Сергей Гусаров

Скользящий

© Сергей Гусаров, 2020

© ООО «Издательство АСТ», 2020

* * *

Мужчина в камуфляже небрежно сбросил тело молоденького паренька со спины на землю. С недовольной миной на лице несколько раз резко махнул руками в стороны, расслабляя мышцы и разгоняя кровь в затекших плечах.

– Ты поосторожней, Боаз, а то сдохнет раньше времени, – недовольно проворчал его спутник. – Пока живой, мясо не портится. А если сдохнет, придется выбросить уже через два дня. Получится, ты зря тащил его столько времени почти от самой границы. Может, вколоть ему еще пару кубиков чифисы на всякий случай? – Он бережно опустил на землю большой рюкзак со снаряжением и аккуратно прислонил к нему карабин.

– Брось, Гельмут. Еще чифису переводить на эту падаль. – Боаз недовольно дернул головой. – И не бойся, не очнется, я ему позвоночник перебил, так что сторожить его не надо. Нам очень повезло, что мы его нашли. Надеюсь, ты умеешь правильно разделывать мясо, чтобы не умер сразу? – Боаз подозрительно посмотрел на спутника. Тот в ответ небрежно махнул рукой.

– Не бойся, к тому моменту как он умрет, останется килограммов двадцать, не больше. Все будет в лучшем виде. А позвоночник ты ему зря перебил, и так никуда бы не делся. А теперь его и дальше на себе тащить. Впрочем, это твои проблемы, тебе его нести… – Гельмут глумливо усмехнулся. – Резать начнем с рук.

– Гельмут. Разведи пока костер, здесь еще можно найти достаточно дров. Дальше такого изобилия уже не будет. Это одна из последних ночевок, когда можно нормально погреться и поспать в тепле.

Темнота. Боль. Море боли и ужас, ужас от того, что я не могу дышать. Я судорожно пытаюсь всплыть, но беспомощно барахтаюсь на одном месте. Это не вода, это нигде. А я никто. Делаю отчаянные усилия, и темнота становится немного светлее. Сил бороться почти не осталось. Хочется, чтобы это все поскорее закончилось, но агония все продолжается и продолжается. Вдох. Мне удалось вдохнуть, и темнота еще чуть-чуть отступила. Появились цветные пятна, которые постепенно сложились в женское лицо. Я не помню, как ее зовут, но я ее узнал. Мама. Она пытается что-то сказать, но слов не слышно. Ужас отступает, остается отчаяние и безнадежность. Женщина исчезает. Она хотела, чтобы я боролся до конца, и я продолжаю барахтаться, не понимая, куда и зачем. Темнота сменилась серой мутью, постепенно начинаю ощущать тело, ног почему-то не чувствую совсем. Дышать уже получается. Пытаюсь открыть глаза, но веки слиплись и не слушаются. Вместо зрения возникает ощущение окружающего объема, непривычное и незнакомое чувство. Чем настойчивей пытаюсь открыть глаза, тем отчетливей чувствую форму и объем окружающих предметов. Два человека. Чем-то заняты рядом. Надо дать им знать, что я здесь, что я живой. Надо попросить о помощи.

Возвращается слух. Становится ясно, что эти двое вовсе не собираются мне помогать. Я не знаю, кто я, не знаю, кто они. Но зато теперь точно знаю, что это враги. Они считают меня мясом и своей добычей. Первого, который с низким голосом и габаритами медведя, зовут Боаз. Второй, худой и высокий, Гельмут. Долго спорят, кто из них должен идти за хворостом для костра. В конце концов, Боаз, ворча какие-то проклятия, уходит, я больше не ощущаю его в доступном мне объеме пространства.

Попытка пошевелить левой рукой отзывается резкой болью, рука сломана. Но я радуюсь этой боли, значит, тело все же будет слушаться. Правая рука в порядке, а вот с ногами беда – перебит позвоночник. Обнаруживаю, что могу видеть свои внутренние органы. Кроме позвоночника и левой руки серьезных повреждений нет. Меня явно напичкали какой-то дрянью, но умный организм как-то ухитряется ее перерабатывать. Правой рукой разлепляю склеенные веки.

Гельмут стоит неподвижно. Ждет, когда его товарищ скроется с глаз, нетерпеливо смотрит ему вслед. Я чувствую, как в нем клокочут эмоции и грязное предвкушение. Вот он приближается ко мне и становится на четвереньки. Дыхание возбужденное и вонючее. Ну же, ближе, ближе… И чуть правее, ну, пожалуйста, сместись чуть-чуть правее, что тебе стоит… Гельмут навис надо мной. Удобнее момента уже не будет. Жаль, конечно, что у меня только одна рука. Резко обнимаю его за шею. Вот он, нужный мне подбородок. Рывок, хруст шейных позвонков, и на меня навалилось мертвое тело Гельмута. Левая рука взорвалась резкой болью, кажется, на несколько мгновений я потерял сознание. Даже не пытаюсь спихнуть с себя тело мерзавца. Ну что же, радость моя, иногда желания сбываются неожиданно… Ведь у тебя больше нет никаких желаний? Пожалуй, шею Боаза мне бы так легко не сломать, слишком крупный, зараза.

Шарю рукой по одежде Гельмута. Ремень спецназовца с большим количеством маленьких кармашков. Справа должен быть нож, но левой рукой мне его не взять. С трудом протискиваю правую руку под телом. Шершавая рукоять ножа удобно легла в ладонь. Вот так, Гельмут, спасибо тебе, дружище, а пока сделай вид, что ты спишь, у тебя хорошо получается. Подождем твоего друга, нам ведь обоим спешить больше некуда.

Ну, наконец-то. Я уже думал, что он заблудился. Боаз появился и с шумом бросил огромную вязанку хвороста. Вот он заметил, чем занят приятель. Чувствую его ярость и возмущение. Быстро подходит, наклоняется и грубо стаскивает с меня тело Гельмута за шиворот. А жизнь-то полна сюрпризов. Нож легко вошел Боазу меж ребер. Я определенно умею обращаться с ножом. Не все сюрпризы приятны, но зато от скольких остальных неприятных сюрпризов я тебя сегодня избавил, приятель, ты должен мне быть благодарен. Но разве от такого дождешься благодарности. Умер молча. Теперь можно спокойно ждать собственной смерти. Смерть – дело ответственное, и встречать ее лучше на сытый желудок. Наверняка у них в мешке есть какая-нибудь жратва. Нет. Не добраться мне до мешка. Быстро темнеет. Холод пронизывает тело. Накатывает сонливость. Я знаю, что спать нельзя, но и смысла барахтаться дальше уже не вижу.

Кажется, идет снег. Холодно. Откуда-то всплывает знание, что когда человек замерзает, ему становится тепло. Когда же наконец придет это тепло?

– Разнежился на свежем воздухе, Скользящий? Долго ты еще собираешься тут валяться? – Хриплый голос доносится как бы издалека.

И чего ему от меня надо? Разве сразу не видно, что занят я, ведь не каждый же день концы отдаю. Нет, не дает покоя, он еще и пинается. С трудом открываю глаза. Если бы волосы не стояли дыбом от холода, то точно встали бы дыбом от страха.

– А к-коса т-твоя где? – с трудом выстукиваю зубами. Старик в странном белом рубище с ужасными бездонными глазами спокойно меня рассматривает.

– Может, костер все-таки разожжешь? Нехорошо старого человека на холоде держать. А коса мне ни к чему, я Белый Странник, а не крестьянин.

С трудом переворачиваюсь и встаю. А как же спина? И левая рука теперь в полном порядке. Оборачиваюсь. Никого. Куда делся Странник? Холод заставляет двигаться. Вопросы потом. Хворост, услужливо принесенный Боазом, на месте. И трупы на месте. Правда, уже совсем закоченели. Поспешно обшариваю карманы медвежьей туши Боаза. Нашел. Зажигалка. Огонь – это еще несколько часов жизни. А я, оказывается, хочу жить. Каждая лишняя минута жизни драгоценна, а каждая минута жизни в тепле драгоценна вдвойне. С трудом развожу небольшой костер, замерзшие пальцы плохо слушаются. Хворост надо беречь, вряд ли мне теперь удастся уговорить Боаза принести новую порцию. Трофеи можно разобрать потом, когда станет светло, а вот теплые вещи нужны сейчас. Первое, что попалось под руку, это синтетический спальник. Отличная вещь! Материя совершенно не пропускает воду снаружи, но не допускает лишней влажности внутри. Тепло держит лучше, чем термос, а весит не больше, чем полбуханки хлеба. И неровности почвы сглаживает так, что можно спать даже на камнях. Где же они раздобыли такое чудо? На элитный спецназ не похожи. Типичные уголовники. Я бросил вопросительный взгляд на тело Гельмута, но тот промолчал. Впрочем, я бы на его месте тоже обиделся.

Проблема с теплом пока решена. Чтобы лучше его использовать, я набил трофейный алюминиевый котелок снегом и приспособил на огне. Теперь надо что-нибудь съесть. Пара найденных сухарей вполне подойдет. И спать. Все-таки хорошо засыпать, зная, что завтра проснешься.

Утро наступило туманное. Выпавший ночью снег начал быстро таять. Солнце лишь угадывалось по светлому размытому пятну на востоке. Капли тумана прямо-таки висят в воздухе. Хворост кончился, костер прогорел, вылезать из мешка на холод не хочется. Что важнее, кто я или где я? Наверное, все-таки, где я – важнее. Кто бы я ни был, но жить-то мне хочется, значит, первостепенный вопрос все же – где я? Еще вчера у меня была сломана спина, и я готовился к смерти. Смерть откладывается, и это создает кучу неприятных проблем, которые нужно срочно как-то решать. И первое, что придется сделать, это вылезти из теплого и уютного спального мешка.

Разбор трофеев надо начинать с самого сложного. Что может быть сложнее, чем раздеть замороженные трупы? Ножичек, который я воткнул Боазу в грудь, мешает снять куртку. Хороший ножичек, легко проткнул под курткой защитный бронежилет штурмовой пехоты. Что-то я не припомню за собой раньше подобных подвигов, это, в общем-то, и не-удивительно, ведь даже имени своего не знаю. Но вот что такой бронежилет нельзя пробить ножом, знаю точно. Бронежилет жалко. И какого рожна этот боров его на себя надел, здесь что – война? Надо хорошо подумать, что с собой взять, ведь неизвестно, сколько времени идти придется.

Карабин «хариган», восемнадцать патронов в магазине, скорострельный. Зачем к нему приделали оптический прицел, совершенно непонятно – кучность стрельбы у него плохая. Обе вещи по отдельности полезные, но в связке… Я с сомнением покрутил в руках эту странную конструкцию, привычным движением передернул затвор и поставил карабин на предохранитель. Вещь, безусловно, полезная в определенных ситуациях. Оружие и продукты – пожалуй, возьму все, что есть. Пистолет армейского образца, переделанный под глушитель, два боевых ножа спецназа и пара метательных ножей. Отличная сталь. Я поигрался с метательными ножами, проверяя их баланс. Тело определенно помнило, как с ними обращаться.

Бритвенный набор, думаю, не нужен, совсем собрался уже отбросить его в сторону, но в последний момент удержался. Зеркало. Посмотрю на свою рожу, может, хоть имя вспомню. Лицо определенно мое. Красивое лицо. Темно-серые большие глаза, нос тонкий и прямой, губы чувственные. Волосы русые, чуть волнистые, длинные, челка налезает на брови, надо будет ее потом подрезать. Неудобно. На войне такие мелочи могут стоить жизни. Имя никак не всплывает в памяти. Новое, что ли, придумать? Я закатил глаза. Тивуртий… Максимиллиан… Филикиссим… Уалириан… Транквиллин… Нет. Это красиво, конечно, но надо что-то попроще. Марк… Ник… Рикс… Рем… Хм, пусть будет Рем. Немного по-собачьи, но что-то теплое в звучании есть…

Ботинки у Гельмута явно лучше, чем мои. И по размеру подходят. Беру. Снаряга спецназовская. Беру. Ящичек с гранатами. Осколочные, их можно только из укрытия бросать, разлет осколков у таких двести метров. Противотанковые гранаты. Я с уважением посмотрел на раздетые трупы. Сильны ребята! Это же надо столько времени тащить всю эту тяжесть. Гранаты я у вас забирать не буду, а то некрасиво получится, вы трудились, мучились, а я просто хапнул. Ну, разве что только парочку. Нет, четыре возьму, лишние всегда можно выкинуть. А вот патроны лишними точно не будут. Крупа, сухари, сушеное мясо, прессованные пищевые брикеты, две фляжки со спиртом. Шприцы. Лекарства. Лекарства все знаю, даже знаю название каждого на латыни, хотя здесь надписи только на всеобщем – имперском. Может, я терапевт? Нет, скорее все-таки хирург, я бросил косой взгляд на мертвые тела. Заново плотно упаковываю рюкзак. Хороший, кстати, рюкзачок, если его полностью расшнуровать, в него двое таких, как я, поместятся.

Тут бумажка какая-то в карманчике, похоже на план местности. Значки непонятные. Пунктирная линия явно означает маршрут, заканчивается флажком и коряво написанным словом «ОАЗИС». Мне в оазис не надо. Мне, пожалуй, лучше назад, домой. От слова «домой» заныло сердце.

Я закрыл глаза и вспомнил лицо, то самое, что видел в нигде. Мама. Там был еще какой-то непонятный шум. Сейчас я узнал в нем шум морского прибоя! Перед глазами встала бескрайняя гладь моря, яркое солнце, песок. Небольшие волны с шумом накатываются на берег. Стройная девушка в купальнике бежит по колено в воде и смеется. Ее лицо похоже на то, что я сейчас видел в зеркале, только более утонченное. Густые длинные волосы ниже пояса развеваются на морском ветру. Такие же большие серые глаза, только не усталые и грустные, как в зеркале, а искрящиеся и веселые. Глория. Ее зовут Глория! Это моя младшая сестренка, она младше меня всего на год. Я знаю, что люблю ее безмерно, и сестра отвечает мне еще большей любовью. Нас трое самых близких людей на свете: я, моя мама и сестренка.

Открываю глаза, всё та же унылая хмарь и туман. Туман, кстати, стал еще гуще и ведет себя странно. Мне кажется, он уплотнился вокруг трупов. Тел стало почти не видно. Да он жрёт их! Меня мгновенно охватила паника, волосы зашевелились на голове, а тело покрылось холодной испариной. Голос в ушах.

– Не дергайся, С-с-скольз-з-зящий, тебя я пока не трону. Но ты очень вкус-с-сный. – В голосе послышались нотки сожаления и насмешки. – Тебе лучше поспешить. Я не один тут голодный. Собирай быстрей свои вещи. Здесь ты не выживешь. Для тебя безопасней двигаться на восток, там есть живой лес. Только так ты сможешь добраться до оазиса. Оазис – твой единственный шанс вернуться домой. По тому маршруту, который нарисован у тебя на бумажке, пройти нельзя. В следующий раз я тебя обязательно съем, а пока мне хватит этих двоих… – Смеется.

Всё! Это предельный для меня вес, с которым я смогу двигаться. Привалы придется устраивать чаще. Послушаться тумана или двигаться дальше по намеченному маршруту? Я легко сориентировался по карте-плану и рельефу местности. Определенно я раньше занимался туризмом или чем-то подобным. Может, туман на ужин меня приберег и указал направление, по которому сможет легко догнать пищу в любой момент, а может, в нем взыграло человеколюбие – настоящее, не гастрономическое. Задачка, однако. Лес на плане действительно обозначен. А вот масштаба нет, и расстояние до леса нельзя определить даже приблизительно, но до него явно много ближе, чем до флажка под названием «Оазис». Можно еще двигаться по пунктиру в обратном направлении. Только неясно, откуда эти парни притопали, может, их вообще сюда на вертолете привезли. И как я сам сюда попал – непонятно.

Туман остался позади – в небольшой низинке. Я поднялся на ближайший холм, чтобы осмотреться. Всюду, куда хватает глаз, простирается бесплодная каменистая пустыня с редкими засохшими чахлыми деревцами. Картина действует угнетающе, на душе от нее становится муторно. А еще здесь холодно. Ненавижу холод, ненавижу зиму и все, что с ней связано: лед, снег, темноту, голые деревья. Когда не знаешь, куда идти, нужно помолиться, а потом прислушаться к интуиции. Интуиция решила, что нужно довериться говорящему туману и двигаться к лесу.

Пока шел, заметил еще несколько низинок, в которых клубится едва заметное белое марево. Вблизи оно совершенно незаметно, зато, если смотреть издали с какого-нибудь холма, то марево становится видимым. Низина защищает от ветра, поэтому остановиться на ночлег в таком месте кажется естественным и удобным, но знакомиться с новым туманом мне как-то не хочется, покормить его уже будет нечем, только самим собой. Сегодня придется выбирать место для ночлега на холме, терпеть холод и ветер. Зато безопасно. Туман явно не любит ветра. На ветру карабин студит руки, холод пробирает даже через перчатки. Вроде и температура не слишком низкая, снег почти растаял, но из-за ветра, высокой влажности и отсутствия солнца я мерзну. От холода спасает только движение. По внутреннему ощущению я прошел уже километров сорок. Если судить по плану, то где-то на середине пути к лесу я должен увидеть высокую скалу. Если на плане правильно указана ее высота, то такая скала должна быть видна за несколько километров, но пока ничего не видно. Периодически тренирую свое новое объемное чувство, мне почему-то кажется, что раньше я ничем подобным не обладал. Закрываю глаза и начинаю рассматривать окружающие меня камни. Потом открываю глаза и сравниваю образы. Чувствую, что в результате такой тренировки обычное зрение тоже постепенно улучшается.

Закрываю глаза, вижу, как от одного из камней отрывается нечто расплывчатое. Открываю, нет ничего. Закрываю, нечто быстро несется прямо на меня. Вскидываю карабин, стреляю с закрытыми глазами, не целясь. Оказывается, умею неплохо стрелять, меня явно когда-то учили, и учителя были хорошими, если вдолбили такие вещи на уровне рефлексов. Нечто кувыркнулось в воздухе и с шумом упало к моим ногам. Открываю глаза, вижу перед собой пятна крови, контуры незнакомой твари постепенно проступают и становятся видимыми для обычного зрения. Черная чешуя, перепончатые крылья, огромные клыки и рогатая голова. Удачный выстрел, мистер Рем. Кажется, седая с косой опять прошла сегодня совсем близко. Глаза чудища с вертикальными зрачками подернула пелена смерти. Я брезгливо перевернул тварь ногой. Тяжелая, килограммов пятьдесят – не меньше. Интересно, жрать это можно? Пока есть запасы, наверное, не стоит. Слюна у нее какая-то зеленая, и кровь странно воняет. Определенно, она несъедобна.

Пора искать ночлег. Вон тот холм вполне подойдет. Нужно успеть набрать хворост, пока не стемнело. С хворостом в этом месте проблем нет, ночью будет костер. Ноги с непривычки гудят от пройденного расстояния, да еще с такой тяжелой ношей на спине.

Наконец костерок весело потрескивает. Пришлось сложить небольшую стеночку из камней, чтобы укрыть его от ветра. Поужинал парой прессованных кубиков, предварительно растворив их в горячей воде. Нельзя сказать, чтобы получилось вкусно, но вполне съедобно. Еду надо экономить.

Забираюсь в мешок между костром и кучей собранного хвороста. Теперь можно расслабиться, и я медленно проваливаюсь в сон. За прошлую ночь я уже научился во сне машинально подкладывать хворост, когда становится совсем холодно, главное спальник при этом не сжечь.

Сегодня мне снятся кошмары. Мое тело длинное и узкое. Я из любопытства сую голову в какую-то круглую дырку в скале. Отверстие оказалось чьей-то норой. Ход норы полого уходит вниз. Я начинаю сползать и в какой-то момент понимаю, что залез слишком глубоко. Нора тесная, в ней совершенно невозможно развернуться. Руки прижаты к телу, и мне никак не выпихнуть себя назад. Я скольжу все дальше и дальше вниз, а ход делается все у́же и у́же. Вот уже становится тяжело дышать. Меня охватывает паника, я судорожно дергаюсь всем телом, но мое положение становится все безнадежней. Грудную клетку сдавило до боли в ребрах. Я пытаюсь кричать, но воздуха в легких уже нет, получился лишь жалобный писк. В ужасе просыпаюсь. Мои руки и ноги чем-то крепко стянуты, так что я не могу ими даже шевельнуть. Поднимаю веки и встречаюсь с холодным немигающим взглядом огромных змеиных глаз. Где же мой карабин?! Даже мысли в голове получаются какие-то хриплые.

– Не дергайс-с-ся, С-с-скользящ-щ-щий. Карабин тебе не поможет. – Я слышу голос в своей голове. Взгляд змеиных глаз гипнотизирует и парализует. – Помоги нам, С-с-скользящ-щ-щий. – Хватка змеи немного ослабла, это дает мне наконец возможность вздохнуть.

– Чего ты от меня хочешь? – Я слышу страх в собственном голосе, от этого становится совсем мерзко. Даже умереть достойно не получится, буду раздавлен, как трусливая мышь.

– С-с-спас-с-си мою девочку. – Змея положила мне на грудь свою тяжелую голову, так что я чувствую на лице ветерок от ее дыхания. – Моей дочке нужно тепло, с-с-сделай ее с-с-своим фамильяром. Ты с-с-соглас-с-сен?

– У меня есть выбор? – Пытаюсь восстановить кровообращение в конечностях, пока хватка змеи ослабла.

– Выбор ес-с-сть вс-с-сегда! Глупый человечек, ты можеш-ш-шь выбрать с-с-смерть. С-с-следуй за мной.

Я с трудом, разминая затекшие руки и ноги, выбрался из спального мешка и пошел вслед за змеей, используя карабин как опору.

– Карабин ос-с-ставь! Со мной ты здес-с-сь в безопас-с-снос-с-сти.

Минут через пять змея привела меня к какой-то груде камней.

– Возьми ее. – Змея указала головой на небольшую ямку, на дне которой валялась коротенькая зеленая веревочка с детский мизинчик толщиной и длиной в мою ладонь. Я аккуратно поднял ее за кончик.

– Да она дохлая! – Я с сомнением рассматриваю малюсенькую змейку.

– Положи ее на ладонь, подыш-ш-ши на нее, позови ее. Мою девочку зовут Даш-ш-ша. – Мне показалось, что в голосе змеи появились жалобные нотки. – Ей нужно человечес-с-ское тепло.

Я положил маленькую змейку на ладонь и подышал на нее, согревая своим дыханием.

– Даша, просыпайся. – Я снова дышу на змейку, изо рта идет пар.

В какой-то момент мне показалось, что змейка шевельнулась и открыла красные глазки. Я с перепугу чуть не уронил ее на землю. Потом тело змейки окутала серая дымка, и она буквально исчезла, растворившись в воздухе у меня на глазах.

– С-с-спасибо, С-с-скользящ-щ-ший. Теперь моя девочка с-с-стала твоим фамильяром. Она будет жить и поможет выжить тебе. Фамильяр и маг неразлучны.

Я обернулся, но там, где только что была огромная змея, уже никого нет.

Небо на востоке заметно посветлело. Тупо подкидываю ветки в огонь. Надо приготовить еду, сил сегодня понадобится много. Я так и не понял, то ли это был кошмарный сон такой, то ли все на самом деле происходило. Но даже сейчас меня не покидает странное ощущение чьего-то присутствия. Ш-ш-ш-ш – непонятный звук.

– Пус-с-сти меня погретьс-с-ся у кос-с-стра. – Тоненький девичий голосок, возникший в моей голове, растягивает свистящие и шипящие звуки.

– Ты кто?! – Я вздрогнул от неожиданности.

– Я твой фамильяр, хозяин. Разве ты не помниш-ш-шь?

– Ты Даша? Ты где?

– Да, Ш-ша. Зови меня Ш-ша. Я здес-с-сь, протяни руку.

Протягиваю руку. Запястье обвивает зеленая змейка. Мне показалось, что она стала чуть-чуть толще, чем была ночью. Змейка соскользнула с запястья и свернулась колечком на теплом камне возле костерка, подняла головку и смотрит на огонь. В красных глазках отражается свет костра, отчего они кажутся еще ярче.

– И что же мне с тобой делать? – С недоумением рассматриваю неожиданное приобретение.

– Прос-с-сто подружис-сь со мной и доверьс-ся мне. – Свистящие звуки стали короче. Змейка быстро привыкает к человеческой речи.

– Ха! Довериться тебе? – Я даже опешил от такого предложения. – Ты же ядовитая! Цапнешь еще нечаянно во сне… Нашла дурака!

– Ну-у-у… – Ша запрокинула вверх головку. Если бы у нее были плечи, то она наверняка бы ими пожала. – Может, и цапну, с кем не бывает… – Ее голосок так и сочился ехидством. – Ты в какое место предпочитаешь, чтобы тебя цапнули?

– А что, есть разница? – Юмор змейки мне смешным почему-то не показался.

– Конечно! Есть места, куда я, приличная девушка, ни за что не соглашусь тебя цапать.

Надо же! Какие мы привередливые, однако. Ей еще и место повкуснее подставить надо. Чего доброго и вправду цапнет. Я с опаской отодвигаюсь от нее подальше.

– Может, тебя покормить надо? Чтобы ты не цапала что попало. Вам, гадюкам, что больше нравится, сухари или мясо сушеное? Могу кашку сварить, крупа у меня есть.

– Фи! Я не питаюсь грубой материальной пищей, только духовной! А за гадюку ответишь… – змейка повернула головку в мою сторону. – Мы, фамильяры, пока маленькие, питаемся магической энергией хозяина. Я уже поела. Ты вкусный. – Змейка задумалась. – А еще ты красивый. Я, пожалуй, не буду тебя пока цапать.

Вода в котелке закипела, и я бросил в него пищевой концентрат. Ша с интересом наблюдает, как я заглатываю горячую пищу.

– А чего ты ее не остудишь? Ты же маг! – Змейка уставилась на меня своими любопытными красными бусинами.

– Во-первых, я не умею, во-вторых, мне нравится горячее, а в-третьих, не понял – кто я? Что еще за мах?

– Не мах, а маг. Ты что, с-с-с неба упал? Таких прос-с-стых вещей не знаеш-ш-шь. – Когда Ша сердится или нервничает, она снова начинает растягивать шипящие. – Впрочем, неважно, главное, мне в твоей ауре уютно. Мама сказала, что людей с такими сильными аурами, как у тебя, не бывает. Только Белый Странник, но он уже и не человек вовсе…

На седьмой день пути я уже совсем отупел от однообразного унылого пейзажа – камни, невысокие холмики, чахлые сухие деревца, кое-где видна жухлая трава. Солнца я так ни разу и не видел, только светлое пятно в небесной хмари. Тело втянулось в ритм похода, мышцы уже не болят, как раньше, к вечеру не падаю как подкошенный без сил возле маленького костерка. Ноги работают бездумно, на автомате выбирая наилучшее место для следующего шага. Первое время однообразие скрашивала болтовня змейки, но, похоже, и ей это уже надоело, часа три как молчит, ни одного ядовитого замечания в мой адрес. План добраться до леса моя спутница одобрила. В лесу есть дичь, на которую можно охотиться, ведь рано или поздно запасы еды в рюкзаке закончатся. В лесу легче выжить, но и умереть там тоже легче. Периодически, когда фамильяру становится совсем скучно, она устраивается на моем плече и смотрит вокруг, тогда ее головка раскачивается в такт ходьбы радом с моим ухом.

– Не тряси меня так! Ты же скользящий, а не трясущий. – Похоже, Ша надоело наконец молчать.

– И чего это я скользящий? – недоуменно пожимаю плечами. – Я же тебе сказал, что меня зовут Рем.

– А я знаю? Мама сказала Скользящий, значит скользящий, вот и скользи, а ты все время подпрыгиваешь. Мне так сидеть неудобно. – В голосе змейки появились капризные нотки.

– Ну и ползи тогда сама, я тебя к себе на плечо не сажал. – Раздраженно хмыкаю. Змейка равнодушно игнорирует мои слова.

– С-с-стой! – Громкий окрик Ша заставил меня резко остановиться. – С-с-совсс-с-сем ос-с-слеп, или жить надоело?

– Что ты так орешь? Заикой оставишь. – Я недовольно посмотрел на змейку.

– Брось вперед камень. – Кончик хвостика Ша нервно дрогнул.

Я подобрал камень и небрежно швырнул его вперед. Камень упал совершенно беззвучно, а вокруг того места, куда он приземлился, по каменистой поверхности пошли волны. Я с удивлением уставился на невиданное зрелище.

– Это что? – Я растерянно посмотрел вниз и несколько раз топнул ногой по тому месту, где стоял. Но здесь грунт был твердый.

– Каменная топь. – Недостаток мимики Ша с лихвой компенсировала ехидными интонациями и движениями кончика хвоста. – Ты откуда здесь такой взялся? – Даша уставилась на меня своими красными бусинами. – Такие глупые обычно не доживают до твоего возраста. Ходит по дикой магической пустоши и не знает, что такое каменная топь. – Змейка даже язык свесила, чтобы изобразить всю степень своего недоумения. Благо, для того, чтобы разговаривать, он ей не нужен.

– И как ты ее заметила, эту топь? – Как ни стараюсь всматриваться, впереди камни ничем не отличаются от тех, что сзади.

– Стоя на месте, ее обычным зрением заметить нельзя, но когда движешься, контуры камней слегка размываются, становятся нечеткими, – начала вещать змейка менторским тоном. – И стоять на краю топи опасно, она вообще-то обычно движется, хотя и не быстро.

– И что теперь делать? – Я совсем растерялся.

– Ну-у-у… – Даша запрокинула головку. – Обходить придется. Судя по волнам от брошенного камня, это молодая топь, она не должна быть слишком большой, такие обычно бывают размером не более нескольких сотен метров. Плохо если она здесь не одна. Тогда они начнут двигаться так, чтобы постараться нас окружить. Они весьма неглупые, и соревноваться с ними в решении топологических задач я бы тебе не советовала. Поэтому нам надо идти, и желательно быстро.

Примерно шесть дней назад мы прошли скалу, обозначенную на плане. Серый пейзаж постепенно начал меняться на более живой. Небо стало светлее, мох на камнях сделался гуще, клочки травы выше, несколько раз попадались небольшие роднички с прозрачной водой. Вдалеке показалась рваная темная полоска леса. Ночевать сегодня будем в лесу. Ша азартно крутит головкой, пытаясь что-то рассмотреть в попадающихся на нашем пути пучках травы.

– Что ты там высматриваешь? – Мне надоели уже ее суетливые движения.

– Мыш-ши! – не смогла скрыть своего восторга Ша.

– Ты ешь мышей? – Не сказать, чтобы я сильно удивился, но все же не ожидал, что какие-то мелкие серые грызуны могут заинтересовать мою хладнокровную наездницу. – А кто-то недавно мне говорил, что питается только духовной пищей. – Я насмешливо глянул на змейку.

– Фи! – Даша презрительно тряхнула головкой. – Вот еще! Конечно, я их не ем. Я еще слишком маленькая! Но вот поохотиться на них хочется. Очень! – В ее голосе послышались мечтательные нотки. Змейка окуталась дымкой и демонстративно исчезла с моего плеча, мол, не очень-то и хотелось.

Лес встретил меня мрачной тишиной. Почва на опушке уже не была полностью каменистой, кое-где на ней можно было рассмотреть отпечатки следов. Вот этот след похож на кошачий. Кошечка в детстве явно слушалась маму и ела манную кашку, поэтому выросла большой и красивой, лапки у нее как три моих ступни. Я нервно передернул затвор карабина, проверяя патрон в патроннике.

– Это тигра, – высказала змейка свое мнение. – Они достаточно разумны и стараются не связываться с людьми, если те их не трогают и если с ними нет детенышей. Но останавливаться здесь на ночлег не стоит. Тут сонное место!

– Что еще за сонное место? – Покрутил головой в поисках Даши – не люблю разговаривать, когда не вижу собеседника. Змейка появилась, обвившись вокруг моего запястья. Даша явно к чему-то принюхивается. Вот уж не думал, что змеи используют обоняние.

– Сонное место может делать кошмары реальными. Приснится тебе во сне монстр, а сонное место создаст его в реальности. Тебе какие монстры обычно снятся? – Даша уставилась на меня с любопытством. – Надеюсь, убежать мы успеем?

– Мне вообще обычно сны не снятся, – пожимаю плечами.

– Тогда лучше не рисковать, – сделала вывод Даша. – Никогда не слышала, чтобы кому-то сны не снились. Так можно и вовсе не проснуться. Или проснуться где-нибудь в другом месте. Был бы ты настоящий маг, сонное место могло бы стать для тебя раем. Вечером засыпаешь, заказываешь, что тебе нужно, а утром все материализовалось… – Даша мечтательно вздохнула. – Например, мыши в шоколаде или лягушки в черничном соусе… Вообще-то сильные сонные места, подобные этому, встречаются очень редко, слабые ничего крупнее ядовитых пауков создать не могут. А здесь очень сильное место. – Змейка снова принюхалась. – Несколько тонн массы за ночь может родить.

Идти по лесу оказалось намного тяжелее, чем по пустоши. Лес представлял собой почти сплошной бурелом. С моим рюкзаком далеко не уйдешь. Деревья на опушке почти все сухие, но стоит попытаться зайти на несколько десятков метров вглубь, встречаются настоящие гиганты неизвестной мне породы. Есть и вполне знакомые деревья: осины, дубы, сосны, милые сердцу березки, почему-то ассоциирующиеся со словами «дом» и «Родина».

Пока я двигался по опушке, Ша постоянно принюхивалась. Наконец она решила, что мы отдалились на достаточное расстояние от опасного места и можно останавливаться на ночлег.

Пространственное чувство в лесу начало сбоить. Множество стволов и ветвей перегружают картину информацией, и мой мозг не может ее с непривычки обработать. Я растерянно озираюсь вокруг, держа наготове карабин. Но рассмотреть цель в густых кронах хвойных ветвей не удается, хотя там явно кто-то чирикает.

– Не так смотришь, – отвлекает меня от охоты насмешливый голосок Даши. – Нужно фильтровать предметы либо по температуре, либо по форме и размеру. Включи свое объемное зрение и сосредоточься на температуре своего тела. Потом научишься отделять живое от неживого. И зону чувствительности надо постоянно тренировать, чтобы она быстрее росла. Думаю, с твоими способностями через некоторое время ты сможешь чувствовать крупную дичь за десяток километров, а мелочь – километров за пять. – Даша махнула хвостиком. – Это даже больше важно не для охоты, а для твоей собственной безопасности. Охотников здесь и без тебя хватает, для многих местных обитателей ты экзотическое лакомство.

Я попробовал последовать совету змейки и сосредоточился на температуре своего тела. Лишние предметы исчезли из восприятия, где-то вверху появилось светлое пятно, по контуру похожее на птицу. Несколько маленьких пятен оказались почти под самыми ногами. Мыши. Я вскинул карабин и выстрелил. Птица упала на землю. Я поднял ее за лапы и осмотрел, похожа на разновидность тетерева или куропатки. Сегодня можно будет полакомиться свежим мясом, есть пищевые концентраты мне уже порядком надоело.

Через три дня я вышел к руслу ручья. Вода в ручье оказалась теплая и немного кисло-горькая на вкус, от нее постоянно шел пар. Ша заверила, что воду эту пить можно и даже полезно. Ручей бежит куда-то в глубину леса. Вокруг русла ручья деревья почему-то не растут, поэтому идти вдоль него было бы удобно.

– Ну и куда нам следует двигаться дальше? – вопросительно смотрю на змейку.

– А я знаю?!! – Ша нервно вскинула головку. – Можно и здесь поселиться, место неплохое, почти на границе с дикой пустошью. Лесные монстры стараются близко к пустоши не подходить. Самых опасных сюрпризов пустоши здесь тоже не бывает. Лучшее место для жизни трудно придумать. – Ша покачала головой. – Я могу тут охотиться на мышей. Для тебя здесь тоже можно найти достаточно пищи, рядом с ручьем растут очень питательные клубни. Мне бы вот только немножко подрасти, и все будут нас уважать и бояться. С королевской серпентой пустоши мало кто осмелится вступить в схватку. – В голосе Ша послышались горделивые нотки.

– А что это вон там за искорки такие?

Вид деревьев на другой стороне полянки искажался, как если бы из почвы выходил горячий воздух. В столбе этого воздуха проскальзывали не-обычные фиолетовые всполохи. Я решил подойти поближе, чтобы рассмотреть необычное зрелище.

– С-с-стой! С ума с-с-сош-ш-шел? – Змейка чуть не цапнула меня за ухо. От того, как ее холодный нос прошелся по коже, стало не по себе. – Это выверт прос-с-странства. Не с-с-смей туда ходить!

– Что еще за выверт такой? – Я недовольно отодвинул рукой головку Ша от своего уха. – Поаккуратней, сыворотки от змеиных укусов у меня нет. А обычное средство от ядов может не помочь.

– Не бойся, укус фамильяра не может повредить хозяину. – Ша насмешливо вывалила язык. – Я вообще не могу причинить тебе вред, даже если бы захотела. А я не хочу. Где мне потом искать другого такого хозяина? – Даша любовно обвилась вокруг моей шеи. – Ты красивый!

Когда я ее только подобрал, ее длины для такого жеста хватить не могло. А теперь пожалуйста – отъелась…

– Если бросить камень в выверт пространства, то его выбросит из какого-нибудь другого выверта, который может находиться за десятки или даже сотни километров от этого. Если в такой выверт попадет человек, то ему очень повезет, если выверт переместит его целиком, а не раскидает кусочками. – Даша потерлась головкой о мою щеку и зажмурила глазки. – Человека может просто вывернуть наизнанку и выбросить обратно, у этих вывертов тоже есть чувство юмора. Только оно несколько вывернутое… – Даша фыркнула.

В этот момент выверт вспыхнул фиолетовым светом, и из него вылетело что-то круглое и подкатилось прямо к моим ногам. Я со страхом уставился на безобразный предмет, это была человеческая голова. Голова дико водила глазами, а рот ее был открыт в безмолвном крике ужаса. Через несколько секунд глаза остекленели, язык вывалился.

– Какая прелесть! – Ша свесилась с моего плеча, чтобы лучше рассмотреть голову. – Это подарок выверта, он услышал наш разговор и решил пошутить. Я же говорила, что у них есть чувство юмора!

В отличие от меня, случившееся привело змейку в восторг.

– Мы отправимся вдоль русла ручья. Мне это место не нравится. – Я с омерзением поспешно отошел от подарка пространственного выверта.

– Как скажешь, Рем. – Ша небрежно махнула хвостиком. – Ты у нас хозяин.

Через два дня я вышел к берегу большого красивого озера, в которое впадал ручей. Климат в лесу стал значительно теплее, может, это меняется время года, а может, сказывается удаленность от пустоши. Ша сказала, что смены времен года в пустоши не бывает. Там всегда одинаковая хмарь и холод.

Множество звериных троп вели к воде, животные ходят сюда на водопой. Здесь рай для охотника. Змейка утверждает, что у самой воды безопасно. Охотиться на самом водопое не принято, хищники достаточно разумны, чтобы не лишать дичь нормальных условий для жизни. Хищников неразумных истребляют более разумные, которые следят за порядком и поддержанием поголовья дичи. Одни из самых опасных хищников – это гарны, летающие твари. Они никого не боятся и не соблюдают никаких правил. Могут собираться в стаи, но обычно охотятся парами.

– Ты откуда все это знаешь? – Я с сомнением уставился на Дашу. – Ты же родилась в пустоши.

– Мы, серпенты, не дикари какие-нибудь! – Ша приняла оскорбленный вид. – Мы разумные магические существа. У нас и книги свои есть!

– А книги вы хвостами пишете? – Возмущение Ша меня позабавило.

– У нас есть специальные камни, в которых мы можем сохранять свои мысли и воспоминания. Ваши грубые человеческие способы записывать слова с помощью знаков нам вовсе не нужны. – Похоже, змейка обиделась. – Но мы можем и форму свою менять, когда входим в возраст и силу. Поэтому писать книги руками для нас тоже не проблема. Только ни один здравомыслящий серпент по доброй воле не согласится даже ненадолго принять форму человека. Ваше тело очень неудобное.

– А я как-то притерпелся уже, – пожимаю плечами. – Для меня ходить гораздо приятней, чем пресмыкаться на брюхе.

На мое замечание змейка фыркнула и демонстративно отвернулась.

Недалеко от озера я присмотрел полянку, где росло огромное раскидистое дерево, в ветвях которого можно соорудить шалаш. Ночевать на дереве безопасней. Пожалуй, останусь здесь на некоторое время, отдохну, соберусь с мыслями, определюсь с дальнейшими планами.

Охота не задалась с самого утра. Тратить патрон на зайца или куропатку не хочется. Нужно подстрелить что-то типа оленя, тогда можно было бы накоптить запасы впрок. Есть также возможность мясо посолить, на берегу озера я нашел крупные кристаллы поваренной соли. Сканирую пространство вокруг, ни одного крупного животного поблизости нет. Я довольно хорошо приноровился ходить по лесу. Сегодня лишь пару раз услышал от Ша уже ставшую привычной фразу: «С-с-стой!!! Куда преш-ш-шь?!! Жить надоело?» Даша бдительно смотрит по сторонам и предупреждает о любой опасности. Ну, скажите на милость, откуда мне знать, что запах красивых желтых цветков вон на том кусте даже медведя убивает за три секунды, а вон то неприметное растение имеет шипы, укол которых парализует жертву. Насекомых лучше не трогать, цветы лучше не нюхать, есть не только ядовитые, но и наркотические. Повезет, если отделаешься лишь глюками. А глюки, вызванные пыльцой вон тех синих цветочков, вполне могут стать реальностью и схарчить на самом деле. Мне в это поверить трудно, но экспериментировать не хочется. Даша зря поднимать панику не будет. Она не раз уже доказала, что для выживания слушаться ее нужно быстро и беспрекословно. Если бы вчера вовремя не залез на дерево по тревоге, поднятой змейкой, то сегодня уже не наслаждался бы прогулкой. А ведь с виду были почти обычные кролики, тем не менее съели кабана, на которого я охотился, за какие-то три минуты. Мне с дерева было все хорошо видно.

Запасов еды в моем шалаше достаточно, можно не напрягаться и спокойно вернуться назад. Хм, шалаш на дереве… Наверное, правильней называть его гнездом. Я задумался.

– Люди не живут в гнездах. – Ша небрежно махнула хвостиком.

– Хорошо, пусть будет нора. – Пожимаю плечами и зарабатываю удивленный взгляд Даши. Я уже хорошо чувствую ее эмоции.

– Нора может быть в земле или в камнях, нора – это то, что вырыто. А если в дереве нора, то это не нора, а дупло. Та куча хвороста никак на дупло не тянет. Вот ведь бестолочь, свалился на мою голову. – Змейка раздраженно тряхнула головкой. – Впрочем, пусть уж лучше будет гнездо, раз ты такой дятел.

Тем временем мы вышли к озеру. Упс! А это еще кто? Я рухнул в траву и затаился. И как я их сразу не заметил? В этот раз мое пространственное чувство меня полностью подвело. Я медленно, стараясь не сильно шевелить высокой травой, стал переползать в сторону ближайших хвойных кустов, где меня будет труднее обнаружить. На берегу рядом с водой стоят две странные фигуры в кожаных плащах и в накинутых на голову капюшонах. Это точно люди. Один, тот, что ближе к воде, держит в руках карабин, похожий на мой, а на плече у него висит охотничий арбалет. Хороший арбалет, из дорогих. У второго на плечах большой рюкзак, оружия не видно, но это не значит, что его нет.

– Амулеты… На них маскирующие амулеты, – начала шипеть мне на ухо Ша. – Был бы ты настоящим магом, ты бы их гораздо раньше заметил. А если бы не был магом, то не заметил бы вовсе. Силы много, а ума совсем нет. Простейших вещей не умеешь. Откуда ты такой взялся?

Ша все никак не может поверить, что я ничего не помню из своей прежней жизни.

– Я заползу на ветки, чтобы рассмотреть их получше, а ты постарайся представить, что мы с тобой одно целое, слейся со мной, тогда сможешь видеть моими глазами. Надо же тебе когда-нибудь начинать хоть чему-то учиться… И карабин свой держи наготове. Здесь обычно сначала стреляют, а потом вопросы задают.

Ша метнулась с моего плеча, толкнувшись хвостом, и легко заскользила по ветвям. Ветки при этом не шелохнулись, даже не один листик не дрогнул. Хорошо иногда быть серпентой…

«А то!!!» – раздалось в голове ехидное замечание Ша.

Я постарался мысленно слиться со змейкой. Закрыл глаза и представил, что это я сейчас скольжу по тем ветвям. Это моя маленькая искорка жизни движется там наверху. Как ни странно, у меня получилось почти сразу. Вот я занял удобную ветку и поднял свою маленькую змеиную головку. Объем глазами змейки воспринимается совсем по-другому. Оттенки цвета непривычные, но картинка отчетливая. Змейка может видеть магические ауры. Теперь и я смогу, просто раньше не знал, как надо смотреть. Даже не знал, что такое вообще воз-можно.

Первый человек, тот, что ближе к воде, сделал властный жест рукой, показывая на землю. Его товарищ с облегчением сбросил тяжелый рюкзак и уселся рядом с ним прямо на траву. Первый здесь явно главный, чтобы так отдавать приказы, нужно это впитывать в себя с молоком матери. Человек положил карабин и арбалет на землю и медленным движением руки скинул капюшон. Густые темные волосы волнами упали на плечи. Девка! Девушка скинула плащ и стала не спеша снимать остальную одежду. Кажется, она собралась купаться в озере. Вода в озере теплая, я пару раз в нем купался. Ша говорит, что это полезно. Я и сам тогда чувствовал, как тело впитывает силу из озера. Тем временем на девушке остались только трусики. Оказалось, что под ворохом одежды скрывается изумительная фигурка. Мечта поэта. Волосы закрыли спину до ягодиц. Я наконец вспомнил, что надо дышать.

– Слюну проглоти, а то изо рта сейчас будет капать, – ехидно посоветовала Ша. – Как только девка зайдет в воду по пояс, будет самое удобное время для выстрела. Смотри не промахнись! Второго шанса может и не быть. Люди – это самые коварные существа, которые только могут встретиться. Некоторые из них почти так же опасны, как и серпенты.

– Что-то ты сегодня кровожадная. Как же можно стрелять в безоружную женщину? – Я сделал Ша свой мысленный посыл. – И нам все равно придется когда-нибудь устанавливать контакт с людьми, не век же мне сидеть в берлоге на дереве.

– В берлоге сидят медведи, а мы вроде бы уже договорились, что ты дятел. – Даша тяжело вздохнула. – Не говори потом, что я тебя не предупреждала. Контактировать с людьми тебе пока явно рано. Надо сначала освоиться и стать сильнее. Намного сильнее, чем ты сейчас.

Девушка задумчиво сделала еще один шаг к воде. Решив не мочить трусики, она не спеша сняла их дразнящим движением и со смехом кинула в сторону фигуры, сидящей рядом с рюкзаком. От такого зрелища мое сердце пропустило пару ударов, а змейка закрыла глаза, решив, что с меня хватит. Вот ведь вредина! На самом интересном месте!

– Леора, иди, искупайся со мной! Я позволяю! Это Звериное озеро! Второго шанса искупаться в нем может и не представиться. – Голос у девушки оказался певучий и звонкий.

Я осторожно приподнялся и слегка раздвинул ветви кустарника, чтобы самому увидеть происходящее. Это первый раз, когда мне пригодился оптический прицел на моем карабине, я смог оценить его по достоинству. Фигура, что сидела рядом с рюкзаком, неохотно поднялась и скинула плащ. Под капюшоном оказались светлые волосы цвета спелой пшеницы. Я с интересом смотрел за раздеванием второй девушки. Эта оказалась даже еще красивее, чем первая, хотя первая показалась мне самим совершенством и что красивее и быть уже не может.

– Да, госпожа Арика, как пожелаете, я иду. – Голос Леоры оказался чуть ниже по тембру, не такой звонкий, с легким незнакомым гортанным акцентом. Я бы сказал бархатный. От стройных ног и ягодиц я сумел отвести взгляд лишь, когда они скрылись в воде и девушка поплыла. Я глубоко вздохнул и закрыл глаза, чтобы расслабиться.

– Какой ты, однако, темпераментный. – Змейка снова появилась у меня на плече. – У вас, людей, все устроено не по разуму. У других зверей есть периоды для размножения, птицы и змеи откладывают яйца в определенное время года. Даже дятлы!!! А вы, люди, готовы заниматься размножением во все дни года и превратили этот процесс в удовольствие, забыв о самой его сути и назначении. По здравому смыслу этих двух самок нужно убить. Иначе тебе придется менять гнездо. Возможно, на нору или берлогу… Но, кажется, проблема сейчас решится без нашего участия. Парочка гарн вполне с ней справятся. – Змейка посмотрела куда-то в небо. – Нам следует отсюда уйти. Таким нервным, как ты, лучше этого не видеть. Впрочем, похоже, уже поздно. Молись, чтобы гарнам хватило этих девок, тогда есть шанс, что они тебя не заметят.

Я посмотрел в небо. Обычным зрением ничего не увидел, с закрытыми глазами заметил две размытые фигуры, несущиеся в нашу сторону со стороны пустоши. Существа сделали над нами круг и плавно приземлились на берегу озера рядом с тем местом, где лежали оставленные госпожой Арикой карабин и арбалет. Твари сбросили маскировку и наслаждаются эффектом, произведенным на своих будущих жертв. Очень похожи на ту, что я завалил в пустоши, только та была черная, а эти темно-зеленые. Тварь, что побольше, пнула лапой карабин и издала противный визжащий крик. Как ни странно, я полностью понял его смысл. Гарна с издевкой приглашала девушек, стоявших в воде, поучаствовать в совместной трапезе. Девушки замерли, стоя в воде по шею. Ситуация сложилась для них безнадежная. Вторая тварь вспорхнула и пронеслась на бреющем полете над их головами, чиркая когтями по воде, заставив нырнуть с головой. Хриплые дребезжащие звуки, издаваемые существом, похожи на смех. Другой смысловой нагрузки я в них не уловил.

– Госпожа, я выйду на краю отмели и отвлеку гарн на себя, пока они будут разбираться со мной, постарайтесь успеть добраться до арбалета.

Я понял сказанное скорее по губам, чем услышал шепот Леоры.

– Действуй. – Арика сопроводила команду небрежным кивком. Леора нырнула и поплыла вдоль берега. Я прополз через кусты, чтобы занять удобную позицию для стрельбы. Краем уха, едва расслышав растерянный вздох Даши: Совсем, мол, сбрендил хозяин.

Леора вышла из воды примерно в ста пятидесяти метрах от моей позиции. План дурацкий с самого начала. Твари уже доказали, что разумны. Очевидно, что они не бросятся на приманку вдвоем и уж тем более не оставят оружие без присмотра. Тварь, что покрупнее, осталась рядом с карабином, а та, что поменьше, с хищными торжествующими воплями взмыла вверх. Пора! Я вскинул карабин и выстрелил. Крик гарны оборвался, и она камнем рухнула вниз.

– Вообще-то убить гарну из карабина невозможно, – философски заметила змейка, – но если маг в чем-то уверен чего не знает, то велика вероятность, что у него получится. Поздравляю, ты единственный из людей, кто приобрел такую способность. Видишь, какой у тебя мудрый фамильяр, – в голосе змейки послышалось самодовольство, – сказала тебе, что убить гарну из карабина невозможно, лишь после выстрела.

Я, не особо слушая болтовню змейки, поймал в прицел вторую гарну, задержал дыхание и плавно нажал на спусковой крючок. Попал в глаз, как и первой твари. Вообще-то карабин на такую точность стрельбы не способен, это не снайперская винтовка. Явно что-то не так либо с карабином, либо со мной самим. Гарна с хрипом завалилась на бок. Леора, мысленно уже расставшаяся с жизнью, без сил рухнула на колени. Я, полежав еще несколько секунд, поднялся и вышел из кустов.

– Здрасте, девочки.

Ловлю настороженный взгляд Арики. Девушка медленно вышла из воды, сделала несколько шагов в мою сторону и демонстративно остановилась, давая мне возможность рассмотреть себя получше. Я чувствую, что что-то идет не так. Мое приветствие осталось без ответа.

– Может, отвернешься? – Застенчивости или стыда в ее интонациях я не почувствовал. Пожимаю плечами и поворачиваюсь к кустам, из которых только что вышел. Даю ей время одеться.

– Падай!!! – вопль змейки заставил меня рухнуть на землю. Арбалетный болт срезал ветку в том месте, напротив которого только что находилась моя голова. Перекатываюсь. Осколки камня, разбитого выстрелом из карабина, поцарапали ухо. Перекатываюсь еще раз и прижимаюсь к земле в неглубокой канавке, которую неосознанно заприметил, выходя из кустов. Вот зараза! Вытягиваю руку вперед и шевелю траву, пуля ударила в край канавы совсем рядом с рукой. Неплохо стреляет для девчонки.

– Кто-то говорил, что ему удобней ходить, чем пресмыкаться на брюхе. – Даша нашла время поязвить. – Слейся с канавой, убери из головы все мысли, тебя нет. Ты пустое место. – Шепот змейки почти гипнотизировал. – Прижми к себе карабин, он часть тебя, тебя нет. Расслабься, ты ничто, ты пустое место. Дыши медленней. Еще медленней. Тебя нет.

Я послушно выполняю инструкции змейки. Через несколько секунд приходит состояние покоя. Лежу на спине, глядя в небо. Меня нет. Краем сознания отмечаю где-то сбоку легкое шуршание травы. Крадется. Девушка подошла к краю канавы и остановилась, глядя на меня в упор. На ее лице удивление. Арика так и не соизволила одеться. Но сейчас даже вид девических прелестей, пушистых темных волос на лобке меня не трогает. Меня нет. Девушка внимательно осматривает канаву, но меня почему-то не видит.

– Леора! Ты не видела, куда он делся? – Интонации голоса удивленные с нотками детской обиды.

– Да, госпожа, я видела. Он ушел. Он дополз до кустов и побежал за кустами в сторону леса. Он быстро бегает, – раздался голос Леоры со стороны озера.

– Собираемся! Уходим! Мы сегодня вели себя очень беспечно! Нам еще нужно время, чтобы найти безопасное место для ночлега. Забери клыки и железы гарн. Жаль, что ничего больше мы унести не сможем, все остальное испортится.

– Говорила тебе, что надо стрелять, пока они были в воде, – всю обратную дорогу в гнездо недовольно ворчит Даша. – Теперь о спокойной жизни можешь забыть. Та темненькая не успокоится, пока нас не выследит. Люди не знают ни жалости, ни благодарности.

– Та, что светленькая, явно пыталась защитить меня от хозяйки. Вполне благородный поступок. – Пожимаю плечами.

– Или хозяйку от тебя. – Змейка пытается переиначить ситуацию. – Ты у них на глазах пристрелил двух гарн. А это сделать невозможно. Гарны магические существа, и без помощи магии их не убьешь. Здравомыслящая серпента после такого решила бы с тобой не связываться и держалась бы от тебя подальше. И уж точно не стала бы воровать чужие трофеи, мы – существа порядочные. Клыки гарн – вещь очень ценная и очень редкая! Мало кому удавалось их добыть. А вот люди еще и воры.

– А я, по-твоему, кто? Не нравятся люди, зачем сидишь у меня на плече? Будь на моем месте серпента, давно бы уже выгнала тебя за ядовитый характер.

– Я маленькая, а серпенты маленьких не обижают. – Змейка обиделась и исчезла с плеча. Остаток пути мы прошли молча.

Нужно заготовить побольше вяленого мяса и уходить. Появилось ощущение, что пришло время менять место стоянки. Задержусь еще на несколько дней. Наверное, стоит послушать совета тумана и постепенно двигаться в сторону оазиса. Вещи упакую в рюкзак, оставлю только самое необходимое. В шалаше вообще ничего оставлять нельзя, сторожить некому, буду здесь только ночевать. А вещи придется прятать где-нибудь рядом. Сижу возле маленького костерка, смотрю на огонь. Змейка тоже любит сидеть рядом с костром. Если бы не образ матери и сестренки, никуда бы отсюда не ушел, остался бы жить возле озера.

На границе зоны чувствительности я заметил сразу две яркие точки. Первая – розовато-красная – принадлежит какой-то дичи, судя по яркости и размеру, это, скорее всего, олень. Вторая, холодного синего цвета, принадлежит какой-то неизвестной мне твари. Цвета эти условны – в восприятии аур цветов нет. Но ощущения почему-то связываются именно с цветом. Для обычных живых организмов характерен розовый или красный цвет. Оттенки у каждого существа свои, и они непрерывно меняются, но лишь в ограниченном диапазоне. При рассмотрении ауры вблизи видна структура ее узора. Для магических тварей характерны оттенки синего или желтого цвета. У Даши аура насыщенного золотистого цвета. У неживых предметов тоже есть своя аура, у растений своя. По ауре можно очень многое узнать о предмете или организме, но мне пока не хватает опыта.

Олень медленно движется на север, я стараюсь идти ему наперерез. Синяя точка следует за оленем. А за ней следуют еще две точки. Раньше бы я на эти два пятнышка не обратил внимания. Теперь, наученный горьким опытом, знаю, что это два маскирующих амулета. Кажется, мои недавние знакомые тоже вышли сегодня на охоту. Синего, как и меня, интересует олень. А охотниц, похоже, больше интересует синий.

Если движение продолжится в таком же порядке, то олень выйдет на эту полянку минут через пять. Вон тот пригорок с высокой сухой травой удобное место для засады. Под его прикрытием можно спокойно отойти в лесные заросли. И ветерок дует в нужную мне сторону. Аккуратно вырезаю прямоугольные куски дерна, обустраиваю позицию для стрельбы. Готовлюсь на всякий случай, стрелять сегодня не собираюсь, посмотрю, как пойдут дела. Это не последняя дичь в лесу.

Большой красивый олень с великолепными ветвистыми рогами чинно вышел на поляну. Животное прислушалось и, не почувствовав опасности, стало спокойно жевать приглянувшийся кустик высокой травы. Через минуту олень насторожился и тревожно перешел поближе к деревьям в противоположную от меня сторону. С той стороны, откуда пришел олень, появилось существо. Я почувствовал, как по телу прошел холодный озноб. Аура у чудовища очень яркая. Тело покрыто темно-зелеными чешуйками, устрашающего вида клыки и когти. Большой черный рог украшает голову. Чудовище ходит на задних лапах. Огромные желтые глаза с вертикальными зрачками бегло осматривают полянку. На секунду остановились на холмике, где я устроил свою позицию. Появилось чувство, будто меня только что просветили насквозь, оценили и не сочли достойным внимания. Затем синий как-то равнодушно посмотрел на оленя. Олень замер на мгновение и исчез в зарослях.

– Это зверыг, – сообщила змейка, – очень редкая и опасная магическая тварь.

Зверыг проводил оленя взглядом, затем сделал несколько шагов задом, по собственным следам, и прыгнул прямо в заросли рядом с тем местом, откуда вышел. Для такой массивной туши столь длинный прыжок выглядит очень неожиданным. А я сначала хотел выбрать для засады именно тот участок, но передумал, так как ветер дул с той стороны. Теперь имеем две засады на одной поляне, четыре охотника и одного оленя, который оказался нафиг никому не нужен.

Несколько минут ничего не происходит. Я просканировал окрестности своими чувствами. Мои недавние знакомые появятся здесь с минуты на минуту. А вот аура зверыга исчезла! Если бы не видел, как он спрятался в зарослях, ни за что бы его не обнаружил.

– Тебе тоже нужно научиться прятать ауру, – прокомментировала мое недоумение змейка, – но пока ты к этому не готов. Я прикрываю тебя, как умею, но я маленькая, поэтому получается у меня пока не очень хорошо.

На полянку вышли две уже знакомые мне фигуры в кожаных плащах. Сегодня рюкзака у них нет. Лишние вещи, затрудняющие движение, видимо, спрятали где-то на стоянке. Арика держит наготове арбалет, а карабин достался Леоре. Девушки с удивлением обнаружили, что в двух десятках метров от леса след чудовища обрывается. Их лица выражают удивление и растерянность. Арика медленно поворачивается вокруг своей оси, осматривая окрестности через прицел арбалета.

– Карабин в данной ситуации можно использовать только для того, чтобы застрелиться, – прокомментировала ситуацию змейка. – А вот арбалет с магическим болтом вещь очень серьезная. Пожалуй, таким можно даже и зверыга завалить. Вот только убить его нужно с первой попытки. Времени перезарядить арбалет он им не даст, да и уязвимых мест у этой твари не так много. Ставлю дюжину живых мышей против одной дохлой на победу зверыга. Эти две человеческие самки – ошибка природы, которую следует срочно исправить, – в голосе Ша появились злорадные нотки. Не может змейка простить брюнетке выстрела мне в спину.

Убедившись, что монстра поблизости нет, Арика расслабилась, закинула арбалет за плечо и стала внимательно изучать следы зверыга, не спеша двигаясь в обратном направлении и постепенно приближаясь к засаде. В том месте, где зверыг прыгнул, следы отпечатались лучше. Арика присела на корточки, чтобы рассмотреть какие-то мелкие детали.

Дикий рев чудовища потряс окрестности. Даже я на какой-то миг впал от такого в ступор. Монстр выпрыгнул из засады прямо на девушку. Если рев был рассчитан на то, чтобы лишить врагов самообладания, то в отношении меня он вполне достиг цели, я такого от монстра никак не ожидал. А вот Арика среагировала сразу, резко оттолкнувшись руками и ногами от земли, ей удалось в перекате уйти с того места, куда приземлился зверыг. В движении она попыталась снять арбалет с плеча, но, видимо, в спешке задела спусковой крючок. Болт воткнулся в одно из тонких деревьев на краю поляны, с треском расщепив ствол. Арика вытащила второй болт, пятясь спиной, попыталась снова перезарядить арбалет, но самообладание ее покинуло, руки затряслись, и болт никак не хотел попасть в ложе арбалета, а ведь еще надо взвести тетиву. Зверыг не торопился, он уже наслаждался победой. Выстрел из карабина и отчаянный прыжок Леоры в попытке задержать монстра ни к чему не привели. Зверыг небрежно отмахнулся от Леоры, и она отлетела в сторону, упав и так и не выпустив из рук бесполезного карабина. Леора не представляла опасности, и чудовище больше не обращало на нее внимания. Ею можно закусить и позже. Арика наконец сумела вставить болт в ложе. Зверыг прыгнул, вырвал арбалет из рук неудачливой охотницы, нанес удар ногой сбоку, и девушка, словно тряпичная кукла, перевернулась в воздухе и упала. Монстр явно развлекался, кроша арбалет лапой. Убивать своих преследователей сразу ему не интересно. Зверыг хотел насладиться страхом и мучением жертв.

– С тебя дохлая мышь, – заявила змейка.

– Мы не спорили, – пожимаю плечами.

– Нет спорили! – в голосе Ша звучит возмущение.

– Нет, не спорили!!! – повышаю голос.

– С тебя мышь! – упрямо повторяет змейка. – Отдашь вечером!

Встаю со своего лежбища, небрежно вскидываю карабин одной рукой и стреляю. В голове зверыга появляется аккуратная дырочка рядом с основанием рога. Чудовище заваливается на спину. Меня словно волной окатывает мощный прилив магической силы, моя аура вдруг становится видимой для меня самого.

– Ничья. Никто никому ничего не должен.

Ищу змейку глазами. Ошалевшая Ша растерянно молчит и хлопает глазками. Кажется, это первый раз, когда мне наконец-то удалось загнать ее в тупик.

С интересом рассматриваю труп чудовища. Страшный! Я бы на такого охотиться ни за что не решился.

– Рог забери. Это, пожалуй, самое ценное, что можно добыть в лесу, – советует змейка. – Клыки, зубы и когти тоже следует взять. У людей за такие трофеи можно безбедно прожить до конца дней, еще и правнукам хватит. Только сначала самок добей. Мертвый зверыг от тебя уже никуда не денется, а вот пулю в спину или метательный нож в шею можно получить от них в любой момент.

Арика пришла в себя и сверлит меня пристальным взглядом. В ее красивых глазах столько эмоций! И страх, и мольба, и ненависть. На другом краю поляны со стоном, опираясь на карабин, поднимается Леора. Собственно, опасность сейчас представляет только она. Делаю вид, что полностью поглощен рассматриванием и оценкой добычи, даже карабин демонстративно положил на землю, но все внимание сосредоточено на движениях охотниц. Я выстрелю раньше, в этом у меня нет никаких сомнений. Девушек явно учили обращаться с оружием с детства. Не знаю, кто я и как обучали меня, но в скорости им со мной не тягаться. Никогда.

Леора встала, слегка пошатываясь. Я жду момента, когда ствол карабина начнет движение в мою сторону.

– Ну же стреляй! Чего ты ждешь?! – Арика не выдержала первая. – Я приказываю тебе печатью!

– Вы больше не можете мне приказывать, госпожа, – голос Леоры спокойный и ровный. – Не знаю, как такое могло случиться, но клеймо рабыни исчезло. – Девушка спокойно пристроила карабин за спиной.

– Неблагодарная дрянь! Вернемся домой – отправишься отрабатывать в казармы воинов моего отца. Так и сдохнешь под мужиками! У меня и раньше тебя просили, но я, дура, тогда тебя пожалела.

– У вас нога сломана, госпожа. Вы и вправду рассчитываете допрыгать домой на одной ноге? – в интонациях блондинки появился сарказм. – Госпожа Арика, вы теперь собственность этого человека, вы дважды обязаны ему жизнью и дважды покушались на его жизнь. Он вправе поставить на вас клеймо рабыни, которое не сможет снять ни один маг!

– Пусть он лучше на тебя поставит клеймо! А насчет меня ты права, с клеймом или без клейма мне отсюда теперь не выбраться, а успех был так близко! – Арика закрыла глаза и расслабленно откинула голову назад.

– На меня клеймо не ляжет. – Леора улыбнулась. – Он спас жизнь мне, я ему. Старое клеймо рабыни исчезло еще в озере, поэтому я смогла солгать вам, когда вы стояли над ним с карабином. Если бы вы, госпожа Арика, просто выстрелили перед собой под ноги, он был бы мертв и не смог бы во второй раз нас спасти, – в интонациях блондинки послышалась насмешка.

Мир устроен сложнее, чем кажется. Я продолжаю делать вид, что занят исключительно сбором трофеев, рукоять пистолета прикрыта курткой, для того чтобы выстрелить, нужно лишь одно движение руки, десятые доли секунды. Поэтому приходится отпиливать рог зверыга левой рукой. Неудобно. Стреляю что правой, что левой почти одинаково. А вот работать мне все-таки удобней правой. Надо было положить пистолет слева, но кто же знал?

«Что за клеймо?» – мысленно спрашиваю у змейки.

«Люди делают рабами других людей. Есть разные виды клейма, но я в этом не разбираюсь. У серпент такое не используется, мы существа благородные». – Змейка хотела добавить «в отличие от людей», но передумала, решив не выяснять со мной отношений. Я чувствую Ша все лучше и лучше, малейшие оттенки настроения и эмоций, иногда даже мысли теперь читаю.

– Ты поглотил ауру зверыга. – В голосе Ша чувствуется напряжение. – Сначала мне показалось, что ты стал сильнее, после того как убил гарн, но тогда я не придала этому значения, изменения в насыщенности твоей ауры были незначительны. А с-с-сейчас изменения очевидны, такое не с-с-скроеш-ш-шь… Я читала в одном древнем камне, что такие маги встречались в совсем древние времена, но мама посоветовала мне не забивать головку глупостями. Рем, ты кто? – Ша сделала многозначительную паузу. Но, так и не дождавшись ответа, вздохнув, продолжила: – Ты хоть и человек, но сильно отличаешься от местных людей и явно не знаешь самых простых вещей, известных здесь любому ребенку. Клеймо – это только один из примеров. Поэтому тебе следует найти маленькое поселение людей, где-нибудь на отшибе, и постепенно изучить их обычаи. А эти самки явно какие-то знатные особы, они втянут тебя в дела, в которых ты ничего не понимаешь. Пристрели их… пожалуйста, что тебе стоит… – в голосе змейки появились умильно просительные нотки. – Ну, хочешь, оставь себе беленькую, а темненькую я сама укушу.

– Не могу, Даша. Не знаю, как тебе объяснить. Я мог бы ее убить, если бы она напала, а добить раненую и беспомощную рука не поднимется. И еще я чувствую, что если пойду против этой своей природы, то перестану быть человеком и потеряю что-то очень важное. Удача и боги, которые мне покровительствуют, от меня отвернутся… – Тяжело вздыхаю.

– Поступай как знаешь, ты у нас хозяин. – Ша покачала головкой. – Я присмотрю за тем, чтобы они не ударили нам в спину, поэтому о моем существовании им лучше вообще не знать, появляться буду так, чтобы меня видел только ты. – Ша появилась у меня на плече, но контуры ее тела стали как бы мерцающими.

– Когда я тебя поднял из той каменной ямки, то подумал, что ты только что вылупилась из яйца, а оказалось, что ты очень разумная личность. – Я решил комплиментом немного подбодрить змейку, расстроенную тем, что ей так и не удалось уговорить меня убить девушек.

– Размер тела больше зависит от магических сил, чем от возраста, я была тогда очень истощена, почти весь остаток сил ушел на воплощение. Если бы ты не поднял меня, я бы умерла. – Ша потерлась головой о мою щеку и зажмурила глазки от удовольствия.

Леора подошла, положила свой карабин рядом с моим и начала помогать мне собирать трофеи. Навыков у нее в таких делах явно побольше моего. Вскоре я понял, что лишь мешаю ей, и начал смотреть, как она работает, чтобы перенять опыт. Красивая девушка. Глаза большие, зеленые, необычного оттенка, брови вразлет, четко очерченные и слегка припухшие губы, благородная посадка головы. Прямой изящный нос. Две косички, заплетенные по бокам, использованы для того, чтобы перевязать остальные волосы. Леора полностью ушла в работу и не смотрит в мою сторону. Ни единого слова, ни одного вопросительного взгляда. Интересно, это какой-то обычай, связанный с социальным положением, или правила поведения женщины?

– Кто вы? – Я решил первым нарушить молчание.

– Я рабыня, милорд. – Голос спокойный, исполненный достоинства. Рабыни, по моим понятиям, так не разговаривают. С такими интонациями можно было бы, например, сказать: я королева. – Моя госпожа – дочь южного наместника, – кивок в сторону Арики. И снова молчание.

– Что вы делаете в лесу? – продолжаю задавать вопросы.

– Ей, – кивок в сторону Арики, – был нужен рог зверыга. Добыв его, госпожа может доказать право быть наследницей своего отца. Сейчас наследником является ее младший брат. А я рабыня, иду, куда прикажут, – пожимает плечами, и снова молчание. Лишнего слова из нее не вытянешь.

– Почему она стреляла мне в спину? – Пристально смотрю на девушку. Мне интересна малейшая тень эмоций, которая поможет понять недосказанное.

– Возможно, она испугалась, что вы потребуете долг за спасение жизни. Для дочери наместника лучше смерть, чем признать такой долг. Но лучше спросите у нее самой, – кивок в сторону Арики, – я не могу отвечать за ее поступки. На ее месте я бы так не поступила. – Пожимает плечами.

– Как мне следует с вами поступить по обычаям вашего народа?

Мой вопрос явно смутил Леору. Маска невозмутимости дала трещину, девушка замерла на несколько мгновений.

– По обычаям ее народа, – кивок в сторону Арики, – мы твоя добыча, ты можешь делать с нами, что пожелаешь, мы стали твоей собственностью, тебе достаточно лишь наложить свое клеймо. Ситуация такова, что мы обе обречены здесь на гибель без посторонней помощи, поэтому, по обычаям моих предков, ты должен был бы оказать нам помощь… – девушка сделала паузу в нерешительности и продолжила: – Если бы она не пыталась тебя убить, – небрежный кивок в сторону госпожи. – Теперь же ты вправе просто уйти, – пожимает плечами и печально опускает голову.

Подхожу к Арике.

– А ты что скажешь? – Ловлю ее взгляд.

Смотрит безразлично. Молчит. Не хочет со мной разговаривать. Презрительно отворачивается. Сажусь на корточки, осматриваю внутренним зрением рану на ноге. Когти монстра разрезали мясо до кости, чудом не задев артерию. Бедренная кость сломана. Рану надо срочно зашить, ногу зафиксировать. Расстегиваю ремень на ее поясе. Девчонка задергалась.

– Нет!!! Лучше сразу убей! – Самообладание потеряно, в глазах животный ужас. Вцепилась в штаны руками.

– Убери руки, дура! – С размаха сильно бью ее ладонью по щеке. – Не нужна мне твоя девичья честь.

Мое внутреннее зрение гораздо удобней рентгена. Кость легко удалось зафиксировать. Для этого пришлось выстругать несколько колышков. Лоб девушки то и дело покрывается капельками пота. Арика до крови закусила губу, пока я складывал кости. Однако ни малейшего стона она себе не позволила. Стерва. Но сильная стерва! Края раны даже не пришлось зашивать, они сошлись под воздействием моей ауры. Видеть собственную ауру непривычно. Сжимаю бедро Арики руками, аура между руками уплотняется настолько, что возникает свечение, видимое даже обычным зрением, и сращивает края раны. Туго привязываю колышки к ноге лоскутами от ее штанов. В принципе на лоскуты подошел бы и плащ, но я из вредности выбрал штаны. Пусть учится смирению, ей полезно, и мне посмотреть на нее будет приятно, хоть какая-то компенсация за работу…

Пока я возился с госпожой, Леора успела закончить разделку зверыга и вынула из деревца магический болт.

– Эта штука стоит целое состояние, – пояснила она свои действия.

Заночевать я решил на поляне. Завтра сделаю волокушу или носилки, сегодня уже поздно. Думаю, запах зверыга отпугнет от нас ночных хищников.

Капли жира с шипением падают с толстой сочной куропатки в костерок. Похолодало. Из еловых разлапистых ветвей я соорудил себе уютное гнездо. Дальнейшую заботу об Арике скинул на Леору, пусть устраиваются как им удобно. То одна, то другая девушка украдкой кидают на меня тревожные взгляды, не знают, чего от меня можно ждать. Я чувствую их тревогу. Старые отношения госпожи и рабыни разрушены, а новых девушки пока не построили. Неопределенность нервирует обеих, особенно Арику, она теперь в полной зависимости не только от меня, но и от своей бывшей рабыни.

Впитываю тепло костра, мысли текут вяло. Подумав немного, решаю, что Ша, пожалуй, права. Нужно выйти к небольшому поселению людей и там получить всю недостающую информацию. Мясо скоро будет готово. Запах куропатки дразнит обоняние. Леора то и дело сглатывает слюну. Напряжение повисло в воздухе. Арика первой не выдерживает молчания.

– Мне кажется, пора прояснить наши планы. Что вы собираетесь делать дальше? – вопрос обращен к обоим.

– Я точно не собираюсь идти в казармы к воинам вашего отца, – отвечает Леора после небольшой паузы. – Моя преданность вам, госпожа Арика, не распространяется настолько далеко. – В голосе девушки звучит неприкрытая издевка. – Но и зла я на вас не держу, поэтому буду заботиться о вас, пока это безопасно.

– А что хотите вы, незнакомец? И кто вы такой? – Арика первый раз обратилась ко мне лично.

– Можешь звать меня Рем. Мне от тебя ничего не надо, – пожимаю плечами. – Нам всем по пути до людских поселений. Дальше можете идти своей дорогой. Кстати, как далеко отсюда живут люди?

– Мы добирались сюда почти месяц. Обратный путь можно проделать быстрее. Если дойти до Великой реки, то можно спуститься вниз по течению к ближайшим поселениям. Странно, что вы этого не знаете. – Я заработал задумчивый, пристальный взгляд Арики. – И почему вы думаете, что вам от меня ничего не надо? Мой отец – наместник Южных пределов. Вы можете занять очень высокое место при его дворе. Отец наверняка выполнит почти любую вашу просьбу за мое спасение. Долг жизни его дочери стоит очень дорого. Вы можете стать графом или даже лордом.

– Или трупом, если повернусь к нему спиной… – перебил я сладкие речи дочки наместника. На что Арика пожала плечами и отвернулась.

Делю куропатку на куски. Леора впивается зубами в нежное мясо птицы. Мне доставляет удовольствие смотреть, как она ест. Вся перемазалась, а жир течет по губам и подбородку, выглядит это почему-то смешно. Арика отламывает руками маленькие кусочки и аккуратно кладет их в рот.

– А куда ты направишься, Леора, когда мы доберемся до людских поселений? – Меня разобрало любопытство. Зарабатываю удивленный взгляд зеленых глаз.

– Я не думала. – Девушка вытерла подбородок рукавом. – Вряд ли рабыню, сумевшую снять клеймо, оставят в покое. Придется как-то скрываться. Но я не всегда была рабыней, мой род не менее знатный, – бросает косой взгляд на Арику, – но после рабства считается, что я обесчещена. Родня скорее всего меня не примет. Попробую куда-нибудь наняться или найду себе покровителя. – Арика пожимает плечами. Потом бросает на меня лукавый взгляд. – Вот вы, милорд, не хотите ли меня нанять? Стирка, готовка, всего за пять серебрушек в месяц. – Леора смеется. Я явно чего-то не понимаю, и это забавляет девушку. Затем она посерьезнела. – Вот только шансов выбраться из леса живыми у нас почти нет. То, что мы добрались до легендарного Звериного озера, это чудо. Сюда не решаются идти даже большие отряды опытных охотников. Почти никто никогда не возвращается, лес не прощает ошибок. Но даже не делать ошибок мало, еще нужно везение. Боги любят, конечно, безумцев… – Леора кидает насмешливый взгляд на дочку наместника, – но не до такой же степени.

– Действительно, Рем, как вы сюда попали? – Арика снова повернула голову в мою сторону. – Откройте тайну, раз уж она, скорее всего, останется вместе с нами в этом лесу. Судя по ауре, вы не маг, – зарабатываю ее пристальный взгляд, – ваша аура даже слабее, чем у среднего человека, амулетов на вас нет. Пусть даже у вас и есть карабин с зачарованными патронами, способными убивать гарн и зверыга. Это не спасет от множества ловушек леса. Вы очень странный. К дочери наместника обращаетесь на «ты», более того, способны влепить ей пощечину. Такое впечатление, что вы не понимаете, с кем имеете дело. Рана на моей ноге затянулась после вашей обработки, хотя лечить совсем не умеете – я чуть не сдохла от боли. Там, возле озера, вы исчезли, никогда не слышала о таких амулетах. – Арика тряхнула копной темных волос. – Может, вы одно из чудовищ леса, замаскировавшееся под человека? Тогда зачем вам рог зверыга? И почему вы нас до сих пор не съели? – Арика кокетливо строит глазки. Равномерные интонации ее голоса убаюкивают.

«Очнис-с-сь!!! – Ша встревоженно шипит в моей голове. – Она тебя завораживает! Какой же ты непутевый. Лучше пристрели ее!»

Я тряхнул головой и со всей силы влепил Арике новую пощечину. Та потеряла сознание. Голос госпожи подействовал и на Леору. Девушка тоже тряхнула головой, прогоняя наваждение.

– Однажды ее убьют из-за ее авантюр и взбалмошного характера, – Леора тяжело вздыхает, – но не думайте, милорд, что госпожа законченная дрянь, внутри она все-таки не злая.

Вода озера быстро и хорошо заживляет раны. Мы с Леорой забрали вещи со стоянки девушек и организовали новую стоянку почти у самой воды. Каждый день вытаскиваем Арику на носилках, сплетенных из прутьев, и кладем ее отмокать на отмели. Надо как можно скорее поставить ее на ноги, чтобы отправиться в путь к Великой реке.

Арика окончательно уверилась, что ни убивать ее, ни насиловать я не собираюсь. Однако дочери наместников – существа еще более парадоксальные, чем местные монстры. Последнее, вместо того чтобы успокоить, задело ее женскую гордость. Десять раз уже проклял себя за глупость, что изрезал ее штаны. Арика наотрез отказывается надевать чужую одежду, брезгливо отбросив специально подогнанные под нее запасные штаны Гельмута. Впрочем, брезгливость лишь предлог. Госпожа из мелкой мстительности при любой возможности демонстрирует мне прелести своего тела. Кажется, я слишком сильно ударил ее в последний раз, так что в ее голове что-то перемкнуло. Ничем другим такого поведения объяснить не могу. Моя ответная грубость дочку наместника совершенно не обижает и не расстраивает, она хладнокровно продолжает свою линию поведения.

Боюсь, мне просто придется наконец послушаться Ша и все-таки пристрелить ее. Спать с ней в мои планы никак не входит. Я слишком плохо понимаю законы этого мира и не могу предсказать, к чему это может привести. Змейка тоже не знает человеческих обычаев, на все мои вопросы у нее только один ответ: от Арики надо избавиться, и если мне жалко тратить патрон, то Ша согласна преодолеть брезгливость и укусить ее. Впрочем, довести соблазнение до логического конца в планы Арики все-таки не входит, но вгонять меня в краску доставляет ей удовольствие. Если рядом с ней существо мужского пола, ей необходимо чувствовать, что ее хотят. Если не хотят, то это оскорбление, если хотят и оскорбляют, то это комплимент.

Кроме того, такое поведение госпожи почему-то бесит Леору. Отношения девушек обострились. Леора больше не обращается к Арике на «вы», разговаривает с ней подчеркнуто враждебно. Арику поведение бывшей рабыни явно забавляет, и она дразнит ее при каждой удобной возможности. Если Леора решит сама пристрелить Арику, пожалуй, я не буду ей мешать. Спишем потери на классовую ненависть.

Сегодня опять вышел на охоту. Вылазка оказалась удачной – подстрелил небольшого кабанчика, как раз такого, что смог с трудом в одиночку дотащить его до нашего лагеря. Большего количества запасов мяса нам с собой в дорогу и не взять.

Арика наконец начала ходить, причем сразу уверенно опираясь на обе ноги, даже костыль ей не нужен. Озеро полностью восстановило ногу, не осталось ни шрамов, ни каких-либо следов ранения. Мы начали активно готовиться к походу. Пара дней уйдет на то, чтобы прокоптить и засолить мясо, собрать и насушить тонко порезанные плодовые – клубни.

Дочка наместника читала описание маршрута к Великой реке в каких-то свитках, украденных ею в кабинете отца. Этих свитков у нас нет, приходится полагаться только на память Арики. В описаниях говорилось, что на пути будут места, которые следует проходить максимально быстро, там будет нельзя останавливаться и тратить время на приготовление пищи. Хорошо, что хоть воду с собой не надо тащить – почти вся дорога пойдет вдоль маленькой речки, вытекающей из Звериного озера. Пройти маршрут в одиночку вообще невозможно, один человек не сможет унести и запасы продуктов, и необходимое снаряжение, и оружие, и трофеи, без которых поход был бы вовсе бессмысленным. Первоначально возвращаться этим путем Арика не планировала, но с моим появлением в команде это стало возможно. А еще для похода нужен маг. У нас, оказывается, есть сразу два очень сильных мага, это Арика и Леора. В случае чего они меня прикроют. Такое заявление Арики почему-то вызвало у змейки целую бурю веселья.

Подготовка к походу, как и всякая совместная работа, помогла сгладить возникшую между девушками вражду. Для столь опасного мероприятия необходима слаженная команда, выяснение личных отношений следует отложить на потом. Завтра с утра отправимся в путь.

Я нарубил хворост на ночь, Леора развела костер и приготовила еду, Арика установила палатку. Несколько дней идем без приключений. Сижу, уставившись на огонь.

– Зачем вам рог зверыга, Рем, что вы собираетесь с ним делать? – дочка наместника решила первой начать разговор.

– Продам. – Пожимаю плечами.

– А что вы собираетесь делать с такой кучей денег? – Арика не отстает. В ее голосе слышится насмешка, я явно сказал какую-то глупость. Мне катастрофически не хватает знаний. – Впрочем, это не мое дело, назовите вашу цену. – Девушка уставилась на меня с интересом. Это явно какой-то очередной тест. Лучше промолчать. Равнодушно отворачиваюсь от собеседницы и подкидываю хворост в костер.

– Так сколько вы хотите? – Дочке наместника непременно нужно довести торг до конца. – Рем, есть вещи, которыми владеть обычному человеку не только бессмысленно, но и опасно. – Арика посмотрела на меня как на малого глупого ребенка. – Если вам нужны деньги, могу предложить золотую безразмерную карту, – вопросительный испытующий взгляд.

Сохранить равнодушный вид мне не составляет труда, я ведь не знаю, что это такое – золотая карта. Впрочем, и рог мне вроде пока не нужен. Будет нужен, женюсь.

– Хорошо, – Арика недоуменно повела плечом, – могу предложить камень. Слезу Кали, – новый испытующий взгляд.

– Бери камень! – Ша взволнована, она явно знает, что это такое.

– Хорошо. – Я киваю. – Где камень?

Арика протягивает пустую ладонь, над ладонью возникает облачко, которое превратилось в прозрачный камень слегка голубоватого оттенка, размером с перепелиное яйцо. Девушка кладет камень мне в руку и выжидающе смотрит.

– Говори ритуальную фразу, – шипит змейка в моей голове, я повторяю за Дашей:

– Беру камень Слезу Кали в обмен на рог зверыга.

Камень снова превращается в облачко и исчезает. Сделка заключена. Арика удовлетворенно кивает головой.

– Я так и думала, что ты маг. Слишком много вокруг тебя странностей. Скрывать свою ауру без амулета может только Магистр. – Взгляд девушки сделался серьезным, в нем появилось уважение. – Впрочем, кто еще кроме Магистра смог бы в одиночку добраться до Звериного озера, чтобы устроить там пикничок. Думала, что знаю всех Магистров, но как всегда ошиблась. – Девушка тряхнула копной темных волос.

– Я не Магистр, – говорю я. – Ты как всегда ошиблась, – усмехаюсь.

– Проснис-с-сь!!! Проснис-с-сь немедленно! – Голос Даши вырывает меня из темноты сна. По телу распространился странный озноб, слабость, хочется спать. – Проснис-с-сь!!! Если жизнь дорога, надо двигаться! Вставай немедленно!

Я размыкаю веки и с трудом встаю на четвереньки. Тело плохо слушается, с трудом восстанавливаю координацию. Разминаю мышцы, силы быстро возвращаются.

– Бери девушек и уноси отсюда! Ты не можешь их здесь бросить. До конца пути вы одна команда. Говорила тебе, что их надо пристрелить, послушался бы умного совета, не пришлось бы их сейчас спасать, – ворчит Даша, но я чувствую, что она довольна, что я смог проснуться и встать. Пытаюсь растолкать Арику, девушка открыла глаза, она не спит, но пошевелиться у нее нет сил.

– Вытаскивай сначала Леору, я сильнее, смогу еще подождать, – хрипит она.

Ну уж нет! Я заберу обеих, чего бы мне это ни стоило. На правом плече болтается бесчувственное тело Леоры, на левом – тушка Арики. Делаю шаг. Меня шатает, с трудом удерживаю равновесие. Шаг, еще шаг и еще шаг. Главное, не сбиться с ритма и не упасть. Метров сто прошел.

– Достаточно. Здесь уже безопасно, можешь отдохнуть. – Последние слова змейки я не расслышал. Кажется, заснул, когда падал.

Очнулся от того, что щеку царапал какой-то острый камешек. Не сразу понял, где нахожусь. Вспомнились ночные события. Мои силы почти полностью восстановились, а вот Леора пока так и не очнулась, лежит на траве в той же позе, как я уронил ее ночью. Арика не спит, с трудом шевелится.

– Что это было? – спрашиваю Ша.

– Магический грызь. – Мерцающий контур змейки появился на моем плече. – Высасывает жизненные и магические силы. Днем он не опасен, вот только обнаружить его очень трудно. Хорошо бы его найти и убить. Девушек придется отогревать, – змейка задумалась, – почти как меня там, в пустоши. Тебе нужно заключить их в свою ауру. И обычное тепло им тоже необходимо. Побудешь пару дней нянькой, раньше они в себя не придут.

Вещи остались в лагере. Я вернулся за спальным мешком. Переносить лагерь не хочется, по-этому внимательно осматриваю окрестности. Как он хоть выглядит, этот проклятый грызь? Все чисто, ни малейшего пятна ауры магической твари. Я с раздражением пихнул каблуком ботинка камень, лежавший рядом с нашим кострищем. Звук перекатившегося камня показался мне каким-то глухим. Небрежно вскинул карабин одной рукой и выстрелил в булыжник, чтобы хоть на чем-то сорвать свою злость. Вместо того чтобы расколоть камень, пуля оставила в нем аккуратную круглую дырочку. Меня окатило волной магической силы. Контуры камня оплыли и превратились в существо, похожее на черепаху, с одним лишним отверстием в панцире.

– Ну, ты даешь… – восхитилась змейка. – Как ты его заметил? – В интонации Ша звучит неподдельное уважение. Нечасто она меня хвалит. Даже неудобно признаться, что это случайно вышло. Пожимаю плечами.

– Мне пострелять захотелось, а ему сегодня не повезло – выбрал неудачное место для отдыха.

Втроем в спальном мешке тесновато, рассчитан он максимум на двоих, но толстых. Арика прижалась ко мне всем телом и дышит в шею. Я стараюсь покрепче обнять Леору, ей явно становится намного лучше, бессознательное состояние перешло в сон. Оклемается. Можно сказать, легко отделались. Формы у Леоры соблазнительные. Машинально глажу ее по спине, чувствую, как ей передается моя сила. Ша настаивала, что девушек надо полностью раздеть, но я не решился – все нижнее белье на них оставил. Подумают еще, что я хочу воспользоваться их беспомощным состоянием. Мне и самому тяжело сдерживаться. Ладошка Арики начала гулять по моему животу, мне щекотно. Я дергаюсь, девушка хихикает. Откуда, спрашивается, берутся такие стервы?

– Кажется, ты уже достаточно пришла в себя, – поворачиваю голову в ее сторону, – больше тебе здесь делать нечего.

Расстегиваю мешок и выпихиваю из него дочку наместника. Арика пытается сопротивляться. Эта возня разбудила Леору. Бывшая рабыня растеряна и напугана, пытается пошевелиться, но тело плохо ее слушается. Выбираюсь быстрее из мешка, пока она не начала задавать вопросы.

– Раз все наконец очнулись, объявляю кормежку.

Похлебка вышла так себе. Стреляю я много лучше, чем готовлю. Арика кривит недовольную рожицу, но все-таки глотает пищу. Леору приходится кормить с ложечки, как маленького ребенка. Пристраиваю ее на коленях, голову придерживаю рукой. Спокойно ест, бывшая рабыня не столь привередлива, как ее госпожа.

Арика с интересом осматривает тушку убиенного грызя. Потыкала его палочкой в морду, похлопала панцирь ручкой, уделив особое внимание круглой дырочке от пули.

– Панцирь бы надо забрать. Только тащить его тяжело, – вздыхает.

Поели, теперь обратно в спальный мешок. Хочу вытащить Леору из плаща, в который завернул ее, пока кормил. Хм… не хочет в мешок. Пытается сопротивляться. Ну, я и дурак! Ей же по нужде надо. И что теперь делать? Смотрю на Арику. Та еще слишком слаба, чтобы помочь Леоре в ее беде. Хорошо, что хоть ей самой помогать не надо. Носик свой воротит, мол, это не мои проблемы. Ухмыляется, зараза.

Кое-как справился с трудной задачей, вогнав девушку в краску. А сейчас в мешок и спать. Ша посторожит. Укладываю Леору, Арика больше уже не нуждается в моей подпитке, но все равно пытается присоединиться к нам за компанию. Враждебный взгляд Леоры ее нисколько не смущает. Прогоняю дочку наместника. Уходит. Обиделась. Но свое одеяло все равно стелит рядом.

Леора не против того, чтобы я ее обнял, доверчиво прижимается и засыпает.

Сегодня прошли километров тридцать. Мои спутницы уже достаточно окрепли. По нашим расчетам, завтра или послезавтра должны выйти к реке. Леора ощипывает птицу, которую мне удалось подстрелить. Я пытаюсь выкопать корень растения, которое Ша определила как очень редкое и целебное. Арика кинула очередную охапку хвороста рядом с костерком.

От пронзительного отчаянного крика в кустах, откуда только что вышла Арика, буквально мороз прошел у меня по коже. Это был голос дочки наместника. Леора замерла в ступоре, а я с удивлением уставился на Арику, спокойно стоящую у костерка.

– Что это было? – спрашиваю у Арики.

– Я ничего не слышала, – отвечает она, пожимая плечами.

«С-с-стреляй!!!» – шипит Ша в моей голове.

Одним движением выхватываю пистолет и стреляю. Арика резким скачком ушла с траектории выстрела, упала на землю, затем, оттолкнувшись руками и ногами, прыгнула в мою сторону. Успеваю упасть на спину, бью девушку ногой в живот, тем самым перебрасываю ее через себя. Меня учили, мыслей нет, только рефлексы. Теперь главное сохранить инерцию, продолжить движение и встать на ноги. Тварь очень быстра, успела развернуться и сделала новый скачок в мою сторону. В отличие от меня ее не учили, слишком предсказуемо. Бью левой рукой кулаком в голову, по инерции меня разворачивает, и я стреляю вслед не успевшей приземлиться Арике в затылок. Мой выстрел почти слился с выстрелом карабина Леоры. Не знаю, можно ли убить эту тварь из карабина, но в том, что попал в нее из пистолета, уверен. Арика упала на живот, раскинула руки и не шевелится. Стреляю в то место, где обычно находится сердце, затем еще раз в голову. Осторожно подхожу к девушке, держа тело на прицеле. Мертва. Контуры тела постепенно размываются и превращаются в жуткую тварь, покрытую хитиновым панцирем. Лапы чудовища слегка подрагивают.

– Паукар, – произносит Ша название твари.

Меня окатил мощный прилив магической силы, почти эйфория. Но расслабляться некогда. Бросаюсь в кусты, откуда раздался крик Арики.

– Не так быстро! – Мерцающий силуэт Даши появился у меня на плече. – Если сам пропадешь, никому не поможешь, – недовольно ворчит змейка.

Фигура дочки наместника застыла в странной позе под нелепым углом с раскинутыми руками. В таком положении Арика должна была бы упасть, но почему-то не падает.

– Зрение магическое включи, горе мое, – вздыхает Ша.

Перехожу на аурное зрение. Девушка запуталась в какой-то странной серой сети.

– Вон та нить тянется к телу паукара, если ее оборвать, паутина распадется. Она и так распадется, но только когда темненькая будет мертва. Так что теперь тебе лучше поспешить. – Ша внимательно рассматривает паутину.

Я перерезаю нить ножом, девушка падает.

– Молодец, – в голосе змейки звучит легкое удивление. – Вообще-то девушка была обречена. Специально не сказала тебе, что ножом эту штуку не разрежешь. Знание – сила, а невежество еще большая сила. – Змейка напряженно уставилась куда-то в траву.

– Что там еще такое? – Пытаюсь рассмотреть, что привлекло внимание Даши.

– Тихо!!! Не шуми. Мышь. Такая толстая!!! Пустишь поохотиться?

Боги, несомненно, милостивы к убогим и инвалидам, а также к вздорным и своенравным особам. Дочка наместника почти не пострадала. На следующий день мы вышли в путь лишь немного позже обычного, позволив Арике хорошенько выспаться. Прибрежная территория Великой реки считается уже не столь опасной. По сведениям дочки наместника, здесь можно встретить отряды охотников на мелких магических монстров и собирателей редких растений. В этих местах опытному человеку достаточно быть просто осторожным, чтобы не попасть в крупные неприятности.

Я перестроил наш маленький отряд обратным клином. Зона внимания Леоры справа и спереди, Арики слева и спереди, слева от нас ручей, поэтому опасностей слева меньше. Я отдал Арике свой карабин, сам занял позицию сзади, постоянно сканируя окружающую местность, насколько позволяют мои чувства. После убийства паукара в моей ауре по-явился легкий серебристый оттенок. Зона пространственного зрения существенно возросла. Ша тоже перепала доля добычи, ее длины уже хватает, чтобы обвиться вокруг моей шеи, а головку положить мне на макушку. Ей так удобней, мне тоже спокойней, когда головка змейки не болтается возле самого уха.

Местность стала спускаться вниз, влажность немного увеличилась, сменилась растительность. Вый-дем на берег реки, будем строить плот. Надежный плот – дело трудоемкое, нужно еще найти, чем его связывать. Река уже совсем близко, обычным зрением ее пока не видно, но уже можно почувствовать, у реки есть своя аура.

Леора подняла согнутую в локте руку. Наш отряд остановился. Что-то странное возле кустов в том месте, где лес близко подходит к ручью. Тела охотников, восемь человек. Люди убиты из огнестрельного оружия. Отряд попал в засаду, причем совсем недавно. Если бы мы пришли немного раньше, то, наверное, могли бы услышать выстрелы или заметить ауры нападавших. Через семьдесят метров лежат еще два трупа. Видимо, нападавшие пропустили головной дозор охотников вперед, а когда подошел основной отряд, то расстреляли разведчиков в спину. Вещи убитых разбросаны вдоль ручья, так что цель нападения не вызывает сомнений – обычный грабеж. Бандиты взяли только самое ценное, сколько смогли унести. Оружие охотников для них оказалось лишним. У нас всего два карабина на троих, а здесь прямо на дороге валяются ручной пулемет, отличная снайперская винтовка и несколько карабинов. Думаю, что мертвецы не будут возражать, если мы заберем у них это оружие, возможно, скоро нам придется встретиться с их обидчиками.

Ловушка грамотная, тщательно подготовленная, заметить ее очень сложно. И в случайном месте такую западню не делают. Значит, охотников ждали. Пять мест для стрельбы расположены под тупым углом. Скорее всего, нападавших и было пятеро, в таком деле каждый ствол на счету. Вот эта поляна перед кустами – зона смерти. Здесь негде укрыться, некуда отступить. Как только охотники вышли на эту поляну, они были обречены, открыть ответный огонь не успели, все произошло очень быстро. Бандиты действовали грамотно, стреляли как в тире, либо в голову, либо в сердце, раненых им добивать не пришлось. Профессионалы.

Дальше двигаться таким же порядком мы не можем. Вещи оставим тут, никуда они не денутся. Леора поменяла карабин на винтовку, а я возьму ручной пулемет и гранаты. К реке пойдем все вместе, разделять и без того маленький отряд смысла нет. Если бандиты ушли, спокойно вернемся за вещами. Хоронить трупы сейчас некогда. Может быть, потом. Если вернемся.

Теперь я пойду впереди, девушки – по бокам и сзади. У меня больше шансов вовремя засечь противника. Кто кого первый найдет, тот того и съест.

Я засек их первым. Пять человек в лагере на берегу реки и двое часовых в секретах примерно в сотне метров от лагеря. Посты расположены грамотно, в зоне видимости друг друга. К лагерю незаметно тоже не подойдешь, местность у берега открытая, хотя невысокие кустики вдоль самой воды дают небольшой шанс. То, что часовых вообще выставили в таком безлюдном месте, говорит о том, что эти люди привыкли к дисциплине, скорее всего бывшие профессиональные военные, а может, и не бывшие. Связываться с такими чревато большими неприятностями. Если бы часовых не выдали ауры, я мог бы их и не заметить. Самым разумным было бы тихо отступить, пока нас не обнаружили. Сил, чтобы атаковать такой лагерь, у нас недостаточно. Однако небольшой катер, стоящий у берега, выглядит как суперприз. В лагере противника царит деловая суета, идет сортировка и упаковка трофеев. Утром они уйдут. Может быть…

Я посмотрел на спутниц. Леора отрицательно покачала головой. Арика пожала плечами, мол, она не против попытаться.

– Если хочешь, могу снять часовых, – заявила змейка. – Мне подобраться к ним нетрудно. Даже пикнуть не успеют. Был бы ты настоящим магом, спокойно справился бы с этой компанией и в одиночку. – Ша махнула хвостиком. Получив в ответ мой утвердительный кивок, змейка бесшумно исчезла в траве.

– Атаковать лагерь будем до наступления темноты, – обратился я к своим спутницам. – Ровно через тридцать минут Арика начнет стрелять по лагерю из пулемета, так, чтобы они даже головы не могли поднять. Леора, займешь позицию примерно в пятидесяти метрах от пулемета. Твоя задача, чтобы никто не смог незаметно подобраться к Арике после того, как она себя обнаружит. Можешь раскрыть свою позицию только в том случае, если госпожу попытаются обойти. Я за эти двадцать минут подберусь как можно ближе к лагерю за теми кустами. Как только пулемет отвлечет внимание бандитов на себя, перестреляю их с тыла. Внезапность на нашей стороне. Стандартная тактика малых подразделений, правило четырех F (Find, Fix, Flank, Final) – обнаружить, удержать, обойти, уничтожить. Дождавшись от девушек кивков, что они уяснили то, что от них требуется, я отправился обходить лагерь на берегу реки.

Ближе чем на сто метров мне приблизиться к лагерю не удалось, гранату не кинуть, но позиция получилась удачная – на небольшом возвышении с отличным обзором. Все последующее произошло очень быстро. Первого бандита срезала пулеметная очередь, остальные мгновенно развернулись и залегли, отличная выучка, вот только сегодня она им не поможет. Три выстрела из карабина я уложил почти в две секунды, мои мишени слабо дернулись и обмякли. Последний из банды успел среагировать и невероятным прыжком в перекате укрылся от меня за грудой вещей. Однако его карабин остался лежать на месте в пределах видимости. Положение у мужика безнадежное. Он это понимает и встает в полный рост. Я тоже встаю и спокойно иду к лагерю. Пленные нам не нужны, но стрелять в безоружного я не хочу. Точку в этой истории ставит выстрел винтовки. Леора решила, что так будет лучше, наверное, она права. Теперь катер наш.

Арика с удивлением рассматривает труп одного из часовых. Он почернел и распух. Ша качественно выполнила задачу. Даже слишком. На вопросительный взгляд дочки наместника я пожимаю плечами и туманно отвечаю:

– Магия.

До темноты мы успели перенести вещи в лагерь. Хоронить никого не пришлось, пока мы решали свои проблемы возле реки, телами охотников кто-то успел пообедать, от них почти ничего не осталось, а трупы бандитов мы сбросили в реку.

Вдалеке на возвышенности показалось какое-то поселение. Мы наконец вошли в зону, где живут люди.

– Хариж, – пояснила дочка наместника, – мелкий приграничный городок, находится на территории Восточных пределов. Здесь в основном живут охотники и военные. Могу я спросить, почему ты не хочешь ошвартоваться у причала? Это ведь открытый и смешанный город… – Арика изобразила удивление на лице.

Знать бы еще, что это означает «открытый и смешанный». Но задавать вопросов не хочу, чтобы не выявить свое полное непонимание ситуации. Беспомощность и слабость от таких особ, как Арика, лучше скрывать, целее будешь. Пытаюсь сотворить из лица кирпич.

– Думаю, будет разумно, если мы расстанемся здесь, – киваю в сторону берега. – Наш совместный поход можно считать оконченным. Я предлагаю разделить трофеи и мирно разойтись.

Арика недовольно фыркает. Смотрю в сторону Леоры, та понимающе кивает, признавая разумность этого предложения.

– Умереть шлюхой в казармах вашего отца никогда не было мечтой моего детства, – сказала Леора, улыбнувшись. – Боюсь, госпожа, что, как только вы встретитесь с бароном Харижа, за мной будет выслан отряд охотников, а так у меня есть небольшая фора по времени. Идти в город при таком раскладе было бы с моей стороны безумием. Думаю, у того, кто дошел до Звериного озера и сумел вернуться обратно, есть неплохой шанс уйти от погони в лесу. – Леора демонстративно поправила на плече снайперскую винтовку.

– Ты думаешь, что если освободилась от клейма, то стала свободной? – В глазах дочки наместника появился недобрый огонек. – Хочешь ты того или нет, ты вещь и останешься вещью до тех пор, пока я сама не решу подарить тебе свободу. Когда у меня была сломана нога, твоя забота выглядела очень трогательной, – Арика усмехнулась, – а твоя ревность смешной. Вы тоже мне не доверяете, Рем? – Девушка посмотрела в мою сторону.

– Я похож на идиота?

– Ну-у-у… – Арика задумалась. – Вам что лучше, правду сказать или так, чтобы не обидеть? – Дочка наместника уставилась на меня своими прекрасными темно-серыми глазищами. – Почему вы думаете, что у правителя Южных пределов нет чести? Я, глупая перепуганная девчонка, могла сделать ошибку там, у озера. Но если бы наместник убивал всех тех, кто верно служит на благо Южных пределов, как долго бы он оставался у власти? Рем, не будьте ребенком! Хотите, я искуплю свою вину и стану вашей женой? Могу прямо сейчас принести вам магическую клятву верности.

Я удивился такому напору. Только смертельного врага в виде отвергнутой высокопоставленной особы мне и не хватало для полного счастья. Теперь на меня напряженно уставились уже две пары глаз.

– Твой отец тебя не поймет, если ты свяжешь свою жизнь с идиотом, – решительно заявляю. Взгляд Арики опять становится задумчивым. Леора почему-то облегченно вздыхает.

– Значит, не хочешь по-доброму… – Арика гордо поднимает подбородок. – Став моим мужем и имея хорошие магические способности, ты автоматически станешь вторым лицом в Южных пределах, неоспоримым наследником наместника, но ты предпочитаешь быть безродным бродягой. Ладно, это твой выбор, – пожимает плечами. – Что ты хочешь взять из трофеев?

– Думаю, наличность, найденная у бандитов, тебе без надобности… – спрашиваю и вопросительно смотрю на дочку наместника. – Мы поделим ее с Леорой. Что делать с катером, вещами, отобранными бандитами у охотников, я не знаю – никогда не занимался сбытом краденого. Мне хватит того, что я добыл самостоятельно. Если хочешь что-то забрать из моих личных трофеев, мы можем договориться.

– Мне нужны клыки и когти гарн, зубы зверыга, панцирь грызя. Все остальное без надобности. Могу предложить три карты на предъявителя по двести тысяч золотых каждая. С собой у меня больше нет. Если придешь к отцу в Южные пределы, сможешь получить остальную часть стоимости. Есть четыре чистых бланка паспортов Южного предела, они настоящие. Я имею право дать подданство, кому захочу. Сам их заполнишь, паспорта уже подписаны моей аурой. – Арика сделала паузу и произнесла: – У меня нет к тебе претензий, Рем. Надеюсь, это взаимно? Очень не хотелось бы иметь за спиной такого врага, как ты, я оценила тебя по достоинству. – Дочка наместника наградила меня очередным пристальным взглядом. – Мое предложение остается в силе до тех пор, пока я свободна. Возьми знак доверенного лица наместника. – Арика сняла с шеи медальон и бросила мне. – Пригодится. Если вдруг передумаешь, по нему тебя пропустят во дворец. Любой чиновник, подчиняющийся отцу, обязан по предъявлению этого медальона оказать тебе посильную помощь. Украсть такой медальон нельзя, его можно получить только из рук моего отца, от меня или от моего младшего брата. Ну а с тобой мы еще встретимся… – Арика бросает на Леору многозначительный взгляд.

Бывшая рабыня забрала катер с оставшимся скарбом и ушла на нем обратно, куда-то вверх по течению. Делиться своими планами Леора не захотела, лишь заявила, что в город не пойдет. Я оставил девушке большую часть денег, что мы обнаружили у бандитов на катере. Как я понял, сумма по местным меркам оказалась очень приличная. Если распорядиться деньгами разумно, то ей хватит не только на первое время, но даже сможет неплохо устроиться в жизни.

Арика упаковала вещи в один из трофейных рюкзаков и отправилась вдоль реки в сторону причала. А я решил осмотреться и понаблюдать за местными жителями издалека и просто продумать свои планы, торопиться мне некуда. Ша уже начала питаться самостоятельно. Вильнув хвостиком, тихо скользнула в траву – ушла на охоту.

Городок, видневшийся вдали, обнесен небольшой кирпичной стеной. Никакого поста или охраны на въезде я не заметил. Долго лежу на опушке леса и наблюдаю в прицел карабина за жизнью Харижа. Дома в основном деревянные, двух– или трехэтажные. Пару раз по проселочной дороге, ведущей в город, проехали грузовики, везущие бревна. Небольшой частный самолет зашел на посадку, значит, есть аэродром. Видна водонапорная башня, следовательно, в городе есть водопровод. Я выплюнул огрызок травинки, поднялся и позвал Дашу.

– Уходим, – сказал я, когда мерцающий силуэт змейки появился у меня на плече. – Как охота?

– В лесу мыши были гораздо вкуснее, экологически чистые, – Ша демонстративно печально вздыхает, вот только морда змейки почему-то излучает довольство. Даша ласково касается моего уха.

Я взвалил свой рюкзак и направился к городу.

– Садись, подвезу. – Рядом со мной тормознул огромный грузовик. Молодой парнишка высунулся из окна кабины. Я приветливо кивнул в ответ и полез в кабину.

– Охота была удачной? Далеко ходил? – спросил парнишка, включив передачу; грузовик дернулся и поехал. – Я тоже хотел стать охотником, а вместо этого приходится крутить баранку. Никакой романтики, платят мало, но зато стабильно, не зависишь от удачи и, главное, безопасно.

Пареньку явно скучно, он рад, что нашел попутчика, с которым можно поболтать. Я киваю, поддакиваю, внимательно слушаю. У паренька молодая жена, недавно родился ребенок. Ничего необычного. Подъехали к городу.

– Подскажи, где гостиница, в которой лучше остановиться? Я не местный, – спрашиваю водителя. Парнишка пожимает плечами.

– Есть студия, называется «Приют удачи», там снимают комнаты лесные рейнджеры, собиратели и охотники. Дорога ведет прямо к гостиничной площади, не заплутаешь.

Я скинул рюкзак и соскочил с подножки грузовика. Хлопнул машину по крылу над колесом, махнул водителю рукой на прощанье.

– Классная тачка! Где такие делают?

Явно что-то не то сказал – приветливая улыбка сползла с лица паренька.

– Ты откуда взялся такой дурной? Их нигде не делают! Их покупают у Истинных. Вали отсюда! – Водитель поспешно захлопнул дверцу. Машина взревела и резко дернулась, набирая скорость.

Консьерж окинул меня небрежным взглядом, записал имя и швырнул ключ на прилавок. Никаких документов не спросил.

– Серебрушка в день.

Я заплатил за две недели вперед. Комната, небольшая кухня прямо в коридорчике, совмещенные душ и туалет. Жить можно. Здесь намного удобней, чем в лесу.

– Я бы так не сказала, – недовольно фыркнула Ша. Змейка тщательно обследовала всё помещение и, в конце концов, забралась на кровать, свернулась кольцом на подушке, всячески давая понять, что это место теперь занято. – Здесь не на кого охотиться, крыс я не ем. Будешь готовить мне еду. – Даша подперла головку хвостиком и уставилась на меня своими красными бусинами.

– Мы будем ходить в столовую. Куплю тебе все, что понравится, – пожимаю плечами, – но мышей в шоколаде и лягушек в черничном соусе не обещаю.

– Мог бы и позаботиться о фамильяре. – Змейка картинно вздыхает. – Придется самой договариваться с поваром, вряд ли он устоит перед моим обаянием, если я его хорошенько попрошу, – ухмыляется. Зараза.

– Ладно, буду тебе готовить, – небрежно киваю, – но учти, готовлю я плохо.

– Главное, чтобы с любовью… – Змейка появляется на моем плече и трется головкой о щеку.

В городе полно вооруженных людей в камуфляже, я практически не выделяюсь из толпы. А вот это большое красивое здание, кажется, ресторан, и народу в нем никого. То, что мне надо.

– Куда прёшь, деревенщина?! Это заведение только для магов! – Толстый привратник в пестром костюме преградил мне дорогу.

– Простите, уважаемый, вы не подскажете, где бы я мог перекусить? Я здесь совсем недавно, – оправдываюсь и делаю шаг назад, так как мужик почти уперся в меня брюхом.

– Свернешь направо, через два дома будет трактир для таких, как ты… – Швейцар добродушно улыбнулся, видя мою растерянность. Вдруг улыбка у него на губах застывает, а лицо становится совершенно белым. Чего это с ним? Головка Ша высунулась из-за пазухи и уставилась на привратника. Он что, змеек никогда раньше не видел? Сейчас упадет. Надо срочно его успокоить и привести в чувство!

– Не бойтесь, почтенный, она не кусается. – Для убедительности улыбаюсь как можно приветливей.

– Это кто тут не кусается?! – возмущается змейка. – Еще как кусается!!

– Простите, милорд! – Привратник взял наконец себя в руки. – Проходите, ваша светлость, выбирайте любой столик, сейчас вас обслужат. – Швейцар превращается в саму любезность. Иду в зал, слышу, как он бормочет за спиной: – Она еще и разговаривает…

– Что предпочитаете? – официант почтительно поклонился и положил передо мной папку с меню.

– У вас нет клиентов, ваше заведение должно было бы давно разориться, – недоуменно ловлю глазами взгляд официанта.

– О, не беспокойтесь. Заведение принадлежит барону Харижа и полностью находится на его содержании. Мы обслуживаем высоких гостей города. У нас все бесплатно. Все высокопоставленные дворяне, маги и Истинные, кто останавливается в нашем городке, обедают здесь. В нашем ресторане лучшие повара не только в городе, но и во всех Восточных пределах. Барон не хочет, чтобы Хариж считали захолустьем, и не скупится.

– Что тут у нас-с-с? – Змейка ткнулась мордой в меню. Затем посмотрела на растерявшегося официанта. – Устрицы, козье молоко, перепелиные яйца… сырые… – Ша на секунду задумалась, – и пару мышей.

Я тоже бегло просмотрел меню. Все перечисленное змейкой там было. Кроме мышей… Ведь если есть вареные перепелиные яйца, то, наверное, должны быть и сырые.

– Гречка, бифштекс, салат, бокал коньяка, – сделал я свой заказ. Официант поклонился и ушел. Мне стало интересно, принесет мышей или нет?

– А куда он денется? – змейка хмыкнула. – Спорим? Вопрос лишь в том, сколько ему потребуется времени, чтобы их отловить… Для новичка без практических навыков это довольно непростая задача. Думаю, полчаса займет, не меньше… – Даша свесила язычок.

Заказ принесли через три минуты, в том числе и небольшую клетку с парой маленьких белых декоративных мышей.

– Какая прелесть!! – змейка пришла в полный восторг. – Никогда таких не видела! Их даже и есть жалко!

На выходе из ресторана швейцар низко поклонился, насколько позволило брюхо, и вручил какую-то карточку.

– Это приглашение от барона Харижа, милорд. Мы уведомили его о вашем посещении, и он очень хочет с вами познакомиться. Редко кому удается получить такое приглашение. Обычно день рождения дочери празднуется хозяином города в узком семейном кругу. Еще мы надеемся, что вы вместе с госпожой серпентой и дальше будете пользоваться услугами нашего ресторана.

Ну вот! Получил приглашение в высшее общество, а у самого даже штанов приличных нет. Еще бы знать, какие штаны здесь считаются приличными. Знатные господа просто так по улицам не шляются. Даже отдаленного представления не получишь, как тут принято одеваться у благородных. И без подарков на такие праздники не ходят. Выбрать подарок тоже проблема. Несколько дней в запасе у меня есть. Хотя приглашение можно просто проигнорировать. Вопросы кому попало не задашь. Опыт показывает, что неприятности могут возникнуть на ровном – месте.

Часа три с любопытством слоняюсь по разным улочкам. Ищу городской рынок, а нашел библиотеку, публичный дом, тюрьму, больницу, полицейское управление, оружейный магазин. Прошелся по рабочим кварталам. Вышел на центральную площадь, где расположена резиденция барона Харижа. Красивое здание. Только близко меня не подпустили. Охраняют. А вон и рынок, в конце одной из улочек виднеется площадь и небольшая толпа народа. Направляюсь туда. Ожидаемых ларьков и прилавков на площади нет. Невысокий металлический заборчик огораживает участок, на котором находится выверт пространства. Деревянный помост окружен солдатами. На помосте какие-то люди. Оказалось, что толпа – это просто сборище любопытных, а вовсе не покупатели.

– Что здесь случилось, уважаемая? – обращаюсь к полной невысокой женщине.

– Преступников казнят. – Тетка окинула меня неприязненным взглядом. – Тем, чья вина не до конца доказана, дают шанс спастись, только вот куда они исчезают, никто не знает. Приговоренных можно выкупить, при условии, что они согласятся стать рабами. Только согласия у них не спрашивают, никому они не нужны. – Происходящее женщине явно не нравится.

Пока я слушал объяснения, двое конвоиров схватили орущего и вырывающего мужичка, по виду нищего, и швырнули за ограждение. Вопль резко оборвался, человек исчез в выверте пространства.

– Купи раба, – предлагает змейка. – Выспросишь у него все что нужно, а я его потом укушу, всего-то дел… – Мерцающий контур змейки у меня на плече небрежно машет хвостиком.

Я прошел поближе к глашатому. В чем обвиняют следующего приговоренного, расслышать не успел. На вопрос, не хочет ли кто-нибудь выкупить преступника в качестве раба, я поднимаю руку и громко заявляю:

– Я хочу!

На меня уставилось множество удивленных глаз. Осужденный, высокий широкоплечий мужчина, судя по выправке – военный, бросил в мою сторону презрительный взгляд. На вопрос глашатая, согласен ли он стать рабом, лишь плюнул в его сторону. Затем небрежно скинул с себя руки конвоиров, разбежался, легко перепрыгнул оградку и исчез внутри выверта. На помосте остались два бугая бандитского вида, парень и девочка лет четырнадцати. Девочка испуганно прижимается к парню. Брат и сестра, судя по виду. Я перехватил умоляющий взгляд девочки.

– Тогда выкуплю этих двоих, – показываю рукой на парня и девочку. Парень обреченно вздохнул, посмотрел на сестру и кивнул в знак согласия.

– Пять золотых. – Глашатай уставился на меня в уверенности, что я откажусь, услышав цену. Толпа возмущенно зашумела. Пожимаю плечами, пять так пять, я вроде по здешним меркам человек небедный.

Попытался забрать покупку и покинуть площадь. Человек в странном сером балахоне преградил нам дорогу.

– Одну минуту, сэр. Я должен помочь вам поставить на преступников рабское клеймо. Хотите его выжечь или ограничитесь только магическим вариантом повиновения? – Человек улыбнулся одними губами. Взгляд у него неприятный. Я попытался обойти странного незнакомца. Мужчина протянул руку, чтобы придержать меня, но тут же ее отдернул. Челюсти змейки клацнули в опасной близости от его пальцев. Хорошая у него реакция. Впрочем, если бы Ша на самом деле захотела его цапнуть, то никакая реакция его бы не спасла. Я почувствовал, как змейка скинула маскировку с моей ауры. Глаза незнакомца стали совсем круглыми от изумления. Видит ауры, значит, маг. Тоже перехожу на аурное зрение.

– Я сам разберусь, как и что делать со своей собственностью, – слежу за движениями странного человека. Успею выстрелить, если только увижу начало атаки. Маг напуган. Кланяется.

– Вы в своем праве, ваша светлость, но о каждом нарушении порядка я должен докладывать начальству.

Пожимаю плечами и спокойно иду дальше, не глядя на «собственность». Парень и девочка поспешили за мной. Разумно. Я бы на их месте тоже здесь не остался.

Мы зашли в трактир, который мне указал швейцар ресторана. О собственности надо заботиться – одевать, поить, кормить. По дороге выяснилось, что паренька зовут Чейз, а его младшую сестру – Кисс.

Девчонка смущается, голод в ней борется с застенчивостью, она то жадно заглатывает пищу, то робко поднимает на меня взгляд и краснеет. Теперь, когда первый голод утолен, ей хочется попробовать и вяленой рыбки, и экзотических рачков, и мясной салатик. К сладкому Кисс тоже не равнодушна. Думает, чем запивать пирожное – лимонадом или клюквенным соком, не знает, что выбрать. Ее проблемы меня смешат, даже интересно, как разрешит их юная преступница.

Чейз ест спокойно, по-деловому. Иногда ловлю его тревожный взгляд то на сестру, то на меня. Тревога парня понятна, сестра подрастет, станет красавицей, она и сейчас очаровательна своей детской непосредственностью. Участь красивой молодой рабыни может оказаться весьма печальной. Вовсе не таким видел он будущее для своей сестры.

Кажется, все наелись, теперь можно и поговорить.

– Как же вы попали в такую переделку? – внимательно смотрю на парня.

– Недавно умер наш отец, он был отставным майором, раньше служил в отряде специального назначения наместника Восточных пределов. Наш дом приглянулся одному влиятельному господину, но мы не захотели его продавать. А через несколько дней нас просто схватили чистильщики, не объясняя никаких причин. Был бы жив отец, они бы не осмелились, ваша светлость. – Чейз тяжело вздохнул.

– Почему ты называешь меня ваша светлость? – поднимаю брови.

– Маг ордена вас так назвал, значит, вы тоже маг, – парень смутился, – так принято обращаться к магам высокого ранга, я буду называть вас как прикажете, господин. – Чейз явно не знает, как себя вести, новый статус для него непривычен. Надо его ободрить.

– Вы не рабы, Чейз, я тебе не господин и не хозяин. Я выкупил вас, потому что мне нужна помощь, ну и еще потому, что сразу увидел, что вы никакие не преступники. Можешь называть меня Рем.

Внимательно наблюдаю за пареньком. Парень неглупый, взгляд у него проницательный.

– Дело в том, что я потерял память, может быть, в результате какого-нибудь магического эксперимента, не знаю, остается только гадать. Ничего не помню о прошлой жизни и о мире. Например, слово «чистильщики» мне ничего не говорит… Поэтому, пока память не восстановилась, мне нужен человек, который объяснял бы самые элементарные вещи. Я бы попросил тебя на некоторое время составить мне компанию. Попросил, а не приказал. Ты можешь отказаться, тогда мы здесь сейчас и расстанемся. – Внимательно наблюдаю за реакцией Чейза, который усмехается.

– Сколько времени мы с сестрой пробудем на свободе, ваша светлость, если сейчас с вами расстанемся? – парень не скрывает иронии. – Вы должны понимать, что нам совершенно некуда деться. Будь я один, ушел бы в столицу, разыскал бы друзей отца и поступил на службу. Но с сестрой на руках и простой работы не найти, здесь не те места, где можно надолго оставить девушку одну. Даже если нас не будут преследовать, без помощи покровителя и без денег не выжить. Быть у мага рабом гораздо безопасней, чем быть магу товарищем. – Опять усмехается. – Тем более быть спутником мага, который с легкостью бросает вызов ордену. Что такое орден, вы, видимо, тоже не помните? – сочувственно вздыхает.

– Хочешь быть рабом? – удивился я.

– Мне надо позаботиться о сестре, – печально качает головой. – Были бы вы в здравом уме и памяти, стать вашей рабыней для Кисс было бы наилучшим выходом в такой ситуации. Вы не похожи на изверга и позаботились бы о ней. Я обойдусь без клейма, – пожимает плечами.

– А меня ты забыл спросить, что для меня лучше?! – Девчонка вскочила со стула. – Я и сама о себе могу позаботиться! Вали в свою столицу!

Оказывается, Кисс девочка с характером.

Обстановка накалилась не только в нашей компании. Пока мы сидели, трактир наполнился посетителями, стало шумно, сразу в нескольких местах возникли какие-то споры и трения. За столиком, где разгорался один из конфликтов, мое внимание привлек знакомый плащ с капюшоном.

– Какая цыпа! – Несколько мужиков в одинаковой серой форме военного покроя явно захотели женского общества. – Ну-ну, не дергайся, мы тебя не обидим. Просто используем по назначению и хорошо заплатим, – заявив это, здоровенный мужик попытался обнять фигурку в плаще.

Его товарищ сдернул капюшон, и по плечам девушки рассыпались светлые волосы. Леора! Девушка плавно выскользнула из-под руки приставалы, перехватив ее около запястья, ударила снизу по локтю. Раздался характерный звук ломаемого сустава и через мгновение рев обиженного дикого животного. Здоровяк запрыгал, баюкая сломанную конечность. Его товарищи на несколько мгновений впали в ступор.

Пора вмешаться. Я перепрыгнул через столик на своем пути и через мгновение оказался в центре событий. Тело действует само, вспоминая различные сложные связки. Нырок, поворот, уход, удар ногой. Хук с разворота в челюсть, хруст… Ребята – профессионалы, у некоторых техника не хуже моей, хотя явно совсем другая. Вот только не доводилось им купаться в Зверином озере. Я быстрее, сильнее и хитрее, магия сильно изменила мое тело.

Трактир превратился в поле битвы, на помощь серым пришли зеленые и пятнистые, к нам тоже присоединились сочувствующие, которые, как оказалось, не любят людей в форме, среди них в основном охотники. Краем глаза замечаю Чейза. Парнишка просто загляденье, движения точные и экономные, каждый удар валит соперника на пол. Его стиль мне незнаком. Кисс тактически грамотно прикрывает спину брата. Табуретка страшное оружие в ее нежных руках. Не думал, что можно столь виртуозно использовать инерцию тяжелого предмета! Отец явно постарался дать детям хорошее образование. Ломаю нос очередному противнику. А этому надо добавить к его движению еще немного импульса – улетел головой в стойку. Тому, кто головой не думает, приходится ломать ею мебель.

– Не увлекайся, – голос Леоры раздается рядом, – сейчас здесь будет полиция, надо сваливать.

Киваю Чейзу на двери, уходим. Аккуратно выйти из драки – великое искусство. В последний момент замечаю отсутствие змейки. Возвращаюсь к нашему столику. Ша спит на столешнице в луже ликера, разлитого из опрокинутой бутылки, положила хвостик под голову. Лужа не очень большая, остальное Ша уже выпила. Зеленая змейка в красном ликере среди разбросанных фруктов и столовых приборов выглядит живописно, но любоваться натюрмортом мне некогда. Вешаю бесчувственную тушку Даши на шею, прикрываю курткой и бросаюсь к выходу. Вовремя. Едва успеваем отойти от трактира, как к нему уже подъезжают две машины, забитые полицейскими.

– Пока вы там развлекались, мне тоже захотелось праздника, – недовольно ворчит разбуженная тряской Даша.

– Почему ты вдруг оказалась в городе? – удивленно разглядываю Леору.

– Я и не собиралась идти в лес, – беглянка хмыкнула, – мне проще, если меня будут искать в лесу или на реке, – пожимает плечами. – В городе одинокая девушка и без того привлекает слишком много внимания. Барахло я смогла хорошо продать, а катер пришлось притопить в бухточке, очень приметная вещь. Что насчет пяти серебрушек в месяц за готовку и стирку? – неожиданно спрашивает она, бросая на меня лукавый взгляд. – Или ты уже обзавелся прислугой, – кивает в сторону Кисс, – и я зря ждала твоего появления в этом трактире?

– А вы, тетенька, простите, кто? И что вам от нас надо? – в голосе девочки слышатся агрессивные нотки. Леора улыбается. А Чейз берет сестру за ухо. Кисс отмахивается от руки брата и краснеет.

– Почему ты так уверена, что Арика будет тебя искать? Мне кажется, у нее и без этого сейчас много проблем.

– Есть серьезные причины. Дело даже не в самой госпоже, мое исчезновение очень не понравится наместнику. А уж если он узнает, что я не просто сбежала, а еще и клейма на мне теперь нет, то отец Арики будет в ярости. Госпожа может сказать, что я погибла, вот только врать в таких вещах опасно… – Леора улыбнулась. Кажется, девушка больше довольна даже не тем, что она освободилась, а тем, что ей удалось досадить наместнику Южных пределов.

– Ничего не понимаю в происходящем, – пожимаю плечами, – тебе виднее. Я даже не знаю, ни кто такие чистильщики, ни кто такие маги ордена.

Зарабатываю удивленный взгляд Леоры.

– Госпожа уверена, что ты магистр ордена. Забрал Слезу Кали как должное, даже бровью не повел. Я сначала тоже была в этом уверена. Засомневалась, лишь когда ты уничтожил бандитов. Так мог бы действовать обычный офицер спецназа, но только не маг. А сейчас в трактирной драке и вовсе в этом убедилась. Несколько необычная школа, но в том, что твоя профессия – махать кулаками, нет никаких сомнений. Откуда ты, Рем?

– А я-то надеялся, что я врач, – разочарованно вздыхаю. – Уверен, что смогу вырезать аппендицит с закрытыми глазами даже обычным кухонным ножом. Ладно, пусть буду офицер.

– А зачем вырезать аппендицит? – Глаза у моих спутников стали совсем круглыми. – Врач должен лечить, а не вырезать. К тому же врачом может быть только маг. Ты уверен, что у тебя не в порядке только память? – с сочувствием интересуется Чейз.

Такой вопрос лучше пропустить мимо ушей.

– Так кто такие чистильщики? – перевожу разговор на другую тему.

– Чистильщики – это организация, которая следит за появлением магических мутаций. Они должны вовремя выявлять и устранять опасных для общества людей и животных. Чистильщиков опасаются даже аристократы. Официально они называются «Организация магической безопасности» и подчиняется только наместникам, и то не всегда. С магами и аристократами чистильщики стараются не связываться. Отец рассказывал, что его отряду не раз приходилось скрытно вырезать целые представительства зарвавшихся чистильщиков, которые путали собственные интересы с безопасностью общества, но по закону чистильщики неприкосновенны. Однако магов они боятся и не трогают. Ордену плевать на законы, они сами себе закон.

– Как тут у вас все запущено, – вздыхаю.

Мимо нас по улице с ревом проехали три установки залпового огня и два реактивных огнемета.

– Видимо, рейнджеры опять обнаружили вблизи города скопление тварей… – Чейз задумчиво проводил машины взглядом. – Это уже третье нападение монстров с начала года. Похоже, городок опять ждут тяжелые времена.

Вид грозных машин разбудил в моей голове какие-то смутные ассоциации. В памяти появилась картинка кабины истребителя. Я испытываю самолет на прочность. Крутой вираж, горка, бочка, перегрузки вдавливают тело в кресло пилота. Тряхнул головой, прогоняя наваждение.

– Где ты остановилась? – Оборачиваюсь к Леоре. – И что думаешь делать дальше?

– Пока нигде. Отдала вещи на хранение. Здесь недалеко. А что делать дальше, пока не знаю, хотела обсудить это с тобой… – Пожимает плечами.

Комнатка моя маловата для четырех человек. Для девушек снял еще и соседнюю, которая оказалась свободной. Чейз будет жить со мной и расскажет, что тут происходит. У меня накопилось много вопросов. Парень, однако, посчитал, что будет правильно, если он поселится вместе с сестрой. А у Кисс совсем другое мнение, она села на мою кровать и заявила:

– Пока эта тетка здесь, никуда отсюда не уйду, и Рема с ней наедине не оставлю. – Враждебно по-едает Леору глазами.

Леору такое заявление Кисс позабавило, а Чейза привело в ярость, готов придушить сестренку. Похоже, мое новое приобретение всерьез озаботилось моей нравственностью.

– Киска, мы не поместимся втроем на этой кровати, – дразню девчонку.

– Значит, тетеньке придется спать на полу, – ухмыляется. Вот ведь оторва! Откуда только такие берутся?

Почему-то всем нравится эта кровать. Сначала змейка на нее претендует. Теперь Кисс. Я небрежно махнул рукой, достал из рюкзака трофейный спальник и раскатал его у стенки. Леора завернулась в свое походное одеяло. Чейз убедился, что добродетели сестры ничто пока не угрожает, фыркнул и ушел спать в соседнюю комнату.

– Так что ты, Рем, собираешься делать дальше? – Леора решила прояснить планы.

– Ты ведь уже поняла, что я ничего не помню ни о себе, ни о мире. Даже имя пришлось выдумать заново. Это очень мучительное состояние, когда нормально себя осознаешь, владеешь многими навыками и умениями, детально помнишь такие науки, как физика, математика, биология, анатомия, и много чего еще, но не помнишь самого важного – кто ты такой. Мне посоветовали добраться до Оазиса, сказали, что там я решу свои проблемы.

– Кто тебе сказал такую глупость, Рем? Никакого Оазиса не существует! Это просто дурацкая выдумка! Такая же выдумка, как, например, Белый Странник. Никто из тех, кто отправился искать этот мифический Оазис, назад не вернулся. Говорят, Белый Странник побывал в Оазисе. – Леора рассмеялась. – Надеюсь, хотя бы в Белого Странника ты не веришь?

– После того, как я говорил с ним, и после того, как он вылечил мне перебитый позвоночник, в него трудно не верить.

– Может, тебе стоит все же попробовать менее радикальные средства? – Леора вздыхает. – Например, обратиться к врачу. С теми деньгами, что ты получил от Арики, ты сможешь купить хоть всю медицинскую академию, и если это вообще возможно, тебе помогут. А в магическом лесу, да еще в столь отдаленной области, что угодно привидится, не только Странник. Есть места, где можно материализовать почти любую фантазию. Я ведь тоже маг. Недостаточно сильный, чтобы мной заинтересовался орден, но кое-что могу – два года училась в академии, пока не попала в рабство.

– Кстати о магах… Расскажи, что они умеют и чем занимаются. – Меня распирает любопытство.

– Кстати о магах… – передразнивает меня змейка. – Маги постоянно отслеживают окружающую обстановку. Одна из причин, почему маги так долго живут, они успевают вовремя смыться. Нашу ночлежку окружила весьма агрессивная компания. Глупый маг с ними, конечно, справится, а вот умный сбежит. Ты хоть и глупый, но сейчас второй вариант подходит тебе больше, потому как ничего не умеешь.

– Подъем! Тревога! Уходим! – Я вскочил и быстро скатал спальник. Чейз оказался уже полностью собранным. Мы заперли комнаты, поднялись по лестнице, сломали замок на чердак и выбрались на крышу дома. Здание оказалось оцеплено вооруженными людьми в серой форме. Из комнаты мы ушли очень вовремя.

– Чистильщики! – Парень с ненавистью уставился вниз. – Лекарство хуже болезни!

Жителей студии выгнали на улицу и построили вдоль стены противоположного здания. Один из людей в серой форме, по виду офицер, начал обследовать их с помощью какого-то прибора. Несколько человек его страховали – держали обследуемых на прицеле карабинов. Нервы какого-то паренька, стоявшего с краю, не выдержали, он оттолкнулся от стены и бросился бежать. Один из чистильщиков развернулся и выстрелил ему в спину, беглец споткнулся и рухнул на мостовую. Обследование остальных заняло минут десять. Офицер обернулся к человеку в сером балахоне и недоуменно развел руками. Тело паренька небрежно закинули на подъехавший грузовик.

– Облава – только предлог. Ищут кого-то конкретного, возможно, одного из нас, – сделала выводы из увиденного Леора. – Сегодня они сюда больше не вернутся, но завтра нам лучше поискать другое жилье.

Только заснул, как кто-то бесцеремонно попытался влезть в мой спальный мешок. Я от неожиданности сильно толкнул непрошеного гостя.

– Чего пихаешься? – Голос сердитый, девчоночий. Узнаю Кисс.

– Тебе чего надо? – Я совсем растерялся спросонок.

– Это тебе должно быть надо! – недовольно шепчет девчонка. – А мне нужны гарантии, что ты нас не бросишь.

– Я не сплю с детьми, – стараюсь плотнее завернуться в спальник, чтобы не влезла. Вот ведь зараза!

– А я не ребенок! Мне скоро пятнадцать! – Вцепилась в край спальника, тянет на себя. – Мне, может быть, тоже страшно, но есть слово «надо».

– Вот будет тебе восемнадцать, тогда и обсудим, кому чего надо. – Мне удалось наконец вырвать у нее край спальника.

– Ну и дурак, – обиженно сопит. Уходит.

Сна теперь ни в одном глазу. Ворочаюсь с боку на бок. Судя по дыханию, Леора тоже не спит.

– Ты слишком странный, Рем. – Леора хмыкает. – В тебе много неправильного. Совершенно не могу понять мотивов твоих поступков.

– Лучше расскажи, кто такие маги и что они могут, раз уж тебе не спится, – срочно меняю тему. Леора усмехается.

– Каждый маг уникален. Не бывает двух одинаковых. Но есть типичные способности. Например, техномаги создают амулеты. С помощью ауры они могут придавать веществу магические свойства. Часто амулеты являются сплавом обычной, основанной на законах физики технологии и магии. Создание амулетов – искусство. Техномагия – моя специальность. Я неплохой техномаг, могла бы стать мастером. – Леора грустно вздыхает. – Еще есть аурники. Аура мага является продолжением его тела. Аурник с помощью ауры может формировать щуп и перемещать им предметы. Для аурника важна не только сила и насыщенность ауры, но и способность виртуозно управлять щупом. Чем тоньше щуп может создать маг, тем дальше он может им дотянуться. Щупом ауры можно убить человека. Щупов может быть несколько, и действия щупов бывают разными. Например, большинство врачей – это аурники.

Ауру имеют не только люди и предметы. Мир тоже имеет ауру. Маги, которые могут воздействовать на ауру мира, называются волевиками. Собственная аура у волевиков почти не отличается от ауры обычных людей. Их магия зависит от силы воли и уверенности в успехе задуманного. Возможности волевиков почти неограниченны, а методики обучения своеобразны и всегда индивидуальны. Часто результат усилий волевика зависит от сиюминутного настроения.

Другой тип магов – заклинатели. Эти могут подчинять себе магических бестелесных тварей, живущих в ауре мира, или договариваться с ними. Некоторые используют для этого ритуалы. В диких поселениях есть шаманы. Для того чтобы пробудить в себе магические способности, шаманы изготавливают зелья. Некоторые из них от зелий постепенно сходят с ума.

Магия очень разнообразна, Рем. В любой области магии можно совершенствоваться до бесконечности. Все люди имеют волю и ауру, поэтому теоретически все имеют способности к магии. Однако на самом деле магов мало. – Леора задумалась и вдруг неожиданно заявила: – Кстати, мне уже есть восемнадцать.

И эта туда же. Леора мне нравится, в такую девушку можно влюбиться. Рассудительная, красивая. Даже слишком красивая. Умные люди стараются выбирать жен с неброской внешностью – меньше проблем, внешность не главное. К тому же с потерей памяти я и о себе самом не могу позаботиться, не самое удачное время для заведения близких привязанностей.

– Ты не забыла, что я собираюсь в Оазис?.. – делаю многозначительную паузу. – Спи! Завтра у нас много дел.

На следующий день мы сменили жилье. Чейз нашел маленький неприметный домик на окраине города. Хозяйка, худенькая старушка, живет в пристройке и почти все время копается в подсобном огородике. Домик оказался полностью в нашем распоряжении.

Я решился-таки принять приглашение барона Харижа, поэтому после обеда запланировал поход в ателье. Леора взялась изготовить подарок для дочки барона из кусочка хитинового покрытия паукара. Девушка обещала создать защитный амулет, заверив, что стоимость подарка такова, что у барона не хватило бы денег, если бы он захотел его купить. Леора занимается амулетом, Чейз тренирует сестру. Я задумался, чем занять свободное время.

– Пошли, пора начинать следующий этап твоего магического обучения. – Хвостик Ша нервно дрогнул.

– Следующий этап? – удивленно хмыкаю.

– А чем, по-твоему, мы занимались, тренируя аурное и пространственное зрение? – сердито фыркнула змейка. – Это было обучение работе с тонким слоем ауры. Не освоив этого, к следующим этапам переходить нельзя. Иначе потом уже не достигнешь хорошей чувствительности, можно сказать, останешься навсегда магически слепым. – Ша стукнула меня по голове своим твердым носом.

Мы пришли на небольшую полянку за перелеском. Первым делом пробую сотворить из ауры щуп, кажется, Леора говорила что-то такое про магию аурников. Только почему-то ничего путного не получается, сколько ни стараюсь. Сливаюсь сознанием с аурой, напрягаюсь, представляю, что тянусь к высокому дубу, что растет вдалеке на опушке. Даша с воплем сиганула с моего плеча и поспешно спряталась в траве. От меня оторвался гудящий столп пламени и понесся в сторону дуба. Грохнуло. Потом ухнуло. Дуб исчез, на его месте появилась огромная яма.

Змейка испуганно высунула головку из-за камешка.

– Ты ш-ш-што твориш-ш-шь?

– Аурный щуп, – растерянно развожу руки.

– Это был щуп? – Ша закатила глазки и вывалила язык, демонстрируя свое удивление.

– Не очень похож? – недоуменно смотрю на змейку.

– Не очень, – Ша отрицательно покачала головкой. – Больше никаких экспериментов, если жить хочешь. Слушаешься меня сразу. – При каждом слове змейка делает резкое движение головкой вперед, будто вколачивает в меня слова. – Делаешь только то, что я скажу. Сегодня займемся щитом. Это то, что у тебя может получиться на данном этапе. Представь, что аура собирается в защитный купол. Ну, что уставился? Мне надо объяснить, что такое купол?

Я представил. Стало темно.

– Теперь представь, что купол пропускает свет и воздух, но отражает быстро движущиеся предметы, – в голосе змейки слышатся нетерпеливые нотки.

Я представил. Стало светло. Даша долго обследует купол, тыкает его носом в разных местах по периметру.

– Надо же, получилось, – удивленно ворчит. – С первого раза. Ты не совсем безнадежен. Теперь усложним задачу. Купол должен отражать предметы, только те, что летят снаружи. Из купола же можно бросать что угодно, даже стрелять. Против магической атаки структура стенок должна быть композитной.

Почти два часа змейка заставляет меня то ставить, то снимать купол, доводя действие до полного автоматизма.

– А теперь экзамен. – Ша добавляет в голос строгости: – Видишь то дерево с шишками? Выбрасываешь из головы все мысли. Это важно! Ставишь купол и начинаешь стрелять из пистолета по шишкам. Задача – сбить как можно больше шишек за минуту. И чтоб никаких мыслей!

– Стрелять я умею, – снисходительно пожимаю плечами. – В чем проблема? Для поддержания купола внимания не требуется.

Ставлю купол. Очищаю сознание. Выхватываю пистолет и начинаю стрелять. Увлекся – стрелять мне нравится. Кажется, минута уже прошла, шишек на дереве почти не осталось. Ловлю на себе задумчивый взгляд змейки.

– Что-то не так?

– Все так, – хмыкает. – Теперь ответь на вопрос: сколько патронов в пистолете и сколько шишек было на дереве?

Я ошарашенно рассматриваю пистолет. Сбитых шишек намного больше. Вскидываю пистолет и стреляю в дерево, от ствола отлетает кора и щепки.

– Патроны не кончаются, потому что ты про них забыл. Нажимая на спусковой крючок, ты каждый раз уверен, что последует выстрел. – Ша снова появляется на моем плече. – Это и было темой занятия. Можешь стрелять и без пистолета, но пока тебе с ним привычней.

Еще раз повернулся перед зеркалом, внимательно разглядывая новый костюм. Наклонился, развел руки в стороны, нигде не тянет, движения свободны. Удобно. Покрой почти военный, хотя и не лишен определенного шарма. Местные аристократы люди прагматичные, привыкшие к постоянной опасности, поэтому даже в одежде для светских приемов все функционально. Ткань красивая, дорогая. Из-за пазухи высунулась мерцающая мордочка змейки и тоже придирчиво осмотрела мой внешний вид. Даша почему-то убеждена, что парадный костюм должен быть непременно светло-розового цвета. После долгого мысленного спора с фамильяром на повышенных тонах сошлись на темно-зеленом. Аргумент, что этот цвет хорошо гармонирует с окрасом змейки, заставил, в конце концов, Ша смириться. Удовлетворив любопытство, змейка исчезла. Судя по тому, что она так ничего и не сказала, ей понравилось. Вопросительно глянул на Леору, девушка одобрительно кивнула. Седой старичок согнулся в почтительном поклоне.

– У вас великолепная фигура, милорд. Шить для вас одно удовольствие. Я сохраню ваши мерки, на случай если вы захотите заказать другую одежду. – Портной поправил измерительную ленту, перекинутую через плечо.

– Благодарю, – я расплатился с мастером.

Леора ловко упаковала несколько рубашек, белье, носки, новую обувь и еще какую-то мелочь – янтарные запонки, носовые платки, серебряный гребень.

Я снова переоделся в старую одежду. Теперь идем в магазин напротив. Мне нужен транспорт.

Во дворе магазина стоит несколько машин. Окидываю все беглым взглядом. Парочка блестящих представительских кадиллаков, броневик, четыре видавших виды грузовика, боевая машина пехоты, явно списанная и недавно отремонтированная, пара легковушек неизвестной марки и старенький джип армейского образца. Негусто.

Мужчина в форме со споротыми нашивками лениво вышел навстречу.

– Вам что-нибудь подсказать, сэр? – Слово «сэр» было произнесено с подчеркнутым пренебрежением.

Я пожал плечами и молча продолжил осмотр. Чейза заинтересовал броневик, он сразу полез в кабину. Кисс с восторгом уставилась на один из кадиллаков. А я решил осмотреть джип. Стекла бронированные, резина новая, повышенной проходимости.

– Откройте капот, – говорю служащему. Тот подчинился, насмешливо кривя губы. Я проверил масло – новое, затем подвеску. Залез в кабину, ключ оказался в замке зажигания. Я завел мотор, прислушался. Двигатель работает тихо, без стуков и посторонних шумов. В принципе, то, что надо.

– Сколько? – смотрю на продавца.

– Пятьсот, – пожимает плечами. Я чувствую его эмоции. Цена реальная, если и завышена, то совсем незначительно.

– Сколько, сколько? – рядом раздается возмущенный возглас Чейза. Продавец полностью игнорирует паренька.

– Сзади должен быть установлен штатный крупнокалиберный пулемет. Если вернете его на место, получите пятьсот. – Я внимательно смотрю продавцу в глаза, тот нехотя кивает, соглашаясь с моим требованием.

Через двадцать минут мы выехали на джипе в сторону нашего домика. На сегодня покупок достаточно. Чейз сел за руль, Кисс осваивается с пулеметом – периодически гладит и нежно смотрит на него влюбленными глазами. Машинально сканирую окрестности аурным зрением, Ша добилась-таки того, что это уже вошло у меня в привычку. Странное свечение на востоке привлекло внимание. Мне становится любопытно.

– Что это? – спрашиваю у змейки.

– Не знаю, – в голосе Ша слышится растерянность, – когда чего-то не понимаешь нужно сваливать побыстрее и подальше.

– Давай направо к окраине города, – командую Чейзу и машу рукой в сторону свечения. – Посмотрим, что там происходит.

Через пять минут мы были у ворот. Проехали мимо наспех намалеванного плаката «Опасно!». Молодой парнишка в форме с тремя нашивками на погонах выскочил сзади, крича нам вслед какие-то ругательства. Джип выскочил на открытую местность, и Чейз резко затормозил.

Примерно в километре от города начинается лес. Над лесом висит странное магическое зарево, невидимое обычным зрением. Зарево медленно, но верно движется в сторону Харижа. Перед стенами города на небольшой возвышенности ведутся поспешные оборонительные работы. Несколько армейских подразделений роют окопы, готовят позиции для пулеметов. Отряд чистильщиков разворачивает в сторону леса незнакомые мне агрегаты со странными эллиптическими раструбами. Семь минометных расчетов готовятся начать стрельбу. Метров за триста перед линией обороны пять человек в серых балахонах устанавливают небольшие деревянные пирамидки, которые буквально слепят мое аурное зрение. Маги. Люди напуганы, на нас никто не обращает ни малейшего внимания.

– Что это? – спрашиваю Чейза.

– Маги устанавливают защитный контур, – паренек с интересом наблюдает за действиями магов.

– Нам следует отсюда уйти? – слежу за эмоциями Чейза.

– Поздно, – Чейз небрежно пожимает плечами. – Если твари прорвутся, в городе все равно никто не выживет.

К минометному расчету подъехал небольшой броневик, из кабины выскочил высокий стройный офицер лет сорока пяти. Военный начал торопливо отдавать какие-то распоряжения. Люди забегали еще быстрее.

– Сам барон пожаловал… – Чейз кивнул в сторону офицера.

Свечение уже повисло над самой опушкой. Из леса начали выскакивать дикие животные. Обычные кабаны, олени, волки, медведи, тигры плотной толпой понеслись в сторону позиций. Создалось впечатление, что звери полностью обезумели.

Рявкнули минометы. Пространство перед лесом покрылось взрывами. Комья земли взмыли вверх, смешавшись с ошметками тел. Это не остановило нападавших. Зверей становится все больше и больше, они быстро приближаются и покрывают собой уже почти всю площадь. Начали стрелять пулеметы, выкашивая первые ряды тварей. Шум взрывов и стрельбы почти заглушил звук двигателей машин, выехавших из ворот города. Установки залпового огня выстроились в линию. По отмашке барона дали первый залп, вой снарядов меня почти оглушил. Над лесом начался огненный ад, вверх рванули клубы черного дыма. Тем временем звери достигли защитного магического контура и остановились. Чистильщики включили свои приборы, в скоплении атакующих животных началась паника, твари побежали назад, словно очнувшись от гипноза и подчинившись, наконец, инстинкту самосохранения.

Высоко над лесом в стороне от огненного ада я замечаю человеческую фигурку. Человек прямо в воздухе танцует странный безумный танец, состоящий из судорожных резких движений. Никто кроме меня его не видит.

– Что это? – спрашиваю у Даши.

– Шаман, – змейка грустно вздыхает, – надо сваливать.

Земля перед защитным магическим контуром вдруг вздулась, на поверхность выбралась огромная извивающаяся тварь, похожая на корень дерева. Чудовище атаковало ближайшую к ней пирамидку магов. Один из крупнокалиберных пулеметов начал обстреливать непонятное существо разрывными авиационными снарядиками. Несколько удачных попаданий быстро превратили монстра в щепки. Слишком поздно. Тварь успела каким-то образом повредить пирамидку, и ее свечение стало слабеть. Защитный контур распался. Отступившие звери, словно управляемые невидимой рукой, развернулись для новой атаки. Откуда-то из окопа выскочил маг и побежал к испорченной пирамидке. Серый капюшон слетел с его головы, позволив рассмотреть лицо. Совсем мальчишка. Лет семнадцать, не больше. Маг упал на пирамидку, обхватив ее руками. Его тело обмякло, аура погасла, зато пирамидка снова ярко засияла. Защитный контур восстановился. Парнишка мертв.

Танец фигурки над лесом стал еще более яростным. Рядом с ней возник шар огня, видимый обычным зрением. Шар быстро увеличивается и очень скоро становится ярче солнца. Как только люди его заметили, началась паника. Фигура шамана, закончив последнее движение, замерла, воздев руки в небо. Шар, выросший до огромных размеров, сначала медленно, затем все быстрее и быстрее полетел в нашу сторону.

Купол! Я резко махнул обеими руками, создавая максимально большой защитный магический купол, накрывший наши позиции. Затем закрыл глаза руками. Шар натолкнулся на мою защиту. Стало очень светло, так что напросвет четко видны косточки пальцев.

– Камень! Возьми в руку камень, дубина! – рявкнула змейка в ухо.

Слеза Кали!!! Я выкрикнул и сжал кулак правой руки. Излишки магической силы стали быстро впитываться в камень, раскаляя его и обжигая ладонь. Через минуту свечение спало. Камень в моей руке увеличился и стал намного тяжелее, он начал потихоньку остывать. Я снимаю защитный купол и прячу Слезу Кали. Глаза после яркого света ничего не видят, только цветные пятна. На шее болтается что-то тяжелое, килограммов семь, не меньше. Пытаюсь понять, что это такое там висит, щупаю руками – змея.

– Живая?

– Что мне сделается? Просто объелась. – Даша потихоньку шевелится, и тяжесть исчезает. Спряталась.

Постепенно люди пришли в себя. В нашу сторону направляется барон. Улыбается.

– Приветствую вас, мастер Рем, – кланяется. – Ваша помощь оказалась очень своевременной, – переводит взгляд на Леору. Опять кланяется. – Рад видеть вас, герцогиня Лацинти. Дочь наместника Южных пределов сказала, что вы подались в леса. – Барон усмехается. – Но я рад, что вы изменили планы и решили все же навестить старика. Мы ведь родня. А в лесах сейчас неспокойно, сами видите, что творится. – Хариж кивнул в сторону леса.

К нам подошли еще два человека. Первый одет в форму чистильщика, второй в сером балахоне с капюшоном, низко накинутом на голову.

– Знакомьтесь, полковник Ильмата, командующий представительством магической безопасности Восточных пределов, – барон кивнул в сторону чистильщика, – и магистр ордена лорд Чарльз Гольц.

Кланяюсь сначала полковнику, затем лорду. Чистильщику на вид лет сорок, я сразу ему не понравился. Ильмата уставился на меня неприязненным взглядом. Есть в его внешности что-то отталкивающее, крысиное. Магистр откинул капюшон, смотрит с любопытством. Улыбается. Возраст лорда определить не удается. Лицо аристократа, волосы с проседью.

– А ты забавный. Первый молодой человек на моей памяти, который сумел растопить ледяное сердце госпожи Арики. Буквально свел ее с ума, только о тебе и говорила все время, пока не уехала к папочке. Кажется, она считает тебя своим женихом. – Магистр усмехнулся. – Как тебе удалось остановить энергетический удар такой силы? – лорд меняет тему без какой-либо паузы. Улыбка исчезла, теперь он буквально поедает меня глазами.

– Как только заметил в небе танец шамана, начал готовить защитный купол, – пожимаю плечами.

– Да? – магистр недоверчиво хмыкает.

– Какого шамана? Где вы его увидали? – чистильщик подскочил и стал нервно озираться вокруг.

– Спокойно, Иль, не надо подпрыгивать. Ты думаешь, заклинание огненного гнева возникло на небе само по себе? – На лице магистра снова по-явилась ухмылка, только теперь не добродушная, а ехидная. – Хари, я тебя предупреждал, что увлечение девочками до добра не доведет… – Магистр укоризненно посмотрел на барона и сокрушенно покачал головой.

– Надеюсь увидеть завтра вас на празднике, мастер Рем, – поспешил барон закончить разговор, который с упоминанием девочек почему-то стал ему неприятен. – Герцогиня, вам ничего не угрожает в моем доме, не прячьтесь, порадуйте старика, приходите завтра на семейный праздник… – Хариж поклонился Леоре. – Там и расскажете нам про шамана, – барон посмотрел в мою сторону. – Сегодня мы все ужасно измотаны.

Киваю Чейзу на заднее сиденье, сам сажусь за руль. В зеркало заднего вида вижу хмурое личико Кисс. Новость о том, что Леора аристократка из высшего круга, девочку расстроила; она пристально разглядывает то меня, то Леору. Не надо быть тонким психологом, чтобы понять, о чем она думает. Леора устроилась рядом со мной на переднем сиденье, напряжена, старается не смотреть в мою сторону.

– Ты не сказала, что барон Хариж тебе родня, – поворачиваюсь к герцогине.

– Ты не спрашивал, – девушка пожимает плечами. – Если говорить о родне, то наместник Южных пределов мне тоже родня, причем даже более близкая, чем барон. Отец Арики двоюродный брат моего отца. Это не мешает им быть врагами, – Леора сделала паузу. – К тому же статус рабыни перечеркивает все родственные связи и титулы, – задумалась. – Лучше объясни, зачем ты делаешь вид, что ничего не смыслишь в магии? Сначала задаешь дурацкие вопросы, а потом ставишь купол, способный остановить заклинание огненного гнева. Даже Гольц был сегодня бессилен, – герцогиня так и не повернула ко мне лицо, обиженно вздернула подбородок.

– Купол я научился ставить в то время, пока ты занималась подарком для дочки Харижа.

Леора недоверчиво хмыкнула. Не поверила. Почти всю оставшуюся дорогу едем молча.

– Пойдешь завтра в гости к Харижу? – спрашиваю бывшую рабыню.

– Я похожа на дуру? – Леора повернулась наконец в мою сторону, в глазах боль и обида. – Впрочем, конечно же дура, мне не надо было возвращаться в город, – тряхнула головой.

Мы подъехали к домику, я загнал джип во двор на свободный участок перед сараем. Захожу внутрь помещения. Герцогиня ходит по комнате, собирает и небрежно запихивает свои вещи в рюкзак. Чейз куда-то исчез. Кисс сидит в плетеном кресле возле окна и молча следит за происходящим. Настроение девочки явно улучшилось, довольна.

– И куда же ты собралась на ночь глядя? – пытаюсь поймать взгляд Леоры.

– Не имеет значения, – не хочет даже смотреть в мою сторону.

Отбираю у Леоры рюкзак, швыряю его на пол, беру девушку за плечи и с силой разворачиваю к себе.

– Имеет! Я тебя никуда не отпускал, – легонько ее встряхиваю. – Не делай глупостей!

Леора всхлипнула и уткнулась лицом мне в грудь. Кисс разочарованно фыркнула и ушла на кухню. Пытаюсь успокоить герцогиню, прижимаю к себе, глажу, касаюсь губами макушки, волосы пахнут душистой травой. Плечи вздрагивают, она плачет.

– Прости! Мне некуда деться, я осталась совершенно одна. Мне страшно! – хлюпает носом. – Я знаю, ты ничего мне не должен, я действительно веду себя как дура, навязываюсь, вешаюсь тебе на шею, – голос Леоры дрожит. – Арика слов на ветер не бросает, рано или поздно меня поймают. Но первый раз должен быть обязательно по любви, – поднимает заплаканное лицо. – Если бы несколько лет назад мне кто-нибудь сказал, что буду просить парня переспать со мной, я бы выцарапала ему глаза. Хочешь сделать меня рабыней, буду рабыней, прогонишь – уйду. Хочешь в Оазис, пойду за тобой в Оазис, я вовсе не прошу тебя мне доверять, можешь хранить свои секреты.

Обнимаю девушку, крепко прижимаю ее к себе. Некоторое время так и стоим молча. Губы и нос Леоры касаются моей шеи. Чувствую ее дыхание. Мокро и щекотно. Пытаюсь успокоить, глажу волосы, плечи, спину. И на что, интересно, я сейчас подписался?

– Пойдем, я должен тебя кое с кем познакомить, – разворачиваю лицо герцогини к себе и собираю языком слезы.

Мы идем в мою комнатушку. Стульев здесь нет, только письменный стол и кровать, поэтому усаживаю Леору рядом с собой на кровати.

– Познакомься, это Ша, королевская серпента пустоши, мой фамильяр и учитель магии. Это она научила меня ставить защитный купол. Правда, она красивая? Надеюсь, вы подружитесь.

На моих плечах появляется Даша, на одном плече она уже не помещается, а ее хвост свисает мне почти до пояса. Цвет серпенты стал более темным, светло-зелеными остались лишь отдельные полоски, которые сложились теперь в красивый узор. Леора дернулась и попыталась отпрыгнуть, я с большим трудом удержал герцогиню на месте.

– М-м-мне можно ее п-п-погладить? – Леора осторожно протянула руку и легонько коснулась головы Даши.

– А ты храбрая, – Ша соскользнула с моего плеча и свернулась кольцом рядом с герцогиней, подставила голову под ее ладошку.

Леора погладила змейку рядом с тем местом, где обычно располагаются уши, затем почесала ей подбородок. Ша зажмурила глазки от удовольствия и положила голову девушке на колени, урчит почти по-кошачьи, косит на меня хитрым глазом, мол, учись, как надо обращаться с фамильяром.

Раз уж барону известно, что Леора находится в городе, безопаснее взять ее с собой. Так она будет иметь статус гостя. Не думаю, что Хариж позволит кому-либо причинить герцогине вред у себя в доме. Это была бы полная потеря лица. Да и советы, как себя вести в доме барона, будут мне нелишними.

Первый раз вижу Леору в платье. Трудно отвести глаза, даже дышать стало тяжело, и сердце слегка заныло. На губы стараюсь вовсе не смотреть, чтобы крышу не снесло. Подхватываю девушку под руку и помогаю выйти из джипа. Движения герцогини плавные, изящные, высоко и уверенно держит голову. После вчерашних проявлений слабости девушка взяла эмоции под контроль. Вечером мы еще долго сидели и разговаривали, пока Леора не заснула у меня на руках. Я пообещал ей, что никогда ее не брошу, придется выполнять обещание.

Нас провели в гостиную. Большая комната обставлена дорогой мебелью. Гостей слишком много для чисто семейного праздника. Среди собравшихся вижу уже знакомых мне полковника Ильмату и магистра Гольца, и еще четверо магов – это те самые, что ставили защитный контур от тварей. Барон Хариж приветливо махнул нам рукой.

– Знакомьтесь, Рем, это мои жены, Лидия и Вита, а это дочь Гайна, – барон указал на миловидную полненькую девочку в белом платье.

Гайна покраснела и слегка поклонилась в нашу сторону. Лидия почему-то ревниво уставилась не герцогиню, а Вита улыбнулась и озорно мне подмигнула. Жены у барона очень красивые, что неудивительно. Лидия зрелая женщина, а Вита выглядит немногим старше Гайны.

– Очень рад знакомству с такой обаятельной леди, – я поклонился и протянул дочери барона наш с Леорой подарок.

– А ты не мелочишься, – усмехнулся незаметно подошедший сзади магистр. – Я же говорил, что этот мальчик нас еще удивит. Амулет из чисто магической твари сможет легко защитить весь твой городишко, Хари… – Магистр пристально уставился на подарок. – Но я бы тебе не советовал и дальше провоцировать диких, рано или поздно они до тебя доберутся.

Магистр хищно улыбнулся. Видимо, представил, что сделают дикие с бароном, когда до него доберутся. Странные у них тут взаимоотношения.

«Кто такие дикие?» – мысленно спрашиваю змейку.

«Дикие – это люди, которые ушли из городов четырех пределов и поселились в лесу. Уже больше ста лет между дикими и населением пределов идет война. Спроси у Леоры, она лучше меня разбирается во всем, что связано с людьми», – объяснила змейка.

Даша все утро мне твердит, что я дурень, не ценю такую славную человечку. А ведь еще совсем недавно требовала, чтобы я от нее избавился. А теперь при каждом удобном случае выставляет полезность герцогини. Вот что может сделать с магической тварью простое почесывание за ушком.

«За тварь ответишь! – Даша злобно зашипела в моей голове. – Для тебя ведь стараюсь, без самки ты становишься нервным. Пусть будет уж лучше беленькая, она не предаст и влюблена в тебя по уши. К тому же я вижу, что герцогиня тебе тоже небезразлична. Даже очень. Иначе с твоей озабоченностью ты можешь попасть в лапы настоящей стервы».

«Сплошной прагматизм, – усмехаюсь, – а я-то думал, Леора тебе понравилась».

«Понравилась, не сомневайся. Ты учишься магии, я учусь разбираться в людях, – Даша фыркнула. – Кстати, мог бы и сам догадаться меня иногда погладить».

В этот момент в зал вошли служанки с подносами, на которых было вино и холодные закуски. Я сглотнул слюну. Не на еду, на девушек… они практически полностью раздеты.

– Нравятся? – барон доволен моей реакцией. – Это дикие, очень дорогие рабыни, еще не прошли окончательную привязку к хозяину, на них сейчас лишь простейшая сеть подчинения. Можешь выбрать себе любую в подарок. А если мало одной, то есть еще целая партия на продажу, которую я пока не успел отправить в столицу.

– Угу, – хмыкнул Гольц, – и возможно, среди них есть дочка шамана. Ее папаша теперь не успокоится, пока не сровняет твой городишко с землей. Если бы я заранее знал причины нападения тварей на город, то не приехал бы тебя защищать, Хари. Вчера погиб Рилан, совсем еще мальчишка, это был очень перспективный маг… – Лицо Гольца стало мрачным. – Все твои девки не стоят его мизинца.

– Прости, Чарльз, – барон виновато потупился.

– Ладно, – магистр с горечью махнул рукой, – веселитесь, не буду портить Гайне праздник. – Гольц сгорбился и побрел в сторону магов, что-то обсуждающих между собой.

Пользуясь уходом магистра, ко мне сразу же прицепилась Лидия. Буквально повисла на свободной руке, другой я крепко прижимал к себе Леору.

– Ваша светлость, расскажите нам о себе, мы просто умираем от любопытства. У нас так редко бывают в гостях молодые симпатичные мужчины! Вы женаты? Впрочем, что я спрашиваю. Конечно же нет, иначе дочка наместника не положила бы на вас глаз. Вы спасли ее от чудовищ, это так романтично! – Баронесса явно пытается казаться глупее, чем есть на самом деле, но ее выдает слишком проницательный взгляд больших почти черных глаз. – Скажите, как такой талантливый маг сумел избежать внимания ордена? – Лидия наконец сделала паузу в своем щебетании, вынуждая тем самым меня отвечать на вопрос, который ей действительно интересен.

– Почему вы решили, что я избежал внимания ордена? – загадочно улыбаюсь. – Насчет ордена вам лучше расспросить лорда Гольца, а не меня.

В этот момент музыканты начали играть какую-то мелодию. Леора потащила меня танцевать, почти грубо отпихнув баронессу и заработав от нее взгляд, полный ненависти.

– Простите, – виновато улыбаюсь Лидии. – Вот ведь дрянь… привязалась, – шепчу на ухо герцогине.

– А ты чем думал, когда принимал приглашение Харижа? – Леора насмешливо хмыкнула. – Отступать теперь поздно. Стоит проявить перед ними слабость, как вся эта свора дружно попытается нас растерзать. Надо, чтобы они сцепились между собой. Маги не любят чистильщиков, чистильщики – аристократов, аристократы ненавидят и тех и других, за редким исключением, – когда маг сам является аристократом.

Танец тем временем закончился. Я повел партнершу к столику с закусками, но поесть не дали. Покачиваясь, пьяной походкой к нам подошел полковник Ильмата и попытался грубо отпихнуть меня от Леоры. Я заслонил собой девушку.

– Эт-то н-не т-твоя рабыня! – похоже, полковник совсем пьян. – Мне приказали вернуть ее хозяевам, но сначала я сам ее поимею.

У меня из-за пазухи показалась голова Даши. Глаза Ильматы стали большими и круглыми, чистильщик мгновенно протрезвел.

– Ты посмел притащить сюда магическую тварь?! – Ильмата отскочил на шаг назад, Даша мгновенно спряталась.

– Какой-то грязный чистильщик будет указывать магу, что можно делать, а что нет?! – произнес я очень громко, чтобы услышали все.

Ключевые слова «грязный чистильщик» привлекли внимание магов. Они направились к полковнику, их вид не обещал Ильмате ничего хорошего, настроение у магов явно не праздничное, оно и понятно – поминали товарища. Подхватываю Леору под руку и увожу ее в сторону, мол, мы тут совсем ни при чем. Хариж заспешил к гостям, улаживать конфликт, я украдкой бросил на него виноватый взгляд.

– Ты очень талантливый молодой человек, – раздается рядом насмешливый голос магистра. – Хари, конечно, сглупил – нельзя приглашать чистильщиков вместе с магами. Но так уж вышло: и те и другие защищали город, барон решил никого не обижать… – Гольц тяжело вздохнул. – У меня к тебе тоже много вопросов, но я бы лучше обсудил их в столице, в восточном представительстве ордена. Жду тебя там. Надеюсь, у тебя хватит благоразумия не отказывать мне в этой маленькой просьбе. – Магистр протянул мне какой-то медальон, очень похожий на те, что я видел на груди других магов. – Возьми, хоть ты и не относишься к ордену, можешь его носить, это избавит тебя от многих неприятностей. Раньше медальон принадлежал Рилану.

Гольц поспешно отвернулся, чтобы я не заметил влагу, проступившую у него на глазах.

Пока барон успокаивает магов и полковника, мы с Леорой, стараясь не привлекать к себе внимания, переместились к выходу. Уже у самых дверей нас встретила чем-то расстроенная Гайна.

– Уже уходите?

– Да, пожалуй, нам пора. Еще раз поздравляю тебя с днем рождения, – Леора чмокнула девочку в щеку.

– А отец отобрал у меня ваш подарок, – пожаловалась младшая баронесса. – Сказал, что сейчас он необходим для защиты города, и вернет мне его потом, когда подрасту, – девочка грустно улыбнулась.

– Не расстраивайся, конечно, вернет. Твой отец всегда держит слово, – утешаю баронессу.

– И чем так ценен этот амулет? – смотрю на Леору.

– Магические твари – порождения нашего мира, некоторые части их тела – почти концентрированная магия. Поэтому амулет, изготовленный из этих частей, является инструментом воздействия на ауру планеты. Это дает очень большие возможности. – Леора улыбнулась. – Заумно? Тут целая наука, в двух словах не расскажешь… Рог зверыга, например, вещь вообще уникальная.

Мы вышли на улицу и направились к машине. Пасмурно и зябко. Скоро наступят сумерки. Сканирую окружающее пространство, ничего подозрительного, ауры охранников равномерно движутся вдоль забора, окружающего особняк. У меня возникает иррациональное, ни на чем не основанное чувство опасности. Кажется, змейка тоже чем-то обеспокоена. Герцогиня наоборот испытывает облегчение, смеется, довольна, что удалось беспрепятственно покинуть дом Харижа. Леора так до конца и не поверила барону.

Выехали за ворота. Улицы городка пустынны, в такую погоду жители предпочитают сидеть дома. Жаль, что не удалось отведать деликатесов из угощений Харижа. Надеюсь, Кисс догадается приготовить ужин.

Далеко не отъехали, Леора кладет голову на мое плечо, мне становится неудобно вести машину, останавливаюсь, сгребаю девушку в охапку и сажаю к себе на колени. Крышу сносит, я так давно хотел попробовать эти губы. Целуемся как безумные. Губы у герцогини мягкие, кончики наших языков ласкают друг друга. Глажу упругие формы девушки, шарю рукой в поисках застежек на платье. Леора смеется, откидывает голову назад. Ей щекотно.

Только продолжить не дали. Сзади что-то грохнуло, затем раздалась пулеметная очередь. Оборачиваюсь, над местом, где находится особняк Харижа, висит магическое зарево. Стрельба стала почти непрерывной, перемежаясь взрывами гранат. Да чтоб их…

– Жди меня здесь! – С сожалением пересаживаю девушку на сиденье, выскакиваю из машины и бегу в сторону дома барона.

Леора не послушалась, побежала за мной вдоль стен домов. Ну что за глупая девчонка! Новичкам почему-то кажется, что рядом с домами безопасней, не думают, что и для снаряда и для гранаты около стены они становятся намного уязвимей. Дожидаюсь герцогиню и ставлю купол. Двигаться с куполом не умею, поэтому приходится постоянно то ставить его, то снимать. Вот, наконец, дом барона. Забор полностью разрушен. Вокруг особняка ярко светится магическая защита. Рядом с домом в непонятном танце скачут люди, одетые в звериные шкуры. Их всего четверо! Ни стрельба, ни взрывы гранат не причиняют им вреда.

– Дикие! – Леора прижимается ближе ко мне.

Один из диких нас заметил, выставил в нашу сторону руку. Я почувствовал, как в том месте, куда указывает его рука, истончается стенка и купол постепенно сминается. Усилием воли восстанавливаю защиту. Еще один дикий выпадает из танца, вдвоем пытаются проломить мою защиту. К ним подключается третий, вместе давят в одну точку купола. Пользуясь тем, что дикие отвлеклись, на пороге появился магистр Гольц, резко открыв дверь особняка. Нападающие среагировали очень быстро – образовали квадрат, взявшись за руки. Давление на купол пропало. Магистр атакует, фигуры шаманов засветились ярким фиолетовым цветом, видно, как они напряжены, еле стоят. Даша возникает у моих ног и с шипением прыгает в сторону диких. Вот она вцепилась в ногу ближайшему танцору. Лицо шамана исказил ужас, рот раскрылся в безумном крике. Неожиданно вдруг все закончилось, нападавшие исчезли, буквально растаяли в воздухе. Гольц устало опустил руки. А Ша появилась у меня на плечах, держит в зубах боевой трофей – кусок оторванной штанины. Ухмыляется.

– Была я бы чуть-чуть побольше, откусила бы ногу, – змейка выплюнула штанину. – Хотя он и так вряд ли выживет, но откусить ногу было бы интересней.

Хариж нервно ходит из угла в угол своего кабинета, словно зверь в клетке. Магистр Гольц сидит в кресле, мрачно уставившись в одну точку. Я расположился на небольшом диванчике со стаканом горячего вина, зубы стучат по стеклу – нервы. Леора рядом, от вина она отказалась, пьет кофе. Полковник Ильмата раздраженно барабанит пальцами по столешнице. Слышно, как где-то в другом конце коридора с надрывом плачет Лидия. Пока все отвлеклись на атаку шаманов, дочка барона бесследно исчезла.

– Зря ты забрал у девочки амулет, Хари, – нарушил магистр затянувшееся молчание.

– Ну, кто же мог знать, что эти твари так обнаглеют! – барон сорвался на крик.

– Скорее всего, твоя дочь попалась им случайно. Никто из диких не знает ее в лицо, – Ильмата перестал наконец барабанить по столу. – Дикие приходили за кем-то из пленниц барона. Может, за всеми сразу. Не ожидали, что в доме окажется столько магов. Сил на захват особняка не хватило, вот и сцапали того, кто первым подвернулся под руку. Очевидно, что шаманы действовали двумя группами, вторую мы даже не смогли обнаружить, только – следы.

– Если Гайну захватили не из мести, а случайно, то есть шансы обменять ее на твоих рабынь. Нам точно известно, что одна из них дочь главного шамана. Ведь ты еще не делал никому из них окончательной привязки? – Магистр вопросительно уставился на барона. И не дождавшись ответа, продолжил: – Вот так, Хари, воровать чужих дочек, узнай теперь на собственной шкуре, что чувствуют их близкие.

Лорд зло сплюнул на пол. И словно про себя, ни на кого не глядя, добавил:

– Старый блудливый козел. Подставил не только весь город, даже собственную семью.

– Вы, кажется, сочувствуете диким, – заметил полковник, злобно посмотрев на магистра. – Они давно не люди. Мутанты. Их надо отстреливать как опасных животных, а место их девок в солдатских борделях.

– Маги тоже не люди? – в голосе магистра по-явились угрожающие нотки.

– И дети майора Хальма не люди? – насмешливо спрашиваю у полковника. – У них был большой и красивый дом, поэтому их решили выкинуть в пространственный выверт?

– Не время ссориться, господа! – Хариж примиряюще взмахнул руками. – Надо решить, что делать.

– Что делать? Мы можем только ждать, – магистр пожал плечами.

Заснули лишь под утро. Доставить девушке удовольствие, если ты у нее первый – задача непростая, но если герцогине и было больно или неприятно, то она постаралась от меня это скрыть. Леора уютно устроилась у меня на груди, уткнувшись носом в шею, волосы девушки щекочут мне лицо. Даже во сне не хочет меня отпускать, старается покрепче прижаться. Неудобно, рука затекла, но я терплю, боюсь потревожить ее сон, спугнуть столь редкое ощущение счастья. Присутствие Леоры дарит покой и уют. И нежность.

– Вс-с-ставай, с-с-скоро у нас будут гости, – поднимает тревогу Ша.

Я осторожно соскальзываю с кровати. Леора что-то недовольно бормочет во сне, не обнаружив меня рядом, обнимает подушку, так и не проснувшись. Торопливо одеваюсь, выскакиваю во двор.

От вчерашних туч не осталось и следа – чистое небо, яркое солнце. Чейз уже встал, проводит разминку, Кисс хлопочет в кухне, громыхает посудой.

Показываю Чейзу на заднее сиденье джипа. Паренек понятливо кивает и исчезает в машине. Слышу, как он перещелкнул магазин пулемета – проверил патроны. Возле нашего домика тормознул грузовик. Чистильщики.

Рукоять пистолета прикрыта курткой, смотрю, чтобы мне ничего не мешало до него быстро добраться. Поправляю на груди знак мага, который дал магистр. Не особо на него надеюсь, но вдруг сработает. Из кабины выпрыгнул молодой паренек с нашивками младшего лейтенанта. Заметил меня, ударил кулаком в грудь и вежливо поклонился.

– У меня пакет для сэра Чейза Хальма, – вытянулся по стойке смирно.

– Я передам, – забираю пакет.

– И еще просили отдать записку для вашей светлости от лорда Гольца, – офицер протянул незапечатанный сложенный вчетверо листок бумаги. – Разрешите идти?

– Идите, – подтверждаю разрешение легким кивком.

Офицер исчез в кабине машины, грузовик тронулся и скрылся за поворотом.

Вскрываю пакет для Чейза. В письме перед ним извиняются, признают ошибку, уверяют, что виновные уже наказаны, и предлагают вернуться в собственный дом. Дом свободен и ждет хозяина. Банковские счета со сбережениями восстановлены, и на них еще перечислена приличная компенсация. Подписано самим Ильматой. Быстро, однако, полковник разрулил ситуацию. Я ведь его даже и не просил ни о чем, просто вскользь упомянул о случившемся. Интересно, они что, ночью выгнали из дома новых жильцов?

Читаю записку от Гольца. Дикие предложили обменять пленниц барона на его дочь, но возникли какие-то технические сложности, которые магистр просит обсудить с ним лично. Непонятно, зачем я им сдался, недоуменно пожимаю плечами. Однако лорд Гольц не тот человек, которому стоит отказывать.

В окно кухни высовывается мордашка Кисс, девочка стучит половником по крышке от кастрюли – завтрак готов. И чего, спрашивается, так греметь?

Отдал письмо Чейзу. Паренек прочитал письмо, с трудом верит, что такое возможно. Побежал делиться с сестрой неожиданной радостной вестью.

На завтрак Кисс приготовила гречку с куриным мясом. Подперев кулаком подбородок, задумчиво наблюдает за тем, как брат торопливо заглатывает пищу, – Чейзу не терпится вернуться домой. А девочка, кажется, вовсе не рада возвращению имущества, смотрит на меня обиженно. Я-то чем провинился? Леора загадочно улыбается, ест аккуратно, не спеша, запивает кашу компотом. Что-то в герцогине неуловимо изменилось.

«На ауру ее посмотри, дурень!» – фыркает Даша.

Аура Леоры стала на порядок ярче. Очень интересно.

«И что это значит?» – растерянно спрашиваю змейку.

«А это тебе лучше знать! Я приличная девушка, ночью в вашу сторону не смотрела. Но если тебе все-таки интересно, в следующий раз могу исследовать феномен. Так чем вы там занимались?» – в интонациях змейки появилось толика ехидства. Вот ведь змеюка!

Я подвез брата с сестрой до их особняка. Чейз с сестрой пригласили нас с Леорой у них погостить, но я отказался – домик на окраине города для нас намного удобней. Кисс то и дело печально заглядывает мне в глаза, наконец не выдержала и спросила:

– Мы еще увидимся?

– Не знаю, малышка. Все возможно, – пожимаю плечами. – Сегодня у меня встреча с магистром. А завтра отправимся дальше, и так потеряли здесь много времени.

Леора тревожно на меня посмотрела.

– Не ходи к магистру! Давай соберемся и уедем сегодня, – герцогиня вцепилась мне в руку. – Пожалуйста!

– Тогда так и будем бегать от всех до скончания века. Разговор много времени не займет. Лорд человек достаточно разумный, ему незачем создавать нам неприятности, – целую герцогиню в макушку, пытаясь ее успокоить.

После обеда я отправился к Харижу, Леору оставил дожидаться в домике.

В кабинете барона в кресле сидит магистр, полковник Ильмата расположился на диванчике, Хариж занял место за письменным столом, а я устроился на свободном стуле у входа. Разговор начал лорд:

– В обмен на дочку барона дикие требуют вернуть захваченных рейнджерами Харижа пленниц, – лорд Гольц небрежно откинулся на спинку кресла. – Требование вполне ожидаемое, но, к сожалению, не единственное. Обмен должен состояться на их территории. Для сопровождения они дадут своего проводника, вместе с рабынями к ним должен прийти «скользящий». Кто такой «скользящий», мы не знаем, возможно, дикие специально выдвинули невыполнимые требования. А может быть, их шаманы просто над нами издеваются, – магистр устало вздохнул, – но таковы их условия.

– Мы не можем им доверять, Чарльз, – барон нервно дернулся. – Что помешает диким убить мою дочь, когда их девки окажутся на подконтрольной им территории?

– Ты можешь отказаться от обмена, Хари. Тебе решать, – Гольц пожал плечами. – Только учти, шаманы лгать не могут, иначе они перестают быть шаманами, это особенность их магии. Но то, что представляется им истиной, в глазах нормального человека может показаться бредом сумасшедшего, нам бывает трудно их понять. Тебе, Рем, надо выдать себя за скользящего, другой кандидатуры у нас нет, – магистр мрачно уставился на меня. – И времени выяснять, кто такой этот скользящий, у нас тоже нет.

– С чего вы решили, что я соглашусь? – с удивлением спрашиваю магистра.

Полковник Ильмата гаденько улыбается.

– Я же говорил, что он попытается отказаться, – смотрит на Гольца, затем переводит на меня насмешливый взгляд. – Тебе придется постараться сыграть эту роль, твоя подружка герцогиня уже у нас, мы схватили ее сразу, как ты вышел из дому. Если ты не приведешь Гайну, мы отправим герцогиню наместнику Южных пределов.

Ильмата, похоже, наслаждается ситуацией.

– Наместник будет нам благодарен, – усмехаясь, язвит он.

С трудом сдерживаю вспыхнувшую ярость, едва перевожу дыхание.

– Хорошо. Ты отправишься к диким со мной, – холодно смотрю на Ильмату. – Это мое условие. – Перевожу взгляд на барона. – Если с головы Леоры в мое отсутствие упадет хоть один волос…

– Спокойно, Рем, – магистр поднимает руки, – не надо нам угрожать. Мы все находимся в одинаково неприятной ситуации. Никто не причинит твоей подруге никакого вреда, даю тебе слово.

Утром мы вышли из города. Я, полковник Ильмата и девять девушек диких. Пленницам выдали зеленую камуфляжную форму и сняли с них сеть подчинения. Освобожденные рабыни озираются. Не доверяют. Я то и дело ловлю на себе их взгляды: испуганные, злые, любопытные, но есть даже заинтересованные, оценивающие и кокетливые. Одна из рабынь выделяется и внешностью, и гордой осанкой. Взгляд невольно на ней задерживается. Девушка замечает мое внимание. Усмехается.

– Я Лаура, дочь главного шамана, – сказала и отвернулась, пренебрежительно вздернув подбородок.

Возле леса в условленном месте нас дожидается проводник диких, мужчина в балахоне из звериных шкурок. Небрежно осмотрел нашу компанию, пересчитал пленниц, все здесь.

– Зачем ты взял с собой шакала, Скользящий? – кивает в сторону Ильматы.

– Я не мог оставить его без присмотра, это враг, – пожимаю плечами. – Даша, убей его.

Ша стремительно кинулась и вцепилась полковнику в плечо возле самой шеи. Крикнуть Ильмата не смог, яд почти мгновенно парализовал мышцы горла. Полковник с хрипом осел на землю, по его телу прошла судорога. Мертв. Похоже, мне удалось произвести на дикого впечатление. Изумленно качает головой.

– Почему ты не убил его сам?

– Меня могут спросить, как он умер, – улыбаюсь. – Скажу, что в лесу его укусила змея. Это будет правдой.

Даша оказалась у меня на руках. Почесываю ей головку. Змейке нравится, урчит. Дикий смотрит на серпенту с ужасом. Побледнел. С трудом берет себя в руки.

– Нам пора, – делает странные пассы дрожащими руками.

Прямо в воздухе образуется легкое марево. Видимость сквозь марево искажается, дрожит, постепенно через него проступает совсем другой пейзаж. Проводник нетерпеливо машет рукой, ему тяжело удерживать портал. Девушки торопливо одна за другой уходят в открывшуюся дыру, я прохожу вслед за ними, проводник идет последним, портал исчезает. Мы оказались совсем в другом месте, возле деревянного частокола, огораживающего какое-то человеческое поселение.

Красивая женщина накрывает на стол. Я с любопытством озираюсь, рассматриваю окружающую обстановку. Искусно сделанная мебель, ручная работа. Полы застелены шкурами различных хищников. Уютно.

В комнату вошел мужчина неопределенного возраста. Молча сел за стол, разглядывает меня с любопытством.

– Здравствуй, Скользящий.

Молчу, ожидаю продолжения разговора. Аура у мужчины странная. Не яркая, но почему-то от нее веет мощью и опасностью. Цвет какой-то серый, словно передо мной не человек, а магическая тварь.

«Серая потому, что он ментал, – поясняет змейка. – Когда ты завалил паукара, у тебя в ауре по-явился серебристый оттенок, значит, ты тоже теперь ментал, причем очень сильный, только пока не умеешь пользоваться своими возможностями».

Серое щупальце вышло из ауры незнакомца и попыталось дотронуться до моей головы. Змейка фыркнула, и в непрошеный серый отросток врезалась серебристая искорка, щупальце испуганно дернулось и убралось восвояси. Незнакомец ухмыльнулся.

– Где Гайна? – нарушаю затянувшееся молчание.

– Мы вернем девочку, не беспокойся, мы всегда держим слово, – мужчина сложил руки на столе.

Женщина поставила передо мной тарелку супа, сильно пахнущего пряностями. Рядом появилась тарелка с мясом и пиала с чаем.

– Ешь! – в голосе женщины звучит властность. Не прислуга – хозяйка.

Я не стал заставлять себя упрашивать, взял ложку и заработал челюстями.

– А что предпочитает госпожа серпента? – мужчина вопросительно поднял брови.

Змейка появилась у меня на плечах и бесцеремонно заявила:

– Тарелку молока и цыпленка, – задумалась на секунду и добавила: – Большого цыпленка.

Хозяин с интересом наблюдает за нашей трапезой, перед ним лишь чашка с чаем, из которой он периодически делает маленькие глоточки. Наконец я тоже добрался до чая. Это оказался не чай, а отвар каких-то душистых трав. Вкусно.

– Окажешь мне небольшую услугу? – хозяин решил перейти к делу.

– Нет, – отрицательно мотаю головой. – Заберу девчонку и уйду.

– А ты забавный, – шаман улыбнулся. – Даже не спросил, что мне надо.

– Мне без разницы, – ставлю пустую чашку на стол.

– Могу помочь тебе вспомнить что-нибудь из твоего прошлого, ты ведь совсем ничего не помнишь, – улыбается. Искушает.

– Мне без разницы. Заберу девчонку и уйду, – равнодушно смотрю шаману в глаза. В его ауре по-явились сиреневые всполохи. Удивлен.

– Ну как хочешь… – пожимает плечами. – Хотя мне было бы тоже интересно узнать, откуда ты такой взялся. Спать будешь там, – кивает в сторону смежной комнаты. – Утром отдадим тебе девчонок.

Каких еще девчонок? Хотел было спросить, но промолчал. Магистр ведь предупреждал, что у шаманов в голове не все дома. Ладно, утром разберемся.

Время до вечера надо чем-то занять. Любопытно посмотреть на быт диких, но из комнаты решил не выходить, неизвестно, как они отреагируют на чужака. Лишние неприятности мне не нужны. Попросил Дашу что-нибудь рассказать. Змейка задумалась, подперла головку хвостиком.

– Тонкая работа с аурой на физическом уровне тебе пока недоступна. Учиться этому нужно вдали от строений, лучше на полигоне. А вот с ментальной магией можно попробовать простейшие упражнения. – Змейка дождалась от меня утвердительного кивка и продолжила: – Аура неоднородна, научись управлять различными ее спектрами. Сделай купол только из того, что составляет серебристый цвет – получится ментальная защита.

Попробовал. Серебристый купол получился сразу. Даша удовлетворенно кивнула.

– Теперь попытайся сформировать серебристую дымку или облачко, научись его перемещать по своему желанию. Если ты сольешься сознанием с таким облачком и окутаешь им разумное существо, то сможешь слышать мысли и чувства этого существа. После тренировок, когда освоишь основы, сможешь передавать свои мысли и общаться ментально не только со мной. В дальнейшем научишься брать тело животного или человека под полный контроль. Ну а на более высоких уровнях обучения сможешь вести поединки с ментальными магами, строить блоки в своем или чужом сознании, создавать ложную память и много чего еще, но начинать надо с малого, – змейка внимательно на меня уставилась.

Почти до самого вечера пытаюсь создать серебристое облачко. Змейка спокойно наблюдает за моими жалкими потугами, но не делает ни замечаний, ни подсказок. Когда, наконец, после долгих мучений удалось создать нечто колышущееся и серебристое, то оно наотрез отказалось меня слушаться и перемещаться куда бы то ни было.

– Попробуй его развеять и создать рядом, снова развеять и снова создать рядом, постепенно ускоряя процесс, – снова начала давать советы Ша.

Буквально через пять минут у меня получилось, и я почувствовал, насколько же сильно устал.

– Неплохо для первого раза, – змейка одобрительно хмыкнула. – Хоть ты и дятел, но тебе повезло с учителем.

Ужин принесла та же женщина. Вкуса еды я не почувствовал, проглотил все, что предо мной поставили. Когда встал из-за стола, понял, что меня шатает, голова кружится, глаза с трудом наводятся на резкость. Перестарался я с занятиями ментальной магией. Добрался до постели и рухнул на нее, не раздеваясь. Сознание сразу провалилось в черноту, которая вдруг рассеялась. Вместо черноты навалились воспоминания.

Вот я стою перед деревянной, богато отделанной дверью. Открываю ее и вхожу. Кабинет, письменный стол, рядом с которым стоит высокий худощавый человек в форме генерала корпуса. Генерал Макгар.

– Ваше превосходительство, полковник императорского легиона специального назначения Ремион Сцевола прибыл в ваше распоряжение, – докладываю я, щелкаю каблуками и бью себя кулаком в грудь, слегка склоняя голову.

Мужчина кивнул и окинул меня беглым взглядом.

– Садитесь, полковник. – Генерал махнул рукой на кресло. – И давайте без этих ваших солдафонских замашек, я в душе человек сугубо штатский, хотя и вынужден носить эту форму. – Генерал небрежно уселся на уголок письменного стола. – Тем более что по крови вы родня императору и мой графский титул не чета вашему. Предпочитаете кофе? Чай? Коньяк?

– Кофе, если можно, – усаживаюсь в кресло.

Генерал Макгар нажал кнопку на столе, в кабинет вошла девушка с небольшим подносом, на котором дымится чашечка ароматного кофе.

– Угощайтесь, милорд, – девушка поставила поднос на подлокотник. – Сахар класть?

– Не надо. Благодарю. – Беру чашечку из рук девушки.

– Так вот, полковник… – Макгар встал со стола и пересел в кресло напротив, – вы наверняка знаете, что мой корпус занимается исследованиями дальнего космоса. Настолько дальнего, что добраться туда физически за разумное время невозможно. – Генерал усмехнулся. – Однако душа человека может достичь тех мест за очень короткое время, исследовать их и вернуться обратно. Для этого мы пробиваем ей путь специальным метафизическим лучом. Теория относительности здесь не работает, физики тут нет. Таким способом уже исследованы многие интересующие нас объекты и даже обнаружены планеты, пригодные для жизни. Впрочем, вы и так все это знаете. Последние двадцать лет наши исследования – самая излюбленная тема у журналистов. – На лице Макгара появилось выражение брезгливости. Не любят военные журналистов, даже те, кто в душе штатские. – К сожалению, есть ограничения и у нашего способа исследований. Ограничения определяются дальностью сфокусированного луча и характеристиками души исследователя. Если хотите, можно назвать эти характеристики прочностью души. Ваши личные коэффициенты уникальны. Как-никак королевская кровь… – Макгар хмыкнул. – При дворе ходят сплетни, что ваша кровь даже лучше, чем у правящей императорской линии. Адмирал Гракх любезно предложил нам использовать вас для одной исследовательской миссии. Вы не против?

– Я военный, – пожимаю плечами, – исполняю приказы.

– Я так и думал, – генерал улыбнулся. – Тогда дальнейший инструктаж и подготовку вы пройдете под руководством генерал-майора Басана. Собственно, миссия недолгая – душа может находиться вне тела не более недели. Мы перестраховываемся и ограничиваемся тремя днями. По возвращении вам будет положен трехмесячный отпуск, сможете навестить мать и сестру. Удачи, – генерал Макгар кивнул. – Можете идти.

Лежу в прозрачной капсуле, тело плавает в каком-то густом растворе, руки и ноги зафиксированы. На голове шлем с датчиками, микрофоном и наушниками. Металлический голос скрежещет: «Посторонним покинуть помещение. Отключить записывающие устройства». Вижу доктора Басана, наклонился, внимательно смотрит мне в глаза. Сейчас по предписанию он должен дать последние инструкции.

– Зря ты, Ремион, согласился на эту авантюру. Мне очень не нравится то, что придется сейчас сделать. Я ученый, а не убийца, но, к сожалению, вынужден выполнять приказы. У тебя слишком влиятельные враги. Как ни прискорбно, но ты не вернешься, произойдет несчастный случай. Я должен направить луч в пустое пространство между галактиками на максимальную дальность, после чего он сразу рассеется.

Басан вглядывается в мое лицо. Что он хочет там увидеть? Страх? Ужас? Мольбу? Ненависть? Почему плебеи всегда так радуются унижению благородных? Мы не были ни врагами, ни соперниками. Всего две недели назад мы были с ним даже не знакомы.

– И в чем же дело? Приказы следует выполнять. К чему этот треп? – улыбаюсь.

– Жаль напрасно выкидывать уникальный материал, – пожимает плечами. – Измеренные параметры твоих душевно-ментальных показателей выше теоретически возможных пределов. Причем существенно выше! Тебя надо было бы исследовать как подопытную лабораторную крысу. А вместо этого казна заплатит восемьсот миллионов империалов только для того, чтобы прикрыть убийство никчемного аристократишки, которого угораздило родиться в побочной императорской ветви. Я бы тебя прикончил даже за одну сотую долю процента от этой суммы.

– А говоришь, что не убийца, – смеюсь. – Оказывается, дело только в цене. Ладно, колись, кто меня заказал? Все равно ведь никто не узнает.

– Максимилиан Силинус, наследник. Адмирал Гракх – его доверенное лицо. Впрочем, ты не мог не слышать сплетни, что Макс на самом деле бастард. Не знаю, правда или нет, но на этой почве у него расцвела паранойя.

Все-таки подлость – тоже слабость. Есть вещи, которые нельзя выдавать, даже когда уверен в полной безнаказанности. Но плебеям почему-то необходимо демонстрировать свою значимость, они все время пытаются доказать, что чего-то стоят. Басан – типичный представитель, хотя и дослужился до генеральского чина. Сделать две карьеры – одну научную, другую в структурах безопасности – непросто, но от плебейских комплексов избавиться еще сложнее.

– Генерал Макгар?

– Этот ни при чем. Тупой служака, потому и беден до сих пор как лесная мышь. Но я не о том хотел говорить. У меня есть деловое предложение, которое тебя, возможно, заинтересует, – сверлит взглядом. Он что, серьезно?

– Разочарую, анонимных ячеек в банке с кодом на предъявителя у меня нет. Да и ты меня вряд ли сможешь чем-нибудь удивить, – улыбаюсь. Сумел-таки он меня развеселить.

– В соседнем рукаве галактики есть аномальная зона. Траектории звезд там не подчиняются известным нам физическим законам. Удаленность зоны такова, что ментальные параметры наших исследователей не позволяют туда добраться. Твои параметры позволяют. Но даже для тебя это билет в один конец. Мне все равно, куда тебя отстреливать, если доставишь нам знания об этой аномалии, то хотя бы подохнешь не напрасно. Вместе с тобой я могу отправить энергетическую структуру, которая позволит вернуть информацию. И решай быстрей, у нас осталось мало времени.

– Да ты и вправду ученый! Я даже тебя уважать начинаю, – смотрю на Басана с удивлением. – Когда вернусь, подарю тебе легкую смерть. Заслужил! – меня разбирает смех. – Давай свою аномалию.

А нервы у генерал-майора ни к черту. Побледнел, напуган, хоть и не штабная крыса, а всего лишь лабораторная. Не люблю крыс, надо не забыть, что обещал ему легкую смерть, а то когда вернусь, такое сотворю…

Капсулу начало колбасить – то растягивается, то сжимается, искажается форма. Или что-то не так с моим восприятием. Голова кружится, тошнит. Меня затянуло в световой коридор, капсула исчезла. Может, лопнула?

Я в космосе. Совершенно голый, и мне не холодно. Скольжу по лучу переливающегося света. Звезды все быстрее и быстрее несутся навстречу. Красиво. Космос кружится. Нет, это я вращаюсь.

Кажется, так прошла вечность. Я засыпаю. Луч, по которому я скольжу, стал широким и тусклым. Пока спал, прошла еще одна вечность. Луч исчез окончательно. Вишу в пространстве. Звезды теперь неподвижны. И что дальше? Что-то яркое болтается рядом. Басан говорил про какую-то энергетическую структуру, которую надо вернуть. Обойдется. Сейчас это еда, втягиваю энергию структуры в себя. Чувства обостряются, перестает тянуть в сон. Слышу шепот:

– Ссссколзящщщий! Сссюда!

Наверное, глюки. Нет, не глюки. Рядом с той звездой есть какие-то точки. Планеты. Одна из них шепчет. Усилием воли заставляю себя двигаться в ее направлении. Воля слабеет, сознание меркнет, но планета мне помогает, она притягивает меня сама. Я все быстрей приближаюсь к ней, падаю на нее. Оказываюсь в ничто и в нигде. Надо не сгореть в атмосфере. У меня же нет тела, я не сгорю. Или уже есть? Ощупываю себя руками. Меня охватывает ужас. Кажется, я кричу.

– Хозяин, очнис-с-сь!! – что-то шевелится у меня на груди. Даша! Мой фамильяр.

Просыпаюсь, меня трясет.

– Уссспокойс-с-ся, хозяин! Это был с-с-сон. Все в порядке. – Даша трется головкой о мою щеку. Чувствую, как по щекам текут слезы. Глажу змейку и просыпаюсь окончательно.

После короткой разминки я прихожу в себя.

– Очухался? – ловлю на себе сочувственный взгляд фамильяра. Даша свернулась кольцом на подушке и наблюдает за моими упражнениями. Змейка любит поваляться на мягком, когда у нее есть такая возможность.

– Я имя свое вспомнил. – Бью ногой воображаемого противника в висок.

– Значит, будем срочно знакомиться, – Даша ехидно хмыкнула, – пока опять не позабыл?

– А еще я теперь знаю, как здесь оказался, – пропускаю змейкины насмешки мимо ушей.

– С неба свалился, это и так ни для кого не тайна, – Ша свесила язык. Дразнится.

– Какая ты умная! – с удивлением смотрю на змейку.

– А еще я красивая и очень скромная, – змейка подперла головку хвостиком. – Но это не новость, все и так знают, что мы, серпенты, самые сильные, умные, красивые и скромные. Что-нибудь кроме имени вспомнил?

– Там, на небе, у меня остались долги, обещал одному приятелю легкую смерть, – провожу связку обманных движений, которая завершается ударом в горло виртуальному противнику. – Вернуться будет тяжело, но нехорошо обманывать людей в вопросах жизни и смерти.

– Да такие обещания надо выполнять, это святое. – Змейка задумчиво кивнула головкой и переместилась ко мне на плечи. Спряталась в ауре.

Одеваюсь, выхожу в гостиную. Шаман сидит за столом и мрачно смотрит в одну точку. В комнату втолкнули растрепанную Гайну, девочка напугана, озирается по сторонам. Женщина усаживает ее за стол и ставит перед ней еду.

– Скользящий, – хозяин поднял на меня глаза, – знаешь, почему рейнджеры охотятся на наших девушек и почему девушки диких так дорого стоят на рынке? – Шаман хмурится. – Они привязываются к своему первому мужчине на всю жизнь. Нет более преданной подруги, чем женщина из диких. Если ее мужчина умирает, женщина, как правило, тоже умирает от тоски. Исследователи из городов считают, что это следствие какой-то магической мутации. Иногда при привязке, если партнер абсолютно ей не подходит, девушка сходит с ума, но это случается редко.

Моя дочь не прошла привязку, но после того как она побывала в плену, ни один дикий не возьмет ее замуж. У нее был жених, теперь он отказывается брать ее в жены и требует, чтобы Лаура стала его наложницей. Девочке и так несладко, а тут еще и предательство человека, которому доверяла. Поэтому я хочу, чтобы она отправилась в Пределы и сама выбрала себе мужа. Ты ее проводишь и позаботишься о ней. Это мое условие! Или эта останется здесь, – шаман кивнул в сторону Гайны, – мы найдем ей применение.

– Что помешает мне продать твою дочь на рынке? Ты говоришь, рабыни диких дороги.

– Совесть. Тебе помешает совесть, она у тебя есть. – Шаман равнодушно отвернулся.

– А если твоя дочь никого не выберет, мне нянчится с ней до самой смерти?

– Просто помоги ей добраться до одной из столиц, ее выбор не твоя забота. – Мужчина резко встал из-за стола. – Мне надо подготовиться, чтобы открыть портал. Ешьте и собирайтесь.

– А ты скажи Лауре, что она уйдет со Скользящим, – шаман повернулся к женщине.

Через двадцать минут мы вышли за пределы поселка диких, на ту же самую полянку, на которой оказались здесь в первый раз. Лаура за все время не сказала ни слова. Шаман внимательно рассматривал мой медальон мага.

– Ты ведь не маг ордена? – произносит задумчиво, скорее констатируя факт, чем спрашивая.

– Гольц одолжил в качестве прикрытия, – пожимаю плечами.

– Гольц? – мужчина слегка удивился. – Лорд нормальным мужиком был, когда мы учились с ним в академии, передавай ему привет от Ахдена. Он поймет. Впрочем, политика и власть портят людей. – Шаман печально покачал головой. – Надо же, как судьба распорядилась. Это его я чуть было не спалил огненным гневом? Ну да ладно, с богом! – Ахден повел руками, открывая портал. – Советую тебе быстрее разобраться в реалиях нашего мира. Тогда будут хоть какие-то шансы остаться в живых. Удачи, Скользящий.

Портал захлопнулся за нашей спиной. Настроение Гайны улучшилось, а вот Лауре возвращаться в Хариж явно не хочется. Девушка хмуро уставилась на виднеющийся невдалеке город. В Хариже что-то не в порядке, с разных сторон слышится стрельба. Такое впечатление, что жители сошли с ума и начали междоусобную войну.

Над городом идет воздушный бой. В небе маневрируют несколько военных вертолетов. Движения машин резкие и хаотичные. В этой чехарде трудно понять, кто против кого, – противоборствующих групп больше двух. На серой и синей машине различаю гербы Харижа. Два зеленых синхронно действуют в паре, на них нет опознавательных знаков. Серебристый пытается выбраться из свалки, но подставляется под чью-то пулеметную очередь. Задымился и ушел вниз на экстренную посадку. Один из вертолетов Харижа выпустил ракету по зеленому. Неудачно, ракета прошла мимо и взорвалась где-то высоко в небе за чертой города. Неожиданно появившаяся вдалеке точка превратилась в истребитель. Самолет с ревом пронесся над домами, заставив вертолеты броситься врассыпную. Большой сильный хищник разогнал более слабых и сразу потерял к ним всяческий интерес. Теперь самолет полностью контролирует пространство над городом.

В районе моего съемного жилья все спокойно, нам удалось добраться до него без приключений. Сажусь за руль джипа, Гайна и Лаура на заднем сиденье. Наше с Леорой походное барахло давно упаковано и лежит в багажнике. Осталось обменять герцогиню на дочку барона и как можно быстрее убраться из этого сумасшедшего места. Лаура деловито приготовила пулемет к стрельбе, ее уверенные и точные движения убеждают меня в том, что девушка неплохой боец.

Пока добирался до резиденции барона, стрельба прекратилась. Дом Харижа, прикрытый магической защитой, не пострадал, чего не скажешь о соседних зданиях. Бойцы, явно принадлежащие различным группировкам и только что стрелявшие друг в друга, спокойно покидают свои позиции. Я остановил джип у входа в дом барона. Возле двери меня встречает лорд Гольц.

– Что тут у вас происходит? – на всякий случай ставлю защитный купол.

– Если в двух словах, то герцогиню захватили Истинные. Они взяли штурмом резиденцию чистильщиков Харижа, где находилась девушка. Извини, так получилось, мы ничего не смогли сделать. – Магистр расстроенно развел руки. – Впрочем, сейчас сам во всем разберешься. – Гольц махнул рукой, предлагая последовать за ним в дом.

– Дорогой! Я так рада тебя видеть! – Арика, не дав мне опомниться, повисла у меня на шее и впилась поцелуем в губы.

Я с трудом оторвал наглую девку и довольно грубо оттолкнул от себя. Сплошные сюрпризы.

– Представляешь, Истинные настолько обнаглели, что похитили мою рабыню прямо у меня из-под носа, когда она уже почти была у меня в руках! – Арика ничуть не смутилась моим неласковым приемом. – Они уже считают себя чуть ли не хозяевами планеты. Ой! У тебя появилась рабыня? – Арика заметила за моим плечом Лауру.

Меня спас Хариж. Барон подхватил дочку наместника под руку и переключил на себя ее внимание.

– Госпожа! Все заинтересованные стороны уже собрались. Прошу вас, идемте.

В гостиной за большим столом сидит несколько человек. Я вошел в комнату вслед за бароном и бесцеремонно уселся в ближайшее кресло, закинув ногу на ногу. Лаура встала за моей спиной, изображая телохранителя.

Леора по законам моего мира является теперь моей законной женой. Кое-кто из присутствующих гарантировал ей полную безопасность, а некоторые из них охотятся на нее, словно она лесная дичь. С трудом сдерживаю накатившую ярость.

Перехожу на аурное зрение. Мужчина, расположившийся во главе стола, маг. Я бы даже сказал МАГ. Его аура по яркости такая же, как у зверыга. На груди у мага медальон ордена, в отличие от обычного медальона этот сделан из желтого металла и украшен камнями. Если Гольц магистр, то этот маг, судя по всему, верховный гроссмейстер ордена. Интересно, что заставило явиться сюда столь значительную фигуру? Арика расправила платье и важно уселась за стол. Теперь она совсем не похожа на дурочку, которую только что пыталась изобразить в коридоре. На лице девушки едва заметна высокомерная улыбка. Чуть дальше расположился седой мужчина в сером штатском костюме. Судя по осанке и движениям, кадровый военный, не ниже полковника. В комнату входят еще несколько офицеров, занимают свободные стулья. Хариж сел рядом со мной в соседнее кресло, виновато опустил глаза.

– Господа! – маг решил первым начать разговор. – Мы все друг друга хорошо знаем! Между нами есть некоторые трения и разногласия, предлагаю на время про них забыть и заключить перемирие. Впервые за много лет появилась реальная угроза нарушения равновесия.

Гроссмейстер ордена внимательно окинул взглядом присутствующих, считывая их реакцию на свои слова. Его взгляд задержался на мне, брови мага приподнялись в легком недоумении. Затем он заметил у меня на груди медальон ордена, и на его лице проскользнула тень неудовольствия. Гольц наклонился к гроссмейстеру и что-то быстро начал шептать ему на ухо, пока тот не сделал нетерпеливый жест рукой и, отстранив лорда, продолжил:

– Четыре предела существуют вокруг четырех межмировых врат, через которые наместники ведут торговлю с Истинными. Мы не можем обойтись без той техники, которую они нам поставляют, а Истинные не могут обойтись без иритовой руды, которую мы добываем на планете. Пока мы контролируем врата, между жителями планеты и Истинными существует паритет. В герцогстве Лацинти существуют пятые, неработающие врата, от которых нет ключей. От которых не было ключей до недавнего времени, а теперь, по моим сведениям, есть, – поправился гроссмейстер. – Для активации ключей необходима древняя кровь, последним известным носителем которой является дочь герцога Лацинти. – Маг посмотрел на седого, которого я сначала принял за офицера в штатском.

Судя по реакции присутствующих, высказанная новость здесь ни для кого не новость. Ну, разве что для меня, не имеющего вообще никакого представления о местных реалиях.

– Орден слишком долго закрывал глаза на то, как Истинные постепенно расширяют чистые территории в нарушение принятых договоренностей, – высказался седой. – Как только они смогут активировать ключи, то сразу захватят врата. Уже сейчас врата находятся практически на границе чистых территорий, которые вплотную подошли к герцогству. Я просто не в состоянии оказать сопротивление.

– В данной ситуации им уже никто не сможет оказать сопротивление, герцог. – Маг с сожалением развел руки. – Единственный шанс восстановить равновесие – это вернуть назад вашу дочь. Или убить, если вернуть ее будет невозможно. К сожалению, маги не могут долго находиться на чистых территориях, поэтому придется посылать туда спецназ или чистильщиков. Ваша дочь очень слабый маг, возможно, Истинные попытаются спрятать ее в чистой зоне.

– Получается, что шаманы диких оказались правы, когда предлагали уничтожить Истинных и закрыть все врата, – подал голос барон.

– Задача ордена сохранять равновесие, люди на планете не могут обойтись без техники. Даже охотники диких и те используют ружья! – гроссмейстер резко перебил Харижа. – Закрыть врата, значит обречь подавляющее большинство населения на вымирание.

– Только полные дураки могут считать, что не-устойчивое равновесие можно поддерживать до бесконечности, – раздался сзади меня бархатный голосок Лауры.

Некоторые присутствующие посмотрели на девушку с гневом, а некоторые с явным одобрением.

– Что плохого в том, что Истинные будут иметь собственные врата? – вопрос задал человек в форме генерала чистильщиков.

– Как только Истинные получат полный контроль над вратами, население планеты, добывающее иритовую руду, станет им ненужным. Следующим шагом они попытаются уничтожить ауру планеты. Маги не могут находиться на чистых территориях, а Истинные без специальной защиты не могут находиться в магической среде. Наша планета живая, они ее просто убьют, – гроссмейстер печально опустил голову.

– Почему вы думаете, что пятые врата ведут в мир Истинных? Они ведь могут открыться совсем не туда, – задал я свой вопрос.

– Тогда их лучше вовсе не открывать, – мне ответил седой.

Вот ведь неугомонная! Свалить по-тихому не получилось. Дочка наместника уже сидит на капоте моего джипа. Рядом ошивается пара громил. Телохранители.

– И что тебе от меня надо? – горестно вздыхаю.

– Соскучилась я, – улыбается. – А ты все такой же неласковый? Впрочем, я терпеливая, могу и подождать ответных чувств, – принимает вид оскорбленной добродетели. – Помощь вот хотела тебе предложить, а ты не ценишь. – Смотрит. Взгляд чистый, как у младенца, ну прямо ангел.

– Обойдусь. Отойди от машины, мне ехать надо.

– Ты ведь собираешься спасать мою непутевую сестрицу? У нас с отцом есть собственная агентурная сеть среди Истинных. У них, знаешь ли, там тоже не все однозначно. Есть различные противоборствующие группировки, некоторые из них против появления еще одних врат. Здоровая конкуренция.

– Обойдусь. Отойди от машины, мне ехать надо.

– Ладно. Медальончик мой, надеюсь, не потерял? И не надо на меня так смотреть, я тебе не враг, а будущая жена. Мы с Леорой на самом деле подруги были. С самого детства! И соперницы тоже с самого детства, и не думай, что я хотела бы причинить ей вред. Пусть я и дочка наместника, но не гордая, могу и второй женой стать. Что насчет помощи?

– Обойдусь. Отойди от машины, мне ехать надо.

– Зря отказываешься, в чистой зоне магу делать нечего. – Арика неохотно слезла с капота. – Будь осторожен, не лезь на рожон. Буду с нетерпением ждать тебя. Милый.

Почти десять часов за рулем, и дорога все время идет через поля. Даша помогла засечь нужное направление. Гоню на бешеной скорости. Лаура спит на заднем сиденье. Уже часа три, как датчик бензина показывает пустой бак. Хорошо быть магом. А вот на желудок магия почему-то не действует, жрать хочется, и усталость дает о себе знать. В ближайшей деревне надо остановиться на ночлег, темнеет уже.

Гостиничный дом нашелся почти сразу. Комната большая и чистая, на втором этаже, две кровати. Водопровода и канализации нет, туалет на улице, зато есть электричество. Постояльцев уже не ждали, поэтому хозяин гостиницы сам принес ужин, весьма изысканный для сельской местности. Отличный коньяк, такой хорошо смаковать через тоненькую соломинку, запивая горячим кофе. Чем я и занимаюсь в ожидании, когда Лаура доест свою порцию. Чтобы не нервировать хозяев, заранее выпустил змейку поохотиться возле гостиницы. Мышей здесь должно быть много.

Выхожу во двор. Легкий прохладный ветерок приятно обдувает лицо. Где-то в темноте стрекочет сверчок. Деревенская идиллия. Только вот сильно переживаю за Леору. Появляется змейка, к морде прилипло перышко и маленький кусочек скорлупы. Довольна.

– Там целый курятник!! Представляешь? Было очень весело! – змейку переполняет восторг.

– Благородные серпенты воруют кур? – удивленно приподнимаю брови.

– Вот еще! – Ша презрительно фыркает. – Я и не скрывалась вовсе! Там был крестьянин, хотела спросить у него разрешение, но он, как только меня увидел, бросился бежать, даже дверь в курятник не закрыл.

Возвращаюсь в комнату, сердиться на змейку бесполезно. Лауры в комнате нет, остается надеяться, что местный курятник ей неинтересен. Скидываю обувь и ложусь на постель не раздеваясь. Минут через пять появилась Лаура и не одна, а в компании двух молодых особ.

– Это еще кто? – моему удивлению нет предела.

– Я привела тебе женщин, – пожимает плечами.

– Зачем?

– Тебе надо скинуть напряжение. Иначе мне трудно находиться рядом, ты слишком сильный ментальный маг, твои эмоции меня подавляют. Если у тебя долго никого не будет, то ты только одним своим подсознательным желанием заставишь меня залезть к тебе в постель. А я вовсе не собираюсь связывать с тобой всю оставшуюся жизнь. – Лаура гордо вскинула подбородок.

Женщины неловко переминаются с ноги на ногу. Та, что помоложе, покраснела, та, что постарше, одним движением скинула юбку. Нижнее белье здесь не носят?

– А ну вон отсюда! – Я чуть не задохнулся от накатившей злости.

Девушки выскочили как ошпаренные, юбка так и осталась лежать на полу. Лаура спокойно стоит, скрестив руки на груди.

– В чем проблема? Они тебе не понравились?

Оставляю вопрос без ответа. Отворачиваюсь к стенке. Вот ведь… еще одна дура свалилась на мою голову.

Утро добрым не бывает! Да еще в такую рань. Но ехать надо. Завтрак опять принес хозяин. Омлет из яиц, молоко, жареное мясо с приправой. Вкусно. Лаура всячески демонстрирует обиду. Зачем, спрашивается, шаман мне ее навязал? Непонятно. Искать логику у диких бесполезно, от девки надо быстрее избавиться.

– И чем тебе не понравились девушки? – Лаура уставилась на меня глазами злого следователя. – Они вовсе не шлюхи, одна из них племянница хозяина гостиницы, другая – дочка старосты. Мне стоило больших усилий и денег уговорить их! Пришлось даже припугнуть, чего я очень не люблю.

– Детка, я родился в строгом кастовом обществе. У нас не принято разбрасываться генами. Такое не только не приветствуется, но и очень строго наказывается. Особенно для членов высшего сословия! По законам моей родины я должен до конца своих дней заботиться о тех, с кем пересплю, даже если это будет единственный раз и по пьяни. А если женщина после этого переспит с кем-то из более низкой касты, то это будет кастовым преступлением – ее просто убьют.

Ловлю на себе изумленный взгляд Лауры.

– Ни в одном из пределов таких законов нет. – Девушка растерянно хлопает глазами.

– Плевать! Ешь быстрей и поехали.

Отдал золотую монетку хозяину за разоренный курятник. Мотор обиженно рыкнул, но все же завелся, не любит он ездить без бензина, а тратить время на заправку мне не хочется. Выруливаю джип на дорогу.

Это еще что за чудо в перьях? Посреди трассы, широко расставив ноги, стоит паренек, упер руки в боки. Шаман!

– Это Харраш! – лицо Лауры стало совсем бледным.

Торможу. Выскакиваю из кабины.

– Совсем сбрендил? – Гневно сжимаю кулаки.

– Зачем ты забрал чужую женщину, Скользящий?!

А парень-то не в себе. Разговаривать с ним абсолютно бесполезно. Глаза полностью белые, зрачков нет, по телу идут странные судороги. Ставлю купол. На лице шамана появляется презрительно-брезгливое выражение. Делает движение, словно бьет кулаком сверху вниз. Купол сплющивается, падаю на колени. Из носа течет струйка крови, противно щекочет губы и подбородок, в глазах все расплывается. Неимоверным усилием восстанавливаю купол и встаю на ноги. Еще одного такого же удара мне не перенести. Однако Харраш не собирается заканчивать все одним ударом, он явно хочет покуражиться. Продавливает купол щупом.

Стенка купола истончилась и прогнулась. Щуп медленно и неотвратимо приближается к моему лицу. Пытаться его остановить все равно, что пытаться остановить танк руками. И приближается он медленно не потому, что я сопротивляюсь, а потому что так нравится шаману-садисту. На меня накатывает бешенство. Это бешенство загнанной в угол мыши. Хватаюсь за щуп руками и впиваюсь в него зубами. Кажется, я его прокусил! В меня хлынула сила. Вкусно! Я рычу. Чем сильнее пытается давить шаман, тем насыщенней поток силы. Кажется, я наелся, направляю поток энергии в камень. Слеза Калли светится и растет.

– Банзай!!! – Змейка с воплем впилась зубами в щуп и повисла на нем. Ша решила не упускать свою долю добычи.

До шамана наконец дошло, что что-то идет не так. Пытается освободиться. Но не тут-то было! Чем сильнее Харраш дергается, тем быстрее слабеет. Упал на колени, заваливается на бок. Щуп исчезает. Шаман мертв. Брезгливо переворачиваю ногой труп на спину. Тело превратилось в скелет, обтянутый кожей.

– Хозяин! Ты просто чудо! – Ша лучится довольством. Змейка стала раза в два толще и длиннее. – Эта битва войдет во все учебники серпентов! Еще никому не удавалось загрызть шамана. Ты первый! Считалось, что победить шамана, находящегося в полном боевом трансе, вообще невозможно.

Лаура, шатаясь, выходит из машины, опускается на колени рядом с телом Харраша, плачет.

Гоню машину на пределе своих возможностей. Лаура всхлипывает на заднем сиденье. Откуда мне было знать, что этот придурковатый шаман ее бывший жених? Да если бы и знал, все равно бы убил, – выхода у меня другого не было. Тут либо он, либо я. У меня дела еще не закончены, значит – он, без вариантов. Этот Харраш сам ее предал, разорвал помолвку. Посчитал Лауру недостойной быть своей женой, только наложницей. А эта теперь ревет. До чего же бабы бывают дуры! И почему некоторые из них предпочитают нормальным мужикам полных неадекватов? Я вспоминаю свой мир, там таких тоже было немало. Есть в некоторых женщинах странный мазохизм – им нравится ощущать себя жертвой. Даже у вполне разумных экземпляров иногда встречаются подобные выверты психики. Бывает, что муж пьяница, гулящий, бьет ее, а она работает, содержит его, ложится под него по первому требованию, в драку бросается, чтобы прикрыть его собственным телом, если вдруг кто-то справедливо решит надавать ублюдку по морде. Тьфу!

Прямой участок дороги, давлю на газ. Ша сидит на переднем сиденье, ей нравится смотреть в окно. Теперь у нее с этим нет проблем – здоровая вымахала змеюка! Килограммов двадцать, а может, уже и больше. На плечах такую тушку замаешься таскать… А еще совсем недавно была толщиной с мизинчик. Даша слегка раскачивается – гипнотизирует дорогу, прикрыла глазки. Замечаю, что глазки теперь у змейки не красные, а голубые. Я даже рот забыл закрыть от удивления.

– Нравлюсь? – усмехается. – Красные глазки – это следствие болезни, болезнь по-научному называется: энергетическая нестабильность основного магического каркаса. Серпенты после обучения проходят инициацию, иногда очень редко случается, что змейка не может преодолеть энергетический порог, тогда и возникает эта самая нестабильность. – Ша помахала кончиком хвостика, демонстрируя нестабильность. – Я с мамой смогла ментально связаться! Теперь у меня хватает силы, – поворачивает в мою сторону довольную мордочку. – Мама очень счастлива, что у меня все в порядке, передает тебе привет. Я рассказала ей, как ты загрыз шамана, она тебя очень хвалила, только еще сказала, чтобы ты не лез зря на рожон.

– И ей не хворать! – я передернул плечами, вспоминая впечатления, полученные от знакомства с Дашиной мамой.

– Мама говорит, что тебе ничего не грозит в чистой зоне, хоть ты и маг. Истинные – это те, кто родился в другом мире. Они примут тебя за своего, любые их тесты это подтвердят. То, что ты еще и маг, для них станет большим сюрпризом, но пока ты не магичишь, они этого не смогут определить. Ты, собственно, и не человек давно, с одной стороны, ты Истинный, поскольку родился в другом мире, с другой – магическая тварь, ведь тело тебе создала планета. Душа человека, тело магической твари – уникальное сочетание. Совсем как Белый Странник! Но магичить в чистой зоне ты вряд ли сможешь. Пока я нахожусь в твоей ауре, мне в чистой зоне ничего не грозит. Еще мама говорит, что нужно уничтожать чистые зоны, они наносят вред ауре планеты. Эти зоны для нас зло в чистом виде.

– Далеко еще ехать?

– Скоро приедем, – Ша кладет голову мне на плечо.

Периметр зоны обнесен колючей проволокой. За оградой примерно на расстоянии полутора километров друг от друга вдоль периметра расположены небольшие подстанции, которые и создают чистую зону. Подстанции соединены кабелями. Питание? Нет, скорее это какая-то сигналка. Рассматриваю сооружения в магическом спектре. Они вовсе не отражают магическое поле, как этого можно было бы ожидать, рубят силовые линии на какой-то неправильной частоте, разрушают саму структуру аурного фона, создавая опасный магический шум на границе и полный хаос магических завихрений внутри самой зоны. Варвары!

Техномаги должны ломать такое на раз! Достаточно создать амулет излучения нужной частоты, направить его на эти подстанции, и их разнесет резонансом. Мне вспомнились странные установки чистильщиков, с помощью которых они останавливали нападение тварей. Чистая зона опасна не отсутствием магии как таковой, а именно магическими завихрениями, действующими на мага словно вирусы. Зону следовало бы назвать грязной, а не чистой. Пожалуй, не помешает на всякий случай создать по телу отражающий щит.

Ша не смогла определить точное нахождение Леоры в чистой зоне. Змейку с собой брать не буду, напрасный риск, пользы от нее там никакой. Пусть лучше вместе с Лаурой дожидаются меня снаружи.

Рядом с проходной в зону построена большая гостиница и представительство менеджеров и торговцев, однако советую Лауре там не светиться, а ждать меня со змейкой в машине в условленном месте. Ша утверждает, что Леора находится внутри зоны. Думаю, пару суток на разведку мне должно хватить. Буду действовать по обстоятельствам.

Медальон мага прячу под рубашку, проверяю патроны в обоймах, гранаты тоже возьму, тащить их на поясе несолидно, три штуки положу в рюкзачок и одну в карман. До стрельбы дело нельзя доводить, вся затея смахивает больше на авантюру. Возвращающаяся после ментальных упражнений память утверждает, что в родном мире я и не в таких переделках бывал. А опыт говорит, что даже очень хорошо подготовленные операции все равно очень редко идут по плану. В самые критические моменты мой отряд всегда спасали моя интуиция и чутье.

Наблюдаю, как через пропускной пункт входят и выходят люди. Охраны практически нет. Несколько зениток и ракетных установок «земля – воздух» не охрана – не будут же они из них в меня стрелять. Несолидно как-то. Диверсантов Истинные явно не боятся. Пристраиваюсь к небольшой группе людей и иду через проходную. Каждый входящий прикладывает руку к небольшому планшету, на котором загорается маленькая зеленая лампочка, после чего железная вертушка пропускает человека. Лампочек всего три: две зеленые, большая и маленькая, и одна красная. Пара охранников лениво смотрят за проходящими. Один молодой, старательный – салага. Второй лениво развалился на небольшом стуле, всем своим видом демонстрируя, как ему все это надоело. Офицер. Вот только лень его наигранная, кобура у парня расстегнута, интуиция вопит – хищник. В случае чего валить его придется первым.

Правую руку прикладываю к планшету, левую как бы невзначай сую в карман. Что-то звякнуло, загорается зеленая лампочка. Большая! Что бы это значило? Салага щелкнул каблуками и по-военному отдал честь. Хищник вскочил. Еще бы секунда и пристрелил обоих, хорошо, что сдержался. Движение старшего не было агрессивным – не дернулась его рука к кобуре, и это спасло охранникам жизнь.

– Ваше превосходительство! Машину к входу?

За кого интересно они меня приняли? Небрежно машу рукой:

– Сидите, лейтенант, не дергайтесь, я пешком пройдусь, – поворачиваюсь и слегка киваю салаге, – расслабься.

За пропускным пунктом небольшой поселок Истинных. Обычный поселок, похожий на небольшой научный городок. Погуляю, осмотрюсь. Вон там, похоже, кафешка какая-то. Можно посидеть, послушать, о чем люди говорят. Вообще-то агентурная работа не мой профиль, но азам меня учили. Осматриваемся, собираем информацию, вживаемся в ситуацию.

Ресторанчик. Или закусочная. Кто этих Истинных разберет. Успеваю заметить, как один из посетителей расплачивается наличкой. Наличку здесь принимают, обычные монетки, такие же, как в Хариже. Уже легче – монетками я запасся. Заказываю еду. А это что за чудо? В зал входит мужик бомжацкого вида. Посетители брезгливо расступаются, стараются случайно к нему не прикоснуться.

– Угостишь? – бомж нахально усаживается за мой столик.

Официант готов выбросить попрошайку прочь. Ловлю его вопросительный взгляд, но делаю успокаивающий жест рукой.

– Почему бы и нет? – улыбаюсь. – Заказывай, оплачу.

Бомж небрежно мне кивает, словно это он оказывает мне милость, а не я ему. Однако! Аристократичным жестом подзывает официанта, делает заказ, не мелочится. Некоторое время молча едим. Я с любопытством рассматриваю это чудо в перьях. Суп, запеканку и салат запивает водкой, компот тоже запивает водкой. Только не пьянеет.

– Нас называют Истинными. Почему, как думаешь? – мужик, похоже, переходит ко второму пункту программы – «поговорить».

Молчу. Вопросительно поднимаю брови. Пусть говорит.

– Истина проста! – бомж поднимает вверх указательный палец. – Все мы сдохнем! Даже бессмертные, такие как я, или магические твари, такие как ты, – мужик уставился на меня тяжелым взглядом. – И это есть ИСТИНА! И только те, кто об этом всегда помнит, по-настоящему разумные люди. Истинные! Только они могут правильно понимать жизнь и правильно оценивать свои и чужие поступки и желания. Жизнь скоротечна, ад вечен, а все желания суетны.

– Да ты философ, – улыбаюсь.

– Зачем ты пришел сюда, Скользящий? – мужик сверлит меня взглядом. Его глаза превращаются в ужасные бездонные колодцы. Такие глаза могут выпить душу. Я уже видел однажды эти глаза. В магической пустоши. С трудом разрываю контакт.

– Почему бы мне и не прийти? Ведь рано или поздно мы сдохнем, а это место ничем не хуже любого другого, – пожимаю плечами.

– Ну что же, – передо мной снова бомж с обычными глазами, – я провожу тебя к твоей девке, вот только выбираться оттуда будешь сам. Пошли?

– Пошли, – киваю и небрежно кидаю на стол несколько серебряных монеток.

Иду вслед за бомжом, впрочем, вид у него изменился, теперь это старик в белом балахоне. На бомжа он больше не похож. Белый Странник. Нас в упор никто не видит. Странная у него магия, я ее абсолютно не чувствую, может, потому, что тут чистая зона?

Серое здание, цель нашего визита очень хорошо охраняется. Здание окружено бетонными укреплениями, из которых должно легко простреливаться все окружающее пространство. Просто так не подберешься.

Раздается сирена, голос над городом требует, чтобы гражданское население спустилось в убежище. Где-то на границе зоны началась пулеметная стрельба, заухали пушки и минометы. На нашем пути забегали какие-то военные. Странник не обращает на происходящее совершенно никакого внимания. Спокойно проходим мимо охраны, нас никто по-прежнему не видит. Где-то на границе зоны идет бой, похоже, сюда добрались другие конкурирующие команды охотников за древней кровью.

Странник уверенно ведет меня по коридорам, не обращая внимания на внутренние посты. Я старательно запоминаю путь. Вот лестница, спускающаяся в подвалы. Замок на решетке щелкнул, стальная дверь, сваренная из арматуры, открылась. Старик остановился перед очередной дверью в коридоре. Прикрыл глаза, словно к чему-то прислушался.

– Здесь, – слегка толкнул дверь.

Я услышал, как сломался замок. Странник сделал приглашающий жест рукой.

Вхожу внутрь. В углу, сжавшись в комочек, сидит Леора, аура у девушки бледная. Поднимает лицо.

– Ты?! Я знала, что ты за мной придешь, – пытается встать.

Подхватываю девушку на руки, подпитываю ее силой. Герцогине явно становится лучше. Выходим в коридор. Странник исчез. Возвращаюсь той же дорогой, пока девушка окончательно не пришла в себя, несу ее на руках. В правой руке у меня теперь еще и пистолет с глушителем. За этим поворотом внутренний пост – два охранника. Перехожу на – аурное зрение – работает, только фигуры нечеткие, но я и так помню, где они сидели. Быстрый шаг из-за угла, два негромких хлопка от выстрелов, идем дальше.

На выходе начинается самое сложное. Вокруг дома идет нешуточный бой. Леора уже уверенно держится на ногах. Пока противники заняты друг другом, нам с герцогиней удалось, прикрываясь камнями и разбитой техникой, проскочить за охранный периметр здания. По пути я подобрал ручной пулемет. Один из резервных отрядов Истинных, идущих на помощь к защитникам здания тюрьмы или что там у них, перекрыл нам дорогу. Объясняю Леоре, где находится наш джип. Истинных мне придется отвлечь на себя. Выйти из чистой зоны в такой ситуации можно лишь порознь. Периметр зоны наверняка разбомбили, герцогиня должна там пройти. Леора всхлипнула, бросила на меня взгляд, полный отчаяния, и поползла в нужную сторону. Кидаю одну за другой гранаты. Прижимаю противника к земле длинной очередью. Кажется, девушке удалось проскочить. Минут пять удается менять позицию, так, чтобы меня не смогли обойти. А вот взрыва я не услышал, только вспышку увидел и провалился в темноту.

Очнулся в постели. Шевелиться больно. Тело, голова, кисти рук замотаны бинтами. Но больше всего меня пугают мои глаза, с ними что-то не так, такое ощущение, будто в них попал песок. Они тоже завязаны, а сверху на них наложены тампоны, пропитанные каким-то раствором. Осматриваю тело внутренним зрением. Критических повреждений нет, все поправимо, регенерация идет полным ходом, вот только глаза…

Следующая возникшая мысль на грани паники. Змейка!! Где Даша? Я не чувствую ее рядом. Откуда-то издали приходит отклик:

«Со мной все в порядке, хозяин! Тебя забрали люди, которые напали на Истинных. Они перевезли тебя в госпиталь в столице Северных пределов, мы не стали им препятствовать, ехали следом. Все под контролем! Я тут недалеко. Пока тебя лечат специалисты, мне лучше находиться на расстоянии. С Леорой тоже все в порядке, она рядом и очень о тебе беспокоится. Как только поправишься, мы тебя оттуда вытащим».

В комнату вошли двое. Осматриваю их внутренним зрением – женщины. Первая довольно полная с очень яркой красной аурой – целитель, вторая – стройная девушка, наверное, ассистентка, хотя у меня почему-то сложилось впечатление, что девушку я уже где-то встречал.

– Очнулся, герой? – голос у женщины низкий, приятный. – Если бы бойцы случайно не заметили твой вывалившийся медальон мага, то оставили бы подыхать в чистой зоне, повезло тебе, можно сказать, второй раз родился, – женщина усмехнулась.

Врачиха бесцеремонно стаскивает с меня одеяло. Я чувствую, как она водит надо мной руками, что-то неразборчиво бормочет.

– Гораздо лучше, чем можно было бы ожидать, – удовлетворенно хмыкает. – У тебя регенерация как у магической твари. Никогда такого у людей не видела, даже завидно! Ожог роговицы глаз и тот заживает, другой бы на твоем месте ослеп. Риа ухаживала за тобой, пока ты был без сознания, – кивает в сторону девушки, хотя и не догадывается, что я могу отслеживать ее жесты. – Девчонка буквально вцепилась в тебя, когда ты был уже на грани, и не дала уйти. Считай, что сиделка тоже спасла тебе жизнь. Нам возиться с тобой было некогда. Риа будет с тобой неотлучно. И чтобы слушался ее беспрекословно! Она будет кормить тебя, делать массаж, подмывать. Она немая, но все слышит и будет выполнять твои просьбы. Захочешь пить, есть или справить нужду, обращайся к Риа.

Как только женщина завершила осмотр и вышла, Риа уселась рядом со мной на кровать.

– Накрой меня, мне холодно, – недовольно ворчу.

Неприятно лежать полностью раскрытым перед девушкой. Я, конечно, понимаю, что глупо стыдиться сиделку, но ничего не могу с собой поделать. Вместо того чтобы выполнить просьбу, Риа кладет ладошки мне на живот и легонько поглаживает. Чувствую ее насмешку. Прикосновения легкие, дразнящие. Профессионалка? Кажется, я влип! Девушка издевается, пользуется моей полной беспомощностью. Наклонилась, проводит чем-то мягким по губам. Проклятая повязка, ничего не вижу! Запоздало соображаю, что это сосок ее груди. Смеется. А грудь у сиделки, должно быть, красивая… У Леоры грудь чуть меньше, а соски чуть больше, скучаю я по герцогине. Риа ложится рядом и накрывает нас обоих одеялом. Ничего кроме тонкого халатика на ней нет, да и тот полностью расстегнут.

– Не дергайся. Бесполезно, – шепчет в ухо.

Уху щекотно от ее горячего дыхания. И вовсе она не немая! Формирую серебристое облачко и накрываю им сиделку. Меня окатывает восторженными эмоциями влюбленности. Когда это она успела влюбиться в кусок мяса, попорченный взрывом? Ненормальная! Может, она нимфоманка? Мне стыдно подсматривать за ее чувствами, они чистые и яркие, а мысли… Поспешно развеиваю облачко, вреда эта девчонка мне точно не причинит.

Руки Риа скользят по участкам моего тела, незамотанным бинтами. Изучают, оценивают, даже то, что приличной девушке трогать не стоит. Тело предательски реагирует на ласки. Сиделка смеется и прижимается крепче.

– Пока еще рано. Ты слишком слабый. Но все равно никуда от меня не денешься. Спать мы будем вместе, – шепчет. Может у нее что-то не в порядке с голосом? Ни одного слова вслух пока так и не сказала.

Утром Риа кормит меня из ложечки, прижав мою голову к своей шикарной груди. Кормежка заканчивается, начинается пытка. Садится сверху. Блин! Никакая она не профессионалка! Девственница. С ходу у нее ничего не получилось. Однако девушка не сдается, пытается снова и снова. Упорная. И не столкнуть мне ее, руки, замотанные бинтами, все еще болят, но я все равно пытаюсь. Девушка обиженно шипит.

– Привяжу руки к кровати, – угрожает она.

Мне становится смешно. Наконец у нее получилось, она всхлипнула и расслабилась, внизу живота стало мокро, запахло кровью. Я обхватываю ее забинтованными руками и крепко прижимаю. Пусть терпит, сама напросилась!

Изучаю тело сиделки. Жаль, что пока не могу ее видеть. В качестве инструмента для исследования использую нос и губы. Обследована каждая складочка тела. Рот, шея, спина, живот, ягодицы. Запас времени у меня неограниченный. Риа послушно переворачивается с боку на бок. Выяснил, что соски груди и шея у нее самое чувствительное место. Ноги сжимает – стыдится. Впрочем, девушка своего добилась – приручила меня. Теперь нехотя позволяет себя ласкать, словно это не она, а я добивался ее столько времени. Но как только делаю вид, что мне надоело, в Риа сразу просыпается темперамент и нежность, в результате все кончается очередным бурным сексом.

Уже шестой или седьмой день с короткими перерывами на сон и еду занимаемся постельными ласками, и ведь не надоедает ей! Мне, впрочем, тоже. Пару раз приходила врачиха, за пять минут до прихода целительницы сиделка успевает исчезнуть, словно и не было ее. Целительница сняла повязки с рук и груди. Теперь замотанными остались только глаза. Ласкать Риа руками намного удобней. Аура девушки стала существенно ярче, магическую силу можно передавать через прикосновения. Теперь я смогу без труда с закрытыми глазами узнать ее по ауре. Впрочем, даже по запаху смогу узнать, как собака.

Когда Риа ненадолго уходит, становится не-уютно, словно теряется кусочек привычного окружающего мира. Даже без всякого серебристого облачка остро ощущаю ее эмоции, последнее время Риа почему-то грустная и ведет себя странно, так, словно пытается отдать себя всю без остатка. Я уже настолько к ней привык за несколько дней, что, когда ее нет рядом, в этом что-то неправильное. Чувствую, она ощущает то же самое. Неужели любая женщина может так легко привязать к себе мужчину? Или это только я такой дефектный? Но однажды после отлучки она так и не вернулась – просто исчезла. А вечером мне сняли повязки с глаз. На мой вопрос, куда делась Риа, целительница пожала плечами.

– Она была добровольной сиделкой. Ни перед кем не отчитывалась и никому не подчинялась, мы ей не платили. Я сказала, что ты здоров, и она ушла. Ты полностью восстановил свои силы и больше не нуждаешься в посторонней помощи. Ты абсолютно свободен.

Я так ни разу и не увидел лица Риа, на душе почему-то стало тоскливо и обидно.

Хм… Свободен, как же… На выходе из госпиталя меня встречает пара амбалов в форме гвардейцев. Еще несколько магов и чистильщиков грамотно страхуют встречающих. Мои вещи в больнице мне вернули, а вот оружие отдать забыли. Помнится, змейка что-то говорила про то, что я могу и без пистолета стрелять. Ставлю защитный купол. Правильней будет сначала выяснить, что им надо, а там уж действовать по обстоятельствам…

– Сэр, с вами хотел поговорить один человек, – один из амбалов вежливо поклонился.

– Прошу прощения, господа, мне некогда, я спешу, – с деланым сожалением развожу руки.

– О, не беспокойтесь, это не отнимет много времени, здесь совсем недалеко. Всего пара вопросов. Мы потом подвезем вас, куда скажете.

– Ладно, – пожимаю плечами, – идемте, если недолго.

Мы зашли в соседнее здание, здесь явно вотчина мелких городских чиновников. Охраны нет. Маленький серенький кабинет в конце коридора, в кабинете неприметный человек среднего роста, в типичном для мелких клерков костюмчике. Два моих сопровождающих остались за дверью.

– Садитесь, – чиновник махнул рукой в сторону кресла, – как мне следует к вам обращаться? – Мужчина внимательно на меня уставился.

Видал я таких чиновников на своей родной планете. Не иначе как начальник местной контрразведки.

– Меня зовут Рем, – сажусь в кресло, закидываю ногу на ногу.

– А я лорд Кезон. Возглавляю службу безопасности наместника Северных пределов. Будем знакомы, – мужчина приветливо улыбнулся.

– Не скажу, что рад знакомству, – пожимаю плечами, – непонятно, чем я привлек внимание столь высокопоставленной особы. Вы считаете, что я представляю опасность для наместника? – удивленно приподнимаю брови.

– Зачем же все так упрощать? – Кезон засмеялся. – Вы ведь принадлежите к ордену, а орден магов уж точно входит в сферу интересов нашей службы. У нас с магами есть как общие интересы, так и некоторые несогласия. Наши люди вытащили вас из чистой зоны. Истинные – это одна из тех областей, где у нас с орденом общие цели. Мы могли бы согласовать действия. Как лично вы относитесь к присутствию Истинных на планете? Я знаю, что в ордене существуют на это различные взгляды.

– В чистую зону меня привело исключительно любопытство. К сожалению, выбрал неудачное время для экскурсии, оно случайно совпало с нападением ваших людей, вот я и попал под раздачу. Не имею никаких претензий к Истинным за свое ранение. Политика ордена не в моей компетенции, я человек маленький, – пожимаю плечами. – Вопросы, которые вы задаете, следует адресовать магистрам или гроссмейстеру.

– А свое мнение вы сказать не желаете? – лицо лорда стало недоверчивым.

– Хотите быть независимыми от Истинных, развивайте свое собственное производство.

– Вот уж не ожидал услышать от мага такую глупость! – Кезон скривил губы. – Технологический прогресс – одна из основных опасностей любого общества! Это прямая дорога к смерти. Обеспечьте крестьян тракторами, и крестьяне исчезнут, так как большое количество людей, занятых в сельском хозяйстве, станут ненужными. Автоматизируйте производство – исчезнут рабочие. Прогресс вовсе не облегчает жизнь людей, наоборот, он вытесняет людей из жизни. Наши аналитики были на той стороне порталов в мире Истинных. Вернувшись, они пришли в ужас. Развитие технологии у Истинных вовсе не служит пользе общества, скорее общество стало заложником производства, жизнь без производства невозможна, а сами технологии постоянно усложняются. Настоящей целью развития является прибыль, а не польза. Прогресс – это нарушение стабильности, которое с неизбежностью рано или поздно закончится катастрофой.

– Никогда об этом не задумывался, – пожимаю плечами. – Пусть такие вопросы решают те, кто стоит на вершине власти, а я человек маленький, меня волнуют исключительно личные проблемы. Будет ли общество зависеть от прогресса, или же оно будет зависеть от торговли с Истинными, я не вижу разницы.

– Пирамида аристократии структурирует общество и делает его, таким образом, стабильным. Устоявшаяся структура отношений разрушится прогрессом в первую очередь. Аристократия будет уничтожена, власть аристократии заменится властью денег. Плохо будет не только аристократам, плохо будет всем, может быть, лишь за исключением небольшой кучки банкиров, ни о чем кроме как о накоплении не думающих, готовых на любое преступление ради увеличения собственного состояния. Сейчас мы пока еще не так сильно зависим от торговли с Истинными. Маги смогут решить проблемы, которые возникнут в случае исчезновения порталов. Вот только, к сожалению, маги слишком эгоистичны, с ними трудно сотрудничать. Но это уже другой вопрос. Вы видели когда-нибудь такие артефакты?

Лорд взял в руки две серые металлические полоски и протянул их в мою сторону, предлагая рассмотреть. Я встал из кресла и попытался взять у лорда странные предметы. Кезон быстро коснулся моих запястий и полоски превратились в браслеты у меня на руках. Я дернулся от неожиданности, а лорд с довольным выражением лица откинулся обратно на спинку стула.

– У вас еще будет время рассмотреть их, Рем. Эти артефакты блокируют способности мага. Их невозможно снять самостоятельно. Если носить их некоторое время, то магические способности полностью исчезают, но обычно маг умирает раньше, – сказав это, Кезон мерзко улыбнулся.

– Интересные вещицы… – Я попытался перейти на аурное зрение.

Как ни странно, перейти на аурное зрение у меня получилось. Незаметно для лорда сформировал и развеял защитный купол. Опять получилось! Наверное, эта пара браслетов бракованная, но лорду лучше пока об этом не знать. Не стоит раньше времени нервировать солидного человека.

– Мы можем снять с вас браслеты, если вы добровольно согласитесь принять клеймо подчинения. Насильно такое клеймо поставить нельзя, а нам очень нужны преданные маги. Орден наверняка считает вас погибшим, Рем, вряд ли вас будут искать. – Кезон внимательно наблюдает за моей реакцией.

– Щедрое предложение, – улыбаюсь.

– В качестве мага вы нам полезней, чем в качестве трупа, – лорд пожимает плечами, – но если в ордене станет одним магом меньше, то это уже польза. Орден магов наш союзник, но мы предпочитаем слабых союзников – со слабыми легче договариваться. И еще нам нужна герцогиня Лацинти. Вас ведь за ней послали в чистую зону?

– С чего вы решили, что я знаю, где она? – удивленно хмыкаю.

– У вас, Рем, будет время подумать и вспомнить. Маг может прожить в браслетах около месяца. Но это, конечно, все очень индивидуально, поэтому лучше, если вы поторопитесь, некоторые и через пару дней умирали.

Лорд сделал движение рукой в сторону колокольчика, лежавшего на столе, с явным намерением вызвать конвой. Окутываю голову Кезона серебристым облачком. Спать! Тело начальника службы безопасности обмякло. Рука, так и не дотянувшись до колокольчика, расслабленно упала на стол.

И что тут у нас? Обыскиваю ящики стола. Отличный полуавтоматический пистолет для спецподразделений, к нему четыре запасные обоймы и глушитель. Наворачиваю глушитель, сую пистолет в карман, пригодится. Пластинки, такие же, что уже есть у меня на руках, пригодятся, сую в карман. Бумаги. Хорошо бы их разобрать, там может оказаться что-нибудь интересное, все-таки лорд человек нетривиальный, вот только со временем напряг. Ого! Камешки! В них чувствуется какая-то магия, пригодятся, сую в карман. Деньги! Вещь полезная, сую в карман, ведь мои банковские карточки остались в машине, до них надо еще добраться. Пожалуй, пора заканчивать обыск.

Что делать с лордом? Рывком сворачиваю Кезону шею. Жаль, конечно, собеседник был интересный, в другой ситуации мы могли бы с ним подружиться, его взгляды мне симпатичны. Звоню в колокольчик. Входят мои сопровождающие. Два тихих хлопка, и они падают на пол. Вот и пригодился пистолет, извините, ребята, ничего личного.

На минуту задумался, кажется, сегодня я поссорился с наместником Северных пределов, надо сваливать.

«Даша, солнышко, я иду по улице, на которой находится госпиталь, от центра города. У нас мало времени».

Через несколько минут рядом с тротуаром остановился джип, и я заскочил на заднее сиденье. За рулем сидит герцогиня. Лауры в машине нет. Девушка решила остаться в городе – в столице Северных пределов нашлись старые знакомые ее отца. Можно считать, что в отношении дочки шамана я свои обязательства выполнил. Змейка сразу обвилась вокруг моей шеи, потерлась носом о щеку, положила головку мне на плечо – соскучилась.

– Задушишь! Я тоже рад тебя видеть, – улыбаюсь, чешу змейке головку.

– Кто это тебя наградил такими украшениями? – Ша заметила браслеты.

– Друзья подарили. Нравятся? Правда, красивые? – протягиваю руки к носу змейки, давая ей возможность получше рассмотреть артефакты.

– Глупые у тебя друзья, – змейка хмыкает, – блокировать Слезу Кали с помощью ирита невозможно. И против магической твари такие браслеты бесполезны. Тебе следует объяснить это своим друзьям при случае, тогда в следующий раз они посадят тебя в глухой иритовый ящик.

– К сожалению, они уже умерли, – вздыхаю.

– Глупые долго не живут. – Ша сочувственно кивает.

– И вовсе они были не глупые, просто неосведомленные. Кстати, у них еще камешки были, – достаю из кармана горсть камешков. – Не знаешь, что это такое?

– Ух, ты!! Это же наш-ш-ши книги!! Где интересно их взяли?! – Ша взволнованно ткнулась мордой мне в руку. – Надо обязательно с-с-сообщить маме!

– Кажется, за нами хвост, – Леора тревожно смотрит в зеркало заднего вида.

Убираю камни в карман, привожу в готовность пулемет. За нами следует почти такой же, как у нас, джип. Долго петляем по городу, преследующая нас машина не отстает, так они могут загнать нас в подготовленную ловушку, это их город. Перевожу пулемет в режим одиночной стрельбы.

– Вряд ли они начнут стрелять в черте города, попробуй оторваться, – говорю герцогине. – Выезжай на дорогу, ведущую из города, постепенно увеличивай скорость, после выстрела гони как можно быстрее.

Леора слегка прибавила газу. Расстояние до преследователей немного увеличилось. Стреляю в колесо джипа, водитель не удержал руль, машина вильнула и врезалась в забор.

Меня вдавило в спинку сиденья. Интересно, какой идиот учил герцогиню водить машину? Леора бросает джип то вправо, то влево, то и дело выскакивает на встречку, впритык юзом вписывается в повороты. Как можно быстрее – не значит, как можно быстрее на тот свет. Ша перебралась на переднее сиденье, довольно урчит, держится хвостом за спинку сиденья, кажется, ей нравится быстро ездить. С кем я связался? Кругом одни маньяки! Надо было самому сесть за руль. Скоро машину перестало кидать в стороны, мы наконец выехали на трассу. Почти сорок минут спокойной езды, но вдруг проснулась моя интуиция, она кричит, что так просто от нас не отстанут.

– Видишь впереди лес? – спрашиваю Леору, кладя руку ей на плечо. – Нам надо спрятаться в зарослях! Как только заметишь подходящий съезд, сразу сворачивай.

Едва заглушили мотор, стал слышен звук вертолета, идущего над дорогой. Нас не заметили, на некоторое время можно расслабиться.

Герцогиню бьет нервная дрожь. Она сидит у меня на коленях, прижавшись к груди. Леора сильно перенервничала за время своего плена, а потом в ожидании меня из госпиталя. Да и пребывание у Истинных не пошло ей на пользу.

– Ну-ну, успокойся, зайка, мы в безопасности. – Ласково глажу девушку по распущенным волосам.

– Я так устала бояться, устала все время убегать и прятаться. Чего им всем от нас надо? Зачем все это? Почему они не хотят оставить нас в покое? Куда бежать дальше?

– Все наладится, так или иначе, – прижимаю Леору к себе.

Всхлипывает. Потихоньку ее укачиваю и подпитываю ауру. Девушка постепенно успокаивается.

А куда бежать дальше – вопрос насущный. Герцогство Лацинти граничит с Южными пределами на северо-западе, а с Западными пределами на востоке. Если двигаться в сторону, где предположительно находится Оазис, то надо выйти на границу Дикой пустоши, либо со стороны Западных, либо со стороны Южных пределов. По дороге можно либо пересечь герцогство, либо пытаться его объехать. Леора так и не рассказала мне, как она оказалась в рабстве у Арики. Отношение к ней родственников неясное. Противникам открытия пятого портала проще герцогиню убить, чем захватить, это раз и навсегда снимет проблему. Тем, кто хочет использовать пятый портал, девушка нужна живой. Капелька крови, содержащая ключевую ДНК, активирует ключ. Механизм портала сверяет ауру человека с кодом активированного ключа. Капельку крови у герцогини Истинные забрали, но без девушки ключ не сработает, открыть портал может только Леора.

– Как получилось, что ты стала последней носительницей древней крови? – спрашиваю засыпающую у меня на руках Леору.

– Люди, живущие на планете, пришли сюда через порталы. Мы все потомки Истинных. Если у Истинных здесь рождается ребенок, то планета накладывает на него отпечаток своей ауры, он перестает быть Истинным, становится местным. Ходят легенды, что, когда Истинные пришли на планету, то нашли здесь всего несколько человек потомков Древних. Считается, что порталы создали именно их предки. Местные смешались с Древними, все наместники пределов ведут свой род от Древних, но нужные для активации ключа гены передаются только по женской линии. Я унаследовала свою кровь от матери, она была одной из пяти жен герцога. У всех остальных детей наместников прямая женская линия от Древних на каком-то этапе пресеклась, этому раньше не придавали большого значения.

– Твой отец заинтересован в открытии портала? Почему он за тобой не присматривал? – пытаюсь прояснить ситуацию с родственниками.

– Никто раньше не предполагал, что сломанный портал, находящийся на территории герцогства, может заработать. Мою мать отец никогда не любил, это был политический брак. На меня герцог никогда не обращал ни малейшего внимания, у него и без меня девять детей от других жен. Но он согласился оплатить мое обучение в академии. Отец приложил много усилий, чтобы сохранить независимость герцогства от остальных пределов. Открытие портала поднимет статус герцогства до пятого предела. Герцог пойдет на все, чтобы открыть портал и защитить его от Истинных.

– А как на тебе оказалось клеймо? – я спросил, пользуясь случаем.

– По глупости, – Леора вздохнула. – На студенческой вечеринке проиграла желание. Мне загадали выкрасть из представительства Южных пределов один предмет. В общем, я попалась, теперь понимаю, что это была подстава. Подруга, давшая это нелепое задание, предупредила охрану представительства. Арика тогда вмешалась и забрала меня себе, по сути, она меня спасла, иначе моя судьба была бы очень незавидна. Наместник Южных пределов ненавидит герцога, но Арику я знаю с раннего детства, она при всем этом моя троюродная сестра по линии матери. В детстве мы с Риа были подругами.

– С Риа? – удивленно поднимаю брови.

– Это уменьшительное детское имя, производное от Арики, так дочку наместника зовет ее мама.

Сегодня никуда больше не поедем, остановимся на ночлег в этом перелеске, это станет неожиданным для наших преследователей, им придется расширить круг поиска, и они потеряют нас из вида. Герцогиня забралась в мой спальный мешок, а я сижу у костра и смотрю на остывающие угли.

И как я мог не узнать Арику в госпитале? Теперь, когда Леора сказала уменьшительное имя Арики, все встало на свои места. Дочка наместника маскировалась, конечно, голос свой скрывала, но такой мой промах можно объяснить только контузией. Тоже мне маг-эмпат! И где была моя интуиция? Даже сердиться на девушку не могу. Пацанка сказала – пацанка сделала. В ее бесшабашной дерзости и напористости есть что-то отталкивающе-притягательное, я ведь к ней даже привязался за это время. Если Арика когда-нибудь станет наместницей, а она обязательно станет, если захочет, то этому миру можно только посочувствовать. Теперь вспоминая ее чувства и эмоции, понимаю, что Арика перестала быть чужим человеком, ей удалось войти в ближний круг. То, что случилось, невозможно исправить. Это все равно как злость на члена семьи не может отменить по отношению к нему родственных обязанностей. Женой не станет, но и чужой уже никогда не будет.

– О чем печаль? – Ша бесшумно возникла рядом. Змейка довольна. Похоже, охота была удачной.

– Вот, браслеты не могу снять, – показываю серпенте запястья.

– Втяни в себя ауру, так, чтобы она не касалась браслетов, закрой глаза и представь, что браслеты стали больше, – Ша недовольно тряхнула головой. – Мог бы и сам догадаться.

Выполняю указания змейки. Браслеты щелкнули, превратились в пластинки и упали на землю. Поднимаю и кладу их в карман, пригодятся. Ша подставляет голову под ладонь, требует, чтобы ее погладили. Легонько почесываю змейку. Урчит, глазки прикрыла. Довольна.

– Дай книги посмотреть, – Даша умильно заглядывает мне в глаза.

– И как их надо смотреть? – достаю из кармана несколько камешков и протягиваю серпенте.

– Кладешь под язык, закрываешь глаза и смотришь, – змейка выбирает камень с моей ладони.

Я тоже беру один маленький камешек и кладу его в рот. Закрываю глаза, перевожу внимание на камень и смотрю. Сначала ничего не происходит, но потом перед глазами появляется множество маленьких картинок. Откуда-то возникает знание, что я держу во рту учебник по серпентским боевым искусствам. Концентрирую внимание на одной из картинок и вдруг оказываюсь в теле серпенты.

Мы, семеро молодых серпент, построены на опушке какого-то перелеска. Нижняя половина туловища свернута кольцом, верхняя расположена строго вертикально по стойке смирно. Перед нами взад-вперед скользит огромный коричневый змеище, то и дело смотрит в нашу сторону и шипит что-то нелицеприятное. Это наш тренер и учитель. Мы дружно поворачиваем головы, внимательно следя за его перемещениями. Я не знаю ни одного слова, но змея, в чьем теле я нахожусь, отлично понимает суть сказанного.

Если отбросить нецензурный смысл и наши красочные характеристики, то речь учителя сводится к обычной постановке задачи на предстоящий учебный поединок.

Наконец инструктор ткнул носом в одну из серпент, серый змей, стоявший через одного справа, скользнул вперед и замер перед строем. Треш – мой личный враг, мало того что он постоянно пытается подкатывать к моей невесте Ширити, так в прошлой схватке укусил меня за хвост, когда бой был уже остановлен. Когда-нибудь я откушу ему голову. Ничего, что Треш немножко больше меня и сильнее, зато я быстрее его и умнее. А еще Треш завидует, что кожа у меня золотистого цвета, это признак одного очень древнего и благородного рода. Все завидуют, но Треш больше всех.

Инструктор ткнул носом в мою сторону, я в точности повторил движения Треша и тоже замер перед строем. Поединок свободный, это значит, что можно использовать любые приемы, кроме смертельных заклинаний. Треш по команде учителя прячется в лесу, я должен его найти и обезвредить. Треш нападет из западни, преимущество на его стороне. Задача поставлена для отработки умений маскироваться и обнаруживать засады.

Бесшумно ползу к краю леса, скрываю ауру, сканирую пространство, все чисто. Треш тоже умеет хорошо прятать ауру. Магические серпенты в отличие от обычных змей существа теплокровные, но сканирование леса в тепловом режиме тоже не дает результата. Обвиваюсь вокруг ствола дерева и плавно скольжу по нему вверх. Медленно, очень медленно переползаю с ветвей одного дерева на другое. Мне нужно большое старое дерево. Вот это подойдет. Расслабляюсь, почти засыпаю, мысли текут все медленней. Сливаюсь с аурой леса, пытаюсь поговорить с деревом. Спрашиваю, где прячется мой враг? Дерево радуется моему вниманию, охотно указывает на канавку, примерно в семидесяти метрах правее. Там!

Исследую содержимое канавы по плотности. Вот он! Определенно это тело змея, скрытое листвой и сухими ветками. Теперь, когда знаю, где он находится, я могу почувствовать его сдерживаемую злобу. Эта злоба будет той ниточкой, по которой я направлю ментальный удар. В последний момент Треш чувствует, что обнаружен, и выставляет щит.

Теперь только скорость и прямая сшибка, ярость зашкаливает, тело сжимается в пружину и резко распрямляется, превращаясь в летящую золотистую стрелу. Но мой противник опять успел среагировать – навстречу мне летит такая же стрела, только серая. Треш! Время замедлилось, почти остановилось. Кончиком хвоста слегка задеваю ствол ближайшего дерева и филигранно подправляю траекторию полета, касание разворачивает меня под небольшим углом и добавляет момент поперечного вращения. В результате получился не лобовой удар, а я спиралью намотался на вытянутое тело Треша. Мы падаем на землю, постепенно сжимаю спираль. Положение моего противника безнадежно, уже хрипит. Будь он хоть в десять раз сильнее, ему не выпутаться из этой позиции. На языке серпент она называется «мертвый захват». В боевом поединке следовало бы прокусить ему шею, но сейчас это запрещено, а вот душить можно. Слышу яростный вопль инструктора, кто-то тащит меня сзади за хвост. Снова оказываюсь в своем теле.

Рядом передо мной лежит Даша, читает свою книжку. Закатила в блаженстве глазки. Трясу ее за хвост. Змейка недовольно шипит, но все-таки возвращается в реальность.

– Ах! Это была история любви благородного серпента Шимахи из пустоши и лесной принцессы серпент Ширы, – хвостик Ша слегка подрагивает от бурных впечатлений. – Ты не дал мне досмотреть самое интересное.

– Потом досмотришь, я тебе подарю этот камень. – Глажу змейку по головке.

Отдаю камешки-книги змейке, пусть разбирается. Ощущать себя змеем слишком непривычно. Если Ша обнаружит что-то полезное, расскажет, тогда и почитаю, но только не наугад. Оказаться в теле принцессы Ширы и любить серпента Шимахи? Увольте – такое не для меня!

Аккуратно пристраиваюсь под бок к герцогине. Оказывается, девушка не спит, прижимается, горячее дыхание обжигает щеку. От ее неискушенной ласки сладко замирает сердце.

Память о прошлой жизни в другом мире восстановилась практически полностью; вместе с возвращением воспоминаний меняется мое мировосприятие. Еще совсем недавно совершенные мной поступки теперь представляются в весьма странном свете. В том мире я был старше. Там я был одиночкой, только семья: мать и сестра – единственно близкие люди. Были, пожалуй, еще два боевых товарища, которым в любой ситуации можно без сомнений доверить спину. Женщин я избегал. Разные интриги строились на то, чтобы сосватать мне невесту. Даже император в них поучаствовал. Но, несмотря на многочисленные политические интересы всяческих могущественных кланов, я так и остался холостым. А здесь, на этой несуразной планете, лежу в обнимку с первой же встретившейся мне девчонкой. Как мальчишка счастлив, что она рядом. Судьба?

– Расскажи о себе, – прошептала Леора и потерлась носом о мою щеку. – Кто ты? Может быть, ты вспомнил, что у тебя уже есть другая жена? – Леора усмехнулась, но в ее голосе мне послышались ревнивые нотки.

– Нет у меня жены, – улыбаюсь, прижимаю девушку к себе, – в моем мире я был лордом, у моей семьи есть огромный красивый остров, лишь формально входящий в состав империи. По территории он больше, чем все ваши обитаемые пределы. Мужчины в нашем роду должны пройти военную службу, это традиция – проверка на зрелость. То, что я офицер, ты угадала. Мое подразделение специализировалось на захвате технологических секретов. В отличие от обычного промышленного шпионажа, мы добываем секреты силовыми методами. Чтобы выполнять подобные миссии, недостаточно быть просто головорезом, необходимо еще очень хорошее и разностороннее образование. Пришлось много учиться. С самого раннего детства упорная изматывающая учеба – это судьба всех детей высшей касты. Когда мои сверстники ходили в начальную школу, я уже сдавал экстерном некоторые университетские курсы. Впрочем, грех жаловаться, науки мне всегда давались легко: почти абсолютная память, совершенное тело, десятки поколений предков старательно собрали для меня все самое лучшее.

Леора прижалась теснее, ее губы щекочут шею. Дразнит.

– Значит, были любовницы, – кулачок Леоры больно пихнул меня в бок. – На неопытного мальчика ты совсем не похож.

О чем никогда не стоит говорить с женщиной, так это о любовницах. В моем мире любовница – это уважаемая должность в клане. Впрочем, любовницами их никто у нас не называет, про них говорят – свободные. Свободные обязательно являются членами клана и находятся под его защитой. Особой защитой! Такие женщины могут быть очень влиятельными, входить в совет клана и даже быть главой рода. При необходимости они обучают молодежь различным премудростям… Только мужа они иметь не могут, а их дети, если такое случается, считаются членами семьи отца. Недооценивать значение и роль свободных в жизни клана – грубая ошибка. Они, как правило, очень умны, тонко чувствуют и разбираются в психологии, знают о жизни клана больше, чем самая эффективная служба безопасности. Получить статус свободой могут немногие, как правило, это вдовы. Свободную, с которой возникла связь, мужчины называют дарлитой. Близкие отношения могут продолжаться, пока не появится собственная семья. Но и потом дарлита считается родственницей и остается другом на всю последующую жизнь. Иногда, хоть это и очень не приветствуется, дарлита может утешить мужчину во время семейной ссоры, поэтому жены относятся к ним по-разному…

На моей родине не бывает временных случайных связей – любая связь пожизненная. Поэтому и отношение к связям очень серьезное. В империи нет публичных домов, они вообще там немыслимы. Но империя не единственная страна в моем мире.

И, да – там у меня осталась дарлита, но герцогине знать об этом не нужно.

– Ну, мой мир совсем не похож на этот, – обнимаю Леору за плечи, – некоторые наши обычаи и законы сильно отличаются… – стараюсь напустить побольше тумана. – Лучше объясни, никак не могу понять, как возможно использовать боевую технику в магическом мире. Ведь любой, даже совсем слабый маг сможет легко вывести ее из строя, – пытаюсь сменить тему разговора.

Леора лишь хмыкнула.

– Техномагия… – девушка пожала плечами. – Каждый уязвимый элемент в военных установках защищен соответствующим магическим амулетом. Взломать защиту за короткое время очень непросто. На это способны только очень сильные маги. Техника относительно дешева, маги дороги. Идет постоянная гонка между способами защиты и способами взлома. В бою, где используются машины, счет идет на доли секунды, использование магии требует большего времени. Техника, защищенная амулетами, как правило, выигрывает против чистой магии, поэтому орден магов в нашем мире далеко не всемогущ. Но наша история знает уникальных магов, которые могли легко в одиночку уничтожить целую армию. Чем сложнее механизмы, тем труднее их защитить, поэтому военные закупают в основном сильно устаревшую технику с минимумом электроники. Создать мощный электромагнитный импульс, сжигающий микросхемы, для любого мага-аурника не проблема. Я в университете специализировалась на амулетах защиты.

На заселенной людьми территории четырех пределов магический фон достаточно слабый. В местах, где аура планеты сильнее, амулеты уже не спасают, и технику там не используют. Территории за населенными пределами практически не исследованы. Может, дикие и знают, что там дальше, но они делиться своими секретами не спешат.

Рука герцогини проникла под мою рубаху. Сразу стало не до умных бесед. Может, от того, что тело у меня теперь немножко моложе, а может, магия так влияет, но в этом мире контролировать желания мне сложнее. А старое тело, наверное, уже сдохло. Представляю себе пышные похороны, шумиху в прессе. Вздыхаю. Всегда думал, что не явиться на собственные похороны невозможно, а оно вон как выходит. Сестренка наверняка плачет. Надо бы поскорее решать проблему с возвращением, вдруг еще успею.

Я за рулем. Дорога быстро исчезает под колесами джипа. Через несколько часов мы пересечем границу Северных пределов. Герцогиня сидит рядом, задумалась о чем-то своем. Ша валяется в полной отключке на заднем сиденье – читает книги. Кажется, у нее книжная зависимость. Интересно, сколько ей понадобится времени, чтобы просмотреть все эти камешки, даже мышей утром ловить отказалась, спокойно ела из миски пищу, сваренную Леорой в котелке на костре. Раньше она в лесу пищей из котелка брезговала – либо свежие мышки, либо зайчик, либо – птичка.

Несколько раз над лесом прошли истребители. Громкий хлопок возвестил о преодолении звукового барьера очередным самолетом. Явно начинается какая-то крупная заварушка, а я даже расклада сил не знаю. Впрочем, мне без разницы – пока они будут заниматься друг другом, легче проскочить в Оазис незамеченным. Вот только кратчайший маршрут не нравится – не хочется мне в гости ни в герцогство к папе Леоры, ни в Южные пределы к папе Арики. Почему-то кажется, что они мне будут не рады. Делать крюк через Западные пределы тоже не хочется. Машину по уму стоило бы поменять – слишком уж мы засветились в северной столице. Но это лишнее время и суета, погони пока нет, возможно, им стало не до нас. Интуиция подсказывает, тратить время на замену машины не стоит.

Ближе к границе Северных пределов на дороге начинают попадаться беженцы. Навстречу едут грузовики, забитые пожитками и скарбом. Некоторые люди везут вещи и детей на телегах, некоторые идут пешком. В их глазах страх и обреченность. Мне в моем мире не довелось участвовать в серьезных вой-нах, но такое я видел в наших старых кинохрониках.

Останавливаюсь возле гостиницы на окраине приграничного городка. Выходим из машины. Мест в гостинице, конечно, нет, но я на них и не рассчитывал, нужно прояснить обстановку. Люди вокруг входа в здание суетятся, толкаются, спорят из-за места. Отдельная давка происходит рядом с продуктовым магазином, беженцы стараются запастись едой, которой на всех явно не хватит. Хозяин магазина с трудом сдерживает желающих купить продукты, ему помогает несколько крепких парней. Толпа их скоро сметет, это лишь вопрос времени.

Невдалеке от нас мое внимание привлек молодой мужчина, его поведение резко отличается от остальных. Юноша никуда не торопится, спокойно стоит возле дорогой машины и как-то лениво и снисходительно наблюдает за происходящим, кого-то высматривает в толкучке. Одежда богатая, но не броская, по виду аристократ. Мое внимание оказалось замеченным, юноша бросил на меня недовольный взгляд с долей угрозы. Мол, чего надо? Пожимаю плечами и отворачиваюсь. И в этот момент он заметил Леору. Его невозмутимость словно ветром сдуло, уголки бровей удивленно приподнимаются, он направляется к нам быстрым шагом.

– Сестренка? – хватает Леору за руку. Та оборачивается и замирает, удивленно хлопает на парня глазами. Юноша довольно ухмыляется.

– Геральд? Ты что здесь делаешь? – Герцогиня растеряна.

– Тебя ищу, – парень выдает улыбку, полную сарказма. – Впрочем, могла бы и сама догадаться, ведь тебя сейчас почти все ищут. Но поскольку я самый умный, то нашел первым. – Юноша насмешливо постучал себя по лбу. – Сначала заварушка в Хариже, затем на чистой территории Истинных, затем переполох в северной столице, убийство главы контрразведки наместника Северных пределов. А поскольку последние события завязаны на тебя, то тут и ума большого не надо. Твою траекторию легко проследить по последовательности конфликтов. Получилось так, что из Северных пределов тебе оставалось бежать только на юг. Куда ты собиралась дальше, я не знаю, но в это место ты должна была попасть обязательно, нужно было только тебя здесь подождать, – парень широко улыбнулся. – А это что за хмырь с тобой? – небрежный кивок в мою сторону.

– Это мой жених, – Леора судорожно схватила меня за локоть обеими руками и притянула к себе.

– Да? – Геральд с интересом уставился на пальцы Леоры, вцепившиеся в мою руку. – Надо сказать отцу, чтобы внес его в список. Кстати, в этом списке уже больше двух десятков претендентов на твою руку и сердце. Ты не следишь за новостями… хотя оно и понятно – организация убийств и погромов отнимает много сил и времени. Но ты стала жутко популярной в последние дни. Все сыновья наместников и многих видных аристократов вдруг воспылали к тебе страстной неземной любовью. Прямо эпидемия какая-то. Все только тебя хотят в жены.

– Их даже не смущает то, что я что-то вроде беглой рабыни? – Леора грустно улыбнулась.

– Я же говорю, что ты не следишь за новостями, – Геральд укоризненно покачал головой. – Наместник Южных пределов и герцог сейчас лучшие друзья. Какие претензии могут быть у наместника к дочери друга? Если их вечная и нерушимая дружба и была омрачена когда-то мелкими незначительными недоразумениями, то это теперь забыто. – Паренек усмехнулся. – К тебе у наместника Южных пределов остались только самые чистые и теплые чувства. Ты абсолютно свободна, а клейма на тебе уже и так нет.

– Что здесь вообще творится? – Леора повела рукой, показывая на суетящихся вокруг людей.

– Чистильщики сговорились с Истинными, – объяснил Геральд, и лицо его стало серьезным. – Вчера вечером сразу во всех четырех пределах произошло одновременное нападение с целью захвата контроля над порталами. Видимо, нападение на порталы планировалось давно. А столкновение в чистой зоне только ускорило события. Захват удался лишь в Южных пределах. Сейчас войска наместника Южных пределов и гвардия нашего отца пытаются отбить портал обратно. Остальные наместники оказывают посильную помощь, но у них и у самих проблемы. Наместник Восточных пределов тяжело ранен, на него совершено покушение. Из захваченного портала выходят боевые роботы Истинных, их пытаются бомбить, но они лезут и лезут. Прорвавшиеся роботы уничтожают мирное население. Ситуация осложняется диверсиями, устраиваемыми чистильщиками. Чистильщиков ловят и расстреливают на месте без суда. По сути, идет война: Истинные и чистильщики против аристократов и магов. Аристократам пришлось забыть междоусобную вражду, чтобы выжить. Даже более того, наместники сейчас ведут переговоры с шаманами диких, своими давними врагами, чтобы те оказали им помощь. И скорее всего, шаманы ее окажут, так как радикальные намерения Истинных полностью уничтожить магию на планете шаманам вряд ли могут понравиться.

– В любом случае прекратится торговля с Истинными, что в перспективе означает голод. – Герцогиня тяжело вздохнула.

– Ну, кое-что из самого необходимого уже давно производится на планете. Просто это не афишируется, – Геральд пожал плечами. – Думаю, голода не будет. Да и торговля не прекратится. Война вой-ной, а деньги у Истинных все равно стоят на первом месте. А если вспомнить, что дети Истинных, рожденные на планете, к Истинным уже не относятся – планета изменяет каждого ребенка, то вся эта затея с заговором и с захватом порталов выглядит глупо. – Геральд небрежно махнул рукой. – Так куда ты направляешься?

– Куда он, туда и я, – Леора кивнула в мою сторону.

– Очень трогательно, – парнишка усмехнулся. – Тогда позвольте узнать, куда направляется он? – Геральд уставился на меня так, будто увидел интересное экзотическое животное.

Я так и не понял – это насмешка или оскорбление?

– Дорогая, ты не обидишься, если я его стукну? – демонстративно прижимаю девушку к себе и касаюсь губами ее щеки. Боковым зрением наблюдаю за реакцией Геральда.

Раз он в моем присутствии говорит обо мне в третьем лице, то чем я хуже? Леора покраснела – не привыкла герцогиня, чтобы ее целовали на людях. Мои ожидания, что парень бросится на меня с кулаками, защищая честь сестры, не оправдались. Вместо этого Геральд согнулся пополам от смеха.

– Ну, сестренка, ну учудила, я всегда знал, что ты отколешь что-нибудь этакое…

Отсмеявшись, парень разогнулся и, протянув мне руку, произнес уже официальным тоном:

– Геральд, старший сын герцога Домиона Лацинти.

Леора бросила в котелок специи и помешала его содержимое концом обломанной ветки. Над поляной поплыл одуряющий запах похлебки. Геральд с шумом втянул в себя воздух, зажмурился и сглотнул слюну. Ша почему-то решила брату Леоры на глаза пока не показываться. Опять перешла в режим конспирации – сначала пряталась в моей ауре, а теперь лежит у костра, накинув на себя невидимость. Подложила хвостик под голову и смотрит на огонь. На мой вопрос, что это она сегодня такая подозрительная, серпента лишь проворчала: «Береженого Бог бережет». Я от сына герцога угрозы пока не почувствовал, а вот любопытством от него за версту несет.

– Часто одна сделанная глупость влечет за собой целый ряд других вынужденных глупостей, – говоря это, Геральд грустно посмотрел на сестру. – Самым разумным для тебя было бы добровольно вернуться домой. Как ни удивительно, герцогство сейчас самое спокойное и безопасное место из всех населенных территорий. Если раньше ты была для семьи обузой, то теперь стала очень ценным ресурсом, и если ты не вернешься, герцогству придется расстаться с надеждой заполучить собственный портал. Портал для нас – гарантированная независимость и статус пятого предела. Отец, конечно, попытается использовать тебя с максимальной пользой. Однако в его планах вряд ли найдется место для господина Рема. – Геральд кивнул в мою сторону. – Как сын герцога, я должен был бы забрать тебя силой, но мне это не нравится. – Парень тяжело вздохнул. – И что ты в нем нашла?

– Он несколько раз спас мне жизнь. И где был отец, когда на меня ставили рабское клеймо? – Леора зло сверкнула глазами. – Где была моя родня, когда я чуть не умерла в чистой зоне?

– Интересно было бы посмотреть на то, как бы ты попытался забрать у меня что-нибудь силой, – я улыбнулся.

– Не надо себя слишком переоценивать, господин маг, – паренек наградил насмешливым взглядом мой медальон мага и небрежно щелкнул пальцами. – Захотел бы – забрал бы. Но делать этого не буду, и даже не потому, что моя родная сестра не должна являться предметом политического торга, и не потому, что меня сильно заботит ее счастливое будущее, хотя это тоже причины. Просто я понимаю, что пользы герцогству таким путем не принесешь. Вот если бы Леора решила вернуться добровольно… было бы совсем другое дело. – Геральд с надеждой посмотрел на девушку. – Отец с моим мнением наверняка не согласится, поэтому я пока не буду сообщать ему, что нашел сестру. Сама вернется, когда ей надоест прятаться с тобой в шалаше и когда наконец поймет, что мы действительно не могли ей помочь в той ситуации. А пока лучше выпьем за знакомство, у меня в машине завалялась пара бутылок отличного вина.

Вино оказалось действительно хорошим, настоянным на каких-то очень редких местных травах и орешках, похожих на кедровые. Леора от вина отказалась, поэтому Геральд наполнил лишь два стакана. После того как первая полуторалитровая бутыль наполовину опустела, мир стал намного приветливей, а разговаривать с сыном герцога стало гораздо проще и интересней. Появилась раскованность и легкая симпатия ко всей твари, живущей во вселенной. Вино и вправду отличное. Вот только Ша что-то волнуется и принюхивается.

– Это же нас-с-стойка на горных магических ореш-ш-шках, дай попробовать, – хвостик змейки начал нервно подрагивать. – Редкая вещь, очень полезная для здоровья серпент, в ней содержатся вещества, необходимые для линьки… – Ша оказалась рядом и заглянула в мою кружку.

– Серпенты разбираются в винах? – удивленно приподнимаю уголки бровей.

– Да мы делаем самые лучшие вина в мире! – заявляет Ша с горячностью.

– Мне почему-то кажется, что твоя мама не разрешает тебе пить спиртные напитки. И как вы можете что-то вообще делать, не имея рук? – смотрю на Ша с подозрением.

– Могу продемонстрировать, если позволишь… – Глазки у змейки почему-то хитро блеснули.

– Ну! – пожимаю плечами. – Давай демонстрируй.

Змейка мгновенно формирует длинный магический щуп, ловко выхватывает почти полный стакан вина у сына герцога и аккуратно выливает его тонкой струйкой себе в пасть. Геральд растерянно смотрит на летающий стакан и на то, как тоненькая ароматная струйка вина исчезает прямо в воздухе.

– Обычно глюки начинаются после второй бутылки! – Парень растерянно хлопает глазами.

– Это не глюки, – Леора нервно хихикает. И что здесь, интересно, смешного?

Ша небрежно возвращает стакан в руку удивленному Геральду. Задумчиво прислушивается к своим ощущениям и, наконец, одобрительно кивает:

– Шесть лет выдержки в дубовых бочках, магические орешки с гор северного хребта, серпенты обычно еще добавляют в бочки стружку кедра и пряности, но, тем не менее, вино хорошее, его делали шаманы из западного приграничья. Среди твоих камешков, кстати, есть кулинарный учебник серпент, очень редкая книга, у мамы в библиотеке такой нет. В учебнике несколько глав посвящены винам. Вина из книги действуют, только пока читаешь, – змейка задумчиво косится на бутылку с остатками вина в руке Геральда.

– Прошу извинить меня за поведение фамильяра, уважаемый Геральд, – виновато развожу руками.

Вот только нетрезвой серпенты мне для полного счастья не хватало. Змейка решительно сбросила маскировку и направилась к Геральду. Сын герцога с ужасом посмотрел на возникшую вдруг из ниоткуда магическую тварь, а когда сообразил, что змея претендует на его бутыль, то ужас почему-то сменился любопытством и весельем. Брат Леоры безропотно расстался с бутылью.

– Ша, солнышко, будь осторожна, обычно пьяные девушки себе уже не принадлежат, – пытаюсь отговорить змейку от опрометчивых поступков.

– Ха!! Серпенты не пьянеют… с одного с-с-стакана… – Головка змейки начала подозрительно плавно покачиваться. – Серпенты вообще не пьянеют! Могу поспорить на дохлую мышь, что если я допью эту бутылку, то останусь абсолютно трезвой. – Затем, на секунду задумавшись, Ша добавила: – Мышь отдам завтра утром.

Змейка лихо опрокинула бутылку и допила наше с Геральдом вино.

– Даша, мне не нужна мышь.

– А зачем тогда спорил? – Взгляд змейки стал совершенно осоловевшим.

– Я не спорил!!

– Ну вот! Опять споришь, – вздыхает.

Ша заглянула в горлышко пустой бутылки и затем попыталась засунуть в нее кончик хвостика. Не получилось.

– Вы, люди, очень нелогичные существа. Впрочем, я пошла спать, голова что-то кружится, если тебе не нужна мышь, то так тому и быть, сам отказался. Но я все равно завтра тебе ее поймаю, чтобы сначала думал, а потом спорил.

Серпента, тряхнув головкой, окутывается дымкой и исчезает в моей ауре.

– Ты полон сюрпризов, Рем. – Геральд уставился на то место, где только что находилась серпента. – Как тебе удалось приручить магическую тварь? Ты кто такой?

Однако, похоже, вопрос был чисто риторическим, так как, не дожидаясь ответа, брат Леоры ловко откупорил вторую бутыль и разлил вино по стаканам.

Утром организм неожиданно легко справился с последствиями вчерашней пьянки. Хорошо все-таки быть магом! Брат Леоры тоже выглядит вполне бодрым и отдохнувшим. Геральд заявил, что дальше отправится к отряду герцога, помогающему наместнику Южных пределов отбить портал у Истинных. Связь с гвардией герцога нестабильна, Истинные глушат сигналы. Если сын герцога увидит, что врата портала вернуть малой кровью не получится, то он должен убедить наместника Южных пределов попытаться разрушить их массированным ударом с воздуха. Некоторое время нам по пути, поэтому Геральд предложил ехать вместе, так безопасней.

Сначала едем по широкой трассе по территории герцогства, затем, часа через три, сворачиваем в сторону Южных пределов на узкое двухрядное шоссе. Беженцев на дороге уже нет, зато попалась пара сожженных деревень. Я следую за машиной Геральда с небольшим интервалом. Леора сидит на переднем сиденье. Ша свернулась кольцом на заднем – книги читает. Периодически сканирую окружающее пространство, впереди происходит что-то странное. Сигналю Геральду фарами, чтобы остановился, но он, похоже, уже и сам заметил опасность, свернул на обочину.

Оставив машины позади, скрытно приближаемся к месту событий. Наблюдаю в бинокль за происходящим с небольшой возвышенности. Впереди идет бой. Небольшой отряд, двигавшийся колонной по дороге, попал в засаду? Нет, на засаду это не похоже, слишком уж неудачное место для засады. Скорее, противник вышел на шоссе и столкнулся с колонной на дороге. Встреча произошла случайно и неожиданно для обеих сторон. В колонне есть маги, значит, отряд на дороге принадлежит Южным пределам. У Истинных подавляющее численное преимущество, они атакуют с возвышенности, но это тот случай, когда господствующая высота является скорее недостатком, чем преимуществом. Отряд южных грамотно организовал оборону, используя обратный наклон рельефа. Рельеф не позволяет нападающим вести прямой огонь, поэтому для того, чтобы уничтожить колонну, им необходимо сблизиться, чему активно препятствуют маги. Тем не менее Истинным удалось подбить головную машину и парализовать движение отряда. Южные не могут видеть то, что находится за гребнем склона. Если отряду не поможет авиация, то его сомнут, это лишь вопрос времени, отойти ему некуда.

А вот атакующие машины Истинных меня удивили, никогда раньше ничего подобного не видел. Плоские консервные банки на ножках, по три ноги с двух сторон, похожи на пауков, покрашены в защитный пятнистый хаки. Диаметр банки примерно метра полтора, у некоторых на крыше установлен крупнокалиберный пулемет, у некоторых – лазер, у некоторых – небольшая пушка. Очень подвижные, легко преодолевают любые неровности, канавы и ямы, могут бегать, прыгать и даже стреляют в прыжке. Пяток машин южным удалось подбить, парочка из них разорвана в клочья, парочка неподвижно лежит на боку, скатившись со склона, а еще одна лежит перевернутая, смешно дрыгает лапками, пытается за что-нибудь зацепиться и принять вертикальное положение.

– Роботы, – Геральд зло сплюнул на землю.

Роботов много. Истинные не торопятся, знают, что силы магов не бесконечны. Первая лобовая атака отбита, теперь большая часть роботов прячется за гребнем склона. Периодически небольшими группами роботы пытаются обойти колонну южных с флангов или выскакивают и обстреливают в лоб, им важно, чтобы маги тратили силы, постоянно поддерживая защиту.

– Они разумны? – наблюдаю за деятельностью роботов.

– Искусственный интеллект, – ответив, брат Леоры передернул плечами. – Маги ломают такое на счет раз, поэтому сейчас непосредственно встроенные в них процессоры должны быть полностью отключены, роботы управляются дистанционно. Тактический модуль и модуль, управляющий моторикой роботов, находятся где-то в укрытии на расстоянии, там же кто-то из людей-операторов определяет стратегию поведения машин.

– А почему помехи на управление машинами не наведут?

– Излучение, на котором передается сигнал, пока не научились искажать магически. Истинные на этот раз что-то новенькое замутили. Да и обычный радио-сигнал у них раньше передавался по особым помехоустойчивым протоколам. Они наши средства связи всегда могли глушить, а мы их нет. Хотя это неудивительно – связь-то у них же и покупали. У тебя у самого на груди значок мага, чему тебя в ордене учили? – Геральд недовольно фыркнул.

– Ладно, пойду, гляну на их ретранслятор, вряд ли он хорошо спрятан или защищен, присмотри за сестренкой, – пожимаю плечами.

Я под укоризненным взглядом Леоры зашагал в обход холма, чтобы зайти к Истинным с тыла.

Фланговое охранение Истинные выставили. Несколько роботов построились в линию с интервалом метров семьдесят. Усики их сенсоров недоверчиво подрагивают.

Пригодился урок из учебника серпент на тему маскировки.

– Мысли из головы выкини, – шипит раздраженно змейка, – может, у них и нет ментальных датчиков, но лучше перестраховаться.

Послушно очищаю сознание. Даже если это напрасная предосторожность, тренировка не помешает. Успешно обхожу роботов. Не заметили.

Метрах в пятистах от гребня склона обнаруживаю машину с людьми и аппаратурой. Подхожу вплотную. В машине четыре человека, возиться с пленниками не хочется, стреляю. Никто ничего не успел понять. Пистолет, который я забрал из стола лорда Кезона, – просто мечта убийцы! Легкий, удобный, скорострельный, отдачи почти совсем нет.

С профессиональным интересом рассматриваю аппаратуру, на мониторе высвечивается тактическая карта. Данные с сенсоров роботов напрямую передаются в управляющий модуль и обрабатываются тактическим компьютером. Прикладываю руку к планшету, почти точно такой же был на проходной в чистую зону. Динамик просит подтвердить смену оператора, ввести пароль. Где я ему возьму пароль? Вон та тарелка похожа на антенну, значит, передающее сигналы устройство в этом ящике. Портить аппаратуру жалко, просто выдергиваю провода. Точки, обозначающие роботов на тактической карте, замерли. Дело сделано.

В колонне оказался наместник Южных пределов собственной персоной. Отряд вместе с отцом Арики отходил от врат портала к столице, когда неудачно столкнулся с роботами Истинных. Выяснилось, что утром техномаги южных наконец-то закончили создание мощнейшего защитного амулета из рога зверыга и задействуют его сегодня во второй половине дня. Защита амулета накроет всю территорию Южных пределов, поэтому штурмовать портал больше нет смысла. Отныне Южные пределы станут практически неприступными для военного вторжения, любая вражеская армия или отряд, оказавшийся на территории пределов, будут мгновенно уничтожен, если только не будет иметь сравнимый по силе артефакт. Нелепая случайность чуть было не обезглавила Южные пределы, отец Арики во время столкновения с роботами был ранен. Ранен легко, его спас персональный защитный амулет, а вот оба телохранителя наместника, находившиеся рядом с ним, погибли.

Бледный мужчина с перевязанной головой махнул рукой в нашу сторону, приглашая подойти поближе. Знакомство с наместником в мои планы не входит, от здешних аристократов мне ничего не надо, а вот доставить мне неприятности они вполне могут. Я и сам могущественный аристократ в своем мире, поэтому смотреть на человека, обладающего неограниченной властью, с позиции безродного бродяги для меня непривычно. Даже не знаю, какую линию поведения следует выбрать. Интересно, как ведут себя маги ордена по местному этикету в присутствии наместника? Слишком мало знаю о магах, поэтому такая роль не для меня. Эх! Надо было смыться, и даже момент подходящий был, когда мы с герцогиней вернулись к джипу. Геральд помешал – вцепился в меня словно клещ. Чувствую, как нервничает рядом Леора, а по виду и не скажешь, держится гордо и холодно, высоко подняв голову. Внешне никаких эмоций, а внутри она сейчас на грани паники. Быть бывшей рабыней очень не просто, хотя и лучше чем быть просто рабыней. Если бы не девушка, то я бы изобразил обычного офицера из старшего состава, кем, собственно, и являюсь… в том числе. Но герцогиню жалко, надо ее поддержать хотя бы психологически, а за простого офицера ей не спрятаться.

Ладно, добавить в движения немножко грации хищника, в каждом жесте абсолютная уверенность в своем превосходстве и силе. Спина прямая, взгляд острый, холодный, улыбка вежливая, равнодушная, даже без какого-либо намека на тепло. Чувствую, как дернулся Геральд от моего неожиданного преображения, по эмоциям окружающих пробежал ветерок почтения, смешанного со страхом, телохранители наместника напряглись, почувствовав потенциальную угрозу. Леора вцепилась мне в локоть, ища поддержку. Незаметно слегка пожимаю ее ладошку – успокойся, мол, глупенькая. Легкий поклон наместнику, вежливый, но все же это поклон равного. Молчу, спокойно изучая находящегося передо мной мужчину. Улыбается. Взгляд умный, проницательный, властный. Глаза большие, красивые, черты лица правильные, породистые. Неудивительно, что дочка у него такая красавица. А еще наместник маг, и, похоже, не из слабых. Иначе зачем ему скрывать ауру с помощью амулета?

– Я рад, что ты оказался в нужное время в нужном месте. Благодарю за помощь, она была своевременна, – наместник Южных пределов слегка кивнул в ответ на мой поклон. – Кто ты и как тебя зовут?

Важен не смысл сказанного, важны малейшие оттенки интонации, именно в них сейчас заключено все содержание. От моего ответа зависит, удастся ли выйти из ситуации с минимальными потерями. Никогда не любил игру в покер и блеф, у меня прямая и добрая от природы натура, но чтобы выжить, будучи потомком великого императора, многому пришлось научиться. Содержание сказанного наместником сводится к простому: подчинись, а я подумаю, какую можно извлечь из тебя пользу.

– Можешь называть меня Скользящий, – равнодушно пожимаю плечами.

Удивлен. Наверное, к нему ни разу не обращались на «ты». Однако он сам задал тональность, поэтому лучше с самого начала очертить границы – я независим и гуляю сам по себе. Меня нельзя подчинить, только убить, но за это, возможно, придется заплатить слишком дорого. Стоит ли связываться?

– Странное имя, – взгляд наместника стал задумчивым. – Кто же тебе дал такое?

– Это не имя – кличка. Белый Странник меня так называет и шаманы, а имя мое осталось очень далеко. Кличку дала Каллиста, ваша планета, я так думаю…

По лицу наместника вижу, что поединок я вы-играл вчистую. Он понимает, что ошибся, неправильно оценил ситуацию и разговор повел не так. Это лишь для обывателей Белый Странник миф и выдумка, для правителей пределов Белый Странник фигура, обладающая реальной силой. Сила непонятная и неизмеренная, но никто в здравом уме связываться с ней не будет.

– Очень рад с вами познакомиться, Рем. Надеюсь, вы посетите столицу, мы были бы рады.

Имя мое он, конечно, знает. Не сомневаюсь, что его люди собрали обо мне все сведения, какие только смогли, стоило лишь Арике сообщить о моем существовании. Наместник перешел на «вы», что не может не радовать. В то, что он теперь хочет видеть меня в южной столице, не верю. Ни ему, ни мне это не надо. Но это способ в какой-то мере сохранить лицо и плата за непроизвольную ошибку в начале разговора, а я ему эту возможность вынужден дать. Возможно, Скользящий и Белый Странник из одной и той же весовой категории, но вот только о том, кто такой Скользящий, я знаю не больше наместника. Мне и самому любопытно, что я такое. Наместник человек осторожный и разумный, его приглашение подразумевает: «Мы не враги». Мой отказ означал бы: «Но и не друзья…» Поэтому я соглашаюсь:

– Буду рад посмотреть вашу столицу, уважаемый наместник, – отвечаю и кланяюсь.

Это на джипе можно ехать на скорости двести, а колонна движется медленно, поэтому до столицы Южных пределов добрались лишь к ночи. Пока мы возвращались, техномаги южных включили защитный амулет, и первое, о чем доложили наместнику, это то, что контроль над порталом восстановлен. Команды техников уже посланы, чтобы собрать обездвиженных роботов и доставить их в лаборатории вместе с выжившими Истинными, если таковые найдутся.

Город толком рассмотреть не удается. Что можно увидеть в сумерках из джипа, идущего в середине колонны? Машину Геральда ведет кто-то из людей наместника. А сын герцога пересел к нам и о чем-то разговаривает с Леорой на заднем сиденье. Из-за шума идущей впереди БМП мне плохо слышно, но по обрывкам фраз понимаю, что Геральд не оставил надежды убедить сестренку добровольно вернуться домой, очень уж нужен герцогу собственный портал.

Дворец наместника выполнен в каком-то древнем стиле, он поистине огромен и роскошен, с колоннами, статуями и барельефами. Даже замок императора в моем мире выглядит скромнее. Количество силы, вбуханной в защиту дворца, слепит магическое зрение. Мы отделились от колонны и въехали во двор вслед за машиной наместника.

– Хотите увидеть защитный артефакт из рога зверыга? – Наместник внимательно меня изучает. – Это ведь вы помогли добыть его Арике в магическом лесу за пределами?

Пожимаю плечами, мне артефакт совершенно неинтересен, я бы лучше поскорее поужинал. Кажется, равнодушное выражение моего лица и пренебрежение столь важным для Южных пределов предметом наместника слегка задело. Поэтому перевожу взгляд на Леору, ей артефакт явно очень интересен, глазки заблестели, не может скрыть любопытства. Техномаг, что тут поделаешь…

Девушку я ни шаг от себя не отпускаю, обнимаю за талию, давая понять окружающим – это мое. Окружающие предупреждение понимают и стараются герцогиню не замечать, ее встречают лишь приветственные поклоны в рамках вежливости и косые взгляды, когда думают, что я не вижу. Герцогиню помнят.

– С удовольствием, – склоняю голову с благодарностью. – Посмотреть на предмет, сыгравший решающую роль в конфликте с Истинными, было бы очень интересно.

– Позови Арику, пусть покажет нашим гостям артефакт, – наместник посмотрел на одного из телохранителей.

А вот такой подставы я не ожидал! Нет, понимал, конечно, что встречи с Арикой в столице не избежать, но думал, что присутствие отца и охраны свяжет Арику по рукам и ногам. Однако сейчас мне явно намекнули, что папа в курсе намерений дочки и мешать ее планам вовсе не собирается.

Сидим на диванчике в коридоре, украшенном гобеленами. Пока ждем дочку наместника, Геральд травит анекдоты про магических тварей, анекдотов он знает огромное множество. Наверное, мне было бы смешно, если бы я не был сейчас так напряжен и не нервничал. К тому же я голоден, что не добавляет мне настроения. Впрочем, хотя сын герцога и кидает на меня хитрые взгляды, но его рассказы явно предназначены не для меня. Пытается пронять Дашу, знает, что змейка все слышит, и, пользуясь тем, что она не может ему сейчас ответить, отыгрывается за ее глупую шутку в лесу и за свой испуг. Не завидую я брату Леоры, не понимает он, с кем связался. У серпент тоже есть чувство юмора, и оно весьма специфическое, совсем непохожее на человеческое. Я бы на его месте лучше заткнулся.

По коридору идет паренек лет пятнадцати. Маг. Лицо знакомое, мальчик похож на наместника. Сын? Паренек заметил Леору.

– Ты?! Тебя все-таки поймали? – растерянно хлопает глазами.

– Дэниз! Моя сестра свободная благородная леди! – Геральд раздраженно встает с дивана.

– Мальчики, что за шум? – рядом раздается звонкий голосок Арики.

Наконец-то! Я уже думал, мы будем сидеть тут вечность! Рассматриваю дочку наместника. Теперь понятно, почему так долго. Темные блестящие волосы девушки уложены в замысловатую прическу, изящные локоны падают на спину и плечи. Коричневое дорогое платье обтягивает стройную талию. Воротник и пояс платья сделаны из серебристой ткани, украшенной жемчугом и янтарем. Вряд ли такие камни можно добыть на территории пределов. Подол платья имеет разрез почти до пояса, обнажает при ходьбе упругую белую кожу бедра. Большие темно-серые глаза девушки смотрят на меня с вызовом, но где-то в их глубине прячется страх. Ловлю себя на мысли, что ни разу еще не видел Арику в платье. Красиво. Даже не верится, что это она была со мной в постели в госпитале. Аура в точности такая же, как у Риа, но все равно хочется убедиться – обнюхать лицо, шею, волосы. С трудом себя удерживаю от такой проверки. Не поймут. Леора видит, как я разглядываю Арику, обиженно поджимает губы. Притягиваю герцогиню к себе, слегка касаюсь носом ее щеки.

– Дорогая, ты хотела посмотреть артефакт.

Ловлю на себе полный ревности взгляд Дэниза. Мальчик влюблен в Леору? Первая влюбленность – это серьезно и почти всегда очень болезненно. Геральд чувствует всеобщее замешательство, не понимает причин и пытается разрядить обстановку.

– Рад видеть вас, ваше высочество, – сын герцога целует ладошку Арики.

Хм, высочество… Надо попросить Леору устроить мне лекцию по местному этикету. Арика делает жест рукой, предлагая идти вслед за ней.

Помещение, где находится артефакт, расположено почти под самой крышей дворца. Типичная научная лаборатория из моего мира. Мне приходилось бывать в десятках подобных. Сам артефакт меня не впечатлил. На высокой подставке вертикально закреплен рог. Под подставкой расположена какая-то аппаратура, к которой от основания рога тянется множество цветных проводков, рядом на столе расположены экран с клавиатурой и панель с множеством ручек и тумблеров. Пожилой техномаг что-то паяет на столике, делает вид, что нас не замечает, но на его лице проскальзывает тень неудовольствия и раздражения. Техномаг помоложе низко кланяется Арике. Начинает что-то объяснять и показывать, но дочка наместника пожимает плечами и равнодушно отходит в сторону. Леора занимает ее место и прямо-таки заваливает парня вопросами, кажется, ее интересует система определения «свой – чужой». Паренек объясняет. Герцогине почему-то объяснение не нравится, утверждает, что такая система ненадежна, предлагает ее то ли модифицировать, то ли вовсе заменить. Техномаг возмущается, начинает что-то доказывать. Спорят на повышенных тонах, перемежая ругательства с непонятными техномагическими терминами. Пожилой не выдерживает, бросает паяльник и тоже включается в дискуссию. Чертят на бумаге какие-то схемы.

Геральд саркастически закатывает глаза и качает головой. Мол, пусти козу в огород… Ему обсуждение артефакта неинтересно. В качестве развлечения пытается флиртовать с дочкой наместника, при этом проявляет огромный талант прирожденного ловеласа. Арика надевает маску стервы, причем стервы распутной. Судя по ее эмоциям, тоже развлекается, похоже, ей нравится дразнить Геральда. Впрочем, в большей степени этот спектакль для меня, вижу, что она наблюдает за мной боковым зрением. Если бы не чувствовал ее эмоций, то мог бы принять ее игру за правду. Актриса Арика великолепная, но после нашего тесного знакомства в госпитале я чувствую девушку абсолютно, мне даже приходится делать специальные усилия, чтобы не слышать ее мыслей. Подслушивать мысли девушек неэтично, да и вышел я уже из того возраста, чтобы играть в эти игры. В конце концов, мне это все надоело, и я громко спрашиваю:

– Кормить меня сегодня кто-нибудь собирается?

После ужина нам выделили три гостевых помещения. Поскольку герцогиня пока официально не является моей женой, местные традиции требуют предоставить ей отдельную комнату, а где мы будем спать, это уже наше дело. Бегло осматриваю помещение – все роскошно и очень дорого. Я вполне мог бы позволить себе такое в своем мире, но не люблю роскошь, а вот серпенте комната понравилась. Особенно змейка оценила огромную постель с множеством подушек, из которых ловко соорудила себе уютное гнездо в самом центре кровати.

Я захватил для серпенты мясные пироги и бутыль с молоком. Даша быстро расправляется с едой и прячется в своем логове, а я отправляюсь в соседнюю комнату в гости к Леоре.

Девушка сидит за письменным столом и что-то пишет при свете настольной лампы. Настроение у Леоры почему-то подавленное, а еще я чувствую в ней какую-то отчаянную решимость и страх. Подхожу и обнимаю герцогиню за плечи.

– Что у тебя тут? Чем занимаешься?

Леора быстро переворачивает лист бумаги, пряча написанное.

– Письмо.

– Какие-то секреты? – прижимаю девушку к себе и передаю ей магическое тепло, пытаясь успокоить, но Леора почему-то от меня отстраняется.

– Это письмо тебе, – оборачивается. В уголках ее глаз рождаются слезы.

Интересно. Я явно чего-то не понимаю, вопросительно приподнимаю брови.

– Если письмо мне, то зачем его прятать? И зачем писать письмо, если я рядом?

– Я должна вернуться домой, – опускает глаза. – У меня долг перед семьей. Мне необходимо помочь отцу открыть портал. Для герцогства это шанс значительно поднять статус и сделаться по-настоящему независимым государством. Если я не вернусь, то буду считать себя предателем.

– И зачем же нужно письмо? Если этот портал так необходим, мы можем заехать в герцогство и открыть его, если, конечно, получится… – Внимательно смотрю на Леору.

– Ты не должен ехать со мной, – в голосе девушки слышится решимость. – Отец не потерпит никого, кто мешает его планам. Он не примет тебя в семью, тебя просто убьют, ты даже не сможешь защищаться. – Взгляд девушки становится жестким. – Ведь ты не будешь воевать против отца собственной жены. Если начнешь такую войну, то мы все равно не сможем быть вместе, я просто не смогу быть с человеком, причинившим вред моей семье или убившим кого-нибудь из родственников.

– Вот как… – Что-то оборвалось у меня в груди и ухнуло в пропасть. – Либо я, либо твоя семья. И ты выбираешь семью… – Делаю шаг назад.

– Я люблю тебя, – говорит она сквозь слезы. – Открою портал и вернусь, я обязательно вернусь. Геральд обещал, что никто насильно держать меня не будет. Ты только меня дождись.

– Вряд ли тебя так просто отпустят, – отрицательно качаю головой и делаю еще один шаг назад. – Ты ведь не будешь воевать со своей семьей?

Разворачиваюсь и выхожу в коридор, тихонько прикрывая за собой дверь. Надо собраться с мыслями. Какого дьявола я так привязался к этой девчонке? Всю жизнь, лорд Ремион Сцевола, вы бегали от невест, как черт от святой воды. Среди них были очень достойные девушки, красивые, умные, из хороших семей, но вас вполне устраивала ваша дарлита. Вы слишком берегли душевный покой. А здесь, как только временно отшибло память, вы сразу облажались, полковник. Облажались по полной, поддались инстинктам. Хотя девчонка тоже постаралась на славу… Черт! Черт! Черт! Трясу головой, вот только разбитого сердца мне не хватало.

Иду по коридору, спускаюсь по лестнице, попадаю в сад. Красиво, воздух чистый и свежий. Прохладно. Ночь почти наступила, на западе все еще заметно зарево ушедшего солнца. Возле дорожки расположены резные мраморные скамейки, выбираю себе одну из них и усаживаюсь. Тихо, лишь в кустах стрекочет какое-то насекомое.

Спокойно размышляю. Не факт, что мне удалось бы забрать девчонку в свой мир, хотя, может быть, мне вообще не удастся вернуться. Вполне может возникнуть выбор – вернуться одному или остаться с герцогиней. Собственно, и нет никакого выбора: с Леорой или без нее, но вернуться я обязан, мне следует защитить сестру и мать. Наверняка найдется много желающих прибрать наши владения к рукам. Родственников, способных оказать поддержку, нет. Сестре попытаются навязать какой-нибудь несуразный брак. Могут даже убить. Таким образом, я тоже предпочитаю защитить семью тому, чтобы остаться здесь с герцогиней. Могу ли я после этого ее осуждать? Тяжело вздыхаю. Если вдруг окажется, что вернуться домой я смогу лишь без Леоры, то оставлю ее здесь совершенно одну. Еще недавно ей некому было помочь, а сейчас лучше семьи о ней никто не позаботится. Отрывать герцогиню от семьи нельзя, хотя и очень больно с ней расставаться. Ждать Леору бессмысленно, по-доброму ее не отпустят, надо ехать.

Кажется, всю ночь просидел, даже заснул на какое-то время. Светает уже. Кто-то сюда идет. Судя по ауре, это дочка наместника, ни с кем ее теперь не перепутаю. Арика подошла и уселась рядом со мной на скамейку. Некоторое время молчит, потом сообщает:

– Леора с Геральдом уехали.

– Знаю.

– Ты любишь ее? – придвигается ближе и кладет голову мне на плечо.

В ее эмоциях сострадание и искреннее желание поддержать, а еще нежность, как тогда в госпитале. Вот уж не ожидал от нее такого, думал, она обрадуется уходу герцогини.

– Судя по тому, как тяжело на душе, да, – непроизвольно вздыхаю.

– Значит, нельзя было ее отпускать! Притом, что она теперь высоко котируется, как носительница древней крови, вернуть ее будет очень сложно, но я попытаюсь тебе помочь, можешь на меня рассчитывать, – Арика потерлась щекой о мое плечо.

– Не мог я ее не отпустить! Герцогиня бы потом всю жизнь мучилась из-за того, что не сделала для семьи все, что могла. Она меня бы не простила. Чувство вины не лучшее начало для семейной жизни… – Со злостью ударяю ладонью себя по колену.

– Леора очень неглупая девочка, но ужасная идеалистка, а это иногда даже хуже, чем глупость. Я знаю ее с самого раннего детства, она скорее пожертвует собой, чем подвергнет риску близких. На Леору можно положиться, она – очень удачный выбор. Я помогу тебе ее вернуть, – дочка наместника сжала мою ладонь.

С удивлением разглядываю девушку, сидящую рядом. Оказывается, я Арику совершенно не знаю, хотя раньше думал, что вижу насквозь.

– Зачем тебе это? – не могу скрыть удивление.

– Потому что я люблю тебя, – улыбается, но губы у нее почему-то дрожат.

Некоторое время сидим молча.

– У тебя есть женщина в твоем мире? – Арика смотрит на меня с любопытством.

– Мать и сестра – вся моя семья… – Делаю паузу. – Правда, еще есть дарлита.

– А это кто?

– Когда мне исполнилось четырнадцать, мать наняла учительницу языков. Лорена была женой имперского посла в Акатари, пока ее муж не погиб в катастрофе. Женщина из очень знатного рода, но оказалась почти без средств. Вернулась на родину и стала подрабатывать преподаванием. Ей тогда было двадцать четыре, всего на десять лет старше меня. Кроме языков она превосходно знала химию и математику. Лорена могла бы устроиться преподавать в столичный университет, к тому времени ее работы были уже широко известны в научном мире, но частные уроки детям высших аристократов давали существенно больший заработок. Когда она вела уроки, я ничего не соображал – пялился на ее фигуру и губы. Лорена была немного полной, но изумительной красавицей, в ней была какая-то животная магия. Однажды гормоны окончательно ударили в мою подростковую голову, и я просто завалил ее на письменный стол. Я был сильнее, но она не очень-то активно сопротивлялась… На следующий день в храме Лорена стала моей дарлитой.

– Это она тебя научила? Ну, это… в постели… – Арика явно смущена, краснеет. Вот ведь…

– Она.

– Тебе везет на женщин. – Дочка наместника почему-то грустно вздохнула.

Спать завалился не раздеваясь. Но отдохнуть после бессонной ночи так и не дали, в полдень меня будит непонятный грохот, от которого я буквально подскакиваю на кровати. Плохо соображая спросонок, протираю глаза.

Мужичок в форме прислуги пытается отбиться от серпенты половой тряпкой. Глаза слуги выпучены от ужаса, руки трясутся. Ша играючи уворачивается от тряпки и планомерно загоняет свою жертву в угол, ударяя его носом то в живот, то в ноги. Каждый ее тычок человек сопровождает отчаянным воплем ужаса. Вопли несчастного змейку лишь еще больше раззадоривают.

– Ты что творишь, солнышко? – я не сразу нашелся, что сказать от абсурдности происходящего.

– Он копалс-с-ся в наш-ш-ших вещах! Интересно, что он там искал? – Ша наконец надоело играть с человеком, она мгновенно формирует магический щуп, оплетает лодыжку слуги и опрокидывает его на спину резким рывком. Человек смачно плюхнулся в лужу воды рядом с опрокинутым тазиком, издав жалобный всхлип, похоже, полностью отрубился, ударившись головой, а может, просто от страха.

В этот момент в комнату врывается растрепанная дочка наместника и замирает, уставившись на серпенту. Я радостно машу Арике рукой.

– Доброе утро! То есть день… Рад тебя видеть. Как спалось?

– Что тут происходит? – Девушка медленно пятится назад, не сводя глаз со змейки. Пытается что-то найти на поясе халатика, шарит по нему рукой, но пистолета там, конечно, нет. Халатик немного распахнут, под ним почти прозрачное кружевное белье. Красиво, черт возьми! Особенно линия бедра возле самого лобка. Сглатываю слюну и стараюсь туда не смотреть. За Арикой в дверях появляется мужчина, а вот этот вооружен, явно телохранитель, но действовать почему-то не спешит, опасности не видит, спокойно опирается о косяк двери и ждет указаний.

– Познакомься Арика, это мой фамильяр. Ее зовут Даша. Правда, она прелесть? – улыбаюсь.

Арика запахивает халатик резким движением руки. В этот момент слуга зашевелился, приподнял голову и уставился на госпожу.

– Ваше высочество, я хотел протереть пыль, а эта тварь набросилась на меня, – голос уборщика слегка дрожит, Арику он боится явно больше серпенты.

– Уборка? – Глаза дочки наместника недобро прищурились. – В такое время? – Арика оборачивается к двери. – Рамон! Этого связать и запереть в подвале, – кивает на слугу, – надо выяснить, чей он шпион.

Телохранитель, не обращая на серпенту ни малейшего внимания, хладнокровно хватает и уволакивает за шиворот жалобно скулящего человека, за которым на полу остается мокрый след. Арика аккуратно обходит лужу и усаживается рядом со мной на кровати, закидывает ногу на ногу. Короткий халат задирается, демонстрируя упругую кожу бедра. Но в эмоциях девушки нет даже намека на флирт, лишь деловой настрой. Похоже, она забыла про свой неподобающий вид.

– Мы отправимся в герцогство сегодня. Я обдумала ситуацию и пришла к выводу, что откладывать поездку нельзя. Сыграешь роль моего телохранителя, это обеспечит тебе полную неприкосновенность. Моему приезду никто не удивится – все знают, что я авантюристка. Да и планируемая попытка открыть портал вполне достаточный повод для любопытства. Думаю, там сейчас и без нас будет много гостей. Ну а дальше посмотрим по ситуации. Долги надо возвращать, и потом… мы ведь не чужие? – Арика с надеждой заглядывает мне в глаза.

– Не чужие, – соглашаюсь со вздохом.

Арика неожиданно прижимается щекой к моей груди, и я ее не отталкиваю. Так и сидим некоторое время молча.

– Ты ведь узнал меня? – дочка наместника прижимается еще теснее. – Я так соскучилась по тебе, пожалуйста, не прогоняй меня!

Плачет.

Обеденный зал дворца наместника Южных пределов роскошен. За столом присутствует вся семья: сам наместник и пять его жен, Арика и ее младший брат Дэниз. Отец Арики сидит во главе стола, властитель бледен и выглядит уставшим. Арика расположилась справа от отца, что означает ее статус наследницы правителя. Слева от наместника откинулась на спинку стула ослепительно красивая женщина, старшая жена, мать Арики, остальные жены сидят далее рядом.

Даша более не считает нужным скрываться. Змейка заявила, что дочь королевы клана серпент в фамильярах значительно поднимает мой статус. Ша гордо восседает на стуле, свернувшись кольцом, справа от меня. Змейка безошибочно выбирает правильную вилку, предназначенную именно для рыбы, или щипчики для креветок из груды столовых приборов, различает ножи для мяса, масла, хлеба, виртуозно управляясь ими с помощью магических щупов. И каждое действие у нее выходит с аристократической непринужденностью и шармом. Количество и назначение столовых приборов вовсе не смущает серпенту. Создается полное впечатление, что Ша пользовалась ими всю жизнь. Впрочем, что я знаю о жизни серпент? Поскольку магических щупов обычным зрением не видно, кажется, что умный набор столовых инструментов сам обслуживает серпенту. Змейка отрезала от бифштекса очередной маленький кусочек, точным движением подцепила его вилкой и отправила в пасть, прикрыв слегка глазки от удовольствия.

Впечатление Ша на всех произвела неизгладимое, разумные магические твари – нечастые гости в пределах. Ментально ощущаю ужас прислуги, которая занимается сменой блюд. Женщины, присутствующие за столом, следят за змейкой, как за новым чудом света. Боковым зрением наблюдаю за женами наместника. Мой интерес не укрылся от отца Арики, но истолковывает он его по-своему.

– Я однолюб, Скользяший. Однако количество жен – это вопрос статуса. Властителю пределов иметь меньше нельзя, могут принять за слабость. Кроме того, жены являются представительницами наиболее сильных кланов Южных пределов. – Наместник перевел взгляд на своих жен и хмыкнул. – Младшие жены… лордам кланов следует знать свое место. А Рашта из племени диких. Она мать моих детей. – Наместник ласково коснулся плеча женщины, которая сидела рядом с ним. – Особенность женщин диких в том, что они не могут предать того, к кому привязались. – Наместник сделал многозначительную паузу и уставился на меня тяжелым взглядом, явно не сулящим мне ничего хорошего. – Ты, видимо, не знал, что моя дочь – это дочь женщины из племени диких. Они все своенравные и гордые. К тому же я ни в чем дочери никогда не отказывал, что поделаешь, избаловал. Моя вина… – Отец Арики тяжело вздохнул. – Надо было пороть, но рука не поднималась, единственная ведь дочка все-таки, а теперь уже поздно. Могу допустить, что ты и не виноват в том, что на тебе лежит ее привязка, но именно тебе теперь придется платить за мои ошибки воспитания. Извини. – Извинение прозвучало как-то неискренне. – Другой бы властитель на моем месте избавил бы тебя от такой мороки, – наместник небрежно провел большим пальцем по горлу, – но, к сожалению, это может повредить моей девочке.

То, что сказал наместник, дошло до меня не сразу. Арика по крови относится к диким, пусть и не полностью. Там, в госпитале, произошла ее магическая привязка? Рисковая девчонка, я посмотрел на дочку наместника с удивлением. Чтобы вот так, походя, поставить на карту собственную жизнь, бросить ее к ногам человека, который тобой демонстративно пренебрегает, это надо быть на всю голову отмороженной. Вилка с кусочком мяса на миг замерла перед раскрытой пастью Ша. Змейка переваривает полученную информацию, плавно опустила вилку обратно на тарелочку, аккуратно вытерла пасть салфеточкой, скептически уставилась на наместника.

– Люди такие люди… – Ша демонстративно вздыхает. – Ты у меня и мяфкнуть не успел бы… – Серпента провела кончиком хвостика по горлу, передразнивая жест наместника. – Совсем страх потеряли, – недовольно качает головой.

Разговор явно свернул куда-то не туда, атмосфера за столом вдруг стала напряженной. Присутствующие замерли, неловкая пауза начала затягиваться.

– Риа, деточка! Ты наконец-то нашла себе мальчика?! Радость-то какая! Что же ты сразу маме не рассказала? – Рашта вскакивает со стула и бросается обнимать Арику.

Может быть, женщины у диких и своенравные, но явно не дуры. Мама Арики решила разрядить накалившуюся обстановку.

Змейка аккуратно положила на стол четыре камешка.

– Это общеобразовательный семилетний курс школьной магии. – Ша аккуратно сдвинула кончиком хвостика первый камешек в мою сторону. – Это базовый университетский курс. – Серпента пододвинула второй камешек. – Это специальный практический курс магии военной академии за четыре года и научный трактат по пространственной магии и теории вещества. – Ша переместила оставшиеся два камешка, расположив все камешки точно на одной линии. – Камни записаны кланом серпент Западного хребта, их школа почти так же хороша, как и наша. Тебе следует их изучить. Сегодня вечером. – Серпента пустила волну по телу и заразительно зевнула. – А я, наверно, тоже что-нибудь пока почитаю.

– Вряд ли я успею изучить за вечер эти книги. Мне не хватит времени. – Скептически хмыкаю и отодвигаю от себя камешки в сторону змейки.

– Ну и что такое, по-твоему, время? – Ша лениво сдвигает учебники обратно в мою сторону.

Вопрос змейки сбивает меня с толку.

– Тебе по-простому или по-научному? – снисходительно спрашиваю серпенту.

– Да как тебе удобней, – усмехается.

– Ну… время – это мера изменения. Когда в природе происходит некоторое изменение, количество действия, необходимое для этого изменения, является наименьшим возможным. Количество действия – это произведение массы тел на их скорость и на расстояние, которое они пробегают, а скорость – это производная количества чего-либо по времени. Время также можно рассматривать как еще одну координату пространства. Ну, а если по-простому, то все происходит во времени и все непрерывно движется.

– С одной стороны, верно, конечно, – змейка хитро жмурит глазки, – с другой – это полная чушь. К тому же чушь крайне вредная для мага. Эта ваза, например, никуда не движется. – Ша указала хвостиком на хрустальную вазу на столе. – Чем больше маг опирается на свои представления о законах мира, тем больше он себя этими законами ограничивает. Он знает, что вот это возможно, а это невозможно. С точки зрения людей маг, действующий в рамках физических законов, может считаться искусным, если он для своих действий использует достаточно сложные структуры. С точки же зрения разумных магических существ, это лишь маг самого низшего уровня. Маг, способный нарушать законы сохранения, даже если он неискусен, становится уже на второй уровень. Маг, работающий со временем, это третий уровень. Изменять же прошлое и нарушать причинно-следственные связи могут только боги.

Время, на самом деле, основывается на трех простых понятиях: настоящее, прошлое и будущее. Посмотри на эту вазу, она никуда не движется. Стоит на месте. И то, что она стоит на месте, для нас означает настоящее. Если я стукну этой вазой об стенку, наступит будущее. Возникнет «до» и «после». Даже если мы снова склеим вазу так, что она станет как новая, мы никогда не сможем вернуться в состояние «до». – Взгляд змейки стал очень серьезным. – Есть повторяющиеся события, солнце, например, всходит каждое утро. Кто-то привык выпивать в обед бокал вина, и этот обычай кажется неизменным. Повторяемость почти одинаковых событий создает иллюзию стабильности, и это тоже в каком-то приближении можно считать основой настоящего. – Ша задумчиво смотрит на вазу, словно решает, швырнуть ее в стену или не надо.

– Даже если ты расколешь эту вазу, то стол-то останется стоять на месте, и значит, будущее не наступит, – улыбаясь, смотрю на серпенту.

– Верно. – Ша одобрительно кивает. – Настоящее относительно. И способность мага совмещать одно настоящее с другим и есть основа работы со временем. Вот и совместишь чтение камней с нахождением солнца на небе. – Змейка ехидно усмехается и добавляет: – Работа это лучшее средство, чтобы отвлечься от неудач на любовном фронте. Беленькая сбежала, и от темненькой ты теперь фиг отвертишься. И когда только успел? На минуту нельзя оставить без присмотра…

Машинально перебираю в руке камешки, выбранные змейкой для изучения. Камешки перекатываются меж пальцев, излучают магическое тепло, которое странным образом успокаивает. Интересно, сколько серпент держало их во рту? Надо было бы помыть их, перед тем как читать.

Обдумываю сложившуюся ситуацию и дальнейшие планы. Вновь и вновь прокручиваю перед глазами обед с наместником, выражения лиц людей за столом, вспоминаю мельчайшие детали. Связь, установившуюся между мной и Арикой, наместник заметил не сразу. Такую связь вообще очень сложно обнаружить, мало владеть аурным зрением, надо еще знать, на что обращать внимание. Наместник знает, но все равно заметил привязку случайно, что стало для него неожиданностью. А на меня у него с самого начала были какие-то планы. И моя связь с дочкой в эти планы входила. Это очевидно, иначе реакция была бы совсем другой. А вот то, что ситуация хоть и развивается в нужном направлении, но не под полным его контролем, властителя расстроило. Мне-то на его планы плевать, у меня свои планы. Но вот только мое восприятие дочки наместника изменилось. Она теперь для меня Риа, а не Арика. Как ни стараюсь вызвать к ней в душе старую неприязнь, возникает лишь беспокойство за близкого человека.

Поговорить с дочкой наместника после обеда мне не удалось, папочка увел ее за собой, держа за локоть. Арика бросила мне напоследок извиняющийся взгляд.

Как бы там ни было, спешить мне не стоит, хотя мое положение во дворце неопределенное, то ли почетный гость, то ли родственник, но может оказаться, что уже и пленник. Разберемся, так или иначе. Закидываю в рот камешек со школьной программой и засовываю его под язык, закрываю глаза и оказываюсь в теле маленького серпента.

Стою на террасе великолепного сооружения. Замок, если можно это так назвать, весьма необычен, расположен на вершине скалы какого-то горного хребта. От открывающегося с него вида захватывает дух. Сооружение явно построено не людьми и не для людей. Здесь нет привычных человеческому глазу лестниц, их заменяют изящные системы плавно изогнутых каменных шестов, нет привычных окон, стен, коридоров. Здесь вообще нет прямых углов и плоских поверхностей. И все это великолепие объединено одной общей сумасшедшей гармонией, которая буквально выворачивает мозги наизнанку.

За спиной раздается странный звук из свиста, шипения и инфразвука, малейшие оттенки которого я хорошо улавливаю ушами, которых у меня на голове и нет вовсе. Оборачиваюсь назад. С одного из шестов, обвившись спиралью, свешивается огромная коричневая серпента. У змеи темная полоса на спине и золотистый живот. Большие желтые глаза внимательно смотрят на меня. Это именно она издает звуки, которые странным образом соединяются в понятный смысл.

– Шшсешуи, не опоздай в школу, малыш, не заставляй учителя ждать тебя.

– Да, мама, уже иду! – Издаю в ответ шипение и свисты.

Легко и уверенно скольжу по желобу, перекрытиям, распоркам и в конце пути попадаю в большую нору с гладкими стенами. Нора освещается магическими светильниками, по периметру разложены круглые коврики или циновки. Занимаю один из ковриков, сворачиваюсь на нем спиралью в кольцо. Некоторые коврики уже заняты другими детьми, здесь мальчики и девочки. Некоторые циновки пока свободны, но скоро будут заняты. В центре класса возникает слегка клубящееся облако, которое превращается в фигуру змеи. Старый серпент телепортируется прямо в класс, я тоже хочу так уметь! Мы низко склоняем головы и шипим, приветствуя учителя. Так начинается мой первый учебный день.

Наконец-то я дома! В своей уютной маленькой норке! Сегодня был ужасно тяжелый день – день экзамена по бытовым магическим структурам. Некоторые трехмерные структуры содержат больше сотни элементов, воспроизводить их нужно почти мгновенно! Прощается только одна ошибка. Две ошибки – и экзамен не сдан. Но я справился с блеском, мало того, что сдал все экзамены без единой ошибки, так у меня еще и лучшее время в классе! А по математике я вообще лучший за всю историю школы, я откуда-то знаю вещи, которые неизвестны даже учителям академии, лучшим специалистам в данной области! Мама мной очень довольна. С такими результатами в академию берут без вступительного экзамена. Поэтому сегодня я могу расслабиться и лечь спать пораньше. А завтра начнутся каникулы, и мы с утра вместе с сестрами пойдем плавать в озере.

Кто-то кусает меня за хвост! Возмутительно! Опять эта моя самая мелкая сестренка Шиссая забралась в мою норку и мешает мне спать! В прошлый раз она подложила мне под коврик колючки. Половину ночи ерзал, пока понял, в чем дело. Отмахиваюсь от нее хвостом. На!! Получи, зараза!

– Совсем сбрендил, хозяин?!

Какой я ей еще хозяин? Обычно она называет меня братик. И что это за странный язык, на котором она разговаривает? Надо ей еще добавить! Раскручиваю хвост сложной восьмеркой, совсем как нас учил инструктор по контактным единоборствам. Мне вовсе не надо смотреть, чтобы знать, где находится ее голова. Смачно со свистом щелкаю Шиссаю по лбу. Хорошо попал! Звук зачетный! Открываю все-таки глаза, не даст она мне сегодня выспаться!

Где это я? Лежу на огромной мягкой кровати, и тело вроде как вовсе не мое. Я вообще-то подросток! А здесь у меня явно тело совершенно взрослого серпента. С удивлением осматриваю свое новое тело. Золотистая кожа с серебряным узором. Вообще-то это окрас главного королевского рода, а моя мама всего лишь герцогиня. Ничего не понимаю. Комната, в которой я нахожусь, какая-то странная. На полу в прострации сидит зеленая серпента с голубыми глазами. Красивая. Судя по окрасу, из правящего клана пустоши. Классно я ее приложил, никак в себя не придет. Определенно я ее хорошо знаю, но вот откуда, никак не могу вспомнить.

– Хозяин, это я! Ты меня узнаешь? Я Даш-ш-ша, твой фамильяр! Очнись, хозяин! – Серпента смотрит на меня жалобно.

Трясу головой. Может быть, от тряски мозги встанут на место? Память возвращается, голова буквально взрывается от приступа боли. Я – полковник императорского легиона специального назначения Ремион Сцевола. А это мой фамильяр, ее зовут Ша, она серпента из правящего клана пустоши. А еще я серпент! И меня зовут Шшсешуи. Так, стоп! Если я полковник, то почему я серпент? В императорский легион точно не берут серпент. Выплевываю изо рта камень. Ну да, книжку читал, школьный учебник. Шшсешуи – это серпент из книжки. Тогда почему я в теле змеи? Причем это тело ощущается мной как родное! Вспоминаю свои ощущения, когда я был человеком. Настоящим полковником! Тело окутывается дымкой, превращается в магическое облако. Ого! Я и так могу, оказывается! Делаю над собой усилие, и облако превращается в мое человеческое тело. Магическим щупом хватаю со стола хрустальную вазу с водой и выливаю воду себе на голову тонкой струйкой. Уф-ф-ф… Полегчало.

– Наконец-то! – Ша громко выдыхает воздух. – Ну, ты и напугал меня, хозяин!

– Ну-ну, Ша, успокойся. – Почесываю змейке головку, ласково провожу рукой по спинке.

– А серпент из тебя ничего так получился, симпатичный, – глазки змейки озорно блеснули. – Сир! Даже не герцог! Подумать только – сир!! И удар хвостом хорошо поставлен, я чуть не окосела. Будем мышей вместе ловить, когда снова перекинешься, – выдает Ша неожиданное резюме.

В коридоре слышу шаги и дыхание человека. Слух у меня теперь о-го-го! Узнаю по ауре дочку наместника. Вовремя я вернулся в свое тело. Девушка входит в комнату, немного волнуется, немного смущена, немного растеряна. Остановилась посередине комнаты, молчит. Подхожу к ней, беру за плечи и притягиваю дочку наместника к себе. – Целую в губы, подхватываю ее на руки и несу в сторону кровати. А ведь я скучал по ней с того самого момента, как мы расстались в госпитале. Торопливо срываем друг с друга одежду, падаем на кровать, руки-ноги переплетаются. Главное в серпенту не перекинуться, моя последняя осознанная мысль перед тем, как я окончательно теряю голову.

Рядом, обхватив меня руками и ногами, сладко сопит дочка наместника. Аккуратно поправляю свое плечо под ее головой. Умаялась за ночь. Змейка стащила пару подушек и спит в кресле, свернувшись в кольцо. За окном сумерки. Утро или все-таки уже вечер?

Размышляю. Это же сколько лет-то прошло? Семь лет жизни в теле змеи! Слов цензурных нет. Вот это я поэкспериментировал со временем! Да и с книжкой этой явно что-то не так. Ну не является эта книжка записанными воспоминаниями серпента. Я четко помню, что мое поведение было совершенно независимым, моим собственным. Не был я там зрителем, я был участником происходящего. Хрень какая-то! Впрочем, это можно легко проверить. Меня много чему научили в школе. Почему бы не спросить у своего школьного учителя Сшафарсша? Я как-никак у него в любимчиках был. Создаю ментальную структуру поиска. Активация, посыл, есть контакт!

– А, Шшсешуи. Не забыл старика, молодец, что связался! У меня как раз к тебе несколько вопросов накопилось. Эта твоя теорема, о том, что каждой непрерывной симметрии системы соответствует свой закон сохранения. Ну, там, где изотропии пространства соответствует закон сохранения момента импульса, однородности времени соответствует закон сохранения энергии… Ну ты понял, о чем я? Я попробовал применить ее к симметричным магическим структурам. И знаешь?! Интересная фишка получается! Эээ… да ты там не один. Прости, кажется, я не вовремя со своими вопросами. Свяжись со мной, когда освободишься. – Связь резко оборвалась. Я почувствовал смущение учителя.

Н-да… И все-таки я реально серпент! Да еще не один, а сразу несколько! Мое змеиное тело – это не тело Шшсешуи. Взрослое тело мое родное, а молодое тело Шшсешуи из книжки. Магия, такая магия… фиг разберешься.

Создаю ментальное поле. Вообще-то школьнику такое не под силу, да и из взрослых магов серпент очень немногие такое могут. Техника эта разработана для шпионов, поэтому не афишируется, и владение такими вещами не поощряется. Но Шшсешуи оказался очень любознательным засранцем. Охватываю ментальным полем дворец наместника, вижу все, что происходит в каждом помещении. Слуги давно на ногах, суетятся, готовят завтрак. Распространяю поле за пределы дворца на всю столицу Южных пределов. Получилось. Очень любопытно! Могу в подробностях рассмотреть каждый дом, каждую комнату, кто, чем занят. В теле Шшсешуи я так не мог, максимум мог охватить сферу в сотню метров, что помогало мне избегать мелких пакостей от сестренок. А сейчас чувствую, что и весь город далеко не предел. Что-то резануло мое сознание. Разговор явно идет обо мне. Сосредотачиваюсь на собеседниках, и фокус моего внимания смещается в спальню наместника.

– Милый, как ты допустил, чтобы наша девочка связалась с этим безродным бродягой?

Голова Рашты лежит на обнаженной груди наместника, а правой рукой она гладит его лицо. Тела прикрыты одеялом.

– Ты видела его ауру? – Отец Арики вздыхает.

– Он плотно прикрыт, мало что можно понять. Довольно сильный маг ордена, возможно очень перспективный, возможно даже будущий магистр. Но одно то, что он находится в структуре ордена, делает его для нас бесполезным. У него свое начальство, он несвободен и находится в чужом подчинении.

– К ордену он не имеет никакого отношения, несмотря на то, что носит на груди их медальон. – Наместник поцеловал ладошку жены и ласково отвел ее руку от своего лица. – Орден им сам очень интересуется и собирает о нем информацию. Он вообще непонятно откуда взялся. И потом, эта его змея! Как он сумел подчинить магическую тварь такой огромной силы? Если эта тварь нападет на столицу, ущерб будет просто колоссальным! Никакой артефакт против нее не поможет. Когда я приглашал Скользящего в столицу, никакой твари с ним не было. А во дворце она вдруг появилась.

Когда наша девочка рассказала о своих похождениях в лесу, я подумал, что вот этот маг – идеальная кандидатура ей в мужья. Независимый, сильный, не связанный ни с орденом, ни с каким-либо другим сильным кланом, с которым пришлось бы впоследствии считаться. Кроме того, он оказал нашей семье услуги, которые нельзя измерить деньгами. И Арика от него без ума, чем только он ее приворожил? Вот только эта дрянь, дочка герцога Лацинти, постоянно все портила. Хотя теперь ей уже недолго осталось. Эта дурочка даже не знает, что для открытия портала ее должны принести в жертву. – Наместник усмехнулся. – Впрочем, туда ей и дорога.

– За что ты ее так не любишь? – Женщина положила левую руку на живот наместника и начала его успокаивающе поглаживать. – В детстве девочки ладили, и я к Леоре относилась почти как к дочери.

– Дэниз откровенно слаб, – наместник продолжил свой монолог, уставившись куда-то в потолок, не обратив на слова жены никакого внимания, – слишком уж он добрый. Такие если и становятся наместниками, то долго не живут. Арика – девочка вообще без тормозов. Не на кого мне оставить Южные пределы. – Наместник тяжело вздыхает. – Единственная надежда была на привязку дочки на подходящего человека. И на тебе! Привязали! Все равно, что охотились на волка, а поймали дракона, управлять которым невозможно. Скорее сам станешь добычей. – Отец Арики ненадолго задумался. – А роди-ка ты мне еще одного ребеночка! – Наместник бесцеремонно переворачивает женщину на спину и сбрасывает с нее одеяло.

Досматривать дальнейшее развитие беседы я не стал. Осторожно выскальзываю из кровати и начинаю собирать вещи. Змейка тоже сползает с кресла, зевает, пускает по телу кольца. Это у нас, серпент, вместо утреннего потягивания… тьфу, у них – у серпент. Арика открывает глаза и тоже потягивается, не утруждаясь прикрыть себя одеялом. Провоцирует.

– Некогда, Риа. У Леоры крупные неприятности, мне надо ехать.

Арика вскакивает, натягивает платье на голое тело.

– Встречаемся внизу у машины через двадцать минут. Предупрежу Рамона и его команду. Они знают, что мы уезжаем, и должны быть уже готовы. Ребята – профи высокого класса. Поверь, они нам пригодятся, – протараторив все это, Арика не стала задавать вопросов, что, зачем и почему, быстро исчезает за дверью.

– Привыкла командовать, намучаешься ты с ней, – змейка осуждающе покачала головой.

Когда мы спустились вниз, одетая по-походному Арика и трое ее телохранителей нас уже ждали. Быстро они! Дочка наместника решительно направилась на место водителя. Я попытался было ей воспрепятствовать, но Рамон положил мне руку на плечо и покачал головой, мол, не надо, пусть будет.

– Стилет… – Рамон показал на первого громилу. – Лист… – перевел указательный палец на второго и вопросительно посмотрел на меня.

– Левша, – назвал я свой старый позывной.

– Что, действительно левша? – Рамон поднял бровь.

– Нет, имя рода Сцевола так переводится со старинного языка. Можно также называть Скользящий, это местная кличка.

– Пусть лучше будет Скользящий, – Рамон пожал плечами, – если ты не левша.

– Скользящий, – Рамон показал на меня рукой, посмотрев на своих напарников.

Лист пожал плечами, Стилет кивнул.

– Садись на заднее сиденье, переговорим по дороге. – Рамон открыл заднюю дверцу джипа.

– Скользящий, ты когда-нибудь работал телохранителем? Хотя бы основы дела представляешь себе? Змею я твою видел. Зверюга серьезная! Но для охраны клиента совершенно бесполезная. Даже целая армия не сможет уберечь подопечного от профессионального киллера, сила здесь совершенно не играет никакой роли. Тут расслабился на секунду, ошибся, посмотрел не в ту сторону, и поминай, как звали, клиента не воскресишь. Мы с ребятами сработанная команда и отвлекаться на тебя нам некогда. – Рамон изобразил непонятный жест пальцами.

– Делайте свое дело, – пожимаю плечами, – у меня свои задачи. Работу киллера несколько раз приходилось выполнять, а телохранителем ни разу не был.

– Мы орать тебе через толпу людей не будем, но элементарное взаимодействие наладить надо, по-этому запоминай язык жестов. Каждый человек постоянно находится в движении, для живых это естественно. Для окружающих все эти шевеления, жесты по большей части не несут никакой информации. Мы же по малейшим изменениям положения тела и мимике человека можем очень многое про него понять. Ты этому все равно не научишься, но наши жесты тебе понимать необходимо, они естественны только на первый взгляд, а мы с их помощью можем разговаривать. Запомни хотя бы основные движения: все в порядке, опасность справа, опасность слева, сзади, спереди, внимание, смена сектора наблюдения, отбой тревоги…

Перечень сигналов все рос и рос, он оказался очень внушительным. На его показ ушло минут тридцать, не меньше.

– Теперь повтори. – Телохранитель Арики уставился на меня не мигая.

Я повторил.

– Уникальная память, – Рамон удивленно покачал головой, – даже завидно. Надеюсь, память на лица такая же?

Джип свернул на бетонку и немного снизил скорость.

Замок Лацинти оказался небольшой крепостью, расположенной на окраине столицы герцогства.

Я просканировал окрестности обычным магическим зрением. Обратил внимание на странные искажения аурного фона непонятной природы в нескольких на первый взгляд хаотично расположенных точках, отметил у себя в уме их координаты. Особое внимание привлекли развалины портала, находящегося примерно в двух километрах от крепости герцога. В магическом зрении портал выглядел как большое темное пятно. Вокруг портала разбросаны пятнышки аур магов и обычных людей, там явно ведутся какие-то подготовительные работы. Это, по крайней мере, означает, что мы не опоздали.

Мое предложение остановиться в гостинице было с ходу отвергнуто как дочкой наместника, так и командой ее телохранителей. Поскольку площадка перед воротами замка оказалась плотно заставлена машинами, Арика нагло проехала прямо через клумбу, поломала штакетник газона, раздавив по пути несколько экзотических и явно очень дорогих цветочных кустов, подогнала джип вплотную к парадному входу, полностью перегородив оставшийся проезд. Не дожидаясь какой-либо реакции от человека, дежурившего у ворот ограды, который явно впал в ступор от столь необычного появления гостей, изо всех сил надавила на звуковой клаксон, явно не собираясь его отпускать до тех пор, пока ее не выйдут встречать.

Через минуту ворота открылись и оттуда выскочили вооруженные охранники, явно дезориентированные и дико озирающиеся, а следом, радостно улыбаясь, вышел сын герцога Лацинти Геральд. Стилет услужливо открыл дверцу машины перед дочкой наместника и предложил ей руку, чтобы помочь сойти с порожка. Арика наконец отпустила клаксон, и в мире воцарилась блаженная тишина.

– Рад, что вы благополучно добрались, ваше высочество! – Геральд склонился в изящном поклоне, чтобы облобызать ладошку Арики. – Мы ожидали вас с минуту на минуту. Ваши покои уже готовы.

Я занял позицию чуть левее и чуть позади Рамона, отыгрывая свою роль.

– Рем! – Геральд остановил на мне взгляд, и его улыбка стала еще шире. – Вы изменили ваши планы жить в лесу и решили устроиться на службу к её высочеству? Очень похвальное решение! Очень! Бесплатная кормежка, крыша над головой. Регулярная зарплата опять же! Вам хватит на приличный костюм и даже на молоко и на вино для вашей гадины.

– Благодарю за заботу, Геральд. – Легкий поклон в сторону сына герцога. – Кстати, можешь по-прежнему все оставшееся тебе жить время обращаться ко мне на «ты». Только что ты оскорбил принцессу Ша, дочь королевы пустоши Сшасары. Это был очень смелый поступок. Я тобой восхищен! Ты был самым храбрым человеком из всех, кого я когда-либо знал! Приятным и умным собеседником! Отличным другом! Мне будет не хватать тебя! – прижимаю кулак к груди и кланяюсь.

– Простите, ваше высочество Ша, я не знал. – Улыбка герцога стала вызывающе нахальной.

– Да не переживай! – Ша материализовалась у моих ног и небрежно махнула хвостиком. – Не буду я тебя кусать, я же в гостях! Мама сама тебя потом укусит, ты даже и не почувствуешь ничего, это абсолютно безболезненно! Беспокоиться совершенно не о чем! От ее яда умирают мгновенно.

– Арика! Что за глупые шутки у ваших телохранителей?! – Геральд занервничал.

– Слово серпенты, да и еще, как оказывается, принцессы правящего клана… – Арика пожимает плечами, – даже не знаю, чем тебе помочь, Геральд! Похоже, ты попал. Даже слово шамана – это почти приговор, а тут целая принцесса пустоши! – Арика восторженно разглядывает змейку, будто в первый раз ее увидела.

– А что, разве обязательно сообщать об этом мелком недоразумении вашей маме? – Геральд переводит испуганные глаза на серпенту. От улыбки и следа не осталось. – Как-то это не по-людски. Это ведь была всего лишь неудачная шутка!

– Ну… Во-первых, мама уже знает. А во-вторых, мы же магические твари, как вы нас называете, у нас все не по-людски. Разве что сир попросит за тебя? – Ша вопросительно на меня глянула.

– С чего бы мне за него просить? – искренне удивляюсь. – Быть другом геройски погибшего смельчака намного престижней, чем быть приятелем всего лишь живого сына герцога!

– Леора расстроится, если с ее братом что-то случится. Слишком уж она впечатлительная, я ее хорошо знаю. – Дочка наместника кидает на меня почему-то оценивающий взгляд.

– Она не расстроится. Семья герцога планирует ее убить для того, чтобы открыть портал. Она ничего и узнать-то не успеет, а уж тем более расстроиться. – Равнодушно пожимаю плечами.

– Как убить? Что ты несешь?! – Геральд гневно сжимает кулаки.

– Для того, чтобы напитать плетения древнего портала, нужна жизненная сила потомка первородных, или Древних, как вы их называете. Именно жизненная сила, не магическая, причем вся до последней капли! Ты не знал или прикидываешься? – Я начал раздражаться.

– Идемте в ваши комнаты, – Геральд делает приглашающий жест рукой, – там мне все расскажете, здесь не место для таких разговоров. – Недоверчиво смотрит на охранников, застывших истуканами возле ворот.

В замок герцога Лацинти съехалось много всевозможного народа. Здесь собрались чиновники из различных пределов, представители торговых кланов, маги ордена и просто маги, аристократы всех мастей, люди, преследующие какие-либо свои интересы, и просто любопытные из тех, чей статус позволяет навестить герцога, не опасаясь, что им будет отказано в приеме. Для того, чтобы чем-нибудь занять всю эту публику, герцогу Домиону пришлось организовать полноценную развлекательную программу: танцевальные и игровые залы, банкетные столы, стрельбище в парке и даже скачки. Закончить подготовку портала к открытию планируется через пару дней.

Где находится сейчас Леора, Геральд не знает, после того, как она должна была переговорить со своим отцом, он ее больше не видел. Переживает за сестру он вполне искренне, обмануть сразу двух ментальных магов невозможно. Впрочем, сын герцога Лацинти и не догадывается о наших возможностях. Обещает поискать Леору по своим каналам, а потом организовать нам с ней встречу. Я тоже буду искать герцогиню, но своими способами, и делать это буду ночью. Если же самому найти ее не удастся, что же, тогда придется навестить герцога.

А пока мы с Дашей бродим по игровым залам. Почему бы и не удовлетворить любопытство змейки, если есть такая возможность. Гости замка стараются держаться на расстоянии. Страх отгоняет, любопытство притягивает, в результате чего вокруг нас образуется круг пустого пространства, с плотным людским кольцом по периметру. Даша пока все еще меньше взрослой серпенты, но когда она перемещается, ее голова уже находится на высоте взрослого человека. Мою маму, ну то бишь маму Шшсешуи, я бы в своем человеческом теле едва ли смог бы обнять руками за талию.

Арика дегустирует различные блюда на столах с закуской. Стилет небрежно поправил свою прическу, то, каким движением это было проделано, означает, что в зале находятся три профессиональных киллера, но то, как он затем опустил руку, говорит о том, что объект нашей охраны этих киллеров не интересует, поэтому и они тоже не наша проблема.

Даша некоторое время наблюдает за игрой в бильярд. Среди игроков есть пара профессионалов, смотреть на их игру интересно даже мне. Я в своем старом мире тоже когда-то любил погонять шары, у меня в замке стоит пяток бильярдных столов. Шары здесь дорогие, покрыты слоем ирита, что должно исключить на них любое магическое воздействие. Наконец Ша не выдерживает и нетерпеливо берет магическим щупом кий.

– Я их обыграю, спорим? – Смотрит на меня вопросительно.

– Валяй, – пожимаю плечами и достаю из кармана золотую монетку, чтобы Ша могла поставить на кон свою ставку.

– Я на победителя!! – Змейка воинственно размахивает кием.

Вокруг стола собирается толпа любопытных. Распорядитель устанавливает шары и убирает со стола деревянный треугольник. Змейка разбивает в лоб. Шары раскатываются, восемь из них падают в лузы. Серпента гордо смахивает хвостиком свой выигрыш, подхватывает монеты магическим щупом, и они куда-то исчезают.

– Еще разок? – Змейка ищет глазами желающих сыграть. Но, кажется, таковых больше нет, и серпента разочарованно вздыхает.

– Позвольте мне! Только, чур, разбивать теперь буду я! – К нам, улыбаясь, подходит магистр Гольц.

Маг как бы невзначай погладил рукой бортик стола, после чего стол слегка засветился в магическом спектре. Ша хмыкнула и прикрыла глазки. Гольц уверенно берет кий и тоже разбивает в лоб. Биток отскакивает, но при этом ни один из шаров треугольника даже не шелохнулся! Магистр удивленно смотрит на результат своего удара.

– Бить нужно сильнее, – наставительно ворчит Ша, – и левый глаз зажмуривать. Смотри, как надо!!

Змейка разбивает треугольник, и восемь шаров падают в лузы.

– Еще разок? – Ша вопросительно смотрит на магистра.

– Нет уж! Хватит! – Магистр поднимает ладони и смеется. – Туше!

– А может, в карты сыграем? На деньги. – Ша с надеждой заглядывает в глаза магистру, но Гольц усмехается и отрицательно качает головой. – Нет уж…

Накрываю замок поисковым ментальным полем, начинаю осмотр с подвальных этажей, постепенно поднимаясь наверх, дохожу до гостевых комнат, а затем и до чердака. Пусто. Нет, интересного, конечно много, но ни Леоры, ни герцога Домиона в замке нет. Ментальное плетение связи тоже ничего не дает, но я на него и не особо-то рассчитывал, если у Леоры и есть зачатки ментальных способностей, то они слишком слабые, для того чтобы почувствовать зов, а тем более на него откликнуться. Ауру я ее хорошо знаю, но и в аурном зрении ничего обнаружить не получается. Ша, частично свернувшись кольцом на диване, ритмично покачивая корпусом и слегка прикрыв глазки, наблюдает за моими действиями.

– Не получилось? – Ша положила голову на хвостик.

– Нигде нет! – Развожу руки.

– Можно попробовать с другого конца, – Ша вертикально поднимает кончик хвостика, – Леора нужна им для того, чтобы активировать портал. Что надо сделать, чтобы она стала им не нужна? Для этого надо всего лишь разломать портал! Как я понимаю, в появлении пятого предела никто, кроме семейства Лацинти, не заинтересован. Все остальные нам будут даже благодарны, и не только наместники, но и шаманы диких, и уж точно серпенты. А кроме того, это гораздо интереснее, чем искать беленькую. Я уже взрослая! А на моем счету до сих пор нет ни одного разрушенного портала!

– А сможешь? – Арика недоверчиво выгибает бровь.

– Ну… Сир-то точно сможет! – Ша машет в мою сторону хвостиком. – Все-таки он серпент из королевского рода! Их магия особенная. А я буду присутствовать!

– Что, правда, серпент? – Дочка наместника смотрит на меня скептически.

– Это долго объяснять…

– Тогда поехали, чего откладывать? – Арика пожимает плечами. – Пойду ребят поднимать, светает уже.

Доехать до портала нам не удалось. Прилегающая к порталу территория оказалась огорожена забором из колючей проволоки. Возле дороги расположен пропускной пункт, а сама дорога перекрыта мощными воротами. Мы оставляем машину на стоянке возле пропускного пункта. Поскольку пересечь охранный периметр мы не пытаемся, никто на наше появление не обращает внимания. Несмотря на раннее утро, здесь уже собралась толпа любопытных. Через проволочный забор можно рассмотреть сам межмировой портал. Он представляет собой восемь исполинских черных колонн, образующих правильный восьмиугольник. Мутный туман закрывает область, ограниченную колоннами. Вокруг портала происходит что-то непонятное, кажется, герцог решил обмануть своих гостей со временем его открытия. К ритуалу уже все готово, и он вот-вот начнется. Об этом свидетельствует нездоровая суета магов.

– Ну что, ломаем? – Змейка пританцовывает от нетерпения.

– А, давай… – небрежно машу рукой.

Вспоминаю свои ощущения, когда я находился в теле серпента. Тело послушно превращается в облако, и вот я уже огромный золотистый змей. Толпа зевак, что оказалась поблизости, в панике разбегается. Телохранители Арики на всякий случай взяли свою подопечную в кольцо. Дочка наместника смотрит на меня, в восхищении открыв рот. Но все это я отмечаю лишь мельком боковым зрением.

А вот странное пульсирующее свечение колонн портала мне не нравится. Резко выбрасываю магические щупальца и впиваюсь ими в черную поверхность. Сущность колонн уходит куда-то в метафизическую реальность. Пытаюсь разрушить вещество, из которого они созданы. Основам преобразования материи меня в школе серпент учили, теперь вот пригодилось. Чувствую нарастающее сопротивление враждебной магии, срабатывают защитные магические плетения портала, и это отзывается дикой болью во всем теле. Силы почти на исходе. И в тот миг, когда мне показалось, что я вот-вот потеряю сознание, рядом со мной возникает призрачная фигура незнакомки. Женщина ласково проводит рукой по моей спине, снимая боль и вливая силы. Колонны портала обрушиваются, поднимая облако пыли, сопротивление пропадает. Похоже, у нас получилось! Моя помощница исчезает так же неожиданно, как и появилась. В центре площадки портала сквозь пыль проступает силуэт металлической клетки, в которой сидит на цепи закованная в ошейник дочка герцога Лацинти.

Меня атакуют взбешенные маги. Но ни их магические атаки, ни шквальный обстрел гвардейцев герцога не причиняют мне никакого вреда. Наоборот, атакующие магические структуры впитываются в ауру и дарят весьма приятные ощущения, а пули просто отскакивают от шкуры. Швыряю неструктурированное облачко сырой силы в пропускной пункт, и тот оседает мелкой пылью. Затем делаю вид, что напуган, и отступаю, тем самым выманиваю магов и гвардейцев за пределы охраняемой зоны, окутываю их ментальным облаком и усыпляю. Теперь их тушки валяются в причудливых позах прямо на дороге.

Тем временем Ша и Арика с телохранителями под прикрытием защитного купола, созданного серпентой, добрались до клетки. Змейка выламывает металлические прутья, а дочка наместника освобождает пленницу от ошейника, ну а я возвращаюсь в свое человеческое тело.

Арика сама выносит ослабевшую герцогиню на руках, не доверив ее телохранителям. Мы грузимся в джип. Дочка наместника уступила в этот раз место за рулем Стилету.

– Вы теперь вместе? – Леора переводит жалобный взгляд с меня на Арику.

– Чему удивляешься, подруга? Ты бросила, я подобрала! Зачем добру пропадать? – Пожимает плечами дочка наместника. – Вот только сцен ревности нам тут не надо! Ты и без этого создаешь Рему кучу проблем. Сколько раз тебя можно из задницы-то вытаскивать?

Леора начинает всхлипывать, губы дрожат.

– Не реви! Стал бы он тебя спасать, если бы ты была ему не нужна? А раз ты ему нужна, то и я как-нибудь постараюсь найти с тобой общий язык. Тем более что я сама не ревнивая и никогда не держала на тебя зла!

– Мама спрашивает, Геральда будем кусать? – прерывает Ша семейную сцену.

– Хех… – тяжело вздыхаю, – пусть живет, он мне теперь вроде как шурин.

– Дорога впереди перекрыта машинами. Будем прорываться? – Стилет сбросил скорость.

– Останови. Попробуем поговорить, только близко не подъезжай. – Я положил руку на плечо сидящего за рулем телохранителя.

Стилет тормознул джип на обочине, я выпрыгиваю из машины, создаю защитный купол и иду в сторону людей, перекрывших дорогу. Навстречу ко мне выходит магистр Гольц.

– Приветствую, мастер Рем. – Магистр машет рукой. – Дальше ехать опасно! Чистильщики словно взбесились, повылезали изо всех щелей и напали на магов ордена. Совсем сбрендили! Там, на окраине города, настоящая война! Вам лучше объехать город проселочными дорогами. – Гольц показал рукой на виднеющийся невдалеке грунтовый съезд. – Кстати, вы едете из района портала? Что там стряслось? Рация наших наблюдателей молчит, сплошные помехи.

– Герцог решил сдвинуть сроки активации портала. Видимо, чтобы ему не смогли помешать. Но что-то пошло не так. Портала больше не существует, он рухнул.

– Это первое хорошее за сегодня известие, – маг улыбнулся, – герцогиню, конечно, жаль, но лучше уж так…

– С герцогиней все в порядке, она в машине, – показываю рукой на джип.

– Тогда понятно, что там пошло не так… – Гольц расхохотался, – с порталом, который просуществовал тысячи лет, случился один юный влюбленный маг со своим очаровательным фамильяром, не повезло порталу. Кстати, маги ордена в свое время пытались его разрушить, но не смогли. Отличная работа, мастер Рем! Куда, кстати, едете-то?

– Бессонная ночь. Думал, в гостинице передохнуть, затем и решить, куда дальше, – пожимаю плечами.

– Ну, в гостинице вы сейчас точно не отдохнете. У нас здесь недалеко небольшая база, если хотите, можете у нас остановиться. Там безопасно. Наш значок, я смотрю, ты пока не потерял? – Гольц глянул на карман моей куртки, куда я спрятал значок Рилана.

– Клод! Проводи гостей на базу, это наши союзники, пусть их там обеспечат всем необходимым, – крикнул Гольц куда-то за спину одному из своих людей.

– Чистильщики раньше никогда не представляли серьезной опасности для магов. – Клод лениво отхлебнул чай из своей кружки. – Но сейчас Истинные обеспечили их какими-то новыми установками. Когда маг попадает в зону поражения такой установки, то он очень быстро начинает терять силы. Поэтому теперь нам приходится таскать с собой эти штуковины, – парень похлопал ладонью по прикладу карабина. – Пару установок мы захватили, но разобраться с принципами их действия и выработать защиту пока не удалось, времени просто не было. Но в связи с последними новостями, нам это время могут и не дать.

– И что же случилось? – Дочка наместника отложила в сторону вилку.

– Ну, как вы знаете, недавно чистильщики и Истинные пытались захватить порталы. Их атаки отбили. Но два дня назад умер наместник Восточных пределов. После покушения врачи утверждали, что его жизнь уже вне опасности, а он взял да умер! А его наследник первым же своим указом отдал контроль над порталом Восточных пределов Истинным! – Клод гневно сверкнул глазами. – Теперь вокруг портала Истинные создали чистую зону, а в самой зоне сразу начали строить что-то глобальное, перебрасывают порталом какие-то непонятные детали. Получится у них что-нибудь или нет, неизвестно. Но даже шаманы диких настолько обеспокоились, что предложили ордену свою помощь, если мы попытаемся отбить портал.

Старый герцог Лацинти совсем свихнулся из-за своих амбиций, – парень бросил извиняющийся взгляд на Леору, – если бы ему даже удалось открыть портал, то вот удержать его он точно бы не сумел! Кто-то слишком уж вовремя подбросил эту чертову схему ритуала открытия. – Маг задумчиво покачал головой. – Нам пришлось держать здесь часть своих сил на тот случай, если герцог все-таки портал откроет. А теперь после неудачи герцога нас атаковали чистильщики, чтобы сковать силы ордена и не дать перебросить их на восток.

– Непонятно, зачем вы терпели эту банду столько времени и не уничтожили их раньше? – спрашиваю, аккуратно вытирая пальцы салфеткой.

– Да они полезным делом вроде бы занимались. – Клод развел руки. – Иногда под воздействием магического фона кто-нибудь из не-магов сходит с ума – начинает убивать окружающих. Справиться с таким сумасшедшим можно легко только в самом начале болезни. Магическая сила у них растет скачками, очень быстро! Часто они теряют человеческий облик и превращаются в монстров. Был случай, что такой монстр уничтожил население целого города. Такие мутации стали очень редки, людей, у которых совсем нет магических задатков, практически не осталось. Теперь такие люди рождаются лишь от смешанных браков с Истинными. Служба магической безопасности могла распознавать такую мутацию на самых ранних стадиях. Кто же знал, что борьба с мутациями у них перерастет в фанатическую ненависть к магии в целом.

– А на установки чистильщиков можно глянуть? – Леора доела салатик и вытерла губки.

– Почему нет? Пойдемте, покажу. – Клод встает из-за стола.

Отвинчиваю раструб излучателя, снимаю защитный кожух. Рассматриваю цепь установки. Несколько катушек для резонаторов, усилитель и иритовый стержень. Ничего сложного.

– Магический волновой отражатель сделать можешь? – спрашиваю Леору.

– Могу, если у тебя остались частички от магических тварей. Только что это даст? – Не понимает.

– Защиту это даст! Если отразить на эту штуку волну на той же частоте, что она излучает, будет взрыв. Достаточно двух-трех первых гармоник из тригонометрического разложения. А остатки хитина от паукара валяются в багажнике. Хотел выбросить, но все некогда было.

– Хорошо рвануло! – Гольц радуется как мальчишка, рассматривая разрушенные позиции чистильщиков. – И как мы не разглядели в академии столь талантливого техномага? – Магистр с удивлением крутит в руках устройство, сделанное из маленького кусочка паукара.

– Орден магов был бы рад видеть вас в своих рядах, герцогиня. Подумайте! Это даст вам огромные возможности! – Магистр вопросительно смотрит на Леору.

– Нет уж, ваша светлость. У меня семья. – Девушка прижимается к моей руке и отрицательно качает головой.

Чистильщики наконец сообразили, что их установки против магов оказались смертельно опасны для них самих. Разбегаются, но уйти никому не удается, маги их безжалостно отлавливают и добивают.

– А мне можно поохотиться? – Глазки Ша горят азартом.

– Не в этот раз, солнышко, – поглаживаю змейку по спине, – одно дело, когда люди убивают других людей, и совсем другое, когда людей на их глазах будет убивать серпента. Это родит в их сердцах страх и ненависть. Нам, серпентам, без крайней необходимости нельзя встревать во внутренние людские разборки.

То, что магистр Гольц попытается использовать меня в интересах ордена, неожиданностью для меня не стало. Вот уже час пытается меня уговорить принять участие в военной кампании ордена против Истинных. Только зачем мне это? Заплатить мне орден за помощь не может – мне от них просто ничего не надо. Попробуют заставить меня? Самим дороже выйдет! Пусть я всего лишь магическая тварь-недоучка, но уж точно не безродный бродяга. С кланами магических тварей никто в здравом уме связываться не будет! Возможности разумных магических существ на планете очень велики. И пределы, населенные людьми, до сих пор существуют лишь потому, что нам, магическим тварям, пока что нет до них никакого дела.

И что может предложить мне орден? Помощь в обучении магии? Среди серпент есть учителя и получше. Да и зачем мне эта магия сдалась?! Дойду до Оазиса, вернусь домой, а там никакой магии нет. Дома придется разруливать ситуацию классическими методами. Адмирала Гракха, вероятно, грохну на дуэли. Макса на дуэль не вызовешь, наследник нынешнего императора как-никак. Значит, его я просто убью, без всякой дуэли. И магия мне в этом не помощник! Кто там у меня еще в списке?

Мой домен входит в империю лишь согласно договору. Когда мой прадед, третий сын семнадцатого императора, захватил остров, то его отец отдал этот остров сыну и всем его потомкам в неотъемлемый домен. В те времена остров по площади был равен почти трети от всей империи. Сейчас империя увеличилась, и это соотношение уменьшилось примерно до четверти. Мой прапрадед и мой прадед составили соответствующий договор, который теперь после покушения на меня, официального наследника нынешнего императора, недействителен. Война? Пусть гвардия домена и слабая, но вот флот, основа мощи империи, принадлежит острову. Оставшись без флота, император не осмелится начать войну – не сделает он такого подарка своим соседям. Словом, мне надо домой!

– Ваши разборки с Истинными это не мои проблемы, – тяжело вздыхаю, – у меня другие планы, и я очень ограничен по времени, – мрачно смотрю на магистра.

– Ваше высочество, – Гольц решается обратиться к серпенте, – да растолкуйте же своему хозяину суть дела!

Ша поставила на столик фужер с вином и приоткрыла глазки.

– Без помощи Каллисты домой тебе не вернуться. Никак. – Ша с сожалением оторвала взгляд от фужера и перевела его на меня. – А Каллиста и есть сущность магии, которую хотят уничтожить Истинные. Поэтому это и наша война тоже. Ну и, кроме того, это должно быть весело!

– Не понимаю, какая от меня там будет польза. – Пожимаю плечами. – Долги надо отдавать, конечно. Вашей Каллисте я многим обязан. – Вздыхаю. – Ладно, уговорила, – я махнул рукой, – поехали, поучаствуем.

– Ваше высочество, а вам безопасней отправиться к отцу в Южные пределы. – Гольц посмотрел на дочку наместника. – Если с вами что-нибудь случится, наместник Южных пределов нам этого не простит.

– Вот еще! – Арика резко поднимается со стула. – Я своего мужа не оставлю! – Переводит насмешливый взгляд на Леору. – И по любимой сестричке я соскучилась, это ж сколько времени мы не виделись-то? Нам теперь надо заново привыкать друг к другу, семейный быт налаживать.

– Хороший техномаг нам, может быть, и пригодился бы, – обратился магистр к Леоре, – но и вам, герцогиня, лучше остаться дома с родней.

– Издеваетесь? – девушка слабо улыбнулась. – У меня нет больше родни. Сестричка разве лишь только… – Скептически кивает в сторону дочки наместника.

Столица Восточных пределов имеет свой неповторимый шарм, представляя собой невообразимую смесь древних почти развалин, домов старой постройки, строений модерна и хай-тека.

Мы прибыли сюда вчера и поселились в гостинице, принадлежащей местному представительству ордена. Магистр исчез по каким-то своим делам, бросив мне на прощанье «отдыхайте пока».

Вот мы и бродим всей компанией, осматривая достопримечательности. Команда телохранителей Арики увязалась-таки за нами против воли своей госпожи. Арика хотела было отправить их домой, но я Рамона поддержал, дескать будет кому присмотреть за девушками, если мне придется отлучиться по делам. Ша прячется – не хочет шокировать местную публику. После долгой прогулки мы присмотрели уютный ресторанчик с красивым видом на городскую площадь и дегустируем местные блюда.

Несмотря на то, что в городе чувствуется некоторая тревожность, население ведет себя достаточно спокойно. На улице часто встречаются как Истинные, так и маги. И те и другие стараются не сближаться и лишь бросают друг на друга хмурые взгляды. Телохранители дочки наместника делают вид, что отдыхают, и на глаза нам почти не попадаются, – настоящие профессионалы.

Конфликта между Арикой и Леорой, которого я так опасался, не случилось. Два разумных человека при необходимости всегда могут найти общий язык. Но толика соперничества все же проскальзывает и выражается это причудливым образом. Например, в одежде. В другой ситуации я бы с удовольствием любовался красотой обеих девушек, но постоянное внимание к нашей компании особей мужского пола меня раздражает, серпент в моей душе злобно шипит и то и дело норовит явить себя публике.

В ресторанчик заглянула группа молодых людей. Один из них, неожиданно узнав Арику, направился к нашему столику.

– Приветствую вас, ваше высочество!

Щегольски одетый паренек поцеловал ручку Арике, затем вежливо поклонился герцогине и на мгновение замер, разглядывая меня и пытаясь определить мой статус, но, так и не придя ни к каким выводам, просто кивнул головой.

– Позвольте представить вам мою жену. – Парень призывно машет рукой, и к нам подходит девушка. – Ее зовут Лаура. Не захотела меня отпускать одного, как ни убеждал, что ехать сюда опасно. Легче убедить гарну, чем женщину из племени диких. – Парень сокрушенно вздохнул.

– Скользящий? – Лаура удивленно уставилась на меня. – Вот уж не ожидала встретить тебя здесь. Это мой муж, Валерис, он третий сын наместника Северных пределов. – Дочка шамана схватила паренька под руку.

– Ну, я вроде как тоже из диких… – Арика засмеялась. – У нас не принято отпускать мужей далеко. Это мой муж, лорд Ремион Сцевола, – представила меня дочка наместника. – И я непременно запомню, Валерис, что ты сравнил меня с гарной. – Арика шутливо погрозила пареньку пальцем.

– Валерис – один из моих бывших поклонников. – Дочка наместника кинула насмешливый взгляд в мою сторону. – Был очень настойчив в свое время. Совершенно не понимает слова «нет», пришлось даже пару раз дать ему в глаз.

Валерис проигнорировал шпильку Арики, но я ощутил, что она его больно задела.

– Никогда раньше не слышал про вас, лорд, извините, – в интонациях аристократа явно прозвучал сарказм. – Я командую частями, которые отец прислал на помощь еще по просьбе старого наместника Восточных пределов. К сожалению, мы не застали его в живых. Вы тоже приехали поучаствовать в заварушке? На чьей стороне, если не секрет?

– Не секрет. Я здесь по просьбе ордена. – Пожимаю плечами.

– Думаю, от ордена будет мало проку, маги беспомощны в чистой зоне. Но все же я рад, что мы союзники.

– Да, знаю я, вы предпочитаете слабых союзников… – Усмехаюсь. – Лорд Кезон меня уже просветил.

На совет по выработке плана операции магистр Гольц взял меня с собой. Совет собрался в представительстве ордена. Ша посчитала нужным присутствовать на совете видимым образом. Чтоб уважали и боялись, – пояснила змейка. На меня и на серпенту косятся, но открыто недовольство никто не выражает. Может, действительно побаиваются «злобную магическую тварь», а может, потому что не решаются перечить авторитету магистра. Из моих знакомых помимо Гольца на совете присутствуют лишь Валерис, сын наместника Северных пределов, и отец Лауры Ахден, один из старших шаманов диких.

После предательства новый наместник Восточных пределов ушел порталом в чужой мир. Гвардейцы, оставшись без верховного командования, разделились почти поровну: часть перешла на сторону временного совета, который был создан для управления Восточными пределами, другая часть перешла на сторону Истинных.

План нападения выработали простой. Основное время ушло на согласование деталей взаимодействия между отрядами различных пределов. Артиллерия и авиация объединенных сил подавляет генераторы чистой зоны. После этого ударная группа магов пробивается и захватывает управление порталом, чтобы как можно быстрее отрезать противника от возможной помощи. Затем зачистка и уничтожение всех построек в зоне портала. Все просто. На бумаге. Вот только разведка, посланная в чистую зону, не вернулась, поэтому силы Истинных внутри зоны неизвестны даже приблизительно.

Купол, который я поставил в Хариже против удара Ахдена, очень впечатлил Гольца, а поскольку магистр не любит терять своих людей, моей задачей будет прикрывать отряд магов.

В комнате четверо мужчин и две женщины. Высокий худощавый паренек смакует вино из бокала.

Женщина лет сорока сидит, откинувшись на спинку стула и положив ногу на ногу. Юбка мини задралась, демонстрируя аппетитные полные ляжки. Круглый животик слегка выпирает наружу. Грудь четвертого размера с торчащими сосками, явно не знакомая с лифчиком, вызывающе просвечивает через тонкую блузку. Только внимательный и умный взгляд не соответствует легкомысленному, распутному виду.

Другая женщина одета в стандартный серый балахон мага, рыжие волосы распущены, большие почти что желтые глаза широко распахнуты, смотрят на мир по-детски удивленно. На вид ей лет двадцать пять, симпатичная. Вот только жесткие складки возле кончиков губ выдают, что передо мной вовсе не наивная девочка.

Крупный, квадратного телосложения мужик что-то увлеченно пожирает из здоровенной миски, а в углу стола, уставившись в одну точку, сидит мужчина в характерной одежде шамана.

– Клод! Что так долго? – женщина, та, что демонстрирует ляжки, изобразила капризно надутые губки. – У нас осталось слишком мало времени, чтобы познакомиться с новым мальчиком.

– Это Кассия, – Клод кивнул в сторону женщины. – Наверное, один из самых сильных ментальных магов ордена. И, кроме того, она мастер иллюзий. Не обращай внимания на ее поведение. Как и у большинства магов, у нее скверный характер и куча тараканов в голове. Алессандро, – Клод указал на худощавого паренька, – наш сенсор. Каждый маг нашей звезды прежде всего боевик, но у всех есть особые таланты и специализация. Гелла – наш целитель и маг поддержки. Имеет колоссальный магический резерв. Ольх – основная ударная сила пятерки. Упрям и прямолинеен. Любит пожрать. Сахиб, – Клод указал на шамана, – в нашу боевую звезду не входит, его нам, как и тебя, дали в качестве поддержки. Что он собой представляет, я не знаю. Никогда не работал с шаманами. – Маг пожимает плечами. – Гольц сказал, что он заклинатель, а сам он так и молчит с тех пор, как мы его увидели, и глаза в кучку.

– А это Скользящий, наш маг прикрытия. – Клод представил меня.

На меня уставилось три пары любопытных глаз, только Ольх продолжил жрать, ничего не замечая вокруг, а шаман остался сидеть, уставившись на кончик своего носа.

– Перед каждой серьезной заварушкой у нас традиция – устраиваем оргию. Мы ведь тут почти одна семья! Правда, мальчики? – Кассия обвела «мальчиков» призывным взглядом. – Пять мальчиков и две девочки, будет классно! Ну, что уставился, Скользящий? Если ты не будешь знать достоинств моей попки, откуда тогда возьмется стимул прикрывать ее в бою? Я просто не смогу тебе ее доверить! – Кассия выгнулась почти как кошка.

– Кассия, уймись! Опять ты за свое? – Клод неодобрительно покачал головой.

– Клод, котик! Мы же должны знать, на что способен мальчик! Как командир звезды, ты должен обеспечить слаженность команды! – Кассия обиженно фыркнула.

В комнате возникло серебристое марево, странным образом будоражащее кровь. Ольх наконец оторвался от миски и уставился на Кассию обожающим взглядом, а Алессандро предвкушающе заулыбался. Шаман остался сидеть, как сидел.

– Проще уступить, не отвяжется, – Клод бросает на меня извиняющийся взгляд.

– Гулять так гулять, – улыбаюсь.

Тело превращается в облако, перекидываюсь в серпента. Рядом возникает Ша. Чувствую ее азарт и веселье.

– Ааааа!! – Кассия запрыгивает на стол.

Ша небрежно отражает вверх огненный шар, запущенный Ольхом, в потолке образуется большая дыра. Сыпется пыль и штукатурка. Алессандро поспешно ставит защитный купол. Второй шар направлен в меня, я слегка смещаюсь в сторону, и он с грохотом разносит в щепки входную дверь.

– Вы мне мешаете! – Сахиб нахмурился, мельком оглядел присутствующих, небрежным взмахом руки рассеял ментальное марево и снова собрал глаза в кучку.

– Ну, вот и познакомились. – Клод усаживается на стул. – Гелла, налей мне вон того вина, пожалуйста.

Вот и познакомились… Голова кружится, диван словно на волнах плавно качается. Забористое у местных магов вино оказалось. Ша лежит рядышком, свернувшись в кольцо, положила голову мне грудь.

– Я вот все думаю, как так случилось, что я стал превращаться в серпента? – Задумчиво поглаживаю змейку. – Я что, в реальности теперь серпент?

– В действительности, а не в реальности, – поправляет меня Ша.

– А что, есть разница? – удивленно приподнимаю брови.

– Шшссс… И это говорит серпент, закончивший среднюю школу с отличием! – Ша вздыхает и укоризненно качает головой. – Если слова разные, то и смысл у них разный! Даже у синонимов! Употребление синонимов зависит от контекста. А слова «действительность» и «реальность» и вовсе обозначают совсем разное! Реальность для всех одна, а действительность у каждого своя. Действительность это то, что лежит в поле нашей деятельности. Непосредственная же реальность нам недоступна, с ней мы можем взаимодействовать только через действительность. Вот для примера предположим, что где-то далеко летит планета. Настолько далеко, что путь до нее занимает миллиарды лет. – Серпента задумчиво приподняла голову и посмотрела на разрушенный потолок. – Планета есть в реальности, но в нашей действительности ее нет, потому что ни мы, ни наши потомки никогда не сможем туда добраться. То, что планета существует, никак не влияет на нашу жизнь. Возможно, что на той планете живет симпатичная зеленая змейка, с которой мы могли бы подружиться, возможно даже, что сейчас она тоже лежит пьяная и думает обо мне. Но нам не суждено встретиться… – Ша грустно опустила головку. – Маги могут менять действительность, но не могут проникнуть в реальность. В реальности живут лишь боги, только для них реальность это действительность, а мы познаем реальность с помощью теорий, которые используем в нашей действительности. Само слово «действительность» образуется от слова действовать. – Ша прищурила глазки.

– Ты меня дуришь. – Разочарованно вздыхаю. – Тот молодой серпент Шшсешуи существует или нет? Ведь у него имеется семья. Чьи воспоминания записаны в том камне?

– Твои. – Серпента вздохнула и посмотрела на меня как на безнадежного тупицу. – Там записаны твои воспоминания, а что было в том камне до этого, выяснить уже невозможно, ты его переписал, записанное раньше стерлось. Ты и есть Шшсешуи, другого никогда не было. Если ты появишься в поселении клана серпентов Западного хребта, все узнают тебя как Шшсешуи, в каком бы теле ты ни находился. И мама твоя, герцогиня, тебя признает, и сестрички. А то, что тело серпента Шшсешуи и твое отличаются, то это лишь означает развитие сущности. В школе ты был подростком, а теперь взрослый. Магические разумные существа делятся на виды весьма условно, если сущность усиливается, то тело может меняться. Мы, серпенты, весьма консервативны и стараемся свой вид не менять, но были такие чудики, которые превращались в зверыгов или даже в людей и образ жизни меняли соответственно.

– Моя настоящая мама осталась на далекой планете, – скептически пожимаю плечами.

– Сссссс… – не хотелось бы тебя расстраивать, но подумай как-нибудь на досуге, каким словом называют то, когда душа разлучается с телом. – Ша глубоко вздохнула. – Впрочем, для мага вне категорий это, наверное, не так уж и важно…

На границе чистой зоны заработали пушки и установки залпового огня. Истинные со своей стороны начали контрбатарейную стрельбу. Но маги ордена успешно прикрыли позиции нашей артиллерии и, как только все генераторы, образующие чистую зону, оказались подавлены, сожгли электронику радаров Истинных, после чего стрельба с их стороны перестала быть прицельной, а наши самолеты стали безнаказанно бомбить их позиции, не опасаясь ПВО. Истинные атакуют с помощью автоматизированных самоходок и роботами, их почти сразу сжигают, как только те попадают в зону видимости. Урона машины практически не наносят, пробить защиту магов не могут. Казалось бы, пустая трата ресурсов, но Истинным технику явно не жалко. Жест отчаяния? Может, у них и был шанс закрепиться, пока новый наместник Восточных пределов находился у власти, но они его упустили. Тем не менее количество техники удивляет, ее поток не только не кончается, но и постепенно нарастает. Из разбитой техники создаются защитные коридоры, которые медленно приближаются к нашим позициям. Вряд ли Истинные дураки, на что-то же они должны рассчитывать?

Клод внимательно рассматривает в бинокль результаты артподготовки.

– Ну что там, Котик? – Кассия аккуратно выглянула из воронки, в которой мы временно укрылись.

– Пойдем, как и планировали, сначала к углу здания 17-б через слепую зону, потом проскочим под куполом Цветочный переулок, и мы практически у входа в подземный ход, ведущий к бункеру управления порталом. Темноты ждать не будем, прикроешь нас иллюзией. Как обычно.

На выходе из переулка мы попадаем под мощный перекрестный огонь. Купол, который я выставил заранее, сотрясается от мощных взрывов по всему периметру. Видимость практически нулевая, все заволокло дымом и пылью, двигаться дальше невозможно.

– Что будем делать? – Алессандро нервно следит за границей купола, которая отделяет нас от творящегося за ней хаоса.

– Переждем. – Ольх равнодушно усаживается прямо на камни мостовой и достает откуда-то хлеб и огромный шмат вяленого мяса. – Рано или поздно у них снаряды кончатся.

– Надо двигаться в сторону туннеля. – Гелла пытается рассмотреть хоть что-то в направлении нашего движения. – Если мы остановимся, они закопают нас здесь вместе с куполом.

– А что скажут господа змеи? – Клод посмотрел в мою сторону.

– Надо их всех убить… – Ша появляется рядом со мной и небрежно машет хвостиком.

– Поддерживаю вас, ваше высочество. – Сахиб вдруг прекратил на минуту свое бормотание и сфокусировал взгляд на серпенте. – Пожалуй, я вызову духов.

Если до этого бормотание шамана меня и раздражало, то вот эти завывания и визги, сопровождающиеся резкими дергаными движениями, действуют на нервы уже нестерпимо. Ша наблюдает за действиями Сахиба с тревогой, маги с любопытством. Бубна ему не хватает для полного счастья. Вот только успел подумать, как шаман неуловим движением руки откуда-то прямо из пространства выхватил бубен и начал стучать по нему как помешанный. От неестественно низкого звучания бубна почему-то по-явилась зубная боль и начало ломить кости. Маги, не сговариваясь, бросились к нам со змейкой и образовали небольшой круг.

– Ментальную защиту ставь! Я одна не справлюсь! – Кассия зыркнула на меня совершенно сумасшедшими глазами. – Если не удержим, нам каюк!

Послушно создаю над нами серебристый купол. Если у духов есть хоть малейшее чувство гармонии и если они придут на зов шамана, то я бы на их месте был бы очень зол. Между тем последний взвизг и удар бубна совпадают и обрываются, шаман замирает с распростертыми вверх руками. Бубен непонятно как исчезает прямо в воздухе. Шамана окружают белесые полупрозрачные существа, чем-то напоминающие осьминогов. Щупальца медленно колышутся, словно на ветру.

– Магические пожиратели разума! – в интонациях серпенты смешались ужас и любопытство.

– Забавные, – Ольх откусил от своего бутерброда и с удовольствием зачавкал.

– Два купола не тяжело держать? – Клод глянул на меня озабоченно.

– Да куда ему еще силу-то девать, змею, если девушки его не привлекают… – Кассия приняла позу, подчеркивающую достоинства ее филейной части.

Быстро она от испуга оклемалась. Боевой маг, однако! Между тем фигура шамана покачнулась и рухнула на землю. Пожиратели разума медленно растаяли в воздухе. Алессандро подошел и пнул тушку Сахиба.

– Умер? – обеспокоенно спросила Гелла.

– Живой, гаденыш… – Алессандро состроил недовольную гримасу. – Надо бы добить засранца за такие фокусы. Слишком уж он опасен!

– Пока мы в одной команде, никто никого добивать не будет! – Клод гневно сверкнул глазами. – Гелла, посмотри, что там с ним?

– Истощение, – девушка поводила руками над телом шамана. – Я его подпитаю, очнется минут через двадцать, а пока на себе тащить придется.

Обстрел купола прекратился. Пыль, закрывающая видимость, постепенно осела, стала видна развороченная взрывами площадь. По площади с потерянным видом бродят какие-то люди. Буквально несколько минут назад они пытались нас убить, а теперь сами стали мертвецами. Только живыми. Движения бесцельны, лица бесстрастны, глаза пустые.

Повсюду груды щебня, воронки, мусор. Ша, чтобы не пачкаться, растворилась в моей ауре. Со стороны столицы слышны звуки продолжающегося боя. Ольх недовольно поправил на плече что-то слабо бормочущую тушку шамана. Весь дальнейший путь прошли без приключений. Охрана портала оказалась уже полностью мертва.

– Когда съедается разум, через некоторое время сердце само останавливается, – прокомментировала наличие трупов Гелла.

Через длинный узкий тоннель мы попадаем в большой подземный зал управления порталом. Клод уверенно меняет местами несколько каменных пирамидок, стоящих на постаменте посередине помещения.

– Вот и все! – Маг облегченно вздохнул. – Миссия оказалась даже проще, чем мы рассчитывали. Отдыхаем двадцать минут и идем обратно. Это что еще за фигня?

За нашей спиной раздался неприятный скрежет. Там, где был туннель, через который мы вошли, теперь оказалась ровная стена.

– Сплошной камень! Метров на триста никаких полостей. – Алессандро огладил место, где только что был проход, руками. – Уйти не получится, кто-то запер нас снаружи.

– У меня жратва кончается, – Ольх сбросил с плеча тушку шамана и растерянно сел на пол.

– Сильные духом могут пройти сквозь камень, – подал голос пришедший в себя Сахиб. – Я проведу вас, надо лишь вызвать духов.

– Вот только духов не надо! – нервно отреагировала Кассия.

– Маги ордена должны подойти, они откроют проход, вот только что у нас с воздухом? – Ольх вопросительно взглянул на Алессандро.

– Вентиляция работает… – Алессандро поводил руками по сторонам. – Для воздуха проход есть, только для нас он слишком узкий.

– Мальчики, что насчет того, чтобы скрасить девушкам последние часы жизни? – Кассия начала расстегивать блузку. – Ну же! Пока еще есть силы.

– Кассия! Уймись! – Клод раздраженно повел плечами. – Надо хотя бы кому-то одному выбраться наружу и открыть проход. То, что нас заперли, слишком уж похоже на подставу, поэтому сильно рассчитывать на чужую помощь не стоит.

– Мы с Ремом пролезем без проблем через любую вентиляцию… – Серпента появляется рядом со мной. – Только непонятно, как открыть проход?

– Там наверняка есть какой-нибудь предмет, выделяющийся в магическом спектре, камень или плита. Надо его перенести или нажать, разберетесь по ходу дела. – Клод кивнул головой в сторону вентиляции.

Девочки у серпент, оказывается, гораздо гибче мальчиков. Ша легко проползает по вентиляционным трубам даже там, где они изогнуты под очень острым углом. А вот я несколько раз застрял – это вам не комфортные желоба, построенные серпентами Западного хребта. Грязь, мусор, пыль и вовсе не добавляют приятных ощущений. Хорошо еще, что серпенты не страдают клаустрофобией. В конечном счете мне надоело такое передвижение, и я прошу змейку спрятаться в моей ауре, превращаюсь в магическое облако и так просачиваюсь к самому выходу. И чего сразу не догадался? Наверное, сказываются годами въевшиеся стереотипы. Даже мелкую иритовую решетку, которая закрывает вентиляцию снаружи, не пришлось выламывать.

Вываливаемся мы куда-то на соседнюю улицу. Возвращаю себе человеческую форму, сканирую окрестности поисковым ментальным зрением. Квартал уже прочесывают несколько вооруженных групп. Судя по тому, что среди них встречаются маги, это отряды зачистки – наши союзники. Один из отрядов, состоящий только из магов, расположился недалеко от входа в тоннель.

– Купол поставь и в лоб на них не выходи, – советует змейка. – Любые маги опасны. Часто все решает не сила и умение, а кто первым ударит. Бросят что-нибудь убойное, не разобравшись…

Где-то справа от нас началась стрельба. Вроде бы и зачищать-то в округе уже некого… Меняю планы и сворачиваю в сторону выстрелов. Ша накидывает на нас простенькую маскировку. Перед нами за углом дома отряд из десяти человек.

– Загоняй их вправо, Стив, там тупик. Осторожней, не пристрели раньше времени, а то все развлечение испортишь, – дает указания какому-то Стиву хриплый голос.

– Шустрые сучки, могу и промазать, – бормочет один из загонщиков, видимо Стив.

– Убьешь, оплатишь вечером всему отряду поход в бордель. В борделе и дорого, и список развлечений ограничен, – снова хриплый.

– Капитан, тот парень, что был с ними, которого ты прикончил, кричал, что они из наших, из разведки, – в разговор вмешался кто-то третий.

– Да по хрену мне, сержант, кто они есть, главное, что женского рода. Пока портал не перекрыли, были из наших. А теперь восточные нам больше не «наши». Да и не узнает никто. – Хриплый закашлялся. – Последним будешь в очереди, болтаешь много.

– Что вторым, что последним – разницы никакой. После тебя, капитан, от них все равно одно кровавое месиво останется, – обиженно ворчит сержант.

– Стив, отсекай их от прохода! Ну, кто так стреляет?! Ты что, пьяный с утра? Стив?

– Капитан, у него дырка в голове. Эти суки застрелили Стива.

– Сержант, оставь карабин и возьми винтовку. Обойдите их с Шарком справа, будут как на ладони, им из этого тупика теперь выбраться некуда.

Да, похоже, эти ребята нам уже не союзники. Не знаю, на кого они охотятся, но беспредельщиков не люблю. Выпускаю вокруг серебристое марево, обездвиженные люди беспомощно валятся на землю. Захожу за угол дома, осматриваю место действия.

– Рем? – раздается неуверенный голос из-за кучи щебня и мусора, расположенной вдалеке в углу двора.

– Кисс? – узнаю голос девчонки. – Ты как здесь оказалась?

Из-за кучи щебня поднимается худенькая фигурка. А через пару секунд девчонка уже повисла у меня на шее, захлебываясь слезами.

– Рем, Рем… они Чейза убили!!

– Ну, ну… не плачь, – пытаюсь успокоить девчонку, глажу по волосам.

– Мы решили переехать в столицу, друзья отца помогли устроиться работать в армейскую разведку. Это уже наше пятое задание! Возвращались с миссии, выходили из чистой зоны, а на границе встретили этих… Чейз сказал, что это свои. А они, они… – Девочка протяжно завыла.

Из-за укрытия, откуда вышла Кисс, поднялась вторая фигурка и, держа на прицеле карабина распростертые тела, медленно направилась в нашу сторону. Девушка лет восемнадцати, с аристократическими, идеально правильными чертами лица, передвигается плавно, профессионально. Одета в камуфляж, как и Кисс. И глаза! Большие, фиолетовые! У людей я таких раньше не встречал.

– Вы позволите? – Кивок в сторону лежащих тел.

– Вон тот с капитанскими нашивками мой! – Кисс отпустила мою шею и отпрыгнула в сторону, а ее детские пальчики с невероятной скоростью закрутили невесть откуда взявшийся спецназовский нож.

Кисс увязалась-таки за мной. Незнакомка после некоторых раздумий и колебаний присоединилась к подруге, видимо решив, что такой вариант для нее наиболее безопасный. Девушки мне мешают, с ними незаметно к магам подобраться трудно, но и прогнать их рука не поднимается.

Кстати, надо бы мне запомнить на будущее – девочек обижать нельзя! Особенно знающих анатомию. Те ребята, что остались лежать в подворотне, осознали эту истину слишком поздно. Вид у моих спутниц жутковатый, с ног до макушки перемазались кровью, отвели душу по полной. «Ну, что с них взять? Они же еще дети!» – прокомментировала ситуацию змейка.

С магами, что расположились возле входа в туннель, тоже ситуация непонятная. Это явно не маги ордена. Слабоваты, в орден таких не берут. Множество ярко светящихся в магическом спектре точек говорит о большом количестве имеющихся у них амулетов. Перекрыли подходы к туннелю. От кого и зачем? Сомневаюсь, что получится с ними поговорить, но и убивать сразу неправильно.

Ставлю защиту и выхожу в зону видимости. Разговаривать со мной и вправду не стали, сразу обрушив шквал магических атакующих структур. И откуда столько агрессии к незнакомому человеку? Атаковать в ответ я не спешу, некоторые структуры у них весьма интересны. В средней школе из боевой магии мне только самый минимум показали. Мы, серпенты Западного хребта, вообще очень мирные и неагрессивные существа и воюем крайне редко, так как всех своих соседей в пределах досягаемости давно уже перебили. А тут незнакомая школа боёвки, есть что позаимствовать! А самое интересное – применение атакующих амулетов!

Заклинания ударяются в купол, отчего на его поверхности возникают красивые искорки. Излишки силы впитываются и от купола попадают в ауру, часть энергии усваивает змейка, слышу, как она урчит от удовольствия. Маги увлеклись не на шутку, поэтому и пропустили удар в спину.

Кассия грязно выругалась и встряхнула кистями рук. Вслед за ней прямо из камня, заполняющего проход, вывалились остальные члены команды – Алессандро, Клод, Гелла и Ольх с бесчувственной тушкой шамана через плечо.

– Спасибо, что отвлек их, Скользящий! Сидеть в камне сил уже почти не оставалось, еще бы чуть-чуть, так и остались бы навсегда замурованными, – заплетающимся языком поблагодарил меня Клод.

– Мы его, змея, проход открывать послали, а он вместо этого сразу по бабам пошел! – Кассия заметила моих спутниц. – Малолетки ему нравятся, видите ли! Извращенец!! Клод, котик, ну почему современная молодежь такая распущенная? – Магичка надула губки. – Боевые подруги должны быть всегда на первом месте! А остальные… это уже если силы останутся.

Ольх сбрасывает с плеча тушку шамана и роется в сумках поверженных магов. Наконец находит там что-то съедобное и аппетитно хрустит, причмокивая и запивая из канистры вином, судя по запаху.

– И кто же они такие? – задаюсь вопросом и киваю в сторону тел.

– Похоже, это отряд специального назначения наместника Западных пределов. – Пожимает плечами Алессандро. – Видимо, наместник решил воспользоваться всеобщей неразберихой и взять портал под свой контроль. Но теперь-то, кроме магов ордена, к управлению порталом никто добраться не сможет.

Змейка появляется у моих ног и направляется к валяющимся в отключке противникам. Стаскивает с них амулеты и складывает в кучку, не брезгуя в случае необходимости вывернуть карманы или разорвать балахон и нижнее белье.

– Амулеты – дрянь, а вот некоторые камешки в них очень редкие и очень ценные, из них можно сделать по-настоящему хорошие вещи, если хвост заточен в правильную сторону, – комментирует свои действия Ша. – О! Вот это ожерелье маме при встрече подарю, а вот этот браслетик братику, – приговаривает серпента, отправляя в кучку очередной трофей.

Коалиция по освобождению портала после остановки его работы неожиданно превратилась в сборище разнородных банд. Началась резня всех против всех, грабеж и мародерство. Хотя безумие еще не достигло того беспредела, чтобы наемники решились нападать на магов ордена. Но несколько раз дорогу нам уступили недостаточно быстро и попали под горячую руку шаману. Леденящие кровь вопли несчастных потом еще долго были слышны за спиной. Сахиб, с того момента как пришел в себя, находится не в лучшем настроении, даже бормотание у него стало каким-то раздраженным.

– Обычное последствие длительного магического истощения, – пояснила его состояние Гелла. – Провести отряд из нескольких человек сквозь монолитный камень было очень непросто!

Мы вышли из бывшей чистой зоны и добрались до базы ордена без приключений. Магистр Гольц встретил нас лично.

– Леди Эсмеральда! Какими судьбами? – Магистр явно был удивлен, увидев спутницу Кисс. – Вы ранены?! У вас одежда в крови!

– Один проводник погиб, сама спаслась чудом, – девушка махнула рукой. – Повезло, что наткнулись на боевую звезду ордена, они спасли нас от отморозков. Под их защитой вышли из зоны. А кровь на одежде не моя, не переживайте.

– Позвольте представить вам дочь главы Объединенной корпорации глобальных технологий, леди Эсмеральду с планеты Венда, Истинная. – Гольц повернулся в нашу сторону. – До того как на Венде власть захватила партия ястребов, практически вся торговля с миром Венды велась через эту корпорацию. У меня нет слов, чтобы выразить вам свою благодарность за ее спасение! – Магистр явно очень взволнован и доволен.

Арика попробовала поднять сумку и поморщилась. Рядом стоит почти такой же тяжелый рюкзак Леоры. И когда успели набрать столько шмоток? Чтобы я их еще одних пустил в магазин без присмотра? Да ни в жисть! Рамон, усмехаясь, подпирает косяк двери, наблюдает за сборами. Змейка подкидывает хвостиком свой увесистый узелок с трофеями, и он исчезает прямо в воздухе. Работу с пространством проходят в серпентской академии лишь на четвертом курсе. У меня такой пространственный карман не получается, хоть ты тресни! Просил серпенту научить, так Ша в ответ сделала круглые удивленные глаза и спросила:

– А у тебя есть что-нибудь ценное? Так давай мне на хранение, у меня не пропадет! – И хвостиком так умильно помахивает.

Я посмотрел в ее хитрые глазки и подумал: «Не-е, ну ее… лучше сам научусь».

В комнату вошла Кисс.

– И куда это ты собрался? – грозно нахмурила брови. – Без меня!

Девчонка стала большой проблемой. Буквально преследует меня повсюду. И обидеть ее не хочется – сирота все-таки, и с собой брать неразумно.

– А давай тебя замуж выдадим? За Рамона! – озвучиваю неожиданно пришедшую в голову идею. – Парень умный, красивый, холостой, может и за себя постоять, и тебя защитить.

– Что-о-о?! – Кисс неожиданно оказывается рядом, и ее маленький кулачок больно бьет меня по ребрам. Я даже среагировать не успеваю! – Не хочешь брать в жены? Ну и ладно! Буду твоей дочкой! Ну, пока мне восемнадцати нет…

– А что? Пусть будет дочкой. Она прикольная, – усмехается дочка наместника.

Рамона и его команду мы оставили в столице Южных пределов. Теперь домой! Больше никаких миссий! Пусть без меня разбираются со своими проблемами. Джип равномерно и уверенно пожирает дорогу. Скоро закончатся человеческие поселения и передвигаться на машине станет сложнее. А потом и вовсе придется ее бросить. А может, и не буду бросать – в карман положу. Я все-таки освоил заклинание пространственного кармана. Только как обычно где-то что-то напутал, и карман получился каким-то уж совсем нестандартным. Сотня джипов там точно поместятся, а может, и не одна сотня. Определить размер кармана не получилось. Теперь Ша завидует и просит научить ее делать такой же. А вот фиг ей! Я злопамятный.

Девочки расположились на заднем сиденье, щебечут о чем-то своем, о девичьем. Арика с Леорой уже в пятый или в шестой раз рассказывают Кисс о наших приключениях на Зверином озере и о том, как они со мной познакомились. Кисс ахает, охает и требует все новых подробностей. Особый восторг у нее вызывает битва со зверыгом. Ша сидит рядом со мной на переднем сиденье джипа, смотрит в окошко.

А вот и последний населенный пункт показался на горизонте. Там мы отдохнем, запасемся провизией и затем двинемся дальше. Провизия в пространственном кармане не портится, там вообще время замирает, когда он схлопнут.

Магическую пустошь мы обошли с краю по владениям королевы Сшасары. Соклановцы Ша в самой пустоши не живут, но их владения примыкают к самой ее границе. Весьма обширные и плодородные, кстати, владения, полные дичи и высоким, но мягким и спокойным магическим фоном, почти идеальным для жизни серпент. Никто нас не побеспокоил. Ша несколько раз отлучалась на охоту, но я подозреваю, что ей очень хотелось увидеться и пообщаться с родственниками. Я слышал обрывки разговоров змейки по нашей магической связи.

Вдалеке уже видна цепь холмов. Если идти вдоль этой цепи, холмы поднимаются все выше и выше, пока не превратятся в настоящие горы с вершинами в белых шапках. По какому-то недоразумению эти горы назвали Западным хребтом. Горы Западного хребта есть и на западе, и на юге, и даже на востоке, они тянутся на многие тысячи километров. Нам надо пересечь цепочку холмов и углубиться в магический лес. Лес огромен, и где расположена его другая граница, неизвестно. Никому до сих пор не удавалось пройти этот лес и вернуться назад. Или, может быть, эти герои пожелали остаться неизвестными. Оазис находится в лесу, и отыскать его можно лишь по вектору магического поля.

Любуюсь закатом… Небо окрасилось в непривычный золотистый цвет; лес, покрывающий холмы вдалеке, почему-то кажется синим, хотя я знаю, что на самом деле он зеленый.

«Паршивец! Ты почему не сообщил матери о своем местонахождении! Почему все последние новости о собственном сыне я узнаю из третьих рук от королевы Сшасары?! Сбежал из дому, спрятался так, что ни одно поисковое заклинание не может его обнаружить! Болтается несколько лет не пойми где! Пропустил экзамены в академию. – Ментальные вопли разъяренной серпенты буквально взрывают мой мозг. – И почему о предстоящей военной кампании по захвату нового домена я узнаю от серпенты другого клана, а не от собственного сына?! Ну, погоди! Не посмотрю, что ты уже взрослый, вернешься домой, всыплю как следует!»

Накладываю маскировку на ауру и потихоньку исчезаю из магического эфира. В голове шумит, в глазах все расплывается. Маменька Шшсешуи страшна в гневе. Кажется, ареал обитания серпентов Западного хребта лучше обойти по большой дуге. Холмы придется проскочить по-быстрому. Серпента про какую-то военную кампанию говорила. Не хватало для полного счастья еще и в разборках местного зверинца поучаствовать!

Пока девушки готовят место для ночлега и жарят мясо кабанчика, добытого змейкой, Ша свернулась кольцом, греется в лучах заходящего солнышка, разомлела. Косит на меня любопытным глазом.

– Ты выглядишь нервным, – змейка наклоняет головку набок.

– Станешь тут нервным… Со мной мамочка Шшсешуи связалась. – Тру ладонями виски.

– Достойная змея, – Ша кивает головой. – Герцогиню многие боятся, но тебе она точно вреда не причинит. Дети у серпент это святое! Впрочем, ты и сам это знаешь не хуже меня. Соскучился по мамочке?

– Да вроде нет пока… – Внимательно смотрю на змейку. Пытаюсь понять, серьезно она спрашивает или издевается?

Кажется, холмы удалось проскочить незамеченными. Все свои невеликие умения вложил в маскировку. Никто даже не попытался со мной ментально связаться.

– Тут недалеко есть прелестное озеро, может, искупаемся? – Ша умильно заглядывает мне в глаза. – Рыбки наловим.

Та моя часть, которая ощущает себя серпентом, прямо-таки дрожит от желания поплавать. У истинных серпент две страсти – охота и плавание. А плавание часто совмещается с охотой.

– Ладно, только недолго. – Вздыхаю, и мы поворачиваем в сторону озера.

Леоре, Арике и Кисс тоже нужен отдых, хотя девушки стараются ничем не выдавать усталость. Но я-то их состояние чувствую. По привычке сканирую пространство вокруг, во всех доступных мне спектрах. А это что еще за размытое пятно вон за теми кустиками? Удивительно знакомое пятно! За годы жизни в теле Шшсешуи я привык на автомате отслеживать положение этого пятна и держаться от него на безопасном расстоянии. И как, интересно, оно здесь оказалось? Надо сказать, у пятна явно наметился существенный прогресс, оно стало гораздо менее заметным и обнаружить его нелегко. Вот только и способности Шшсешуи не стоят на месте. Мгновенно выпускаю магические щупы! Ага, есть! Попалась!

– Ай, ай, ай!! Братик, совсем сбрендил?! Так нечестно! Ты не должен был меня заметить!! Я бы напала сзади, и все было бы по-честному! А ну, отпусти меня немедленно!

Вытаскиваю Шиссаю из кустов за хвост. Серпента упирается изо всех сил, но сила на моей стороне.

– Ты как здесь оказалась? – Поднимаю магическим щупом Шиссаю вверх так, что ее голова раскачивается перед моим носом.

– Я пришла к братику, я так по нему соскучилась, а он… а он… совсем меня не любит! Обижает! Дергает за хвостик! – Змейка смотрит жалобно-жалобно, даже слезки закапали. Если бы не знал ее как облупленную, обязательно поверил бы в этот спектакль. – А Шиссая так хотела помочь братику захватить новый ареал на далекой планете!

– Что?! Какой еще ареал? На какой такой далекой планете?! Ты что несешь?

От удивления слегка ослабляю хватку, чем немедленно пользуется сестричка, вырывается из захвата и отскакивает от меня на безопасное расстояние. Слезки мгновенно высохли.

– Ну, так все в клане знают, что Шшсешуи собирается захватить для нас целую планету! Для освоения нового домена уже формируется отряд добровольцев из нашего клана и из клана серпент пустоши. А меня не приняли, говорят, что маленькая еще! А я великая охотница и воительница, со мной даже братик боится связываться! А они мне не верят! Возьмешь меня с собой? – Уставилась на меня и глазками хлопает.

– Ух, ты! У Рема еще одна змея есть, оказывается! – Кисс восторженно взмахнула руками.

– Не змея, а серпента, – Ша закатила глазки. – И Рему она приходится родной сестрой!

– А мне, стало быть, тетушкой, – Кисс понятливо качает головой и ухмыляется.

– Ну, да… – Ша на минуту задумалась, и кивнула. – Тебе, стало быть, тетушкой. Поэтому не смей называть ее змеей! И меня тоже.

– Чушь какая! Никакой ареал я захватывать не собираюсь. Ползи домой! – Грозно смотрю на Шиссаю.

– Не-е, я с тобой пойду, с тобой интересно, – серпента высунула язык. – Вдруг ты передумаешь и все-таки пойдешь захватывать домен, – и смотрит на меня нагло-нагло.

Ну, и за какие грехи мне такое наказание?!

Озеро великолепно! Легко скольжу по его поверхности, моя золотистая чешуя блестит и переливается на солнышке. Вода абсолютно прозрачная и холодная. Холодная для человека, а вот для серпенты – сплошное блаженство! Где-то там глубоко на самом дне в камнях и водорослях прячется очередная рыбина. Ныряю, работаю хвостом изо всех сил, рыбина пытается сбежать, но у нее нет ни единого шанса, хватаю ее челюстями поперек туловища. Сом! Килограммов двадцать! Мог бы и магическим щупом его достать, но это неспортивно, и совсем не то удовольствие от охоты. Всплываю и небрежным кивком выкидываю сома на берег. Следом за сомом по высокой дуге летит еще одна рыбина. Щука! Змейка времени зря не теряет. Успеваю мельком рассмотреть Дашину добычу и снова ныряю.

Девочки купаются в небольшой заводи возле берега, там неглубоко и вода хорошо прогревается солнцем. Странные выверты у женской психологии, пока я в человеческом теле, раздеваться они стесняются, даже Арика, – одно дело в интимной обстановке, совсем другое на публике. Но стоило мне перекинуться в змея, они совершенно спокойно плещутся нагишом, как будто в теле серпенты я и не человек вовсе. Кисс плавает верхом на Шиссае, что-то подозрительно быстро они сдружились. Интересно, против кого? Лучше об этом даже не думать… Вон, кстати, еще одна рыбина, снова ныряю.

Очень вкусно! Жареная рыбка пахнет изумительно. Ша и Шиссая предпочитают сырую, а мне нравится жареная. Хорошо после сытного обеда поваляться на солнышке. Рядом на песок садится Леора, чувствую, что девушку что-то тревожит.

– Что-то случилось? – вздыхаю.

– Пока нет, но может случиться, – девушка явно не в духе. – Что ты знаешь о магии?

– Достаточно много, по меркам человеческих магов, – усмехаюсь. – Что именно тебя интересует? – поворачиваюсь, чтобы лучше видеть лицо собеседницы.

– Ты не понимаешь главного! Магия очень коварная вещь. Очень! Человеку нельзя превращаться в другие виды! Ты, конечно, понимаешь, что мышление любого разумного имеет форму и содержание. Элементами мышления являются понятия, которые формируются в результате прожитого опыта. Мир существует по неизменным и разумным законам, благодаря чему понятия у нас в голове связываются логикой. Если понятия вдруг становятся нестабильными, человек сходит с ума. Наш разум опирается на здравый смысл, а здравому смыслу нужен предсказуемый внешний мир.

– И что из этого следует? – интересуюсь я.

– Понятия мага не могут полностью опираться лишь на окружающий мир! Так как магия сама меняет и подстраивает мир под понятия мага, тем самым лишая его рассудок опоры.

– Я схожу с ума? – Скептически приподнимаю брови.

– Пока еще нет. У тебя удивительно прочная душа. Но у любой прочности есть предел. – Леора выглядит напуганной. – На территории четырех пределов магический фон сравнительно низкий, опасности даже для очень сильных магов нет. Но там, где магический фон высок, реальность и сознание мага могут смешаться. Это опасно не только для мага, но и для всех, кто находится с ним рядом.

– От этого существует защита? – Беспокойство девушки становится мне понятным.

– Если Оазис существует, то уровень магии там должен зашкаливать. Понимаю, что отговаривать тебя идти туда бесполезно. Но хотя бы в серпенту без крайней необходимости не превращайся. Привычное тело – хоть какой-то якорь для разума.

– Шшссс… Мой братик серпент! У него теперь золотистая шкурка! – Шиссая подслушала наш разговор. – Мой братик самый сильный! Он вообще никого кроме меня не боится! Мама сказала, что Шшсешуи превращается в человека из детского баловства и любопытства, и с возрастом это пройдет!

Леора грустно вздыхает, качает головой, встает и уходит заниматься посудой, а я размышляю над ее словами.

Ну, вот задумался, а как следствие расслабился. Тут-то «мамочка» со мной и связалась. В голове возникает ее голос.

«Малыш, где вы сейчас? Шиссая с тобой?» – интонации у серпенты встревоженные.

«Мы купались в озере, Шиссая лежит рядышком, греется на солнышке. Только ты ведь знаешь, она меня совершенно не слушается. Отправить ее домой у меня не получилось». – Тяжело вздыхаю.

«И хорошо, что не получилось! Добираться домой в одиночку сейчас опасно. Наши пограничные патрули заметили крупную стаю гарн. Летающие ящерицы нарушили столетнее перемирие и вторглись в наш ареал обитания. Поэтому оставаться на открытой местности нельзя. Уходите к лесу! И присмотри там за сестрой… А мы пока встретим этих крылатых уродцев и умножим их численность… на ноль…» – серпента прервала связь.

– Гарны напали! Быстро собираемся и уходим к лесу! – Вскакиваю и торопливо натягиваю одежду.

– Не спеши… – Ша кладет хвостик мне на плечо. – Мы сейчас находимся почти на границе трех ареалов: серпент пустоши, серпент Западного хребта и скалистой долины гарн. Долина гарн существенно ближе, чем лес, мы не успеваем спрятаться.

– Шиссая не будет прятаться, когда клан в опасности! Шиссая будет сражаться! – Маленькая серпента воинственно бьет хвостом и шипит.

– Тетушка Шиссая! Сражаться, конечно, можно, но это будет очень глупо и очень недолго. – Кисс пытается образумить мою сестренку.

– Можно никуда не ходить, а просто отсидеться под куполом. Сил хватит, у меня есть парочка отличных артефактов. Я к походу в Оазис готовилась. – Леора достает из рюкзака какие-то коробочки.

– Шиссая не будет сидеть под куполом! – возмущается змейка.

– Рем, ты же у нас полковник, придумай что-нибудь! – Арика улыбается, ситуация ее забавляет.

– Если бы не дети… – смотрю на Шиссаю.

– Ну да, дети… Злобная магическая тварь и обученный диверсант из армейской разведки Восточных пределов… – Кисс насмешливо фыркает.

– Если бы не дети… – строго смотрю на Кисс, – думаю, гарнам сильно бы не понравилось, если бы в их гнездах начали колоть яйца. Они магические твари и мгновенно это почувствуют. Им сразу станет не до нападения на ареал… У нас есть отличная возможность прогуляться по их территории, сейчас там вряд ли осталось много взрослых особей. – Пожимаю плечами. – Если бы не дети…

– Братик, братик! Я не дети! Братик, не обижай Шиссаю! – Серпента даже подпрыгивает от возмущения.

– А «не дети» должны понимать, что командир у отряда может быть только один и приказы в боевой обстановке выполняются мгновенно! – Давлю на змейку ментально серебристым щупом.

По дороге в долину нам попалось несколько крупных стай тварей, направляющихся в ареал серпент. Мы маскировались, как могли, и они нас либо не заметили, либо не посчитали нужным отвлекаться от основной цели. Однако гарны были вовсе не такими тупыми тварями, их пограничные патрули оказались на месте. И стоило нам перейти границу долины, как нас атаковали.

Старый проверенный «хариган», заранее извлеченный из пространственного кармана, не подвел. Восемнадцать патронов магазина расстрелял за десять секунд и еще добавил семь выстрелов с пустым магазином. Чувствую, как в момент нажатия на спусковой крючок в пустом патроннике появляется новый патрон. Пуля по стволу идет идеально мягко, и звук выстрела отличается. Человеческим ухом разницы не заметить, но я ее слышу. В старом мире у меня был знакомый снайпер со странной кличкой Романтик, он всегда отстреливал из коробки пару патронов, чтобы понять качество именно этой серии. Говорил, что чувствует, как пуля идет по стволу, и по этим ощущениям подбирал патроны в свой арсенал. Я ему тогда не верил, а теперь сам это отлично чувствую.

Двадцать две твари умерли сразу, я проглотил их ауру. Излишками силы щедро поделился с фамильяром. Еще трех пришлось добивать, одной пуля попала в шею, двум другим в голову, но, видимо, мозг у этих особей оказался не жизненно важным органом.

– Братик, братик! А можно я у этой ящерки зубики заберу для бусиков? – Шиссая обнаружила здоровенную мертвую гарну с необычным синеватым оттенком кожи. И не дожидаясь моего разрешения начала быстренько выдирать трофеи.

Темно-зеленая чешуя, огромные перепончатые крылья, тело и морда как у ящера, но клыки как у млекопитающих. И рожки на голове выгнутые вперед, у дамочек поменьше, у кавалеров побольше, но у тех и других одинаково острые. Я пнул ногой тушку очередной твари, чтобы перевернуть ее на спину и рассмотреть конечности. Передние лапы имеют кисти с развитыми когтистыми пальцами. Такими, пожалуй, и столовыми приборами можно пользоваться. В больших желтых глазах с вертикальным зрачком застыла ненависть.

– Заканчивайте! Времени у нас мало. Я вам потом еще таких настреляю. – Недовольно смотрю в сторону девушек, слишком уж увлекшихся разделкой тварей. – А если доберемся до Оазиса, то магические артефакты нам и вовсе будут не нужны.

– Артефакты всегда нужны, – Леора с сожалением оставила уже почти допиленный рог, – но времени у нас действительно мало.

По мере приближения к скалам на нас напали еще несколько раз, но группы гарн были уже небольшие и опасности не представляли.

Гнездовья тварей оказались расположены на отвесных выступах скалистых стен. Их отчетливо видно в магическом спектре. Гнезд огромное количество, целый город. Человеку добраться до них почти невозможно. В моем родном мире уроки альпинизма никогда не доставляли мне особого удовольствия, хотя необходимые зачеты сдать пришлось. Здесь же веревку, крюки и карабины заменяют магические щупы. Серпенты отлично лазают – как по деревьям, так и по отвесным скалам – благодаря магии. Шшсешуи частенько играл со сверстниками в скалах.

Пока я смотрел вверх, Шиссая уже добралась до первого карниза, и я с трудом уклоняюсь от первого брошенного в меня яйца гарны. Зеленое яйцо размером со среднюю дыню пролетело в опасной близости от моей головы, хлюпнуло о камень и растеклось противно пахнущей жижей.

– Не зевай, братик. – Яйца полетели в большом количестве сразу с двух сторон. Ша тоже наконец-то добралась до гнезд.

Ставлю на всякий случай защитный купол. Судя по той скорости, с которой перемещаются стаи тварей, примерно час-полтора в запасе у нас есть.

– А ну спускайтесь оттуда! Так вы за неделю не управитесь! – Бью магическим щупом в точку напряжения породы и обрушиваю сразу целый утес, облепленный гнездами.

– Братик, братик! Подожди ломать, тут пещерка интересная есть! – Шиссая кричит откуда-то сверху уже со следующего карниза.

– Ага, похоже на склад магической лаборатории, тут столько всего ценного! – подтверждает находку Ша. – Забирайся сюда, я одна все не унесу. Мама будет очень довольна!

Забираюсь на скалу сам и помогаю подняться Леоре, нашему главному эксперту по магическим артефактам.

Большая пещера с выдолбленными нишами вся завалена какими-то предметами.

– Рем, вот это надо забрать в первую очередь… – Ша указывает на кучку камешков, излучающих мощную энергетику. – И вот это в первую очередь, и вон те в первую очередь, а этому вообще цены нет, это тоже в первую очередь. – Похоже, змейка совсем ошалела от найденного богатства. – Держи открытым свой пространственный карман, я буду туда сваливать, свои карманы я уже полностью заполнила.

Разнообразие и количество магических артефактов поражает. Моего серпентского школьного образования хватает лишь, чтобы опознать наиболее ценные и известные. Интересно, сколько времени гарны собирали и стаскивали их сюда? А вот эта куча камешков, наверное, будет больше интересна ювелирам, чем магам. В моем мире на них пол-империи скупить можно. Вот только не уверен, что удастся их туда унести. Любуюсь большим изумрудом уникального оттенка.

– Это брать не стоит, – безапелляционно заявляет змейка, – в них нет магии. Эти бестолковые ящерицы слишком падки на блестящие безделушки. Ты и сам таких камней смог бы наделать, если бы не ленился и изучил те книги, что я тебе давала.

– Пусть будут, места в кармане много, – пожимаю плечами.

– Ой, братик! Здесь ящерки свои книжечки сложили. – Шиссая выволакивает из ниши какой-то мешок.

– Книги гарн надо уничтожить, – Леора встала на моем пути к находке Шиссаи. – Не хватало нам только еще, чтобы ты в гарну начал превращаться!

– Уничтожать книги это варварство! Отдадим специалистам, – не соглашаюсь с герцогиней, – не буду я их читать, не переживай.

– О! А это камень силы! До твоей Слезы Кали ему далеко, конечно, но вещь тоже очень редкая… – Ша внимательно рассматривает какой-то синий кристалл размером с кулак. – Если бы у мамы был такой, то нестабильность энергетического каркаса в свое время мне бы вовсе не грозила. – Змейка грустно вздыхает.

– А это что за водичка в баночках? – Шиссая забралась на очередную полку. – Пахнет очень вкусно!

– Это не водичка. – Ша закатила глазки, выражая свое отношение к столь вопиющему невежеству. – Это магическая эссенция. Сильным магам она почти без надобности, а вот любой слабый маг за такую баночку душу продаст! Эссенция усиливает магическую составляющую души, насколько у той хватит прочности.

– Племяшку заставлю выпить, – понятливо кивает сестричка, – она у меня совсем слабенькая, на поверхности озера с помощью магии держаться не умеет. Станет нормальным магом, поплаваем с ней наперегонки и нырять ее заставлю.

– Ну, я бы тоже от глоточка не отказалась, – улыбается Леора, – и Арика, думаю, с удовольствием выпьет капельку.

– Тут ее очень много… – Ша покачивает головой и обводит глазами стеллаж. – Теперь понятно, почему эти твари так сильно размножились в последнее время.

– Гарны уже почувствовали гибель яиц и скоро должны вернуться, заканчивайте быстрее, – командую, прислушиваясь к своим ощущениям.

Далеко на границе своего восприятия замечаю большую стаю возвращающихся тварей.

Избежать встречи с разъяренными гарнами уже никак не получается, но выбрать удачное место для обороны я все-таки успеваю. Площадка окружена острыми каменными пиками, которые мешают полету гарн на скорости, но совершенно не мешают мне для прицельной стрельбы. В случае необходимости можно отойти и укрыться в узких коридорах между скалами. Воевать на земле гарны приспособлены плохо. Продержимся некоторое время, а там и серпенты подтянутся.

– Вот уж не думала, что их будет столько! – Шиссая с тревогой посмотрела на небо.

Землю накрыла тень от огромного количества летающих тварей. Самые быстрые уже начали пробовать мой защитный купол на прочность. Пока безуспешно. Налетают и с визгом отскакивают. Стрелять можно не целясь, в какую-нибудь да попадешь. Довольно быстро осознаю бесполезность этого занятия. У меня скорее палец от нажатия на спусковой крючок отвалится, чем я нанесу им сколько-нибудь значительный урон. Уже почти сотню сбил, только их меньше не стало. Но и гарны наконец осознали невозможность до нас добраться. Кружат теперь на безопасном расстоянии, чего-то выжидают, атаковать больше не спешат. Кажется, они совещаются.

Замечаю отдельно приближающуюся к поверхности купола стаю из двенадцати тварей. Гарны крупные, с синеватым отливом кожи. Летят не толпой, как в начале, но прямо в полете образовали магическую защитную структуру. Как только стая приблизилась, стреляю, но пробить их защиту у меня не получается. Очевидно, против них карабин не поможет. Гарны спокойно располагаются на поверхности купола и деловито исследуют его структуру, переговариваются и покусывают купол то в одном месте, то в другом. Никуда не торопятся.

Чувствую, как постепенно ослабевает моя защита. В последний момент, когда купол уже начал распадаться, отпускаю его и мгновенно создаю новый. Гарны хладнокровно, уже со знанием дела, продолжают свою деятельность. Я силы трачу, а они нет. Разрушают слой за слоем – шесть минут на один купол.

– Рем, в теле серпенты у тебя больше шансов. – Ша слегка ударяет меня хвостиком по ноге. – Ты же сир! Золотистые серпенты обладают магией смерти! Их боятся все без исключения, даже драконы! Ты должен справиться с десятком ящериц.

Не знаю почему, но в теле серпенты магия мне действительно дается легче. Перекидываюсь в змею. Давлю на гарн ментально. Твари забеспокоились, в их защите появляется серебристый оттенок, однако продолжают грызть купол за куполом.

Если безмозглые ящерицы смогли разобраться с моим куполом, то почему я не могу разобраться с их защитой? Сгущаю вокруг них ментальное поле; чем плотнее поле, тем лучше я вижу магические структуры. Магическое поле становится частью моего зрения, это продолжение моей души. Детально вижу уже не только структуру защиты гарн, но даже структуру их аур. Прогрызли очередной слой. Сволочи.

А вот следующий купол я готовлю уже с подвохом. Он содержит узоры, повторяющие некоторые из простейших узоров аур летающих ящериц. Всю их структуру мне повторить, конечно, не под силу – слишком уж она сложная. Самому интересно, что из этого выйдет.

Результат превзошел все мои ожидания. Гарны, не заподозрив подвоха, вцепились в очередной купол, между аурами тварей и новым куполом происходит взаимодействие из-за схожести их базовых структур. Купол сначала выпивает их магическую силу, а затем и жизненную. Мертвые тушки гарн соскальзывают вниз, а я ощущаю огромный прилив сил. Вплетаю те же структуры в ментальное поле, пытаюсь охватить вокруг себя как можно больше пространства. Вижу, как ауры особей, попавших под это воздействие, начинают буквально растворяться, мертвые тушки дождем падают на землю. С трудом справляюсь с мощным потоком вливающейся силы. Перенаправляю его в Слезу Кали, камень нагревается и стремительно растет. Остатки тварей пытаются спастись бегством, но почти на границе зоны моей чувствительности вижу, как возникают телепорты, откуда появляются боевые отряды серпент. Удирающие гарны становятся их легкой добычей. Группы серпент по пять-шесть особей, объединившись, создают тонкие магические щупы, которыми буквально режут ящериц прямо в воздухе.

– У тебя получилось! Ты освоил магию смерти! – Ша в полном восторге.

– Что еще за магия смерти? – смотрю на змейку, нервно помахивая хвостом.

– Ну… я не знаю… – Ша смущенно потупила глазки. – Никогда раньше о такой магии не слышала. Я обычная зеленая серпента. Ситуация была безвыходная, поэтому я придумала такое название, ну а поскольку ты сир, то сумел наполнить его содержанием. Раз ты эту магию освоил, вот теперь и объясни нам, что это такое.

Нет, я точно с этими змеями с ума сойду.

– Шшсешуи! Малыш! Ты возмужал за то время, что мы не виделись. Прямо-таки вылитый отец стал! Золотистая кожа, даже узоры почти такие же, как у него! – «Мамочка» ласково провела носом по моей шкурке. – Он бы очень тобой гордился! Жаль, что он так рано и так нелепо погиб и не может тебя сейчас увидеть. – Серпента грустно вздохнула. – Не буду отнимать у тебя время, иди, празднуй. Заслужил! А мне с королевой Сшасарой надо обсудить судьбу территории бывшего ареала гарн. – Герцогиня окуталась дымкой и исчезла.

С некоторой завистью смотрю на то место, где она только что сидела. Видимо, не судьба мне на-учиться телепортации. Ремиону Сцеволе магия вроде как и не нужна вовсе, а вот Шшсешуи где-то глубоко внутри расстроен, мечтал ведь учиться в академии.

Остатки гнезд и яйца гарн были уничтожены с особой тщательностью. Серпенты шумно празднуют победу. Даже песни на радостях горланят. Человеческому уху выдержать такое пение сложно. Жуть берет от их вокала, слишком много в нем инфразвука. Но Шшсешуи нравится. Гармония в их пении, безусловно, есть, хотя и абсолютно чуждая людям. Кое-где попадаются пьяные тушки серпент. Вообще-то мы существа весьма воздержанные, но сегодня особенный день, сегодня можно. Возвращаюсь к своему костерку.

Леора почесывает голову Ша, которую та положила ей на колени. Змейка разомлела и выражает полное довольство, то ли от почесывания, то ли от выпитого вина. Арика и Кисс пытаются повторить за Шиссаей какую-то фразу по-серпентски, чем приводят сестричку в неописуемый восторг. В какой-то момент вдруг замечаю, что рядом с костром появилось новое лицо. Старик в белом балахоне, обхватив руками колени, сидит у нашего костерка и задумчиво смотрит на огонь.

– Ты кто? – Шиссая тоже заметила старика и агрессивно зашипела.

– Позвольте представить вам Белого Странника. – Вижу, как расширились от удивления глаза Леоры. – Ты не верила в его существование, – смотрю на герцогиню, – можешь теперь его потрогать.

– Потрогать, это уже лишнее… – Старик ухмыляется. – Решил наведаться в Оазис, Скользящий? – Белый Странник перевел на меня взгляд.

– Почему бы и нет? – Делаю взмах хвостом.

– Пошли? – Старик встает на ноги.

– Пошли. – Киваю и пускаю кольца по телу.

– Я одного его не отпущу! – Арика кидается ко мне. – Он мой муж!

– И мой тоже! – Леора прижимается к моему боку.

– Он мой хозяин! – Ша оказывается рядом и зло шипит на Белого Странника.

– Он мой братик, мне с ним прикольно! – Шиссая присоединяется к Ша.

– Он мой папочка, ну пока мне восемнадцати нет… – Кисс кокетливо улыбается и обнимает меня за туловище.

– Вас не приглашали, – Странник с сомнением качает головой. – Впрочем, пусть она сама решает, что с вами делать, – небрежно машет рукой. – Только, прежде чем пойти за Скользящим, подумайте, готовы ли вы умереть? – Взгляд старика становится страшным и бездонным.

Белый Странник резко поднимает руку и, словно разрезая ткань пространства, открывает проход. В последний момент вспоминаю совет Леоры и возвращаю себе человеческое тело. Делаю глубокий вдох и переступаю черту. Мир превращается в цветные пятна, какофонию запахов и звуков.

Трудно дышать. Воздух наполнен Силой настолько, что она кажется материальной. Вижу собственную ауру, она впитывает магию словно губка. Аура стремительно меняется, ее структура делается все более тонкой и сложной. Постепенно дышать становится легче, начинаю различать окружающие предметы.

Поляна, окруженная удивительными цветущими растениями. Очень красиво. Посередине поляны находится небольшой бассейн с невысокой каменной оградкой. На мраморной скамейке возле оградки сидит женщина, я сразу узнаю ее. Та самая, что помогла мне разрушить портал. Теперь я могу ее как следует рассмотреть. Красавица! Похожа на королеву из сказки. Рядом стоит светловолосый мужчина, лет тридцати на вид, одетый в щегольский мундир военного покроя. Его я тоже узнаю – Белый Странник, возраст и внешний вид не могут меня обмануть.

– Очухался? – Белый Странник вопросительно приподнимает бровь.

Киваю в ответ.

– Тебе не понравилась моя планета? – Женщина хмурится. – Решил вернуться домой?

– Планета чудесная, леди. Но дома остались незавершенные дела… Вы можете мне помочь?

– У всего есть своя цена, Скользящий. Чем ты готов пожертвовать, чтобы вернуться? – Смотрит на меня внимательно. – Фамильяром? Сестричкой? Может быть, своими женщинами? Готов разменять их жизни на возвращение домой?

Молчу, пальцы сжимаются в кулаки.

– Хватит пугать мальчика, Каллиста. – Белый Странник неодобрительно качает головой.

– Дай мне камень, – женщина требовательно протягивает руку.

Кладу ей на ладонь Слезу Кали. За то время, что камень был у меня, он сильно вырос, стал размером почти с человеческую голову и цвет с прозрачно-голубого сменил на насыщенный темно-синий.

Каллиста внимательно рассматривает камень.

– Знаешь, что это такое, Скользящий? – Мой ответ ее, конечно, не интересует. – Это семечко! Ты славно над ним поработал. Когда-то очень давно Белый Странник принес на эту планету такое же семечко, из которого я родилась. Семечко проросло, и на планете появилась магия. Я стала Воплощением магии и Душой планеты. Ты окажешь нам услугу, посадишь это семечко на своей планете. Это будет условием твоего возвращения! Из него родится новое Воплощение, а вы станете ее семьей и Хранителями. Пока семечко не набрало силы, оно будет очень уязвимо. Вам придется его защищать и оберегать. Это очень непросто в новом мире. Место, где будет посажено семя, станет магическим Оазисом твоей планеты.

Семя развивается в немагическом мире медленно, постепенно меняя природу материи и пространства планеты, добавляя в саму сущность вещества магическую компоненту. Магию надо вырастить и воспитать, лучше всего для этого подходит любящая семья, ведь никому не надо, чтобы Воплощение магии выросло злобным монстром, а всякому существу требуется забота и любовь. – Она ласково смотрит на Белого Странника.

Каллиста ткнула ножом в мою ладонь. Капельки крови упали на камень и сразу впитались, в цвет камня добавились темно-красные тона.

– А вам особое приглашение нужно? – Каллиста перевела взгляд на компанию девушек и серпент. – Если у вас не будет связи со Скользящим через камень, вы не сможете сделать переход вместе с ним. Или вы передумали?

Капельки крови Кисс, Леоры, Арики, Шиссаи и Даши упали на камень и тоже впитались.

– Ну вот, – улыбнулась Каллиста, – теперь новое Воплощение магии можно будет считать вашим ребенком, – надеюсь, вы станете для нее такими же заботливыми Хранителями, каким для меня является тот, кого вы называете Белым Странником. А наши Оазисы будут родственными, благодаря чему, когда магия на вашей планете окрепнет, вы сможете легко перемещаться с планеты на планету. – Каллиста выглядит очень довольной.

– А теперь представь себе место в твоем мире, куда ты хочешь попасть, – обращается Каллиста ко мне и возвращает камень.

Задумываюсь на некоторое время и закрываю глаза. Пожалуй, озеро в нескольких километрах от моего родового замка подойдет лучше всего.

Возвращение прошло буднично, без каких-либо визуальных эффектов. Ни тебе космоса, ни тебе вращающихся звезд, просто один мир растаял и вместо него появился другой. Я очутился на знакомой мне с раннего детства полянке на берегу озера. Вон за теми кустиками есть уютный пляж, когда-то давно отец учил меня там плавать. За теми зарослями скрыт охотничий домик. А прямо на этом месте Моримьер давал мне самые первые уроки рукопашного боя. А вот с магией все плохо, привык я уже сканировать окрестности магическим зрением, только вот тут оно практически не работает.

– Ничего так местечко, – Ша деловито огляделась вокруг, – надеюсь, мыши в твоем мире водятся? А вон там для развлечения мы построим курятник. Шиссая, ты когда-нибудь охотилась в курятнике?

– Лучше посетишь уже готовый курятник, – улыбаюсь, – в Оазисе курятник неуместен. Где бы нам тут камень закопать? – Смотрю на семечко.

– Папочка, не надо закапывать! Кинь меня в озеро, – неожиданно слышу тоненький детский голосок. – Только водичкой сначала полей, той, что вы стащили у ящериц. Это сильно ускорит мое развитие.

Пространственный карман открылся с огромным трудом, и то лишь благодаря близости семечка. Думал уже, что он и вовсе не откроется. Достаю из него баночку с магической эссенцией, поливаю камень. Часть эссенции сразу впитывается, а часть бесследно растворяется в пространстве, что-то незримо изменяя вокруг. Дышать становится легче. Швыряю семечко в озеро. Камень некоторое время скользит по поверхности. Вода в озере начинает светиться в магическом спектре. Семечко растворяется в воде, вместо него появляется полупрозрачный силуэт совсем маленькой девочки. Машет мне ручкой.

– Имя мне дай! – Улыбается, у нее такие прелестные ямочки на щечках!

– Ты очень красивая, пусть будет Диана, – невольно улыбаюсь в ответ. – Тебе нравится?

– Диана-охотница? Хорошее имя! Я пока не могу отходить далеко от озера, поэтому приходите сюда почаще, будем вместе охотиться на мышей, – заливисто смеется. – И платье мне принесите! И куклу! – Исчезает.

– Веселая девочка… – хмыкает Леора. – Похоже, скучно с ней не будет.

Вот, наконец, и мой родной замок. Интересно, сколько прошло времени, пока я отсутствовал? Машин на парковке мало. Ворота открыты. Из ворот, широко раскинув руки, красиво летит элегантно одетый молодой человек, ловко группируется прямо в полете и падает, сделав несколько кувырков. Поднимается, матерится, отряхивается, потирает ушибленное колено и идет на стоянку машин, как раз в нашу сторону. Кажется, наш дворецкий Моримьер сегодня не в духе.

– Совсем старик из ума выжил, – говорит незнакомец, сокрушенно покачивая головой. – Император лично составил список присутствующих на прощальном ужине. А этот сумасшедший говорит, что только лично их светлость герцог может решить, кого приглашать на его поминки, а кого нет, и император ему не указ.

– Дайте мне посмотреть список, – властно протягиваю руку, пытаюсь чуть-чуть надавить на посланника императора ментально.

Магическое поле уже достигло замка, и хотя оно пока еще совсем слабое, но человек мне подчиняется.

– Так… Графиня Савойская – остается, а герцога Шиманского вычеркиваем. Маркиза Кейсар – вычеркиваем. Леди Викана, хм… учились когда-то вместе… остается. Граф Хейташ – остается. Баронесса Ритани, подруга Глории, – остается.

Просматриваю весь список, вычеркиваю больше половины имен, затем ставлю на него размашистую жирную подпись и возвращаю парню. Паренек таращится на меня, потом на серпент, медленно пятится задом в сторону своего автомобиля. Хлопает дверцей, с ревом и пробуксовкой ведущих колес срывается с места. Чего это он? Пожимаю плечами.

Стучу в парадную дверь. Долго ждать не пришлось. Сначала открывается смотровое окно, а потом распахивается и сама дверь.

– Ваша светлость, – Моримьер вежливо кланяется, невозмутим как обычно, ни один мускул не дрогнул на его лице. – Леди, – вежливый поклон в сторону моих спутниц. – Проходите, добро пожаловать домой, милорд.

Несмотря на невозмутимый вид, чувствую бурлящую радость старика, приправленную толикой удивления.

– Позвольте представить вам друга моего отца, нашего дворецкого, управляющего и по совместительству главу службы безопасности замка, Моримьера. – Поворачиваюсь в сторону моих спутниц. – Моримьер, это ее высочество Арика, ее высочество Ша, ее светлость Леора, ее светлость Шиссая и маркиза Кисс, моя приемная дочка.

– Ужин к вашему прибытию уже готов. Мы вас ждали, вернее надеялись… Прикажете накрывать на стол, милорд? Или желаете сначала отдохнуть с дороги?

– Пожалуй, подкрепиться не помешает. Пусть накроют в моей комнате, а то ее высочество Ша и ее светлость Шиссая могут распугать нам прислугу. Но сначала расскажи последние новости, Моримьер. И, да… Какое сегодня число?

– Семнадцатое, милорд. Прошел почти месяц. Два дня назад император лично приказал отключить аппараты искусственного кровообращения и вентиляции легких. Послезавтра в Сантерре ваши похороны. Император хотел похоронить вас в столице, но ее светлость герцогиня настояла на Сантерре. Поминки после похорон должны состояться здесь в замке. Я долго сомневался, какой костюм надеть на вас на похоронах, начал было склоняться к мундиру. Но раз вы вернулись вовремя, то сами решите, в чем вы будете лучше смотреться, милорд? – Моримьер вопросительно поднял брови. Старик в своем репертуаре, как обычно… Улыбаюсь.

– Гроб, как положено, обит серебристой тканью? Тогда синий парадный мундир подойдет лучше всего. Впрочем, детали обсудим после. Где все?

– Всю охрану замка приставил к вашей сестре, вокруг нее началась нездоровая суета. – Моримьер нахмурился. – В замке остались только слуги. Ваша матушка герцогиня Изабелла очень тяжело пережила известие о вашей кончине, милорд, здоровье совсем пошатнулось, держится из последних сил. Вы бы ей позвонили…

Город Сантерру можно считать столицей моих владений. Это большой портовый город на юго-восточном побережье острова. Собственно, практически все население огромного домена сосредоточено вдоль восточного и юго-восточного морского побережья. Центр и почти вся западная часть острова совершенно безлюдны, лишь горы, леса и местами степь. У моих предков вечно не хватало ни сил, ни времени, а порой и денег, чтобы заняться собственными владениями. Они служили империи и императору. Порты, судостроительные верфи, несколько авиационных и оружейных заводов, а также сельское хозяйство – основа нашей экономики. А еще на острове есть военно-морские базы, которые уже несколько веков обеспечивают господство империи на океане. Базы тоже расположены на востоке, потому что западная часть острова на тысячи километров обрывается отвесными скалами и не имеет удобных заливов.

Ша и Шиссая очень серьезно отнеслись к обязанностям, возложенным на них Каллистой. Серпенты отправились в Оазис, чтобы воспитывать Диану. Страшно подумать, что выйдет из этого воспитания. Но пока я не разобрался с собственными проблемами, помешать им у меня нет никакой возможности.

Арика с усердием начала разбираться в хозяйственных и организационных вопросах, вспомнила, что она дочь наместника. Леора сразу взялась за магическую защиту замка на перспективу. Я свалил ей груду артефактов, отобранных у гарн. За одну только ночь уровень магии существенно вырос, в окрестностях замка он уже не ниже, чем был в тех же пределах, а тончайший магический фон накрыл весь домен. Стало легко пользоваться магическим зрением. Короткое пребывание в Оазисе на Каллисте ни для кого из нас не прошло бесследно. Если бы Арика или Леора вдруг снова решили бы поохотиться на зверыга, у бедной зверушки не было бы против них ни единого шанса.

Давлю на газ. Скоро уже должны показаться пригородные поселки Сантерры. На собственные похороны лучше не опаздывать, ведь сам император приехал, чтобы отдать мне почести. Ну, и заодно поставить на ключевые должности моего домена своих людей…

Не ожидал, что попасть в собственную городскую резиденцию когда-нибудь окажется для меня такой проблемой. Охрану, состоящую из моих людей, император еще вчера заменил бойцами из своей личной гвардии. Несмотря на то, что я отлично знаю собственный особняк, гвардейцы перекрыли все возможные лазейки. Два часа уже обхожу территорию по периметру, скоро наступят сумерки. Эх, как же мне сейчас не хватает магии, магический фон пока все еще слишком слабый. Нынешнее тело магической твари намного сильнее прежнего, после пребывания в Оазисе оно изменилось еще больше. Тело теперь само по себе оружие – запредельная сила и скорость, мгновенная реакция. Я теперь как Белый Странник, вот только пока без магии… Могу легко перебить всю охрану. Но начинать войну именно сейчас глупо. Войны лучше было бы вообще избежать. Надо пробраться за внешнюю ограду особняка, а там я буду уже у себя дома. В доме сейчас должны находиться мать и сестра.

А вон того парня, что идет вдоль ограды с этакой небрежной кошачьей грацией, я отлично знаю. Еще год назад он служил у меня в подчинении в Императорском легионе, его задницу я пару раз вытаскивал из совершенно безнадежных ситуаций, но после ранения его перевели из легиона специального назначения в императорскую гвардию. Ну что же, поболтаем? Догоняю бывшего сослуживца.

– Здорово, Барс! Хорошо выглядишь. Оклемался после Брекхольма?

Паренек резко оборачивается, слегка приседает, готовый атаковать. Инстинкты, однако.

– Левша? – сослуживец в полной прострации. – Какого хрена?! Ты же умер!

– Ну, умер и убили не совсем одно и то же… – Ухмыляюсь. – А ты уже подполковник, поздравляю! Надо бы отметить. И да… расслабься. А то я после смерти немного нервный.

– И как там? – Барс поднимает руки, демонстрируя открытые ладони и мирные намерения, показывает глазами на небо.

– Кому как… – Пожимаю плечами.

– Значит, как везде… – Барс понимающе кивает головой. – Всегда знал, что ты чертовски везучий сукин сын, командир, и убить тебя практически невозможно. А там тогда кто лежит? – Кивает в сторону постройки за оградой, в которой, видимо, находится гроб с моим телом.

– Самому интересно, хотел вот зайти посмотреть, но не пускают. Представляешь? В собственный дом не пускают! Провести сможешь?

– Пойдем, – кивает. – Проведу через ворота, а там дальше уже личная охрана герцогини. Заменить личную охрану без конфликта даже император не смог бы, это был бы уже арест, а не охрана. На меня можешь положиться, в случае заварушки мои ребята стрелять не станут.

Лишний шум ни к чему. В особняк я попадаю незаметно через черный ход для прислуги. Ужин уже давно закончился, в коридорах пусто. Поднимаюсь на второй этаж. Вот здесь когда-то была моя детская комната, а рядом комната Глории. Прислушиваюсь, кажется, там кто-то плачет. Бесшумно открываю дверь в комнату сестры. В помещении полумрак. Девушка лежит на кровати и всхлипывает, уткнувшись носом в подушку. Сажусь рядом, запускаю пальцы в ее волосы и ласково провожу рукой по голове, что вызывает новые громкие рыдания.

– Ма, не надо… – Отталкивает меня рукой, затем оборачивается и замирает, широко раскрыв глаза.

– Ты?! Как?! – отползает от меня к стенке.

– Да живой я, Лори, живой, можешь меня потрогать, – протягиваю руку. – Видишь? Теплый!

– Ты вернулся, ты вернулся! Но как? Мы уже не надеялись… Это правда ты?

– Услышал, что ты плачешь, пришлось вернуться… – Пожимаю плечами и улыбаюсь.

– Ты все врешь! – Качает головой. – А там тогда кто лежит? – Кивает в сторону.

– Долго объяснять, но там тоже я. Наверное. Но надо проверить. – Смахиваю слезу со щеки сестренки.

Легкие шаги в коридоре, дверь открывается. В комнату входит герцогиня.

– Глория, ты с кем тут разговариваешь, деточка? – Мать замерла, смотрит растерянно. Герцогиня выглядит плохо, осунулась, под глазами темные круги.

– Мама. – Встаю с кровати.

– Это действительно ты звонил, Ремион? Я думала, чей-то злой розыгрыш. – Герцогиня хватается рукой за грудь, затем бросается ко мне и обнимает меня за шею. – А там тогда кто лежит? – Внимательно вглядывается в мое лицо.

Большой темный зал. Холодно, мрачно. На деревянном помосте стоит закрытый гроб, обит серебристый тканью, все как положено. Серебристый цвет – это цвет нашего рода. Ткань обшита дорогими камешками и жемчугом, наверное, влетела в копеечку… Последний из рода Сцеволы мертв, император мог бы на радостях и раскошелиться. Дурацкие мысли лезут в голову. Я уже знаю, что полюбоваться на себя со стороны не получится, магическое зрение говорит о том, что гроб пуст. В нем только одежда, мундир синего цвета, со всеми регалиями. Как положено… Наверняка после того, как я появился в замке, Моримьер позвонил своим людям в охране и приказал уничтожить тело. Старик решил не травмировать лишний раз герцогиню. Не могло же тело исчезнуть само? Парни из охраны родового замка будут молчать и под пытками, старик для них высшая инстанция, они даже мне ничего не расскажут.

Завтра утром гроб вынесут на центральную площадь, где его откроют для церемонии прощания. Гвардейцы императора дадут в небо залп из карабинов. Наверняка холостыми, паскуды… Затем император скажет прочувствованную речь, гроб отнесут в родовой склеп, где его и замуруют. Все так и было бы, если бы не одна маленькая накладка…

Где же мне встречать дорогих гостей? Чешу затылок. Пожалуй, придется лечь в гроб. Как сказала бы Шиссая, так прикольнее.

– Рошан, – поворачиваюсь к начальнику охраны герцогини, – завтра перед прощальной церемонией нейтрализуете снайперов из охраны императора, тех, что будут находиться на крышах зданий. И постарайтесь без фанатизма, они не враги. Просто на всякий случай лучше, если там будут наши люди.

Капитан бросает вопросительный взгляд на герцогиню.

– Выполняйте! – В голосе матери слышится металл.

– Внутренний легион должен взять под усиленную охрану и контроль ближайшие порты и аэродром. – Внимательно смотрю на командующего нашим внутренним легионом барона Красса. Получаю ответный кивок. – А вы, ваша светлость, останетесь завтра вместе с Глорией дома. Мне так будет спокойней, – строго смотрю на мать.

– А там тогда кто лежит? – Рошан остановился у выхода и кивнул на гроб.

– Там только мундир, в который я сейчас переоденусь. Нельзя разочаровывать императора и лишать его удовольствия увидеть последнего потомка рода Сцеволы в гробу.

Ну, наконец-то они меня понесли! Чувствую легкое покачивание гроба. Как же я замерз, лежа в этом дурацком ангаре! Могли бы матрасик постелить, что ли! Сверху гламур, а о действительно насущных удобствах не позаботились. Надо будет учесть на будущее. Интересно, у магических тварей бывает насморк? Только бы не чихнуть, только бы не чихнуть! Так, они меня поставили! Сняли крышку. Яркий свет ударил в глаза, чуть было не зажмурился. Шевелиться нельзя, терпим, терпим, шевелиться нельзя, еще не время! Терпим. Зараза! Теперь ухо зачесалось.

– В это трудное и опасное для страны время, когда со всех сторон нас окружают враги, мы понесли невосполнимую утрату! Нас покинул лучший из сыновей империи, потомок славного древнего рода, веками являвшегося надежной опорой империи. Как больно терять таких людей, эту боль трудно выразить словами! Наш верный вассал Ремион Сцевола! Родная кровь! Почему ты так не вовремя оставляешь нас?!

Чешется, зараза! Не могу больше терпеть.

– Я не оставлю вас, ваше величество! – Сажусь в гробу. Вот уж никогда не думал, что почесать ухо это такой кайф.

По толпе прошел легкий гул. Телохранители императора ощетинились стволами. Взяли императора в кольцо. Немая сцена. Бойцы из внутреннего легиона домена тоже подняли стволы и держат на прицеле телохранителей императора. Аккуратно вылезаю из гроба, стараюсь не делать резких движений. Сейчас любой неожиданный громкий звук может стать фатальным. Мне пули вряд ли причинят вред, а вот своих людей жалко. Защитным куполом их не закрыть. Как же мне не хватает магии! Делаю движение рукой, мои люди опускают – стволы.

– Что за балаган вы здесь устроили, лорд Ремион?! – подает император нервный возглас.

– Ваше императорское величество, разрешите доложить! Исследовательская миссия номер 529 космического проекта 023 успешно завершена. Полковник императорского легиона специального назначения Ремион Сцевола вернулся с полученной научной информацией. Доклад закончил. – Ударяю себя кулаком в грудь согласно имперскому военному уставу. – Ваше величество, разрешите пригласить вас в родовой замок Сцеволы, отпраздновать мое возвращение. – Низко кланяюсь императору согласно этикету.

Возвращаемся в родовой замок на машине. Пока мы в дороге, можно слегка расслабиться и отдохнуть от последних событий, подумать. Как только при-едем, сразу придется окунуться в подготовку к наплыву толпы гостей, далеко не все из которых наши друзья. То, что моя личность ни у кого не вызвала сомнений, уже хорошо! Я всерьез опасался ситуации, что придется всем доказывать, что я это я. Моримьер оказал мне серьезную услугу.

Был ли в курсе император о покушении на меня, я не знаю. Собственно, это ничего не меняет. Император мне нужен живой и здоровый – разбираться с тем хаосом, который неизбежно возникнет в империи в случае его смерти, у меня нет никакого желания. Император Август Силинус прагматик, в отличие от его истеричного наследничка Максимилиана, с ним можно договариваться. Все его решения принимаются исключительно из соображений блага империи и, следовательно, предсказуемы в хорошем смысле этого слова.

Грустно признавать, что моя смерть пошла бы империи на пользу, но это действительно так. Империя сильна единством, а наш домен всегда был слишком независимым, а род слишком сильным. И то, что мои предки на протяжении всей истории были лояльны правящей династии, являлось исключительно их доброй волей. Императоры никогда не могли строить отношения со Сцеволами с позиции силы. Какому же правителю такое понравится? Так было вплоть до странной и загадочной смерти моего отца. Я же в тот момент был слишком мал, слишком неопытен, слишком слаб.

Впервые за долгие годы у императора появился шанс полностью подмять домен. Но нужна была моя случайная гибель. Именно случайная! Ни в коем случае не убийство! Императорский род не должен был быть в ней замешанным. За то время, что я служил в Императорском легионе специального назначения, на моем счету дюжина смертельно опасных, почти безнадежных миссий. Мне постоянно везло, императору нет.

Сестренка жмется к моему боку, все никак не может поверить, что это не сон и я сижу рядом живой. Держит меня за руку, как будто, если она меня отпустит, я сразу исчезну.

– Как вы тут без меня? – Вопросительно смотрю на мать. Но герцогиня лишь вздыхает молча и грустно качает головой.

– Плохо. – Глория потерлась щекой о мое плечо. – Три недели назад появился маркиз Шиманский с какой-то странной бумагой. Мол, это указ императора Августа на его женитьбу на дочери герцогини Сцеволы. Как будто я не герцогиня прямой императорской ветви, а одна из фрейлин-шлюх при императорском дворе! Мы с матерью срочно вернулись на остров. Но даже здесь уже не чувствуем себя в безопасности. Пришлось буквально запереться в родовом замке, словно мы в осаде. Люди герцога Шиманского ведут себя в нашем домене так, как будто остров уже их собственность. Полковнику Крассу пришлось даже организовать парочку несчастных случаев для особо наглых особей. А число дуэлей с их людьми со смертельным исходом уже – перевалило за несколько десятков. Началась хоть и не объявленная, но настоящая война.

– Твое возвращение очень многим спутало все карты. – Герцогиня Изабелла устало откинулась на спинку сиденья. – Сынок, умоляю тебя, будь осторожен! Если тебя убьют по-настоящему, я этого уже не переживу. А Глории придется бежать из страны и прятаться до конца своих дней.

– Ладно, что мы все о грустном? – Сестренка улыбнулась и решила сменить тему. – Успеем еще наплакаться. Лучше расскажи, как тебе удалось вернуться? Я сама трогала твое лицо, ты точно был мертвый! Что все это значит? И где ты был это время? – Глория требовательно сжала мою руку.

– Там, где я был, время течет немножко иначе. А в целом рутина, все как обычно, – стрельба, погони, убийства. Скука, одним словом, рассказать даже не о чем. Ну, разве что… в этот раз я захватил с собой несколько сюрпризов.

– Сюрпризов? – Глазки у Глории заблестели от любопытства. – Надеюсь, приятных?

– Это уж как вы сумеете с ними поладить… – улыбаюсь.

– Они живые? – Сестренка внимательно следит за моим лицом.

– Иногда даже слишком живые… – Смеюсь. – Более того, они наши новые родственники. Не у всех у них привычная внешность, но, на мой взгляд, они довольно милые… И да, мам, в этот раз я женился… – Смотрю на мать. – Прости, что без твоего согласия, но так уж получилось.

– Вот уж действительно сюрприз, – герцогиня весело рассмеялась, – надеюсь, ты знаешь, что делаешь? И кто же она? Я ее знаю?

– Нет, мам, но надеюсь, они тебе понравятся… – Смущенно прячу глаза.

– Они? – Герцогиня удивленно приподнимает брови. – Ты решил жениться с запасом? А мы с Глорией уже и не надеялись, что хоть кто-нибудь сможет тебя охмурить. Вот уж действительно интересный сюрприз!

Это сюр какой-то! За столом, склонившись над шахматной доской, сидит Моримьер, лицо у старика мрачное и отрешенное, просчитывает ходы. Давно я его не видел настолько увлеченным и глубоко погруженным в раздумья. Даже на наше появление не обратил никакого внимания. Напротив, свернувшись кольцом, расположилась Ша, тоже внимательно смотрит на доску. Хвостик у змейки нервно подрагивает. Перед серпентой лежит приличная кучка монеток. Хм… они что, в шахматы на деньги играют? Рядом с серпентой нетерпеливо крутится Диана. На девочке розовое платьице в красный цветочек с желтыми рюшечками. Кто бы сомневался? Розовый – это любимый цвет ее высочества Ша.

– Лошадкой ходи! Лошадкой! – Диана нетерпеливо подпрыгивает, она явно болеет за моего фамильяра.

– Отстань, мелкая! – Ша звонко щелкает Диану хвостиком по лбу. – Видишь? Я и без тебя проигрываю! Глупая какая-то игра! – Серпента раздраженно смахивает фигуры с доски и разочарованно двигает хвостиком кучку монет в сторону Моримьера. – Ладно, отыгрался. А теперь снова играем в покер! Должна же я вернуть себе назад свой законный выигрыш!

– Папочка! Папочка пришел! – Диана повисла у меня на шее.

– Ваша светлость! – Моримьер кланяется моей матери. – Милорд! – Поклон в мою сторону.

– Э-э-э… Что тут происходит? – Глаза у мамы стали совсем круглыми.

– Знакомьтесь, это ее высочество Ша, серпента с планеты Каллиста. Мой фамильяр. А это… моя дочка, ее зовут Диана. Диана, это твоя бабушка. А где, кстати, моя младшая сестренка? – Вопросительно смотрю на Моримьера.

– Ее светлость Шиссая изволит сейчас охотиться в курятнике, милорд. – Моримьер невозмутимо пожимает плечами. – Ее высочество Арика и ее светлость Леора готовят замок к приезду императора, маркиза Кисс тоже готовится встречать гостей, осваивает магию на нашем полигоне. Я не знаю, что такое магия, милорд, но полигон придется теперь отстраивать заново.

– А это тоже наша новая родственница? – Глория с опаской разглядывает Дашу из-за моего плеча.

– Да, тетушка, – Диана с непосредственной детской улыбкой поворачивается в сторону Глории. – Мир изменился, он никогда больше не будет прежним! – На какой-то миг взгляд у девочки стал совершенно не детским. Это был взгляд древнего мудрого существа, совсем непохожий на человеческий.

Моримьер мрачно наблюдает за тем, как гвардейцы императора хозяйничают в нашем замке. Под предлогом обеспечения безопасности все уже тут перевернули. У меня настроение не лучше, чем у дворецкого. Очень не люблю, когда посторонние вторгаются в мое личное пространство. Собственно, то, что император решился приехать в мой родовой замок, говорит о его доверии ко мне. Причем об очень большом доверии! Человек его положения отлично понимает, что на территории родового замка он будет находиться в моей власти. Никакие меры безопасности его не спасут, если я решу причинить ему вред. А весь этот устроенный телохранителями бедлам – результат неумного рвения кого-то из свиты, пожелавшего выслужиться.

– Ну что? Может, пойдем, позвеним клинками по старой памяти? – Барс положил руку мне на плечо. – Отвлечешься от этого безобразия. Ребята не со зла, служба такая… И да, познакомься, это Коготь. – Барс кивнул на своего спутника, гвардейца с майорскими нашивками. – Ты его знаешь, конечно. Многие аристократы заплатили бы огромные деньги за возможность провести с ним тренировочный поединок. Да только у них даже шанса нет.

Коготь – личность действительно знаменитая. Можно сказать, легендарная. Настоящее его имя барон Дезарг, старый, но почти разорившийся род. Кумир всей молодежи империи. Трехкратный чемпион мира по фехтованию. По нашим правилам, участник, выигравший титул трижды, больше уже не может участвовать в турнире. Но, тем не менее, единый неофициальный рейтинг все-таки есть, и Коготь всегда в топе. Надо сказать, что клинок для – аристократа не только лишь спорт, это почти религия, а также вопрос жизни и смерти на дуэлях. Барс, кстати, тоже один из сильнейших клинков империи. В нашем старом отряде я был единственным, кто проигрывал ему не всухую.

– Это Левша, я тебе о нем рассказывал… – Барс повернулся к Когтю. – К сожалению, слишком увлекается науками в ущерб фехтованию. – Усмехается. – Если бы он тренировался хотя бы десятую часть времени от моего, у меня бы не было против него ни единого шанса. Природный самородок! Вот только неотшлифованный.

– Рад знакомству, герцог. – Коготь вежливо кланяется.

– Взаимно, барон. – Кланяюсь в ответ.

Взгляд у барона жесткий, но открытый и прямой. Волосы волнистые, темные. И длинные, что нетипично для военных, но отдельные личности, а тем более кумиры, могут позволить себе маленькие прихоти. Идеальное телосложение для фехтовальщика. Прощупываю майора в ментальном плане. Чувствую его легкое любопытство, смешанное с уважением. В принципе барон мне нравится, Барс в людях никогда не ошибался. Только вот тренировка сейчас как-то совершенно неуместна! Барс этого не может не понимать. Значит, у него есть какие-то другие причины. Очень любопытно. Пристально смотрю на Барса. Пауза затягивается.

– Ну… – Бывший сослуживец мнется и начинает выдавать информацию: – Тут ребята узнали случайно, на балу будет присутствовать шевалье Кучински и еще пара подобных типов. Не обижайся, командир, но это не твой уровень. Тебе понадобятся клинки, которых ты сможешь выставить вместо себя. Коготь давно хотел разобраться с шевалье, у него к нему счеты. Ну, а я уже и так давно взаймы живу, а долги надо отдавать. Мы сможем действовать на опережение.

Кучински – личность известная в определенных кругах. Долго был в топе, но затем решил, что быстрее и проще можно заработать, забирая чужие жизни. Деньги не пахнут. Профессиональный бретер. Забота Барса обо мне трогательна, конечно, но я вытаскивал его задницу не для того, чтобы когда-нибудь впоследствии прикрыть свою собственную. Такую заботу нужно пресекать в корне.

– И ты решил, что я спрячусь за чужие спины? – Смотрю на Барса и насмешливо покачиваю головой. – А почему ты считаешь, что лучше меня? Мы с тобой фехтовали больше года назад… А со своими врагами я сам разберусь, не лезь не в свое дело! – добавляю в голос жесткие командные нотки, Барс инстинктивно вытягивается в струнку, а Коготь усмехается.

– Вы меня заинтриговали, герцог! – Губы барона растягиваются в ехидной улыбке. – Я у вас тут в гостях. Ну, почти… – Смеется. – Окажите мне честь, проведите со мной тренировочный бой.

Надеваю защитный кожух, Моримьер подает тренировочные клинки. Фехтование – это почти что шахматы, только на обдумывание ходов здесь даются доли секунды. Разминка мне не нужна, я ведь теперь магическая тварь, но, тем не менее, делаю на публику несколько упражнений на разогрев мышц, затем на растяжку. Коготь тоже разминается. И Барс. Барс явно решил мне напомнить, кто из нас двоих гранд клинка.

Откуда-то вдруг выскакивает Диана. Единственное существо, которое может появиться для меня неожиданно.

– Папочка! Папочка, ты сейчас зарежешь этих дядечек? А можно я посмотрю!? Ну, пожа-а-алуста… А можно я сама?

– У тебя есть дочь? – Барс в полной растерянности. – Ты же даже не женат! Дарлита родила тебе девочку?

– Такая маленькая и уже такая кровожадная! – Коготь покатился со смеху.

Знал бы он, насколько сейчас близок к смерти, не смеялся бы. Бросаю на барона раздраженный взгляд.

– Диана, мы просто хотели потренироваться. Это мои друзья. Веди себя прилично! – Вздыхаю.

– Взрослые такие странные! Все бы им в игрушки играть! – Диана пожимает плечиками. – Зачем тренироваться в том, что и без всякой тренировки можно сделать? Пойду лучше с тетушкой Кисс по-играю. Смотреть, как она учится магии, так прикольно! – Диана с детской непосредственностью разворачивается и убегает. Хорошо хоть, что не стала исчезать посреди зала! Делаю облегченный выдох.

Поднимаю клинок в приветственном жесте. Коготь отвечает на приветствие. Сближаемся. У человека нет шанса против магической твари. Тем не менее наблюдать за действиями барона Дезарга доставляет мне эстетическое удовольствие. Работа настоящего мастера! Каждое его движение – почти совершенство! Большинство решений быстры, красивы и неожиданны, даже несмотря на то что я заранее их читаю. Коготь наращивает темп, я отвечаю. Легко отвожу атаки и лишь обозначаю ответные. Чувствую его удивление, затем растерянность. Такой темп ему долго не выдержать, разрывает дистанцию, вскидывает руки.

– Герцог! Вы дьявол! – Дезарг наконец сумел отдышаться. – Вы ведь даже не вспотели!

– Дьяволы прокалываются в мелочах, впредь постараюсь потеть, – замечаю я со смехом.

– Шутите. – Барон осуждающе качает головой.

– Мне, я так понимаю, здесь делать нечего. Не мой уровень. – Барс начинает снимать защиту. – Да, Левша… умеешь ты удивлять.

Свита во главе с императором замерла перед открытыми замковыми воротами. Если бы не седина, то императора можно было бы принять за юношу. Высок, строен, подтянут. У императора есть харизма. Прирожденный лидер. Когда я встречался с Августом раньше, то видеть его ауру не мог. Теперь же могу оценить императора по достоинству.

– Только слепой не заметит, что вы родственники, – прокомментировала свои впечатления Ша, из любопытства пожелавшая присутствовать на торжественной встрече и прячущаяся по старинке от посторонних глаз в моей ауре. – Удивительная мощь для обычного человека. Хотя до тебя ему, конечно, теперь очень далеко. Человек серпенте не ровня, а уж тем более Хранителю…

Этикет по встрече лиц королевской крови расписан до мельчайших деталей. Матушке пришлось потратить много времени и сил, пока Арика, Леора и Кисс уяснили, что от них требуется, где они должны стоять и как себя вести. Но император сразу ломает устоявшийся шаблон. Резким властным взмахом руки Август отменяет ритуальные приветствия и расшаркивания, быстрой походкой пересекает замковый двор и останавливается прямо напротив меня. Пристально вглядывается в мое лицо.

– Герцог, вы помните, что я вам сказал во время аудиенции после присвоения последнего звания? – Буквально сверлит меня взглядом.

– Ваше величество, – улыбаюсь, – вы спросили, не кажется ли мне, что обмывать новые погоны коньяком, сделанным в стране неприятеля, непатриотично. На что я вам ответил, что коньяк, который мы пили, это боевой трофей. Вы одобрили.

– Да, это действительно вы, герцог, – император вздыхает и качает головой. – Я уже не знал, что и думать… – Переводит взгляд за мое правое плечо.

Чувствую, как Август делает над собой усилие, чтобы не спросить: «Ремион, какого дьявола тут делают эти женщины? Когда ты успел жениться?» Но вокруг слишком много народа. Император не может показать свое удивление, признать, что чего-то не знает о своих подданных и что-то в империи может произойти без его ведома и позволения. Хмурится.

– Похоже, нам надо многое с вами обсудить, герцог. Надеюсь, у вас осталась в заначке бутылка неприятельского коньяка?

– Ну, спрашивай… – Август небрежно развалился в кресле в моем кабинете, вдыхает аромат коньяка и жмурится от удовольствия. – Обещаю ответить на любые твои вопросы. Ну и ты, надеюсь, затем не будешь от меня ничего скрывать. – Смотрит на просвет фужера. – Умеют ведь аримийцы делать коньяк…

Пожимаю плечами. Странное начало разговора. Ответы на свои вопросы я теперь по-любому могу получить, для этого мне вовсе не обязательно их озвучивать. Не всякие вопросы можно задавать без последствий. Тем более императору. В предложении Августа есть скрытая издёвка: слабо спросить в лицо то, в чем ты подозреваешь меня за глаза? Тест не то на глупость, не то на трусость. Впрочем, он сам напросился…

– Ваше величество, это вы убили моего отца? – Делаю маленький глоточек из своего бокала.

Коньяк приятно растекается по языку и словно испаряется. Умеют же аримийцы делать коньяк! Все-таки жаль, что они наши враги.

– Чушь. – Император отрицательно качает головой. – Твой отец был моим другом. Одним из очень немногих людей, на кого я мог положиться всецело. То, что он старался с самого твоего детства изолировать тебя от двора, было его ошибкой, в результате которой ты сейчас совершенно не владеешь ситуацией. Навыдумывал себе мифов и задаешь идиотские вопросы. Впрочем, валяй, спрашивай дальше… – Август небрежно машет рукой.

Не врет! Причем даже в намерениях правдиво ответить на любой мой вопрос не врет!

– Ваше величество, вы в курсе, что ваш наследник не далее чем месяц назад организовал на меня покушение? – Делаю еще один маленький глоточек из фужера. Изумительный запах! – Что теперь древний договор между доменом Сцеволы и империей превратился в туалетную бумагу.

– Хм… Да уж, конечно я в курсе! – Император хмурится. – После того как ты впал в кому, было проведено тщательнейшее расследование. Служба безопасности не зря ест свой хлеб. Но ты ошибаешься в главном! Не в том, что Макс организовал покушение, а в том, что он является наследником. В нем вообще нет ни капли императорской крови! Но об этом знают только лишь четыре человека. Четвертый – это ты теперь, кстати. Мы вчистую проиграли западному военному альянсу гонку технологий в космосе. Но пока члены альянса надеются на то, что этот клоун когда-нибудь станет следующим императором, войны не будет. – Император устало откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. – А про настоящего наследника тебе знать пока не нужно. Всему свое время. И да, извини, что нарушил твое обещание…

– Какое еще обещание? – удивленно приподнимаю брови.

– Легкой смерти. Ну, этому… как там его? Басан, кажется? Я-то лично ему ничего не обещал… Не люблю крыс. – Август брезгливо морщится.

– Он умер? – Делаю еще один маленький глоточек, смакуя напиток.

– Нет еще. Ты удивишься, но современная медицина может творить чудеса! – Август мрачно усмехается и аккуратно ставит фужер на подлокотник кресла. – А вот адмирал Гракх уже умер, жаль старика, конечно, в молодости неплохим офицером был. Но поднимать руку на человека императорской крови очень дурной тон. Такое надо пресекать в зародыше, чтобы даже мысль об этом приводила людей в суеверный ужас!

– Ваше величество, вы дали маркизу Шиманскому разрешение на его женитьбу на Глории? – задаю следующий наболевший вопрос и внимательно смотрю на Августа.

– Ничего я ему не разрешал. Как, впрочем, и не запрещал. – Император недоуменно пожимает плечами. – Все эти аристократы из полян – генетический мусор! Гонору до небес, а продаются по сто штук за динарий. Я еще не сошел с ума, чтобы смешивать их кровь с кровью древних родов…

Но тут его прервали на полуслове. Дверь в кабинет, которую я предварительно тщательно запер, неожиданно шумно распахивается и в комнату вбегает растрепанная Диана. Бесцеремонно забирается ко мне на колени.

– Папочка, папочка! Меня обижают!! Я посижу тут у тебя немножечко? Ладно? – прижимает головку к моей груди. – А то тетушка Шиссая взбесилась совсем, гоняется за мной повсюду. Совсем ненормальная! А я всего-то лишь только подергала ее за хвостик! Чего, спрашивается, нервничать из-за таких пустяков?

– Вот скажи мне, Ремион, когда это ты успел заделать ребенка? – Император с любопытством разглядывает Диану. – Даже слепой сразу увидит, что это твоя родная дочь, а не какая-нибудь там приемная. Чего еще я не знаю?

– Диана! Воспитанные дети стучат, прежде чем войти в комнату, где разговаривают взрослые. Это основы этикета и вежливости. – Приглаживаю растрепанные волосы девочки.

– Когда за мной гонится разъяренная серпента, то этикет за нами в таких случаях не поспевает. Прости, папочка! – Умильно заглядывает мне в глаза. – Ну что, съела? – оборачивается в сторону двери и показывает язык.

Вот как на нее сердиться? Не получается из меня строгого воспитателя.

– Пусть остается, – Август машет рукой и прячет улыбку. – Мы же не можем отказать юной леди в убежище? – Смеется. – Это было бы против любых правил этикета.

– А теперь давай поговорим серьезно. – Император наливает себе новую порцию коньяка. Его тон становится жестким. – Я долго не вмешивался в твои дела, все ждал, когда же ты наиграешься в солдатики, удовлетворишь свою юношескую тягу к приключениям, поумнеешь, в конце концов! Либо, если не поумнеешь, то свернешь себе шею, что, надо сказать, тебе почти удалось. Хороших полковников у меня много, одним больше, одним меньше – невелика потеря. А вот герцог одного из важнейших доменов империи лишь в единственном экземпляре! К сожалению, твой отец не успел дать тебе всех необходимых сведений. А мне ты почему-то не доверяешь. – Август залпом допил свой коньяк и отставил в сторону пустой бокал. – Люди, стоящие у вершины власти, не могут произвольно устраивать свою личную жизнь, вся наша жизнь завязана на балансы клановых сил и влияния. А ты даже не поставил меня в известность о том, что собираешься жениться. У меня, кстати, на твою женитьбу были совершенно определенные планы.

– Мне жаль, – равнодушно пожимаю плечами. – И что же вы теперь хотите от меня, ваше величество? – Тоже ставлю свою рюмку на столик.

– Чтобы ты наконец стал герцогом! – Император раздраженно делает жест рукой, показывая, что разговор закончен.

– Потанцуешь со мной? – Лорена тянет меня за руку в центр зала. – Ты не представляешь, что мы тут все пережили, пока тебя не было. Я чуть с ума не сошла, когда мне сообщили, что ты погиб, и прилетела первым же рейсом, когда узнала, что ты жив. Надеюсь, не прогонишь меня? – Смеется.

– Нет, конечно же. Ты навсегда часть моего клана и моей семьи, – притягиваю дарлиту к себе. – Здесь твой дом. И для тебя тут есть очень важное дело – надо заняться образованием и воспитанием одной юной особы, недавно появившейся в моем замке. Только бы тебя не сманили в столичный университет.

– Раз ты здесь, то не сманят. – Машет рукой и улыбается. – А жены твои ревновать не будут? – внешне вроде бы Лорена шутит, но я-то чувствую ее тревогу.

– Я вас сейчас познакомлю, не переживай… – Краем глаза замечаю мужчину, неожиданно меняющего направление в нашу сторону, плавно увожу Лорену к себе за спину.

Ну, вот и первый киллер по мою душу. Перехватываю занесенную для удара руку с ножом и с громким хрустом ломаю кость. Мужчина со всхлипом падает на колени и жалобно подвывает. Добавляю ментальный удар, чтобы заткнулся и не привлекал к нам лишнего внимания. Все происшествие заняло не более двух секунд. Вокруг нас быстро образовывается круг пустого пространства. Люди Моримьера уволакивают несостоявшегося убийцу.

– Браво, браво, милорд! – Один из гостей, наблюдавший за случившимся, лениво хлопает в ладоши. – Отличная реакция! Но вы не находите, герцог, что ломать руку уже поверженному противнику было подло?

– Шевалье Кучински, если не ошибаюсь?

– Не ошибаетесь, к вашим услугам… – Шевалье делает ернический поклон.

Наклоняюсь над трупом и прощупываю пульс на шее. Я, конечно, знаю, что Кучински мертв, мой удар пришелся точно в сердце. Но традиции, черт их дери… Их очень строго блюдут секунданты. Я обязан проследить, что если мой противник все-таки жив, то ему должны оказать неотложную медицинскую помощь. Я не стал играться с шевалье и убил его первым же ударом: слегка сместился влево, уклонившись от его выпада, и вогнал клинок точно между вторым и третьим ребром.

– Ваше светлость, вы страшный человек. – Барон Дезарг наградил меня мрачным взглядом. – Вам следовало оставить его мне. Так у Кучински был бы хотя бы маленький шанс.

– Не было у него никакого шанса, барон, не говорите ерунды. – Пожимаю плечами. – Работа у него была такая…

Часть гостей, в основном молодежь, продолжает танцевать, часть разошлась по своим комнатам, устраиваться на ночлег, кто-то, разбившись на небольшие компании по знакомству, что-то обсуждает, другая часть продолжает уничтожать закуски и вина.

– Папочка, папочка, а почему дядя Август тебя не боится? Даже ругается на тебя! Совсем безбашенный! Ты ведь мог его убить одним движением пальца, а заодно и всех людей, которые его охраняют. – Диана вытерла губы, перепачканные шоколадом, в результате чего перемазалась еще больше, размазав шоколад по щёчкам. Смотрит на меня чистым наивным взглядом.

– Видишь ли… – Ну, и как мне ей объяснить? – Отношения разумных слишком сложны и многогранны, и сила в них занимает далеко не самое главное место. С помощью грубой силы легко разрушать, но трудно что-либо создать или построить. Силой нельзя заставить кого-нибудь любить себя или дружить. Если любой вопрос решать с помощью силы, то, в конце концов, придется убить всех!

– Да… – Диана задумалась. – Если убить всех, то будет скучно. – Согласно кивает. – Пап, пап, а дракончики на нашей планете где живут? – Тянется за пирожным.

– У нас нет дракончиков, – пожимаю плечами.

– Как это нет?! А бабушка Изабелла читала мне историю про дракончиков! И на картинках в книжке они нарисованы! Летают и сжигают целые города. Очень симпатичные!

– Это сказочные драконы, придуманные. На самом деле их не бывает. – Улыбаюсь, глядя на разочарованное личико Дианы.

– Бабушка Каллиста оставила мне много-много разных знаний. Но они сейчас в свернутом состоянии, я пока маленькая и не всё еще осознала. Но там и пособие по структурам различных магических тварей есть. Можно использовать готовые структуры, а можно на их основе и совершенно новых тварей создать. Ты, например, можешь изменять свою магическую структуру человека на структуру серпенты. А я себе дракончиков хочу! И сама буду в дракончика превращаться! Летать и пыхать огнем это, наверное, так классно!

– Аааааа!! Аааааа!! – в гостиный зал с пронзительными воплями вбегает графиня Савойская. Женщина явно уже готовилась ко сну и почти совсем разделась, лишь кружевные трусики то ли прикрывают интимные места, то ли наоборот их подчеркивают. А ничего так у нее фигурка, симпатичная.

– Там, там… – Женщина показывает рукой на дверь, графиня явно не в себе, поэтому слова даются ей с трудом. – Там огромная змея!!

Чувствую, как Ша прячется в моей ауре.

– Ну, ошиблась я дверью, с кем не бывает… Чего орать-то так, спрашивается? – бормочет серпента заплетающимся языком.

– Тетушка Ша, да ты совершенно пьяна! – Диана смотрит на мою ауру и весело хихикает.

– Цыц! Запомни, мелкая, серпенты не пьянеют! Вы тут веселитесь, празднуете, а я-то всего лишь попробовала капельку вина в кухне. Из каждой бутылки. Должна же я была узнать, какие здесь делают вина.

– Ну, что вы, ваше сиятельство! – Моримьер закутывает графиню в шаль, словно по волшебству появившуюся у него в руках. – Откуда в замке может взяться змея? Вам наверняка что-то почудилось.

– Нет, нет!! Я точно ее видела! Огромная, зеленая, с голубыми глазами. И ползает странно, буквой зю. Я с трудом сумела проскочить мимо нее из спальни. – Графиня наконец обрела дар связной речи.

– Вот дура! Посмотрела бы я на нее, как бы она сама ползала в моем состоянии, – ворчливо комментирует слова графини серпента.

– Ваше сиятельство! У змей не бывает голубых глаз. – Коготь и еще один гвардеец императора, сидевший рядом с ним, встали из-за стола. – Позвольте проводить вас в вашу комнату. И если там обнаружится шутник, который вас напугал, то ему точно не поздоровится.

Острый локоть Леоры больно ударяет меня по ребрам.

– Нет, Риа, ты видела, как он на нее пялился?! И даже ничуть не скрывал своего интереса! Настоящий кобель! Я готова была провалиться сквозь землю от стыда! А что люди в этот момент про нас могли подумать? Что мы ни на что не годны в постели!

– Да ладно тебе… Это естественная реакция любого мужчины на раздетую женщину. Тем более что все произошло так неожиданно. Мужчины в такой ситуации теряются и не могут себя контролировать, – комментирует Арика ситуацию. – Мужчины как дети… Ты же помнишь, как он сначала ко мне относился? И как ты, думаешь, мне удалось его приручить?

– Да она же почти старуха! Ей, наверное, уже двадцать пять или даже за тридцать! – Леора презрительно фыркает. – Сиськи отвисшие и ляжки в целлюлите. А задница-то, задница-то! Не на что там было смотреть! Извращенец!

– Да пусть себе смотрит. – Арика небрежно машет рукой. – Сестричка, тебе-то что? Мало любви и ласки? Он после того, как змеем стал, вообще во сне не нуждается!! Мне, конечно, нравится заниматься с ним любовью, но чтобы все ночи напролет, до самого утра… даже для меня это слишком!

Леора нарочито хмурит бровки и вздыхает.

– Если ему законных жен мало, то пусть терпит! Семья всегда накладывает ограничения и порою требует жертв! А эта графиня Савойская совершенно бесстыжая тётка! Отношение Рема к Лорене еще можно понять, детская любовь как-никак! И к тому же она умница. Но так бесстыдно пялиться на графиню! Очень обидно!

– А мне нисколечко не обидно! – Хихикает Арика. – У меня попка круглая, белая и упругая, к чему ей бояться конкуренции со старой морщинистой жо… Ой! Прошу прощения, – дочка наместника наигранно прикрывает рот ладошкой. – Рем, вот погляди, разве их можно сравнивать? – Арика поворачивается ко мне спиной и слегка приподнимает одеяло.

Девочки развлекаются. У обеих в эмоциях лишь веселье. Недовольство Леоры – это часть их игры. Ну и ладно… Лениво потягиваюсь на постели. Раз издеваются, значит, силы у них еще остались, можно идти на следующий круг. Затыкаю поцелуем сначала один ехидный ротик, а затем другой.

В малом зале накрыт стол только для членов семьи и императора. Август перед отъездом пожелал позавтракать в нашем узком семейном кругу. Умопомрачительный запах! Интересно, где Моримьер раздобыл такой кофе? Кофе для завтрака Моримьер варил лично, по какой-то своей технологии! Любимый напиток старика, даже поварам не доверил его приготовление. У него в заначке есть какие-то особенно редкие сорта зерен. А сегодня не иначе как специально для императора расстарался.

– Как спалось, ваше величество? – Мама решает прервать затянувшуюся паузу ничего не значащим вопросом.

– Отвратительно… – Август усмехается. – Всю ночь пьяная толпа гостей орала и бегала по замку, охотились на какую-то чудовищную змею. Повеселились на славу, но выспаться мне не дали. Что, Ремион, вы добавили им в вино? Или это был какой-то веселящий газ? – Август вопросительно поднял брови.

– Поймали кого-нибудь? – Пожимаю плечами.

– А что? У них был шанс кого-нибудь поймать? – Император ухмыляется.

– Безусловно, ваше величество, – киваю в ответ. – Если к делу подойти дружно, с соответствующим рвением, размахом и должной сноровкой, то шанс просто не может остаться нулевым!

– Возможно, им не хватило вашей удачи, – император скептически поджимает губы. – Ведь далеко не каждый может впасть в кому холостым человеком, а выйти из комы уже женатым. И откуда в славном герцогстве Сцеволы появились столь замечательные особы с полностью отсутствующей биографией? – Император переводит взгляд на Арику с Леорой. – Мой начальник службы безопасности не смог выяснить ничего. Совсем ничего! – Видимо, старик начинает терять хватку, пора его менять. Вот и приходится мне в ущерб собственному достоинству узнавать информацию из первых рук.

– Я привез жен из последней миссии, ваше величество. Начальник службы безопасности совершенно не виноват. Это здесь я был в коме, а там жизнь у меня была весьма насыщена событиями.

– Надеюсь, вы шутите, герцог? – Император сделал маленький глоточек из чашки. – Давно известно, что ничего материального в результате данного проекта получить нельзя! Только информацию. Информация же, которую невозможно проверить, сомнительна, а та, которую нельзя использовать, – бесполезна. Я несколько раз собирался окончательно прикрыть этот проект. Пустая трата ресурсов и денег. Если бы мы потратили эти средства на разработку новых ракетных двигателей, может быть, сейчас не было бы такого катастрофического отставания от Западного альянса. – Император ставит чашку на стол. – Кстати, так что же получается? Эта змея, которую всю ночь ловили с таким азартом, действительно ползает где-то по замку?

– Дядя Август! Тетя Шиссая очень не любит, когда ее называют змеей. – Диана хихикает. – Я, правда, иногда ее так обзываю, но я умею быстро бегать, а вы уже старенький, поэтому вам лучше называть ее госпожа серпента.

– Хм. Я это учту, маленькая леди. – Император с серьезным видом кивает Диане. – И как же вам удалось спастись от тетушки Шиссаи в прошлый раз?

– Я обещала разрешить ей поплавать в моем озере, и мы помирились, – отвечает Диана, ухмыляясь.

Все сказанное император явно принимает за глупый розыгрыш. Его можно понять, со стороны ситуация выглядит дико.

– Ну что же… – Август пристально смотрит на Леору и Арику. – Надеюсь, что вы действительно из космоса, – показывает пальцем куда-то в потолок и недоверчиво хмыкает, – а не агенты влияния из какой-нибудь страны Западного альянса или из Акатари. Ремион, – император поворачивается ко мне, – не обижайся, но я, пожалуй, подберу тебе еще одну жену. Должен же кто-то на этом острове представлять интересы империи.

– Ваше величество, вам не кажется, что назначать жену главе рода Сцеволы это уже перебор! – Глаза герцогини Изабеллы гневно сужаются. Мама в ярости.

– Белла! – Август поднимает ладони вверх, пытаясь успокоить герцогиню. – Войди в мое положение! Империя на грани войны. Существует реальная опасность начала орбитальных бомбардировок. Только за последний месяц на меня было совершено уже пять покушений. А после смерти твоего мужа дела на острове полностью пошли на самотек. Поэтому в роду Сцеволы мне необходим надежный представитель, который в случае моей смерти не даст империи развалиться на части! И потом… я ведь не заставляю Ремиона спать с ней!

– И не жалко вам будет девушку? – Ша возникает рядом со мной на свободном месте. Опускает кончик хвостика в мою чашку и затем слизывает с него капельку кофе. – Фу, гадость! Как такое – вообще можно пить?! – Возмущенно отодвигает чашку от себя подальше.

К чести Августа ни один мускул не дрогнул на его лице. Выдержка у него императорская. Но вот эмоции удивления я ощутил в полной мере.

– Тетушка Шиссая? – Император слегка приподнимает брови.

– Шиссая – это другая серпента. – Змейка делает небрежный взмах хвостиком. – И для вас она точно никакая не тетушка. А меня в кругу друзей можно звать просто Ша, без всяких там титулов. Так короче.

– Так сколько же в замке змей? – Август натянуто улыбнулся.

– Змей в замке нет!! – Ша раздраженно машет кончиком хвостика. – Где вы тут увидали змею, ваше величество? – Ша демонстративно оглядывает помещение. – А вот серпент пока что временно только три. Маловато для такого большого замка… Вы не находите? – Ша с любопытством уставилась на императора.

– Вот возьмите, ваше величество. – Леора положила на ладонь императора какой-то предмет.

– Что это такое? – Август с сомнением рассматривает странную конструкцию из двух больших слегка голубоватых клыков, покрытых какими-то непонятными символами, и с тесемочкой, продетой через специальное ушко.

– Это защитный артефакт, носите его всегда при себе. Тесемочку можно надеть на шею. – Леора дает пояснения: – Диана поучаствовала в создании по моей просьбе, поэтому этот предмет уникальный, его ценность невозможно измерить деньгами. Уверена, что он пригодится вам не раз и не два.

– Говорящие змеи, появляющиеся прямо из воздуха, защитные артефакты, – Август грустно качает головой и со вздохом надевает тесемку на шею, после чего артефакт окутывается дымкой и исчезает в ауре императора. – Герцог, возможно, твое возвращение для нашего мира намного страшнее орбитальной бомбардировки.

Император разворачивается и идет к дожидающимся его телохранителям. Затем оборачивается и решительно говорит:

– А еще одну жену я тебе все-таки пришлю. Здесь, к сожалению, нет вариантов. Это единственный способ сохранить целостность империи, теперь я в этом абсолютно убедился.

– Рошан, вы подготовили информацию, которую я у вас просил? – спрашиваю, бросая хмурый взгляд на начальника службы безопасности герцогства.

– Да, милорд. – Рошан делает в мою сторону легкий поклон и кладет на стол тоненькую папку, в которую вложено несколько листков, переглядывается с бароном Крассом.

– Всех агентов влияния рода герцога Шиманского на территории острова мы зачистили, – начинает барон свой доклад. – Осталось лишь их торговое представительство на окраине Сантерры. Люди герцога превратили его в настоящую крепость. Мы не стали штурмовать его без вашей санкции. Штурм наделает слишком много шумихи. Но покинуть представительство в данный момент никто не может, мы контролируем воздушное пространство и дороги. Варианты возможного штурма на всякий случай проработаны, они вместе со схемой территории представительства и планом поместья находятся в папке. Вы, ваша светлость, можете ознакомиться с ними и сделать ваши замечания.

– Кто там сейчас находится? – Беру в руки папку и начинаю просматривать содержимое.

– Маркиз Шиманский успел покинуть остров. – Барон Красс разводит руки в стороны. – А старый герцог оказался заперт в представительстве.

– Жаль, что упустили маркиза, лови его теперь по всему миру… – Вздыхаю. Рассматриваю карту поместья и план атаки, предложенный бароном Крассом. – Это никуда не годится… – Небрежно кидаю бумаги на стол. – Небольшая война в черте города нам совершенно не нужна. А главное, при лобовой атаке неизбежны людские потери.

– Мы рассматривали вариант скрытного проникновения… – Красс пожимает плечами, – но они там законопатили все щели, ни одной лазейки не оставили. Измором их тоже не взять. А если атаку растянуть во времени, то они успеют пожаловаться в совет лордов на нарушение аристократической конвенции, тогда, возможно, придется воевать еще с несколькими семьями. Желающие найдутся. Перекрыть спутниковую связь мы им не можем. Остается только быстрый лобовой удар с применением тяжелой техники. К сожалению, у них там тоже есть, чем ответить… – Командующий внутренним легионом барон Красс собирает листочки в папку.

– Говоришь, все щели законопатили? – Усмехаюсь. – Ладно, это мы сегодня вечерком проверим.

Уровень магического фона в Сантерре достиг вполне комфортного для меня значения. Поэтому в само здание торгового представительства Шиманских я проникаю уже отработанным когда-то способом – через воздушную вентиляцию. Аурное зрение помогает не пропустить никого живого. Зачистка здания – дело довольно грязное и неприятное. Впрочем, бывали у меня миссии и похуже.

Перед кабинетом герцога возвращаю себе человеческую форму. Вежливо стучу в дверь.

– Входи, Сцевола, не заперто.

Герцог Шиманский сидит, развалившись в кресле за своим рабочим столом. На столе стоит откупоренная бутылка вина и два стакана.

– Решил-таки навестить старика? Присаживайся. – Шиманский усмехается. – Пить будешь? – Разливает вино по стаканам.

– Нет уж… Не по такому поводу, – улыбаюсь.

– Молодец! Осторожный. Это похвально. А я вот выпью, специально берег эту бутылку для такого случая… – Герцог делает большой глоток из стакана. – Знаешь, Левша? Мне по-любому оставалось жить максимум пару месяцев, я неизлечимо болен. Когда человек приближается к краю, взгляд на многие вещи сильно меняется. Женщина, которая в молодости была смыслом твоей жизни, вдруг оказывается эгоистичной стервой, которая тебя никогда не любила. Дети, ради которых ты жертвовал всем, выросли самодовольными идиотами. Друзей практически не осталось, кто-то умер, а кто-то перестал быть другом. Перед смертью остаешься один на один с Богом. И понимаешь, что всю жизнь занимался херней… Пытался достичь чего-то совершенно ненужного, гнался за призраками власти, влияния, богатства. За всем тем, что невозможно удержать в руках. Время беспощадно отнимает у нас наши игрушки. Тогда как по-настоящему важное было рядом, но ты его не замечал…

Осень… листья почти уже опали, – говоря, старик медленно поворачивается к окну. – Это время года всегда наводило на меня тоску. Зима – это смерть, а осень ее преддверие. Хотя некоторые любят осень. Знаешь, Сцевола? Я всегда был против этой дурацкой затеи по захвату твоего домена. Но эти упертые идиоты из совета клана меня не послушались. Известие о твоей смерти полностью снесло им крышу. В молодости я бы смог их урезонить… – Старик безнадежно машет рукой. – Выполнишь одну мою просьбу?

– Смотря какую… – Пожимаю плечами.

– Внучку оставь в живых. – Старик пристально смотрит мне в глаза.

– Я детей не убиваю.

– Вот и ладненько! – Шиманский расслабленно откидывается на спинку кресла. – В принципе я готов. Как ты собираешься это сделать?

– Сейчас покажу, – делаю небрежный жест рукой, тонкий магический щуп легко перерубает шею старика, и голова герцога с глухим стуком падает на пол.

Громкий спор за дверью комнаты для детских занятий привлек мое внимание. Заглядываю на огонек. На огромном куске ватмана, пришпиленном на стену, в мельчайших деталях нарисован скелет какого-то ящера. Рядом висит еще один ватман, исписанный длиннющими математическими формулами. На третьем ватмане вообще нарисовано что-то сюрреалистичное и непонятное.

– Ну, говорю же тебе, глупенькая, нельзя создать идеальную замкнутую консервативную систему! – Лорена пытается увещевать раздраженную чем-то Диану. – Не будет такой дракончик летать только за счет аэродинамических сил. А сделать его легче никак не получится, так как необходимо обеспечить минимальную прочность костей. – Лорена тычет пальчиком в одну из формул.

– Вот, видишь?! – Диана сует в нос моей дарлите какую-то книжку. – Такое вполне возможно!

Подбираю несколько книг из тех, что раскиданы вокруг Дианы: П. Шумил «Слово о драконе», П. Шумил «Дракон замка Конгов», П. Шумил «Одинокий дракон». Все ясно, книги из личной библиотеки Глории…

– Ты не понимаешь, Лорена! Вот такая магическая структура, – Диана указывает ручкой куда-то в угол третьего ватмана, – вполне обеспечит нужную прочность костей. Да там более чем в сто раз запас прочности будет! Тебе надо только посчитать подъемную силу!

– Подъемную силу я тебе уже посчитала! Она слишком маленькая для того, чтобы поднять такую тушу! Говорю же тебе, дракончика надо делать поменьше! – Дарлита звонко хлопает себя ладонями по бедрам.

В этот момент в кармане у меня звонит телефон. Выхожу из класса, чтобы не мешать горячей дискуссии.

– Здравствуйте! – В телефоне раздается приятный молодой женский голос. – Вас беспокоит комиссар Всемирной лиги защиты прав хищных животных. Мы проводим социальный опрос среди населения империи. Вы готовы ответить на несколько наших вопросов?

Раздраженно скидываю звонок. Но как только положил телефон в карман, он звонит снова.

– Здравствуйте! Это герцог Сцевола? – В трубке телефона все тот же мелодичный женский голос.

– Да. Что вам угодно? – стараюсь не выказывать раздражения.

– Герцог! У вас семь неоплаченных штрафов за езду по городу в пьяном виде! Вы вообще платить собираетесь?!

– Щепка! Это ты, что ли?

– Ха-ха-ха, ваша светлость! Узнал наконец-таки, – заговорила Щепка со своими обычными интонациями. – Конечно же это я! Кто же еще? Слушай, Левша, у меня тут некоторые проблемки возникли… Вот думала, где бы мне их пересидеть? А вчера встретила Барса. Барсик говорит, ты недавно вернулся из миссии и сейчас живешь дома. Ну, вот я и решила, что твой замок подойдет мне лучше всего. Барс, кстати, ужасы какие-то про тебя рассказывает, говорит, ты женился, вот заодно все и узнаю. Я, между прочим, уже подъезжаю, можешь выходить меня встречать. Эй! Эй! Ты что? Не рад?!

– Я-то рад, конечно. – Улыбаюсь. – Вот только некоторые личности вспоминают про друзей лишь тогда, когда у них возникают проблемы.

– Да ладно тебе, не бухти… Это не я такая, это жизнь такая! – Девушка заканчивает разговор.

Милана Атерния, сирота из очень знатного рода, была взята на воспитание одним из близких друзей моего отца. Поэтому мы знаем друг друга с самого раннего детства, можно сказать, росли вместе. Когда-то давно за худобу Милана получила обидное прозвище Щепка. Позже девочка выросла и превратилась в ослепительную красавицу, но в кругу знакомых это прозвище к ней так и прилипло.

Красота для Миланы оказалась большой личной проблемой. За девушкой постоянно волочится масса поклонников, которые ее просто бесят. Щепка распугивает их как только может, и это не лучшим образом сказывается на ее характере. Иногда дело даже до дуэлей доходит с особо настойчивыми особями. Мне доводилось бывать на них секундантом. Клинком Щепка владеет виртуозно, у ее противников никогда не было против нее ни единого шанса. До смерти и увечий Щепка пока не доводила, мол, калечить и без того убогих большой грех. Я же ее всегда воспринимал как младшую сестренку и опекал по мере возможностей. После того как Щепка поступила в университет, видеться мы с ней стали редко.

– Ха! Щепка! – Глория бросилась обнимать старую подругу. – Сто лет тебя видно не было!

– Соскучилась я по тебе, Лори, вот и решила приехать погостить. Каникулы у меня к тому же. Где же мне их еще провести, как не в кругу друзей? – Щепка сжимает Глорию в ответных объятиях.

– Ну да, ну да, – смеется моя сестренка, – соскучилась она, как же! А то я газет не читаю? Милана Атерния тяжело ранила на дуэли старшего помощника посла Акатари. Дипломатический скандал! – Помощник посла, обладающий статусом неприкосновенности, при смерти! Шумиха в прессе на весь мир. Признавайся, прятаться приехала?

– Ну вот еще! – фыркает Щепка. – Буду я прятаться из-за такой ерунды… Поверь, это самая мелкая из моих проблем, не стоящая даже внимания. Помощнику посла не следовало распускать руки. Я и собиралась-то лишь его слегка поцарапать, но этот кретин сам бросился грудью на клинок.

– Да? – Глория изумленно распахивает глаза. – А какие же тогда у тебя средние проблемы? Про большие я и спрашивать даже боюсь.

– И правильно! Не спрашивай. Не надо тебе забивать головку моими проблемами. Лучше сходим вместе со стариком Моримьером на охоту, как в старые добрые времена. – Милана кидает взгляд в сторону нашего дворецкого. – Постреляем, развеемся, вспомним детство. Про императора мне расскажешь, он ведь был у вас тут недавно. – Щепка улыбается.

– Тебе следовало поступать на военной факультет, а на дипломатическом факультете таким, как ты, совершенно не место. – Глория поправила растрепавшуюся челку. – Дипломаты не кидаются чуть что с ножом на послов.

– Ха! Много ты знаешь про дипломатов! – усмехается Щепка. – И потом, это не я решала, куда мне поступать.

– Что? Опекун настоял? – Сестренка смотрит на Милану с сочувствием.

– Нет, все было гораздо хуже, подруга. Но это уже мои средние проблемы… – Милана небрежно машет рукой.

– Чем это вы их так покрошили, милорд? Все стены и потолки кровищей забрызганы! И ни одной огнестрельной раны! – Рошан изумленно покачал головой. – Впрочем, так даже лучше. Мы разрешили журналистам ознакомиться с последствиями нападения неизвестных на торговое представительство Шиманских. Фотографии получились что надо! Цветные. Очень красочные! Думаю, те, кому адресовано наше неявное послание, всё поймут правильно, и нужный психологический эффект будет достигнут.

– С захваченными бумагами разобрались? – Ставлю чашечку кофе на стол и откидываюсь на спинку кресла.

– Еще не со всеми. – Рошан хмурится. – Архивы пока не разбирали, и файлы на дисках не все расшифрованы. Но из того, что успели уже изучить, выводы неутешительные. Шиманские согласовали свои действия с наследником императора Максимилианом. Какие в связи с этим будут указания?

– Никаких, – небрежно машу рукой. – Связь Макса с домом Шиманских ничего не меняет. Ловим преступников, все шаги расследования подробно освещаем в прессе. К тому же кровавое и циничное убийство герцога Шиманского неизвестными отморозками это хороший повод, чтобы усилить охрану представительств других семей. Нам нужен над ними полный контроль.

Выбраться на охоту это очень удачная идея. Давно надо было отдохнуть и расслабиться. И хотя былого азарта нет, так как искать дичь теперь не представляет никакого труда, но родные пейзажи и свежий воздух действуют умиротворяюще. Поздняя осень, а листья все еще висят на деревьях. Довольно прохладно, но это только добавляет уюта от весело потрескивающего костерка. Арика делает вид, что ей холодно, и жмется к моему боку. Леора следит, чтобы мясо на костре не подгорело.

Милана и Кисс постоянно о чем-то секретничают. Вот и сейчас они опять вдвоем уединились от всех на полянке. Кисс показывает Щепке неизвестные приемы работы с ножом, а Милана в ответ демонстрирует основные стойки с клинком. Странно, что у них так быстро возникли общие интересы. Что бы это значило?

– А ты не догадываешься? – Глория угадывает мои мысли.

– О чем я должен, по-твоему, догадываться? – удивленно приподнимаю брови.

– Щепка влюблена в тебя с самого раннего детства! А ты, чурбан бесчувственный, ничего замечать не хочешь, – делает сестренка неожиданное заявление. – Тебе уже как только ни намекали, но ты ничего не слышишь и не видишь. И «дочка» эта твоя туда же… – Глория кидает насмешливый взгляд в сторону Кисс.

– Не болтай ерунды… – скептически фыркаю. – Мы с Щепкой друзья. А Кисс и вовсе еще ребенок. И потом… я не могу жениться на всех желающих. Среди таковых может оказаться три четверти незамужних аристократок империи. А оставшаяся четверть выйдет замуж даже за черта ради герцогского титула. При всем желании мне стольких не осчастливить. Вы с мамой должны быть довольны, что я вообще женился. И то лишь может потому, что мне там память поначалу отшибло.

Получаю болезненный удар по ребрам кулачком от Арики.

– Ну да, ну да… – Глория усмехается.

Привлеченные запахом почти готового мяса у костра появляются серпенты.

– Ха, я выиграла! Двадцать три – семнадцать. – Ша прямо-таки светится от удовольствия.

– Падууумаешь, выиграла она… – Шиссая разочарованно машет хвостиком. – Я на мышей вообще раньше никогда не охотилась.

– Эй!! Кончайте там свою поножовщину! Мясо готово! – зовет Леора Щепку и Кисс.

Жирные куски куропатки напоминают мне нашу самую первую совместную ночевку с Арикой и Леорой в магическом лесу. Такой же костер, такой же вечер, такая же птица. В глазах у дочки наместника проскальзывает легкая грусть, теснее прижимается к моему плечу. Милана и Кисс усаживаются у костра.

– Милана, представляешь, император обещал прислать Ремиону еще одну жену! – Глория делает большие круглые глаза.

– А ты что? – Щепка с любопытством смотрит в мою сторону.

– А что я? Я с двумя не могу справиться, – смеюсь, – зачем мне еще одна? Думаю, что никого он не пришлет. Император – разумный человек.

– Разумный, – Милана вздыхает, – но это пока дело не касается его единственной дочери.

– Вчерашние и сегодняшние газеты, милорд. – Моримьер кладет на мой рабочий стол стопку газет. – Вам следует с этим ознакомиться.

Разворачиваю верхнюю газету в стопке «Новости империи». На первой странице заголовок жирными буквами: «Покушение на императора Августа в зимней курортной резиденции». В результате взрыва погибло семь человек охраны, император чудесным образом остался жив и даже не пострадал. Установлено, что организатором очередного покушения является наследный принц Максимилиан Силинус. Наследник императора арестован, идет следствие. Вскрылась связь принца Максимилиана с разведкой Западного альянса. Арестованы четыре высокопоставленных чиновника военного ведомства, семь лордов из сената, девять представителей государственной плебейской думы, а также министр образования и культуры.

Следующая газета начинается с еще одной шокирующей новости: «У империи новая наследница трона!» Император провозгласил будущей императрицей свою родную дочь Милану Силинус, до этого тайно воспитываемую в доме графа Атерния. Одновременно император объявил о браке принцессы с герцогом Ремионом Сцеволой.

Остальные буквы размываются и превращаются в темные пятна, роняю газету на пол. В комнату входит Щепка, обходит меня по дуге, кладет руки мне сзади на плечи и прижимается губами к затылку.

– Расстроен? – Чувствую ее дыхание.

– Несколько неожиданно… – растерянно хмыкаю. – Могла бы сразу сказать.

– Как ты себе это представляешь? – Милана усмехается. – Я бы вовсе ничего и не стала бы говорить, погостила бы и уехала. Отец обещал, что без моего согласия ничего предпринимать не будет. Если бы не твои непонятно откуда взявшиеся жены, то всё было бы несколько проще. Я и приехала лишь посмотреть на них, познакомиться для начала и лишь затем принять окончательное решение. Но ситуация изменилась, и события вышли из-под контроля. Макс окончательно рехнулся. Я сейчас нахожусь даже в еще более нелепом положении, чем ты. До сих пор мне приходилось отбиваться от назойливых поклонников, а вот самой навязываться это не мое амплуа… – Щепка тяжело вздыхает. – Я тебе нисколечко не нравлюсь? Ни капельки?

– Я до этого тебя с такой стороны как-то даже и не рассматривал. – Ухмыляюсь. – Ну-ка, ну-ка, голову чуть поверни и подбородок слегка повыше.

Щепка послушно приподнимает подбородок и поворачивает голову. Затем ее кулачок больно бьет меня по ребрам.

– Издеваешься?! Да? – Заколка упала на пол, и густые золотистые волосы Щепки рассыпались по плечам, а глаза мечут в меня зеленые молнии.

– Ну, да, есть немного, – киваю. – Новая семейная жизнь, можно сказать, только-только начинается, а уже получил по ребрам. Так и привыкнуть недолго, – вздыхаю. – Но другого выхода у нас нет. Император раскрыл твое инкогнито, и теперь на тебя начнут охотиться самые лучшие профессиональные киллеры. Защитить тебя сможет только Диана, она очень бережно печется о тех, кого считает своей семьей. И скажи ей спасибо за амулет, если бы не он, то твой отец был бы сейчас уже мертв, а империя погрузилась бы в хаос.

Герцогиня Изабелла, Лорена и Диана склонились над огромной картой, разложенной прямо на пожухлой траве, на поляне парка.

– Вот здесь тетушка Шиссая выбрала место для строительства своего замка, поэтому эту долину и эти горы мы отдадим серпентам, там все равно никто пока не живет, а в озере магия уже достигла своего предельного уровня, скоро будет можно открыть постоянный портал на Каллисту. – Диана очертила пальчиком овал на карте в центре моего домена и на секунду задумалась. – А вот этот хребет будет называться Драконьим… – Пальчик Дианы сместился к западному побережью герцогства. – Здесь будут жить дракончики. На них будет возложена очень важная миссия: драконы будут защищать планету от внешней агрессии.

– У тебя получилось создать дракончиков? – Кидаю на Диану вопросительный взгляд.

– Мне бабушка Изабелла объяснила, что нужно делать… – Диана скромно потупила глазки. – Столько времени зря потеряли, надо было сразу у нее спросить. Я недавно решила ее немножко подлечить, наложила лечебные структуры, а заодно и пожаловалась, что дракончик никак не получается, а бабушка мне сразу объяснила, что я делаю не так.

– И где же дракончик? – недоверчиво усмехаюсь. – Познакомишь?

– Так бабушка и есть самый первый дракончик! Точнее драконица. – Диана обнимает герцогиню за шею и чмокает ее в щечку. – Тетя Лорена, Кисс и тетя Глория тоже теперь драконицы. Я наложила на бабушку лечебную магическую структуру и стала ее подпитывать, а бабушка представила, какой бы она хотела стать драконицей. Магическая структура автоматически подстроилась и создала новое тело, оказалось, что никакие расчеты были вовсе не нужны. Если форма жизни возможна, то магия сама подбирает под нее оптимальную структуру, срабатывает принцип наименьшего действия магического функционала. Для основы существа нужна лишь душа с сильной волей, воображением и разумом. Магия не способна создать душу, но способна точно подстроиться под сильную волю и желание. Теперь бабушка может менять магическую структуру тела с человеческой на драконью. Ну и здоровье у нее, конечно, стало как у дракона. А после того как появилась первая драконица, с остальными все было намного проще. Причем удивительно, что каждый дракон имеет индивидуальные особенности, из меня пока что совсем маленькая дракошка получается, – выдав всё это, Диана расстроенно развела в стороны руки.

– Хочешь посмотреть, как я летаю? – Кисс бросает на меня кокетливый взгляд. – Моя дракошка получилась самая изящная, серебристого цвета. Будет очень хорошо смотреться рядом с золотистой серпентой. Очень красивая пара получится. И огнем я плюю дальше и точнее всех. – Девчонка гордо задрала носик.

– Мы тут испытания наших новых драконьих возможностей вчера проводили… – весело хихикает Лорена. – В результате этого у Западного альянса больше нет орбитальной спутниковой группировки.

Глория кивает и подтверждает слова дарлиты:

– Все их космические корабли, которыми они шантажировали империю, мы пожгли и сбросили в море. Удивительно, но мы можем с полным комфортом летать в космосе, выяснилось, что атмосфера для полета и поддержания жизни драконам не нужна.

– Это оказалось совершенно плевым делом! Прилетели, плюнули по нескольку раз в разные стороны, и в космосе больше нет орбитального оружия. Драконий огонь – это нечто! Любую броню мгновенно превращает в пепел. Мы даже заодно весь крупный мусор вокруг планеты уничтожили, так как спутники слишком быстро закончились, – восторженно делится своими впечатлениями Кисс.

– Любопытно, в информационном пространстве по этому поводу пока полное затишье, – недоверчиво пожимаю плечами.

В кармане куртки звонит телефон. Персональный защищенный канал связи с императором.

– Ваше величество?!

– Герцог! Вам вместе с Миланой следует срочно прибыть в столицу!

Столица империи Альфаресс – один из древнейших сохранившихся городов. И это, безусловно, самый красивый город нашего мира. Город ни разу не был захвачен или разрушен, поэтому тут сохранились здания, построенные несколько тысяч лет назад. У семьи Сцеволы, как у одного из наиболее знатных и старинных родов, здесь есть свой особняк. Я бывал в Альфарессе довольно часто, но всегда по каким-то неотложным делам. И каждый раз у меня возникало желание побродить по древним улочкам столицы, но, как и прежде, сейчас осуществить такое желание у меня нет никакой возможности.

Август считает необходимым присутствие будущей императрицы на предстоящих переговорах. Император планирует постепенно переложить часть своих дел и ответственности на плечи принцессы. Ну а я, как муж принцессы и опора трона, а по сути – будущий реальный правитель, тоже должен во всем этом участвовать. Вот уж никогда я не стремился к вершинам власти! Надо будет озаботить Диану здоровьем императора, пусть живет вечно.

Представительский лимузин остановился перед гостевым дворцом Министерства иностранных дел среди десятков таких же дорогих бронированных машин. Выхожу из лимузина, протягиваю руку Милане и помогаю ей спрыгнуть со ступеньки. Телохранители окружают меня и принцессу, некоторые лица среди них мне уже даже знакомы.

– Милана, я как-то раньше не слишком интересовался тонкостями политики. Работа военных обычно начинается после того, как политики все, что могли, уже окончательно испортили и на этом свою деятельность закончили, а ты у нас профессиональный дипломат, поэтому поясни, что от меня сейчас требуется?

– Ну… – в голосе Щепки слышится неуверенность, – просто держи глаза открытыми.

– Ха! Не переживай, хозяин, я тебе объясню все что надо, – вмешивается в разговор Ша, прячущаяся в ауре. – Управлять империями очень просто, и чем больше империя, тем проще. Главное вовремя выявить и убить всех конкурентов. И никогда нельзя сомневаться в своих указах – у вожака не может быть неверных решений! Поэтому решения можно принимать абсолютно любые! Они всё равно будут правильными. А если чего-нибудь не знаешь, спрашивай у меня.

Большой круглый стол посередине огромного зала разбит на секции. Большинство мест уже занято. Окутываю помещение тонким серебристым магическим маревом и сразу ощущаю на себе десятки злых ненавидящих взглядов. Такая искренняя, незамутненная ненависть вызывает у меня прилив бодрости. Занимаем с принцессой наши места.

– Вон та толстая тетка – это Марго, канцлер алеманов и тефтонов, – Щепка тихонько представляет мне присутствующих, указывает глазами на один из столов. – Обычно она старается не покидать пределов Тефтонии. Видимо, сильно ее припекло, что она решилась-таки приехать в Альфаресс на сегодняшние переговоры. Вон тот толстый коротышка за тем столом – Кемрон, нынешний министр иностранных дел Нордии, а тот седой старик – Муркош, глава парламента Эсты, лидер их консервативной партии. Весь левый сектор занимают представители Западного альянса. А вон за тем столом сидит посол Акатари.

Бледный черноволосый мужчина, что расположился рядом с послом, нервно косит в нашу сторону. От него буквально исходит волна страха.

– Это его ты недавно продырявила? – киваю в сторону стола посольства Акатари.

– Ну да, – Милана опускает глаза, – оклемался-таки мерзавец. Живучий.

В зал входит Август, наш сектор стола встает, приветствуя императора. Август приветственно кивает в нашу сторону и садится.

Секретарь заседания ударяет молоточком и произносит:

– Согласно утвержденному протоколу слово предоставляется…

Но тут вскакивает коротышка из Нордии.

– Это безобразие! Империя нарушила мирный договор! Я требую немедленных объяснений! – Кемрон буквально брызжет слюной и подпрыгивает. – Пусть Август Силинус нам ответит! Немедленно!!!

– Что вас так возбудило, уважаемый сэр Кемрон? – Император недоуменно приподнимает бровь.

– Он что, ненормальный, этот Кемрон? – шепотом спрашиваю у Миланы.

– Нет, конечно, – Щепка пожимает плечами. – Начало обычного срежиссированного спектакля под названием «Травля ивразийского зверя». Мы уже к этому привыкли давно. Мелкая вертлявая шавка пытается отвлечь на себя внимание и вывести зверя из равновесия, в то время как остальные либо готовят подлый удар в спину, либо попытаются заставить зверя пойти на какие-нибудь уступки, лишь бы только прекратить эту истерику и восстановить нормальные отношения. На императора это, конечно, никак не подействует. Но они из раза в раз пытаются давить на него таким способом.

– Несколько дней назад империя нарушила старый договор о неприменении оружия в ближайшем космическом пространстве. – Худой высокий блондин из сектора Западного альянса встал со своего места. – На орбите планеты были уничтожены все спутники мирного назначения альянса. Материальный ущерб колоссален! Во имя светлого будущего всего прогрессивного человечества империя обязана передать средства своей наглой агрессии под контроль Совета Наций. Только в таком случае она сможет избежать самого жесткого ответа с нашей стороны.

– Это Майкл Аллен, представитель их центрального разведывательного управления, беспринципная сволочь, – представила Милана говорящего.

– Мистер Аллен, у вас есть доказательства в причастности сил империи к исчезновению ваших военных спутников? – Август мрачно усмехается.

– Мирных спутников, ваше величество, мирных! Они находились на орбите исключительно для сохранения мира и процветания, – отвечает Майкл императору с усмешкой. – У нас есть уверенность, а потому не нужны никакие доказательства.

– Без «мирных» спутников ваша уверенность не представляет для нас никакого интереса, уважаемый мистер Аллен. – Император устало пожимает плечами. – Поэтому в течение трех суток вы должны подготовиться к принятию наших военных консулов. До момента формирования новых правительств, лояльных империи, территории стран бывшего Западного альянса переходят под их временный контроль и управление. Время пошло… – Август бросает взгляд на часы, затем встает и выходит из зала. У самой двери Август оборачивается и добавляет:

– Надеюсь, господа, вы трезво оцениваете свое нынешнее положение и у вас хватит здравого смысла не делать глупости. Если через три дня не примете правильного решения, то будет уничтожен ваш военно-морской флот. Еще через два дня будет уничтожена вся военная промышленность, затем энергетика.

– Красивый у тебя мир, – Белый Странник усаживается за столик, – прекрасный уютный трактир, отличное вино, мясо приготовлено выше всяких похвал. – Странник смакует на языке глоточек вина. – С некоторых пор научаешься ценить маленькие радости жизни. Каждая минута жизни уникальна и неповторима, ее нельзя прожить дважды. Не обольщайся открывшимися тебе возможностями, все, кто живет во вселенной, смертны. Бессмертны лишь боги, сущность которых находится вне времени.

– Магия пришла на планету, она открыла огромные возможности! – говорю я, рассматривая фужер с вином на просвет. – С помощью магии можно сделать людей счастливыми, уничтожить на планете болезни и бедность. – Разрезаю аппетитный кусочек мяса на части.

– Глупости! – Странник смеется. – А разве раньше без помощи магии нельзя было накормить всех нуждающихся? Ты, Скользящий, так пока ничего и не понял. Впрочем, у тебя еще будет время. Сытая и спокойная жизнь не полезна людям. Люди жиреют и превращаются в животных, некоторые становятся абсолютно бесчувственными, а некоторые даже маньяками. Для проявления силы и величия духа людям нужна возможность подвига, а подвиг всегда связан с жертвенностью. Дух закаляется только в страданиях. Если ты отберешь у людей страдания, то тем самым ты отберешь у них смысл их существования. Это будет абсолютное зло! К счастью, это не в наших силах. Ни я, ни Каллиста практически никогда не вмешиваемся в жизнь людей.

– Чем же вы там у себя занимаетесь? – Аккуратно вытираю пальцы салфеткой.

– Твой мир и Каллиста далеко не единственные магические миры, а в других мирах не всегда мирная магия и адекватные Хранители, поэтому порой приходится защищать свои владения от себе подобных. Ты пока очень слаб и даже еще не представляешь, с чем можешь столкнуться. Тебе придется очень долго развиваться и учиться, но ты не расстраивайся, это только первую тысячу лет тяжело, затем привыкаешь. – Белый Странник смеется.

«Шшсешуи! Мелкий паршивец! – Мои мозги чуть не взрываются от ментального вопля мамы-серпенты. – Ты почему опаздываешь на лекцию и заставляешь учителя Сшафарсша ждать тебя? Для кого мы, спрашивается, построили здесь магическую академию? А ну быстро телепортируйся на занятия! Все твои драконицы уже на месте, а тебя носит не пойми где!!»

Content

Сергей Гусаров
Скользящий