провернуть такое – дорогого стоит. Притом, что довольными оказались все, кроме Аль Акримов. Долг в пять миллионов достался нам за сумму чуть большую трех с половиной миллионов золотом. Земли в Тха-Рэ и Сиба стоили номинально около семи миллионов, так что, продав их союзникам за половину цены, я окупал всю сделку, получив в сухом остатке все земли в Мараба. Правда пришлось заплатить около миллиона Нитам и ряду членов королевского совета за одобрение сделки. Удивляет способность этих вельмож делать деньги из воздуха. Они сами в первую очередь были озабочены усилением Аль Акримов, а тут моими руками убрали эту проблему, да еще и взяли денег за ее решение. Немалых денег. Союзники также бескровно отвоевали ранее потерянное в войне с Аль Акримами имущество, причем за полцены. Проиграли пока только фирузцы. Так что первая партия в этой войне осталась за мной.

Однако время праздновать победу еще не пришло. Как ни парадоксально, но Аль Акримы стали сильнее, потеряв свои южные владения. И тому был ряд объективных причин. Во-первых, наши естественные союзники получили свое и скорее всего, теперь постараются сохранить нейтралитет. Вступать в затяжную войну купцы не любят. Убытки, слабое внимание к делам во время войны и вот под боком вырастает куча конкурентов, которые раньше считались мелочью. Во-вторых, у фирузцев появлялись свободные деньги для войны, если раньше вся наличность уходила на гашение кредита и освоение новых земель, то теперь эти потоки с большой долей вероятности пойдут на борьбу с нами, сверх того освобождалась армия наемников, боевых отрядов и кораблей, которые раньше контролировали плантации. Теперь эта армия либо получит расчет сократив затраты Дома, либо будет направлена против нас, оба этих варианта опять-таки давали преимущество Аль Акримам. В-третьих, признание нас Великим Домом, как бы обнуляло все наши достижения в правовом поле, если раньше мы были жертвой и чинуши за малую мзду поддерживали наши жалобы, чтобы скачать побольше денег с богатого Дома, то теперь мы равны, и каждый наш шаг будет стоить столько, же сколько он стоит Аль Акримам. В-четвёртых, мы стали гораздо уязвимее, владения Мараба, вначале разоренные Торином, а потом покидавшими плантации фирузцами, требуют золота, много золота и много охраны. Все это понимали не только мои аналитики, но и их коллеги в Домах Оргайлов, Нитов, Оруэлов и других. Правда теперь, никто не был против если Аль-Акримы вернут себе владения в Мараба попутно уничтожив новорожденный Великий Дом. Многие планировали изрядно нажиться на этой войне, подбирая за противоборствующими сторонами рынки сбыта, мануфактуры и источники сырья.

Однако у нас был шанс получить еще один козырь в этой войне. Служба Огла начала операцию, которая опиралась на выводы, сделанные аналитиками. Изучая возможности и последствия затеваемой нами сделки по выкупу долговых бумаг Аль Акримов, мы натолкнулись на интересную традицию Дома, которая послужила основой к разработке нового плана.

Дом Аль Акрим.

– Уууууу собаки, дармоеды, выродки Скаринга! Кто? Я спрашиваю, кто подписывал этот договор? Так опозорить наш Дом. Весь Конклав теперь потешается над Аль Акримами. Жалкий Клонельский выскочка празднует победу. Два года интриг и войны, миллионы золотых, погибшие воины – все псу под хвост. Ууууу шакалы....

– Великий, служба Кублан Оглы занималась займом, – верные соратники Урбаши нашли единственно верный выход – подставить ближнего, чтобы отвести гнев главы Дома от своих шей. Стрелочника уже давно назначили наиболее влиятельные соратники Урбаши, нужно было только грамотно направить гнев повелителя.

– Продажный шакал! Почему его нет на совете? Неужели это его рук дело? Презренный предатель! Пошлите ему шнурок. Три дня ему, чтобы он смыл позор со своей семьи.

– Повинуюсь Великий, – замысел ближайшего круга соратников Урбаши замечательно удался, но многоопытные волки торгового мира допустили фатальную ошибку.

Надо сказать, что в Доме Аль Акрим практиковали очень жесткую систему наказаний. Проворовавшимся приказчикам, предателям, и прочим повинившимся передавали шнурок, чтобы наказанный сам свел счеты с жизнью. Очень эффективный метод. Высшие управленцы Дома или были стопроцентно преданы ему или умирали. Аль Акримам не нужны были люди знающие секреты Дома и одновременно затащившие обиду на него. Стимулом к свершению такого акта была забота о семье ушедшего с честью. Никто не отнимал у вдов и детей покойного, нажитое неправедным путем, наоборот осиротевших щедро поддерживали и даже принимали в лоно Дома, без каких-либо ущемлений. От того Дом был крепок и монолитен для внешнего врага. А если вдруг заводилась гнильца, то Урбаши имел верный способ как от нее избавиться. Единственным ограничение такой системы являлось наличие у руководителей Дома семьи, и возможность ее контроля. Это условие безукоризненно соблюдалось вот уже на протяжении нескольких поколений. Люди, тесно связанные с торговыми секретами Дома, имеющие доступ к его казне в обязательном порядке были примерными семьянинами. Их дома располагались в крепости внутри столицы Фируза, являющейся собственностью Дома. Все поездки разрешались при условии, что один из членов семьи оставался в Крепости, либо в исключительных случаях семью сопровождал боевой отряд, имевший инструкции уничтожить охраняемое лицо при угрозе его перехвата силами конкурентов.

Зная об этом и имея прогноз о том, что должно произойти на Конклаве люди Огла стали готовиться к похищению казначея и его семьи. Провернуть эту операцию без согласия похищаемых из хорошо укрепленного объекта было мало выполнимо. Выложить все наши планы и прогнозы казначею – огромный риск, что помешает ему доложить о ситуации Урбаши? И кто знает, может хитроумный фирузец найдет выход из создавшегося положения. Так что на долю службы Огла досталась достаточно нетривиальная задача, зависящая от кучи разных факторов. Для реализации плана нужна была маленькая удача, но зная, какая фортуна изменчивая сука, Огл решил ее немного подтолкнуть. Курбана вкусно накормили в его любимой таверне. О том, сколько стоило Оглу, подкупить шеф повара этого заведения, не хочется и вспоминать. Эта скотина теперь имеет собственный ресторан в не самом плохом районе Балха. По-хорошему надо бы было убрать концы, но наша команда изначально старалась работать честно, там, где это возможно. Репутация и еще раз репутация. В общем, к поездке Урбаши на Конклав, его казначей второй день мучился животом и конечно остался дома. Кстати повар опробовал средство на себе, не хотел брать грех на душу, а вот устроить понос чванливому и капризному клиенту – всегда пожалуйста. Хмм... надо уважать людей, готовящих тебе пищу, ну или, по крайней мере, не давать волю эмоциям.

Как только Огл получил вести, что Аль Акримы в Балхе, его агентура в Фирузе развила бурную деятельность. В первую очередь удалось вытащить казначея на конфиденциальный разговор. Это опять стоило немалых денег. Курбан постоянно находился в окружении телохранителей, а по совместительству наушников главы Дома. Так что, изрядно поломав голову, наши агенты решили провести встречу прямо в кабинете главы одной из служб города, который вызвал казначея Аль Акримов грозным письмом. К слову сказать, чинуша сидел на крючке у агента савахов, который в свою очередь задолжал службе Огла. В кабинете чиновника естественно были наши люди, которые сделали Курбану предложение, от которого он не смог отказаться. До умного финансиста быстро дошла идея о том, что удастся сделать Дому Рогинов на Конклаве и чем это аукнется лично ему. Связаться с Урбаши в столь короткие сроки чтобы предотвратить катастрофу было нереально, тем более мы остановили все платные сообщения по нашей линии быстрой связи на время Конклава, так сказать технический перерыв. Так что даже зашифрованное сообщение на подставные лицо не смогло бы достигнуть цели, другой альтернативы срочно связаться у Аль Акримов не было. Так что наше предложение спасти его шкуру и семью казначей принял на ура.

С семьей все решили просто. Жена и дети Курбана отправились к теще в гости, что они периодически и делали. Так что этот визит не вызвал особых подозрений. Охраны и соглядатаев, предусмотренных в таких случаях, было немного, ведь сам казначей оставался под неусыпным надзором. Так что ее легко нейтрализовали агенты Огла. А вот с идеей о том, как вытащить казначея пришлось повозиться. Выманить в город? А потом устроить маленькую войнушку с его охраной? Риск велик, особенно риск потерять ценного перебежчика. Да и лишняя шумиха нам не к чему. Наследим и на нас спустят всех ищеек Фируза, а еще нужно переправить Курбана Оглы с семьей в далекий Таленгар.

В итоге в спецоперации пришлось задействовать одного из драконов, которого загодя переправили в заранее подготовленную в уединенном месте базу. Дракон, самец купленный у гномов получил вещи казначея, чтобы ночью найти того по запаху. Оглы с момента принятия решения о бегстве завел привычку ежевечерних прогулок по двору замка, длившихся до темноты. Так что его кража прошла без сучка и задоринки. Небесный всадник подхватил казначея в полной темноте, рептилия ориентировалась вначале на огни замка, а потом на запах, несмотря на всю нереальность произошедшего, кажется никто толком и не понял, как ушел казначей. Дракон изначально был натерт угольной пылью, чтобы панцирь не давал и тени отблеска, а выбранная ночь, была на удивление темной и непроглядной. Дальше наши агенты перебросили казначея и его семью в баронство.

В итоге операции мы получили сведения о противнике из первых рук. Тайные операции, взятки, финансирование отрядов наемников.... Ценность того, что принес казначей, была неоценимой. Его семью поместили в роскошных апартаментах, а ему восстановили все потерянное состояние, оно того стоило. В цепких руках финансиста долгое время находились все нити Дома Аль Акрим, который к счастью пока еще не дорос до того, чтобы финансировать хотя бы свою службу безопасности и отдельные подразделения из независимых источников. Потому мы обладали исчерпывающей информацией обо всех денежных операциях Дома, а значит и обо всем Доме Аль Акрим. Мы стали планировать его уничтожение. Как оказалось, фирузцы были не столь однородны, и история кровавого захвата предками Урбаши власти в Доме тому подтверждение.

Аль Акримы изначально владели небольшой, но успешной лавкой по продаже ковров. По слухам, Акрим Бей сумел сколотить капитал, скупая краденые ковры и ловко переправляя их с контрабандистами в Риттен. Такая схема выгодно отличалась от других, сбывавших ворованное в Фирузе, а потому рано или поздно попадавшихся в руки стражников. Дальше больше, хитрый купец подмял под себя несколько ковровых мануфактур, а потом нашел поддержку в лице аристократов, которым удвоил цену за шерсть, сдаваемую приказчиками беков. Безумный шаг для любого торговца, но не Акрим Бея. Став монополистом, он в короткие сроки сумел помять под себя всех изготовителей ковров в окрестностях столицы. Его сумасшедшая сделка принесла поистине сказочные плоды. Монополия и растущий спрос знати на роскошные ковры принесли миллионы. Но за внешне легким успехом таились огромные связи, в том числе, как и во власти, так и в преступной среде. Эскадры контрабандистов, нечистые на руку наемники, Акрим Бей залил конкурентов кровью. За считанные годы все самые крупные Дома по торговле коврами склонили головы перед Аль Акримами. Поднявшись на вершину, кровожадный Акрим Бей понял, что он не так и велик. Семья Огузов контролировавшая торговлю шелком или дом Фархада аль Бируни монополизировавший виноделие с высока смотрели на нечистого, на руку выскочку. Но их высокомерие вскоре сменилось страхом. Корабли Бея брали на абордаж торговцев с шелком и вином, его наемные банды жгли плантации тутовника и грабили караваны с драгоценным фирузким. Ошеломленные торговцы использовали все свои связи, чтобы отправить Бея на плаху, но все обвинения как будто не касались Дома Аль Акрим. Измотанные войной Бируни и Огузы заключили с Акримами мировое соглашение, потеряв свою независимость. Дома надеялись лишь сохранить толику былого благополучия и жизни своих семей. Так Аль Акримы стали Великим Домом, но именно так они получили брешь в своей ранее безупречной обороне.

Выходцы из Бируни и Огузов никогда не поднимались высоко в иерархии Дома, окончательное поглощение завоеванных произошло где-то сотню лет назад, но были еще живы патриархи виноделов и шелкопрядов, продлявшие магией свою жизнь, а потому ненависть к жестокому врагу все еще тлела в старых семьях. На этом мы и решили сыграть.

Знаменитое на весь мир фирузкое, божественный нектар, самое желанное вино поэтов и актеров, знати и купцов, предел мечтаний самых требовательных гурманов. Прекрасный букет, свежесть сочных ягод, ни одно вино миро не могло сравниться с изделиями, поставляемыми Домом Аль Акрим, который являлся официальным поставщиком Короля Риттена. Но монополия на торговлю вином послужила источником страшных парадоксов. Аль Акримамы в погоне за прибылью производили много вина, часто не совсем качественного, слабоалкогольного и кислого. Получив от Дивана беспрецедентные налоговые льготы и права на монополию, они потеснили даже всемогущих беков, те были вынуждены производить вино только для собственных нужд, но, никак не на продажу. В наше распоряжение попал весь расклад по вину: список недовольных, посадки винограда, которые, по мнению Аль Акримов должны были быть вырублены в ближайшее время, а самое главное члены семьи Бируни, до сих пор хранившие секреты производства отменного фирузкого и, самое главное, ненависть к захватчикам. Теперь нужно было умело воспользоваться имеющейся информацией и нанести Акримам следующий удар.

Время работало против нас. Я кожей чувствовал, что Урбаши готовит сокрушительный ответ. Люди Огла постоянно мониторили ситуацию вокруг наших владений, держали под контролем все ключевые фигуры Аль Акримов, но нужно было опередить врага, заставить его решать внутренние проблемы и забыть о Доме Рогинов. За месяц после Конклава я пролетел с Дракошей столько, сколько мы не летали за всю предыдущую жизнь. Встречи с беками, капитанами эскадр внутреннего моря, главами служб Дивана и наконец, представителями семьи Бируни. Если с чиновниками и прочей братией встречались нарочито открыто, не скрывая своих намерений, то с потомками Фархада аль Бируни наше предложение обсуждалось в атмосфере строжайшей секретности. Утаить план по попытке уничтожить монополию на вино, было нереально. Поэтому мы сделали это максимально открыто. Случайные оговорки, намеренно сделанная утечка информации, и масса других тщательно подобранных деталей запутали Урбаши.

Глава 3. Вино и шелк

Безусловно, появилась уверенность, что Рогины решили производить в Фирузе вино. Но пошатнуть монополию казалось делом безнадежным, более того ключевые фигуры в Диване стабильно отчитывались о безуспешных попытках Рогинов втиснуться в винодельческий рынок. Торговые пути, виноградники и многочисленные винокурни — все это давало уверенность, что таленгарцы даже если и надумают пытаться производить и продавать вино, то наступит это не сегодня и даже не завтра. Да и на тернистом пути винодела можно тысячу раз подставить подножку северным неумехам, не понимающим толк в фирузком. Вообще этим варварам, лакающим горькое безвкусное пиво, не стоит, и замахиваться на производство божественного нектара. Так или почти так думали все, кто хоть сколько-нибудь понимал в текущем положении на рынке фирузкого. Потому некоторые с одобрения Аль Акримов давали нам разрешения на покупку виноградников, продавали убыточные винокурни. Фирузцы затягивали нас на свое поле, где были, несомненно, сильны. Чтобы выкачать еще больше денег нас старались затянуть еще глубже, чтобы однажды разрушить весь карточный домик виноделия таленгарцев в жарком, но таком чужом Фирузе. Но ошибкой Урбаши было, то, что истинной целью было совсем не производство вина.

Нашей целью было нанесение ущерба Урбаши, при этом было нужно, чтобы потери Аль Акримов были в разы больше наших затрат. Однако по всем расчетам, с учетом явного будущего провала винодельческого дела, убытки Дома Рогинов уже на порядок превышали весь возможный ущерб Акримов от появления конкурента. По оценкам фирузцев мы вложили около трехсот тысяч золотых, действительность была еще хуже, я потратил уже чуть больше миллиона. Такими темпами от денег, возвращенных с продажи плантаций Оргайлам и Западным Домам, останутся рожки да ножки, тем более часть средств выкладывалась в освоение вновь приобретенных земель Мараба. Однако у нашего плана была железная рыночная основа. Вино было очень дорогим, и не в последнюю очередь из-за транспортной составляющей. Капризное фирузкое не переносило морской качки, часть слабоалкогольного вина скисала в пути или портилась в подвалах виноторговцев, конечно эти потери были уже учтены, но фирузцы ничего не предпринимали, для того чтобы улучшить положение дел. Монополия и отсутствие альтернативы смирило всех недовольных со сложившейся ситуацией, тем более для вельмож отбирались лучшие бочки, а все остальное сбывалось в бедняцких кварталах. Кислятина зачастую ценилась меньше пива, и торговцы были вынуждены списывать эти убытки.

Дом Рогинов получил желаемое. Мы переманили виноградарей Бируни, и Аль Акримы не сильно тому препятствовали, все секреты виноделия уже давно были в руках Урбаши, а от того что дом покидали старые враги, пригревшие на груди змею предательства, Дом становился только сильнее. Но это только одна сторона медали я получил в свое распоряжение персонал, знающий процесс виноделия от выращивания лозы до подачи готового напитка на стол. Виноградники, подешевевшие из-за монополии Аль Акримов на продажу вина, достались мне почти задаром. Все ждали, что же мы будем делать с монополией, одни ставили на безумный план контрабанды и, несомненно, провал и проигрышные судебные иски, другие искали кому мы дали взятки, третьи просто думали, что Рогины сошли с ума. У нас же был козырь в рукаве, и теперь предстояло его разыграть.

Старейшины Дома Бируни были давно полны идей как посчитаться с Акримами, к которым я добавил знания из мира Виктора и технологические возможности нашей, не побоюсь этого слова фабрики, которая выросла из десятка мануфактур, находившихся под руководством Фатти. Новые металлы и технологичные детали мы получал от гномов, а вот механизмы, станки и прочее делалось уже с использованием информации из моих снов. Так что, объединив все знания, Бируни сделали прорыв в производстве спиртных напитков. Мы стали изготовлять крепкий напиток путем перегонки вина, не знаю получился ли у нас коньяк, который так ценили знатоки спиртного на Земле, но результат удовлетворил вкус весьма притязательных виноделов. Ко всему, не скупясь на новшества, добавили крепкую, но дешевую водку из виноградного жмыха, наподобие той, что производят Орки и северные королевства людей из смеси пшеницы и каких-то грибов. А самое главное к новой линейки продуктов добавили крепленые вина.

В целом я не планировал влезать на рынок спиртного, иначе уже бы давно распространил перегонные аппараты по всему северу, спиртные напитки из пшеницы и кукурузы были бы однозначно дешевле тех, что производились из винограда. Однако памятуя о том, что в мире Виктора короли часто объявляют монополию на производство и продажу спиртного или старались снять сливки с этого дела путем разных ухищрений вроде акцизов, я держался подальше от производства алкоголя. К тому же пивовары и виноделы всегда были крепкими ребятами, которым не стоило класть палец в рот. Однако война с Акримами предоставила удобный случай заработать и на этом достаточно спорном деле.

На покупку виноградников, строительство новых винокурен и обустройство работников Бируни ушло всего около двухсот тысяч, львиная же доля из потраченного миллиона пошла на взятки.

Во-первых, коньяк, водку из жмыха и крепленое вино признали не "вином". Ввели новую бумажку, которая вывела нас за рамки монополии Акримов на производство и торговлю фирузким. И как не бесновался Великий Дом, но решение было принято высоким диваном и не подлежало отмене. Крепкие на напитки пока не были в ходу ни в Риттене, ни в других королевствах, но нас интересовали не продажи коньяка и чачи, а именно крепленого вина. Оно не портилось от качки в море и при транспортировке по суше, и потому, не смотря на большую себестоимость производства, приносила не меньшую прибыль, чем фирузкое. Финт заключался в том, что в Диван предоставили коньяк, чачу и крепленое вино как разновидности одного продукта и самое главное не "вина". Взятками, а где и просто доводами нам удалось добиться своего. Забегая вперед нужно сказать, что впоследствии коньяк и чача стали приносить не меньшую прибыль.

Во-вторых, при поддержке гильдий пивоваров Риттена, Датлена, Таленгара, Ларога и королевств запада была принята хартия о повышении пошлин на вино. Кислятина Аль Акримов была самым мощным конкурентом пива, и повышение цен на него резко уменьшала продажи фирузкого. К слову наши более крепкие напитки под действия этого документа не попали, так как находились в более высоком ценовом сегменте. Все это требовало взяток, но умеренных, ибо пивовары действительно были разозлены растущей конкуренцией со стороны подешевевшего вина из Фируза.

Ну и, в-третьих, наши компании стали продавать новые напитки – ром, производимый на сахарном острове, и грубый самогон из низкосортной пшеницы — запуск производства которого давно планировали для решения проблем с частью избыточного зерна, поступающего в счет оплаты за жатки. В конечном итоге столетняя монополия Акримов на рынке спиртного получила сокрушительный удар. Бируни были выделены в отдельный Дом, правда, имевший вассальные обязательства по отношению к Рогинам, до тех пор, пока не будут возвращены мои инвестиции с солиииидным процентом. Таким образом, под боком Акримов появился новый, финансово независимый Дом, всем сердцем ненавидящий Великого Урбаши.

Провернуть то же самое с шелкопрядами не получалось, но Огузы подсказали еще более верный путь разорить Аль Акримов. Уверен таких диверсий, еще не знал наш мир. Эта операция началась совсем не в Фирузе, а в далеких, жарких джунглях между Мараба и Тха-Рэ, на первый взгляд совсем никак не связанных с суконным делом Дома Урбаши. Аборигены юга занимались странным даже для них занятием. Все началось с того, что одна из факторий сделала чудаковатый заказ. В чем был подвох так никто и не смог понять. Но возгласы недоверия и обвинения в обмане были сломлены куда как щедрой оплатой. За плотные, способные удержать даже воду корзины, наполненные тем самым странным заказом, фактория платила железными топорами, ножами и наконечниками для стрел. Желающие могли взять тонкую красивую ткань, стеклянные бусы и многое другое, что было по душе. Племена в округе поразила настоящая лихорадка наживы, подумать только даже подросток при должном усердии мог за один день нетрудной работы заработать на отличный нож. К слову сказать, служащих фактории и годы спустя одолевали окрестные племена с предложениями такого товара, но он, конечно, больше уже не принимался.

Далее с огромной кучей предосторожностей корзины плотно закрытые крышкой переправили в Фируз. Товар шел самыми тайными контрабандистскими тропами, самыми извилистыми притоками Темба, на утлых лодках, там, где не могли пройти другие суда. Через джунгли, степи, где караваны с товаром не могли попасться даже самому ответственному таможеннику Фируза, а если такое и случалось, то плата за провоз без досмотра была столь щедрой, что моментально закрывала глаза всем бекам.

Если бы не Огузы, жаждавшие реванша, мне бы никогда не пришла в голову ТАКАЯ идея. В одну из ночей из корзин были безжалостно выкинуты миллионы рыжих муравьев. Страшнейший хищник джунглей, перед которым пасовали даже саблезубые тигры, предпочитая убраться с пути стройных шеренг рыжих армий. Колонии, как их еще называли огненных муравьев, сметали все на своем пути. Довезти целыми и не растерять по дороге прожорливых насекомых, было поистине труднейшей задачей. Их обильно кормили заранее запасенными личинками и тухлым мясом, укрывали корзины одеялами в холодные ночи, и, в конце концов, армия безжалостных хищников джунглей достигла своей цели. Муравьи прожили в жарком, но чужом климате Фируза совсем немного, однако этого хватило, чтобы уничтожить девять десятых всех личинок драгоценного тутового шелкопряда. Спаслись лишь колонии, загодя вывезенные Огузами в безопасные рощи, которые ранее были удачно выкуплены моими агентами. Восстановить популяцию гусениц было делом не одного года, и сотен тысяч золотых, а за это время Огузы безусловно могли перещеголять своих старых врагов.

За всеми этими диверсиями и интригами мы не забывали зарабатывать. Одной рукой устраивая локальный коллапс в Фирузе, другой скупали шелк и вино, провозили его в Риттен, пока не поднялись таможенные сборы и не выросли цены в связи с новостью о катастрофе на плантациях Акримов. Более того мы продолжали скупать излишки даже проведя акцию, фирузцы несколько месяцев блокировали слухи о своих проблемах, а мы набивали закрома товаром цена на который вскоре должна была взлететь до небес. В итоге я рассчитывал если и не заработать, то покрыть львиную долю затрат, потраченных на разгром Дома Аль Акрим.

По большому счету за неполный год нам удалось уничтожить два из трех столпов Великого Дома. Отныне Акримы были полноправными королями лишь на рынке ковров и других шерстяных изделий, а все усилия Дома были направлены на борьбу с проснувшимися от вековой спячки Огузами и Бируни. Конечно, будь у руля дома не вспыльчивый, но мягкотелый Урбаши, а легендарный Акрим Бей, мои владения уже бы давно запылали огнем, а остатки мятежных виноделов и шелкопрядов болтались бы вдоль пыльных фирузких дорог. Но бог миловал нас, Акримы были уже не теми волками, что были готовы перегрызть глотку конкуренту. Оберегая свое могущество, они утратили инициативу, и многие кто ранее безоговорочно поддерживал Дом стали поворачиваться к его врагам в поисках новых источников золота.

Многочисленные жалобы Урбаши только подлили масла в огонь. Операцию с вином мы провели чисто. Только торговое противостояние и ничего больше. От нового положения дел выиграли и пивовары севера, и бюджет Фируза, получивший подати от крепленого вина и более крепких напитков. Выгадали даже беки, которые теперь могли поставлять свое дешевое вино на коньячные мануфактуры, на внутренний рынок монополия Акримов не распространялась. С шелком дела обстояли похуже, но благодаря высоким ценам Огузы кое-что перекрыли по податями, да и предъявить нападение колоний муравьев было делом гиблым. Тем не менее, Акримы сделали такую попытку, закономерно пострадав от насмешек и издевательств, последовавших после такого нелепого, по мнению многих иска. Дом пока еще жил, и не потерял статус Великого, более того почти проиграв, становился наиболее опасен. Загнанный в угол зверь способен на страшный удар. Я и здесь решил не спускать дело на самотек. С самого начала конфликта мы готовились уничтожить силовую мощь Акримов, и для этого была нужна большая приманка и смертельна ловушка. Правила охоты оставались неизменными с древних времен, и мы готовились вонзить свои копья в дикого зверя.

Как уничтожить несколько сотен элитных бойцов? Атаковать цитадель Акримов в Фирузе? Конечно, нет. Уничтожить такую массу наемников можно только в многочасовом сражении, которое естественно прервут отряды беков, постоянно расквартированные в столице. Нужно выманить противника на свою территорию. Однако атаковать нас в Таленгаре фирузцы скорее всего не решаться. Незнакомая территория, огромное расстояние, просто решить вопрос, наемниками учитывая вновь приобретенный нами статус Великого Дома? Оставались только владения в Мараба. Акримы вполне свободно чувствуют себя на своих бывших территориях и, несомненно, оставили массу сюрпризов и схронов. Возможно, в джунглях есть пару стационарных лагерей наподобие тех, что мы оставляли, уходя с полуострова. Только вот достойной цели не было. Атаковать Сахарный остов после погрома учиненного флотом Торина в бухте Мараба Акримы долго не решаться, да и наша система маяков отбивала охоту у всех потенциальных пиратов. Белая крепость? Возможно, но ее уже пробовали брать штурмом и обломали зубы, да и выгоды не велики. За время войны с Акримами мы пропустили на полуостров достаточно людей, чтобы шпионы донесли до враждебных семей информацию о том, что кроме каучука и фруктов на полуострове нет ничего ценного. Так как достойных целей не наблюдалось, мы стали создавать приманку для фирузцев.

В центре отнятых у Акримов территорий строили базу. Удобный речной порт, проложенные еще Ланитами широкие дороги к Мараба и всем окрестным факториям, удачное место для крепости, в излучине реки, которая будет прикрывать базу с трех сторон. Крепость должна была в будущем стать перевалочным пунктом, куда бы стекались сахар с острова, каучук с Длинного языка, специи, сухофрукты и лекарственные травы с новых земель. Строили на совесть: высокие стены из камня и дерева, глубокий и широкий ров, система ловушек, катапульты и артиллерия. Единственное упущение — сделанное намеренно — мы привлекли к работе персонал, оставшийся еще со времен Ланитов, четко понимая, что разведка противника оставила немало кротов. Когда крепость была завершена на семьдесят процентов, мы приостановили работы, имитируя недостаток средств. Ров не наполнен водой, так как по плану предстояло его еще немного расширить и углубить, три из девяти секций стены были подняты лишь до половины планируемой высоты. Тем не менее, в замок стали демонстративно въезжать караваны телег с окрестных плантаций, выгружаться корабли с Сахарного острова. Вполне логично мы якобы собирали товар для большого каравана, чтобы обезопасить себя от нападений в Фирузе. Так что на складах должна была скопиться масса товара. Получилась отличная приманка и разъяренный неудачами в родном Фирузе Урбаши клюнул. Тем более многочисленные шпионы дали полный расклад по крепости и ее гарнизону.

Люди Огла постоянно находившиеся на чеку и благодаря казначею имевшие уши в самых секретных службах Акримов получили информацию о нападении еще до того, как первые сотни Акримов стали собираться на границе Фируза и Вольницы. Что двигало Урбаши? Запрет Конклава на вооруженные столкновения довольно строг и все Дома старались его соблюдать. Но в джунглях Мараба все можно было спокойно списать на пиратов, разбойников Сиба или дикарей Тха-Рэ. Риск не так и велик, а добыча, судя по донесениям, должна была восполнить существенную часть потерь, понесенных домом за последние месяцы. К тому же лидерам Дома нужен был реванш. Череда поражений уже заставила многих мелких торговцев отколоться от Акримов и уйти к более удачливым Огузам и Бируни, но мелкие ручейки предателей грозили превратиться в бурлящий поток, который камня на камне не оставит от Великого Дома. Потому капитаны Акримов готовили показательный разгром.

Двухтысячную карательную армию возглавил лично старший сын и наследник Урбаши Алим Рейд. Звания рейда, соответствующее капитану ретайров Риттена, молодой Аль Акрим получил в действующей королевской армии, где, начав службу с простого музалима десятка в рекордный срок прошел путь до командира тысячи. За спиной этого молодого, но талантливого полководца были участие в нескольких войнах Фируза с Судахом и королевствами запада, подавление бунтов, и самое главное последняя выигранная война с Оргайлами и кланами Запада. Умный, хитрый и изворотливый Алим умело пользовался закаленными в схватках бойцами Дома. К тому же он присоединил к воинам Акримов сотню своих прежних сослуживцев из действующей армии. Ветераны внесли ряд новшеств, сделавших и без того грозную армию Дома еще более сильной. При этом Акримы не полагаясь только на собственные двенадцать сотен бойцов, наняли три отряда гиордцев общей численностью восемьсот мечей.

Алим Рейд разделил свое немаленькое войско на две части. Гиордцы под видом каравана, следующего из Балха в Тха-Рэ двинулись на десяти судах вниз по Тембу. Опытные наемники уже знали о нашем броненосце, поэтому согласно легенде, груз принадлежал союзным нам Оргайлам, что должно было обеспечить безопасный проход по реке. А там можно было высадиться ближе к фактории, обойдя наш флот, если он патрулирует реку или вообще атаковать с воды, в самом уязвимом месте. Стены защищали факторию только со стороны суши. Со стороны реки был лишь небольшой вал, который служил защитой от паводков. Армия Акримов, выйдя за пределы Фируза, исчезла на просторах Вольницы. Многоопытный Рейд лично повел двенадцать сотен по просторам бескрайней степи, и сделал это так ловко, что разом обрубил всех соглядатаев. Так что у нас не было информации о том, куда направился грозный Рейд. В каком месте и когда он выйдет к землям Мараба? Наши планы перехватить отряды противника на марше приказали долго жить. Повторить систему ловушек и засад было бы можно, если бы Акримы шли напролом, а вот нестандартная тактика Рейда и его мобильность спутали все карты.

Поначалу мы планировали вообще отказаться от ловушки для Алим Рейда. Слишком уж свирепым оказалась дичь, и были все шансы превратиться из охотника в загнанного зверя. Гарнизон нашей фактории был достаточно велик — без малого две сотни бойцов. Так что мы ждали не более шести сотен Акримов, что составляло около трети бойцов Дома и такое кровопускание вполне могло поставить фирузцев на колени. Однако мы никак не ожидали двенадцати сотен опытных вояк, да еще с поддержкой из восьмисот лучших наемников мира. Засада планировалась силами двух сотен Рэнди и сотни Торина. Рассчитывали на лучшее вооружение и выучку наших солдат, неожиданный удар по штурмующему факторию врагу и почти равную численность. Но что делать с двухтысячной армией? Получить подкрепление раньше Алим Рейда было нереально – его войска уже на марше. Можно было собрать сотен пять наемников Тха-Рэ, но слабо вооруженных и недисциплинированных, выгода от этих сил была весьма спорной. Оголить Белую Крепость? А вдруг это и есть цель Рейда? Единственное на что можно было рассчитывать — это флот с Сахарного острова — всего три корабля, остальные ушли с товаром в Датлен ну и на звено драконов, которые успевали прийти в южные земли раньше карательной экспедиции Акримов.

В конце концов, после долгих споров и колебаний мы решили принять бой. Другой возможности встретить противника на подготовленной территории могло и не быть, а находиться в постоянном ожидании удара было совсем несладко. Акримы пока имели возможность нанести нам ощутимый вред и чем скорее они с ней расстанутся, тем лучше. Десяток драконов, почти все самцы наших воздушных сил, были переправлены к фактории. Самки по понятным причинам не принимали участие в боевых действиях. Торин таки нанял пять сотен дикарей, бывших ветеранов недавно отгремевшей войны. Но воинов не привлекли к обороне крепости, а раскидали по джунглям с приказом найти армию Рейда и нанести ей максимально возможный урон. На своей земле, действия исподтишка и при помощи ловушек Тха-Рэ имели все шансы проредить карателей. Наш флот перебазировали в укромную бухту недалеко от фактории, через местную агентуру Акримов удалось слить дезинформацию о том, что броненосец стоит на охране Сахарного острова. Одна из сотен Рэнди пополнила гарнизон фактории, другая, объединившись с сотней Торина растворилась в близлежащих джунглях. Драконы имели несколько баз: одну в крепости и ряд помостов в джунглях, где на вершинах деревьев имелось питье и еда для ящеров и небольшое охранение.

Танцы с Акримами начались сразу же, как только их войска пересели границу с Мараба. Пять сотен дикарей, рассредоточенных по самым удобным маршрутам, едва не проворонили ушлого Рейда, которого встретили местные проводники и, несмотря на кишащие змеями и насекомыми джунгли повели отряд по едва заметным тропам. К нашей удачи одной из сотен Тха-Рэ удалось обнаружить фирузцев, неприученных двигаться по густому лесу также бесшумно как это делали местные жители. Вырубка тропы, костры на стоянках для обсушки и самое главное вьючные животные, которые заменили телеги Акримам, привлекли внимание, как окрестных племен, так и наших дозоров.

Сотни Тха-Рэ стали стягиваться вдоль вектора движения фирузцев и устраивать всевозможные засады и ловушки, но противник был наслышан о нашей тактике партизанской войны, а потому сумел противопоставить моим наемникам адекватный ответ. Часть местных племен осталась верной прежним хозяевам и две сотни бойцов облаком дозоров окутали колонну Рейда. Опытные лесовики вычисляли наши ловушки, контратаковали засады, пользуясь поддержкой фирузких штурмовиков. Тха-Рэ лишь немного задержали армию Алима, но именно это и было их истинной целью, сильно пощипать многоопытного Рейда, имеющего численный перевес в мечах и магии, было бы слишком самонадеянным. Тем более его войско провело в джунглях не один сезон и знало все уловки местных вояк.

Однако самое главное у нас получилось. Гиордцы как не пытались подгадать свое прибытие в Мараба к моменту прихода войск Рейда, все же пришли намного раньше. Найти огромный флот даже в многочисленных притоках Темба не составила труда. Драконы постоянно патрулировали реку и как только корабли противника встали в укромной бухте мы приступили к реализации своих домашних заготовок. Года три назад я запустил программу по подготовке специального подразделения. Мы набирали магов с небольшими способностями. Большая часть из них уходила связниками в таверны или к Фатти, тот носился с идеей создания производства, где в качестве движущей силы станков, молотов, и прочего служила бы магическая энергия. Люди с крохотным магическим даром обходились не дороже любого ремесленника, а вот при рациональном использовании их дара, мог получиться вполне себе приличный бонус. Но если среди недомагов оказывались люди с авантюрным характером, стражники, охранники караванов, в общем, все кто как-то желал иметь дело с клинком, их тщательно отбирали подчиненные лично мне наставники.

Пока в моем распоряжении были не более двух десятков бойцов, еще полсотни проходили обучение. Помимо общефизического развития, навыков работы с индивидуальным оружием и порохом, эти бойцы тренировали свой небольшой дар. Из числа выпускников своей школы в Мараба я взял пятерку боевых пловцов. Маги, работая с водой и воздухом, могли продержаться в толще воды до получаса, пока не иссякнут скромные резервы. Методику подготовки пловцов нашли случайно, у ныряльщиков за жемчугом, которые пользовались своим даром чисто интуитивно. Двое подошли к нам по возрасту сразу, еще троих обучил нанятый нами старик, который и передал свое умение вначале двум внукам, а потом троим найденным нами талантам. В этом мире, где к магии относились как к божественному могуществу, никому не приходило в голову использовать дар для столь простых целей. Академики из адептов воды предпочитали стоять над морской гладью, создавать воронки или огромные стены из морской воды, а вот просто проплыть несколько сотен метров под водой.... Зачем? Нам это было нужно. Боевые пловцы, могущие незаметно для врага преодолеть огромное расстояние. Их магический фон вполне органично вписывался в наш мир, не вызывая тревог у сторожевых магов. Многие вообще не могли почувствовать столь малое возмущение. Так что в моем распоряжении было идеальное средство доставки чего-то каверзного до кораблей противника. Осталось только изобрести убойную бомбу. Люди Фатти достойно справились с поставленной задачей, правда то была заслуга случая, но победителей не судят. Пытаясь разобраться с принципом действия самовосстанавливающихся агрегатов Цецилии, Фатти строил одну модель за другой, пока одна из них, выполненная из небольшого накопителя, и толики кления не снесла целую лабораторию с парой ассистентов. Работы по артефактам после этого не свернули, однако ввели ряд мер безопасности. При этом получили идею разработки новых бомб, более мощных, чем пороховые. Правда их цена получалась еще больше: кления расходовали почти столько же, да еще и недешевые накопители. Но в некоторых случаях оно того стоило.

Ограниченные грузоподъемностью драконов, мы взяли всего три довольно увесистых бомбы, драконы помимо всадников несли еще пятерку пловцов, запас провизии и воды. Люди Огла максимально отработали места, где мы могли передохнуть, но несколько участков не имели оборудованных стоянок и в расчете на то, что там придется грузить на ящеров больше еды и питья, брали минимум груза. Два пловца могли транспортировать одну мину, так что для двух зарядов хватало четверки бойцов, пятый шел на подстраховке. Команду доставили на легких каноэ поближе к гавани, где укрылся десяток кораблей гиордцев. Пловцы ушли в ночь. О том, что операция прошла успешно мы узнали задолго до того, как наши воины поднялись на борт, два глухих взрыва, а потом треск и огромное зарево взметнувшееся в глубине леса. Вся команда вернулась целехонькой, слишком новой была наша тактика для гиордцев. Боевые пловцы – обычное явление в мире Виктора, но сегодня боевое крещение приняли первые подводники моего мира. Утром разведчики донесли, что удалось потопить два корабля противника, и еще два стоявших по соседству сильно пострадали от пожара. Теперь у наемников было два выхода: атаковать крепость самостоятельно или смириться с потерей кораблей и ждать армию Рейда.

Глава 4. Алим Рейд

Бухта была выбрана гиордцами не в последнюю очередь из-за отсутствия на побережье деревьев. Широкая песчаная коса давала отдых от вечно снующих в кронах деревьев кровососущих насекомых, змей и других мелких гадов. Лагерь, по строгой военной науке, огораживали брустверы из бревен высотой почти в человеческой рост, укрепленные кольями и песчаным валом. Площадку перед стеной гиордцы усеяли купленным, скорее всего в наших торговых лавках чесноком. Кто нас дернул сделать этот проект коммерческим? В общем, атаковать одну из лучших пехот мира с суши было делом самоубийственным. И капитан гиордцев довольно обоснованно чувствовал себя безопасности и вполне мог подождать нашего нападения на удобной позиции, а потом присоединиться к Акримам в захвате фактории. Конечно, потеря судов была огорчительной, но за корабли отвечал человек Акримов, а капитан заботился лишь о сохранении своих отрядов, которые, к слову сказать, почти не пострадали от ночных взрывов, так как на борту была лишь дежурная смена.

Но у нас в кармане был еще один неприятный сюрприз. Днем десяток драконов в буквальном смысле налетел на лагерь противника. Палатки гиордцев были расположены максимально тесно, лагерь с трудом вмещал восемь сотен бойцов. Так что три десятка гранат собрали богатую жатву. В этом мире еще не умели прятаться от бомбардировки, да и оружия, чтобы достать высоко летящих драконов тоже не было. Немногочисленные стрелы лишь бессильно отлетали от панцирей ящеров. Потому мой десяток отбомбился спокойно и вдумчиво, выцеливая крупные скопления солдат и нанося максимальный урон. Под конец двойки драконов отработанным маневром спикировали вниз и каждый из небесных всадников сделал по два выстрела картечью, увеличивая и без того огромные потери наемников. Драконы безнаказанно ушли в сторону фактории, оставив на время ошеломленного противника.

На самом деле понимая, что капитаны гиордцев вскоре выработают тактику против воздушных нападений или попросту уведут отряды под защиту джунглей, мы заранее оборудовали помост на малодоступном с суши речном острове. Приземлившись, всадники пополнили запасы бомб, получили от подручных заряжённые пороховики, оставив взамен те, что были использованы в первой атаке и ринулись обратно. Заходили по широкой дуге, понимая, что все внимание дозорных будет обращено в сторону, откуда враг прилетел в первый раз. Как оказалось, можно было и не мудрить с этим, противник посчитал, что драконы уходят в факторию, а потому есть еще достаточно времени, чтобы аккуратно свернуть лагерь, так, что застали гиордцев в той же тесноте внутри бруствера, ставшего смертельной ловушкой для своих хозяев. Последовала новая серия бомб, и душ из картечи. Будь наемники в доспехах или не так скучены, жертв было бы немного, но в лагере и в такой жаре в броне находилась лишь полусотня дозорных, остальных застали врасплох. По самой скромной оценке после двух налетов наемники потеряли около сотни убитыми, не так много для шестидесяти драгоценных гранат, но к этому числу надо добавить не менее двух сотен раненых, дни которых в жуткой антисанитарии джунглей, скорее всего, были сочтены. К тому же гиордцы лишились их знаменитой мобильности. Бегать по лесу с такой кучей раненых та еще задача.

И тут судьба преподнесла еще один подарок, который мы ждали как минимум после третьего или четвертого налета. В чью-то умную голову пришла мысль, что драконы берут заряды где-то поблизости, в лес рвануло несколько боевых групп по полусотни наемников, два корабля с экипажами по восемь десятков человек стремительно понеслись вниз по реке. Пехоту встретила сотня Торина, натасканная на войну в джунглях и усиленная сотней Рэнди. Засада, которую наши воины оборудовали и замаскировали несколько дней назад, сработала как часы. Разгневанных, а потому плохо соображающих гиордцев вначале подпустили поближе, а потом нашинковали свинцом и арбалетными болтами, остатки добили в яростной, но короткой рукопашной. Корабли на излучине поджидали "Броненосец", "Акрам" и "Льдинка". Суда попросту потопили артиллерийским огнем. Развивая преимущество, флот подошел вплотную к лагерю гиордцев, а пехота прижала остатки армии наемников к реке. Оказавшись между двух огней, они сдались без боя.

Безусловно, часть гиордцев смогла просочиться сквозь наши заслоны, и скорее всего Алим Рейд уже знал, что его армия стала почти на половину меньше. К тому же блокада фактории теряла смысл. Не имея флот, Акримы должны были смириться с тем, что мы можем спокойно перекидывать в крепость пополнение и продукты. Однако и моя армия теряла фактор неожиданности, опытные гиордцы с большой долей вероятности принесли Рейду информацию о нашей численности, вооружении и тактики. Талантливый полководец если все же решится на штурм фактории, то придет во всеоружии. Пришлось отказаться от первоначального плана — разделить силы и оставить две сотни в джунглях, плотные патрули разведчиков Акримов буквально ощупывали каждый дюйм джунглей, это сильно замедлило продвижение противника, но однозначно исключало возможность эффективной засады. Кстати моих наемников Тха-Рэ изрядно пощипали. Рейд организовал несколько мобильных групп, костяк которых состоял из двух-трех десятков латников и такого же числа дикарей. Группы ускоренным маршем двигались по следам наших диверсантов и, найдя их, навязывали бой. Дикари в связке с латниками и магами громили наши летучие отряды на раз. Потеряв около двух сотен, Тха-Рэ откатились в джунгли. Рэнди поставил им задачу окружить колонну Акримов более широким кольцом, не вступать в битву и ждать.

Все-таки Рейд решил продолжить начатое. Слишком далеко все зашло, и гордый наследник не мог вернуться к отцу с пустыми руками. Как только донесли, что Акримы продолжают следовать к фактории, стал вырисовываться их план. Рейд шел не за добычей. Око за око. Нас не хотели грабить, просто хотели нанести максимально возможный ущерб. Противник быстро перенял тактику и пытался обернуть ее против нас. Алима не остановила потеря всего флота, перевезти же ценности по джунглям без повозок было невозможно, значит, противник и не рассчитывал что-то получить с этой операции. Исходя из этого, и надо играть. Фактория изначально строилась как огромная ловушка. Сахара и других товаров мы завезли ровно столько, сколько хватило для того чтобы убедить противника в серьезности наших намерений. Сахар был лишь во внешних мешках, внутренний слой стройных башенок из мешков наполнял морской песок, который в изобилии покрывал пляжи острова. Мешки с "сухофруктами" набили листьями и несъедобными плодами, тару под каучук заполнили грунтом, лишь сверху прикрыв толикой полезного товара. Пришлось завести краску, слоновую кость и пряности, но их уже давно вывезли в безопасное место. Так что в принципе нам было нечего терять, кроме самого ценного ресурса – людей. Что задумал Рейд, ведь его должны были напугать слухи о бомбах, порохе и драконах? По плану мы хотели вначале устроить фирузцам бойню на недостроенной стене, где приготовили массу сюрпризов, а потом нанести еще один удар, заманив внутрь крепости, где из мешков с песком уже были собраны новые бастионы. Однако понимая, что настороженный разгромом гиордцев Рейд будет действовать нестандартно, схему действий пришлось менять.

На стенах оставили лишь дозорных в башнях, остальное воинство имитировали пленные гиордцы, которых предварительно связали, заткнули кляпами рты и одели в нашу броню. К некоторым для достоверности даже привязали имитацию ружей. Вдоль огневых позиций вместо привычных пушек поставили наскоро собранные грубые деревянные поделки, правда, раскрашенные и прикрытые башенными щитами. Для достоверности пришлось пожертвовать несколькими стрелометами, катапультами и одной пушкой, позиция которой позволяла произвести первый эффективный выстрел. Основная же армия из двух сотен гарнизона и трех сотен элитных бойцов Рэнди и Торина укрылась во внутренней части фактории.

Алим Рейд не спешил, его роты плотно взяли факторию в полукольцо. Джунгли скрывали от возможных налетов драконов построения пехоты. Разведчики прощупывали леса вокруг на предмет засад и схронов. Атака началась лишь когда Акримы убедились, что не получат неожиданный удар в тыл. Пара рот пехоты начала прощупывание нашей жидкой обороны, но не успели они выйти из леса как получили мощный залп из стрелометов, катапульт снаряженных гранатами и пушки. Для людей не знакомых с пороховиками наша имитация обстрела смотрелась весьма убедительно, тем более часть внимания была отвлечена поднявшимися над крепостью драконами. Музалимы Рейда были убеждены, что таленгарцы будут драться всерьез, и разыграли свой главный козырь. Тройка магов уровня Болго Пламенного, по совокупности сил мало уступающая архимагу нанесла сокрушительный удар по стене. Энергетические волны, пламя, гигантские глыбы льда и воздушные молоты обрушились на укрепления. Противник вложил почти все в один удар, подавил слабенькие наведенные щиты моих магов, действующих на расстоянии, и уничтожил все живое, что находилось на стене. Катапульты, стрелометы, единственная пушка, несчастные пленные в один миг были искорежены, сожжены или попросту стерты с лица земли. Следом не заставила себя ждать атака двух полнокровных батальонов Акримов.

Размахивая тяжелыми ятаганами, выпуская стрелу за стрелой, фирузцы ворвались в крепость. Всего в защитной стене было два полноценных прохода, слава богам первый удар не увеличил их количество. Хорошо, что сразу отказались от идеи строить бутафорские стены, иначе сейчас акримы бы полезли из всех щелей. А так они дисциплинированно атаковали два выделенных направления. Ровные, высокие штабеля мешков с песком вывели музалимов прямо на батареи артиллерии зараженной картечью. То, что произошло дальше можно назвать только одним словом — "бойня". Фанатично преданные Дому воины рвались вперед, но залпы орудий сменялись дробью пороховиков и шелестом арбалетов. Те же, кто пережил огненный шторм, накатывались на стену гестов закрытых башенными щитами, частоколом копий и постоянно огрызающихся тяжелыми молотами. Потом все повторялось сначала. Но Алим Рейд не был бы самим собой, если бы не сумел вовремя остановить безумную атаку и вырваться из ловушки. Потеряв чуть больше половины батальона акримы стали отступать. Но спокойно уйти им конечно не дали. Центр поля утюжили небесные всадники, носясь за наиболее крупными скоплениями врага. Отличная привычка отступать строем сегодня сыграла с фирузцами злую шутку. Гранаты не причинили бронированным солдатам Дома такой же вред как бездоспешными гиордцам, но потери были велики. К тому же налеты с воздуха внесли панику в ряды отступающих и наши десятки мечников в связке с магами контратаковали бегущего врага. Правда, Рэнди и Торин разумно остановили разгоряченных воинов, вернув их под защиту стен. Однако убитыми и ранеными Рейд потерял половину армии, атаковать нас вновь у него уже явно не было сил. Но и моих сотен было маловато для решительной победы. И тогда пришло время говорить. Встречу устроили посреди поля. Поводом к перемирию послужила просьба акримов забрать раненых и похоронить павших.

— Сколько нужно дней Алим Рейд?

— Двух дней будет вполне достаточно.

— Что же не имею ничего против.

– Барон, может пора это все закончить?

— Странный вопрос, это ВЫ, на моей земле.

— Вы сами знаете, что мы пришли мстить.

– Да ну, за что же?

– Не прикидываетесь невинной овечкой, барон, это ведь Ваши головорезы разгромили мануфактуры в Фирузе. Или будете отрицать?

– Зачем же, да мои, но только после того как Ваши разгромили плантации к Востоку от Мараба. Или будете отрицать?

— Нет. Поверьте, я и мой отец были против этого, наш представитель на юге сделал ошибку.

— Давайте не будем списывать вину на подчиненных. Урбаши Аль Акрим глава Дома, и он в ответе за ВСЕ действия воинов Дома.

— Признаю, барон, вы в своем праве. Но война - это плохо для торговли, я считаю, что Акримам и Рогинам пора примириться.

– А смысл?

– Смысл в том барон, что возможно вы и победили в нескольких сражениях, но Дому Акримов все еще по силам сделать Вас легкой добычей для тех, же Оргайлов, которые не преминут воспользоваться Вашей слабостью.

– Уполномочены ли вы вести дела от имени Дома?

– Да, при мне все документы, наделяющие меня правом заключать сделки и соглашения от имени Дома, заверенные рукой моего отца. Он, предполагал, молодые легче поймут друг друга.

– Что же не будем ходить вокруг да около. Мне нужна контрибуция в размере двух миллионов золотых наличными либо долговая расписка Дома со сроком погашения сегодня и штрафом за несвоевременную уплату в десять процентов годовых, вексель должен быть обеспечен всем движимым и недвижимым имуществом Дома.

– Вы сошли с ума? За что контрибуция? Акримы потеряли гораздо больше в этой войне.

– Не я ее развязал. Да и сегодняшние Ваши потери плод агрессии Акримов. Я лишь хочу вернуть все затраты, понесенные мной для защиты своего имущества.

– Барон, внемлите голосу разума, за два миллиона я б мог нанять двух архимагов с учениками, и они отправили бы все ваше имущество к Скарингу.

– Это вы подумайте Алим Рейд. У вас нет двух миллионов, так что мечты о архимагах можете, смело отложить на потом. А сейчас мои люди довершат разгром вашего войска. Либо просто отпустят восвояси. В принципе уже нет никакой разницы. Ваши же владения в Фирузе, оставшиеся под охраной наемников и в лучшем случае одного полнокровного батальона, атакуют мои силы, во главе с купленным как раз-таки за миллион архимагом. Второй миллион я планировал потратить на взятки в Риттене, чтобы замять дело о нападении на Вашу резиденцию. Так что возместите мне мои потери и МИР.

– Хмммм......, да вы меня озадачили, а если это блеф?

– Мы через два дня стянем верные нам отряды Тха-Рэ и выгрузим сотен пять-шесть моряков. Ваши маги к тому времени восстановят лишь крохи своих сил. Так что останется лишь раздавить Вас. Или бросите раненых? Тоже выход, но ведь не факт, что уйдете от нас по джунглям. У нас драконы дикари.... А тем временем мой друг в Фирузе атакует Дом, всем, что ему удалось собрать.

– Что же, как вы видите сделку? Будет ли достаточно моего слова?

– Конечно, нет. И не надо хвататься за меч, это не оскорбление, но интересы Дома могут не совпасть с Вашей позицией, а там суды... суды... Так, что для безопасности Рогинов сделку заключим у наместника Мараба, а вы побудете у меня в гостях до того момента как канцелярия Конклава подтвердит Ваши права и утвердит соглашение между Великими Домами.

– Я вижу, вы все продумали?

– Мы давно Вас ждали.

– Что же я подумаю над Вашим предложением.

– У вас ровно день. Завтра мы начнем стягивать силы к фактории, а в Фируз уйдет гонец с приказом начинать.

В итоге Рейда я дожал. Урбаши попытался брыкаться, но припертый соглашением, которое я сразу, же после верификации продал ушлым Нитам, с двадцатипроцентным дисконтом, вынужден был согласиться. Бодаться еще и с Нитами, которые в любой момент могли потребовать СВОИ деньги, Акримам было не с руки. Торговая война между Великими Домами Акримов и Рогинов закончилась.

Глава 5. Почти Банк

— Эхе-хе, арматора Гормета, наверное, по миру пустили, а я ведь ему сбывал свои канаты.

– А что случилось?

— Пираты.

— Да.... постой у него ведь вроде три корабля, и пара сотен ловких ребят?

— Так-то оно так, только поговаривают, что вначале корабли разметало штормом, а потом их по одному встретили, около бухты где они обычно пополняют запасы воды.

— Видно без предательства здесь не обошлось?

– Да уж, у морских чертей везде свои уши.

— О чем горюете досточтимые?

— А Илим, да мы тут обсуждаем недобрые вести о торговом караване уважаемого Гормета.

– Почтенные ваши новости дааавно устарели. Арматор уже снарядил новый флот, и, судя по слухам кое-кому из морских дьяволов не поздоровиться. Говорят, купцы Барна, Холена и Стура собрали большой флот и хотят очистить Алеанские острова от пиратов.

– Ого, не знал, что Гормет так богат. Говоришь новый флот? Видно меньше прежнего да из стареньких кораблей?

– Ошибаетесь, лично видел три новых корабля. Пригнали их прямо с верфей Трорура. Красавцы. Быстроходные, новенькие, вместительные — мечта любого купца.

— Видно, родня жены помогла, семья Гормета ведь небогата?

— И тут ошибочка, деньги выплатил Великий Дом Рогинов.

- ???

– Помните, в прошлом году на собрании купеческого совета выступал их приказчик, с идеей как его??? Э.... "страхового" общества? Я тогда честно сказать ничего не до кумекал и грешным делом подумал, что Рогины хотят обвести нас вокруг пальца. Что-то вроде кассы взаимопомощи у датленцев. Так вот Гормет поверил, и как его не отговаривали, вложил в это самое общество немалые деньги, говорят, где-то десятую часть от стоимости всего флота бухнул. Как оказалось, не зря.

– Ты Илим голову нам не морочь. Что же, по твоим словам, выходит, Гормет за каждый золотой, вдесятеро получил. В чем выгода Великого Дома? Не в жизнь не поверю, что один из Великих где-то кому-то отдал деньги просто так.

– Так Рогины насобирали денег, скажем с одиннадцати купцов. А ограбили одного из них, так что Великий Дом восстановил стоимость Гормету, а одну десятую положил себе в карман. В следующем году, думаю, еще больше денег им понесут.

– О как, ловко. А случись, два флота потеряются?

– Ну, тут я тоже ничего не могу понять, но видно выгодное это дело раз Великий Дом его начал, да и нам простым купцам тоже интересно.

– Опять ты Илим, мне-то на что? У меня кораблей нет.

– Дядюшка Изекиль, они ведь деньги принимают и на случай пожаров, и грабежа, и даже не приведи боги увечий и смерти. Но лучше к ним сходить, они доходчивее объясняют.

...........

– Что за депозрит такой, а??? Куда ты курва деньги дела? Матери да братьям своим, небось, все отдала или покутила с полюбовником? Убью гадина!!!

– Астастушка, милый, да гляди ты сюда, вот бумага гербовая с печатаю Великого Дома, все до последней монетки там. На деньги те идут проценты, так что этот год мы с детьми и суммы не уменьшали и прожили в доставке. А отложим еще чуток, и ты вообще сможешь отойти от дел.

– Дура ты баба. Я лямку в дальних походах тяну, а ты чистое золото на драные бумажки с писульками меняешь. Ах ты тварь, за каждый золотой моей кровью плачено, а ты..... убью....

– Аааааа....

– Батя не дури, отпусти мать.

– Ты щенок по указывай еще отцу. Где был ты молокосос, когда эта дура золото наше своими руками сквалыжникам на блюдечке отнесла?

– Остынь отец. Совет мы держали с Орихом-кузнецом и вдовой ростовщика Нидой, да много еще с кем.

– И что они тоже отнесли?!?

– Пап, посмотри внимательно, честно там все, процент невелик, зато Великий Дом за нашими деньгами. Они их в оборот пускают, получают прибыли да нам исправно платят за пользование деньгами. А захоти мы золото домой вернуть в любой меняльной лавке Рогинов можно их обратно получить. Только если до срока мы дотерпим, то все проценты наши, заберем раньше – вернут золото сполна, но и без довеска. Я думаю, по справедливости все.

– Хмм..... давай-ка сынок беги за кузнецом, надо с ним обмозговать это дело, а ты жена чего встала, накрывай на стол или не рада мужнему возвращению?

– Ой, дурак....

– Цыц дура....

.........

– Эй, купчина, много денег везешь?

– Пяток золотых, да немного серебра.

– Ты что жирдяй издеваешься? А если мы тебя к той ветке подвесим? За яйца?

– Ээээ.... не надо меня вешать. Обыщите лучше. Как есть господа разбойники, ничего не везу. Я ведь только приказчик, а хозяин денег не дал.

– А возы зачем?

– Так в столицу еду, сукно, железо, вина и пряностей для лавки купить.

– Вот ты и попался, дурень. Если денег нет, на что покупать будешь? Так и знай, урод, мы тебе вначале пятки поджарим и вытрясем из твоего жирного брюха все золото. А если ты у нас упрямый, то все одно разберем твои телеги по досточкам, а золото найдем. Только тебе от этого только труднее умирать придется. В последний раз спрашиваю, где золото?

– Нет золота.

– Каран займ.....

– Да подождите вы, дайте объяснить.

-Созрел голубчик, оно правильно, зачем себя и меня мучить, ты не смотри что мы разбойники душегубство и нам не по душе....

– Вот, бумаги у меня вместо золота.

– Ты что опять????

– Да дослушайте же. То не просто бумажки, а долговые записи Великого Дома Рогинов, по ним податель бумаги получит золото в меняльной лавке Дома.

– А ну-ка, ты, что хочешь сказать, что вместо этой бумажки Рогины отдадут сотню полновесных золотых?

– О, вы читаете... Да именно сотню, но не каждому, а тому, на кого вексель выписан. Хозяин вписал сюда досточтимых купцов Урдана и Бьерха у которых я и должен взять товар. А те потом получат золото в лавке Дома.

– Хитро. Так у тебя точно ничего нет?

– Ну, говорю же, теперь только эти бумаги буду возить. И нам спокойнее и вам соблазну меньше.

– Цыц, а что за товар в телегах.

– Овощи да зерно, взяли, чтобы порожними не ехать, но на них сейчас цены смешные.

– Что ребят делать будем?

– Убьем гада, да попытаем счастья золото получить?

– Э не, слыхал я хитростей у этих Рогинов полно, да и связываться с Великим Домом..... Хмммм.... Ты приказчик, монеты, что есть, отдай, они тебе без надобности. Да и ребята мои отберут себе кое-что из продуктов. Телеги твои не тронем, ну а ты помалкивай, мы никого не убили, да и вы немного потеряли. Да и дальше трогать вас не будем, раз уж такие хитрые. Но если увяжется за нами стража, из-под земли достану....

– Нет, нет господа. Хозяин специально дал мне немного монет, чтобы вас задобрить и телеги сохранить.

Разговоры про страховые общества, векселя и депозиты прокатились по всем человеческим королевствам. Где-то с подачи людей Огла, где-то сами по себе. Удачные для клиентов операции, такие как с купцом Горметом сильно били по кошельку, но реклама привлекала к нам десятки новых клиентов. Выступления старшин кварталов, публичные благодарности купцов, мальчишки, раздающие красочные листовки, и даже небольшая газета, для которой Фатти, по моей подсказке, пришлось сконструировать печатный пресс. Такой агрессивной рекламы наш немного наивный мир еще не знал. Поток золота стремительно набирал мощь. Я запустил то, что в мире Виктора называли Банком. Даже скорее не Банк, а дикую смесь банковской, страховой, и инвестиционной деятельности. Ростовщичество мы не трогали, так как пока не были готовы к конкуренции с Нитами, а вот собирать деньги научились изрядно. Страховые общества, получение денег в рост, и самое главное векселя оставляли в нашей кассе огромные суммы. Однако пока на первом этапе наша деятельность больше походила на пирамиду, проценты и страховые случаи покрывались за счет новых вкладов, а деньги лежали в хранилищах в бездействии. По уму нужно было ссужать деньги направо и налево, но Ниты... Немного спасали положение проценты по учету векселей, но огромные массы золота просто требовали действия. И конечно были наработки …

Мало кто рисковал кредитовать королей. Капризные и своевольные монархи могли решить проблему долга одним махом: казнив заемщика, или, что было более гуманным, выслав из страны. Но финансовые воротилы из мира Виктора давно знали, как обойти эту проблему. Рынок государственных займов был просто находкой. Короли занимали охотно и много, как правило, состригая "шерсть" с Великих Домов и наиболее богатых купцов. "Золотые мешки", понимая, что долг и обещанные проценты будут возвращаться оооочень долго, всячески уклонялись от этой "почетной" обязанности. Так что рынок был пуст и сулил немалые прибыли при должной ловкости и изворотливости.

Первый пробную операцию провернули в довольно зажиточном на фоне полунищих соседей западном королевстве. Ордо славился храбрыми воинами, отряды которых наемничали по всему миру и прилежно отправляли золото домой. К тому же прибрежные города активно развивали торговлю с Датленом и Южными королевствами. Тут-то монарх Ордо и столкнулся с Братством Ветра. Архипелаг островов расположенный напротив побережья, немного южнее столицы изобиловал пиратскими гаванями. Мели и рифы превратили гавани в неприступную крепость. Авантюристы со всего мира пополняли и без того широкие ряды Братства. По слухам, пираты и контрабандисты могли снарядить флот в полсотни галер, и это, не считая нескольких сотен утлых рыбацких суденышек, которые промышляли разбоем вдоль всего побережья. Среди членов Братства Ветра были искатели приключений со всех уголков мира, даже ходили упорные слухи, что одним из капитанов был гном. Это притом, что карлики смертельно боятся воды, да и за пределами гномьих королевств их жило совсем немного. В общем, разношерстая морская братия грабила все, что ходило по морю, сильно затрудняя торговлю и рыболовство. Пираты боялись лишь датленцев, грабить которых было себе дороже. К тому же северяне после нескольких нападений на свои корабли, блокировали Алеанские острова огромным флотом. Поговаривают, что после таких мер главы Братства обязались не трогать корабли суровых северных мореплавателей. Так что пираты с двойным рвением набросились на более удобную добычу – купцов Ордо и соседних королевств. Попытки урезонить распоясавшихся флибустьеров оканчивались ничем. Соседи были откровенно слабы, а Ордо явно не хватало денег на полномасштабную операцию. Королевство вяло искало денег, чтобы раз и навсегда решить проблему. Но после того как дерзкие авантюристы провели высадку и захватили небольшой город на побережье, король был готов на любые жертвы, чтобы остановить бесчинства Братства. Но, ни щедрые проценты, ни угрозы, ни посулы монопольной торговли не привлекли, ни один из Домов. Тогда в игру вступили мы.

Гормет был как раз купцом из Ордо, и как только он получил деньги на новые корабли, мы застраховали чуть ли не весь флот королевства. Так что теперь чем меньше будут потери Ордо от пиратства тем больше будет наш личный заработок. Премия за риск в десять процентов рассчитанная нами могла и не покрыть расходов, если Братство и дальше решит терроризировать побережье. Собрав с купцов Ордо и соседних королевств, что-то около полумиллиона золотом страховых взносов наши приказчики приступили к реализации сделки. Десятки встреч, переговоры, взятки, торговые уступки и посулы протолкнули наш проект в приемную короля Ордо. Там в дело вступила "тяжелая магия", подкупленные казначей и герцог Торд, по совместительству двоюродный брат короля, сумели убедить венценосную особу, в том, что заем на условиях Рогинов единственный способ урезонить Братство.

Суть сделки для короля выглядела так: Рогины предоставляют заем, под пятнадцать процентов годовых, деньги должны были быть направлены на наем флота для нанесения удара по Братству.

Для герцога Торда и казначея картина пополнялась еще и тем, что Дом за теперь уже деньги КАЗНЫ представит наемников и флот, а королевство снарядит баржи для высадки единственного пехотного легиона Ордо на архипелаг Братства. То есть Дом выдает кредит, но деньги даже не попадают в казначейство, а уходят напрямую наемникам. Конечно, все заинтересованные стороны в лице родственников и соратников короля получают свою долю пирога в виде взяток.

Для меня же картина выглядела следующим образом. Мы собрали золото с подданных Ордо, это же золото на бумаге ссудили королевству под щедрый процент и на него же наняли свой собственный флот для решения проблем с Братвом, которое, к слову сказать, немало досаждало и моему собственному флоту, везущему товар из Мараба в Датлен и дальше кланам орков. Проект получался сверхприбыльным. Если братство будет урезонено, то не будет страховых случаев, а значит все полмиллиона золотом от страховки можно с чистой совестью положить в карман. К тому же за работу по очистке моря от Братсва, которую Дом и так планировал сделать совместно с несколькими крупными арматорами Датлена и Трорура, мы получали полмиллиона от королевства, которое теперь должно было выплатить эти деньги по кредиту в течение трех лет. Учитывая, что на военную операцию планировали потратить около двухсот тысяч, в сухом остатке оставалось триста тысяч золотом и долг на полмиллиона от короля Ордо с солидными процентами. Правда оставалась немаленькая проблема с пиратскими островами, но ключи от этой крепости были уже в руках Огла.

Братство особо не скрывалось. Схема их защиты Алеанских островов была прозрачной, но от этого не менее неприступной. Главную базу архипелага защищали естественные препятствия в виде коралловых рифов и отмелей. Единственный фарватер защищали три на удивление мощные батареи баллист. Как пираты смогли построить столь эффективную защиту, никто не знал. Но факт оставался фактом. Узкий проход между рифами и маленькими островками заставляли атакующих сильно замедлиться, для того чтобы прощупать дорогу лотом. Тем временем хорошо пристрелянная батарея разносила нападавших в клочья. Ко всему снаряды батареи хоть и не были покрыты клением, но неплохо пробивали магические щиты. По словам бывалых магов, на лицо была какая-то смутно знакомая, но чужая волшба. Видно местные умельцы как-то сумели сочетать механику и магию. Попытки захватить архипелаг заканчивались ничем, блокировать пиратский флот можно было лишь на время штиля, да и у Братства была еще пара лазеек, в которые просачивались многочисленные рыбацкие лодки, так, что блокадный флот терял маневренность, а пираты имели возможность беспрепятственно выбраться со своей базы. Штурм фарватера же всегда заканчивался до безобразия однообразно: поочередные залпы трех батарей и атакующий флот уходил зализывать раны в ближайшую гавань.

Проект стал приносить прибыль едва начавшись. Братство затаилось и страховых случаев стало в разы меньше. Тем более в гаванях Ордо стали собираться эскадры Торина, его датленских друзей и пара флотилий из Трорура. Даже Сиба постоянно теряющий здесь торговцев прислал пару галер. Всего с учетом наемников удалось собрать три десятка боевых галер и в два раза больше транспортников: катастрофически мало против пятидесяти галер пиратов и их гигантского вспомогательного флота из рыбацких лодок, маленьких для сражений в открытом море, но весьма эффективных среди рифов. Но мы как обычно припасли несколько козырей в рукаве. Два броненосца, усовершенствованные со времен битвы с флотом Тха-Рэ были готовы разнести в щепки любой корабль, посмевший подойти на расстояние залпа, десяток драконов должен был атаковать батареи Братства с воздуха, и в довершение Акрам и Льдинка сопровождали самый нелепый корабль, который когда-либо бороздил море.

Монстра строили в Троруре, и вся операция задерживалась лишь потому, что его нужно было подвести к Алеанским островам. Тихоходный, неустойчивый, а к тому же абсолютно не маневренный корабль двигался в десять раз медленнее Акрама, если бы не попутный ветер и усилия сотни гребцов, захват пиратского гнезда пришлось бы перенести на следующий сезон. Но боги благоволили к нам, и к назначенному сроку весь флот был на месте. Стратегия командоров Братства была предельно простой. Удар и отход к архипелагу. Перед дислокацией батарей основного гнезда нас ждал целый лабиринт из мелких островков и рифов, за которыми прятались вражеские лодки. Морские разбойники, кружась внутри архипелага, выскакивали в самых неожиданных местах и наносили удары там, где им было удобно. Видя же перевес сил, просто ныряли в скопление островков и исчезали. Потуги местных королей, как правило, оканчивались на преследовании пиратов в лабиринте. Там небольшие корабли, прекрасно ориентировавшиеся в местных водах, могли противостоять и вдвое большим силам, нежели собирались под вымпелами Ордо. Датленцы в своем карательном походе сумели пройти архипелаг насквозь и добраться до самого его центра, где острова и рифы образовывали естественную морскую крепость, но и они не смогли взять штурмом узкий фарватер. Хотя изрядно напугали Братство блокадой. Нам же было нужно вскрыть цитадель пиратов в кратчайшие сроки и провести без потерь транспорты с пехотным легионом короля Ордо до логова врага.

Я сильно надеялся, что небольшая численность объединенного флота спровоцирует пиратов на открытое морское сражение, но видно командоры сегодня выпили мало малаги и сохранили трезвый рассудок. Капитаны Братства предпочли открытому морю – драку внутри архипелага. Перед нашей эскадрой простиралось гигантский природный лабиринт, в центре которого затаилась база самых отчаянных пиратов западных морей. Конечно, нас ждала масса сюрпризов. Удары из-за угла, горящие протоки, запружённый фарватер и многое другое. Но мы готовились очень тщательно и знали все подлые приемы местных вояк. К тому же у нас был огромный козырь, который начали разыгрывать, как только подошли к цели. С палуб кораблей поднялся десяток драконов: три дракона – ближний дозор, пятерка – дальний, и последняя двойка – резерв. Воздушные патрули тут же обнаружили несколько засад. На их устранение помчались тройки небольших, юрких датленских судов, впереди которых шли лодки, тщательно проверяющие глубину протоков. Да наша скорость была солидно меньше, но мы видели всю картину с неба, и загонщики шли не напрямую в лоб, а ведомые драконами заходили справа, слева....

Конечно, большинство пиратов сумело уйти, только вот те, кто по глупости ушел в сторону моря оказались отрезанными от базы и наши тройки постепенно выгнали их в открытое море. Где их ждала вначале моя сборная эскадра, а если отдельным быстроходным кораблям удавалось прошмыгнуть, то флот торговцев из Ордо и окрестных королевств, прибывший посчитаться с давними обидчиками, если это не получится у нас или поживиться разбегающимися трофеями. Однако основная масса противников откатилась к центру. Конечно, нас вполне могли разделить, а потом и разгромить в запутанном лабиринте, но для флибустьеров слишком неожиданным оказалось применение драконов и как следствие наше знание о том, где готовится засада, какими силами и как ее можно обойти. Менее чем за половину дня, потеряв всего два корабля, один из которых неудачно сел на мель, а второй загоняя пирата, напоролся на риф, наш флот добрался до фарватера, ведущего в сердце пиратской базы. К слову сказать, Датленцы, чтобы добраться сюда в прошлой компании потеряли полтора десятка судов, это притом, что обладали втрое большим числом кораблей и воинов. Первый успех сильно воодушевил эскадру, и со всех сторон посыпались предложения начать штурм незамедлительно, но Торин охладил горячие головы, резонно заметив, что хоть потеряли всего два корабля, но исключительно по собственной глупости. А море не прощает самонадеянность и небрежность. Так что эскадра разместилась напротив фарватера в ожидании, когда Акрам и Льдинка смогут провести гигантский корабль, собственно ради которого и проводилась такая основательная значкистка лабиринта. Да и до сих пор в небе сновали небесные всадники, чтобы не допустить неожиданного нападения на драгоценный корабль.

Поначалу для штурма я планировал использовать два имевшихся броненосца, но послушав рассказы очевидцев о мощи пиратских батарей, резко изменил планы. Корабль, построенный в Троруре, смело можно было назвать плавучей батареей. Правда ее плавучесть была весьма условной. Корпус бывшей черепахи Тха-Рэ изрядно усилили, а борта и палубы покрыли железными листами. Один из бортов превратили в батарею, вооружив тремя самыми большими пушками, которые смог изготовить Фатти. Орудий на второй борт не хватило, так что пришлось уравновесить его мешками с песком. Сильно погрозившись в воду, и став до безобразия неуклюжей черепаха стала бесполезной в любом морском сражении, но вот для штурма стационарных береговых батарей вполне годилась. Мощь и дальнобойность пушек была запредельной для любых даже самых совершенных баллист, а броня делала батарею неуязвимой даже на короткой дистанции с врагом.

Корабль до места дотащился через несколько часов после того как мы надежно блокировали фарватер и неспешно принялся за работу. Драконы наводили артиллеристов на спрятанные на островах батареи, а те медленно и методично превращали позиции пиратов в перепаханное поле. С двумя первыми батареями Братства особых проблем не возникло, а вот с третьей пришлось повозиться. Ее довольно успешно защищал природный рельеф и особенности фарватера, так что черепахе пришлось протиснуться опасно близко к врагу, и часть огромных камней выпущенных из пиратских орудий проверила на прочность броню Фатти, которая, кстати, выдержала экзамен с честью. С батареями провозились до позднего вечера, потому штурм острова пришлось отложить на следующий день. При этом часть фарватера заранее осветили заготовленными на этот случай бочками с горючим, которые закрепили на островках. Так что решись пираты на ночной прорыв, их бы ждал сюрприз из двух броненосцев и плавучей батареи, которые бы били наверняка. Конечно, часть пиратов ускользнула через рифы, но нам это только облегчило завтрашнюю работу. Ночь прошла без эксцессов. А на утро на острове высадился королевский легион.

Огромную добычу по предварительной договоренности делили пополам, одна доля казне Ордо, вторая эскадре. Так что Датленцы и арматоры Трорура присоединившиеся к походу с лихвой окупили свои затраты. Ну а мы получили, даже чуточку больше чем рассчитывали. Король Ордо решил погасить свои долги сразу: частично из своей доли трофеев и частично землями. Ушлый король отдал нам пограничные владения в надежде, что мы прикроем его от жадных соседей, а цену за свою долю трофеев поднял процентов на двадцать. Но к его удивлению Рогины даже не стали спорить. Я понимал, что долги корона может вообще не вернуть, а финт с землей был ожидаем, даже более того казначей и дядюшка натолкнули короля на такое решение, с подачи Дома.

Глава 6. Похищение

В Ордо существовал закон, по которому продавать владения иностранцам мог только король, к тому же будущий владелец должен был быть дворянином. Это надо сказать сильно сужало круг моих потенциальных клиентов при перепродаже. Иметь земли в Ордо это конечно неплохо, но местные свары, бедность и перенаселенность отбивали всякую охоту к вложениям. Плюс огромное количество безземельных рыцарей, разбойничающих баронов, да и просто отмороженных шаек бедноты постоянно рыскали в поисках наживы. Так что первым делом мы забрали самый ценный ресурс этих земель — людей. Всех мастеров, землепашцев и профессиональных воинов, прошедших жесткий отбор, переселили в наши слабозаселенные земли в Клонеле. Оставшись один на один с бедными ископаемыми, а теперь и людьми землями претворили вторую часть плана. Надо сказать, ни казначей, ни герцог Торд не были в курсе, что я планирую реализовать пожалованные мне территории столь быстро, но как говорится, Дом был в своем праве. Покупатель был найден еще до того, как было принято решение о разгроме пиратов. Соседний король жаждал оттяпать от Ордо наиболее жирные провинции и постоянно точил свои копья на приграничье. Так что предложение Огла воспринял с большим энтузиазмом. При дворе агрессора всегда жила пара тройка прихлебателей из Ордо, он любил привлекать мятежников, предателей и прочих ренегатов из соседнего государства в надежде взрастить пятую колонну в стане врага. Огл воспользовавшись этим, нашел юридическую зацепку. Один из подданных короля Ордо, барон Ролф, де-юре был все еще его вассалом, хотя уже более десяти лет кормился из рук врага. Тогда юный король не заморачивался с бумажками и эдикт лишающий горе дворянина его прав так и не был издан. Так что поместье собирались продать барону на законных основаниях, а расплатиться за него и стать реальным владельцем должен был воинственный сосед. Однако дабы не послужить причиной очередного военного конфликта организовали утечку информации. В Ордо сильно засуетились, много угрожали, но сделка проводилась через Администрацию Конклава в Риттене, так что, в конце концов, королевство нашло деньги, чтобы расплатиться с Домом.

Масштабная операция в Ордо послужила толчком к серии таких сделок по всему континенту, пользуясь депозитами и страховыми взносами брали контракты на постройку дорог в Риттене, акведуков в засушливом Судахе и крепостей в Лароге вдоль границ с орками. Везде кредитовали королей, за счет денег их же подданных, а потом брали эти же деньги в счет контрактов, заключенных с казной. Не всегда получалось столь же прибыльно, как в Ордр, но Дом мало чем рисковал, практически не вкладывай деньги в чужие страны. Даже многочисленные офисы либо арендовали, либо приобретали за счет займов. Сотни писем от приказчиков о возможности купить лакомые здания за свой счет намеренно игнорировали, готовясь к будущим финансовым войнам. Излишки наличности, осевшие чистой прибылью, оперативно вывозились или запускались в новые проекты, где на каждый золотой Дома приходилось десять-двадцать заемных или привлеченных монет. "Золотой дракон" рос как на дрожжах. В течение нескольких лет наш оборот увеличился в разы. Но за денежной накачкой всегда стояла реальная сила, мы скупали на подставные лица перспективные поместья, склады, гостиницы. Росла сеть магов-связников, скупались небольшие месторождения меди, железа и угля, множились доходы от торговли.

Дом Рогинов поднялся очень высоко. Как мы ни старались завуалировать свое богатство, потенциальные конкуренты и злопыхатели, конечно, знали, сколько денег крутиться в страховых обществах, депозитных лавках и самое главное в векселях. Оборот бумажных денег живительной силой потек по человеческим королевствам, там, где раньше деньги лежали годами в сундуках богачей, потекли быстрые золотые потоки. Скорость, безопасность и надежность – стали синонимами векселей. Сотни и тысячи людей стали торговать друг с другом, те, кого раньше страх потерять нажитое держал дома, двинулись в дальние путешествия. Товары потекли из страны в страну, и это само собой задело Великие Дома. Стало больше мелких торговцев, не боящихся сделок, которые совсем недавно казались невероятно дерзкими. Дороги стали в разы безопаснее и дешевле, так как, по крайней мере, в одну сторону купцы могли идти и без огромной охраны. Возросло значение наемных караванов, и Рэнди был к этому готов. Повозки и отряды курсировали теперь с запада на восток и с севера на юг по всему человеческому анклаву. Торговцы просто нанимали караван, пока были с грузом и оставляли лишний транспорт и людей в наших опорных точках — караван-сараях, если удачно распродавали груз, потом превращали деньги в векселя и следовали дальше по пути, где в любой момент могли вновь обрасти надежными наемниками Дома Рогинов и телегами с товаром.

Мы тщательно выстраивали банковскую систему. Бесценными стали книги счетов клиентов, которые отделения обновляли вначале ежемесячно, потом еженедельно, а в конце концов уже и ежедневно. Пришлось выстроить отдельную дублирующую сеть магов-связников только для Банка. Филиалы вели счета финансовых операций, ежемесячно проводили взаимозачет, минимизируя поток наличности между странами. Сложились потоки торгового баланса. Например, мы знали сколько нужно везти слитков золота из более бедного Судаха в Фируз, чтобы уровнять операции по импорту, или, наоборот, из Фируза в Риттен.

Я был в шаге от создания глобальной межбанковской системы. И совсем немного оставалось для того, чтобы подтолкнуть Дома к участию во всеобщей торговой площадке, этакой товарно-сырьевой бирже. Однако консерватизм и недоверие пока стояли стеной перед столь глобальными для этого мира планами. Вексельный оборот перевалило за десять миллионов золотых, учитывая сроки перевода денег и то, что для учета векселей получателю, как правило, требовалось преодолеть немалое расстояние, Банк получил в распоряжение около семи-восьми миллионов. Если к этому добавить тот факт, что оборот векселей рос год от года, то по сути это были длинные деньги, которые можно было, не боясь, запускать в дело. Более того почти столько же средств крутилось в компаниях по страхованию и приему денег в рост. Появилась нетривиальная задача: нужно было пристроить десять— пятнадцать миллионов в безрисковые, высокодоходные и самое главное быстро ликвидные проекты. Ибо кто знает, может, придется срочно гасить большую сумму по векселям, или депозитам, а еще хуже все сразу. Таких проектов было наперечет. И интересы к ним жестко отслеживались как службами Великих Домов так и савахами. Все же я решился подобраться к одному из них.

Нужно было, как-то прикрыть операции с серебром и золотом гномов, потому моя команда давно вынашивала идею покупки серебряных рудников, которыми был богат Риттен или золотых копей Фируза или Судаха. Служба Огла стала осторожно пощупывать возможность покупки данных объектов. Если бы я знал, что наш интерес развяжет самую страшную финансовую войну между Великими Домами...

Я очнулся в пропахшем мочой и фекалиями фургоне. Но еще тошнотворнее был запах исходивший от немытых тел моих сотоварищей по несчастью. Грубая решетка, собранная из неотесанных жердей, совсем не защищала от палящего солнца, а горло саднило от жажды, но что-то подсказывало, просить воду не стоит. Мои опасения вскоре подтвердились, один из доходяг протянул руки в немой просьбе воды и тут же последовал предельно жестокий удар дубинкой. Бедняга дико взвыл, рука, скорее всего, была переломана, но лучше бы он сдержался. Видно одному из охранников не понравилось слушать стоны заключенного и он, не раздумывая, ткнул в него копьем. Вопли боли сменились хрипом. Кровь потекла по доскам клетки и едва не достигла меня, но телега подскочила на ухабе, повернув кровавый ручеек вспять. Незнакомец был мертв, оставшиеся пятеро каторжников насторожено притихли. Нам преподали жестокий урок. И если кто-то еще сомневался, то теперь можно было быть уверенным, что жизни наши не стоят и ломаного гроша. Как это случилось со мной? Со мной, главой Великого Дома Рогинов, одним из самых богатых людей человеческого анклава? Где я так прокололся? Я стал мысленно перебирать события минувших месяцев в тщетных поисках причин, приведших к тому, что произошло.

Огромные деньги и легкость, с который Дом получил, вскружила нам головы. Мы попытались прыгнуть выше головы и получили заслуженные тумаки от судьбы. Все началось с невинного прощупывания возможностей Дома. То тут, то там снимались единовременно огромные депозиты, или вдруг предъявлялись к учету десятки векселей и притом одновременно. Возникали достаточно спорные страховые случаи, и если раньше мы легко разваливали, намерения отдельных граждан поживится за счет Дома, в суде, то теперь дела стали копиться и буксовать. Мне тогда бы обратить внимание на всю эту возню... Однако я отмахнулся от, казалось бы, мелких проблем и прозевал момент, когда они переросли в нечто большее. Резервы позволяли с легкостью покрывать снимаемые депозиты и векселя, и я чувствовал, что у противника маловато свободных денег для полноценной финансовой войны. Помимо того к резерву Банка — стандартных в мире Виктора двадцати процентам от капитала — я держал еще столько же золота в специальных хранилищах, собственников которых никак нельзя было связать с Домом. Там оседала прибыль от торговых операций, контрактов с казной и прочее. Эти деньги должны были покрыть непредвиденные расходы и не дать пошатнутся пирамиде банка. Ведь если вынуть кирпичик из ее основания учреждение рухнет и погребет под собой весь Дом.

Однако противник использовал нашу же тактику, которую мы применили в борьбе с Домом Акримов. Почему Огл не отреагировал вовремя? Угроза была незначительно, и мы недооценили силу своих недоброжелателей. Два-три небольших судебных процесса по страховым случаям и несколько спорных торговых договоров привели к тому, что на Дом начались гонения со стороны властей. В Балхе имущество Дома арестовали до разбирательства в суде по ложным обвинениям, несколько префектов завели дела о мошенничестве по совершенно смешным поводам. Купленные нами судьи и чиновники были готовы рвать врага, но тот действовал чрезвычайно умело и осторожно. Все это беспокоило, но не сильно, сумма контрактов, даже если дела будут решены не в нашу пользу, была ничтожной, и я готов был погасить обязательства хоть в тройном размере в любой момент.

Но это знал и наш враг, которому, как оказалось, был нужен лишь повод, чтобы наложить лапу на самое ценное для меня – мою личную свободу. Я был вызван для допроса в службу савахов. Отказываться от таких приглашений было не принято, да и я не чувствовал особой угрозы. Однако никто не мог предполагать, что враги будут действовать столь беспринципно и прямолинейно. Внутри здания савахи отсекли мою личную охрану, а меня даже без сохранения видимости следствия сковали цепями и вывели через другой вход, водворив в банальную тюрьму для уголовников.

Самая скверная тюрьма Риттена находилась за аршаимами ремесленников в бывших купеческих складах, которые отошли в казну за недоимки. Крепкие стены, узкие редкие окна вот и все наследство, что осталось от купцов. В бараках были полки в три рядя, неистребимая вонь немытых тел и скудная еда. Все это для простых смертных, глава Дома никак не мог попасть сюда, а это значит, что меня просто нагло похитили. Почему не прибили в дороге? Наверное, я еще нужен живым и неизвестный заказчик моих неприятностей надеется что-то получить от меня. А здесь попросту спрятали, так как понимали, что Огл и Рэнди перевёрнут весь Балх в поисках своего друга. Оставалось лишь запаслись терпением и ждать. Поиск не должен был занять много времени, ведь привезшие меня сюда савахи оставили хоть какой-то след. Теперь мне стало понятно, почему меня так настойчиво заставили переодеться в чужую одежду, и просто с воровской сноровкой сняли все украшения. Скорее всего, в тюрьму меня бросили под другим именем, и по сфабрикованному делу. А вытащат отсюда только, когда неведомым врагам будет удобно. Пошуметь? Но скорее всего меня вряд ли оставили без присмотра, и есть приказ, если что убить. Более того, как оказалось позже, начальник тюрьмы был тоже должным образом проинструктирован. А так как савахи не первый раз пользовались такими услугами, пряча государственных преступников или влиятельных ренегатов, о которых не должен был знать никто, то, как бы я не возмущался, положение в ближайшие день-два не улучшится. А вот по прошествии недели, когда Огл и Рэнди поднимут шум, а администрация тюрьмы поймет, кого незаслуженно держит в застенках, можно попробовать надавить. А пока терпеть и ждать.

Но время в этот раз работало не на меня. Цепь случайностей вначале разрушила планы моих похитителей, а потом и мои скромные надежды на скорое освобождение. В бараке, куда меня бросили, царил необычайный порядок. Нет, речь не идет о чистоте. Здесь в отличие от моих представлений не избивали новичков, сильные не претендовали на скудный паек случайно оказавшихся в застенках сельских мужиков. Кто-то очень уважаемый в этой среде сумел наладить подобие структурированного общества. В тщательно оберегаемом от лишнего внимания углу находился таинственный кукловод, из-за наличия которого меня возможно и определили в это узилище. Знали, что здесь я не пострадаю от случайной стычки или просто попытки отобрать обед. Обед, кстати был, весьма, отвратителен: серая, плохо пахнущая жижа, которой можно было лишь обмануть желудок. Но я находился в тюрьме всего пару дней, а потому еда была последним, о чем приходилось думать. Дни проходили медленно и уныло. Здесь не было прогулок, построений или каких-либо работ. В этой тюрьме каторжане ждали своих покупателей. В Риттене было принято отдавать осужденных на тяжелые работы на срок заключения. Предпочтения отдавались принадлежащим казне солеварням, каменоломням, серебряным копям, шахтам, где добывали самоцветы. По слухам, условия труда там были адские, а из рабов-каторжан выжимали все соки. Мало кто доживал до конца срока. Общество цинично избавлялось от своих болезней, безжалостно вырезая пораженные участки.

Тюремная жизнь била ключом: приходили новички, решались межклановые споры. По привычке опытного торговца я старался подмечать все, что происходило в бараке. Новичков обычно по одному водили в угол к местному царьку. Потом определяли полку, на которой он будет спать, и которая говорила всем о статусе новичка. В бараке, несмотря на жесткую дисциплину, было несколько группировок, как я позже узнал, каторжане делились на две неравные части: большая — случайные сидельцы и меньшая — матерые преступники. К первым относились злостные должники, загулявшие и наделавшие бед деревенские мужики, дезертиры, в общем, все те, кто оказался здесь впервые и не в силу своей профессии. Эта масса была по большому счету бесправной и вынуждена была делиться скудным пайком и хорошими вещами с представителями второй половины. То были подлинные дети криминального мира: воры всех мастей, убийцы, сутенеры, разбойники и грабители. Если первая половина была аморфной неорганизованной массой, то вторая состояла из нескольких крепко сбитых банд.

В бараке властвовали представители гильдии воров. Группа была многочисленной и крепко спаянной и, несмотря на то, что среди воров было маловато бойцов, они уверенно держали власть в своих цепких руках. Второй по численности были убийцы, которым судя по всему, симпатизировали разбойники, наемники и даже парочка неведомо как попавших сюда пиратов.

Таких арестантов как я в бараке почти не было. Меня определили к небольшой группе неплохо одетых людей, которым постоянно что-то приносила охрана, правда львиную долю продуктов и вещей тут же приходилось отдавать гильдии, но за это к толстосумам относились вежливо и старались беречь. Мне ничего не носили, и ничего не просили. Было ощущение что меня попросту не существует, однако я понимал, что без присмотра меня не оставили, потому старался вычислить кто же, следит за мной и возможно получил приказ убить, если что-то пойдет не так. Подозрительном показался молодой крепкий паренек, который занял полку рядом буквально на следующий день, как я оказался в бараке. Хотя, судя по его уверенному поведению его место, было поближе к властителям тюрьмы. Вторым, но на вид менее опасным был пожилой, неимоверно иссушенный лишениями арестант, который как, ни старался казаться потерянным и слабым, все, же нет-нет, да и показывал свою волчью натуру. Один из этих двоих всегда старался быть рядом со мной, что еще больше укрепило мои подозрения.

Много позже я узнал, что на Рэнди было совершено покушение, а Оглу подбросили весьма убедительный след, который увел его ищеек далеко на север. Подними я тогда шум, может все получилось бы по-другому, но боги распорядилась иначе. В барак привели новую партию каторжан, которые отличались от обычных новичков, как волк отличается от дворовых брехунов. В центре вожак – поджарый хищник, уверенно оглядывающий старожилов. Воры выглядели опасной стаей шакалов, многочисленной, зубастой, но новенькие смотрелись еще более грозно. Волки, готовые загрызть просто ради крови. В воздухе запахало жареным. Приход этих ребят был, явно ожидаем, и представители гильдии убийц, разбойники и прочие тут же выразили свою поддержку новой силе. Встреча этих "королей" помоек походила на светский прием, где дружественные партии вежливо расшаркиваются друг перед другом и бросают косые взгляды на противников. Здесь были те же вожаки, те же крысы, только декорации были мягко говоря побледнее.

В воровском углу, судя по шушуканью, готовились к встрече. Искренне желая уйти подальше от будущих сражений, я забился в дальний угол, но подстегиваемый любопытством наблюдал за разворачивающимися событиями. Встреча двух групп произошла как бы в коридоре, который образовывали два ряда трехъярусных лежанок. С обеих сторон появились палки и самодельные ножи.

– Серый, ты рассчитывал спрятаться от гильдии убийц? А мы тебя и тут достали, ха-ха-ха.

– Я ни от кого не прячусь, Весельчак, думай, прежде чем говорить.

— Ба, значит мой умишко, маловат для воровского головы? А ну-ка я объясню честной компании, что происходит. А то я думаю, к толпе за тобой многие присоединились по недоразумению. Господин Серый перебежал дорогу главе Теней, и ему вынесен приговор, от которого уважаемый Голова схоронился в тюрьме. Однако Тени объявили награду за голову Серого в двести золотых, и по десятку за каждого его помощника.

Голос Весельчака потонул в глухом ропоте. Часть сторонников Серого подалась назад. Ему бы атаковать раньше, когда перевес сил был на стороне воров, но Серый медлил, уж слишком грозно смотрелись убийцы, все, же битвы не ремесло его сторонников. Но шансы решить разногласия без кровопролития падали с каждой секундой. Момент, когда Весельчак дал отмашку своим церберам атаковать, я пропустил. Увидел лишь согласное движение дюжих бойцов вклинившихся в нестройные ряды воров.

Увидеть бой со стороны мне не удалось, отвлеченный дракой я едва не прозевал нападение со стороны парочки следившей за мной последние два дня. Вначале на меня бросился молодой, видно рассчитывающий только на грубую силу. Но за эти годы я изрядно поднаторел в искусстве самозащиты, а соединив технику ударов с магическим способностями, стал просто недосягаем для простых смертных. Пропустив сокрушающий удар в живот, я сумел дотянуться до виска противника и выплеснуть сырую манну синхронно с ударом. Молодой умер мгновенно. Однако это не напугало второго арестанта. Опытный тюремный волк бросился на меня с заточенным куском металла в руке. Враг действовал исподтишка, нанеся колющий удар из неудобного положения через соседнюю узкую лежанку, если бы не это, для меня бы все на этом и закончилось. Неудобное положение смазало удар, и заточка вместо того чтобы впиться в печень, глубоко пропорола живот. Чисто на автомате я ударил еще одной домашней заготовкой, вскипятив мозг убийцы. Оставшиеся крохи магии бросил в самолечилку и провалился в небытие. Ну а очнулся уже в вонючей телеге под безжалостно палящим солнцем и с самыми нерадостными перспективами впереди.

Как я узнал со слов моих соседей по клетке, в тот день по всей тюрьме прокатилась бойня между сторонниками гильдий воров и убийц, давно соперничавших за корону преступного мира. Наиболее ожесточенный бой был именно в моем бараке, так как там скрывался один из патриархов воровской гильдии — Серый. Битва распространилась и на другие бараки, ко всему в суматохе возникло несколько пожаров, от перевернутых в пылу сражения сальных светильников. К откровенно некомпетентной тюремной охране, допустившей беспорядки, придали две роты легионеров, которые войдя на территорию бунтовщиков, провели настоящую войсковую операцию.

Сотни заключенных были убиты, остальных немедленно раскидали по рудникам. Зачинщиков же ждали самое зловещее место каторги в Риттене — Серебряные копи Арахна. Мало кто знал, что происходит на этих рудниках, являющихся собственностью казны и отданных под управление Дому Нитов. Ниты неоднократно отказывались выкупать рудники даже за смешные деньги, мотивируя это убыточностью вечно подтопляемых шахт и бедностью породы. Однако маломальское количество серебра все же поступало в казну, а затраты были минимальны. На копях работали исключительно каторжане. И особенностью Арахна было то, что никто не видел вернувшихся оттуда. Эта ситуация никого не беспокоила, ведь на копи отправлялись лишь отпетые негодяи или те, кого общество не хотело больше видеть. А высокая смертность лишь позволяли освобождать места для новых рабов. Как же меня угораздило попасть сюда? Скорее всего, всех заключенных с ранениями причислили к бунтарям и скорым судом сослали в Арахну, за эту версию говорило и количество трупов и раненых в моей клетке. Хотя это вполне могли быть результаты "работы" ретивых охранников.

Вечер принес долгожданную прохладу и способность мыслить. Днем жажда, помноженная на ужасную жару и боль от заживающей раны, и сотен укусов насекомых не давали сосредоточиться ни на чем. Я, то бредил, то проваливаясь в беспокойный сон, то скатываясь в бессознательное состояние. Но вечер дал шанс осмотреться. Нас как будущих смертников везли в наглухо закрытой повозке. Рота злых и скорых на расправу солдат охраняла два десятка клеток, установленных на телегах. Значит, всего везли чуть больше сотни каторжан - новая смена на серебряные рудники. Были запрещены любые разговоры с охраной. Наказание – смерть. Мольбы, просьбы, драки, протесты – смерть. Еду и воду бросали в клетку раз в день. Кусок хлеба и бурдюк воды. Измученные жаждой люди подходили к воде и еде осторожно и по одному. В первый день было иначе, была свалка и новые трупы, охрана не терпела беспорядка. Так что заключенные подходили по одному пили, столько сколько разрешали веселящиеся церберы, брали положенный кусок хлеба и забивались в свой угол. Есть и пить хотелось нестерпимо, тем более лечилка забрала последние силы. Однако быстро восстанавливающийся резерв маны уже приносил свои плоды. Я подстегнул процессы заживления и если бы не слабость от голода, то чувствовал бы себя очень хорошо. Магия подавила возможные очаги инфекции и в целом приободрила мой измотанный скудной пищей, ранами и отсутствием воды организм. Потому к еде я, если так можно выразиться, подполз достойно, сохраняя человеческий облик. Пил без излишней спешки, а хлеб взял нарочито нерасторопно, чем заслужил уважительный кивок от охранника. Подумать только мне главе Дома нужно уважение рядового цербера.

Помимо кормежки нас ждало еще одно развлечение. Обычно каторжан везли. Не открывая клеток до самого рудника. Даже справляться нужду приходилось прямо в клетке. Охрана не удосужилась сделать хотя бы небольшое отверстие в дощатом настиле телеги, так что, заключенные были вынуждены испражняться прямо под себя. Ко всему трупы под жарким солнцем воняли, так что слезились глаза, а охранники были вынуждены следовать в двух копьях от повозок, что нарушало все мыслимые инструкции. Ропот же возниц вообще не прекращался, вольнонаемные носили плотные, промоченные водой, маски, но видно и те не спасали от жуткого запаха, исходившего от нас. Однако капитан охраны был на этой должности не первый год и знал, как справиться с проблемой. В укромном каньоне клетки по одной стали открывать. Предварительно нас заставили притащить трупы к дверям, потом оттеснили в другой конец клетки. Трупы вытащили и, не хороня, сбросили в ущелье. Повозки же протащили через небольшой, но полноводный ручей, где вода смыла наши фекалии прямо через решетку. При этом если возница для смывания задерживался в достаточно глубоком месте, арестанты были вынуждены хвататься за верхние прутья клетки в попытке дышать.

Во время вынужденного бездействия я готовил свой организм к предстоящей борьбе. Бежать из клетки было невозможно, слишком велика охрана, да к тому же целых три мага!!! Значит нужно выжить в смертельных копях и придумать, как выбраться оттуда. Что у меня есть? Скромные навыки самообороны, но скорее всего среди убийц, насильников и профессиональных вояк меня сомнут опытом и силой. Я не принадлежу ни к одной группировке, а значит, на первых порах буду бесправным одиночкой. Пока одни только минусы. Правда есть один жирный плюс в копилке – магия. Вообще я не должен был попасть в тюрьму для простых уголовников, всех магов держали совсем в других узилищах, где по слухам были даже камеры, обитые железными листами с напылением кления (привет от Тина). Но там видимо было очень трудно спрятать главу Дома. Ведь магов преступников чаще старались просто отпустить или если злодеяние, совсем из рук вон выходящее по-быстрому казнить. Кому нужны были головные боли с охраной и содержанием в заключение магов? Да и мой скромный дар, все еще болтающийся между четвертым и пятым уровнем практически не прощупывался. Так что я оказался среди простых уголовников – не магов, с магическими способностями, которые уже спасли мне жизнь и надеюсь, помогут сохранить ее и в дальнейшем.

Глава 7. Каторга

После трех изнурительных дней, крайне истощенные голодом и жаждой мы прибыли к рудникам. За все время транспортировки так и не удалось поговорить ни с одним из охранников. Запрет на разговоры, как и кара за них соблюдались неукоснительно. И все же когда нас передавали в руки смотрителей рудника, я сумел шепнуть охраннику, который ранее уважительно отнесся ко мне за сдержанность в еде, что за информацию обо мне его ждет щедрая награда в Доме Рогинов. Достигнут ли вести моих друзей, покажет время. Я надеялся на человечность и жажду наживы, странное сочетание, однако все могло получиться.

Нас, еле живых, с затекшими от долгой дороги конечностями, выстроили во дворе острога. Выход на волю закрывали мощные бастионы, напрямую примыкающие к отвесным скалам. В глубине виднелся огромный зев рукотворной пещеры — входа в подземные шахты. Несколько сложенных из камня бараков на огороженный еще одной стеной территории, казармы надзирателей и видимо корпус администрации, вот и все что можно было разглядеть.

– Каторжане, здесь на Арахне есть только одно правило: подчинятся указаниям администрации.

— Господин старший надзиратель, не томи, дай с дороги напиться — из строя прозвучал возглас какого-то остряка.

— Хмм... очень кстати, принесите воды, — один из надзирателей скоро принес кувшин воды. – Ну, кто хотел пить?

— Я начальник, ой спасибочки!!! Ааааааа... хррррр..... — остряк захлебнулся в своей крови. По молчаливому кивку старшего надзирателя, охранник одной рукой державший кувшин с водой, другой вытащил короткий меч и деловито всадил его в живот несчастного арестанта.

– И... за нарушение этого правила есть только одно наказание – смерть, – как ни в чем не бывало, продолжил старший надзиратель. И от этой его деловитости становилось жутко страшно. Здесь на самом деле уже списали жизни каторжан. Разница была лишь в том, сколько протянет конкретный индивидуум.

Подгоняемые дубинками охранников осужденные нестройной толпой направились в барак. Нам отводилось неделя карантина на то, чтобы прийти в себя после жуткой дороги, дальше всех каторжан загоняли в шахты, где мы должны были добывать серебряную руду. Старожилы пока были отделены от новичков, но среди пополнения уже начали формироваться банды. Более чем скромная трапеза, состоящая из куска хлеба и маленькой миски пустой каши, вызвала недовольные ропот. Однако урок, который преподал старший надзиратель на построении, не прошло даром. Роптали шепотом, а чаще вообще про себя. Я сделал выводы, что раз бесполезно давить на администрацию, значит сильные будут отбирать еду у слабых. Еще одной неутешительной новостью было то, что как только закончится карантин, еду станем получать соответственно выполненной нормы, что, учитывая мой никакой опыт работы в шахте, грозило голодной смертью. Стоило из-за какой-нибудь случайности не получить две три пайки и сил выполнять норму дальше просто не будет. Но здесь, скорее всего, будет совсем не случайность. На карантине пока никто не рисковал затевать свары из-за боязни жесткой реакции со стороны охраны, но что происходит в шахтах?

Представители преступных гильдий разделили барак на неравные доли, предпочитая селиться подальше друг от друга. Одиночкам вроде меня, пришлось расположиться между пока не враждующими лагерями, служа как бы буфером. При этом нападки и придирки приходилось ждать от всех. Я постарался выспаться днем, когда риск конфликтов был минимален и готовился к ночному бдению. В свое время Сапог и Лианг посвятили меня в премудрости преступного мира, да и служба Огла приносила кое-какую информацию. Однако этого было прискорбно мало, и чтобы не быть жертвой, было нужно примкнуть к одной из группировок, либо жестко отбить у агрессоров охоту грабить меня.

Удалось занять нижнюю койку у самой стены. Сверху лежал совсем зеленый паренек. Вокруг такие же растерянные, как и я арестанты. Единственным плюсом создавшейся ситуации было то, что я наконец-то занялся своими магическими способностями. Постоянно подпитывая то Дракошу, то доспех, я должен был изрядно нарастить резерв, однако в действительности мой манозапас продолжал болтаться между четверкой и пятеркой. Прогресс был только в скорости восполнения. Теперь теоретически я вполне мог провести дуэль и с магом шестого или даже седьмого уровня, при условии, что они не ударят сразу же хотя бы половиной своей мощи. Но это в теории. Магов среди арестантов слава богам не было.

Я раз за разом накладывал на себя комплексы долголетия и здоровья, которым научился еще у старика Вилота. Ко всему, в арсенале были слабенькие лечилки, которыми можно было врачевать небольшие раны и болезни вроде простуды. Однако в потенциале, если использовать заклинания одно за другим я вполне мог достигнуть неплохого эффекта. Из боевых плетений мне мало что подходило из классической школы. Но имея деньги, в свое время удалось найти пару учителей, которые дали несколько схем. Тогда это показалось мне детской забавой, особенно учитывая мощь того же Болго. И к занятиям я отнесся спустя рукава. Сейчас пришлось кусать локти. Слава богам схемы я заучил, но не было должной практики.

Выплеск сырой маны, которым я защитил себя в тюрьме Балха, конечно, тоже неплохо, но для того чтобы выжить нужно было расширять арсенал. Тот же удар, нанесенный в тело, может не дать мгновенного эффекта, как удар в голову, а ошибаться здесь нельзя. К тому же, мне надо спать, так что стоило подумать над магическими сигналками и возможностью блокировки ударов или хотя бы снижению их поражающей эффективности. Тут было два пути: щит маны, или тот же щит в комплексе с мышцами и маной. Первый менее болезнен, второй — более эффективен. Но пока это только теория и идеи, в практике я ничегошеньки не умею.

Ночью начались ожидаемые нападки со стороны гильдий. Воры и убийцы стремились подмять под себя как можно больше сторонников. Ведь совсем непонятно, что нас ждет в шахтах, и лидеры банд разумно стремились нарастить мускулы. Рекрутеры обеих сторон шныряли вдоль лежанок, тихонько разговаривали с ранее примеченными арестантами. Часть тут же примыкала к той или иной партии, те, кто поумнее брали паузу. В этом обществе: вход — монета, выход — десять. Выберешь сейчас неправильную сторону, а потом придется тянуть лямку весь срок. Ведь никто не знает кто в силе в шахтах. У гильдейских понятно не было особого выбора, а вот остальные могли и подумать. Понимая это, гильдии пытались здесь и сейчас, где посулами, а где угрозами набрать в свои армии бойцов. Меня слава богам причислили к доходягам, так как многие видели, что я был ранен и большую часть времени просто лежал. Таких пока не трогали, бандам нужны были сторонники, а не беспомощные жертвы. Сейчас такая ситуация полностью устраивала, но в шахтах нужно будет ее резко менять иначе с клеймом "беззащитного" долго не протяну.

Два дня, точнее говоря ночи, прошли довольно спокойно. В бараке было несколько конфликтов с одиночками, получившими предложения от гильдий, но так и не решивших, чью сторону принять. И если воры пытались кого-то припугнуть, то убийцы демонстративно предлагали тому свою опеку и наоборот. В общей массе выделялась группа из пяти бывших военных. Все словесные угрозы ребята пропускали мимо ушей, и вокруг них зрело явное напряжение. Еще среди колеблющихся была пара братьев, крепко стоящих друг за друга и гигант северянин. Это, не считая пяти десятков никому не нужных арестантов, в числе которых был и я. Гильдия воров в карантине насчитывала три - три с половиной десятка, убийц было немногим меньше.

На третью ночь гильдия убийц совершила роковую для себя ошибку. Пара ее бойцов решила силой склонить на свою сторону здоровяка северянина. Тот довольно внятно дал понять, что не желает примыкать ни к одной из групп. Тогда вошедшие в раж убийцы распустили руки. В итоге один из незадачливых преступников так неудачно "упал" на каменный пол, что его мозги забрызгали все близлежащие лежанки, второй по версии, которую утром озвучили для надзирателей, не выдержав свалявшихся на него бед, наложил на себя руки, повесившись на собственной рубахе. Подбежавшие на помощь убийцы нос к носу столкнулись с ворами.

– Хромой, отвали.

– А с чего это?

– Сам видишь, датленец убил двоих наших.

– Так они сами начали, или нет?

– Сами-то сами, но это мои люди, а вы каким боком? Или вы вроде как за справедливость?

– Да нет, Куница, мы за порядок. Зачем нам в бараке склоки? Всем ведь лямку тянуть, так? Снаружи охрана нас давит, а тут вы.

– Это кого вас, Хромой, с каких пор вы таких дуболомов в гильдию прописываете? У него, наверное, тонкие пальчики, как раз кошельки срезать? Ха-ха-ха...

– Смешно, Куница, аж до печенок прохватило. А штоб ты знал, датленец у нас по купеческим складам специализируется, где товар утащить, а где замок с мясом своротить. Ну и случись, что охрану приголубить. Ну, примерно, как твоих, дерзких. Так ведь датленец?

– Я сам по себе.

– Ну, вот Хромой, он сам по себе, и твое дело сторона. Или ты в претензии?

– Да нет Куница, все путем, бывает ведь, отказываются люди тупые от родной гильдии, ни ума у них, ни фантазии, все на голую силу рассчитывают, – Хромой бросил злобный взгляд на здоровяка, – Так что вы в своем праве.

– Ну что датленец, пора и ответ держать, за что ты моих ребят убил? За кровь ведь кровью платить надо, а?

– Эй, Куница! Мы хотели сказать, что пока тоже не определились с кем нам быть. И если нас будут принуждать, то мы считаем, что датленец ответил, по справедливости.

– Да ну солдатики, вы к чему это?

– А к тому, что датленец, по нашему мнению, своем праве, и мы, если придет нужда, будем с ним.

– Опа...

– Да, Куница, и мы тоже с датленцем – к месту конфликта осторожно подошли братья, также не поддающиеся на посулы гильдий.

Конфликт утих сам собой, Куница, видя решительно настроенную группу предпочел сохранить нейтралитет. Оно и понятно. Можно спокойно задавить нейтралов, но те были крепкие ребята и серьезных жертв среди убийц было бы трудно избежать. А это значит заранее проиграть битву с гильдией воров. Да и те вполне могли помочь дерзким одиночкам. Хотя каким одиночкам? Под датленцем теперь восемь опытных бойцов, которые в открытой схватке стоят вдвое большего количества противников.

Моим первым порывом было присоединиться к датленцу. Но я хоть и с трудом, но сумел сдержаться. Как воспримут вчерашнего доходягу? Гильдия, скорее всего, решит отыграться за свои неудачи, а заодно запугать остальных колеблющихся, да и пошатнувшееся реноме подправят, за мой счет. Датленец и компания вряд ли пойдут на обострение из-за неизвестного новичка. Солдатики, братья и северянин сговорились держаться вместе заранее, а вот за новенького не встанут, легче на него направить гнев гильдии. Так что я продолжал наблюдать. На сегодня шоу окончилось без лишней крови. Враждующие разошлись по своим углам, а новая группа заняла ряд полок ровно посередине барака, вдоль одной из стен, без особых колебаний согнав оттуда всех, кто мешал обустройству новой банды. Я ждал бури. До конца карантина оставалось совсем немного. Время поджимало, а вялая реакция охраны на образовавшиеся ночью трупы давала надежды на то, что победителей не будут судить особо строго. Должна была состояться решающая битва между ворами и убийцами. Однако мои опасения были напрасны, появление третьей силы и разумная осторожность заставила бандитов подождать с разборками до лучших времен. На седьмой день я вместе с сотней каторжан спустился в ад.

Много позже, анализируя поведение людей, нет скорее зверей, в шахтах, я понял, что у всех нас не было выбора. Арахна работала на уничтожение попавших в ее объятия арестантов. Нас не пытали, не наказывали и почти не контролировали. Мы все делали сами. Единственной регулирующей силой была пайка. Да простая пайка, состоящая из миски каши и куска хлеба. Кусок плохо пропеченного хлеба, который в лучшем случае лишь на половину состоял из ржаной муки, все остальное смесь сушеных трав и откровенный мусор. Каша. Скорее жиденький клейстер из крупы, сгнившей, по меньшей мере, в прошлом году, щедро приправленный мышиным пометом и прочими складскими радостями. Вот и весь рацион. Но никто не смотрел на недостатки еды, наоборот это пайка была предметом вожделения и единственной валютой в подземелье. Скудной пищи хватало лишь на то, чтобы кое-как выполнять норму. Каторжане медленно, но верно должны были умирать за год-два от недоедания, но срок этот был еще короче из-за банд, которые жаждая прожить больше, грабили слабых. Те, отдавая десятую или двадцатую часть от своего скудного питания, чахли быстрее. Но недостатка в рабочих руках Арахна не испытывала. Поток преступников постоянно пополнял шахты. Мало у кого были шансы дожить до конца срока, ведь сюда попадали лишь те, кого лишали свободы более чем на десять лет.

Шахты представляли собой гигантский лабиринт внутри не проходимого скального массива. Рудное тело, словно гигантский спрут раскинулось глубоко под землей. Я как маг довольно четко видел драгоценную породу в толще скалы. Более двух тысяч каторжан были заживо погребены под землей. Единственной ниточкой наверх были ворота, где охранники меняли руду на пайку, запас масла для ламп, лес для креплений, гвозди... Также можно было обменять сломавшийся инструмент, редко, очень редко получить одежду, и другие бытовые предметы. Воду каторжане пили рудничную, что по моим подозрениям также отрицательно сказывалось на здоровье, хотя при тотальном голоде эта была меньшая из проблем. В целом в пещере царила постоянная осень, не тепло и не холодно, и можно было бы и тут дотянуть до конца срока, если бы, не нехватка еды. Голод и бесконтрольность со стороны охраны тюрьмы породили ужасных чудовищ. Те, кого ссылали сюда и при жизни были не очень-то приятными людьми, но сейчас... И, да я считал всех находящихся в Арахна мертвыми, ибо нас похоронили заживо, и не было никого кто бы смог вернуться отсюда в мир живых. В общем, в этом филиале ада, появились свои демоны: кланы людоедов, активно охотящихся за двуногим мясом, просто бандиты, совершающие медленное убийство, отнимая часть ежедневной нормы, воришки старавшиеся утащить дневную выработку руды... Но среди двух тысяч каторжан были и те, кто вел относительно нормальный образ жизни, либо, смирившись с полуголодным существованием, либо нашедшие пищу в пещерах: грызуны, улитки, и даже рыба из озера, расположенного в центре пещеры.

В назначенный день нас вновь выстроили около входа в шахты. Все новички получили потрёпанный мешок, кирку, небольшую масляную лампу с запасом жира на пару дней и еду на весь день: глиняный горшок с холодной кашей и кусок хлеба. Ко всему плохонький травяной матрац, спать предстояло прямо на месте работы.

– Первый и последний раз еду получаете бесплатно. Разобьете горшок – останетесь без каши до конца срока.

– А как же вода?

– Можете пить из бочки, когда сдаете руду, ну и в пещерах полно воды, ха-ха-ха. Нормировщики будут принимать руду в эти ящики, принесете меньше вот этой черты, получите только половину пайки, пустая руда – пеняйте на себя. Понятно?

– Да...а...а ...

– Ну и хорошо. Отряяяд!!! В шахтыыыы!!! Бегоооом!!!!!

Во время так сказать официальной части я старался держаться ближе к датленцу и его команде, как наиболее адекватным в этой массе. В пещере, новичков ждали. И эта встреча была гораздо важнее напутствия старшего надзирателя.

– Эй, "мясо", у вас два пути – работа солдатом или шахтером! Определиться нужно уже сейчас.

– А в чем разница?

– Почти никакой: солдат умирает от кирки в спину, а шахтер от недоедания.

– Я Куница, из клана убийц. Есть ли здесь гильдейцы?

– Ты теперь совсем не Куница и авторитет твой ничего не стоит. Выбирай банду и решай, кем будешь жить бойцом или копателем?

– Со мной два десятка решительных парней и мы хотим присоединиться к самой сильной банде...хрррр.....ррррр.... – Куница неожиданно упал. В полутьме, кто поближе увидели, что из его горла торчал стальной стержень.

– Новички, я еще раз повторюсь. Вы здесь – "мясо". Забудьте ваши заслуги вне Арахны, выбирайте с кем и как вам жить дальше. Здесь представители всех кланов пещер, ну кроме людоедов и дикарей, их мы сюда не пускаем, гы-гы-гы. Можете подходить, спрашивать и определяться, но делать это нужно быстро. Чтобы заработать еду на завтра нужно еще и вкалывать.

Всего было чуть более десятка представителей. Каждый клан имел свои территории, где добывал руду. Участок около единственного озера с правом рыбной ловли, пещеры с улитками и прочее. Структура почти у всех – одна: два-три десятка бойцов и около сотни шахтеров. Бойцы охраняли шахтеров во время работы и транспортировки руды к воротам. Ну и самое главное, на обратном пути, когда те несут, самое ценное здесь – еду. За это шахтеры делились с солдатами и без того скудной пайкой. Но иначе нельзя. Людоеды, просто разбойники, не признающие ни каких правил, и одиночки постоянно проверяли охрану кланов на прочность. Без разделения на охрану и рабочих выполнить дневную норму по руде было нереально, а вот кланы давали такую возможность.

Я лихорадочно искал лучший для себя вариант. Просто стать шахтером или охранником было смертельно опасно, мне нужно было получить хоть толику независимости, чтобы иметь в будущем возможность попробовать бежать отсюда. Иначе борьба за пайку затянет настолько, что мне будет не до мыслей о побеге. Датленец с компанией прошел мимо, а я приостановился. Странная компания из трех человек, нет, двух людей и гнома! Гном в горах!!! Хочу к ним. Так все банды прислали по два представителя, почему же их трое?

– Уважаемые не подскажите, почему вас трое?

– Хмм..., соображаешь "мясо". Мы не полноценный клан. Каждый из нас представляет банду, но живем все в одном рукаве, как и любой клан, просто у рукава – три ответвления и так получилось, что наши семьи живут там порознь. Но охрану грузов, добычу руды, и все остальное делаем вместе. Так вот.

– Значит, вы независимы друг от друга? И если выберу вас, нужно решать с кем быть?

– Не совсем так... Первого мы поспорили гному, ха-ха-ха...

– Угум... Уважаемые, раз уж так получилось у меня встречное предложение. Я кхм... немножко лекарь.

– О, как.

– Да, и чувствую, что услуги мои тут будут в цене. Так вот мне бы хотелось независимости от каждого из вас, но в обмен на охрану и прочие привилегии клана буду отдавать десять процентов своих доходов.

– Маловато.

– Так вы со всех берете где-то также.

– Так, то десятая часть пайки, да к тому же шахтер – человек подневольный. И труд у него о-го-го.

– Ваше предложение?

– Треть, – прохрипел до сих пор хранивший молчание гном.

– Одна пятая.

– Хорошо – поставил точку в наших торгах лидер третьей банды, видимо торопясь окучить новое "мясо".

Из более чем сотни новеньких клану досталось двенадцать человек. Люди распределились между бандами примерно поровну. Наша тройка отпугивала потенциальных новичков, старавшихся выбрать клан покрупнее. Однако датленец сотоварищи резонно решил, что он с семью бойцами сможет заполучить неплохие условия в клане послабее и почти в конце выбрал гнома. Правда ему сразу пришлось жестоко разочароваться, бойцов раскидали по трем бандам, да и дали понять, что здесь его боевые навыки ничего не стоят. На попытку спорить, гном лишь пожал плечами. А вскоре все наши новички на собственной шкуре почувствовали свою беспомощность в пещерах.

Как, оказалось, идти к рукаву было нужно при свете лишь одной лампы. Так экономили драгоценный жир, и воины не так сильно привыкали к свету. Всего новичков сопровождали десяток бойцов, включая трех клан-лидеров. По узким штольням приходилось идти гуськом, постоянно проверяя землю перед собой. Уже несколько раз мы с трудом обходили разломы и просто глубокие ямы, лишь благодаря предупреждению проводников. Почему нас предварительно не связали веревкой? Ответ на этот вопрос я получил пару минут спустя. Отряд проходил что-то вроде перекрестка. При этом двое охранников контролировали коридор перпендикулярный основному.

Все началось внезапно. Свист, какой-то летящий снаряд и человек проходящий перекресток со стоном валится на землю. Теперь стало понятно, почему охранники не перекрыли проем коридора, а лишь осторожно выглядывали из-за угла. Неизвестный метатель как бы разделил отряд на две половины. Но такое положение не устраивало охранников, и они заставили нас перебежать к ушедшей немного вперед колонне. Я активировал щит, и как оказалось не зря: непонятный снаряд по касательной ударил в него и рассыпался, отрекошетив к стене. Из десятка человек противнику удалось подстрелить еще одного новенького.

– Гном, что будем делать? Оставим?

– Эй, вы чего? – подал голос датленец, один из раненых был из его прежней команды.

– Цыц, мясо! Это людоеды, и они специально подранили наших, чтобы снизить темп. А это значит, что собралось их немало, и они надеются сегодня отправить на харч нас всех. Иначе этих заделали бы наглухо и спокойно сожрали, когда уйдем. А сейчас кто-то пасет нас, а гонец со всех ног несется собирать стаю.

– Мы не бросим своих!

– Значит, все пойдете на корм, подыхать из-за кучи идиотов не будем.

– Я могу попробовать.

– Что??? А лекарь…, ну давай, пробуй.

Я подошел к лежащим в коридоре. Судя по всему, удар был столь силен, что переломал несчастным ноги. Лечить такое с моими жалкими возможностями бессмысленно. Как быть?

– Есть деревяшки и ткань?

– Найдем.

Я собрал подобие шин и обезболил магией переломы.

– Будете скакать на одной ноге, опираясь на товарищей. На больную ногу не наступать, я лишь только обезболил, там все сломано. Понятно?

– Да?

– Ну что там лекарь?

– Все можем идти.

Мы понеслись по коридорам. Буквально через минуту как покинули место вынужденной стоянки, послышался вой разочарования. Видно часть преследователей рассчитывала получить свежее мясо. Однако не потерявшие разум двуногие хищники наоборот радовались, ведь раз раненые не брошены шансы добыть больше мяса не так уж и малы.

Страшная погоня была совсем близко. И самое главное неизвестный враг вполне спокойно передвигался в абсолютной темноте, тогда как мы пусть и с единственной горящей лампой были у противника как на ладони. Людоеды двигались позади нас, и, скорее всего, судя по гортанным крикам, несколько групп шли параллельными маршрутами.

Теперь стало понятно пренебрежительное отношение старожилов к воинским умениям новичков: здесь нужны были совсем другие навыки. Бой в темноте, скорость, череда тесных коридоров и широких пещер. Чтобы выжить под землей, нужно было проявить чудеса ловкости и незаурядную хладнокровность.

Во второй раз противник настиг бойцов клана, замыкающих колонну. Охранники не сплоховали. Завязался скоротечный бой и три людоеда остались лежать на холодных камнях. Как оказалось, наша охрана тоже неплохо ориентировалась в темноте и к тому же имела лучшее оружие. Это вселяло надежды. Плюс были надежды на то, что преследователи, скорее всего, задержаться, чтобы утолить голод телами своих вчерашних товарищей.

Все новички поняли, что раньше колонна лишь еле плелась, теперь же старожилы взвинтили немыслимый для пещеры темп. Еще две лампы помогли осветить дорогу. Иначе новички спотыкались, падали под ноги позади идущим и задерживали весь отряд.

– Поднажмите "мясо" до дома осталось совсем немного, – подбадривали нас старожилы.

– Ой, не могу, – стонал гигант–датленец, которому огромный отрезок пути пришлось идти чуть ли ни на четвереньках.

– Дайте мне оружие я задержу гадов.

– Тебя скорее камушками издалека приголубят, а потом разделают как барана, хотя мяса в тебе много. Может пока тебя будут жрать, забудут про нас.

– Ох-хо..., даже умереть то по-геройски не получится.

– Соберитесь, еще один зал, а за ним прямой коридор к заставе, – рыкнул гном.

И все же мы не успели. Нас ждали в последнем, самом опасном гроте. Огромный зал и чуть меньше десятка коридоров. Авангард отряда, состоящий из воинов, защищенных щитами, сбитыми из досок, которые видимо должны были идти на укрепление шахт, вывалился в широкий грот, своды которого терялись в высоте. И тут же со всех сторон с таким знакомым свистом полетели снаряды. Раньше казалось – людоеды метают булыжники, но простой каменюка разве мог так врезать по деревянному щиту?

Мой богатый опыт сражений подсказывал, что долго нам не продержаться. Видимо гном сотоварищи пришли к схожим выводам, и колонна довольно организованно попятилась к покинутому ранее гроту. Скорым темпом, продвинувшись до предыдущей развилки, старожилы решили разделиться.

– Так мясо, выбор у нас небогатый – отрывисто вещал гном – вы направо, мы налево. В проводники к вам пойдет Свен, он у нас видящий. Раненым предлагаю геройски погибнуть тут.

– Они мо...

– Заткнись лекарь, мало кто выживет сегодня, а их черед уже пришел.

– Мы согласны гном, дадите что-нибудь из оружия?

– Да, и первое время Свен и уважаемый лекарь поддержат вас, так ребята?

– А???

– А ты не бойся, я научу. Мясо двигаете по коридору как можно быстрее, путь прямой не заплутаете, Свен с лекарем имитируете оборону и уходите вслед за остальными. Все.

Новички потеряно втягивались в коридор. В это время опытные каторжане за считанные минуты собрали из щитов, камней и палок что-то вроде миниатюрного форта. Раненым досталось по копью и короткому кинжалу. Грубое оружие было, по всей видимости, переделано из кирок. Мне и Свену дали лишь два десятка острых штырей, судя по тяжести сделанных из серебра. Причем мне досталось всего пять штук.

– Смотри сюда лекарь. Я тебя кратко введу в курс дела. Ты ведь у нас немножко маг, так?

– Да.

– Взгляни вокруг магическим зрением.

– Ох... я и осел...

– Потом охать будешь. Теперь эти штыри.

– А?...

– Да серебро, но странноватое. Короче, если будешь метать их с магией, полетят дальше и точнее. У кого-то сразу получается, у "двоек" как Свен или "троек" как я так вообще с ходу. Ты у нас кто?

– А... я не знаю.

– Понятно, в академию не годишься, а остальное тебе и не сказали. В любом случае не больше "тройки".

– Угум.

– А ну попробуй.

Вжих... бум... дзинь... – штырь отскочил от камня, на который указывал гном.

– Слабовато пока. Но совсем неплохо для мяса. А видеть вокруг можешь?

– Только породу. И недалеко, – я постарался скрыть свой истинный магический уровень.

Глава 8. В неволе

— Да тут практика нужна. Ну, в общем, людоедов на фоне породы увидишь и без ламп. Поэтому в начале боя вы со Свеном поработаете штырями. Потом подранки подожгут масло, разлитое вокруг форта. Это либо задержит каннибалов, либо даст шанс продать жизни подороже. В любом случае у вас будет фора. Нагоните остальных, и Свен покажет, как добраться до крепости.

Старожилы ушли. А вслед за ним по указанной штольне потянулись и новички. Я понимал, что все сделано разумно. Засада приостановит нападающих, а мы с Свеном направим погоню за "мясом". Старички же спокойно уйдут. Только вот быть приманкой...

– Лекарь, возьми наши пайки, пригодится — раненые благодарили за помощь, оказанную ранее.

— Спасибо ребята.

— Одну кашу лучше съешь сейчас, три плошки будет совсем неудобно тащить, а хлеб прибереги, действительно может пригодиться, — дал совет, внимательно наблюдавший за нами Свен.

– Спасибо, сам-то кашу будешь?

— Нет, я свою в дороге съел, так что сыт, а вот горшок куплю, они, кстати, в цене, если дойдешь до крепости не продавай, пригодится.

— Так зачем этот продавать?

– А три ты все равно не дотащишь целыми, – улыбнулся Свен.

– Бери, взамен мне ничего не нужно, кроме пары уроков.

— ?

— Научишь метать штыри?

— Это долгая история.

- Ну, будешь должен пару уроков, если доберемся до крепости.

– По рукам.

Тут послышался шум и с обоих концов тропы, почти синхронно ринулись людоеды. Свен с невероятной скоростью стал метать штыри в разные стороны. Не прицельно, резко и, казалось бы, наугад, но снаряды летели туда куда нужно. Только вот эффект был слабоват, каннибалы сноровисто отбивали штыри какими-то небольшими щитами. О, точно такой же был и у Свена. Им он отбил булыжник, прилетевший со стороны противника.

Наклонившись, я в магическом зрении увидел, что булыжник – как и штырь, были в основном из серебра с примесью других металлов. Загадка на загадке.

Я тоже метнул свой штырь, ни в кого не попал. Однако каннибалы замедлились и не спешили приближаться. Вдруг на форт ринулись пять-шесть людоедов. Свен стал метать по два штыря зараз, да и я в спешке метнул еще пару. Двое или трое врагов похоже получили смертельные ранения. А мы передышку. Так как нападавшие судя по всему приступили к страшной трапезе.

– Лекарь, нам пора. А вам доходяги совет: не высовывайтесь. Булыжники эти твари метают очень точно. Ждите за щитами. А потом возьмите их в копья.

Мы со Свеном двинулись вслед за остальным "мясом". С новым зрением я ориентировался в пещере без особого труда.

– Свен, что это за светлые пятна?

– Молодец, лекарь, растешь не по дням, а по часам. Это метки дорог, кланы так отметили все коридоры. Если выживем, обучу, как их читать. Сейчас будет удобная дорога, давай-ка пробежимся, – стало не до разговоров, штольня была на удивление широкой, дно ровное почти без препятствий в виде камней и выбоин, а высота свода позволяла бежать в полный рост, а, не согнувшись в три погибели.

– Слушай Свен, а почему не сделать засаду?

– Некоторые людоеды видят не хуже нас, а здесь у них маневр, да и бывает у тварей пара сюрпризов... ты беги лучше, наше верное спасение – добраться до крепости.

– Угу...

Датленца со товарищи нагнали где-то час спустя. Масло в светильнике закончилось, и новички, громко матеря всех на свете, блуждали в абсолютной темноте. Свен, видно имевший не дюжий опыт, сноровисто собрал всех в одну колонну, но скорость оставляла желать лучшего. Не видящие камней, канав и острых углов люди то и дело падали, шипели, ушибив ту или иную часть тела. Ситуация смотрелась бы комично если не дышащие нам в спину людоеды.

Длинный коридор, не имевший ответвлений, закончился, и нам со слов Свена осталось чуть-чуть до нужного поворота. Не успели мы порадоваться этой новости, как проводник упал с раскроенным черепом. От первого залпа меня спас Свен, точнее его мертвое тело, споткнувшись о которое я также рухнул на пол. В это время засвистели убийственные снаряды. Враг двигался не таясь. Два "видящих" людоеда спокойно как в тире расстреливали толпу беззащитных новичков серебряными булыжниками. Видя полное отсутствие сопротивления, каннибалы расслабились, двигались не спеша, встав во весь рост. Чем я не преминул воспользоваться. Пара штырей легли в ладонь как влитые. Резкий бросок и серебро несется вдоль невидимых простому взгляду магический линий. Одного я поразил в горло, второй успел закрыться, но штырь накаченный магией пробил ладонь и ударил в корпус. Я же сорвал с пояса Свена еще два штыря и не задумываясь всадил их в голову каждому из врагов.

– Тихо всем! Осмотрите друг – друга, кто ранен?

– Лекарь здесь же ничего не видно.

– Тогда посчитайтесь, разберитесь, кто ранен, а кто убит. Проверьте все вокруг на ощупь. Снимите с мертвых еду, она нам пригодится. Да и если найдете, соберите булыжники, которыми нас кидались эти.

– Леккарь как их отличить?

– Они маленькие и тяжелые, и гладкие, это серебро.

– Ого...

Я тем временем собрал четыре использованных штыря и присвоил себе пояс Свена, в нем осталось еще три снаряда. Помимо пайки и пустой заплечной сумки с какой-то мелочевкой больше ценного ничего не было. Так что в итоге? В сумке к хлебной пайке проводника добавилось еще три мои и два котелка с кашей. На поясе семь серебряных штырей и неплохой нож. Еще вытащил из сумок людоедов пять серебряных слитков. В магическом зрении слитки, которыми нас убивали, светились довольно ярко. Но тащить столько не с руки, так что все найденное раскидал датленцу и трем выжившим дезертирам, раненых не было, людоеды работали с убийственной точностью.

– Датленец, как тебя звать.

– Эйнар.

– А меня Алекс. Эйнар, заберите у мертвых хлеб и кашу. Неизвестно, когда мы найдем людей.

– Ох-хо.

– Если получилось больше двух котелков на брата, съешьте лишнюю кашу. И да нужно собрать с мертвых одежду и обувь, кажется эти вещи тут в цене.

– Может приберечь кашу-то?

– Тащить три котелка неудобно что-нибудь да разобьете, так что лучше съесть.

– Мы перед боем не наедаемся, раненому с полным брюхом худо.

– Судя по этим людоедам раненых, тут почти не бывает, а если и случится, то скорее в котел попадешь. Так что не хочешь есть, выкинь, будете двигаться медленно, нам станет не до каши.

Так, Свен ориентировался, по каким-то значкам. Но будет ли от них толк. Надо искать ближайший поворот, ведь проводник сказал, что до него осталось совсем чуть-чуть. Нужный поворот с меткой я все же проморгал. Была парочка тупиков, теперь понятно, что их обозначают двумя черточками: вертикальной и горизонтальной над ней. А вот следующий знак в форме круга был явным указателем пути. В нашем положении выбирать не приходилось, и я рискнул.

Блуждали мы долго. Только усиливающаяся жажда и неимоверно тяжелые ноги служили ориентиром времени. Передвигались осторожно, стараясь не шуметь. Воды в сухой пещере было совсем немного. И если удавалось найти капающий по стене ручеек, то задерживались пока не наполнятся пустые котелки из-под каши. Спать ложились, когда я выбивался из сил. Без дозоров. Кроме меня один черт никто ничего не видел. Датлененцу с бывшими солдатами было куда тяжелее. Без освещения они то и дело получали ссадины и ушибы. Ни единой души мы так и не встретили. Я уже был бы рад встретить хотя бы людоедов и закончить блуждания, но неожиданно светящиеся кругляшки вывели нас в знакомую пещеру.

Стоп... стоп... Я видел ее при свете факелов, а не в магическом зрении, но деревянная столешница, бадья с водой... именно отсюда мы начали свое путешествие.

– Эйнар, мужики, мы добрались до места, откуда сегодня нас забрал гном. предлагаю найти укромный уголок поближе и дождаться здесь людей. Ведь обменять руду на пайку они должны прийти.

– Резонно, а почему не подождать здесь?

– Да открыто тут все, и кто знает, кто придет сюда. Сами понимаете против местных мы совсем не вояки. Думаю, нам нужен Гном.

– Алекс, они ведь нас подставили?

– Да, но дали Свена и фору по времени. Думаю, многие кланы просто предоставили бы людоедам пяток тушек, ни на что, не заморачиваясь.

– Да, не весело.

– Ну так мы в самом невеселом месте Риттена.

– Это, да.

– Еда у нас еще есть, значит, продержимся. А вот если партия гнома уже была тут – то плохо. Завтра руду придется добывать на голодный желудок.

– Не до жиру выжить бы.

– Давайте искать, где схорониться. И не мешало бы попить и наполнить водой котелки. Бадья кажется полная.

Спали по очереди. Без солнца, смены дня и ночи было очень трудно ориентироваться по времени. Меня одолевала куча сомнений. порой совсем иррациональных. А вдруг это не та зала, а просто похожая и заброшенная, а если всех людей гнома перебили... Но видно лимит невезения на сегодня мы исчерпали, и первым отрядом, который привез руду, были именно люди гнома.

– Хо, лекарь, живой и с людьми. А где Свен?

– Нет Свена.

– Угу, расскажешь все дома. Сейчас не мельтеши и молчи при охране. Ни к чему ей наши дела.

В этот раз добрались мы без особых приключений. Шли без света. Отряд вели видящие по знакомым всем носильщикам и воинам тропам. В магическом свете я увидел мощную стену, сделанную из искусно отесанного камня, без единой щели. Видно без гнома здесь не обошлось. Небольшая, но надежная на вид дверь. По каким-то условным знакам нас, пропустили внутрь. Вокруг засуетились люди, разбирая хлеб и котелки с кашей.

– Ну, лекарь, рассказывай.

– Уважаемые, рассказывать особо нечего. Как и договорились, Свен и я чуть пощипали людоедов штырями. А потом, оставив раненых обороняться, догнали ребят. Тут нас и встретила пара видящих. Свена убили сразу, над нами видно решили поиздеваться. Ребята ведь как слепые котята тут. Ну, я выждал немного и штырями, а потом вместе добили. Правда, нас выжило меньше половины. А дальше блуждали.

– Как к кормушке то вышли.

– Свен говорил о каких-то знаках. Только не успел рассказать какие – куда ведут. Я выбрал само часто попадающийся и его в дальнейшем придерживался. По ним и дошли.

– Лекарь, ты понимаешь, что ты видящий? И это многое меняет.

– Надеюсь наш договор в силе?

– Это да, но видящих здесь очень мало, в наших трех кланах всего семь двоек, было вместе со Свеном. И если догадываешься клан – лидеры все тройки. Так что девять человек на чуть больше сотни каторжан. Мы водим по очереди караваны за пайкой, мы же и основные бойцы. Так что на тебе тоже ляжет такая обязанность. Разбрасываться видящими я не могу.

– А сколько видящих в других кланах?

– Где меньше, где больше.

– Тогда почему людоеды...?

– Отдельная песня, но мы думаем, что видящих там немногим больше, остальные плетутся следом как грубая физическая сила, ну и стратегический запас мяса, ха-ха-ха. Хотя были мыслишки, что в темноте, да на голодном пайке таланты раскрываются быстрее. У нас ведь тоже многие видящими становились не сразу и не абы как. Разве, что вроде тебя или меня, кто уже был "недомагом" на поверхности.

– А не абы как это как?

– Наблюдаем, кто инициируется со страху, а кто от голода. Тут по-разному. А дальше учим метать штыри, читать знаки, держать резерв... На смене всегда три мага, один на воротах двое в походе, остальные восстанавливают резерв если истратили или на подхвате. Допустить, чтобы все видящие были без маны нельзя. Пропустим кормежку и здравствуй людоеды или соседи.

– Невесело.

– Ну, здесь чай не южный берег, а королевская каторга, – презрительно сплюнул гном.

По быту, от работ ты освобожден, нечего резерв тратить на добычу руды, раз в три дня будешь приступать к охране, пока ворот, а потом как обучишься, будешь ходить за пайкой. За это тебе хлебная доля полагается, каша и то, что клан добудет. В остальное время можешь работать на себя, лечить, только если позволяет резерв маны. Но к смене на воротах ты должен быть полон. Это понятно?

– Да.

– Вот и ладушки. Клан – лидеры тебя сегодня помучают. Штыри пометаем, таблицу знаков надо вызубрить. Пару приемов отработаешь. Наука новая. Требует усердия и внимания. Но сам понимаешь, чем быстрее освоишь, тем больше шансов пожить. Свена нам уже не хватает, а ты можешь стать вполне достойной заменой. Оружие его твое по праву, ну мы еще кое-что добавим от кланов.

Потянулись однообразные дни, и только постоянное напряжение и работа отвлекали от грустных мыслей о семье и детях. Гном Валторн, и его коллеги Ангус – крыса и Вил – здоровяк взяли меня в крепкий оборот.

С утра я под чутким руководством лучшего снайпера тройки-лидеров Ангуса занимался метанием серебряных штырей. Только если в начале – просто стоя нам месте, то позже лежа, сидя двигаясь сам, и в движущуюся мишень. Примесь в серебре делала металл послушным магии, конечно адепты классической школы могли проделывать такие фокусы и с простой железякой, но даже мне – четверке – приходилось сильно потеть, чтобы, скажем, направить брошенный нож в цель. Тут же требовалось совсем немного усилий. Слитки самородного серебра попадались не часто, а с как его окрестили местные "легкого" еще реже. "Легкое" серебро тройки могли направить точно в цель, подправляя в полете. Оно было гораздо ярче в магическом зрении, чем остальная руда. Если сосредоточить усилия, то и удар штырем из серебра мог быть гораздо сильнее, чем просто брошенный рукой. Контролировать снаряд видящие могли на расстоянии двадцати-тридцати шагов, но этого было более чем достаточно для боя в тесных шахтах.

Я никогда не видел и не слышал о металле с такими свойствами. Или его применение было сильно ограниченно, или попросту он прошел мимо магов, как интересная, но малоперспективная игрушка. Однако в пещерах этот металл был о-го-го. Перехватывать линии, как я понял, здесь не умели иначе более сильный маг просто остановит снаряд или чего хуже перенаправит в бросающего. Но тут на каторге, куда не попадали даже слабенькие маги "легкое" серебро становилось эффективным оружием. У меня же вообще созрела куча идей применения чудесного металла. Однако для начала необходимо просто выбраться отсюда.

А пока я просто метал опостылевшие штыри. Обучение Ангус проводил в стиле: ученик дебил, а учитель бог.

– Держи лепила, штырь и метай его в ту дощечку, – которая к слову сказать была размером с детскую ладошку и отмеренное тренером рассеяние едва вписывалось в возможности двойки к коей меня отнесли.

– А сколько раз попасть?

– Ты идиот Лекарь, метай пока я не скажу стоп, а будешь часто мазать, ты меня знаешь.

Как вводится имелись наказания за промахи, от безобидного подзатыльника до интенсивной работы в штольне, от места и до вечерней пайки. Однако или «прогрессивная» система обучения или мои таланты нешуточно развили мои способности в метании штырей. Хоть Ангус был откровенно паршивым учителем, да еще мы испытывали друг к другу инстинктивную неприязнь, обязанности свои он выполнял туго, хотя может это был просто садизм?

– О как, лекарь, неплохо, – снизошел сенсей после того как я стал попадать в дощечку примерно два часа подряд. – А теперь присядь, да во-во именно так. Камешек подкати, что нога неудобно лежала. Да красиво. Теперь метай.

– ?

– Метай дорогой, в пещерах еще не так скрючит, а дело свое ты должен делать, лежа, ползком. На четвереньках и с дыркой в боку, понял?

– Да, Ангус, – я испуганно вздрогнул, с садиста сталось бы претворить в жизнь и дырку в боку и позу, а потом заставить долбить ненавистную дощечку.

В общем в течении пары недель я научился уверенно метать штыри из любой позы, пусть не очень метко, но сильно и в нужную сторону. Ангус же выполнив этакий минимум-зачет по метанию штырей оставил мой дальнейший прогресс на мою совесть.

Вил учил отбивать снаряды, пользуясь небольшими, но чертовски тяжелыми серебряными щитами. Пара щитков намертво прикреплялась к запястьям, и там, где брошенный снаряд не мог поймать и тренированный мечник, помогала магия. Однако поначалу было вообще просто трудно двигать руками, отягощенными серебром, а не то, что отбивать летящие с огромной скоростью штыри. Здоровяк же играючи жонглировал серебряными болванками, подставляя щиты под смертоносные удары.

С Вилом сложилась не в пример более дружеская атмосфера на тренировках. Хоть здоровяк и немало попортил мне шкуру, но делал он это не по надобности, давя там где как он считал в будущем это спасет мне и членам клана жизни.

– Вил, ну тебе просто, ты же здоровый как конь, вот и можешь так ловко подставить щит, – я в очередной раз протестовал, здоровяк в сотый раз повязав мне на запястья щитки начинал метать небольшие булыжники вроде тех что использовали людоедов, только медленнее и не такие увесистые. Однако пропущенные удары раз за разом оставляли громадные синяки и ссадины.

– Я же говорю тебе, Лекарь, не в силе дело, я сам хрен, когда бы смог поймать такой снаряд, и тем более без щитков. Пойми, возьми я деревянные, результат будет такой же как у тебя, если не хуже. Дело в серебре, как только ты это почувствуешь, станет легче.

– Да умом то я понял, только вот….

– Ну другого пути я не знаю, так что лови…, и пытка продолжилась

Прорыв случился, когда я уже откровенно отчаялся. Понимая, что магии во мне больше чем у Вила с Ангусом вместе взятых, а скорость восстановления позволяет тренироваться хоть весь день, я так себя измотал, что не видел очевидного. Не нужно управлять щитами, не нужно стараться попасть штырем в мишень обычным способом, мышцами и глазами. Отключив старое восприятие, я понял, чего от меня добивались. Легкое серебро плыло вдоль линий магии и мне лишь нужно было направить его в тот или иной поток, быстрый или медленный, идущий прямо к цели, а может и по дуге. Также с щитками. Если видишь в каком потоке идет на тебя снаряд, то магией притягиваешь щиток к этому же потоку ставя его между собой и штырем. Вес щитка исчезает, его принимает на себя магия, направления, подъем или опускание в нужное положение… Нужно полу расслабленное тело, которое пойдет за потоком и затвердеет лишь в конечной точке. Я же вначале напрягался как пружина, а потому как бы сопротивлялся потокам магии, метал штырь своей силой, вектор которой не всегда совпадал с нужным потоком, или толкал щит мускулами превозмогая силу тяжести и ставил в конечном итоге не туда куда нужно.

Валторн уделял мне совсем немного времени, но это были поистине драгоценные минуты. Кто как ни гном знал жизнь под землей? Где добыть еду, воду, как читать знаки в пещерах, как отыскать следы присутствия животного или человека. Гном понимал камень, как это странно бы ни звучало. По еле уловимым признакам знал, где какая руда, куда и как нужно ударить кайлом, чтобы с минимальными усилиями собрать десять норм руды за то время пока взрослый человек едва ли осиливал половинку. Премудрость эта была сложной, да и делился ей гном скупо. Только-только чтобы у прорезающегося видящего хватило навыков водить людей в пещерах.

Уже на второй неделе я дежурил на воротах. Штурмовать монолитную стену или выбивать дверь, такого не было даже на памяти старожил. Основную опасность представляли встречи соклановцев после похода за пайкой или же их выходы по тем или иным делам. В этот момент нас могли подловить. Потому видящие осматривали сопредельную территорию через систему хитрых обзорных щелей, ранее мной не замеченных, а уж потом принимали решение открыть или не открыть дверь. За которой к слову сказать дежурил отряд отбойщиков задачей которых было принять бой и дать возможность закрыть вторую дверь оставив нападавших ни с чем.

На третьей неделе я стал сопровождать походы за пайкой, с рыбаками, охотниками или собирателями грибов ставить меня было еще рано. А в караване и старшие приглядят и опыту наберусь.

Как низко я пал. Всемогущий делец, сказочный богач. Еще недавно мой обед состоял из пяти-шести перемен, к тому же разнообразные закуски, десерты, экзотические фрукты, роскошные вина. Теперь я с определенным достоинством, как никак лекарь, видящий, но все же с нетерпение ждал положенную мне пайку. Жалкая порция крупы на воде, конечно ни в какое сравнение не шла снежной рисовой кашей ан молоке, сдобренной маслом. Кусочками фруктов и орехов, мммм… а ведь я чаще всего отодвигал ее в сторону, эхе-хе. А хлеб? Нежная, пышная, белая булка на молоке, из мельчайшей муки собственного помола… Но, надо сказать, кусок местного хлеба, часто сырой, сделанный из скверной муки с примесью опилок и песка, ел я с не меньшим, а то и большим энтузиазмом. Пайки откровенно не хватало, ума не приложу как люди в забоях дают норму, да еще и на столь скудном рационе. Ведь все считают, что у видящего проблем с пищей нет. Так-то оно так, видящие всех кланов выходили в пещеры в свободное от дежурств время. Те были богаты пищей, но кромешная темнота. Людоеды и охотники из конкурирующих кланов делали такие прогулки весьма опасными. Из нашего рукава регулярно ходили за добычей только "тройки" и парные "двойки". Тащить простых смертных было гиблым, да и бесполезным делом. Без факелов они ничего не найдут, а с факелами скорее всего найдут их.

Можно было собирать вполне себе съедобные грибы, охотиться на крыс и летучих мышей, что одновременно было мощной тренировкой навыков работы со штырями. При этом приносило мясо, которого здесь очень не хватало. Отдельной статьей шли улитки, их собирали во влажных гротах рядом с руслом реки или озером. Мясо улиток ценилось не та высоко, но его было много и, безусловно, оно было лучше того, что имели каторжане каждый день. Сверх того, чтобы поймать рыбу, нужна была наживка, а как показала практика улитки были самой желанной приманкой.

Однако все эти возможности пока шли мимо меня, в погоне за лишними калориями можно было вполне самому стать частью рациона людоедов, ну или сгинуть в подземном лабиринте. Немного спасала положение лекарство, однако пациенты тут были явно небогатые, и отдавать свои скудные запасы решались лишь при крайней нужде. Ведь тут еще большой вопрос стоит ли вылечить какую-нибудь болячку, а потом умереть от недоедания.

Пока обучался жил я поближе к клан лидерам. Кланы занимали три коридора побольше, при этом постоянно их, расширяя за счет добычи руды. Каждый рукав был блокирован отдельно, у гнома основательно, у крыс Ангуса спустя рукава, у Вила просто, но с деревенской обстоятельностью. Пожил я у всех, занимая свободные выемки. Имуществом пока не оброс, потому спокойно следовал в любой из домов. Однако присоединяться ни к кому не хотелось. Постоянная скученность людей, жадные взгляды на еду, мелкие склоки откровенно нервировали. Отчаявшиеся люди в любой момент были готовы затеять свару, и только авторитет видящих поддерживал подобие порядка. Нужно было подумать о своем жилье.

– Уважаемый Валторн, хотел обзавестись своим жильем? – выловил я вечно занятого гнома.

– Выбирай любой угол – буркнул не любящий разговоров кланлидер.

– Да я бы хотел разместиться все кланов, как мы и договаривались.

– В общих штольнях что ли?

– Угу.

– Хорошо подумал? Случись что на главных воротах мы запремся каждый у себя. Да и если тебя вдруг свои порешат знать никто не будет кто и как.

– Ну так и в любом месте могут.

– Не скажи если ты будешь жить у меня и тебя порешат, то Вил с Ангусом будут иметь претензии ко мне, так что я буду кровно заинтересован тебя защитить. А вот в общей штольне ты сам по себе.

– И все же, это ведь не противоречит нашему изначальному договору.

– Делай как знаешь.

– Поможете с выбором рукава?

– От главного входа, после трех клановых ответвлений, отсчитай одиннадцать веток, уйди в двенадцатую она будет по правую руку, там и жила серебряная не истощена, есть много сухих отнорков, да и с водой проблем нет.

– Спасибо уважаемый, – перед гномом у меня теперь должок.

Глава 9. Крысы

Сам бы что—то подходящее искал куда дольше, да и не факт, что, найдя и обустроив место, не пришлось его менять. Гном подсказал идеальный вариант.

Если за лечение плохо платили едой, то вот материалами и работой рассчитывались охотно, так что смог с комфортом обустроить новый дом. Шахтеры сделали мне небольшую, но прочную дверь, запирающуюся изнутри на засов. Теперь вся ветка, к слову немалой длинны, была надежно отгорожена от внешнего мира.

Недалеко от двери в закутке организовал, что-то вроде кабинета для приема больных, оборудовал лежак, вырубил в прямо в породе, поставил несколько камней в качестве табуретов, тут же был и источник воды. Небольшой ручеек, наполнял природную чашу и незаметно уходил, просачиваясь сквозь породу. Спать в этом помещении было сыровато. А вот для приемов оно подходило идеально.

Дальше подражая главным воротам, у которых я неоднократно дежурил, прорубил пару смотровых отверстий, ведь врасплох меня скорее всего могли застать, напросившись на прием.

Еще больше работы и времени отняло обустройство собственно жилища. Его защитил дополнительной дверью, оборудовал удобный лежак. Со временем появились лоскуты старой одежды, несколько ровных досок, получилась вполне себе удобная кровать. Лоскуты я тщательно перестирал с песком и высушил, а доски тщательно обровнял.

Пока занимался убежищем, сильно набил руку в работе с камнем. Как оказалось, занятия с клан лидерами, пригодились и здесь. Руда, хоть и в меньшей степени была пропитана вкраплениями легкого серебра, поэтому со временем стал подмечать куда направить удар, чтобы отколоть кусок побольше, где порода легко пойдет, а где монолит, который не возьмет ни кирка, ни порох. Но самым большим открытием была вода. Большая вода и не так далеко от меня.

Рядом с моей пещерой находилась полость, небольшая, высотой в пол человеческого роста и длинной шагов пятьдесят, но пробив отверстие до нее, а потом еще к одной полости я получил путь, ведущий к подземной реке. Отдельный выход, узенькая площадка, а самое главное перспективы. Бурный поток заполнял всю пещеру, сверху и снизу по течению если верить моему магическому зрению река уходила в тело скалы, а значит перспектива проплыть минимальна. Но это меня не расстраивало, я был далек от идеи сплавляться по реке, однако, это значило что мой персональный выход к реке безопасен. Можно смело удить рыбу… Ура!

Я затеял кучу проектов, перенести споры грибниц и организовать их выращивание в пещере, ловля рыбы, начал расширять проход к реке, около нее увеличил площадку и стал обустраивать небольшую помывочную…За этими заботами время летело и появлялась надежда выжить, я незаметно влился в быт каторжан.

– Лекарь, посмотри Хара, ему вчера здорово досталась.

— Это где?

— В шахте обвал был.

— А... ничего себе, так ммм....

— Ох, господин лекарь, легко-то как.

– Э... ты не вскакивай, я тебе просто боль снял, нужно еще пять сеансов лечилки. Чем будешь платить?

— Так это, пайкой.

— Зачем мне твоя пайка? Я слышал, ты легкое серебро продаешь?

– Да есть немного, но его господин Ангус обычно все покупает.

– С уважаемым Ангусом, Хара, это твои расчеты, и я никак не хочу перебегать дорогу главе крыс. Но о твоей ноге заботиться только тебе. Лечение обойдется тебе в слиток "легкого" серебра, размером с мой кулак. Найдешь?

– Кхе-кхе, постараюсь.

— И держи язык за зубами.

— Конечно, господин лекарь.

От пайки я отказался совсем легко. Ведь легкое серебро ? это возможность поохотиться? Была мысль сделать еще и гарпуны на рыбу, а что привязал веревкой и метай. Тренировка и приварок к скудному рациону. Только вот думая о проблемах бытовых, я забыл что это еще не самые большие проблемы.

— Эй, лекарь, открывай.

- Кто здесь?

– Это я Ангус, есть разговор.

– Да? – спросил я в впуская лидера крыс в дом.

– Что за требование к Харе? Ты разве не слышал что все "легкое" серебро покупаю я?

– Всем видящим не помешает оружие, Ангус. С чего вдруг только тебе?

– Это шахтер моего клана и я в своем праве. Серебро добыто в моем рукаве, понимаешь?

– Не вопрос Ангус, это твое серебро и твой шахтер, вот и лечите его сами. Хорошо?

– Новичок, а не слишком круто ли ты загибаешь? Без году неделя здесь, а уже ставишь свои условия?

– Условия мы обсудили, когда я еще был "мясом". Вы позволили лечить за плату, имея свою долю, в обмен на независимость. Так?

– Ну и? К чему ты клонишь?

– А к тому, что я все договоренности выполняю, а вот лечить кого-то за установленную тобой плату не собираюсь.

– Кто диктует тебе, сколько брать за лечение? Проси пайку, рыбу, крыс...

– Мне нужно серебро.

– Хмм... Значит, тебе плевать на жизнь Хара.

– Не мне, а тебе, ведь это ты не разрешаешь ему оплатить лечение серебром, которое у него есть, и которое я планирую использовать как оружие. Что тоже хорошо для клана.

– Не знаю, не знаю, что-то круто ты загибаешь, лекарь.

Агнус мелкими шажками подходил все ближе, и нанес резкий предательский удар коленом. Удар уличного драчуна, грязный, нечестный, исподтишка. Достигни колено паха и никакие лечилки мне бы уже не помогли. Но с Агнусом – крысой я всегда был настороже, а сейчас вообще утроил свою внимательность. Не зря. Инстинктивно подался немного назад, одновременно блокировав колено открытой ладонью. Но в ладонь я вложил четверть своего резерва. Блок с магической напиткой.

Магия через ладонь прошла в колено Крысы, сминая мышцы и разрывая сухожилия. Второй рукой я слегка шлепнул Ангуса по лбу, опять вложив в удар солидную порцию сырой маны. Клан-лидер поплыл. Но закаленный в многочисленных схватках боец не собирался сдаваться просто так. Вжих... серебряный штырь попорол робу в миллиметре от кожи. Но больше шансов у противника не осталось, с поврежденной ногой и сотрясением в ближайшее время он был беспомощен. Я свалил качающегося каторжника на пол и приставил штырь к горлу.

– Все, все лекарь, твоя взяла.

– А что мешает мне тебя убить Агнус?

– Ну ты же умный парень, лекарь. Валторн и Вил тебя не поймут. Заманил лидера крыс в свою конуру и порешил. А это у нас не любят. Таких неуправляемых казнят.

– Да ну? Ты же вроде как первый напал.

– А кто это докажет? Да и драка одно, а вот убийство клан-лидера... Ну и мои крысеныши тебя в покое не оставят.

– Это да. Только вот что помешает тебе меня прикончить после? А?

– И тут ты прав, жизнь твоя в моих руках, лекарь, уяснил?

– Ну так твоя в моих.

– Э... э... ты что удумал? Хррр…..

Я хладнокровно вогнал штырь в горло беззащитного человека. Вышло все глупо. Не стоило нарываться на конфликт, но Ангус давно напрашивался, а отпусти я его сейчас дни мои были бы сочтены. Клан-лидер сам по себе был неплохим бойцом, а уж со своими подручными... Да и учитывая подлую крысиную натуру, и мстительность мои шансы выжить стремились к нулю, а вот обезглавив крыс, я еще мог побарахтаться.

Клан Ангуса состоял в основном из профессиональных преступников. Потому был самым опасным, не силой, но своей злостью и жестокостью. Науку новичкам и шахтерам люди Агнуса вбивали железными кулаками и лишь то что гном и Вил-здоровяк поддерживали друг друга останавливало крыс от попыток захватить власть в рукаве.

Я высунул нос наружу в поисках людей Ангуса, но тот пришел был один. Чего боятся видящему в своей пещере? А если бы взял своих громил, то не оставил бы их в потемках в темном коридоре. Так, аккуратно запереть дверь и к Валторну. Он по ощущениям все-таки был наиболее уважаем в пещере, и лишь то, что он гном, останавливало каторжан от его "коронации".

У входа в пещеру ярко горел факел. Скорее всего в ближайшем отнорке сидят прилежные охранники.

– Эй, чего тебе тут?

– Я, лекарь, мне бы к гному.

– Позже приходи, у него сейчас Вил-здоровяк.

– Мне как раз-таки они оба и нужны, пропусти Брен.

– Ладно иди, и молись чтобы повод был действительно стоящий.

– Спасибо.

Гнома и Здоровяка я нашел в общей зале клана, за столом из грубых досок. Лидеры о чем-то тихо беседовали, склонив головы друг к другу.

– Кхм... уважаемые, у меня срочная новость.

– Лекарь, тебе не говорили, что невежливо влезать в чужие разговоры?

– Вил, все очень серьезно...

– Пусть говорит, – прервал начинающуюся перепалку гном.

– Уважаемые, я только что был вынужден убить Ангуса.

– Так..., как это произошло.

– Это была самооборона..., – я подробно изложил свою версию событий, стараясь быть максимально объективным.

– Нда..., наворотил ты делов, лекарь, – укоризненно вздохнул Вил.

– По идее, лекарь, в своем праве – вдруг поддержал меня Валторн.

– Э... это как? – Вил-здоровяк недоуменно почесал богатую шевелюру.

– Как, как? Бой был один на один, первым напал Ангус, ну и лекаря мы поддержим, будет он новым клан лидером, адекватным, вот и выход как обуздать крыс.

– О как резко... Там же это Холли и Тук еще есть.

– Холли драться за лидерство не будет, да и Тук...

– Тук бычара здоровый, зря ты так, – не маленький Вил раздвинул руки показывая насколько велик по его мнению Тук.

– Здоровый то здоровый, только видящий из него так себе, не то что наш лекарь, да, лепила?

– Э... не нужен мне клан крыс... И драться я не хочу.

– Тебе то не нужен, но Ангуса то ты завалил. Так что расхлебывай.

– В смысле? Может просто выберете главу-клана или назначите?

– Лекарь, глава клана обязан быть видящим, а ни Холли ни Тук не тянут на лидера. Первый рохля, а второй безмозглый бычара. Покойный Свен бы может потянул, а вот остальные видящие не подходят. Так что остаешься ты. Крыс без присмотра оставить никак нельзя. Будет бардак, а без порядка нам пайку не добыть и людей не сохранить.

– Нда... – пришел мой черед чесать голову.

– Ты не ссы, лекарь, Тук он только с виду грозный, верю в тебя завалишь его на раз, – резко поменял свое мнение Вил видимо что-то сообразивший в намерениях Валторна и попытался приободрить.

Получилось плохо. Новые перспективы меня несколько обескуражили. Нет быть главой клана неплохо: лучшая еда, больше шансов выжить... Но драться за титул не очень-то хотелось. Тем более с таким бугаем как Тук. Может статься и магия тут не поможет. Тем более положение полунезависимого лекаря меня полностью устраивало. Никому не было до меня дела, а так сказать профессия обеспечивала сносную по местным меркам жизнь. У главы клана как я догадываюсь совсем другие головные боли.

Однако уклонится от драки нельзя. Слава богам жизнь видящих в клане ценили высоко, а потому планировалось драка без оружия. Но учитывая физические данные Тука – это было скорее недостатком. Тук не стал лидером клана только по двум причинам: интеллект и те самые физические данные. Громадный рост, мощные руки и крепкие как каменные колонны ноги были хороши на поверхности, а вот в тесных пещерах, Тук ходил полусогнутым, что явно сказывалось на его боевых качествах. Только вот бой за титул проводили в широком гроте с высоким сводом...

Поединок Тук мне сдал. Парень серьезно страдал от множества мелких гноящихся ран, покрывавших громадное тело. Ни навыки видящего, ни отменное здоровье не помогали гиганту. Он постоянно царапался, получал ушибы, да и просто был не совсем опрятен. Мозг вышибалы столичной таверны никак не связывал гигиену и свое плачевное состояние. Небольшая лечилка и элементарные правила соблюдения чистоты послужили платой за главенство в клане.

Крысы. Мне достался самый беспокойный клан из трех обитавшем в нашем рукаве. Два видящих, четыре бойца и двадцать шесть работяг. Нешуточная норма, не ухоженный рукав и очень плохая жила. Чтобы сдать здесь норму с шахтеров спускали три шкуры. Я не страдал излишней сентиментальностью, но в то же время твердо понимал, что больших результатов можно было достигнуть и без ненужной жестокости. Крысы сжирали сами себя, включившись в смертельный конвейер, организованный Нитами.

Часть шахтеров погибала, а клан-лидеры набирали новых. Основным ресурсом моего Дома были люди, так что с сегодняшнего дня у крыс должно все поменяться.

Клан занимал небольшую, вытянутую штольню. В большом, плохо освещенном зале размещались шахтеры, в основном на полках, собственноручно вырубленных в камне. Тесные, грязные, отполированные телами десятков, заключенных и кое как накрытые мешковиной эти импровизированные ложа к тому же ужасно воняли. У обессиленных ежедневной тяжелой работой людей просто не было сил наводить порядок, да и большая часть шахтеров, из-за постоянного недоедания стоявшая одной ногой в могиле, не обращала внимания на запах и грязь вокруг себя.

Далее за небольшой каменной перегородкой размещались видящие и четыре бойца. Элита клана баловала себя сбитыми из досок нарами, тюфяками из мешков, набитых мхом. Здесь было чище, светлее, ибо помещение освещало ровно столько же лучин, сколько было у рабочих, только вот комната была в пять раз меньше. Ну и в конце за каменной кладкой и дощатой дверью прятались покои Ангуса, нет, теперь мои.

Уединение на каторге – это наше все. Перетащив свои скромны пожитки, я стал обживать новые покои. Надо сказать, Ангус жил на широкую ногу, удобные нары, мягкий тюфяк, сшитый из той же мешковины одеяло, с ума сойти запасы вяленой рыбы, сухари... В пещере было не мало легкого серебра, оружия переделанного из железных кирок, масло... в общем с неожиданно свалявшимися трофеями предстояло разобраться. Кстати ценности по идее должны были разграбить теперь уже мои ближние – Тук и Холли, но Ангус неплохо все припрятал и лишь навыки видящего помогли мне найти скрытые в толще горы тайники. Видимо дара моих подручных не хватало на то, чтобы раскрыть секреты бывшего клан-лидера.

Первое время я присматривался к жизни клана, о чем то я слышал и раньше, кого-то лечил, но быть внутри а тем более руководить – это совсем другое дело. Единственное я твердо решил поменять сложившуюся ситуацию. На двадцать шесть рабочих, приходилось семь едоков включая меня. Это значит, чтобы сносно прокормить верхушку клана, шахтерам приходилось отдавать больше четверти дневной пайки, а это быстрая и самое главное верная смерть от голода. Ситуацию немного спасало то, что видящие и бойцы занимались собирательством и рыбной ловлей, но делали они это нерегулярно и в основном всю добычу съедали сами, при этом продолжая претендовать на пайки рабочих. Клан был похож на котел, который вот-вот лопнет, что случалось и ранее и лишь звериная жестокость Ангуса и его подручных удерживают остальную часть клана от бунта. Хотя доведенные до отчаяния люди были готовы на все ради куска хлеба.

Время. Дни в пещере тянулись невообразимо медленно. Ориентиром для кланов служили несколько гротов в сводах которых маги каторги пробыли узкие колодцы, в которых едва-едва проникли лучи дневного света, а сметливые каторжане сделали насечки на стенах отмеряя часы и дни своего заключения. Я не стал менять порядки у крыс сразу. Мой опыт купца говорил, что изменение решений на ходу – половина всех бед. Потихоньку я вникал в жизнь клана: походы за пайкой, добыча руды, неизменные стычки между бойцами и рабочими. Я понимал что смена порядка, которую я затевал требовала длительной проработки и аккуратного поиска надежных союзников, но жизнь как обычно спутала все карты.

Вигол – один из бойцов решил взять часть пайки сверх оговоренной у одного из шахтеров. За последнего вступался Эйнар и его товарищ, попавшие к Крысам при дележе людей, остальных спасенных мной раскидали по кланам Гнома и Вила. Завязалась потасовка, к счастью или несчастью для Эйнара рядом не было ни кого из видящих или бойцов, и ему удалось отстоять пайку сотоварища, не без ущерба для Вигола. Ворвавшийся в штольню Тук увидел лишь побитого бойца и торжествующих шахтеров, гигант благоразумно не стал качать права, а успокоив людей, пообещал разборки вечером после окончания работ. Решать в общем предстояло мне.

По сути, действовавший из хороших соображений Эйнар и сотоварищи, сделали все верно, но эта правота грозила сменой привычного уклада жизни. Завтра рабочие перестанут отдавать долю от своих и так скудных паек, и отбойщики останутся без привычного куска. Так что бойцы во главе с Холли и Туком требовали жесткого ответа, пока клан не развалила междоусобица, что к слову не раз случалось в пещерах. Ближе к концу рабочей смены Холли и Тук ввалились в мой закуток.

– Лекарь, надо их всех побить – громыхал Тук, но без особого запала, как будто повторяющий вложенные кем то слова.

– Нет, Тук это через чур, я, лекарь, думаю надо окоротить Эйнара и тех кто помогал ему бить Вигола – тут же вещал с первого взгляда робкий Холли.

– А разве Вигол хотел взять то, что ему положено?

– Да какая разница, – почти кричал закусивший удила Холли, – Вигол боец и один из нас, а если сейчас не дать этим копателям почувствовать кто в доме хозяин, то завтра неизвестно кто будет добывать норму в забое.

– Холли, с каких пор ты так разговариваешь с клан-лидером?

– Эээ ... лекарь, извини, – растерялся только что пышущий злобой видящий.

Так, так, а рохля то совсем не прост, наверное, хочет рулить кланом на пару со здоровым Туком, этакий серый кардинал, а я видимо на ролях свадебного генерала? Ну что же, посмотрим.

– Соберите всех в большом зале, будет вам разбор.

Видящие не успели выйти за порог, как в постучал один из бойцов.

– Лекарь, все в сборе ждем только тебя.

Зал, где спали шахтеры, щедро осветили лучинами перед предстоящей экзекуцией. Три десятка пар глаз, запах давно немытых, отрешенность шахтеров, независимый и гордый Эйнар, торжествующий Вигол. Люди. Везде одни и те же, в покоях королей и на самой страшной каторге. Всегда найдется повод пустить кровь.

– Ну что же, давайте послушаем уважаемого Вигола.

– Да о чем тут говорить, эта слизь посмела поднять руку на отбойщика – зачастил ободренный моим вступлением Вигол.

– И кто победил?

– Их трое было.

– О как, массовое нападение на доблестного охранника?

– Ээээ да, – обескураженный моим тоном Вигол, чуть ли не заблеял, что вызвало смех шахтеров.

– Вигол, а почему собственно произошла драка?

– Ну этот громила всегда...

– Он хотел отобрать пайку у Хлоя, сверх положенной трети – пробасил Эйнар.

– Кто давал тебе слово, мразь, – выкрикнул Вигол, замахиваясь на Эйнара огромным тесаком.

Я был начеку и тут сработала моя заготовка. Тонкие, но тяжелые серебряные иглы сорвались с моего плеча. Первая поразила руку, вторая грудь разбушевавшегося бойца. Урон невелик, но болевой шок и последовавшее замешательство сделали свое дело. Вигол выпустил тесак, который тут же оказался в руках многоопытного Эйнара.

– Э... Лекарь, как это ты метнул? – Холли просто впал в ступор. Ведь видящим штырь все-таки приходилось бросать и лишь потом направлять его магией. Я же смог пусть и не полновесный снаряд, а иглу метнуть вообще без рук.

– А вот так Холли, – еще одна игла на секунду зависла около глаза видящего и через мгновения со звоном упала на пол. Недоумевающий Холли, подняв иглу стал ошарашенно ее изучать.

Сторонников Вигола я своим фокусом на время выбил из колеи, нужно было ковать новый распорядок пока мой козырь с иглами не стал чем-то обыденным.

– Что же ты Вигол творишь?

– Лекарь да я...ааааааа – еще одна игла поразила многострадального бойца, вынужденного сегодня играть роль мальчика для битья.

– Кто разрешал тебе вякать, когда говорит глава клана? Для всех. С сегодняшнего дня у нас нет шахтеров и отбойщиков есть видящие и стоящие на пути.

– Ээээ... – замешкался Тук, посмотрев на Вигола утыканного иглами.

– Говори.

– Лекарь, на каком таком пути?

– Хороший вопрос, Тук, – я намеренно поощрил туповатого громилу, забивая клин между ним и Холли, пусть поборются за вторые роли в клане, это на время отвлечет от мечты о лидерстве, – я считаю, что любой может стать видящим.

– Любой?

– Любой. А потому для меня есть две категории людей видящие и стоящие на пути. Видящие учат, стоящие на пути оплачивают учебу. Потому нет нужды в отбойщиках, которые по совести больше охраняли порядки установленные видящими, чем отбивались от кланов людоедов. Потому что в темноте от них все равно не нет никакой пользы. Это понятно?

– Да... – ответил нестройный хор соклановцев.

– Вигол, ты теперь такой же копатель, как и Эйнар. Остальные, все оружие сдать Туку, он будет выдавать его всем группам выходящим из пещеры, может кому и пригодится.

– Лекарь, что-то круто ты загибаешь, – начал Рук, один из отбойщиков, ободренный кивком Холли.

Так, значит все же бунт. А жаль.

Вжих... вжих... и целых пять игл понеслись к Холли. Тихоня успел отразить две из них серебряным щитком и даже потянулся за своими штырями, но остальные достигли своей цели, превращая видящего в воющую от боли куклу, не способную оказать сопротивление. Все-таки Холли не воин, Вигол держался не в пример лучше. Трое отбойщиков не успели даже среагировать, а короткая расправа с лидером лишила их воли к сопротивлению. Ох-хо... чуть не проморгал Тука, но здоровяк вроде сделал свой выбор и явно не в пользу Холли.

– Ну так что ты хотел мне сказать,– я нарочито спокойно обратился к бойцу, который мгновение назад пытался спровоцировать конфликт.

– Э... мы все поняли лекарь.

– Ну-ну, сдайте оружие и перемещайтесь в общий барак. Комнату с видящими будут делить только видящие. Ну, что, Холли, пойдем лечится, – последний похолодел, не ожидая ничего хорошего от моей довольно зловещей улыбки.

Лечить Холли предстояло не сколько от болезненных, но не опасных ран, сколько от ненужных для меня амбиций. Если видящий не откажется от своих планов меня всегда может ждать штырь в спину, а учитывая обозленных Вигола и компанию мои шансы стать полноправным клан-лидером крыс были совсем не велики. Нужно срочно разграбить гору ошибок, которую я наворотил сегодня. Если раньше внутренние разногласия клана прятались за слоем порядков и привычного уклада, то сегодня я их резко обнажил. Но будет ли из этого толк?

Надо приблизить Эйнара и пару вояк, Тук и Холли должны быть в моей упряжке по умолчанию, для этого они должны понять что со мной получат больше чем без меня.

Глава 10. Проблеск надежды

Мы с Туком дотащили Холли до моего логова и не чинясь уложили на мою постель. Пара магических лечилок, котелок с кипятком, в котором дожидались своей очереди выстиранные тряпки вот и все что дала пещера своим узникам.

— Как ты, Холли, – прервал затянувшееся молчание Тук.

— Нормально, — пробурчал раненый.

— Ты Холли не злись на меня, я ведь думаю не о том, как мы будем жить в пещере, а том как мы отсюда уйдем.

— Бежать, Лекарь, ты хоть и новичок, но все же не первый день здесь, а? Скажи ему, Тук.

– Э, лекарь, реально гиблая затея, ты хоть у Гнома с Вилом бы поинтересовался. Кто только не пробовал, все коту под хвост. Там наверху нас ждут наездники драконов, маги, легион воинов, а самая главное голодные земли.

— Все так Тук, Холли, но поверьте шанс всегда есть. Но чтобы увидеть его нам надо сильно поменять порядки в пещере. Кланы выживают и всем некогда думать о том, как спастись, постоянная грызня за пайку — это оружие смотрителей. Подумайте, сколько своих братьев – каторжан мы убили? Сколько умрет еще от голода и стычек с другими кланами и людоедами. Холли, ты здесь уже год, сколько удачи тебе нужно чтобы протянуть еще столько же?

-Ээээ...

– Сам знаешь, даже видящие здесь не задерживаются надолго, так может лучше умереть в попытке освободиться?

– Не знаю, много было таких и до тебя, и где они?

— А где те, кто не пробовал бежать? Там же. Так что думайте. Не торопитесь. Я пока и сам не уверен, что найду выход, но все же думаю скоро смогу представить главам кланов веские аргументы "за" побег.

С этого дня началась перестройка внутреннего мирка клана крыс. Перевод четырех воинов в шахтеры, резко увеличил паек. Теперь нужно было отдавать лишь десятую часть чтобы прокормить меня, Тука и Холли вместо прежней четверти. Но и этого мне было мало. Я и видящие регулярно рыбачили, собирали улиток и грибы, пополняя скудный рацион каторжан. То, что верхушка клана теперь не просто забирала часть пайка, а фактически обменивала, прибавило мне немало сторонников. Эйнар и собирающиеся вокруг него каторжане при любом удобном случае пытались показать свою лояльность, что конечно охладило реваншистские настроения Вигола и компании бывших отбойщиков.

Валторн и Вил просто покачали головами на мои нововведения, но вмешиваться в внутренние дела крыс не стали. Крысы стали жить сытнее, многие считали, что в ущерб безопасности, но на самом деле было не так. Если раньше вся работа по охране людей ложилась на видящего и пару отбойщиков, а шахтеры старались лишь подальше спрятаться, то сейчас, вся колонна, идущая за пайкой пока не слаженно, но давала отпор. Голод сменился полуголодным существованием, и я стал заниматься с шахтерами. В первую очередь Эйнар и пара ребят покрепче получили довольно немаленькие щиты, сбитые из досок. Еще две пары молодых, шустрых парней мастерили что-то вроде доспехов из тех же досок, мешковины и рыбьей кожи.

Я решил кардинально изменить тактику боя. Обычно битва в пещерах сводилось к противостоянию видящих, оборону которых держали отбойщики. У людоедов судя по всему не было и отбойщиков, но они, как правило, нападали. Чтобы свести потери к минимуму отряды, обычно оставляли одного-двух раненых, видящий пугал нападавших и уводил основную группу в безопасное место. Я же хотел попробовать перейти к более тесному контакту, где наш недостаток в наличии толпы слепых в пещерах шахтеров вполне мог стать плюсом. Но для этого было нужно решить еще одну проблему, которая была пока не по силам клану крыс.

Уважаемый Валторн у меня есть предложение расчистить дорогу до выхода из пещер.

— Ха, Лекарь, ты прямо как все новички, небось еще предложишь тележку соорудить, а?

— Ага, а чем Вам это не по душе?

- Так делали уже, самое паршивое в этой идеи то, что все людоеды будут знать где нас ждать.

– Ну я потому и прошу вас посодействовать, давайте сделаем три-четыре пути? Зато потом окупится, меньше рабочих будут отвлекаться на поход за пайкой.

– Так-то оно так, только представь себе, потерял ты тачку с пайкой и амба. У нас сейчас подстрелят пару шахтеров, ну и сгинут они вместе с пайкой, зато остальные целы и сыты. А за телегу придется стоять насмерь, а если ее уведут, так все с голодным брюхом будут, а там меньше выработка, и пойдет поедет... Немало кланов по неосторожности развалилось. А потом людоеды мастаки на пакости. Пути будут заваливать породой, а пока мы расчисткой займемся, нас и возьмут, тепленькими.

– Ну касательно пути, людоеды могут нас в принципе и у ворот покараулить.

– Не тут не скажи, знают же, что рядом смена видящих.

– А при выходе от надзирателей?

– Там часто отряды других кланов мотаются, а два отряда не всякая людоедская банда осилит.

– Угу.

– Вот тебе и угу!

– Хорошо, а если мы сделаем так...

– Иш ты, толково... Прямо по-армейски как-то, ты, Лекарь, часом не из служивых?

– Да нет, но пришлось пообщаться с вояками да торговцами.

– Ну давай попробуем.

Гном, Вил и я отрядили людей на расчистку трех путей до выхода из пещеры. Работы в принципе было немного, изначально выбирались коридоры с более или менее ровным полом, кое-где пришлось подсыпать, где-то выложить каменными блоками, которые искусно вырезал Валторн, кое-где били новые штольни. Вообще в путанице пещер – три пути были весьма условны, расчищенные дороги неоднократно переплетались с друг другом.

Параллельно строились узкие четырех колесные телеги, что, учитывая бедность инструментом и самое главное отсутствием материалов было той еще задачей. Дерево, выдаваемое для крепления шахт, раскалывали клиньями, получившиеся плашки долго обрабатывали грубо сработанными резаками, пока не выходило что-то похожее на доски. Все делалось для того, чтобы облегчить вес телег без потери прочности. Отдельной песней было производство колес. В итоге получилось четыре телеги. Вагонетки вполне могли взять дневную выработки серебра и привезти обратно положенную еду.

Теперь караван, в котором ранее были вынуждены участвовать почти все члены клана, а это около сотни людей сократился до тридцати человек. При этом количество видящих в охране осталось прежним – шесть, то есть на каждого воина приходилось всего четыре-пять ведомых, а значит риск потерять людей снижался значительно. Вагонетку в узких штольнях толкали двое, так что на каждую приходилось три смены, что сильно способствовало скорости продвижения отряда. При этом все двадцать-четыре ведомых были обеспечены подобием доспехов, внедренных мной у крыс, и щитами, которые и раньше пользовались популярностью у каторжан, но я сровнял количество щитов и людей в отряде, к слову раньше щиты носили только отбойщики, так как руки шахтеров были заняты серебром.

Первые три рейса были сделаны без проблем. Но мы были начеку, и не зря, хотя беда пришла совсем, с другой стороны. В пещерах началась война кланов. Такое случалось и раньше, но это вроде как была самой масштабной за всю историю. Хотя историю пещер можно было списывать каждые два-три года, именно столько требовалось чтобы на девять десятых обновился контингент каторжан. Уцелевшей же части было либо глубоко наплевать на историю, либо это были уже абсолютно помешанные люди.

В этот раз поход возглавлял Гном, взяв еще одного видящего, пара от Вила -здоровяка, и я с Холли, плюс по восемь бойцов из кланов. Каждый свой поход мы меняли маршрут, чтобы усложнить задачу для нападавших. Кое-где даже расчищали специально оставленные заваленные камнем коридоры, по которым можно было проскочить из одной штольни в другую. Все это, по нашему мнению, делало затруднительным обустройство засады. Однако враг оказался настолько дерзким, что вообще не потрудился сделать свое нападение неожиданным. Нас попросту настигли и ударили с тыла.

Штыри дружно зазвенели о щиты замыкающих, последние одевали тяжелые деревянные овалы прямо на спину, при этом надежно закрывая даже голову. Так что убийственная атака неизвестных видящих окончилась ничем. Наши видящие находились в центре построения, если говорить честно, прикрываясь шахтерами, но все понимали, что если недомаги падут первыми, то участь остальных будет лишь делом времени. Из-за щитов и доспехов противник не смог нанести урон или замедлить колонну, да и обычная дуэль между видящими тоже не могла состоятся, наши были в середине колонны, а противник наседал с хвоста. Однако мы не планировали стандартно жертвовать шахтерами и прорываться к зоне надсмотрщиков, в которой конфликты были строго запрещены. А запрет обеспечивала рота легионеров и маг. Нет, мы отыграли, надеюсь, новый для пещер тактический прием.

Первым делом я подвести вспышку над сводом штольни. Эффект превзошел все ожидания, теперь восьмерку нападавших видели не только маги, но и все остальные. Эйнар и его команда в доспехах, вооруженная короткими тесаками резко сократили расстояние стараясь схлестнуться врукопашную. При этом пара первых бойцов как можно дальше метнула горшки с маслом, рыбьим жиром, в общем все горючим, что нам удалось собрать, обеспечивая видимость в пещере еще на несколько драгоценных минут. Не ожидавший такой прыти нападавшие, тем более настроенные на бой на дистанции были попросту смяты, как потом оказалось у самонадеянных видящих почти не было оружия ближнего боя, и совсем не было прикрытия в виде слепых, но отлично выполняющих функцию живого щита отбойщиков. Так что враг стал легкой добычей вояк Эйнара. Двое успели ускользнуть, но мы без потерь уничтожили четверых и захватили двух раненых. Причем сделано это было без участия видящих, за исключением моей скромной помощи.

– Ааааа

– Цыц, – раздался грозный окрик Валторна.

– Эйнар! Заткни всех, никто не отменял людоедов, да как знать куда ускакали двое, может за помощью?

– Лекарь, какая помощь? Их было восемь, нет клана в пещере у которого после такого разгрома останутся силы для мести, может нам вообще теперь пройтись к ним домой.

– Не мельтеши, надо перескочить на другой путь и допросить этих.

Вся команда дружно понеслась по штольням, ища указанный гномом грот. Ранее мы заготовили несколько укромных мест с источником воды и удобными для обороны подходами. Сейчас предстояло найти одно из таких мест, допросить пленных и определиться что делать дальше. До грота, добрались без особых проблем. Пещера могла свободно разместить три десятка человек, в вход был неплохо укреплен на вид случайно наваленными камнями. Имелся и потайной выход, иначе убежище превратилось бы в ловушку. Узкую штольню маскировал лично гном, потому найти ее было просто нереально. Только вот уйти этим выходом мы могли лишь, бросив груз.

– Из какого вы клана?

– Мы люди Варна Озерного.

– Угу, и что случилось с головой Варна, он рехнулся?

– Варн отправил нас и других убить как можно больше лидеров кланов.

– Ого, точно умом тронулся.

– Да нет, он договорился с кланом Броскхетов, а потом как-то смог убить клан лидера и стать хозяином двух кланов. Вы же Валторн? должны знать, что мы с Броскхетами живем почти в одном рукаве. Так что получился один большой клан.

– Ну про это я что-то слышал, что он из-за этого решил стать королем пещер?

– Не только, в последний набор новичков нам досталось сразу десять видящих, так что в клане нас стало аж три десятка. С такой армией не составило труда сделать вассалом Патрика Хромого и его людей. Но тут Варна понесло, вместо того, чтобы спокойно подчинить оставшиеся кланы, он пустил боевые команды в пещеры. Все свободные от работ видящие рыскают по пещерам и грабят караваны. Мы говорили Варну что это только обозлит общество, но он никого не слушает...

– Понятно. Варн не так уж и не прав, скоро совет кланов и, если хотя бы три клана выступят против него ему не устоять. Щипать вас будут пока не начнете голодать, а штурмовать рукава даже с вашими силами бесполезно. Чудо, что Хромой вам подчинился, наверное, решил пересидеть бурю, не нарываясь напрямую. Что скажешь, Лекарь?

– Я тут новичок, раскладов по кланам особо не знаю. Но думаю нам не сточит заморачиваться. Утроим бдительность, ну и немного пощупаем настроения соседей.

– Так-то оно так, но на нас кровь его людей, а Варн скотина мстительная.

– Так мы же в своем праве.

– Это не отменяет его мести, тем более двое ушли. Что с этими будем делать?

– Союзники из них никакие, а кормить слишком накладно.

– Тоже так думаю.

– Ааааа не убивайте!!! Я помогу, могу показать тайный вход в пещеры клана...

– Эйнар, заткни его, а то чего доброго накличет людоедов.

– Валторн, может про вход будет полезно послушать?

– А зачем оно нам? Хочешь с озорниками схлестнуться? Не советую, Лекарь... Не советую. А будет нужда вход я сам отыщу. Все выдвигаемся.

После произошедшего инцидента пещеры загудели. Нас посетили лидеры соседних кланов, а Валторн и Вил по очереди уходили на какие-то встречи. Вся эта суета пока проходила мимо меня. Я был занят. Новый уклад жизни позволил сформировать нешуточные резервы. Свободные от походов за пайком шахтеры был направлены в специально для этого пробитые штольни ловить рыбу, или собирать грибы и улиток. К тому же мы сформировали и запас руды, чуть ли не на дневную выработку, что гарантировало паек даже если клан не будет работать. Постепенно шло сращивание кланов, лидером был конечно многоопытный гном, Вил взял на себя силовые вопросы, а мне досталось хозяйство. По моему примеру гном и Вил также заставили отбойщиков работать, и шахтеры стали больше есть.

По большому счету, с учетом времени, сэкономленного на походах для сдачи руды, мы получали сто пайков на сто человек, вместо ранешних семидесяти, к тому же добавилась рыба, улитки, грибы и редкие летучие мыши.

Варн на время затаился, озерники потеряли еще пятерых видящих помимо шестерых упокоенных нами. Так что у человека с королевскими амбициями осталось не более трех десятков видящих, а учитывая, что треть из них приходилась на полунезависимого Патрика, то сил на активные боевые действия у Варна не осталось. Тем более его охотников стали пощипывать все остальные кланы пещер, резонно боясь усиления кровожадного соседа. Встречи Гнома и Вила с лидерами других кланов не прошли даром, да и не только нас задели озерные, так что сейчас враг больше оборонялся.

Наш же клан становился только сильнее. Я включил все свои навыки в торговле. Излишки еды уходили на ура, а взамен брали железо от сломанных кирок, дерево, легкое серебро и многое другое. Гном наладил небольшую, примитивную кузню, в которой кирки переделывались в тесаки, и бляшки для нашивок на доспехи. Через месяц у Вила в распоряжении было три пятерки тяжеловооруженных воинов: видящий и четыре бойца, два для контактного боя и два для защиты видящего.

У нас получились слаженные группы, видящий под надежной защитой щитоносцев и имея огромный запас штырей навязывал бой на дистанции. При этом не беспокоясь о защите и не растрачивая ману на свой серебрянный щит, он мог полноценно противостоять двум видящим противника. Два же бойца ближнего контакта, дожидались своего часа и предварительно осветив место боя масляными гранатами ввязывались в рукопашную. Три такие пятерки вполне тянули охрану ежедневного каравана. Трое видящих оставались в рукаве, и с учетом того, что у Вила проклюнулся еще один зрячий, появлялся резерв из четырех бойцов.

Валторн обычно оставался дома, Вил ходил с дневной выработкой за пайками, я же создал группу из четырех видящих включая себя и настоял на том чтобы мы выходили в пещеры хотя бы через день. Тут была опасность потерять резерв, но сидеть на месте без разведки и поиска новых источников пищи было еще опасней. И нападение озерников тому подтверждение.

В общем я, Холли и с бойцами от гнома и Вила все свободное время бродили по пещерам. Бойцов подобрали для универсального боя, не сильных в магическом даре, но зато сочетающих в себе умение воевать на дистанции и вплотную к врагу. Пришлось поменять стиль тренировок. Разведчики учились постоянно менять направление движения, быстро сближаться с потенциальным врагом или наоборот поддерживать постоянное расстояние. Плотные рубахи из мешковины и рыбьей кожи с металлическими вставками, крепкие тесаки, серебряные щитки и куча штырей – составляли вооружение разведчиков.

Поначалу мы лишь сопровождали караваны, двигались по параллельным штольням, то удаляясь, то сближаясь с людьми Вила и ходили торговать с соседями. Стычек на удивление не было, пару раз замечали кажется людоедов, но последние предпочитали разминуться, ну и встречали отряды других кланов, здесь все также происходило без эксцессов. Позже стали удаляться подальше, забредая на территорию недругов вроде озерников и в пещеры где по нашим догадкам обитали кланы людоедов.

Несколько раз набредали на выходы из пещер. Но как я знал снаружи нас не ждало ничего кроме каменистого, холодного плоскогорья, испещренного глубокими каньонами. В этой суровой земле не росло ни одного деревца или другого полезного растения, ни зверя, ни птиц. Именно эти безжизненные равнины останавливали желающих бежать.

До ближайших обитаемых земель на западе было около месяца пути, но там каторжан ждали только патрули ритенских легионеров, на восток в сторону Ларога идти было еще тяжелее, так как плоскогорье сменялось неприступными заснеженными вершинами, с вечно холодными северными ветрами. А пограничье стерегли дружины баронов и охотники за головами, которым за пойманных каторжан платили Ниты. На Севере орки, но самое главное холод и огромное расстояние, на юге родной Таленгар, но до него два месяца пути. Без еды, пешком этот путь не одолеть. Тем более за беглецами постоянно охотились каратели гарнизона, и маги, имевшие пару драконов, так что спрятаться было просто нереально. Пройти это расстояние смогли лишь каторжане, не побрезговавшие человечиной, но на подходе что к Риттену, что к Ларогу их скоренько обнаруживали и казнили. На юг и на север по понятным причинам никто не ходил.

Я намеренно выводил свои группы наружу там, где это было возможно, составляя карту. Эта работа пока не приносила результатов, а однажды чуть не стоила жизни всей группе. Нас почти засек дракон, за магом я думаю не заржавело бы испепелить всех на месте. Ему то невдомек, что это не побег. Но постепенно у меня стала выкристаллизовываться идея как бежать. С этими мыслями я конечно первым делом пришел к гному и Вилу.

– Есть идея как бежать.

– Лекарь, вроде ты показал себя разумными бойцом, но вот заносит тебя.

– Погоди, Вил, лекарь у нас здорово работает башкой, хоть она и не гномья, может что полезного и нароем. Не сбежим, так может как-то улучшим жизнь.

– В общем я тут небольшую карту сделал, так вот: лагерь здесь, тут самый дальний выход из пещер, если уйти через него получим фору по времени, думаю дня три. Клан соберет за несколько месяцев еду для похода трех-четырех человек, попробуем пробраться в Ларог, возьмем немного серебра, там у меня есть знакомые, здесь и здесь, так что если доберемся...

– Неплохо то для первого раза, лекарь, даже где-то толково. Теперь смотри, что происходит с такими умниками обычно. Каторгу стерегут два мага, небесные всадники. Как только мы покинем пещеры, сработает какое-то там заклятие и наше место появится у них в башке, тем более мы окажемся на каменистом плато, где нет возможности укрыться. Будет очень холодно, особенно ночью. Это здесь в пещере на удивление тепло и сухо, там сверху северные ветра и жуткий мороз.

Как только разведем костер, маги нас найдут. В лучшем случае кинут пару заклятий и все. Хуже, если они решат поразвлечься, три сотни карателей на конях с собаками всегда готовы выйти на поиски беглецов. Драконы не дадут потерять им след, а лошади и хорошая еда съедят нашу фору за пару дней. Да, и сколько еды ты собрался взять на месяц пути? Да еще и бежать с таким грузом на плечах от своры гончих? Преодолеть это плоскогорье само по себе подвиг, а иначе почему думаешь торговцы делают крюк через Таленгар?

– Да знаю я, но караваны ведь все-таки ходят? И вообще я думал это из-за разбойников.

– Редко купцы здесь бывают, и им кстати лучше не попадаться на глаза, про награду Нитов знают все. А если бы было выгодно торговать разбойников бы приструнили, благо легионы стоят по обоим границам, да и здесь каторгу стережет сотен пять, если считать карателей. Проблема в дороге. Мало источников воды, мало топлива для костров, холодно, и камни острые как ножи... Кстати по воде, у меня от предшественников есть карта источников чуть рядом с пещерами их совсем немного, так что искать нас не составит труда. Можно даже на конях засады устраивать, зная куда нам идти дальше. Но ты лекарь думай, мы здесь все думаем, никому ведь не охота сгинуть в этой пещере.

– Да, а мне показалось, что побеги не приветствуются?

– Отчаявшихся шахтеров или просто безмозглых бегунов не любят. После побегов да охоты надзиратели бывают вместо пайки спускают трупы беглецов, в назидание. Мертвым то все равно, а живые остаются без еды и надежды. Так что если решишь бежать, это должна быть толковая попытка, стоящая голодного дня для всех каторжан.

– Постой, постой.... подожди...всех каторжан...

– Ты чего, лекарь?

– Ээээ... мне надо все обдумать Валторн.

– Ну давай, рад что ты не киснешь, всегда говорил без надежды лучше сразу умереть.

Я же надолго выпал из реальности. Фраза Валторна зародила идею, сумасшедшую, почти не выполнимую, но кажется единственно-возможную. Работая в шахте за пайку, мы играли по правилам надзирателей, пускаясь в безнадежные побеги мы опять играли по их правилам. Нужен был нестандартный ход. И кажется я кое-что придумал, но для этого нужно совершить невозможное – объединить усилия всех заключенных и это при том что озерники нарушили итак шаткий мир.

Глава 11. Побег

Для подготовки побега нужно сделать массу вещей. А потому согласие кланов было необходимо уже сейчас. План побега в деталях дорабатывали с Валторном и Вилом, работали над картой, проверяли штольни. Недели через три идея стала обретать четкие детали со своими минусами и плюсами, но самое главное, это могло сработать. Что признал даже скептически настроенный гном. Мыслил я от противного, есть такой метод у математиков из мира Виктора. Все ждут от нас того-то, того-то, а мы сделаем наоборот, что выйдет?

Совет кланов состоялся. Несмотря на опасения озерников, и их оппонентов, Гному каким-то чудом удалось собрать всех в одном зале. Был и обмен заложниками, и намеки о плане...

— Уважаемые каторжане, – начал свою речь гном, — у меня и моих соклановцев появилась идея как нам отсюда бежать. Вы все знаете, что я очень осмотрителен и взвешиваю каждое действие своего клана...

— Ага, особенно убийство моих людей... — бесцеремонно перебил Валторна лидер озерников.

— Варн, не смеши общество, ты думаешь я со своими шахтерами охотился за восемью твоими видящими? Ты же знаешь расклад, трое-четверо на охране пещеры, у меня никогда не было столько бойцов, чтобы бегать за караванами.

– Значит, у тебя были союзники.

— Уважаемый Варн, тема поднятая Валторном весьма интересна для всех нас, давайте подождем с внутренними дрязгами, а ваш спор решим после, а? — предложил Росомаха, лидер нейтрального клана.

– Так...

– Варн, сам нарвался... – гул поддержки дал возможность гному представить мне слово.

— Уважаемые заключенные, вот что я предлагаю...

План был принят если не на ура, то с большим энтузиазмом. Разношерстая, не самая приятная в общении масса каторжан, состоящая из убийц, воров, разбойников и даже пиратов была малоуправляема, но побег и возможность жить сплотили этот шлак в единый монолитный кулак. В рекордные сроки мы собрали запас еды на десять дней. Этому способствовал установленный в пещере мир.

Объединенное воинство кланов, что-то около сотни видящих, уничтожило банды людоедов, так как исчезла опасность нападения, выросла выработки, а значит и паек. А видящие на время превратились в рыболовов, охотников и собирателей, заготавливая еду впрок. На свет вытащили все оружие пещеры: легкое серебро, грубые тесаки, дубинки. Умельцы мастерили копья, для боев на поверхности, крюки на длинных жердях против всадников, щиты и многое другое. Время побега наступило.

— Лод Гвейделин, червяки вновь решились бежать.

— Что на этот раз, Ривс? - сквозь зевоту протянул вальяжный глава каторги.

– Эймхар обнаружил пять десятков беглецов.

– Ого, а ведь это не мало?

– Да, лод, думаю эти животные опять взяли новичков на мясо.

– Тьфу на тебя, Ривс, не говори мне об этом. Пусть капитан выдвигается, думаю, сотни будет даже многовато, а путь ребята разомнутся.

– Кого отправить с драконом?

– А что с Эймхаром? Уже выдохся?

– Да вроде нет, эти тупицы не потрудились даже выйти из пещеры подальше от крепости. Наверное, совсем не знают куда идти.

– Ну, так пусть Эймхар и летит, ему до конца смены еще пару часов, заодно и опыта наберется. Он у нас кажется, ни разу не был на боевом вылете?

– Да, лод, но на прошлой охоте он лихо бил так щедро дарованных вами на пикник свиней.

– Да, молод, горяч, но ловок. Надо дать ему проявить себя, он хотя бы не брюзжит, как это обычно заведено у магов.

– Да, лод, я сейчас же передам ваши распоряжения.

Оставшись один в шикарном по меркам заштатного гарнизона кабинете, лод Гвейделин продолжил так некстати прерванное занятие – он, жмурясь от удовольствия, стал потягивать сладкое вино с юга Таленгара, конечно не фирузкое, но для такой глухомани весьма неплохое. Весьма.

Надо сказать лод был несказанно рад служить в этой, как ему неоднократно говорили недалекие коллеги – заднице. А что они имели: нищенское жалование, общество заносчивых дворян, ну и мифические перспективы попасть на бал к какой-нибудь вдовствующей графине, только вот кому были нужны бедные и незнатные офицеры империи? Здесь же Гвейделин нашел источник исполнения всех своих желаний и амбиций.

Жалкое жалование короны, лод распорядился даже не везти в гарнизон, оно оставалось на шпильки жене и дочерям. Которые, к слову сказать, проживали в сума сойти, в небольшом, но собственном доме в Балхе. Было и свое поместье и не где-нибудь в протекторате, а не далее чем в десяти днях пути от столицы. Рай, а не поместье: плодородная земля, речушка, яблоневые сады...

А все потому что лод сумел разглядеть за неприглядной должностью надсмотрщика хорошие перспективы. Ниты по большому счету владевшие рудником щедро платили за то, что офицер короны, подумаешь, допустил к делу людей Дома, ну так и король отдал свою казну Нитам. Так что благородный лод не боялся ни каких самых строгих проверок, так как кроме казначейства проверять убыточные рудники было просто не кому. А вот был ли рудник так беден? Лод старался в эти дела не лезть, ведь ему хорошо платили, да еще часть серебра просто просилась в руки, и Гвейделин ни как не противился этому. Ниты от такой толики уж точно не обеднеют, а чтобы не боятся, в будущем, могущественных хозяев, лод вел записи, сколько принял, куда ушло...

Гарнизон всегда находился в образцовом порядке. К двум сотням пехоты и сотне всадников короны, Ниты прибавили еще пару сотен наемных ретайров. Два мага на драконах и еще пара внутри периметра крепости. Случись бунт маги могли залить огнем все штольни ведущие внутрь Арахны, а небесные всадники контролировали пустошь на три перехода в округе.

Последняя попытка взять штурмом коридоры, ведущие в крепость, была лет десять назад. Десяток бедолаг не успела пройти и трети пути, сгорев в магическом пламени. Побеги были абсолютно бесполезны. До ближайшего жилья – месяц пути. Голодные и плохо одетые каторжане умирали сами, но рыцари крепости воспринимали любой побег как развлечение и азартно охотились на беглецов, часто заключая пари, а потом долгими вечерами обсуждали итоги травли беглецов.

Поначалу лод рьяно муштровал подчиненных, но за долгие годы сам проникся атмосферой ленивой расхолаженности. Предпочитая изнурительным тренировкам и нудным построениям охоту на привозимых в крепость свиней или нечастых беглецов.

Дракон. В небе вновь появился ящер. Я заметил его еще в самом начале побега. Небесный всадник, сделав несколько кругов, удалился в сторону крепости. Значит скоро будут гости. Надо ускоряться, хотя до намеченного ущелья осталось совсем немного.

Первое нестандартное решение, решение от противного: мы не стали прятаться от небесного всадника. Готовил щит. Перед каторгой я практически перешагнул ступень четверки как маг, за всего несколько лет, что по меркам академии было невероятно быстрым результатом. Но пребывание в пещере и постоянное использование дара, для видения, управления серебром, лечения каторжан резко ускорили этот процесс, по ощущениям сейчас я пятерка, немного не дотягивающая до шестого ранга. Так что парящего над нами мага мы не боялись. Сюда вряд ли направили сильно талантливого выпускники академии. Так что даже если он и сильнее меня, то вкладывать весь резерв в первый удар не будет, а значит, щит рассеет магию неизвестного противника.

Пять десятков каторжан, из которых двадцать были лучшими видящими, собранными из всех кланов. Мы бежали, бежали не останавливаюсь и не потому, что хотели оторваться от погони, холод и плохая одежда гнали нас вперед.

– Лекарь, он снижается.

– Вижу, готовьтесь, – видящие зашуршали одеждой вынимая штыри, а простые рубаки перекинули поудобнее щиты, чтобы прикрыть ими товарищей и себя при атаке магом.

– Меняем план! Он не пристёгнут! Ждите если удастся его свалить, надо лишь попортить перепонки дракону, может, сумеем выманить и второго.

Дракон стремительно снижался, ящером по всей видимому управлял совсем молодой маг, бравируя он не пристегнулся. Я как опытный наездник видел что всадник через чур уж свободно приподнимается и наклоняется на спине ящера, что затруднительно в сбруе которую гномы поставляли вместе с ящерами. Это было последней ошибкой неизвестного мага. Издеваясь над беспомощной, по его мнению, жертвой, он пролетел низко над толпой заключенных, чтобы нагнать ужаса и ожидая красиво разбегающуюся в разные стороны дезорганизованную толпу.

Но мы обманули его ожидания, мага ждал крепко сбитый строй укрытый щитами и ощерившийся жалами пусть самодельных, но от этого не менее грозных копий. Правда такая тактика должна была вызвать только смех у мага. Собрались в кучу, легче будет жечь. И удар тут же последовал. Впечатляющие море огня как бы упало на нас сверху, но бессильно растеклось по куполу щита. А теперь надо действовать быстрее, маг ошарашенный неудачей, даже не успел понять, что его щит грубо проломлен, потому что следом его накрыло облако из десятка серебряных штырей.

Мы легко могли свалить ящера, серебро не могло пробить хитин надежно защищающий тело, но его слабым местом были тонкие перепонки крыльев. Сорок одновременно взметнувшихся штырей, жала которых специально для этих целей расширили и расплющили по моим прикидкам гарантировано лишали дракона возможности летать. Однако по новому плану самые меткие стрелки направили штыри только на всадника, и он выпал из седла, оставшиеся слегка попортили крылья дракона. Ящер теперь мог летать, но нести всадника наврядли. Умная тварюга убралась в крепость, на что я и рассчитывал.

– Лод Гвейделин, беда!

– Что стрясалось, Ривс, если опять ерунда, не сносить тебе головы.

– Господин, дракон Эйхмара вернулся в крепость.

– Этот юнец что-то позабыл?

– Нет, лод, дракон вернулся без всадника, раненый.

– С этого и надо было начинать бестолочь. Что за ранения, дракон будет жить? Он же стоил Нитам целого состояния!

– Маг Орек немного подлечил дракона, тот вроде вне опасности, но еще долго не сможет носить всадника.

– Не беда. Что маги думают по поводу Эймара.

– Юнец не пристегнуться, это подтвердили слуги. Скорее всего, гоняясь за каторжанами, он вывалился из седла, а дракон оставшийся без щита был обстрелян заключенными.

– Похоже на то, глупец. Смотри Ривс – беспечность, сущая мелочь, а стоила жизни целому магу. Вот! Отправь лода Орека на втором драконе, иначе капитан и его люди чего доброго потеряют след.

После удачной стычки с небесным всадником наш отряд продолжил бег. До намеченного места осталось совсем немного, а позади уже заклубилась пыль. Охота началась. Только мы и в этот раз пошли против правил. Сегодня дичью был выманенный карательный отряд. Сотня всадников. На равных противостоять закованным в сталь воинам Риттена мог только полнокровный батальон тяжеловооруженной пехоты. Пятьдесят кое-как защищенных каторжников, не имевших даже кожаных доспехов, были этой армии на один зуб. Да и десятикратное количество вряд ли что-то могло противопоставить. Но видящие...

Пять сотен каторжан, и почти все видящие пещеры вышли вслед за погнавшимся за нами отрядом. Мы вновь ломали привычный для людей Нитов ход событий. Сегодня каторжники охотились на карателей. Мы заманили сотню преследователей в ущелье, там, где даже наши пять сотен могли на равных противостоять коннице Нитов.

В ущелье мы лишили всадников их главного преимущества – мобильности. Со склонов посыпались рукотворные обвалы, полетели камни и серебряные штыри. Около трети Нитов все же сумели вырваться, но остальные так и не вышли из ставшего для них могилой каньона. Всадник на драконе лишь успел увидеть финал разгрома отряда карателей. Видимо пораженный бойней маг даже не стал пытаться ударить по нам, и сразу развернулся за помощью.

Нам же предстоял марш по суровой, холодной горной равнине. Но вначале воины собрали богатые трофеи. Забирали все: оружие, доспехи, коней и самое главное запасы провизии, в спешке разделали убитых в битве коней. Начался третий этап многоходовой комбинации, которая должна была принести свободу.

– Лод Гвейделин...

– Что на этот раз Ривс!?!

– Господин, капитан... э отряд капи...

– Докладывай! Мямля!

– Лод, капитан Грейс убит, отряд почти полностью разгромлен...

– Чтооооо?!? Какого скарингового выродка ты тут несешь, ты опять налакался браги, отрыжка преисподней?

– Никак нет, лод, Орек ждет в приемной, он стал свидетелем ужа...

– Так, тащи его сюда, недотепа!

– Лод, я пришел как только...

– По существу.

– Да, лод. Я застал лишь разгром отряда капитана Грейса. Его людей заманили в ущелье, а там этих каторжан оказалось намного больше.

– Покажи на карте.

– Здесь, лод.

– Так, скорее всего первые попросту имитировали побег, а тут все червяки полезли из штолен, за мясом! Ты понимаешь, Орек? Если не туполобого Грейса, то его коней сейчас делят эти пещерные выродки!

– Да, лод.

– Что, да? Ты проследил, куда ублюдки пошли дольше?

– Нет лод, я поспешил...

– Идиот, живо на дракона!!! Ривс поднимай обе сотни, может эти пещерные ящерицы все-таки удумали побег. Они приходят к раздаче пайка?

– Да, как обычно.

– Отмени выдачу. Стой! Не отменяй. Сделайте как обычно, а потом пусть маги сожгут наглецов.

– Но ведь это не те кто на нас напал .

– А какая разница?

– Да, лод.

Охая и ахая две сотни рейтаров сели в седла. Отяжелевшие за время спокойного сидения в гарнизоне рыцари и их челядь собирались лениво и неспешно, но ярость лода Гвейделина и угроза лишения вина на неделю сделали свое дело. Лод лично возглавил поход. Отряд выдвинулся из крепости не дожидаясь воздушной разведки, впрочем, от Орека ничего особенного и не ждали, скорее всего, заключенные уже попрятались в пещерах. Но душившая коменданта каторги злоба на каторжан, тупого капитана, легкомысленного Эйхмара требовали выхода. Дай то боги поймать кого-нибудь из этой шайки...

– Лод, показался маг Орек.

– Что же, я как раз проголодался, все эти погони право утомляют. Прикажи разбить бивуак. И пусть повар пошевеливается, я хочу жареной на углях свинины, в том кисло-сладком соусе, который он приготовил на прошлом выезд. Да и пусть пока подаст холодное мясо и жареных цыплят, надо заморить червячка.

Спешно разбитый лагерь совсем не был похож на то что обычно ставили на привалах закаленные в боях ретайры Риттена. Надсмотрщики вынимали из поклажи красивые, но малопрактичные шатры, походные столы и стулья из лучших мастерских Балха, и подумать только роскошные раскладные кровати! Кухня была оснащена лучше, чем походная кузня: куча печей, древесный уголь, кастрюли, сковороды, казаны и разной формы треноги... В комендантском шатре уже вовсю подкреплялись. Лод Гвейделин в ожидании горячего удовлетворился холодными цыплятами, вареной говядиной, подкопченным свиным окороком, зеленью с крохотного огородика внутри крепости, соленьями и сушеными фруктами и конечно добрым бокалом вина.

– Лод, маг Орек готов доложиться.

– Зови, – барственно мазнул лод, настроение которого росло вместе с градусом вкушаемого им роскошного вина.

– Господин, я проследил путь каторжников до перевала.

– Хвала богам, эти безумны все же решились на побег! Надо отметить это, воистину боги наказывают грешников, лишая их разума. Налейте магу! За успешную охоту!

– Ура, ура, уррааааа...

– Ну что же господа, не будем торопиться, в горах постоянная разведка, как знать может еще одна засада? Надо брать их на равнине, по ту сторону перевала. Там даже у тысячи каторжан не будет шансов против конницы. Орек вы наши глаза, берегите силы, и не дай бог вам потерять этих беглецов. Ривс сколько провизии взял этот бездельник повар, и когда в конце концов подадут горячее?

– Еды хватит на две недели, лод, я лично проверяли запасы. Горячее будет с минуты на минуту.

– Хорошо, можно отобедать не спеша, пусть они пройдут перевал, убедимся, что нет засад, и выйдем на равнину.

Маршрут пяти сотен воинов, разгромивших карателей просчитывали на совете кланов дольше всего. И не маловажным здесь был перевал, там противника было по силам заморить ловушками или хотя бы просто замедлить. Тем временем пешие каторжане увеличивали расстояние между собой и крепостью. Но если взглянуть на путь беглецов с высоты, получался довольно большой крюк, двигаясь строго на восток отряд достиг горной гряды, потом повернул на север и дойдя до перевала, вновь пошел на восток. Однако перевалив через горы, каторжники развернулись на юг!

Конечно небесный всадник докладывал о странном поведении беглецов, но лод Гвейделин счел это просто отсутствием проводников у заключенных и их инстинктивным желанием держаться ближе к горам. К слову две сотни всадников почти беспрепятственно прошли перевал, медленно, осторожно проверили наличие ловушек или засад, но путь был чист. Вся дорога заняла четыре дня, хотя всадники вполне могли проделать его и за два. Но лод осторожничал и. ни шагу не ступал без подробной воздушной разведки, участь, постигшая незадачливого капитана, отрезвляла, тем более коменданту Арахны было что терять. К концу четвертого дня Орек потерял нестройную колонну каторжников.

Глава 12. Свобода

Маг почти не отдыхал и летал столько, сколько не летал за всю свою службу, тем не менее эта толпа непостижимым образом исчезла. Ладно бы это случилось под покровом ночи, но каторжники пропали среди белого дня. До обеда маг видел монотонно топающую колонну, которую преследователи должны были настичь уже через три-четыре часа, а если бы клятый командир меньше осторожничал и менее роскошно обедал можно было догнать бежавших уже сейчас. Но не успел маг сесть в седло после сытного обеда как не обнаружил и следа беглых заключенных. Для подстраховки Орек сделал огромный круг, забирая высоко в горы, а потом глубоко на холодную равнину. Но везде было пусто. Ни души.

— Лод Гвейделин, их нет.

– Кого нет?

— Каторжан.

— Ты ослеп, идиот? Как ты мог в этой холодной пустыне потерять пять сотен?

— Я... я... не знаю.

— В небо, бестолочь, в небо, и не смей приземляться пока не найдешь!!!

– Да лод.

— Ривс, выдвигай следопытов, три группы и пусть возьмут собак, да и этих, как их егерей пустите по склонам, через час я должен знать куда делись выродки!

Поиски каторжан продолжались вместо часа, двое суток и не привели ни к чему. Беглецы провалились как сквозь землю. Хотя если вдуматься почему как? Все указывала на то, что заключенные вновь вернулись в пещеры, только теперь по эту сторону горной гряды. По началу сомневались даже прикрепленные к отряду следопыты, но потом, разобравшись в путанице оставленных следов, бредя от каньона к каньону они пришли к выводу что каторжане ухнули в очередную штольню.

— Господа, что вы думаете по этому поводу?

– Лод мне кажется, они оценили запасы еды и решили вернуться обратно.

– Да, так что же они не сделали этого сразу?

– Может они хотели и наш отряд разгромить как первый, но оценили вашу осторожность и тактическое превосходство, лод.

— Да... похоже... это многое объясняет. Да Ривс.

— Я бы хотел высказать свою догадку, лод.

— Не тяни Ривс, если есть что сказать говори по делу, мой мальчик, у нас тут военный совет, ха-ха-ха.

- Мой лод, я думаю каторжане вернулись пещерами обратно к крепости, а нас они просто выманили.

– И зачем же юноша?, – с ноткой превосходства умудренного воина спросил комендант.

– Они хотят захватить крепость.

– Что?!? Хрррр.... глупец, хрррр..., Орек, на дракона мне нужно знать, что твориться в крепости. Собирайте лагерь! Лод Борген, возьмите сотню, вы должны быть у крепости не позднее через двое суток.

– Будет исполнено, лод.

– У нас две сотни пехоты в гарнизоне и маги, будем надеяться они накажут дерзких.

Надеждам лода было не суждено сбыться. Видящие покинули отряд сразу после разгрома карателей, прихватив все оружие. Имитирующие побег пять сотен каторжан несли щиты и прочее барахло, а вот мечи копья и нагрудники давно уже были в пещерах, где готовился штурмовой отряд.

Брать крепость из Арахны было форменным самоубийством, узкие коридоры, были заточены на работу магов, каким бы ленивым не был гарнизон, в хорошо подготовленных к обороне рубежах нас бы просто уничтожили. Магию в сочетании с арбалетными болтами нам не преодолеть.

Но мы опять действовали нестандартно. Никто и никогда не нападал на приносящих еду надзирателей. Так как за этим всегда следовали жесткие меры. Пищу не приносили два три дня, и вся каторга вновь превращалась в спокойное стадо. Однако в этот раз надзиратели, зная о масштабах побега шли в полном вооружении, числом не менее полусотни и оберегаемые сразу двумя оставшимся магами. Кажется, нас пришли поджарить.

Однако даже самому хитроумному надзирателю не могло прийти в голову, то, что придумал совет кланов. Пещеру где выдавался паек обвалили. За несколько недель в крепчайшем своде под руководством гнома были пробиты штольни, которые в нужный час обрушились камнепадом. Большая часть надзирателей, вошедших в Арахну, была погребена под камнем и самое главное маги, остальных добили видящие. Однако в гарнизоне оставалось около полутора сотен бойцов, и, несмотря на то, что мы смогли вооружить трофеями около сотни штурмовиков, нужно было брать приступом крепость, а тем временем могли вернуться люди Гвейделина. Но и тут сработал наш план.

Пять сотен каторжан достигли главной пещеры за сутки, их путь по штольням был отрепетирован заранее. По поверхности от точки А до точки Б они шли целую неделю, под землей этот путь занял всего лишь один день. Подземная дорога была прямой, а значит впятеро короче, да еще и часть путешествия заключенные проделали на плотах по подземной реке. Вся это грозная на вид армия и присоединившиеся к ним две сотни из пещер осадили замок. По нашим расчетам у нас было двое-трое суток на штурм, до тех пор пока к крепости не вернется конница. Но мы управились за день.

Отвлекались на осаждающих, гарнизон совсем не обращал внимание на обрушенную пещеру. Расчистить завал быстро и бесшумно было нереально, потому надзиратели резонно уделяли все свое время стенам, за которыми их вчерашние подопечные вполне серьезно готовили лестницы, что-то копали и вообще очень деловито суетились. Тем более в рядах плохо вооруженных каторжан отдельно стояла чуть ли не сотня воинов в трофейных доспехах и недурно вооруженная. Не было бы этих вояк, полторы сотни вполне могли бы померяться силой с заключенными и в открытом поле. Но сотня все портила.

Однако штурмовики были совсем не обучены, часть оружия, конечно досталась бывшим воякам, но неслаженное подразделение наврядли было серьезной угрозой для профессионалов, однако как сдерживающий и отвлекающий фактор работало недурно.

Основную часть плана опять сделали видящие. Под покровом ночи сотня бойцов на веревках спустилась с Арахны в крепость. Штольню, ведущую к вершине горы пробыли загодя, по ней выбирались на поверхность, а дальше вниз. Не обошлось без идей из Мира Виктора, альпинизм местным был в новинку. Кромешная темнота была на нашей стороне. Видящие довольно легко сняли бодрствующих, штыри работали совершенно бесшумно, и открыли ворота. Сотня штурмовиков, а за ними более полутысячи каторжан хлынули в крепость. Ненавистных надзирателей ловили и резали остаток ночи.

К тому времени как всадники Гвейделина достигли крепости, их ждали плотно закрытые ворота и около восьми сотен вооружившихся из арсенала каторжан. Заключенные неплохо подкрепились из запасов, выглядели бодро и с надеждой смотрели на будущее. Каратели же наоборот смотрелись весьма потрепано: погоня, а потом спешное возвращение выбили людей из колеи. Сверх того на злополучном перевале который так осторожно был пройден вначале, ждала масса ловушек и засад.

Около сотни каторжан мелькая то с одной то с другой пещеры, устраивали обвалы, метко бросались камнями, к тому же удобный путь был усеян ямами с традиционными кольями на дне. Только вот если раньше, когда ловушек не было шли с тщательной разведкой, то теперь лод Борген вынужден был спешить. И, конечно, в спешке терял людей и время. Так что передовой отряд подошел к крепости немногим раньше лода Гвейделина и уже ничем не мог помочь уничтоженному гарнизону. Всадники осадили крепость, но сейчас это было довольно самонадеянно. Оружия в арсеналах и трофеев хватило для полноценного вооружения четырех пеших сотен, были еще видящие, а остальные воспользовавшись замковой кузницей спешно довооружались.

– Гы, лекарь, там эти хотят говорить.

– Ну, поговорим.

Я и несколько клан-лидеров взобрались на надвратную башню. Внизу ждал тщедушного вида паренек.

– Чего тебе? – пробасил Вил. Надо сказать, наша тройка играла ведущие роли в объединенной армии. То, что все задуманное получилось и с минимальными потерями подняло наш авторитет на небывалую высоту.

– Я хочу говорить с вашим лидером.

– А я хочу говорить с комендантом, – отрезал я.

– Но...

– Пристрелите его, – оперение стрелы задрожало прямо перед всадником. Стрелки заранее были предупреждены пугать переговорщиков. С пол часа спустя пожаловал и сам комендант. Но пришла наша очередь вредничать. Поморозив коменданта еще полчаса, мы решили поговорить. Градус злобы последнего к тому моменту превысил все мыслимые пределы.

– Я, комендант Арахны, требую чтобы вы немедленно открыли ворота и сдались, тогда, гарантирую, вам сохранят жизнь и ...

– Слушай сюда, напыщенный индюк, – я бесцеремонно прервал коменданта, – убирай своих недоделков от крепости иначе мы выйдем и уберем вас сами. Да и поторопись, еды у вас, я думаю немного.

– С нами маг и дракон, так что вы зря противитесь...

– Еще раз меня перебьешь, получишь стрелу в брюхо. Дракон и вы скоро начнете жрать лошадей, а потом, мы будем ловить вас по пустоши, пеших и голодных. Но нам надо в Ларог, потому нет времени с вами возится, у вас есть все шансы дойти до Риттена, но помните комендант, они падают с каждым днем.

– Но...

– Это все, через три дня мы выступаем. И если будете на нашем пути, пеняйте на себя.

Я конечно блефовал, комендант вполне мог причинить нам крупные неприятности, все же две сотни ретайров, есть две сотни. Но враг был явно деморализован свалявшимися бедами, угрозой голода и потерей почти двух третей гарнизона. Более того видящие не давали осаждающими покоя, нанося ночные визиты, так что надзирателям пришлось вначале утроить ночные дозоры, а потом и вовсе отодвинуться подальше от стен. Но самое страшное было то, что кончался фураж. Его и так брали немного, а так как погоня за мнимыми беглецами заняла почти неделю, запасы стремительно таяли.

Люди действительно могли есть конину, но через неделю, максимум две вместо двух сотен ретайров получится две сотни нелепо вооруженных пехотинцев, и тогда каторжане будут иметь все преимущества. В общем лод Гвейделин решил идти к Риттену. Угроза суда, снятия с должности, гнев Нитов, все это меркло перед задачей просто добраться до обитаемых мест. Ждать помощи было неоткуда, караван с провизией и приемщики серебра не появятся в этих суровых краях еще месяца три. Пеший, с хорошим снаряжением, теплой одеждой и запасом провизии мог проделать этот путь за месяц, у надзирателей было четыре-пять дней верхом, а потом с учетом неизбежного падежа коней еще добрых две трети пути пешком, то есть три недели минимум.

Были надежды, что Орек на драконе сумеет привести помощь, но северный ветер продолжал усиливаться, а ящера имело смысл поднимать в воздух лишь в одном-двух переходах от Риттена, иначе рептилия попросту не долетит. Забегая вперед, надо сказать что из двух сотен ретайров выбрались почти все, но эту оголодавшую, оборванную толпу поначалу даже приняли за беглых каторжников и обстреляли. Бедолагам потребовалось больше месяца чтобы добраться до аванпостов Риттена, а впереди их ждал суд за неисполнение долга, случаи каннибализма...

Я же повел почти восемь сотен каторжников в длительный поход. Поначалу мы опять сделали крюк в сторону Ларога, путая следы и направляя погоню по ложному направлению. На самом деле моей целью был Таленгар. Совет кланов был далек от идеи незаметно просочится в Ларог, тем более такой толпой, при том что там базировались охотники за головами, нацеленные на беглых. И тогда мой безумный вариант, опять работавший против привычной логики, зажег надежду.

Взяв штурмом крепость мы получили оружие, теплую одежду, повозки, коней, медикаменты, провизию, в общем, все что требуется для длительного похода. С этим снаряжением можно было продержаться на холодном плоскогорье три-четыре месяца, нам же необходимо было всего два, чтобы достичь северных границ Таленгара. А там я обоснованно надеялся на помощь своего Дома, герцога Клонеля и чем черт не шутит короля. Все таки я его подданный и не из последних.

Унылое путешествие продлилось почти три месяца. В монотонной дороге не было ничего примечательного кроме холода, усталости и скуки. Много времени отняло бездорожье, пару раз обходя неприступными склоны мы теряли направление, несколько десятков человек погибли простудившись, однако в целом путешествие по странному пустынному плоскогорью прошло относительно спокойно. Наши разведчики в конце концов обнаружили пограничные патрули таленгарцев. Под руководством видящих каторжане разбили лагерь, а мне предстояло решить проблему провода по территории королевства восьми сотен вооруженных риттенских преступников.

Границу я перешел ночью в сопровождении с Вилом и одним из заключенных, который до каторги был подданным Таленгара и хорошо знал эти места. Особых проблем не было, с севера мало кто приходил, пограничники ловили здесь редких контрабандистов которые, пройдя по плоскогорью пытались проникнуть со стороны Ларога или Риттена, но таких сумасшедших было немного, да и шли они с повозками или вьючными лошадьми. А трое пеших походили скорее на каких-нибудь заблудившихся охотников или рыбаков. Так что нас или не заметили или просто пропустили. В первой же таверне я оплатил слитком серебра быструю связь и отправил сообщение Оглу. Осталось только ждать.

Кстати о серебре. На каторге собралось его совсем не мало. Где-то месячная выработки, да еще и заначки офицеров и черная казна коменданта, которую он, наверное, планировал вывезти к отставке. Ну да не судьба. Серебро поделили согласно законам братства. Клан лидерам двадцать долей, отличившимся и видящим десять, лидеру похода, которым единогласно признали меня целых пятьдесят, остальным по доле. Получилось неплохо, простые каторжане имели все шансы устроить ферму на ничейных землях вдоль Драконьего хребта. Я же ко всему заграбастал архив и бухгалтерию коменданта. То было поистине золотое дно. Железный компромат на дом Нитов: долговые бумаги, записи о том, сколько серебра и кто забирал, характеристики доверенных людей, картотека сгинувших заключенных... Это был козырь, да еще какой!

Люди Огла появились через несколько дней. Все это время мы благоденствовали в таверне. Ели нормальную пищу, пили недурное местное пиво, да и просто спали на человеческих постелях, с простынями. Риска быть разоблаченными практически не было. Восемь сотен каторжников подготовили нас наилучшим образом: чудом сохраненные лошади, добротная дорожная одежда, деньги, даже кое-какие поддельные документы весьма приличного качества, на каторге нашлись и такие специалисты. Ко всему мастерски отработанная и выученная на зубок легенда. За время ожидания нас никто не побеспокоил.

Волновались мы только за лагерь каторжан. Его разбили в неделе пути от границ, тщательно замаскировали, но на открытой всем ветрам горной равнине спрятать восемь сотен человек было просто нереально, а предугадать реакцию пограничников, обнаружь они небольшую армию было нетрудно. Однако и здесь все прошло благополучно. Крайние аванпосты Таленгара и так находились на несколько дней пути от обитаемых земель, а разъезды углублялись в безлюдные места максимум на двух-трехдневный переход.

Утром я Вил и Клот спустились к завтраку, обычному для простого обывателя. Но после баланды и хлеба, щедро приправленного крысиным пометом – каждый день для нас начинался с пира. Скворчащая яичница с салом, свежеиспеченный хлеб, сливочное масло, роскошный джем, подозреваю из купленного у моей компании сахара и местных ягод, чай, не грибной суррогат а настоящий напиток с юга Фируза... А обеды: гуси, жареная баранина с кашей, жирная грудинка ммм… В общем, мы отрывались, как могли и казалось, ничто не может оторвать нас от столь приятного времяпровождения, но в тот вечер, нас нашли люди Огла.

Глава 13. Городские бои

Я планировал как можно дольше оставаться в тени. Судя по всему, проводя тайную операцию, Ниты потеряли меня, а так как сгинул Рогин надолго, то и пусть с ним. Это положение дел меня вполне устраивало, а то после всего от конкурентов вполне можно было ожидать и яда и ножа в спину... А избежав неприятной участи на каторге, я вдруг, стал очень трепетно относится к своей шкуре. Безумно хотелось увидеть супругу и детей, но безопасность…, их безопасность прежде всего. Пока меня как бы нет, моя семья ни для кого не представляет интереса, хотя Огл отписал, что вновь перевел семью в убежище Тина. Но с пронырами Нитами и их всезнающим Анхелем и база акрамов становилась не такой уж и надежной.

Поэтому передав инструкции Вилу и прибывшему командиру бойцов Огла я скрытно направился в Балх. Туда стягивались и бойцы Дома, но самое главное, юристы, приказчики и купцы. Навязанную Нитами войну я планировал провести без лишней крови. С Оглом мы встретились, когда до Балха оставалось чуть менее недели пути. К слову встреча стоила моему главному шпиону пары дней нервотрепки, скачки, а его охрана, отрезая хвосты, участвовала в паре схваток и одной чуть ли не полномасштабной битве. Так назойливо опекала слежка Огла, который, на время моего отсутствия принял бразды правления Домом.

— Как обрубил хвосты, трудненько?

– Уффф...., Алекс, как же я рад тебя видеть.

— Заметь, живым и здоровым, я тоже рад Огл, как мои?

— В норме все, крутились какие-то вокруг убежища, им скотам и твари пустоши не помеха, но мы трижды отправлялись двойки акрамов с приказом уничтожить все живое вокруг.

— Ого! И как улов?

— Несколько измененных, эльфийские штучки, и пара магов, не слабых, видимо наемники Нитов.

– Обложили значит... Небо?

— Там все спокойно, твоя семья и пара акрамов просто не сходят с Цецилии если она не в рейсе, так на всякий случай. Все готово к эвакуации. Небесным всадникам далеко до убежища по пустыни, а баз с кормом для орлов или драконов в пустоши нет.

— Нда, не весело. А как Рэнди?

– Он и Фатти отвлекли от себя часть слежки. Иначе я бы не вырвался. Но сам понимаешь, Ниты насторожились. Все лидеры Дома почти одновременно отправились в разные стороны.

– Ну и пусть по переживают. Их лишняя суета – еще один шанс для нас. Обрисуй коротко, что происходит с Домом.

— Как только ты исчез, нас атаковали по всем направлениям. Пираты перекрыли остров и факторию, у Трорура почти разгромили северную флотилию, правда, во внутреннем море Торин на голову разгромил флот фирузкого бека, попытавшегося собрать какой-то невиданный налог, но охоту за нашими торговцами подхватили судахское отребье, на их мелких, но быстрых галерах.

— И как Торин?

— Держится, но обороты по сахару и каучуку упали втрое, прибыль флот почти не приносит. На суше наши караваны грабили, жгли, изымали товар как контрабанду... Были попытки жечь посевы пшеницы, брали штурмом меняльные лавки, хранилища денег. Но основной удар нанесли по пунктам связи, если бы не дублирующие каналы и мобильные боевые группы их бы уже не было, а так выстояли.

- А хорошие новости?

– Жатки устояли, были попытки распространять подделки, говорить что наши плохи. Но тут мы впереди всех. Комбайн Фатти вообще пока никто не может воспроизвести. Потом наш дешевый металл, и штамповка части деталей, взаимозаменяемость – этого пока никто не может повторить. А заставить людей жатками не пользоваться, просто не реально. Операции с драконами нам перекрыли, но у нас и так неплохое поголовье, а Цецилия продолжает делать рейсы с серебром. Правда все деньги съедает страховой бизнес, Ниты быстро смекнули, как вытаскивать платежи, но мы больше трех четвертей перевели в проекты короны, туда особо не лезут.

– Понятно. Резервы?

– Все в целости. Наши люди там даже не отсвечивают.

– Ну и хорошо. Какие наметки по Нитам?

– Как и планировали, мы ни как не отвечали их бойцам. Наемники Дома оттеснили нас с рынков Балха и Тира, работают в основном три капитана гиордцев: Галахард, Люк и Глен. В Фирузе Олжа-бек, бывший лейтенант Дома Аль-Акрим под покровительством Нитов взял штурмом хранилище, и полностью разорил все торговые точки. Караваны в Лароге грабят несколько благородных из бывшей знати, на море Торин немного перестарался, кажется, там особых врагов теперь нет.

– Продолжаете в том же духе. Отдавайте объекты, берегите людей. И нам нужны не только наемники, но и резиденты Нитов, те, кто работает на местах.

– Процентов семьдесят уже под колпаком, они расслабились. Бойцы Рэнди залегли по домам и не высовывают носа даже в таверны, не говоря уже об охране объектов. Наемные сторожа уже уволились и все это воспринимается как паника и бегство, со стороны и вправду кажется что Дом Рогинов капитулировал, по крайней мере, если смотреть на силовую составляющую.

– Отлично. Стягивайте наемников, и никакой активности. Агенты готовы?

– Начинайте через неделю. Мне надо осмотреться.

– Может подготовку по Балху уже стартовать? А то разом можем не успеть.

– Нет, если Ниты что-то нащупают, полетит весь план. Нужно сделать все одновременно и в максимально сжатые сроки. Как работа с торговцами?

– Оргайлы, Кирши и прочие как и предполагалось наотрез отказались участвовать в конфликте, мелкие дома открестились сразу, но сейчас, кажется, потихоньку меняют свое мнение.

– Работайте над этим. А рядовых Нитов надо подбодрить, пусть закусят удила и почувствуют себя хозяевами рынка.

– Делаем.

– Что тебя тревожит?

– Не боишься, что сделаем монстра? Ниты и так были о-го-го, но их могущество в живой силе всегда было несравнимо с финансовой мощью. Сейчас же Казначей очень быстро набирает бойцов, скоро в его распоряжении будет огромная армия, которой будут по зубам пять-шесть Великих Домов.

– Ну пока это не армия, а толпа.

– У них не плохие инструктора и много денег, более того Ниты скупают готовые боевые отряды и гильдейские банды.

– Тем лучше. Военная махина Нитов может быть большой, но именно ее размер – ее слабость.

В Балхе мне сняли небольшой, но отличный домик в купеческом квартале, прямо под носом у соглядатаев враждебного Дома, но как известно легче всего спрятаться на самом видном месте. Из поместья я не выходил, а слуги нанятые людьми Огла в Судахе попросту не знали, кто их хозяин на самом деле. Лейтенанты отрядов, купцы и просто шпионы, приходившие ко мне с визитами, никогда ранее не связывались с Великим Домом Рогинов. Все эти силы набирались тайно, даже в обход Огла, еще до начала противостояния с Нитами,.

Как только мы стали втискиваться на рынок ростовщичества я понял, что войны с всесильным казначеем не избежать, и отдал приказ создать организацию абсолютно не зависящую от моего Дома. Эти люди и сами не знали о своей принадлежности к Рогинам, за исключением пары координаторов, через которых шли финансовые потоки.

Наш первый ответный удар Нитам и ударом то никто и не назвал. Более того если не проводить вдумчивый анализ, то и нанесли его не Нитам а Рогинам. Но мы с Оглом точно знали, что к чему. Отряды Нитов, чувствуя за спиной поддержку всесильного казначея и сонма подкупленных чиновников, попросту распустились. Рогины молчали, все, что было у них на виду уже изрядно пощипано, и тогда храбрецы пошли по явным и мнимым союзникам враждебного Дома. Если говорить честно, под эгидой борьбы с кланом таленгарских торговцев начался беспощадный грабеж слабых полунезависимых одиночек.

Многоопытные капитаны старой гвардии Нитов такого откровенного разбоя не поддерживали, но новые бойцы, набранные с бору по сосенке, закусили удила. Опьяненные легкими победами и богатой наживой они как голодные волки врывались в купеческие лавки, грабили, жгли и пытали... При этом очень часто самыми ярыми подстрекателями этих действий были марионетки Огла.

Люди эти даже и не подозревали, что льют воду на мельницу Рогинов. Их слегка подталкивали, ободряли и осторожно направляли. Успешные акции по разгрому якобы врагов Дома Нитов поначалу даже щедро поощрялись, это учитывая несметно богатые трофеи. Стража Балха, глава которой ел из рук Казначея, молчала, молчали судьи, молчали гильдии. Но с каждым новым грабежом молчание это становилось все более угрожающим. При этом масштабы откровенного разбоя стали таковы, что сами Ниты уже плохо контролировали ситуацию.

Огромная наемная армия расползлась по Балху, заматерев на безнаказанных грабежах, капитаны отрядов стали сами править бал. Завели дружбу с мелкими чиновниками и лейтенантами стражи, потеснили кое-где гильдии воров и убийц. Махина Нитов, неповоротливая, забюрократизированная, держащаяся на диктатуре главы Дома, который часто был занят государственными делами и с запаздыванием принимал решения по клану, реагировала медленно.

Ниты решили обуздать свою армию слишком поздно. Капитаны бойцов уже имели влияние и вес в Доме и, конечно, радовали главу Дома отчетами слабо соответствующими реальному положению дел.

Мы же в это время подсекали проглотившую наживку рыбу. Сила Нитов обратилась против них. Мелкие купеческие Дома, гильдии ремесленников, даже часть небогатого дворянства готова была выступить против зарвавшихся торговцев. Не хватало только организатора и вдохновителей. И они не заставили себя ждать. Вооруженные группы Огла сбили разношерстые отряды мстителей в единую массу. Дали информацию о целях, довооружали и самое главное предоставили покровительство от власти. Люди ждали только сигнала.

– Мастер Огл!

– Без имен Фрай, без имен, уши есть везде, тебе об этом надо помнить в первую очередь.

– Да-да-да... Господин, я устал, это просто какие-то свиньи...

– Держись, Фрай, от тебя многое зависит. Расскажи что происходит?

– Наемники как с цепи сорвались. Мы грабим, чуть ли не каждую неделю, а то и чаще. Причем девять из десяти совсем не лавки Рогинов...

– Отлично, запомни список объектов, это новые цели для Нитов.

– Ох-хо...

– Сам участвуй как можно реже, лишний раз не подставляйся. Тебе как командиру можно. Деньги щедро дели, устраивай совместные попойки. И погромче, по шумнее, с девками...

– Но...

– Именно, в городе вас должны ненавидеть всем сердцем.

– Но я же потом не отмоюсь...

– Фрай, все же уже обговорено, семья твоя в Мараба, им купили дом, море, фрукты, лекарство для твоей малышки растут в соседнем лесу. Там тебя никто искать не будет. Но крови на твоих руках быть не должно, понял?

– Да, господин.

– Да и здесь, что-то к рукам прилипнет при таком то размахе! Мой тебе совет, Фрай, не бери драгоценности, безделушки, бумаги и другие приметные вещи, старайся в своей доле оставить монеты. Не бойся продешевить, скоро от награбленного будут избавляться за треть цены, а то и вовсе выкидывать. За монеты никто не прицепится и ничего не докажет. Уйдешь чисто. Свидетелями того что ты участвовал в грабежах могут быть только твои подельники, ну их слова много не стоят. А таверну если при попойке разгромите, так то святое, оплатишь золотом и все.

– Хорошо, господин, все сделаю...

Лично Огл встречался лишь с несколькими агентами сумевшими занять высокие позиции в вновь набранной армии Нитов. Изначально подобранных людей наша разведка подтолкнула к службе у враждебного дома, а потом способствовала их карьерному росту. Пришлось "сдать" несколько реальных объектов: склады с ценным товаром, денежные хранилища... Но это стоило того. Несколько десятков младших офицеров находящихся у нас на содержании развязали разгульный грабеж. Мелкое купечество, лавочники, зажиточные ремесленники стали невольными жертвами войны между Великими Домами. Но из-за вседозволенности Нитов, симпатии толпы были на нашей стороне.

Следующие встречи Огл и его люди проводили без особой секретности, так как имелся вполне легальный повод. Под видом подачи жалобы на действия Нитов наши люди посетили всех лейтенантов городской стражи. А вот то что, на самом деле обсуждалось с глазу на глаз с Рогинами, стало известно противнику много позже.

Двенадцать из семнадцати лейтенантов стражи ежемесячно брали деньги у Рогинов, небольшие, но приятные довески к жалованию. К слову сказать, так поступали многие Дома, оберегая свои интересы, но столь масштабно стимулировали власть только мы. Львиная доля прибыли уходила на подкормку чиновников, от самых мелких до среднего звена. Мы продвигали своих людей по служебной лестнице, тщательно взращивая будущий щит. Более того лейтенанты стражи были лишь вершиной айсберга, мы поддерживали больше половины сержантского состава и часть перспективных рядовых.

– Лейтенант, время настало.

– Друг мой, наш капитан с потрохами продался казначею, да и герцог на короткой ноге с Нитами.

– Если бы вы были одиноки, я бы не за что не обратился бы к вам со своей маленькой просьбой, но сержанты и рядовой состав кажется готовы поддержать вас?

– Это так, но капитан...

– Я не прошу ничего не законного. Факты на лицо. Обращения купечества, ремесленников... Все тщательно задокументировано, есть куча свидетелей. Вам нужно исполнить только свои обязанности.

– Я боюсь последствий, да и громилы Нитов могут разделаться и со стражей. Недавний инцидент с потасовкой у хиликийского ювелира. Там ведь наемники накостыляли нашим ребятам, и вышли сухими из воды.

– Так это на руку вам. Кто посмеет сказать, что вы были не в своем праве? Касательно Нитов, вас поддержат отряды добровольцев снаряженные за счет пострадавших, а в отдельных случаях профессионалы нанятые Рогинами.

– Если так, то я согласен. Наказать этих ублюдков давно пора, и плевать, что капитан за нас не стоит.

– За ним дело не станет. Я слышал герцог справедливый человек, и он ни за что не допустит разгула преступности в своем городе. А мы ведь к этому идем, если дадим Нитам безнаказанно бесчинствовать, так?

– Это да...

– Я это к чему, если вы убедительно выступить в защиту потерпевших, то и капитан долго не засидится...

– Вон оно что! Можете рассчитывать на меня и моих ребят.

Примерно такие же беседы состоялись у Огла в квартале кузнецов, кожевников, ткачей... В целом большинство лейтенантов выразили свою готовность урезонить зарвавшихся Нитов. Тем более что никто не планировал выступления против Великого Дома напрямую, акция затевалась чуть ли не в пользу Нитов, так пожурить плохих наемников, от этого и в городе больше порядка и Дом избавиться от нерадивых бойцов.

Теперь нужно было действовать быстрее. Вооруженные отряды, организованные людьми Огла усилили наряды стражников. К ним также присоединились бойцы и маги Рэнди прятавшиеся до этого времени по съемным домам.

Первое столкновение произошло в таверне "Гусь". Наемники Нитов прибывшие в столицу всего-то пару месяцев назад чувствовали себя в Балхе как дома. Жирные купцы, зажиточные ремесленники, роскошная таверна с гостиничными номерами наверху. Ватага рыцаря-разбойника с запада ранее частенько голодавшая зимой вместе со своим предводителем окунулась в мир сытости и невиданной роскоши.

Глава отряда, рыцарь Табо, сыто откинулся к дубовой стене. Массивная лавка жалобно скрипнула под тяжестью благородного лода. С ума сойти, несколько грабежей принесли золота столько, что хватило бы на целое графство в родном королевстве. Только кому оно нужно? Таких девок, такой изысканной еды, таких мягкотелых торговцев не сыскать на родине. Привыкший к угрюмым, хорошо вооруженным купцам западных королевств Табо поначалу был озадачен. Может маги, может хитрая ловушка? Но потом, набравшись смелости, взял, взял немного: товаром, едой... И погрозил то всего ножиком, так зубочисткой. Таких жестов на побережье боялись разве что визгливые девчонки старика Хамеля, держателя платных девок. Да и то, кажется, визг был через чур наигран. А тут! Пугай, бери, ешь, пей!

Глава 14. Городские бои часть вторая

Табо сидел за столом в гордом одиночестве. Но зал заполонили три десятка его крепких ребят, пирующих уже не первую неделю. Собирать дань с лавочников ходили по очереди в свободное от питья и сна время. Еще пара десятков спала в комнатах наверху. Кого-то оттащили еще вчера, другие не могли расстаться со сладкими риттенскими девками. Воякам было немного скучновато. Раньше вечер обычно скрашивали случайные посетители таверны. Которых, по отработанному сценарию задирали, а потом грабили. Но видно не в последнюю очередь из-за людей Табо, целую неделю в "Гусь" вообще никто не заходил.

Ну и черт с этими горожанами, Табо не гордый, Табо их и сам навестит. Однако сегодня таверну посетили стражники. Эти слизняки и пройдохи, не достойные носить меч. Олухи посмели вломиться в обеденную залу, числом не менее десятка, да и еще и при оружии.

— Рыцарь Табо, вы и ваши люди арестованы согласно жалобы по ступившей в магистрат. Сдайте свое оружие, и мы сопроводим вас острог, где вам надлежит ждать суда.

– Чего!?! — зарычал в неподдельном возмущении благородный лод.

— Вы арестованы, — голос обычно заискивающего стражника был непривычно тверд, что еще больше разозлило Табо.

— Ребята выкиньте этого шелудивого пса на улицу, и всыпьте ему плетей, повинуясь рыку господина, с лавок стали подниматься воины запада.

– Сложите оружие и не будете убиты! — прокричал угрюмый тип, стоящий за плачем сержанта стражников.

— Маг, маг..., – пронесся шелест по залу, ибо над ладонями угрюмого, искрились два фаербола.

– И что ты сделаешь сявка? – крикнул Табо, слишком много принявший на грудь, а потому скверно оценивающий сложившуюся ситуацию.

Все могло обойтись без кровопролития, но наемники Нитов посчитали, что справятся с угрозой, тем более их было раза в три больше, а учитывая что на шум могут спуститься еще столько же воинов... Отряду вполне было по силам разгромить всю стражу квартала, тем более каждый воин стоил как минимум трех стражников.

Но заносчивые бандиты не учли, что находятся на чужой земле и играют по чужим правилам. Как только половина западников оказалась на ногах, в широко открытые по летнему времени окна таверны втиснулись дюжие армейские арбалеты. Согласованный залп, почти в упор. Стоны и вопли раненых. Никто ничего не успел понять как, разрядивших оружие, сменила новая партия и аккуратно подстрелила всех оставшихся на ногах. Одновременно в двери ворвался еще добрый десяток воинов, с копьями и щитами.

Уцелевшим западникам не оставалось ничего другого как сдаться. Тем более в горячке боя Табо словил пару болтов и уже никому ничего не мог приказать. Напрасно наемники ждали, что сверху придет подмога. Товарищи или ничего не услышали или струсили. Стража так же не рискнула подниматься в гостиничные номера или попросту забыла это сделать, ведь большая часть воинов, сегодня впервые приступила к патрулированию города, это были не профессиональные стражники, а добровольцы из числа ткачей, имевшие огромный счет к Табо.

Ранее безоружные, ткачи имели теперь в руках смертоносное оружие, а их неопытность восполняли суровые наемники, поделившие ремесленников на пятерки и десятки. Отряд заставил уцелевших западников взять на руки раненых товарищей и погнал их в сторону городского острога. Все были удивлены легкой победой, воодушевленная первым успехом молодежь радостно галдела и попинывала таких страшных ранее бандитов.

В это время ориентируясь на шум, колонна из двух десятков поднятых с постелей людей покойного лода Табо шла по соседнему переулку. Слуга и учитель Лода, определенный молодому господину еще отцом Табо, в спешке поднял остатки банды. Увидев, что помочь рыцарю уже нечем, старик решил отомстить. Опытный воин, сразу понял, что тесная таверна превратилась в гибельную ловушку, а потому придержал бойцов. Освободить товарищей и разделаться с самонадеянной стражей предстояло на узких улицах чужого города. Месть, а потом, собрав добычу надо уматывать домой, ведь давно говорил мальчику, долго продолжаться так не может, эхе-хе.

Планам старика не было суждено сбыться. Вслед за бандитами бесшумно двигалась пятерка Огла. И когда западники уже было, решили атаковать, на них неожиданно напали. Стремительный натиск в кромешной темноте, а потом поддержка быстро сориентировавшихся стражников довершили разгром дружины Табо. Кто-то успел укрыться в темноте, но в этот день наемников Нитов ловили по всему городу, а ворота Балха, открывавшиеся перед ними как по мановению, стали дверцей огромной ловушки.

В эту ночь фирузца Хазрета и его людей застали в знаменитых столичных банях. Хазрет стоял за бойней на рынках продажи сахара, каучука и сухофруктов из Мараба. Нещадно грабил всех, кто перепродавал товар Рогинов. Методы контроля рынка бывшего каторжника и разбойника с большой дороги, а ныне самозваного бека были весьма жестоки, и желающих проучить его было более чем достаточно.

Фирузцев выталкивали из прохладных бассейнов, выгоняли из горячего тумана роскошных парных, снимали с продажных девок, бани оккупированные южанами стали для них ареной позора. Затаившие обиду купцы действовали предельно жестко, палки, древки копий, а то и просто кулаки применялись незамедлительно при первом намеке на сопротивление. И попробуй по сопротивляться, голым и безоружным против неведомо, где нашедших броню купчишек, да ранее таких покладистых, а теперь куда как грозных стражей.

Клода Винарса из небольшого северного королевства всегда почитали умным и расчетливым капитаном наемников, единственным недостатком которого была жадность. Его отряд разорил добрую сотню торговцев, получавших оружие и экстракты тварей из пустоши от Дома Рогинов. Обогатившись Клод помимо покровительства Нитов обзавелся друзьями в страже, сверх того на отрядные деньги был приобретен неплохой дом, превращенный усилиями наемников в неприступную крепость.

Окна первого этажа наглухо заложили камнем, второй и последний обзавелись дорогущими железными решетками. Массивные двери всегда запирались на засов, как минимум десяток бойцов бодрствовали в комнатах прилегающих к единственному входу в дом. Под рукой хитроумного Клода собралось не менее сотни отборных бойцов: бесшабашных, плохо управляемых, но великолепных вояк. Все это, казалось, должно было служить надежной гарантией безопасности, но обиженные оружейники имели на этот счет свои идеи.

Купцы окружили дом, а присутствующая стража вежливо предложила людям Клода пройти в городскую ратушу для разбирательства. Такое случалось и ранее, когда только приступивший к обязанностям молодой сержантик решил проявить рвение, но северяне спокойно пересидели мелкую неприятность в логове, благо запасы еды и вина были просто неистощимы. Позже сержанта ткнули носом в его же дерьмо высокие покровители Дома Нитов, а Клод и его люди без лишней суеты продолжили работу.

Однако в этот раз все выглядело иначе. Во-первых, тот же самый сержант появился не в компании отделения стражи, а с войском в добрую сотню мечей. Это конечно не беспокоило бравых вояк, тем более северяне почти не уступали числом стражникам, но звоночек-то это тревожный. Неужели могущественные покровители сдаю позицию? да и слухи о травли людей Нитов уже как неделю ходил по рынкам, жаль, тогда им не придали должного значения. Но может, удастся пересидеть?

Ответом на мысли Винарса послужили горшки с горючей смесью споро разбивающиеся о решетки второго и третьего этажей. Пламя занялось быстро, а потушить Скарингову смесь не удавалось даже водой. Огонь распространился по дому в мгновение ока. Клод, надо отдать должное его сообразительности сразу же сделал правильные выводы и сдал свой отряд без боя. И не пожалел об этом, когда скованный кандалами, увидел какие сюрпризы таили улицы, прилегающие к его ранее неприступной крепости.

За три дня Ниты потеряли более десятка своих капитанов, от почти пятитысячной армии наемников наводнивших Балх осталась едва ли треть. Кого-то убили, кого-то отправили на каторгу, но большая часть просто сбежала. Уцелела лишь старая гвардия Дома, не участвовавшая напрямую в сомнительных операциях: капитаны Галахард, Люк, Глен, Олжа бек. Воинов немного, но это был костяк дома Нитов, его меч и доспехи.

— Анхель внучок, как твой выкормыш смог разогнать армию моего Дома?

— Лод Ульрих, мы сами ждали этого от Рогинов. Наемники выполнили свою задачу и уже сильно тяготили Дом. Платить жалование, прикрывать от стражников эту свору стало непомерно дорого. Все шло к тому, что герцог обратит внимание на нашу возню. А этого нельзя было допустить. Так что все разрешилась наилучшим образом.

— Ну-ну, разъясни подробнее в чем наша выгода? Я так вижу, что таленгарский сопляк утер нам нос, а?

- Да со стороны все смотрится именно так, но по факту все наши бойцы целы, пострадали только наемники, которым мы кстати согласно контрактов не оплатим положенного жалования, ибо сбежали. Наемники уже подорвали торговлю Рогинов, и восстановить прежние объемы они смогут только в следующий навигационный сезон, так что Нитам не было нужды содержать полгода такую армию. Потом, агрессоры теперь не мы, а Рогины, об их акциях в банях, бойне в "Гусе" и поджоге дома несчастного Клода шумит весь город. Наши глашатаи уже вещают по улицам, что пришлые таленгарцы травят честных риттенских торговцев.

– Идиот.

– Простите, мой господин?

– Анхель, хоть ты и мой внучок, но тебе уже стукнуло за сотню, так что раскинь мозгами и подумай, нужна ли нам слава жертвы? Да все у тебя стройненько да гладенько, а ты подумал о мнении других Великих о нас? Если с нами огрызается этот щенок, то, что возомнят Оргайлы или Кирши? А?!?

– Да мой лод. Мои люди планируют показательную акцию. Чтобы ни у кого не было сомнений в том, что мы не потеряли армию, а лишь позволили разогнать надоевших наемников.

– Нда?

– Верные нам савахи нашли где прячется щенок и его соратники. Скоро мы уничтожил всю верхушку Дома Рогинов, что станет уроком для всех остальных. Ну а пока пусть лают, скоро мы заткнем им глотки.

– Ну что же, ты подрос внучок. Комбинация получается красивая. Игра в поддавки, да на таком уровне. Три тысячи наемников – разменные монета, и бах, война закончена. Замечательно. Только не погуби дело ради внешних эффектов, хорошо?

– Дед, – фамильярничал Анхель, почувствовав хорошее настроение главы Дома, – Рогины не так важны сами по себе, хочу окоротить остальных Великих.

– Ну что же, будем надеяться, все получиться как ты задумал. Кстати позаботься, чтобы его корабль и драконы не ушли в чужие руки, у нас есть мысли куда пристроить это добро.

– Что делать с акрамами?

– Если не удастся с ними договориться – сдай логово эльфам, они сами решат эту проблему.

Ниты действительно обнаружили мою лежку, я был вынужден, появится и провести ряд встреч, на которых Дом мог представлять только его глава и никак иначе. В течении первой недели передвигаются по Балху лишь с парой охранников, сохраняя инкогнито. Но вести о том, что объявился исчезнувший ранее глава Дома Рогинов, вылетали из высоких кабинетов со страшной скоростью. Так что вскоре активную езду по городу пришлось отменить, боясь нападения со стороны Нитов.

Но основные встречи уже состоялись. Герцог Морт Ал Крук, куратор стражи Риттена, герцог Акил Ал Лозен финансовый министр королевства, глава Академии Магии и ряд других сановников уделили мне толику своего времени. Все эти встречи привели к тому, что добился аудиенции у его величества короля Риттена, которая была назначена на конец месяца.

Время до аудиенции решил провести взаперти, не хотелось чтобы встрече с королем помешала бы какая-нибудь досадная случайность. Скромный особняк, фактически являлся крепостью, которую просто наводнила охрана. Однако, помимо этого, из усадьбы имелся хорошо защищенный подземный выход, проходящий под густонаселенными кварталами Балха. Все это давала мне веские основания считать, что до встречи с королем я все же доживу.

Однако так совсем не думал Анхель Ал Нит, который отвечал головой за мое устранение перед патриархом Дома Нитов. Как водится, меня предали. Анхель знал, что охрана у меня относительно небольшая и также знал, что от угрозы я буду уходить подземным переходом. Люди Нитов, элита Дома, окружили мое логово плотным кольцом, в охоте участвовало не менее сотни опытных бойцов, еще столько же перекрыли все возможные выходы из подземелья.

Сверх этого пять сотен наемников контролировали периметр вокруг кварталов в которых предстояло битва, через плотное кольцо не должна были пробиться ни мои охранники, ни стража, ни союзники. Ниты не поскупились, и привел аж восемь высокоуровневых магов. Часть – маги земли – контролировали подземный переход, другая окружила дом.

Враг все поставил на этот удар. В операции участвовало более половины бойцов дома. Переполох в зажиточном районе, пренебрежение порядком, конфликт со стражей... Но самый могущественный Велийкий Дом мог позволить себе такую роскошь.

Бой изначально вышел за рамки всего, к чему мы тщательно готовились с Оглом и Рэнди. Максимум на что рассчитывали моя охрана – это отряд убийц, наемников, чтобы не светить верных Нитам людей, а значит хуже подготовленных и менее организованных. Сеть наших осведомителей с магической связью постоянно пасла улицы вокруг дома.

Наблюдатели сняли мансарды, подвалы, мелкие магазинчики по всему кварталу. Четыре боевые группы по десять-двенадцать мечников, сменяясь, круглосуточно дежурили снаружи особняка, еще три десятка постоянно находились со мной. Прибавьте к этому стальные решетки снаружи и тяжелые ставни внутри на окнах всех без исключения этажей, обитые железом двери с бойницами для арбалетчиков, три вполне приличных мага, один из которых бодрствовал, в любое врем суток.

Охрана не была абсолютно надежной, но мы считали, что гарантировано сможем отбиваться пока не придет помощь или на крайний случай мне хватит времени уйти по подземному переходу.

Штаб Нитов.

– Лод Анхель, люди готовы.

– Давайте еще раз все обыграем. Люк?

– Нам удалось вскрыть почти три десятка агентов, но думаю это не все. Рогины доплачивают каждому жителю на два квартала в округе. Уничтожить столь широкую сеть незаметно нам не по силам. Операция будет слишком масштабная и цель вновь ускользнет. Поэтому мы решили никого не трогать, штурмовые отряды разместились в ряде домов за первым кольцом обороны таленгарцев.

– Вас не обнаружили?

– Пока нет, бойцы присутствуют в качестве гостей на свадьбе и еще несколько групп якобы с визитами у друзей. Оружие и броню доставили под видом продуктов и товаров. Легенда железная, члены некоторых отрядов действительно имели родственников в указанном квартале. К тому же большая часть наших людей пришла с женами и детьми. Но такое скопление людей в течении одного-двух дней смотриться нормально, если затянуть, возникнут подозрения.

– Маги?

– Уже на месте. По плану половина бойцов, окружив дом, обеспечит безопасность магам. Остальные блокирует патрули Рогинов, которые, несомненно, будут стягиваться к объекту в момент нашей атаки.

– Что если они попытаются контратаковать?

– Мы почти вдвое превосходим противника по численности, и я не сомневаюсь что наши люди более профессиональны, к тому же в магии мы сильнее на порядок.

– Люк, не забывай, эти ребята выиграли Кубок Королей, потом их пороховые игрушки...

– Да мой лод, я к тому же планировал что внешнее кольцо выделит бойцов для уничтожения патрулей, тогда я смогу стянуть весь отряд к особняку.

– Галахард?

– Мои люди будут на местах в назначенное время, отряды поведет лично капитан стражи, так что здесь проблем не предвидится. Три сотни обложат квартал плотными патрулями, и мышь не проскочит. Сотня резерв на случай прорыва, ну и сотня войдет в квартал и зачистит всех, кто попытается ударить в спину группе Люка.

– Что у тебя Глен?

– Выход из подземелья под нашим плотным колпаком. Агентуры там нет, так что боевые группы разместилась почти вплотную к Рогинам, их там кстати не больше десятка. Но я перестраховался, на случай масштабного прорыва там размещены две сотни наемников и маги. Пять десятков после зачистки охраны, спустятся в подземелье и окажут теплый прием таленгарскому барончику.

– Так, так. Вроде бы все учтено. Что под землей?

– Маги прощупали. Проход прямой, выход один. Бежать ему не куда.

– Люк, на рожон не лезь, если дичь уйдет в нору, просто надежно все блокируй, людей у тебя немного. Спецы Глена все решат сами. Твои люди подключатся только тогда, когда вас усилят сотня Галахарда. И, не пропускайте ни стражу, ни наемников Рогинов извне, капитан капитаном, но смотрите в оба, часть лейтенантов стражи играют не на нашей стороне...

Глава 15. Атака

Все шло строго по плану. На рассвете, штурмовики Люка при поддержке магов атаковали особняк. Рогины явно не были готовы. Купеческий особняк сотрясли удары мощнейших заклятий, если бы не щит дежурного мага здание или развалилось бы или все сидящие в нем спеклись. Сотни Глахарда взяли переполошившийся квартал в плотное кольцо, загоняя встревоженных обывателей обратно по домам.

— Это операция по обезвреживанию опасных преступников! Вам ничего не грозит! Расходитесь по домам! – вещали глашатаи от имени капитана стражи.

Патрули Рогинов ринулись к особняку, но попали в клещи, люди Люка встретили их дождем арбалетных болтов, а в тыл ударили бойцы Галахарда. Троекратный перевес и уже никто не мог прийти на помощь к таленгарскому выскочке. Тут то и начались странности. Люк довольно споро преодолел сопротивление немногочисленной охраны объекта. Взломав дверь пятерки штурмовиков, каждая поддерживаемая магом, просочились в дом.

Как потом рассказывали очевидцы телохранители Алекса сына Рогина устроили настоящую кровавую бойню. Вместо таленгарцев в доме оказалось три десятка калахарцев, дорогущих наемников из крошечного северного королевства. Посредственные бойцы, откровенно слабые маги, но... Калахарцы по контракту продавали жизнь. Их искусство ведения боя базировалось не на совершенствовании навыков фехтования или магии, эти наемники уничтожали более сильного противника ценой своей жизни.

Опытные бойцы ожидали уклонения от удара, магических щитов, но телохранители как будто нарочно налаживались на мечи, а потом в длинном выпаде доставали двух-трех противников. Первую волну бойцов Люка перебили почти полностью, выпестованные Домом, элитные, верные до мозга костей профессионалы. Но самой жуткой потерей были маги, собранные по крупицам специалисты не ниже седьмого уровня, не наемники, а тщательно обученные члены Дома Нит.

Люк рассвирепел. Все подоспевшее к нему пополнение вместе с передовыми отрядами Галахарда капитан бросил за ускользнувшим в подземелье купцом. За что и поплатился. Капитан и успевшие спуститься вместе с ним люди, были погребены, взорванной хитроумными Рогинами шахтой. Людям Галахарда не оставалось ничего кроме как обыскать особняк и окружить вход в подземелье, хотя шансов выбраться оттуда уже ни у кого не было.

Люди Глена, ждали беглецов у самого выхода, притаившись в узком переходе, у поворота. По их замыслу освещенные факелами Рогины стали бы хорошей мишенью для укрытых щитами арбалетчиков. Но как только раздался взрыв, вся полусотни рискнувшая спуститься в шахту подверглась ужасному нападению. Враг казалось бил отовсюду: со свода шахты, со стен, сзади и впереди отряда. Ни свиста тетеив, ни бросков, но отборную пехоту косил дождь из тяжелых металических штырей. Кто-то бросился назад, кто-то громко орал. Когда шум стих, в зев выхода лично Глен, оставшийся с полутора сотнями людей на поверхности, бросил факел. Капитан не увидел ничего кроме трупов своих людей.

— Стоять! — остановил Глен бросившихся мстить за товарищей бойцов. Рассредоточитесь, им некуда деваться. Готовьтесь щиты, факелы и магов. У нас немного времени, надо подготовиться.

Глен так и не смог отправить своих людей по мою душу. Видящие уничтожавшие засаду, споро допросили немногочисленных раненых. Узнав о том, сколько людей ждет нас наверху, я приказал подорвать и второй вход в подземелье. Сейчас главное переждать, потом Рэнди нас откопает.

В пещеру спустились я, Огл и пара его доверенных бойцов, нас же здесь ждали два десятка видящих, которые были наняты в мою охрану.

— Какие у кого мысли? — я обратился к своим людям.

– Подождем?

— Еды немного, а воды совсем в обрез — ответил Гном.

– Это да, поддержал друга здоровяк Вил. Может копнем чуток? Я тут смотрел планы, метрах в пятидесяти есть другой ход, а по нему вообще можно в канализацию попасть.

– Все тебя здоровяк в дерьмо тянет, – проворчал гном, внутренне соглашаться с Вилом, сидеть под землей и ждать неизвестно чего не хотелось никому.

— Ну так что, вспомним былое? — предложил я хвастаясь за кирку, многие видящие по привычке прохватили их вместо оружия.

Два десятка бывалых рудокопов справились с задачей очень скоро. Не знаю, что творилось снаружи, но к тому времени как люди сверху попали в подземелье, нас там уже не было. Чтобы запутать возможных преследователей гном искусно заложил проход по которому мы ушли, а вынутую породу аккуратно высыпали к завалам от взрыва, разобраться где взорванное, а где выкопанное думаю, было никому не под силу.

Следующий ход в этой смертельной партии был за мной. Подкупленные чиновники, лояльные к нам Дома, дружественные аристократы подняли шум по поводу покушения на главу одного из Великих Домов. Как водится доказать причастность Нитов было невозможно: гибли свидетели, исчезали исполнители, резко меняли свою твердую позицию подкупленные судьи и придворные чиновники.

Но от шумихи была ощутимая польза. Во-первых, король на одном из приемов пожурил Ульриха Ал Нита и пожелал, чтобы я все же попал живым и здоровым к нему на аудиенцию, и даже не стал слушать заверения казначее о не причастности к инциденту в квартале купцов.

Во-вторых, плюсом была отставка капитана. Того отдали на заклание, чтобы утихомирить общественные волнения. А так как ни у одной из партий не было проходящей кандидатуры на освободившуюся должность, то был выдвинут один из лейтенантов, который давно дружил со службой Огла. Теперь, учитывая неплохие отношения с большинством лейтенантов и сержантов стражи, я мог почувствовать себя в относительной безопасности.

В-третьих, Ниты погрязали во взятках, теряя репутацию и доверие партнеров из власти. Много шума, беспорядки, убийства, а цель так и не достигнута. Прикрыть убийство моих патрулей и трех десятков калахарцев было нереально, а сфабрикованные дела, в которых виноватыми выставлялись гильдии и мифические наемники трещали по швам. Слишком много нестыковок, слишком много свидетелей, включая наблюдателей Рогинов, которых набирали из числа слуг, ремесленников и даже детей. Все пока держалось на авторитете самого могущественного Великого Дома, а потому Ниты затихли.

Я же встретился с королем Ритена и исчез из Балха. Все, что просили Рогины встретило одобрение. Теперь осталось лишь разыграть эту карту. Подготовка к операции должна была занять добрый месяц. На это время все бойцы Дома вновь исчезли из поля зрения Нитов. Лавки, склады и прочее еле работали, а охрану взяли на себя наемники. Враг продолжал атаки, но Дом Рогинов почти не торговал, любой другой торговец в такой ситуации уже бы запросил мира, но мы пока держались, покрывая убытки за счет рейсов Цецилии к гномам.

— Где он, Анхель? - голос трехсотлетнего Лода Ульриха дребезжал вовсе не от старческой немощи, патриарх, с трудом сдерживал, клокотавшую вот уже целый месяц ярость.

– Я не знаю, – Анхель ал Нит, по сути глава силового блока Дома, имеющий огромные связи с савахами, для которых купец выполнял ряд услуг в своих путешествиях к гномам и эльфам, впервые действительно не знал что говорить грозному деду.

– Что значит, ты не знаешь? Не хватает людей? Денег? Может нам обратиться за помощью к савахам? Или сказать всем, что дом Нитов немощен? А?!?

– Мой лод, я...

– Ты, именно ты, заявил мне, что все под контролем. Твои люди потеряли этого говнюка на каторге и ты гарантировал, что с Арахны никто не возвращается. Что мешало тебе самоуверенный ты ублюдок прикончить его на, нашем, руднике!

– Но с Арахны действительно...

– Не перебивай меня! Ты представил разгром нашей армии наемников как свою победу, и я пошел у тебя на поводу. Курам насмех! Я стал искать положительные стороны там, где их нет! Наших наемников гоняли по всему городу, купленный с потрохами капитан и пальцем не пошевельнул, чтобы защитить людей Дома. Их отлавливали в банях, поджигали в домах, провоцировали в тавернах... Что заделал ты? Ты уверил меня, что никто не смеется у нас за спиной, что так ты усыпил бдительность противника и решишь все одним ударом. Так?

– Да мой лод.

– Что в итоге? Тебе отказал уже третий клан наемников, никто не будет воевать за нас, потому что нас считают плохими хозяевами, никудышными стратегами, беззубый Великий Дом Нит. Ты слышишь? Именно это я услышал сегодня на рынке!!!

– Если бы покушение удалось...

– Так все дело в том, что оно не удалось. Сколько людей ты попросил? Восемь сотен элитных бойцов, лучших магов, которых мы собирали по крупицам сотню лет. Что в итоге? Пять десятков наемников Рогинов ты разменял на полторы сотни наших элитных бойцов и потерял всех магов.

– Но, Рогины наняли калахарцев...

– Сколько тебе вдалбливать? Они потеряли всего лишь деньги, а ты своих людей! Это не наемники, это люди Дома. Наши люди! Верные псы, хранители традиций, таких не нанять, служащих не за деньги, а за Нитов! Понимаешь?¶– Да мой лод.

– Ничего ты не понял. Сейчас я вынужден отослать из Балха еще две сотни бойцов, их узнали патрули стражников, есть свидетели того, что они участвовали в той бойне, которую ты развязал. И пока все не успокоится эти люди вынуждены прятаться в провинции. Кого ты приведешь на замену? Наемников? Отбросы?

– Мы вытаскиваем людей из Датлена, Ларога...

– Осел, они прибудут не ранее чем через месяц. А ты поверь моему опыту, все решиться в ближайшее время. Сверх того ты подставил выкормленного нами капитана, но это не главное. Главное, что ты прошляпил и всех лейтенантов, стража теперь работает на Рогинов, а твоих людей арестовывают по малейшему поводу. Скоро будет некому не то что мешать торговле таленгарцев, скоро нас самих начнут вытеснять с рынков, которые я отвоевал триста лет назад!

– Мой лод, Рогины не помышляют о контратаке, их глава скрылся, они уже год как не торгуют в Балхе, Датлене, Тире...

– О-хо-хо, Анхель, ты отстранен от дел.

– Но...

– Ты не понимаешь, мы до сих пор не знаем о чем он говорил с королем! Надо было устранить наглеца когда была возможность, а сейчас я даже не могу нащупать откуда будет удар. Тебя заменит твой кузен Эродар.

– Да мой лод.

– Эродар, Анхель отныне советник. Мое первое поручение тебе, усиль меры безопасности, удвой охрану важнейших объектов. Никакой агрессии, только оборона. И ищите, ищите!

– Да мой лод, – Эродар не удержался и победно взглянул на своего давнего конкурента Анхеля.

– И никаких сведений старых счетов, – осек Ульрих нового главу силового блока Дома.

Аналитики Нитов ломали голову пытаясь предугадать, что мы затеяли. Люди с которыми я встречался в последнее время были слишком значимыми персонами, чтобы давить. А осведомители и шпионы ничего не слышали и не знали. Такие меры безопасности были предприняты заранее.

Я же готовился к еще одной масштабной операции. Война с Нитами походила на битву гнома и геста. Противник был не просто силен, его финансовая, военная и политическая мощь были настолько велики, что на первый взгляд у Дома Рогинов не было никаких шансов.

То, что мы держались до сих пор, было для наблюдателей этого конфликта просто чудом. Хотя на самом деле это объяснялось тем, что слишком в разных сферах мы работали. Ростовщикам Нитам нужно было создавать армию, флот, конкурентные рынки там, где они этого не имели. Привлеки они союзников, и с нами было бы покончено, но Анхель судя по анализу его действий не хотел делится с кем либо из Великих Домов, а потому пытался создать с нуля структуры чуждые его Дому. Задача казалась простой, учитывая огромную финансовую мощь, но за короткое время да еще и в условиях войны получилось то что получилось.

Мы использовали силу Нитов против них самих. Огромная армия наемников практически сожрала себя сама, Огл и его агенты лишь слегка подтолкнули события в нужном направлении, ускорив итак понятную развязку. Со стороны же оказалось, что Рогины с небольшой армией в пять-семь сотен мечей разбили пятитысячное войско Нитов. Две трети из которых бежали, а полторы тысячи преданной гвардии заняли глухую оборону.

Это не могло не восхищать, мы надломили одни из столпов Великого Дома Нитов – армию, тем самым ослабив их политическую мощь. Пока незыблемой была лиши финансовая составляющая империи Ульриха Ал Нита, но все понимали что с пассивной армией и без политической поддержки ее можно было быстро растерять. А моя встреча с главой Академии, рядом высших сановников королевства и, наконец, королем, внешне делала Нитов уязвимыми.

На нас стали обращать внимание давние враги сильнейшего Великого Дома, прикидывая расклады и возможность одержать победу в борьбе за верховенство среди Великих Домов. Активизировались и внешние сословные враги. Культы божеств, борющиеся с Нитами на финансовых рынках, они аккумулировав пожертвования и так же пускали их в дело, конкурируя с ростовщиками. Герцоги, что-то не поделившие с всемогущим казначеем, гильдии ремесленников страдающие от долгового ярма, да и многие другие.

Вторым ударом я планировал подорвать политическую мощь Нитов, и солидно урезать их финансовые возможности. Для выполнения этой цели нужны были просто колоссальные усилия. Почти все резервы Дома принимали участие в подготовке операции, помимо этого я получил поддержку от Академии Магии, двух герцогов, чьи вотчины были сравнимы с такими королевствами как Таленгар, как по размеру, так и по богатству и военной мощи, ну и я получил добро и от короля Риттена, для которого предложенный мной план стал просто золотой серединой. Я сделал крамольное обещание урезать влияние Великих Домов на корону, без прямого содействия короля и его людей, мне потребовалось лишь их бездействие на небольшое время.

Резиденция Нитов. Балх. Внутренний город.

– Госпожа Кассия, у вас чудесные цветы.

– О Арнир, знали бы вы, чего мне это стоило. Это, если вы не знаете, кронуты из самого Мараба, а вон те бездельники ежедневно вливают манну в магический конструкт, иначе зимой они бы погибли.

– Я кое-что слышал о них. Да-да, у герцога Мнирта несколько клумб с ними, говорят, они отпугивают вредоносных насекомых, к тому же они положительно влияют на настроение людей?

– Это так! Прогулка в таком вот парке дает заряд бодрости на весь день. Хозяин совершает ее дважды в день, а ведь ему уже три сотни лет.

– Три сотни, подумать только!

– Именно, и я как-то подслушала, что никакие эльфийские снадобья не помогают хозяину так как эти кронуты.

– Так почему бы вам не сделать тропинку вокруг всего замка?

– Что вы это несусветно дорого, а потом эти цветы быстро истощают почву, бедные садовники сбились с ног, поверьте мне мы подкармливаем цветы с не меньшим трепетом чем иная мать кормит детей.

– Что вы, что вы, госпожа, у Мниртов стоят замечательные бочки от мастера Корвина, они совершенно не портят вид, не воняют как иное удобрение, от этих бочек проведены хитро устроенные желобки прямо на клубы и по ним удобрения вносятся в почву.

– Ну, Арнир, это наверное подходит только для каких-нибудь совершенно обычных цветов, но ни как ни для этих!

– Я же говорю у герцога растут именно кронуты.

– Хмм, если все так как вы говорите, я ваша должница.

– Право не стоит, я всегда рад услужить вам.

Гильдия садовников. Балх. Квартал ремесленников.

– Мастер Корвин, можно к вам?

– Я убегаю, у меня встреча с важным клиентом.

– Я не отниму много времени.

– Ну давайте, молодой человек, только очень коротко, – глава гильдии садовников действительно спешил, экономика Дома Нитов, госпожа Кассия устроила на днях страшный скандал по поводу цветочных клумб. Ей срочно потребовались бочки с гумусом как у герцога Мнирта. Но ведь они чертовски дороги, и госпожа сама отвергла этот проект не далее как две недели назад.

Глава 16. Штурм

— Я от господина Тризера, мне нужно, чтобы свои бочки вы расставили вот так...

– Но...

— Здесь купчая на дом в Мараба, вексель чтобы покрыть все ваши издержки и адрес господина который вас туда доставит. Вещи и имущество оставьте здесь, о них позаботятся.

— Я не собираюсь никуда ехать! Я не собираюсь бросать гильдию...

— Мастер Корвин, у гильдии и у вас в частности ведь большие проблемы, не так ли? То расследование по королевскому саду, помните?

— Откуда вы знаете? Ниты...

– Они вас просто подставили и закабалили, причем вы явно не успеваете исполнить взятые на себя обязательства. Мы решим их за вас, поверьте.

— Я вижу вас впервые, и ...

— Мистер Корвин все документы подлинные их можно проверить в представительстве указанного Великого Дома. Сумма, которую мы вам оплатили, обеспечит вас и вашу семью в новом месте на долгие годы. Там чудесный климат, фрукты, рай для ваших детей и внуков. Здесь же их вполне может ждать кабала, не так ли?

– Это так, но...

– У вас есть пара дней, посоветуйтесь с господином Тризером, но больше ни с кем! Даже если вы откажитесь наш разговор необходимо сохранить в тайне.

– Хорошо я подумаю.

Служба воздушной охраны. Балх.

— Капитан, срочное распоряжение от герцога.

— Что там?

— Совершенно секретно капитан, я не рискнул открыть.

- Ну так давай сюда... Ого...

– Письмо необходимо сжечь, сейчас же, – заявил стоящий до этого в тени курьер.

– Ээээ милейший, – капитан планировал все же оставить приказ у себя, ведь случись что и прикрыться будет нечем.

– Не мнитесь капитан, сделаете как надо и герцог примет вашу присягу, – сказал курьер, как будто прочитав мысли капитана.

– Будь что будет, – капитан поднес письмо к свечи, отставка не за горами, а должность начальника воздушной охраны была совсем не почетной и скудно оплачиваемой, кто будет атаковать Балх с воздуха? Разве что эльфы, но это когда еще случиться. Да и что могла сделать служба, в распоряжение которой не доверили даже драконов. Просигналить королевской роте небесных всадников, так там одни аристократы, вечно пьяные и непомерно дерзкие. Лучше проспать, а лентяи рядовые будут спать и без приказа, а там десяток плетей за халатность и почетная, сытая должность в поместье герцога.

Секретная база дома Рогинов.

Дракоша. Повеяло родным. Я до сих пор не видел семью и своего питомца, с тех пор как выбрался с каторги. Как же я соскучился. Ого, вынужденная магическая диета кажется пошла ящеру на пользу. Так в структуре ауры появились какие-то каналы, присоски, и даже пара резервуаров. Гмм..., неплохо. Так, а если взглянуть на него как видящий. Надо же есть разница, все таки видящие Арахны воспринимали магический план немного иначе.

Картинка получилась почти такая же как в классической магии, чуть более размытая и менее четкая. Это объяснимо маги, настоящие маги, тратили чуть больше энергии и более как сказать, рационально. Однако, я все же увидел, то что не показал магический взгляд – в теле дракона была непонятная заслонка. При этом она светилась как магический и как реальный объект одновременно. Эта штука смотрелось одновременно очень органично в теле дракона, но как это не парадоксально при этом выбивалась из общей картины. Все же если бы не месяцы под землей я бы навряд ли обратил на нее внимание. А если ее подвигать как штыри из "легкого" серебра.

– Ааааааа, уфффф, че же это такое? А Дракоша? – питомец вел себя, как ни в чем не бывало, я же наоборот был предельно взволнован, это мягко говоря, особенно учитывая напрочь сожженную шевелюру, копоть по всему лицу, и пару мелких ожогов. Мелких, потому что вовремя присел, и судя по всему очень вовремя закрыл магическую заслонку.

Это что же получается легенды об огнедышащих драконах совсем не миф? Так, так, так... Не может быть, чтобы об этом ничего не было известно. Хотя... Люди потеряли драконов очень давно, так давно что даже летописи магов ничего путного по этому поводу не говорят. Доступные летописи, скорее всего, должна быть какая-нибудь закрытая часть, типа для избранных. Надо бы как-нибудь добыть информацию. Потом, после появления пустоши люди не видели даже драконов, которых сохранили гномы, сами ящеры стали чуть ли не сказкой, а уж про их способности доподлинно что-то знали лишь немногочисленные энтузиасты, и то за отсутствием материала, то были голимые теоретики, да те еще и мифологи впридачу.

Так, а что у остальных драконов? Больше половины воздушной армии Рогинов собралось под Балхом, так что, есть материал для изучения. О, мой Дракоша не особенный. С одной стороны немного обидно, а с другой – нормально, значит питомец не какой-нибудь мутант-отщепенец. Заслонка есть у всех. Что если двинуть ее у этого ящера. Гм...ничего. Значит все-таки мутант? Стоп, а магическое зрение. Опа, мой Дракоша в магическом плане развитие всех. Хотя в последнем рейсе привезли пару очень зрелых и крупных рептилий. Но им до моего даааалеко. Ну тут явно напрашивается версия с подпиткой. Развитое магическое тело, резервы и вот отжившая легенда. Мощи правда маловато, хотя если подойти с научной точки зрения, на такие же затраты маны выхлоп у тех же магов огня явно меньше. Есть над чем подумать.

Так сегодня отрабатываем действия воздушных бойцов. Цецилию притащить незаметно к Балху нереально, поэтому пришлось зафрахтовать на пару месяцев местный дирижабль, водородный, но для наших целей сойдет. Отряд слабеньких воздушных магов, но при этом сильных бойцов собирали с бору по сосенке. Пара учеников мечников, по началу казавшийся бесполезным копейщик, и просто отменные рубаки с мечами и топорами. Главное тут слаженность, освоение огнестрела и тесная работа с магами. Маги – крепкие середнячки, но тоже отменные рубаки.

В общем собралась небольшая, крепкая, профессиональная армия, шесть десятков бойцов и три звена драконов. Однако этих сил было явно недостаточно для борьбы с Нитами. А учитывая, что нацелились мы на сердце империи – поместье Ульриха Ал Нита, которое оберегала армия из пяти сотен элитных бойцов и двух десятков магов, суммарная мощь которых равнялась силе трех Архимагов или даже превышала ее, наш план многие могли бы назвать чересчур самонадеянным. Но я ждал прибытия старых друзей, чтобы перетянуть чашу весов на свою сторону.

– Огл, что по савахам?

– Нас пропустят, но только не через основной периметр. Если бы смогли набрать нужную высоту, то ушли бы без проблем.

– Драконы не смогут с таким грузом. А больше ящеров у нас и нет, сам знаешь те что остались дома еще не обучены для таких выкрутасов. Нда... тогда остается только один вариант, может оно и к лучшему, никого особо не подставим. Отрабатывай. Все должны сработать четко, а самое главное замести следы.

– Что если с нами сыграют нечестно?

– Савахи продолжают настаивать?

– Да нет вроде остыли, да и нужных специалистов они вряд ли смогут так быстро подготовить.

– Я переговорил еще раз с лод-канцлером, юлить и обманывать не в наших интересах, в случае удачи все получат оговоренное, а вот наша доля никого не должна интересовать. И, надо ускорится, не дай бог Ниты что-то пронюхают, тогда нас могут ждать неприятные сюрпризы.

– В принципе все почти готово, ждем только гостей для финальной отработки.

– Гости скоро будут.

План нового удара по Нитам верстался по началу лишь на эмоциях. Убийства бойцов, покушения на меня, каторга, сожженное поместье, разграбленные лавки, счет к врагу вырос неимоверно. При этом на Ульриха Ал Нита по настоящему покушались наверное лет сто назад. После чего он обезопасил себя и членов своей семьи столь маниакально надежно, что большая часть пытавшихся решить конфликтный вопрос штурмом поместья отказывались от этой идеи, только начав вникать в систему безопасности построенную Великим Домом.

Надежность защиты Нитов строилась на простых, а потому безотказных принципах. Во-первых, громадное поместье было расположено в внутреннем городе, охрана которого сама по себе могла остановить любого противника. Доступ вооруженных отрядов во внутренний город был не возможен, кроме личной охраны герцогов, владетелей великих домов, архимагов и королевской гвардии.

Штурм любого из поместий на территории внутреннего города, гарантировано бы привлек бойцов гвардии, усиленных высокоуровневыми бойцами жителей города. Охране Нитов в случае нападения необходимо было продержаться максимум пол часа, до подхода помощи. Реально ближайшие патрули гвардии и бойцы охраны соседних дворцов будут на месте в первые пять минут.

При всем при этом Ниты обнесли свои владения высокой стеной которую круглосуточно охраняла три сотни бойцов. На территории поместья располагался жилой комплекс и подобие рабочего офиса. Жилое крыло оберегала еще сотня бойцов, офис – еще столько же. Все это при поддержке магов, скрытых ниш, бойниц, сотен ловушек, спрятанных в нужных местах заряжённых арбалетов.

Жилое помещение было сконструировано как крепость внутри крепости, узкие окна-бойницы, каменные стены, узкие лестничные пролеты и дверные проемы, удобные для обороны. Крепкие, обитые металлом двери, с бойницами. Каждый метр дворца Нитов мог превратиться в отдельную автономную крепость. По замыслу параноика-архитектора, штурмующие должны были с боем захватывать каждую комнату. При этом, подвергаясь обстрелам из арбалетов, натыкаясь на активируемые защитниками ловушки.

К сотне охранников можно было смело отнести еще около полусотни поваров, горничных, лакеев... Эти люди четко знали, что делать при нападении и где занять оборону, чтобы наиболее эффективно уничтожить более подготовленного бойца, выстрелом исподтишка, неожиданным ударом, ... добавьте к этому молодых членов семьи, постоянно практикующих фехтование и стрельбу из лука. Все это не говоря уже о постоянно обитавших здесь магах, как правило, членов семьи Нит.

Офис был защищен не менее надежно, учитывая, что патриарх проводил там большую часть дня. По большому счету огромная башня, одно из самых высоких зданий в Балхе, была неприступна. Нижняя часть, после подкопа который провели неизвестные покушавшиеся еще сотню лет назад, была напрочь отсечена от подвалов и подземелий мощной каменной кладкой. Первый этаж башни занимала казарма с пятью десятками бойцов, этажи работников патрулировали еще два десятка, личный кабинет – два десятка телохранителей, и хранилище – десять мечников и пара магов. При этом штурмующие жилье или башню, автоматически подставлялись под удар охранников того или иного объекта. И вся эта махина нужна была лишь для того чтобы сдержать нападающих на каких-нибудь пол часа, до подхода тяжелой пехоты королевской гвардии.

Захватить такой объект за столь короткий промежуток времени было просто безумием. При том, что если мы и получали кое-какую информацию о происходящем внутри поместья от осведомителей, то найти людей способных на саботаж или выступить с оружием было просто нереально. Дом Нитов был крепок как снаружи, так и изнутри.

Однако чем ближе становилось время штурма, тем больше крепла моя уверенность. Ниты, как и все в моем мире были людьми своего времени, и потому уловки коварного мира Виктора станут для врага полной неожиданностью.

Полтора десятка драконов прошли над стенами Балха чуть ли не касаясь брюхом зубцов. Купленная стража мирно спала, а абсолютно безлунная ночь и тучи скрыли нас от случайных взглядов горожан. Ко всему все бойцы, стрелки и маги были одеты в черное, оружие, ножны, тела драконов – все было покрыть черной краской. Поэтому воздушно армия Рогинов беспрепятственно проникла во внутренний город и зависла над казалось бы неприступным дворцом Нитов.

Драконы несли на себе громадный груз. Бомбы. Новые, усовершенствованные в мастерских Фатти, смертельные подарки. Нет, я не надеялся разрушить этими снарядами твердыню Ульриха, но навести шороху, мы смогли изрядно. Взрывы, огонь, разлетающаяся картечь, стоны раненых охранников.

На шум из поместья выскочили боевые группы, и тут же попали под град более мелких, но более точных гранат. Бойцы Нитов выбегали по уставу, плотным строем, сомкнув ряды, защищая друг друга телами. Отличная тактика против диверсантов с холодным оружием, лучшая против такого же строя врага, но никудышная перед тем, что противостояло Нитам сегодня.

Вслед за гранатами все еще тесные ряды охранников, которые пополнялись новыми солдатами, выбегавшими из глубин дворца, проредил залп из пороховиков. Основной целью стрелков были маги Нитов, и они получили львиную долю пуль. Впервые же минуты боя дворец Нитов лишился магической поддержки. Маги, почти всегда были и офицерами, как наиболее дорогие, обученные и сильные бойцы. Но сегодня эта тактика играла против Нитов. лишившись магов, охрана одновременно потеряла две трети командиров, наступил хаос.

– Внутрьььь!!! – прозвучала команда, по которой остатки охраны втянулись под защиту дворца, но было уже поздно.

Лишившаяся большей части магов охрана Нитов, получила следующий удар. Архимаг Обо Благодушный и его теперь уже коллега Болго Пламенный с семью учениками обрушились на дворец Нитов огненный шквал. Маги Ульриха вполне могли защитить дворец от двух архимагов. То были крепкие, опытные бойцы. В открытой схватке они вообще завалили бы огневиков – узких специалистов.

Но сейчас деморализованные, потерявшие половину мощи и загнанные в коридоры дворца, они не смогли выставить достойный щит. Ему просто не хватило мощи, магов было мало, кто-то просто защищал свою шкуру, потому архимаги вскрыли защиту как гнилую скорлупу и на месте дворца Нитов запылал огромный костер.

В довершение, бросившиеся от внешних стен три сотни бойцов попали под удар активированных магами зарядов. В бочках с чудесным компостом от мастера Корвина прятались пороховые заряды. Пламя детонировало целую цепочку взрывов и по внутреннему двору поместья во все стороны полетело рубленое железо и свинец.

Однако живучесть дворца превышала все разумные пределы. Мы знали, что внутри располагались подземные этажи, которые не возьмет ни один пожар. Система вентиляции, источники воды... Подземелье, кажется, проектировали инженера Империи Тина. Внутри достаточно охраны, чтобы остановить любой десант, который мы бы смогли высадить с драконов, к дворцу бегут прореженные, но все еще внушительные силы противника, а несколько десятков уже осторожно вытягиваются из ворот башни-офиса. Но вся эта фееричная и, несомненно, привлекшая по нашу голову гвардию короля, битва была затеяна как... как отвлекающий маневр. Нашей целью была Башня.

Как взять неприступную башню за пол часа? Первый этаж – надежная металлическая дверь, полсотни бойцов, заточённые на бой именно здесь. Лучшее оружие, знание территории и превосходящая численность. Дальше узкая лестница, на которой нас встретят еще два десятка, из-за спин пехотинцев будут постоянно работать арбалетчики, у которых неограниченный запас болтов и достаточно свободных людей, чтобы перезаряжать арбалеты. Потом два десятка личной гвардии Ульриха, высокоуровневые бойцы и маги. И, наконец, десяток мечников. Настоящих, из академии. Которые по нашим прикидкам могли вполне раскатать весь наш отряд нападения в своей знаменитой на весь Балх круглой зале на последнем этаже башни.

Но мы опять сделали нестандартный заход. Зафрахтованный дирижабль, погасив обязательные по законам Риттена огни, завис над башней, достаточно высоко, чтобы его не заметила охрана, и не могли достать огневики Нитов. На нем расположилось четыре десятка наших бойцов. К слову, из изначально по добранных шестидесяти бойцов, треть отсеялась на тренировках, так как, не смогла преодолеть страх перед свободным падением.

Глава 17. Богатые трофеи

Элитный отряд мечников чувствовал себя вольготно. Застать врасплох — невозможно. Охрана снизу, надо признать, была сама по себе не плоха, но учитывая сюрпризы башни, становилась просто невероятной. Потом забирающийся вверх воин всегда будет в худших условиях нежели ждущий его сверху противник.

– Эй, Карл, как думаешь, может нам вмешаться?

— Устав...

— Да знаю я устав, только как бы без хозяина с этим уставом не остаться.

— Зря ты так думаешь, ребята в поместье не слабее нас, да и помощь уже близка. Наше дело охрана этой комнаты, понятно?

— Ну может хоть посмотрим, пары бойцов на люке достаточно. Я вообще не представляю, кто его сможет снизу открыть.

– Предлагаешь на крышу выйти?

— Ну, да.

— Давай, интересно же.

– А если драконы к нам двинут? – робко спросил самый молодой из охранников.

– Колен, ты за это не переживай, будешь с Арлином стеречь люк.

— Да, командир.

— Так, а вы куда?

— На крышу.

- Э нет, на крышу я с Фиером поднимемся, этого достаточно. Вы тут сидите, отдыхайте и готовьтесь может будет команда выступать.

Комната, которую охранял десяток мечников, располагалась на самой вершине башни. Круглая, без окон. Люк на крышу и люк вниз. Оба сработаны из гномьей стали с хитрыми замками. Подняться и спуститься можно только по приставкой лестнице. Защитить такое убежище мог бы и подросток, чего бояться десятку мечников?

Крыша у башни была плоской, с рядом хищных зубцов. Высота строения была столь впечатляющей, что Карл с Фиером чувствовали себя в полной безопасности. Но на широкую площадку вполне мог сесть дракон или высадить бойца, потому командир решил осмотреться. Чем черт не шутит.

Однако все драконы крутились вокруг поместья. Огромный костер, полыхал ровно там где раньше располагалось поместье хозяина, тот тут то там в небо устремлялись языки новых очагов, это взрывались бочки любезно доставленные мастером Корвином. Весь этот фейерверк отвлек Карла и его бойца от смерти, несущейся на них с неба.

– Карл, смотри, драконы делают еще один заход! Кто уцелеет после такого?

– Хмм, ты не был во внутренних покоях, там такая защита...

– Так и по кругу что-то горит, и грохот...

– Да, Дом такого нападения точно давно не видел, но думаю сдюжим. Там и бойцов вроде немного. Стой! Тут сверху же хорошо все видно. Они явно не смогут штурмовать покои. Зачем тогда они тут?

– Ааааа...

На дирижабле.

– Попрыгали. Свен, как на тренировках, твои заходят первыми.

– Ни как не могу привыкнуть к этим гоглам.

– Зато когда будешь заходить на цель без них никак.

– Это да.

– Ну, с нами боги, – пятерка лучших бойцов спрыгнула с борта воздушного судна. Для всех это был самый дикий момент, прыгнуть в бездну, так могли только архимаги. Простым бойцам, пусть и магам воздуха, такие выкрутасы были не по силам. Но шелковые парашюты за спиной и десятки тренировочных прыжков вселили уверенность в своих силах.

– Заходим на цель, – голос Свена раздался из приемников на шеях бойцов. Полет продлится мгновения и слава богам безветренная погода, помогла десантникам зайти на цель безупречно.

– На башне два объекта, готовьтесь гранаты.

– Готов... готов...

– Бой! – вниз полетели гранаты, накрывая облаком взрывов двух охранников, что-то высматривающих с башни. Один из них, кажется заметил краем глаза угрозу, но даже удивительная реакция мечника, не могла его спасти. Люди Свена метали гранаты, перекрывая пути отступления с солидными запасом. И правильно сделали, мечник, заместивший угрозу с неба, сумел почти добраться до спасительного люка. Однако, раненый осколками, он стал легкой жертвой последовавшего залпа из пороховиков.

– Рогурт, держи люк! – но команда Свена запоздала, наверх выметнулась пара мечников и начала смертельный танец, убивая как приземлившихся бойцов Свена так и вновь прибывавших. Лишь отчаянный маневр третьей пятерки, начавшей накрывать выстрелами и мечников, и своих, спас ситуацию. Ценой более десятка бойцов Свен взял контроль над башней. Если бы не гибель Карла и не растерявшиеся снизу мечники, Рогины не смогли бы взять крышу. Но большая часть элитных бойцов решила следовать инструкции и не покидать хранилище.

– Рассредоточьтесь вокруг люка, метатели на позиции, Арик крепи тросы.

В круглой зале снизу нас ждали шесть мечников, а если они открыли люк то может быть и еще полсотни солдат. У Свена в строю осталось три десятка, а времени оставалось все меньше. Натиск отвлекающей атаки драконов слабел, и риск того что кто-то из офицеров Нитов разберется в происходящем рос с каждой минутой.

Закидать мечников гранатами было нельзя, вся эта вылазка затевалась из-за хранилища, которое вполне могло сгореть. Меня этот вариант вполне устраивал, но наши скажем так партнеры или даже покровители требовали свою долю в целости и сохранности. А без них нам ни за что не выбраться целыми и невидимыми из этой заварушки.

– Ослепите их! – Свен, приказал солдатам бросать усовершенствованные Фатти светошумовые гранаты.

– Ааааа – один из метателей откинулся от люка с отрубленной рукой. Немыслимо! Высота залы была около четырех-пяти метров.

– Осторожнее! Стрелки прикройте метателей!

– Бах, бах...

– Теперь пыльца, – вслед за оглушающими и ослеплявшими снарядами полетели пакеты с ядовитой пыльцой из Тха-Рэ.

Прождав десяток ударов сердца, пехота Свена стала спускаться по тросам вниз. Скольжение, не раз отработанное на тренировках, сослужило хорошую службу. Перчатки и страховочные блоки сделали спуск быстрым и безопасным. Такой скорости враг явно не ожидал, иначе нам попросту не дали бы спуститься, учитывая прыть мечников.

Наши воины были в специально сконструированных масках, защищающих от пыльцы. Но как оказалось мечники если и пострадали от яда, то незначительно. Их лица были обмотаны мокрыми тряпками, которые по всей видимости неплохо справляется с нашим новым оружием. То что произошло в комнате дальше можно было бы назвать мясорубкой. Свена и его ребят спасло лишь, то что враг был ошеломлен, ослеплен и отравлен.

В закрытом помещении шесть мечников практически размазали наших бойцов, маги не успевали с заклятиями, стрелки не могли попасть в через чур шустрые цели, а противник методично вырубал пехоту. Но в определенный момент количество огня и заклятий в помещении превысило какой-то придел или просто Ниты стали выдыхаться, все чаще пропуская удары магов и попадая под выстрелы пороховиков. Победа досталась огромной ценой, из сорока десантников уцелело менее десятка.

Один из них подал условный сигнал, и атаковавшие поместье драконы как один ринулись к башне пока не опомнился враг. Изначально мы планировали эвакуировать людей Свена и добычу подняв их к зависшему в небе дирижаблю, но наших людей осталось так мало, что драконы смогли забрать все. Рисковая операция по нападению на логово Нитов закончилась.

Много позже эта операция была признана самой эффективным использованием живой силы за всю историю конфликтов в королевствах людей. Шесть десятков бойцов, пятнадцать драконов и два архимага, сумели за пол часа дезорганизовать и разгромить защиту одной из самых укрепленных крепостей. Пожалуй второй после королевского дворца. Это при том что если нападавшие приблизительно были равны с защитниками по магической мощи, то в живой силе Ниты имели десятикратное преимущество, это если не учитывать, что поместье охранило достаточное количество высокоуровневых бойцов.

Дом Нитов.

– Достаньте мне кхх... кхх.. этого человека. Любой ценой, а... кхх...кхх..., патриарх Нитов был серьезно ранен в ночном нападении. Учитывая возраст Ульриха и то, что его здоровье держалось на магии и эльфийских снадобьях шансы поправиться таяли с каждым днем. Единственным чувством, державшим главу Дома в этом мире была месть наглому выскочке.

– Мой лод, совет Дома предлагает договориться. То что мы потеряли, нужно вернуть, и большинство считает, что месть можно отложить.

– Жалкхие чееерви, кхх... кхх... с каких пор у этой своры трусов появилось мнение?

– Мой лод...

– Заткнись щенок! Кхх... кхх... Не заставляй меня думать, что я в тебе ошибся.

– Да, мой лод.

– Сегодня же задави этих трусов из совета, кхе-кхе... Не хватало нам внутренних дрязг! И готовь ответный удар, разнесите его родовой замок в Таленгаре, ты ПОНЯЛ?

– Да, мой лод, – легко сказать, мысленно не соглашался с патриархом Эродар, Анхель потерял большую часть наемников, потом похоронил гвардию при попытке убить главу Рогинов, а сегодня ночью потеряли и лучших хранителей Дома. И при этом планировать нападение на вотчину противника, да еще и в приграничье! Старик кажется совсем сошел с ума. Расхлебать бы то что натворили.

Эродар как в воду смотрел. Видимый ущерб причиненный Дому при разгрома поместья был лишь вершиной айсберга. Основные потери еще предстояло подсчитать. И масштаб их знали только двое: лод Ульрих и я. Бумаги, которые героическими усилиями были взяты в башне, не обманули мои надежды. Основной силой Нитов были деньги. Кредиты, ростовщичество. Деньги менялись на политическую поддержку, покупались привилегии и права, целые монархии находились в заложниках финансовой мощи Нитов, но это было одновременно и слабостью Великого Дома.

Аудиенция у короля Риттена.

– Ваше Величество, здесь залоговые обязательства на общую сумму сорок два миллиона золотых. По вашему распоряжению мои стряпчие с отрядами савахов заблокировали доступ Нитам в хранилище казначейства. Вторые экземпляры этих бумаг также изъяты и лежат перед вами.

– Похвально. Ирг, – король одним словом побудил дремавшего за троном мага к активности. Стопка драгоценных документов вспыхнула, избавляя королевство от долговой кабалы, только проценты по которой достигали нескольких миллионов ежегодно.

– Ваше Величество, привезли лода Ульриха, он нижайше просит аудиенции.

– Я встречусь с ним в розовой зале, пусть ждет. И проверьте тщательно старика и его людей, не хватало нам жестов отчаяния.

– Будет исполнено, мой король.

– Ну а вы молодой человек, должны покинуть Балх. Надо утрясти шум и вопли о попрании безопасности внутреннего города. Так что опала! Но временная! Такие люди мне нужны. До встречи.

– Ваше Величество, – я склонился в глубоком поклоне, внутренне радуясь, что все прошло так гладко. Ведь король заметая следы вполне мог обрушить на меня меч показанного правосудия и казнить. Тогда долг был бы списан, а свидетели комбинации замолчали бы навсегда. Хотя обольщаться тем, что король расположен лично ко мне не стоит, скорее всего меня оставили целехоньким вместо громоотвода, чтобы направит гнев Нитов и их союзников в нужное русло. Разделяй и властвуй.

В тот день мы взяли самое ценное в империи Нитов – долговые расписки. Защищенные магическими печатями, хитроумными знаками и подписями казначеев эти документы существовали всего лишь в двух экземплярах: один у заемщика другой в хранилище Нитов. Исчезновение этих договоров означало потерю денег для одних и освобождение от долгового ярма других. Наша дерзкая операция никогда бы не прошла без скрытой поддержки со стороны короля, савахов, академии магии и пары герцогов.

Король одобрил план, что послужило толчком для остальных участников безбоязненно принять участие в проекте. Академия магии обеспечила участие Обо Благодушного и Болго Пламенного. Савахи предоставили агентурную сеть и планы владений Дома. Герцоги, поместья которых примыкали к владениям Нитов, не пропустили спешащих на помощь, якобы защищая себя, повлияли на капитаном и лейтенантов стражи. К тому же все вместе они должны были сгладить последствия громкого нападения. Но мы не полагались на вынужденных союзников и сами формировали общественное мнение в пользу Дома Рогинов.

Король получил самый крупный куш – списание сорока двух миллионов золотых, семнадцать миллионов – академия, герцоги получили почти по пять миллионов. Мы забрали расписок больше чем на тридцать миллионов, но в отличие от остальных участников проекта нам еще предстояло извлечь из них выгоду.

Дворец Короля Риттена, розовая зала.

– Что с вами мой старый друг?

– Мой лод, кхе... кхе... мое поместье было разорено коварным врагом...

– Я слышал, вы начали первым?

– Это наговоры...

– Ульрих, мы ведь можем инициировать расследование. Я знаю, Алекс был похищен, мы все свидетели того, что с рынка исчез сахар, сухофрукты... Это ведь ваши люди делали, не так ли?

– Ваше Величество, мы, не спорю начали войну, но пользовались только дозволенными методами...

– А как же сожженные поместья?

– Мой король...

– Хорошо подумайте Ульрих, вы хотите разбирательств?

– Неи мой лод.

– Что ж, разумно. Теперь давайте перейдем к нашим делам. Мои финансисты обнаружили, что казначейство платит по несуществующему долгу, ВАШЕМУ Дому, ущерб, который вы причинили казне, исчисляется десятками миллионов золотых. Помня нашу многолетнюю дружбу, я не хотел бы раздувать скандал, но вам придется покинуть свой пост и возместить убытки!

– Кхе...кххххх... мой король это ли плата за помощь Нитов отечеству?

– Помощь? Тебе доверили казну, а ты манипуляциями и процентами увеличил долги впятеро. Тебе разъяснить, как все было?

– Мой лорд мы выручали королевства кхххх... трудную минуту, за умеренный процент.

– Молчать!!! Слава богам умные люди раскрыли мне глаза на твои махинации. Бесспорно, перед первой Южной войной, на твое золото мы сформировали два ударных легиона, но потом ты так подтасовал платежи казны, чтобы на выплаты твоего долга денег не осталось. Тогда я просил тебя отсрочить платеж, хотя это нужно было тебе, ты начислил пеню, проценты. А потом все это объединили в новый заем, как будто бы было занято не двенадцать миллионов, а все двадцать. И так десятки лет. Ты морочил мне голову, снимая сливки, шантажируя и держа в должниках целое королевство. Каждый раз, когда ты увеличивал свое состояние, я еще и стоял в позе просящего должника!

– Мой король кхх... это не так...

– Ты и твой Дом должны замолчать или я камня на камне не оставлю от бесчестных Нитов! Будешь упорствовать, королевство предъявит вам обвинение в хищениях из казны, все платежи по теперь не существующему долгу будут признаны воровством и взысканы в тройном размере. Ты понял меня?

– Да мой король.

– Мои люди не спустят с тебя глаз, вон отсюда червь! Ты больше не казначей, а на ближайшем Конклаве мы подумаем, стоит ли тебе возглавлять Великий Дом.

Это был полный разгром.

То же самое ждало Нитов в Академии магии, у герцогов и ряда других крупных заемщиков. Все долги были аннулированы. Ниты могли судиться и апеллировать к тому, что выплаты долга были. Однако понимая, что все это шло вразрез с интересами короны, то эти выплаты скорее назвали бы хищениями и тогда Дому бы не поздоровилось.

Оставшиеся расписки я продал их владельцам за половину стоимости. Дома Оргайлов, Киршей, Лиденгартов, несколько графов, мелкие королевства запада. Все наскребли денег, ибо выгода была баснословной. Выручили мы около двенадцати миллионов золотых, с лихвой окупив все потери из-за остановки торговли и разгрома наших лавок наемниками Нитов. Ко всему осталось еще два пула расписок – каждый на пять миллионов золотых, один от Эрика Дикого, второй моего сюзерена Короля Таленгара.

Их я решил не продавать, а подарить, рассчитывая на дружбу и поддержку. Первым было решено посетить Датлен.

– Ваше Величество...

– Рад видеть Алекса сына Рогина, наслышан о твоих делах на море и на суше, победители кубка королей всегда желанные гости в моих чертогах. Что привело тебя на север?

– За вашу помощь и доброту к моему клану я хотел преподнести подарок. Здесь расписки Королевства Датлен перед Домом Нитов, их общая стоимость превышает пять миллионов золотых.

– Арик, казначея сюда.

– Ваше Величество, я здесь.

– А... оплата Нитам ушла?

– Да, караван в пути с сегодняшнего утра.

– Догнать, вернуть домой, срочно. Уфф, Алекс умеешь ты удивить. Хорошо хоть очередной платеж успеем вернуть, там тысяч триста золотом, ха-ха-ха. Там все чисто?

– Король Риттена считает свой долг перед Нитами погашенным.

– О как! Растешь, мой друг. Рад. Не люблю принимать подарки, не отдариваясь, но твой истинно королевский. Учитесь, – король-воин насмешливо обвел глазами свой ошарашенный двор. – Что скажешь, Кир?

– Клан Валдура сына Бьерка.

– Головааа.... Что же Алекс, кажется я нашел тебе достойный подарок. Сегодня ты спасешь от смерти мятежников посмевших претендовать на мой трон.

– Эээ...

– Погоди, это не то что ты подумал. Люди верные, но упертые. Они исполнили клятву, которой лет триста минуло, нехотя, но долг. Клятва правильная, просто времена изменились. Не хотел их казнить, а надо. А вот и выход. Они тебе клятву верности за спасение дадут. Обзаведешься новыми вассалами, земли их я у тебя выкуплю, а ты разместить их подальше от Датлена у себя на востоке. Согласен?

– Да, Ваше Величество.

– Еще бы, попробовал бы ты отказаться. Эй воины сегодня достойный день и да будет достойный пир!!!

– Аррааааааа......

Глава 18. Война за рудники

После обычной для северных воителей попойки, я с тяжелой головой отправился в родной Таленгар.

— Ваше Величество, здесь оригиналы ваших обязательств перед Домом Нитов.

– Не уж то Ульрих продал их?

— Нет, мой король.

— То-то! Я слышал их украли разбойным путем и даже намеревался наказать воров, случись им попасться, ха-ха, — король явно начинал поддевать меня, занижая размер будущей награды, ситуацию нужно было срочно спасать.

— Мы уверены, что Риттен не поддержал ни одного иска Дома Нитов к Дому Рогинов касательно этих бумаг.

– Даже так... — король сложил дважды два и быстро прикинул кто еще в доле, — ну что же, тогда у короны Таленгара нет претензий к Рогинам, раз их нет у сюзерена Нитов. Дар более чем достойный. У меня лежит твое прошение о присоединении земель вдоль Драконьего хребта к Черному Баронству. Однако наши стряпчие считают, что это нарушит законы королевства и послужит в дальнейшем поводом для конфликтов между несколькими нашими верными вассалами. Но выход есть. В благодарность за многочисленные услуги я дарую тебе титул графа Рогина, спорный вассалитет перед Клонелями будет выкуплен короной, отныне ты высший аристократ Таленгара и мой прямой вассал. Все земли, ранее принадлежащие тебе, входят в графство. Вопросы, граф?

– А пограничные льготы, ваше Величество?

– Ха-ха, наглец, как трудно иметь дело с купцами, будут льготы. Мы освобождаем графство от подушного, военного и ремесленного налогов на двадцать лет, взамен, ваши вассалы, граф, должны защитить восточные провинции Таленгара от тварей пустоши и непокорных айвов.

– Ваше Величество, я недостоин такой чести...

— Граф Рогин, бросьте, приличия соблюдены, мне всегда нравилась ваша искренность.

— Да Ваше Величество.

Для стороннего наблюдателя могло показаться, что Рогины победили всесильных Нитов. Однако, я точно знал, что сейчас наши силы в лучшем случае уровнялись. И то только за счет того, что мы сумели обратить самых сильных союзников Нитов в их врагов. Но если Ульрих совладает с обидой, и наладит старые связи, не взирая на убытки, мы вновь будем иметь дело с сильнейшей финансово-политической машиной. Более того, я знал, что мы нисколько не подорвали мощь Дома. Да, забрали нагулянный за десятки лет жирок, но это только сделало врага жестче, мобильнее и злее.

Ростовщическая империя Нитов мало походила на банки из мира Виктора. Ход с ограблением центрального хранилища, я сделал скорее от отчаяния. Обычно чтобы разгромить ростовщиков нужно было спровоцировать тех, кто финансировал их бизнес, но Ниты использовали только собственные ресурсы. Откуда столько наличности? Ответ я нашел при невольной помощи Ульриха.

Деньги широком серебряным потоком вливались в казну Нитов из Арахны. Архив администрации, попавший в мои руки, и разведданные Огла сложились в единый пазл. Ниты многократно занижали объемы выработки шахт. Такая масса серебра неминуемо должна была повлиять на рынки и правда со временем вышла бы наружу. Но Ниты работали с Арахной более сотни лет. Как им удалось сохранить все в тайне? Ответ лежал на поверхности: расположение Арахны и прямой путь по безлюдным местам ведущий прямо к оркам, и судя по моим догадкам, дальше — к эльфам.

Тесные связи Нитов с эльфами, ощущение того, что за всеми крупными поставщиками эльфийских снадобий стоят Ниты, их успешные караваны к гномам, при том, что у остальных купцов возвращалась едва ли треть. Все эти факты и догадки указывали на то, что Ниты сумели наладить партнерские отношения с остроухими. А у этих союзников Ульриха огромный счет ко мне. Нитов нужно было дожать. Мир между Домами устраивал меня только при условии их полной капитуляции. Поэтому стряпчие Огла начали третью, и надеюсь, последнюю атаку на враждебный клан.

Для успеха нам опять понадобились силы Дома Нитов. Я начал безусловно тягомотный, и так же безусловно малоуспешный судебный процесс. Но удар мы нанесли неожиданный, я не стал апеллировать к конфликтам между Домами, моему похищению и последующим мытарствам в качестве каторжника. Нет. Мы стали действовать через сборщиков налогов, потихоньку прикармливая самых принципиальных государевых людей бумагами из архива коменданта Арахны. Началась подковерная битва.

- Лод Каледин, могли бы мы обсудить с вами одно дельце, – не приятного вида субъект вторгся прямо в ратушу, там, где пряталась одна из самых страшных служб короля – сборщики податей.

– Откуда вы, милейший? – инспектор Каледин слащаво улыбнулся посетителю, предвкушая небольшое развлечение.

– Э. из Таленгара...

– Оно и видно, местным давно уже понятно, что всякие "дельца" с разными проходимцами я не обсуждаю, да и ваше дворянское лод, ни к чему, я не аристократ, но это не мешает гордиться своими предками. Вам понятно, милейший? Надеюсь, на этом все, – инспектор удовлетворено откинулся на спинку удобного кресла, которое ему подарила супруга, специально чтобы корпящий над бумагами муж мог расслабить больную спину.

– Прошу прощения, я неправильно выразился, я пришел просить не за себя...

– Да хоть за кого! – гневно прервал неприятного типа Каледин, до которого по всей видимости туго доходило, что скоро его могут попросту вышвырнуть, ибо чаша терпения уже была переполнена

– Дайте мне договорить!

– А я не собираюсь вникать в ваши грязные дел...

– Я пришел как свидетель сокрытия податей...

– Кххх, – Каледин поперхнулся заготовленной фразой – Э...

– В сумме более десяти миллионов золотых, – как не в чем не бывало продолжил посетитель.

– Уффф, – новый удар, заставил инспектора шумно выпустить воздух из легких и припасть к стакану воды.

Но посетитель не останавливался на достигнутом и споро стал выкладывать на стол пачки документов, судя по виду подлинных.

– Эээ..., мне нужно от вас заявление.

– Вот оно.

– А зачем вам это? Только не надо говорить, что вы делаете это из чувства патриотизма.

– Я представляю интересы Дома Рогинов.

– Королевской службе нет дела до интересов купцов.

– Мы знаем это, просто на данном этапе, смею надеяться, интересы моего Дома совпадают с прямыми обязанностями Королевской службы по сбору податей.

– Что же, может быть, может быть. Однако я официально уведомляю вас, никому не удастся превратить Службу в инструмент давления на кого бы то либо. расследование будет проведено беспристрастно, в соответствии с законами Риттена.

– Нам только это и нужно. Единственно, на вас будут давить. И если Рогины чем-нибудь смогут помочь вам, оставьте записку в таверне "У Карла".

– Служба предоставит мне все необходимое...

– Просто запомните, "У Карла".

Инспектор Каледин был одним из самых лучших в службе сбора податей. Это не был тупой служака, слепо исполняющий букву закона, нет, это скорее был пес на службе у короля, который знал как закон должен на самом деле работать и знал на какие рычаги надавить, чтобы добиться требуемого. И, как и всякого патриота его бесила неприкосновенность Великих Домов. А тут такой подарок!

Дело о недоимках было моментально возбуждено. Материалы дошли до самого верха и несмотря на противостояние Нитов, было решено провести полноценное расследование.

– Каледин, ну и заварил же ты кашу, одни неприятности от твоего отдела. И додумался же, чем тебя лавочники не устраивали? Ниты! Ты спятил? У них служба по сбору долгов больше нашей, а половина наших специалистов вообще работает на Дом.

– Если докажем, что они утаили десять миллионов золотом, нам будет солидная премия.

– Что тебе даст служба? Сто, двести золотых? Поговорил бы с Нитами, они бы тебе в десять раз больше отмерили, да и сейчас не поздно.

– Господин главный инспектор, вы меня, конечно, извините, но раз пошел такой разговор, я не собираюсь брать взятки.

– Упертый осел, тогда ты не получишь денег на формирование комиссии, нет у нас денег на путешествие в Арахну, понял.

– А как же...

– К вам можно? – в двери показалась физиономия еще одного главного инспектора, начальника первого отдела инспекторов Службы.

– Проходи Грэм, заодно может что дельного подскажешь, а то я что-то устал Каледина воспитывать. Ввести тебя в курс дела?

– А я слышал краем уха. И тебе господин главный инспектор скорее всего не понравится, что я предложу.

– Даже так?

– Каледин, мне кажется, золотую жилу накопал, и надо ее раскрутить.

– ???

– Дома воюют, а мы должны этим воспользоваться. Рогины предлагают караван, охрану и деньги, все в рамках закона.

– Больше на взятку похоже, нет?

– Деньги пройдут официально, охрану и караван можем сформировать и сами. Будет что-то типа помощи Службе, без обязательств направить золото именно на дело Нитов, но у нас вроде эта тема сама по себе в приоритете?

– В принципе так, а какая польза службе, Грэм, мы ведь так в роли послужных псов таленгарского выскочки выступаем?

– Да, выглядит это так, да и давай откровенно, мы все знаем кто тебе приплачивает.

– Да как ты...

– Брось, я же не говорю, что ты продал наше дело. Я и сам беру, сам знаешь у кого. Но дослушай, о чем я толкую. Каледин на деньги Рогинов прижмет Нитов, а я на деньги Нитов прижму Рогинов. Казна получит подати, служба – благодарность короля, ну а мы золото.

– Лихо, и риска вроде никакого. Да и совесть терять не придется. Давай попробуем.

Кадедин, получив деньги Рогинов развернул бурную деятельность. Королевские дознавайтесь отправились в Таленгар собирать показания бежавших каторжан, которые попав под юрисдикцию приграничной с пустошью полосы более не преследовались Риттеном, а потому спокойно свидетельствовали обо всем, что происходило в Арахне. Учитывая количество беглецов, материал обещал получиться убойным.

Параллельно проверялись бумаги из архива коменданта Арахны. В розыск были объявлены караванщики, люди Службы искали охранников серебра, допрашивали хозяев таверн, в общем началась рутинная, последовательная, а потому опасная для Нитов работа. Чем большие и убедительнее становилась доказательная база, тем сильнее раскручивался маховик Службы. К деятельности Каледина присоединялись новые инспектора и целые отделы.

Дом Нитов.

Эродар, внучок, что там за возня вокруг Арахны? – голос стремительно поправляющегося патриарха был обманчиво сладок, однако "внучка" мягкие нотки заставили изрядно напрячься.

– Мой лод, мы держим ситуацию под контролем.

– Последний раз я слышал эту замечательную фразу от твоего кузена Анхеля, как раз перед тем, как Дом потерял две трети наемников и половину гвардейцев.

– Я не повторю его ошибок.

– Да, тогда почему возня вокруг нашего серебря до сих пор не прикрыта?

– Рогины...

– Идиот, я об этом и говорю. Вы идете на поводу у хитрого таленгарца. Твои люди постоянно защищаются, а надо нападать!

– Я понял, лод Ульрих.

– Результаты, Эродар, я жду результаты! Что есть по этому делу, что придумали твои люди?

– Ключевая фигура – инспектор Службы Каледин, к нему ведут нити расследования. Мы держим его под плотным присмотром и как только представился случай его уберут.

– Ты понимаешь какой вой потом поднимется?

– Поэтому и медлим, я хотел обыграть все как несчастный случай. Но рядом с ним постоянно люди Рогинов.

– Не тяни, если не получается чисто, действуйте через семью или гильдию. Но обязательно приберите за собой.

– Понял.

– И не надо все сводить к Каледину, возможно вас так отвлекают. Работайте со всеми, не жалейте денег. Дело вам уже передали.

– Да, там масса свидетелей.

– Отсейте ненадежных, вроде каторжников, которые никогда не явятся на суд в Балх, а вот реальных свидетелей уничтожьте, перекупите, запугайте.

– Что делать с охраной Арахны?

– Ты их еще не закопал?

– Эээ... это же наши люди.

– Это неудачники, не сумевшие справиться с невооруженным, полуголодным отребьем! Не миндальничай, там, где от тебя этого не просят!

– Да мой лод.

После приказа главы Дома, наемники Нитов активизировались на всех фронтах.

– Лод Гвейделин? Начальник охраны...

– Мы знакомы?

– Да лод, я дочь сержанта Конрада, вы, наверное, не помните меня, я жила в гарнизоне, – лод, конечно, не мог узнать в этой весьма соблазнительной особе одного из многочисленных детей гарнизона. Однако приятные округлости молодого тела не на шутку взволновали бывшего коменданта.

– Дитя мое, здесь не далеко есть весьма приличное заведение...

– Я не против легкого ужина и сладкого вина, мой лод...

Дальше последовала череда тостов, попыток ущипнуть такое упругое и желанное тело, надо сказать весьма успешных. Потом комендант оказался в какой-то комнате наедине с этой роскошной сержантской дочкой...

Труп незадачливого лода Гвейделина нашли в сточной канаве, его лейтенантов постигла та же участь. Несмотря на официальную версию об убийстве на почве ревности в случае с комендантом или пьяной драке в случае с одним из лейтенантов и кучей других вполне бытовых поводов, рядовые ретайры в страхе перед жестокой расправой спешно покинули Балх, а многие и Риттен, нанявшись караваны, направляющиеся в самые опасные места, только бы быстрее исчезнуть из ставшего опасным Балха.

Каратели Нитов прошлись и по другим свидетелям дела.

– Уважаемый принеси-ка мне пива и жареной свинины.

– Устроит ли вас грудинка, господин? – подобострастно склонился хозяин таверны, почуяв немалую выгоду от явно не бедного клиента.

– Тащи, и сообрази какого-нибудь соуса поострее, я чертовски соскучился по нормальной еде, – добротно одетый посетитель швырнул на стол пару серебряных, видимо чтобы ускорить процесс.

– Если желаете, со вчерашнего дня остались недурные пироги с черникой.

– Желаю. И есть ли свободные номера?

– Для вас приготовим самый лучший.

– Бестолочь, я путешествую с большой компанией бездельников, они немного отстали, но скоро будут.

– У нас всего четыре номера и все они сегодня свободны, ежели этого будет мало мы застелем гостям свою кровать, а сами переночуем на сеновале.

– Говоришь свободны...

Следователи, приехавшие на следующий день, нашли лишь обгоревшие головешки на месте ранее процветавшей таверны. Ее хозяин, жена и две дочери погибли в огне. Официальная версия – пожар.

Дело Каледина разваливалось на глазах. Прямые свидетели погибли первыми. А накопленный материал вроде показаний каторжников, случайных свидетелей мог убедить суд лишь при наличии хотя бы одного убойного доказательства. Без него стряпчие Нитов устроят в суде показательную порку.

Ниточку с покупателями пришлось обрубить сразу, все серебро уходило в Лес. А искать там тех, кто выступит против Нитов было глупо. Надежда на то, что найдутся охранники караванов, таяла с каждым днем. Эти люди просто исчезли. Ни семей, ни друзей, ни знакомых... Получалось, что караваны с серебром водили не наемники Нитов, а человеческие псы служащие Лесу.

Более того машина Нитов проехалась и по самой Службе. Огл снабжал наиболее ретивых королевских следователей деньгами и охраной. Ниты же старались купить сборщиков податей или уничтожить, там, где купить не получалось. В ход шли не только яд и кинжал, но и шантаж, клевета...

Шум поднялся на все королевство. Задействованы были все силы двух Великих Домов. Столько разоблачений во взяточничестве, прелюбодеяниях, злоупотреблении служебными полномочиями Балх не видел никогда. В короткий срок противоборствующие стороны практически лишили Службу сбора податей половины сотрудников. Дело дошло до того, что пришлось вмешаться королю.

– Возмутительно!!! Вы слышите меня?!? Что вы устроили? Когда это закончится? Или может быть мне положить конец вашему противостоянию?

– Ваше Величество мы готовы к применению, однако в этот раз нападкам подвергся именно мой Дом.

– Герцок Кареган, это так? – король обратился к находящемуся здесь главе Службы.

– Не совсем Ваше Величество, Служба ведет расследование о недоимках со стороны Нитов, как управляющих собственностью короны.

– Речь об Арахне?

– Именно, по сведениям, имеющимся в нашем распоряжении доходы Арахны были занижены более чем на сто миллионов золотом.

– Сколько?!?

– Сто миллионов, мой король.

– Это доказано?

– К сожалению нет, нам изначально противостоят неизвестные силы, – герцог метнул недобрый взгляд в сторону Ульриха, какие силы ему противостоят он знал отлично, – убит бывший комендант Арахны лод Гвейделин, и два его лейтенанта, погиб и ряд важных свидетелей по этому делу...

– Ваше Величество, – бесцеремонно перебил герцога лод Ульрих, – это происки Дома Рогинов, именно с их подачи начались гонения на Нитов. Какие-то документы, свидетели, почему служба просто не обратиться к Королевскому Суду если уверенна в моей виновности?

– Ваше Величество, моя Служба подверглась беспрецедентному давлению, треть сотрудников уволена, еще часть ранена или убита. Совершено наглое нападение на здание службы в ходе которого сгорели и документы, о которых говорит лод Ульрих. На всех ключевых инспекторов совершены покушения и если бы не добровольная помощь Дома Рогинов...

– Вот видите, Ваше Величество, Рогины!!!

– Так, Кареган, я правильно понимаю, что вы ничего не можете доказать?

– Да, Ваше Величество, но я собств...

– Лод Кареган, мы славимся как справедливое королевство, во главе угла которого стоит король и закон. Закон сейчас не на вашей стороне. Если вы не можете доказать вину Нитов, прекратить дело. Это понятно? – при этих словах короля, на лице Ульриха заиграла змеиная улыбка.

– Ваше Величество...

– А вам молодой человек лучше и не высовываться. Достаточно!

– Ваше Величества, простите у меня и в мыслях не было продолжить противостояние, я просто пока все заинтересованные стороны здесь хотел сделать выгодное предложение.

– Хмм... вы прямо фонтанируете проектами, уделим внимание молодому человеку.

– Я не займу много времени. Насколько мы понимаем Дом Нитов владеет Арахной…

– Опять!!!

– Ваше Величество, только коммерция, поверьте мне. Так вот, Арахна находится в бессрочной аренде, за содержание каторги. На бюджете копей содержание узников, охрана... Это и есть плата Дома Нит. Помимо этого, отдельные егерские полки третьего и пятого пехотных легионов периодически участвуют в ловле беглецов Арахны и заодно прикрывают рудники от возможного нападения орков и банд Ларога.

– Э... граф, мы теряем время выслушивая прописные истины.

– Ваше Величество, я как раз подхожу к сути вопроса. Я предлагаю за аренду Арахны один миллион золотых ежегодно. Каторжан можно отправлять скажем на острова во Внутреннем море, их содержание и охрана при таком раскладе обойдутся в лучшем случае в двести тысяч золотых, казна при этом будет получать более восьмисот тысяч золотом чистого дохода, если сравнивать с текущей ситуацией.

– Арахна более выгодна казне, – закричал не ожидавший ничего подобного Ульрих.

– Вы сами только что доказали безосновательность обвинений со стороны Службы. Более того здесь ваши письма и ходатайства, ссылающиеся на то, что содержание Арахны обременительно для Дома Нитов и вы даже просили средства казны для работ по укреплению форпостов каторги. То есть сейчас королевство имеет от рудников лишь убытки, это так?

– Э... да, вынужден был согласится припертый к стенке глава Нитов.

– Так что мое предложение, не принесет казне ничего кроме прибыли.

– А вдруг вы не сможете платить? – попытался уцепиться за спасительную соломинку Ульрих, – разрушите все, что было наработано за эти годы, а потом не выполните обещанного.

– Инфраструктуру и каторжников вы уже, итак, потеряли, – от этого напоминания враг побледнел, – и я готов инвестировать в Арахну выплатив предоплату за первые пять лет.

– Ну что же, тут либо Ниты обманывали корону все эти годы, либо вы, молодой человек, авантюрист, и пытаетесь таким способ убедить нас в их обмане. Но предложение выгодное и мы его принимаем. Детали передачи обсудите с герцогом Кареганом, Служба отныне будет курировать Арахну.

Эпилог

После всех бюрократических проволочек Арахна досталась нам за миллион золотых, причем львиную часть этих средств удалось провести как инвестиции в рудники.

Фатти наладил самую современную систему добычи. Стальные рельсы, вагонетки, насосы для откачки воды, освещение. Реконструировали и плавильные печи, и замок. Правда теперь строили укрепления не для охраны рабочих, а для защиты от внешней угрозы.

Ниты на время стали не опасны. Потеряв основной источник доходов и большую часть накоплений, Великий Дом, казалось, замер. Опустели лавки кредиторов, никто больше не осаждал представителей Нитов в королевствах в поисках кредита для войны или покупки землевладений, даже вездесущие сборщики долгов стали как будто тише и во сто крат вежливее, если так можно сказать об этих падальщиках.

Но на самом деле Дом бурлил. Впервые за пару сотен лет реальная власть ускользала из рук некогда всемогущего Ульриха. Рядовые члены Дома, капитаны влиятельных кланов все больше стали смотреть в сторону совета старейшин. Приемная выздоравливающего патриарха была непривычно пуста. Дом перестал подчиняется своему главе, однако пока это был не бунт, но молчаливое осуждение. Щенок Эродар не мог привести армию Дома к лояльности, его влияние целиком зависело от силы Ульриха. А вот за Анхелем многие могли пойти. Воин пользовался заслуженной популярностью, как щедрый и удачливый воитель. И даже последние неудачи не пошатнули его репутацию.

— Эродар, найди Анхеля ал Нита.

– Он выехал в Таленгар.

— ?

— Вы поручили поставить точку в деле о долге королевства.

— А, посмотреть этим прощелыгам в лицо. Миссия несложная. Скоро его ждать?

— Думаю к концу недели.

– Приведи его ко мне как только он появится в Балхе.

— Да, мой лод.

Эродар понимал, чем грозит возвращение влияния к извечному конкуренту Анхелю. Он сам, как только возвысился постарался убрать оппонента подальше от денег, воинов... Но старый лис сумел сохранить авторитет у солдат Дома, да к тому же оставил кучу соратников и тайных агентов во всех службах, начиная от боевых подразделений и заканчивая обслугой. Со временем этих людей можно вычислить и заменить, но вот только времени кажется совсем не осталось.

— Кассиль, чья смена сегодня в охране?

– Вчера заступили люди Барка.

– Барк, хорошо. Сколько там верных мне людей?

– Все солдаты Дома...

— Я не ясно выразился?

— Думаю, треть.

— Маловато.

- Это новенькие которых вы набрали лично, со старенькими не все так ясно.

– Так, так. Кассиль, верных людей расставь рядом с покоями главы, остальных на внешнее кольцо. И собери своих головорезов.

– Всех?

– Да, чем больше, тем лучше. Как только будешь готов выдвигаемся к покоям главного. Объявите красный код. Твой отряд усилит оборону внутренних покоев. Сам с десятком будешь прикрывать лично меня. И сообщи лоду Тремору, его люди должны быть готовы.

Семейство Треморов, влилось в Дом более сотни лет назад. Верные, сильные, когда-то союзники, теперь полноправные члены Дома. Однако в отличие от других членов совета старейшин лод Тремор не пользовался особой популярностью. Его клан все еще числился в выскочках, а Ульрих поддерживая равновесие усилил Треморов, позволив им тренировать бойцов за счет Дома, но при этом ослабил финансовую мощь вассала. Так что Треморы стали послушными псами на содержании Дома, не помышлявшими о самостоятельности из-за отсутствия своих надежных источников обогащения.

Треморы сами нашли Эродара. И сами предложил поддержку в борьбе за власть. Глава клана был убедителен, а то, что события шли по набросанному им сценарию говорило о его мудрости. Со слов Тремора, им нужен лишь небольшой кусок пирога, дабы клан приобрел долгожданную финансовую самостоятельность в обмен они обещали поддержать мечами нового главу Дома. Дерзкому Эродару как раз не хватало какого-нибудь внешнего фактора чтобы решиться на переворот. Ульрих стремительно терял влияние, кланы Нитов были разрозненны, а возможных лидеров патриарх выкосил еще пару поколений назад.

Сами боги велели Эродару переложить вожжи правления из слабеющих рук главы Дома в свои, тем более сейчас он де факто контролировали Дом. Однако власть держалась на Ульрихе, но вместе с Треморами и своим кланом, и с связями, которые держал глава силового блока дома можно было претендовать на главенствующие роли или в крайнем случае заключить альянс с одним из сильных кланов. Но не все было готово для бунта, однако нити власти могли ускользнуть к Анхелю, так что с исполнением задуманного пришлось поспешить.

– Барк, прикрой спины людям Кассиля, и пропусти бойцов Тремора они скоро должны подтянуться.

– Эродар, что-то серьезное? Рогины?

– Непонятно пока, но наша разведка советует усилить охрану.

– Ясно.

В покоях лода Ульриха.

– Эродар, что за переполох?

– Красный код, дед, немного побдим.

– Да Рогины научили тебя осторожности.

– Лод? – в дверях появился Кассиль и попросил у главы Дома разрешения доложиться

– Пусть говорит, – барственно бросил Ульрих.

– Люди Тремора заняли позиции, Барк контролирует дальние подступы...

– А при чем тут Тремор?

– Дед, я решил избавиться от ставленников твоего любимчика Анхеля... – не переставая говорить Эродар приблизился к деду и неожиданно слегка шлепнул его по щеке.

– Что ты себе позволяешь, агрррр...кхххх.

– Яд деда, просто яд, в этой маленькой иголочке, на перстне который мне подарил ты.

– Агххх.

– Измена! – от крика из коридора, Эродар, вздрогнул.

– Кассиль, посмотри, что там, – верный помощник исчез за дверью.

– Что за... – недоуменно начал один из телохранителей Эродара, когда в дверь влетело обезглавленное тело Кассиля, а следом за ним в зал ворвались воины.

Тут были представители почти всех влиятельных семей Дома, их силовую поддержку осуществляли бойцы Треморовов и верные Анхелю бойцы, многих Эродар знал как подчиненных Кассиля и Барка.

– Как это понимать, Анхель?

– Будь мужчиной, братишка, ты проиграл.

– Дед умер, а ты свои игры...

– Он не умер, он убит и убит тобой.

– Это клевета!

– Свидетелей полно, перстенек твой посмотрят маги, как и тело деда. И потом, твои люди тебя сдали. Прекрати дергаться, хотя бы перед смертью веди себя как мужчина.

– Моя семья? – резко поник Эродар.

– Ты знаешь, что ждет семьи предателей Дома. Уведите его, сейчас не время для возмездия, но время для скорби.

Расправа над сторонниками Эродара была жесткой и стремительной. Заговор по большей части был плодом воображения незадачливого бунтовщика и четким планом Анхеля. Матерый купец, давний партнер савахов не сильно заморачивался с сложными и многоходовыми комбинациями, оперативник понимал, что тягаться в этом с многомудрым Ульрихом смертельно опасно, а потому выбрал простую и легко реализуемую схему.

Пока глава Дома приходил в себя после многочисленных ранений Анхель закономерность просчитал свое возвращение на пост главы силовиков Дома и понимая, что при таких раскладах Эродар начнет дергаться, слегка ему подыграл. О его тесных, но конспиративных отношениях с Треморами знал лишь Ульрих, так что Эродар никак не мог заподозрить подвоха, тем более Треморы говорили то, что хотелось слышать мятежнику. Все остальное было делом техники.

Конечно, будь Ульрих у руля, у Анхеля мало бы что получилось, но последние неудачи, а самое главное скорость и простота схемы переворота сыграли как надо. Анхель не собирал сторонников, не проводил долгих переговоров с главами кланов, он просто устранил Ульриха руками Эродара и взял правление Домом на время мятежа. Это позволило Анхелю очистить себе место к трону, попутно уничтожил явных и неявных претендентов на главенство в Доме.

Ниты потеряли много в войне с Рогинами и не меньше в короткой, но от этого не менее беспощадный междоусобице. Потому пришедший вместо Ульриха Анхель решил заключить мир с Рогинами. Временный мир. У Анхеля было достаточно информации чтобы уничтожить врага чужими руками.

Content

Евгений Алексеев
Меняла

Пролог

Глава 1. Ловушка

Глава 2. Великий Дом

Глава 3. Вино и шелк

Глава 4. Алим Рейд

Глава 5. Почти Банк

Глава 6. Похищение

Глава 7. Каторга

Глава 8. В неволе

Глава 9. Крысы

Глава 10. Проблеск надежды

Глава 11. Побег

Глава 12. Свобода

Глава 13. Городские бои

Глава 14. Городские бои часть вторая

Глава 15. Атака

Глава 16. Штурм

Глава 17. Богатые трофеи

Глава 18. Война за рудники

Эпилог