Алексей Иванов

Бездушный

Пролог

Система SCR-5021.

Благородный дом Вега.

106 день 351 года Потери Терры.

Их главная ошибка была в том, что они решили взять его живым. Они думали, он испугается их оружия или численного перевеса. Ха! А еще они подошли непозволительно близко и забыли, что у него есть шпага.

В одно неуловимое движение обнажив шпагу, он рубанул ближайшего врага по кисти и укрылся за его телом словно за щитом. Грохнул выстрел! Реактивная пуля просвистела мимо. Вот как можно промазать, стреляя практически в упор? Еще один выстрел! В этот раз точный — прямо в тело товарища. Адмирал Соларес пинком ноги оттолкнул свой кричащий от боли и шока живой щит в сторону двух оставшихся противников. Бросок вперед и глубокий выпад! Шпага без труда вошла в правый бок помощника интенданта, прошла между ребер и пробила печень. Странное это ощущение — проткнуть живого человека длинным стальным клинком. За полвека жизни, адмирал Соларес прошел через десятки боев и забрал немало чужих жизней. Но никогда он не убивал вот так — стоя с врагом глаза в глаза. Пораженный этой мыслью, он слегка растерялся и не сразу выдернул шпагу. Целую секунду адмирал и его жертва стояли неподвижно, глядя друг на друга. Затем помощник интенданта громко сглотнул. Пистолет выпал из его рук и ударился об пол мостика.

Это привело адмирала в чувство. Он освободил шпагу, небрежным движением стряхнул с нее кровь и повернулся к последнему противнику. Молоденький штурман, с едва начавшими пробиваться усами, молча взирал на происходящее, а в глазах его плескался… не страх, нет. Настоящий первобытный, мистический ужас!

— Не-не подходи, — взвыл он, разом позабыв про зажатый в руке пистолет.

Адмирал Соларес сделал шаг вперед, небрежно качнул шпагой. Юнец отступил назад. Адмирал шагнул еще. За его спиной на полу мостика с диким воем корчились два тела, еще недавно бывших младшими офицерами корабля.

Штурман продолжил пятиться, пока не уперся в кресло с телом астронавигатора. Дико взвыв, он бросил пистолет в адмирала, словно какой-то метательный снаряд и кинулся в сторону выхода с мостика.

Настигнув его в один прыжок, адмирал с каким-то мстительным удовольствием вогнал шпагу в спину труса, а когда тот упал, нанес добивающий удар в шею. Предательство должно быть наказано! Подобрав с пола один их пистолетов, он навел его на две первые жертвы своей шпаги. Хлопнуло два выстрела, на мостике стало на два мертвеца больше. Тяжело дыша, ведь он уже давно не мальчик, адмирал опустил пистолет и только тут почувствовал, что по ноге струится что-то теплое, а живот пронзает острая боль.

Да, так и есть. Тело врага оказалось не самой лучшей защитой от пуль. Тот второй выстрел его все же зацепил, а в горячке боя он этого даже не заметил. Доковыляв до стены с аптечкой, согласно флотскому уставу таковая всегда должна быть на мостике, адмирал Соларес открыл ее, порядком измазав кровью консоль доступа. Вколов себе обезболивающее, он вылил на рану целый флакон медгеля и наложил самофиксирующийся бинт.

Покончив с лечением, адмирал подобрал брошенную шпагу, стер с нее кровь, полюбовался клинком голубоватой стали с тонкой золотой насечкой и убрал оружие в ножны. И кто бы мог подумать, что судьбу одного из лучших космических кораблей галактики решит шпага, выкованная в докосмическую эпоху в славном городе Толедо на Священной Терре?

У адмирала Виктора Солареса из дома Вега была небольшая причуда. Перед космическим сражением вместо скафандра он, в нарушение всех уставов, всегда облачался в парадный мундир при всех орденах и положенных ему регалиях благородного гранда. Просто он всегда считал, что если в командной рубке произошла разгерметизация, то от корабля уже мало что осталось, и даже эвакуацию объявлять уже поздно. Одной из таких регалий была наградная шпага, пожалованная ему королем за храбрость. Сегодня она спасла если не его жизнь, то честь — наверняка.

Кто же знал, что зараза мятежа проникнет и на его гвардейский флагман? Да у него даже самый последний механик был гражданином или имел хотя бы пожизненное дворянство. Простые подданные никогда не служили в гвардии. Для этого они должны были хотя бы гражданство заслужить.

Пройдя вдоль кресел вахты, адмирал Соларес проверил застывшие в ложементах тела. Все мертвы. Вероятно, как и остальной экипаж. Мятежники хитро придумали. Сперва подменили кислородные патроны служебных скафандров на какую-то отраву, а потом объявили по всем отсекам лидера декомпрессионную тревогу. Лидер и так уходил с орбиты охваченной мятежом планеты с минимумом команды. Ее не хватало даже на одну полноценную вахту. Дожидаться остальных не было времени, да и особого смысла. Мятежники, с лозунгами в голове вместо мозгов, безжалостно расправлялась с любым человеком в гвардейском мундире. В их руках оказалась все крупные города столичной планеты, орбитальная база и большая часть королевского космического флота. Корабли, экипажи которых остались верны присяге, безжалостно расстреливались, так и не успев активировать щиты. Им даже сдаться не предлагали. Прорваться с орбиты к ближайшим нитям перехода удалось единицам. Ударный лидер прорыва «Сантьяго» был одним из этих немногих счастливчиков. Кто же знал, что с собой он забрал и семена мятежа?

Адмирал с горечью посмотрел на тела мятежников. Чего им не хватало? Чем их соблазнили? Все трое дети благородных семейств, с блестящими перспективами в будущем. Неужели и они купились на эти россказни об отсталом монархическом режиме и всеобщей свободе? Смешно! История вновь учит нас тому, что мы ничему не учимся у истории.

Он подошел к консоли связи.

— Говорит адмирал Соларес, всем кто меня слышит немедленно выйти на связь! — капитанский канал, разнес его сухой голос по всем отсекам лидера. Чудеса порой случаются, но это был не тот случай. На его призыв, никто так и не отозвался.

Пощелкав клавишами, он проверил камеры наблюдения, но везде видел одинаковую картину — мертвые тела в скафандрах. Они лежали и сидели за консолями на своих постах занятых строго согласно боевому расписанию. Он слишком хорошо их обучил, чтобы кто-то замешкался при сигнале декомпрессионной тревоги в отсеке и не задействовал ресурсы своего скафандра. Это их и сгубило.

Адмирал в бессильной ярости ударил по консоли связи и перешел к сканерам пространства. Трехмерная сфера неподвижно висела в воздухе. Центром ее был «Сантьяго», отмеченный зеленой точкой. Вражеские корабли маркировались красным, союзные — синим. Корабли или космические объекты, принадлежность которых не была установлена, отмечались белым. Сейчас позади зеленой точки «Сантьяго» виднелись сразу четыре синих.

Адмирал ткнул пальцем в одну из них. Экран по соседству послушно вывел необходимую информацию. Так и есть, у него на хвосте четыре легких крейсера. Беглецы с орбиты мятежной планеты уходили к ближайшим нитям и шанс на то, что целых четыре корабля смогли уйти той же нитью что и «Сантьяго» равны нулю. Выделив все четыре точки, он сменил их статус с «союзник» на «враг». Эх, будь на «Сантьяго» хотя бы сотня человек экипажа, он бы устроил преследователям теплый прием, но у него нет этой сотни. А вести лидер прорыва в бой с помощью одного корабельного искина — это что-то из области божественных чудес.

Самофиксирующийся бинт на животе разбух от крови и вот-вот должен был отвалиться. Медгель не сильно помог остановить кровь, а значит — ранение серьезней, чем казалось на первый взгляд. Можно попытаться дойти до медотсека, но что толку. Весь его персонал мертв. А чудесные самолечащие капсулы так и остались лишь на страницах фантастических романов.

— Нет, мой корабль вы не получите, — зло прошипел адмирал теперь уже красным точкам на сканере, вводя с резервного пульта управления последние директивы в корабельный компьютер.

«Сантьяго» начинал разгон, уходя прочь от орбиты планеты с ее зонами перехода. Его курс лежал к границе системы. Пусть крейсера теперь попробуют его догнать. Насколько у них хватит терпения? Три часа? Десять? Может быть день? Догнать «Сантьяго» они могут… недели через две, когда лидер уже покинет систему, постепенно убегая в вечную тьму дальнего космоса. Это вам не перехват практически неподвижной цели в зоне перехода при попытке привязки к пространственной нити.

По старой традиции королевского космофлота, капитанская каюта всегда располагалась рядом с мостиком. Набрав на консоли код и приложив ключ карту, Виктор Соларес неторопливо вошел в свои огромные двухкомнатные апартаменты — безумная роскошь даже для такого большого корабля как лидер прорыва.

Сменив бинт и надев чистую сорочку, адмирал накинул на плечи запачканный кровью парадный китель. Запасного у него, увы, не было. Сжимая в руке ножны с так хорошо послужившей сегодня шпагой, он прихватил бутылку вина из личных запасов и вернулся на мостик.

Выдрав бутылочную пробку зубами, как во времена лихой кадетской юности, он приложился к бутылке. Вино было великолепно: густое, с бархатистым терпким вкусом. Дойдя до желудка, оно приятной теплой волной разлилось по телу.

Мысли адмирала Солареса скользнули куда-то в сторону. Почему-то ему вспомнилась лекция из курса истории, когда-то прослушанная в академии. Вспомнилась дословно, он словно вновь вернулся в свои юные годы в ту аудиторию, со старым седовласым профессором. Как же его звали? Память отказалась напомнить имя, но зато она припомнила тембр голоса и слова старика…

К концу третьего тысячелетия от Рождества Христова… Это как вы помните, если не спали на моих лекциях — что вряд ли — одна из систем отсчета времени на планете праматери. В настоящее время ее используют лишь некоторые религиозные культы. Так вот, к концу третьего тысячелетия человечество полностью освоило домашнюю систему. Было проведено терраформирование Марса. Вовсю разрабатывался пояс астероидов. Но уже тогда стало очевидно, что этого мало. Запертое в границах домашней системы, человечество зашло в тупик. Ресурсы системы праматери были огромны, но все же конечны. Марс, несмотря на терраформирование, подходил для колонизации весьма ограниченно. Будущее человечества лежало вне границ домашней системы. Но все попытки вырваться за ее пределы потерпели крах. Галактика огромна. Даже скорости света недостаточно для активной экспансии, да и она была для человечества лишь недостижимой мечтой. Впрочем, как и в наши дни. Да и сам дальний космос таит немало загадок и опасностей, о которых мы просто не знаем. Веками исследовательские корабли со всевозможными вариантами двигателей просто исчезали в нем. Полеты занимали десятилетия, но дальше трех световых лет от домашней системы не смог уйти ни один из исследовательских кораблей.

Прорыв произошел случайно. Вы еще не проходили теорию гравитационных аномалий. А потому расскажу простым языком. Было выяснено, что в определенных точках пространства в гравитационном поле планет существуют аномальные зоны. Это и послужило открытию так называемой теории перехода, после названой теорией нитей… Кратчайшее расстояние между двумя точками прямая? Забудьте. В нашей галактике кратчайшее расстояние — это пространственная нить. Изначальные названия — кротовые норы и червоточины, отмерли по мере изучения данного явления. Пространственные нити пронизывают всю галактику, образуя причудливую паутину. Один конец нити может быть в солнечной системе Рукава Ориона, а другой в такой же системе, но уже в Рукаве Стрельца. Физики до сих пор спорят, какова природа данного явления, хотя кое-какие общие выкладки уже есть. Впрочем, мы отвлеклись. Подробнее об этом вам расскажут в курсе физики высоких энергий. Нас же сейчас интересует только история космической экспансии, человечества. Весьма познавательная история, должен сказать.

К концу третьего тысячелетия человечество так и не смогло объединиться. Надгосударственные и межгосударственные организации как-то: Организация Объединенных Наций, Альянс Свободы, Страны Шанхайского Договора, Славянский Союз и прочие, так и остались не более чем дискуссионно-совещательными клубами. Да, представьте себе, человечество даже не смогло создать единую валюту. Что вы улыбаетесь? Думаете, Банковская директория с ее полным нейтралитетом и «банки директории вне политики» была всегда? Ошибаетесь, этой организации немногим больше ста лет. В космос ринулось не единое человечество, а все страны по отдельности. Началась эпоха активной космической экспансии — Новая Конкиста.

Стремясь застолбить за собой свой кусочек галактики, даже самые бедные страны заключали хрупкие альянсы. Напрягая из последних сил тощие бюджеты, они покупали космические корабли и отправляли их к звездам. Страна, не имеющая хотя бы одной, самой убогой космической колонии, вновь считалась просто недостойной именоваться цивилизованной. У крупных государств колоний были десятки.

Галактика огромна, но алчность людская бесконечна. Разумеется, в галактической паутине, как вскоре назвали систему переходов, сразу нашлись места, где интересы разных государств входили в противоречие друг с другом. Итог предсказуем — поначалу мелкие стычки, а потом и полноценные колониальные войны. Все сто пятьдесят лет активной экспансии то тут, то там вспыхивали конфликты. И с каждым годом их количество нарастало. Все понимали — это просто прелюдия большого космического передела. Все к этому усиленно готовились. Новое оружие, новые корабли. Военные флоты становились все больше и руки их применить чесались все чаще. В гарантированное взаимоуничтожение уже никто не верил. Человечество расселилось по сотням планет. Уже были найдены десятки планет А класса — практически копий земли. Даже флора и фауна на многих из них была чем-то схожа с земной. Сторонники теории параллельной планетной эволюции ликовали, получив в свои руки сильные козыри.

А потом случилась катастрофа…

До сих пор так и не ясно, что же послужило ее причиной. Случайность. Испытание принципиально нового двигателя, оружия. Происки инопланетян, хотя никто их так и не нашел за время экспансии. На планетах А класса случалось находить артефакты, вымерших инопланетных цивилизаций, но весьма спорные. Одно можно было сказать с уверенностью, ни одна из этих возможно и существовавших инопланетных цивилизаций так и не вышла в космос. Да и вымерли они задолго до того, как хомо сапиенс добили последних неандертальцев.

Однако факт остается фактом. В один далеко не прекрасный день солнце, гревшее планету праматерь человечества, превратилась в сверхновую. Планета праматерь была потеряна. Человечество одним махом обеднело на сорок миллиардов особей, проживавших в домашней системе. Треть всей своей популяции! Правительства государств, руководство самых богатых корпораций, лучшие научные центры, самые мощные и развитые производственные мощности, космические базы и верфи, половина космического флота — было потеряно все.

Спастись удалось лишь нескольким космическим кораблям, да и то случайно. В момент вспышки сверхновой они как раз совершали привязку к нити, чтобы совершить переход.

Но это было только начало. Гибель Терры стала тем спусковым крючком, что запустил галактическую бойню. Время Мертвых звезд — так назовут эту эпоху те, кому посчастливилось ее пережить. Полстолетия кровопролитных войн нанесли человечеству ущерб еще больший, чем потеря планеты праматери.

В огне орбитальных бомбардировок сгорали целые миры. Чудесные голубые жемчужины планет А класса превращались в пустынные, мертвые, безжизненные миры с отравленной атмосферой. Теперь на них нет ничего живого, лишь развалины городов да пустыни на месте океанов. И только магма растревоженных вулканов выплескивается из недр, словно кровь из открытых ран. Да ветер гоняет тучи пепла в разряженной, радиоактивной атмосфере.

Все старейшие и наиболее освоенные колонии оказались потеряны, прихватив с собой еще сорок миллиардов населения. Человечество оказалось на грани вымирания. Многие уцелевшие колонии скатились практически в варварство. Многие, но далеко не все…

Писк зуммера сигнала дальней связи вырвал адмирала Солареса из пелены воспоминаний. Дав команду игнорировать сигнал, он вновь подошел к сканеру пространства. Красные точки уже маячили на самом краю дальности действия сканера. Легкие крейсера явно гасили скорость, отказываясь от преследования лидера прорыва.

Вернувшись назад, Виктор Соларес расслабленно откинулся в капитанском кресле, положил шпагу себе на колени и отпил еще вина. Он еще не знал, что становится легендой.

Ударный лидер прорыва «Сантьяго» уходил во тьму космоса, в вечность. Шел триста пятьдесят первый год Потери Терры. Это был последний год Второй Реконкисты. До очередного витка глобальных космических войн оставалось двести лет…

Глава 1

Бессмертный

Главный закон космоса — размер флота и главный калибр его орудий.

(адмирал Виктор Соларес де Вега)

Планета Асраи.

Конфедерация Независимых Систем.

236 день 561 года Потери Терры.

Джодок Дойл открыл глаза и невольно поморщился. Пробуждение проходило быстро. Но несмотря на многолетние разработки, ввод мышечного стимулятора оставался еще довольно неприятной процедурой. Каждую клеточку твоего тела словно пронизывают маленькими острыми иглами. Какой тут может быть сон?

Капсула едва заметно завибрировала — заработали встроенные насосы. Уровень медицинского геля стал постепенно падать, освобождая из своего плена обнаженное мужское тело, совершенно лишенное какого-либо волосяного покрова. Втянулась в крышку капсулы дыхательная трубка с носовым зажимом. Затем заработали распылители антисептика, смывая с тела остатки геля. Обдав Джодока напоследок потоком сухого воздуха, крышка капсулы с тихим шелестом отъехала в сторону.

Яркий свет резанул по глазам, заставил прищуриться. Две неясные тени заслонили источники света.

— Мистер Дойл, как вы себя чувствуете? — спросила одна из них знакомым голосом профессора Суини.

Джодок не ответил. Да и что тут было отвечать? За последние полвека процедура омоложения отточена и доведена до совершенства. К тому же за его состоянием следили не только медицинские датчики, встроенные в капсулу регенерации, но и настоящий живой оператор. И ни кто-нибудь, а лучший биотехнолог корпорации, да и этого сегмента галактической паутины.

Профессор Беленус Суини был гением. Это признавали даже его недруги. А его вопрос — просто дань вежливости. Он был связан лишь с положением самого важного из его пациентов.

Джодок дернулся, силясь подняться. Вторая тень обхватила его руками и помогла принять сидячее положение. Ноздри мужчины защекотал тонкий аромат духов: сандал, фиалка, ирис и ландыш. В его офисе такими духами пользовалась только Кристи — его бессменная вот уже тридцать лет секретарша.

Его глаза вытерли слегка влажной салфеткой, и Джодоку наконец-то удалось проморгаться. Окружающие объекты приобрели четкость. Мир вновь налился красками.

— С возвращением, босс, — улыбнулась Кристи. — Неплохо выглядите для своих ста семидесяти с хвостиком.

— Больно большой хвостик, — усмехнулся в ответ Джодок.

— У вас все такое большое, босс, — томно добавила Кристи, стрельнув взглядом по обнаженному телу начальника.

Смущенный подобной откровенностью профессор Суини отвел взгляд в сторону, а сам Джодок раскатисто расхохотался. По корпорации уже давно ходили слухи, что одними секретарскими обязанностями у Кристи дело не ограничивается. Слухи были правдивы. Отставной комендор-сержант «Бледных всадников» Кристина Финч уже три десятка лет была не только его секретарем, но и телохранителем. За плечами этой хрупкой на вид женщины с внешностью юной модели было не меньше двух десятков абордажей и планетарных высадок. Для наемных рот в галактике всегда найдется горячее местечко. Это только в ближайших к основным планетам системах царит закон, да и то не всегда. Дальше в паутине правит Его Величество Главный калибр и Ее Высочество Абордажная команда.

Сев на край капсулы, Джодок свесил ноги на пол, нащупал кончиками пальцев ворс ковра и попробовал встать, придерживаясь рукой за капсулу. Несмотря на стимулятор, омоложенное тело подчинялось весьма неохотно. Что же, это пройдет. Первые несколько часов всегда так: неустойчивая походка, слишком резкие, рваные и не совсем точные движения, замедленная реакция.

Ничуть не смущаясь наготы босса, Кристи услужливо накинула на его плечи теплый махровый халат. Довела до кресла, помогла удобно усесться.

Устроив шефа, она подошла к одному из огромных окон, за которыми открывался величественный вид на деловой центр города с двухсотого этажа «Двойного Д» — небоскреба бывшего штаб-квартирой корпорации «Арборвитэ». Кристи нажала на окно и его часть тут же отъехала в сторону, открыв встроенный минибар.

Все окна в кабинете Джодока были не более чем отличными электронными экранами. Хотя сейчас они транслировали правдивую картинку с обзорной галереи небоскреба, расположенной чуть ниже крыши с ее взлетной палубой для гравикаров совета директоров и системой ПВО. Сам офис главы «Арборвитэ» располагался на десятом этаже, но не вверх, а вниз от поверхности земли. Нередкие корпоративные войны научили Джодока осторожности. Его подземный офис мог выдержать непродолжительную орбитальную бомбардировку неизвестных кораблей или падение на город ударного лидера. Случались во время особо крупных войн корпораций и такие эксцессы. Не с «Арборвитэ», но случались. После одного такого случая, когда на штаб-квартиру конкурента внезапно упал малый рудовоз — такая трагедия — Джодоку удалось занять лидирующие позиции на медицинском рынке Конфедерации. Впрочем, к чему ворошить прошлое?

— Кристи, смени, пожалуйста, вид за окном, — попросил Джодок.

— Конечно, — кивнула секретарша, вызвав на голоэкран наручного коммуникатора длинный список. — Что вы хотите?

— На твой вкус.

Кристи быстро промотала список и ткнула пальцем в одно из наименований. Вид за окном сменился с городской панорамы на гигантский аквариум, заполненный разномастными рыбами и морскими животными.

Прихватив из минибара хрустальный графин с коньяком и два коньячных бокала, Кристи вернулась к Джодоку.

— Присоединяйся, Бел, — президент корпорации радушно кивнул на соседнее кресло.

Профессор не стал себя уговаривать, тем более коньяк у президента всегда был отменным.

Кристи быстро наполнила бокалы и заботливо подвинула один из них поближе к руке шефа. Не дожидаясь дальнейших указаний, она откинула крышку коробки для сигар и взяла одну из них.

— Спасибо, Кристи. Ты как? Готова слегка повалять старика? — Джодок кивнул в сторону одной из дверей. За ней скрывалась небольшая, но уютная комната отдыха.

— Просто горю от нетерпения, шеф.

— Хорошо, но сперва мы с профом переговорим. — Он медленно взял бокал и отсалютовал им сидевшему напротив профессору. Руки, да и все тело, слушались уже гораздо лучше. А полчаса наедине с Кристи окончательно приведут его в форму. — Na zdorovie, Бел. Как говорят наши злейшие друзья из Союза.

Сделав глоток из бокала, Джодок покатал янтарную жидкость на языке и проглотил. Кристи щелкнула серебряным каттером. Обрезав кончик сигары, она протянула ее президенту. Чиркнула спичкой. Настоящей деревянной — верх расточительства в эпоху вездесущего пластика и полимеров.

Благодарно кивнув секретарше, Кристи всегда знает, что ему нужно, Джодок раскурил сигару. Откинувшись в кресло, он какое-то время посмаковал дым табачного листа. Не какого-то там синтезированного, фабричного дерьма, а натурального: выращенного на планете класса А, по старинным технологиям погибшей планеты праматери. Кристи погасила спичку. Встав позади кресла шефа, она принялась разминать ему шею и плечи.

— Что, проф, как мои дела? — нарушил наконец затянувшееся молчание Джодок.

— Мистер Дойл, процедура омоложения…

— Бел, хватит мистерить. Мы знакомы уже добрые полвека. Ты знаешь обо мне больше чем все мои жены, любовницы и секретарши вместе взятые.

При упоминании секретарш Кристи слегка нахмурилась, она-то думала, что от нее у шефа секретов нет. Так оно и было… почти. Но в этом «почти» таилось все самое главное.

— Ты владеешь тремя процентами акций, — продолжил Джодок, — входишь в совет директоров. Может пора прекратить вести себя как тот студент третьекурсник, гениальность которого я когда-то заметил?

— Мистер Дойл, для меня вы всегда останетесь мистером Дойлом, — неодобрительно поджал губы профессор и отрицательно покачал головой.

Где-то в глубине души Джодоку была даже приятна подобная щепетильность и почитание со стороны признанного гения. Многие, достойные гораздо меньшего уважения, чем профессор Суини, смели ему панибратски тыкать, а то и шуточно называть «двойным Д» или «дядюшкой Джо». Он терпеть не мог подобное обращение особенно от ничтожеств, пусть и наделенных деньгами и властью, но приходилось себя сдерживать.

Что скрывать, Джодок Дойл был немного, самую капельку, тщеславен. Пусть большинство религий считают гордыню величайшим из грехов, но ему было чем гордиться!

С двенадцати лет он начал работать в фармакологической корпорации отца и его партнеров. В то время это была обычная мелкая корпорация. На планетах класса А их могут быть сотни. После окончания университета занял одну из скромных должностей и за тридцать лет прошел путь до одного из вице-президентов. И вовсе не потому, что был сыном президента корпорации. Отец Джодока слыл человеком весьма строгих правил. Он не стал бы способствовать продвижению ничтожества только потому, что это ничтожество — его единственный сын.

Формально у «Арборвитэ» было несколько владельцев, но основал корпорацию отец Джодока — сколотивший с несколькими друзьями неплохой капитал во время Второй Реконкисты. Он владел сорока процентами акций. Заняв его место, Джодок постепенно довел эту цифру до шестидесяти. И более она никогда не опускалась ниже пятидесяти пяти. Под его началом «Арборвитэ» расцвела. Корпорация одной из первых освоила технологию омоложения организма. Выстояла и усилилась во время третьей волны корпоративных войн Конфедерации. Теперь корпорация «Арборвитэ» — это два миллиона сотрудников, тридцать пять планетарных представительств, десятки научных лабораторий, институтов, исследовательских станций, фабричных комплексов, космический флот из почти сотни кораблей.

— Ладно. Переходи сразу к делу. И не надо меня утешать, я ведь и сам биотехнолог не из последних. — Джодок постучал по голове. — Сколько мне осталось?

Отстраненно покатав между ладоней бокал, профессор Суини налил себе еще немного коньяка, выпил и сказал:

— Не больше двенадцати лет. Вы и сами знаете, после ста пятидесяти эффективность омолаживающих процедур падает. Новое молодое тело — не проблема, но мозг… — он замолчал. Да и что он мог рассказать человеку последние лет тридцать державшему под личным контролем все перспективные исследования в данной области? И не только в Конфедерации, но и в сопредельных государствах.

Президенту корпорации «Арборвитэ» Джодоку Дойлу было сто восемьдесят восемь. Он не был самым старым человеком в галактике. Зато был одним из немногих, кто, дожив до таких лет, находился в полном рассудке, а не стал живым овощем с жалкими остатками былой личности.

Люди вышли в космос. Покинули колыбель домашней системы. Заселили и терраформировали сотни миров. Почти уничтожили себя в нескольких глобальных космических войнах, но вновь возродились и вернулись покорять и познавать галактику. Человечество совершило немало прекрасного и ужасного, но оно так и не справилось со своей главной болезнью под названием жизнь. А ведь эта зараза у ста процентов населения и заканчивается всегда смертельным исходом. Нет, тело-то можно поддерживать в молодом состоянии хоть двести лет, хоть тысячу. Были бы деньги. Но что толку от тела, если мертв мозг? После ста пятидесяти скорость отмирания нейронов головного мозга увеличивалась в геометрической прогрессии. Лучшие ученые галактики бились над этой проблемой, но выхода пока не нашел ни один. Процедуры омоложения частично помогали, но давали только кратковременный эффект.

Последние десять лет Джодок проходил курс омоложения каждый год. Но вовсе не из-за страстного желания вечно оставаться тридцатилетним. А ведь находились и такие, кто ежегодно проходил процедуру омоложения, просто чтобы сохранить полюбившийся возраст. Впрочем, Джодок, как президент «Арборвитэ» — корпорации лидера в сфере фармакологии, медицины и генной инженерии Конфедерации, холил и лелеял подобных клиентов. И каждым занимался лично. Во-первых, это были очень и очень богатые, а значит и влиятельные люди и не только Конфедерации, но и соседних государств паутины. В сфере генной инженерии, к которой относилось и процедура омолаживания, «Арборвитэ» была признанным лидером.

Обычные медицинские препараты и без всякого полного омоложения организма позволяли дотянуть до сотни, причем лет до шестидесяти не особо беспокоясь о возрастных болячках. Но все это было лишь жалкой заменой полноценного омоложения, позволявшего повернуть время вспять. Стоимость процедуры, естественно, соответствовала результату, и это было второй причиной любви Джодока к состоятельным клиентам.

Он выпустил струйку дыма в воздух. Двенадцать лет. Если подумать, это не так и мало. Но и немного. За этот срок могут выстрелить кое-какие перспективные разработки, способные если не решить его проблему, то хотя бы продлить полноценную жизнедеятельность.

— Двенадцать лет… — задумчиво пробормотал он.

— При некоторой доле удачи можно выиграть еще лет пять, — обнадежил президента профессор.

— Каким образом? — заинтересовался Джодок, испытующе посмотрев на Беленуса.

— Более частыми процедурами омоложения и увеличением их продолжительности.

Профессор вновь покатал в руках пустой бокал, но наполнять его не стал. В научном отделе еще много дел, а от алкоблокираторов у него изжога.

— И сколько времени я должен буду сидеть в регенерационной капсуле?

Как глава корпорации делавшей огромные деньги на омоложении, Джодок прекрасно знал подводные камни предложения профессора.

— Как минимум по двенадцать часов.

— Каждый месяц, — нахмурился Джодок.

— Каждую неделю, — губы профессора Суини исказились в подобии улыбки. — Я бы предложил еще большее количество процедур, но мои сотрудники просто не успеют провести необходимые исследования и моделирование. А без всего этого мы вместо омоложения можем получить что угодно.

— Это дурная шутка, проф.

— А я нисколько не шучу.

Выпустив в потолок очередную струйку дыма, Джодок задумчиво постучал пальцами по крышке стола. Стандартная процедура омоложения занимала шесть-восемь часов и стоила почти десять миллионов кредитов — зарплата служащего средней руки за полвека безупречной работы, со всеми надбавками и премиями. Да, вторая молодость — это удовольствие недешевое. И это за стандартный комплекс омоложения! В случае с Джодоком, когда возраст пациента переваливал за сто пятьдесят, требовались определенные исследования организма и индивидуально просчитанный комплекс процедур. Тут стандартная цена могла возрасти в десятки раз.

— Ладно, оставим этот вариант на крайний случай. Время еще есть. Что там с «Адонисом»?

— Проект движется, — оживился профессор. — Создание полноценного взрослого клона уже давно не проблема. Но перенос личности… — Он запнулся, вновь сник и нехотя признал: — Ни одного полноценного переноса пока что не удалось. Должен сознаться, в ближайшие годы я сомневаюсь в успехе.

— Но это возможно? — уточнил Джодок.

— Разумеется… в теории.

— В теории я могу отодрать весь персонал квартала свиданий, а на практике пресытился этими бестолковыми движениями еще лет пятьдесят тому назад. Пару раз в месяц и больше не тянет, — вновь проворчал Джодок, стряхнув пепел с сигары в поставленную Кристи пепельницу, само собой разумеется, тоже хрустальную.

Президент «Арборвитэ» Джодок Дойл был сибаритом и никогда этого не скрывал. Он любил хорошую выпивку. Не синтезированную автоматом, а приготовленную поваром пищу. Живым поваром, а не кухонным дроидом. Он носил одежду, пошитую живым, опять-таки, портным из натуральных тканей. Джодок Дойл даже домашних животных любил нормальных: живых, гадящих и линяющих. А не этих новомодных киберов и биоморфов, пусть те и лишены множества раздражающих недостатков. В конце-то концов, должна же от богатства быть хоть какая-то польза? А так это сплошная головная боль от подкупа сенаторов, происков конкурентов и поисков путей ухода от налогов. Хотя последние волновать корпорации, полностью подмявшие под себя власть в Конфедерации, могли только своей мизерностью. Но даже у этого мизера был существенный недостаток — его приходилось платить!

Кристи почувствовала мрачное настроение шефа и ободряюще сжала ему плечо. Джодок благодарно погладил ее по руке.

— Моя теория может воплотиться на практике. Уже воплощается! — разволновался профессор. Когда речь шла о научной работе, его обычная скованность сменялась бурей эмоций. Особенно если совет директоров покушался на святое — бюджет научного отдела. — Каждая новая неудачная попытка дает бесценный опыт. Я вношу изменения, улучшаю…

— Хорошо, проф, — Джодок выставил пред собой руки в примиряющем жесте. О своих научных изысканиях профессор Суини мог говорить бесконечно. — Знаю, ты безвылазно сидишь в лаборатории. Даже ночуешь в ней. Женится тебе надо было… лет пятьдесят назад, — внезапно добавил он.

— Тогда я не смог бы работать с полной отдачей, мистер Дойл, — рассмеялся профессор, разом растеряв всю свою горячность. — И вам бы пришлось искать нового гения для претворения в жизнь ваших планов.

— Наших планов, Бел, — поправил его Джодок. — Наших! Или тебе вечная жизнь не интересна?

— Поговорим об этом лет через сто.

— Ловлю тебя на слове, Бел. Что там с финансированием проекта? Выделенных средств достаточно?

— Когда я жаловался на финансирование, — пожал плечами профессор.

— Да почти всегда, — усмехнулся Джодок. — Но на этот проект я выделю любые деньги. Любые, Бел. Я верю в него! И верю в тебя! Если кто-то сможет подобное, так это ты… Не буду больше отвлекать тебя от работы.

— Да, работа! — засуетился профессор Суини, глянув на электронные часы с местным и стандартным галактическим временем. — Как я мог забыть?! Мой эксперимент.

Вскочив с кресла, он вылетел из рабочих апартаментов президента, даже не сделав попытки попрощаться. Джодок проводил его удивленным взглядом и сокрушенно покачал головой. Наверное, все гении должны быть слегка сумасшедшими либо рассеянными. Налив себе еще рюмку коньяка, он медленно ее выпил, хлопнул Кристи по бедру и кивком указал на дверь в комнату отдыха.

Вызов коммуникатора застал их в самый кульминационный момент.

— О да, детка! — стонал Джодок. — Ты это умеешь. Чуть ниже. Вот так. Да-а-а! Ты у меня просто умница. Знаешь, как порадовать старика.

Негромкая, но настойчивая мелодия нарушила всю идиллию. Кристи прекратила массаж, а расслабившийся и почти достигший нирваны Джодок помрачнел. Всегда так! Не успеешь вылезти из регенерационной капсулы, как тут же наваливаются дела.

— Ты опять не отключила эту штуку! — возмутился он.

— Это может быть что-то срочное, босс. Я всегда должна быть на связи, — ответила Кристи, взяв со столика коммуникационный браслет и тонкий, мерцающий ярко-красным, чтобы облегчить поиски, усик гарнитуры.

Когда наушник занял свое место в ее ухе, то его мерцание исчезло, а красный цвет постепенно сошел на нет. Гарнитура-хамелеон всегда принимала цвет кожного покрова носителя и была практически незаметна.

— Я слушаю. Да… Да, я помню. Немедленно?

Джодок удивился.

— И что там за самоубийца? — лениво поинтересовался он, когда Кристи покончила с односложными ответами и явно собралась что-то у него спросить. — Не могли подождать до завтра?

— Это наш главный псих. Он вот уже три часа просит организовать срочную встречу.

Главным психом в «Арборвитэ» называли главу аналитического отдела корпорации, состоявшего из людей прошедших через так называемую процедуру псиактивации. Вообще-то у данной процедуры было куда более правильное название: процедура транскорониальной стимуляции гиппокампа — но оно не прижилось. Даже в официальные документы вошло изначально сленговое словечко «псиактивация».

У человека прошедшего псиактивацию кардинально улучшалась память, а скорость запоминания и мыслительных процессов увеличивалась в несколько раз. Правда, никакими паранормальными способностями, несмотря на название, псионы не располагали. Никакого теле или пирокинеза, гнутых силой мысли ложек и прочей фантастической чепухи. Зато они были незаменимы при работе с большими объемами информации. Связка псион плюс корабельный искин — основа современной астронавигации. Благодаря этому в несколько раз уменьшилось время расчета для привязки к нити — перелета в другую систему. Так же псионы были прекрасными аналитиками. Редкая корпорация, хотя находились и такие, обходилась без их услуг.

— Хм, — нахмурился Джодок. — Видимо дело серьезное, раз у него напрочь отказал инстинкт самосохранения. Он у тебя на линии?

— Да, — отозвалась Кристи.

— Включи-ка мне громкую связь.

Кристи перевела коммуникатор в режим конференции. Включила входящий видеосигнал, но отключила встроенную камеру. Незачем смущать подчиненных видом голого шефа с не вполне одетой секретаршей.

В воздухе над коммуникатором повис прозрачный голоэкран. На нем появилось изображение сорокалетнего мужчины с одутлым лицом.

— Громкая связь шеф, — сказала Кристи.

— Я на связи, Эрик. Что за срочность?

— Мистер Дойл! — торопливо затараторил псион. Сбиваясь, он то и дело глотал слова и был явно сильно взволнован. — Я… Я не стал бы вас беспокоить, но речь идет о безопасности корпорации.

— Хорошо, — вздохнул Джодок. Интуиция подсказывала ему, что о планах на вечер можно забыть. А ведь он собирался в оперу на главную премьеру сезона. — Я жду тебя у себя.

— Я уже в приемной! — обрадовался главный аналитик.

— Дай мне хотя бы пять минут, Эрик, — пожурил его президент. — Мне надо одеться.

— Оу, простите мистер Дойл. Пять минут? Да, хорошо. Никаких проблем.

Кристи сбросила соединение, тихо вжикнув, голоэкран исчез.

— Интересно, что сейчас этот сплетник там себе нафантазирует, — задумчиво проворчал Джодок. Иногда у него возникали серьезные сомнения в аналитических способностях корпоративных «психов». Ни один их глава, а текучка кадров на этом посту была колоссальной, так и не смог просчитать подлинные отношения между ним и Крис. Неужели они столь хорошие актеры, что даже «психи» ничего не подозревают?

— Когда вас волновали подобные мелочи? — поинтересовалась Кристи, вытирая чистящей салфеткой с рук натуральное оливковое масло. Никаких других масел или лосьонов для массажа Джодок Дойл не признавал.

Скинув свой вызывающе короткий халатик, она с армейской сноровкой принялась надевать свой секретарский наряд. Слишком дорогой, чтобы портить его маслом. Да и массаж в нем делать неудобно.

— Действительно, — согласился Джодок, лениво разглядывая полуголую секретаршу. Размятые мышцы приятно гудели, и вставать совершенно не хотелось. Да и вид был отличный. — Уф, племяша, ты меня вконец заездила. С твоими нежными ручками ни одной медкапсуле не сравниться.

Да, несмотря на ходившие слухи, со своей секретаршей Джодок не спал. Даже у такого прожженного циника, каким с ранней юности был президент «Арборвитэ», были свои моральные принципы. Немного, тут не поспоришь, но они были. Один из них — не пытаться затащить Кристи в постель. И не потому, что она секретарша или комендор-сержант. Джодок просто не спал со своими родственницами, пусть и очень дальними. На людях они оба любили устраивать сцены, подобные той, свидетелем которой стал недавно профессор Суини. Это весьма удобно, когда твою секретаршу считают просто красивой куклой с длинными ногами, годной лишь для работы с инфопакетами и раздвигания этих самых ног по первому требованию босса — живучие клише с нормальной секретарской работой имеющее мало общего. На деловые переговоры одевать тяжелые штурмовые скафандры как-то не принято. Возможно, что и зря. Да и количество охранников на подобных встречах всегда оговорено заранее и жестко регламентировано. Никогда не лишне иметь в рукаве козырь в виде обученного бойца. И просто замечательно, что этот боец прекрасно выглядит, отлично ведет дела босса, заведует секретарским отделом и готовит хороший кофе.

Переборов себя, Джодок наконец-то нашел в себе силы подняться на ноги. Кристи принесла деловой костюм, но он лишь отрицательно покачал головой. Лезть в душ, чтобы смыть с тела масло, а потом одеваться — на это его силы воли сейчас не хватит.

Надев обычный халат, он завязал пояс. Не очень красиво представать перед подчиненными в таком виде — это явное нарушение корпоративной этики. Но он же старый, эксцентричный миллиардер. Кто его осудит? Да и псионы — бабочки однодневки. Джодок уже даже и не помнил, сколько их сменилось на посту главы оракулов, как в шутку называли аналитический отдел корпорации.

Теоретически псионом мог стать один из тысячи, что давало весьма приличное их количество. Но на практике психов всегда не хватало, а желающих пройти псиактивацию было крайне мало. Все дело в том, что людям привили вкус к долгой жизни. Нет, человечество не стало нацией трусливых пацифистов, но оно привыкло к долголетию. Болезни давно остались в прошлом. В медкапсуле иммунная система, подстегнутая нужными препаратами, кушала смертельно опасные вирусы и закусывала злокачественными опухолями. Пусть смерть не удалось победить, но ее удалось отсрочить на порядочный срок. Вот только псионы этого долголетия были лишены. Ничто в мире не дается просто так. Средняя продолжительность жизни человека не прошедшего омоложение составляла девяносто лет, а псион дотянувший до пятидесяти считался настоящим счастливчиком. Большая же часть довольствовалась куда более скромным сроком. Десять-двадцать лет гениальности, а потом личность шла в разнос и остаток своих дней псионы проводили на положении живых овощей в специализированных лечебных клиниках. Назвать это существование жизнью крайне затруднительно. Усугубляло ситуацию то, что псиактивацию требовалось проводить до двадцати. Прошедшие омолаживающие процедуры исключались. Если при обычной псиактивации риск спалить мозги был невелик — одна сотая процента. То у человека старше тридцати риск уже превышал пятьдесят процентов.

Добавим к этому сильные головные боли, заглушить которые можно было только постоянным приемом лекарств. Не удивительно, что даже обитатели городского дна не толкались в очередях на псиактивацию. Со дна всегда есть шанс подняться, а псиактивация — путь в один конец.

Дверная ручка дернулась вниз, дверь из красного дерева открылась, и в кабинет вошел невысокий, толстый человек. Глава «психов» столь любил хорошо поесть, что никакие процедуры ускоренного сжигания лишних калорий ему не помогали. Джодок протянул ему руку.

— Что за срочность, Эрик? — спросил он, когда с рукопожатием было покончено. — Ты садись, не стой.

Несмотря на прожитые годы, на память Джодок не жаловался. Он не мог знать в лицо все два миллиона сотрудников «Арборвитэ», но главы даже мелких отделов всегда могли рассчитывать на дружеское обращение по имени. Хотя надо признать, иногда ему в этом помогала Кристи, тихо подсказывая на ухо нужные данные или сбрасывая их на коммуникатор шефа.

Президент «Арборвитэ» знал и умел управлять людьми. Покажи подчиненному, что он тебе не безразличен. Он не безвольный, мелкий винтик, а ценная личность и важная часть большой, дружной корпоративной семьи. Это элементарные аксиомы управления!

— Мистер Дойл! Думаю, вам стоит на это посмотреть. — Эрик толкнул по столу тонкий инфопланшет с данными.

Хотя вот уже двадцать лет голоэкраны уверенно завоевывали галактику, инфопланшеты все еще не сдавали своих позиций.

Джодок подобрался, притянул планшет к себе. Некоторое время он внимательно изучал данные. Глава аналитического отдела смотрел за шефом затаив дыхание.

— Данные точные? — Джодок небрежно отбросил от себя планшет.

— К этому выводу пришли две отдельно работавшие группы псианалитиков, — доложил Эрик, умудрившись даже сидя принять что-то похожее на армейскую строевую стойку. Хотя в армии псион никогда не служил. — Плюс было проведено моделирование с помощью штатных вычислительных искинов отдела. Дата может плавать в диапазоне от двух до трех лет, но…

— Дерьмо! — перебил его Джодок, зло ударив кулаком по столу. — Вот же дерьмо!

Глава аналитического отдела испуганно вжал голову в плечи, а Кристи недоуменно выгнула бровь. О сдержанности президента и умении держать себя в руках ходили легенды.

— Кристи! — быстро взял себя в руки Джодок — Собирай совет директоров. Они все на планете?

Секретарша вызвала голоэкран, быстро нажала несколько виртуальных клавиш и коротко отчиталась:

— Да, шеф!

— Жду их через два часа в зале совещаний. Теперь с тобой, Эрик. — Он вновь посмотрел на главу оракулов. Тот переборол испуг и сейчас преданно ел начальство глазами. — У тебя есть полтора часа на перепроверку данных. Проведите еще одно моделирование с помощью искинов. Если вам не хватает вычислительных мощностей, обратись к научникам профессора Суини.

— Сделаем, мистер Дойл, — нервно тряхнул головой псион.

Джодок ободряюще улыбнулся.

— Не надо волноваться, Эрик. Новости ты принес отвратительные, но работа проделана превосходная. Можешь передать своим подчиненным — я ими доволен. Премии не заставят себя ждать.

«И новый гипноблок пятого уровня всему отделу»: — добавил он про себя, решив пока не портить подчиненному радость от скорой награды. Установка гипноблока — не самая приятная процедура, особенно для псионов. Остается надеяться, что размеры премий помогут сгладить эту неприятную необходимость.

Когда псион и секретарша покинули кабинет, Джодок еще некоторое время сидел неподвижно. Он молча буравил взглядом планшет с данными и думал.

Аналитический отдел у «Арборвитэ» был одним из лучших если не в галактике, то в Конфедерации наверняка. Хотя корпорация и была в «Платиновой десятке Конфедерации» — неофициального, но весьма почетного рейтинга, но занимала в нем весьма скромное девятое место. По многим показателям «Арборвитэ» уступала даже тем корпорациям, что были ниже ее по рейтингу. Она не могла похвастаться мощной промышленной базой, торговым или военным флотом, количеством космических станций, численностью персонала и даже величиной активов. На стороне «Арборвитэ» был научный перевес во всем, что касается биотехнологий, политический вес и великолепный аналитический отдел.

Коротко ругнувшись, Джодок встал. Подошел к минибару. Нашел в нем несколько свежих апельсинов доставленных с Гилиду — одного из главных аграрных миров Конфедерации. Штаб-квартира «Арборвитэ» находилась на Асраи. Эта планета хоть и относилась к А классу, но не могла похвастаться развитым сельским хозяйством.

Не утруждая себя очисткой, он положил апельсины в контейнер кухонного комбайна, выбрал нужную программу и нажал клавишу. После минутного ожидания Джодок стал обладателем стакана свежевыжатого сока. Попивая его, он и отправился в ванную комнату. Встречать совет директоров корпорации в домашнем халате — это уже слишком.

Совет директоров собрался гораздо раньше оговоренного срока. Если президент Дойл сказал срочно, нужно бросать все дела и лететь к нему.

Встретив членов совета у входа в кабинет, Джодок лично поприветствовал каждого из них. Да, он президент корпорации, владелец шестидесяти процентов акций. При желании он и без всяких совещаний может принять любое решение, вплоть до начала войны с корпорацией конкурентом. В Конфедерации войны между корпорациями не были редкостью и были официально разрешены. Их просто прикрыли фиговым листком определенных правил, на которые вне центральных систем все по большей части просто плевали. Но Джодок был умным человеком и знал, как нужно управлять подчиненными. Прежде чем заставить совет директоров сделать то, что хочет президент, нужно убедить их, что они хотят точно того же. И вообще, это их самостоятельный выбор! А президент просто подчиняется большинству. Если же подобного не произошло, то Джодок все равно настоит на своем, но продемонстрирует совету, что их позиция была принята им во внимание.

Дождавшись пока все рассядутся, Джодок занял место во главе длинного стола для совещаний. Оглядев всех присутствующих серьезным взглядом, он перешел сразу к делу.

— Я пригласил вас, господа, с тем, чтобы сообщить вам пренеприятнейшее известие, — начал он свою речь…

— К нам едет ревизор? — хмыкнул Хью Новак. Вице-президент по маркетингу был большим ценителем Терранской классической литературы докосмической эпохи. К несчастью, он был единственным подобным ценителем в этом зале, и его ироничного замечания никто не понял.

— Какой еще к дьяволу ревизор?! — возмутился Джозеф Брин, вице-президент по финансам. — Сенатская комиссия? И куда смотрели прикормленные нами сенаторы?

Джодок кашлянул, привлекая внимание — за столом разом стало тихо. Сделав знак Кристи, он продолжил:

— Прошу, ознакомьтесь с этими данными.

Из стола выехали инфопланшеты. На некоторое время члены совета уткнулись в экраны. Джодок внимательно наблюдал за их реакцией. Может он и не проходил псиактивацию, но за столько лет прекрасно научился читать по лицам.

Профессор Суини огорчен. Новак сомневается. Брин раздражен, но одновременно с этим и немного обрадован. Остальные члены совета явно испуганы.

— Вероятность 95 % с прогрессией в одну десятую процента ежегодно, начиная с пятьсот шестьдесят девятого, — отстраненно проговорил Хью Новак. — Дерьмо! Данные точные? — сам того не зная, он слово в слово повторил не столь давнее ругательство и вопрос самого Джодока.

— С прискорбием вынужден сообщить, что ошибки нет. За пять минут до начала нашей встречи я получил результат нового моделирования. Предсказания наших штатных психов… прошу прощения — наших аналитиков, подтверждаются, — по кивку Джодока, Кристи перекинула совету очередную порцию данных. — Джентльмены, через восемь лет галактику ждет очередной виток глобальных космических войн. И при любом исходе выживаемость нашей корпорации близка к нулю. Если с нами не разделаются враги, то этим займутся наши корпоративные собратья по Конфедерации. Увы, но мы слишком многим оттоптали ноги.

Оспаривать угрожающее предсказание никто не стал. Опыт предыдущих космических войн показал, что именно корпорации-лидеры эти самые войны не переживают.

— Думаю, все понимают степень нависшей опасности. Хвала нашим аналитикам, время на подготовку у нас еще есть. Всем отделам проработать и подготовить план антикризисных мер. Только продумайте сперва о сохранении тайны. Все, джентльмены. Работаем.

Тихо обсуждая только что полученные данные, члены совета потянулись на выход.

— Беленус, Гилберт — останьтесь. Нам надо кое-что обсудить, — приказал Джодок.

Профессор Суини вернулся на свое место. Компанию ему составил Гилберт Райт — всесильный главы службы безопасности корпорации.

— Скажи, Бел, ты сможешь уложиться в восемь лет? — спросил Джодок, подождав пока профессор и глава СБ вновь сядут за стол.

— Мне нечего добавить к сказанному утром. — Профессор сразу понял, о чем речь. — Мы только в начале пути. Мне нужно время.

— Обстоятельства изменились, — вздохнул Джодок, передернув плечами. — Проблема в том, что о спокойствии теперь можно забыть. Пройдет три-четыре года и очевидность скорой войны станет всем… — Он задумчиво посмотрел на главу СБ.

Этому человеку Джодок доверял как самому себе. А никого другого и не стоило ставить руководителем службы безопасности. Если ты, конечно, и дальше хочешь оставаться президентом корпорации. Разменяв свое третье пятидесятилетие, Гилберт Райт и сам был заинтересован в скорейшем успехе проекта «Адонис». Оба они, Гилберт и Джодок, ставили этот проект даже выше всей остальной корпорации. На том свете деньги и корпоративные активы не пригодятся.

Перехватив взгляд старого соратника и друга, Райт согласно кивнул.

— «Ковчег»? — уточнил он.

Джодок кивнул в ответ и посмотрел на профессора, тот также знал, о чем идет речь.

У Джодока всегда были готовы планы на случай всевозможных осложнений. Иначе бы он просто не дожил до своих почтенных лет. Проект «Ковчег» предполагал тайный захват власти в одной из систем на задворках исследованной части паутины. Цель захвата — обустройство скрытой базы для беспрепятственного продолжения проекта «Адонис». Его Джодок ставил выше всех активов корпорации. Впрочем, в случае первоначального успеха, в систему планировалось тайно перевести и часть активов в виде флота, космических станций и производственных модулей.

Профессор Суини задумался.

— В принципе, никаких препятствий нет, — сказал он. — У меня все готово. Но если мы начинаем «Ковчег» работы по «Адонису» замедлятся.

— Жаль, — поморщился Джодок, — но с учетом открывшихся обстоятельств, «Ковчег» для нас теперь гораздо важней. — Он вновь посмотрел на главу СБ. — Подходящий объект у тебя есть?

— Обижаешь! — усмехнулся глава СБ. — У меня их сразу три. Вот, ознакомься.

Вызвав голоэкран на персональном коммуникаторе, он переслал файл с данными на электронный экран перед президентом. Нажав на иконку принятого файла, Джодок пробежал глазами по строчкам данных. И принял решение.

— Номер два.

Гилберт вновь довольно улыбнулся.

— Я знал, что ты выберешь именно этот вариант.

— А генный материал у нас есть? — поинтересовался профессор.

— Разумеется, — кивнул Гилберт, — баронесса с сыном частые гости в наших клиниках.

— Хорошо! — подвел итог Джодок. — Начинаем первую фазу «Ковчега».

Глава 2

Ноль семьдесят седьмой

— Он сломал мне руку.

— Это у него сегодня хорошее настроение — мог и пристрелить.

(архив «Арборвитэ 17», из диалога двух Пэ Икс)

Орбита планеты Асраи.

Станция «Арборвитэ-17».

Конфедерация Независимых Систем.

78 день 562 года Потери Терры.

Первым был свет. Неяркий, холодный и равнодушный свет люминесцентных панелей. Затем пришли голоса.

Двое мужчин в белых халатах надетых поверх рабочих, больше похожих на обтягивающий водолазный костюм, скафандров шли вдоль ряда детских тел. На гравиносилках лежали мальчики, на вид им можно было дать не больше двенадцати-тринадцати стандартных лет. Похожие друг на друга словно близнецы, они лежали неподвижно и бессмысленно смотрели в потолок на световые панели. Некоторые при этом даже не моргали.

Мужчины останавливались возле каждых гравиносилок. Первый называл порядковый номер, а второй сверял данные на своем коммуникаторе, иногда сопровождая это действо едкими комментариями, и делал отметки.

— Пэ Икс ноль семьдесят пять.

— Что это за пятнистое безумство?

— Нарушения пигментации кожного покрова.

— Отбракован.

— Пэ Икс ноль семьдесят шесть.

— Так, что у нас тут? Недостаточный коэффициент мозговой активности. Отбракован.

— Пэ Икс ноль семьдесят семь.

— О, почти три семерки. Джекпот. Этот должен быть настоящим счастливчиком. Так, посмотрим…

Он не понимал слов, он вообще ничего не понимал из происходящего, как это и положено новорожденному, но каким-то подсознательным чувством определил, что речь идет о нем.

— А ведь и верно. Вторая фаза, — произнеся эту загадочную фразу, мужчины отошли от гравиносилок ноль семьдесят седьмого к следующему телу.

— Пэ Икс ноль семьдесят восемь.

— Вторая фаза. А это что такое?

— Пэ Икс ноль семьдесят девять, профессор. Вероятно, в репликаторе произошел сбой системы стимуляции мышечной активности.

— И зачем ты приволок сюда эту мумию с атрофированными мышцами? Он бесполезен даже в качестве пособия.

— Согласно инструкции…

— Согласно инструкции… Помимо инструкций нужно и свою голову на плечах иметь. Пэ икс ноль семь девять в отходы.

Первый мужчина быстро набрал команду. К гравиносилкам подлетел медицинский дроид и ввел клону смертельную инъекцию. Тело на гравиносилках дернулось и обмякло. Индикатор сердцебиения показал прямую линию. Повинуясь заложенной программе, гравиносилки самостоятельно проследовали в отсек утилизации. Там их уже поджидал активный биореактор, всегда готовый переработать ненужное уже мертвое тело во всегда нужную биожидкость.

— Так, седьмая серия все. Где там Стивен? Пусть увозит их в обучалку.

— Я его уже вызвал. Да, с ноль восьмыми проблема.

— А что там?

— Две трети уже сейчас можно отправлять в утилизатор. На человеческие тела ЭТО походит мало.

— Не удивительно. При ускоренном росте процент потерь среди клонов всегда больше пятидесяти. Мы еще неплохо идем…

Его куда-то везли. Длинный коридор, и все те же световые панели. Затем его сняли с гравиносилок и поместили в какой-то метало-пластиковый ящик, больше похожий на гроб. Щелкнули фиксаторы, сжав тело так, что двигать можно было только головой. Левую и правую руку кольнули длинные иглы, от которых к стенам ящика шли прозрачные трубки.

— Бывай пробирочный, — хлопнул его по плечу темноволосый человек в белом медицинском халате. — Прожарься как следует!

На голову семьдесят седьмого одели шлем, крышка ящика закрылась. Он остался один на один с тишиной и темнотой.

Что-то сильно кольнуло в бедро. Все тело охватила слабость. Глаза закрылись сами собой. Стало горячо в висках. В голове появились образы, много образов, целая лавина. Вместе с образами пришла боль. Он закричал, но звукоизоляция капсулы поглотила его крик.

Поток информации, боль, сон, питательные вещества по трубкам. Электростимуляция мышц. Поток информации, боль, сон, питательные вещества. День за днем. Неделя за неделей. Месяц за месяцем. Весь мир — это информация, боль, сон. Нет больше ничего.

Сколько так продолжалось? Он этого не помнил. Сначала просто не осознавал, что вообще происходит. А когда начал осознавать — потерял счет времени.

Когда все кончилось, ноль семьдесят седьмой решил что умер. Он засыпал, чувствуя боль от укола в бедро. Он существовал под давлением постоянной головной боли, что жгла виски и разрывала черепную коробку. Он засыпал от очередного укола боли в бедре. Если боли нет, а вокруг темнота, значит это смерть?

— Внимание! Начинаем адаптационные тесты, — прогудело у него в голове. — Загрузка программы…

Ноль семьдесят седьмой недоуменно огляделся. Он оказался в комнате с белоснежными стенами.

— Сделайте десять шагов вперед! — приказал механический неживой голос.

Ноль семьдесят седьмой послушно выполнил приказ. На десятом шаге перед ним из воздуха материализовался стул.

— Сядьте! — вновь приказала программа…

Затем он еще много: ходил, бегал, садился, вставал, лазал, прыгал, отжимался.

— Адаптационный тест один пройден, — смилостивился голос.

Слегка уставший ноль семьдесят седьмой улыбнулся.

— Осталось тестов — сто двадцать восемь. Начинаю загрузку адаптационного теста номер два.

Улыбка сползла с его губ…

Очередное пробуждение сопровождалось почти забытым звуком — щелчком магнитных замков капсулы. Шлем мешал видеть, но ноль семьдесят седьмой понял, что крышка капсулы открылась. Теперь он знал, что это такое. Он многое теперь знал. Даже то, что где-то там стоят люди и на основе полученных данных решают его судьбу. Он не видел этого, но услышал и почувствовал.

Рядом вновь послышались знакомые, но почти забытые голоса.

— Пэ Икс ноль семьдесят восемь.

— Мозговой активности нет. Утилизация.

— Пэ Икс ноль семьдесят семь.

— Мозговая активность норма. Адаптационные тесты пройдены. Третья фаза.

— Пэ Икс ноль восемьдесят.

— Мозговая активность норма. Адаптационные тесты не пройдены. К пособ… Вот черт! Что с ним такое?!

Раздалось рычание, мало похожее на человеческое. Что-то затрещало. А знакомый голос испуганно закричал.

— Вводи успокоительное!

— Пытаюсь. Не действует!

— Снотворное!

— Сейчас!

— Он вырывается! Сделай же что-нибудь!

— Позвольте мне, — вмешался третий голос. Совершенно спокойный, на фоне царившей паники.

Хлопнул выстрел. Повисла тишина.

— Спасибо, мастер-сержант. Пэ Икс ноль восемьдесят в утилизатор… Ты видел? Я думал, он сейчас вцепится мне в горло. Совсем мозги спеклись у бедняги. Ф-фух, мне надо выпить…

Голоса исчезли, но крышка капсулы осталось открытой. Ноль семьдесят седьмой с интересом ждал, что будет дальше. Эта фаза обучения завершена. Он прошел. Знать бы еще куда.

Кто-то молчаливый, но остро пахнущий потом, вынул из его рук иглы внутривенного питания, замазал ранки холодной мазью. Боли больше не было и это было прекрасно.

Щелкнули сковывавшее его замки. Очередной голос, похожий на тот, что был в капсуле приказал:

— Всем Пэ Икс покинуть капсулы и прибыть в пятый сектор.

Память услужливо подсказала, что пятый сектор совсем рядом.

Видимо для ускорения принятия решений в капсуле запустился режим электро стимуляции мышц. И раньше он был не таким болезненным! Сдернув с головы шлем, ноль семьдесят седьмой выскочил наружу и недоуменно огляделся. Он находился в небольшом отсеке с двумя десятками капсул. Восемь из них были открыты и еще семеро его точных копий также как и он с интересом все осматривали.

Капсулы с отбракованными клонами остались закрыты. Ноль семьдесят седьмой не знал, что ждет тех, кто не прошел тестов, но догадывался — ничего хорошего. Знать бы еще, что ждет его самого? А то ведь можно скоро и пожалеть о такой уютной, почти родной капсуле.

Створка отсека распахнулась. Не сговариваясь, Пэ Иксы двинулись на выход. Они не разговаривали друг с другом, не задавали вопросов, не шутили. Им отдали приказ — приказы надо выполнять. За дверью оказался коридор с множеством точно таких же открытых дверей, из них выходили их точные копии.

— Всем Пэ Икс покинуть «сектор шесть» и прибыть в «сектор пять», — послышалось из настенных динамиков.

Все клоны как один, развернулись в сторону ворот сектора. Те так же были открыты, дружный поток клонов выплеснулся в большой транспортный коридор космической станции. Мало обращая внимание на отсутствие одежды, они легкой трусцой двинулись по нему в сторону нужного сектора.

Еще одна входная створка и еще один коридор с множеством открытых дверей. За ними крохотные, больше похожие на камеры, жилые модули на двух человек. Вся их скудная обстановка состояла из двухъярусной кровати и встроенных в стену шкафов.

— Занять свои места, одеться и проследовать на ужин.

Голос из динамиков вновь подстегнул к действиям. Клоны стали расходиться по комнатам. Семьдесят седьмой не сразу нашел свою. Просто сперва прошел мимо, не заметил закрепленную табличку со своим номером. Когда он наконец нашел свой жилой модуль в нем уже находился другой клон и с интересом изучал стандартный рабочий скафандр из плотной политкани.

Увидев его, клон отложил скафандр в сторону и встал.

— Я Пэ Икс сто тридцать два, — протянул он руку.

Память подсказала, что руку надо пожать. Таков ритуал приветствия на большинстве планет человечества. Цель рукопожатия — в демонстрации благонамеренности и доброй воли.

Из множества возможных вариантов ответа, ноль семьдесят седьмой выбрал тот, что показался ему наиболее правильным.

— День добрый, брат, — одна теплая человеческая рука, сжала вторую такую же теплую человеческую руку. — Меня зовут ноль семьдесят седьмой.

Разорвав рукопожатие, семьдесят седьмой открыл явно предназначавшийся ему, судя по номеру на крышке, шкаф. В нем оказался обычный скафандр-комбенезон, точно такой же, как у его соседа. Правда, почему-то без шлема. Клон нахмурился. Проверил шкаф еще раз. Посмотрел под кроватью. Везде было пусто.

— Шлема нет, — констатировал очевидное он.

— У меня тоже, — отозвался сто тридцать второй.

— По инструкции шлем должен быть, — настаивал семьдесят седьмой. В его голове просто не укладывалось то, что может отсутствовать что-то, что по инструкции обязано находится на своем месте.

— И что делать? — поинтересовался сосед.

Они оба задумались, прикидывая варианты и ища ответ в ворохе изученных инструкций.

— Предлагаю одеться и пойти на ужин, — пожал плечами семьдесят седьмой. Ему очень понравился этот жест, которым люди выражали недоумение, и он пожал плечами еще раз, уже просто так.

Скафандр-комбинезон оказался довольно удобным. Правда, ноль семьдесят седьмого немного смутило то обстоятельство, что никакой другой одежды им не дали. А люди обычно носят на теле нижнее белье! Большую часть времени по крайне мере. Исключение бывали только в ряде случаев: гигиенические процедуры и размножение. Интересно, после еды их ждет первое или второе? Лучше бы первое. Информация, полученная им о размножении, ему показалась не особо интересной. Что приятного находят люди в простом продолжении рода?

Натянув на себя рабочий скафандр и надев на ноги тяжелые ботинки. Оба клона отправились в столовую. Та весьма удачно расположилась прямо по соседству с их жилым модулем.

Столовой оказался большой отсек с длинным столом-стойкой вдоль стены и высокими стульями. Среди адаптационных тестов была похожий. И два клона не растерялись. Они взяли пластиковые подносы из стопки возле входа, приборы. Затем нужно было подойти к синтезатору. Загрузить в него поднос и получить его назад, но уже с едой. Потом подойти к синтезатору напитков. Нажать клавишу получить пластиковый стаканчик с напитком. Сесть за стол и принять пищу. Есть надо не руками, а специальными приборами. Иногда их количество доходит до нескольких десятков. Но сейчас им выдали только пластиковые ложки.

Синтезаторов в столовой было больше десятка, а потому пищу все получили быстро.

Ноль семьдесят седьмой зачерпнул ложкой густую, полупрозрачную, вязкую массу и положил ее в рот.

В это же время в центре слежения.

— Боже мой, как они могут с такими счастливыми лицами жрать эти сопли? — поинтересовался Джодок. Сегодня стартовала новая фаза проекта «Ковчег» и он решил лично на это посмотреть.

— Это первые вкусовые ощущения в их жизни, — пояснил профессор Суини. — Им просто не с чем сравнивать. При внутривенной кормежке вкус питательных растворов не различается. Впрочем, они еще мерзостней протеиново-белковой каши и витаминного коктейля.

— Белковая каша, витаминный коктейль. Один вид этой «еды» вызывает у меня тошноту. — Скривился Джодок. — Улучшить их рацион до стандартного рабочего. Корпорацию это не разорит. Еще вопрос, мне кажется или они ведут себя как-то…

— Тормознуто, шеф, — весело добавила Кристи, его вечная тень.

Сегодня, по случаю визита на орбиту, она была одета в легкий штурмовой скафандр. И с интересом поглядывала, на застывшего в стороне высокого, широкоплечего мужчину в таком же штурмовом скафандре, но тяжелого класса.

— Да, именно тормознуто, спасибо Кристи. Никто в здравом уме не поверит, что они нормальные, здоровые люди. Различия в поведении налицо!

— Что вы хотите, мистер Дойл. Фактически они новорожденные дети. Просто уже изначально обладающие некоторыми навыками. Их реальный жизненный опыт равен нулю. А адаптационные тесты в виртуальности не лучшая замена реальности. По мере накопления жизненного опыта их поведение нормализуется. Дайте только время, и никто не отличит их от объекта внедрения.

— А вот это вряд ли. Близких людей они не обманут. Но об этом мы позаботимся. Хорошо. Тогда у меня еще один вопрос. Я просмотрел их учебную программу. Она мне кажется слегка однобокой. Фокус делается на политику и войну — то есть продолжение политики иными средствами. Стандартный школьный курс ими уже освоен и это замечательно. Но как же быть с остальным?

— Вы забываете про их возраст и отведенное нам время. У нас есть всего лишь год на обучение первого объекта на внедрение. И в этот первый год мы сосредоточимся на формировании в клонах устойчивой поведенческой модели на подчинение приказам корпорации. Сообразно с ней я и построил обучающий курс. Мы решили слегка адаптировать под это обычный армейский курс для обучения новичков. Это будет наиболее эффективно. Кстати, спасибо за мастера-сержанта, — профессор кивнул в сторону мужчины в штурмовом скафандре, — он мне очень помог.

— Мне нужен аристократ Благородного Дома, а не штурмовик.

— Второй объект внедрения таким и будет. Но по первому вы таких задач не ставили, — напомнил профессор.

— Да, первый объект мы задействуем только на начальном этапе, — согласился Джодок, — но все же слегка расширь программу. Знания лишними не бывают.

* * *

Первая порция подошла к концу подозрительно быстро. Облизав ложку, Пэ Икс семьдесят семь попробовал напиток. Тот оказался очень кислым и забавно щипал язык. Содержимое стакана закончилось даже быстрей, чем содержимое подноса-тарелки. Сделав последний глоток, клон с огорчением отметил, что больше ничего не осталось. Подумав немного, он пошел за добавкой. Многие из клонов уже проделали тоже самое. Некоторые из них, пока семьдесят седьмой ел свою первую порцию, умудрились сбегать за добавкой несколько раз и сейчас лениво потягивали витаминный коктейль, поглаживая заметно раздувшиеся животы.

Прикончить вторую порцию семьдесят седьмой не успел.

— Закончить прием пищи! — рявкнули динамики внутренней связи. — Всем Пэ Икс проследовать в ангар номер три. У вас есть две минуты.

Новость ввела всех в некоторый стопор.

— Разве ангар три не на другой стороне станции? — недоуменно спросил один из тех клонов, что умял больше трех тарелок каши. На его скафандре отчетливо виднелись следы недавнего, торопливого пиршества.

— Что сидим?! — Взревели динамики каким-то новым, незнакомым голосом. Наверное, только ноль семьдесят седьмой и клоны из его отсека могли его узнать. — Бегом марш!

Клоны бросились к выходу из столовой. Дверной проем оказался слишком узким, чтобы одновременно пропустить всех желающих. Образовалась свалка. Почему-то всем очень хотелось как можно быстрей выполнить приказ и бегом проследовать в ангар.

Один из клонов тихо ойкнул, случайно получив в живот локтем от соседа. Побелев лицом, он бросился к стене, сложился пополам и с шумом опорожнил желудок на пол столовой.

Пихаясь и толкая соседей, получая тычки в ответ, ноль семьдесят седьмой выбрался в общий коридор сектора. Тут было гораздо просторней, и паника среди клонов слегка улеглась. В транспортный коридор станции Пэ Иксы выбежали чуть ли не строем. Правда тут их ждала очередная неприятность. Транспортный коридор охватывал станцию по кругу. А третий ангар располагался ровно в противоположном конце станции. Так в какую сторону бежать: направо или налево — если и там и там расстояние до ангара одинаково? Нет, в идеале самый короткий путь — насквозь, через технические коридоры, но у клонов не было в них допуска. Ситуация разрешилась просто. Те Пэ Иксы кто вышел с левой стороны ворот сектора, побежали налево, а кто с правой — направо.

Активно передвигая ногами, ноль семьдесят седьмой порадовался, что взял всего одну дополнительную порцию каши. Кто пожадничал и набил себе полный желудок, то и дело вываливался из их дружного строя, чтобы проблеваться где-нибудь в сторонке. Как оказалось, быстрый бег вовсе не способствует лучшему усвоению пищи.

В ангар они ворвались шумной толпой, секунд за десять до конца обозначенного срока. Приказ должен быть выполнен. И они выполнили его. Пусть кое-кто при этом и запачкал скаф недавно съеденным завтраком. Мелочь. Приказ-то выполнен, да?

В ангаре было пусто. Еще минут пять предоставленные сами себе РХ недоуменно ходили по нему, не зная, что им делать дальше. Лично сам ноль семьдесят седьмой был бы не прочь сходить в туалет. Но приказа на это не было. Интересно, а для этого вообще нужен приказ? Одеться им приказали. Принять еду им приказали. Следовательно…

Развить свою «приказную концепцию» жизнедеятельности клона он не успел.

Вновь ожили замаскированные динамики.

— Пэ Икс построиться в две шеренги согласно номерам!

У каждого из клонов на скафандре была бирка с номером, заменившим им имя. Номеров с первого по пятнадцатый не оказалось, и возглавить строй пришлось ноль шестнадцатому. Семьдесят седьмой оказался почти в самом конце первой шеренги между шестьдесят восьмым и восемьдесят первым. Он подумал, не стоит ли обменяться с соседями рукопожатиями и представиться, но тут в ангар вплыла транспортная платформа. Управлял ею мужчина средних лет. В своем тяжелом штурмовом скафандре он выглядел настоящим гигантом. Особенно для клонов, рост которых не превышал и полутора метров, что было вполне нормально для подростков их возраста. На платформе, помимо мужчины, приехал средних размеров стандартный армейский контейнер. Закрытая крышка не позволяла рассмотреть его содержимое.

Мужчина спрыгнул с транспортной платформы. Раздался громкий лязгающий звук, словно на металлический пол ангара уронили что-то очень тяжелое и частично тоже металлическое — тяжелый скафандр полностью оправдывал свое название. В повисшей тишине, нарушаемой лишь дыханием клонов, был отчетливо различим тихий шелест сервоприводов экзоскелета, скрытого за слоями брони и политкани.

Заложив руки за спину, мужчина медленно прошелся вдоль строя слева направо. Его холодные синие глаза рассматривали клонов как некую неприятную субстанцию, один вид которой вызывает омерзение.

Ноль семьдесят седьмому очень не понравился этот взгляд. Мужчина остановился неподалеку от него, дав тем самым прекрасную возможность рассмотреть его получше. Это был первый живой человек, увиденный семьдесят седьмым столь близко. Тот единственный случай при его «рождении» не считается. Да и семьдесят седьмой о нем не помнил, как не помнит ребенок о своем появлении на свет. А больше он людей и не видел, только слышал.

Этот экземпляр человечества показался клону весьма представительным. Толстая, мускулистая шея. Широкий волевой подбородок, с небольшой ямочкой посередине. Признак мужественности, подсказала память. Ноль семьдесят седьмому тут же захотелось такую же ямочку. Правда он и сам не мог понять, зачем она ему нужна? Еще его очень заинтересовали три весьма приметных, словно выставленных на показ, шрама на лице незнакомца. Это было несколько странно. Клон точно знал, что с современными возможностями медицины, убрать подобные «украшения» совсем не трудно. Да и стоит подобная процедура не особо дорого. Неужели перед ним нищий?

Все Пэ Икс знали, что такое деньги и рыночные отношения. Хотя пока еще не вполне понимали их сути? С них вот, к примеру, никто денег не требовал. Может, потому что у клонов их не было?

Уже намного позже, совершенно случайно ноль семьдесят седьмой узнал, что в среде наемников не принято сводить шрамы от ранений, полученных во время боевых операций. Они проповедовали странную концепцию «шрамы — украшение настоящего воина» и говорят о нем лучше любого электронного досье. К тому же файл с данными может где-нибудь затеряться, а твои боевые отметины всегда с тобой. Наемник без шрамов звался у них гладкокожим — зеленым новичком без боевого опыта. Находились даже те, кто после успешных операций самостоятельно наносил себе шрамы на лицо или руки. Это вполне допускалось. Все же глупо специально подставляться под пули ради боевого шрама. Хотя последние были для наемников особым поводом для гордости.

Именно тогда ноль семьдесят седьмой окончательно убедился в том, что люди очень странные существа.

— Ну что, прожаренные, — негромко сказал мужчина, но его слова долетели до каждого из Пэ Икс. — Будем знакомиться. Я мастер-сержант Патрик Лэйн, куратор третьей фазы. Но вы будите обращаться ко мне «мастер-сержант». И никак иначе. Понятно! — он замолчал и вопросительно выгнул бровь, но ответа так не дождался. — Да, видимо не совсем, — проворчал он, активируя голоэкран наручного коммуникатора.

Очнулся ноль семьдесят седьмой уже на полу. Все его тело содрогалось от болезненных спазмов. Рядом корчились остальные Пэ Иксы.

— Встать! — рявкнул мастер-сержант, что-то нажав на голоэкране коммуникатора.

Боль прошла. В ногах еще была легкая слабость, но ноль семьдесят седьмой поспешно выполнил приказ и вновь занял место в строю.

— Ко мне вы будите обращаться исключительно «мастер-сержант»! Понятно!

— Да, мастер-сержант, — разом рявкнули клоны. Этого не было в адаптационных тестах, но они знали, что именно так полагается отвечать в похожих случаях.

— Вот и хорошо. Строгая дисциплина и вот это, — мастер-сержант продемонстрировал клонам сжатый кулак, — сделает из вас, лысые недообезьяны, людей. Или я зря ношу свои мастер-сержанские нашивки. И так, начнем наше первой занятие.

Внутренние ворота ангара медленно закрылись. Зато вздрогнула и медленно поползла вверх бронированная створка внешних ворот. Все РХ слегка спали с лица. Они знали, что находятся в ангаре космической станции. Ангар этот предназначался для приема малых транспортных челноков, а это значит, что за внешними воротами открытый космос.

Одновременно с открытием внешних створок ангара, в десятке шагов от крайнего в строю клона вспыхнуло зеленое силовое поле. Разделив ангар на две части, оно спасло клонов от взрывной декомпрессии и прогулки в открытый космос. С громким свистом из неогороженной части ангара вышел весь воздух.

Мастер-сержант подошел к силовому полю, погрузил в него руку. По полю пошла легкая рябь, словно камень бросили в воду.

— Большую часть вашей жизни вы проведете в космосе, — сказал Лэйн, разглядывая свою руку через призму силового поля. — Космические станции и космические корабли станут вашим домом. Космический вакуум — враждебная живому среда, станет вашим главным врагом. Дайте ему малейший шанс, и он безжалостно разделается с вами. И так, — он отдернул руку и развернулся к клонам, — кто ваш враг?

Все клоны вполне резонно сочли вопрос риторическим, и ответа опять не последовало.

— Нет, ну что за идиоты? — вздохнул мастер-сержант, вновь активируя голоэкран коммуникатора.

— Вакуум! — не особо дружно грянула наиболее сообразительная часть клонов.

Палец мастера-сержанта замер перед голоэкраном.

— Спрашиваю еще раз. Кто ваш главный враг?

— Вакуум! — отозвались Пэ Икс уже гораздо дружнее. Им было еще не совсем понятно, как и когда они оказались на военной службе. Но, похоже, мастер-сержант искренне считает их на таковой. Странный все же человек… но лучше ему об этом не говорить.

— Это что там? Комарик пропищал? — изгалялся Лэйн. — Не слышу! Кто ваш враг?

Он получал настоящее удовольствие от происходящего. РХ же постепенно приходили к выводу, что в детстве мастер-сержант получил тяжелую психологическую травму. И таким образом компенсирует внутреннюю неуверенность в себе, тешит больную гордыню. Похожий случай разбирался в одном из примеров курса основ психологии изученного клонами.

— Вакуум! — отозвались они. Не спорить же с больным?

— Громче и дружней! Кто ваш враг?

— Вакуум! — надрывая связки прокричали клоны.

— Сойдет, — смилостивился Лэйн.

Он вновь прошелся вдоль строя, скользя холодным взглядом по лицам клонов. Те теперь боялись даже лишний раз вздохнуть.

— Ноль тридцать два! — мастер-сержант ткнул пальцем в грудь ближнего клона.

— Я, мастер-сержант, — тут же отозвался тот.

Возможно, клонам не хватало жизненного опыта, но учились они быстро.

— Какие виды скафандров вы знаете?

— Рабочий, штурмовой, инженерный, пилотский. Пэ Икс ноль тридцать два ответ закончил, мастер-сержант.

— А вы не такие безнадежные куски дерьма, как я думал, — хмыкнул Лэйн, ткнув пальцем в грудь следующего клона. — Ты!

— Пэ Икс ноль двадцать восемь, мастер-сержант.

— Какой вид скафа сейчас на мне?

— Тяжелый штурмовой скафандр «Освободитель-5А», мастер-сержант. Производства Соединенных Систем. Пэ Икс ноль двадцать восемь ответ закончил, мастер-сержант.

Лэйн изобразил аплодисменты.

— Что же, детки, с теорией у вас неплохо. Перейдем к практике.

Он злобно ухмыльнулся, лицевой щиток его шлема поехал вниз.

— Гипнообучением можно впихнуть в ваши дырявые головы все знания человечества. Все ТТХ оружия, брони, кораблей. Тактику их применения. Но без практического опыта все это не стоит моего плевка. Девочки, что-то вы сильно побледнели и тяжело дышите. Наверное, это потому, что сейчас из ангара медленно откачивают воздух и выравнивают давление с внешней средой. А где у нас положенные шлемы? Что ни у одного из вас его нет? Хорошо, что добрый дядя мастер-сержант позаботился об этом.

Только сейчас ноль семьдесят седьмой понял, что ему явно не хватает кислорода. Он жадно хватал воздух ртом, но все больше задыхался. Все клоны сейчас походили на рыб, выброшенных на берег — глаза выпучены, рот открыт.

Лэйн подошел к транспортной платформе, снял с нее контейнер и поставил перед собой. Полюбовавшись мучениями клонов, он нарочно медленно и картинно размял пальцы, потянулся к крышке контейнера. Глухо щелкнули магнитные замки. Лэйн опрокинул контейнер на бок и распахнул крышку. На пол ангара посыпались шлемы рабочих скафандров.

— Чего стоим? — спросил Лэйн. — Декомпрессионная тревога! Десять секунд!

Надсадно взвыла сирена. Световые панели ангара замерцали тревожным красным цветом.

— Восемь!

Ноль семьдесят седьмой бросился вперед, схватил первый же попавшийся ему шлем, надел на голову, защелкнул фиксаторы, нажал на шлеме кнопку герметизации скафандра.

— Шесть!

Световой индикатор на груди противно мигнул красным, сообщив о невозможности герметизации. Чувствуя, что впадает в панику, семьдесят седьмой снова с силой вдавил кнопку. Красный!

— Четыре!

Это же запасная кнопка, мелькнула в голове спасительная мысль. Основная кнопка в карманах на животе вместе с… Перчатки! Он совсем забыл про перчатки!

— Две!

Семьдесят седьмой сунул обе руки в карманы, нащупал столь жизненно необходимую кнопку герметизации и вдавил ее в живот. Дышать уже было нечем. Индикатор мигнул… и зеленым цветом сообщил о герметизации скафандра. Руки клона были плотно охвачены тонкими перчатками из политкани. Включилась система подачи кислорода, и ноль семьдесят седьмой вздохнул полной грудью. Воздух был какой-то неприятный с химическим привкусом, но им можно было дышать.

— Ноль! — голосом мастера-сержанта закончил отсчет наушник в шлеме. — Кто задохнется, я не виноват. Систему искусственной гравитации нам, наверное, не отключат, поэтому электромагнитные подошвы можете не включать.

Ноль семьдесят седьмой, недолго думая, быстро активировал электромагниты подошв. А заодно и проверил датчики состояния систем скафандра, как того и требует инструкция. Уровень заряда батареи порадовал нахождением в зеленой зоне, а вот датчик заряда кислородного картриджа был в желтой, в опасной близости от красной.

— Вот вам первый урок, девочки. Если вы не в скафе, всегда держите под рукой скаф. Если вы в скафе — шлем. Большинство штурмовых и инженерных вариантов имеют интегрированный шлем, а вот пилотский — далеко не всегда. Рабочие скафы интегрированных шлемов чаще всего не имеют. Они вообще по большей части используются как повседневная одежда. Вакуум не прощает ошибок. Стоите вы на посту, спите или гадите в сортире, ваши скаф и шлем всегда должны быть у вас под рукой. Прежде чем драть девку в своем кубрике позаботьтесь о скафандрах. И я не о тех резиновых скафандрах, которые используют на отсталых колониях супротив появления детей и дурных болезней… Ну что, пора нюхнуть вакуума?

Силовой щит исчез. Теперь клоны могли вдоволь полюбоваться открытыми шлюзовыми воротами ангара и темнотой космоса за ними.

Мастер-сержант ничуть не преувеличивал. Рабочие скафы были больше просто повседневной одеждой с возможностью выбраться из разгерметизированного отсека или добраться до более приличного скафандра. Средние и тяжелые варианты скафандров могли одеваться прямо поверх рабочего, только шлем последнего пришлось бы снять.

Внезапно, сосед семьдесят седьмого справа — шестьдесят восьмой, судорожно схватился за свой шлем. Через призрачное забрало шлема было видно, что клон задыхается. Шестьдесят восьмой вывалился из строя и бросился к мастер-сержанту. Тот словно только этого и ждал. Удар! Тело шестьдесят восьмого покатилось по палубе. Поле искусственной гравитации никто не выключал… до этого момента.

Желудок семьдесят седьмого екнул, стараясь избавиться от пищи, а вес тела перестал ощущаться. Некоторые из Пэ Икс, не догадавшиеся включить электромагнитные подошвы ботинок, едва не вылетели из строя. Но стоявшие рядом клоны не дали им совершить подобную глупость. Хватит уже радовать мастер-сержанта.

— Урок номер два, — вновь прохрипел наушник в шлеме семьдесят седьмого. — Всегда проверяйте заряд батарей и кислородных картриджей вашего скафандра. Не позаботился о кислородных картриджах — умер. Остался без энергии — умер. Не загерметизировал скафандр — умер. Не проверил скафандр на неисправности — умер.

Мастер-сержант неспешно подошел к парящему над полом телу шестьдесят восьмого. Клон был еще жив. Продолжая задыхаться, он как перевернутое насекомое, какой-нибудь жук, беспомощно дергал руками и ногами, пытаясь найти хоть какую-то точку опоры. Некоторое время мастер-сержант молча смотрел на его потуги. Потом он протянул к клону руку и легким толчком пальца отправил того в полет к гостеприимно распахнутым створкам внешних ворот.

Все Пэ Иксы разом дернулись вперед, пытаясь спасти своего брата.

— Стоять! — стеганул по ним приказ мастер-сержанта. — Вот вам результат того, что кто-то не проверил кислородный картридж.

— Больной ублюдок! — выразил по общему каналу кто-то из Пэ Иксов мысли и самого семьдесят седьмого.

— Кто это тут мяукнул?! — зло рявкнул Лэйн. — Так… ноль пятидесятый, ко мне!

Один из клонов нехотя вышел из строя и встал перед мастер-сержантом.

— Надо раз и навсегда прояснить еще одну штуку, девочки, — сказал мастер-сержант, с хищным интересом разглядывая ноль пятидесятого. — Вы никто! Просто номера. Ваше существование — небольшая прихоть корпорации. Я могу убить вас всех, корпорация просто создаст новых и начнет все сначала. Единственный ваш шанс выжить — полное повиновение! Корпорация прикажет убить — вы убьете, прикажет умереть…

Лэйн активировал голоэкран и что-то на нем нажал. Позже, анализируя произошедшее, ноль семьдесят седьмой пришел к выводу, что мастер-сержант выключил общий канал и что-то сказал пятидесятому по выделенному каналу.

Мастер-сержант достал из кобуры пистолет. Все клоны сразу узнали в нем «Клык-12» под 9 мм реактивный патрон — модель слегка устаревшую, но славящуюся своей надежностью.

— Возьми, — прозвучало в общем канале. Нажав клавишу выбора дальности, Лэйн перевел пистолет в режим стрельбы на короткие дистанции и протянул его клону, тот послушно взял оружие. — А теперь приставь его к своей голове и стреляй.

Ноль пятидесятый поднес пистолет к шлему скафандра и нажал на спусковой крючок. Выстрел в вакууме был беззвучен. Шлем пятидесятого просто взорвался, выплюнув из себя остатки кислорода, кашу из костей черепа и мозгов невоздержанного клона. Мастер-сержант забрал из рук мертвеца пистолет и убрал его в кобуру.

— Еще есть желающие высказаться? — сухо поинтересовался он.

Клоны с ужасом смотрели на еще одного мертвеца. Магнитные подошвы скафандра ноль пятидесятого не отключились, и теперь, прилипнув ногами к полу, мертвое тело причудливо парило в вакууме.

— Что-то вы неважно выглядите, — констатировал мастер-сержант. — Чего стоим? Эвакуационный норматив из поврежденного отсека для ваших пародий на нормальные скафы составляет три минуты, а прошло уже больше. Валите отсюда!

Все Пэ Иксы, кроме семьдесят седьмого, кинулись к створкам внутренних дверей.

— А ты чего встал? — смерив семьдесят седьмого взглядом, поинтересовался Лэйн. — Особое приглашение нужно?

— У нас нет кодов доступа, мастер-сержант, — равнодушно отозвался семьдесят седьмой. Сейчас ему было совершенно плевать на то, что этот страшный человек может с ним сделать.

— Умник, да? — скривился мастер-сержант. — Не люблю умников…. Закрыть внешние ворота! Воздух в ангар! Все, девочки, первый урок закончен. То мясо, что едва не улетело в космос и сейчас валяется у внешней двери шлюза, доставить в лазарет. Датчики показывают, что оно еще не сдохло. И не забудьте снять с него шлем. Иначе точно задохнется.

Внешняя створка ангара закрылась. Заработала система искусственной гравитации. В ангар вновь вернулась атмосфера. Открылись створки внутренних ворот, испуганные клоны высыпали в транспортный коридор, не забыв, однако, прихватить с собой и тело шестьдесят восьмого.

Ноль семьдесят седьмой тоже направился к выходу, когда его плечо сдавила рука мастер-сержанта.

— Ноль семьдесят седьмой, ты знаешь, что такое спарринг при полном контакте? — спросил Лэйн.

— Никак нет, мастер-сержант.

— Ничего, — он приобнял клона за плечо, — сейчас мы пойдем в спортзал и я тебе все покажу.

Чуть позже в центре слежения.

— Похоже, мастер-сержант нашел себе любимчика, — заметил профессор, не отрывая глаз от монитора.

— Странная у него любовь, — поморщился Джодок. Наблюдать за избиением подростка, пусть тот всего лишь клон, ему не очень нравилось. Зато Кристи заинтересованно ловила каждое движение, хотя ее интересовала не судьба клона, а мастер-сержант.

— Военные вообще очень странные существа, — пробормотал ученый. — Все, клона можно уносить в реанимационную камеру.

— Один погиб, один в медкапсуле, а еще один и вовсе в реанимационной камере. Это не слишком? — поинтересовался Джодок.

— Вполне допустимый процент потерь, — пожал плечами профессор Суини. — После третьей фазы Мы получили на пять процентов клонов больше, чем рассчитывали.

— И все-таки объясните суть вашей обучающей программы. Абордажная группа — это не то, что нам нужно получить в итоге.

— Все очень просто и заранее просчитано, — воодушевился профессор, мистер Дойл редко интересовался подробностями. — Занятиями с мастер-сержантом мы добиваемся сразу несколько вещей. Во-первых, прививаем клонам привычку беспрекословно подчиняться представителю корпорации. Во-вторых, проверяем эффективность нашего психокодирования. В-третьих, демонстрируем им, что неповиновение приводит к смерти. У клонов еще на стадии формирования личности должен сформироваться устоявшийся ассоциативный ряд: неповиновение корпорации — боль, смерть. Через некоторое время мы начнем поощрять наиболее исполнительных, создавая тем самым новый ассоциативный ряд: повиновение — награда, благо. И так раз за разом. Эта простая установка должна прочно укорениться в их подсознании.

— Зачем такие сложности? Мы все равно планируем провести глубокую психокоррекцию кандидатов на второе внедрение. После того, как проведем первую замену объекта.

— Глубокая психокоррекция будет гораздо эффективнее, если гармонично ляжет на уже устоявшиеся ассоциативные ряды, — пояснил профессор Суини. — Такое сочетание гарантирует абсолютную верность.

— Не люблю слово «гарантирует», — поморщился Джодок.

— Это только наша первая ступень контроля, — поспешил добавить профессор.

— Удиви меня, Бел.

— Помимо психокодирования есть еще и гипноблок пятого уровня с последним приказом, его работу вы уже могли оценить. В случае угрозы разглашения информации о себе или проекте «Ковчег», клон тут же предпримет попытку суицида. Так же как и получив условную фразу-ключ. Для каждого клона этот фраза-ключ сугубо индивидуальна — бессмысленный набор слов. Случайно в таком порядке их нигде не услышишь. А еще мы планируем внедрить в тело каждого из объектов это… — профессор показал Джодоку ампулу. На ее дне в прозрачной жидкости плавала белая, не больше спичечной головки, горошина. — Биокапсула с нейротоксином, — пояснил он. — Действие мгновенное. Даже с помощью самых совершенных медсканеров обнаружить ее в теле крайне сложно.

— Но это возможно, — уточнил Джодок.

— Да, — нехотя признал профессор. — Но только если знать, что искать и где. Вероятность случайного обнаружения близка к нулю.

— Ну и последнее, — профессор показал Джодоку еще одну ампулу, на этот раз заполненную непонятной бирюзовой жидкостью. Это ничто иное, как топливо для наших мальчиков. Им хотя бы раз в месяц нужно вводить данный препарат. Иначе капсула с нейротоксином сработает. Получить препарат они могут только через нас. Никто другой просто не знает его рецептуры.

— Тоже мне проблема, — фыркнул Джодок. — В галактике полно научных лабораторий способный разобраться твой секретный состав.

— Могут, но не допустить этого — это уже задача для нашей СБ.

Глава 3

Корпоративные игры

— На штурм, ублюдки! Там всего лишь враг, а здесь — я.

Решайте сами, что страшней.

(мастер-сержант Патрик Лэйн)

Планета Асраи.

Конфедерация Независимых Систем.

101 день 563 года Потери Терры.

— Вы знаете его! Вы любите его! — надрывался ведущий. — И так, встречайте! Кандидат от Партии Прогрессистов Эта-а-ан У-уилер!

Забитый до отказа зал взорвался аплодисментами. Люди кричали, размахивали флажками конфедерации и «прогрессистов». Опытный оператор то и дело фокусировал камеры на самых ярких моментах ликования. В воздухе над толпой сменяли друг друга объемные лазерные надписи: «Партия прогресса — партия победы!», «Выбери прогресс — выбери Этана!», «Этан твой кандидат!».

— Смени передачу, — попросил Джодок, не открывая глаз. — После вчерашнего отдыха в гольф-клубе видеть уже не могу политиков.

— И кто победит на выборах? — спросила Кристи, убрав голоэкран.

— Не знаю, — все также не открывая глаз, пробормотал Джодок, — мы еще не пришли к консенсусу.

Власть в Конфедерации и Соединенных Системах уже давно принадлежала корпорациям. Какая разница, кого выберет простой народ в результате красочного предвыборного шоу, если все кандидаты куплены корпорациями с потрохами еще до праймериз? Да и выберет народ того, кого поддержит большая часть корпораций. Демократия — власть народа? Джодок знал всех представителей этого «народа» поименно, так как и сам входил в их число. Сейчас, в сопровождение двух гравикаров охраны, он летел на встречу с человеком из этого списка. А где-то на орбите дежурил десантный челнок отряда прикрытия с тяжелым вооружением.

Вырвавшись с территории мегаполиса, кортеж Джодока прибавил скорость. Внизу то и дело серебряными зеркалами мелькали знаменитые озера Асраи[1]. Именно благодаря им, и огромному океану, покрывавшему девяносто процентов поверхности планеты, Асраи и получила свое имя.

— Черт, Кристи! — внезапно вспомнил Джодок. — Кажется, я опять забыл отправить Кэтрин и Энни еженедельные письма.

— Все в порядке, шеф, — успокоила его секретарша. — Я отправила их за вас.

— Ты чудо, Кристи. Что я еще пропустил?

— Вчера был день рождения вашей праправнучки Матильды.

— Я отправил ей хороший подарок?

— О-о-о, просто чудесный! Девочка была в совершенном восторге.

— Хорошо, — Джодок вновь откинулся на спинку кресла и задремал.

У него, как и всякого миллиардера, было огромное количество любящих родственников. Большинство любило его за огромное состояние и выделяемые деньги на содержание, но находились и такие, кто любил бескорыстно… или хотя бы мастерски делал вид.

Три сына и две дочери от двух жен, почти два десятка внуков и еще большее количество правнуков. В основном, все они с нетерпением ждут, когда же старый хрен загнется и позволит им погрызться за активы корпорации… мечтатели.

Нет, Джодок не винил их. Он уже давно понял, как мало значат для него семейные узы. Да и не мечтал он никогда о такой большой семье: за столько-то лет это само как-то получилось. Есть те, кому прекрасно удается совместить управление огромной корпорацией и семью. Таким человеком был отец Джодока. Но сам Джодок к таковым не относился и прекрасно это осознавал. Да и должны же у человека быть хоть какие-то недостатки?

Женился он после своего первого омоложения. Да и то больше из-за бизнеса, а не по любви. Обе его супруги были правнучками учредителей корпорации. Брак с ними позволил заполучить ему еще пять процентов акций в доверительное управление, а запрошенная цена вполне устроила. Это был обычный брак по расчету. Такие ведь самые крепкие… если расчет правильный. Теперь супруги Джодока вполне успешно руководили крупными филиалами «Арборвитэ» на других планетах — еще одна составляющая их долгого, счастливого брака. Их дети давно выросли, как и внуки, а то и некоторые правнуки. У них своя жизнь. Раз в стандартную неделю они обменивались письмами, несколько раз в год собирались всей семьей на очередное торжество. Вот и все.

Даже Кристи стала ему гораздо ближе детей и жен — ведь она всегда рядом. Племянницей он ее мог считать весьма условно. Дочь двоюродной сестры второй жены Джодока… или внучка. Признаться, он и сам уже не помнил.

Джодок вряд ли мог назвать себя бескорыстным меценатом, хотя и жертвовал на всех этих благотворительных ужинах и аукционах, созданных по большей части для пиара, крупные суммы. Нужно же иногда демонстрировать бедным, что богатым на них не наплевать. Но когда он случайно узнал о несчастье, постигшем далекую родственницу, то не медлил ни мгновения. Штурмовой отряд «Бледных всадников» попал под дружественный удар с орбиты. Комендору-сержанту Кристине Финч чудом удалось уцелеть, но никакие страховки и платы за риск не могли покрыть стоимость лечения, нужного для ее полного восстановления. Современная медицина могла многое. Она могла практически все, кроме оживления мертвых. Но обходилось это «все» в суммы недоступные простым смертным. Кристину Финч собирали заново по частям в лучшей клинике Конфедерации — его клинике. Он не ждал благодарности. Откровенно говоря, ему было на нее просто плевать. Иногда на Джодока находило, и он делал что-то хорошее, просто брал и делал. Легкая прихоть эксцентричного миллиардера — он мог себе это позволить. Однако комендор-сержант посчитала себя обязанной Джодоку. Так он получил не только весьма компетентного секретаря, но и телохранителя, который по зову души, а не оклада утащит его с линии огня и доставит в безопасное место. Был случай убедиться и не раз.

Кристи поднесла руку к уху.

— Принято, — произнесла она и повернулась к Джодоку. — Одна минута до цели, шеф.

Гравикары пошли на снижение, к самой глади уходившей за горизонт водной поверхности большого озера. Впереди показался остров. Своими белоснежными пляжами он сделал бы честь одному из островов Райского архипелага — известнейшего курортного местечка планеты, да и всей Конфедерации. В центре острова располагался большой особняк, выстроенный в новоколониальном стиле, с обязательной беломраморной колоннадой перед входом.

Сделав круг над особняком, и не заметив ничего подозрительного, гравикары приземлились на зеленый газон перед входом. От дверей особняка к ним поспешил Джозеф Брин. Именно вице-президент по финансам был инициатором сегодняшних переговоров с представителями корпорации «Трансгенез», давними конкурентами «Арборвитэ» на ниве биотехнологий. Основной нишей «Трансгенезис» было создание киберов и биоморфов. Как безобидных домашний питомцев, столь любимых всеми детьми конфедерации. Так и смертельно опасных боевых особей, верных помощников абордажных команд.

— Двойной Д, рад тебя видеть, — сказал Брин, протянув Джодоку руку. — У нас все готово.

— Надеюсь, что предложение стоящие. А не тот вариант, что ты пытался протащить на обсуждение полгода назад.

— Ты будешь доволен, Двойной Д. Я в этом уверен.

Джодок, Брин, Кристи и шестеро охранников вошли особняк. Подобные нейтральные территории часто становились местом неофициальных переговоров между представителями корпораций.

— Охрана должна остаться внизу, — напомнил Брин.

Джодоку данное напоминание не очень понравилось, как и недавнее панибратское «Двойной Д». Мало кто мог себе позволить так его называть, и Брин к ним точно не относился.

Охрана осталась в холе, а Джодок с Кристи и Брином проследовали к лифту. Брин на ходу вынул электронный ключ, приложил к считывающей консоли. Двери лифта бесшумно раздвинулись. Когда они закрылись за их спинами и лифт тронулся наверх, Кристи подала Джодоку условный сигнал «опасность». Тот едва заметно кивнул ей в ответ. Вся эта встреча с самого начала ему не нравилась. Именно поэтому он и попросил главу СБ приглядеть за ними с орбиты. Попросил лично, а не отдал приказ через корпоративную сеть.

Лифт остановился, они вошли в просторный кабинет и тут же оказались под прицелом пяти пистолетов.

— Не делай резких движений Двойной Д, — предупредил Брин. Подобрав с одного из кресел короткий автомат, он наставил его на Джодока.

— И что это значит? — холодно спросил Джодок, стараясь потянуть время.

— Это значит, что сейчас ты пройдешь к вон тому столу и зарезервируешь своим генокодом акт передачи всех твоих акций в мое доверительное управление. Также я разрешаю тебе подписать заявление о собственной отставке с поста президента по состоянию здоровья. А пока ты будешь подписывать, я покувыркаюсь с твоей шлюшкой, — Брин упер ствол автомата прямо в живот Кристи. — Как давно мне хотелось это сделать. Не волнуйся, детка, сделаешь мне хорошо и возможно я оставлю тебя в старой должности.

— Значит переговоры с «Трансгенез» простой обман?

Джодок начал слегка волноваться. Охрана уже должна была взять штурмом эту комнату. Ладно охрана в холе, но где десантный бот с отрядом прикрытия и главой СБ? Сигнал от Кристи еще в лифте должен был уйти на орбиту.

— Переговоры с нашими союзниками из «Трансгенез» будет проводить новый президент! — заявил Брин.

— А если я не подпишу? — поинтересовался Джодок.

Брин наставил на него дуло автомата. Было видно, что вице-президент сильно нервничает. Его руки дрожали, а потому ствол автомата водило из стороны в сторону.

Да он пьян, или под психостимуляторами, понял Джодок. Сам он ни разу в жизни не брал в руки оружие. Зачем? Он никогда не испытывал свойственного многим мужчинам, да и не только мужчинам, благоговения перед пистолетом или древним мечом. Оружие было ему не интересно, а значит и не стоило его времени. Да и нет ничего нелепей человека, держащего в руках оружие, которым он совершенно не умеет пользоваться.

— Подпишешь. Куда ты денешься? — прошипел Брин. — Я хорошо тебя знаю, старик. Ты до усрачки боишься смерти, иначе не цеплялся бы так за свою жизнь. И ты отлично знаешь, что я не стану тебя убивать. Зачем мне разборки с твоими родственничками? Будешь жить под моим заботливым присмотром в самом защищенном из возможных мест. За твоим состоянием будут следить лучшие врачи. Мне выгодно, чтобы ты не загнулся еще хотя бы год. А дальше… посмотрим на твое поведение. Может быть, я тебя и вовсе отпущу, когда слияние «Арборвитэ» и «Трансгенеза» будет завершено. Так что двигай к столу и изучай документы. А я пошел веселиться. — Брин вновь уткнул ствол автомата в Кристи. — Шустрей двигай своей аппетитной попкой, девочка. Или хочешь, чтобы я поделился тобой с этими бравыми ребятами, со всеми сразу?

Он толкнул Кристи в сторону соседней комнаты. Послушно изображая беспомощную, парализованную страхом жертву, секретарша нехотя подчинилась. Если бы ситуация располагала, Джодок бы от души расхохотался — баран хочет изнасиловать львицу. Разве это не смешно?

Но все же, где этот чертов десантный челнок? Эта комедия уже начала утомлять.

Он неспешно подошел к массивному столу, сел на стул и подвинул к себе инфопланшет с договором. Такой анахронизм, как бумажный документооборот, уже давно не использовался даже в отдаленных колониях. Хотя кое-где еще использовалась распечатки на пластиковых страницах.

— Нет, пожалуйста, не надо! — донеслось из соседней комнаты. Охранники, все еще державшие Джодока под прицелом, осклабились и весело переглянулись.

— Я же велел тебе заткнуться! — послышались звуки пощечин и рыдания.

— А! — короткий вскрик и в соседней комнате настала тишина.

Отбросив в сторону планшет, Джодок откинулся на спинку стула и положил ноги на стол.

— Джентльмены, — обратился он к насторожившимся охранникам. — Мне кажется, вам стоит сменить место работы. Не хотите перейти на службу ко мне? Нет? Жаль.

Он оттолкнулся ногой от стола, упал на пол. Стену прошила первая длинная очередь. Загребая руками, Джодок шустро забрался под стол. На время заглушив звуки выстрелов, со звоном посыпались вниз осколки стекла огромных витражных окон.

Тонкая декоративная стена не могла быть серьезной преградой для реактивных пуль. Три охранника бесформенными кулями упали на пол, заляпав кровью дорогой ковер из натуральной шерсти (кто-кто, а Джодок в этом разбирался).

Двое уцелевших охранников соображали пошустрее своих менее удачливых коллег. Едва только прозвучал первый выстрел, они разом упали на пол, перекатились за мебель и открыли ответный огонь, пытаясь в слепую поразить стрелка в соседней комнате.

Некоторое время шла активная перестрелка. Плевались одиночными выстрелами пистолеты охранников. Им отвечали короткие очереди автомата. Наконец все стихло. Из соседней комнаты больше не стреляли. Охранники переглянулись, медленно поднялись с пола. Прикрывая друг друга, они аккуратно двинулись вперед.

Двери, разделявшей комнаты, досталось особенно сильно. Держалась она на единственной дверной петле и от легкого пинка одного из охранников упала на пол.

Дальнейшего Джодок не видел, заметил только, как откуда-то сверху на тени охранников упала еще одна тень. Раздались звуки ударов и два выстрела.

Поигрывая автоматом, что прежде был в руках Брина, из комнаты вышла Кристи.

— Шеф, ты представляешь, этот идиот не взял с собой ни одного запасного магазина! — пожаловалась она, поправив сползшую бретельку бюстгальтера. — Придурок! Еще и блузку мне порвал.

Джодок выполз из-под стола, встал и невозмутимо отряхнул свой костюм.

— Я куплю тебе новую.

— Не, шеф, блузку я могу купить и сама. Лучше закажите для нашей СБ один «Витязь-10» с усиленными сервоприводами. Не скафандр — мечта. Новейшая разработка Союза!

— Хорошо, будет тебе новый скафандр.

— «Витязь-10» — уточнила Кристи.

— «Витязь-10», — покладисто кивнул Джодок.

— И NK500-T1, - выдвинула она еще одно условие.

— И NK500… А это что такое? — удивился Джодок. Ему было не жалко денег, но хотелось хотя бы знать, на что он их потратит.

— Шеф, это такая классная рельсовая винтовка! — мечтательно закатила глаза Кристи.

— Куда катится этот мир? — посетовал Джодок. — Во времена моей юности женщинам дарили шмотки и драгоценности. А теперь — скафы и пушки.

За окном послышался громкий вой двигателей десантного челнока.

— О, а вот и кавалерия, что-то они припозднились! — нахмурился Джодок.

Десантный челнок завис перед разбитыми окнами. Упала штурмовая аппарель. Доломав остатки ставен, в комнату ворвался отряд во главе с начальником Службы Безопасности.

— Шеф вы в порядке? — спросил Гилберт Райт, откинув назад забрало шлема своего тяжелого скафандра.

— Не твоими молитвами. Где вас носило?

— Нам дали неверные координаты места встречи, на пятьдесят километров севернее. И все маячки отключились. А прибыли мы по первому сигналу… перепугали какую-то пожилую семейную пару и только тут поняли, что нас цинично поимели. Нужно провести внутреннее расследование, кто-то проник в нашу командную сеть!

— Уже не нужно, — Джодок кивнул в сторону соседней комнаты. — То, что нам теперь нужно, это новый вице-президент по финансам.

— Так Брин все же решил продаться конкурентам? Интересно, что они ему предложили? Обыщите тут все! — приказал Райт своим подчиненным. — Все интересное тащите на нашу базу. Трупы убрать.

— Там внизу шестеро наших парней. Надо проверить, что с ними случилось, — вспомнил Джодок.

— Слышали приказ президента? Проверьте первый этаж!

Глава СБ помог Джодоку забраться на аппарель десантного челнока. Он хотел помочь и Кристине, но та с легкостью, говорящей о немалом опыте, прыгнула на аппарель. Вновь взревели двигатели, аппарель закрылась, вкачав энергию в противоперегрузочное поле, челнок свечой устремился на орбиту.

— Давай к профу, — приказал Джодок. — Проверим как там у него дела.

Гилберт Райт кивнул в сторону пластиковых кресел:

— Располагайтесь. Только у нас тут все по-простому «бездушный металл и пластик», — чувствуя, что начальственного гнева можно не опасаться, позволил себе пошутить он.

Джодок сел в неудобное пластиковое кресло. Рядом устроилась Кристи. Она так и не выпустила из рук автомат, который считала теперь своим законным трофеем. Райт в своем тяжелом штурмовом скафандре сел напротив и занял сразу два места.

— Давай еще раз уточним все детали по «Ковчегу», — сказал Джодок. Он не любил попусту тратить время.

Кивнув, глава СБ согнул руку перед собой и активировал коммуникатор. Развернув голоэкран, он перевел его в 3D режим. В воздухе над коммуникатором зависло объемное изображение — подросток тринадцати-четырнадцати лет на вид, слегка полноватый для своего возраста, короткие каштановые волосы, лицо круглое, невыразительное, на его фоне резко выделялись лишь светло-зеленые глаза.

— Выбранный нами объект — Марк Ортис де Фобос наследник системы Гемина… — монотонно начал он.

Джодок невольно хмыкнул. Его всегда забавляли названия «благородных домов». Большая их часть произошла от названий космических кораблей первых самозваных лордов. Хотя находились и наглецы, самостоятельно присвоившие себе фамилии древних Терранских дворянских родов.

К выбору системы для «Ковчега» президент и глава СБ подошли основательно. Баронство Гемина располагалось на окраине даже такой окраины галактической паутины, каковой являлось Пространство Благородных домов.

— Прости, — извинился Джодок. — Я тебя слушаю.

— В системе Гемина две колонизированные планеты: Ромул и Рем, — как ни в чем не бывало продолжил Райт. — На мой взгляд, слишком яркие названия для столь захолустных планеток с трудом терраформированных до B класса. Одна из планет — Рем, не имеет прямой связи с исследованной галактической паутиной. Идеальное укрытие! Даже если враждебные корпорации узнают о наших планах, им будет сложно нас остановить. Благородные дома никогда не пропустят через свою территорию чужой военный флот. Порознь они слабы, но против внешней угрозы всегда выступают единым фронтом. А если кому-то все же удастся договориться о проходе флота, то прибудет этот флот все равно к Ромулу с его орбитальной крепостью, флотом и силами противокосмической обороны. Пока силы вторжения будут давить оборону, а затем лететь к Рему через обычное пространство, мы без спешки проведем эвакуацию научного комплекса и уйдем по неисследованным нитям.

— Не самая лучшая перспектива, — заметил Джодок, — этим вопросом надо озаботиться заранее. Идти по неисследованным нитям наугад — это не спасение, а изощренная форма самоубийства.

— Я как раз хотел поговорить об этом, — кивнул Райт. — Нам нужны исследовательские корабли. Много кораблей. Для начала не меньше десяти.

— Шеф, размещение такой крупной серии привлечет к нам ненужное внимание, — вмешалась в разговор Кристи.

— Да, — не стал отрицать Райт. — Поэтому я предлагаю разбросать заказ по разным верфям Соединенных Систем, Союза и Империи Хань. Заказ сделаем через цепочку подставных фирм, якобы для перегона и дальнейшей перепродажи кораблей в Пространстве Благородных домов. Некоторые богатые дома еще предпринимают попытки исследования нитей в поисках новых колоний. Обойдется нам это удовольствие гораздо дороже, чем однотипная серия, но никто и не подумает связать корабли-исследователи с «Арборвитэ».

— Неплохо придумано, — согласился Джодок. — А деньги… наш вице-президент по финансам очень вовремя переметнулся к конкурентам. Он ведь наверняка тайком выводил активы корпораций в оффшорные зоны — теперь и концов не сыщешь.

— Так и есть, — поддержал игру президента глава СБ. — По этому поводу я уже начал расследование.

Президент корпорации и глава Службы Безопасности понимающе переглянулись. Все же, несмотря на контрольный пакет акций и президентство, Джодок должен был отчитываться перед советом директоров. А тот не прочь узнать, почему прибыли корпорации весь последний год падают?

— Как мы организуем первую подмену наследника?

— Через три месяца баронесса с сыном прибудут на Асраи — отдохнуть на курортах Райских островов и пройти обследование в нашей элитной клинике, — доложил глава СБ. — На курорте на баронессу произойдет покушение…

Джодок поморщился.

— Не слишком ли сложно все это? — поинтересовался он. — Покушение… Убийство… Мы могли бы произвести замену наследника на нашего мальчика прямо в клинике и без всякой стрельбы.

— Слишком велик риск разоблачения, — отрицательно покачал головой глава СБ. — Нам не удалось установить плотного наблюдения за наследником, тот живет весьма закрыто. Так что у нас мало данных о его привычках, манере разговора, поведения, особенно с матерью. Сомневаюсь, что клон сможет сыграть его должным образом перед столь близким человеком. С современным уровнем медицины банальную потерю памяти не разыграешь. Да и до конца обучения еще очень далеко.

— Надеюсь, ты хорошо продумал, как замести следы?

— Баронесса любит отдыхать на уединенном тропическом острове с минимумом охраны. А следы? После моей группы зачистки никаких следов не остается. Кстати, на время операции предлагаю включить в ее состав главного кандидата на первую подмену. Он под съемку проведет контроль — еще один тест на лояльность и неплохой компромат, который мы сможем использовать и против клона второй подмены.

— Да, это стоит обдумать, — согласился Джодок. — А что с похищением? Ты говорил, что нашел очень интересного человека, — напомнил он.

Райт вывел на голоэкран следующие изображение — мужчина средних лет с пышными бакенбардами на сухих, острых скулах.

— Эрик Корб де Фобос, канцлер баронства Гемина. В случае гибели баронессы и исчезновения наследника, он становится наместником системы до возвращения наследника или признания того мертвым.

— А он организует похищение? — уточнил Джодок.

— Мы ему поможем, — лицо Райта исказила довольная улыбка. — Но я не думаю, что сам господин Корб был бы сильно против. Да и все косвенные улики будут указывать на его причастность.

— Что помешает наместнику заявить о гибели наследника и самому стать главой дома Фобос?

Пусть у Райта все уже давно рассчитано и просчитано, но Джодок никогда не упускал случая еще раз перепроверить все планы.

— Корб дворянин в первом поколении, — терпеливо разъяснил президенту Райт. Он уже давно привык к дотошности старого приятеля и босса. Хотя надо признать, в тайне его это сильно раздражало. Не Двойному Д учить его разработке «деликатных» миссий. — Если наследник погибнет, то Корбу ничего не светит. У него ни единого шанса стать главой дома. В Пространстве найдутся кандидаты с куда большими правами, чем у него. Но вот если наследник исчезнет, то тут у канцлера появляется пространство для маневра. Особенно если он без труда сможет доказать, что наследник все еще жив.

— И насколько наш мальчик должен будет исчезнуть?

— Минимум на год, но лучше на два, — прикинул Райт. — За это время мы без особой спешки уберем всех, кто хорошо знает юного барона. Это не так много человек — баронесса сильно ограничила круг общения сына. Даже Эрик Корб встречался с ним всего несколько раз, да и то на официальных торжествах.

— И через два года, когда мы проведем вторую подмену, никто ничего не заподозрит, — задумчиво и даже слегка отстраненно, словно рассуждая с самим собой, произнес Джодок.

— Да, — кивнул Райт, — и этого времени хватит, чтобы должным образом обучить главного кандидата на внедрение — сделать из него настоящего аристократа Благородного дома. А все изменения в поведении и характере спишут на смерть матери, долгий плен и взросление.

— Кстати, — вновь оживился Джодок, — куда мы спрячем первую подмену на эти два года?

Изображение голопроектора сменилось на огромную карту галактической паутины. Райт увеличил изображение, теперь карта показывала только небольшой кусок Нейтральных Систем — пространства между так называемыми Центральными мирами, с их устоявшимися государствами и Благородными Домами.

— Система SCP-2112, пиратская база в поле астероидов на старом заводе по переработке. Никто ничего не заподозрит, подумаешь еще один знатный пленник. При переходе через Нейтральные Системы, яхту баронессы будет сопровождать сильный эскорт. Но в пространство Конфедерации военным кораблям Благородных домов вход запрещен. От пограничных систем до Асраи и обратно яхта пойдет без эскорта. Зная маршрут, перехватить ее не составит особого труда. Яхта неплохо вооружена, единственный относительно новый вымпел во флоте дома Фобос, но даже с устаревшим легким крейсером она не справится. А среди пиратов попадаются капитаны с приличными кораблями.

— Еще бы, — усмехнулся Джодок. — Половину этих пиратов-наемников подкармливают корпорации, а вторую половину — спецслужбы. Патрули военного флота Конфедерации?

— Будут заняты на других маршрутах.

Глава 4

Дети-мишени, дети-убийцы

Мы убрали зеркальные панели.

Клоны постоянно пытаются обменяться рукопожатием со своим отражением

(докладная записка, архив «Арборвитэ 17»)

Орбита планеты Асраи.

Станция «Арборвитэ-17».

Конфедерация Независимых Систем.

168 день 563 года Потери Терры.

Не выделяйся, смешайся с толпой, будь как все. Не лезь в лидеры — эту истину ноль семьдесят седьмой усвоил первым из клонов. Сломанные руки, ноги и ребра, да ночь в реанимационной камере помогают скорейшему усваиванию жизненных уроков. И что с того, что к утру он был как новенький?

А еще семьдесят седьмой понял одну простую вещь — он не хочет умирать. В тот момент, когда он стоял в ангаре перед мастером-сержантом, ему было плевать на все. Слишком много всего нового, непонятного и неприятного навалилось. Смерть казалась не самым плохим выходом. Тьма, сон, вечный покой. Подальше от такого негостеприимного мира и людей. И там-то точно нет сумасшедшего мастера-сержанта.

И только лежа изломанной куклой в реанимационной камере, он понял, что хочет жить. Что пойдет на все, чтобы выжить. Пэ Иксов сложно было назвать полноценными, сформировавшимися личностями. Объем вложенных в них знаний нивелировался нулевым жизненным опытом. Для них все было ново, необычно. Рутинные бытовые мелочи вызывали восторг. Практически безвкусная белковая каша из синтезатора, есть которую стал бы только очень голодный нищий или раб, которому ничего другого просто не дадут, казалось клонам немыслимым по вкусу яством. Да даже глоток обычной холодной воды в первые дни приводил их в настоящий экстаз. Зачатые в пробирке, ускоренно выращенные в репликаторах, обученные в вирткапсулах Пэ Иксы смогли оценить и полюбить мелкие радости жизни. Им нравилась жить… а их то и дело безжалостно уничтожали.

К изнурительным тренировкам с мастером-сержантом, добавилось обучение в капсулах, в виртуальной реальности и уроки в тех же капсулах. Семьдесят седьмой просто возненавидел капсулы, как медицинские, так и обучающие. Постепенно у него выработалось стойкое неприятие небольших замкнутых пространств.

Сейчас семьдесят седьмой вновь стоял в строю. На этот раз на нем был не рабочий, а легкий вариант штурмового скафандра. В руках он сжимал автоматическую винтовку под излюбленный в Конфедерации, да и не только в ней, 9 мм реактивный патрон.

Несмотря на вполне достойные образцы лучевого и электромагнитного легкого вооружения, огнестрельное оружие под реактивный патрон оставалось наиболее распространенным в галактике. Высокие технологии оказались бессильны против простоты и дешевизны производства.

— Шлюзовая камера, девочки, вот альфа и омега абордажа корабля тяжелого класса. — Заложив руки за спину, мастер-сержант в своей излюбленной манере прохаживался вдоль строя. — Узкий коридор длиной метров в двадцать, но именно его захват наиболее сложен. Именно здесь абордажную группу и будет ждать отряд контрабордажа. И поверьте, они захватят с собой столько стволов, сколько есть на корабле. Они поставят стационарные огневые точки с крупным калибром, а защитные поля запитают прямо от корабельного реактора.

Вы можете спросить, а зачем нам вообще шлюзовая камера? Можно прорезать обшивку и высадится в любом месте. А все дело в том, что тяжелый крейсер или лидер прорыва, это вам не вшивый эсминец. Пока вы колупаете обшивку, враг успеет перекусить, выпить чашечку кофе и подготовит в месте возможного прорыва столько же гадостей, сколько и в шлюзовом отсеке. А вы за это время знатно разрядите собственные генераторы, что в свою очередь скажется на мощности ваших щитов. У абордажников есть только один путь — корабельный шлюз. И как же пробиться через оборону отрядов контрабордажа, если долгий огневой контакт абордажной команде не выиграть. Плотность огня у отряда контрабордажа чаще всего выше, а мощность их защитных полей превосходит даже щит абордажного челнока?

Палец мастер-сержанта уперся в грудь одного из клонов.

— Ближний бой! Мастер сержант, — четко доложил клон, преданно пожирая сержанта глазами. — Пэ Икс сто двадцать один ответ закончил.

— Верно, малыш, — похлопал клона по плечу Лэйн. — Ближний бой! Старый, добрый ближний бой! Человечество вышло в космос, придумала кучу диких физических теорий, воплотила их на практике: наклепав пушек, способных сжигать целые миры. И к чему мы в итоге пришли? К ближнему бою! Закованные в скафы абордажники гвоздят контрабордажников железками точно так же, как это делали наши дикие пещерные предки…

Семьдесят седьмой, да и никто из других Пэ Иксов не рискнул поправить мастер-сержанта. Во-первых, сомнительно чтобы у живших в пещерах предков людей было железное оружие. А во-вторых, могут ли клоны вообще ассоциировать себя с людьми и их предками?

— Да, наши железки посовершеннее, — продолжил свою лекцию мастер-сержант. — Все эти бредоземельные сплавы, полимеры и прочая малопонятная и труднопроизносимая хрень. Но абордажные кортики и топоры остались теме же кортиками и топорами.

Тут мастер-сержант немного лукавил, любое современное оружие ближнего боя включало в себя встроенный источник энергии и подавитель защитных полей. Над дистанционным вариантом подобного подавителя бились десятки тысяч ученых в различных уголках галактики, но пока все было тщетно.

Лэйн достал из нагрудных ножен свой клинок и продемонстрировал его клонам. Этот непонятный гибрид штык ножа и меча достигал почти локоть в длину. Оружие было явно нестандартным и выполненным на заказ, потому что среди закаченных, а по-другому и не скажешь, в Пэ Икс знаний ничего подобного не было.

За ножом и мастером-сержантом клоны наблюдали с явным беспокойством. От этого человека всего можно ожидать. А когда у него в руках еще и оружие…

От невеселых размышлений клонов отвлек звук разъехавшихся в стороны дверных створок. В ангар вошла женщина в таком же тяжелом штурмовом варианте скафандра, как и у мастера-сержанта.

Семьдесят седьмой почувствовал, как в нем просыпается желание… безумно сильное желание свалить отсюда, как можно дальше. Если к мастер-сержанту Лэйну присоединилась комендор-сержант Финч, то минимум одному из клонов сегодня точно светит биореактор.

— Добрый день мальчики, — помахала Кристи клонам.

— Добрый день, мэм, — немедленно среагировали те.

— А ты неплохо их выдрессировал, — похвалила она Лэйна.

— Скажешь тоже, — внезапно смутился тот, — так… вбил основы.

Тут Лэйн ни капли не лукавил. Основы в клонов он действительно вбивал… зачастую кулаками. Редкий Пэ Икс не прошел посвящения в спарринге с мастер-сержантом. Для двух это посвящение стало смертельным, и лишь единицам удалось его избежать… пока.

— Проверим, как они их усвоили? — подмигнула мастер-сержанту Кристи…

Вцепившись в винтовку, семьдесят седьмой вжался в переборку отсека и бросил затравленный взгляд в сторону дверей шлюза. Стационарное защитное поле — в отличие от силового, которым герметизируют отсеки — было совершенно прозрачным и не искажало картину за ним. Семьдесят седьмой поводил стволом винтовки, ловя в прицел то левую половину бронированной створки, то правую — это немного успокаивало.

Ожидание удара всегда хуже самого удара. Ожидание выматывает, изнуряет, не дает спокойно мыслить. Что хуже всего — оно пугает.

Контрабордажная группа номер два состояла из двух десятков Пэ Иксов, включая и самого семьдесят седьмого. Помимо винтовок у них на вооружении было две автоматические турели с крупнокалиберными пулеметами и генератор стационарного защитного поля. Его, следуя заветам мастера-сержанта, клоны подключили прямо к корабельной энергосистеме.

Занять оборону оказалось той еще задачей. Коридор не отличался шириной, двум десяткам клонам в нем было откровенно тесно. Помня об ошибке группы один, сбившейся в кучу, от чего открыть огонь смогла только треть, Пэ Иксы группы два подошли к делу более основательно. Пэ Икс с меньшим номером был признан командиром. Сектор обстрела был всего один, но требовалось разместить всех клонов так, чтобы они не мешали друг другу. Первый ряд занял позицию лежа, второй ряд укрылся за бронещитом турелей или приняли стойку для стрельбы с колена. Семьдесят седьмой оказался в третьем ряду и должен был вести огонь стоя.

Створки шлюза открылись внезапно. Но как только это произошло, все клоны дружно открыли огонь по двум появившимся в коридоре фигурам. Запоздав на долю секунды, к треску винтовок прибавился грохот пулеметов автоматических турелей. Казалось, ничто не способно устоять перед подобным ливнем пуль.

Ни один из клонов не успел опустошить и половины магазина, когда две фигуры в тяжелых скафандрах пересекли простреливаемое пространство и врезались в их ряды. По лежавшим на полу коридора Пэ Иксам они просто пробежали, а пока те пытались развернуться, устроили бойню во втором ряду. Первыми жертвами стали турели. Их крупнокалиберные 12 мм пулеметы были опасней десятка клонов с винтовками. Хлопнули пистолетные выстрелы. Турели, не имевшие иной защиты кроме бронещита, обзавелись несколькими дополнительными дырками в области генераторов. Плюясь черным дымом и искрами, они прекратили стрельбу.

В коридоре между тем началась настоящая бойня. Некоторые клоны все еще стреляли, чаще попадая в своих товарищей, чем во врагов. Другие, поняв всю бесполезность своего оружия, бросили винтовки, потянули из ножен абордажные кортики. Некоторые даже успели их выхватить…

Зажав в одной руке пистолет, а в другой — нож, закованный в тяжелый штурмовой скафандр, мастер-сержант Лэйн больше походил на неуязвимого железного голема. С клонами он разделывался с легкостью: в секунду сбивал ножом щит скафандра и тут же разряжал в тело клона пистолет. Не отставала от него и Кристина Финч. Правда вместо ножа она ловко орудовала небольшим топориком, зачастую обходясь и вовсе без пистолета.

Комбинированное защитное поле, как скафандра, так и стационарное, могло остановить пулю или разогнанный боеприпас, рассеять лазерный луч, поглотить плазменный заряд. Но оно не реагировало, на столь слабое, с точки зрения поля, воздействие, как удар ножа. А нож, достав до цели — неважно живая это плоть или бронепластина — включал подавитель, полностью разряжавший защитное поле цели.

Еще один клон бросился на комендора-сержанта. Кристина встретила его короткой очередью прямо в лицо. Подавить защитное поле выстрелы не могли, а вот дезориентировать клона — запросто. Испуганный Пэ Икс отпрянул назад и тут же упал, получив под колено удар топором. Комендор сержант обрушила на него целый град ударов и била до тех пор, пока клон шевелился. Легкие штурмовые скафандры не могли похвастаться мощной броней. Несколько бронепластин на груди и спине — вот и вся защита. Политкань же удар топора остановить не могла. Почти отрубив клону голову, с ног до головы залитая кровью комендор-сержант бросилась к новой цели.

Прошла едва ли минута боя, а от клонов осталось меньше половины.

— Стреляй, как я ударю! — коротко приказал семьдесят седьмой соседу.

Выждав подходящий момент, он бросился на Лэйна. Добивая остатки первой шеренги клонов, мастер-сержант очень удачно подставил для удара спину. Нет, семьдесят седьмой не надеялся, что его абордажный кортик сможет пробить броню тяжелого штурмового скафандра. Но если удастся снять защитное поле, то его «второй номер» с радостью разрядит магазин в ненавистного мастер-сержанта.

Семьдесят седьмой так и не понял, как мастер-сержант отразил его удар. Вот он бросается вперед, до боли сжав рукоять абордажного кортика. Заносит руку для удара… летит назад и врезается спиной в стену.

Снова встать на ноги ему уже не дали. Мастер-сержант оказался рядом, и ударил ножом снизу вверх, под шлем скафандра. Тело семьдесят седьмого дернули вверх, и мгновение он болтался на ноже, словно нанизанная на булавку бабочка. Потом пришла темнота.

«Вы погибли!» — сообщила надпись. «Виртуальная симуляция закончена, группа два полностью уничтожена» — вторил ей голос в наушниках.

Снова раздался привычный, надоевший до зубной боли звук открываемых магнитных замков. Откинув крышку капсулы, семьдесят седьмой снял с головы шлем и машинально потрогал шею, которая все еще болела. В их симуляциях болевую чувствительность не понижали. Получив ранение в виртуальности, многие клоны некоторое время страдали фантомными болями в реальности. Шестерых Пэ Иксов такие боли и вовсе свели с ума, еще семеро загнулись от болевого шока прямо в капсулах. И в реальности, и в виртуальности мастер-сержант не знал пощады.

Болезненно скривившись, семьдесят седьмой выбирался из надоевшей капсулы и осмотрелся. Из соседних капсул выбирались собратья клоны. Многие, так же как и он сам, морщились от фантомных болей. Одна из капсул осталась закрытой. Магнитный замок давно уже отключился, но никто не откинул крышку. Возможно, семьдесят седьмой и не обратил бы на это внимание, но именно в эту капсулу ложился его сосед по комнате — сто тридцать второй.

Предчувствуя неладное, семьдесят седьмой спрыгнув на пол, подошел к закрытой капсуле. Да, так и есть — замки отключены. Потянув крышку вверх, он заглянул внутрь.

Сто тридцать второй лежал, вытянув руки по швам, словно солдат в строю. Казалось, клон просто уснул. Вот только спящие люди обычно дышат, а грудь сто тридцать второго была неподвижна. Сняв с мертвого собрата шлем, семьдесят седьмой закрыл своему, теперь уже бывшему, соседу по комнате глаза.

— Что там? — без особого интереса поинтересовался проходящий мимо клон с номером ноль пятьдесят два на скафандре.

— Сто тридцать второй спекся, — мрачно ответил семьдесят седьмой.

— Бывает, — философски пожал плечами клон. — Пошли на ужин.

Семьдесят седьмой сжал кулаки и бросил на него полный ярости взгляд. Ему дико захотелось съездить кулаком по лицу этого пятьдесят второго. И бить его! Бить до тех пор, пока тот может стоять на ногах.

— Не хочешь, как хочешь. Чего так злиться-то? — не понял причин его ярости пятьдесят второй и продолжил свой путь к выходу из отсека.

Проводив его спину злым взглядом, семьдесят седьмой вздохнул. Постояв несколько секунд рядом с мертвым телом, он почесал шею и отправился на ужин. Помочь сто тридцать второму было не в его силах. Он просто клон, а не бог.

В столовой царило легкое, почти радостное оживление. Только здесь клоны могли немного расслабиться и отдохнуть. Да, были еще узкие койки в их комнатах-камерах, но там они просто спали.

Взяв поднос и получив в синтезаторе свой ужин, семьдесят седьмой с некоторым удивлением обнаружил у себя в тарелке двойную порцию. Питание Пэ Иксов уже давно не состояло из одной белковой каши с витаминным коктейлем. После первого дня их стали кормить вполне прилично. Вот и сегодня на ужин было картофельное пюре с мясной подливкой. Требовать от синтезатора хорошо прожаренный бифштекс было глупо, а вот кашеобразную массу со вкусом этого самого бифштекса — пожалуйста. «Неотличимым от настоящего» гласила реклама. Правда, ни один из Пэ Иксов ее не видел, как и любую другую рекламу. Даже в жизни клонов были определенные преимущества.

Разумеется, и пюре, и подливка в тарелках Пэ Иксов было синтезировано в автомате из расходных картриджей. Натурального картофеля, а тем более мяса в них и близко не было. По большей части, это была все та же протеиново-белковая каша из водорослей, плюс армотизаторы, усилители и имитаторы вкуса да прочая химия.

Впрочем, семьдесят седьмой не жаловался, да и сравнивать ему было не с чем. Он не без удовольствия ел свою двойную порцию, позабыв даже про смерть соседа. Прием пищи был одной из маленьких радостей доступных клонам. В последнее время среди них наметился некий раскол. Те, кто пытался хоть как-то противиться, уже давно отправились в биореактор. Как и многие, кому просто не повезло. Остальные клоны, кто затаился, а кто и вовсе смирился, приняв правила игры. Тем более, за успехи в учебе и послушное поведение вскоре стали награждать. Раз в стандартный тридцатидневный месяц все клоны получали инъекцию «топлива». Так с усмешкой называл это вещество один из медтехников, подавая команду дроидам сделать клонам инъекции. «Топливо» дарило блаженство и эйфорию, позволяло полностью расслабиться. Особо отличившимся клонам инъекции перепадали чаще остальных. Еще за успехи могли наградить лучшим или увеличенным пайком. Некоторым клонам даже позволяли синтезировать легкий алкоголь.

«Они дрессируют нас словно собак, — мрачно подумал семьдесят седьмой, допивая кофе. — Подал по команде голос или лапу — получил вкусную печеньку. Вздумал противиться — отправился в биореактор».

Ему вспомнилась пятерка клонов, решившая совершить побег. Глупая была затея, и по-детски наивная. Да они в то время и были еще детьми… как и сейчас. Клоны хотели тайно проникнуть на курсировавший между станцией и планетой челнок. Разумеется, они не добрались даже до ангара.

Всех пятерых показательно казнили перед строем Пэ Иксов. Ладно бы их просто убили — Пэ Иксы привыкли к виду смерти. Но пятерку мятежников пристегнули к гравиносилкам, а потом медицинские дроиды ввели им какую-то химическую гадость. Клоны умирали долгих полчаса. Они кричали от боли и бились в путах так, что ломали себе кости. А потом, когда сил не осталось просто скулили, как побитые собаки.

Желудок семьдесят седьмого противно екнул. Не лучшие воспоминания для ужина. Бросив грязный поднос в очиститель, он отправился к себе в комнату.

Без сто тридцать второго маленькая комната стала казаться еще меньше — та же капсула погружения или медицинская, только с возможностью стоять. Стянув с себя скафандр, семьдесят седьмой убрал его в шкаф и завалился на койку.

Он не знал, можно ли их со сто тридцать вторым назвать друзьями. Но теперь в их узкой каюте он остался один. В узкой, маленькой, столь похожей на капсулу каюте… Семьдесят седьмой с силой ударил кулаком в переборку. Руку обожгло болью. Боль — это хорошо. Она означает, что ты все еще жив. Он пососал костяшки пальцев, слизывая кровь, и задумался.

Что-то менялось. Сошли на нет изнурительные тренинги с мастер-сержантом, на которых их учили не столько воевать, сколько просто подчиняться. Подчиняться слепо, выполняя любой, пусть самый глупый приказ. Теперь они гораздо больше времени проводили в капсулах виртуальной реальности. В них вновь вливали множество самых разнообразных знаний, хоть и в более щадящем режиме чем раньше. Политика… Экономика… Риторика… Вот зачем «девочкам», «никчемным ублюдкам» и «пушечному мясу» риторика? Пока это были начальные курсы, но семьдесят седьмой стал отчетливо понимать, что их к чему-то готовят. И это что-то вовсе не героическая смерть во славу корпорации «Арборвитэ» во время абордажа космического корабля. Он здраво оценивал свои силы и силы своих собратьев. Против подготовленного бойца уровня мастер-сержанта у них нет шансов. С одной стороны, смещение аспектов их обучения не могло не радовать: семьдесят седьмой не горел желанием воевать во имя корпорации. А с другой, хотелось бы знать, к чему их готовят на самом деле. Вполне возможно, что по сравнению с этим, легкая смерть при абордаже — это не самая дурная судьба.

В последнее время большая часть обучающего курса была посвящена Пространству Благородных домов — странному государственному образованию, возникшему в конце эпохи Второй Реконкисты. Это был период, когда пережившие Время Мертвых Звезд планеты, восстановив научный и промышленный потенциал, вновь перешли к космической экспансии. На карте галактической паутины все отчетливей стали проступать контуры новых космических государств: Соединенные Системы, Империя Хань, Империя Фудзи, Банковская Директория, Конфедерация Независимых Систем, Союз Славянских Систем и многие другие.

Пока новообразованные государства делили сферы влияния в центральных системах, тысячи новых конкистадоров ринулись вглубь паутины в поисках потерянных, желательно не вымерших колоний старой Терры. Владелец любого жалкого корыта мог стать правителем целого мира. Если смог его найти и защитил свои притязания стволами корабельных орудий. Мнения жителей старых-новооткрытых колоний никто особо и не спрашивал. В основном это были самые молодые и дальние от Терры колонии. На них гибель планеты праматери и последовавшая затем эпоха войн сказалась особенно сильно. Занятые переделом власти и влияния в центральных мирах паутины, «наследники Терры» о дальних колониях просто забыли. Многие из этих колоний даже не имели связи с метрополиями. А те, у кого уже имелась цепочка спутников ретрансляторов для связи через нити, быстро ее лишились из-за действий рейдеров враждующих сторон. Нарушение связи между системами противника было второй по важности целью после перехвата грузов. Дальние колонии оказались отрезаны и забыты. Многие из них просто вымерли без поставок извне необходимых ресурсов и промышленных товаров. Другие деградировали и скатились если не в варварство, то до уровня паровых машин. Были и те, кто сохранили то жалкое технологическое наследие планеты праматери, что было в колонии. Но самостоятельно вернуться в космос не смогла ни одна из потерянных колоний.

К концу эпохи Второй Реконкисты на фронтире исследованной части галактической паутины сложилось собственное государство. Королевство Благородных Домов являло собой причудливый симбиоз из феодальной монархии и демократии. Просуществовало оно недолго. В результате ряда внутренних восстаний и политических неурядиц, единое государство развалилось. Благородные дома погрязли в пучину междоусобных конфликтов.

«И зачем корпорации понадобился этот позабытый всеми уголок» — подумал семьдесят седьмой, проваливаясь в сон.

Одни дни сменялись другими. Впрочем, само понятие «день» на космической станции весьма условно. Жизнь на ней проходила по восьмичасовым циклам. Сон, практика с мастером-сержантом, виртобучение и снова сон. Иногда некоторым клонам удавалось отдохнуть в медкапсуле. Большую часть из них даже смогли вылечить.

Очередной день не предвещал ничего плохого. Занятий с мастер-сержантом не предвиделись, а ничего хуже и быть не могло. Так думал семьдесят седьмой, так думали и остальные клоны.

— Всем Пэ Иксам немедленно прибыть в сектор восемь.

Динамики ожили, когда они заканчивали завтрак. Но даже прозвучавший приказ не сильно испортил настроение. Восьмой сектор был рядом, и нестись к нему сломя голову вовсе не требовалось. Организованной группой, но все же не строем, как в первые дни, клоны прошли в соседний сектор.

Двери оказались гостеприимно распахнуты, но в самом секторе все отсеки были закрыты. Клонов это не особо расстроило. Им приказали, они пришли.

Прислонившись к стене, семьдесят седьмой лениво пересчитал оставшихся собратьев. Тридцать человек? Особей? Объектов? Что они вообще такое? Люди? Смешно. Ровно столько их осталось из почти сотни клонов прошедших в третью фазу. И скольких же еще получит жадный биореактор?

Между тем начало происходить что-то странное. Из динамиков звучало имя-номер. Клон входил в соседний отсек, дверь за ним закрывалась. Проходило пять-десять минут, вызывали следующего клона. Но ни один из ранее вызванных так и не вернулся.

— Как думаешь, что там происходит? — поинтересовался семьдесят седьмой у соседа.

— А какая разница? — недоуменно отозвался тот, пожав плечами. — Рано или поздно и тебя вызовут. Тогда все и узнаешь.

Из соседнего отсека послышался тихий, едва слышный хлопок. Семьдесят седьмой насторожился. Этот звук слишком походил на приглушенный выстрел. Неужели от них решили избавиться? Обдумав, он отмел эту версию. К чему такие сложности с вызовом по одному? Избавиться от всех клонов можно гораздо проще.

— Ноль семьдесят седьмой, — приговором произнес динамик.

Борясь с легкой дрожью, семьдесят седьмой подошел к таинственной двери. Оказавшись в соседнем отсеке, он сразу понял, что день перестает быть хорошим. В отсеке стоял стол, за столом сидел мастер-сержант. Без ставшего для клонов привычным тяжелого скафандра, он походил на вполне себе нормального человека.

— Слушай тестовое задание, семьдесят седьмой, — сказал Лэйн, посасывая курительную палочку. — Сейчас ты возьмешь пистолет, зайдешь в соседний отсек, обнаружишь и уничтожишь находящуюся в нем цель. Или цель уничтожит тебя. Тут как повезет, — он коротко хохотнул, едва не выронив курительную палочку изо рта. — Времени у тебя немного, а патронов всего один магазин.

Положив на стол пистолет, он толкнул его в сторону клона.

Семьдесят седьмой не стал спрашивать, что будет, если он не успеет. Слишком очевиден ответ. Ощутив в руке рукоять пистолета, он на мгновение испытал дикое желание пристрелить самого мастера-сержанта. Но холодный рассудок подсказывал, что эта уязвимость сержанта тоже своего рода тест.

Лэйн наблюдал за внутренними метаниями клона насмешливо, словно читал его мысли. Он откинулся в кресло и, показывая собственную уязвимость, провоцирующее закинул руки за голову.

Проверив патроны в магазине, семьдесят седьмой установил переключатель дальности стрельбы в положение «короткая дистанция». Сержант все это время с интересом наблюдал за его манипуляциями, но не произнес ни слова.

— Разрешите приступить? — поинтересовался семьдесят седьмой, убедившись, что оружие готово к стрельбе.

— Да вали уже, — лениво процедил Лэйн, выпустив в потолок струйку дыма.

Соседний отсек оказался размерами с небольшой ангар. Видимо здесь было что-то вроде склада для неисправного оборудования и просто хлама. Пустая упаковка, контейнеры, какой-то непонятный мусор. В центре стояла полуразобранная транспортная платформа. Мерцающее освещение создавало слегка жутковатую атмосферу. Кое-где на стенах виднелись свежие следы от пуль, а кровавые разводы на полу ясно говорили, что не столь давно отсюда убирали тела.

Но где же его противник?

Откуда-то из угла отсека послышался глухой металлический стук. Вскинув пистолет, семьдесят седьмой осторожно двинулся на звук. Штабель пустых пластиковых контейнеров вряд ли мог служить защитой от пуль, но зато надежно спрятал источник звука от чужих глаз. Бесшумно обогнув эту искусственную стену, семьдесят седьмой замер и опустил оружие.

Его цель сидела на полу, скрестив ноги. У нее, вернее у него в руках был точно такой же пистолет, как у семьдесят седьмого. Взяв его двумя руками за ствол, цель самозабвенно стучала рукоятью о пол отсека и глупо улыбалась. На полу ангара сидел еще один Пэ Икс, но совершенно голый, словно его только что достали из репликатора.

Теперь семьдесят седьмой понял, какую судьбу уготовила корпорация отбракованным клонам. Они должны были стать живыми пособиями для своих более удачливых собратьев. Очередной психологический тест на повиновение. Не первый, и точно не последний.

— Семьдесят седьмой долго ты еще будешь возиться? — поинтересовался голос из динамика. — Тебе достался самый безмозглый из отбракованных. Заканчивай. Даю тебе одну минуту.

Он не знал, кто там за пультом, но ненавидел этого человека ничуть не меньше самого мастер-сержанта. В этот момент он ненавидел всех людей, все человечество.

Услышав непонятные звуки, отбракованный клон с интересом завертел головой по сторонам и тут заметил семьдесят седьмого. Он открыто и радостно улыбнулся, пролепетав что-то непонятное — простой набор звуков, отбросил в сторону надоевшую игрушку-пистолет и на четвереньках пополз навстречу своей более удачливой копии.

Семьдесят седьмой навел на него пистолет. На душе было муторно, убивать в виртуальности это вовсе не то, что убивать в реальности. Тем более если твоя цель ничуть не смышленей младенца. Поймав в прицел копию своего лица, он нажал на спусковой крючок.

Глава 5

Король умер, да здравствует король!

Весь мир — армия, а люди в нем солдаты.

(Мастер-сержант Патрик Лэйн)

Планета Асраи.

Конфедерация Независимых Систем.

189 день 563 года Потери Терры.

— Последние тесты показали, что Пэ Икс сто…

Монотонный лекторский тон профессора Суини навевал на Джодока воспоминания о законченном еще в начале прошлого века университете и сонливость.

— Оставим подробности, проф. И так, что у нас с финалистами? — спросил он, с трудом подавив зевок.

Профессор недовольно поморщился, но быстро вывел на экран список.

— Для первой подмены мы можем использовать любого из этих десяти клонов. И того для второй подмены останется девять. Обучающий курс для них уже подготовлен, также как и программы глубокого психокодирования.

Джодок пробежался глазами по номерам, и тут его взгляд зацепился за один из них.

— Семьдесят седьмой, — его лицо исказилось в усмешке, — почти три семерки — джек-пот. Этот должен быть настоящим счастливчиком, — сам того не ведая, он почти слово в слово повторил фразу, сказанную профессором полтора года назад.

— Да, забавное сочетание, — согласился Суини, вызвав на экран психокарту семьдесят седьмого.

Джодок повернулся к начальнику СБ.

— Ты уверен, что у нашего мальчика есть шансы протянуть у пиратов хотя бы полгода? Нам нужно чтобы раз в месяц в баронство уходило письмо с его генокодом.

Райт задумался, но после короткой паузы кивнул:

— Протянет, куда он денется. А если нет, то вполне можно осуществить новую подмену. Одна из наших подставных фирм уже открыла в торговом секторе станции свою клинику. Если с клоном что случится, то мертвый он там будет или живой, его доставят к ним, — пояснил он. — Заодно через клинику будем осуществлять клону ежемесячные инъекции препарата профессора.

— Через два года барону будет шестнадцать, — задумался Джодок, сложив ладони домиком, палец к пальцу, — по законам Благородных домов он станет совершеннолетним и сможет взять власть в свои руки. Как мы организуем его возвращение?

— Силы флота Конфедерации проведут операцию по зачистке пиратского гнезда и освободят пленника, — пожал плечами Райт. — Тогда то мы и произведем вторую подмену клона, уничтожив первую. Все же пока наши мальчики на аристократа никак не тянут.

— А стоит ли привлекать армейцев? — засомневался Джодок — С них станется разнести станцию главным калибром. Какие тут выжившие? Флоту игры корпораций с пиратами уже давно поперек горла. Знали бы они, какие это деньги…

— Хм, — задумался Райт. — Возможно, стоит тогда привлечь наши силы?

— И наши друзья ничего не заподозрят? — иронично выгнул бровь Джодок. — С каких это пор «Арборвитэ» стала отнимать хлеб у наемников?

Райт снова задумался, просчитывая варианты.

— Можно допустим маленькую утечку через известных кротов, — выдвинул идею он. — Сольем инфу о том, что у нас украли рецептуру новейшего лекарства.

Теперь уже задумался сам Джодок.

— Нет, оставим этот вариант как запасной. «Арборвитэ» нежелательно часто светиться рядом с наследником. Придется положиться на армейцев. Проплатим через подставных лиц кому нужно, чтобы вытащили нашего мальчика или хотя бы его тело, последнее даже лучше. — Он кивнул, закрыл на мгновение глаза, открыл их, снова кивнул: — Да, так и поступим. Не забудь только заранее предупредить наших «каперов».

— Это не понадобится, — хмыкнул Райт. — Армейцы подготовку к нападению будут осуществлять в своей манере — не особо таясь. Все корпорации узнают о рейде заранее и предупредят своих пиратов, чтобы те убрались с базы. Разрушать станцию все равно никто не будет — частная собственность как никак. Хотя кому она принадлежит, сейчас и концов не сыщешь. Армейцы зачистят ненужных пиратов, освободят пленников и выставят станцию на торги. Там ее на подставное лицо или компанию опять выкупят нужные пираты. Первый раз что ли?

— Так кого мы выбираем в смертники для первой подмены? — нетерпеливо поинтересовался профессор Суини.

За два года ему до смерти надоела вся эта возня с клонами. Хотелось вернуться к нормальной исследовательской работе. С началом новой фазы в его личном контроле нужды не будет. Дальнейшим обучением и психокорекцией клонов для фазы пять можно свалить на заместителей.

— Да, — вспомнил Джодок, — пусть это будет семьдесят седьмой. Посмотрим, насколько хватит его удачи. — Он вновь повернулся к главе СБ. — Кажется, ты хотел приписать кандидата к нашей группе зачистки? Как там с подготовкой?

— Баронесса Изабелла прибудет завтра, — доложил Райт. — У нас все готово. Вилла «Нимфа» — любимое место отдыха баронессы, выкуплена у своих старых владельцев через цепочку подставных компаний. Все следы теряются в Соединенных Системах. Но если дотошно покопаться, то можно обнаружить косвенную связь с одной интересной фирмой, которая в свою очередь ведет некоторые дела с Эриком Корбом — канцлером системы Гемина. На острове все готово. Связь и система безопасности под полным нашим контролем. Персонал и охрану баронесса обычно привозит с собой. Но это не больше десяти человек. Да, у нас тут появилась небольшая проблема с наследником.

— Что-то серьезное, — обеспокоился Джодок.

— Хм, смотри сам.

Райт включил коммуникатор и вызвал на голоэкран свежую голографию наследника Гемины.

— Мне кажется или наши клоны на него слегка не похожи, — нахмурился Джодок.

— Да, наш объект немного набрал лишний вес.

— Это ты называешь немного?

— Баронесса уже оплатила сыну курс похудения в нашей клинике, — пожал плечами Райт.

— Едва мы уберем баронессу, капитан яхты эвакуирует наследника с планеты. Курс похудения для столь запущенного случая — две недели минимум. Мы не можем столько ждать! — возмутился Джодок.

— Шеф, набрать лишний вес никогда не было проблемой, — весело заметила молчавшая все это время Кристи. — Проблема — это как от него избавиться?

— У нас будет пять дней, — поддержал секретаршу президента Райт, — за это время мы доведем и барона, и клона до равного веса.

— Хорошо, — согласился Джодок, — начинаем четвертую фазу.

* * *

Райские острова не зря получили такое название. Мягкий климат, пышные, тропические леса, белоснежные пляжи, прекрасный сервис на любой вкус и любые развлечения. Хотите бесконечных пляжей и потрясающей дикой природы? Желаете громких пляжных вечеринок с красотками в бикини? Жаждите пощекотать себе нервы игрой в казино? Мечтаете погрузиться на дно океана? А быть может вы стремитесь к уединению и покою на лоне тропической природы? Райские острова ждут вас! Любой каприз за ваши деньги.

Приложив к глазам тактический бинокль, Лэйн довольно усмехнулся себе под нос. Наступившая ночь не помешала умной технике мгновенно определить и идентифицировать вражеские цели, занести их в тактический компьютер и передать информацию всей группе зачистки. Лэйн не знал, кто отвечает за охрану виллы. Но был признателен этому недалекому человеку за упрощение задачи. Один патруль из всего двух охранников! Это будет проще, чем отнять конфетку у ребенка. Тем более с кодами доступа, позволяющими отключить весь внешний и внутренний периметр охраны.

— Гамма, как там у тебя дела? — поинтересовался он по командному каналу.

— Я в системе, — отозвался взломщик, оставленный с аппаратурой в зоне эвакуации. — Так… Подтверждаю! У нас всего один патруль из двух человек и оператор в ЦУ. Остальные спят.

— Альфа, браво, дельта — доложить о готовности!

— Альфа-1 на позиции, — тут же отозвался голос в наушнике. — Альфа-2 на позиции. Альфа-3 на позиции… Дельта-2 на позиции, — закончили перекличку бойцы отряда.

Убрав бинокль, мастер-сержант закрыл забрало шлема и вывел на него карту местности, сверил метки бойцов и вновь довольно усмехнулся. Периметр оцеплен, ловушка захлопнулась. Теперь для обитателей виллы единственный шанс на спасение два гравикара на лужайке перед домом. Но до них пятьдесят метров по открытой, хорошо простреливаемой местности.

— Малыш, ты как? — поинтересовался он, слегка повернув голову налево.

— Я в порядке мастер-сержант, — отозвался юношеский голос из темноты. Ночь и оптический камуфляж сделали семьдесят седьмого настоящим невидимкой.

Поводив пальцем по выключенному экрану коммуникатора, Лэйн дождался появления на тактическом экране шлема курсора и быстро отметил на карте две красные точки.

— Дельта-1, Дельта-2 — вот ваши цели.

— Дельта-1, веду цель, — отозвался первый снайпер.

— Дельта-2, веду цель, — вторил ему второй.

Два охранника в стандартных легких скафандрах вели себя беспечно. Если то, что они не включили защитное поле своих скафандров, еще можно было понять. Защитное поле в полчаса полностью пожирало всю энергию батарей скафандров, и включали его только перед боем или при непосредственной угрозе жизни. Но вдобавок к отключенной защите охранники расхаживали с открытыми забралами шлемов, а это уже было пренебрежением ко всем уставам и уложениям караульной службы. Мастер-сержант слишком верил в дисциплину, чтобы принять подобное кощунство. Хотя, от пуль тех снайперских малышек, что сейчас в руках у Дельт, закрытые шлемы охранников бы не спасли.

— Огонь, — приказал Лэйн, когда патруль оказался в слепой зоне камер охраны.

Где-то с замаскированных позиций Дельт бесшумные снайперские винтовки выплюнули из своих стволов смертоносные гостинцы. Патрульные словно споткнулись и почти одновременно замертво упали на землю.

— Весь периметр защиты отключен. Связь заблокирована. Все двери открыты, — бодро доложил Гамма, не дожидаясь приказа сержанта.

— Альфа, Браво начинаем зачистку, — рявкнул Лэйн. — Дельта на вас периметр. Пошли!

Он снова повернул голову к кустам слева и сказал:

— Вырубай камуфляж, всю энергию в защитное поле.

Воздух задрожал. В полутьме проступили очертания невысокой, слегка полноватой фигуры подростка, упакованного в такой же, как и сам мастера-сержанта скафандр «Баньши» с системой оптического камуфляжа. Лэйн кивнул в сторону виллы.

— Держись за мной, малыш.

Перехватив поудобней короткий автомат, он бросился вперед.

Они достигли дверей виллы, когда отряды Альфа и Браво заканчивали зачистку первого этажа. Бойцы группы специальных операций службы безопасности корпорации знали свое дело. Действовали они слаженно и четко, словно хорошо смазанный механизм. Местоположение всех целей было известно. Все электронные замки на дверях им любезно открыли. Первый этаж заполнил шелест легких шагов да глухие хлопки выстрелов бесшумных пистолетов. В наушниках у Лэйна зашелестели голоса:

— Правое крыло — чисто.

— Центр управления — чисто.

— Левое крыло, нет одной цели… Стоп, а это что такое? — в наушнике послышался шум какой-то возни, чей-то всхлип и хлопок очередного выстрела. — Левое крыло — чисто.

— Контроль периметра! — приказал мастер-сержант. — Мы на второй.

Проигнорировав лифт, он осторожно поднялся по лестнице на второй этаж. Семьдесят седьмой шел за ним шаг в шаг.

Перед спальней баронессы Лэйн на мгновение замер. Вжавшись спиной в стену рядом с входом, он изготовился одним стремительным броском ворваться в спальню. И тут тишину порвали в клочья звуки выстрелов. Дверь и стена, за которой прятался сержант, разом обзавелись десятком дырок. Под оглушающий грохот выстрелов росчерки реактивных пуль дырявили декоративные стеновые панели под красное дерево.

Не медля более не секунды, Лэйн ворвался в спальню. Автомат в руках мастера сержанта задрожал. Пули прошили пустую кровать, но сканер уже обнаружил цель. Лэйн перевел ствол автомата чуть влево. В комнате кто-то тихо охнул. Стрельба прекратилась.

— Вот ведь стерва! Что-то почуяла и одной очередью уполовинила мне защиту, — почти с восхищением прошипел мастер-сержант. — Малыш, где ты там? Давай приступай. Шлем только открой. Вот так, отличный будет кадр.

Семьдесят седьмой осторожно вошел в спальню. В него тоже попала пара пуль, и уровень энергии защитного поля просел до восьмидесяти процентов. Все-таки «Баньши» создавался для деликатных миссий, а не полноценного огневого боя, и не мог похвастать мощностью защитного поля.

Пройдя к окну, семьдесят седьмой навел на распластанное на ковре тело женщины пистолет. Глухо хлопнули два выстрела.

— Контроль закончил, — доложил он.

— Все цели устранены, объект зачищен, — подытожил Лэйн. — Теперь ходу отсюда. Малыш, ты со мной, не вздумай потеряться.

— Запускаю вирус в систему, — радостно доложил Гамма, когда группа зачистки покинула территорию виллы. — Все системы защиты активированы. Внешний доступ полностью запрещен. Первым визитерам будет очень больно.

— Гамма, кончай треп и сворачивай оборудование, — рыкнул в микрофон Лэйн.

Группа зачистки исчезла с острова так же незаметно, как и появилась. Пройдя над самой водой, несколько грузовых гравикаров приземлились в джунглях. Бойцы СБ погрузились в них и летающие машины скрылись в ночи.

Когда мастер-сержант и клон с комфортом устроились в грузовом отсеке гравикара, Лэйн внезапно спросил:

— Скажи, ты что-нибудь почувствовал добивая свою био… — он замялся, не решаясь произнести «биологичекую мать», но быстро нашел выход, — ту женщину?

Клон непонимающе посмотрел на мастер-сержанта и задумался.

— Да, почувствовал, — после недолгого молчания признал он.

— И что? — заинтересовался Лэйн.

Семьдесят седьмой хлопнул по кобуре с пистолетом.

— У «Клыка-12» очень тугой спуск.

Мастер-сержант посмотрел на него с недоверием. А не издевается ли над ним этот мешок с костями? Но на лице семьдесят седьмого не отразилось ни тени эмоций.

Достав из кармана пластиковую пачку сигарет, Лэйн щелчком пальцев выбил из нее пару курительных палочек.

— Будешь? — в порыве невиданной щедрости предложил он клону.

Семьдесят седьмой взял одну из курительных палочек. Повертел ее в руках, понюхал, а затем осторожно заметил:

— Я читал, что курение очень вредно.

Хохотнув, мастер-сержант подхватил свою палочку краем губ, щелкнул зажигалкой.

— Вот что я тебе скажу, парень, — Лэйн сделал глубокую затяжку и выпустил в потолок густую струю дыма, — жизнь вообще крайне вредная штука.

Он кинул семьдесят седьмому зажигалку, откинулся на пластиковое сидение, вытянул ноги вперед и заложил руки за голову.

Повертев зажигалку в руках, семьдесят седьмой неумело раскурил и свою курительную палочку. Втянув дым, он зашелся в кашле. Лэйн смотрел за потугами клона со своей привычной усмешкой.

— Я всегда знал, что из тебя выйдет толк, семьдесят седьмой, — сказал мастер-сержант, когда тот откашлялся.

— Марк или барон Ортис, — поправил его клон.

— Да… верно, — хохотнул Лэйн. — Простите меня, господин барон.

Семьдесят седьмой несмело улыбнулся в ответ. Притворяться оказалось не столь и сложно. Он нисколечко не верил в это благодушие мастер-сержанта, его заботу и доброту. Для корпорации и для мастер-сержанта он всего лишь инструмент. Хороший инструмент, нужный. Такой можно ценить, его даже можно по своему любить, но никто не станет относиться к инструменту как к равному. Все это просто ложь, притворство. Еще одно средство манипулирования.

Переборов первое отвращение, он вновь втянул в легкие вонючий дым курительной палочки. В этот раз горло почти не першило. Подражая Лэйну, он сжал палочку губами, так чтобы та свисала с уголка рта, закрыл глаза и начал вспоминать недавний разговор с самим мистером Дойлом, президентом корпорации «Арборвитэ».

Обставлено все было торжественно. Его доставили на планету в роскошное поместье президента. Наверняка, все это было очередной, заранее продуманной психологической уловкой. Вся жизнь Пэ Иксов была просчитана до шага.

Мистер Дойл принял клона благодушно и разразился целой речью. Он много говорил о корпорации, ее работе на благо человечества, происках врагов, жертвах на которые приходится идти и о предназначении самого семьдесят седьмого. Ему предстояло стать единоличным владельцем целой системы. Но не сразу, до этого предстояло прожить два года в плену на пиратской станции. Зачем? Мистер Дойл не сказал, но семьдесят седьмой не был идиотом и прекрасно понял, что через два года никто не удивится изменениям, произошедшим с наследником.

— Ты будешь правителем системы, вмешиваться в твои дела мы не будем. А ты не будешь лезть в наши, — закончил свой долгий монолог мистер Дойл. — Я верю во взаимовыгодное партнерство. Ключевое слово — взаимовыгодное.

— И поэтому в случае неповиновения вы меня уничтожите? — не сдержался семьдесят седьмой, позабыв про осторожность.

— Я сказал взаимовыгодное, про равноправное речи не было, — коротко хохотнул Джодок, бросив на клона острый, проницательный взгляд…

Кто-то не слишком аккуратно потряс его за плечо. Семьдесят седьмой открыл глаза. Над ним склонился мастер-сержант.

— Эй, ты что, уснул? Подъем, семьдесят седьмой, мы почти прилетели.

Он открыл боковую дверь грузового отсека и подставил лицо встречному воздушному потоку.

Внизу простирался наполненный жизнью шумный город. Жизнь в столице Асраи никогда не затихала, она только делилась на дневную и ночную. Сейчас город был во власти ночной жизни. Пестрели разноцветными огнями и яркими головывесками ночные рестораны, клубы, казино. Призывно мерцал мягкими постельными цветами квартал красных фонарей. Не смотря на поздний час в воздухе было полно гравикаров. Их навигационные огни создавали настоящую светящуюся реку. Никто и не заметил, как в этот поток влился одинокий грузовик.

Миновав городские предместья, грузовой гравикар влетел в деловое сердце столицы. Огромные небоскребы рвались к небесам, словно соревнуясь друг с другом. На фоне многих из них «Двойной Д» корпорации «Арборвитэ» выглядел бледно. Но Джодока Дойла всегда мало интересовала показная мишура. Размерами своей штаб-квартиры пусть хвалятся те, кому похвалиться более нечем.

Получив разрешение на посадку, грузовой гравикар приземлился на крышу небоскреба «Арборвитэ».

— Прибыли, господин барон, — хмыкнул Лэйн и тут же отвлекся на голос в наушнике. — Да, мы на месте. Прямо сейчас? Хорошо. — Он спрыгнул на землю и протянул клону руку. — Вас ждут в операционной, господин барон. И закрой-ка пока шлем. Тебя не должны узнать.

Когда семьдесят седьмой послушно закрыл забрало шлема, Лэйн проводил его до лифта и приветливо помахал гибкому усику камеры наблюдения. Двери лифта открылись, пропуская их в просторную, хорошо освещенную кабину. Заиграла тихая успокаивающая музыка.

Скоростной лифт быстро доставил их на нужный этаж. Двери мигнули на прощание номером этажа, подсвеченным зеленым цветом, и разошлись в стороны. Дальше шел длинный коридор с комнатами по обеим сторонам. Несмотря на поздний час, тут было немало людей. Так же как и в городе, жизнь в штаб квартире корпорации не замирала ни на секунду. Да и у стандартных галактических суток не было разделения на день-ночь. Двадцать четыре часа делились на три восьмичасовых цикла.

Лэйн толкнул клона в ответвление главного коридора.

— Нам сюда.

Впереди показался пост охраны: пара крепких бойцов СБ в легких штурмовых скафандрах. Завидев двух вооруженных человек, они насторожились, но тут же расслабились. Видимо получили приказ по радио пропустить неизвестных. Один из охранников был столь любезен, что даже открыл перед ними дверь.

За дверью их уже поджидал профессор Суини.

— Ну наконец-то! — всплеснул руками он. — Почему так долго? У нас уже все давно готово.

— Мистер Суини, мы к вам прямо с гравикара, — возмутился Лэйн, но тот полностью проигнорировал слова мастер-сержанта и повернулся к семьдесят седьмому.

— Господин Ортис, почему вы все еще одеты? — Профессор сразу принял правила игры, забыв номер клона, словно того и не было. — Раздевайтесь, вас уже ждут в операционной.

Впрочем, это вполне могло быть очередным психологическим приемом.

Семьдесят седьмой нехотя отстегнул кобуру. А ведь сейчас он может выхватить пистолет и пристрелить профессора Суини — создателя Пэ Иксов. Но какой в этом смысл? Месть? Он насладится этой местью пару минут, а потом пристрелят уже его. А он хочет жить, ему нравится жить. Поэтому он будет притворяться послушным и покорным, будет смиренно выслушивать наставления и точно следовать приказам. А месть подождет… пока.

Вскоре семьдесят седьмой уже лежал на операционных гравиносилках и с интересом рассматривал себя же самого на таких же носилках по соседству. Так вот он какой — Марк Ортис де Фобос. Увиденное клону не понравилось. Их прототип показался ему совершенно непохожим на Пэ Иксов. Хотя поначалу он никак не мог понять, в чем же различия? Лишний вес? Нет. В медкапсуле ему за пять дней сделали такой же заметный двойной подбородок и брюшко. Выражение лица? Да, пожалуй, именно оно! Даже прибывая под наркозом лицо Марка Ортиса де Фобоса сохраняло надменное, холеное выражение. Семьдесят седьмой попытался изобразить что-то похожее, но без зеркала было непонятно насколько эта попытка удачна.

— А вот и последняя составляющая успешной подмены, — проворчал профессор, достав пинцетом из разрезанного предплечья наследника Гемины миниатюрный чип идентификатор — уже давно заменивший по всей галактике, как документы, так и кредитную карту. Коммуникационные браслеты не зря носились в основном именно на левой руке. Большинство коммов, как сокращенно называли коммуникаторы, не работало без авторизации через чип идентификатор в теле носителя.

Заметив рядом с собой меддроида, семьдесят седьмой невольно вздрогнул и едва заметно поежился. Слишком свежи были еще в его памяти воспоминания о казни пяти мятежников. А если все это просто игра и ему сейчас введут яд? Что-то укололо в руку, он почувствовал, как тяжелеют веки, и закрыл глаза.

Проснулся он на широкой кровати с мягким матрасом, чистыми простынями, двумя пуховыми подушками и под изумительно теплым одеялом. Некоторое время семьдесят седьмой просто лежал, наслаждаясь невиданными прежде ощущением комфорта. Привычная ему узкая, жесткая койка с подушкой-валиком и грубым на ощупь одеялом не шла ни в какое сравнение с этим чудом. Понежившись еще немного, он встал.

Первым делом, по привычке вбитой на уровне рефлексов, семьдесят седьмой начал делать разминочные упражнения. И дело тут не в болезненных наставлениях мастер-сержанта Лэйна. Просто он уже давно понял, что если не выполнит разминочный комплекс, то весь день будет ощущать некий внутренний дискомфорт.

Занятый разминкой, семьдесят седьмой не заметил, как открылась дверь и в его номер проскользнула горничная.

— Как вы себя чувствуете? Ой, прошу прощения! — девушка покраснела и отвернулась.

Семьдесят седьмой прекратил упражнения и непонимающе уставился на ее спину. Что за странная реакция? Может с ним что-то не так? Он посмотрел на себя в большое настенное зеркало, силясь понять причину подобной реакции служанки. Ах да — одежда! Он же совершенно голый.

Он поискал глазами по комнате. На спинке кресла обнаружился халат, а возле кровати были мягкие тапочки. Решив, что для начала сойдет и это, семьдесят седьмой быстро оделся.

— Что желаете на завтрак, господин Ортис? — горничная осторожно повернула голову и одним глазом посмотрела в сторону юного наследника. Убедилась, что тот привел себя в надлежащий вид, и повернулась к нему лицом.

— На ваше усмотрение, — отмахнулся семьдесят седьмой. Никакой информации о вкусах Марка Ортиса ему не дали.

— Есть прекрасный витаминный салат из натуральных фруктов, — профессионально вежливо прощебетала девушка.

— Хорошо, пусть будет салат, — согласно кивнул семьдесят седьмой.

Горничная поклонилась и ушла, стрельнув напоследок в сторону юного наследника Гемины вроде бы и скромным, но весьма многообещающим взглядом. Усилия пропали впустую. Семьдесят седьмой не обратил на это никакого внимания. Ему было не до проблем со зрением горничной.

Встав перед большим настенным зеркалом, он внимательно рассмотрел свое отражение и поморщился. Старое тело нравилось ему куда больше. Оно не поражало мышцами, но было поджаро и гармонично сложено. А у Марка Ортиса оказался заметный двойной подбородок и небольшое брюшко.

— Марк Ортис де Фобос… Марк Ортис… Марк… — отстраненно пробормотал семьдесят седьмой, привыкая к звукам своего имени. Настоящего имени, а не какого-то там номера! Отныне и навсегда он теперь барон Гемины Марк Ортис де Фобос. Семьдесят седьмой мертв, его и вовсе никогда не существовало. Есть лишь Марк Ортис и никак иначе!

— Марк Ортис де Фобос, — громко произнес он, изобразив поклон. — Для друзей просто Марк.

Глава 6

«Веселый висельник»

Равноправное сотрудничество — это сказка, придуманная сильными для утешения слабых.

(президент «Арборвитэ» Джодок Дойл)

Система CRT-1012.

Конфедерация Независимых Систем.

198 день 563 года Потери Терры.

Система CRT-1012 мало чем отличалась от тысяч транзитных систем исследованной части галактической паутины. Несколько планет D класса, совершенно непригодных для колонизации, вращались вокруг пронумерованной звезды. Некоторое оживление царило у третьей планеты системы, безымянного газового гиганта CRT-1012-3.

— Счастливо оставаться «Малыш Джон», — раздалось из динамиков.

— Удачного перехода, — отозвался капитан легкого крейсера «Малыш Джон» и отключил связь.

Сканер пространства просигнализировал о возмущение в зоне привязки. В нескольких тысячах стандартов от крейсера огромный транспортник просто исчез, чтобы в тот же миг появиться на другой конец пространственной нити.

— Он нас точно раскусил и настучит конфам, — проворчал со своего места Курт Янг, старший помощник «Веселого Висельника».

«Малыш Джон» — это название и идентификационный код были лишь прикрытием, маской для беспрепятственного прохода через пространство Конфедерации и Соединенных Систем. «Веселый Висельник», как любой корабль наемников или пиратов, а разница между ними уменьшалась пропорционально увеличению расстояния до центральных систем, поменял уже с десяток названий, идентификационных кодов, владельцев. При этом он так и оставался «Веселым Висельником», а на его мостике стоял все тот же Бэрр Хейс, по прозвищу Висельник.

— Расслабься, мы ничего не нарушаем… пока, — усмехнулся Хейс, небрежно разбрасывая в голоэкране карты пасьянса.

Что привело его, одного из лучших выпускников академии космофлота Соединенных Систем, в наемники-пираты? Причина банальна — деньги. Бэрр Хейс никогда не страдал иллюзиями. Конфедерацией и Соединенными Системами правят корпорации. Хочешь подняться наверх и разбогатеть — стань нужным корпорации. Правительство — ширма. Армия — кузница кадров для собственной службы безопасности, частных военных компаний и отрядов наемников. Хейс учился как проклятый. Академию он закончил в числе лучших, а на флоте за пять лет смог дослужится до лейтенант-коммандера. Он знал, что рано или поздно это заметят и к нему придут. Так и произошло. Неизвестный благодетель пообещал ему корабль, наемничью лицензию и свою поддержку. Что взамен? Не так много. Периодически делиться информацией о своем окружении. Изредка доставлять в нужное место кое-какой специфический груз. Обеспечивать конвоирование одним кораблям и таинственное исчезновение другим.

Признаться, это было несколько не то, на что рассчитывал Хейс. Но, подумав, он без колебаний принял предложение. А когда неизвестный доброжелатель перевел на его счет сумму равную десятилетнему жалованию адмирала, назвав это «маленькой премией», только утвердился в своем решении. За двадцать лет он не пожалел о нем ни разу.

— Что там сообщают наши малютки? — поинтересовался Хейс у оператора сканера обнаружения. «Веселый Висельник» устроился в системе со всеми удобствами, даже выпустил несколько спутников шпионов, чтобы случайно не пропустить появление нужной цели.

— Все чисто, — ответил оператор, но тут же поспешно добавил: — Есть возмущение! Контакт в зоне перехода к CRT-1011. Космическая яхта «Изабелла». Система приписки — Гемина. Владелец — благородный дом Фобос.

— А вот и наша цель, — довольно потер руки Хейс. — Боевая тревога!

Для подхода к следующей нити маршрута «Изабелле» требовалось обогнуть луну CRT-1012-3, не удостоенную не только имени, но и номера. Тут то яхту и поймал «Веселый Висельник». Опасность заметили слишком поздно. Луна надежно спрятала пиратов от сканеров и радаров яхты. А когда те его все же обнаружили, главный калибр крейсера дал залп. Первое попадание тут же включенные на максимум щиты яхты выдержали. Просели на половину, но выдержали. Но за первым залпом последовал второй. Он обнулил щиты, раскурочил яхте один из двигателей и сильно повредил второй. Потеряв управление, влекомая инерцией яхта закувыркалась в пространстве.

— Отличный выстрел! — прокомментировал Хейс. — Курт, принимай командование и дави все защитные турели. Я тряхну стариной и пойду с абордажниками. Да и надо присмотреть, чтобы с нашим заказом чего не случилось.

— Сделаю, — кивнул Янг.

— И приготовься уносить ноги, — напомнил старпому Хейс. — Следующий корабль будет в системе через полчаса, к этому времени мы должны убраться отсюда.

— До пограничной системы еще три перехода. Энергии у нас достаточно, но нам понадобится не меньше трех часов, чтобы покинуть пространство Конфедерации, — напомнил Янг капитану.

— Знаю, — скрипнул зубами Хейс.

— Гибель «Изабеллы» и наше присутствие в системе быстро свяжут, — не отставал старший помощник.

— На этот счет не переживай. Информацию о гибели «Изабеллы» придержат. Мы успеем покинуть пространство Конфедерации. Правда, о ремонте на ее верфях в ближайшую пару лет можно забыть, — вздохнул Хейс.

Слишком частая смена личин не могла не вызвать подозрений, а вот года через два никто особо и не будет копать, когда «Веселый Висельник» скинет шкурку «Малыша Джона». Корабль сменит владельца, капитана, идентификационный код. Это не поможет скрыть его прошлое, но ведь новые владельцы не виноваты в грехах старых.

Если бы не это нападение, то личину «Малыша Джона» еще долго можно было бы не менять. До сегодняшнего дня корабль с такими данными значился в Конфедерации как честный наемник. Но нападения на «Изабеллу» ему не простят. Эта система числится внутренней и является зоной ответственности военного флота Конфедерации. Если на атаки пиратов в нейтральных секторах флот Конфедерации смотрит сквозь пальцы, то нападение на внутреннем маршруте — это уже вызов. Хорошо, что галактическая паутина огромна. Кораблей часто не хватает даже на патрулирование внутренних маршрутов. Гонять «Висельника» в нейтральных системах никто не будет. Хотя флоту Конфедерации, если таковой в них все же занесет, на глаза теперь лучше не попадаться.

«Веселый висельник» подходил к цели неспешно. Прекратив гравитационным лучом болтание яхты в пространстве, он деловито притянул ее поближе. Попытка открыть огонь из двух расположенных на носу орудийных башен была жестко пресечена испарением этих самых башен орудиями крейсера. Та же участь постигла и оборонительные турели. Канониры «Висельника» выбивали их с ювелирной точностью, стараясь при этом не особо портить корпус яхты.

Прихватив из арсенала несколько запасных магазинов к своему пистолету, Хейс спустился к абордажникам.

Узкий, тесный ангар легкого крейсера с трудом вмещал в себя средний десантный челнок. Чтобы вывести его в космос и втиснуть обратно, пилот должен был обладать немалым мастерством и опытом. В свое время именно это и стало причиной того, что весьма неплохие легкие крейсера-рейдеры типа «Бродяга» оказались невостребованными ни военным флотом, ни корпорациями. Зато корабль полюбился наемникам, а особенно пиратам. Хорошая автономность, мощные двигатели и вооружение, а главное — возможность высадки крупной абордажной команды сделала «Бродяг» идеальными пиратскими рейдерами. За все это пришлось заплатить практически полным отсутствием брони и посредственными энергетическими щитами.

Абордажники уже загрузилась. Хейс оглядел основу своей абордажной команды: инженера и трех тяжелых штурмовиков. Седой как лунь ханец Джеминг «Джем», возился с «открывашками» — дроидами взломщиками. Тяжелые штурмовики, братья Грей о чем-то тихо спорили. Третий тяжелый штурмовик, Виктор «Псих» Ларсен, остекленевшими глазами пялился в потолок. Пальцы его левой руки неспешно перебирали искусственную шерсть еще одного члена экипажа «Веселого Висельника» — штурмовой киберпантеры прозванной Деткой.

Лет пятьдесят назад ученые выяснили, что кибер с мозгом животного в ряде случаев даст фору самому совершенному военному дроиду. Хороший искин для дроида слишком дорог, а дроид с плохим нуждается в постоянном присмотре оператора и медленнее реагирует на изменение боевой обстановки. По соотношению цена-качество киберы били большинство абордажных дроидов.

Заметив капитана, Детка дружелюбно оскалилась, продемонстрировав окружающим острые металлические клыки. Невзирая на свое кошачье происхождение, она как-то совершенно по-собачьи завиляла опущенным хвостом. Проходя мимо, Хейс потрепал пантеру по искусственной шерсти.

Устроившись на свободном месте, он растянул губы в улыбке и подмигнул абордажникам:

— Что, дармоеды, пора отрабатывать свою полуторную долю.

— Решили проветриться, шифу[2]? — спросил капитана «Джем».

— Надо же присмотреть за этими оболтусами, — кивнул Хейс в сторону сорящихся братьев.

«Джем» степенно кивнул, выражая согласие со словами капитана. Покончив с настройкой миниатюрного дроида, он отпустил его в воздух. Водя из стороны в сторону сенсорным усиком с камерой наблюдения, дроид с тихим жужжанием поднялся под потолок, где и завис в компании двух своих собратьев.

— Дамы и господа! — раздался из динамиков голос Новака — пилота челнока. — Вас приветствую компания «Надерем им задницу!». Мы рады, что вы выбрали именно нас. И счастливы, что у вас не было другого выбора. Пристегните ремни. Смените подгузники. Особенно ты Ларсен. Мы отправляемся!

Взвыв двигателями, челнок дернулся вверх, завис над полом и медленно покинул чрево крейсера. Едва покинув ангар, Новак ловким маневром увел его за корпус корабля носителя, спасая от возможного огня со стороны неподавленных турелей. Десантные челноки обладали не слишком впечатляющими щитами, чтобы терпеть долгий обстрел. Пролетев под прикрытием корпуса до самого носа крейсера, челнок резво юркнул под брюхо и устремился к изуродованной яхте.

К цели Новак подвел десантный челнок, соблюдая все правила абордажного десантирования. Он то и дело резко менял курс, включал помехи, периодически отстреливал ловушки-фантомы. Может у Новака и была скверная привычка постоянно хохмить, ошибочно считая себя очень остроумным, но пилотом он был отменным.

Наконец, покончив с танцами, Новак пристыковал челнок к яхте. Времени на абордаж было немного, а потому Хейс приказал действовать решительно и нагло — прямо через основной шлюз яхты. Да и сильного сопротивления все равно не ожидалось.

Двери внешнего шлюза оказались неприветливо заперты, но это не стало серьезной проблемой. Резво вскрыв внешнюю дверь, «открывашки» полетели ко второй.

Включив защитные поля скафандров, абордажная группа осторожно покинула челнок. Был в тактике контрабордажа такой прием: подождать пока абордажники покинут челнок с его щитом, резко открыть внутренние ворота шлюзовой камеры и проредить абордажников сфокусированным огнем. Прием известный, но от этого не менее эффективный.

Первым шел «Псих» Ларсен. Его ханьский «Богомол» обладал самым мощным защитным полем, неплохой броней и внушительной огневой мощью. На торчавших из спины манипуляторах, похожих на лапы кузнечика, покоились два пулемета.

— О вижу я отца своего! — затянул Псих, в нетерпении постукивая друг о друга абордажными топорами. — О вижу я и мать, и сестёр с братьями…

Хейс покачал головой. Накачавшись наркотой и психостимуляторами, Ларсен вновь возомнил себя древним викингом. Чертовы голофильмы!

Детка стояла за хозяином. Включив камуфляж и замерев без движения, она просто слилась с полом. Лишь полупрозрачные очертания подрагивающего в нетерпении хвоста, выдавали местоположение боевого кибера, готового броситься вперед по первому приказу.

— Термитная паста нанесена, — доложил «Джем», когда «открывашки» покончили с работой. — Готовы? Начинаю отсчет. Три! Два! Один! Давай!

Хейс зажмурился. Яркая вспышка и грохот рухнувшей створки возвестили о начале абордажа. В другом случае он предпочел бы действовать более аккуратно. Оттащить поврежденный, лишенный возможности сопротивляться корабль подальше в космос, а уже там без особой спешки просто взломать корабельный искин и захватить кораблик целым, без новых, совершенно лишних в космосе дырок. Но сейчас на это времени не было.

— Р-а-а-а! — взревел Ларсен, бросив тело вперед даже раньше, чем вырезанная створка шлюза соприкоснулась с полом. Под прикрытием хозяина вперед сиганула прозрачная тень Детки. Открыв прицельный огонь, за безумной парочкой последовали остальные штурмовики.

В конце коридора, возле стационарной турели мелькнуло несколько фигур в скафах. Загрохотали ответные выстрелы. От стены к стене прошелся лазерный луч, оставив оплавленный рубец от испаренного металла. Абордажники понесли первую потерю — кувыркнулся в воздухе и врезался в стену один из дроидов «открывашек». Он не успел подняться под потолок и укрыться за остатками створок, как его более расторопные собратья.

— О-о-один! Вальгала! — надрывая связки, орал в общем канале вошедший в раж Ларсен. Вмиг достигнув турели, он расшвыривал контрабордажников словно кукол, бешеным слоном топтался и прыгал по телам упавших.

Детка не отставала от хозяина. Сбив с ног одного, она ловким прыжком увернулась от выпущенной в нее очереди и вцепилась в горло второму. Когти и клыки из сверхпрочных сплавов рвали легкие скафандры врагов словно бумагу.

Жидкий заслон был смят в одно мгновение. Пулеметы «Богомола» Ларсена ударили вдоль коридора. Две длинные очереди прошли от стены к стене, сметая последних защитников яхты.

* * *

Уладить все формальности с полицией удалось всего за два дня. И Марк не сомневался, что к этому приложил руку или кошелек мистер Дойл. Тело баронессы Изабеллы Ортис де Фобос было доставлено на яхту и перенесено в каюту баронессы. Гробы с телами охранников и слуг сложили тремя штабелями в грузовом трюме.

Бой, абордаж и захват корабля Марк Ортис де Фобос самым позорным образом проспал. Нет, первые два дня он провел в тревожном ожидании своего первого космического боя. Пусть в этот раз он будет просто сторонним свидетелем, а не участником, но и подобный опыт не лишний. Но время шло. Яхта совершала переход за переходом, ложилась в дрейф, накапливая растраченную на переходы энергию, а затем продолжала полет.

На третий день усталость взяла свое. Молодой организм почему-то искренне считал, что четырех часового сна ему явно недостаточно, и в приказном порядке потребовал наверстать упущенное. К тому же ему весьма понравилась его новая каюта. Апартаменты наследника на «Изабелле» были роскошны. Комната, правда, была одна, но в ней с легкостью поместилось бы с десяток комнат клонов. Двуспальная кровать, стол, два мягких кресла. А главное — санузел с настоящим душем! На космическом корабле! Даже на станции, болтавшейся на орбите планеты с гигантским океаном, клонам приходилось довольствоваться лишь дезинфектором, а от него у Марка всегда жутко чесалась кожа. Лишь стоя под струями горячего душа, Марк отчетливо понял, что ему очень нравится быть наследником звездной системы.

Пробуждение вышло не самым приятным. Впрочем, у Марка Ортиса, бывшего семьдесят седьмого, бывали и похуже. Как-то в цикл сна мастер-сержант провел свою любимую тренировку декомпрессионной тревоги: с вакуумом, невесомостью и вырубленным электричеством. Для пятерых клонов она стала последней…

С него сорвали одеяло и бесцеремонно вытащили из постели и хорошенько встряхнули. Внезапными визитерами оказали двое мужчин в штурмовых скафандрах — один коренастый, в командирской модификации хорошо знакомого Марку «Освободителя»; второй — невысокий сухонький пожилой ханец, в неизвестном скафе явно инженерной модели.

— А вот и господин барон. Доброе утро, ваша милость, как спалось?

Марк был готов к подобному развитию событий. Он даже прорепетировал свое поведение в каюте перед зеркалом. Он гордо выпятил грудь и вздернул подбородок. Маленькие пухлые губы были плотно сжаты, глаза презрительно прищурены, брови сдвинуты к узкой переносице.

— Как вы смеете? Кто вы? Что тут вообще происходит?

В ответ его еще раз хорошенько встряхнули. Раздался треск разрываемой материи. Марк упал на пол, а в руках державшего его человека остался клок ночной рубашки.

— Можешь звать меня капитаном Хейсом, парень. Твоя яхта немного испортилась и больше никуда не полетит. — Хейс отбросил в сторону остатки рубашки, подошел к шкафу, открыл его, вытащил скаф Марка и кинул его на кровать.

Намек Марк понял и принялся одеваться. Из открытой двери донеслись звуки выстрелов и крики боли.

— Джем, глянь что там? — коротко кивнул Хейс в сторону дверного проема.

Ханец осторожно выглянул в коридор. Его губы скривились в презрительной гримасе.

— Это Псих, шифу. Нашел одного живого и теперь развлекается. Как вы только терпите этого торчка?

— Он лучший абордажник этого сегмента паутины, — пожал плечами Хейс и вновь повернулся к Марку. — Хотите забрать что-нибудь из своих вещей, ваша милость? — спросил он с нескрываемой насмешкой.

Проигнорировав насмешку, Марк оглядел свою теперь уже бывшую каюту. Жаль, что душ с собой не заберешь. А значит здравствуй дезинфектор, очищающий гель и проклятый кожный зуд!

Немного подумав, Марк надел на руку коммуникационный браслет. Ничего интересного в каюте больше не было. Да и у Марка Ортиса оказалось не так много личных вещей.

Из коридора послышался очередной выстрел и чей-то радостный гогот. Джем вновь поморщился.

Когда они покинули каюту, Марк смог оценить, что же так не понравилось ханьцу. В дальнем конце коридора возле стены валялось изуродованное тело одного из членов экипажа «Изабеллы». Было видно, что прежде чем добить, пленнику зачем-то прострелили ноги и заставили ползти.

— Что там с реактором? — поинтересовался Хейс, бросив равнодушный взгляд на изуродованное тело.

— Заряд заложен, — доложил Джем.

— Через пять минут всем быть у челнока, — рявкнул Хейс по командному каналу. — Ждать никого не будем, — пригрозил он.

Короткое путешествие закончилось в шлюзовом отсеке, где приняла свой безнадежный бой команда контрабордажа. Тела защитников «Изабеллы» были страшно изуродованы, словно по ним порядком попрыгал кто-то в тяжелом штурмовом скафандре. Ничем иным объяснить состояние некоторых тел было просто невозможно.

Глядя на мертвецов, Марк прислушался к себе — своим чувствам, ощущениям, но не почувствовал ровным счетом ничего. Он плохо знал экипаж «Изабеллы», да все это время изображал шок от смерти матери и свел общение к минимуму, боясь разоблачения. Но они умерли, сражаясь за него. Впервые кто-то умер, сражаясь за него! Зачем? У них не было ни единого шанса. Хотя, что бы изменилось, сложи они оружие?

Стоит ли сражаться, если исход сражения предопределен, а гибель неминуема? Подобную дилемму стоило хорошенько обдумать.

Возле шлюзовой камеры Марка и его конвой встретила колоритная парочка — тяжелый абордажник и кибер в виде пантеры. Марк не сразу понял, что грязные разводы на скафандре пирата — это не что иное, как кровь. Пират был залит ею с ног до головы. Только бледное лицо, прежде спрятанное за забралом шлема, оставалось чистым. Что-то в этом лице Марку не понравилось, показалось отталкивающим и странным.

«Да он же под психостимуляторами», — догадался он, заметив неестественно расширенные зрачки абордажника и его совершенно сумасшедший взгляд.

Заметив их, абордажник ухмыльнулся, продемонстрировав белые зубы.

— Это было весело, кэп. Нам с Деткой понравилось, — сказал он.

Услышав свою кличку, пантера потерлась о ногу хозяина и рыкнула.

— Ай, ты моя лапочка! — умилился абордажник. Подхватив кибера на руки, он поцеловал его в окровавленную морду. Пантера в ответ облизала лицо хозяина языком из искусственной плоти.

Вот теперь и лицо абордажника соответствовало виду его скафа.

— Прихватить тебе вкусняшек? — поинтересовался Псих (а теперь Марк не сомневался, что перед ним именно он) у кибера. — Конечно, прихватить! — тут же ответил он сам себе и ткнул окровавленным топором в одно из тел. — Джем, отрежь ногу тому, что у тебя под ногами. Кость толстая — Детке надолго хватит.

— Тебе надо ты и отрезай, — хмуро отозвался ханец.

— Какой он грубый, моя дорогая, — вздохнул Псих, отпустив кибера на пол и потрепав по холке. — Сейчас папочка сам все сделает.

— Хватит развлекаться, — остановил капитан абордажника, уже занесшего было топор для удара. — Нам надо успеть убраться из пространства конфов и разминуться с флотом его милости, — короткий кивок в сторону Марка, — до того как те поймут, что их нагло поимели.

— Его милости? — Псих заинтересованно посмотрел на Марка, и взгляд этот Марку очень не понравился. Так охотник смотрит на будущую дичь.

— Да, его милости, — подтвердил Хейс. — Быстро в челнок.

— Мы с Деткой только размялись, — Псих по-детски обиженно выпятил нижнюю губу.

— Это не последний абордаж. — Хейс дружески похлопал его по плечу. — А теперь давай в челнок, — терпеливо, словно ребенку, повторил он.

Появление Марка в десантном отсеке челнока не вызвало никакого интереса у абордажников. Очередной пленник, взятый ради выкупа или продажи кровным врагам.

— И сколько вам заплатили за мое похищение? — поинтересовался Марк, когда они устроились на жестких скамейках. Вопрос был ему действительно интересен. Да и похитители весь путь до челнока странно на него посматривали, удивленные его покладистостью.

— Хочешь перекупить контракт? — понимающе хмыкнул Хейс, почесав уродливый шрам на щеке. — Прости, парень, но не в этот раз.

Теперь он смотрел на Марка как-то оценивающе, задумчиво, явно размышляя о чем-то своем.

— Что со мной будет?

Хейс неопределенно пожал плечами.

— Родной дом ты еще долго не увидишь.

«Если увидишь вообще», — мысленно закончил за него Марк.

Он откинулся на спинку жесткой скамейки и закрыл глаза, более не обращая никакого внимания на окружающих — так было удобнее думать, анализировать. Опасности все равно никакой, убивать его явно не собираются. Хотели бы убить — убили на яхте.

Очередная фаза его жизни началась. Вся его жизнь — это сплошные фазы, заботливо подготовленные корпорацией. И это плохо! Еще хуже то, что его собственное влияние на свою судьбу стремится к нулю. Изменить это пока невозможно, а значит нужно ждать. Похоже, у капитана Хейса возникли какие-то плана на его счет, отличные от планов корпорации… слишком мало информации для анализа.

Что-то твердое ткнулось под колено, Марк открыл глаза и посмотрел вниз. Его левую ногу с интересом обнюхивал кибер того сумасшедшего абордажника. Если бы не мертвые неподвижные глаза, за которыми прятались чувствительные камеры, металлические зубы и когти, пантера была бы неотличима от настоящего животного.

Марк осторожно погладил пантеру, перебирая пальцами искусственную шерсть. Ему было не совсем понятно, зачем шерсть нужна боевому киберу, но на ощупь она была приятна. Нападения он не опасался. Несмотря на некоторые звериные привычки, киберы полностью послушны своим хозяевам. Самого совершенного дроида можно взломать, а вот с кибером подобный фокус не пройдет. Генетическая привязка, как у чипа идентификатора в его теле, исключала саму возможность предательства.

Пантера под рукой Марка выгнула спину, потерлась мордой о колено, запачкав скаф кровью, и довольно заурчала.

— Детка, сколько тебе раз говорить — не играй с едой! — попенял ей со своего места Псих и весело рассмеялся собственной шутке.

Нутро ангара крейсера поглотило челнок. «Веселый Висельник» включил двигатели и устремился к зоне привязки. Работа в системе была закончена, теперь следовало убраться как можно дальше.

Израненная «Изабелла» осталась скорбно дрейфовать в пространстве. Когда «Веселый Висельник» закончил привязку и приготовился к переходу с него в сторону яхты ушел кодированный сигнал. Один удар сердца — яркая световая вспышка известила о конце космической яхты.

Спустя полчаса капитан вошедшего в систему рудовоза обнаружит на орбите луны множество обломков, еще недавно бывших космическим кораблем. Он тут же доложит о происшествии в штаб космофлота Конфедерации. Один из дежурных офицеров штаба примет сообщение, сверит списки вошедших, но не покинувших систему кораблей, заметит странное совпадение — взрыв произошел в тот момент, когда систему покинул крейсер наемников — и тут же сообщит по команде. По странному стечению обстоятельств, приказ на задержание крейсера наемников до окончания расследования запоздает почти на шесть часов, когда тот уже покинет зону ответственности Конфедерации.

Инициированное внутреннее разбирательство выяснит, что имел место обычный сбой при передаче данных…

Глава 7

Станция добычи и переработки

В войне корпораций пленных не берут.

(президент «Арборвитэ» Джодок Дойл)

Следующие несколько часов показались Марку вечностью. Его заперли в узкой маленькой каюте, почти точной копии той, что была на космической станции, на которой его создали. Но на станции из нее хотя бы разрешали выходить и дверь не запирали. Правда, капитан Хейс пообещал, что это только на то время пока они не покинут пространство Конфедерации и не разминутся с флотом Гемины в нейтральных системах. Тут капитан явно перестраховывался. Можно подумать не запертый Марк сможет каким-то образом подать сигнал о своем захвате. Рубку связи там захватит. Или челнок угонит. Ха!

Да и на встречу с флотом Гемины рассчитывать просто глупо. Кратчайший путь из Гемины до первой приграничной системы Конфедерации насчитывал почти сотню переходов и занимал не меньше пятнадцати дней.

«Хотя, — вспомнил Марк, — есть же еще эскорт „Изабеллы“, отосланный обратно на Гемину после доставки яхты к пространству Конфедерации».

Он прикинул прошедшее время. Сообщение о смерти баронессы должно было догнать эскорт на полпути к дому. Нет, все равно выходит, что раньше чем через три дня корабли эскорта не вернутся. И какого спрашивается черта капитан «Изабеллы» так спешил убраться с Асраи? Все равно им пришлось бы торчать пограничной системе, дожидаясь эскорта. Или рисковать идти день-два в одиночку, без сопровождения.

В Нейтральных системах было раздолье для всевозможных наемников и пиратов. Да и сама граница между первыми и вторыми здесь стерта. Один и тот же корабль может значиться в Соединенных Системах честным наемником, а в Конфедерации — пиратом. Если отбросить всю юридическую мишуру, то градация была простой: нападаешь на чужие корабли — честный наемник, а на наши — наглый пират.

Официально с пиратами боролись все космические государства — собирали конференции, составляли красивые договоры, иногда посылали карательные флотилии. Но неофициально все пираты-наемники работали на крупные корпорации. Им промысел пиратов был крайне выгоден — позволив подмять под себя почти всю торговлю с Пространством Благородных домов. Свои корабли проводились под надежной охраной, иногда состоявшей из самих наемников Нейтральных систем. А вот корабли Благородных домов или независимые торговцы регулярно подвергались пиратским атакам.

Впрочем, даже хорошо вооруженные конвои крупных корпораций нередко становились объектами скоординированных пиратских атак. В Центральных системах масштабных войн корпораций давно не было. Но в серой, неподвластной ни одной юрисдикции, зоне Нейтральных систем «агрессивная конкуренция» не прекращалась. К тому же корпорации Конфедерации, помимо грызни друг с другом, конфликтовали с корпорациями Соединенных Систем. А те в свою очередь недолюбливали Союз и Ханьцев. Ханьцы дружили с Союзом, но бодались с Империей Тысячи Звезд и Великим Халифатом. У Союза была стойкая нелюбовь к Демократическому Альянсу.

Марк растянулся на узкой койке и закрыл глаза, стараясь отвлечься от окружающей действительности. Это не помогло. Он снова почувствовал, как Марк Ортис отходит на второй план, давая место семьдесят седьмому.

— Марк Ортис. Марк, — прошептал он словно заклинание.

Звук собственного голоса слегка развеял тревогу. Марк попытался заснуть, но сон не шел. Наконец до его слуха донесся сладостный звук открываемого магнитного замка. Марк открыл глаза и сел на своей узкой койке. Дверь отъехала в сторону, в каюту Марка заглянул уже знакомый ханец Джем.

— Капитан приказал тебя выпустить, — сказал он. — Мы уже в Нейтральных системах.

В каюту влетел небольшой, размером с кулак, разведывательный дроид.

— Он присмотрит за тобой, — пояснил Ханец. — И вот еще… — Джем что-то набрал на своем коммуникаторе, и коммуникатор на руке Марка тихо пискнул, извещая о полученном пакете данных. — Я дал тебе гостевой допуск к корабельной сети.

— С чего такая щедрость к простому пленнику? — заинтересовался Марк.

— Капитан приказал, — пожал плечами ханец, — у него и спрашивай.

Поделившись этой информацией, Джем ушел, оставив дверь открытой.

— Ка-пи-тан, — по слогам произнес Марк. — И зачем ему это понадобилось?

Покосившись на дроида, Марк протянул к нему руку. Тот издал предупреждающий писк и поднялся под самый потолок. При желании его с легкостью можно было достать и там, но Марк решил оставить дроида в покое. Пусть себе наблюдает. Ему не привыкать быть под наблюдением.

Он вышел в коридор, тут было пусто — только в дальнем конце работал дроид уборщик.

Его что, даже не собираются охранять? Дроид разведчик не в счет, какой с него охранник? А если он сейчас пойдет в реакторный отсек и устроит там диверсию?

Нет, Марк не собирался делать ничего подобного. Но вот если бы собрался? Или капитан Хейс настолько его не боится, или это очередной элемент затеянной капитаном, но еще непонятной Марку игры. Слишком настойчиво Хейс пытается расположить пленника к себе и это явно не спроста. Теоретически Марк знал, что такое бескорыстие, но не верил в возможность его существования.

Ради интереса Марк подошел к двери соседней каюты и попытался ее открыть. Заперто! Ну да, никто ему не позволит шастать по каютам экипажа. Даже у подозрительного радушия Хейса есть свой предел.

«Ладно, не очень то и хотелось», — пожал плечами Марк и продолжил осмотр.

За следующий час он бегло изучил основные коридоры и все три палубы крейсера. Несколько раз ему на встречу попадались члены экипажа, но они, также как в свое время абордажники, мало обращали на него внимание.

Как-то неожиданно для самого себя Марк оказался в столовой крейсера. Тут все было знакомо, словно он вновь попал на станцию: безликая пластиковая мебель, стопка подносов-тарелок, очиститель и, разумеется, пищевые синтезаторы. Да, придется теперь вновь привыкать к вкусу синтезированной пищи. Это не «Изабелла», где к его услугам был запас натуральных продуктов и дроид повар.

За одним из столиков обедала… ужинала… принимала пищу небольшая компания во главе с Психом. Без тяжелого штурмового скафандра Марк его не сразу его узнал, просто заметил рядом с одним из сидевших знакомую черную пантеру.

Псих также увидел Марка.

— Вы только посмотрите, кого к нам занесло! — сказал он, поднимаясь со своего места. — Это же барон де Вобос, собственной персоной.

— Де Фобос, — машинально поправил его Марк.

— О, простите ваша милость, конечно же де Фобос. Детка, ленивая груда железа и пластика, немедленно поприветствуй его милость!

Кибер открыл глаза, повернул голову в сторону Марка, посмотрел, зевнул, продемонстрировав всем внушительный набор сверхпрочных зубов, и вновь перешел в энергосберегающий режим.

— Что же вы стоите? — продолжал изгаляться Псих. — Присаживайтесь на любое свободное место. Я вас сейчас лично обслужу.

Марк понял, что Псих что-то затеял, но решил немного подыграть чокнутому абордажнику.

Устроившись за столом, он требовательно посмотрел на Психа. Тот изобразил нечто отдаленно напоминавшее поклон, подхватил чистый поднос-тарелку из стопки и чуть ли не в припрыжку бросился к синтезатору.

— Прошу, ваша милость, — Псих поставил перед Марком поднос и пластиковый стакан с напитком, протянул чистую ложку. — Приятного аппетита.

На подносе оказалась весьма знакомая склизкая субстанция. Поначалу Марк не поверил своим глазам — да это же белковая каша. Ха! Он хочет напугать его белковой кашей — пищей рабов. Марк посмотрел на ухмыляющегося Психа почти с сочувствием. Откуда абордажнику знать, что под изнеженной оболочкой барона Ортиса скрывается Пэ Икс. А этот парень знает толк в белковой каше.

Марк зачерпнул полную ложку каши и поднес ее ко рту. Глаза Психа засияли в предвкушении. Марк съел кашу и с явным удовольствием облизал ложку.

Да, тот самый вкус, как в первый раз. Первый вкус в его жизни. О, да тут еще и витаминный коктейль!

Положив ложку, он потянулся к стакану, в несколько глотков ополовинил его содержимое и блаженно сощурил глаза от удовольствия. Почему-то ему весьма нравился этот слегка кисловатый напиток. Даже когда питание Пэ Иксов улучшили, Марк предпочитал заказывать именно его.

— Очень вкусно, — пояснил он слегка опешившему от такой картины абордажнику и довольно улыбнулся. — Никогда ничего подобного не ел.

Псих, остолбенело, открыв рот, таращился на барона. Он явно рассчитывал, что Марк выплюнет эти почти безвкусные сопли и закатит скандал, а то и настоящую истерику. Изнеженный, домашний мальчик — что с него взять?

— Виктор, а ведь этот малыш тебя сделал, — хохотнул один из пиратов.

Псих злобно покосился сначала на говорившего, а потом на Марка. Он явно хотел сказать что-то грубое, но тут в столовой крейсера появилось новое лицо. Капитан Хейс вошел в столовую и все смешки тут же прекратились. Псих, как-то разом растерял весь свой пыл.

— Что тут происходит? — грозно поинтересовался капитан.

Он посмотрел на Психа, на Марка. Затем его взгляд остановился на содержимом тарелки пленника.

— Так, — нахмурился он. — Псих, еще одна такая шутка и остаток полета будешь сам питаться одной белковой кашей.

— А ему понравилось, — тут же нажаловался абордажник, вновь совершенно по-детски выпучив нижнюю губу.

— Да, — Хейс с сомнением посмотрел на Марка, словно засомневался в его адекватности. — У богатых свои причуды, — пожал плечами он, когда Марк с довольным видом вновь стал потягивать свой витаминный коктейль. — Марк, ты мне нужен.

«Вот, теперь еще и просто „Марк“», — отметил про себя бывший семьдесят седьмой. Капитан явно делает все, чтобы он чувствовал себя на корабле не пленником, а гостем. Но вот зачем?

Коротко кивнув, он быстро допил витаминный коктейль и встал из-за стола.

— Нужно составить послание наместнику Гемины и заверить его твоим личным генокодом. Надо же всем показать, что ты жив и здоров, а не распылился на атомы вместе с «Изабеллой».

Сообщение составили быстро, Марк немного постоял перед камерой, зачитал требование о выкупе. Причем сумма выкупа была так завышена, что и дураку было понятно, что с Гемины таких денег никогда не получить. Заверив инфофайл своим генокодом, он вновь оказался предоставлен сам себе, чем и не замедлил воспользоваться.

Дальнейшие две недели полета пролетели незаметно. В сопровождении вездесущего дроида разведчика, Марк облазил «Веселого Висельника» вдоль и поперек, исключая ряд мест к которым не имел допуска. На «Изабелле» он себе подобного позволить не мог, боялся раскрытия, но тут оторвался по полной. Да и легкий крейсер — это вам ни какая-то там космическая яхта, в которой из достоинств только душ, да роскошная обстановка.

Наконец, в один из дней «Веселый Висельник» добрался до места, которое пираты-наемники могли с натяжкой назвать домом.

Система SCP-2112 оказалась бы в числе заштатных, ненаселенных и никому не нужных систем, если бы не астероидное поле с высоким содержанием редкоземельных металлов. Правда попытка наладить их добычу и переработку в самом сердце Нейтральных систем быстро окончилась полным фиаско. Сто лет назад одна давно почившая в безызвестности, не оставившая после себя даже названия корпорация вложила огромные средства и развернула в поясе астероидов перерабатывающий комплекс. Но стоило комплексу заработать в полную силу, как в этом секторе паутины активизировались пираты. Накладные расходы на охрану и конвои сжирали всю возможную прибыль, даже больше. Расходы росли, доходы падали. Амбициозный проект стал концом корпорации — та разорилась и была поглощена конкурентами.

Перерабатывающий комплекс в системе SCP-2112 оказался никому не нужен. Даже его демонтаж себя бы не окупил. Тогда-то на него и положили глаз наемники-пираты, промышлявшие в Нейтральных системах. Станция была выкуплена подставной фирмой за мизерную сумму и официально зарегистрирована, как база наемников. Но ни для кого не было особым секретом, что за наемники на ней обитают. Вскоре система SCP-2112 и станция получили неофициально название — Тортуга, став домом для большинства наемников и пиратов этого сектора паутины. Станция разрослась в настоящий космический город. От былого перерабатывающего завода в ней мало что осталось, а численность населения перевалила за пять тысяч человек и все еще продолжала увеличиваться. Не каждая орбитальная крепость могла похвастать таким огромным гарнизоном.

Иллюминаторы или обзорные галереи на боевом корабле — это непозволительная роскошь. Перед Марком никто не отчитывался, но по царившему на крейсере оживлению он понял, что они долетели.

Экипаж «Веселого Висельника» готовился к долгожданному отдыху. Наемник счастлив, когда есть выпивка, наркотики, доступные девочки и кругленькая сумма на счету, чтобы оплатить этот праздник жизни. Банковская директория работала даже в такой клоаке. Да и было ли в галактике место, где вездесущие, но вечно нейтральные банкиры не снимали бы свой скромный процент со всех финансовых операций.

В коридорах крейсера стало как-то слишком людно, и чтобы не путаться под ногами Марк вернулся в свою каюту. Да и чего ему суетиться? В положении пленника есть свои плюсы — не надо принимать никаких решений, все решают за тебя.

Вскоре в каюту заглянул капитан Хейс.

— Чего разлегся? — попенял он Марку. — Собирай свои вещи и давай за мной.

— Куда?

— Я всегда стоял за свободу выбора, — Хейс наставительно поднял вверх указательный палец. — Ты можешь жить у меня в качестве гостя, а можешь жить у меня в качестве раба.

Марку был продемонстрирован извлеченный из кармана ошейник подавитель воли.

— Гостем? С чего такая забота?

Хейс небрежно пожал плечами.

— Ты спокойный парень и не будешь делать глупости.

Марк на это не купился. Капитан Хейс явно что-то недоговаривал. Да и все это благодушное отношение последних дней наводило на определенные мысли.

И все же что ему нужно?

— А если я сбегу? — поинтересовался он, внимательно следя за реакцией капитана пиратов.

— Куда? — удивился Хейс. — На нижние уровни к отребью?

— Договорюсь с кем-нибудь из капитанов, чтобы меня отвезли домой.

— Ха, удачи. Да и на твоем месте я бы туда не торопился. Я прекрасно знаю эту клоаку под названием Пространство Благородных домов, — Хейс поцыкал языком и покачал головой. — Несовершеннолетние наследники звездных систем в нем долго не живут.

Возразить на это было нечего. У Марка Ортиса де Фобоса оказалось не очень много родственников. Но зато какие! Например, барон Адан Роблес де Орка, брат матери Марка и владелец системы Игнис связанной с Геминой кратчайшим транспортным маршрутом. Почти вся торговля дома Фобос идет через Игнис и дом Орка. И Касатки ошибочно считают себя вершиной пищевой цепочки.[3] Дом Орка уже давно мечтает сделать дом Фобос своим вассалом. Долгое время еще отец барона Роблеса пытался добиться этого, устроив экономическую блокаду Гемины. Его сын, осознав бесперспективность блокады, решил поступит по-другому. Он, снял блокаду, выдал за правителя Гемины свою сестру Изабеллу. Закономерным итогом этого брака и стал Марк Ортис де Фобос. Правда отец Марка радостного события не дождался. Он трагически погиб во время дружеского визита к шурину, за два месяца до рождения наследника. Главой дома Фобос стала Изабелла, но под руку дорогого брата новоиспеченная баронесса не спешила, хотя и поддерживала дружеские отношения.

Было непонятно, почему брат так долго терпит неуступчивость сестры. Чем, чем, а терпением представители дома Орка никогда не отличались. Два вассальных дома у барона Роблеса уже было. Получи он еще двух вассалов — смог бы объявить себя графом и претендовать на место в совете графов.

Пространство Благородных домов было крайне аморфным соединением. Весьма условно его делили на двенадцать частей, принятых называть герцогствами. Правда никаких герцогов, также как и королей уже больше сотни лет не было, да и единого управления тоже. Решения совета графов просто игнорировались, да и прийти к единому решению графы чаще всего просто не могли. Зато быть графом куда почетней, чем бароном. Да и на гербе графская корона смотрится лучше баронской.

— А я ведь верно угадал? — лицо Хейса расплылось в довольной улыбке. — До совершеннолетия тебе безопасней побыть подальше от своих владений.

Марк мысленно выругался. Опять он слишком задумался и не уследил за собственными эмоциями.

«Два часа тренировок перед зеркалом», — наказал себя он.

Капитан Хейс попал в точку. Объявись Марк в системе и его тут же затребует к себе барон Роблес, чтобы позаботиться о бедном сиротке до совершеннолетия. Претендовать на систему он не может, зато может претендовать на опеку над самим Марком. А там, кто знает? Наследника Гемины можно подчинить своему влиянию или устроить ему несчастный случай, как его отцу. Младший сын Роблеса очень удачно обручен с дворянкой из дома Фобос…

— Не забивай себе этим голову, Марк, — рука Хейса опустилась ему плечо. — Где сейчас ты, а где твое баронство со всеми интригами. Считай себя в долгосрочном отпуске.

— На пиратской станции, где меня могут в любой момент убить? — Марк вопросительно выгнул бровь.

— В твоем баронстве тебя убьют гораздо быстрей. Ладно, давай за мной.

Станция Марка поразила. Еще никогда он не видел столько народа так близко и в одном месте. Главный транспортный коридор, кольцом охвативший станцию был заполнен людьми. Все суетились, куда-то торопились по своим, наверное, важным делам. Перед глазами мельтешили яркие вывески, из гостеприимно открытых дверей баров доносилась разномастная музыка, от чего в коридоре стоял невообразимый гул.

— Берр, лапочка, ты вернулся? — окликнула капитана «Висельника» какая-то слишком ярко раскрашенная и слишком легко одетая женщина.

Марк уже как-то привык, что основная одежда космических кораблей и станций — это рабочие скафандры. Чаще всего поверх них носили еще какую-то одежду, в меру своего достатка и вкуса, но человека без скафандра, исключая свое короткое пребывание на планете, Марк не видел ни разу. Женщина же была одета… или это уже раздета? Тут Марк совершенно растерялся с определением. Короткий почти ничего не скрывающий топ и такую же короткую юбку сложно было считать одеждой, прозрачные же чулки одеждой не могли быть по определению.

— Бэмби, — улыбнулся Хейс женщине и поцеловал ее в подставленную щеку. — Да, «Висельник» только пристыковался.

— Так давай ко мне. Есть новые девочки, молоденькие, но уже опытные — все как ты любишь. Найдешь к кому пристыковаться. Хочешь, мы и этого милого мальчика обслужим? Покормим грудным молоком, — она задрала топик и продемонстрировала свой внушительный бюст. Кто-то из прохожих присвистнул, и владелица борделя послала ему воздушный поцелуй.

— Чуть позже обязательно загляну, — кивнул Хейс и потянул за собой Марка дальше по коридору.

Марк переставлял ноги как-то механически. С его телом творилось что-то не то, и он никак не мог понять, почему простая демонстрация обнаженных молочных желез оказала на него такое воздействие?

Свернув в ответвление главного коридора, они прошли еще немного и оказались перед открытыми воротами большого ангара. Возле входа стоял пост охраны, а под потолком грозно водили стволами оборонительные турели.

— Добро пожаловать в оранжевый сектор, малыш. Теперь это твой новый дом.

Небрежно кивнув охранникам в тяжелых скафах, Хейс вошел в ангар. Марк проследовал за ним.

Видимо изначально это был погрузочный терминал или огромный склад. Теперь, стараниями обитателей станции, ангар превратился в настоящий жилой район. Вдоль центральной улицы от пола и до потолка высились модульные дома, иные насчитывали до четырех этажей. Внимание Марка привлекла небольшая спортивная площадка, втиснутая между двух домов. Пятеро детей семи-девяти лет гоняли по ней мяч.

Да, как-то не так он представлял себе пиратское логово.

Хейс проследил за его взглядом.

— Удивлен? Ты думал, что у нас тут вертеп, полный всевозможного сброда? Впрочем, не буду врать, на станции есть и такие места. Оранжевый сектор скорее исключение из правил. Да, не вздумай его покидать! — предупредил он, вспомнив любознательность Марка. — Освойся сперва.

Они пересекли ангар и остановились перед очередными дверьми. «Не влезай, убьет!» — гласила оптимистичная табличка над входом. «Добро пожаловать» — вторила ей надпись на потертом дверном коврике. На стене рядом с дверью висела консоль доступа. А над табличкой виднелись два усика камер наблюдения, крест на крест просматривающих все пространство перед входом.

— Погоди немного!

Хейс подошел к консоли, приложил к сенсорной панели ладонь. Индикатор допуска загорелся зеленым — дверь открылась.

— Доступ разрешен, добро пожаловать мистер Хейс, — поприветствовал их механический голос из динамиков.

— Идем, — кивнул капитан.

Очередной коридор. У Марка возникло предчувствие, что скоро он возненавидит не только замкнутое пространство, но и коридоры, тем более такие! В дальнем конце коридора, ничуть не таясь и не маскируясь, водила толстыми спаренными стволами оборонительная турель… корабельная оборонительная турель. Та самая, которой сбивают дроны беспилотники и десантные челноки.

Марк оценил калибр, прикинул скорострельность и слегка поежился. Тут даже в тяжелом абордажном скафе ловить нечего. Да, предупреждение перед входом действительно не лишнее.

Очередная дверь, камера, консоль. В вопросах безопасности капитан Хейс оказался тем еще параноиком, но Марку это понравилось. В этом мире паранойя — необходимый фактор выживания.

Дверь Хейс открыть не успел. Та распахнулась сама, и на шее грозного капитана наемников повис миловидный подросток не старше Марка.

— Па, ты вернулся!

— Привет Джи, — Хейс обнял подростка, некоторое время подержал в объятиях.

Вывернувшись из объятий отца, юноша заметил Марка.

— А это кто? — дерзкий взгляд синих глаз оценивающе скользнул по лицу наследника Гемины.

Марк не остался в долгу и ответил таким же оценивающе-изучающим взглядом. Юноша был немного выше его, но несколько уже в плечах, рыжие волосы на затылке и у висков были выбриты под ноль, а на макушке красовался короткий ежик. Правильные, тонкие черты лица подчеркивали высокие скулы и чуть курносый нос с россыпью веснушек.

— Джи, это барон Марк Ортис де Фобос, — сказал Хейс. — Марк, это Джи мо…

— Что, настоящий барон? — перебил отца Джи. Он обошел Марка по кругу и бесцеремонно потыкал ему в живот пальцем. — Какой пухлик!

— Веди себя прилично, — попенял сыну Хейс. — Марк будет жить с нами.

— Хорошо. Будем знакомы! — Джи протянул Марку руку. — Будешь со мной тренироваться, мне как раз нужен партнер для спарринга.

Последние слова были не просьбой, а сухой констатацией факта. Его мнением никто не интересовался. Но и сам Марк был не против тренировок. Тело Марка Ортиса требовалось привести в форму. За неимением продвинутых медкапсул и врачей придется делать это древним, проверенным веками способом — есть меньше, а двигаться больше.

— Буду рад, господин Джи, составить вам компанию на тренировках, — пожал руку юноши Марк.

В общих чертах он уже начал догадываться о причинах странного благодушия к нему со стороны капитана Хейса. Вот она главная причина, жмет ему руку. Хм, неужели из-за сына капитан наемников хочет завязать с наемничеством, а заодно и с пиратством. А Марк — это его шанс устроиться в Пространстве Благородных Домов? С другой стороны, подход к наследнику Гемины капитан подобрал весьма оригинальный — разнес яхту с телом матери, а его самого похитил.

— Господин? — прыснул Джи. — Па, а он забавный. Потяни переговоры, чтобы его не сразу выкупили?

— Барон с нами как минимум на год.

— Супер! Тогда я покажу ему комнату, — схватив Марка за руку, Джи настойчиво потянул его из прихожей. — Бывай, па. Отдыхай. Нажрись в баре, сходи в бордель. К Бэмби как раз привезли новых девочек.

— Эй, — догнал их возмущенный окрик Хейса, — а ты откуда знаешь?!

— Все претензии к Киру, — отмахнулся Джи. — Это он взломал камеры наблюдения «Феи».

Заложив неизвестного Марку Кира, Джи даже не замедлил свой быстрый шаг.

Первую остановку они сделали возле массивной бронированной двери.

— Тут папина оружейная комната. В ней много отличных пушек, но па опять сменил программы защиты и Кир никак не может их взломать. Криворукий идиот! — Джи зло пнул ногой массивную дверь домашнего арсенала, но той это было индифферентно — открываться она не собиралась.

Марка потащили дальше. Энергией исходившей от Джи можно было бы заряжать корабельные реакторы. Кухня — холодильник, плита и вездесущий синтезатор. Гостиная — большой мягкий диван, два кресла и дорогой голопроектор в столе под красное дерево. Комната капитана Хейса — заперто. Комната с капсулами… Капсулы Марка не заинтересовали — стандартные учебные модели, не самые новые, но весьма неплохие, особенно для задворок галактической паутины.

Наконец они оказались в узком коридоре с рядом закрытых дверей.

— Это моя комната, влезешь без спроса — получишь в глаз, — пригрозил Джи, подведя Марка к первой из них.

— Это комната Кира, — Джи быстро набрал код на консоли доступа соседней комнаты. Дверь отъехала в сторону.

— А может не стоит? — попытался возразить Марк. Вряд ли незнакомому ему Киру понравится то, что по его комнате кто-то лазает без спроса. Марку такое бы точно не понравилось.

— Стоит, — отмахнулся Джи.

Комната оказалась не слишком большой, но и не маленькой. Гораздо больше тех кают-камер, к которым привык семьдесят седьмой, но куда меньше апартаментов Марка Ортиса де Фобоса. Кровать, стол, встроенный в стену шкаф, пара стульев, ковер на полу, да полуразобранный дроид уборщик в углу — вот и вся обстановка. Да, еще куча плакатов с изображениями дорогих спортивных гравикаров. Все стены были обклеены ими.

Джи с хозяйским видом прошелся от входа до противоположной стены, давая по пути короткие разъяснения:

— Кровать Кира. Хлам Кира. Комп Кира. — Он снял со стены один из плакатов. За ним оказалась небольшая коробка, лежавшая в нише и стопка чего-то непонятного. — Секретная коллекция порнухи Кира. Не знаю, что он в ней находит? Сюжет аховый, режиссура никакая. Еще есть ретро.

Джи пихнул в руки Марка глянцевый журнал. Кажется, именно так называется такая штука, которую печатают на синтетической бумаге.

Марк заинтересовано посмотрел на обложку. С нее зазывно улыбалась молодая девушка, одетая даже легче, чем недавняя владелица борделя. Он хотел уже открыть журнал, чтобы изучить данный образчик человеческой культуры, но тот бесцеремонно вырвали из его рук.

В комнату ворвался невысокий, смуглокожий парень, сверстник Джи и Марка. Видимо тот самый Кир.

— Джи! — возмущенно взревел он, выхватив из рук Марка журнал, а у Джи ящик с чипами памяти. — Какого ты делаешь в моей комнате?

— Показываю тут все новичку, — невозмутимо отозвался Джи. — Марк, познакомься с Киром, воспитанником па.

— Хай! — приветственно кивнул парень, убирая свою коллекцию обратно в секретную нишу. — А теперь валите из моей комнаты! Если ты, Джи, хочешь что-то показать, то покажи лучше своего любимого плюшевого мишку.

— Вспомнил тоже, — возмутился Джи. — Когда это было? Нет у меня уже никакого плюшевого мишки.

От Марка не укрылся тот факт, что при этих словах на щеках Джи появился легкий, едва заметный румянец.

— Ага, рассказывай это кому-нибудь другому. Давай выметайся отсюда. И откуда у тебя код от моей комнаты?

— Для взломщика ты редкостный тугодум, — закатил глаза Джи. — Скрытую камеру наблюдения в коридоре помнишь?

— Да, а что? — почесал бровь Кир.

— А то, — передразнил его Джи, — прикрывай консоль телом, когда код вводишь. Это основы безопасности, о мастер взлома.

— Дождешься, что я поставлю на дверь не кодовый замок, а генный идентификатор, — простонал Кир.

— Ставь, — равнодушно передернул плечами Джи. — У меня есть еще и универсальный взломщик.

В глазах Кира появился интерес.

— Что за универсальный взломщик?

— Термитная паста!

Показав Киру язык, Джи вновь схватил Марка за руку и вытащил из комнаты.

Следующая пара дверей оказалась открыта.

— Это гостевые комнаты, — пояснил Джи. — Можешь выбирать любую, но лучше тебе выбрать вот эту, — он хлопнул рукой по стене рядом с входом в комнату справа.

— Почему? — заинтересовался Марк, кинув быстрый взгляд внутрь комнаты для гостей. Не апартаменты, на «Изабелле», но могло быть и хуже.

— Только в ней есть скрытые камеры… — выдержав драматическую паузу, Джи расхохотался. — Да шучу я. Ох, видел бы ты сейчас свое лицо. Что мы еще не осмотрели? Душевую да спортзал, пожалуй.

— Душ? — не поверил своим ушам Марк. — Тут есть душ?

— Ну да.

— Настоящий душ с холодной и горячей водой, — уточнил Марк, все еще не веря своему счастью.

— Разумеется.

— А вода откуда?

Джи посмотрел на него, словно на недоумка.

— Естественно из водопровода.

— А в нем она откуда берется?

— Хм, — задумался Джи. — А действительно — откуда? Хотя, какая мне разница? — он беспечно пожал плечами.

Марк подумал, что в подобном подходе что-то есть. Действительно, какая разница, откуда берется вода на космической станции? Главное что ее тут достаточно.

Уже намного позже он все же прояснил для себя этот вопрос. Как оказалось, одна из планет системы SCP-2112 имела внушительные запасы воды в ледниках на полюсе. Автоматизированный комплекс по производству воды был развернут на планете еще во времена постройки данной станции. Он исправно функционировал до сих пор, хоть и требовал периодического техобслуживания и замены вышедших из строя дроидов. Так что проблем с водой и кислородом «Тортуга» не испытывала. Хотя надо признать, такой роскошью, как душ, на станции могли похвастаться далеко не многие. Большая часть ее обитателей обходилась ненавистным Марку дезинфектором.

— А это наш тренировочный зал.

Джи привел его в конечную точку их короткой экскурсии. Спортзалом оказалось довольно большое помещение. Вдоль его стен были расположены разнообразные тренажеры, так и не вышедшие из употребления, несмотря на медкапсулы с их мышечной стимуляцией.

В центре спортзала разместился борцовский ковер. Выскочив на него, Джи покрутил головой, разминая шею.

— Ну что, пухлик, ты готов? — поинтересовался он, встав в боевую стойку.

— Нет, — покачал головой Марк. Когда он обещал Джи спарринг, то не рассчитывал, что тот будет так скоро.

— А все равно. Мне хочется подраться. Защищайся!

С этими словами Джи атаковал. Двигался он быстро, но до скорости мастер-сержанта ему было далеко. Про силу ударов и говорить не стоит. Марк увернулся от первой атаки, жестким блоком встретил удар ногой и контратаковал.

— А ты кое-что умеешь, — резко разорвав дистанцию, Джи довольно улыбнулся. — Это будет интересно.

Схватка явно доставляла ему истинное удовольствие. А такие мелочи, как защитные перчатки и заранее оговоренные правила, его явно не интересовали. Что же, Марку не привыкать драться без правил. Собственно мастер-сержант Лэйн признавал только одно правило «Ты или тебя!».

Джи низко пригнулся, окинул Марка оценивающим взглядом и вновь бросился в атаку. Марк ударил, но промахнулся. Джи сделал обманный выпад и тут же нанес резкий удар, целясь в нос. Получив скользящий удар по скуле, Марк разорвал дистанцию.

Некоторое время они кружились друг около друга, жадно ловя любое движение противника. Несколько раз Джи атаковал, но скорее просто прощупывал оборону Марка, оценивал, что тот умеет.

Джи поймал его при попытке атаковать. Если с защитой у Марка все было более или менее, то в атаке наблюдались откровенные провалы. Решив подключить ноги, Марк сделал ложный выпад и махнул ногой. Казалось, что Джи не среагировал, просто не успел. Он стоял неподвижно до самого последнего мгновения, после чего, угрем метнулся в сторону, уходя от удара. Не успел Марк опомниться, как Джи оказался совсем рядом, он попытался схватить его за запястье. Но схватил лишь воздух. Челюсть обожгло болью от жесткого хука справа.

Марк потряс головой, чтобы отвязаться от боли и постарался вновь разорвать дистанцию. Не тут то было! Видимо Джи решил, что вызнал достаточно и пора заканчивать схватку. Он продолжил яростно атаковать, заставив слегка поплывшего Марка уйти в глухую оборону.

Вошедший в раж Джи обрушил на него град ударов, но совершенно забыл об осторожности. Марка били много и часто, мастер-сержант никогда не прекращал спарринг между клонами пока оба противника в сознании. Покачнувшись, Марк сделал вид, что потерял равновесие и открылся. Джи атаковал, решив нокаутировать противника одним ударом, и попался в расставленную ловушку — его рука тут же оказалась в захвате. Наградив Джи сильным ударом колена в живот, Марк не без удовольствия опрокинул его на ковер. Джи захрипел и тяжело рухнул на спину. Удар вышиб воздух из его легких, и он жадно ловил его ртом, бросая на Марка полные ярости и удивления взгляды.

Наконец юноша продышался.

— Продолжим или хватит? — поинтересовался Марк, протянув Джи руку.

Джи недоверчиво посмотрел на протянутую руку Марка, улыбнулся краем губ, протянул свою навстречу. Когда их ладони соприкоснулись, на ноги Марка обрушился сильный удар. Вскрикнув, он повалился прямо на Джи. Они сцепились и, яростно дыша, принялись кататься по ковру, награждая друг друга тумаками.

— А-а-а, я вам не помешал? Вы тут деретесь или обнимаетесь? — насмешливо поинтересовался заглянувший в спортзал Кир.

Прекратив свалку, Марк и Джи тут же отпрянули друг от друга, словно Кир и правду поймал их на чем-то предосудительном.

— Кир, ты теперь должник Марка, — сказал Джи, морщась от боли.

— Это еще почему? — удивился тот.

— Он мой новый спарринг партнер. От тебя все равно никакого толку.

— Марк! Мой лучший друг! — обрадовался Кир. — Давай я помогу тебе дойти до комнаты. Тебе нужна обезболивающая мазь?

— Эй, а как же я? — возмутился Джи, когда Кир помог Марку подняться с пола.

— На тебе все заживает, как на собаке, — отмахнулся Кир.

— Предатели! — пошатываясь и кряхтя, Джи принял вертикальное положение, пощупал бок и вновь поморщился. — Я в душ.

В голове шумело, а перед глазами все плыло. С помощью Кира Марк дошел до свободной комнаты и завалился на кровать.

— А душ у вас одноместный? — поинтересовался он, слегка отойдя от схватки. Кир сдержал обещание и принес ему обезболивающую мазь. Сейчас она приятно холодила свежие синяки и ссадины. Голова почти прошла.

— Не, там армейский вариант, общая кабинка на шесть человек, — пояснил Кир.

При мысли о струях обжигающе-горячей воды, Марк почувствовал прилив сил. Душ! Горячий душ — вот что ему сейчас нужно. Ради этого он готов терпеть спарринги с Джи хоть каждый день.

— Отлично! У тебя есть полотенце?

— Там есть и сушильная камера.

— Да? — удивился Марк. Такой штуке даже на «Изабелле» не было. — Тогда я в душ.

— Постой, там сейчас Джи. — Перегородив выход из комнаты, Кир зачем-то попытался его остановить.

Марк смерил своего нового знакомого непонимающим взглядом.

— И что с того? — поинтересовался он, мягко оттеснив Кира в сторону от двери. — Он такой стеснительный?

— Э-э-э… но, — промямлил Кир ему в спину, но Марк уже бодро шагал к душу.

Дверь оказалась не заперта, что не могло не радовать. Душевая состояла из раздевалки и непосредственно большой душевой кабинки на шесть человек из полупрозрачного пластика. Шумела вода, за запотевшим стеклом виднелись размытые очертания фигуры Джи. На узкой скамейке рядом с дверью лежал аккуратно сложенный скаф и нижнее белье. Будь Марк более внимателен, он бы обратил внимание на его странность. Но сейчас все его мысли были подчинены только одному желанию. Он быстро стянул с себя скаф, разделся, открыл дверь душевой кабинки и тут же замер как вкопанный. Под душем в клубах пара стояла Джи. Струи воды словно подчеркивали всю прелесть ее изящной и крепкой фигуры. То что стояла, а не стоял, Марк понял сразу. Знания о разнице между мужскими и женскими человеческими особями в клонов вложили. А вот с поведенческими моделями было хуже. Марка бросило в жар. Что теперь делать он совершенно не знал. Конец сомнениям положила Джи, наконец-то заметившая Марка.

— Ты труп, — только и сказала она, и ударила ногой с разворота, одним ударом выбив из клона остатки сознания.

— Марк! Марк! Приятель, ты как?

Кто-то осторожно похлопывал его по щекам. Марк открыл глаза, сощурился от резкого света и тихо застонал. Перед глазами все плыло.

К его рту что-то поднесли, заставили сделать глоток. Терпкая, немного кисловатая жидкость скользнула по пищеводу. Марк закашлял. Головокружение слегка отступило. Он увидел склонившегося над ним Кира.

— Он — она?

Кир кивнул.

— Я не сразу понял, что ты не знаешь. Джи — сокращение от Джинна.

Глава 8

Хранители подземелий

Читал про это инфофайл. Мне не понравилось.

(архив «Арборвитэ 17», РХ сто двадцать два о сексе)

Система SCP-2112.

Станция «Тортуга».

Нейтральные Системы.

291 день 563 года Потери Терры.

Взрыв сотряс корабль, выбросив Марка из ложемента капитанского кресла. Он покатился по полу рубки, тряхнул головой и с трудом встал на четвереньки. Со всех сторон сыпались доклады.

— Крейсер «Приор» потерян!

— Щит на нуле!

— Зафиксировано повреждение внешней обшивки!

— Отсеки…

Новый взрыв. Лишенный щита лидер содрогнулся всем корпусом, даже его мощная броня не могла выдержать подобный обстрел. Тревожно мигнули световые панели, отчетливо запахло горелой изоляцией, часть экранов отключилась. Где-то в стороне, возле главного входа, из-под настенной консоли повалил черный дым.

— Пожар на мостике! — раздался чей-то испуганный возглас.

Вновь опрокинутый на пол Марк снова попытался встать, но окружающая картинка сменилась темнотой. Перед глазами появилась надпись: «Флагман флота синих уничтожен. Флот синих разбит. Сражение проиграно».

Крышка капсулы поехала вверх. Стаскивая шлем, он витиевато и с чувством выругался. Кир, а в большей части Джи, в эти три месяца весьма поднатаскали его на этот счет.

— Неудачник. Как ты собираешься управлять баронством? — с привычным ехидством поинтересовалась Джи, выбираясь из соседней капсулы. — Флот под твоим командованием обречен, а значит и твое баронство.

— Для командования флотом у меня будут адмиралы, — парировал Марк. — Кстати, пойдешь ко мне на службу?

— Ха, — на ее губах появилась улыбка, — это скорее я найму тебя третьим помощником. На второго ты, прости, не тянешь. Еще один бой? Я дам тебе фору.

Марк тихо застонал и в очередной раз помянул далеко не добрым словом Кира, раздобывшего где-то тренировочные программы космофлота Соединенных Систем. Программы были слегка устаревшими, но для фронтира актуальны как никогда. Благородные дома не могли похвастать современным космическим флотом. Корпорации и государства центра паутины продавали им только старье, снимаемое с вооружения. Нет, через подставных лиц иногда удавалось купить современный крейсер или фрегат. Но подобные случаи были на перечет. Да и выходили такие покупки в два-три раза дороже. Собственная же промышленность большинства Благородных Домов была заточена лишь на первичную переработку природных ресурсов. Это в лучшем случае. Максимум на что были способны самые сильные и богатые Благородные Дома — это производство по лицензии легких крейсеров и фрегатов устаревших проектов. Да и в этом случае половину оборудования и вооружения приходилось заказывать на стороне.

— Я пас. Хочу в душ.

— Только после меня. И даже не вздумай влезть.

— Это угроза или приглашение? — выгнул бровь Марк.

Джи закатила глаза.

— Мать Терра, куда подевался тот скромный милый парень, не так давно переступивший порог этого дома?

— Умер в страшных мучениях, — притворно скорбно вздохнул Марк. — Ты слишком долго била его по голове на спаррингах.

Эти три месяца обогатили не только его лексикон, но и сформировали манеру поведения с окружающими: немного наглости с Джи, капелька соперничества с Киром, толика почтения с капитаном Хейсом. Был ли в том расчет корпорации или просто так сложилось, но общение со сверстниками и не Пэ Иксами многое ему дало. Он стал более… живым? Из-за стен «Арборвитэ-17» вышла не полноценная личность, а лишь заготовка под нее. Биоробот с заложенной программой, минимумом эмоций и жизненного опыта. Но бывший Пэ Икс учился быстро. Пэ Иксы вообще быстро учатся и приспосабливаются к новой обстановке… или умирают.

Джи убежала в душ. Марк проводил девушку задумчивым взглядом. С ней было просто и сложно одновременно. Она вспыхивала как порох, но быстро отходила. Ее совершенно безбашенная натура то и дело втравливала их в приключения. Зато с ней было весело. У нее здорово получалось вносить здоровый хаос в размеренную повседневность. А жизнь Марка и так слишком долго была подчинена жестким правилам. Даже армии не снилась дисциплина, вбитая в Пэ Иксов. В армии бывают увольнения, а клоны про такую роскошь знали лишь в теории.

Следуя въевшийся привычке, он привел в порядок капсулы. Проделал все то, что и полагалось согласно инструкции: протер антисептиком шлемы, запустил программу тестирования. Хаос, хаосом, но любовь к порядку стала одной из его маний, также как и боязнь замкнутых пространств. Его постель была всегда аккуратно заправлена, немногочисленные вещи разложены в строгом порядке, а в комнате отсутствовал даже намек на пыль или грязь.

Покончив с капсулами, Марк наведался на кухню и заказал в синтезаторе стакан своего любимого витаминного коктейля. Этот кислый напиток прекрасно восстанавливал силы и неплохо прочищал мозги.

Марк наслаждался уже вторым стаканом, когда на кухню заглянул Кир. Его смуглокожее лицо буквально светилось ощущением самодовольства, успеха, даже торжества.

— Марк, где Джи? — Подхватив со стола стакан Марка, он понюхал его содержимое и скривился в притворном отвращении: — Фу, как ты можешь пить эту витаминную гадость?

Второй вопрос ответа не требовал. Любовь Марка к витаминному коктейлю уже давно стала поводом для нескончаемых шуточек со стороны Джи и Кира.

— Она в душе.

— Черт! — искренне расстроился Кир. — Это теперь надолго.

Было видно, что его просто распирает от желания поделиться с кем-нибудь причиной своего хорошего настроения. Так всегда бывало, когда Киру удавалось взломать что-нибудь интересное.

— Рассказывай, не томи, — подначил его Марк.

— О-о-о, мой благородный друг. Это надо не рассказывать, это надо показывать, — произнес Кир таинственным шепотом и добавил, придав лицу загадочное выражение: — Двигай за мной.

К удивлению Марка пошли они не в комнату Кира, где тот проводил большую часть времени, колдуя над своим мощным компьютером, а к хорошо знакомой бронированной двери домашнего арсенала.

— Смотри фокус!

Кир приложил ладонь к консоли доступа, а затем быстро ввел восьмизначный код.

— Доступ разрешен, добро пожаловать мистер Хейс, — произнес равнодушный, механический голос.

На консоли загорелся зеленый огонек, дверь арсенала вздрогнула и уехала в стену. Прижав руку к груди, Кир картинно раскланялся перед Марком.

— Та дам! Только прошу, не надо аплодисментов. Знаю, знаю, что гений.

Домашним арсеналом капитана Хейса оказалась комната в два раза больше нынешнего обиталище Марка. Да, Джи была совершенно права — тут полно интересных пушек. Все стены от пола до потолка были увешены всевозможными стволами со всех концов галактической паутины на любой вкус, размер и даже цвет. Штурмовые винтовки под реактивный патрон, пистолеты, лазерные и плазменные ружья. Даже знаний вложенных в Марка не хватало, чтобы идентифицировать большинство образцов коллекции капитана. У противоположной стены в специальных технических держателях, облегчающих как обслуживание, так и надевание, висели два тяжелых штурмовых скафандра.

Марк восхищенно присвистнул. Он не был большим фанатом оружия, но не оценить разнообразие собранной коллекции просто не мог.

— Просто слов нет… Сколько же мистер Хейс все это собирал?

— Лет двадцать, не меньше, — хмыкнул Кир, довольно потирая руки. — Ух, и постреляем сегодня!

Левая стена арсенала вызвала у Марка особый интерес. Образцы подобных штурмовых винтовок были ему совершенно незнакомы. Он потянулся, чтобы снять один из понравившихся стволов…

— Эй, — остановил его Кир, — на этой стене лучше ничего руками не трогать — сплошь раритеты. А ты лезешь к жемчужине дядиной коллекции. Это же настоящий АК-47 — терранский автомат докосмической эпохи. Вон смотри под иероглифами год выпуска. Коллекционеры за такой дают до пятидесяти тысяч.

Марк мысленно присвистнул. За такие деньги можно было полностью снарядить абордажную группу. Да еще хватило бы на усиление из киберов и дроидов.

— Ты сюда посмотри, — Кир открыл один из ящиков и восхищенно прищелкнул языком. — Вот ради чего мы с Джи решили в третий раз взломать арсенал. NK500-T1 новейшая рельсовая винтовка Соединенных Систем. — Он подхватил оружие из контейнера, взвесил в руках, восторженно закрыл глаза и добавил. — Ее прозвали «Биг Бэн»: так башня с часами называлась в Москве, был такой город на Терре.

Насколько помнил Марк, Биг Бэн располагался не в Москве, а в Париже, но поправлять Кира не стал, жадно рассматривая оружие в его руках. Толстый, широкий ствол, как у всех рельсовых винтовок. Ложе с рукоятью из сверхпрочного, термостойкого полимера плавно переходило в толстый, массивный приклад, в котором прятались конденсаторы. Мощный электронно-оптический прицел включал в себя прибор ночного видения, тепловизор и тактический сканер.

— Чего-то не хватает, — пробормотал Кир, осматривая винтовку со всех сторон. — Посмотри там в ящике должна быть батарея.

— Эта?

— Она самая. — Он вставил похожую на магазин батарею в винтовку, щелкнул кнопкой активации и довольно улыбнулся тихому, едва слышному гудению заряжаемых конденсаторов. — Готово!

Деловито проверив уровень заряда батареи, Кир сунул в руки Марка тактический бинокль.

— Будешь моим вторым номером.

Задумчиво покрутив бинокль в руках, Марк вернул его Киру и отобрал винтовку.

— Держи. Я буду первым номером, а ты вторым.

— Эй! — возмутился тот. — Кто взломал хранилище? Я первый номер, ты второй.

Он потянулся к винтовке, но тут же получил шлепок по руке от Джи. Ни Марк, ни Кир так и не поняли откуда та взялась. На коротком ежике волос девушки блестели капли влаги. Судя по такому же влажному лицу, она прибежала из душа, натянув скаф прямо на мокрое тело. Словно почувствовала, что происходит нечто интересное. С ней такое случалось.

— Мальчики, не спорьте! Пора бы уже запомнить, первой номер в нашей шайке — я, — сказала девушка, отобрав у Марка винтовку. Послав опешившим от такой наглости парням воздушный поцелуй, она положила ее стволом на плечо и походкой от бедра поспешила покинуть арсенал. — Двигайте за мной и прихватите побольше зарядов.

— Я второй номер, ты третий, — принял решение Марк, вернув себе тактический бинокль. — Захвати запасные магазины и контейнер с патронами.

— Э-э-э нет, — встрепенулся Кир, — я второй номер, а ты третий.

— Да сколько можно спорить? — поморщился Марк, решив пойти на хитрость. — Прими и смирись — я третий номер, ты второй. — С этими словами он вернул бинокль Киру и прихватил из ящика контейнер с боеприпасами.

— Это я третий номер, а ты второй! — возмутился Кир, отобрав у Марка контейнер и просто впихнув ему в руки тактический бинокль.

— Хорошо, — лучезарно улыбнулся Марк в ответ и поспешил за Джи.

Кир проводил его недоумевающим взглядом, посмотрел на контейнер в своей руке, понимание начало проступать на его лице.

— Вот черт! — выругался он и тяжело вздохнул.

Вот всегда так! Трудишься, ночей не спишь. А потом появляется Джи на все готовое и присваивает себе все результаты его трудов. А ведь они не только не женаты, но даже и не родственники. А теперь еще и Марк…

Подавив очередной тяжелый вздох, Кир закрепил на магнитных фиксаторах скафа контейнер с зарядами для рельсовой винтовки, взял из ящика несколько пустых магазинов. Подумав еще немного, он прихватил и второй контейнер с зарядами. Если Джи дорвалась до новой игрушки, то пяти сотен зарядов будет мало. Повезет если ему с Марком останется хотя бы по сотне зарядов на нос. Хорошо хоть батарея свежая, ее и на тысячу выстрелов хватит. Взяв еще и пистолет — будет чем развлечься, пока Джи настреляется из винтовки — юноша покинул арсенал.

Джи дожидалась их у выхода, в нетерпении поглаживая приклад рельсовой винтовки.

— На стрельбище? — поинтересовался Марк, подперев стену рядом с девушкой.

Под стрельбище в оранжевом секторе бы приспособлен один из длинных технических коридоров с хорошей звукоизоляцией. Когда Хейс бывал на станции, их троица сожгла немало боеприпасов под его присмотром. Правда, из куда более простого оружия. Марка немного смутило то, что ни сам Хейс, а уж тем более Джи с Киром нисколько не боялись давать ему в руки оружие. Впрочем, у самого бывшего семьдесят седьмого ни разу не возникло желания использовать его против своего пленителя. Смысл? Для побега со станции нужен не пистолет, а корабль. Да и прав был капитан Хейс — некуда ему пока бежать. Путь в Гемину до совершеннолетия закрыт. Плюнуть на все и сбежать подальше от корпорации и ее интриг просто невозможно… пока.

— Это скучно, — скривилась Джи. В ее глазах появились уже хорошо знакомые Марку озорные огоньки.

— О, нет! Нет! Только не это! — всплеснул руками Кир. Он знал Джи куда лучше Марка и сразу понял к чему все идет.

— Да! — кивнула Джи, довольно улыбалась и жмурилась от предвкушения новой авантюры. — Ты все правильно понял — нижние уровни, там полно крыс.

У животных, ставших настоящим бичом космических кораблей и станций, от терранских крыс осталось только название. Никто достоверно не помнил, что за планета породила этих отродий, больше похожих на помесь хомяка и белки. Но любой космонавт, да и фермер сказал бы, что перед открытием, родину тварей следовало подвергнуть полномасштабной орбитальной бомбардировке. Хотя, вполне возможно, что даже это бы не помогло. Крысы, как и их сгинувшие с планетой праматерью терранские тезки, отличались завидной живучестью.

— Это опасно, — решил возразить Кир, понимая всю безнадежность попытки.

— Кир, не будь занудой, — скривилась Джи. — Мы будем вооружены.

— Нет, я на это не пойду. А без меня тебе не взломать консоль доступа.

— Ха, испугал. Давно хотела испытать новую термитную пасту. Марк ты идешь?

Марк понимал, что его втравливают в очередную авантюру, но молча кивнул, выражая согласие. Джи есть Джи. Если ей что-то взбрело в голову, то успокоить, да и то не всегда, ее мог только отец. А «Веселый Висельник» вторую неделю пропадал в очередном рейде. Раз Джи невозможно помешать, то стоит за ней хотя бы приглядеть. Если с ней что-нибудь случится, то и ему не жить — капитан Хейс слишком любит свою дочь.

Из охраняемого оранжевого сектора они ушли на редкость просто. Кир быстро взломал доступ одной из дверей в технические коридоры станции. Марку еще подумалось, что для безопасности наемникам следовало их заварить. Хотя… у Джи же есть термитная паста.

Пропетляв немного узкими коридорами и взломав еще одну дверь, их небольшая компания остановилась перед люком в полу.

— Одна из точек доступа к коммуникационным туннелям, — со знанием дела пояснила Джи. — По ним можно попасть на любой уровень станции. Кир, приступай.

— Знаешь, — отозвался Кир, склоняясь над люком и водя над ним рукой с коммуникатором, — я не завидую твоему будущему мужу.

— Правильно! — кивнула девушка. — Зависть — плохое чувство. Работай, не отлынивай. Чего ты там так долго возишься?

— Можешь быстрее? Готов поменяться с тобой местами.

— Вот еще. Каждый должен заниматься своим делом: я — отдавать ценные указания, вы с Марком — беспрекословно им подчиняться.

— Заноза… — тихо фыркнул Кир.

— Эй, я все слышу! — Джи отвесила ему легкий подзатыльник.

Световые индикаторы на крышке люка загорелись зеленым светом.

— Готово, — кивнул Кир. — Марк, помоги мне.

Взявшись за ручки крышки люка, они вместе подняли ее и оттащили в сторону. Под крышкой скрывался темный колодец. Металлическая лестница шла вниз и терялась в темноте.

Зафиксировав винтовку магнитным держателем на спине своего скафа рядом со шлемом, Джи смело ступила на лестницу.

— Давайте за мной. И-и-иеху! — с этим кличем, она съехала вниз и исчезла в темноте.

Марк и Кир переглянулись.

— Ты у нас второй номер, — злорадно ухмыльнулся Кир, кивнув на лестницу.

Подобный аргумент крыть было нечем. Пожав плечами, Марк вновь посмотрел в темноту люка, надел перчатки и активировал встроенный шлем. Выехавшие из толстого воротника сегменты полностью закрыли его голову, образовав прозрачный кокон.

Его рабочий скафандр был родом с «Изабеллы». Он представлял собой довольно редкий, дорогой образец с интегрированным шлемом и гораздо большей, по сравнению с обычным рабочим скафандром, автономностью.

Кир за его приготовлениями смотрел с легкой усмешкой. Свой шлем он и не думал надевать, тот горбом висел у него на спине, надежно зафиксированный магнитным держателем. Набрал в грудь воздуха, Марк половчее ухватился за лестницу и съехал вниз. Лестница оказалась довольно длинной. Слегка не рассчитав скорость, он больно ударился об пол и едва слышно выругался.

Шум сверху возвестил о приближающемся Кире. Марк поспешил отойти от лестницы. Обеспечивать Киру мягкость посадки целостностью своей шеи было бы неразумно. Он с интересом огляделся. На нижних уровнях станции царила полутьма. Большая часть световых панелей была демонтирована или просто испортилась. Остальные едва светили, что говорило о крайней степени износа. Влево и вправо шел довольно широкий коридор, на полу то и дело попадались кучи мусора из остатков световых и пластиковых настенных панелей и различного сложно определяемого хлама.

Возвестив о прибытие Кира, со стороны лестницы послышался грохот и тихие ругательства.

— А где Джи? — поинтересовался Кир, потирая ушибленное колено и тревожно оглядываясь по сторонам.

— Понятия не имею, — откликнулся Марк.

— Бах! Бах! — вы убиты, раздался веселый голос откуда-то из темноты. Поигрывая винтовкой, девушка вышла на свет из затерявшегося в тени узкого ответвления основного коридора.

— Джи! — взревел Кир, отпустив рукоять едва не выхваченного пистолета. — Что за шуточки?

Губы девушки изогнулись в довольной улыбке.

— Наш маленький Кир боится темноты? Не волнуйся, сестренка Джи тебя защитит, — она похлопала по стволу винтовки.

— Мать Терра, дай мне сил, — вздохнул Кир.

Джи вскинула винтовку, прильнула к прицелу и осмотрела коридор в обе стороны.

— Ни одной крысы, — посетовала она. — Идем направо!

— Почему направо? — заинтересовался Марк.

— Это элементарно — я так решила, — усмехнулась она в ответ.

— Мог бы и не спрашивать, — проворчал рядом Кир, пнув ногой ближайшую куча мусора из остатков пластиковых контейнеров.

Первую крысу они нашли минут через десять. Та весьма неудачно выбежала в коридор прямо на их пути. Джи тут же вскинула винтовку и небольшого грызуна просто разорвало.

Пуля с противным визгом пошла рикошетить по коридору и улетела за поворот, там что-то довольно громко грохнуло. На взрыв было не похоже, скорее всего, пуля просто сбила что-то с потолка. Судя по звуку, что-то металлическое.

— Упс! — удивленно воскликнула Джи. — Я вкрутила дальность стрельбы на максимум.

— Отлично, — вновь проворчал Кир, — ты не только распугала всех крыс, но и возвестила на весь сектор о нашем присутствии. Может, пойдем назад?

— Не будь таким трусишкой. — Небрежно поведя плечами, Джи установила на винтовке режим стрельбы на короткие дистанции. — Или ты все еще веришь в детские сказки Па про чудовищ нижних уровней? Он их рассказывал, чтобы мы не лезли куда ненужно. Зря, только раззадорил интерес.

— Джи, Джи, — сокрушенно покачал головой Кир. — Когда же ты повзрослеешь? Бояться нужно не придуманных чудовищ, а вполне реальных людей. На этих уровнях можно встретить таких отбросов, по сравнению с которыми команда «Мясника» Рола просто невинные дети.

— Ты преувеличиваешь, — отмахнулась Джи, вновь прильнув к прицелу. — О, еще одна…

Очередная пуля, ушла в дальнюю кучу мусора, разметав ее по коридору. Испуганно вереща, из остатков кучи выскочила крыса и рванулась в сторону. Джи выстрелила вновь, но опять промахнулась. Крыса юркнула в боковой коридор и скрылась в темноте.

Неожиданно у Марка появилось ощущение, что за ними кто-то наблюдает. Это странное чувство, которое сложно описать словами. Сбившись с шага, он замер столь резко, что шедший за ним Кир едва не врезался ему в спину.

— Эй, ты чего?

Но Марк его не слушал. Убрав часть шлема перед лицом, он приложил к глазам тактический бинокль, пытаясь найти, что же его так насторожило. Коридор по ходу их движения — пусто. Позади — пусто. Слева…

— Цель на девять часов! — воскликнул Марк, уловив в боковом коридоре какое-то движение.

— Что-там? Крыса? — Джи направила винтовку в указанную Марком сторону.

— Что-то непохоже, — пробормотал тот в ответ. Тревожное чувство не проходило. Наоборот, сейчас оно просто кричало об опасности. Не отрывая глаз от тактического бинокля, он продолжил осматриваться по сторонам. Его старания не прошли даром. Датчики движения засекли в противоположном коридоре еще один объект. Тот мелькнул на каких-то пару секунд, не позволив себя идентифицировать. — Цель на двенадцать часов! — еще одно движение теперь уже в коридоре справа. — Цель на три часа. Хм, похоже, нас окружают.

— Черт! А я ведь предупреждал! — испуганный Кир выхватил пистолет и сейчас бестолково тыкал им из стороны в сторону.

— Марк, ты уверен? — Джи старалась говорить бодро, но было видно, что и ей не по себе. — Если это шутка, то не смешно.

— Две цели дальше по коридору, — равнодушно отметил Марк вместо ответа.

Страха не было. «Арборвитэ-17» начисто отучила его бояться стрессовых ситуаций. Даже понимая, что происходящие может быть очень опасно, он взирал на все с отстраненным и даже каким-то равнодушным интересом.

В дальнем, темном конце коридора что-то звякнуло. Кир не выдержал и дважды выстрелил на звук. Росчерки реактивных пуль ушли в темноту.

— Движения нет, — отметил Марк.

— Ходу отсюда, — приняла решение Джи. — Возвращаемся к лестнице!

— Я думал ты никогда этого не скажешь, — нервно хихикнул Кир.

Стараясь не сорваться на бег, они быстрым шагом двинулись назад по коридору. Ожидаемое веселое развлечение оказалось не таким веселым.

Они проходили мимо очередного ответвления главного коридора, когда Джи как-то странно споткнулась и упала, не проронив ни звука. Марк кинулся к ней. Девушка была жива, но почему-то без сознания.

«Парализатор!» — правильный ответ вспыхнул в его голове подобно молнии. Единственные чудовища, использующие подобное оружие — люди.

Кир шел первым и редко оглядывался. Поначалу он даже не понял, что с друзьями что-то случилось. И лишь не услышав за спиной звука их шагов, он резко обернулся. Джи валялась на полу коридора, Марк безуспешно пытался привести ее в чувство. Испуганно взвыв, Кир в панике бегом бросился к лестнице. Бежать, бежать отсюда скорее, куда глаза глядят! Бежать быстро и без оглядки, прочь с этого проклятого уровня!

— Кир, назад! Помоги мне! — догнал его возглас Марка.

К чести Кира, подавив приступ паники, он нашел в себе силы остановиться. Кинув тоскливый взгляд в сторону такой близкой спасительной лестницы, юноша судорожно сглотнул, сжал зубы и решительно развернулся назад. Это стало ошибкой. Прямо за его спиной из очередного бокового коридора бесшумно выскользнула высокая тень.

— Кир, сзади! — понимая, что уже поздно, попытался предупредить его Марк.

Раздался глухой удар. Выронив пистолет, Кир присоединился к Джи в мире беспамятства. Удар дубинкой по затылку оказался не менее эффективным, чем выстрел из парализатора.

Почувствовав движение справа от себя, Марк бросил тело Джи и схватил валявшуюся рядом винтовку. Девушка упала, так и не выпустив ее из рук. Не целясь, он направил ствол оружия в сторону мелькнувшей темной тени, но за мгновение до того, как палец нащупал спусковой крючок, все его тело содрогнулось в судороге. Скафандр барона Ортиса был далек от стандартного рабочего не только интегрированным шлемом. Первый выстрел из парализатора Марк выдержал. Тело стало словно ватным, а перед глазами все поплыло, но сознание он не потерял. Винтовка в его руках слабо дернулась, не чувствуя пальцев он все же смог нажать на спуск. Разогнанная электромагнитным ускорителем пуля с пронзительным визгом выбила искру из стены и тут же ушла рикошетом в темноту. Второй раз выстрелить ему не дали. Новое попадание из парализатора Марк даже не почувствовал. Просто понял, что падает, и потерял сознание.

В себя он пришел от удара, кто-то довольно грубо бросил его парализованное тело на пол. Не подавая признаков жизни, Марк постарался оценить обстановку. Он лежал на животе, тело все еще не отошло от воздействия парализатора и едва ощущалось. Осторожно приоткрыв глаза, он быстро осмотрелся. Рядом лежали тела Кира и Джи. И если Джи, судя по подергиванию век, постепенно отходила от паралича, то Кир выглядел откровенно плохо и едва дышал.

К ним кто-то подошел, Марк поспешил закрыть глаза и постарался полностью расслабиться, словно и не думал приходить в сознание.

— С кого начнем? — поинтересовался первый голос.

— Может с этого? — кто-то небрежно пнул Марка по ноге. — Смотри, какой интересный скафандр. За него можно много выручить.

— Не, давай лучше начнем с его соседа. Вон он уже в себя пришел, глазками зло моргает. Эти-то точно в отключке?

Марка вновь несколько раз пнули, теперь уже под ребра и гораздо больней.

— Этот в отключке. Я в него два разряда всадил, еще минимум час будет валяться. А второй вроде и вовсе помер. А нет, еще дышит, но тоже без сознания. Кость хорошо его приложил.

— Ладно, тащи того, который в себя приходит.

Марк не видел, но понял, что тело Джи подняли и перенесли куда-то в сторону. Похоже, девушки не хватило выдержки Марка притвориться без сознания. Впрочем, для него самого это был шанс.

Когда голоса слегка отдалились. Он осторожно вновь приоткрыл глаза и уже внимательней осмотрел, то место где они находятся. Их безвольные тела перенесли в узкий полутемный коридор, видимо одно из ответвлений того в котором они охотились на крыс. Нападавших оказалось четверо. Двое из них сейчас как раз стаскивали с Джи ее скафандр, а еще двое спорили немного в стороне, вырывая друг у друга злосчастную NK500-T1.

— Аккуратно скаф снимай, почти новенький. Загоним Хану, хорошую цену даст.

— Барыга твой Хан. Жадный барыга. Лучше махнем Сяо на дурь. Так выйдет гораздо выгодней.

— Не доверяю я этому узкоглазому. Стремная у него ду… — тут говоривший сбился на полуслове и радостно воскликнул: — Эй, да это девка. Вот так свезло.

— Да ты гонишь! — откликнулся один из двух спорщиков.

Рельсовая винтовка была разом позабыта, парочка спорщиков присоединилась к приятелям.

— Да точно девка! — Остатки скафа и нижнее белье Джи полетели в сторону. — Кто будет первым? Кинем жребий?

— Я ее подстрелил, а значит первый я. А дальше как хотите.

— А кто достал заряды для парализатора…

Спор разгорался. Убедившись, что на него всем сейчас наплевать, Марк принялся интенсивно вращать кистями рук и шеей. Пока обитатели подземных уровней заняты Джи, нужно успеть побороть последствия действия парализатора. А там… посмотрим. Марк реально оценивал свои шансы. С четырьмя мужчинами ему не справиться. Но даже если он не сможет помочь Джи и Киру, то возможно сумеет хотя бы сбежать и привести помощь.

Руки слушались уже гораздо лучше. Общее онемение тела постепенно спадало. Между тем, спорщики как-то определились с очередностью. Один из них принялся радостно стаскивать свой скаф и вскоре уже светил на весь коридор голыми ляжками.

Со стороны Джи послышался то ли всхлип, то ли стон, а может и ругательство. Марк не расслышал. Четверка расхохоталась.

— Бойкая крошка. Может оставим ее себе на время?

— Хорошо, что в себя пришла. Люблю, когда они сопротивляются.

Джи дернулась и попыталась ударить ногой первого насильника, целясь в пах. Тело подчинялось ей еще плохо и она промахнулась.

— А, черт, — голый насильник, схватился за колено. — Еще и брыкается, сучка. Держите ее.

Один из обитателей нижних уровней прижал руки Джи к полу. Девушка пыталась сопротивляться, но силы были не равны.

— Может она еще и целка? Не бойся, детка, больно не будет.

Занятые разворачивающимся действом, на оставшихся пленников неизвестные пленители не обращали никакого внимания. Один из них и вовсе встал столь удачно, что своей спиной перекрыт трем другим весь обзор.

Окончательно придя в себя, Марк аккуратно поднялся, припав на одно колено. Теперь достаточно одного резкого движения, чтобы вскочить на ноги и броситься прочь. Его взгляд зацепился за рукоять пистолета Кира. Тот лежал на ящике в каких-то шести-восьми шагах от него, прямо за спиной одного из пленителей. Но как назло именно над ним оказалась рабочая световая панель. Она едва светила, но и этого было достаточно.

— Ну, ты чего там тормозишь? — хохотнул тот, кто прижимал руки Джи к полу. — Не можешь справиться с девкой? Ну так дай другим попробовать, а сам отдохни, сил наберись.

Коридор содрогнулся от дружного гогота трех глоток.

Приняв решение, Марк крадучись двинулся вперед. Вот до желанной рукояти пистолета осталось шесть шагов… четыре. Стоявший спиной к нему похититель сделал шаг в сторону. Понимая, что сейчас его обнаружат, Марк бросил тело вперед в безумном броске. Пальцы сомкнулись на рифленой рукояти. Тот из похитителей, что до этого столь удачно стоял спиной к нему, опомнился первым. С диким ревом он бросился на клона. Грохнул выстрел. Пуля вошла похитителю в живот, скрючившись он повалился на пол, скуля от боли. Еще один похититель дернулся к оставленной у стены рельсовой винтовке. Но пуля Марка оказалась быстрей. Теперь на полу коридора корчилось в предсмертных конвульсиях сразу два тела.

— Эй, парень ты чего? — неудачливый первый насильник отпрянул от Джи и теперь с испугом смотрел на Марка. — Да мы же просто пошутить хотели.

— Одно движение и вы трупы, — предупредил клон. — Джи, ты там как?

Девушка не ответила. Высвободившись из хватки и оттолкнув от себя четвертого похитителя, того кто держал ей руки, она молча поднялась с пола. Все ее тело сотрясала нервная дрожь. Не глядя на Марка, она подошла к рельсовой винтовке и вцепилась в нее так, что костяшки пальцев побелели.

— Бегите. Считаю до пяти, — не сказала, а выплюнула она сквозь сжатые зубы.

— Да это просто шутка была, — нервно дернулся голый похититель. — Отдай винтовку, сучка, — неожиданно низко взвизгнул он.

— Четыре! — произнесла Джи, нацелив NK500-T1 прямо в пах неудачливому насильнику. — Три!

Похитители бросились бежать. В прямом словно стрела коридоре укрытия от пуль не было, но шагах в тридцати находился поворот. Стоило добраться до него, и они спасены. Тот, кто держал руки Джи, бежал первым и значительно опередил голого приятеля. Будь это соревнования, он мог бы даже взять какой-нибудь приз. Умер он быстро и без мучений…

— Два, — прошептала Джи и открыла огонь.

Голова «чемпиона» просто взорвалась. Тело сделало несколько шагов по инерции и рухнуло на пол.

Счастливчику, первым попытавшемуся изнасиловать Джи, повезло меньше. Первый выстрел по нему ушел в молоко, зато уже второй нашел свою цель. Правую ногу неудавшегося насильника просто оторвало, чуть ниже колена. Прежде Марку даже в виртуальных симуляциях не доводилось видеть, что вытворяет с человеческой плотью разогнанная электромагнитным ускорителем пуля. Зрелище было неприятным, проняло даже много чего повидавшего Пэ Икса.

Воя от боли, голый насильник покатился по полу. Он попытался ползти к желанному повороту, но очередная пуля угодила ему в левую ягодицу. Вой перешел в пронзительный визг, но очередная пуля подарила ему вечный покой. Да и то Джи промазала. Неудачливый насильник очень неудачно (неудачно для Джи, а не для себя) дернулся, и пуля угодила ему не в руку, а в грудь. Мертвое тело содрогнулось в последний раз, словно не веря, что жизнь уже оставило его и затихло.

— Сдохните, сдохните твари! — шипела Джи, в уголках ее глаз стояли слезы. Делая выстрел за выстрелом, она словно вкладывала в них пережитое унижение и страх. Пули входили в мертвецов. Теперь в этом месиве из костей и плоти трудно было узнать человеческие тела. Винтовка тихо пискнула, возвестив об опустошенном магазине, но Джи продолжала остервенело терзать спусковой крючок.

— Джи, — Марк протянул было к девушке руку, но передумал. — Он уже мертв, успокойся. Они все мертвы.

Девушка словно очнулась от транса. Посмотрев на Марка, она опустила винтовку и быстро вытерла проступившие слезы.

— Посмотри что там с Киром, а я пока оденусь. Хочу в душ! После прикосновений этих скотов чувствую себя грязной.

Марк кивнул и поспешно отвернулся.

Кир оказался жив, но все еще без сознания. Марк попытался привести приятеля в чувство, но не преуспел. Не утруждаясь поисками нижнего белья, Джи быстро натянула на себя скаф, сменила магазин в рельсовой винтовке, вновь было прицелилась в мертвецов, но не стала стрелять. Гнев и страх куда-то ушли. Им на смену пришла опустошенность и усталость.

— Как там Кир? — спросила она.

— Жив, но плох. Его надо наверх, к врачу.

— По лестнице мы его не поднимем. Надо двигать к лифту. Черт, па меня убьет, когда узнает, что мы были на нижних уровнях.

— Будь оптимисткой, до лифта мы можем просто не добраться, — заметил Марк, взваливая Кира на плечи. — Где твой лифт? Направо или налево? Я в этом лабиринте не ориентируюсь.

— Если на этом уровне стандартная планировка, то нам направо. И да… — Марк двинулся было направо, но ладони девушки уперлись ему в грудь. Теплые губы Джи скользнули по его щеке. — Спасибо, Марк.

Глава 9

Новая сила

Проституция — древнейшая из профессий. А политика и журналистика две ее новейшие формы.

(Николай Северов, президент «Глоком»)

Система SCP-2112.

Станция «Тортуга».

Нейтральные Системы.

21 день 564 года Потери Терры.

— Эй, кролики! Хватит уже плодиться и размножаться.

Громкий стук в дверь, когда так хочется спать после бурной ночи. Что может быть хуже?

— Кир, отвали, — сонно отмахнулась Джи, по хозяйски забросив на Марка ногу.

Клон не спал. Он вообще считал сон более шести часов непозволительной роскошью и редко мог себе это позволить. Не мигая, буравя взглядом потолок он размышлял.

Их бурный роман с Джи произошел как-то сам собой. Все началось с того мимолетного поцелуя на нижних уровнях и развивалось стремительно, словно пожар в отсеке из которого во время не откачали кислород. Какое-то время они ограничивались первыми робкими, а потом уже и далеко не робкими поцелуями. А потом был день рождения Марка Ортиса де Фобоса. Кир раздобыл где-то бутылку крепкого бренди. Марк никогда не пил крепкого алкоголя, да и некрепкого тоже. В результате очнулся он через двенадцать часов, у себя в комнате в обнимку с Джи. И из одежды на них двоих были лишь носки… одна пара на двоих. С того времени, когда капитана Хейса не было на станции, Джи фактически проживала в комнате Марка. Впрочем, иногда ее даже наличие дома отца не останавливало. Скорее наоборот — подзадоривало. Джи — это Джи. Авантюризм у нее в крови. Опасность и риск пьянили ее как хорошее вино.

Для Марка оставалось загадкой, как эта взбалмошная девчонка умудряется обставлять его в тактических симуляциях. Она отвратительно играла в шахматы и весьма посредственно в покер. Зато на виртуальном мостике лидера флота чувствовала себя словно рыба в воде. Ее тактические схемы и принятые решения чаще всего казались сущим безумием, но в девяти случаях из десяти приносили ей победу. Кто-то может сказать, что виртуальная реальность — это одно, а командование реальным флотом — совсем другое. И во многом будет прав. Во многом, но не во всем. Столь любимые Джи тактические симуляции были хоть и устаревшими, но максимально приближенными к реальности программами.

Впрочем, надо признать, капитан Хейс не скупился на образование своей дочери. Помимо раздобытого Киром тактического симулятора в капсулах оказалось загружено достаточно обучающих программ по самым разным предметам. И Хейс во время короткого отдыха на станции не ленился проверять освоенные дочерью и воспитанником знания.

Через какое-то время стук в дверь повторился.

— Марк, подъем. Тебе сегодня надо зайти в клинику.

При этом напоминании Марк едва заметно поморщился. Ну да, клиника. Смог бы он про это забыть. Ежемесячная инъекция, без которой клону не выжить — одна из цепей «Арборвитэ». Когда-нибудь он порвет и ее. А пока…

Он попытался осторожно освободиться из объятий девушки, но Джи только крепче вжалась в него.

— Куда? А кто будет меня греть?

— Терморегулятор? — предположил Марк.

Джи открыла глаза, смерила его задумчивым взглядом.

— Тер-мо-ре-гу-ля-тор, — протянула она, — странное имя для парня.

Марк сел на кровать и принялся искать свои вещи. Повернувшись на другой бок, Джи недовольно наблюдала за его сборами. Она потянулась, одеяло сползло чуть в сторону, дав Марку возможность вдоволь полюбоваться небольшой, но весьма соблазнительной грудью девушки.

— И ты можешь уйти вот так просто?

Длинная девичья ножка выскользнула из-под одеяла, позволив Марку оценить ее длину. Джи соблазнительно облизнула губы и призывно улыбнулась. Получалось, откровенно говоря, не очень. Роль роковой обольстительницы ей совершенно не шла.

— Легко, — кивнул клон.

Недовольно фыркнув, Джи снова закуталась в одеяло.

— В тебе нет ни капли романтики, — сокрушенно вздохнула она. — Вали к своим врачам! Надеюсь, они тебе поставят самую большую клизму.

— Ага, я тебя тоже люблю.

— Лжец!

Тут она была совершенно права. Марк испытывал к Джи влечение, возможно страсть. Любовь? Вряд ли. Обычный гормональный шторм подросткового тела — все симптомы налицо. Хотя, надо признать, им хорошо вместе. Ее горячность уравновешивалась его хладнокровием, порывистость — расчетом. Они прекрасно дополняли друг друга. Для семьдесят седьмого этого было достаточно, но для Марка Ортиса де Фобоса — слишком мало.

Медицинские процедуры прошли как обычно. Служащий клиники что-то сверил на экране терминала, ввел команду. К Марку подлетел один из столь нелюбимых им медицинских дроидов и сделал нужный укол. Приятная теплая волна прошла по венам, даря легкую эйфорию и хорошее настроение. Марк ненавидел это ощущение.

В себя он пришел в «Дикаре» — одном из двух небольших баров оранжевого сектора. Хозяин этого достойного заведения был в курсе странных вкусов пленника капитана Хейса. Едва Марк переступил порог бара и устроился за дальним столиком, как перед ним появился стакан с витаминным коктейлем.

Знакомый вкус заставлял вспоминать жестокие тренировки, прогонял прочь эйфорию от наркотической сыворотки — топлива для тел Пэ Иксов. Медленно потягивая напиток, Марк старался успокоиться, поставить под контроль взбунтовавшийся организм.

Из всех ниточек, оставленных корпорацией для контроля своего творения, эту он ненавидел больше остальных. Психоблоки, капсула с нейротоксином, последний приказ — все это было незримо, незаметно. Зависимость же от ежемесячной инъекции была очевидна, а потому особенно ненавистна. Профессор Суини, гениальный творец Пэ Иксов, словно в насмешку сделал ее не просто необходимой — желанной. Если первоначально сыворотка просто предотвращала разрушение биокапсулы с нейротоксином, то постепенно вырабатывала у клонов настоящее привыкание. Теперь, даже если извлечь биокапсулу, без инъекций клоны будут испытывать настоящую ломку, сродни наркотической. Можно ли ее побороть? Этого Марк не знал, но проверять не хотелось.

— Не возражаешь?

Незнакомый голос вырвал его из пелены размышлений. На соседнее место опустился невысокий человек в неброской одежде поверх стандартного рабочего скафа. Молодой, чуть за двадцать. Впрочем, это ни о чем не говорит. Если есть деньги, то омолодить себя не проблема.

— Пожалуйста, — кивнул Марк, — если ваша охрана не будет против.

Он небрежно указал взглядом в сторону двух мужчин. Один появился за пять минут до визита незнакомца, заказал пиво и устроился за столиком у дверей. Выгодная позиция, если придется срочно эвакуировать объект. Второй пришел следом за его новым собеседником и стоял сейчас у стойки бара, делая вид, что занят выбором напитков.

Незнакомец посмотрел на свою охрану и удивленно изогнул бровь.

— А кажешься таким отвлеченным, погруженным в собственные мысли. Да, Марк, в наблюдательности тебе не откажешь. Отличная подготовка! Или мне лучше называть тебя ноль семьдесят седьмой?

— Не понимаю, о чем вы говорите.

— Можешь не отвечать, я прекрасно знаю про все твои психоблоки. Так что выдохни и расслабься. Нам надо поговорить.

— Нам? — Марк многозначительно посмотрел на собеседника. — Про себя я все знаю, а кто же вы?

— Я? Я один из правителей галактики.

— А ваш лечащий врач в курсе?

Незнакомец рассмеялся странным смешком, а затем внезапно умолк, его взгляд сделался ледяным. Шутить с обладателем такого взгляда не хотелось. Некоторое время мужчина испытующе разглядывал Марка, словно прикидывал про себя, стоит ли продолжать этот разговор.

— А ты забавный юноша, — произнес он наконец. — И совсем не похож на своих собратьев… «Глоком». Знаешь что это такое?

Сохраняя показное равнодушие, Марк пожал плечами:

— Одна из трансгалактических инфокомуникационных корпораций.

— Верно, — кинул незнакомец. — Я — Николай Северов, ее президент и единственный владелец.

На первый взгляд это заявление было просто нелепо. Что владельцу одной из крупнейшей информационной корпораций Конфедерации, Соединенных Систем и Союза могло понадобиться на забытой богом станции в глубине Нейтральных систем? Но почему-то Марк ему сразу поверил. Подобное безумство настолько невозможно, что вполне возможно.

— Ты верно думаешь, что такой человек делает здесь? — угадал Северов. — Я приехал для личной встречи с тобой.

— Со мной? Жалким наследником одной из забытых систем, — разыграл удивление Марк. Несмотря на свободную позу, он был внутренне напряжен, как сжатая пружина. И чувствовал себя словно на поле боя. Холодный разум клона работал сейчас на пределе своих возможностей, просчитывая различные варианты. Что это? Очередная проверка от «Арборвитэ» или тот шанс, которого он так долго ждал?

— Не скромничай, Марк. Мы оба с тобой знаем, что ты очень и очень не простой… хм… человек. Не каждый наследник «забытой системы» может похвастаться личным знакомством сразу с двумя президентами корпораций-лидеров в своей области, — улыбнулся Северов и продолжил: — Двойной Д владеет биотехнологией, а я — информацией. Информация, мой мальчик, галактической паутиной правит именно она. Деньги, медицина, технологии — информация властвует над всем. Кто владеет информацией, тот и правит галактической паутиной. «Глоком» контролирует большую часть информационных потоков сразу трех доминирующих государств этой части паутины. Сеть моих спутников ретрансляторов уступает разве что сети Банковской Директории, а флот моих курьерских кораблей обеспечивает перевозку огромных информационных баз целых систем. Мне принадлежит треть крупнейших СМИ Соединенных Систем, Конфедерации и Союза. Именно я формирую общественное мнение, создаю и свергаю политических лидеров и решаю, какие новости будут актуальны.

— Да? — вновь разыграл удивление Марк. — А декларируемая независимость СМИ?

— Мы живем в свободном, демократическом обществе, где свобода слова гарантирована конституцией, — серьезно кивнул Северов, и пренебрежительно хмыкнул: — Мой мальчик, в наше время журналист может быть либо независимым, либо сытым. Впрочем, по-моему, так было всегда. Свобода выбора? Потребитель свободен выбрать любое дерьмо из того, что любезно предоставлю ему я. В моих СМИ нет цензуры, Марк. Она просто не нужна. Достаточно обозначить редакционную политику, а остальное журналисты делают сами. Они тоже люди. Им хочется сделать карьеру, занять приличную должность, купить шикарный дом, отправить детей в хороший университет.

— Циничный взгляд, — заметил Марк.

— Рациональный, — не согласился Северов.

— А как же беспристрастность подачи информации?

— А мои СМИ беспристрастны — им одинаково плевать на всех. Их поддержка прямо пропорциональна вложенной сумме. Все крупные игроки про это знают, и потому-то у «Глокома» столь хорошие отношения со всеми.

— Рад за вас, но причем тут я?

Нетерпеливо побарабанив пальцами по столу, Северов остро глянул на Марка и внезапно спросил:

— Что тебе обещал Двойной Д? Потерпи два года, а потом у тебя будет своя жизнь. А скажи мне откровенно, а способен ли ты быть Марком Ортисом де Фобосом? Что ты знаешь об этикете? Помнишь ли поименно всех своих предков? Ты хотя бы знаешь, чем подданный отличается от гражданина, а гражданин от дворянина? Как к ним следует обращаться и как они должны обращаться к тебе? Признай, твои знания поверхностны, их недостаточно для этой роли.

Марк молча кивнул. Это несуразность давно уже его беспокоила. Исключая ежемесячные инъекции, «Арборвитэ» про него словно забыла. Нельзя сказать, что это его не устраивало, Марку нравилась его сегодняшняя жизнь, но такое невнимание корпорации удивляло и настораживало.

— Вот! — Северов наставительно поднял палец вверх. — А теперь подумай, а зачем Двойному Д ты, если у него под рукой есть еще шесть твоих копий? Ты за это время стал самостоятельной личностью с собственным опытом, мировоззрением. А твои братья остались под полным контролем Двойного Д. Их обучение продолжается, а параллельно им искусственно правят мозги. Профессор Суини в этом деле настоящий мастер. Ты не испытываешь к Двойному Д никакой привязанности, только справедливо опасаешься. А те, кто остался на «Арборвитэ-17», скоро будут готовы на него молиться. Думаешь, я вру?

Он активировал наручный коммуникатор. На развернувшимся в воздухе голоэкране появилось изображение. Картинку Марк узнал сразу — «Арборвитэ-17», третий ангар. Тот самый, в котором клоны впервые познакомились с их общим ужасом — мастер-сержантом Лэйном. Но сейчас в ангаре не было ни клонов, ни мастер сержанта. Большую его часть занимал небольшой атмосферный челнок, возле спущенного трапа которого Джодок Дойл выслушивал доклад одного из помощников профессора Суини.

В отличие от прекрасного, четкого изображения, звуковая дорожка видеофайла оказалась какой-то приглушенной, наполненной лишними шумами. Марк догадался, что съемка ведется из вентиляционной шахты.

— Глубокое психокодирование проходит успешно, — доложил Джодоку Дойлу сотрудник станции. — Все шестеро показывают отличные результаты.

— И долго мне еще сюда летать? — недовольно проворчал тот в ответ. — Я, знаешь ли, человек довольно занятой.

— Ваше присутствие необходимо для закрепления психоустановок. Вы сами настояли на привязке клонов лично к вам. Скоро любое ваше слово станет для них законом.

— Ладно, работайте, — кивнул Джодок, поднимаясь по трапу челнока.

Северов отключил воспроизведение записи.

— Этого тебе достаточно? — поинтересовался он. — Для Двойного Д ты отработанный материал — шлак. Зачем тратить ресурсы на твое обучение и подготовку?

— И весь этот долгий путь вы проделали только чтобы меня просветить? — спросил Марк.

Показное равнодушие давалось ему нелегко. Довольно обидно узнать, что тебя не отобрали, а приговорили.

— Что же, удар ты держать умеешь, — довольно улыбнулся Северов. — Это похвально. А проделал я весь этот путь, чтобы предложить тебе сделку.

— Я слушаю.

— Все просто. С моей помощью ты станешь тем, кем должен стать.

— И что взамен?

— Ты знаешь.

Марк задумался.

— Вы предлагаете кукле-марионетке сменить кукловода, — осторожно предположил он. — А что с этого выиграет кукла?

— Если я скажу «свободу», то это будет ложью. А вру я только за очень большие деньги. Кукла просто получит возможность еще потрепыхаться на ниточках, а не канет в безвестности. Как видишь, я с тобой предельно откровенен.

Марку не нужна была пауза, чтобы обдумать столь «щедрое» предложение. Да и какой у него выбор? Ему нравится жить и если мистер Джодок хочет его уничтожить, то пришла пора сменить хозяина. Свобода? Он не был столь наивен, чтобы поверить в подобный альтруизм Северова. А так… Когда два разных кукловода дергают за нити одну и ту же куклу, нити могут не выдержать и порваться. Вот только выживет ли при этом кукла?

— Что от меня потребуется? — тихо спросил он.

— На данном этапе — ничего. В будущем я хочу знать о любых телодвижениях Двойного Д в твоей системе. Впрочем, все детали мы обсудим позже, когда ты займешь свое место.

— Мне необходимы те же обучающие программы, что и у остальных клонов. Иначе меня тут же раскроют.

— Они у тебя будут, несколько позже. Двойной Д сам тебе их предоставит.

Марк все понял. Ценой его выживания станут жизни шести оставшихся собратьев. Только в случае их гибели Джодоку Дойлу не останется ничего иного, как использовать последнего живого клона, ведь времени на создание и обучение новых у «Арборвитэ» не останется. Еще не так давно подобная плата Марка бы ужаснула, но не теперь… Что ему до оставшихся Пэ Иксов? Кто они ему? Братья? Смешно. Его единственный настоящий брат ушел в биореактор вместе с номером сто тридцать два. А у Марка Ортиса де Фобоса братьев нет и никогда не было.

— Да, я сделал правильный выбор, — кивнул чему-то своему Северов, словно прочитал мысли Марка.

Он сделал знак бармену. Молча кивнув, тот поставил перед ним высокий бокал с пивом. Северов сделал глоток и поморщился. Может он и не слыл сибаритом, подобным Джодоку Дойлу, но синтезированное пиво «Тортуги» было сплошным надругательством над древним напитком.

— А вы не боитесь, вести такие важные разговоры в баре? — заинтересовался Марк.

Народу в «Дикаре» было немного. Не считая бармена и охраны Северова, только два местных завсегдатая, Марк сталкивался с ними при каждом посещении бара, тихо сидели за угловым столиком.

— Не боюсь, — Северов расслаблено откинулся на спинку пластикового стула и весело, как-то совершенно по мальчишески, подмигнул Марку. — Это мой бар, он открылся в оранжевом секторе немногим позже новой медицинской клиники, в которой ты столь часто бываешь. И моих людей тут не двое, а все пять.

— А то, что это стало моим любимым местом, тоже как-то подстроено? — удивился Марк.

— А вот тут мне просто повезло, — отозвался Северов. — Хотя, я специально выбрал место напротив медицинской клиники. — Он вновь весело подмигнул Марку, но затем резко посерьезнел и что-то набрал на своем коммуникаторе: — Это в знак начала нашего сотрудничества. Надеюсь, тебе понравится.

Коммуникатор Марка тихо пискнул, известив о получении пакета данных. Включив его, клон некоторое время изучал полученную информацию. А она была интересна. Да что там — жизненно необходима! Капсула с нейротоксином — бомба, заложенная в его тело. Еще одна страховка создателя от возможного мятежа своего творения. Теперь он знает, где именно она находится. А с этим знанием можно разорвать хотя бы одну, но самую ненавистную, из сковывающих его цепей.

— Да, — отстраненно согласился Марк, гипнотизируя голоэкран коммуникатора. — Мне это понравится… спасибо.

— Не стоит благодарности, — отмахнулся Северов. — Обещаю, наше сотрудничество будет взаимовыгодным.

Марк внутренне поморщился — нечто подобное обещал ему и мистер Дойл. И чем все обернулось? Иллюзий не было. Он все еще просто марионетка в чужих руках. А кого волнует мнение марионетки? Но ничего, он будет ждать. Послушно дергаться на веревочках, прислушиваться к советам и ждать. Пока не совсем ясно, что нужно Северову, но уже очевидно, что он далеко не друг мистера Дойла и на этом можно играть. Два кукловода — двойная опасность, но и двойные возможности. Но пока он будет ждать.

— И так, барон Марк Ортис де Фобос, мы договорились? — Северов протянул Марку руку.

— Договорились, — кивнул Марк, крепко пожимая ладонь своего очередного врага, который притворяется другом. Сколько их таких еще будет?

— Не забывай периодически заскакивать в «Дикаря», особенно если на твой коммуникатор придет его назойливый спам. Сообщения для меня можешь оставлять бармену.

Коротко проинструктировал клона на прощание, Северов поднялся из-за стола и в сопровождении охраны покинул бар.

* * *

Внешне ничем не примечательный корабль отстыковался от «Тортуги» и начал разгон в сторону третьей планеты системы. На первый взгляд это был обычный курьер, слегка устаревшего, но все еще не снятого с производства проекта «Деятельный» Новобайкальских верфей Союза. Небольшой, как и все «почтальоны» (как иногда в шутку называют корабли этого класса), но очень быстрый.

Передав управление искину корабля, Северов блаженно расслабился в ложементе пилотского кресла. Экраны прямого обзора, расположенные прямо перед ним, тускло мерцали бледно-розовым светом. Космическое сияние — так прозвали подобный эффект, возникающий на высоких скоростях от воздействия электромагнитного излучения звезд на защитное поле космических кораблей.

Северову нравилось любоваться космическим сиянием. Так ему лучше думалось. Расположившийся по соседству астронавигатор шестым чувством понял, что президент «Глоком» хочет остаться один, и тихо покинул мостик.

Экипажи «почтальонов» редко составляли более четырех человек. Но на «Молнии» — личном корабле Северова, экипаж насчитывал десять человек, правда шестеро из них были телохранителями и во время полетов страдали бездельем. Да и сама начинка «Молнии» существенно отличалась от набора стандартного курьера. Да, на ней был минимум удобств даже по сравнению с обычным курьером. Зато, несмотря на непрезентабельный внешний вид, «Молния» могла совершить подряд до десяти переходов. А первоклассный искин и опытный псион на месте астронавигатора позволяли осуществить привязку к пространственной нити за каких-то пять минут.

Еще немного полюбовавшись космическим сиянием, Северов вывел на экран видеозапись его недавнего разговора с ноль семьдесят седьмым и внимательно ее просмотрел.

— Что же ты такое? — задумчиво пробормотал он, всматриваясь в лицо клона. От этого мальчишки теперь многое зависило. Возможно, слишком многое.

Подключив к корабельному искину свой личный коммуникатор, он вывел на обзорные экраны новую видеозапись.

Улыбающееся лицо красивой молодой женщины. Камера отъехала чуть назад, позволив оценить фигуру красавицы, сокрытую лишь тонкой тканью полупрозрачной ночной сорочки с глубоким вырезом. В кадре появилась рука оператора, шаловливо скользнула под ночную сорочку и потянула ее вверх.

— Коля, прекрати, — рассмеялась женщина в камеру. — Да прекрати же!

Этот смех был для Северова подобен музыке. На мгновение он просто закрыл глаза, ловя все оттенки любимого голоса.

— Ма, па, а что это вы тут делаете? — донесся из динамиков веселый детский голос.

Почувствовав, как защипало в глазах, Северов отключил воспроизведение записи и зло сжал кулаки:

— Скоро, мои дорогие, подождите еще немного.

Месть — это блюдо, которое нужно подавать холодным. Эта древняя истина актуальная во все времена.

Глава 10

Живая мишень

Громче всего о победе любой ценой кричат тыловые крысы.

(адмирал Виктор Соларес де Вега)

Система SCP-2112.

Станция «Тортуга».

Нейтральные Системы.

101 день 564 года Потери Терры.

Присев на контейнер, Марк не без удовольствия наблюдал за тем, как Джи уговаривает Новака, пилота десантного челнока «Веселого Висельника», дать ей полетать вокруг станции. Уговоры шли уже минут пять, но Новак оказался крепким парнем. Хоть ужимки Джи на него и действовали, он нашел в себе силы сопротивляться ее агрессивному напору. Но Марк знал, что это ненадолго. Неуемная взбалмошность дочери капитана Хейса была сродни вирусу, заражающему все вокруг. К тому же она явно теряла терпение, а это значило, что в ход пойдут особо веские аргументы.

Отступая назад под напором девушки, уставший от спора Новак оказался прижат спиной к борту челнока. Со стороны это выглядело несколько комично. Худой, длинный пилот был на две головы выше Джи. Но сейчас он ссутулился, вжал голову в плечи и скорчил такую гримасу, как будто вот-вот расплачется.

— Ты что, капитан меня убьет! — выдвинул он железный, казалось бы, довод.

— А ты скажи, что я приставила к твоей голове пистолет и пообещала вынести мозги, — Джи уперла свой тонкий пальчик в грудь пилота и подарила ему самую обаятельную из своих улыбок, что было крайне дурным знаком.

Марк усмехнулся. Джи — это Джи. Пилоту еще повезло. Пять минут простых уговоров, без использования огнестрельных, колюще-режущих или ударно-пинковых аргументов — да это можно считать рекордом! Неужели это он на нее так плохо влияет?

Новак насторожился.

— Какой еще пистолет? — осторожно спросил он.

— А вот этот, — Джи ловко выудила откуда-то миниатюрный, больше похожий на игрушку, пистолет и помахала им перед слегка спавшим с лица пилотом челнока.

Побледнев еще больше, Новак нервно сглотнул и безуспешно попытался воззвать к здравому смыслу девушки:

— Джинна, ты же это несерьезно. Я же тебя помню вот такой вот крохой.

— Ну позя, — продолжая поигрывать пистолетом, Джи скорчила умилительную рожицу, — мне очень хочется полетать.

Несколько секунд они боролись взглядами.

— Ладно, — сдался пилот, — но я лечу с вами.

— Только в качестве пассажира!

— Хорошо, — вздохнул он.

Джи убрала пистолет и повернулась к Марку.

— Вот видишь, он согласился, а ты сомневался.

— Я же не знал, что у тебя пистолет, — возразил клон. — Кстати, откуда?

— Как обычно, — взъерошив короткий ежик волос, она беззаботно пожала плечами, — стащила из папиного арсенала, когда он в очередной раз приводил в порядок свою коллекцию.

— Ох и влетит тебе за это, — покачал головой Марк.

У капитана Хейса, как и у любого страстного коллекционера, был особый пунктик на счет предметов своей страсти. Даже при том достопамятном походе на нижние уровни Марк не знал за что им, а вернее Джи, влетело больше: за сам поход или за стащенную из арсенала редкую рельсовую винтовку.

Пропустив Джи первой, Марк забрался в челнок, внутренне поражаясь с какой простотой этой девушке удается втравливать его в авантюры. Впрочем, надо признать, на станции было на редкость скучно. Симуляции и обучение в капсулах виртуальной реальности уже порядком приелось. От «Арборвитэ» и Северова не было никаких новостей, а ведь уже прошло немало времени. Но Марк чувствовал, что это притворное спокойствие ненадолго. Именно поэтому он с таким удовольствием и влезал во все авантюры взбалмошной девчонки. Когда еще у него будет настолько беззаботное время? Риск? Даже самые опасные затеи Джи были куда безопасней обычной тренировки с мастер-сержантом Лэйном. И гораздо веселей. Когда же начнется большая игра с его участием, то и тренировки с мастер-сержантом покажутся невинными, безопасными шалостями.

Живи пока живешь и наслаждайся жизнью, юностью, свободой. Да, сейчас он свободен, хоть вроде бы и пребывает в плену. Кто знает, что будет дальше?

Устроившись в кресле второго пилота, он с интересом осмотрелся. Кто сказал, что современные технологии сделали виртуальность не отличимой от реальности? Чушь! В обучающих программах кабина выглядела как-то иначе — неестественно. Подсознательно чувствуется фальшь. Все слишком чистое, блестящее, лишенное индивидуальности — в жизни так не бывает. А тут все настоящее! Пусть приборные панели слегка обшарпанны, клавиши и переключатели потерты, а на техническом щитке висит похабная картинка с двумя голыми красотками — но это пилотская кабина реального космического корабля, а не ее виртуальная копия. Вот и пластик на штурвале слегка сколот! Да даже, если в виртуальности воссоздать точный облик этой кабины это будет уже не то.

Джи уселась в кресле первого пилота, но не потянулась жадно к штурвалу, как этого ожидал Марк, а начала стандартное предполетное тестирование. Даже ее бесшабашность имела границы. Увидев, с каким усердием дочь капитана проводит проверку, пилот, которому пришлось довольствоваться креслом оператора защитных систем, слегка успокоился и даже довольно кивнул.

— Так, — пальцы Джи уверенно порхали над клавишами пульта управления, — тестирование окончено. Активирую систему искусственной гравитации и противоперегрузочные поля.

По ощущениям Марка его желудок провалился куда-то вниз к мочевому пузырю, а затем подскочил вверх к шее, после чего наконец-то вернулся на положенное ему место. Обычная реакция организма на калибровку противоперегрузочных полей.

— Готово! Запускаю двигатели. Поехали!

Металлический корпус челнока завибрировал. Ощутимо задрожал под ногами пол. Челнок поплыл вверх и, прежде чем Джи успела среагировать, слегка чиркнул корпусом по потолку ангара.

— Упс! — воскликнула она, играя маневровыми двигателями.

— Мой корабль, — простонал Новак со своего места.

Как и все пилоты малых кораблей, он крайне трепетно относился к своей потертой временем, но знакомой до последнего винтика посудине.

— Да ладно тебе, дядя Новак, — весело откликнулась Джи. — Подумаешь, одна маленькая царапина!

— Пока, — многозначительно ухмыльнулся Марк. — Эй! Лучше смотри куда летишь! — добавил он, проигнорировав возмущенный взгляд девушки.

— Каждый может ошибиться. Да и вообще, у тебя на тренажерах процент аварий в два раза выше.

— Так я пилотировать не лезу.

— Ты настолько правильный, что порой занудный, — поморщилась она.

Челнок завалился вправо, пройдя в опасной близости от стены ангара, а потом его повело влево. Все же ангар крейсера для этой модели был слегка тесноват. Наконец Джи удалось выровнять полет.

Перед внешними створками ангара включилось силовое поле, ворота разъехались в разные стороны, открыв доступ в открытый космос. Джи аккуратно вывела челнок из ангара и отлетела от станции.

— Держитесь крепче! — предупредила она, дав полный вперед, и направила челнок в глубину астероидного поля.

В результате недолгой работы перерабатывающего завода астероидное поле вокруг «Тортуги» порядком проредили. Когда-то давно в нем сновали корабли геологоразведки, выискивая астероиды с наибольшим содержанием редких руд. На такие астероиды ставились маячки. На их зов прилетали буксиры и оттаскивали помеченные астероиды на переработку. Ценные ресурсы добывались, а остатки пустой породы вывозились подальше от станции и сбрасывались прямо в открытый космос.

Несмотря на грозное, пугающее название астероидное поле не столь опасно как представляется. Полеты в нем не считаются чем-то сверхсложным. Сверхплотные астероидные поля встречаются крайне редко. Обычно расстояние между астероидами не просто велико, а огромно. Правильно рассчитав курс, космический корабль и на максимальной скорости может свободно пройти сквозь астероидное поле, не встретив не то что ни одного астероида, но даже и ни одного завалящегося метеороида — обломка, образовавшегося после столкновений астероидов друг с другом.

Выжимая максимальную тягу из двигателей, Джи направила челнок к ближайшему астероиду. Через некоторое время гигантская каменная глыба закрыла собой весь обзорный экран. Казалось, челнок вот-вот врежется в его поверхность, став еще одним безликим кратером.

— Джи-и-и! — тут даже Марку отказало его хваленое самообладание. Со стороны Новака и вовсе послышались слова тихой молитвы. А ведь до этого полета он считался самым рисковым пилотом не только «Веселого Висельника», но и всей «Тортуги».

— Да что вы такие пугливые? — удивилась девушка. — Все под контролем.

Она резко крутанула штурвал, развернув челнок, погасила боковую инерцию маневровыми двигателями. Вновь поворот штурвала и тяга в ноль, но теперь без гашения инерции. Челнок послушно полетел по орбите вокруг астероида.

— Здорово! Очень бодрит, — прокомментировала Джи, отпустив штурвал. — Вот видишь, дядя Новак, а ты волновался.

— Джинна, отец тебя с нами в рейд берет не в качестве пилота? — Новак украдкой утер со лба пот. До этого он знал только одного настолько безбашенного пилота — себя самого. Как же он ошибался! Да он просто образец безопасного пилотирования! Если капитан хочет включить эту сумасшедшую в состав экипажа, то пришла пора подумать об отставке.

— Не-а, — разом погрустнела девушка.

— Слава богу, — облегченно выдохнул он. Отставка может подождать.

Джи только усмехнулась в ответ и, включив двигатель, вновь начала гонять челнок в опасной близости от поверхности астероида.

— Марк, твоя очередь. Держи управление, — наконец угомонилась она и заметив, как он судорожно вцепился в штурвал, так что побелели костяшки пальцев, добавила: — Да тут ничего сложного.

Чувствуя легкую дрожь в руках, Марк первым делом сбросил скорость и отлетел подальше от астероида. Он реально оценивал свои невысокие пилотские навыки и не хотел рисковать.

Вскоре стало понятно очевидное: он гораздо худший пилот, нежели Джи. В руках девушки десантный челнок порхал словно бабочка, послушно подчиняясь малейшему движению штурвала. А у Марка маневры выходили слишком дергаными, резкими. Им не хватало плавности.

— Да, пилотируешь ты даже хуже, чем управляешь флотом, — ехидно прокомментировала его потуги Джи.

— Не баронское это дело, корабельные штурвалы крутить, — криво усмехнулся Марк.

— Да, да, знаю, знаю, — кивнула Джи. — Для этого у тебя будут пилоты. Чем бароны благородных домов вообще занимаются?

— О-о-о, у них много важных и весьма ответственных обязанностей: дегустация редких блюд, коллекционирование вин, покупка дорогих яхт, содержание любовниц. Всего и не упомнишь.

Джи сочувственно прищелкнула языком и покачала головой:

— Бедняжка, как же ты будешь со всем этим справляться?

— Даже не знаю… — картинно тяжело вздохнул Марк, но тут увидел сигнал входящего вызова и потянулся к клавише приема. — Кажется, нас кто-то вызывает.

— Не трогай! — воскликнула Джи, но Марк уже вдавил клавишу.

На экране терминала связи появилось лицо капитана Хейса… очень недовольного капитана Хейса.

— Новак… — начал было он, но тут увидел в кресле пилота свою дочь.

— Привет, па, — белозубо улыбнувшись и приняв вид пай-девочки, Джинна помахала отцу рукой. — А дядя Новак разрешил мне полетать. Правда, здорово!

Пораженный такой подставой пилот только что-то тихо простонал со своего места. Он постарался представить себе, в какую именно причудливую форму выльется гнев грозного капитана. Одним урезанием доли с рейда тут явно не обойдется.

Впрочем, опасался он зря. Капитан Хейс быстро вычислил главного виновника суматохи.

— На станцию, немедленно! — рявкнул он, смерив дочь гневным взглядом.

— Уже летим! — согласно кивнула Джи, перехватив управление у Марка.

Связь оборвалась.

— Ох и влетит кому-то сегодня, — покачал головой Марк.

— Ай, в первый раз что ли, — отмахнулась Джи и обиженно добавила: — Зачем ты вообще принял вызов?

— Ты думаешь, если бы я его проигнорировал, это бы помогло?

— Нет, но мы могли еще полетать.

В ожидании беглецов ангар «Веселого Висельника» был приветливо распахнут. С ювелирной точностью посадив челнок на положенное ему место, Джи отключила двигатели, вылезла из пилотского кресла и довольно потянулась.

— Отлично полетали, жаль недолго. Дядя Новак, вы пока с корабля не вылезайте, пусть отец слегка отойдет.

— Яйца курицу не учат, — недовольно пробурчал пилот. Заняв освобожденное Джи кресло, он начал тестирование систем челнока. — Все, давайте, двигайте отсюда. Надеюсь, кэп найдет ремень для хорошей порки.

— Я обязательно передам па, про ваши извращенные фантазии, — пообещала Джи. Новак прекратил бурчание и сосредоточился на тестировании систем.

— Интересно, что будет на этот раз? Уборка без помощи дроидов или недельное ограничение на симуляторы? — прикинул Марк, когда они покинули кабину пилота.

— Будешь злорадствовать, нажалуюсь па, что кое-кто обесчестил его любимую доченьку, — пригрозила Джи. — И этому кое-кому отрежут бесчестилку. Причем тупым ножом и без всякого наркоза!

— Кто кого обесчестил — это еще большой вопрос.

— Вот па это и будешь объяснять… насильник, — фыркнула она.

— То есть сегодня я буду спать один? — поинтересовался Марк. — Здорово, наконец-то нормально высплюсь!

— Нет, ну какой же ты мечтатель!

В ангаре было пусто, зато на выходе из него их уже поджидал капитан Хейс в компании Детки и Ларсена.

Кивнув Марку, он смерил дочь рассерженным взглядом. Джи изобразила саму невинность: похлопала ресницами, виновато улыбнулась, смущенно шаркнула ножкой.

Бэрр Хейс тяжело вздохнул. Ну что с ней можно сделать? Ругать бесполезно, а пороть уже поздно — рука устанет. Да и характер у дочери такой, что может и отцу попытаться сдачи дать. Вся в мать. Губы капитана наемников исказила грустная улыбка, но он быстро взял себя в руки и постарался вновь придать лицу грозное выражение.

— Дома поговорим, готовься, — сказал он, повернувшись спиной к дочери. — Псих, проводи их до оранжевого сектора. Нет! Прямо до дверей моего дома.

— Будь сде, капитан, — шутливо отсалютовал Хейсу абордажник. — Пошли, малышня. — Легко пнув ногой вновь перешедшего в любимый спящий режим кибера, он добавил: — Детка, ленивая киберскотинка, ты тоже с нами! И не надо мне тут устало зевать! Я тебя всего час назад зарядил.

Обиженно покосившись на хозяина, киберпантера потянулась, вильнула хвостом и одним тягучим движением проскользнула под руку Джи. Девушка с удовольствием погладила кибера по голове.

В главном транспортном коридоре «Тортуги» было не протолкнуться, впрочем, как и всегда. Громко играла разнообразная музыка. Где-то ругались, а в оном из баров явно шла драка. Торговцы, расположившие лотки с товарами прямо в коридоре возле стен, зазывали покупателей. Лоток заваленный автоматическими винтовками мог соседствовать с бистро, в котором смуглокожие выходцы из Великого халифата готовили на вертикальном гриле подозрительного вида мясо. А уже за ними могла стоять длинная шеренга приготовленных к продаже рабов. После изобретения таких замечательных штук, как подавители воли, работорговля стала весьма доходным бизнесом, а в некоторых государствах ее и вовсе легализовали.

Джи и Марк уверенно шли сквозь толпу, Детка крутилась у них под ногами, то и дело требовательно подставляя голову под ласки. Обиженный таким предательством своего кибера Ларсен пыхтел где-то за их спинами, буравя подростков недовольным взглядом.

Отвлекшись на сторонний шум в боковом коридоре, Марк едва не налетел на странного типа закутанного по моде халифата в серый балахон, скрывший его тело и лицо. Но тут Детка бросилась вперед, вцепилась в правую руку незнакомца и легко сбила того с ног.

— Детка, стой! Нельзя! — крикнул Ларсен, проталкиваясь вперед. Кибер и не думал повиноваться приказам хозяина. Прижав вопящего человека передними лапами к полу, он зло скалил клыки в опасной близости от шеи, не давая неизвестному даже помыслить о сопротивлении.

Вокруг начала собираться толпа зевак.

— Смотри! — дернув Марка за руку, Джи кивком головы указала ему на пол. Рядом с левой задней лапой Детки валялся тонкий стилет.

— Так! — резко посерьезнел Ларсен, заметив находку девушки. — Детка, умничка моя, не давай ему дергаться, но не убивай!

Аккуратно подняв с пола выроненный несостоявшимся убийцей (а сомнений в этом становилось все меньше) стилет, он понюхал лезвие.

— Яд заккума[4] с Аль-Маарри. У тебя очень опасные враги, Марк Ортис. — Заметив удивленный взгляд Марка — слишком вменяемым сегодня казался абордажник по праву заслуживший кличку «Псих», он только усмехнулся: — Что смотришь? Я далеко не всегда был наемником, малыш.

— Что с ним будем делать? — спросила Джи.

— Доставим к капитану. Думаю, ему будет интересно узнать, кто хочет убить Марка.

— Мне это тоже интересно, — отстраненно заметил Марк.

На короткое мгновение его губы исказила столь жесткая усмешка, что Джи непроизвольно вздрогнула. Вместо такого знакомого парня: саркастичного, но незлобивого, появился другой Марк — хищный, опасный. И этот другой если и не пугал до дрожи, то вызывал здоровые опасения. Маленький тигренок тоже игрив, мил и забавен, но вырастает в свирепого хищника.

— Это само собой, — кивнул Псих. — Джи, у тебя парализатора нет?

— А? Что? — все еще пребывая под впечатлением от замеченной перемены, девушка не сразу поняла вопрос, а затем отрицательно замотала головой.

— Тогда придется по старинке… — вздохнул Псих.

Сжав кулак, он наклонился, замахнулся и одним резким, выверенным ударом отправил пленника в нокаут. Все произошло настолько быстро, что тот и пискнуть не успел.

— Ты его там не убил? — обеспокоено спросила Джи, беззлобно толкнув обмякшее тело несостоявшегося убийцы кончиком ботинка.

Подув на кулак, Псих тряхнул кистью.

— Обижаешь, красавица, у меня как в аптеке — все строго дозировано. — Погладив Детку, он обвел столпившимся зевак тяжелым взглядом и резко заметил: — Чего встали? Все, шоу больше не будет!

Толпа начала рассасываться. Обитатели «Тортуги» не привыкли лезть в чужие дела. Всем известно, излишнее любопытство — короткая жизнь.

Аккуратно обыскав пленника, Псих стянул с него балахон, ловко перевернул на живот и, заведя руки за спину, быстро стянул запястья пластиковыми наручниками.

Между тем, Марк изучил балахон убийцы. Интересная одежда. На первый взгляд довольно приметная — на «Тортуге» так не одеваются. А с другой стороны, одно движение и балахон сам спадет с твоих плеч. Весьма занятно. Случайно столкнулся с целью в толчее прохода, ударил ядовитым стилетом. И пока никто не понял, что произошло, смешался с толпой, скинул с себя приметную одежду и стал настоящим невидимкой.

— Так, малышня, мы возвращаемся на корабль. Идите строго за мной, — сказал Псих. Взвалив пленника на плечо с такой легкостью, словно тот ничего не весит, он повернулся к киберу и веско добавил: — Детка, ты замыкаешь. Присматривай за Марком.

Потеревшись о ногу хозяина, кибер махнул хвостом и встал рядом с клоном.

Обратный путь не занял много времени. Шедший первым Псих рассекал толпу, словно древний ледокол планеты праматери идущий сквозь торосы. Джи и Марк без труда шли за спиной широкоплечего абордажника. Замыкала их импровизированную колонну Детка. Беспрестанно рыская глазами по сторонам в поисках опасности, кибер угрожающе скалил клыки, грозя порвать любого, кто хотя бы косо посмотрит на опекаемую им цель.

Капитана они встретили уже на подходе к стыковочному шлюзу. Покончив с делами на «Висельнике», Бэрр Хейс шел домой с твердой уверенностью устроить дочери разнос за очередное самовольство. Осталось придумать достойное проступка наказание, но в голову, как назло, ничего не шло. Увидев Психа, капитан сразу понял, что с наказанием для дочери придется повременить. Жестом остановив раскрывшего было рот абордажника, он кивком головы указал на переходной шлюз.

— Поговорим на «Висельнике», — развлекать досужих зевак он не собирался.

Два охранника возле шлюза поняли жест своего капитана и быстро открыли доступ на корабль.

Когда створки переходного шлюза сомкнулись, Псих грубо бросил пленника на палубу.

— Тяжелый, зараза, — пожаловался он, разминая затекшую шею. — А по виду и не скажешь.

— Во что вы опять влипли? — Хейс смерил Марка и дочь подозрительным взглядом. — Джи, это снова твои проделки?

— А что сразу Джи! — возмутилась девушка.

— Кэп, этот парень пытался убить Марка, — Псих вытащил подобранный с пола стилет и передал его капитану.

— Яд? — покрутив стилет в руках, осторожно уточнил Хейс.

— Яд — сок Заккума.

Руки капитана слегка дрогнули, он с преувеличенной осторожностью вернул трофей Психу и присвистнул:

— Дорогая штука.

— Зато эффективная. И создана природой, а не химиками корпораций. Стоило ему просто поцарапать нашего юного барона, и у нас на руках оказался бы остывающий труп с мертвым мозгом.

Псих небрежно запихнул ядовитый стилет в карман скафа. Опасность случайно уколоться его не волновала. Его вообще редко волновала какая-либо опасность кроме отсутствия психостимуляторов.

— О, отходит, — осклабился он, когда пленник тихо застонал. — А Джи волновалась.

— Я не волновалась! — насупилась девушка. — С чего мне волноваться?

— Давай его в тюремный блок, — приказал Хейс.

Не утруждая себя переноской, Псих ухватил пленника за воротник скафа и потащил за собой, весело насвистывая мотив незамысловатой мелодии. В предчувствии скорой потехи его настроение стремительно улучшалось.

Тюремный блок «Веселого Висельника» представлял собой небольшой отсек с пятью каморками-камерами, в которых даже человек среднего роста задевал бы головой потолок. Прямо у входа в тюремный блок стоял узкий стол с двумя неудобными стульями. Когда камеры не пустовали, здесь скучала, в ожидании конца смены, охрана тюремного блока. Чаще всего здесь же и проводились допросы.

Достав из кармана скафа клейкую ленту для экстренного ремонта в полевых условиях, Псих принялся прикручивать пленника к стулу. Надежно зафиксировав руки и ноги незадачливого убийцы, он вопросительно посмотрел на капитана Хейса.

— Начнем с обычных методов или перейдем сразу к эффективным?

— Не будем нарушать традиций. Вколи ему сперва SH-15.

— Любите вы ходить сложными путями, — погрустнел абордажник. — Надеюсь, у него есть психоблок.

Он подошел к настенной консоли, не глядя набрал код. В стене открылась ниша. Псих что-то поискал в ней и бросил на стол три упаковки с запаянными в прозрачный пластик цилиндрами одноразовых инъекторов.

— Сразу «пятнашка», «двадцатка» и антидот. И охота вам возится с этой химией? Мои методы гораздо эффективней.

— Успеешь еще, — отмахнулся Хейс. Взяв со стола один из инъекторов, он сверил маркировку и вскрыл упаковку. — Джи, Марк, подождите за дверью.

— Я остаюсь, — резко заметил Марк. — Это не праздное любопытство, а вопрос моего выживания.

— У его милости режутся клыки, — расхохотался Ларсен, хлопнув юного барона по плечу. — Оставьте его, кэп, ему пригодится.

— Ладно, — немного помедлив, Хейс разрешающе кивнул и посмотрел на дочь. — А вот тебе здесь не место.

— Но па…

— Вон, я сказал! — рявкнул он. Джи вылетела из комнаты, словно ей дали хорошего пинка. — Вот так-то лучше, а то вконец разбаловалась…

— Детка, проследи, чтобы Джи не пыталась подслушивать или подглядывать, — добавил Псих.

Кибер одним прыжком выскочил за дверь, а упавшая за ним дверная створка приглушила возмущенный возглас девушки.

Хейс бросил инъектор Психу, тот ловко перехватил его в воздухе. Встав за спиной пленника, он обхватил его за плечи, пригнулся к нему и прошептал в самое ухо:

— Просыпайся, моя радость, я знаю, что ты очухался. Не заставляй меня доказывать, что я прав. Поверь, тебе это не понравится.

Пленник решил не искушать судьбу, открыл глаза и окинул тюремный блок быстрым взглядом. Взгляд его карих глаз на короткое мгновение задержался на Марке. Скрестив руки на груди, клон стоял, расслабленно привалившись к стене рядом с дверью. Пленник напряг и расслабил мышцы рук, пару раз дернулся, пробуя путы на прочность.

— Тише, тише, — Псих взъерошил волосы пленника, ухватил за них, с силой дернул его голову назад и прижал к шее инъектор.

— Это не поможет, у меня психоблок, — едва слышно процедил пленник сквозь сжатые зубы.

Лицо Психа зажглось подлинной радостью.

— Это же просто отлично! — воскликнул он, ласково погладив пленника по голове. — Капитан, давайте не тратить зря время!

Проигнорировав абордажника, Хейс присел на корточки перед пленником и по-доброму, заботливо произнес:

— Я знаю, сыворотка правды крайне неприятная вещь. Если у тебя нет психоблока, то давай ты не будешь упрямиться? У меня не так много вопросов. Ответь на них! Я гарантирую тебе жизнь. Кто тебя нанял?

Вместо ответа пленник, впавший в полусознательный наркотический транс, стал молча покачиваться на стуле из стороны в сторону. Его зрачки сначала медленно расширились, заполонив всю радужку, а потом резко сузились, став похожими на змеиные.

Ухватив пленника за подбородок, Хейс посмотрел ему прямо в глаза и повторил свой вопрос:

— Кто тебя нанял?

Ответа вновь не последовало. Казалось, что пленник вообще ничего не слышит.

— Ввожу двадцатку! — не дожидаясь приказа капитана, Псих приложил к шее пленника второй инъектор.

Когда давление протолкнуло струю препарата через микроскопическое отверстие кожи, пленник задрожал, затрясся, завибрировал всем телом. Жадно хватая ртом воздух, он дернулся с такой силой, силясь вырваться из своих пут, что едва не повалился на пол вместе со стулом, к которому был примотан. Но Псих не дал ему упасть, вовремя придержав за плечи.

— Кто тебя нанял? — в третий раз спросил Хейс и вздохнул. — Что же, парень, психоблок у тебя и правда есть. Прими мои соболезнования. Ломать его с помощью препаратов у меня нет ни времени, ни желания. Вводи ему антидот и действуй, — кивнул он Ларсену.

— Вот это другое дело! Сразу бы так. — От избытка чувств Псих поцеловал пленника в макушку.

Вколов антидот, он быстро подошел к открытой стенной нише и достал из нее молоток. Обычный молоток с рукояткой из стальной трубки с пластиковой ручкой и резиновыми накладками под пальцы. Заметив удивленный взгляд Марка, Псих подбросил молоток в воздух и ловко поймал.

— Совет на будущее, малыш, — сказал он, любовно потерев указательным пальцем боек молотка. — Будешь искать себе палача, подбирай того, который не полагается на все это химическое дерьмо, а использует древние, проверенные временем приемы. Лучше чтобы это был ханец. Эти узкоглазые макаки знают толк в пытках. Загонят под ногти иголки или подключат к яйцам пару электродов, так тут ты даже свое пребывание в утробе мамочки вспомнишь и расскажешь, что тогда слышал. А я так… любитель.

Подтащив пленника поближе к столу, Псих освободил ему левую руку и, крепко сжимая ее за запястье, прижал ладонью к столешнице.

— Ну что, калека, будем снимать твою психоблокировку. Растопырь пальцы, — ласково попросил он. — Растопырь, тебе же лучше будет.

Молоток поднялся вверх. Молоток рухнул вниз. Громкий тошнотворный хруст ломаемых костей был заглушен диким воем боли пленника. Убийца попытался вырвать свою искалеченную руку из железных тисков Психа. Не обратив на эти жалкие потуги никакого внимания, Ларсен обрушил на его кисть новый удар.

— У психоблоков ниже третьего уровня есть одна уязвимость, — пояснил он лекторским тоном, — сильные болевые ощущения срывают его напрочь.

— А если у него психоблок выше третьего уровня? — поинтересовался Марк, игнорируя вопли пленника.

— Тогда он лишится пальцев и на правой руке, — пожал плечами Псих, вновь занося молоток над головой.

— Ок-ка! — внезапно взвыл пленник.

— Чего? — удивился Псих, ломая молотком очередной палец. — Повтори! Плохо слышно.

— Де Орка! Роблес де Орка! Я работаю на барона системы Игнис Адана Роблеса де Орка… Как же больно! Я все скажу. Ради памяти планеты праматери дайте мне обезболивающее.

Услышав имя заказчика, Марк нахмурился. Это не ускользнуло от капитана Хейса.

— Знакомое имя? — спросил он. — Это часом не твой родственник?

— Дядя по линии матери, — нехотя отозвался клон, зло сжав кулаки. Мало ему проблем с корпорациями, так еще и родственники Марка Ортиса…

— Да, почему-то я не удивлен. — Хейс повернулся к пленнику. — Псих, стой! С него уже хватит. Психоблок слетел, а геройствовать он не будет. Ведь не будешь же?

— Все, скажу! Все! — Давясь рыданиями, пленник неистово закивал головой. С искалеченной рукой, залитым соплями и слезами лицом он являл собой жалкое зрелище.

Псих весело подмигнул Марку.

— Вот видишь! А этими сыворотками, — он небрежно пнул ногой один из валявшихся на полу пустых инъекторов, — мы бы его неделю ломали.

— Вколи ему обезболивающее и перевяжи, — приказал Хейс.

— Не дергайся! — пригрозил абордажник пленнику, выпустив его руку из тисков своей железной хватки.

Сломленный пленник молча кивнул и испуганно вжал голову в плечи. Боясь лишний раз вздохнуть, он только изредка всхлипывал, баюкая распухшую, окровавленную руку. Но вот страшный молоток исчез в недрах встроенного в стену сейфа. Капитан Хейс лично обработал его руку медгелем и наложил повязку. А когда очередной укол в шею притупил боль, он окончательно успокоился.

— Как ты попал на станцию? — продолжил допрос Хейс строгим, но доброжелательным тоном. — На торговце?

— Корабль «Чербаджи», капитана Захаба.

— Знаю такого! — почти радостно воскликнул Псих. От звука его голоса пленник вновь испуганно вжал голову в плечи. — Торговец из Халифата. Я ему как-то пленницу из своей доли продавал, так этот любитель мальчиков хотел цену сбить. Мол, она не девственница. Ха, можно подумать…

— Спасибо за разъяснения, — Хейс решительным жестом остановил словоизлияния не на шутку разошедшегося абордажника и вновь повернулся к пленнику: — Как ты попал на корабль?

— Капитан Захаб уже давно ведет дела с моим господином, и не мог отказать ему в маленьком одолжении.

— Ты был один?

— Да.

— А не врешь? Похоже, не врешь.

Наблюдая за допросом, Марк просто наслаждался. Не пытками и чужой болью, нет. В короткой жизни семьдесят седьмого было слишком много смертей и боли, чтобы он находил удовольствие от созерцания чужих мучений. Но ему нравилось наблюдать за игрой Хейса в «доброго следователя». Из капитана наемников вышел бы неплохо актер. Допрос в его исполнении больше походил на почти дружескую беседу. Почти, потому что за спиной пленника всегда маячила грозная фигура Психа. Абордажнику не приходилось притворяться. Насилие — его стихия.

Вопрос следовал за вопросом. И из ответов пленника складывалась нерадостная для Марка картина. Все то время, пока наследник дома Фобос отдыхает на «Тортуге», барон Роблес де Орка добивается в совете графов признания Марка мертвым и требует передать систему Гемина своему младшему сыну. Тот как раз недавно очень удачно женился на троюродной племяннице отца Марка. Что давало ему некоторые, пусть и весьма шаткие, права претендовать на главенство в доме Фобос. Подспудно дом Орка фактически начал очередную блокаду Гемины, пытаясь принудить благородные семейства системы принять его сторону.

Нельзя сказать, чтобы эти новости Марка сильно расстроили. Что для него эта Гемина и дом Фобос? Просто названия. Но ситуация настораживала. Корпорации нужен барон Марк Ортис де Фобос, а не просто Марк Ортис или семьдесят седьмой. Сам он сейчас ничего не мог предпринять для защиты своих наследственных прав, но бездействие «Арборвитэ» его удивляло.

— Может воды? — предложил Хейс, исчерпав запас вопросов.

— Было бы неплохо, — несмело улыбнулся пленник.

Опустошив поданный Хейсом стакан, он словно что-то решил для себя. Кинув острый взгляд в сторону Марка, пленник склонился чуть вперед и с жаром зашептал:

— Послушайте, капитан, мальчишка все равно мертвец. Мой господин давно положил глаз на систему Гемина. Барон Роблес всегда получает то, что хочет. Что вам этот мальчишка? Мой господин хорошо заплатит за его голову. Деньги? Личное дворянство? Положение? Мой господин даст вам все это.

— Заманчивое предложение, — протянул Хейс, искоса наблюдая за реакцией Марка на эти слова. Реакция, а вернее ее полное отсутствие, ему понравилась. Да, из мальчишки выйдет толк.

В службе наемника неизвестному нанимателю (хотя тут капитан слегка лукавил, нельзя за столько лет не прикинуть, кто получает наибольшую выгоду от его деятельности) есть и неприятная сторона. Довольно часто весть об отставке ты получаешь не с письмом, пришедшим на твой коммуникатор, а с залпом главного калибра лидера прорыва, прибывшего вместо курьера с инструкциями. Так бывает далеко не всегда, но бывает, и не сказать что редко. Ждать этого Хейс не собирался.

Облизнув потрескавшиеся губы, пленник с надеждой посмотрел на капитана:

— Решайтесь!

— Я решил, — холодно ответил Хейс. Показная доброжелательность исчезла из его голоса. — Псих, он твой.

— Но мне гарантировали жизнь! — дико завопил пленник.

Хейс равнодушно пожал плечами:

— Я же не сказал на сколько. Впрочем, никто и не собирается тебя убивать. Я всегда держу свои обещания. Умрешь сам, от болевого шока. — Не обращая более внимание на вопли пленника, он подошел к Марку и потянул его за плечо к выходу: — Пойдем, здесь нам больше нечего делать.

Глава 11

Старый враг хуже новых двух

Когда на тебя нападают из засады — это подлость. Когда ты нападаешь из засады — это хитрость.

(барон Марк Ортис де Фобос)

Система SCP-2112.

Станция «Тортуга».

Нейтральные Системы.

109 день 564 года Потери Терры.

В подсобке для дроидов уборщиков, сокрытой в глубине узкого технического коридора крейсера, было тесно. Но теснота, поломанный дроид в углу, горький запах горелых контактов и технического масла, да и все остальное сейчас мало волновали Джи и Марка. Ночь показалась им слишком короткой, а рейд «Висельника» мог затянуться на полтора-два месяца.

— Будешь по мне скучать? — тяжело дыша спросила Джи, когда их отпустил первый угар страсти.

— Вряд ли — откровенно признал Марк. В уголках его губ проскользнула едва заметная улыбка, которую вполне можно было принять за ироничную насмешку. Тут же в ребра клона довольно ощутимо въехал острый кулачок.

— Гад ты, Тигра, — слегка обиженно пробурчала Джи, нанося новый удар. — Мог бы и соврать!

Перехватив руку девушки, Марк потянул ее вверх и прижал к стене над головой. Джи попыталась ударить его другой рукой, но и она оказалась скована и прижата к стене рукой Марка. Джи дернулась, пытаясь вывернуться из захвата, но клон навалился на нее всем телом, делая сопротивление бесполезным. Склонив голову, он уткнулся лбом в лоб девушки.

— Я никогда не вру людям, которых считаю своими друзьями, — серьезно сказал он, смотря ей прямо в глаза.

Криво усмехнувшись, Джи призывно облизнула губы, потерлась о Марка всем телом, словно кошка, а затем легонько прикусила его за мочку уха.

— Второй круг?

— «Висельник» скоро уходит, — напомнил он. — Сейчас команда начнет грузиться на борт.

— Успеем, — отрезала она, обхватив его ногами за талию, чтобы прижаться как можно крепче, и активно двигая бедрами.

— А если сюда зайдут? — Возражение прозвучало как-то совершенно беспомощно.

— Ерунда, пусть смотрят, завидуют и просвещаются, — великодушно разрешила Джи.

— А если это будет твой отец?

На короткое мгновение она задумалась, а затем беспечно повела плечами.

— Тогда мне будет тебя очень не хватать. И вообще, хватит ворчать! Мужчина ради женщины должен совершать подвиги.

— Подвиги, а не безумства! — возразил Марк, впиваясь в губы девушки жадным поцелуем.

Именно в этот момент коммуникатор на руке Джи завопил сигналом входящего вызова. Требовательным, назойливым и неотвратимым. В узком помещении он противно бил по ушам, коверкая до неузнаваемости мелодию популярного хита.

Джи выругалась, выскользнула из объятий Марка и нажала кнопку приема вызова.

— Джи, где тебя носит? Дядя Хейс ревет и мечет.

Сообщение Кира подействовало на любовников не хуже ушата холодной воды. Похоже, в этот раз они слишком увлеклись.

С похвальной скоростью, Джи быстро натянула на себя нижнюю половину полуснятого скафа. Помимо легкости, удобство рабочих моделей скафандров было еще и в том, что снять и одеть их не сложней обычной одежды. Это не штурмовые варианты с экзоскелетом, броней, кучей датчиков и встроенных систем.

— Давно хотел спросить, как тебе удалось убедить отца взять тебя в рейд? — поинтересовался Марк.

— Ха, я пригрозила ему, что запишусь на первый попавшийся корабль… Черт, ты не видел мой шлем?

— Посмотри в коридоре. Кажется, именно его ты запустила в того дроида уборщика, пытавшегося нам помешать.

Открыв дверь, Джи осторожно выглянула из подсобки.

— О, точно! — Подобрав с пола шлем, она закрепила его на скафе и вновь повернулась к Мраку. — Все, Тигра, мне пора бежать! Ты сможешь найти выход?

— Я знаю этот корабль не хуже тебя.

— Тогда… — она сделала шаг вперед, впилась в губы Марка и тут же резко шагнула назад. — Это на память! Не скучай тут без меня, Тигра.

Она развернулась и тут же получила увесистый шлепок по заднице.

— Это тоже на память, — ухмыльнулся Марк, прижав пальцем прокушенную до крови губу. — Не скучай там без меня.

Стоя возле обзорного экрана, Марк смотрел как «Веселый Висельник» отстыковывается от станции. На душе было муторно. Без Джи на станции станет совершенно тоскливо. Она вносит здоровую долю хаоса в его размеренное существование. Но больше всего Марка беспокоил не отлет девушки. Недавнее неудачное покушение вновь напомнило о его подвешенном состоянии. Кто он? Марк Ортис или обреченный на смерть семьдесят седьмой?

От размышлений его отвлек сигнал коммуникатора. Активировав его, Марк с интересом изучил полученное сообщение. Сердце пропустило удар, а затем ускорило бег, отдаваясь легким покалыванием в висках. Его срочно вызывали в медицинскую клинику оранжевого сектора. Клинику, кто бы там не значился в документах, принадлежащую «Арборвитэ».

Первым трусливым желанием Марка было проигнорировать сообщение. А вдруг это ловушка? Для очередной инъекции рано. А иных проблем со здоровьем, кроме вшитой в тело капсулы с нейротоксином, у него нет. Что скрывать. Семьдесят седьмой боялся своих создателей. Боялся и ненавидел.

Но страх быстро прошел. Ему на смену пришла здоровая злость. Злость не только на корпорацию, но и на себя, свой страх. К чему бегать от неизбежного?

Спустя десять минут он уже стоял перед знакомыми дверьми маленькой медицинской клиники. Усик камеры наблюдения равнодушно зафиксировал его приход. Дверь отъехала в стену.

Подавив легкий мандраж, Марк переступил порог клиники и тут же пожалел об этом. В приемных покоях не оказалось привычного, молчаливого регистратора. Зато в одном из кресел, закинув ногу на ногу, вольготно расположился высокий, широкоплечий мужчина, на лице которого отчетливыми белыми линями выделялось три шрама.

— Давно не виделись, ноль семьдесят седьмой, — усмехнулся во все тридцать два зуба (половина из которых были искусственными, хоть и неотличимыми от настоящих) мастер-сержант Патрик Лэйн. Затушив курительную палочку прямо о крышку стола, он отщелкнул окурок в сторону и поднялся на ноги. — Ну что? Готов продолжить обучение?

— Марк Ортис или просто Марк, — автоматически поправил Лэйна клон.

— Дерзить мне вздумал, просто Марк, — нахмурился мастер-сержант. — Ладно, расслабься, благодушно улыбнулся он. — Спаррингов у нас с тобой не будет. Тебя и так ждет плотная программа.

У Марка на языке вертелся вопрос, что случилось с оставшимися на станции его копиями, но он сдержался. Не стоит выдавать свою заинтересованность.

— Я готов! — Клон привычно вытянулся в струнку. Ему не сложно, а мастер-сержант порадуется… больной, помешанный на уставах ублюдок.

Одобрительно хмыкнув, Лэйн продолжил инструктаж:

— Будешь приходить в клинику каждый день. Здесь уже все приготовлено. — Открыв одну из дверей, он продемонстрировал комнату с капсулой виртуальной реальности.

Марк почувствовал, легкий озноб, но не от холода, а от страха. Капсула не стандартная, а значит может не только обучать, но и править мозги.

— У меня есть капсула, нужны только программы, — попытался схитрить он. Обучаться в этой мозгоправке? Спасибо, не надо.

— Привередничать будешь, когда бароном станешь. А учиться ты будешь здесь, в этой капсуле! — гневно сверкнул глазами Лэйн. — Ее через полгалактики тащили специально для тебя.

— Так точно, мастер-сержант, — Марку не оставалось ничего другого, кроме как вновь вытянуться, словно он опять стоит в строю Пэ Иксов.

Лицо Лэйна вновь расползлось в такой довольной улыбке, что у Марка зазудели кулаки от желания его ударить. Но куда же девать инстинкт самосохранения? Нападение на мастер-сержанта… есть гораздо менее болезненные способы самоубийства.

— Вот! Можешь же когда захочешь. — Выщелкнув из пачки очередную курительную палочку, Лэйн повертел ее в руках. — Что тебе не нравится? Тихое, спокойное местечко. Лежи себе в капсуле, расслабляйся. И я рядом буду. Присмотрю, чтобы твою милость никто не обидел, — хохотнул он.

— Очень вовремя, — мрачно заметил Марк. — Не так давно меня пытались убить.

— Подробности! — разом посуровел мастер-сержант.

Скрывать обстоятельства не столь давнего покушения было глупо. Глупо и опасно. Поэтому Марк рассказал все. Даже не слишком аппетитные подробности метода допроса. Впрочем, при рассказе о такой полезной для допросов вещи как молоток, Лэйн только довольно покивал головой. Похоже, он тоже предпочитал эффективные методы допроса, а не конвенциальные.

— Так… — задумался мастер-сержант, раскуривая курительную палочку. — Из сектора ни ногой! Я обо всем доложу шефу, пусть принимают меры. Твои проблемы с родственниками — это не твои, это наши проблемы. Ты теперь часть большой дружной семьи под названием «Арборвитэ», — с этими словами он ободрительно похлопал клона по плечу.

«Если корпорация — семья, то лучше быть сиротой», — отстраненно подумал Марк.

— Что стоим? Кого ждем? Марш в капсулу!

Не оставалось ничего иного, как выполнить приказ. Несколько сеансов в этой мозгомойке он выдержит, но не больше. Хорошо, что гипноустановки и психопрограмирование за один-два сеанса не провести. Значит, у него есть шанс. Хватит корпорации делать из него послушную марионетку!

Устроившись в капсуле, Марк надел на голову шлем и закрыл крышку. Виртуальность встретила его привычным загрузочным экраном с трехмерными песочными часами и надписью «Обнаружены новые программы. Идет обработка данных». Первые две минуты наблюдать за заключенным в сосуд временем было интересно. К четвертой минуте ожидание стало раздражать. К пятой — бесить. Когда Марк уже начал подумывать о возможности применения этой вечной загрузки в качестве особо жестокой пытки, часы наконец-то исчезли. «Обработка данных завершена» — известила надпись.

Острая боль привычно кольнула виски. Похоже, его ждет обучения в ускоренном, запрещенном кучей постановлений и законов режиме. Но что корпорации все эти законы? Странно, что «Арборвитэ» так рискует последним (как он надеялся) из своих клонов: при ускоренном обучении всегда есть риск спалить реципиенту мозги.

Картины, образы и данные хлынули на него непрерывным потоком, стремительно сменяя друг друга. Сознание, в отличие от подсознания, не могло переработать столь плотный поток данных и воспринимало все какими-то рывками. А еще эта ноющая боль в висках, словно в них вгоняют раскаленные игры.

С трудом сдержав крик боли, Марк постарался унять сердцебиение и расслабиться. Обучающая программа полностью завладела его разумом.

Система Гемина открыта экипажем корабля «Фобос» в… Капитан корабля и основатель благородного дома… Население системы Гемина… Родовое дерево благородного семейства Ортис…

Структурировать и как-то осмыслять получаемую информацию Марк даже не пытался. Это лучше делать потом, когда пытка-обучение закончится.

Сколько это продолжалось? Трудно сказать. Похоже, в какой то момент он потерял сознание или просто заснул, несмотря на колющую боль в висках. Ко всему привыкаешь, в том числе и к боли. Кому как не Пэ Иксу это знать?

Кто-то небрежно хлопал его по щекам. Марк очнулся и сел, ошеломленно моргая глазами. Шлем с него уже стянули, а черная куполообразная крышка капсулы была открыта.

— Очухался? — Лэйн перестал бить его по щекам и сунул под нос стакан с непонятной, остро пахнущей жидкостью подозрительного кислотно-голубого цвета. — Пей до дна. Пей, а то волью! — пригрозил он, когда Марк попытался оттолкнуть стакан от себя. — Это поливитаминный комплекс. Вроде твоего любимого витаминного коктейля.

Вкус у жидкости оказался несколько лучше запаха, но ненамного. Поставив стакан прямо в капсулу, Марк, пошатываясь, встал, сделал пару глубоких вдохов. Перед глазами еще все плыло, но сознание прояснялось. Тряхнув головой, он с усилием сфокусировал зрение на Лэйне. Разум тут же подсказывал добрую дюжину способов обратиться к нему. Сочетания поклонов и приветствий разветвлялись в настоящие джунгли вариантов, и ни один не казался правильнее других. К тому же совершенно непонятен был статус мастера-сержанта. Да и положение самого Марка вводило в ступор. В правилах этикета Благородных домов совершенно отсутствовало описание социально-правового статуса клона барона Благородного дома. Он еще раз тряхнул головой, закрыл глаза и помассировал виски, чтобы снять напряжение.

— Свободен, просто Марк, — махнул рукой в сторону двери Лэйн. — Двенадцать часов тебе на отдых.

— Так точно, мастер-сержант!

— Да ладно, не тянись так, твоя милость. Тут у нас все свои.

Уже на выходе Марк краем взгляда заметил, что мастер-сержант достал из капсулы чип памяти. Несложно догадаться, что на этом чипе и куда он вскоре отправится. «Арборвитэ» вспомнило про свое творение. А где корпорация, там и тройной контроль.

Очередной сигнал коммуникатора нашел его уже на выходе из клиники. И с чего он взял, что без Джи на станции станет тоскливо? Мечтатель!

— Да чтоб вас всех! — зло прошипел клон, читая рекламу «Дикаря».

По договоренности это был условный сигнал от Северова. Значит Глова «Глоком» тоже не забыл про него, а только и ждал действий со стороны «Арборвитэ». Что же, в одном Северов его не обманул: старые хозяева сами предоставили ему все необходимое для дальнейшего обучения.

Бар встретил его приглушенным светом разноцветных панелей, тихой музыкой. Отчетливо пахло пивом, дешевым виски, дымом никотиновых и наркотических палочек. «Дикарь» редко мог похвастать недостатком свободных мест. Оранжевый район не самый удачный выбор для развлекательного заведения. Вот и сегодня большая часть столиков была пуста. Лишь в углу, оккупировав сразу три из них, гуляла шумная компания.

Присев к стойке, Марк кивнул знакомому бармену.

— Как обычно? — невозмутимо спросил тот.

— Нет, — Марк решил, что хватит с него сегодня витаминов. — Просто воды.

— За счет заведения, как постоянному клиенту, — сказал бармен, поставив стакан с водой перед Марком. — Вы смотрели последний дайджест «Глокома»? — Рядом со стаканом с водой лег инфопланшет.

Подавив импульсивное желание схватить его, Марк взял стакан и, лениво потягивая воду, поводил пальцем по экрану.

Связь через спутники ретронсляторы, посылающие сигнал прямо через пространственные нити, была довольно дорогим удовольствием. Общей глобальной сетью, соединяющей все населенные системы паутины, могла похвастаться только Банковская Директория. Да и то эта сеть была предназначена лишь для обмена информацией о финансовых операциях с единой валютой.

Разумеется, у каждого более-менее значимого галактического государства была своя внутренняя сеть спутников для военных и правительственных нужд. Но простым смертным доступ к этой системе был заказан. Письма, новости не относившиеся к государственно-важным, все это передавалось с помощью курьерских кораблей, перевозивших огромные массивы данных из одной системы в другую.

В дайджесте «Глокома» оказался обзор всех главных новостей Конфедерации за позапрошлую стандартную неделю. Равнодушно и даже как-то нехотя листая страницы, на самом деле Марк был сосредоточен как никогда. Нужная новость нашлась на пятнадцатой странице, сразу после статьи о выборах в конгресс. «Катастрофа на орбите Асраи!» — гласил заголовок. Давя охватившее его возбуждение, Марк впился глазами в строчки.

«…в пять часов утра по стандартному галактическому времени на станции „Арборвитэ-17“ на орбите известной курортной планеты Асраи произошел взрыв. Станция получила критические повреждения, сошла с орбиты и в целях безопасности, была полностью уничтожена силами планетарной обороны до входа в атмосферу. Персонал станции успел эвакуироваться, жертв нет. По предварительным данным причиной взрыва стала неисправность в одном из реакторов станции. Расследование продолжается».

К статье прилагался видеофайл. Похожая на гигантское колесо станция на фоне голубой планеты. Вот только пятая часть этого «колеса» просто испарилась. Камера приблизила изображение, выхватывая мелкие детали. Искореженная сталь, обломки. Рядом с искалеченной взрывом частью станции видны ворота причального ангара и огромная цифра «1» на внешней створке.

Марк восстановил в своей памяти схему станции и замер. Взрыв реактора, если это был он, уничтожил ровно ту часть, в которой находились комнаты клонов. И если расписание обучения не менялось, то на это время как раз приходился очередной восьмичасовой цикл сна.

Нет никаких жертв? Ну да, что для корпорации шестеро клонов? За два года биореактор пожрал куда большее количество этих живых инструментов.

Вот значит как. Теперь он последний. Марк прислушался к себе, но вновь не почувствовал ничего по отношению к погибшим собратьям. Он знал, что так и будет. Либо он, либо они — третьего не дано.

Допив воду, он поставил стакан прямо на экран планшета, словно тот был подносом и толкнул полученную конструкцию к бармену.

И так, раз он остался один, то пора осторожно приучать корпорацию играть по его правилам. Обучение в капсуле корпорации к таковым не относится. Лучше спалить мозги в обычной капсуле, чем тебе их отформатируют в нужном ключе капсула заботливо подготовленной «Арборвитэ».

Это задача номер один. А потом? Потом он займется мастер-сержантом. На этой станции полно ублюдков, но один явно лишний.

Турель на входе в апартаменты капитана Хейса встретила его противным жужжанием раскручиваемых стволов многоствольной артиллерийской спарки. Старая шутка Кира. Он ошибочно считает ее очень остроумной…

Не обратив внимания на причуды оборонительной турели, а в первый раз убегал так, что пятки сверкали, Марк вошел в апартаменты капитана. А ведь, пожалуй, за все это время это место стало ему почти родным домом. Ни тебе надзора корпорации, Кир на таковой не тянет. Ни мастер-сержанта.

Кир обнаружился в своей комнате. В отличие от Джи, воспитанник капитана не рвался в рейд с наемниками «Веселого Висельника». Похоже, он вообще не видел свою судьбу в их рядах. Взлом компьютерных систем и возня с микросхемами были ему гораздо милее лихих абордажей. Да, на корабле нужны и опытные взломщики, и техники. Но одно дело копаться во внутренностях дроида на почти безопасной космической станции. И совсем другое, на борту рейдера наемников.

Вот и сейчас он увлеченно работал за своим компьютером. Его пальцы с безумной скоростью порхали над спроецированной в воздухе клавиатурой, просто выстреливая очереди символов.

— Ты занят? — поинтересовался Марк.

— Не, — отмахнулся Кир, не отрывая взгляд от беспорядочного мельтешения символов и цифр на голоэкране.

— Мне нужна помощь.

— Надеюсь не в побеге со станции? — отстраненно спросил Кир. — Мы конечно друзья, но не настолько. Да и Джи меня убьет. Тебя кстати тоже.

— Нет, сбегать я пока что не думаю. Мне нужно кое-что взломать.

«И кое-кого убить», — подумал Марк про себя.

— Оки, я сейчас.

Тяжело вздохнув, Кир взмахнул ладонью над крышкой стола. Проекция клавиатуры растворилась в воздухе. Потянувшись и покрутив шеей, он впервые с начала разговора посмотрел на Марка и испуганно вздрогнул. С недавнего времени Джи придумала Марку шутливое прозвище — Тигра. Но впервые за их знакомство, Кир отчетливо понял, что шутка недалека от истины.

Добрый приятель Марк словно преобразился. Стал как-то старше и как будто выше. Но больше всего Кира поразили его глаза. Светло-зеленые, они и раньше сразу привлекали к себе внимание, но сейчас их холодный блеск навевал ассоциации с вышедшим на охоту хищником.

* * *

Это должен был быть обычный, ничем не примечательный день, как и пять предыдущих, на этой богом забытой станции.

Достав из кармана пачку с курительными палочками, Лэйн едва не выругался. В пластиковой коробочке покоилась единственный серый цилиндр. Недовольно покосившись на закрытую капсулу, мастер-сержант зло сплюнул на пол.

Четыре часа без курева! На какие только жертвы не приходится идти во имя корпорации. Возможно, сегодня он заглянет в ту лавку, в зеленом секторе, и купит себе нормальных сигарет с настоящим табаком. А не этих синтетических подделок, недостойных благородного терранского названия. Да, дорого. Но иногда можно себя побаловать.

Мастер-сержанту Патрику Лэйну до смерти надоела это возня с клонами. Второй год он исполнял при них смешанные обязанности инструктора, пугала и няньки. Второй, мать его, год! И ладно раньше, на орбите Асраи. Близость курортной планеты и выходные компенсировали деятельной натуре сержанта унылость прозябания на станции. Да и последние полгода этих отрыжек биореактора было запрещено калечить.

Долбанный взрыв все изменил! Теперь ему приходится торчать в этой галактической заднице, куда даже сверхсрочные инструкции доходят с лагом в пять-семь дней. Про новости и говорить не стоит. В местной сети самые свежие новости были месячной давности!

Усмехнувшись собственным мыслям, мастер-сержант провел пальцами по самому длинному из своих шрамов на лице. Да, отвык он от специфики космоса. А в молодости бывало…

Со стороны капсулы виртуальной реальности послышался тревожный писк. Отчаянно мигали, переливаясь всеми цветами радуги, световые индикаторы на панели управления. Они словно решили сменить род занятий, вообразив себя цветомузыкой музыкального центра. Свет в комнате мигнул. Что-то зашипело. Из капсулы посыпались искры, повалил густой, черный дым. В комнате взвыл зуммер противопожарной тревоги.

Зло выругавшись, Лэйн обесточил капсулу и открыл крышку. Получив доступ к новой порции кислорода, вверх радостно взметнулись языки пламени. Семьдесят седьмой лежал словно мертвый, скаф на левой ноге нехотя тлел, зато ботинок весело пылал. Впервые Лэйн проклял прекрасную звукоизоляцию капсулы и свою привычку запирать магнитные замки. Выдернув клона из капсулы, мастер-сержант быстро сбил с его тела пламя.

Послушные зову тревоги и активированному им противопожарному протоколу, в комнату влетело, въехало и вползло сразу четыре дроида. Окружив капсулу, они принялись споро тушить пожар.

Дроиды еще боролись с огнем, когда семьдесят седьмой вздрогнул и открыл глаза. Скорчившись на полу в позе эмбриона, он хрипел и кашлял, судорожно хватая ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба.

Лэйна слегка отпустило. Жив! А ожоги — это ерунда. За смерть последнего Пэ Икса шеф поимел бы его в особо извращенной форме. Он тот еще фантазер. А так, может все и обойдется.

В комнату влетел Глен — главный медик клиники, а по совместительству резидент СБ корпорации на «Тортуге». Кинув быстрый взгляд на клона, он кивнул в сторону двери.

— Быстро его в медкапсулу.

Бережно подхватив семьдесят седьмого на руки, Лэйн бросился за медиком. Клон не переставая кашлял, словно пытался выплюнуть из себя ставшие уже ненужными легкие. На его лице застыла болезненная гримаса.

Возиться со сниманием скафа не стали, просто срезали остатки костюма с тела, предварительно вколов Марку ударную дозу обезболивающего.

— Как он? — спросил Лэйн, когда медицинская капсула просканировала состояние задремавшего клона.

— Нормально, — успокоил сержанта медик. — Ожоги пяти процентов тела, да дыма наглотался. Завтра очнется. Еще дней пять походит на процедуры и будет как новенький. Вовремя ты его вытащил.

Лэйн задумчиво посмотрел на клона через прозрачную крышку медицинской капсулы. Обколотый снотворным и обезболивающим, семьдесят седьмой мирно спал. Мастер-сержант уже успел осмотреть сгоревшую капсулу. Без всяких дипломов было понятно, что восстановлению она не подлежит.

Черт! Следующую, придется ждать не меньше недели. Хотя… какую неделю. Почти месяц! Пока сообщение о ЧП дойдет в головной офис корпорации, пока там подготовят корабль, пока корабль будет лететь. А время то идет! Меньше чем через год наследник должен вернуться в свое баронство. Мистер Дойл только этого и ждет, чтобы начать с комфортом обустраиваться в системе. Для операции все уже давно готово. Но после взрыва на станции они лишились ключевого элемента этого сложного (излишне сложного, по мнению мастера-сержанта) плана. А ведь они почти закончили обучение и психопрограммирование тех шестерых погибших. Их верность корпорации не подлежала сомнению, а вот верность «гулявшего на воле» семьдесят седьмого…

Лэйн вновь посмотрел в лицо клона. За прошедшее время мальчишка сбросил лишний вес и слегка подрос. Вон и над губами появилась первая, едва заметная щетина.

Этот семьдесят седьмой его всегда настораживал. Чем-то он неуловимо отличался от остальных своих собратьев. Среди Пэ Иксов встречались подобные ему, но все они стали кормом для биореактора: не пройдя сложного обучения, а главное — психотестов. Что бы там кто не думал, а на тренировках Лэйн уничтожал только тех клонов, которых до этого отбраковал профессор Суини. Семьдесят седьмой в списке таковых не значился. Его психокарта была почти идеальна, но Лэйн слишком привык доверять внутреннему чутью, а не результатам психотестов. И именно это чутье ему подсказывало, что этот Пэ Икс ему не нравится.

Лэйну вспомнилась реакция «просто Марка» на теперь уже сгоревшую виртуальную капсулу. Тогда на какую-то долю секунды с клона слетела маска вечной невозмутимости. Мальчишка все сразу понял. Просчитал, что его будут не только учить, но и психопрограммировать. Понял, просчитал и испугался.

А эта его попытка получить просто обучающие программы. Ему очень не хотелось проходить очередной курс психопрограммирования.

В голову Лэйна закралось подозрение, что авария с капсулой вовсе не случайность. Раны у клона не тянут даже на средние, зато капсула полностью уничтожена. Да, пожар начался во внутренностях капсулы, а не в ложементе клона, но совпадение слишком странное. Теперь ему просто придется отдать клону обучающие программы для самостоятельного обучения: сроки-то поджимают. В общем-то, даже прибытие новой капсулы не исправит ситуацию. Даже на упрощенный, но полный курс психопрограммирования, с учетом всех задержек, просто не хватит времени. Возможно, профессору Суини удастся вновь переработать свою программу. Но на это опять же нужно время… которого нет.

«Не знаю, что за игру ты затеял, но я это выясню!» — подумал мастер-сержант, зло сжав кулаки.

— Вызовешь, когда он очнется, — сказал он медику.

Надо писать срочный отчет шефу. Пусть там думают, что делать дальше с обучением. А он пока приглядит за семьдесят седьмым. Возможно, для блага корпорации клона следует уничтожить. Но для начала нужно собрать доказательства. Иначе его карьера закончится… вместе с жизнью. Мистер Дойл крайне трепетно относится к своей затее с Геминой. Гибель семьдесят седьмого — конец всем его планам. Такого провала мастер-сержанту не простят, и для оправдания понадобятся весьма веские аргументы.

* * *

Нога нестерпимо чесалась. Медицинская капсула в клинике была новейшей модели, спустя неделю, об ожогах напоминали только розовые пятна регенерированной кожи на ноге. Но, мать Терра, как же она зудела!

Измерив шагами комнату, Марк круто развернулся на каблуках и встал перед зеркалом. Только что закончился очередной сеанс обучения. После трагической гибели (а надо было брать с собой запасную!) капсулы, мастер-сержант Лэйн, скрепя сердце, все-таки выдал Марку необходимые программы.

Проглотив чипы памяти, капсула в доме капитана долго их загружала, беся Марка песочными часами экрана загрузки, но все же запустила. А когда Кир поигрался с настройками капсулы, то загрузки стали проходить без лишнего ожидания.

Идея повторять наиболее важные моменты урока перед зеркалом появилась у Марка случайно. Как оказалось, это помогает лучше «переварить» полученные данные. И служит неплохой тренировкой для отработки некоторых ораторских приемов.

Военное дело, финансы — все это, конечно, важно, но второстепенно. Умение выступать перед толпой, умение нравиться толпе — вот что действительно важно для любого правителя будь он президент, верховный лидер, король, император или просто скромный барон затерянной на задворках галактической паутины системы. Хороший политик обязан быть хорошим актером и еще более лучшим оратором.

— … барон Марк Ортис де Фобос, — играя интонациями голоса, он продолжил прерванную речь. — В первой части полного имени указывается титул, профессия, а в некоторых случаях даже псевдоним. — Марк постепенно начал возвышать голос. — За титулом идет личное имя! За личным именем следует родовое! — последнюю фразу он почти прокричал, словно это какой-то призыв, и уже гораздо спокойнее продолжал: — За личным и родовым именем идет обозначение принадлежности к Благородному дому. Частица перед наименованием дома показывает социальный статус: де — дворянин, вис — гражданин, ла — подданный. В системах с узаконенным рабством в полном имени раба вместо родового указывается родовое имя владельца с приставкой «серв»…

Нет, ну как же зудит эта проклятая нога!

Отщелкнув магнитные застежки, Марк стянул с левой ноги ботинок. Издав довольное урчание, царапая, почти срывая молодую кожу ногтями, он с наслаждением почесался. Да-а! Пусть это даст лишь временное облегчение, а потом станет ещё хуже, но терпеть нет сил. Проще вытерпеть боль от перелома или ранения, чем этот ненавистный зуд.

Выудив из стола тюбик с обезболивающей мазью, он открыл его, выдавил прохладную мазь на ладонь и обильно намазал ею всю ногу. Зуд прошел. Марк знал, что скоро он вернется, но это будет потом.

Он вновь подошел к зеркалу, постоял перед ним немного, критически разглядывая свое отражение. Понял, что опять инстинктивно сутулится, и выпрямился, расправив плечи. Да, тут еще работать и работать. Осанка — это очень важно!

Лежавший на кровати коммуникатор тихо пискнул, извещая о полученном сообщении.

— Кому это там неймется? — недовольно пробормотал Марк. Он не любил, когда его отрывают от самостоятельных тренировок.

Изучив сообщение, он довольно усмехнулся. На смену раздражению пришел здоровый азарт. Да, наконец-то!

Быстро натянув на ногу ботинок, он поспешил в комнату Кира.

Без Джи апартаменты капитана Хейса казались до жути пустыми и тихими. Даже дроиды уборщики стали двигаться как-то слишком тихо и медленно.

Дверь в комнату Кира была гостеприимно открыта. Тот как всегда сидел за своим компьютером, лениво лазая по весьма скромным просторам общей сети станции.

— Тебе лень пройти лишние десять шагов? — полюбопытствовал Марк.

— Лень, — утвердительно кивнул Кир, потягивая из чашки синтезированный кофе. Марк терпеть не мог эту гадость. У витаминного коктейля вкус тоже на любителя, но он хотя бы полезен.

— А набирать сообщение было не лень?

— Тоже лень, но меньше.

— Ты сделал, что я просил? — перешел к делу Марк.

Кир забавно наклонил голову набок и самодовольно заметил:

— А ты сомневался? Держи. — В ладонь Марка легла маленькая полупрозрачная пластина универсального чипа памяти. — Все на нем. Там же подробная инструкция. Занятная вышла программа.

— Спасибо, я твой должник.

— Сочтемся. Я еще помню, кто вытащил меня с нижних уровней.

Марк благодарно сжал плечо… хм… друга? Да, наверное, можно сказать и так.

— Знаешь, — осторожно заметил Кир, серьезно посмотрев на клона. — Эта прога очень опасна. С ее помощью можно даже убить. Зачем она тебе?

Скользкий вопрос не застал Марка врасплох, он был нему готов. Кто как не создатель должен реально оценивать и понимать угрозу своего детища?

— Хочу кое над кем пошутить, — Марк улыбнулся самой добродушной из своих улыбок. — Ты его не знаешь. Не переживай, никого убивать я не собираюсь.

«А казнь, это не убийство» — лицемерно додумал он про себя.

Долгие тренировки перед зеркалом не прошли даром. Кир как-то сразу расслабился и улыбнулся в ответ.

— А-а-а, — протянул он, — удачи!

— Спасибо, — Марк еще раз дружески хлопнул его по плечу. — Она мне понадобится.

* * *

Мастер-сержант Патрик Лэйн никогда не слыл излишне доверчивым человеком. Этого греха в его внушительном списке прегрешений не значилось.

После происшествия с капсулой он решил усилить тайный надзор за ноль семьдесят седьмым. Один маленький жучок, вживленный Гленом по просьбе Лэйна под кожу ноль семьдесят седьмого, и теперь можно спокойно, не выходя из офиса, наблюдать за любыми передвижениями клона по станции.

Первые несколько дней наблюдения ничего не дали. Семьдесят седьмой безвылазно торчал в апартаментах капитана Хейса и, судя по частой полной неподвижности, старательно штудировал обучающий курс в капсуле виртуальной реальности. Но мастер-сержант чувствовал, что что-то не так. А он привык доверять своему чутью. Жаль, что в виде доказательств оно не пойдет.

Тревожный сигнал, предупреждающий о том, что наблюдаемый объект покинул оранжевый сектор, разбудил его в середине третьего восьмичасового цикла. На большинстве космических станций именно на третий цикл приходилось основное время сна для восьмидесяти процентов персонала.

— Свет! — рявкнул Лэйн, вскакивая с постели с такой скоростью, словно воет трубный сигнал боевой тревоги.

Пока световые панели послушно разгоняли мрак, он поспешно активировал свой личный коммуникатор. На развернутом голоэкране отобразилось подробная трехмерная схема станции.

— Так, так, — беззвучно шевелил губами он. — И куда это наш мальчик полез в такое время?

Зеленая точка, указывавшая местоположение семьдесят седьмого удалялась от оранжевого сектора. Судя по схеме, клон шел техническими туннелями, куда-то ближе к внешней обшивке станции.

— Что у нас тут? — прикинул Лэйн, водя пальцем по схеме. — Склад сто двенадцать, пятнадцатая техническая секция, восьмой малый ангар. Интересно, интересно.

Открыв шкаф, он быстро надел скаф. Не обычный рабочий и не любимый тяжелый-штурмовой, в технических туннелях в нем можно и застрять, а хорошо знакомый и прекрасно подогнанный по фигуре «Баньши». Интегрированная система оптического камуфляжа сейчас будет не лишней.

Верный «Клык-12» нашелся там, где и должен быть у любого уважающего себя мужчины — под подушкой. Лэйн не был параноиком. Вернее, не считал себя таковым. Любовно погладив пистолет по рукояти, он снял его с предохранителя и сунул во встроенную в скаф набедренную кобуру, в нее же отправились и два полных магазина.

Потерев усталое лицо, он с трудом подавил зевок.

— И не спится же тебе, мелкий поганец! — проворчал мастер-сержант, отдавая приказ встроенной в скаф аптечке на ввод стимулятора.

Укола в бедро он даже не почувствовал, все нервные окончания в том месте уже давно отмерли. Сонливость пропала, все тело налилось энергией и жаждой действия.

Потерев шрам, Лэйн хлопнул себя по коленям и встал на ноги.

Пустынная боковая улочка, затерявшаяся между модульными домами, больше походила на коридор с очень высоким потолком. Модульные дома стояли стена к стене и росли до самого потолка.

Достигнув входа в технические туннели, Лэйн вывел на визор шлема полупрозрачную схему станции, отметил зеленую точку, проложил маршрут. Путевая нить побежала по коридору, свернула в боковое ответвление. Активировав систему маскировки, он смело шагнул вперед.

Идти пришлось долго. «Просто Марк», как в шутку теперь называл клона Лэйн (он нутром чуял, что семьдесят седьмому не нравится это обращение), петлял по лабиринту технических туннелей, целеустремленно двигаясь к своей цели. Лэйн не сильно удивился, когда зеленая точка остановилась в районе восьмого ангара. Догнать клона было несложно, но Лэйн предпочел перестраховаться и держался на почтительном расстоянии. Оптический камуфляж штука, конечно, хорошая, но вовсе не панацея.

Согласно схеме, вход в восьмой ангар был прямо за этим поворотом. Стараясь не шуметь, Лэйн осторожно привалился к стене. Из шлема выехал гибкий усик камеры. С его помощью мастер-сержант внимательно рассмотрел коридор за углом. Охраны у дверей в восьмой ангар не было. Это плюс. Сами двери были закрыты. А вот это уже минус.

Зеленая точка клона пульсировала прямо за стеной, в каких-то двадцати шагах. Лэйн увеличил масштаб. Так, а ведь он слегка ошибся — клон находится не в самом ангаре, а в каком-то помещении, доступ к которому возможен только через ангар. Скорее всего, это какой-то технический отсек для дублирующих систем.

Взвесив все за и против, Лэйн подошел к консоли управления дверью ангара. Он должен узнать, зачем семьдесят седьмой сюда пришел или с кем встречается.

Первая попытка получить доступ закончилась неудачей. Красный сигнал индикатора явственно показал мастер-сержанту, что он явно лишний на этом празднике жизни.

— Не убегай от снайпера — умрешь уставшим! — хмыкнул Лэйн, активизируя свой коммуникатор.

Хороший абордажник должен уметь вскрывать закрытые двери не только с помощью термитной пасты. Иначе дерьмо он, а не абордажник. Приложив левую руку с коммуникатором к консоли, Лэйн запустил программу взлома. Вряд ли на этой старой станции стоит достойная система защиты.

Консоль сопротивлялась недолго и быстро сдала свои позиции перед программой взломщиком. А на небольшой, принятый в обход всех протоколов безопасности, пакет данных Лэйн не обратил внимание. Да он просто ничего и не заметил.

Красный огонек на консоли сменился приятным зеленым. Двери ангара разъехались в разные стороны.

Из шлема Лэйна вновь выехал усик камеры и проворно скользнул к распахнутому проему. В анагре было пусто. Только половина световых панелей почему-то оказалась выключена, хотя внешне они выглядели неповрежденными.

Стараясь не шуметь, Лэйн скользнул в полумрак. Дверь за его спиной бесшумно закрылась.

Он пересек ангар и уже подходил к неприметной, обшарпанной двери, когда выключенные световые панели внезапно включились, а часть стены прямо перед ним уехала вверх. За стеклом из сверхпрочного пластика стоял семьдесят седьмой, на его губах играла безжалостная полуулыбка.

— Не спится, мастер-сержант? — послышался в передатчике голос клона.

— Что за черт? — удивился Лэйн. Как клон мог получить доступ каналу связи его скафа? — Что это за шутки, семьдесят седьмой? Немедленно открой дверь! Кто тебе позволил покинуть оранжевый сектор?!

Закрыв глаза, Марк качнулся с пятки на носок и внезапно спросил:

— Помните наше первое занятие, серж? Кто ваш главный враг? — спросил он, подражая голосу Лэйна, а затем вытянулся и рявкнул: — Вакуум!

Лэйн мгновенно все понял. Отключив бесполезный камуфляж и герметизировав скафандр, он в два прыжка достиг стены и быстро активизировал электромагнитные подошвы ботинок. Вжавшись в стену, он включил еще и все магниты многочисленных фиксаторов, на которые обычно вешалось дополнительное снаряжение. На космическом слэнге подобный прием назывался принайтоваться. Мастер-сержант даже не предполагал, что это словечко появилось задолго до космических перелетов.

Внешние створки восьмого ангара разъехались в стороны. Ураганный ветер почти мгновенно выдул весь воздух. Тело Лэйна дернуло в сторону, но электромагниты держали крепко.

— Браво, серж! Вы меня не разочаровали! — раздался в его шлеме голос семьдесят седьмого. — Но мне кажется, вы забыли еще одну маленькую деталь. Всегда проверяйте заряд батарей и кислородных картриджей вашего скафандра. Не позаботился о кислородных картриджах — умер… — вновь спародировал голос сержанта он.

— Сукин сын, — прошипел Лэйн, правда клон его не слышал. Марк помнил о последнем приказе и судьбе пятидесятого, вышебшего себе мозги из пистолета.

— Как там ваши кислородные картриджи?

Лэйн судорожно проверил датчики состояния систем скафа. Уровень заряда кислородных картриджей показывал ноль и горел красным. Лэйн точно помнил, что менял их всего два дня тому назад и скаф он все это время не использовал. Да он вообще за все время, проведенное на станции, не разу не герметизировал ни одного из своих скафандров — нужды небыло. Он не знал, как семьдесят седьмому удалось испортить его скаф. Но, судя по отсутствию тревожного сигнала из-за низкого уровня заряда кислородных картриджей, скаф был именно испорчен.

Не долго думая, Лэйн отлип от стены и выхватил пистолет. Очередь реактивных пуль ударило в стекло, но то выдержало. Лэйна это не смутило. Опустошив первый магазин, он быстро сменил его на свежий. Долгого обстрела этому стеклу все равно не выдержать. Лишь бы клон не догадался… Клон догадался. А может, заранее все просчитал и просто играл с мастер-сержантом. Как кошка играет с пойманным мышонком.

Металлическая створка упала вниз, надежно отрезав Марка от Лэйна.

— Нет! Нет! Нет! — зарычал Лэйн, выпустив пару пуль в стену, где только что было широкое окно.

Визор запотевал, дышать становилось все труднее. Лэйн кинул затравленный взгляд в сторону двери, через которую он зашел в этот проклятый ангар. Панель управления со стороны ангара была заботливо демонтирована и, похоже, довольно давно.

Мелкий гаденыш все просчитал!

— А вот хрен тебе! — выплюнул Лэйн. — Я сдохну не один! Слышишь меня семьдесят седьмой? А даже если не слышишь, то плевать. Последний приказ найдет тебя. Он найдет тебя строчкой символов в рекламном спаме. Нужной цепочкой слов в звуковом сообщении. Ты сдохнешь! Слышишь? Ты сдохнешь в страшных мучениях!

Он активировал коммуникатор, быстро отыскал нужный файл, ввел пароль. Одно движение и все. Дальше программа сработает сама. Сигнал уйдет во внутреннюю сеть станции, активируя скрытый протокол в недрах компьютера неприметной медицинской клиники оранжевого сектора. А там уже дело техники. Лэйн не знал, как семьдесят седьмой получит свой приговор, но знал, что долго убегать от своей судьбы клон не сможет.

— Последний шанс, семьдесят седьмой! — Лэйн все же надеялся, что клон его слушает. — Закрой ангар и разблокируй двери. Обещаю, я ничего не сообщу корпорации. Это останется нашим маленьким секретом.

Ответа не последовало. Сжав зубы, Лэйн запустил программу. На голоэкране появились трехмерные песочные часы. А за ними выскочила табличка «Вы хотите запустить данный файл?». Лэйн машинально нажал «Да». Снова песочные часы и новая табличка «Вы точно хотите запустить данный файл?».

— Да! — прохрипел мастер сержант.

«Запуск данного файла приведет к необратимым последствиям. Вы уверены, что хотите его запустить?» — ернически осведомилась система.

— Да!

Вновь появились песочные часы, а за ними на голоэкран выскочила новая табличка: «Программа сделала недопустимую операцию и будет закрыта». Голоэкран свернулся, коммуникатор на руке Лэйна тихо пискнул и полностью отключился.

Мастер-сержант грязно выругался.

Коммуникатор отказался включаться вновь. Дышать становилось все труднее. Сознание плыло.

— Тварь! — прохрипел Лэйн, выпустив еще одну пулю в стену. — Почему я не убил тебя тогда на тренировке?! Почему?

Выстрел!

— Сука!

Выстрел!

— Отрыжка биореактора!

Выстрел!

Мрачно усмехнувшись, мастер-сержант Патрик Лэйн уткнул дуло пистолета себе в подбородок.

Выстрел…

Когда пули перестали биться о закрытую створку, Марк выждал еще немного и вновь открыл обзорное окно в ангар. Тело мастер-сержанта валялось на полу, а в шлеме его скафандра зияла огромная дыра.

Активировав встроенный шлем (в то небольшое приключение с пожаром в капсуле он благоразумно надел не свой обычный скаф, а модель попроще), Марк подождал, покаоткачается воздух, и открыл дверь.

— Один! — произнес он, устремив взгляд в обезображенное лицо трупа.

Первый раз в жизни он кого-то убил по своей воле, а не подчиняясь чужому приказу или сложившимся обстоятельствам. И что? А ничего. Не было ни радости, ни грусти. Удовольствие от свершившийся мести? Тоже нет. Хотелось только спать и почему-то есть.

Ухватив тело мастер-сержанта за ноги, Марк подтащил его к распахнутым внешним створкам ангара и небрежно спихнул в открытый космос. Далеко не первый труп на этой станции хоронят вот так, и уж точно не последний.

Что-то на полу привлекло его внимание. Пистолет мастер-сержанта лежал прямо у его ног. Марк поднял его, взвесил в руке и выбросил в космос.

— Все равно эта модель мне никогда не нравилась, — пробормотал он, набирая на коммуникаторе команду на закрытие внешних дверей ангара. — Слишком тугой спуск.

Ноль семьдесят седьмой не заметил, что все происходящее равнодушно фиксирует миниатюрная камера. А если клон ее и заметил, то просто не понял что это такое. Камера была не привычным ему гибким, программируемым усиком, а старой, можно сказать, древней модели в виде маленького шарика. Ее поставили еще в те времена, когда «Тортуга» была перерабатывающим заводом, но, несмотря на это, она все еще работала.

«Подтвердите удаление записи» — появилась надпись на голоэкране. Встав на клавишу «Да» белая стрелка курсор замерла, словно раздумывая, а затем переехала на соседнее «Нет»…

Глава 12

Выгодная сделка

Люди — странные существа. Порой нужно разбить им лицо, чтобы добиться их расположения.

(барон Марк Ортис де Фобос)

Система SCP-2112.

Станция «Тортуга».

Нейтральные Системы.

170 день 564 года Потери Терры.

Благодаря новым обучающим программам и сверхплотному графику обучения, любезно предоставленному корпорацией вместе с ними, полтора месяца пролетели как один день. Правила этикета, правила титулования, генеалогическое древо всех влиятельных благородных семейств Гемины и ближайших Благородных домов, родственные связи, права наследования, законы, состав населения, языковые диалекты, обычаи…

Только теперь Марк начал осознавать, насколько было справедливо замечание Северова. Полученный на «Арборвитэ-17» пласт знаний — это всего лишь самый необходимый минимум. Опираясь на него можно было сыграть Марка Ортиса среди наемников Нейтральных систем, но не на Гемине.

От объемов ежедневно закачиваемой информации постоянно болела голова. Даже сон, привычное спасение уставшего разума, не приносилсущественного облегчения.

Стянув с головы шлем, Марк какое-то время просто лежал, буравя бессмысленным взглядом потолок. Вставать категорически не хотелось.

Раскаленные иглы боли слегка отпустили виски. Жадно втянув носом воздух, он все же заставил себя принять вертикальное положение. Перерыв короток и не стоит тратить зря время.

Время… Вот ведь загадочная штука. Иногда оно ползет мучительно медленно, а когда нужно его всегда не хватает.

За прошедшие полтора месяца никто ни разу не поинтересовался у него судьбой мастер-сержанта Патрика Лэйна. Сочли, что к исчезновению клон не причастен? Или решили закрыть глаза на смерть ненавистного инструктора Пэ Иксов? Он многое бы отдал за возможность узнать правильный ответ. Каждое очередное посещение медицинской клиники было сродни визиту на свою возможную казнь. Все же он действовал на грани фола. Сначала капсула, потом мастер-сержант. Две случайности сразу? СБ «Арборвитэ» не такие дураки, чтобы поверить в это. Доказательств у них нет, только подозрения, но и этого достаточно. Судиться с ним не будут — просто уничтожат. Корпорация вполне может решить, что такой своевольный инструмент ей не нужен.

Но все обошлось. Пока…

Против обычного, Кира он нашел не в его комнате, за очередной возней с компьютером, а в гостиной перед голопроектором. Воспитанник капитана Хейса смотрел какой-то старый фильм, еще даже не трехмерный — настоящая древность. Огромные роботы бодро шагали по ледяной планете, периодически постреливая непонятными, обрезанными лучами.

— Что смотришь?

От этого простого вопроса Кир нервно дернулся, опрокинув на колени содержимое кружки. Весьма горячее содержимое, судя по последовавшему потоку ругательств.

— Не подкрадывайся ко мне так!

Марк удивленно воззрился на приятеля.

— И не думал. Я всегда так хожу.

— Тихо, словно кошка.

— Мне прицепить к ногам колокольчики?

— Лучше я поставлю во всех комнатах датчики движения.

— Что случилось? — поинтересовался Марк. — В последнее время ты стал каким-то излишне нервным?

— Да так, — разом позабыв про пролитый кофе, Кир неопределенно махнул рукой, — ничего особенного. Не забивай голову.

Марк не стал настаивать. У каждого могут быть секреты. У него самого их столько, что порой становится жутко.

— Ходячая боевая машина, что за бред? — удивился он, немного посмотрев фильм. — Она же неэффективна. Торчит над полем боя, словно огромная мишень. Маневренности никакой, в складках местности с таким размером не укроешься. А удельное давление на грунт? Как они вообще могут передвигаться, да еще по снегу? А ноги? Они же крайне уязвимы! — Словно в подтверждение его слов, небольшой кораблик, похожий на штурмовой дрон только с пилотом внутри (что за глупость!), ловко замотал ноги боевого шагохода тросом. Огромная боевая машина повалилась на землю и взорвалась, щедро разбрасывая во все стороны обломки. — Вот, что я и говорил. Неэффективная конструкция! Хуже только огромные человекоподобные роботы, особенно летающие.

— А можно без комментариев? — возмущенно заметил Кир.

Пожав плечами, Марк счел за лучшее прекратить просмотр. Да и не любил он сказки.

Желудок крайне вовремя напомнил, что его положено наполнять, хотя бы время от времени. И жадным урчанием намекнул, что сейчас как раз такое время.

Синтезатор заканчивал приготовление или скорее изготовление легкого завтрака, когда коммуникатор на руке Марка завибрировал сигналом вызова.

— Видеосообщение. От Джи, — удивился клон, прочитав имя отправителя.

— Привет Тигра мы уже в системе. Готовься! — Многообещающе сообщило ему возникшее в воздухе изображение девушки, послав на прощание воздушный поцелуй.

На его губы сама собой наползла странная, непонятная ему самому улыбка.

— «Висельник» возвращается? Интересно, — Кир задумчиво потеребил мочку уха, — как Джи умудрилась получить доступ к системе дальней связи?

Марк пожал плечами.

— Это же Джи. Уговорила отца. Или взяла кого-нибудь в заложники и пообещала взорвать корабль.

— Заложники? Взрыв? Это она может! — согласился Кир.

Три дня спустя пришло ожидаемое сообщение — «Веселый висельник» прибыл на «Тортугу». По такому случаю, Марк несколько раньше закончил свое обычное обучение-пытку в капсуле виртуальной реальности, а Кир позабыл про блуждание в сети.

— А вот и они, — прокомментировал он, когда усик камеры внешнего наблюдения сфокусировался на двух фигурах, целенаправленно приближавшихся к дверям апартаментов.

Заметив интерес со стороны камеры, Джи бодро помахала рукой в объектив.

Приглушенный звук открываемой внешней двери был слышен и в гостиной. Внезапно к этому звуку добавился еще один — тихое жужжание.

— Кстати, — внезапно вспомнил Марк, узнав звук, — ты не забыл про свою шуточку с турелью?

От этих слов Кир резко спал с лица.

— Упс! Нет! Нет!

Судорожно активировав свой комм, он попытался быстро найти программу отключения турели. Вряд ли дядя Хейс оценит в качестве приветствия вид раскручиваемых стволов.

Шум со стороны коридора и дикая ругань прямо за входной дверью сообщили, что поздно метаться — шутка замечена и оценена по достоинству.

Судорожно сглотнув, Кир бочком, бочком, резво переместился подальше от входной двери. Самое лучшее сейчас — запереться у себя в комнате, пусть дядя Хейс немного отойдет. Главное — не забыть запереть засов. На электронный замок надежды мало, у дяди высший приоритет допуска.

— Меня нет! — только и предупредил он, торопливо покидая гостиную.

Поздно…

Входная дверь уехала в сторону.

— К-и-и-ир! А ну стоять!

Грозный возглас дяди стеганул юного хакера словно плеть, но лишь добавил ему прыти. Проигнорировав окрик, он скрылся в коридоре, спеша запереться в собственной комнате.

Взревев, капитан бросился за ним.

Марк поймал себя на мысли, что все это напоминает один из старых, любимых Джи мультфильмов. Тот самый, где кошка гоняется за мышью. Но капитана тоже можно понять. Легко потерять самообладание, когда на тебя смотрит не ствол пистолета, а сразу несколько стволов весьма почтенного калибра.

— Ти-г-ра! — раздался от дверей радостный возглас Джи.

Мягким, крадущимся шагом девушка приблизилась к нему. За прошедшее время она приятно округлилась в нужных местах, и обтягивающий рабочий скаф только выгодней подчеркивал эти самые места. Теперь ее сложно спутать с миловидным юношей. Вот только эта привычка брить голову…

Когда их разделяло всего несколько шагов, последовал резкий рывок вперед. С довольным урчанием Джи оседлала его, обхватив ногами за талию. Едва не упав, Марк машинально сделал несколько шагов назад, пока не уперся в спинку дивана.

— Как ты тут без меня? Скучал? — прошептала она, потеревшись носом о его щеку.

— Немного, — откровенно признал он, удивившись сам этому признанию. Когда эта вздорная девчонка успела так запасть ему в душу? «Тортуга» с Джи и «Тортуга» без Джи — две разные станции.

— Ох, как же хочется сказать пошлость, сделать пошлость, а потом еще и еще. — С каждым словом, Джи все более активно подпрыгивала на нем. Марк почувствовал, как его охватывает возбуждение. Кровь бурлила в венах, и гормоны подросткового тела стремительно брали верх над разумом.

— Ты с ума сошла! Твой отец в двух шагах!

— Да, меня это тоже заводит! — жарко выдохнула она ему на ухо и весело рассмеялась.

Наградив Марка долгим поцелуем, Джи все-таки слезла с него, давая слегка перевести дух. Запрыгнув на диван, она с наслаждением откинулась на мягкую спинку, положив ноги на журнальный столик.

— Па прав! Лучшая часть похода — возвращение на базу.

— Как все прошло?

Слегка высунув кончик языка, что показывало крайнюю степень скуки, Джи поморщилась. Марка всегда поражала живая мимика ее лица. Он, несмотря на постоянные тренировки перед зеркалом, так не умел. В лучшем случае выходила малопонятная гримаса.

— Ску-ко-та! — она поболтала ногами. — Провели конвой вглубь Пространства Благородных Домов в обход основных торговых путей. Восемь внутрисистемных перелетов! Ты представляешь? Восемь! Что самое обидное — на нас ни разу не напали, а жахнуть из главного калибра по попавшемуся на пути астероиду Па не захотел. Вот ведь зануда! — Джи слегка повеселела. — Зато он позволил мне порулить «Висельником».

— И во сколько выльется ремонт крейсера? — не сдержался Марк.

Зашипев рассерженной кошкой, она мгновенно вскочила с дивана, сократила дистанцию, привычно пытаясь нащупать кулаком его ребра. Ее рука тут же оказалась в жестком захвате. Перехватив и вторую руку, Марк без особых усилий прижал девушку к стене рядом с дверью.

— Ты слишком прогнозируема, — шепнул он ей в самое ухо, и тут же почувствовал, как в его пах уперлось колено, обозначая удар. Слишком слабо, чтобы причинить боль, но достаточно, чтобы противник почувствовал легкий дискомфорт.

— А ты слишком беспечен — улыбнулась она белозубой улыбкой, вновь потершись об него всем телом. — Думал я дважды попадусь на один и тот же прием? Ха! Наивный Тигра. Так и будем стоять или займемся, чем-то более интересным? Кажется, мы еще не пробовали делать это в душе.

— Я вам не сильно мешаю?

При звуках этого голоса Марк против воли ощутил, как по спине пробежали предательские мурашки.

— Упс, спалились, — пробормотала Джи, отпрянув от него в сторону. — Па-а-а, Это совсем не то, что ты думаешь.

Капитан смерил дочь строгим взглядом. Однако Марк не заметил на его лице ни тени удивления или гнева. Словно он… знал? Где-то внутри заворочался червячок сомнений. Оживилась привычная паранойя, истерично завопила, что все это подстроено самим капитаном.

Марк тряхнул головой, гоня эти мысли прочь. Такое стечение случайностей просто невозможно подстроить. Если Хейсу так хотелось пропихнуть дочь в его постель, то можно было найти с десяток более простых способов. Напоить, накачать его соответствующими препаратами, чтобы он сам набросился на Джи, капая слюной от вожделения.

Паранойя тут же услужливо подсказала обстоятельства их первой с Джи ночи. Он как раз был пьян, так что все сходится. Но Марк отверг и этот довод.

Молчание затянулось.

Первой тишину решила нарушить Джи. Приняв вид пай девочки, она вопросительно посмотрела на отца, одновременно с этим пытаясь прикрыть Марка своей спиной, словно защищая от возможного гнева капитана. Марк как-то отстраненно отметил, что стал на полголовы выше девушки. А всего два месяца назад их разница в росте была не столь заметна.

— Па-а-а? — протянула Джи, все так же вопросительно смотря на отца.

В ответ капитан Хейс кивнул ей в сторону ее комнаты:

— Исчезни! Марк, за мной. Для тебя есть новости.

Донельзя смущенная Джи (Марк впервые видел ее такой, странное зрелище) сочла за лучшее последовать совету отца, даже не пытаясь, еще одна странность, возражать.

Резко развернувшись, Хейс повелительно махнул рукой, приглашая… веля Марку следовать за ним.

Короткая прогулка закончилась перед дверью личного кабинета капитана. За прошедший год Марку так и не случилось в нем побывать, и сейчас, пользуясь случаем, он внимательно осмотрелся.

Личное пространство — отражение души. Вещи, убранство — все это может многое рассказать о человеке, его характере, привычках.

Пока он осматривался, Хейс уселся за стол, достал из переделанного под минибар нижнего ящика бутылку с яркой этикеткой и два стакана. Наполнив один и них наполовину, он толкнул его в сторону Марка.

— Пей! Первоклассный виски с Дал Риада. Другого такого нет.

Со сноровкой говорившей о немалом опыте, он залпом опустошил свой стакан и тут же наполнил его вновь.

Из вежливости Марк слегка пригубил виски. Он не слишком жаловал крепкие напитки, да и алкоголь вообще.

Ополовинив вторую дозу спиртного, Хейс покрутил стакан между ладоней, обжег Марка внимательным, оценивающим взглядом и заговорил:

— Думаю, настало время открыть карты, Марк Ортис. Ты же знаешь, все это время я к тебе приглядывался. Догадываешься зачем?

Марк насмешливо улыбнулся.

— Из интереса и вашего врожденного человеколюбия?

Первая опаска прошла, сейчас ему была интересна подлинная причина этой приватной беседы. Ведь Джи тут явно не причем. Она лишь повод — не более.

— Шутник. Излишне близкое общение с Джи не пошло тебе на пользу. — Слова «излишне близкое» капитан выделил особо. Несложно было догадаться, что он имеет в виду на самом деле.

— Надеюсь, вы позвали меня не за тем, чтобы сообщить, что теперь я, как честный человек, должен на ней жениться?

— Ты считаешь себя честным человеком? — неподдельно удивился Хейс. — Смелое заявление. А Джи? Она в мать. Делает, что ей нравится и торопится взять от жизни все. Сопротивляться ее напору — биться с бурей. — Он погладил тонкий белый шрам на шее и улыбнулся каким-то своим воспоминаниям.

Добив вторую дозу виски, капитан смерил задумчивым взглядом бутылку, вздохнул и убрал ее в стол.

— Знаешь вечную дилемму отцов? — спросил он, вновь устремив взгляд своих карих глаз на Марка. — Все мы хотим, чтобы красотки отдавались нам по первому требованию, но своих дочерей нужно учить совершенно иному. На этой станции полно всевозможной швали. Пусть она лучше спит с тобой, чем ищет приключений вне Оранжевого сектора.

— Вы так просто об этом говорите…

— Когда я только узнал, первым моим желанием было переломать тебе руки и ноги, а потом выбросить на нижних уровнях, — откровенно признался Хейс.

— Понимаю, — кивнул Марк.

— Ни хрена ты не понимаешь! — разозлился капитан. — Станешь отцом и окажешься в дыре подобной этой станции — может тогда что-то и поймешь. Ты получил почти все, просто изволив появиться на свет. Далеко не всем так повезло! Мне пришлось добиваться всего самому. Хлебнуть немало дерьма и крови. Я не хочу для дочери своей судьбы. Сейчас у нее еще ветер в голове. Она не понимает, что жизнь наемника вовсе не игра. Ей многое прощают просто потому, что она моя дочь. Не станет меня и все изменится. У Джи есть зубы, но чтобы выжить на «Тортуге» нужны клыки. Волчьи клыки!

Рука капитана вновь потянулась к уже убранному виски. В этот раз Хейс не стал утруждать себя наполнением стакана, а сделал добрый глоток прямо из горла бутылки.

— Но хватит о моих проблемах, — продолжил он, слегка успокоившись. — Поговорим лучше о Марке Ортисе де Фобосе. Что мы знаем о Марке Ортисе де Фобосе? Милый парень, веселый и добродушный. Наблюдательный. Ты как-то очень просто находишь подход к людям. Причем, почти не прикладывая к этому усилий. Ты смог даже Психу понравиться. А этот больной ублюдок любит только наркоту и совсем немного Детку. Да, твоя маска идеальна, но мы оба знаем, что это всего лишь маска. А что под ней? А под ней безжалостный сукин сын способный ради власти перешагнуть через кого угодно, даже через собственную мать…

У Марка слегка екнуло под ложечкой. Черт! Как он узнал? Усилием воли он заставил себя застыть. Замереть, сохраняя ровное дыхание. На его лице не отразилось ни тени какой-либо эмоции.

— Вот! — довольно улыбнулся Хейс. — Ты даже не вздрогнул. Но именно этим себя и выдал. Вспомни свои первые дни на «Висельнике»? Тебя не сильно беспокоило, что я распылил на атомы тело твоей матери. Странное поведение для любящего сына.

— Захватывающая история.

— О, да! Но я тебя не осуждаю. Нет! Имел сомнительную честь немного знать баронессу Изабеллу де Фобос. Та еще властолюбивая сука, как и все де Орка. Она скорее сделала бы тебе лоботомию, чем отдала власть. Регентша при недееспособном наследнике. Поэтому ты пошел на договор с корпоратами?

Провокационный вопрос Марк оставил без ответа.

— Не ты первый, не ты последний… — понимающе хмыкнул Хейс.

— И все же, несмотря на эти фантазии, вы хотите мне что-то предложить? — Марк постарался аккуратно съехать со скользкой темы судьбы баронессы Изабеллы. — И более того, вас даже не смущает, что такая сволочь спит с вашей дочерью.

Он целенаправленно ударил по самой болезненной точке.

Хейс резко помрачнел, сжав кулаки. Слова Марка его явно задели. С шумом выдохнув, он все же быстро взял себя в руки и криво улыбнулся.

— Да! — Его улыбка больше напоминала гримасу. — Потому что это только одна твоя сторона. Есть и другая. Ты умен. Заметь! Не образован, тут видны большие прорехи, а умен — это разные вещи. Безжалостен к своим врагам. В этом поганом мире это более чем нужное качество. Но при всем при этом ты умеешь быть благодарным и ценишь дружбу. Ты мог бы бросить их там, на нижних уровнях, но вытащил. С риском для себя вытащил!

— Обычный расчет. Без Джи я бы просто заблудился, — отстраненно заметил Марк, переваривая характеристику данную ему капитаном.

— Пусть так, но это еще лучше. Значит, ты сможешь оценить выгоду моего предложения. Обоюдная выгода — вот что связывает людей крепче любых клятв.

Марк насторожился.

— Предложения?

— У меня для тебя новость. Хорошая или нет, решай сам. Скоро ты отправишься домой, — Хейс выразительно замолчал, а затем продолжил: — Что-то не вижу на твоем лице особой радости. Я же говорю, что ты умный парень и все понимаешь. Вернешься ты в свое баронство, но что дальше? В Гемине тебя никто не ждет. По большому счету дому Фобос ты не очень то и нужен. Так, не более чем символ. Все теплые места уже поделены между канцлером и представителями благородных семейств. За это время они порядком спелись. Делиться с тобой властью они не будут. Зачем им это? Отнять ее силой ты не можешь — нету за тобой никакой силы. Так что дома тебя ждет та же клетка, что и здесь, только золотая. Кто-то другой этим бы удовлетворился, но явно не ты… — Немного понизив голос, капитан доверительно добавил: — Если встретишь когда-нибудь похожего на тебя, то знай — остановить такого можно только изрешетив его из автомата и лично проведя контроль. — Сложив ладонь в виде пистолета, он сделал вид, что стреляет в лежащее на полу тело.

Марк еще больше насторожился. Неужели и правда знает? Не догадывается — знает? Или это просто совпадение? Нет, корпорация не за что не упустила бы такую информацию. Это козырь. Никто не выкидывает козыри в начале партии.

— Я запомню ваш совет, капитан, — серьезно кивнул он, измерив взглядом одного из первых кандидатов на подобный отстрел.

— Да, — с жаром продолжил Хейс, — на Гемине все важные посты заняты людьми из благородных семейств. Они могут быть прекрасными профессионалами или бездарными дилетантами, но главный их недостаток — они не твои люди. Если ты хочешь править самостоятельно, то тебе понадобится команда. Своя команда! Те, кто будет зависеть от тебя. Те, кто будут верны лично тебе, а не каким-то там благородным семьям. А еще тебе потребуется сила, на которую ты сможешь опереться.

— И что мне может дать обычный капитан наемников?

— Флот! — коротко рубанул капитан. Заметив неподдельный интерес Марка, он добавил: — Шесть крейсеров, один из них тяжелый. Корабли не самые новые, но в хорошем состоянии. Не хмурься! Для пространства Благородных домов это внушительная сила.

— Флот Гемины насчитывает двадцать вымпелов. В том числе один лидер прорыва, — напомнил Марк.

Хейс поморщился.

— Ты называешь это старье флотом? Лидер прорыва? Это ты «Центуриона» так обозвал? Назвать это корыто лидером прорыва — безбожно польстить этому древнему антиквариату начала второй реконкисты. Около орбитальный монитор, да и то весьма паршивый. Никакая модернизация не сделает этот летающий хлам боеспособным кораблем. Парочка не самых современных легких крейсеров разделают его не получив и царапины. Двадцать вымпелов! Ха! Реально боеспособно из них меньше половины, да и то это тот еще антиквариат. Впрочем, это общая беда всех Благородных домов. Вам искусственно ограничили доступ к покупке современных кораблей, да и технологий в целом. Ничего личного, просто бизнес. Раздробленный и технологически отсталый фронтир — это неисчерпаемый источник сверхдешевых ресурсов для всех государств Центральных систем. Секрет, о котором знают все, в том числе и сами Благородные дома.

Марк относился к тем немногим, кто этого не знал. Мысленно он пообещал себе разобраться с этим вопросом. Раз его судьба теперь неотрывно связана с пространством Благородных домов, то неплохо бы знать все карты.

— Интересное предложение, — согласился он. — Но что взамен?

— Убежище от любого преследования для меня и остальных капитанов, наших семей, наших экипажей. Лично для себя я хочу получить еще и титул, в пространстве это важно. Вполне возможно, что и другие капитаны потребуют того же. Но об этом мы сможем поговорить, когда ты убедишься в выгоде нашего сотрудничества. Как тебе такая сделка?

— Приемлемо, — согласно кивнул Марк.

Не сдержав эмоций, Хейс довольно хлопнул ладонью по крышке стола. Вот уже год или два в галактической паутине витало ощущение скорой войны. Большой войны! Кто-то может решить, что для наемников это самое лучшее время. Но вот сам капитан так не считал. Если государства центра схлестнуться, то их наемно-пиратскую вольницу зачистят в первую очередь. И никакие поддельные идентификационные коды уже не спасут. Если кто-то хочет повоевать, то пожалуйста. А он лучше пересидит это лихое время где-нибудь в тихом уголке. Да и просто пора завязывать с наемничеством.

Плеснув себе в стакан очередную порцию виски. Немного, чисто символически. Он поднял его над столом.

— За наш странный союз! До дна!

Марк понятливо повторил жест капитана. Стаканы с легким звоном столкнулись в воздухе. Поморщившись, он все же заставил себя проглотить свою дозу виски.

Кофе… Виски… И какую только дрянь не пьют люди. И как это может нравиться?

— А теперь поговорим о Джинне, — серьезно сказал Хейс, утерев ладонью губы. — С моей стороны будет еще одно… не условие, скорее — просьба. Дай мне слово, что приглядишь за ней, если со мной что-нибудь случится. Пусть она будет твоей любовницей, фавориткой, просто подругой, а не мотается по космосу. Она умная девочка и достойна лучшей судьбы.

— Не женой? — Марк выразительно выгнул бровь. Хейс в ответ лишь криво усмехнулся.

— А ты готов на ней жениться? Тогда к чему это замечание? Даже когда ты дашь ей титул… — Марк отметил это не «если», а «когда». -… официальная фаворитка — вот ее потолок. Я уже вижу, что супругу ты себе подберешь исходя из политической выгоды. К тому же в наше время пластическая хирургия творит чудеса. Из любой уродины в два счета слепят мисс галактика. Нет предела совершенству, если нет предела кошелька.

— Принимается! В меру своих сил я присмотрю за Джи. Что-то еще?

Хейс отрицательно покачал головой.

Марка слегка удивило и даже покоробило, что капитан не вспомнил о Кире. Пусть тот ему не сын, но все же воспитанник. Впрочем, за Киром он тоже присмотрит. Привык он к нему, да и глупо разбрасываться такими талантами.

От выпитого виски шумело в голове. Вроде бы и доза была мизерной, но не привыкшему к алкоголю телу хватило.

«На будущее стоит разжиться хорошим алкоблокиратором», — думал Марк, направляясь в свою комнату.

Человеческие обычаи — забавная штука. Когда-то считалось, что разделившие пищу за одним столом не могли враждовать. За века этот древний обычай трансформировался в совместную пьянку. Априори считается, что скрепленный таким образом договор более прочен, чем обычная договоренность. Смешно! Люди вообще странные, смешные, а зачастую и парадоксальные существа.

Он уже подходил к своей комнате, когда дверь по правую руку резко уехала в стену. Две тонкие, но сильные руки вцепились в него и втащили в соседнюю комнату. Закутанная в довольно фривольный халатик Джи (а кто еще это мог быть?) прижала его к стене, требовательно смотря прямо в глаза.

— И? — вопросительно выгнутая бровь требовала ответа.

— Он предложил мне жениться на тебе или быть расстрелянным, — картинно вздохнул Марк. Кто сказал, что только Джи можно издеваться над другими? — Пришлось согласиться… на расстрел.

— Ты… Ты… Ты… — от гнева ее лицо пошло красными пятнами.

— Я… Я… Я… — передразнил девушку Марк.

— Дурак! — взорвалась она. — Идиот! Кретин! Видеть тебя не хочу!

Пожав плечами, он помахал ей рукой на прощание и развернулся к двери.

— Куда это ты? — удивилась Джи. — А ну стоять!

Требовательно ухватив его за руку, она вновь развернула его к себе и некоторое время сверлила гневным взглядом. Поняв, что это не помогает, Джи тут же сменила тактику.

— Тигра, так о чем вы с Па говорили? — вкрадчиво поинтересовалась она, поглаживая Марка по груди и легко царапая ногтями политкань скафа возле шеи. В этом месте защитный слой был особенно тонок.

— Это ты сейчас оттачиваешь на мне свои навыки очарования? — заинтересовался Марк.

Джи надулась.

— Скучно быть таким умным! — попеняла она, цыкнув языком от досады. — И как у меня получилось?

— Средненько, — признал Марк. — Тебе не хватает практики.

Джи нахмурилась, задумчиво постучала указательным пальцем по подбородку.

— А если попробовать вот так?

Пояс полетел в сторону. Девушка повела плечами, позволяя полам халата немного распахнуться, демонстрируя белую кожу и полное отсутствие нижнего белья. Марк против воли почувствовал прилив почти животного желания.

— Уже лучше, но тебе стоит отрастить волосы, — он постарался, чтобы его голос звучал ровно. — Огненно рыжая волна, спадающая до плеч.

— Пф-ф-ф, Тигра, ты знаешь, как потеет голова в гермошлеме? — она запахнула халат, присела на постель и хлопнула ладонью рядом с собой. — Падай!

Присев рядом с девушкой, Марк с интересом огляделся. Обычно Джи тщательно оберегала свое личное пространство и редко позволяла кому-либо заходить в свою комнату. В этом она походила на своего отца. Но если в кабинете капитана Хейса царил образцовый порядок, то комната Джи представляла собой полную противоположность. Одни назовут это бардаком, другие — творческим беспорядком. Постель не заправлена, вещи разбросаны по комнате. Она что, запретила дроидам уборщикам доступ в свою комнату и тут почти два месяца не убирались? Или весь этот бардак Джи умудрилась устроить за те неполные полчаса с момента возвращения? Ответа Марк не знал. Первая версия была самой логичной, а вторая — наиболее реальной.

Его левая рука наткнулась на что-то мягкое. Под смятым покрывалом кровати оказалась мягкая игрушка — большой плюшевый медведь, слегка потасканный и потертый от времени.

Выудив игрушку из-под покрывала, Марк с усмешкой протянул его Джи:

— Кажется, я узнал самую страшную из твоих тайн. Он все же существует!

— Эй, не трогай! — девушка выхватила мягкую игрушку из его рук, нежно погладила медведя по голове. — Это подарок от матери… последний, — добавила она внезапно потухшим голосом.

— Прости, — поспешил извиниться Марк.

Он не разделял и не понимал этого странного пристрастия людей к носителям своего первичного биологического материала, но почувствовал, что сейчас следует извиниться. Некоторые люди в подобных вопросах весьма щепетильны.

— Забудь. Это было очень давно, — на ее лицо вновь вернулась бодрая улыбка. — Так что там с моим отцом?

— Вообще-то предполагается, что это секрет…

Джи надула губки.

— Тигр-р-ра, ты хочешь, чтобы я вновь включила режим обольщения?

— Интересное предложение. Даже очень. Но тогда нам точно будет не до разговоров.

— Это да, — согласно кивнула Джи. — Тогда я включу режим переговоров, — ее взгляд прошелся по разбросанным по полу вещам. — Где-то тут должен быть нож и пистолет…

— Весомый довод, — признал Марк, прикидывая, что все же можно рассказать. Для переговоров с Джи нужен как минимум тяжелый скаф… стационарное защитное поле тоже будет неплохим вариантом… да и пара охранников с тяжелым вооружением не помешают. — Ладно, слушай…

Много позже, когда уставшая, но довольная Джи посапывала у него на плече. Марк дотошно восстановил в памяти весь разговор с капитаном.

«Капитан предложил мне флот. Вот только нужен ли мне флот под руководством такого умного, и много всего знающего человека? Хорошо когда на твоей стороне умные и преданные сторонники, но уже гораздо хуже, когда они просто умные.

Во многом Хейс прав. Во многом, но не во всем. Может на Гемине меня и ждет золотая клетка, но родовитым семействам дома Фобос не светят ключи. Не для того корпорация вбухала астрономическую сумму в мое создание и подготовку, чтобы позволить кому-то другому дергать за ниточки. Однако на этом тоже можно играть. Мне нужна своя военная сила, управленцы. Мне нужна Гемина и дом Фобос! Свои Гемина и дом Фобос! Не подчиняться никому — вот она цель! Но для этого нужна сила. Сила, с которой будут вынуждены считаться. А там посмотрим…».

Рядом недовольно заворочалась Джи, крепче прижимаясь к его боку. Одеяло сползло с ее плеча, Марк натянул его обратно и снова ушел в свои мысли.

Притворяясь спящей, Джи наблюдала сквозь полуопущенные веки за отражением Марка Ортиса в настенной зеркальной панели. Это было сложнее, чем обычно, но кое-какими планами он с ней все же поделился. Вот только какой их частью? И если с тем, что ее талантам не следует пропадать в Нейтральных системах, она была полностью согласна. То в остальном…

«Официальная фаворитка!» — мысленно скривилась Джи.

Это было даже обидно. Как же мелко мыслит ее отец. Фаворитка — это просто более красивое название великосветской шлюхи. Это не просто мелко — это оскорбительно! Они еще увидят, чего она на самом деле стоит! Капитан Джинна Хейс — звучит куда как лучше фаворитка Джинна Хейс, пусть и с приставкой де Фобос. Впрочем, адмирал Джинна Хейс звучит еще лучше.

Кто решил, что она не способна на это? Таланта и ума ей не занимать. К тому же умная женщина всегда сможет манипулировать мужчиной. Да так, что тот и не заметит. Причуда эволюции: самцам достались мускулы, самкам мозги. И пусть первые думают иначе, это мало что меняет для вторых.

С этими сладкими и весьма амбициозными мечтами она и заснула.

Глава 13

Дом, милый дом

Насколько разумен человек, на столько же безумна толпа.

(Марк Ортис де Фобос)

Система Гемина.

Владения дома Фобос.

243 день 564 года Потери Терры.

Прижав лоб к стеклу, Марк замер, любуясь всполохами космического сияния. На боевых кораблях, да и большинстве обычных космических кораблей, нет иллюминаторов или обзорных галерей. Висельник не был исключением, но в комнате отдыха экипажа одна из стен представляла собой огромную электронную панель. Если вывести на нее данные с камер на внешней обшивке, то кажется, что за тонкой преградой находится вся необъятная бесконечность космического пространства.

В шее вновь противно кольнуло. Марк знал, что это чистая психосоматика, но машинально потер место укола. Боль прошла.

Это произошло двадцать дней тому назад. Предстоял обычный, рутинный визит в медицинскую клинику оранжевого сектора. Новая доза препарата — очередная отсрочка от смерти.

Неприятности начались, едва он устроился в привычном медицинском кресле. Сухой щелчок! Руки оказались намертво пристегнуты, не позволяя встать. Марк не успел ни удивиться, ни испугаться, ни как-то среагировать. А когда в комнату вошел невысокий мужчина средних лет, он с трудом сдержал нервную дрожь. Этого человека Марк видел всего дважды, но сразу узнал — Гилберт Райт, правая рука Джодока Дойла и глава службы безопасности «Арборвитэ».

— Привет, Марк! Мистер Дойл поручил мне провести твой дальнейший инструктаж.

На губах Райта была легкая доброжелательная улыбка, но взгляд оставался холодным и безжизненным, словно у рыбы. Очень неприятный такой взгляд, многообещающий.

Марк против воли почувствовал прилив почти животного страха. Мастер-сержант Патрик Лэйн был просто пугалом — зримым объектом для ненависти. Квинтэссенцией всего плохого, что происходило с Пэ Иксами. А сейчас перед ним стоит тот, кто отдавал этому пугалу приказы.

— И для этого меня нужно было непременно связать? — пришлось приложить некоторые усилия, чтобы голос оставался ровным, слегка удивленным, но не дрожал. Нельзя показывать его страх. Только не страх! Боишься? Значит, что-то скрываешь.

Перевернув ближайший стул спинкой к себе, Райт оседлал его.

— Нет, — отозвался он, буравя клона проницательным взглядом, — просто перед этим мне хотелось задать тебе пару вопросов.

— Мое согласие, как я понимаю, не требуется?

— Правильно понимаешь, — кивнул Райт. — Глен, начинай!

Главный медик клиники подошел к клону и одним резким движением приложил к его шее одноразовый инъектор. Шею кольнула острая боль. От места укола по венам разлился горячий огонь, ненавистной колющей болью отозвался в висках, дошел до сердца и захватил все тело. Сознание поплыло, развалилось на мириады осколков, смутно знакомых по отдельности, но никак не складывающихся в единую картину.

Марк бессильно опустил веки и постарался расслабиться. Значит, это будет обычный допрос с помощью химии. Могло быть и хуже. Райт, как и Псих, вполне мог оказаться приверженцем «старой, проверенной временем школы».

Да, смешно было надеяться, что его не заподозрят в причастности к исчезновению Лэйна. Смешно и наивно. Он ждал чего-то подобного, но с неприятностями всегда так — сколько к ним не готовься, всегда окажешься не готов.

«Я все еще им нужен!» — пульсом отдавалась в голове спасительная мысль. И это словно прогнало туман. Сознание постепенно стало возвращать свою целостность, а то, что вместе с этим особенно остро чувствовалась боль, было даже не плохо. К ней Пэ Иксы привычны как никто другой.

— У вас не больше двух минут, — предупредил чей-то плохо различимый голос.

Реализуя свой план, корпорация позаботилась, чтобы он не был бы раскрыт в ходе банального допроса. Психоблок клонов серии Пэ Икс был произведением искусства. Не связанная законами и пресловутыми правами человека корпорация творила с разумом подопечных все, что ей вздумается. Семьдесят седьмому еще повезло, что на его полную психообработку у «Арборвитэ» не хватило времени. Но сейчас это почти идеальная защита работала против своих создателей. Будь у главы СБ возможность действовать без оглядки на физическое и психическое состояние клона и больше времени, то он смог бы обойти эту маленькую проблему. Нет крепостей, которые невозможно взять! Но этого времени у него не было.

— Мне хватит, — кивнул Райт, внимательно наблюдая за впавшим в медикаментозный транс клоном. — Ты убил мастер-сержанта Патрика Лэйна?

Ноющая боль мешала Марку думать. Он ли убил мастер-сержанта? Что за глупый вопрос!

— Нет! — ответ сорвался с губ вместе с коротким выдохом. На язык просто сами просились следующие слова: «Он сам вышиб себе мозги». Мотнув головой, Марк с большим трудом смог удержать их в себе и поспешно добавил: — Я его не убивал!

Возникла недолгая пауза.

— Сыворотка точно действует? — спросил Райт, вполоборота повернувшись к медтехнику.

— Сейчас проверим. Марк, кто убил баронессу Изабеллу де Фобос?

— Пэ Икс ноль семьдесят семь, — тут же последовал ответ.

Медтехник и Райт переглянулись. Клон не сказал: «Я убил». Он лишь признал, что убийца — Пэ Икс ноль семьдесят семь, словно это две разные личности.

— Интересно… Очень интересно! — задумчиво протянул медтехник. — Побочный эффект нашего психоблока или природная сопротивляемость? Похоже, сыворотка действует, но как-то странно. Ноль семьдесят седьмой, ты убил баронессу Изабеллу де Фобос?

— Да, — ответ сам сорвался с языка Марка.

Стараясь максимально полно составить следующий вопрос, Райт продолжил допрос:

— Марк Ортис, он же ноль семьдесят седьмой, ты подговорил, приказал или нанял кого-либо для убийства мастер-сержанта Лэйна?

— Нет!

Этот ответ дался Марку с некоторым трудом. Все же он уговорил Кира сделать программу вирус, косвенно связанную с самоубийством мастер-сержанта. Но пока затуманенное сознание решало эту сложную дилемму, язык сам произнес правильный, а главное почти правдивый ответ. Все остальные нюансы до наводящих вопросов можно пропустить.

Глава СБ выругался и резко погрустнел. Мимо! А ведь все указывало на причастность мальчишки! Лэйн, Лэйн! Что же с тобой приключилось?!

— Вколи ему антидот, — приказал он, кивнув на клона.

Новый укол окончательно развеял туман в голове Марка и прогнал из тела огонь, терзавший вены. Чувствуя, как насквозь промокла от пота впитывающая подкладка скафа, он облизнул пересохшие губы. Сегодня ему повезло. Просто повезло! Построй Райт допрос чуть по-другому, и получил бы правильные ответы. Леди удача редко баловала семьдесят седьмого своим вниманием, но в этот раз была на его стороне.

— Как себя чувствуешь? Мерзкое ощущение, да?

Теперь, развеяв часть своих сомнений, Райт стал сама любезность. Иногда даже ошибаться приятно. Нет, убийство все равно сошло бы семьдесят седьмому с рук. Клон решил слегка показать норов? Неприятно, но не смертельно. У них еще достаточно рычагов влияния, чтобы в дальнейшем держать его в узде. Все уже зашло слишком далеко. Потрачено слишком много сил, средств и ресурсов. Точка невозврата пройдена, и отменять столь масштабную операцию из-за маленького самовольства последнего Пэ Икса никто не будет. Джодок Дойл жаждет поскорее приступить к финальной части проекта «Ковчег». Все уже готово для броска в систему Гемина. Остается только вернуть системе ее правителя, который не только закроет глаза на все дела корпорации, но и прикроет ее деятельность от других любопытствующих взглядов.

— Ничего, скоро пройдет, — продолжил Райт. — Приношу тебе извинения от лица корпорации.

Как и его шеф, он предпочитал действовать не только «кнутом», но и «пряником». Хотя искренне полагал, что если хорошо владеешь кнутом, пряником можно и пренебречь.

— Я понимаю, — кивнул Марк, потирая запястья. Все религии он находил не более чем набором устаревших, смехотворных догм, но в данный момент был склонен согласиться, с тем, что бог все же есть.

— На вот! — Райт поднес к его рту небольшую, с пол-ладони серебряную фляжку.

Машинально сделав глоток, Марк мысленно скривился. Опять крепкий алкоголь! Неужели за все время своего развития человечество так и не нашло лучшего способа борьбы с депрессиями и стрессовыми ситуациями? И эти спившиеся обезьяны считают себя разумными?

Словно в подтверждение этих его мыслей, Райт и сам приложился к фляжке.

— Ну что, пришел в себя? — спросил он, утерев губы ладонью. — Тогда слушай. Завтра днем ты отправляешься домой. С капитаном Хейсом на этот счет уже все оговорено.

— Разве не планировалось, что меня освободит военный флот Конфедерации?

— Планы поменялись, — пояснил глава СБ. — Привыкай, это с ними происходит постоянно.

— Почему такая спешка?

— А ты еще не в курсе? Ах да, откуда. Благородные семейства Гемины протащили через совет графов сектора досрочное признание тебя совершеннолетним. Есть там какой-то древний закон.

При других обстоятельствах Марк нашел бы эту новость приятной. Совершеннолетие — это титул, почет, уважение, полный доступ к фамильным и родовым счетам.

— Очень мило с их стороны, — заметил он, прекрасно понимая, что еще не готов.

— Думаешь? — не уловил иронии Райт. — О тебе они беспокоились в последнюю очередь. Скорее, ровно наоборот, — пояснил он. — Если в течение ста дней ты не прибудешь в Гемину для принятия оммажа, то тебя признают погибшим.

— И в чем смысл?

— Это формальный повод для смены династии. Похоже, они пришли к какому-то компромиссу.

— А что же мой дорогой дядя? У него же есть свой претендент на нашу систему.

Слово «нашу» не ускользнуло от Райта. Он всмотрелся в лицо клона ища скрытую насмешку, но не нашел даже ее тени. Глава СБ позволил себе легкую, довольную улыбку. Хорошо, что клон понимает истинное положение вещей.

— Твой дорогой дядя все еще занят поисками своего младшего сына и его супруги. Их космическая яхта пропала.

Уточнять, что послужило причиной пропажи потенциального наследника дома Фобос (тяжелый это был крейсер или легкий), Марк не стал.

Погрузившись в воспоминания, он не сразу понял, что уже не один. Джи обладала феноменальной способностью появляться бесшумно, словно тень. Исключая те случаи, когда об ее скором прибытии извещают ругань, крики, а порой и выстрелы.

Обняв Марка со спины, она положила подбородок ему на плечо и тихо спросила:

— Волнуешься?

— Есть немного, — признал он.

— Выше нос! Скоро ты станешь настоящим бароном! Приемы, любовницы, коллекционирование дорогих гравикаров и космических яхт…

— Интриги, лавирование между политическими фракциями внутри системы и вне нее.

— Да, будет весело, — жизнерадостно кивнула она. — Мы подлетаем к Ромулу. Па зовет тебя в капитанскую рубку.

Два дня назад, после утомительного и долгого перехода, включавшего, из-за блокады главного транспортного пути в Гемину домом Орка, несколько внутрисистемных перелетов, крейсер появился на орбите необитаемого ледяного карлика — пятой планеты домашней системы дома Фобос. Конечной точкой их долгого путешествия был Ромул — четвертая планета системы.

Весь первый день «Висельник» шел с постоянным ускорением, чтобы в начале второго дня начать постепенное торможение. Комбинированное защитное и противоперегрузочные поля крупных кораблей, также как и система искусственной гравитации, весьма плохо переносили излишне резкое ускорение и торможение. К тому же, чем большую скорость набирал корабль, тем сильнее становилась нагрузка на комбинированные защитные поля — щиты, что делало космический корабль крайне уязвимым. Именно поэтому большинство космических боев происходили на смехотворно низких для космоса скоростях и в основном на орбитах планет, рядом с пространственными нитями.

В рубке «Висельника» царила слегка напряженная, но вместе с тем радостная атмосфера. Долгий полет подходил к концу, но что их ждет? В Пространстве Благородных домов не слишком жаловали корабли наемников, прекрасно зная, чем на самом деле те занимаются в нейтральных системах.

Планета на обзорном экране была еще далеким бело-синим шаром, когда на трехмерной сфере, парящей над консолью оператора систем дальнего обнаружения, появилось несколько белых точек. Консоль тихо пискнула в наушник оператору и мигнула световыми индикаторами, извещая о находке.

— Двенадцать часов, альфа тридцать, дальность пятьдесят восемь! Две… Три цели! Идут прямо на нас, — бодро доложил разом переставший скучать оператор. — Произвожу идентификацию целей.

— Принят входящий сигнал! — вторил ему связист, полулежавший в соседнем кресле-ложементе. — Произвожу дешифровку и перевод сообщения.

— Выводи на общий экран, — приказал Хейс, скосив взгляд на Марка и Джи, замерших у входа.

В левом верхнем углу большого обзорного экрана рубки появилось изображение человека, одетого в столь хорошо знакомый еще по «Изабелле» Марку рабочий скаф, больше похожий на древний военный мундир.

— Неизвестный корабль, — произнес незнакомец, видимо командир посланного на перехват нарушителя соединения, — вы находитесь в пространстве благородного дома Фобос. Назовите себя и цель своего прибытия.

— Передавай! — кивнул Хейс связисту. — Крейсер наемников «Веселый Висельник». Выполняю миссию по доставке наследника дома Фобос в систему Гемина.

— Сообщение отправлено, — доложил связист. — Ориентировочное время приема — одна минута.

Расстояние между «Висельником» и флотом перехвата было еще слишком велико, и вся связь происходила с внушительными задержками. Но вот прошло пять минут. Десять. И еще десять — ответа не было.

— Почему они молчат? — не выдержал Марк. Ожидание — это то единственное, что всегда выводило его из себя.

— Ты себе просто не представляешь, какой там сейчас переполох, — усмехнулся Хейс, неторопливо разбрасывая по голоэкрану личного коммуникатора карты пасьянса. — Главная проблема любой власти в том, что ее очень сложно делить. Благородным семействам дома Фобос это почти удалось, но тут прилетаешь ты — законный наследник. Представляешь их радость?

— А они не распылят нас на атомы?

Хейс задумчиво почесал шрам на шее:

— Сомнительно. Мало ли кто потом сможет принять сигнал нашего сообщения. Да и «Висельник» — крепкий орешек, мы вполне успеем удрать. Наследников не устраняют вот так открыто, да еще и на глазах такой кучи свидетелей. Тебе стоит бояться яда, теракта или наемного убийцы, а не корабельных орудий.

— Мне стало гораздо спокойней, — съязвил Марк.

— Спокойствие? Тебе это не грозит, в этом можешь быть уверен.

— Идентификация целей закончена! — доложил оператор систем дальнего обнаружения. — Легкий крейсер и два корвета. Типы… — на мгновение он запнулся, перепроверяя данные, — неизвестны. В нашей базе таких данных нет.

— Неважно, — отмахнулся Хейс. — Просто это такие раритеты, что им место базах антикварных, а не боевых кораблей.

— Есть входящий сигнал! — доложил связист и, не дожидаясь приказа, вывел полученное сообщение на общий экран.

— «Веселый Висельник», статус вашей миссии подтвержден, — сообщил все тот же незнакомец. — Добро пожаловать в систему. Повиновение дому! — бодро отданный воинский салют закончил сообщение.

Корабли дома Фобос охватили «Висельника» полукольцом, организовав то ли конвоирование, то ли почетный эскорт.

Вскоре изображение Ромула заполнило собой обзорный экран. Отчетливо виднелись огромные ледники, вольготно раскинувшиеся на доброй половине планеты. С северного и южного полюса они наползали на единственный континент, захватив его почти полностью.

Ромул был суровым миром вечной ледниковой эпохи. Вся жизнь на планете сосредоточилась в экваториальном поясе. Словно в противовес брату, Рем — вторая колонизованная планета системы, был сухим, пустынным миром, где вся жизнь сместилась к полюсам с остатками ледников.

Спутник у Ромула был всего один, вторым на его орбите висела огромная орбитальная крепость, внешне похожая на гигантский символ атома.

— Какая громадина! — восхищенно выдохнула Джи.

— Согласен, внушительное зрелище, — кивнул дочери Хейс.

Выведя трехмерную проекцию орбитальной крепости на свой коммуникатор, Джи принялась крутить ее перед собой, стараясь рассмотреть в мельчайших подробностях. А посмотреть было на что: причальные доки, орудийные форты, с торчащими во все стороны стволами излучателей, кластеры ракетных шахт…

Почувствовав возбуждение, она непроизвольно облизала краешек губ.

— Это же настоящая рукотворная луна! «Тортуга» раз в пять меньше!

— По меркам пространства Благородных домов цитадель дома Фобос довольно маленькая, — заметил Марк, отстраненно разглядывая трехмерную проекцию. Главные сомнения у него вызывал большой прозрачный купол на основном теле крепости. Совершенно нелогичное сооружение для боевой станции. На мгновение ему даже показалось, что под этим куполом колышется что-то зеленое, подозрительно напоминающее лес. Полный бред. Привидится же такое.

— Маленькая? — удивилась Джи, на секунду отрываясь от разглядывания предмета своего нового обожания.

— Да, — кивнул Хейс, подтверждая слова Марка. — Подобные орбитальные крепости встретишь только тут. Они словно замки феодалов древности планеты праматери. Хотя, на мой взгляд, для защиты планеты такая гигантская крепость — не лучшее решение. Шесть-восемь обычных оборонительных станций, правильно расположенных на орбите, обеспечат лучшую защиту планеты.

— Орбитальные крепости не для защиты планеты, — возразил Марк, — а для защиты Благородного дома и его главы. Это несколько разные вещи.

Хейс задумался на мгновение и согласно кивнул:

— Все время забываю специфику фронтира. Вольные бароны и графы очень любят эти большие, но в целом бесполезные игрушки. Лучше бы тратили деньги на развитие флота.

— Не считайте нас глупцами, — Марк все больше входил в свою роль. — Вся история Благородных домов показывает, что как только один из них начинает увеличивать космический флот, то тут же становится целью для всех своих соседей. Зато никому не возбраняется наращивать вооружение и защиту родовых крепостей. В данный момент даже для захвата самой слабой такой крепости требуется объединенные усилия флотов четырех-пяти баронов. Или флот графа со всеми его вассалами. Но и это чревато огромными потерями.

После этих слов Марка Хейсу на ум пришла мысль, которая заставила его нахмуриться:

— Хм, я предвижу проблемы с исполнением нашего договора, — насторожился он. — Вряд ли твоим соседям понравится увеличение флота дома Фобос сразу на шесть крейсеров.

— Я помню наш договор, но пока никакого увеличения флота дома Фобос не будет. Пока не будет! — заметив, что Хейс хочет что-то возразить, Марк слегка возвысил голос. — У меня и в Нейтральных системах найдется дело для ваших кораблей. А потом откроется много новых вакансий…

Он улыбнулся, и от этой улыбки капитану на короткий миг стало не по себе. Пожалуй, только теперь Хейс действительно поверил, что этот еще толком не сформировавшийся подросток ради власти переступил через тело собственной матери.

Хейс моргнул, прогоняя наваждение, и деловито поинтересовался:

— Связь?

Марк задумался:

— Курьерских кораблей у меня нет. Поэтому «Висельник» пока что останется в системе. Один крейсер не вызовет подозрений. Будем считать, что в благодарность за спасение, я предложил вам свое покровительство. Или все же лучше сделать вид, что мы заключили контракт?

— И на какие деньги ты умудрился нас нанять? — скептически поинтересовался капитан. — Это, знаешь ли, весьма дорогое удовольствие. Твоего карманного счета на мелкие расходы тут не хватит.

— А какая разница? — заметил Марк. — Одна из привилегий моего титула в том, что я никому ничего не обязан объяснять. Пусть благородные семейства гадают, какими такими тайными семейными активами я располагаю.

Огромное орбитальное сооружение приближалось. Диспетчер крепости передал на «Висельник» коды доступа и навигационные данные. Достигнув нужной точки, крейсер плавно опустился вниз, в расположенный на внутренней части радиуса одного из колец причальный док. Умышленно или случайно, но в непосредственной близости от дока располагался один из секторальных оборонительных фортов.

С близкого расстояния форт выглядел куда мене внушительно, чем на построенной с помощью сканеров проекции. Одна из сферических орудийных башен с грозными излучателями главного калибра была демонтирована. Вторая, находилась в полуразобранном состоянии, но это мало походило на ремонт. Третья орудийная башня выглядела целой, но настолько древней, что произвели ее не иначе как во времена Новой конкисты. В тех местах, где должны были находиться скорострельные оборонительные турели, зияли наспех наложенные заплатки с грубыми швами сварки.

— Эй, это же просто сборище старого мусора, а не пушки! — возмутилась Джи. Мечта рушилась прямо на глазах. Адмирал флота — это неплохо, но комендант такой вот орбитальной крепости тоже интересный вариант. — Натуральное ядерное оружие — стреляет ядрами. А вместо реакторов тут часом не паровой двигатель?

— Вечная проблема этих громадин, — прокомментировал безрадостную картину Хейс. — Со стороны все выглядит прекрасно, но стоит посмотреть поближе… Если остальные форты в таком же плачевном состоянии, то сомневаюсь, что эта крепость способна отразить атаку хотя бы пары современных лидеров прорыва.

Корабль слегка тряхнуло, магнитные фиксаторы надежно сковали «Висельника» в доке крепости.

— Стыковка произведена, — доложил один из операторов.

Убрав капитанскую консоль, Хейс поднялся из своего ложемента, покрутил головой, разгоняя кровь в затекшей шее, и повернулся к Марку.

— Пошли, посмотрим на твои владения, господин барон. Надеюсь, ты не заставишь меня падать перед тобой на колени?

— Низкого поклона будет вполне достаточно, — усмехнулся тот в ответ.

На выходе из корабельного шлюза их уже встречала представительная делегация. При виде застывшего вдоль стен коридора строя солдат с оружием Марк напрягся, сбился с шага и только потом понял, что это всего лишь почетный караул. Есть у людей такая традиция. Почетный караул — хороший знак. Главное чтобы он не превратился потом в тюремный конвой.

Вперед выступил невысокий мужчина средних лет. Жёсткие густые бакенбарды, покрывали его щёки до самых ушей.

Марк никогда не видел этого человека, но вместе с тем хорошо его знал по всевозможным записям и предоставленному «Арборвитэ» досье — Эрик Корб де Фобос, канцлер системы Гемина и ее полноправный правитель весь последний год.

— Прошу прощения… — на короткий миг канцлер замялся, но быстро продолжил, — ваша милость, но нам необходимо удостовериться, что вы это вы?

— Что я это я? — Марку даже не пришлось разыгрывать удивление. От такой постановки вопроса это получилось просто само собой. — У вас есть в этом какие-то сомнения?

— О, я ничуть в этом не сомневаюсь. Ничуть! — поспешно ответил канцлер. — Но после столь долгого вашего отсутствия и связанных с этим обстоятельств такие сомнения могут появиться у других… — он многозначительно замолчал.

Презрительно покривив для вида губы, Марк согласно кивнул:

— Хорошо. Я согласен на проверку. Но потом вы мне подробно расскажите о тех других.

Его слова упали на благодатную почву.

— Разумеется, ваша милость, — довольно улыбнулся Корб, прикидывая, кого из своих противников можно занести в список сомневающихся. — Проверка не займет много времени.

Достав из кармана мундира полицейский секвенатор — портативный генетический анализатор, он приложил его к руке Марка.

Даже на окраине галактической паутины процедура генетической идентификации была стандартной. Генокод и персональный чип с личными данными, вживляемый в тело при совершеннолетии, уже давно заменили любые другие виды документов, свидетельств и сертификатов.

Руку обдало теплом, сняв микрочистичку кожи, секвенатор провел генетический анализ и выдал результат. Изучив данные, канцлер припал на одно колено перед Марком.

— Ваш верный слуга смиренно просит прощения и готов принять любое наказание, — сказал он, склонив голову.

Впервые Марк ощутил жгучее желание отдать первый в своей жизни приказ о казни. За прошедший год с небольшим этот человек, играющий сейчас верного слугу, не сделал ни малейшей попытки вытащить наследника Гемины с «Тортуги». И что с того, что Марк вовсе и не рвался домой?

— Встаньте, господин канцлер, вы сделали то, что должны, — сказал он вместо этого.

— Добро пожаловать домой, Марк. Я был другом твоих родителей и верно служил им. Также верно я буду служить и тебе.

«Вот я уже и просто Марк» — мысленно усмехнулся клон, благожелательно кивнув мужчине. Этот резкий переход с официального тона на нарочито дружественный его порядком позабавил. Чего-то подобного он и ждал, но то с какой ловкостью канцлер это проделал, не могло не вызывать уважения. Неудивительно, что этот ушлый тип смог не только добиться дворянства, но и пролез в канцлеры. Интересно, сколько он украл за последний год, пользуясь почти неограниченной властью?

Расчет канцлера был Марку понятен: тот надеется подчинить себе юного, неопытного барона. Что же, Марк и не собирался ему мешать. Рожденный чтобы быть послушной марионеткой, он научился видеть и плюсы такого положения.

— Ценю вашу заботу, — Марк позволил себе немного застенчивую улыбку. — Я всецело полагаюсь на ваш опыт. А сейчас мне хотелось бы отдохнуть. Перелет был утомительным.

— О, прошу прощения, ваша милость, — Эрик Корб вновь стал образцом учтивости. — Я лично покажу вам ваши новые покои.

— Да, — сделав вид, словно только что о них вспомнил, Марк указал рукой на своих спутников, — капитан Хейс и его команда мои гости.

— Я распоряжусь, чтобы им предоставили все необходимое, — угодливо кивнул канцлер, бросив короткий, оценивающий взгляд в сторону капитана наемников.

Этот взгляд не ускользнул от Марка.

«Похоже, скоро капитан получит от канцлера предложение, от которого можно, но ненужно отказываться, — подумал он, пряча довольную улыбку. — Посмотрим, что решит Хейс».

Глава 14

Пауки в банке

Забавно, что священные книги с проповедями о мире нередко служат главным топливом кровавых войн.

(Марк Ортис де Фобос)

Система Гемина.

Орбита планеты Ромул.

Орбитальная крепость дома Фобос.

252 день 564 года Потери Терры.

В роскошном, но на редкость неудобном мундире Ансгар Дайсон чувствовал себя неуютно. Разношенный рабочий скаф, потертый, но привычный нравился старому адмиралу гораздо больше. Пусть тот неказист, зато не имеет жесткого стоячего воротника, который так раздражает шею.

Стараясь хоть немного унять зуд, Дайсон поводил головой из стороны в сторону, рассматривая зал. Сегодня здесь собрался весь цвет дома Фобос: планетарные губернаторы, чиновники высокой канцелярии, представители виднейших семей, генералы и адмиралы. Последних насчитывалось аж пятнадцать человек, и это на двадцать два вымпела ВКС дома Фобос, три из которых были транспортами. Полтора корабля на адмирала… Дайсон едва заметно поморщился.

Повинуясь командам операторов, висевшая над троном пара камер-дронов плавно перелетели поближе к дверям. Почти два десятка их собратьев сейчас выдавали картинку главного зала приемов дома Фобос на голопроекторы пятидесяти восьми миллионов жителей системы Гемина.

Парадные двери зала медленно открылись. По взмаху дирижерской палочки ожил живой камерный оркестр. Торжественная мелодия заполнила зал.

Адмирал с интересом рассматривал нового главу дома. Под прицелом тысяч пар глаз собравшихся в зале людей и десятков камер, вошедший в зал юноша, почти мальчик, чувствовал себя явно неуютно. Роскошный мундир был идеально подогнан по его фигуре, но при этом Марк Ортис выглядел в нем на редкость чужеродно, а от обилия орденов на груди даже нелепо. Дайсон почувствовал к нему что-то вроде сочувствия. Да, такого желторотика старшие семьи сожрут и не заметят. Похоже, дом Фобос ждут не лучшие времена. Быть может, стоило принять в качестве нового главы дома кого-нибудь из Орка?

Адмирал Ансгар Дайсон был патриотом своего дома, но не глупцом. Вражда с домом Орка и очередная блокада пагубно сказывались на и без того далеко не блестящем состоянии дома Фобос. Вся внешняя торговля упала до минимума. Провод торговых караванов через Нейтральные системы вне главных торговых маршрутов — это не только потеря времени, но и тройной риск. За последние три месяца были потеряны еще два рудовоза и фрегат сопровождения. Если так пойдет дальше, то еще год-два и у дома не останется кораблей для торговли с внешним миром. Внутренние дрязги в таких условиях губительны. Но старшие семьи скорее позволят погибнуть дому, чем возобладать над собой давнему соседу и конкуренту.

Благородный дом…

Будучи дворянином уже в пятом поколении, что вполне выводило его в старшую знать, Дайсон все же находил сложившийся строй пережитком эпохи Второй реконкисты. Нет, изначально система была интересна и для своего времени весьма прогрессивна. Странный, противоречивый симбиоз демократии и сословно-представительской монархии на первом этапе существования пространства Благородных домов оказался весьма эффективным. Сотни планет с сотнями развившихся за века изоляции различий в языке, культуре, религиях и уровне жизни. После потери Терры некоторые колонии скатились в настоящее варварство. Во многих из них процветали различные карго-культы поклонения небесным железным птицам. Впрочем, последнего не избежали даже старые колонии центра паутины. Одна из наиболее распространенных в галактике религий — культ Священной Терры, изначально была именно таким карго культом. Тысячи лет развития показывают, что человечество способно принять любую, даже самую дикую идею и слепить из нее религию.

Что творилось в потерянных колониях в плане политического устройства и вовсе не поддается описанию. Тут было все: деспотии, теократии, монархии, республики — все формы правления, когда-либо придуманные человечеством. Где-то спустя полвека после начала Второй реконкисты на фронтире начали появляться первые Благородные дома. Трехступенчатая иерархия: подданный, гражданин, дворянин, смогла объединить аморфную массу потерянных колоний со всеми их различиями, выстроив строгую, стройную систему.

Если первый статус человек получал по праву рождения, причем независимо от статуса родителей, то два других следовало заслужить. Служба в армии или работа на госслужбе, общественная и благотворительная деятельность — все это позволяло поднять свой статус с подданного до гражданина. Гражданство давало как ряд определенных преимуществ, так и некоторые минусы. К преимуществам можно было отнести право голоса на выборах, право занимать определенные правительственные должности низшего и среднего звена. К минусам — более строгое законодательство. Больше прав — больше ответственность.

Дворянство получалось лишь за особые заслуги и давало возможность попасть в высшую управленческую элиту дома. Исключения тут делались лишь для представителей правящей династии благородных домов, но изначально за всеми этими громкими титулами баронов, графов и герцогов были по большей части только представительские функции. В то время как реальная власть находилась у парламента, сената, думы, ригсдага, хурала (кто как назвался) Благородного дома.

Дайсон едва заметно поморщился. Что теперь вспоминать о стародавних временах и царивших тогда порядках. Единое государство уже давно развалилось на осколки. Благие идеи извращены, старые законы переписаны, Благородные дома погрязли во внутренних дрязгах, а внутри самих Благородных домов этим же самым занимается самопровозглашенная старшая знать. Миры центра паутины могут спать спокойно.

К концу Второй реконкисты Пространство Благородных домов развивалось столь стремительно, что просто принадлежность к Благородному дому вызывали уважение и зависть. Сейчас барон или граф любого, даже самого сильного Благородного дома, вызывают в центральных мирах лишь насмешку.

Марк Ортис преодолел путь через зал и поднялся на возвышение с троном. Внезапно юноша запутался в длинном плаще, споткнулся и едва не упал. По всему залу пронесся вал насмешливых шепотков, а кто-то и вовсе едва не рассмеялся в голос. Адмирал Дайсон с трудом подавил в себе желание отыскать взглядом этих идиотов, лишенных не только малейшего чувства такта, но и мозгов. Если новый барон пошел в свою матушку, то найти весельчаков на записи не составит труда. А неприятности глава дома может устроить немалые. Другое дело, что некоторые представители старших семей могут и ответить.

Архиепископ Гемины, в результате жеребьевки между тремя основными конфессиями системы честь коронации досталась именно ему, взял с атласной подушки баронскую корону и продемонстрировал ее всему залу. Сейчас наследник преклонит колени перед священником, как когда-то на погибшей Терре делали короли древности, и тот водрузит ему на голову символ его нового статуса и власти.

То, что произошло дальше, было возмутительно. Традиции и ритуалы — это то на чем держится Благородный дом. Но, похоже, Марк Ортис этого не знал. Он не преклонил колени перед священником, а судорожным и каким-то нервным движением выхватил корону из его рук. Зал тихо ахнул. Немыслимое попрание традиций! Как такой неуклюжий, невежественный болван может быть главой дома?

Во взгляде старого адмирала появился интерес. Что-то ему это напомнило. Что-то из докосмической истории Терры. Неужели!

Повернувшись к залу, Марк Ортис поднял корону над головой и надел ее, окончательно похоронив древний церемониал. Тихий шепот в зале перешел в недовольный, осуждающий гул. Заглушая недовольство, очнувшийся оркестр заиграл гимн дома Фобос.

«Он же просто играет с нами, — внезапно осознал Дайсон. Впервые за долгое время его губы тронула легкая, мимолетная улыбка. — Что же, возможно у мальчика все же есть яйца. А значит, у нашего дома появился шанс».

* * *

Прием по случаю обретения домом Фобос своего нового главы был в самом разгаре. Столы ломились от обилия деликатесов, экзотических фруктов и дорогих вин. Благородный дом мог экономить на флоте, но не на роскошных празднествах и красивых церемониях. Траты на подобные развлечения могли превосходить расходы на годовое содержание небольшого флота.

Описав широкий круг по залу, стараясь держаться подальше как от особо шумных, так и излишне тихих компаний, Кир неспешно потягивал из высокого бокала понравившееся ему розовое вино. Старательно гоня прочь все мысли, о его возможной стоимости.

Первая неловкость прошла. Все вокруг были заняты своими делами, и никто не обращал на него никакого внимания. Марк и Джи, составившие ему на короткое время компанию, затерялись где-то в зале. Дядя Хейс застрял в обществе нескольких важных военных дома Фобос. Кир не особо разбирался в знаках различия, но если судить по пышности мундиров и количеству орденов, это либо адмиралы флота, либо генералы сил обороны планеты. Кир поставил бы на адмиралов. С «земляными червяками» у дяди вряд ли найдутся общие темы для беседы.

Неожиданно его внимание привлекла развлекательная программа этого донельзя скучного приема. На подиуме в конце зала пела молодая девушка. Под аккомпанемент живого оркестра, звуки ее бархатистого контральто плыли над залом, пробиваясь сквозь гул досужей светской болтовни. Судя по довольно приличной толпе перед сценой, это была явно какая-то местная знаменитость. Хотя Кир затруднился бы ответить, что больше привлекло поклонников, дивный голос или эффектная внешность певицы.

Высокая, стройная, с длинными, черными как смоль вьющимися волосами до плеч. Лицо ее покрывал легкий загар, который ей чрезвычайно шел. Зеленые глаза, под тонкими темными бровями смотрели на мир с легкой насмешкой и каким-то скрытым вызовом. Платье ее было подобрано под цвет волос и, переливаясь всеми оттенками черного, облегало точеную фигурку, словно легкая, волнующая дымка.

Кир никогда не верил в сентиментальную чушь вроде любви с первого взгляда, но поймав на себе ответный взгляд певицы, неожиданно смутился. Сделав шаг назад, он отвернулся и поспешил смешаться с толпой.

Очнулся он только у столика с закусками, влив в себя подряд сразу два, а может и три бокала с вином. В голове уже слегка шумело. Проклиная свою робость, Кир сжал кулаки и решил вновь вернуться к сцене, когда неожиданно осознал, что певица закончила свое выступление. Это расстроило его даже сильней чем недавний приступ робости. Искать незнакомку среди такого количества людей можно вечность. Да и не факт, что она вообще есть среди гостей.

«И запись я сделать не додумался, дубина, — сокрушенно подумал он. — Хм, а если хакнуть сервер с данными камер? Хотя, зачем ломать, когда можно просто получить доступ у Марка».

Он всерьез задумался, какому способу отдать предпочтение. Первый был интересным, а второй — простым.

— Похоже, вам понравилось мое выступление, — послышался голос за его спиной.

Вздрогнув, Кир обернулся и зачарованно замер, пришпиленный к месту взглядом огромных зеленых глаз. Объект его поисков стоял всего в двух шагах, легонько помахивая зажатой между пальцев шпажкой с канапе.

— Вы что немой? — нахмурилась певица, не дождавшись ответа.

— Да… Понравилось… То есть нет!

— Так вам не понравилась, — резко помрачнела она.

Мысленно обозвав себя идиотом, Кир все же смог взять себя в руки.

— Мне понравилось. И нет, я не немой, — четко сказал он. — И прошу прощения, если я вас чем-то обидел. Я тут чужой и признаться честно, порядком теряюсь.

— Вы не из нашего славного дома? — удивилась певица.

— Я — Кир Зейд, — он замялся, этикет Благородных домов не входил в сферу его интересов. А ведь Марк предлагал необходимые программы! Что следует говорить в таких случаях? Ну вот, сейчас эта красавица точно примет его за полного идиота и уйдет. И будет права! — Я личный гость Марка… Марка Ортиса… — Кир почувствовал, как к щекам приливает кровь и добавил придав голосу значимости: — Барона Марка Ортиса де Фобос.

В глазах девушки вспыхнул неподдельный интерес.

— Вы были с нашим новым бароном в заключении? Это так интересно! О, простите мои манеры. Сента Корб де Фобос, певица.

Она протянула ему руку и проснувшаяся в Кире память предков, в виде просмотренных голофильмов, подсказала ему правильные действия. Мягко сжав кончики пальцев девушки ладонью, он склонился, не отрывая взгляда от ее лица и легонько коснулся губами кисти ее руки.

А еще говорят, что от развлекательного головидео нет никакой пользы. Вранье!

Девушка хихикнула, но тут же извинилась:

— Прости, ты проделал это с таким серьезным видом. Ничего если мы перейдем на ты? Эти формальности так утомляют. Можешь звать меня просто Сента.

Кир сам не понял, как оказался подхвачен под локоть. Вопросы от Сенты сыпались без перерыва. Иногда ему казалось, что он не успевает закончить ответ на один, как тут же следует второй. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что фамилия его новой знакомой ему почему-то хорошо известна, но обдумать ее он не успел.

Громче заиграла музыка, теперь это была явно какая-то танцевальная мелодия. Гости оттянулись к стенам, освободив в центр зала.

— Пригласишь меня на танец? — поинтересовалась Сента, посмотрев в сторону танцующих.

Кир вновь смутился.

— Боюсь, я не умею, — признался он.

— Серьезно? — изумилась девушка. — Проблема… Тебе нужно срочно этому учиться, иначе и дальше будишь сохнуть на подобных приемах со скуки. Могу помочь.

— Буду вам… — Кир запнулся, но тут же быстро исправился, — тебе очень благодарен. У тебя есть необходимые обучающие программы?

— Программы? Мы найдем способ получше…

Продолжая неспешную беседу с друзьями, Эрик Корб краем взгляда наблюдал за действиями своей дочери.

Возвращение наследника дома вызвало эффект неразорвавшейся плазменной гранаты. Вроде все живы, но черт его знает, может как раз сейчас эта штука и рванет. Неделя перед традиционной, похожей на коронацию церемонией вступления нового главы дома в свои права ситуацию прояснила мало. Марк Ортис оказался таким, каким все и ожидали от избалованного, пятнадцатилетнего мальчишки. Это слегка успокоило ситуацию. Но канцлера, да и многих других очень напрягала его свита.

Капитан крейсера, подозрительно похожего на тот самый который уничтожил яхту «Изабелла». Рыжая девчонка, его дочь. Хотя тут-то, похоже, все понятно. Мальчик пошел в отца, а тот не пропускал ни одной юбки ни до, ни после женитьбы. Непонятный юнец, похоже — близкий друг. Плюс целый легкий крейсер, заполненный первосортными головорезами.

Есть над чем поломать голову.

— Так его девочка, — одними губами прошептал канцлер, поймав взгляд дочери. Скоро этот юнец будет есть у нее с рук и станет ключиком к новому барону.

Кстати! Он с беспокойством оглядел зал. А куда подевался новый глава дома?

Свет звезд завораживал. Гипнотизировал! Манил! Марк лежал на аккуратно подстриженном газоне и молча любовался «серебряными гвоздями мироздания», как именовали звезды древние жители человеческой планеты матери.

Трава приятно щекотала кожу. Забавно, что данная трава находится на газоне парка, расположенного на космической станции, которая болтается на орбите планеты.

Впервые попав в это место, он самым натуральным образом остолбенел. Парк на космической станции… деревья, трава, аккуратные гравийные дорожки, небольшой пруд с золотыми рыбками и все это на боевой космической станции! Что за нерациональная трата ресурсов и драгоценной полезной площади для создания крайне уязвимой в плане атаки зоны!

Первым его желанием было отдать немедленный приказ о более правильном использовании данного пространства. Например, постройке еще одного орудийного форта. К счастью, Марк уже давно привык обдумывать каждое свое действие. Спустя три дня он поймал себя на мысли, что это место ему даже нравится. Прогулки в тени деревьев успокаивали, а лежать в траве, наблюдая за холодным светом далеких звезд, просто приятно. Особенно сейчас, когда отключены лампы дневного света. К тому же это помогало думать.

Он поднял руку вверх, растопырил пальцы, а потом сжал их в кулак.

Начало положено — игра началась! Теперь следует ждать гонцов с указаниями от Северова и Дойла. И если от первого еще не известно чего ожидать, то с главой «Арборвитэ» все проще. Первым делом он потребует ввести своих людей в его ближайшее окружение. Скорее всего, это будет обставлено как беспокойство о его безопасности.

Люди так предсказуемы!

— Долго ты будешь прятаться? — лениво поинтересовался он, не отрывая взгляда от искусственного небосвода.

Слежку он почувствовал минуты две назад — неприятное ощущение чужого взгляда, и ничуть не удивился, когда из-за деревьев появилась Джи.

Сегодня, по случаю праздника, девушка была в нормальной одежде, а не привычном скафе. Платьев она не признавала, и потому остановила свой выбор на обычном брючном костюме, выгодно подчеркивавшим ее фигуру. Больше эпатировать почтенных матрон дома Фобос можно было, только заявившись на церемонию и праздничный банкет совершенно голой.

Впрочем, Марк не удивится, если часть аристократок дома Фобос скоро обреют головы и обрядятся в мужскую одежду. Если новый барон предпочитает именно таких девушек, то на что не пойдешь ради своего сюзерена! Некоторые прямо на приеме, не то что заигрывали, а откровенно на него вешались, делая весьма недвусмысленные намеки. Ничто не делает мужчину таким привлекательным, как туго набитый кошелек и громкий титул.

Постояв немного, Джи легла на газон рядом с ним.

— А знаешь, в этом что-то есть! — заметила она через некоторое время. Перекатившись на живот, девушка подперла голову рукой, поковыряла пальцем землю, сорвала несколько травинок и отстраненно вздохнула: — Планетарники просто не понимают, как им повезло.

— Спорное утверждение. Далеко не всем довелось родиться на планетах А класса. Жизнь на том же Ромуле мало отличается от жизни на «Тортуге».

— Хотела бы я пожить на А-шке. — мечтательно вздохнула Джи. — Это должно быть здорово!

— Как ты меня нашла?

В ответ раздался тихий смешок.

— Проверь левый карман твоего мундира.

В левом кармане обнаружилась тонкая пластинка. Больше всего она походила на стандартный чип данных. Скорее всего, именно им когда-то и была.

— Жучок?

— Он самый. Помнишь, я обняла тебя на удачу перед коронацией?

— Спасибо, учту на будущее, и больше не буду обниматься с тобой перед важными встречами.

— Вот и зря! Я все равно придумаю что-нибудь еще, но уже не такое приятное.

Полюбовавшись звездами еще некоторое время, Марк скосил взгляд. Было невообразимо забавно наблюдать, как Джи пытается побороть собственную гиперактивность. Долгое молчание давалось ей нелегко. А бездействие просто выводило из себя.

— Спрашивай, — разрешающе кивнул он.

Джи открыла рот, но тут же закрыла его и настороженно огляделась.

— А нас не подслушают?

— Парк чист. Кир проверял его два дня назад. Это к… — Марк едва не произнес «какая-то», но тут же поправил себя: — наша местная традиция. Парк — признанная зона для конфиденциальных переговоров, за ним не следят.

Немного поколебавшись, она все-таки спросила:

— В последние дни ты ведешь себя как…

— Как недалекий, самовлюбленный придурок. Ты это хотела сказать?

— Какая точная и емкая характеристика, — ехидно заметила она, а потом резко посерьезнела: — Зачем ты это делаешь? Ты не такой, я знаю.

— А ты уверена, что хорошо меня знаешь?

— Нет. Но образ, что ты себе создаешь…

Марк улыбнулся, если купилась Джи, то что говорить об остальных?

— Вот именно — образ. Развратный, самовлюбленный юнец, заносчивый и спесивый, но недалекий. В качестве главы дома бесполезен, но также и безопасен для старших семей. Мне надо усыпить внимание канцлера и этих высокородных зануд. — Да и не только их, додумал он про себя. — Я буду устраивать кутежи, пьянки, развлечения, демонстрировать полное отсутствие тяги к управлению делами дома. Пересплю с парочкой аристократок поблагородней и посмазливей. Красотки из старших семей уже чуть ли не в очередь выстраиваются, стараясь продемонстрировать мне внезапно вспыхнувшую страсть. Нельзя же игнорировать такие верноподданнические порывы, — его губы исказила гримаса презрения. — Пусть старшие семьи думают, что через них смогут на меня влиять.

— Тигра, да ты оказывается циник.

— Ты только что это поняла?

— И каковы наши роли в этом спектакле?

Марк расстегнул высокий воротник парадного мундира. Вот зачем нужны эти непонятные пуговицы, когда есть удобные магнитные застежки и липучки? Одно легкое движение, и ты не только полностью одет, а еще и почти полностью загерметизировался. А с этими пуговицами — это же настоящий ритуал! Хуже только все эти награды. Получить за неделю пребывания столько высших орденов дома — это надо уметь. Воистину, канцлер и старшие семьи считают его полным дегенератом. Ребенок, надевший одежду взрослого, не становится взрослым, а выглядит нелепо и смешно. Что же, он прекрасно сыграл свою роль на этой коронации… баронации. Найдутся те, кто понял — хорошо, не найдутся — еще лучше. Верхушку дома все равно придется менять. Менять почти полностью.

— Кир станет мои секретарем, — сказал он.

— Хм, — задумалась Джи, — боюсь, братишка не согласится, а может даже обидится. Он довольно тщеславен. Ты не замечал? Вобьет себе в голову, что ты решил сделать его мальчиком на побегушках. Надо будет поговорить с ним на эту тему.

— Личный секретарь барона дома — это важная, чуть ли не ключевая должность, — возмутился Марк.

— Да понимаю я, — поморщилась Джи. — И Кир поймет. Просто дай мне сперва с ним переговорить. Он порой обидчив словно младенец.

— Хорошо, — согласился Марк и продолжил: — Твой отец побудет еще немного в системе, а потом я ему найду занятие по специальности. — Говорить, что этим занятием станет перехват конвоев «Арборвитэ» — предыдущих хозяев капитана Хейса, Марк не стал. Утаивание части правды это же не ложь. — Остаешься только ты…

— Хочешь сделать меня официальной фавориткой?

— Нет.

Отбросив в сторону травинку, Джи с интересом посмотрела на Марка.

— Я думала, вы с отцом договорились, — заметила она.

— Мы с твоим отцом договорились, но не с тобой. А ты этого не хочешь. Или ты сейчас будешь клясться мне в неземной любви?

Немного подумав для приличия, девушка криво улыбнулась и отрицательно качнула головой;

— Нет, с тобой просто прикольно. Но все же плохо быть таким умным, Тигра. Это просто скучно.

— Обиделась?

— Плюнь и разотри. На правду не обижаются. Но что мне делать? Давать мастер класс твоим новым любовницам на тему любимые позы его милости?

— Ну, если ты настаиваешь…

— Тигра, не буди во мне зверя!

— Все, все! — Джи подобралась, словно перед прыжком и Марк поспешил продемонстрировать ей открытые ладони. С нее станется затеять очередной спарринг прямо тут, а его уже должны были хватиться. Как бы охрана не приняла их дружескую потасовка за нападение на барона.

Встав на ноги, он стряхнул с золотого эполета лист и протянул ей руку. Немного поколебавшись, — при их спаррингах подобная «помощь» нередко оборачивалась жестким клинчем, это было своего рода традицией — она все же приняла помощь.

— Пойдем! — Марк кивнул в сторону выхода из парка.

— Куда? — заинтересовалась Джи.

— Это сюрприз.

— Тигра, ты же знаешь, что я не люблю сюрпризы.

— Я тоже. Но этот сюрприз тебе понравится, обещаю.

Из-за близости к закрытой для большинства обитателей станции парковой зоны, в коридорах внешнего уровня было пусто. Проигнорировав как маглев[5], служивший для передвижения по уровню, так и скоростные лифты, предназначенные для перемещения между уровнями станции, Марк повел Джи в один из боковых коридоров.

По серому пластику отделочных настенных пластин шла яркая красная полоса. Знающему человеку это четко говорило о том, что без должного допуска в этот коридор лучше не соваться. Подтверждение этому обнаружилось за первым же поворотом. Коридор здесь переходил в небольшой квадратный зал, по углам которого стояли не самые новые, но все еще смертельно опасные, особенно для людей без должной защиты, оборонительные турели. Их датчики равнодушно следили за каждым движением нежданных посетителей.

Марк приложил ладонь к очередной консоли, и, дождавшись приглашающего зеленого сигнала, демонстративно пропустил Джи вперед:

— Прошу.

Они оказались в огромном ангаре, при желании в нем мог бы разместиться легкий крейсер. Но сейчас ремонтный стапель занимал небольшой кораблик, что-то среднее между корветом и курьером.

— Это «Эль Сид» — личная яхта моего отца, а теперь моя, — пояснил Марк. — Полный экипаж насчитывает десять человек, но с ней вполне можно справиться и в одиночку. Характеристики… Читай сама если интересно, — он перекинул на коммуникатор Джи файл с данными. — Мне лень все рассказывать.

— Скорость… среднее время привязки… количество привязок… мощность щитов… вооружение, — бормотала Джи, уткнувшись носом в экран коммуникатора. — Неплохой кораблик. Хотя оружие слабовато.

— Это яхта, а не крейсер, — заметил Марк, перепрыгивая через толстый электрический кабель. — Эй! Смотри под ноги!

Предупреждение пришло вовремя. Споткнувшись о кабель, Джи все-таки смогла устоять на ногах.

Входной шлюз был закрыт, да располагался довольно высоко, а лестницы поблизости не наблюдалось. Зато аппарель грузового отсека была любезно распахнута, открывая всем желающим доступ на корабль.

Хотя внутреннее убранство «Эль Сида» уступало погибшей «Изабелле», Марку корабль сразу понравился. Если «Изабелла» была обычной космической яхтой, то «Эль Сид», проходя по той же классификации, был настоящим боевым кораблем. Не легкий крейсер, конечно, но вполне приличный корвет-разведчик — малозаметный и скоростной.

Ни в грузовом отсеке, ни коридорах корабля не было никаких признаков экипажа.

— Куда теперь? — спросила Джи, с интересом оглядываясь по сторонам. — И где мой обещанный сюрприз?

— Сюрприз должен быть на мостике. Кажется, это сюда.

В отличие от более больших кораблей, капитанский мостик «Эль Сида» находился не в самом центре корпуса, а в носовом обтекателе. Здесь же Марк и Джи обнаружили первых представители экипажа корабля. Два техника неспешно возились в электронике одного из пилотских ложементов. Они были так увлечены делом, что даже не заметили их появления.

— Кхм! — кашлянул Марк, стукнув по стене для привлечения внимания.

— Кто там еще! — недовольно оглянулся один из техников. Глаза его округлились от удивления. — Ваша милость? — неверяще уточнил он и, пнув соседа, тут же вскочил на ноги. — Гранд-адмирал на мостике!

Марк едва заметно поморщился. Вот опять ему слышится скрытая издевка. А все эти древние традиции, будь они неладны! В довесок к титулу главы дома, он получил еще и звание гранд-адмирала флота и фельдмаршала сил обороны планеты. Гранд-адмирал и фельдмаршал в неполные шестнадцать лет! Хорошо хоть в системе нет практики обожествления своих правителей. А ведь в некоторых благородных домах существует и это. Божественный гранд-адмирал…

В конце эпохи Мертвых звезд, в самом начале Второй Реконкисты, оставшиеся человеческие миры несколько переусердствовали в восстановлении и сохранении исторической памяти Священной Терры. Многие планеты возомнили себя прямыми потомками древних стран и империй. Одних только Новых Римов насчитывалось штук пять или шесть. Но если миры Центра этим давно переболели, то в пространстве Благородных домов это еще встречалось. Дом Фобос, по сравнению с многими домами, можно считать еще довольно прогрессивным.

— Вольно, работайте, — приказал Марк.

— Ваша милость, — несмотря на команду, техники продолжили стоять на вытяжку, — разрешите обратиться к капитану корабля!

Джи удивленно обернулась, но на мостике больше никого не было.

— Это он кого сейчас имеет в виду? — спросила она.

— Тебя, — отозвался Марк, мысленно кляня несдержанность техника. — Теперь это твой корабль. Добро пожаловать на службу дома, мичман Джинна Хейс вис Фобос.

— Эй, я не давала на это своего согласия, — попыталась возмутиться девушка.

— А кого это волнует? — отмахнулся Марк. — В доме Фобос существует только два мнения: мое и неправильное. Все, разбирайся со своим кораблем и командой, а у меня дела.

Не успела Джи опомниться, как он покинул мостик. Некоторое время она молча стояла, буравя взглядом дверь за которой только что скрылся этот… этот… Мысли путались и ей никак не удавалось подобрать должное определение. Что касается желания, то новоявленного барона ей хотелось то ли обнять, то ли пристрелить. Сначала обнять и потом пристрелить? Или сперва пристрелить, а потом обнять? А может проще его задушить?

— Капитан Хейс, мэм! — напомнил о себе техник.

— Ладно, что там у вас? — вздохнула Джи. — И кстати, у вас не найдется устава космофлота дома Фобос… Сколько там еще званий до адмирала, — уже тише пробормотала она.

Глава 15

Первые шаги

Хочешь выжить и победить? Делай не что хочется, а что нужно!

(Марк Ортис де Фобос)

Система Гемина.

Орбита планеты Ромул.

Орбитальная крепость дома Фобос.

272 день 564 года Потери Терры.

Зависший на орбите лидер прорыва внушал уважение одним своим видом. Сигарообразный гигант километровой длины, основа ударной мощи космических флотов, передовой корабль атакующего построения, с самыми мощными щитами, вооружением и броней. Отсюда и название всего класса — лидеры прорыва.

Выведя на огромный экран личного кабинета увеличенную проекцию корабля, Марк отстраненно подсчитывал количество башен главного калибра, прикидывая суммарную огневую мощь полного залпа лидера.

В кабинет проскользнул Кир.

— Он прибыл, ждет в приемной, — коротко доложил он.

Марк разрешающе кивнул:

— Пусть заходит, и проследи, чтобы нас не беспокоили.

— Как пожелаете, ваша милость, — он отвесил шутливый полупоклон, но Марк этого даже не заметил.

Такой корабль способен в одиночку разделаться со всем флотом дома Фобос. А три таких корабля могут пободаться даже с орбитальной крепостью.

— Внушительное зрелище, не правда ли? — отвлек его от размышлений слегка насмешливый голос.

Марк развернулся. Северов вошел практически бесшумно и, не дожидаясь приглашения, уселся в одно из кресел для гостей. Несколько нагло с его стороны, но Марк не обратил на подобную бестактность никакого внимания, сказался опыт их первой встречи. Северов просто провоцирует его, чтобы потом с тихой насмешкой следить за реакцией.

— Я ждал гонца, но не думал, что им будете вы. Да еще с таким сопровождением. Лидер прорыва, два крейсера, четыре фрегата…

— С меньшими силами в ваши края лучше и не соваться, — пожал плечами Северов. — Уважать не будут.

— Да, но теперь я просто не представляю, как сохранить ваш визит в тайне.

— Если хочешь что-то спрятать, положи это на самое видное место. Не переживай. Никто ничего не заподозрит. Все знают, что я одержим идеей постройки спутниковой сети связи не хуже чем у Банковской директории. А предварительно желаю хотя бы наладить устойчивый обмен данными с помощью курьерских кораблей. В Пространстве этот проект начался еще до твоего создания, и я действительно привез ряд взаимовыгодных предложений баронам Благородных домов. Тут очень удачно совпали мои коммерческие интересы и личные.

— Хорошо если так, но с предложениями — это к канцлеру.

Северов нахмурился:

— Смотри не заиграйся. Некоторые маски весьма прилипчивы, а очень слабых правителей тоже не любят. Их просто терпят до поры. Двойной Д с тобой еще не связался?

— Жду его представителя в ближайшие дни.

— Ладно, времени у меня мало. А потому перейдем к делу. Я оставлю тебе два десятка моих людей, их необходимо перевести на Рем и обеспечить всеми необходимыми документами: рождение, подданство, гражданство. Внеси все это в ваши базы данных. Дворянами их делать не нужно, так проще обнаружить подлог. Дальнейшее не твоя забота. Теперь по каналу связи. Сеть спутников не обещаю, да и странно это будет выглядеть, если я отдам предпочтение столь забытому уголку паутины, но курьерский корабль один-два раза в неделю к тебе прилетать будет. С моими пожеланиями все. Что тебе нужно от меня?

Марк ждал этого вопроса и даже надеялся на него. В отличие от Джодока и «Арборвитэ» у Северова нет рычагов воздействия, чтобы заставить его что-то делать. А значит, он будет вынужден что-то предложить в оплату оказанных ему услуг.

— Мне нужна информация обо всех конвоях «Арборвитэ» в систему: количество кораблей, охрана, груз, дата выхода.

— Хочешь пощипать корпорацию? — сразу понял Северов. — Опасная затея. Очень опасная. Зачем тебе это?

— Дом Орка… Пока он контролирует основной торговый маршрут, у дома Фобос нет будущего.

— С каких это пор ты заделался патриотом дома Фобос, семьдесят седьмой?

На очередную подначку Марк снова не среагировал.

— Вы с вашими корпоративными играми рано или поздно покончите, а мне здесь жить. Смею надеяться, долго и счастливо. Я барон — правитель дома. Его судьба — моя судьба.

Во взгляде Северова появилось что-то вроде легкого уважения.

— Похвальное устремление, Марк, — кивнул он, — действительно похвальное. Хорошо, у тебя будут самые подробные данные из возможных. Но постарайся нигде не засветиться. Свой флот не используй, лучше задействуй наемников. Дать тебе пару контактов?

— Контакты — это хорошо. Но наемники дорого берут… — Марк многозначительно замолчал.

Северов вздохнул.

— Naglost vtoroe schastie! — пробормотал он по-русски.

— Что? — не понял Марк, досадуя, что не включил программу переводчик.

— Будут тебе деньги, говорю. Немного, но будут. Скинь на этот контакт номер счета, — он быстро набрал номер на своем коммуникаторе. — Остальную сумму изыскивай сам. Все, время для визита вежливости вышло. Теперь мне нужно провести переговоры с канцлером. Удачи, Марк Ортис. Она тебе понадобится.

Когда Северов ушел, в кабинет вновь заглянул Кир.

— Заходи, — махнул ему Марк. — Сядь, передохни, ты весь день на ногах.

Он подошел к встроенному мини-бару, выудил из его недр бутылку с яркой этикеткой, быстро налил два небольших бокала и протянул один Киру.

— Тебе не кажется, что ты слишком вошел в образ пропойцы? — заметил тот, принимая бокал. — От тебя несет, как от спиртового синтезатора.

— Не кажется. Я просто прополоскал рот виски и вылил немного на одежду. Довольно дорогое вышло умывание, — сварливо отозвался Марк. — К тому же у меня есть это. — Он продемонстрировал Киру полупустой флакончик с яркими таблетками. — Алкоблокиратор. Гадость жуткая, но помогает.

— Как прошла встреча?

— Похоже, этот Северов решил, что я полный кретин.

— Неудивительно, — лицо Кира расплылось в широкой ухмылке, — тут тебе и играть то не пришлось.

— Эй, — улыбнулся Марк, — тебя часом Джи не покусала?

— Несколько дней нашу фурию не видел. Сделав ее капитаном корабля, ты нашел прекрасный способ от нее избавиться. Теперь мне приходится отдуваться за двоих. Ладно, чего тебе от меня надо?

— В то, что я позвал тебя просто по-дружески поговорить, ты не веришь.

— Твой алкоблокиратор точно действует? — отстраненно поинтересовался Кир.

— Ладно, глупый вопрос, признаю. Северов сейчас у канцлера, ты можешь подслушать или подсмотреть о чем они говорят.

Кир несколько сник и отрицательно покачал головой.

— Без шансов! Корб помешан на безопасности, совсем как ты.

Марк едва заметно поморщился. Канцлера необходимо срочно поставить под контроль. Но как это сделать?

— Жаль… — Внезапно он потянул носом воздух, повеселел и с насмешливой снисходительностью заметил: — Кстати, с каких это пор ты стал пользоваться духами, причем женскими? Завел себе подружку?

Не ожидавший подобного вопроса Кир смущенно передернул плечами и взглянул на него с явным вызовом.

— Вообще-то это не твое дело, твоя милость.

— Как знаешь, но будь осторожен. Все здесь не те, кем кажутся.

— А может не стоит судить людей по себе? — дерзко заметил Кир.

— А разве стоит оценивать их как-то иначе? — не наигранно удивился Марк. — И кто она? Ты нас познакомишь?

Кира охватил приступ паники. Он представил себе, что подумает Марк, узнав о его знакомстве с дочерью канцлера. Ему ведь не объяснишь, что это просто случайность. Что Сента не такая, как ее отец. Марк — параноик. А параноик, обличенный властью…

— Возможно потом, — выдавил он из себя, скорчив мало похожую на улыбку гримасу.

— Боишься, что я ее отобью? — усмехнулся Марк. — Ладно, иди уж, влюбленное создание. На сегодня можешь быть свободен.

Когда дверь за Киром закрылась, смешинки исчезли из его глаз, а взгляд стал подозрительным и колючим.

— Мне срочно нужен глава службы безопасности. Назначить и пусть вкалывает. Вот только где его взять? — пробормотал он. — Надо поговорить об этом с Хейсом. Увы, но больше просто не с кем.

Теперь уже его баронские апартаменты располагались в самом ядре орбитальной крепости и по пышности убранства могли поспорить с иным дворцом планеты праматери. Никакого пластика. Деревянный паркет из редких пород дерева и настенные золотые панели с причудливой гравировкой. Забавно, но дерево на полу обходилось куда дороже золота на стенах. Особенно с учетом того, что дерево было натуральным, а не синтезированной поделкой. Могли ли подумать жители планеты праматери, что обычное дерево, станет ценнее любого, пусть самого благородного из благородных металла.

Недавно Марк прикинул стоимость этого пола и обомлел. Лидер прорыва на эти деньги, конечно, не купишь, а вполне приличный крейсер — запросто.

Окинув взглядом рабочий кабинет, и вновь пожалев о бесполезной трате ресурсов и средств, он активировал свой коммуникатор.

— Двух рыцарей к главному входу!

Вот еще одна проблема — личная охрана барона из пятидесяти рыцарей. По местной традиции в нее отбирались только дворяне, обычно это были младшие сыновья. Марка такое положение дел категорически не устраивало, это тоже следовало изменить, но не сейчас. Для столь радикальных перемен нужен повод, хороший повод. И он уже работал над его созданием…

Рыцари встретили его у входа в апартаменты. Два воина в красных с золотым тяжелых скафах, стилизованных под рыцарские доспехи планеты праматери, плюс плащи на плечах. Вот зачем космическому скафандру высшего класса защиты подбитый искусственным мехом плащ? Снова нерациональный перерасход ресурсов и средств! Хотя, надо признать, со стороны рыцари выглядели красиво и внушительно. В их боевых качествах Марк уже не был так уверен. Именно рыцари охраняли баронессу Изабеллу на Асраи. И чем все закончилось?

Марк мазнул взглядом по лицам в открытых забралах гермошлемов. Кто тут у нас? Новайо Рэй и Кристиан Саэс. Первый просто дурак из не слишком знатного рода, а второй — явный шпион влиятельного семейства Саэс. В рамках Гемины Рудники Саэса можно считать полноправной корпорацией. По сравнению с трансгалактическими монстрами вроде «Арборвитэ» и «Глокома» это даже не муха, а скорее микроб. Но и микробы опасны.

— Ваша милость! Повиновение дому! — отсалютовали оба рыцаря. Марк небрежно кивнул им в ответ.

Представительный эскорт за спиной слегка напрягал. Он очень не любил, когда кто-то с оружием в руках дышит ему в спину. С другой стороны в памяти еще были свежи обстоятельства недавнего покушения. Небольшой дискомфорт пережить можно, а вот удар ядовитым кинжалом или пистолетный выстрел гораздо сложней.

«Веселый Висельник» все также мирно стоял в одном из внешних доков орбитальной крепости. По пути к нему, пришлось не только подняться на лифте, но и воспользоваться маглевом. Для этого рыцари довольно бесцеремонно высадили всех пассажиров одного из трех вагонов. Не разбираясь особо, дворяне там, граждане или просто подданные. Впрочем, пассажиры не особо возражали и просто перешли в другой вагон, благо маглев шел полупустым.

Оставив рыцарей караулить у входного шлюза, Марк без особого труда попал на крейсер. Капитан Хейс так и не потрудился отменить его гостевой допуск. Большая часть экипажа «Висельника», пользуясь редким случаем, отдыхала на планете. Многие из них не ступали на поверхность планет долгие годы, и сейчас им даже неулыбчивый Ромул казался филиалом курортов Асраи.

Он уже подходил к каюте капитана, когда из бокового коридора, ловко оттолкнувшись всеми четырьмя лапами прямо от стены, выскочила черная пантера. По-собачьи махнув опущенным хвостом, Детка потерлась о его ноги, а когда из-за поворота коридора выскочил красный от ярости Псих, и вовсе спряталась за его спину.

— Стой! Приказываю стоять! — крикнул абордажник, заприметив беглянку. Кибер послушно замер. — Вот смотри, что она сотворила с моими лучшими ботинками, — он потряс перед Марком чем-то непонятным и явно неоднократно жеванным острыми, сверхпрочными зубами. — Натуральная кожа, между прочим. Я за эту пару отвалил кредитов больше чем стоит эта блохастая пародия на боевого кибера! На планету хотел слетать с новым челноком. Теперь придется в скафе отдыхать.

— Мне бы твои проблемы.

— О, я же совсем забыл с кем имею дело! — Прижав изжеванный ботинок к груди, Псих низко поклонился и помахал им на манер шляпы. — Ваша милость, такая честь, такая честь.

— Скажи, Псих, — вздохнул Марк, поглаживая так и не отмершую Детку. — Эти твои кривляния — ты так тонко намекаешь мне, что не прочь стать личным шутом? Так скажи об этом прямо.

— Что малыш, отрасли твои зубки? — широко осклабился Ларсен. — Похвально. Но не стоит их демонстрировать так часто. Ты высоко взлетел, но чем выше забираешься, тем больнее падать, — он резко помрачнел.

— Где капитан? — спросил Марк.

— В грузовом отсеке, принимает продукты с Гемины. Дыра дырой, эта твоя планетка, а жратва что надо! Не хуже чем на иной Ашке.

Тут Марк был с ним полностью согласен. Как это ни странно, планета с не самыми благоприятными условиями обладала весьма развитым сельским хозяйством. До блокады именно пищевые продукты, наряду с рудным концентратом и простенькой продукцией первого передела, составляли основу экспорта всей системы.

Задуманная изначально как чисто добывающая колония и перевалочная база для дальнейшей экспансии дальше по галактической паутине, в начале Времени Мертвых звезд на Ромуле появилось развитое сельское хозяйство. Кто-то из последних администраторов колонии, сразу после гибели Терры понял к чему идет дело, и закупил немало полезного для будущего выживания системы. В ином другом случае Ромул и Рем просто вымерли бы. Длинные туннели обзавелись гидропонными установками и лампами дневного света, превратившись в теплицы. За века изоляции эта технология была доведена на Ромуле до совершенства. Рем в этом плане несколько отставал, но и он мог полностью прокормить собственное небольшое население.

Капитан Хейс и правда нашелся в одном из двух небольших трюмов крейсера, предназначенных для хранения припасов и снаряжения в долгих рейдах.

— Марк! — приветливо кивнул он. — Давно тебя не было видно… как и мою дочь.

В последних словах слышался легкий упрек, но не более того. Капитан слишком хорошо знал Джи. Что поделать, единственная настоящая ее любовь — это космические корабли и полеты.

Встав рядом с одним из контейнеров, Марк откинул его крышку.

— И вы продали меня за это? — спросил он, выудив из ящика зеленое яблоко с карликовых яблонь Ромула.

— Ага, — кивнул капитан. — Отличная вышла сделка!

Перехватив руку Марка, он отнял яблоко, протер его о скаф и жадно впился в плод зубами.

— Божественно! Знаешь, чего мне больше всего не хватает в космосе? Свежих фруктов! К еде из синтезатора можно привыкнуть. Если не экономить на картриджах с вкусовыми добавками и ароматизаторами, она может быть даже вкусной. Но сотворить нормальные фрукты — это машине не дано. Фруктовое пюре, — он сделал пальцами знак, обозначающий кавычки, — я к таковым не отношу. И тут твой канцлер предлагает мне купить партию фруктов по смехотворно низкой цене. Естественно я согласился!

То, что Корб начал искать подходы к капитану Хейсу, Марка не удивило, что-то подобное он и предполагал. Хотя, надо признать, канцлер выбрал какой-то слишком изощренный способ. Скоро за канцлером подтянутся и самые влиятельные семьи. Особенно если «Висельник» будет часто гостить в системе.

— И каков будет доход от продажи? — заинтересовался он.

— Да помню я про твои пять процентов за идею, — понял намек Хейс. — Прибыль выйдет небольшая — процентов триста, — его губы исказились в предвкушающей улыбке. — Хорошо, что у тебя так много врагов. Если я начну получать содержание от каждого из них, то удвою свои сбережения.

— Главное не забывайте про мои пять процентов.

— Да, с тобой забудешь. Ладно, что у тебя там случилось? Ни за что не поверю, что ты решил меня проведать просто из интереса.

Марк отстраненно погладил крышку контейнера. Пластик, везде этот сверхпрочный огнеупорный пластик. Говорить Хейсу или нет? Он слишком часто полагается на капитана — это становится опасно.

— У меня есть задание. Мне нужны люди, которые готовы стать моими людьми.

— Хочешь завести себе карманную службу безопасности и личную охрану? — понимающе кивнул Хейс, лениво хрустнув пальцами. — Да, пора. Людей-то подобрать несложно. Многие наемники, хлебнув полной грудью свободного космоса, не прочь изменить свой полупиратский статус на что-то более приличное. Да и не только у меня есть чутье на скорые неприятности. С простой охраной проблем не будет, но служба безопасности — это другое. И в первую очередь это ее глава, иначе она будет… хм… безголовой. Тут даже не знаю чем тебе помочь. Я бы посоветовал взять Психа, но он уже давно помешался на своих психостимуляторах.

— Психа?

— Когда-то давно Ларсен был главой службы безопасности одной из ныне почивших корпораций Конфедерации.

— И как он оказался здесь?

Хейс отстраненно пожал плечами:

— Спроси чего полегче, я и эту-то информацию узнал почти случайно. — Внезапно он замолчал и, что-то вспомнив, прищелкнул пальцами: — А знаешь, на счет главы СБ, есть у меня один вариант. Всем вариантам вариант! Ты ничего не имеешь против выходцев из Империи Тысячи Солнц.

— Никогда с ними не сталкивался, — нахмурился Марк.

— Странный народец, если честно. Один из тех, кто слегка поехал крышей на терранских традициях своей далекой прародины: самураи, кланы, Аматэрасу, божественный император. Выходцы из империи редкие гости вне границ своих систем, но у нас на «Тортуге» есть одна местная достопримечательность — Тани-мясник, настоящий ронин. Это что-то вроде рыцаря без господина. Как его занесло на другой конец паутины, даже не спрашивай. Не знаю, какой из него выйдет глава службы безопасности, но если он принесет тебе клятву, то будет хотя бы верен. У него на счет служения господину какой-то пунктик. Он и в наемные команды поэтому не вступает, иначе бы давно накопил денег и свалил из нашей клоаки.

— Это единственный вариант?

— Единственный который вижу я. Тебе нужен в первую очередь кто-то, кому ты сможешь доверять. Но ответь честно, кому ты доверяешь кроме себя самого?

Марк молчал. А что тут было говорить? Хейс прав, он одиночка. Доверие? В мозгу бывшего Пэ Икса эта концепция просто не уживалась.

— Хорошо, вези своего ронина. Посмотрим.

* * *

Гонец от Джодока прибыл через три дня после отбытия Северова и отлета «Висельника». Марк не сильно удивился, узнав, что этим гонцом стал Гилберт Райт. Глава СБ «Арборвитэ» прибыл не со столь представительным эскортом, как Северов.

Когда обычный свободный торговец информацией совершил переход в систему, никто даже не известил нового барона о подобной мелочи.

В Пространстве Благородных домов продавцы информации выполняли туже функцию, что и курьеры крупных инфокомуникационных корпораций в мирах Центра. Всем нужны новости! Даже Орка пропустили корабль, несмотря на блокаду — надо же как-то забрать информацию от своих агентов в Гемине.

Ступивший с борта торговца пассажир, сам попросил о встрече с новым бароном Гемины. И что самое удивительное, тут же ее получил.

Отключив камеру, следившую, как Райт подходит к дверям его апартаментов, Марк вновь поймал себя на том, что машинально почесывает шею. То самое место не столь давнего укола «сывороткой правды». Похоже, эта привычка останется с ним на всю жизнь.

Открыв один из ящиков стола, он погладил пальцами по рукояти пистолета. Это всегда успокаивало.

Чертов Райт не понимает, как сильно подставил его своим наглым появлением! Если хватило ума припереться на станцию лично, то можно было хотя бы не лезть напролом! Теперь все кто надо и не надо извещены о странном госте нового барона. Почему даже умные люди часто совершают такие глупости? Корпораты слишком недооценивают жителей фронтира. Неужели Райту было сложно организовать тайную встречу через своих агентов на станции? В том, что они есть, Марк не сомневался.

А если кто-то опознает в Райте главу СБ «Арборвитэ»? Это так компания не хочет оставлять следов?

Он вновь погладил рукоять пистолета и закрыл ящик. Еще не время. Увы, но еще не время.

Когда Райт переступил порог кабинета, Марк был уже спокоен. Легкий мандраж не в счет, он просто активнее гонит кровь по венам.

— Вижу, ты неплохо устроился, — заметил Райт, с удивлением разглядывая богатое убранство. — Это что, настоящее сандаловое дерево? И почему Двойного Д считают сибаритом? Да по сравнению с баронами благородных домов он просто аскет. Во сколько ты обходишься Гемине? А, Марк Ортис?

— Дешевле чем вам мое создание, — заметил Марк.

В своем кабинете он не боялся разговаривать открыто. Кир, в компании местных техников, каждую неделю проводил проверки на наличие жучков. Заодно они контролировали работу друг друга. Оставался вариант сговора Кира и техников, но пока это была лишь гипотетическая возможность. Его приятель еще не настолько освоился в крепости.

— Да, уел, — усмехнулся Райт. — Ты вышел очень дорогим проектом. Но результат нас пока устраивает — теперь ты правитель системы.

Марк не испытывал особых иллюзий кого теперь на самом деле Райт считает настоящим правителем Гемины.

— Мое положение не так прочно как вы думаете. Со всесилием баронов в своем доме ваши аналитики слегка просчитались. Я не правлю домом, а просто изображаю правителя.

Наигранную веселость с Райта как ветром сдуло.

— Зачем ты нам вообще тогда нужен? — холодно заметил он. — Весь расчет строился на том, что ты сможешь обеспечить корпорации анонимность и обустройство в системе.

— Это я могу обеспечить, — успокоил его Марк. — Постройка новой станции у Рема не вызовет противодействия, тем более она не будет боевой. Личное дело главы дома — это лично дело главы дома. Что я там хочу построить: личную резиденцию или бордель — отчитываться я не обязан. Будет множество подозрений, слухов, но оспаривать мое право не станут. Тем более если из казны дома на это не уйдет ни кредита.

— Этого мало!

— Но это все что я могу предложить в данный момент.

— Возможно, тебе стоит меньше пьянствовать и развлекаться, и больше заниматься делами своего дома! — резко заметил Райт, только подтверждая наличие своих шпионов в ближайшем окружении нового барона.

— Меня не подпускают к делам дома, считают слишком молодым, — Марк попытался сгладить возникшее напряжение обезоруживающей улыбкой. — И у меня нет силы или влияния заставить с собой считаться.

— Ладно, — немного смягчился Райт. — Это действительно наш просчет, признаю. Все планы выглядят гладко только при планировании. Я понимаю, что тебе нужно время, чтобы набрать поддержку внутри дома, завоевать авторитет.

— Время и деньги, — мягко заметил Марк.

Райт посмотрел на него с искреннем удивлением.

— Семьдесят седьмой, как ты прошел тесты на стрессоустойчивость? Стал бароном и рехнулся на радостях? Теперь корпорация тебе еще и платить должна?

— А как вы мне предлагаете завоевывать авторитет в доме? — холодно заметил Марк.

— Явно не пьянками и перетрахиванием аристократок из старших семей, — парировал Райт.

— У всех есть свои слабости.

— Это не слабость, это подростковый сперматикоз. Больше думай головой, а не головкой. Если сложно, можно выписать тебе необходимые препараты. Ладно, с деньгами мы решим. Но только попробуй спустить их на любовниц!

— Все эти любовницы близкие родственницы самых влиятельных аристократов дома Фобос.

— Ага, ты еще скажи мне, что пошел на это ради корпорации. Бросил себя на жертвенный алтарь, да? Ты не настолько незаменим, как думаешь. Начинай отрабатывать вложенные в тебя средства.

— Начну, как только получу первый перевод.

— Жаль Лэйн пропал, — вздохнул Райт. — Он бы быстро выбил из тебя всю наглость, несмотря на новый статус. Хорошо, но взамен ты примешь в свою свиту десять новых человек. Они прибудут с первым конвоем.

Марк отрицательно покачал головой.

— Двух, и это максимум. — Первый мандраж давно прошел. Он хорошо подготовился к этому разговору и теперь просто давил Райта своими аргументами, бессовестно преувеличивая некоторые факты. — Во-первых, это вызовет лишнее подозрения и нервозность у старых семей. Тут у нас своя теплая атмосфера: Саэсы, Ленцы, Корбы, Морено. Зачем «Арборвитэ» злить местных? Мест у подножия трона всегда меньше чем желающих к этому подножию пробиться. Во-вторых, вам совсем не жалко своих людей? Никто не будет знать, что за ними стоит могучая корпорация. Их посчитают одиночками. А одиночки в мире благородных домов не более чем расходный материал.

Райт напрягся, зло сощурил глаза и холодно заметил:

— Ты угрожаешь людям корпорации?

— Я лишь описываю наиболее возможный вариант, — спокойно поправил его Марк, с трудом подавив в себе порыв слегка приоткрыть ящик с пистолетом. Так, на всякий случай. — У меня нет никакого желания ссориться с вами. Наоборот, именно с вашей помощью я стану тем, кем должен стать. Это в наших общих интересах. К тому же вы всегда можете меня уничтожить.

— Хорошо! Пусть будет два человека, — кивнул Райт, поймав себя на мысли, что слишком часто соглашается с клоном. А что если? — Нет, это будет всего один человек. Как видишь, я тоже готов пойти тебе навстречу.

Марк насторожился. Он уже настроился на долгий спор и был готов «дать себя уговорить» на четырех людей «Арборвитэ» в своей свите. Такая покладистость Райта, была удивительна. Глава службы безопасности корпорации явно что-то задумал. И это задуманное Марку уже категорически не нравилось.

— Когда мне ждать первый конвой? — отстраненно поинтересовался он.

— Как только, так сразу, — улыбнулся Райт. — Просто жди гостей, а остальное тебя не касается. Провожать меня не надо, сам как-нибудь.

— А вы ничего не забыли? — напомнил Марк.

— Ах да! — немного наигранно хлопнув себя ладонью по лбу, Райт быстро извлек из кармана одноразовый инъектор и бросил его клону. — Лови свое лекарство. Соскучился уже, да?

Поймав инъектор, Марк быстро вколол себе новую дозу столь необходимого для жизни препарата. Пусть Райт смотрит за его жадными, нервными движениями. За тем, как дрожат его руки. Война — это путь обмана. Пусть «Арборвитэ» продолжает считать, что полностью контролирует если не ситуацию, то хотя бы его самого.

Когда Райт все же ушел, он позволил себе довольную улыбку и тихо пробормотал:

— Как там говорил Хейс? Хорошо, что у меня так много врагов? Посмотрим, сколько это будет в денежном эквиваленте.

Все складывалось просто отлично. Играя им, игроки сами не замечают, как он начинает играть ими.

Марк откинулся в кресло и довольно закрыл глаза. Власть! Власть над судьбами, жизнями, самим колесом истории — ничто не сравнится с этим. Это куда лучше самого изысканного вина, самой страстной любовницы. Впервые за свою короткую жизнь он начал осознавать, что ему нравится эта игра на грани фола. Спокойная жизнь? Ха! Покой — удел мертвецов. А он жив!

Все же «Арборвитэ» сделало одну хорошую вещь — создала его. А он, так и быть, всеми силами поможет корпорации. Пусть они строят свою станцию. Плечо доставки в обход основных маршрутов слишком велико, а путь через Нейтральные системы опасен. Когда корабли начнут исчезать, «Арборвитэ» само прикажет ему решить проблему блокады Гемины домом Орка. Нормальный торговый маршрут сократит время переброски грузов в два-три раза и упростит охрану. И он поможет!

В перспективе неплохо бы полностью уничтожить дом Орка, а его остатки влить в дом Фобос. Но это весьма возмутит остальных соседей.

А если дом Орка сам начнет войну?

Над этим стоило подумать. Война многое спишет. В том числе и гибель некоторого количества представителей старшей знати. Что-то ему подсказывает, что пять адмиралов с громкими фамилиями Саэс, Ленц и Морено погибнут смертью храбрых вместе со своими флотами. Тяжелая потеря для дома! «Арборвитэ» должна будет ее как-то возместить.

Орка нужен повод для начала войны. Хм, недавнее исчезновение младшего де Орка, чем не таковой? Если просто пустить слухи о причастности дома Фобос к похищению. А еще лучше эти слухи продать! Даже если барон Роблес им не поверит, то это все равно прекрасный повод для начала войны.

Да, над этим стоит подумать. Крепко подумать.

Заметив, что за время своих измышлений, машинально сложил пальцы домиком, Марк почувствовал себя настоящим злодеем из второсортного голофильма.

— Ха, ха, ха! — натянуто рассмеялся он, подражая злодейскому смеху, и вздохнул: — Что за ребячество? Это просто глупо.

Глава 16

Большие маневры

Женщину можно ударить, но только цветком. Эй ты! Подай мне вон тот горшок с орхидей!

(барон Адан Роблес де Орка)

Система Гемина.

Орбита планеты Ромул.

Орбитальная крепость дома Фобос.

285 день 564 года Потери Терры.

Только оказавшись в собственных апартаментах, Эрик Корб дал выход накопившемуся раздражению.

— Что этому мальчишке опять взбрело в голову? — тихо выругался он сквозь зубы.

— Ванна готова? — спросил он у слуги, согнувшегося возле дверей в почтительном поклоне.

— Да, господин. Когда прикажите накрывать ужин? — спросил слуга, помогая канцлеру снять парадный мундир.

— Через час. Свента у себя?

— Молодая госпожа в гостиной комнате.

— Хорошо, — взмахом ладони Корб отослал слугу прочь. Сейчас они все еще слишком раздражен и взвинчен, чтобы терпеть рядом с собой кого-либо.

Только сидя в исходящей паром воде, расслабленно откинувшись на спинку ванны, он почувствовал, как волнение и гнев медленно уходят прочь. Мысли потекли размеренно, связано. Теперь он и сам не понимал причину своего столь острого приступа раздражения.

Наверное, я старею, отстраненно подумал он. Сколько лет это уже длиться? Восемнадцать? Двадцать? На нем висит все управление домом, а корона постоянно украшает чужую голову.

Он мог с этим мириться, когда главой дома был Родриго Ортис. Все же тот вознес его из секретарей до второго лица в иерархии управления домом и даровал наследственное дворянство. Скрепя сердце он принял и баронессу Изабеллу. Та была умной женщиной, а два умных человека всегда сумеют договориться. Особенно если они нужны друг-другу. По одиночке старшие семьи быстро бы оттеснили их от власти, но не вышло. Больше десяти лет их дуэт крепко держал власть в своих руках, отбивая все поползновения старой аристократии. И после этого кто-то еще смеет утверждать, что он причастен к ее гибели? Год! Один год потребовался старшим семьям, чтобы договориться о смене династии. Много это или мало — неважно. При таком раскладе его все равно ждала отставка и это в лучшем случае.

И вот теперь появился этот Марк Ортис…

Корб поморщился. Странным образом этот мальчишка выводил его из себя. И не своими глупыми выходками, вовсе нет. Долгое время Корб не мог понять причин этой иррациональной неприязни. Отец нового барона тоже не был образцом морали и добродетели. А мать так и вовсе заслуженно считалась на редкость властолюбивой стервой. Но никого из них он… не боялся?

Вот оно! Страх! Он боится нового барона и сам не понимает почему. И именно это непонимание особенно злит. Что в этом мальчишке такого? Что?

Когда вода начала остывать, он с плеском выбрался из ванны, с наслаждением вытерся полотенцем, закутался в шелковый купальный халат и направился в гостиную.

— Привет, па. Ты сегодня рано, — приветливо улыбнулась отцу Свента.

— Распустил клерков пораньше. Как тебе новая игрушка? — поинтересовался он, любуясь дочерью.

Ее мать была просто красавицей, но сама она превратилась в нечто большее — обольстительницу. При виде такой женщины все мужчины чувствуют тотальное влечение и теряют голову. Свента знала, какое впечатление производит на представителей сильной, как они думают, половины человечества и прекрасно этим пользовалась.

— Довольно забавный мальчик, — улыбнулась она, поправив прическу, — только немного нерешительный. Но дрессировке поддается.

— Это хорошо, — кивнул канцлер, раскуривая сигару.

Действуя исключительно прямолинейно, он никогда не стал бы тем, кем стал. Ломиться вперед, сметая препятствия — удел животных, не людей. В отличие от старых аристократических семей, они с дочерью решили не пытаться устроить Свенту на место официальной фаворитки. Там сейчас такая очередь кандидаток, что влезать в их ряды — плодить дикое количество врагов. А за эти годы их и так наплодилось изрядно. Столько лет прошло, а старая знать все еще не может простить ставшего канцлером «выскочку». Да и все это время он делал ставку на простых подданных и граждан, а не старые семьи. Большая часть этих спесивых болванов просто не замечают тех, у кого нет длинной родословной, восходящей к потомкам экипажа «Фобоса» или хотя бы других кораблей, давших названия Благородным домам. В их голове не укладывается простая мысль, что длинная родословная хороша для породистых собак или лошадей, а людям к ней неплохо бы иметь еще и мозги. Если бы главу дома избирали всенародным голосованием, Корб считал, что без труда сможет стать этим самым главой. Пока это лишь пустые мечты, но нельзя терять надежду воплотить их в реальность.

Старая знать любит простые решения. Хорошо, что Марк Ортис оказался копией своего отца, меняя фавориток чаще, чем перчатки. О каком влиянии тут может идти речь? Но нет! Саэсы, Ленцы и Морено, словно соревнуясь друг с другом, пытаются пропихнуть в постель нового барона все новых и новых фавориток. Из своих или союзных семей. Теперь это больше напоминает не долгосрочный политический расчет, а обычное соревнование. В этом вся старая аристократия! Главная цель — не дать себя обойти старому саратнику-конкуренту по дому. Все остальное уже не так важно.

А ведь влиять можно по разному. Можно напрямую, но так делают только очень сильные или глупые люди. А можно исподволь, через окружение. Любовница или супруга — это один из лучших вариантов. Но он ведь далеко не единственный: родственники, друзья, подчиненные — вариантов много, надо только их увидеть.

Именно на окружении нового барона канцлер и решил сосредоточить свое внимание. И если сам он занялся налаживанием связей с капитаном «Веселого Висельника», то Свенте достался Кир Зейд — новый секретарь Марка Ортиса.

При мыслях о новом бароне у Корба снова испортилось настроение. Он резко помрачнел, повертел сигару в руке, разглядывая тлеющий кончик, и резким движением затушил ее прямо об поверхность стола. Именно такие вспышки раздражения были одной из причин, по которой он предпочитал мебель из огнеупорного пластика.

Перемена в настроении отца не ускользнула от дочери. Она подошла, обняла его за плечи и тихо спросила:

— В последнее время ты слишком напряжен. Что-то случилось?

— Да… Нет… Не знаю, — Корб раздраженно передернул плечами. — Наш новый барон, он сбивает меня с толку.

На губах девушки появилась брезгливая гримаса.

— Этот самовлюбленный дурак, свихнувшийся от радости мнимого всевластия? Что он учудил на этот раз?

С тоской посмотрев на затушенную второпях сигару, канцлер едва заметно поморщился. При всех своих достоинствах и не только внешних, мозги в этой красивой головке тоже имелись, Сента всегда слишком спешила с выводами. Как она не понимает, что «самовлюбленный дурак» просто не мог выжить на пиратской станции. А Марк Ортис не только выжил — он сумел вернуться! Вернуться в самый подходящий момент! Старые семьи с трудом договорились поделить власть. И как это им удалось? Возвращение наследника спутало им все карты. Самому Корбу оно сыграло на руку, но это в свою очередь вновь оживило старые подозрения, что именно он стоял за похищением наследника. И с легкостью вернул его, едва появилась реальная угроза его положению наместника.

— Он учудил совещание со всеми адмиралами и решил провести смотр флота, — пояснил канцлер дочери, — с дальнейшими маневрами.

— Очередная блажь! — сморщила носик девушка. — Вроде той, когда он сделал эту свою соплишлюшку капитаном личной яхты. Мальчик дорвался до красивых корабликов и решил поиграться в великого адмирала.

— Хорошо бы, но он особо выделил Ансгара Дайсона. И долго беседовал с ним после общего совещания.

— Дайсон? Не помню такого. Он хороший адмирал?

— Трудно сказать, невоюющая армия не порождает гениальных полководцев. Он просто честный служака. Слишком честный…

— А такие бывают? — Сента удивленно выгнула бровь.

— Представь себе, — хмыкнул канцлер. — Если Дайсон и Марк Ортис сговорятся… могут быть сложности. К тому же в последнее время у нашего юного барона слишком много непонятных гостей. Хорошо хоть, что эти пираты убрались обратно в Нейтральные системы.

— Это ненадолго, — огорошила его дочь. — Кир говорил мне, что они отправились по какому-то делу. Деталей он не знает.

— Кстати кто он капитану Хейсу?

— Просто воспитанник. Кажется, он был дружен с семьей Кира.

— Это интересно. Надо раскопать побольше про семью этого мальчишки. Я сам этим займусь. А ты попробуй вытянуть из него побольше про этих пиратов.

— Хорошо, но ты слишком перестраховываешься. Марк Ортис нам не опасен. Лучше бы обратил внимание на его новую любовницу. Она из Морено и у него уже неделю — новый рекорд. Если она станет официальной фавориткой, то у нас начнутся проблемы.

Еще недавно Корб прислушался бы к словам дочери, потому что и сам считал также. Но в последнее время его одолевали все большие сомнения. Саэсы, Морено — это старые соперники, знакомые и почти родные. А Марк Ортиса де Фобос темная лошадка. Он явно умнее, чем кажется. Возможно, настолько умнее, что может позволить себе играть дурака. Такие люди особенно опасны!

— И я, и они, и все остальные… Мы что-то упускаем из виду, — задумчиво пробормотал он. — Что-то очень важное.

— Ты просто переработал, — улыбнулась Свента, поцеловав отца в щеку.

— Возможно, ты и права, — вздохнул Корб, погладив руку дочери. — Но что если нет?

* * *

— Хозяин еще пива!

Грубый тычок локтем в спину едва не стоил Тани Имиси почти полной рюмки местной пародии на саке. Отвратительной пародии, надо признать.

Сжав рукоять катаны, ронин с трудом подавил в себе желание одним ударом снести голову невежи с плеч. Теперь то он понимал всю мудрость древнего правила родины, когда дайто принято оставлять в контейнерах на входе в подобные заведения.

— Я тебя толкнул? Прости братуха! — с пьяным раскаяньем в голосе повинился абордажник, повернувшись к Имиси. Сейчас он пребывал в той стадии опьянения, когда любишь весь мир и жаждешь, чтобы тот ответил тебе взаимностью. Когда этого не происходит, начинается следующая стадия — обида и поиск виноватых.

Остатками самообладания Имиси заставил себя отпустить рукоять катаны. Его горячность уже стоила ему родины и привела на это дно. Зарубишь одного, придут его дружки. А смерть в пьяной драке не равна смерти в бою и не соответствует Пути.

Холодно кивнув абордажнику, ронин отвернулся. Налив еще рюмку, он влил в себя мерзкое пойло. Напиток обжег горло, ударил в нос непонятным то ли грибным, то ли плесенным запахом. Лучше даже не задаваться вопросом из чего его делают.

По мере опьянения к нему снова вернулась привычная хандра. Во что он превратился? Вновь назойливо промелькнула мысль о сепуку. Но эти дикари не поймут, сочтут его просто идиотом. Да и вряд ли он сможет провести ритуал согласно всем канонам Пути.

Еще три рюмки этого дрянного пойла и снова станет все равно. Деньги еще есть, а там посмотрим.

Неожиданно кто-то опустился на свободное место напротив него. Тани поднял голову и увидел перед собой капитана «Веселого Висельника». Гостя для этого сектора довольно редкого. Тут собиралась публика попроще.

Капитан кивнул в знак приветствия:

— Привет Мясник, ты еще в состоянии соображать? Или мне прийти, когда ты протрезвеешь.

— Что тебе надо, Хейс? Ты же знаешь, я не нанимаюсь на ваши разбойничьи корабли.

— О да, ты у нас благородный. Прямо жуть берет! Чтобы скопить на жизнь режешь отбросов с нижних уровней. И хватит уже насиловать рукоять своего ножика переростка. У меня для тебя есть работа.

— Я же сказал что…

— Барон Марк Ортис зовет тебя к себе на службу. Настоящий барон, без дураков. Все как положено — голубая кость, белая кровь… или как там у вас благородных?

— Меня? — удивился Имиси, чувствуя, как сердце предательски пропустило удар. Неужели у него появился шанс?

— Ну, не только тебя. Я отобрал два десятка местных головорезов, что хотят завязать с полетами и остепениться. Но к тебе его милость проявила особый интерес. Ему очень нужны верные люди. А твои родичи славятся своей верностью.

— Откуда он про меня узнал?

— А сам как думаешь? — спросил Хейс, многозначительно ткнув себя в грудь пальцем. — Так что собирай свои шмотки и двигай на «Висельник». Или оставайся здесь. На размышление у тебя один день. Все бывай, у меня дела.

Когда капитан наемников ушел, Тани некоторое время молча сидел, склонившись над рюмкой. Вопросов у него было много, но отвечать на них никто не собирался. Кто вообще такой этот Марк Ортис? Смерив взглядом пластиковую бутылку с остатками выпивки, ронин поднялся из-за стола.

На Пути не нужно ни преданности, ни почитания, а нужна только лишь одержимость. Преданность и почитание придут вместе с ней.

* * *

— Гранд-адмирал на мостике!

Глаза всех присутствующих обратились в сторону Марка.

— Вольно, — он небрежно махнул рукой и, разыгрывая легкое смущение, добавил: — Единственная моя заслуга в том, что я родился в нужной семье. И за одно это меня не только произвели в гранд-адмиралы, но и наградили большинством орденов нашего дома. Хотя тут следовало награждать моих родителей. Впрочем, должен признать, если все эти награды надеть на парадный мундир, то получится неплохая защита.

По мостику прокатилась легкая волна смешков. Даже адмирал Дайсон улыбнулся краем губ, показывая, что оценил шутку.

Обманывать людей очень просто, особенно когда они и сами рады обманываться. Марк долго готовился к своему появлению перед офицерами Пятого флота и теперь наслаждался произведенным эффектом. Что все эти лейтенанты да мичманы знают о новом бароне? Ничего хорошего — это точно. Но сейчас перед их глазами другой Марк Ортис. Он прост в общении, не спесив, не чванлив, благодушен. И кто после этого будет верить слухам, а не своим глазам?

— Ваша милость, рад приветствовать вас на борту тяжелого крейсера «Аякс». Позвольте представить вам коммодора Эккерта, капитана корабля.

Адмирал Дайсон, был доволен и немного горд, что всем кораблям ВКС дома новый барон предпочел именно его старика.

— Как вам мой флагман? — спросил он.

— Для своего возраста корабль в неплохом состоянии.

— Так тактично старой рухлядью «Аякса» еще никто не называл.

Теперь пришел черед Марку продемонстрировать вежливую улыбку.

— Но все же вы единственный из адмиралов, кто не просил денег на новые корабли или модернизацию имеющихся, — заметил он адмиралу.

Дайсон лишь неопределенно передернул плечами.

— Гораздо больше новых кораблей нам нужны ремонтные мощности, грамотный технический персонал и обученные экипажи, — проворчал он.

— Я помню, ваши слова на последнем совещании. Именно поэтому я вас и выбрал.

Тут Марк слегка лукавил, главным достоинством адмирала Дайсона было то, что он не связан ни с одним старым семейством. Аристократ в пятом поколении, из небогатой и малочисленной семьи.

Из пятнадцати адмиралов дома Фобос, одиннадцать, так или иначе, связаны с одной из трех самых влиятельных дворянских семей системы. Из оставшихся, двое были глубокими стариками, которых держали на службе просто из уважения к их былым заслугам и возрасту. А еще один был совершеннейшим идиотом, непонятно как дослужившимся до адмирала. Ходили слухи, что столь высоким званием он обязан очень близкой дружбой с последней баронессой.

Уже одно то, что Ансгару Дайсону без всякой протекции удалось пробиться наверх, а Марк этот вопрос тщательно проверил, было признанием его неоспоримых достоинств офицера. Возможно он и не военный гений, но как минимум грамотный профессионал своего дела.

— Маневры, ваша милость, — это очень правильная идея, — заметил адмирал, когда они оба устроились в ложементах кресел. — Разрешите начать?

— Командуйте. Я не буду лезть во всю вашу кухню, тем более я ничего в ней не понимаю. Считайте, что меня здесь вообще нет.

— Как будет угодно Вашей милости, — кивнул адмирал.

Более не обращая на Марка внимания, он откинулся в ложемент кресла и развернул перед собой данные с пространственного сканера. Все военные корабли дома Фобос, даже старенький лидер прорыва «Центурион», выстроились полумесяцем вокруг орбитальной крепости. Если не знать возраста и характеристик кораблей, то со стороны зрелище выглядело довольно внушительно. Лидер прорыва, три тяжелых крейсера, пять легких, десяток разномастных фрегатов и корветов.

— Желтая тревога! Пятый флот, доклад о готовности!

— Желтая тревога! — вторил адмиралу коммодор Эккерт. — Командиры боевых секций доклад о готовности!

Сегодня этот довольно известный на флоте балагур был необычайно собран. Правитель дома на борту — это вам не шутка! В случае успеха тут открываются такие перспективы вплоть до приставки «де» после фамилии и адмиральских звездочек на погонах. А в случае неудачи можно быстро лишиться и своих коммодорских «птичек».

Развернув перед собой большой голоэкран, со схематическим изображением крейсера, он жадно слушал поступающие доклады. То одна, то другая часть изображения наливались зеленым светом. Когда зеленым цветом окрасился весь корабль, коммодор слегка перевел дух. Пусть они и готовились к этим маневрам, но случайности, такие случайности…

— Все внешние секции к бою готовы! Все внутренние секции к бою готовы! Корабль к бою и походу готов! — доложил он адмиралу.

Дайсон благосклонно кивнул и, дождавшись докладов от остальных кораблей флота, отдал следующий приказ:

— Пятый флот! Боевой ордер двадцать четыре восемь. Следуем в квадрат сорок восемь, пять. Скорость и ориентирование в пространстве по лидеру!

Из общего строя кораблей дома вывалились разом четыре единицы. Тяжелый крейсер «Аякс», фрегат и пара корветов. Вот и весь Пятый флот системы Гемина! Слишком громкое название для столь скромного соединения. Фрегат занял позиций справа чуть сверху тяжелого крейсера. Два корвета держались слева снизу и чуть позади. Вообще-то кораблям столь малого класса в боевом ордере с «Аяксом» делать было нечего. Когда дерутся большие, серьезные дяди, вроде лидеров прорыва и тяжелых крейсеров. Всякой мелочи лучше постоять в сторонке. А то ведь можно нарваться на полный носовой залп, который кораблю легкого класса просто не пережить. Малыши дерутся с малышами, прикрывают от штурмовых дронов старших братьев, выходящих из боя или отступающих вглубь построения со сбитыми щитами, проводят разведку, ведут патрулирование, сопровождают конвои. Но в доме Фобос остро ощущалась нехватка кораблей старших классов. Да и вообще кораблей. Проблему можно было бы решить компьютерными симуляциями, но должного количества капсул в системе Гемина просто не было, а без них нужный эффект был недостижим.

К своему удивлению и ужасу недавно Марк узнал, что на Ромуле и Реме даже обучение проходит по старинке — с помощью обычных стационарных компьютеров. По сравнению с обучением в капсулах полного погружения — это даже не средневековье, а каменный век! Подобное обучение долго и крайне малоэффективно. Где это видано, готовить специалиста не полгода-год, а пять-семь лет. Да что говорить! Даже личными коммуникаторами и идентификационными геночипами, вещью в галактической паутине просто незаменимой, обладало меньше половины жителей системы. В основном граждане и аристократы.

Вслед за пятым флотом на отработку задач маневров отправились и остальные корабли. Вообще в состав ВКС дома Фобос входило целых шесть флотов. Какая внушительная цифра! Но это если только не знать, что на самом деле представляет из себя типичный флот дома. По большому счету из всех этих флотов следовало собрать один нормальный. Но тут возникала новая проблема. Часть кораблей была личной собственностью дворянских семей. Вот так вот! Нет, формально эти семьи не имели к ним никакого отношения, и корабли числились в ВКС дома. Но по факту именно они их купили, а теперь и содержали. Капитанами таких кораблей, по негласному договору, назначались только представители этих самых семей, и они же набирали экипажи. Отсюда и плеяда адмиралов со знакомыми любому жителю системы фамилиями.

По факту половина ВКС дома — это персональные дружины старых семей. И это лучшая, самая современная половина флота!

О каком всесилии главы дома можно говорить, если лучшая половина собственного флота подчиняется тебе лишь формально?

Последние бароны дома Фобос не занимались военным флотом от слова совсем. Даже блокадой и неофициальным запретом на продажу современных вооружений, особенно космических кораблей, было не объяснить плачевное состояние ВКС. Кто ищет, тот всегда найдет. Если лидер прорыва достать действительно сложно. То прикупить через третьи, четвертые руки приличный тяжелый крейсер — вполне возможно. Про фрегаты и корветы и говорить нечего. Производство последних, при желании, можно было попытаться организовать в системе. Пусть большую часть вооружения и наиболее сложных систем и пришлось бы закупать со стороны.

— Внешние секции вакуум!

При этой команде капитана «Аякса» Марк отвлекся от грустных мыслей и едва заметно дернулся в своем ложементе. При одном только слове «вакуум» у него срабатывали старые рефлексы. Машинально проверив герметичность скафа, заряд батарей и запас кислорода, он вернулся к наблюдению за маневрами.

Что для боевого корабля лучше: вакуум или атмосфера. В свое время над этим вопросом сломали немало копий. С одной стороны, вакуум выглядит предпочтительней: отсутствие ударной волны, пожаров. А с другой, наличие атмосферы предполагает более комфортную работу не только экипажа, но и большинства систем. Вакуум не обладает теплопроводностью, а большая часть корабельных систем имеют мерзкую привычку греться в ходе своей работы. Некоторые из них греются сильно, другие слабо, но «холодной» не назвать практически не одну. Да, можно установить системы охлаждения. С наиболее «горячими» системами, например генераторами щитов, так и делают. Но это в свою очередь приводит к усложнению конструкций корабельных систем. В тех же генераторах щитов система охлаждения составляют добрую половину этого самого генератора.

Выход нашли в по-своему гениальном решении. Наиболее важные элементы корабля уже давно сместились к его центру, получившему название «внутренние секции». Обзорные галереи и иллюминаторы стали уделом лайнеров, а открытые рубки остались только у всякой мелочи вроде корветов и курьеров. Да и что, кроме звездного сияния, ты увидишь без приборов на космических скоростях и при космических расстояниях?

Все что не входило во внутренние секции считалось секциями внешними. На их долю досталось все самое малоценное: личные каюты экипажа, склады с некритически важным снаряжением, отсеки со вспомогательными системами.

И сейчас, по команде капитана, во все этих внешних секций «Аякса» царил вакуум, немного увеличивая живучесть космического корабля в бою.

За самими учениями Марк следил без особого интереса. Со стороны все это напоминало сложный танец. Флоты маневрировали, создавая разные виды походных и боевых построений, имитировали атаки, высадку десанта или его прикрытие. Он не считал себя особым экспертом, но на виртуальных симуляторах это выглядело как-то интересней, чем в живую. Да и особой слаженности в действиях флотов явно не наблюдалось.

Если пятый флот маневрировал слаженно и четко, то остальные выглядели просто плачевно. В худшую сторону отличился Первый флот. Достаточно современному, по сравнению с другими кораблями дома, тяжелому крейсеру «Эскудеро» явно мешал входивший в состав Первого флота древний лидер прорыва «Центурион». Словно юного атлета приковали цепью к дряхлому старику и заставили эту странную пару участвовать в соревнованиях.

Самым обидным было то, что поменять Марк ничего не мог. Вернее мог… теоретически, но не стал бы этого делать. Первый флот считался «карманным» флотом семейства Морено. И нарушение бароном пусть негласной, но древней традиции могли бы не понять. А то ведь так и старшие семейства могут однажды решить, что оммаж барону дома — это тоже просто древняя и уже изжившая себя традиция.

Боевые стрельбы тоже не впечатлили. На симуляторах это выглядело куда эффектней. Ну да там у него под командованием нередко оказывался флот с несколькими лидерами прорыва, это не считая прочей мелочи. А тут…

Некоторый интерес вызвали учения по отражению атаки дронов-перехватчиков. Тяжелые крейсера и лидеры имели от одной до трех эскадрилий этих небольших, смертоносных корабликов, главным предназначением которых была атака кораблей со сбитыми щитами.

Комбинированные защитные поля — щиты, поглощают выстрелы из кинетического и лучевого оружия, но при этом их генераторы нагреваются и отключаются при перегреве. Для их охлаждения и новой накачки щитов требуется время. Корабль со сбитыми щитами крайне уязвим. Когда щит проседает до минимума, то обычная тактика — выход корабля из боя. Даже лидеры прорыва с их броней не могут выдержать долгий обстрел без активных щитов. Вот тут то в дело и вступают «малыши» и дроны перехватчики. Одни должны прикрыть отход своего «большого брата», а другие наоборот — добить подранка, пока тот не восстановил щиты и не вернулся в строй или не сбежал.

Фрегат и корветы бодро маневрировали вокруг «Аякса», пробуя разные виды защитных построений. Оборонительные турели по команде сооружали со стороны предполагаемой атаки огненный зонтик. После чего операторы бодро докладывали об устранении мнимой угрозы.

Впервые за прошедшее время Марк решил вмешаться.

— Коммодор, вы позволите мне усложнить задачу?

— Разумеется, ваша милость, — даже полулежа в ложементе кресла, Эккерт каким-то образом исхитрился сделать полупоклон.

Подождав, пока корабельный искин проверит его полномочия и предоставит доступ к управлению системами корабля, Марк быстро набрал несколько команд.

«Аякс» вздрогнул всем корпусом. Один из двигателей прекратил работу, нос корабля повело в сторону.

— Атака дронов продолжается, но корабль получил повреждения! — скомандовал Марк. — Правый двигатель выбыл из строя! Отключение системы искусственной гравитации! Три! Два! Один!

Рабочей обстановки как небывало. На мостике начался настоящий хаос. Один из пилотов и несколько операторов оказались не пристегнуты в своих ложементах. Теперь они бестолково махали руками и ногами в воздухе, пытаясь вернуться на свои места. Адъютант адмирала, посланный Дайсоном за кофе, тщетно пытался руками удержать содержимое пластикового стаканчика внутри.

Мимо Марка пролетел чей-то шлем, еще один вращался где-то под потолком. Это не укрылась от его внимания, и он злорадно добавил, начиная новый отсчет:

— Разгерметизация рубки! Пять! Четыре!.. Вакуум!

Не понимая, что творится с «Аяксом», остальные корабли Пятого флота бестолково метались вокруг корабля.

Немного понаблюдав за царившим хаосом, Марк вернул гравитацию. Второй пилот, так и не сумевший вернуться в свой ложемент, только тихо выругался, шлепнувшись на палубу. Там же оказалась адъютант адмирала и добрая половина адмиральского кофе.

— Все, «Аякс» уничтожен, а мы все — мертвы, — Марк обвел окружающих насмешливо-вопросительным взглядом. Словно спрашивая: «Как же так получилось?». — Так вы говорите это лучший экипаж нашего флота? — повернулся он к адмиралу.

Капитану «Аякса» хотелось провалиться со стыда сквозь палубу. Да и адмирал Дайсон чувствовал себя немного не в своей тарелке. Что говорить? Не обласканный вниманием правителей, военный флот дома Фобос медленно деградировал. Даже подобных, в целом довольно показушных маневров, они не проводили уже лет десять. Да и ресурс корабельных систем оставлял желать лучшего.

— В целом неплохо, — смягчился Марк, — но я ожидаю от вас большего! Коммодор, прикажите привести мостик в порядок. На сегодня маневры окончены. Господин адмирал, предлагаю проверить корабельную столовую. Посмотрим, чем кормят мой лучший экипаж, — вновь не удержался от шпильки он.

Глава 17

Легендарный лидер

Иногда проще оправдать убийство, чем ошибку.

(Марк Ортис де Фобос)

Система Гемина.

Орбита планеты Ромул.

Тяжелый крейсер «Аякс».

290 день 564 года Потери Терры.

В столовой крейсера было пусто. Медленно потягивая горячий кофе — аграрный Ромул, мог себе позволить снабжать флот натуральными продуктами лучшего качества — адмирал Дайсон с интересом наблюдал за молодым бароном. Марк Ортис решил воплотить свою угрозу плотно ознакомиться с питанием на флагмане Пятого флота. Его пластиковый поднос был заполнен снедью.

— Вы удивлены резким изменением в моем поведении, господин адмирал? — спросил Марк, покончив с обедом.

Настало время немного поиграть в откровенность. С человеком подобным Дайсону это даже полезно. Нельзя же постоянно изображать дурака. Особенно перед потенциальными сторонниками. У дураков таковых просто не бывает. А Дайсон ему нужен, как и его Пятый флот. Четыре корабля — сила невеликая, зато в их экипажах мало симпатиантов старым аристократическим семьям. Не имея должных связей сделать карьеру в ВКС дома Фобос сложно. Пятый флот стал своего рода отстойником вечных мичманов и старших унтер-офицеров, без шансов дальнейшего продвижения по службе.

— Да, ваша милость, — не стал отрицать очевидное адмирал, — но поверьте — это радостное удивление. Раньше вы не проявляли должного интереса к флоту. А ваше равнодушие к делам дома стало и вовсе причиной множества нелицеприятных слухов.

— Слухи… — усмехнулся Марк. Отхлебнув из пластикового стаканчика витаминный коктейль, он откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. — Да, я немало поработал, чтобы испортить себе репутацию.

— Но зачем? — удивился адмирал.

— Скажите, кому принадлежит власть в доме Фобос?

— Вам, ваша милость. Вы законный барон дома.

— Я спрашиваю не про законы, а про реальное положение вещей. Половина моего флота принадлежит мне лишь формально. С силами планетарной обороны получше, но в наше время они мало что решают. Все важные административные должности занимают люди канцлера или одной из трех самых влиятельных семей. Совет благородных уже давно просто фикция, и подчинен все той же всесильной тройке: Саэсы, Ленцы, Морено. И где она моя власть? Я не волен даже в наборе собственной охраны. Меня просто терпят, как последнего Ортиса — компромиссную фигуру, устраивающую абсолютно всех.

— И что вы планируете делать?

Марк медленно провел пальцем по столешнице, то ли проверяя ее частоту, то ли пытаясь поцарапать ногтем пластик.

— Пока, просто выжидать. Собирать силы, искать новых союзников.

— Наемники? — скривился адмирал. — Капитан Хейс?

— Да, на оба вопроса.

— Он пират! Отребье! — горячо возразил адмирал. — Они все такие!

— Возможно. Но у него хороший корабль и прекрасно обученный экипаж. У него связи. Пират? Если я не ошибаюсь, одно из ваших увлечений — история планеты праматери? Я тоже не чужд этой науке. А история Терры знает немало примеров, когда люди вроде капитана Хейса, начиная пиратами, становились лордами и рыцарями. Вы же прекрасно знаете, что наемники Нейтральных систем — просто пешки в руках корпораций Центральных миров. Что плохого, если они начнут играть на нашей стороне?

— Им нельзя доверять!

— А я им и не доверяю — просто использую.

Хотя Дайсону и претила сама мысль использовать этих частично узаконенных пиратов, в словах барона был смысл. Если все противники Благородных домов используют грязные методы, то почему сами дома должны поступать иначе?

— Как я понимаю, меня вы уже причислили к своим людям. Почему? — поинтересовался он.

— Причин несколько, — признал Марк, — и ваши несомненные таланты — я не льщу, а просто констатирую факт — это не самое главное.

— Главную причину я уже понял — старые семьи.

— Да, старые семьи. — Встав из-за стола, Марк прошелся по столовой, заложив руки за спину. — Вас сложно заподозрить в связях или симпатиях к старшей, как они себя считают, знати, — в его словах сквозило неприкрытое презрение. — Нашему дому нужны перемены, нужно развитие. Стремительное развитие! Готовы ли к нему старые семьи? Сильно сомневаюсь. Их заботит только свое положение на вершине, чтобы с легкостью топить любых потенциальных конкурентов и вдоволь грызться друг с другом.

— Этой сваре уже пара веков, — философски заметил адмирал.

— Возможно. Но сейчас в Центральных мирах назревает раскол! Похоже, в этот раз это выльется в очень серьезную заварушку. Поговаривают даже о второй эпохе Мертвых звезд. Для Пространства Благородных домов это не только риски, но и окно возможностей. Кто этим окном сумеет воспользоваться, тот и будет диктовать свою волю в этом секторе паутины.

— Наивные и опасные мечты, — нахмурился Дайсон. Со многими словами барона он был полностью согласен, но одержимость, охватившая нового владыку дома Фобос, ему совершенно не нравилась. — У нашего дома для подобного лидерства просто нет необходимых ресурсов: ни промышленных, ни военных, ни научных.

Марк остановился, словно налетел на стену, и повернулся лицом к адмиралу. Его светло-зеленые глаза загадочно блестели, а по губам блуждала легкая, удовлетворенная усмешка.

— Вы правы, у дома Фобоса ничего этого нет. Но за время моего долгого «путешествия» на меня вышли с одним очень интересным предложением те, у кого эти ресурсы есть. Право же, неужели вы думаете, что пираты отпустили меня просто по доброте душевной? Где они и где эта самая доброта? Платиновая десятка Конфедерации. Знаете, что это такое?

Адмирал вздрогнул, огляделся, словно боясь, что их могут подслушать, и осторожно кивнул. Кто же не знает про крупнейшие трансгалактические корпорации — эти маленькие государства в государствах.

Да, сделка с таким игроком могла существенно поправить дела дома Фобос… или окончательно уничтожить его. Дайсон не мог понять одного, что подобная корпорация забыла в этом секторе паутины? Хотя, если учитывать слова о скором кризисе… Тут есть над чем подумать.

— И так, вы со мной, — довольно кивнул Марк.

— Кажется, я еще не давал своего согласия, — вскинулся адмирал.

— Оно мне требуется? Я единоличный правитель дома Фобос и мне уже жалко тех глупцов, кто думает иначе.

Дайсон едва заметно вздрогнул. Марк Ортис не сыпал пустыми угрозами, а просто констатировал факт. И слышать это из уст пятнадцатилетнего мальчишки было по настоящему жутко. Нужен ли дому Фобос такой владыка? А может, именно такой и нужен? Суровое время требует суровых мер и железного кулака. Иного рецепта человечество за всю свою историю просто не изобрело. Да, Марк Ортис молод, но этот недостаток проходит со временем.

Если его слова не пустое бахвальство, что же… история знала самых разных диктаторов. А в том, что этот юнец станет именно таковым, адмирал теперь не сомневался. Одни были успешными, другие — не очень, о наследии третьих историки спорят и по сей день. Каким будет барон Марк Ортис, покажет только время.

Дайсон против воли почувствовал прилив азарта. Он много изучал историю, а теперь у него появился реальный шанс стать ее частью.

Внезапно, нарушая торжественность момента, коммуникатор на руке Марка завибрировал.

— Ваша милость, мичман Хейс запрашивает сеанс связи с вами, — доложил оператор. — Прикажите соединить?

— Соединяй! — улыбнулся Марк, разом растеряв всю свою серьезность.

Вот и новоиспеченная капитанша вернулась! А он по ней даже начал скучать. Не так чтобы сильно, но все же.

Облазив домашнюю систему, Джи упросила его разрешить ей обследовать и соседние с Геминой системы паутины. Разумеется, только те, которые считались уже исследованными. Слепые привязки к неисследованным нитям — это та еще рулетка. Немного подумав, Марк ей это разрешил. Одно то, что Джи попросила у него разрешения, а не просто удрала на своей новой игрушке, плюнув на все формальности, было достойно награды. Длинная дорога начинается с маленького шага. Он еще сделает из нее самого ревностного приверженца устава. Хотя бы просто из интереса, что бы посмотреть на результат.

— Гранд-адмирал! — поприветствовала его Джи. Следуя всем строгим канонам устава, девушка встала с капитанского кресла и вытянулась по стойке смирно.

— Кто ты такая и куда дела мою безбашенную подружку, — нахмурился Марк.

— Ну вот, а я еще хотела сделать ему приятное, — разыграла обиду она, но тут же ее лицо осветила озорная улыбка. — Что за танцы в системе? Военные корабли снуют по орбите словно блохи.

— Да вот, скучно стало, решил поиграть с корабликами.

— С твоими то талантами! — изумилась Джи. — Бедный флот, несчастные экипажи. Сколько кораблей уже потеряно?

— Представь себе, ни одного, — усмехнулся Марк.

— Быть не может!

— Сам в шоке… Ладно, что у тебя стряслось? Или ты просто соскучилась?

— И соскучилась тоже, — подмигнула девушка. Вдруг, резко посерьезнев, она добавила: — Тебе стоит на это самому взглянуть. Жду тебя на «Эль Сиде».

Связь прервалась. С трудом согнав с лица неподобающую случаю улыбку, Марк повернулся к адмиралу.

— Я подготовлю вам челнок, — понятливо кивнул тот, не дожидаясь приказа.

Джи встретила его, стоило Марку переступить порог переходного шлюза.

— Тигра! — привычный радостный клич, и вот уже девушка снова висит у него на шее. — Ой, простите ваша милость! — притворно-испуганно залепетала она, резко разорвав объятия и согнувшись в глубоком поклоне. — Такая честь!

— В уставе дома предусмотрены телесные наказания даже для офицеров, если они не имеют дворянского звания, — отстраненно заметил Марк, не к кому вроде бы не обращаясь.

— Не думала, что тебя заводят такие игры, — призывно подмигнула ему Джи. — Но если хочешь, мы можем попробовать.

Он все же не выдержал и улыбнулся.

— Ладно, признаю, я тоже рад тебя видеть.

— Другое дело, — довольно кивнула девушка, — Пойдем на мостик.

Образцовый порядок на борту «Эль Сида» производил благоприятное впечатление. Но Марка слегка удивило отсутствие людей. Даже мостик оказался пустым.

— А где экипаж? — спросил он.

— Отпустила на станцию, парни заслужили отдых.

— Проблемы есть?

— Ерунда, я справлюсь. Про телесные наказания это ты удачно напомнил.

— Смотри сама, если нужна будет моя помощь…

— Я справлюсь, — перебила его Джи, недовольно поджав губы.

— Твое дело, — не стал спорить он. — Ладно, показывай, что ты там нашла?

— Смотри сюда, о бич космоса!

Развернув голоэкран, она быстро открыла нужный файл.

Огромный газовый гигант заполнил собой весь экран. Изображение увеличилось, вот на фоне планеты появилась небольшая темная точка. Изображение снова увеличилось — точка превратилась в…

— Это же космический корабль! — понял Марк. — Причем, явно боевой. Это что в углу? Данные со сканера пространства? Проклятье, они точные?

— Глаза тебя не обманывают. В трех переходах отсюда, на орбите безымянной планеты болтается древний лидер прорыва. Как тебе моя находка?

— Что ты еще узнала?

— Немного, — признала Джи. — Я решила сохранить это в тайне экипажа и мы не стали задерживаться в системе. Корабль явно брошен и сильно поврежден. Если хочешь, можем сами слетать и все осмотреть.

— Сколько времени это займет? — заинтересовался Марк. Даже его вечная соратница паранойя посчитала, что это просто не может быть ловушкой. Слишком много случайных факторов.

— Не больше двух дней, — прикинула Джи. — Тебя за это время не свергнут? — тут же в шутку спросила она.

— Кто знает? — Марк улыбнулся в ответ. — Иногда для этого нужно всего нескольких часов.

«Хейс прав, Джи крайне плохо на меня влияет, — отстраненно подумал он. — Стоит ей оказаться рядом, и я уже готов к новым авантюрам. Непонятный, неизвестный и, похоже, очень древний корабль всего в трех переходах. Интересно? Да! Но не более того. Но мне почему-то хочется лично его исследовать!».

— Дай мне связь с канцлером, — тяжело вздохнул он, предвидя не самый простой разговор.

Сбегать из системы, не поставив в известность хотя бы Корба — для этого безумия даже ауры Джи недостаточно.

— Стоп! Сперва надо поработать над образом. — Он окинул Джи задумчивым взглядом и коротко приказал: — Раздевайся!

Сигнал срочного вызова от главы дома застал Корба на совещании с главами департаментов. Коротко извинившись и мысленно припомнив далеко не ласковыми словами одного вздорного мальчишку, канцлер быстро прошел в свой кабинет и принял вызов.

Марк Ортис находился в рубке космического корабля, но явно не на «Аяксе» — флагмане Пятого флота. Даже полный профан в военном деле вряд ли спутает рубку тяжелого крейсера и корвета. А барон находился явно на чем-то подобном, рассчитанным на небольшой экипаж.

— Ваша милость, — изобразил полупоклон Корб. — Как прошли маневры?

Юный правитель Гемины едва заметно поморщился, а его лицо приобрело скучающее, мальчишески-капризное выражение.

— Познавательно, но очень утомительно, — сказал он. — И именно поэтому я с вами и связался. Я решил немного развеяться на своей личной яхте. Думаю исследовать ряд соседних систем.

Внезапно створки дверей за спиной Марка Ортиса дернулись и разъехались в разные стороны. На голоэкране появилось новое действующее лицо. Симпатичное, но не отягощенное не только положенной формой, но и какой-либо одеждой вообще.

— Марк, ты долго еще? Ой, прости, — новоиспеченная мичман Хейс поспешно скрылась.

По тому, как слегка зарумянились щеки Марка Ортиса, канцлер понял, что тот смущен. Даже удивительно, что новый барон способен на подобные эмоции. Между тем юноша нервно передернул плечами, и отвел глаза в сторону, словно подросток, застигнутый строгими родителями.

От этой неожиданной мысли Корб едва не расхохотался. Внешне это никак не проявилось, на сухощавом лице не дрогнул ни единый мускул. За время долгой службы трем разным главам дома он наблюдал картины и поинтересней, чем парочка озабоченных подростков.

Однако эта Хейс становится проблемой. Барон к ней слишком привязался, — только и подумал он, а в слух заметил:

— Ваша милость, это очень опасно. Возьмите хотя бы охрану.

Марк Ортис поджал губы. Неплохо изучивший все привычки нового барона канцлер сразу понял, какой сейчас последует ответ, и снова угадал.

— Я подумаю над этим, — недовольно нахмурился Марк Ортис, всем своим видом показывая, что решение уже принято.

Корб вновь поклонился.

— Как будет угодно Вашей милости.

Он позволил подпустить в свой голос толику даже не недовольства, а его легкой, едва заметной тени и первым разорвал сеанс связи. Весьма красноречивый жест и нарушение всех норм этикета. Впрочем, в знаниях последнего новым бароном дома Фобос у канцлера были большие сомнения.

Возможно, Свента права? Нет в Марке Ортисе ничего опасного. Тогда надо хотя бы признать, что мальчишка просто дьявольски удачлив.

Задумавшись, канцлер принялся вертеть между пальцами дорогую перьевую ручку. Вещь статусную, но совершенно бесполезную. В приступе внезапного раздражения он со злостью швырнул ручку на стол с такой силой, что золотое перо выпало, а чернила пролились, заляпав один из инфопланшетов.

Корб зло выругался. Надо отдать Марку Ортису должное, сам того не ведая, он обладает просто феноменальным свойством выводить его из себя.

Между тем на мостике «Эль Сида» персональное проклятие канцлера откинулось в ложемент кресла.

Может играть дураков и легко, — подумал Марк, — но как же это утомительно.

Тихий шелест открываемой двери возвестил ему о том, что Джи снова заглянула на мостик.

— Тигра, это было нечто, — безапелляционно заявила она, обняв юношу за плечи. — Даже я почти поверила. Особенно это твое выражение лица. У-у-ух! Тебе надо в головидео сниматься. Успех обеспечен!

— Мне и на своем месте неплохо, — проворчал Марк, погладив руку девушки. — Платят хорошо, и убить пытаются всего раз в полгода.

— Ну, это только пока, — обнадежила его Джи.

— Всегда ценил тебя за откровенность. Кстати, можешь уже одеться.

Ее губы тронула озорная улыбка.

— Знаешь, я тут подумала. — Одним плавным движением она уселась Марку на колени и потерлась щекой о его подбородок. — Курс проложен, до зоны привязки лететь еще целый час, а мы никогда не делали этого на мостике космического корабля…

Ровно двадцать три стандартных часа спустя «Эль Сид» оказался на орбите газового гиганта, не так давно виденного Марком на голоэкране. Из короткого перелета с Джи юноша вынес одну простую мысль — никогда больше не летать с Джи на одном корабле. Или хотя бы не делать этого только вдвоем. Будь на «Эль Сиде» другие члены экипажа неуемная энергия девушки не была бы сфокусирована только на нем.

Вот с чего она решила, что ему необходимо подтянуть пилотские навыки и подробно изучить яхту? Ползать по техническим туннелям, это то еще удовольствие.

Забавно, когда она далеко, ему становится скучно, а когда слишком долго рядом — невыносимо. Льду сложно дружить с пламенем. Если противоположности притягиваются, то как они друг друга терпят в ограниченном пространстве?

— А вот и наш лидер! — радостно воскликнула Джи, ткнув пальцем в точку на сканере пространства.

Какое-то понятие субординации у нее все же было. Капитанское кресло она уступила Марку и сейчас сидела на месте одного из пилотов. Хотя, Марк не без оснований полагал, что пилот на этом самом месте сидит редко. Джи еще явно не наигралась со своей новой игрушкой.

— Летим к нему, но аккуратно. Щит на полную мощность. И подлетай со стороны двигателей, для большей части оборонительных турелей там слепая зона.

— Думаешь, на корабле еще действуют системы защиты? Сканеры никакой активности не обнаружили.

— Лучше перестраховаться, чем погибнуть от не вовремя проснувшейся системы обороны.

— Эх, Тигра, нет в тебе ни романтики, ни духа авантюризма.

— От романтики у меня изжога, а авантюризм вообще не способствует крепкому здоровью. Как, кстати, и долгой жизни.

Мертвая громада лидера приблизилась.

Когда-то давно это был прекрасный корабль. Настоящая гордость флота Королевства Благородных домов. Почти две тысячи метров в длину и четыреста в диаметре. Изящный обводы сигарообразного корпуса придавали исполину вид огромной хищной рыбы.

Когда-то давно это был опасный корабль. Внушительный броневой пояс внешних секций и дополнительный броневой пояс секций внутренних. Мощнейшие для своего времени щиты. Грозные излучатели главного калибра, сметающие любого врага с пути владыки космоса — лидера прорыва. Ракетные батареи, оборонительные турели, ангары для десантных челноков и дронов перехватчиков.

Но все это было очень давно. Сейчас от былой мощи не осталось и следа. Нос некогда грозного лидера был почти полностью разрушен, а в броневом поясе насчитывалось немало дыр.

— Прекрасный корабль, — выдохнула Джи, словно не замечая всех этих «мелких» недостатков. — Кажется, вот здесь мы можем зайти, — она указала пальцем на одну из точек на корпусе лидера. — Технический шлюз! Если планировка лидера стандартная — все в центре корпуса, то отсюда ближе всего до мостика и реактора.

— Мы сможем пристыковаться?

— Запросто.

Медленно пролетев вдоль корпуса лидера, «Эль Сид» завис над одним из технических шлюзов.

— Готово! — отчиталась Джи, когда гибкий переходной рукав соединил оба корабля.

— У тебя найдется парочка инженерных скафандров? — спросил Марк.

Она посмотрела на него словно на идиота.

— Подходящих нам по размеру, — поспешно пояснил он.

Мертвый лидер встретил нежданных гостей закрытыми бронестворками дверей и шлюзов, пустыми коридорами, плавающими щупальцами разорванных электрических магистралей и вездесущим вакуумом. Система искусственной гравитации уже давно не работала, как и освещение, и прочие системы. Именно поэтому Марк и озаботился тем, чтобы они надели инженерные варианты скафандров, лучше всего приспособленных к передвижению и работе в условиях невесомости.

— Мрачное место, — прокомментировала Джи, по общему каналу связи, когда они выбрались из узкого технического коридора.

— Куда нам дальше?

— Где-то тут должна быть лифтовая шахта. — Искусно играя двигателями встроенного ракетного ранца, она подлетела к очередному клубку толстых кабельных жгутов. — А вот и она. Ваша милость полетит за мной или будет ждать лифта?

— Очень смешно, — отозвался Марк, в очередной раз безуспешно пытаясь выровнять свой скаф.

— Руку давай, — сжалилась Джи, — а то с ракетным ранцем ты управляешься даже хуже чем с космическим кораблем. Да-да, знаю-знаю, не баронское это дело.

Полет вниз, хотя в невесомости это понятие было весьма условным, вышел недолгим. Скоро универсальная отмычка Джи работала над вскрытием очередной двери. В такой мелочи как кислород термитная паста не нуждалась. Если он есть — хорошо, нет — просто нанесите больше пасты.

Именно на подходе к мостику лидера они наткнулись на первого мертвеца. Древний скафандр степенно плавал по центру широкого коридора. Когда Марк и Джи пролетали мимо, свет нашлемных фонарей выхватил сквозь закрытый визир шлема мумифицированное лицо давно погибшего члена экипажа.

— Значит, корабль не был просто брошен, — прокомментировала Джи. Жуткая находка ее ни капли не смутила.

Мертвец Марка не заинтересовал, а вот его скафандр привлек внимание.

— Не находишь ничего знакомого?

— Тигра, у меня в знакомцах нет древних мумий.

— Посмотри на его скафандр.

— Обычная рабочая модель, только дизайн какой… — в ее глазах вспыхнул огонек понимания. — А ведь ты прав! Очень напоминает рабочие скафы твоих ВКС, только цвета немного другие. А это что такое? Шнуры какие-то? И… Это что, пуговицы? Тигра, зачем на космическом скафандре пуговицы?

— Кто-то очень хотел сделать скаф похожим на древний военный мундир. Ты же видела парадную форму моих адмиралов.

— Дикость! Они бы еще делали скафы в виде рыцарских доспехов древности.

— Да как бы…

— Что, уже?! — удивилась она.

— Хм, разве ты не видела скафы моих телохранителей?

— Ты шутишь! Нет? Сумасшедший дом этот твой дом Фобос, — вздохнула девушка.

— Ты просто не видела другие благородные дома. В некоторых из них барон дома на полном серьезе почитается как божество.

— А, то есть тебе еще есть куда расти?

Дверь на мостик корабля также не стала преградой для универсальной термитной пасты. Эта дьявольская смесь вообще не признавала никаких преград. Здесь царило тоже запустение, что и в коридорах корабля. Только мертвецов прибавилось. В равнодушном свете нашлемных фонарей плавало не меньше десятка тел.

— Как ты думаешь, что тут вообще произошло? Что это за корабль?

— Это не просто корабль — это легенда. — Марк всегда был скуп на эмоции. Искренние, а не наигранные. Но сейчас в его голосе чувствовалось странное возбуждение. Он словно только что разгадал какую-то сложную загадку. — Это «Сантьяго», я в этом уверен. Призрачный лидер последнего королевского адмирала. Корабль-призрак с мертвым экипажем во главе с адмиралом де Вегой. Предвестник несчастий. — Видя непонимающий взгляд девушки, он охотно пояснил: — Давно, во время развала Королевства Благородных домов, один из лидеров прорыва королевского флота сбежал от восставших в дальний космос. С тех пор у нас ходит такая легенда, что иногда сканеры пространства обнаруживают неизвестный лидер, появившийся словно из неоткуда. Не отвечая на вызовы, он вновь исчезает. А корабль, встретивший его, скоро гибнет.

— Обычная космическая байка, — фыркнула Джи. — В баре любого космопорта поддатые космолетчики расскажут тебе и не такое.

— Появившийся неизвестно откуда лидер у нас есть. Экипаж из мертвецов — тоже в наличии. Ты уверена, что это просто бака? Вдруг адмирал де Вега и его мертвый экипаж сейчас покарают тебя за твое неверие?

— Пф-ф-ф, Тигра, это ты сейчас меня испугать пытаешься? Придумай чего поинтересней детских страшилок! Не факт, что это вообще именно «Сантьяго».

— Это он. Единственный лидер прорыва, о судьбе которого ничего не известно. Непонятно только, как он тут оказался и как давно находится. Нужно будет поднять старые записи. Система тупиковая, нити дальше не исследованы. Когда тут вообще в последний раз были другие корабли?

Между тем Джи подлетела к одному из кресел в центре мостика. Судя по небольшому возвышению, на котором оно находилось, это было место капитана корабля.

— Что ты делаешь? — поинтересовался Марк.

— Корабельный журнал и данные искина. Где-то в капитанской консоли должен быть чип или модуль памяти. О, кажется, нашла. Смотри-ка, — она продемонстрировала свою находку, — стандартный чип памяти. Хм… Сколько ты говоришь этому кораблю лет?

— Сотни две, не меньше.

— И за такой срок не придумали чего-то нового? Такое чувство, что человечество застряло в развитии.

— Зачем менять то, что и так хорошо работает? Мы сможем его прочитать?

— Сомнительно, вся информация должна быть зашифрована.

— А если дешифровать?

— Это к Киру. Жаль, что корабль нельзя восстановить, дешевле построить новый. Внешний броневой пояс похож на сыр, а вся носовая часть полностью разрушена. Эх, я бы не отказалась покомандовать настоящим лидером прорыва.

— Всему свое время.

— Смотри, Тигра, — серьезно кивнула девушка, — я запомню твои слова. Думаешь, нам стоит осмотреть что-то еще?

— Адмиральская каюта, она должна быть рядом с мостиком. Все остальное не так интересно. Даже если на корабле имеются рабочие системы, то все они уже давно и безнадежно устарели. Будь цел корпус, можно было прикинуть возможность модернизации. А так… — внезапно он замолчал. Последние слова «корабль бесполезен» так и не сорвались с его губ.

Он погладил древнюю, давно уже не рабочую капитанскую консоль и обвел взглядом мостик мертвого лидера.

А что если…

Торопливо развернув голоэкран своего коммуникатора, он быстро набрал запрос корабельному искину «Эль Сида».

— У тебя сейчас такое лицо, словно ты только что понял, как завоевать галактику, — улыбнулась Джи.

— Завоевать галактику не так сложно, были бы ресурсы, — отстраненно заметил Марк. — Но управлять ею замучаешься. Но в целом ты недалека от истины. Что тут у нас? Восемь лун, есть из чего выбрать.

— И? Неужели ты нашел какое-то применение этому древнему хламу?

— Этот хлам, стоит двух флотов. И не тех пародий, что считаются флотами в доме Фобос. А нормальных таких флотов с десятками кораблей. — Отключив коммуникатор, он вновь обвел мостик лихорадочным взглядом. — Нужно какое-то доказательство. Что-то неявное, но достаточно заметное. Как сделать совершенно ненужную вещь очень нужной и желаемой? Нужно показать всем, как ты ее ценишь. Добавим к этому высшую степень секретности и древнюю легенду. О да! Остальное люди придумают сами. Иначе я плохо знаю этих обезьян.

Джи впервые видела его в таком возбужденном состоянии. Всегда скрытный, сдерживающий эмоции. Сейчас он словно скинул маску.

— Тигра, ты меня пугаешь. Ты сейчас вообще о чем?

— Ты все увидишь, моя дорогая, просто наберись терпения.

— Терпение и я — вещи несовместимые, — фыркнула она. — Рассказывай!

Он подтянул девушку к себе, так что визоры их шлемов оказались вплотную друг к другу.

— Скажи, ты умеешь хранить тайны? — таинственно прошептал он в микрофон шлема.

— Конечно, умею.

На его губах появилась искренняя, озорная улыбка.

— Я тоже…

Оттолкнувшись от девушки, он включил двигатели ранца и поспешил отлететь под потолок мостика.

— Р-р-р! — Джи с трудом удержалась, чтобы не броситься в погоню. — Теперь я понимаю, почему каждые полгода тебя пытаются убить. Непонятно только, почему всего раз в полгода?! Ты хоть кому-нибудь доверяешь?

— Есть один парень, каждый день вижу его в зеркале. Следуй за мной! Думаю, в каюте адмирала я найду то, что мне нужно.

Вход в адмиральскую каюту оказался любезно распахнут. Там же они нашли и ее хозяина. Адмирал Виктор Соларес де Вега сидел в командном ложементе, для надежности, пристегнув себя к нему обычным ремнем парадного мундира. Иссохшая кожа обтягивала мумифицированное тело, делая его чуждым почти инопланетным.

Обшарив каюту алчущим взглядом, Марк тут же нашел то, что нужно.

— Да, это подойдет! — он выловил под потолком что-то длинное.

— Это что, древний абордажный кортик? — поинтересовалась Джи, с интересом разглядывая находку.

— Это шпага, — поправил ее Марк. — Адмирал де Вега был награжден древней шпагой. Говорят, она с самой Терры. Сохранилось даже головидео с церемонией награждения. Пожалуй, сейчас эта игрушка стоит как твой «Эль Сид», если не дороже.

— Не думаю, что ты забрал ее, чтобы продать.

— Нет, для нее найдется куда более интересное применение. — Он посмотрел на мумию адмирала и во внезапном порыве отсалютовал ему клинком в ножнах. — Спи спокойно, верный долгу. А я позабочусь чтобы «Сантьяго» надолго запомнили…

Глава 18

Начало игры

Тайна — идеальная приманка в ловушке на человека.

(Марк Ортис де Фобос)

Система Гемина.

Орбита планеты Ромул.

Яхта «Эль Сид».

294 день 564 года Потери Терры.

Путь назад прошел без приключений. Да и какие могут быть приключения в этом забытом уголке галактической паутины? С началом блокады основной торговый маршрут практически не использовался. Редкие патрули ВКС дома Фобос и еще более редкие корабли курьеры, милостиво пропущенные домом Орка вот и все возможные встречи. Даже флот дома Орка сюда не залетал: далеко, да и незачем.

«Эль Сид» совершил последний переход и появился на орбите Ромула. Отдав управление в руки вечно безмолвного искина, Джи быстро проверила данные сканеров пространства.

— Упс! Тигра, кажется у нас проблемы, — заметила она.

— Что случилось? — слегка оживился задремавший в капитанском кресле Марк. — Меня все-таки свергли?

— Хуже! Па вернулся.

— Тогда причем здесь «у нас»? — он с трудом подавил зевок. — Твоя затея — тебе и отвечать.

— Доброта вашей милости не знает границ, — язвительно заметила девушка. Просительно посмотрев на него, она тут же добавила: — Найди для меня какое-нибудь задание подальше от Па?

Марк задумался.

— А знаешь, кое-что действительно есть. Доставишь адмиралу мой приказ, я сейчас запишу тебе видеофайл.

— И зачем тебе это? Есть же обычная связь.

— Ты сама просила найти себе задание. И кстати, хороший подчиненный никогда не спрашивает «зачем», а бодро рапортует «есть».

— Есть сэр! — шутливо козырнула она. — И что ты решил сотворить с несчастным Пятым флотом?

— Отправлю патрулировать соседнюю систему, — отстраненно пояснил Марк, активируя наручный коммуникатор. — И не один корабль, а весь флот. Никто не поймет, зачем это нужно. Станут искать подвох. А потом я засвечу мою новую игрушку, — он погладил ножны лежавшей у него на коленях шпаги и мечтательно улыбнулся. — Это будет занимательная интрига.

Уточнять, что еще за интрига, Джи благоразумно не стала. Не так сложно понять, что Марк планирует использовать «Сантьяго» в качестве приманки для своих врагов. Непонятно только одно — кого именно Марк Ортис не считает своими врагами.

Пока Марк записывал сообщение, она еще раз внимательно изучила данные сканера пространства.

После окончания маневров на орбите Гемины царила почти патриархальная идиллия. Часть боевых кораблей заняли свои места в доках огромной орбитальной крепости, остальные зависли на орбите с выключенными двигателями. Грузовой челнок входил в атмосферу планеты. Еще несколько его собратьев подходили к орбитальной крепости.

Когда Марк закончил запись, она кивнула головой на одну из точек на сканере. Маленький зеленый огонек приближался к «Эль Сиду».

— Похоже, это за тобой.

Подтвердив сообщение личным идентификационным кодом, Марк переслал файл по корабельной сети.

— Держи. Здесь сообщение адмиралу, а заодно и приказ о присвоении тебе нового звания. Это за твою находку.

Джи быстро прочитала приказ. Брови ее поползли вверх, в глазах мелькнула искра подозрения. Недоверчиво покосившись на Марка, она прочитала приказ еще раз, уже тщательней.

— Ты присвоил мне сразу лейтенанта, минуя младшего. С чего такая щедрость?

— А сама как думаешь? — поинтересовался он, с интересом наблюдая за метаморфозами лица девушки.

Что ему всегда нравилось в Джи, так это ее живая, говорящая мимика. Вот и сейчас она, сама того не замечая, недовольно сморщила носик.

— Чтобы привлечь внимание? — неуверенно предположила девушка, тут же поняв, что угадала. — Коварный ты тип, Тигра.

— Когда ты поймешь, насколько я коварен, станешь адмиралом… Ладно, где там этот челнок?

Джи быстро вывела на обзорный экран изображение десантного челнока. Играя маневровыми двигателями, тот старался выровнять скорость со скоростью яхты. На пульте перед девушкой загорелся какой-то световой индикатор.

— Только что запросил разрешение на стыковку, — прокомментировала она, набирая в консоли команду доступа.

— Ладно, бывай, лейтенант, — поднялся Марк. — Не скучай тут без меня.

— Ага, тебя туда же, гранд-адмирал, — отмахнулась она, издевательски помахав рукой. — Кто тут будет скучать, это мы еще посмотрим.

Когда челнок отсоединил гибкий переходной рукав, Марк уже устроился на одном из пластиковых кресел в десантном отсеке. К некоторому его удивлению никакой охраны на борту челнока не оказалось. Жаль! Пропала прекрасная возможность впервые засветить новую находку.

Пилот челнока прогудел по внутреннему каналу что-то восторженно-приветственное, положенное по случаю, но Марк его не слушал. Откинувшись на жесткую спинку, он размышлял над своими дальнейшими шагами.

В последнее время он стал слишком выбиваться из уже устоявшегося образа. Чрезмерно много суеты, действий. А скоро еще и появятся первые корабли «Арборвитэ», начиная постройку станции у Рома.

Это становилось опасно!

Да, он немного освоился и изучил обстановку в системе. Но было бы предпочтительней и безопасней продолжить начатую игру. Окончательно усыпить внимание канцлера и старших семей, но при этом постепенно подбирать и продвигать наверх нужных ему людей. Сделать один маленький шажок к захвату власти над домом и снова затаиться, усыпить вызванное этим шагом внимание. Это могло занять годы, но он и не торопится… в отличие от корпорации.

Он вздохнул.

Время, его всегда не хватает. Корпорация спешит, и он вынужден спешить вместе с ней. Пришла пора действовать. Осторожно, аккуратно, но действовать. Нельзя плыть по течению зная, что рано или поздно будет водопад.

Если задача сложна, нужно разбить ее на более простые подзадачи. Чего он хочет? Свободы и власти. Кто ему мешает? Корпорация, канцлер, старшая знать и дом Орка. С «Арборвитэ» ему пока не справиться. Он зависит от нее более чем полностью. Впрочем, в данный момент «Арборвитэ» ему даже полезна. Ему нужны ее ресурсы и связи в Конфедерации. Осталось самое простое — убедить корпорацию немного поделиться всем этим на благо дома Фобос, а значит и его главы, или хотя бы использовать часть этих ресурсов для ослабления его врагов.

Канцлер…

Он ему пока нужен. Пусть Корб властолюбив, вороват и явно метит в «законно избранные» наместники системы, но под его руководством управленческая машина дома работает как хорошо отлаженный механизм. Марк прекрасно осознавал, что сам на подобное не способен. Тут мало знаний, а нужен немалый опыт или настоящий талант, которого у него, увы, нет. Пока канцлер не слишком дружит со старшими семьями его можно и даже нужно терпеть.

Кто там остается? Самозваная старшая знать — тройка наиболее богатых и влиятельных дворянских фамилий. И дом Орка. Этими противниками и следует заняться в первую очередь. Но если первых требуется просто ослабить — они неплохой противовес излишним амбициям корпорации, то Орка следует уничтожить. Уничтожить полностью! В идеале неплохо бы захватить их домашнюю систему, но тут у Марка были вполне законные сомнения. Такой кусок ему так просто никто не отдаст. Но достаточно простого прекращения блокады, без возможности ее повторения. Скоро его дому понадобится много всего, что можно добыть только в Центральных мирах. Без стабильного, самого короткого и наиболее безопасного торгового маршрута об этом придется забыть. А забывать не хочется! От этого зависит не только сила дома, но и его выживание. А жить он планирует очень долго.

Марк потер подбородок, и с некоторым удивлением обнаружил на нем легкий пушок. Потеребив пальцами мягкие волоски, он вновь погрузился в раздумья.

И так! Мы имеем древний лидер. Его боевая ценность равно нулю. Но зато это единственный из известных человечеству кораблей сумевший совершить межсистемный перелет, не используя пространственные нити.

Достав из кармана на поясе миниатюрный чип данных, Марк взвесил его в руке, прикидывая возможную стоимость хранящихся в нем данных. А ведь это только корабельный журнал. Какие тайны может хранить бортовой искин, если суметь его активировать и черные ящики…

Вот в таком ключе и должны думать его враги, даже зная реальное состояние «Сантьяго». Тайны — они манят, завораживают. Информация — это власть! Тут он согласен с Северовым.

Посмотрим, как дом Орка и старые семьи отреагируют на непонятную активность Пятого флота и его находку.

Марк нахмурился. Сжал чип в кулаке.

Во всех этих грандиозных планах есть одно слабое звено — корабли-курьеры Северова. Их все еще нет! А без них он не может начать действовать более активно. Как передать нужную информацию дому Орка? Где искать конвои «Арборвитэ», чтобы натравить на них наемников? Если у конвоев будет свободный проход через Нейтральные системы, корпорация не станет ему помогать в войне с домом Орка. А без покорения дома Орка у него будет недостаточно сил для дальнейшей борьбы с «Арборвитэ», Северовым и всеми остальными. С любым, кто считает и смеет указывать, как ему следует жить и править!

Он рассмеялся. И этот глухой, злой, призрачный смех в пустом отсеке десантного челнока прозвучал особенно зловеще.

Нет, но как же это все-таки забавно! Сначала ему хотелось просто жить. Каждый новый прожитый день был удивителен и сладок. Обучение, изматывающие, смертельно опасные тренировки, все это меркло перед простым, но очевидным фактом — он живет. Он мог по настоящему наслаждаться безвкусной белковой кашей и витаминным коктейлем.

Потом его заветной мечтой стала свобода. Свобода от своих создателей. Свобода самому принимать решения. Но теперь ему мало даже свободы. Перед самим собой можно быть откровенным. Теперь ему нужна еще и власть. Ему нравится управлять людьми. Это так забавно, волнующе!

Его рука вновь легла на рукоять древней шпаги. Осторожно погладив ножны клинка ладонью, словно тот был хищным зверем, он ласкающе провел пальцами по украшающему эфес девизу «VIM SUPERAT RATIO».

— Разум одолевает силу, — прошептал он одними губами, убирая чип с данными обратно в карман на поясе. — Посмотрим, так ли правы были эти древние.

* * *

Когда Марк появился в приемной, Кир сидел за секретарским столом. Постукивая пальцем по подбородку, юноша внимательно смотрел на окружавшие его голоэкраны. Это увлекло его настолько, что он даже не заметил, что уже не один. Марку даже пришлось постучать костяшками пальцев по крышке стола, чтобы привлечь к себе внимание.

— И что там такого интересного?

Тихо пискнув на прощание, голоэкраны растворились в воздухе. Единственное, что Марк успел заметить, на них шло какое-то музыкальное шоу планетарной сети.

— Марк? — Кир казался смущенным и встревоженным одновременно. — Ты уже вернулся?

Поняв, что сморозил явную глупость, он резко замолчал.

Марк смерил приятеля внимательным взглядом. В последнее время Кир, переняв местную моду, перестал постоянно носить рабочий скаф. И это можно было понять. В центральных секциях орбитальной крепости их никто не носил.

Заметив что-то интересное, Марк обогнул стол и оттянул широкий воротник его полосатой кремовой рубахи, обнажив маленькую пурпурную метку на шее.

— Засос? А у тебя страстная подружка? — усмешка была скорее благожелательной, но Киру стало как-то не по себе. Спас его пришедший сигнал вызова.

— Это дядя Хейс, — прокомментировал он, бросив быстрый взгляд на коммуникатор. — Что мне ему сказать?

Отпустив его воротник, Марк сделал шаг назад.

— Он сильно злится?

Теперь пришла очередь Киру усмехнуться, удачно маскируя этим свою недавнюю неловкость.

— Вчера, после прилета, рвал и метал. Даже хотел броситься на ваши поиски. А сегодня я его еще не видел.

— Ладно, зови его ко мне, — вздохнул Марк.

— Прямо сейчас?

На короткое мгновение Марк задумался, а затем отрицательно покрутил головой.

— Нет, дай мне полчаса привести себя в порядок. Кто только придумал эти проклятые дезинфекторы!.. И вот еще, — он положил на стол стандартный чип и небрежным щелчком отправил пластиковый прямоугольник прямо в подставленную ладонь Кира, — это тебе подарок. Попробуй расшифровать. Только смотри, никому про него ни слова.

Горячие струи приятно ласкали кожу. Зажмурив глаза, Марк подставил лицо под поток воды. Все же за время своего развития эти обезьяны сотворили множество замечательных вещей. Душ — одна из них. Но они же создали и столь мерзкую вещицу как дезинфектор. За одно это человечество следовало уничтожить!

Улыбнувшись этой несмешной шутке, он выбрался из душевой кабины, протер ладонью запотевшее зеркало и всмотрелся в отражение. Не найдя в нем особых изменений, кроме легкого пушка на подбородке, он быстро вытерся, накинул на плечи халат и вернулся в кабинет.

Взгляд зацепился за небрежно брошенный скафандр и ножны со шпагой, и Марку стало не по себе: столь ценные предметы просто валялись на полу.

— Слово «душ» лишает тебя последних остатков разума, семьдесят седьмой, — прокомментировал он.

Подобрав шпагу, он склонился над скафом и быстро достал из поясного кармана чип с бортовым журналом «Сантьяго». Настоящим, а не той подделкой, что до этого была вручена Киру. Есть там что-то важное или нет, но подобную вещицу просто глупо отдавать в чужие руки. Для будущей западни хватит и подделки.

Найти на «Эль Сиде» идентичный чип данных было несложно, как и записать на него огромный массив данных из случайно сгенерированных символов с некоторыми добавленными и доступными для расшифровки кусками. Ему было даже интересно, как Кир будет дешифровать этот «секретный код». Заодно это станет прекрасной проверкой. И не хакерских талантов Кира, а штуки для Марка гораздо более важной и нужной — верности. Если информация с поддельного чипа всплывет, то источник утечки очевиден. Вина Кира будет уже хотя бы в том, что таковая утечка вообще стала возможна. Это значит, что ничего серьезного ему доверять нельзя.

Быстро просмотрев список входящих запросов, Марк едва заметно поморщился. Одно от канцлера. Что явно мало. Три от Хейса — капитан все еще явно раздражен. Еще три от его бывших любовниц, и еще два от будущих. Всем вдруг стало очень интересно, где пропадал барон дома Фобос и куда теперь улетел Пятый флот?

Теперь нужно выиграть время и дождаться этих проклятых курьеров Северова. Неделя у него есть, но этого мало. Но придумать, как выиграть время, можно и позже.

Быстро набрав несколько команд, он вывел на экран план крепости. Прикинул свой путь от ангара до покоев, и начертил его на схеме. Где же это произошло? Лифт. Коридор. Поворот. Вот оно!

Обнаружив нужную камеру, он ткнул пальцем в схему, вывел изображение с камеры на экран и отмотал запись.

Вот он идет по коридору, небрежно помахивая ножнами со шпагой. Следом идут два телохранителя… Смотри-ка! А у молодого Саэса нашлемная камера работает. Видно как выехавший из шлема гибкий усик покачивается в такт шагам, стабилизируя камеру.

Что же, за Саэсов можно не волноваться — их шпион сработал, как надо. Идентифицировать шпагу не составит труда, а учитывая известность в Пространстве адмирала де Веги, то и его прежнего владельца. А что за адмирал без своего призрачного лидера? Осталось еще два семейства и канцлер.

Между тем Марк Ортис на записи, что-то достал из кармана скафа, запнулся, чуть не упал, прямо под прицелом камеры. На пол упала маленькая пластинка чипа данных, чтобы тут же быть подхваченной и убранной обратно в карман.

Что же, он добился того, что хотел — привлек внимание. Коридоры орбитальной крепости нашпигованы камерами наблюдения. Для большинства сколько-нибудь значимых фигур дома не представляет никаких сложностей получить доступ к их данным. Особенно если учесть, сколько представителей старших фамилий и их подручных служат в крепости.

Выключив компьютер, он позволил себе расслабленно откинуться на спинку кресла. Остались последние штрихи, но курьеров Северова все еще не было. А без них, слишком вероятен провал. Плохо, когда столь прекрасный план зависит от сторонних факторов. Интересно, а разве таковой план может считаться прекрасным?

Подавив в себе эти малодушные мысли, он вызвал слуг.

Когда капитан Хейс переступил порог рабочего кабинета правителя дома Фобос, его хозяин уже был полностью одет и отдавал дань легкому ужину. Вообще-то Марк встал незадолго до последнего перехода, и для него эта еда была скорее поздним завтраком или ранним обедом. Но по общепринятому стандарту, прием пищи в третий восьмичасовой цикл всегда считался ужином.

Он приглашающе махнул рукой на соседнее с ним место за маленьким столом, разом сбивая с гостя показное недовольство.

— Не стесняйтесь, капитан, присаживайтесь. Сегодня мой повар превзошел сам себя.

Некоторое время Хейс молча сверлил его грозным взглядом. Это уже стало у него своеобразной традицией. Поняв, что это все так же бесполезно, он вздохнул и сел напротив.

— Куда ты спрятал мою дочь? — только и спросил он, отодвигая от себя чистую тарелку. Есть ему совершенно не хотелось.

— Отослал с заданием к Пятому флоту, — пожал плечами Марк. Подколов вилкой очередной кусочек мяса, он отправил его в рот, быстро прожевал и охотно пояснил: — Она сама напросилась.

— Не втравливай Джи в свои игры.

— Я не втравливаю, она в них самостоятельно влезает. Сейчас ей даже лучше не показываться какое-то время в крепости или на планетах системы.

— Тогда, ты слишком ей потакаешь! Я думал, что ты сможешь ее контролировать.

Брови Марка изумленно поползли вверх.

— Контролировать? Джи?

— Тебя бы она послушалась.

— Сильно в этом сомневаюсь. Самая большая любовь Джи — это космические корабли и путешествия. Ни вы, ни я уже неспособны этого изменить.

— Да знаю я, — вздохнул Хейс, — просто надеялся… Ай, ладно! Просто не давай ей творить чрезмерные глупости.

Внезапно Марк понял. Нет, разумеется, капитан беспокоился о дочери, но еще он просто скучал по ней. А вот сама Джи встречаться с отцом не стремиться. Ну да, у нее теперь есть «Эль Сид», и конкуренцию с ним капитан наемников явно проигрывает.

Он задумался, вновь ловя себя на том, что машинально почесывает шею. Ненавистная привычка — это еще одна причина расправиться с корпорацией!

— Чтобы отвлечь от глупостей, ее надо чем-то занять. Есть у меня одно задание. Мне надо договориться о закупках кое-какого оборудования. А для этого нужно послать официального представителя в Конфедерацию или Соединенные Системы, чтобы подыскать подходящий вариант. «Висельник» обеспечит охрану «Эль Сиду» до «Тортуги» и дальше, к Центральным системам. А позже обеспечит обратный путь.

— Центральные миры не настолько безопасны, как ты считаешь, — проворчал Хейс, но было заметно невооруженным глазом, что это предложение капитану нравится.

Марк поспешил развить успех.

— Выделите ей охрану из своих людей. Возможно, вы наберете ей свой экипаж. Но договариваться об этом будете сами.

«За время полета вы с Джи успеете надоесть друг-другу надолго, — отстраненно подумал он. — Или я плохо ее знаю».

Немного подумав, Хейс рубанул ладонью воздух.

— Согласен! — Быстро собравшись с мыслями, он перенастроил себя на деловой лад, и продолжил: — Людей я тебе привез. Два десятка отменных бойцов. Немолодых, но опытных, с навыками командования абордажными группами. И не отребье какое или отморозков. Все как ты и просил. Как их перевести в свою охрану, думай сам.

По губам Марка пробежала короткая усмешка. Сам не зная почему, он не открыл капитану всех своих планов на этих людей. Телохранители? На орбитальной крепости только отряды контрабордажа насчитывают семь сотен бойцов. Плюс полсотни его личной охраны. Плюс остальной гарнизон космической крепости. Что тут смогут два десятка бойцов, пусть и отменных?

Но охрана ему тоже нужна, как и хорошо обученные абордажные команды. Но на роль первых наемники подходят мало. Возможно, они будут хорошо его охранять. Но вот захотят ли они умереть за него? Нет, охрану он твердо решил набрать из местных планетарников. Для многих подданных и даже граждан личная служба главе дома — это шанс возвыситься не только самому, но и всей семье. А семьи здесь традиционно большие. Даже определение семья тут не совсем корректно, здесь больше подошло бы фамилия или род. Но первое чаще применялось к представителям аристократических семей, а второе давно вышло из употребления.

Адмирал Дайсон, не особо таясь, уже отобрал первые две сотни людей. Пока что они на планете, но скоро их разместят в орбитальной крепости. Свободных помещений тут хватает.

Но одних абордажников мало, ему нужны пилоты, астронавигаторы, желательно псионы, операторы, комендоры, техники, инженеры. Да много кто нужен! А для их обучения нужны не опытные инструкторы, а обучающие программы и большое количество капсул, можно даже не самых современных. Счет тут идет даже не на тысячи — десятки тысяч. В идеале хотелось бы разместить подобное производство в системе. Но для этого необходимы прямые переговоры с представителями корпораций. Именно с этой целью Джи и отправится в Центральные миры. Нет, не вести переговоры. Для этого девушка просто не приспособлена. Единственная форма переговоров, которую она признает — ствол своего пистолета под носом у оппонента. А этот метод хоть и эффективен, но в данном случае неприменим. Ее задача — найти наиболее устраивающий Марка вариант и привезти представителя корпорации к нему для переговоров.

Отогнав мысли о количестве потребных для воплощения этой задумки средств, Марк поднялся из-за стола, прошелся по кабинету и вновь посмотрел на капитана.

— Что по моему второму делу?

— Твоего потенциального начальника службы безопасности я тебе тоже привез, он ждет в приемной.

— Так зовите его.

Вошедший человек был щупловат, примерно одного роста с Марком и довольно молод. Поначалу Марк даже решил, что это его ровесник или человек прошедший курс омоложения. Уже гораздо позже он выяснил, что оба этих предположения неверны. Тани Имиси было был почти в два раза старше Марка. А если учесть специфику появления клона на свет, то разница в возрасте была еще больше.

Особое внимание Марка привлек штурмовой скаф Тани. Благодаря полученным от «Арборвитэ» знаниям, он неплохо разбирался в вооружении, но подобная модель ему была неизвестна. Странные, квадратные щитки, закрывавшие все плечо. Непропорционально большой шлем, который Тани держал в руках, вместо прозрачного визора имел устрашающую маску, изображающую лицо демона. На верхней части шлема располагались непонятные, совершенно лишенные какой-либо адекватной функциональности рога.

Вооружение тоже было интересным. Справа на бедре Тани висел пистолет, слева за поясом два меча. Один из которых, на взгляд Марка, был слишком длинным, чтобы использовать его для абордажных схваток в узких корабельных коридорах. Зачастую в них не каждый человек в тяжелом скафе может свободно передвигаться. Как тут размахивать длинным клинком?

Не дойдя до Марка, Танни упал на колени, произнес какую-то длинную фразу на своем языке, уткнулся лбом в пол и замер, не решаясь поднять голову.

— Он говорит только на своем? — поинтересовался Марк. Не то чтобы это было большой проблемой. Программа ускоренного обучения языкам была отлажена еще до появления капсул полноценного погружения, но данный факт удивлял. Как, не зная хотя бы одного из диалектов английского, самого распространенного языка в этой части паутины, этот странный парень смог забраться так далеко от дома. Постоянно пользовался программой переводчиком? Но это же неудобно.

— Я прекрасно знаю все восемь основных языковых групп паутины, — четко ответил ему Тани, не поднимая головы. — Но обычаи моей родины требуют представиться господину на нихонго.

— Я не слишком знаком с обычаями твоей родины, поэтому заранее прошу меня простить за все ошибки, бывшие и будущие. Все они совершены от простого незнания — иных причин нет. Можешь встать. Ты знаешь, кто я такой?

Тани разогнулся, но остался стоять на коленях.

— Вы правитель этой системы — дайме. И вам нужны верные люди. Для меня этого достаточно.

— Почему ты хочешь мне служить?

— Меч без твердой руки, что его держит — просто кусок железа.

— Меч? Да, мне действительно нужен меч, разящий моих врагов. А ты уверен, что сможешь им стать.

— У вас есть прекрасная возможность в этом убедиться, Марк-сама.

Ответ понравился Марку, но он не подал вида, продолжая изучать этого странного незнакомца.

— А с чего ты решил, что достоин мне служить?

— Это решать тоже не мне, — на лице ронина не дрогнул ни один мускул. — У меня есть лишь клятва, а много это или мало — решать вам.

— Без должного ухода меч тупится и ржавеет. Что ты хочешь получить от меня за свою службу? Чего достичь?

— Все что я хочу — это вернуть себе самоуважение.

— Боюсь, тут от меня мало что зависит. Я не знаю, как это сделать.

— Все очень просто — примите меня на службу.

Впервые за долгое время Марк почти искренне улыбнулся. Этот странный человек ему нравился. Корпорация создала его как инструмент, и вот перед ним на коленях стоит человек, готовый сам стать чем-то подобным, но уже в его руках. Как можно не оценить столь причудливый выверт судьбы?

— Я согласен принять твою клятву. Встань, рыцарь дома Фобос.

Бывший ронин встал и низко поклонился.

— Какие будут приказания, Марк-сама.

— Жди в приемной.

Тани в очередной раз поклонился, это получалось у него столь естественно, что Марк мысленно поразился его гибкости, и вышел.

— И как тебе? — кивнул в сторону закрывшейся двери Хейс. — Колоритный паренек, правда? Интересная эта штука их империя. Слава Терре, что я родился вне ее пределов. Я могу идти, готовить корабль к полету или у тебя есть для меня еще задания?

— Твои друзья еще не оставили замыслов перейти ко мне на службу?

— Я же все еще с тобой.

— Тогда, мне нужен обещанный флот. У вас есть две недели, чтобы сосредоточиться вот в этой системе, — он развернул перед собой трехмерную карту окрестной галактической паутины. Одна из точек в одном переходе от Гемины загорелась зеленым цветом.

Капитан наемников подобрался.

— Как я понимаю, слово «тайно» означает, что на транзит через Гемину можно не рассчитывать?

— Все правильно, — кивнул Марк.

Хейс что-то быстро прикинул на своем коммуникаторе.

— Долгий выйдет перелет. Нас ждет бой?

— Если все пойдет как надо, то это будет не бой — избиение.

— А если не пойдет?

— Тогда не будет и его. Вы просто поторчите некоторое время на одном из спутников, а потом так же тайно улетите обратно. Я оплачу все ваши расходы и обеспечу припасами.

— Не люблю действовать вслепую. Что ты задумал?

Немного подумав, Марк развернул в воздухе очередную карту, теперь уже непосредственно нужной системы.

— Все достаточно просто…

* * *

Эрик Корб де Фобос поморщился и моргнул, как будто это могло вернуть ему способность четко мыслить. Больше трех десятков стандартных часов на ногах, совершенно без сна с единственным стимулятором в виде крепкого кофе. Кто сказал, что управление Благородным домом это просто и весело? А еще этот мальчишка!

Он утер пальцами слезящиеся глаза и вновь вернулся к голоэкрану. Возвращение Марка Ортиса в Гемину наделало переполоху даже больше, чем его недавний «побег». А даже он был несколько странен. В последнюю неделю в главу дома словно вселился новый человек: деятельный, энергичный. И это не могло не настораживать.

И вот теперь систему покинул Пятый флот. Не самый сильный, зато наименее зависимый от аристократических фамилий. Корб представил себе, какой переполох сейчас царит в так толком и не сложившимся триумвирате и улыбнулся. Да, теперь не только у него болит голова.

Закрыв глаза, он потер виски. В верхнем ящике стола нашелся початый блистер с необходимыми таблетками. Выщелкнув из пластиковой упаковки сразу три штуки, канцлер забросил их в рот и запил минеральной водой. Когда боль слегка отступила, он вернулся к работе.

На экране вновь запустилась уже поднадоевшая запись с камер наблюдения. Вот Марк Ортис спускается по трапу челнока, держа под мышкой старинную шпагу. Другая камера и новая картинка, вот он уронил небольшой чип данных и спешно убрал его в карман. И что все это может значить?

Найти по построенной трехмерной проекции шпаги ее возможный аналог не составило труда. Но это только добавило вопросов. Неужели мальчишке и вправду удалось найти «Сантьяго» или это просто какая-то непонятная интрига?

Требовалось больше информации.

Активировав наручный коммуникатор, он быстро нашел среди контактов имя дочери. Судя по тому, что последние три дня Свента не ночевала у себя, ее отношения с новым секретарем Марка Ортиса вышли на должный уровень.

— Привет, дорогая, как у тебя дела? — Выслушав в ответ набор стандартных, малозначимых банальностей, канцлер продолжил: — Сейчас я отправлю тебе одно интересное видео, посмотри его внимательно…

Глава 19

Нити интриг

Перед другом у врага есть одно неоспоримое преимущество — враг не может предать.

(Марк Ортис де Фобос)

Система Гемина.

Орбита планеты Ромул.

Орбитальная крепость дома Фобос.

301 день 564 года Потери Терры.

Открыв глаза, Свента некоторое время просто лежала, прислушиваясь к ровному дыханию своего нового любовника. Она всегда знала, какое впечатление производит на мужчин, и с успехом этим пользовалась. И даже ее отец со своей вечной гонкой за властью, тут был ни при чем. Ей просто нравилась такая жизнь. Очаровать, обольстить, влюбить в себя. Забавно видеть, как в глазах мужчины разгорается азарт охотника, особенно если точно знаешь, кто тут на самом деле охотник, а кто дичь. Слепое обожание и поклонение в глазах фанатов и просто влюбленных юнцов. Раздевающие, оценивающие взгляды людей состоятельных и влиятельных. Глаза, вот зеркала человеческих душ.

Мужчины склонны недооценивать женщин и редкий мужчина готов публично признать, что его обыграла женщина. Это служило ей щитом от мести обманутых любовников даже лучше чем положение отца. Впрочем, ей почти всегда удавалось обставить разрыв так, словно это была инициатива самого мужчины. Огонь страсти очень быстро гаснет, если его не подпитывать. Такие, бросившие ее «самостоятельно», чувствуя себя виновниками разрыва, ею особенно ценились. Их всегда можно было попросить о незначительных услугах, и не знать отказа. Сами того не понимая, они становились ее агентами, думая что остались со старой возлюбленной просто друзьями.

Интриги, тайны — они стали частью ее натуры. В отличие от отца, сама власть ей была неинтересна. Играть с огнем, балансировать на грани — вот истинное наслаждение. И она не променяла бы свою жизнь ни на какую другую.

— Кир? — приподнявшись на локте, Свента осторожно потрясла юношу за плечо. — Дорогой?

Не дождавшись ответа, она встала и быстро накинула на плечи халат. Случайно ее взгляд зацепился за полупустой бокал с вином, оставленный на полу возле кровати, и тонкие губы растянулись в легкой улыбке. Хорошее снотворное, оно никогда ее не подводило. Почти не чувствуется в вине, быстро всасывается в кровь, и никаких побочных эффектов.

Присев за рабочий стол, она включила компьютер. Кир проводил за этой бездушной железкой столько времени, что будь она более ревнива, обязательно бы его приревновала. Слабое свечение голоэкрана слегка разогнало царившую интимную полутьму. Заиграла легкая, едва слышная музыка, знаменуя загрузку операционной системы. Имя пользователя было введено, а пароль ей предлагалось подобрать самостоятельно. Украшенные длинными ногтями пальцы заскользили над клавиатурой. С-В-Е-Н-Т-А. Как банально и предсказуемо, совсем в духе Кира. Не подсмотри она пароль заранее, то без труда подобрала бы его простым перебором.

Она уже давно поняла, что мужчины — существа крайне предсказуемые и ленивые. Они любят выбирать в качестве пароля что-то простое: имя матери, жены, девушки, кличка любимого питомца, марка любимого пива, дата своего рождения, та же дата, но с именем. Все то, что легко вспомнить, что всегда перед глазами. А что может быть перед глазами влюбленного юнца, как не сама возлюбленная?

Отыскать нужные файлы не составило особого труда. Свента не считала себя опытным хакером, но обладала хорошей зрительной памятью. А вот с копированием возникли определенные сложности. Кир оказался достаточно осторожен, чтобы поставить защиту от копирования и изменения столь важных данных. Что же, придется пойти сложным путем. Активировав свой коммуникатор, она слегка повернула браслет и включила встроенную в него камеру, тщательно фиксируя на видеозапись стену шифрованных символов.

Так, а теперь файл с частично дешифрованными данными.

Быстро пробежав взглядом по первым строчкам, она даже не вздрогнула. Только по слегка расширившимся зрачкам можно было понять степень ее удивления. Да, эта информация отца точно заинтересует.

Закончив запись, она выключила коммуникатор и компьютер, разделась и вновь юркнула в постель.

* * *

Попав под снайперский огонь, эта десятка показала себя немногим лучше чем предыдущая. Двое утащили «объект» в ближайшее укрытие, прикрыв его своими телами. Остальные, кто еще остался на ногах, тщетно пытались отыскать невидимого стрелка. А тот продолжал методично выбивать их отряд, на полу ангара валялось уже три тела.

Хотя Марк и внимательно следил за тренировкой своей будущей охраны и службы безопасности, но мысли его блуждали далеко. Вчера пришел долгожданный корабль от Северова. Без особой помпы он привез в систему два десятка человек, сокрытие появления которых доставило Марку немало головной боли. Сейчас эти люди, снабженные всеми необходимыми документами, отбыли на Ромул, откуда им предстоит самостоятельно перебраться на Рем. Дальнейшее не его забота, свою часть сделки с Северовым он выполнил.

Долгожданный курьер привез и обещанную информацию. По ней выходило, что первых гостей от «Арборвитэ» следует ждать со дня на день. Даже удивительно, что курьер Северова их обогнал. Еще одна проблема. Такое количество кораблей из внешнего мира за одну неделю… Система становится слишком оживленной, и это обязательно привлечет внимание.

Один из бойцов попытался стремительным броском преодолеть небольшое открытое пространство между двумя контейнерами. Возможно, будь он более быстрым, ему бы это удалось. Получив сразу несколько попаданий из парализатора, он крайне неудачно упал, разбив лицо в кровь. Но на это никто не обратил ни малейшего внимания.

Между тем остатки отряда охраны явно запаниковали. Растеряв былую организацию, они суматошно бегали от укрытия к укрытию, стреляя из парализаторов в любую тень. Один и вовсе очень удачно подстрелил своего товарища.

Многие из них уже не раз и не два прокляли тот день, когда соблазнились посулам вербовщиков. Служба в отряде под личным кураторством правителя дома. Это же такие перспективы! Даже после сурового первичного отбора желающих набралось больше чем нужно. Еще недавно Марк считал эту цифру чрезмерной, но теперь убедился, что большая часть отпадет, не выдержав жестких тренировок. Это у клонов не было выбора — научись или умри. Подданные и граждане дома Фобос были свободными людьми и обладали некоторыми правами, с которыми приходилось считаться.

«С этой свободой выбора всегда сплошные проблемы».

Наконец разряд парализатора поразил крайне неудачно высунувшийся объект охраны, что знаменовало полный провал миссии. Впрочем, к этому моменту от отряда сопровождения не осталось ни одного человека. Опытный наемник просто куражился. Игнорируя главную цель, он методично выбивал охрану, бестолково метавшуюся по ангару в поисках снайпера.

Из подсобного помещения появилась бригада медиков и пара наставников из наемников. Медики приводили парализованных в чувство, оказывали медицинскую помощь. Наставники, судя по интенсивной жестикуляции, разъясняли поникшим «мертвецам» всю бестолковость их смертей и глубину падения.

Куча мусора в одном из углов зашевелилась, из нее поднялся человек с переделанным под снайперскую винтовку стандартным полицейским парализатором. Со стороны этот плод сумеречного технического гения выглядел просто гротескно, но на какие только ухищрения не приходится идти, не имея возможности обеспечить полноценное обучение в капсулах. Наемники вообще оказались мастерами на такие придумки. Жизнь в Нейтральных секторах научила их выжимать из имеющейся техники и ресурсов все сто десять процентов их возможностей.

Перебросив свою винтовку одному из наставников. Снайпер прошелся перед условно уничтоженным отрядом, что-то втолковывая вконец посмурневшим юношам и девушкам. Их позор усугублялся еще и тем, что он не использовал цифрового камуфляжа, а просто очень удачно замаскировался. Дальше началось обычное, практикуемое с древнейших времен человечества, наказание. Для закрепления материала разбитому отряду предложили много бега, отжиманий и прочих физических нагрузок.

Снайпер шагнул на платформу грузового лифта, и та подняла его к импровизированной обзорной площадке, с которой Марк наблюдал за развернувшимся внизу действом. Стянув с головы щлем, старый наемник достал из кармана на поясе платок и вытер лоснящуюся от пота лысину.

— Как вам зрелище, ваша милость? — спросил он.

— Занимательно. Вижу, сержант Тэрон, вы снова меня убили, — заметил Марк.

— С каждым разом это все труднее, — обнадежил его тот.

— Отрадно это слышать.

— Материал хороший, работать можно, но сроки…

Марк нахмурился.

— Сроки остаются неизменными. Я и так дал вам времени больше чем у меня есть.

— Мы не успеем, — решительно поджал губы наемник.

Что Марку нравилось в нанятых Хейсом людях, они не боялись с ним спорить. Если не брать в расчет самого капитана и Джи, то до недавнего времени из всего его окружения это мог позволить себе только канцлер Корб. Да и то он делал это в столь мягкой, обтекаемой форме, что не сразу и поймешь, осуждает он решение своего барона или поддерживает его. Остальные, даже представители самых влиятельных семей, предпочитали с Марком не спорить. Традиции и воспитание, порой они сильнее любых психоблоков.

— Увеличьте нагрузку.

— Куда же больше? — удивился Тэрон. — У них свободного времени только на сон и осталось.

— И сколько они спят?

— Восемь часов.

— Целых восемь часов? Зачем им такая роскошь? Хватит и шести.

— Добрая половина просто не выдержит: сломается и сдастся.

В ответ Марк только равнодушно пожал плечами.

— Значит, останутся только лучшие.

— Это все равно не поможет. Ваша милость обещала нам капсулы…

— Я решаю этот вопрос, — поморщился Марк. — Месяц-полтора и капсулы будут.

— Что ты обо всем этом думаешь? — спросил он Имиси, когда сержант-наемник ушел в гигиенический блок.

— Они хорошие наставники.

— По их ученикам этого незаметно.

— Вы слишком привередливы, Марк-сама, хорошего бойца не подготовить за несколько дней. Тут не помогут никакие капсулы, программы обучения и строгость.

Марк мог бы многое рассказать о испробованной на своей шкуре методики корпорации, но сдержался. Да и, откровенно говоря, так ли хороша была эта методика? От них добивались послушания, тупого выполнения приказов на уровне рефлексов, а не готовили как суперсолдат.

— Время, все всегда говорят мне о времени, — вздохнул он. — Жаль, что я не умею его останавливать.

— Лучшее время, чтобы посадить дерево, было двадцать лет назад. Следующее лучшее время — сегодня, — философски заметил Имиси.

Марк едва заметно поморщился. Это привычка нового рыцаря, постоянно вставлять в свою речь всевозможные цитаты из книг, его несколько раздражала. Но для Имиси подобная манера разговора было обычной. В ней не было никакого двойного дна или скрытой издевки. В конце концов, идеальных людей в природе не существует, самого себя Марк в данный расклад не включал, а с мелкими недостатками человека можно и нужно мириться. Разумеется только в том случае, если это нужный тебе человек.

— Что по моему заданию? — спросил он.

Активировав браслет-коммуникатор, Имиси продемонстрировал ему фотографию.

— Кир-сан неоднократно замечен вот с этой девушкой. Они не особо скрывают свои близкие отношения. Это…

— Я знаю, кто это, — нетерпеливо перебил его Марк. Он уже давно на зубок заучил личные дела не только всех наиболее влиятельных людей Гемины, но и членов их семей, а также близких друзей и членов их семей. — Хорошая работа.

Новость об интересе дочери канцлера к его приятелю с «Тортуги», его не сильно удивила. Чего-то подобного от канцлера и следовало ожидать. Теперь в судьбе поддельного журнала с «Сантьяго» можно не сомневаться.

Короткое мгновение его мучило легкое чувство вины. Откровенно говоря, он ведь просто подставил Кира под удар, передав ему чип. Не будь этой популярной певички, нашелся бы кто-то другой. Но вскоре чувство вины пало перед натиском другого, более сильного — голода. Приученный к приемам пищи по строгому расписанию, его организм начинал бунтовать, не получив в должное время необходимой подпитки.

— Сколько у человека привязанностей — столько и уязвимостей, — тихо сказал он. — А с другой стороны, можно ли считаться человеком, не имея таковых?

— Что? — непонимающе переспросил Имиси.

— Говорю, самое время пообедать.

Короткий сигнал вызова настиг его на входе в лифт. Опять коммуникатор! Иногда он просто ненавидел эту незаменимую, но крайне навязчивую штуку. Вздохнув, Марк нажал на кнопку приема. На замерцавшем в воздухе голоэкране появился молодой офицер на фоне приборов центра обнаружения и связи. По его напряженному лицу все сразу стало понятно.

— Докладывает…

— Сколько кораблей? — перебил его Марк.

— Один, ваша милость. Согласно данным предварительного сканирования что-то небольшое — корвет или курьер. На перехват отправлен…

— Отменить перехват. Кораблю предоставить гостевой допуск. Все запросы перенаправлять лично мне.

Не дожидаясь ответа, он оборвал связь. Вот и долгожданные гости.

— Что-то случилось, господин? — осторожно спросил его Имиси.

— Да, случилось — обед отменяется.

Небольшой кораблик, без каких либо внешних опознавательных знаков, плавно вошел в причальный док станции. Обычный курьер — самый массовый, после малых транспортов, корабль паутины. Корабль путешественников, контрабандистов, мелких дельцов, шпионов, дипломатов и торговцев информацией. Существовало бесчисленное множество проектов подобных кораблей, но данный тип Марку был незнаком. Явно что-то новое. Корпорация может позволить себе покупку современных кораблей, а не хлама полувековой, вековой давности, как правители Пространства.

Когда объектив камеры поймал лицо, вышедшего из переходного шлюза человека, Марк с большим трудом удержался от грубого ругательства. Так вот кого Райт нашел на замену мастер-сержанту Лэйну, тело которого болтается где-то в космосе возле «Тортуги». Надо признать, глава СБ корпорации снова попал в самую точку. В портовой зоне орбитальной крепости дома Фобос с ленивым интересом разглядывая обстановку стояла Кристина Финч — второй после мастер-сержанта Лэйна личный кошмар всех клонов проекта Пэ Икс.

«И избавиться от этой суки так просто не получится, — зло подумал Марк. — Исчезновение одного куратора корпорации можно списать пусть и на подозрительную, но случайность. А вот если пропадет и второй, то никакие доказательства о непричастности тут уже не помогут. С учетом наших натянутых отношений, невозможно спрогнозировать реакцию „Арборвитэ“. Значит, будем терпеть».

А желание избавиться от этого нового шпиона корпорации было велико. Один короткий приказ и комендор-сержанта просто пристрелят на месте. Или можно захватить ее и вдоволь отыграться за перенесенные унижения и боль.

Его так захватила эта мысль, что успокоится он, только когда Кристина Финч оказалась в приемной. Повинуясь его команде, двери в кабинет разошлись в стороны, приглашая посетительницу войти.

— Привет, Марк! — с порога заявила Кристина. — Что за мрачное выражение лица. Разве так встречают старых наставников?

Она развела руки, словно приглашая обняться, и Марк едва не поддался этому страстному порыву. Удержало его только то, что ему едва ли удастся ее задушить.

— Наставников? — холодно уточнил он, пытливо разглядывая что-то за спиной женщины. Словно пытался разглядеть этих самых наставников.

— Малыш, ты стал таким важным и наглым, — Финч медленно подошла к столу. — Позабыл все наши тренировки? Зря.

— Такое сложно забыть.

— Почему же ты меня ни капельки не боишься?

— Семьдесят седьмой боялся. А Марку Ортису де Фобосу это не пристало.

— Гордые слова. Вижу, ты вжился в роль. Только не забывайся — ты тот, кем мы тебя создали!

Впервые за этот разговор губы Марка изогнулись в легкой улыбке.

— Значит я Марк Ортис.

Кристина тоже улыбнулась, но эта улыбка больше напоминала оскал хищной кошки:

— Похоже, профессор где-то ошибся в вашем психокодировании, — задумчиво протянула она, разглядывая его словно диковинного зверька. — Когда мне приступать к своим обязанностям… ваша милость?

— Чем скорее, тем лучше. К чему оттягивать неизбежное?

— Схватываешь на лету, молодец. Тогда я начну прямо завтра и распорядись поставить мне такой же симпатичный стол, как у парнишки в приемной. Или ты его уволишь?

— У меня хватит работы для вас двоих.

— Где я могу разместиться?

— Я распоряжусь. Через полчаса все будет готово.

— Отлично. А у меня для тебя посылка от нашего профессора. Ты там еще не избавился от вшитого в тебя подарка?

— Никак не могу найти подходящего специалиста и выкроить время для операции.

Тут Марк почти не врал. И со специалистом, и с временем были проблемы. К тому же, существовал риск, что корпорация решит проверить одну из последних ниточек, способных принудить их творение к повиновению. Не зря же Финч напомнила про вшитую капсулу с нейротоксином.

— Успехов. А пока, — положив на стол пластиковый пенал, она толкнула его в сторону Марка. — Не трать все сразу, у меня есть небольшой запас, но тебе придется очень постараться, чтобы его получить.

Старательно разыгрывая тщетно скрываемое нетерпение, Марк небрежно откинул крышку пенала. В нем находилось четыре длинных цилиндра одноразовых инъекторов. Схватив один из них, он одним нервным движением прижал его к своей шее и закрыл глаза. Лекарство-наркотик снова подарило приятную эйфорию. Как же он ненавидел это чувство!

Кристина наблюдала за его метаниями с плохо скрываемой презрительной усмешкой.

«Посадить клонов на наркотики — единственная дельная затея профессора» — подумала она, глядя на Марка. Черты лица клона разгладились, во взгляде появилась легкая отстраненность.

«Профессор очень вовремя доработал формулу, сделав привыкание к наркотику необратимым. Но клону об этом знать совсем необязательно».

— Развейте мои сомнения, вы и правда проделали весь путь через Нейтральные системы на это безоружной скорлупке? — Из-за действия наркотика, Марку почти не пришлось разыгрывать благодушие. Ответ он знал, но сейчас полезно продемонстрировать свою неосведомленность.

— Нет, мы шли большим конвоем. Остальные корабли прибудут завтра. Там модули для станции, дроиды, технический персонал. Пора начинать строительство. Наш с тобой шеф торопит. Кстати, распорядись заранее, а то твой флот решит, что это вражеское вторжение.

— Считай, что уже сделано, — отстраненно кивнул Марк, поглаживая пальцами подаренный пенал. — Это все? Можешь идти.

— Спасибо за разрешение, ваша милость, — это было сказано таким официальным тоном, что звучало неприкрытой издевкой.

Марк держался ровно до того момента, как бронированные дверные створки отрезали его от этой страшной женщины. Быстро набрав на последних остатках самообладания команду на блокировку дверей, он почти растекся в кресле. Все тело била нервная дрожь, губы дрожали, а руки тряслись, словно у похмельного пропойцы. Сейчас даже только что введенный наркотик не помогал.

— Учеба? — с его губ сорвался нервный смешок. — Нас не учили, нас усмиряли. Натаскивали, словно диких зверей. Страх и верность. И пусть со вторым не получилось, к первому вы меня хорошо приучили.

Он с ненавистью покосившись на пенал с инъекторами, словно это главный виновник всех его бед. От одной мысли, что теперь придется терпеть эту женщину рядом с собой, становилось дурно. Даже Лэйн не вызывал подобных эмоций.

Марк крепко сжал кулаки. Резко выдохнул, почти выплюнув воздух из легких, а затем медленно вдохнул. Вдох — выдох. Вдох — выдох.

«Маленькая неприятность, а ты сразу раскис? Соберись! План остается неизменным. Сможешь обмануть ее, сможешь обмануть их всех».

Вдох — выдох. Вдох — выдох.

Самовнушение сработало. Страх… вернее дикий животный ужас ушел. Мысли потекли ровно. Ему стало безумно стыдно за этот мимолетный приступ слабости, ведь он знает отличный, проверенный рецепт против страха. Чтобы справиться со страхом, нужно встретиться с ним лицом к лицу… и принудить его вышибить себе мозги.

Нажимая сигнал вызова, он уже не боялся.

— Кир, распорядись на счет обеда. И составь мне с Исими компанию.

* * *

Присев на подлокотник кресла, Свента привычно обняла отца за шею. Отстраненно мазнув губами по щеке дочери, Эрик Корб вернулся к изучению расшифрованной части журнала «Сантьяго». Он только сегодня прилетел с Рема и тут такие новости. За пять дней в системе произошло больше событий, чем за последний месяц.

— Что ты планируешь с этим делать? — поинтересовалась Свента. — Сольешь информацию триумвирату?

— Не знаю. Не думаю, — нахмурился он. — Как ты считаешь, Марк Ортис знает о твоей связи с его секретарем?

— Думаешь, все было подстроено? — догадалась она.

— Все вышло слишком просто. Шпага, чип данных — это очень походит на ловушку.

— Ты слишком высокого мнения о новом бароне, — скривилась Свента. — Эта комбинация не для его мозгов. А «Сантьяго»? Кто мог предсказать его появление?

— Возможно, ты права, но твоего нового друга мы под удар подставлять не будем. Он нам дорог на своем месте. И желательно, чтобы барон продолжал ему доверять. Возможно, нам даже следует разыграть между нами размолвку и разрыв.

— А как же триумвират?

— На искине баронской яхты должны остаться какие-то данные. Этого должно хватить. Саэсы, Лэнцы и Морено давно хотят провести показательную акцию, чтобы немного разъяснить нашему чересчур деятельному барону подлинный расклад сил в системе. Захват «Сантьяго» прекрасно это покажет. Если сделать все грамотно, то формально их не в чем будет обвинить.

— Чем нам все это грозит?

— Пока ничем. Твой отец все еще незаменим. С триумвиратом у нас что-то вроде пакта о ненападении. Я не мешаю им подмять под себя нового барона, а они обеспечивают мне почетную отставку, подобрав преемника.

— Думаешь, они выполнят свое обещание?

— Думаю, что у них ничего не получится. Наш новый барон далеко не так прост, как кажется. Одни эти странные корабли чего стоят. Откуда они взялись, и что затевается на орбите Рема? А эта новая секретарша с собственным кораблем. Слишком много странностей для одного чудом спавшегося наследника. Подозреваю, за ним кто-то стоит. Кто-то могущественный и не из Пространства. Возможно, одна из корпораций Центральных миров.

— Корпорации? — скептически выгнула бровь Свента. — Что им могло понадобиться в Гемине?

— Не знаю, но мы должны это выяснить. А выяснив, мы сможем занять его место. Пока не стало слишком поздно.

— Поздно? — не поняла она.

— Мне кажется, Марк Ортис хочет не называться правителем дома Фобос, а стать им…

Глава 20

Ловушка для охотника

Мой флот можно уничтожить, но его нельзя остановить!

(гранд-адмирал Джинна Хейс де Фобос)

Система Игнис.

Планета Иво.

323 день 564 года Потери Терры.

Пропетляв по горному ущелью, гравикар вырвался на открытое пространство. Над горами висело солнце, заливая большую горную долину ярким светом нового дня. Впереди блестела в солнечных лучах серебряная лента широкой реки. Слева и справа, на сколько хватало глаз, простерлось зеленое море лесов. Настоящий уголок погибшей колыбели человечества, заботливо воссозданный на другом конце галактики.

Иво изначально, без всякого терраформирования, была планетой А класса — прекрасно приспособленной для колонизации. В исследованной человечеством части галактической паутины подобные жемчужины довольно редки. Обычно подобные планеты становились центрами своего сектора паутины. Они быстрее осваивались, росли и богатели. Именно на них устремлялось большинство колонистов, замыкались торговые потоки ближайших колоний выше и ниже по галактической паутине. Крупные корпорации разворачивали здесь свои филиалы, строили орбитальные заводы.

Такая судьба ждала и Иво, но случилось то, что никто не мог предвидеть — гибель планеты праматери и Время Мертвых звезд. Не смотря на свой А класс, Иво к началу катаклизма была довольно слабо освоенной колонией периферии галактической паутины. Несколько поселений колонистов, разбросанных по трем континентам, полное отсутствие собственной промышленности или космофлота. Выжить они могли, а вот самостоятельно развиваться — нет.

Когда спустя несколько веков на орбите появился космический корабль — большой, наспех переделанный в эрзац-крейсер, транспорт с изображением касатки на борту, его встретил не особо густозаселенный и довольно отсталый мир, скатившийся в средневековье. Покорить его не составило труда. Это и стало началом дома Орка, наследник которого сейчас летел в фамильное поместье на встречу с отцом.

Когда впереди показался замок, словно сошедший со старинных голографий Священной Терры, Руфус невольно залюбовался. Его дед слыл довольно эксцентричным человеком. Постройка планетарной резиденции в виде рыцарского замка вызвала в свое время целый шквал насмешек. Но одного у давно почившего барона Адриана было не отнять — чувства вкуса. Словно сошедший со страниц древних романов Терры замок выглядел величественно, красиво и грозно. Массивные каменные стены, высокие башни, широкий ров. В детстве Руфус любил в нем купаться и ловить рыбу. Берущая начало высоко в горах река была для этого слишком холодной. А вода во рву заботливо подогревалась до комфортной температуры. Может со стороны замок и выглядел, как старинная крепость, но начинка его была иной. В нескольких подземных бункерах располагался запасной штаб планетарной обороны, мощный реактор. Сам замок в случае опасности закрывался щитом первого класса защиты, сделавшего честь иному лидеру прорыва. Дальше в долине располагалась крупная база ПКО. А если дело станет совсем плохо, то для эвакуации есть подземный монорельс и корвет в одном из замаскированных ангаров.

И все равно замок был величественен и красив. Он столь искусно вписался в рельеф долины, что казался составной частью пейзажа. Руфус нахмурился. Сейчас это впечатление несколько портила установка ПВО на одной из башен. Обычно все защитные системы прекрасно замаскированы, чтобы не нарушать странного очарования этого места.

Причина столь вопиющего нарушения стала ясна при подлете. Группа техников, что-то вдумчиво исследовала в подъемной платформе комплекса ПВО. Один из них заметил гравикар с гербом дома Орка и помахал ему рукой.

Посадочная площадка располагалась во внутреннем дворе, сразу за крепостными стенами. Тихо урча двигателями, гравикар плавно опустился на мощенный камнем двор. Откинув вверх дверь, Руфус вышел из машины и довольно потянулся, разминая затекшую спину.

Группа встречающих наследника дома состояла из одного человека. Это можно было посчитать оскорблением, если не знать, кто этот человек. Ивер был не только старым другом его отца, но и управляющим всего этого средневекового и не очень хозяйства.

— Добро пожаловать, как долетел?

Они обменялись крепкими рукопожатиями.

— Нормально, — поморщился Руфус. — Главный недостаток этого места, оно чертовски далеко от столицы! Ты не знаешь, зачем отец вызвал меня так срочно?

— Если бы его милость отчитывалась передо мной, то это я был бы его милостью.

На шутку Руфус отреагировал легкой полуулыбкой краешком губ. Любой другой за подобную шуточку мог бы жестоко поплатиться. Барон Адан Роблес де Орка слыл вспыльчивым, и довольно ревностно относился даже к тени намека на посягательство на его власть над домом. Но Иверу позволялось многое. Пусть старый пес ведет себя несколько развязано, фамильярно подшучивает и спорит, но он никогда не предаст. А это барон Роблес ценил куда больше подхалимажа.

Баронские апартаменты располагались на последнем этаже донжона, а с широкого балкона открывался прекрасный вид на всю долину и покрытые снегом горные вершины. Какой смысл выстраивать все это великолепие в таком живописном месте, а жить все равно под землей? С таким же успехом можно сидеть на орбитальной крепости дома. Коридоры подземной базы мало отличаются от своих собратьев на космической станции.

Отца Руфус нашел на балконе. Полулежа на мягкой софе и лениво посасывая мундштук кальяна, Адан Роблес де Орка задумчиво изучал голографию молодой девушки. При появлении сына, он только молча указал ему мундштуком на соседнюю софу.

— Присматриваешь новую розу в свой цветник? — спросил Руфус, кивнув на голографию. — И кто она?

— Дочь барона Корвуса и сестра столь нелюбимого тобой Гнея.

Этот ответ заставил Руфуса куда более пристально изучить изображение девушки. Кареглазая шатенка, лет семнадцати. Роскошные локоны с каштановым отливом придают лицу выразительности. Взгляд прямой, открытый и даже какой-то изучающий. Создается впечатление, что не он рассматривает голографию, а голография рассматривает и оценивает его.

— Так это ее барон Корвус столь поспешно отправил на обучение в Центральные системы сразу после признания тебя своим сюзереном?

— Старый ворон вовремя подсуетился, — нахмурился Роблес. Он помолчал, задумчиво пуская носом тонкие струйки дыма, и добавил: — Я очень хотел забрать девчонку в наш дом в качестве заложника. Да и сейчас не прочь это провернуть.

— Этим ты еще больше настроишь дом Велот против себя.

— Когда я заполучу ее, вот где они у меня будут! — сжав кулак, барон продемонстрировал его сыну.

— Не спорю, — согласно кивнул Руфус. — Но как ты планируешь этого добиться?

— Устрою твой брак с дочкой Корвуса.

Руфус слегка поморщился. Хоть нечто подобного он и ожидал, но новость застала его врасплох.

— А мое мнение в этом вопросе тебя не интересует?

— Не особо, — признал барон. — Это необходимо для блага дома. Ладно, все это пока просто планы. Позвал я тебя не за этим. Вот, ознакомься. Пришло с курьерским кораблем из системы моего мятежного племяши. Отправитель неизвестен.

Отбросив мысли о возможной женитьбе, Руфус с интересом взялся за изучение инфофайла переданного отцом.

— Версия стройная, но где доказательства? — спросил он, через некоторое время. — С таким же успехом в исчезновении корабля Томаса можно обвинить кого угодно. Прошло полгода, а мы так и не нашли никаких следов. Его яхта просто исчезла со всем экипажем. И тут внезапно приходит это…

Хоть он и не особо любил пропавшего брата, слишком разными они были, но и вражды между ними не существовало. Легкое соперничество за статус наследника — это было. Но соперничество, а не вражда. Кто бы впоследствии не занял место главы дома, для второго всегда нашлось бы достойное место. Таинственное исчезновение яхты Томаса требовало самого тщательного расследования. И если он погиб, то долг Руфуса, как наследника дома Орка, отомстить виновникам его гибели!

— Да, доказательств нет и источник довольно подозрителен, — кивнул барон. — Но вот тебе еще информация к размышлению. Это уже от моего агента в доме Фобос. Он никогда меня не подводил.

Этот инфофайл оказался куда объемней и составлялся явно знатоком своего дела. Вся информация была четко поделена на три категории: подтвержденная, неподтвержденная и слухи.

— Это уже интересней, некоторые факты даже можно проверить.

— Уже проверил, — кивнул барон. В воздухе между отцом и сыном развернулась огромная трехмерная карта галактической паутины их сектора. Адан Роблес ткнул пальцем в одну из систем главного торгового маршрута между домами Фобос и Орка — Вот здесь в SRT-1220 постоянно присутствуют патрули дома Фобос, особый интерес они проявляют к третьей планете. Стоило моему кораблю появиться в зоне действия их сканеров, как они тут же бросились на перехват.

— Или это обычный передовой дозор, — задумался Руфус, — или дом Фобос и вправду что-то прячет в одной из ближайших систем ведущих от третьей планеты нитей.

Вариантов тут было не так много. Одна из нитей вела SRT-1219 — часть основного торгового маршрута между домами Фобос и Орка. Остальные… Руфус быстро пробежался взглядом по паутине изученных переходов, пытаясь определить неявные маршруты, ведущие к этим системам. Нет, слишком сложно. Тут надо подключать псиона или искин. Большая часть нитей на карте сектора просто не отображается.

— Или ждет корабль с особо ценным грузом, — добавил барон Роблес, заметив интерес сына. — Нельзя отметать и эту версию. Наша блокада основного торгового маршрута дома Фобос проделала солидную дыру в кошельках местных дворянчиков. Они вполне могли решить пойти ва-банк. Например, захватить моего сына. К тому же после брака с Талей он имеет косвенные права на главенство в доме Фобос. Вот тебе и еще один повод.

— Если Томас жив и находится в заложниках у Фобосов, ты примешь их условия?

— Нет, я их уничтожу. А потом спрошу с племянника, что это за игры ведут его подданные с его же родней? Ведь он тоже наполовину Роблес.

— Надеюсь, не на самую плохую половину, — губы Руфуса исказились в легкой улыбке, — иначе у нас могут быть проблемы. Но я не думаю что дом Фобос и вправду причастен к пропаже.

— В любом случае все эти танцы крайне подозрительны. Если основные силы флота дома Фобос все же выдвинется в SRT-1220, мы должны узнать конечную цель этого похода, перехватить этот флот и уничтожить. А это, — он ткнул пальцем в голоэкран с инфофайлами, — прекрасный повод заткнуть вопли совета графов сектора «о ничем неспровоцированной агрессии». Так используем его!

Адан Роблес мечтательно прикрыл глаза и довольно улыбнулся. Если все получится, то можно пойти даже дальше — наконец-то подмять Гемину под себя и получить собственный голос в совете графов. Никогда еще давняя мечта дома Орка не была так близка к исполнению. Окрестные бароны — глупцы. Они кичатся своей независимостью, но не понимают, что время Второй Реконкисты давно прошло. Сильные благородные дома становятся все сильнее и поглощают слабые, подчиняют их своей власти и становятся еще сильнее. Это естественный процесс, никакие игры Центральных миров этого уже не изменят. И им не избежать этой судьбы. Либо ближайшие дома объединятся под властью дома Орка, либо их объединит кто-то другой.

— И как мы узнаем, что флот Фобосов вышел в поход? — задал резонный вопрос Руфус.

— Я послал туда «Джина».

— Наконец-то это корыто начнет приносить пользу.

— Это корыто новейший фрегат-невидимка!

— За который мы заплатили этому грабителю Захабу, как за тяжелый крейсер последнего поколения!

— Если все получится, то он полностью окупит наши затраты. Уничтожив основную часть флота дома Фобос мы вполне сможем замахнуться на большее, — он указал на Гемину и Руфус понимающе кивнул. — Я усилю твой флот двумя тяжелыми крейсерами и пятью фрегатами. Этого достаточно чтобы разметать весь флот Фобосов. Без поддержки орбитальной крепости и ПКО он слаб и уязвим.

Руфус задумчиво покрутил длинный ус.

— Чтобы успеть перехватить Фобосов, мне придется увести флот в SRT-1219 и держать его в полной готовности.

— У «Джина» отличные сканеры, он засечет перемещение противника стоит ему только появиться в системе и сообщит тебе, когда и куда следует выступить. Если перехват в точке прибытия будет невозможен, то займешься ими на обратном пути.

— И сколько мне ждать?

— Сколько потребуется! Гемина должна подчиниться власти нашего дома.

* * *

Под изучающим взглядом барона Марка Ортиса Адам чувствовал себя неуютно.

Ему уже больше сорока, а он все еще второй вице-президент департамента торговли. Мерзкая, собачья должность. Ты не сидишь в офисе, попивая кофе и щупая секретарш, а мотаешься по галактической паутине на встречи с особо важными клиентами, к которым, видите ли, нельзя послать простого клерка. Но эта поездка своеобразный антирекорд. В такой дыре не бывал ни один представитель корпорации «Оутум». Один только перелет через Нейтральные системы чего стоит. Путь, который приличный корабль может проделать дней за пять-шесть, занял полторы недели. Полторы недели! А экипаж! Такой набор откровенно бандитских рож можно встретить только в трущобах нижних уровней. Капитан и вовсе какая-то юная девица, явно без пилотской лицензии, должного образования, манер и приличий. И что в итоге?

Он снова украдкой посмотрел на своего потенциального заказчика. Молодой юноша, почти мальчишка. Пусть он называет себя хоть бароном, хоть королем. Но это просто туземный вождь небольшой колонии на задворках цивилизации. Вот только этот взгляд…

Разумеется, все эти мысли Адам держал при себе, нацепив на лицо положенную вежливую улыбку.

— Спасибо за радушный прием, ваша милость.

— Для вас просто Марк.

Молодой барон отсалютовал ему наполненным бокалом и Адам вынужден был повторить его жест. Да и поданное на стол вино было действительно неплохим, как и свежие фрукты.

— Спасибо за радушный прием, Марк, — вторично поблагодарил Адам за ужин. — Но теперь мне хотелось бы перейти к делу.

Эта поездка уже пожрала уйму времени, и задерживаться в Пространстве Благородных домов он не собирался. Да и просто опасался. В Центральных мирах ходит множество слухов про баронов пограничных систем. Большая часть из них полная чушь. Но если хотя бы одна десятая правдива, то лучше здесь не задерживаться.

— Чем корпорация «Оутум» может помочь вам? Ваш посланник ничего не объяснил, настояв на личном присутствии одного из вторых вице-президентов.

Он бросил недовольный взгляд на сидевшую рядом с бароном девушку. Она что, еще и его любовница? Слишком вольно себя ведет! Тогда понятно, почему ее сделали капитаном корабля и как именно заработана эта должность.

Промокнув рот салфеткой, хотя к обильному ужину он даже не притронулся, Марк неспешно начал:

— Ваш старый, законсервированный завод в системе Глориа. Слышал, корпорация хочет его демонтировать? Я готов его выкупить, но с вас доставка и сборка его на орбите Ромула. Также я желаю получить полную документацию и лицензию на производство капсул второго поколения.

— Ваша милость…

— Марк.

— О, простите, Марк, это просто невозможно. Завод полного цикла, пусть устаревший, но все еще рабочий, корпорация еще может вам уступить. Но технологическая документация и лицензии… Нет, со уважением, это решительно невозможно — коммерческая тайна.

Марк скептически выгнул бровь.

— Древнее, давно снятое с производства второе поколение. Какая тут может быть коммерческая тайна, многоуважаемый Адам? Надеюсь, вы не против, если я буду называть вас по имени. К чему эти формальности между друзьями. Мы ведь друзья? А для друзей я готов пойти на многое.

— Политика корпорации…

Марк щелкнул пальцами и над столом развернулся большой голоэкран.

— Первая сумма — это цена, которую я готов предложить за завод, техническую документацию и лицензии. Вторая, бонус вашему начальству, третья — лично вам. Любой труд должен быть оплачен, не так ли?

При виде цифр с приятными глазу нулями, решимость Ленца несколько поколебалась. Он против воли прикинул, кого следует подмазать, для продавливания нужного решения. Действительно, кому нужен этот древний хлам? Не лучше ли его продать, пока за него хоть что-то дают. А ведь если подумать, то вполне можно уложиться даже в треть второй суммы…

— Это будет сложно устроить, — выдавил он, внезапно пересохшим горлом.

Марк вздохнул, быстро набрал что-то на коммуникаторе. Цифры изменились. Первые две суммы выросли на пять процентов, а последняя — сразу на двадцать.

Наполнив бокал вином, Ленц залпом опустошил его, не чувствуя вкуса дорогого напитка и согласно кивнул:

— Это вполне возможно.

— Вот и отлично, — лучезарно улыбнулся Марк. — Помимо завода и технической документации мне нужно пятьсот капсул последнего поколения.

— Прекрасный выбор, — приободрился Ленц.

— А вы продаете обучающие программы?

— Разумеется, на любой вкус. Включая военные. — Добавлять, разрешенные к официальной продаже второй вице-президент не стал. Зачем беспокоить дорогого клиента столь незначительными мелочами?

— А сколько, предположим, займет обучение пилота или астронавигатора? — как бы между делом поинтересовался Марк.

— Зависит от необходимой специальности. Но при стандартном пятичасовом обучающем цикле в среднем от шести до девяти месяцев.

— Я слышал, что есть возможность несколько увеличить эту скорость.

Марк говорил равнодушно и все также дружелюбно улыбался, но взгляд его сделался колючим, жестким. Шесть месяцев — слишком большой срок. Он не мог столько ждать.

— Э-э, Марк, вы понимаете, технически ускорить обучение возможно, — осторожно подбирая слова начал Ленц. — Но в таком случае многократно возрастают риски мозговых травм и даже смерти.

— Ради интереса, и каков будет процент хм… «брака» при, скажем, двукратном увеличении скорости обучения?

— От семи до десяти процентов, — быстро прикинул Ленц. — И это строго запрещено законом! — добавил он, понимая, куда ведет правитель Гемины.

— Вашим законом, — поправил его Марк, а на голоэкране появилась очередная сумма. — Половина капсул должна быть настроена должным образом. Надеюсь, мы поняли друг друга?

— Корпорация «Оутум» всегда готова пойти на встречу клиенту, — подумав, кивнул Адам. Если туземный вождь решил поджарить своим подданным мозги, то какое ему собственно до этого дело? Юрисдикция Соединенных Систем на эту дыру точно не распространяется.

— Я рад, что мы поняли друг-друга. Надеюсь, наше сотрудничество будет долгим и плодотворным.

Сам Адам этой уверенности не разделял. Сейчас ему хотелось только одного. Никогда больше не встречаться с этим улыбчивым юношей, с холодными звериными глазами.

— Десять процентов… — тихо прошептал Марк, когда представитель корпорации ушел. Будь он один, то рассмеялся бы в голос. Пэ Иксам такие цифры и не снились. Пятьдесят процентов потерь только при первичном отборе корпорация посчитала отличным результатом.

— Что? — не поняла Джи.

— Не обращай внимание, это личное, — отмахнулся он.

— Тигра, это было круто, — прокомментировала она, одним плавным движением усаживаясь ему на колени. — Научи меня также вести переговоры?

Марк отстраненно погладил ее по спине.

— А твой способ тебе разонравился? Слишком большой расход патронов?

— Нет, костяшки пальцев потом долго болят.

— Ты перестала использовать свой любимый довод? — он провел ладонью по ее бедру и легко хлопнул по поясной кобуре. В котором находился отнюдь не парализатор. — Это прогресс.

Дальнейший разговор прекратился сам собой. Довольно сложно разговаривать и одновременно с этим жадно целоваться.

— Чувствуется, что кое-кто у нас явно соскучился, — хихикнула Джи, ерзая на коленях Марка.

Срочный вызов от Имиси настиг их, когда они уже избавились от большей части одежды. С трудом поборов в себе желание запустить коммуникатор в стену, Марк отстранился от Джи и принял вызов.

— Слушаю.

— Простите за беспокойство, Марк-сама, но это срочно. Началось.

— Понятно, действуй по плану. — Он повернулся к недовольно сопящей Джи и принялся искать свой парадный китель.

— Что там опять стряслось? — спросила она, не делая ни малейшей попытки ему помешать.

— Две трети моего флота только что без приказа покинули Гемину.

— «Сантьяго»? — догадалась она.

— Он самый.

— И что теперь?

— Увидишь, — его губы исказила довольная улыбка.

* * *

Появление вражеского флота Хейс самым банальным образом проспал. Протяжный вой сирены боевой тревоги нагло и бесцеремонно вырвал его из сонных грез, возвращая в неприглядную реальность. По коридорам грохотали ботинки членов команды крейсера. Экипаж спешил занять свои места согласно боевому расписанию. Операторы прогоняли быстрые тесты систем, абордажные и контрабордажные группы получали оружие в арсенале, одевали тяжелые штурмовые скафы.

Быстро вскочив со своей койки, Хейс спешно натянул рабочий скаф.

— Доклад! — рявкнул он, врываясь на мостик.

— Пятнадцать вымпелов пять минут назад появились в зоне перехода на SRT-1220 — бодро доложил один из операторов.

— Вот и наши гости. Вырубите уже эту чертову сирену! Главное веселье начнется часа через четыре, не раньше. Мне кофе, кораблям — желтая готовность.

Все уже давно оговорено и просчитано, незачем дергать людей по пустякам. Остается только ждать.

Подавив зевок, он упал в капитанское кресло и развернул перед собой голоэкран личной консоли. Строка за строкой пробегали статистические данные, отчетысостояния систем «Висельника». Крейсер готовился к бою.

Между тем, обогнув безымянную луну, флот дома Фобос двинулся к своей цели.

— Спутники в спящий режим! Нас здесь нет, — коротко приказал Хейс. — Первая птичка в силках ждем вторую.

Потянулись долгие часы ожидания. Что случится прежде. Мятежные представители дома Фобос поймут, что «Сантьяго» не представляет интереса или появится флот дома Орка?

Сам Хейс ничуть не сомневался в бесполезности остатков, а скорее даже обломков некогда грозного лидера прорыва. Ну и что, что он прошел через дальний космос? Для людей этот путь все равно закрыт и совершенно бесполезен. Какой смысл рисковать кораблями, посылая их в полет длинной в десятки и сотни лет, если есть пространственные нити? Возможно, по неоткрытым еще мирам или таким вот малопосещаемым, болтается ни один из тех сотен кораблей, пытавшихся прорваться через дальний космос.

Флот дома Фобос выстроился вокруг корпуса древнего лидера. Хейс против воли отметил, что и здесь он разбился на три части. Изначально корабли планировали выстроить круг. Но в результате получилось нечто, больше всего похожее на древний знак радиационной опасности. От каждой из трех частей в теории единого флота к «Сантьяго» устремились челноки с группами захвата. Хотя чего там захватывать? За время их скучного ожидания капитан не отказал себе в сомнительном удовольствии сделать короткую экскурсию по брошенному лидеру и сделал категорический вывод — гора бесполезного хлама. Если какие-то системы и можно оживить, то в силу своей древности они не представляют никакой ценности. А корпус так и вовсе только в переплавку. Информация с искина? Она интересна только ученым.

— Возмущение в точке перехода на SRT-1220 — наконец-то вновь сообщил наблюдатель. — Двадцать пять вымпелов. В том числе два лидера прорыва.

— Двадцать пять? — уточнил Хейс, почесав свой знаменитый шрам, оставленный некогда его излишне горячей супругой. — Что-то многовато.

Нет, он не сомневался в успехе. Благородные дома не могли похвастать современными кораблями и даже его «Висельник» мог на равных сражаться с каким-нибудь местным тяжелым крейсером. А если не получится сражаться, всегда можно убежать. Но у всего есть цена. Потеря собственных кораблей в его планы не входила.

Между тем, флот дома Фобос тоже заметил опасность. Запустив двигатели, корабли стали поспешно сбивать защитное построение, пытаясь преградить путь кораблям противника к обломкам «Сантьяго».

— Вот ведь идиоты! — прокомментировал эту суету Хейс. — Их единственный шанс — прорыв к зоне привязки. А они решили повоевать.

— Возможно, на обломки лидера высадился кто-то настолько важный, что они не могут улететь, не дождавшись его возвращения, — заметил ему Янг, не отрывая взгляда от своей астронавигаторской консоли.

— Значит они вдвойне идиоты. Хотя, нам это только на руку. Всем кораблям красный код, приготовиться к старту! Скоро наш выход.

Чувствуя свое подавляющее превосходство, флот дома Орка сбивал атакующее построение неспешно и даже как-то лениво. Классический атакующий конус — излюбленное построение при численном преимуществе над флотом противника. Острие конуса составили лидеры прорыва и тяжелые крейсеры, фрегаты и прочая мелочь держались позади них, чтобы в случае истощения щитов укрыться в центре конуса от губительного огня вражеских кораблей.

По мере сближения с противником, конус превратится в круг, а потом легкие корабли выдвинутся вперед. Флот противника окажется охвачен сразу с нескольких сторон, заключен в огневой мешок и уничтожен.

Вот и дистанция эффективного ведения огня. Пространство космоса между сближающимися флотами расцвело лучами залпов. Ракетные шахты выплюнули из своего чрева стаи ракеты. Эскадрильи дронов перехватчиков устремились вперед. Держась вне зоны действия оборонительных турелей, они стремились отрезать обороняющемуся флоту возможный путь отхода по ретроградной орбите[6] вокруг планеты.

— Стартуем? — нетерпеливо облизал пересохшие губы Янг.

Хейс только отрицательно покачал головой.

— Нет. Подождем, пока они глубоко увязнут.

Как ни странно, но первую потерю понес флот дома Орка. Один из фрегатов в самом конце построения поймал сразу несколько ракет, прорвавшихся через плотный заградительный огонь турелей. На короткое мгновение на орбите газового гиганта появилась миниатюрное солнце.

— Лаки шот! Главный реактор рванул, — прокомментировал очевидное Янг.

Легкий крейсер дома Фобос потерял щиты и попытался выйти из боя. Укрывшись за корпусом «Сантьяго», он развернулся на сто восемьдесят градусов и начал разгон. Дроны перехватчики только этого и ждали. Едва крейсер отошел на достаточное расстояние, они рассерженным роем бросились на него со всех сторон. Крейсер яростно отбивался, плюясь во все стороны огнем турелей, но его судьба была уже предопределена. Без поддержки ему не продержаться, а на помощь никто не спешит.

Еще три вымпела исчезли с экрана сканера пространства. Превосходство огневой мощи флота Орка начало приносить свои плоды. Фрегат дома Фобос и два корвета превратились в груду обломков.

— У кораблей дома Орка слабая противоракетная оборона, — отметил Хейс, заметив, как один из кораблей спешно прячется в центре атакующего конуса. — Они только что едва не потеряли легкий крейсер.

Бой вошел в решающую фазу. Обе стороны продолжали нести потери. Но когда один из тяжелых крейсеров был более не в состоянии вести огонь, его носовая часть представляла собой просто груду искореженного металла, положение флота дома Фобос стало критическим. Действуя словно по обучающей программе, атакующий конус флота дома Орка превратился в круг и начал выгибаться в противоположную сторону, заключая оставшиеся корабли в настоящую огненную воронку. В такой ситуации даже командовать отступление уже поздно. Полчаса и флот дома Фобос будет полностью уничтожен.

Хейс довольно улыбнулся.

— Всем кораблям, старт. Пора подпалить им задницы!

Взревели двигатели. Вздрогнув всем корпусом «Веселый висельник» покинул свое укрытие в одном из лунных кратеров. Картина боя мгновенно переменилась. Загонщики превратились в дичь. Флот наемников атаковал сходу, даже не пытаясь сбить какое-либо построение. Слишком удачная возможность, чтобы тратить время на тактические изыски.

— Ракеты пошли! — доложил Янг, азартно изучая результаты телеметрии.

Крейсера наемников спешно опустошали ракетные шахты. Атака лишенных прикрытия тяжелых сил противника со стороны двигателей, практически в мертвой зоне оборонительных систем девяносто процентов кораблей, исключая совершенно причудливые модификации. Это ли не мечта любого флотоводца? Фрегат или легкий крейсер, может быстро развернуться, снижая опасность подобной атаки, лидер прорыва или тяжелый крейсер подобной маневренностью не обладает.

Стаи ракет устремились к целям. Сейчас нет нужды в причудливых, безумных зигзагах, в попытке обмануть системы наведения турелей. Только вперед! К цели! Жалкий заградительный огонь тех немногих защитных систем, способных прикрыть заднюю полусферу, остановить массированный ракетный залп уже не мог. Несколько ракет было потеряно, но основная масса прорвалась. Два лидера и три тяжелых крейсера мигом остались без щитов. Еще два тяжелых крейсера получили тяжелые повреждения. Но это было лишь началом.

Вслед за ракетным залпом, крейсера наемников ударили главным калибром. Полный носовой залп лучевых и крупнокалиберных кинетических орудий по кораблям со сбитыми щитами был страшен. Один из тяжелых крейсеров, начавший было разворот, получил несколько попаданий в район главного реактора. Броневой пояс не выдержал. На мгновение слепя сканеры, на орбите вспыхнуло и погасло очередное солнце. Один из двух лидеров полностью лишился кормовой части, и хоть каким-то чудом не взорвался, но вести дальнейший бой уже не мог. Остатки его экипажа спешно занимали места в спаскапсулах, торопясь покинуть обреченного гиганта.

Флот дома Орка охватила паника. За несколько минут он лишился половины тяжелых кораблей — основной ударной силы любого космического флота. Да и судьба остальных висела на волоске. Даже для начальной накачки щитов тяжелого крейсера нужно не меньше десяти минут. В бою это целая вечность.

Зато флот дома Фобос воспрял духом. Прекратив бессмысленные метания вокруг «Сантьяго», сохранившие боеспособность корабли выстроились клином за «Центурионом» и пошли на прорыв к неожиданным союзникам.

Старый лидер прорыва до сих пор избежал каких-либо повреждений. Главной целью дома Орка были легкие корабли. Лидера и оставшийся тяжелый крейсер планировалось взять на абордаж.

— Да они драпают! — Янг не мог поверить своим глазам, но большая часть флота дома Орка, дав полную тягу двигателям, спешили покинуть поле боя.

— За ними! Выбивайте им двигатели! Давайте, парни, я в вас верю! — приказал Хейс по общему каналу. — Абордажникам приготовиться.

— Четырнадцать часов, бета десять, дальность семь! Цель групповая, скоростная. Семнадцать единиц, — доложил один из операторов.

В попытке прикрыть отступление, дом Орка бросил на флот наемников уцелевшие эскадрильи дронов. Жест отчаянья. Маленькие кораблики не несли мощного вооружения и не могли нанести существенного урона кораблям с полным зарядом щитов. Их удел, добивать корабли уже потрепанные главным калибром и ракетными атаками.

Дроны атаковали яростно, но бестолково. Их операторы словно поставили перед собой задачу добиться полного уничтожения всех своих дистанционно управляемых корабликов. Чтобы они не достались врагу в качестве трофеев. Все равно времени вернуть эскадрильи на носители уже нет. Но остановить атаку крейсеров дроны не могли. Фрегат и три корвета, также попытавшиеся прикрыть отход основных сил, были просто сметены слаженными залпами.

Остатки флотов Орка и Фобос сошлись на контркурсах на дистанции абордажного боя. Вспыхнуло и погасло еще несколько солнц взорвавшихся корабельных реакторов и корабли проскочили мимо друг-друга.

Из шести кораблей дома Фобос этот короткий, но яростный огневой контакт пережил только «Центурион». Со сбитыми щитами и испаренным бронепоясом носовой части, старый лидер все же сохранил ход и некоторую боеспособность.

— «Распутник» и «Плохая девочка», он ваш. Не дайте ему уйти! Продолжаем преследование!

На ничего не подозревающий «Центурион» обрушился огонь двух легких крейсеров. Предваряя высадку абордажных партий, «Распутник» и «Плохая девочка» охватили лидер прорыва с флангов и принялись методично давить оборонительные турели.

Оставшиеся четыре крейсера продолжили преследование отступающего противника. Со стороны это выглядело даже смешно. Четыре вымпела, гонят десять… Очередной взрыв. Девять.

Внезапно остатки флота Орка разбились на две части и начали разбегаться в разные стороны.

— Долго соображали, — прокомментировал Хейс этот маневр. — Лидер или два тяжелых крейсера? Как же сложно выбрать! Чувствую себя ребенком, одинаково хочется две игрушки, а родители купят только одну. Преследуем тех, что справа! — решил он. — И аккуратней, не попортите им шкуру. Отстреливайте мелочь.

* * *

— Третий и пятый генераторы щитов вышли из строя. Пожар на третьей палубе локализован. Второй реактор, обнаружена трещина в контуре. Реактор заглушен. Мы потеряли пятый двигатель, и главный инженер рекомендует использовать только первый и четвертый. У нас три пробоины во внешнем бронепоясе. И одна во внутреннем, в районе третьей палубы.

— Да в порядке я. Царапина. Содрало кожу. — Руфус грубо оттолкнул от себя руку медика, пытавшегося перевязать ему голову. — Продолжай, — кивнул он старшему помощнику, методично зачитывавшему список повреждений. — Что по остальным кораблям?

— «Святая Терра» может дать полный ход, но небоеспособна. «Счастливая сеньора» — повреждений нет.

— Действительно, счастливая. Может нам всем кораблям давать подобные названия? — криво усмехнулся Руфус. — Дальше!

— «Барон Адриан» и «Барон Керро» сильно повреждены и нуждаются в срочном ремонте в доке.

— Есть новости от контр-адмирала Прима?

— Похоже, они не прорвались…

Кулаки Руфуса сжались в бессильной ярости. Из двадцати пяти кораблей уцелело только пять. Такого разгрома дом Орка еще не видел. Непонятно одно. Кто?! Кто устроил все это?! Фобосы? Но в таком случае, зачем они атаковали свои же корабли в заключительной фазе боя. Да вообще, откуда у дома Фобос шесть таких первоклассных крейсеров?

Марк Ортис! Молнией вспыхнула в голове мысль. А кто еще? Только он мог все это подстроить! Какой умный мальчик! Одним ударом разделался с оппозицией внутри дома и ослабил давних противников.

«Ведь он тоже наполовину Роблес. Надеюсь, не на самую плохую половину», — всплыли в его голове слова из недавнего разговора с отцом. Святая Терра, они оказались пророческими.

«Ничего, это еще не конец! — успокоил себя Руфус. В этом секторе космоса есть один неписанный, но свято соблюдаемый закон. Никогда не переходи дорогу дому Орка!»

Глава 21

Ave, Caesar, morituri te salutant!

Если умение прощать — великий дар, т о я человек бездарный.

(Марк Ортис де Фобос)

Система Гемина.

Орбита планеты Ромул.

Орбитальная крепость дома Фобос.

330 день 564 года Потери Терры.

Медицинский центр крепости дома Фобос был вполне приличным даже по меркам Центральных миров, а для фронтита человечества мог и вовсе считаться передовым. Не самые современные, но все еще котирующиеся даже в Центральных мирах медкапсулы, вышколенный, высококлассный и прекрасно оплачиваемый персонал.

Для главы дома тут всегда держалась наготове отдельная палата с индивидуальной капсулой и дежурным врачом-оператором. До сегодняшнего дня Марк считал это нерациональной тратой ресурсов.

Открыв глаза, он поначалу даже не понял, где находится. Больше всего это напоминало гроб. Все тело было липким, а в груди слегка покалывало. И острый, но такой знакомый запах. Именно он его и успокоил. Марку Ортису с ним сталкиваться не доводилось, а ноль семьдесят седьмой знал замечательно. Так пахнет медицинский гель в регенерационных капсулах.

Медкапсула! И как меня угораздило здесь оказаться?

Вслед за мыслью пришли образы…

Едва «триумвират» знатных семей увел из системы свои корабли события пошли по нарастающей. Он не собирался ждать, что там произойдет в далеком космосе. Все три семьи: Саэсы, Ленцы, Морено были объявлены мятежниками. Все их представители и все имущество подлежало аресту. Поднятые по тревоге новобранцы и инструкторы наемники заняли жизненно важные точки орбитальной крепости, блокировали казармы гарнизона и сектор, в котором проживали офицеры и рыцари — личная охрана главы дома, набранная из дворянских семей двух планет.

С казармами проблем не возникло. Отрезанные от приказов командиров, солдаты не сделали ни малейшей попытки вскрыть запечатанные арсеналы и сидели тихо. А вот в жилом секторе все прошло не так гладко. Если большая часть рыцарей и офицеров просто заперлись с семьями по своим квартирам, то представители Саэсов, Ленцев, Морено и близко связанных с ними семей решили поиграть в героев. Сбив заслон в одном из коридоров, мятежники вырвались из ловушки. План их был прост и очевиден — захватить несколько челноков и попытаться прорваться к планете. На ней спрятаться проще, чем на орбитальной крепости. Потом вернется флот и ситуация станет патовой. Это остудит голову главы дома, вынудит его пойти на переговоры. А возможно и на уступки.

От грузового лифта к ангару с планетарными челноками вел широкий коридор, в котором без особого труда могли разминуться две грузовые платформы, и еще оставалось место.

В одной его части стояло несколько фигур в серых скафандрах, стилизованно похожих на древние доспехи. В другой части, возле технических помещений ангара, спешно занимали оборону семь фигур в штурмовых и тяжелых скафах различных модификаций.

Марк прижался спиной к переборке. Тонкая камера-ус выехала из шлема, змеей подползла к повороту, изогнулась. На визор шлема поступила картинка коридора. У лифта виднелось несколько фигур рыцарей дома Фобос. Тактический анализатор пометил их красным маркером как враждебные единицы.

— Сейчас полезут, — белозубая улыбка Психа была видна даже через затемненный визор шлема абордажника. Накачанный до бровей боевыми стимуляторами, наемник пребывал в эйфории в ожидания скорой схватки. Это не скучная миссия по сопровождению Джи в Центральные миры и не менее скучный перелет назад. — Не ссыте мелюзга, — подбодрил он пятерку молодых охранников Марка. — Дядя Псих с вам.

— Это-то меня и беспокоит, — пробурчал Марк.

Улыбка Психа стала еще шире.

Лифт привез последнюю партию мятежных рыцарей. Теперь в коридоре находилось десять человек в тяжелой броне — полноценная абордажная группа. Радовало только то, что это единственный отряд, почти сумевший добраться до ангара с планетарными челноками. Остальные мятежники не прорвались дальше жилых зон, и только эти десятеро оказались хитрее — воспользовались техническими туннелями. Как им это удалось проделать в тяжелых скафах? Ответ на этот вопрос придется поискать после боя.

В принципе, особой нужды мешать их побегу не было. Что с того, если со станции сбежит десять человек, далеко не самых важных в иерархии мятежных дворянских семей? Но тут было одно «но», и оно перевешивало все. Он сам определил себе для обороны эти технические секции. Сил не хватало — пришлось использовать все доступные ресурсы, в том числе и себя самого, определив в этот последний заслон. Отступить без боя сейчас — потерять лицо.

«Это Имиси на меня так плохо влияет, — лениво подумал Марк, активируя защитное поле скафа. — Если всё в мире не более чем притворство, искренна одна лишь смерть… Не дождетесь!»

Разбившись на две пятерки, мятежники двинулись вперед, прикрывая друг друга. Когда они оказались в какой-то сотне метров от их убежища, Псих решил действовать.

— Ну что, сынки? Смотрите и учитесь, как это надо делать, — усмехнулся он, забив в барабан револьверного гранатомета последнюю гранату, которую до этого небрежно подбрасывал в руке. — Детка, отвлеки их!

Сверкнув блестящими клыками, черная пантера прямо с места прыгнула поперек коридора на сторону Марка. Воздух прошило несколько очередей. Реактивные пули в бессильной злобе ударили по закрытым створкам ангара, прошлись рикошетом по стенам коридора. На потолке заискрился и задымил перебитый кабель.

Пока мятежники бестолково расстреливали воздух, Псих высунул в коридор ствол гранатомета и в секунду полностью расстрелял все заряды. Небольшие цилиндры гранат веером устремились к целям. Не дожидаясь взрывов, следом за ними, одним движением выхватив абордажный топор, бросился в атаку и сам наемник.

— Вот же псих, — вздохнул Марк. Высунув ствол винтовки, он дал короткую очередь.

Грохнули взрывы гранат. По коридору вихрем прошла ударная волна, плюнула пылью и редкими осколками в технические отсеки. Марк прекратил стрелять. Полностью перекрыв сектор стрельбы, Псих сошелся с мятежниками в рукопашной схватке.

Хоть рыцари дома и были одеты в тяжелые скафы, но защитные поля этих древних моделей выдержать близких разрывов сразу пяти гранат не могли. Двое умерли сразу. Еще троих очередью в упор снесли заплечные пулеметы «Богомола» Психа. А у уцелевших пяти рыцарей против съевшего собаку на абордажных схватках наемника не было ни единого шанса. Рыцарь дома Фобос — звание статусное. Реальная боевая подготовка личной охраны главы дома уже давно не выдерживала никакой критики. Марк знал это еще со времени убийства баронессы Изабеллы.

Когда он с охраной подбежали к месту схватки, все уже было кончено. По коридору в живописных позах валялись тела, рядом с которыми, небрежно поигрывая абордажным топориком и пистолетом, прохаживался Псих.

— Вот так вот это делается, детки, — пинком ноги перевернув последнего живого рыцаря, он упер дуло пистолета в визор его шлема. Рыцарь поднял руки вверх. Палец Психа вдавил спусковой крючок. Грохнул выстрел. — Вот это я называю «пораскинуть мозгами», — хохотнул наемник.

Один из охранников Марка спешно стянул с головы шлем и согнулся, выблевывая недавний обед.

— Сла-бак, — цыкнул на него Псих, смерив презрительным взглядом. — Твоя милость, дай мне своих парней на недельку в обучение. Я из них эти девчоночьи повадки мигом вышибу.

— А я не парень! — с вызовом посмотрел на наемника охранник… вернее охранница. В скрывающем фигуру скафе, из-за короткой стрижки ее и вправду можно было принять за юношу.

Псих недоуменно моргнул, посмотрел на других четырех охранников. На его лицо вновь вернулась широкая, белозубая улыбка.

— Остальные тоже что ли девки? Марк, тебе мало одной Джи — решил завести себе боевой гарем? Молодец, одобряю!

Пятерка охранниц неуверенно переглянулась. Марк против воли почувствовал, как щеки заливает легкий румянец, и поблагодарил всех богов, хоть в них и не верил, за непрозрачный визор своего шлема.

Объяснить, что эта пятерка досталась мне случайно? Нет! Тогда все точно решат, что все заранее подстроено. А какие слухи пойдут, учитывая заботливо созданную репутацию…

— Уберите тела! — приказал он нарочито небрежным тоном. — Псих, еще гости будут?

— Один момент, ваша неутомимость… Имиси, что там у тебя? У нас? Да норм все. Отжарили их как следует, — выслушав ответ, наемник отключил защитное поле своего скафа. — Все, последний очаг сопротивления подавлен. Идет зачистка.

— Хорошо.

Деактивировав защиту, Марк направился к лифту. Множество дел еще требовали к себе его внимания.

Без боевых кораблей и своих людей в моем ближайшем окружении «триумвират» — ядовитая змея с вырванными клыками. Грозно шипеть она еще может, а укусить неспособна. Осталось разделаться с верхушкой и захватить самые вкусные активы, а дальше…

— Граната! — ударил по ушам чей-то истошный крик.

Вновь активировать защитное поле он уже не успел…

Крышка капсулы медленно, словно нехотя, отъехала в сторону.

— Сколько? — только и спросил Марк, выбираясь из паутины проводов медицинских датчиков.

Врача-оператора на своем месте не оказалось. Зато рядом с монитором контроля общего состояния обнаружился Имиси. Бывший ронин сидел на пятках, прямо на голом полу комнаты, такой же безмятежный и равнодушный ко всему, как и всегда. Одет он был в какой-то архаичный халат с широкими рукавами, только почему-то с гербом дома Фобос. На полу перед ним лежал меч.

— Сколько? — вновь повторил вопрос Марк, пытаясь отыскать взглядом хоть какую-нибудь одежду. Не то чтобы нагота его сильно смущала, но в палате оказалось несколько прохладно.

— Шесть суток, Марк-сама, — Имиси поднялся с пола, и с поклоном передал ему кипу чистой одежды.

Цифра Марка неприятно удивила. Семьдесят седьмого корпорация латала за несколько часов. А тут даже не сутки, а целых шесть. Видимо его оценка эффективности медицинской части дома Фобос была излишне оптимистичной. Эх, снова траты. Кругом одни сплошные траты!

— Моя охрана?

— Ранения средней тяжести. Псих-сан отделался слегка помятым скафом и легким испугом.

— А он способен бояться? — вновь удивился Марк. — Это обнадеживает… Общий доклад, кратко.

— Орбитальная крепость полностью под нашим контролем. В систему пришел Пятый флот, теперь с планеты не сбежит ни один борт.

— Кстати, что там на поверхности?

— Информация противоречива. На словах планетарная администрация исполняет ваше распоряжение об аресте мятежников и принадлежащих им активов, но фактически не принимает никаких действий. Все ждут возвращения мятежного флота и дальнейшего развития ситуации. Но это ненадолго. Час назад в систему пришел курьер. Привез свежие новости, в том числе и о разгроме флота дома Орка. Думаю, через несколько часов эта информация просочится на планету.

— Посмотрим, как скоро планетарники начнут суетиться. Запомни самых медлительных, пригодятся для показательных процессов. Что там наш достопочтенный канцлер?

— Сидит тихо. Выжидает. Сбежать не пытался.

— Что еще?

— Я нашел причину, спровоцировавшую мятежников на выступление. Вот данные.

Бросив ленивый взгляд на экран коммуникатора, Марк прочитал несколько строчек и прилип к экрану. Глаза его расширились, брови поползли вверх. Он ожидал дешифрованную часть журнала, переданную Киру, но это была запись. Весьма качественная запись и данные со сканеров пространства. Остатки «Сантьяго» во всей своей красе. Более того, Марк уже видел нечто подобное.

— Кто-то из экипажа? — лихорадочно спросил он и тут же сам ответил: — Нет! Мы были вдвоем. Стоп! Не говори ничего. Я сам! Это данные с корабельного искина «Эль Сида». Джи и экипаж отпадают. Кто еще мог их получить? Кто-то из технического персонала станции?

Имиси согласно кивнул.

— Я уже установил всю цепочку. Представители Морено вышли на одного из техников бригады, проводившей недавнюю плановую проверку всех систем «Эль Сида». За весьма нескромное вознаграждение, он выудил из памяти корабельного искина эту запись. Она хоть и была удалена, но подлежала восстановлению.

Марк задумался. Значит, утечка произошла не со стороны Кира и старый приятель все же способен хранить тайну. Эта мысль принесла облегчение. Но вместе с этим он испытал приступ легкого разочарования — подобный вариант он даже не предполагал. Ошибка, даже столь удачно сыгравшая, остается ошибкой.

Покинув медицинский блок, он поспешил в рабочий кабинет. Верный Имиси неотступно следовал за ним, словно тень. В приемной было множество людей, но Марк только махнул им всем рукой, не обращая внимания на приветствия, проскользнул в кабинет и закрыл дверь, оставив Имиси охранять снаружи.

Дел много, но они подождут. Запах медицинского геля — вот что сейчас важно. Этот проклятый запах! Марк ненавидел его всей душой — слишком неприятные воспоминания он навевал. Содрав одежду, он влетел в душевую комнату, встал под тугие, горячие струи воды, подставил под них лицо.

Блаженство!

Потом, все потом. Противный писк личного коммуникатора, в том числе. Да даже если сейчас заверещат сирены боевой тревоги, он не сдвинется с места.

Марк уже заканчивал принимать водные процедуры и потянулся за полотенцем, когда дверь в душевую распахнулась. Он не успел опомниться, как оказался прижат к стене. Немного не выспавшаяся, а от того несколько злая Джи буравила его яростным взглядом покрасневших глаз. Ни боги, ни демоны, ни даже верный Имиси остановить этот рыжий ураган не могли. Про такие мелочи как электронные дверные замки личного кабинета главы дома и говорить не стоило. С помощью Кира Джи уже давно получила к ним доступ. А если глава дома не в курсе, то это исключительно его проблемы.

— Скажи, Марк, оно того стоило? — зло прошипела она.

— Что? — он непонимающе вздернул левую бровь.

— Вот это! — тонкий пальчик Джи уперся ему в грудь. Слева, чуть ниже шеи виднелось розовое пятно регенерированных тканей, едва прикрытых тонкой, полупрозрачной полоской такой же регенерированной кожи. — Зачем нужно было так рисковать?

— Да не было никакого риска! Вероятность прорыва мятежников с нижних уровней составляла меньше одного процента.

— Да? И что же тогда это? — она царапнула недавнюю рану ногтем. Марк поморщился. Некоторое время после регенерации нервные окончания слишком чувствительны.

— Случайность.

— Едва не стоившая тебе жизни! Чуть ниже и тебя могли и не откачать.

Он попытался пожать плечами, но тут же одумался — грудь и плечо все еще немного болели.

— Случайности — они такие. И кстати, Джи… — правая бровь приподнялась вверх вслед за левой, придав его лицу столь вызывающее выражение, что девушке захотелось его ударить. Сильно ударить.

— А? — она для верности убрала руки за спину. Нельзя же бить человека сразу по выходу из медицинской капсулы. Это просто невежливо. Вот часа через четыре…

Марк прошелся по ее телу изучающим взглядом и пояснил, указав взглядом на полотенце, составлявшее все его одеяние:

— Ты или сама разденься, или дай мне одеться.

Некоторое время Джи всерьез размышляла над первым предложением, а затем отстранилась.

— Заманчиво, — со вздохом протянула она, улыбнувшись самой бесшабашной из своих улыбок, — но у тебя куча дел. В приемной сидит целая делегация, ты всем очень срочно нужен.

— Подождут. Мне нужно записать обращение к народу. Планетарники волнуются, нужно их успокоить.

Влажное полотенце полетело в корзину грязного белья. Марк прошел в смежную с кабинетом спальню. Вообще в жилом секторе крепости существовали отдельные баронские покои в несколько десятков комнат, со внушительным штатом прислуги. Но в них он бывал редко.

— Гардероб, — громко приказал он. Одна из стен отъехала в сторону.

— Уау, классная штука. А у меня такой нет, — пожаловалась Джи. — Хочу себе точно такой же шкафчик.

— Тебе же нечего в нем хранить, — удивился Марк. — Тройка скафов, пара маек и шорт — вот и вся твоя одежда.

— Да к черту шмотки! — отмахнулась она. — Я устрою в нем арсенал. Украду папину коллекцию, и устрою.

Марк ее уже не слушал. Прохаживаясь по гардеробной, он выбирал себе одеяние для предстающего выступления.

— Слишком ярко, слишком блекло. — Угол его рта дернулся и, пробормотав: — Почему бы и нет? — он снял с вешалки один из мундиров нейтрального зеленого цвета, с вышитым дорогим ханьским шелком шевроном Сил Планетарной Обороны дома Фобос. — Проведя ладонью над аккуратно уложенными на бархатные подушечки орденами, он отдернул руку. — Нет, сегодня обойдемся без этого.

Непривычные штаны с прямыми стрелками, белоснежная сорочка со стоячим воротником и китель без погон, с одним золотым шнуром на груди справа сидели на Марке как влитые. Надо признать, эта форма ему очень шла. Делала как-то старше. Обтягивающие рабочие скафы, которые он чаще всего носил, слишком подчеркивали его подростковую угловатость.

— Прикрой рот, я знаю, что неотразим, — смахнув щелчком пальцев несуществующую пылинку с плеча, посоветовал он замершей у входа Джи.

— Неужели ты научился остроумно шутить? — не осталась в долгу девушка. — Тебе же осколок вроде в грудь прилетел, а не в голову? А то так был бы шанс, что ты еще и поумнеешь.

На подначку Марк не обратил никакого внимания.

— Кстати, разве тебе не пора готовить «Эль Сид» к вылету? Нашего гостя из Центральных миров следует отвезти назад.

— Ты слишком долго валялся в отключке, — просветила его Джи. — Он сбежал от нас два дня назад с первым же курьерским кораблем. В последнее время они что-то слишком зачастили в систему. Знаешь, в ряде миров есть такая примета. Частые приходы кораблей курьеров к большой войне.

— Что-то в этом есть, — задумался Марк. — При подготовке боевых действий интенсивность обмена информацией резко возрастает.

— А если интенсивность обмена информацией между системами резко падает?

— Это значит, что война уже началась… — Надев коммуникатор, он вдавил клавишу вызова. — Имиси, я готов. Через две минуты начинаем общую трансляцию.

* * *

Ворвавшись в личные покои отца, Свента обнаружила его перед огромным голопроектором. Трехмерное изображение барона Марка Ортиса стояло посреди комнаты и вещало торжественным, сильным голосом:

— Я провозглашаю эпоху расцвета, — надо признать простой, но строгий мундир Марку Ортису очень шел. — Эпоху свободы, братства и процветания. Мы вернемся к корням! Вернемся к основам! На принципах сословно-представительной демократии и верховенстве закона мы сделаем наш дом богаче и сильней. Каждый из нас в отдельности и все мы вместе! Ибо дом Фобос это и есть мы!

Изображение сменилось. Теперь голограмма показывала стихийный митинг в одном из подземных городов. Коридоры были заполнены людьми, неистово скандирующими одно только слово «Фобос! Фобос! Фобос!».

Свента перевела взгляд на отца, и ее лицо исказились в гримасе отвращения.

— Ты опять это смотришь. Сколько можно!?

Эрик Корб выглядел жалко. Он осунулся, стал меньше в размерах и казался глубоким стариком. Побитая собака, которая не может понять, за что хозяин так с ней поступил. Из него словно вынули титановый стержень, бывший прежде душой этого прожженного интригана и политика. Теперь осталась только пустая оболочка. Она еще по инерции дышит, ходит, принимает пищу, но уже не живет — существует.

Давно она не видела отца в таком разбитом состоянии. Разве что после смерти матери было что-то похожее. Даже удивительно, столь разные люди, а такие теплые, искренние чувства. Возможно, если бы не та страшная катастрофа с челноком, все сложилось бы иначе, и канцлер дома Фобос нашел бы себе применение не только в политике.

— Я ошибся. Как же сильно я ошибся, — в прострации прошептал он, не отрывая взгляда от головидео. — Он их полностью уничтожил. Три сильнейшие семьи! Дома в доме и он смел их мимоходом, походя. Чудовище!

— Для этого ему пришлось пожертвовать почти всем своим флотом, — напомнила Свента.

— Не своим — их флотом! Разменял флот одних своих врагов, на флот других — гениально! Наши старые корыта, на Первый флот Орка. Это более чем выгодный размен. Теперь он полностью контролирует орбиту. А кто контролирует орбиту…

— Тот контролирует планету, — резко перебила его Свента. — Я это прекрасно знаю. Но у тебя все еще есть политическое влияние. Поддержка простых жителей системы — это тоже важно.

— Она у меня была. Ты посмотри на это! — он ткнул пальцем в трехмерную проекцию, демонстрирующую очередной митинг. — Послушай, что он несет. Послушай их. Права, свобода, будущее. Много громких, пустых обещаний — люди их обожают. Он сделает все так, как надо ему и лицемерно объявит, что такова воля народа. И знаешь, что самое забавное? — с его губ сорвался несколько нервный смешок. — Они будут ему благодарны!

— Хватит, мне это надоело! — не на шутку разозлилась Свента. — На кого ты стал похож? Смотреть противно! Решай здесь и сейчас, что мы делаем дальше: ты бросаешь все и подаешь в отставку, надеясь на милость барона, или мы сражаемся. У тебя все еще много сторонников. Да, Марка Ортис разделался с Морено, Саэсами и Лэнцами, но он не победил. Уничтожив три сильнейших аристократических семейства, он настроил против себя десятки других. Столь жестокая расправа — это попрание всех законов и дворянских привилегий. Ходят слухи, что в главной резиденции Морено солдаты СПО расстреляли всех, даже слуг и детей.

— Это всего лишь слухи, — отмахнулся Корб. — СПО тут не причем, резиденцию Морено сожгла озверевшая толпа. Не стоило им обращаться с рабочими солакслиновых шахт, словно с рабами или пожизненными контрактниками. Закономерный итог излишней жадности.

— Какая разница, что произошло на самом деле? Важно лишь то, что подумают люди. А им можно и помочь. Эйфория скоро пройдет, начнутся серые будни. Далеко не все радостно приветствуют новые инициативы Марка Ортиса. Пока оппозиция слаба и разобщена, но стоит кому-то их объединить… — она выразительно замолчала.

Эрика Корб задумался. В глаза его вернулась жизнь. Он посмотрел на дочь, погладил ее по руке.

— Спасибо, девочка. Ты умеешь убеждать.

— Твоя школа, па, — обняв отца, Свента поцеловала его в макушку.

— Льстить ты тоже умеешь, — усмехнулся канцлер. — Ты права, еще ничего не кончено.

— Мы остаемся?

— Да! Я потратил слишком много времени и сил, чтобы все вот так просто бросить. Мне бы еще три-четыре года… но не будем об этом. Пусть прошлые планы останутся в прошлом. И все-таки теперь наши позиции слишком слабы. Я рассчитывал использовать ослабление «триумвирата» для заключения с ними союза на моих условиях. Но теперь всех трех семей нет. А несколько детей и заключенных, пусть и с громкими фамилиями меня не интересуют. — Он задумчиво почесал бровь и вновь посмотрел на дочь. — Кажется, два года назад у тебя были гастроли доме Орка. Какие-нибудь контакты сохранились?

— Обижаешь, па. Барон Роблес большой поклонник моего таланта.

— Таланта? — Корб скептически выгнул бровь.

— Скажем так, и таланта тоже, — скромно потупилась Свента. — Думаю, он меня хотя бы выслушает.

— После разгрома своего флота, он тебя точно выслушает. Дом Орка лишился половины кораблей. Лучшей половины! Теперь его вассалы могут решить, что такой сюзерен им не очень-то и нужен. Он жаждет реванша. И как можно быстрей. И мы дадим ему шанс отыграться — приведем дом Фобос в подчинение Орка. Разумеется, со мной во главе.

— Два года назад он уже предлагал тебе помочь занять пост главы дома, — напомнила Свента. — Ты отказался.

— Стоит один раз склонить голову перед Орка, и пути назад уже не будет, — вздохнул канцлер. — Но сейчас для нас это меньшее из двух зол. Волчонок почуял кровь, он не остановится. Такие просто не умеют останавливаться. Либо мы уничтожим Марка Ортиса, либо он разделается с нами. Третьего не дано. Но боюсь, одних Орка мало, нужен кто-то из его ближайшего окружения.

— Кажется, я знаю, на кого ты намекаешь, — кивнула Свента.

— Играть придется в открытую, — заметил канцлер. — Думаешь, ты сможешь заставить мальчишку пойти против Марка Ортиса?

— Не думаю, заставлю! — поправила она отца. — Вот увидишь!

Глава 22

Слово сказано

Для одних интрига — кружево, для других — сеть.

(Марк Ортис де Фобос)

Система CBA-1220.

Нейтральные Системы.

331 день 564 года Потери Терры.

На мостике легкого крейсера корпорации «Арборвитэ» «Коготь Ястреба» было тихо. Капитан Агнис лениво крутанул шеей и вновь уставился в голоэкран, словно пытаясь прожечь его взглядом.

Нейтральные Системы опасны, говорят в мирах Центра. Возможно это и так. Но никто не рассказывает, как же они скучны. Романтика космоса… П-ф-ф, чушь! Космос — он везде одинаков. Только здесь, вдали от основных торговых маршрутов перелеты не только длинны, но и невообразимо тоскливы. Нет привычных торговых кораблей или быстрых курьеров, с которыми можно обменяться свежими новостями и сплетнями. Ты полностью отрезан от мира. Потерян в воистину бескрайних космических просторах. Переход, перелет, накопление энергии и новый переход. И так день за днем.

В Центральных мирах может начаться война или случиться трагедия масштабов гибели Терры, а ты об этом даже не узнаешь.

Переход, перелет…

Опасность? Это просто смешно. Просто СБ, как это обычно бывает, излишне перестраховывается, а простые парни вроде капитана Агниса страдают.

Он в очередной раз изучил список из двенадцати пронумерованных транспортов. И зачем корпорации понадобилось посылать настоящий флот в столь отдаленный уголок Паутины? Да еще и по такому причудливому маршруту?

Оператор систем дальнего обнаружения разделял мысли своего капитана. Но это не мешало ему внимательно следить за сканером пространства. И он сразу заметил появление двух десятков точек, вынырнувших из-за планеты.

— Двенадцать часов, угол альфа три восемь, дистанция восемьсот, цель групповая, скоростная! — сработав на рефлексах, доложил он. И только потом осознал, что происходит. Глаза его расширились от удивления, а затем в них появился страх. — Время контакта двадцать секунд!

— Боевая тревога! — рявкнул капитан. — Щиты — полная мощность! — И уже тише добавил, приняв очевидное: — Это засада.

В совпадения он не верил. Не бывает таких совпадений! Их ждали! Именно их! А кого еще? Кто-то слил информацию о маршруте конвоя. Хваленое СБ, как это обычно бывает, облажалось, а простые парни вроде него должны теперь расхлебывать получившееся дерьмо.

Двадцать секунд… Чаще всего столь жалкий отрезок времени ты даже не замечаешь, но порой наступает миг и каждая секунда становится вечностью.

Ракеты стремительно приближались. Четырнадцать единиц, — холодно отметил Агнис. Значит за планетой как минимум тяжелый крейсер. Если эти ракеты не древняя рухлядь, то вероятность перехвата всех чуть больше шестидесяти процентов. Щиты его корабля в теории должны выдержать даже попадание четырех-пяти модернизированных «Шершней» Союза. Но вот транспорты… Для них попадание двух ракет опасно, а трех — смертельно. Массивный корпус и слабые щиты делают их отличными мишенями. Одно-два попадания и последует закономерный перегрев генераторов, с их последующим отключением. А дальше все — конец.

Распределив цели, заработали защитные турели, выписывая тончайшие кружева заградительного огня. Строй ракет тут же рассыпался. Меняя курс и скорость, петляя причудливыми зигзагами, они пытались пробиться к долгожданным целям. Со стороны это напоминало причудливый танец. Тактический анализатор турели или система наведения ракеты, кто кого переиграет, перехитрит? Кому повезет в этот раз?

Вот одна точка исчезла с экрана сканера, вторая, третья… Но оставшиеся ракеты рвались к транспортам. Они уже отыскали дыру в оборонительном построении и словно почуявшая кровь стая пираний пошли на прорыв. Транспорт «K-202» вместо того, чтобы держаться позади крейсера сопровождения, почему-то выплыл вперед, преградив своим огромным корпусом турелям правого борта добрую половину сектора обстрела.

— Что творит этот идиот! — еще успел прорычать Агнис. — Пусть немедленно…

Поздно. Три ракеты, зайдя с трех разных направлений, одна за другой ударили точно в транспорт. На короткий миг сканеры пространства автоматически отключились, ослепленные близкими выбросами энергии. Щиты корабля пали после первого же попадания и лишенный бронепояса транспорт был обречен. Когда сканеры пространства вновь выдали картинку на голоэкран, перед Агнисом предстало зрелище гибнущего корабля. Транспорт раскололся на две части, точно пополам. Корма, с все еще работающими двигателями начала вращаться по непредсказуемой замысловатой траектории, представляя теперь опасность для остальных кораблей конвоя. Носовая часть устремилась к планете, засоряя космос контейнерами с оборудованием из разрушенного трюма. Одиноким огоньком вспыхнули двигатели стартовавшей спасательной капсулы, кто-то еще на что-то надеялся.

С потерей транспорта окончилась ракетная атака. Последние две ракеты, опоздав к пиршеству, были легко уничтожены. Но Агнис не испытывал иллюзий — это только начало. Конвой обречен. Раз их встречают, то точно знают численность. Ракетная атака — просто прелюдия. Сейчас часть кораблей неведомого противника должна обходить планету по орбите, отрезая им путь отступления к предыдущей зоне перехода. Остальные корабли идут прямо на них.

— Конвою рассеяться! Уходите к ближайшим зонам перехода и уносите свои задницы подальше отсюда! — коротко приказал он.

Это маленький, но шанс, что хоть кому-то удастся вырваться из западни. Астронавигатор открыл было рот, чтобы что-то возразить, но не успел произнести и слова, как был перебит испуганный докладом оператора систем дальнего обнаружения:

— Двенадцать часов, угол альфа четыре шесть, дистанция семьсот восемьдесят, цель групповая, скоростная…

На экране сканера появилась очередная группа мелких точек. Вернее, две группы… две равные группы по двенадцать единиц в каждой.

«Двадцать четыре ракеты. Вероятность перехвата меньше тринадцати процентов», — отстраненно подумал капитан Агнис, прикрыв глаза.

Часы в уголке голоэкрана капитанской консоли мерно отсчитывали последние секунды жизни крейсера…

* * *

Появление в системе флота наемников было триумфальным. И стало похоронным набатом последних надежд, если таковые еще оставались, у всех сторонников мятежных семей. Одно дело слышать о разгроме взбунтовавшегося флота, и совсем другое дело лицезреть доказательства этого разгрома.

Когда два десятка вымпелов появились в зоне перехода, операторы систем обнаружения едва не объявили боевую тревогу. Очень это походило на вторжение в систему. Однако неизвестные корабли шли в сопровождении Пятого флота дома Фобос, и в Центре Управления вздохнули с облегчением и скрытой надеждой. Все же лишенная прикрытия флота орбитальная крепость довольно уязвима для высадки десанта. А последние события порядком проредили лучшую часть ее гарнизона.

Хоть с мятежом и было покончено, но дом Фобос лихорадило. Устоявшийся, пусть несовершенный, но такой привычный порядок рухнул в один миг. А новыми бывают не только возможности, но и риски.

Марк встретил Хейса прямо возле трапа челнока, привезшего капитана наемников на орбитальную крепость дома.

— Хвастайтесь трофеями.

Несмотря на внешнее спокойствие, сейчас ему хотелось плясать от радости. Дикое, иррациональное желание, не имеющие практического смысла, захватило все его воображение. Удалось! Как же это прекрасно — видеть, как все происходит согласно задуманному. Никакой алкоголь, никакой наркотик неспособен подарить эйфорию подобную этой.

— Вот они, красавцы! — гордо сказал Хейс.

На голоэкране его коммуникатора появилось изображение — десять кораблей, выстроенных полукругом возле станции. Правда, при более тщательном осмотре можно было с легкостью разглядеть, что большая их часть имеют различные повреждения. Изображение увеличилось, выделив два наиболее крупных корабля, похожих друг на друга словно братья близнецы.

— Два тяжелых крейсера тип «Шахиншах», — капитан провел ладонью над голоэкраном, словно пытаясь погладить изображение. — Хорошие кораблики. Поколение четыре плюс. А при должной модернизации их легко можно вытащить на уровень пятого, а то и шестого. Вооружение слабовато, зато восемьсот миллиметров брони из селтакситового сплава, это восемьсот миллиметров брони. Если поставить генераторы щитов последнего поколения и заменить реакторы, то эта пара может смело выходить против любого лидера прорыва.

— Неплохо, — признал Марк.

— Мне пришлось выбирать между лидером прорыва и двумя этими красавцами, — доверительно поведал капитан. — Самый сложный выбор в моей жизни… Исключая женитьбу. Дальше идет всякая мелочь. Один легкий крейсер тип «Котака»… Древний хлам третьего поколения! Орка провели его модернизацию, но сильно лучше он от этого не стал. Плюс пять фрегатов различных типов и один каким-то чудом уцелевший корвет.

— А что «Центурион»? — поинтересовался Марк, сразу отыскав в строе кораблей старый лидер.

— Он на ходу, но практически небоеспособен. От главного калибра осталось только одна батарея кинетических орудий. Выбито более восьмидесяти процентов оборонительных турелей. Один из генераторов щитов сгорел. Ну и по мелочи там: энергомагистрали, системы. Хотя, должен признать, держался лидер хорошо. Умели раньше Благородные дома строить корабли. Если провести полномасштабную модернизацию…

— Одна проблема, мне негде ее проводить, — поморщился Марк.

— В любом случае, кораблю понадобится долгий ремонт. Как будем делить трофеи между твоим флотом… — он слегка замялся, но тут же твердо добавил: — И тоже твоим, но моим. По справедливости или пополам?

— Я возьму «Шахиншахов», остальные корабли можешь оставить себе, — щедро предложил Марк.

— Грабеж! — возмутился Хейс. — Эти два крейсера стоят как весь оставшийся хлам, включая побитые корабли, годные только на запчасти и переплавку. Я, между прочим, потерял четыре десятка человек при их захвате. Три полнокровные абордажные партии, третья часть всех моих сил! О раненых и поврежденном снаряжении я даже не говорю.

Экипажи тяжелых крейсеров оказали отчаянное сопротивление. Только подавляющее превосходство наемников в тяжелом вооружении и лучшая подготовка позволили им произвести захват кораблей относительно целыми. Это не абордаж истерзанных вражеским огнем обломков, экипаж которых думает больше об эвакуации, чем о сопротивлении.

— Ты сам сказал по справедливости, — заметил Марк.

— Разве это справедливо?

Марк сделал вид, что задумался.

— С моей точки зрения даже очень, — он криво улыбнулся краем губ.

— Один крейсер, — отрезал Хейс, рубанув ладонью в воздухе. — А второй отойдет моему флоту.

— У тебя же все равно нет на него экипажа.

— Ты не знаком со спецификой работы наемников. На наших кораблях не только усиленные абордажные группы, но и полуторный, а зачастую даже двойной экипаж… Да, у меня еще вопрос. Что делать с пленными? Их около тысячи. И почти четыре сотни из них — это твои подданные.

Теперь Марку пришлось задуматься всерьез. Отправить пленников подышать вакуумом? Решение простое и соблазнительное, но вряд ли правильное. И дело тут не в гуманизме. Суть этого странного понятия клон так и не понял. Можно не любить людей, но нельзя отрицать, что они ценный ресурс. Возможно самый ценный из того, что есть у него в наличии. Тысяча обученных специалистов — это полнокровный экипаж двух-трех крейсеров.

— Офицеры мне не нужны, — ответил он. — Это не мои люди и моими они никогда не станут. Будем считать, что все они погибли в бою. Остальных я заберу.

— Ты заберешь всех пленных, включая Орка?

Марк вновь подумал и решительно кивнул:

— Да! Зная нравы в их доме вполне возможно, что кое-кто из них согласится послужить менее суровому господину…

«Особенно поработав месяц-два в рудниках живыми дроидами», — добавил он про себя.

— Менее суровому? Ты слишком плохо о себе думаешь, — хмыкнул Хейс.

— Что мне еще следует знать?

Капитан Хейс почесал плохо выбритый подбородок, привычно погладил шрам.

— Если исключить «шахов», то наиболее быстро можно привести в порядок «Котаку» и один из фрегатов. Остальным кораблям нужен квалифицированный ремонт на приличной верфи.

— Пока что у меня нет таких возможностей, — нехотя признал Марк. — Но я работаю над этой проблемой…

— Тогда у меня все. Найдется у тебя на станции местечко, где я могу нормально помыться и отдохнуть?

— Не проблема, я распоряжусь.

— И пришли ко мне Джи. Хватит ей уже прятаться от своего старика!

Скоростной лифт довез Марка к ядру станции, ее сердцу. Центр Управления, реакторы, системы искусственной гравитации и генерации кислорода, апартаменты главы дома — все самое важное пряталось именно здесь.

Привычно проскользнув через приемную, он вошел в личный кабинет.

Джи нашлась в кресле. В его кресле! Прилипнув к экрану, она что-то вдумчиво читала, не обратив на его появление никакого внимания.

Подойдя к скрытому минибару, Марк быстро налил себе бокал легкого розового вина с лучших виноградников Рема. Вот ведь странность! Ромул обладал несравнимо лучше развитым агрокомплексом, но почему-то вино Рема считалось элитным. Хотя, казалось бы, и там, и там виноград произрастает на одинаковых подземных гидропонных фермах.

Сделав глоток, Марк упал на широкий диван и вновь посмотрел на подругу.

— Что делаешь?

— Фантастику читаю, — отстраненно ответила Джи.

— А?

— Новую конституцию дома Фобос, — пояснила она, не скрывая насмешки.

Марк сделал еще один глоток вина, наслаждаясь слегка пряным послевкусием, а затем спросил:

— И как тебе?

Джи смерила его шаловливым взглядом.

— Слог чрезмерно пафосный, но у писателя настоящий талант. Только этим своим решением ты породил настоящую бурю.

— Разве что песчаную. Она надежно скроет остальные мои дела.

— Не боишься заиграться в демократию до такой степени, что тебя лишат реальной власти?

— Демократия… — он просто лучился самодовольством. — Я самый богатый человек системы и владелец где-то трети всех активов двух планет, верховный главнокомандующий Сил Планетарной Обороны и ВКС. Эти-то полномочия я не собираюсь отдавать. Как можно лишить меня РЕАЛЬНОЙ власти? Можно только сделать вид, что я ее лишен. Демократия в этом плане — великолепный строй! Дал людям право голоса, забрав право выбора, а они и довольны. Еще можно оставить право выбора, лишив возможности. Вариантов масса.

— Похоже, ты не слишком высокого мнения о своих подданных, — сказала Джи. Между ее бровями пролегла прямая напряженная складочка.

— Ошибаешься! — возразил Марк. — Я не слишком высокого мнения о человечестве в целом.

— Надеюсь, ты еще помнишь, что и сам человек?

Данное утверждение Марк считал довольно спорным, но согласно кивнул:

— Разумеется.

— Знаешь, иногда ты меня пугаешь, — откровенно призналась она, зябко передернув плечами, и невозмутимо продолжила: — Ты хотя бы представляешь, какая после выборов начнется драка в созданном тобой сенате за раздел полномочий?

— Представляю. Более того, я сделаю все, чтобы она была как можно яростней! И показательно отстранюсь, отдав все на «волю народа». Три-четыре месяца парламентской грызни, и господа сенаторы сами предложат мне стать верховным арбитром в их спорах. Первым среди равных. Есть хорошее древнее слово…

— Принцепс, — перебила его Джи.

— Надо же, — Марк изобразил ладонями аплодисменты, — ты все-таки изучала не только пилотирование и тактику. Удивлен. Приятно удивлен!

Кулаки девушки сжались. Она встала из-за стола, и с необыкновенно воинственным видом двинулась на Марка.

— Это ты сейчас так мягко обозвал меня малообразованной дурой? — очень ласково спросила она.

— Стоп! — Марк выставил перед собой открытую ладонь. — Был не прав, признаю. Надеюсь, ты примешь это в качестве извинений.

Коммуникатор на запястье Джи пискнул, извещая о полученном сообщении.

— Лейтенант? — удивилась она, развернув голоэкран. — Тебе не кажется, что это уже слишком?

— Не кажется. Через полгода ты будешь командовать крейсером. Твой отец как раз привел подходящий. А лет через пять — кто знает? Возможно, и адмиральские погоны примеришь. Как и хотела.

Глаза Джи округлились.

— Откуда?

— Откуда я знаю? — Марк выглядел таким довольным, что ей вновь захотелось его ударить. Сильно ударить! Даже избить!

— Да!

— Все просто до банальности. Я сплю очень чутко…

— И? — не отступала Джи.

Он невозмутимо покатал бокал в руках, сделал небольшой глоток и зажмурился от удовольствия. Со стороны девушки послышалось тихий рык.

— Ты разговариваешь во сне, — сказал Марк, открыв глаза.

— Убью! — одним плавным движением запрыгнув на диван, Джи принялась его шуточно душить. — Почему?! Почему ты не рассказал мне об этом раньше?

— И лишиться такого преимущества?!

— Хитрый, коварный Тигра! — не прекращая душить, она оседлала его колени. Марк даже не пытался сопротивляться.

— Ты знала, с кем связалась.

— В то время ты был милым, слегка пухлым мальчиком, очень похожим на плюшевого мишку. Кто же знал, что из тебя вырастет такая зараза?

Она прекратила его душить, но взамен отобрала бокал с вином и опустошила его одним глотком.

— Тебе стоит навестить отца, — сказал Марк. — Он уже интересовался, куда я тебя спрятал.

— Не хочу, — капризно надула губки Джи. — Он наказан. Будет знать, как посылать со мной кучу старперов, знакомых мне с детства. Я весь полет чувствовала себя не капитаном корабля, а ребенком, которому дали поиграться с красивой игрушкой.

— И все же сходи к нему. Считай это приказом. У меня для тебя новое задание… И не хмурься. Да, это опять полет в Центральные миры.

— И кого я должна привезти на этот раз? — вздохнула она. Долгие, скучные перелеты через Нейтральные системы даже у нее, при всей любви к полетам, вызывали отвращение.

Марк долго молчал. В очередной раз взвешивая про себя все за и против уже принятого решения. Доверяет ли он Джи настолько, что готов вручить в ее руки собственную жизнь? Пожалуй, что нет. Хотя бы перед самим собой можно быть откровенным. Впрочем, таковых людей не существует в природе. Есть ли у него другой выбор? Нет. Если не Джи, то кто?

— Мне нужно найти хорошего врача и кое-какое медицинское оборудование, — произнес он медленно, с чувством, с толком, с расстановкой, чтобы она оценила всю важность предстоящей миссии. — Все это нужно проделать в тайне. Никому ни слова, даже твоему отцу.

Джи поерзала у него на коленях и внимательно посмотрела прямо в глаза, словно пытаясь найти в них правдивый ответ.

— Ты болен?

— Можно и так сказать… И не смотри на меня таким взглядом. Это не смертельно, — соврал он.

— Точно?

— Да, так просто тебе от меня не отделаться.

— Ха, — узкая ладонь впечаталась в грудь Марка, — нужен мне ты. Я переживаю за свои адмиральские звезды.

— В ВКС дома Фобос нет звезд. Звания различают по нарукавным шевронам, — Марк изобразил ладонями перевернутую букву V, — прозванных острословами «членом». Чем больше член, тем выше звание.

Джи рассмеялась.

— Поэтому ты у нас гранд-адмирал? — покинув его колени, она закинула руки за голову и потянулась всем телом, словно молодая довольная кошка. — Ладно, пойду и проведаю Па. Пока старик совсем не зачах. Да и «Эль Сид» надо проинспектировать перед полетом. Надеюсь, — на ее губах появилась лукавая улыбка, — к ужину ты покончишь со всеми своими делами. У меня есть кое-что на десерт… гранд-адмирал.

Она послала воздушный поцелуй, развернулась, стрельнула в его сторону через плечо еще одной ослепительной улыбкой, и убежала прочь.

— Джи… Это Джи, — вздохнул Марк. Стоило девушке скрыться за дверью, как коммуникатор на его руке зашелся сигналом вызова. Он посмотрел, кто это может быть, и нахмурился. — Слушаю!

— Ваша милость, меня примет? — вопрос больше походил на утверждение.

— Прямо сейчас? — он постарался оттянуть неизбежное.

— Раз вам так угодно, — собеседник, а вернее собеседница, сделала вид, что приняла этот вопрос барона дома за утверждение.

— Разумеется, мне так угодно, — сдался Марк, сопротивляться напору этой женщины он так и не научился.

Когда одетая в строгий брючный костюм Кристина Финч появилась в кабинете, он уже сидел за массивным рабочим столом. Тут припрятан пистолет в одном из ящиков, да и сам стол может послужить укрытием. Не особо эффективным, но все же.

— Ваша милость.

От звука этого голоса, Марк почувствовал, как у него дрожат колени. Проклятая, застарелая реакция организма! Он боролся с ней, но безуспешно.

Да, более исполнительного секретаря, чем Кристина Финч, стоило еще поискать. С ее появлением у него явно убавилось работы. Но куда деть застарелую ненависть к этой женщине? Как избавиться от страха? Марку был ненавистен не только ее вид, но даже запах духов. Ненавистен до такой степени, что при каждой встрече он мысленно представлял, какая смерть была бы для нее наиболее мучительна.

А еще был страх. Возможно, именно он и стал причиной этой лютой ненависти. Марк ненавидел бояться!

Поначалу этот коктейль из страха и ненависти заставил его избегать личных встреч с надзирателем от корпорации. Но затем он решил побороть свой страх, стал чаще вызывать Финч и отдавал распоряжения лично. Дней через пять он даже начал испытывать от этого какое-то извращенное удовольствие. Даже если застарелый страх нельзя победить, к нему можно просто привыкнуть.

— Когда мы наедине можете называть меня просто Марком. А то это «Ваша милость» больше походит на скрытую издевку… Что там у вас опять произошло, — он постарался чтобы его голос звучал равнодушно и ровно, но внутренне подобрался.

— Очередной конвой запаздывает на пять дней! — красивое лицо Финч исказилось в недовольной гримасе.

— Досадно, — не моргнув глазом соврал Марк, хотя прекрасно знал причину исчезновения конвоя. Нанятые Хейсом корабли полностью отработали свои немаленькие деньги. — Но я-то что могу сделать?

Изначально планировалось, что перехватом конвоев «Арборвитэ» будет заниматься флот Хейса. Марк здраво рассудил, что перевозимые транспортами грузы пригодятся и ему самому. К тому же и сами корабли представляют ценность. Торговый флот дома Фобос понес немало потерь от долгой блокады планеты. Даже если все это нельзя использовать прямо сейчас, то можно приберечь на будущее. Но «Сантьяго» внес свои изменения в эти планы. Крейсерам Хейса пришлось сидеть в засаде, и на первый перехват конвоя отрядили сторонних наемников.

— Ты должен отправить несколько военных кораблей по маршруту конвоя, — безапелляционно заявила Кристина Финч. — Мы должны узнать, что произошло!

— И где я возьму эти корабли?

— Разве этот наемник Хейс не привел в систему целый флот.

— Флот? Скорее инвалидную команду. Сами смотрите. — Марк скинул ей все полученные от Хейса данные. Особого секрета он тут не видел — все равно этой ведьме не составит труда получить нужную информацию на станции. — Остальные корабли наемников были задействованы для разовой операции и уже ушли.

— Но все равно остается Пятый флот и «Веселый висельник».

— Они мне нужны для обороны системы. Что вам важней — поиски пропавшего конвоя или Гемина? Если Орка сейчас ударят, я сомневаюсь, что мы сможем устоять.

— Тогда пошли свою яхту. «Эль Сид» кажется. Ей не впервой совершать долгие перелеты через Нейтральные Системы, — многозначительно добавила Финч, явно намекая на недавний вояж яхты.

— «Эль Сид» вновь убывает в миры Центра. Кстати, с ним мы можем передать новости о пропаже конвоя, пусть корпорация сама разбирается.

— Куда и зачем ты его посылаешь? — тут же насторожилась она.

Марк картинно закатил глаза.

— Мне нужны корабли, — начал перечислять он, для наглядности загибая пальцы, — мне нужны ремонтные дроиды, корабельные системы, обучающие программы, техника, вооружение, высококвалифицированный, но неприхотливый персонал. Проклятье! Да мне все нужно! Вы не могли подобрать для своего проекта дом побогаче? В системе же нет ничего!

— Не прибедняйся, после конфискации активов мятежных семей…

— Фермы, шахты, устаревшие производства. Все это не живые деньги. Я и так порядком потратился на наемников. Друзья Хейса обошлись мне в кругленькую сумму.

— Зато эти «друзья», — она показала пальцами кавычки в воздухе, — очень удачно прилетели в систему. Кто бы мог подумать, что они поспеют прямо к битве.

— Вы не поверите, но мне просто повезло.

— Очень странное везение. Шанс один на миллион.

— Говорят, именно такие чаще всего и срабатывают, — парировал Марк.

— Допустим, но что наемники вообще забыли в этой системе?

— Я планировал привлечь их для транспортировки «Сантьяго» в Гемину. Мне казалось, корпорацию заинтересует лидер прорыва, прошедший через дальний космос.

— И ты бы его так просто отдал в руки корпорации? — ее брови скептически изогнулись.

— Конечно, как только мы договорились бы о цене. Даже жаль, что лидер погиб в ходе боя, — лицемерно посетовал Марк, полуприкрыв глаза.

Несколько секунд Финч буравила его настороженным взглядом, а потом ее губы изогнулись в улыбке.

— Что меня в тебе поражает, так это твоя блистательная наглость… Но вернемся к пропавшему конвою. Как ты обеспечишь проход через Нейтральные Системы?

— Я обеспечу? — искренне изумился Марк. — У меня нет для этого сил. Пусть этим займется флот «Арборвитэ».

— Ты же знаешь, мы не можем полномасштабно задействовать флот корпорации. Секретность превыше всего! — Марк мог многое рассказать об эфемерности этой секретности, но не стал. — Даже для формирования конвоев нам приходится использовать корабли, купленные на стороне, с минимум собственной охраны.

— Свяжитесь с наемниками или пиратами Нейтральных Систем. Это их вотчина, — он демонстративно равнодушно пожал плечами, — вот пусть они охрану и обеспечивают.

— Исключено, — покрутила головой Финч. — Они ненадежны, и всегда могут слить информацию на сторону.

— Привлеките через подставных лиц Частную Военную Корпорацию. У них репутация…

— Такие траты сложно спрятать. Совет директоров сожрет мистера Дойла с потрохами. Да и сложно сейчас с этим. Большинство флотов ЧВК задействованы в конфликте Междуречья.

— Что? — не понял Марк.

— Междуречье. Так прозвали крупный сектор из семи систем между Конфедерацией, Соединенными Системами и Союзом, — принялась разъяснять Финч. — Сам сектор не имеет обитаемых планет, но стратегически важен, так как через него проходит множество маршрутов. Около десятой части торгового трафика трех крупнейших государств Центра! За него давно идет грызня между Соединенными Системами и Конфедерацией, да и Союз тоже не прочь отхватить свою долю. Зная этих чертовых славян, свою долю они видят самой большой. В последний год ситуация обострилась. Фактически в секторе идет настоящая война.

— Прискорбно, — посетовал Марк. Отложив в памяти заметку, разобраться с этим вопросом. Крупная война, на которую он так много ставит, что-то не желает разгораться. Хотя количество и интенсивность пограничных конфликтов все возрастает. — Но возвращаясь к нашей проблеме. Я тут ничем помочь не могу. Наоборот, это мне необходима помощь корпорации: оборудование, технологии, дроиды. Я хочу развернуть в системе производство кораблей, хотя бы малых классов. Один-два орбитальных дока, или можно устроить их прямо в крепости.

— А военный флот корпорации в личное пользование тебе не нужен? — ядовито поинтересовалась Финч, в очередной раз поражаясь наглости этой отрыжки биореактора.

— Весь флот может, и нет. А вот от современного лидера прорыва я не откажусь. Желательно в дар, но могу и заплатить… немного.

— Исключено! — отрезала она, раздраженно нахмурив свои узкие черные брови.

— При всем моем уважении, это не вам решать. — Развивая успех, Марк продолжил наступление: — Мне нужен этот корабль для борьбы с Орка. И мне нужны ремонтные мощности для обслуживания флота. Без всего этого, я не смогу обеспечить безопасность Гемины. Орка залижут раны и придут вновь. Они должны расквитаться за разгром. Теперь это дело чести. На кону их заявка на лидерство в этом секторе Паутины. Они не отступят.

Финч сделала движение рукой, словно ища на поясе рукоять пистолета. Больше всего ей сейчас хотелось пристрелить этого наглого юнца. Может профессор Суини и чертов гений, но с этим клоном он дал маху. С большим трудом она подавила в себе страстный порыв проверить действенность последнего приказа. Эта гипноустановка, наряду с вшитой капсулой с нейротоксином, гарантирует, если не лояльность клона, то его гибель в случае предательства. Нет, еще не время! Но с каким же удовольствием она когда-нибудь отдаст этот приказ. Простое слово, пять цифр, три случайные буквы — вот и все, что отделяет клона от смерти. Их можно произнести, отправить по почте, да просто нарисовать на стене, и вбитая в подкорку головного мозга клона программа психокодирования сработает, заставив его покончить с собой.

— Хорошо, — сказала она, преодолев очередной приступ раздражения, — составь список пожеланий, я зарезервирую его своим генокодом. Пусть мистер Дойл сам с этим разбирается.

— Уже, — Марк переслал ей длинный инфофайл. — И список, и самые подробные обоснования по каждому из пунктов. Только я его еще слегка дополню, в связи с полученными трофеями.

— Не сомневаюсь, — кисло усмехнулась Финч.

Быстро просмотрев инфофайл, она приложила к идентификационной панели палец и громко и четко произнесла:

— Кристина Финч, регистрационный номер DXO798761. Подпись подтверждаю.

В конце инфофайла появилась залихватская закорючка, очень похожая на те, что в древности ставились на бумажные документы. На самом деле под ней прятался внушительный файл с данными, подтверждающими подлинность отправителя.

Глава 23

Новое предательство

Ненависть? Она как вино. Полезна в дозах малых, и опасна в больших.

(Марк Ортис де Фобос)

Система Гемина.

Орбита планеты Ромул.

Орбитальная крепость дома Фобос.

351 день 564 года Потери Терры.

— Поберегись!

Заслышав грозный окрик, Кир поспешно отошел в сторону.

Грузовая платформа с огромным контейнером, с трудом протиснулась в ворота и, тихо шипя приводами антигравов, поплыла к грузовому лифту.

Космопорт орбитальной крепости дома Фобос кипел жизнью. Обогнув еще одну грузовую платформу, Кир нетерпеливо оглядел зал. А вот и Джи! С удобством опершись на стену и скрестил руки на груди, девушка что-то сосредоточенно изучала на открытом голоэкране личного коммуникатора.

Переборов охватившую его нервозность, он решительно шагнул к ней.

— Снова улетаешь?

— Ага, — кивнула она, не отрывая взгляда от голоэкрана. — Марк подкинул новую задачку.

— Он это любит, — криво улыбнулся Кир, вспомнив одну запись с камер «Тортуги».

Он сказал, что это программа нужна ему просто для шутки, а использовал для хладнокровного убийства! Чудовище! Безжалостное и коварное чудовище!

Кир с тоской посмотрел в лицо Джи. Нет, она не поймет. Не поверит. Что же, она сама выбрала свою судьбу. А он выбрал свою.

Достав из кармана тонкую пластинку чипа данных, он протянул его девушке.

— Я тут записал тебе новинки. Голофильмы, музыка, новые корабли — все как ты любишь.

— Ты снова влез базы данных курьерского корабля? — улыбнулась она, взяв чип данных, оставив без внимания, что его рука при этом слегка дрогнула. — Когда-нибудь ты разоришь всех торговцев информацией.

— Я же не сливаю все это в местную планетарную сеть, а сам пользуюсь. Только с тобой вот поделился.

— Спасибо, очень мило с твоей стороны, — белозубая улыбка девушки стала еще шире.

Кир отвел взгляд.

— Просто я подумал, что мы стали как-то отдаляться друг от друга. Вы с дядей постоянно в перелетах, а я торчу на станции, как привязанный.

— В чем проблема? — она выгнула бровь. — Ты летишь со мной. С Марком я договорюсь.

Этого еще не хватало! Кир против воли почувствовал, как его охватывает приступ раздражение. Вот всегда так! Почему она решает все за него?!

— Спасибо, но как-нибудь в другой раз, — поспешил отыграть он назад. Главное, чтобы эта глупая идея, взять его с собой, не завладела Джи окончательно. Если это произойдет, отбиться от полета будет очень сложно.

— Смотри, я запомнила твои слова, — пригрозила ему девушка. — В следующий раз летишь со мной!

Киру оставалось только кивнуть в ответ. Все равно ее теперь не переспоришь.

— Послушай, — неуверенно начал он. Даже заранее зная ответ, для успокоения своей совести он должен спросить. — Тебе не хотелось бы все бросить и убежать?

Повисла короткая, но многозначительная пауза. Брови Джи вновь поползли вверх, показывая крайнюю степень изумления.

— С чего это такие мысли? — спросила она и добавила: — Все же идет просто отлично!

— Марк… он меня беспокоит, — тихо признал Кир, бросив настороженный взгляд по сторонам. Словно боясь, что их могут подслушать. — Он сильно изменился, стал… жестче.

— Неудивительно, если все только думают, как бы от тебя избавиться или подмять под себя, взяв под контроль. Оглянись по сторонам. Пространство Благородных домов, да и галактика в целом не терпит слабости. У главы Благородного дома должны быть клыки и зубы. И он должен зачастую уметь принимать жестокие решения. Все мы должны уметь их принимать!

— Жестокие решения… да… ты права, — кивнул он и порывисто обнял девушку, крепко поцеловав в щеку. — Прощай, сестра.

— Фу, какие нежности! Что это на тебя нашло? — потерев щеку, Джи одарила его наиграно гневным взглядом. — Бывай, пригляди пока за Марком.

— Пригляжу, можешь быть в этом уверена.

— Ладно, старт через два часа, а мне еще надо проверить припасы.

Шутливо ткнув кулаком ему в грудь, Джи направилась к одному из челноков. Сегодня для «Эль Сида» не нашлось свободного места, и корабль пришлось оставить висеть на орбите.

— Ты сделала свой выбор, — тихо прошептал Кир одними губами, со скрытой тоской провожая спину девушки взглядом.

Двигаясь, словно лунатик или древняя механическая игрушка, он покинул ангары космопорта. Лифт, маглев, снова лифт, пост охраны, коридор с расположенными в кадках карликовыми деревьями — зримые признаки престижности зоны проживания. И вот уже видны знакомые двери апартаментов Свенты.

Зеленый, разрешающий огонек консоли доступа. Дверь послушно открывается, а затем медленно закрывается за его спиной, отрезая от всего остального мира створкой огнеупорного пластика.

Мыслей в голове все еще нет. Миновав прихожую, Кир прошел в гостиную, выудил из минибара первую попавшуюся бутылку, даже не разбирая, что там значится на этикетке. Упав в мягкое кресло, он вытянул ноги, открыл бутылку, сделал из нее порядочный глоток, откинулся на спинку и закрыл глаза.

Кто сказал, что предательство — это очень просто? Тем более такое предательство? Марк? На Марка ему плевать. Дядя Хейс? Старый друг его семьи так и не стал ему вторым отцом. Да и не сильно-то он и старался, этот вечно занятый своими делами капитан. Фактически, они с Джи с ранних лет были представлены сами себе.

Остается только Джи. Джи, которая стала ему настоящей сестрой и была, самому себе в этом можно признаться, первой любовью. Предать ее, это словно отрезать часть себя, часть души. А не предать — лишится другой половины, новоприобретенной.

Очередной глоток, в попытке прогнать крепким алкоголем приступ крайнего отвращения к себе. Вкус и крепость напитка не ощущается, словно это какая-то вода. А раз так, можно сделать еще глоток, побольше.

— Дорогой?

Свента!

Он судорожно огляделся по сторонам, прикидывая, куда можно спрятать бутылку, а затем нервно хихикнул, поняв всю несуразность данного поступка. Он что, ребенок, застигнутый строгой матерью за чем-то непристойным?

Новый глоток прогнал большую часть страхов и сомнений. Притупил душевные метания. Успокоил совесть. Породил легкую меланхолию и покорность судьбе. Все это он делает не для себя, для нее… для них! У него нет выбора. Просто нет! Джи права — этот мир жесток. Или ты, или тебя. Он сделал все что мог.

Пока он предавался печальным размышлениям, в гостиной появилась Свента. Все такая же чистая, светлая и прекрасная, как и в тот день, когда он увидел ее впервые. С ее появлением меланхолия слегка отступила, но не сдала свои позиции полностью.

— Полдела сделано, она взяла чип, — Кир поразился тому, как жалко звучит его голос. Он словно оправдывался. Только вот перед Свентой или перед собой? — Зная Джи, вирус быстро попадет в корабельную сеть и затаится, дожидаясь нужного сигнала.

— Корабельный искин его не обнаружит?

— Только после того, как он начнет действовать. А тогда будет уже слишком поздно. Несколько минут полной потери контроля над всеми системами корабля гарантировано, а больше твоим друзьям и не понадобится.

— Нашим друзьям, — мягко поправила его Свента. Присев на колени Марка, она обхватила его рукой за шею и прижалась всем телом. — Мы поступаем правильно.

— Я знаю, — скривился он, нервно передернув плечами. — Но от этого не легче. Не скажу, что лицо дядя Хейса будет сниться мне по ночам, но Джи…

— Все еще можно отыграть назад, — мягко заметила она. — Мы придумаем другой способ их нейтрализовать.

Пальцы Кира с силой сдавили бутылку, а лицо приобрело решительное выражение.

— Курьерский корабль с сообщением для Орка уходит через три часа. Следующий будет только через четыре дня, когда она уже улетит. Все зашло слишком далеко. Рано или поздно Марк узнает, что твой отец связался с Орка, а прощать он не умеет. Иногда мне кажется, что он и не человек вовсе. Голлем из живой плоти, которого научили паре человеческих эмоций, демонстрацию которых он довел до совершенства. Стоит пообщаться с ним подольше и это становится просто очевидно. Мы должны от него избавиться, ради нашего будущего.

— Но это все же твоя семья, — она прикусила губу. — Пусть вы и не кровные родственники.

— Теперь моя семья — это ты, — вздохнул Кир, зарывшись лицом в ее волосы. — Я мог бы убедить дядю. Он разумный человек и мы смогли бы договориться. Но Джи — это Джи. Что бы мной не двигало, Марка она мне не простит. Влюбилась в него словно кошка! Она станет мстить и привлечет к этому отца. А тот не сможет отказать.

— Капитан Хейс набрал немалый вес в флоте дома, — медленно протянула Свента, сделав вид, что просто размышляет вслух. — Если он приведет флот наемников, еще неизвестно на чьей стороне будут сражаться остатки флота дома. Да и система сейчас почти беззащитна.

— Вот именно! — кивнул Кир, хмель наконец-то ударил ему в голову, прогнал все тревоги и терзания, сделал смелей. — Он помеха, и должен исчезнуть. Джи — это его единственное слабое место, — он постарался придать своему голосу уверенности. — Маршрут известен. Когда корабли Орка подловят их, и ее корабль не сможет спастись бегством, он тоже не станет убегать, а примет бой. Даже зная, что не сможет победить.

Спрятав лицо у него на груди, Свента скрыла свою довольную улыбку и глаза, сияющие злорадством. Из множества обучающих курсов, пройденных ей как с подачи отца, так и по собственному желанию, углубленный курс психологии и нейро-лингвистического программирования ценился ей особо. Для эффективного манипулирования мужчинами одного красивого голоска, соблазнительного тела и красивой мордашки недостаточно. К внешним данным неплохо иметь еще и мозги, а к мозгам — необходимые знания.

Вот и сейчас, пустив в ход все известные ей приемы, она, пытаясь разубедить любовника, на самом деле тонко настраивая его на нужный лад.

Она с нежностью провела ладонью по его волосам. Мужчины! Управлять ими так сложно и одновременно просто. Эта игра, она не надоест ей никогда!

Какой умный, благородный, но такой наивный мальчик. Даже жаль, что от него придется избавиться. Впрочем, последнее еще стоит обдумать. Хорошенько обдумать.

— Все будет хорошо, не бойся, мы с тобой, — сжав его руку своей, она положила ее на свой живот.

Губы Кира исказились в вымученной улыбке.

— Я не боюсь. За себя не боюсь, — поправил себя он, потеревшись щекой о ее волосы. — Может будет лучше если ты улетишь? — в его голосе появились умоляющие нотки. — Спрячешься на планете пока все так или иначе не закончится.

— Я не оставлю тебя! — горячо возразила ему Свента, еще крепче прижавшись всем телом.

— У нас будет только один шанс.

— Постарайся, я знаю, ты можешь. Только ты и можешь! Ради будущего, ради нашего ребенка. Мы начнем, когда наемники покинут систему.

— Некоторая часть останется разбираться с трофеями, — заметил Кир, отстраненно поглаживая Свенту по животу, — но это небольшой отряд техников. Они не помеха. К тому же, это только у дяди Хейса дружба с Марком. Остальные умирать за него не будут.

— Тогда остается новая охрана главы дома, инструкторы и этот его самурай. У тебя нет никаких идей, как можно их нейтрализовать? Мой отец не глава дома — лишние жертвы ему не нужны.

— А знаешь, — задумался Кир, вспомнив, с чем связана царившая в последние дни на станции суета. — Пожалуй, что и есть. Капсулы… — глаза его лихорадочно блеснули. — Его новая охрана еще не закончила свое обучение. Я сам слышал, как инструкторы не раз на это жаловались. Теперь в их распоряжении есть капсулы. Зная Марка, он постарается максимально быстро завершить их подготовку. А если залезет в капсулу еще и сам…

Он замолчал, позволяя Свенте додумать очевидное. Вот он — идеальный момент для удара, с минимумом рисков и жертв!

Такое предложение было достойно награды. Наклонив голову, она прижалась своими губами к его губам.

Да, она скажет отцу, что стоит пересмотреть последнюю часть плана. Кир им еще пригодится. Правда придется что-то делать с этой выдуманной беременностью, а всего-то и стоило оставить на личном комме поддельные результаты медицинских тестов, но об этом можно подумать позже.

* * *

Кипевшая на орбите работа со стороны напоминала сборку не слишком сложного конструктора. Огромные грузовые корабли выплевывали из недр своих трюмов совершенно одинаковые блоки. Дроиды-сборщики, облепляли их, словно муравьи, оттаскивали в нужное место и подгоняли друг к другу, сверкая лучами лазерной сварки. Фактически, весь костяк завода был смонтирован за каких-то два дня. Еще несколько суток на установку и тестирование необходимого оборудования, и завод может начинать работу. Только успевай подвозить необходимые ресурсы.

Неделя-две для выхода на расчетную производительность, и дом Фобос начнет получать по триста капсул ежедневно. Даже эти устаревшие модели ускорят подготовку необходимых дому специалистов в несколько раз. Пилоты, операторы различных систем, медики, техники — нехватка квалифицированных специалистов в доме колоссальна. Даже эти триста капсул в день — просто капля в море. Заводу потребуется несколько лет, чтобы закрыть только первичные потребности.

Завороженный зрелищем сборки завода, Марк не обратил никакого внимания на уехавшую в стену дверь кабинета.

Бросив быстрый взгляд на голоэкран и не найдя в копошении строительных дроидов ничего для себя интересного, Кир осторожно кашлянул, привлекая к себе его внимание:

— Разгрузка закончена.

— Прекрасно, — крутанувшись в кресле, Марк отключил изображение. — Пойдем, посмотрим на мое новое приобретение.

Этот склад располагался на одном уровне с жилыми зонами основной массы персонала станции. Теми самыми рабочими винтиками из подданных и граждан. Незаметными, часто недооцененными, но совершенно необходимыми для функционирования, как орбитальной крепости, так и благородного дома Фобос в частности: сотрудники главной канцелярии дома, многочисленных министерств, планетарных представительств, простые рабочие и техники, солдаты гарнизона, пилоты пассажирских и грузовых атмосферных челноков, и многие другие.

Большой зал был заставлен пластиковыми контейнерами, возле которых нетерпеливо переминался с ноги на ногу представитель корпорации «Оутум», сопровождавший груз непосредственно до получателя.

Вежливо поприветствовав Марка, он ловко открыл один из контейнеров, демонстрируя его содержимое.

— Вот они, ваша милость! — стерев несуществующую пыль с белоснежной крышки капсулы, представитель корпорации, словно зачитывая рекламный буклет, профессиональным голосом менеджера по продажам начал расхваливать представленный образец. — Модель RE-563 отличается надежностью, позволяя быстро и с комфортом проводить гипнообучение любой степени сложности. Благодаря применению инновационных программно-технических решений средняя скорость обучения на данной модели на три процента выше, чем у предыдущих моделей нашей корпорации.

Про схожие образцы обучающих капсул, производимых конкурентами, он скромно умолчал. К чему загружать голову дорогого клиента подобными малозначимыми мелочами?

— Контейнеры с оранжевой маркировкой — это капсулы стандартной конфигурации, — продолжил клерк, закрыв крышку. — Контейнеры с зеленой маркировкой — ваш спецзаказ. У меня нет информации о проведенной модификации, — осторожно заметил он. Корпоративная этика не оставляет места излишнему любопытству. Корпорация лучше знает, что тебе следует знать, а чего не следует. — Но меня уверили, что вы в курсе. На крайний случай вы всегда можете воспользоваться процедурой сброса параметров. К сожалению, вынужден предупредить, что все нестандартные настройки будут в таком случае потеряны.

— Прекрасно, — кивнул Марк. Этого он в своих планах действительно не учел. Сейчас в угоду скорости можно допустить определенный процент «брака». Но в перспективе слишком высокая смертность среди персонала, проходящего курс ускоренного обучения, породит ненужные подозрения и нервозность.

Он не будет жадным. Тысячи две-три необходимых специалистов, обученных в ускоренном режиме. Даже если допустить максимальные десять процентов «брака», то двести-триста погибших в год можно будет списать на несчастные случаи. А потом капсулы начнут работать в нормальном режиме.

— Кир, на тебе установка и тестирование капсул с оранжевой маркировкой, помещение подберешь сам из свободных на этом уровне. Желательно рядом с лифтом к ядру или станцией маглева. Через двое стандартных суток они должны принять первую партию учеников. Включая меня. И составь график подготовки моей личной охраны. Имиси, поможешь ему с этим.

Стоявший за правым плечом Марка самурай молча кивнул. А Кир с трудом сдержал охватившее его волнение.

Неужели это будет настолько просто?! Еще один знак судьбы. Знак верности его выбора!

— Я думал, ты прикажешь установить для себя индивидуальную капсулу? — спросил он.

— Успеется, — небрежно отмахнулся Марк. — Пока что обойдусь этими.

Не говорить же приятелю о затаенных страхах главы дома, связанных с капсулами. Нет, если ему и суждено оказаться в пластиковом гробу, то пусть каждый раз это будет хотя бы новый гроб. Один из множества общих. И такие же общие образовательные программы — меньше шансов нарваться на закладку от доброжелателей из корпорации. Еще неизвестно, сколько этих крыс прячется на станции. А в том, что они есть, Марк ни секунды не сомневался.

* * *

В кабине грузового лифта было невыносимо жарко. А возможно Киру это только казалось. Снова промокнув лицо измятым платком, он небрежно запихнул влажный комок в нагрудный карман, достал вновь и переложил в боковой.

— Камеры точно отключены? — уточнил стоявший рядом с ним молодой парень с нашивками сержанта на сделанном под военный мундир рабочем скафе.

Хоть вотчиной Эрика Корба и считался аппарат Главной канцелярии дома Фобос. Он прикормил и некоторую часть гарнизона крепости. В основном рядовых и сержантов. Пусть их было не очень много, зато они прекрасно знали, кто именно платит им щедрые надбавки. Которые даже не прятали, проводя через обычную бухгалтерию, на те же счета куда шла и официальная зарплата. Хорошо, когда все финансовое ведомство тоже ходит под тобой.

Вместо ответа Кир только хмуро кивнул.

Быстро все завертелось. Еще утром он помогал Марку устроиться в обучающей капсуле. А сейчас идет его захватывать.

Стрельба, аресты, кровопролитие. Зачем все это? Если все пойдет как надо, то это будет один из самых бескровных переворотов в истории. Благородные семьи, напуганные расправой над «триумвиратом», будут сидеть тихо. Им надолго запомнились дикие выходки разбушевавшейся толпы. А благодаря последним законодательным инициативам Марка Ортиса создалось впечатление, что юный барон хочет отойти от дел, оставив за собой только представительские функции. Люди знающие и опытные прекрасно понимают, что все это полная чушь. Но сколько таковых в общей массе населения? Два процента? Три?

Если Марк Ортис тихо исчезнет, а часть его наиболее близких подчиненных окажется в тюремном блоке, то поначалу никто этого даже не заметит. Особенно если все нити управления домом останутся в надежных и проверенных руках Эрика Корба, канцлера дома Фобос. Человека заслуженного, знакомого и уважаемого.

Хотя лично Кир считал, что Марка безопасней просто убить. Но Свента почему-то настояла именно на захвате. Орка очень хотят заполучить Марка Ортиса именно живым — это станет залогом будущего союза. Зная мстительность Орка, убийство было бы более гуманно…

— Оружие к бою! — скомандовал сержант и, подавая пример, потянул из набедренной кобуры пистолет-парализатор.

Кир тоже достал парализатор. Многие говорят, что оружие дарит чувство защищенности. Ничего подобного он сейчас не ощущал. Зато вновь пробудился страх. Затаенный, тщательно скрываемый страх. Но вот двери лифта поехали в сторону, и на страх не осталось времени.

Три охранника на посту возле входа даже не поняли, что произошло. Откуда-то с нижних этажей поднялась кабина грузового лифта, а когда двери открылись, из него раздался слаженный залп полутора десятков парализаторов, не оставив им не единого шанса на сопротивление.

Теперь следовало действовать очень быстро.

Размахивая парализатором, Кир выскочил из лифта одним из первых и подбежал к консоли доступа.

— Готовы? — оглянулся он на своих спутников. Световой индикатор консоли налился насыщенным зеленым светом, створки дверей поехали в разные стороны. — Пошли!

Они ворвались в тренировочный зал, отвечая выстрелами парализаторов на любое движение. Четыре техника и еще два охранника безвольными кулями осели на пол, оператор упал лицом прямо в голоэкран, изображение на котором тут же пошло рябью.

Среагировать на вторжение незваных гостей успел только Имиси. Выхватив пистолет, он бросил тело в сторону ближайшего укрытия, уходя с линии огня. Но невидимые импульсы были быстрей, а стрелки умели брать правильное упреждение при стрельбе по подвижным целям, Имиси упал и больше не двигался. Не рискуя подойти, Кир для верности сделал сразу два выстрела из парализатора ему в спину.

— Второй ряд, четвертая капсула справа! — коротко приказал он, подбежав к общей системе мониторинга и управления капсулами. Его пальцы запорхали над клавиатурой.

Открыть одну капсулу, и намертво заблокировать систему экстренного открытия всех остальных.

— Я сказал четвертая! — рявкнул он, заметив, как его спутники судорожно пытаются открыть одну из заблокированных капсул.

Вновь взмахнув парализатором, он подбежал к нужной капсуле. Тихо щелкнули магнитные замки, крышка медленно ползла вверх, открывая свое нутро.

Глаза Кира расширились, он не успел подумать, не успел осмыслить.

— Что за… — только и успел воскликнуть он, как неожиданно пришла темнота.

В так и не запертые в спешке двери тренировочной зоны ввалился новый отряд. В этот раз в штурмовой броне, которая может и не чета тяжелой, но зато пукалки вроде парализаторов, включая полицейские образцы, ей не страшны.

Теперь настал черед мятежников сломанными куклами валиться на пол под огнем парализаторов.

Бросив бесполезный парализатор, один из них выхватил пистолет и, укрывшись за открытой капсулой, открыл огонь. Одна пуля ушла в стену, вторая бессильно ударила в активированный личный щит одного из нападавших. Третий выстрел шустрому мятежнику сделать не дали, сфокусированный огонь нескольких стволов достиг цели и на полу застыло еще одно неподвижное тело. Трое оставшихся мятежников поспешили бросить оружие и подняли руки, наивно надеясь на возможное снисхождение.

Отключив защитное поле скафа, Марк стянул с головы шлем и бросил его одному из сопровождавших:

— Лови! — мерно шагая по залу, он небрежно переступал через разбросанные тела, попутно отдавая распоряжения: — Запретить взлет любых челноков. Нарушителей — уничтожать. Начинайте аресты. Берите всех, согласно спискам. Потом разберемся, кто там и в чем именно виноват или невиновен. Бывают же чудеса! Да, и вколите уже Имиси антидот! Хотя… я сам.

Припав на одно колено рядом с телом самурая, Марк быстро приложил к его шее одноразовый инъектор с жутким коктейлем из стимуляторов и адреналина, позволявшим снять эффект от поражения парализатором.

Имиси дернулся, захрипел, шумно глотая воздух. Марк перевернул его на спину, обхватил за плечи и заставил сесть, прислонив спиной к одной из капсул.

— Как ощущения?

Вместо ответа самурай прошипел сквозь сжатые зубы длинную фразу на незнакомом языке, общий смысл которой улавливался и без всякого перевода. Тот, кто хоть раз ощутил на себе все прелести направленного парализующего импульса, может очень многое сказать о безвредности и гуманности данного оружия.

— Ты сильно рисковал, решив остаться, — криво усмехнулся Марк, осторожно хлопнув Имиси по плечу. — Хотя, вынужден признать, риск оказался оправдан — ты послужил прекрасной приманкой. Раз сам глава службы безопасности несет дежурство возле капсул, то и я никуда не делся.

— Не было никакого риска, господин, — поморщился Имиси. Любое даже самое малейшее движение отдавалось в его голове жуткой болью. Свет резал глаза, отдаваясь покалыванием в висках.

Оставив самурая приходить в себя, Марк обошел капсулу и склонился над еще одним телом.

— Ваша милость! — ожил на его запястье коммуникатор. — Канцлер Корб…

— Что канцлер Корб? — тут же вскинулся Марк. — Только не говорите мне, что он исчез.

— Нет, — в голосе на другом конце канала связи проскользнули заметные нотки облегчения. — Он оказал яростное сопротивление при попытке ареста и был убит.

Марк перевел дух, унимая всколыхнувшуюся было ярость. Мертвый канцлер куда хуже пленного, но лучше сбежавшего.

— Вы что целым отделением не могли повязать одного человека? А еще жалуетесь на количество тренировок, раззявы! — раздраженно процедил он. Ответчик безмолвствовал, явно посчитав это лучшей тактикой, чтобы пережить гнев сюзерена. — Что с его дочерью?

— Арестована!

— Хоть что-то, — вздохнул Марк. — Проследите, чтобы она в целости добралась до тюремного блока.

— Сделаем, ваша милость.

Коммуникационный браслет отключился. Марк отрешенно посмотрел на распластанное возле его ног тело Кира.

— Вот и все, мой несостоявшийся друг. Игра, как ты любишь говорить, закончена… В тюремный блок его!

Безмолвное тело Кира подхватили за руки, и поволокли к лифту, словно какой-то мешок.

Марк вернулся к Имиси. Самурай окончательно пришел в себя, и даже сумел встать без посторонней помощи. Если не считать таковой капсулу, о которую он опирался левой рукой.

— Что же, вижу, я не зря назначил тебя главой службы безопасности. Ты все верно просчитал, они не могли упустить такой удачный случай и попали в ловушку.

— Повиновение дому, Марк-сама! — Имиси хотел было отвесить поклон, но пошатнулся от внезапного головокружения и резко передумал. Сейчас вбитыми с детства нормами вежливости, что стали уже просто привычкой, можно и пренебречь.

— А ведь я сомневался в твоих словах, — откровенно признал Марк. — Не думал, что после проверки с помощью журнала «Сантьяго» Кир может предать. Глупец! Ну почему он не пришел ко мне?!

Капсула вздрогнула от обрушившегося на ее крышку удара кулака.

Марк редко позволял себе столь сильные эмоции, но сейчас душивший его гнев и обида требовали выхода. Если не считать собрата-клона, погибшего под номером сто тридцать два, Кир и Джи стали первыми, кого он мог назвать своими друзьями. И теперь он сомневался, что когда-нибудь появится кто-то еще, кого он так же сможет посчитать своим другом. Друг, в отличие от врага, может предать.

А ведь мне еще предстоит все это как-то объяснить Хейсу и Джи. Даже хорошо, что их сейчас нет в системе.

В его груди зародилось смутное чувство беспокойства. Он опять что-то упустил. Что-то очень важное.

— Знаешь, что во всем этом меня смущает? — нахмурился Марк, отыскав причину этого странного чувства. — А как они потом планировали договориться с Хейсом?

Глава 24

Дружные враги

Друг познается в беде… враг, впрочем, тоже.

(Марк Ортис де Фобос)

Планета Асраи.

Конфедерация Независимых Систем.

365 день 564 года Потери Терры.

Джодок Дойл никогда не слыл раздражительным малым. Но сегодня его раздражало буквально все. Освещение слишком яркое. Что-то не то с температурой в помещении: голове жарко, а ногам холодно. Новая секретарша слишком ярко накрашена, да и вообще все делает не так. Корова неуклюжая!

— Это становится довольно утомительно, — Джодок посмотрел на медкапсулу почти с ненавистью. — Проф, я совершенно не ощущаю омоложения. Такое чувство, словно на мои старые кости и мышцы просто натянули новую кожу. Натянули плохо, неумело. Это выводит из себя.

Сидевший напротив директора корпорации профессор Суини встрепенулся. Речь зашла о его работе!

— Я уверен в расчетах, — он воинственно вздернул подбородок вверх, — процедура проделана на высочайшем уровне, мистер Дойл.

— Это сказано не в упрек тебе, Беленус. Мне кажется, эта штука просто перестает на меня действовать.

— С медицинской точки зрения все в полном порядке. Все что с вами происходит — чистая психосемантика. Вам просто нужно привыкнуть к вашему обновленному телу.

— Я не успеваю к нему нормально привыкнуть, как вновь вынужден лезть в капсулу, — сварливо процедил Джодок. — И привыкать приходиться по новой.

Теперь он проходил процедуру омоложения раз в две недели. Помогало это мало. Почему-то пропало то прежнее чувство обновленного тела, слегка неуклюжего, поначалу плохо подвластного, но наполненного молодостью, жизнью. Вместо него появилось другое — дискомфорта. И ноги, и руки — все вроде слушается прекрасно. Но они словно и не его. Протезы, высококачественные, но не живые протезы.

Смерть можно отсрочить, но нельзя обмануть. Рано или поздно костлявая приходит за всеми. Неужели пришел его черед?

Заметно нервничая, секретарша поставила рядом с ним рюмку коньяка. Джодок попытался взять ее, но непослушные пальцы отказывались подчиняться. Секретарша дернулась, стараясь помочь, но сделала только хуже. Общими усилиями они просто уронили рюмку со стола. Мягкий ковер спас дорогой хрусталь, но на белоснежном халате Джодока расплылось темное пятно.

— Дура! Убирайся с глаз долой! — резко приказал он, наградив побледневшую секретаршу уничижающим взглядом.

Лепеча извинения, расплакавшаяся секретарша выскочила из кабинета боса.

Джодок посмотрел на главу службы безопасности.

— Гилберт, найди мне нового личного секретаря.

— Разумеется, — кивнул тот.

Это была уже пятая замена. И рекорд со знаком минус по сроку продолжительности работы. Девочке просто не повезло, ее первый рабочий день пришелся на очередной сеанс омоложения. Да, кто же знал, что заменить Кристину окажется так сложно. Теперь Райт даже немного жалел, что отправил бывшую секретаршу босса в дом Фобос, приглядывать за Марком Ортисом. Хотя, мистер Дойл воспринял эту его идею на ура. А значит не так он и виноват. Но где найти нового секретаря, способного удовлетворить на редкость взыскательный вкус босса? Если дело пойдет такими темпами, то в секретарском отделе просто не останется сотрудников, не прошедших свою голгофу в кабинете президента корпорации.

— Что по пропавшему конвою? — с помощью профессора Суини, Джодок раскурил толстую сигару.

— Есть кое-что интересное. Вполне возможно, как-то связанное с нашей пропажей. Несколько боевых кораблей Великого Халифата замечены в системе CBB-3090.

Открыв трехмерную карту куска галактической паутины, Райт обозначил красным цветом одну из точек, а синим маршрут пропавшего конвоя.

— Это слишком далеко, — пыхнул сигарой Джодок.

— Но не невозможно, — парировал Райт. — Да и совершенно непонятно, что корабли Халифата забыли так далеко вне своего пространства. По некоторым признакам это были корабли бейлербея сектора Акшихир.

— И что с того?

— У дома Орка есть прямой выход к одной из систем этого сектора. По некоторым нашим данным барон Роблес давно и плотно сотрудничает с бейлербеем, — Райт многозначительно замолчал, позволяя боссу самому сделать нужные выводы.

— Все равно не сходится, — Джодок хотел помассировать виски — это его всегда успокаивало, но пальцы вновь свело внезапной судорогой. — Время не совпадает. К тому же они должны были узнать точный маршрут.

— Необязательно. Мы посылали конвои в Гемину каждые пять дней. Маршруты разные, но есть шесть узловых точек, в которых можно обеспечить перехват, зная хотя бы то, что все конвои идут из систем Конфедерации.

— Или у нас завелась очередная крыса, сливающая информацию на сторону, — проворчал Джодок.

— Этот вариант исключать тоже нельзя, — покладисто кивнул Райт.

— Меня смущает слишком большой временной интервал.

— Я сомневаюсь, что они уничтожили все транспорты. Скорее всего, спрятали их где-то в Нейтральных системах — вот вам и потеря времени.

— Теория стройная, — после некоторых раздумий согласился Джодок. — Работай! Точка не возврата уже давно пройдена, мы не можем отступить. Ситуация в Междуречье накалилась до предела. В воздухе витают планы отправки в сектор третьего и четвертого флота. Сам понимаешь, что это значит.

Райт хмуро кивнул. Если Конфедерация пошлет в системы Междуречья военный флот, то тоже самое сделают и Соединенный Системы, с Союзом. А это фактически начало полномасштабной войны. Сначала один пограничный сектор, потом другой и запылают все миры Центра.

Перекатив сигару из одного уголка рта в другой, Джодок прикрыл глаза, размышляя. Повисла длинная пауза.

— Мы должны ускорить «Ковчег», — решился он. — Для этого надо помочь нашему мальчику разделаться с Орка. Виновны они в пропаже конвоя или нет, но, блокируя кратчайший путь в Гемину, этот дом слишком сильно мешает нашим планам.

— Мне удовлетворить запрос Марка?

Не более чем шесть дней назад с одним из свободных торговцев информацией был получен доклад от Кристины Финч с длинным списком затребованных клоном ресурсов. Именно из этого послания и стало известно об исчезновении одного из конвоев.

Джодок вновь задумался.

— Как скоро мы сможем достать ему лидер?

Корабли подобного класса обычно строились под заказ и в свободной продаже бывали крайне редко. «Арборвитэ», как одна из корпораций «Платиновой десятки Конфедерации» по закону могла иметь в своем распоряжении до трех лидеров прорыва, но всегда обходилась одним. Предпочитая вместо этого добирать освободившийся тоннаж военного флота кораблями более скромных классов, более подходящих для сопровождения, конвоев и охраны имущества корпорации, чем лидеры.

Суть таких кораблей заключена в названии их класса — лидер прорыва. Их место в первой линии атакующего ордера, где они в полной мере могут реализовать свою грозную мощь.

— В течении недели, — ответ главы службы безопасности последовал незамедлительно, и порядком удивил Джодока.

— Так быстро?

— ЧВК «Боевые ястребы» после понесенных в Междуречье потерь объявило о роспуске и распродает все оставшееся имущество. В том числе и лидер прорыва типа «Константинополь». Седьмое поколение производство Новобайкальских верфей Союза. Корабль только недавно прибыл с перегонной командой к Асраи. Планировалось, что он станет новым флагманом «ястребов». Но теперь он им без надобности.

— У тебя есть список выставляемого на торги имущества? — заинтересовался Джодок.

— Разумеется.

Просмотрев список, президент «Арборвитэ» задумчиво почесал подбородок, отметил три позиции, подумал и отметил еще две.

— Выкупи все это и отошли нашему мальчику как можно скорей. Попробуй провернуть это пораньше, не дожидаясь аукциона. Предложи им сразу двойную цену. А если не согласятся, то тройную. Время сейчас куда важнее денег.

Райт быстро глянул отмеченные позиции, брови его поползли вверх.

— Два легких крейсера, мобильный ремонтный док второго класса, сто штурмовых дронов… Не слишком ли это щедро?

— Не слишком. Взамен мы потребуем от мальчика решить проблему с Орка.

— Думаете, он справится.

— Посмотрим… Проф, что там с новыми клонами? — повернулся Джодок к затихшему профессору.

— Первая партия почти готова, мы учли предыдущий опыт, максимально ускорив процесс. Но нам все равно потребуется еще как минимум год на их полное обучение и привитие абсолютной лояльности.

Джодок сделал глубокую затяжку и выдохнул ароматный дым в потолок.

— Один год этот мальчик нам даст. А вот на два я бы не стал рассчитывать.

— Мы полностью контролируем этого клона, его жизнь в ваших руках! — возразил Суини.

— Это не контроль проф, это цепь, — Джодок с трудом сжал ладони в замок и продемонстрировал их Суини. — Пока что он рвет наших врагов, благо они залезли на охраняемую им территорию. Но стоит цепи дать слабину и он порвет ее, — он демонстративно расцепил ладони. — А порвав — вцепится нам в горло. Кому нужна собака, способная загрызть хозяина?

— Вы преувеличиваете, — поморщился профессор, но спорить не стал.

Джодок вновь посмотрел на Райта.

— Пусть Кристина максимально усилит наблюдение. Мы должны знать все особенности поведения нашего мальчика, отношение с окружением. С кем он дружит, с кем он спит, что он любит есть на завтрак, и в какой позе предпочитает дрючить служанок. Очередное исчезновение на несколько месяцев нам уже не провернуть, придется действовать наверняка.

* * *

Тюремный блок орбитальной крепости дома Фобос занимал целый этаж одного из внутренних радиусов и вмещал несколько сотен заключенных.

Кивнув вытянувшейся по стойке смирно дежурной смене зоны особого режима содержания, Марк на несколько мгновений замер в нерешительности перед дверью одной из камер.

— Открывай! — приказал он, собравшись с мыслями.

Тревожно завыла серена, над камерой ярко замигал красный световой индикатор, возвещая на всю зону особого режима об открытии одной из дверей камер особого режима. Дверная створка медленно уехала в стену.

Тюремная камера представляла собой вытянутый прямоугольник. Все ее убранство состояло из приделанной к стене койки, да стола с одиноким стулом. В углу за прозрачной перегородкой располагался небольшой гигиенический блок. В целом не так и плохо, Марку доводилось видеть каюты космических кораблей гораздо меньших размеров.

Одетый в яркую тюремную робу Кир понуро сидел на койке. Когда Марк зашел в камеру, он бросил на него быстрый взгляд, тут же отвел глаза, но все же поспешно спросил:

— Что со Свентой?

Все пять дней заключения его заботил только этот вопрос.

— Арестована, сидит в соседней камере, — пожал плечами Марк. Дверь за его спиной закрылась. Оставаться один на один с Киром он совершенно не боялся. К тому же за дверью сидит делом доказавший свою верность и преданность Имиси. Камеру наблюдения никто не отключал и глава СБ дома имеет к ней доступ. — А ее отец…

— Плевать мне на ее отца! С ней все в порядке?

Марк покачал головой.

— Как-то странно все начинается. Предполагается, что это я должен тебя допрашивать… Она цела и невредима, ей даже выстрела из парализатора не досталось.

Кир заметно расслабился, но на Марка он все еще не смотрел, буравя взглядом пол.

Бесцеремонно оседлав единственный стул, Марк сложил руки на груди и с интересом спросил:

— Почему? Я считал тебя своим другом. Да что там — братом! Почему ты меня предал!

— Другом? Братом? — расхохотался Кир, смерив его злым взглядом. — Ты не знаешь значения этих слов. Не понимаешь их сути! Друзей, а тем более братьев не используют так, как ты использовал меня. Нельзя назвать предателем того, кому ты и так никогда не доверял. Это просто шутка, сказал ты мне тогда. А сам, используя меня вслепую, убил того наемника из медицинского центра. Где здесь доверие? Дружба? Братство?

— И что, мне нужно было прийти к тебе и просто сказать: «Знаешь, Кир, мне нужно убить одного человека»?

— Представь себе! Я вырос на пиратской станции. Думаешь, твоя просьба сильно бы меня шокировала? Ха! Тогда ради тебя и Джи я был готов на все. А журнал «Сантьяго»? Его ты мне тоже подкинул не с целью манипуляций, а по дружбе? Думаешь, я настолько глуп, чтобы после всего произошедшего решить, что это просто случайность? Ты вновь хотел использовать меня. Использовать вслепую. Разве друзья так поступают?

— Это была проверка…

— Вот поэтому, не тебе меня осуждать. Может я предатель, но ты то гораздо хуже. У таких как ты не бывает друзей, лишь инструменты. Иногда мне кажется, что ты и не человек вовсе. Интересно, и как ты собирался оправдать перед Джи и дядей Хейсом мою гибель. Ни за что не поверю, что ты решил бы оставить меня в живых. Прощение — этого слова в твоем лексиконе просто нет.

— Ты бы погиб от рук заговорщиков. Возможно, даже героически, — пожал плечами Марк и осекся, пораженный внезапной догадкой: — Что значит собирался? Что ты сделал с Джи?

— Ты еще не понял? — удивился Кир.

— Понял что?

— Я предал не только тебя. Хотя, как раз таки тебя-то я и не предавал. Это нельзя назвать предательством. «Эль Сид» и «Висельник»… Они не вернуться. Не надейся. Это та жертва, которую я должен был принести. Жаль, что напрасно.

На короткий миг Марк испытал страстное, жгучее желание применить к Киру те древние, наиболее действенные, с точки зрения Психа, методики допроса.

— Что ты сделал с Джи?

Кир облизнул пересохшие губы.

— Предлагаю сделку, — глухо произнес он после недолгой паузы. — Я рассказываю тебе все. Более того, у меня есть все данные по заговору канцлера. Списки его сторонников, скрытые счета с кодами доступа, способ связи с домом Орка. Все! Отпадет нужда в долгом, нудном расследовании в попытке отделить зерна от плевел.

— И что ты за все это хочешь? Жизнь?

— Жизнь… — подтвердил Кир. — Жизнь для Свенты.

Впервые за время их разговора на лице Марка появилось хоть какое-то подобие эмоций.

— Эта проклятая шлюха… — зло выплюнул он.

— Не смей ее так называть! — вспылил Кир. — Она не такая! Она носит моего ребенка! Мы хотели пожениться!

Вспышка ярости Марка угасла, словно ее никогда и не было. Он вновь посмотрел на Кира. Недоуменно и даже сочувствующе.

— Имиси! — произнес он в личный комм и, не дождавшись ответа, быстро спросил: — Медобследование Свенты Корб после задержания проводилось?

— Да, Марк-сама, это стандартная процедура.

— Обнаружены ли какие-либо следы беременности? — Марк перевел коммуникатор в режим громкой связи, чтобы Кир мог услышать ответ.

— Одну минутку, я изучаю данные… Нет. Ничего подобного не установлено.

— Спасибо, — он прервал вызов.

— Я тебе не верю, — зло сверкнул глазами Кир. — Слышишь. Не верю!.. — он запнулся, замолчал, а потом глухо продолжил: — А даже если это и правда, условия сделки остаются теме же. Свенте — свобода, тебе — вся информация о заговоре. Ее я не предам!

— У меня еще есть средства выудить из тебя всю нужную информацию, — пригрозил Марк.

— Может да, а может нет. В любом случае, это займет время.

Поняв, что запугивать бывшего товарища бесполезно, Марк встал, прошелся по камере от одной стены к другой, словно раздумывая. Затем он повернулся спиной к Киру, прошел к двери, словно собирался уйти. Остановившись пред тонким усиком системы видеонаблюдения, он внимательно посмотрел прямо в объектив камеры.

— Хорошо, — медленно проговорил он, продолжая смотреть прямо в камеру. — Если ты мне все расскажешь, то, как только я покину камеру, смертный приговор твоей Свенте будет отменен. Она станет свободной.

— Ты отпустишь ее в любой мир по ее выбору и не станешь мстить. Никогда не станешь! — встрепенулся Кир и веско добавил: — Сам не станешь, и не будешь подбивать на это других.

— Хорошо.

— Слово главы дома?

— Слово главы дома, — кивнул Марк, вновь повернувшись к Киру. — Как только я покину твою камеру с нужной информацией, она будет прощена.

Отыскав в себе силы, Кир рискнул поднять взгляд и посмотрел ему прямо в глаза. Некоторое время они молча смотрели друг на друга.

— Все нужные тебе данные ты легко можешь отыскать в местной сети по вот этому адресу, — он по памяти продиктовал нужный адрес. — Пароль доступа «Свента».

Вновь активировав личный ком, Марк быстро проверил его слова.

— Вот и все, — произнес Кир с каким-то обреченным облегчением. На него напала апатия и усталость. Как же хорошо, что все закончилось.

— Вот и все, — согласился Марк, отключив коммуникатор. Данные были на месте. Пароль подошел.

Вновь повисла долгая и тягомотная пауза.

Внезапно, рука Марка поползла к набедренному карману. Явственно угадывалось, что в нем что-то лежит. Кир следил за его движениями с отстраненным интересом. Даже если там пистолет, то уже все равно. Пусть он проиграл, но хотя бы спас, что должен был спасти.

К удивлению и даже некоторому разочарованию Кира, Марк вытащил из кармана не пистолет, а продолговатую фляжку. Открутив крышку, он сделал из нее внушительный глоток.

— Будешь? Помнишь ту бутылку бренди, которую ты добыл на «Тортуге» к моему дню рождения? Я нашел местный аналог. По-моему, очень похожий.

А почему бы и нет?

Приняв флягу, Кир также сделал из нее глоток. На счет аналога Марк явно соврал. Напиток оказался гораздо крепче того бренди, что так любил капитан Хейс. Из запасников которого Кир некогда и позаимствовал достопамятную бутылку. Но все же был неплох.

— После всего что случилось, знаешь, за что мне по-настоящему стыдно? За то, что я бросил вас тогда на нижних уровнях «Тортуги». Странно, правда?

— Ты не бросил, — заметил Марк. — Ты вернулся за нами тогда.

Кир сделал еще один глоток из фляги и утер губы рукавом тюремной робы.

— Что со мной будет? Публичная казнь?

— Нет, — отрицательно крутанул головой Марк, — развлечением для толпы ты не станешь.

— А что тогда?

— Ты умрешь очень легко, быстро и безболезненно, — Марк выразительно посмотрел на флягу.

Догадка молнией вспыхнула в голове Кира, рука его дрогнула. Затем он горько рассмеялся, посмотрев на преданного приятеля почти с восхищением.

— Яд?

— Яд, — кивнул Марк в ответ.

— А ты заранее принял антидот? Все предусмотрел, да?

— Да. Легкой смерти, мой несостоявшийся друг.

— И ког…

Тихо лязгнула об пол выпавшая из ослабевших рук Кира фляга. Сам он завалился вперед и скатился с койки следом за ней, а потом пришла темнота…

— Сейчас, — Марк подобрал упавшую на пол камеры флягу, сделал из нее еще один глоток, закрыл и убрал в карман. — Приговор приведен в исполнение. Спи спокойно, мой несостоявшийся друг. Я прощаю тебя. За все.

Бросив последний взгляд на уже мертвое тело, он покинул камеру. В коридоре, прямо напротив выхода обнаружился Имиси. Самурай сидел на полу в любимой позе, перед ним стоял небольшой пластиковый контейнер. Поклонившись Марку, Имиси откинул крышку. Уставившись мертвыми глазами, в которых застыл смешанный с удивлением предсмертный ужас, из контейнера на Марка смотрела отрубленная голова Свенты Корб де Фобос.

— Слуга правильно понял своего господина?

— Да, Имиси, — губы Марка исказились в кривой усмешке. — Ты все понял правильно. Кто же виноват, что смертный приговор Свенте привели в исполнение до того, как я покинул камеру… Она сильно мучилась? — уточнил он.

— Нет, Марк-сама.

— Очень жаль… От «Эль Сида» и «Висельника» новостей так и не было? — спросил он с какой-то затаенной надеждой на чудо.

— Не знаю. Мне уточнить.

— Не стоит. В этом Кир не стал бы мне врать. Лучше займись теми данными, что он оставил нам в наследство. И вызови ко мне главного из тех наемников, что остались заниматься трофеями… Хотя, нет, погоди. Прикажи перед этим кораблям адмирала Дайсона занять позиции вокруг трофеев. Переговоры обещают быть трудными, мне понадобятся доводы калибром побольше. Все, выполняй. Я буду у себя. Один час меня не беспокоить.

Резко развернувшись, он направился к лифту. И так, у него есть час. Где-то в кабинете должна найтись еще одна бутылка крепкого бренди, этого хватит, чтобы помянуть мертвых. А так же алкоблокиратор — этого хватит, чтобы он был в состоянии работать с еще живыми…

Глава 25

Император защитит

Если победишь — тебе простят любые преступления, если проиграешь — объявят чудовищем.

(Марк Ортис де Фобос)

Система Гемина.

Орбита планеты Ромул.

Орбитальная крепость дома Фобос.

17 день 565 года Потери Терры.

Цилиндры одноразовых инъекторов выглядели столь притягательно, что Марк не удержался и погладил их, лаская подушечками пальцев. Такие простые на вид, но сколько же наслаждения таят в себе эти кусочки бездушного пластика? Достаточно просто приложить их к коже и нажать кнопку. Жидкий огонь пройдет по венам, даря эйфорию и успокоение. Все проблемы покажутся мелкими, ничтожными, незначительными и развеются как дым.

Он облизнул пересохшие губы и закрыл контейнер с инъекторами. А потом не выдержал и открыл вновь, буравя взглядом его содержимое.

Хоть срок приема лекарства еще не подошел, в последнее время Марк нередко ловил себя на мысли, что неплохо было бы увеличить частоту инъекций.

А что если сделать вид, что коробка с инъекторами пропала? Погибла при последнем мятеже. У Финч явно есть еще. Не может не быть! Так он сможет получить несколько лишних доз этого ненавистного и столь желанного состава.

На мгновение эта мысль полностью захватила его сознание. Но потом ее сменила другая — отвращение к себе. Своей слабости.

— Что же за смесь запихнул в вас мой дорогой создатель? — задумчиво пробормотал он, вновь лаская инъекторы пальцами.

Взяв один из них, он покрутил его в ладони, положил обратно, резко захлопнул контейнер и отодвинул от себя. А затем и вовсе убрал со стола, чтобы тот не мозолил глаза. Вводя в искушение.

Но этого мало. Следовало отвлечься. Например, заняться организацией очередной провокации. Кир очень любезно отдал в его руки тайный канал связи Корба с домом Орка. Оказывается флот Орка ждет только условного сигнала, чтобы начать вторжение в систему.

Правда, канцлер Корб решил разыграть все несколько иначе. Заручиться поддержкой дома Орка, но попытаться повернуть переворот без их помощи. Логично. Марк оценил красоту его замысла. Легитимность власти, захваченной с помощью чужого оружия, во все времена вызывала сомнения. Да и дом Орка мог с легкостью позабыть о прежних договоренностях.

А так, устранив его и захватив контроль над крепостью, канцлер Корб получил бы в свои руки несколько лишних козырей. Этого было бы достаточно если не диктовать свои условия Орка, то заставить их выполнить обещанное…

И все же, что будет, если он случайно потеряет эти ампулы?

Сигнал входящего вызова показался излишне громким. Марк поморщился и принял его.

— К вам пришел мистер Ларсен, ваша милость.

— Кто? — не понял Марк.

— Виктор Ларсен, — терпеливо пояснила Кристина, — наемник.

— А, Псих, — облегченно сообразил Марк. — Пускай заходит.

По какой-то неведомой прихоти судьбы именно Псих оказался старшим среди наемников, оставшихся в системе разбираться с полученными трофеями. Как ни странно, это привело к тому, что особых проблем с ними не возникло. Хотя, вполне возможно Марк просто слишком накрутил себя, ожидая этих самых проблем.

Когда абордажник… бывший абордажник «Веселого Висельника» вошел, Марк несколько мгновений внимательно смотрел на него, пытаясь сообразить, зачем тот вообще явился и почему ему кажется, что с Ларсеном что-то не так. Чего-то не хватает.

— А где Детка? — сообразил он, определив недостающее звено.

— Подзаряжается, тварь ленивая. А ты дерьмово выглядишь, твоя милость. Зачем вызывал?

— Вызывал? — тупо уставился на него Марк.

— Малыш, ты слишком заработался, — вздохнул Псих. Не утруждая себя спрашиванием разрешения, он упал в одно из кресел. Притянув к себе хрустальный графин, понюхал его содержимое и поморщился. Вода, обычная вода. — Ты отправил мне вызов и вот он я.

Эти слова породили в мозгу Марка целую лавину. Да, он сам вызвал Психа. Сегодня утром вернулся отправленный в нейтральные сектора разведчик, пришлось отрядить на это дело последний боеспособный фрегат. Все же Хейс и Джи не пропавший конвой «Арборвитэ» тем более он прекрасно знает, что случилось с последним.

Полученные в ходе проверки маршрута «Висельника» и «Эль Сида» результаты и стали причиной его дурного настроения. Впрочем, так же в этом виноват еще и хронический недостаток сна. Пусть канцлер Корб был предателем и вором, но зато тащил на себе весь этот воз, именуемый управление благородным домом.

— «Крайт» нашел место засады, — над столом появилось трехмерное изображение: разломанный напополам корабль, в котором без труда угадывался «Веселый висельник». — Их подловили, как по учебнику: укрылись от сканеров пространства за луной, а потом ударили. У «Висельника» не было ни малейшего шанса.

— Спаскапсулы?

— Если они и были, то нападавшие забрали их с собой.

— Хреново. Что с «Эль Сидом»?

Картинка сменилась, теперь это была просто груда обломков, в самом крупном из которых с трудом можно было узнать новую часть яхты.

— Похоже, попадание в главный реактор, — мрачно заметил Марк.

— Есть и другой вариант, абордаж, и минирование реактора. Обычная практика, когда надо скрыть следы или просто уничтожить захваченный корабль.

— «Эль Сид» не самый плохой корабль и должен был достаться им целехоньким. Кто же станет отказываться от такого трофея?

— Далеко не все так жадны, как наемники и Благородные дома, — возразил Псих. — Военный флот или те же корпораты не стали бы возиться с обычной яхтой.

— Следы ведут к дому Орка, — напомнил Марк. — С учетом их недавних потерь в кораблях, они не отказались бы присоединить к своему флоту мою яхту. Она не уступала иному корвету.

— Возможно, ты прав, — кивнул Псих. — Ты уже связался с остальными капитанами наемников?

— «Крайт» зашел на «Тортугу» и оставил сообщение. Ответа он так и не получил.

— Да, старина Хейс был главным двигателем этой затеи с обустройством в твоем доме. Но шанс, что они передумают, еще есть.

— Посмотрим. Сам-то что думаешь делать дальше, вернешься на «Тортугу»?

После гибели Хейса, авторитет которого держал буйных наемников в узде, Марк поставил их перед выбором: возвращение в Нейтральные системы, гражданство дома Фобос и мирная жизнь на любой из двух планет или же служба в ВКС дома Фобос, с соблюдением всех требований устава.

Псих нервно передернул плечами.

— Не знаю, малой. Скорее нет, чем да. Репутация у меня там того… своеобразная. Только старина Хейс мои заскоки и терпел.

— Можешь остаться на Ромуле. Пусть Хейс мертв, но наш договор с ним все еще в силе. К тому же ты спас мне жизнь.

— Ха, Детку благодари, — хмыкнул Ларсен. — Я тут ни при чем.

— Ты ее хозяин, а значит ее успехи и неудачи на тебе.

— Иногда мне кажется, что эта тварь просто позволяет себе считать меня своим хозяином… — задушевно поделился он. — Спасибо за предложение, но на планете я не останусь. Что мне на ней делать? Фермерствовать? Нет, эта хрень доконает меня круче любой химии.

— Есть другой вариант, мне нужны люди, которым я доверяю… — закинул пробный шар Марк.

— И ты доверяешь? Мне? — осклабился наемник. — Позволь напомнить. Психом тут считают меня.

— А кто из нас нормален? Ты больной, психованный сукин сын, да к тому же заядлый наркоман. Но да, я тебе доверяю, — говорить настолько, насколько можно доверять наркоману и психу, он тактично не стал. — В ВКС дома я тебя взять не могу, но любому человеку можно найти применение. К тому же мне нужен мастер наказаний…

Во взгляде Психа сперва проскользнуло удивление, а затем понимание.

— Впечатлила тебя моя методика допроса? Старая школа, это тебе не химия. Или тебе просто нужно пугало, — прозорливо заметил он. — Мастер наказаний, — медленно проговорил наемник и скривился в безумной ухмылке, — какое пафосное название для презираемой во все времена должности палача.

— Должность может и презираема, зато важная и нужная, — парировал Марк.

— Глава службы безопасности, пират, а теперь еще и палач. Какой шикарный роман я мог бы написать про свою жизнь, обладай хотя бы крохой таланта, — философски заметил Ларсен. — Я согласен. Где расписаться кровью?

— Почему кровью? — переспросил Марк непонимающе. — Достаточно обычной подписи, подтвержденной генокодом.

Губы наемника расползлись в улыбке.

— Смешная шутка, — хохотнул он, хлопнув себя по колену.

Задать вопрос, где именно Псих увидел шутку, Марк не успел. Заиграл очередной сигнал вызова.

— Что там опять? — теперь он даже не пытался скрыть охватившего его раздражения.

— Ваша милость, в систему прибыл союзный флот, — голос Кристины Финч был как всегда профессионально-вежлив. Марка это бесило. Ему всегда чудилась в этом скрытая насмешка.

— Какой еще союзный флот? — не понял он. — Наемники вернулись?

— Нет, другой союзный, — слово «союзный» Финч выделила особо, — флот.

Очередной конвой от «Арборвитэ», понял Марк.

— И ради этого стоило меня отвлекать? Пусть следуют к Рему.

— О, ваша милость, — теперь Финч явно забавлялась. — Думаю, вам стоит на это посмотреть.

Лицо секретарши на голоэкране сменилось картинкой со сканера пространства Центра Управления. Просто условные значки с примерной классификацией кораблей, трехмерная проекция с точным анализом из-за дальности пока что отсутствовала.

Конвой в этот раз и правда вышел внушительным. Больше двух десятков кораблей. И сопровождение хорошее. Один… два крейсера. А это что? Взгляд Марка упал на условный значок передового корабля…

— Флоту и крепости красный сигнал готовности! — рявкнул он по командному каналу. — Адмирала Дайсона ко мне!

— Что, малыш, боишься, что корпораты решили тебя анально поиметь? — усмехнулся Псих. — И не смотри на меня так удивленно. Твои заигрывания с корпоратами секрет, который давно не секрет для любого у кого есть глаза. Большую стройку на орбите Рема трудно не заметить. Так что, твои друзья решили заняться нами всерьез? Если это так, то я пожалуй пойду готовить «Богомола». А заодно и смазку.

— А зачем смазку? — не понял Марк.

— Мой юный, наивный и неискушенный друг, — указательный и большой пальцы левой руки Психа соединились в круг. А потом наемник пальцем правой руки наглядно продемонстрировал, что он имеет в виду. — Со смазкой будет не так больно.

На этой оптимистической ноте они и расстались.

Развернув над рабочим столом еще несколько голоэкранов, Марк вывел на них все данные с Центра Управления. Флот «Арборвитэ» находился еще в нескольких часах пути от планеты, но подготовиться к встречи требовалось уже сейчас. Впрочем, сам Марк не сильно верил в возможность вторжения. «Арборвитэ» это просто не выгодно. А раз невыгодно, то и маловероятно.

Он снова просмотрел полученные данные. Даже с учетом лидера, кораблей идентифицированных как боевые, слишком мало. Либо в гости летит сам мистер Дойл, либо…

Марк замер, пораженный внезапной мыслью. Нет, он конечно передал Финч список необходимых дому Фобос кораблей и оборудования. В нем был, в том числе и заказ на лидер прорыва. Но он и мечтать не мог, что эти запросы удовлетворят хотя бы на половину. Именно поэтому и запросил так много.

В этот момент вновь ожил коммуникатор.

— Адмирал Дайсон ждет в приемной, — известила его Кристина.

— Пускай заходит, — в подтверждение своих слов Марк отдал приказ на открытие дверей.

— Ваша милость, — четко отсалютовал Дайсон, переступив порог.

— Что вы об этом думаете, — вместо приветствия Марк сразу кивнул на голоэкран.

— На вторжение это не похоже, слишком мало сил, — подтвердил его предварительные выводы адмирал. — Может наши ВКС и СПО не особо сильны, но лезть к Ромулу с одним лидером и парой крейсеров — не самое мудрое решение. Мы отобьемся. Не без потерь, но отобьемся.

Между тем, флот разделился. Лидер и еще шесть кораблей продолжили движение к Ромулу, остальные двинулись по направлению к Рему.

— Ваша милость, связь с неизвестными кораблями установлена, — доложил один из операторов Центра Управления по прямому экстренному каналу. — Задержка двадцать секунд.

— Соединяйте! — приказал Марк, сделав адмиралу приглашающий жест занять одно из кресел. Но адмирал Дайсон остался стоять, по привычке вытянувшись по стойке смирно, словно солдат в строю.

Один из голоэкранов пошел рябью, а затем на нем появилось лицо довольно молодого юноши, едва ли сильно старше Марка.

— Господин барон? — уточнил он, выдержав паузу. — Ваша светлость.

— Милость, — поправил Марк, отстраненно разглядывая кусок мостика лидера вырванного камерой. Увиденное слегка успокоило его паранойю. Большая часть ложементов за спиной этого непонятного юнца оказались пусты. Значит вахта на мостике не полная.

— Ваша милость, — исправился юноша где-то через минуту. Даже по направленному лучу, задержка связи из-за огромных расстояний давала о себе знать. — У меня для вас послание. Приказано отдать лично в руки в момент передачи кораблей.

Слова были сказаны.

Марк против воли почувствовал, как на его лицо наползает совершенно идиотская ухмылка, но он быстро взял себя в руки.

— Простите, ваша милость, я не ослышался? — ошарашенный Дайсон все еще не мог поверить в услышанное. — Он сказал «передачи»?

— Снизить уровень готовности до желтого, — решил Марк, оборвав сеанс связи. С такой задержкой это все равно сплошное издевательство, а не разговор. — И готовьте «Аякс» к вылету, адмирал. Мы летим принимать новый флагман нашего флота…

Спустя час он уже находился на мостике тяжелого крейсера.

Сканеры пространства наконец-то выдали полную картинку приближавшихся кораблей. Марк вывел полученную трехмерную модель лидера на голоэкран своей консоли, покрутил ее, рассматривая во всех деталях.

Конструкция была странной, не классической — сигарообразной. Необычный клиновидный корпус с двумя большими, похожими на хвост хищной рыбы надстройками сверху и снизу, был несколько длиннее и шире обычного лидера, проигрывая в высоте. Расположение орудий главного калибра стандартное — в носовой части. Долгая практика космических войн доказала такую систему расположения более эффективной, чем разбрасывание главного калибра по всему корпусу в попытке прикрыть все возможные направления атаки. Основной огневой контакт флотов идет во время лобового сближения. В расчете на это все старались максимально увеличить силу именно носового залпа.

— Лидер прорыва тип «Константинополь», — с каким-то благоговением в голосе прошептал сидевший рядом Дайсон.

— Хороший проект? — заинтересовался Марк.

— Один из первенцев седьмого поколения, но до сих пор считается одним из лучших, — глаза адмирала мечтательно сверкнули. — Даже пресловутый «Либератор» Соединенных Систем, хоть они его квалифицируют как восьмое поколение, не рискнет схлестнуться с «Константинополем» один на один. Запредельная огневая мощь. Броня несколько слабовата, но при таких отличных генераторах щитов и реакторах это не так критично. Только не понятно, что это за модификация. Что-то новенькое или спецзаказ. — Неужели это все и правда нам? — Марку показалось, что адмирал готов расплакаться от счастья.

«Все флотские сумасшедшие. Джи от такой игрушки и вовсе словила бы оргазм», — невольно подумал он и помрачнел.

Любил ли он ее? Нет. Уверен, что нет. Но вот она ушла, а ему почему-то невообразимо тоскливо. Весь дальнейший полет он молчал, погруженный в собственные мысли.

Покинув «Аякс», десантный челнок залетел под брюхо лидера. Дружелюбно распахнувшиеся створки ангара. Преодолев полупрозрачную пленку силового поля, челнок влетел в ангар и, играя маневровыми двигателями, занял одно из пустых посадочных мест.

Противно лязгнув, рухнула вниз десантная аппарель. В сопровождении Дайсона, Имиси и десяти охранников в тяжелых скафах, Марк ступил на палубу лидера прорыва.

Их уже встречали. Три юноши, в том числе и тот с кем Марк вел беседу не так давно, и две девушки. Все на вид если и старше самого Марка, то не намного. Странная компания.

Тоже самое подумал и Имиси. Под его руководством охрана ненавязчиво взяла незнакомцев в полукольцо.

— Ваша милость, — заметно нервничая, давешний собеседник выступил вперед. — Этот планшет приказано передать вам лично в руки. Он зашифрован на ваш генокод.

Юноша протянул Марку стандартный инфопланшет, вещь практически отмершую с повсеместным распространением личных коммуникаторов, но все еще используемую. В частности для передачи конфиденциальной информации, которую не стоит запускать даже в самую защищенную сеть.

Приложив палец к экрану, Марк активировал планшет и углубился в чтение.

— Какова на данный момент численность экипажа? — спросил он наконец.

— Не считая нас, перегонная команда всех кораблей насчитывает сто двадцать пять человек. Как только мы достигнем орбиты Ромула, их контракт будет закрыт. Один из транспортов, после разгрузки трюмов увезет их обратно.

— А почему не считая вас?

— Все должно быть в сопроводительных документах.

— Так… Так… Астронавигаторы-псионы с пожизненными рабочими контрактами с домом Фобос, — отыскал Марк нужное.

— Так и есть, ваша милость, — подтвердил юноша.

Оторвавшись от планшета, Марк вновь окинул эту странную пятерку задумчивым взглядом.

Мало ему Финч, так Райт все-таки нашел способ всучить ему еще несколько шпионов. И ведь не откажешься. Астронавигаторы, да еще прошедшие псиактивацию. Да с пожизненным контрактом, за который он не выложил ни единого кредита. При его дефиците кадров отказываться от них просто глупость.

«Эх, знать бы еще, кто из них будет подрабатывать на „Арборвитэ“. Хотя, чего тут знать? Все и будут! И никакие пожизненные контракты тут не помогут.

А с другой стороны, возможно Райт поступил еще хитрей. Никакие это не шпионы. А ровно наоборот — простые контрактники, а заодно элемент постоянного раздражения для Службы Безопасности. Да, задачка. Впрочем, пусть с этим Имиси разбирается. Нельзя же тащить на себе все!».

Он быстро просмотрел личные дела псионов и прошелся вдоль строя, называя их по именам.

— Роберт Бел, Итан Фостер, Майкл Лонг, Оливия Рид, Сью Рамирес.

Все явно обитатели дна городов-ульев перенаселенных планет А класса Центральных миров. Собственно, способов подняться у таких людей немного. Равенство возможностей? Ха! Все доступные тебе возможности измеряются размером твоего банковского счета. А остальное просто лицемерие. Миры Центра в этом весьма поднаторели.

Те же пожизненные контракты. Ведь фактически это тоже рабство. Просто без подавителей воли и облагороженное ширмой законности. Пожизненный контрактник полностью зависит от воли владельца контракта. А сам контракт часто составлен так, что оставляет ему весьма мало свободы и прав. Пусть человек все еще не считается рабом, но фактически от него ничем не отличается. И ведь все по закону!

Последняя девушка привлекла к себе особое внимание Марка. Спортивная, рыжеволосая. Если смотреть в профиль — копия Джи. У него даже мелькнула шальная мысль про клона. Но затем он отмел ее, как маловероятную.

Сью Рамирес…

Он остановился и внимательно посмотрел ей прямо в глаза. И получил в ответ дерзкий, нахальный взгляд карих глаз.

Похоже, и характером она пошла в его погибшую подружку.

«Очень занимательно. Это Финч позаботилась, или более ранняя заготовка? Джи погибла и тут же мне подсовывают рыжую девчонку, весьма на нее похожую. Интересно, это пластическая хирургия или специально искали? Оба варианта имеют права на жизнь. Современная медицина может творить чудеса, а среди нескольких миллиардов жителей Асраи вполне можно отыскать кого-то максимально похожего на Джи».

Резко развернувшись, на каблуках он громогласно объявил:

— Добро пожаловать в дом Фобос… хм… лейтенанты. С вашими дальнейшими назначениями разберемся потом. Служите верно, и вы не пожалеете, что связали свою судьбу с нашим домом. А сейчас проводите меня на мостик.

Мостик лидера прорыва несколько разочаровал. Марк чисто подсознательно ожидал чего-то особого, поражающего воображение. А так… Привычные два ряда ложементов охватывающие полукругом небольшое возвышение с местами для комсостава.

— Добро пожаловать на борт, — внезапно возвестили динамики капитанского ложемента. — Все системы в норме. Корабль готов к походу.

Марк недоумевающе огляделся по сторонам, но мостик был пуст. Имиси напрягся, небрежно положив правую руку на рукоять пистолета. Пятерка астронавигаторов хранила почтительное молчание, хотя они-то точно знали, что происходит.

Первым все понял адмирал Дайсон.

— Чтоб меня! — воскликнул он, уже ничему не удивляясь. — Искин с имитатором личности, а я думал, эта штука запрещена пактом пятьсот тридцать второго года.

— Союз Славянских Систем данный пакт не ратифицировал. Благородный дом Фобос, насколько мне известно, тоже, — ответил из динамиков голос. — Мои данные устарели?

— А почему имитацию личности для искинов запретили? — решил уточнить Марк.

— Я точно не знаю, был в Соединенных Системах какой-то инцидент с обезумевшим искином, сумевшим обойти все непреложные законы. Считается, что произошло это именно из-за личностного имитатора. Это породило настоящую панику перед восстанием машин, в следствии чего в ряде государств Центра и были приняты эти ограничения. Плюс имитация личности занимает внушительную часть вычислительной мощности искина. Считается, что это делает их менее эффективными по сравнению с «обезличенными» моделями.

— При прочих равных, мой проигрыш составит не более одного процента, — бодро доложил искин. Словно боялся, что и его «обезличат».

— Искин, а как к тебе обращаться? — полюбопытствовал Марк, старательно гоня от себя параноидальные мысли о грядущих проблемах с этой искусственной псевдо-личностью.

— Корабельный искусственный интеллект, модель «Разумник-560», регистрационный номер АС 0243054.

— Как-то это слишком длинно, — Марк повернулся к адмиралу. — Ансгар, напомните-ка мне. По какому принципу выбираются имена кораблей в нашем славном доме? Признаться, я этого совершенно не понимаю.

— Не удивительно, — заметил Дайсон, пожав плечами. — Фактически, строгой системы наименования не существует. Кораблям, купленным богатой знатью, наименования придумывал покупатель. Корабли, приобретенные непосредственно домом — глава дома.

— Теперь понятна солянка с названиями, — задумался Марк. — «Центурион», «Эль Сид», «Аякс».

— Так с древности повелось, — вновь пожал плечами Дайсон и пояснил: — Изначально, на Ромуле и Реме существовало четыре диаспоры с планеты праматери: итальянская, испанская, греческая и совсем немного немецкая. Конечно, за Время Мертвых звезд мы все порядком перемешались, плюс Вторая Реконкиста внесла свои коррективы, но некоторые особенности сохранились. Что и отражается в таком разнообразии названий. Кстати, раз речь зашла про названия кораблей, то надо подобрать их и для наших трофеев. Не ходить же им с названиями данными Орка! — он воинственно вздернул вверх подбородок.

— Хорошая идея, — признал Марк. — Думаю, стоит создать какую-то систему. — Искин, как там тебя?

— Корабельный искусственный интеллект модель «Разумник-560», регистрационный номер…

Да-да, — нетерпеливо перебил его Марк, — отныне ты зовешься Август.

— Имя Август. Принято! — тут же отозвался искин. Марку даже показалось, что в механическом голосе проскользнули нотки удовлетворения.

— Название корабля «Октавиан Август». Не будем менять традиции, просто слегка видоизменим их.

— Название «Октавиан Август». Принято!

— Лидеры прорыва будем называть в честь римских императоров, — понял замысел главы дома искушенный в исторических вопросах адмирал. Идея пришлась ему по душе. — Жаль что он у нас всего один. А что с трофеями?

— Раз у нас есть один герой Троянской войны, то самое время добавить к нему еще парочку. Можете сами выбрать, кого именно, — милостиво разрешил Марк, скрывая, что в данном вопросе он совершенно не сведущ. Просто как-то совершенно случайно решил поинтересоваться, что означает название флагмана Пятого флота. — Кстати, что там с ремонтом?

— Первый «Шахиншах» полностью восстановлен, ремонт второго завершен на восемьдесят процентов. И у нас проблема с кадрами. Мы не сможем сразу набрать полные экипажи на лидер и два тяжелых крейсера.

— Начните вербовку среди пленных. Надеюсь, короткого отдыха на рудниках им хватило, чтобы сделать правильный выбор.

— Они ненадежны, — поморщился адмирал.

— Знаю. Но больше нам набрать экипажи просто негде. Будем использовать то, что есть. Максимально размажь их по всем кораблям нашего флота. Ограничь совместные вахты. Обеспечь надзор. Уже завтра списки новых команд должны быть у меня на столе. Можешь использовать часть гарнизона орбитальной крепости. А дня через три, неплохо бы провести маневры флота. С помощью мобильного ремонтного дока за это время должны привести в порядок второго «Шахиншаха». И тогда мы наконец-то получим приличный атакующий ордер из четырех тяжелых кораблей.

— Не имея при этом нормального прикрытия легких сил, — проворчал адмирал, чем ввел Марка в откровенный ступор. Ох уж эти люди, постоянно хотят большего!

В его голову пришла интересная идея. Он сверился со списком полученного от «Арбовитэ» оборудования.

— В трюме одного из транспортов есть две сотни дронов со всем необходимым, включая программное обеспечение, обучающие программы и ложементы пилотов-операторов. Причем дроны не то старье, что используем мы или Орка.

— Как показала практика, массированные атаки малоразмерных кораблей на не разбитый строй малоэффективны, — пожал плечами Дайсон.

— Массированные атаки таких дронов, на те корабли, что есть в распоряжении Орка могут оказаться вполне эффективными, — возразил ему Марк. — Если не бросать их в бой против тяжелых кораблей, с прикрытием основных сил от мелочи они точно справятся.

— Хм, а это мысль, — неожиданно загорелся идеей адмирал. — «Центурион» на ходу. У него в основном проблема с выбитым главным калибром, и вроде бы с одним из генераторов щитов. Изначально этот тип лидеров и задумывался как тяжелый носитель. А потом внезапно корабли обзавелись непробиваемыми для ударных дронов щитами. Ему нарастили главный калибр и броню, но ангары дронов остались. Мы их как склады используем.

— Думаете его можно переделать обратно в тяжелый носитель?

— Возможно… Неуверен… Не знаю… Я должен изучить этот вопрос. Подтянуть наших техников. Но сама идея не лишена смысла. Правда опять встает вопрос подготовки кадров…

— Пилота-оператора по ускоренному курсу, выкинув из него все лишнее, подготовить не так сложно. Хватит недели интенсивных занятий в наших новых капсулах, — прикинул Марк. — Вы наберете людей, я распоряжусь, чтобы им выделили места в капсулах вне составленного графика. Поначалу усилим дронами крепость, а если удастся ваша идея с «Центурионом», переведем их на носитель.

Он быстро прикинул возможный расклад. В полученном сообщении прямым текстом говорилось, с чего это корпорация так расщедрилась. Приказ прост — разобраться с Орка. Но на прямое столкновение сил все еще было недостаточно. При самом благоприятном раскладе флоты просто изничтожат друг друга. Зато еще одно поражение подобно понесенному у «Сантьяго» дому Орка не выдержать. Пространство Благородных домов ценит силу. Договоры, клятвы — все это хорошо. Но военный флот, способный их обеспечить — средство более действенное.

Если лишить Орка еще одного флота, то найдутся желающие нанести ослабленному дому смертельный удар. Планета А класса — приз достойный внимания. Но сам он в эту драку не полезет. Ему будет достаточно свободного прохода в Центральные миры. Пока достаточно…

Глава 26

Падение дома Орка

Все готовы помочь победителю, тогда как проигравшего с энтузиазмом топчут.

(Марк Ортис де Фобос)

Система Гемина.

Орбита планеты Ромул.

Орбитальная крепость дома Фобос.

31 день 565 года Потери Терры.

Даже после контрастного душа и кружки крепкого кофе адмирал Дайсон чувствовал себя словно выжатый лимон. Но эта была приятная усталость. Давно во флоте дома Фобос не происходило таких масштабных изменений.

Боевые корабли…

Еще мальчишкой они завораживали его своим смертоносным великолепием. Он посмотрел на коллекцию моделей, занимавшую не маленькую стену его рабочего кабинета, нашел взглядом последнюю из них. Лидер прорыва «Райдзин» Империи Тысячи Звезд. Чтобы ее достать ему даже пришлось слегка воспользоваться своим служебным положением.

Губы почтенного адмирала тронула легкая улыбка. Мальчишка остается мальчишкой. И в тридцать лет и в пятьдесят.

А еще у него в столе припрятана до конца не покрашенная миниатюрная копия знаменитого фрегата «Щедрость», капитана Осипова. Но ей он займется, когда все будет закончено. Или не займется, такой вариант тоже исключать нельзя. Но в этом случае ему будет все равно.

Сигнал коммуникатора был требовательным и настойчивым. Эту пафосную мелодию он играл только в одном случае — вызов от главы дома.

Подавив тяжелый вздох, адмирал быстро накинул на плечи китель, застегнул его на все пуговицы и принял вызов.

Бледное осунувшееся лицо Марка Ортиса потеряло все краски, а от распухших капилляров белки его глаз приобрели нездоровую красноту. Неужели он так ни разу и не ложился после их последней встречи? Это же было восемнадцать часов назад. Да, он и сам в последние дни редко спит больше трех часов, но это все же хоть какой-то сон!

Его кольнул легкий укол сочувствия к молодому главе дома. Может стоить намекнуть той рыженькой астронавигаторше с «Октавиана Августа», чтобы она с ним переспала? Только ленивый не заметит те долгие, задумчивые взгляды, которыми ее периодически награждает Марк Ортис. Да и девушка, похоже, и сама не против. К тому же быть фавориткой главы дома не только почетно, но и весьма прибыльно.

— Адмирал, что у нас по «Центуриону»? — не удосужив себя приветствиями сразу начал Марк.

— Заканчиваем обустройство последнего ангара, — в голосе Дайсона чувствовалось довольство и заслуженная гордость от прекрасно выполненной работы. Нет, разумеется он не сам ползал с лазерным резаком по корпусу, срезая ненужные бронеплиты с заваренных дверей стартовых ангаров бывшего носителя. Но ведь это была именно его идея! И она увенчалась успехом. Старый лидер — признаться, Дайсон питал к нему некоторую слабость, все же именно на этом корабле он начал свою службу дому — получил вторую жизнь. А вот насколько долгую, покажет лишь время.

— Что там со сгоревшим генератором?

— Восстановить полностью его не смогли, но он отремонтирован и способен выдать около тридцати процентов проектной мощности.

— И то хорошо. Заканчивайте ремонтные работы и уводите мобильный ремонтный док от планеты. Мне не хотелось бы его лишиться. Завтра, ориентировочно во второй половине третьего цикла, флот Орка начнет вторжение. Действуем согласно плану. Дальше откладывать нельзя. У нас уже и так целых два курьера неделю дожидаются разрешения на вылет.

Не то чтобы сами владельцы кораблей были сильно против, за каждый день вынужденного простоя им капала внушительная сумма. Но такое долгое отсутствие курьерских кораблей может насторожить дом Орка. Ладно, один — всякое может произойти. Попался на контрабанде или поломка случилась. Но сразу два пропавших курьера…

Адмирал понимающе кивнул, ну что же. Завтра так завтра. Они готовы. Готовы, как никогда ранее.

Отключив коммуникатор, Марк откинулся в ложементе, закрыл глаза и некоторое время сидел, слушая рабочую суету, царившую на мостике «Октавиана Августа». Несколько последних дней он безвылазно провел на лидере прорыва. Почему-то именно на нем ему было уютней, чем в недрах орбитальной крепости дома Фобос. Наверное, сказывалась подсознательная тяга к поиску наиболее защищенного укрытия. Орбитальная крепость дома в этом плане несколько проигрывала современному лидеру прорыва. Да, у нее мощные щиты и орудия, но она лишена мобильности. Да, она огромна, но тем больше возможностей для заговорщиков.

— Ваша милость…

Впрочем, у лидера прорыва тоже есть недостатки. В голосе корабельного искина отсутствовал даже намек на эмоции. Марка это раздражало.

Искусственная псевдо личность… можно ли его самого назвать также? Чем он, в сущности, отличается от искина, кроме биологического носителя и мощности процессора? Его тоже создали искусственным путем, тоже программировали. Даже некое подобие непреложных законов в него так же пытались вложить. Пусть и завязанных не на все человечество в целом, а на отдельного представителя этой расы.

Не думать об этом! Он Марк Ортис де Фобос, единственный и неповторимый, точка.

— Что тебе Август? — откликнулся он, открыв глаза.

— Я рекомендую вам пройти в медицинский блок и пройти очистку организма. Мои датчики показывают предельно допустимую концентрацию стимуляторов в вашей крови.

— Ты взял на себя роль моей мамочки, — если бы искин знал, кто именно добил баронессу Изабеллу, то сразу понял бы, что это была завуалированная угроза. — Отказано!

— В таком случае я рекомендую вам плотно пообедать и поспать. Четыре часа, не меньше, — не отступал искин.

Марк хотел ответить очередным отказом, но понял, что скоро никакие стимуляторы не помогут ему держаться на ногах. Все мышцы болели, каждая клеточка тела ныла от усталости. Он даже моргал с большим трудом. Стимуляторы — это не панацея. Нельзя долго обманывать организм далеко не безвредной химией.

— Хорошо, но сперва соедини меня с Имиси.

Ответа на вызов долго ждать не пришлось. Глава СБ дома Фобос обнаружился в одном из коридоров орбитальной крепости, Марк с легкостью определил это по маркировкам на стенах. Все же, за время своего обитания в цитадели дома он подробно изучил все доступные чертежи, а во многих местах побывал лично.

— Марк-сама, — Имиси отвесил вежливый поклон.

— Как дела в крепости?

— Заканчиваем минирование основных коридоров и обустройство оборонительного периметра.

— К сроку успеваете?

— С большим запасом, — заверил его самурай.

— Прекрасно, рассчитываю на тебя. Все, конец связи.

Когда изображение Имиси исчезло с голоэкрана, он с трудом выбрался из ложемента. Дом Фобос готов к вторжению. Вот теперь можно пообедать и отдохнуть.

* * *

«SRT-1220 последняя система перед Геминой», — отстраненно подумал Руфус Роблес де Орка, пока флот выстраивался в очередной зоне перехода.

Лидер прорыва, три тяжелых крейсера, десять легких, почти два десятка фрегатов и корветов, плюс транспорты с войсками — дом Орка собрал все наличные силы для броска на Гемину.

— Начать подготовку к переходу! — коротко приказал Адан Роблес, когда корабли перестроились из походного в боевой ордер.

— Не слишком ли это рискованно? — осторожно заметил Руфус. — Может стоить выслать вперед «Джина»?

Фрегаты-невидимки как раз и существовали для предварительной разведки конечной точки перехода на предмет различных неприятностей. А человечество весьма поднаторело в устроении этих самых неприятностей своим ближним. Минные поля, боевые станции, вражеский флот — вот далеко неполный список того, что может ожидать флот вторжения. Да, первого и второго у дома Фобос быть не должно. Но «не должно» не означает, что их нет. Впрочем, надо отдать человеческому разуму должное — создав щит, он тут же придумывал меч, способный этот щит пробить. Вечная гонка от начала времен и до их конца.

Брови барона Роблеса поползли вверх, он с недоумением покосился на сына, похоже поражение сильно его изменило.

— Боишься западни? Сын мой, ты стал слишком мнительным.

Руфус поморщился и пояснил:

— Дом Фобос один раз сумел нас крепко удивить, — он против воли провел указательным пальцем правой руки по лбу, где белела тонкая ниточка шрама. Подарок, полученный во время того постыдного бегства. — Я не хочу, чтобы это повторилось!

— Ты же видел послание от канцлера и выпуски новостей из Гемины, привезенные последним курьером? Марк Ортис мертв, а канцлер Корб на подобное просто не способен, — отмахнулся барон Орка. — Да и нечего Фобосам нам противопоставить. Наемники? Мы сметем их! Даже если Фобосам удалось восстановить боеспособность части захваченных кораблей им негде взять для них экипажи. Возможно, они решили и эту проблему, но у нас все равно подавляющее преимущество в силах. Да и дом Зайн прислали нам свои корабли.

— Всего лишь четыре не самых новых легких крейсера, — заметил Руфус. Оптимизма отца он не разделял, хотя и признавал его правоту.

Разгром Первого флота серьезно пошатнул авторитет дома Орка. Теперь, чтобы восстановить утраченные позиции, им необходима крупная победа. Привидение дома Фобос под вассальную зависимость станет этой победой. И все-таки его грыз небольшой червячок сомнений. Марк Ортис убит, в доме Фобос волнения, почти гражданская война — все настолько хорошо, что просто не верится.

Да, собранный флот способен смести любое сопротивление. Даже продавить оборону орбитальной крепости дома Фобос и захватить ее, но такая победа может оказаться хуже поражения.

— Важен сам факт, — Адан выразительно поднял палец вверх, — они все еще не оспаривают мое лидерство.

— Дом Велот и дом Редор кораблей не прислали, — напомнил Руфус. — Несмотря на твою настойчивую просьбу.

Барон Роблес поморщиться. Отношения с этими вассальными домами всегда были натянутыми. Дом Редор когда-то был главным соперником Орка в этой части паутины, и перешел в вассальную зависимость еще при отце Адана после продолжительной войны. С тех пор дом Редор почти восстановил былую мощь и не прочь взять реванш.

Дом Велот — последний из домов, признавших над собой главенство дома Орка, по факту продолжал вести себя без всякой оглядки на сюзерена.

— Ничего, — кулаки Адана Роблеса сжались, — покончив с этим делом, мы разберемся с домом Редор и хитрозадым Корвусом. — Он с усмешкой посмотрел на сына. — Так что готовься к скорой свадьбой с Аэллой де Велот.

В ответ Руфус только равнодушно пожал плечами. Он уже давно смирился с этой затеей отца. Давно назревшее решение. Да и после гибели брата дому Орка нужен еще хотя бы один наследник.

— Скажи, а ты правда собираешься оставить канцлера Корба главой дома Фобос? — спросил он, но вместо ответа тут же получил встречный вопрос от отца.

— А нужен ли нам такой человек, как канцлер Корб, во главе дома Фобос?

Над ответом Руфус не думал и секунды.

— Естественно нет. Он умен и искушен в интригах. Слишком искушен, чтобы стать надежным союзником.

— Именно! — улыбнулся сыну барон. — Я казню его, как предателя, убившего моего племянника. И подыщу на место главы кого-нибудь более управляемого. Из уважаемого, но не слишком сильного рода.

— Последний переход, ваша милость! Минутная готовность! — бодро доложил астроновигатор, закончив необходимые расчеты.

На главном голоэкране мостика, выводившим схематичное изображение боевого ордера флота, условные значки кораблей окрасились в зеленый свет — корабли доложили о готовности. Начался отсчет последней минуты перед переходом. Секунды, десятые доли, сотые…

Отсчет замер на цифре ноль. Огромный флот просто исчез, чтобы в тот же миг появиться в системе Гемина. Белоснежный Ромул — давняя цель дома Орка, висел прямо по курсу. Такой близкий, и такой далекий.

Набрав маршевое ускорение, флот Орка устремился к планете.

Космический бой яростен и скоротечен. Построение, сближение, полчаса от силы час огневого контакта и наиболее потрепанный флот обращается в бегство, попутно отбиваясь от легких сил противника и попыток абордажа. Столь скоротечная активная фаза боя оставляет довольно мало простора для тактических изысков. Собственно поэтому флоты и предпочитали идти одним массивным ордером, чтобы в этот короткий отрезок времени обрушить на противника всю огневую мощь. Раздробление сил, выставление авангарда, арьергарда и боевого охранения не приветствовалось. По большей части оно себя просто не оправдывало. Сканеры пространства засекали флот противника значительно раньше огневого контакта. Были исключения, когда флот противника прятался за спутником или за планетой, но и в этом случае единый ордер оказывался более эффективным, а в качестве разведки использовались дроны и спутники слежения.

Взгляды всех собравшихся жадно прилипли к голоэкранам с данными сканеров пространства. Прежде пустые теперь они пестрели красными точками обнаруженных вражеских целей. Получив примерный трехмерный слепок объекта со сканера пространства, корабельные искины сверялись с базой данных и производили точную идентификацию целей, ранжируя их по степени опасности.

На фоне белой планеты отчетливо выделялось темное пятно орбитальной крепости, и точки кораблей, висевших на орбите. Большая часть этих точек уже была идентифицирована как не боевые. Но оставалось несколько отмеченных особо…

— Всего четыре боевых корабля? — удивился Адан Роблес, бросив насмешливый взгляд в сторону сына. Было бы чего бояться. Прикрытая столь слабым флотом орбитальная крепость слишком уязвима для атаки. Достаточно подавить орудийные форты в небольшом секторе и можно высаживать десант.

— Не совсем, — увеличив изображение крепости, Руфус продемонстрировал картинку отцу. В причальных доках портовой зоны станции стояло несколько боевых кораблей. Некоторые из них он сразу узнал. — Это наши корабли, потерянные в последней битве с фобосами!

— Похоже, они пытались отремонтировать их собственными силами, но не успели, — на лице барона появилась довольная ухмылка. — Это мы удачно зашли, сможем восстановить часть флота. Плюс остатки флота дома Фобос. Мы восполним большую часть потерь.

— Что-то я не вижу их лидер прорыва «Центурион», — заметил Руфус. Оптимизма отца он не разделял. — Хоть он и получил серьезные повреждения, но должен быть на ходу.

— Возможно, его повреждения оказались гораздо значительней, чем тебе показалось, — пожал плечами Адан Роблес. — Сейчас меня беспокоит только канцлер. Мы сильней! И главное чтобы он не начал чудить. Знаешь, тогда я вполне возможно оставлю ему жизнь… на время.

Руфус не мог не признать, что в словах отца есть зерно истины. Сейчас все зависело от решения канцлера Корба. А вдруг он взбрыкнет и захочет поиграть в героя? Дом Фобос ослаблен внутренней смутой. Да и недавняя победа над флотом Орка вышла явно пирровой. Да, после разгрома лучшей части флота, у дома Орка осталось гораздо меньше кораблей, но это все равно один из сильнейших флотов сектора. У него есть все шансы сломить оборону дома Фобос, пусть и ценой серьезных потерь.

— Ваша милость, нас запрашивает крепость дома Фобос, — доложил оператор связи.

— Соединяй, — благосклонно кивнул ему Адан. — Поговорим.

Появившийся на голоэкране канцлер Корб выглядел устало и как-то потерянно. Помятый мундир, трехдневная щетина и взгляд загнанной лошади, которая уже лежит на земле и понимает, что сейчас ее просто пристрелят.

— Ваша милость, — легкий кивок головой должен был обозначить поклон. — Рад приветствовать добрых союзников во владениях дома Фобос, — он все еще пытался держать хорошую мину при плохой игре. Но это мало кого убедило. — Признаться, я ждал вас только через три дня. Кажется, именно на эту дату мы назначили нашу встречу? — упрека в его голосе не чувствовалось, лишь усталость и обреченность.

— Планы изменились, — добродушно усмехнулся ему Адан, разведя руки.

Руфус против воли повторил усмешку отца. Неужели этот Корб думал, что ему дадут время? Перехвати он все нити управления, и выковырять его из системы станет очень сложно. Только с теми самыми огромными потерями, которых следует избежать. Особенно сейчас, когда дом Орка не может их себе больше позволить.

А в то, что после убийства законного главы у мятежников возникли проблемы, никто в доме Орка не сомневался. Не могли не возникнуть! Но чем беспокойней в доме Фобос, тем лучше дому Орка. Плод созрел и уже падает с ветки, осталось только руку протянуть…

— Мне казалось, что мы обо всем договорились, — попробовал возмутиться канцлер, сверкнув исподлобья злым взглядом, но выглядело это не грозно, а жалко. — Я ожидал прибытия нескольких кораблей, для простой демонстрации поддержки, а не флота вторжения с кораблями десанта. Я ведь могу и не сдать вам крепость?

— Мы все равно ее захватим! — от напускного добродушия Адана Роблеса де Орка не осталось и следа. Спала эта маска благодушного сибарита, обнажая подлинное лицо правителя дома Орка, взявшего многое с хищника планеты праматери изображенного на гербе дома. — Если со стороны крепости последует хотя бы один выстрел, то живым в мои руки тебе и твоей прекрасной дочери лучше не попадаться.

Некоторое время канцлер молчал. Но странным Руфусу показалось не это. Было в этом Корбе что-то непонятное. Тревожное! Но вот что именно?

— Хорошо, — глухо выдавил из себя несостоявшийся глава дома Фобос. — Вы победили, ваша милость, — и разорвал связь.

По лицу Адана Роблеса поползла победная улыбка.

— Подготовьте мою охрану и челнок, я хочу первым высадиться в крепости, — кивнул он капитану корабля, поднимаясь из кресла-ложемента.

— Подожди, отец, — придержал его Руфус. — Ты не должен лететь в первой волне. А вдруг это ловушка?

— Ловушка? Мы загнали Корба в угол, а он не самоубийца.

— Думаешь он не понимает, что ты не оставишь его в живых? Загнанная в угол крыса особенно опасна. Ты сам мне об этом говорил.

— Надо же! — хмыкнул Адан, легко хлопнув сына по плечу. — Приятно, что ты еще хоть что-то помнишь из наставлений своего старика… Ладно, — благодушное настроение вернулось к барону, — подождем, пока абордажники первой волны возьмут под контроль главный космопорт крепости вместе с прикрывающим его фортом, а потом пустим основные силы десанта.

Две пятерки десантных челноков с первой волной абордажников устремились к крепости. На мостике флагмана повисло напряженное молчание. Сейчас все решится. Дистанция стремительно таяла. Вскоре челноки просто потерялись на фоне огромной станции.

Пока все шло хорошо. Щиты фортов находились в стандартном «спящем» режиме пониженной мощности. Орудия и оборонительные турели не просто молчали, а даже и подумать не могли сопровождать целей. Портовые ангары и те открылись при приближении челноков, любезно предоставив им место для посадки.

Вот один челнок исчез в чреве крепости, скрываясь за полупрозрачной стеной силового щита, оберегающего атмосферу в причальных ангарах. За ним последовал второй… пятый. Бронированные створки сомкнулись, словно зубы хищника, заглотившего вожделенную добычу.

Потекли томительные минуты ожидания.

— Есть связь с десантом! — наконец доложил оператор связи, подняв вверх руку, словно прилежный ученик, выучивший урок.

— Соединяй! — нетерпение Адана Роблеса ощущалось физически.

— Ваша милость, космопорт захвачен! — бодро доложил командир абордажной партии, — Сопротивления не встречено. Да тут и нет никого, кроме дроидов уборщиков.

В подтверждение слов его нашлемная камера вывела картинку совершенно пустого центрального коридора портовой зоны. Одинокий уборочный дроид полз по нему, надраивая до зеркального блеска напольное покрытие. У стены замерла деактивированная грузовая платформа, далеко за ней виднелись закрытые створки дверей ведущих к монорельсу и лифтовой зоне.

Через несколько минут аналогичный доклад последовал и из форта, прикрывавшего главный космопорт орбитальной крепости.

— Теперь твоя душа спокойна? — проворчал сыну Адан.

— А куда делся весь персонал и гарнизон форта? — тут же парировал тот. Привычка отвечать вопросом на вопрос явно была общей чертой правящей семьи дома Орка.

— Ты стал слишком мнительным, сын, — поморщился Адан. — Я ждал этого момента долгие годы.

«И не можешь подождать еще хотя бы час?» — хотел было возразить Руфус, но промолчал, не желая вызвать у отца очередной приступ недовольства.

— Все, я пошел. Остаешься за главного. Следи, чтобы флот Фобосов не наделал глупостей. Меня сейчас только это беспокоит.

— Мне предложить экипажам оставить корабли?

— Нет, позже. Сначала надо закончить все с крепостью. Тогда любые поползновения с их стороны станут лишь формой самоубийства. Адмирал Дайсон, если он еще жив, разумный человек, мы сможем с ним договориться. Дому Орка тоже нужны хорошие адмиралы.

Вторая волна десанта устремилась к станции.

Не отрывая взгляда от голоэкрана, Руфус погладил шрам и нетерпеливо побарабанил пальцами по подлокотнику ложемента. На первый взгляд все шло настолько гладко, что начинало раздражать. Слишком все просто — так не бывает!

Помимо челноков, во второй волне десанта двинулся один из транспортов, а с ним и два фрегата в качестве сопровождения. Вместимость десантного челнока от силы пятнадцать-двадцать человек — стандартная абордажная партия. Пять челноков — сотня абордажников. Для захвата огромной орбитальной крепости этого явно недостаточно. А транспорт, пусть и переделанный из рудовоза, вмещал в себя почти шесть сотен бойцов. Пятая часть из них в тяжелой броне. Этих сил хватит даже на полноценный штурм крепости. Особенно с учетом того, что первая фаза этого штурма фактически завершена — космопорт взят под контроль.

Нет, при таком раскладе на сопротивление решится только полный безумец. Но почему-то Руфуса это не успокаивало.

— Мой лорд, — вновь ожил оператор систем связи, — транспорт не может произвести стыковку. В порту просто нет свободных стыковочных мест.

«А вот и первая проблема», — поначалу эта мысль даже принесла Руфусу даже некоторое облегчение. Если что-то где-то идет не по плану, значит в целом все в порядке.

Решение он принял мгновенно.

— Пусть челноки первой и второй волны начинают перевозить десант с транспорта в крепость.

Не самый быстрый вариант, но иного способа сейчас просто нет.

Повинуясь сигналу высшего приоритета, на голоэкране его командной консоли появилось лицо отца.

— Мы начинаем выдвижение в Центр Управления, — посверкивая возбужденным взглядом из под откинутого забрала шлема тяжелого скафа сообщил Адан Роблес сыну. — Что тебе захватить из сувениров?

— Голографию тела Марка Ортиса, — не восприняв шутку, совершенно серьезно предложил ему Адан.

— Ха, посмотрим, что я смогу сделать.

— Не отключай связь и дай мне картинку с твоих камер.

Скептически скривив губы, барон все же выполнил просьбу сына. Изображение сменилось на картинку с нашлемной камеры.

Вокруг Адана Роблеса без особой спешки выстраивались рыцари — личная гвардия главы дома. Заключив его в плотное кольцо, рыцари двинулись к лифтовой зоне. Все что сейчас показывала нашлемная камера это спины впереди идущих.

Путь по огромному коридору, в котором с легкостью расходились две транспортные платформы, прошел без проблем. Последняя преграда — бронированные створки, а за ними транспортный узел с лифтами во внутренние радиусы станции.

Один из рыцарей подбежал к консоли управления и с силой надавил на клавишу открытия. Дверь сигнал проигнорировала. А консоль и вовсе загорелась красным, показывая, что ее просто заблокировали.

Пролетев над головами абордажников, возле дверей тут же зависла парочка миниатюрных инженерных дроидов, прозванных «открывашками». Инженерная мудрость гласит: «Не бывает закрытых дверей, бывает мало термитной пасты».

— Стоять! — звучный приказ Адана Роблеса заставил дроидов остановиться. — Зачем портить то, что уже наше. Дайте мне связь с канцлером. Что-то нам здесь не рады… Что за шутки, Корб? Немедленно разблокируй все двери.

— У меня есть встречное предложение, — ответивший барону молодой голос точно не принадлежал канцлеру, — вы бросаете оружие и дружно выбираетесь из своих скафов, а корабли дома Орка полностью отключают щиты.

Услышав этот голос и Адан, и Руфус сразу поняли, что план бескровного захвата дома Фобос летит кувырком.

— Здравствуй племянник, — голос барона не дрогнул, правитель дома Орка умел держать удары судьбы. Возможно, этому отродью его милой сестрички и удастся его уничтожить, но и дому Фобос сегодня не избежать своей судьбы. — Ты сделал огромную ошибку, воскреснув из мертвых. Последнюю ошибку в своей жизни…

Слова ушли в пустоту, Марк Ортис де Фобос уже разорвал связь. Он не имел никакого желания вступать в дискуссию с мертвецом.

Глава 27

Фобос!

Иногда люди меня удивляют, но чаще — разочаровывают.

(Марк Ортис де Фобос)

Система Гемина.

Орбита планеты Ромул.

Орбитальная крепость дома Фобос.

32 день 565 года Потери Терры.

— Ваша милость, мне вскрывать дверь? — вопрос инженера привел Адана Роблеса в чувство.

Захлопнув забрало скафа, он отрицательно дернул подбородком, словно этот движение кто-то мог увидеть и приказал:

— Отходим к порту.

Он был человеком вспыльчивым, нетерпеливым, в чем-то горячим. Но дураком он не был. Дальнейшее продвижение становилось просто опасным. Сколько людей он может взять с собой? Десятка три-четыре? Этого явно недостаточно. Нужно закрепиться в портовой зоне, подтянуть подкрепления, а потом можно начать выкуривать внезапно ожившего племянника из его норы.

В победе барон дома Орка не сомневался. Это его собственная выживаемость под большим вопросом. Сейчас на небольшой десант навалятся все силы фобосов.

Его пальцы машинально сжали рукоять пистолета.

Трусом барон Адан Роблес де Орка тоже не был. Интересы дома на первом месте, а все остальное… что же, за ошибки надо платить. Тем более за собственные. Не стоило подтрунивать над излишней, как ему казалось, осторожностью сына. И все же немного жаль, что он не увидит триумфа своего дома.

«Но змееныш хорош! Сразу видно — родная кровь! Жаль, что все сложилось именно так».

Это была его последняя мысль…

Зародившись под брошенной грузовой платформой, взрывная волна прошлась по коридору. Перегружая щиты, она сметала людей словно кегли. Лишь немногим счастливчикам, оказавшимся далеко от эпицентра взрыва, удалось устоять, сохранив относительную боеспособность. С потолка посыпались световые панели, заискрилась проводка, повалил дым. Коридор погрузился в полную темноту.

Уцелевшие при взрыве воины дома Орка не успели еще прийти в себя, как закрытые прежде бронированные створки распахнулись. Длинные очереди установленных на автоматические турели крупнокалиберных пулеметов смели тех, кто еще стоял на ногах. Разом лишив их недолгой славы счастливчиков.

— Засада!

— Защищайте господина!

Крики, новые взрывы, шелест реактивных пуль разрезающих воздух — все смешалось. Прячась за телами, кто-то из рыцарей умудрился бросить к выходу дымовую гранату, стремясь ослепить датчики турелей, но стрельба не стихала. Казавшийся прежде таким широким коридор перестал быть таковым. Три крупнокалиберных пулемета, работая в узком секторе, просто залили его огнем. Тут не спасали ни щиты, ни броня тяжелых скафов. Оставалось только вжаться в пол, используя в качестве укрытия тела своих товарищей и молиться.

Камера на шлеме барона продолжала работать, и на мостике лидера Руфус с бессильной яростью наблюдал, как гибнет охрана отца. Сам барон, судя рваным, но все-таки движениям, был еще жив, хоть и не отвечал на вызов.

— Я заставлю тебя подавиться собственными кишками, братец, — прохрипел Руфус, сжимая кулаки.

На мостике царила суматоха с легким оттенком паники. Еще бы, глава дома заперт во вражеской крепости! Доклады шли одним за другим.

— Крепость дома Фобос открыла огонь!

— Фиксирую активацию щитов!

— Корабли флота дома Фобос атакуют транспорт с десантом!

— Транспорт назад! — приказал Руфус. Он старался, чтобы его голос звучал ровно, — незачем множить панику. — Кораблям сопровождения прикрыть отход.

Приказ запоздал. Да и не мог не запоздать. Хотя Пятый флот дома Фобос и состоял всего из трех кораблей, но на практически беззащитный рудовоз хватило и их.

Фрегаты прикрытия попытались закрыть массивный рудовоз собой. Все же, несмотря на скромные по сравнению с ними размеры, они обладали куда лучшими щитами и оборонительными системами. Турели вели неистовый огонь, сводя с ума систему теплоотвода стволов. Ракетную атаку они отбили, а вот вышедшие на дистанцию кинжального огня главным калибром корабли дома Фобос остановить уже не могли.

Руфус заскрежетал зубам и машинально потер свежий шрам. На сканере пространства три красные точки стремительно приближались к трем синим. Его чертов двоюродный братец все предусмотрел, весьма удачно расположив свои корабли именно для этой одной атаки. Дальнейший ход действий понятен. Сейчас они разделаются с транспортом и начнут отступать, не рискуя столкнуться с возмездием в лице основного флота Орка. И дистанция еще слишком велика, чтобы оказать эффективную поддержку.

Его вина! Как только высадилась первая волна абордажников, надо было подвести флот ближе к крепости.

Вот и все! Толстый луч вошел в борт транспорта, снес остатки щитов, с легкостью испарил внешнюю обшивку, проник внутрь и вышел с другой стороны. За первым попаданием последовало второе, третье… Транспорт еще продолжал движение, но это был бег мертвеца, получившего удар прямо в сердце, но продолжающего двигаться по инерции. Наконец на его месте вспух раскаленный шар рукотворного солнца — взорвался реактор. Шесть сотен душ отправились в лучший из миров.

Следом пришел черед одного из фрегатов, но он отделался сравнительно легко. Лишившись щитов от слишком близкого взрыва транспорта, фрегат поймал полный залп «Аякса», который разорвал его корпус на две части. Но взрыва реактора не произошло.

Сейчас обломки фрегата плевались в пространство спасательными капсулами. Экипаж покидал обреченный корабль.

Не став добивать последний фрегат, флот дома Фобос выполнил поворот «все вдруг», и начал убегать от спешащих на рандеву кораблей Орка.

— Всем кораблям, сосредоточить огонь на крепости! — приказал Руфус, с флотом можно разобраться потом. Сейчас главное — спасти отца. — Распределить цели по опасности. Подавить батареи и обеспечить высадку десанта.

Что же, не получилось по-хорошему. Придется действовать по-плохому. Он уже почти пришел в себя, но изредка все же бросал взгляд на угол голоэкрана, где гибкий ус нашлемной камеры все еще транслировал картинку. Отчаянно отстреливаясь от появившихся бойцов дома Фобос, несколько рыцарей оттаскивали контуженного барона обратно к ангарам. Еще трое или четверо бросились в безнадежную атаку, прикрывая их отход.

Еще один близкий разрыв, картинка пошла рябью и пропала.

— Немедленно установите мне связь с абордажной группой! — потребовал Руфус. Судорожно давя на клавиши, оператор связи склонился над своей консолью.

Руфус прекрасно понимал, что сейчас он мало чем может помочь отцу. Остается только надеяться, что телохранителям удастся доставить его к ангарам. В них стоят два десантных челнока, способных на время обеспечить правителю дома Орка относительную безопасность.

А вот с эвакуацией придется повременить. Для ее успеха требуется привести к молчанию хотя бы два из трех оставшихся в секторе орудийных фортов. Да и про корабли фобосов, которые сейчас спрятались за станцией, забывать не следует.

Крепость приближалась, нарастала. Теперь и без всякого увеличения изображения можно было рассмотреть ее во всех деталях. Откровенно говоря, цитадель дома Фобос не впечатляла. Руфусу доводилось видеть крепости гораздо более крупные и совершенные нежели эта. Построенные во времена развала Королевства — первой попытки объединить большую часть Пространства домов в единое целое — орбитальные крепости стали зримыми символами власти Благородных домов над покоренными системами. Но их время давно прошло. Эти гигантские сооружения устарели физически и морально. А поддержка их боеспособности зачастую вытягивала из Благородного дома все соки.

Но и совсем уж бесполезными крепости все еще не стали. И сейчас перед глазами Руфуса Роблеса де Орка было наглядное доказательство этому. Подернулись полупрозрачной дымкой перешедшие из спящего в боевой режим комбинированные защитные поля, чаще всего именуемые просто щиты. Орудийные форты, быстро распределив цели, открыли огонь. И так ли это важно современное или древнее орудие отправило тебя на тот свет?

Первые попадания пошли незамедлительно. Хоть корабли и пытались минимизировать последствия вражеского обстрела, играя маневровыми двигателями, по всему фронту наступающего флота то и дело вспыхивали яркие вспышки, обозначающие попадания. Но щиты кораблей еще держались.

— Щит девяносто пять!

— Фиксирую запуски с планеты. Двенадцать часов, альфа два ноль три, дальность пятьсот! Цель групповая, скоростная. Тридцать шесть единиц. Время контакта…

— «Баронесса Елена» покидает строй.

Вот и первый корабль выходит из боя. Один из фрегатов на правом фланге, получил разом несколько попаданий. Решив не искушать более судьбу, он спешно укрылся в глубине построения.

— Цель один приведена к молчанию.

— «Адмирал Магнус» покидает строй… «Адмирал Магнус» сигнал потерян.

Вот и первая потеря, но какая-то странная. Лишившись щитов и получив не критические повреждения, один из легких крейсеров перестал отвечать на вызовы и начал вываливаться из строя.

— «Счастливая сеньора» покидает строй…

— «Филин» уничтожен…

— Щит шестьдесят один!

— Цель два приведена к молчанию!

— Фиксирую старт челнока с поверхности станции… Флот противника отступает.

Оторвавшись от командной консоли, Руфус вновь прилип взглядом сканеру пространства. Прикрытые крепостью, три красные точки стремительно удалялись, спеша укрыться за планетой.

— И что они задумали? — пробормотал он, прикинув возможные варианты. — Челнок! — молнией вспыхнуло в его голове. — Этот засранец пытается сбежать!

Решение созрело тут же. С крепостью почти покончено. Один форт захвачен, два приведены к молчанию. Теперь высадке мешает последний форт, но долго он не протянет. Да, только боги знают, сколько займет штурм и последующая зачистка внутренних ярусов. Но космическая фаза боя подходит к концу. Нельзя допустить, чтобы Марк Ортис сбежал из системы. Их победа должна быть полной, чтобы ни у кого не возникло сомнений в силе дома Орка. Особенно если что-то случилось с отцом.

Выделив на командной консоли несколько кораблей, он быстро отдал приказ:

— «Превосходство», «Адмирал Ральф», «Адмирал Амадо» — перехватить флот Фобосов. Не дайте им уйти! Николасс, я рассчитываю на тебя. Если будет возможность, постарайся взять «Аякс» на абордаж. Если нет — просто не дай ему уйти. И чтобы ни одна спас капсула не осталось не найденной!

— Сделаю, сир, — отозвался капитан последнего из «Шахиншахов» дома Орка.

Тяжелый крейсер, со свитой из двух легких крейсеров, дополненной пятеркой фрегатов и корветов, двинулся в погоню за кораблями дома Фобос. Но не напрямую, рискуя подставиться под еще целые орудия крепости, а по ретроградной орбите, спеша перехватить вражеский флот с противоположной стороны планеты.

— Есть связь с абордажной группой! — внезапно доложил порядком вспотевший оператор связи и облегченно перевел дух.

— Соединяй! — вскинулся Руфус. Становиться новым бароном Орка ценой гибели родного отца он не планировал. Да, они не всегда ладят, но семья — это семья.

Появившийся на голоэкране абордажник был Руфусу не знаком. Явно не из рыцарей и скаф почему-то рабочий. Один из пилотов? Да неважно!

— Что там у вас твориться? Что с моим отцом?

— Его милость ранен, серьезно! — пилот явно находился на грани паники. — Мы потеряли ангары и были вынуждены отступить в форт. Срочно нужна эвакуация, или хотя бы помощь! Фобосы лезут со вс…

Картинка пошла рябью и исчезла.

— Сигнал потерян.

— Проклятье! — громко выругался Руфус и, прикинув примерный сектор обстрела последнего форта, решительно приказал: — Продолжаем сближение. Транспорту с десантом пятиминутная готовность, будем высаживать абордажников прямо на поверхность станции.

* * *

Засада — это самый первый и самый эффективный тактический прием человечества. Корни его уходят к той поре, когда первые предтечи людей взяли в руки камень. А потом сообразили, что вместо гонок за антилопами, проще подманить их охапкой свежей травы к деревьям. Дружный залп камней сверху отправит неосторожную антилопу в нокаут, и наполнит желудки первых хомо.

Марк посмотрел на голоэкран сквозь хрустальный бокал с розовой жидкостью. Смешные люди. Смешные и мертвые. Какая же это занимательная игра — наблюдать за их нелепыми метаниями.

Он поднес бокал к губам и сделал из него глоток. Божественно!

Да, идет бой. В таких условиях играться с винным бокалом — это откровенное пижонство, граничащее с пошлостью. Как в принципе и пить, сидя в адмиральском ложементе на мостике лидера прорыва. Но он ничего не мог с собой поделать. Да и маска развращенного, изнеженного аристократа весьма ему импонировала.

А еще алкоголь порядком притупляет эту тягу к столь нужным и столь ненавистным инъекциям…

Ставки были высоки. Но игра вышла пресной, неинтересной. Подвешенные за нитки куклы и то действуют свободней. А эти Орка… Не касатку им надо было избрать своим гербом, а быка. Стоило чуть помахать красной тряпкой, и они ринулись в бой. И ладно бы если это сработало только один раз, но ведь нет! Они все бросаются и бросаются на тряпку, не понимая, что поддеть на рога надо не ее, а тореадора.

Между тем вражеский флот все с тем же упорством быка полз к месту своей гибели.

«И они так и не решили отправить вперед дрон или зонд. Почему эти обезьяны считают себя разумными? Не знаю, есть ли этот самый их бог, но чувство юмора у него отменное».

Несколько оживился он только при вызове от Имиси.

— Марк-сама, мы полностью покончили с первой волной десанта, — отвесив дежурный поклон, закованный в тяжелый скаф самурай продемонстрировал ему отрубленную голову. В широко раскрытых глазах Адана Роблеса навсегда застыло искреннее недоумение. И немой вопрос «Как это произошло?».

— Прекрасная работа, — отсалютовал ему бокалом Марк. И тут же взгляд его сделался серьезным, злым. — Действуй согласно плану. Бей наверняка, когда они окажутся на дистанции пистолетного выстрела. А затем уводи всех на внутренние ярусы. На щит не надейся, он долго не протянет. Помни, у тебя будет возможность дать от силы два-три залпа. А потом Орка начнут разносить мою станцию.

Он с трудом подавил тяжелый вздох. Любой, даже самый распрекрасный план имеет несколько недостатков. Ладно, крепость дома Фобос — орешек крепкий. Ковырять его придется довольно долго.

— Все будет выполнено в лучшем виде, — Имиси вновь поклонился.

— Ничуть в этом не сомневаюсь. Конец связи.

Изображение самурая сменилось тактической картой, с подробнейшими отметками всех вражеских сил. Хоть «Октавиан Август» и находился за планетой, многочисленные спутники слежения и связи, позволяли Марку видеть всю картину боя. Сейчас сражение входило в свою завершающую фазу. Дом Орка подавил большую часть мешавших ему орудий крепости и, получив панический запрос о помощи, готовил высадку очередной партии десанта.

Они думают, что практически победили. Да и отделались сравнительно легко. Если не считать фиаско с попавшим в ловушку бароном, потеря всего четырех кораблей — это более чем скромная цена за захват орбитальной крепости. Что же, разочарование будет болезненным, а для кого-то и вовсе смертельным.

Поставив бокал прямо на пол, Марк лениво потянулся — настала пора и ему вступить в игру.

Та часть флот Орка, что была выделена для перехвата Дайсона, продолжала ползти к своей гибели, а корабли адмирала шли ему навстречу. Сражение должно было произойти на орбите Герсилии — одной из двух лун Ромула. За которой (Вот ведь совпадение!) притаился флот Марка.

— Минутная готовность! — приказал он. — Сейчас они нас обнаружат. Август, смени приоритет целей. В первую очередь выбиваем всю мелочь. И чтобы ни один не ушел! Не хочу испортить сюрприз основному флоту Орка. Крейсера останутся на сладкое.

— Выполнено, — равнодушно отозвался механический голос искина.

— Приготовиться! — Марк поднял руку вверх. Красные точки медленно ползли вперед и слепая зона, в которой прибывал «Октавиан», все уменьшалась. Скоро поверхность спутника перестанет мешать вражеским сканерам. — Ждем! Ждем! Ждем!.. Полный вперед! — резанул он ладонью воздух. Пол под ногами слегка завибрировал, но ускорения не чувствовалось. Противоперегрузочные системы «Октавиана» были на высоте.

— Открыть огонь!

Слаженный залп Первого флота дома Фобос был страшен. Внезапность. Удачное расположение, почти перпендикулярно курсу противника. Небольшая по меркам космического боя дистанция. Все сыграло свою роль.

Фрегат, поймав бортом полный залп лидера, просто испарился, оставив от себя лишь облако раскаленных газов и груду неподдающегося идентификации космического мусора.

— Да, с трофеями возникнут сложности, — отстраненно прокомментировал Марк итог этого первого залпа. Изучать тактико-технические характеристики орудий главного калибра — это одно. А видеть практический результат их использования — совсем другое.

Кто-то из операторов немного нервно хихикнул и с преувеличенным рвением приник к своей консоли.

Остальные корабли отстрелялись немногим хуже лидера. Второй из фрегатов Орка лишился щитов и получил пару попаданий, полностью разворотивших корму. Судя по рванным, дерганым маневрам, капитан потерял управление кораблем.

Один из корветов постигла участь первого фрегата. Может по «весу» полного залпа «Гектор» и проигрывал «Октавиану», но и целью его был всего лишь малютка корвет. К тому же древнего, в Центральных мирах уже давно не только снятого с вооружения, но и порядком позабытого типа.

Два последних корвета, принялись разворачиваться назад. Маневр был резким, опасным, на перегрев генераторов щитов. Комбинированные защитные поля хорошо защищают корабли, но весьма плохо уживаются с излишне резкими маневрами и высокими скоростями. Но сейчас это было неважно. Скорость — вот единственный шанс на выживание. Резкие маневры — путь к спасению. Спасению не только собственных жизней, но и всего остального флота Орка, ничего не подозревающего о новой опасности.

Петляя, словно обезумившие зайцы, корветы устремились прочь. И у них были все шансы уйти. Но на перехват уже ринулось сразу восемь эскадрилий дронов с «Центуриона». Где-то в недрах старого лидера, погруженные в управляющие коконы операторы, вели свои небольшие, похожие на древние атмосферные самолеты древности машины в свой первый бой.

— Крейсера Орка открыли огонь. Они разворачиваются прямо на нас.

Вновь подхватив с пола бокал, Марк отсалютовал им красным точкам на сканере. Храбрость, пусть и самоубийственная, достойна уважения. Не то чтобы он так думал, но продемонстрировать это не помешает.

— Вызовите их на связь, — приказал он.

— Они не отвечают, ваша милость, — отозвался оператор.

Марк пожал плечами.

— Продолжайте огонь.

Собственно приказ был лишним, огонь никто и не думал прекращать.

Будь у него достаточно сил, он бы попытался взять на абордаж хотя бы тяжелый крейсер. «Ахилессу» и «Гектору» не помешает однотипный собрат, «Одиссей» там или «Эней». Но этих сил у него просто нет. Корабли и так укомплектованы лишь минимумом экипажа. Вздумай Орка выбросить сейчас на «Октавиана» хотя бы пару абордажных партий, то у них окажутся весьма неплохие шансы на его захват. В данный момент на лидере имелось всего шесть тяжелых скафов. А воинов, способных их эффективно использовать и того меньше — пятеро, включая самого Марка.

Наплевав, как это и должно для беспилотников, на перегрузки, дроны быстро нагнали свои жертвы и приступили к методичному стачиванию остатков их защиты. Некоторое время корветы огрызались огнем оборонительных турелей. Но почти сотня дронов, на два не самых современных корвета с практически истощенными щитами… Турели оказались выбиты самыми первыми, и вскоре дронам уже никто и ничто не мешало терзать противника.

Один из легких крейсеров Орка взорвался. Второй, с жалкими крохами щитов, попытался выйти из боя. Получив прямое попадание в район двигателей, он потерял управление и стал падать на поверхность луны, готовясь стать создателем нового кратера.

«Шахиншах» остался в гордом одиночестве.

— Дистанция пять, противник идет прямо на нас.

Новый доклад заставил Марка насторожиться.

— Они что, решили нас таранить, — сказал он и тут же понял. Да, решили! Сердце застучало тревожно, по спине пробежал легкий холодок озноба.

Тяжелый крейсер Орка рвался вперед, сквозь огонь, превратив себя в один огромный снаряд. Он уже лишился щитов и большей части орудий. Носовая часть представляла собой просто груду искореженного и оплавленного металла. Но этого было недостаточно, чтобы его остановить.

Маневровые двигатели правого борта «Октавиана» дали полную тягу, уводя корпус лидера с курса обезумившего крейсера. Но тот целенаправленно доворачивал, не желая отпускать цель.

— Дистанция четыре!

Марк запаниковал. К этому его точно не готовили! В плане этого не было! Он не может погибнуть вот так. Это просто глупо и несправедливо! Внешне охватившая клона паника выражалось лишь в том, что он так и застыл в своем ложементе. Вроде равнодушно и даже с какой-то ленцой наблюдая за происходящим.

— Дистанция три!

Очередной возглас оператора привел его в чувство.

— Продолжаем уклонение. Огонь из всего, что есть! — выпалил он, быстро взяв себя в руки.

На какой-то короткий миг «Шахиншах» оказался просто залит огнем. Попадания следовали одно за другим, корежа уже и так развороченный нос. Разделавшие корветы беспилотники налетели с тыла, стремясь выбить двигатели. Один или два из них даже стали жертвами дружественного огня.

— Дистанция два!

Они успели! Потеряв управление, «Шахиншах» стал разворачиваться, подставляя под огонь левый борт, и начал просто разваливаться на части, отстреливая во все стороны спасательные капсулы.

— Прекратить огонь! — распорядился Марк. — Жду общий доклад по флоту. И соедините меня с Дайсоном!

Все сражение не заняло и пятнадцати минут, но Марк почувствовал, что порядком вспотел. Это не компьютерный симулятор. Тут все взаправду. Каждая отметка на тактической карте — это жизни. Десятки и сотни человеческих жизней. Что самое поганое, одна из этих жизней — его собственная.

— Славная победа, ваша милость, — поздравил его появившийся на голоэкране командной консоли адмирал Дайсон. Его корабли к битве опоздали, но Марк на них и не рассчитывал. Свою задачу приманки они выполнили сполна.

— Вы мне льстите, Ансгар, — поморщился Марк. Не то чтобы ему не нравилась лесть. Но сейчас выгодно показать именно это. — Один тяжелый крейсер, против двух лидеров и двух тяжей. Тут не нужно быть военным гением. У них не было ни единого шанса…

— Победа остается победой. Честная схватка — это романтические бредни. На войне так не бывает.

— До победы еще далеко, — поправил адмирала Марк, поставив отметку на тактической карте. — Встречаемся в точке один. Надо помочь Имиси, пока эти проклятые Орка не распылили вместе с крепостью мою коллекцию вин.

По мостику пошли тихие смешки. Пилоты, астронавигатора и операторы сбрасывали накопившееся напряжение. Марк улыбнулся краешком губ и разорвал связь с адмиралом.

* * *

Лидер прорыва «Гордость дома» медленно умирал. Системы сдавали одна за другой. Голоэкраны пестрили красными сигналам опасности. Мостик был наполовину разрушен. В том месте, где еще недавно сидели оба пилота и тройка операторов теперь было лишь месиво искореженного метала, от рухнувшей с потолка панели, да извивался словно змея и плевался исками толстый электрокабель. Воняло химической пеной ручных огнетушителей, медицинским гелем, горелой плотью и пластиком.

— Флоту рассеяться! Уходите из системы доступными нитями! — кашляя прохрипел Руфус. Это был крик отчаянья, запоздавший и уже ничего не решавший. Если его лидер не успел совершить переход в SRT-1220, то уже никто не успеет.

— Связи нет, — устало доложил связист.

Это конец! Руфус прикрыл глаза. Даже в своих самых страшных кошмарах он не мог вообразить такого разгрома.

Пошатываясь, он встал из капитанского ложемента и обвел тяжелым взглядом оставшихся на мостике людей. Одни из них безуспешно боролись с огнем, автоматическая система пожаротушения тоже отказала, другие — перевязывали товарищей. Несколько операторов отчаянно бились над консолями, пытаясь достучаться хоть до каких-то систем.

— Всему экипажу покинуть корабль! — коротко рубанул он. — Благодарю за службу!

Люди молчали, пораженные произнесенными словами. Неужели это все?

— Проваливайте к капсулам! — взревел Руфус.

Только после столь знакомого командного рыка они стали покидать мостик, унося с собой раненых.

Разгром! Страшное слово так и не было произнесено, но все понимали — это разгром.

Сначала был оживший форт, прежде вроде бы занятый первой волной десанта. Когда последний транспорт уже готовился произвести высадку, орудия слаженно навелись и дали залп. А много ли надо бывшему рудовозу?

Прежде чем орудия форта были подавлены, они уничтожили корвет и серьезно повредили один из легких крейсеров.

Но катастрофа была даже не в потере десанта. Захват форта означал еще кое-что — в руки Фобосов попал барон Адан Роблес. И Фобосы скоро это подтвердили. На открытом для всех канале, словно в издевку, была продемонстрирована голова Адана Роблеса…

А затем появился этот новый флот и вел его новейший лидер.

Первыми сообразили горячо любимые вассалы. Четыре легких крейсера дома Зайн покинули строй и рванули к зоне перехода, что только дюзы сверкали.

Прикинув примерный расклад сил, Руфус и сам скомандовал отступление. Отступать пришлось по широкой дуге, чтобы не подставить самое мягкое место, а оно у боевого корабля такое же, как и у человека — задница, под вражеский огонь.

Сначала была ракетная атака, потом налет дронов. Затем снова ракеты. Но к зоне перехода флот Орка пробился без потерь. Другое дело, что зона перехода оказалась уже в сфере досягаемости вражеских орудий.

Им просто не хватило времени. Того самого времени, что нужно астроновигаторам и искинам кораблей для необходимых вычислений, кратко именуемых привязкой к нити.

Последний раз окинув взглядом мостик лидера, Руфус, словно прощаясь с кораблем, погладил капитанский ложемент и устремился к выходу. Сражение проиграно. Но пока жив он, жив и дом Орка.

Он не знал и не мог знать, что срок этой жизни составит немногим более семи секунд…

* * *

— Щиты сорок восемь.

На мостике «Октавиана» царил здоровый боевой азарт.

— «Аякс» покидает строй.

— Лидер противника уничтожен! — последний доклад был встречен радостным гулом. Все же команда «Октавиана» была очень молодой, даже юной. А про армейскую дисциплину они и вовсе знали чисто теоретически, прослушав соответствующий курс в обучающих капсулах. Но следующий доклад заставил мостик и вовсе взорваться.

— Сообщение по открытому каналу. Они… они сдаются. Флот Орка сдается!

— Да!

— Мамочки, мы живы! — рыжеволосая Сью Рамирес протянула руку Рид. Их ладони нашли друг друга и сомкнулись, крепко сжав пальцы.

— Повиновение дому! — заорал кто-то за спиной Марка. — Фобос!

Клич подхватили все присутствовавшие на мостике. А кто-то из связистов, Марк так и не нашел потом кто именно это был, включил общую трансляцию на весь корабль.

— Фобос! Фобос! — казалось, что от крика дрожат переборки. — Фобос!

Всех охватило неведомое прежде чувство единства, настоящей принадлежности к чему-то целому, значимому.

— Фобос! — теперь они даже не кричали, а неистово орали, вложив в это единственное слово все свои былые страхи этого первого боя.

— Всем возвратиться к работе, — тихо приказал Марк, но командный канал разнес его приказ по всему кораблю.

Крики стихли. Экипаж с утроенной энергией вернулся на свои посты.

Марк вновь наполнил и залпом осушил бокал с вином, тихо прошептав тост:

— Фобос!

Войну они выиграли, теперь предстояло выиграть мир — краткую передышку перед новой войной.

Эпилог.

Расслабленно откинувшись в похожем на королевский трон, обшитом бархатом кресле, Джодок Дойл с интересом наблюдал за трансляцией с Ромула. Планета… да и вся система Гемина, ликовала. Тотальный разгром и капитуляция флота вторжения древних, можно сказать исконных, врагов дома вызвала даже не эйфорию, а нечто схожее с религиозным экстазом. Прилив невиданного прежде энтузиазма охватил все слои населения.

В Пространстве Благородных Домов, и большая политика, и ее продолжение иными средствами — война, всегда проходила на орбитах планет. И крайне редко спускалась на их поверхность. Чаще всего это происходило в виде обычных указов о повышении или снижении налогов, да перераспределении кое-каких планетарных активов. Поверхность планет жила своей жизнью, а ее орбита — своей. Но сейчас в этой своей радости вся система словно стала одним целым.

Сделав глоток виски, Джодок Дойл вновь посмотрел на голоэкран. Демонстрация трофеев, парад флота возле слегка покореженной, но так и не сдавшейся орбитальной крепости дома, ликование свежесобранного сената и Марк Ортис… всюду Марк Ортис. Куда же без него?

Он бросил быстрый взгляд на сидевшего в соседнем кресле юношу, точную копию того, что сейчас разглагольствовал на голоэкране перед рукоплещущей толпой.

— Смотри внимательно. Запоминай его мимику, характерные жесты, фразы. По несколько раз просматривай все материалы переданные Кристиной. Изучай его окружение.

Вместо ответа клон молча кивнул. Он не отрываясь смотрел за другим собой на экране. За той жизнью, что должна стать его. Что станет его!

На губах Джодока появилась довольная улыбка. Возможно, этот мальчик не хватает звезд с небес, зато он будет ему верен. Предан, словно сторожевая собака.

После такой быстрой и практически бескровной для дома Фобос победы ноль семьдесят седьмой стал слишком опасен. Нет, Джодок был доволен, что теперь ничто не помешает транспортам пользоваться кратчайшим маршрутом. Но этот клон… Его изворотливый ум…

Дальнейшее усиление ноль семьдесят седьмого становилось просто опасно для его планов. Но вместе с тем Джодоку было немного жаль. Наблюдать за этим мальчиком было действительно интересно. Он чем-то напоминал Джодоку его самого, лет этак сто шестьдесят назад.

Эх, молодость. Сколько не обновляй тело, но все это обман. Настоящая молодость бывает только раз.

— Жаль, — вздохнул Джодок.

— Вы что-то сказали, господин? — клон оторвался от экрана и посмотрел на него. В светло-зеленых глазах плескалось обожание и желание выполнить любой приказ.

— Ничего, Марк, — улыбнулся Джодок. — Смотри на экран. Скоро все это станет твоим.

Приложение

Персонажи:

Пираты

Бэрр «Висельник» Хейс — капитан «Веселого Висельника».

Виктор «Псих» Ларсен — абордажник «Веселого Висельника»

Детка — пантера кибер Ларсена.

Джеминг «Джем» — инженер «Веселого Висельника».

Джинна «Джи» Хейс — дочь капитана Хейса.

Курт Янг — старпом и псион «Веселого Висельника».

Кир Зейд — воспитанник капитана Хейса.

Пространство Благородных домов

Адан Роблес де Орка — барон системы Игнис, дядя Марка Ортиса.

Ансгар Дайсон де Фобос — адмирал дома Фобос.

Аэлла Серт де Велот — дочь барона Корвуса.

Виктор Соларес де Вега — адмирал времен второй реконкисты.

Гней Серт де Велот — сын барона Корвуса.

Корвус Серт де Велот — барон системы Велот.

Марк Ортис де Фобос — наследник системы Гемина.

Руфус Роблес де Орка — сын барона Адана.

Рубен Эккерт де Фобос — коммодор, капитан тяжелого крейсера «Аякс».

Сента Корб де Фобос — дочь канцлера системы Гемина, популярная певица.

Эрик Корб де Фобос — канцлер системы Гемина.

Конфедерация Независимых Систем

Беленус Суини — профессор, глава научного отдела корпорации «Арборвитэ».

Гилберт Райт — глава СБ корпорации «Арборвитэ»

Джодок Дойл — президент корпорации «Арборвитэ».

Джозеф Брин, — вице-президент по финансам корпорации «Арборвитэ».

Итан Фостер — астронавигатор-псион с пожизненными рабочими контрактом.

Кристина Финч — секретарша Джодока Дойла, в прошлом комендор-сержант «Бледных всадников».

Майкл Лонг — астронавигатор-псион с пожизненными рабочими контрактом.

Роберт Бел — астронавигатор-псион с пожизненными рабочими контрактом.

Оливия Рид — астронавигатор-псион с пожизненными рабочими контрактом.

Патрик Лэйн — мастер-сержант, командир группы специальных операций СБ корпорации «Арборвитэ».

Сью Рамирес — астронавигатор-псион с пожизненными рабочими контрактом.

Хью Новак — вице-президент по маркетингу корпорации «Арборвитэ».

Эрик — псион, глава аналитиков корпорации «Арборвитэ».

Союз Славянских Систем

Николай Северов — президент корпорации «Глоком»

Империя Тысячи Звезд

Тани Имиси — ронин.

Государства галактической паутины:

Союз Славянских Систем

Конфедерация Независимых Систем

Соединенные Системы

Империя Тысячи Звезд

Демократический Альянс

Банковская Директория

Империя Хань.

Великий халифат

Пространство Благородных домов

Примечания

1

Асраи — в шотландском фольклоре водяные феи.

2

Шифу — дословно «мастер».

3

Orca (исп.) знатоки испанского, это читается как орка или орс(ц)а? — дельфин-касатка. Напоминаю, большая часть благородных домов ведут свое название от названий космических кораблей.

4

Заккум — в Коране, проклятое дерево, растущее на дне Ада, с горькими плодами и дурным запахом. Его плоды служат единственной пищей для грешников.

5

Маглев — поезд на магнитной подушке.

6

Ретроградная орбита — противоположная направлению вращения планеты.

Content

Алексей Иванов
Бездушный

Пролог

Глава 1 Бессмертный

Глава 2 Ноль семьдесят седьмой

Глава 3 Корпоративные игры

Глава 4 Дети-мишени, дети-убийцы

Глава 5 Король умер, да здравствует король!

Глава 6 «Веселый висельник»

Глава 7 Станция добычи и переработки

Глава 8 Хранители подземелий

Глава 9 Новая сила

Глава 10 Живая мишень

Глава 11 Старый враг хуже новых двух

Глава 12 Выгодная сделка

Глава 13 Дом, милый дом

Глава 14 Пауки в банке

Глава 15 Первые шаги

Глава 16 Большие маневры

Глава 17 Легендарный лидер

Глава 18 Начало игры

Глава 19 Нити интриг

Глава 20 Ловушка для охотника

Глава 21 Ave, Caesar, morituri te salutant!

Глава 22 Слово сказано

Глава 23 Новое предательство

Глава 24 Дружные враги

Глава 25 Император защитит

Глава 26 Падение дома Орка

Глава 27 Фобос!

Эпилог.

Приложение

Персонажи:

Государства галактической паутины:

Примечания