Джордж К. Саймон

Манипулятор в овечьей шкуре: как не стать жертвой его уловок

George K. Simon, Jr., Ph.D.

In Sheep’s Clothing: Understanding and Dealing

with Manipulative People, Revised Edition

Copyright © 1996, 2010 by George K. Simon, Jr., Ph.D.

All rights reserved.

This edition published by arrangement with Susan Schulman A Literary

Agency, New York through P. & R. Permissions & Rights Ltd.

В коллаже на обложке использована фотография:

Dean Drobot / Shutterstock.com

Используется по лицензии от Shutterstock.com

© Бабина Н.В., перевод на русский язык, 2020

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2020

Отзывы о книге

«Я прочел много книг на тему самопомощи: по психологии, психиатрии и прочему; и теперь считаю, что эту Я ОБЯЗАН порекомендовать вам в первую очередь. Она написана настолько просто и ясно, что проникает прямо в душу. Я купил по экземпляру этой книги своим друзьям и очень советую ее всем остальным».

– Е. Адамс, онлайн-покупатель

«Никогда больше не позволяйте собой управлять!!! Книга «В овечьей шкуре. Как понимать и справляться с манипуляторами», написанная доктором философии Джорджем К. Саймоном-младшим, станет находкой для любого, кто когда-либо сомневался в собственном здравом уме, подвергаясь контролю и манипуляциям со стороны другой личности».

– Дитя Эола, онлайн-покупатель

«Доктор Саймон раскрывает популярные тактики, которые используют манипуляторы, и объясняет, как распознать и пресечь их атаки и самому контролировать результат. Эта книга помогла мне разобраться с человеком, с которым я вынужден общаться каждый день. К концу любой «дружеской беседы» я чувствовал себя подавленным или оскорбленным, но не мог понять, почему так получается. Эта книга помогла мне увидеть, что происходит на самом деле. Рекомендации доктора Саймона разоблачили этого человека, и я опять могу владеть ситуацией. Теперь, когда этот человек знает, что меня больше нельзя контролировать, наши отношения пусть и не стали идеальными, но они гораздо лучше, чем были раньше».

– Читатель из Чикаго

«Эта книга подобна тайному кольцу-дешифратору, помогающему разобраться с той загадкой, которую представляют собой действия манипуляторов. Сделайте себе одолжение и купите эту книгу прямо сейчас».

– Кристи, Миссури

«Печально, что существуют люди, которые делают жизни других намного труднее, чем есть на самом деле. Способность увидеть таких людей в вашей жизни (дома и на работе) очень важна и она лучше всего остального поможет вам во-первых, не сойти с ума самому и во-вторых изменить ситуацию в свою пользу. Книга доктора Саймона написана с поразительной ясностью. Если вы можете прочесть в текущем году только одну книгу – прочтите эту».

– JA008, онлайн-покупатель

«Это одна из лучших книг, что я когда-либо прочел, и я готов посоветовать ее каждому. Она изменила мое отношение к людям и помогла мне стать сильнее. Когда-то я был очень наивен и не понимал скрытых мотивов людей, но я очень многому научился, читая эту книгу».

– S. Brescenti, онлайн-покупатель

«Эта книга ясно показывает, как зло обретает полную свободу действий потому, что мы игнорируем его природу. Доктор показывает нам, что на самом деле происходит во вроде бы обыденных взаимодействиях, после которых мы пребываем в смятении. По его словам, мы остаемся опустошенными и растерянными, когда пытаемся верить в то, что мастера манипуляций хорошие люди. Я бы добавила, что манипуляторы – это зло, потому что зло требует лжи, ослабляет волю другого человека, обманывает его. Саймон рассказывает вам, как определить манипулятора, и что вы можете с этим сделать. Люди в обществе должны знать о манипуляторах и уметь защищать себя от них. Эта книга – первый шаг на этом пути».

– Кайя, читательница из штата Нью-Йорк

«С выразительностью и зачастую с юмором Джордж Саймон описывает хвастливых и грозных властолюбцев, пронырливых боссов, неприятных соседей и несносных коллег, и все это для того, чтобы раскрыть вам простые психологические стратегии, которые они используют, стараясь коварно завладеть вашим терпением, доброй волей или даже кошельком. Я порекомендовал эту книгу всем, кого я знаю, и купил несколько дополнительных экземпляров для моих детей, чтобы отдать им, когда они вырастут и выйдут на работу. Настоятельно рекомендую!».

– С. Маккалюм, онлайн-покупатель

Благодарности

Я глубоко признателен моей жене, доктору Шерри Саймон за ее неизменную любовь, веру, понимание, терпение и поддержку. Она придумала название этой книги и оказывала неоценимую помощь во время ее написания.

Хочу поблагодарить доктора Брюса Каррута за критику оригинальной рукописи и предложения, которые помогли сделать ее более читабельной.

Также я благодарен работам доктора Теодора Миллона. Его комплексный подход к пониманию личности не только повлиял на мое понимание этого вопроса, но и оказался неоценимым в моих усилиях помочь людям измениться.

Я в неоплатном долгу перед многими людьми, готовыми поделиться со мной своим опытом общения с манипулятивными личностями. Они многому меня научили и обогатили мою жизнь. Эта книга, в значительной мере – дань их мужеству и поддержке.

Я очень благодарен участникам семинара за поддержку и щедрый вклад в развитие книги. Они придали мне сил и помогли прояснить, переосмыслить одну из основных моих жизненных миссий.

Нельзя выразить словами мою признательность к тысячам читателей, благодаря которым книга более 15 лет остается в активном списке онлайн-продавцов и книжных магазинов. Множество электронных и обычных писем от моих читателей, их сообщения в блогах помогли мне внести в книгу необходимые обновления и изменения. Я хочу отдать должное огромному количеству обратной связи, которую я продолжаю получать, и которая помогла мне взглянуть шире на уже имеющиеся ключевые концепции и добавить новые важные моменты в это последнее переиздание.

Наконец, я хочу поблагодарить Роджера Армбруст и Теда Паркхерста из издательства Parkhurst Brothers Publishers Inc. Тед ободрял меня с самого начала и оказывался рядом, когда был нужен. Благодаря поддержке Роджера моя работа преобразилась и мои читатели остались довольными.

Предисловие

Неважно, кто это будет. Начальник, который утверждает, что поддерживает вас, но при этом не позволяет вырваться вперед. Коллега, который втихую вас «подсиживает» в расчете на особую благосклонность босса. А может, супруг, который, прикрываясь любовью и заботой, на самом деле контролирует вашу жизнь. Или даже ваш ребенок, который всегда точно знает, на какие кнопки нажимать, чтобы добиться своего. Манипулятивные люди подобны пресловутому волку в овечьей шкуре.

На первый взгляд они могут показаться очаровательными и кроткими. Но в глубине души они очень расчетливы и безжалостны. Коварные и ловкие, они охотятся на ваши слабости и используют хитрые тактики, стремясь получить превосходство над вами. Люди этого типа отчаянно сражаются за то, что им хочется, но одновременно делают все возможное, чтобы для окружающих их агрессивные намерения остались полной тайной. Вот почему я называю их скрыто-агрессивными личностями.

Занимаясь частной практикой клинического психолога, я начал присматриваться к проблеме скрытой агрессии более двадцати лет назад. И делал это потому, что причиной депрессии, тревоги и чувства неуверенности, с которыми обращалась за помощью часть моих пациентов, в конечном итоге оказывалось присутствие в их жизни манипулятивного человека.

Я консультировал не только жертв скрытой агрессии, но и самих манипуляторов. Они страдали из-за того, что их обычные способы добиваться желаемого и контролировать других переставали действовать. Моя работа открыла мне глаза на то, насколько актуальна и серьезна проблема манипулятивного поведения, и какой эмоциональный стресс она может вызвать в отношениях.

Проблема скрытой агрессии становится все масштабней. Кто из нас не сталкивался в жизни хотя бы с одним манипулятором? Почти каждый день мы или читаем, или слышим о ком-то, кто сумел использовать или «надуть» многих, прежде чем его истинные намерения и характер открылись. Вот телепроповедник, который вещал о любви, честности и порядочности, а сам обманывал жену и обирал паству. А вот политик, поклявшийся «служить обществу», но пойманный за тем, как набивает собственные карманы. Или духовный «гуру», который убедил своих последователей, будто является воплощением бога, и при этом сексуально эксплуатировал их детей и искусно терроризировал тех, кто осмелился бросить ему вызов. Кажется, мир полон манипуляторов.

Нашумевшие примеры волков в овечьей шкуре, попадающие в заголовки газет, привлекают наше внимание, нам хочется знать, что ими движет, как они «работают». Ведь большинство скрыто-агрессивных людей, с которыми нам придется столкнуться – далеко не личности мирового масштаба. Обычно это коварные, лживые, всегда готовые подставить подножку типы из тех, кто встречается нам ежедневно, с кем мы работаем, общаемся и даже живем. Они способны сделать нас несчастными. Они причиняют нам горе, ведь нам очень трудно по-настоящему понять их и еще труднее – эффективно справляться с ними.

Когда жертвы скрытой агрессии впервые обращаются за помощью со своими эмоциональными бедами, обычно они не слишком хорошо понимают, почему им так плохо. Они просто чувствуют себя растерянными, встревоженными или подавленными. И только постепенно в разговорах с ними открывается, как общение с определенным человеком заставляет их чувствовать себя сумасшедшими.

Жертвы действительно не доверяют таким людям, но не могут точно понять, почему. Они злятся на них, но в итоге сами чувствуют себя беспричинно виноватыми. Они возмущаются поведением манипуляторов, но большее, на что способны – перейти к обороне. Они впадают в отчаяние, когда обнаруживают, что сдаются, хотя на самом деле рассчитывали стоять на своем, говорят «да», когда хотели сказать «нет», и погружаются в депрессию, замечая, что, невзирая на все их усилия, ситуация ничуть не улучшается. В конце концов, имея дело со скрыто-агрессивным человеком, они всегда чувствуют себя запутавшимися, использованными и оскорбленными. Но обратившись к психотерапевту и обсудив с ним эти проблемы, они в итоге приходят к пониманию того, что большая часть их несчастий – это прямой результат постоянных, но бесплодных попыток понять манипулятора, справиться с ним или контролировать его поведение.

Многие из моих пациентов – умные, находчивые люди, хорошо знакомые с традиционными принципами психологии. Но, даже несмотря на это, им так и не удалось понять поведение манипулятора и справиться с ним. Их методы не срабатывали, их усилия ни к чему не приводили, а некоторые, казалось, только ухудшали ситуацию. Более того, ни один из способов, которыми я изначально пытался помочь, не приносил никаких результатов.

Имея за спиной опыт обучения самым разнообразным методикам, я перепробовал все виды терапий и стратегий. Любая из них позволила бы жертвам чувствовать себя немного лучше, но ни одна не придала достаточно сил, чтобы на самом деле изменить природу отношений с манипулятором. Все мои попытки оказались провальными, и меня очень смутил этот факт. Осознав, что при работе с манипулятивными людьми традиционные методы не действуют, я начал тщательно изучать проблему в надежде выработать практичный, более эффективный подход.

В этой книге я познакомлю вас с новым способом – как раскрыть сущность манипулятивных людей. Я полагаю, что предложенная мною точка зрения описывает манипуляторов и маркирует их поведение более точно, чем многие другие. Я объясню, что такое скрытая агрессия и почему я считаю, будто она лежит в основе большинства межличностных манипуляций. Я уделю особое внимание тем аспектам личности, которые слишком часто игнорируются традиционными взглядами. И пусть не все продвигаемые мною идеи совпадают с общепринятыми предположениями о мотивах и поведении скрыто-агрессивных людей, они объясняют, почему некоторые из самых распространенных представлений о человеческой природе делают нас удобными жертвами манипуляторов.

С помощью этой книги я планирую достичь три цели. Во-первых, я познакомлю вас с природой характеропатий, а также с особенностями скрыто-агрессивной личности. Я расскажу о характеристиках агрессивных типов личности в целом и обрисую уникальные свойства скрыто-агрессивной личности. Я приведу несколько примеров, основанных на реальных случаях и ситуациях, которые помогут вам ощутить «запах» этого типа личности, а также проиллюстрируют, как действуют манипулятивные люди. Умение распознать волка в овечьей шкуре и понимание, что ожидать от такого человека – первый шаг к тому, чтобы не стать его жертвой.

Моя вторая цель – точно объяснить, как скрыто-агрессивные люди умудряются манипулировать другими, обманывать и контролировать их. Агрессивные и скрыто-агрессивные люди используют определенный набор межличностных маневров или тактик, дающий им превосходство над другими. Более близкое знакомство с этими тактиками действительно помогает человеку распознать, когда кто-то пытается им манипулировать, и, следовательно, позволит ему избежать превращения в жертву.

Также я расскажу о тех чертах, которыми обладают многие и которые могут сделать нас чрезмерно уязвимыми для манипуляторов. Знания о том, какими сторонами вашего характера манипулятор с наибольшей вероятностью может воспользоваться, помогут вам не оказаться в роли его жертвы.

Моя конечная цель – наметить конкретные шаги, которые способен сделать каждый, чтобы наиболее эффективно противостоять агрессивным и скрыто-агрессивным личностям. Я приведу несколько общих правил и опишу конкретные инструменты по расширению личных возможностей. Они изменят ваши взаимоотношения с такими типами людей и помогут разорвать замкнутый круг взаимосвязанных попыток контролировать своего манипулятора и депрессий из-за их провальности. Использование этих инструментов повышает вероятность того, что однажды оказавшись жертвой, человек будет вкладывать свою энергию туда, где у него действительно есть власть – в свое собственное поведение. Зная, как вести себя в потенциально манипулятивной ситуации, вы сможете стать менее уязвимым к уловкам манипулятора и взять контроль над своей жизнью в собственные руки.

Я писал эту книгу таким образом, чтобы она получилась серьезной и содержательной, но в то же время простой и легко понятной. Она предназначена для широкой публики, а также для специалистов в области психического здоровья, и, надеюсь, что те и другие найдут ее полезной. Иногда, придерживаясь многих традиционных предположений, схем, по которым навешиваются ярлыки, и стратегий вмешательства, терапевты повторяют и непреднамеренно укрепляют ошибочные представления своих пациентов о сути и поведении манипуляторов. Это только сильнее превращает их в жертву. Я предлагаю новую перспективу и надеюсь помочь как отдельным людям, так и терапевтам избежать возможного влияния манипулятивного поведения.

Примечание автора к пересмотренному изданию

С момента первой масштабной публикации этой книги в 1996 году я получил тысячи звонков, обычных и электронных писем, а также услышал на семинарах бесчисленные отзывы и комментарии от людей, чья жизнь изменилась только благодаря тому, что они познакомились с новым взглядом на человеческое поведение и приняли его. Общая тема, озвученная читателями и участниками семинаров, заключалась в следующем: как только они развеяли старые мифы и стали рассматривать проблемное поведение в ином свете, они ясно увидели – то, что их интуиция говорила им все это время, было правильным; и они получили подтверждение своим эмоциям. Аналогичный феномен проявился и в отношении специалистов в области психического здоровья, посещавших многочисленные обучающие семинары, которые я проводил. Как только они отказались от своих старых представлений о том, почему их клиенты делают то, что они делают, специалисты стали лучше помогать им и их значимым окружающим. Я уже десять лет занимался мастер-классами, прежде чем написал «В овечьей шкуре». В то время лишь горстка теоретиков, исследователей и писателей признавала необходимость нового взгляда на понимание характеропатий и обращение с характеропатами (например, Стэнтон Саменов, Сэмюэл Йохельсон, Роберт Хэйр). То, что сегодня профессионалы называют когнитивно-поведенческим подходом, находилось в зачаточном состоянии. Раннее исследование нарушений характера вдохновило меня и помогло подтвердить мои собственные наблюдения. Сегодня все большее число специалистов признают проблему характеропатий и используют когнитивно-поведенческие методы для их диагностики и лечения.

Мы живем в эпоху, радикально отличающуюся от той, в которой развивались классические теории психологии и личности. Истинно патологические степени невроза встречаются довольно редко, а проблемные уровни характеропатий становятся все более распространенными. Это всепроникающая социальная проблема, широкое понимание которой было бы полезно всем нам. За последние пятнадцать лет мой опыт работы с характеропатами всех типов значительно обогатился, как и объем исследований. Поэтому я включил в это издание развернутое обсуждение проблемы расстройства характера в целом и того, что отличает характеропата от заурядного невротика.

Я глубоко благодарен читателям за отличную поддержку сарафанного радио, с помощью которого некогда небольшое независимое произведение превратилось в бестселлер, и его популярность растет даже спустя почти двадцать лет. Я искренне надеюсь, что это пересмотренное издание предоставит вам всю информацию, а также инструменты, необходимые для лучшего понимания манипулятивных людей и борьбы с теми из них, кто появляется в вашей жизни.

Джордж К. Саймон – младший,

доктор психологии. Сентябрь, 2014 г.

I. Как распознать манипулятора

Введение. Скрытая агрессия – основа манипуляции

Типичная проблема

Возможно, следующие сценарии покажутся вам знакомыми.

Жена пытается разобраться в своих запутанных чувствах. Она злится на мужа, который требует от их дочери учиться только на пятерки. Но имеет ли она право злиться из-за подобного?

На ее предположение, что он требует невозможного, учитывая способности дочери, муж отвечает: «Любой хороший родитель хочет, чтобы его ребенок преуспевал и многого добился в жизни. Разве я не прав?» Его слова заставляют жену ощутить себя черствой и бездушной. И такое происходит после каждой стычки с ним. Жена без видимой причины сама ощущает себя плохим человеком.

На новое предположение, что у их дочери могли возникнуть и другие проблемы и поэтому им не помешает консультация специалиста, муж обиженно заявляет: «Хочешь сказать, что я не в себе и мне нужен психиатр?» Отчего жена чувствует себя виноватой еще и за то, что затронула эту тему. И подобное происходит каждый раз, когда она пытается отстаивать свою точку зрения. В конце концов она просто уступает мужу.

Иногда она думает, что проблема в нем самом, что он ведет себя слишком эгоистично и требовательно, а его стремление все контролировать даже пугает. Но ведь при этом он – верный муж, хороший кормилец и уважаемый член общества. Значит, по всем правилам она не должна обижаться на него. Так почему она все-таки обижается? Возможно, это с ней что-то не так?

А вот другой сценарий.

Мать отчаянно пытается понять поведение своей дочери. Ни одна молодая девушка, считает она, не угрожает уйти из дома, не говорит такие вещи, как «все меня ненавидят» и «лучше бы я никогда не рождалась», если не чувствует себя очень неуверенной, испуганной или вообще находится в депрессии. Отчасти дочь для нее все тот же ребенок, который раньше задерживал дыхание, пока не посинеет, или закатывал истерики всякий раз, когда желал добиться своего. Матери кажется, тут все осталось по-прежнему, и дочь так говорит и делает только тогда, когда боится наказания или пытается получить то, что хочет. И в то же время мать сомневается. «А что, если дочь действительно верит в то, что говорит? – думает она. – А что, если я и правда причинила ей боль и просто не осознаю этого?» Мать не желает оказаться «запуганной» угрозами и эмоциональными проявлениями своей дочери, но она не может рисковать. А что если ее дочь действительно может пострадать? Дети не ведут себя подобным образом, если действительно не чувствуют себя в опасности или неуверенно. Разве не так?

В чем суть проблемы

Ни одна из жертв, описанных в этих сценариях, не доверяла своему внутреннему чутью. Подсознательно они понимали, что защищаются, но сознательно не воспринимали манипулятора как угрозу, как человека, идущего в наступление. С одной стороны, они чувствовали, что другой человек пытается взять над ними верх. С другой стороны, они не видели никаких объективных доказательств своих «внутренних» интуитивных ощущений. И потому в конце концов они стали считать себя сумасшедшими.

Но они не сумасшедшие. Дело в том, что люди сражаются почти все время. А способы, какими пользуются в таких сражениях манипулятивные люди, слишком искусны и хитроумны. В большинстве случаев, когда они пытаются овладеть преимуществом или одержать верх, вы даже не заметите, что вступили в схватку, пока не окажетесь на пути к поражению. Когда манипулятор борется с вами за положение, преимущество или выгоду, он делает это неуловимо, невидимо и скрытно. Именно скрытая агрессия лежит в основе большинства манипуляций.

Природа человеческой агрессии

Живущий в каждом из нас инстинкт борьбы – близкий родственник инстинкта самосохранения [1].

Все мы ведем непрерывное «сражение» за выживание и процветание, но большая часть нашей борьбы не является ни физически жестокой, ни саморазрушительной. Только тогда, по мнению некоторых специалистов, когда инстинкту самосохранения что-то серьезно угрожает, наша агрессивная энергия перерастает в насилие [2]. Но существует и другое мнение. Заключается оно в том, что определенные личности предрасположены к агрессии – в том числе к выраженной агрессии, – даже несмотря на самые благоприятные условия. Однако большинство специалистов сходятся в одном. Что бы ни лежало в основе насильственной агрессии: непривычная, враждебная обстановка, генетическая предрасположенность, чрезмерное давление обстоятельств или любая комбинация этих факторов, – агрессия сама по себе и разрушительное физическое насилие не являются синонимами. И потому в этой книге под термином «агрессия» подразумевается именно та мощная энергия, которую все мы тратим на ежедневные попытки выжить, преуспеть, устранить препятствия на пути к нашим целям и сохранить и защитить то, что мы любим и во что верим.

Люди почти непрерывно сражаются в своей повседневной жизни, даже если не признают этого. Стремление к борьбе – неосознанно и всеобъемлюще. Любой, кто отрицает инстинктивную природу агрессии, либо никогда не видел двух малышей, дерущихся за одну игрушку, либо просто позабыл эту классическую сцену. Борьба – это важная часть нашей культуры. Она вплетена в нашу социальную природу. Мы наблюдаем ее и в ожесточенных партийных спорах за представительскую власть, и во внутренней конкуренции корпоративной среды, и в состязательной системе правосудия. Мы судимся друг с другом, разводимся, конфликтуем из-за наших детей, соперничаем за рабочие места, отстаиваем собственные цели и ценности, убеждения и идеалы. Много лет назад теоретик психодинамики Альфред Адлер заметил, что мы настойчиво стремимся укрепить чувство своего социального превосходства [3]. Сражаясь за личную и социальную выгоду, мы соревнуемся друг с другом за власть, престиж и комфорт. Наша жизнь напоминает бесконечное сражение, и я думаю, будет справедливо сказать: когда люди не занимаются любовью, они, скорее всего, ведут какую-то войну.

В нашей борьбе нет ничего неправильного или вредоносного. Открытая и честная схватка – вполне конструктивный и зачастую необходимый способ отстоять свои законные права. Если мы боремся за то, что нам действительно необходимо, при этом уважая права и потребности остальных и не причиняя им ненужного вреда, наше поведение правильнее назвать ответственностью, уверенностью в себе или ассертивностью. А ассертивное поведение – это одно из самых здоровых и необходимых человеческих поведений. Это замечательно, когда мы способны постоять за себя, когда не зависим от других людей и обстоятельств, когда самостоятельны, самодостаточны и в состоянии добиться желаемого. Но когда мы сражаемся без всякой необходимости или мало беспокоимся о том, как это отразится на окружающих, наше поведение становится агрессивным. В цивилизованном мире бесконтрольная борьба (агрессия) почти всегда превращается в проблему. И пусть человек по сути своей вид агрессивный, но это не делает нас однозначно ущербными или плохими. Исходя из точки зрения, которую активно отстаивал Карл Юнг [4], я осмелюсь утверждать, что причиной зла, которое влечет за собой агрессивное поведение той или иной личности, является ее неспособность контролировать живущий в каждом из нас основополагающий природный инстинкт.

Две ключевые разновидности агрессии

В первую очередь мы рассмотрим две наиболее значимые разновидности борьбы – открытую и скрытую агрессию (другие разновидности, такие как реактивная и хищническая или инструментальная агрессия будут рассмотрены позже). Если вы настроены добиться своего или получить преимущество, но при этом действуете прямолинейно, честно и прозрачно, ваше поведение правильнее называть открыто-агрессивным. Если вы стремитесь одержать верх или взять все под контроль, но при этом достаточно хитры, коварны, изворотливы и желаете скрыть свои истинные намерения, ваше поведение уже следует называть скрыто-агрессивным. Замаскировать явные проявления агрессии и одновременно запугать других людей, чтобы заставить их отказаться от задуманного, сдаться или уступить – это очень мощный манипулятивный маневр. Вот почему для межличностного манипулирования чаще всего используется именно скрытая агрессия.

Скрытая и пассивная агрессия

Я часто слышу, как люди говорят о ком-то, что он ведет себя «пассивно-агрессивно», на самом деле пытаясь описать скрыто-агрессивное поведение. Соглашусь, и скрытая, и пассивная агрессия – непрямые способы агрессии. Но они точно не одно и то же. Пассивная агрессия, как видно из названия, подразумевает бездействие. Ее яркие примеры – разнообразные способы эмоционального давления, когда вы в отместку другому человеку отказываетесь сотрудничать, устраиваете «бойкот», дуетесь или ноете, якобы случайно забываете выполнить поручение, потому что обижены или на самом деле не чувствуете себя обязанными и т. д. Скрытая агрессия, напротив, очень активна, хотя и умело завуалирована. Скрыто-агрессивный человек, когда желает заполучить то, что он хочет, или манипулировать реакцией других, действует крайне расчетливо и хитроумно и при этом старается сохранить свои намерения в тайне.

Отдельные проявления скрытой агрессии и скрыто-агрессивные личности

Любой из нас время от времени ведет себя скрыто-агрессивно, но это не обязательно делает его скрыто-агрессивной или манипулятивной личностью. Личность человека определяется тем, как он обычно воспринимает других людей и мир в целом, как относится к ним и взаимодействует с ними [5]. Это индивидуальный «стиль поведения» или привычный, укоренившийся способ действия, которым человек пользуется постоянно, справляясь с самыми разнообразными ситуациями и добиваясь от жизни необходимого. Некоторые личности могут быть очень жестоки в отношениях с другими людьми, умело скрывая свой агрессивный характер или даже убедительно демонстрируя внешнее обаяние. Они способны добиться от вас, чего хотят, но при этом не выдать себя, до конца выглядеть вполне дружелюбными и добродушными. Скрыто-агрессивные личности различаются по уровню жестокости и степени отклонений в поведении. Лучше всего нам расскажут о манипуляциях в целом яркие конкретные примеры, поэтому в книге пристальное внимание будет уделено некоторым наиболее проблемным скрыто-агрессивным личностям.

Превращение в жертву

Долгое время меня беспокоил вопрос, почему жертвы манипуляций плохо понимают, что на самом деле происходит в манипулятивных взаимодействиях. Поначалу мне так и хотелось обвинить их самих. Но со временем я осознал, что у них есть веские причины оказаться обманутыми:

1. Агрессия манипулятора не очевидна. Мы можем интуитивно почувствовать, что нас пытаются подавить, получить над нами власть или добиться своего, и потому испытываем бессознательный страх. Но поскольку мы не в состоянии четко и ясно доказать, что на нас нападают, то продолжаем сомневаться в правильности наших ощущений.

2. В арсенале у манипулятора – мощные методы обмана, в которых трудно распознать хитрую уловку. Используя нас, он легко создает впечатление, что поддерживает, сочувствует, заботится, защищает – да любое другое, но при этом тщательно скрывает, что на самом деле пытается заполучить преимущество над нами. Его доводы всегда достаточно разумны, чтобы ввести в заблуждение, внушить другому неуверенность в собственных ощущениях. Тактика манипулятора мешает человеку осознать и ясно увидеть, что с ним борются за власть, и одновременно заставляет жертву занять оборонительную позицию. С подобными методами манипулятору достаточно одного-двух рассчитанных ударов – и нужный эффект уже достигнут. Трудно ясно мыслить, когда вас с силой раскачивают на эмоциональных качелях, и потому слишком мала вероятность распознать манипулятора и вывести его на чистую воду.

3. У каждого из нас есть слабые и уязвимые места, на которые способен надавить умелый манипулятор. Иногда мы осознаем эти слабости и даже понимаем, как можно ими воспользоваться, чтобы управлять нами. Например, мне не раз приходилось слышать, как родители честно признают: «Да, я знаю, насколько легко сыграть на моем чувстве вины». Но когда их ребенок-манипулятор деловито нажимает на эту болезненную «кнопку», они просто упускают из виду, что происходит на самом деле. Однако проблема еще и в том, что мы не всегда осознаем свои самые большие слабости. Порой манипуляторы знают нас лучше, чем мы сами. Они прекрасно видят, на какие «кнопки» нажимать, когда это делать и с какой силой. Чем меньше мы понимаем, что происходит, тем легче нами воспользоваться.

4. То, что наша интуиция говорит нам о манипуляторе, зачастую противоречит нашим представлениям о человеческой природе. Психологические воззрения, которые нам всегда внушались, заставляют нас считать проблемную личность перепуганной, закомплексованной или увязшей в сомнениях – хотя бы в небольшой степени. В то время как наше чутье подсказывает, что мы имеем дело с безжалостным интриганом, наш разум убеждает, что, вполне вероятно, человек действительно боится, испытывает боль или не уверен в себе. Мы отказываем себе в праве резко или негативно судить о других людях. Мы даем им преимущество, утешая себя надеждой, будто на самом деле они не вынашивают тех коварных планов, в которых мы их подозреваем. Мы скорее станем обвинять себя в предвзятости и непорядочности, чем осмелимся поверить нашему внутреннему голосу, который буквально кричит о том, что рядом с нами находится манипулятор.

Умение распознавать агрессивные планы

Человек всегда борется за то, что хочет получить. Это его основополагающее качество. И признать это – значит поверить в существование всех тех скрытых интриг и хитроумных способов добиться нужного результата, которые люди используют в своей повседневной жизни. При помощи подобных знаний мы расширяем сознание. Умения распознавать чужие агрессивные действия и стойко держаться в любых испытаниях, которые подкидывает реальность, – вот наиважнейшее достижение жертв манипуляций, с которыми я работал, и самый вдохновляющий опыт. Именно благодаря ему они в конце концов освободились от давления и контроля со стороны манипулятора и получили столь необходимый толчок к развитию чувства собственного достоинства. Чрезвычайно важно признать изначальную агрессивность манипулятивного поведения и четко разглядеть те хитрые, скрытые уловки, которыми искусно владеют манипуляторы, когда проявляют агрессию. Не распознав и не обозначив точно их неуловимо агрессивные ходы, большинство людей ошибочно интерпретируют поведение манипуляторов и, следовательно, не реагируют на него соответствующим образом. Умение увидеть, когда и как именно манипулятор нападает на вас, и есть то самое необходимое, что поможет вам избежать любого взаимодействия с ним.

К сожалению, и профессионалы в области психического здоровья, и непрофессионалы не всегда в состоянии распознать агрессивные планы и действия других людей. В основном подобное происходит потому, что нас заранее запрограммировали верить, будто проблемы с поведением у людей возникают только под давлением внутренних или внешних конфликтов. Еще нас учили, что люди агрессивны только тогда, когда им что-то угрожает. Именно потому, даже когда наше чутье сигнализирует о том, что на нас беспричинно нападают или пытаются нас одолеть, мы не торопимся в это поверить. Мы теряемся и недоумеваем, у нас не получается понять, что движет таким человеком. Мы даже задаемся вопросом: а вдруг дело в нас, и это мы представляем для него угрозу? Конечно, можно хоть до самой смерти анализировать ситуацию. Но не лучше ли ответить на атаку? Мы как обычно упускаем из вида, что человек просто стремится любым способом добиться нужного ему результата, что он пытается воспользоваться нами или одержать верх. И когда мы замечаем, что чужие действия приносят нам вред, мы почему-то пробуем понять их мотивы, а не позаботиться о себе.

У нас не только не получается легко и быстро распознать чужое агрессивное поведение, порой мы даже не в состоянии разглядеть отчетливо агрессивный характер некоторых личностей. И большая часть ответственности за это лежит на Зигмунде Фрейде.

Теории Фрейда и его последователей длительное время оказывали сильное влияние на психологию и связанные с ней социальные науки. Основные положения этих классических (психодинамических) теорий и их ключевое понятие «невроз» довольно хорошо укоренились в общественном сознании, многие психодинамические термины вошли в широкий обиход. Эти теории рассматривают каждого человека, как невротика, хотя бы отчасти. Невротические личности – это люди, которые чувствуют себя крайне угнетенными и страдают от беспричинной тревожности (т. е. неспецифического страха), чувства вины и стыда, если их основные инстинкты оказываются под сторонним воздействием или им требуется удовлетворить основные потребности и нужды. Излишняя обобщенность выводов Фрейда, сделанных на основе наблюдений за небольшой группой чрезмерно подавляемых личностей, пагубно отразилась на общепринятых представлениях о причинах психологических расстройств у разных людей [6]. Эти взгляды прижились в нашем понимании человеческой природы, и особенно в теории личности. Поэтому в большинстве случаев, когда мы пытаемся проанализировать чей-то характер, у нас уже автоматически возникают мысли о том, какие страхи за ним скрываются, какие виды «защиты» данный человек использует и с какой психологической угрозой ему приходится сражаться.

Почему необходимо новое психологическое мировоззрение

Классические теории личности разрабатывались в чрезвычайно консервативные времена. Если бы существовал девиз Викторианской эпохи, он звучал бы так: «Даже не думай об этом!» Такие времена очень благоприятны для развития всяческих неврозов. Фрейд лечил людей, которые были настолько угнетены насквозь пропитавшими их чувствами вины и стыда, что предпочли бы ослепить себя, лишь бы не осквернить похотливым взором объекты своего желания. Но с тех пор многое изменилось. Сегодняшний социальный климат гораздо более либерален. Девизом нашего времени вполне могла бы стать строчка некогда популярной телерекламы: «Просто сделай это!» Многие проблемы, на которые обращают внимание специалисты в области психического здоровья в наши дни, вызваны не столько общими необоснованными страхами и ограничениями, сколько, напротив, являются последствиями личной несдержанности, которые человек проявляет в отношении своих основных инстинктов. Проще говоря, психотерапевтам все чаще приходится работать с людьми, страдающими от мелких неврозов, и у них все меньше пациентов с ярко выраженными серьезными отклонениями. В результате классические теории личности и следующие из них методы восстановления и укрепления психологического здоровья становятся все менее действенными и актуальными при работе со многими современными проблемами.

Некоторым специалистам в области психического здоровья придется преодолеть значительные предубеждения, чтобы научиться легче распознавать агрессивное или скрыто-агрессивное поведение и справляться с ним. Если рассматривать любой вид агрессии не как отдельную проблему, а как «симптом», лежащий в основе неадекватности, неуверенности или бессознательного страха, возникает опасность чересчур сосредоточиться на предполагаемом «внутреннем конфликте» пациента и упустить из виду агрессивное поведение, которое и является основной причиной возникших трудностей. Привитая при обучении чрезмерная вера в теорию невроза заставляет психотерапевтов реагировать стереотипно, внушает им неверное представление о проблемах. Они могут, например, предположить, что человек, который всю свою жизнь настойчиво стремился к независимости, сопротивлялся привязанностям и только брал от отношений необходимое, ничего не отдавая взамен, просто «компенсирует» свой «страх» близости. Другими словами, они будут смотреть на закаленного, жестокого бойца как на перепуганного дезертира, тем самым неверно понимая суть реальной ситуации.

Стремление чрезмерно обобщать характеристики невротических личностей – далеко не лучший способ их описать и понять. А главные страхи и способы защиты от них – не самый определяющий показатель для каждого конкретного индивида. Нам нужна совершенно другая теоретическая основа, если мы действительно хотим понимать агрессивно настроенных по отношению к нам людей и справляться с ними. При этом мы не должны воспринимать их, как тех, кто чересчур сильно «избегает» или «прячется». Именно об этом я расскажу в главе 1. Я покажу вам несколько агрессивных типов личности, психология которых радикально отличается от психологии личностей, страдающих по-настоящему серьезными неврозами. Именно подобный подход позволит вам лучше понять как природу характеропатий в целом, так и отличительные признаки манипулятивных людей, которых я называю скрыто-агрессивными личностями. Я надеюсь, предложенная мною новая теория не только будет легко понятной и полезной широкому кругу заинтересованных читателей, столкнувшихся с манипуляциями и желающими в них разобраться, но и окажется хорошим подспорьем в работе для практикующих специалистов в области психического здоровья.

1. Агрессивные и скрыто-агрессивные личности

Понимание истинного характера манипулятивных людей – первый шаг к более эффективному взаимодействию с ними. Чтобы узнать, каковы эти люди на самом деле, мы должны рассматривать их в соответствующем контексте. В этой главе я научу вас, как отличить манипуляторов от других типов личности, как распознать их истинную сущность и намерения, и, надеюсь, эти знания помогут вам достаточно легко в нужный момент разглядеть, кто на самом деле прячется под овечьей шкурой.

Личность

Термин «личность» (англ. personality) происходит от латинского слова «persona», что означает «маска». В древнем театре, когда актерами были только мужчины, а драматическое искусство еще не полностью сформировалось, женские персонажи и различные эмоции изображались с помощью масок. Этим же приемом воспользовались классические теоретики, определявшие личность как социальный фасад или «маску», которую человек носил, чтобы скрыть свое «истинное Я». Однако классическое определение личности весьма ограниченно.

Личность также можно определить как набор уникальных для каждого человека способов восприятия, отношения и взаимодействия с другими людьми и миром в целом [7]. В рамках этой модели личности важную роль играют биология (например, генетические, гормональные влияния, биохимия мозга), темперамент, и, конечно же, влияние среды, окружения человека, его прошлого опыта. Все эти факторы динамично взаимодействуют и вносят свой вклад в своеобразный «стиль» [8], наиболее характерный для общения с другими людьми и преодоления жизненных испытаний, который человек вырабатывает с течением времени. «Стиль» взаимодействия с другими, или личность человека, оказывается в значительной степени постоянной, устойчивой характеристикой, которая не сильно меняется со временем и используется в самых разнообразных ситуациях.

Характер

От уникального стиля взаимодействия каждого человека с другими людьми зависят социальные, этические и моральные последствия его поведения. Ту сторону личности, которая отражает, как человек воспринимает и выполняет свои социальные обязанности и как ведет себя с окружающими, иногда называют характером [9]. Зачастую термины «характер» и «личность» используют как синонимы. Но в этой книге термин «характер» применяется именно к тем аспектам личности индивида, которые показывают степень его целостности и социальной ответственности. Люди со здоровым характером способны контролировать свои инстинктивные влечения, регулировать важные грани своего поведения, а главное, сдерживать свои агрессивные наклонности в служении высшему общественному благу.

Некоторые основные типы личности

О различных типах личности были написаны тома клинической литературы, поэтому мы не станем рассматривать их все. Наиболее полезными для нас являются два основных типа, противоположных по модели поведения в ситуациях, когда индивиду приходится справлятся с жизненными испытаниями.

Мы – целеустремленные существа, поэтому значительную часть собственного времени и энергии вкладываем в стремление заполучить то, что по нашему мнению поможет нам преуспеть или принесет удовлетворение. Столкновение с препятствиями или преградами на пути к цели – вот основополагающая суть человеческого конфликта. Существует два основных способа преодоления препятствий на пути к тому, что человек хочет. Одни боязливо отступают, потому что слишком ошеломлены или запуганы противодействием, с которым столкнулись, или слишком не уверены в собственной способности эффективно справиться с ним. Другие – смело бросают трудностям вызов. Если человек – настоящий боец и достаточно настойчив по своему темпераменту, он непременно попытается устранить или преодолеть все, что стоит между ним и объектом его желания.

Склонные к подчинению личности, скорее всего, предпочтут отступить перед потенциальным конфликтом. Для них это самая привычная и необоснованно частая реакция. Они вечно сомневаются в своих способностях и боятся занять твердую позицию. Из-за того, что они слишком часто бегут от проблем, они отказывают себе в успехе. Это мешает им чувствовать себя авторитетными, самодостаточными, уверенными в себе. Некоторые специалисты в области теории личности называют таких людей пассивно-зависимыми [10], потому что в большинстве случаев пассивность делает их чрезмерно зависимыми от тех, кто способен вступить в конфликт вместо них. Чувствуя себя неполноценными, они слишком легко подчиняются воле людей, которых считают более могущественными или одаренными, чем они сами.

Агрессивные личности, напротив, в любом потенциальном конфликте предпочтут сражаться. Главная цель их жизни – «победа», и они борются за нее со всей возможной страстью. Они настойчиво стремятся преодолеть, сокрушить или устранить любые барьеры на пути к тому, чего они хотят. Они амбициозно рвутся к власти и, получив ее, не ограничивают себя, пользуются ею бессовестно и беспринципно. Они всегда желают быть «сверху» и контролировать ситуацию. Они с готовностью встречают противодействие. Независимо от того, обоснована ли их вера в собственную способность справляться с большинством конфликтов, они чрезмерно самонадеянны или эмоционально независимы.

Невротические и характеропатические личности

Есть еще два важных типа личности, модели поведения которых противоположны. Но тут речь идет уже о другой ситуации. Неуверенные в себе и в своих силах, чрезмерно тревожные, когда дело касается основных человеческих потребностей, личности часто называют невротическими. Причиной внутреннего эмоционального смятения, которое испытывает невротическая личность, чаще всего является «конфликт» между первичными жизненными инстинктами и угрызениями совести. Поэтому, в большинстве случаев, точка зрения Скотта Пека, изложенная в книге «The Road Less Traveled», что невротики страдают от слишком большой совести, верна [11]. Эти люди стыдятся собственного желания удовлетворять свои основные потребности, из-за чего чувствуют себя бесконечно виноватыми или порочными. Напротив, у личностей с характеропатией, когда дело касается основных человеческих потребностей, не получается контролировать и ограничивать себя. Их мало волнует то, что они делают. Опять же, как указывает Пек, они из тех людей, у которых слишком мало совести [12]. Невозможно охарактеризовать любого индивидуума просто как невротика или человека с характеропатией, но каждый из нас находится на разных отметках шкалы между стопроцентным невротиком и стопроцентным характеропатом.

Тем не менее, очень полезно понять разницу между человеком, который в первую очередь невротик и человеком с характеропатией. Фрейд утверждал: «Цивилизация является причиной невроза». Он считал основными причинами, из-за которых люди причиняют боль другим и убивают их, сексуальное влечение или агрессию. Именно потому, по его мнению, общество часто осуждает неизбирательное сексуальное или агрессивное поведение, а люди, которые усваивают социальные запреты, хотя и перестают быть дикарями, но вынуждены платить определенную цену – в виде невроза – за свое самоограничение. Однако с той же уверенностью можно сказать, что готовность большинства людей сдерживать свои сексуальные и агрессивные побуждения (или даже стыдиться их) – это то, что делает цивилизацию возможной. Далеко не каждый человек способен «подчинить» основные природные инстинкты и легко управлять ими, а значит, и одержать верх над своими неврозами, как полагал Карл Юнг [13]. Поэтому по большей части именно наша склонность к неврозам поддерживает нашу цивилизованность. А из этого следует, что невроз – очень функциональное явление. В современном социальном климате вседозволенности ситуация, когда невроз становится настолько экстремальным, что требует терапевтического вмешательства, встречается гораздо реже. Умеренно невротические индивидуумы стали основой нашего социума.

В цивилизованном обществе характеропаты – куда большая проблема, чем невротики. Невротики в основном создают проблемы для самих себя, потому что позволяют своим чрезмерным и необоснованным страхам вставать на пути к собственному успеху. Но и происходит подобное только в тех относительно редких случаях, когда невроз слишком силен. Напротив, характеропатические личности, не обремененные угрызениями совести, активно преследуют свои личные цели, оставаясь равнодушными, и тем самым часто нанося ущерб правам и интересам окружающих [14]. Они создают всевозможные проблемы для других людей и общества в целом. Распространенная среди профессионалов поговорка гласит, что если человек делает себя несчастным, то он, вероятно, невротик, а если он делает несчастными остальных, то он, вероятно, характеропат. Среди различных типов личности, склонных к подчинению, большинство невротичных, а среди агрессивных – большинство страдает расстройствами характера.

Основные черты, которые определяют людей с выраженным невротическим расстройством и характеропатические личности, очень контрастны. Крайне важно помнить эти различия, как для человека, оказавшегося в проблемных отношениях, так и для терапевта, пытающегося разобраться в нездоровой ситуации и исправить ее.

НЕВРОТИЧЕСКАЯ ЛИЧНОСТЬ

• Для невротиков важнейшей составляющей их личности является тревога, которая подпитывает их симптомы.

• Невротики обладают хорошо развитой и даже гиперактивной совестью или суперэго.

• У невротиков чрезмерно развиты чувство вины и/или стыда. Это усиливает тревогу и является причиной большей части их страданий.

• Невротики используют защитные механизмы, чтобы уменьшить беспокойство и избавить себя от невыносимой эмоциональной боли.

• Страх оказаться отвергнутым обществом побуждает невротиков скрывать свое истинное «я» и носить фальшивую маску.

• Психологические проявления эмоциональных переживаний невротиков являются эгодистоническими (т. е. неприятными, вызывающими недовольство и даже чувство горя). Поэтому, чтобы облегчить свои страдания, невротики часто добровольно обращаются за помощью.

• В основе реакций, которые проявляют невротики, лежат эмоциональные конфликты. Они и становятся подходящим объектом терапии.

• Невротики часто имеют травмированную или заниженную самооценку.

• Невротики сверхчувствительны к неблагоприятным последствиям и общественному осуждению.

• Внутренние эмоциональные конфликты, вызывающие тревогу у невротиков, и защитные механизмы, которые они используют для снижения этой тревоги, в значительной степени бессознательны.

• Поскольку корень проблем часто лежит в бессознательном, невротикам необходимо повышать осознанность, с чем отлично справляются традиционные терапевтические подходы, ориентированные на отчетливое осознание пациентом своей болезни.

ХАРАКТЕРОПАТ

• Тревожность играет незначительную роль в проблемах, с которыми сталкивается человек с характеропатией. Характеропат не станет беспокоиться по поводу нарушений в собственном поведении.

• В крайних ситуациях у характеропатической личности может вообще не быть совести. А в большинстве случаев, если совесть есть, она крайне слаборазвита.

• Характеропаты почти не испытывают чувство здорового стыда или чувство вины. То, что некоторым представляется защитным механизмом, вероятнее всего является боевой тактикой, применяемой для того, чтобы манипулировать другими людьми и сопротивляться требованиям общества.

• Люди с характеропатией способны контролировать впечатление, которое производят, но в проявлениях личности по большей части неизменны. Их психологическое состояние является эгосинтоническим (т. е. характеропатам нравится быть теми, кто они есть, им комфортно в собственных поведенческих моделях, хотя особенности их характера и действия могут сильно беспокоить других). Они редко обращаются за помощью к специалисту самостоятельно, гораздо чаще это происходит под давлением других.

• В основе проблемного поведения характеропатической личности лежат ошибочные модели мышления/установки.

• Чаще всего у характеропатов завышенная самооценка. Однако она не компенсирует ощущение неполноценности, скрытое глубоко внутри.

• Характеропаты не боятся неблагоприятных последствий или общественного осуждения.

• Проблемные модели поведения характеропатической личности могут быть стандартными и отработанными до автоматизма, но они используются сознательно и преднамеренно.

• Характеропату свойственны повышенные проницательность и осознанность, но, несмотря на это, он старается не изменять своих взглядов и основных убеждений. Еще большая осознанность его не исправит. Самыми действенными тут окажутся ограничения, отпор и, самое главное, психологическая коррекция. А значит, лучше всего для них подойдет когнитивно-поведенческая психотерапия.

Как уже отмечалось, почти во всех проявлениях характеропаты сильно отличаются от невротиков. Специфическая особенность характеропатических личностей – они думают не так, как большинство из нас. Исследования последних лет убедительно доказали, насколько важно признание этого факта. То, как мы думаем, во что верим, выработанные нами установки во многом определяют наши действия. Отчасти именно поэтому, согласно современным исследованиям, когнитивно-поведенческая терапия (противостояние ошибочным моделям мышления и повышенная мотивированность изменить свои взгляды и поведение) – самый оптимальный метод в работе с характеропатами.

Изучение ошибочных моделей мышления характеропатических личностей началось несколько лет назад и базировалось на моделях мышления преступников. За эти годы исследователи пришли к выводу, что проблемные шаблоны мышления являются общими для всех типов характеропатий. Я адаптировал, модифицировал и добавил некоторые из них. Вот краткое описание наиболее важных.

• Самовлюбленность (эгоцентризм). Характеропаты всегда думают только о себе. Им абсолютно безразлично, что нужно остальным или как их поведение может повлиять на других. Такое мышление ведет к эгоизму и пренебрежению социальными обязательствами.

• Собственничество. Характеропат считает людей вещами, с которыми он имеет право делать все, что ему заблагорассудится. По его мнению, роль остальных заключается в том, чтобы угодить ему. Всех окружающих характеропат предпочитает воспринимать как обезличенные объекты (объективация), а не людей с достоинством, честью, правами и потребностями. Такое мышление превращает человека в предмет, позволяет относиться к нему, как к собственности и распоряжаться им на свое усмотрение.

• Максимализм (все или ничего). Характеропат убежден: он должен получить обязательно все, меньшее его не устроит. Если он не наверху, то видит себя внизу. Если кто-то не соглашается с тем, что он говорит, характеропат считает, будто его мнение вообще не ценят. Из-за подобного мышления у характеропата отсутствует чувство баланса или умеренности, что приводит к неумению идти на компромисс.

• Заносчивость. Характеропатичная личность чересчур переоценивает себя и потому уверена, будто имеет право на все, что захочет. Характеропат считает, будто все в долгу перед ним, и не признает, что желаемое необходимо заслужить. Такое мышление является причиной чрезмерного высокомерия, уничижительного обращения и вседозволенности по отношению к остальным людям.

• Бесстыдство. У характеропатической личности отсутствует здоровое чувство стыда. Характеропат обычно не заботится о том, как выглядит в чужих глазах. Он будет смущен, если кто-то вскроет его истинную сущность, но смущение от того, что его разоблачили – отнюдь не чувство стыда за предосудительное поведение. Бесстыдное мышление воспитывает наглость.

• Нетерпеливость и легковесность. Характеропат предпочитает, чтобы все ему давалось прямо сейчас, легко и просто. Он ненавидит прилагать усилия или брать на себя обязательства. Он получает гораздо больше удовольствия, дурача людей. Такой образ мышления способствует формированию презрительного отношения к труду и усилиям.

• Безупречность. Характеропат никогда не задумывается о последствиях своих действий, правильно или неправильно он себя ведет. Характеропат берет все, что хочет, невзирая на то, какие общественные нормы при этом нарушает. Такое мышление воспитывает безответственность и антисоциальность.

Агрессивная личность и ее подтипы

Известный специалист в теории личности Теодор Миллон определяет агрессивные личности как активно-независимые [15] по способу их взаимодействия с другими людьми и миром в целом. Он отмечает, что эти люди активно берут на себя ответственность за удовлетворение своих потребностей и не желают зависеть от поддержки других. По его мнению, существуют два типа активно-независимых личностей: одни умеют хорошо адаптироваться в обществе, подстраиваться под его требования, другие – совершенно не способны подчиняться социальным правилам и законам [16]. Я не согласен с тем, что определение «агрессивный» лучше всего описывает стиль поведения каждого подтипа активно-независимой личности. Человек может активно заботиться о себе, не проявляя при этом подлинной агрессии. Так обстоит дело с ассертивной личностью, которую я считаю самой здоровой из всех личностей. Но я полностью согласен с тем, что помимо закоренелых преступников существуют и другие типы агрессивных личностей, и очень жаль, что официальная психиатрическая номенклатура признает только одну разновидность активно-независимой личности с психологическими «нарушениями» – антисоциальную личность.

В отличие от ассертивных, агрессивные личности, преследуя свои цели, слишком жестоки по отношению к окружающим, что говорит о полном пренебрежении с их стороны правами и потребностями других людей.

Их ключевые характеристики – склонность встречать жизненные испытания лицом к лицу и твердая решимость «победить», неуравновешенный темперамент и склад ума, неадекватное отсутствие страха и слабость сдерживающих механизмов, постоянное желание доминировать и редкостное презрение и пренебрежение к тем, кто воспринимается более слабым. Они «бойцы» до мозга костей.

Для агрессивных личностей также характерны черты нарцисса. Иногда их даже рассматривают как агрессивный вариант нарциссической личности. Агрессивные личности известны своей самоуверенностью и эгоцентризмом. Собственные желания, стремления и планы – только это имеет для них значение. Если кто-либо или что-либо окажется у них на пути, оно непременно будет уничтожено и больше не помешает достижению их целей.

Опираясь на характеристики активно-независимых личностей, предложенные Миллоном, и на ряд классических исследований личностей типа “А” (агрессивных) [17], а также на новейшие результаты изучения наиболее сильно агрессивных личностей и многолетний клинический опыт работы с характеропатами всех видов, я нахожу уместным выделить пять основных типов агрессивной личности: неограниченно-агрессивный, направленно-агрессивный, садистский, хищнический (психопатический) и скрыто-агрессивный. Хотя у них много общего, каждый из этих агрессивных типов личности имеет свои уникальные особенности. Одни более опасны, по сравнению с остальными, в других гораздо сложнее разобраться. Но все они осложняют существование тем, кто работает и живет рядом с ними или находится под их руководством.

Неограниченно-агрессивный тип отличается открытой враждебностью. Такие личности грубы, жестоки и часто преступны в своем поведении. Это люди, которых мы обычно называем антисоциальными. Они легко впадают в ярость, недостаточно осмотрительны и осторожны, они импульсивны, безрассудны, любят рисковать и слишком часто нарушают права остальных. Многие из них проводят большую часть жизни в заключении, потому что просто не способны подчиняться законам общества, даже если это в их интересах. Традиционное представление об этих личностях всегда сводилось к тому, что такими их сделали обстоятельства, в которых они выросли. Эти обстоятельства лишили их доверия к авторитетам и вообще всем людям, нанесли им глубокие травмы жестоким обращением и пренебрежительным отношением, уничтожили способность «привязаться» к другим. Мой многолетний опыт убедил меня, что некоторые из этих откровенно агрессивных личностей действительно подпитывали свою враждебность чрезмерным недоверием к другим. Еще меньшее число – биологически предрасположено к повышенной настороженности и подозрительности (т. е. имеет параноидальные черты). Но все тот же опыт говорит, что большинством неограниченно-агрессивных личностей движут не столько недоверие и подозрительность, сколько чрезмерная тяга к агрессии, даже когда в ней нет никакого смысла и она не подкреплена гневом. Они будут нападать без колебаний, без оглядки на последствия как для себя, так и для окружающих. И многие из этих людей не испытывали в прошлом ни жестокого обращения, ни пренебрежения, ни лишений. Найдутся среди них и настоящие счастливчики, щедро одаренные судьбой. Таким образом, многие из наших традиционных представлений об этих личностях требуют серьезной переоценки. Как отметил один исследователь, между различными «криминальными личностями», с которыми он работал, ему удалось найти только, пожалуй, единственное сходство: все они получали удовольствие от преступной деятельности.

Направленно-агрессивный тип. К нему относятся откровенно агрессивные личности, которые применяют свою агрессию в тех социальных сферах, в которых она вполне приемлема в рамках допустимого. К ним относятся бизнес, спорт, правоохранительные органы, юриспруденция и военная служба. Эти люди часто получают вознаграждение за свои жесткость, нацеленность и конкурентоспособность. Они могут открыто угрожать своим оппонентам, не стесняясь в выражениях. Обычно они не переступают черту и не впадают в крайности, не ведут себя откровенно антисоциально, но когда это все-таки происходит, случившееся никого не удивляет. Ведь их внешняя покладистость и соответствие социальным нормам – зачастую вопрос практичности, а не истинного подчинения общепринятым устоям или высшей власти. Таким образом, они нарушают правила и причиняют неоправданный вред другим, когда считают, что имеют на это полное право, и чувствуют собственную безнаказанность, надеясь, что все сойдет им с рук.

Садистически-агрессивный – еще один выраженно агрессивный тип личности. Как и все прочие агрессивные личности, эти люди стремятся к власти и доминированию над другими. Но при этом они получают особое удовлетворение, наблюдая за метаниями и страданиями жертвы, находящейся в уязвимом положении. Для других агрессивных типов причинение боли или увечья любому человеку, оказавшемуся на пути к достижению их цели, считается просто издержками борьбы. Большинство агрессивных личностей не стремятся причинить боль, они стремятся любой ценой победить. Они думают: если кто-то встал на пути к их цели и теперь должен из-за этого пострадать – ничего не поделаешь, пусть так и будет. В отличие от остальных садисту нравится заставлять людей унижаться и страдать. Как и другие агрессивные личности, садисты хотят доминировать и контролировать, но особое удовольствие они получают, унижая и позоря своих жертв.

Хищнически-агрессивный тип – самый опасный из всех типов агрессивных личностей (личность такого типа еще называют психопатом или социопатом). Пожалуй, одним из самых признанных экспертов в данной области будет Роберт Хэйр, чья книга «Лишенный совести. Пугающий мир психопатов» – это леденящий душу, но легкий для понимания и крайне информативный учебник по этой теме. К счастью, истинные психопаты встречаются довольно редко. Однако за свою карьеру я сталкивался и работал с достаточным их количеством. Эти персонажи радикально отличаются от большинства людей. Полное отсутствие у них совести пугает. Они считают себя высшими богоподобными созданиями, для которых обычный человек – низшее существо и потому их законная добыча. Психопаты – самые радикальные манипуляторы, мошенники и преступники, готовые принести любую жертву в угоду собственной выгоде, используя и подавляя остальных. При этом они могут быть обезоруживающе очаровательными. Подобно самым опасным, хитроумным и ловким хищникам, они тщательно изучают уязвимые места своей жертвы и не испытывают раскаяния и сожаления даже за самые жестокие и отвратительные действия по отношению к другим людям. К счастью, большинство манипуляторов не являются психопатами.

Различные агрессивные личности имеют определенные общие черты. Все они слишком стремятся к власти и доминированию над другими людьми. Их мало волнуют угроза наказания и угрызения совести. Они имеют свой собственный образ мышления и взгляд на вещи, которые искажают реальность и подстраивают обстоятельства под их личные нужды и убеждения. Это помогает им избегать ответственности за свое поведение и «оправдывать» свою агрессивную позицию. Их уродливые, ошибочные модели мышления стали предметом исследований последних лет [18]. Поскольку агрессивные типы личности имеют много общего, нет ничего необычного в том, что отчасти характеристики одного могут совпадать с характеристиками другого. Например, асоциальные личности имеют отдельные садистские, а также скрыто-агрессивные черты, а скрыто-агрессивным личностям присущи некоторые антисоциальные качества и т. д.

Как уже упоминалось ранее, агрессивные личности имеют много общего и с личностями нарциссическими. И те и другие демонстрируют раздутое самомнение и считают, что им все должны. И те и другие без зазрений совести используют остальных в своих личных интересах. И те и другие – эмоционально независимы, самодостаточны. То есть в стремлении получить необходимое, они полагаются исключительно на собственные силы. Миллон описывает нарциссов как пассивно-независимых личностей [19]: они слишком много думают о себе и потому считают, что для счастья им просто не нужен кто-то другой. Они совершенно не видят необходимости доказывать свою авторитетность и превосходство. Они твердо убеждены в них. Эти самовлюбленные эгоцентрики тоже могут нарушать права и пренебрегать потребностями других людей, но они настолько поглощены собой, что не делают ничего специально. Они пассивны. Агрессоры, напротив, активно действуют, обеспечивая и поддерживая свою независимость, они целенаправленно и неутомимо попирают права других, чтобы достичь успеха и сохранить главенство и контроль над другими.

Скрыто-агрессивная личность

Можно предположить, что скрытым агрессорам, как представителям агрессивных типов, тоже подойдут некоторые характеристики нарциссов и других агрессивных личностей. Но скрытая агрессия обладает многими уникальными свойствами, которые делают ее отдельным особенным типом агрессивной личности. Люди этого типа отличаются от других методами, которыми они сражаются. Они тоже стараются получить, что хотят, добиваются власти над другими людьми, но делают это с помощью изощренных, хитроумных и коварных уловок. Они скорее характеропаты, чем невротики. Степень их невроза прямо соотносится со степенью их самообмана относительно своего истинного характера и скрыто-агрессивного поведения. Чем сильнее их характеропатия, тем активнее они пытаются пустить пыль в глаза своих предполагаемых жертв.

Скрыто-агрессивные личности осознанно избегают явной агрессии – это позволяет им «сохранить лицо». Манипуляторы знают, если они будут вести себя откровенно агрессивно, то столкнутся с сопротивлением. Узнав, что один из лучших способов «преодолеть» препятствие – «обойти» его, они научились действовать эффективно, но незаметно.

По мнению некоторых специалистов, определяющим качеством скрыто-агрессивных или манипулятивных личностей является то, что они получают невероятное удовольствие, когда вешают лапшу на уши своих жертв [20].Но я считаю, что их основная цель ничем не отличается от целей других агрессивных личностей. Они тоже – просто хотят победить, но при этом для достижения нужного результата используют тайные методы воздействия. Я подробно расскажу об их основных характеристиках:

1. Скрыто-агрессивные люди всегда хотят добиться своего или «победить». Для них, как и для прочих агрессивных личностей, каждая жизненная ситуация – это вызов, который нельзя не принять, или схватка, которую нужно обязательно выиграть.

2. Скрыто-агрессивные люди стремятся к власти и превосходству над окружающими. Они всегда хотят переплюнуть остальных и контролировать ситуацию. У них в распоряжении целый арсенал на первый взгляд незаметных, но эффективных способов воздействия, которые помогают им получить и удержать преимущество. С помощью отработанных методов, они вынуждают других людей занять оборонительную позицию, отступить или уступить, и одновременно успешно скрывают свои агрессивные намерения.

3. Скрыто-агрессивные люди могут быть обманчиво добродушными, обаятельными и очаровательными. Они умеют «хорошо выглядеть», способны втереться в доверие, растопив ваше сердце. Они знают, как себя вести, чтобы развеять ваши подозрения о подвохе и заставить вас дать им то, что они хотят.

4. Скрыто-агрессивные люди – неразборчивые в средствах, коварные и мстительные бойцы. Они знают, как извлечь выгоду из любой слабости, и без колебаний усилят напор, если заметят, что вы колеблетесь. Они способны застать вас врасплох. А если они решат, что вы им помешали или в чем-то переплюнули их, непременно попытаются отыграться. Они не закончат битву, пока не почувствуют вкус победы.

5. Скрыто-агрессивные люди на удивление бессовестны. Как у всех агрессивных личностей, у них отсутствуют внутренние «ограничители». Они видят разницу между добром и злом, но только там, где это не противоречит их интересам. Для них цель всегда оправдывает средства. Потому они обманывают себя и окружающих относительно своих истинных намерений.

6. Скрыто-агрессивные люди жестоки и безжалостно расчетливы по отношению к остальным. Все прочие – только пешки в их игре с жизнью. Не позволяя быть слабыми себе, они охотно пользуются слабостью своих «противников».

Как и в случае с любым другим типом, скрыто-агрессивные личности различаются по степени психопатологии. Наиболее «неадекватные» скрыто-агрессивные личности выходят далеко за рамки банальных бытовых манипуляций. Скрытые агрессоры с ярко выраженной патологией характера хорошо умеют прятать жестокость и непомерную жажду власти под маской цивилизованного, порядочного и весьма привлекательного человека. Некоторые из них даже могут быть психопатами. Джим Джонс[1] и Дэвид Кореш[2] – хорошие тому примеры. Но если скрыто-агрессивная личность может быть намного больше, чем просто манипулятором, почти все без исключения обычные манипуляторы – скрыто-агрессивные личности.

Благодатная почва для скрытой агрессии

Некоторые профессии, социальные институты и сферы деятельности предоставляют скрыто-агрессивным личностям широкие возможности для использования других людей. Политика, охрана правопорядка и религия – вот некоторые из самых ярких примеров. Я не хочу сказать, что все политики, сотрудники правоохранительных органов или религиозные лидеры являются манипулятивными личностями. Однако, всегда оставаясь тайными искателями власти, манипуляторы ни за что не откажутся от настолько прекрасной возможности заполучить ее и лишний раз самоутвердиться с помощью служения и работы в подобных областях. Телепроповедники, лидеры культов, политические экстремисты, телевизионные торговцы «успехом» и воинствующие общественные активисты, которых в последнее время разоблачают заголовки новостных блоков, ничем не отличаются по общему образу действий от тайных агрессоров, с которыми мы сталкиваемся в повседневной жизни. Это просто самые показательные, яркие случаи. Чем более хитрым, коварным и умелым манипулятором является скрыто-агрессивный человек, тем легче ему подняться по карьерной лестнице, достичь значительной власти и влияния.

Как скрыто-агрессивный тип отличить от пассивно-агрессивного и других типов личности

Пассивная и скрытая агрессия – это очень разные формы поведения, и настолько же сильно пассивно-агрессивные и скрыто-агрессивные личности отличаются друг от друга. Миллон считает, что стиль реакции на проблемы пассивно-агрессивной или «негативистской» личности может быть как преимущественно независимым, так и зависимым [21]. Эти люди берут на себя ответственность за собственную жизнь, но при этом сомневаются в своих возможностях и силах. Их постоянная неуверенность по поводу, нужно ли в первую очередь самостоятельно заботиться о себе или лучше положиться на других, ставит как их самих, так и окружающих в настоящее безвыходное положение. Они постоянно нуждаются в поддержке и заботе со стороны других людей. Но положение зависимого и покорного их не слишком устраивает, и потому они стремятся хотя бы отчасти обрести ощущение собственной власти, сопротивляясь сотрудничеству с теми самыми людьми, от которых требуют поддержки. Они вечно сомневаются, не в состоянии окончательно определиться и одновременно жалуются, что вы решаете за них. А когда вы это делаете, они обижаются и не торопятся действовать дальше. В споре с вами они способны закатить скандал и даже предложить расстаться. Но в действительности, боясь расставания и перспективы оказаться без эмоциональной поддержки, они останутся и будут дуться, пока вы не попросите их рассказать, что случилось. Жить с пассивно-агрессивными личностями очень трудно – вам кажется, что в реальности вообще не существует способа угодить им. Скотт Ветцлер довольно точно характеризует пассивно-агрессивную личность и отношения с такими людьми в своей книге «Жизнь с пассивно-агрессивным человеком» [22], хотя не всегда отличает пассивную агрессию от скрытой.

Пассивно-агрессивные пациенты в психотерапии становятся легендой. Они «ноют» и жалуются на отсутствие поддержки со стороны терапевта. Но как только тот пытается предложить им что-то, они неизбежно начинают «взбрыкивать», отвечая в стиле «да… но», и пускают в ход другие секретные методы пассивного сопротивления. Большинство специалистов легко отличает этих активно «сомневающихся» личностей, сдерживаемых гиперчувствительностью к стыду, от более хитрых, расчетливых манипуляторов, которых я называю скрыто-агрессивными. Однако порой, не зная более точного термина, но желая подчеркнуть существование неявной агрессии, проявляемой манипуляторами, терапевты ошибочно используют для их описания термин «пассивно-агрессивный».

Скрыто-агрессивные личности – не то же самое, что обсессивно-компульсивные[3]. Мы все знаем перфекционистов, педантичных и высокоорганизованных людей. Когда они просматривают наши налоговые декларации или выполняют операцию на мозге, мы очень высоко ценим эти их качества. Да, некоторые компульсивные люди бывают сильными, авторитарными, властными и контролирующими. Но это потому, что они тоже скрыто агрессивны. Человек использует свою мнимую приверженность принципам и стандартам как средство для достижения власти и превосходства над другими людьми. Обсессивно-компульсивные люди, которые одновременно скрыто-агрессивны – это те люди, которые пытаются запихнуть свои собственные стандарты в глотку всем остальным.

Скрыто-агрессивные личности – также не идентичны нарциссичным, хотя почти всегда имеют нарциссичные черты. Люди, которые слишком много о себе думают, не нуждаются в том, чтобы манипулировать другими. Нарциссы могут пассивно игнорировать потребности других людей, потому как чрезмерно поглощены собой. Однако некоторые эгоцентричные люди активно игнорируют потребности остальных и намеренно их притесняют и используют. Исходя из этого, некоторые специалисты разделяют нарциссов на безобидных и опасных. Но я считаю, разница между человеком, который слишком поглощен собой и потому невнимателен к правам и потребностям остальных, и человеком, который намеренно эксплуатирует и унижает окружающих, заключается в том, что последний, не только нарцисс, но и явный агрессор. А значит, эгоисты, которые умело пользуются и манипулируют другими, являются не просто нарциссическими, но и скрыто-агрессивными личностями.

Скрыто-агрессивные личности – в большинстве своем не антисоциальны. Поскольку они пренебрегают правами и потребностями других людей, слишком бессовестны, активно стремятся получить преимущество над другими и неразборчивы в средствах, а потому готовы на что угодно, за исключением реального преступления или открытой агрессии, возникает соблазн назвать их социопатами. И правда, отдельные антисоциальные личности используют в том числе и манипуляцию как способ воздействия. Но в отличие от них обычно манипуляторы не нарушают основных социальных норм, не совершают преступлений и насильственных действий по отношению к остальным, хотя и способны на это. Уже предпринимались попытки точно описать расчетливый, коварный, властный стиль поведения манипулятивных личностей. Их называли и социопатическими, и злобно-нарциссическими и даже, как предлагал Скотт Пек, «самим злом» [23]. Подмечая неуловимо агрессивный характер их поведения, многие называли их пассивно-агрессивными. Но ни один из этих терминов не отражает с абсолютной точностью основную характеристику манипулятивных людей. Очень важно понимать, что в большинстве случаев манипуляция включает скрытую агрессию, а привычные манипуляторы – это скрыто-агрессивные личности.

Не менее важно помнить, что манипулятивный человек в дополнение к своим скрыто-агрессивным наклонностям может иметь и другие личностные черты, которые характерны для нарциссических, обсессивно-компульсивных, антисоциальных и других типов личности. Но как однажды заметил один мой друг: «У него могут быть большие уши или маленькие; у него может быть много шерсти, а может не быть шерсти совсем; он может быть коричневым или серым; но если он огромен и при этом имеет бивни и хобот, это всегда слон». До тех пор, пока человек, с которым вы имеете дело, обладает упомянутыми выше качествами, независимо от того, кем он может оказаться еще, он – скрыто-агрессивная личность.

Поскольку представители хищнически-агрессивного (или психопатического) типа настолько же искусны в манипулировании, некоторые ошибочно рассматривают скрыто-агрессивную личность как особую его разновидность или как более мягкий вариант психопата. Это отчасти справедливо. Психопаты – самые опасные, искусные и изощренные манипуляторы среди агрессивных личностей. К счастью, они и самые редкие. Манипулятивные личности, описанные в этой книге, встречаются гораздо чаще, и, хотя они причиняют немало вреда своим жертвам, они не так опасны, как психопаты.

Как становятся скрыто-агрессивной личностью

Человек становится агрессивным по самым разным причинам. Я знал людей, чье детство было наполнено жестокостью и пренебрежением и вынуждало их стать сильными «бойцами» только для того, чтобы элементарно выжить. Еще я встречал людей, которым пришлось слишком много бороться, даже несмотря на то, что они росли в самой благоприятной обстановке, при заботе и поддержке окружающих. Эти люди, по-видимому, по своей природе чужды процессу социализации и на развитие их характера на каждом этапе сильно подействовала их врожденная воинственность. Но, независимо от того, что повлияло сильнее – наследственная предрасположенность или среда, большинство скрыто-агрессивных личностей еще в детстве слишком хорошо усвоили одни знания и подчистую проигнорировали другие, жизненно необходимые для того, чтобы контролировать агрессию. Судя по историям, с которыми я знаком, в обучении скрыто-агрессивных личностей обычно оказываются упущенными следующие моменты:

1. Они так и не научились определять уместность боевых действий и их справедливость. Для них повседневная жизнь – это вечный бой, а все, что стоит на пути их желаний, – это «враг». Одержимые победой, они всегда готовы к схватке и жаждут ее.

2. Они даже не подозревают о том, что зачастую готовность отступить, уступить или подчиниться на время обещает «победу» в перспективе. Они не в состоянии распознать ситуации, когда лучше «промолчать и согласиться». Подчинение для них абсолютно неприемлемо, и это мешает им идти на те маленькие текущие уступки, которые часто приводят к большой «победе» в будущем.

3. Они никогда не учились вести конструктивный диалог и сражаться по правилам. Они не уверены в своей способности выиграть честный бой и не готовы рисковать «победой». Ведь их жизненный опыт настойчиво подсказывает – именно тайная борьба наиболее эффективна. Потому они и выучились «побеждать» (по крайней мере, в краткосрочной перспективе), сражаясь втихаря и исподтишка.

4. Поскольку подчинение для них неприемлемо, они никогда не позволяли себе узнать о потенциально возможных выгодах и преимуществах признания поражения. Я думаю, именно эта особенность мешает всем агрессивным (и характеропатичным) личностям извлекать из прошлого опыта необходимые, по нашему мнению, уроки. Ведь любое обучение (т. е. усвоение урока) как раз и предполагает подчинение высшему авторитету, правилу или нравственному принципу. Причина, по которой агрессивные личности не меняются, заключается в том, что они не подчиняются.

5. Они так и не научились выходить за пределы своего детского эгоизма и эгоцентризма. Они не осознают, что их желание что-то заполучить, недостаточный повод, чтобы непременно этого добиваться. Они уверены, что весь мир в долгу перед ними. Всегда добиваясь своего с помощью манипуляций, они чувствуют себя непобедимыми. Это еще сильнее подпитывает их и без того раздутое эго.

6. Они никогда не учились подлинному уважению или бережному отношению к уязвимым местам других людей. Чужая слабость – это просто их преимущество. Зато, испытывая к ней презрение, они хорошо научились находить эмоциональные «кнопки» своих жертв и умело давить на них.

Как понять и обезвредить манипулятора

Пасть жертвой манипулятора, попавшись на его скрыто-агрессивные уловки, очень легко. Любому, кто желает этого избежать, необходимо:

1. Разобраться с характером и поведением этих волков в овечьей шкуре. Понять, чего они действительно хотят и как действуют. Научиться распознавать их настолько хорошо, чтобы сразу заметить – перед вами один из них, когда вы сталкиваетесь с ними в повседневной жизни. Следующие главы построены и написаны таким образом, что ознакомившись с ними, мы надеемся, вы сможете легко «учуять запах» скрыто-агрессивной личности.

2. Познакомиться с излюбленными тактиками скрыто-агрессивных людей, которые те используют, чтобы манипулировать окружающими и контролировать их. Недостаточно только определить, что представляют из себя скрыто-агрессивные личности, необходимо еще и понимать, какого рода поведения стоит ожидать от них. Для нас уже не секрет – они сделают все возможное, чтобы «победить», но просто знать – этого слишком мало. Чтобы не стать жертвой манипуляторов, необходимо разобраться получше в их предпочтительных способах воздействия и научиться замечать, когда те используются.

3. Выявить присущие большинству человеческие страхи и слабые места, которые делают нас уязвимыми для уловок скрытого агрессора. Знание собственных слабостей поможет нам стать сильнее в сражении с манипулятором и противостоять ему более эффективно.

4. Узнать, как можно изменить собственное поведение, чтобы оказаться менее уязвимым и не допустить превращения себя в жертву, которой легко воспользоваться. С помощью техник, описанных в главе 10, вы сможете радикально изменить характер взаимодействий с другими людьми и более эффективно работать с теми, кто при иных обстоятельствах непременно манипулировал бы вами и контролировал вас.

Содержание нескольких следующих глав познакомит вас ближе с характером манипулятивных людей. Каждая из них посвящена определенной отличительной черте скрыто-агрессивных личностей. На конкретных примерах я попытаюсь разъяснить вам поведение манипуляторов, рассказать, какие методы воздействия на свои жертвы они применяют и какими их слабостями пользуются.

2. Твердое намерение победить

Главным качеством скрыто-агрессивных личностей, является то, что победа для них – превыше всего. Решительные, хитрые, а порой и безжалостные, они используют манипулятивные тактики не только для того, чтобы получить желаемое, но и для того, чтобы сохранить в тайне не только от окружающих, но и от самих себя, кем они являются на самом деле. История Джо и Мэри Блейк весьма наглядна в этом смысле. Познакомившись с ней, вы поймете, как много боли может причинить членам своей семьи один человек, который, прикрываясь любовью и заботой, слишком настойчиво добивается необходимого ему результата.

Отец, которому нужна дочь-отличница

Лизе Блейк часто снились кошмары. Она становилась все более раздражительной и даже несговорчивой, а успеваемость в школе ухудшалась. Ее родители, Джо и Мэри, знали, что такое поведение характерно для подросткового возраста, но считали, что для Лизы оно слишком необычно. Лиза была их единственным ребенком, и родители за нее очень беспокоились.

Джо, не жалея времени и сил, старался выяснить, что происходит с дочерью. Мэри несколько раз намекала мужу, что, возможно, они слишком много хотят от Лизы.

Но Джо был уверен, проблема не только в этом, и упрямо настаивал на собственной точке зрения, вынуждая жену соглашаться с ним. Он подчеркивал, как глубоко заботится о благополучии своей дочери. Он постоянно твердил о своей уверенности в том, что любой по-настоящему хороший родитель не успокоится, пока не найдет решение проблемы.

Ведь Джо уже однажды помог Лизе. Когда несколько лет назад она принесла первые четверки в итоговом табеле, он поговорил со школьной администрацией, предположив, что у девочки, возможно, недостаточно способностей и отсюда проблемы с обучаемостью. Но учителя отказались заново протестировать Лизу. Они заверили отца, что тот зря беспокоится, и с девочкой все в порядке. Джо намекнул, что слишком заботится о благополучии своей дочери и потому не желает исключать такой возможности. Некоторое время он даже подозревал, что преподаватель, занимающийся дополнительно с проблемными детьми просто не очень хочет возиться еще с одним ребенком. Хотя Мэри сомневалась в целесообразности подобного шага, но Джо настоял на своем: у них нет другого выбора, кроме как забрать Лизу из обычной школы, в которой учителя недостаточно добросовестно относятся к своим обязанностям, и записать ее в частную. В ней уж точно по-настоящему ценят родительскую заботу и участие.

После первого семестра в новой школе Лиза оказалась на доске почета, но потом ее оценки снова начали ухудшаться. Кроме того, она все чаще вела себя непослушно в мелочах, особенно с отцом. И Джо снова принялся действовать. Он записал Лизу на полное обследование способностей к обучению и психологического состояния в престижной клинике. И каково же было его удивление, когда люди, с которыми он там разговаривал, захотели опросить всю семью в дополнение к тестированию Лизы. Но, как Джо не раз утверждал, он был готов на все, лишь бы помочь своей дочери.

Мэри осталась удовлетворенной беседой с психологом. Ее также воодушевили слова дочери. «Та леди сказала мне, что я могу приходить к ней в любое время, чтобы поговорить о разных вещах, – сказала Лиза по дороге домой из клиники. – Думаю, мне бы это понравилось».

Однако Джо выглядел недовольным. Ему не понравились некоторые моменты, о которых говорила психолог. «Только представь! – восклицал он, доказывая Мэри, что консультант ошибалась, а он был прав, – Она пыталась убедить меня, что у моей дочери средний уровень интеллекта! Лиза училась на одни пятерки и попала на доску почета. Разве это похоже на средний интеллект?». Джо также возмутили предположения психолога, что Лиза слишком сильно давила на себя и что некоторые кошмары, которые ей снились, как раз хорошо показывают – она злится на своих родителей, особенно на отца, за то, что он требует от нее слишком многого. В конце концов он убедил Мэри, что эти специалисты из клиники, вероятно, и «хотели сделать как лучше», но у них ничего не вышло. Ведь они не знали его дочь достаточно хорошо – по крайней мере, так, как он.

Джо улыбался от уха до уха, когда на следующий день объявил о своем сюрпризе. Он заявил, что наконец-то нашел решение проблемы – он купил новый компьютер и несколько первоклассных обучающих программ. И теперь они с Лизой будут проводить вместе по два часа в день, работая над практическими упражнениями, которые помогут девочке «вернуться в нужное русло». А ведь он мог бы заплатить за это деньгами, которые сэкономил, если бы не отправил Лизу в клинику. И если дочь злится на него по какой-то причине, как утверждают психологи, совместная ежедневная работа непременно решит эту проблему. Но, самое главное, он твердо верил, что таким образом сможет вернуть ту славную малышку, которую всегда знал. В конце концов, сказал он себе, никто на свете не сможет позаботиться о его любимой доченьке лучше, чем ее папа.

Когда человек не останавливается ни перед чем

Джо постоянно твердил Мэри, что хочет для своей дочери только самого лучшего. Но на самом деле – он лгал. Он лгал не только Мэри, но и самому себе. Возможно, он сам убедил себя и, конечно же, сделал все возможное, чтобы убедить других, что беспокоится исключительно о благополучии своей дочери. Однако в действительности он просто хотел, чтобы Лиза училась только на отлично.

Я знаю Джо. Он всегда решительно настроен на нужный ему результат. Он всегда думает, что безоговорочно прав и что его путь – единственно верный. Подобное отношение помогло ему многого достичь в бизнесе. Одни называют его перфекционистом, другие говорят, что он слишком требовательный, навязчивый и властный. Но эти характеристики не полностью отражают суть его нездорового поведения. А она заключается в том, что Джо всегда хочет добиться своего и не способен вовремя взять паузу, уступить или вообще отступить. Он из тех парней, которые не остановятся ни перед чем на пути к достижению своей цели. Иногда это даже хорошо. Чтобы быть «победителем» по жизни, нужно немало подобной решимости. Но когда Джо проявляет агрессию в неподходящее время и в неподходящих обстоятельствах, и особенно когда создает видимость, что дело вовсе не в агрессии, прикрываясь самими благими намерениями, его поведение становится опасным и разрушительным.

Джо еще и тщеславен. Он видит в своей семье отражение самого себя. Он уверен, долг Лизы – произвести на окружающих благоприятное впечатление, создать образ, достойный восхищения. Джо просто помешан на себе и своем социальном имидже. Несмотря на протесты близких людей и попытки переубедить его, он глух к их желаниям и нуждам. Он настолько поглощен собой, что не испытывает сочувствия к дочери. Но основная причина страданий Лизы и Мэри – не тщеславие Джо. Самая главная проблема заключается в его неистребимой готовности пихать свою волю в глотку всем остальным под видом внимания и заботы (т. е. в его скрытой агрессии).

Эта история наглядно показывает, как некоторые люди, хотя и производят благоприятное впечатление, в действительности могут оказаться эмоциональными тиранами в своих семьях. Она основана на реальном клиническом случае. Возможно, вам покажется интересным, что у всех кошмаров Лизы имелась общая тема. В основном в ее снах кто-то пытался причинить боль ее отцу. Если рассматривать их с точки зрения классического анализа, вывод оказался бы таким: Лиза, вероятно, испытывала подсознательное желание сделать отцу больно или даже избавиться от него. Лиза интуитивно чувствовала черствость и жестокость Джо, но она не из тех, кто открыто бунтует. Поэтому единственным выходом ее боли и негативных эмоций стали сны.

Как Джо манипулировал Мэри

Теперь самое время разобраться, как Джо манипулирует Мэри. Как мужу удается заставить жену принять его точку зрения, хотя в глубине души она прекрасно понимает, что тот ведет себя неадекватно. В этой истории есть еще несколько фактов, которые нам необходимо рассмотреть. Дело в том, что Джо – эксперт в использовании некоторых весьма эффективных способов подавить любое возможное сопротивление Мэри.

Джо знает, что Мэри чрезвычайно добросовестна. И, если внушить ей, что она пренебрегает своими обязанностями или недобросовестно исполняет роль жены и матери, она из шкуры вон вылезет, лишь бы исправить ситуацию. Поэтому, когда она возражает или высказывает собственное мнение, ему достаточно просто заставить ее поверить, что, споря с ним, она рискует благополучием своей дочери. Если он убедительно сумеет изобразить, что является единственным, кто действительно заботится о ребенке, Мэри легко поверит в собственные черствость и бессердечность.

Ситуации, описанные выше, хорошо продемонстрировали, как Джо воспользовался несколькими очень эффективными тактиками (они будут более подробно рассмотрены в главе 9), которые помогли ему убедить себя в собственной правоте и внушить Мэри, что она оказалась бы неправа, если бы возражала ему. Он выставил в самом выгодном свете (рационализировал[4]) свои эгоистические планы, как в собственных глазах, так и в глазах семьи. Он оправдывал и приукрашивал их, утверждая, что никто, кроме него, настолько не заинтересован в успехах дочери. Он напомнил обо всех случаях, когда учителя в школе Лизы «забивали» на проблему или «спускали ее на тормозах». И его рационализация оказалась успешной, Джо удалось убедить Мэри: если она не согласится с его мнением, это будет означать, что она заботится о Лизе намного меньше, чем он. Джо замаскировал свои истинные намерения. В действительности ему нужна была дочь с супердостижениями, которая стала бы его достойным отражением и подпитывала бы его и без того раздутое эго. Он заботился вовсе не о благополучии дочери, он просто жаждал еще сильнее самоутвердиться за счет родного человека.

Кроме того, Джо активно отрицал свою роль в трудностях, которые испытывала его дочь, и проецировал вину на других. Если бы он хоть на минуту почувствовал себя виноватым, то, возможно, перестал бы давить на дочь. Его отрицание – это не только способ, которым он поддерживает или «обороняет» свое позитивное самовосприятие, как утверждает классическая психология. Это еще и средство оправдать любые свои действия. И это очень важно понять. Отрицая свою причастность к проблемам дочери, Джо не столько подкрепляет и защищает что-либо. Он, в первую очередь, борется, стремясь преодолеть все препятствия на пути к тому, что он хочет, и не желая подчиняться воле других.

Еще Джо знает, как держать Лизу под каблуком. Он постоянно посылает ей едва заметные, чаще всего невербальные сигналы о том, что, чем послушней она будет себя вести, тем дольше останется для отца любимой «малышкой». Но если она надумает протестовать, отстаивать свои права или не оправдает ожиданий, он аккуратно дает ей понять, что за это придется заплатить адом.

Я помню, насколько тонкими, но эффективным были завуалированные угрозы Джо, его намеки на предполагаемое наказание, которое ожидает любого, кто не соглашался с ним. Даже взгляды, которые он бросал на дочь, временами пугали. В действительности и поездку в клинику для «оценки» и «подавления в зародыше этого своевольного неповиновения» Джо использовал как тщательно замаскированное скрытое наказание.

Как опытный серый кардинал, Джо прекрасно осведомлен обо всем, что может нарушить нужный баланс сил, пошатнуть его власть в семье. Когда команда врачей в клинике превратила идею консультирования в полезную для Лизы, и девочка увидела в ней возможность выплеснуть свои чувства, а вовсе не наказание, Джо быстро вывернул ситуацию в свою пользу. Он любезно проинформировал специалистов, что подобная методика уже давно отработана, и в их услугах больше не нуждаются. Он понял, что баланс сил может быть нарушен, но не желал допустить этого. Он сделал все необходимое, чтобы сохранить власть, контроль и доминирующее положение.

Случай с Лизой стал для меня показательным провалом лечения. Из него я узнал, что, если вы хотите победить манипулятора, ни в коем случае нельзя давать ему почувствовать, что он может проиграть. В главе 10 мы более подробно рассмотрим, насколько важно в отношениях с манипулятором выработать взаимовыгодный сценарий.

3. необузданная жажда власти

Для любой агрессивной личности самое главное в жизни – завоевать власть и достичь доминирующего положения над остальными. Среди тех, кто работает с недвижимостью, бытует старая поговорка «Важны только три вещи: местоположение, местоположение и местоположение». Для любой агрессивной личности тоже важны только три вещи: положение, положение и положение! Так вот, мы все хотим власти в той или иной мере. В этом нет ничего предосудительного и нездорового. Но то, насколько мы амбициозны, какими методами мы добиваемся своей власти и поддерживаем свою власть, как мы ее используем, когда она у нас есть, многое говорит о нашей личности. Скрытые агрессоры – это беспощадно честолюбивые люди, но они стараются, чтобы их не воспринимали такими. Следующая история – о человеке в сутане, который лжет себе и своей семье о настоящем хозяине, которому он служит.

Священник и его предназначение

Приходской священник Джеймс чувствовал легкую растерянность в тот день, когда вместе с женой Джин и детьми покинул свой уютный коттедж рядом со старинной сельской церковью. Он уже говорил детям, что переезд в город подарит им новые впечатления и новые возможности. У них появится гораздо больше занятий, и они перестанут жаловаться, что отец никогда не находит времени пойти с ними в поход или сплавиться по реке. Он успокоил Джин, когда та поделилась опасениями, что служение более многочисленной пастве может добавить проблем в их отношения. Он был очень убедителен, пеняя жене – ведь она всегда неохотно мирилась с тем, что служение Господу стоит у него на первом месте. Джин признала свой «эгоизм» и вновь пообещала Джеймсу свою поддержку.

Местная паства уже несколько недель судачила о переезде. Ходили слухи, что священники именно столичной общины всегда добивались стремительного взлета по карьерной лестнице. Джеймс отвечал на вопросы с обычной скромностью: «Я не знаю, что уготовил мне Господь. Я просто иду туда, куда он меня ведет».

Пастор столичной конгрегации был поражен преданностью, трудолюбием и рвением Джеймса. Он несколько раз напоминал ему, что нет необходимости отвечать на каждую просьбу о домашнем визите или заглядывать почти на каждое собрание по изучению Библии. Но Джеймс отвечал, что находит служение Господу «вдохновляющим», и заботился о своей пастве с большой энергией.

Толпа, собиравшаяся после воскресной службы, казалось, увеличивалась после каждой страстной проповеди. Джеймс выглядел смущенным от частых похвал прихожан, превозносивших его преданность делу. Он отвечал, что служение нуждам других людей приносит ему несказанную радость и удовлетворение. Он говорил всем, как счастлив быть просто смиренным слугой Господа.

Казалось, все любили и уважали Джеймса. Вот почему Джин долго не решалась на новый разговор с ним. Она все еще чувствовала себя виноватой и, как не раз повторял Джеймс, эгоистичной. Но она уже начала уставать от вечеров в одиночестве.

Она нуждалась в поддержке мужа и возможности обсуждать с ним семейные дела, чтобы он тоже помог детям приспособиться к новой школе и новому району. Она даже попросила его вернуться на все еще вакантную должность в старом деревенском приходе. Джеймс твердо заявил, что намерен остаться. В какой-то момент Джин под влиянием порыва даже пригрозила уйти. Но к тому времени, когда разговор закончился, она уже чувствовала себя очень виноватой. Она думала, Джеймс прав, напоминая о том, как ничтожны желания отдельных людей по сравнению с волей Бога. «Если на то не было Божьей воли, то почему появилась такая возможность?» – вопрошал Джеймс. Джин смирилась с тем, что им никуда не деться и просто придется привыкнуть и жить дальше. Она сделала все возможное, чтобы объяснить это своим детям.

Джеймс был немного ошарашен словами пастора на еженедельном собрании: «Знаете, Джеймс, уже поговаривают, что вам пора готовиться занять место в Совете старейшин, и я не могу с этим не согласиться». Затем он продолжил: «Понятия не имею, почему кто-то считает, что у вас дома могут возникнуть проблемы, которые помешают этому. Если бы я предположил, что в этих слухах есть хоть доля правды, я бы не рекомендовал вас».

Вечером Джин не могла поверить своим ушам. Они собираются выйти в свет! У них появилась няня. За ужином Джеймс рассказал Джин о своих планах отправиться всей семьей в поход и на рыбалку в ближайшие долгие выходные. Он уже обсудил все детали с пастором. «Что на тебя нашло?» – поинтересовалась Джейн. «Я начал кое-что переосмысливать, – ответил муж. – И в конце концов, ты же знаешь, я люблю тебя больше жизни».

Скрытые планы Джеймса

Джеймс – скрыто-агрессивная личность. «Прикрываясь» служением Господу и нуждам людей, на самом деле он старается удовлетворить свои амбиции в отношении престижа, положения и власти. У него явная патология характера. Человек со здоровым характером умеет соотносить собственные интересы с интересами и потребностями других людей. Джеймс лишен подобного умения. Утверждая, будто «служит» нуждам всех без исключения верующих, он постоянно пренебрегает нуждами своей собственной семьи. Забота о людях – в действительности последнее, о чем он думает. Удовлетворение собственных амбиций – вот истинная цель Джеймса. И лучшее доказательство этого – его реакция на намек пастора, что его место в Совете старейшин может оказаться под угрозой, если возникнут проблемы в семье. Джеймс мгновенно нашел время для Джин и детей. Но произошло это вовсе не потому, что он испытал чудесное преображение и стал тем человеком, который впредь будет внимательней относиться к нуждам родных. Настоящая причина – все та же жажда власти. Джеймс хорошо понимал, что если не создаст впечатление счастливой семейной жизни, то не получит желаемого.

Как Джеймс манипулировал Джин

Джин – одна из самых великодушных и добрых людей, которых я знаю. Пожалуй, она даже слишком самоотверженна. Ее бескорыстная преданность – это возможность для Джеймса манипулировать женой и эксплуатировать ее. Когда она просит его уделять больше внимания собственной семье, он использует широко известный в психологии прием «создания чувства вины» и ненавязчиво давит на совесть, желая показать, насколько эгоистичны и чрезмерны ее претензии. Джин из неблагополучной семьи, ей с детства хорошо знакомо чувство вины и ядовитого стыда. Поэтому она очень восприимчива к подобным воздействиям.

Джеймс умеет создавать видимость служения общему благу лучше, чем большинство скрытых агрессоров, с которыми я сталкивался. В душе Джин воспринимает мужа, как эгоистичного и равнодушного человека, но его поведение и поступки в реальности говорят о том, что он самоотверженно предан своему делу. Это приводит ее в замешательство, заставляет сомневаться в правильности своих ощущений. Сама Джин глубоко верит в бескорыстную преданность долгу. Поэтому, когда Джеймс прикидывается святым, а ее обвиняет в эгоизме и чрезмерной требовательности, она соглашается.

Но лучше всего раскрывает характер Джеймса (да и любого человека) то, как он добивается власти и использует ее. Джеймс не только жаждет власти в ущерб своей семье, но и злоупотребляет властью, полученной им как представителем Господа, чтобы подавить сопротивление своей супруги. Хотя часто говорят, что власть развращает, Джеймс – живое доказательство того, что сама по себе власть не способна испортить характер. Он уже испорчен, и именно его болезненный недостаток заставляет Джеймса любыми способами добиваться власти и злоупотреблять ею, как только она появляется. Тот же самый недостаток характера за последние годы привел к гибели нескольких выдающихся телевизионных проповедников. Власть не развращала этих людей. Она только ухудшила и без того нездоровую ситуацию. Необузданная жажда власти и беспринципное ее использование являются яркими симптомами серьезной патологии их характера. Они с самого начала были чрезмерно амбициозными манипуляторами.

В поддержку моего мнения о том, что власть сама по себе никого не портит, я скажу следующее. Подумайте о той безграничной власти, которую родитель имеет над младенцем. В первые годы жизнь ребенка целиком и полностью находится в руках родителей. И большинство из них, за редким исключением, пользуются своим могуществом невероятно осторожно и трепетно. Это происходит потому, что родители со здоровым характером добросовестно относятся к той невероятной ответственности, которая возложена на них, и тщательно исполняют свои обязанности. Они не злоупотребляют властью, которой обладают. Если бы простое обладание властью само по себе развращало, ни у кого из наших детей не было бы ни единого шанса.

Так уж получилось, чем больше власти обретал Джеймс, тем явственнее проступали черты его истинного характера. Все чаще стали происходить мелкие ссоры с некоторыми влиятельными прихожанами. И причиной этих столкновений всегда было одно и то же – власть! Большинство хотело сделать одно, а Джеймс – другое. Еще какое-то время ему удавалось добиваться нужных результатов с помощью излюбленной тактики навязывания чувства вины, тонкого стыда и рационализации. Но борьба за власть становилась все более напряженной. В итоге группа заинтересованных членов конгрегации тихо подала прошение о переводе Джеймса в другую общину. Желание Джин наконец-то исполнилось. Джеймс вернулся на прежнюю работу. Иногда пути Господни действительно неисповедимы!

4. Склонность к обману и лести

Иметь дело со скрыто-агрессивными личностями – все равно, что получать удар хлыстом. Часто вам даже не удается понять причину возникшей боли, и это может продолжаться довольно долго, пока не нанесет серьезный ущерб вашему здоровью. Если вы хоть раз имели дело с одним из этих великих комбинаторов, то знаете, насколько очаровательными и обезоруживающими они могут показаться. Они – мастера обмана и обольщения. Они покажут вам то, что вы хотите увидеть, и скажут то, что хотите услышать. Следующая история поведает о человеке, который хорошо знает, как очаровать и задобрить любого, и с той же легкостью способного разбить чужое сердце.

История Дона и Эла

Всем нравился Эл. С тех пор как он появился и взялся за дело, продажи неуклонно росли. Отношения с клиентами улучшались. Более того, укрепился моральный настрой в коллективе. Эл не скупился на комплименты и умел убедить любого в его полезности и нужности. Вам казалось, он на самом деле любит и ценит вас. Вы хотели быть в его команде, потому что считали, он всегда будет на вашей стороне. В нем определенно было нечто особенное – его харизма. Да, всем нравился Эл.

За исключением разве что Дона. После многих лет в бизнесе и работы на самых разных боссов он немного зачерствел. Иногда он чувствовал себя неуютно рядом с Элом, даже когда тот делал комплименты или предлагал свою поддержку. Но Дон никак не мог понять, почему ему настолько неловко. Однако он не мог отрицать, как много Эл сделал для компании, и с каким уважением относятся к нему его сотрудники. Он также не мог сказать, будто это неприятно – чувствовать, что тебя ценят и поддерживают так, как это делает Эл. В итоге Дон тоже проникся к нему добрыми чувствами.

Дон не знал, как относиться к однажды дошедшим до него слухам, будто Эл собирается взять нового человека на его место. Он понимал, что стареет и не ставит новых рекордов продаж. Но от Эла по-прежнему слышал только похвалу. Он даже вручил Дону благодарственную грамоту за годы выдающейся службы. Дон решил, что лучше всего будет спросить Эла напрямую, не собирается ли тот его уволить. В ответ прозвучало: «Я рад, что ты пришел ко мне, Дон. Мне было бы очень неприятно думать, будто ты считаешь, что я мог бы уволить тебя без предупреждения, если бы оказался чем-то недоволен. Я всегда действую открыто. Уверяю, ты можешь работать столько, сколько посчитаешь нужным». Дон успокоился. Кроме того он почувствовал себя пристыженным за свои прежние подозрения.

В тот день, когда в их отделе все-таки появился новый человек, Дон растерялся и встревожился. Хотя Джефф признался, что Эл нанял его и назначил работать в том же районе, Дон не мог точно сказать, какова будет роль Джеффа. Все что он знал – они оба работают за комиссионные, и если Джеффу отдадут половину его текущих клиентов, как планировал Эл, Дон через какое-то время окажется по уши в финансовых проблемах.

Дон был зол на Эла. Но худшее заключалось в том, что он ничего не мог подтвердить определенно. Все оставалось на уровне слухов. Он не мог сказать точно, что Эл и Джефф знакомы уже довольно давно и обсуждают эту сделку в течение нескольких месяцев. Он также не был уверен, что договоренность вступила в силу именно в тот день, когда Эл лично заверил его в собственной искренности и открытости и вручил ему благодарственную грамоту. Кроме того, он не мог найти никаких доказательств, что Эл солгал ему. Но самое худшее ожидало его впереди, и Эл ни разу не упомянул об этом. Он до последнего момента не говорил Дону, что вскоре попросит его разделить клиентскую базу с новичком «для блага компании и ее будущего». А сообщая о своем решении, Эл заявил, что ожидает от него, даже в таком возрасте, как всегда добросовестного выполнения работы по привлечению новых клиентов. Но что действительно вывело Дона из себя – это слова ободрения Эла. «Я все еще уверен в твоих способностях и не собираюсь тебя отпускать, как уже говорил раньше. Я надеюсь, ты правильно оценишь ситуацию и останешься с нами, хотя я, безусловно, пойму, если ты все-таки решишь уйти».

Дон оказался перед трудным выбором. Он мог остаться и буквально начать все с нуля, хотя его здоровье и выносливость были уже далеко не оптимальными, или же он мог пораньше выйти на пенсию и как-нибудь сводить концы с концами. Он прекрасно знал, что прожить на половину обычных комиссионных будет гораздо труднее. Однако он все сильнее убеждался, что его подставили. Он начал понимать: Эл ничего ему не сказал, чтобы Дон не ушел раньше времени. Его несвоевременный уход неблагоприятно сказался бы на отношениях с клиентами и, возможно, привел бы к потере некоторых из них. Это стоило бы компании части доходов и испортило бы имидж Эла как одной из «восходящих звезд» компании. Но самым тяжелым для Дона оказалось то, что он остался в одиночестве. Многие по-прежнему любили Эла.

Великий комбинатор

Среди наших знакомых непременно найдется кто-то, похожий на Эла. Умный и обаятельный, он ждет от окружающих ответной преданности, создавая видимость, будто поддерживает их. По правде говоря, единственная реальная забота Эла – его карьера. Еще Эл лжет. Он, возможно, и не говорит заведомую неправду, но он с легкостью лжет недоговаривая. Он был не до конца честен, когда Дон спросил его о своем будущем в компании. У Эла действительно не было планов уволить Дона. Эл был готов оставить его, если придется, но он рассчитывал «надавить» на Дона и надеялся, что тот уйдет сам. Воздерживаясь от откровенной лжи, он сохранил кажущуюся честность. Недоговаривая, он куда эффективней выполнял свою грязную работу.

Рано или поздно Дон станет слишком большой обузой для компании. Эл мог бы прямо сказать ему об этом, но он предпочел уклониться от темы. И вовсе не потому, что заботился о чувствах Дона, а исключительно ради личной выгоды. Новому человеку потребуется время, чтобы освоиться, а Дон помог бы ему разобраться в незнакомой обстановке. Негативная реакция со стороны Дона в случае вынужденного ухода или увольнения сверху подпортит сияющий образ Эла. Но если Дон уволится с работы по собственному желанию, Эл сохранит свой имидж хорошего парня. Такое ловкое, хитроумное маневрирование – отличительная черта скрыто-агрессивной личности.

Дон никогда не был моим пациентом, но я хорошо знаю историю его и Эла. Так уж случилось, что позже Эл показал, каким он являлся на самом деле. Он совершил чудовищное преступление, за которое сейчас отбывает срок в тюрьме. Он надеялся, что оно сойдет ему с рук так же успешно, как обычно ему удавалось морочить всем голову. К счастью, такого не произошло.

Эта история дала вам представление о серьезных нарушениях в характере Эла. Они существовали задолго до того, как открылась его жестокая сущность, которую он успешно скрывал в течение долгого времени.

5. Грязная борьба

Иногда говорят, что в деловом мире человек человеку волк, и каждый должен клыками прогрызать себе дорогу наверх. Но есть разница между честной конкуренцией, которая действительно выявляет лучших и способствует общему успеху, и хитрыми подковёрными интригами, которые сеют хаос и создают напряженность в коллективе. Работа со скрыто-агрессивным сотрудником может стать серьезным источником профессионального стресса.

Ниже вас ждет история женщины, которая никогда не борется открыто и честно. Ни ее напористость, ни амбиции, ни стремление к власти и положению сами по себе не являются проблемами. При правильном использовании этих качеств, они становятся желанными и высоко ценятся руководством в любом, кто стремится продвинуться по карьерной лестнице и помогает коллегам повысить эффективность работы. Неприятное в ней – только хитрые способы, с помощью которых она добивается своих целей.

Самая незаменимая женщина в компании

Хотя у нее не было специального образования или опыта работы на руководящей должности, все соглашались с тем, что Бетти была одним из лучших сотрудников в офисе. Всякий раз, когда боссу требовалось выполнить особое задание, он мог рассчитывать на Бетти с ее упорством, трудолюбием и готовностью решить даже самую сложную задачу. Она была знакома с большинством внутренних рабочих операций, выдержала несколько административных перестановок. Она была незаменима.

Несмотря на ее нужность и ценность для многих отделов, не все чувствовали себя комфортно рядом с Бетти. Тот, кто имел неосторожность когда-либо не согласиться с ней, столкнулись с весьма неприятными ощущениями. Один из ее коллег даже как-то заметил, что единственный раз поспорив с Бетти, он испытал такое же чувство, как тогда, когда подошел вплотную к соседскому забору, и доберман-пинчер с другой стороны зарычал на него и оскалил зубы. Никто не мог привести конкретный пример, что Бетти поступила с кем-то жестоко. Но интуитивно все понимали, что было бы неразумно портить с ней отношения и становиться у нее пути.

Появление в компании Джека в качестве нового исполнительного директора вселило во многих сотрудников надежду на позитивные перемены. Бетти заверила босса: она сделает все возможное и поможет Джеку «освоиться», даже несмотря на то, что уже несколько человек потерпели неудачу на этом посту. Босс как обычно выразил благодарность за ее готовность быть полезной. Он познакомил Джека с Бетти, дав ему понять, что она может многому его научить, и посоветовал ему хорошо к ней относиться.

На первый взгляд Бетти во всем поддерживала Джека. Она часто хвалила его, хотя считала, что многие из предложенных им изменений не подойдут и не принесут нужного результата. Она постоянно повторяла боссу, что пусть идеи Джека «недостаточно проработаны», но у него же самые лучшие намерения. Она не забывала лишний раз напомнить коллегам, чтобы они «просто дали Джеку время» привыкнуть и успокоиться, и тогда их тоже перестанут тревожить те новшествах, которые он пытался привнести в работу. При этом она уверяла остальных, что будет присматривать за происходящим со своим обычным вниманием, а также обязательно держать «в курсе» босса во время регулярных визитов к нему.

Бетти была немного удивлена тем, что кое-кому из ее коллег действительно нравились изменения, которые вносил в работу Джек. Еще большим сюрпризом для нее стало то, как изменился смысл произносимых в ее адрес фраз босса на их еженедельных встречах. Он все реже говорил ей нечто вроде привычного: «Я рад, что ты за всем присматриваешь». Напротив, все чаще ей приходилось выслушивать: «Сначала я не был уверен в идее Джека, но теперь она начинает приносить отдельные результаты» и «Похоже, сотрудники согласны с новой программой Джека – возможно, мы нашли подходящего человека на это место». Однако гораздо сильнее ее удивило обстоятельство, что дел у нее становилось все меньше и меньше.

Люди все больше и больше привязывались к Джеку, и Бетти это понимала. Однажды, обедая с женой босса, она с изумлением осознала, насколько сильно привязался к Джеку ее работодатель. Она также узнала еще кое-что, о чем не подозревала раньше. Каким нетерпимым и консервативным босс может быть. Например, он уволил шофера, узнав, что тот гей.

Позже Бетти рассказывала знакомой, насколько ей было неудобно беседовать с боссом на подобную тему. Ведь на самом деле она не хотела навредить Джеку. Она просто считала, что босс должен быть в курсе, что это поможет избежать предполагаемых проблем в коллективе, если внезапно откроется вся правда о Джеке. «Я не стану скрывать, что не согласна с недальновидными планами, которые он строит. Но вы же знаете, я очень хорошо отношусь к Джеку, как к человеку, – заявила она. – Я понимаю, что не все со мной согласятся, но какая бы у него ни была сексуальная ориентация, лично меня это нисколько не беспокоит». Джек все больше переживал из-за растущей дистанции между ним и боссом. Он недоумевал, почему установившееся между ними взаимопонимание так быстро разрушилось. Чем меньше Джек общался с начальником, тем больше ему приходилось полагаться на Бетти, чтобы получить информацию или передать свои предложения начальству. Она даже рассказала ему по секрету, что босс все сильнее недоволен его работой, но переживает, что увольнение окажется для него слишком тяжелым эмоциональным испытанием. Джек даже был благодарен Бетти за то, что она сообщила ему о возможных вакансиях в другой фирме.

Все были очень удивлены в тот день, когда Джек уволился. Все, кроме Бетти. Несколько раз она пыталась убедить себя и остальных, что он просто не подходил для этой должности. В конце концов, она проработала здесь достаточно долго, чтобы знать, как будет лучше для компании. И нет смысла тратить драгоценное время на беспокойство о Джеке или о ком-то другом, кто мог бы занять ее место. У нее и без того слишком много работы.

Грязные игры

Я хорошо знаком со стереотипами, бытующими вокруг «офисных стерв», знаю о сексизме, который обычно присущ подобным суждениям. Я также осведомлен о двойных стандартах, которыми часто пользуются, когда хотят составить мнение о мужчинах или женщинах, демонстрирующих любой из видов агрессивного поведения. Поэтому я понимаю, что разбор нездорового характера Бетти чреват обвинениями в неполиткорректности. Но уверен, что неприятное чувство, которое вы испытали, читая о Бетти, возникло совсем не потому, что она – женщина. Вас задели именно действия Бетти, ее грязные приемы подковёрной борьбы.

Меньше знаешь – хуже спишь

Джек пал жертвой манипуляций и остался без работы, в основном потому, что имел слабое представление о разделении территории и конкуренции в данном коллективе, а также о стремлении любой агрессивной личности оберегать занятое ею место. Хотя его наняли на должность помощника директора (обязанности которой никогда не были определены формально, и которую не удавалось успешно закрыть за несколько предыдущих попыток), кое-кто уже выполнял эту роль. С первой же попытки сделать то, для чего его наняли, Джек вторгся на территорию, которую Бетти уже считала своей собственностью. Поэтому Бетти сразу принялась «изучать» его уязвимые места в поисках наиболее эффективной цели для удара.

Поскольку Джек не распознал тип личности Бетти, он даже не задумывался, какие шаги она способна предпринять, лишь бы сохранить свою власть. Он принимал все ее мнимые усилия помочь и поддержать за чистую монету. Он, как и большинство людей, на самом деле не понимал, что существуют характеры, сильно отличающиеся от его собственного. Неспособность опознать волка или волка в овечьей шкуре превратилась в его самую большую слабость. С тех пор Джек научился отличать такие типы личности. К сожалению, ему пришлось научиться этому на собственном горьком опыте.

Реактивная и хищническая агрессия

Характерный для Бетти «стиль» добиваться своего и цепляться за власть ярко иллюстрирует один момент агрессивного поведения, который слишком часто игнорируют профессионалы. Агрессия бывает двух очень разных типов: реактивная и хищническая (некоторые исследователи предпочитают термин «инструментальная»). Реактивная агрессия – это эмоциональная реакция на угрожающую ситуацию. Это не то, что мы планируем, это то, что мы делаем спонтанно, когда напуганы до смерти и нам некуда бежать. По своей сути реактивная агрессия сильно отличается от хищнической агрессии. Один из докладчиков семинара, который я однажды посетил [24], использовал очень удачную, по моему мнению, аналогию. Допустим, кошка, оказавшись в угрожающей ситуации (например, приближается бульдог), ведет себя достаточно стереотипно. Кошла выгибает спину дугой, демонстрирует когти и может зашипеть. Ее шерсть встает дыбом, а эмоции прямо на поверхности. Несмотря на страх, она фокусирует свой взгляд на потенциальной угрозе и открыто и явно сигнализирует о своей готовности к схватке в надежде, что нападающий отступит и ей не придется сражаться. «Враг» знает, что может произойти, и получает шанс отступить.

Хищническая или инструментальная агрессия – совсем другое. Это не мгновенная реакция, а спланированное и обдуманное действие. Кроме того, она вызвана в первую очередь не страхом, а, скорее, основана на точном расчете и подпитывается определенным намерением. Стиль поведения тоже отличается. Когда кошка находится на охоте (например, замечает мышь), она припадает к земле, шерсть остается гладкой, животное ведет себя тихо и осторожно. Готовясь наброситься на жертву, она держится спокойно и собранно, насколько это возможно. Предполагаемая жертва никогда не замечает заранее, что ее ждет. Если это и происходит, то обычно после того, как становится слишком поздно.

Согласитесь, предполагать, будто кошка преследует мышь из страха перед ней, или потому что злится, или имеет «проблемы с выражением гнева», или «отрабатывает» старую травму и т. д., по меньшей мере, нелепо. Тем не менее, именно подобные предположения делают многие специалисты в области психического здоровья и неспециалисты, когда отправляют хищных агрессоров на занятия по управлению гневом или в группы по преодолению страха близости. Далеко не каждому удается рассмотреть истинную подоплеку хищнической агрессии и в равной степени трудно принять факт, что все существа способны на агрессивное поведение данного типа.

Очевидно, что Бетти боялась потерять работу и «отреагировала» на «угрозу», избавившись от своего врага. Но ее поведение в рассказанной выше истории, скорее напоминает не испуганную кошку, а кошку на охоте. Как при любом проявлении хищнической агрессии, Бетти действовала не под влиянием страха или какой-либо другой эмоции, ей двигало осознанное желание. Точно так же, как в случае с кошкой, которая просто хотела пообедать, поведение Бетти отражало ее аппетит к власти и статусу. Бетти способная, умная и хитрая, когда дело касается ее амбиций и стремления удовлетворить их. Перед тем как «накинуться» на Джека, она осторожно подкралась к нему, оставаясь при этом спокойной, собранной, тихой, и не воспринималась угрозой до момента, пока не нанесла решительный удар. Джек даже не заметил, как все произошло.

6. Отсутствие совести

Агрессивные личности не любят, когда их вынуждают делать то, что они не собирались, или мешают поступать так, как им хочется. «Нет» – это ответ, который они не примут никогда. Поскольку они активно сопротивляются любым ограничениям в своем поведении или желаниях, у них возникают проблемы с формированием здоровой совести.

Совесть можно представить как барьер, который каждый человек создает для себя сам на пути беспрепятственного достижения личных целей. Это набор внутренних «ограничителей». Агрессивные личности сопротивляются попыткам общества вживить им подобные тормоза. Они склонны бороться с процессом социализации еще на ранних стадиях. Если они настроены не слишком агрессивно и видят какую-то пользу в самоограничении, то способны усвоить некоторые запреты. Но в целом их не приемлют. Вот в чем суть совести: усвоение и принятие общественного запрета – это окончательный акт подчинения. Поскольку все агрессивные личности ненавидят подчинение и сопротивляются ему, совесть у них неизбежно ослаблена.

У ослабленной совести скрыто-агрессивных людей есть несколько отличительных признаков. Воздерживаясь от откровенных проявлений враждебности по отношению к окружающим, агрессоры умудряются убедить себя и остальных, что они не такие уж безжалостные люди. Они могут соблюдать букву закона, но с легкостью нарушают его суть. Они могут ограничивать себя, когда это в их интересах, но никогда по-настоящему не подчинятся ни сторонней власти, ни общепринятым правилам. Многие спрашивали меня, уверен ли я в том, что скрыто-агрессивные люди настолько расчетливы и коварны, как я их описываю. «Возможно, они просто не могут с собой справиться», – говорили мне. Или: «Они, должно быть, делают это неосознанно». Отдельные скрыто-агрессивные личности в какой-то степени невротичны и поэтому склонны обманывать себя относительно своих агрессивных намерений. Но большинство из агрессоров, с которыми я сталкивался, в первую очередь были характеропатами и целенаправленно пытались скрыть от других свои истинные намерения и агрессивные планы. Они могут вести себя вежливо и пристойно, когда за ними внимательно наблюдают или когда они находятся в уязвимом положении. Но когда они уверены, что у окружающих не получится их распознать и наказать – картина резко меняется. Пример тому – следующий случай.

История Мэри Джейн

Мэри Джейн готова была сдаться. Неужели недостаточно того, что муж бросил ее ради более молодой женщины, и ей пришлось одной растить сына? Сейчас она проходила уже одиннадцатое собеседование после пяти недель ожидания ответов и обещаний «Мы вам перезвоним». Она была в отчаянии и больше не скрывала этого. «Мистер Джексон, – взмолилась она, – если вы возьмете меня на работу, я обещаю, что буду работать усерднее всех, кого вы когда-либо встречали. Мне очень, очень нужна эта работа».

Когда на следующий день Мэри Джейн приступила к работе, в ее сердце жило больше надежды, чем за все предыдущие месяцы. Однако она все еще чувствовала себя очень неуверенно. Она дала понять мистеру Джексону, в каком отчаянии находится, и даже не заикнулась о вероятных перспективах повышения зарплаты и продвижения по службе. Мистер Джексон знал, что у Мэри Джейн мало опыта работы, и все же дал ей шанс. По ее мнению, это говорило в его пользу.

В те дни, когда Мэри Джейн чувствовала себя неуютно рядом со своим боссом, она не забывала о том, как важна эта работа для ее нынешнего существования, а также для ее будущего. Несмотря на то, что Мэри Джейн немного нервничала, когда босс чересчур низко наклонялся к ее плечу или слишком пристально смотрел на нее, она старалась не обращать на это внимания и сосредоточиться на своих обязанностях. Просто у него была такая манера поведения. Босс всегда был «любезен» с женским персоналом. Кроме того, он во всеуслышание заявлял, что счастлив в браке, и любил хвастаться своей женой и детьми, когда они приходили в офис.

Только через год или около того без повышения зарплаты и под давлением растущих обязанностей Мэри Джейн решила, что ей пора серьезно поговорить с боссом. Конечно, она уже подходила к нему раньше. Но не смогла не согласиться, когда он сказал, что, несмотря на старания, у нее нет никаких реальных навыков работы на рынке, и она должна быть благодарна за предоставленный шанс. Он также напомнил, что много раз предлагал ей «особые» условия, при которых она выполняла бы сверхурочную работу за дополнительное вознаграждение без ведома других сотрудников, тем самым, исключая возможные обиду и ревность со стороны коллег. Однако мысль о том, чтобы встретиться с боссом за ужином и поработать в его загородной резиденции, неприятно беспокоила Мэри Джейн. Она никогда не говорила прямо, что рядом с ним чувствует себя дискомфортно, потому что не хотела обидеть. К тому же она не могла толком объяснить причины этой неловкости.

Однажды, работая допоздна и оставшись в офисе в полном одиночестве, Мэри Джейн наконец-то решилась серьезно поговорить с мистером Джексоном. Она считала, что имела право выразить недовольство растущими требованиями к работе и тем фактом, что, в отличие от других, она никогда не получала повышения. Возможно, причина заключалась в том, что в этом большом пустом здании Мэри Джейн с боссом остались один на один, но поведение мистера Джексона резко изменилось. «А я думал, ты умная девочка, – сказал он. – Если бы ты сразу повела себя правильно, то могла бы получить почти все, что хотела». Мэри Джейн встревожилась только сильнее и потребовала от босса сказать точно, что он имел в виду. Неужели он совсем не оценил ни ее профессионального роста, ни той самоотдачи, с которой она выполняла свою работу, ни той нагрузки, с которой ей приходилось справляться? «Не льсти себе! – возразил он. – Здесь найдется достаточно людей, которые точно знают, с какой стороны их хлеб намазан маслом! Некоторые из них оказались гораздо более сговорчивы, и теперь можешь видеть, как далеко это помогло им продвинуться! Вот уже целый год я жду, когда ты прозреешь».

Мэри Джейн чувствовала себя отвратительно – ее просто использовали! Наконец она четко убедилась в том, о чем всегда подозревала, но никогда не могла доказать. Теперь доказательства у нее были, но не было свидетелей! Более того, она попала в настоящую ловушку. Мистер Джексон был прав, когда говорил, насколько важно для нее получить хорошую рекомендацию от своего единственного работодателя, но вряд ли она ее получит, если у нее хватит наглости уволиться. Хотя Мэри Джейн было стыдно за себя, она все еще отчаянно нуждалась в его финансовой поддержке, поэтому действительно не могла просто взять и уйти.

Ею манипулировали, ее эксплуатировали. Мэри Джейн с трудом сдерживалась, когда мистер Джексон с широкой улыбкой совершал ежедневный обход кабинетов, делая редкие остановки, чтобы поделиться фотографиями сына или показать новое кольцо, которое он купил на день рождения жены. Именно эта самонадеянная улыбка в конце концов заставила ее уйти. Она просто больше не могла подобное терпеть.

Полная безнаказанность

Скрытые агрессоры прекрасно осознают уязвимость своих жертв и пользуются ею. Обычно они очень тщательно выбирают людей, с которыми собираются общаться или работать. У них особый талант находить тех, кого они могли бы держать в позиции «снизу». Им нравится властвовать над другими. Мой опыт подсказывает: то, как человек использует власть – самый надежный показатель, раскрывающий его характер. Босс Мэри Джейн, несомненно, характеропат. Он одновременно направленно-агрессивная и скрыто-агрессивная личность. Хотя поначалу он казался человеком, который хотел помочь, в действительности – у него нет совести. Он рассчитывал, что незащищенность Мэри Джейн даст ему преимущество. И, уверенный в собственной неуязвимости и безнаказанности, он в конце концов проявил свой истинный характер.

Бессовестный, но не «социопат»

Мистер Джексон мало беспокоится о правах и нуждах других людей. Возможно, из-за этого некоторые назовут его антисоциальным или даже социопатом. Но его обычное поведение не направлено против общества. Он никогда не нарушал никаких серьезных законов, и благодаря своему бизнесу является одним из членов социума, активно работающим на его благо. Следовательно, по сути он не антисоциален. Но мы обязательно должны отметить его бессердечность и пренебрежение к окружающим, его готовность манипулировать ими и эксплуатировать их. Его совесть находится в зачаточном состоянии, но мы не можем заявить уверенно и твердо, что он напрочь лишен всякой совести, а потому не можем с полным правом назвать его психопатом или социопатом. Однако он определенно соответствует всем критериям направленно-агрессивной и скрыто-агрессивной личности, описанным в главе 1.

Корень «зла» мистера Джексона

Вероятно, найдутся те, кто считает, что люди, подобные мистеру Джексону – воплощенное «зло» [25]. Но что же делает его настолько порочным? Неужели он «злой» только потому, что агрессивен? Является ли агрессия сама по себе «грехом»? Агрессия по отношению к другим людям способна причинить боль и страдания, поэтому очень легко представить ее воплощением «зла». Но не вся агрессивность мистера Джексона привела к страданиям других людей. Правильно направленная агрессия привела к успеху его бизнеса и финансовому благополучию многих сотрудников. Мистеру Джексону не удалось полностью «подчинить» и ответственно сдерживать свои агрессивные наклонности. Когда дело касается его желания получить от других людей то, что ему необходимо, он почти не ограничивает себя. Он знает, как выглядеть прилично и как заметать следы. Он даже знает, как защитить себя, если его разоблачат. Итак, «зло» мистера Джексона заключается в следующем: хотя он прекрасно знает, как произвести хорошее впечатление, он вовсе не собирается быть хорошим по-настоящему и не желает предпринимать хоть какие-то усилия, чтобы контролировать свое агрессивное поведение.

Уязвимое положение

В жизни каждого человека случаются моменты, когда он оказывается в безвыходном положении и становится потенциальной жертвой для возникшего на его пути манипулятора. Мистеру Джексону даже не пришлось долго подбирать способы, которые помогли бы ему наиболее эффективно надавить на Мэри Джейн. Он прекрасно видел ее слабое место и использовал его в своих интересах. Он старался сделать ее гораздо более уязвимой по сравнению с коллегами, а потом предложил ей выход из положения, когда она, как ему казалось, слишком отчаялась, чтобы отказаться. Это стало главной тактикой его манипуляции.

Мэри Джейн следовало получше присмотреться к своему будущему начальнику, но ей действительно срочно требовалась работа. Она находилась в настолько безвыходном положении, что ею легко было манипулировать, заставить ее действовать в чужих интересах. Ее опыт наглядно показывает, как опасно оказаться уязвимой, и на какие черты характера следует обращать внимание при знакомстве с теми, кто может легко воспользоваться вами, когда вы слишком беззащитны.

7. Абьюзивные манипулятивные отношения

Скрыто-агрессивные личности используют различные уловки, чтобы удержать в подчинении своих партнеров по отношениям. Конечно, для того чтобы отношения начались, нужны двое, и каждая сторона отвечает за собственное поведение. Но скрытые агрессоры настолько искусно используют чужие слабости и эмоциональную незащищенность, что способны обмануть почти любого. Людей, находящихся в абьюзивных отношениях со скрыто-агрессивными личностями, поначалу подкупает их внешнее обаяние и мягкость. К тому времени, когда они осознают истинный характер своего партнера, они успевают вложить слишком много эмоций и усилий в попытки наладить отношения. Поэтому им очень трудно все бросить и просто уйти.

Женщина, которая не могла уйти

Дженис чувствовала себя виноватой из-за того, что собиралась сделать. Вот уже несколько дней ее не покидало это ощущение. Она решила уйти от Билла. Она не планировала разводиться с ним, но ей требовалось время и личное пространство, чтобы разобраться в происходящем. У нее не получалось ясно мыслить, оставаясь с ним в одном доме, хотя она и не находила убедительных объяснений подобному. Поэтому она решила на некоторое время уехать. Находясь в гостях у сестры в другом городе, Дженис неожиданно осознала, какое это облегчение – оказаться вдали от постоянных семейных конфликтов. И дело не в том, что она не любила помогать своей дважды разведенной дочери растить ребенка, оставшегося без отца. И даже не в том, что взрослый сын, бросив колледж и оставшись без работы, опять поселился в доме родителей и не торопился искать отдельное жилье. Но ей всегда приходилось только отдавать, отдавать и отдавать, лишь бы родные ни в чем не нуждались. Теперь, опустошенная и уставшая, она хотела что-то сделать и для себя. Она вроде бы вздохнула с облегчением, но при этом, как всегда, чувствовала себя виноватой.

В первую очередь Дженис укоряла себя, что бросила Билла. А ведь он не раз жаловался жене, как на него давят на работе. И да, он снова пил, но уже не так, как раньше. Вероятно, Билл был прав, когда упрекал Дженис, что в последнее время она не уделяет ему должного внимания, и что ему не хватает ее поддержки. И возможно, она тратила слишком много денег, когда они не могли себе позволить лишних расходов, как и утверждал Билл. Но именно нынешнее поведение мужа отбивало у нее всякое желание его поддерживать. Но даже из-за этого она тоже чувствовала себя виноватой.

Дженис сильно переживала, когда представляла, что может случиться с Биллом, если она уедет навсегда. Она уже несколько раз пыталась уйти от него. Но каждый раз ее возможный уход ставил под угрозу его «выздоровление». Она многое узнала о химической зависимости, когда заставила мужа обратиться за помощью в программу «28 дней». Но ей казались вполне убедительными и логичными уверения Билла, что ему нужны вовсе не психологи, лечение или «Анонимные алкоголики». Действительно, в те дни, когда у него все хорошо складывалось на работе и дома, когда Дженис поддерживала его, муж не напивался. Видимо, Билл прав, думала она, утверждая, что уходил в запой и оттого поступал отвратительно и мерзко (скандалил, изменял, обманывал) только в те моменты, когда она угрожала бросить его.

Несмотря на по-прежнему не покидавшее ее чувство вины, Дженис надеялась, что на этот раз все сложится по-другому. Билл уверял ее, что все понял. Он уже говорил это и раньше, но сейчас его слова звучали гораздо искреннее и убежденнее. Он согласился, если ей нужно какое-то время побыть одной, она должна это сделать. В конце концов, он все еще любил ее. Билл сказал Дженис ни о чем не беспокоиться: ни о его проблемах на работе, ни о детях, которые нуждаются в ее внимании, ни о его запоях. Он ведь понимал, что ей нужно позаботиться о себе. И, ему хочется верить, она будет скучать по нему так же сильно, как он уже скучает по ней.

Сразу после тяжелого переезда на отдельную квартиру и начала новой работы у Дженис просто не хватало времени и сил думать о Билле и детях. Поначалу Билл звонил ей изредка, как и обещал. Но в последнее время он начал звонить чаще, объясняя это тем, что она наверняка захочет послушать, как дела у детей.

Во время последнего звонка голос Билла звучал неуверенно, а язык слегка заплетался, когда он просил Дженис не беспокоиться о нем и о том, что его нестерпимо тянет выпить, или о грозящем ему увольнении. Он настаивал, что справляется с «невыносимой тоской» от разлуки и проблемами с детьми настолько хорошо, насколько это вообще возможно в одиночку. Чувство вины не покидало Дженис в течение нескольких недель и только усиливалось.

Неожиданный звонок из больницы привел Дженис в замешательство. «Передозировка? – спрашивала она себя. – Разве можно сердиться на человека, с которым случилась передозировка?» Не будучи уверенной в уместности своего гнева, она в конце концов опять отдала себя на растерзание чувствам вины и стыда. Увидев Билла, лежащего на больничной койке с трубкой в животе, она тут же забыла о словах доктора, будто на самом деле муж принял не такое уж большое количество обезболивающих таблеток, чтобы нанести себе серьезный вред. Она просто смотрела на него, представляя себе боль и страдание, которые «заставили» его сделать это. И снова ей начинало казаться, что она вела себя слишком эгоистично.

Она нужна Биллу, думала Дженис. И от этой мысли ей становилось гораздо лучше. Ей всегда нравилось быть кому-то необходимой. Муж потянулся к ее руке. «Я не надеялся, что ты придешь, – прошептал он. – Но я рад, что ты со мной. Я даже подумал, что не выживу, – добавил Билл. – Но теперь, когда ты вернулась, я уверен, все со мной будет хорошо».

Идеальная жертва

Когда Дженис позвонили из больницы, она разозлилась. Однако она не понимала, почему. Чутье подсказывало, что над ней издеваются, но Билл не сделал ничего откровенно жестокого. Поэтому она не дала волю своему раздражению. Со временем ее гнев сменился привычным чувством вины. В результате она увидела в Билле жертву, а не манипулятора. Когда все уляжется, ее чувство вины пройдет, но появятся разочарование и печаль. В этот порочный круг она попадала уже много раз.

Билл виртуозно владеет одной из тактик манипулирования, он изображает жертву с непревзойденным мастерством. Он точно знает, как вызвать сострадание и заставить жертву почувствовать себя плохой из-за того, что она «бросила» его в трудную минуту. А у Дженис есть все необходимые личностные характеристики, чтобы легко попасться на эту удочку, заглотив наживку целиком. Ей претят мысли о том, что она может оказаться плохим человеком. Она не любит никого обижать. На самом деле она одна из тех людей, которые больше заботятся о благополучии других, чем о своем собственном. Если ей кажется, что она ведет себя эгоистично, ее одолевают чувства вины и стыда. Поэтому, когда Билл совмещает тактику игры в жертву с приемами навязывания вины и стыда, Дженис берет ответственность на себя.

Еще Билл большой специалист в том, чтобы переложить на другого вину за собственное поведение. Он утверждает, что изменяет и впадает в ярость только тогда, когда пьет, а пьет только тогда, когда жена уделяет ему недостаточно внимания или пренебрегает им. У него есть два идеальных объекта для перевода стрелок: Дженис и выпивка. Но гораздо более разрушительным для Дженис является не роль козла отпущения, а роль жертвы этой манипуляции.

Синдром игрового автомата

Существует синдром, который возникает при абьюзивных манипулятивных отношениях и побуждает жертву остаться, даже если она часто задумывается об уходе. Я называю его «Синдром игрового автомата». Тот, кто играл на любом из этих «одноруких бандитов», знает, насколько трудно перестать дергать за рычаг, даже когда вы уже серьезно проигрались. Есть четыре основные причины, из-за которых человек попадает в ловушку этого синдрома. Во-первых, надежда сорвать «джекпот». Люди часто хватаются за возможность получить большой куш при минимальных усилиях, вложениях и затратах. Во-вторых, получите ли вы что-нибудь за ваши старания или нет, зависит только от степени вашей готовности идти до конца (бихевиористы называют это обучением с подкреплением). Вы хорошо знаете, что, прежде чем получить шанс на выигрыш, придется вложить в игру немало средств. В-третьих, время от времени появляется «вишенка» (или нечто, похожее на небольшой джекпот), и вы «выигрываете» что-то незначительное. Это поддерживает уверенность в том, что ваши инвестиции не напрасны, и что действительно существует шанс «выиграть» большую сумму, если вы продолжите вкладываться. В-четвертых, когда измученные «абьюзом» автомата вы испытываете искушение уйти, то сталкиваетесь с самой трудной дилеммой. Если вы уйдете, то потеряете значительные вложения. Вам придется распрощаться не только с «абьюзером», но и с весомой частью самого себя. Расстаться с потраченным временем и энергией, оставшись при этом ни с чем, очень сложно. И вы продолжаете обманываться, говоря себе: «Сыграю еще разок и на этом точно все…»

В начале их отношений Билл был внимателен к Дженис, делал ей комплименты. И Дженис верила, что он действительно любит и ценит ее. Ей очень нравились эти явные проявления симпатии. Вскоре, однако, Дженис осознала, что не получает от Билла знаков внимания и необходимой эмоциональной поддержки, если сама не прикладывает все силы к тому, чтобы исполнять его желания. Время от времени, когда муж чувствовал себя удовлетворенным, он проявлял к ней немного ответной заботы, в которой она так нуждалась. За годы их совместной жизни она вложила слишком много усилий, обеспечивая себе эти крошечные «выигрыши». Синдром игрового автомата поддерживал в ней иллюзию контроля за происходящим, пока ее обдирали как липку. Но теперь, когда она понимала, насколько крупно в итоге вложилась, ей трудно решиться все бросить и уйти. Кроме того, если она все-таки уйдет, то этим самым признает, что несколько лет глубоко ошибалась, и ей опять будет стыдно за себя. Стыд и чувство вины – это самые серьезные проблемы Дженис, именно они сильнее всего мешают ей уйти.

Агрессивные личности и их «реабилитация»

История с Дженис и Биллом и другие подобные случаи научили меня тому, что традиционные модели «реабилитации», предназначенные для лечения химической зависимости, неэффективны и даже вредны, когда применяются к химически злоупотребляющим людям с агрессивными (или скрыто-агрессивными) расстройствами личности. Эти модели обычно предлагают нам рассматривать агрессивную и эмоционально независимую личность как жертву и как человека зависимого. То есть, согласно традиционному подходу, следовало бы считать Билла химически зависимым, а Дженис – созависимой. В последние годы его ревностные последователи включили в «модель созависимости» все виды межличностной зависимости. В таких расширенных рамках каждый человек в какой-то степени становится созависимым. Случаи реальной зависимости и созависимости существуют на самом деле, но они не так распространены, как утверждают многие. Гораздо чаще в более сложных отношениях существует эмоционально независимая, абьюзивная сторона и другая сторона, которая не уверена в себе и страдает от чрезмерной эмоциональной зависимости.

Билл – активно-независимая (агрессивная) личность и жесткий манипулятор. Дженис не созависима, а просто зависима и она – идеальная жертва. Активно-независимый стиль поведения Билла отражается практически во всем, что он делает. Он предпочитает работать на себя, потому что терпеть не может подчиняться и отчитываться перед кем-то. Когда он и его коллеги играют в гольф, он всегда водит тележку сам. Пускай на первый взгляд может показаться, что он наносит себе непоправимый ущерб собственным пьянством, он никогда не забывает о своих интересах и хорошо заботится о себе. Он предусмотрительно завел секретный банковский счет, чтобы финансировать «деловые поездки» с приятелями, и подыскал местечко для встреч и развлечений с другими женщинами. Хотя он очень убедительно играет роль бедствующего мужа и создает впечатление, что зависит от Дженис, его желание сохранить ее рядом в большей степени прагматично. У него в собственности находится довольно приличное количество активов, денежных средств и недвижимости, нажитых во время брака, и он не желает терять их часть из-за справедливого раздела имущества при разводе. Он предпочел бы держать Дженис на привязи, продолжая потихоньку обстряпывать свои грязные делишки. Даже не сомневайтесь, Билл очень независимый парень.

Таким образом, напрашивается вывод: химическая зависимость – это совершенно самостоятельное состояние, не связанное с эмоциональной независимостью или зависимостью. Как показывает мой опыт, абьюзивные личности ведут себя примерно одинаково со всеми «объектами» в их жизни, с которыми у них есть какие-то отношения, в том числе и с выбранными химическими веществами (наркотиками и алкоголем). Билл никогда не соответствовал критериям подлинной алкогольной зависимости (аддикции). Он пил не постоянно, а, скорее, злоупотреблял эпизодически. Судя по его поведению, Билл сам одновременно является и вызывающим зависимость веществом, и человеком, злоупотребляющим им.

Исходя из моего опыта (и опыта все большего числа специалистов [26]), люди с агрессивными расстройствами личности плохо поддаются лечению, которое рассматривает их как классических жертв зависимости. Когда однажды Дженис отправила Билла лечиться (он пошел, чтобы успокоить ее), его поместили в отделение терапии аддиктивных расстройств местной больницы. Используемые там программы лечения химической зависимости, основанные на 12-ступенчатой модели восстановления – сущее наказание для всех агрессивных личностей. Признание, что они могут от чего-то или кого-то зависеть, противоречит самой их натуре. Вера, что какая-то неведомая сила держит ключ к их выздоровлению, несовместима с их завышенной самооценкой. Мысль о том, что они должны подчинить чужой власти свою волю и поведение, им поистине отвратительна. Думать о себе как о человеке зависимом, когда они всю жизнь высоко ценили собственную активную межличностную независимость – просить их о таком неразумно и бессмысленно. Если на них надавить, они способны напоказ вести себя правильно, лишь бы от них отвязались (тактика притворного согласия), но внутри они редко принимают всерьез основные принципы подобных программ.

Как и в случае с другими склонными к подчинению личностями, Дженис изначально привлекли в Билле его уверенность и независимость, которые позволяли ей рядом с ним чувствовать себя в безопасности. Она вечно сомневалась, что способна сама позаботиться о себе. Чтобы поддерживать чувство собственного достоинства, она постоянно нуждалась в чужом одобрении, и потому оказалась слишком уязвимой для манипуляций.

Поведение Дженис гораздо более точно соответствует классической модели зависимости. Ключевые принципы традиционных программ реабилитации созданы будто специально для нее. Ее самооценка стремительно падает без одобрительных слов Билла, и это делает Дженис зависимой от него. Она не может отказаться от разрушающих ее отношений, потому как слишком привыкла к их болезненным аспектам, тем более, она по-прежнему получает от них то, в чем отчаянно нуждается. Ее терпение чересчур разрослось, и потребуется все большая и большая жестокость, чтобы причинить ей достаточно сильную боль, которая заставит ее решиться на перемены. Когда она пытается вырваться из порочного круга, она испытывает психологическую ломку. Привыкание и ломка – отличительные признаки настоящей зависимости. Людям, с такими же проблемами как у Дженис, хорошо помогает терапия в группах типа «Анонимные алкоголики» или в так называемых группах «созависимых». В отличие от своих агрессивных партнеров-манипуляторов, по-настоящему зависимые люди, опустившись на эмоциональное дно, находят в себе силы и желание избавиться от боли. Тогда они, наконец, готовы сделать все необходимое для собственного «выздоровления».

Самое важное в абьюзивных отношениях

Как-то раз участник одного из моих семинаров спросил меня: «Почему, если Билл не зависел от Дженис и не имел с ней никакой психологической созависимости, он прикладывал столько усилий, чтобы не потерять ее?» Я ответил, что Билл, как агрессивная личность, просто ненавидел проигрывать. Проигрыш равносилен отказу от доминирующей позиции и власти. Независимо от того, в каких отношениях находится, Билл стремится быть у руля и контролировать ситуацию. В любых абьюзивных отношениях другой человек сам по себе не представляет для агрессора никакого интереса – такова их суть. Каждый раз, когда Дженис чувствует в себе достаточно решимости хотя бы заявить об уходе, баланс сил нарушается, и власть Билла дает трещину. Вот настоящая причина, почему он бросается в бой. Он не борется за то, чтобы удержать женщину, которую любит, хочет или в которой нуждается. Он всего лишь во что бы то ни стало желает остаться на вершине. Страдая расстройством характера, Билл воспринимает Дженис как собственность. Значит, она не имеет права на отдельную, только ей принадлежащую жизнь и, тем более, на лучшую жизнь с кем-то еще. Для него она – личная вещь, и любая попытка добиться независимости с ее стороны воспринимается Биллом, как вызов ему и его «праву» на господство.

8. Ребенок-манипулятор

Уже в течение многих лет специалисты изучают, как детские страхи и неуверенность влияют на развитие личности. Но они не уделяют особого внимания тому, как дети учатся ограничивать и направлять свои агрессивные инстинкты. Поэтому, когда дело доходит до вопросов, почему и как дети дерутся, и насколько степень агрессивности формирует их личность, создается впечатление, что специалисты просто-напросто отрицают существование подобной проблемы.

Дети, как и все люди, борются за то, что хотят. На ранних стадиях своего социального развития они сражаются открыто и часто физически. Но со временем большинство детей понимает, что такое поведение не приносит нужного результата, а чаще приводит к наказанию. Если их родители достаточно искусны в воспитании, их социальное окружение благоприятно, а сами дети в меру податливы, они учатся контролировать свои откровенно агрессивные порывы и находят другие стратегии для победы в жизненных битвах. Попутно они узнают про эмоциональные «кнопки», которыми обладают их родители и остальные люди, и осознают, что, нажимая на эти кнопки, можно вынудить любого отступить или уступить в конфликте. Еще они учатся тому, что нужно сказать или сделать (или не сказать и не сделать) с целью оставить «противника» в неведении, нарушить его душевное равновесие и заставить защищаться. И под конец дети овладевают приемами скрытой борьбы.

В результате воздействия многих социальных факторов (вседозволенность, чрезмерная терпимость, жестокое обращение, пренебрежение и безответственность) число откровенно агрессивных и скрыто-агрессивных (манипулятивных) детей со временем только растет. Особенно в первые годы моей профессиональной деятельности мне много пришлось работать с детьми и подростками, которые имели эмоциональные и поведенческие нарушения, и их семьями, поэтому я не отрицаю, что моя точка зрения может оказаться предвзятой. Однако я не устаю удивляться, насколько часто ребенку удавалось приобрести чрезмерную власть в семье с помощью слишком хорошо усвоенной им тактики манипулирования. Следующая история основана на одном из таких случаев.

Аманда: ребенок-тиран

Дженни нервничала, сидя в приемной. Она очень переживала за свою дочь. Слова Аманды «Ты, должно быть, считаешь, что я сумасшедшая, потому что только сумасшедшие ходят к мозгоправам!» и «Ты всегда думаешь обо мне всякие гадости!» продолжали звучать у нее в голове. Обеспокоенная тем, как Аманда отреагирует на очередную встречу со специалистом, Дженни впервые пришла на прием одна.

«Я очень волнуюсь за свою дочь, – сказала она. – Должно быть, у нее слишком низкая самооценка». Ее попросили пояснить, и она рассказала о случае, когда запретила Аманде участвовать во внеклассных мероприятиях до тех пор, пока та не станет регулярно выполнять домашнее задание. Она вспомнила, как Аманда рыдала и кричала: «Ты думаешь, что я специально забыла, что я дура, а теперь еще и злишься на меня! Все меня ненавидят! Мой учитель ненавидит меня! А теперь еще и ты меня ненавидишь!», а потом спряталась в своей комнате. «Я вовсе не хотела ее обидеть, – уверяла Дженни. – Я боюсь, она и так уже считает себя слишком плохой. Я просто попыталась ей помочь, чтобы она поняла – надо ответственней относиться к учебе. И объяснить, что меня расстраивает не она сама, а только ее поведение. Но она не стала со мной разговаривать, пока я не пообещала, что не буду ее наказывать, а сначала поговорю с ее учителем. Только тогда она немного успокоилась».

Дженни предположила, что в постоянных жалобах Аманды, будто учителя в школе относятся к ней предвзято, возможно и есть доля правды. «Какое-то время назад у нее была не очень хорошая репутация, но с тех пор Аманда изменилась, – объяснила Дженни. – До прошлого года она была крупнее своего брата Джоуи, а, если откровенно, то и многих детей в школе. Она била Джоуи, издевалась над ним, и ее отстранили от занятий за драку в школьном автобусе. Но мы с ее отцом не оставляли это без внимания. Теперь остальные дети догнали ее, и Джоуи, хотя он и младше, уже перерос сестру и стал выше. Он не тиранит ее, и Аманда обращается с ним совсем не так как раньше».

Дженни беспокоило, что Аманда чувствует себя слишком неуверенно и, следовательно, чрезмерно восприимчива к тому, что говорят о ней в школе. Она рассказала, как часто Аманда жалуется ей, что другие дразнят ее и «выводят из себя», а учителя винят ее в нарушении дисциплины, но сами не обращают внимания, когда ее обижают. Аманда говорила ей об этом несколько раз. «Иногда я думаю, Аманда так же не уверена в себе и лишена чувства собственного достоинства, как и я в детстве, – заметила Дженни. – Я всегда впадала в депрессию, когда не получала достаточно одобрения и поддержки. Один из консультантов, к которому мы обращались раньше, тоже решил, что Аманда переживает депрессию». Дженни вспомнила, сколько раз дочь угрожала сбежать из дома и заявляла, что лучше бы она умерла, и как она хотела бы жить с отцом, ведь только «он ее понимает». «Мне кажется, она чувствует себя беспомощной и подавленной. Вы согласны? Я чувствовала то же самое после развода. Наверное, я совершила ошибку, разведясь с отцом Аманды два года назад. Я тоже пыталась понять его и оправдать, но больше не смогла терпеть побои. Я хочу, чтобы Аманда была счастлива, и не хочу, чтобы она ненавидела меня. Я очень надеюсь на вашу помощь. Мы обязательно должны что-то предпринять. Сегодня позвонил директор школы и пригрозил отстранить ее от занятий. Я уговорила его не делать этого, пока не попробую как-то ей помочь».

Хулиган – он и в Африке хулиган

Аманда не дерется так, как раньше. У нее больше нет физического преимущества в размере и силе, которое она когда-то имела. Но Аманда по-прежнему боец и довольно задириста. Изменились только методы, которыми она сражается. Она изучила слабости матери и знает, какую тактику использовать, чтобы заставить Дженни подчиниться.

Как и большинству людей, Дженни легче распознать агрессивное поведение, когда оно проявляется явно, прямо и на физическом уровне. Она вела себя совершенно иначе со своим бывшим мужем и дочерью, когда те открыто лезли в драку, пыталась им противостоять. Но поскольку она не замечает агрессии в теперешнем поведении Аманды, то невольно допускает ее. В результате Аманда превращается в настоящего манипулятора. Дженни не в состоянии определить, что Аманда нападает, и потому не способна противостоять ей, а значит, по иронии судьбы, она снова становится жертвой насилия.

Я помню, как Дженни впервые попыталась описать частые словесные атаки Аманды. «Я ничего не могу с этим поделать, – жаловалась она. – Дочь так защищается». Я спросил: «Что вы имеете в виду, говоря „защищается“?» «Ну, – объяснила Дженни, – она начинает кричать на меня, говорить, какая я плохая мать, и угрожает что-нибудь сделать с собой». «Очень интересно! Вы воспринимаете эти жестокие словесные атаки как своего рода „оборонительное“ поведение, – с любопытством заметил я. – Но, судя по вашим рассказам, всякий раз, когда вы просите Аманду о чем-то, что она не хочет делать или что ей не нравится, или когда вы настаиваете, чтобы она изменилась, дочь быстро переходит в наступление». «Надо же. А я никогда не рассматривала происходящее с этой точки зрения, – удивилась Дженни. – Но зачем ей идти в атаку, если она не чувствует угрозы?»

Корень проблемы

Как это принято, Дженни искала глубинные причины поведения дочери. Исходя из знакомых ей принципов классической психологии, она считала, что в основе проблем Аманды лежит какой-то страх или неуверенность. Пока была замужем, Дженни, очевидно, точно также пыталась объяснить абьюзивное поведение мужа. Возможно, Аманда и борется с некоторыми страхами и неуверенностью. Возможно, у нее даже есть нерешенные проблемы, возникшие из-за развода родителей. Поэтому она до сих пор злится и винит во всем свою мать. Но все разочарования в жизни, которые «провоцируют» агрессию, только усиливают ее, но не являются ее истинной причиной. Настоящая причина – характер Аманды. Она изменила свой образ действий, научилась сражаться незаметно, хитро и более эффективно. Внушая чувство вины, притворяясь жертвой, перекладывая ответственность на других, используя завуалированные угрозы, она нападает на любого, кто мешает ей получить то, что она хочет.

Как отличить хищника от жертвы

В этой истории Дженни пыталась «помочь» Аманде. Но когда они впервые пришли ко мне, Аманда не нуждалась в помощи и не просила о ней. В действительности ей требовалась коррекция (то есть корректирующий поведенческий и эмоциональный опыт), но не помощь. Настоящей жертвой являлась Дженни, и это она отчаянно нуждалась в поддержке. Аманде же сначала необходимо откорректировать мышление и поведение, чтобы довести ее до состояния, когда она осознает необходимость, попросит и действительно примет любую помощь.

Я не могу не напомнить лишний раз, почему традиционные представления о человеческом поведении и основанные на них методики терпят унизительное поражение, когда дело касается патологий характера и работы с ними. Аманде не нужно осознание. Ей не нужна «помощь». Ей не нужно раскрывать свои бессознательные страхи и сомнения и бороться с низкой самооценкой. Короче говоря, ей не нужно ничего, что предлагают традиционные подходы. Ей необходимо исправиться. Ей необходимо установить ограничения. Ей необходим тот, кто способен противостоять ее искаженным моделям мышления и установкам и корректировать ее скрыто-агрессивное поведение. Кроме того, она нуждается в исправлении завышенной самооценки. Это работа когнитивно-поведенческой терапии.

Дети не готовы к тому, чтобы справляться с чрезмерной властью. У них нет эмоциональной зрелости или необходимого жизненного опыта, они еще недостаточно ответственны. Благодаря своему искусству манипулирования Аманда получила слишком много власти в своей семье. Только расширение прав и возможностей Дженни в ее отношениях с Амандой поможет восстановить психическое и эмоциональное здоровье обеих.

Что важно знать о самооценке

Как и многие другие, Дженни полагала, что Аманда страдает от низкой самооценки. Она с трудом представляла, как можно говорить то, что обычно говорила Аманда, если не испытывать при этом недостатка в самоуважении. Даже подсознательно понимая, что Аманда слишком много на себя берет, она считала, подобным образом дочь компенсирует заниженное мнение о самой себе.

Самооценка не является однополярным чувством. Можно иметь как слишком много, так и слишком мало самоуважения. Человек, который «слишком много на себя берет» не всегда компенсирует заниженную самооценку (так иногда делают невротики, но не характеропаты). У того, кто сумел совладать с превосходящей силой и с успехом пользуется этим, а потому считает, что он непобедим, легко формируется завышенное самомнение. Это особенно верно в случае Аманды и отражается в ее активном стремлении заполучить еще больше власти дома и в школе.

Разница между самооценкой и самоуважением

Чем же отличается самооценка от самоуважения? «Самооценка» – происходит от слова «оценивать». Это интуитивное представление человека о важности своей личности, основанное на том, как он оценивает свои врожденные таланты, способности и связанные с ними успехи в достижении поставленных целей. Люди, которые в первую очередь думают только о себе и уверены в своей способности получить то, что они хотят, склонны чрезмерно ценить себя, но при этом лишены настоящего самоуважения. Самоуважение формируется на основе жизненного опыта и складывается из благоприятной оценки своих личных усилий, приверженности социально значимым целям и, если повезет, успехов в их достижении. Проще говоря, наша самооценка основана на том, что у нас изначально уже есть, в то время как наше самоуважение зависит от того, как мы распорядились тем, что имели.

Самооценка Аманды, без сомнения, разрослась до неприличных размеров. Не воспринимая свою мать, учителей или других авторитетных людей как личности, заслуживающие уважения, Аманда слишком много думает о себе. Она считает себя «победителем», потому что, успешно применяя свои способности, добивается своего. Но поскольку в будущем ее, скорее всего, ждет череда социальных неудач, ей будет трудно сформировать самоуважение.

Родители и окружающие люди иногда непреднамеренно способствуют возникновению завышенной самооценки у детей. Они хвалят их за ум, внешность, таланты – словом, за то, к чему ребенок не приложил никаких усилий. Они не признают «высшей силы» (то есть природы, Бога или любой другой сущности, в которую верят), ответственной за эти щедрые «дары», полученные ребенком с рождения. Кроме того, родители часто хвалят детей за успехи и достижения. Это нормально, если учитывать и другие факторы, но обычно на них никто не заостряет внимание, хотя они тоже играют не последнюю роль. Это и удачное стечение обстоятельств, и врожденный талант, и другие возможности, которые во многом помогают достигнуть результата.

К сожалению, родители не всегда хвалят своих детей за единственную настоящую заслугу: их готовность работать. Только «пот» достоин похвалы, а его оценка лежит в основе здорового чувства самоуважения. Это очень важно помнить. Мы должны хвалить не то, что дано людям, и не то, чего им удается достичь. Истинной похвалы заслуживает только то, как они применяют свои таланты и способности и как усердно трудятся, чтобы внести честный, ответственный вклад в общество. К сожалению, мне попадалось слишком много молодых людей, которые высоко ценят себя, но практически не имеют самоуважения.

Самый большой родительский страх

Многие родители на интуитивном уровне ощущают активную независимость, которой обладают некоторые дети. Они понимают: эти дети, в отличие от остальных, не слишком нуждаются в чужом обществе. Они также замечают, что чем сильнее давят, сдерживают или пытаются ограничить такого ребенка, тем упорней он сопротивляется, отдаляется и старается вырваться. Поэтому родители и попадают в ловушку, когда потворствуют такому ребенку из страха потерять его.

Ирония судьбы, но как только Дженни стала более уверенной в отношениях с Амандой, произошло два важных события. Во-первых, Аманда убедилась, что в действительности существуют личности, которые сильнее, мудрее и способнее ее самой, но при этом они ведут себя порядочно и подчиняются общепринятым правилам. Во-вторых, она осознала, что, следуя наставлениям и указаниям матери, тоже действует в своих интересах, и тем самым стала больше зависеть от нее. Ее возросшая зависимость – это не болезненное состояние слабой личности, а противовес для ее прежней чрезмерной независимости. Возможности Дженни расширились, но это не привело к тому, чего она боялась сильнее всего. Напротив, сбылась ее заветная мечта: вместо того чтобы потерять дочь, она ее обрела.

II. Как противодействовать манипулятору

9. Распознавание тактик манипулирования и контроля

Защитные механизмы и наступательная тактика

Термин «защитный механизм» знаком почти каждому. Подлинные защитные механизмы – это почти рефлекторная реакция психики, возникающая в ответ на возможную «угрозу» того или иного вида эмоциональной боли. Если дело касается конкретно самоосознания (эго), то такая реакция, прежде всего, будет направлена на защиту нашего представления о себе от страхов и тревоги, которые возникают, когда принятые в социуме правила и нормы заставляют нас испытывать чувство вины или стыда. Существует множество различных способов защиты эго, некоторые из них хорошо известны и вошли в обыденный обиход.

Наличие и использование защитных механизмов является одним из центральных принципов, лежащих в основе традиционных или психодинамических подходов к пониманию человеческого поведения. Действительно, классические теории всегда выделяли типы личности (хотя бы отчасти), исходя из наиболее часто применяемых способов защиты эго. Но, как уж было сказано ранее, они имеют некоторые недостатки, которые мешают нам правильно понять людей с патологией характера. Традиционные теории утверждают, что все люди обязательно испытывают чувство вины, стыда и тревоги, если делают что-то неправильно. Они также утверждают, что у человека, когда возникает «угроза» его имиджу, срабатывают естественные рефлекторные механизмы, которое мы называем защитными. Наконец, они рассматривают такое поведение, как неосознанное.

Традиционные модели человеческого поведения и личности не работают в случае с характеропатом. Когда характеропатичные люди демонстрируют конкретные поведенческие реакции, часть которых мы называем защитными механизмами, они делают это не ради спасения от эмоциональной боли, вины или стыда. И не в стремлении предотвратить пугающее событие. Как правило, характеропаты ведут себя подобным образом с расчетом непременно достигнуть желанной цели, манипулировать окружающими и контролировать их, а также, чтобы эффективнее противостоять принятию или усвоению социальных норм. Они используют защитные механизмы как средства и дальше делать то, что, по правилам общества, люди не должны делать, в результате у них не формируется здоровое чувство вины или стыда. Более того, обычно они выбирают подобное поведение осознанно, но делают это так часто, что оно становится рефлекторным. Таким образом, многие модели поведения, которые традиционно считались защитными механизмами, правильнее рассматривать как избегание ответственности и тактику манипулирования и контроля, когда они используются характеропатами.

Возьмем, к примеру, механизм отрицания. Почти каждый из нас хотя бы раз слышал нечто похожее: «Конечно, у него есть проблема, но он отрицает ее». Зачастую это выражение применяют неправильно. Настоящий защитный механизм отрицания – это психологическое состояние, при котором человек бессознательно защищает себя от невыносимой эмоциональной боли. Возьмем случай с Агнес, пожилой женщиной, еще относительно здоровой. Ее муж, с которым она прожила сорок лет, только что перенес инсульт, и врачи в больнице сказали, что он в критическом состоянии и, скорее всего, уже не выздоровеет. Пол был любимым мужем и надежным партнером Агнес на протяжении большей части ее взрослой жизни, и она не готова потерять его. Ей грозит перспектива остаться одной, без его постоянной поддержки. Агнес уверена, жить без Пола она просто не сможет. Поэтому, несмотря на безнадежную ситуацию, она остается рядом с ним, день за днем, держит его за руку, разговаривает. Агнес убеждена, он выкарабкается – он же всегда выкарабкивался! – и не соглашается с теми, кто утверждает иное. Эта женщина «в отрицании». Она не делает этого намеренно, она бессознательно защищает себя от внезапного и невыносимого горя, которое испытает, если примет реальность. Со временем она лучше психологически подготовится к травме, и тогда механизм отрицания разрушится. Когда это произойдет, она останется без защиты, которая до поры удерживала бурный поток слишком сильных переживаний и боли, и то, что вырвется наружу, накроет Агнес лавиной эмоций.

Сравните вышеупомянутый пример со случаем Джеффа, подростка с расстройством характера. Джеффа поймали с поличным, когда он с силой толкал младшеклассника, и вызвали «на ковер». «Что? – возмущается он. – Я ничего такого не делал!» Он отрицает свое поведение, но находится ли он в психологическом состоянии отрицания? Нет! Классический подход предполагает: 1) он притворяется, чтобы не чувствовать себя плохо из-за того, что сделал; 2) защищаясь от невыносимого чувства стыда и/или вины, он просто не может признаться себе или кому-либо еще в том, что сделал; и 3) он ведет себя неосознанно. Это опасные предположения, но именно такие чаще всего делают непрофессионалы и многие профессионалы. Также это предположения, которые оказываются совершенно неверными, если речь идет о характеропатической личности. Правильная точка зрения будет такой: Джефф совершенно лишен чувства вины, стыда или беспокойства по поводу своего поведения, и прежде всего именно поэтому он без лишних колебаний поступил так, как поступил. Скорее всего, он уже обещал вести себя не агрессивно. Хотя окружающие недовольны его поведением, он продолжает так поступать. Его наверняка уже много раз наказывали, поэтому Джефф прекрасно понимает, что ведет себя неприемлемо. Однако он все равно не готов подчиниться стандартам поведения, которые от него требуют другие. При этом он хорошо осведомлен о вероятных последствиях, которыми грозит ему очередной разбор полетов. Но он не хочет сталкиваться с этими последствиями настолько же сильно, насколько не желает менять свой стиль поведения. Лучше он попытается убедить дежурную по коридору, что она ошибается и на самом деле видела совершенно другое, что она обвиняет его напрасно и поэтому должна отступить. Короче говоря, когда Джефф отрицает, он ни в коем случае не защищается, он – борется. Он не находится в психологическом состоянии, он применяет тактику и прекрасно понимает, что делает. Тактику, которую он использует, часто называют отрицанием, но в действительности это самая обычная ложь. А лжет он по той же причине, по которой часто лгут и остальные люди: чтобы избежать неприятностей.

Убедительное доказательство его вины появится, если дежурная вызовет двух или трех свидетелей, и все они подтвердят, что она видела. Тогда Джефф может сказать что-то вроде: «Ладно, ладно. Возможно, я слегка толкнул его. Но он сам напросился на это. Он не давал мне покоя всю неделю». Приверженцы традиционных теорий посчитали бы, что он «вышел» из отрицания. Но в отличие от истории с Агнес, мы не видим того, что действительно должно случиться, когда кто-то выходит из этого психологического состояния. Мы не видим боли. Мы не видим, чтобы Джефф сломался от горя. Вместо этого мы видим: он признается, но лишь наполовину, и продолжает упрямо противостоять правилам, которые мы требуем от него соблюдать. Мы не видим никаких признаков стыда или вины. Мы видим только признаки неповиновения.

Самое важное, на что следует обратить внимание в поведении Джеффа – хотя он лжет быстро, автоматически и, вероятно, по давней привычке, он действует не бессознательно. Он точно знает, что делает. Притворяться невиновным и отрицать свой проступок так убежденно, что «обвинитель» начинает сомневаться в правомочности своей жалобы – эффективный инструмент боя, как показывает прошлый опыт Джеффа. Он уже избавлялся подобным способом от неприятностей раньше, и потому надеется, что это сработает снова. Следует помнить, что привычное и автоматическое поведение – это не то же самое, что поведение бессознательное. Все люди с нарушениями характера, особенно агрессивные личности, используют различные психологические модели поведения и межличностные маневры, чтобы добиться желаемого. Об этих моделях и маневрах будет рассказано дальше. Они одновременно выполняют несколько функций, приводящих к появлению жертвы. Во-первых, помогают скрыть агрессивные намерения человека, который использует их. Во-вторых, их применение часто вынуждает остальных занять оборонительное положение. В-третьих, их отработанное до автоматизма, вошедшее в привычку использование усиливает дисфункциональный, но предпочтительный для характеропата способ взаимодействия с окружающим миром, что позволяет ему добиться большего результата. С их помощью агрессор лишает общество шансов навязать ему социальные нормы и остается верен своим принципам. Наконец, поскольку большинство людей не способно правильно интерпретировать поведение агрессора, эти тактики позволяют ему эффективно манипулировать окружающими, эксплуатировать, использовать в собственных целях и контролировать их. Если вы хорошо знакомы с традиционными психологическими подходами, скорее всего, вы решите, что человек, демонстрирующий одну из этих моделей поведения, «защищается». Но подобное отношение к агрессору – это прямая дорога к превращению в жертву. Когда человек использует тактики поведения, которые будут описаны ниже, – это, прежде всего, говорит о том, что он идет в наступление. А правильное понимание происходящего мысленно подготовит вас к решительным действиям, которые придется предпринять, чтобы избежать столкновения.

Невозможно перечислить все техники, какими пользуется хороший манипулятор, чтобы обмануть остальных или получить над ними преимущество. Но автоматически применяемые психологические приемы и межличностные маневры, перечисленные ниже, являются одним из наиболее популярных видов оружия в арсенале психически неуравновешенных людей вообще, агрессивных личностей в частности и особенно личностей скрыто-агрессивных. Важно помнить, что когда люди демонстрируют подобное поведение, они в этот самый момент – сражаются. Они борются против ценностей или стандартов поведения, которые, как они думают, навязывает им общество. Они борются, чтобы преодолеть сопротивление других и добиться своего.

Скрыто-агрессивные личности особенно искусны в использовании различных тактик, помогающих им одновременно и скрыть собственные агрессивные намерения, и заставить противника обороняться. Люди, вынужденные защищаться, держатся менее уверенно, путаются в мыслях, больше сомневаются в себе, и постепенно у них появляется стремление отступить. Использование перечисленных тактик увеличивает шансы манипуляторов добиться своего и получить преимущество над своими жертвами. Иногда, тактики используются по отдельности. Однако гораздо чаще опытный манипулятор сразу запускает целый залп из разных техник, и вы даже не успеваете осознавать, насколько активно вами манипулировали, пока не становится слишком поздно.

Преуменьшение. Эта тактика представляет собой уникальный вид отрицания в сочетании с рационализацией. Используя данный прием, агрессор утверждает, что его поведение на самом деле не так вредно или безответственно, как считает кто-то еще. Агрессор пытается сделать из слона муху. Использование преуменьшения ясно иллюстрирует разницу между невротической личностью и характеропатом. Невротик часто делает из мухи слона или «катастрофизирует». Характеропат, напротив, чаще принижает значимость своего проступка. Манипуляторы поступают подобным образом с целью заставить противника почувствовать, что тот был слишком суров в своей критике или несправедлив в оценке ситуации.

В истории Дженис и Билла проблему употребления психоактивных веществ Билл преуменьшал, настаивая на том, что у него нет алкогольной зависимости, и утверждая, что запои случались только тогда, когда он испытывал чрезмерное напряжение или ему не хватало поддержки от Дженис. Поначалу Дженис купилась на это преуменьшение и убедила себя, что, поскольку муж не напивается изо дня в день, его привычка употреблять алкоголь действительно не настолько серьезна.

На протяжении многих лет я сталкивался с множеством примеров, когда агрессивные личности всех типов преуменьшали масштаб и последствия своего агрессивного поведения. «Возможно, я и притронулся к ней однажды, но не ударил», «Я слегка толкнул ее, но ведь никаких следов не осталось», – говорили они.

Они часто используют два «шестибуквенных слова», которые я запрещаю в терапии: просто и только. История всегда повторяется. Они стараются убедить меня, что я делаю ошибочные выводы, а в действительности они вели себя не настолько неправильно, насколько я предполагаю. Преуменьшение для них – это вовсе не способ чувствовать себя лучше, даже понимая, как плохо они поступили, это в первую очередь способ манипулировать моим впечатлением о них. Они не хотят, чтобы я видел в них преступника. Помните, им комфортно в их агрессивном обличье и образе поведения, поэтому их главная цель – заставить меня поверить, будто нет ничего плохого в том, каковы они из себя.

Ложь. Трудно определить, что человек лжет в момент, когда он это делает. К счастью, часто вовремя находятся убедительные доказательства, и правда выходит наружу. Но случается и такое. Вы даже не подозреваете, что вам врут, пока не становится слишком поздно. Если вы не хотите оказаться обманутыми, вам следует помнить: поскольку агрессивные личности всех типов обычно не останавливаются ни перед чем в стремлении достигнуть собственных целей, вам стоит ожидать, что они будут лгать и жульничать. Также необходимо помнить, что манипуляторы, являясь скрыто-агрессивными личностями, умеют лгать изящно и тонко. Тот, кто предложил формулировку судебной клятвы «говорить правду, только правду и ничего кроме правды» был хорошо осведомлен в том, как много есть способов солгать. Манипуляторы и другие характеропаты довели ложь до уровня искусства.

Очень важно помнить, что характеропатические личности лгут часто – иногда чисто из спортивного интереса – и охотно, даже когда сказать правду достаточно легко. Ложь путем умолчания – очень изящная форма лжи, которую используют манипуляторы. Как и ложь путем искажения. Манипуляторы могут скрывать от вас значительную часть правды или искажать ее отдельные элементы, чтобы держать вас в неведении. Я работал с людьми, которые обманывали самым наглым образом, изрекая истинные факты. Как можно лгать, говоря только правду? Они делают это, опуская моменты, жизненно необходимые для того, чтобы получить полную картину «всей истории».

Одна из самых тонких форм искажения – намеренная неопределенность. Это излюбленная тактика манипуляторов. Они тщательно продумывают свои истории и создают впечатление, что предоставили вам достаточно информации, но опускают существенные детали, которые в противном случае позволили бы вам узнать всю правду.

В истории Эла и Дона Эл не рассказал всю правду, когда Дон спросил о его планах на свою дальнейшую работу. Это было почти безобидное тщательно продуманное умолчание и в то же время разрушительная ложь. Эл намеренно говорил неопределенно о перспективах развития компании. Наверняка он прекрасно понимал, что Дон в конце концов узнает всю правду, но рассчитывал, это случится, когда его планы уже невозможно будет разрушить.

Отрицание. Как говорилось выше, это тактика, при которой агрессор отказывается признать, что он сделал что-то вредоносное или опасное, когда это действительно произошло. Таким образом он пытается скрыть (как от себя, так и от других) свои агрессивные намерения. Негодуя «Кто? Я?», агрессор мешает ему противостоять, заставляя жертву чувствовать, что она не вправе обвинять его в неприемлемом поведении. Это также способ, с помощью которого агрессор разрешает себе продолжать делать то, что он хочет делать. Повторюсь, данное отрицание не имеет ничего общего с отрицанием человека, который только что потерял любимого и не в состоянии полностью принять боль и осознать реальность потери. Классическое отрицание является главным образом «защитой» от невыносимой боли и беспокойства. Тактика отрицания – в первую очередь не «защита», а маневр, который агрессор использует, чтобы заставить других людей отступить, сдаться или даже почувствовать себя виноватыми из-за того, что они утверждают, будто он делает что-то не так.

В истории священника Джеймса тот активно отрицал свое чрезмерно раздутое честолюбие. Он отрицал, что причиняет боль своей семье и пренебрегает ею. Но сильнее всего он отрицал, что настойчиво преследует личные цели. Напротив, Джеймс считал себя смиренным слугой праведного дела. Ему удалось убедить множество человек (а возможно, и себя самого) в благородстве и чистоте своих намерений. Но в глубине души Джеймс понимал, что ведет себя нечестно. Это подтверждает его реакция на известие, что места в Совете старейшин ему не видать, если у него возникнут семейные проблемы. Узнав об угрозе его амбициозным планам, Джеймс мгновенно «преобразился». Он решил, что вполне может отложить службу Господу хотя бы на выходные и посвятить несколько дней своей семье. Слова пастора не открыли глаза Джеймсу. Он всегда и сам хорошо знал, что может помешать или помочь его карьере. Он понял, что если не позаботится о своем браке, рискует потерять то, чего действительно очень хотел. Поэтому он решил (по крайней мере, временно) изменить курс.

В истории Мэри и Джо Мэри часто ссорилась с Джо из-за его бездушного, а порой и жесткого отношения к их дочери Лизе. Джо отрицал свою агрессивность. Он даже сумел убедить Мэри, что она ошибается в своих внутренних ощущениях, считая, будто муж ведет себя агрессивно, когда на самом деле он добросовестно и преданно заботится о горячо любимой дочери. Джо нужна дочь-отличница, получающая только пятерки. Мэри встала у него на пути. Отрицание было тактикой, которую Джо использовал, чтобы устранить жену как препятствие на пути к собственной цели.

Избирательное невнимание (или избирательное внимание). Тактика, при которой агрессоры активно игнорируют предупреждения, просьбы или пожелания других людей и вообще отказываются обращать внимание на что бы то ни было, если оно способно помешать выполнению их планов. Обычно агрессор прекрасно знает, что вы от него хотите, когда начинает демонстрировать поведение «Я не желаю ничего слышать!». Используя данную тактику, он активно отказывается воспринимать чужие слова или изменить поведение – ведь для него это означает подчиниться.

В истории Дженни и Аманды Дженни пыталась донести до дочери, что та, проявляя безответственность, делала себе хуже. Но Аманда не слушала. Учителя пытались объяснить ей, как улучшить оценки, но их она тоже не слушала. Активное слушание и внимательное отношение к чужому мнению и советам – это, помимо прочего, еще и акт подчинения. Но, как вы, должно быть, помните, Аманда не из тех девочек, которые легко подчиняются. Она твердо решила не останавливаться ни перед чем, что окажется у нее на пути, убедилась, что умеет манипулировать достаточно хорошо, а потому ее непременно ждет «победа» в борьбе за власть с авторитетными фигурами, и – закрыла уши. Она не видела никакой необходимости слушать. С ее точки зрения, она только лишилась бы некоторой части влияния и контроля, если бы подчинилась тем, кого она считала менее сильными, умными и способными, чем она сама.

Среди детей, которые, как полагают, страдают от дефицита внимания, есть те, кто на самом деле использует избирательное внимание как способ избегать ответственности и манипулировать людьми. Они демонстрируют невероятную способность фокусировать и поддерживать внимание при любой ситуации или задаче, которые считают выгодными для них, интересными или в какой-то мере желательными. Однако, когда их просят услышать, что они на самом деле не желают слышать, или сделать, что они предпочли бы не делать, они перенаправляют свое внимание на все остальное. Это особенно заметно, когда авторитетная личность дает им наставления или указания. Хотя от них требуется всего лишь услышать чужие советы и предостережения, они начинают с ними бороться при помощи тактики «невнимания».

Самый полезный опыт, который я приобрел, работая с манипулятивными людьми (особенно детьми), заключается в понимании, насколько важным при общении с пациентом, использующим тактику избирательного невнимания, является правильное обращение. Особенно его ценность понимаешь тогда, когда эти люди искренне и ответственно решают уделять внимание или посвятить себя тому, чем они предпочли бы вообще не заниматься. Часто детей-манипуляторов приводят к психотерапевту раздраженные родители, а сами дети в действительности не собираются ни говорить, ни слушать. Я перестаю с ними общаться (не говорю, не слушаю активно и т. д.) и позволяю им скучать и чувствовать себя неуютно до тех пор, пока они не пойдут на прямой контакт взглядов, и пока я не увижу ясные признаки того, что они готовы уделить мне серьезное внимание. Когда я касаюсь темы, которая им не особенно нравится, и они отводят глаза, я замолкаю. Когда они снова начинают проявлять внимание, заглядывают в глаза, я продолжаю. Я называю эту технику избирательным разговором. Человек, прилагающий усилия, чтобы слушать то, что он предпочел бы не слышать, и фокусироваться на темах, которые он предпочел бы избегать, заслуживает моего уважения. Я всегда говорю им об этом, подбадриваю и хвалю, чтобы они действительно слушали. Их чувство самоуважения всегда усиливается, когда они признают ценность приложенных усилий. Помните, человек не способен одновременно принимать что-то и сопротивляться ему. Поэтому, если человек намеренно не обращает на вас внимания, просто не тратьте на него слова. Только когда он перестанет сопротивляться (бороться) и обратит внимание, у вас появится шанс быть услышанным.

Рационализация. Оправдание, которое агрессор придумывает, чтобы вести себя (и он о том прекрасно знает) неприемлемо или вредоносно. Подобная тактика особенно эффективна, когда объяснение или оправдание, которое предлагает агрессор, достаточно убедительно и разумно, чтобы любой добросовестный человек поддался на него. К тому же, нельзя не отметить ее особую значимость. Эта тактика помогает не только уничтожить любое внутреннее сопротивление, которое может испытывать агрессор по отношению к тому, что он делает (заглушая зов оставшейся совести), но и отвязаться от других. Если агрессор убедит вас в своем праве на все, что бы он ни делал, он избавится от препятствия на пути к желанной цели и освободится от вмешательства извне.

В истории о маленькой Лизе Мэри чувствовала себя некомфортно из-за того, с какой чрезмерной настойчивостью Джо продолжал искать способы снова сделать свою дочь послушной отличницей. Кроме того, она знала о желании Лизы обратиться к психологу за советом и решением своих проблем. Хотя ее смущала и тревожила напористость Джо, и в глубине души она понимала, что он давит на дочь, она заставила себя поверить в его разумные доводы. Мэри позволила мужу убедить ее в том, что любой заботливый любящий родитель знает свою дочь лучше, чем какой-нибудь мало заинтересованный посторонний, и что он просто выполняет свой долг, делая все возможное, чтобы «помочь» своей «малышке».

Обычно, когда манипулятор действительно хочет добиться успеха в рационализации, он сочетает ее с другими эффективными тактиками. Например, когда Джо «продавал» Мэри оправдание тому, что он навязывает остальным свои планы, он также изящно заставлял ее чувствовать себя пристыженной и виноватой, внушая ей, будто она не настолько «заботливый» и добросовестный родитель, каким он притворялся сам.

Отвлечение внимания. Движущуюся цель трудно поразить. Когда мы пытаемся поймать манипулятора на слове или сфокусировать разговор на какой-то одной проблеме или поведении, которое нам не нравится, он прекрасно знает, как сменить тему, уклониться от ответа или бросить нам вызов. Фокусники давно пользуются подобным приемом: если им удастся успешно перенаправить ваше внимание, вы наверняка не заметите, как они что-то сунут в карман или вытащат из него. Манипуляторы используют методы отвлечения и переключения внимания, чтобы отвлечь от своего поведения, сбить нас с пути и сохранить свободу реализовывать свои эгоистичные скрытые планы. Обычно они делают это очень ловко. Вы начинаете спорить с манипулятором из-за очень важного вопроса, но уже через несколько минут недоумеваете, как и когда переключились на тему, о которой говорите теперь.

В рассказе о Дженни и Аманде Дженни спросила у дочери, сдавала она домашнее задание или нет. Вместо того, чтобы ответить прямо на вопрос, который был задан, Аманда переключила внимание на отношение к ней учителя и одноклассников. Дженни позволила дочери сбить себя с толку. Она так и не получила прямого ответа.

Другой пример тактики переключения внимания содержался в истории Дона и Эла. Эл сменил тему разговора, когда Дон спросил, не собирается ли тот заменить его. Он сосредоточился на том, как оценивает результаты продаж Дона – будто именно об этом Дон и спросил его в первую очередь. Эл никогда не давал ему прямого ответа на прямой вопрос (манипуляторы печально известны этим). Он перескочил на тему, которая мало беспокоила Дона, и тем самым заставил его отказаться от дальнейшего обсуждения. Дон ушел, чувствуя, что получил ответ, но все, что он действительно получил, это «разговор вокруг да около».

В начале текущего учебного года я попытался разобраться с безответственностью моего сына по отношению к домашним заданиям и ввел правило, что каждый день он приносит учебники домой. Однажды я спросил его: «Ты принес учебники?». На что сын ответил: «Знаешь что, папа? Тесты у нас будут не завтра, а в пятницу». Мой вопрос был простым и прямым. Его ответ был намеренно уклончивым и отвлекающим внимание. Он знал, что если бы ответил на этот вопрос прямо и честно, то получил бы выволочку за то, что не принес домой свои книги. Используя отвлекающий маневр (а также предлагая рационализацию), он боролся со мной, чтобы избежать нежелательного последствия. Всякий раз, когда кто-то не отвечает прямо на ваш вопрос, вы можете смело предполагать, что по какой-то причине он пытается ускользнуть от вас.

Уклонение тесно связано с отвлечением внимания. Это тактика, при которой манипулятор пытается избежать того, чтобы его загнали в угол, давая бессвязные, неуместные ответы на прямой вопрос или иным образом пытаясь обойти проблему. Изящная, но эффективная форма уклонения – это сознательное использование неопределенности. Скрыто-агрессивные люди умеют давать расплывчатые ответы на самые простые и прямые вопросы. Чтобы распознать эту уловку, надо иметь чуткий слух. Иногда неопределенность трудно заметить, и вы считаете, что получили ответ, хотя на самом деле это не так.

Однажды я спросил одного пациента, ставили ли ему когда-нибудь в прошлом диагноз «злоупотребление психоактивными веществами». Он ответил: «Как-то раз моя жена отвела меня в одно место. Там со мной немного поговорили и сказали, что мне не нужно возвращаться». Этот ответ полон уклончивости, неясности и недоговоренности. В том, что он сказал, были крупицы правды. Но суть истории совсем другая. На самом деле тот человек проходил начальное обследование в центре психического здоровья. Его жена настояла на этом. Он прошел первичное освидетельствование, и психолог поставила ему диагноз «злоупотребление психоактивными веществами». Ему назначили групповую и индивидуальную терапию, но он не появился на большей части сеансов. После того, как он опоздал на групповую терапию, его отчитали и сказали, что если на самом деле он не желает принимать помощь и не видит проблемы, то пусть больше не приходит. Что он хотел от меня? Чтобы я решил после его заявления, будто его обследовали и «кто-то» (сам по себе пример преднамеренной неопределенности) счел его здоровым.

Скрытое запугивание. Агрессоры часто угрожают своим жертвам, заставляя их испытывать тревогу и страх, чувствовать себя неуверенно и незащищенно. Они искусно противостоят любым аргументам и делают это с такой страстью и натиском, что их оппоненты сами переходят в состояние обороны. Скрыто-агрессивные личности в первую очередь запугивают своих жертв с помощью завуалированных (тонких, косвенных или подразумеваемых) угроз. Таким образом, они заставляют других защищаться, не проявляя явной враждебности и не угрожая открыто.

В истории Мэри Джейн ее босс прекрасно понимал, как важно для нее получить хорошую рекомендацию, чтобы найти другую работу. Он легко мог ей в этом помешать, на чем и основывалась его скрытая угроза на случай, если она попытается вывести его на чистую воду. Рассказывая о многочисленных разговорах с ним во время сеансов терапии, Мэри Джейн в конце концов вспомнила, что несколько раз босс ненавязчиво угрожал ей. Она поняла, что он не случайно повторял, «как трудно в наши дни найти работу», и что он «всегда тщательно обдумывает рекомендации», всякий раз, когда она поднимала вопрос о повышении зарплаты или проявляла малейшее беспокойство из-за его околосексуальных намеков. Поскольку ей действительно нужна была эта работа, Мэри Джейн оказалась в очень зависимом положении. Завуалированные угрозы босса делали ее еще уязвимей, надежно удерживали под каблуком. Приведенный выше пример ясно показывает, что скрытое запугивание является такой же эффективной тактикой манипулирования, как и запугивания явное. Большинство скрыто-агрессивных личностей, желая добиться своего, предпочитают использовать именно скрытое запугивание. Не делая ничего явно угрожающего, они ведут эффективную игру, достигая нужного результата. Для скрыто-агрессивных людей очень важно получить свое, но при этом сохранить хорошее впечатление.

Навязывание чувства вины – одно из двух любимых орудий скрытых агрессоров (другое – стыд) в арсенале манипуляций. Это особая тактика запугивания. Агрессивные личности прекрасно знают, что люди других типов, особенно невротики, имеют совершенно иную совесть, чем они сами. Они также знают, что отличительным качеством здоровой совести является способность испытывать чувство вины и стыда. Манипуляторы умело используют очевидную порядочность остальных, как средство удерживать их в страхе, тревоге и подчинении. Чем более совестлива потенциальная жертва, тем более эффективным оружием становится чувство вины.

В истории Билла и Дженис Билл хорошо знал, как легко жена проникалась чувством вины, когда считала, что не уделяет достаточно внимания и заботы ему и детям. Он применял это знание, чтобы удержать ее, когда она намеревалась уйти. Он использовал более мягкую форму навязывания чувства вины в телефонных разговорах, когда упоминал, как дела у детей или жаловался, насколько ему одиноко. Когда этот прием оказался недостаточно эффективным, он использовал его крайнюю форму. Разве совестливый и заботливый человек захочет стать причиной чужой смерти?

Агрессивные личности всех типов настолько часто и эффективно используют навязывание чувства вины в качестве манипулятивной тактики, что, по моему мнению, эту особенность их поведения можно рассматривать, как фундаментальное отличие агрессоров от других (особенно невротических) личностей. Манипулятору нужно всего лишь внушить совестливому человеку, что тот недостаточно заботлив, слишком эгоистичен и т. д., и этот человек сразу же начинает чувствовать себя плохо. Напротив, добросовестный человек может хоть до посинения убеждать манипулятора (или любую другую агрессивную личность или характеропата), что тот поступил неправильно, взывать к его совести или раскаянию, он все равно не добьется абсолютно никакого результата.

Навязывание чувства стыда – это техника использования тонкого сарказма и оскорбительных замечаний как средства усиления страха и неуверенности в себе у окружающих. Скрыто-агрессивные люди применяют данную тактику, чтобы заставить других чувствовать себя неполноценными или недостойными и, следовательно, подчиняться им. Это эффективный способ поддерживать постоянное чувство личной неадекватности у более слабой стороны, который позволяет агрессору сохранять доминирующее положение.

Когда Джо громко заявил, что любой «хороший» родитель поступал бы точно так же, как он, желая помочь Лизе, он тонко намекнул Мэри, будто она «плохой» родитель, если не пытается делать то же самое. Он «предложил» ей почувствовать стыд за себя. Тактика была эффективной. Мэри в конце концов действительно устыдилась и стала считать, что недостаточно заботится о собственной дочери. Засомневавшись в своей состоятельности как личности и родителя, Мэри уступила Джо, тем самым позволив ему сохранить влияние и превосходство над ней.

Скрыто-агрессивные люди умело применяют тактику стыда. Иногда им хватает просто взгляда или интонации в голосе. Используя риторические замечания, тонкий сарказм и другие приемы, они способны вызвать чувство стыда даже за то, что вы просто осмелились спорить с ними.

Я помню, как Джо пытался пристыдить меня, когда я согласился с результатами тестирования способностей Лизы, проведенного школой. Он сказал что-то вроде: «Я не знаю, какой вы врач и какие у вас есть рекомендации, но уверен, вы согласитесь, что оценки у ребенка не снижаются так сильно, как у Лизы, без всякой причины. И как вы можете быть полностью уверены, что у нее нет проблем с обучением, если не провели нужные тесты?» Этими словами он «предложил» мне почувствовать стыд, раз я не собирался делать то, о чем он просил. Если бы у меня не возникло никаких подозрений относительно его истинных намерений, я, возможно, принял бы его «приглашение» без всякой задней мысли.

Изображая жертву. Используя эту тактику, манипулятор притворяется жертвой обстоятельств или чужого поведения, чтобы вызвать сочувствие, сострадание и тем самым получить от другого человека необходимое ему. Она построена в расчете на тот факт, что менее черствые и враждебные личности обычно не могут спокойно смотреть, как страдают другие. Поэтому тактика достаточно проста в применении: убедите свою жертву, что вас что-то мучает, и она постарается облегчить ваше горе. Совестливый, неравнодушный, заботливый человек уязвим потому что на его сочувствии легко играть.

Найдется ли кто-то более искусный в этой тактике, чем Билл из истории Дженис и Билла? Ни одна из других его уловок не заставила Дженис вернуться. Но видеть мужа лежащим на больничной койке, эмоционально раздавленным и отчаявшимся, Дженис оказалась не в силах.

В истории с Амандой и Дженни Аманда тоже хорошо играла роль пострадавшей. Она заставила свою мать поверить, что она (Аманда) стала жертвой несправедливого обращения и необоснованной враждебности. Я помню, как Дженни говорила мне: «Иногда мне кажется, Аманда не права, когда говорит, что учитель ненавидит ее и я ненавижу ее. Но что, если она действительно в это верит? Стоит ли относиться к ней слишком строго, если она искренне считает, что я ее ненавижу?» Тогда я ответил Дженни: «Во что бы там Аманда ни верила, это почти не имеет значения. Проблема в том, что вы верите, будто она верит в это. Тем самым вы даете ей шанс манипулировать вами и позволяете этой предполагаемой вере служить оправданием ее неконтролируемой агрессии».

Очернение жертвы. Эта тактика часто используется в сочетании с предыдущей. С ее помощью агрессор создает видимость, что он только отвечает (то есть защищается) на агрессию со стороны жертвы. Это позволяет агрессору быстрее перевести жертву в оборонительное положение.

Вернемся снова к истории Дженни и Аманды. Когда Аманда обвиняет свою мать, что та «ненавидит» ее и «всегда говорит ей гадости», она не только заставляет Дженни почувствовать себя «плохой», но и одновременно старается ее «запугать» и заставить отступить. Именно тактика очернения жертвы лучше любой другой одновременно справляется с двумя задачами: вынуждает противника бессознательно защищаться и маскирует агрессивные намерения и поведение человека, ее применяющего.

Изображая служение благородному делу, скрыто-агрессивные люди маскируют свои корыстные планы. Это простая тактика, но ее трудно распознать. Притворяясь, будто они усердно трудятся на благо других людей, скрыто-агрессивные личности прячут собственные амбиции, стремление к власти и доминированию.

Священник Джеймс многим казался верным служителем Господу. Он из кожи вон лез, чтобы создать нужное впечатление, не пропускал ни одного мероприятия и брался за дела с большим рвением. Но, если преданное служение тем, кто в нем нуждался, было его истинной целью, как можно объяснить почти полное пренебрежение собственной семьей? Будучи агрессивной личностью, Джеймс никому не подчинялся. Единственный господин, которому он служил – его личные амбиции.

Играть роль слуги – эффективная тактика не только для Джеймса. Это краеугольный камень, на котором строятся коррумпированные империи всех типов. Хорошим примером использования этой тактики может служить правдивая история известного телепроповедника, который заперся в комнате, якобы демонстрируя «послушание» и «служение» Всевышнему. Он прикидывался добровольным жертвенным агнцем и готовился отдать жизнь Богу, если не выполнит его волю и не соберет восемь миллионов долларов. Он утверждал, что является лишь смиренным слугой в могучих руках Господа. На самом деле он боролся за спасение материального благополучия, созданной им финансовой империи.

Еще один скандал с участием телепроповедника закончился тем, что церковное руководство на год отлучило его от служения. Но он заявил своим прихожанам, что не может допустить подобного, так как верен воле Господа, а Бог якобы говорил с ним и велел ему не уходить. Этот служитель явно бросал вызов устоявшейся власти своей церкви. И все же он выставлял себя человеком, который смиренно подчиняется «высшей» власти. Одна из отличительных черт скрыто-агрессивных личностей – громко заявлять о подчинении и одновременно бороться за доминирование.

Обольщение. Скрыто-агрессивные личности искусно умеют очаровывать, хвалить, льстить, активно поддерживать, чтобы втереться в доверие другим людям, заставить их расслабиться, утратить бдительность и отказаться от защиты. Они также хорошо осознают, что многие из окружающих в какой-то степени эмоционально зависимы (и это относится к большинству людей, у которых нет расстройств характера). Все мы хотим одобрения, поддержки, заботы и ощущения того, что нас ценят и нуждаются в нас больше всего на свете. Показательное внимание к данным потребностям может стать пропуском для манипулятора к невероятной власти над остальными. А сомнительные «гуру» вроде Джима Джонса и Дэвида Кореша довели эту тактику до совершенства.

В истории Эла и Дона Эл – непревзойденный льстец и соблазнитель. Он расплавит любое сопротивление, которое вы можете оказать, чтобы получить вашу преданность и доверие. Он делает это, давая вам то, в чем, по его мнению, вы больше всего нуждаетесь. Он знает, вы хотите чувствовать себя ценным и важным, и потому часто говорит вам об этом. Вы не поймете, насколько ему на вас наплевать, пока не окажетесь у него на пути.

Перекладывание вины (обвинение других). Агрессивные личности всегда ищут способ переложить вину за собственное агрессивное поведение. Скрыто-агрессивные люди не только искусны в поиске козлов отпущения, но и умеют делать это изящно и незаметно.

В истории с Биллом и Дженис Билл злоупотребляет алкоголем. Мало того, он знает – основываясь на накопленном опыте – если он напьется, то становится довольно жестоким и в остальных отношениях. Когда Дженис обращает на это внимание, он не спорит открыто. Однако он упорно «ставит на вид», что пьянствует только тогда, когда не чувствует от жены достаточно «поддержки», а ведет себя недостойно и жестоко, только когда пьян. Не говоря об этом прямо, Билл обвиняет Дженис и алкоголь в своем абьюзивном поведении. Его готовность свалить вину за собственную жестокость на жену, сама по себе является ужасным поступком. И это еще убедительнее доказывает, что в тот самый момент, когда агрессивные личности используют любую из упомянутых выше наступательных тактик, они проявляют агрессию.

Притворная невинность. Тактика, при которой манипулятор пытается убедить вас в том, что он причинил вред непреднамеренно или что он вообще не делал того, в чем его обвиняют. Она предназначена для того, чтобы заставить вас усомниться в своих суждениях и даже – в здравом уме. Один из самых несложных приемов данной тактики, часто применяемый агрессорами, – выражение удивления или же негодования на лице, которое появляется, когда они сталкиваются с проблемой. Даже этот взгляд заставит вас сомневаться, оправданно ли вы называете их поведение неприемлемым.

Притворное неведение или растерянность. Эта тактика тесно связана с притворной невинностью. Манипулятор ведет себя так, будто не понимает, о чем вы говорите, или путается в теме, к которой вы пытаетесь привлечь его внимание. Он заставляет вас усомниться в собственном здравом уме, «прикидываясь дурачком». Все типы характеропатов склонны использовать тактику притворного неведения или растерянности. Для них это еще один очень эффективный способ скрыть свои злонамеренные побуждения. Помните, что характеропаты, особенно если они агрессивны, всегда точно знают, что хотят, и потому используют нужную тактику сознательно, расчетливо и преднамеренно. Хотя они часто заявляют, что «не понимают», о чем вы говорите, или сами не представляют, почему поступили плохо и недостойно, не покупайтесь на их слова и не верьте, что они действуют неосознанно.

Демонстрация гнева. Применение гнева как манипулятивной тактики власти может показаться немного странным. Согласно общепринятой точке зрения, гнев – непроизвольная эмоциональная реакция, предшествующая агрессии. Это основополагающий постулат популярных программ управления гневом. Однако мой опыт (и опыт других исследователей) показывает, что преднамеренное проявление гнева может быть очень рассчитанным и эффективным инструментом запугивания, принуждения и, в конечном итоге, манипулирования. Более того, когда речь заходит о понимании агрессивных личностей, ошибочно полагать, что гнев обязательно предшествует агрессии. В качестве примера возьмем агрессивного водителя. Человек, превышающий предельную скорость на 40 км/ч, чтобы добраться из пункта А в пункт Б, явно демонстрирует агрессивный стиль поведения. В каком случае он, скорее всего, проявит гнев? Когда кто-то, едущий со скоростью на 15 км/ч ниже разрешенной, окажется на шоссе перед ним. Другими словами, гнев порождает фрустрированная (вызванная нежелательными ограничениями) агрессия. Агрессивный водитель сигналит в клаксон или иными способами демонстрирует собственную ярость и угрозу, чтобы заставить водителя впереди двигаться быстрее. Возможно, в конце концов, он найдет способ его обогнать. Тогда в его душе опять воцарятся мир и спокойствие.

Агрессивным личностям не нужно проявлять злость заранее. Они просто что-то хотят и злятся, когда им отказывают или мешают. Они используют любую тактику, которая устранит препятствия с их пути. Иногда, чтобы с наибольшим эффектом шокировать другого человека и заставить его подчиниться, необходимо продемонстрировать сильное эмоциональное напряжение и ярость.

Газлайтинг. В последние годы некоторые авторы называют газлайтинг одним из самых зловещих способов, с помощью которых наиболее изощренные в манипулировании скрытые агрессоры (т. е. психопаты) ставят своих жертв в невыгодное положение. Происхождение этого термина связано с триллером тридцатых годов ХХ века «Газовый свет», в котором коварный муж решает избавиться от своей жены, убедив ее, что она сходит с ума и находится в психбольнице. Он незаметно меняет обстановку, в том числе медленно и неуклонно приглушает пламя газовой лампы, а затем внушает жене, будто она единственная считает, что все это происходит в реальности. Но газлайтинг – не просто особый прием, который используют только психопаты. Любая тактика скрыто-агрессивных личностей вызывает столько сомнений в умах тех, кем они манипулируют, что жертвы перестают доверять собственным суждениям и ощущениям, и покупаются на утверждения манипуляторов, тем самым подчиняясь их власти и контролю.

Как уже не раз упоминалось, скрытая агрессия лежит в основе большинства манипуляций. «Грязные» бойцы используют тактику, которая эффективно скрывает их агрессивные намерения. Интуиция подсказывает жертве манипуляции, что ее атакуют или пытаются подцепить на крючок, и та неосознанно начинает защищаться. Но поскольку у нее не получается найти ясного, прямого, объективного подтверждения собственных ощущений, она сомневается, задается вопросами, и, в конце концов, решает, что сошла с ума. В этом и заключается секрет эффективной манипуляции. Если бы жертва ясно понимала, что ее пытаются уничтожить прямо сейчас, она, скорее всего, начала бы активно сопротивляться, а не сдалась. Манипуляторы это знают, и, как итог, жертвы позволяют использовать или контролировать себя. А если манипулятор еще и окажется искусным по части «пустить пыль в глаза», демонстрируя внешнее обаяние и производя благоприятное впечатление, его жертва почувствует себя куда более невменяемой. Она решит: «Наверное, я действительно не в себе, раз все остальные любят этого человека и разделяют его точку зрения». Таким образом, почти любое манипулятивное поведение в той или иной степени порождает эффект газлайтинга. Именно поэтому в ранних изданиях этой книги я не выделял его как особую тактику манипуляции.

Газлайтинг бывает преднамеренным и случайным. То есть манипулятор может намеренно заставить другого человека почувствовать себя сумасшедшим, чтобы нанести ему вред или получить над ним власть и контроль, или же жертва де-факто подчинится газлайтингу, если вся тактика манипулятора окажется весьма убедительной и эффективной. Но, независимо от того, делается это намеренно или случайно, результат газлайтинга всегда одинаков. Иногда для достижения нужного эффекта скрытому агрессору, разыгрывающему свой фарс, достаточно всего лишь действовать убежденно и напористо. Когда жертвы начинают подозревать неладное и пытаются им противостоять, некоторые манипуляторы не просто отрицают – они категорически отрицают. И если они соединяют свое яростное отрицание с другими тактиками, например, с притворным праведным гневом (т. е. делают вид, что крайне возмущены подозрениями со стороны жертвы в подлом поступке или намерении), эффект газлайтинга усиливается. Схема данной тактики проста: когда агрессор сталкиваетесь с чем-то, что, как он предполагает, разоблачит его сомнительное поведение, он притворяется оскорбленным и обиженным и в то же время непоколебимо и решительно подвергает сомнению здравомыслие своего обвинителя. Действительно просто, но, тем не менее, очень эффективно.

Чем больше тактик комбинирует манипулятор, тем интенсивнее будет эффект газлайтинга. Все, что делает манипулятор, заставляя других людей сомневаться в себе и своих суждениях, увеличивает силу эффекта. Но есть личности, которые из-за определенных особенностей характера мало восприимчивы к данной технике. Поэтому, когда манипулятор чувствует, что результат воздействия не оптимален, он принимает дополнительные меры. Агрессор начинает настоящую пропагандистскую кампанию, чтобы заставить жертву, подвергнутую газлайтингу, ощутить себя еще более изолированной и одинокой в чувствах и отношениях, которые она питает к своему обидчику. Он также вовлекает в устроенное им представление по перестройке реальности друзей и родственников, исподволь внушая им нужное видение ситуации, а затем указывает жертве, что она – единственная, кто воспринимает происходящее по-другому. Манипулятор ищет поддержку и создает союзы, чтобы объект газлайтинга чувствовал себя изолированно. Профессионалы используют различные термины для обозначения такого рода поведения, включая популярный в настоящее время ярлык: «уличный театр». Но, независимо от возможного названия, данная тактика применяется с единственной целью: заставить другого человека поверить, что он совершенно одинок в своих убеждениях и не имеет законного права чувствовать то, что чувствует в глубине души и сознания. И результат ее применения тоже всегда один: жертва легко поддается чужому влиянию и контролю.

Газлайтинг – не такая уж редкая тактика. Особенно его любят характеропаты, которые постоянно изменяют, но хотят держать супругов в неведении и сохранить контроль над отношениями. Они используют его, чтобы внушить своим партнерам, будто их вполне оправданное недоверие – это чистой воды «паранойя». Они часто сочетают газлайтинг с другими тактиками, например, навязыванием чувства стыда или вины, притворной невинностью/растерянностью, так что жертве не только кажется, будто она не в своем уме, но и вообще – самое худшее существо на планете, раз посмела плохо подумать о манипуляторе и подозревать его в недостойном поведении.

В связи с тем, что они слишком долгое время сомневались в собственном восприятии, суждениях, ощущениях и здравомыслии в целом, жертвам газлайтинга довольно трудно восстановить душевное равновесие и устойчивую самооценку даже после ухода от партнера-абьюзера. К сожалению, многие из них пишут мне не только с целью поделиться опытом, но и пожаловаться, что их реабилитация зашла в тупик, так как специалист, к которому они обратились за помощью, недостаточно знаком с настолько тяжелыми формами эмоционального насилия и травматического воздействия на психику человека. Жертвам длительного или интенсивного газлайтинга часто требуется специализированная помощь. Они не просто хотят убедиться, что никогда не были «сумасшедшими» и не заблуждались в собственном восприятии, как манипулятор внушал им, хотя данное убеждение имеет для них очень большое значение. Гораздо сильнее они хотят почувствовать, что по-прежнему способны объективно, справедливо и надежно судить как о собственном характере, так и о характере тех, с кем они могли бы наладить отношения. Они хотят снова доверять (особенно своему собственному восприятию) и научиться определять, когда и как делать это безопасно. В то время, когда вопрос доверия является важным для всех нас, тем более, если дело касается интимных отношений, для жертвы экстремальных форм манипуляции, особенно газлайтинга, восстановление веры в себя и человеческую природу является ключевой целью.

Я познакомил вас с основными тактиками, которые скрыто-агрессивные личности используют для манипулирования другими людьми и контроля над ними. Их не всегда легко распознать. Хотя все агрессоры применяют данные тактики, скрытые агрессоры пользуются ими особенно ловко, изящно и умело. Любой, кому приходится иметь дело со скрыто-агрессивной личностью, должен научиться распознавать эти тактики на интуитивном уровне, если не хочет пасть жертвой манипуляции.

Очень важно понять: подобные тактики – не только инструмент манипуляции, по которому вы можете распознать, с какой личностью столкнулись. Это еще и явное свидетельство того, что человек, который часто использует их, будет поступать таким образом снова и снова. Вы должны оставить свои иллюзии. Не стоит надеяться, что со временем все может измениться. Ничего не изменится до тех пор, пока агрессивная личность не перестанет сражаться и не начнет принимать ваши правила. Пока человек использует эти тактики, очевидно, что он не намерен меняться.

10. Пересмотр условий соглашения

Ключевым моментом при взаимодействии с агрессором является то, что именно он устанавливает правила. Это происходит потому, что любая жертва агрессии (включая скрытую агрессию), вынужденная после нападения уступить или отступить, всегда стремится установить более благоприятный для себя баланс сил. Таким образом, если человек желает нанести «первый удар», он должен задать исходные условия взаимодействия.

Невозможно эффективно выстраивать отношения, начиная действовать с уязвимой позиции. Поэтому, если вы хотите избежать того, чтобы стать жертвой скрытой агрессии, или любой другой агрессии, столкнувшись с ней, вы должны быстро пересмотреть условия соглашения. Чтобы вести жизненное состязание на равных, необходимо усвоить несколько важных принципов. Если вы хотите защитить себя от превращения в жертву, вы должны:

• освободиться от потенциально вредных заблуждений о человеческой природе и поведении;

• уметь правильно оценивать характер других;

• хорошо осознавать те черты вашего собственного характера, которые делают вас особенно уязвимыми для манипуляторов;

• научиться распознавать и правильно понимать тактику манипуляции и реагировать на нее соответствующим образом;

• никогда не сдаваться.

Соблюдение этих принципов поможет любому человеку сохранить позицию власти и силы в межличностных отношениях, независимо от тактики манипуляции, которую использует агрессивная или скрыто-агрессивная личность.

Избавляемся от вредных заблуждений

Скрыто-агрессивные люди, как правило, очень искусны в своих умениях, им не требуется дополнительная помощь, чтобы повесить лапшу нам на уши. Но, как уже не раз упоминалось, многие из наших традиционных представлений о человеческой природе помогают нами манипулировать, использовать нас. Одно из самых серьезных и вредных заблуждений – вера, что все люди в основном одинаковы. Оно сложилось под влиянием общепринятых классических теорий [невроза], предполагающих, что каждый человек в той или иной степени невротик. Поэтому чрезвычайно важно помнить: характеропаты очень сильно отличаются от обычных, функциональных или невротических личностей. Приведенные выше примеры свидетельствуют, что они действуют по-разному, и, как показывают многолетние исследования, даже думают по-разному.

Агрессивные личности также сильно отличаются от большинства других типов личности. У них нет одного на всех общего мировоззрения или кодекса поведения. На них не влияют одни и те же обстоятельства, их всех не мотивирует одно и то же. На самом деле многое, чему нас учили касательно поведенческих аспектов человека, не имеет никакого отношения к агрессивным личностям.

Учимся лучше понимать характеры

Любой, кто не хочет стать жертвой, должен научиться распознавать встретившихся ему людей с агрессивными и скрыто-агрессивными чертами. В действительности, нет нужды проводить сложный клинический анализ, чтобы получить представление об основных чертах характера каждого человека. В притче, из которой взято название этой книги, Иисус говорит: «по плодам узнаете их» (или «если что-то выглядит как утка и крякает как утка…»). Скрыто-агрессивную личность можно определить по ее привычной манере взаимодействовать с окружающими.

Таким образом, если вы имеете дело с человеком, который во что бы то ни стало старается добиться своего, нацелен только на «победу», всегда стремится взять верх, не принимает в качестве ответа «нет» и т. д., вы можете смело предположить, что встретили агрессивную личность. А если вы столкнулись с человеком, который редко дает прямой ответ на прямой вопрос, всегда находит оправдание собственному вредоносному поведению, заставляет вас чувствовать себя виноватым или использует любую другую тактику, чтобы вынудить вас защищаться, и при этом всегда получает желаемое, скорее всего, перед вами, независимо от того, кем еще он может быть, личность скрыто-агрессивная.

Узнаем себя лучше

Реальным рычагом воздействия для любого манипулятора служит то, что он достаточно хорошо знает характер своей жертвы и потому способен предсказать, как она, скорее всего, отреагирует на ту или иную тактику. Он может предугадать, что жертва засомневается, и этим даст ему преимущество, купится на его оправдания, не решится упрекнуть в злонамеренности и так далее. Он осведомлен, насколько совестлив данный человек, и потому способен просчитать, насколько эффективно внушенные чувства стыда и вины заставят его отступить. Манипуляторы обычно тратят время на то, чтобы определить основные черты характера и слабые стороны своих жертв.

Если манипуляторы находят рычаги влияния, основываясь на своих знаниях о вас, вполне логично предположить, чем больше вы знаете о себе сами и чем настойчивее работаете над преодолением собственных слабостей, тем меньше у них возможностей воздействовать на вас. Вот некоторые из наиболее распространенных черт характера, которые делают вас особенно уязвимыми и на которые следует обратить внимание:

1. НАИВНОСТЬ. Возможно, вы из тех людей, которым слишком трудно признать, что в действительности существуют такие хитрые, коварные и жестокие личности, каким порой вам видится встреченный вами манипулятор. Возможно, вы даже склонны к «невротическому» отрицанию. Если это так, то, даже владея достаточно явными доказательствами того, что имеете дело с безжалостным интриганом, вы можете отказываться верить в это, и неохотно принимаете реальность только тогда, когда слишком часто становитесь жертвой.

2. ЧРЕЗМЕРНАЯ СОВЕСТЛИВОСТЬ. Спросите себя, не относитесь ли вы к людям, которые слишком требовательны по отношению к себе. Если ответ положительный, то существует опасность, что в схватке с потенциальным манипулятором вы предоставите ему преимущество, считая, будто делает что-то не так. Хотя это он причиняет вам боль, вы можете легко согласиться с его точкой зрения и начнете видеть причину конфликта в себе, когда агрессор перейдет в атаку и заставит вас защищаться.

3. ЗАНИЖЕННАЯ САМООЦЕНКА. Возможно, вы относитесь к людям, которые чрезмерно сомневаются в себе или хронически не уверены в собственном праве реализовывать законные желания и потребности. Или вы считаете, что не способны выдержать прямой конфликт и эффективно его разрешить. Если это так, вы, скорее всего, быстро откажетесь от своих намерений и легко перейдете в оборонительное положение, когда на вас нападет агрессивная личность.

4. ЧРЕЗМЕРНАЯ ИНТЕЛЛЕКТУАЛИЗАЦИЯ. Если вы из тех, кто постоянно пытается разобраться, что происходит, и считает, что люди плохо поступают только тогда, когда у них есть для этого убедительный, объяснимый повод, вы рискуете ввести себя в заблуждение, полагая, будто всего лишь раскрыв и поняв причины поведения манипулятора, способны что-то изменить. Слишком сосредоточившись на мотивах поведения, вы можете непреднамеренно отыскать ему множество оправданий. Или чрезмерно увлеченные попытками досконально разобраться в происходящем, вы забудете, что кто-то просто борется, желая получить преимущество над вами, и потеряете массу времени и энергии, которые могли бы потратить на принятие необходимых мер для защиты и расширения своих возможностей. Если вы «чрезмерно интеллектуализированы», вам будет трудно принять простую истину: в этом мире существуют люди, которые не гнушаются подковёрных грязных методов борьбы, когда стараются заполучить то, что хотят.

5. ЭМОЦИОНАЛЬНАЯ ЗАВИСИМОСТЬ. Возможно, вы склонны к подчинению в силу определенных личностных характеристик, корни которых кроются в глубинном страхе перед независимостью и самостоятельностью. Если это так, вас привлекают в первую очередь более уверенные в себе, независимые, агрессивные личности. Вступив с ними в отношения, вы, скорее всего, позволите таким людям управлять вами из страха, что вас «бросят», если станете противостоять им. Чем сильнее ваша эмоциональная зависимость от человека, тем более уязвимым вы окажетесь для его манипуляций и попыток вас использовать.

Даже если вы не находитесь в отношениях с манипулятором, вам не помешает проверить себя на наличие любого из упомянутых выше дефектов характера и поработать над их преодолением. Если вы не займетесь этим, столкнувшись с манипулятивной личностью, вы сильно рискуете превратиться в его жертву.

Понимаем, чего ожидать и что с этим делать

Не забывайте, манипулятор пустит в ход любые средства, чтобы получить преимущество над вами. Выучите все приемы наизусть. Внимательно смотрите и слушайте. Не доверяйте словам манипулятора. Не переставайте отслеживать тактики. Немедленно отмечайте их, как только определите. Независимо от того, какую технику использует манипулятор, помните самое главное правило: не поддавайтесь его влиянию. Укрепите в сознании мысль о том, что манипулятор борется за что-то. Отвечайте, исходя исключительно из того, что нужно вам или чего вы обоснованно хотите. Не реагируйте инстинктивно, не начинайте оправдываться в ответ. Оставайтесь независимыми и уверенными.

Одна мать недавно жаловалась мне, какой дурой себя почувствовала, когда поняла, что сын манипулировал ею, вынудив смягчить наказание, которое она установила за его безответственное поведение в школе. После его слов «Я больше этого не вынесу» и «Может, мне лучше вообще уйти» (изобразил жертву и сформулировал завуалированную угрозу), она сказала себе: «Он страдает гораздо сильнее, чем я предполагала. А если я только усугубляю его проблемы? Вдруг я плохая мать? Возможно, мне следует отступить?» Она не подумала: «Он сейчас сражается со мной, отстаивая свою свободу. Он делает вид, что страдает, пытаясь меня запугать».

Отказ от борьбы – проигранное сражение

Люди, которые часто становятся жертвами манипуляторов, как правило, слишком смущены, разочарованы и подавлены, чтобы ясно мыслить или действовать рационально. Их депрессия – результат тех же самых событий, которые, на мой взгляд, являются причиной большинства депрессий. То есть всякий раз, когда мы упорно сражаемся в битве, но никак не можем выиграть, возникает ощущение беспомощности и безнадежности, что в конечном итоге и приводит к депрессии. Жертвы манипуляции часто сражаются за то, чтобы заставить манипулятора измениться, и потому «проигрывают битвы». Они попадают в ловушку постоянных попыток понять, что именно нужно сказать или сделать, чтобы заставить манипулятора вести себя иначе. Они вкладывают значительную энергию, пытаясь добиться того, чего они сделать не в состоянии. Заведомо проигранные битвы неизбежно порождают гнев, разочарование, отчаяние и, в конечном итоге, депрессию. Будучи подавленными, жертвы манипуляций не имеют ни силы духа, ни энергии, необходимой для того, чтобы постоять за себя.

Используем собственные ресурсы с умом

Успешно противостоять агрессивным и скрыто-агрессивным личностям (или, если уж на то пошло, любым личностям) можно, только вкладывая время и энергию туда, где вы действительно являетесь полновластным хозяином: в ваше собственное поведение. Даже осознание того, что вы тратите силы, отстаивая свои интересы, бодрит и укрепляет уверенность. Чем увереннее и энергичнее вы себя чувствуете, тем больше у вас шансов добиться успеха в решении насущных проблем.

Некоторым людям тяжело принять, что им тоже придется прикладывать усилия, менять собственное поведение, если они хотят сбалансировать отношения с манипулятором. Люди, которые долго страдали от действий скрыто-агрессивного человека, эмоционально истощены и негативно настроены по отношению к своему мучителю. Им не нравится мысль, что это они должны измениться. Они хотят, чтобы манипулятор «заплатил» за свое плохое поведение и сам все исправил. Только одержав первые маленькие победы благодаря проведенной над собой работе, они начинают ценить принцип вложения сил в единственную сферу, в которой обладают абсолютной властью – в собственное поведение.

Выбрать правильную линию поведения в отношениях со скрыто-агрессивными людьми – нелегкое дело. Но есть несколько основных правил, следуя которым, можно сделать жизнь с манипулятором намного проще. Я называю их инструментами личной власти, так как они помогут любому человеку сохранить и укрепить собственную позицию в отношениях с другими людьми.

Вот они:

НЕ ПРИНИМАЙТЕ НИКАКИХ ОПРАВДАНИЙ. Не покупайтесь ни на одну из многочисленных причин (рационализаций), которыми кто-то пытается оправдать агрессивное, скрыто-агрессивное или любое другое неадекватное поведение. Если человек ведет себя неправильно или вредоносно, логическое обоснование, которое он для этого предлагает, совершенно неуместно. Цель никогда не оправдывает средства. Поэтому, независимо от того, насколько «объяснение» проблемного поведения покажется вам разумным, не принимайте его. Помните, что человек, предлагающий рационализацию, в действительности пытается сохранить за собой позицию, с которой, в противном случае, ему придется отступить. С того самого момента, как он начинает «объяснять», он отказывается подчиниться принципам цивилизованного поведения, пытается ввести вас в заблуждение и внушить свою точку зрения. А поскольку агрессивные личности в принципе не готовы подчиняться, несомненно, они и дальше будут создавать проблемы.

Как только вы перестанете принимать оправдания, вы сможете лучше противостоять неподобающему поведению и адекватно его оценивать. Пусть манипулятор знает, что вы хотя и признаете за ним право постоять за себя, но не примете никаких оправданий и не позволите влиять с их помощью на ваши действия и отношение к ситуации. Таким образом вы ясно дадите ему понять, что не потерпите подобного поведения.

В истории Мэри и Джо Мэри интуитивно понимала, что чрезмерная требовательность Джо является проблемой. Тем не менее, она слишком легко поддавалась его рациональным объяснениям и слишком сильно переживала из-за внушаемого ей чувство вины, чтобы открыто противостоять мужу. В конце концов, она обрела уверенность и смогла возразить ему. Она сказала нечто вроде: «Джо, я считаю, ты слишком многого хочешь от Лизы, и, по-моему, это жестоко. Я больше не собираюсь тебя поддерживать. Мне не интересны все твои утверждения, будто у тебя есть разумные причины вести себя именно так. Я думаю, ты зашел слишком далеко».

Говоря о его непреклонности и черствости, Мэри справедливо назвала поведение Джо агрессивным и вредным. Отбросив его «объяснения» как неуместные, она наконец разглядела неприемлемость его поведения. Трезво оценив ситуацию и не поддавшись тактике рационализации, Мэри утвердилась в своем мнении и своей позиции.

СУДИТЕ О ДЕЙСТВИЯХ, А НЕ О НАМЕРЕНИЯХ. Никогда не пытайтесь «читать мысли» или додумывать, почему кто-то поступает так, а не иначе, особенно когда он делает что-то вредное. Вы все равно не узнаете наверняка, и, в конце концов, это не имеет значения. Слишком погрузившись в размышления о том, что происходит в голове агрессора, вы отвлечетесь от действительно важного вопроса. Анализируйте его поведение. Если то, что человек делает, наносит вред, сосредоточьте на этом внимание и разберитесь с вопросом.

Важность данного принципа трудно переоценить. Помните, любая тактика из арсенала скрытых агрессоров – эффективный инструмент для управления вашими впечатлениями. Вас заставляют сомневаться в себе и в истинном характере человека, с которым вы имеете дело. Поэтому, если вы основываете мнение о нем исключительно на собственных домыслах и предположениях и позволяете собой манипулировать, вы непременно будете обмануты. Только поступки дадут вам информацию, необходимую для точной оценки характера. Как человек вел себя раньше, так будет вести и впредь.

До того, как Дженни из истории о Дженни и Аманде впервые пришла ко мне, она постоянно пыталась разобраться, какие мотивы и намерения были у дочери в случаях, когда ее поведение выходило за рамки дозволенного. Особенно это касалось словесно-оскорбительного поведения. Я помню, как Дженни сказала мне: «Когда Аманда кричит на меня и говорит, что ненавидит, я сомневаюсь, что она действительно хочет причинить мне боль. Просто ей очень плохо и она слишком сильно скучает по своему папе, поэтому ей необходимо на кого-то выплеснуть свои чувства». Хотя в словах Дженни и содержалась доля правды, она не имела никакого отношения к проблеме нарастающей открытой и скрытой агрессии Аманды. Дженни неосознанно укрепила представление дочери, будто для нее допустимо эмоционально запугивать других, заставлять их подчиняться, когда она чего-то от них хочет. Более того, чрезмерно сосредоточившись на предполагаемых причинах поведения Аманды, Дженни не заметила агрессии, направленной против нее. Неспособность увидеть агрессию в действиях другого человека всегда приводит к тому, что вы становитесь жертвой манипуляции.

В конце концов Аманда и ее мать рассмотрели и проработали многие важные вопросы, которыми задавалась Дженни. Но это произошло только после того, как неуправляемую агрессию Аманды удалось взять под контроль.

УСТАНОВИТЕ ЛИЧНЫЕ ПРЕДЕЛЫ ДОЗВОЛЕННОГО. Обретение большей власти в межличностных взаимодействиях неизбежно влечет за собой установление в вашем поведении двух ограничений. Во-первых, вы должны определиться, какое поведение по отношению к себе согласны терпеть, не предпринимая контрдействий и не разрывая отношений. Во-вторых, вы должны решить, какие действия готовы и способны предпринять, чтобы лучше позаботиться о себе.

В истории Джин и Джеймса Джин часто хотелось сказать мужу, что она больше не собирается терпеть его пренебрежительное отношение к семье, но она этого не делала. Она не только никак не ограничивала его поведения, но и не могла установить разумных рамок для своего собственного. То есть она не определила, какую именно часть тяжелых забот о нуждах семьи готова взвалить на себя. Позже Джин все-таки установила некоторые ограничения по обоим пунктам. Несмотря на то, что сама судьба протянула ей руку помощи, и Джеймса перевели обратно на менее ответственный пост, Джин дала понять мужу, что не станет поддерживать его в продвижении по карьерной лестнице, если он не будет добросовестно выполнять свои семейные обязанности. Она также отказалась впредь брать на себя непропорционально большую долю обязательств по поддержанию их брака и воспитанию детей.

ДЕЛАЙТЕ ПРЯМЫЕ ЗАПРОСЫ. Когда вы просите о чем-то, ясно и четко выражайте, что вы хотите. Используйте «я-обращения». Избегайте обобщений. Говорите конкретно, что именно вам не нравится, чего вы ожидаете или требуете от другого человека. Используйте такие фразы, как: «я хочу, чтобы ты сделал так…» или «я не хочу, чтобы ты делал это…»

В истории о Дженис и Билле Дженис желала остаться наедине со своими чувствами и оценить состояние своего брака. Но она не объяснила Биллу, что именно требуется от него. Она могла бы сказать: «Я хочу побыть четыре недели одна. Я вообще не хочу, чтобы ты звонил мне в это время. Звони моей маме, если случится что-то серьезное».

Формулируя просьбы точно и ясно, вы убиваете сразу двух зайцев. Во-первых, это сильно ограничивает манипулятору возможность исказить смысл (или заявить, что он неправильно понял) того, что вы хотите или ожидаете от него. Во-вторых, если вы не получаете прямого, разумного ответа на прямую, разумную просьбу, вы уже знаете, что манипулятор настроен против вас, не собирается сотрудничать или ищет способ помешать. Полученная таким образом ценная информация поможет вам спланировать ваш следующий шаг.

ПРИНИМАЙТЕ ТОЛЬКО ПРЯМЫЕ ОТВЕТЫ. Как только вы сформулируете ясный, прямой запрос, настаивайте на ясном, прямом ответе. Если вы не получите его, спросите еще раз. Не делайте этого в шутливой или угрожающей манере, но вежливо настаивайте, что поднятый вами вопрос важен и заслуживает прямого ответа.

В истории с Доном и Элом Дон пытался выяснить, есть ли хоть капля правды в слухах о том, что в коллективе появится новый человек, который может занять его место. Но Дон не задавал вопросов конкретно о себе и не настаивал на прямых ответах со стороны Эла. Например, спроси он прямо, появится ли в коллективе новый человек, любой ответ, помимо «да» или «нет», стал бы сигналом, что по какой-то причине Эл хочет избежать обсуждения этой темы. На большинство уместных прямых вопросов можно ответить простым прямым ответом. Если вы получаете больше, меньше или что-то совершенно не относящееся к теме, вы вправе предположить, по крайней мере, до некоторой степени, что кто-то пытается манипулировать вами.

ОСТАВАЙТЕСЬ ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС. Сосредоточьтесь на текущих проблемах. Манипулятор, вероятно, попытается сбить вас с толку с помощью тактики отвлечения или уклонения. Не позволяйте его уловке увести вас от проблемного поведения, с которым вы пытаетесь разобраться. Вы должны прилагать все усилия, чтобы не отклоняться от темы, несмотря на то, какая тактика использована против вас.

Не возвращайтесь к проблемам прошлого и не размышляйте о будущем. Оставайтесь здесь и сейчас. Это очень важно. Никаких изменений не случится вовсе, если они уже не происходят в данный момент. Но даже если перемены все-таки происходят, это может продлиться недолго, потому что старые привычки трудно сломать. Сосредоточьтесь только на том, что агрессор должен делать по-другому именно в данный момент, и не позволяйте никакой отвлекающей тактике увести вас в другое время и место.

Однажды в моем кабинете Дженни возмутилась из-за того, как грубо Аманда с ней разговаривала. Тогда Аманда быстро напомнила, как Дженни плохо обошлась с ней совсем недавно. Не вспомнив точно, о чем говорит дочь, и, посчитав ее жалобу уместной, тем самым совершив обычную ошибку, Дженни принялась выяснять, что она могла сделать или сказать накануне и чем обидела Аманду. Дженни даже не успела осознать, как забыла, что обсуждала с Амандой ее оскорбительную манеру разговаривать.

Однако позже Дженни все-таки научилась говорить с Амандой о ее поведении именно в тот момент, когда оно и происходило, и не отвлекаться от проблемы вплоть до ее решения. Однажды, когда Аманда в очередной раз набросилась на свою мать, Дженни сказала: «Аманда, я не буду разговаривать с тобой, пока ты не сменишь тон». В ответ Аманда крикнула: «Да я нормально разговариваю!» У нее на лице появилось обиженное выражение, и она начала играть роль жертвы. Но Дженни самым твердым на моей памяти голосом произнесла: «Я выйду на несколько минут. Потом вернусь и проверю, не захочешь ли ты разговаривать более вежливо». Аманда получила вполне заслуженный тайм-аут. Когда Дженни вернулась, Аманда вела себя более сдержанно.

Самое главное, что я мог бы сказать о важности пребывания здесь и сейчас, заключается в том, что подлинное изменение в поведении характеропата всегда происходит в момент, когда его обычная тактика встречает противодействие. Только если человек показывает, что готов отказаться от манипуляций, оправданий или других способов ухода от ответственности и демонстрирует более просоциальное поведение, есть основания надеяться, что он меняется к лучшему. Сказать можно, что угодно, пустые обещания ничего не значат. Выдавать желаемое за действительное – глупо. Только готовность на деле изменить курс в момент конфронтации (и не единожды) послужит хоть каким-то доказательством, что, возможно, все будет по-другому.

СТАЛКИВАЯСЬ С АГРЕССИВНЫМ ПОВЕДЕНИЕМ, ПЕРЕКЛАДЫВАЙТЕ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ НА АГРЕССОРА. Возможно, это самое важное, что нужно запомнить. Если вы противостоите агрессору (или любому характеропату) из-за его неподобающего поведения, сосредоточьтесь на его наносящем вред действии, независимо от того, какую тактику он использует, стараясь перекинуть мяч на вашу сторону. Не принимайте попыток переложить вину или ответственность. Продолжайте спрашивать, как он собирается исправлять свое поведение. Игнорируйте любые возможные рационализации и не позволяйте ему уклониться от решения проблемы. Когда кто-то поступает неправильно, бремя перемен и исправления ошибок должно лежать на нем. При этом вовсе не обязательно стыдить, выказывать враждебность или провоцировать. Просто сосредоточьтесь на поведении, которое другой человек должен изменить.

Например, Джин могла прямо заявить Джеймсу, что тот уделяет семье слишком мало внимания. Она могла сказать так: «Джеймс, я хочу, чтобы ты точно объяснил мне, что готов сделать, чтобы сбалансировать свои вложения в карьеру и свой долг перед нашей семьей». Если бы Джеймс стал уклоняться от ответа или пустил бы в ход одну из отработанных тактик, ей стоило бы просто вернуться к вопросу и сосредоточить усилия на том, чтобы получить от него конкретный ответ, что он сделает для решения данной проблемы.

ВСТУПАЯ В ПРОТИВОБОРСТВО, ИЗБЕГАЙТЕ САРКАЗМА, ВРАЖДЕБНОСТИ И УНИЖЕНИЯ. Агрессивные личности всегда ищут повод для войны. Они воспринимают любую враждебность как «атаку» и уверены, что вправе начать наступление. Кроме того, любое ваше нападение «провоцирует» их использовать отработанные наступательные тактики: отрицание, избирательное невнимание или обвинение других. Не избегайте необходимого противодействия, но убедитесь, что столкновение проходит честно, открыто, но без враждебности. Сосредоточьтесь только на неадекватном поведении агрессора. Противостояние без клеветы или очернения – это не только искусство, но и необходимый навык эффективного взаимодействия с манипуляторами.

ИЗБЕГАЙТЕ УГРОЗ. Угрозы – это всегда попытка манипулировать другими людьми с целью изменить их поведение, не меняя свое на более позитивное. Никогда не угрожайте. Просто действуйте. Будьте осторожны, не впадите во встречную агрессию. Поступайте, как вам действительно нужно, чтобы защитить себя и обеспечить собственные потребности.

Дженис несколько раз грозилась уйти от Билла. Она делала это не столько из желания начать действовать, сколько потому, что надеялась, «угроза» ухода достаточно сильно встряхнет Билла и он изменится (сама по себе манипулятивная тактика). Но Билл в конце концов привык к подобным обещаниям и больше не реагировал на них. Всякий раз, когда он чувствовал реальную угрозу, он придумывал свои собственные контругрозы в типичной для него изящной хитроумной манере. Он даже «пригрозил» самоубийством, когда почувствовал, что Дженис действительно готова с ним расстаться. Эта угроза оказалась самой действенной, ему опять удалось переиграть Дженис, и она сдалась.

ДЕЙСТВУЙТЕ БЫСТРО. Поезд без тормозов, катящийся вниз по горному склону, легче всего остановить, когда он только начинает движение. Если он наберет обороты, станет гораздо сложнее предпринимать эффективные действия. Аналогичная метафора применима и к агрессивным личностям. Им не хватает внутренних «тормозов». Когда они по горячим следам преследуют свои цели, их трудно остановить. Если вы собираетесь добиться успеха, вступив с ними в бой, вставить слово или оказать влияние, то вам нужно действовать сразу при первом же признаке того, что они выходят на тропу войны. Как только вы поймете, что против вас используется та или иная тактика, будьте готовы противостоять ей и реагировать на нее. Действуйте быстро, чтобы не оказаться в подчиненном положении и установить благоприятный для вас баланс сил. Тогда у вас будет больше шансов не угодить под танк, а манипулятор убедится, что вы – сила, с которой придется считаться.

ГОВОРИТЕ ЗА СЕБЯ. Применяйте «я-сообщения» и не пытайтесь говорить за кого-то еще. Использование посторонних в качестве «щита», к тому же транслирует вашу неуверенность. Разберитесь со своим «противником» один на один. Имейте смелость открыто и прямо отстаивать свою позицию.

В истории о священнике Джеймсе, Джин чувствовала себя более комфортно, когда просила мужа поддержать их детей, а не когда дело касалось ее личных нужд и интересов. Используя детей в качестве щита, она также сигнализировала о неспособности постоять за себя. Именно потому, что Джеймс хорошо знал о нерешительности Джин в отстаивании собственных потребностей, он манипулировал ею, постоянно внушая жене чувство вины и стыда.

ЗАКЛЮЧАЙТЕ РАЗУМНЫЕ СОГЛАШЕНИЯ. Заключенные вами договоренности должны быть своевременными, актуальными, надежными, поддающимися проверке и обязательно исполняться обеими сторонами. Соблюдайте свою часть соглашения ровно настолько же, насколько, по вашему мнению, человек, с которым вы договариваетесь, должен соблюдать свою. Не давайте обещаний, которые не сможете сдержать, и не просите того, что, как вы знаете, вряд ли получите, или что предоставляет манипулятору возможность и дальше обманывать вас.

Когда вы договариваетесь с любой агрессивной личностью, постарайтесь предложить как можно больше взаимовыгодных вариантов. Это чрезвычайно сложно и требует творческого подхода и особого склада ума [27]. Но, как подсказывает мой опыт, это единственный наиболее эффективный инструмент расширения личной власти, потому что он позволяет конструктивно использовать стремление агрессивной личности непременно победить. С точки зрения агрессора, есть только четыре варианта развития событий, четыре исхода вашей с ним борьбы. Первый: он выиграл, вы проиграли. Именно данный расклад устроит его больше всего. Второй: вы выиграли, он проиграл. Это ситуация, которую он посчитает наиболее неприемлемой, и изо всех сил постарается ее избежать. Третий вариант: если он проигрывает, то проигрываете и вы. Агрессивные личности слишком ненавидят проигрывать и, если понимают, что проигрыш неминуем, сделают все возможное, чтобы увидеть, как вы тоже проигрываете. Как ни тяжело подобное осознавать, но именно данный сценарий особенно часто разыгрывается в крайне конфликтных отношениях, которые заканчиваются убийством и самоубийством. Четвертая ситуация: он выигрывает, вы тоже выигрываете. Это не такой желательный расклад для агрессора, как «он выигрывает, вы проигрываете», но вполне приемлемый – на втором месте среди возможных.

Помните, что агрессивная личность пойдет почти на все, чтобы избежать проигрыша. Поэтому, определив условия, по которым агрессор получит по крайней мере часть из того, что он хочет, вы уже окажетесь на полпути к цели. Поиск и предложение как можно большего числа конструктивных решений, позволяющих вам обоим достигнуть необходимого – путь к менее конфликтным отношениям, как с агрессивными, так и со скрыто-агрессивными личностями.

Джин могла бы сказать Джеймсу: «Я знаю, насколько для тебя важно получить место в Совете старейшин, но я тоже нуждаюсь в твоем внимании и заботе. Я поддержу твои усилия, если ты согласишься брать выходной и проводить с семьей хотя бы два вечера в неделю». Джеймс, как скрыто-агрессивная личность, всегда будет искать лазейку, чтобы повысить шансы заполучить желанное. А таким образом Джин предложила бы ему вариант, при котором и он добился бы своего, и она не потеряла бы необходимого.

БУДЬТЕ ГОТОВЫ К ПОСЛЕДСТВИЯМ. Не забывайте о вечном желании скрыто-агрессивного человека быть победителем. Это означает, что, если по какой-либо причине он почувствует себя побежденным, скорее всего, с его стороны последует попытка исправить ситуацию и вернуть себе власть и чувство собственного превосходства. Очень важно подготовиться к такой возможности и принять соответствующие меры, чтобы защитить себя.

Один из способов подготовиться к последствиям – предвидеть их (а иногда даже предсказывать). Разумно оцените, как может поступить скрыто-агрессивный человек, и на что он способен. Мэри Джейн могла предположить, что босс даст ей неблагоприятную рекомендацию, если она станет искать другую работу. Ей следовало принять меры, чтобы защитить себя. Например, подать официальную конфиденциальную жалобу в соответствующее государственное или федеральное учреждение или запросить отзывы у коллег. Или даже изучить возможность временной работы в фирме, не требующей предварительного опыта, на случай, если босс сделает «упреждающий удар» и уволит ее, поняв, что она планирует уйти.

Еще один способ подготовиться к последствиям – обеспечить сильную систему поддержки. Увеличьте безопасность количественно. Дженис вполне могла предвидеть, что Билл попытается вернуть ее, пусть даже она не представляла, что именно он сделает. Она могла бы найти дополнительную поддержку в «Анонимных алкоголиках» или другой подобной группе. В результате она обрела бы достаточную уверенность и душевную силу, чтобы противостоять внушаемому ей чувству вины и другим манипулятивным тактикам, которые Билл эффективно использовал против нее.

БУДЬТЕ ЧЕСТНЫ С СОБОЙ. Составляйте собственные планы и следуйте им. Точно определитесь, каковы ваши реальные потребности и желания в любой ситуации. Обстоятельства и так достаточно сложные, потому что вы никогда точно не знаете, что замышляет манипулятор. Но обманывая себя относительно собственных желаний и потребностей, вы подвергаете себя двойной опасности.

В истории Дженис и Билла самая главная потребность Дженис – чувствовать, что ее ценят и уважают. Это желание, которое действительно движет ею. Страдая от сильно заниженного самоуважения, она нуждается в одобрении окружающих, чтобы поддерживать чувство собственного достоинства. Поэтому, когда Билл говорит ей, что она нужна ему или детям и т. д. – ею легко манипулировать. Билл умеет играть на Дженис, как на скрипке. Все, что ему нужно делать, это время от времени повторять ей нужные слова, и тогда она отзывается.

Во время терапии Дженис лучше поняла, как сильно она нуждается в одобрении. Она также осознала, что, постоянно обращаясь к другим, особенно к Биллу, за этим одобрением, она лишает себя возможности развить самоуважение. Много раз она делала что-то, стараясь получить или сохранить одобрение Билла, о чем потом сильно сожалела. Однажды она вернулась к нему даже после того, как застала его за изменой. Дженис простила мужа, стоило ему сказать, что она значит для него гораздо больше, чем кто-либо другой, и, если она будет уделять ему достаточно внимания, он не станет искать его на стороне. Еще она отказала себе в возможности закончить высшее образование, когда Билл заверил ее, что, пусть даже дети уже выросли, для него по-прежнему очень значимо и приятно иметь жену и домохозяйку «на полную ставку». К концу терапии Дженис поняла, что ее поведение оказалось порочным кругом саморазрушения. Постоянно делая то, что заставляло ее ненавидеть саму себя, она только усиливала собственную потребность в одобрении. В итоге она все-таки увидела, что Билл прекрасно осознавал эту ее потребность и манипулировал ею на протяжении многих лет, периодически бросая крохи своего одобрения и тем самым заставляя плясать под его дудку.

Верим в себя

Даже если вы понимаете правила и следуете им, чтобы более эффективно противодействовать манипулятору, жизнь с ним никогда не будет легкой. Тем не менее, вы можете сделать ее более терпимой и не столь разрушительной. Кроме того вы уменьшите риск угодить в капкан и превратиться в жертву, если будете постоянно держать в уме, кто такие манипуляторы на самом деле, что от них ожидать и как расширить свои возможности. Далее я расскажу вам историю женщины, которая несколько лет прожила в абьюзивном браке, но нашла в себе мужество и силы изменить свою жизнь.

История Элен

Элен толком не понимала, зачем пришла и о чем хотела поговорить. В конце концов, она много думала перед тем, как принять решение. Но, как она выразилась, ей нужно было «подтвердить» свои чувства и получить некоторую «уверенность», что она находится на лучшем пути.

Она решила на время расстаться с Мэттом, с которым пятнадцать лет прожила в браке. Пояснив, что жизнь порознь является частью плана, она сказала, что хочет уединиться и подумать о своих проблемах, эмоциях и желаниях без обычного ежедневного «вмешательства». Но она не собирается окончательно обрывать с мужем контакты. Если он докажет, что хочет и способен по-настоящему измениться, она вернется к нему. В противном случае – она уйдет от него насовсем. Подобная договоренность даст ей достаточно времени, чтобы понять, действительно ли Мэтт изменился.

«Я не уверена, что он вообще способен измениться, – призналась Элен. – Но знаю, что должна поступить именно так. У меня есть власть над собственным поведением, и независимо от того, останусь я с ним или нет, я многое собираюсь делать по-другому. Например, – продолжила она, – когда он попытается мной манипулировать, я буду стоять на своем, если почувствую, что это необходимо. Я не позволю ему давить на кнопки вины или запугивать меня тонкими намеками и угрозами. А если я и поддамся на это, то только потому, что я так хочу, а не потому, что чувствую себя обязанной».

Элен рассказала о тактиках, которые использовал Мэтт, чтобы заставить ее передумать. «Во-первых, он попробовал надавить на чувство вины, утверждая, что честно посвятил мне пятнадцать лет жизни, а теперь я собираюсь отказаться от священных брачных обетов. После он надеялся пристыдить меня, спрашивая, что скажут друзья, семья и соседи. Потом он пытался меня обхитрить, изображая жертву и внушая мне идею, что это я его «подавляла», так как всегда занималась его делами! – говорила Элен, улыбаясь: – Но я на это не купилась. Каждый раз, когда он проделывал один их подобных фокусов, я говорила себе: я знаю, что он задумал, и не позволю этой тактике сработать».

Я спросил Элен, какие инструменты для придания себе уверенности из тех, которые мы обсуждали, оказались для нее самыми эффективными. «В основном, два, – ответила она. – Во-первых, я определила личные пределы дозволенного, объяснив, что меня не устраивает и что необходимо изменить, если мы хотим общего будущего. Во-вторых, я придумала хороший взаимовыгодный сценарий. Я сказала ему, что буду с ним до конца наших дней, если он докажет, что готов навсегда изменить свое поведение. Знаете, в прошлом мы много раз обращались к специалисту, но Мэтт всегда отказывался консультироваться, заявляя, что он тут ни при чем и дело исключительно во мне. Теперь я убеждена, это ему нужно меняться, но он наверняка не примет мое мнение всерьез, пока сам не пройдет терапию. Теперь его черед. Он знает, что я от него ожидаю. Я понимаю, что он будет испытывать мою решимость. Но много я верю в себя и буду стоять на своем».

Сражаемся честно

Келли, женщина средних лет и мама очень манипулятивного сына, поделилась со мной, как она смогла восстановить баланс сил в их отношениях. Я спросил, что в терапии помогло ей больше всего. Она ответила: «Самыми полезными оказались ваши слова: “Точно определитесь с тем, за что вы хотите бороться”. Это стало настоящим откровением. Я больше не считаю, что постоянно нахожусь в состоянии войны. Если дело касается действительно важных моментов, то я твердо стою на своем, что бы он мне ни сказал. Я ожидаю, что он начнет спорить, но не злюсь на него за это, потому что чувствую себя уверенней и знаю, как держаться. Теперь я более тщательно выбираю поводы для сражений. В любом случае, я не суечусь и не переживаю из-за того, что могу проиграть в стычке. Я просто отпускаю ситуацию. Возможно, я больше не зацикливаюсь на том, что обязана всегда и во всем его контролировать. Я устанавливаю пределы дозволенного и принимаю последствия. Остальное зависит только от него».

Еще Келли сказала мне, что, несмотря на неизбежные ссоры с сыном, характер «сражений» изменился. «Теперь мы сталкиваемся открыто и честно. Я говорю ему, что мне нужно, и не извиняюсь за это. Он тоже пытается добиться своего, но теперь, по крайней мере, я знаю, когда он идет на конфликт. Стало гораздо легче, когда я поняла, что на самом деле происходит между нами и чего ожидать».

Слова Келли могли бы подтвердить многие, с кем я работал. Если вы действительно знаете, что происходит в отношениях, вызывающих у вас проблемы – как часто люди вступают в противоборство с вами и какой тактикой при этом пользуются, как реагировать на их маневры и как заботиться о себе – ситуация резко меняется.

Эпилог. Бесконтрольная агрессия в обществе вседозволенности

Социальная среда и человеческая агрессия

Наша склонность к агрессии и агрессивное поведение – изначально не есть зло. На протяжении большей части эволюционной истории люди сталкивались с многочисленными угрозами не только со стороны других видов, но и со стороны своего собственного вида, когда разные племена конкурировали за ограниченные ресурсы в ежедневной борьбе за существование. При этом побеждали только самые сильные. С зарождением цивилизации потребность в агрессии как необходимом инструменте выживания человечества значительно уменьшилась. Но, как показывает долгая история войн, этот основной природный инстинкт по-прежнему присущ нам, и, вероятно, сохранится еще какое-то время. Поэтому, если мы хотим успешно продвигаться вперед в эволюции социальной, нам необходимо создать культурные и экологические механизмы, которые помогут эффективно ограничивать и контролировать нашу тягу к агрессии.

Политическая, экономическая и культурная среда, в которой мы живем, ощутимо влияет на степень нашей агрессивности и способы ее проявления. Например, идея коммунизма возникла якобы с целью предотвращения того, чтобы личные амбиции и жадность (неограниченная индивидуальная агрессия) не наносили ущерба обществу в целом. Но из-за постоянного подавления человеческого духа, эта система «народной власти» стала одной из самых мощных машин тирании и скрытой агрессии (т. е. обладала значительной властью над другими людьми и подчиняла их под видом защиты интересов «пролетариата»). Капитализм со своим главным экономическим тезисом «выживает наиболее приспособленный» поощряет как неограниченно-агрессивное так и направленно-агрессивное поведение, необходимые при ежедневной конкуренции за личное богатство и финансовую стабильность. Но он также поощряет и даже вознаграждает еще и скрытую агрессию.

Сотрудники компаний свободного рынка знают, что в деловой среде, где царит принцип «человек человеку волк», каждый находится под угрозой. В результате, вместо того, чтобы сотрудничать, работники конкурируют друг с другом за ограниченные ресурсы компании, льготы и вознаграждения. В одних случаях конкурентная борьба ведется открыто и по правилам, что приносит пользу системе. На самом деле честная и азартная конкуренция – ключевой ингредиент в рецепте совершенства. Однако в других случаях соперничество проходит жестоко и в нем пользуются скрытыми, бьющими в спину, грязными приемами, которые являются отличительными признаками скрытой агрессии. Я не из тех, кто недооценивает значимость хорошей конкуренции. Но такого рода агрессия полезна только тогда, когда «борьба» ведется принципиальным, ответственным образом. Но, боюсь, в наши дни слишком мало порядочных людей, готовых конкурировать честно. В отсутствие столь необходимого духовного, этического и морального обновления общества гораздо полезней и важнее отстаивать принципы сотрудничества, а не конкуренции.

Сегодняшняя культура придает слишком большое значение победе и чрезвычайно мало внимания уделяет тому, как мы боремся за личный успех и преимущество. Потому агрессия друг против друга – по сути разрушительная и бессмысленная – выходит из-под контроля. Высказывание, которое приписывают Винсу Ломбарди, «Победа – не самое главное, но это единственное, что имеет значение» не просто характеризует личную философию одного человека. Оно – отражение современных культурных норм. Когда-то любительский и профессиональный спорт были нацелены на то, чтобы помочь активным молодым людям обуздать и направить естественную агрессивную энергию, почувствовать общность через совместную работу и развить характер, овладев самодисциплиной. В наши дни никто не приходит на игры, если команда не побеждает, личное шоу – игра талантливых «звездных» спортсменов – затмевает командные усилия, а жестокие драки вспыхивают при малейшей провокации.

Отцы-основатели нашей страны проводили ожесточенные дебаты и соревнование на арене политических идей, чтобы держать под контролем власть правительства и не допустить чрезмерного доминирования идеологии одной партии над всеми другими. Сегодня политическая борьба тоже вышла из-под контроля. То, что должно быть азартным соперничеством и конструктивным спором по критическим вопросам, часто превращается в битву без правил между двумя противниками, каждый из которых пытается уничтожить друг друга. Борьба, которую ведут политики, в основном направлена на победу и закрепление или удержание власти. В ней не осталось почти ничего от стремления отстаивать принципы или обеспечивать безопасность и процветание страны. Поэтому, неудивительно, что так много скрыто-агрессивных личностей находят себе пристанище в мире политики.

Работая с супружескими парами и семьями, я просто прихожу в ужас от количества как явной, так и скрытой агрессии, которую я наблюдаю, и от разрушительного воздействия, которое она оказывает на отношения. Особенно меня беспокоит степень скрытой агрессии между разведенными и участвующими в спорах об опеке (битвах) людьми. Меня поражает, на что способны люди, когда хотят отомстить, наказать, унизить и уничтожить друг друга – и все это якобы во имя заботы о благополучии своих детей. Слишком часто дети – всего лишь прикрытие. На самом же деле речь всегда идет о личных интересах одной или обеих сторон (например, месть, сохранение репутации, оправдание, деньги и т. д.) и о том, до каких пределов они готовы дойти, чтобы получить желаемое.

Во многих сферах современной жизни – политике, правосудии, бизнесе, спорте, личных отношениях и т. д. – мы превратились в нацию беспринципных, неуправляемых бойцов, и этим мы сильно вредим себе и своему обществу. Сегодня, как никогда ранее, нам необходимо восстановить основные принципы сотрудничества и культурного соперничества, чтобы окончательно не потерять лицо, чтобы выжить, процветать и преуспевать.

Учимся ответственности

Если мы хотим сделать наше общество более достойным и дисциплинированным, нам придется по-другому учить наших детей. Во времена Фрейда эмоциональное здоровье детей укрепляли в основном тем, что помогали им преодолеть тревогу, неуверенность и страхи. Но в наши дни, чтобы дети оставались эмоционально здоровыми, гораздо важнее научить их правильно направлять и контролировать свои агрессивные намерения, а так же брать на себя обязательства и социальную ответственность.

Научить детей управлять собственной агрессией – нелегкая задача. Ребенок с агрессивными наклонностями, скорее всего, станет сопротивляться социализации и не захочет подчиниться принятым в обществе правилам. Чтобы наши дети обрели необходимую им самодисциплину, важно, чтобы родители научили их определенным правилам борьбы.

Во-первых, объясните ребенку, когда бороться необходимо, а когда нет. Потребуется много усилий, чтобы помочь ему разобраться, какие существуют законные причины, моральные ценности или обстоятельства, за которые действительно стоит сражаться. Также встречаются ситуации, когда нет иной альтернативы, кроме как вступить в бой, даже физический. Например, в явном случае самообороны. Научить ребенка распознавать моменты, когда в противостоянии вообще нет никакого смысла.

Во-вторых, познакомьте своих детей со всеми возможными способами получить то, что им действительно нужно, без борьбы. Родители должны рассказать о преимуществах использования альтернатив, показать, что это за альтернативы, и продемонстрировать, как их применять на деле. Научите детей различать честную, дисциплинированную, конструктивную конкуренцию и деструктивное соперничество. Но прежде чем вы сможете учить их соответствующим навыкам социального поведения, возможно, вам самим придется получше узнать о том, что это за навыки и как их использовать.

В-третьих, объясните детям разницу между агрессивностью и напористостью. Будьте очень внимательны и осторожны, чтобы не наказывать своих детей за мужество, дерзость или своеволие как таковые. Есть старая поговорка: родитель должен преуспеть в «подчинении воли, не ломая духа» ребенка, чтобы добиться разумной дисциплинированности. Это высказывание имеет большую ценность. Растолкуйте ребенку, что, хотя сами по себе врожденные агрессивные наклонности не являются плохими, без соответствующего контроля они приводят к серьезным конфликтам и неудачам. Продемонстрируйте ему, что, добиваясь собственной цели, но проявляя при этом надлежащую сдержанность и уважение к правам и потребностям других людей, он сможет достигнуть большей степени личного и социального успеха в долгосрочной перспективе.

Невозможно преувеличить всю важность подобных знаний и умений для будущего наших детей. Стационарные психиатрические учреждения страны переполнены молодыми людьми со значительными нарушениями характера. Независимо от того, какие диагнозы им ставят при поступлении, большинство из них попадает в подобные учреждения из-за совершенно неуправляемого агрессивного поведения.

Отделы по борьбе с преступностью среди несовершеннолетних почти в каждом штате ежедневно наводняются молодыми людьми, чья явная агрессия привела их к конфликту с законом, а скрытая агрессия так долго оставалась бесконтрольной, что они превратились в очень искусных манипуляторов. Мы просто обязаны лучше объяснить нашим детям, что не всегда стоит сражаться, какие существуют альтернативы, и научить их бороться честно и ответственно, когда это действительно необходимо. Вот что мы должны сделать, если хотим воспитать достойный характер и укрепить эмоциональное здоровье нашей молодежи.

Кризис характера

Стремление к власти, превосходству и доминированию в большей или меньшей степени присуще всем нам. К сожалению, в этой стране практически неограниченных возможностей растет число людей с расстройствами характера, желающих достичь собственных целей легко и быстро, без лишних усилий, которые требуется приложить, чтобы получить все необходимое социально ответственным и продуктивным образом. То есть, среди нас есть люди, которые вместо того, чтобы учиться, самосовершенствоваться и честно «бороться» за место в условиях конкурентного рынка, жестоко соперничают с единомышленниками за контроль над улицами в своем районе. Еще среди нас есть индивидуумы, которые, не преуспев в нужной им степени в установившейся «системе», вступают в союз с другими группами оппозиции, ведущими войну с власть имущими под видом стремления к высоким идеалам. К большому разочарованию, мы превратились в нацию лишенных идеалов, неуправляемых бойцов, которые больше не объединены общим делом всеобщего прогресса и процветания, но пойманы в ловушку «каждый сам за себя» в погоне за властью и наживой. Самая главная причина, по которой наша страна постепенно перестает быть сверхдержавой, заключается в том, что в ней остается все меньше и меньше людей со здоровым характером.

За несколько последних десятилетий наметилась весьма тревожная тенденция. Поскольку по-настоящему патологические случаи неврозов практически исчезли, а расстройства характера стали совершенно обычным явлением, социальное бремя, которое несут невротики функционального уровня, чтобы заставить общество работать, резко возросло. Между тем бремя, возложенное на людей с расстройствами характера, которые предпочитают так или иначе уклоняться от своих социальных обязанностей, резко уменьшилось. Целостность нашего общества не может сохраниться, если эта тенденция продолжится и дальше. Величие характера нации определяется тем, каким образом каждый гражданин развивает, укрепляет и проявляет собственный характер в повседневной жизни.

Чрезмерная нагрузка на тех, кто уже несет бремя высокой социальной ответственности, является следствием другой тревожной тенденции. Эта тенденция связана с тем, что общество все больше полагается на законы и нормативные акты, регулирующие наше социальное поведение и разрешающие отклонения в нем. Существует старая пословица: «вы не можете узаконить мораль». Хотя настоящее высказывание чаще всего игнорируют или критикуют как чрезмерно упрощенное, оно отражает очень важную истину. Люди со здоровым характером не нуждаются в законе, чтобы вести себя нравственно, тогда как люди с дефектным характером не обращают особого внимания на закон и не уважают его.

Каждый раз, когда я отправлялся в одно из исправительных учреждений штата, чтобы провести обучение, оценку или консультацию, я натыкался в нем на большую хорошо заметную табличку с надписью: «Не разрешается проносить огнестрельное оружие, наркотики, табачные изделия и другие запрещенные вещества». И всегда невольно задавался вопросом – к кому обращено предупреждение на табличке? Неужели к тем ответственным людям, которые и сами не собирались заниматься никакой противозаконной деятельностью? Затем я хихикал, представляя человека, который пришел торговать запрещенными вещества и рассчитывал получать с этого прибыль, но, заметив знак, развернулся и, устыдившись, вернулся к машине, потому что понял, нельзя делать то, чем он собирался заниматься.

Принимая все новые законы, правила и предписания, мы не даем ответ на наши социальные беды и кризис нашего характера. Подобные действия только ограничивают свободу, которой мы дорожим, и которая способствует нашему процветанию. Кроме того, люди с нарушениями характера всегда найдут способ обойти любые ограничения, которые мы вводим. Высокоморальное здоровое общество возникает только тогда, когда честныхе людей в нем большинство.

Еще в 60-е годы ХХ века по всей стране разлетелся призыв устранить «глубинные причины» нищеты и полностью искоренить ее. Людей возмущало, что в стране изобилия многим не хватало средств на удовлетворение даже самых элементарных человеческих потребностей. Похоже, причиной кризиса характера, лежащего в основе нашей социальной дисфункции, является отсутствие подобного чувства возмущения и стремления приложить все усилия для решения этой проблемы. Сейчас даже школы признают необходимость «воспитания характера», чему я рад, даже несмотря на печально известную несостоятельность в данном деле современной семьи и других традиционных институтов, которые когда-то выполняли эту функцию.

Воспитание характера и ответственная жизнь

Формирование характера – это длительный процесс, в ходе которого мы учимся жить среди других людей, вести себя ответственно, продуктивно трудиться и, самое главное, любить. Как утверждает Скотт Пек, любовь – это не чувство, не искусство и не состояние души. Это поведение [28]. Именно такое поведение, к которому призывают нас две великие заповеди. Исходя из этого, я предлагаю следующую философию развития характера, необходимого для любви и ответственного образа жизни.

Даже если мы начинаем жизнь пленниками заложенных природой наклонностей и обстоятельств, в которых мы выросли, мы не можем вечно оставаться «жертвами» нашего окружения. В конце концов, мы все должны прийти к честному соглашению с собой. Познать самих себя, справедливо судить о своих сильных и слабых сторонах, достичь подлинного контроля над природными инстинктами и врожденными наклонностями, преодолеть несовершенство и травматическое влияние окружающей среды, которая сформировала нас, – вот одна из величайших жизненных задач. И в конечном счете, восхождение на вершину честной и достойной жизни мы способны совершить только с широко открытыми глазами. Мы должны познать себя так же хорошо, как других, без предрассудков, обмана или отрицания, честно смотреть в лицо всем аспектам нашего характера и считаться с ними. Только тогда мы можем осознанно принять бремя самовоспитания и самосовершенствования ради себя и всех остальных. Сознательное решение взять на себя этот особенный «крест» – вот истинная сущность любви. И наша готовность и воля нести его до самой смерти открывает нам вход на более высокий уровень существования.

Примечания

1. Storr, A., Human Destructiveness, (Ballantine, 1991), pp. 7–17.

2. Storr, A., Human Destructiveness, (Ballantine, 1991), p. 21.

3. Adler, A., Understanding Human Nature, (Fawcett World Library, 1954), p. 178.

4. Jung, C. G., 1953, Collected Works of, Vol. 7, p. 25. H. Read, M. Fordham and G. Adler, eds. New York: Pantheon.

5. Millon, T. Disorders of Personality, (Wiley-Interscience, 1981), p. 4.

6. Torrey, F., Freudian Fraud, (Harper Collins, 1992), p. 257.

7. Millon, T. Disorders of Personality, (Wiley-Interscience, 1981), p. 4.

8. Millon, T. Disorders of Personality, (Wiley-Interscience, 1981), p. 4.

9. Millon, T. Disorders of Personality, (Wiley-Interscience, 1981), p. 6.

10. Millon, T. Disorders of Personality, (Wiley-Interscience, 1981), p. 91.

11. Peck, M. S., The Road Less Traveled, (Simon & Schuster, 1978), pp. 35–36.

12. Peck, M. S., The Road Less Traveled, (Simon & Schuster, 1978), pp. 35–36.

13. Jung, C. G., 1953, Collected Works of, Vol. 14, p. 168. H. Read, M. Fordham and G. Adler, eds. New York: Pantheon.

14. Millon, T. Modern Psychopathology, (W. B. Saunders, 1969), p. 261.

15. Millon, T. Disorders of Personality, (Wiley-Interscience, 1981) p. 91.

16. Millon, T. Disorders of Personality, (Wiley-Interscience, 1981), p. 182.

17. Keegan, D., Sinha, B. N., Merriman, J. E., & Shipley, C. Type A Behavior Pattern. Canadian Journal of Psychiatry, 1979, 24, pp. 724–730.

18. Samenow, S. Inside the Criminal Mind, (Random House, 1984).

19. Millon, T. Modern Psychopathology, (W. B. Saunders, 1969), p. 260.

20. Bursten, B. The Manipulative Personality, Archives of General Psychiatry, 1972, p. 318.

21. Millon, T. Modern Psychopathology, (W. B. Saunders, 1969), p. 287.

22. Wetzler, S. Living with the Passive-Aggressive Man, (Simon & Schuster, 1992).

23. Peck, M. S., People of the Lie, (Simon & Schuster, 1983).

24. Meloy, Reid. The Psychopathic Personality. Presentation at Spring Conference, Arkansas Psychological Association.

25. Peck, M. S., People of the Lie, (Simon & Schuster, 1983), p. 66.

26. Peele, S., Diseasing of America, (Lexington Books, 1989).

27. Beale, L. & Fields, R. The Win-Win Way, Harcourt Brace Jovanovich, 1987, pp. 10–13.

28. Peck, M. S., The Road Less Traveled, (Simon & Schuster, 1978), pp. 116–118.

Об авторе

Доктор Саймон получил степень по клинической психологии в Технологическом Университете Техаса. До ухода от активной практики, случившегося несколько лет назад, он провел более четверти века, собирая информацию о манипуляторах, других характеропатах и их жертвах и работал с ними, а также писал книги, проводил обучающие семинары и сочинял музыку.

Автор этой книги – популярный лектор, который провел сотни семинаров и тренингов по всей стране. Он консультировал деловые организации, гражданские институты и различные ведомства, которые нуждались в его экспертных знаниях о проблемных личностях и о том, как эффективно с ними бороться. Он консультировал других писателей и кинематографистов, которые интересовались скрытой агрессией и выступали по национальным телевизионным каналам, таким как CNN и Fox News Network, а также участвовали в многочисленных региональных телевизионных и радио ток-шоу.

Доктор Саймон – автор еще двух бестселлеров «Характеропатия» и «Синдром Иуды». Кроме того, он автор гимна тысячелетия «Америка, мой дом!», который приобрел особую популярность после терактов 11 сентября 2001 года. В те дни гимн услышали более миллиона человек на патриотических концертах по всей стране. Он также ведет еженедельную программу Character Matters на UCY.TV

Вместе с женой доктор Саймон на протяжении 33 лет живут в собственном доме недалеко от Литл-Рока, штат Арканзас.

Примечания

1

Американский проповедник, основатель секты «Храм народов», последователи которой совершили в 1978 году массовое самоубийство.

2

Религиозный деятель. Лидер секты «Ветвь Давидова».

3

Личности, логически мыслящие и любящие применять свой разум для решения практических задач.

4

Рационализация в психологии – это защитный механизм, направленный на попытку объяснить непонятное или неприемлемое поведение или же оправдать проступок, ошибку с целью сохранить самооценку и позитивное самовосприятие.

Content

Джордж К. Саймон
Манипулятор в овечьей шкуре: как не стать жертвой его уловок

Отзывы о книге

Благодарности

Предисловие

Примечание автора к пересмотренному изданию

I. Как распознать манипулятора

Введение. Скрытая агрессия – основа манипуляции

1. Агрессивные и скрыто-агрессивные личности

2. Твердое намерение победить

3. необузданная жажда власти

4. Склонность к обману и лести

5. Грязная борьба

6. Отсутствие совести

7. Абьюзивные манипулятивные отношения

8. Ребенок-манипулятор

II. Как противодействовать манипулятору

9. Распознавание тактик манипулирования и контроля

10. Пересмотр условий соглашения

Эпилог. Бесконтрольная агрессия в обществе вседозволенности

Примечания

Об авторе

Примечания