Александр Иванов

КАЙА. ПОВТОРНАЯ ЖИЗНЬ

Пролог

Приветствую вас, дорогие читатели. Никогда бы не подумал, что попробую себя в роли писателя. Тем более не предполагал, что писать буду про себя. Так что заранее прошу меня извинить за не «Пушкинский слог» моего повествования. Позвольте представится, зовут меня Мазовецким Дмитрием Николаевичем. Я был рожден пасмурным вечером 12-го числа весеннего месяца марта, в далеком 1980 году, в столице СССР городе-герое Москве, в семье врача и учительницы. В детстве был изрядным лентяем, впрочем в выпускном классе смог собраться, неплохо сдать выпускные экзамены и, со скрипом и помощью репетиторов, продолжить учебу в Московском государственном университете имени Ломоносова по специальности: «Прикладная математика и информатика», где в результате упорного «ботанья» меня заметили хедхантеры одной, не безызвестной в мире, коммерческой структуры из-за океана. Закончив аспирантуру, вкалывал на дядю Сэма и его американскую мечту еще около 5 лет в США, после чего перевелся в Московский офис компании и продолжал плодотворно трудится уже на исторической родине. И все было бы прекрасно и далее, если бы во время тренировки по дзюдо, коим я занимался небезуспешно с ранней юности, я не почувствовал острую боль в груди… Мои преподаватели сокрушались по-поводу того, что я не стал делать научную карьеру, думаю они были бы рады узнать, что я лично доказал не только наличие «параллельного мира», но и возможность «реинкарнации». Очень жаль, что все это произошло только после того, как моя душа покинула наш бренный мир.

Глава 1

Если вы, дорогой читатель, когда-нибудь перебирали «ерша», то сможете понять мои ощущения, которые я ощутил очнувшись от тяжелого сна. Головная боль была такой, какую мне не приходилось ранее испытывать. Сил не было ни на что, мог разве что чуть-чуть шевелить головой, да вращать глазами в разные стороны.

Оглядевшись я осознал, что нахожусь в больнице. Похоже, что в реанимации. Весь опутан проводами. Рядом с кроватью на кронштейнах и тумбочках находятся десятки различных приборов. И они пищат! Не громко, но постоянно. Причем не только «мои», но и у остальных «обитателей». На разные лады. Целый оркестр. Вместе с головной болью это просто пипец какой-то.

Помимо меня в «моей» палате еще двое «счастливчиков», вернее счастливиц. Одна постоянно стонет, а другая, в данный момент, блюет. В общем попал как в сказку, ужасную.

Надо мной склонились несколько человек из медицинского персонала, общаются на своем «птичьем» языке, обсуждая какие-то цифры и, кажется, диагнозы. Светят в глаза фонариком. Говорят что-то, но не могу разобрать что именно, какие-то проблемы со слухом. И ни одной улыбки. Кажется, не время улыбаться. Медсестра заменяет капельницу.

Сознание ускользает и я снова проваливаюсь во тьму.

Очнувшись под аккомпанемент писков разной тональности я обнаружил, что мое голое тело обтирает медсестра. Мое женское (!!!) тело! Зрелище настолько встревожило, что писк одного из аппаратов перешел в предупреждающий вой. Медсестра, бросив обтирать меня, нажала на какую-то кнопку, тут же примчался медработник тревожно разглядывая меня и снимая показания прибора.

Доктор что-то говорит медсестре, она склонившись надо мной, улыбнулась и сделала укол.

После того, как ко мне вернулось сознание — вернулся и страх. С трудом заставив себя успокоится, я обнаружил, что головная боль значительно успокоилась, конечностями двигать, хоть и не очень уверенно, но могу и если бы не постоянный писк приборов, то жизнь вообще была бы сносной. На этой ноте я решил проверить, не приснилось ли мне то, что я вчера увидел. Первое что попалось на глаза — рука. Не моя — крупная, а какая-то худенькая. На руку надет эластичный браслет, на котором написано:.

Вторая городская детская больница.

Филатова Кайа Николаевна, 14.07.2005, 5688742

и какой-то штрих-код.

Откинув простыню, которой был укрыт я обнаружит, что того, что быть должно — не было. А чего не должно — имелось в наличии.

Меня снова начал опутывать страх, справившись с которым я принялся размышлять. Последнее, что я помню — спарринг с приятелем в спортивном клубе, куда я зашел после работы. Откинул мысль о том, что «злобные врачи» отрезали одно и пришили другое. У меня было крупное мужское тело, а теперь есть тело худенькой девочки-подростка. Ничего не понятно, но главное я жив, а со всем остальным как-нибудь разберусь.

Ко мне подошли медицинские сотрудники, осмотрели меня, дали попить что-то среднее между соком и детским питанием.

Лежу, размышляю. Если у меня началась новая жизнь, то значит должна была закончится прошлая. Значит не увижу больше ни своих родителей, ни друзей-приятелей-коллег. Только супруга всплакнет на могилке. Шучу, не всплакнет, я не был женат.

Размышления прервал начавшийся «экшн», к нам привезли еще одного «постояльца». К ней примчалась толпа медперсонала и начались танцы с бубном, и музыкальными спецэффектами, которые исполняли приборы.

Неделю спустя.

Меня переводят в обычную палату. Точнее перевозят, на кровати. Осматриваю свои новые владения. Палата рассчитана на двоих. Разбита на две цветовые зоны: зеленую и синюю. Каждый пациент обитает в своей зоне. Моя — зеленая. Для каждый зоны есть свое освещение. Окно в палате шикарное — панорамное. Закрывается жалюзи, чтобы солнечный свет не мешал больным спать. Из окна открывается вид на крышу этажа, который под нами. Кстати, кровать тоже шикарная, с электрическими регулировками. Можно регулировать угол наклона изголовья, ног, отрегулировать изгиб спины. Одним словом — круто. Рядом с кроватью стоят капельница и тумбочка. Надо мной, на кронштейне, висит телевизор, который должен скрашивать мои серые больничные будни.

Вторым обитателем моей скромной обители была молчаливая девочка, на вид лет 15–16, которая читала книгу.

— Привет — здороваюсь я с ней.

— Привет — отвечает она, не поднимая головы от книги.

— Слушай, у тебя есть зеркальце, а то меня кажется, обрили налысо, хочу взглянуть на то, какой «красавицей» я получилась, — говорю я, улыбаясь.

Соседка смотрит на меня без улыбки, потом встает с постели и роется в тумбочке, ища зеркало, найдя его подходит и дает. Я благодарю, она пожимает плечами и возвращается обратно на кровать.

Смотрю на себя в зеркальце. Из зеркальца на меня смотрит бледная зеленоглазая девочка, с кругами под глазами и замотанной бинтами головой. Знакомьтесь это я. Я ожидал от себя гораздо более острой реакции, но почему-то встретил это испытание с необъяснимым спокойствием. Короче говоря, будь что будет. Кладу зеркальце на тумбочку и ложусь подремать.

Разбудила меня медсестра, которая принесла нам полдник. Дали чай, бутерброд с сыром и ветчиной, и яблочный джем, в пластиковой коробочке.

Я прошу ее помочь мне с одеждой. Ибо со времен моего прибывания в реанимации я остаюсь голым. Медсестра кивнув уходит. Лежу жду. Спустя несколько минут она возвращается, с сумкой в руках.

— Это передали твои родственники — говорит она, расстегивая сумку достает различные вещи: гигиенические принадлежности, включая те, которыми «сын моей матери» никак не ожидал воспользоваться в своей жизни. И одежду. Трусики, белые в розовую полоску. Нечто, похожее на спортивный топ. Шортики и футболку.

После чего разыгрывается сценка «горничная одевает свою болезненную молодую госпожу». Поблагодарив медсестру приступаю к трапезе.

После полдника ко мне пришли несколько человек из медперсонала. Осмотрев меня спрашивают:

— Голова болит?

— Чуть-чуть, — отвечаю я.

— Слышишь меня отчетливо?

— Да, со слухом все вроде бы в порядке, — отвечаю.

— Глотаешь пищу без проблем?

— Без проблем, — подтверждаю я.

— Голова кружится?

— Нет, — отрицательно кручу головой.

— Сесть можешь?

С некоторым трудом сажусь.

— Дотронься указательным пальцем правой руки до носа, — командует доктор.

Делаю, что просят.

— Теперь то же самое левой рукой.

Дотрагиваюсь до своего носа пальцем левой руки.

— Очень хорошо, — говорит доктор, — лечь обратно можешь?

Ложусь обратно.

— Что последнее ты помнишь? — продолжает расспрашивать меня доктор.

И тут я «зависаю», если сказать то, что я действительно помню, то не ровен час меня отправят к соответствующему доктору в дурдом. По-этому, я делаю скорбное лицо и отвечаю:

— Ничего не помню, не могу вспомнить ни знакомых людей, ни каких-либо событий.

Доктор смотрит на меня и говорит через плечо:

— На томограмму головы и сердца ее запишите.

Обращаясь ко мне:

— Странно, говоришь ты четко и здраво, а вот на память жалуешься. Ладно, ты не переживай, мы со всем разберемся и все исправим, — говорит мне доктор, улыбаясь.

— Не сомневаюсь, — отвечаю я, тоже с улыбкой — спасибо большое за вашу заботу.

— К тебе пришел твой отец, — говорит доктор.

На несколько секунд «зависаю».

— Ага, — очнувшись отвечаю я.

Медперсонал выходит из палаты. После чего в палату входит мужик лет 35, в дорогом на вид костюме, с медсестрой на буксире.

Мужик быстрым шагом подходит ко мне и крепко обнимает, после чего отстраняется и садится на стул, рядом с кроватью.

— Дочь, знаешь на сколько лет я из-а тебя постарел за последние дни, — говорит он, улыбаясь.

— Надеюсь не намного, — слегка недовольно бурчу я.

— Как ты себя чувствуешь, — спрашивает «отец».

— Примерно также, как выгляжу.

— Врачи сказали, что у тебя есть… некоторые проблемы с памятью, — продолжает «отец».

— Ага, есть… я как ни пытаюсь не могу вспомнить ни знакомых людей, ни знакомых событий, — продолжаю играть «девочку потерявшую память». Ну не могу же я ее отцу сказать, что я теперь не его дочурка, а 38-летний мужик.

— Но доктор сказал, что все исправит и починит, — продолжаю я, ухмыляясь.

— Меня ты тоже не помнишь? — интересуется «отец».

— Как я могу забыть папу? — говорю я смеясь, — … прости не помню.

«Отец» глубоко вздыхает.

— Тебе что-нибудь еще привезти? — спрашивает он.

Я осматриваю кучу различных фруктов и сладостей, которые он притащил с собой.

— Да у меня все есть, спасибо, папа. Просто приезжай почаще, — отвечаю я, вживаясь в роль «папиной дочки».

— Конечно, постараюсь каждый день тебя навещать. Если тебе что-то потребуется, сразу скажи медсестре, я тебе пришлю все что нужно, — говорит «отец», вставая со стула, — ну мне пора, поправляйся.

— Пока, — отвечаю я, помахав ему рукой.

Тут с соседней кровати мной впервые заинтересовались. Соседка таращась на меня, как на чудо света, задает не оригинальный вопрос:

— Ты правда ничего не помнишь?

— Как-то так — отвечаю я, пожимая плечами.

— Как такое может быть? — удивляется соседка.

Пожимаю плечами.

— Доктор сказал, что со всем разберется, так что я не переживаю — отвечаю я.

— Чего только не бывает на свете — с умным видом говорит соседка, возвращаясь к чтению.

На следующее утро сестра отвела меня на буксире в ванную комнату. В нашей палате она имеется. Чистая и опрятная, отделанная белой плиткой. Имеется туалет, раковина с большим зеркалом и душевая кабина. Рядом с унитазом весит красная веревочка, дернув за которую призываешь медсестру на помощь, если стало вдруг плохо. Предусмотрительно.

Справив свои естественные потребности естественным для женского пола, но неестественным для меня образом, я с помощью медсестры принял душ. Почистив зубы и умывшись я вознамерился было посмотреть телевизор, висящий рядом с моей кроватью. Но не тут-то было, медсестра запретила, до особого распоряжения пользоваться ТВ и другими подобными девайсами. Облом.

Чуть позже ко мне пришли посетители. Представились как инспектор по делам несовершеннолетних и следователь полиции.

Устроившись на кровати поудобнее, я попросил чувствовать своих гостей «как дома» и поинтересовался, по-какой такой причине моя скромная персона заинтересовала столь важных людей.

Полицейские переглянулись, и та, что из следствия задала вопрос: знаю ли я, почему оказалась тут? Я ответил, что без понятия. На что последовал следующий вопрос: знаю ли я этого гражданина, фотографию которого она мне протянула. Ответил, что нет.

И тут мой взгляд упал на шеврон полицейской дамы. На нем, вместо всем знакомого и любимого сине-бело-красного флага красовался имперский черно-желто-белый, с двуглавым орлом. Ну все, приехали. Я не только «переехал» в новое тело, но кажется еще и «пространство и измерения пронзил». Надо бы уточнить, где я нахожусь, но желательно так, чтобы меня окончательно в дурку не перевезли.

Из мрачных дум меня вывел вопрос тетеньки, которая борется с несовершеннолетними. Она поинтересовалась: бьют ли меня дома. На что я ответил твердым нет, так как переехать в детдом у меня желания никакого не было. На что тетенька спросила, как же я могу быть так уверенна, если не помню даже своих родителей. На что я ей ответил, что точно помню, что не били. После чего последовал еще ряд подобных дежурных вопросов, на большинство из которых я отвечал: не знаю, не помню.

После чего сказал, что у меня «кончился завод» и я отвечу на все оставшиеся вопросы как-нибудь в другой раз.

Лежу, размышляю. Если мое «я» попало в тело этой девочки-подростка, то логично предположить, что после сердечного приступа меня отвезли морг. Мда. Но если предположить, что моя душа реинкарнировали, то почему я не помню никаких тоннелей, со светом в конце? Меня не встречали никакие божества. И мне даже не предложили, как это обычно бывает в книгах про реинкарнаторов, никаких особых умений. Просто отправили без всякой подготовки и не спросив моего желания в этот мир и это тело. Мда, игра в режиме «HARD», но с другой стороны я помню свою прошлую жизнь. Целиком. А знаний и умений у меня хватит на то, чтобы прожить эту жизнь очень даже. Очень. Но сначала надо разобраться куда я все-таки попал. Внешне все очень похоже на мой родной мир. За этими размышлениями меня сморил сон.

Мою соседку выписывают. Хоть мы и не общались почти, да и ментально я гораздо старше ее, но все-равно отчего-то стало грустно. И от чего-то испортилось настроение, болит грудь и пузо.

На утро обнаружил на бедрах и на простыне кровь. Жутко испугался. С диким воем давил на кнопку вызова врача. Врач пояснила ситуацию. С помощью медсестры удалось локализовать протечку. Лежу депрессирую. В жизни я ожидал разных проблем, но был уверен, что конкретно с этой никогда не столкнусь.

Далее дни протекали мирно и размеренно, меня отвозили на кресле-каталке на различные опыты: брали кровь, делали томограмму головы и сердца, снимали биотоки мозга и так далее и тому подобное, обычные серые будни в больнице, знакомы все, кто хоть раз там был. Каждый день приходит отец Кайи.

Наконец-то могу свободно передвигаться, без посторонней помощи. Гуляю по этажу. Привыкаю к балансировке своего нового тела. Стены расписаны веселыми картинками. Детская больница все-таки. Широкий коридор, у каждой палаты висит автомат с обеззараживающей жидкостью. На этаже имеется пост медсестры и комната ожидания со столом и диванчиками. Также я обнаружил автоматы продающие разные напитки и шоколадки.

Притомившись возвращаюсь к себе в палату.

Меня навещает мой доктор. Говорит, что я иду на поправку так быстро, как еще никто на его памяти. Кстати о памяти. Доктор сообщил, что никаких повреждений мозга, могущий вызвать мою амнезию он не видит и что, по-видимому, моя амнезия следствие стресса перенесенного в результате ограбления.

— Ограбления? — спрашиваю я.

Врач смотри на меня и говорит:

— Да, грабитель ударил тебя по голове, пытаясь отобрать телефон.

— Понятно — говорю я.

Доктор сообщает, что сегодня меня ждет психиатр.

— Окей, психиатр так психиатр, — говорю я. — готова как пионер!

— Пионер? — спрашивает доктор удивленно.

— Не берите в голову, это я так — отвечаю я, мысленно давая зарок говорить как можно проще.

Привели психиатру, им оказалась полная тетенька лет 50. Поздоровался, представился. Она усадила меня в кресло, медсестра принесла нам чаю. Общались с ней около часа. Задавала мне вопросы, я на них отвечал. Ознакомившись с результатами моего обследования у невролога она сказала, что такой пациент как я у нее впервые. Я ответил, что слышу это уже не в первый раз и улыбнулся ей. В общем, с ней мы будем встречаться на регулярной основе.

Неделю спустя «отец» мне сообщает, что уже скоро меня выпишут. Рад. Торчать в больнице, пусть и настолько комфортной уже поднадоело, хочу на волю.

Спустя некоторое время по моему случаю «психи» собрали консилиум, где я выступал в роли циркового медведя на арене. Осматривали меня, обсуждали результаты обследования, задавали вопросы. Некоторые, похоже, пришли к выводу, что я симулянт. И вообще девочкой родился специально, чтобы избежать призыва в армию.

Еще один доктор, старичок пенсионного возраста, поинтересовался у меня, есть ли у меня какие-то мысли по-поводу моей амнезии. Я честно ответил, что думаю моя потеря памяти случилась из-за того, что душа этого тела покинула его, а ее место заняла душа человека из иного мира. Все присутствующие смеются, говорят, что с фантазией и с чувством юмора у меня все отлично, а это, по их мнению, верный признак моего выздоровления. Я улыбаюсь, отвечаю, что очень рад это слышать. Короче говоря, консилиум пришел к выводу, что вернуть мне память прямо сейчас они не могут, а так как за исключением амнезии все остальное пришло практически в норму, то мое прибывание в больнице пора прекращать. Короче меня выпроваживают из больницы, долечитваться на дому, чему я безмерно рад. После чего мне сообщили, что в моем присутствии больше не нуждаются. Я, поблагодарив все за заботу обо мне вернулся в палату, «паковать чумадан». Вечером того же за мной приезжает «отец», оформляет необходимые документы и я бодрым шагом отправляюсь на встречу неизвестному.

Глава 2

Дойдя до автостоянки, «отец» усаживает меня на переднее сиденье роскошного седана, неизвестной мне марки.

— Заедем куда-нибудь покушать? — спрашивает «отец».

— Было бы неплохо, — отвечаю, — но сил нет, хочу спать завалиться.

— Хорошо, едем домой.

Раздается звонок «отец» что-то обсуждает по-телефону. Смотрю в окно на проносящийся пейзаж.

— Узнаешь город? — раздается вопрос с водительского сиденья.

Мотаю головой, говоря:

— Нет.

— Москва.

— О! Столица? Неплохо.

— Почему столица, — удивляется «отец».

— А что разве нет?

— Столица в Санкт-Петербурге.

Ну да, думаю про себя, если это все еще Империя, то столица и должна быть там. Далее едем молча. Эта Москва предстает не такой, какой я ее помню. Абсолютно другая архитектура. Более американская, что ли. Очень много высотных зданий. И кажется одну проблему России тут решили. Дороги прекрасные. «Отец» говорит, что уже подъезжаем, указывая на дом.

Смотрю. Красивое здание на берегу Москвы-реки. Заезжаем на подземную стоянку. Полусонный бреду за «отцом» к лифту. Зайдя в квартиру натыкаюсь взглядом на девушку, на вид чуть старше 20 лет.

— Привет, — говорит она.

— И вам привет, — отвечаю я.

— Все в порядке? Спрашивает она «отца».

— Ага, — отвечает он разуваясь, подходит к ней и приветственно целует в губы.

Понятно, думаю, краля отца Кайи. Тем временем «отец» ее представляет.

— Это Марина.

— Ага, — говорю, — но кажется со мной она знакома.

— Ага, — в свою очередь кивает она и усмехается, — тебя при всем желании не забудешь.

Осматриваюсь. Ничего чего себе квартирка, Кайа-то у меня из семьи богатенького буратинки. Помимо спальни «отца» и Марины имеются: кабинет «отца», гостиная, с шикарным диваном, двумя креслами и домашнем кинотеатром. Моя девчачья комната. И еще одна, пустая комната. Не считая здоровенной кухни. Везде панорамные окна, с шикарным видом на Москву-реку. С тушкой мне явно повезло, а ведь могло закинуть в какую-нибудь нищебродку.

— Я пойду спать, — сообщаю домашним и ухожу в «свою» комнату.

Следующим утром.

Проснувшись, выползаю на кухню. «Мои» уже завтракают. Желаю всем доброго утра. Наливая кофе с молоком и сажусь за стол.

— Ты же терпеть не можешь кофе! — говорит Марина.

— Правда? — спрашиваю я, хватая из пачки на столе какое-то печенько.

Неловкая ситуация, все пялятся на меня.

— Вкусы меняются, — говорю я, стараясь сменить тему.

Завтракаем молча. После завтрака, как самый «юный» из семейства беру инициативу вымыть посуду. Снова все пялятся. Похоже Кайа не утруждала себя подобными скучными занятиями.

«Отец» зовет меня за собой, в свой кабинет. Бреду за ним. Сажусь на диванчик у стены. «Отец» закрывает дверь и говорит:

— Ты не помнишь, но у вас с Мариной отношения весьма напряженные. Я бы хотел, чтобы ты попыталась их наладить.

— И чем же я ее прогневила? — спрашиваю я.

— Ну… ты ее не особенно жаловала с самого начала, хотя она старалась найти с тобой общий язык, — говорит отец, — а недавно она забеременела… а ты устроила истерику по-поводу того, зачем нам нужны еще дети…

— И она смертельно на меня обиделась по-этому поводу, — говорю я.

— Да.

— А ты? — спрашиваю я «отца».

— Ну. А что я с тобой могу поделать? Плюс к этому с тобой произошло то, что произошло — отвечает «отец».

Ясненько, моя дурында приревновала к батиной подружке и их ребенку и устроила концерт. Наладить отношения будет непросто, походу. Но придется, жить-то тут я еще долго буду.

— Папа, — говорю я, — мне очень жаль, что я такое сказала. Прошу меня простить. Более подобных глупостей я говорить не буду!

«Отец» удивленно смотрит на меня.

— Первый раз от тебя слышу такие разумные слова. Ладно, постарайся наладить мир с Мариной.

— Приложу к этому все усилия, — отвечаю я.

— Хорошо, закончим на этом. Мне пора на работу. Ты себя хорошо чувствуешь?

— Ага, — киваю в ответ я.

— Ладно, тогда вечером поговорим о твоем возвращении в школу.

— Окей.

«Отец» уходит на работу. Неприятная ситуация. Кажется разговор с «отцовской» подружкой выйдет непростым. Никогда не умел находить общий язык с женщинами. А теперь вот нужно. И на какой козе к ней подъехать, задела-то моя дурында за самое живое для самки — за ее детеныша. Блин.

Тащусь на кухню. Мадемуазель сидит пялится в ноут. Собравшись с духом говорю:

— Марина, — оторвавшись от дисплея та смотрит на меня, — у меня сейчас некоторые проблемы с воспоминаниями, но папа сказал, что я была очень некорректна с тобой, прошу меня простить. Была не права. Надеюсь, что со временем наши отношения наладятся.

Спустя минуту напряженный тишины мне отвечают:

— Кайа, — это точно ты? Ты абсолютно изменилась.

— Нет, — отвечаю я и улыбаясь говорю правду — меня заменили на 38-летнего мужика из параллельного мира.

— Ну ты даешь, — ржет она. — Я так сразу простить тебя не смогу. Хоть ты и еще ребенок, но твое поведение было отвратительным. Ты обидела не только меня, но и еще не рожденного ребенка, который ни в чем не виноват, — говорит она.

— Я взревновала… — каюсь я.

— И что, теперь не ревнуешь? — спрашивает она.

— Нет, — говорю я, — надеюсь что у нас будет большая дружная семья.

Смотрю на удивленную собеседницу. Надо заканчивать эту Санта-Барбару, как бы чего не вышло.

— Пойду отдыхать, — говорю я, а то что-то голова разболелась.

— Ага, отдыхай.

В комнате Кайи.

Рассматриваю свою «пещеру». Комната сделана классно, если не обращать внимание на цветовое решение. Все розово-белое. Имеется кровать, письменный столик с удобным креслом. С розовой спинкой само-собой. На столике ноутбук, отечественного (!!!) производства, судя по названию. Комод и полки. На комоде стоит большой ЖК телевизор. Рядом с комодом установлен шкаф-купе с огромными зеркалами. Рассматриваю в зеркало. Из зеркала на меня смотрит довольно высокая и худая зеленоглазая девочка, с побритой головой. Приятная внешность, я рад что не страшненькая. Я, конечно, не собираюсь крутить любовь-морковь с мужиками. Мне подобное противно, но к симпатичным девушкам отношение в обществе гораздо лучше, чем к страшненьким.

Сажусь за письменный стол, запускаю ноут. Пароль для входа, к счастью, не установлен. Операционка — не знакомый всем Windows или MacOS, но полностью русифицированная, похоже тоже отечественная разработка. Минут 20 потратил на то, что бы разобраться с различными программами. Все интуитивно понятно, все заточено под ребенка. Открыл местный браузер. Интересует политическая карта мира. Земля выглядит как моя. Но политически абсолютно иная. Россия тут не Федерация, а Империя. Теперь я Ымперец, оказывается. Вся восточная Европа, включая Румынию — территория России. И Финлядия тоже. Средняя Азия, Корея, Турция, часть Китая… мама дорогая, не хило приросли землицей. В этом мире не было 1 и 2 мировых войн, революций в России тоже не был. Население России по данным последней переписи почти 700 миллионов человек.

США тоже увеличились в размерах, поглотив Канаду и часть Мексики. Состоят в военном союзе с Англией и Японией. Тоже неплохо. Но вроде как никаких «холодных» войн не ведется и вообще судя по новостям в мире относительно спокойно. Календарь отстает где-то на полгода от календаря моей Земли. События, приблизительно до середины 18 столетия, соответствуют таковым моего мира.

Нашел информацию об отце Кайи. Филатов Николай Владимирович, 21.09.1983 г.р., входит с состав правления предприятия российской аэрокосмической промышленности. Разведен. Имеет дочь, т. е. меня. Такие пироги.

Надо будет разобраться, что у них тут по языкам программирования. Но позже, сейчас неплохо бы вздремнуть.

Проснувшись вечером слышу разговор.

— … Коль, она вообще другой стала. Она меня пугает. Когда ты ушел, пришла извиняться. Никаких обычных истерик, спокойно и уверенно говорит, даже ведет себя по другому, абсолютно по-взрослому. И это шуточка про то, что она — это не она, а какой-то мужик из другого мира. Я прямо даже поверила на минуту. А ее глаза! Ты видел ее глаза? Не такие как должны быть у ребенка ее возраста, а как у очень взрослого человека, — слышится возбужденный голос «отцовской» подружки.

— Ну она перед тобой извинилась? — слышу голос «отца».

— Ага, и пообещала вести себя хорошо в дальнейшем — говорит она.

— Ну так что тебе еще надо? Она знает, что ты в положении, знает что виновата перед тобой. Извинилась. Что не так? Не выдумывай, у нее сейчас очень сложный период. Мы должны ей помочь всем, чем можно. — говорит «отец».

— Ну не знаю, она меня пугает. Надо показать ее психиатру.

— Зайка, психиатр ее осматривал и даже не один раз. Они там даже консилиум собирали. Говорят, что никаких поведенческих проблем у нее нет, только амнезия, которая должна пройти со временем…

Громко открываю дверь.

— Добрый вечер, пап. С возвращением.

— Ага, привет, Кнопочка, — говорит мне «отец».

— Кушать будете? — спрашивает нас Марина.

— Ага, — отвечаем хором.

После ужина спрашиваю «отца»:

— Перед уходом ты хотел поговорить со мной о школе.

— Да. Что ты думаешь делать со школой, скоро ведь переводные экзамены. У тебя итак оценки не очень и ты много пропустила из-за больницы. Я пойму, если ты решишь пока не ходить. Ничего страшного, если ты еще на год останешься в 8 классе.

— А что тут думать? — говорю я, — сегодня пятница, а в понедельник пойду на разведку. И с переводными экзаменами я разберусь, все будет окей.

Что это еще за переводные экзамены — думаю я, надо будет уточнить, чтобы в лужу не сесть.

— Хорошо, — говорит «отец», — это тебе.

Протягивает мне коробочку. После unpacking'a обнаруживаю Смартфон. Офигенного вида слайдер. Ррррозовый.

— Спасибо пап, — говорю я, — классный аппарат.

— Пожалуйста.

— Вот еще держи, — протягивает мне конверт с пластиковой карточкой, — помнишь, как пользоваться?

— Ага, — отвечаю, — спасибо.

— Марин, завтра сходите с Кайей прогуляйтесь, купите себе новых шмоток, развлекитесь, — говорит «отец».

— Пойдешь? — спрашивает меня Марина.

— Ага, — отвечаю я, — само собой.

Собираю посуду и иду ее мыть, после чего говорю:

— Пойду ТВ посмотрю, если никто не против.

— Да, иди — отвечает «отец».

Ухожу к себе, оставляя голубков наедине.

Раз уж довелось начать новую жизнь, тем более богатенькой буратинкой, то надо провести ее так, чтобы в конце сказали: «а ну-ка повтори!». Лучше бы конечно, стать первым парнем на колхозе, но так как выдали девчачье тело, то придется становится первой девчонкой. И не в колхозе, а в школе, для начала. Раз я теперь «горячая школьница». Такие вот дела.

На сайте школы смотрю табель успеваемости. Оценка 3 — самая популярная моя оценка. Тут, как и у школяров из нашей вселенной успеваемость оценивается в баллах, от 1 до 5. Школа, конечно не самая плохая у моей «героини», но и далеко не самый топчик. После переводных экзаменов займусь поиском подходящей с физико-математическим уклоном. Затем, конечно, чтобы отпинать, фигурально выражаясь, местных ботаников, заняв первое место по-профильным предметам. А что буду делать дальше решу по-ходу пьесы. И надо что-то делать с физической формой моей тушки, быть худым — плохо. Хорошо иметь спортивную фигуру.

Ладно, надо ложиться спать. Завтра еще тащиться на шоппинг.

На следующее утро.

Проснувшись и приведя себя в порядок я обнаружил, что утро у «отцовской» подружки не задалось. Лежала в гостиной, на диванчике, бледная. Видать токсикоз одолел. «Отец», с встревоженным видом вертелся вокруг нее.

— Доброе утро, — здороваюсь с «семьей».

— Доброе, — отвечают мне.

— Вы уже позавтракали? — спрашиваю я.

— Нет еще, Марине не очень хорошо, — отвечает «отец».

— Пусть отдыхает, я приготовлю нам завтрак и кофе — сообщаю я присутствующим.

— Ты что, готовить можешь? — спрашивает Марина.

— Я все могу, — отвечаю улыбаясь, — но некоторые вещи ровно один раз.

Присутствующие внимательно смотрят на меня. Отваливаю готовить на кухню. Делаю нажористую яичницу с беконом и кофе. «Отец» приходит на запах и удивленно спрашивает:

— Отчего ты раньше не была такой?

Пожимаю плечами. Что на это ответить?

— Приятного аппетита, — желаю я быстро поглощающему завтрак и видать опаздывающему на работу «отцу».

Доев завтрак «отец» быстрым шагом идет в гостиную, потом забрав документы открывает входную дверь, оборачиваясь, к провожающему его мне, говорит:

— Присмотри, пожалуйста, за Мариной. А то она плохо себя чувствует и в депрессии.

— Окей, можешь на меня положиться — отвечаю я.

Проводив «отца», зашел на кухню. Налил из бутылки стакан холодный воды и пошел в гостиную, поить страдалицу. Выпив весь стакан, она поблагодарила меня и снова растянулась на диване. Укрыл ее пледом и уселся рядом, на кресло. Рассказываю ей, что со мной было в больнице. За исключением моего прибытия в этот мир, само собой.

За разговорами прошло почти два часа и «мачеха» пришла в норму, щечки порозовели, настроение повысилось. Наблюдаю, как она собирается в душ. Только теперь впервые обратил на ее фигуру внимание. А там было что обратить. Изящная, с идеальной попой и отличной грудью. «Папаня» сорвал джек-пот, молодец.

Спустя еще около часа она заходит ко мне в комнату и задумчиво смотрит, как я выискиваю инфу о том, где оказался. Почувствовав на себе пристальный взгляд, я развернулся в кресле и поинтересовался ее самочувствием. Поблагодарив, сказала что все отлично, в свою очередь спросив о моем.

Глядя на нее понял — она меня опасается. Что это? Женское чутье? Я для нее маленькое чудовище?

— Ну что, идем гулять? — спрашивает меня.

— Если ты себя достаточно хорошо для этого чувствуешь, то отчаливаем, — отвечаю ей.

«Папаня» явно не жмот, думаю я, глядя на тачку «мачехи». Едем в какой-то торгово-развлекательный центр.

Забурились в кафе, пью что-то похожее на «Спрайт». Маринка говорит, что ждем ее подружку, которая сейчас должна подойти. Дожили, хожу на шопинг с девчонками в роли девчонки. Почему-то стало грустно.

Но долго грустить мне не пришлось, т. к. пришла подруга «мачехи».

— Всем привет, — говорит она, — звиняй, что опоздала. «Мой» замучил, думала не отпустит.

Смотрю на вновь пришедшую и думаю, блин, и эта красотка, хоть куда. Красивые люди притягивают друг друга, похоже.

— Все нормалек, — отвечает Марина.

— О! Так эта и есть знаменитая дочка «твоего»? — с усмешкой глядя на меня, говорит «подруга», не потрудившись представиться.

— Симпатичная, — смотря на мою обритую голову, хмыкая, продолжает она.

Видимо «добрая мачеха» ни раз жаловалась ей на меня. Похоже нормального общения с этой «подругой» у меня не выйдет.

— Ты вроде как посимпатичнее будешь, — нахохлившись, отвечаю я, после чего допиваю свой напиток.

Посмотрев недовольно на меня, «подруга» спрашивает Марину:

— Ну что, пойдем.

— Ага, — отвечает та и встает.

Плетусь за ними. Если подумать, то и в прошлой жизни общение с женским полом у меня протекало «ни шатко, ни валко». В этой жизни ничего не изменилось, похоже.

Настроение так себе. Ходим по-магазинчикам, прицениваемся, примериваемся. Мои бабоньки о чем-то болтают, не обращая на меня внимания.

Смотрю на шмотки и думаю, что прикупить. Шопоголиком никогда не был, да и за шмотки особенно не переживал. Всегда считал, что просто быть чистым, опрятным и отглаженным для мужика вполне достаточно. Но теперь ситуация поменялась. А те шмотки, которые есть у Кайи, а их очень не мало, никак не вписываются в мое понимание о прекрасном.

Высоким и стройным девочкам, таким как Кайа, очень пойдут юбки и платья. Но, во-первых, не смотря на все те ужасы, которые со мной уже произошли, я еще морально не готов предстать перед уважаемой публикой в юбке. Или в платье.

Во-вторых, моя героиня бритая налысо, так что видок у нее — хулиганистый, а раз так, то почему бы не походить некоторое время в стиле «гоп-герл»? Тем более, что в школе нет определенного дресс-кода.

В спортивном магазинчике заметил на манекене брюки-клеш, зеленого цвета и того же цвета худи с логотипом фирмы на груди.

Спрашиваю консультанта в зале, есть ли на меня размерчик. Ожидая возвращения консультанта, брожу вдоль стеллажей с кроссовками. Вернувшаяся работница магазина выдает мне запрошенный комплект и я удаляюсь в примерочную.

Кручусь возле зеркала, осматриваю себя. Недурно, очень не дурно. Было бы еще лучше, будь у моей героини более выдающиеся формы. Но для 13-летней девочки все итак вполне неплохо. Решено — беру. Так же приобрел спортивный костюм и кроссовки — для бега, надо начинать укреплять тело. А так же прикупил бейсболку, чтобы не отсвечивать лишний раз бритой головой. Размышляю на тему того, все ли я взял, что требуется… а точно. Про грудь забыл. Лифчик носить мое «Я» отказывается категорически, а сиськи убрать во что-то надо. Так что прикупил еще несколько спортивных топов.

Нагруженный пакетами со всем этим барахлом, я отправился разыскивать своих красавиц, коих обнаруживаю в магазине для будущих мам.

Заметив меня с поклажей, «подружка мачехи» ехидно спрашивает на тему того, не считаю ли я ниже своего достоинства совершать покупки вместе с ними?

Вот чего она прицепилась к ребенку? За счет меня повысить самооценку хочет?

— Вовсе я так не считаю, — миролюбиво отвечаю, не желая углублять неприязнь этой дамочки, — просто мне не хотелось мешать вашему общению.

Дамочка хмыкнув, отвернулась от меня.

Обращаясь к «отцовской крале» говорю:

— Марин, хочу джинсы прикупить, поможешь с выбором?

Та кивает в ответ. И мы выходим из магазинчика для мам.

Некоторое время спустя, возвращаясь домой в машине.

— Прости Иру, она отчего-то тебя невзлюбила, — говорит Марина, нарушая тишину.

Ага, «отчего-то», — думаю я.

— Все окей, — отвечаю, — я не сто долларов, чтобы всем нравится. Не переживай, мы нормально прошвырнулись.

Марина поглядела на меня удивленно.

— Хорошо, если так.

Обнаруживаем, что «отец» уже вернулся домой. Ну да, суббота, наверное закончил сегодня пораньше. Пару минут наблюдаю за телячьими нежностями в исполнении «папани» и его подружки. После чего «подружка» сообщает всем, что идет готовить ужин. Вызываюсь добровольным помощником.

Не подумайте, что я так уж хочу помогать с этим или вообще готовить. Просто для того, что я планирую делать в дальнейшем, мне потребуется одобрение «отца». А «пай-девочка» получит это одобрение гораздо скорее. Так что я и отыгрываю роль «пай-девочки».

Готовим «мясо по-французски». Чищу картофан. В голове крутиться песня Круга:

«Владимирский централ, ветер северный.

Хотя я банковал, жизнь разменяна,

Но не очко, обычно губит, — а к одиннадцати туз…»

— Где ты услышала эту ужасную песню? — раздается вопрос.

Оборачиваюсь, Марина смотрит на меня с глазами «по пять рублей». Епрст, я забылся и запел… А это явно не тот репертуар, который должны исполнять девочки моего возраста. Черт.

— Где-то по-радио крутилось и в голове засела, — отвечаю я, пытаясь соскочить с темы.

— Да? — спрашивает она.

— Ага, — отвечаю я.

За ужином «отец» интересуется, как мы провели сегодняшний день.

— Вообще отлично! Погуляли, посидели в кафе, затарились шмотками. В общем тратили твои денежки с большим удовольствием, — довольно отвечаю я.

— Да, неплохо провели время, — подтверждает Марина.

— Ну и слава Богу, у всех нормальное самочувствие? — спрашивает «отец».

— Ага, — в голос отвечаем мы.

После ужина уже традиционно мою за всеми посуду.

Направляюсь к себе в комнату. Притормозил, услышав громкий шепот. Нагло подслушиваю.

— Она становится все страннее и страннее, — слышу я Марину, — сегодня покупала себе шмотки и бродила по ТЦ одна, без нас. Никогда раньше подобного за ней не замечала. Ей требовалось, чтобы я по 10 раз подтверждала, что ей что-то идет, прежде чем она соизволит согласиться на покупку. А тут сама.

— И как ловко она осадила Ирку, когда та решила немного подшутить, та аж дар речи потеряла, — продолжает она, — и никаких жалоб и истерик. Вообще не узнаю ее.

— Ну, просто повзрослела она, — отвечает «отец», — а Ирке, этой своей, скажи чтобы шуточки свои при себе оставила. Ситуацию Кайи ты знаешь и я не желаю, чтобы у нее были проблемы с психикой, с ней надо ласково.

Перестав подслушивать, вернулся в комнату. Запустил ноут. Одел наушники, слушаю музыку. Смотрю, как тут обстоят дела со средами программирования.

Проснувшись следующим утром, решил начать занятия спортом. Иду за разрешением к «отцу». Из «родительской» спальни доноситься смех Марины. Стучу в дверь. Получаю разрешение войти. Вхожу. Сообщаю «отцу» зачем пришел. Он внимательно смотрит на меня и говорит:

— То что ты решила заняться спортом — похвально. Но не слишком ли рано? Ты только выписалась из больницы и не полостью еще здорова.

— Я перенапрягаться не буду, — отвечаю, — начну со спортивной ходьбы и легкой зарядки.

— Ну что с тобой поделать. Если почувствуешь себя плохо — немедленно прекращай и звони мне, — говорит «отец».

— Ага, спасибо, я пошла, — отвечаю и ухожу, оставив в покое сладкую парочку.

Одев новенький спортивный костюм, бейсболку и натянув кроссовки — отправляюсь на свою первую тренировку. Спускаюсь на лифте. Лифт отличный — тихий и скоростной. Выхожу на улицу и бреду на спортплощадку. Разминаюсь, делая приседания, наклоны и прочие упражнения, хорошо знакомые всем, кто делает зарядку. Тело с непривычки быстро устает. После зарядки бодрым шагом иду по набережной, вдоль Москвы-реки. Погода стоит отличная, еще не жарко. Вид потрясающий.

Вернувшись, предстаю перед «отцом» и сообщаю, что все в порядке. После душа сажусь завтракать со всеми.

Раздается звонок. Впервые с моего «прибытия». Выяснилось, что с друзьями у меня довольно грустно. Их нет.

Смотрю на дисплей. Звонит некая «Яна, одноклассница», принимаю звонок:

— Привет, — говорю.

Из трубки доноситься:

— Привет, Кайа! Я не помешала?

— Неа, — отвечаю, — все путем.

— Ты выздоровела? Прости что я не приходила к тебе в больницу, — доносится из телефона.

— Со мной все окей, — подтверждаю, — а в больницу бы тебя ко мне не пустили, не парься.

— Ну хорошо тогда, — с облегчением говорит «Яна, одноклассница». — Когда ты возвращаешься в школу?

— Завтра.

— Отлично, — радуется собеседница, — я тебя у входа в школу буду ждать. Я знаю о твоей проблеме.

— Кажется во всем мире уже знают о моей проблеме, — жалуюсь я, — ладно до завтра.

— Пока.

Глава 3

На следующее утро.

Встав затемно и умывшись, отправляюсь на зарядку и легкую пробежку. Ощущаю приятную слабость после физических упражнений. Принимаю душ и готовлю завтрак себе и «отцу». У «крали» опять приступ токсикоза.

После завтрака собираюсь в школу. Одеваю свои новые штаны и худи.

Приятным отличием местной школы от моей школы, в прошлой жизни — все учебники в электронной книге и тащить тонну макулатуры в рюкзачке не надо.

До школы доезжаю вместе с отцом, на его рабочей тачке с водителем. Похожа на наш S class. Записал телефон водителя, домой меня отвезет он же. Пожелав всем хорошего дня, вылезаю из машины. Натягиваю на голову капюшон.

Школа представляет из себя 4 этажное современное здание, с оборудованным стадионом. Неплохо.

От дверей школы мне машет какая-то девочка, судя по всему это и есть «Яна, одноклассница».

— Привет, — радостно говорит она, подбегая ко мне, — тебя прямо не узнать.

— Я сама себя почти не узнаю, привет, — отвечаю ей.

— Пошли, а то опоздаем, — говорит она.

Бреду за ней. Раздевалка не общая, а у каждого ученика свой персональный шкафчик, удобно.

Переобувшись, выходим в общий коридор 1-го этажа, где меня останавливает дежурный учитель и говорит, чтобы я зашла к директору. Тот меня ожидает.

— Окей, — говорю я.

— Ян, проводишь меня туда? — спрашиваю у «подруги».

— Пошли, — отвечает та.

Поднимаемся по лестнице на 4 этаж. Заходим в «предбанник», где сидит секретарша.

— Здравствуйте. Мне назначено, — говорю я так, как я обычно говорил секретарше директора нашего офиса, из моей прошлой жизни.

Секретарша смотрит во все глаза на девочку, из фильмов про школьных хулиганов, стоящую перед ней.

«Зависла», — решил я, повторяю еще раз:

— Директор просил меня зайти к нему. И вот я тут. Зовут меня Филатовой Кайей Николаевной. Я ученица 8 «В» класса.

Секретарша «отдупляется» и отвечает:

— Да-да, подожди минутку, — поднимается из кресла и постучав открывает дверь в кабинет к Большому Боссу.

— К Вам пришла ученица 8 «В», Филатова Кайа — говорит она директору.

Из кабинета слышу:

— Пусть войдет.

Секретарша делает мне приглашающий жест рукой.

Я, повернув голову к подруге, говорю:

— Подожди меня, пожалуйста, тут.

Она кивает и садится на диванчик.

Захожу к директору. Снимаю с головы капюшон. Говорю, прочитав табличку с ФИО директора, стоящую на столе:

— Здравствуйте, Александр Геннадьевич, мне сказали, что вы меня хотели видеть. И вот я тут.

— Садись, пожалуйста — отвечает директор, разглядывая ученицу, которая абсолютно без стеснения и бодро разговаривает с ним.

Усаживаюсь в кресло, что стоит напротив стола. Выжидательно смотрю на директора. Директор смотрит на меня.

— Из больницы поступили документы. По-поводу… твоей проблемы, — начинает разговор он.

Молчу, слушаю что скажет дальше.

— Мы с учителями поговорили на счет тебя. Готовы оказать всю помощь, которую только возможно. Так что, если у тебя возникнут какие-то проблемы, сразу обратись к любому из учителей, — продолжает директор.

— Спасибо за заботу, — отвечаю я.

— Ты много пропустила, — снова берет слово Александр Геннадьевич, — что думаешь на счет переводных?

— А что на счет них думать? Их сдавать надо. Так что буду сдавать, — улыбаясь отвечаю я.

Директор смотрит на «малолетнее чудо», сидящее перед ним, качает головой:

— Хороший настрой. Ладно, иди на урок.

— Спасибо, Александр Геннадьевич, до свидания.

— До свидания.

Выхожу из кабинета, подаю знак «подруге», чтобы вставала. Прощаемся с секретаршей и топаем на урок.

— Что тебе сказал директор? — спрашивает «подруга».

Пожимаю плечами.

— Говорил о моей болезни. Сомневается, что сдам переводные.

— А, — отвечает Яна.

Первым уроком у нас «Информатика». Заходим в класс, извиняемся за опоздание, садимся за свободные компьютеры.

Учитель рассказывает про различные «браузеры». Скучно. Лазаю по школьной сети. После звонка, обозначающего окончание урока, ко мне подходят несколько учениц, приветствуют и интересуются моим здоровьем.

Отвечаю на все приветствия, благодарю, говорю, что все хорошо.

Топаем с Янкой на следующий урок, «Русский язык». Я спрашиваю у «подруги», где я сижу, она указывает на вторую парту от учителя.

— Ты сидишь у окошка, — говорит она.

Отличное местечко, отмечаю я.

После начала урока, учитель говорит нам, что надеется на то, что все готовы к диктанту. Все естественно отвечают что не готовы. Ржут.

Пишем диктант. У меня с русским всегда было все окей, так что я не парюсь.

Следующим у нас тоже язык, только английский, причем идти никуда не надо. Он будет проходить в этом же кабинете.

Английскому нас учит мужичок, лет 50, с лицом напоминающим мордочку крысы.

— Итак начнем урок. Сегодня будем практиковаться в чтении, а так как сейчас весна на дворе, то читать будем стихи, посвященные этому прекрасному времени года. Откройте ваши учебники на странице… — бубнит учитель.

Все мучают свои электронные книги.

— Так, — продолжает учитель, — читать начнет…

Окидывает взглядом класс и замечает девочку, с капюшоном на голове, удобно развалившуюся на стуле.

— Начнет читать Кайа, ее давненько с нами не было и мы уже успели забыть ее прекрасный голос.

В классе ржут, ожидая от меня «эканья и беканья».

Беру электронную книгу в руки. И с чувством, с толком, с расстановкой читаю на хорошим английском:

Здравствуй, весенняя первая травка!

Как распустилась? Ты рада теплу?

Знаю, y вас там веселье и давка,

Дружно работают в каждом углу.

Высунуть листик иль синий цветочек

Каждый спешит молодой корешок

Раньше, чем ива из ласковых почек

Первый покажет зеленый листок.

Все дружно затыкаются. Я с удовольствием смотрю на одноклассников. Мое любимое выражение лиц. Простите детки, но я многие годы жил среди носителей языка.

— Отлично Кайа, рад что так сильно улучшила свое произношение, — приходит в себя учитель.

— Благодарю вас, учитель, — с улыбкой отвечаю я, — ваши старания не пропадают даром.

Учитель некоторое время разглядывает меня, потом говорит:

— Следующим прочтет …

«Подружка» восхищенно спрашивает, как это я так быстро улучшила свой разговорный английский. Отвечаю, пожав плечами, что много практикуюсь.

После английского у нас 2 урока математики. Яна сказала мне номер кабинета, где будет проходить урок и быстро куда-то убежала.

Большая перемена.

Сижу в кабинете, жду начала урока. Большинство ребят ускакали на обед. Я не голоден.

Вдруг ко мне подбегает какая-то девочка и и нервно бормочет что-то о том, что мою подругу в туалете избивают какие-то старшеклассницы.

— Успокойся, говорю ей я, — какую мою подругу, Яну?

Девочка нервно кивает головой.

— В каком туалете? — спрашиваю я, быстро поднимаясь.

— На этом этаже, — запинаясь говорит девочка.

— Так, где тут учительская? Бегом, покажи мне — говорю я.

Идти рубиться с толпой каких-то старшеклассниц, в первый же день после возвращения в школу — не вариант. Но и бросать «подругу» на растерзание каким-то сучкам — нельзя. Не то, чтобы мне так уж жалко ее было, в конце-концов, я ее сегодня впервые в жизни вижу. Это исключительно фигово отразиться на моей школьной репутации. А этого я себе позволить не могу.

Бежим с этой девочкой в учительскую, забегаю туда и ору:

— Ученицу избивают!!!

Все присутствующие учителя повскакивали с мест, я ору:

— За мной!!!

И всей честной компанией мчимся в женский туалет. У двери в сортир, на шухере, стояла какая-то школьница. Но увидев ломившихся кабанчиками в ее сторону учителей, раскрыла рот и тупо уставилась на нас.

Отпихнув ее в сторону, распахиваю дверь в сортир, а там картина маслом. Три каких-то твари зажали в углу мою «подругу». Хлещут ее по мордочке, пинают руками и ногами.

Охренеть! И это школа для богатеньких!!!! Я такую фигню в прошлой жизни видел только в новостях. А тут на тебе, в первый же свой учебный день. Паскуды увидев нас, попытались свалить, но их схватили учителя. Вокруг творился кромешный адЪ, учителя и эти твари орали и визжали друг на друга. Около сортира собралась чуть ли не вся школа.

Вся честная компания отправилась к директору. Меня с Яной тоже потащили было, но я сказал, что сначала надо привести мою «подругу» в божеский вид. Короче, все ушли. В туалете остались я и Яна. Облокотившись на стену сортира смотрю как умывается «подруга».

— Это ты позвала учителей? — спрашивает Яна.

— Ага, — отвечаю я.

— У тебя будут проблемы, они так просто не простят тебе этого, — печально говорит Яна.

— Не переживай по-этому поводу, я и не таких видала — отвечаю ей.

— Я думала, — всхлипывает она, — меня забьют до смерти.

Я оставил при себе банальности вроде того, что если тебя бьют надо лупить в ответ. Тут похоже не тот случай. Яна абсолютно безобидная девочка. Вот твари. Нашли на ком срывать свою злость.

— Ну теперь-то все хорошо. Никто тебя больше обижать не будет. Я тебя в обиду не дам. После моих громких слов она обнимает меня и начинает мочить мне плечо своими слезами.

— Прекращай плакать, — говорю я, — пойдем к директору, там нас ждут.

Протерев глаза платочком, она кивнула мне и мы потихоньку пошли.

— Из-за чего они до тебя вообще докопались? — спрашиваю я.

— Одна из них, старшеклассница подумала, что я заигрываю с ее парнем.

Понятно, парень… самая популярная причина женских склок.

— Но я ничего подобного не делала! — продолжает она.

— Делала ты это или не делала — это не важно. В любом случае, подобное не дает им права тебя избивать.

В кабинете директора.

Драчливых коз уже увели. Мы очень долго торчали в туалете.

Директор смотрит на нас. Я спрашиваю:

— Этих ненормальных выгонят?

После несколько секунда директор вздыхает:

— Кайя, у нас хорошая школа. С хорошей репутацией. Нам тут скандалы не нужны, — говорит он смотря на мою «подругу».

— Т. е., — продолжаю наседать я, — в школе можно безнаказанно избивать учеников и никому ничего за это не будет?

Директор морщится.

— Я их предупредил, что еще одно замечание по-поведению и они вылетят из школы.

Недовольно смотрю на директора.

— Я бы хотел поговорить с Яной. Пожалуйста, посиди на диванчике в приемной, — обращается он ко мне.

— Ладно, — отвечаю я и выхожу из кабинета.

Сижу в приемной директора. Звоню водителю, чтобы приезжал за мной. Смотрю в потолок. Жду.

Наконец выходит Яна.

— Поговорили? — лениво спрашиваю я.

— Ага, — отвечает «подруга», — директор сказал, что более не допустит подобного и попросил, чтобы мы не распространялись о произошедшем.

— Понятно, — отвечаю, — я домой возвращаюсь. Нет настроения сегодня идти на уроки.

— Ага, я тоже домой, — говорит «подруга».

— За мной сейчас машина приедет, тебя подвезти?

— Было бы неплохо.

Встаю и мы выходим на улицу. Минут через 10 приезжает «отцовский» папелац. Грузимся. Прошу водителя, чтобы мы сначала заехали на адрес «подруги».

— Куда тебя везти? — спрашиваю я.

Она называет водителю свой адрес и мы трогаемся. «Подруга» щебечет что-то без устали. Слушаю ее в пол уха. Разглядываю ее. Через 2–3 года станет настоящей конфеткой, думаю я.

— Рада, что ты моя подруга, — произносит Яна, с дрожью в голосе.

— Ага, — отвечаю и смеясь обнимаю ее.

Подъезжаем к ее дому. Спрашивает, не хочу ли я ней зайти на чай. Отвечаю, что с удовольствием, но в другой раз. На сегодня достаточно впечатлений, хочу домой. Ловит меня на слове и чмокая в щеку выскользает из машины. Милаха. Смотрю ей в след.

Вечером рассказываю о том, как замечательно прошел мой первый день в школе, после возвращения.

— Охренеть, — говорит «отец», качая головой — столько денег просят за обучение, а безопасность обеспечить не могут.

— Их отчислили? — спрашивает Марина.

— Если бы… Директор пригрозил, что если «еще раз», то выгонит.

— Молодец, — говорит «отец», — своих друзей бросать в беде нельзя.

На следующий день.

В школе, урок математики. Болтаю с Яной. После вчерашнего, она от меня не отлипает.

— Как я погляжу кое-кому мой урок не интересен, — говорит учитель, глядя на нас.

— Что вы такое говорите, учитель? Он очень увлекателен, — отвечаю я, улыбаясь.

Класс лыбится. Учитель тоже.

— Ну тогда давай сделаем его еще увлекательнее, выходи к доске, Кайа.

Встаю. Иду к доске.

Из класса доносится веселый возглас:

— Пощадите ее учитель, математика ей не дается.

Класс ржет.

— Класс тихо, — говорит учитель, — записывай.

Беру мел.

Построить график функций y = x^2 — 2x +3 и сравнить его с графиком функций y = x^2, — скриплю мелом по доске под диктовку учителя.

Кладу мел, разворачиваюсь к учителю.

— Ну а теперь Кайа продемонстрирует нам свои глубокие знания, — продолжает «петросянить» учитель.

— Никаких проблем, — отвечаю я, вызывая новые смешки в классе.

Снова беру в руки мел. Составляю таблицу значения функции, строю график, сравниваю.

Тишина в классе. Все смотрят на Кайю, которая с задумчивым видом выводит на доске цифры.

Закончив, кладу на место мел. Отряхиваю руки. Разворачиваюсь к учителю и говорю:

— Как-то вот так вот.

И делаю легкий театральный поклон классу. «Подруга» хлопает в ладошки.

— Очень хорошо, — говорит не ожидавший такой прыти от его вечно отстающей ученицы, — кажется ты наконец-то всерьез взялась за учебу.

— Вы абсолютно правы, учитель, — отвечаю я и делаю громкое заявление, — хочу стать лучшей ученицей в параллели!

Класс снова улыбается.

— Похвальная цель, — отвечает учитель, — можешь вернуться на место.

Потешив свое ЧСВ, довольная Кайя садится место.

Замечаю нехороший, недобрый такой, взгляд какого-то очкастого ботаника, сидящего напротив меня.

Несколько позже, на «Физкультуре».

Из больницы в школу прислали справку, освобождающую от «физ-ры». Так что полноценно участвовать на занятии физрук не позволил.

Сижу на лавочке, на стадионе. Откинувшись на спинку греюсь на весеннем солнышке, наблюдая как мальчишки и девчонки «нарезают круги» на беговой дорожке.

Ко мне подсаживается какая-то ученица и шепчет на ухо, что-то о том, что за школой меня ждут на разговор.

— Трое вчерашних хулиганок? — спрашиваю ее я.

Она молча кивает.

Здрасьте, приехали, — думаю я, — а ведь директор клялся и божился, что от этого трио больше никто не пострадает. А твари-то уверились в своей безнаказанности, думая, что богатенькие родители их от всего отмажут.

— Никуда я не пойду, — отвечаю я ученице, — если им так хочется пообщаться со мной, пусть сами сюда, ко мне, приходят. Я им не девочка на побегушках. Приди туда-то, приди сюда-то.

Девочка кивнув встает и уходит.

После урока возвращаемся обратно, в здание школы. Болтаю с Яной. Замечаем стоящее у входа вчерашнее трио.

У «подруги» начинают трястись поджилки. Заикаясь от страха она говорит:

— Давай не пойдем.

— Бегать от этих куриц что ли? — спрашиваю я, — много чести. Да и не отстанут они от нас, в таком случае, никогда.

Вздыхаю.

— У тебя телефон с собой? — спрашиваю Яну.

— Нет, — отвечает та, — в шкафчике оставила.

— Ясно, — говорю я, протягивая ей свой.

— Камерой пользоваться знаешь как?

— Ага, — кивает она, включая запись, демонстрируя свое умение.

— Окей, — говорю, — стой поодаль и записывай все, что происходит со мной. Никуда не убегай, просто стой и снимай.

Она кивает.

Погладив ее по голове на удачу, иду в направлении ко входу в школу. К поджидающим меня хулиганкам.

— Ну привет, мелкая — радостно приветствует меня трио.

— Чего хотели? — спрашиваю в ответ.

— Поглядите только на нее, какая дерзкая, — ржет одна из трио.

— Кажется, сегодня наша героиня будет получать по шее, — говорит другая.

— Где же твоя подруга, та мелкая шлюшка, которую вчера ты так отважно защищала, приведя учителей. Бросила тебя и убежала? А мы из-за тебя, от директора, получили люлей. Чем ты нам компенсируешь наши страдания? — произносит целый «спич» главарь девчачьей шайки.

— Хотите, чтобы я вам, нищебродкам, отсыпала мелочи на сигареты и пивко. И на презервативы для ваших хахалей? — улыбаясь, «набрасываю на вентилятор» я.

И тут же получаю от «главаря» смачную оплеуху прямо по уху. Больно, скотина ты этакая! В ушах звенит.

Тварь решила еще разок залепить мне в ухо. Но рефлексы, выработанные годами тренировок «на татами», на этот раз сделали свое дело. Перехватив ее руку, выполняю бросок, который повторял на тренировках, наверное, более тысячи раз.

Вышло совсем не так хорошо, как было бы, будь у меня мое «старое» мужское тело. Но гораздо лучше, чем я мог бы ожидать. Учитывая физические кондиции «моей» девочки и то, что противница крупнее и тяжелее.

К несчастью для оппонентки, мы находились не в зале. Где на ней была бы защита головы, а на полу лежали бы маты. Так что своей мордочкой она уткнулась прямо в голый асфальт.

До близкого знакомства с асфальтом, она имела прямо-таки ангельскую внешность. Пухлые красивые губки. Огромные потрясающие глаза, с великолепными ресницами. Утонченные черты лица.

Такая ангельская внешность. И такая гнилая натура. Падший ангел.

Придя в себя, с трудом сев на задницу, она ошарашенно озиралась по сторонам, не понимая что происходит.

От прекрасного личика не осталось ничего. Все лицо в крови. Губы разбиты На месте двух верхних передних зубов зияет пустота. Нос сломан. В одном глазу лопнули капилляры. Еще, похоже, что вывихнуто плечо.

— Ну что, еще кто-нибудь хочет? — спрашиваю я оставшихся двух, имея вид взъерошенного вороненка — забияки.

Окончание моего вопроса потонуло в звуке истошного крика искалеченного Ангела.

Глава 4

Рядом с нами собралась небольшая кучка учеников. Все пялятся на валяющуюся на земле и рыдающую школьницу. Одна из ее шестерок пытается как-то ей помочь. Другая же что-то орет мне. Отмахнувшись от нее, ищу глазами Яну. Найдя ее в толпе, машу ей рукой. Она подбегает и я спрашиваю:

— Ты все записала?

Она энергично кидает и восхищенно восклицает:

— Ты была офигенно крута!

— Ага, — отвечаю ей, — сейчас будет лютый пипец, давай сюда телефон.

Она протягивает мне телефон, я его забираю и быстро закидываю видеофайл на свою страничку в соцсети и на аккаунт в местном «ютюбе». Из школы тем временем вываливается охрана и дежурный учитель. Что-то долго они реагировали. Кто-то из зрителей вызывает скорую. Кто-то побежал за школьной медсестрой. Учитель расспрашивает, что произошло. Свидетели этого эпичного события школьной жизни кивают на «трио идиоток» и на меня. Учитель тащит всех причастных к директору. За исключением Падшего Ангела, той прямая дорога в больничку.

Пока поднимаемся к директору и ждем в «предбаннике» — набираю номер «отца». Трубку берет какая-то женщина, представившаяся секретарем. И извещающая меня о том, что Николай Владимирович не может подойти к телефону, потому что бла-бла-бла. Перебиваю ее, представляюсь, говорю, что вопрос жизни и смерти. Секретарша перепугалась и сказала подождать минутку. Секунд через 20 в трубке раздается встревоженный голос «отца»:

— Кайя, что случилось?

Вкратце рассказываю о событиях последних минут. Спрашиваю, что мне делать.

— Прямо сейчас я приехать не могу. У меня очень важные переговоры. Я сейчас пришлю тебе охрану, на всякий случай, и адвоката. Без них ничего не предпринимай. Ни с кем не общайся и не вступай в конфликты.

— Окей, — говорю я, — а что мне отвечать на вопросы директора?

— Скажешь, что отец запретил тебе говорить что-то на эту тему до того, как приедет его представитель.

— Окей, жду, — отвечаю я и кладу трубку.

Сидим, ждем. Стоит гнетущая тишина. Яна, сидящая рядом, схватила своими ладошками мою. Поддерживает меня морально, милаха.

Минут через 10, наконец дверь директорского кабинета открывается и перед нами предстает директор нашей школы, собственной персоной. Причем очень злой.

— Заходите в кабинет! — командует он.

Дежурный учитель, «двое из трио» и я заходим внутрь.

— Что за чертовщину вы устроили на входе в школу? — с явным трудом сдерживая крик, спрашивает Настоятель храма Знаний.

Все молчат. Смотрят в пол.

— Вы двое, опять взялись за старое? — уже не сдерживаясь кричит на идиоток директор.

— Я что, не русским языком вам вчера сказал, что если еще раз из-за вас будет какой-нибудь беспорядок я выгоню вас из школы? Вам это нужно в выпускном классе? — продолжал бушевать директор.

Те вжали головы в плечи и что-то невнятно блеют в ответ.

Помня о том, какие у меня проблемы с головой, директор как можно мягче сказал:

— Кайя, не прошло еще и недели с того момента, как ты вернулась. А школа, которая годами взращивала свою безупречную репутацию, уже успела превратиться в горячую точку. И ты поучаствовала в каждом сражении. Что происходит?

— Александр Геннадьевич, — отвечаю я, — прежде чем мы с вами начали этот разговор, я позвонила папе. Он строго-настрого запретил мне разговаривать на эту тему, до тех пор, пока не приедет его представитель.

— И когда приедет этот представитель? — спрашивает директора.

Пожимаю плечами, сказав:

— Зная своего папу, уверенна, что в самое ближайшее время.

— Хорошо, — говорит директор.

— Ну а вы что скажите? — спрашивает он учителя.

Тот бледнея говорит, что не видел самой драки, выйдя из здания уже когда все закончилась.

— А охрана у нас на что? — орет директор, — нахрена мы каждый месяц платим этим бездельникам деньги, если они не в состоянии обеспечить порядок на территории?

И на этом риторическом вопросе в кабинет директора школы вошли 3 человека. Двое пацанчиков спортивной внешности, явно из каких-то вояк в прошлом. И еще один тип в дорогом костюме, с аккуратной бородкой.

— Адвокат, — думаю я. — И обещанная охрана.

Вновь прибывшие здороваются. После чего адвокат сообщает директору, что ему нужно поговорить со мной тет-а-тет. Мы выходим из кабинета и предбанника. В коридоре кратко пересказываю адвокату события, приведшие к такой ситуации. И протягиваю телефон, с записью инцидента.

— Очень правильно, то что ты попросила свою подругу вести запись, — отметил адвокат очевидное.

Возвращаемся к директору.

Не успеваем сказать и слова, как в кабинет врывается выдающихся размеров женщина. С килограммом «шпаклевки» на лице и золотой цепью, как у 5 °Cent'a, на груди.

— Кто это сделал? — с ходу орет она, голосом, пронзительным, как гудок парохода.

— Кто искалечил мою дочь?

«Двое из трио» тычут пальцами в меня. Разъяренная тетка, несколько секунд недобро осматривая меня, орет:

— Ах ты мелкая сучка! Я тебя порву на части! Тварь!!!

После чего с грацией и неудержимостью бегемота устремляется на меня.

Моя охрана и другие присутствующие мужчины пытаются удержать и успокоить рассвирепевшую мамашу. Я отступаю за директорский стол, дабы в случае чего эта милая женщина добралась бы до меня не так скоро.

Спустя некоторое время, выбившись из сил, мать «павшего ангела» с усмешкой цедит сквозь зубы:

— Я испорчу тебе жизнь, тварь! Добьюсь того, чтобы тебя отправили в колонию для несовершеннолетних или в психушку!

— Боюсь у вас ничего не выйдет, — печально говорю я, — территория школы оборудована камерами и на записях, я уверенна, прекрасно видно кто нападает, а кто защищается.

— На записях говоришь? Покажи мне эти записи, — смеется она.

Директору весь этот балаган надоедает и он требует у охранника, чтобы к нему в кабинет принесли записи с камер наблюдения.

Сидим, ожидаем прибытия записей. Спустя почти 15 минут приходит очень нервный охранник и сообщает, что записей этого инцидента «почему-то нет».

Ну да, — думаю, — школа то для богатеньких. Тут у всех связи, деньги… Не удивительно, что пропали компрометирующие записи.

— Как это нет записей? — орет взбешенный директор — куда они делись?

— Не могу знать, — заикаясь отвечает охранник.

Повисает тишина, которую взрывает мамаша.

— Ну теперь тебе конец, маленькая сучка, готовься к переезду в места для малолетних отбросов. Где тебе самое место, тварь!!!

— Вы несколько забегаете вперед, — говорит адвокат, — печально, что записей со школьных камер наблюдения «почему-то нет». Но это не единственная камера, которая снимала происшествие.

— Что вы имеете ввиду? — встревожилась мамашка.

— Одна из учениц школы, снимала все происходящее на камеру телефона. Запись у нас в наличии — отвечает адвокат.

— Давайте посмотрим запись, — говорит директор, утирая испарину.

Спустя пару минут все присутствующие наблюдают как на большом экране разворачивается драма. Сначала четыре школьницы о чем-то разговаривают, после чего одна из них бьет другую по голове. Не успокоившись на этом, она пытается ударить жертву еще раз. Правда в этот раз жертве агрессии удается поймать руку нападавшей. И провести какой-то прием самообороны. В результате чего, агрессивная школьница врезается в лицом в асфальт. Этот момент особенно хорошо получился. Затем все наблюдают усевшеюся на попу и рыдающею зачинщицу драки, с разбитым лицом.

Воцаряется тишина. Прервав которую, директор говорит:

— Ну тут, по-моему, все очевидно…

Его прервало вторжение стайки школьниц, под предводительством моей «подруги». Которые на перебой что-то кричали.

Призвав всех к тишине, директор поинтересовался у девочек, зачем они пришли. После того, как все присутствующие выслушали их сбивчивые рассказы, выяснилось, что все они, так или иначе, были жертвами «трио идиоток».

— У вас есть что сказать? — спокойным голосом спросил директор «двоих их трио».

Те в ответ молчат. Лицо мамаши «Падшего ангела» покрывается алыми пятнами от гнева и стыда. Тяжело вздохнув, директор говорит:

— Несмотря на драку, за которую вы немедленно должны были бы быть исключены, я дал вам возможность спокойно сдать выпускные экзамены и закончить школу. И чем вы мне отплатили? Репутации нашей школы нанесен чудовищный ущерб.

— Короче говоря, с завтрашнего дня вы эту школу более не посещаете. Я уведомлю ваших родителей, — выносит свой приговор директор.

Хулиганки понурили головы. Одна из них начала рыдать.

Пострадавшие девочки радостно шепчутся. Зло побеждено и их мучительниц выперли из школы.

— Так, — продолжает директор, — девочки, возвращайтесь на уроки.

— А ты, Кайа, — обращается он ко мне, — идешь домой. Ты недавно выписалась из больницы и на сегодня приключений с тебя хватит. Не дай Бог, чтобы ты мне тут в обморок упадешь или чего похуже.

В кабинете остается адвокат моей семьи и мамашка пострадавшей хулиганки. Все остальные его покидают. Выйдя из кабинета, потягиваюсь.

— Это было впечатляющее шоу, — смеясь, говорю я «подруге», — в один момент мне показалось, что эта тетка меня настигнет и растерзает.

— Ну ты даешь, — отвечает «подруга», — у меня от всех этих событий сердце в пятки ушло.

— Пойду-ка я домой, на сегодня хватит — сообщаю я.

— Хорошо, до завтра, — целует меня в щеку Яна и бежит на урок.

Парни из охраны отвозят меня домой.

Разувшись и бросив в своей комнате школьный рюкзачок, иду на кухню. Завариваю чай. Марина интересуется, почему я вернулась из школы так рано. Рассказываю вкратце о том, что произошло. Оставив Марину в шоке от моей истории, иду принимать ванну.

Отмокаю в горячей воде. Ванна здоровенная, трое поместятся запросто. Гидромассаж обалденная тема. Лежу кайфую в полутьме, освещение выполнено в виде звездного неба. Хорошо быть богатым и здоровым. Размышляю. Уверен, что та тетка не оставит меня просто так. Чую быть битве. Но ничего, враг будет разбит, победа останется за мной. Как всегда.

Нехотя вылезаю из ванной. Вытираясь рассматриваю себя в зеркале. Ловлю себя на мысли, что мне начинает нравится мое новое тело. Это первый шаг к принятию новой реальности?

«Отец» вернулся домой. Докладываю ему о произошедшем. Все вместе смотрим на видеохостинге видео с моим участием.

«Отец» хмыкает, Марина во все глаза смотрит за происходящим на экране.

— Где ты этому научилась, — спрашивает она.

— Нигде, просто случайно так вышло. Ты же знаешь, что я не посещаю секций единоборств.

— А на записи ты все делаешь так, будто ты постоянный посетитель этих секций, — улыбается отец, погладив меня по-голове. — Молодец, будут знать, как с тобой связываться. Никому нельзя спускать рук подобное.

— Ожидаются неприятные последствия с семьей этой девочки? — спрашиваю «отца».

— Она из известной семьи. Но не переживай. Во-первых, я тебя в обиду не дам. А, во-вторых, скандал ударит по ним так, что им не до нас будет. — Читала новости? — спрашивает «отец».

Отрицательно мотаю головой.

— Почитай. Ты попала в фокус событий. Мне звонили из полиции, завтра вечером нас ждет инспектор по делам несовершеннолетних.

— Новое шоу? — спрашиваю я.

— Постарайся обойтись без этого, — просит отец, — просто ответишь на вопросы инспектора.

Лазаю по-новостным сайтам. Читаю заголовки.

«Женские бои без правил в элитной школе», «Старшеклассница издевается над ученицей средних классов, а та дает сдачи», «Известная модель-подросток издевается над другими ученицами и получает заслуженное наказание» и т. д.

Директор явно будет недоволен тем, что я выложил видео в открытый доступ. Хотя пофигу. Сам виноват. Во-первых, обещал, что эти курицы угомонятся, а они на меня наехали прямо на следующий же день. Во-вторых, записи со школьных видео камер «таинственным» образом пропали. Так что не сделай Яна запись на мой телефон — быть беде. Переживет в общем. Пусть тренируется преодолевать трудности.

А эта главкурица и правда модель! Причем довольно известная. Кажется ее карьере в качестве модели пришел конец. Во-первых, скандал. А во-вторых, в ближайшее время она сможет рекламировать только зубные протезы.

Позже, вечером.

«Отец» с подружкой отчаливают в ресторан. Ну а я решил провести вечерок с пользой. За поиском уязвимостей местного софта. Не хулиганства ради. А так, по-старой, доброй привычке. На всякий случай.

В плане безопасности тут все куда хуже, чем было «там», в моем прошлом мире.

Следующим утром. После пробежки.

Сижу в машине, еду в школу. Размышляю. После вчерашней истории в школе должно быть жарковато. Особенно директору. Меня выгружают около ворот школы.

Там меня уже подстерегает парочка журналистов, желавших, чтобы я ответил на их «парочку вопросов». С пафосом сказав, «no comments», захожу в школу.

В школе, к моему удивлению, тихо и спокойно. Меня даже не вызвали к директору. Из-за самовольно размещенного мною в сети ролика. Хотя я этого ожидал и морально готовился. Школа готовится к переводным и выпускным экзаменам. Переводные через неделю. Сдать их надо так, чтобы занять вершину списка в параллели. Во-первых, чтобы потешить свое ЧСВ. А, во-вторых, только таким образом я смогу объяснить «отцу» тот факт, что собираюсь поступать в самую «сильную» школу Москвы. И получить на это его дозволение.

Последние деньки в этой школе. Даже грустно как-то.

На уроке физики у нас предэкзаменационная контрольная работа. Покончил с ней за половину урока. Оставшееся время потратил на помощь «моей» Яне.

Со звонком, сдав свои работы, двигаем в столовую. Взяв по булочке с чаем, занимаем столик. Я становлюсь популярным. После истории с хулиганками меня зауважали остальные ученики. Подходят, здороваются. Я, мило улыбаясь, возвращаю приветствия.

— Завтра мы семьей едем в наш дом отдыха, — говорит Яна.

— В ваш дом отдыха? — переспрашиваю я.

— Ага, наша семья владеет им, — кивая, говорит «подружка».

— Моя мама… и я, — застенчиво продолжает Яна, — приглашаем тебя поехать с нами, на выходные.

— Было бы круто! — отвечаю ей, — но, во-первых, сегодня вечером я иду в полицию. А, во-вторых, мне надо получить «высочайшее дозволение» от папы на поездку. Так что, если меня сегодня не посадят в обезьянник и папа «даст добро», то я с вами!

— Круто, — хлопает в ладошки «подруга», все будет хорошо, верю в это!

— Ага, я тебе сегодня вечерком сообщу: еду или нет.

Ближе к вечеру.

Подъезжаем с «отцом» к местному околотку. Околоток построен из красного кирпича, в виде крепости. И окружен забором, с колючей проволокой и прожекторами. Бастилия, блин!

Рядом с околотком припаркованы машины. На вид очень не дешевые. Так что или у сотрудников местного МВД зарплата на 2 порядка выше их коллег из МВД моего «прошлого» мира. Или с коррупцией тут все так же «хорошо», как и «там».

У входа в учреждение нас уже ожидает женщина. Лет 30 на вид. Здоровается с нами. Представляется Арбузовой Ольгой Владимировной. Адвокатом. Ее моему «отцу» предоставила адвокатская контора, которая обслуживает нашу семью.

Все вместе заходим в отделение. Один из дежурных полицейских провожает нас до нужного кабинета. Уходя, бросает на меня похотливый взгляд. Бррр. Это учреждение нравится мне все меньше.

Постучавшись, заходим.

За большим столом, рассчитанным на то, чтобы с каждой стороны уместилось человек по 5, сидит уже знакомая мне по-больнице инспектор по-делам несовершеннолетних. Здороваемся. Адвокат представляется, предъявляя свои документы инспектору. Которая в свою очередь приглашает нас присесть за стол. После чего поднимает трубку своего телефона, звонит кому-то и просит зайти к ней. Потому, что «пришли Филатовы».

Сели за стол, «отец» справа от меня. Адвокат слева. Инспектор сидит напротив меня. Сидим ждем чего-то. Через пару минут в кабинет заходит отвратительного вида женщина. На вид — воплощение всех пороков, которые только можно себе вообразить.

Представляется следователем. Включает видеозапись.

Называет свое ФИО и инспектора. Уточняет ФИО всех присутствующих. Бубнит сегодняшнее число.

— Опрос свидетеля по делу «о причинении вреда здоровью средней тяжести Орловой Марии Анатольевне, 2002 года рождения» — продолжает бубнить на камеру следователь, — Филатовой Кайи Николаевны, 14 июля 2005 года рождения.

Отбубнившись на камеру, уставилась на меня. Выражение лица максимально сурово.

После чего, обращаясь ко мне, цитирует слово-в-слово «особиста-контрразведчика» из старого-доброго фильма ДМБ:

— Плохи твои дела, Кайа.

— Я прошу не оказывать психологического давления на мою подзащитную! — тут же встревает адвокат, — она свидетель, а не обвиняемая!

— А у кого они сейчас хорошие? — сдерживая смех, отвечаю вопросом из того же фильма, я.

Следователь, ожидавшая испуга от девочки, на пару секунд растерялась.

— Ты знаешь, что было возбуждено уголовное дело? — спрашивает она меня.

— Само собой, — отвечаю я, пожимая плечами, — был нанесен вред здоровью средней тяжести, по факту чего и было возбуждено дело.

Мерзкая тетка снова получила не ту реакцию, на которую рассчитывала. С неприязнью глядя на меня, она продолжила:

— Медицинской комиссией было установлено, что в результате побоев, гражданка Орлова получила травмы средней тяжести. Известно ли тебе, каким образом она их получила?

— Ага, — отвечаю я, — она упала лицом в асфальт. Никаких побоев не было.

— А что послужило причиной ее падения? — спросила следователь.

— Ее собственная неуклюжесть — отвечаю на вопрос я.

— Запись инцидента у нас в распоряжении, — добавляет адвокат.

— Кто начал конфликт? — продолжает опрашивать меня следователь.

— Пострадавшая гражданка, — отвечаю я, — она ударила меня рукой в ухо.

— И ты ударила ее в ответ? — уточняет следователь.

— Нет, я схватила ее за руку, когда она замахнулась на меня снова, — пояснил я.

— Ясно… А с чего началась эта ситуация? — спрашивает следователь.

— Она, с подельницами, хотела мне отомстить, полагаю.

— За что?

— За день до этих события, — поясняю я, — я сидела в классе и ждала начала урока. Ко мне прибежала девочка и сообщала, что мою подругу, Яну, бьют старшеклассницы. В туалете.

— Что за девочка?

— Мне она не знакома, — отвечаю я.

— У моей подзащитной, в результате перенесенной травмы, констатирована амнезия. Так что она не помнит людей, с которыми была знакома до травмы. Все необходимые документы у нас есть, — говорит адвокат.

Следователь покачала головой и продолжила:

— И что было потом?

— Я позвала учителей и мы побежали в женский туалет.

— И что вы там обнаружили?

— Мы увидели, как три ученицы, включая Орлову, избивали мою подругу, — говорю я.

— Кто это может подтвердить? Почему твоя подруга не заявила в полицию? Или не пожаловалась директору?

— Свидетелями, помимо меня, были учителя. А не заявила она потому, что опасалась мести со стороны старшеклассниц, я полагаю — отвечаю я, — а директора школы поставили в известность.

— И что предпринял директор? — задают мне вопрос.

— Директор вынес хулиганкам предупреждение.

— Предоставьте, пожалуйста видеозапись, — включается в разговор инспектор по-делам несовершеннолетних, — которая, как вы утверждаете, у вас имеется.

— Пожалуйста, — отвечает адвокат, протягивая «флешку» с записью.

Следователь и инспектор смотрят видео, после чего следователь спрашивает меня:

— Ты занимаешься боевыми искусствами?

— Нет, — вру я с чистой совестью, — госпожа следователь, я по-вашему похожа на мастера единоборств?

Все, кроме следователя улыбаются.

— Скажи, — снова встревает инспектор, — а твоя коротко стриженная голова — это какой-то сигнал обществу? Девочки обычно не стригутся так коротко. Что ты этим хотела показать?

— Ага, это сигнал органам следствия. Почему тот «прекрасный человек», который проломил мне голову и украл мой телефон, до сих пор гуляет на свободе? — со злостью отвечаю я.

Следователь покраснела от злости и уже с открытой неприязнью смотрит на меня.

— Моей подзащитной побрили голову в больнице, для проведения необходимых медицинских процедур, — уточняет адвокат.

— Я себя плохо чувствую, — продолжаю я, — если ко мне более нет вопросов, то я хотела бы закончить на сегодня.

Постучав пальцами по столу, следователь сказала:

— Хорошо. На сегодня все. Но мы еще с тобой обязательно встретимся.

— Жду с нетерпением, — с ослепительной улыбкой отвечаю я.

Все встают со своих мест, прощаются. Выйдя из околотка, я замечаю:

— Как хорошо на свежем воздухе.

— Впервые вижу такую девочку как ты, — говорит мне адвокат, с интересом рассматривая меня.

— Я одна такая! Единственная и неповторимая, — улыбаясь, отвечаю я ей.

— Я заметила, — улыбнулась она и попрощавшись, ушла к своей машине.

— Ты разозлила эту бабищу, — говорит отец, когда мы сели в машину.

— Извини, пап. Не могла отказать себе в удовольствии, — ответил «отцу» я. — Кстати, родители Яны пригласили меня завтра поехать к ним в дом отдыха, на выходные. Я ведь могу съездить? Ну пожалуйстааааа.

Глава 5

Выходные. День первый.

Вышел из дома. Жду «подругу» и ее маму, которые должны забрать меня по-дороге. Погода, как в награду за все мои последние злоключения, стоит прекрасная. На небе ни облачка, дует приятный ветерок.

К дому подъезжает микроавтобус белого цвета. Открывается автоматическая дверь и из салона мне машет рукой радостная Яна.

Хватаю сумку, с вещами и залезаю в микроавтобус. Приветствую всех присутствующих. Яна представляет свою маму. Зовут ее Мирой Александровной.

— Можешь звать меня по-имени — Мирой, — улыбается мама Яны.

— Окей, Мира. Очень приятно. Меня зовут Кайей Николаевной. Лучше просто Кайя, — возвращаю я ей улыбку.

— Окей, просто Кайя, — смеется Мира.

Закидываю сумку в здоровенное багажное отделение, расположенное за вторым рядом кресел. Усаживаюсь в кресло. И мы отправляемся.

Сегодня я узрел воочию ответ на вопрос того мужика из рекламы авто, каким должен быть автомобиль для всей семьи. Таким как этот микроавтобус.

Пью газировку, предложенную Яной. Выехав за город болтаем о том, о сем. Смеемся и вообще весело проводим время.

Приехали в дом отдыха. Ну что сказать, прекрасное местечко. Два больших здания с номерным фондом, банный комплекс, крытый бассейн, конюшни, отличное поле, с трибунами, для какой-то местной спортивной игры. Плюс отдельное здание с рестораном, клубом, баром и чем-то еще. Так что скучно тут не будет. Не зря выпрашивал у «отца» разрешение на поездку.

Закинув свои пожитки «в нумера», отправляюсь на экскурсию по-территории дома отдыха, которую мне устроили Яна и Мира. Кстати о Мире. Очень приятная женщина, лет 35. Не красавица, но очень элегантна. В моем вкусе.

Пока гуляли по-территории она расспрашивала меня о том, что же случилось в школе.

Особое ее негодование вызвал тот факт, что администрация школы фактически никак не наказала «трио идиоток» за избиение и унижение ее дочери. Пообещала, что не оставит это без последствий и приложит все усилия для того, чтобы мучители ее дочери понесли наказание. Ну и прекрасно. Мамаше «падшего ангела» вряд ли будет до того, чтобы гадить мне. Наверное.

После импровизированный экскурсии, мы зашли в местное кафе на поздний завтрак. После чего матушка моей «подруги» отправилась заниматься делами, связанными с управлением этим местечком.

А мы, вернувшись в номер и переодевшись, в спортивный костюм я, а «подруга», в костюмчик для верховой езды, отправились на конюшню.

Конюшня большая, деревянная. Рассчитана на 12 животных. Не дурно оборудована. Тут тебе и автопоилки, кормилки, мойка. Загончики для лошадок приличного размера, где-то 3х4. С большими воротами в каждом загончике.

— Привет, Янка, — говорит подошедшая к нам девушка, работница конюшни, — твоего Атоса забрали на целый день. Кого возьмешь?

— Посмотрим. Ты пока помоги моей подруге с выбором, — указывает она на меня и представляет:

— Ее зовут Кайа.

— Меня Юлей зовут, — в свою очередь представляется работница.

— Очень приятно — отвечаю я.

— Пойдем покажу тебе, кто у нас тут есть.

Ходим смотрим лошадок. И тут я вижу Его! Это Иа! Прямо как из советского мультфильма про «Винни-Пуха». С ленточкой на хвосте.

Решено! Беру его!

— Беру Иа! — уверено говорю я Юле.

— Иа? — удивленно переспрашивает та, — если ты про ослика, то его зовут Аполлоном.

А ну да, тут же «Винни-Пуха» не написали, отчего-то огорчаюсь я.

— Он для детей, — продолжает работница, — точно на нем хочешь поехать?

— А я и есть ребенок, — гордо выпячиваю грудь я и улыбаюсь ей.

Юлька скромно улыбнулась мне в ответ и сказала:

— Аполлон, так Аполлон. Сейчас я его для тебя снаряжу.

— Можешь угостить его морковкой, — она протягивает мне морковку.

Что я и делаю.

Чуть позже.

Выдвигаемся в путь.

Нашу небольшую колонну возглавляет профессиональная наездница, которая тренируется на базе этого дома отдыха. Ее мне представили как Оксану. Она верхом на рыжем коне.

За ней, на здоровенном белом скакуне, едет Яна. В своем костюмчике для верховой езды и с хлыстом в правой руке она выглядит потрясно.

Замыкаем колонну мы, с Иа, т. е. с Аполлоном.

Выехав за территорию дома отдыха, едем по лесопарковой полосе. Моя «подруга» и наша сопровождающая что-то негромко обсуждают.

Размышляю. Странный я все-таки попаданец. Вместо того, чтобы взяв в руки бластер, лететь на планету Нибиру, воевать с рептилоидами, я катаюсь по лесам с девчонками. На ослике.

Через некоторое время мы выезжаем на открытую местность. Примерное в полутора километрах дальше по дороге синеет крупное озеро. По обеим сторонам дороги луга.

— Кайа, — кричит мне «подруга», езжай по-дороге, до озера. Там поверни направо и езжай вдоль. Мы тебя там найдем.

И припустив галопом лошадей, обе всадницы летят по лугу.

С удовольствием наблюдаю за всадницами.

Бреду по грунтовой дороге на своем волосатом мопеде. Лучшее время года, на мой взгляд. Уже тепло, но еще не жарко. И нет всяких кровососущих гадов.

На обратном пути.

Поравнявшись со мной, моя «подруга» спрашивает, действительно ли я планирую, окончив 8 класс, поступать в другую школу.

— Угу, — отвечаю я.

Она печально смотрит на дорогу. В уголках ее глаз я замечаю слезы.

— Ей, — говорю я, пытаясь утешить ее, — я не на другую планету улетаю. И мы не перестанем быть подругами.

— Угу, — отвечает она.

Вернувшись на конюшню, сдаем животин. Возвращаемся в наш номер. Принимаем душ и переодеваемся.

Идем в ресторан на обед. Обедаем втроем. Я, Яна и ее мама.

Наворачиваю, как не в себя, борщ со сметанкой. И пельмени с маслицем. На десерт — мороженное черносмородиновым вареньем. Вкуснотища.

Поев и поболтав, сообщаем Мире, что отчаливаем готовится к переводным. Спрашиваю, между делом, у «подруги», отчего мне не приносят счет. Та странно на меня поглядела и похлопав по плечу весело сказала:

— Не парься! Ты ViP гость.

Ну ViP, так ViP. Я не против.

Встаем и идем в номер, за всем необходимым. Заниматься решили на крыше жилого здания. Там оборудованные места: лавочки, беседки, столики и т. д.

Сидим на крыше, готовимся к экзаменам. Ну как готовимся. Готовится «подруга», а я ей в этом помогаю.

Переводной экзамен состоит из 5 предметов. 4 обязательных и 1 по-выбору. Причем 1 из этих 4 ежегодно меняется. К моему счастью «История» в число обязательных не попала. Так что я сдаю: алгебру, физику, русский язык, английский язык. И геометрию, в качестве экзамена по-выбору.

Почему не «Информатику», спросите вы? Ну потому что, так мне захотелось.

Всего на экзамене, по-каждому, предмету, 10 заданий. Каждое задание оценивается индивидуально. Затем балы суммируются и тот кто набрал больше всего — тот молодец. Для прохождения в следующий класс надо набрать определенное количество баллов.

От занятий нас оторвал звонок матушки Яны. Она пригласила нас сходить в купальню, втроем. До ужина.

В баню, с деффками, класс!!!

Я горячо поддержал эту идею и мы отправились в местный банный комплекс.

Комплекс реально огромный, с различными банями и разнообразными бассейнами.

Раздевшись в специальной раздевалке для ViP'ов, я окинул взглядом фигуру Миры. Реально горячая штучка! Никак не дашь тридцатник с половиной. Максимум начало третьего десятка!

Заходим в парилку. Женский персонал приносит нам охлажденные напитки.

Занимаем полку напротив Миры. «Подруга» садится, а я ложусь, нагло положив свою голову ей на колени. Потягиваю при этом напиток из стакана, через трубочку.

Яна, смеясь, нежно гладит меня по-голове. Лежу и чуть ли не мурлычу от удовольствия. Рассматривая лежащую напротив Миру. Какое совершенство форм!

Мама с дочкой о чем-то весело болтают. Не сильно прислушиваюсь к ним. Обратив внимание только тогда, когда речь зашла обо мне. Яна хвасталась тем, что я ее подруга. Мира согласилась с тем, что быть моей подругой — большая удача.

После парилки окунулись в бассейн. Не с ледяной водой, само собой. С приятно прохладной.

К бассейну подошла сотрудница бани и сообщила, что все готово для массажа.

После чего над нашими тушками трудились массажистки. Ни с чем не сравнимое удовольствие.

В конце-концов настало время помывочной. Испросил разрешения у «подруги» вымыть ей волосы и потереть спинку. Та с удовольствием его выдала.

Нежно массирую Яне голову и мою шампунем волосы. После чего беру мочалку и натираю спину.

Внезапно получил просьбу от Миры проделать те же процедуры и с ней. Дважды меня об этом просить не пришлось!

Спустя полчасика после банных процедур.

Сидим в ресторане. Мама с дочкой едят морепродукты. Одна запивает их пивом, другая теми напитками, что более подходят ее возрасту.

Я терпеть не могу ни рыбу, ни морских гадов. Так что кушаю отлично приготовленную грудку индейки с каким-то неплохим салатом. Запивая все это холодной минералкой.

К нам подсел какой-то иностранец. Как выяснилось — деловой партнер семьи Яны. По говору определил — американец. После обсуждения своих делишек, он обратил внимание на «детишек». Начал с нами шутить на сильно ломаном русском. Ответил ему на очень хорошем американском английском. За столом воцарилась тишина. Интурист пялится на меня выпучив глаза. Матушка Яны задумчиво поглядывает на меня, о чем-то размышляя. Я явно набрал дополнительных очков в ее глазах.

Я, довольный произведенным эффектом, делаю последний заход на индейку. Приканчивая свою порцию.

— Это было неплохо, — очнувшись от своих размышлений, говорит матушка Яны.

— Видела бы ты, что она творит на уроках по алгебре и физике, — хихикая говорит «подруга».

После ужина я спрашиваю у Миры, есть ли тут у них бильярд. Я не уверен, что он вообще существует в этом мире. По-этому, приготовился к вопросам типа: «А что это такое?»

Матушка подруги однако задала иной вопрос, удивленно:

— Ты умеешь играть?

— Немного, — скромно отвечаю я.

— Хм, — хмыкает Мира, — не уверенна, что бильярдная — это то место, где должны находится по-вечерам девочки твоего возраста.

— Разве у вас тут где-то есть небезопасные места? — слегка троллю ее я.

Та посмеявшись, говорит:

— Само собой нет, у нас тут везде безопасно.

— Бильярдная у нас с другой стороны этого здания. Вы вдвоем пойдете?

Смотрю на «подругу».

— Нет, Яна еще позаниматься хочет. Я пойду без нее.

— Ладно, — говорит ее мама, — протягивая какой-то значок. — предъявителю этого все за счет заведения.

Благодарю ее беря значок. Пожелав остающимся за столом доброго вечера, мы с Яной уходим. Оставив ее маму и «интуриста» беседовать их беседы.

Попросив меня не задерживаться надолго, «подруга» отправляется в наш номер, грызть гранит науки.

А я отправляюсь в бильярдную. Ибо я большой поклонник этой игры и играю очень неплохо.

Войдя в заведение оглядываюсь вокруг. В бильярдной имеются 6 столов, с «американским пулом». 5 из которых заняты. Внушительный бар и столики. Народу прилично.

Подхожу к бармену. Тот «петросянит»:

— После 20:00 маленьким девочкам алкоголь не наливаю.

И сам смеется над своего «шуткой».

Улыбаюсь, для вежливости и протягивая значок говорю:

— Я бы хотела поиграть в бильярд. И минералки, со льдом.

Повертев значок, тот спрашивает:

— Где взяла?

Пожав плечами:

— Мира дала.

— Мира говоришь, ну хорошо. Можешь занять тот стол, — показывает мне рукой направление и протягивает минералку.

Складываю пирамиду в треугольник. Ставлю биток. Мелю наклейку кия.

На меня нападает ностальгия. Жаль, что у меня тут нет «моего» кия.

Делаю первый «разбой».

За моей одиночной игрой наблюдает веселая компания. Из 3 молодых людей и 2 девушек. Лет около 25–28. Слегка «навеселе», но адекватные.

Шутят разные, незлобные шутки в мой адрес. Игнорирую их. Играю. Пусть веселятся.

Один из ребят подходит ко мне и с улыбкой спрашивает:

— Что такая малышка тут делает? И где так научилась играть?

— Разве не очевидно? — отвечаю вопросом на вопрос я, — играю… малыш.

После чего вся компания чуть ли не по полу катается от смеха.

— А ты дерзкая, — улыбается мне парень, — если не секрет, сколько тебе лет?

— Разве девушку вежливо спрашивать о ее возрасте? — снова вопросом отвечаю я, с улыбкой.

— И все-таки, — настаивает он.

— 13 лет мне.

— Ого, — говорит одна из той компании, — когда мне 13 было, я еще в куклы играла.

Другая добавляет и смеется:

— Ты до сих в них играешь.

Все снова ржут.

— Меня зовут Павел, — представляется парень.

— Кайа, — отвечаю я.

— Давай сыграем 3 партии, на поцелуй, — продолжает он, — выигрываешь ты — целую тебя я. Выигрываю я — целуешь меня ты.

— В щеку, само собой — добавляет он.

В его компании снова взрыв смеха и шуточки про совращение малолетних.

Целоваться с мужиками у меня желания нет никакого. И не думаю, что появится. По-этому, вполне дружелюбно и с улыбкой, говорю:

— Ты хитрый жук. В накладе не останешься при любом исходе, — смеюсь я.

— Я тут просто поиграть. Поцелуи меня не интересуют. Прошу меня извинить, — продолжаю я.

Видать девчонки этому пацанчику отказывают не часто, потому, что по веселой компашке прошел вздох удивления от моего отказа.

— Ты не знаешь, кто я? — спрашивает он.

— Неа, — отвечаю я весело.

— Ты с какой планеты к нам прилетела? — ржет одна из его компании.

— Можно сказать, с бесконечно далекой, — отвечаю я.

— Шутница, — улыбается мне этот самый Павел., - ладно, не хочешь на поцелуй. Давай сыграем ради самой игры.

— Окей.

— Первый разбой за милой барышней, — говорит он мне.

Позже. Счет 1: 1 по-партиям.

За нашей игрой с интересом следит половина бильярдной.

— Принеси мне мой кий, — обращается мой оппонент к кому-то из своей компашки.

Получив свой кий, начинает игру. И заканчивает. За один ход, загнав всех «полосатых» в лузу.

Я честно хлопаю в ладошки. И поздравляю с такой отличной игрой.

— Прости малышка, ты отлично играешь. Особенно для своего возраста. Но я никогда не проигрываю, — с пафосом заявляет он.

— Пффф, — не сдерживаясь ржу я, — поздравляю с победой, господин нарцисс.

Все снова ржут. Павел попросил разрешения сделать селфи со мной. Я тоже на всякий случай сделал селфи с «мистером нарциссом», чтобы потом спросить у Яны, что это был за перец.

— Ладненько, — говорю я, — моя карета превращается в тыкву, а кони — в мышей. Пора мне вас покинуть, — прощаюсь я со всеми и выхожу из бильярдной.

В прекрасном настроении возвращаюсь к себе в номер.

Яна переодевается на ночь в милую пижамку с мишками. Я, раздеваясь до полосатых трусиков, ложусь в кровать. Выключаем свет.

Моя подруга, вместо своей кровати, внезапно ложится в мою. Обняв меня, бормочет что-то на счет того, что не хочет, чтобы я покидала нашу школу, засыпает. Засыпаю и я, обнимая эту милаху.

День второй.

Проснулся засветло. Повернув голову наблюдаю, как дрыхнет моя «подруга». У меня на руке. Которая затекла. И которой теперь не пошевелить. Пытаюсь встать, не потревожив сон этой милой сони.

Привожу себя в порядок и надеваю спортивные штаны, футболку, кепку и кроссовки.

Когда я уже был готов выйти на зарядку и пробежку, Яна проснулась. С растрепанной шевелюрой и заспанной моськой интересуется, куда я намылился. Говорю, что на утреннюю тренировку. Она с уважением посмотрела на меня, пожелала мне удачи в этом деле и улеглась досыпать.

Выйдя на на улицу, побрел на лужайку. Делаю зарядку. После чего приступил к бегу. Уже не выдыхаюсь после первых трех минут. Прогресс радует.

Бегу, наслаждаясь отличным весенним утром.

На развилке, справа от себя, вдруг слышу:

— Гуд морнинг, мисс Кайа.

Повернув голову на звук, обнаруживаю вчерашнего американца, который подсел к нам за ужином. Переключаю «в настройках» язык на английский.

— Гуд морнинг, — отвечаю я, — мистер?..

— О, прости, — бежит рядом со мной этот тип, — я вчера не представился.

— Генри Гудспид, — продолжает он, — очень рад быть знакомым с тобой.

Ну не знаю. С чего бы вдруг дяденьке за 40, на вид, быть очень радостным от знакомства с 13-леткой?

Надеюсь, Генри, ты не из тех любителей «кое-что показать» маленьким девочкам или «кое-что посмотреть» у них. Иначе нашему знакомству ты будешь очень не рад. Гарантирую.

— Но ты зови меня просто Генри, — продолжает Генри.

— Окей, Генри. Хорошая погодка для утренней пробежки, — не зная о чем с ним говорить, говорю о погоде.

— Да! — Ты очень интересная девочка, — продолжает тот, — твой английский великолепен. Где ты его изучала и практиковалась?

В США, — думаю я, — но сказать этого не могу. Само собой Кайа в США не бывала.

— Генри, — честно отвечаю ему я, — не так давно со мной приключился несчастный случай. В результате которого, я потеряла многие свои воспоминания о людях. С которыми была знакома. И о событиях которые со мной происходили.

— О, печально, — отвечает Генри.

Устал. Перехожу с бега на быстрый шаг. Снимаю кепку и выпираю платком пот.

— Но сейчас ты выглядишь как-будто в полном порядке, — улыбается он.

— Так и есть, но память пока что-то не возвращается.

— Ну с таким уровнем английского, ты легко можешь сделать отличную карьеру переводчика или стюардессы.

— Могу, но не стану, — улыбаюсь я, — мои интересы лежат в области программирования. Также, возможно, в будущем я займусь научной карьерой.

— Да-да, со слов Миры ты необычайно одарена математическим талантом.

— Скорее со слов ее дочери, — ухмыляюсь я и без скромности добавляю, — но так и есть.

— Очень необычно, что столь юная девушка так далеко заглядывает в свое будущее.

На ходу пожимаю плечами.

— Говоришь, что тебе интересно программирование? Ты какие-то языки уже освоила?

— Да, в этом у меня уже есть определенные успехи, — уклончиво отвечаю я. На самом деле я уже довольно неплохо освоился с местными системами. Но не настолько, чтобы быть слишком самоуверенным.

— Мне бы хотелось оценить твои способности, — продолжает американец, — надеюсь ты не будешь против того, чтобы я прислал тебе несколько математических задачек. И задачку по-программированию.

— Зачем это? — с подозрением спрашиваю я, замедлив шаг.

— Видишь ли, я занимаюсь не только бизнесом. Так же, я вхожу в попечительский совет Стенфордского университета, в США, — обыденным тоном произнес он.

Я сбился с шага. Типчик довольно ухмыльнулся, увидев потрясенное выражение на моей моське.

— Когда я путешествую по-странам мира, — продолжает он, — я также ищу талантливую молодежь, чтобы в дальнейшем, она приносила славу нашему Университету.

На мошенника не похож, но надо навести о нем справки, — думаю я, — в любом случае, ничего плохого не случится, если я оставлю ему свои контакты. Черт с ним, пусть шлет свои задачки. В случае чего, такие связи лишними не будут.

— Окей, Генри, — с улыбочкой отвечаю старине Генри я, — шли задачки. Я посмотрю, что с ними можно сделать.

Называю свой ID в соцсети, который он забил в свой телефон.

После чего, попрощавшись, разбегаемся в разных направлениях.

Вернулся в номер. Скинув с себя пропотевшее шмотье, сел на кровать. Жду, когда из душа выйдет Яна.

Чуть позже. В кафе. За завтраком.

Сидим втроем за столиком. Уплетаем вкусняшки. Пьем чай.

— Сегодня на пробежке встретилась с мистером Гудспидом, — сообщаю я.

Мира, до этого помешивающая ложкой чай, с задумчивым видом, обратила свой взгляд на меня. Удивленно подняв бровь.

— Он мне поведал, — продолжаю я, — что помимо все прочего, является членом попечительского совета известного американского университета.

— Так и есть, — уточняет матушка Яны, откинувшись на спинку стула, — Стенфордского университета.

— Он собирается прислать мне какие-то задачки. Посмотреть, что я за фрукт такой.

— Любопытно будет посмотреть, что из этого выйдет, — говорит она.

Чуть позже.

Сидим с Яной, грызем гранит науки.

Звонит телефон. Янин. Та поднимает трубку. Выходит из номера и в коридоре о чем-то шушукается.

Вернувшись спустя несколько минут, несется к зеркалу. Накрашивает губки. И сказав, что у нее какое-то «срочное дело», уноситься в закат.

Ну нормально, бросила меня и смылась. Хотя с другой стороны, не так ли я сам вчера поступил, когда один пошел в бильярдную? Ладно, пусть развлекается.

Выхожу прогуляться.

Брожу в одиночестве по-территории. Дорожка выводит меня на здание с бассейном и тренажеркой.

Захожу посмотреть, что там и как. Тренажерка крутая, сделан отличный ремонт, куча различных тренажеров. Производит впечатление добротного клуба. Интересно, а девочкам с какого возраста можно заниматься на тренажерах?

С этими мыслями дохожу до бассейна. Ловлю себя на мысли, что хочу поплавать. Но плавки я не взял в поездку. Тьфу ты, какие плавки? Мне теперь купальник положен. Опечален данным фактом. Замечаю небольшой павильон. Захожу туда, осматриваюсь. Оказывается тут можно приобрести все что нужно: купальник, шапочку, очки. Даже ласты, если нужно.

Спрашиваю тетеньку-продавщицу купальник и шапочку на меня. Та, окидывая меня профессиональным взглядом, выдает темно-синий цельный купальник, и того же цвета шапочку. Расплачиваюсь картой. Можно, конечно продемонстрировать значок и забрать все это даром. Но решил не наглеть.

Полотенце каждому посетителю бассейна выдается бесплатно.

Иду в раздевалку. Переодеваюсь. Вам когда-нибудь приходилось одевать женский купальник? Нет? Тогда вам не понять всей гаммы моих чувств и ощущений от этого процесса.

Бассейн сорокаметровый, на 5 дорожек. Есть вышки для прыжков и стартовые тумбочки. Естественное дневное освещение от стеклянного потолка. На стене, в виде мозаики, изображен пловец.

Ныряю рыбкой с тумбы. Особенно хорошим пловцом никогда не был, и различными стилями плавания не владею. Так что гребу себе, как Бог на душу положит. Бассейн — круто!

Посетителей почти нет. Из 5 дорожек, заняты 3. Самая дальняя от меня, там плавает какой-то престарелый атлет. На вид, лет за 70. И рядом с моей дорожкой, у бортика, барахтается девчонка. На каком-то позднем сроке беременности. Ну и я, на дорожке номер 2.

Притомившись после двадцатиминутного заплыва, отдыхаю у бортика.

Вдруг барышня, что рядом со мной плавала, издала болезненный вскрик. Не сумев ухватиться за поплавки, уходит под воду.

Ошалев от увиденного, ору во всю глотку:

— Человек тонет!!!

Ноль реакции. Типчик, который как бы «спасатель», одел наушники и пялится в ноутбук. Идиотски улыбаясь при этом.

Дедушка продолжает плавать где-то там в дали.

Не достучавшись до «спасателя», плюю на это дело. Ныряю за тонущей.

Не знаю, каким образом мне удалось выплыть. С моим тощим телом и остервенело цепляющейся за меня женщиной. Хватаюсь за поплавки. Стараюсь держать над водой полубессознательное тело утопленницы. Ору матом во все горло.

Наконец «господин спасатель» соизволил обратить внимание на происходящее. Прыгнув к нам, хватает утопленницу и тащит к лестнице, как мешок картошки. Ору ему:

— Аккуратнее, идиот, она беременная!

Помогаю вытащить ее из воды. Да уж, не легкая эта работа, тащить бегемота из болота.

«Спасатель» подбежал к своему столику, проорал что-то в рацию и спустя полминуты к нам прибегает медперсонал, который откачивает дамочку. Спустя еще несколько минут приезжает «скорая», дежурящая в доме отдыха. Медработники уносят пострадавшую на носилках.

Дедушка продолжает плавать.

Стою под душем. Смываю хлорку и ужас от пережитого.

Возвращаюсь к себе в номер. Яна еще не вернулась. В мрачном настроении смотрю ТВ.

Через час звонит мама Яны. Приглашает на обед.

В ресторане. Подхожу к столу, за которым сидят довольная чем-то Яна и не очень довольная Мира.

Сажусь за стол.

Яна спрашивает:

— Кайа, ты чего такая несчастная?

Рассказываю про ситуацию бассейне. Матушка «подруги» давится супом.

— Все и вправду было так как ты говоришь? — уточняет откашлявшаяся Мира.

Пожимаю плечами и отвечаю:

— Да.

— Ну гад, ну он у меня получит! — грозит кому-то матушка Яны. «Спасателю», наверное.

— Ну ты даешь, — хлопает в ладошки «подруга», — ты всегда оказываешься в нужное время, в нужном месте.

Молча ем свой куриный суп.

После обеда идем к себе в номер. Спрашиваю Яну, куда она ходила. Та покраснела и ответила, что тут сейчас отдыхает ее родственник, со своим приятелем. Так вот с этим приятелем она и ходила прогуляться.

Чувствую себя преданным.

Ни на что нет сил. Дремлю.

Вечером.

Поужинав, отправляемся домой. Устроившись в кресле комфортабельного микроавтобуса, болтаю с «подругой» и ее мамой.

— Кстати, — говорю я и протягиваю свой телефон Яне, — ты случаем не знаешь, что это за крендель?

Яна разглядывает фотку на экране телефона. И вдруг пронзительно вскрикивает. Напугав всех в салоне.

— Это Павел Овсянников!!!

— Где ты с ним сфоткалась? — требовательно спрашивает меня «подруга».

— В бильярдной. Вчера. Этот идиот хотел играть со мной на поцелуй, — отвечаю я, рассказывая о том, какую ставку этот типчик решил зарядить.

— Вы играли в бильярд? — восторженно спрашивает она.

— Ну да.

— И кто выиграл?

— Он.

— И ты отказалась поцеловать его?

— Само собой. Еще чего идиотов всяких целовать.

— Ну ты даешь, — восторженно глядит на меня Яна.

— Кто это такой вообще? — спрашиваю я.

— Это самый популярный певец в этом году. Еще и в кино снимается, — отвечает она.

— Понятно.

— Никому не показывай эту фотку и не выкладывай ее в соцсети, — советует мне «подруга».

— Почему? — удивляюсь я.

— Ну ты даешь. Тебя его фанатки обглодают до костей, — отвечает она.

— Понятно, — отвечаю я.

Подъезжаем к моему дому. Микроавтобус останавливается у подъезда. Мира, поворачиваясь ко мне, говорит:

— Я очень благодарна тебе, за то, что наша гостья не утонула. Очень тебя прошу не распространяться на счет случившегося вообще. И на счет не профессионализма сотрудника бассейна в частности.

Заверяю ее о том, что никому ничего не скажу. Отдаю значок, который она мне выдала.

— Ты наша желанная гостья в любое время, — улыбаясь, прощается со мной Мира.

С удовольствием вспоминая ее в бане, с улыбкой отвечаю:

— Всегда рада твоему приглашению Мира, пока!

Получив поцелуй в щеку от Яны и попрощавшись с ней, выхожу из салона.

Дома. Тем же вечером.

Сидим на кухне. Чаевничаем. «Отец» с «мачехой» постоянно переглядываются. Когда мне это надоело, подаю голос:

— Ну скажите уже, в чем дело?

— Давай, — говорит «отец» Марине, — расскажи ей сама.

Марина, светясь, как начищенный самовар внезапно выпаливает:

— Твой отец сделал мне предложение! Свадьба будет в середине лета.

— Поздравляю! — отвечаю я и добавляю, глядя на ее живот, уже видимый, — давно пора!

Перебив своего женишка, который явно был возмущен последней моей репликой, поведала об еще одной своей радости:

— Вчера я была у доктора.

Сказала она и покраснев замолчала. Сижу, жду продолжения.

— Доктор сказал, что будет двойня. Мальчик и девочка! — радостно сообщает она, на одном дыхании.

После чего пристально смотрит на меня, ожидая моей реакции.

Придется изображать бурный восторг и вообще радость. Чтобы загладить эффект от негативной реакции «моей предшественницы» на факт ее беременности.

— Урааааа!!!! — воплю я во все горло. Перепугав присутствующих. И громко хлопаю в ладошки.

После чего несусь обнимать Маринку.

— Самая чудесная новость, — продолжаю я лицемерить, — которую я узнала с момента выхода из больницы!

Присутствующие с удивлением глядят на меня. Марина не скрывает своего облегчения от моей позитивной реакции на эти новости.

— Всегда мечтала о брате и сестре! И вот они, сразу вместе! — продолжаю я свои бурные восторги. Светясь, как весеннее солнышко.

— Правда? — удивляется отец смене моей позиции, по-поводу прибавлении в семействе.

На самом деле нет. Я бы легко обошелся безо всяких там «братика и сестренки». Но им об этом знать совсем не нужно. Так что я играю роль «хорошей девочки». Которая искренне радуется этим новостям.

Взглянув на «мачеху», вижу, что пропасть между нами стала гораздо меньше. Очень хорошо.

После того, как мои восторги по-поводу этих новостей улеглись, рассказал о том, как провел свои выходные.

Умолчав о инциденте в бассейне. Как и обещал Мире. И о том, какие мыслишки у меня вызвало посещение женской купальни. Само собой. После чего, мои влюбленные голубки вместе рассматривали фотки из дома отдыха. На моем телефоне.

Внезапно оба издали удивленный возглас.

— Это еще что за хлыщ с тобой в обнимку на фото? — с ревностью в голосе вопрошает меня «папенька».

«Мачеха» уже приготовилась сказать, что знает его.

Но я ответил первым. Не смог удержаться, чтобы слегка не потроллить:

— Батюшка, — говорю я, делая скорбное лицо, — почему ты так плохо отзываешься об отце своего будущего внука?

— Моего будущего внука? — переспрашивает, как попугай, «папаня».

Марина смотрит на меня так, как будто я кролика из шляпы вытащил.

И пока ситуация не вышла из под контроля, добавляю:

— Шутка! Спокойно всем ночи!

После чего забираю назад свой телефон и в «темпе вальса» покидаю кухню. В которой Марина успокаивает рассвирепевшего «папашу».

Вот так и закончился этот день.

Глава 6

Через неделю. Раннее утро. Понедельник — день тяжелый.

Первый день переводных экзаменов. Из двух.

Завтракаем с «мачехой». «Отец» в командировке, вернется завтра.

— Ты совсем не нервничаешь? — удивленно спрашивает меня Марина, глядя на то, как я, с аппетитом, поглощаю завтрак.

— Неа, с чего бы? Сегодня просто очередное шоу будет. На экзаменах.

После чего вспомнил о прошедшей веселой недельке.

Началось все с того, что болтая в соцсети с Яной, я внезапно обнаружил 200+ сообщений от незнакомых мне людей.

Выяснилось, что «певец ртом», которого я встретил в бильярдной, выложил в свой блог нашу с ним фотку. В разделе: «Как я провел выходные».

После чего фанатки со скоростью, которой позавидовало бы любое разведывательное ведомство, вычислили ту, которая стояла в обнимку с их кумиром. На фотке. И довольно лыбилась. Меня.

После чего мне в личку вылился водопад сообщений. С поздравлениями. Вопросами, на тему того, как мне удалось постоять в обнимку с этим типом. С угрозами и пожеланием скорейшей смерти.

Прочитав пару десятков которых, я забил на это дело. Пусть пишут.

Позвонила подруга «мачехи» Ира, с которой мы таскались по торгово-развлекательному центру.

Выяснилось, что она преданная фанатка этого нарцисса. Потребовала у Марины меня к телефону, чтобы я объяснилась за фото.

Говорить с ней отказался, сославшись на нежелание болтать со всякими сумасшедшими.

Ее неприязнь ко мне усилилась до такой степени, что если бы ее можно было измерить ртутным градусником, как температуру, то он бы взорвался. Изгадив все вокруг.

Сообщив Марине, с удовольствием, о том, что завтра вечером, на ток-шоу меня уничтожат, разорвала связь.

Та посмотрела на меня. Как-то испуганно даже. И вопросила:

— Что же будет?

— Будем посмотреть, — оптимистично отвечаю ей.

Вообще-то я люблю всякие шоу, на них иной раз веселый трешачок случается. Правда, это будет первое шоу, за обе мои жизни, где будут обсуждать меня.

Короче говоря, завтрашний вечер обещает быть не скучным.

Следующим вечером.

Мы с Мариной прильнули, так сказать, к голубому экрану. Смотрим популярное шоу о светской жизни страны.

Первая часть которого была посвящена какой-то скучной фигне. На мой взгляд.

После чего ведущий перешел ко второй части программы. Где он и приглашенные гости обсуждали гражданина Овсянникова. И его фотку со мной. И меня.

Выяснилось, что этот типчик не имел обыкновения фоткаться со своими фанатками. Но на этот раз, какой-то черт его дернул сделать фотку. Где он с девчонкой. Со мной. Его товарищи объяснили это тем, что я якобы была первой девушкой, которая его не узнала. За последний год. Им, само собой, не поверили. Строили различные версии, кто же я такая.

После чего, ведущий, одетый в костюм веселенькой расцветки, дал слово одному из присутствующих гостей студии. «Светской львице», похожей на жабу с мейкапом.

Взяв микрофон, та безапелляционно заявила:

— Да что тут обсуждать? Посмотрите на это лысое недоразумение, — негодует она, — очевидно же, что это просто малолетняя проститутка. Которая по вечерам ошивается в различных заведениях. С той целью, чтобы ее снял какой-то состоятельный мужчина. Может быть, даже с целью забеременеть от него. Чтобы потом шантажировать. Не понимаю, зачем уделять мелкой шлюшке столько внимания?

Зал одобрительно гудит, соглашаясь с такой оценкой меня.

Марина сидит в шоке, опечаленная.

Поставил тарелку, с кукурузными хлопьями, на столик. Которые жевал, вместо поп-корна. Иду в свою комнату за ноутбуком. Вернувшись с которым, совершаю видеозвонок. В студию. По одному из указанных номеров.

После того, как я представился оператору, меня переключили на продюсера шоу. Подтвердив мою личность, тот решает вывести меня в эфир. Добавить накала страстей в шоу, так сказать.

Захожу «на огонек» к этой почтенной публике.

После того, как моя недовольная физиономия появляется на здоровенном экране в студии, здороваюсь. И прошу ведущего шоу предоставить мне слово.

Что ведущий и делает. Благодарю его и обращаюсь к «светской жабе»:

— Меня зовут Филатовой Кайей Николаевной. Вы имели наглость оскорбить меня, обвинив в том, чего я не делала. И назвав меня той, кем я не являюсь. Но я великодушный человек. Я дам вам 3 минуты на то, чтобы вы извинились передо мной. Так же публично, как посмели меня оскорбить.

— В противном же случаю, — продолжаю я, — следующее шоу будет уже в суде. На процессе, в котором вы и руководство программы будете привлечены к ответу за клевету и оскорбление. И за попрание чести и достоинства дочери дворянина!

Моему «папане», как я недавно выяснил, за вклад, внесенный в дело укрепление обороноспособности страны, был пожалован дворянский титул. И еще дали медальку какую-то. И солидный гособоронзаказ для его предприятия.

— А за это, — продолжаю я, — как вам всем наверняка известно, положены огромные денежные компенсации пострадавшей стороне. И не менее огромный штраф в пользу казны. Юристы моей семьи разденут вас «до костей».

Вы, уважаемый читатель, спросите — откуда мне известны такие юридические тонкости мира, в который я только недавно попал.

Все просто. Ехав однажды утром в школу, вполуха слушал новости. Диктор поведала слушателям о том, что один подданный Империи назвал другого подданного, но уже «высокородного», каким-то нехорошим словом. После чего суд принял такое решение, по-которому выплачивать денежки истцу и казне будут, наверное, даже внуки ответчика.

Надавив тем самым на самую эрогенную зону «светской львицы» — на ее кошелек, я продолжил, обращаюсь уже к ведущему:

— А к руководству программы, возможно, будут применены положения уже уголовного кодекса, — с мягкой улыбкой сообщил я.

«Светская львица», потея, визгливо спросила:

— Т. е. ты утверждаешь, что не была в том заведении?

— Почему не была? — спрашиваю я, — Была.

— Вот!!! И что ты там делала?

— Играла в бильярд, — отвечаю я.

— Вот поглядите на нее!!! — орет тетка, — она играла в бильярд…

Беспардонно перебив ее, я спрашиваю:

— А что плохого в игре в бильярд? — Даже Его Величество любит эту игру, — сообщаю я.

Я в местной «Википедии» видел, в разделе посвященном главе нашего государства, что Его Величество является почетным предводителем какого-то там общества любителей бильярда.

— Вы что, хотите сказать, — продолжаю я, — что и Его Величество посещает бильярдную, как вы выразились, «с целью забеременеть от кого-то. Чтобы потом шантажировать»?

Повисшую в студии тишину нарушили статисты. Многие из которых спешно покидали студию.

Все оставшиеся молча таращатся на сумасшедшую малолетку, лыбящуюся со здоровенного экрана монитора. Ведущий выглядел так, будто уже примерил веревку на шее, за оскорбление Императора.

— Ну так что, — продолжаю я невинно, — извинения или суд?

«Светская львица» затравленно озирается. Ловя на себе взгляды всех окружающих. Явно требующих ее извинений, перед «дикой мелочью».

— Но ваша совместная фотография с певцом… — уже тихо начинает она.

Вновь перебиваю ее:

— Я и этот уважаемый господин, сыграли 3 партии в бильярд. Это ведь не запрещено? После чего, он попросил моего разрешения сделать селфи со мной, на память. Все.

Тяжко вздохнув и вытерев подступившие слезы от унижения, она тихим голосом сказала:

— Я извиняюсь.

— За что вы извиняетесь? — ласково спрашиваю я ее.

— За то, что назвала тебя шлюхой и проституткой, — тихо шепчет она.

— А за «лысое недоразумение»? — уточняю я.

— И за это тоже, — так же шепотом говорит она.

— А теперь тоже самое, только громко, — зло говорю я, — так же громко, как до этого вы оскорбляли меня!

Жаба в истерике визжит слова извинения, после чего падает в обморок. Ее уносят из зала на носилках. А Шоу уходит на рекламу.

Марина таращится на меня с открытым ртом. И глазами по 5 рублей.

Сегодня вечером нам позвонили, наверное, все друзья и знакомые нашей семьи.

Интересно, что мне скажет вернувшийся «отец»? Ремнем по голой заднице в моем возрасте получать не солидно.

Доедая завтрак, размышляю обо всем этом.

Позже.

Высаживаюсь из авто. Водитель желает мне удачи на экзаменах. Благодарю его и направляюсь ко входу в здание школы. К поджидающей меня Яне. Которая потащила меня в Актовый зал, где наш уважаемый Директор решил прочесть какую-то скучную проповедь. Напутствовав нас, так сказать, удачно сдать экзамены.

Уселись в кресла, ожидаем слова директора.

Через несколько минут.

Директор, чеканя шаг по сцене, рассказывает нам о том, как важно в современном мире быть образованным человеком. И как вся страна рассчитывает на нас — молодое поколение. Et cetera.

В заключении своей речи он сказал, что надеется на то, что все ученики успешно преодолеют это препятствие на их пути. И почему-то, как мне показалось, со значением поглядел на меня со сцены.

После чего, прилюдно отчитав двух пацанов, которых в сортире поймали за куревом, отпустил нас. Пожелав удачи.

Сдаем сегодня 3 экзамена: по алгебре, по физике и по английскому языку.

Оставив все вещи в персональных шкафчиках, идем в кабинет, где будет проходить экзамен.

Подходим к членам экзаменационной комиссии. Их на данном экзамене трое. Никто из них не является нашим учителем.

Предъявив свои ученические карточки, получаем свои варианты билетов. Желаем друг другу удачи. Садимся за стол, на котором уже лежат все необходимые принадлежности: разлинованные в клетку листы бумаги, ручка, карандаш, ластик и линейка. И бутылка с минералкой.

Разговаривать запрещено. Использовать какую-либо аппаратуру запрещено. Использовать шпаргалки запрещено. За любой «косяк» изгнание с экзамена и переэкзаменовка летом. На все про все отпущено 2 часа. Над доской висит хронометр, показывающий сколько прошло времени.

Молча приступаю к решению задач из билета. В экзаменационном билете 10 задач, по 10 различным темам, что изучались в 8 классе.

Сижу решаю.

Одной девочке стало плохо. Ее увели. Нервы…

Спустя час и двадцать минут после начала экзамена.

Несколько раз проверив свои решения, дабы где-то случайно не накосячить, встаю и несу сдавать свою работу. Члены комиссии, сначала с сомнением глядели на меня. Все они видели мои оценки, получаемые моей предшественницей за год. И количество пропущенных занятий. Учитывая все это и то время, которое мне потребовалось на решение задач, они вероятно подумали, что Кайа смогла решить лишь несколько задачек. На чем и сдалась.

Бегло просмотрев листочки с решениями, они и с изумлением посмотрели на самодовольную Кайу. Которая попрощавшись с ними, вышла из класса.

Задачи были решены все. Многие — разными способами.

Вы, уважаемый читатель, скажете, что не честно и даже как-то мерзко и несправедливо с моей стороны соревноваться с детишками. Но, я вовсе не желал умирать в свои 38 лет, в своем прошлом мире. И обретать сознание вновь, в этом мире, в теле этой девочки. Так что вселенная несправедлива ко всем и я живу и развлекаюсь как могу.

Сижу в столовке. Дожидаюсь «подругу». Мы условились встретиться тут, после экзамена.

Наконец-то она пришла. Довольная на вид. Сказала, что вроде все решила. У нас еще в запасе минут 20 до начала второго экзамена по физике. Идем на улицу проветриться. Некоторые из встреченных нами учеников были недовольны. Некоторые, в основном девочки, плакали.

На экзамене по физике я проделал все то же самое, за исключением того, что попалась парочка довольно хитрых заданий. Где пришлось поломать голову и быть очень внимательным..

Выходя из класса поймал, в очередной раз, полный ненависти взгляд ботаника в очках. Что-то не нравится он мне. Совсем.

Экзамен по-английскому языку состоял из двух частей. Из письменной и устной. Сначала давался час на сдачу письменной части. После сдачи которой выдавалось устное задание, подготовка и сдача которого также не должны были превышать часа.

Тут экзаменаторов было больше. Пятеро.

Устное задание мне попалось довольно странное. Сначала надо было перевести текст с русского на английский. После чего зачитать его. Тут я сорвал овации всего класса. Прочитав текст на английском, сразу после получения задания. Без подготовки.

После чего отправился в столовку. Ждать Яну и звонить водителю. Чтобы приезжал за мной.

Спустя некоторое время.

Попрощавшись и высадив Яну, еду домой.

Рассказав Маринке о сегодняшнем дне в общем и о том, что с первой частью экзаменов я покончил удачно, приступил к обеду. После чего вместе с ней отправился в салон красоты. Пока ту стригли, выщипывали брови, делали эпиляцию, во всех возможных местах, и делали маникюр с педикюром — я изнывал от скуки.

Но завтра возвращается «отец», неизвестно как отреагировавший на мое участие в Шоу. Так что его краля должна быть максимально сексапильной. Дабы времени и желания разобраться со своей «дочуркой» у «папани» не осталось.

От косметологических опытов над собой я отказался категорически. Итак сойдет.

На следующий день.

Раннее утро. Бегу по набережной. Размышляю.

Сегодня очень важный день. Во-первых, нельзя накосячить на двух оставшихся экзаменах. Я должен занять самое высокое место в рейтинге. Во-вторых, сегодня предстоит разговор с отцом Кайи. Нельзя допустить, чтобы он посадил меня на цепь, фигурально выражаясь. Для моих дальнейших планов очень важно его доверие и полная поддержка. Так что придется играть роль раскаявшейся грешницы.

Пора возвращаться. А то можно опоздать на экзамен.

Еду в школу. Развалился удобно в кресле. От чего-то тяжело на душе. Какое-то недоброе предчувствие.

На экзамене по-русскому языку.

Сидим с Яной за партой. Работаем над первой частью экзамена.

Через 20 минут выйдет время. И начнется диктант. А я еще не закончил. Странное волнение. Не могу сосредоточиться. Пью воду из бутылки. Надо просто взять себя в руки и доделать все как надо. Все просто. В конце концов я же собрался получать удовольствие от происходящего. Ведь так?

Полтора часа спустя.

Потягиваясь, встаю. Настроение вроде бы стало лучше.

— Справилась с диктантом? — спрашиваю Яну.

— А ты разве сомневалась во мне? — смеется та.

— Пойдем в столовку, по булочке ухватим и на последний экзамен, — задаю курс я.

Позже.

Сижу на экзамене. Работаю циркулем. Один.

«Подруга» выбрала «Литературу» в качестве экзамена по-выбору. Геометрию, помимо меня, сдают только двое.

Несмотря на то, что задачки-то за 8 класс. И отнюдь не олимпиадного уровня. Попотеть пришлось. Хотя вроде как и не должен был. Я же тут как Мэри «чтоб ее» Сью. Окей, пора сдаваться.

Выйдя из класса, иду в столовку. Где меня уже дожидается Яна.

— Хе-хе, я смогла закончить раньше тебя, — довольно улыбается она.

— Ты у меня вообще большая умница, — соглашаюсь я и глажу ее по голове.

— Все хотела тебя спросить, как ты стала вдруг такой умной? И всезнайкой? — задает вопрос «подруга».

Отвернувшись от нее пожимаю плечами и говорю:

— Через 3.5 часа объявят результаты экзаменов. Пошли, убьем где-нибудь время.

Ожидая результатов, успели перекусить в кафе. Прогуляться в близлежащем парке, вместе с кучей других учеников, убивающих там свое время. Прошвырнуться по торговому центру.

В школу вернулись минут за 10 до объявления результатов. Вокруг собралась большая толпа. Вся наша параллель тут. Все ожидают результатов.

Наконец-то по громкой общешкольной связи директор объявил о том, что через минуту все желающие смогут ознакомиться со своими результатами на центральном школьном мониторе. В главном холле, на первом этаже.

Заиграла торжественная музыка.

Рядом со мной стоит «ботаник», который частенько злобно зыркал на меня в классе. Ребята из класса и параллели уже заранее поздравляют его с Первым местом. Похлопывая по плечу. Тот стоит довольный и лыбится.

И тут на экране появляются результаты. Толпа весело гудит. Каждый ищет свой результат. Спустя пару минут устанавливается тишина. Все смотрят на табло, потом на меня. А после на «ботаника».

№ 1 Филатова Кайа. Класс 8 «В».

Стою, довольный как слон. Чувствую себя опереточным злодеем, отобравшим у малышни конфетку.

Сзади меня, подпрыгивает от возбуждения и хлопает в ладошки Яна. Поздравляет меня. Она, к слову, заняла 12 место. Достойно.

Повернув голову, вижу «ботаника». Тот стоит красный, как рак. А по щекам текут слезы. Поражение не все могут принять стоически.

Хотел подбодрить его. Но тот развернулся ко мне. И зло, чеканя каждое слово, сказал:

— Ты. Украла. Мое. Место.

После чего, угрожающе придвинулся ко мне и продолжил тем же «слогом»:

— Богатенькая. Девочка. Тебе. Родители. Не. Говорили. Что. Воровать. Не. Хорошо?

Выслушав этот полу истеричный монолог, я захохотал. Не знаю, что на меня нашло. Вроде я взрослый дядька.

Вытерев слезы смеха, ответил:

— Чувак, вселенная не справедлива, да? Я просто пришла и забрала твое насиженное местечко.

После чего меня снова начал душить смех. Наверное, утреннее напряжение дало о себе знать.

Яна с тревогой смотрела на происходящее. Все с тревогой смотрели на происходящее. Кто-то пытался успокоить «ботаника». Тот, больше не сказав ни слова, развернулся и ушел прочь.

Мы с Яной тоже пошли на выход. Ребята из класса поздравляли меня. Я, в ответ, всех благодарил и всем улыбался.

— Ян, — спрашиваю я «подругу», — что имел ввиду тот тип, называя меня богатенькой девочкой? Тут же вроде как все учащиеся не бедствуют.

— Ну да… ты не помнишь, — отвечает та, — наша школа очень престижная. Многие хотят сюда попасть. Но далеко не все могут позволить себе оплату. — Есть одно исключение, — продолжает она, — ученик, занявший Первое место на переводных экзаменах, получает бонус. Победитель может обучаться бесплатно следующий год.

— И тот очкарик планировал на халяву проторчать тут весь следующий год, — бормочу я.

— Ага, — отвечает «подруга», — Этот тип считается вундеркиндом. Его даже в новостях показывали.

— Я слышала, — говорит далее она, — что он из очень небогатой семьи. И его родители влезли в большие долги. Чтобы он учился тут. Начиная с 4 класса он всегда был лучшим в школе.

— До этого момента, — уточняю я.

— Ага. Но теперь он, скорее всего, не сможет продолжать учиться тут. Ты заняла первое место. А денег на оплату учебы у его семьи нет. — Но ты не расстраивайся, — говорит Яна, — ты оказалась лучше его.

— Ага, — отвечаю я, — если кто-то выигрывает. То кто-то обязательно проигрывает.

Мы погрузились в авто и едем к дому Яны.

— Я заняла 12 место! И все благодаря тебя, Кайа. Я не перестаю радоваться тому, что ты моя подруга.

— Прекрати. Просто ты много занималась и это дало результат. Ты молодец — отвечаю я.

— Завтра после классного собрания нам надо отметить наш успех, — говорит она.

— Ага, надо, — подтверждаю я.

Подъезжаем к ее дому. Останавливаемся.

— До завтра, Кайа, — говорит она и выскользает из машины.

— Пока.

Еду домой. Размышляю.

Мой успех — это чья-то неудача, думаю я. Так будет и далее, если я планирую достичь того, чего хочу. И этот «вундеркинд» — это только первая моя «жертва». До чего странные родители у этого «вундеркинда». Поставить все на то, что парень до конца школы будет лучшим. Не представляю даже, какое давление он испытывает от этого. Ежедневно.

За этими мыслями подъезжаю к дому.

Дома. На кухне.

«Мачеха» стоит у окна, с чашкой в руках.

— Привет Кайа.

— Привет, — отвечаю ей, довольный всем я.

— Уже узнала свои результаты? Удалось пройти в 9 класс?

— Ага, удалось. Я заняла Первое место, среди параллели.

Маринина чашка с дребезгом разбивается о пол. Забрызгав все вокруг чаем.

С минуту она стоит с открытым ртом и пялится на меня. Довольный произведенным эффектом смеюсь.

Придя в себя, Марина вспыхнула:

— Ах ты маленькая негодница! Прекрати надо мной прикалываться! — негодует она.

— Почему это я прикалываюсь? — все еще смеясь, спрашиваю я.

— Ты можешь убедиться в том, что я говорю правду и только правду. Просто зайдя на сайт школы, — делано обижаясь, отвечаю ей.

— Приберись тут, — бросает мне она, а сама уносится к себе в спальню.

Ага, как посуду бить, так это ты. А как убирать черепки, — так это я! — бурчу я, подметая пол.

Спустя около двух часов.

Встречаем отца Кайи у порога.

После дежурных приветственных поцелуев, Марина тычет пальцем в меня и говорит:

— Ты не поверишь! Эта негодница заняла первое место, по результатам переводных экзаменов.

Не смотря на то, что папаша у Кайи человек исключительной выдержки, но даже у него «отваливается челюсть» от такой новости.

После ужина. В кабинете отца.

Сижу на диванчике. Слушаю, что скажет «отец».

— Я искренне поздравляю тебя, дочь. Не ожидал от тебя подобного результата! Очень тобой горжусь. Порадовала ты меня, так порадовала. За подобный успех, можешь просить о чем пожелаешь. В пределах моих возможностей, конечно.

Скромно киваю головой. Сложно чего-то просить, когда есть, натурально, все.

Впрочем, я хотел поговорить с ним о моем поступлении в другую школу. Но это завтра. Сегодня не подходящее время для этого.

— Тем не менее, есть и другая причина, по которой я хочу с тобой поговорить. — Думаю ты ее знаешь.

— Да, отец, думаю знаю, — отвечаю я, — мое внезапное участие в том шоу.

«Отец» кивает. И продолжает:

— Мы известная и очень влиятельная семья. И очень состоятельная. Все это приводит к тому, что у нас много завистников и недоброжелателей. Которые стараются при любом удобном случае причинить нам как можно больше неприятностей.

Киваю, соглашаясь.

— То, что случилось на этом шоу, было информационной атакой против тебя. Она была тщательно спланирована, — продолжает «отец» далее, — можешь даже не сомневаться. Ее целью, в конечном итоге, был я. Люди, спланировавшие эту пакость пытались унизить меня, выставив тебя в дурном свете.

— Кажется на этот раз у них ничего не вышло, — замечаю я.

— Да, они не ожидали от столь юной девушки, того, что ты в итоге устроила. Но ты допустила одну, но очень грубую ошибку. Догадываешься какую?

— Ага, впутала Его Величество в это, — отвечаю я.

— Именно. Императорская семья очень тщательно следит за своей репутацией. И мстит тем, кто пытается ее испортить. А их месть, как ты понимаешь, может уничтожить кого угодно в нашей стране.

Я киваю. Соглашаясь.

«Отец» постучал пальцами по столу.

— Ты наверное удивлена, — говорит «отец», — почему я не позвонил тебе сразу, после того, как узнал о твоей выходке?

Я скромно киваю. И тихо говорю:

— Не то слово, всю неделю ожидала взбучки.

— Дочь, за все что ты делаешь и говоришь, отвечаю я. Как твой отец.

— Бессмысленно было бы ругать тебя, все уже произошло. Плюс ко всему, ты еще не оправилась от травмы и я не хотел нервировать тебя перед важными экзаменами. Более, чем это уже смогли сделать те гады.

Я киваю, молча благодаря «отца».

— Далее, — продолжает он, — я связался с представителем Императорской семьи. Не смотря на разразившийся скандал, меня заверили, что Император не в обиде на тебя. К нашему общему счастью. Иначе бы мы уже почувствовали его огорчение на своей шкуре. Тем не менее тебе надо написать Его Величеству свое личное извинение.

— Это понятно, — отвечаю я, — сегодня же напишу его.

— Как закончишь, дашь его мне. Я его передам в Канцелярию Его Величества.

Киваю.

— Можешь быть уверенна дочь. Те, кто организовал травлю тебя, свой счет за это оплатят по полной стоимости!

Киваю.

— Отец, — говорю я, — я бы хотела завтра поговорить с тобой. У меня есть просьба.

— Хорошо. Завтра поговорим об этом. А теперь иди отдыхай. Ты славно постаралась. Я горжусь тобой.

Выходя из его кабинета слышу напутствие:

— Кайа, я прошу и требую, чтобы впредь ты ставила меня в известность ДО того, как ты устроишь еще что-нибудь.

Еще около часа потратил на написание письма Его Величеству.

На следующее утро. В авто, по дороге в школу.

Кажется пронесло. Император не обозлился. И отец не «посадил на цепь». Отдал «отцу» письмецо Императору. Сегодня с утра. С просьбой «простить засранку». Очень надеюсь, что на этом история с шоу закончится.

Чуть позже в классе.

Сидим ждем. Сейчас будет заключительный классный час в этом учебном году. После чего все отправятся на летние каникулы. А я, через месяц, на новые экзамены. Поступать в «сильнейшую» школу Москвы. Если «отец» позволит.

— Итак, дети, — говорит наш классный руководитель, — сегодня мы….

Он не договорил. Так как дверь в класс внезапно распахнулась.

И по классу полетел какой-то предмет. Который упал в задней части класса. И разбился, выплеснув какую-то жидкость. После чего все загорелось. Занавески, шкафчики с книгами, пол. По счастью никого из учеников огонь не зацепил.

Еще никто не успел отреагировать на «коктейль Молотова», как в класс ворвался некто. Приглядевшись к которому, все узнали «вундеркинда» из нашего класса. Видок он имел абсолютно безумный. Перекошенное от ярости лицо. И здоровенный фингал под глазом. И двустволку. Которую, незнамо как, протащил в школу. Прежде, чем кто-то успел сказать хоть что-то, псих выстрелил из одного ствола. Поверх наших голов. Разнеся вдребезги окно.

После чего истошно заорал:

— Всем встать у доски!!!

Что все, с воплями и визгами, и сделали. Тем более, что класс разгорался все сильнее. Яростно орала пожарная сигнализация по всей школе. Где же школьная охрана, когда она так нужна?

Учитель в панике забился в угол. Твою дивизию! Почему я не могу просто пожить роскошной жизнью богатенькой девочки??? За то время, что я пробыл в этом мире, у меня набралось всяких приключений больше, чем за мою всю прошлую жизнь. Вселенная даже не думает оставлять меня в покое.

Стоя у доски, отталкиваю от себя Яну и шепчу ей:

— Стой как можно дальше от меня и как можно ближе к двери! Псих явно по мою душу пришел. И присядь на корточки, чтобы в случае чего тебя не задело! И будь готова бежать отсюда, при первой возможности!

Яна, послушавшись меня, бочком продвинулась в правый угол класса, присев на корточки.

Тем временем псих, выискав меня глазами в толпе, поднял дуло своей двустволки. И направил на меня.

— Ты, — заорал он, — шаг вперед.

Делаю шаг вперед.

— Посмотри на меня! Это ты виновата, богатенькая девочка!

Смотрю на него. Молчу.

— Мой отец мне сказал, что я никчемный отброс. Раз не смог быть лучше, чем маленькая богатая никчемная сучка. И избил меня! Посмотри на мое лицо! Это все ты виновата, тварь!

Похоже, папаша у нашего «вундеркинда» тот еще чудак, на букву М. Хотелось бы мне сказать ему «пару ласковых»!

— Тебе все на халяву достается, ты же из богатеньких. Как и все вы!!! — продолжал он истерично орать, обводя безумным взором класс, — а моя семья была вынуждена 2 года во всем себе отказывать. Чтобы расплатиться с долгами, за первый год моего обучения тут!!!

— И вот, ты все разрушила. И еще посмеялась надо мной!!! — продолжал буйствовать псих, — ну а теперь? Почему я не слышу твоего смеха?

Надо что-то предпринимать, — думаю я, — иначе он меня точно пристрелит. Но бросаться на ружье — не вариант.

— Послушай, — говорю я, — я не хотела тебя никоим образом обидеть. Опусти ружье. Пошутили и хватит. Пока никто не пострадал, все это можно замять.

Слушая меня, со злорадной усмешкой, «вундеркинд» слегка опустил ружье.

Выдохнув, продолжаю:

— Нельзя все время побеждать. Даже такому умному парню, как ты. Жизнь она как зебра. Черная полоса сменяется белой. У тебя обязательно все получится. Будешь и дальше отличником. Может и не в этой школе. Найдешь себе девчонку, все будет тип-топ.

Кажется последнее предложение я сказал очень зря. Похоже, я задел какие-то нити, в его поехавшей голове. Которые не следовало задевать. Он сейчас меня пристрелит, — мелькнула мысль, — и я бросился на пол. Спустя мгновение раздался выстрел. Который оглушил меня.

«Вундеркинд», спешно, пытался перезарядить свою двухстволку. Трясущимися руками. За этим занятием его и скрутила прибежавшая, наконец-то, охрана.

В классе творится адЪ. Вопли и визги. Все горит. Все в дыму. Все толкаются и пытаются выбраться из класса. «Вундеркинд» дико орет, вырываясь из лап охраны. Сюрреализм. Яна подбежала ко мне. Поднимает меня с пола. Трясутся колени.

Выходя из класса оглядываюсь, боясь обнаружить кровь и тело. Но по счастью, пострадала только доска. Похоже, даже до самых тупых моих одноклассников дошло то, что стоять за человеком, в которого целятся из ружья — вредно для здоровья. Кашляем от дыма.

Нас выводят из школы. Вокруг уже полно машин разнообразных служб: полицейских, медицинских, пожарных. Над школой барражирует вертолет. Репортеры донимают всех и каждого своими вопросами.

Звоню «отцу». Сообщаю о произошедшем. Тот отвечает, чтобы я спрятался в безопасном месте. За мной уже едет. Подходит медик. Спрашивает нас о том, все ли с нами в порядке. Отвечаем, что да.

Полиция выводит «вундеркинда». Тот рыдая идет, не сопротивляясь. Родители угробили ребенка своими непомерными амбициями. Жаль.

К нам подбегает мой «отец». Обнимает меня. Задавая не оригинальный вопрос:

— Все ли с тобой в порядке?

Чуть позже в машине.

Отъезжаем от горящей школы для богатеньких. Не завидую Директору. «Отец» везет меня и Яну домой. «Подруга» звонит матери. Сообщает, что с ней все окей и что ее везет домой мой «отец». С ужасами на сегодня покончено. Надеюсь.

Глава 7

Тот же день. Позже. Дома.

Потихоньку прихожу в себя. Пью чай. С лимоном. Вокруг меня крутятся домашние. Беспокоятся о моем психическом состоянии. Это уже начинает надоедать. Меня на сегодня отключили от внешнего мира. ТВ, Интернет, телефон под запретом. Попытка моего восстания против этого решения провалилась.

— К нам едет психолог, — говорит Марина, которая до этого с кем-то разговаривала по телефону.

Ухмыляюсь, вспоминая известную фразу из «Ревизора».

Минут через 30.

К нам пришли двое.

Женщина — какой-то психолог, которую «отцу» порекомендовали. Как одного из лучших детских специалистов.

И мужик. Представился следователем. Из прокуратуры.

Ждем адвоката. Ту женщину, что была с нами в полицейском околотке.

А пока Марина отвела меня с психологом в гостиную. Дабы та смогла оценить мое психическое состояние.

Окей. Если это успокоит родных Кайи, то я не против. В конце-концов сегодня отличный день, чтобы сменить школу. Лучше даже нарочно не придумаешь. Так что вести себя надо как паинька.

Сидим болтаем. Психолог представилась Ольгой Васильевной. Выяснилось, что ее очень заинтересовал мой случай. Ага. Девочка, которая лишилась памяти. И которая внезапно стала отличницей.

Сижу, смотрю на эту самую Ольгу Васильевну. Лет, наверное, около сорока. Но на свои года совсем не выглядит. Очень ухоженна. Одета дорого и со вкусом. Лицедейка просто 80 уровня. Слушая ее болтовню, создается стойкое ощущение, что разговариваешь с девочкой-подростком. С ровесницей Кайи. Моментально втирается в доверие. И болтает, вроде бы и ни о чем. Но если вдуматься, то очень умно и каверзно строит беседу. Ловко пытаясь выудить то, что ей нужно узнать. И она бы выпотрошила, фигуральной выражаясь, Кайю. Не будь «у штурвала» я..

Короче говоря, с этой дамочкой ухо держать нужно востро. Иначе может и раскусить мою игру. Не зря ее рекомендовали, как первоклассного специалиста. Поэтому, скромно сижу. Потупив в пол глазки. И стараюсь односложно отвечать на вопросы. Не особо помогая поддерживать беседу. Почему-то подумалось, что от нее пострадал не один десяток мужчин. Которых она обобрала до нитки.

Явилась адвокат. И нашу милую беседу прервали, наконец-то.

По мнению Ольги со мной все неплохо.

— Хоть Кайа и выглядит слегка подавленной, но с ней все в порядке, — выносит вердикт психолог, — даже странно. Учитывая то, через что ей сегодня пришлось пройти. Удивительно стойкая девочка.

И дает свое дозволение на мой разговор со следователем. При этом решив остаться и послушать. О чем же я расскажу следователю.

Лисица хитрая. Кажется она «нутром почуяла», что я что-то скрываю. Что-то интересное для нее.

— Кайа, — начинает, осторожно, следователь, — расскажи, что по-твоему случилось сегодня в школе?

— Наш класс, как и все прочие помещения школы, оборудован видеокамерами. Мне нечего добавить к тому, что вы и сами можете увидеть на записях, — отвечаю я.

Следователь не ожидал такого ответа от малолетки. Задумался.

Психолог пьет предложенный ей чай и внимательно наблюдает за мной. Лисица.

— Ладно, — продолжает следователь, — а что ты можешь сказать о нападавшем. Он твой одноклассник. В каких вы были с ним отношениях?

— Господин следователь, наверняка у вас уже имеется заключение врачей о моей ситуации, — говорю я и смотрю на того.

Кивнул.

— Тогда вы знаете, — продолжаю я, — что у меня есть некоторые проблемы с воспоминаниями. Так что, того, что было до определенных событий я не помню. А после, никаких отношений у меня с этим парнем не было. Мы не общались. Но он, кажется, меня невзлюбил.

— Почему? — спрашивает следователь.

— Я не знаю, вам лучше узнать у него самого.

— Понятно, — отвечает следователь, — я так и сделаю. Свидетели утверждают, что причиной его неадекватного поведения могла послужить твоя насмешка над ним… — он не договорил, его перебила адвокат:

— Моя подзащитная — жертва. Не заставляйте ее думать, будто она несет ответственность за этот чудовищный случай. Тем более, на основе непроверенных слухов!

Психолог так же высказалась против подобных вопросов.

— Ничего страшного, — говорю я, — чтобы расставить все точки над ё, я отвечу на ваш вопрос. После того, как стали известны результаты наших экзаменов, ко мне обратился этот ученик. Негодуя, что по его мнению, я украла его Первое место. Он пафосно сказал очень смешную фразу, которая вызвала у меня приступ смеха. Я не смеялась над ним, я смеялась над тем, что он сказал.

— Ясно, — говорит следователь.

— Я не очень хорошо себя чувствую, — продолжаю я, — и мне хотелось бы пойти отдохнуть. Если у вас ко мне больше нет вопросов, то я вас покину.

— Нет, пока что вопросов больше нет.

— Окей, тогда прощаюсь со всеми вами, — говорю я, имея ввиду наших гостей. И выхожу из гостиной.

— Подожди, — окликает меня психолог, — если ты не против я бы хотела с тобой еще пообщаться. Позже. Оставишь мне свой номер телефона?

Широко улыбаясь, она выжидательно смотрит на меня.

— Окей, — отвечаю я, несмотря на то, что общаться с ней мне больше не хочется, — у вас есть визитка?

Та протягивает мне свою визитку и я набираю указанный на ней номер. После чего ухожу к себе.

— Какая интересная девочка, — сама себе говорит психолог.

Вечером того же дня. В кабинете «отца».

Постучавшись, вхожу. Сажусь на диванчик, у стены.

«Отец» внимательно смотрит на меня и спрашивает:

— Ты в порядке?

— Ага, — отвечаю я, — все окей.

— Я хотела поговорить о своей просьбе. Мы вчера об этом говорили, помнишь?

— Да, — отвечает тот.

— Я хочу уйти из своей школы. И поступить в Московский Императорский Лицей.

После моих слов повисла тишина. Прервав которую, «отец» сказал. Потирая виски.

— Я тебе обещал, что исполню твое желание, которое мне по силам исполнить. Говоря это, я думал, что ты попросишь то, чего обычно хотят девушки твоего возраста. Украшения. Косметику. Поездку на заграничный курорт. А вместо этого ты просишь у меня разрешения бросить вызов одному из трех сильнейших средних учебных заведения Империи. Я на тебя смотрю и совсем не узнаю свою дочь, — пожаловался «отец».

— Я сама себя порой не узнаю, — с улыбкой отвечаю ему я.

— Ты знаешь, что это заведение для самых талантливых учеников империи? Оно бесплатно. Со всей страны едут желающие учиться там. Ты хоть представляешь, какой конкурс там на одно место?

— Да отец. В двух 9 классах, специализирующиеся на математике и информационных технологиях, есть 3 места. На данный момент количество заявок в эти классы составляет 26 штук. 27 будет с моей. Т. е. 9 человек на 1 место. Я посмотрела на сайте лицея, прежде, чем придти к тебе.

По информации в интернете, эта школа считается одной из трех самых известных и сильнейших школ Империи. И единственной из трех, находящейся в Москве. В ней училось огромное количество будущих известных ученых, государственных деятелей, высших командиров имперской Армии и Флота.

Представил себе, на секунду, Кайю в треуголке. В комзольчике военного образца. В начищенных сапогах. И со шпагой в руке. Обрушивающую на голову презренным врагам Империи и Императора полки и батальоны отважной Армии Империи.

Но, во-первых, треуголки и камзолы уже давно вышли из военной моды. А, во-вторых, на поле боя сейчас рулят не шпаги, а танковые клинья и ковровое бомбометание. Да и вообще, я не милитарист. Тем более, что женщин в Армию не берут. Во всяком случае на командные посты. Так что карьеру в Армии я делать не стану.

— И ты надеешься занять одно из этих мест? — спрашивает «отец».

— Да, отец, — уверенно заявляю я.

— Ты просто безрассудная! Ты отдаешь себе отчет, насколько сложно пробиться в этот лицей? В те классы, о которых ты мне рассказала — особенно. Тем более девушке. Но поступить туда еще полбеды. Сама учеба в этом месте требует полной самоотдачи. До самого окончания. Я это знаю, ведь и сам окончил этот лицей. И видел, как ломаются люди, не справляясь с нагрузкой!

— Я справлюсь! — отвечаю я, сияя как начищенный самовар.

— Если ты не хочешь оставаться в своей школе и ищешь действительно сложную учебу, — постукивая по столу, говорит отец, — то почему бы тебе не поступить в московскую гимназию для девочек имени Екатерины Великой?

— По разным причинам, отец. — отвечаю ему, — впрочем, если я потерплю неудачу на испытаниях, то сделаю все так, как скажешь мне ты. Договорились?

— Ладно, — отвечает поразмыслив отец, — можешь попробовать. Все-равно тебя похоже не переубедить.

После чего «отец» открывает ящик своего письменного стола. И достает оттуда небольшую коробочку. Симпатичную такую. В которых хранят ювелирку. Дорогую.

— Это тебе, — говорит отец, — посмотри что там.

С интересом беру ее в руки. Верчу, осматривая. Маленькая коробочка закрывается на маленький замочек. Который открывается маленьким ключиком. Ключик прилагается. Открываю ключиком замочек. Внутри лежит пара серег. В виде искусно сделанного бутона розы. С бриллиантом в середине. И с изумрудной подвеской. Ловко приделанной к бутону. Идеально подходящих под цвет моих глаз. Очень красивые. Теперь их буду носить я, блин.

— Большое спасибо, папа! Они очень красивые! С радостью буду их носить! — беззастенчиво вру я.

В том смысле, что носить-то конечно буду. Потому, что я «папина дочка». Во всяком случае делаю все, чтобы так выглядело со стороны. У меня в ушах даже дырки для этого имеются. Вот только без особой радости.

— Папа, — восторженно говорю я, — я попрошу Марину помочь одеть мне их!

И уношусь из комнаты.

Я не умею серьги надевать. «Сыну моей матери» это было без надобности. До этого момента. «Мачеха» выразила свой восторг по поводу серег. После чего, ловко нацепила мне их. Я предстал перед «отцом», выражая щенячий восторг.

После. Поздняя ночь.

Все спят. Кроме меня. Сижу. Гляжу в зеркало. Кайе эти серьги действительно к лицу. «Отец» также велел одевать кольца и цепочку с крестиком. Дабы дочь богатой и уважаемой семьи, т. е. я, выглядела соответствующе.

Эх, прощай моя мужественность. Пойду-ка помяну ее. На кухне, в баре, есть большое количество отличного на вид алкоголя. Нашел там добротный виски. Судя по этикетке.

Воровато озираясь налил солидную порцию в бокал. Добавил льда. И с удовольствие выпил. Впервые за долгое время. После чего вернулся к себе. Раздевшись лег в кровать. Заснул сразу. Под действием крепкого алкоголя. Так и закончился этот сумасшедший день.

Спустя несколько дней.

Стою под душем. Наслаждаюсь прохладной водой. Смываю пот и усталость после пробежки. Сегодня с «мачехой» едем в Лицей. Подавать заявление на вступительные испытания. Вообще-то, это можно было сделать и «онлайн». Но я решил, заодно, провести разведку на местности. На сайте этого учреждения я нашел пунктик. Посвященный внешнему виду лицеистки. Которая должна быть одета в юбку. Не короче колен. Белую блузку. Туфли не должны иметь высокого каблука. Опционально можно носить женский пиджачок. Украшения можно носить «в умеренных количествах».

Короче говоря, идти туда в моем любимом прикиде, в стиле «гоп-гёрл» нельзя. По-этому, вчера, я и Марина, отправились в набег на соответствующие бутики. «Мачеха» заодно решила обновить свою коллекцию нижнего белья.

Так что решили начать наш путь с соответствующего магазинчика. Где я, в течении довольно продолжительного времени, высказывал свое оценочное суждение по поводу той или иной вещи. Которую примеряла «мачеха». Не без удовольствия. Надо заметить. Потому что, мне нравится красивое женское нижнее белье. Одетое, на красивую женщину.

И тут Марина мне заявила. Раз я буду носить блузку, то мои спортивные топы вне закона. И что мне надо прикупить соответствующего бельишка. Я пал духом. После чего удивил работницу магазинчика незнанием своих размеров. А у моей Кайи размер груди был очень даже. Учитывая ее возраст и общую худобу. Работница достала сантиметровую ленту и в примерочной кабинке измеряла меня. Обхват груди. Обхват под грудью. Обхват талии. Обхват бедер. Получив необходимые данные она, притащила ворох бельишка. Которое выбрала «мачеха».

После чего, я вновь удивил присутствующих. Дело в том, что снимать бюстгальтер, «с третьих лиц», я научился в довольно нежном возрасте. А вот одевать его. На себя. Мне такое даже в кошмарном сне придти не могло. Так что пришлось Марине помочь мне с этим. В процессе чего, мое мужское «Я» мучилось и корежилось. Как вампир, при виде Креста.

Закончив с покупками тут, двинулись дальше.

Мне всегда нравились длинные юбки на девушках. И раз ношения подобной одежды мне избежать не удастся, то приобрел 2 отличные, на вид, юбки. «Макси» размера, как назвала его работница магазина. И 2 юбки «миди». По настоянию Марины. И несколько различных блузок. Также выхватил пиджачок. Модненький. С воротничком стойкой. Закончили свой набег, выбрав мне подходящую и удобную обувь… и сумочку.

Пора вылезать из ванной.

Помимо подачи документов, сегодня запланировано снятие мерок с меня. Явится помощница швеи. «Отец» заказал для меня платья. На мое День Рождения. И на его с Мариной свадьбу.

Московский Императорский Лицей своим внешним видом не обманул моих ожиданий. Несколько учебных корпусов. И общежития для иногородних. Выглядят величественно. Расположены на огромной, ухоженной, территории. Обнесенной забором.

Вошли в главный корпус. Следуя схеме, указанной на сайте, идем к кабинету приемной комиссии. Секретарь пригласила нас войти. Войдя, поздоровались с хозяином кабинета.

Лев Моисеевич Казаков. Гласила табличка на столе. «Председатель приемной комиссии».

Счастливый обладатель огромной залысины. Роскошной бороды. И дорогущих, на вид, очков. Лет, около 70.

Поздоровавшись в ответ, выжидательно смотрел на нас.

Подойдя к столу, назвал цель своего визита и протянул документы.

Разрешение от отца, мое личное заявления на участие во вступительных испытаниях, ксерокопия свидетельства о рождении, мои результаты последних переводных экзаменов, et cetera.

В изучение которых и погрузился Лев Моисеевич. Предварительно разрешив своим посетительницам сесть в кресла, расположенные перед его огромным рабочим столом.

Что мы и сделали.

Ознакомившись с моими документами, он окинул меня взглядом. И, кажется, остался доволен моим внешним видом. За исключением «стрижки», от которой он слегка поморщился.

— Кайа Николаевна, — задумчиво проговорил он, — я знаком с твоим отцом. Достойный человек. Наш выпускник.

— Это твоя сестра? — указывает он на Марину.

— Нет, — потупив глазки и краснея, отвечает та, — я невеста ее отца.

Кивнув на это, снова обращается ко мне:

— Ты сама также небезызвестная личность. Частенько тебя показывают по телевидению.

Это точно. В добавок к развеселому шоу, в котором я принял участие, по ТВ и радио не стихает обсуждение налета на школу устроенного нашим «вундеркиндом». И это даже при том, что удалось избежать человеческих жертв.

Я настроил свой телефон так, что вызовы с номеров, не указанных в «Контактах», сбрасываются автоматически. По-этому, дозвониться до меня различные журналисты не могут. А тем, которым удается меня где-нибудь на улице подстеречь, я неизменно отвечаю «no comments». В соцсети я временно заблокировал прием сообщений. После того, как мне массово начали поступать сообщения от каких-то «прекрасных людей», в стиле:

«Зачем ты, шкура, довела пацана?»

Я человек не публичный, так что «зарылся в ил», фигурально выражаясь. И чувствую себя прекрасно. Избегая всей этой шумихи. Директора и еще некоторых руководителей нашей школы уволили. Во-первых, вскрыли замалчиваемые факты издевательств над учениками. А, во-вторых, обнаружились хищения денежных средств в крупных размерах.

Так что директор и главбух имеют все шансы заняться образованием зеков.

— Ты действительно твердо решила поступать к нам или это твоя девичья блажь? — вывел меня из задумчивости вопрос.

— Лев Моисеевич, — с улыбочкой отвечаю тому я, — я не только планирую поступить и учиться в этом прекрасном Лицее. Но так же намерена стать одним из лучших учеников тут. По крайней мере.

После этого, мы пару минут слушали громкий смех уважаемого человека.

Отсмеявшись, Лев Моисеевич уже серьезно сказал:

— Хорошо, поглядим, как ты сделаешь это. Я так понимаю, ты в курсе того, какие испытания ждут соискателей?

После чего перечислил то, что я уже изучил на сайте Лицея. Все, кроме одного. Практическое задание по информационным технологиям.

В этом году, соискатель на место в классы, специализирующиеся на математике и информационных технологиях, должен предъявить программу, написанную им самим.

Никаких конкретных требований к ней нет. Можно писать программу любой направленности. Главным критерием оценки будет функциональность и качество кода. Отдельно будет оцениваться оригинальность идеи.

— Уверена, что справишься? — лукаво глядя на меня, спросил хозяин кабинета.

— Само собой, — отвечаю я.

— Я знаю, что ты состоятельная особа, — сказал мне Лев Моисеевич, предупредив, — если вскроется факт твоего жульничества, то тебя немедленно отчислят. С позором. Так что, не вздумай нанять какого-нибудь умника, который за тебя сделает эту работу. Уровень твоей подготовки мы сможем определить сразу.

В машине. По пути домой.

Едем молча. Размышляю. Какую программу напишу для экзамена? Игру, пожалуй. Но нужно что-то такое, очень интересное, но при этом не требующее от создателя художественных навыков. Ибо рисую я, как курица лапой.

И тут в моей голове зазвучал веселенький мотивчик и в памяти всплыли слова:

«… I am the man who arranges the blocks.

That descend upon me from up above.

They come down and I spin them around.

Til they fit in the ground like hand in glove.

Sometimes it seems that to move blocks is fine.

And the lines will be formed as they fall.

Then I see that I have misjudged it!

I should not have nudged it after all.

Can I have a long one please?

Why must these infernal blocks tease?»

Я знаю, что именно я предоставлю на суд уважаемой публики. В конце-концов, все гениальное — просто. Пожалуй, надо будет узнать, как тут зарегистрировать авторское право. После чего, радостно лыбясь, закинул руки за голову и в отличном настроении доехал до дома.

Позже. Дома.

Рассекаю по гостиной в нижнем белье.

Помощница швеи крутится вокруг меня. С сантиметровой лентой. Пока не измерила меня всего. До этого, я даже не представлял себе, что подобные действия могут занять столько времени. Утомительно. После чего, приступили в выбору материала, расцветки и дизайна двух платьев.

Я хмурил брови, важно кивал и соглашался, с умным видом. Минут через 40, утвердили проект платья на День Рождения. Наконец-то. Мой выбор пал на платье с длинной и широкой юбкой, цвета морской волны. Похожее на платье для Барби. Шикарное. Вычурное. И даже слегка абсурдное. Как и вся моя теперешняя ситуация. Отлично подойдет для избалованной принцесски. Роль которой буду играть я.

В конце-концов, мне уже все-равно. После месячных. Прокладок. Бюстгальтеров. Юбок. Как говорится, сгорел сарай — гори и хата. Буду избалованной принцесской. Мой КАМАЗ — мои правила. В смысле День Рождения. Которых у меня теперь два. Крокодил Гена был не прав.

Что же касается моего наряда на свадьбу «отца» и «мачехи». Это я оставил на ее усмотрение. Пусть все будет так, как ей хочется. Ее же свадьба.

Еще час провел, наблюдая за обсуждением. В конце-концов они на чем-то остановились.

Для Марины, ее родители уже заказали платье. У какого-то местного известного кутюрье. Видел эскиз — абсолютно шикарное.

Неделю спустя.

Позднее утро. Стою перед здоровенным домом. Загородным. Я теперь тут живу. Сегодня мы переехали. Причем, безо всяких утомительных вещей. Обычно, связанных с переездом. Вроде упаковки разнообразных коробок. Перевоза мебели из одного дома, в другой. Мы просто сели в авто и переехали на ПМЖ в другое место.

Дом просто огромный. Нельзя сказать, что я стоял и глядел на него с открытым ртом. Нет. В своей прошлой жизни я был человеком из среднего класса. По меркам США. Или весьма состоятельным по меркам Родины.

И приходилось мне бывать, у друзей-коллег-и прочих, в их домах. Иногда гораздо больше и шикарнее этого.

Двухэтажный. Построенный в «классическом» стиле. Ну там, колоны разные. Лепнина. И тому подобные архитектурные излишки. Лично я предпочел бы дом в современном стиле. Но моего мнения никто не спросил. Дом находится на весьма приличной территории. По размерам. Которая огорожена высоченным забором. Металлическим. Но с претензией на художественную ценность.

Повсюду видеокамеры. На территории, помимо главного дома имеется гараж. Дом для прислуги. Домик охраны. Здоровенная баня. И деревянная беседка. Когда я представляю себе загородный дом, то в мыслях сразу возникает фруктовый сад. И Клумбы всякие. Ничего подобного на нашем участке нет. Есть много высоченных сосен. Которые создают полутень.

Если честно, мне подобное не по душе. Тоскливо как-то выглядит. Впрочем сама почва тут идеально подходит для этих деревьев. Это местечко «отец» приобрел несколько лет назад. У разорившегося промышленника. За бесценок. И пару последних лет занимался тем, что обустраивал все на свой лад. Торопился закончить все до свадьбы. Чтобы переехать сюда и перевезти свою семью. Нас. И чтобы тут ничто не напоминала о его прошлой жене. Моей «матери».

Ничто… кроме меня.

— Вот мы и дома! — радостно сообщил нам «отец», тем самым прервав мои размышления.

— Пойдем-те внутрь!

Внутри нас встретил просторный холл и широкая лестница. Ведущая на второй этаж. Не оригинально. В голове возник сюжет из сказки. ПрЫнцесска возвращается в свой замок. Ни за что бы не догадался, что мне придется быть героем подобной сказки. В роли прЫнцесски. Какая ужасная история, не рассказывайте ее детям на ночь.

Ходим с Мариной. Осматриваем новые владения. Комната моя стала больше. Розового в ней стало меньше. Неплохо. Из неприятного. Нет шикарного вида на Москву-реку. И панорамных окон. Но на цокольном этаже есть бильярд! Вот это действительно добрая новость. Там же еще оборудован полноценный кинотеатр и тренажерный зал. Неплохо.

А еще есть обслуживающий персонал. Не сказать, что толпа. Но приличное количество. Меня это раздражает. Не люблю посторонних в доме. Быть может это дело привычки.

В общем изучали мы новое место жительство довольно долго, где-то до обеда. После которого, отправился к себе. Устроить послеобеденный дрем. Я же ребенок — мне можно!

За прошедшую неделю ничего особенно не происходило. Я готовился к поступлению. Обновлял свои знания. Да занимался игрушкой. Для экзаменаторов. Яна, моя «подруга», укатила с родственниками на Сицилию. Оправляться от потрясений. История с «вундеркиндом» ударила по ее психике слишком сильно. Она меня теперь избегает.

Глава 8

Спустя несколько дней после переезда. Вечер.

Сегодня к нам приезжает мама невесты. И папа невесты. «Мачехи» моей. Этот праздник жизни я, вообще-то, хотел пропустить. Ибо дел еще много, а времени — мало. Но Марина меня изловила и заставила надеть мой «парадный» прикид. Стоим ждем гостей.

Сегодняшний день вышел плодотворным. Закончил свою практическую работу для экзамена — Тетрис. С красивой пиксельной графикой. В стиле «ретро». Самое «попадалово» получилось с музыкой. Решил, что отсутствие соответствующих знаний и опыта. А так же слуха, мне вполне может компенсировать настойчивость. Купил и скачал программу для создания музыки, и начал творить!

Потратил примерно сутки на свое музыкальное творчество. В результате чего выяснил, что свой музыкальный «шедевр» я могу творить хоть до «морковкина заговенья». И все-равно выйдет полная хрень.

На волне этой неудачи вспомнилась просьба давней подруги моей бабушки:

— Почини мне утюг, ты же программист!

Плюнул на это дело и решил сделать две версии игры. Одну версию — без музыки, для непосредственно экзамена. А вторую версию, уже с музыкой. Сотворенной с посторонней помощью. Ибо тетрис без его мелодии — это только половина тетриса. В любом случае, экзаменаторам будет интересно услышать версию с музыкой. Которая у них и засядет в голове. Наверняка добавив мне еще балл. Стал размышлять. Кто бы мог помочь мне с написанием этой простенькой мелодии? Не идти же мне за этим в Консерваторию. В самом деле.

Найдя в интернете адрес ближайшего приличного музыкального магазина, отправился узнавать, свободен ли водитель. В конце-концов в этом магазинчике мне смогут указать путь туда, где мне смогут помочь, с музыкой.

Музыкальный магазин располагался на втором этаже видавшего виды здания. На первом этаже, в банкомате, снял наличку с карты. После чего отправился наверх.

Зайдя в магазин, обнаружил двух посетителей. Дедушку и внучку. Которые о чем-то разговаривали с сотрудницей магазина. Рядом с кассой стояли 3 парня. Двое сотрудников, а третий явно их знакомый. Парни что-то весело обсуждали. С улыбкой подошел к ним. Поздоровался.

Один из ребят пристально разглядывая меня спросил:

— Тебя ведь зовут Кайа?

Моя улыбка стала еще шире. Почти до ушей.

— Ага, — отвечаю я.

Переглянувшись, троица начала бурно выражать «респект и уважуху» за то, что я устроил на шоу. Про школьный инцидент они благоразумно умолчали. После чего поинтересовались, какое же дело привело молодую барышню к ним в магазин.

Я поведал парням о своей печали.

После чего выяснилось, что все эти парни, участники музыкальной группы. Двое из которых подрабатывают тут. Тот парень, что не являлся работником магазина, уточнил, могу ли я насвистеть нужный мотивчик.

Я ответил, что могу не только насвистеть, но и «натам-тарампать».

— Я могу вам помочь с вашей проблемой, госпожа. Если… — ответил он мне, улыбнулся и выразительно посмотрел.

Я так же улыбнулся в ответ и выразительно послюнявил купюры. После чего мы отправились к одному из синтезаторов. А я позвонил водителю, сказав что он может ехать. И что я вернусь на такси.

Спустя некоторое время.

Убираю в сумочку флешку. С мелодией. А парнишка, шуршащие купюры. В карман. Все остались крайне довольны плодотворным сотрудничеством. После чего, сделали совместную фотку. На память. Хоть мелодия и получилась не «буква в букву», но вышло отлично! Пожалуй, не хуже оригинала.

Вызвал такси. Гуляю по залу с инструментами, в ожидании авто. А так как настоящая прЫнцесска не может уйти из магазина, не совершив покупку, то я ее совершил. Приобрел какую-то шуршащую погремушку. Кажется, ребята назвали это «маракасом». Ну, а что? Не рояль же мне покупать, в конце-концов.

Хотя после «реинкарнации» я, быть может, и на баяне смогу?

Забегая вперед, скажу, что у меня появилась вредная привычка. Задумавшись, я шуршал этой штуковиной. Чем доводил до белого каления домашних и прислугу. И в один прекрасный день, мой маракас бесследно исчез. Такая вот грустная история.

Наконец-то прибыли родители Марины. Стоим у входа. Встречаем. Первой заходит матушка невесты. Богатая старая птица. На ней надето всякого барахла на сумму, вероятно составляющую половину годового бюджета какой-нибудь бедной африканской страны. Из ее модной шляпки торчало перо. Наверняка из кого-то «краснокнижного». Весь наряд выглядел безумно дорого и безвкусно. Выражение лица крайне надменное.

Далее вошел папаня. Увидев которого, мне стоило огромных трудов не свалиться на пол. И не кататься по нему. Истерично хохоча. Что безусловно обидело бы Марину.

Видок он имел такой, будто ограбил музей 19 века. Одет он был во фрак, явно с закосом под старину. Галстук-бабочку. Шляпу-цилиндр. В одном глазу был монокль на цепочке. Плюс ко всему, в кармане фрака таскал часы. Круглые такие, также на цепочке. Довершали чудесный образ — пижонские усики. На вид он был лет на 10, а то и больше, моложе своей жены.

Короче говоря, эта парочка пыталась выставить себя этакими аристократами. Коими не являлись. А были оптовыми торговцами зерном. И ростовщиками.

Родители целуют дочку. Приветствуют «отца». Стою, улыбаюсь. Ожидаю своей очереди сказать «здрасьте». И оказываюсь полностью проигнорирован. Совсем. Будто никакой Кайи тут нет.

Вся «дружная компания» отправилась осматривать дом. Марина, с извинением и мольбой в глазах посмотрела на меня. Я в ответ лишь улыбнулся и пожал плечами. Идя за ними. Будь тут «старая» Кайа, то истерики и слез было бы не избежать. Как мне кажется. Ну а мне было глубоко «фиолетово» и на эту богатую старую птицу. И на ее мужа — подкаблучника.

За ужином.

На горячее подали поросенка. Фаршированного гречкой и грибами.

Родичи моей «мачехи» грузили чем-то моего «папаню» без перерыва. Тот сидел с кислым лицом. Меня все также продолжали игнорировать. Чему я был безмерно рад. Ибо не участвуя в беседе, я смог уписать изрядную часть порося. Закусывая салатиком. И запивая холодной минералкой.

Когда мы кушали десерт, разговор дошел и до меня. Старая птица поздравила моего отца с тем, что скоро у него родятся наследники. Причем от такой замечательной девушки, как ее дочь. После чего презрительно посмотрела на меня.

Я с улыбкой глядел на нее в ответ. Скривив тонкие губы, та отвернулась.

«Отец», вытерев губы салфеткой, спокойно заметил:

— Я рад, что у меня будет уже трое детей.

Особое ударение он сделал на слове трое.

После этого, данное существо доказало, что оно настоящее быдло. Заявив:

— Ну, учитывая репутацию ее матери… неизвестно, есть ли на данный момент у Вас уже родившиеся дети.

Повисла тишина.

Я уже приготовился «нанести ответный залп», как под столом мне на ногу слегка надавила чья-то нога. Я оглядел собравшихся. Марина во все глаза умоляюще смотрела на меня. Ладно, устраивать сегодня ощип этой старой птицы я не стану. Ибо несмотря ни на что, с Мариной мне еще жить и жить. Но я точно дождусь подходящего случая. Такие наезды оставлять без ответа нельзя. «Отец», уже явно с трудом сдерживаясь, ответил, что уверен точно, что я его дочь.

Впрочем, забегая вперед, скажу. Если бы я знал, какие неприятности на мою задницу, эта старая птица обрушит в недалеком будущем, а некоторые из них, абсолютно не фигурально выражаясь, то я бы прогулялся бы до кухни, взял бы топор для разделки птицы. И разделал бы эту птицу прямо тут. На глазах у изумленной публики.

После того, как «дорогие гости» отбыли восвояси.

В кабинете отца. Стою напротив клетки. С большим белым попугаем. С желтым хохолком. Вроде бы он называется Какаду. Наблюдаю за птицей.

Сзади меня обнял отец. Поцеловал в щеку и сказал:

— Не бери в голову то, что сказала эта сумасшедшая женщина. Ты моя дочь. Я точно это знаю. И очень тебя люблю. Мне приходится терпеть эту напыщенную идиотку и ее пустоголового мужа. Во всяком случае, до того момента, пока мы с Мариной не станем официально женаты. И она не разрешится от своего бремени. После чего ноги ее не будет в этом доме.

Не поворачиваясь к нему, отвечаю:

— Отец мой. Иногда, чтобы быть с тем, кого любишь, приходится терпеть его безумных родичей. И раз тебе приходится это терпеть, то и мне, твоей дочери, придется делить с тобой это бремя. Меня этим не пронять. Я даже и не думала обижаться или расстраиваться. В конце-концов не станешь же ты пинать кошку, которая на тебя шипит? Это всего лишь кошка.

Отец с удивлением и уважением посмотрел на свою дочь.

— Где ты взял этого монстра? — спрашиваю я, отдернув от клетки палец, на который нацелился большой злой белый птиц.

— Это «Капитан Флинт». Птица моего приятеля. У его внучки обнаружили аллергию на пух птицы. Так что он попросил меня взять его к себе на довольствие.

Чуть позже. В гостиной.

— Кайа, я очень извиняюсь. Моя матушка ведет себя абсолютно невыносимо, — со слезами на глазах сказала мне «мачеха».

Подошел к дивану, на котором она сидела. Сел рядом. И воспроизвел памятную сценку, из какой-то там серии «Санта-Барбары». Которую моя бабуля записала на кассету. И которую просматривала чуть ли не ежедневно. Доставляя мне душевные страдания.

Взяв ее руки в свои проникновенно сказал:

— Марина, тебе не за что извиняться. Ты — не твоя мама. Мы теперь одна семья. А дети, которых ты скоро родишь, — тут я нежно погладил ее по уже округлому животику, — будут моими братом и сестрой.

После чего, увлажнив свои глаза слезами, обнял мачеху. Скривившись от собственного лицедейства.

И ты дорогой читатель спросишь меня:

— Что это за хрень была такая, Кайа? Что это за сценка из бразильского сопливого сериала?

На что могу пока ответить только то, что недавно стал невольным свидетелем разговора, который убедил меня в том, что укреплять мои позиции в этой семье я должен как можно лучше. Иначе меня ждут трудные времена.

В конце концов Вселенная не собирается давать мне спокойной жизни.

За 3 дня до экзамена. Раннее утро.

Бегу по грунтовой дороге до озера, недавно мною обнаруженного. Настроение прекрасное. Наслаждаюсь замечательный летним погожим утром. Мое новое тело стало гораздо выносливее. Уже чуть-чуть нарастил «мясца», перестав быть совсем уж тощим. Доделал все, что планировал сделать до вступительных испытаний. И теперь просто наслаждаюсь жизнью.

Немало удивил отца, просьбой о содействии в получении авторского права на Тетрис. Не самим фактом такого желания, само собой. А тем, что я оказался способен написать его. Он пожелал своими глазами увидеть дело рук моих.

Запустил игру на своем телефоне. После чего объяснил суть происходящего. И как играть. Минут 10 наблюдал за тем, как «отец» рубится в Тетрис.

Очнувшись, тот поглядел на меня и сообщил:

— Это было увлекательно.

После чего продолжил играть, спрашивая:

— Чего я еще не знаю о своей дочери? Отличный разговорный английский язык. Продвинутое знание математики и физики, для своих лет. Теперь вот… игра. Марина итак уже твердо уверенна в том, что тебя подменили… инопланетяне. Или какие-то другие потусторонние силы.  Давно ты увлеклась программированием?

Пожав плечами отвечаю:

— Не очень.

— Что уже удалось освоить? — интересуется он.

Называю несколько языков. Не все. Чтобы не шокировать «папаню».

— Ты меня радуешь своими успехами, Кайа. Скажу честно, многого от тебя я не ожидал. Хотя тебе вполне достаточно просто быть моей милой дочерью. Но ты упорно трудишься. Я это вижу. И горжусь. Не многие дети в богатых семьях столь же целеустремленны, как ты.

— Спасибо, папа! Я, как могу, стараюсь поддерживать репутацию нашей семьи, — отвечаю ему.

Тот довольно кивнул и спросил:

— Помнишь о том, что ты мне пообещала?

Я вопросительно поднял бровь.

— Если не сдашь вступительные экзамены, то поступишь согласно моей воли.

Ага, было такое. Утвердительно кивнул.

— Так что постарайся. Я буду очень доволен и горд тобой. Если ты поступишь. Но даже если и нет, не печалься. Ты, в любом случае, достигла потрясающих результатов.

Поблагодарил его за теплые слова.

«Отец» убрал в ящик своего стола флешку с Тетрисом и документацией по-нему. Которая потребуется для оформления Авторского Права. После чего поинтересовался, есть ли у меня еще что-то.

Ответил:

— Нет, папа. Я пойду.

— Хорошо. Я дам задание своему поверенному разобраться с этим делом. И как можно скорее.

Поблагодарив его, вышел из кабинета.

Через 2 дня он мне дал документы. Подтверждающие мои права на Тетрис и все, что с ним связано.

Вернулся с пробежки.

Став невольным свидетелем окончания телефонного разговора «мачехи» с кем-то:

— … я люблю этого человека! Я беременна от него! И скоро выхожу за него замуж! Между нами давно все кончено! И больше не смей мне звонить!!!

После этого разговор видимо окончился.

А я пошел в душ. Где, смывая усталость от физических упражнений, наблюдал за тем, как по моему телу стекают ручейки теплой воды. И размышлял, к каким события может привести драматический разговор между «мачехой» и неизвестным мужчиной.

Три дня спустя. Раннее утро.

Сижу. Мне наносят макияж. Вчера вел битву с Мариной. Уверяя, что никакой макияж мне не нужен. И что меня красит моя юность. Но был припечатан словами «мачехи» о том, что я, дочь столь уважаемой семьи, не могу выглядеть, как крестьянская девка. Тем более, что экзамены в Лицей будут широко освещены на городском ТВ. Так что я, наверняка, попаду на «голубые экраны».

С чем согласился и отец.

Я оказался полностью повержен. И как говориться: «горе побежденным». По-этому, сижу и не жужжу.

Стилист оказалась весьма квалифицированной.

Так что, не стала наносить на меня «боевую раскраску», как на тетеньку за 30. А очень умело, тонкими штрихами и мазками сделала мой образ исключительно привлекательным. Не уничтожив, при этом, моей «детскости». После чего мне на голову водрузили парик. Под естественный, рыжеватый, цвет моих волос. С завитыми кудрями. Специально купленный для моего Дня Рождения. Но который было решено надеть и на вступительные испытания.

Надели серьги. Золотую цепочку. И различные колечки на пальцы. После всех этих процедур поставили перед зеркалом.

Ну что я могу сказать — класс!Не зря прикупил длинную юбку, она Кайе очень идет. Как и пиджачок. Я сам себе очень понравился в таком виде. Ну в том смысле, что моя Кайа очень милая. Да. И тут же испугался. Любители малолетних девочек не дремлют. Стоит быть аккуратным.

Подъехали к воротам Лицея.

Народу тьма. Вокруг все празднично и помпезно. Выхожу из машины. В обществе «отца», «мачехи» и двух телохранителей. Из машины сопровождения. Мои решили меня самолично проводить на экзамен. Идем в корпус, в котором будут проходить вступительные экзамены. Мило улыбаюсь каждому встречному. Юношам и девушкам. Первые улыбаются мне в ответ. А вторые, в массе своей, кривятся. Будто лимон съели. А жаль. Я девушек очень даже люблю. Короче говоря, строю изо всех сил принцесску этого Лицея. Что не всем по душе.

Вошли в аудиторию. Она напомнила мне лекционную. Из тех, что были в моем университете. В моей прошлой жизни. Длинные столы стоят полукругом, вокруг трибуны лектора. Один над другим. Места для экзаменуемых уже были обозначены именными табличками. На столе уже имелись все необходимые принадлежности для экзамена.

Нашел и занял свое место. Пожелав мне удачи, «отец» и Марина ушли. Отдал сумку и телефон охраннику. Который после этого ушел дожидаться меня снаружи аудитории. Вчера посмотрел на сайте Лицея, сколько еще человек записалось на экзамен. Оказалось, что более желающих не нашлось. Те, кто хотел записаться, сделали это заблаговременно. Я был последним.

Спустя минут 10.

Зал заполнился экзаменуемыми. Не хватало только одного человека. Вошли учителя из приемной комиссии. 5 человек. Расселись за своим столом. На трибуне.

— Ну что же, — сказал главный из них, — время! Давайте начинать экзамен…

Его прервало появление опоздавшего.

— Ппппростите, мммммогу я вввввойти? — заикаясь спросил тот.

— Быстрее, займите свое место — ответил один из членов комиссии.

И под хихиканье аудитории, тот пошел разыскивать это самое «свое место».

После того, как порядок был восстановлен, глава экзаменационной комиссии продолжил:

— Начинается вступительное испытания по предмету «Физика». Для кандидатов в 9е специализированные классы «математики и информатики». Напоминаю экзаменуемым о запрете на использование чего-либо на экзамене, кроме тех принадлежностей, что вы видите перед собой. За нарушение этого правила — ваш экзамен считается не сданным. За разговоры на экзамене — тоже самое. Подходите по 5 человек, за своими билетами. Конверты с билетами вскрываются по моей команде. На решение пяти задач, у вас есть 2 часа.

— За каждое задание начисляются баллы. Самое большее количество баллов, которое можно получить за одно задание, равняется 10.  Первые 5 человек — подходите.

Сижу. Смотрю, как экзаменуемые подходят к столу комиссии и забирают свои конверты. За своим вариантом иду в последней «пятерке». С королевским достоинством и грацией спускаюсь по ступенькам. Придерживая юбку. Вся аудитория затаив дыхание следит за мной. Включая членов приемной комиссии. Я единственный тут представитель женского пола.

Чуть не навернулся на последних ступеньках. Вот было бы шоу. Все-таки надо не только идти с гордо поднятой головой и лыбой. Но и под ноги смотреть.

Подхожу к столу. Удостоверяю свою личность. И грациозно, по-крайней мере постарался сделать это грациозно, беру один из оставшихся на столе конвертов. После чего говорю громким голосом. Играя на камеру, для журналистов. Которые снимают все происходящее. И устраивают из экзаменов что-то вроде реалити-шоу. Типа «Дома 2» или «За стеклом».

Очень популярного, между прочим.

— Билет номер 17.

Сказав это, ухожу на свое место.

Когда все получили свои варианты, глава комиссии громким голосом объявил:

— Вскрывайте конверты! Экзамен начался!

Вскрыл свой конверт.

В своей прошлой жизни, мне не приходилось бывать на школьных олимпиадах. Но, я уверен, задания из моего билета легко смогли бы посоперничать с олимпиадными в плане сложности. Плюс ко всему, для решения нужно проявить нехилую смекалку. И внимательность. А так как размышлять над сложными задачками я люблю, то экзаменационные задачи я решал с большим удовольствием. Без нервов и стресса. В конце концов, я в этот Лицей поступаю ради собственного удовольствия. И чтобы потроллить местную достопочтенную публику.

Для вашего развлечения привожу одну из моих задач.

При нагревании трёх молей гелия давление p газа изменялось прямо пропорционально его объёму V (p = bV, где b — некоторая неизвестная константа). На сколько градусов поднялась температура гелия, если газу передали количество теплоты = 300 Дж?

Сижу. Вывожу ручкой аккуратные символы.  Жаль что у меня нет пера. Гусиного. Оно бы отлично довершило мой образ.

Напротив меня встал оператор с камерой. Снимает то, как я решаю задачи. Повернул голову и, улыбнувшись камере, помахал рукой. Время от времени на меня все присутствующие кидают взгляды. Мое присутствие в аудитории снизило концентрацию внимания на заданиях процентов на 50.

Интересно, что бы они сказали, узнав о том, что я мужик. По крайней мере был им. В прошлой жизни. Представив это — рассмеялся. Чем вызвал всеобщее удивление. И неудовольствие у экзаменаторов. Некоторые из которых, видимо решили, что я смеюсь над Лицеем.

После того, как время вышло, я передал комиссии свое решение. В специальном конверте. Так же присутствующем на столе. Похоже, мои конкуренты не воспринимают меня всерьез. Видимо решили, что юная богачка с жиру бесится и тешит свое ЧСВ. Ну, в общем, так и есть. Только вот я бы не стал недооценивать меня. На вашем месте.

И с чувством выполненного долга вышел из аудитории. К поджидавшему меня охраннику. Пойду в местный кафетерий. Перекушу, перед вторым экзаменом.

Сижу на террасе кафетерия. Пью чай. Ем тортик.

Подходят 3 парня. По виду учащиеся Лицея. Что они тут делают, на каникулах? Охранник хочет преградить им путь ко мне. Знаком руки останавливаю его. Парни подходят. Здороваются. И спрашивают разрешения сесть за мой столик. Царственным жестом дозволяю.

После того, как пацанчики расселись, и представились, один из них поинтересовался:

— Госпожа, ходят слухи, что вы пробуете сдать экзамены на поступление в наш класс, правда ли это?

— В ваш, это в который? — уточняю я.

— В класс математических и информационных искусств.

Искусств? Это они нормально придумали.

— Да, сдаю экзамены именно туда.

Парни переглянулись.

— Если вы поступите к нам, то станете второй девушкой в классе.

— А что, у вас есть еще кто-то моего пола? — уточняю я.

— Да, Снежная Королева.

Ну ничего себе. Надо будет заценить эту Королеву.

Доедаю тортик. Допиваю чаек.

— Господа, — говорю я парням, — спасибо за вашу компанию. Меня ждет экзамен. За сим — прощаюсь.

Вставая из-за стола добавляю:

— Меня зовут Кайей, запомните мое имя. Я буду учится или в вашем классе или в параллельном. Пока.

Парни, офигев от такой самоуверенности, проводили меня взглядом. С открытыми ртами. А парни-то не обычные «задроты». И вида здорового. И со спортом, видимо на «ты». Молодцы.

После экзамена по русскому языку я набрал отцу и попросил его меня забрать. В ожидании его гуляю по территории Лицея. В шаге от меня, позади, идет охранник. Красиво все. Ухоженно.

Экзамен был такой же, как и переводной. Теоретическая часть и практическая — диктант. Только сложнее. Пришлось неслабо попотеть.

Позже, дома.

Принимаю контрастный душ. Смываю с себя макияж и возбуждение от пережитых впечатлений. Мне нравится такая жизнь! Очень нравится! В своей прошлой жизни, начиная с выпускного класса, я вкалывал как «Папа Карло». Чтобы кем-то стать. Практически без отпусков. Чем, в немалой степени подорвал свое здоровье. И когда я уже добился более-менее устраивающей меня должности и уровня доходов — я умер.

От работы кони дохнут! И не только они, что я доказал своим примером. Так что, после того, как я проживу свое «повторное детство», надо занять какую-нибудь не пыльную должность в одной из компаний отца. А для этого мне надо быть него на хорошем счету. И вообще быть его «любимой дочкой».

И еще было бы неплохо, чтобы Кайа стала наследницей отца. Унаследовав его титул. Хотя это будет непросто. Во-первых, Кайа — девочка. А во-вторых, я похож на мать Кайи. Как две капли воды. Разве что ростом и некоторыми незначительными чертами — в отца. И каждый раз глядя на меня, он вспоминает предательство своей бывшей жены. Что не добавляет мне очков в будущей борьбе за наследство.

Никаких «своих компаний» я основывать не собираюсь. Ибо это снова годы каторжного труда. Снова подрыв здоровья. Это мы уже проходили. Тем более, что никаких проблем с деньгами у меня нет. И не предвидеться.

Помимо карты, на которую переводятся ежемесячно мои «карманные деньги», у меня есть мой счет, который открыл на мое имя «отец». Отец у Кайи мужик что надо. Позаботился о безоблачном будущем своей дочери. Помимо колоссальной денежной суммы на счету. По которой еще и неплохие проценты капают. Он положил на депозит немалое количество различных акций. Так что даже бездельничая, я буду жить очень недурно. Хотя совсем уж бездельничать мне не даст моя деятельная натура. И Вселенная. Которую забавляет похоже играть мной, как с марионеткой.

Выключил воду. Вытираю свое тело. Смотрю на себя в зеркало. Кажется и я и тело Кайи примирились друг с другом. Окончательно.

Вечером того же дня.

Рассказал своим домашним о том, как прошел первый день моих экзаменов. Отец с удовольствием посмотрел на меня. А Марина аж захлопала в ладошки. Как Яна. Интересно, как она там? Давненько я ее не слышал. Кстати, меня сегодня по ящику показывали. Крупным планом. На экзамене.

После разговора с домашними отправился играть в бильярд. Жаль, нет второго игрока. Отец не любит эту игру. Часок покатав шары, я пошел спать. Завтра с утра меня снова ожидает пытка макияжем.

Следующим утром. После душа и легкого завтрака.

Меня снова мучает тетенька-стилист. Марина себя не очень хорошо чувствует и отлеживается в постели. Так что моя мордашка полностью отдана на откуп этой, очень умелой, женщине. Сижу. В зеркало гляжу. Как говорится, человек может вечно смотреть на то, как работает другой человек. Слегка волнуюсь, по-поводу предстоящего экзамена. Вернее на счет презентации своей программы. В виде которой и будет проходить экзамен по «Информационным технологиям». Нужно будет показать достопочтенной экзаменационной комиссии функционал программы. И программный код. Ответив на их вопросы.

Большая часть оценки работы — субъективна. И если меня захотят топить, по шовинистическим мотивам, то тут проделать это будет удобнее всего. Вообще-то, я ничего не имел против мужского шовинизма. Раньше. В прошлой жизни. И даже, каюсь, частенько им грешил. Ну, мог там, например, хлопнуть по чьему-то, крепкому или не очень, заду. Чисто из хулиганских побуждений. Или отпустить шуточку в адрес какой-нибудь барышни. И так далее и тому подобное. Но теперь-то, я ярый противник этого самого шовинизма. И не желаю, чтобы какой-нибудь упырь шлепал по уже моему заду.

Таким вот я оказался человеком. Не стойким в своих убеждениях. Так как с шовинизмом я поделать ничего не могу, то и волноваться по этому поводу — бессмысленно.

Презентация, как процесс, также не вызывает волнения. Я в прошлой жизни провел их более, чем хотел бы. А вот то, что мозговитые ребятки могут обскакать мой Тетрис, вот это меня по настоящему встревожило. С точки зрения развлечения и коммерческой выгоды, эта штука, если и не гениальна, то очень близка к тому. Чего не скажешь, о чисто программной части. Она проста, как грабли. Возможно, стоило идти на это «шоу» с другим номером.

Детишки, конечно, еще детишки. Но, во-первых, исключительно толковые. А, во-вторых, готовились к поступлению в Лицей сильно загодя. Так что, вполне могут вырыть «волчью яму» для меня.

По-поводу математического экзамена — не переживаю. Даже наоборот. Баллов я наберу точно не меньше, чем мои конкуренты. Может быть. Наверное. Эх, волнение. Это приятно. В умеренном количестве.

После того, как покрасочные и прочие работы над моей внешностью были завершены, я поблагодарил стилиста. И та, получив причитающийся гонорар, убыла восвояси. А я заканчивал последние приготовления, перед поездкой на экзамен. Юбку, по настоянию Марины, одел более короткую. Ту, что она сама для меня выбрала. И туфли, что подарила мне сестра моего «отца». Моя «тетя». Специально на экзамены. Чувствую себя в них, как корова на коньках. С непривычки. Да и не подходят они, если честно, столь юной девушке, как моя Кайа. Хотя и являются, в своем роде, произведением искусства. Впрочем, иного мне подарить и не могли.

«Отец» порывался проводить меня на экзамен лично. Но я попросил остаться его с «мачехой», играя свою роль «заботливой падчерицы». Той хреновато. А меня он и по ТВ увидеть сможет. Благо репортаж с места событий телевизионщики ведут прямой.

В Лицее.

Экзамен по математике проходит в той же аудитории, где вчера сдавали физику и русский язык.

Никаких отличий от экзамена по физике не было. За исключением того, что главным в комиссии был лично Лев Моисеевич. Чего не было вчера.

И директор лицея почтил нас своим присутствием. Произнеся пафосную речь. Для телевизионщиков, в основном. Наполненную самопиаром и восхвалением Лицея. Жемчужины средних учебных заведений Империи. По его словам. Короче говоря, распинался он минут пять. Переливая, из пустого в порожнее.

Единственным запоминающимся моментом в его речи, было то, что он, видимо подавившись слюной, зашелся в приступе кашля. И ему, кто-то из приемной комиссии яростно захлопал по спине. После чего, прибежавшая секретарша, дала ему бутылку с водой.

В рядах экзаменуемых, я заметил таких, кто изо всех сил боролся со смехом, при виде этого конфуза. Ибо те, кто посмел бы рассмеяться, в Лицей не поступят. Можно не сомневаться.

Когда все речи были произнесены и директор занял место на верхотуре аудитории, дабы, как горный орел, обозревать одно из главных таинств Лицея, глава приемной комиссии начал вызывать нас по 5 человек.

За конвертами, с билетами.

Все так, как и вчера.

И как вчера, я пошел в последней пятерке. Или в последней двойке, если точнее.

Получив свои билеты и рассевшись по местам, ожидаем.

Лев Моисеевич встал, обвел взглядом аудиторию и громовым голосом объявил:

— Вскрыть конверты! Да начнется экзамен!

Решив три из пяти задач, я потянулся. Зевнул. Обводя взглядом аудиторию. Все экзаменуемые сидят, что называется, «в мыле». С напряженными лицами. Решают.

Между рядами ходят члены комиссии и следят за тем, чтобы никто не мухлевал. Вообще-то, тут все контролируется камерами. Но видимо, учительский контроль — дань традициям. Типчик, который следил за экзаменуемыми моего ряда, хмуро посмотрел на меня и неодобрительно покачал головой. Не понимая, чего это я такой счастливый.

После того, как была решена четвертая задача, со мной приключилась беда. Я захотел пи-пи. При чем не просто захотел, а ЗАХОТЕЛ! Так что выражения моей моськи, когда я решал задачу номер 5, кардинально отличалась от того, которое было до этого «прекрасного момента». Я был на пределе. По лицу стекал пот. Решив задачу и не проверяя, все ли правильно я сделал и нигде ли не накосячил, я с напряженным лицом пополз в сторону экзаменационной комиссии. Сдаваться. Чем вызвал в ее рядах немалое удивление. Похоже, это был первый случай на их памяти, чтобы кто-то раньше времени торопился сдать свое решение.

Но мне уже было все равно, ибо прослыть «обоссавшейся прЫнцесской», мне не хотелось категорически.

Отдав свое решение, я на максимальной скорости, выпучив глаза, покинул аудиторию. Оставив за собой удивленную публику. При этом, наверняка попал в кадр. Наплевать.

Позже.

Ожидаем начала последнего экзамена. Финал, так сказать. Настроение пасмурное. Технический персонал раскатывает на стене здоровенный экран. И настраивает проектор. Приготовили 3 ноутбука для экзаменуемых. 2 из которых были резервными. На случай, технических неполадок.  После того, как все приготовления были окончены, а уважаемые люди из комиссии прибыли и расселись, объявили о начале «шоу». Нас всех вызвали к столу комиссии. На котором стоял какой-то мешочек. Лев Моисеевич торжественно объявил, что мы будем выступать в порядке очередности. Который определится по воле жребия.

Нам предложено, по очереди, подойти к мешочку и получить свой номер. Я подошел последним и вытащил оставшийся пластиковый контейнер с бумажкой, на которой был написан мой номер. Контейнер был похож на «Киндер Сюрпризовский», в котором лежит игрушка. Мой номер 4.

Экзаменуемого с Первым номером пригласили готовится. А всех остальных, занять свои места в аудитории. Первым номером шел парнишка, который вчера задержался. И который заикался. Видок он имел такой, будто прямо сейчас упадет в обморок. В конце концов, быть умным — это одно. А выступать на публике, особенно не имея такого опыта — совершенно другое.

Я подошел к нему. Похлопал по плечу и улыбнувшись, сказал:

— Не переживай, у тебя все получится. Просто продемонстрируй свое творение.

Парень посмотрел на меня, с открытым ртом.

После чего застенчиво улыбнулся в ответ и с видом, будто «вам улыбнулась Богиня, уверенность +100», отправился к ноутбуку. Выглядя при этом гораздо спокойнее. Этот момент, кстати, показали по ТВ. Крупным планом. Сопроводив словами о дружбе и взаимоподдержки среди кандидатов в Лицей. Очень скоро я пожалел о том, что решил морально поддержать этого типа. Аккурат в тот момент, когда на здоровенном экране я увидел то, что он приготовил для экзамена.

Шахматы.

Я не любитель этой игры. И играть не умею. Различных вариантов компьютерных шахмат, я видел не много. Но, у меня была абсолютная уверенность в том, что вариант, который предложил этот парнишка — один из лучших. В обоих известных мне мирах. Шахматная программа обладала прекрасной трехмерной графикой. И не менее прекрасной анимацией фигур и их ходов.

В зале повисла тишина.

После молчания, продолжавшегося некоторое время, Лев Моисеевич сказал, обращаясь к кому-то на верхотуре:

— Игорь Степанович, вы у нас большой мастер и любитель шахмат. Не желаете сыграть партию?

После чего, со своего насеста, спустился сам «большой мастер и любитель шахмат», Директор Лицея. Ему предоставили стул. И подождав, пока директорская задница на него усядется, любезно пододвинули ноутбук. Присутствующие в аудитории весьма продолжительное время наблюдали за отчаянными попытками Директора спасти свою партию. И свое лицо. После того, как по шепоту некоторых, он очень неудачно ее начал.

Даже со своего места я мог видеть капельки пота, стекающие по пухлым щечкам Директора. В итоге ему, каким-то чудом, удалось свести все дело к ничьей. В зале раздались аплодисменты. Вряд ли для Директора.

После этого, тот встал со своего стула и заявил:

— Юноша, вы проделали прекрасную работу. Просто прекрасную.

Раздались новые аплодисменты, провожающие «великого гроссмейстера» на его место. Далее парнишка, со счастливым лицом, демонстрировал программный код. И отвечал на вопросы. И даже почти не заикался.

Парень Гений. Именно так. С большой буквы.

После того, как презентация шахмат завершилась, в зале возник шум. Это некоторые экзаменуемые покидали аудиторию. Видимо им стало стыдно демонстрировать свои «шедевры». После шахмат. Я насчитал пятерых.

И тут в голове всплыли слова из песни Высоцкого:

«… А крысы пусть уходят с корабля —

Они мешают схватке бесшабашной.»

Вторым номером была презентация каких-то анимированных часов-будильника. С разными «шкурками». На фоне шахмат — это было уныло. Из зала даже раздалось разочарованное «уканье». После чего парень, с красным от смущения лицом, вернулся на место. Часы были, кстати, вполне себе ничего так. Даже синхронизировались с «мировым временем». И сам код был неплох. Должен нормально баллов за них получить.

Со следующим участником вышел конфуз. Его программа «крашилась» сразу после запуска. Ее пробовали запускать на всех трех ноутбуках. 0 баллов за экзамен. И экзаменуемый, явно сдерживая слезы, умчался из аудитории. И такое случается.

Настал мой черед. С улыбочкой спускаюсь. Подходя к трибуне, у меня возникло мерзкое ощущение, будто все пялятся на мои ноги. Странно, я же любил ходить в шортах. В прошлой жизни. И меня это совсем не тревожило. Может все дело в том, что пялятся парни и мужики?

Остановившись напротив комиссии, я сказал:

— Уважаемая комиссия. Я приготовила, для вашего рассмотрения, 2 версии своей программы. Мобильную и для персональных компьютеров.  А так же с музыкальным сопровождением. И без него. Так как музыка была сочинена мною, но написана с посторонней помощью. Какую версию вы бы хотели увидеть?

Комиссия начала совещаться. После чего, Лев Моисеевич тепло улыбнувшись мне, сказал:

— Барышня. Продемонстрируйте нам версию для ПК. И с музыкальным сопровождением. В конце-концов, мы тут оцениваем ваши таланты в области программирования.

Что я и сделал. Запустив на ноуте свой Тетрис. С флешки. Аудиторию заполнил веселый, всем известный в моем прошлом мире, мотивчик. Хоть и не совсем оригинальный. И на фоне падающих блоков появились пункты меню, с веселенькой анимацией:

— Игра.

— Настройки.

— Рекорды.

— Выход из игры.

После чего объяснил уважаемой публике, как до этого «отцу», смысл происходящего и способ управления. Вся комиссия «зависла» в игре. Пришлось запускать Тетрис на всех ноутбуках. Даже Директор, заинтересовавшись, спустился на трибуну. Где попробовал мою «новинку». И «запоров» игру, уныло поплелся назад, на свое место. Уверив меня, что это было очень увлекательно.

После того, как члены экзаменационной комиссии вдоволь наигрались, потратив на это немалое количество времени, я приступил к демонстрации программного кода. Свой код я «вылизал до блеска», что называется. Ожидая очень пристрастной оценки.

Оставив комментарии, чуть ли не к каждой строчке кода. Дабы не вызвать лишних вопросов. Которые, незнамо к чему приведут.

— Программа написана очень… элегантно, — сказал, после некоторый паузы, один из комиссии, которая не нашла, к чему бы прицепиться, — вы, барышня, говорили что у вас есть вариант и для мобильной платформы. Будьте любезны, позвольте нам взглянуть на код Тетриса для телефонов.

Гады. Не смогли прицепиться к одной версии моей программы, пытаются найти косяки в другой. Фиг вам.

— Конечно, — отвечаю я, — демонстрируя код Тетриса для телефонов.

И тут их ждало разочарование. Которое они выразили словами:

— Вам прекрасно удалось портировать вашу программу на иную платформу. Поздравляю. В наше время юные девушки столь умны… спасибо, можете возвращаться на свое место.

Что я и сделал, предварительно поблагодарив экзаменационную комиссию. И получив свои порцию громких аплодисментов.

Далее прошли еще 4 презентации, на которых не было представлено ничего способного конкурировать с шахматами или Тетрисом.

После чего был объявлен перерыв. И я пошел выпить чайку в кафетерий. Сижу. Пью чай. Никого не трогаю. К моему столику прибыла нехилая толпа народу.

Охранник вознамерился было вывести меня из кафетерия.

— Побить хотят, что ли? — пронеслось в голове.

Оказалось, что нет. Это были зеваки и болельщики, из числа учеников, для которых в Актовом зале, на здоровенном экране, транслировали происходящее на экзамене. Выяснилось, что пришлые захотели получить от меня копию Тетриса на свои телефоны. Мне не жалко. Получите — распишитесь. Так что я, с милой улыбкой, распространял «свое» творение среди лицеистов.

Этот процесс занял приличное количество времени. И я опоздал к началу нового раунда презентаций.

Того, что ребятки начнут бесконтрольно распространять мой Тетрис по Сети, на халяву, я не опасался. В Империи, в отличии от той России, в которой я жил в прошлой жизни, за пиратство присуждались такие штрафы, что пиратства, как такового и не было. Во всяком случае, в привычном нам всем масштабе. Тут не получиться скачать с торрента то, за что не заплатил. Во-первых, нет в свободном доступе. А, во-вторых, торрентов вообще нет.

Закончив с раздачей Тетриса всем желающим, вернулся обратно. В аудиторию. Старая не «цокать» каблуками, занял свое место и наблюдал за происходящим. Ребята демонстрировали, в основном, игровые программы. Чего и стоило ожидать от подростков.

Это были «каверы» уже существующих и довольно простых игрушек. Ничего особенно интересно и волнительного, как было в случае с шахматами, я не увидел. Качество кода тоже было не самого высокого уровня. Хотя и существенно выше того, чего можно было ожидать от детишек.

За одним исключением. Один из экзаменуемых предоставил на суд комиссии программу, которая конвертирует различные текстовые форматы. Практически во все тут существующие. Очень практичная и удобная программа. И будь качество ее исполнение повыше, я бы всерьез обеспокоился.

После того, как экзамен подошел к концу, снова взял слово Директор. Который поведал, изрядно уставшей за сегодняшний день публике о том, что он очень рад тому, что столько талантливой молодежи в этом году пробует поступить в его лицей, et cetera.

После того, как нас, наконец-то, выпустили.

Вечереет. Попросил охранника вызвать авто. Прогуливаюсь по территории, разминая затекшие от долгого сидения мышцы. До чего же неудобно ходить в этих туфлях. Настоящая пытка. Ко мне, запыхавшись, подбегает создатель шахмат.

С волнением и слегка заикаясь говорит:

— Ббольшшое ттебе сппасибо! Ббез ттебя, уу мменя нничегго ббы нне пполуччилоссь.

Ответил ему:

— Будь увереннее в себе, ты очень талантлив. И тебя, впереди, ждет большое будущее!

Покраснев, сказал мне что-то не очень разборчивое и, попрощавшись, убежал. Надо будет обратить на него внимание «отца». Производителям «умного» оружия толковые программисты всегда ко двору.

Через 2 недели будут объявлены результаты и станет ясно, кто прошел. Практически уверен, что занял одно из трех свободных мест. От размышлений меня отвлек охранник, сообщивший, что машина подана.

Глава 9

За неделю до моего Дня Рождения.

Утро. Идет дождь. Бегаю на беговой дорожке. Дома. В спортзале.

Моим Тетрисом заинтересовались. Что было вполне ожидаемо. Я даже отключил «автосброс» вызовов с «неизвестных» номеров. Дабы те, кому надо, смогли дозвониться.

Через день, после окончания экзаменов, со мной связались из секретариата заместителя директора отдела разработок мобильных приложений Компании Диамант. Сообщив, что у того, есть «очень интересное предложение». Для меня. Тетенька-секретарь поинтересовалась, могу ли я заскочить к ним на «огонек» прямо сегодня. Со своим опекуном. И порывалась прислать за мной авто.

От чего я отказался. Сославшись на то, что, во-первых, мне все это надо обсудить со своим отцом. Для начала. А, во-вторых, я предпочитаю ездить на семейном авто. На чем мы и попрощались. Прежде, чем повесить трубку, я уточнил, на какой номер мне перезвонить. Для организации встречи.

Вечером, после ужина.

Я зашел к «отцу» в кабинет. И дразня Капитана Флинта, поведал о сегодняшнем разговоре.

— Хочешь сама провести свои первые переговоры? — с ухмылкой спросил «отец».

— Если ты имеешь ввиду их финансовую часть, то нет. Я всего лишь, юная девушка и ушлые коммерсанты легко обведут меня вокруг пальца, — отвечаю я, двигая одним пальцем, вокруг другого.

«Отец» кивнув, заметил:

— Очень разумно с твоей стороны.

Я не покривил душой, ибо даже с опытом моей прошлой жизни, хорошую сделку я вряд ли проверну. Так как, коммерческой деятельностью мне заниматься не доводилось. Тем более, я не в курсе, сколько реально можно вытрясти за Тетрис. И выяснить это «за 5 минут, в интернете», мне не удастся.

Короче, полезу в ту часть контракта, которая про деньги — разведут, как лоха.

— Но, если я не ошибаюсь, мы пользуемся услугами компании, управляющей нашими активами, — продолжаю я, — могу ли я получить в поддержку «специально обученного человека»?

Однажды я, прикинувшись серой мышкой, присутствовал при разговоре «отца» и одного «уважаемого человека». Который, по делам, заехал к нам домой. Выяснилось, что этот господин является нашим родственником. После ритуальных слов приветствий и справившись о моем самочувствии, он представился. Будучи явно в курсе того, что у меня амнезия.

— Меня зовут Юрием Александровичем. Я муж двоюродной сестры твоего папы.

— И по совместительству, этот тип управляет большинством инвестиций нашей Семьи, — с ухмылкой добавляет отец, уточняя, — твой дядя, также является главой очень уважаемой Компании по управлению активами. Большой человек.

Отец рассмеявшись, спросил:

— Хочешь вытрясти из них, все что можно?

— Само собой, — отвечаю, — я прижимистый жмот, такой уж родилась.

— Ну хорошо, я что-нибудь придумаю, — обещает отец.

На следующий день, со мной связался тот самый «специально обученный человек». О котором я спрашивал «отца».

Поздоровавшись со мной, он представился:

— Меня зовут Воробьевым Виктором Викторовичем. Я занимаюсь всем, что связано с инвестициями, в так называемый «интертеймент».

Представился и я. После чего, Виктор Викторович сообщил, что ему было поручено оказать мне всю необходимую помощь в переговорах. Особенно в финансовой их части.

Короче говоря, я должен буду «тихо сидеть в уголке и играть в куклы», пока «взрослые дяди» будут говорить о серьезных вещах. О деньгах. Что меня полностью устраивало. Я хотел развеять скуку и посмотреть на то, как делаются дела на этой «кухне». А свое личное участие в переговорах, свести к чисто технической их части. В конце концов, умение создать «что-то» — это одно. А умение продать это «что-то», с максимальной выгодой для себя, — совсем другое.

Мы поговорили еще некоторое время. В процессе чего выяснилось, что я, со своим Тетрисом, появился очень вовремя. Ибо, с его слов, несложные азартные игры, для телефона и мобильных приставок, пользуются бешеным спросом. И продаются они не то, чтобы сильно дешевле, чем игры, требующие огромных инвестиций и большой команды разработчиков. Только в гораздо больших количествах.

Что не особо удивляет. Так как подданные Императора, в массе своей, гораздо состоятельнее граждан Федерации. Из моего прошлого мира. Подавляющее большинство подданных, может позволить себе тратить денежки на электронные развлечения. Видимо, «реформаторы и эффективные менеджеры из наших 90х» не смогли добраться до местной экономики.

По поводу того, на какой день и время назначать встречу, он мне посоветовал «промурыжить» их пару дней. Дабы сговорчивее стали. Плюс к этому, и другие Компании успеют пригласить меня. Конкуренция. Согласовав дату и время, на которые я буду договариваться о встрече, мы попрощались.

После чего, набрал номер тетеньки-секретаря и мы договорились о встрече с господином Заместителем Директора.

Я стал рыться в интернете. Пытаясь для себя разобраться, как устроен рынок компьютерных игр Империи.

Выяснилось, что основная часть рынка поделена между тремя крупнейшими Компаниями. Производящими весь спектр контента для «интертеймента». Производство музыки, фильмов, игр. Выпуск развлекательного чтива. Даже изготовление и распространение порно. А оно в Империи легально, если все актеры совершеннолетние, само собой.

Только казино им не принадлежат. У тех, насколько я понял, хозяином является Семья, о которой не принято упоминать всуе. Дабы не нажить себе неразрешимых проблем.

Короче говоря, «три кита» индустрии развлечений.

И, что для меня важно. У этих компаний имеются договора с производителями телефонов и портативных игровых приставок. Т. е., удастся договориться — Тетрис будет включен в список «бесплатного бонуса» от производителей гаджетов. А это — гарантированные бабки для меня.

Но это еще не все.

Самая вишенка на торте — это то, что объединяет эти три Компании. А именно — онлайн-сервис распространения цифрового контента. Прямой аналог всем известного «Steam'a». На этот «маленький интернет магазинчик» приходится более 80 % всех продаж электронного контента, на территории Империи. Все три Компании используют его для реализации своей продукции. Не допуская до него посторонних. У антимонопольщиков иногда случаются весьма прискорбные проблемы со зрением.

Все более мелкие компании «кормятся объедками», которые остаются после трех гигантов. Так что, если я собираюсь срубить приличное количество капусты, то мой путь — довольно безальтернативен.

После душа и легкого завтрака.

Собираюсь на встречу. Одеваю джинсы, футболку и кепку. И рюкзачок на спину. Меня совсем не радует таскать сумочку. Наряжаться, в стиле «бизнес-гёрл», мне не захотелось. Косметикой тоже пользоваться не стал. Ибо сам я не умею. А просить Марину помочь — было лень. Итак сойдет. Мне 13, в конце-концов.

Когда я выходил из дома, мне пришло сообщение. Сев в машину, прочел. От «отца». Тот пожелал мне удачи на моих первых переговорах и слегка «потроллил» меня:

— Не разбазаривай свое имущество. Не дай себя провести!

Подъезжаем к зданию компании. Дождь прекратился.

В Москве, вообще, много «корпоративных» зданий. Все-таки, этот город один из крупнейших бизнес-центров Империи. Огромное и шикарное здание. Принадлежащее Компании «Диамант». О чем сообщал нехилых размеров монумент, расположенный недалеко от входа в здание. Пошлое, но вполне подходящее название для компании, чьим бизнесом являются всевозможные развлечения. На стоянке которого, машин было немерено. Плюс толпы народа, входившие и выходившие из здания. Хотя, учитывая размеры Компании и количество направлений ее деятельности, наверное людей могло бы быть и больше.

Водитель остановился у входа в здание. И после того, как я и охранник вышли, поехал на стоянку.

Я, минуту постояв, скомандовал себе вслух:

— Ну что ж! Вперед!

Внутри здания.

Зайдя в людском «ручейке» внутрь, остановился в сторонке. Большинство людей шло в направлении и от лифтов. Осматриваюсь. На отделку Первого этажа не поскупились. Она выполнена в каком-то помпезном стиле. С претензией на шик. Вычурно. На пути людского потока расположен небольшой фонтанчик. Над котором, на постаменте установлен, огромных размеров, ЖК дисплей. На нем, сменяя друг друга, показывают «звезд» компании. Известных моделей, певцов, актеров. Et cetera.

Впрочем, подобное должно быть в порядке вещей для всего, что связано с шоубизнесом.

Прохожу мимо нескольких «переговорных». Повсюду развешены дисплеи меньшего размера. Показывают аналогичный контент. Мой путь лежит в местное кафе. С Виктором Викторовичем мы условились встретится там. Найдя которое и зайдя туда — осматриваюсь.

От одного из столов меня негромко позвали:

— Кайа, мы тут!

Повернув голову на звук, обнаруживаю двух людей. Оба в дорогих, на вид, деловых костюмах.

Одного из этой парочки, сразу узнаю — Юрий Александрович. Мой «дядя». Большой человек. И по совместительству, начальство Виктора Викторовича, с которым я тут должен был встретится.

Значит они пришли вместе.

Что сразу же и подтверждается.

— Привет, дядя! Я так понимаю, что наша встреча тут не случайна? — приветствую его и спрашиваю, улыбаясь.

— Неа, не случайна, красавица! Я решил лично тебя поддержать, это же твоя первая «большая сделка».

Смеясь, благодарю его.

— Позволь тебе представить одного из моих лучших сотрудников, — продолжил «дядя».

— Воробьев Виктор Викторович, собственной персоной, — представляет он Виктора Викторовича, — с ним тебя не надуют. Можешь считать его своим менеджером.

Мой «менеджер» оказался довольно молодым парнем. Ну может, чуть за 30. Высокий, подтянутый. Недурен собой. Тьфу ты! Что это за мысли меня посещать стали. Мне девушки нравятся! Девушки! Ясно?

После слов приветствий, мне предложили присесть. Выпить чашечку чая. Благо время позволяет. Что я и сделал, заняв свободный стул. Ко мне сразу подошла официантка с чашкой чая. С лимоном. Как я люблю.

«Дядя» уже позаботился обо мне, заказав чай заблаговременно.

Он очень занятой человек, но нашел время для меня. Впрочем, это вряд ли лично для меня. Хотя он и может считать, свою племянницу милой и все такое прочее.

Скорее всего это просто дань уважения Семье. Или, что более вероятно, лично моему отцу. Который прокручивает через его Компанию кучу бабла.

От этих мыслей меня отвлек мой менеджер:

— Поверить не могу, что концепцию Тетриса придумала и реализовала такая юная девушка. Очень хороший продукт получился. Даже дорабатывать не надо. Хоть сейчас выставляй в магазин.

Поблагодарив его, сообщил, что у меня есть еще парочка, пока еще, концептов простеньких и весьма азартных игрушек. И в скором времени я планирую их воплотить в готовые игры.

Чем вызвал неподдельное удивление. И вопросы, на тему того, когда можно будет с ними ознакомиться.

На которые ответил, что «скоро».

После чего «дядя» поинтересовался:

— У тебя же есть «карточка»?

— Ага, — отвечаю.

— Напиши номер для Виктора. Чтобы он его в договор внес.

Тут я задумываюсь. И говорю:

— Дядя, ты же знаешь номер счета папы? — спрашиваю я очевидное.

Тот кивнул.

— Тогда деньги, вырученные от Тетриса, пусть переводятся туда. За исключением твоей доли, конечно.

Дядя ухмыльнувшись, спросил:

— Все в семейную норку тащишь? Молодец.

Скромно потупил глазки.

Учитывая то, какие ресурсы тратятся на мою дорогую Кайю, будет отнюдь нелишним показать Семье свою лояльность. Я же «папина дочка», не так ли? Впрочем, уверен, что все эти бабки «папа» просто закинет на мой счет.

Допиваем наш чай.

— Нервничаешь? — с улыбкой спрашивает дядя.

— Неа, я же тут почти что на экскурсии, — со смехом отвечаю «дяде».

— Хорошо, тогда пойдем, — сказал он, вставая.

Виктор Викторович с большим удивлением посмотрел на школьницу, которая не нервничает в подобной ситуации. И хмыкнул, вставая из-за стола.

И мы пошли.

Небольшая толпа. Стоим, ждем лифт. Тут их 6. Как я понял, 3 из них ходят на четные этажи, а 3 других — на нечетные. Зачем так сделали — загадка.

Двери открываются, выпуская пассажиров. И тут я замечаю знакомое лицо. Которое тоже замечает меня. И это «лицо» уже либо восстановилось. Либо хорошо сработала косметика. И стоматолог, которые вставил зубные импланты. На меня, остановившись и, загородив вход и выход уже начавшим возмущаться пассажирам, пялилась красотка. Главарь «трио идиоток», изгнанных из школы, за «все хорошее».

И ее маман.

— Ты! — указав на меня пальцем, прошипели мать и дочь.

Они сделали это так синхронно, что мне показалось это результатом долгих совместных тренировок.

— Я, — спокойно глядя на них, отвечаю я.

— Что ты здесь делаешь? — зло спросила Падший Ангел.

— Мои дела тут, никак с тобой не связаны. Так что и отвечать тебе мне лень. Не стойте на дороге, вы мешаете выйти и войти.

После того, как те убрались с дороги, мы вошли лифт.

Я услышал:

— Ненавижу тебя! — выразила свою любовь ко мне милый Ангел.

В момент закрытия дверей лифта, я почти пропел ей строчку из песни «КиШа»:

— Мне наплевать! Я твоей злости не боюсь!

Ответа я не услышал, так как двери лифта закрылись и мы поехали.

Интересно, она все еще модель?

— Ты знаешь эту девушку? — слегка ошалев от разыгравшейся сценки, спросил дядя.

— Немного. Это Падший Ангел. Она училась со мной в одной школе.

— Разве это не та девушка, с которой ты подралась в школе? Я смотрел видео того пришествия — спрашивает мой менеджер.

— Да, это она, — подтверждаю я.

Вышли из лифта на 16-м этаже. На стене висит табличка, гласившая, что мы оказались во владениях Отдела разработок мобильных приложений.

Идем по коридору. Останавливаемся у двери с табличкой: «Приемная заместителя директора отдела мобильных приложений». Постучавшись, открываю дверь. После чего, вся наша кампания оказывается в этой самой приемной.

— Здравствуйте, — говорю я, представляясь и представляя моих спутников.

— Мне была назначена встреча с… — тут я кидаю взгляд, на табличку на двери, — Александром Владимировичем.

— Одну секундочку, — отвечает секретарь, — я сообщу господину заместителю директора о вашем визите.

После чего, поднимает трубку своего телефона и сообщает шефу о нас.

— Проходите, пожалуйста, — говорит секретарь.

Что мы и делаем.

Охранника я попросил дожидаться меня тут, в приемной. На диванчике. Ему тут будет не скучно, в обществе красотки-секретаря.

Войдя внутрь, оказываемся в большом и шикарном кабинете.

Тут сделано все, чтобы показать богатство и успех хозяина кабинета. И Компании, в целом.

Большой Т-образный стол, из какого-то дорогого, на вид, дерева. Шикарное кресло для замдиректорской задницы. И весьма недурные кресла, для посетителей. Подчеркивающие, однако, что они посетители. А вполне возможно — просители.

Панорамные окна, из которых открывается прекрасный вид на город. Помимо основного кабинета, тут имеется еще одно помещение. В которое открыта дверь. Комната отдыха, для ЗамДиректора. Насколько я понял. Со здоровенным ТВ и диванчиком. Из того, что возможно было разглядеть.

На встречу нам идет, улыбаясь, Александр Владимирович. Заместитель Директора Отдела мобильных разработок Компании «Диамант».

Собственной персоной.

В книгах частенько встречал фразочку, мол, у того или иного человека — вместе с улыбкой на лице, также «смеются» глаза.

У господина Заместителя Директора, глаза не «смеялись».

Абсолютно дежурная улыбка, за которой не было видно никакой радости.

Пожив в Штатах, я научился «видеть» подобную игру. Там такое поведение — норма жизни.

Сам же ЗамДиректора представлял из себя толстячка. Небольшого роста. С большим пузом. И залысиной. Лет 50.

И в модненьком костюмчике. Отлично бы выглядевшем на ком-то, атлетического телосложения.

Он мне напомнил бульдога, готового вцепится тебе в задницу. Мертвой хваткой.

Впрочем, кто-то другой и не подошел бы на эту должность.

— Кайа Николаевна, рад Вас видеть! — радостно сообщает мне Хозяин офиса.

— Виктор Викторович, — продолжает он же, — и Вы тут! Прекрасно-прекрасно! Давно Вас не видел!

— Здравствуйте, Александр Владимирович, — поздоровался в ответ мой менеджер, цветя как майская роза. Что тоже было игрой на публику.

Эти двое, похоже, неплохо знакомы. Что, впрочем, не удивительно. Работают-то они в одной сфере.

— Позвольте Вам представить моего Шефа, — продолжает менеджер, — Феоктистов Юрий Александрович.

— Здравствуйте-здравствуйте, Юрий Александрович! — трясет руку моего дяди этот тип, после чего представляется сам.

— Кайа — моя племянница, — отвечает на невысказанный Заместителем Директора вопрос мой дядя, — так что я решил, что для нее комфортнее будет, чтобы кто-то знакомый ее сопровождал.  Это ее первые переговоры такого рода. Ну вы понимаете.

Хозяин кабинета важно покивал, показывая, что все понимает. И пригласил нас занять кресла. Что мы и сделали.

Мой менеджер уселся с другой стороны стола, напротив «дяди». Я, на следующее кресло, после «дяди». А Замдиректорская задница уселась на свое место, во главе стола.

Смотрю на Хозяина кабинета и понимаю — тот разочарован. Он рассчитывал на то, что приеду я. С «мамой», например. И, играя на чувстве собственной значимости, очень юной и, незнающей «что почем», богачки, заключить с ней выгодную для себя сделку. Но не выгодную для нее.

— Кайа Николаевна, — обратился ко мне он, — я видел ваш Тетрис на экране ТВ. Но мне еще не довелось, что называется, «попробовать» его лично. Вы позволите?

— Само собой, — отвечаю ему и протягиваю флешку, — пожалуйста.

Забрав ее он поинтересовался:

— Тут обе версии? Мобильная и для ПК?

Я покивал головой.

Замдиректора открыл крышку ноута и вставил в него флешку. Запустив Тетрис, он играл минут 10. Мы терпеливо ждали.

Наигравшись, наконец, он откинулся в кресле.

— Неплохо, — сообщил игрун и добавил, — для новичка.

Мой менеджер хотел было возразить, но «дядя» остановил его взглядом.

— Как мой секретарь тебе уже говорила, — продолжил он, — у Компании, в моем лице, есть для тебя отличное предложение!

После этой пафосной фразочки, господин Замдиректора поднимает трубку и произносит:

— Оля, принеси, пожалуйста, договор… и гонорар.

И кладет трубку.

Не прошло и минуты, как перед нами разыгралась сценка. Знакомая каждому, кто хоть раз смотрел «Поле чудес».

Красивая секретарша заходит с подносом. Очень изящным на вид.

И ставит поднос рядом со мной. С некими бумагами и весьма пухлым конвертом.

«Забираете деньги или крутите барабан дальше?»

В голову закралась посторонняя мысль. Секретарь — абсолютно модельной внешности. Они, что, своих моделей заставляют работать у «высокого начальства» на «полставки»? Или только проштрафившихся?

Эту мысль прервало это самое «высокое начальство».

— Тут десять тысяч рублей. Посчитай.

Что я и делаю. Беру конверт в руки. Наполовину достаю пачку банкнот и, послюнявив палец, пересчитываю сотенные купюры.

Тут необходимо сделать пояснение. Я попытался сравнить «стоимость» местного рубля и известной мне валюты, из моего прошлого мира. Очень приблизительно. Я не экономист. В итоге выяснилось, что товаров и услуг на местный рубль, я могу приобрести, примерно тоже количество, что на Евро из прошлого мира. А сам рубль меняется на основную резервную валюту 1 к 1. Которая, кстати, не доллар США. А Международный Швейцарский франк.

Впрочем, простого обывателя валюта и ее курс мало интересуют. Ибо почти все потребности внутреннего рынка, покрываются местными производителями. Даже бананы свои. Некоторая часть Южной Америки — заморские территории Империи.

Такие дела.

И да, валюта тут не торгуется, а именно меняется. Курс определяет не рынок, а высокое имперское начальство. Что на мой взгляд — неплохо. Спекулянты обвалить рынок не смогут.

Сюрреализм. Откинувшись на спинку кресла и закинув ногу на ногу сидит малолетка, с короткой стрижкой.

Трое сидящих рядом с ней мужчин, в дорогих костюмах, внимательно следят за ее действиями. В полной тишине.

— Все верно, — задорно сообщаю я, — тут ровно десять тысяч рублей.

Все выдыхают. А я кладу конверт обратно и принимаюсь за чтение договора. Который состоял из 5 листов бумаги. Размера, примерно, А4. Потратил на чтение некоторое время. В процессе чего все еще «стояла» тишина и все пялились на меня, будто на чудо какое-то. Если «высушить», фигурально выражаясь, договор. До одного предложения. То он будет выглядеть так: «Предложенные десять штук, в обмен на все права на Тетрис».

Короче говоря, «кручу барабан дальше».

— Отличная же сделка! — заявляет мне ЗамДира и продолжает, с улыбочкой:

— По рукам?

По рогам, блин. Жук хитрый. Виктор Викторович не успевает возразить, его снова останавливает взглядом мой «дядя». Которого, похоже, интересует то, что я предприму.

Глядя печально на ЗамДира, завожу старую «шарманку»:

— Александр Владимирович, я девушка юная, и ничего не понимаю в бизнесе. Более того, мой менеджер специально пришел со мной, чтобы обсудить с вами финансовую сторону сделки.

Виктор Викторович кивает на это, а «дядя», с удовольствием, следит за происходящим.

— С моей стороны будет очень невежливо, вот так вот самой, принять решение, — продолжаю я, — по-этому, очень надеюсь, что вы и мой менеджер, придете к общему знаменателю. После чего мы подпишем необходимые бумаги.

Закончив говорить, смотрю на ЗамДира. Тот, с непроницаемым лицом, глядит на меня. Явно делая какие-то поправки на мой счет, в своей голове.

— Раз этого желает Правообладатель, то давайте мы обсудим сделку, — уже расслаблено, говорит мой менеджер.

— Само собой, — не очень-то радостно отвечает ЗамДир.

И они начали. Заняло это весьма продолжительное время. Обсуждение сопровождали фразочки, типа: «это грабеж средь бела дня!», «вы жулик!», «нет! Это вы прохиндей!» и так далее и тому подобное.

Мы с «дядей» наблюдали за происходящим. С большим удовольствием. Прихлебывая чайку, который принесла красотка-секретарь. Стороны отошли от абсолютных чисел и обсуждали мой гонорар в процентах от выручки. Причем за каждый процент бились, как гладиаторы в Колизее.

Викторович нанес «последний удар», заявив, что Компании ничего не стоила разработка этой игры. И что 50 на 50 — это по честному, в данном случае. На чем и сошлись.

При этом права собственности останутся у меня. А Компания получит эксклюзивное право на продажу Тетриса, на территории Империи. С иностранными компаниями менеджер будет договариваться сам. «Прокладка» в виде «Диаманта» тут не нужна.

Я буду получать 50 % от стоимости каждого проданного экземпляра. За минусом агентского вознаграждения Компании «дяди». Который составляет 5 %. Для меня. Это без учета налогов. А я, через недельку, когда мне стукнет 14, смогу зарегистрироваться, как самозанятый подданный. А самозанятые — налогов не платят 10 лет. С возможностью продлить этот срок. Я все это уже разузнал. Короче говоря, все тип топ.

— Еще один момент, Кайа, — говорит мне Заместитель Директора, — люди играя в подобные игры, любят друг с другом соревноваться. Ты сможешь сделать так, чтобы результаты игроков отправлялись на общий сервер?

— Само собой. Я могу сделать это в самое ближайшее время, — отвечаю ему я.

— Отлично, тогда человек из техотдела свяжется с тобой сегодня, для обсуждения деталей.

— Так, — продолжает он, — давайте подписывать наше соглашение.

Я прерываю его, покашливая.

И стараясь скопировать женское поведение, надуваю губки и заглядываю ЗамДиру в глаза. Видимо не очень получается. Но тот спросил:

— Что такое?

— Видите ли… у меня скоро День Рождения, — говорю я.

— Я все понял, тысяча рублей. С Днем Рождения.

— Пять тысяч, — сразу говорю я.

ЗамДир, явно утратив спокойствие, спрашивает:

— Почему это я тебе должен давать пять тысяч? А?

— Видите ли, — отвечаю ему я, водя пальцем по столу, — у меня есть еще несколько концептов игр. Простых и, как мне кажется, не менее интересных, чем Тетрис.  Которые, — продолжаю, — я сразу хотела представить вам на рассмотрение, минуя остальные 2 скучные компании. Которые ваши конкуренты.

После чего снова гляжу на ЗамДира, хлопая ресницами.

— Точно есть концепты? — спрашивает тот.

— Ага, — отвечаю я, с улыбочкой, — и скоро будут готовые игры.

— Ты меня грабишь средь бела дня! — повторяется он.

И беря в руки конверт с десятью тысячами, отсчитывает мне пять.

Негромко приговаривая, что-то вроде:

— Такая юная, а уже так любит деньги!

Вручив мне купюры, буркнул:

— Из-за тебя, мои дети будут голодать! С Днем Рождения!

Я кинул взгляд на фото, в рамочке, стоящее на его столе. С которой, мне счастливо улыбались: ЗамДир, его супруга и двое детей. 2 лба, лет по 25.

И решил, что сон от этого я не потеряю. Так как поголодать этим «деткам» ближайший годик — пойдет на пользу.

— Большое Вам спасибо, Александр Владимирович! — счастливо отвечаю я, пряча добычу, — давайте подписывать бумаги?

Что мы и сделали. Александр Владимирович поставил подпись со стороны Компании. А я, как Правообладатель. И мой менеджер, как мой опекун и доверенное лицо, в данном конкретно вопросе. Нотариально заверенная доверенность имеется.

Я был очень доволен тем, что сюда пришел лично. Не делегируя все Виктору Викторовичу. Ибо такое представление дают далеко не в каждом цирке. Да и вообще, полезно для моего будущего посмотреть, как обделываются подобного рода делишки.

Завершив дело с бумагами, было решено быстренько отметить сделку. Разлили шампанского. Всем, кроме меня. Мне дали какую-то газировку. Жлобы!

Глава 10

День Рождения Кайи. Раннее утро. Еду на велике, по грунтовке. У озера.

Велосипед приобрел, что называется, «с первой зарплаты». За наличку, отжатую у ЗамДира. Очень добротная «кроссовая» модель. Рама из какого-то легкого и прочного сплава. Ездить по грунтовой дороге на таком — сплошное удовольствие. У меня есть еще полчаса, после чего, нужно будет вернуться. Дела-с.

Дни Рождения в таких Семьях, как моя нынешняя, это не просто веселый праздник. Для ребенка или взрослого. А, прежде всего, повод «уважаемым людям» собраться вместе и «перетереть» о своих делишках. Ну, по крайней мере, я так понял.

Марина ясно дала понять, что на мероприятии, я должен быть неотразим. Как атомный удар. И вообще, все должно пройти тип-топ. Поскольку «мачеха» будет «дебютировать». Как будущая супруга «отца» и хозяйка нашего дома. У меня на Дне Рождения. Такие дела. По-этому, за пару дней до самого мероприятия, мы с ней посетили какой-то дорогущий салон красоты. Где мне выдирали брови. Что, к моему удивлению, оказалось практически безболезненным. Так как их помазали каким-то анестетиком.

Сделали маникюр, нарисовав на ногтях забавных котиков. Получилось симпатично. И еще какие-то процедурки, назначение которых, я не очень понял. После чего, меня отправили на эпиляцию ног и «зоны бикини».

Я пытался было протестовать. Логично указывая на то, что собираюсь на приличную домашнюю вечеринку. По случаю своего Дня Рождения. И указанные зоны оголять, для кого бы то ни было — не намерен. Протест был безжалостно отклонен. С формулировкой, вроде, прекрасная юная именинница должна быть прекрасна везде.

Где меня раздели и положили на кушетку. После чего, принялись какой-то смолой выдирать волосы на ногах и в иных местах. Чертовски болезненная процедурка, доложу я вам. И весьма смущающая. Я спросил, есть ли у них способы погуманнее. На что получил ответ, что девочкам-подросткам лазерная эпиляция — противопоказана. И вообще, красота — требует жертв.

После того, как нас сделали прекрасными — поспешили домой. Швея должна была приехать с минуты — на минуту. С моим платьем.

Чуть позже. Дома. Я, Марина и швея. В моей комнате.

Кручусь и встаю, как меня просят. Сморю на себя в зеркало. Вышло очень даже! Прекрасный «косплей» диснеевской прЫнцесски и Барби. Так сказать, 2 в 1. Правда, мне бы больше понравилось наблюдать подобное на ком-нибудь другом, а не на себе. Ну тут ничего не поделаешь, на мероприятие надену «маску Барби». Швея оказалась — настоящим профессионалом своего дела. Платье было выполнено точно по фигуре. Ничего подделывать не пришлось. Впрочем, иного и не ожидалось.

Нацепил сумочку и иные аксессуары. А так же, купленные заранее, туфельки. На маленьком каблуке. Очень удобные. Уставившись в зеркало, разглядывая свою Кайю.

Класс!

И тут я довольно громко засмеялся. Присутствующие, не видя причин для моего смеха — переглянулись. Успокоившись, я пояснил, что мне в голову пришла очень смешная мысль. Не уточнив, правда, какая именно. А мне представилось то, что моя карета обращается в тыкву. Т. е. женское тело, посреди праздника, превращается в мужское. Мое. Из прошлой жизни. Вот это было бы гвоздем программы.

После примерки — платье забрали. Не забыв поблагодарить швею.

Помимо этих событий, всю неделю, после встречи в «Диаманте» и до самого Дня Рождения, я был чем-то постоянно занят. Сначала, в тот же день, после встречи с ЗамДиром, мне позвонил технический специалист. У которого, я должен был уточнить настройки, для сетевой части Тетриса.

Чисто с профессиональной стороны, специалистом он оказался неплохим. Но, в плане устного общения — просто человек-катастрофа. После того, как я наслушался его: «ну это», «как его там», «эээээээ», «не помню как называется», «черт, забыл» — дал ему свой ID в соцсети. И велел изложить суть — письменно.

А для себя, сделал пометочку в уме. Найти и записаться на курсы ораторского мастерства. Не то, чтобы я не был доволен своей речью. Но для моих будущих планов, умение говорить красиво и убедительно — крайне важно.

После того, как окончательно закончил с Тетрисом, принялся за вторую игрушку. Которую обещал Александру Владимировичу. За Арканоид. Почему выбрал его? Просто потому, что мне нравится эта игра. И вот Арканоид, несмотря на свою простоту, пошел со скрипом.

Самым сложным, оказалось сделать интересными уровни. Над чем я и корпел, большую часть недели. И с чем я, на мой взгляд, очень неплохо справился. По-крайней мере, мне самому играть оказалось интересно. Плюс, я добавил редактор уровней. Чтобы энтузиасты сами могли порезвиться. Впрочем, прежде чем демонстрировать его, в качестве коммерческого продукта, предстоит еще немало потрудится. Чтобы все как надо.

Приглашения на праздник, мне пришлось выписывать самолично. Каждому приглашенному. А их, к счастью, было не слишком много. Торжество планировалось довольно роскошное, но для узкого круга лиц.

За полчаса до официального начала мероприятия.

Съезжаются гости. Стою у входа в дом. У парадной лестницы, кажется это так называется. Встречаю гостей. После чего, горничная провожает их в гостиную. Где их уже встречает «отец» и «мачеха». Марина, по случаю моего Дня Рождения, надела офигительное вечернее платье. Пошитое специально для нее, учитывая ее положение. Темно-синее, элегантное. С длинной, почти до пола юбкой. Без рукавов и довольно глубоким, но не пошлым, вырезом в районе декольте. И с ленточкой-поясом, охватывающую ее, над пузиком.

Плюс к этому, ей сделали офигенную объемную прическу. И она надела довольно большие серьги. Прекрасно сочетающиеся с ее голубыми глазами. В итоге образ получился сногсшибательный. А беременность только добавляла ей женственности. «Папане» придется несладко, чую. Тайных воздыхателей у нее, думаю, масса. Кайа, на ее фоне — гадкий утенок. Ну да пофиг.

Вообще-то, гостей мы встречать должны были все вместе. Но живот Марины уже не позволял ей долгое время стоять. Она быстро утомлялась.

Гостей встречаю с широкой улыбкой. И реверансом. Который специально разучил для этого случая. И который, отлично подходил для всего этого театра абсурда.

Выглядела Кайа очень мило и забавно. Я потом видел эти моменты на записи.

Гости мужского пола, слава Богу, не лезли целовать мою щеку. Ограничившись лобызанием руки. Черт с ними, руку я готов для этого предоставить. К счастью, никаких инцидентов, вроде щипка за задницу, не произошло. Все гости очень солидные и приличные люди.

Но пара не очень приятных моментов все-таки случились.

Один из гостей. Старый хрен и, по совместительству, какая-то там крупная шишка из Минобороны, проходя в гостиную, чему-то довольно лыбился, приговаривая самому себе:

— У Коли дочь, уже такая горячая штучка. Моему внуку стоит за ней приударить!

Прибыла семья, к которой, по словам «отца», я должен был отнестись с особым вниманием, уважением и гостеприимством. Он подчеркнул это несколько раз. Показав мне их фото. И назвав имена. Глава семейства, очень высокий мужчина. Лет 55. Подтянутый, в прекрасной физической форме. С вьющейся шевелюрой на голове. Он также из Минобороны. Похоже, что этот тип не только в штабе штаны просиживал. Но ничего конкретного о нем «отец» не рассказал. Намекнув, однако, что для всего оборонного концерна, который представляет «папаня», этот тип крайне важен. Так что, улыбаюсь ему, как Чеширский кот. И со всей возможной вежливостью и радушностью приветствую его. Его супруга. Которая была гораздо моложе его. Точно возраст ее определить сложно. Приятной наружности и грациозна. Одета шикарно и со вкусом. И их дети. Дочь, лет 10. Очень милая. Светловолосая и голубоглазая. В красивом винтажном платьице. Озорная на вид. Сын. Примерно 16 лет.

И вот когда я увидел этого самого сына «в живую», со мной случился когнитивный диссонанс. Моя мужская сущность или душа, как угодно, вступила в прямое противоречие с женской природой моего нынешнего тела. Я бы сказал, в открытую борьбу. Парень, конечно, определенно красавчик. Легко мог бы стать «лицом» какого-нибудь известного бренда. Высокий, очень спортивный. Кудрявый как его отец, лицом пошел в мать. Если бы кто-то сфотографировал Кайю, в первые несколько мгновений, когда она его увидела, то на фото, у нее, вместо глаз, были бы большие сердечки. Как в мультфильме.

Когда мне наконец удалось было взять эмоции под контроль, этот тип уже подошел ко мне вплотную. И взяв мою руку в свои — поцеловал ее. После чего проговорил какие-то приветственные глупости, которые я не услышал. Я вообще был в какой-то прострации и не замечал ничего вокруг. Я не знаю, каким образом я не отключился вообще и продолжал стоять и пялиться на него. Улыбка у меня была на лице такой, будто ее мне налепили на подпольной китайской фабрике. Спина покрылась испариной.

А в животе, как любят писать женщины-писательницы, — начали порхать бабочки. Чтоб их. И вообще с моим девичьим телом начали происходить не очень приятные мне вещи, связанные, напрямую, с появлением мальчика. Который очень понравился этому самому телу.

Тем временем, красавчик взял у младшей сестры какую-то коробочку и протянул ее мне. Я ее принял абсолютно механически, как робот. И кивая, будто китайский болванчик, поблагодарил за подарок. Парень поглядев на меня, забеспокоился. И спросил, все ли со мной нормально? На что я, с трудом улыбаясь, ответил, хриплым голосом и обливаясь потом, что со мной все прекрасно и что он может проследовать за горничной в главный зал.

Что он и члены его семьи и сделали.

Вернувшаяся горничная, с тревогой поглядев на меня, спросила, о моем самочувствии. Чуть было не заорал на нее. Вовремя взяв себя в руки. С трудом. И попросил принести воды.

Далее все гости для меня были на одно лицо. И встречал я их на автомате, с дежурной улыбкой.

Самыми последними явились — родители Марины. Не пригласить их на праздник было невозможно. К сожалению. Хмыкнув, мамашка протянула мне подарок. И они пошли в гостиную. Отдал его горничной, чтобы отнесла. Выкину потом, когда все уйдут.

Подарков мне надарили прилично. Я их все принимал и благодарил. После чего горничная уносила их ко мне в комнату. Позже посмотрю, что там.

Вообще-то, сделать подарок такой личности, как Кайа, у которой есть, мне кажется просто все, — нетривиальная задача. На мой взгляд. Но у «отца» получилось меня порадовать. Я как-то пошутил, в разговоре с ним, что образу Кайи недостает ручки в виде гусиного пера. И вот, на День Рождения мне, он подарил именно такое Перо. Абсолютно шикарное. Я уже попробовал его в деле. Писать им — истинное удовольствие.

Марина подарила набор какой-то очень модной у подростков, возраста Кайи, косметики. Я таким не пользуюсь, но сделав абсолютно счастливое лицо — горячо поблагодарил.

Ну что же, мои обязанности по встрече гостей — окончены. Пора идти в гостиную.

Гостиная в доме огромная. Вполне себе банкетный зал. Были накрыты два стола. Для взрослой публики. И для всех остальных. Плюс к этому были отдельные столики на двух человек. И пара комнат. Где собравшиеся могли побеседовать без помех.

Вообще-то, праздник для Кайи получался не шибко-то веселым. У подростка на Дне Рождения, по идее, должна быть толпа друзей и подруг. А из присутствующих, я знал до этого момента, только «дядю». Того, который со мной в «Диамант» ходил. Кажется, «прошлая Кайа» от такого могла бы и опечалится. Ну, а мне фиолетово. Лишь бы немногочисленные детишки не доставляли мне проблем. Развлекать их — доверили мне.

Кстати о друзьях. Мне сегодня позвонила Яна. Впервые, после инцидента в школе.

Поздравила с Днем Рождения.

Просила прощения за то, что игнорировала меня все это время. Сообщив, что как только вспоминала обо мне, в ее глазах сразу вставала сцена с поджогом и стрельбой в классе. И у нее начиналась истерика. Я ответил, чтобы не брала в голову. Я на нее не в обиде. И очень ее жду.

Впрочем, это тоже было не совсем правдой. Конечно, она милая и все такое прочее. И общение с ней я нахожу приятным. Но если бы, мы больше никогда не встретились, то я расстроился бы не очень сильно. В конце-концов, жизнь — череда встреч и расставаний. Но вот на ее маму, в баньке, я бы еще посмотрел. С удовольствием. Сообщила мне, что прилетит в Москву, через 3 дня. Очень жалела, что не попадет на мой ДР. Извинялась за это. Смеясь, ответил, что это не последний мой День Рождения.

На чем и попрощались.

Так же, впервые с того момента, как я очнулся в теле Кайи, мне позвонила «мама». Наш диалог вышел довольно скомканным. Она все время за что-то просила прощения. А я, абсолютно не знал, о чем мне с ней говорить. Да и честно, мне хотелось, чтобы этот незнакомый человек более не отсвечивал в моей новой жизни. Мне эта «мама», не нужна абсолютно. Пообещав, что я приеду к ней «как-нибудь» и попрощавшись — повесил трубку. Лучше с ней не контактировать, это может вызвать раздражение и гнев «отца». А он впадает в гнев, всякий раз, когда о ней слышит. Пускай себе живет там где-то своей новой жизнь. Со своим новым мужем. И новой дочерью. В конце концов та дочь, которую она помнит — мертва. Она мне, кстати, тоже прислала подарок — серьги. Хотел было, отдать их горничной. Она девушка небогатая, но очень толковая и расторопная. Ей они были бы очень «в тему». Но подумав решил так не делать. Носить я их не буду, но и отдавать кому-то мне показалось кощунством.

Разгар праздника. Сижу за столом. Кушаю разные вкусняшки. Никого не трогаю. Рядом сидит одна из немногочисленных барышень моего возраста, которых пригласили на праздник. Олечка. Как она мне сама представилась. Вообще-то, она и «старая Кайа» были раньше знакомы. Но, ее предупредили о том, что я никого не помню. Она меня старше на год. Ей 15. Милая и пустоголовая. Хотя, это вряд ли для нее минус. Ее папаня — миллиардер и крупный спекулянт. И по совместительству, старый приятель моего.

Болтаем.

Т.е., болтает она, а я ее слушаю, как радио. Иногда поддакивая. Разговор, само собой, о парнях. Конкретно, об одном из них. О том красавчике, от которого мне стало хреновато. И который, сидит за отдельным столиком, со скучающим видом.

Вообще-то, я должен был его развлекать. Как хозяйка праздника. Но у меня на этого типа, организм выдает какие-то неконтролируемые реакции, так что я от него стараюсь держаться, как можно дальше.

После очередной порции Олечкиного нытья, на тему того, что она очень хочет того красавчика сделать своим парнем, но понятия не имеет, на какой козе к нему подъехать, я не выдержал.

— Оля, — говорю я, — для того чтобы выиграть в лотерею, надо купить билетик. Для начала. Пойдем.

Встаю. Беру ее за ручку. И тащу за собой. Движемся в направлении ничего не подозревающего красавчика.

— Александр, — зову я красавчика, вспомнив, как того зовут, — вижу, что вы заскучали.

— Как хозяйка, — продолжаю я, улыбаясь тому, — я не могу позволить, чтобы мои дорогие гости скучали.

После чего, представляю эту парочку друг другу. И сообщаю, не ждавшему от меня такой подставы красавчику, что я уверен в том, что они вдвоем смогут весело провести время. Тот посмотрел на меня глазами, полными сомнения в этом. Пожелав созданной мною парочке, весело провести время, быстро удалился. Обратно, к общему столу. Под благодарный взгляд вновь обретенной «подруги».

Пусть сам с ней возится. Быть таким красавчиком — грех. Всегда терпеть таких не мог.

Не успел я вернуться за стол, как объявили о том, что сейчас какая-то девчачья музыкальная группа, популярная у подростков, споет несколько песенок. А так, как я — подросток и, пригласили этих девчонок, специально для моего развлечения, то я сделал очень радостную моську и яростно захлопал в ладошки. Короче, сделал то, чего от меня и ожидали.

После объявления, в зале появились участницы группы. Их было пятеро. 2 вокалистки, остальные — плясуньи. В забавных сценических костюмчиках. И при шляпках. Девчонки оказались, в моем вкусе. Стройные и длинноногие. И симпатичные. Впрочем, иные бы, вряд ли смогли пробиться в шоубиз.

Так что приготовился, с удовольствием, поглядеть на их выступление. Одна из вокалисток, поприветствовав почтенную публику с задором, поздравила меня с Днем Рождения. Присутствующие в зале — захлопали в ладоши. После того, как стихли аплодисменты, она продолжила, сообщив, что у группы для «дорогой именинницы», т. е., для меня, есть подарок. Даже не один, а целых четыре. Это песни.

И их выступление началось. Девчонки выступили шикарно, на мой взгляд. Отработав каждую копеечку их гонорара. Особенно порадовала хореография. Сто пудов, готовили номер долго и в поте лица своего. С голосом у вокалисток, тоже все было очень хорошо. Спели очень достойно, под «фанеру». Единственное, что подкачало — сами песни. Вернее, их текст. Все песни, само собой, были про любовь. Их поэта-песенника я бы сослал на каторгу, лет на 10.

Выступление длилось минут 20. Было ярким, запоминающимся и громким. Серьезные мужи, обсуждающие серьезные дела, были вынуждены пойти либо в отдельные комнаты. Либо прогуляться по территории.

После того, как они спели все, что должны были спеть, раздались громкие крики восторга и аплодисменты. В основном, от присутствующих тут подростков. А также гостей мужского пола. Ну и от меня, само собой. Я, широко улыбаясь и, взяв микрофон, сердечно поблагодарил девчонок за выступление.

И пригласил их поучаствовать на празднике, как гостей. Не знаю, как это соответствовало сценарию, но какая разница? Я так хочу! После чего, я и они, в окружении кучки подростков, — немного поболтали. Вкушая различные деликатесы.

Поболтав некоторое время со мной и остальными гостями, они откланялись. У них плотный график. Ничего не поделать, пришлось отпустить.

Но это было не последнее музыкальное шоу. Дальше выступал… угадайте кто? Да, тот самый «певец ртом». Как я потом выяснил, он даже отказался от своего гонорара за выступление. Сообщив, что это подарок мне от него. Нарцисс. Перед началом его сольного концерта и после его завершения, приглашенные дамы устроили просто громовые овации.

Я чуть не оглох.

Мужики же смотрели на этого типа без какой-либо радости. Пел этот тип тоже про любовь. А точнее, главной, была его песня, о безответной любви одной красивой рыжеволосой и зеленоглазой девушки. К популярному певцу. После исполнения, когда стихли овации, он сообщил что это песня его собственного сочинения. Его подарок мне.

Вот ведь гад. Небось потратил немало времени, чтобы придумать текст. Специально, дабы потроллить меня. После чего, подошел ко мне. И, как ни в чем ни бывало, поцеловал в щеку. Зараза. Мне оставалось только стоять и лыбиться. И благодарить. Гад. Присутствующие, наделали кучу фоток этого момента. Если их увидят фанатки — мне крышка.

Но это был еще не финиш. Какая-то гостья, вспомнив о истории с бильярдом, громко заявила о том, что мой реванш против этого типа — будет гвоздем вечера. Тем более, она уверяла, что бильярдный стол тут имеется. И она, мол, его своими глазами видела.

Это предложение многие горячо поддержали. И мне не осталось ничего иного, как сыграть 3 раунда против этого типа.

Вокруг стола столпилось приличное количество народа. Многие снимали происходящее на телефоны. В платье, катать шары — крайне неудобно. Публика безмолвствовала. До того момента, пока товарищЪ Овсянников, не выиграл первую партию. После чего, дамочки захлопали в ладошки и восторгались игрой кумира.

Мужики болели за меня.

Промочив горло бокальчиком газировки, похожей по вкусу на «Тархун», только синего цвета, приступил ко второму раунду. Который выиграл. К досаде болельщиц. От мужского пола, в мой адрес, громыхнули аплодисменты. В том числе от красавчика. И от Олечки, которая не отходила от своей жертвы. Многие из присутствующих недоумевали, где такая малолетка, как я, научилась так хорошо «катать шары».

Третий раунд, он же последний.

Я продул. Хотя и не «в одну калитку», как в Доме Отдыха.

Когда восторги утихли, этот нарцисс заявил:

— Милая барышня, надеюсь вы не забыли о том, что я никогда не проигрываю.

У него получилось, на полном серьезе, сказать эту пафосную фразу, даже не улыбнувшись. Я искренне расхохотался.

— А теперь мой поцелуй, — с лыбой сказал он, — в щеку.

— Не помню, чтобы мы играли на поцелуй, — ответил я, — но, думаю, что кто-нибудь из присутствующих здесь дам или не дам, готов это сделать за меня. Спасибо за игру.

И подмигнув ему, ушел обратно в зал. Мне даже показалось, что он был разочарован.

Спустя некоторое время.

Праздник успешно преодолел «экватор» и постепенно двигался к завершению. Возвращаюсь из уборной, обратно в зал. Внезапно, кто-то закрывает мне ладонью рот и заталкивает меня в одну из пустующих комнат. И захлопывает ногой дверь.

Придавив меня своим телом к стене и затыкая одной рукой мой рот, этот тип пытался залезть свободной рукой мне под юбку платья. Безрезультатно пытаюсь вырваться! Сильный гад. Непродолжительное время спустя, ему удается завести свою руку под мою юбку.

Пытаюсь бороться. Изо всех сил. Тип, в свою очередь, пытается просунуть свою кисть, через мои плотно сжатые колени туда, куда приличный юноша не должен совать свои руки. Если, конечно, не состоит с данной девушкой в близких отношениях. В коих, я с этим боровом не состоял! И никогда не буду!

Я узнал его. Это был высокий и толстый юноша, лет 15–17. Он весь вечер «строил мне глазки». От него разило алкоголем. Ясно, пока взрослые отвернулись, этот супчик где-то раздобыл выпивку. После которой, его понесло на сексуальные подвиги.

Ну уж нет! Хрен тебе.

Когда этот свин почти добрался до своей цели, мне удалось укусить его за палец.

Заорав от боли, он прошипел мне на ухо:

— Да не рыпайся ты, ведьма, я только потрогаю.

Я тебе, блядь, потрогаю! Скотина! Тип попытался было схватить меня за волосы. И стянул с меня парик.

После чего тупо уставился на него.

А я получил свободу действий. И врезал ему от души лбом, по носу. Свернув, нафиг, его «клюв». Повезло. Кровью и соплями не измазался.

Толстячок «отвалил» от меня и держась за свой сломанный «клюв», с удивлением уставился на разъяренную рыжую девчонку. Он протрезвел в момент. От боли, наверное. И кажется, до него стало доходить, что он пытался только что провернуть.

Мешкать нельзя. Подскочив к нему, я схватил его за ухо. Которое, крутанул со всей силы.

И приказным тоном сказал, со злостью в голосе:

— А теперь, молодой человек, мы пойдем и найдем того, кто сможет починить твой клюв! А своим родителям, ты скажешь, что был неуклюж и падая, задел носом дверной косяк!  Если же ты начнешь пороть какую-нибудь чушь, — продолжаю я, стараясь не заляпаться кровью, — то я поведаю, всем желающим, о том, куда именно ты тянул свои шаловливые ручки! Усек?

Тело закивало мне головой. В знак согласия.

— Или же мне все-таки, стоит рассказать об инциденте? — ласково спрашиваю его я.

Тот быстро-быстро замотал головой. Показывая, что не желает такого развития событий.

— Не заляпай мне платье, идиот!

Открыв одной рукой дверь, другой вытаскиваю за ухо, из комнаты, уже почти обмякшее, от ужаса тело. До него явно дошло, что дело пахнет керосином.

Выйдя из комнаты, отпустил его ухо и взяв под руку, поволок искать его родителей. Решил не раздувать сейчас из этого случая скандал. Ибо последнее, что нужно мне и моей семье, посреди праздника — это сексуальный скандал. Со мною, в главной роли. Да и мне, слава местной «Шурыгиной», нафиг не нужна. Плюс, его родные, наверняка, чем-то важны для моего «отца». Хотя, уверен, что тот бы порвал на части этого поросенка, за его выходку.

Ладно. Рассчитаюсь с ним, за этот случай, в другой раз.

— Быстро пошли, но сначала выпей воды. А то от тебя несет алкоголем.

Чуть позже сдал этот организм на попечение его родителей. Его маманька все охала и ахала над тем несчастьем, которое приключилось с ее Виталиком. С твоим Виталиком бы точно приключилось самое настоящее несчастье, если бы он добрался бы своими лапками туда, куда планировал, — подумал я. После этого, пухлый «Казанова» и его родичи, погрузились в свое авто. И уехали. Нос починять. Виталику.

Позже меня перехватила Марина. И начала пытать, о том, что это было. В то, что «Виталик» по собственной воле уткнулся носом в дверной косяк, она не поверила.

— Со мной все в порядке, — сказал я и, улыбнувшись, сбежал от нее.

Чуть позже.

Гуляю по территории. Привожу нервы в порядок. Размышляю над жизнью своей. Идя по тропинке, столкнулся «нос к носу» с «отцом» и двумя его спутниками.

— Кайа! — восклицает «отец», — что ты тут делаешь? Почему не в доме, на празднике?

— Пап, — отвечаю, — я решила слегка проветрится.

— Пусть юная барышня составит нам компанию, — предлагает один из «отцовских» спутников, пожилой типчик,— она разбавит нашу скучную компанию.

Сказав это, он рассмеялся. Никто не имел ничего против, так что я потопал за ними. Вполуха прислушиваясь к разговору иду, думая о своем.

А разговор у этих серьезных мужей был серьезный.

О новейших беспилотных авиационных комплексах, поступающих на вооружение «Тройственного альянса». США, Англии и Японии. И которые, эти ребятки уже применяют против Империи. Пока только для разведки. По крайней мере, по сообщениям СМИ.

Кажется, что я попал в этот мир, в «интересное время». Судя по всему, после более, чем полутора столетий относительного мира, на горизонте замаячил призрак войны.

Большой.

Как бы там ни было, упомянутые беспилотники практически безнаказанно выполняют разведку приграничных районов Империи. Истребительная авиация которой, практически ничего не может противопоставить этим небольшим машинам, производящим авиаразведку, с огромной высоты. В основном из-за примитивности своего ракетного вооружения. Наземные системы ПВО, мало того, что тоже примитивные, так еще и защищают только крупные административные, командные и производственные центры. Да и то, хреновенько защищают. Насколько я понял. Почерпнув данные из местной «Вики».

И судя по этой печали с беспилотниками, системы радиоэлектронной борьбы, военного образца, тут, либо полностью отсутствуют, либо на редкость примитивны. Иначе, эти «соколы», фиг бы так спокойно летали.

Не поймите неправильно. Здешние люди ничуть не глупее тех, кто жил в моей прошлом мире.

Просто этот мирок давно стал довольно унылым местом. Где ведущие державы все поделили между собой и более, чем столетие мир напоминал стоячее болото. Где страны достигают консенсуса, не путем тотального мордобоя. А путем переговоров.

Одним словом — тоска. И вот в это болото, кто-то замахивается булыжником. И гонка вооружений, кажется, начинает раскручивать свои шестеренки.

Что, лично для меня, как для оружейной прЫнцесски — неплохо. Ибо гонка вооружений — деньги для моей семьи. Т. е., и для меня.

И вот, трое, далеко не последних людей из армии и промышленности решают, как в кратчайшие сроки ликвидировать отставание Империи в вышеуказанных системах. И в том, как с ними эффективно бороться.

Судя по кислым минам на их лицах, все не очень.

— Если у нас нет идей, то может быть они есть у юной барышни? — пошутил все тот же старикан, пытаясь разрядить мрачную атмосферу.

И думаю, что эти уважаемые люди, ожидали услышать от четырнадцатилетней девочки, которой, 14-то, исполнилось только сегодня, чего угодно, но только не то, что она сказала. А меня, раскрыть свой рот, дернул какой-то черт. То ли я забылся, из-за всего произошедшего сегодня. То ли просто мое «я» было радо, наконец-то, поговорить с кем-то о чем-то серьезном…

Повторюсь, милитаристом я, никогда не был. Но, я всегда признавал, что война — основной двигатель прогресса. И следил за новинками в военной отрасли. Особенно теми, что представляли из себя средства радио-электронной борьбы. Ибо теоретическую основу этой техники и самой организации, подобного рода деятельности, я понимал очень неплохо.

Короче говоря, будучи погруженным в свои мысли и забывшись, я, практически «на автомате», ответил на вопрос пожилого собеседника моего «папани», о том, как сократить отставание Империи в вышеозвученном виде военной техники:

— Беспилотниками они управляют через спутник. По радиоканалу. Так что заглушите каналы управления и аппарат либо сядет сам. Либо упадет на землю. В любом случае вы получите относительно целый образец для исследования. Либо, что еще лучше, расшифруйте каналы управления, что, учитывая общую примитивность средств шифрования радиосвязи, сделать несложно. И перехватите контроль. И тогда, беспилотник вам достанется абсолютно целым и невредимым. Ну, а там уже разберетесь, как построить аналогичную машину.

После чего, начал разглагольствовать, о том, как практически организовать защиту объектов, от нападения подобной нечисти.

Сложно сказать, почему я, до этого вполне успешно нося «маску» Кайи, потерял контроль над своим языком. Вообще-то, контроль над собою, я теряю уже второй раз за сегодня. И с этим что-то надо делать. Добром такие срывы не кончатся.

Но, если посмотреть на это под иным углом, подобное поведение вполне объяснимо. Очень сложно постоянно притворяться. Особенно ребенком. Ранее, я был тем человеком, к чьему мнению всегда прислушивались. А теперь я «тварь бессловесная».

Подсознание орало мне:

— Захлопни варежку, идиот!

А язык все никак не мог остановится.

В конце добавив:

— Все это — мой взгляд на теоретическую часть процесса. Остальное — дело рук инженеров.

После чего, наша кампания, продолжила свою вечернюю прогулку в тишине. Я вернул самоконтроль и продолжил путь, глядя под ноги. Будут вопросы, по-поводу источника моих знаний — врать не стану. Засыплюсь. Просто буду молчать. Как партизан. Впрочем, я сейчас ожидал самой разной реакции на свою болтовню.

Например, пожилой мужик мог заорать:

— Это ведьма! Сожгите ее на костре!

Тем более, Кайа — рыжая.

И вопрос последовал. Однако несколько иной. Задал его, тот самый «очень важный гость». Второй спутник моего «отца», на этой прогулки:

— С чего ты решила, Кайа, что беспроводные сети слабо защищены? Тебе, что, удалось получить доступ к защищенным каналам связи?

У меня екнуло сердце. У этого типа, голос и интонации были такими, что я понял — отмолчаться мне не удастся. Я посмотрел «на отца».

Тот, глядя на меня, просто кивнул.

— Да, — отвечаю я, — мне удалось эффективно взламывать систему шифрования беспроводной связи.

— Т. е. ты написала соответствующее программное обеспечение? — уточнил это тип.

Я лишь кивнул. Твердо решив не демонстрировать весь свой «арсенал» кибер оружия. Которое я написал, тестируя местный софт. На всякий случай. И со скуки. А то, добром подобное творчество не кончится.

Хакерство тут не в чести. Как и любое другое хулиганство, воровство, et cetera. За подобное, вмиг на каторгу отъедешь, после отбывания наказания на которой, ни в одном крупном городе, жить не позволят. Будешь потом, в деревне, коровам хвосты крутить. Плюс к тому, преступников тут не романтизируют и кино про них не снимают. По крайней мере то, где они положительные герои. Учитывая все это, и довольно высокий уровень жизни, преступность в Империи, сводится, в основном к правонарушениям, совершаемым в следствии пьянки. Либо на эмоциях, ну там, муж может забить насмерть жену, в порыве ревности. Или наоборот.

А так же, довольно регулярно вешают проворовавшихся чиновников. Которые воруют, похоже, при любой власти и при любом строе. С этим тут вообще забавно. Воровство у государства — приравнивается, к воровству у Государя, что в свою очередь приравнивается к оскорблению Его Величества. А это карается — повешением.

Само собой, за воровство скрепок, до такого доводить не будут. Но начиная с приличных сумм — вешают.

Короче говоря, такое понятия, как организованная преступность — можно сказать, не существует.

А это, в виду практически полностью отсутствовавшей военной угрозы извне, до этого славного момента, сводило необходимость серьезной сетевой защиты — к минимуму. В общем, нет реальных угроз, никто денег давать на разработку защиты и на обучение кадров — не будет.

Так было до того славного момента, пока «Тройственному альянсу» не захотелось «пошалить».

Теперь-то и хакеры появятся и сетевую защиту подтянут. Сто пудов.

— Кайа, — сказал мне «отец», — прямо сейчас ты вернешься на праздник. Ты хозяйка. А после его окончания, сразу придешь ко мне в кабинет, ясно?

— Да, пап, я пойду.

Вернулся в зал. Марина, тут же прискакала с вопросом, где я был.

Меланхолично ответил:

— Гуляла.

— Нашла время, — недовольно сказала та, — это твой праздник, ты должна присутствовать тут до самого конца. И развлекать гостей.

Это скорее твой праздник, — думаю про себя я, — ты себя представляешь обществу «половинкой отца».

Вздохнув, отхожу от нее, хотя «мачеха» вроде еще не все сказала. Что хотела. Надо успокоится. Устал. Ссора с ней мне совсем не нужна. Накладываю кусочек торта на тарелочку. Испеченного, специально для изменницы. Для меня. Иду прогуляться по залу. Выполняя роль хозяйки. Кушая тортик при этом. И гляжу на отдельные группки гостей, которые весело смеются, обсуждая что-то.

Эта часть праздника — унылая. Я тут не знаю практически никого. И никому особенно не интересен. Как там писал классик? Мы чужие, на этом празднике жизни. Т. е., чужой я. Особенно печален тот факт — что это праздник в мою честь. Нет. В честь Кайи. Впрочем, я и есть Кайа, теперь. Надо собраться. А то, что-то совсем расклеился. Наверное, «эти дни» на подходе.

Тут в голове заиграла песенка Allie X — Bitch. Да, мотивчик в тему.

День Рождения заканчивается. Провожаю гостей. Благодарю за то, что они пришли.

Обменялись телефонами с Олечкой. Та счастливая. Видать, то ли ей удалось подцепить того красавчика. То ли ей так показалось. Не важно, она всем довольна и слава Богу. Пригрозив напоследок тем, что теперь хочет видеть меня на регулярной основе, ушла. Со своей семьей.

Проводив последнего, выпил чашку чая. Пора идти к «отцу». Там меня ждут. Сейчас будет расплата за то, что не сумел сдержать свой язык за зубами.

В кабинете «отца».

Стучась, вхожу. Присутствуют двое. «Отец» и тот самый «очень важный» гость.

— Присядь, пожалуйста, — говорит мне «отец», указывая на диванчик.

— Почему такая грустная? — спрашивает он, глядя на мое лицо.

— Устала, пап, — отвечаю я.

— Понятно.

— Кайа, — начинает разговор Михаил Павлович, как его представил «отец», показывая на фотографии, — вернемся к нашему разговору. Не могла бы ты продемонстрировать свое творение?

Лезу в сумочку, за телефоном. Достав который, запустил на нем приложение. Подхожу у гостевому креслу и протягиваю телефон Михаилу Павловичу. Тот берет его в руки и они с «отцом» напряженно пялятся на экран. Возвращаюсь на диванчик. Сажусь, вытягивая ноги и гляжу в потолок. Жду. Спустя некоторое время раздаются голоса, произнося слова, которые в приличном обществе, обычно, не произносят.

За что, оба, тут же, просят у меня прощения.

— Наши беспроводные коммуникации очень уязвимы, — отмечает очевидное «отец».

— Как это работает? — спрашивает у меня Михаил Павлович.

— Мне будет проще объяснить суть в письменном виде, — отвечаю я.

— Хорошо. Итак, мы убедились, что твои слова, это не просто разыгравшееся воображение подростка. Кайа, с этого момента, все, о чем ты нам рассказала — государственная тайна. Тебе запрещено, без ведома твоего отца или меня, с кем-то это обсуждать, понятно?

— Понятно, — отвечаю я, — могу я быть свободна? Я очень устала и болит голова.

— Да, иди спать, — говорит «отец», — завтра после того, как узнаешь результаты вступительных испытаний, займешься «написательством».

— Хорошо, — отвечаю я, — до свидания Михаил Павлович. Спокойной ночи папа.

Выхожу из кабинета.

У себя в комнате.

Горничная помогает мне снять платье, после чего аккуратно вешает его в шкаф. И, пожелав мне спокойной ночи, выходит из моей комнаты. Небрежно скидываю с себя нижнее белье. И смотрю на Кайю в зеркало. Вздохнув, ложусь спать. Сил идти в душ нет. Вот так и закончился мой день рождения. Второй за один год.

Глава 11

Ранее утро следующего дня.

Будильник трубит «подъем». С трудом разлепляю глаза. Сегодня всю ночь снились всякие ужасы. То красавчик, который с Кайей делал «и то и это». То «очень уважаемый» гость, из Армии, «ставил к стенке», за разглашение страшной тайны. И этот идиот, Виталик. Со своей рукой, у меня «кое где». И так далее и тому подобное. Так что проснулся я, не очень бодрым. Но душ и физические упражнения — приведут мою тушку в норму. Так что, нацепив халатик, тащусь в душ.

Вчера утомился до такой степени, что завалился спать, не смыв косметику с рожицы. Что фигово для лица. Теплые струи воды, сменяются прохладными. Вода смывает пот с тела и остатки ночных кошмаров из разума. Простояв под струями воды, минут десять, выполз из душа и вытерся насухо. Почистил зубы и протер лицо специальным составом, которым снимается косметика. Вот и Маринин подарок пришелся ко двору.

Одевшись для утренней тренировки, выхожу из дома. Постоянные утренние занятия спортом уже дают о себе знать. Тело становится гибким и сильным. И совершая пробежку, мне уже не надо, то и дело, переходить на шаг. Чтобы перевести дух.

Сегодня объявят результаты вступительных экзаменов. Волнительно, хотя я, скорее всего, набрал нужное количество баллов. Иначе, стыд мне и позор.

Само собой, решил поехать на церемонию оглашения результатов самолично. Потешить, так сказать, свое эго. Хотя это, в принципе не обязательно. Ибо церемонию, можно посмотреть по ТВ или дождаться, пока пришлют результаты на «электронку». «Отец» с Мариной тоже едут. Я так понял, успокаивать меня, если я не пройду. Ну, или поздравлять. В конце-концов, должен же отец быть со своей дочерью в такой важный момент.

Вернувшись и, повторно приняв душ, спускаюсь в столовую, завтракать. «Мои», уже проснулись и ожидают меня. За столом. О том, что вчера в Доме проходило какое-то торжество, уже ничто не напоминает. Все убрано персоналом. Быть состоятельным человеком — очень удобно. Многие неприятные мелочи, перестают тебя касаться и жизнь становится исключительно приятной.

Завтракаем.

Я и Марина, кушаем овсянку. «Папаня» — яичницу, с беконом и лучком.

— Кайа, — начинает разговор «отец», расправившись с яичницей и прихлебывая чайку, — я сегодня ночью улетаю, на 5 дней. Работа. Я прошу тебя, во всем помогать Марине. И если ей потребуется лично куда-то поехать, съезди, пожалуйста, с ней.

Я покивал, показывая, что все понял.

— Также, — продолжает отец, — постарайся к моему приезду успеть изложить письменно то, о чем ты вчера нам поведала. Я имею ввиду, средства РЭБ. По-поводу твоей программы, как закончишь, сообщи мне, я свяжусь с Михаилом Павловичем. Он пришлет кого-нибудь забрать дистрибутив программы и подробное ее описание. Которое, пожалуйста, сделай поскорее — это очень важно.  Как ты вообще, до всего этого додумалась и с каких пор у тебя появились подобные интересы? — поинтересовался он.

Пожимаю плечами и прихлебывая чайку, уклончиво отвечаю:

— У некоторых людей особый склад ума.

«Отец» вздохнул. Но «пытать» не стал.

— Что ты натворила на этот раз? — удивленно спрашивает «мачеха», будучи не в курсе некоторой части произошедшего вчера.

Я, подняв указательный палец вверх, важно и, делано серьезно, отвечаю:

— Военная тайна. Если я расскажу тебе, нас придется расстрелять. Обеих.

Марина закатила глаза, после чего вопросительно уставилась на своего мужчину.

Тот пожал плечами и сказал:

— Не расстреляют, просто отправят в ссылку.

— Ну вас нафиг, — сказала Марина, — я пойду собираться. Кайа, ты тоже поторопись, если хочешь успеть на церемонию.

Сказав это, она ушла, надувшись, как мышь на крупу.

— Пап, а серьезно, — спрашиваю я, слегка встревожившись, — меня не засадят в клетку, как жирафа?

Подъезжаем к Лицею. Выходим из авто, у главных ворот. Народу тьма. Сегодня тут практически все, кто пробовал поступать в 9-12 классы. Результаты тех, кто поступал в 5–8 — огласили вчера.

Потихоньку идем в актовый зал.

Очень жарко сегодня. Так что пиджачок одевать не стал. А в остальном, оделся в то, в чем и положено ходить в данное заведение. Длинная юбка, белая блузка. емного украшений. И никакой косметики. На голову водрузил шляпу. Не в бейсболке же идти. «Папаня», при полном параде. Жара его, похоже, не берет. Марина одела легкое платье, неплохо скрывающее ее животик. И так же, как и я, надела шляпу. Ей очень идет.

В актовом зале.

Сидим на самой верхотуре. На последнем ряду. Это помещение всех желающих вместить не смогло, так что остальных запустили в ближайшую лекционную. Настроив им там проектор. Чтобы присутствующие, могли наблюдать за происходящим на сцене. Сидим ждем начала шоу. Началось.

На сцену вышли: Директор, Глава приемной комиссии и еще несколько людей, с которыми я не знаком.

Зал молчит. Все ожидают. Люди на сцене рассаживаются за большой стол. Все, кроме Директора. Который берет микрофон. И приветствует всех собравшихся. Меряя сцену шагами, ходя по ней туда-обратно, Директор начинает разглагольствовать о том, какое сегодня важное и волнительное событие. Будто кто-то не в курсе этого. И продолжая, работая специально на телевизионщиков, рассуждает о том, что некоторым из присутствующих сегодня очень повезет. Они смогут учиться в этом замечательном месте. А те, кому не повезло, не смогут. Капитан очевидность.

И все в том же духе. Этот тип просто отличный демагог. Он продолжал свою напыщенную речь, еще минут пять.

После чего, с пафосом скомандовал Председателю:

— Лев Моисеевич, огласите имена счастливчиков! Будьте так любезны.

Лев Моисеевич был так любезен.

Поправив на носу очки, он начал:

— Девятые классы!  Четыре места, в художественных классах, заняли следующие ученики.

После чего взял какой-то пластиковый, на вид, футляр. Который, ему поднесла его секретарь. И мощным голосом, в микрофон, начал читать имена счастливчиков. Ими оказались двое юношей и две девушки. Которые вышли на сцену, после того, как назвали их имена. Директор, вновь взял слово и торжественно поздравил новых учеников, с поступлением. Они подошли к столу, за которым сидели: Председатель и другие сотрудники лицея.

Где им выдали какую-то грамоту, которая свидетельствовала о том, что они успешно справились со вступительными испытаниями. И теперь являются лицеистами. И нагрудный значок. Который все лицеисты обязаны носить.

После чего, в зале раздались громовые аплодисменты. Я тоже похлопал.

После того, как поступившие покинули сцену, Председатель начал вновь:

— Четыре места, в химико-биологических классах, заняли следующие ученики.

Он снова назвал имена, поступившие снова спустились на сцену и получили свои грамоты и значки. После чего, сцена повторилась с классами, специализирующимся на юриспруденции. А потом, с классами физики и литературы. Я уже успел заскучать. Хотя такие мероприятия мне по душе.

И вот, наконец, Председатель объявляет о том, кому же выходить на сцену, из числа тех, кто бился за попадание в классы математики и информатики:

— Артемьев Алексей Леонидович!

Примерно полминуты спустя, в Актовый зал врывается счастливчик. Ему, похоже, места не хватило и он ожидал результатов в лекционной.

— Афанасьев Николай Павлович!

С первого ряда зрителей, кто-то встал и прошел на сцену.

У меня слегка затрепетало сердце.

«Отец» с одной с одной стороны, а «мачеха» с другой, взяли мои руки в свои. Уже готовясь меня утешать.

— И… … — начал Председатель, после чего взял небольшую паузу, — Филатова Кайа Николаевна!  Прошу на сцену!

Фу! — я довольно громко выдохнул. Мне нравятся такие моменты, люблю немного поволноваться. «Отец» и Марина пришли в восторг. И начали обнимашки, с поцелуйчиками. Вырвавшись, наконец-то, из объятий, я, с улыбочкой, спускаюсь в низ. На сцену.

Под пристальными взглядами всего зала.

Подхожу, к уже стоящим там пацанчикам. Узнаю обоих. Оба узнают меня.

— Пприивеет, Каайа! — радостно приветствует меня первый из них, — Ррад, ччто тты проошла!

— Привет, Коля! — отвечаю ему, с улыбкой, — я тоже рада. Молодец, поздравляю тебя, с поступлением.

Вторым типом, который прошел, оказался парень написавший конвертер текстовых файлов. Он ни с кем из нас говорить не стал.

Директор поздравил нас. И пригласил пройти за нашими грамотами и значками. Я поблагодарил его и отправился по указанному направлению. Улыбнувшись и помахав телевизионщику, который навел на меня фокус камеры. Элегантно принял грамоту. И тут же, нацепив на свою блузку значок, я помахал рукой залу.

Зал затопили звуки аплодисментов.

— Кайа, поздравляю тебя! Ты превзошла мои ожидания. Горжусь тобой, — сказал мне «отец».

— Спасибо, папа, я рада, что ты мною гордишься, — ответил ему я.

Рядом идет довольная всем Марина. Прямо светится, как начищенный самовар.

— Кааййа! — донеслось до меня откуда-то сзади.

Мы все обернулись.

— Коля? Ты мне что-то хотел сказать? — спрашиваю я, догнавшего нас парня.

— Зддрааввствуйте! — здоровается он с «моими».

Те приветствуют его.

— Яя пподумал, — говорит мне он, — ччтоо, еесли ммы ттеперрь однокклассникки, ппочемуу ббы нам не оббменнятьсяя ттелеффоннами?

— Без проблем, — говорю я, — записывай.

И диктую ему свой номер. После чего, он набрал мой номер и я также внес его в свои «контакты».

— Готово! — говоря я.

— Аага, — отвечает он, — ххорошо ттебе отметтить ппоступлеение!

— Ага, спасибо, и тебе — отвечаю ему.

После чего, мы прощаемся. Интересный парень. Не смотря ни на что, не стесняется заговорить с девушкой. Молодец.

В машине, по дороге домой:

— Отпразднуем твое поступление, как только, вернусь из командировки, — сказал «отец», погладив меня по голове.

— Хорошо, — отвечаю ему, глядя на проносящийся пейзаж.

Дома.

После обеда. Отец отправился готовится к поездке, а я уселся за ноут. По быстрому описать используемую мною уязвимость в способе шифрования. И тот метод, каким я воспользовался для взлома ключа. Плюс описал еще несколько потенциальных уязвимостей. Способ шифрования — откровенно слабый. Не лучше WEP, из моего прошлого мира. И он используется повсеместно в Империи. Беспроводные сети тут очень популярны.

Тем же вечером. За ужином.

Кушаю запеченную индюшку, запивая холодной газировкой. Вкусно. Наелся до отвала. «Мои» устроили телячьи нежности прямо за столом.

Такая приторная сценка, что у меня «сахар на зубах заскрипел».

— Пап, я закончила с тем, о чем ты меня просил. Для Михаила Павловича.

— Очень хорошо, — отвечает тот и беря телефон, звонит. Этому самому Павловичу.

После непродолжительного разговора, сообщает:

— Через 40 минут подъедет человек за твоими данными.

— Окей, — отвечаю, — а то, что просил описать ты, займет прилично времени. До твоего возвращения, я вряд ли управлюсь.

Тот кивнул.

После ужина.

«Папаня», поцеловав нас, «на дорожку», погрузился в авто и его повезли в аэропорт. Приехал тип. Про которого говорил отец. Предъявил охране документы и его проводили в дом. Этот мужик был в военной форме. С суровым, неулыбчивым лицом. Лет под 40. Не простой курьер, короче говоря. По крайней мере, мне он показался «не простым курьером». Погоны у местных военных, не такие, как те, что были мне знакомы. Так что воинское звание, определить было невозможно.

— Здравствуйте, я от Михаила Павловича, — сказал он.

— И вам здравствовать, — отвечаю я, — вот то, что я хотела передать Михаилу Павловичу.

Протягиваю флешку. Которую, он тут же прячем в небольшой чемоданчик.

— Благодарю вас, юная барышня. До свидания.

Сказав это, тип, развернулся и «ушел в закат».

После чего, мы с Маринкой весь вечер рубились в местное домино. Как две старушки. Она обожает эту игру. Я бы лучше шары покатал.

Перед самым «отбоем», у меня зазвонил телефон. Номер не из «контактов». Поднимаю трубку. Звонит Михаил Павлович, самолично. Мне это уже начинает надоедать.

Вежливым голосом здороваюсь и спрашиваю, чем тому могу быть полезен. Он не стал ходить вокруг да около. Заявив, что есть кое-что, с чем я вполне могла бы помочь Империи. По-моему, мне начинают садиться на шею.

Отвечаю собеседнику, что я, ничего по телефону обсуждать «с голосом из трубки» не намерен. И если, от меня что-то нужно, то все через «отца». И с разрешения «отца». Само собой говорю вежливо. Из трубки пошутили на тему того, что кое-что я уже сделал. При чем, безо всякого разрешения.

Молчу в ответ.

— Ладно, Кайа, ты права. Сначала мне надо было позвонить твоему папе, спокойной ночи.

— До свидания.

Поставил телефон на подзарядку и переодевшись в пижамку, веселенькой расцветки улегся спать. Надеюсь сегодня никаких «эротических» снов не будет.

Следующим утром.

Вернулся с пробежки. Меня выцепила Марина и попросила помочь забраться в ванну. У нее появилась какая-то фобия, боится, подскользнувшись, грохнуться в ванной на пузико и требует, чтобы ей с этим помогали. До этого момента, ее сопровождал на помывочные процедурки — «папаня», но он уехал и теперь эта забота досталась мне «по наследству».

В нашем доме, ванная комната не одна. Есть душевая кабина, которой я регулярно и с удовольствием пользуюсь. Почему эта мадам предпочитает принимать душ, лежа в ванной, для меня загадка. Короче, поддержал ее, пока она снимала белье и забиралась в ванную. Стараясь не пялится. Хотя это сделать не просто. Она шикарная женщина.

После того, как она успешно залезла в ванну, я был изгнан из помещения. Сказала, что позовет меня, как закончит. Я бы, собственно, не прочь был и остаться. И поглазеть на эту картинку.

Спустя некоторое время, я был призван в ванну вновь и помог ей выбраться. После чего отправился в душ сам.

Завтракаем.

— Кайа, сегодня мне надо в город, по делам. Едешь со мной? — спрашивает «мачеха».

— Само собой, папа не велит тебя одну отпускать. — говорю я.

— Хорошо, тогда поедим и иди собирайся.

В Марининой машине.

Едем. Понятия не имею, почему «мачеха» так любит сама ездить за рулем. Беременной. Значит, в ванной она боится пузом долбануться, а тьфу-тьфу-тьфу, при ДТП удариться, этим же самым пузом о руль, — не боится. Странная она.

Катаемся по разным местам. Все так или иначе, связанно с ее свадьбой. Ничего интересного, для меня, не происходит. Тоска зеленая. Почти все время молчим. Она ушла в себя, размышляет о чем-то. Заехали в большой универмаг. Шатались по-нему около часа. Марина прикупила какой-то сарафанчик и мы, закончив дела, которые «мачеха» запланировала на сегодня, пошли к авто.

В это время раздался звонок ее телефона.

Звонила ее подруга. Ира, которая меня терпеть не может.

Поболтав с которой, она мне сообщает, что сейчас поедет к этой самой Ире. А меня завезет в нашу городскую квартиру. Мы сегодня остановимся там. Ничего против этого плана не имел, так как встречаться с этой ее подругой, мне не хотелось абсолютно. Ничего не поделаешь, у нас с ней явная антипатия друг к друг.

Доехав до дома, «мачеха» высадила меня из машины и сказав, что вернется ближе к вечеру, уехала. Иду в направлении подъезда, с твердым намерением, поспать пару часиков, придя домой.

Жарко. Ничего делать не хочется. Все лень. И тут мне на телефон кто-то позвонил.

Номера нет в «контактах». Опять кому-то что-то от меня потребовалось. Задолбали.

— Алло! — говорю я, принимая звонок.

— Кайа? — раздается из трубки вопрос, не очень уверенным голосом.

— Да, это я. Кто звонит? — отвечаю я.

После секундного молчания из трубки доносится:

— Это Виталик. Ты меня помнишь? Я хотел бы перед тобой извиниться за то, что случилось на твоем Дне Рождения. Ты сейчас свободна?

Теперь молчание было уже с моей стороны. Само собой, этого Виталика я забыть не успел. И еще не скоро забуду. И уж видеть его у меня нет никакого желания. Настроение испортилось.

— Я не хочу тебя видеть, — отвечаю я.

— Подожди, пожалуйста! Не вешай трубку! Я очень переживаю за то, что так с тобой поступил. Я не смогу нормально жить, пока лично не извинюсь перед тобой и не получу твое прощение. Пожалуйста, дай мне шанс искупить свою вину перед тобой!

Вот зараза, и ведь не отцепится от меня, сто пудов.

— Ладно, — отвечаю я, — через 40 минут, в ресторане «Жар-птица». Адрес найдешь в интернете, опоздаешь — уйду.

«Жар-птица», ресторанчик расположенный в десяти минутах ходьбы от нашей квартиры, я частенько бывал там.

— Я знаю это место! — донеслось из трубки, — буду там! И это… Кайа, какие цветы ты любишь?

Этот тип решил припереться ко мне с цветами? Нафиг надо!

— Я не люблю цветы, не приноси их мне, — говорю я.

В трубки на секунду замолчали.

— Хорошо, — наконец раздался ответ, — я скоро буду.

Примерно сорок пять минут спустя. В «Жар-птице».

За столиком сидит Виталик. Ждет Кайю.

И вот, в зал ресторана неспешно входит сама Кайа.

— Кайа! — раздается взволнованный голос, — я тут!

Поворачиваю голову на голос. И вижу этого самого Виталика. Весь такой, при параде, в костюмчике. На носу которого — марлевая фиговина, держащаяся на чем-то, вроде пластыря. Под обоими глазами — фингалы. Ну и видок у него! Нормально я «поработал головой»! Аж глаз радуется!

Сажусь за столик и недобро на него глядя, спрашиваю:

— Ну?

Он, некоторое время, меня разглядывает. Словно не может поверить, что перед ним, та самая Кайа, с Дня Рождения. Ну да, тогда я был в образе «плюшевой прЫнцесски». Весь такой в платьице, улыбчивый. И в парике.

А сейчас я был в образе «гоп-гёрл».

— Здравствуй Кайа, — начал он, — я хочу принести свои извинения, за то, что натворил в тот раз.

— Ты, только попытался натворить, — поправляю его, — если бы у тебя получилось задуманное…

Я не договорил и выразительно посмотрел на него.

Тот, стушевавшись, опустил взгляд в пол.

— Я… я… я… это самое, не знаю, что сделать, чтобы ты меня простила.

После этого достает из внутреннего кармана пиджака, пухленький конверт и аккуратно кладет его передо мной.

Беру конверт в руки. Достаю содержимое.

Увесистая пачка налички. Купюры по 500 рублей. Очень редко используемые в обращении.

Убрал пачку обратно в конверт. И бросил его на стол, перед Виталиком.

— Те есть ты считаешь, — сурово глядя на того, спрашиваю я негромко, чтобы другие посетители не услышали — что дочь моего отца, можно полапать везде, а потом просто дать ей денег, чтобы она заткнулась? Как шлюхе. Ты меня, похоже, считаешь продажной девкой, так? Даже обидно… немного.

Тип поменялся в лице и побелел. Быстро сказал:

— Нет, нет, нет! Ты все не так поняла! Я просто не знаю, как загладить перед тобой свою вину, честно! Это все, что пришло мне в голову.  Большое тебе спасибо за то, что ты никому ничего не рассказала. Иначе, мне бы пришел конец. И репутации моей семьи, тоже. А для нас репутация — это все!

Этот цирк мне надоел. Вначале, я хотел что-то очень нехорошее проделать с этим супчиком. Но теперь меня подотпустило. Но, и просто так отпускать его я не намерен.

— Если тебе репутация так важна, то не пей! Узнаю, что от твоих лап пострадает еще кто-нибудь, я тебе это не спущу с рук? Понятно? Я тебя простить так запросто не могу. Но, когда я что-нибудь придумаю, я дам тебе знать. Твой номер у меня есть.

Само собой, мне совершенно нет дела до тех девиц, которые могут пострадать от его лапок. И других частей тела. Просто мне не хотелось, чтобы к тому времени, когда и если, его помощь мне понадобится, его упекли за решетку, за какое-нибудь сексуальное преступление.

Так что, лучше его заранее припугнуть.

Делаю заказ у официантки на клубничное мороженное.

— Да-да-да, — закивал он, соглашаясь со мной, — сделаю для тебя все, что в моих силах.

— Ну раз так, твои извинения приняты и я тебя больше не задерживаю, — говорю я, ясно давая понять, что насладиться своим мороженным, хочу без него.

Он понял это и уходя, исключительно вежливо со мной попрощался.

Кушаю принесенное мне мороженное. В такую жару — самый кайф. После чего — расплатился и пошел домой.

Несколько часов спустя.

Сижу в труселях, смотрю шоу по ТВ. Весьма интересное. От просмотра которого, меня отрывает телефонный звонок.

Звонит Марина. Поднимаю трубку.

— Кайа, — говорит из трубки мне та, — спустись на парковку, пожалуйста, помоги мне донести покупки.

— Окей, жди. Сейчас спущусь, — отвечаю ей.

Тем временем Марина запарковавшись на своем стояночном месте, вышла из авто. И зевнув, потянулась.

Внезапно ее кто-то окликнул сзади, она развернулась, к позвавшему ее человеку и тут же получила сильную оплеуху по лицу.

От удара, отлетев на капот своей машины.

Губы разбиты в кровь.

С трудом поднимаясь на ноги и не понимая что происходит, она уставилась на человека, ударившего ее.

Моментально узнав в том своего «бывшего».

Который, подойдя к ней, снова ударил ее по лицу.

— Что ты делаешь? — взвизгнула Марина.

— Что я делаю? Что я делаю? Что я делаю? — на распев повторяет этот тип и хватает ее за горло.  Хочешь знать, что я делаю? Убиваю тебя, шлюха, — спокойно сообщил он.

После чего, достал здоровенный нож и плоской его стороной, провел по щеке «мачехи».

— Моя маленькая шлюшка, — продолжал он спокойным голосом, — задумывалась ли ты над тем, какую боль мне причинила, когда бросила меня, уйдя к этому аристократишке? Как тебе теперь живется? Вижу, ты вся такая, довольная своей новой жизнь. Шлюха!

Положив нож на капот, он снова ударил ее по лицу.

— Нет? — спросил он, с безумной улыбкой, — а теперь, посмотри на себя. Чей это ребенок? Этого урода, да?

И с перекошенным от злобы лицом он наносит удар коленом в сторону ее живота.

Каким-то чудом ей удается избежать удара, который приходится ей по руке.

— Ай-ай-ай, маленький ублюдок еще не сдох, — злым голосом говорит «бывший».

И с глазами человека, уже решившегося берется за нож.

— Может быть напоследок, сделаем «это»? Никогда не делал этого с беременной.

И с похотливым выражением на лице, отрезает от марининого платья здоровенный кусок. Оголяя грудь и живот.

— Вы только поглядите на это, — ржет тип, — ты все такая же шикарная. Если не считать твоего пуза.

— Нет! Пошел вон, не трогай меня, ублюдок! — пытается оттолкнуть его «мачеха».

— Может быть, мне стоит вырезать этого мелкого ублюдка из твоего пуза и сказать ему: «привет, малыш?», как думаешь?

— Отвали от моих детей, мразь! — нечеловечески взвыла та.

И начала бороться с ним, в процессе чего, ее «бывшему» удалось сильно порезать кисти обеих ее рук.

— Ну нет, так нет, — спокойно отвечает тот, — цирк окончен, прощай, моя любовь.

После чего хватает Марину за волосы. Оттягивает ее голову назад. И берет нож, поудобнее, чтобы перерезать горло, уже не сопротивляющейся и застывшей от ужаса, бедолаге.

И замечает движение сбоку. Развернувшись на которое, получает в лицо камнем.

Удар вышел недостаточно сильным, что «вырубить» подонка сразу. Но достаточным для того, чтобы тот упал на бетон. Сильно ударившись, о который, затылком — потерял сознание.

Рядом с ним, стояла Кайа, с абсолютно белым лицом. И с занесенным, над головой, камнем. В подрагивающих руках.

— Ну это уже полный, блядь пиздец! — произнесла она и бросила в сторону камень, убедившись, что этот организм в ближайшее время не очнется.

Отбросив босой ногой нож, под машину.

Подошел к «мачехе», которая сидела на земле, опершись о колесо машины. Ни на что не реагируя.

От нее исходил характерный запах — она описалась. Что не удивительно, на ее месте, кто хочешь, обоссался бы.

— Встать можешь? — спрашиваю ее.

Молчание в ответ. Надо остановить кровотечение. А то, она так истечет кровью.

Поднимаю ее. И поддерживая, веду в сторону лифтов. Надо скорее добраться домой.

— Прикрой рукой груди! — говорю ей я.

Та механически прикрылась. Не хватало еще, чтобы она, на записях камер, и перед другими людьми, которых мы встретим, светила голыми сиськами. Хотя это сейчас не самое важное. Но все-равно приятного в этом — мало.

Потихоньку идем к выходу из парковки и лифтам. По пути, подхожу к оставленным мною кроссовкам. И надеваю их, не зашнуровывая.

Я их снял чтобы, не дай Бог, не скрипнуть ими. Тогда бы все — крышка. Подонок бы тут же зарезал Марину, а потом меня. Если бы догнал.

На ходу вызываю «скорую». Сообщаю диспетчеру, чтобы высылали две машины. Двое пострадавших. Диктую свой адрес. И предупреждаю, что второй пострадавший — крайне буйный. И что он может попытаться убить врачей. Диспетчер, на той стороне трубки, явно охренела. Я попросил ее вызвать на мой адрес полицию. После чего, разорвал связь.

И тут же, набрал отца. Вкратце обрисовав тому сложившуюся ситуацию.

На той стороне трубки на мгновение повисла тишина. А мы вышли из лифта, на своем этаже.

После этого «отец» сказал:

— Я сейчас пришлю людей. Кроме них и скорой никому не открывай и ни с кем не говори. Знаешь, как остановить кровь?

— Ага, она должна в локтях крепко сжать мягкий валик.

— Да, все правильно. Не оставляй ее одну. Если ее повезут в больницу, езжай с ней.

— Само собой, — отвечаю я.

— Прилечу домой первым же рейсом. Не паникуй.

А чего паниковать уже. Кризис, можно сказать закончен, это «папаня» там, должно быть, места себе не находит.

Спустя несколько минут. Дома. Приехал врач и фельдшер.

Кровотечение уже, в основном, прекратилось. Хотели было забрать ее в больницу. Но, у «мачехи» случилась истерика, она категорически не хотела ехать в больницу. Врач, который осматривал ее и перебинтовывал кисти рук, сказал, что, в принципе, ее раны несерьезны и она может остаться дома. Отдыхать. Особенно, учитывая ее истерическую реакцию на попытку увести в больницу.

Тем временем, приехали люди, которых обещал прислать «папаня». С адвокатом. Который, единственный из всех, хоть как-то будет полезен. Сейчас к нам еще полиция нагрянет.

Спустя минут двадцать приехала еще доктор. Из частной клиники, где застрахована наша семья.

И осмотрела Марину. Гинеколог, походу.

— С детьми же все будет в порядке? — спрашиваю я.

— Да, — отвечает та, — хотя такой сильный стресс, который она перенесла, — это нехорошо.

И тут Марина подала голос. У нее случилась новая порция истерики. Она кричала, что не хочет оставаться тут. Чтобы ее отвезли в загородный дом. Я обнял ее, успокаивая. И пообещал, что сейчас спрошу доктора о том, можно ли ее перевезти туда. Что я и сделал.

Та пожала плечами и сказала:

— Физически она пострадала не так сильно. Если все сделать осторожно, то думаю для нее лучше будет там. У нее очень тяжелая психическая травма. И ей лучше не перечить, когда это возможно.

Я набрал номер нашей горничной и велел ей, собрать вещи Марины и немедленно их сюда прислать с водителем.

Приехали полицейские. Адвокат оградил меня от общения с ними. Взяв это дело, в свои руки. У меня не было абсолютно никакого желания, в данный момент, общаться с ними. Тем более, что у Марины, каждый раз, когда я отходил от нее, случалась истерика. Я, предварительно, рассказал все произошедшее ему. В подробностях. И где искать нож.

Это был тот самый типчик, который приезжал ко мне в школу. Когда был разбор полетов у Директора.

Приехал водитель, с вещами Марины. Которые у него забрала охрана. Велел тому, ждать нас в машине. Мы скоро спустимся. После чего я и доктор, повели Марину в ванную, чтобы омыть.

Каждые десять минут звонил «отец». Узнавал, как обстоят дела. Могу представить, какой адЪ творился у него сейчас в душе.

Выходим из квартиры, поддерживая Марину. Едем в загородный дом. Приехав в который, доктор еще раз ее осмотрела.

Я не могу даже на минуту отойти от «мачехи». У той, сразу же начиналась истерика, стоило мне отойти.

Доктор мне сказала, что Марине стоит принять теплую ванну, которая успокоит ее нервы. Но не горячую.

Окей. Спросил «мачеху», хочет ли та в теплую водичку. На что она, согласно покивала.

В ванной аккуратно снимаю с Марины нижнее белье и кладу его в корзинку. После чего, согрев стенку ванной, теплым душем, аккуратно сажаю ее туда и выставляя желаемую температуру на дисплее, пускаю воду. Она уселась, свесив руки за края ванной. Они забинтованы. Их мочить нельзя.

Марина, чуть ли не впервые с момента нападения заговорила:

— Кайа, не уходи, я не хочу оставаться одна.

Ну что с ней поделать. Я попросил горничную отвести доктора в комнату для гостей. Та, на сегодняшнюю ночь останется с нами. На всякий случай.

— Если что, я вас позову, — говорю я.

Та, покивав вышла. Горничную, я так же попросил принести с кухни бутылку с холодной водой и стаканы. И телефон, из моей комнаты, а то, «папаня», не дозвонившись до меня — сойдет с ума. После чего, разделся и тоже залез в ванну. Усевшись рядом с Мариной.

Вернулась горничная, с подносом. И с телефоном. Поставив все это рядом с ванной — удалилась.

Если ванна, в нашей городской квартире, была просто здоровенной ванной. То ванна тут — просто натуральный бассейн. Наполняют который несколько труб.

Сижу рядом с Мариной. Расслабляюсь. Прихожу в себя. Гляжу на ту. «Мачеха», походу, тоже потихоньку очухивается. Щечки из бледно-белых, становятся розовенькими и вообще, она возвращается к жизни.

Слив в ванной закрыт не полностью, так что вода, которая наполняет ванну, постоянно льется. Обожаю этот звук. И терпеть не могу, когда в ванной стоит тишина.

Марина затеяла какою-то движуху. Аккуратно перемещаясь, она уселась между моих ног. И улеглась спиной на меня. Положив голову на мое плечо.

— Тебе не тяжело, — спросила она?

— Не-а, все хорошо, — отвечаю я.

И тут, на меня на самого накатил весь ужас произошедшего. До дрожи. Хочу домой, в свою прошлую жизнь.

В свою прошлую жизнь, однообразную, в которой практически не происходило никаких событий. За все мои 38 лет, со мной ни разу не случалось ничего подобного, из того, что уже произошло тут. Я понял, что люблю скучать.

Также заметил, что стал гораздо менее решительным человеком, чем был в своей прошлой жизни. Ну да, все верно, у меня теперь девчачье тело. С девчачьей нервной системой и с девчачьими гормонами.

Поглаживаю Марину, успокаивая ее. Само собой избегая интимных мест, которые гладить не стоит.

Быть может, при совместном приеме ванной, для женщин, в порядке вещей хватать друг дружку за сиськи, например. Но так, как я в этом теле совсем недавно и не в курсе тонкостей банного общения женщин друг с дружкой, то социальных экспериментов я ставить не стал. Все-таки это не моя бабонька, а «папашкина». Так что, не твое — не тронь. И все такое прочее. Спросив разрешение и получив которое, я удобно устроил свои лапки на ее пузике.

Марине сегодня несколько раз крупно повезло.

Во-первых, этот урод оказался болтливым садистом. И прежде, чем зарезать «мачеху», он решил насладиться ее страданиями. Если бы он попытался убить ее сразу, как представится такая возможность, она была бы сейчас покойничком. Как и я, возможно. Вряд ли бы я успел заметить опасность вовремя. И столкнулся бы с этим уродом «нос к носу». И черт его знает, чем бы закончилась такая наша встреча. Во-вторых, я не супермен. В смысле, не супергёрл. Я не летаю — всех спасаю. Мне стыдно в этом признаваться — но я эгоист. Меня больше всего волнует состояние собственной шкуры. И если бы Марину сегодня зарезали, я бы, конечно, очень расстроился. Так, как в принципе, успел уже к ней прикипеть. Но смог бы пережить это. В конце-концов, «папаня», всегда может завести себе новую подружку. А мне, крутить «колесо Сансары» или как там, у индусов, это называется, — совсем не хочется. Меня от того, чтобы удрать, остановило то, что я представил реакцию «папани» на гибель его невесты. И его не рожденных детей. Не думаю, что он стал бы винить лично меня, в том, что я позорно сбежал.

Но он, вполне мог, не захотеть меня видеть. Так как я был бы, постоянным напоминанием ему, о произошедшей трагедии. И он запросто мог отправить меня, куда-нибудь к «маманьке». Моя внешность, итак уже вызывает в нем неприятные воспоминания. Связанные с моей «маманькой».

Прецедент уже имеется. Вон, Яна, сколько меня избегала. А жить так, как теперь живу, я привык очень быстро. И категорически против снижения уровня своей жизни. Можете меня презирать. Но пожив недельку в тех условиях, в которых живу я, вы сами не смогли бы жить иначе. Я имею ввиду, не только и не столько финансовую часть, сколько социальную.

Я часть очень уважаемой Семьи. Мне теперь понятно, почему хозяева крупных компаний, при разорении, заканчивают свою жизнь самоубийством. Или правители, предпочитают выпить яду, нежели стать простыми людьми. Однажды прикоснувшись к такой жизни — вернуться к прежней, практически невозможно. Морально.

В-третьих, Марине повезло, что я нашел «орудие труда». Так сказать. В книгах или фильмах, часто злодея бьют дубиной или железкой, сзади, по голове. Это обычный «рояль в кустах». К моему сожалению, в книге про меня, не было ни железяк, ни просто дубинок. А в рукопашную, против здорового, вооруженного ножом мужика, я бы не полез. Ибо конец мой, был бы немного предсказуем. По счастью, кто-то привалил дверь, ведущую от стоянки к лифтам, камнем, чтобы она не закрылась. И вот этим камнем, мне и пришлось орудовать.

И, в-четвертых. Марине повезло, что я смог подкрасться незамеченным. И смог нанести неплохой удар, учитывая, что противник выше. И что, этот организм, долбанулся головой о пол, потеряв сознания. Булыжник — оружие пролетариата, т. е., не мое. Если вам придется бить кого-то берите лучше дубину. Камнем очень неудобно.

Из этих мыслей меня вернула Марина. Погладив по щеке.

— Налей мне воды, пожалуйста, — попросила она.

Я выполз из ванной и налил, в стакан, холодной минералки. И протянул «мачехе». После того, как она все выпила, я поставив стакан на место. Уже хотел было залезть обратно, в ванну, как раздался звонок моего телефона.

«Отец».

Он поинтересовался, как у нас дела. Ответил, что мы сидим в ванне. И спросил, хочет ли он поговорить с Мариной. Тот попросил передать трубку. Но так, как ее руки были забинтованы, я просто включил громкую связь. После чего несколько минут слушал их общение.

Забрался обратно. На прежнее место.

— Я рада, — говорит она, — что ты есть.

Я тоже рад, что я есть.

— Я должна перед тобой извиниться, Кайа, — продолжает она, — когда ты впала в кому, я хотела, чтобы ты больше никогда не очнулась. Я тихо ненавидела тебя. И если бы так произошло, то мои дели не увидели бы света.

— Ну, надеюсь, что трещина в наших отношениях исчезнет и никто, никого, не будет ненавидеть, — говорю я, нежно поглаживая ее пузо, — я уже признаю тебя хозяйкой нашего дома. А твоих детей — своими братом и сестрой.

Я снова «надел» на себя маску «любящей падчерицы». И произносил «сериальные» фразочки. Слегка офигев от признания того, что «мачеха» меня ненавидит. Хоть и тихо. Сейчас, пока она еще в шоке, стать к ней ближе — главная задача. Ибо, еще не известно, как она начнет ко мне относится, когда родятся ее собственные дети. Мне бы совсем не хотелось, чтобы она выжила меня из дома.

Так что, я продолжаю:

— Но то, что ты вообще, хотя бы создаешь видимость, нормального отношения к ребенку своего парня — уже большое достижение. Я бы вряд ли так смогла.

Марина, с моего плеча, удивленно посмотрела на меня. Наверное, это не то, о чем девочки возраста Кайи должны размышлять.

Улыбнувшись ей и поцеловав в щеку, говорю:

— Вылезаем? А то мы тут уже давненько сидим.

— Ага, — отвечает та, — но сначала помоги мне вымыться, а то я сама не могу.

И показывает свои, забинтованные, лапки.

Что мне и пришлось проделать. Натирая ее мочалкой и намыливая ее во всех местах. Просто смотреть на ее прекрасное тело мне нравится гораздо больше. А вот дотрагиваться до нее, особенно в некоторых местах, — крайне неприятно. Будто я делаю что-то кощунственное.

Вытер ее и себя. Надел на нас свежее белье. Которое нам принесла горничная. После, облачил ее в офигенную шелковую ночнушку. А себя — в веселенькую пижамку.

Веду ее в их, с «отцом» спальню. И прошу горничную позвать доктора. Чтобы та ее осмотрела.

Окончив осмотр, врач сказала, что все нормально и можно укладывать ее спать. И вышла.

— Кайа, — просит меня мачеха, — останься со мной, пожалуйста, сегодня ночью. А то я не усну.

Я заколебался.

— Марин, — отвечаю я, — это ваша с папой спальня, мне не ловко тут спать. Так что, если хочешь, можешь переночевать у меня.

Она захотела. Устроившись у меня в кровати, Марина собственнически, обняла мое бедро — своим. И вообще, я всю ночь играл роль обнимательного медведя. Впрочем, я не жалуюсь на это. Мы очень долго болтали о всяком. Не спалось. Она заснула только к рассвету.

Меня разбудила отворяющаяся дверь в мою комнату. Я резко открыл глаза — это вернулся «отец».

Я приложил палец к губам и шепотом произнес:

— Она только недавно заснула.

Он посмотрел на нас и вышел, тихонечко притворив за собой дверь.

А я снова погрузился в сон.

Глава 12

Разбудила меня Марина. Которая, спросонья, не могла понять где очутилась. Уже четыре часа дня, а я, так нифига и не выспался. Говорят, что сон — лечит. И правда, выглядела она гораздо лучше. Будто все произошедшее вчера, было лишь кошмарным сном.

После того, как мы встали, она сама, без моего сопровождения, ушла к себе в комнату, переодеваться. Где ее и принял в жаркие объятия «папаня». Пока они целовались-миловались, я успел принять душ, почистить зубы и перехватить немного провианта.

В процессе перекуса меня и застал папаня. Обняв мою тушку, начал творить нежности, уже со мной. С вашего позволения я опущу данную сцену. Неловко мне описывать «телячьи нежности», с «папаней». Но, отбрыкнуться — не получится. Какая «папина дочка» не любит внимания отца? Вообще, это не обычное поведение моего «папани». С Кайей он, обычно, держит некую дистанцию. Он «правильный» отец, с моей точки зрения. Заботливый. Но Кайа, совершенно точно, не его «любимая дочка».

Странно, что он, хоть и будучи человеком крайне сдержанным, ни разу не обмолвился о типе, который хотел убить Марину. Будь я на его месте, я бы «рвал и метал». Или есть что-то, о чем я еще не знаю?

Решил пока не поднимать эту тему. Придет время — узнаю.

— Ты не пострадала? — спросил «отец», — рассматривая меня со всех сторон.

— Не-а, я ударила камнем, со спины, со мной все хорошо, где Марина? — спрашиваю я.

— Ее осматривает доктор.

— Слава Богу, — отвечаю, — что ей уже лучше. Вчера я от нее отойти ни на шаг не могла.

— Кайа, — говорит мне «папаня», гладя по голове, — я искренне горд тем, что ты моя дочь. Ты не только умна, но и отважна. Не каждый бы, на твоем месте, решился бы придти на помощь Марине.

Я «рискнул здоровьем» вовсе не ради Марины, но об этом я говорить не буду. Да и какая разница?

— Пойдем в мой кабинет, — продолжает «отец», — адвокат нас уже ждет.

Адвокат? Кажется, я опять влип. А ведь я, всего-навсего, хочу пожить спокойной и приятной жизнью. Но Вселенная, похоже, специально устроила весь этот спектакль с переселением души или сознания, как хотите называйте это. Чтобы подергать меня за ниточки, как куклу, и посмеяться надо мной.

В кабинете. Отец, я и щеголеватый адвокат, уже знакомый мне.

— Здравствуй, Кайа, — говорит адвокат, — ты снова в центре событий.

Пожал плечами. Не поспоришь.

— Ты в порядке? — продолжил он, — предстоит серьезный разговор. Так что, если ты не очень хорошо себя чувствуешь, давай отложим на завтра.

— Со мной все в порядке, — отвечаю я, — не хочу прятать голову в песок. Давайте обсудим то, что нужно. Прямо сейчас.

— Прятать голову в песок? Какое интересное выражение, — удивился адвокат, — первый раз слышу.

— Это значит делать вид, что нет проблем, — с нетерпением говорю я, — как страусы. Итак, что я должна знать?

— Хорошо, тогда слушай внимательно. Ты должна будешь делать и говорить то, что я и твой папа тебе скажем. Понятно? — Сказал он, продолжив:

— Человек, напавший вчера на невесту твоего отца умер. Сегодня. Не приходя в сознание.

У меня засосало под ложечкой. От недоброго предчувствия. Мне вовсе не было жаль этого сумасшедшего ревнивца. Мне себя жаль.

— Это не твой удар прикончил подонка. Не переживай, — пояснил адвокат, — он неудачно упал. Но недруги вашей семьи, постараются сделать все, используя влияние на СМИ, чтобы в глазах общественности ты выглядела убийцей. И не просто убийцей. А юной знатной богачкой, которая может безнаказанно избивать и убивать простых людей. Ради собственного удовольствия.

— Постойте, — говорю я, — как они смогут, вообще, выставить меня в дурном свете? На записях с камер, будет ясно видно, что тот скот намылился убить мою мачеху. И убил бы, если бы ему не помешали.

— Ты все верно говоришь, — заметил адвокат, — но в этот раз, нам не повезло. Парковочное место Марины, находится, в так называемой, слепой зоне. На записях видно только то, что она заезжает на свое место. И к ней направляется некто, в капюшоне. Потом на записи видно тебя, крадущуюся, с камнем в руках. А после, как ты и Марина, идете к лифтам. Все. Увы, но эта запись не сможет успокоить публику. И быть неопровержимым доказательством, вообще.

— Да что это такое! — возмутился я, — мало того, что посторонний, запросто проник на охраняемую территорию! Кстати, как это, вообще, произошло? В жилом комплексе куча охраны, мышь не должна проскочить! Так еще и систему видеонаблюдения проектировал какой-то криворукий идиот, который, свою задницу обеими руками найти не сможет! За что мы платим деньги?

— Не кипятись, Кайа, — сказал мне отец, — но ты все правильно говоришь. Все причастные к этому провалу безопасности, понесут наказание. А саму компанию, отвечающую за охрану — я разорю.

— Короче говоря, — отмечаю очевидное, — на меня выльются все помои этого мира. И мне припомнят все истории, что со мной уже приключились.

— Да, — говорит «папаня», — сейчас некоторые издания сойдут с ума. Не обращай внимания на то, что про тебя будут писать и говорить. А лучше, вообще, не читай и не смотри новости. Все, что пишется — не против тебя лично…

Не очень вежливо перебиваю «отца»:

— Папа, все что делается против нашей семьи, делается и против меня! Так что, не позволю никому безнаказанно травить ни себя. Ни семью!

— Это правильный подход, — замечает адвокат, — но учти, что общественное мнение уже изначально будет против тебя. Всех достали богатенькие детишки, которые ведут себя, как хотят, плюя на окружающих. И на законы. Так что, тебе необходимо будет вести себя, как паинька. Ты религиозна? Ходишь в церковь?

— Нет, — отвечаю я, — мне Богу сказать нечего.

— Вот с этого дня, все изменится. Будешь ходить каждое воскресение в Храм.

— Как кающаяся грешница, — отвечаю, я не споря. — Меня будут судить? — спрашиваю.

— Пока еще неизвестно, будут ли прокурорские, выдвигать против тебя обвинения. В любом случае, сначала будет следствие, где ты будешь свидетелем. Потом суд. Даже, если против тебя выдвинут обвинения, бояться его не стоит. Твои действия признают самообороной. Будь ты из простой семьи, дали бы еще и медаль какую-нибудь.

У меня зачесались ладони. Не к добру.

— Завтра у тебя будет насыщенный график. Днем ты дашь интервью, для телевизионной передачи. Заучи основное, что должна будешь сказать, — сказал адвокат, доставая из своего портфеля и протягивая мне папку с какими-то бумагами.

— Вот ведь фигня! — жалуюсь я, мне больше всего хочется быть самой темной рыбой, в самом глубоком омуте. А меня на свет божий тащат! Под софиты!

— Ничего не поделаешь, — отвечает на мои жалобы «папаня».

— К 20:00 прибудет следователь из прокуратуры, — продолжает господин адвокат, — ты будешь давать показания в качестве свидетеля. Ты барышня, острая на язык, но в этот раз, отвечай на вопросы, как можно короче. Лучше всего ограничиться: да или нет. И не остри. Завтра мы с тобой это еще обсудим твою линию поведения. А на сегодня у меня к тебе больше дел нет.

Смотрю на отца. Тот сказал, что я могу идти, заниматься своими делами.

Попрощавшись с господином адвокатом, я вышел. Из кабинета «отца», слышу:

— У вас дочь просто умница. Не верится, что она еще ребенок.

У себя в комнате.

Чем же сейчас заняться? В голове сумбур, вместо музыки. В таких случаях лучше всего — физическая работа. На улицу тащиться не охота. Так что, пробежка отпадает. Пойду покручу педали на тренажере. И надо будет поговорить с «папаней» на счет тренера. По физической подготовке и по рукопашке. Соскучился я по хорошим спаррингам. С нормальным людьми, не психопатами.

Мою мысль оборвал телефонный звонок. Звонит Яна. Принимаю вызов.

— Кайа! — доноситься из трубки радостный голос, — я наконец-то в Москве! Соскучилась по тебе жутко! Приедешь ко мне? Погуляем или чаю попьем!

— Ян, — говорю я, — привет! Тоже рада тебя слышать. У меня сейчас дела так себе, так что я в ближайшее время, я на прогулки не пойду.

— Что случилось? — тревожиться та.

— На невесту моего папы напали. Хотели убить.

Яна на некоторое время замолкает, после чего говорит:

— Какой кошмар! Она жива?

— Да, с ней все неплохо, — отвечаю.

— А убийца?

— А вот с ним, все плохо. Он умер.

Яна заикаясь от волнения:

— Ккто еего убил?

— Я, — отвечаю я.

Повисла тишина.

— Ужас. Почему ты всегда оказываешься в гуще событий?

— Хотела бы я знать, наверное, меня прокляли — отвечаю.

— Как ты его пришила? — с волнением в голосе спрашивает та.

— Я ударила его камнем. По голове. Когда он пытался зарезать Марину. Он упал. Ударившись о бетон головой. И помер. Так что, фактически, это не я его пришила.

Вообще-то, я подумал, что Яна сразу бросит трубку, когда узнает о случившемся. Она известная трусиха. Но она поступила неожиданно.

— Кайа! Ты пипец какая крутая! И своих друзей и близких в обиду не даешь! Обожаю тебя! Вот почему ты родилась не парнем? Тогда бы я сделала все, чтобы стать твоей девушкой!

Вот это была экспрессия!

— Ага, мне и самой жаль, что я не парень, — смеюсь я, — а если серьезно, Яныч, пока все не закончится — держись от меня как можно дальше! Потому, что грязь, которой заляпают меня с ног до головы, может забрызгать и тебя, как мою подругу. А я этого не хочу!

— Ну если ты так говоришь, — неуверенно сказала та.

— Да! Я очень хочу тебя увидеть, но сейчас не лучшее время для этого. И не верь всей ерунде, что будут обо мне говорить, хорошо?

— Конечно!

После разговора, я спустился на цокольный этаж и слушая в наушниках музыку, часа полтора крутил педали тренажера, выставив вполне приличную нагрузку на ноги. Не думая вообще ни о чем.

От этого занятия меня отвлек звонок отца. Который попросил меня придти в столовую. Что я и сделал, приняв сначала душ. Ибо пропотела моя тушка — основательно. И ноги еле передвигал, от усталости. Зато голова прочистилась от дурных мыслей.

Поужинав, «папаня» сообщил нам, что ему сейчас, на пару часиков, по делам отъехать надо. И велел мне, присмотреть за Мариной.

Что я и сделал. Сначала мы совершили вечернюю прогулку, по дворовой территории. Пейзаж, конечно, унылый у нас. Как в лесу самоубийц. После чего, играли в домино. И приняли ванну. Хоть что-то хорошее я увидел, за этот гадкий день.

Плавая в нашей ванне-бассейне, как незабудка и раскинув лапки, я спросил мачеху:

— Вы перенесете свадьбу?

— Нет! — ответила она, как-то резко и громко, — все пройдет, как и когда запланировано.

Ну да, женщины, они такие. Если уж захочется выйти замуж, то и ядерная война их не остановит.

— Завтра приедут мои родители, — сообщила мачеха безрадостные вести.

Я пал духом. Но, учитывая произошедшее, даже странно, что они не заявились сегодня. Выйдя из ванной обнаружил, что отец уже вернулся. Сдав ему, на поруки его кралю, пошел спать. Пожелав спокойной ночи.

Следующий день. Раннее утро.

Сижу, читаю то, что надо будет говорить журналисту и следователю. И самое главное, чего не надо.

В дверь постучали. Получив мое разрешение, в комнату вошла горничная. Напомнила мне о том, что вся семья, кроме меня, собралась за завтраком. Потянувшись, встал из кресла. Горничная вкатила пылесос и приготовилась к уборке моей комнаты. Поинтересовавшись, может ли она вынести на время уборки, в коридор, кучу подарков, которые мне подарили на День Рождения и на которые я еще не взглянул. Чем весьма ее удивил.

— Да, — говорю я, — передвигай все, как хочешь. Только ноут не трогай. Завтра разберу эту кучку, посмотрю, чего мне тут надарили. Я тебя позову, если тоже хочешь поглядеть.

— Ага, хочу, — заулыбалась та, и от возбуждения захлопала в ладошки.

Женщины — любопытные, как сороки.

Завтракаем. Прибыли родители Марины. Их проводили в столовую, к нам, где поздоровавшись, пригласили присоединится к трапезе. У меня как-то пропал аппетит. Но мой уход, сразу после их появления, будет похож на бегство. Так что посижу, чаек погоняю.

Вокруг Марины развели суету. Маман отчитала ее за то, что та игнорировала личную безопасность, передвигаясь без охраны. И за то, что ездила за рулем. Короче говоря, любимая игрушка «мачехи» встает на прикол очень надолго.

После чего взор старой птицы обратился на меня.

— Юная барышня, — сказала она, — то, что ты не дала убить мою Марину — весьма похвально.

И тут же испортила благодарственную речь:

— Но тебе стоило поторопиться! Вон, видишь, как этот негодяй ее избил?! Бедная моя доченька.

Я слегка «подгорел» от такой наглости. Если бы не мой шкурный интерес, то тебе бы, старая птица, потребовалась новая дочь. Но так как, ругаться с ней — не отвечает моим интересам, я просто пожал плечами и пригубил чайку.

— Почему Вы позволяете Марине разгуливать одной, без охраны? Она же самое ценное, что у вас есть! — возопила старая птица, обращаясь к «отцу».

— Моя ошибка, что я ранее не настаивал на том, чтобы Марина брала с собой охрану. Простите. — покаялся «отец».

— Но вот Кайю, пожалуйста, не принижайте, Лариса Александровна! — продолжил он, — нам всем очень повезло, что она такая решительная девушка. Иначе, случилась бы трагедия.

Старая птица стушевалась, покивав головой. В этот момент сообщили о прибытии адвоката. Которого пригласили в столовую.

От завтрака и кофе он отказался. Попросил меня уделить ему время. Что я и сделал. И извинившись, вышел с адвокатом из столовой. Гуляя по территории мы обсуждали то, что я скажу журналистам. А их, оказывается, будет два. Из разных новостных передач. Один из которых, как сказал адвокат, будет явно настроен против меня. Другой же из телекомпании, которой владеют друзья нашей семьи. Напоследок, он посоветовал мне одеться скромно. Немного украшений и лучше обойтись без косметики.

Так и сделаю.

Позже. В беседке, на нашем участке.

Сидим вчетвером. Я, отец и двое журналистов. Точнее журналисток. И две съемочные группы. Все расселись. Всем подали чаю.

— Давайте начнем! — сказал «отец», — Кайа будет отвечать на ваши вопросы, по-очереди.

— Здравствуй, Кайа! — начала первая, выглядевшая, как типичная «гламурное кисо». И вопросов которой, со слов адвоката, стоило опасаться особо, — это правда, что ты состоишь на учете у психиатра?

Ага, сразу зашла с козырей.

— Это отчасти так, — отвечаю я, — со мной, не так давно, произошел очень неприятный инцидент. Какой-то негодяй, средь бела дня, ударил меня по голове и ограбил. Его, кстати, так и не нашли. После чего у меня были некоторые проблемы с воспоминаниями, и именно это заинтересовало психиатров. Я не страдаю приступами немотивированной агрессии, если вам интересно именно это.

Закончив отвечать, улыбнулся гостьям, которые заканчивали стучать по клавишам своих ноутбуков, записывая мой ответ.

— Расскажи, пожалуйста, что именно произошло, — спрашивает другая журналистка, выглядевшая «серой мышкой». Какая-то она была никакая, внешне. Мимо нее пройдешь и не вспомнишь о ней. Даже отличные брендовые вещи, не добавляли ей «красок».

.

— Дело было так, — начинаю рассказывать, — я была дома и смотрела шоу, по ТВ. Мне позвонила Марина, попросила спуститься на парковку, чтобы помочь донести покупки. Спустившись и выйдя на стоянку, я услышала как кто-то громко говорит. После чего увидела Марину и некоего типа, который ударил ее по лицу. И схватил нож.

— И что ты сделала, когда увидела происходящее? — спросила меня кисо.

— Сначала, — отвечаю, — я хотела заорать и спугнуть типа, которого приняла за грабителя. Но в этот момент, этот тип заявил, что он хочет ее убить. И я поняла, что если издам хоть один звук, этот негодяй ее зарежет сразу. Так что выбор у меня остался невеликим. Или я что-то предприму или он ее убьет. Я поискала предмет, который можно было бы использовать в качестве оружия. Единственным, что я нашла — оказался камень. Взяв который, я стараясь не издать не звука, подошла сзади. И в момент, когда преступник замахивался ножом, чтобы умертвить мою будущую мачеху, нанесла удар.

— То есть, ты ударила его сзади по-голове?

— Нет, в самый последний момент, тот гад почувствовал неладное и развернулся ко мне. Получив удар в лицо. После чего упал.

— И что ты сделала потом? — спросила меня «мышка».

— Убедившись, что он в ближайшее время не сможет встать, я подошла к невесте моего отца. Оглядела и подняла ее. После чего, мы пошли в сторону нашей квартиры.

— Ты била преступника, после того, как он упал? — продолжила задавать вопросы «мышка».

— Нет, я ударила только один раз, — отвечаю, покачав головой, — я немножко подождала, поглядев, не вскочит ли этот тип, после чего, выбросила камень и отбросила ногой его нож, под машину.

Кисо продолжила:

— На видеозаписи было видно, как ты сняла обувь, зачем?

— У меня кроссовки иногда скрипят. И чтобы не выдать себя, я их сняла.

— То есть, — радостно спросила меня кисо, — ты хладнокровно решилась на убийство и все тщательно продумала?

Мой «отец» чуть не взорвался. Но, положив своею руку на его, я ответил, с улыбочкой:

— Вы ошибаетесь. Никакого хладнокровия во мне не было ни на грамм, у меня от страха тряслись руки и ноги. Убивать его я не планировала, само собой. И не убивала. Этот тип неудачно упал. А что касается продуманности… я стараюсь сначала думать, а только потом делать. Даже в минуты крайней опасности.

— Это ты вызвала «скорую»? — спросила «мышка».

— Да, это так. Я попросила прислать две бригады. Для Марины и для злодея.

— Как ты вообще решилась на такой отчаянный шаг? Чрезвычайно отважно, для такой юной девушки, — продолжила «мышка».

— Со стуком зубов, — отвечаю я с улыбкой, — было чертовски страшно. Но самое плохое, что может сделать человек — бросить родственника в беде. А Марина, очень скоро, станет хозяйкой нашего дома.

«Отец» сжал мои руки в своих.

— Это не первый случай, в последнее время, твоего агрессивного поведения. Насколько мне известно, — начала кисо, — в твоей школе было два инцидента с твоим участием. В первом из них, пострадала одна из учениц. А, во-втором, ходят слухи, что это ты спровоцировала стрельбу. Не слишком ли много «несчастных случаев» с участием одной школьницы?

— Я тоже думаю, что много, — отвечаю на вопрос, — по-поводу тех событий я уже многократно отвечала. А какие-то слухи комментировать я не могу и не буду.

Отец поднялся со своего места и сказал:

— Большое спасибо, дамы, что нашли время, взять у моей дочери интервью. Но на этом все. Она еще не оправилась от пережитого стресса.

— Последний вопрос, — громко сказала кисо, — каково чувствовать себя убийцей?

Я думал, «папаня» ее прихлопнет.

— Я рада, — отвечаю я, — что вижу Марину живой и что увижу своего брата и свою сестру. Которых этот негодяй безжалостно возжелал убить, в приступе своей безумной ревности. И совершенно не расстроюсь тому факту, что никогда более не увижу этого типа. Я не считаю себя убийцей. Моя совесть чиста! До свидания.

И встав с лавочки, ушел в дом.

Нормальное вышло шоу. Хотя, я честно ожидал большего накала страстей.

В доме.

— Кайа, ты как? — спросил меня отец.

— Да нормально, я ожидала, гораздо более напряженного интервью. По-моему, эта журналистка плохо подготовилась, решив меня вывести из себя парочкой вопросов.

— Скорее всего так и есть.

— Пап, — говорю я, — не хочу сидеть дома. Можно я возьму машину и съезжу покататься?

— Куда ты хочешь поехать? — спросил отец.

— Сама не знаю, куда глаза глядят. Хочу немного проветрится. А после разговора со следователем, я закончу излагать, в письменном виде, то, о чем мы говорили.

— Хорошо, — ответил «отец», — скажи водителю, чтобы отвез тебя туда, куда захочешь, только помни, что у тебя три часа на прогулку. С этого дня, вы с Мариной без охраны не ходите.

— Поняла, спасибо, пап.

Водитель катает меня по городу. Не вечерняя Москва, конечно, но тоже неплохо.

— Андрей Николаевич, — обращаюсь я к водителю, — отвезите меня, пожалуйста, в какой-нибудь хороший ресторан.

Что он и сделал.

Когда я входил в не очень большое, но очень красивое здание кавказского ресторана, меня приветливо встретила хостес и провела к столику. Охранник сел рядом, за соседний. Народу не много. Что понятно. День. Обед уже прошел. А вечер не наступил. Играет негромкая, приятная музыка. Дополняя отличную атмосферу.

Заказал супчика, с бараниной и жаренного мясца. И то и другое оказалось отменным на вкус.

И тут я замечаю, что на мою скромную персону, обратила внимание какая-то кампания «респектабельных» мужчин. «Гостей Москвы», из какой-то южной губернии. Что-то весело обсуждают, на незнакомом мне языке и смотрят на меня.

Внезапно, один из них, мужик лет 45, хряпнув чего-то из стопки, водочки, наверное, встал со своего место и вальяжной походкой, направился ко мне. Встал рядом с моим столиком, начал оценивать мою тушку взглядом. Я вопросительно поднял бровь.

И тип, со знакомым всем акцентом, сказал, что на его взгляд мне очень скучно. И чтобы развеять свою скуку, мне просто необходимо присоединится к нему и к его кампании.

— Нет. — сказал одно слово мой охранник, — встав рядом со мной.

«Гость Москвы» возмутился было, такому грубому вмешательству, в его личную жизнь постороннего мужика. Но посмотрев внимательно на моего «рыцаря» и на его «орудие труда», в оперативной кобуре, видимой из расстегнутого пиджака, развернулся и бурча под нос непонятные слова — убрался восвояси. После чего, от их столика в наш адрес летели не добрые взгляды.

Ладно, хрен бы с ними. Все-таки бытие в женском теле доставляет массу мелких и, не очень, неудобств.

После обеда, покатавшись еще немного по городу, меня отвезли домой.

Столовая.

Я, «отец», «мачеха», адвокат и следователь.

Последний, кладет на стол и открывает папку. Как агент Смит, в художественном фильме «Матрица».

Такой поджарый тип. В костюмчике. Выглядит солидно.

— Простите, — говорю я, — ваша фамилия не Смит?

Тот посмотрев на меня несколько секунд, отвечает:

— Нет. Меня зовут Афонин Роман Владимирович. После чего, показывает мне свое удостоверение. Следователь по особо важным делам. Уголовный розыск. — Есть ряд вопросов, которые мне необходимо вам задать, — начинает следователь. Во-первых, знаком ли вам погибший?

Я отрицательно покачал головой.

Марина сказала:

— Мы с ним ранее были в отношениях.

— Вы общались в последнее время? — спрашивает «Смит».

— Он мне звонил, — чуть помявшись, ответила Марина, — просил вернуться к нему. Но между нами давно все кончено. У меня есть жених. И скоро будут дети.

«Отец» посмотрел на нее долгим взглядом.

— Понятно. Касимова Ирина Михайловна вам знакома?

— Да, — отвечает Марина удивленно, — а что?

— Вы знаете, в каких отношениях с погибшим она состояла?

— Нет, — удивленно сказала та, — знакомы они были, но никаких отношений между ними не было. Насколько я знаю.

— Так вот, Марина Геннадиевна, при обыске на квартире погибшего, мы нашли личный дневник. Предположительно принадлежащий погибшему. Где он подробно описывал свою жизнь и свои планы. В частности, касающиеся вас. В дневнике, также, указанно то, что погибший и Ирина часто общались по телефону. Это подтверждается детализацией звонков. И что, указанная Ирина, испытывает к вам личную неприязнь. На фоне вашей удачной, на ее взгляд, личной жизни. Предпоследней, была запись о том, что Ирина сообщила убитому, что в тот день вы остаетесь в вашей городской квартире и, собственно, туда и направляетесь.

Я смотрю на охреневших от такой новости «моих». Вот это я понимаю женская дружба! «Лучшая подруга» в приступе злобы, на свою более успешную товарку, сообщает ее бывшему, где тот может ее подстеречь. Как там говориться? Не имей сто рублей, а имей сто друзей? Дайте мне мои сто рублей!

— Этого просто не может быть, — простонала Марина.

— Увы, это так! Для того, чтобы привлечь вашу бывшую подругу к ответственности — дневника, скорее всего не хватит. Она будет все отрицать. Есть ли у вас какая-то информация, которая могла бы помочь следствию, Марина Геннадиевна?

Та отрицательно помотала головой.

— Кайа Николаевна, к вам тоже имеется ряд вопросов.

Я скромно отвечаю, потупив глазки, что готов всецело сотрудничать со следствием.

После чего, последовал этот самый «ряд вопросов» и уточнений. Впрочем, они мало чем отличались от тех, что были заданы на интервью. Отвечать старался односложно, как мне и советовал адвокат.

Когда опрос свидетеля, т. е. меня, был окончен, адвокату была вручена повестка для меня. На следственные мероприятия, где будет моделироваться произошедшая ситуация.

После убытия следователя, сидим, пьем чай. Марина зла, как тысяча чертей.

— Я ее не прощу! — заявила она.

— Это правильно! — подливаю бензинчика в костер я, — ты ее считала своим другом, а она тебя убить вздумала. Тоже мне, лучшая подруга! Она должна ответить за свое злодеяние. В конце-концов, погибла бы не только ты. Но и дети! Эта тварь не заслуживает снисхождения!

Ситуация с этой идиоткой Ирой, лучше не придумаешь нарочно! Для меня, по-крайней мере.

Во-первых, терпеть ее не могу и видеть ее рожу мне больше не придется. Но это не важно. Важно другое. После произошедшего, Марина, к своим подругам, будет относиться весьма критически, я полагаю. Как говориться, обжегшийся на молоке — на воду дуть будет.

А вот ко мне, она будет гораздо более благожелательна. И близка. Я так полагаю. Не то, чтобы мне ее расположение было как-то необходимо, как личность — она мне безразлична. Нет. Но иметь на своей стороне «ночную кукушку» очень полезно, для моего положения внутри семьи. Так что, все идет как нельзя лучше, для меня.

Если, конечно, не посадят в тюрьму. Хотя, думаю, такого не произойдет. У «отца» слишком много связей и очень высокое положение. Также, меня будут защищать отличные адвокаты.

Думаю, из этой истории, мне удастся выкрутиться с минимальными потерями. Или даже наоборот, выйти в репутационный плюс. Придется играть роль скромняшки, до суда.

После чаепития, пожелав всем доброй ночи, я отправился в свою комнату. Делать Революцию. Простите меня, уважаемые ученые и инженеры российских НИИ, мне нужно позаимствовать некоторые из ваших идеи и поставить их на службу Империи.

Как я отмечал ранее, ракетное вооружение развитых стран, находится на довольно примитивном уровне. Ракеты для ВВС и ПВО используют только радиокомандную систему наведения. Т. е., специально обученный человек, должен «довести» ракету до мишени, что называется ручками.

О каких-то системах самонаведения для подобного оружия, мне найти информацию не удалось. Быть может они и есть, в виде проектов, но ничего подобного, стоящего на вооружении у какой-либо страны, найти не удалось.

В том числе, никакой информации не было по ракетам с ИК и УФ наведением. Что открывает большое поле для «подкидывания идеек». Если я хочу, что называется, «раскрыть свои карты», то надо поторопиться, а то ведь, не я один такой умный. Сейчас многие страны и военные блоки, во-первых, начнут резко наращивать свои оборонные бюджеты. А, во-вторых, тратить большую их долю на проектирование нового оружия. Вернее, уже начали. Судя по тому, что показывают по ТВ.

Я потратил всю ночь на теоретические выкладки и некоторые технические решения. Повторюсь, я не инженер и «петь» я могу, что называется, только о том, что видел. Этой ночью на меня снизошло вдохновение. Голова была абсолютно ясной. И приходили такие мысли, что я сам себя спрашивал, где это я про такое узнал?

К восходу Солнца, я закончил то, что задумал. Теперь дело за инженерами и промышленностью. Если сделают все, как надо, а тут с этим все в порядке, то наши «коллеги по политическому процессу», могут смело сдавать свои радары, военного назначения, на металлолом.

А наша Родина, «будет диктовать свою непреклонную волю остальному мировому сообществу».

А я буду попивать сок, сидя в уютненьком кресле «высокого начальства». В будущем, само собой. На одном из предприятий «папани». Должность, скорее всего, будет больше бутафорской. Я не не знаю ни одного случая в этой реальности, когда бы женщину поставили на какую-то серьезную руководящую должность. Если только не она сама себя поставила. Как матушка Яны. Но это меня не особенно печалит. Для того, чтобы прожить эту жизнь с удовольствием и без серьезных забот — это будет то, что надо! Может быть даже медальку какую дадут. И титул.

Размечтался я что-то. Скорее всего, «моя» новинка, вызовет лишь ускорение начавшейся «гонки вооружений». И, возможно, какое-нибудь локальное кровавое раздиралово. Или не очень локальное. И если Империя «сдуется» по итогу, то меня, как пособника «кровавого режима» — повесят. Или еще, что похуже, сделают. Так что, быть может, будет лучше не отсвечивать нигде вовсе. Сейчас самое основное сделать так, чтобы то, что я изложил — восприняли всерьез. И отдали «специально обученным людям».

Время завтрака. Спускаюсь в столовую. На моем лице — следы бессонной ночи.

Для меня настал час Х. Если отдам флешку, которую сжимаю ладошке, то моя жизнь заиграет новыми красками. Это абсолютно точно. Реальная жизнь — это не мультфильм, подросток, предоставивший то, что есть на моей флешке, либо получил эту информацию от кого-то. И тут будут «рыть», кто именно передал мне это.

Либо, этот подросток, просто «сумрачный гений». Во что, само собой, мало кто поверит. Но этот вариант мне также несет мало приятных мгновений.

Отдать флешку или нет? Можно, конечно, сдать назад и сказать, что «пошутила». Я в девчачьем теле, плюс травма головы, какой с меня спрос?

Приветствую собравшихся за завтраком.

Подхожу к «отцу» и молча кладу перед ним флешку.

Content

Александр Иванов
КАЙА. ПОВТОРНАЯ ЖИЗНЬ

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12