Василий Горностаев

Рассвет — твой враг: Ребилд

RX4 — Год второй

«В середине восьмидесятых мне предложили написать сюжет для комикса, посвященного мутной истории ЦРУ. Во время изучения (довольно жуткого, надо сказать) вопроса, я кое-что выяснил: секретный заговор существует.

На самом деле, этих заговоров и разных секретных групп там очень много, и они все путаются друг у друга под ногами».

Алан Мур

Две люстры сброшены на пол и разбиты. Шкаф вообще на щепки разлетелся, а диван разломан пополам. На корпусе стиральной машинки хорошая такая вмятина осталась. Если приглядеться, можно разобрать в ней смутные очертания моей головы. Про копоть на обоях, разодранный линолеум, расквашенную плазму и невосполнимые потери в рядах посуды я вообще молчу. Хорошо хоть проводка не пострадала. Почти. И трубы в ванной менять не придется.

— Это все ты натворил. Не стыдно? — я прижал мерзавца к полу. Вряд ли беглец меня слышал. Этот был похож на человека с лишаем на физиономии, вполне мог слиться с толпой маргиналов. Но вот разума в черепушке не осталось вообще. Животное, что с него взять? — Знаю, что не стыдно.

Не поможет даже живительная вампиротерапия. Проще избавить несчастного от страданий. Я надавил чуть сильнее, и продолжал давить, пока трепыхающийся монстр не развалился, став горкой золы.

Система зафиксировала полученный опыт. За мерзавца дали всего четырнадцать процентов до следующего уровня. Если бы не боязнь ко всем чертям обвалить несущие стены, я б снес его за пару секунд. Субъект даже окрыситься бы не успел. Пришлось по старинке, ручками. Сдерживаться сложно — полученные зимой раны зажили, но последствия никуда не делись. Точные, аккуратные движения требуют больших усилий.

— Все, можете выходить, — я постучал по стеклянной двери санузла, что каким-то чудом пережила битву. Все остальные двери в квартире оказались сорваны с петель и уничтожены.

Из ванной высунулся взъерошенный смертный парень. Посмотрел на меня с выражением одновременно благодарности, недоверия и какого-то, можно сказать, первобытного ужаса. Противоречивое выражение, в общем.

— Эм…этот урод…ушел? — спросил он.

— Покинул сей бренный мир, — ответил я. — Больше вас никто не потревожит. Скорее всего.

Он вышел, держа за плечи свою сожительницу. Та все еще тряслась от страха. Увидев, во что превратилось их жилье, барышня чуть не упала в обморок.

— Ну да, — я виновато потер затылок. — От мебели мало что осталось. С другой стороны, ребята, вы все еще живы. А то ведь, он бы вас очень быстро скушал.

— Что… это было вообще? — парень пребывал в том очаровательном состоянии, когда ножки еле шевелятся, а все силы организма уходят на движение шестеренок, в тщетной попытке ответить на вечный вопрос «А как так?».

Его девушка (а может и жена, кто тут разберет?) напротив, больше переживала за изломанную мебель. Каждый по-своему справляется со стрессом. Не мне осуждать чужие приоритеты.

Все эти чувства мне вполне знакомы. Еще совсем недавно я и сам был в подобной ситуации. Сейчас, я мог бы рассказать этим ребятам про неведомую вселенную, где люди живут с системой в голове, постоянно считая циферки. Про то, как эта вселенная постоянно просачивается в нормальные места, выплевывая тварей, которых я и в алкогольном бреду придумать не сумею. Про людей, которых с детства заражают системой, чтобы создать агентов, закрывающих пробелы в мироздании. Я как раз из таких. Про нелюдей, которым не повезло оказаться вне игры, и сойти с ума от невыносимой ломки. Кстати, такой парнишка может оказаться твоим клоном из параллельной реальности, и кроме жгучей боли в заднице от пребывания в смертном мире, будет страдать непреодолимым желанием откусить тебе голову.

И если откусит, его могут принять в суперсекретную деревню, где подобные упыри живут в мире и согласии, а трогать их ни в коем случае нельзя. И даже косо смотреть в ту сторону не рекомендуется.

Да, я мог бы забить несчастной паре голову бесполезной информацией. Но, во-первых, устав не позволяет, а во-вторых, меньше знаешь, крепче спишь. К примеру, недавняя история с вторжением остроухих была стерта из коллективной памяти. Остались лишь смутные флешбэки про короткий карантин из-за вспышки заразного грибка.

А что бы вот эти ребята спали крепче, я позаботился заранее.

Как-то незаметно, в квартире появились бригада скорой помощи и двое полицейских в штатском. Они сразу же взяли местных жителей в оборот, пока я аккуратно выскользнул в коридор. Обычная ситуация. Сейчас молодоженам вколят амнезиаки, выторгованные у спецслужб, после чего расскажут потрясающую историю про взрыв газового баллона.

Все ради поддержания маскарада.

У подъезда стоял высокий мужчина с худым, серым лицом и длинными волосами. Не смотря на относительно теплую майскую погоду, одет товарищ был как капуста. Над головой его красовалась табличка с внушительной цифрой семьдесят восемь. Увидев меня, он приветственно поднял руку.

Этого человека звали Денис Котт, и был он еще одним из наблюдателей, работавших по городу и краю. Когда я узнал, что кроме Андрея, среди непосредственного руководства есть и другие, зачастую более вменяемые, сговорчивые, а главное — сильные ребята, радости моей не было предела. Правда сама вменяемая и сговорчивая из них оказалась злобной эльфийской принцессой, но это детали.

Не то что бы мы с Андреем сильно враждовали. За прошедшее время, конфликт слегка поутих. Андрей теперь считал, будто у меня прямая связь с нашим ужасным куратором. Это мешало ему умничать. Я старался выполнять свою работу качественно, в рамках установленных правил. А он не делал резких движений в направлении моей сестры. Хотя, иногда я подозревал, что он все же вмешивается в ее личную жизнь.

Ну не могла такая девушка, как Алиса не видеться вообще ни с кем. Скорее всего, она просто очень быстро забывала про всех ухажеров, как и они про нее. Это же неспроста все, согласись?

Одним словом, меньшей сволочью Андрей за это время не стал. Потому, я предпочитал работать с Денисом. У этого тоже были свои тараканы в голове, да и выглядел он как постоянный клиент туберкулезного диспансера. Зато, не баловался гипнозом. Предпочитал действовать более традиционными методами.

— Ну что, как прошло? — спросил наблюдатель.

Я пожал плечами. — Как обычно. Очередной слюнявый огнедышащий черт напал на самого себя. Я вошел, отметелил, вышел.

— Они не приходили? — наблюдатель особо выделил это слово, имея в виду генма. Бывало, операторы на спутнике сливали им информацию о беглецах. В других случаях, они сами, каким-то образом, через систему чуяли возможного будущего собрата.

— Нет, обошлось без вампиров, — ответил я.

— Прекрати их так называть. Сам знаешь, это оскорбительное обобщение.

Ну да, ну, да. Среди них были и обращенные смертные, и дети, рожденные от родителей генма, то есть, согласен: не все они убийцы. Но все поголовно пьют настойку на крови, или отбирают что-то у людей. Такова природа «скрытных демонов».

— Вампиры есть вампиры. Как их не называй. Ладно, давай не будем. — я попытался сменить тему, заметив его возмущение. Потому что эта была слишком скользкая. Наблюдатель довольно ревностно относился к договору, к тому же, я подозревал, что с некоторыми упырями он состоит в родстве.

Мне тоже не особо приятно было говорить о них. В прошлом году, у меня на глазах, генма довели до инсульта целую кучу ни в чем не повинных людей только потому, что схватка с монстром произошла недалеко от их деревни. Неприятно признавать, но в том инциденте была доля моей вины.

Около машины, на которой приехал Денис, стояла девушка в яркой, желтой курточке. Круглое лицо, большие очки в роговой оправе. Темные волосы, стянуты в пучок вычурной заколкой. Не смотря на образ неуклюжей первокурсницы, девчонка была не так проста. Пятнадцатый уровень это какая-никакая, но база.

— Возишь стажерку с собой? — спросил я у наблюдателя, кивая в ее сторону. — Привет, Насть.

Она робко мне помахала.

— Точно, вы же знакомы. В общем, синдром подцепила в девять лет, пробудилась прошлой весной. Какое-то время действовала самостоятельно. В битве с рибхушан почти не участвовала, а потом… Помнишь тот случай, когда автобус чуть с моста не слетел?

— Что-то припоминаю. — автобус со студентами перевернулся, снес ограждения на островном мосту. Скандал был, но быстро утих. Обвинили водителя в халатности. Но кажется, в этой истории было и второе дно.

Вот так иногда смотришь новости, и думаешь: а что из этого правда? Не, по телевизору и так часто параллельную вселенную показывают, но теперь, для меня открылся еще один слой реальности. Мало того, что нужно думать, кому выгодно подать информацию о событии в таком свете, так еще и посещают мысли: а не было ли на месте монстра из Амаравати, чье присутствие в итоге скрыли? И не стоят ли за этим силовики гражданина Зимова?

— Ее рук дело. — продолжал Денис. — Там мутная история. Какая-то болотная дрянь напала на студента из Эфиопии, вылезла у него прямо изо рта.

— Фу. — скривился я.

— Анастасия справилась, в меру своих сил и способностей. А то ведь автобус мог и в заливе искупаться. Свидетелей было много, но Андрей все замял. Взамен попросил ее перебраться сюда. В рамках, так сказать, единого фронта защиты.

— Дважды фу. — дважды скривился я. — Но девчонка молодец, ничего не скажешь.

Приятно знать, что наши ряды множатся. Во Владивостоке не так уж и много агентов «Стигмы», особенно по сравнению с Москвой, или каким-нибудь Норильском (вот где медом-то намазано). Зато бывают дни, когда раскрывается пять-шесть порталов. Помощь лишней никогда не бывает.

Особенно, если учесть, что вторую команду агентов мы полностью потеряли, а дядя Миша отошел от дел, и передал свою часть силы мне. А он ведь здесь был самым опытным. Да и вообще, хороший был мужик. Пусть покоится с миром, где бы он сейчас не оказался.

— Вот и я говорю. Насть, иди-ка сюда.

Девушка подошла, встала рядом с Денисом. Мне она едва доставала до груди, а в сравнении с наблюдателем вообще казалась карликом.

— Это Артур Ким, как ты наверняка помнишь, наш молодой, но подающий надежды и уже довольно опытный сотрудник. — сказал наблюдатель. То ли с гордостью, то ли с издевкой. По нему не поймешь.

— Виделись. — буркнула Анастасия, покраснела аки помидор.

— Он будет твоим непосредственным, скажем так, руководителем. Наставником, если хочешь.

У меня чуть глаз не выпал. — Э? То есть как это — наставником?

Настя тоже удивилась. Она даже как-то отшатнулась от меня, прячась за спиной Дениса, как ребенок. Хотя лет ей на вид было как минимум двадцать.

— Ты что, вчера родился что ли? Бери ее к себе в партию, да тренируй.

— Денис Владимирович, я разве плохо справлялась? — заныла девчонка. — Зачем это нужно-то вообще?

— Да, — вклинился я. Пришлось встать на носочки, чтобы оказаться лицом к лицу с наблюдателем. — А я разве настолько хорошо справлялся? Я же сам новичок, не знаю ни черта.

— Ты же сам себе напарника организовал. — хмыкнул он. — Даже дважды. Значит, достаточно самостоятельный. К тому же, я так думаю, Михаил Юрьевич успел тебе хоть что-то вбить в голову, прежде чем покинул нас. Плюс, сыграл ключевую роль в победе над противником.

— Не, я ценю, оказанное доверие, но… —

— Ну Денис Владимирович! — еще громче заныла Настя, обидевшись, что ее проигнорировали. — Вы же говорили, что я могу работать одна!

— Так. — строго сказал наблюдатель. — Ну-ка замолчали, оба. Если не считать нас и офицерский состав, ты — он ткнул мне в грудь пальцем. — самый сильный агент в нашем распоряжении. В этом городе. Как бы оно там ни было, свою работу ты делаешь хорошо. А ее, — Денис хлопнул Настю по спине, подталкивая ее вперед. — Ее надо учить, иначе наломает дров. Александр и Маргарита по разным причинам не могут этого сделать. Ничего ужасного не произойдет, если вы обменяетесь опытом.

— Да. По дровам я большой специалист. — пробубнил я.

— Хочешь, отправлю ее к Андрею. Пусть он девчонку обучает.

— Трижды фу, и ты сам знаешь, это удар ниже пояса. — знает гад, на что давить. Как бы, мне с одной стороны плевать, а с другой, раз уж есть выбор, не хотелось бы доверять судьбу человека кому-то вроде рептилоида.

Если сильно не приглядываться, он вполне может сойти за кого-то, кто пользуется сомнительными методами ради благих целей. Но это какое-то уж очень удобное оправдание.

— В общем, что я тут с вами рассусоливаю? Надо, значит надо. Начнешь работать с ней, как с Красильниковым. Потом видно будет. — он спешно начал усаживаться в машину. Настя собиралась последовать за ним, но наблюдатель был стремителен. Щелкнули замки.

— Работайте. — сказал он, и уехал, окатив нас пылью.

Ну да, я знал, что и этот с закидонами. Видимо, совсем психически здоровых людей в наблюдатели не берут.

— Это самое. — сказал я, нарушая неловкую паузу. Настя так и стояла, глядя вслед давно уехавшей машине. — Я тоже понятия не имею, как реагировать, но он прав. Раз надо, значит надо.

— Совсем не этого я ожидала. — проворчала Настя.

— Бывает. Работа такая.

Из подъезда вывели того парня, чью квартиру я разнес ранее. Кажется, беглец успел сломать ему руку, но страх затмил боль. Когда укол забвения подействовал, все ощущения вернулись с утроенной силой.

Притворявшиеся врачами подчиненные Дениса оказались достаточно любезны, чтобы отвезти его в травмпункт на своей фальшивой скорой.

Он прошел мимо меня, наши взгляды встретились. В этот момент, я невероятно четко вообразил себе, как хватаю смертного за шею, с силой вжимаю в песок и слушаю, как трещат слабые, человеческие кости.

И, скажу честно, это был довольно странный образ, чтобы вот настолько ясно его представлять. Даже не само желание человеку навредить, а всего лишь некий страх, что я могу это сделать. Откуда что берется?

…

Проводив внезапную спутницу на автобус, я, все еще сомнительно относившийся к этой идее, вернулся домой. Вышеуказанная беседа происходила ранним утром выходного дня, поэтому дико хотелось жрать, после чего завалиться в кровать и сделать вид, что тебя нет.

Так уж вышло, что дядя Миша предпринял какие-то юридические телодвижения перед смертью, чтобы его прибрежный сарай достался мне. Будто знал, что не так уж и долго ему осталось. В итоге, старый, уставший человек, прошедший несколько войн и бессчетное количество стычек с неизвестным, исчез. Стал сверкающей пылью.

А я забрал его печать, его волшебный тренч, и, как выяснилось, его дом. Да так и не понял, за что именно дядя Миша решил все это передать именно мне.

Видел ли он во мне своего сына? Сомневаюсь. Может, просто не хотел уходить, не будучи уверенным, что его дело так или иначе будет продолжено. Не хотелось верить, что это все исключительно из-за влияния Кровных уз.

Повесил плащ на крючок в прихожей. Лишившись контакта с телом, ползавшие по ткани пятна стали тусклее и медлительнее. Артефакт почти разрядился, и вскоре мне придется отдать еще немного душевного спокойствия, чтобы его защита продолжала действовать.

Я так думаю, странные видения и ночные кошмары, которые достают меня в последнее время как раз связаны с пунктами ментальной стабильности. Именно их я скармливаю плащу. Не удивительно, что дядя Миша столько пил.

Поспать мне все же не дали.

Сначала, показалось, что мне это снится. Но мистические песнопения были слишком реальными, и слишком громкими. Я открыл глаза. Азиатские распевы никуда не делись. Осмотрелся, чтобы понять, откуда идет звук.

Источник этой самодеятельности явно находился где-то в квартире. Нужно было только поискать. Бывший владелец оставил здесь кучу игрового хлама. Артефакты из Амаравати редко отличались логикой. Некоторые из них вполне могли спонтанно начать петь.

Звуки тибетского народного театра действительно шли из кладовой. Туда я поставил коробки со своими вещами. К моему большому удивлению, выла как раз одна из них.

Телефон. Тот самый, присланный из игры. Без опознавательных знаков, кроме рисунка, похожего на северокорейский флаг. Год он пылился в шкафу, а теперь вдруг звонить решил.

Осторожно, я провел пальцем по экрану, сдвигая вбок зеленый символ.

— Внимательно. — сказал я. На той стороне раздавался какой-то механический грохот. Будто звонивший мне ехал на поезде.

— Артур Ким? — произнес мягкий мужской голос.

— С утра был им. Кто звонит?

— Мы не знакомы лично, однако ты, вроде как пользуешься плодами нашего сотрудничества.

— Хм. Так это тот парень, который прислал мне первую печать. А потом и телефон? — догадался я.

— Не совсем. Это было распоряжение нашего командира. Я всего лишь глава научного отдела. Я вот по какому поводу звоню. — продолжал он. — Нам стало известно, что Михаил скончался, находясь в мире смертных, как это ни прискорбно. Соболезную.

— Да что уж теперь… — ответил я. — Ничего не поделаешь. Пришло его время. Давай все же перейдем к делу. Откуда вы его знаете? Зачем помогали мне? Почему именно сейчас?

— Много вопросов, Артур. — пробормотал он. — Не на все можно ответить по такому каналу связи. Собственно, по этой причине я и позвонил. Михаил был большим другом нашей организации. Поэтому нам хотелось бы устроить небольшую церемонию, чтобы почтить его память. Само собой, мы не могли не пригласить его прямого наследника. И заодно побеседовать, раз уж так случилось, что прямой наследник это ты.

Нда. Интересно совпало. Таинственная судьба!

— Я приду. Диктуй адрес. — сказал я, непроизвольно громко зевнув. Помянуть дядю Мишу святое дело, но раз уж выпал шанс поговорить с теми, кто зачем-то мне помогает, упускать его нельзя. Раз уж ни Дурака, ни Дьявола со мной больше нет.

Мой собеседник замялся.

— Церемония пройдет через два дня, в штабе нашей организации. Ты сможешь использовать данный прибор, для открытия портала.

И тут меня посетила мрачная догадка.

— А ваша, так называемая, организация… Она ведь совсем не на Земле, так ведь?

…

Посвященный Артур Ким (???) — Уровень 20

Пик развития/Предел: не определен.

Архетип: боец.

Специализация: защита, комбинированные атаки.

Сила:16/Выносливость:25/Скорость:14/Энергия:5/Воля:10

Пунктов Улучшения: 0

Печати: Адепт (4), Древних (3).

Здравомыслие: 50

Тотем: Ярко пылающий тотем (5).

Вирд: 1

Пунктов Вирда: 12

Перки:

Burning Sun, Bright Moon (3)

Howling Stars (2)

Adaptive Vibes (2)

Madness Vest (2)

Навыки:

Владение молотом (15)

Владение щитом (10)

Контроль атмы (28)

Трансфигурация атмы (10)

Обращение с артефактами (10)

Способности:

[TIES THAT BIND 1]

Карт открыто: 10/22

Карт пробуждено: 1

[EIGHT HUNDRED FALLING STARS 3]

[EYES OF THE FIRSTBORN 2]

[???]

Получено достижение: Опытный боец

Двадцатый уровень — важный шаг, но игроку еще многому предстоит научиться. Постоянный бонус + 2 ко всем характеристикам.

Достигнута третья ступень очищения.

R158 — Собрание

Система давала мне множество прекрасных возможностей. Естественно, больше всего радовали волшебные скидки. Никакой продавец не мог сопротивляться этой силе. Даже электронные платежные системы снимали с моего счета меньше, чем было нужно на самом деле. Как и рекомендовал мой внутренний голос, я не сильно задумывался о том, как это отражается на чеках и финансовых расчётах.

На одной только еде, я сэкономил кучу денег. Уже даже подумывал взять кредит, раз уж бонус практически нейтрализует проценты.

Жаль, что Вика в очередной раз решила взбеситься и публично бросила меня через колено. После увиденного, она решила сделать перерыв, и я ее не виню. Та ситуация всех нас сильно потрясла. Для протокола, я пытался наладить неформальное общение, но был безапелляционно послан нафиг. Так что не надо говорить, что я сидел, сложа руки.

А вот что не радовало, так это сама Паутина. Не спорю, может там и есть великолепные, райские миры, где живут радостные люди. Только вот почему-то в такие места порталы не открываются.

В девяноста девяти процентов случаев разрывы ведут в жуткие, вонючие, мрачные и опасные дыры, вроде элементального плана котят. Там живут котято-элементали, само собой. За время работы я четко осознал — у меня зверская аллергия на все эти таинственные земли. Да, когда ты переходишь черту и оказывается в Амаравати, все кажется более ясным, чистым. Более… настоящим? Словно ты наконец-то вылез из душного подвала. Именно из-за этого чувства, у меня возникают внутренние противоречия.

Ну хоть свирепый убийца за мной больше не гоняется, и то хлеб. Но все же, как система, вертевшая все привычные для нас законы на еловой ветке, может казаться более реальной? Еще двадцать минут назад я ехал в автобусе, полном сопливых студентов, а теперь, допустим, стою на утесе. Прямо над целым морем лавы, в котором купаются носатые татуированные русалки. Мои органы восприятия отказываются фиксировать подобную дичь.

Хочется залезть обратно в подвал, и как можно дольше оттуда не выходить. Но, к моему большому сожалению, нам предстояло посетить памятное мероприятие в Стране не выученных уроков. И я не мог не разделить такую радость с товарищами по оружию.

Или что, мне одному страдать?

Кстати, о системных бонусах. Где-то там, у меня, кажется, была плюшка, автоматически создающая хорошее первое впечатление. Благодаря ей, мне практически перестали хамить малознакомые люди.

Так вот, либо она не работает на других носителей ролевого синдрома, либо Настя сама по себе непробиваемая.

С тех пор как она пришла, девушка сидела у окна на кухне с такой физиономией, будто сожрала полмешка лимонов.

— Будешь чай, кофе? Есть печенье, сыр. Не «Российский», ты не подумай, — я открыл дверцу здорового кухонного шкафа, купленного дядей Мишей еще в странах Варшавского договора. С моей запасливостью, шкаф быстро превратился в маленький филиал супермаркета, где можно спокойно пережить начало какого-нибудь не очень страшного апокалипсиса.

От страшного в этом доме не спастись, ибо так и не наладили канализацию.

— Вы что, оптом закупаетесь? — удивилась моя новая напарница. Хотя «удивилась» — слишком громкое слово для такой реакции. Его стоит поделить на десять.

— Что-то вроде того. Очень часто я ленюсь ходить по магазинам. Да и кулинар из меня так себе, — я совершаю периодические набеги на холодильник сестры.

Сюда я ее не могу пригласить. Слишком уж очевидно несоответствие внутреннее убранство квартиры ее внешнему облику. У Алисы возникнут лишние вопросы. Незачем ей знать, что я стал владельцем мистического сарая.

— Артур Ильдарович… — тихо сказала она, но договорить я не дал.

— Э, нет. Давай на ты. Меня по имени-отчеству зовут только всякие рептилоиды. А еще, мне всего двадцать восемь, так что не надо лишний раз напоминать о старости.

Настя слегка улыбнулась. — Извини…те. В общем, извини. Это привычка. Сложно просто так сразу пойти на контакт с незнакомым человеком.

И такое бывает. Я могу ее понять, сам довольно недоверчивый. Хотя, довольно легко сближаюсь с людьми. Как-то раз, я переспал с девушкой через сутки, после того как она угрожала меня пристрелить. Хотя, не думаю, что стоит об этом рассказывать сейчас. Есть гораздо более подходящие темы для сближающего разговора.

Я сел напротив ее. Настя вздрогнула. Такое чувство, будто она относится ко мне с опаской.

— Расслабься. Все же в порядке. Как-нибудь сработаемся. А то трясешься, словно я шизофреник какой.

У меня много талантов. Один из них — потрясающая способность выбирать нужные слова в самый подходящий момент. Девушка вся побелела и отвернулась.

— Я знаю, вы… ты, наверное, хороший человек, — пробормотала она. — Я доверяю Денису Владимировичу. Просто, в общем…

Ее снова прервали. Раздался стук в дверь.

— Развивай мысль пока, — сказал я. — Пойду, открою, это пришел третий участник нашего коллектива.

— …жда…аде…ые…тью. и бе…еч…о с…ый…. — какой-то непонятный, прерывистый шепот прозвучал прямо у меня над ухом. Я обернулся.

— Ты что-то сказала?

Настя сидела белая, как лист бумаги, таращила на меня свои огромные глаза. — Н-нет.

— Ну ладно, — показалось, наверное. Мне чего только не кажется, особенно после того, как я принял печать Древних.

На пороге стоял некто, очень похожий на Леона-профессионала. Или на Лепса. Олег напялил длинное, черное пальто, шапку и кругленькие маленькие очки. Я его не виню, май у нас довольно холодный месяц.

— По какому поводу смена имиджа?

— Ну, так, — смутился Олег. — Поминки же. Надо как-то соблюдать дух мероприятия.

Впрочем, я бы не удивился, если бы увидел его в таком прикиде в любой другой день. В последнее время, мы вообще редко собирались. Чаще всего, я охотился в одиночку.

После прошлогоднего случая Олег стал каким-то замкнутым. Старался больше времени проводить с семьей. С эзотерики и конспирологии перешел на книжки по саморазвитию.

Сложно сказать, что из этого лучше.

— Значит, все же решил идти? — спросил Олег, проходя внутрь. Увидев Настю, он поздоровался, будто знает ее уже лет двадцать и сразу же потерял к девушке всяческий интерес.

— Думаю, все же стоит. Не каждый день выпадает такой шанс, — ответил я. — А ты? Будешь дядь Мишино средство для ванн на чесноке?

— Не, — фыркнул Олег. — К «Стигме» в гости лучше идти с ясной головой.

Еще одно значительное изменение в характере моего напарника. Он почти перестал пить. Так-то правильно, в принципе. Но когда он отказался в первый раз, мы с дядей Мишей решили, что Олежку подменили инопланетяне. Согласись, это вполне оправданное подозрение в свете случившегося с его женой. Кстати, Алёна чувствовала себя нормально, и к счастью, ничего не помнила о тесном соседстве с ушастой шпионкой.

— Как выяснилось, — сказал я, занимая позицию, с которой можно было смотреть на обоих моих спутников сразу. — Мы идем не к «Стигме». Ребята, позвонившие мне, представляют совсем другую контору.

Настя встрепенулась. — Что вы… ты имеешь в виду?

— Насколько я понял, они что-то вроде ЧВК, или типа того, — я передал членам партии детали своего разговора с тем человеком.

— Понятно. Наемники, значит, — вздохнул Олег. — Ты им доверяешь?

— Я что, по-твоему, совсем тупой? — даже как-то обидно. — Конечно, нет. Поэтому мы и премся туда втроем.

Я бы взял больше людей, если бы у меня было больше людей. Повезло, что наблюдатель очень вовремя привел Настю. Иначе, пришлось бы тащиться в это и без того сомнительное предприятие с одним только Олегом.

— Это может быть ловушка, — он продолжал нагнетать.

— Не исключено, — согласился я. — С другой стороны, сам подумай. Это мы. С какой стати кому-то нас ловить? Есть в нас хоть какая-то практическая ценность?

Особо опасных врагов у меня не было. По идее. Я ведь сражался только с беглецами и монстрами, поэтому просто не мог стать чьим-то объектом возмездия. С другой стороны, семья Хан, Королевская армия, Клан Черного Копыта… О чем это я? Врагов полно. Не считая контроллеров, но это чисто земные проблемы. В теории, без Дьявола я для них интереса не представляю, ни как потенциальный коллега, ни как объект мести. Уж надеюсь, ибо типа крайне неприятные.

Андрей…? Сомневаюсь, что он мог бы такое провернуть. К тому же, когда эти ребята прислали мне печать, мы с ним еще не были в контрах. Если, конечно, он не задумал хитрый план еще в ночь встречи в обезьяннике.

Нет. Вряд ли.

Генма? Им пофиг на все. У них и так полно плюшек от договора. К тому же, если бы вампиры хотели бы от меня избавиться, то просто заявились бы, пока я сплю, и скормили аисту. И никто бы не догадался.

— И то верно, — сказал Олег. — Но какая-то это все равно мутная история. Почему они пошли на контакт только после смерти Михаила Юрича? Говорят, что они были прямо друзьями, но он ни про каких наемников никогда не говорил. Тебе это странным не кажется?

Я представил, как бью Олега прямо в жбан. Со всей силы, раз и в нос. И вот он отлетает к стене, кровь фонтаном, зубы осыпаются на пол…

Э, стоп. Что за мысли такие?

Шепот повторился. Еще более неразборчивый, чем в первый раз. Тут же, Настя вскочила и бросилась к выходу.

— Ты куда? — поинтересовался напарник.

— В туалет. Он же снаружи вроде?

— А, ну да.

Я, тем временем, хлопал себя по лицу, пытаясь отогнать странные видения.

— Артур? Ты чего это?

Внимательно посмотрел на Олега. Больше мне не хотелось его бить. Да нет, мне вообще не хотелось его бить. Что за хрень происходит?

— Все нормально. Не выспался просто, — я налил себе кофе покрепче. Так, на всякий случай. — Нет, ты прав, это все очень странно. Но с системой, в нашу жизнь и так пришло огромное количество странностей. Кажется, пора разъяснить хотя бы некоторые из них.

— Ага. Так они тебе все и рассказали, — хмыкнул напарник.

— Ну, вдруг хоть что-то полезное выясним. Блин, мне самому эта идея очень не нравится. Но лучше пойти и пожалеть, чем не пойти и пожалеть. Знаешь же, как говорят.

R159 — Твой новый рассвет

На смартфоне было всего два приложения. Одно из них принимало звонки и сообщения от создателей. При этом никакой функции обратной связи не предусмотрено. Либо это я тупой и не нашел, либо наемники из Амаравати не особо хотели, чтобы я им перезванивал.

Второе приложение активировало тоненький разъем в верхней части аппарата. Полоска загорелась ярким желтым светом. Мне предложили ввести координаты на экране. Опять же, я не смог понять, как скопировать полотно цифр из сообщения в другое окно. Как же тут все неудобно, блин!

Пока я разбирался с инопланетными технологиями (с помощью ручки и листка в клеточку), напарники разбрелись по комнате. Только что, мы были полны решимости, но во время заминки вся решимость незаметно улетучилась.

Настя отступила в другой угол и сидела там, как бедная родственница.

Олег плюхнулся в кресло, достал из кармана мелкую книжонку. На синей обложке виднелась пара усталых глаз, и радостное солнце, выползавшее из-за холма. Золотые буковки гласили: «Твой новый рассвет».

Скорее всего, очередная офигительная история про то, как надо любить себя, ходить в качалочку, а самое главное, слать автору как можно больше денег. Ведь именно щедрость и отказ от материальных благ — основной фактор личностного роста. Не знаю, обычно в таких книжках ничего другого и не написано.

— Ты еще и деньги тратишь на эту муть, — сказал я ему. Тут же поплатился за это, написав неправильную цифру. Нефиг отвлекаться, Ким!

— Всего двести рублей, — пробубнил Олег. — И эта, — он помахал книжкой. — Точно не муть. Умные вещи пишет. Сейчас его много кто читает и смотрит.

— Ты про всех так говоришь. Даже про того, который призывал всем мужикам собраться, и отправиться жить в степь, куда не достает инфернальная женская магия.

— Ладно, уел. В свою защиту скажу, что там было вполне адекватное начало, про поиск внутренней гармонии. Это ближе к концу начался дауншифтинг.

— И что же мы ищем внутри себя в этот раз?

— Стержень осознания собственной ценности, — никогда не понимал, как можно говорить такие вещи с абсолютно каменным лицом. Но Олегу удавалось. — Просто, когда ты его находишь, маятник перестает раскачиваться. Ты больше не зависишь от окружающих, которые тянут тебя вниз, и можешь заглянуть за стену бытовой обыденности, чтобы увидеть собственный рассвет.

— Ой, все, — философия настолько железная, что у меня навсегда отпали все аргументы.

Наконец-то я закончил переписывать циферки и вбивать их обратно. Смартфон начал зловеще жужжать. На всякий случай, я вытянул руку. Реальность вокруг аппарата пошла пузырями, вздулась. Прямо в воздухе возникли желто-черные круги. Эти жирные разводы расползались, формируя прямоугольный проем, в который можно было пролезть исключительно боком.

— Вроде готово, — у меня аж рука затекла. Старые раны онемели. Система заменяла боль тянущим, неприятным, но все же терпимым чувством. На другие, схожие ощущения она не оказывала никакого эффекта. Даже на двадцатом уровне вполне можно было отлежать себе конечности, вплоть до судорог.

— Нам точно-точно обязательно туда идти? — спросила Настя. Периодически, ее лицо меняло цвет с мертвенно-белого на пунцовый.

— Боюсь, что да, — ответил я. — Была когда-нибудь в Амаравати? Ну, кроме тех двух раз в Потерянном раю.

Она покачала головой. — Даже внутрь не заглядывала. Сразу закрывала, и все.

— Не переживай, восьмиклассница. — Олег оторвался от своего безумно интересного чтива. — Если что, мы тебя прикроем.

— Вообще-то, я на втором курсе учусь, — надулась девушка, не оценив иронию.

— А так сразу и не скажешь, — пожал плечами Олег.

Будучи лидером партии, я просто обязан был заглянуть своей ученице в характеристики. Настя знать не знала, что подобную информацию можно, а иногда и нужно скрывать. Мне стоит сказать ей об этом. Помню, мы, и сами понятия не имели, пока дядя Миша не просветил.

Как и Олег, Анастасия склонялась к магии. С физической силой и выносливостью у нее были большие проблемы. Эти характеристики остались на смертном уровне. Скорость тоже оставляла желать лучшего.

При ее фигуре, это могло стать проблемой. Не поймите превратно, я никого не осуждаю и вообще за боди-позитив. Но в нашей работе приходится быстро бегать, высоко прыгать и уклоняться от всяких неприятных вещей.

Есть подозрение, что до сих пор, ей банально везло с противниками. Возможно, мне стоит проявить твердость и отправить Настю в «Воина-ягуара». А заодно и Олега.

Если уж прокачиваться и делать свою работу на совесть, то не стоит полагаться на одни лишь циферки.

Сомнительные физические показатели отчасти компенсировались высокой энергией. Каким-то образом, Насте удалось заполучить печать Тьмы. Видимо, выдали в качестве награды за хорошо проделанную работу.

Уникальная способность еще не разблокировалась, но навык уже позволял ей создавать сгустки темного вещества, и бросаться ими во врагов. В нашей ситуации, это могло сработать только как отвлекающий манёвр.

Сплошные волшебники кругом, куда бы деться. С другой стороны, лучше, чем ничего.

— Готовы? — спросил я, убирая устройство в карман. — Тогда ждем моего сигнала и заходим.

У командира нет лихого белого коня, но он все равно идет первым. Так уж повелось на Руси, что командир теперь я, а значит вперед идти обязан.

Выдохнул и сделал шаг в неизвестность.

На той стороне было темно, как в заднице. Как всегда, в принципе. Стоял зверский гул. Воняло керосином, и черт знает, чем еще. Помимо обычной тошноты от нахождения в Паутине, я почувствовал неприятную легкость. Уши заложило. В левом начало звенеть.

К такому повороту событий я был вполне готов, и мог обойтись без фонарика. Сразу же активировалось ночное зрение. За год, оно значительно улучшилось. Я смотрел на мир через яркий, серо-зеленый фильтр.

Портал вывел нас в какой-то ангар, или очень широкий тоннель. Металлический пол сильно вибрировал, отчего я едва не завалился на спину. В паре метров стояла машина, закрепленная толстыми ремнями. Похожа на уазик, только с неведомыми письменами, и наростами вроде полосатых рогов. Еще несколько таких же машинок расположились в ряд, около противоположной стены.

На капоте одной из них стояло тяжелое орудие, вроде большого отбойного молотка. Кольца, обвивавшие остроконечный дрын, слегка светились. Хитрая электромагнитная катушка?

Я просунул руку в портал, помахал своим, давая понять, что здесь относительно безопасно.

Стоило Олегу с Настей перебраться в темный ангар, разрыв зашипел и схлопнулся. Будто знал, что дома никого не осталось. Подозрительно это все. Очень подозрительно.

— Где мы? — спросил Олег и включил фонарик. — Гаражи какие-то.

— Может, склад. Похоже на военную базу, или что-то типа того.

— Я думала, здесь чаще всего средневековье и фентези. Как обычно, в играх. Замки, там, эльфы… — Настя дотронулась до машины, отдернула руку, будто обожглась. Металл заговорен магией света? Не зря же покрыт руническими письменами.

— По-разному бывает, сама знаешь — сказал я. — Видать, это относительно высокотехнологичный мир. Судя по всему, более продвинутый, чем наш.

— Еще одно свидетельство в пользу теории с ловушкой, — ворчал Олег.

Встретить здесь рибху было бы просто отвратительно. Но машины не походили по стилю на те, которые обычно делали остроухие. Не было того странного материала, из которого были сделаны мелкие роботы и бластеры. Само по себе это ничего не гарантировало, но если бы я увидел следы остроухих, было бы гораздо хуже.

— Ты как? Нормально себя чувствуешь? — спросил я у Насти.

— Какая-то тяжесть в груди. А так, все нормально.

— Чем выше уровень технологии мира, тем хуже действует магия. И, наоборот, в сильно волшебном мире ничего сложнее рычага не работает. Представь себе координатную ось. Чем дальше мир от точки, где магия абсолютна, тем сильнее чахнут ее владельцы.

Все сведения об устройстве Паутины, я почерпнул из книг, беспорядочно валявшихся в квартире. Я просто обязан был узнать как можно больше. Главное не вдаваться в метафизику.

— Это не опасно? — встревожилась девушка.

— Не смертельно, — я глянул на Олега. Тот с интересом обследовал ангар. — Но, к несчастью, от вас здесь будет гораздо меньше пользы, чем хотелось бы.

Напарник добрался до другого конца помещения. — Артур, здесь дверь. Нам, скорее всего сюда.

За тяжелой железной створкой оказался узкий коридор. На высоте около двух метров располагался широкий, круглый иллюминатор. Я взялся за раму и подтянулся, чтобы заглянуть в окошко.

Сразу стало понятно, от чего закладывает уши. Конструкция, на борт которой мы забрались, летела очень высоко. Под нами плыли густые, белые облака. В просветах можно было разглядеть светлые песчаные дюны, усеянные темными пятнами луж и мелких озер.

— Что там? — Олег дернул меня за ногу.

— Ну, уж ясно, что не родимые просторы, — огрызнулся я. — Летим.

— Куда?

— Нашел, кого спросить.

— Значит, это самолет? — спросила Настя.

— Или космический корабль. Хрен его знает. Мы несемся над какими-то болотами, это факт.

Нас, вроде как, приглашали в штаб. Оставалась вероятность, что неизвестный транспорт летит именно туда, куда нужно. Или, что-то пошло не так, и мы ошиблись дверью. Еще одна причина испытывать неприязнь к Паутине. Если ты не живешь в этой далекой галактике, ориентироваться в ней практически невозможно.

Хочу домой, в сарай.

С другого конца коридора появилась группа решительно настроенных граждан. Лиц я не разглядел. Их скрывали вычурные шлемы в виде луковок, как на обложках западной фантастики 50-х годов.

Еще трое таких же имперских штурмовиков выскочили из того же ангара, где только что бродили мы. И никого не видели, что примечательно.

Не успел я отреагировать, как Олегу в нос уже уткнулся ствол фантастического ружья, больше похожего на водяной пистолет, выкрашенный в ядовитые цвета. Вот только стреляла эта штука явно не водой.

Настя взвизгнула, подняла руки.

Уровни охранников были скрыты. А вот наши они скорее всего прекрасно видели. И раз уж так упорно лезли в бой, значит, вполне могли с нами совладать.

Если бы я сейчас спрыгнул, мог бы призвать молот и вырубить двоих слева. Третий бы выстрелил, но от такого плащ меня защитит. Меня, но не Олега.

Хотя вообще, с чего я это взял? Может, сила артефакта древних не распространяется на космические бластеры.

— Спокойно, — сказал я, слезая обратно. — Мы, вообще-то по приглашению.

R160 — Азура Кен

Она просто оступилась.

Напряженная ситуация, скользкий пол. Все понятно, с каждым может произойти. Анастасия вскрикнула и рухнула мне под ноги. Черный комок случайно сорвался у нее с ладони и прилепился к стене, став ровным пятном.

Внезапно, в коридоре поднялся ветер. Охранник, стоявший ближе всего к этому пятну, дернулся и с грохотом ударился спиной об стену. Он заткнул дыру собой, поток воздуха стих.

Его товарищ подхватил винтовку. Раздался тонкий писк энергии. Бледный шар огня врезался в мой щит. Удар был довольно сильным, меня чуть не отбросило в другой конец прохода. Но Настю я прикрыть успел.

Нисколько не пожалел, что прокачал артефакт. Из неповоротливого титанового квадрата, обернутого тканью, щит превратился в легкую пластину в полтора моих роста. К тому же, «Дар Брата» стал гораздо крепче. Со вспышкой красноватой энергии, он призывался за долю секунды. Иначе со своими травмами я бы вообще не смог им пользоваться.

Олег среагировал очень быстро. Еще до того, как мы прикрылись щитом, он уже стоял с посохом в руке. Охранник, державший его на прицеле, отвлекся на нас, и мой напарник получил возможность атаковать. Мощный поток воды ударил в живот «штурмовика», отчего тот согнулся пополам.

Это на свадьбах драка категорически приветствуется. А вот на поминках как-то не принято начинать боевые действия. Времени почти не оставалось, и я судорожно пытался сообразить, как спасти ситуацию.

Сраженный Олегом охранник растворился. Твою мать, мы не успели зайти, но уже кого-то убили. Я еще удивлялся, почему жителей Земли в Паутине считают собакоголовыми варварами.

Хотя чего это я, они ж бессмертные! Возродится, еще. Ослабеет, само собой, но у них, в отличие от нас, куча времени, чтобы наверстать упущенное.

Молот с треском влетел в затылок противника. Второму я вмазал ребром щита прямо по шлему. Темное стекло треснуло и рассыпалось, являя пучеглазую инопланетную физиономию.

Старый «Дар Сестры» был утерян, когда Кворл метнул им в летевшую за нами ракету. Новый молот я сделал из настоящего боевого оружия, найденного среди хлама в кладовке. Зачарование сохранилось в системе, нужно было только заплатить, чтобы его перенести.

Первый пострадавший «штурмовик» оторвался от стены и тут же получил посохом по шее. Рядом с нами оставался еще один охранник. Он бросился вперед, размахивая саблей, но пятно, созданное Настей, притянуло его к полу. Охранник треснулся лбом о металл и затих.

— Ладно. Неловко вышло. — сказал я, осматривая последствия дебоша. — Давайте-ка сваливать отсюда.

Телефон выкину сразу. Хотя блин, они наверняка знают, где я живу. Ну почему все всегда получается через жопу?

— Стоит отметить, для первой драки, действовали мы довольно слаженно. — отметил Олег. — Молодец, Настюха!

Девчонка снова раскраснелась, и зачем-то спряталась от него за мной.

— Так что это было? — спросил я у нее. Если честно, от темной энергии ожидаешь немного другого. Какую-нибудь фентезийную ерунду, вроде разъедающей скверны.

— Ты создаешь черные дыры! — обрадовался Олег. Настя еще сильнее смутилась.

— Нет… — она виновато покачала головой. — Не совсем. Они больше похожи на чернильные пятна, которые всасывают воздух. Почти безвредные…

Я попытался представить, как Настя набрала пятнадцатый уровень, обездвиживая своих врагов, а затем, добивая их веником. Своеобразная девушка.

— Простите, это я их спровоцировала…

— Не заморачивайся. — я положил Насте руку на плечо. — Это они нас спровоцировали. Кем надо быть, чтобы стрелять в гостей?

— Они всего лишь следуют установленным протоколам. — знакомый голос. Вот только непонятно откуда он доносится. Вокруг нас не было ничего, даже близко напоминавшего динамики.

— Кто здесь? — крикнул я, приготовившись к еще одной драке. Приходить сюда было плохой идеей, отвратительной. Из тех, в которых ты полностью осознаешь свою глупость и грозящую опасность. Но все равно выходишь на тонкий апрельский лед, чтобы наловить рыбы.

— Приношу свои извинения. — произнес голос. Это точно тот парень, который звонил мне. — Я должен был вас встретить и сопроводить, но в лаборатории возникло неотложное дело. Не беспокойтесь насчет трутней, они больше не будут проявлять агрессию.

— Мы, кажется, убили пару штук. — ответил я. — Учтите, это целиком и полностью их вина.

— Да ничего страшного. Это же всего лишь трутни, они даже себя не осознают. И шкалы опыта у них тоже нет. Поэтому, все нормально.

Где бы мы ни оказались, сие место становилось все более и более непонятным с каждой секундой.

— Я сделаю вид, что все понял. Что ж, если ты не врешь, и нас не собираются брать в плен… Возможно, стоит перейти к торжественной части?

В следующем помещении, нас ожидало большое окно с видом на крыло самолета. Оценив размеры воздушного судна, Олег начал шепотом материться.

Да оно было больше, чем весь наш аэропорт. Мне вспомнился фильм «Воздушная тюрьма». Вот только махина, на которой Николас Кейдж избивал Джона Малковича, могла уместиться в одной турбине этой летающей крепости.

— Как они вообще подняли эту срань с земли? — возмущался напарник.

— Советская космонавтика творит чудеса. — я толкнул его локтем в бок. — Не задавай лишних вопросов.

Нас встретила вежливая, доброжелательная девушка, чьими родителями, очевидно, были ксеноморф и настольная лампа. Ее внешний вид напомнил мне о свирепых куклах, населявших погибший город. У дамы были длинные изогнутые ноги, как у кузнечика, покрытые блестящим панцирем. Все остальное тело, казалось, состоит из одного ребристого хребта. С одной стороны длинный, тонкий хвост. С другой, круглая голова со вполне человеческим лицом. Если не считать багровых глаз без белков.

Алая мантия скрывала как минимум три пары рук. Может и больше, я не успел посчитать.

Она повела нас по узким лабиринтам крепости. Я заметил, что Настя едва слышно молится. Не стал ее прерывать. В голове сразу всплыли теологические вопросы и проблемы, неизбежно возникающие в контексте существования Амаравати. Мне совсем не хотелось размышлять об этом сейчас.

По дороге, нам встречались патрули трутней. Теперь, «штурмовики» в шлемах-луковках старательно делали вид, что нас не существует в природе. Как и положено безмозглым автоматам.

Олег приставал к чудовищной барышне с расспросами. Чем-то она ему приглянулась. Надо отдать должное, по сравнению со своими коллегами, она действительно могла показаться милой. Няшный башенный кран в кимоно.

В зале заседаний, за большим круглым столом собрались неописуемые твари. Их внешний вид служил напоминанием — не смей повышать Вирд, парень. Оно тебя сожрет.

Среди собравшихся (не считая нас) было только четверо относительно человекоподобных товарищей. Один из них, юноша с огромными глазами (как у пришельца) и в белом халате подошел ко мне, протянул перепончатую ладонь.

— Артур Ким. Мое имя — Тэн Мару. Это я связывался с тобой и пригласил сюда.

Я пожал сухую, но нереально холодную руку. — Мило тут у вас. Темно только.

— Приветствую тебя и твоих спутников в самом сердце «Азура Кен». Для нас это большая честь.

…

Знаете, есть такие передачи, где разные актеры (в основном театральные) сидят за столом и рассказывают охренительные истории. Что-то вроде: «А помните, как мы нажрались в семьдесят третьем году?!». Или «Помните, как в девяносто пятом нажрались, и Васька блевал из окна, не снимая костюма Буратино? Дебил был полный. А теперь стал худруком, посмотрите на него». Впрочем, градус эзотерического алкоголизма тоже не снижался.

Поминки дяди Миши очень сильно напоминали мне такую передачу. Только вместо актеров, истории рассказывали ожившие картины Гигера, Босха, и Бексиньского. Ну, и в этих рассказах было больше батальных сцен. Бессмертные, как и люди, постоянно враждовали между собой. Группы, организации, гильдии, кланы, целые миры не переставали устраивать кровавый срач. Вот, что происходит, когда ты не испытываешь боль.

Я внимательно слушал, стараясь разузнать побольше про саму организацию наемников. Настя сидела рядом со мной, озираясь на воина в костяных доспехах, справа от нее.

— Все нормально?

Она кивнула и прошептала. — Кажется, в его броне копошатся какие-то жуки.

— Пусть копошатся. Пока они тебя не кусают, все будет нормально. Не обращай внимания.

— Артур, я домой хочу.

— А уж как я хочу. — проворчал я. — Но мне надо здесь еще кое-что сделать. Как только управлюсь, сразу летим на родную планету.

А вот Олег, кажется, чувствовал себя прекрасно в этом дурдоме. Кушал, пил и живо включался в беседу с чудовищами.

Пути «Азура Кен» и дяди Миши впервые пересеклись в далекие шестидесятые годы. Тогда, он был еще молод, силен и по характеру больше напоминал барсука-медоеда. Нужно было только показать, в какую сторону воевать, и он шел воевать с упорством лунного трактора.

Это была секретная операция в монгольских степях. «Стигма» заключила с наемниками контракт на уничтожение группы вампиров-отступников, нарушивших договор. В качестве консультанта, дядя Миша отправился с ними.

Надо сказать, это была тяжелая битва. В результате нее, целое село оказалось стерто с лица земли, а смертный начальник геологической экспедиции, оказавшийся не в то время, не в том месте, был напичкан амнезиаками и чокнулся. До самой смерти он писал во все газеты статьи с доказательствами существования плюющегося молниями червя.

Во время схватки, Михаил Юрьевич спас необстрелянного пацана, впервые посетившего смертный мир. Так он познакомился с Тэном. Наш новый знакомый занимал довольно приличный пост в организации. У него должны были быть хоть какие-то ответы.

Им вновь пришлось работать вместе спустя несколько лет. На этот раз в глубинах Амаравати, в мире гудящих синих кристаллов. Наемники запросили помощь официальных органов правопорядка, когда стало известно, что в войне двух стран принимают активное участие революционеры, использующие нелегальные методы прокачки.

С тех самых пор, дядя Миша зарекся уходить от портала на родную землю дальше, чем на триста метров.

Во время этих бесед, кое-что обрело для меня болезненную ясность. Обитатели Паутины весьма отдаленно представляли себе, что такое смерть. Для них это была всего лишь неприятная условность, потеря накопленного прогресса. В крайнем случае, очень старые игроки могли переродиться в детей, как медузы, каждые сто лет превращающиеся в личинок.

Так или иначе, они продолжали существовать.

Одновременно с этим, они до одури боялись «перманентного прекращения бытия». Ну, того, что ждет всех нас жителей земли в конце.

Для них, добровольное обитание в смертном мире, особенно в преклонном возрасте было сродни сумасшествию и самоубийству. Боевые товарищи были сильно опечалены, что дядя Миша решился на такую глупость, вместо того чтобы переехать в Неверляндию.

Меня это разозлило. Мы не были так уж близки (уровень карты достиг пяти), но старик был моим другом. А я был его наследником. Они в принципе не понимали логики его поступка, в то время как я прекрасно понимал.

Передо мной был безумно уставший человек, чья жизнь закончилась в тот самый момент, когда он убил сына, превратившегося в цикаду. Человек, чья сила требовала вспоминать ужасы лагерей Квантунской армии в северном Китае, лица детей во Вьетнамских джунглях, слезы единственной любимой женщины. Потому что иначе, он не мог сражаться.

Для дяди Миши, жизнь в Амаравати была бы пыткой. А мое появление стало долгожданным освобождением.

Тем не менее мы в едином порыве выпили за упокой его души, где бы она сейчас не была.

Инопланетная барышня протянула руку, чтобы забрать у меня пустую чашку. Как-то странно посмотрела на меня.

— Что-то не так?

Она приподняла бровь. — Ты странно пахнешь. Непривычно.

— Это огуречный лосьон. — хмыкнул я. — У вас небось такого нет.

— Ты смертный. — не унималась она. — Но от тебя будто пахнет кровью.

— От плаща, наверное. Всякие твари вечно так и норовят забрызгать и заплевать. Что поделаешь, работа такая.

Барышня еще раз осмотрела меня, очень внимательно. Очень подозрительно.

— Пахнешь как генма. — пробормотала она, и отвернулась. Принялась доставать и без того дрожавшую Настю.

Странные претензии. Я-то точно не вампир. Я даже с ними не сталкивался, если не считать того случая в лесу, и еще пары стычек на протяжении года. Но мы никогда не дрались. Более того, генма не подходили ко мне, ближе, чем на расстояние вытянутой руки.

— Погоди, что ты имела в виду? — я коснулся хвоста девушки, привлекая ее внимание.

Она пожала плечами. Всеми шестью. Аж голова закружилась. — Просто, это необычно. Может, я ошибаюсь. Но у меня хороший нюх на беглецов.

— Но я не беглец. Совсем наоборот.

— Потому я и удивлена. — неожиданно, ее лицо оказалось совсем рядом с моим. Еще чуть-чуть, и меня бы ждал жаркий поцелуй от многорукой робострекозы. Признаю, в былые годы я баловался фильмами для взрослых, но это как-то слишком экзотично.

Я попытался незаметно отодвинуться. К несчастью, кресла были намертво приварены к полу.

— Никогда не видела никого, похожего на тебя. — промурлыкала она. Именно в ту секунду, над круглым как тарелка лицом барышни из воздуха появилась крутящаяся карта.

Ладно, Ким. Сначала странные видения. Потом монстро-девки. Эта история с картами сворачивает на какую-то не совсем ту полосу.

Она растопырила костлявые пальцы, вызывая полупрозрачную панель. На не замелькали неизвестные письмена, после чего, телефон в моем кармане зажужжал.

— Выходи со мной на связь. — усмехнулась девушка.

Меня спас новый друг в белом халате. Он снова появился рядом с нами, будто из ниоткуда.

— Не хочется тебя прерывать, но у нас много важных дел, Артур. — Тэн похлопал меня по плечу. — Надо поговорить. Давай отойдем в более укромное место.

R161 — Старшая аркана

Он отвел меня в комнату отдыха, заставленную экзотическими растениями. Целую стену здесь заменяло стекло. У нас под ногами простирался болотистый мир, полотно желтоватого песка и темных пятен озер.

— Ну и как оно, жить на самолете? — полюбопытствовал я.

Тэн отрешенно смотрел на проносившиеся мимо озера. — Не жалуемся. За десять дней мы облетаем этот мир по кругу. Можем быстро реагировать, если что-то происходит. К тому же, так на нас сложнее напасть.

— Да уж. Имел удовольствие испытать вашу охранную систему на себе. Скажу честно, эти ребята довольно бесполезны. — одного из них смогла вырубить неопытная, неуклюжая девчонка.

— Еще раз извини. Я не думал, что трутни найдут вас быстрее, чем я. И, для твоего сведения, они всего лишь первый уровень охраны. Крепость плодит их каждый день, пока казармы не заполнятся. Они — пушечное мясо, топливо для других способностей. У нас здесь достаточно сил, чтобы отразить атаку тростникового бога.

Я было хотел спросить про этого самого бога, но потом решил: вряд ли эта информация мне чем-то поможет.

— Там люди внизу. — я разглядел деревеньку на берегу большого озера.

— Местные. — пояснил Тэн. — Доживают последние годы своего мира в спокойствии и благополучии. Если бы не мы, его давно бы уже прибрал к рукам какой-нибудь царек, и переделал бы под себя. А так, нас никто не беспокоит, их никто не беспокоит.

— Хм. — значит, они миротворцы. Довольно благородно. Интересно, почему это место умирает? Выглядит довольно мирно. Если не считать пары покосившихся домиков и кораблей, лежащих на боку. — Так, о чем ты хотел поговорить?

— Артур. — он повернулся ко мне. Глаза у этого паренька вытаращены как лягушки, или ящерицы. Непривычное зрелище, на человеческом лице выглядит странно. — Ты кому-нибудь рассказывал о «Кровных узах»?

Так ему действительно все известно!

— Не помню. Вроде нет. — как-то никогда об этом не заходила речь. Я тихо прокачивал отношения, но не смог вспомнить ни одного момента, когда обсуждал это с Олегом, Андреем или Денисом. Теоретически, только Тосин мог знать об этом. — Но откуда ты…

— Хорошо. — Тэн облегченно выдохнул. — И не говори. Это не та вещь, которую стоит знать твоему начальству. Держи существование Дурака при себе.

— Ага. Если бы он еще сам был при мне… — пробурчал я. — В чем дело? Нет, я понимаю, великая тайна. Но причем здесь ты? А главное, причем здесь я?

— Есть вероятность, что, если «Стигма» узнает про твою связь с Дураком, в опасности окажешься не только ты, но и все те люди, с которыми ты установил контакты. Не думаю, что тебе хочется подставлять своих смертных друзей и родню.

— Понятно. Таинственная конспирация. — это вам не архивы спецслужб. Прошлогодний Олег был бы в восторге.

— Пожалуй, так и есть. Ты работаешь на структуру, которой проще будет от тебя избавиться, чем разгребать последствия. «Стигма» не церемонится с отступниками.

— Я вроде и не отступник. — работаю исправно, не отсвечиваю, починяю примус.

— Ты-то нет… — протянул он.

— Если ты мне все расскажешь в деталях, я ведь смогу себя защитить? — как и другие обладающие информацией люди, Тэн ходил вокруг да около, говорил загадками. Надо было аккуратно развести его на ответы.

— Лучше спросить у твоего спутника. Я могу только изложить свою точку зрения.

— Мне и этого пока что будет вполне достаточно. — юлит гад. Но от меня так просто не отделаешься. Не для того я заявился в этот ночной кошмар, чтобы уйти без ответов.

— Хорошо. Идем.

Следующим пунктом в экскурсии по летающей крепости стала лаборатория, настолько же дикая, как и все остальное. От обилия неведомых механизмов, колб и кнопочек рябило в глазах. Здесь, Тэн чувствовал себя как рыба в воде. Играючи, он вскочил на платформу, в центре которой стояла круглая консоль. В движении активировал несколько тумблеров.

Сверху опустился экран. На нем были изображены карты Таро. Не все, только главные. Большинство изображений затемнено, яркими оставались только четыре.

— Нечто подобное я видел во сне. — после того, как беглец жахнул меня током, и я вырубился. Мне померещилась гигантская двуполая голова, раздававшая советы. А еще, именно после того случая, Дурак покинул мое сознание.

— В этом нет ничего удивительного. Между объектом и хозяином устанавливается прочная связь.

— Хозяином… Говоришь так, будто это какой-то паразит.

— В некотором смысле. — ответил Тэн. — Конечно, это не глисты, и не подкожные черви. Хотя, многие в руководстве «Стигмы» с тобой бы поспорили. Если верить твоему рассказу, ты какое-то время был носителем Орудия Тринадцать, так что не мне тебя учить.

Здорово. Я подцепил инопланетного паразита, свалившись с пирса. Вот не зря говорят, экология во Владивостоке отвратительная. Но в Уссурийске еще хуже, по этой логике.

— Понимаю, звучит жутко. Но не все так плохо. Симбиоз с духом Старшей арканы дает много преимуществ. Как-никак, они должны были стать нашим спасением.

— Стой. Давай-ка сначала. Я теряю нить повествования, а в нашем случае, это критически важно.

— С начала… — задумался Тэн. — Ладно, постараюсь тебя просветить, не углубляясь в историческую специфику.

— Было бы здорово. — я уселся на маленький стульчик, прикрепленный к кольцу перил вокруг консоли.

— У нас здесь довольно интересная система выборов руководства. — он встал передо мной, сложил руки на груди. — Администратор руководит Обителью, однако, любой житель Амаравати, кроме нипов и маникинов может в любой момент оспорить его или ее право на трон. Технически. Само собой, на это требуется одобрение самого Администратора.

— Половина слов сейчас пролетела мимо моих ушей, но прошу, продолжай.

— Испытатель начинает игру с нуля. Он выполняет задания модераторов, сражается с ними, зарабатывает поддержку народа. В конце концов, он может преуспеть, и стать новым Администратором.

— Мило. — это, как если бы кандидатам в президенты надо было по очереди набить морду всем мэрам, губернаторам и министрам. Жители Амаравати даже к демократии пришли огородами.

— Однажды, эта система дала сбой. Одна женщина прошла Испытание, но заполучив в свои руки власть, она превратила нашу жизнь в невыносимый ад. Это были поистине Темные дни.

— А нечего основывать всю свою политическую систему на мордобитии.

— Это было ужасно, Артур. Настолько, что память о тех жутких временах не сгладилась и за сотни аян. Вслед за тьмой прошло несколько кальп безвластия. Пока группа игроков, в том числе один из моих предков, не решили все исправить. — Тэн собрался с силами. — Они хотели изменить систему, действительно собирались сделать ее лучше.

— Могу представить. — распространенное оправдание. После самых жутких событий в истории человечества, в попытках разобраться в причинах часто мелькает фраза «мы действительно хотели как лучше». — Так что они сделали?

— Дух Старшей арканы. — Тэн вывел на экран изображение существа. Похожий на Дурака лохматый коротышка, только желтый и с воротником, вроде большого подсолнуха. — Своего рода когнитивный вычислительный аппарат внутри системы. Над-приложение, если хочешь. Каждый из них, по сути, искусственный модератор Высшей сферы.

— Это для меня какие-то слишком высокие материи.

— Мой предок был тогда очень молод, но уже успел ощутить на себе мрачные последствия правления того Администратора, как и последующей смуты. Вместе с соратниками, они решили, что нам не нужен единый правитель.

— Перешли к парламентской системе? — предположил я.

— Можно и так выразиться. — он нажал еще несколько кнопок, возвращая старую картинку. — Они считали, что, если Администраторов будет много, одна паршивая овца не сможет злоупотреблять властью. Даже если окажется на самом верху.

— Разумно. Только не всегда работает.

— К сожалению это так.

— Стой, так это ваша организация создала таких существ?

— Нет, я всего лишь изучаю работы, доставшиеся мне по наследству. Большинство моих товарищей здесь — воины. Но я ученый, и не мог упустить такую возможность. Когда они связались со мной, предложили поработать на благо Паутины… В общем, меня не надо было долго упрашивать. На самом деле, я потомок одного из кланов «Стигмы».

— Понятно. — юноши с горящими глазами, амбициями и прекрасными идеями. Но что может пойти не так? — Значит, они создали духов, пересадили их людям, но потом эта прекрасная идея укусила их за коллективную задницу. Кстати, а почему карты Таро?

— Это был чисто эстетический выбор. Наверное. — Тэн почесал затылок. — Испытатель по имени Базанос провел ритуал Императорского разделения, и каждая из его частей стала прототипом для нового духа.

— Просто, это настолько земная вещь. Ты понял, что я имею в виду. Здесь у вас много такого, что у нас просто часть культуры.

— Более или менее. Паутина часто отражает смертные миры. И наоборот. Не могу сказать, откуда что пришло и что первично.

— Ладно, это не так важно. Продолжай, пожалуйста. Чем все в итоге закончилось?

Тэн как-то загрузился. — Мы завершили создание колоды наших новых правителей. Потом, они выпустили Старшую Аркану в Паутину, чтобы те сами выбрали себе хозяев. У духов не было собственного разума, лишь инстинкты, что позволяют выбрать наиболее подходящего носителя. Колода вернулась через несколько аян. Они успешно прошли Испытание, и заняли трон. Началась Золотая Эра.

— Сомнительное заявление…

— Им хотелось так думать.

— Ясное дело.

— Создатели посчитали, что духи будут уравновешивать друг друга. Двадцать одна точка зрения. Сорок две, если считать носителей. Они должны были прийти к компромиссу в любом случае.

— Так что произошло?

— Понятия не имею. Сведения об этом очень сложно отыскать. Скорее всего, разногласия оказались непреодолимыми. Когда между духами началась война, некоторые попытались уничтожить своих создателей. Одновременно, они искали способ избавиться друг от друга. И нашли.

Пустые троны. Из двадцати одного осталось только четверо. Все постепенно складывается в единую картину. Вот только причем здесь я?

— Наверное, ты уже догадался, что это за способ.

— Они отправились в мой мир. Только там можно окончательно прикончить кого-то, родившегося здесь.

— Именно так. Как видишь, это почти сработало. Но был еще один нюанс. Пока был жив Дурак, Аркану можно было возродить. Вернуть, так сказать, к заводским настройкам.

Тэн сел рядом со мной. — Знаешь, он ведь спас меня однажды. Многие последователи духов хранят кровную обиду на всех, кто помогал их создавать. В том числе, и потомков. Совсем недавно, меня хотели убить, но Дурак отразил атаку. Он был здесь со временным носителем, человеком по имени Хан Теун. А потом кое о чем меня попросил.

— О чем?

— Оставил мне возможность связаться с ним, если он найдет нового хозяина. Просил помочь отправить его на Землю. Детали мне не известны. Думаю, он хотел добить остальных, а потом возродить их. Но на этот раз, более совершенными. Мудрее. Новое поколение, что не должно допустить войны.

Так вот зачем Дурак требовал собирать команду! Ему нужны были люди с картами, чтобы заново создать своих собратьев. И он мог сделать это только в мире смертных. Поэтому, он заразил меня. Хм. Но тогда, почему я стал агентом «Стигмы». Может, у него выбора не было? В принципе, это я и так знал. И слова Кворла в эту схему тоже укладывались.

«Стигма» не хочет новой войны. Действительно, уничтожить всех духов проще, чем рисковать, надеясь, что в этот раз они не раздерутся.

— Не думаю, что это возможно. — сказал я. — Я его больше не чувствую. Наверное, он погиб тогда. Второй тоже исчез, после того как истратил все силы.

— Да, ты это уже говорил. — хмыкнул Тэн. — Но, боюсь, такого не может быть. Дух умирает только вместе с носителем. И покинуть носителя он тоже не может, без вреда для здоровья последнего. Ты не должен был пережить исчезновение одного духа. Двое сразу — за гранью вероятного.

— Ты уверен?

— Практически абсолютно. Создатели не хотели, чтобы они часто меняли хозяев. Это было осознанное решение. К тому же, так, духам пришлось более ответственно подойти к выбору людей для вселения.

— Я и пострашнее вещи переживал. Да и результат ведь на лицо.

— Артур, мой предок помогал кодировать эту функцию. Есть записи. И я еще не сошел с ума, а духи не научились менять свой программный состав. Поэтому, она точно еще там.

— Вот только их нет, понимаешь? Меня вырубило, и когда я очнулся, духа уже не было. Ни в голове, ни в зеркале, нигде. И так два раза. С тех прошло достаточно времени. Ни первый, ни второй не вернулись.

— Странно. — задумчиво сказал Тэн. — Очень и очень странно. Нужно провести кое-какие тесты.

— В смысле? — напрягся я.

— Мне нужно просканировать твой мозг. И взять кровь. — он кивнул в сторону другой платформы, на пару метров выше, чем эта. — Ложись на стол.

— Что началось-то? Мне кажется, я тебе еще не настолько доверяю, чтобы позволить тыкать в себя иголками. — я подскочил и принялся медленно отступать к выходу.

— Понимаю. — вздохнул Тэн. — Но мы должны выяснить, что с тобой произошло. Просто обязаны.

— Да… — тихо сказал я. — Как бы, я еще не совсем уверен в своей роли в этом спектакле.

Хочу ли я плодить военных преступников? Тем более, с помощью своих друзей. Своей сестры. Тэн обмолвился, что мол Дурак-то хороший, это другие были злыми. Могу ли я верить его словам?

— Я на твоей стороне. — сказал руководитель научного отдела. — Не так много людей, которые не пустят тебе пулю в лоб, когда узнают, что ты приютил духа Старшей арканы или даже двух. Тем более, главного. Мы должны помочь друг другу.

Дверь лаборатории с шипением разъехалась. На пороге стоял Олег. — О, привет. Дядя с бивнями, как у слона, сказал, что ты можешь быть здесь. Мы просто домой собираемся, и…

— Ага. — друг, как же ты вовремя. — Сейчас, уже идем.

— Артур! — крикнул мне вслед Тэн. — Тебе все равно придется вернуться!

R162 — Башни (1)

— Значит, она говорит, ты пахнешь как вампир. — произнесла сестра, помешивая чай хрустальной ложечкой.

Я и Алиса сидели на кухне, на старой квартире. Я понимал, что это сон. Во-первых, на улице шел сильный снег, внушая мне знакомое чувство неясной тревоги. Это чувство превращалось в густые чернила, стекавшие с подоконника, оставлявшие на полу липкие лужи.

Во-вторых, Алиса была одета в бархатную шубу снегурочки, ободок с оленьими рогами и пластиковый красный нос. Будь это реальность, она и близко бы не подошла к такому дурацкому наряду. Даже если это был повод для бесконечных оленьих шуток.

Вместе с нами, за столом сидела незнакомая женщина в деловом наряде. Она ничего не говорила, постоянно что-то записывала в блокнот, будто фиксируя наши слова. Иногда, она бросала на Алису взгляды, полные какой-то пассивной агрессии.

Не будь это сном, я бы обязательно поинтересовался у этой тети, что она здесь делает.

— И вовсе я не вампир. — вокруг меня висели системные окна, четкие и вполне видимые. Подробные описания моих печатей, полученных способностей. Полотно текста, посвященное характеристикам. Алиса на них не реагировала.

Рядом с ней тоже висело окошко. Вдумчивый анализ карты «Верховной жрицы», бонусов на разных уровнях развития. Способность принадлежала духу. Без него, я мог довольствоваться только ее огрызками, но карты все равно развивались.

— Уверен? — спросила сестра. — Еще совсем недавно, ты даже не знал о них. А теперь, уууу, кровососы среди нас. Страшно?

Незаметно, мы втроем переместились в гостиную.

— Вот если ты станешь вампиром, я все равно буду дружить с тобой.

— Уверена? — передразнил я. — Я ведь могу стать злым вампиром. Как в старых фильмах, а не как в новых.

— Насколько старых? — хмыкнула сестра.

— Двадцатых годов, где-то так. — уж точно не Эдвард, и не Ангел. Явно не Лестат. Определенно граф Орлок, или что-то в этом роде.

— Позволь мне самой решать. Так или иначе, ты все равно ставишь меня под удар одним своим существованием, разве нет? Может быть, тетя Ира была права?

— Не говори так, пожалуйста.

— Слушай. — сестра хитро улыбнулась. — Не переживай об этом. Андрей всегда сможет защитить меня. В том числе и от тебя.

— Прошу, не надо.

Всякое подобие контроля над ситуацией исчезло. Мои руки сами потянулись к ее шее. Я понимал, что не хочу этого, но в этом сне, я неожиданно стал сторонним наблюдателем. Сильные ладони сомкнулись. Раздался хруст.

— Какой нехороший поступок. — вздохнула таинственная незнакомка. — Интересно, что же он символизирует?

…

«…на полном ходу въехал в стену. Жертв и пострадавших нет, однако нескольким задержанным удалось сбежать. Водитель бульдозера так же успел покинуть место преступления. Объявлен перехват…»

В соседней комнате орал телевизор. Наверное, я забыл его выключить. Вчера пришел и упал без сил.

Откровения последних нескольких дней не прошли бесследно. У меня было время подумать, но я так ничего и не придумал. Неопределенность давила, порождала навязчивые мысли и образы. Вроде того, в котором я вопреки своей воле нападаю на сестру. Самое противное: эти образы возникали от любого чиха и потом долго не хотели уходить, висели на переднем плане.

Я добрался до подобия ванной комнаты. Там, в зеркале, меня ждал крепкий небритый гражданин в грязной майке-алкоголичке. Да уж, Ким, с каких это пор ты стал похож на человека, с которым сам бы не поехал в одном лифте?

Здесь горела тусклая лампочка, заполнявшая каморку давящим на глаза желто-зеленым светом. Глядя в зеркало, я заметил нечто странное в углу за дверью. Будто вытянутые бледные пальцы схватились за косяк с другой стороны.

Прекрасно, теперь мне еще и призраки мерещатся. После медитации с эльфийской принцессой — не удивительно.

Впрочем, я бы не особенно удивился, если бы там действительно кто-то стоял. Но коридор был пуст.

Наши руки не для скуки. Чтобы перестать думать обо всякой ерунде, мне нужно было заняться делом. Тэн раскрыл тайну карт, тем самым показав мне, что на самом деле происходит.

Другой вопрос, хотел ли я всем этим заниматься, в свете новых откровений? Для «Стигмы» я был обычным рекрутом. Если они узнают правду, меня убьют. Хочу ли я возрождать карты, втягивая ни в чем неповинных людей в мистическую котовасию?

Да и можно ли сбежать, когда за тобой присматривают целые куратор и егерь?

Черт. Как все сложно. Я подумаю об этом завтра.

В системе висело некое важное и срочное задание. Я решил выполнить его. Как бы там ни было, могли пострадать смертные, а этого мне точно не хотелось.

Олег был занят, поэтому я позвонил Насте. Она еще сидела на парах, но обещала подъехать как можно быстрее. Время у меня еще было, поэтому не спеша оделся, привел себя в относительный порядок и вышел на улицу.

Почему-то, я почувствовал, что период относительного спокойствия закончился. Скоро, бурный поток событий накроет нас всех. Знать бы еще, за что хвататься.

…

Новая тропа приключений вела нас практический в самый центр города. Здесь, между мостом через бухту и старинной церковью, высились настоящие башни-близнецы.

Место для жилого комплекса весьма сомнительное, ибо стоял он прямо на склоне сопки, напротив трассы. При должном желании, в открытое окно верхнего этажа можно было перепрыгнуть даже не обладая суперсилой.

На крышах находились две конструкции, похожие на недостроенные телевышки, которые постоянно раздражали моего внутреннего перфекциониста.

В общем и целом, это был очередной мега-проект городской администрации, который ни черта не окупился, и теперь никто не знал, что с ним делать и как отбить затраченные средства. Здания, тем временем, пустовали. А там, где пусто, рано или поздно вырастет капуста из враждебных нам измерений.

У нас была машина, но не было прав. Олег сегодня работал, и на битву не явился. Были в этом положительные стороны: не придется слушать про внутренний стержень и брусья самооценки, из которых ты строишь лестницу к собственному рассвету. Мне больше нравилось, когда он увлекался историями про тульп, сожравших мозги своим создателям, и обитавших между перекрытиями призраках школьниц.

До места мы с Настей добирались на автобусе, потому немного задержались. Часа на два. После обеда город затянуло туманом, начался мелкий дождик. Мост и объездные пути сразу же оказались забиты.

К тому времени территория комплекса уже была оцеплена «полицией». Дежурило несколько «скорых». Приехала даже бригада местного новостного портала. Они бродили по округе с подозрительно мутными глазами и фотографировали что угодно, только не башни.

Внутри оцепления о чем-то мирно беседовали двое наблюдателей. Мы направились прямо к ним. Находящаяся под гипнозом массовка нас полностью проигнорировала.

Настя чуть ли не бросилась на шею Дениса. Он неловко попытался отстраниться. Она рванула с места настолько резко, что я подумал: если поставить подножку, разобьет ли она нос? Мне снова показалось, что кто-то, что-то пробубнил. Помотал головой, чтобы отогнать от себя вредные мысли.

— О, вот и еще орлы подъехали. — кисло сказал Андрей. Он явно был не в настроении. — Только этих клоунов нам здесь и не хватало. А чего любителя ссать кипятком по поводу и без не позвали?

— И тебе не хворать. — сказал я, демонстративно отворачиваясь от него. Пошел он в пень. Смысл ругаться на девчонку, если сам ее сюда с родного дома вытащил? — Так по какому поводу собрание?

— Дело серьезное. — ответил Котт. — Три прорехи в одном доме, четыре во втором. Постоянно кто-то прибывает. Не исключено, что игроки. Но скорее всего, обычные мобы.

— Звучит как массированное вторжение. — вашу мать, только не это. Не опять.

— Вот и мне не нравится. Я потому и не стал блокировать задание, чтобы ты увидел. Там уже работает одна группа, но лишние руки никогда не помешают.

— Еще одна группа? — переспросил я. Я как-то не замечал, что в городе работают другие агенты, кроме нас. В настоящий момент, по крайней мере. Как и говорил дядя Миша, здесь почти никого нет.

— Ким, уже должен был понять, что не ты один такой красивый. — ворчал Андрей. — Зачем ты этих двоих вообще вместе свел? — спросил он уже у коллеги-наблюдателя. — От них и по отдельности вреда больше, чем пользы, а уж что теперь будет, даже подумать страшно.

— Денис Владимирович знает, что делает! — огрызнулась Настя.

— Помолчи, звезда ютуба. — рявкнул на нее Андрей. — После выступления на мосту, твоя пухлая ряха вообще разошлась на мемы.

Пухлая. Ага. Кто бы говорил…

— Ой, ну не нуди… — простонал Денис. — Утомил. В ушах уже от тебя звенит. Ты здесь вроде уже много лет, а нудишь до сих пор похлеще иных пыльных клановых бюрократов.

— Вот когда они все запорят, тогда…

— Запорят — подстрахуем. Те двое тоже не без греха, знаешь ли. И своими силами точно не справятся. А других агентов у меня для тебя нет. Кто голосовал против мобилизации, напомнить? — коллега резко оборвал рептилоида. С каждой встречей, я все больше и больше проникался симпатией к тощему, бледному наблюдателю.

Не было никакого желания выслушивать эту болтологию. Я схватил Настю за руку, отрывая ее от объекта восхищения. — Короче, мы тогда пойдем. Раньше начнем, раньше закончим.

— Погоди, Ким. — меня остановил Андрей. — Говорят, ты недавно отправлялся в Паутину. Какого хрена ты там делал?

Так. Откуда он знает? Что за маленькая птичка приносит на хвосте такие слухи?

— Бессовестно врут. — я сделал максимально невинное лицо.

— Не юродствуй.

— Ладно, было дело. На поминки на позвали, отказываться было некрасиво.

— Почему не предупредил?

Вот тебе не пофиг?

— А должен был? — удивился я.

— За твои действия, Ким, я отвечаю головой. — зашипел Андрей. Буквально. — Особенно, на территории Амаравати. Так что, если ты лезешь, куда не просят, должен говорить об этом заранее. Особенно, если речь идет о приказах сверху.

— Ладно. Буду уведомлять тебя по смс обо всех своих действиях, если ты так хочешь. Начиная с утреннего туалета, и заканчивая вечерним. — я показал ему недвусмысленную фигуру из одного пальца.

В руках у наблюдателя появилась змея. Затрещали погремушки. Тут же, рептилия растрескалась, и осыпалась на асфальт, словно битое стекло.

Я только успел заметить, как Денис щелкнул пальцами.

— Отстань от парня. Ему еще работать.

— Нет, ну ты видишь…? — возмутился Андрей.

— А ты видишь? — махнул рукой в сторону башен. — К нам вполне возможно во второй раз за год пытается прорваться целый полк, но тебя волнуют только терки с собственными агентами. Давайте вы будете свои личные дела решать после того, как мы вот это все разгребем?

— Да! — поддержала его Настя. Не то, что бы он нуждался в поддержке.

Цапаясь между собой, мы даже не заметили, как на парковке перед зданием появилась знакомая красная «Тундра». Из нее вышел Тихон, все так же носивший на плече здоровенного аиста. А вот второго мужика я не знал.

Роста в нем было метра два с половиной, и еще столько же в плечах. Густая черная борода. Ему было плевать на прохладную, пасмурную погоду. Мужик оделся в обтягивающую футболку и шорты. Я уже говорил, что одни только бицепсы этого гражданина казались шире моей головы? Так вот.

При всем этом, было очевидно: перед нами не обожратый чем попало качок, набравший массу благодаря синеньким капсулам из больших черных банок. Все эти мускулы, они не понарошку. Он двигался словно огромный медведь. Уверенно и плавно, как прирожденный хищник. Кем, собственно, и являлись вампиры.

— Вот и «дневной дозор», — мрачно подметил Андрей. — Допрыгались.

R163 — Башни (2)

— Ну а вы что тут забыли?

Ситуация накалялась. А мы ведь еще даже внутрь не вошли. Происходит что — то масштабное, раз упыри выбрались из своей резервации. Такое ощущение, будто бы от нас все-таки утаили нечто важное.

— Ходят слухи. — сказал Тихон, чавкая конфетой, — А когда я говорю «ходят слухи», то имею в виду «информация подтверждена и не пытайтесь вешать мне на уши лапшу». В общем, там у вас живые разумные игроки, которых мы готовы гостеприимно принять.

— Щас. — фыркнул Андрей. — Идите-ка вы, куда шли.

— Не, не, не. Друг мой ситный, — Тихон приобнял его за плечи. — Будешь ириску? Нет? Ну не хочешь, как хочешь. Ну на кой они тебе сдались? Скорее всего, ребята еще в здравом уме, трезвой памяти. Что ты с ними собрался делать?

Спутник орнитолога стоял молча, возвышаясь над нами, как гора. Такой дядя мог и без всякой игры в бараний рог скрутить. А уж с усилением, без вопросов побеждал в споре кто сильнее, кит или слон.

— Так-то он прав. — сказал Денис.

Андрей вырвался из цепких лап вампира. — Да вы что, поехавшие что ли? Это ты их вызвал?

Наблюдатель вздохнул, но отрицать не стал. — Ну подумай, если они действительно только что выпали…

— Вернем на место. Котт, ты будто первый день замужем, я не знаю.

— А если они осознанно сбежали? — парировал Денис.

— Тогда, мы поступим с ними, так как велит протокол. — шипел Андрей. — Хладнокровно убьем, и сделаем вид, что так и было.

— Вот оно, истинное лицо правосудия. — язвительно сказал Тихон.

— Послушай ты, — зло ответило Правосудие. — После вашей выходки в санатории, смертные до сих пор ходят по врачам.

Тут я был абсолютно согласен с Андреем. Такое случается не каждый день. Вероятность примерно такая же, как у солнечного землетрясения и дождя в спортзале.

Генма закатил глаза. — Миленько, он опять делает вид, что ему не насрать на смертных.

— Ты, зараза такая… — буйствовал Андрей. Он подскочил к Тихону, взял его за грудки. — Напомнить, где тебя нашли? Ты ж внука собственного сожрал, гнида! Будешь мне про справедливость рассказывать?

Вампир оставался совершенно спокойным. Даже аист не делал попыток откусить Андрею его круглую голову.

— Во-первых, все было не совсем так. — тихо сказал генма. — Во-вторых, я родился уже после того, как это произошло.

— Это как? — спросил я у Насти. Она помотала головой. Мы заворожено наблюдали за конфликтом со стороны, и, если честно, даже мысли влезть в него у меня не возникло.

Я даже не заметил, как огромный мужчина оказался прямо рядом с нами.

— Когда беглец убивает своего двойника. — сказал он, — Или десятка два простых смертных, его личность может раствориться в Жажде, и она отступает. Эту пустоту заполняет новая душа. Совершенно другой человек. Общие только тело и воспоминания. Разве вы не знали?

— Извините, для нас не устраивают курсов биологии всяких упырей. — ответил я.

— Грубо. — отметил он. — Справедливо, наверное, но грубо.

Действительно, чего это я?

— Прекращай. — Денис попытался оторвать коллегу от вампира. — Сам-то понимаешь, что ты говоришь? Андрей, ты хочешь убить игроков, которые еще ничего не совершили.

— Но ведь они совершат! Будут убивать, пока не станут, такими же как эти!

— То есть, ты берешь на себя подобную ответственность? — спросил Денис. — Карать за еще не совершенные преступления.

— Скользкая тема. — шепнул я напарнице.

— Я должна признать, в этом есть логика. — сказала Настя. — Если бы родители убили Эдипа в младенчестве, вместо того чтобы изгонять, они бы предотвратили еще одну смерть, самоубийство, инцест, и вообще избавили бы многих людей от страданий.

Внезапная образовательная минутка. Вот что значит, человек учится в университете.

— Не знал, что ты такая кровожадная.

— Если бы не Эдип, — сказал генма, все еще стоявший рядом с нами. — Сфинкс бы продолжал пожирать людей на дороге. Можно поспорить, что пострадавших было бы гораздо больше, чем два или три.

— Я об этом не подумала. — согласилась Настя.

— Вот поэтому я и не хочу лезть в философию преждевременного наказания. — добавил я. — Там темно и водятся сфинксы.

— Я, вроде как, и предлагаю пропустить ту стадию, где всех убивают. — произнес Тихон. — Мы заберем их сразу, перевоспитаем, без лишнего шума и жертв.

— Так действительно будет лучше. — настаивал Денис.

— Кому? — Андрей как-то приуныл. — Твою мать, с каких пор, плодить лишних генма это выход? Сколько вас там уже, полторы тысячи, две?

— Три тысячи пятьсот шестьдесят один человек. — сказал Тихон.

Ого. Я не думал, что вампиров настолько много. Дачный поселок, говорили они… Это настоящий ПГТ. Им можно оптом продавать гематоген и жить безбедно.

— И вам мало? — лицо Андрея потемнело от злости, покрылось чешуйками. — Вы же прячетесь! Скрытные дохера! Готовы были все разбомбить, лишь бы вас, бедненьких, не задело. Три с половиной тыщи рыл, и они еще хотят! Это мы еще молчим про всех, кто живет отдельно! Трахаетесь еще, как кролики. Потом, ваши дети ходят в смертные школы. Это нормально, по-твоему, Котт?

— Не истери. — твердо сказал Денис. — Я не вижу в этом предложении ничего плохого. Твой друг…? — спросил он у Тихона.

— А, это Ромка. Видал, какой лось вымахал?

— Ясно. Значит так. — сказал он бугаю. — Пойдешь с ребятами. Артур, присмотри за ним.

Я задрал голову, потому что иначе мой взгляд упирался в богатырскую грудь вампира. — Даааа… Я-то присмотрю.

— Не слушай его, Ким! — Андрей был уже готов лопнуть. — А тебя… тебя. Сегодня же отправлю сообщение руководству!

— Хозяин — барин. — хмыкнул Денис. — Вот только мы с тобой работаем на разные кланы. Сомневаюсь, что они начнут разборки из-за такой мелочи. — он махнул нам рукой. — Ребят, идите, мы тут сами разберемся.

Я бы еще посмотрел. Мне нравилось отражение полного бессилия на лице Андрея.

— Ким, ты пожалеешь, если пойдешь туда вот так. — сказал «рептилоид». — Я предупреждаю.

— Ой, ты все обещаешь. — ну серьезно, что он мне сделает? Если бы мог, уже бы давно избавился от меня. А теперь меня поддерживает еще более сильный игрок, так что вообще никаких аргументов остаться не должно.

Возможно, в тот момент я сильно переоценивал свое значение в происходящих событиях.

…

— Разве на стройке не должно быть охраны? — спросила Настя. Мы поднимались по лестнице, поскольку лифты еще не подключили. Каждые пару минут она останавливалась, чтобы восстановить дыхание.

Закончим здесь, и завтра же идем к Саше. Хорошо, когда есть кому тебя прикрыть, но, если она будет выдыхаться еще до начала битвы, оно того не стоит.

— Ты не поверишь, насколько безалаберны могут быть охранники. — я выглянул в коридор третьего этажа. Пусто. — Если бы в ЧОПах было больше компетентных людей, нас уже давно поймали бы за жопу. Прошу прощения за мой французский. Ну, или наблюдатели их убрали.

На четвертом этаже мы обнаружили кровавый след, уходивший в одну из маленьких комнатушек в центре зала. Он обрывался в углу служебного помещения.

— Или их сожрали чудовища. — сказал Рома, уставившись на кровь. Сложно сказать, что меня в нем больше напрягало: физическая мощь, вампирская натура, или же некое интеллигентное спокойствие, которое он излучал.

— Сегодня, с нами эксперт по чудовищам и пожиранию… — вырвалось у меня.

— Это было лишним. Для вашего сведения, я довольно миролюбив и вступаю в бой только по необходимости.

— Ага. А я Иван — космический байкер. — вампир — пацифист. Нашел кому лапшу на уши вешать.

— Вот так всю жизнь приходится бороться со стереотипами. — вздохнул генма.

Как же, как же.

Больше на этом этаже следов драки не обнаружилось. Система показывала сколько именно разрывов в локации, но узнать, где именно они расположены, можно было только заглянув в каждую нишу.

Нам стоило разделиться, но я не хотел отпускать Настю с Ромой. И сам не хотел оставаться с ним наедине. И его одного отправлять на поиски тоже было нельзя.

Волк, коза и капуста наяву. Было бы очень кстати сейчас встретить вторую группу агентов. Может, они помогли бы решить эту дилемму.

Создатели жилого комплекса будто знали, что кому-нибудь однажды придется обшаривать здесь все в поисках чего-то важного. Они приложили все усилия, чтобы максимально эту задачу усложнить.

С первого на двадцать третий этаж вели две лестницы. Между ними, нечто вроде оси, в которой располагались подсобки. Из этого кольцевого коридора вели три двери. За двумя были квартиры, за последней еще один т-образный коридор с двумя внешними санузлами и четырьмя квартирами. В самом конце — мега элитное жилье с видом на мазутную лужу, называемую бухтой.

Не знаю, зачем я все это рассказываю. Наверное, потому что мы дошли только до четвертого этажа одной башни, а я уже задолбался в край.

— Бред…! — сердито сказала Настя. Ей ответило непонятное шипение.

— Что? — спросил я.

— Что? — переспросила она.

— Ты что — то сказала?

— Нет, я молчу. Тебе показалось.

Странная она какая-то. Уже несколько раз, я четко и ясно слышал звуки, похожие на радиопомехи. В такие моменты, девушка бормотала слова «бред», «нет», «отстаньте» и тому подобные. Только сейчас, я понял, что нечто схожее происходило и у меня дома, и в крепости «КА» и здесь.

— С тобой точно все в порядке? — поинтересовался я, отведя ее в сторонку. — Ты как-то странно себя ведешь.

— Прости… — такое чувство, что Настя сейчас расплачется. — Я нервничаю просто. Не слушай меня, ладно? Говорю сама с собой… мерзкая привычка, да.

— Ладно, ладно. Я понял. У нас у всех свои тараканы. Не заморачивайся на этой счет.

Решили изучать местность, используя правило левой руки. Это принесло свои плоды. В одном из туалетов, по всем канонам жанра ужасов, мы обнаружили воткнутый в пол тесак.

Что дальше? Отрезанные руки в духовке? Хотя какая к лешему духовка, тут даже коммуникации не проведены.

Роман без усилий выдернул оружие, повертел его в руках.

— Обычный предмет. Не артефакт. Возможно, принадлежал мобу. Судя по племенному стилю, мы имеем дело с относительно разумными дикарями.

Я не знаю, что такое племенной стиль. А вот он говорит с таким знанием дела, что…

— Ложись! — резко сказал вампир. Настя бросилась на пол. Я отреагировал мгновенно, но в нашей работе есть такое понятие, как «недостаточно мгновенно».

Тесак достиг второй космической скорости и разрубил надвое голову уродливой твари, что выскочила из соседней комнаты. По пути, он задел меня, срезав правую руку по самое плечо.

— Итить. Вашу. Колотить. — проворчал я.

— Ким! — крикнул генма.

— Все нормально. — продолжал ворчать я. — Ты же наверняка знал, что я умею вот так.

Вместо крови, из раны выплывали пузырьки густой, темной смолы. Как космическая еда в невесомости, они парили в воздухе, сцепляясь между собой, и образуя клейкие волокна. Несколько секунд. Конечность встала на место. Будто и не было ничего.

— Оно было прямо за тобой. — виновато сказал он. — В свою защиту, могу сказать, на таком уровне ты просто обязан был увернуться. Возможно, ты слишком полагаешься на эту способность.

То есть, в меня кинули топором, а я еще и виноват.

— Послушай-ка! — я наполнился гневной решимостью. Врать не буду, когда противник на две головы выше тебя и может разбивать кирпичи не то, что руками, взглядом, гневная решимость улетучивается с утроенной силой. — Не знаю, что вы, кровососы, задумали, но учти: я согласился провести тебя сюда только чтобы поднасрать Андрею. Еще один такой трюк, и пеняй на себя.

Да, со стороны, наверное, выглядело крайне забавно.

— Твоя подруга. — все так же спокойно сказал Роман.

— Что? — неожиданный ответ выбил меня из колеи.

— Где она?

Я посмотрел туда, где только что лежала лицом вниз Настя. Естественно, больше там никакой Насти не лежало. Только струйка высыхающей крови, но она набежала из убитой собакообразной твари.

Система показывала, что Настя цела и невредима. К сожалению, у меня не было приложения, показывавшего детальную карту локации. А соответственно и возможности отслеживать сопартийцев.

— Что ты с ней сделал? — я снова воспылал.

— Извини, я не видел, куда она пошла. Наблюдал за твоим восстановлением. Очень занимательная способность, раньше с такой сталкиваться не приходилось.

Вот почему мне казалось, что он не врет? Рома выглядел очень простым, искренним что ли… это если забыть все остальное. Сосредоточься, Ким! Кто знает, какие у них там вампирские штучки?

— Настя! — крикнул я

Ответом мне стал какой-то мерзкий животный полу-хохот, полу-лай. Враги были близко. И их было довольно много.

Я побежал на звук, призывая артефакты на ходу. Вампир последовал за мной.

R164 — Башни (3)

Надо отдать должное, Рома был прав насчет дикарей. В элитной квартире с видом на оперный театр теперь обитали горбатые двуногие гиены, одетые только в юбки из листьев.

Гнолл-поселенец — Уровень 12 — Зверь

В гостиной Насти не было. Утащили в спальню?

Я прыгнул на первого монстра, сразу проломив тому череп. Второго сбил с ног щитом, добил ударом в грудь. Третий воткнул мне в спину нож, но это занятие неблагодарное и бесполезное. Снес его тупую слюнявую голову.

Вампир даже не вспотел, элегантно сворачивая шеи бросавшимся к нему гноллам.

Обойдя всю квартиру, Насти я так и не обнаружил. Зато, нашел разрыв, прямо на том месте, где должна будет стоять душевая кабина. Одним меньше.

Когда я вернулся в гостиную, Роман крепко держал последнего гнолла за шею, сливая кровь чудовища в маленькую бутылочку.

— И после этого, они утверждают, что не вампиры.

— Было бы глупо упускать такую возможность. — не отрываясь от процесса сказал генма. — Из бычьей крови получается сносный эликсир, но он не идет ни в какое сравнение с оригиналом. Довольно трудно добыть кровь существ из Амаравати. Проходить через порталы мы, как ты знаешь, не умеем. Там для нас… — он понюхал склянку, разок отхлебнул — Враждебная среда.

— Никогда не понимал, зачем вы вообще пьете эту дрянь. — сказал не оборачиваясь. Пусть делает, что хочет. Мне нужно было отыскать напарницу.

Рома догнал меня очень быстро.

— Помогает утихомирить своенравную систему, — пояснил он. — И обнуляет страсть. Полезно тем, кто не может сам ее снизить.

— В смысле, «страсть»? — хмыкнул я. — Это вроде брома в армии? Пьешь чай, и уже вроде не тянет делать никаких глупостей?

Я знаю, про бром это миф. Но метафора вполне понятная, а с метафорами у меня беда.

— Ну, не совсем. Просто, душа исцеляется от Жажды, но на том месте все равно остается шрам, который зудит. Это Страсть. Чем выше показатель, тем сильнее свербит.

— А если до максимума дойдет? Берсерк пойдет убивать?

— Если его Страсть — убийство, то да. Но чаще, это абсолютно случайные вещи. Кого-то тянет объедаться яблоками, или сладостями. Кого-то рисовать кошек. Алкоголь, секс, хобби, телевидение, споры в интернете. Что угодно может быть.

— Ты мне голову морочишь, да? Вампиры, рисующие кошек…

— Ты сам цепляешься к этому слову и всему, что с ним связано. — Рома поднял и опустил плечи. — Но это, мягко выражаясь, твои проблемы. Мы не вампиры, хоть и пьем кровь.

— … и превращаете смертных в себе подобных через укус, и живете по пятьсот лет, ага-ага.

— Мое дело просветить тебя, раз уж ты спросил. Учиться никогда не поздно. Твое дело, верить или нет.

В беседах о природе упырей, мы обшарили весь этаж и поднялись на следующий. Сразу же, я услыхал всхлипывания, доносившиеся из подсобки.

— Настя, блин, как так…? — возмутился я, забегая внутрь. Но это была совсем не Настя. Если, конечно, за двадцать минут своего отсутствия она не успела похудеть, сменить прическу и основательно так прожариться в солярии.

Смуглая (сильно смуглая. Темнее, чем самая лучшая сковорода) девчонка ревела, забившись в угол. На вид, лет семнадцать, может чуть больше. Увидев меня, она начала что — то лепетать на древне-непонятном.

— Ты случайно не понимаешь, чего она хочет? — спросил я у генма.

— Я родился на Земле. Никогда даже не видел Амаравати. Откуда мне знать языки?

— Погодь. Я буквально на этой неделе был там с визитом, и все разговаривали по-русски, причем, лучше, чем я.

— Тебя ждали и подготовились. Даже если она и скопила бы достаточно зан на приложение-переводчик, какой смысл его покупать, если не покидаешь пределы родного мира.

Так ведь и мой переводчик на нее не работает!

Вампир направился к ней.

— Стой. Может, там побудешь? Честно, ты и меня пугаешь, а ее вообще удар может хватить.

Жестом, Роман попросил меня заткнуться. Он сел рядом с девушкой, положил ладонь ей на лоб. Ну, как на лоб. На лицо. Такая-то лапища.

— Она здесь не долго, но уже начинает чувствовать Жажду. Плохо дело. Мне нужно обратить ее, как можно быстрее.

— Слышь, парниша, я еще не решил, позволю ли тебе кусать невинных за шею!

— Зато, твое начальство решило. И за шею мы никого не кусаем, это происходит совсем по-другому.

Раздался леденящий душу крик. На этот раз мужской. Но все равно, нужно было проверить. Стиснув зубы, я сказал. — Ладно, разбирайся с ней сам. Там что-то случилось.

Вампир подхватил девчонку на руки, и снова побежал за мной.

— Там это… как бы… опасно.

— Со мной ей будет гораздо безопаснее, чем сидеть там одной.

Худой черный парень в одних шортах буквально вылетел нам навстречу. Подобраться ближе не успел. Нечто большое и страшное настигло его и в один мир распороло когтями спину.

Огромный двуногий медведь. Блестящая, темная шерсть перемежалась с полосами серебристой чешуи. Каждый палец заканчивался ярко-красным когтем. Такие же алые полоски окружали пылающие глаза монстра.

И на ушах у кисточки, как у рыси.

И хвост пушистый, как у лисы.

А главное, даже инфо-плашки нет, ну что за дела?!

Кто это? Предводитель гноллов? Какой-нибудь шаман, или вождь? Нам невероятно повезло встретить его так скоро. Это сарказм, если что. Радовало только то, что Настя жива, и раз ее здесь нет, значит с тварью она не столкнется.

Впервые за весь день, я увидел, что Рома напрягся. Неведомый оборотень сгорбился, но все равно был крупнее, чем вампир. Сам факт такой встречи вполне мог меня позабавить, если бы я увидел ее по телевизору, а не стоял между двумя перекаченными бугаями.

— Вот и он. Босс пятого этажа. — сказал я, крепче сжимая молот. Тут уж как повезет. Может и одного удара хватить. Или же, все восемьсот звезд покажутся лохматому комариными укусами. По-хорошему, надо было пустить Рому в бой первым, но он взял на себя защиту мирного населения. Как будто знал, что все будет именно так.

— Я не думаю, что это босс. — ответил Рома, разминая мускулы.

В ту же секунду, что — то острое и холодное ткнулось мне в затылок.

— Артур. У тебя тридцать секунд, чтобы объяснить: во-первых, почему ты здесь, а во-вторых, почему в такой приятной компании. Мы оба знаем, что плащ не защищает твою голову, и еще мы оба знаем, что я выстрелю, как только истечет время. Отчет пошел.

— А еще, мы оба знаем, что ты сказала мне той ночью, когда мы вернулись с войны, прежде чем скрыться в тумане. — я осторожно развернулся. — Но все же, ты здесь. Плюс, ты не выстрелишь.

Прозрачный, едва заметный, но в тоже время осязаемый наконечник стрелы повис у меня на переносице. Что-то вроде прицела? Часть способности?

— Ким, какого хрена? — Вика опустила лук, но продолжила буравить меня взглядом. Настя стояла позади нее виновато опустив голову и усиленно делая вид, что ее тут вообще даже и нет.

— Тот же вопрос. — мне казалось, жирнее точку уже нельзя было поставить. Но вот поди ж ты.

— Знаешь ее? — спросил Рома.

— Ну, как тебе сказать… — хмыкнул я.

Увидев, что мы уже минуту стоим вот так, но все еще не утыканы стрелами, оборотень расслабился. Не нужно было долго думать, чтобы понять: эта образина пришла с ней. Вот с кем мы должны были встретиться. Вторая группа.

— Ты изменилась. Подстриглась?

Вика и в самом деле изменилась.

Хотя, о чем тут говорить, раз уж она вернулась к агентурной деятельности, значит в голове произошел какой-то очередной сдвиг. Только по ее внешнему виду, я мог предположить, что работала она все это время, без перерывов.

Ей больше не нужен бронежилет, когда есть облегающий черный костюм. Наверняка артефакт. Лук тоже не простой. Для более крупной дичи, чем всякие там лесные звери.

Плашка скрыта, как и у напарника. Но я и так чувствовал, что она сильно прокачалась. До меня еще не дотягивает, но есть куда расти.

Обидно, вообще-то. Допустим, у нее были причины не говорить мне. Но руководство все знало, но не поставило меня в известность. Денис мог как бы между делом намекнуть, что вот та хамоватая баба, с которой тебе однажды довелось работать, вернулась.

Что за интриги?

Ей-то они похоже всю информацию про меня слили, включая специфику возможностей тренча. Вряд ли тогда было много возможностей все это разглядеть.

— Виктория Александровна. — медведь как — то уж очень стремительно сдулся, став крепким, но низкорослым парнем. — Так что мы делаем?

— Помолчи пока. — она щелкнула пальцами, убирая оружие. — Ладно, давайте будем благоразумными.

— Ну, это не я тыкаю острыми предметами в старых друзей. — заметил я.

— Не льсти себе, Ким. Мы никогда не были настолько близки.

— Спорное утверждение.

Я увидел самое снисходительное выражение лица, которое только может быть.

— Давай так. — сказала она. — Мы пришли сюда закрывать разрывы и устранять беглецов. Этим мы и занимаемся. При этом, ты лазаешь по дому в компании генма. Он таскает на себе эту тварь. А твою новую подружку мы обнаружили в самый разгар приступа шизофрении.

— Я… нет… в общем… — вяло попыталась возразить Настя.

— Тихо, свинка Пеппа. Тебе слова не давали! — рявкнула Вика.

— На пол тона ниже, хорошо? — я осадил ее.

— Ким, она ругалась с мусоропроводом. — Вика раздраженно выдохнула. — Я клоню к тому, что в твоей версии событий гораздо больше нюансов.

— Да, здесь не поспоришь.

Я изложил Вике краткую версию событий, после чего, мы снова оказались друг у друга на прицеле.

— Значит, вот как. Ты теперь хладнокровно убиваешь людей. — сказал я. Как бы быстро она не стреляла, я успею выставить щит. «Федя — съел — медведя» меня тоже не пугает, особенно в человеческой форме. Ну он Петя, конечно, но не суть.

— Скажи этой ненормальной, — фыркнула Вика. — Чтобы убрала фигню, которую она колдует у меня за спиной, если не хочет получить по своей пухлой шайбе.

Настя вылепила большой шар из тьмы. Вику она даже не заденет, но вот притянуть к себе стрелы вполне может. Если бы не большая разница в уровнях, новая напарница оказалась бы сложным соперником для старой.

Тушка оборотня, тем временем, снова начала набухать. Рома направил указательный палец прямо ему в голову. — Советую тебе этого не делать.

— Стой. Ты, походу, не до конца понимаешь, что именно здесь происходит. — ответил мишка, принюхиваясь.

— Значит, вот как. — передразнила меня Вика. — Ты теперь помогаешь генма размножаться на нашем заднем дворе.

— Ты это сейчас образно сказала, или правда считаешь весь город своим задним двором, девочка — мажор?

— Они монстры, Артур!

— Они? Или те, кто убивает пока еще ни в чем неповинного игрока? На глазах у его… кто она ему? — я посмотрел на Рому, в поисках ответа. Он все так же был спокоен и неподвижен.

Все так же указывал пальцем на оборотня. Девчонка обвилась вокруг генма, будто отвратительная лиана. Ее лицо сползло на бок, обнажив склизкий бутон, усыпанный похожими на крючья зубами.

— Кажется, мы кое-что упустили. — отметил вампир.

— Ты знала, что они не беглецы, да? — спросил я, чувствуя себя довольно глупо.

— Естественно, дебил! Я поставила продвинутый сканер еще в феврале. Ты почему до сих пор не обзавелся?

— Да как — то повода не было… Мне и обычного хватало.

— Чем тебе не повод?

— Я бы на вашем месте отошел подальше. — предупредил Рома. От него вдруг повеяло жутким холодом. Не просто льдом, нет. Было в этом холоде что-то глубокое. Мощное.

Плечи вампира покрылись коркой блестящего инея, который на глазах темнел и уплотнялся.

Собравшиеся на этаже оказались людьми умными и предусмотрительными, поэтому бросились в рассыпную. Настя спряталась за углом. Я занял наблюдательную позицию там же, чтобы не дать ей снова куда-нибудь уползти.

Роман очень деликатно, но напористо взялся за толстую шею перевертыша. Резким, уверенным движением оторвал тварь от себя и поднял над головой.

Иней вокруг него превратился наросты темного блестящего льда, больше похожего на вулканическое стекло. Перевертыш тоже стремительно обрастал льдом. Температура упала градусов на двадцать, и я нисколько не пожалел, что одел вторые штаны.

А потом, все резко вернулось в норму. Кроме монстра, так и оставшегося черной сосулькой. Рома отпустил его, и монстр разлетелся на куски.

— Некрасиво получилось. — с сожалением сказал он. — Этому созданию удалось обмануть даже мои инстинкты. Пожалуйста, не упоминайте об этом в своих отчетах.

— Хорошо, что разобрались. — и никто никого не убил.

— Не устаешь делать поспешные выводы, Ким. — спорила Вика. — У нас где-то тут все еще бродят люди. Ты действительно позволишь их забрать?

— Пока не решил. — это ведь не вопрос гуманизма. Мы не можем их отпустить, и не можем вернуть обратно. Этих людей ждет смерть, либо вампиризм со страстями. И я как — то не уверен, какой вариант более гуманный.

R165 — Башни (4)

Напарника Вики действительно звали не Федя, а Пётр. А ведь могло выйти достаточно поэтично. «Напарник» тут не самое подходящее слово. Как и «телохранитель». Вика вполне могла сама за себя постоять, а в этих деловых отношениях полностью доминировала. Общаясь с ней, внушительный оборотень даже в своей звериной форме по поведению больше напоминал запуганного ассистента.

Меня он почему-то настораживал, хотя именно я и вручил ему застывшую каплю силы, сделавшую из парня агента «Стигмы». Петька метался между образом повидавшего виды бойца и наивного студента. Какой из них был настоящим — загадка. Вика наверняка знала, но разве у нее выспросишь?

— То есть, всякие интересные события происходили буквально у меня под носом.

— Мир не вокруг тебя крутится, Ким. — улыбнулась девушка. — Разве ты не специально поселился около моей летней резиденции?

Ага. Специально втерся в доверие обитавшему там деду. А потом забрался на столб с биноклем, и… Женщина, вы кем меня считаете?

— Серьезно, почему ты не сказала мне, что вернулась?

— Я вроде бы не обязана перед тобой отчитываться. Захотела — ушла, а захотела — вернулась. Или что, ты думал я должна сразу броситься тебе в ножки, и бегать за тобой, как послушная собачка?

Смешанные сигналы.

— Ну да, у тебя теперь своя послушная собачка. — буркнул я. Не просил снова присоединяться к своей партии. Но сообщения вроде «Ким, я снова в деле. Если вдруг будет очень нужно, звони». Но это же так сложно, блин.

— И у тебя тоже. Ты бы за своей подружкой лучше последил. Она кажется совсем ку-ку.

Я предпочел промолчать.

— Ты же заметил. Она самая натуральная шизофреничка.

— Знаешь, жизнь научила меня не ставить ярлыки. — ответил я. — После всего, что мы прошли.

— У меня есть свои недостатки. — сердито сказала она. — Но до полной шизофрении я не опускалась никогда. А ее реально глючит.

Ну не знаю.

Вика и Петя проникли в эту башню через разбитую панель наверху и уже успели ее прошерстить. Самое время было отправиться на восемнадцатый этаж и перейти в следующую. Путь предстоял утомительно долгий.

Я старался больше не выпускать Настю из виду. Не поспоришь, она действительно вела себя довольно странно. Даже по меркам человека, с детство пораженного системой.

— Так почему ты убежала? — мы шли немного позади. Нашим спутникам было абсолютно плевать, о чем мы там говорим, но я видел, как нервничает моя ученица. Охренительный из тебя воспитатель, Артур. Чуть не угробил девчонку на первом же задании. С ней ведь и правда что-то не то, причем не в самом хорошем смысле.

— Прости, я… — снова начала мямлить.

— Хватит извиняться. — я остановил ее, повернул лицом к себе, положил руки на плечи. Слегка сплющил. — Ты могла серьезно пострадать. Здесь все враги гораздо сильнее, чем ты.

Строго говоря, ей должен был достаться опыт от заваленных мной гноллов, на этого не хватит чтобы даже близко к этим самым гноллам подобраться.

— Я знаю, просто…

— Ох, все у тебя просто. Но ты должна сказать мне, что за дичь с тобой происходит.

— Все в порядке, просто…

— Насть, я не идиот и не глухой. И я достаточно хорошо разбираюсь в таких вещах. — кроме того, Вике нет смысла врать.

Она глубоко вдохнула, собираясь с силами. Но в итоге все равно отвернулась и промолчала.

— Насть?

Снова этот странный шепот. Если подумать, никогда раньше такого не было, пока эта милая девушка не ворвалась в мою жизнь.

— Это не важно. — ответила она. — Они врут. Врут и провоцируют. Это все неправда!

Я держал крепко, но не прикладывая всей силы. Потому, Настя вырвалась и бросилась вниз по лестнице, одновременно вылетая из моей партии. Система даже не спросила у меня согласия.

Что за мерзкая привычка убегать? Начинает складываться ощущение, что мне ее скинули в наказание. Я спустился на одну ступеньку, а потом подумал: нафиг оно мне надо?

Я сюда пришел крушить черепа врагов, а не разбираться с девчачьими истериками. Потом поговорю с Денисом. Нет, я мог бы попытаться ее догнать и выяснить какого черта, но… серьезно, зачем?

…

— Там мы все зачистили. — сказала Вика.

Мы перебрались через хрупкий коридорчик, соединявший две башни. Пол трясся, звенел. В вентиляции дико завывал ветер. Если бы сейчас этот переход обвалился, нас бы ровным слоем размазало по парковке.

Я разозлился на Настю, а сам-то лучше что ли? Постоянно представляю себе всякую кровавую гадость, особенно в последние дни.

— Много врагов на четырнадцатом и восьмом этажах. Возможно, разрывы находятся именно там.

— Ты все сканеры из магазина скупила? — поинтересовался я, выгоняя из головы четкую картинку, на которой Вика очень сильно пострадала после обрушения перехода между башнями.

— Меня не устраивает твой любительский подход. — ответила она, медитируя с закрытыми глазами. — Если уж мы занимаемся этой херней, надо все делать как надо.

— Должно быть сложно постоянно обрабатывать столько системной информации. — вмешался Роман. — Даже представить не могу.

— Тоже приложений не покупал? — знаете, это разумно. Я лидер партии, я должен был понакупить этих штук, интерактивных карт и прочих вдохновляющих бонусов. К тому же, у меня уже есть две печати, и копить особо не на что. Но я обходился без них и все было нормально.

Раньше, такие большие и запутанные локации нам просто не попадались. Или монстры находили нас сами.

— У нас все по-другому. — ответил вампир. — Система доставучая и навязчивая до одури. Даже если не захочешь, начнешь принимать специальный эликсир, только чтобы оно заткнулось и не видоизменялось.

— Петька! — Вика подозвала своего «прислужника». — Будешь стоять в проходе, мешать им засирать восточное здание. Не хватало только гоняться за какой — то псиной через весь комплекс.

— Понял. — он перебрался обратно, сел на пол у стеночки, уткнулся в телефон.

— Вы двое будете меня прикрывать. Когда найдем беглецов, тогда и подумаем, что делать.

— Ты чего это раскомандовалась, мать? — возмутился я.

— У тебя получше идеи есть?

— Нет. Но тебе все равно стоит умерить пафос.

Вика пожала плечами. — Как скажешь. В сторону!

Я отскочил, а гнолл выбежавший из-за угла получил стрелу в грудь. На этаже было еще много его собратьев. Мы слышали, как они противно воют и гогочут.

— Несколько объектов на крыше. В отличие от остальных, не перемещаются. Думаю, это наши беглецы.

— Тогда забираем их, и спускаемся вниз, постепенно разгоняя собак.

…

Я выбрался на крышу. Туман здесь был еще гуще, чем внизу. В углу уютно расположилась группа людей, в самом широком смысле этого слова.

Беглецы расстелили пушистый ковер. На нем возлежала весьма фривольно одетая дама. В тоге из белоснежной ткани (вроде тех, что продаются в определенных магазинах, с ценником «развратная богиня») ей вроде как было совсем не холодно. А на улице-то плюс восемь с ветром.

На руках эта женщина держала серо-зеленого ребенка с огромными желтыми глазами и острыми крабовыми лапками вместо конечностей. И волос.

Нечто пухлое, бордовое, словно покрытое толстым слоем застарелых водорослей, из которого в случайных местах торчали театральные маски пыталось играть с ребенком, шевеля пальцами перед его лицом.

Худая девчонка в полосатом свитере была облеплена какими-то чавкающими тварями, вроде призраков. Плюшевых призраков. Почему всегда какие-то потусторонние духи?

И наконец, их предводитель. Самый обыкновенный мужик народности рибхушан, в меховом пальто. Единственная странность — перчатка из белого материала. Из такого сделаны панцири кукол. Предводителем я его назвал потому как именно этот дядя подал сигнал остальным, как только увидел меня.

Он что-то сказал им. Беглецы затихли.

Дело принимало довольно неприятный оборот. Это были игроки, причем хорошо прокаченные. Никого ниже тридцатого уровня. Троих Вирд довольно сильно изменил. И у оставшихся человеческий облик мог быть только прикрытием.

Опять же, появление остроухого ни к чему хорошему привести не могло.

Если жажда сведет их с ума, нас ожидает бойня невероятных масштабов. Сколько нужно жертв, чтобы беглец превратился в вампира просто так? Двадцать одна? Они довольно быстро накрутят счетчик убийств. Вот только кто сказал, что, став генма, они не продолжат?

Сильным игрокам не место в этом городе, если они не агенты и не придерживаются договора.

Было и еще кое-что. Неизвестный символ на инфо-плашках этих ребят. Даже близко не похожий на герб «Стигмы». К счастью, на герб Королевской армии он тоже походил слабо.

Рядом с ними стоял неизвестный прибор, шипящий и плюющийся искрами. В клубящемся облаке жутковато светилась оранжевая антенна прибора, подозрительно напоминавшая обычный паяльник.

— Говори, раз пришел. — произнес мужчина. — Или так и будешь стоять там, с каменным лицом?

В этот момент, до крыши добралась Вика.

Мы немного разделились, наткнувшись на организованную толпу гноллов и перевертышей в паре этажей отсюда. Рома тоже не заставил себя долго ждать.

Вика коснулась виска пальцем. Под ним загорелся маленький красный огонек.

— Что-то пошло не по плану. — сказала она. — Нам нужна помощь.

— Ясно. Сейчас буду. — я отчетливо услышал голос Андрея.

Что? Зачем она его вызвала? Наблюдатели обычно не лезут в работу, хотя, если честно, могли бы гораздо быстрее решать возникающие проблемы. А он согласился. Что вообще…?

— Не волнуйтесь, детишки. — беглец что-то подкрутил в своем приборе, совершенно не реагируя на призрачную стрелу, елозившую у него на щеке. — Минут через пятнадцать мы перестанем быть вашей проблемой.

— Ты уже чувствуешь жажду. — сказал Рома. — И твои люди тоже.

— Ты про эту жгучую пустоту внутри? — переспросил беглец. — Согласен, должно быть очень неприятное чувство. Но ведь, говорят, что должно пройти несколько дней, прежде чем она станет невыносимой. Как я уже сказал, мы уберемся отсюда гораздо раньше.

— Это невозможно.

— Все возможно, если сильно захотеть.

— Послушай, — серьезно сказал вампир. — Этих людей прислали, чтобы вас убить. Я же предлагаю спасение от жажды и приют.

И тут я понял, что так же, как мы не видим его плашку, он наших тоже не видит. Соответственно, считает, что мы с Викой можем навалять этой милой семейке. Хотя, если завяжется драка, все будет совсем наоборот.

— Спасибо, конечно. — улыбнулся беглец. — Но помощь нам не нужна.

— И действительно. — сказал Андрей. — Потому что вы все умрете прямо здесь.

Змеи обвились вокруг шеи мужика, сковали его руки. Окружавший нас туман стал вязким, розоватым. Воздух наполнился трещанием погремушек. Мне показалось, что я стал более чувствительным к гипнозу, потому что раньше меня не клонило в сон.

— Так, вы трое. Убирайтесь отсюда. Здесь слишком опасно. — скомандовал Денис.

— Двенадцать минут еще. — сказал беглец. — О большем и не прошу. Мы спокойно уйдем, а мелкие разрывы закроются сами собой. Нет вообще никаких причин драться.

— Щас. — шипел наблюдатель. — Если я вас отпущу, мне же начальство вставит грабли в жопу. После того, что тебе подобные натворили, мы имеем право на мгновенный ответ!

Кольца змеи сжались. Хрустнули кости. Беглец осыпался прахом под ноги Андрея. Его белая перчатка покатилась по крыше и упала вниз.

Женщина в тоге закричала. Кричала и девчонка с подушками. Куча водорослей сорвала с себя одну из масок и на мгновение меня ослепила синяя вспышка.

А когда зрение вернулось, я осознал масштаб катастрофы. Сначала, накатила невыносимая слабость. Захотелось прилечь поспать прямо здесь. Плащ шевелился, пытаясь самостоятельно слезть с меня.

Я посмотрел на Вику. Она выпустила стрелу в кучу водорослей. Попала в руку, но сильно не навредила. И тварь, и лучница теперь были одинакового уровня. Как и я. Как и наблюдатели.

Силы были бы абсолютно равны, если бы не истерично рыдавшие женщины, что сохранили прежнюю силу.

Твою же мать.

Сложно было сказать, повлияло ли на Рому неведомое колдовство. Наверное нет, поскольку он все еще был способен призвать стремительную стену черного льда, которая с грохотом разбилась о барьер из подушек. Летящий ком чавкающих призраков сбил его с ног и пригвоздил к стене.

Появившийся снизу аист выхватил страшного ребенка из рук матери и полетел прочь. Женщина закричала еще сильнее. Вместе с ее криком поднялся жуткий ветер, буквально сбивающий с ног.

— Хера ты встал, Ким, хватай свою бабу и валите отсюда! — рявкнул Андрей, и тут же оказался завален подушками. Какая неожиданно мощная способность.

Из коридора выскочил Пётр, на ходу разорвав еще один ком призраков, предназначавшийся мне. А я и шага сделать не мог. Ветер был слишком сильным. Характеристики упали. Вся энергия уходила на то, чтобы сдержать артефакт.

Еще один мощный порыв ветра ударил мне прямо в грудь. Прошла всего пара секунд, я и сам не заметил, как оказался сначала над ограждением, а потом за ним. Летел спиной вперед. Даже если бы мог перевернуться, ухватиться бы не успел.

— Артур! — крикнул кто — то. Возможно, Вика.

У меня не осталось так уж много времени для философских размышлений. Только мысли вроде «Едришки-шишки, и это все?» могли прорваться через ревущий в ушах ветер.

Инстинктивно, я сжался в шарик, понимая, что меня это не спасет, вот вообще никак. Закрыл глаза. Глубоко вдохнул. попросил прощения у сестры.

На полном ходу врезался в землю.

R166 — Глитч

После такого обычно уже больше ничего не бывает. Тебя может ждать свет в конце тоннеля. Или небесная бюрократия, где дядя с большими усами посчитает всех убитых за твою короткую жизнь комаров и таракашек, после чего отправит морозить задницу в один из восьми холодных адов.

В самом крайнем случае, проснешься в склизкой биокапсуле, по уши в вонючей проводящей жидкости. И машина, которая собирает живые батарейки, даст тебе по шее.

Короче, когда я очнулся, побитый и неповоротливый, но вполне живой, мне стало очень хорошо и легко. Тренч спас меня. Других вариантов не было. Как еще я мог собраться обратно?

Главное, что цел. Относительно.

Очередная больница? Плевать! Грязища кругом, как в подвале? Могло быть хуже. Руки и ноги скованы ремнями? Странно и, если честно, настораживает. Но терпимо.

К тому же, Денис тоже здесь. Вон он, спит за столом. Вид у него не важный. Цвета не хватает. Рука забинтована. Хорошая была драка видать.

— Эй. — сказал я. Говорить трудно. Все тело стоит колом, и шея тоже жутко онемела. — А как тут вызвать медсестру?

Он зашевелился. Нехотя оторвал голову от стола.

— О. Пришел в себя. Ты как, в своем уме? Кусаться не будешь?

Значит, я все же немножко побуянил.

— Интересный вопрос. Мне приснился сон, будто актер, игравший меня, решил уйти в конце сезона. И они решили заменить его на женщину, потому что на дворе две тысячи девятнадцатый, и вообще пришло время. А так, вроде все нормально.

Если не считать противной красноты в глазах, то да, нормально. И ментальная стабильность опустилась до двадцати процентов.

— Что случилось-то?

Денис сел рядом с моей кроватью, задумчиво сложил пальцы. — Тебе с начала рассказать, или уже ту часть, когда мы отскребли тебя с парковки?

— Давай с начала. Что это за организованные гады, с собственным гербом, про которых я до сих пор ничего не знал.

— Некая группа революционеров. Из тех, которые используют взломщики и прочие хитрые штуки. В нашем мире осталось порядочно рибху, их услугами они и решили воспользоваться. — он показал мне белый треугольник, покрытый сетью схем и перемычек. — Вот это называется «Равенство». Оно нам уровни и скосило.

— Полезно. Можно мне забрать ее?

Денис рассмеялся. — Ну конечно. Правда потом тебя расстреляют. Из рогатки. В особо извращенной форме. «Стигма» в основном сражается с подобными группами. Они обычно не трогают смертные миры, но эти хотели куда — то попасть именно через наш. Им не повезло, что сказать.

— Ха. Для бешеной собаки семь верст не крюк. Наши победили?

— Тихон помог. С его помощью, нам удалось уничтожить беглецов. Правда, не без потерь.

— Потерь? — у меня похолодели пятки.

— Мы не думали, что ты выживешь. К тому же, Андрей пострадал, пока был слаб. Вика тоже ранена.

— Сильно?

— Жить будут.

— А беглецы?

— Уничтожены.

— Даже ребенок?

— Мы же не совсем звери. Его забрали генма.

— Сомнительное решение. — вздохнул я.

— А по — другому никак. У пацана очень высокий Вирд. Наверное, его родители были выше двухсотого. Я так думаю, взломщики именно его пытались транспортировать через нас.

— Зачем? Прости, я еще туго соображаю после прыжка веры.

— Откуда мне знать? У них уже не спросишь. Может, выкуп хотели затребовать. Или это некое политическое заявление. Нас с тобой это не касается. Тут что ни делай, обратно его не вернешь. Генма могут позаботиться о нем. Придумают, как снизить Вирд.

Я не стал спрашивать про вундервафлю, с помощью которой, беглецы планировали залезть обратно. Наверняка она была уничтожена. А если нет, «Стигма» все равно не даст воспользоваться ей в своих целях.

Где-то капала вода. В маленьком окошке под потолком раздавалось глухое постукивание. Неужели начался дождь? — Так где я?

— Виктория предлагала отвезти тебя в какую-то хорошую больницу. Но ты был, мягко говоря, не в себе. И я лично доставил тебя в старое здание психдиспансера. Главный корпус развалился, а в этом вполне можно полежать пару часов.

— Представляю, как я бесновался.

— Бросался на всех, будто жидкий терминатор. Пришлось загнать тебя в бочку.

— И зачем такие сложности?

— В воспитательных целях. — ответил наблюдатель. — Тебя размазало по асфальту, но ты резво собрался. Нам удалось выяснить, что у «Равенства» долгая перезарядка, а эффект проходит довольно быстро. Мы разобрались с вторжением, а в это время, Настя пыталась тебе помочь. Ты ее так хорошо приложил.

— Блин. Неловко. Я думал, она убежала.

— Пряталась во дворе.

Я попытался сесть. Забыл, что прикован. — Ты ведь знал, что у нее не в порядке с головой?

— Да. — кивнул Денис. — У вас довольно много общего.

— Со мной-то нормально. — поправил его я. — Это ваше руководство сделало меня таким. Я вовсе и не псих.

— После сегодняшнего, я б поспорил. Да и тебе просто повезло. Сильный характер. Ты не сломался и не чокнулся. А вот девочке пришлось несладко. Кроме системы, она еще и голоса слышит.

— Ох. — так вот в чем дело. Теперь ясно. Незавидная участь. — Только я-то чем могу помочь? Ей бы где-нибудь полежать, где добрые санитары. Здесь, например.

Я понимаю, в наше время, такой отпуск — верный билет в лигу овощей. Уже говорил об этом, и все еще так считаю. Но раз сущности в виде гномика тебя открыто провоцируют… Жаль, но выбора нет.

— Пытались. Не помогает. Вот я и подумал, рядом с тобой ей будет проще.

— Как-то не особо вышло.

— Сработаетесь еще.

— Слушай, я все понимаю, но она же неадекватная. И совершенно мне не подчиняется.

— Ты тоже хорош. С порога начал давить и требовать.

— Ну простите. Я не собирался быть ничьим наставником. И сразу об этом сказал. — ну не умею я общаться с людьми. Пусть даже на этом завязана моя основная способность. Все равно, это сложно.

Денис развязал меня, и я сел на кровати. В глазах сразу потемнело. А спустя мгновение, появилась большая табличка.

Вы испытали достаточное психологическое напряжение. Ваш разум стал немного сильнее! Поздравляем! Желаете принять новый перк?

«Психическая устойчивость 1» — способность разума сопротивляться негативным эффектам повышается на 12 %.

«Ментальная гибкость 1» — увеличивает количество пунктов ментальной устойчивости на 20 %.

«Скрытые резервы 1» — разблокирует характеристику «Интеллект». Единовременный бонус +5.

Если предложенные варианты вас не устраивают, можете закрыть это окно, применив усилие воли.

Табличка исчезла прежде, чем я успел вникнуть во все, что там написано. Она мигнула, будто электронику закоротило, и растворилась в воздухе. Несколько секунд я сидел, глядя в одну точку, понимая, что как-то надо отреагировать, но вот как?

— Артур? — наблюдатель пощелкал пальцами у меня перед лицом.

— Да, погоди. Дай собраться с мыслями. — я хотел вызвать непонятную фиговину, но она отказывалась появляться. Вся остальная системная информация хранилась у меня в сознании. За исключением нескольких случаев в самом начале, система никогда не вылезала вперед. Может, пару раз и было, но не вот так.

— Не каждый день падаешь с двадцать третьего этажа. — он хлопнул по коленям, встал и направился к выходу. — Одевайся. Все твои вещи в коробке у входа.

— Подкинешь домой? — спросил я.

— Обойдешься. Тут три остановки ехать. Можешь пешком прогуляться, голову проветрить.

Что ж, пешком так пешком. Забавно. Я отправился на это задание, в попытке проветрить голову от рассказов Тэна, жутких снов и прочих гадостей. А в результате, список моих проблем пополнился революционерами, вампирами и падением с высоты. Тут еще эта настроечная таблица, словно пришедшая из другой игры. Ужас. В смысле, благодать. В смысле, отвратительно.

…

Она сидела на старых перилах, подложив вниз сумку. У ее ног плескалось серое море. Один в один иллюстрация к фестивальному фильму о жизни портового города. Грустная девушка, серое небо, серый океан. Огромные корабли вдалеке. Пожалуйста, отмените квоты на вылов кукумарии.

— Вставай, Хатико. — окликнул ее я. — Простудишься.

Настя спрыгнула, неуклюже подбежала ко мне. Виновато склонила голову.

— Ты пришел в себя.

— Ага. Стабильность довольно быстро растет. Пришлось на минутку уйти в минуса, но теперь все в порядке. — а вот если бы со мной на крыше был напарник, создающий черные дыры… Нет, это несправедливо. Она бы только ослабла. И меня бы не удержала, и сама могла улететь. — Я тебя напугал?

— Немного. В основном, когда упал. Я пыталась помочь, но твой плащ зашипел на меня и… вздыбился.

Дядя Миша рассказывал мне, что артефакт может выйти из-под контроля, если его перекормить. Или если повреждения окажутся слишком уж сильными.

— Ясно. Пошли-ка в дом.

— Я просто хотела извиниться. — сказала она. — Не думаю, что нам стоит продолжать.

Так.

Схватил ее за локоть. — Отставить панику. Если бы ты мне раньше рассказала, мы могли бы что-нибудь придумать. Поэтому, надо разобраться со всем этим сейчас.

Вы стали лучше понимать других людей! Поздравляем! Желаете принять новый перк?

«Эмпатия 1» — во всех вопросах, касающихся взаимоотношений с другими людьми, интуиция повышается на 20 %;

«Общительность 1» — вероятность ответа, который понравится собеседнику увеличивается на 10 %

Если предложенные варианты вас не устраивают, можете закрыть это окно, применив усилие воли.

Панелька ядовито-розовая, полностью закрыла обзор, еще и висела под углом. Возникла мгновенно, просто прилетела прямо в рожу. И тут же, ее унесло ветром, до того, как я успел хоть отреагировать. Странная фигня.

— Они говорят… не знаю, как объяснить. — Настя вся сжалась. Каждое слово нужно было вытягивать клещами. — Стоит чему-то хорошему появиться, они начинают говорить. Оскорблять меня… всех вокруг. Пытаются все очернить, отравить.

— Могу представить. — я поставил перед ней чашку с дымящимся кофе. — Но это не настолько ужасный секрет. Раз уж Денис знал, меня тоже можно было поставить в известность.

— Прости.

— Будешь много извиняться, голова отвалится. — я сел рядом с ней. — Успокойся.

— Артур, я сумасшедшая… Как только мы познакомились, они тут же начали поливать тебя грязью. Это было невыносимо. И там, в башнях, они начали кричать… потому я и убежала.

— Знала бы ты, сколько раз про меня говорили гадости и называли сумасшедшим. Уже лет восемь не обращаю внимания на такие мелочи. Вот что я тебе скажу. Сильно сомневаюсь, что настоящий псих будет к себе настолько самокритичен. Так что, не все еще потеряно.

Я сел рядом. Настя закрыла лицо руками. В очередной раз я услышал почти незаметный, но довольно мерзкий шепот, который уже начинал надоедать. Наклонился, чтобы разобрать слова.

Девушка чуть с дивана не свалилась. Кажется, только сильнее напугал ее. — Ты чего?

— Тихо! — шикнул я. — Кивни, если они говорят с тобой прямо сейчас.

Настя кивнула.

Чем ближе к ней, тем громче становилось неясное бормотание.

— Я не уверен, но кажется… — как — то так вышло, что я чуть ли не лег на нее сверху. Хотя и в мыслях подобного не было. Я просто пытался вычислить источник звука. Честно.

Все случилось быстро. Использовал глаза Перворожденного. Пятно магического узора на плаще, плывшее по моему плечу, вздыбилось, выбросило вперед липкий отросток. Как язык лягушки. Раньше такого не бывало.

Вот поэтому и нельзя перекармливать артефакты.

Язык выстрелил, ухватил что-то, скрывавшееся за Настиным ухом и выдернул это на свет. Оно приземлилось мне на руку.

Нечто было похоже на уродливого тушканчика. Желто-фиолетовое, полосатое, с длинным хвостом. На квадратном лице дергались тонкие губы. Даже сейчас продолжалось бормотание. Я поднес тварь к уху, и был накрыт волной, наверное, восьмиэтажного мата. Такого, что мужики в порту покраснели бы и сказали: «Это, епт, слишком». У меня в руках было живое, осязаемое существо. Но у него не было инфо — плашки, и тут точно дело не в средствах сокрытия.

Анастасия смущенно оглядывалась по сторонам. — Что… что ты сделал?

— А пес его знает. Что сейчас? Слышишь противные голоса?

— Нет. — она уставилась на меня с очень озадаченным выражением на раскрасневшемся лице. — Ты все еще лежишь на мне, и пауза как-то затянулась.

Я вскочил и протянул ей матерящееся чудище. — Объясни — ка, что это за дичь?

— О чем ты, Артур? — искреннее непонимание. Или это меня так легко обмануть.

— Я держу его в руке. — оно извивается и ругается.

— Сначала ты завалился на меня сверху. Теперь, ты показываешь мне пустую ладонь. И кричишь. И если честно, я сейчас описаюсь от страха. — Настя вжалась в диван.

Интересный поворот. Она его не видит…? Хотя, это же логично блин. Если бы было по-другому, она бы давно заметила черта, нашептывающего ей на ухо гадости.

Я дилетант в этом вопросе, но есть у меня одна догадка. Настоящие психические заболевания вызываются отнюдь не матерящимися грызунами.

— У меня для тебя две новости. Относительно хорошая, и довольно неприятная. — сказал я. Тварь взвизгнула и затихла. Стала слизью, что очень быстро засохла и испарилась. — С какой начать?

R167 — В глуши (1)

Да, я решил ей помочь. Вот такой я добрый и отзывчивый человек. К тому же, терпеть не могу, когда кого-то клеймят позором просто так. Девчонка всякого натерпелась, может хоть сейчас поживет нормально. А я выясню, что же это за гадость такая. Сходил к Денису, присел ему на уши и в итоге выбил превращение этой идеи в официальное задание. Теперь, в системе светилась красивенькая надпись.

Задание: выяснить причины галлюцинаций Насти.

Тип задания: расследование.

Награда: определяется наблюдателем, в зависимости от результата.

Со стороны могло показаться, что я так активно взялся за это дело лишь затем, чтобы забить себе голову чужими проблемами. И не думать о Старшей аркане, видениях и прочем. Может и так. А какая разница? Доброе дело есть доброе дело, оно в любом случае зачтется в карму.

Вопрос в другом: с чего, блин, начинать?

У нас были показания самой Насти, которую голоса доставали с тринадцати лет, убеждая, что, если она не будет пересчитывать белые шашки в коробке каждые пару дней, дьявол заберет ее родителей.

Был рисунок неведомой твари, который я набросал по памяти, вопреки отсутствующим способностям к живописи. В процессе, розовая табличка появилась в третий раз, предложив мне невероятно полезный навык, увеличивающий шанс успеха при рисовании рук на два процента.

Картинку я послал Олегу. Он обещал порыться во всяких диких уголках интернета и что-нибудь выяснить.

Больше не было ничего, но это не значило, что можно лечь на диван и успокоиться. Наоборот, я собирался изо всех сил вгрызться в тайну.

Настя рассказала мне свою историю заражения ролевым синдромом. Это произошло очень давно, в окрестностях одного пригородного поселка. Зацепка ничем не хуже других.

На следующий день, в девять утра я уже стоял на платформе, глядя вслед убегавшей за горизонт электричке. Решил побродить по округе. Авось, найду что-нибудь полезное.

Как я и думал, сеть здесь не ловила. На экране телефона мигала красная иконка — пропущенный вызов. Звонила Алиса. Она хотела о чем-то поговорить, но после того сна, мне было как-то неловко встречаться с ней. Успеется. Я все равно занят. Вот, в лес уехал.

На перроне я стоял совершенно одни. Вокруг раскинулось бесконечное серо-зеленое поле жухлой травы, а в небе завывал прохладный, сырой ветер. Кроме покосившегося здания вокзала, закрытого на лопату еще в восемьдесят шестом, других признаков человеческой цивилизации не наблюдалось.

Станция «Желудево». Больше известная проносящимся мимо путешественникам как «Е-у-е-во». Остальные буквы из названия давно разметали ветра времени.

Чем дольше я шел по старой дороге, тем больше вопросов возникало у меня к родителям Насти. Надо быть весьма специфическим человеком, чтобы тащить семью в такую глушь. В местных дачных кооперативах и так происходила всякая жуть. Отрезанные головы, светящиеся черти, всякие медведя. Генма, опять же. Так заблудишься, выйдешь к поселку дорогу спросить, а тебя пустят на козинаки.

И все эти радости, они ведь еще до Кипарисово. Считай, в черте города. А сегодня я уехал гораздо дальше.

Сам не знаю, что хотел найти. Довольно глупо рассчитывать, наткнуться на улей матерящихся бесов. И они сразу скажут: «Да, это мы». Гораздо выше был шанс наткнуться на каких-нибудь разумных белок, которые с песнями варят повидло в дупле. Но я же не диснеевская принцесса, чтобы разговаривать со зверушками.

Олег сказал, что где-то здесь находится секретный бункер Сталина. Не удивительно. В мире моего напарника, такой бункер стоял буквально в каждом населенном пункте нашей родины и бывших социалистических государств. В некоторых по два, а то и по три.

Через них наверняка можно было попасть в январь тысяча девятьсот сорок первого, и применить свои бесценные гуманитарные знания, развернув ход еще не начавшейся войны.

В своей жизни, я столкнулся с неведомым и фантастическим. От этого, люди, что несли откровенный бред с серьезным лицом, не перестали казаться глупыми.

Пятна на плаще активно передвигались. Иногда лопались, как пузырьки воздуха на болоте. Энергия угасала, но артефакт все еще оставался весьма активным. Я надеялся, что, как и в прошлый раз, он поможет мне поймать назойливое существо.

Даже банку подготовил из-под майонеза. На всякий случай.

До поселка оставалось два часа ходу пешком. Поэтому, я решил, что нафиг этот поселок не нужен, и направился в противоположную сторону. Спустился по тропинке в заросший папоротником овраг.

Здесь, на самом дне, под простым деревянным люком скрывался родник. В маленьком прозрачном озерке сновали рачки. Я попробовал чистую воду на вкус. Холодок прошел через все тело. Это был приятный момент. Миг единения с природой, такого хорошего спокойствия, которого мне в последнее время не хватало. Поэтому, я был настроен крайне враждебно ко всем, кто мог бы мне его испортить.

Он треснул меня по затылку трубой. С размаху, причем. Сразу бил насмерть, паскуда. Будь на моем месте смертный, мгновенно склеил бы ласты. Или как минимум, вырубился бы.

Но я это я.

Резко вскочил, перехватывая занесенную для второго удара трубу. Щуплый, смуглый мужичок, и так охренел, когда я не упал лицом в родник. А моя контратака вообще выбила всякую почву у него из-под ног.

Неудачливый убивец рванул в горку, но я не мог простить ему испорченное настроение. Грациозным выпадом, я ухватил мерзавца за ногу и поднял вверх. Брат любил так поступать со мной. Он называл это «показать Москву».

— Ты что же творишь, ублюдок? — спросил я. Мужик попытался лягнуть в лицо свободной ногой, которая была тут же перехвачена, и для профилактики вывернута. Он завопил от боли.

— Повторяю вопрос, какого хера ты здесь делаешь и зачем напал на меня? Если не хочешь, чтобы я этим куском трубы исследовал неизведанные глубины твоей задницы, начинай говорить.

Когда я бросил его на землю, он свернулся калачиком и попытался уползти. Я очень вовремя освободил левую руку. Рефлексы сработали молниеносно. Что-то со свистом ударилось в щит. Пуля?

Ну да. У этой сволочи был настолько же неумытый друг. Причем, не один. Два дебила с ружьями стояли над оврагом. Судя по крикам, на отчаянный вой собрата бежали еще местные.

Андрей мне уши оторвет, если узнает.

— Слышь, железяку брось! — крикнул мне бородатый дядя с отвратительно сиплым голосом.

Я прижал первого идиота ногой к земле. — Сам бросай. Если не хочешь, чтобы этот чмырдяй всю оставшуюся жизнь на лекарства работал.

Вторая пуля прошла выше, попала мне в плечо, разгоняя по ткани причудливые круги. А затем, выпала из кармана.

Я так понимаю, договориться не получилось.

Сейчас они немного отойдут от шока и сообразят, что целиться нужно в башку. Я, конечно, сильный и выносливый, но хватит ли этого, чтобы ловить пульки лбом? Из чего они там палят? Хрен знает, никогда в оружии не разбирался. Наверное, охотничьи ружья. Ну да, в лесу и деревнях самое оно.

Проблема заключается в том, что мне этих мудаков убивать нельзя. С чисто этической точки зрения. И в «Стигме» поднимется дикая вонь.

Так. Двое там, один чуть дальше, еще двое рядом… Один, с другой стороны, вроде не вооружен. И последний здесь, у меня под ногами. Удачно встали, товарищи кегли. Мне и простого замаха хватит. Еще не хватало тратить именной прием на эту шушеру.

Я наклонился, резко прочертил молотом в воздухе дугу. Ударная волна подняла кучу песка, вырвала папоротники с корнем, и сбила большую часть нападавших с ног.

Пока они пытались понять, что произошло, я вырубил своего первого знакомца, приложив его об пень. Одним прыжком я выскочил наверх, ударив одинокого селянина пяткой в грудь. Когда руки лучше сильно не напрягать, в дело идут ноги.

Началась пальба, но я закрылся щитом. Со всей дури ударил по земле, от чего чмырдяи снова повалились, аки спелые груши. Выхватил ружье у первого, затем у второго. Сломал об колено.

Третий уже убегал, крича что-то вроде «Не надо было того пацана отпускать, он ментов привел, ааааааа…!».

— Ты кто такой, мать твою? — спросил сиплый. Говорить ему стало еще труднее, так как я давил щитом на грудь.

— Грибник, — ответил я. — Пришел опята выкорчевывать. Еще раз, я у того упыря поинтересовался, но он так и ничего и не пояснил. Твоя очередь. Что это за сраное ОПГ посреди леса? За что я получил по голове трубой? И что там за пацан, который сбежал?

Мне в спину что-то врезалось. Плащ выплюнул пули. Я запустил еще одну волну с разворота. Она столкнулась с капотом подъехавшего внедорожника, перевернула его. Машина повалилась на крышу, накрыв парня с автоматом, что не успел залезть обратно в люк.

Я старался. Я честно старался. С другой стороны, Бэтмен тоже старается никого не убивать. Но шеи сворачивает безымянным бандитам только в путь. И они хотят сказать, что эти ребята потом встают и исправляются?

Ладно, я принял спиной очередь из калаша. Имею право защищаться. Ах, если бы не дядя Миша, давно бы уже валялся в крови. Отличная вещь этот плащ. Но вот крышу он мне снесет, рано или поздно.

Водитель выполз из-под машины. Я его уже ждал, поднял за воротник.

— Ребятки, вы меня только еще больше разозлили. Почему-то мне кажется, что вы ни хрена не дачники. А ты уже третий, у кого я пытаюсь хоть что-то выяснить.

— Да пошел ты! — прохрипел он.

— Ладно. — воткнул его головой в землю словно репку.

Вернулся к сиплому.

— Еще подкрепления будут? Или как?

— Тьфу ты, *непечатное слово*, черт узкоглазый! — ворчал он.

— Рассказывай, что это за мероприятия в чаще лесной. — для профилактики врезал ему в нос. Очень нежно. До крови, а не так, чтобы нос отвалился.

— Да мы ниче не делали! — булькал взятый «язык».

— Ну-ну. Всего лишь дали одинокому путнику по тыкве, а когда он не упал, попытались расстрелять. Слушай, ты ж видишь, что я сделал с твоими друзьяшками. Я ведь совсем дурак, у меня и справка есть. И прямая линия с силовиками. — с инопланетными. Это даже страшнее.

— Так ты от Семеныча…! А чего молчал…? Мы же не знали, братан!

Его сиплое бормотание потеряло всякий смысл. Насколько надо быть приземленным человеком, чтобы в секунду забыть про мои сверхчеловеческие выступления. Главное, что я вписался в эту криминальную картину мира.

Мне нужно было решить, лезть в это или нет. Тут явно происходили какие-то смертные дела. Нехорошие дела. Устав свободного агента требовал от меня стереть им память любыми доступными средствами, или вызвать бригаду. А потом, развернуться и уйти, сделать вид, что ничего не было.

Но вашу мать, здесь по тайге бегает толпа вооруженных мужиков. Я их немного проредил, но все равно. Хрен с ним, попробую выяснить, а потом позвоню Денису.

Опустил фыркающего мерзавца на землю. — Веди меня к главному своему. И чтобы без фокусов. Не люблю такое.

— Далеко…пешком идти… мы в деревню ехали…а ты…тачку сломал… — и не только тачку. Он еле говорил.

— Ничего, прогуляемся. Погода хорошая. Авось на тебя чудо снизойдет целебное, первомайское.

…

Далеко, далеко на лугу пасутся… голодные, уставшие колхозники. Сиплый провел меня мимо поля, где трудились граждане с кольцами от наручников от запястий. Так думаю, они здесь не добровольно картошку выращивают. Если картошку.

За полем несколько домиков. Около въезда еще один вооруженный дядя с большими усами.

— Клим, че это за хрен? — спросил он у сиплого.

— Это от Семеныча. А мы и не знали. Думали мент, или шпион какой, в алюминиевых, сука, трусах.

— А че надо-то ему? — напрягся стрелок.

— А ты че, любопытный сильно? — огрызнулся я.

Пока что, мой хитрый план работал. Сейчас я встречусь с кем-то, кто заправляет этой деревней. Что делать дальше, я еще не придумал. По дороге, я все же позвонил Денису. Он сильно ругался, но обещал кого-нибудь прислать. До тех пор, стоило потянуть время.

…Как-то слишком легко. Противник глотает пули, переворачивает машины… а Сиплому пофиг. В чем же тут дело?

Мы вошли во двор, и я понял, что сюжет сгущается. Нелегальная ферма с похищенными людьми — жутко, но все же суровая правда смертной жизни. Скульптура во дворе принципиально в нее не вписывалась.

В граните высечен округлый бес. Увидел его и сразу подумал про тюленя, или моржа. Лысая голова, страшная морда с кошачьими усами. Клыки. Пасть грязная, заляпанная чем-то темным. У ног такая же темная лужа. Кровь? Кровь.

Я сильно удивился, но вида не подал. Я ж от Семеныча, теоретически, должен знать, что это за хрень такая. Рядом с ней меня пробрал холод, а плащ зашевелился сам по себе.

Один у входа. Еще двое во дворе. Неизвестно сколько внутри. Если придется отбиваться… Что значит если, конечно, придется! Я их разнесу. Парни в принципе не способны использовать свои крестьянские мозги, чтобы осознать мою единственную слабость.

Я прошел мимо. Памятник морским котикам будто следил за мной, гнусно ухмыляясь. Сиплый открыл дверь и пригласил зайти в темноте, непроветриваемое помещение.

R168 — В глуши (2)

Зайдя внутрь, я понял, почему они бьют по голове всех, кто подобрался к ним слишком близко. Причем «близко» — понятие весьма относительное. Шли мы сюда точно минут сорок.

Бывает, смотришь какую-нибудь глубоко научную передачу, про то, как Петербург помогали строить механические эльфы из измерения, куда можно попасть только через отвар из мухоморов, и там показывают видных ученых, экспертов. А за спиной у них можно рассмотреть интерьер квартиры. Чего там только нет.

Здесь я увидел нечто подобное.

В комнате горела клубная лампа, создавая зеленый полумрак. Валялись горы мусора. На полках и стеллажах стояли довольно неприятные, похабные скульптуры. Единственное окно грубо забито досками. Поверх него, приклеен постер, на котором демонические фигуры в военной форме срывают одежду с испуганной офисной работницы.

Нечеловеческий худой парень с прической в виде торчавших в разные стороны шипов пафосно восседал на драном диване.

Он поднял голову и уставился на меня мутным взглядом.

— Селамат паги! — сказал я. Сам не знаю, почему мне в голову пришло индонезийское приветствие. Зачем я загнал себя в ситуацию, где надо убедительно врать, я тоже не представляю.

Врать я научился только про свое психическое состояние. И то, никто не верит. А тут, надо выдавать себя за кого-то, а за кого я так и не понял. Блин, Ким! Ну вот куда ты полез?

— Боле сая тедур дисини? — спросил он, наглядно демонстрируя, как глубоко я закопался. Потом, я узнаю, что эта фраза буквально означает «Можно ли мне лечь спать здесь?».

Не дождавшись моего ответа, тощий произнес:

— Присаживайся, друг. Торопиться некуда.

— Ну, так… — сказал я, потирая руки. — Как поставки?

Они тут что-то растят. Не то, что вы подумали. Какие-то желтые, пятнистые штуки, похожие на помидоры. Секретный запрещенный сорт?

— С поставками все хорошо, не переживай, — он мерзко кашлянул, выдохнув облачко дыма. — Хотелось бы узнать, друг. Зачем ты здесь?

Агент, вы как никогда близки к провалу.

— Слышал, возникли некоторые проблемы… — на всякий случай, сдвинул брови. — Вот решил сам проверить, в чем тут у вас дело.

— Слышал. А от кого слышал?

— Никакого Семеныча не существует, да? — догадался я.

— Естественно. Это собирательный образ. Что-то вроде кодового имени. Чтобы сразу было понятно, кто и как.

Стоило подумать об этом раньше.

— Надо отдать должное. Ты силен. Обладаешь неким даром? Возможно, даже получил свое благословение? Можешь не отвечать, все понимаю. Клятва есть клятва.

— Что-то вроде того, — буркнул я, раздумывая, как бы отсюда выбраться и что вообще со всем этим делать. Парень напротив совсем не прост. И это точно не обычная ферма. Некий культ? В пригороде…? Звучит не очень правдоподобно, но отметать варианты было бы глупо.

— Те-е-ма, брат, — улыбнулся тощий.

— Ну и что с того? Ваши ребята напали на меня в лесу. Я и знать не знал, что здесь такое есть. А теперь, мне интересно. Любопытный я очень, понимаешь?

— Любопытство не порок. Зря, конечно, поддался.

— В смысле?

Резко завоняло жженым пластиком.

В темноте было трудно разглядеть, но у него что-то сидело на плече. Сейчас, это существо стало более явным, отчетливым. Грязный, облезлый комок, утыканный трубочками и покрытый сеткой ярких оранжевых вен. Тушканчик, из которого по неизвестной причине вот-вот брызнет раскаленная лава. Обычно, такого с тушканчиками не случается. Обычно.

— Милый у тебя зверек.

Тощий даже удивился. — Значит, ты его видишь? Я уже подумал, что ты неинициированный. В любом случае, сам знаешь, оставлять свидетеля в живых — опасно. Ты не похож на союзника, но я заранее извиняюсь, если вдруг это так.

Меня прижало к спинке дивана. Все тело начало дико чесаться. Он делал что-то болезненное, но я ведь боли не чувствую. Молот прилетел тощему в висок. Точнее, должен был прилететь. Едва холодный металл коснулся кожи, его голова превратилась в облачко переливающихся песчинок. А затем собралась обратно.

— И фокусы интересные.

— У тебя тоже, — усмехнулся он. — Что за оружие? Дар Старых?

— Ага. На деньги молодых.

Еще два удара. Он продолжал превращаться в песок. Это что-то вроде моей способности? Только и голову защищает. Черт, неудобный противник. Но ведь он не игрок. И не вампир. Тогда кто?

— Обычный человек уже бы корчился в агонии, — подметил тощий. — Ты действительно крепкий. Но у каждого есть предел.

Он усилил напор. В некоторых местах, у меня из-под кожи полезли черные шипы. Брызнула кровь. Из-за онемения стало сложно двигаться.

Тощий начал уклоняться от моих ударов, хотя они и так не наносили ему урона. Насколько же снизилась скорость?

Будем считать, что он меня вынудил.

— Sei River Tiger: Moonlight splash! — выпалил я. Боек молота охватило голубоватое свечение. От замаха, энергия разошлась кругами, словно камень упал в воду. Удар разметал тощего в пыль полностью, выбил окно. Стены покосились. Еще один раз, и этот домик сложится с нами внутри.

Противник вновь принял человеческий облик. Занозы начали лезть интенсивнее. У меня заложило ухо, онемело пол лица. Левый глаз затянула мутная пленка. Острый шип рос прямо под ним.

Тощий свирепо уставился на меня. Что, падла, недооценил? Я собрался с силами и повторил именной прием. Но в этот раз, отправил волну боком. Как я и ожидал, крышу снесло.

Здание почти развалилось. Он потерял концентрацию, от чего действие заклятья с занозами ослабло. Будем считать, что это заклятье, ибо, если магия проистекает не из Амаравати, значит, она настоящая. Что с одной стороны открывает нам кучу перспектив, а с другой весьма неприятно.

Как приятно вдохнуть свежий воздух, после сидения в этом затхлом дыму. Правда, тощий не разделял моих восторгов.

— Валите его! — крикнул он.

Вновь затрещали пули. Надежный щит спас, но я вряд ли смогу защищаться, если снова полезут деревяшки. Нужно было срочно вырубить стрелков.

Я приготовился к прыжку в сторону одного из них, укрывшегося за обломком стены. Простые бойцы точно не умеют превращаться в пыль. Легко его уложу.

Вокруг головы бородатого мужика появилось белое кольцо. Очевидно, системное. Я испытал то же самое ощущение, как и в тот раз, когда использовал «Шесть сотен звезд» на беглеце. Пробуждалась способность. Очень вовремя. Подозрительно вовремя.

Но разве это повод отказываться?

Я поднял молот, целясь им в эту светящуюся мишень. Перенаправил энергию так, как подсказывала система.

Результат несколько превзошел мои ожидания.

А чего я вообще ожидал? Первая способность была силой воина. Мощный и стремительный вихрь ударов, сокрушающий все на своем пути (кроме всяких-разных, превращающихся в дым). Но вторая… Вторая принадлежала печати Древних. Само собой, здесь подразумевались запретная магия, космические сущности и прочая бесстыжая лавкрафтовщина.

Вполне в стиле заварухи, в которую я умудрился вляпаться, просто гуляя по лесу. А молот никуда не полетел.

Мне очень не хотелось, чтобы эта новая сила походила на способность дяди Миши. Со временем, сила Древних в нем мутировала, трансформировалась в энергию, завязанную на психологических травмах. С ее помощью он разгонял весьма внушительных врагов, но цена была слишком велика.

Судя по всему, что я увидел в тот день, в этой лотерее я проиграл. Стрелка перекосило, будто у него одновременно заболело все, что физически может заболеть. Автомат он при этом все же не выронил. Его лицо раздулось, с правой стороны появился пузырь, который начал перекручиваться и вытягиваться.

Мужик отчаянно завопил. Его друзья, включая тощего, с ужасом наблюдали за происходящим. Боди-хоррор тем временем только набирал обороты.

Оно росло из этого смуглого, много лет небритого лица. Щупальце? Не совсем. Примерно в метр длиной, покрытое золотистой чешуей нечто, с маленькой рогатой головой на конце. Змееобразный отросток бился и верещал. Мужик верещал еще громче. А потом, снова схватился за оружие и принялся беспорядочно палить в разные стороны. Нам всем пришлось искать укрытия. Рабочие в кандалах стали разбегаться, некоторые просто бросились на землю, прикрыли головы руками.

Мужик так бы и махал пушкой, но патроны закончились. А вскоре, змеефиговина с визгом вцепилась ему в горло. Одно мгновение, и оба рассыпались прахом на траву. Вот черт… Я не собирался его убивать. Оно как бы, это, само. Да что за упоротая сила такая?

[SPAWN OF EUN-BYUL 1]

Игрок может потратить пункты Ментальной стабильности (свои, либо цели. Для этого, цель должна быть разумным и здравомыслящим смертным существом) чтобы призвать «имуги». Сила и количество «имуги» зависит от количества потраченных пунктов. Призванные существа управляются силой мысли игрока. Если осознанный контроль отсутствует, существа попытаются устранить непосредственную угрозу.

Похоже на способность Кворла, только слабее. И дороже.

Тощий налетел на меня густым, удушающим облаком. Я попытался разогнать его, но пыль, кажется становилась все плотнее. Напор вылезающих изнутри шипов тоже усилился. Враг был в ярости от потери соратника.

В горле возник неприятный, холодный ком. Еще один шип. Видать, тощий осознал, что просто так меня не свалить. Воздуха лишает, сволочь. Одного глаза уже лишил. Очень кстати, второй залепила мерзкая табличка.

Кажется, Вы испытываете некоторые трудности. Позвольте предложить Вам полезный бонус.

«Глубокий вдох 1» — технический объем легких и длительность задержанного дыхания увеличиваются на 50 %.

Блин, действительно полезно! Мне нужно было что-то придумать. Как-то остановить его, пока я еще могу дышать. Я моргнул правым глазом, принимая бонус.

Спасибо. Перк начнет действовать немедленно. Компенсация взимается в течение недели.

Так и знал. Не все там просто. Даром ничего не бывает. Интересно, что это за штука, и что она попросит взамен? К несчастью, у меня совсем не было времени об этом думать.

— SeiRiver Tiger: Moonlight Whirlpool!

Я стал вращаться вокруг своей оси размахивая молотом. Потоки воздуха отогнали пыль тощего, и я наконец-то сделал максимально глубокий вдох. Насколько это было вообще возможно с шипом в горле.

Второй стрелок вылез из-за стены. Я достаточно быстро оказался рядом с ним, выбил оружие из рук. Ударом в живот отбросил его в заросли на грядках.

Где-то здесь должен был оставаться третий. Ах да, вон он. Около гаража, с ружьем. А Тощий уже приближается.

Я сконцентрировался на собственной ментальной стабильности. Она сразу же снизилась. Второй «имуги» вырос не на теле противника, а прямо из земли рядом с ним. Мысленно, я приказал мелкому змею развлекать стрелка. Он тут же обвился вокруг ноги мужика, опрокидывая его.

Занозы становятся все толще. Дышать все труднее.

Кажется, Вы испытываете некоторые трудности. Позвольте предложить Вам полезный бонус.

Неужели опять? Безумие какое-то. Мне теперь постоянно будут что-то предлагать? Нет, я не против халявы, но, во-первых, — это не халява. А во-вторых, как-то уж очень несправедливо. Словно целый оркестр с роялями в кустах.

«Святой оберег 1» — постоянная сопротивляемость враждебному мета-энергетическому влиянию (включая внеигровые источники) 20 %

Хрен с вами, беру!

Спасибо. Перк начнет действовать немедленно. Компенсация взимается в течение недели.

Не переборщить бы с компенсацией.

Полегчало сразу. Часть заноз выпала. Та, что перекрывала горло стала заметно меньше.

— Как ты это делаешь? — удивился Тощий. Плашка у него над головой все еще гласила, что он смертен. Однако парень только что собрался из размытого грязно-зеленого облака. Он ощутил новое сопротивление?

— Сам еще не знаю. — ответил я. — Но, если мы не остановимся, у меня могут вырасти крылья и хвост.

— Ты не похож на чемпиона. — а он все трещал и трещал. Но, пока Тощий болтает, он не портит воздух. А у меня появилась кое-какая идея.

— Эй, я почти победил в олимпиаде по биологии! — правда, меня дисквалифицировали в последний день, за драку. А потом, прошло пятнадцать лет, и самой биологии пришлось потесниться.

— Что ты такое?

— Тот же вопрос, вонючка. — интересно, успею или нет? А если успею…

— Моя-то сила от Старого рода. Но твои способности… такого я вообще никогда не видел.

Вот черт, пафосные имена. Он действительно серьезно это воспринимает. А я почувствовал себя героем фильма категории Б. Сильнее, чем обычно. Надо будет выяснить, что это за «старый род» такой.

Каковы шансы, а? Третий раз за такую недолгую жизнь вляпаться в скрытый от смертных глаз балаган. И все три раза — совершенно случайно. Не захочешь, поверишь в высшую силу или в судьбу, что издевается. Лично надо мной издевается.

— Я еще много трюков знаю. — сказал я, занимая позицию. — Ты подходи. Посмотрим, насколько ты крепкий.

— Жаль. — хмыкнул Тощий. — Узнать бы про тебя больше. Ты не в курсе, эта сила передается, если съесть владельца? А то, мы потерпим, не станем тебя раньше времени закапывать.

Он быстро растворился в пространстве, накрыв меня ядовитым облаком. Но в третий раз, подобный фокус со мной не прокатит.

— Никогда такого дома не повторяй! И вообще нигде не повторяй! — заорал я, вкладывая силу в именной прием.

После чего, со всей дури врезал по стопке баллонов, лежавших у стены. Как там было в первой части «Челюстей»? «Улыбайся, сволочь!» Рвануло основательно. Второй гараж снесло к хренам. Грядки полыхали. Отвратительный идол повалился на бок, от его морды откололся здоровый кусок. Больше он не будет зыркать по сторонам.

Я лежал на черной земле. Пошевелиться сил не было. Здоровье восстанавливалось, но сейчас, этот процесс казался мне очень медленным. Посмотрел на свою ладонь. Бледная, серая.

Будь сейчас ночь, сопротивляемость была бы выше. А так, пришлось обходиться одной выносливостью. И щитом. И пузырем жижи, в которую превратился мой наряд. Не подвели. Уберегли придурка с уязвимостью к огню.

Идея-то проста. Если этого гада не берут физические атаки, нужно зайти с другой стороны. Вот его превращение в пыль не должно было спасти от поражающих факторов.

Спустя целую вечность, я смог сесть. В пятидесяти метрах валялись штаны. Их владелец убежал в лес, а призванная мной тварь исчезла.

Очень легко представить мое разочарование, когда Тощий вновь восстановился из дыма. Черная копоть лезла у него изо рта и ушей, но в целом, он, кажется, совсем не пострадал.

Твою мать!

Он устало присел на землю. Закрыл глаза.

Тихо пробормотал — Ну все. Тебе кранты.

На меня накатило тихое отчаяние. Я ведь гордился этим планом. Совсем чуть-чуть, но гордился. А больше никаких возможностей нанести ему повреждения не было. Я мог бежать.

Но этот негодяй, скорее всего, настигнет меня очень быстро. Лететь все же проще, чем бежать. И оставлять его здесь, после всего случившегося… плохая идея.

Я собрал волю в кулак, поднялся. Крепче взялся за молот и щит. Оставался один вариант. Вращаться, аки вентилятор, в надежде, что, если гада сильно разметает по округе, он не сможет собираться. Можно было еще призвать… кем бы они там ни были, но что-то мне подсказывало: рогатые головы его тоже не прокусят.

Тощий решительно пошел на меня с ножом. Я ударил его один раз, затем еще один. Он продолжал идти, не замечая ударов. Снес голову — ноги шагают дальше. Снес ноги, туловище все равно прется вперед.

Попал прямо по ножу. Железяка улетела далеко.

Тощий потянулся к моей шее. Крепкие, холодные пальцы сомкнулись. Я сразу вспомнил, как во сне чуть не задушил Алису. Тогда, мои собственные руки меня не слушались. Неприятно признавать, но было жутко страшно. Проснулся в холодном поту.

Как только вспомнил, сразу вздрогнул. А вместе со мной, вздрогнули системные сообщения. И на мгновение… исчезли? Такого раньше не было. Ни разу, за все двадцать лет.

Я размахивал оружием, но противнику было откровенно пофиг. Вырваться я смог, только цапнув его за запястье, от чего оно рассеялось.

— Да ты достал! — возмутился Тощий.

А уж ты-то как достал…

Кажется, Вы испытываете некоторые трудности. Позвольте предложить Вам полезный бонус.

Опять?! Что ж за день сегодня такой?!

«Несгибаемая решимость 1» — игнорирование защиты теперь распространяется на нематериальных противников.

Ага, я понял. Это такая же хитрость, как и с Вирдом. Только там тебя загоняют в ситуацию, где ты вне зависимости от своих хотелок отрастишь себе разнообразные лишние части тела. А здесь, видимо, загоняют в кабалу. Здравствуй, ипотека. В игре тебя только не хватало. И ведь знают же, что я без этого не справлюсь.

Спасибо. Перк начнет действовать немедленно. Компенсация взимается в течение недели.

Гадство.

Враг все пер на меня. Я дружелюбно треснул его по тыкве.

Тощий не упал. Но и в дым не превратился. Он просто согнулся, раскинув руки в стороны. Поднял голову и посмотрел на меня абсолютно охреневшим взглядом.

У него из носа бежала струйка крови.

— ….как? — хрипло спросил он.

— Каком к верху.

Ударил прямо в челюсть. Парень крякнул, кость хрустнула, и он растворился. И набросился на меня в виде облака. Я-то уже обрадовался. В этом режиме, он опять стал неуязвим. Ну или он так думал. Примерно на пятой попытке задеть мерзавца, молот наткнулся на что-то мягкое и хрупкое. Тощий принял человеческий облик и покатился по земле.

Там, вроде как, только небольшой процент игнора брони. Потому, попадает не всегда. Но уж если попадает…

— Хотел знать, кто я? — я наступил ему на грудь. Он стал облаком. Я прочертил молотом дугу, возвращая зарвавшегося парня в реальность. — Работа у меня такая. Простых людей избавлять от таких упырей, как ты. Хрен вас знает, что вы тут делали, но явно, ничего хорошего. Так что, не обессудь.

Дальше, я бил его только кулаками, пока негодяй окончательно не вырубился. К такому он точно не привык.

Плотно привязав негодяя к позорному столбу, я позвонил Денису и обрисовал ситуацию. Он обещал прислать группу, но посоветовал мне убраться оттуда до того, как они приедут. Я спорить не стал и направился обратно к станции.

Стоило мне отойти на достаточно приличное расстояние, в небе появилась целая эскадрилья самолетов. Причем довольно старых. Клином, они пронеслись над фермой, накрыв ее черно-красными облаками пламени.

Какого…

Еще одна причина убраться подальше.

…

Электричка слегка задерживалась. Кроме меня, транспорт до города ожидала семейная пара с ребенком. Я был занят, пытаясь не уснуть до того, как усядусь в вагон. Побитому телу был очень нужен отдых. На соседей по лавочке не обратил бы абсолютно никакого внимания, если бы мальчишка не заговорил со мной.

— Когда я был ребенком, — сказал он, рассматривая верхушки фонарных столбов на противоположной стороне станции. — Очень боялся этих штук. Думал, что поезд не приедет, и я останусь на станции после заката. Тогда, роботы с лампами во рту выкопаются из-под земли и заберут меня.

На вид ему было около двенадцати. Когда же успела пройти бурная молодость? А еще, чего только дети не напридумывают! Я все сидел молча будучи не в настроении для бесед. К тому же, мама всегда учила меня не разговаривать с незнакомыми школьниками.

— Что ты делал на той ферме? — внезапно спросил мальчик.

— Э? — откуда он знает…?

— Очень простой вопрос. Что ты там делал? — вампира выдали глаза. Чем бы оно ни было, оно перестало стареть уже давно. Заметив, как двигаю пальцами, собираясь призвать оружие, он добавил. — Не советую. Ты агент, и тебя все еще сдерживает договор. А вот я уже давно не играю по правилам.

Приглядевшись к его спутникам, я понял, что они как раз люди.

— Значит, вся эта ерунда посреди леса — дело рук генма? — я сделал шаг в сторону, чтобы держать в поле зрения всю компанию. Лишь тогда я заметил бесшумно подкравшееся чудище. Ржавый металлический каркас, приблизительно повторявший форму скелета. С фонарем вместо головы и когтями из арматурин. Со скрипом, железная образина нависла надо мной.

— Нет. Все гораздо сложнее. «Стигме» незачем в это лезть. Так своим и передай.

Не будь я на грани обморока, я бы, наверное, что-то сделал, а не стоял бы там как баран, глядя как все они исчезают, растворяясь в куче темных лент.

R169 — Сила и Колесница

Следующее собрание комсомольской ячейки, разнообразия ради, проходило в гараже у Олега. Председатель (в моем лице) немного задержался.

Кто-то толкал полную энтузиазма речь. Эти вопли было слышно в сотне метров от гаража.

«…сидишь, и даже не понимаешь! А они все вытирают об тебя ноги. Со временем, они начинают думать, что так и надо. Но это на их совести. Мы с тобой не будем обсуждать это. Если их не волнует твоя точка зрения, почему тебя должно волновать их отношение?»

Будто телевизор орет. Канал «Домашняя психология». Эксперты там еще более психованные, чем уфологи.

Речь оборвалась, и тут же возобновилась с новой силой.

«Ты же головой думать должен! Выйди на улицу, посмотри. Грязь кругом. Кто это все делает? Враги? Чушь, люди сами себе враги. В них воспитали этой гнилой пофигизм. Хочешь так же? Вперед, но тогда не ной.»

Олег устроил онлайн-кинотеатр, прицепив нетбук к старому телевизору, висевшему на стене. Но этого ему было мало. Рядом стоял сабвуфер. Конструкция транслировала мудрость с ютуба на всю округу.

С экрана вещал плотный мужчина, лысый, с рыжей бородой и в очках. Вещал с таким энтузиазмом, что, если бы телевизор передавал летящие слюни, гараж уже был бы затоплен.

Настя слилась с пуфиком, в отчаянной надежде, что кто-то прекратит эту процедуру из «Заводного апельсина».

— Простите, ребятки. Задержался, потому что пришлось побеседовать с руководством.

Напарник поставил видео на паузу. Девушка с облегчением выдохнула.

— А они что? — спросил Олег.

— Сами ничего не знают. Или специально не говорят. Андрей нудел, как всегда. Туда не ходи, сюда не лезь…

— Должно быть, это офигеть какое важное место. Просто так никто бы не стал бомбить тайгу.

Плюс еще этот мелкий упырь. Он как со всем этим связан?

— В новостях скажут, во время учений случайно отсоединился боезапас, или что-то в этом роде. Андрей говорит, наверху решили все замять. Причем это не наш верх, а местный верх. Если понимаете, о чем я. Если нет, то звонили с «Зари».

— Правительство скрывает существование тоталитарного культа в лесу! — возбудился Олег. — А я ведь предупреждал.

Готов признать, мир, где прав Олег, пугает меня гораздо больше, чем вся концепция Амаравати. В который уже раз?

— Ты что-то нашел? — поинтересовалась Настя.

— Кроме деревенщин, поклонявшихся пеньку? Нет. Но тут не надо долго думать. Ты стала жертвой паранормальной дичи, я поехал на то место и вляпался в еще более паранормальную дичь по уши. Где-то там есть связь.

— Мне повезло чуть больше. — сказал Олег, садясь за ноутбук.

Ну, его не тыкали шипами изнутри, не пытались задушить или пристрелить, или напугать железным големом. Новые системные функции его тоже не мучают. В каком-то смысле, действительно повезло.

— Загуглил, и нашел страничку наших сектантов на википедии?

— Вряд ли, — на полном серьезе сказал Олег. — Все знают, что содержание википедии полностью контролируется правительством Германии. Если уж авиацию привлекли, дело серьезное. Никто бы не стал сливать туда такую инфу.

Осталось понять, почему это была авиация, в лучшем случае, времен Корейской войны.

— Окей. Я буду язвить аккуратнее. Рассказывай.

— Есть много штук, похожих на твое описание идола. Не знаю, не могу сказать, связаны ли они. Скинул тебе на почту, потом полистаешь. Там всякое. Фотографии, проклятые изображения, фанарт. Это не так важно.

Он открыл карту местности вокруг Желудево. Довольно большой участок земли был выделен желтым. Если прикинуть расстояние, что я прошел, секретная ферма должна была находиться в его границах.

— Вся эта территория, включая лесной массив, поля и старый карьер принадлежит краевой администрации. Часть отдана в аренду фирме «Логос-Новик», с целью строительства завода по производству деревянных таблеток.

— Деревянных… таблеток? — удивилась Настя.

— Для растопки печей и мангалов. — пояснил я. — и как ты думаешь это связано?

— Понятия не имею. — сказал Олег. — Но это как-то мутно. Ладно бы, сектанты жили в глухом лесу, который никому не принадлежал. И я не думаю, что эта компания позволила бы устраивать рабский труд на своей законной территории.

Действительно. Если они не злая корпорация из мультиков. Эдакие опереточные злодеи. Я не питаю иллюзий относительно руководства крупных фирм, но это как-то слишком. Надо посмотреть, как они прокомментируют инцидент на учениях.

— Есть кое-что еще. — Олег протянул мне лист бумаги. Ксерокопия чьего-то паспорта.

— Князев Тимофей Антонович? Это что еще за хрен с горы?

— Интересный момент. Пару лет назад, Тимофей обратился в отделение полиции в районе Кипарисово, утверждая, что сбежал от своих похитителей. Его заставляли работать на ферме.

— Мало ли там в тайге таких ферм…

— Сейчас меньше. — сказала Настя. — После открытия новой развязки и аэропорта, ситуация значительно улучшилась.

Видать, ей хотелось хотя бы пять копеек вставить беседу, что была, по сути, о ее проблемах.

— Важно другое. Как мне удалось выяснить, парня сразу же отправили на экспертизу и объявили невменяемым. И даже в выпуске Автопатруля его всячески обосрали.

— Может он пытался укусить участкового и кидался в людей отходами?

— Не исключено. Но о его поведении ничего найти не смог. Странно, как его сразу дискредитировали и заткнули. Будто, пытались что-то скрыть.

— А где ты взял его паспорт?

— В ВК. Парень не особо озабочен информационной безопасностью. А я искал страничку с пропиской.

Хм. Стоит ли его навестить? Если все так серьезно, парня должны были убрать, но он в порядке. Просто теперь ему уже точно никто не поверит. Что, в принципе, тоже самое. Тимофей перестал представлять угрозу для хозяев фермы, и они даровали ему жизнь. Теперь, мне нужно было выяснить, о какой ферме идет речь.

…

— Ты не можешь меня заставить. — простонала напарница.

— Могу и буду. К тому же, ты уже здесь и даже в спортивном костюме. Путь назад отрезан.

Перед нами, в лучах утреннего солнца сверкала свирепая улыбка Воина-Ягуара.

Мы уже выяснили, что безумие Насти вызвано похабными тварями из открытого космоса. Проблему не решили, но хотя бы поняли, что не все потеряно. А раз так, надо оторвать задницу от дивана и привести себя в форму для будущих побед.

Со временем, я подумаю, что можно сделать, чтобы открыть ее способность. Зная систему, это будет какая-нибудь непонятная дрянь, мало приспособленная для боя.

Нас встретила невысокая, но очень… рельефная девушка. У Саши не было бонусов от системы, но с кубиками пресса у нее все равно дела обстояли гораздо лучше, чем у меня. На пути моего идеального тела стояли лень, мысли о том, что и так все прокачается, и недавно открытый в торце нового дома Олега гриль-бар.

Стоя друг напротив друга, Настя и тренер выглядели как «до» и «после» чудодейственного средства для похудения, которое стоит копейки. Надо всего лишь, каждый день пить стакан…

— Кого ты сегодня к нам привел, Артур? — с улыбкой спросила Саша.

— Здрасьте. — робко сказала Анастасия, не сводившая глаз с подтянутых завсегдатаев.

— Так говоришь, будто я каждый день кого-то привожу. — Олега так и не удалось загнать. Он уперся и заявил, что и без того прекрасен. — Но сегодня особый случай.

— А зря. Мог бы и скидку получить.

Скидка у меня и так есть. Только вы про нее не знаете.

— Это Настя, моя коллега по работе. Надо сделать так, чтобы мы смогли в следующем году выиграть «гонку героев».

— Амбициозно. — Саша окинула мою напарницу профессиональным, критическим взглядом. — Это будет тяжело. Но вполне выполнимо. Главное, чтобы ты сама хотела.

— Да, я как бы… не думала об этом. — промямлила Настя. — Не до того было…

— Опять же, зря. — тренер схватила ее за плечи. — Об этом надо всегда думать. Меньше нервов, больше здоровья. Сразу основная часть проблем решится сама по себе. Ну, это прописные истины, что я вам рассказываю.

Внезапно, ее озарила прекрасная мысль.

— А знаешь, мы как раз наняли нового тренера. Если ты не против, он тобой займется, раз уж постоянных клиентов у него нет.

Настя опустила глаза, но я тут же хлопнул ее по спине.

— Она только за. Будет ныть, конечно, но вы не слушайте. Нам нужна максимальная эффективность.

— Ты не слишком строг к девушке? — смутилась Саша. — Может быть, она сама за себя скажет?

— Она моя протеже. — гордо заявил я. — А для успеха в нашем деле нужны физическая подготовка и борьба с комплексами. Ты знаешь, я добрый и отзывчивый. Ей лично желаю только добра.

— Как много я не знаю о продаже стройматериалов… — фыркнула тренер.

— А то. Это дивный новый мир.

— Ладно. Раз говоришь надо, значит надо. Роман, ну-ка подойди сюда! — крикнула она.

Прошла доля секунды. За это время я прошел через все стадии принятия неприятных новостей. Подумаешь, Роман. Их дохрена. Каждый второй — Роман. Больше только Елисеев со Святозарами. Город у нас тоже большой. Среди Романов небось полно качков.

Ну блин, Ким. Ты что, не знаешь, как работает мир, в котором живешь. Естественно, это он! Другого варианта просто быть не могло.

Из раздевалки вышел Халк в цветастых шортах. Без футболки он казался еще более внушительным. Обычно, мужики такого размера либо перекачены, от чего выглядят откровенно неестественными и раздутыми, либо здоровые, мешковатые и с пузом.

Рома достиг золотой середины. Он огромен, и каждая мышца на своем месте. Человеку такого результата не достичь, но о людях мы тут речи и не ведем.

Генма тоже очень удивился, заметив нас. Но виду не подал. Решил поиграть в секретность. Что ж, подыграем.

— Я не ожидал тебя здесь увидеть. — сказал я, пожимая медвежью лапищу.

— Вы знакомы? — спросила Саша.

— Покупал у нас как-то дрель. Внешность запоминающаяся.

— Было дело. — согласился вампир. — С дрелью, кстати, все в порядке. О ней хорошо заботятся.

Не сразу я понял, что он имеет в виду.

— Ну и замечательно. — тренер была этому очень рада, хоть и не знала, о чем речь. — Роман, надо позаниматься вот с этой красавицей. — она приобняла Настю. — Думаю, для тебя это будет очень интересный опыт.

Лучше и не скажешь.

Повышен уровень связи с картой: Сила (Strength)

Текущий уровень связи: 3

…

Разблокирована карта: Колесница

«Человек знающий, думающий, смелый и любознательный, он всё оставил и двинулся в путь, ища применение своим силам и не боясь рискнуть. Он под защитой небес.

Над его головой звезда».

Данная карта дает бонусы к боевым умениям, мастерству, стремлению двигаться вперед.

Уровень связи: 1

Полученный бонус: Единовременное улучшение для любой способности, на выбор игрока. Может быть использована для улучшения способностей соратников игрока, находящихся в его партии (если они являются носителями карт).

Вампир в моем спортзале. Звучит, словно название для любовного романчика. Будь Дурак на месте, он бы даже изъявил желание его прочесть. Если бы там были горячие сцены соития на силовом тренажере, само собой.

Пока что, я наблюдал лишь сцены издевательства. Добрым, но строгим взглядом генма смотрел на Настю, и почесывал густую бороду. Девушка краснела, тряслась и с большим трудом выполняла указания тренера. Рома был спокоен, как удав. Кто-то другой на его месте уже бы взорвался.

— Хватит туда смотреть! — прикрикнула Саша. — Давай, Артур, больше усердия. Или что, приревновал? Хочешь, мы поменяемся?

— Ни в коем случае. — возможно, я слишком активно сделал мах ногой. Чуть сам не заехал себе коленом в нос. — Он просто немного подозрительный, не находишь?

— С чего ты взял?

— Даже не знаю, как объяснить. Чуйка?

— Ой, да брось. У нашего директора этой чуйки на всех хватит, и он от Ромы в полном восторге. Сразу видно, человек знает и любит свое дело. К тому же, очень вежливый и интеллигентный мужчина. Большая редкость нынче.

— Все равно, будь с ним осторожнее.

— Так, что это у нас тут за школьные интриги? — тренер хлопнула меня по коленке. — Я думала, что ты мудрый и рассудительный. Даже о помощи попросить хотела. Не разрушай мне образ!

— У тебя что-то случилось? — я закончил упражнение. Надо было делать вид, что ты сильно устал. Иначе у смертных обитателей спортзала возникали бы вопросы. Вот интересно, а Рома заморачивается с этим?

…

Мы вышли на крышу. Лестницу никто не запирал. В зале никто не курил, но наверху все равно оставалась подозрительная площадка с пластиковыми столиками. Осталась от кафе, когда-то находившегося в этом здании?

— Так в чем дело?

Саше явно было неприятно говорить об этом. Такой я ее видел впервые.

— Мне нужен твой совет, Артур. Ты же вроде как психолог, и вообще, в людях разбираешься.

— Социолог. — поправил я. Почему никто не может этого запомнить? Люди в принципе не понимают, чем я занимался в университете.

С другой стороны, зная состояние современной социологии, вообще не удивительно.

— Блин. Ну, все равно. Ты умный, а мне больше не к кому обратиться.

— А ты, типа, глупая? — хмыкнул я.

— Ты понял.

— Да, прости. Почему не спросишь Рому? Он тоже умный. В сфинксах разбирается.

— В чем…? Ладно, извини. Если не хочешь, я… — она замялась и отвернулась.

— Стой. Ну, говори. Я не психолог, но вдруг действительно смогу помочь. Все же, я интересовался этой темой в университете и после. — Да, чтобы понять причины собственного безумия. «Воин-ягуар» — одно из немногих мест, до куда чудесным образом не дошла моя репутация дебошира и матершинника. Плюс, Саша. Мы не то, чтобы друзья, но раз уж стабильно общаемся несколько раз в неделю, меньшее, что я могу сделать — выслушать ее.

— Понимаешь, — скривилась Саша. — У меня есть одна подруга…

— Которая на самом деле ты и есть, просто стыдно признаваться? — предположил я.

— Ох, если бы. Не в этом дело. Короче, эта девчонка, с которой я снимаю квартиру. Она хорошая, мы давно дружим. Раньше, она даже работала здесь, на стойке.

— И ты хочешь, чтобы я составил ей пару на выпускной! — выпалил я.

— Артур, если ты будешь петросянить, я перестану тренировать тебя. Будешь заниматься со Славиком.

— Все, молчу. Что угодно, только не Славик.

Потрясающий человек. Пожалуй, предпочту, чтобы меня тренировал вампир Рома, как бы странно это не звучало. Если в каком-то словаре есть определение «навязчивый хипстер», там точно нарисован Славик.

— Так вот, эта девушка… Я даже не знаю, как объяснить. В последнее время, она начала очень странно себя вести. Это ее дело, но я же волнуюсь. И мы живем вместе, разве можно не обращать внимание?

— В каком смысле, странно? — тут не надо быть психологом. Человек может от чего угодно измениться. Нашла нового парня. Начала пить. Затаила на что-то обиду. Я-то чем могу помочь?

— Ну, во-первых, она жутко зазвездилась на пустом месте. Как будто подменили. Буквально полгода назад была сама доброта и общительность, а теперь смотрит на всех, как на дерьмо.

— Бывает. Может просто показала свое истинное лицо? — я прислонился к перилам, наблюдая за рыжим котом. Облезлый мерзавец полз на дерево за сороками. Кто ж тебя снимать потом будет?

— Не знаю. Есть еще кое-что. Она часто где-то бродит ночами, но это как бы… объяснимо. Но она же еще и сама с собой разговаривает! А еще как застынет, что вкопанная, а глаза бегают, бегают… Будто… видит что-то. Но смотрит на голую стену.

Вот это уже более интересно. Ночные прогулки, беседы с собой, чтение невидимых надписей. Что-то это мне напоминает. Уж не стала ли Сашина соседка агентом одной змейской организации? Или того хуже, породнилась с Романом? Или же, на нее положил глаз контроллер.

— Я и сам так иногда делаю.

— Артур! Я серьезно переживаю. Может, она в какую секту попала, или что?

— Все возможно. — кот оказался клюнут в наглую морду и кубарем скатился на землю. — Знаешь, расскажи-ка обо всем этом подробнее. А еще лучше, если я смогу поговорить с твоей соседкой. Есть люди, с которыми она вполне могла связаться. В этом нет ничего ужасного, но будет гораздо лучше, если мы пообщаемся.

R170 — Жрица и Императрица

Список заданий растет. Помимо стандартных, вроде «Сходи к черту на рога, набей лица людям-богомолам из космического мира», у меня теперь было много чисто детективных квестов.

Поговорить с парнем, возможно спасшимся с фермы, которую я разрушил, и выяснить что он знает.

Поговорить с девушкой, возможно пробудившейся агентессой, и понять почему ей так снесло крышу.

Разговоры. Поиск улик. Я мог бы открыть частное детективное агентство. И нанять Настю секретаршей. А Олег будет развеселым оперативником, который опаздывает на работу. Нам не хватает только собаки, чтобы стать героями сериала на Пятом канале.

Напарница еле передвигала ногами. Завтра, ее тело вообще откажется двигаться. Рома умудрился загонять не чувствующего боли игрока. Сразу видно, на посту профессионал.

— Так. Диету я тебе прописал. — сказал вампир. — Программу самостоятельной тренировки тоже. Завтра будет тяжело, но ты все равно приходи.

— Я… я очень постараюсь… — прохрипела Настя и буквально рухнула в мои объятия.

— А я прослежу. — кивнул я.

Проходя мимо, вампир тихо сказал. — Знаешь, я рад, что ты выжил. Ужасная ситуация была.

— Не представляешь, насколько я этому рад. — съязвил я, но потом, все же добавил. — Спасибо за помощь. Наверное. Пошли, Насть.

Она сползла вниз и разлеглась на лавочке. — Нет. Остаемся навсегда.

— Не за что. — хмыкнул генма и с полотенцем на плечах направился прочь.

— Ты как? — спросил я у напарницы.

— За что ты меня так ненавидишь, Артур? Я чуть не померла. — хныкала она. — А потом мы начали упражняться…!

— Это все ради твоего же блага. Ладно, вставай. Провожу тебя домой, а потом мне еще надо успеть прибраться. Чтобы вечером делать абсолютно ничего. Поэтому, прекращай ныть.

— До сих пор не поняла, помогаешь ты мне, или просто издеваешься…

— Не в моих правилах издеваться над собратьями по несчастью. Вставай-вставай. Нам еще в горку подниматься.

Со скоростью хромой черепахи, мы добрались до остановки. Я тут же хотел развернуться, и пойти сесть на другой автобус, но не успел.

Сегодня, она была одета в серое платье и легкий черный кардиган. В ее наряде не было ничего чрезмерно открытого или вульгарного, но в голове сразу возникла куча пошлых мыслей. А потом других, менее приятных.

Ким, какого черта?

На второй космической скорости, Алиса подлетела ко мне и уже стремилась целовать в щеку. Я от пуль с меньшим старанием уворачивался, но тут не смог ничего сделать.

— Знаешь, я и обидеться могу. — надулась сестра. — Мало того, что заходить перестал, еще и извиваешься, как уж на сковородке.

— Я только что из спортзала, поэтому немного эмоционально уязвим. Прости. — я виновато отвел глаза. Не то что бы я не был рад ее видеть, но… чем меньше времени мы проводили вместе, тем лучше. Для ее же безопасности. И мне было проще справляться с невесть откуда вылезшими навязчивыми мыслями.

— Ммм… Вижу сегодня ты решил основательно пропотеть. — сказала Алиса, разглядывая мою напарницу.

— Я, наверное, пойду. — пробубнила Настя, становясь одного цвета с красной спортивной кофтой.

— Это моя старшая сестра. — объяснил я. — Алиса, это Настя, моя коллега по работе.

— Да, я сразу поняла. — сказала Анастасия. — Вы очень похожи. Одно лицо просто.

Мы с сестрой переглянулись.

— А она забавная. — хихикнула Алиса. — Ты скорее всего очень занят, но может зайдешь вечерком? Расскажешь про свою работу. Объяснишь наконец, почему ты стал одеваться как румынский сутенер.

На секунду, мне показалось, что от прикосновения сестры, «Реквием Здравомыслия», действительно похожий на костюм восточноевропейского модника, вздрогнул.

— Я в поисках собственного стиля.

— Смотри, чтобы эти поиски не завели слишком далеко. От полиции моды мне тебя уже не отмазать.

— Кстати, — я решил дополнительно испортить себе настроение. — Андрей не заходил?

— Давно его не видела. — пожала плечами Алиса. — Говорят, он сейчас в больницу попал. Бандитская пуля, все дела. Зачем спрашиваешь?

— Просто так. Интересно стало.

— Не умеешь врать, Ким. Не берись. — она очень легко и непринужденно становилась серьезной. В такие моменты, я понимал, что время шутить прошло. — У тебя все в порядке?

— Относительно. Есть некоторые проблемы, но я над этим работаю. Тебе не о чем беспокоиться.

— Рада это слышать. Но я уже морально готова сидеть у окна с кружкой и думать о тебе. — сестра обхватила меня руками за шею. Я представил, как больно кусаю ее за ухо. — Какой толк в непутевом младшем брате, если он совсем не появляется в твоей жизни?

Повышен уровень связи с картой: Верховная жрица (The High Priestess).

Текущий уровень: 6

К ранее полученному бонусу добавлен следующий:

Регенерация внутри жилища увеличена на 30 %

Эффективность ослабляющей ауры усилена на 20 %

К ауре ослабления добавляется эффект вытягивания духовной энергии (0,3 % в секунду).

То ничего, то целых два повышения за день. Да еще и новая карта. «Кровные узы» стали на удивление активны. Я ведь и раньше общался с Сашей и Алисой, Олегом, Андреем. Но карты почти не продвигались. Что изменилось?

— Я тоже по тебе скучаю. — сказал я.

— Очень заметно. — фыркнула Алиса. — Короче, чтобы пришел и хоть что-то рассказал. Сам знаешь, что бы там ни случилось, я всегда на твоей стороне.

— Знаю. — но теперь меня это скорее пугает. До дрожи в коленках и дергающихся глаз.

…

Худые, грязные. С кривыми когтями и рядами клыков, торчащими в разные стороны. У многих не хватало нужных для нормальной жизни частей тела. В рваных дырах с обломанными ребрами зияла черная пустота. Не люблю зомби. Но в Амаравати водится множество разновидностей всяких немертвых тварей поэтому приходится постоянно иметь с ними дело.

Они выли на огромную желтую луну, а в сальных гривах копошились мелкие щенки со злыми, сверкающими глазками.

Варг Астории — Уровень 25 — Зверь/Нежить

Ублюдок — Уровень 7 — Зверь/Нежить

Вот уроды. Прямо фу.

Я стою посреди университетского кампуса. Как я тут вообще оказался? Не помню. В голове дичайшая каша, мешанина из вчерашнего дня. Пришел домой. Взял задание…? На кой ляд, завтра же на работу? Как потом добирался, на такси?

А денежки где взял? И почему один?

Здесь точно должна быть охрана. Есть вероятность, что они попрятались, испугавших целой толпы волков. Безответственные люди, что тут скажешь?

Особо раздумывать времени нет. Варги бросаются в бой. Их много, очень много. Вокруг меня водят хоровод две дюжины тварей, а тех, что на крышах корпусов и не сосчитать. Желтые зубы мелькают в темноте. Видно плохо, будто ночное зрение отказало.

Первый монстр идет на меня, получает в жбан и отлетает в сторону. Кровь брызжет в стороны, а там, где только что стоял оборотень, в воздухе висит блестящая металлическая цифра.

860!

Быстро тускнеет и исчезает.

Это что, показатель урона? С каких пор в моей системе присутствует такая пошлятина? Придется ведь считать. А с математикой у меня еще со школы так и не подписан мирный договор.

900!

Тьфу!

Еще один дохлый оборотень размазан по асфальту. Врагов становится все больше, эти двое вообще погоды не сделали.

Я разбрасываю толпу. Ударная волна ломает варгов, но на их место встают новые. Один повисает на щите. Мелкие твари выскакивают из его гривы, так и норовят цапнуть за голову.

Стараюсь отбросить, но волчата берут числом. Кто-то куснул меня за палец.

Критический урон! 500!

Ух, гадость какая. Не подцепить бы от них бешенство. Лютое бешенство с осложнениями.

Само собой, у мерзких немертвых тварей нет никакой ментальной стабильности. Приходится кастовать призыв, используя собственные ресурсы. В глазах темнеет, закладывает уши. Появляются пульсирующие красные нити, словно я одел очки с трещинами.

Насколько целесообразно использовать слово «болезненный», если боли нет вообще? Есть только жжение, гадкий зуд и чувство превращения мозга в тыкву.

Золотистый имуги вырастает на моем плече, сразу же вгрызается в мелкого ублюдка и отшвыривает его. Хорошо. Дракончик будет прикрывать спину. Как сможет. Кусает ведь только одного противника за раз, и тянется не очень далеко.

Призвать бы второго, но, чего-то, мне кажется, не такой трюк силы воли не хватит. После применения способности, тьма вокруг стала еще гуще. Серый мех варгов в ней почти не видно.

Я уже даже не целюсь. Каждый удар все равно попадает в оборотня, а то и в нескольких. К несчастью, они слишком сильны, чтобы сразу рассыпаться. Побитые твари тут же возвращаются за добавкой.

Подбегает на четвереньках, атакует снизу. Из пятна на моем плаще появляется странного вида лапа, что тут же вцепляется нападающему оборотню в морду и с силой опрокидывает его на землю. Еще две такие лапы вырастают на левом богу, помогая отбиваться.

Имуги довольно рычит, трясет рогатой головой. Эти штуки ему нравятся. Не соглашусь. Не радует, что я вдруг начал сам обрастать разнообразными тварями.

Но мы сражаемся вместе. Бьемся, словно дикие загнанные звери. Пока неведомые руки не оказываются сломаны, вырваны с корнем. Пока призванный дракон не разбивается, как стекло. Пока «Дар Сестры» не разламывается надвое, а прокисшая волчья морда не пробивается через щит.

Враги накатывают на меня блохастой волной, перекрывая единственный источник света. Луну.

Дрыгая в темноте руками и ногами, лечу с кровати.

…

В задницу такие сны. На дворе четыре утра, а у меня ни в одном глазу. И усталость, будто действительно всю ночь махался с облезлыми собаками.

Ритуал омовения заспанной хари холодной водой немного привел меня в чувство. Ким, вчера ты спрашивал, что изменилось? Вот. На глаза свои посмотри.

Почему они желтые? Успел где-то желтуху подцепить? Да нет, тогда пожелтели бы белки, а не зрачки. Такое чувство, что линзы одел. Хотя их отродясь не носил.

Еще и чувствую себя хреново. Может быть, цвет зрачков — это симптом.

[Конвертация биологических систем: 12.362304 % завершено]

Еще одна табличка ядовитого цвета. Если мыслить логически, все это может оказаться последствием бездумного принятия перков во время боя на ферме. Без них я бы не выжил, но теперь, все это плохо отразилось на моем состоянии. Какая еще нахрен конвертация?

Даже спросить не у кого. Пойдешь к наблюдателям, и выяснится, что это все из-за Арканы. Дадут по шее.

Тэн. Он мог бы мне помочь. А еще, он хотел утыкать меня катетерами и зондами. Возможно даже собирался заставить проглотить лампочку. Он-то знает в чем дело, наверняка. Но переться к нему чревато.

Не могу же я пойти туда один. И рассказать, что со мной происходит никому не могу. Твою мать, одни проблемы от этой игры.

В начале было весело, а теперь стало муторно. Поскорее бы прошел этот непонятный, унылый период.

Что-то звякнуло за порогом. Я одел тапочки и выглянул за дверь. Из деревянного бруса торчала стрела с приклеенной бумажкой. Послание состояло только из одного слова.

Зайди.

Вот сучка, могла бы просто позвонить. Но нет, обязательно надо выпендриться. Я выдернул стрелу, поплелся через пустую развязку к коттеджу. Дом отремонтировали очень быстро. Если бы я не присутствовал при нападении рибху, даже не сказал бы, что здесь произошла битва.

Стоя на пороге теремка, я ощущал себя попаданцем в мир «Трех Богатырей». Ну, или героем анекдота, который пришел среди ночи просить соли у олигарха — соседа по даче.

Петя кивнул мне и вернулся в свою будку у ворот играться в приставку. Вика встретила меня, небрежно накинув на плечи халат, что не скрывал ярко-синее белье, и вообще ничего не скрывал.

— Ты бы хоть оделась, — сказал я, проходя в гостиную, больше похожую на холл роскошного отеля, чем на жилое помещение.

— Вот ты то там чего не видел, Ким? — огрызнулась она, но халатик все же запахнула. — Сам выглядишь, как гавайский бомж. Ты бы прекращал жить в сарае.

— Почему-то был уверен, что оценишь мои цветастые шорты. И, к твоему сведению, внутри мой сарай больше, чем снаружи.

— Размер — это не главное, тебе ли не знать. — хмыкнула Вика.

Эту перепалку можно было продолжать вечно.

— Короче, что хотела? — я уже начал чувствовать себя как дома. Игнорируя испепеляющие взгляды хозяйки, бегло изучил мини-бар и холодильник.

Она уселась на диван, закинула ногу на ногу. — Не поверишь, соскучилась по твоей унылой физиономии.

— Не-а, не поверю.

— Зря, я действительно хотела тебя видеть. Просто не думала, что ты настолько помятый и потрепанный жизнью. Впрочем, есть более важное дело.

— Внимательно слушаю.

— Ты был там. — она сердито свела брови. — В Желудёво.

— Откуда знаешь? — у меня будто на лбу написано, что я ездил на село.

— Андрей сказал.

— Я смотрю, вы закорешились. — приятно, когда сходятся твои лучшие друзья.

— А тебе завидно? Ладно, забей. На самом деле он полный урод, просто я смысла не вижу воевать. Не знаю, какие у вас там с ним терки, да и мне пофиг, если честно. Так значит, это действительно ты разрушил оранжереи «Логос-Новик».

Это теперь так называется? Оранжереи?

— Допустим. Что с того?

— Есть такой дядя, Мейер Юрий Романович. Может знаешь его.

— Мы виделись зимой на званом ужине, верно? Что-то припоминаю.

— Есть у него в крае пара предприятий, в том числе «Логос-Новик». Это он недавно выкупил «Королеву Нуалу» и грозился запустить мега-круиз в Северную Корею. Солидный человек. На хромой козе не подъедешь.

— И разносторонний. Что ж, говорят ему сильно не повезло, когда связка ракет шлепнулась прямиком на его грядки.

— Артур, не ломай комедию. Этот Мейер — старый друг моего отца. И я своими ушами слышала, что он думает обо всем случившемся.

— Интересно было бы послушать его точку зрения. — зевнул я.

— Ведешь себя так, будто тебе вообще плевать. — злилась Вика.

— Нет. Просто я пока не очень понимаю, к чему это все.

— А это все к тому, что они все знают. Нет, не все, само собой. Только то, что никакой это был не несчастный случай. И что какой-то парень в аляповатом плаще разогнал охрану и рабочих. Они ищут тебя, Артур.

Ищут, значит. С какой целью? Убрать и наказать? А может, облить гудроном и обвалять в перьях, как Тимофея?

— Спасибо за предупреждение. Но я большой мальчик, и пока еще могу за себя постоять.

— Как знаешь. — Пожала плечами девушка. — Все ж таки, это не те люди, с которыми можно шутки шутить. Легко можешь нарваться, и вряд ли «Стигма» поддержит тебя в разборках со смертными.

Я пересел к ней. Вика устало положила голову на спинку дивана. Все же, нас клонило в сон.

— От меня-то ты что хочешь? — спросил я. — Чтобы я бежал, сверкая пятками обратно в Питер?

— Тебе просто стоило быть осторожнее. Охота это одно, а в такие дела лучше не лезть. Я знаю, как это бывает. Они сожрут тебя.

Я потянулся и убрал прядь волос с ее лица. — Слушай, ты, конечно, та еще сука…

— Спасибо, Ким. Ты просто мастер комплиментов.

— Дослушай. Где-то в глубине души, ты хороший человек. Иначе, ты бы не вернулась… в пятый раз. Поэтому, и только поэтому я готов дать тебе шанс и допустить, что ты не знала, какими мерзостями там занимались.

— Ой, да знала я, конечно. — мрачно сказала она. — Догадывалась, по крайней мере. Мейер гнал гастарбайтеров с Китая и КНДР. Не хотел переплачивать за рабочую силу. А там большой простор для махинаций: перепродажа, проституция, тайные колхозы…

— …идолы, кровавые жертвоприношения, проклятия. — закончил я.

— Чего? — Вику самую чуточку перекосило.

— Когда они напали, я тоже так подумал. Ну мало ли, что там у них. Заготовки женьшеня. Передовой лагерь для охоты на тигров. Маковые плантации. Да что угодно! А потом, я увидел сраного каменного тюленя, с пятнами запекшейся крови вокруг. И подрался с гребаным волшебником. Который не был игроком. И даже не был генма. Сама подумай, будь это обычный криминал, стали бы они бомбить место преступления?

— Я решила, что Андрей…

— Охренел, когда узнал. Меня еле успели предупредить, чтобы я уматывал оттуда. Твой Мейер походу не только корабли подмял под себя, но и авиацию. А потом, на меня наехали еще какие-то мутные товарищи.

Она не придумала, что ответить. На пару минут исчезла на кухне, гремя стаканами. Потом вернулась.

— Хочешь сказать, что мужик, подаривший мне пони на шестилетие, использует свой бизнес как прикрытие для секты. — пробормотала Вика.

— Ты и до этого считала его конченым мудаком, отбирающим паспорта у голодных крестьян.

— Ну… да. Я и отца своего таковым считаю в девяноста девяти процентах случаях. Но одно дело, когда у человека есть деньги и власть и он что-то мутит. Мир так устроен, эту хрень так просто не исправишь. Но всякие хтонические культы, где надо бухать и колдовать — совершенно другой уровень пакости.

Я притянул ее к себе. Вика, кажется, была настолько поражена, что даже не сопротивлялась.

— Выходит, эти люди испортили жизнь не одной, а двум моим напарницам. Я просто обязан разобраться, что за дичь они творят, и по возможности, положить этому конец. Заодно, убедиться, что твой батя самая обычная продажная сволочь, а не последователь Ктулху. Обещаю, ради тебя, я займусь этим делом особенно тщательно.

— Это пипец, как романтично, Ким. — пробормотала она, засыпая.

— Не, мать. — ответил я. — Это сила дружбы. В чистом виде.

…

Повышен уровень связи с картой: Императрица (The Empress)

Текущий уровень: 8

К ранее полученному бонусу добавлен следующий:

Суммы налогов и обязательных выплат (как в смертном мире, так и в Паутине) уменьшаются на 50 %. Этот бонус не зависит от других скидок и не складывается с ними.

R171 — Аура отчаяния

Саша проживала в очень уж спальном районе, рядом с мостом через бухту. Центр города, главная трасса, на соседнем доме нарисован кремль. А воняет все равно как в бразильских трущобах.

— И ты снимаешь квартиру здесь? Тем более, в складчину? — я обошел высыпавшийся прямо на дорогу мусорный мешок.

— Я не так уж и много зарабатываю. Еще отсюда удобно ездить в зал и обратно. — несколько виновато ответила она.

— Не знаю, за те деньги, что твой зал дерет с меня, можно было уже построить двухэтажный коттедж с видом на инновации, — фыркнул я. — Может быть, ты просто жадина?

Девятиэтажка стояла на склоне, вокруг нее узкая дорога, на которой две машины не смогли бы разъехаться. Сейчас ее полностью загородила пузатая оранжевая «скорая».

Произошло что-то неприятное. Ну да, я понимаю, реанимацию не на день рождения вызывают. Дело в другом. Вокруг машины клубилось довольно гадкое нечто. Собравшиеся люди его не замечали. И Саша тоже. Она сразу же побежала к пожилой женщине, вышедшей из подъезда.

Аура, окружавшая «скорую» представляла собой нечто вроде эфемерного осиного гнезда, заросшего пушистой плесенью. В этой одновременно склизской и бумагообразной массе плавали гнусные оскаленные рожи. Бывает, человек может различить лица даже в телевизионной ряби (ты когда рябь в последний-то раз видел? Давно уже перешли на цифровое вещание). Так вот, это не тот случай. В этой мути действительно виделись неприятные морды всяких троглодитов.

Нечто подобное я уже имел удовольствие наблюдать. Та липкая, хамоватая штука, что я снял с Настиной головы. Упругая, но легкая и невидимая. Здесь, конечно, масштабы гораздо больше.

Я приблизился к машине на расстояние вытянутой руки. Если оно меня заметило, то никак не отреагировало. Облако-аура оказалось довольно пассивным.

Встал позади, чтобы никто ничего не заметил. Приподнял полы плаща, дополнительно загораживая обзор. Очень уж мне не хотелось лезть в это руками. Благо, мать природа недавно одарила нас дополнительными конечностями.

Дракончик вырос у меня из живота, прямо через футболку. Новорожденный сердито осмотрелся. По моей команде вытянулся и осторожно понюхал ауру. Чихнул как собака.

Вот на него лица обратили внимание. Собрались в ряд и стали корчить гневные рожи. Имуги тихонько зарычал, воща усы. Примитивные мысли существа передались и мне. Облако ему не нравилось. Он чуял плотный сгусток негативной энергии. Впрочем, об этом можно было догадаться и так.

Я передал ему телепатический приказ. — «Кусь!»

Зубастый отросток вцепился в облако. Оно зашипело, пошло кругами. На асфальт громко плюхнулся вполне осязаемый ком слизи. Я быстренько отозвал чудище, чтобы не привлекать внимание.

Саша все еще о чем-то разговаривала с женщиной. Вид у них обеих был довольно мрачный.

— Что случилось? — спросил я, старательно делая вид, что не делал сейчас ничего странного.

— Альфия, она… я даже не знала… — сказала Саша. — Не думала, что она вдруг решится.

— Муж пришел лампочки проверить, а она там висит, — вклинилась женщина. — Ужас-то какой! Совсем ведь молодая девчонка!

— Так, погодите! Она что…того самого? — вот и пообщался с коллегой. Трындец.

— Жива, слава богу! — причитала хозяйка квартиры. — Вот, откачивают уже минут двадцать.

Отлегло. Очевидный вывод: эта злобная хрень повлияла. Иначе получается совсем уж маловероятное совпадение.

Хм. Ким, давай сложим логическую цепочку. Девушка начинает вести себя странно, потом ее вытаскивают из петли. Плюс, в этом как-то замешана схожая полу-разумная субстанция, которая уже довела другую девчонку до отчаяния. Что подцепила ее там, где совершенно случайно находилось языческое капище.

Есть в этом деле какой-то общий знаменатель. Просто я пока что не могу его вычленить. Может, сам товарищ Мейер распыляет эту дрянь? Но тогда почему целью стали именно эти люди. Оно прямо здесь, но не бросается на остальных смертных. Лица на них даже не смотрят.

— Артур, прости… — прошептала Саша. — Я не думала, что все так.

— С ума сошла? За что извиняешься? — слегка приобнял ее. — Главное, что она жива.

Из машины высунулся бледный, осунувшийся медик. — Везем в «тыщу». Родственники есть?

— Нет. У нее родители в другом городе. Я поеду. — вызвалась Саша.

— Хорошо, залезайте быстрее.

— Стой, — прервал ее я. — Дай мне ключи.

— Зачем? — удивилась тренер.

— Помнишь, я говорил тебе, что знаю людей, с которыми она могла связаться? Думаю, мне стоит хотя бы мельком осмотреть квартиру. Вдруг, удастся что-то выяснить. — вдруг что-то связывает Альфию с Настей? Или с другими кусочками мозаики. Не уверен, что я хочу там найти: карту Желудево или визитку «Логос-Новик»?

— Ты что, частным детективом стал? — напряглась Саша.

— Если только любителем. Но это ведь не повредит. Ты ведь хочешь узнать, кто ее до такого довел?

Тренер немного помялась на месте. — Хорошо, у тети Иры есть ключи, она сходит с тобой.

— Сашенька, а что это за молодой человек? — у тетки наконец-то прорезалось любопытство.

— Это мой друг из зала. Я хотела, чтобы он поговорил с Альфией. Но мы… не успели. Действительно, теть Ир, пусть он посмотрит. Может и правда, что-то узнает.

— Ну хорошо, я провожу. -

Все же, она мне доверилась. Залезая в «скорую», Саша оглянулась и кивнула. Я жестом показал, что все будет в порядке.

Повышен уровень связи с картой: Сила (Strength)

Текущий уровень связи: 4

Меня не покидало противоестественное беспокойство. Ирина Владимировна поднялась со мной на шестой этаж, где жили девчонки. Дверь в квартиру была распахнута. Муж хозяйки все еще должен был оставаться там. Чутье подсказывало, лучше не лезть. Еще чуть-чуть и появятся цветастые надписи, как во сне. «Не ходи туда, дебил, оно тебя сожрет».

Если бы я сейчас призвал имуги, он точно бы зарычал.

— Вы лучше тут подождите, — я остановил женщину. — Сейчас, я проверю все ли в порядке.

— В каком смысле? — возмутилась она. Кажется, хорошее впечатление, что создавала обо мне сила Луны, улетучивалось на глазах. — Сеня!

Муж не ответил. Вместо этого, мы услышали утробный стон.

— Сеня! — она бросилась внутрь. — Ты чего там?

Я быстро последовал за ней. Не обладая внезапно развившимся чутьем на паранормальную дрянь, женщина легко могла засунуть голову прямо в капкан.

Ну что, опасения оправдались. Очевидно, Сеня был не в себе. Теоретически, его могло подкосить созерцание тела пострадавшей девушки. Но я думаю, виновата все же была та срань, что прицепилась к его голове аки лицехват.

Спорить готов, Ирина Владимировна ее не видит.

У твари был округлый панцирь, длинные усы. Глаз не было. Из-под панциря торчал сегментированный хвост, овившийся вокруг шеи несчастного. Две таких же трубки ему затолкнули в уши. Еще две плотно обмотались вокруг пояса и скрывались в штанах.

Сеня скрючился и стоял неподвижно, покачивая руками. Обычный зомби-перфоманс. В любой момент, он мог прыгнуть на нас. Кусаться ему правда не чем, но на столе рядом с ним лежит нож.

Я схватил бьющуюся в истерике бабу за руку и дернул на себя. — Женщина, ради всего святого, разве вы не видите, что это опасно? С вашим мужем что-то не так.

— Что? — в ужасе спросила она, но вырваться не пыталась. Видать, я был достаточно убедителен.

— Сейчас разберемся. Доверьтесь мне, я профессионал. Как его зовут?

— С-семен Ильич.

— Окей. — я пошел к нему, выставив ладони вперед. Будто успокаивал встревоженного быка. — Семен Ильич, вы как? Говорить можете? Нет? Ничего страшного. Сейчас мы попытаемся решить вашу проблемку.

Хвост на шее пенсионера начал затягиваться. Тварь выпустила еще одну гибкую трубку и щелкнула ей как хлыстом, не давая мне приблизиться. По полу разлетелись оранжевые капли.

Оно еще и агрессивное. Ладно. Что если мы попробуем вот так?

Призывание второго дракона за час могло иметь крайне неприятные последствия для моей психики. Но я был бы последней сволочью, если бы использовал кого-то из присутствующих смертных в качестве ресурса. Ладно, потом будем думать, как и что.

Имуги свесился с потолка и вцепился в край панциря. Одновременно, я подскочил к Семену Ильичу и просунул пальцы под хвост насекомого. У этой дряни железобетонная хватка, но мне все же удалось вырвать кусок хвоста и освободить шею. Дракон потянул панцирь на себя, обрывая трубки.

Пенсионер облегченно вздохнул и упал мешком. К счастью, рядом стоял диван. Имуги помотал визжащее существо и метнул его к моим ногам. Я уже замахнулся для последнего удара.

И тут, тяжеленный молот рухнул мне на ногу.

Было так больно, что я даже не ругался. Просто охнул и повалился на бок, треснувшись еще и плечом. Усатая тварь воспользовалась моментом и стремительно скрылась в вентиляции. Мне оставалось только беспомощно наблюдать за этим, пытаясь сдержать слезы.

Хозяйка причитала над своим мужем, совершенно слепа к моим страданиям. Плашки над их головами исчезли, как исчез и торчавший из потолка дракончик.

Система отключилась полностью. Прошла примерно минута, показавшаяся мне целой вечностью, прежде чем все вернулось на место. Боль ушла.

Остались возмущение, досада и новые вопросы.

— Что ты сидишь, скорее скорую вызывай! У него наверняка инсульт! — Ирина Владимировна дала мне звонкий подзатыльник. На автомате, я набрал 03. Возможно, стоило вызвать бригаду Дениса, но об этом я тогда не думал.

Я вообще ни о чем не думал. Тряхнуло основательно. Снял ботинок. Нога потемнела и распухла. Если бы не потеря цвета, была бы яркая красно-синяя гематома.

Система и раньше глючила. Шли помехи, иногда я слышал треск. Бывало, не мог обновить данные. Но способности я потерял впервые, причем в довольно ответственный момент. Может, эта ползучая скотина постаралась?

Так или иначе, надо было сваливать пока не вернулись врачи. Даже если Ирина Владимировна заметила, как я колдовал хтонических сущностей спасая ее мужа, кто ей поверит? Тетя в состоянии аффекта. К тому же, все ее внимание поглощено Сеней. Можно не беспокоиться о стирании памяти. Это у врачей могут возникнуть лишние вопросы.

Хромая, я прошелся по комнате. Тварь ушла. Я ее больше не чувствовал. Была мысль навестить соседей, но спрашивать «не заползал ли к вам гигантский жук?» — значит привлекать ненужное внимание. Нет, если бы оно все еще было здесь, дракон внутри встревожился бы.

В квартире было три комнаты. Гостиная, объединенная с кухней, и еще две, где жили девушки. В левую я не стал заходить. Там стояли тренажеры, а на полу валялась банка со спортивными добавками. Понятно, кто в ней обитает.

Комната Альфии, чистая и ухоженная. Может, даже слишком. Такое чувство, что девушка здесь только спала, причем даже не расстилая кровать. Или она такой до одури аккуратный человек, или это очередной признак творящихся зловещих событий.

Опять же, ничего криминального я не увидел. На столе лежал маленький нетбук, обклеенный сердечками. В урне рядом валялось что-то яркое, сразу привлекавшее внимание.

Книжонка с кирпичной стеной на обложке. В пробитую дыру заглядывало хитрое солнышко. М.Л. Кузьминский. «Рассвет новой жизни или Следующий этап! GO!». Надо же. Альфия читает ту же чухню, что и мой повернутый напарник.

В дурацкой брошюрке не было бы ничего необычного, если бы не толстый слой странной слизи, покрывавший ее. Переборов омерзение, я сунул книжку в карман плаща. А потом подумал, и забрал нетбук. Все еще оставаясь будто бы невидимым для хозяйки, выскользнул из квартиры.

R172 — Платная медицина

Небо полыхало яростным огнем. Фонтаны пламени обрушивались вниз, чудом не задевая самолет. Красиво. Страшно, хоть штаны меняй, но красиво. Я невольно приклеился к стеклу.

— Во время войны сильно пострадала атмосфера, — сказал Тэн. — Большую часть планеты закрывает щит, но здесь между звездой и поверхностью нет ничего. Мы используем солнечную энергию, чтобы зарядить батареи.

— Я даже знать не хочу, как это возможно.

— Все не так уж сложно. Система предусматривает концепции, и подстраивает законы природы под них. Обитаемая планета, плывущая сквозь внешнюю оболочку звезды… Звучит интересно. Наверное, поэтому такое становится возможным.

— Да уж. К этому тяжело привыкнуть, — пламя резко сменилось мрачными тучами и полосами дождя. На такой-то высоте.

— Смертные быстро втягиваются. Даже ты недолго сопротивлялся, прежде чем вернуться.

Я посмотрел на него, думая, как лучше сформулировать возникшую проблему. — Пошли. Ты хотел моей крови. Лучшего момента и не придумаешь.

Тэн очень долго и тщательно рассматривал пробирку с кровью. Словно видел некий конкретный результат проверки. Не зря же у него такие большие глаза. Я думал, он будет пользоваться приборами, как и любой нормальный врач.

— Говоришь, система отказала.

— Как раз, когда я хотел добить одно гнусное существо, — пробормотал я. Трудно было говорить с бинтами в носу. Ученый пропитал их какой-то лиловой фигней, которая пахла одновременно как застарелый мед и керосин.

Он посадил меня в некое подобие стоматологического кресла. Над головой жужжало кольцо аппарата для МРТ. Волшебного МРТ.

— А еще, ты видишь странные сообщения и даже набрал себе с их помощью перков.

— Типа того.

— И сообщение о процессе конвертации.

— Это тоже.

— Навязчивые мысли, иррациональные страхи не беспокоят? — спросил Тэн. Вылил кровь в горшок с зубастым цветком-пираньей. Растение принялось жизнерадостно чавкать.

Признаваться в этом было довольно неловко. Но я же на приеме у врача. Чисто технически.

— Да. Я постоянно представляю, как причиняю вред ни в чем неповинным людям. И еще мне приснилось, как я душил сестру.

— Все сходится, — ученый сел на табуретку около консоли, покрутился на ней. — Не люблю говорить шаблонами, но тут по-другому не получится. Две новости, Артур. Хорошая и сомнительная. С какой начать?

А есть разница? — Давай с хорошей.

— Твоя система в порядке, и связь с игрой достаточно стабильна. Ты не умираешь и никаких настоящих следов Жажды в организме я не нашел.

— Прекрасно. В чем тогда подвох?

— Как тебе объяснить… — простонал Тэн. — Ты был носителем двух духов Старшей Арканы, вдобавок был ранен Стонущей пулей, что несомненно оказало влияние на твою локальную систему.

— Попробую угадать: сейчас половина этой системы не пашет, оттого и все мои проблемы.

— Схватываешь на лету. По сути, такого быть не должно. Дух исчезает вместе с носителем. Но ты жив, а дух исчез. Система считает, что связь нарушена. Включается аварийный режим. Бежать или драться. Сопротивление Жажде.

— Ты же сказал, что никакой жажды нет.

— Ее и нет. Но твое подсознание считает иначе. Оно посылает прямой и явный сигнал — беги, спасайся, делай что-нибудь! Иначе скоро начнешь жрать людей и мутировать в монстра. Это не так. У тебя даже Вирд не растет. Но подсознанию не объяснишь. От этого и видения с кошмарами.

— Так. Будем считать, что я понял, — система показывает мне худшие варианты развития событий, чтобы я принял меры и ничего подобного не произошло. Даже если никаких предпосылок и так нет. — Ладно, это была хорошая новость. В чем подвох?

— Я уже упоминал. Аварийный режим включен. Ты не превращаешься в беглеца, но система все равно на всякий случай конвертирует организм. Кроме этого, ты пользовался техниками очищения атмы, чем значительно ускорил процесс.

— Конвертирует во что? — меня бесит, что он никогда не договаривает полностью.

— В скрытного демона, конечно же. Понимаешь, Жажда — чужеродная концепция для игры. В данном случае, Амаравати действует как иммунная система. Заклеивает рану в душе, уж как может. Лечит психологический шок, дефрагментируя личностную матрицу. Но с тобой такого не произойдет.

— Секундочку. Мне сильно не нравится, на что ты намекаешь.

— Я не намекаю, Артур. Говорю прямо. Душа в порядке, но система считает тебя поврежденным. И потихоньку превращает в генма, так, для страховки. Сейчас этот процесс пошел быстрее, потому что ты воспользовался уникальными для них средствами прокачки, и системным сбоем.

— Твою мать…! — я опрокинул железный поднос, лежавший на спинке кресла. — Твою. Же. Мать!

— Не думаю, что угрожая чьим-то родственникам можно решить проблему.

— А как тогда ее решить? — меня просто трясло. — Тэн, родной, скажи, что это можно исправить. Повернуть вспять там, не знаю. Переубедить систему. Ты же гений, вон у тебя какая лаборатория. Вылечи меня!

— Успокойся, Артур. Криком делу тоже не поможешь. Тут в принципе мало что можно сделать.

— Тэн, я не хочу быть вампиром!

— Количество гематофагов среди конвертированных сильно преувеличено. Я слышал, многие генма спокойно живут, утоляя свои вполне миролюбивые страсти и мирясь с активностью системы. Конечно, мне сложно утверждать точно. Редко выпадает возможность изучить скрытного демона. Как ты знаешь, игроки вроде нас не могут долго находиться в мире смертных. А генма не могут попасть сюда.

Я стер пот со лба. Глубоко вдохнул.

— Мне все равно, как они там живут. Быстро разконвертируй все, что там наконвертировалось взад. Прямо сейчас.

— Хорошо. Что если я откажусь? — я перебирал варианты, но Тэн упрямо твердил, что не сработает. — Прямо сейчас вернусь домой, отключу систему, лягу спать и проснусь нормальным человеком. А? А?!

— Не поможет. Точка невозврата была пройдена, когда ты воспользовался очищением и так называемой глитч-системой.

Да чтоб тебя! Это все те гады, со своим тюленем. Еще одна причина, чтобы пойти и навалять им. Как будто всего остального было мало. Сам виноват, конечно. Нельзя доверять всяким подозрительно полезным элементам дополненной реальности. И Кворл уломал меня медитировать! Знал небось, что этим кончится!

— Артур, процесс запущен. Остановить его может разве что Администратор.

— Прекрасно, где взять этого твоего Администратора?

Тэн закатил глаза. Буквально. Они провернулись как шары в лунке. — Текущий Администратор живет в башне, в самом центре Параболы. Кратчайший путь туда сквозь порталы… дай подумать. Пятьсот сорок два мира. В некоторых вход там же, где и выход. Но в большинстве, второй портал придется поискать. Даже если отправишься прямо сейчас, на середине пути уже полностью конвертируешься. Это при условии, что тебя вообще примут.

Он крепко задумался. — Хотел бы я посмотреть, что произойдет.

Меня это все уже утомило. — Пошли со мной. Полетели прямо на вашем самолете. Если не успеем, сам увидишь. И вообще, должны же быть способы быстрого перемещения!

— Глупости не говори. У тебя столько денег нет, чтобы быстро перемещаться в Паутине.

Понятно. Глупости все. Надо понять и принять это. Ты станешь вампиром, Ким. И будет у тебя Страсть. Всей душой полюбишь пить урологический сбор. Или смотреть китайские мелодрамы семидесятых годов. Или откусывать работникам верфи уши. Что-нибудь такое.

Не хочешь? Начнешь пить вуншпунш, что они бодяжат из бычьей крови.

Переедешь на село. Заведешь коз…

Я закрыл глаза.

— Точно ничего нельзя сделать?

— Извини. Я не могу помочь. Вернешься домой — со временем обратишься. Останешься здесь — все равно обратишься. А там либо вывалишься в свой мир, либо сгоришь.

И тут, я как-то успокоился. Какой смысл паниковать, если все равно ничего не можешь изменить?

— Предлагаешь смириться?

— Выбора нет, — он что-то повернул на консоли. — Я попытаюсь придумать что-нибудь. Возможно, смогу создать «костыль», который обманет систему. Духа своего не вернешь, но процесс конвертации замедлится.

— Замедлится. Не прекратится и не прервется.

— Прервать его может только возвращение Дурака или Дьявола. А мы не знаем, куда ты их дел. Процентов девяносто, что угробил. Гордись, это не удалось сделать существам божественного уровня.

— Было бы чем.

Я слез с кушетки, прогулялся по лаборатории. Думать не хотелось. Хотелось лечь поспать. Изображенная на экране Паутина напоминала схему метро в каком-нибудь Сингапуре. Масштабная, запутанная, очень дорогая и с бесконечными пересадками.

— А вот это, кхм, необычно, — сказал Тэн, ковыряясь в 3д модели моего скелета. — У тебя в роду игроков не было? Или, может, генма?

— Ну, так, а как же? По отцовской линии — сплошные вампиры. По материнской — оборотни, — бабушка была девятихвостой лисой, дед бессмертным таоистским монахом. Прадед учился в Хогвартсе.

— Серьезно?

— Конечно, нет. У меня самая обычная смертная семья. Не так уж много я про них знаю, но уверен, в этой глубине веков не скрываются, как ты их назвал, гематофаги.

— Не буду грузить тебя игровой биологией, — он приподнял череп, растянул его в воздухе, повернул ко мне. Легким движением руки разделил надвое. Затем откуда-то взял еще три черепушки. Кости убрал, оставив лишь четыре мозга в разрезе. — Погляди.

— Проверяешь, не захочу ли я есть, смотря на свежие мозги? — буркнул я.

— Это мозг смертного, — он ткнул в самую последнюю модель. Ее цвет изменился. Все части на месте. Изменений и уплотнений нет. Физически и психически здоровый человек, в полном расцвете сил. А это…

Ученый сфокусировался на другой модели. В этом мозгу было полно мелких, светящихся синим светом блямб. — Мозг начинающего игрока. Система преобразовала некоторые части, чтобы облегчить восприятие интерфейса и взаимодействие с игрой.

— Дальше… — третья голова тоже наполнена блямбами. Только уродливыми, зелеными и неровными, как сросшиеся опухоли. — Мозг генма. Система залатала ущерб, но его следы все еще заметны.

— И наконец, твои многострадальные мозги.

В моей тыковке было много синих штук. И мелкая россыпь зеленых. Кроме них, присутствовали темные участки, будто пустые места, готовые заполниться одним из двух цветов.

— Говорил мне батя, кола разъедает мозги. А я не верил.

— Когда два игрока очень любят друг друга, аист может принести им еще одного маленького игрока. Или НИПа, если у ребенка будет ограничение по уровню. И если оно будет больше девяноста пяти процентов, то родится маникин. Ребенок двух генма тоже будет генма.

— К чему этот урок биологии? — мне, если честно, уже хотелось пойти домой. В подушку порыдать, ведро мороженого купить… сбросить стресс, короче.

— К тому, что смешение генов тех, кто был изменен системой и смертных дает непредсказуемые результаты. Может родиться обычный человек. Или игрок. Или скрытный демон. Но даже если ребенок смертен, он сохраняет некие системные черты. Прямо как ты. Эти полости в мозгу были у тебя с самого начала. Когда Дурак подключил тебя, система лишь нашла им применение.

— По-твоему, за почти тридцать лет хождения по врачам, никто не заметил, что мои мозги выглядят как кусок сыра? — недоумевал я.

— По-твоему, смертные врачи знают куда смотреть? — парировал Тэн. — На самом деле, это ничего не меняет. В твоем мире тысячи таких людей, у кого предок в двенадцатом колене был любвеобильным генма. Они даже никогда не узнают про игру, и тем более, не пробудятся. Это именно тебе повезло.

— Ух, как повезло… — выдохнул я.

R173 — Новые загадки

Вечером я пошел гулять. Чем еще заниматься, когда живешь один, а через полгода станешь вампиром? Только бродить по городу, думая о разном. Как-то одновременно все навалилось.

Но в одном я уверен. Пока конвертация не закончилась, я должен с головой уйти в работу. Как минимум, разобраться с Мейером и его потусторонними эманациями. Буду придерживаться принципа: если сам обречен, старайся творить добро. Мир станет только лучше.

Ты спросишь: Ким, чего разнылся-то? Вон Роман живет и не жалуется. Здоров и весьма упитан. Работу новую нашел. И вообще, их там целая деревня. Дружное, сплоченное сообщество. Во многом, генма живется лучше, чем большинству людей. Но!

Пункт первый — Я не хочу, чтобы ради моей эфемерной безопасности выжигали мозги ни в чем не повинным смертным.

Пункт второй — Даже Тэн не уверен, останусь ли я в итоге собой. Раз, и это тело займет совершенно другой разум. Я ведь много труда в него вложил. Что, если этот разум окажется конченым мудилой, и будет творить всякую хрень от моего имени?

Около восьми вечера позвонила Вика и предложила пообщаться. Назначила встречу в ресторане на последнем этаже корейского отеля в центре. Да, того самого.

Она ждала меня в отдельной ВИП-кабинке вместе с Петей и Олегом. Я решил ничего им не рассказывать. У Олега и так полно проблем. Хрен его знает, как он отреагирует. Вика не испытывает к генма никаких теплых чувств. У ее мальчика на побегушках своего мнения нет.

— Короче смотри, Артур. — очень серьезно сказал Олег. — Метровая сковорода, красный соус, рисовые пирожки, спаржа, грибы и свежие морепродукты. Все кипит и бурлит.

— Я не поняла. — зашипела девушка. — Ты жрать сюда пришел, или что?

— Но ты же сказала, все оплатишь! — обиделся Олег.

— Я имела ввиду чай. Ну максимум салат. А не половину фуршетного меню! Живо унял свои нищебродские порывы!

— Мальчики и девочки, давайте не будем ругаться. — я вклинился в эту оживленную беседу. — Сегодня был очень тяжелый день.

Оба замолчали, но уровень межклассовой ненависти за столом очевидно возрос.

— Что мы имеем на данный момент?

— Я тут поговорил с одним пацаном из его охраны. У Мейера дико пригорает со всего этого. — сказал Пётр. — По слухам, он отменил поездку на саммит в Хабаровске, и свалил на Боракай. Его люди в то время носятся как ошпаренные.

— Догадайся, кого они ищут, Ким. — прибавила Вика.

— Наверняка, какого-нибудь красивого мужчину с безупречным вкусом в одежде. — мрачно сказал я.

— Хрен там плавал! — как-то уж очень радостно сказала она. — Вот вообще ты им не сдался.

Это…как так?

— Сначала предупреждаешь среди ночи, а потом раз, и не сдался? Так получается? — переспросил я.

— Прикинь, да? Устроил бардак ты, а искать они начали какого-то десятилетнего пацана.

— Что-то я вообще ничего не понял. — задумался Олег.

— Вроде как, Мейер внезапно заявил, что у него есть внебрачный сын. И вышло так, этого сына похитили. Во всей этой суматохе, он все силы бросил на поиски ребенка.

— Типа, а вы бы по-другому поступили? Сын все же важнее, чем какая-то там ферма.

— Серьезно, Ким? Тебе это вообще странным не кажется?

— Из всего, что произошло, это как раз наименее странно. — хмыкнул я. Даже у заведующего хтоническим культом могут быть сильные отцовские чувства.

— Вообще, все сходится. — влез Олег. — Никто не ищет Артура, так как кроме нас, никто точно не знает, что он там был. И вот почему. За день до интересующих нас событий, со старого аэродрома около Спасска пропали три раритетных самолета.

— Это где куча ржавой техники стоит? — удивился Петя. — Мы туда фотографироваться ездили. Все настолько трухлявое — дунешь и развалится.

— Не только. Еще всякий антиквариат, который готовили к параду Победы. И тем не менее, кто-то средь бела дня спионерил эту груду металлолома. Причем, что особенно интересно. — у Олега загорелись глаза. — Некоторые очевидцы утверждают, самолеты ушли своим ходом.

— Ага, встали и вышли. — не унимался телохранитель. — На этом поле одни дрова, всю электронику вычистили, когда выбрасывали. Нечему там летать.

— Может, они еще были на ходу? — предположила Вика. — Их же к параду готовили. Не тащить же самолет за веревочку по площади?

— Кто бросит рабочие самолеты на свалке почти без охраны? — возразил ей Петя.

— Ты где, по-твоему, живешь? — она скептически прищурилась. — Захотят продать, поставят в чистом поле и бантиком обвяжут. Мы тут имеем дело с особо хитрозадыми людьми. Кто что потом доказывать будет, может ты?

— Погодите секунду. — что-то все же не складывалось. — Мы о чем говорим-то сейчас? Некто украл самолеты, чтобы через день разбомбить ферму? И мое присутствие там ровным счетом ни на что не повлияло?

— В точку. — кивнул Олег. — Но и это не все. Слышали про нападение на полицейский участок? Так вот. Экскаватор, проломивший стену, тоже волшебным образом завелся спустя три года простоя и уехал из-под носа прораба. И вскоре всплыл известно где. Чуете систему?

— Ты сейчас и сову порвал и глобус раздавил. — буркнула девушка.

— А если я скажу, что именно в эту самую минуту, в этом самом участке бывшая жена Мейера кое о чем общалась со следователем?

За столом повисла тишина. У всех начали с ощутимым треском двигаться шестеренки в головах. Светящиеся игровые блямбы напряглись.

— А я говорил, — радовался Олег. — Кроличья нора уходит очень глубоко.

…

Настя гуляет рядом с фермой, и цепляет психопаразита. Много лет спустя, кто-то объявляет хозяину фермы войну, и чинит для этого списанную технику. Но хозяин фермы вместо ответа на провокацию начинает полномасштабные поиски сына. В это же время, второй психопаразит доводит другую девушку до точки.

Если мы отбросим эмоции, то поймем. Второе неизвестное в этом уравнении: неведомый враг Мейера. И тут возникают новые вопросы.

Как он это делает? Зачем? Понятное дело, ребята пытавшиеся меня припугнуть в этом замешаны. Но как именно? Где мне теперь их искать?

Я очень старался, но общая картина никак не складывалась. Нужно было больше кусочков паззла. И если наблюдателей трясти бесполезно, есть еще один участник событий, с которым мы еще не беседовали. Детективный метод Дьявола работал, но до духа Арканы мне все же было очень далеко.

Наутро, мы с Олегом направились к Тимофею. Вика отказалась ехать, объяснив это тем, что толпа свидетеля только напугает. В принципе, логично.

Или она просто не хотела стоять в гигантской пробке в сторону Луговой. Через развязку можно было попасть на полуостров, и по утрам здесь торчали все те, кто не хотел торчать на мосту. Шла двадцатая минута стояния прямо напротив ларька в виде гигантской пивной бочки.

— Собирался же вроде в отпуск с семьей ехать, — сказал я, лениво копаясь в телефоне. Олег сегодня как-то особенно приуныл.

— Ну, ты чего, куда я поеду, когда такая срань творится? Надо ведь разобраться. Все равно нафиг этот отпуск не нужен, если честно. Только с переездом в новую квартиру закончили.

— А что жена? Нормально у вас все? — она-то после того случая вообще ничего не помнила. Андрей постарался. Но сам Олег помнил, от чего и ходил с кислой рожей.

— Ровно все, по-старому — он махнул рукой. — Только я вот сижу и думаю, оно того стоит вообще?

— Что именно?

— Как тебе сказать, Артур… Вот смотрю я на тебя. Ты даже сестру свою оберегаешь так, издалека. Согласился с Андреем, что так безопаснее. Живешь один. Если что-то происходит, никто тебя не сдерживает. Свободен, как птица.

Ох, знал бы ты друг, что я за птица. — А тебя типа сдерживают?

— Конечно! Сам знаешь, дома на цыпочках хожу, чтобы не дай бог чего не вышло. На работе тем более. Чем дальше, тем сложнее. Сила ведь растет. Я пока еще не решил ничего, но, типа, уже близок.

— К чему близок? — оживился я.

— Уйти хочу, — заявил он. — И им так будет проще, и мне. Надо, понимаешь, жизнь в свои руки брать. Иначе рассвета не видать. И выйдет все, как в прошлый раз.

— Опять ты со своим рассветом… — такое чувство, что Кузьминский теперь вещает из каждого утюга. Многие, включая Олега слушают его с раскрытым ртом. Я тезисно прокликал описание его книжек от нечего делать, и никакого откровения не обнаружил. Мультик «Кого должен любить черт» на новый хипстерский лад. «Атлант развесил уши», все вот это вот.

По какой-то причине, я нахожу его писанину в довольно мерзких местах. У нас в городе не так много локальных знаменитостей, но и такие не нужны.

— Надо брать от жизни то, что нужно твоей душе. Просто, как все гениальное. При том, нам с тобой нужно больше, потому что мы уже возвысились над смертными в физическом плане. Теперь нужно возвышаться в моральном.

— Это скользкая тропа раздутого ЧСВ, друг. Ты бы поаккуратнее с такими выводами.

— Не, а почему? Допустим, я совершил ошибку. Я раскаялся. Из своего личного опыта, я осознал, что наши пути расходятся. Как сказал Михаил Львович, если вырвался из болота, помоги выбраться другим. Но если не можешь, отправляйся дальше сам. Никто для тебя лестницу в небо не построит.

— Короче, пешком идем, — вздохнул я. — У меня не хватит душевного спокойствия еще сорок минут слушать твои охренительные истории.

— Ты просто предвзято относишься к инструкциям по личностной мотивации.

— Естественно, — согласился я. — Твой Кузьминский неплохо зарабатывает, говоря то, что люди хотят услышать. Оказывается, это все остальные плохие, а ты хороший, ты запутался. Сходи в спортзал, вымой пол, а кто тебя такого красивого уберменша после этого не возлюбил — сам себе злобный буратино. И вот этому человеку ты платишь деньги.

— Не знаю, по-моему, все логично, — пожал плечами Олег. Естественно, он же думает, что в фильме «Секрет» правду рассказывают.

Понижен уровень связи с картой: Луна (The Moon)

Текущий уровень связи: 6

Эй!

— Ты чего, обиделся что ли? — спросил я.

— В смысле, на что? Брось. Твое дело, верить или нет. Мы ж не бабы, по таким пустякам обижаться.

Но карты говорят обратное, друг мой. Хотя, это действительно мелочи. Не знаю даже, с чего он. Естественно, дальше ехали молча.

Молча подошли к дому Тимофея. Старинной пятиэтажки, оставшейся с царских времен. Первые этажи здания захватили банки и офисы. Вход в жилую часть находился в узком, грязном дворе.

Стоило зайти внутрь, паучье…эм, драконье чутье взбесилось. Не совсем так, как в Сашиной квартире, но близко. Я поднял глаза, и увидел причину. На потолке подъезда, среди надписей вроде «жой цив!» и «ленка шмара!» кто-то аккуратно вывел загадочные символы, охваченные голубоватым свечением.

Одновременно с этим, с улицы послышались звон битого стекла, грохот и приглушенные матерные стоны.

R174 — Отшельник (1)

— Наш клиент. — сказал напарник, оглядываясь.

— По-любому.

Он был одет в грязную майку и тропические шорты. Июньское солнце отражалось от его лысой башки. На лбу нарисовано шесть точек. Этот человек мог оказаться только психом, сбежавшим от сектантов.

Еще он вполне мог быть мастером боевых искусств в поисках драконьего жемчуга, но первая версия казалась более правдоподобной.

— Стой! Мы просто поговорить пришли! — окликнул его я.

— Ага, ну вот и говорите друг с другом! — блин, этот анекдот еще батя рассказывал, когда с завода приходил! Тимофей, видать, подвернул ногу, когда сиганул из окна. Превозмогая боль, он втопил в сторону арки, намереваясь свалить.

Не сегодня.

Во дворе никого не было, и можно было с чистой совестью демонстрировать суперсилы. Я очень быстро настиг его и схватил за руку.

Лысый обернулся. Взгляд у него был действительно безумный. Если он вот так же пришел в участок, понятно почему его послали. Тимофей указал куда-то в сторону. — Смотри, лисичка!

Во-первых, умом я понимал, никакой лисички там нет. Во-вторых (что я тоже вполне осознавал), даже если бы она там была, я-то причем? Осознание ровным счетом ничего не поменяло. Как по волшебству, я ослабил захват, и развернулся.

— Тьфу, дилетанты! — фыркнул лысый и побежал дальше. Не очень далеко. Теперь на его пути встал Олег. Тимофей едва успел отскочить, когда прямо у него ног из земли ударил бурлящий фонтан. Кому-то опять придется гипнотизировать управляющие компании.

— Ох, епта! Вот так, значит. — наш информатор принял очень странную позу. Он отставил правую руку в сторону, а левой сделал «козу», закрыв ей половину лица. — Учтите, я ничего не знаю, но драться буду как лев.

— Слышь, лев! — я остановился на почтительном состоянии. Была мысль, что он не просто так отирался на ферме в качестве работника. На это намекали трюки, что он уже успел провернуть. Прошлый обитатель капища доставил мне много проблем. — Мы действительно пришли с миром. Нам нужна информация, и только.

— Охотно верю. Не вы первые, не вы последние. Любители бесед нашлись, тоже мне. — усмехнулся он, и сменил позу на еще более странную. — Только вот не знаю я ничего. Вообще ничего.

Мне показалось, что кто-то выглядывает из окна на четвертом этаже, и я отвлекся. Занавеска дернулась? Нет, не разобрать.

— Мужик, хватит ломать комедию, а? — разозлился Олег. Чего-то он сегодня не в настроении. Неужто настолько обиделся? — А вот мы знаем, что ты сбежал из Желудево.

— Было дело. Вы, пацаны, не думаете, если бы у меня были какие-то сведения, так просто они бы меня не отпустили? — он задрал голову вверх и сложил руки на груди. — Это, правда, не все. В отличие от вас, они секут фишку.

Поток воды, бивший из разорванной трубы, резко извернулся и ударил мне в грудь. Мог и ребра сломать, но я был под защитой. Удар лишь оттолкнул меня, выбив густые капли смолы из плаща.

Олег взмахнул посохом. Вода, повинуясь его воле хлестнула по земле, оставляя внушительную вмятину.

— Совсем поехал? — спросил я у напарника. А он был не в себе. Причем очевидно не в себе. Глаза Олега будто затянуло пеленой. Двигался он дергано, как через силу.

Тимофей облокотился на стену и наблюдал за происходящим с хитрой улыбочкой. Так он контроллер…?!

Олег подбежал ко мне, намереваясь стрелять в упор. На двадцатом уровне, даже плащ мог не спасти меня от прямого попадания. Потоки разлетелись в стороны, врезавшись в щит. Если бы песок во дворе был глубже, меня бы закопало в него по колено.

— Твоя работа?

Информатор пожал плечами, усиленно делая вид, что не причем. Спокойным шагом, прихрамывая, он пошел к выходу.

Ясен пень, драться с Олегом я не собираюсь. Надо быстренько вырубить этого, авось и наваждение спадет.

Напарник целился мне в висок, но я уже преследовал Тимофея. Этому приему меня научил дядя Миша. Делать так жутко не хотелось, к тому же, в последнее время я нанес своей психике довольно большой урон. Но, как всегда, выбора не было.

Когда ты изменяешь форму, мир вокруг как бы размывается. Все лишнее отпадает. От тебя остается только инстинкт, волевое усилие, которое ты создал перед превращением. И цель.

Если смотреть со стороны, владелец артефакта превращается в парящий смоляной пузырь, что стремительно перетекает из одной точки в другую.

Всю силу я направил в землю. Энергетической волны должно было хватить, чтобы вразумить долбанного сектанта. Тимофея подбросило в воздух, он кубарем покатился. В тот же момент до меня добрался Олег. Точнее, нечто созданное его силой.

Он уже давно придумал этот прием. И прожужжал мне им все уши. Однако до сих пор, не было необходимости пользоваться им в бою. Кто же знал, что в первый раз он опробует атаку на мне?

Вода приняла вполне конкретную форму. Ног у твари не было, зато были горбатая спина, мускулистые руки и кулаки раза в два больше моей головы. И рост метра в три не меньше. Самому элементалю голова совсем не нужна, но Олег посчитал необходимым одарить его вытянутой бараньей башкой с рогами.

— Нихрена себе…! — воскликнул Тимофей. — Это в каком же культе такие дары раздают?

Два золотистых дракончика выскочили из песка рядом с ним, и крепко обвили руки информатора.

— Тихо там сиди. — сказал я ему. — Сейчас я с ним разберусь, а потом ты нам все про культы свои расскажешь.

Стихийные элементали, как игровые монстры, так и созданные игроками, обладают одной неприятной особенностью. Когда они хотят тебе врезать, становятся достаточно плотными, чтобы ты точно ощутил. А вот пытаться бить их, это все равно что тыкать вилами реку или костер. Довольно неблагодарное занятие.

Я снес ему половину тела, но элементаль сразу же восстановился. Он решил не бить напрямую, вместо этого, водяной гигант схватил меня за ногу и перекинул через себя. Силен гад. Но в том и смысл. Хорошо, что хоть без кислоты.

Олег аж покраснел. Элементаля довольно сложно контролировать, особенно такого крупного. После этого просто нереально рубит спать. Я даже представить не могу, сколько сил надо, чтобы управлять человеком, который управляет этим.

Тимофей надул щеки. Ему здорово поплохело.

Простите, парни, но сейчас будет довольно больно. Как бы, не я начал эту войну. Находясь прямо над элементалем, я развернулся в воздухе аки грациозный лебедь. Время замедлилось.

Уже довольно много времени прошло, а мне все так же сложно привыкнуть к именным приемам. Может, дело в необходимости придумывать вычурные, излишне пафосные названия. Может, в том, что эти названия нужно произносить вслух. У меня есть теория: маскарад и режим сокрытия существуют только затем, чтобы смертные никогда не узнали и не зафиксировали эту клоунаду на видео.

Тем не менее это часть системы. Без приемчиков никуда.

— Помоги мне, Дар Сестры. — прошептал я. — Nine Hundred Falling Stars: Space Debris!

Град легких, беспорядочных выпадов. Я мог бы распылить элементаля на брызги, но в этом не было никакой нужды. Достаточно всего лишь нанести хоть немного реального урона. Пройти сквозь текучую, нематериальную защиту. Раньше, провернуть такое было бы сложнее, но раз уж вампирская система одарила меня возможностью поражать таких неприятных противников, грех ей не воспользоваться.

Сталь наткнулась на что-то упругое. Раздался звон. Затем еще раз, и еще. Не очень сильные тычки, но вполне ощутимые.

У Олега изо рта потекла струйка крови. Он плюхнулся на колени, полностью растеряв всякую власть над жидкостью. Монстр растекся лужей.

Тимофей валялся в позе эмбриона. Его тоже пробрало. Держать его дальше было совсем не обязательно, но я все же не стал отзывать имуги. Ничего, потерпит.

Приземлившись, я сразу же бросился к напарнику. Он понемногу приходил в себя, ошалело мотая головой.

— Артур…? А что тут было…то? — он коснулся лица кончиками пальцев. С большим удивлением посмотрел на темные следы крови.

— Не бери в голову. Давай, вставай. Надо брать этого черта лысого и быстро нейтрализовать, чтобы еще чего не выкинул.

По-другому я себе представлял беседу с информатором. Ожидал, что он окажется странным человеком. Но в итоге, пришлось привязать Тимофея к стулу, чтобы больше не мог выкидывать свои трюки.

У Олега еще сильнее испортилось настроение. Он встал позади нашего пленника, готовый в любой момент треснуть его посохом.

— Вы сами виноваты. — буркнул информатор. — Правила просты: каждые тридцать секунд я меняю позу. Если ни разу не отвернулся, попадаешь под контроль.

— Ах ты ж сволочь! — рявкнул Олег. — Да я ж тебя…!

— Да успокойся! — прервал я его. — И откуда же у тебя такая интересная способность?

— То же самое могу и у вас спросить. В нашей, скажем так, группе таких даров не было. Поэтому, я делаю вывод, что вы, ребята, копаете под Романыча.

Олег вопросительно посмотрел на меня.

— Он про Мейера. — пояснил я.

— Значит, угадал. — вздохнул Тимофей. — Так и думал, что старый козел однажды доиграется.

— Ну, может быть, тогда не стоило держать людей в рабстве, устраивать человеческие жертвоприношения и доводить девушек до шизофрении.

Информатор приподнял бровь. — Рабство… технически он им платил. По крайней мере, пока я жил там. Но допустим, это гнилая тема. Но про все остальное я слышу впервые.

— Погодите-ка. — вмешался напарник. — Я что-то пропустил, кажется, или нет, но мы как-то прозевали этот момент. Что это вообще за организация? Чем вы занимались в Желудево?

Тимофей устало посмотрел на него. — Это какая-то психическая пытка, или ты не притворяешься дурачком?

— Ким, можно я ему вдарю?

— Я сейчас ему сам вдарю. Рассказывай, давай. Что за культ? Как он связан с Мейером? Я своими глазами видел кровь на алтаре.

— Она козья, болван. — зашипел лысый. — У нас не принято убивать людей, если не знал. От этого никому лучше не становится.

— Ну не знаю. Один из твоих друзей довольно сильно заехал мне трубой. Не будь я крепче простого смертного, мог бы прямо там откинуть копыта.

— Что могу сказать, они тоже долбоящеры. Персонал набирают из местных. Можешь представить, какой там контингент. Все нормальные сваливают в город.

Ноги мы оставили свободными, о чем я сейчас пожалел. Информатор с силой атаковал мои стратегические области. Очень неспортивно, и довольно бесполезно. Нога прошла сквозь энергию плаща и застряла у меня в животе.

Я постиг дзен прямо там, на месте.

— Давай так. — абсолютно спокоен. Как ветер и птица. — Ты начинаешь рассказывать про свою жизнь с самого ее начала. Хотя нет, можешь начать со знакомства с Мейером. А я взамен постараюсь не призывать мистического зверя, который быстро и легко откусит тебе лицо.

Но Тимофея оказалось не так просто напугать. Он аккуратно вытащил ногу и очень внимательно осмотрел меня.

— Встречное предложение. Я выкладываю свою часть истории, а ты свою. Кто послал вас, парни?

— Значит, признаешь, что вы там чему-то поклонялись? — допрос продолжался. Это был довольно утомительный час, за который мы пытались выведать друг у друга секреты. Информатор начал ломаться достаточно быстро.

— Я же еще не совсем поехавший, это отрицать. Мы только вот бросались друг в друга всяким магическим дерьмом. Так что, оно само собой разумеется.

— Что и требовалось доказать, — оскалился Олег.

— Доказал он, как же… — ворчал сектант. — Сколько можно повторять, мы никого там не убивали. Да, держали работников. Не отпускали их, чтобы лишнего не выболтали. Хотя, что они там выболтать могли, сплошные узбеки, да корейцы. И уж точно никаких девок не проклинали.

— Стоп, — прервал я его. — Ты сам сказал, что ушел. И это было несколько лет назад. Может, твой бывший босс с тех пор начал промышлять всякими магическими извращениями?

— Романыч-то? Сомневаюсь. Он даже в самые лихие времена особо не загонялся, а уж теперь… Ну слушай, я знаю его можно сказать со школы. С моей. Он-то уже тогда был старый.

— И что?

— А то! Не будет такой человек мутить схемы, если это не приносит практической пользы. Какая польза с истерящих баб?

Вот это я и хочу выяснить, на самом деле. Может, Настя и Альфия случайно попали под раздачу, соприкоснувшись с мезонами неведомых энергий.

— Откуда нам знать? Поклонение какому-то демоническому тюленю тоже слабо вписывается в бизнес-план.

— Я всегда думал, это морж, — сказал Тимофей. — И во все планы он вписывался прекрасно.

— Вот с этого места подробнее.

— Вы ничего не чувствуете? — напрягся Олег.

— Ты про что? — удивился я.

— Воняет чем-то.

— У меня с детства проблема с газами, — развеселился Тимофей.

А ведь Олег прав. Такое чувство, будто кто-то жжет резину, или пластик. Был у меня в детстве набор с фигурками зверей, а в нем жираф, сделанный невесть из чего. Вонял на всю квартиру, стоило достать из шкафа. Сейчас в воздухе чувствовались похожие нотки.

— Мы пока внизу дрались, провода не задели? — напарник водил посохом, будто это позволяло его сканировать стены. — Дом ведь старый.

— Вроде нет. Но район ты точно на неделю без воды оставил, — ответил я. — Вернемся к нашим баранам. Точнее, к моржам.

— Ты свою часть сделки не выполнил, кстати, — демонстративно надулся информатор.

— Ладно, — если это поможет, можно нагрузить его бесполезными сведениями. — Мы работаем на организацию под названием «Стигма».

— Артур! — Олег случайно чуть не треснул меня по лбу кружкой. — Как же секретность? Ты че ему вываливаешь-то все?

Я кивнул на информатора. — Хорошо видишь этого дяденьку? Даже если он выйдет на улицу и начнет выкрикивать наши секреты, в лучшем случае, его заберут в желтый дом, — где его потом навестят наблюдатели.

— Ну да. Он не к смертным пойдет, а к своим любителям моржей.

Об этом я не подумал. Распространяется наша секретность на всякие паранормальные круги?

— Делать больше нечего… — протянул Тимофей и задумался. — Хм. Вы случайно не из тех чокнутых, которые видят цифры и все такое? А то был один случай в Барнауле, в две тысячи шестом…

— Допустим. Сам видел, это не просто цифры. Что-то знаешь про «Стигму»? — спросил я.

— Пфф. Слухи, не больше. К тому времени, я уже достаточно просветился, чтобы понимать: какой только херни в этом мире не бывает.

— Олег, открой окно. Духота страшная и вонища, — сказал я.

— Я уже и сам собирался, — он вышел из кухни к окну, выходившему во двор. Туда уже должна была приехать аварийка. И руководство, если нас все же засекли. Вот это было бы крайне неприятно.

— А вот чего я не могу понять, так это ваших мотивов, — сказал информатор. — Обычно же тише воды ниже травы сидите. Потому и никто в нашем, скажем так, сообществе, про вас не слышал. Чем Романыч провинился перед вашим клубом геймеров?

Мне было гораздо интереснее узнать, что там за сообщество такое, в которое мы умудрились вляпаться благодаря Насте.

— Есть у меня основания думать, что он испортил жизнь паре моих друзей и знакомых. «Стигма» здесь даже не причем. Это личные разборки. Просто так уж вышло, что я использую определенные таланты, чтобы поставить зарвавшихся сектантов на место.

— Пффф… — он снова фыркнул. — Тоже мне, нашел сектантов. Мейер — обычный бизнесмен. В девяностые он связался с последователями Великих Старых, но фанатиком не стал. Им нужны были деньги и связи, а ему небольшое благословение. Чтобы дела лучше шли. Тогда многие так делали. А потом совесть просыпалась, и как давай церкви отстраивать. Понимаешь?

— Если честно, нет. Что за Старые?

— Да пес их знает, что они такое. Духи, или пришельцы. Каку Лавкрафта, только не настолько крутые. Нам насрать было, хоть к черту лысому на поклон. А тут как раз из Америки… тогда все самое интересное оттуда сыпалось, приехали странные люди, и давай филиалы открывать. Раз в месяц убить козу, ну и на песнопения сходить. Зато, торговля в гору поперла. А уж когда начали способности раздавать…, — он махнул рукой и закашлялся. — Реально воняет, будто шины жгут.

— Ты прекращай! — вернулся Олег, прикрывая нос рукой. — Он все окна заклинил. Я даже силой их выломать не смог!

На «просветленном» лице информатора появилось, как мне показалось, искреннее недоумение.

R175 — Отшельник (2)

— Что, думаешь, выкуришь нас, и мы отстанем? — Олег подхватил его вместе со стулом. — Ну-ка быстро раскупоривай.

— Не я это! — сквозь слезы от едкой вони крикнул Тимофей. — Я же тоже здесь, с чего мне самому себе воздух-то портить?!

— Хрен вас знает, ненормальных, — я прикрыл лицо воротником плаща. — Давай, на улицу его. А лучше на крышу!

— Какую крышу, там все закрыто на лопату со времен войны! — возмутился информатор.

— Ничего, откроем. Быстрее, уже реально дышать невозможно.

Когда мы заходили в квартиру, то не стали запирать дверь. Так, на цепочку. Теперь, эта цепочка не поддавалась. Напарник был прав. Даже приложив всю силу, я не смог сдвинуть мелкую железяку.

— Вырубим его, и все прекратится! — прохрипел Олег и замахнулся на информатора, предварительно бросив его на пол. Рука застыла в воздухе.

— Нет у меня таких способностей! Просто нет! Но бить себя я просто так не дам, — он смог задержать Олега лишь на пару секунд, но этого хватило, чтобы увернуться.

Я попытался вынести дверь. Она даже не сдвинулась. Ладно. Должен же быть предел у этого барьера. Схватился двумя руками за молот, размахнулся. Онемение достигло плеч. Удар был настолько сильный, что я чуть снова не выронил кувалду себе на ногу. Естественно, на дверь это никак не подействовало.

У Тимофея из кармана шорт выпали четки. Они слегка светились.

— Совсем охренели, по два раза за день приходить!

— Что это? — я поднял эту связку маленьких деревянных пластинок.

— Сигнализация. Чтобы знать, когда всякие незваные гости приходят, вроде вас, — злился сектант. — Скажи своим друзьям, чтобы закруглялись. Я и так в плену.

— Боюсь, кто бы там ни был, они нам не друзья, — я выглянул в глазок. Прямо напротив двери стояла женщина с кудрявыми светлыми волосами в полосатой блузке и ярко-красной юбке. Та же самая баба, что сопровождала мелкого вампира на станции в Желудево. Рядом с ней, в воздухе висела неведомая лохматая хреновина. Если саму женщину можно было вполне назвать симпатичной, то полупрозрачный фантомный зверь сразу внушал отвращение.

Вместо волос — уродливая костяная пластина. Сквозь закрытые глаза продета гигантская булавка. Изо рта и ушей тянулись трубки. Странная тварь имела нездоровый серо-зеленый цвет кожи, и в некоторых местах была покрыта сеткой трещин.

Фантом вытянул лапу вперед. Его запястье превращалось в гибкие, дымные полосы, что тянулись к двери. Так вот кто делает гадости!

Я поднял Тимофея и прислонил к глазку. — Знаешь ее?

— Понятия не имею, что за курица. Но эта летающая срань выглядит знакомой.

Этого следовало ожидать. Раз он вращался в этих кругах, значит, мог видеть неприятных эфемерных тварей.

Сейчас и ее как следует опросим. Что-то мне подсказывало, что заклинание точно так же прервется, если сбить концентрацию. Я четко сформулировал мысль. В голове начало невыносимо свербить. Я как-то перебарщиваю со способностью печати Древних. Так можно и окончательно с катушек съехать… Хотя, мне и так недолго осталось.

Имуги сделал свое дело, и цапнул эту странную тетку за задницу. Второй вцепился ей в волосы. Третий вонзил зубы в руку фантома.

Меня чуть не стошнило.

Зато, вонь немного рассеялась. Олег пнул дверь, и она сразу же слетела с петель, треснув женщину по лбу. Она мешком повалилась на пол, а ее спутник свернулся клубочком и испарился.

— Так и убить можно, — хмыкнул Тимофей.

— Она нас чуть не задушила, — ответил напарник. — И вообще, я случайно.

Коснувшись шеи женщины, я проверил пульс. Вроде жива. Но как минимум заработала сотрясение. По-хорошему, нужно было отвезти ее в больницу, но… что, если злая волшебница очнется там, и снова попытается добить нас?

— Она за тобой пришла? — спросил я у Тимофея.

— Процентов на девяносто восемь уверен, что да, — едко ответил он, продолжая валяться на полу.

— Значит так. Олег, ты звонишь в скорую, говоришь, у нас тут барышня пострадала на производстве. А тебя мы развязываем, при условии, что будешь руки держать на виду. И без фокусов.

— Какие уж тут фокусы?

— Что ты задумал, Артур?

— Пока еще ничего. Но раз уж за нашим новым другом ведут охоту те же люди, которые разбомбили ферму, что очевидно.… Значит, он представляет какую-то ценность.

— Да не знаю я ничего! Я в культе был обычным прислужником, и ни в какие секреты Мейер меня не посвящал. Если они были. Наш Старый просто собирал козлиную кровь и давал силы и заговор на прибыль. Ну и помидоры рядом с его статуей росли только в путь, и все.

— Чего ж они тебя тогда прикончить хотят?

— Я откуда знаю, за компанию? — ворчал он. — Вы же с чего— то взяли, что я представляю ценность, вот почему бы и им так не думать?

Тетка пошевелилась, застонала.

— Быстрее, валим отсюда, пока она не пришла в себя. Олег, что там со скорой?

— Да звоню уже, звоню!

— С улицы позвонишь, пошли!

Я связал Тимофею руки за спиной, и повел к лестнице.

— Это похищение, вообще-то, — сказал он. — А еще мы квартиру открытой оставляем.

— Это операция спасения, — парировал я. — Если бы не мы, ты бы оттуда никогда не вышел.

— Дайте хоть компьютер забрать, — вздохнул информатор. — У меня там единственная копия текста книги. Боюсь, читатели не поймут такого внезапного исчезновения.

…

Есть одно довольно занятное чувство. Наверняка, в каком-нибудь языке для него есть целое умное слово, но в русском я такого слова не нашел. Это чувство возникает, когда ты узнаешь о существовании чего-то очень хорошего, о чем ранее не догадывался.

Фильм снят двадцать лет назад, но ты нашел его и посмотрел только вчера. Он так хорош, что раз и навсегда вошел в твой личный топ.

Человек все это время жил в соседней квартире, но вы не общались, пока в прошлом месяце не выбило пробки. Теперь, ты не смог бы представить без нее свою жизнь.

Обитель бессмертных существует охулиард миллионов лет (наверное), но сообщить о себе надумала лишь год назад. Сколько денег можно было сэкономить, не ходя по психиатрам!

О чем это я? Дело даже не в самих хороших, позитивных для тебя вещах. Скорее, в надежде, которая возникает в такие моменты. Ты понимаешь, в этом мире может быть еще так много прекрасного, до чего ты еще просто не добрался. И оно где-то там, впереди, ждет встречи с тобой.

Есть у этого чувства и обратная сторона.

Сегодня, у меня гостит один малоизвестный в узких кругах писатель. Автор таких прекрасных книг, как «Моя кошка превратилась в девушку, и культивирует духовную силу?!!» и «Океан ночи: нападение вампирокитов».

Но речь не о моем столкновении с ранее неведомым пластом литературы. Я еще не до конца оправился от историй про вампиров-дачников, и вскоре сам должен был к ним присоединиться. Тимофей вылил на нас еще более прекрасное ведро новостей.

— Говоришь, все это время, у нас под носом находилось глобальное паранормальное сообщество.

С моря полз густой туман. Скоро должен был пойти дождь, от чего моя и без того несчастная голова соображала еще хуже.

— Типа того, — подтвердил информатор. — Ну как, сообщество. Секты, кружки по интересам, отдельные люди, которые пользовались…кхм… услугами неких сущностей. Это на загнивающем западе у них организовано. Слышал, даже съезды и конвенции проходят. А у нас так, каждый сам за себя. Как в девяностые договорились не палиться, так и живем. И местами, сами понимаете, родина бдит.

Родина бдит… это да. Может, оттого и к нам так мало внимания? Рядом ведь гораздо более «понятные» паранормальные явления.

Все равно, это звучит… Ну, не странно, про это слово вообще лучше забыть. Слишком масштабно, что ли, чтобы об этом не знала общественность.

— Пфф, это все равно, что серийные маньяки собирались бы на съезд и обсуждали свои дела, — сказал я. — Сам-то понимаешь, как оно звучит?

— Эм… — влез Олег. — Они и так собираются. Маскируются под собрание производителей хлопьев или выставку антикварных табуреток.

— Я вот почти уверен, что это был комикс, а не реальный случай, — ответил я.

— Не хотите, не верьте, — ухмылялся Тимофей, продолжая бессовестно опустошать мои запасы еды. — Я в вашу задротскую ерунду тоже не особо верю. Хотя чуть ноги не протянул от нее.

— Ладно, допустим. В чем тогда смысл? Сначала Мейер крышевал ларьки, а ты ему помогал. Потом он поднялся, а ты стал работать на ферме. Затем сбежал. Как дошло до матерящихся духов и лицехватов?

Информатор смахнул пот со лба. Изможденно вздохнул. — В двадцать восьмой раз говорю: не знаю, причем здесь твои девки. Тварь, что описываешь, отродясь не видел. Мы работали с Юр’лакаром.

— Это который тюлень?

— Морж, — поправил он, — Пофиг, короче. Я даже не знаю, разумная ли эта тварь, или просто космический мутант. Все просто было: ты развешиваешь на статуе козьи кишки, как на елке, твой бизнес идет в гору. Конкуренты тупят, или им не везет. Тебе наоборот везет. И все! Романыч сам всегда был против чего-то большего. Все ходил, нудел «не наше оно все, бездушное».

— Но дарами пользовался, — кивнул Олег.

— Естественно. Он же не сумасшедший, от такого отказываться. Был правда, у него период, когда тоже начал церкви строить… Так, на всякий случай.

— Сам-то, почему ушел? — спросил я.

— Повзрослел и осознал. Дерьмо это все. — Тимофей задрал майку, продемонстрировал обвисшее пузо и большой пластырь на боку. — Знал бы тогда, ни за что бы, не согласился.

Он приподнял пластырь. Под ним оказалась сморщенная, огрубевшая кожа. И самая настоящая пустая глазница.

— Ни…чего себе! — отпрянули мы.

— И это я еще так, легко отделался. Плюс, там еще америкосы эти че-то там постоянно хитрят… Так что ну его все в зад. Чего думаете, я писать-то начал? Тяжко на душе после всего. Ну и вдруг, юнец, какой прочтет, и башкой думать будет.

— Это я могу понять. — Олег определенно начал бы видеть в информаторе родственную душу, если бы тот не влез ему в мозги чуть раньше.

Интересно, а как история про парня, возлюбившего свою кошку (пусть и в гуманоидном обличии) поможет молодому поколению не свернуть с пути добра?

— Знаешь что, писатель, — сказал я. — У тебя наверняка остались какие-то связи и контакты. Устрой нам встречу со своим боссом.

Можно было бы попросить Вику, но там вырисовывалась слишком сложная комбинация. Насколько мне известно, Смолянов-старший не знал об увлечениях своей дочери. У него бы возникло слишком много вопросов. А я сейчас совсем не в настроении отвечать на вопросы вице-мэра.

— Охренел что ли? Я ж свалил от него. И сдать хотел. Чудом жив остался! Кто ж меня к нему пустит?! — Тимофей звонко постучал кулаком по лысине.

— Тем более, он же на Боракае. — напомнил мне напарник.

— Ага, охотно верю, — против него объявили войну, а он просто так сбежал на райский остров? Сомневаюсь. Отсиживается где-то, небось. — В общем, придумаешь, как это устроить. Учти, где ты живешь, мы знаем. Способности твои тоже видели, и ты наши видел. Так что, давай сотрудничать.

Разблокирована карта: Отшельник

«Ты начнешь видеть ясно, лишь, когда заглянешь в свое сердце. Тот, кто оглядывается вокруг — спит. Тот, кто вглядывается внутрь — пробуждается».

Текущий уровень связи: 1

R176 — Альфия (1)

— А знаешь, что самое странное? — сказала мне Саша. Троллейбус вез нас к больнице, где уже несколько дней лежала ее подруга. Альфия пришла в себя, но так как во время спасения, она умудрилась упасть и сломать ногу, период выздоровления затянулся.

— Удиви меня.

— Буквально позавчера, мне позвонили из «Нового этапа» и спросили, могу ли я помочь им связаться с Альфией.

— Нового… кого? — если честно, я прослушал. Все мысли были заняты рассказами Тимофея и размышлениями о собственном неминуемом вампиризме.

— Ты что, совсем телевизор не смотришь, Артур? — удивилась девушка.

— Только новости, старые ситкомы и мультики. Что ты там говорила?

— «Новый этап». Это фонд такой, благотворительный. Сейчас про него везде говорят. Они еще выплачивали компенсацию той девушке, которая родила от сына Герасима Барышникова.

— Сильно плохо подумаешь, если скажу, что понятия не имею кто это?

— Наивное летнее дитя, — фыркнула Саша. — Судя по тому, как ты реагируешь, вообще местные новости не смотришь.

— Я что-то совсем запутался. Саш, прости, у меня сейчас башка как Дом советов. Давай ты представишь, будто разговариваешь с пятилетним.

— Ох, Артур… В общем, мне позвонили из фонда. Они хотят финансово поддержать Альфию в эти тяжелые для нее дни.

— Мило.

— Очень. Но почему ее? — обеспокоенно спросила тренер. — И это ведь еще не все.

— Ну, может, она стала тысячным жителем Владивостока, впавшим в глубокую депрессию в этом году? — предположил я.

— Угу. Я же говорю, не все. Они и тете Ире позвонили, и предложили оплатить лечение мужа! Понимаешь?

Хм. Разве не грустно, что мы дошли до такой ступени, на которой внезапная доброта кажется невероятно подозрительной? А шаги, от которых за километр несет корыстью и лицемерием наоборот встречают повсеместное народное одобрение.

— Звучит как развод.

— В том то и дело, что нет! — сказала она. — Мне звонила ассистент самого Кузьминского. Он же там заправляет в фонде. А я ее загуглила, и, короче, это реально они. Просто я не понимаю, почему они нам вдруг решили помогать.

— Кузьминский? — я задумался. — Это который «люби себя, наплюй на всех, купи гантели»?

— Ну… да. Он сейчас в тренде.

— Как же хорошо, что я не смотрю телевизор.

Все равно, от этой наглой рыжей морды не спастись. Не в телике, так в ютубе и бесконечных мемах. Выключаешь интернет, сразу приходит Олег и вещает про внутренний стержень.

А теперь он еще и денег решил нам отсыпать. Не совсем нам, конечно, но людям, связанным с тем инцидентом. Действительно, чего это?

В последнее время, вы очень много думаете. Не желаете повысить эффективность нейронных связей на 3 %?

Я тряхнул головой. Табличка вылетела в окно троллейбуса.

И раньше больницы не любил, но теперь вообще тоска. Заходишь и сразу чувствуешь себя каким-то виноватым. В основном, потому что чудеса Амаравати могли бы решить девяносто процентов проблем находящихся здесь людей.

Может, из-за черной полосы в своей жизни я немного накручиваю, но ощущаю себя здесь как плывущий в шлюпке мимо пассажиров на борту тонущего корабля.

Да, я много кого успел спасти, убирая тварей еще до того, как они успели покушать. Но спас бы еще больше, если бы не режим секретности. Еще одна тема для навязчивых мыслей. Симптом потери человечности.

Что-то хвостатое пробежало между сваленными на полу матрасами. Крыса? Почему бы и нет.

— Как-то в последнее время дела навалились, — сказал я. — Даже не успел ноутбук открыть. Если там что-то важное, то принесу назад.

— Да не волнуйся, — ответила Саша. — Ей он пока не нужен, мне тем более. Вернешь, как разберешься.

Лифт ехал очень медленно. Скрипел при этом так, словно прямо сейчас как минимум заклинит. А то и рухнет вниз. Я стоял у Саши прямо за спиной. Сегодня она собрала волосы в хвост, открыла шею. Будь я настоящим вампиром, мог бы цапнуть ее прямо сейчас.

Пока зубы вонзаются в белую кожу, одной рукой перехватываю ее локоть, другой — хватаю за грудь. Дополнительные конечности, выскакивающие из плаща, не дают ей пошевелиться. Теплый поток крови намочил одежду, словно приклеивает нас друг к другу.

А система как бы спрашивает. — Кажется, вы начали кушать человеков. Не желаете перк, подсвечивающий девственниц и чистых сердцем?

Я с силой хлопнул себя по щеке. Видение ушло.

— Ты чего? — спросила тренер. А я весь аж похолодел.

— Мышцы сводит, — слова выдавливались с трудом. — От нервов, наверное.

— Ты в последнее время какой-то негибкий. Может и правда стоит к врачу сходить. Хочешь, посоветую знакомого невролога?

— Никак время не могу подобрать. То одно, то другое. Потом дашь телефон, если что.

Выйдя из лифта и оказавшись в нескольких метрах от Саши, я облегченно вздохнул, хотя и пальцем ее не тронул. Даже не собирался. Хотя ухватиться есть за что. Но после этого видения, от таких мыслей все только упадет навсегда.

Тэн сказал, эти глюки — полная чушь. Они показывают то, чего ты боишься. Чем не стал и никогда не станешь.

Но мне все равно было мерзко, от того, что такие мысли вообще имеют место быть.

— Артур, ты идешь? — Саша уже стояла около палаты.

— Да, сейчас. Что-то голова вдруг закружилась. Погода меняется, наверное.

В последнее время, вы чувствуете себя несчастным. Не желаете увеличить уровень позитива на 3 %?

Вашу ж мать…

Она лежала в одиночной палате, что для наших уровней дохода — редкость. Или деньги Кузьминского (читай: сердобольных граждан, отправивших смс со словом «живи») уже пошли в дело?

Укутанная в знакомую простыню с египетскими мотивами, барышня томно смотрела в потолок. Повернула голову в нашу сторону, равнодушно хмыкнула и вернулась в изначальное положение.

— Ты привела японского клоуна, чтобы меня отпеть? — сказала Альфия, сразу показав, что циничная самоирония ей не чужда. Как и бытовой расизм.

Я слегка толкнул Сашу локтем в бок. Зря, потому что глюки полезли с новой силой. — Твоя подруга походу в бодром расположении духа. Что довольно необычно, учитывая все обстоятельства.

— Только что из реанимации. И в гипсе. Прости, что не пляшу канкан, ты, наверное, этого ждал? — простонала Альфия. — Александра, кто этот трепетный юноша?

— Она всегда такая? — спросил я. Двух минут не прошло, а уже как-то подбешивает.

— Любит повыпендриваться, когда нервничает — шепнула Саша. — Сейчас, слава богу, хоть градус ЧСВ упал. У вас с ней есть что-то общее.

Неужели я так разговариваю. Окститесь, женщина!

— Это мой знакомый, Артур. Он хотел поговорить с тобой о твоих… эм… проблемах.

— Хорошо, что знакомый, — пациентка села на кровати. Ее короткие, темные волосы закрыли лицо, — а то ведь ты могла и незнакомого Артура привести. С тебя станется.

Ее глаза. Не в том смысле, что «офигеть, какие глаза!». А в том, что у нас действительно было кое-что общее. А именно желтые зрачки, на которые почему-то никто не обращал внимания. Альфия тоже это заметила, так наши взгляды встретились, и она заинтригованно приподняла бровь.

Либо она тоже медленно трансформируется в генма, чего быть не может, это моя уникальная фишка. Либо мистические силы продолжают свое грязное дело. Вот это уже более вероятно.

— Ты как, в порядке? — спросила соседка.

Альфия вытянула вперед нижнюю губу.

— В полном. Ножка правда пока не будет ходить и на душе полный раздрай, а так — терпимо, — на долю секунды она прекратила паясничать. — Прости, что заставила волноваться. Я понятия не имею, что на меня нашло. Буквально в полном ужасе от самой себя.

Это как бы очень сильно мягко сказано.

Тут должен был быть трогательный момент между подругами, которые наконец помирились после тяжелого потрясения, но я в число подруг не входил. А еще, мое внимание снова отвлекла крыса…крыса ли? Слишком длинный хвост.

— Саш, сходи-ка, воды принеси, — сказал я, усаживаясь на подоконник.

— Давай лучше ты. — Саша не пожелала отрываться от подруги

Альфия хмыкнула. — Парень очень тонко намекает, чтобы ты свалила минут на десять.

Тренер недоуменно посмотрела на меня.

— Я хочу задать ей пару вопросов, и все.

— Так говори при мне, в чем проблема?

— Не мешай человеку неуклюже подкатывать к лежачим больным. — вздохнула Альфия. — И реально, сходи в аптеку через дорогу. У меня кончаются минералка и салфетки. Если без воды здесь хоть как-то можно прожить, то без примитивных средств химической защиты полная тоска.

Саша с большой неохотой встала. — Потом расскажешь мне все. Я тоже должна знать.

— Это ты кому? — спросил я.

— Обоим, — чуть повысила голос девушка.

Вот так, я остался наедине с желтоглазой демоницей.

— Обычно, я не сижу в пижаме перед малознакомыми парнями. Можешь воспользоваться такой редкой возможностью и любоваться изо всех сил, — она сложила руки на груди.

Это точно та же самая девчонка, которой только что спасли жизнь? Нет, я рад, что у нее есть силы шутить, но тут скоро придется звать священника и изгонять из девы сценаристов ТНТ.

— Сразу к делу, потому что твоя соседка бегает очень быстро.

— Дельное замечание. — согласилась она.

— Ты заметила настоящий цвет моих глаз.

— В наши дни трудно найти человека, который любит аскорбинки так же сильно, как и ты. — Альфия широко, но наигранно улыбнулась.

— Из этого я делаю пусть притянутый за уши, но все же вывод. Монстров ты тоже видишь.

Улыбку сдуло с лица в одно мгновение.

— Ну да. Конечно, ты специалист по монстрам. Следовало догадаться. Одет как персонаж психоделического комикса из девяностых.

Интересно, а можно плащ тоже скрывать в браслет? Способность слишком хороша, чтобы ее терять, но вот эти едкие замечания уже тихонько накаляют. Можно подумать, все такие модники кругом, куда бы деться.

— Это они тебя заставили?

— Не знаю. — тихо сказала она. — Наверное? Раз уж я сижу теперь тут, охреневая, как до такого вообще дошло.

— Все как в тумане?

— Мерзкое клише. — скривилась Альфия. — Но вроде того, да. Как заколдовали меня. А потом оно… вылезло. Не спрашивай откуда.

Ее всю трясло.

Я положил ей руку на плечо, изо всех сил надеясь, что это не вызовет еще какой-нибудь отвратительный глюк.

— Быстро ты перешел к решительным действиям. — она начала говорить «в нос». Как с этим человеком вообще можно жить?

— Я просто пытаюсь помочь. Кажется, одна моя знакомая пострадала от того же, что и ты. И другие вполне могут оказаться в опасности. Так что, расскажи мне все, что знаешь.

— Вряд ли успею. Саня уже скорее всего бежит назад. Надейся, что она отвлечется чтобы покормить белочку.

— Ну да. Белочку… — я изо всех сил не подавал вида, пока тварь не оказалась достаточно близко. Имуги выдернул ее из-под кровати, и на этот раз силы меня не покинули.

На полу осталось быстро испаряющееся голубоватое пятно.

R177 — Альфия (2)

И хвост. Который тоже очень быстро распадался. Совсем как игровые существа. Однако, все, чего коснулись энергии Амаравати оставляло после себя серую пыль. Эти твари исчезали без следа.

— Чувствуешь облегчение, или что-то в этом роде? — спросил я, показывая Альфии стремительно испарявшийся хвост.

— Ты его убил. — она сжала губы и стала похожа на ничего не понимающий в ситуации смайлик.

— Естественно. Не знаю. В смысле, кроме нас их мало кто видит. Тварей могут быть сотни. Но если считать, что мелкий засранец прополз за тобой через весь город, то да. Я убил именно того.

Еще бы знать, причина это была или же симптом.

— Честно? Не чувствую никакой разницы. — Альфия покачала головой. — Но чувство безысходности меня и так уже отпустило, так что хз-хз.

Тварь снова хотела добраться до нее, довести свое грязное дело до конца? Логично.

— Хотя нет. Знаешь, мне действительно чуть лучше. Эта штука выглядела довольно мерзко. Не хотела бы я случайно коснуться ее, доставая «утку».

Я присел на кровать, потирая голову. Боли не было, однако, тяжелая пульсация оказалась ничуть не лучше. Завязывать надо с потомством Ын-Бёль. Я еще жалуюсь на видения. В последнее время, так часто приходилось звать этих чертей, что я, кажется, все мозги посадил.

— Ты чего это? — забеспокоилась Альфия.

— Перестарался немного. Ничего страшного. Попробуй вспомнить, когда и где ты могла подцепить эту тварь?

— Нашел, что спросить. Откуда ж я знаю. Я не специалист по монстрам, в отличие от тебя. Что, кстати, должно было меня дико испугать. Но сейчас, если честно, мне все пофигу. Главное, что жива осталась.

— Это да. — согласился я.

— Александра знает?

— Нет. Она думает, что я психолог или вроде того. — репутация социологии в народе настолько убита, что угодно выглядит на ее фоне более полезным.

— Хорошее прикрытие.

— Ну что, как вы тут? — в палату вломилась Саша с пакетами. Она, походу, на самом деле бежала. Вид мокрой, прилипшей к телу футболки оживил воспоминания. Я отвернулся.

— Могло быть и получше. — пожала плечами Альфия. — Твой парень забыл картинки с кляксами, а без них очень неудобно копаться в голове.

— Аль, будь серьезнее. Артур говорил, что знает людей, с которыми ты связалась.

— Я ничего не утверждал. — она такая прямолинейная. Очень любит делать выводы заранее. Хотя, это достаточно распространенная черта.

— Сколько можно говорить, не была я ни в какой секте!

Саша не унималась. — Но ты же говорила, на работе тебе предложили записаться в какой-то круг. А потом, ты перестала со мной разговаривать! Что я еще могла подумать?

Круг?

— Я перестала с тобой разговаривать, потому что ты очень навязчивая, уж прости. Не стоило, наверное. — Альфия опустила глаза. Подруги снова принялись обниматься.

— Да, да. Рассказала бы, что тебя мучает. До этого бы не дошло.

— Так что там про круг? — вмешался я.

— Ой, да это фигня. Девчонка из соседнего отдела предлагала записываться на тренинги Кузьминского. Я так, пару раз сходила и забила на это дело.

— А книжка тоже оттуда? — методичка, которую я выудил из помойного ведра в комнате Альфии, все еще лежала у меня в кармане. Вся слизь давно испарилась.

— Их бесплатно раздавали. — ответила девушка.

— О, так вот почему они решили дать тебе денег! — догадалась Саша.

— Ой, да этот Кузьминский пиарится на каждом чихе. Небось, Мелисса Ашурбекова сказала кому-то, что я в больнице, там и до координатора дошло, и они такие «о, а давайте сделаем красивый жест».

— …Мелисса Ашурбекова? — переспросила тренер.

— Все вопросы к родителям этой бабы.

Звучит логично. Однако, в последнее время как-то уж лишком много этого внебрачного внука Эйн Рэнд и доктора Курбатова. Но ведь это не секта. Финансовая пирамида — определенно, но на культ не похоже. Или, я что-то упускаю.

— И что, было что-нибудь умное на тренингах? — спросил я. Открыл книжку на случайно странице.

«Самое главное — познать суть. Если человек в тебя верит, то будь он хоть дворовым алкашом, его можно понять, принять и направить на путь истинный. А если нет, зачем тебе такие друзья? Чтобы утаскивали обратно на дно?»

Закрыл. «Кого должен любить черт 2: Оставляй только тех, кто пляшет вокруг тебя».

— Такое себе. — как-то неохотно сказала Альфия. — Всякая банальщина, очевидность. Платишь три с половиной тысячи рублей за вхождение в первый круг, слушаешь про здоровый образ жизни.

Она будто о чем-то догадалась. Подмигнула мне.

— Потом еще три с половиной тысячи, и надо еще одного человека привести. Там рассказывают про то, как вредно работать «на дядю». При этом впахивают на самого Кузьминского. Я туда не пошла, жалко было денег, и привести некого.

Мне бы и первый взнос было жалко отдавать. Ну видно же, что развод. Не особо мастерский к тому же. Что тебя смущает, Ким? Сейчас каждый второй так делает. Помнишь, как в университете тебя пытались завербовать в студенческий отряд?

Я сходил на встречу, подумал, что там все больные фанатики, которые друг за друга кому угодно откусят ноги, и решил на связываться.

Фан-клуб автора, несущего добро, как раз очень походил на студотряд. Мне надо было выяснить, чем еще занималась Альфия в последнее время. Потому что, иначе, все дороги вели на тренинги личностного роста.

— А вот это очень зря. — раздался знакомый голос. Кузьминский встал в дверях, снисходительно поглядывая на нас через свои хипстерские очки. — Стоило посетить еще пару занятий, раз уж вы настолько перевираете смысл моих слов.

— Михаил Львович, что вы здесь делаете? — удивилась Саша. Тем не менее она была очень рада его внезапному визиту. Ее смертные глаза не могли постичь истинный облик мецената. Альфия все видела, потому сразу накрылась одеялом, притворяясь, что ее здесь нет вообще.

За спиной Кузьминского висел здоровенный ком заплесневелой слизи и кричащих морд. Пульсирующие ребристые кишки обвивали его шею и руки. Дорогой костюм покрывали грязные пятна и скопления мелких поганок.

Он знал, что я знаю, но пока что, решил меня игнорировать.

— Да вот, ехал мимо, решил навестить нашу несчастную общую знакомую. Чувствую себя немного виноватым, что не смог помочь ей в такой сложный жизненный период. Я, видимо, не вовремя?

— Что вы, все в порядке! — заверила его Саша, тыкая подругу локтем. — Альфия просто немного перенервничала. Эй! Покажись хоть. Это невежливо.

— Отвалите, я устала, — пробормотал ком из одеял дрожащим голосом.

— Ты отдыхай. — сказал я, вставая между девушками и лесовиком. — Они не будут тебе мешать.

— А мы с вами нигде не встречались? — хмыкнул меценат. Морды на склизкой твари свирепо уставились на меня.

— Лично — нет. Но с вашими, так сказать, сотрудниками, я уже сталкивался.

— Артур, вы что, знакомы? — спросила тренер. Слушай, разве можно быть настолько непробиваемой? Даже если ты не знаешь обо всех мистических перипетиях ситуации, атмосферу в комнате можно прочесть. Твоя подруга боится этого мужика до смерти. Между нами висит жуткое напряжение, хоть ножом режь. И все равно…

— Я тебе потом расскажу. — шепнул я ей. — Михаил Львович, так? — протянул посетителю руку. Вполне себе мирный жест. — Давно хотел с вами встретиться. Один мой друг — ваш очень большой поклонник.

Кузьминский приподнял бровь, но на приветствие ответил. Когда наши руки соприкоснулись, рукав моего плаща ощетинился острыми, рваными углами.

— Приятно это слышать. — ответил меценат. — Все же, меня не покидает ощущение, что мы знакомы.

— К сожалению, нет. У меня есть к вам пара вопросов. Мы могли бы поговорить наедине?

В тот момент, я был очень зол. Скрывать это становилось все сложнее. Если бы сейчас возникло какое-нибудь видение, где я разрываю эту рыжую сволочь надвое. Боюсь, оно бы воплотилось в реальность. Об этом он тоже знал. И его это нисколечко не напрягало, если судить по самодовольной роже.

— На крыше. — сказал Кузьминский. — Через пять минут.

…

На вертолетной площадке стояла новенькая машина, подаренная исполняющим обязанности губернатора. А рядом с ней, старый и потрепанный летательный аппарат. Он был покрашен в ярко-синий, чтобы скрыть многочисленные пробоины. Около вертолета крутился мальчик с гаечным ключом. Полагаю, не нужно пояснять, что именно за пацан это был.

— Так ты сын Мейера, — о чем я уже давно догадался. — Вот почему он тебя ищет.

— Отец — не тот, кто родил, — с важным видом сказал он. — Создатель сделал меня лучше.

Терпеть не могу, когда дети умничают. Не знаю, может это проявление некоего взрослого «шовинизма», но, когда мелкие мерзавцы начинают острить, цитировать классику или выпендриваться любым другим способом, внутри загорается желание раздавать подзатыльники.

Этот «мальчик» и ребенком-то, по сути, не был, но раздражение все равно вызывал.

— Кобальт, готовься к отлету. — скомандовал Кузьминский, а затем обратился ко мне. — Так о чем ты хотел узнать? Раз уж ты перебил людей Мейера, думаю, могу сделать шаг навстречу.

— Что… что ты такое? Такой же демонопоклонник, как и Мейер? У вас разборки между культами?

— Как много вопросов… — протянул меценат. — Впрочем, любопытство — позитивная черта. Она отличает первооткрывателей от инертных масс. Мы с тобой не так уж и отличаемся, если подумать. Оба используем силу других измерений, чтобы менять мир.

— Вот только я не довожу невинных людей до нервного срыва. — мучаюсь исключительно сам.

— В том, что произошло нет моей вины! — рассмеялся он. — Есть сильные люди. Они не сидят на месте, принимают дар с благодарностью. У них есть пыл, азарт, амбиции. А есть слабые, которые просто не выдерживают. И слабыми их сделал не я. Рыба либо плывет, либо идет ко дну. Пойми, друг мой. Я выбираю лучших. Остальные — тупое, бескультурное, абсолютно бессмысленное быдло, на кого наш дар даже не подействовал. Или самовлюбленные идиоты, которые не смогли двух шагов сделать, чтобы не обосраться. Их даже не жалко. Генофонд станет только чище.

Не дослушав монолог до конца, я уже летел на него, чтобы воткнуть все эти сотни звезд в маслянистую харю. Откровенно говоря, мне больше и знать ничего было не нужно. Как я и предполагал, Кузьминский оказался конченым мудаком. Но с суперсилами. Чисто технически, устранять таких, как он и есть моя основная обязанность.

До противника оставалось пара метров, когда меня всего перекосило. Тело перестало слушаться. Я упал прямо под ноги Кузьминского, пытаясь сдержать внезапно накативший приступ рвоты. Критический провал. Из серо-зеленой блевотины сразу же выросли грибочки.

Чертовы сектанты со своими дарами. Вечно все наперекосяк! Я направил на него призрачную ауру, в надежде сбить фокус, как это было с Каримовым. Но меценат и учитель жизни оказался крепче народного артиста. Гораздо крепче.

— Сканер выдает интересные показатели, — сказал мальчик, подойдя ко мне. В его голосе явное недоумение. — Как будто он одновременно игрок и генма. Но это невозможно. Думаю, он просто сломался.

— Может быть, это твой сканер сломался, коротышка? — прохрипел я, сплевывая кровавую жижу. — Почему генма вообще связался с какими-то сектантами? — Разве вы не повернуты на покое и невмешательстве? Это глупая позиция. Всегда такой была. Поэтому, я вне коллектива. Как и мой Создатель.

Кобальт вытянул вперед руки. Его правая ладонь вспыхнула золотистым сверкающим пламенем с плавно кружащимися былинками. Левую покрывал комок уже знакомой серо-зеленой слизи.

— Чистое могущество, — сказал вампир. — Сила отвергнуть целую вселенную, и жить так, как ты считаешь нужным, — пламя загорелось ярче. — И сила бороться с проклятием, разъедающим разум и тело, — слизь гнусно забурлила. — Вся мощь генма, без каких-либо недостатков. Это и есть «Новый рассвет». Если хочешь, я поделюсь им с тобой.

— Мне нравится. — улыбнулся Кузьминский. — Ты сильный. Упорный. Принципиальный. Осталось только забить на всякие лишние социальные конструкты, и перестать переживать за тех, кому на тебя насрать с высокой башни. Одумаешься — приходи. Еще не поздно сесть на экспресс в новый мир.

R178 — Прорыв (1)

Так как все члены оперативной группы дико работящие, собрались мы только в одиннадцать вечера. Мне еще нужно было поспать. И закинуться противогрибковыми средствами.

В такие моменты, я понимаю, как сильно мне повезло с соседями. Мужики, обитающие на песчаной косе, держатся поодиночке и не задают никаких вопросов. Например, не интересуются, как четыре человека помещаются в миниатюрной каморке над гаражом, и что там делают.

Есть подозрения, что дядя Миша отбил у них всякое желание любопытствовать.

— Знала я, что ты живешь в дыре, но не думала, что все настолько плохо. — вздохнула Вика, доставая из-под диванной подушки штуку, похожую на закрытый медвежий капкан. — Сколько же тут всякого хлама.

— Все руки прибраться не доходят. — в отличие от некоторых, у меня нет домработницы, что прибирает за тобой крошки.

— Бардак в доме, бардак в голове. — хмыкнула она.

— Тогда, как ты умудрилась связаться с нами, неумытыми, а?

— Давайте не будем ругаться, — робко сказала Настя, как всегда, устроившись в уголке. — Нам надо многое обсудить.

— Пятачок дело говорит. — подтвердила Вика. — Ты виделся с тем мужиком?

— И с мужиками виделся и с бабой. Надо сказать, результаты сомнительные.

— Я все еще думаю, что Тимофей навешал нам лапши на уши. — Олег вернулся с кухни. После моего рассказа о встрече в больнице он как-то помрачнел. — На днях, попытался хоть что-то узнать про Старых и прочие детали. Сходил на имиджборды там, в глубокую сеть заглянул. Теперь тяжко, с тех пор как ВПН запретили. Кстати, а вы знали, что там есть целый форум генма?

— Правда? — удивился я. А как же, блин, секретность? Вот гады.

— Ну, это я так думаю. Туда еще попасть надо, а если несведущий юзер заглянет, ничего не поймет.

— Плевать на кровохлебов. — Вика перебила его. — Что там у сектантов?

Олег зажмурился, словно думал, говорить нам или нет. — А нихрена полезного. Они либо очень хорошо шифруются, либо кто-то врет. Потому что кроме фанфиков по Лавкрафту, сообществ незамужних ведьм и заброшенных блогов всяких сумасшедших я ничего не нашел.

— Или, кто-то не умеет пользоваться гуглом.

— Вик, ты язвить пришла или помогать? — спросил я.

— Где-то шестьдесят на сорок.

— Ой, можно подумать. — буркнул Олег. В последнее время, он дико обидчивый. Интересно, к чему бы это? — Самой есть что предложить?

— Я поговорила с отцом. Естественно, он послал меня, но предупредил, что Мейера лучше нет трогать. Может, он что-то и знает, но никогда не расколется. Но это не все. Помните, что Мейер ищет сына?

— Ну?

— Гну. Он ищет десятилетнего пацана. Вот только этот самый сын пропал еще в две тысячи втором. Я видела фотографии, это точно один и тот же ребенок. Прежде чем вы спросите: я съездила и пообщалась с его бывшей женой.

Знает ли старик, что сын стал вампиром? Раз до сих пор ищет мелкого, наверняка ему все известно.

— Это та, на которую напал экскаватор?

— Не, другая. У него этих жен, хоть за амбаром складывай.

— Может быть, он просто ищет сына, и хочет знать где он сейчас? — предположила Настя.

— Это было бы разумно. — сказал я. — Поэтому, совершенно нерабочая теория. Ведь есть подвох.

— Именно. — вид у Вики был зело самодовольный. Будто она раскрыла тайну и рассчитывала на восхищенную похвалу от окружающих крестьян.

— Артур. — задумался напарник. — Ладно, если признать, что твой писатель говорил правду. И что ты все понял правильно, из разговора с Михаилом Львовичем…

— Ребята, а что, если… — Настя запнулась, словно неведомая тварь опять присела ей на уши. Но я не слышал шепота. — Это враги Мейера похитили его сына?

— Как-то это тупо. — сказала Вика. — Че они тогда ждали столько лет? Расхерачили бы тогда ферму сразу!

— Просто подумала. — напарница скрылась в уголочке.

— По такой логике, почему они его не добьют сейчас? — я возразил Вике. Нечего тут обижать моих сопартийцев. — Сама знаешь, сколько у него недвижимости. Можно хоть каждый день нападать. Как-то все сложно у них.

— Кто тебе сказал, что они не нападают?

— Она так-то права. — сказал Олег. — Мы знаем про ферму, потому что ты был на ферме. А случай в полицейском участке произошел средь бела дня. Такое очень сложно скрыть. Если стычки происходят на территории «Логос-Новик»…

Что-то громко звякнуло в коридоре. Будто кто-то скинул с полки один из артефактных мечей. Так.

Олег, Настя и Вика здесь. У Пети возникли какие-то неотложные дела, и сегодня он к нам не присоеди. Больше шуметь некому.

Я жестом показал, чтобы остальные сидели тихо и аккуратно подполз к выходу из комнаты. Олег потянулся к посоху, стоявшему рядом с креслом.

Вика не послушалась.

— Да брось, что там может быть? — хмыкнула она. — Крыса пробежала, и все обосрались.

— Нет у меня никаких крыс! — даже тараканов нет. Только в самом гараже грибок от сырости, но с этим ничего не поделаешь. Он стоит слишком низко и периодически заливаются.

— Продолжишь бросать еду на пол — будут. — она вышла в коридор, и тут же непроизвольно выругалась. А потом заскочила назад, в комнату.

— Беру свои слова обратно, Ким. — зашипела Вика. — Лучше бы это были крысы.

— Ким, ты решил завести пасеку? — спросила Вика.

Я осторожно выглянул из-за угла, и понял, что она имела в виду (и еще, что в пчелах она не особо разбирается). В шкафу, стоявшем между выходом на кухню, и гостиной, где мы собрались, рылся очень большой шмель. С двумя парами накаченных рук, почти человеческой мордой и грубым костяным тесаком на поясе.

Разведчик Улья — Уровень 19 — Улей

— Че там? — Олег подполз к нам.

— Явление дикого Лунтика. — ответил я. Гуманоид, обросший желто-черным мехом с любопытством разглядывал мелкие предметы, крутил их в руках и складывал в сумку. — Ты посмотри, он еще и ворует.

— Ох ни…чего себе…! — воскликнул напарник, прежде чем Вика схватила его за ухо и затащила обратно в комнату.

— Да вы чего, он один, нас четверо! Реально, чего мы попрятались-то? — возмутился маг.

— Тссс. — осадил его я. — Во-первых, нефиг устраивать битву у меня прямо в доме. Во-вторых, надо понять откуда он взялся. Такое мерзкое чувство, будто гость позвал друзей.

На кухне тоже кто-то гремел тарелками.

Второй вопрос — главный. Карта Верховной жрицы, прицепившаяся к моей дорогой сестре, вроде как, превращала жилище в крепость. Описание бонуса звучало так, будто должно было предотвратить вот такую конкретную ситуацию. Но враг все же оказался внутри.

Игровая тварь могла попасть в реальность только через разрыв. Единственный вариант, казавшийся мне логичным — разрыв возник прямо в квартире. Как? Хрен его знает. Все потайные двери, через которые дядя Миша бегал на инопланетные рынки, я перекрыл. Неужто одну упустил?

— Сохраняем спокойствие. — я повернулся к Вике. — Присоединяйся к партии.

— Это еще зачем?

— Как бы, будет лучше, если мы выдвинемся единым фронтом. А еще, нам нужен весь опыт, который только можно получить. Настя пока слишком слаба.

— Совсем больной, Ким? Много я тебе тут навоюю без оружия. — хм. Действительно, она не пользовалась браслетами. А значит, лук остался где-то в другом месте.

— Ну не знаю, посмотри вокруг. Здесь валялась какая-то острая палка, точно помню.

— Сам острой палкой дерись! — тем не менее, она вышла в меню и приняла мое предложение. Спустя год, мы снова стали единой командой.

— Давай я его аккуратно сниму! — предложил Олег. — Я тут как раз тренировал меткость и все такое.

— Только очень аккуратно. — мне здесь еще жить.

Напарник лег на пол, держа посох как винтовку. Затем, этот боевой биатлонист прикрыл глаза, глубоко вздохнул и сделал призовой выстрел. Водяной поток был настолько тонким, что больше напоминал луч. Белая полоса влетела прямо в шею разведчика, прошла насквозь, пробила дырочку во входной двери.

Но Олег не был бы Олегом, если бы не потерял контроль в последнюю минуту. Поток как-то уж очень резко расширился, разорвал шмеля на куски и окатил мутной грязью весь коридор.

— Аккуратист хренов… — усмехнулась Вика.

На шум, из кухни выскочили еще два разведчика. Мы расправились с ними довольно быстро. Сердитое жужжание, наполнившее квартиру, намекало: и это еще не конец. Мне надо было побыстрее добраться до плаща. Без него я чувствовал себя неуютно. Сомневаюсь, что разведчики смогли бы меня ранить, но в этом уравнении все же слишком много неизвестных. Лучше перестраховаться.

— Прости, друг. — виновато сказал напарник. — Рука дрогнула.

Придется все оттирать, сушить… И здесь размазать средство от грибка. У нас так влажно, эта черная дрянь вылезает от любого чиха. Ким ты жаловался, что у тебя горничной нет. Теперь будет — вредная и с бородой.

— Раз начали ломать мое скромное жилище, не сдерживаемся. Давайте, ребята, не вам же тут потом порядок наводить. Вика, ты проверяешь кладовую. А ты, эльфийский снайпер, со мной на кухню.

— Раскомандовался. — охотница схватила подкатившееся к ногам копье.

— А я? — спросила Настя. Она залезла на кресло, чтобы не намочить ноги.

— А ты сиди здесь. Эти пчелки слишком больно кусаются.

— Хорош командир! — перепрыгнув через лужу, Вика схватила мою напарницу за руку. — Оставляешь самую слабую соратницу одну, посреди вторжения. В героя поиграть захотелось?

— Да здесь-то безопасно. Как они в гостиную-то пролезут? — возразил я.

— Ничего, я бы справилась. — Настя попыталась неуклюже отбиться от своей спасительницы.

— Ты его больше слушай, Мисс Пигги. Если что, я тебя прикрою.

— Так, хватит подстрекать моих людей на бунт, а? — Вика довольно сложный человек. Иногда я об этом забываю, но она не упустит возможности напомнить.

— Меньше слов, больше дел, мальчики. — скривилась она, показывая, что единое окно закрыто и аргументы больше не принимаются. Ну окей, Вика хотя бы сильная. Если что, действительно прикроет Настю.

— И то правда. Ладно, расходимся. Как только увидели портал, закрываем. — со стороны кухни раздался дикий грохот. — Шевелимся!

Пока разведчики улья не сожрали все, что еще осталось.

Разрыв протянулся через весь потолок кухни. Новые и новые разведчики выскакивали из него и роились за опрокинутым столом. А вместе с ними и еще один, более крупный товарищ с блестящими крыльями. Он, видать, очень хотел разбить окно и вырваться наружу.

Не смог. Та сила, которая не должна была пускать врагов внутрь, решила их не выпускать.

Я сразу прыгнул к вешалке, где висел плащ. Когда-то висел. Мой артефактный наряд исчез. Не нужно было долго думать, чтобы понять: его украли вломившиеся в мой дом неправильные пчелы.

Если бы Скала не начал сниматься в нормальных (пусть и туповатых) боевиках, а остался играть царя скорпионов с унылой рожей, все закончилось бы «Пчелами-рестлерами против магов-алкашей».

Лучший фильм года, генеральный прогон сегодня, на кухне у товарища Кима.

Крутой загорелый дядя с двумя топорами, заросший рыжей шерстью. И с рожками на лбу. Вполне человеческая рожа, но с глазами, как у шершня. Не самая дикая фигня, которую я видел, но в первой двадцатке точно.

Воин Улья — Уровень 25 — Улей/Адепт

Неприятный противник. В особенности потому, что, если рубанет, отвертеться не получиться. А я уже привык танковать удары грудью. Казалось бы, зачем нужен щит если большая часть урона все равно проходит насквозь.

Радовало одно. В узком помещении, ему тоже особо не развернуться.

Шершень саданул костяным топором по щиту. Разведчик зашел с тыла, где встретил Олега и спустя мгновение уже корячился на полу, дергая лапками.

— Прямо как в детстве. — сказал напарник. — Ночью заходишь в ванную, берешь шланг от душа и шпаришь собравшихся тараканов.

— Тяжелое видать было детство, раз ты об этом вспоминаешь с ностальгией.

— Ага, игрушки деревянные, все дела.

Мы с воином скрестили мечи. Ну, молоты и топоры. Шершень был силен, в чистом показателе превосходил меня. На моей стороне были защита и преимущество в выносливости.

Между делом, отвесил люлей нескольким разведчикам. Это ничего не изменило. Разрыв продолжал расти, уже перетек на другие помещения. Странно, я раньше не видел, чтобы порталы так сильно расширялись. Обычно, даже спустя сутки, они сохраняли изначальную форму.

От кухни не осталось ничего вообще. Только слой щепок и мусора на полу. Неправильные пчелы сами по себе не могли покинуть мое жилище, но на нас эта способность не распространялась. Своими собственными руками, мы разгромили мой единственный уголок.

Ударные волны сдвинули наружную стену. Сарай слегка покосился, а внутри все сильно покосилось. Олег упал в угол, шмели-разведчики повалились на него сверху. Завязался отвратительно ближний для его стиля бой.

Я хотел ему помочь, но воин улья не отпустил. Еще бы чуть-чуть, и я остался бы без руки. Дар Брата спас, но меня выкинуло из кухни, прямо в шкаф.

С другого конца квартиры слышались визги и восьмиэтажный мат. Там тоже все было не очень хорошо. Лишь бы еще один воин не вылез. Без оружия и без Пети Вике там придется очень трудно. Но она не полезет в драку, если не будет уверена, что победит. В этом я уверен.

Из трубы, оставшейся от сорванной раковины, хлестала вода, что позволило напарнику создать своего рогатого элементаля. Прозрачный монстр поднял разведчика и вцепился ему в шею.

Лежа в куче старых шуб, я слушал системные сигналы. С каждого убитого разведчика сыпался опыт. Настя выросла в уровне. Надеюсь, ей хватит ума ничего не повышать прямо сейчас. Все решения относительно прокачки остаются за мной.

— Артур, у меня появилась мысль…! Подсоби! — Олегу удалось разбросать наседающих шершней. Но и ему самому крепко досталось. Вся рубаха была в крови.

Он распылил элементаля, направив раскаленный пар прямо в пчелиные морды. Затем махнул рукой в сторону моря.

— Выбей здоровяка наружу! Мы его сварим!

Дурацкая идея!

Но иначе драка затянется. Если избавимся от воина, может удастся закрыть портал. Все остальное пройдет легко и приятно.

— Вы все скидываетесь на ремонт…! — проревел я, выскочил из своего внезапного укрытия и бросился на шершня. Ладно, но это в самый последний раз.

Дракончика призвал прямо из загривка воина. Имуги вцепился в блестящий черный глаз шершня.

— Сокрушающий Зло Молот Четырех Тигров: Cruel Stars!

Вот бы приложение, чтобы не приходилось все это орать.

Урон повышен на 3 %

Всплывшая надпись отвлекла меня, и я треснул врага по голове, а не в грудь, как планировал.

Критический урон!

Сегодня вы молодец! На ваш счет перечислено 40 зан.

Но могло быть лучше. С вашего счета списано 50 зан.

Глитч-система с каждым днем издевается все сильнее.

Шершень проломил башкой окно и наконец оказался снаружи. Там его встретил окутанный паром пузырь морской воды. Олег бросил пузырь на землю, а сам сел на пол тяжело дыша.

Неожиданно, по поверхности разрыва прошла волна. Слегка изменился цвет. Разведчик, наполовину высунувшийся сверху, залез обратно.

— Ты что, *пип*, сделала, налево тебя, через коромысло?! — заорала Вика.

— Не знаю! — рыдала Настя. — Оно само!

— Ага, само! Я видела, как ты сунула туда свои пухлые ручонки!

— Я думала он закроется!

Да что там у них происходит? Ни на секунду оставить нельзя.

Нас тряхнуло, будто началось землетрясение. Железная дверь гаража слетела и шлепнулась в воду. Дверь в другой мир отделилась от потолка и теперь висела прямо в воздухе, как странное искрящееся облако.

Портал почернел. Поднялся сильный ветер, собравший мусор и ошметки с пола и бросавший их в разрыв. Я почувствовал, как меня отрывает от земли.

Притяжение становилось все сильнее, отламывая куски от моего несчастного жилища. Волшебную картину унесло в разрыв, и квартира окончательно превратилась в сарай.

Улетел последний кусок стены. Я увидел напарницу, уже касавшуюся ногами портала. Вика держала ее за руку, а сама держалась, обхватив сваю.

Шершень встал на ноги, потер мохнатой лапой рану на голове. Гад уже практически черно-белый, упадет от одного тычка. Если бы я только мог дотянуться…

Арматурина, за которую уцепился, не выдержала. Одна секунда. Я оказался в нескольких метрах над землей, и врезался в кипящую поверхность разрыва.

R179 — Прорыв (2)

Поднял глаза, и увидел Олега, сидящего на дереве.

Что-то большое пронеслось по ноге. Тут же онемел большой палец левой руки. Красный муравей, размером с мелкую собачку, едва не цапнул меня за нос. Я отбросил его в сторону, но у муравья было много друзей, готовых без испуга выйти на любого медведя.

— Ммать! — я вскочил, ловко цепляясь за корявые сучья, тоже забрался наверх. Насекомые не последовали за мной. Они снова присоединились к широкой муравьиной реке, рассекавшей джунгли.

— Кусачие, суки! — ругался Олег. — Ну, хоть далеко от своих не отходят, и то хлеб.

Рубашка у него на груди разорвана, штаны в дырках, будто их постирали чем-то не тем. На плече рана. С виду ничего серьезного, но надо будет хотя бы обработать.

А какого, извините, рожна мы делаем в этом дождевом лесу? Память постепенно возвращалась. Ну да. Разрыв. Меня затянуло вверх. Олега получается тоже.

Судя по тому, что куски мебели и старая лодка дяди Миши тоже присутствовали в тропическом пейзаже, воронка много чего всосала. Катер наполовину утонул в муравьях. Попытка вернуть его обратно казалась весьма сомнительным занятием.

— Артур, че это вообще? — напарник был крайне недоволен.

— Исчерпывающий вопрос. Если бы я еще знал, — сказал я, стряхивая пот и воду со лба. В лесу стояла дикая жара, хуже, чем в парилке. — Помнишь, как мы здесь оказались?

— Смутно, — он потер затылок. — Взлетел, упал. Пока очухивался, эти набежали. Они же прогнали пчел.

— Ясно. А портал?

— Вон там был. — Олег кивнул в направлении маленького оврага. Сейчас в нем не было ничего кроме густой зелени и осколков моей посуды. Значит, разрыв закрылся. Схлопнулся, после того как поднял нас.

Это радует. Было бы очень грустно, если бы эти муравьи попали в реальность. Хрен бы мы их потом вычистили.

Что-то еще. Какая-то мысль ускользала от меня.

— Так! А девки?! — к счастью, обе живы, если верить системе. И даже относительно здоровы. Насколько мне известно, окно партии не работает между планами. Следовательно, Вике тоже не удалось удержаться.

— Я их не видел, — пожал плечами Олег. — Пока вылез, пока тебя нашел. Это самое, что делать-то будем?

— Вот за что тебя ценю. Не устаешь задавать нужные вопросы.

Понятно что. Надо выбираться отсюда. Главное, как? Мы же не можем снова открыть разрыв. Да и выход я знаю только один — через приложение, созданное Тэном. Но приложение — в телефоне. Телефон в кармане плаща.

А плащ пчелы спионерили!

— Зато наверняка заметил, в какую сторону ушли наши полосатые гости, правда? — хотя, такая себе зацепка. Лес густой, тут петлять и петлять. Кстати, выглядит знакомым. Будто я здесь уже когда-то был.

— Туда… вроде, — показал на небольшую тропку, с другой стороны муравьиного потока, — или нет. Особо не обратил внимания. Внизу еще какие-то сопли разлиты, одежду на раз проедают.

Местная дикая природа явно делает большой акцент на слове «дикая».

Сопротивляемость огню увеличена на 3 %. Ошибка инициализации протокола. Сопротивляемость тьме увеличена на 692 % (Отражение+Поглощение).

Сбой системы принудительной эволюции. Проводится внутренняя проверка.

Эта мерзость еще и глючит, хотя сама по себе глюк. Логично, с другой стороны. Она предназначена, чтобы перестроить тело игрока, неспособного вернуться в Паутину. К несчастью для системы, мы сейчас в Паутине. Как бы меня здесь окончательно не заглючило.

Все тело скрутило, судорогой свело руки и ноги. С большим трудом я удержался, чтобы не свалиться прямиком в муравьиный рой. Олег помог сохранить равновесие.

В этот момент, из кармана его куртки выпала книжка и шлепнулась на плоский камень у дерева. Вокруг нее начало растекаться мутное пятно слизи.

— Черт… — выругался напарник. — Эту я еще не дочитал.

Эфемерный ком принял облик морской звезды и пополз прочь. Однако чувствовал он себе скверно. Стонал, испарялся с утроенной силой. Совсем скоро, тварь исчезла.

— Ты еще и жалеешь? Видел? — спросил я. Такое чувство, будто напарник в пол уха слушал про мою драку с его кумиром.

Мы пошли на звук.

В джунглях орала одна весьма райская птица. Грозилась взять того, кто ее сюда доставил, и объединить его простым и нежным способом с немытым кирпичом.

Дело происходило на гигантском пне. Из ствола срубленного дерева, шириной метров так в восемь торчали мелкие ростки, размером с тысячелетний дуб. Настя сидела, прислонившись спиной к ростку и зарывшись лицом в коленки.

— Ты как, в порядке? — я подбежал к девушке, проверил, не пострадала ли она. Если не считать кучи мелких дырок на одежде и оторванного рукава куртки, все было нормально. — Где она?

Осмотрелся в поисках Вики, но не нашел. Настя показала куда-то вверх. Как наблюдательный лидер, я обо всем догадался по реакции Олега, душой, словно вернувшегося в седьмой класс.

Между двумя ветками висела попа и сердито дрыгала ногами. Неведомая гадость проела Вике здоровую дыру на джинсах, заставив светить полосатыми трусами на весь лес.

— Интересный фрукт, — отметил я.

— Киииииим! — раздался яростный вопль с другой стороны дерева. Среди дальнейших ста слов, цензурными были только местоимения. В целом, смысл этой тирады заключался в следующем: «прекрати просто там стоять и вытащи меня из этого дупла, иначе плохо будем всем. А если ты, Олег не уберешь телефон, его потом придется доставать врачу».

— Я не услышал волшебного слова, — сказал я, залезая на дерево. — Веришь или нет, от этого пропадает вся мотивация.

— Мы здесь из-за тебя и твоей безрукой курицы, не забыл?!

— Эй! — вяло возмутилась Настя.

— У куриц так-то рук вообще нет, — очень полезное замечание от Олега.

— Лично я виню пчел, — забравшись чуть выше Вики, я пнул ветку. Дерево оказалось на удивление крепким. Оно загудело, но даже не треснуло.

— Если бы это было так легко, я бы и сама справилась, — ворчала Вика. Чтобы дерево развалилось, понадобилось целых два именных приема. Пленница дернулась, и резко отскочила, как кошка, застрявшая когтем в обивке дивана. Она ловко приземлилась на пень, но штаны трещали по швам.

— Твою мать…! — Вика зашипела, сняла дырявую кофту и обмотала вокруг талии, оставшись в одной майке. Как только она разобралась с одеждой, сразу же набросилась на Настю. — Ты! Какого хрена ты сделала, свинья ты копилка?!

— Отстань от нее, — я крепко взял Вику за локоть, оттаскивая от напарницы. Этих двоих постоянно приходится разнимать. И еще, кажется у кого-то комплексы. В этот раз, Настя не стала молчать.

— Вообще-то это не я застряла в дупле.

— Я видела, как ты сунула свои грабли в портал! — орала Вика. — И началось!

— Я хотела его закрыть! — Настя повысила голос в ответ.

— Чисто технически, он закрыт, — буркнул Олег, копаясь в телефоне.

— Слышь, бородач! — дива сменила вектор гнева. — Если ты там что-то снял, я тебя из принципа затаскаю по судам, чтобы тоже с голой жопой ходил. До пенсии!

— Вик, рот закрой, уже голова гудит от тебя.

Она гневно зыркнула, насупилась, но замолчала.

— И вообще, давайте успокоимся. Ситуация вообще-то серьезная, — тем временем, я открыл окно характеристик Насти, где обнаружил нечто новое.

[REVERSE THE POLARITY]

Игрок временно изменяет физические свойства предмета/явления на противоположные. На данном уровне развития способности, изменить можно только силу притяжения и температуру. Длительность эффекта — 5 минут.

Вот же блин.

— Насть, я о чем тебя предупреждал?

Опустила и подняла руки. — Знаю, не повышать уровень самой.

— Ну, так и…?

— Пчелы все лезли и лезли. Я думала, портал просто закроется, а он начал чернеть и всасывать все подряд.

Включая мой дом. Черт, там ведь была целая куча всякого ценного дерьмища. Ну, это ладно, можно пережить. Внеземные артефакты вернулись на историческую родину. Только жить я где буду, когда мы вернемся?

— Ты у нас просто специалист по всасыванию… — Вика ввинтила свои пять копеек. Не зря они закорешились с Андреем, в обоих есть нечто змеиное.

— Уж кто бы говорил, — ответила Настя. Прошло не так много времени, но она стала чуть увереннее в себе. Это или отсутствие монстра над ухом положительно сказывается, или тренировки с Романом. Или все вместе. — Накачала себе…

— Ладно, хватит. Брейк. Нам надо отсюда выбираться, и поскорее. Поэтому заткнулись, на минутку забыли про свои идеологические разноречия, и думаем, — в первую очередь, мне хотелось побыстрее свалить домой, пока вампиро-система снова не начала сбоить. В первый раз, она вкачала сопротивляемость до исторического максимума. С этим еще можно жить, но в любой момент, мог глюкнуть любой другой параметр.

Триста процентов Вирда! Чтобы я ничем не отличался от существ, которым поклоняются культисты. Или миллиард силы, чтобы случайно пальцами раздавить планету. Преувеличиваю, конечно, но кто знает?

Отрицательный показатель здоровья?

Вика села в позу лотоса, закрыла глаза и начала вещать.

— Этот мир называется Новая Эбра. Примитивная технология, средняя духовность, высокая магия. Сраные волшебные тропики. В горах есть портал, ведущий в мир Паленке. Хрен его знает, что там дальше.

— Приложение? — спросил я.

— Скупила все вместе с апгрейдами, — сказала она, не отрывая глаз. — На случай, если произойдет что-нибудь феерически тупое, типа как сегодня.

— Разумно.

— Как в воду глядела, просто. С тобой свяжешься, Ким, и все просто-таки летит под откос. Меня до сих пор удивляет, почему ты сам еще этого не сделал и ходишь, как олень.

Почему, почему… По кочану.

У меня и так было все, что мне нужно. Зачем тратить деньги, забивать слоты? Как будто мало проблем, еще и о приложениях волноваться. Со временем, опции которыми ты не пользуешься просто как-то забываются.

Да, вот такой невнимательный и не предусмотрительный. Давай, засуди меня.

— Можешь найти улей? — поинтересовался я.

— Если только примерно. — сказала Вика. — Вижу вопросительные знаки, точки интереса. Одна из них вполне может оказаться твоим ульем.

— Улей? — не поняла Настя.

Если слишком часто повторять это слово, можно призвать медведя в лаптях и с корзиной.

— Выбраться отсюда мы сможем только через базу «Кулака». Боюсь, чтобы попасть к ним, нам придется разорить пчелиный домик.

Было бы гораздо лучше, если бы все четыре сопартийца могли сражаться. Но одна все еще слишком слаба, чтобы лезть с головой в пекло. А со второй буквально спадают штаны.

— Я дико извиняюсь, — Олег прогулялся на другую сторону пня, где обнаружил дверцу от микроволновки. — Но меня как-то не улыбает туда идти. Воина видал? Мы с ним вдвоем махались и в итоге все равно не добили. Вдруг там много воинов?

Хм. Тогда силы не равны. Мне очень не хотелось бы помереть в Паутине, а именно этим все может закончиться, если нам навстречу выйдет десяток таких шершней.

И что тогда делать? Жить в лесу? Качаться, пока мы не сможем раскатать без всякого ущерба для собственного здоровья? Чего-то это слишком долго выходит.

— Короче. — Вика встала, отряхнулась. — Точка интереса на десять часов. Если нам очень повезет, Ким, какой-то шмель оденет твой халат и его выгонят из улья за преступления против моды. Там-то мы его и схватим.

— Заодно спросим, что пчелиная полиция моды думает про твои анимешные труселя. — хмыкнул я.

— Раньше они тебя не смущали. — фыркнула девушка и непринужденно отвернулась от меня, взмахнув волосами.

— Д-давайте пойдем быстрее. — сказала Настя, внезапно начав заикаться. — Кажется, солнце садится.

Небо стремительно желтело.

— Не бойся, восьмиклассница. — Олег похлопал ее по плечу. — Ночью в лесу все спят.

Сильное заявление. Такое чувство, будто он сам себя пытается успокоить. Может, стоит обратиться к своей непоколебимой вере в лохотрон «Рассвета». Эта вера точно согреет во мраке инопланетной ночи.

Не то что бы я на него злился. Просто… как-то это… неприятно, что ли. Надо будет потом поговорить с ним об этом, друг все-таки. Сейчас немного не до того.

Мы слезли с пня и пошли по хлипкому мосту из лиан, избегая бесконечного муравьиного потока. Оттуда удалось слезть на узкую тропку, перебраться через корягу и дойти до места, где находилась первая точка интереса.

Все это время, нас бессовестно жварили огромные тропические комары. Которые, между прочим, могли переносить какую-нибудь игровую малярию, с симптомами вроде кровоточащих мухоморов, вырастающих за ушами.

Мягкая земля сменилась хлюпающей жижей кофейного цвета. В нос ударил кислый запах. Перед нами раскинулось плоское, бурлящее болото.

— Ты вообще в курсе, что ведешь нас в трясину? — сказал Олег, отряхивая ботинок от какой-то фиолетовой дряни.

Вика остановилась. — Ну давай, веди сам. Можно подумать, я рвалась таскаться с вами по вонючему болоту.

— Интересно, пчелы могут жить в таком месте? — спросила Настя. На пути сюда, она не отходила от меня ни на шаг.

— Если это болотные пчелы, то почему бы и нет? — здесь вообще все может быть. Создатели этих миров не озаботились никакой внутренней логикой.

Метрах в пятидесяти от нас из трясины, словно ступени гигантской лестницы, торчали плоские камни. — Вон по тем скалам, мы можем перебраться на другую сторону.

— Там еще одна точка. — Вика закатила глаза. — Но ты же эту хотел посмотреть.

Со свистом, копье пролетело у меня прямо под носом и воткнулось Олегу в плечо. Он оступился, упал боком в жижу.

— Аа, едрить вас…! — процедил он сквозь зубы. Лицо резко побледнело. У напарника было достаточно здоровья, чтобы пережить такое, но все же он маг. Еще одно копье, и все.

Подлые враги пряталась за камышами. Какие-то рогатые, зеленокожие мудаки с палками. Система сообщала, что это троглодиты. Ни одного выше тринадцатого уровня. гадам просто повезло.

Не успел я броситься туда, оставив раненого Олега на барышень, Вика подскочила к нему.

— Ну-ка, дай сюда! — совершенно не церемонясь, она взялась за копье, выдернула его, не обращая внимания на возмущение напарника.

А затем метнула в хрюкающих троглодитов, крича заветные слова, подкрепленное системным эхом.

— Путь Зеленых стеблей: Дождь!

Прямо в воздухе, копье стало мерцать, разделилось на дюжину точно таких же. Целая волна снарядов накрыла кусты, где прятались враги.

Сложно сказать, сколько троглодитов там пряталось, но копья убили восемь штук.

Разобравшись с ними, Вика снова повернулась к Олегу. — Расслабься, я же еще не совсем чокнулась.

Приложила ладонь к ране. Вспыхнул яркий свет, и дыра в плече напарника покрылась темной коркой. Практически тот же эффект, что и от припарки, которой я лечил последствия выстрела цикад. Только без самой припарки.

— Эт че сейчас было? — хрипло спросил Олег.

— Первая помощь. — усмехнулась она. — До дома дотянешь, а там уже дальше твори проблемы. Это Ким все говорит, что приложения не нужны. Без них, ты бы у нас тут на руках кончился.

Ладно, ладно. Уговорился. Как вернемся, сразу залезу в магазин и куплю все, на что хватит денег.

R180 — Прорыв (3)

Когда видишь игроков и агентов в бою, отчетливо понимаешь: нечувствительность к боли очень влияет на сознание. Я и сам не заметил, как мы начали довольно небрежно относиться друг к другу. И к самим себе тоже.

Только что, Олег валялся на земле с копьем в плече. А сейчас, как ни в чем не бывало прется за девушками следом. Ворчит, конечно, но пребывает в полной боевой готовности.

Даже угроза жизни не выбила его из колеи. А ведь он не ветеран всяких там войн, и близко нет. Если не считать вон ту маленькую на праздниках.

Хоть и обижается из-за мелочей.

Разве нормальный человек так бы себя повел? Стал бы нормальный человек бить молотком по баллону с газом? Или спокойно стоять, пока ему стреляют в спину?

К чему это я? Мне начинает казаться, система поощряет такое безрассудное поведение. Возможно, конвертация сделала меня параноиком (тоже своеобразный эффект), но на определенном этапе, эта мысль начала беспокоить.

Что именно с нами происходит? Дело ведь не только в Старшей Аркане, с ней связан только я. Такое чувство, что помимо Вирда в списке характеристик, есть еще один Вирд. Скрытый, психический. И он растет сам по себе, все сильнее и сильнее отдаляя твой разум от смертного оригинала.

А потом ты смотришь по сторонам, и думаешь: какого хрена, Ким? Ты стоишь на черепе какой-то сраной годзиллы посреди неведомых джунглей? Обязательно именно сейчас волноваться о том, кто и как ковыряется в твоей непутевой башке?

Путь из камней привел нас на «кладбище слонов», затянутое густыми желто-оранжевыми испарениями.

— Может быть, не пойдем туда? — Настя взяла меня за локоть. — Там скорее всего ничего хорошего нас не ждет.

Место на самом деле выглядело жутковато. Непроглядный туман, гигантские кости всяких тварей, которых очень сложно представить живыми. Особенно, если учесть, что все, кто погибает здесь, превращается в песок.

Вика первой спрыгнула с хребта «динозавра». Напарник последовал за ней.

Настя еще слишком неопытна, чтобы вот так прыгать в неведомое. Ее поведение только подпитывает мою собственную паранойю.

В голове прокрутился мультик. Я даю ей смачный подзатыльник, и девушка падает вниз, Олегу прямо на голову. Чтобы тупые мысли ушли пришлось сильно сжать лицо руками.

Сбой глитч-системы.

Варианты решения:

а) Провести перезагрузку сознания (требуется 450 часов искусственной комы);

б) Сменить физический пол;

в) Пересчитать общую сумму моральных приоритетов.

Нет, бежать надо отсюда, бежать… Пока пол не сменил, с приоритетами. Глюки усиливаются.

— Гляньте, здесь какое-то гнездо! — крикнул Олег.

Я помог Насте спуститься. Вместе мы подошли к неглубокой яме, усыпанной сухими колючками, похожими на старую хвою. В самом центре лежала разбитая скорлупа, и одно целое яйцо.

— Похоже, тут обитает очень большой перепел. — хмыкнул я. — Или фазан.

Вика осторожно протянула руку, постучала по скорлупе. Внутри что-то откликнулось. — Ух, епт, оно живое!

— Может ты тогда не будешь его трогать? — шикнула на нее Настя.

— Ой, иди ты, трусиха-страусиха. — она приложила к скорлупе ладонь. — Толкается.

— Серьезно, обязательно туда соваться? — спросил я.

— В детстве у меня был террариум. — пояснила она.

— Ни разу не видел, чтобы кто-то лез в кладку руками, даже в террариуме. — сказал Олег. — Аккуратнее, сейчас оно вылупится и схватит тебя за нос.

— Я лазила. — возразила она. — И все у меня спокойно вылуплялось. Это точка интереса, на секундочку, вот мне и интересно. Не собираюсь же я доставать его из гнезда, или все в таком роде.

Скорлупа треснула с громким звуком. Кусок отвалился. Из-под него появилась темная змеиная голова с большими глазами. Она сразу же раскрыла пасть и противно запищала.

— Фу, змеи… — я отошел на шаг назад. Все остальные тоже были не в восторге. Еще совсем недавно она ругалась на меня за то, что полез в рот дохлого иномирного чудища.

— Что-то имеешь против змей? — Вика постучала пальцем по носу существа. — Милашка.

— В определенный момент понял, что они меня бесят. — ответил я. Тебе там что, медом намазано в этом гнезде. — Может пойдем? Не устала любоваться дикой природой?

Змея пискнула, клацнула челюстями. Чуть левее, отломилась еще часть скорлупы и вылезла вторая голова. Тут же попыталась цапнуть первую. А за ней еще четыре штуки. Толстые когтистые лапы. Длинный хвост.

Детеныш рогатой гидры — Уровень 1

— Какая потрясающе отвратительная хреновина… — пробормотал напарник, и направил на маленькую гидру посох, но Вика ему помешала.

— Совсем офигел, кретин?! — она пнула его по руке, сбила прицел. Струей воды отломило верхушку у торчавшего из земли большого ребра. — Оставь ребенка в покое!

— С ума сошла, дура поехавшая?! — прозвучал симметричный ответ Олега. Он резко развернулся и окатил Вику водой. К счастью, холодной.

Потрясающая женщина. Из-за всякой ерунды умудрилась поругаться буквально с каждым.

— Так, хватит! — мне нужно было это прекратить. Да, Вика сейчас не входит в мою основную группу. Но это не значит, что стоит допускать вот такие конфликты. В конце концов, расследование деятельности культистов — наше общее дело. — Без понятия, от чего у вас у всех сносит крышу, да и плевать мне. Если будем драться, вообще навсегда здесь застрянем. Вы этого хотите? Я вот нет! Прям трындец, как не хочу.

Яркое пятно пронеслось мимо меня. Вспышка. Кто-то врезал Олегу в морду, с такой силой, что его отбросило в сторону гигантского черепа. Не успели мы моргнуть, как Вика тоже получила в нос, и упала лицом в песок.

Настю я защитил от удара, но сам щит чуть не выронил. Кто бы на нас не напал, он был очень силен.

Нельзя не отметить очевидное: в тумане очень неудобно драться. Так уж повелось, что противник тебя прекрасно видит, а ты его — только в моменты стремительных атак, если успеваешь среагировать.

Оно старается напасть со спины. Отделить, оттолкнуть. Самая мерзкая тактика, когда ее применяют против тебя: бить и убегать.

Довольно быстро, я оказался отрезан от своей группы и прижат к панцирю мокрицы, размером примерно с два футбольных поля. Где-то далеко звучали голоса спутников.

Я тщетно пытался разглядеть, с чем, собственно, дерусь. Из облака вылетала масса черно-зеленых пятен, обнимавшая клубок тонких рук, с накрашенными (!) ногтями. Руки дрались, и царапались изо всех сил, а затем исчезали, чтобы вернуться через пару минут, и атаковать с другого края.

Шкала, измерявшая градус необъяснимого бреда в окружающей среде, раскалилась и лопнула со свистом. После такого, мысль об отключении системы и забвении не кажется настолько уж и глупой.

— Олег! — крикнул я. — Где ты там бродишь?!

— Рядом с «носорогом»! — ответ прозвучал с приличного расстояния. — Ты как?! Справляешься?

— Отбиваюсь! Вроде…! — тварь снова врезалась в щит. Я ударился плечом о панцирь с такой силой, что аж весь хитин затрещал.

— Артур! — завопила Настя. — Меня что-то укусило! Они хватают меня за ногу!

— Так, стой на месте, я уже иду!

— Не смогла бы уйти, даже если бы хотела!

— Заткнитесь! — Вика каким-то образом ушла еще дальше, чем я. — Оно летит на зву… *гвох!*

Черт! Кажется, тварь специально разделила нас. К кому бежать? Кому помочь?

— Прикрой Настю! — командую я напарнику и бегу к Вике. Ей моя помощь сейчас нужнее.

Неизвестная гадость выпрыгивает мне на встречу, вцепляется в шею, целится в глаза. Исчезает, когда мне удается перехватить одну из рук, и сбросить всю массу на песок. Через который она утекает, аки сырая нефть.

Вика несется следом, размахивая длинной костью перед собой. У нее все лицо в крови.

— Эта сука чуть не выдрала мне глаз! Ким! И это я еще пользуюсь твоей замедляющей способностью! Так бы уже ослепла! — она схватила меня за воротник футболки. — Почему эта мерзкая сволочь так похожа на твой драный халат, что мы тут ищем битый час?

— В смысле?

— Можно подумать, ты не заметил! Пятна те же, и булькает оно ровно как ты, когда огребаешь!

Вот тут я почувствовал себя очень глупо, потому что до сих пор не провел таких параллелей. К тому же, вспомнил сон, где дрался с волками. Там из плаща тоже росли руки… точно такие же костлявые бледные грабли.

А ведь было подозрение, что Реквием Здравомыслия скрывает какую-то отвратительную тайну. Хороший, светлый артефакт не стал бы подталкивать владельца к безумию. Ну как, подозрение. Целого Дьявола он ведь все-таки сожрал.

И вот теперь, эта дрянь ожила. Как раз, когда я пытаюсь перебороть ошибки в системе. Очень сильно удивлюсь если между этими событиями нет связи. А еще…

Я вспомнил, где видел этот лес. Год назад, когда система пробудилась, я погнался за жабомордым коротышкой. Он спрятался в портале, за которым и скрывался этот же самый мир. После закрытия портала осталась мелкая круглая штучка, которую позже я переложил в карман плаща.

Хм.

Хммммм.

Вот откуда разрыв появился в квартире!

— Не время зависать! — Вика дернула еще сильнее.

— Да, да. — голова будто чугунная. — Я просто не ожидал так внезапно оказаться в сказке про ожившую шубу.

— Делать-то что будем?! — она принялась водить ладонью по лицу, залечивая глубокие царапины. Полосы все равно остались.

Прекрасный вопрос. Если монстр, родившийся из плаща, сохранил все его характеристики, он практически неуязвим. Как его владелец, я пережил разрубание надвое, падение с небоскреба, отсечение руки, выстрел из дробовика в упор, попадание под колеса и прочие подобные ситуации.

Единственный недостаток — падение ментальной стабильности. Но блин, это уже монстр, и нет у него никакого здравомыслия. Тварь будет рубиться, расщепляться и склеиваться обратно. Неприятно это признавать, но рано или поздно, мы выдохнемся. А вот оно — очень вряд ли.

Думай, Ким! Пока еще есть чем.

— Так… в первую очередь, нам нельзя разделяться. — решил я. — Вернемся к остальным. Будем держать круговую оборону. Возможно, нам удастся хоть как-то его утихомирить. Есть какая-нибудь анти-магия в твоих приложениях?

Вика нервно пролистала список.

— Ослабление! Аааа, блин, оно работает только в реальности! Что еще, что еще… Тихо. Расслабляющий спрей!

— Это еще что за фигня? — лекарство от радикулита?

— Он должен успокаивать монстров и беглецов. Чтобы с ними можно было поговорить. Бесполезная срань, но больше ничего нет. — Вика развела руками. — Придется попытаться.

Успокоить плащ… Вытащить из кармана телефон и убраться отсюда, пока чудище не очухалось. Определенная логика в этом есть. Вот только сам артефакт жалко.

— Звучит как план. Пошли, пока оно не вернулось.

Найти остальных оказалось легче. Настя орала как резаная. Добравшись до места, я понял, что нам придется иметь дело не только со взбесившейся шубой.

Точечными выстрелами, Олег сбивал роившихся вокруг них… осьминогов? Прозрачные пузыри со свисавшей бахромой тянулись к людям, словно мины.

Вика снова использовала свою способность, расщепив кость. Волна осколков смела большую часть нападающих.

— Надо уходить отсюда. — Олег тоже любит побыть капитаном.

— Пока нельзя. — я рассказал ему об умозаключениях, к которым мы пришли. Тем временем, Вика занялась раной Насти. Приложение не очень помогло. Нога все равно распухла и посинела в том месте, куда ужалила «медуза».

Налицо была постепенная потеря здоровья.

С воем, оно вылезло из песка прямо у меня под ногами. И сразу же, начало вести себя крайне некрасиво. Неприятная на ощупь, сухая, пульсирующая ладонь вцепилась мне в лицо.

Остальные конечности попытались заключить меня в отвратительные объятия. Что ж, если оно хочет потискаться, я не против. Лишь бы руки не распускало. Хм.

Извернувшись, я тоже ухватился за чудище. Моя рука вошла в бордовую, пузырящуюся субстанцию, оказавшуюся жутко холодной. Будто хочешь достать пельмени из морозилки, а пачка застряла у задней стенки. Ледяная волна прошла сквозь все тело.

В последнее время, вам очень холодно. Желание купить теплую одежду увеличено на 3 %

Спасибо! Какой полезный бонус! Не могу аж!

Каждое новое сообщение глупее предыдущего.

— Артур! — напарник прицелился, чтобы сбить эту дрянь с меня. Я резко замотал головой.

— Нет! Надо утихомирить сволочь, пока я ее развлекаю!

— Как скажешь! — выкрикнула Вика и накрыла нас обоих своей «ионной пушкой». Яркий свет ослепил меня. В воздухе появилась черно-белая табличка с надписью «Расслабляющий спрей».

Хотя, какой это спрей? Скорее уж луч, вырывающийся из ладони. Насколько я понял, его основная функция — побег. Приложение действует практически на любого монстра, кроме совсем уж диких бесов с кочергами. Вводит их в легкий, благожелательный ступор.

Длится он недолго, но, за это время можно договориться, убежать, или безнаказанно атаковать противника.

Я знал, что мне временно промывают мозги, но ничего не смог с этим поделать. Единственная реакция — «Ну и норм! Ну и ладушки…».

Зато, наконец-то хорошо разглядел застывшую тварь.

У монстра было нечто общее с осами. Теми темными, длинными осами, с оранжевыми крыльями. Которые откладывают яйца в пауков и больших тараканов. А потом, зубастая личинка прогрызает…

Как-то я отвлекся.

Пузыристая масса представляла собой дрожащий бордовый комок, напоминавший тело насекомого. Эта ледяная сопля росла прямо внутри плаща, повисшего на ней как здоровые пятнистые крылья.

Снизу, из нее торчали несколько пар бледных рук. Теперь, они лениво елозили по моей коже.

Голову этой фигне заменял еще один комок, с двумя торчавшими по бокам пальцами, видимо, обозначавшими рога.

У монстра даже не было имени. На информационной плашке только вопросительные знаки. Целый ряд вопросительных знаков.

Краем глаза, я увидел, как Вика толкает Олега в бок. Все происходило в сильно дешевом «слоу-мо». Будто кто-то поставил скорость реальности на одну четвертую. Медленнее, чем волшебные глаза.

На Олега снизошло озарение. Он побежал ко мне. ему навстречу, из тела монстра выскочила еще одна лапа. Изгибаясь под очень острыми углами, она вытянулась на несколько метров и ударила напарника прямо в челюсть.

И вот такие чудеса оно творит, будучи под наркозом.

А вот Вике удалось увернуться. Без Настиной помощи она бы тоже огребла, но призрачная рука прилипла к пятну, созданному волшебницей, и не успела дотянуться до своей цели.

Водяной элементаль вырос рядом со мной. Он тоже прикрывал Вику, пока та залезла в бездонный карман плаща.

— Чего ты там копаешься? — кричал Олег. Кулаки монстра разбивались о его водяную стену.

— Знаешь, сколько у него там всякой срани распихано?! — прорычала Вика, выкидывая всякие глаза, уши, и мозги оставшиеся от побежденных нами когда-то монстров. А еще номерок от больничного гардероба, кроссовок и надкусанную шаурму. Не спрашивайте.

Действие спрея прошло в ту же секунду, когда она наконец вытянула телефон и принялась его разблокировать. Монстр бросился на Вику со всей накопившейся яростью. Но я его не отпускал.

Мы с плащом повалились на песок.

Именно тогда, руки обхватили меня. Я почувствовал резкий рывок. Затем, ощутил, как намокает футболка.

Настя завизжала. Остальные бросились ко мне, по дороге реактивно матерясь. А я только и мог, что смотреть туда, где у твари должна была находиться голова.

Из бурлящей тьмы выплыло лицо. Обычное девичье лицо. Весьма симпатичное при том. Единственная странность (кроме того, что эта мордашка росла на псевдо-осе-взбесившейся шубе) — по три зрачка в каждом глазе.

Вика нервно трясла телефон. Вокруг нее начали формироваться искажения портала.

Олег уже был рядом, когда у него на груди появился имуги, которого я точно не вызывал. Морда дракончика зависла на уровне лица напарника. Имуги зарычал, намекая Олегу, чтобы тот стоял смирно.

Все события заняли секунды две. Но для меня они растянулись на полчаса. Может быть, так всегда, когда у тебя почти не остается здоровья. Я ведь впервые оказался в такой ситуации.

Или же, меня еще не отпустили эффекты приложения.

Лицо просто смотрело на меня. Не злилось, не улыбалось — как обычно делают таинственные лица, возникающие в неожиданных местах. Тем временем, все новые и новые руки проникали в мое тело.

Прежде чем все исчезло, я мог только наблюдать как оно рассыпается в пыль. И прочесть очередное бесполезное сообщение.

Кажется, вы потерпели поражение. Надеемся, это был длинный путь и вас ожидает достойный конец. Окончательная статистика будет отправлена ближайшим родственникам и соратникам, связанным с Амаравати.

Благодарим за сотрудничество, и достойной после-жизни (если вы в нее верите).

R181 — Дракон

Иногда, когда особенно сильно получаю по лицу, я оказываюсь в этом треклятом, наполовину разрушенном дворце. Там, где стоят пустые троны Старшей Арканы, а в небе сверкает целая галактика Паутины. Красиво, но блин, как же отвратительно! Даже набережная из видений Кворла и то предпочтительнее.

Сейчас это не так уж и похоже на сон. Хотя бы, потому что я одет, не скован по рукам ногам, и система на своем месте. Правда, я потерял больше половины заработанного опыта, о чем меня сразу оповестили.

Нда. Ким, ты пал смертью храбрых. Случись это дома, тогда все. Гасите свет. А здесь придется еще побарахтаться. Смутно помню, моя бешеная шуба в нескольких местах пробила меня насквозь тощими граблями.

При том, я даже не сопротивлялся, пока получал критический урон в пузико. Просто смотрел на свою убийцу глазами несчастного ягненка. Возможно, это какая-то метафора человеческих отношений, я в них плохо разбираюсь. Одним словом, позорище. Главное, не понятно, что теперь делать.

Зал несколько изменился со времен моего прошлого визита. Теперь здесь было гораздо холоднее. Впрочем, особого температурного дискомфорта я не испытывал. Кроме ледяных глыб, в помещении появился еще один ряд тронов, еще более потрепанных временем. Когда только успели сделать перестановку?

Я прогулялся по балкону, полюбовался на звезды. Обнаружил, что все выходы давно запечатаны вечной мерзлотой, и эти обвалы заросли сосульками. Скалы слишком гладкие, чтобы по ним лезть. И зачем? Внизу — затянутая облаками бездна.

— Наслаждаешься видом?

Эту женщину я уже знаю. В другом страшном сне, она сидела за столом, наблюдая за тем, как я теряю контроль. Барышня устроилась на перилах, внимательно разглядывая меня. Еще, она была подозрительно похожа на морду, которая со мной только что расправилась.

— …Бешеная шуба? Все, я окончательно перестал что-либо понимать.

— С тобой такое бывает. — согласилась она. — Такой вспыльчивый, робкий. Склонный к панике. Такой… смертный.

— Это да. К счастью, мы все еще в Паутине. Можно узнать, — вздохнул я. — Зачем это все?

— Помнишь, как ты в первый раз оказался на грани жизни и смерти? — ответила женщина с легкой усмешкой. — Видел сон, и бродил по этой крепости. С твоей стороны, Артур, довольно наивно было считать себя достаточно значимым, чтобы привлечь внимание кого-то из бывших Администраторов. Дух, что внутри тебя, возможно. Но ты сам…?

С неба что-то упало. Какой-то бледный, влажный мешок. При более близком рассмотрении, это оказалось тело. Точнее два тела, будто сшитые вместе. Та самая двуполая голова, с которой я имел удовольствие беседовать в прошлый раз. Создание дергалось, извивалось, принимая свой истинный облик, не имевший ничего общего с человеческим. Какая-то воняющая тухлой рыбой многоногая тварь.

Мавазит — Уровень 10

— Эээ…

— Ты потерял связь с духом, зато умудрился подцепить мерзкого паразита из гнилых болот. — сказала она. — Множество мелких созданий проникают в твой мир и остаются незамеченными. Их можно встретить в глухих, заброшенных местах. К счастью, я смогла тебя исцелить до того, как это произошло. Предыдущий дух совсем не заботился о чистоте твоей души.

Бандит, которому я когда-то навалял у дверей магазина тоже был заражен. Как и парень в автобусе. С ним Настя разобралась. Неужели пока мы занимаемся всякой ерундой, у нас под носом распространяется эпидемия…? Нет, погоди. Сейчас это не главное.

— Кто ты? Откуда мне знать, что ты сама не паразит?

— Ты уже знаешь, кто я. — улыбнулась она.

— Я понял, что ты захватила мой плащ. И те бледные лапы, что мне мерещатся — тоже твои. Это не ответ на вопрос. — я подошел к ней почти вплотную. — Что ты, черт возьми, такое?

— Твое наследство. — барышня прошла сквозь меня, на секунду став пузырем багряной смолы. — Дух, скрытый внутри артефакта. Так уж вышло, что ты теперь мой хозяин. К несчастью, прежде чем я смогла установить с тобой связь, нужно было избавиться от паразита. Он оказался крепким орешком, даже после того, как я поглотила сущность Дьявола.

— И ты выбрала очень элегантный способ, ничего не скажешь.

— Другого пути не было.

— Мы могли попробовать таблетки от глистов…

Изящной походкой, женщина направилась ко входу в крепость. Я последовал за ней. — Секундочку. Дядя Миша никогда не упоминал никаких духов в плаще. Он просто говорил, что его опасно долго носить.

И был прав.

— Старик не нуждался во мне. Я позволяла ему пользоваться даром, но и только. Мой голос он глушил выпивкой и жалостью к самому себе. Но ты, Артур… — на секунду она развернулась и прикоснулась пальцем к моей груди. — У нас с тобой возникла крепкая связь. Идем. Я кое-что тебе покажу.

Она взяла меня за руку. Ее кожа была холодной, будто чешуя. Касаясь ее, я чувствовал нечто… привычное. Комфорт. Сложно объяснить. Определенно, это как-то связано с тем, что я уже какое-то время хожу исключительно в тренче.

— Значит, ты и есть «Реквием»?

— У меня есть имя, и его ты тоже прекрасно знаешь. Называй меня Ын-Бёль. Я уже говорила, у нас с тобой плотная связь. Настолько, что мы разделяем целую способность.

Дух артефакта показала мне скрытый проход среди льдов. Изъеденная влагой лестница вела куда-то наверх.

— Так этих жутких мелких тварей призываешь тоже ты?

— Прошу, не говори так про наших детей.

У меня аж дыхание перехватило.

— А ты как думал, Артур? Я даю им плоть, а ты свой разум. По всем признакам, имуги — плод нашего с тобой союза. Не стыдно заставлять их подавать пульт от телевизора и тапочки?

Еще они смешно фыркают, ловят пивные банки зубами и могут поймать крысу в мусоропроводе. Мы с Олегом проверяли. Обычные дети так не умеют.

В маленькой комнатке на самой вершине крепостной башни, в цельном куске льда покоился мой внутренний голос. Дурак завис, опустив вниз лапы. Его темные космы закрывали широкое, клыкастое лицо.

Дух выглядел крайне жалко.

— Разве он…

— Жив. — пояснила Ын-Бёль. — Если бы он погиб, тебя бы тоже не стало. Но это тебе уже известно.

— Но…почему он здесь, а не внутри меня?

— Он там, где был всегда. Разве ты не понял? Это не какая-то далекая планета в Паутине. Мы в твоей душе, Артур.

Я недоверчиво посмотрел на нее. — Почему здесь тогда такой срач?

Серьезно? Вот эта «двести лет без ремонта» развалина — моя душа? Запустил, ты ее, Ким. Ох, запустил.

— Потому что тебе давно пора привести в порядок мысли.

— Чистая правда. Так как мы его оттуда вытащим?

Мы все еще держались за руки. Через меня будто электрический разряд прошел.

— Как только ты станешь сильнее и найдешь внутренний покой, этот лед растает и твой дух вернется. До тех пор, я буду твоим голосом.

Спустя примерно минуту размышлений о том, хочу ли я бешеную шубу на место второго пилота, я спросил. — Ты можешь спасти меня от превращения в генма?

— Спасти? Нет. Замедлить, в надежде что ты растопишь лед до конца конверсии? Сделаю все, что смогу. Но пламя копится слишком быстро.

— …Почему ты мне помогаешь?

— У тебя проблемы с доверием, Артур?

— У меня ментальные паразиты. И невроз. И ролевой синдром. А еще я немного перфекционист.

Разблокирована карта: Дракон (The Dragon)

«Под тусклым светом черных звезд… Там, где последние огни летят на бесшумных ветрах среди мертвых солнц… Я буду держать тебя крепко, любить беспощадно».

Уровень карты: 1

Карта дает бонусы к способности «Потомство Ын-Бёль»

Получен бонус: + 10 % к характеристикам Имуги.

…

— … а сейчас, он откроет глазки свои ясные, и начнет интенсивно недоумевать, — звучит голос. Знакомый и скрипучий. Вокруг меня гудят и пищат странные механизмы.

В такие моменты, я скучаю по простой и приземленной жизни, где тебя не перемещают сквозь космос. Что мне сделать, чтобы больше никогда не посещать альтернативный дурдом? Возродить духов? Шутки шутками, но это довольно приличный довод за.

Я пришел в себя в лаборатории Тэна. Все остальные тоже были здесь, включая девушку-лампу-саранчу.

— Ну как, жив? — спросила Вика. Она сидела рядом с моей койкой. Вид у нее был одновременно свирепый и несчастный.

— Вроде бы, — кивнул я.

— Доктор, если я сейчас придушу этого идиота, он ведь снова очухается? — а ведь она могла и не шутить. Я даже не успел безвкусно пошутить, но кто-то уже тянется к моей шее.

— Сильная девчонка… — прошипела моя новая внутренняя богиня, пользуясь той же частотой, что и Дурак. Я слышал ее, и мог мысленно ответить. — Если хочешь, я могу откусить ей руки.

— Даже не думай.

— Не трогай пациента, ему и так пришлось не сладко, — осадил Вику Тэн.

— Охренеть. Ты действительно вернулся. — Олег лежал на соседней койке, весь в бинтах, и казался здоровее меня, якобы полностью исцелившегося.

— Сам в шоке.

— Как самочувствие? — спросил Тэн. — Жалобы есть? Странные видения не беспокоят?

— А разве… — очень сложно было собрать мысли в кучу. — Разве вот такое восстановление из пепла не решает… ну все… проблемы со здоровьем?

Так же сложно подбирать слова, чтобы выяснить действительно интересующий тебя вопрос, при этом, не выдав соратникам, что ты медленно становишься вампиром.

— Ты уже знаешь ответ. — бурчала Ын-Бёль. Она когда-нибудь прекратит это повторять?

— К сожалению, некоторые болячки не в силах исправить даже могила, — покачал головой ученый. — В редких случаях, смерть в игре может их даже усугубить. Хорошо, что у тебя нет никаких проблем.

Вот же блин. Он сказал это так, явно давая понять — проблемы никуда не делись, и стали только хуже.

«Реквием Здравомыслия» плавал в большой колбе с мутной водой. Обычный вычурный плащ. Никаких следов убившей меня сущности. Оно и понятно, она теперь сидит у меня между ушами.

— Так что случилось? — поинтересовался я. — Имею в виду, после того как…

— Эта дрянь нас чуть не загрызла, — ворчала Вика. — Потом из портала пришла вон та жуткая девка и спасла нас. Еще, твоей подопечной отрезали ногу, но доктор сказал, жить будет. Может даже начнет бегать, хотя в этом я сильно сомневаюсь.

Я посмотрел на Настю, лежавшую на дальней койке. Она отвернулась к стене и полностью накрылась плотным синим одеялом. Затем, посмотрел на Тэна.

— Слишком много времени прошло. Пока Дэйдре успокаивала безумный артефакт, — сказал ученый. «Ламповая» дева помахала мне черной, костлявой ручкой. — Я не мог подобраться. А заражение в ноге прогрессировало. Надо сказать, вас занесло в достаточно гнусный мирок. Много ядовитых тварей. Пришлось ампутировать конечность.

Мы общаемся минут двадцать всего, а новая баба меня уже напрягает. — Почему ты не давала ей помочь?

— Потому что они пытались меня убить. — невозмутимо отвечает она. — Тогда бы и ты не выкарабкался. Все, что я делаю, только ради тебя.

Можно вернуться обратно в мой внутренний мир? Там весело. Жуки бегают. Здесь слишком много людей, страдающих из-за моей глупости. В первую очередь — я сам. Потом Настя, которую я сначала довел до приступа, а потом спас. Но потом, загнал в густой, опасный лес. И пока еще не спас.

— Разве у тебя нет какой-нибудь суперполезной штуки, которая лечит все и сразу? — местная наука тесно связана с магией, и они почти ничем друг от друга не отличаются. Пожалуйста, не говори, что со всеми этими нарушающими любые естественные законы тварями вокруг, ты не можешь исправить последствия укуса какой-то медузы.

— Вообще-то есть, — хмыкнул Тэн. — Но, сам понимаешь, я не могу выпустить твою подругу обратно в смертный мир, пока проходит лечение. Ей придется побыть здесь.

…

Я бы тоже хотел остаться (минут на сорок) и поговорить о своих проблемах, но Вика буквально за уши вытащила меня обратно в реальность. Едва успел забрать артефакт, не смотря на протесты соратников. В смертном мире уже была глубокая, но светлая летняя ночь.

Около бывшего жилья собрались все муниципальные службы разом. По берегу будто прошел ураган (и чисто технически, так и было). Пострадал не только гараж дяди Миши. Ветер из портала повалил столбы, выбил окна у построек на другой стороне бухты.

— Довольна? — спросил я у сущности. — Твоих рук дело.

— Зато, ты жив и от паразитов избавился. — хмыкнула сущность.

— Спорно.

Зная специфику работы, я ожидал увидеть Андрея на месте происшествия. Или Данила. Но знакомых наблюдателей… не наблюдалось.

На покосившемся столбе сидела старушка неопределенного возраста, в пределах восьмидесяти-ста, с волосами желтыми, как спелый лимон.

Про девяносто третий уровень наблюдательницы я, пожалуй, промолчу. Мы с Олегом видели ее впервые. Вика буркнула что-то вроде «Кого-то она мне напоминает…», и по ее тону я не смог понять ровным счетом ничего.

Подойдя ближе, я заметил над головами собравшихся людей темные облачка с ровными вертикальными полосками. Даже информационные плашки отодвинулись, чтобы освободить место для этих новообразований.

Смертные работали весьма активно. Сразу было ясно, что они не под гипнозом.

Когда наблюдательница надела перчатки, эти штуки исчезли, но в поведении окружающих ничего не изменилось. Они продолжали исследовать место катастрофы, но на нас не обращали никакого внимания.

А потом, словно из ниоткуда, возникла моя сестра и со всей силы врезала мне по лицу.

Я ощутил, как внутри вскипает гнев. Еще немного, и сущность в виде дракончика вырвалась бы, чтобы покарать Алису. Послал ей одно четкое сообщение. — Тронешь сестру, сброшу тебя в солнце. А наемники мне в этом помогут.

Дракон затих. Вот именно. С Дураком у нас были партнерские отношения. А сейчас нужно установить некоторые правила. Ын-Бёль вроде как пытается защитить меня, но ее методы какие-то корявые. С другой стороны, если бы она врала, то вела бы себя умнее.

Алиса-то что здесь забыла? Как вообще успела? Почему? Эй, женщина, разве вы не должны были замять все случившееся? Наблюдательная заметила мое недоумение, но в ответ, всего лишь показала «палец вверх».

Алиса очень зла. Если бы могла, точно испепелила бы меня лазерами из глаз. Я сделал вид, что мне очень и очень больно.

— Эй! За что это?! — спросил я, старательно натирая щеку. Как минимум на Золотой глобус иду.

— За что? Ты спрашиваешь еще?!

— Может мы… того… пойдем? — шепотом спросил Олег у Вики.

— Охренел? Я посмотреть хочу! — она толкнула его в бок.

— А я тебе объясню! — ругалась сестра. — Представляешь, мне среди ночи звонит твоя мать. Вот так сразу, ты понимаешь, что дело серьезное!

Технически, это все же наша мать, но я не виню тебя. Хотя, я бы тоже занервничал, если бы она позвонила. Матушке в принципе плевать, чем я занимаюсь и что со мной происходит. С тех самых пор, как она впервые поговорила с психиатром.

— И представляешь, мама очень за тебя волновалась! — голос Алисы дрожал.

— Вот теперь и мне страшно.

— Она спросила, все ли у тебя в порядке. Я ответила, мол не имею не малейшего понятия. Но все же решила перезвонить, но трубку ты не взял.

Мой обычный телефон сейчас валяется в джунглях. Возможно, прямо на нем сейчас спит усталый лев.

— Прости. — я обнял сестру. Она не сопротивлялась. — Сама видишь, какой здесь бардак. Я даже не знаю, где сейчас его искать.

— Раз уж я проснулась, — продолжала Алиса, прижавшись щекой к моему плечу. — Залезла в интернет. И узнала, какой у тебя сегодня был улетный вечер.

— И не говори. — еще чуть-чуть, и мы бы точно улетели в Изумрудный город.

Тем временем, Элли и Тотошка перестали подслушивать и занялись своим делом. Появился взъерошенный Петя. Хозяйка приказала ему отобрать у Олега телефон, а тот начал бегать от телохранителя, аки первоклассник.

— Прости еще раз. — сказал я. — Не думал, что ты так быстро узнаешь. Собирался позвонить, как только появится возможность.

Более интересный вопрос. Кто осведомил маму? Тоже не спалось и прочитала в интернете? Что-то я не помню от нее такой заботы в тот день, когда мне чуть почки не отбили. А ведь отец ей звонил.

Повышен уровень связи с картой: Верховная жрица (The High Priestess). Текущий уровень связи: 7

Усиление карт — это конечно хорошо. Просто прекрасно. Но мы как-то уж очень близко подобрались к рождению Жрицы. Если я не хочу, чтобы Алиса обрела болтливую, невидимую подругу, мне стоит найти кого-то другого с подходящей картой.

Ту же Дэйдре. Ламповая дева раньше проявляла ко мне нездоровый интерес, но лучше уж она станет инкубатором, чем моя сестра.

Даже представлять не хочу, что она подумала. Если бы все было наоборот, я б уже тут все разнес. По крайней мере, мне так кажется. И сейчас готов был разломать еще не разломанное, только из чувства гневной солидарности.

Неопознанные системные флуктуации. Просьба обратиться к предводителю ближайшего сообщества, либо дождаться окончания внутренней диагностики.

Хорошо еще, галлюцинации не успели вернуться. Блин, зачем я про них вспомнил? Сейчас точно что-нибудь померещится.

— Я вызвала такси. — сказала Алиса. — Если хочешь, поехали домой. Не будешь же ты ночевать на обломках.

— Да я… как бы, — Из лесу мы выбрались, но на повестке дня оставался еще один вопрос. Достаточно важный. — Мне надо поговорить еще кое с кем.

Алиса выглянула из-за моего плеча. — Так ты все-таки продолжаешь мутить с няшей! — фыркнула она и игриво стукнула меня кулаком. — Молоток! Я тебе еще тогда сказала, за нее стоит держаться. Ты у нас оказывается мерзкий бабник, Артур!

— Можно хотя бы сегодня без всяких нехороший инсинуаций? Нас чуть не унесло в Японию. — или скорее в дикую Африку. — И она мне не девушка, если что.

— Можно подумать, ты бы отказался! — рявкнула Вика между делом. — То же мне, выискался тут… А ты, не смей там ему всякие мысли в голову вкладывать!

Все же, у нее слишком хороший слух. Да еще со всеми этими приложениями.

— Между вами тремя что-то случилось? Просто Олегу сейчас, кажется, прилетит в дыню.

— Мы обсуждали один важный вопрос, когда поднялся ветер. Надо закончить разговор.

К сожалению, перед этим меня ожидала беседа с полицией, относительно случившегося. Радовало одно — домики для бездомных поросят развалил не я, а безжалостная стихия, а потом компенсацию предстояло получать, а не выплачивать.

Наблюдательница растворилась в воздухе, не сказав нам ни слова, но свое дело сделала. Смертные свято верили в историю про ураган, и не задавали лишних вопросов. Мне правда показалось, что один из соседей упомянул пчел, но не стану же я его расспрашивать прямо там?

С другой стороны, не все было так гладко, как могло показаться. Машина Олега, хоть и осталась на нашем плане бытия, успела искупаться в океане. От этого, напарник скис еще сильнее, и мне пришлось довольно долго уламывать его, чтобы остаться. Пётр повез Алису домой (аттракцион невиданной сдержанности от представительницы элит), а мы устроились в гостиной коттеджа. Надеюсь, хоть этот дом никуда не улетит.

R182 — Императрица (2)

— Так что ты там такое выяснил, что не может подождать до завтра? — устало сказала Вика. Она успела переодеться в зверскую желтую пижаму с ушками. Даже не подозревал, что у нее есть такая крестьянская одежда. — А лучше, до следующего вторника.

Олег плюхнулся на белый диван, размазав по нему следы далеких земель. Широко зевнул, — Вырубает, жуть просто.

Хозяйка втянула воздуха в грудь, будто собиралась снова разораться. Но продолжила неожиданно тихо. — Задрыхнешь прямо здесь, я позвоню твоей жене.

— Зануда. — буркнул напарник. — Ему, значит, можно…

На меня намекает? Хитро как.

— Тоже нельзя. Но раз уж домик из кубиков развален, разрешаю тебе, Артур, перекантоваться здесь, пока ищешь жилье. — она свирепо зыркнула на нас обоих. — Не потому, почему вы подумали. Давай уже, Ким, рассказывай свою охренительную историю.

Действительно, давно пора перейти к делу.

— На самом деле, рассказывать-то и нечего. — сказал я, прикладываясь к кружке. Вкусный кофе, блин. Это вам не пакетики за двадцать рублей. — Нам нужно решить, что мы будем делать с Кузьминским.

— Ты опять за свое? — простонал Олег. — Оставь его в покое. Мужик просто делает деньги. Как умеет.

— Дру-у-г! — я пощелкал пальцами у него перед лицом. — Не просто делает деньги. Он связался с той гнусной серо-зеленой дрянью. Его подручная чуть нас не придушила. Ты и сам знаешь, что он сделал с Настей, и той, второй девушкой. Предлагаешь закрыть на все это глаза?

— Погоди. Дай-ка с мыслями собраться. — Олег потер виски. — Ща скажу. Настя заразилась, находясь рядом с фермой Мейера. А твоя Альфия, или как ее там зовут, оказывается, работала в дочернем предприятии «Логос-Новик». Ну как, а? Есть что возразить?

Опаньки.

— Серьезно? — какие занятные сведения, о которых я почему-то слышу впервые, хотя встретились мы изначально, чтобы обсудить именно это.

— Само собой. Даже не пришлось глубоко копать. Про нее написали в местных новостях, именно потому, что Кузьминский оплатил лечение. В той же статье написано, где она работает.

— То есть, ты думаешь, во всем виноват Мейер?

— Мы уже выяснили, он молится пеньку. — сказала Вика.

— Как минимум, он тоже в этом замешан. — подтвердил Олег. — Видишь, в игру играют двое. И если бы не девчонки, мы бы понятия не имели, что рядом с нами сектанты ведут свои разборки.

— В любом случае, этот мужик опасен. Он в принципе не осознает, какой вред наносит. Ему просто насрать.

— А уж Мейеру — тем более. Еще скажи, что у олигарха руки не по локоть в дерьме.

— Факт. — добавила девушка.

— Слушай. Я все могу понять: у тебя сейчас сложный период в жизни. Проблемы с женой, работа, вот это вот все. И вся чушь про социальный дарвинизм и поиск себя, которую он вливает в уши своей пастве с тобой как-то резонирует. Но ты разве не видишь, что черта пройдена?

Олег отмахнулся от меня. — Какая, блин, черта? Той бабе он расходы возместил. Если бы знал про Настюху, ей тоже бы дал денег. Да, он мудак. Но в книгах пишет правильные вещи. А значит, не пофиг ли нам, какой он мудак в реальной жизни?

Ын-Бёль почему-то не предложила откусить ему голову. Сущность молчала с тех пор, как я рявкнул на нее. Сейчас, я был вот настолько близок, чтобы принять его предложение.

— Твою мать, а? У него рожа мухоморами заросла! Какие еще правильные вещи?!

— Артур, успокойся. — твердо сказала Вика. Сразу же после ее слов с кухни донесся дикий грохот. — Если ты и на мой дом навел каких-нибудь пчел, беги из города.

Я сидел ближе всех к барной стойке. Заглянув за нее, увидел, что дверка мини-холодильника сорвана с петель. Чешуйчатая четвероногая тварь, выросшая до размеров маленькой собаки, увлеченно грызла замороженные полуфабрикаты.

— Как она сюда попала? — Вика, кажется, совсем не встревожилась и не испугалась.

— Шла за нами по запаху через два портала? Как вариант. — предположил я.

Маленькая гидра вытащила часть голов из холодильника, громко пискнула. Вика уже подбиралась к ней сзади, с куском салями в вытянутой руке.

— Что ты делаешь? — спросил я.

— Ща я ее добью, погоди. — Олег сбегал за посохом.

— Пошли вон отсюда, упыри безмозглые! — прорычала Вика, и стала разговаривать с животным, как с ребенком, рисовавшим на обоях. — Не надо так делать. Это лед. Если будешь его есть, можешь заболеть. Попробуй вот это, куси-куси-куси.

— Совсем поехала. — пробормотал напарник. Ну да, кому как не тебе ставить нам всем диагнозы.

Гидра потянулась к угощению. Понюхала. Лизнула своим змеиным языком. Смешно перебирая пухлыми лапками, развернулась и вгрызлась в колбасу тремя головами из шести.

— Вот так, молодец. — девушка протянула руку и погладила свободную голову. Гидра прикрыла глаза, будто сова, которой чешут переносицу. — Не торопись, у меня есть еще.

— Вик, это дикая тварь из дикого леса. — тихо сказал я, перелезая через барную стойку. — Знаешь, что делаешь? Уверена?

— Эта малышка родилась у меня на глазах. — ответила она. — Можешь считать меня какой угодно сукой, но я не собираюсь воевать с детьми. И тебе не позволю.

— Ты назвала дитем ящерицу-мутанта. По-моему, это немного разные вещи.

Гидра доела салями, сделала еще несколько шагов в сторону Вики. Потянулась, и тыкнулась носом ей в шею. И вторым носом. И третьем. И носами с четвертого по шестой.

— Ух ты, какая же ты все-таки лапа. И совсем не дикая.

— Оно увидело тебя сразу после вылупления. — сказал Олег. — И теперь, думает, что ты его мама. Прямо как большой гусь. Очень странный, уродливый гусь.

…

— Когда мне было восемь лет, — на улице уже светало, а Вика все продолжала играть с гидрой. — Мне подарили котенка пумы на день рождения. Он прожил со мной полгода, пока не прокусил горничной ногу. Отец тогда от злости чуть не лопнул.

Мифическая тварь пищала, терлась головами об диван и в целом, демонстрировала несвойственное хладнокровным животным поведение. На то она и мифическая, наверное.

— Усыпили? — спросил я.

— Горничную? Хотели. Эта курица еще год потом пыталась стрясти с нас денег. Уже после того, как ей отвалили пятьсот тысяч.

— Я вообще-то про пуму.

— Передали в корейский зоопарк. Ты что, я бы сама там кого хочешь усыпила к хренам собачьим. Нельзя винить животное в человеческой тупости.

Что ж, это более ответственный подход, чем спуск крокодилов в унитаз. Однако только наша поехавшая на всю голову элита может дарить детям хищных животных.

— Если ты настолько любишь природу, как у тебя рука поднимается охотиться на милых зверушек с луком? — я, походу, слишком устал, чтобы спать.

— Охота — тоже часть природы. Та же пума в любой момент может пойти и загрызть зайца, собаку, оленя, тебя. Природа вещь жестокая. Как и сама жизнь. Мы оба охотимся на монстров, Ким.

— Вот на этого мы почему-то не охотимся.

Гидра меня услышала, повернула крайнюю голову. Ее взгляд обещал безжалостный и свирепый «кусь».

— Потому что она милашка. И я запишу ее в питомцы. — Вика растянула эластичные мешки на змеиной морде. — Да? Будешь со мной жить?

— Всякую гадость тащишь в дом…

— Радуйся. Иначе бы ты сейчас ночевал на пляже.

Ну, нет, конечно, я поехал бы к сестре. А потом, Андрей проел бы мне все мозги. Кстати, мне показалось, или Петя так и не приехал обратно? И еще одно кстати.

— Наблюдатели тебе вставят за это. Все. По очереди, — напомнил я зоозащитнице. — Для питомца нужно разрешение.

— А мы никому не скажем, правда? — она все сюсюкала с клубком змей, приделанном к пухлой ящерице. — Что в этом плохого? Звери не превращаются в беглецов, тем более питомцы. И если нас кто-нибудь сдаст, я его не прощу, Артур.

— И в мыслях не было. Просто, напомнил, чтобы ты была осторожнее. А так, можешь, кого угодно тащить себе в кровать. Гидр, сатиров, кентавров, медуз…

— Ты прямо нарываешься сегодня, — хмыкнула Вика. — Что, сдох и резко осмелел?

Чисто технически, игра распыляет тебя еще до того, как ты двинул кони по-настоящему. Потом восстанавливает, целого и невредимого. Но это все же довольно своеобразный опыт.

— Я слышал, как ты кричала.

— И что? Да, признаю, я испугалась. Пока не вспомнила, где мы были. Елки-палки, целый самолет уродов!

— У них это считается за красоту. Девушка с шеей на шарнирах строила мне глазки.

— Она спасла нас. Сделай милость, пригласи ее на ужин. Это как минимум.

— Не спасла бы, если бы не ты.

— Я с тобой на ужин не пойду. — Вика взяла гидру на руки, чтобы почесать ей брюшко. — Знаешь, если бы мне было настолько плевать на всех, как тебе кажется, я бы тебя бросила валяться вон там, на пустыре, когда кровью истекал.

— А говорила, просто информация нужна.

— Дурак ты, Ким… — вздохнула Вика.

Именно. У меня так и в характеристиках написано.

— Слушай, — я сел, так как смысла лежать больше не было. Вместо головы у меня было нечто, больше похожее на самовар, — Я говорил с тем парнем, который работал на Мейера.

— Да, я в курсе, — ответила она. — Думаю, если бы ты узнал что-то охренительно важное, уже бы давно сказал.

— Вообще, да. Никаких зацепок. Кажется, твой отец с этими культистами никак не связан, — ну, разве что дружит и ведет дела с их предводителем.

— Хорошо, если так. Было бы забавно. Батя молится на морепродукты. Дочь завербовали в космическую задротскую Уганду. Мать… хз, не могу придумать.

— Ты вообще про нее почти не говоришь, — заметил я.

— А должна? Мама не представляет какого-то научного или практического интереса. Не вижу смысла впутывать в наши с тобой дрязги.

— Ну да. Как там говорил классик: «мать» — антоним слова «приключение».

— Слышь, приключенец. — Вика слезла с кровати, оставив болотную тварь барахтаться в одеяле. — Мать вроде как переживала за тебя. Ты б съездил, успокоил ее что ли.

— Вик, ей пофиг. Это просто какой-то странный приступ эгоизма. Само пройдет. И вообще, когда я успел тебе рассказать про свою неблагополучную семью?

— Когда приперся среди ночи в гавайских шортах. Какая тебе разница, а? Ну сгоняй, а если она тебя пошлет, как всегда, ты хотя бы сможешь сказать, что пытался.

— Чушь все это, — я отвернулся. Но Вика развернула меня обратно. С каких пор она такая сильная? Нет, это скорее я дико ослабел.

— Артур, я не дура и не слепая.

— Ты это уже говорила.

— Сестра уже тебе вломила, я сейчас добавлю, — сказала она сквозь зубы. — С тобой что-то происходит, я же вижу. Год назад ты таким не был.

— А еще через шесть лет, в моем теле вообще все клетки обновятся, — так-то она права, конечно. Просто, я не думал, что это настолько заметно. Товарищ председатель, мы катимся в пропасть, на дне которой нас ждут вампиры.

— Не знаю, что в твоей башке творится. Но явно нужно что-то менять. Например, помириться с родней, раз уж ты уже не псих.

Спорное утверждение. А в башке моей живет тетенька, которая со мной, походу, больше не общается.

— Мне стало легче после разговора с родителями. — Вика положила руку мне на лоб. Могла бы, и помыть после гидры-то. — Может и тебе станет.

— Ты им что, все рассказала?

— Нет, конечно. Дебил что ли? — снисходительно фыркнула она. — Такие вещи знать опасно для здоровья. Особенно отцу. Просто, попыталась восстановить сожженные мосты. Сам знаешь, как это бывает.

— Может ты и права.

— Не может, а права на все сто сорок шесть процентов. Чтоб завтра сгонял в деревню, или где они у тебя там живут.

Нет. Завтра… Точнее уже сегодня, мне надо встретиться с другими людьми. Потом, можно и в деревню. Там уже хоть трава не расти.

Повышен уровень связи с картой: Императрица (The Empress) Текущий уровень связи: 9

R183 — Башня

Разве ж может человек спокойно отдохнуть в этой новой жизни? Я ворочался до обеда, отбиваясь от навязчивых образов и системных уведомлений, о повышении толщины ногтей на одну десятую процента. Принудительная глитч-система перезагрузилась и больше не глючит. Но полезных вещей среди предложений так и не появлялось.

Как только уставший мозг погрузился в сладкое забытье, внизу заорала Вика. Раздался грохот, лязг металла, звон битой посуды.

Какая же она, блин, громкая! Если срочно не найду жилье, есть большой риск оглохнуть. Спустившись вниз, я обнаружил хозяйку дома в боевом режиме.

Противник оказался прикован к стене палкой от швабры, шампурами и вилками. Тимофей ерзал, пытаясь вырваться, но боеприпасы крепко вошли в бетон.

— Совсем, мать их, страх потеряли! — рычала Вика. — П-е-е-тька! Где тебя, блять, носит?!

Оборотень уже был в пути. И когда он успел вернуться?

— Артур! — вскрикнул писатель, увидев меня.

— Знаешь его? — спросила девушка.

— Типа того. Расслабься, он наверняка по делу, — я хотел выдернуть хотя бы швабру, но мне не хватило сил. Хорошо зашла. — Слышь, ты чего здесь забыл?

— Я звонил, — бормотал Тимофей. — Но ты же трубку не берешь! Ну и приехал, а там дыра на месте твоего дома и куча ментов. Пошел спросить, что, собственно, случилось. Как знал, что ты здесь!

— С тобой я сейчас разберусь. А ты, — она напала на охранника. — Че ты его вообще пустил?!

— Хрен его знает, товарищ начальник. — Петя виновато тер затылок. — Смотрю, стоит какой-то черт, рожи корчит. Оглянуться не успел, уже крик поднялся.

— Опять за свое? — я показал Тимофею кулак.

— Знаешь что, у меня из-за вас, козлов, всю квартиру вынесли. Полбутылки коньяка, хлеб. Холодильник обчистили, — бормотал он. — Ты вообще в курсе, сколько стоит заменить дверь? Все донаты за апрель ушли! Теперь придется усиленно писать порнуху, потому что регулярно платят только за нее!

— Через эти пасы руками, он может брать людей под контроль, — пояснил я собравшимся. К счастью, Вика оказалась гораздо быстрее, и утыкала «колдуна» острыми предметами.

— Вот сука! — плюнул Пётр. — А я-то думаю…

— Ну вот, спалил! — огорчился бывший культист. Наверное, бывших культистов не бывает.

— Что это вообще за немытый долдон? — ее взгляд как бы говорил «я пускаю тебя переночевать, Ким, а с утра эта лысая Машенька ест из моей чашки? Виноват ты, и только ты!».

— Старый добрый соратник Мейера, — сказал я. — Который, я надеюсь, пришел с хорошими новостями, а не просто пожрать.

— Как тебе сказать… — замялся Тимофей. — Сначала выдерни все железки, тогда может и будет, что обсудить.

У меня оставалось все меньше времени, и я не собирался тратить его на всякую ересь.

— Так, мать. Веди гидру, здесь нужен более жесткий подход.

— Гидру? — удивился охранник.

— Потом расскажу, — кивнула Вика. — Сами разберемся.

Она пообещала Тимофею, что выпустит его на пустырь рядом с домом и будет обстреливать с высоты балкона. И пусть только попробует убежать. Тогда в дело вступит Петя.

Мохнатой лапой с красными серпами вместо когтей, охранник выдернул все шампуры. Но швабру оставил, чтобы было еще чем торговаться. Информатор окончательно скис, опустил глаза.

— На самом деле, все прошло ровно, — нехотя сказал Тимофей. — Я сходил к Романычу. Мне там чуть не отвесили звездюлей. Рассказал все, что было.

— И что? Не тяни.

— Он согласен встретиться на нейтральной территории, — выдохнул писатель. — И чтобы я там тоже был.

То, что он встречу организовал — это прекрасно. Нам давно пора побеседовать с товарищем Мейером и все выяснить. Есть только одна проблема. Интересно, обладает ли большой начальник какими-нибудь неприятными способностями? И сумею ли я с ним сладить со своим внезапно одиннадцатым уровнем? И успею ли восстановить силы?

— И где у нас теперь нейтральная территория? — обладатели дальневосточных гектаров поделили всю тайгу. Плюнуть нельзя, чтобы не попасть в какой-нибудь будущий огород.

— Он будет ждать нас на Скребцове, послезавтра, в семь утра, — информатора такая перспектива совсем не радовала. — Сказал, если не придешь, ему плевать. Но тогда, не смей больше лезть в их дела.

— Так, подожди. Скребцова… где это вообще? — карта в голове не помогла.

— Это «Коврижка», — объяснил Петя.

Коврижка… Очень давно, мама повезла нас с братом за город на электричке. Там мы познакомились с одним дедом. Когда проезжали по берегу залива, тот дед рассказал нам, что острова в черте города названы в честь французской императрицы.

Я тогда еще задумался — странное имя для императрицы. «Коврижка». Островок, похожий на кусок пряника, находился в Амурском заливе, в нескольких километрах от берега. Его было прекрасно видно с загородных пляжей.

Туда легко можно было доплыть на лодке. Минут за пять, если отчаливать от заброшенного санатория, где мы в прошлом году выводили саранчу.

Лучше места Мейер, конечно же, не нашел.

— Почему именно там? — спросил я. — Это какое-то место силы для ваших ребят?

— Я ж говорю, это нейтральная территория, Артур, — хмыкнул Тимофей. — Там ни хрена нет. Только заброшенные огороды. Ну и может отголоски призраков каторжан времен Русско-Японской войны. Голый кусок камня. Идеальное место для переговоров.

…

— Давай-ка по порядку, дружок. — Альфия выглядела гораздо лучше, несмотря на желтые глаза и здоровенный синяк. Его поставила неаккуратная тетка с подносом, из процедурного кабинета. В медсестры нынче берут, кого попало, даже без образования. — Я работала на корпорацию монстров. И случайно вляпалась в другую дрянь.

Сегодня, я пришел в больницу один. Нам нужно было поговорить, а Саша только мешала. Тем более, я не хотел сталкиваться с сектантами. Всю дорогу не отпускало ощущение, что за мной следят.

Рассказал Альфии про «Логос-Новик», про ферму, про Настю и ее беду. Немного про Амаравати. Про разговор с благодетелем. Но в подробности углубляться не стал.

— Может, тебе нужно время, чтобы все это обдумать? — вне контекста вся эта история действительно звучит чудовищно.

— Нет, все в порядке, — сказала она. — Я теперь стараюсь ко всему относиться философски. Не стрессовать. А еще, сразу вспомнила прадеда.

— Почему прадеда?

— Прадед всю жизнь прожил в крохотном селе. Единственный раз выезжал во время войны. Дошел до границы Союза, потерял руку и вернулся. В то же время, на глубине трехсот метров в районе Антарктики плавал колоссальный кальмар Mesonychoteuthis hamiltoni, размером с троллейбус.

— Я что-то не улавливаю, — может, они от боли в ноге ей что-то другое стали колоть?

— Представь, если бы они встретились. Наверное, дико охренели бы друг от друга. А ведь оба — часть живой природы. Понимаешь, о чем я? Мир ведь такой большой. Если принять как должное, что в нем полно всякого дерьма, о котором мы не подозреваем

— Где-то я уже это слышал.

— Плевать. Пускай, в нашем мире, оказывается, живут сопливые ментальные паразиты. Зато, есть на кого свалить все свои косяки, — сказала она. В палате повисла гнетущая тишина. Затем, она тихо сказала. — Может у нас вообще все проблемы от этих тварей? Раз уж они носятся под ногами.

И действительно. Кто знает, возможно, печать древних просто открыла мне глаза на тех мистических демонов, толкающих людей во грех. Кого-то ко злу, а кого-то в мрачную, душную безысходность. Нет, Кворл все же прав. Большую часть глупостей человек делает сам.

— Это ненадолго. В смысле — ползают. У меня есть официальное задание — разобраться с проблемой. И постепенно, я подбираюсь к ее источнику, — хорошо, что круг сузился до двух человек. Это точно Мейер и его культ дядюшки Моржа, плюс секта Кузьминского.

Не исключаю, что третий вариант имеет место быть, но к такому развитию событий нет никаких предпосылок.

— Если пойдешь ко мне на работу и разломаешь там все к едрени матери своим молотком, — уточнила Альфия. — Стол в крайнем левом углу не трогай. Там сидит парень, единственный нормальный человек в этом дурдоме.

— Вообще-то я не громлю чужие офисы. Почти, — но мне определенно стоит туда сходить, посмотреть, что и как. Может даже поговорить с этим парнем. Она его только упомянула, а уже звучит подозрительно.

Но с начала, надо сгонять на остров.

— Я вот уже минуту хочу кое-что спросить. — Альфия подвинулась ближе. — Ты сказал, люди, на которых ты вкалываешь, стирают всем память.

— Вроде того, — ответил я. — Все кругом старательно оберегают простого смертного, чтобы не узнал о мире больше, чем положено. Думаю, культисты тоже это практикуют.

— Отлично, — улыбнулась девушка. — Можешь попросить их зачистить мне концы?

— В смысле?

— В коромысле. — Альфия все еще улыбалась, но как-то…жутенько. — Пусть сотрут мне последние полгода из памяти. Внушат, что я все это время лежала в коме, или вроде того. А теперь очнулась и готова покорять новые вершины.

Это понятно. На ее месте, я бы тоже хотел многое забыть. Блин, я бы и на своем кое-что бы прибрал. Может, именно поэтому Андрей ведет себя как конченый мудак? Он просто убрал все постыдные моменты, влиявшие на развитие характера.

— Я буду тебе помогать. Только вставать с кровати не проси, я еще плохо хожу. Знаешь, у меня… — она начала судорожно рыться в сумочке.

А я вот не знал даже, что ответить.

Нет, я могу попросить Дениса что-нибудь устроить. Но не сейчас. Чуть позже.

— Когда мы со всем этим разберемся, я подумаю, что можно сделать, — да, так будет лучше.

— Смотри, — желтый листок бумаги с цифрами. — Телефон той бабы.

Я взял листок, машинально сунул его в карман. С радостью ощутил бесконечное пространство. Звучит как зависимость. От силы, в первую очередь. И от ощущения превосходства. Я и не замечал, насколько сильно привязался к этой фигне. Без нее чувствую себя голым. Отдельная женская палата не самое лучшее место, чтобы быть голым.

— И зачем он мне?

— Неважный из тебя детектив, — фыркнула Альфия. — Ты ведь должен проверить все зацепки, разве нет? Она на третьем уровне. Хвасталась, что ее иногда даже пускают на ВИП-собрания. На твоем месте, я бы послушала, что там говорят.

Разблокирована карта: Башня

«Соблазнившись возможностью править этим миром вместо стремления к мудрости и духовному росту, вы потеряете все, что обрели. Разрушение — прямой результат неправильных суждений и злоупотребления своей свободной волей».

Карта содержит бонусы, связанные с поражениями и потерями в игре.

Текущий уровень связи: 1

Бонус: Игрок получает один (1) эволюционный токен, как только восстанавливает весь потерянный опыт, с момента последнего поражения.

R184 — Сломанные игрушки

Лежа в кармане, этот нетбук пережил путешествие в другой мир и битву на кладбище слонов. Интересно, где она такой купила? Все мои ломались от первого же чиха. Буквально — один раз чихнул на клавиатуру и до свидания.

Даже если бы Саша не сказала мне пароль, все равно бы вошел в систему. С информационной безопасностью у Альфии туго. Верхний ряд клавиатуры плюс день рождения — ничего лучше не придумала.

— Что ты делаешь, Артур? — вкрадчивый голос. Будто она у меня прямо над ухом, едва касается кожи губами.

— Думал, ты со мной больше не разговариваешь. — мои прошлые спутники трындели не переставая. По сравнению с ними, драконица была тихой и скромной.

— Ты не хотел внимать. Я дала тебе время собраться с мыслями. Так в чем дело?

— Все слышала? — открыл браузер. Аппарат завис. Видать истории в журнале слишком много накопилось. — Слова Олега навели меня на одну мысль.

— Этот человек безнадежно глуп. — отметила Ын-Бёль.

— У него бывают свои моменты просветления. Но сейчас не о том речь. Ты ведь была со мной, когда Кузьминский использовал свою силу?

— Я всегда с тобой, Артур. В твоей тени. А еще, я взяла на себя все твои системные долги, поэтому будь хорошим мальчиком, хорошо?

Учитывая некоторые особенности, это довольно тревожная информация.

— Ладно. Это мы с тобой потом обсудим. Как ты считаешь, такой добрый и отзывчивый человек, как Михаил Львович вообще способен испытывать чувство вины? Он угрохал кучу денег, чтобы позаботиться об Альфии.

— Люди — жадные. И тщеславные. Не упустят возможность покрасоваться перед другими.

— Согласен. — страница наконец прогрузилась. Триста пятьдесят восемь непрочитанных писем. — Но меня кое-что смущает. Зачем он бросился помогать этим людям, если никто в здравом уме не смог бы связать их несчастья с его фондом? Ему же плевать на слабых, как он говорит.

— Есть еще одно условие, неизвестное нам.

— Именно. Надеюсь, копание в чужой почте прольет нам немного света на эту загадку.

Среди рекламных рассылок, купонов на бесплатные суши и слезливых писем от сборщиков подписей было нереально найти что-то нужное. В состоянии аффекта она могла и поудалять все письма от «Нового этапа». Но я же не зря утащил компьютер с места преступления? Что-то же должно быть…

Искомое обнаружилось в папке со спамом. Послание от самого благодетеля, без темы и какого-либо текста. Только один вложенный файл под названием «Ключ». Стоило открыть письмо, эфемерная слизь потекла из решеток вентиляции.

— Интересно… — Кузьминский написал ей сам. Ладно, допустим, он пишет всем, кто ходит на семинары. Но не всех навещает в больнице.

Сам файл, изображение какого-то очень сложного символа. Когда я развернул его на весь экран, нетбук буквально замироточил.

— Странные волны… — сказала сущность. — Оно пытается связаться с тобой, Артур.

— Правда? — выглядел рисунок действительно отвратительно. Даже если не обращать внимания на эфемерные сопли.

— В сигиле заключен сигнал. Тебе просто нечем его принять.

— Нечем принять, говоришь? — теперь ясно. Альфии было чем принять. Дата на письме примерно совпадала с тем периодом, когда девушка начала себя странно вести. Выходит, он что-то пробудил. Активировал эту гадость, засевшую внутри. Осталось понять, для чего. Файл я на всякий случай удалил, как и письмо.

…

Пока я читал почту, снаружи начался какой-то балаган. Я вышел на балкон с той стороны дома, где открывается вид на пустырь и свалку. Любопытно же глянуть, что там за грохот.

Пётр стоял у запасного выхода. Перед ним, в паре метров над землей висел мальчик. Ступни мелкого вампира были охвачены голубоватым пламенем. В его груди ярко горела лампа такого же цвета. Кобальт пришел не один. Позади него дымился КамАз, такой же убитый, как и их вертолет. В кузове грузовика сидели железные черти с фонарями.

Охранник частично трансформировался, растопырив здоровую медвежью лапу с алыми когтями. Похоже, ситуация накаляется. Тут и думать нечего, генма с друзьями всяко не разговаривать пришел. Договор его не сдерживает.

— Осторожнее, Артур. — сказала Ын-Бёль. — Мальчик силен. А ты еще не восстановился после поражения.

Во-первых, это не мальчик. Мы с ним примерно одного возраста. Во-вторых, кто мне это поражение организовал, не напомнить?

— Я могу поделиться с тобой своей силой. — предложила сущность. — Дать больше, чем обычно. Но учти, тебе придется возместить затраченные усилия.

— Нет уж, спасибо. — что-то мне не нравятся ее разговоры про долги. — Не хочу портить и так неважную кредитную историю.

Ын-Бёль мой ответ не понравился, но я пропустил ее возражения мимо ушей. Спустился и бесстрашно вышел навстречу прокачанному гостю. — Ты здесь что забыл?

— Ким! — крикнул мальчик. — Я ведь предупреждал тебя — не лезь в это дело!

— Куда хочу, туда и лезу. Понимаешь, пацан — мне не очень нравится, что твой заплесневелый хозяин тянет свои грязные руки к невинным девушкам.

— Ты прямо рыцарь на коне, Артур. — хмыкнул оборотень. Не понял, это комплимент или…?

— И вообще, сколько раз вы пытались меня убить? Дважды, как минимум. — сказал я. — С чего мне вообще вести переговоры?

Кобальт горестно выдохнул. — Ты мог бы стать сильнее. Быть свободным. Я ведь от чистого сердца предложил тебе бриллиантовое пламя.

Да уж. Добровольно стать вампиром — отличное предложение. В этом нет никакого подвоха, конечно же.

— Ты просто не понимаешь, насколько это выгодная сделка! — весело сказал Кобальт. — Мне не нужно пить кровь. Моя Страсть молчит. Михаил Львович использовал силу рассвета, чтобы укротить систему. Целые поколения генма не смогли этого сделать. Разве ты не этого хочешь, Ким? Спасения от конвертации?

— О чем это он? — удивился Петя.

— Все что говорит злой мальчик, дели на восемнадцать. — шепнул я ему. Не знаю, как он почуял, но, если сдаст… Вампир знает слишком много. Надо заставить его молчать.

У нас над головами с ревом пронесся старый самолет с красными звездами. Если я правильно помню, в закромах у «Нового Этапа» есть еще два летательных аппарата.

— Штурмовая авиация! — оборотень инстинктивно прикрыл голову лапой.

Если начнется драка, начальство будет здесь минут через десять. Мы рядом с оживленной трассой, свидетелем станет каждый второй студент, направляющийся в кампус. Самое подходящее место, чтобы устраивать битвы с использованием поддержки с воздуха.

— Какой нормальный человек будет вкалывать на «Стигму», или запираться от жизни в поселении генма, если можно иметь все лучшее от каждого мира? И никаких недостатков! Как вам моя способность?

Железные штуки зашевелились, вращая головами. Давно прогнивший металлолом на пустыре начал трещать, подавая признаки жизни. Заросший мхом кран со скрипом повернул стрелу.

— Черт, как он это делает? — трансформировав вторую руку, Федор прижался спиной к воротам, чтобы ржавые конструкты не смогли подойти с тыла.

— Печать нежити, скорее всего… — сказал я. — Только с подвывертом.

— Ты прав. — кивнул мальчик. — Я переродился в час Иных, а пробудился в час Стали. Моя способность называется «Сломанные игрушки».

Пацан любит похвастаться. Надо как-то использовать это против него. Например, занять беседой и не давать смотреть на крышу.

— Значит, ты у нас слесарь-некромант? Чинишь сломанные машины и бросаешь в бой.

— Предпочитаю термин «некромеханик». И я ничего не чиню. Весь смысл в том, что любой сломанный механизм оживает, и работает, как будто он в идеальном состоянии. Очень удобно. Гораздо лучше, чем призывание всяких червей.

— Только послушай, как он отзывается о наших детях! — проревел внутренний монстр. Из моей груди выросло несколько бледных рук с острыми когтями. Невероятным усилием воли я загнал Ын-Бёль обратно. Оборотень смотрел на меня глазами размером с две тарелки.

— Позже объясню.

— Странно. — Кобальт почесал затылок. Он явно не ожидал такого выпада. — Но плевать. Последнее, китайское предложение. Тебе, Ким. Или этому парню. Любому из вас, кто захочет присоединиться. У нас есть…

Так я и не услышал, что у них есть. Может и к лучшему. Вряд ли это печеньки. В шею некроманта вонзилась стрела. Последовавшая за этим вспышка электричества сбросила Кобальта на землю. Естественно, из раны вместо крови тоже посыпались искры. Человеческой анатомией даже не пахло.

— Петька, че встал?! Добей эту мерзость! — крикнула Вика, прежде чем ей пришлось сигануть с крыши прямо в бассейн. ИЛ-2 пошел на второй круг и открыл огонь по крыше коттеджа, в пыль разбивая черепицу.

Я едва успел выскочить из-под колес грузовика. И то, с помощью Ын-Бёль, уцепившейся своими мистическими граблями за решетку. КамАЗ на ходу въехал в стену. На кабину сверху обрушился балкон.

Ржавый скелет набросился на охранника. Петру удалось схватить его за шею медвежьей лапой. Когти металлического монстра вонзились в темную медвежью шкуру.

Генма совершенно спокойно сел, выдернул стрелу из шеи. — Значит, по-хорошему не хотите. Что ж, это было ваше решение.

Еще две стрелы просвистели и воткнулись в кривой, сломанный квадрокоптер, которым укрылся мелкий мерзавец. Всполох темно-красного пламени отбросил его. Кобальт со звоном врезался спиной в столб.

Тем временем самолет вернулся, вынуждая Петра укрыться за грузовиком. Гнусные железки последовали за ним.

Здоровая пуля попала мне в бок, прошла насквозь, подняв смоляные брызги. Хоть Ын-Бёль и защитила меня от прямого урона, жуткий приступ мигрени никто не отменял.

Скоро должен был появиться заградотряд. Нам нужно было лишь задержать врага. Я говорю «нам», но признаю — в той драке от меня было минимум пользы.

Когда я разлепил глаза, противник уже очухался и летал вокруг Вики, словно большая железная муха. Выставив вперед маленькие кулачки, Кобальт на полной скорости врезался ей в живот. Лучница второй раз шлепнулась в бассейн.

Зомби-дрон врезался в провода, кромсая их винтами. Откуда у игрушечного вертолетика винты способные разрубить провод ЛЭП — отдельный вопрос. Когда он выпутается, и провод рухнет в воду, Вике мало не покажется. Глубина там не очень большая. Прежде чем автоматика вырубит подачу, успеет жахнуть.

— Нужен дракон! Срочно! — скомандовал я, врубая волшебные глаза.

— Ты еще слишком слаб, чтобы их призывать. — откликнулась сущность. — Но если ты хочешь…

— Да насрать, вызывай кого-нибудь немедленно! — я поборол чуждое желание посмотреть, что получится если провод таки упадет. Нужно было помочь Вике. И что-то сделать с гнусным коротышкой.

— Будешь должен. — фыркнула Ын-Бёль.

Вот тебе бабка, и кредитная история.

Минутка размышлений об ироничности бытия. Человек отвыкает от всего. Особенно, от мелких трудностей и жизненных неудобств. Можно разбогатеть, и уже через пару лет забыть существование в съемной квартире и питание корейской лапшой. Будто и не было этого всего. О чем я? О боли. О боли и муках. После того как Ын-Бёль выполнила просьбу, меня скрутило. Система отчетливо дала понять — не все йогурты одинаково полезны.

Страшный ужас вылез, разбив кирпичную кладку. У… этого не было ничего общего с усатыми-рогатыми угрями, к которым я уже даже успел привязаться. То ли червь, то ли просто ободранный хребет с тигриной башкой. Одна только шея, замотанная в обрывки кожи и черные ремни, она тянулась и сгибалась, как проволока.

Казалось, эта образина вырвалась прямо из моей груди. Едва сознание не потерял. Сил хватило только чтобы повалить головой монстра столбы, после чего руки сами опустились.

Когтистая лапа, будто сжавшая сердце, исчезла. Вместе с ней рассыпался и жуткий костяной черт.

— Прости. — звучал звенящий голос. — Я зачерпнула из источника, к которому не должна была прикасаться. Но ты сам попросил.

Холодная, почти ледяная немота охватила все тело. Ладно, я и правда сам на это подписался. Нечего теперь плакать.

— Что… что это была за срань?

— Манифестация игровой реальности. Грубая, грязная и нестабильная. Нам больше не стоит так делать. Ради твоего же блага.

— Вот тут согласен. — черт, ненавижу быть слабым! Как только не приходится изворачиваться. Если бы не драконья сущность, даже не знаю, что бы мы делали.

Вика выбралась из воды, увернулась от очередного удара. Некромант лишь разбил кулаком мраморные перила. Прозрачная стрелка, светящаяся голограмма прицепилась к нему. Крупные осколки, словно бешеные пчелы, принялись роиться вокруг Кобальта, оставляя на металлическом теле заметные вмятины.

Девушка поднялась, держась за покосившийся забор. Она что-то бубнила себе под нос. Сто процентов, ни одного приличного слова.

Косолапый мишка раздробил уже всех железных големов. Но поднятые генма твари никак не хотели успокаиваться. Разорванные надвое продолжали ползти. Усыпанные гвоздями грабли цеплялись за оборотня, пытаясь добрать до глаз или ушей. Побитые фонари умудрялись зловеще мигать.

— Пошли. — сказал я самому себе, заставляя двигаться одубевшие конечности. У нас не было времени, чтобы стоять столбом. Хозяйка дома развлекает мелкого мерзавца. Ее телохранитель развлекает питомцев. Летящий с юга самолет не развлекал никто, пока на горизонте не появились настоящие, не зомбированные истребители. Выходит, армия все же бдит.

Кобальт задрал голову, глядя на «бесстрашных орлов». На лице мальчишки промелькнуло недоумение. — Смертные…?

— А ты думал!

Собрав все психические и ментальные силы в комок, я бросился на некроманта, практически смяв его под градом одновременных атак.

Режим секретности существует не просто потому, что мы все такие скрытные. Даже культисты Старых особо не афишируют свою связь с потусторонними сущностями. Если кто-то от глупости, или излишнего высокомерия считает, что правила писаны не для него — флаг в руки. Но не жалуйся потом, что смертный коллектив плюнул, а ты захлебнулся.

Зомби-штурмовик пронесся мимо, не способный сбросить гораздо более совершенные самолеты с хвоста. Взрыв прогремел над сопками, неподалеку от старого военного комплекса, где стоит большой купол радара. Скорее всего, пострадали только деревья.

— И чего ты добиваешься, Ким? — генма сплюнул черную кровь, больше похожую на мазут. Он потерял всякое сходство с ребенком, окончательно превратившись в злого железного карлика. Совсем как мальчик, который задержал дыхание и пережил долгий джонт в реальном времени.

Вика уже тащила здоровенный дрын, оставшийся от железного голема, и явно намеревалась воткнуть его в искрящуюся батарею некроманта.

— Стой. — сказал я, проигнорировав вопрос Кобальта.

— Артур, не зли меня. — прорычала девушка. — Я сейчас вас обоих отметелю. И тебя, и это мелкое говно.

— Мне нужно кое-что узнать. Потом, делай что хочешь.

Чудо, что она меня послушала. Вика была вся мокрая, грязная и в крови. Однако, ее чуть-чуть, и она точно вспыхнет от гнева. Начнет размахивать огненной палкой.

— Что за «Ключ»? — я сел на землю, рядом с поверженным некромантом.

— Странный вопрос. — усмехнулся он. — Ключ открывает Дверь. В этом весь и смысл.

— И что за Дверь?

— Не твое собачье дело, Ким! — прохрипел он.

— А если подумать? — Вика с силой наступила на железную голову.

— У нас есть Ключ. У них Дверь. — пробормотал Кобальт из-под подошвы. — А когда она откроется, вы сами все узнаете.

С диким рокотом, прямо из моря вынырнул еще один аэроплан, весь покрытый водорослями и ракушками. За секунду он добрался до нас. Бомба уже была на подлете, когда ее накрыло волной энергии. Я весь сжался, позволяя сущности защитить меня. Пётр накрыл хозяйку могучей спиной.

Бомба рухнула совсем рядом, разлетелась на тысячи осколков. Самолет тоже упал на пустыре. Прозрачный стеклянный хвост так и остался лежать между контейнерами.

— Все целы? — спросил Денис.

Я оглянулся, только чтобы понять — некромант сбежал. Кобальт уже летел над водой, превращаясь в крохотную точку.

— Да хрен там! — рявкнула хозяйка второго пострадавшего за неделю дома, и призвала лук из браслета. — Ща я тебе устрою «чистое небо»!

Три стрелы разом отправились вслед за противником. Став тонкими светящимися линиями, они настигли генма далеко над заливом. Он шлепнулся в воду, как подбитая утка.

R185 — Коврижка

Это был очень тяжелый день, полный драк, объяснительных для руководства и уборки. Дом не сильно пострадал. Только крыша, и стена на первом этаже. Зато мусора в округе теперь валялось предостаточно.

Кажется, чувство невероятного опустошения, нахлынувшее на меня среди ночи, было вполне естественным.

Чем я вообще занимаюсь? Зачем пытаюсь помочь каким-то двум малознакомым женщинам, в то время как сам распадаюсь на куски. И как так вышло, что обе сейчас лежат в больнице с травмами ноги? Загадочные параллели судьбы.

У меня не было причин доверять Тэну. Но, не было сил не доверять. Альфия все сотрет, и снова начнет жить. К тому времени, я уже буду другим человеком. Точнее, непонятным существом, с маской прошлой жизни на лице.

Нет никаких причин вылезать из-под одеяла.

Все же пересилил себя. Раз уж мы договорились встретиться с важным человеком, нельзя заставлять его ждать. Еще, я занял вчера у Вики денег на новую одежду. Даже такой крестьянин как я не может целую неделю ходить в одном и том же.

Под кроватью горели шесть пар глаз. Мифическая тварь, названная с подачи Олега, Гусей, любила забиться в темный угол и следить за мной оттуда. Следить и осуждать.

Завтрак я решил пропустить. Мы с Петром сразу поехали на Луговую, где подобрали информатора. Затем, двинулись к стоянке катеров, рядом с военным санаторием. Вскоре, взбирались по узкой тропке, заросшей жухлой травой.

Наверху нас уже ждали.

С двух сторон стояли мордовороты, фигурой напоминавшие вампира Рому. Такие же трехстворчатые шкафы. Между ними — пожилой щупленький дядя в пальто. Повернувшись спиной к подъему, он стоял практически на самом краю скалы, смотрел на море и курил.

— Зря, наверное, не взяли остальных, — тихо сказал Петя. — Если будет махач, будет тяжко.

— Меньше народу, больше кислороду, — ответил я. Не стал при Тимофее упоминать, что с момента нашей последней встречи растерял большую часть боевого потенциала. — Твоя начальница отказалась, а Олег, как мы успели узнать, сильно восприимчив к ментальному воздействию.

— Зря напрягался, — заметил писатель. — Кроме меня, тут больше никто так не умеет. Вроде бы.

— Ты как вообще, готов? — я спросил у оборотня. — Так или иначе, это люди. Если придется прорываться с боем…

— Если бы я боялся пустить кровь какому-нибудь раздолбаю, не пошел бы в ЧОП, обслуживающий семью вице-мэра. Да и не через такое пришлось пройти.

— И то верно. — ага, охотно верю. А вот досье сообщает, что ты за всю жизнь ни разу с Приморья не выезжал, африканец.

Если что, он прикроет наш отход к катеру. Мейер знал, что делает, когда выбирал место встречи. Свалить отсюда, при необходимости, будет крайне трудно. Но и его самого это тоже касается. Когда мы подплывали, не видели других лодок. Скорее всего, их плавсредство — с другой стороны островка.

Земля будто задрожала. Или у меня начали без причины трястись коленки.

— Юрий Романович, — обратился к нему один из амбалов, сообщая о нашем прибытии. Мейер обернулся, окинул нас суровым взглядом.

— Ожидал большего, — буркнул он.

Откровенно говоря, он и сам больше походил скорее на преподавателя (где-нибудь на кафедре фундаментальной химии), чем на олигарха и главу секретного культа.

— Слышал, у вас ко мне вопросы. Но если позволите, я начну первым. — Мейер вышел вперед. — Артур Ильдарович, верно? Мне сообщили, что ваша драка с моими людьми — всего лишь досадное недоразумение.

— Можно и так выразиться. Они первые начали палить мне в спину.

— К сожалению, качество рабочей силы в последнее время оставляет желать лучшего. Но я их не виню. Ситуация обязывает.

Я сделал шаг вперед, на мгновение, забыв, что, если эти начнут стрелять, я довольно быстро превращусь в сыр и не факт, что Ын-Бёль защитит. После вчерашнего, она была уж очень тихой. — Давайте к делу, Юрий Романович. Я знаю, у вас есть довольно могущественный враг. И мы, делая свою работу, совершенно случайно сунули нос в вашу войну, которая, на самом деле совершенно не волнует мое руководство. Но…ответьте, пожалуйста, на один вопрос. Серо-зеленая слизь. Что это, и где они его берут?

— Ты до сих пор не понял? — удивился Тимофей. — Шмара, чуть не придушившая нас…

— Помолчи. — Мейер прервал его. — Не так уж вы и просты, Артур Ильдарович, как кажется на первый взгляд. Не всем дано это видеть.

— Оно почти двадцать лет изводило одну мою знакомую, и чуть не довело одну девушку до самоубийства. Сегодня, я пришел сюда только потому, что хочу знать: кто именно в этом виноват и как с этим бороться. Думаю, вы знаете.

— Верно думаете. Вот только слабо себе представляете, насколько все плохо.

— Так просветите меня.

Он тяжело вздохнул. — Эта, как вы выразились, «слизь», погубила очень много людей. В том числе, моего родного сына. Эта дрянь зовется «флогистон» и я прекрасно знаю людей, которые ее распространяют.

С его сыном виделись вчера. Хороший мальчик, блин.

— И что это вообще за хрень? Наркота? — переспросил я.

— Видите ли, Артур Ильдарович, если я открою вам секрет, вы станете частью нашей войны. Которую мы пока что проигрываем. А тебе, Тима, вообще об этом знать не положено. Ты бы шел, и сунул голову обратно в песок.

— Да чего уж теперь… Решили угробить, наверняка не успокоятся. Колись, Юрий Романович.

— Именно, — подтвердил я. — Так или иначе, мы уже в деле. С шайкой Кузьминского тоже успели подраться.

— Что ж, молодые люди, — хмыкнул Мейер. — Не говорите, что вас не предупреждали. Это и правда дурь. Только не для тела, а для души. Флогистон проистекает из иного мира, куда нам однажды удалось заглянуть. Он опасен и для тех, кто уже контактировал с потусторонним, а уж смертным и подавно разрушает мозги.

— Значит, все же секта. Так я и думал. Но почему вы не хотели говорить? Вы тоже в этом как-то замешаны? — видимо, я подошел слишком близко. Амбалы сильно напряглись, но их хозяин кивнул, давая понять, что все в порядке.

— В свое время, — сказал Мейер, — Я много сделал, чем, скажем так, хвастаться не стоит. Да и сейчас строить из себя святого нет смысла. Законы бизнеса суровы — либо ты, либо тебя. Вы это и сами знаете, молодые люди. Есть, правда и одно благое дело. Именно из-за него, мои потусторонние конкуренты на меня и ополчились.

Вышло так, что охрана олигарха оттеснила Тимофея и Петра от меня. Мы остались один на один. Он как-то резко сбросил образ крестного отца, став обычным «новым русским» дожившим до седых волос. Кем, собственно, и был. Если не считать какого-то странного блеска в глазах, незаметного для обычных людей. Но я-то вижу. Общение со Старыми не прошло бесследно.

— Понимаешь, Артур Ильдарович, мне почти ничего не известно о твоей организации. Да и известные детали доверия не внушают. Потому не могу выложить все карты на стол, — тихо произнес Мейер. — Но раз уж ты настолько сблизился с дочерью моего хорошего друга…

Вот же старый сплетник! Хотя, и так понятно, это всего лишь повод. Хочет надавить на меня? Разыграть карту под названием «Общие враги»?

— А сам Смолянов…? — спросил я. — Он знает обо всем этом?

Олигарх улыбнулся. — Сашка — комсомолец до мозга костей. Материалист. В девяностые, само собой, переобулся, но люди не меняются. Если их сознательно не менять. Так вот. Есть в этом городе одна вещь, которая принадлежит мне. Те ублюдки, которых ты жаждешь найти, очень хотят ее отнять. Вот и срут под дверь. Следят за каждым моим шагом. Улавливаешь?

— Честно? Нет.

— Соображай быстрее, парень. Они не идиоты, а ты уже дважды влез в их дела. Трижды, если считать походы в больницу. Думаешь, я не знаю, для чего они окучивают девчонку?

— Как все и говорят. У вас дверь. А она нужна, чтобы ее открыть. Вот только я не в курсе, что именно за дверь.

— Да и не надо тебе этого знать. Только то, что таких жадных пидорасов, как Мишка Кузьминский к двери нельзя подпускать на пушечный выстрел.

Значит, важная штука лежит в его запертом сарае. Но это было и так понятно. Еще, как день ясно — не скажет. Незачем ему посвящать нас в подобные тайны. И надавить не получится.

— Так чего вы от нас хотите?

— А вот тут правильный вопрос задал, Артур Ильдарович. Важно ведь не то, что Родина может сделать для тебя, но то, что ты можешь сделать для Родины. К несчастью, — хмыкнул Мейер, — или может, к части для тебя, здесь я согласен с шестерками своего, так сказать, оппонента.

Он очень серьезно посмотрел на меня. — Занимайтесь своими делами. Я уж как-нибудь разберусь. Благо, двадцать лет держал этих мудаков в узде, и еще столько же продержу.

— Со стороны, все это кажется игрой в одни ворота. — я усомнился в компетентности собеседника. Прикрываясь фондом, секта творит, что вздумается. Чего стоит только абсолютно наглое вчерашнее нападение. — Но ведь мы можем помочь. Пойдем вместе, раз и навсегда разберемся с Кузьминским и его прихвостнями.

— Раз и навсегда… — повторил Юрий Романович. — Можно подумать, это что-то решит.

Чутье (а может быть новый внутренний голос) подсказывает мне — не все так просто в этих переговорах. Я даже не заметил, как изменилось окружение. Во-первых, мы теперь были одни на крошечном островке под мрачным небом.

Во-вторых, океан просто исчез, оставив голые скалы, кучи мусора и раздутые трупы обитателей.

Иллюзия. Отродясь здесь столько китов не было, сколько туш валялось у подножья Коврижки.

— Что вы делаете? — спросил я у олигарха. Хотел отступить, но ноги напрочь заросли ракушками. Они все же друг друга стоят, эти два сектанта. У одного грибы, у второго морские желуди.

— Проверяю тебя. Больно громкие слова говоришь. А подтвердить? — Мейер вцепился в ворот моего плаща. Пятна вяло попытались ослабить захват. Слишком вяло. — И что же я вижу? Да ты даже близко к Мишке не подойдешь! С кем собрался разбираться?

— Я подумал, важные шишки должны все обсудить между собой. Мы возьмем на себя всех остальных. Например вчера, мы с коллегами успешно избавили вашего сына от страданий.

Ну вот что ты несешь, Ким? Да, мальчик уже давно не мальчик, но отец-то тоже не в себе. Такие новости надо деликатно сообщать! Некому держать меня в узде. Новенькая не справляется.

Мейер отвернулся, собираясь с мыслями.

— Да жив он. Я-то знаю. Вы даже с пацаном справиться не смогли. Еще чуть-чуть и он бы вам задницы надрал.

— Но откуда…?

— Знаю и все. Я ведь отец. — олигарх стряхнул пот с морщинистого лба. — Послушай меня, Артур. Ты может и человек неплохой, правое дело делаешь. Но мне не мешай. Влезешь в это — можешь пострадать. Если на себя плевать, о родных подумай. О Вике. Будет грустно, если с ней что-нибудь случится, не думаешь?

— Я не думал, что вы опуститесь до прямых угроз, Юрий Романович. — это больше в духе другой команды.

— Какие тут могут быть угрозы? Дело серьезное. И кто сует руки в котел, наверняка в итоге получит ложкой по лбу. Так что сиди ровно, и не отсвечивай.

Все было как во сне. Не хватало только моего бати, и чтобы еще он был тигром, а я был тыквой с батиным лицом. Сюрреализм зашкаливал. Опомниться не успел, как оказался на соседнем берегу. Ярко светило солнце, океан плескался на своем месте. Иллюзия развеялась.

Неподалеку, мои спутники сушили одежду у костра. Тимофей усиленно вытряхивал из ботинок песок.

— И как это все понимать? — поинтересовался я, глядя в холодное Приморское небо.

— Морок прошел. — хмыкнул культист. — Романыч тебя припугнуть хотел. И мне сказал, чтобы я отговорил вас от разных замечательных идей.

— Но искупались мы почему-то все разом. — ворчал Петр.

Кажется, нас перенесло через пролив. Причем по воде. Это очень сильное колдунство и неплохой аргумент против того, чтобы враждовать с Игорем Романовичем.

— Такой он человек. Не церемонится ни с кем. К тому же, меня тоже не особо любит. — Тимофей встряхнул штаны, натянул их на тощий зад. — Че разлеглись? Весь день тут что ли с вами сидеть?

И то правда. Надо было отправляться в путь. Есть еще места, которые мне срочно нужно посетить. Вот когда все закончится, тогда и буду на пляже лежать.

— Интересно, в чем там все-таки дело? — спросил я. Мы прошли мимо санатория, ибо вспомнили, что денег у нас на проезд нет.

— Дипломатию мутят. Кто их знает? — Тимофей потерял в океане ботинок, и теперь шел босиком, старательно обходя острые камни, ветки и прочие иглы от шприцов. — Скорее всего, он уже что-то придумал, но вы ему спутали все карты. Не за жизнь ведь свою беспокоится. Романыча так просто не взять, да и не хотели они его убивать никогда. А вот разозлить, это пожалуйста, хоть каждый день.

— Зачем? Что им надо от него?

— Значит что-то надо. Без понятия. Говорят, он тайно купил телевышку. Ну, ту, здоровую в центре. Может, хотят отжать ее. Че ты у меня-то спрашиваешь?

— Ну, епт, а у кого?

Лысый лишь буркнул в ответ. — Сказано, забудь это все.

Мимо прошел строй первоклашек. Видимо, направлялись на экскурсию. Молодая училка недовольно хмыкнула, приняв нас за безумных алкашей и наркоманов. Что несправедливо, потому что мы были трезвые. Оборотень, псих с молотком уже на тридцать процентов ставший вампиром, и сектант, сочиняющий порнуху с кошкодевками. Но ведь трезвые же!

И что, Ким? Что тебе вообще дала эта встреча? Ну да, ты узнал, что отец Вики не причем. Ну и только.

В твоем городе идет война двух неведомых сил, ни одна из которых напрямую не связана с неведомой силой, изменившей твою жизнь ранее. Переизбыток неведомого сказывается на рассудке.

Петр будто прочел мои мысли. А может и сам внутренне рефлексировал. — Так что теперь?

Теперь… мы знаем, что нехорошие товарищи еще с девяностых разносят по стране психоактивную жижу. Я до сих пор не понял, что она делает. Некоторых людей сводит с ума. А генма лечит от их зависимостей. Что вампиру хорошо, то смертному… Блин, что за люди, вечно у них «день наоборот»!

Другой вопрос — что мы можем делать? И должны ли.

Строчка с заданием в системе потемнела. Мне оставалось только активировать ее, чтобы получить награду. Новый опыт вернул мне хотя бы часть потерянных уровней. Дома меня должна ждать посылочка. Наверняка, имеется в виду коттедж Вики, потому что, если волшебный артефакт выпал прямо на руинах… Искать мы его будем долго.

Занятно. Меня просили выяснить, что произошло с Настей. Мстить за нее не просили. И раз уж ни одна из сторон технически не имела к нам никаких претензий, участие в этом дурдоме можно было считать законченным.

Вот только я нутром чуял, что еще зароюсь в это дерьмо по самые уши. По пути, наш информатор встретил каких-то знакомых кришнаитов и ускользнул вместе с ними.

— И все? Вот так просто развернемся и уйдем? — недоумевал Петя.

— А что ты предлагаешь? «Стигма» никогда не позволит нам воевать в открытую. Прям вижу, как все наблюдатели хором поют про «смертные дела». Учти, котовасия с украденными самолетами нам с тобой и так еще аукнется.

— Кто б знал. Но ведь люди страдают. Я как бы думал, что мы должны людям помогать, когда устраивался в агенты.

— Пфф. — их больше заботит, чтобы смертные не узнали об их собственных косяках. Могу легко представить кучу народа, готового пойти на Амаравати войной, как только поймут, сколько гнусной хрени оттуда лезет. — Слушай, в чем там дело с Африкой и службой по контракту?

— Бывает у меня. Это с детства еще, как начну всякую пургу нести, не остановишь. — виновато произнес он. — Психическое что-то. Как ты говоришь, надо делать на восемнадцать. Сорян.

— А, тоже беды с башкой. — знаешь, я бы мог выгнать из партии такого ненадежного человека. Но кто тогда останется, если всех ненадежных выгнать? Мы все в некоторой степени поехавшие. Тем более, свою эффективность в бою он доказал, а Африка… Хрен с ней, с Африкой.

— Ну да. Я ж в гарнизоне рос. Там в принципе всем похеру мороз на все. И когда понял, что не все гладко, просто решил не палиться.

— Повезло уйти не обиженным.

— Типа того. А когда про вас все разузнал, подумал: чего бы и нет? Не просто ведь штаны протираем. Людям помогать пытаемся. Да и прикольно: мишка косолапый, морда в банку не пролазит, как мощны мои лапищи. Вот это вот все. Я ведь по контракту реально служил, только мало и здесь. Ушел… Не суть, потом расскажу.

Понятненько. Хорошо ему, парень простой, хоть и с закидонами. Это я сложный и мутный, от того и все проблемы. И конверсия еще на пунктик подскочила.

— Артур, — сказал охранник. — Я думаю, мы просто обязаны с ними разобраться. Даже если все это вне нашей зоны охвата. Ты видишь, что они творят?

— Все они там хороши.

— Я про всех и говорю. Как бы там ни было, это наш город, и по документам мы обязаны в нем терпеть только генма, а не всякие там культы имени пенька.

— Тут согласен. Но пожалуйста, не спрашивай, как мы будем это делать, потому что я сам в полном тупике.

R186 — Милый дом

За окном ливень. В стакане кипяток. Взгляд у сестры хитрый, как у лисы. Но встревоженный. На этот раз, точно не сон. С нами за столом не сидит Ын — Бёль. Она внутри, молча следит за нами. Я немножко соврал Пете. Ничего страшного, как выяснилось, он так постоянно делает. Была у меня одна зацепка, о которой ему пока что знать совершенно не обязательно. Но и мне перед этим просто необходимо было поговорить с важными людьми.

— От тебя пахнет морем, — заметила Алиса. — Опять свалился с пирса?

— Снимал стресс. Плавал с китами.

— В такой холод? Не знала, что риск подцепить менингит настолько успокаивает.

— Не мешай мне быть загадочным. Иначе придется признаться, что свалился я не с пирса, а с лодки.

— Лучше бы молчал, — вздохнула сестра. — Убил весь «романтик». Как там твоя богатая подружка? Еще не решила тебя выгнать? Смотри мне, не позорь семью.

— Хватит разговаривать со мной, как с пятилетним.

— А ты и есть пятилетний вредный двухметровый мальчик. Ничего мне не рассказываешь, а у самого лицо такое, будто жить осталось пятнадцать минут.

Как тебе сказать…

— Что-то случилось, Артур? Это как-то связано с тем, о чем мне нельзя рассказывать?

Она в любом случае будет себя накручивать. — Можно и так выразиться. Дела идут не очень хорошо.

— Насколько?

— Я собираюсь поехать и помириться с мамой.

— Я тогда заказываю венок, — нахмурилась Алиса. — Памятник будем покупать, или обойдешься обычной плитой?

— Можно без шуток за триста?

— Это штука за триста пятьдесят. И твой домик унес совсем не ураган, так ведь? Да и твои друзья все тоже в этом замешаны, о чем мне стоило догадаться раньше, еще когда вы с Олегом притащили ту девчонку. Кстати, я недавно ее видела. Шла с парнем по центру, румяная как имбирный пряник.

Ну, хоть у Вари-генма все хорошо. Если подумать, это ведь все из-за нее. Иначе, было бы совсем тухло.

— Не хочешь, не говори, — палец коснулся моего лба. — Но если с тобой что-то случится…блин, даже не знаю, чем пригрозить.

Пока еще не время. Я взял ее за руку, и морально приготовился к еще одному неприятному разговору. Шипение становилось все громче. Он откуда-то знал, когда именно нужно припереться.

— Ждешь гостей? — спросил я.

— Вроде нет.

— Ладно. Самое время, — я хотел сделать это раньше, но потом то одно случалось, то другое, и в итоге мне пришлось просить Петра обратиться зверем и помочь мне обследовать завалы. Но результат того стоил. Вообще, крайняя мера, конечно. Но времена сейчас такие. Требуют крайних мер.

Я протянул Алисе брошку с маленьким синим камнем. Если хорошо присмотреться, можно было разглядеть у него внутри узор из переплетенных треугольников.

Осколок геометрии созидания (Артефакт).

80 % защита от эффектов Разума.

80 % уязвимость к эффектам Печати Драконов.

Опасная штука в условиях крайнего севера. Однако моей сестре не придется сражаться с драконами в обозримом будущем, а то и вообще никогда. Знаю, говорить так — значит притягивать события, но, а что я еще мог сделать?

Надо было как-то защитить ее от Андрея. Такая защита даром не дается, и нужно было выбрать элемент, что и в Амаравати редко встречается, не то, что в нашем мире. Весь риск я возьму на себя.

— Что это? — удивилась сестра.

— Просто подарок. Ладно, не просто… — черт, как же трудно подбирать слова. — Все еще не могу тебе ничего объяснить, однако и просто так оставить тоже не могу. Прицепи ее…куда-нибудь, — без задней мысли, я приподнял ее свитер, соображая, будет ли брошь держаться на футболке.

— Наши руки не для скуки! — Алиса хлопнула меня по запястью. — Что это ты делаешь?

— Ты должна носить ее на себе, но так, чтобы никто не видел.

— Я ничего не поняла, но раз твои уши стали пунцовыми, ты, наверное, не шутишь, — она внимательно посмотрела на камень. — Уверен, что никому нельзя его показывать? Мне, так-то, идет.

— Никому.

— Ладно, отвернись.

Секунды не прошло, как брошка исчезла.

— А где… — на мгновение мне показалось, что она просто выкинула камень.

— Все-то тебе расскажи, — загадочно улыбнулась сестра. — Так зачем оно нужно? Нет, молчи. Каждое слово приходится вытягивать буквально клещами.

Шипение усиливалось. Да где он там? Не под дверью же сидит, подслушивает? Или я уже начал за километр его чувствовать.

Черт, а ведь Андрей уже давно мог быть здесь, и просто пудрил нам мозги. В таком случае весь мой хитрый план пошел прахом. Вот что бывает, когда тянешь до последнего, Ким! Был бы Дурак жив, уж он тебе высказал все.

Я выглянул в окно. Около новой «Обжорки» стоял полицейский уазик. Заметив меня, «Правосудие» вылезло из него под дождь, накрываясь курткой. Андрей что-то сказал своему коллеге, покупавшему шаурму, и направился вдоль здания. Мне он погрозил кулаком.

Хм. Все это время сидел внизу, смотрел на свет в окошке и вздыхал. Надо же какой милаш-пухляш. Не верю.

— Кое-что еще, — сказал я Алисе. — Сейчас все более или менее нормально, но постарайся все же никому не верить, а если я сильно изменюсь, то и мне не верь, — на столе лежал нож и никому не мешал. Но как только я осознал, что он там лежит, мозг наполнился идеями.

— Ты бы не смог показаться еще большим параноиком, даже если бы попытался, Артур.

— У моей паранойи есть очень веские причины, — одна из них сейчас позвонит в дверь.

Наблюдатель изо всех сил старался показать, что зашел совершенно случайно. Улыбался, пытался остроумно шутить. С переменным успехом.

— Знаете-ка что, мальчики? — сказала Алиса. — Вы тут посидите, а я пойду, закончу одно дело, и вернусь. Завтра на работе очень тяжкий день. Я быстро.

Чего это она так торопится? Озарение снизошло неожиданно. На плече у Андрея сидела полупрозрачная гремучка и недобро пялилась на меня. Он по привычке призвал чертовых змей, чтобы надавить авторитетом, и не учел, что Алиса теперь может их видеть. Сомнительное достижение. Кажется, я только что еще сильнее все усложнил.

— Тебя уже выписали? — я задал невинный вопрос.

— Ким… — он приложил ладони к щекам. — Ну, вот какого хера, а?

— У нас все разговоры начинаются с подобных выражений. Что на этот раз? Ты, кстати, чай пей. Офигенный чай.

— Откровенно говоря, тебя уже прямо на месте можно расстреливать… — простонал наблюдатель. — Само собой, не здесь.

— За что это, товарищ начальник? Спецзадание я выполнил.

— Об этом пусть у Котта голова болит. Я про другое. Говорят, ты якшаешься с генма, но это еще полбеды. Постоянно мечешься в Паутину. Устроил на берегу какую-то хрень с ураганом. Там же это долбаное реликтовое озеро, каждый день журналисты трутся. Только не говори, что это все задания от куратора. Не поверю.

— Я не виноват, что разрыв появился прямо над головой.

— Ага, сам по себе, просто так взял и появился.

— Не поверишь, — хмыкнул я.

— Хорошо. И раритетная техника к тебе в гости тоже сама прилетела.

— Мало ли сумасшедших. Читал в новостях? Самолеты украл представитель несистемной оппозиции. Хотел сделать политическое заявление. Я здесь причем?

— Комедию не ломай.

— Что ты хочешь от меня? Задание было? Было. Я делал свою работу, пытался выяснить причины болезни такого же агента, как и я. Откуда мне было знать, что сектанты заявятся и устроят махач прямо там? Плюс, среди них есть вампиры, и что-то я не помню, чтобы возможность вступать во всякие паранормальные организации была прописана в договоре, — громко звякнул кружкой. — Но с этим ты почему-то делать ничего не хочешь. Ты хочешь сидеть и капать мне на мозги.

— Отступники — проблема генма. А ты, Ким — моя.

— Вот как, значит. Приятно, когда у представителя власти, верно, расставлены приоритеты.

— Что-то ты больно осмелел. — Андрей даже как — то смутился. — Снова в драку лезешь?

— Нет. Просто не надо мне тут петь про нарушения. На твоей территории, вампиры разливают мистические сопли. У девчонок едет крыша, и не только у них. Я тут погуглил на досуге, как — то процент самоубийств подскочил. Сколько из вызвано этой дрянью? Ты знаешь? Я нет.

— Это не…

— Вот именно. У монстра нет шкалы над головой, и ты этому очень рад. Потому что можно сказать «меня это не колышет». Зачем разбираться, ведь есть более важные вещи. Например, следить за моей сестрой и шипеть на меня, по поводу и без.

Андрей помрачнел, а потом сказал. — Пойдем на балкон.

— Решился-таки. Ну ладно, а чего нет-то…

Мы встали под козырьком, но дождь все равно хлестал в харю. В тумане, ночные огни смотрелись довольно жутко. Как-то раз, я набрел в интернете на старую американскую крипипасту, к которой автор приделал фотку Владивостока, будто снятую с этого самого балкона. Нда, то были более простые времена.

— Если собрался толкнуть очередную речь в духе «Думаешь, я не знаю?», побереги и свое и мое время, — сказал я, опираясь на перила.

— Нам нельзя соваться в эти разборки, — тихо сказал он.

— Даже если генма уже ввязались?

— Особенно если так.

— И что тогда?

— А ничего. Ты свой опыт получил? Получил. Девку эту спас? Спас. Где она, кстати?

— В Паутине. Лечится, после неудачного путешествия в джунгли.

— Вашу мать, вы че, издеваетесь надо мной? — простонал Андрей.

— Разрыв глюкнулся. Нас засосало внутрь. Действовали по ситуации. Слушай, а какого хрена я вообще оправдываюсь?

— Действительно…

— Нет, ты мне скажи. Эти гады пытаются что-то отобрать у Мейера. Возможно, телевышку. Что если у них получится? Возьмут и призовут с ее помощью на нашу голову Ктулху с двумя головами. Одна от Трампа, вторая от Бузовой. И нас всех ожидает довольно нелепая смерть. Только потому, что ты зациклился на правилах.

— Скажу я тебе одну вещь, Ким. Ты только не обижайся и крыльями не маши. Вот бахнет завтра Йеллоустоун, и накроет всю планету пеплом к херам. Или дяденьки в овальных кабинетах дойдут до точки, и начнут красные кнопки жать. Или прилетят какие-нибудь долдоны из открытого космоса и устроят нам «День независимости». Что ты будешь делать?

— Эм… Долдоны из космоса уже прилетали.

— Да ничего ты не сделаешь. Либо очень быстро сдохнешь, либо будешь корячиться, потому что, махая молотком проблему не решишь.

— И? Предлагаешь все вот так оставить?

— Мы здесь, чтобы Земля не присоединилась к Паутине. Это единственный сраный конец света, который мы с тобой можем и должны предотвратить. Все остальное — так же, как и у смертных.

— Удобная позиция.

— Задрал со своей «удобной позицией». Что ты предлагаешь? Пойти в этот культ и перебить там всех? А если они тебе раньше наваляют? Если помнишь, ты даже пальцем тронуть не можешь генма, чтобы не вызвать скандал. Знаешь какое бурление говн собирается, после того как вы отлупили отступника? Что тебе, едрить тебя за ногу, не понято во фразе «руки связаны»?

— Мне-то все понятно. Только вот это все очень тупо. И как-бы, немножечко подло.

— Ничего не поделаешь, работа такая. Либо играй по правилам, либо уходи. И я тебя, кажется, предупреждал, чтобы ты здесь не появлялся, — вздохнул наблюдатель.

— Я тебя предупреждал о том же. Но вот мы оба здесь, беседуем на балконе.

Повышен уровень связи с картой: Правосудие (The Justice)

Текущий уровень связи: 3

— Мне кажется, или у тебя что — то с глазами не то? — спросил Андрей.

— Это все от нервов. Потому и пью ромашковый чай ведрами.

R187 — Мистическая аркана

— Сам понимаешь, не мог тогда сказать при остальных. А потом одно за другое цеплялось, ну и вот…

Я вновь лежал на операционном столе. Странный шип света вонзался мне в голову, но дискомфорта не причинял. Даже наоборот, успокаивал. Тэн был занят, ковыряясь в трехмерной модели мозга. К синим и зеленым пятнам добавились какие — то черные разводы. Будто клякса все глубже и глубже заползала в складки.

— Правильно сделал. А еще правильнее сделал, что пришел опять. Это же просто поразительно!

— Он про меня? — хмыкнула сущность. — Сочту за комплимент. Пусть он и делает меня сонной и слабой, не буду выедать этому человеку глаза.

По словам Тэна, он смазал плащ неким духовным седативом, сделанным из жира на крыльях небесного создания. Состав успокаивал Ын-Бёль, и именно из-за него она была такой молчаливой.

— Вообще от выедания воздержись. — сказал я ей, а затем обратился с полному энтузиазма исследователю. — Так что ты выяснил?

— Обитание духа в мощном артефакте — не новость, такое постоянное случается. Было бы более странно, если бы там совсем никто не жил. Но то, как ты с этим духом взаимодействуешь…

Он покрутил рычажки, нажал на кнопочку, откусил от выпавшего в руку овсяного печенья, и сменил голограмму на изображение какой-то странной диаграммы.

— В девяносто девяти процентах случаев игрок не вступает в столь глубокий симбиоз с артефактом. Однако, ты умудрился посадить его на место исчезнувшего духа Старшей Арканы.

— Трон был пуст. — добавила Ын-Бёль. — Почему бы и не занять его? Нельзя слишком долго оставаться без царя в голове.

— Прости, может я чего — то не понимаю… — это, наверное, потому что из меня опять выкачали два ведра крови. Ох уж эти врачи! — Но раз у меня теперь новый темный пассажир, почему я до сих пор превращаюсь в генма?

— Потому что, какой бы хорошей не была замена, до оригинала ей далеко. Кроме того, ты слишком злоупотреблял очищением и глитч-системой. Боюсь, точка невозврата пройдена.

— Она говорит, Дурака можно вернуть. — сообщил я.

— Сомневаюсь. На снимках я его вообще не вижу. Но, есть чем тебя порадовать. В некотором смысле. — Тэн увеличил изображение. Части древа потемнели, другие видоизменились. — Некоторые подсистемы атрофируются, но есть те, что сумели адаптироваться к твоей необычной ситуации. Я отмечаю следы влияния извне.

— Извне?

— Флогистон. — догадалась драконица.

— Что, прости? — я туго соображаю, когда в ухо светит лазер.

— Флогистон. И еще неведомая мне энергия. С тех пор, как ты соприкоснулся с эзотерическими тайнами твоего мира, я ощущаю прилив сил. Возможно, именно это позволило нам слиться в таком сокровенном танце.

Секунду.

Я поймал ту тварь, которая мучила Настю и флогистон попал мне на кожу. Ын-Бёль тоже касалась его. Потом, я носил в кармане нетбук. И получил целое ведро на голову от Кузьминского. Я действительно был в длительном контакте с этой дрянью. К тому же, панк с фермы атаковал меня магией Старых, и именно тогда пробудилась способность вызывать мелких усатых чертей.

Обо всем этом я рассказал Тэну. Он взглянул на земной компьютер, будто наш современник на первые счеты из каменного века. Из нетбука больше не вытекало серо-зеленой слизи.

— Допустим. Система в Амаравати не очень хорошо переносит другие источники энергетического влияния.

— Переведи.

Исследователь закатил глаза. — Если поймать волшебника и отправить в Паутину, он только потеряет свои силы. С большой вероятностью, умрет. Как максимум, станет бесправным и лишенным прокачки маникином. Их штучки здесь не работают. Но ты живешь на Земле, и с некоторых пор регулярно облучаешься.

— Сама магия исчезает. — отметил я. — Но изменения остаются.

— Так и есть. Столкновение с этими существами оказало на тебя влияние, которое мы просто не могли предусмотреть. Подумать только, целая пиратская копия подсистемы!

— Иначе, мы не смогли бы объединиться. — промурлыкала сущность. — И я в какой-то степени благодарна земным колдунам. Но Артур, мы обязательно должны расправиться с ними. Сорвать маски. Сорвать лица…!

Так. Об этом позже.

— Что поделаешь. Еще одна новая карта. Я ведь даже старые не заполнил. Половину вообще не нашел.

— Одна? — удивился Тэн. — Речь о целой колоде. Он еще не сформировался, но это лишь вопрос времени.

От изначальной ячейки, под названием «Дракон» в разные стороны отходили светящиеся линии. Еще несколько ячеек.

— Все равно что оставить органические образцы без присмотра, а через год обнаружить разумные формы жизни. Ты даже представить не можешь, Артур, насколько я заинтригован. — восхищался исследователь. — Нам нужно провести больше тестов. Раз уж ты справился с заданием, у тебя должно быть на это время.

— Разве ты еще не все из меня выкачал?

— Нужно провести более комплексные процедуры. — он развел руками. — Придется задержаться, месяца на три. Считай это лечением в стационаре.

— Вот чего, а трех месяцев у меня нет. — я резко встал. От странного прибора Тэна кружилась голова, но это можно было перетерпеть. Вытянул руку. «Реквием» задергался и перескочил ко мне через всю комнату. Удобно, когда одежда сама все делает. — Будешь как-нибудь по — другому удовлетворять свое любопытство.

— Но Артур…!

— Я должен им помешать, понимаешь? — сказал я. — Даже если это последнее, что я сделаю перед трансформацией в генма.

— А как же невмешательство? — он выключил свою машину и присел на койку напротив меня.

— Только не начинай. Мне уже наблюдатель все и без того дырявые мозги проел этим невмешательством. — я наконец понял, о чем мне говорил Кворл. — Считай, что я сбросил цепи. Все эти дети, которых обратили Цикады. Все жертвы вторжения рибху. Ну и все, кто пострадал под перекрестным огнем между двумя культами. Я несу за них ответственность, потому что система выбрала меня.

Будь это Дурак, Дьявол или кто-то еще, кто хотел создать идеального носителя — так или иначе, идеальным носителем для всех этих инопланетных мразей стал я. Эту силу я хочу и буду использовать, чтобы ни одна другая потусторонняя сволочь не смела пальцем тронуть простых людей. Не в мою смену. Не пока я еще в своем уме.

Тэн слегка улыбнулся. — Ты напоминаешь мне его.

— Кого?

— Игрока по имени Хан Теун. Одного из прошлых носителей Дурака. Он был таким же идеалистом, и, возможно, именно поэтому дух Арканы выбрал тебя.

— Хан. — все крутится вокруг этой фамилии. — Он был из той же семьи, что и та женщина-егерь? Может знаешь ее. Что это вообще за семейство?

Мой вопрос удивил Тэна. — Насколько я знаю, они потомки одного из Испытателей, участвовавших в эксперименте вместе с Базанос. Прости, но больше я ничем не могу тебе помочь. Разве что, выяснить по своим каналам?

— На самом деле, — я снова поднялся по лесенке к платформе, где располагались приборы. — Ты можешь мне помочь. Предстоит тяжелая битва, и мне понадобятся все хитрые штуки, которые ты можешь предложить.

— Что именно тебе нужно? — с тревогой спросил ученый.

— Я потерял много опыта. — так, что еще. — Мои руки еще не полностью восстановились после вторжения остроухих. И какую-нибудь гадость, что вправит на место мозги, хоть временно. Боюсь, мне понадобится сила этого нового духа. Даже не представляешь, сколько здравомыслия она отжирает.

Разблокирована карта: Советник (The Advisor)

Текущий уровень карты: 1

— Все это должно остаться между нами. — Тэн перешел на шепот. — Я помогаю тебе исключительно потому, что ты носитель Дурака и друг Михаила. Если в Асура Кен узнают, у меня могут возникнуть проблемы. Эти артефакты не приспособлены для смертных агентов.

Мои руки стали гораздо легче. Онемение прошло. Возможно, потому что Тэн к хренам собачьим отрезал старые, израненные грабли и приделал какие-то техномагические протезы. Было ли оно так на самом деле я точно не знаю, был под наркозом. Но ощущения схожие.

Златые длани Интры — Масштабируемый предмет

Изготовлено: *неразборчиво* Хэви Индастриз

+ 15 к показателю Силы

— А еще, мне пришлось потратить свое жалование, чтобы восстановить прежний уровень. — рассмеялся он. — Так что, теперь ты мне должен. Поэтому, обязан вернуться.

Я проглотил горсть таблеток. Тех самых, что рибхушан когда-то дали Тимуру, чтобы его невеста раньше времени не обратилась в генма. Решить мою проблему они не могли, но это уже хоть что-то. — Спасибо. Именно то, что мне было нужно. Ты хороший человек, Тэн. Пожалуйста, не оказывайся злодеем в итоге. — а то сами знаете, как оно бывает.

— Как и ты, Артур Ким. Мы с Дэйдре желаем тебе искупаться в крови своих врагов.

— Ты их вообще видел? — сказал я, уже стоя в дверях. — Это последнее, что я хочу делать.

Посвященный Артур Ким (The Dragon) — Уровень 22

Пик развития/Предел: не определен.

Архетип: боец.

Специализация: защита, комбинированные атаки.

Сила:31/Выносливость:27/Скорость:16/Энергия:6/Воля:12

Пунктов Улучшения: 0

Печати: Адепт (4), Древних (3).

Здравомыслие: 32

Тотем: Ярко пылающий тотем (5).

Вирд: 1

Пунктов Вирда: 12

Перки:

Burning Sun, Bright Moon (3)

Howling Stars (2)

Adaptive Vibes (2)

Madness Vest (2)

Навыки:

Владение молотом (18)

Владение щитом (13)

Контроль атмы (34)

Трансфигурация атмы (12)

Обращение с артефактами (12)

Боевые стили:

Тигр Реки Сей (3)

Громовые когти Цозмы (3)

Способности:

[TIES THAT BIND 1]

Карт открыто: 14/??

Карт пробуждено: 1

[EIGHT HUNDRED FALLING STARS 3]

[EYES OF THE FIRSTBORN 2]

[SPAWN OF EUN-BYUL 2]

Достигнута третья ступень очищения.

R188 — Император (1)

Едва сбежав от своего лечащего врача, я был вынужден отправиться в еще более опасное место.

В поселке я был только один раз, когда пытался поговорить с матерью и был послан лесом. С тех пор минуло очень много времени. Возможно, в этот раз все пройдет легче. Хотя, надежда на такой расклад испарилась, как только я попытался пройти через ворота и ткнулся носом в невидимую стену.

От входа меня отделяло нечто теплое и упругое. Будто пластиковая панель, которой там быть не должно.

— Надо же! Товарищ Ким! — радостный возглас донесся откуда-то сверху. На столбе сидел аист и разговаривал со мной. Какой прекрасный день, а. Не просто ведь аист. Вампир-аист.

— А где весь остальной Тихон? — спросил я.

— Ну, я же не могу вечно оставаться на воротах, — ответил аист. — А следить за периметром приходится. Так чем обязаны?

Значит, это деревня вампиров? Вот именно вот этот поселок? По описанию, я знал, что мама с дядей Сашей живут рядом с гнездом генма. Но не в самом же, блин, гнезде!

— Да вот, хотел пообщаться с родней. Искренне не подозревал, где именно они умудрились поселиться.

Аист задумался.

Аист. Задумался.

Уж чего только не было, а я все не перестаю удивляться.

— Я стесняюсь спросить, а с каких пор у тебя Артур появилась родня в нашем поселке? — поинтересовался он, будучи уже в гуманоидном теле. Вампир вышел из дома и подошел к шлагбауму. Аист уселся ему на плечо.

— Уже пару лет, как живут. Там же у вас полно смертных, не знаю, чего ты удивляешься.

Тихон задумался еще сильнее. — Все еще стесняюсь, но все же спрошу. Ты с чего это взял? — и добавил шепотом. — Нет тут никаких смертных. Ты ошибся деревней.

Поскольку этот вариант я сразу исключил, а от другого мне стало дурно, я присел на лавочку рядом с входом. — Точно?

— Последний съехал в две тысячи втором, — кивнул Тихон.

Тут не захочешь, начнешь материться. Нет, погоди. Этого просто быть не может. Генма просто прикалывается надо мной.

— Мне бы вон тот домик с синей крышей. Там живет милая семейная пара, Ирина Петровна и Александр Васильевич. Как бы на секундочку, моя мать и мой отчим. И ты мне говоришь, что нет смертных. Шутишь, наверное, орнитолог?

Оказывается, когда аист задумался это еще ничего. Вот сейчас аист просто охренел, причем синхронно с вампиром.

— Скажи, что шутишь.

— Сам скажи.

К нам подошел пожилой мужчина, в тридцатиградусную жару одевший ватник. — Какие-то проблемы?

— У нас тут… — Тихон потер затылок. — Неожиданный поворот. Товарищ агент хочет поговорить с председателем.

На самом деле, это действительно было правдой. Я собирался поговорить с вампирами про их маленького собрата и его черные делишки. Но сначала, хотел пообщаться с родичами. Как-то странно все.

— О чем это? — удивился дед.

— Я встретил одного парнишку-генма, который сказал, что он, цитирую, «вне коллектива».

— Интересная отмазка. — шепнул мне Тихон.

— На самом деле это правда, — шепнул я в ответ. — Мелкий мерзавец создает кучу проблем. Так подумал, мне нужна консультация сообщества профессиональных иммигрантов.

— Пшшш… — зашипел дед. — Дожили, уже агенты как к себе домой ходят, — он легко перемахнул через шлагбаум и направился по своим делам. — Ты там своим передай, чтоб не шастали здесь. Мы-то за словом в карман не полезем.

Ох, ирония.

— Сам понимаешь, наши вашим машут, — сказал Тихон. — Я тебя пропущу, но давай ты не будешь долго задерживаться. Выясним, что это все недоразумение, и по домам, окей? Нам неприятности не нужны, а тебе тем более.

— Как скажешь. Главное, не кидай меня в колючие кусты.

Генма просунул руку сквозь невидимый барьер. По воздуху пошли волны, и я смог пересечь черту. Внутри вампирского села, даже воздух был другой. Вампирский. Ну, или я просто переволновался.

В прошлый раз, я еще не обладал даром видеть описания предметов из Амаравати. Они здесь были везде. Каждая декоративная висюлька на домах обозначалась, как артефакт. Подковы, резные голуби, садовые гномики. Все это давало какие-то бонусы. Такое чувство, будто они специально окружали себя вещами из мира, куда им не суждено было вернуться.

— Кончай башкой мотать, не на экскурсию пришел, — птицевед нервничал. Он провел меня мимо дома родителей, не дав даже поздороваться. — Сначала, пообщаешься с главным. Расскажешь про отступника, а потом уже и о своей беде.

Из окошек на нас пялились свирепые морды.

— Я смотрю у вас тут весело и солнечно, — пробормотал я.

— Извини, сюда не каждый день приходят представители кровавого режима. А у тебя прямо над головой висит неоновая вывеска — «Мудила из „Стигмы“». Без обид.

— Какие уж тут обиды…

— Мне казалось, вы тут рядом с людьми живете, — я проследил глазами за пробежавшей мимо девчонкой с рогами и козьими копытами. — Не ожидал попасть в настоящее «Загибалово».

— Друг мой, нам ведь тоже хочется свободы и комфорта. А какой может быть комфорт, если постоянно надо шкериться? Ты не подумай, обошлось без крови. Кому-то предложили вариант получше в соседних поселках. Кого-то обратили. Все тихо и мирно.

Во дворе, мускулистый гигант колол дрова. Увидев меня, Рома приветственно помахал рукой. — О, Артур! Какими судьбами?

— Да я, как бы… — ну что тут скажешь. Это крайне неожиданный визит.

— Молодежь! — влез Тихон. — Вот вы в городе видитесь, там и пообщаетесь. Хватит рвать шаблоны консервативной части сообщества.

Культурист вернулся к своему занятию. Со всех сил врезал топором по деревяшке. Аж щепки полетели.

Тихон оставил меня на входе в дом председателя. Зашел внутрь. Его не было минут десять. Орнитолог вернулся с выражением еще большего недоумения на крестьянском лице.

— Значит так. Заходишь. По сторонам не смотришь. Сразу поднимаешься на второй этаж. Ничего не трогай. Там по ситуации, — он хлопнул меня по плечу.

Я так и поступил. Поднялся по красивой антикварной лесенке наверх. Постучал в единственную дверь.

— Да заходи, чего уж теперь… — взволнованно сказал председатель генма Приморского края, бывший беглец из Паутины Амаравати и по странному стечению обстоятельств, мой отчим и отец Алисы, Александр Васильевич. — Ну, вот и встретились снова, Артур. Наверное, глупо с моей стороны было надеяться, что этого разговора никогда не произойдет.

Разблокирована карта: Император (The Emperor)

«Есть силы, которые не может преодолеть ни добрая воля, ни подходящее обучение; иногда нужна решимость поднять меч».

Уровень связи: 1

— Алиса тоже…? — вот и все, что я смог выдавить из себя спустя пять минут сидения напротив него. Чувствовал себя один в один как тогда, во время похода в военкомат и разговора с психиатром. Человек вываливает на тебя кучу сомнительных сведений, что не помещаются в голове. Начинают литься из ушей.

— Нет. Она полукровка, как и ты, — ответил дядя Саша — дружелюбный сосед-кровосос. — Ее мать была человеком. Погибла в несчастном случае, до того, как я успел ее обратить. Если вообще планировал это сделать. Разве теперь вспомнишь?

— Понятно, — если бы Алиса тоже оказалась вампиром, я не знаю, что бы я ощутил. С ее стороны это было бы какое — то жуткое предательство. От этих людей я мог ожидать чего угодно, но Алиса… — Так, минуточку. В смысле, как я?!

Дядя Саша несколько раз моргнул, словно осознавая, что только что ляпнул. — Упс, неловко вышло. Я подумал, ты уже догадался.

— Чего-то я вообще уже ничего не соображаю. Ты обратил мою мать?

— Так уж вышло, что с тобой я познакомился раньше, чем с ней. И она уже была генма, собственно, именно поэтому мы и сошлись. Знаешь ли, не хотелось снова терять близкого человека, — он говорил так спокойно, будто рассказывал, что купил в магазине. Или кто вчера выиграл в баскетбол. Только мне что-то ни хрена не нравился такой баскетбол.

Но ведь все теперь сходится. Нет, не все. По крайней мере, нашлось объяснение тем штукам в моей голове, которые обнаружил Тэн. Вот так зайдешь чайку попить, а тебе сообщают, что ты гребаный Блейд.

— Скажу честно, даже не могу представить, о чем ты сейчас думаешь. Возможно, хочешь набить мне лицо, но это не очень хорошо скажется на атмосфере поселка, да и на отношениях между нашими фракциями.

— Дядь Саш, да как так-то? Ты ж вроде нормальным мужиком был… До тех пор, пока мать из семьи не увел. Хотя, теперь если подумать… ох елы… — медвежонок все говорил, говорил. А ежик думал. — Я ж, когда синдром заработал, ты первым был, над кем табличка появилась. И там было написано «смертный»! Смертный! Какого хера ж тогда?!

— Скрытность в нашей природе. Другое дело, что ты не должен был получить систему «Стигмы» в тот день. У нас были на тебя несколько… другие планы. Ну да ладно. Расскажи мне про того мальчишку.

— Секунду, — кивнул я. — сейчас отойду от того, что вся моя жизнь ложь, а моя мать — вампирша, и расскажу.

— В ее защиту, стоит сказать: Ира не хотела впутывать в наши дела смертную семью. А потом ты внезапно записался в «Стигму» в шестилетнем возрасте, и ей было… сложно. Все эти попытки тебя вылечить… она ведь знала, что это не лечится. Рано или поздно, ты должен был пробудиться и стать агентом. Соб’сно так и вышло.

— То есть, мама ушла, потому что считала меня врагом. Прекрасно, — вдох-выдох. — А отец? Брат? Они-то в чем виноваты? — хотя, я, может, и про них чего-то не знаю.

— Сам у нее спросишь. Откровенно говоря, мы знали, что ты придешь. С тех самых пор, как ты, скажем так, помер, а потом так же неожиданно оказался жив-здоров.

— Я был в Паутине. Там не считается.

— Видишь ли, сынок, — «отчим» подвинулся ближе. — Та система, которая оповещает родню, в случае смерти генма сработала и с тобой. Понимаешь, к чему я? Она действует только на таких как мы. Не на смертных полукровок. Но с тобой вышло. Как это понимать?

— Без понятия. Загадка природы, — буркнул я.

— Артур, я не люблю, когда мне врут, ты же помнишь. К несчастью, я всегда точно знаю так это или нет. Можешь спросить сестру, ей никогда не удавалось уйти безнаказанной. Так что давай будем честными друг с другом.

— Хорошо, я знаю, почему так случилось, — теперь знаю, потому что тогда времени не было подумать, что это за фиговина. — Это ничего не меняет. Для кого-то кто не любит ложь, ты и твоя жена как-то уж очень много скрыли от своих же детей.

— Так и есть. Довольно лицемерно с нашей стороны. Но, а что мы могли сделать, с другой стороны? Варианта ведь всего два, сынок. Либо к умным, либо к красивым. Но если станешь умным, пути назад уже не будет.

— Дядь Саш, давай без философий, — я пребывал в дичайшем трансе. Отчасти, потому что мог догадаться обо всем и раньше.

В последнее время, вы чувствуете себя несчастным. Желание есть конфеты увеличено на 2.34 %

Получен перк «Крепись, все будет хорошо!» — не содержит бонусов, кроме моральной поддержки.

Отчим чуть бровью потолок не пробил. Он дотянулся до всплывшей передо мной панельки, буквально вырвал ее и начал крутить в руках.

— А вот сейчас ты уже меня в шок поверг, — произнес он. — Вы только посмотрите, что на белом свете творится.

Его ладонь охватило бледно — розовое сияние. С кончика указательного пальца сорвался тонкий луч. Я резко наклонился вправо, и луч прошел мимо моей шеи. Краем глаза, я увидел, как он разворачивается.

— Ну-ка не дергайся, — сказала дядя Саша. — Это совсем не больно.

— Что-то я тебе уже на слово не верю! — я опрокинул стул, и покатился по полу. Луч, или скорее тонкая световая игла на сверкающей нитке последовала за мной.

— Я просто хочу узнать, каким образом ты сумел получить «оперативный контроллер развития» и глитч-систему. Но ты, сынок, слишком хитрый, чтобы все просто так рассказать.

— Если нападешь, — сказал я, лежа на полу. Игла крутилась у меня прямо перед носом. — Я вызову подкрепление. Поднимется такая вонь, которая нам обоим не понравится.

— Зови, — улыбнулся отчим. — У твоего начальства глаз выпадет, когда они узнают, кого приняли в свои ряды.

…

— Может, мы с тобой не так уж и близки, сынок, — не унимался отчим. — Но все же, так или иначе, семья. Только поэтому ты сейчас не валяешься на полу, пуская слюни.

— Это радует, — хотя на полу я уже успел полежать. — Просто, я не очень люблю, когда мне лезут в голову грязными руками.

А еще, эта способность очень уж напоминает ту лазерную лоботомию, устроенную вампирами год назад в санатории и поселке. Ох, дядя Саша, что же ты творишь, старый ты хрен?

— Ты пришел поговорить с нами, как с родней. И еще, ты пришел поговорить со мной, как с предводителем генма. Не вижу смысла ломать комедию, и что-то утаивать. Пришел — говори. Как вышло, что агент «Стигмы» конвертируется?

— Может, потому что я полукровка, не? — переспросил я. — Всякое может быть.

— Не может, — он покачал головой. — Скольких «Стигма» не вербовала, все были обычными агентами. К тому же, сынок, ты уже признался — все ты знаешь. Потому, говори. А я уж буду действовать по ситуации.

Так…

С одной стороны, в детстве я считал его классным мужиком. Но то в детстве. До того, как он увел мою мать из семьи, хотя как выяснилось, она ушла сама. А еще он возможно устроил куче людей микроинсульты, и вообще, генма творят в пригороде всякие непотребства.

С другой — мне нужна помощь генма по двум вопросам сразу. Кто, как не их предводитель расскажет мне, чего ждать после конверсии? И Кобальта угомонить навсегда тоже могут только они, как выяснилось.

Этой ночью, мне приснился сон. Я его почти не помню, но есть вероятность, что я там кого — то рвал на части голыми руками и обмазывался кровью. Тревожные мысли не отпускали целый день. Отвлекся, только когда на голову посыпались шокирующие откровения. Будь что будет.

— После травмы, я потерял внутреннюю связь с Паутиной, — сказал я. Не вру ведь? Будем надеяться, что детали обговаривать не обязательно. — Система начала конвертацию, и с тех пор мне мерещатся всякие ужасы. А системные плашки ты и сам видишь.

Отчим посмотрел в потолок, постучал пальцами по дереву. Я дал ему много пищи для размышлений.

— И ведь, правда, не врешь, — хмыкнул он. — Или сам в это веришь. Сдается мне, не так все просто, как нам кажется. Ну-ка, Артур, иди сюда.

Через арку с резными зверями можно было выйти на террасу. Богатый все же у Александра Васильевича рабочий кабинет, ничего не скажешь. Сам-то живет в обычном домике. Или это только когда человеком притворяется?

Во дворе носились дети. Рогатая девчонка, пацан с пузырем на голове. Еще один мальчик, вполне обычный, если не считать хвоста, как у черта. За забором мужик жарил шашлыки, держа шампуры в руках и нежно обдувая их огнем.

Обычный летний день в дачном поселке. Где-нибудь в районе Фукусимы.

Я заметил, как из соседнего дома вышла Даша в фартуке и что-то крикнула детям. Вид у нее был вполне счастливый.

— Есть смысл «Стигме» под меня копать? — спросил дядя Саша и ответил сам себе. — С чего бы? Живем мы мирно, никого не трогаем. Себя никому не позволяем трогать. От сволочей из Хабаровска официально открестились, как и все нормальные поселения на востоке.

— Я не думаю, что ты им очень интересен, — сказал я, осматривая окрестности.

— Но все же. Ладно, допустим, мой пасынок мог стать агентом. Полукровка, предрасположенность есть, прецеденты есть. К тому же, это случилось до встречи с Ириной. Но сынок… — на лице отчима появилась хитрая ухмылочка. — Каковы были шансы, что именно ты станешь первым слугой «Стигмы» превращающимся в генма? Да еще и без всяких связанных с этим трудностей?

— Вот чего-чего, а трудностей просто выше крыши.

— Не смеши меня, парень. Тот, кто может просто так взять и начать творить зло не станет этого бояться. Он будет наслаждаться своей жаждой. А ты, Артур… в тебе нет Жажды. Есть только заменивший ее страх, который пытается исковеркать все хорошее в твоей душе. Это жутко и больно, но ты не монстр, которому нужно очищение бриллиантовым пламенем генма.

— Мы же вроде договорились, без философий.

— Ты хороший человек, Артур. Может даже хороший агент. И ты никогда не станешь сумасшедшим беглецом, но это не главное. Главное в другом. Или ты настолько хитер, чтобы обмануть меня. Или кто-то еще считает, что мы с тобой оба идиоты. В любом случае, нам нужно многое обсудить.

R189 — Император (2)

Внутри обычного дачного дома, с белым заборчиком и треугольной крышей скрывался настоящий восточный интерьер. Бумажные фонарики, такие же бумажные скользящие двери и узоры в виде квадратиков.

Мама ждала нас в гостиной.

Она выглядела гораздо моложе, чем когда я видел ее в последний раз. Вполне могла сойти за нашу с Алисой ровесницу. Если не младше. У женщины, сидевшей на красном диване, почти не было ничего общего с моей матерью, кроме каких-то общих черт лица.

Нервная, истеричная домохозяйка с трясущимися руками исчезла, вместе с необходимостью играть эту роль. Разве что истеричность никуда не делась, как я позже заметил.

Я увидел властное, хищное существо с пышными светлыми волосами и периной из семи пушистых хвостов. Большие лисьи уши с кисточками, холодные голубые глаза и два совершенно не вампирских клыка.

Отвези меня домой, волшебная лиса.

Это и есть твое истинное лицо, которое ты скрывала от нас всю жизнь? А отец даже не подозревал… Хотя, кто его знает. Они все отвернулись от меня. Может быть, и на той стороне семьи ожидают какие-нибудь инопланетяне и попаданцы из будущего.

Мама сурово посмотрела на дядю Сашу и спросила. — Зачем? Зачем ты его привел?

По сравнению с ней он выглядел совершенно обычным. Либо, решил до последнего хранить человеческий облик.

— Он сам пришел за советом. Стоит признать, мальчик впутался в достаточно неординарную историю.

— Гони его в шею, — сказала Ирина Петровна, бывшая воспитательница в группе дошкольного обучения, и по совместительству семихвостая лисица.

— Эм, я вообще-то здесь сижу, — я подал голос, напоминая забывшимся генма о своем существовании.

— Помолчи, Артур, — она резко заткнула меня. Ух, ностальгия. Прям как двадцать лет назад. — Ты же понимаешь, они специально прислали именно его. Тот клан давно хочет от тебя избавиться.

— Есть такая буква… — дядя Саша потер лоб. — Но все же, что-то не сходится. Скажи ей.

— Я превращаюсь в генма, мам, — пробормотал я. — Наконец-то мы станем настоящей семьей.

— Он еще издевается, — хмыкнула мама, еще сильнее распушив хвосты. — Это невозможно. А если бы его кто-то обратил, «Стигма» уже бы мокрого места не оставила от обоих.

— А ты принюхайся, — нахмурился отчим. — Это конверсия. От парня за версту несет беглецом, будто он месяц назад вывалился из дыры. Но мы оба знаем, такого не бывает.

— Значит, это они что-то сделали. Специально, чтобы ты заинтересовался.

— Можно спросить, кто такие они? — я снова напомнил о своем присутствии.

— Жаль, я не научила тебя не влезать в чужие важные разговоры, — вздохнула лисица.

— Возможно, это наших рук дело. — произнес дядя Саша.

— Мы перестали общаться, когда мне было девять. Девяносто процентов пробелов в моем воспитании — твоя вина, мам.

Она зашипела, как сердитая кошка.

— Много лет назад, — пояснил отчим. — Я перешел дорогу главе одного из кланов «Стигмы». Довольно мрачная история, пожалуй, подробности сейчас не важны. С тех пор они периодически пытаются отравить нам жизнь, хоть и не могут навредить в открытую. Есть вероятность, что твое состояние — их рук дело.

— Я на самом деле не общался с руководством. Только с наблюдателями, — я старался подбирать слова так, чтобы у него не сработала внутренняя сигнализация. — И в Паутине никого не знаю, разве что одну гильдию. И то лишь потому, что, Михаил Юрьевич с ними дружил.

— Случайно, не Казаков? — удивился дядя Саша. — Пересекался с ним?

— Несколько раз охотились вместе. Он учил меня прокачивать систему, рассказывал всякое. Когда умер, оставил мне дом, — который я не уберег.

— Слышала? — он обратился к маме. — Ты прекрасно знаешь на кого работал старик. Если так, наша догадка может не так уж и верна.

— Глупости! — вскрикнула мама. — Ты всегда… всегда был на его стороне. И сейчас выгораживаешь. Я тебе гарантирую, мальчишку прислали, чтобы он разрушил здесь все, что мы здесь с таким трудом построили.

— Ну конечно, мамочка, — как-то само вырвалось. — Иного обо мне мнения у тебя просто не могло сложиться.

— Это как минимум взаимно. Ты ведь до сих пор называешь нас не иначе как «вампирами» и «кровососами».

— Мам, ты пьешь кровь прямо сейчас.

У нее в руках была изящная фарфоровая кружечка с фирменным бордовым эликсиром.

— Саш, уведи его, я так больше не могу.

Отчим хотел что-то сказать, но резко передумал и сказал другое. — Боюсь, нам не стоит оставлять его без присмотра. Такая конверсия может закончиться чем угодно. Может быть опасно.

— Опасно привечать агента в сообществе, — огрызалась мама. — По головке за такое не погладят никого. Пусть отправляется на все четыре стороны, а если взбесится, о нем есть, кому позаботиться!

— Ты ведь на самом деле так не думаешь, — сказал я. — Тебе не плевать на меня, как бы сильно ты не хотела это продемонстрировать. Иначе бы ты не позвонила.

В тот момент, я ощутил непреодолимое желание подразнить ее. Не знаю, как это объяснить. Все эти годы, я считал, что мать не просто равнодушна ко мне, а что она искренне жалеет о моем существовании. Но теперь, когда я узнал истинную причину такого отношения, и что в глубине души у нее остались какие-то материнские чувства… Пфф, карма существует и наказывает вампира.

Щеки лисицы стали пунцовыми. — Саша, умоляю тебя, я ему сейчас расцарапаю лицо.

Разблокирована карта: Любовники (The Lovers)

«Путь от сознания к подсознанию и дальше — к сверхсознательному, божественному.

Дорога от низких желаний и эмоций к высоким духовным отношениям».

Уровень связи: 1

Без комментариев.

— Пойдем, Артур, — отчим положил мне руку на плечо. — Ей тоже нужно время, чтобы все это переварить.

Мама надулась, демонстративно завернулась в хвосты, словно в кокон.

— А нам с тобой нужно обсудить еще пару важных вопросов. На самом деле, ты появился очень вовремя.

…

— Открою тебе еще один секрет. Если ты, конечно, от них еще не устал, — мы дошли до развилки и направлялись к трехэтажному сараю на другой стороне поселка. Генма не переставали гневно пялиться на меня, уважительно кивать председателю, и снова гневно пялиться.

— Знаешь дядь Саш, я уже как-то привык к разному неведомому дерьму. Вот до сегодняшнего дня, меня еще можно было выбить из колеи. А теперь все как-то померкло.

— В ту ночь твоя мать просто обрыдалась. Никогда ее такой не видел.

— Она когда скорбела по мне, вытирала слезы хвостом? — у меня такое смутное ощущение, что я видел эти чертовы хвосты раньше. Когда был совсем-совсем мелким. Оказывается, мне это не приснилось.

— Артур, у нас у всех свои приоритеты. Мать живет в пять раз дольше тебя. Это сообщество старше тебя на двадцать лет. Все что она сделала, было для твоего же блага.

— Понятно. Я всего лишь незначительная часть ее жизни. На старости лет, лисица решила поиграть в семью.

— Имеешь право злиться, — пожал плечами отчим.

— Я не злюсь даже. Просто… в голове не помещается. А твоя дочь как вписывается в эту парадигму?

— У нее своя жизнь. Думаю, она догадывается, что все не так просто. Стараюсь беречь ее от всей этой политики. Ты, ясное дело, не особо помогаешь.

Сейчас еще один будет запрещать мне. Видели уже, знаем.

— Делаю, что могу, знаешь ли. Мне бы тоже не хотелось, чтобы Алису хватил инфаркт, когда она узнает, что является дочкой местного Дракулы.

Дядя Саша скорчил недовольную физиономию. — Угомонись. Многие из нас считают такие сравнения оскорбительными. Что скажешь, если я начну осыпать тебя стереотипами об азиатах?

— Меня не так легко оскорбить, — я развел руками. И сюда добралась политкорректность. — Но ладно, раз уж ты просишь, я воздержусь от использования слова на букву «В».

Отчим присел на низенькую лавочку. Рядом были только детские качели, и я умостился там.

— Двадцать лет назад. — сказал дядя Саша. — Я заключил сделку с одним созданием из Паутины. Ему нужен был носитель, а мне нужен был… Так или иначе, ему было что мне предложить. Но оно обмануло меня.

— В плане…?

— Помнишь, когда тебя возили на операцию по исправлению носа?

— Что-то припоминаю. — это очень смутная часть моего детства. Егор сломал мне нос? Или я сам упал? Все в тумане. — Дай угадаю, с носом у меня было все в порядке?

Он вздохнул. — Операцию провели, но она должна была сделать из тебя идеальный сосуд для этого существа. И была успешной. Но, видишь ли, в чем дело. Предыдущий носитель, человек которому мы доверились, выпустил существо. Но оно тебя не выбрало. Вместо этого, ты стал спящим агентом «Стигмы».

— Сделка сорвалась. — надеюсь, эльфийские таблетки меня успокаивали. — Я был вам больше не нужен.

Я не сказал ему, что Дурак выбрал свой идеальный сосуд. Просто вместо того, чтобы сделать из меня генма, он пошел другим путем.

— Это не твоя вина, но между тобой и матерью в тот день возникла пропасть, пересечь которую нам всем мешал Договор. Прости, Артур. — он покачал головой. — Над многим в этом мире мы не властны.

— А вот и блудный сын! — громко крикнул кто-то. На меня будто несся грузовик. Лишь глаза Перворожденного позволили мне вовремя вскочить и выставить щит. Искрящийся зелеными молниями кулак чуть не пробился сквозь прокаченную титановую пластину. Удар отправил меня в полет, на встречу с лежавшей неподалеку грудой бревен.

— Герман! — сердито крикнул отчим. — С ума сошел, нападать на агента?!

— Что, я просто хотел его слегка проверить! Он не имеет права здесь находиться, так что мы оба немножко нарушили устав. Минус на минус. — передо мной стоял трехстворчатый бугай вроде Ромы, только еще шире. Более того, я уже видел этого парня когда-то в спортзале. Он тогда как раз пришел вместе с философствующим качком. — Считай, проверил. Первый блин комом, короче.

Герман был одет в рокерскую кожаную куртку, рваные джинсы и берцы с металлическими вставками. Везде были понатыканы острые шипы, слишком большие, чтобы быть просто декоративными. Но больше всего меня поразило его лицо. Будто нас с Алисой смешали в блендере, а результат потом очень хорошо кормили. Его желтые глаза с вертикальными зрачками презрительно сверкали.

— Домой иди. Матери сейчас нужна поддержка. — твердо сказал отчим.

— Ясное дело. — хмыкнул здоровяк. — Бывай.

С чувством выполненного долга мой брат пошел в сторону председательского дома. Нет, я знал о его существовании, но представить не мог, что встретимся мы вот так. Силен, гад. Очень силен. Да еще и упырь. Но чего ожидать от вампира? Мой второй брат был рожден вскоре после того, как отец увез меня из Владивостока. Мы знали о существовании друг друга, но желания как-то пересечься никогда не возникало. Понятно, что мама настраивала его против меня — учитывая, что оба оказались генма, это вполне объяснимо.

— Ты как? — спросил дядя Саша. Но руку мне не протянул.

Из бревен пришлось вылезать самому. — Брось, меня такое уровней десять назад перестало впечатлять.

Ладно, Ким. У тебя отвратительная семья. Скоро ты к ним присоединишься и станешь таким же отвратительным. До тех пор надо сделать как можно больше полезного. — Тайны прошлого меня очень интересуют, но у нас с тобой есть более насущные проблемы дядь Саш.

На окраине поселка стояло двухэтажное здание. Обычный барак. Таких полно в воинских частях и отдаленных городских районах. Здесь вполне могло находиться какое-нибудь правительственное ведомство, или больница.

Больницей внутри и пахло. От хлорки щипало в носу.

— Куда мы идем? — спросил я у дяди Саши, вполне ожидая что повелитель кровососов решил пустить неудобного пасынка на органы. Все равно толку от меня не так много.

— Здесь у нас живут те, кому повезло заиметь высокий Вирд. Надо поговорить кое с кем.

За неприметной деревянной створкой — спуск в ледяные подземелья. В подвале было градусов пять, не больше. Ткань плаща прижалась к моей коже.

Из-за тяжелых железных дверей раздавались чавкающие и хлюпающие звуки. Мы шли по коридору, а такое ощущение, что по зоопарку. Или тюрьме. Вспомнилась сцена первого визита Клариссы Старлинг к доктору Лектеру.

— Насколько высокий Вирд, ты сказал?

— Очень. Хочешь взглянуть?

— Не особенно.

— Действительно. Не стоит лишний раз беспокоить собратьев.

Кто-то тихо пел. За другой дверью плескалась вода. Третья обросла глазными яблоками и ушами, когда я проходил мимо.

— И они здесь всегда? Взаперти?

Председатель криво улыбнулся.

— Они не любят гулять. Многие даже передвигаются с трудом. Но ты не подумай, о собратьях всегда заботятся. И о тебе позаботимся, уж поверь.

— Да уж верю.

Дядя Саша постучал по ярко-оранжевому металлу. С лязгом, замки пришли в движение. Дверь приоткрылась, явив моему взору голые бетонные стены. В уголочке стоял облезлый столик, на нем компьютер времен военного коммунизма. Я на таком у бати на работе в «Поле Чудес» играл. Старое железо включилось само по себе. Экран засвербил белыми строчками.

— Что-то долго. Старею наверное. — прозрачный юноша вышел прямо из стены. Выглядел он будто на записи, причем очень старой. По всему телу генма шла характерная рябь, напоминавшая о телевидении девяностых и пленке для видеомагнитофона.

Он одновременно стоял рядом с нами и транслировался откуда-то. Возможно, из непонятной штуки на потолке, мигающей красным огоньком.

— Здрасьте, Александр Василич! — махнул рукой парень. На меня посмотрел с некоторым удивлением, возможно даже страхом.

— Артур, мой пасынок. По совместительству, местный страж порядка. Так уж вышло. — покачал головой председатель. — А это Николай, наш айтишник.

Машинально я протянул ему руку, но моя ладонь лишь прошла через помехи, разбросав их мерцающими хлопьями. Парень лишь слегка вздрогнул и скорчил максимально презрительную физиономию.

— Чет не бьется… — пробормотал он.

— Ты не думай об этом, — дядя Саша подошел к компьютеру. — Лучше расскажи ему о нашей небольшой, так сказать, проблеме.

Айтишник слегка завис. — А вы уверены, что ему стоит об этом знать?

— Осторожность похвальная. Но едрена мать, Коля я же прямо здесь стою и говорю тебе: выкладывай карты на стол.

— Ладно-ладно. Просто чтобы потом не ходили слухи, будто я сотрудничаю с «собаководами». — Коля постучал по клавишам. — Можно поинтересоваться в чем дело-то?

Я поведал им про «Сломанные игрушки» и про флогистон. Все, что случилось в последние пару недель. Генма выразили обеспокоенность. Тем временем, выпуклый экран монитора как бы спроецировался на стену.

Коля зашел на сайт, судя по виду, не менявшийся со времен девяносто восьмой винды. Обычная темно-зеленая имиджборда с кучей досок. Парень листал каталог, а я только и успевал выхватывать из списка названия тем.

Вот кто виноват в срыве собрания в Благовещенске!

Клан Лазурной Змеи: друзья или враги?

Упоротых Страстей тред: система заставляет грызть кирпичи? Тебе сюда!

Сахалинское отделение «Стигмы» охерело в край. Ставить ли «собаководов» на место?

— Это что, форум Генма?

— Нам ведь нужно как-то собираться и обсуждать вопросы. — хмыкнул Коля. — Естественно, все анонимно. Тут то, что я должен тебе показать.

Тему открывала картинка когтистой лапы с пламенем на ладони. Далее следовало полотно текста, в котором анон красочно расписывал почему Договор — это полная хрень, быть генма яростный отстой, и что вместо старой крови надо вкушать флогистон.

— Слухи ходили давно, но активно агитировать начали примерно год назад. — объяснил председатель. — Из наших, насколько мне известно, никто не повелся. Но в других областях были перебежчики, что приехали сюда.

Коля удалил всю тему одним щелчком. — Без толку. Спамят как чокнутые. Наверняка у них есть кто-то разбирающийся в ботах.

— Благодаря тебе, Артур, мы теперь знаем кто переманивает собратьев. И за это, поселенцы будут очень признательны.

— Признательность — это ладно, — ответил я отчиму. — Но что ты будешь делать с этой информацией?

— Не могу же я оставить такое без внимания. Раз уж «Стигма» не хочет решать проблему, мы обязаны взять дело в свои руки. Но… У тебя ведь уже есть план, сынок? Ты ведь на что-то рассчитывал, когда заявился сюда?

Ничего от него не ускользает. Проницательный черт. А уж если появилась возможность решить проблему чужими руками, дядя Саша ни за что ее не отпустит. Хотя, он прав. У меня есть идеи.

— Если честно, я надеялся, что в договоре есть некоторые лазейки, и генма смогут помочь мне в этом нелегком деле. Неофициально, так сказать.

R190 — Колесница и Луна

— Как дела? — спросил Рома, не отрываясь от своего занятия. Он отложил топор и теперь что-то складывал в горящую железную бочку. — Герман сказал, ты станешь таким, как мы.

— Уже разболтали? Кошмары, навязчивые мысли, сонный паралич и прочие радости конверсии. И онемение после его удара в руках. Так что вышел подышать после подвала. Сейчас домой пойду. — из бочки дико воняло, будто жгли пластмассу. Подышал.

— Обычные люди всем этим тоже страдают. Бывает и хуже.

Действительно. Снова этот странный аргумент. Почему, если кому-то хуже, мне должно стать хорошо? Злорадство еще никому не помогло.

Огонь пожирал нарисованных лебедей. Когда картина сгорела, и тонкая деревянная рамка осыпалась, Рома взял из стопки у своих ног еще одну. На этой была изображена бегущая собака. Она тоже отправилась в бочку.

— Я смотрю, ты не большой ценитель живописи.

— Почему же? Совсем наоборот, — улыбнулся он. — К сожалению, иногда приходится заниматься подобными вещами. Ты поймешь, когда станешь одним из нас.

— Хм… значит, это твоя…как ее… Страсть?

— Да.

— Жечь рисунки по номерам?

— Да. Не только по номерам. Вообще все картины. Просто, действительно хорошие и ценные полотна рука не поднимается уничтожать. Даже если это и очень приятно.

Если бы с моря не дул прохладный ветер, находиться во дворе было бы решительно невозможно.

— То есть, ты периодически испытываешь потребность бросить в огонь картинку и просто смотреть, как она горит? — все же генма — редкостные извращенцы. Интересно, чем приходится заниматься маме, чтобы не сойти с ума? Хотя нет, не хочу знать.

— Вроде того, — он повернулся ко мне. — Когда смотришь, как исчезает полотно, как пляшут искры… Испытываешь что-то глубокое, такое личное. Это очень сложно описать. Наше взаимодействие с системой в принципе завязано на индивидуальных ощущениях. Я постараюсь научить тебя.

— А просто смотреть в огонь…?

— Не то. Знаешь…, — как всегда, он говорил очень открыто. — Раньше я покупал картины на рынках, или прямо у художников. Это помогало сбить уровень Страсти, но мне было жутко стыдно перед людьми.

— Само собой. Кому будет приятно, если его труды покупают, только чтобы уничтожить?

— Вот, ты понимаешь. Были те, кто малюет только ради денег или славы, без идеи и без души. Их картины не жалко, но они и удовлетворения не приносят. Я пытался сам, но это тоже не то. Пришлось договориться с девчонкой из сообщества. Она рисует их специально для меня. Старается, чтобы пробирало, но особо не напрягается.

— Звучит как компромисс.

— Все же, это довольно странная привычка, — отметил я, когда в пламя отправились скачущие по лугу зайчики.

— Все равно что пить кофе по утрам, даже если он поднимает тебе давление. Или пиво вечером в пятницу после тяжелой рабочей недели.

— Или порнуха в инторнетах.

— Это уже из области более вредных привычек, — скривился генма.

— Что поделаешь, все мы были молоды, — а с некоторыми из нас общались только в той же степени поехавшие девочки. Там все пятьдесят на пятьдесят. — Но та кроличья нора уходит очень глубоко.

Зайчики, тем временем, будто убегали от огня, разлетаясь по рвущемуся полотну.

— Как оно вообще? Быть генма?

— Тоже самое как спросить, каково быть человеком.

— Но вы ведь не люди, — я не унимался. — И ладно, так уж и быть, не вампиры. Тогда кто? — и только посмей сказать, что «скрытные демоны» это не просто красивый синоним.

— Каждый видит это по-своему, — ответил Роман. — Я таким родился, и не могу говорить за тех, кто сбежал. Или обращенных.

— Но все-таки? Наверняка, за такую долгую жизнь ты и сам задавал себе подобные вопросы. Я лет с десяти и примерно до двадцати только и думал: кто я? Почему именно у меня эта дрянь в голове? За что я должен так страдать?

— Не такую уж и долгую, — он рассмеялся. — Мне всего девятнадцать.

У меня не хватило фантазии придумать какой-то едкий комментарий, про такую-то бороду в девятнадцать лет. Про туловище вообще молчу.

— Я когда «Матрицу» посмотрел. — Рома избавился от последнего рисунка. — Долго думал, что этот мир тоже в каком-то смысле цифровой. И простые люди в нем — программы. А мы пиратский софт со сбоями и вирусами. Или просто кучка битых пикселей. Понимаешь?

— Хм. Не знаю даже.

— Но это я. Кто-то однажды сказал, что генма — шрамы, оставшиеся после попытки двух наших реальностей залечить раны.

Почему у меня такое чувство, что ему это все не очень-то и нравится? По сравнению с остальными, Рома какой-то уж слишком человечный. Мать со своим мужем, Тихон, Оскар, Кобальт… все они какие-то чертовы бездушные инопланетяне.

Я бы может и хотел понять их и разобраться, но все эти махинации за моей спиной, да и само отношение убивают всякие ростки желания идти на контакт.

— Как думаешь, я останусь собой? — спросил я, когда огонь уже погас.

— Понятия не имею. Ты такой первый и пока что единственный. От того, все тебя хотят.

— Я может, не хочу, чтобы меня хотели… Особенно так интенсивно.

— Ты извини, Артур, но я прямо скажу. Все что с тобой происходит — пусть и неприятно, при этом ничего смертельного.

— Кому-то легко говорить, — вот появится у меня страсть тоже что-нибудь жечь. Например, штаны. Ух, веселье! Перечислять все черные полосы за последнее время я уже устал. — Сам видишь, как все мутно вокруг.

— Тебе нужно определиться с целями, — твердо сказал Роман. — Человека с мотивацией сразу видно.

— Пожалуйста, не надо про мотивацию, — процентов сорок моих проблем начались с этих драных методичек и их создателя. — Это очень ненадежная лошадка.

— Подумай на досуге. Я не говорю про всякую банальщину, вроде «стать сильнее, чтобы защитить близких» или всякое такое. Ты не умираешь, и быть генма это не приговор. Пока человек не умирает, он к чему-то стремится, что-то делает. Разница в том, понимает он к чему именно и для чего, или нет. Мне кажется, ты пока не понял.

Система пискнула. Это был хорошо знакомый мне звук. Повышен уровень карты. Я наладил контакт с Колесницей.

— Думать — не мешки ворочать, — хмыкнул я. — Психологическая поддержка тоже входит в число твоих обязанностей?

— Если тренер не может мотивировать по-настоящему — говно он, а не тренер, — сказал генма.

В последнее время, вы чувствуете себя несчастным. Быть несчастным плохо. Уверенность в собственных силах выросла на 1 %

— Это можно как-нибудь убрать? — я перекинул плашку через забор, но она все равно вернулась.

— Только через эликсир. На вкус — потрясающая гадость, что-то между медной проволокой на зубах и суспензией от боли в желудке. Сначала будет тяжело, но ты втянешься. Через пару лет может, даже плеваться перестанешь.

…

— Так что, к родителям-то съездил? — Олег задавал умные вопросы. И получал соответствующие ответы.

— Съездил. Ничего не поменялось.

Нужно объяснять, почему я ему не рассказал? Вдобавок, напарник в меня совсем чуть-чуть не верит и немножко считает поехавшим. Только потому, что я не согласен с его новой жизненной философией.

Недалеко от дома Олега, в небольшом лесном массиве появился мелкий разрыв. Он и сам мог бы разобраться, но решил позвать меня, не подозревая, что в душе я уже превратился в диванную подушку.

— Знаешь, до конца надеялся, что ты не прав, — сказал он, спрыгивая с бетонной трубы в овраг. — Львович, он же на сектанта совсем не похож.

— Во-первых, ему не хватает только бороды лопатой, чтобы смахивать на карикатурного лидера тоталитарного культа, — равнодушно ответил я. — А, во-вторых, разве не ты мне рассказывал про оккультные знамения во время трансляции Голубого огонька?

— Только посмей после всего заявить, что это, — Олег изобразил воздушные кавычки. — «Объективная чушь».

Да я-то что вообще знаю? После всех этих откровений больше не хочется глубоко копать. Пускай хоть что делают на своем «Огоньке». — Что, нашел новый источник вдохновения?

— Я все же думаю, меня и этот устраивает. Хватит мусолить эту тему, Артур.

Это заявление несколько выбил меня из колеи, и приподнял над становившимся все глубже морем апатии, как и в прошлый раз.

— Что значит зачем? Ты ведь знаешь, что они творят.

— Брось. В самих книжках ничего подобного нет. Сам сказал, все дело в жиже. На меня она походу не действует. А вот вещи там правильные написаны про жизнь. Кликает, знаешь ли, в душе.

— И не смущает, что в душе у тебя кликает от слов какого-то мутного мудака, собирающего армию вампиров черт знает для кого?

— А должно? Нет, посмотри на это под таким углом. Самодостаточным быть хорошо. Окружать себя теми людьми, которые не мешают развиваться хорошо. Внутренний стержень — вообще прекрасно. Мир суров, в нем надо пробиваться, а не сидеть на жопе. Можно ведь вообще абстрагироваться от человека и рассматривать идеи, как бы, в вакууме. Идеи-то ровные.

Эксперт по сферическим пони резко замолчал. — Слышишь?

Я не слышал ничего кроме треска кузнечиков и шелеста листвы. Стоял дикий для июля холод, все птицы попрятались. — Не-а.

Олег помотал головой, присматриваясь к ближайшим кустам. — Показалось, наверное. Так, что я говорил…? А! Ну вот подумай, йога — это ж хорошо.

— Причем тут йога?

— Всякие азиатские секты понаоткрывали у нас студий йоги в девяностые. Но сама по себе йога — полезная штука. Укрепляет организм и все дела.

— Так можно что угодно оправдать. Скажи уж сразу, что согласился на их предложение и все.

Олег стал очень серьезным. — Вот ты обижаешься, а сам меня держишь хрен знает за кого.

Уровень связи с картой Луна (The Moon) не изменился.

Я остановился на секунду. Почему система сообщает мне об этом? И главное, почему это сообщение пришло через глитч-систему?

— Эт ты обижаешься. Вечно бросаешься на меня, защищая своего Кузьминского. Кто знает, может уже созвонился с коротышкой и вступил в ряды небыдла за моей спиной.

— Угу, — буркнул напарник. — Я-то самое настоящее быдло и есть. Думаю, у них там висит моя фотография с большими красными буквами: не пускать.

— Погодь, ты что, ходил к ним? — я остановился, не веря своим ушам.

— Только на семинар. — признался Олег. — Послушал немного и смотал. Знаешь, может раньше я бы остался. Но теперь, получается я ж тебя кину. Так что, ну его на хрен.

Разрыв мы нашли на небольшой полянке, рядом со старой опорой ЛЭП, давно отключенной из сети. Портал противно жужжал и рябил. Он был размером примерно с пятак. Может, чуть больше.

— Либо отсюда вылез очень маленький беглец…, — Олег попытался сунуть палец в портал, но я его остановил.

— Дальше что, гвозди в розетку? — с той стороны реально может быть что угодно.

— Просто хотел проверить. — он провел ладонью с другой стороны. — Раньше таких мелких не было.

— Давай закроем, пока не вылетел какой-нибудь рой адских мух восьмидесятого уровня.

Крошка-портал схлопнулся. Остался только красноватый дымок.

— В итоге, так и не сказал, что там с родителями. — Олег прислонился к вышке, привычно похлопал себя по карманам, а затем, видимо, вспомнил, что курить бросил еще год назад, после того случая с женой. Иногда его все же замыкало.

— С ними-то все в порядке. — я задрал голову. Там, наверху висел какой-то темный шар. Гнездо? — Это я, как всегда, получился кривой. Ни туда ни сюда. — как сказала бы мама — инфантильный дурачок.

— Ерунда это все. Ты все загоняешься из-за того, что о тебе думают люди. А зря.

Етить, как плохо ты меня знаешь, друг. Я загоняюсь из-за того, что сам о себе плохо думаю.

— Согласен, ерунда полная. Разберусь как-нибудь со своей эмоциональной уязвимостью.

— Мне вот книжка помогла… — тихо добавил Олег, но умолк, заметив мои пылающие огнем глаза.

— Утомил со своей йогой.

— Да не, я все понимаю. Но ты все равно прочти, может что полезное для себя найдешь. Заодно, может какая идея появится, как с ними бороться. Раз уж ты решил бороться. Хотя, было бы с кем.

Ага, так Кузьминский и написал в каком яйце прячется его утка. — Встречное предложение: избавиться от литературы предполагаемого противника.

— Ты у меня последнюю еще в Паутине отобрал. — буркнул Олег. — И вообще, может ну их всех к лешему? Задание ведь закрыто.

— Нельзя. У тебя вообще-то в этом городе дети живут. Что, хочешь, чтобы подобные упыри плели вокруг них свои интриги, разливали всякое?

— Значит, не передумаешь. Вопреки приказам руководства.

— Именно. Ты идешь?

Олег осмотрелся, будто искал поддержки. Но здесь были только мы. И, возможно, крошечный беглец.

— Куда я денусь с подлодки?

R191 — «Стигма» против марсиан (1)

В стародавние времена, когда зарплату выдавали картошкой, а от телевизора заряжали трехлитровые банки, жил да был юноша по имени Миша Забоев. Не хороший, не плохой. Из толпы не выделялся. Крутился, но звезд с неба не хватал.

Работал он в одном загибающемся НИИ, что до этого занималось физическими исследованиями. Кушать было нечего, они выживали как могли. Никто особо не хотел вкладываться в теории об иных измерениях, из которых вытекает странная субстанция. И вот однажды, на пороге института появились господа из дружественных Соединенных Штатов.

Не трудно догадаться, кем они были, и каких придерживались религиозных взглядов. Зато, платили в живой валюте. Вот только за что, не очень понятно.

Был у нашего героя старший товарищ, по имени Юра. Человек, от науки далекий, но с деловой жилкой. Прознав о потенциальном источнике дохода, он живо включился в процесс.

И да, друзья нашли то, что искали. Флогистон, текущий из трещины в районе Желудево. Но, видать, не договорились, как это самое «оно» применить на благо трудового народа.

Так уж вышло, что один в итоге обрел власть, а второй на долгие годы исчез из поля зрения публики. Пока не вернулся мстить. И одновременно, начал писать разные мотивирующие книжки, чтобы увеличить число последователей. Конфликт на почве профессиональных разногласий за кулисами разгорелся с новой силой. И никто так ничего бы и не узнал, если бы одна девочка случайно не подцепила каплю флогистона, вместе с другой магической заразой.

Эти детали Коля выяснил, копаясь в разнообразных архивах. Хотя, значительная часть — мои догадки. Я попросил его узнать больше о наших врагах. Просьбу он выполнил, и презентовал мне переносной жесткий диск со сведениями. С такими, которые на компьютере лучше не хранить, иначе не отмоешься никогда.

Два гигабайта отборной жести. Сведения о секретном объекте на сопке под телевышкой. Описания разнообразных конспираций. Сжиженная оргонная энергия. Выступления Кузьминского на секретных сборищах, где он поносит современное общество, разжигая рознь между всеми подряд.

Видео, где обычные люди превращаются в генма проходя через бриллиантовое пламя. Оно жжется как настоящее, или даже горячее. Смотрел без звука. Кожа жертвы натянулась, лопнула. Вытекли глаза. Но спустя мгновение, человек сидел на стуле, как новенький. Только, это был уже не он.

Про Мейера тоже ничего хорошего не показывали. Кровавых жертвоприношений Старым на диске не было, зато были оргии с черными щупальцами и креативным применением суперсил. Ознакомившись с дарами темной стороны сети, я закрыл нетбук и бросил в огненное озеро. Носатая русалка показала мне неприличный жест. Я молча развернулся, и пошел к порталу.

— Это так волнующе. — произнесла Ын-Бёль.

— Только не говори, что тебе понравилось. — меня, если честно, тошнило от увиденного на мутных записях скрытых камер.

— Я говорю о твоем мире. В нем все еще столько тайн, и они прячутся прямо за углом. Здесь, в Амаравати все подчиняется игре. Земля… свободна. И только там мы можем столкнуться с действительно неизведанным.

— Не испытываю радости от происходящего, уж прости.

— Ты грустишь и злишься из-за матери. И процесса конвертации.

— Надо же, как ты догадалась?

Я выдохнул, шагнул в сверкающую рябь. На родной планете уже был вечер. До операции оставалась пара часов.

— Знаешь, меня восхищает твоя решимость. — прошептала она. — В таком состоянии, ты все равно рвешься в бой. Стараешься делать правое дело.

Какова альтернатива? Валяться, ожидая смерти в огне? Спасибо неохота.

— Даже если враги значительно превосходят тебя в силе…

— Кстати об этом. — я перебил драконицу. — Ты поняла, что нужно делать?

— Конечно. Уверен, что получится?

— Других вариантов нет. Мы должен заставить их играть по нашим правилам, иначе смерть. После такого, сектанты точно не оставят никого из нас в покое.

— «Стигма» вступится за своих агентов.

— И развяжет войну на улицах. — если они вообще пошевелятся, учитывая наличие генма в рядах противника. — Это в лучшем случае. Нет уж, я вляпался в эту кашу, но я ее и расхлебаю.

Настя сидела в маленькой гостевой спальне. Свою основную роль во всей этой истории она уже выполнила, но раз уж мы все взялись за дело…

Девушка выглядела вполне здоровой и адекватной. Кажется, она сильно похудела, пока лечилась в Паутине. Маленькая гидра разлеглась у ее ног, с любопытством нюхая обувь. Я пристроился рядом, потрепал редкую гриву на загривке животного.

— Ты как?

— Нога вроде срослась. — Настя покачала головой. — Очень странно себя чувствую. Ты сам-то в норме? Я видела, тогда…

— Это в прошлом. Мы потом это обсудим. — я протянул напарнице бумажку с двумя телефонами. — Сейчас, мы поедем и сделаем все, чтобы разозлить очень опасных людей. Уверен, они и сами догадаются, какую именно фигню я задумал. Но на всякий случай, через полтора часа после нашего отъезда ты позвонишь по этим номерам, и попросишь передать главному, что «ключ направляется к двери».

Настя приподняла очки, внимательно посмотрела на меня. — Но что, если они выследят меня? И вообще, зачем это?

— Дом тебя защитит. У меня тут установлена пара волшебных штук, она не даст им пройти просто так. — даже зомби-камаз застрял в стене. — Нет, если боишься, я могу и сам позвонить.

— Я сделаю. — девушка вырвала у меня из руки листок. — Артур, я…

Что? Больше не буду бояться? Стану более полезной? Другие шаблонные фразы, обозначающие развитие характера? Я коснулся ладонями ее лица. — Ничего не говори. Я обещал тебе помочь, этим и занимаюсь. Так или иначе, завтра ты сможешь спать спокойно.

Мне нравится эта девчонка. Не в том плане, конечно. Хотя она прям румяная пышка, даже сейчас. Просто, у нас есть нечто общее. А ради людей, страдавших так же, как я, меньшее что я могу сделать — выйти на бой с двумя злобными псевдо-богами.

— Спасибо, Артур. — она опустила глаза.

Задушевные разговоры и благодарности тоже подождут до завтра. — Не за что. Приглядывай пока за животиной. Только будь осторожнее, она вся в хозяйку.

…

Вика неслась по пустынной объездной трассе. Вернувшись в город, мы должны были выскочить совсем рядом с больницей, где лежала Альфия. Пострадавшая наверняка уже спала, но много спать вредно для здоровья. Движение — это жизнь.

— Спасибо, что согласилась на эту авантюру. — сказал я. Вика даже не взглянула в мою сторону, свирепо оскалилась, как она обычно это делает.

— Сначала, они нападают на мой дом. Затем, этот старый козодой еще имел наглость мне угрожать. Мне! Не, угрожал-то он тебе, Ким, но упомянул меня, будто мы обосраться какие друзья, или родня, или типа того! Типа я постоять за себя не могу! Типа мне нужна защита какого-то бездомного клоуна! Естественно, я только за, чтобы напихать им всем полную жопу немытых кирпичей!

— Так я и не понял, соглашаешься со мной, или оскорбляешь. — хмыкнул я.

— Ребята… — вклинился Петя. — Мы правда собираемся похитить человека из больницы?

Чисто технически, да.

Альфия не была единственным ключом. Наверняка символ прижился и у других пострадавших. Возможно, именно поэтому ее не особо охраняли, да и Мейер не стремился убрать.

Но чем ближе ключ к предполагаемой двери, тем сильнее зашевелятся волосы на заднице у культистов. Весь мой план заключался в предположении, что они все бросят и прибегут охранять богатство.

— Да люди оттуда постоянно сбегают. Никто особо не заметит. Заберем ее через окно, и, если повезет, вернем еще до утреннего обхода.

Въезжать на территорию — значит привлекать лишнее внимание пусть средненькой, но все же охраны. Обогнув больницу с севера, мы остановились на пустыре, прекрасно видимом из окон. Цель лежала на четвертом этаже, прямо над мощным козырьком приемного покоя. Туда даже смертный легко мог забраться, используя стоявший сбоку контейнер. Спорить готов, иногда, этот путь использовали для доставки палату разных запрещенных в больнице вещей.

Вика создала небольшой портал, выудила из него матовый шар. Под стеклянной поверхностью активно шевелилась и клубилась облачная масса.

Туманный элементаль (1 шт.)

Природный дух из заболоченного угасающего мира. Не может существовать вне капсулы. При повреждении внешней оболочки накрывает значительную территорию необычайно густым туманом на двадцать минут, после чего рассеивается.

— Разбиваем банку. Пока никто ничего не видит, Ким достает бабу через окно и быстро, подчеркиваю, очень быстро возвращается в машину. Желательно свалить, пока завеса не рассеялась. Запоминай путь. Там видимость сантиметров двадцать, не больше.

— А мы работу больницы не нарушим? — с некоторым опасением вмешался Пётр.

— Я не поняла, ты с нами вызвался помогать или мандеть? Ехал бы с Олегом и кровососами тогда. — махнула рукой, — Двадцать минут, ничего страшного не будет. Скорая найдет дорогу.

— Вот если бы с нами был родственник какого-нибудь влиятельного человека. — добавил я. — Девчонку вывели бы через парадные ворота, даже тапки одеть не успела б.

Вика покачала головой. — Здесь не прокатит. Главженсчина топит за мэра, а он все думает, отец копает под него. Тут передо мной особо никто стелиться не станет.

Хм. Не станешь ты генералом. У генерала своя дочка есть.

— Короче, Артур! Идешь, или я сама?

— Да ладно, иду.

— Тогда погнали.

С треском, шар разбился. Туман вырвался не из него, он просто сгустился вокруг нас холодной серой пеленой. Вика была совсем рядом, но я ее больше не видел. Путь запомнил, но как теперь добраться до окна?

— Я тебя проведу. — сказала Ын-Бёль. Смутные очертания объектов проявились полосками тусклого света.

Быстро привыкнув к зрению близорукого Хищника, слез со стены, стараясь идти тихо, чтобы охранник меня не услышал. Он открыл дверь приемного покоя, желая лично проверить внезапные погодные чудеса.

Легко забравшись на контейнер, я на ощупь нашел нужное окно. К счастью, оно было приоткрыто, а москитные сетки пациентам по мнению руководства не нужны.

Когда я говорил про отсутствие охраны, я ошибся. Звездец, как ошибся.

Альфия спала, словно убитая. Рядом с ее кроватью, с книжкой в руках устроилась та самая баба, напавшая на нас во время визита к Тимофею. Заметив меня, жуткая тварь подле нее вскинула руки к небу.

Женщина не удивилась моему появлению. Неужто ждали?

— Не подходи. — спокойно сказала она. — Еще шаг, и я выпущу воздух из здания. Ты же не хочешь, что бы…

Как и в тот раз, она не заметила отростки, возникшие за спиной. Тонкие, но сильные пальцы Ын-Бёль обхватили голову женщины, и резко сделали «совиный разворот». Баба вытаращила глаза, медленно превращаясь в серый песок. Ее фантом распух и лопнул, забрызгав палату невидимой слизью.

— У нас нет времени на глупости. — холодно отметила драконица.

— И не поспоришь. — я подхватил Альфию на руки. Она не проснулась, видать была под лекарствами, или еще не отошла от зловещего влияния флогистона.

В машину вернулись без происшествий. Вскоре, мы вырвались из туманного облака и поехали к месту встречи, петляя дворами и огородами.

Не то что бы это сильно помогло.

Другая машина следовала за нами практически до самого центра, пока в нее на полной скорости не врезалась красно-золотистая «Тундра». Аист, сидевший на коленях водителя, хитро подмигнул мне.

…

Автомобиль подпрыгнул на кочке. Дороги на вершине сопки так никто и не позаботился покрыть асфальтом. От встряски, ценный груз начал подавать признаки жизни. Видимо, она слышала мой голос, и потому не стала сразу же впадать в истерику. А может, у нее просто не было сил.

— Думаю, сейчас буду кричать. — стонала Альфия, протирая глаза. — А кричу я гро-о-мко…

Она приняла сидячее положение, и снова чуть не рухнула. Пётр удержал девушку, прежде чем смущенно отдернуть руки.

— Чувствуй себя как дома. — буркнула Вика. — Тут шумоизоляция на семьдесят тысяч.

— Правда? — какой дорогой нынче пенопласт. — Чем ты таким шумным занимаешься?

— Слушаю блатняк. Тебе какая разница, Ким?!

— Артур, что происходит? — заложница нервно постукивала пальцами по гипсу. — Как я… Ты что, вломился в мою палату, озорник ты эдакий?

— Да, прости… Но на то была причина. Мы тут, саму чуточку, едем на войну с твои обидчиком. Так уж вышло, без тебя никак.

— Хмм… — задумалась Альфия, почему-то глядя на оборотня. — Предполагала я, что этим все и закончится.

Она закатала рукава пижамы, демонстрируя мне какие-то тонкие белые полосы на руках. Говорю «мне», потому что только мы двое обладали глазами правильного цвета.

— Что люди Кузьминского делали в больнице?

— Просто отирались вокруг меня, когда стали появляться эти пятна. Не подумай, я их посылала в пешее эротическое, устраивала истерики, пыталась выписаться. Ну, все вот это вот. — голос у нее был очень усталый. — Но всем плевать, как всегда. В итоге, мне просто стали колоть какое-то мутное успокоительное что-то.

Все же, они решили усилить охрану. Что нам только на руку, если подумать. Двоих генма уже удалось выманить и вырубить по одному. Не знаю, насколько велик их отряд, но он несет потери.

Остановились на склоне, около покосившихся гаражей. На ветке сидел маленький, но сердитый орел. Заметив нас, он взмахнул крыльями и отвернулся.

— Ким, а, Ким? Я вот думаю, — Вика кивнула, намекая, что нам пора бы уже и выметаться. — И чем больше я думаю, тем сильнее мне кажется, что тащить твой голозадый ключ к двери, за которой может быть что-то очень плохое — не самая охренительная твоя идея.

— Ну простите, Виктория Александровна, — огрызнулась Альфия таким едким тоном, что им можно было бы растопить стальной каркас. — Если бы меня не выдернули прямо из кровати, я бы не стала смущать вас своим крестьянским видом.

— Мы вообще знакомы? — удивленно спросила лучница.

— Я работала в фирме, организующей праздники на корпоративе у твоего отца. Мы еще ездили в аэропорт за приезжими звездами.

— Это когда еще Шнур пытался купить у ДПСников…

— Именно.

— Япона мать, какой же у нас маленький город!

— Может вы позже о бурной молодости поговорите? — вмешался я. — Что, по-твоему, должно случиться?

— Сомневаюсь я, что там амбарный замок куда нужно просто засунуть ее башку. Что если мы придем, а дверка-то и откроется?

Об этом я не подумал. Но мы уже зашли слишком далеко, чтобы поворачивать назад. — Тогда, мы будем очень внимательными и постараемся этого не допустить.

Настя уже давно должна была сделать обзвон. Стоило пошевелить булками. Горная тропка вела к загаженному входу в старое бомбоубежище. Там нас уже ждали Олег и Рома. Судя по мокрой земле и тающим глыбам грязного льда, они тоже встретили небольшое сопротивление.

У их ног валялся какой-то отвратительный синекожий бес с торчащими кривыми зубами. Местный сторож? Акулий мальчик в отключке, но все еще дышал.

— Вы так-то не торопитесь! — недовольно крикнул Олег. — Их тут было двое. Второй побежал за подкреплением.

— Ладно, тогда заходим. — ответил я, по дороге пожав руку вампиру. Вслед за мной, Пётр нес Альфию в обросших медвежьим мехом лапах. Вика зашла последней. Ей понадобилась пара минут, чтобы вооружиться до зубов.

…

Сторож был тщательно осмотрен. В кармане штанов нашлась карта, открывавшая кодовый замок сразу за двумя толстенными атомными люками. Убежище ничем не отличалось от остальных тоннелей под городом. Их у нас много. Говорят, один даже проходит прямо под заливом и ведет в старинную островную крепость. Впереди нас ждал длинный бетонный тоннель с красными стрелками на стенах. На полу до сих пор лежал снег.

— Вы над этим планом не сильно долго думали, да? — стуча зубами, Альфия прижалась к Пете. Он отдал девушке свою куртку, а сам еще сильнее омедведился.

— У меня было мало времени и много других дел. Считай, что мы импровизируем.

— Не нравится мне это все. — неожиданно отметил Роман. Ну уж если даже такой бугай сеет панику…

Диггерская экскурсия закончилась, стоило нам добраться до железной двери, выбивавшейся из общей картины. Сразу видно, эту поставили недавно. На свежей краске был изображен странный эзотерический символ, что слегка светился. Или, скорее, тлел.

— Альфия, приложи руку к этой фигне. — сказал я.

— Чет неохота. — но скривившиеся физиономии остальных спутников заставили ее подчиниться. Что-то громко зашипело и дверь приоткрылась. Ключ все же сработал.

Проход вел в маленькую комнатку, где не было ничего кроме кнопки и дверей лифта. Не став ждать, Олег нажал на нее. Двери со скрипом разъехались, и перед нами предстала обитая кожей кабина, полная грамот и фотографий на деревянный щитах. В середине висел красный флаг «Серп и Молот».

На панели только два варианта: «Вышка» и «Гамма». Что бы не охранял Мейер, оно там, на нижнем этаже. — Кажется, мы едем в подвал.

R192 — «Стигма» против марсиан (2)

— Следующая остановка — ядро Земли. — ворчала Альфия.

Надо сказать, мы действительно ехали как-то уж слишком долго. Лифт давно уже должен был проехать подножье сопки, но он все спускался и спускался. В этой горе в свое время было убежище для сотрудников Дальзавода, но про него все знают. И оно точно не уходит настолько глубоко.

— Мама рассказывала, в здешних тоннелях обитают гигантские плотоядные птицы. — заметил Петя, как бы между делом.

— А то тебе их на поверхности не хватает. — шикнула Вика. — Забыл, тот случай в феврале?

— Артур, смотри! — восхищенно прошептал Олег, дергая меня за рукав, и не зная, что рукав может дернуть в ответ.

На информационном щите висела старая черно-белая фотография. Сразу понял, почему она привлекла внимание напарника. Так много вопросов — так мало ответов.

Сбоку, хитро усмехаясь стоял Сталин, держа в руках дымящуюся сигарету. Рядом с ним, какой-то лысый мужик в очках. Их сопровождает непонятная кракозябра, похожая на большую железную мокрицу с экраном вместо морды. Ее панцирь покрыт сегментированными лепестками. Солнечные батареи?

Все трое фотографируются на фоне черного объекта, наполовину закопанного в песок. Или, может, в снег. Не разберешь. Но люди одеты достаточно тепло.

— Я знал. С самого начала знал. — у Олега аж слезы навернулись.

— Какого хрена, а? — только и смог сказать я.

— Вот твой приз, Буратино. — Вика толкнула его локтем в бок. — Нашелся бункер.

— Это пришелец. Сталин и Трумен сфотографировались с пришельцем. — бормотал он. — Не каким-то там серым пучеглазым, это все вранье! Самым настоящим!

— Так. Дыши, а то чувствую, реактор перегревается.

— Мы, вроде, и так это знали. — добавил Пет. — Паутина, она ведь как бы тоже в космосе. Разве нет?

— Можно я усну, а когда проснусь вы мне уже память сотрете? — спросила девушка, сидевшая у него на руках.

— Ой, да че вы понимаете! — крикнул Олег, и попытался вытащить снимок из-под толстого стекла. Мне еле удалось его оттащить.

— Друг, боюсь товарищу майору не понравится, что ты разворовываешь государственные секреты. — и станет он после этого дела товарищем полковником.

— Да кто узнает?

— Все узнают. Потому что ты сегодня же выложишь снимок куда-нибудь на форчан. И Андрей не станет тебя покрывать, потому что это не дело Амаравати. — завтра, ФСБ и АНБ, вместе с «Зарей», забыв про все терки, будут дружно ломиться в дверь, и пугать твоих детей.

— Что более важно… — сказал Роман. — Почему все эти сведения здесь? Вот грамоты, награды какие-то. Фотография Сталина с марсианином. Флаг опять же.

— Мы на обратной стороне луны, не иначе. — не унималась Альфия.

— Может, это та самая срань, что нашли Мейер с Кузьминским. — пожала плечами Вика. — Валялась здесь с войны консерва, никому на хрен не была нужна. Пока в девяностые не пригодилась.

— И там внизу инопланетный корабль. — предположил я.

— Не исключено. — выдохнула лучница. — Знаешь, Ким. Я готова ко всему. Потом, сопьюсь к херам собачьим. Но сейчас, вот прям все что угодно. Боги, марсиане, Сталин… Насрать. Зашли, сделали свое грязное дело, вышли. По домам.

Спустя примерно миллион лет, лифт наконец остановился. Я вышел первым, и оказался в еще одном длинном тоннеле. На этот раз, стеклянном. Труба шла через мрачную пещеру, полную всяких зарослей, излучавших мертвенно-бледный свет.

— Ух ты… — сказал кто-то у меня за спиной. Не важно кто, это мнение разделяли все.

— И оно всегда здесь было? — спросил Петя. — У нас под ногами?

— Под ногами — сильно сказано. Мы километров двадцать проехали, не меньше. — ответил Олег.

— Многовато. В Якутии на двенадцати уже до Ада докопались. — Роман достал из кармана фляжку и отхлебнул. Резко запахло как на скотобойне. Ну хоть коровью хлещет.

— Не факт, что это не ад. — Альфия готова была сжаться в колобок. — Вы как, ребята, верующие?

— Работа у нас такая, верить во все. — я не был расположен к теологическим беседам. Мы вообще-то на территории противника. Самое время потрындеть.

— Я так смотрю, с фантазией у Творца полный порядок. — сказал Олег, глядя на проплывавшего за стеклом здорового подземного кальмара.

После тоннеля — просторное помещение с лавочками, похожее на заброшенный зал ожидания. Из него мы вышли на самый настоящий проспект, как в Москве. Если бы Москва находилась в пещере, где не живет никто, кроме моллюсков.

Вокруг нас возвышались небоскребы, выполненные в стиле советского модернизма (или как оно там называется?). Высокие угловатые коробки со множеством треугольников и лесенок. Словно крейсеры из «Звездных войн», только с барельефами пролетариев.

Это был город, эвакуированный прямо во время военного парада. При этом, фонари продолжали гореть. Вся улица заставлена бронетехникой в самом разном состоянии. Танк, стоявший около дверей, весь изъеден ржавчиной и зарос мерцающей травой. А вот БТР рядом с ним совсем как новенький. Хоть сейчас садись и воюй.

— Твою мать… — Вика приложила руки к лицу. — Это все не правда. Без понятия как, но здесь просто не может быть ничего подобного.

— Ты же была готова ко всему.

— Не зли меня, Ким.

— Давайте будем внимательнее. — сказал Пётр. — И разговаривать потише. После того случая с самолетами, мне как-то неуютно рядом с военной техникой.

— Чистая правда. — хмыкнул я. — Ладно, что встали? Нам нужно идти. Мы тут не на экскурсии.

Оставался вопрос: идти куда? Город казался огромным и блуждать в нем можно было сутками. У Ромы в руках неожиданно возникла карта местности. Видать, сорвал ее в зале ожидания.

— Смотрите. — он развернул лист на кузове припаркованной на углу «Волги». — Вот здесь тоннель. Рядом с красной точкой. Это, скорее всего, лифт.

— Тогда, здесь шесть лифтов. — ткнула пальцем Вика.

— И наши «друзья» могли воспользоваться любым.

— А что за звезда в центре? — спросил Олег.

— Думаю, — я потянул карту на себя. — Это и есть дверь. Нам нужно двигаться туда, вот по этой улице.

— Как-то слишком просто, не находишь? — возразила Альфия.

— В смысле?

— Может, они хотят, чтобы мы туда шли. А дверь совсем в другом месте. Вот тут. Или даже вот тут.

— …И что ты предлагаешь? — поинтересовался Роман.

— Просто предположила.

— Нет, тогда что нам нужно, по-твоему, делать?

Она задумалась. — Хм. Разделиться? Нас шестеро. Разделимся на три группы. Одна пойдет на восток, вторая на запад, а третья — как предложил Артур. Встретимся около «звезды».

— Разделиться? В таком месте? — Вике идея совсем не понравилась. — Ты помереть хочешь, что ли?

— Меня сейчас чуть не коротнуло от таких-то вопросов. — отвернулась Альфия.

— А я согласен с ней. — сказал Олег. — Хрен их знает, сколько они с собой привели охраны. И те, и другие. Если разделимся, нас просто выловят по одному. Думаю, надо просто идти к «звезде». Если это оно, то оно. А если не оно, просто пойдем дальше.

Неподалеку что-то очень сильно загремело.

— И давайте быстрее. — поторопил я.

Не успели мы с места сойти, как нам под ноги упало маленькое, но очень тяжелое тельце. Кобальт резко поднял веки, злобно зыркнул на нас (в особенности, на Вику), но вместо того, чтобы напасть, с воем улетел куда-то в темноту. За ним последовал самый плешивый танк.

Генма сражался с кем-то еще. Этот кто-то буквально смял мальчишку и снова бросил его на асфальт. Выстрел главного калибра будто не причинил твари вреда. Это была какая гадкая помесь человека, крокодила и трепанга. В дыре на раздутом пузе чудовища извивались тонкие щупальца, которые он тянул к Кобальту.

— Видать, Мейер призвал зверинец. — сказал я. — Отходим, пока они заняты друг другом.

Роман прошел мимо, разминая руки. На его плечах выступил иней. — Вы идите, ребята. Я присмотрю за ними, чтобы не преследовали.

— Но как же… — пыталась протестовать Вика.

— Он вообще-то пришел именно, чтобы махаться с себе подобными. Не будем мешать вампиру делать свою работу. — я оттащил ее в сторону. Мимо пролетела оторванная башня танка. Рома стукнул кулаками, и в живот чудовища врезалась огромная черная сосулька. Монстр отвратительно захрипел, разбрызгивая вокруг себя синюю жижу.

— Туда! — махнул посохом Олег, указывая на переулок, где мы могли бы укрыться. Я бежал последним, прикрывая отход и успел увидеть, как пулеметная очередь раздробила ледяной щит.

…

Петляя, мы смогли убежать достаточно далеко. Звуки битвы стихли. Из лабиринта узких улочек, мы вышли в какой-то сквер. Само собой, здесь не было ни единого дерева. Зато было четко отмечено, где они должны стоять.

Главным экспонатом стал памятник тому самому робо-марсианину, что фотографировался с человеческими вождями. Здесь даже была мемориальная табличка, и она несомненно бы прояснила ситуацию, если бы не оказалась бесповоротно разъедена светящимися поганками.

— Знаете, что я думаю? — сказал Олег. — Вот этот черт точно создал этот город, или помогал его создавать. Как убежище, на случай ядерной войны. Потому ему и памятник поставили.

— Логично. Здесь куча народу поместится, если подумать. — я обошел скульптуру по кругу. Ну и жуткая же образина. — Вот только причем здесь Америка?

— Допустим, у них тоже есть подобное укрытие. — предположил напарник. — США и Союз разделили дары марсиан между собой, чтобы если что можно было хорошенько так бахнуть. Весь мир в труху. А верхушка, и часть трудового населения выживет здесь.

— Чего ж не бахнули тогда? — спросила Вика. — И почему тут всем владеет упоротый олигарх и его секта?

— Кто ж его знает? Это риторический вопрос, наверное. Да и потом, тогда были девяностые. Может даже марсиан похерили. С них станется.

Черная тень стремительно промелькнула между колоннами. Ее заметил не только я. Вика призвала лук и сделала предупредительный выстрел. Вспышка осветила сквер. Никого. Прошла пара секунд, прежде чем нечто бросилось на Петю. Он успел увернуться, прикрывая Альфию.

Это была… пантера? Совершенно черная тварь с длинным хвостом, только раза в два больше самого здорового амурского тигра. У кошки были сверкающие когти, хоть и не было видимого рта и носа. Всю морду занимал большой желтый глаз.

— Тише, тише. Хорошая киса. — бубнил Олег отползая. Но гигантская Баядерка явно собиралась объяснить нам, что киса — это плохо. Когти прочертили в воздухе видимые полосы, и посох напарника развалился на шесть частей. — Эй, он уже трижды укрепленный!

Стрела воткнулась в бок чудища, окутала его алым облаком. Но пантера выскочила из огня невредимой, направив свой гнев на Вику.

Прежде чем кошка успела атаковать, я прыгнул на нее сверху. Тварь резко взмахнула хвостом, и вся моя нижняя половина рухнула на землю. Ну здорово! Руки Ын-Бёль зацепились за хвост пантеры, позволив мне со всей силы треснуть ее молотом между ушей, и только после этого отлететь в сторону, на ходу собирая части тела.

— Едрена кочережка…! — орала Альфия, наблюдая за нашим боем.

— Петька! Отдай эту девку Киму и помогай! — крикнула Вика.

— Ты что задумала?! — я уже приделал ноги на место и готовился ко второму раунду. Тем временем, Олег на секунду отвлек пантеру, направив ей поток воды прямо в глаз.

— Мы не убежим! — сказала лучница. — Эта сволочь всяко бегает быстрее. Постараемся ее удержать, а ты иди к своей двери и делай, что ты там задумал!

— Я не собираюсь тебя здесь оставлять!

— Артур, ты долбанулся?! — Вика откатилась, и впустила сразу три стрелы. Коснувшись шерсти чудища, они вызвали яркие, гудящие искры. — Я с детства на охоту езжу, уж с этой блохастой херней точно справлюсь. Руки в ноги, и погнал!

— Она права, Артур. — проурчала драконица. — Не оскорбляй воительницу, сомневаясь в ее возможностях.

— Ааа, черт с вами! — я побежал в сторону площади. Олег уже подхватил наш ключ и несся следом. В это время, лютый медведь захватил пантеру в смертельные объятия, безуспешно пытаясь ее повалить.

Я уже видел ее. Ту самую дверь, из-за которой весь сыр-бор. И она действительно впечатляет. На площади стояли ворота высотой с многоэтажку. Они буквально пульсировали энергией, и смотреть в их сторону было сложно. Альфия же, едва не потеряла сознание.

— Ты как, в норме? Слушай, а может Вика права была? — напрягся Олег. — Не стоит ее туда тащить?

До площади оставалось где-то полкилометра. Не так уж и много, но все-таки.

— Они оба должны быть там. Я пойду. Ты оставайся здесь, прикрывай девчонку если хочешь. — сказал я.

— Один пойдешь?

— А есть выбор? Сам понимаешь, рисковать нельзя.

— Артур, может не надо? — слабо возразила Альфия. — Давай подождем. Может, сейчас Петя с Викой вернутся. Или тот здоровый парень. Не ходи один.

— Мы и так сильно задержались. Я боюсь, что, если промедлим, не получится сделать задуманное. А если не сделать — без шансов. Секунду. — я огляделся по сторонам. — Вот. Спрячьтесь в этом здании.

— Это что, ГУМ? — удивился Олег.

— Типа того. Альтернативная версия для подземных жителей. — на цокольном этаже супермаркет с черными курами.

— Ладно. Постараюсь найти укромный уголок. — ему это все очевидно не нравилось, но напарник решил промолчать. — Если что, сразу звони.

— Окей.

Я пошел по широкой аллее. Олег крикнул мне вслед. — Удачи, Ким!

— И тебе, друг!

Уровень связи с картой «Луна» (The Moon) восстановлен до прежнего значения.

Надо же. Сам из-за ерунды обиделся, сам помирился. Потрясающий человек.

…

Мейер стоял у ворот. Его врага нигде не было видно, но сам олигарх пришел не один. С десяток синекожих бугаев толкались позади него. Чуть поодаль лежала еще одна «пантера». Не та же самая. У этой были крылья.

— Артур Ильдарович! Какая встреча! — сказал он, даже не пытаясь изображать радость. — Чем обязан? Неужто вы решили взять пример с Мишки и заглянуть, куда не следует?

— На самом деле. — а я хорошо держался, учитывая то, что он может меня поделить на ноль даже без помощи своих миньонов. — Мне не интересно что там за воротами. Но сами декорации — выше всяких похвал. Это вы сотворили?

— Куда мне! Этот город — настоящее чудо. Триумф научной мысли. — усмехнулся Мейер.

— И все-таки, что это за место? Не касаясь ворот, как вы им завладели? Почему охраняете?

— С чего ты решил, — он резко сменил фальшивую милость на искренний гнев. — Что я должен тебе что-то рассказывать?

— Зная, как вы относитесь к людям, которые вам мешают, и учитывая, что где-то здесь бродит вышеупомянутый товарищ с друзьями… Я не планирую пережить эту ночь. Могу напоследок послушать интересную сказочку.

Он подошел ко мне почти вплотную. — Тогда и ты мне расскажи: чего ты хотел добиться, приходя сюда с ключом? Пока я здесь, ворота не откроются. Наверное, тебе и это известно, раз уж сумел выяснить, как сюда попасть. Ты и твои люди просто сдохнете, а Мишка уйдет ни с чем, как и всегда. Так что поведай мне, в чем сакральный смысл этой жертвы? Может, и я тебе открою пару тайн.

Пока я думал, что ответить, он продолжил, — Знаю, хотел заманить нас обоих сюда, чтобы мы сразились как дикие звери. Прямо как в былые годы. Потом, ты добил бы ослабевшего победителя. А даже если нет, что ж, одной проблемой меньше. — Мейер покачал головой. — Не самая лучшая идея. Понимаешь, между нами, все несколько сложнее. Впрочем, это не твое дело.

Я поднял руки. — Вы меня прям сразу раскусили.

— В этом проблема молодежи. Все считают себя умнее, чем есть на самом деле. — вздохнул олигарх. — Но кто другой на твоем месте уже бы давно стирал дома обосранные штанишки. Присядь.

Он указал на лавочку у клумбы, прямо напротив ворот. Мейер положил руку мне на плечо, выдохнул пушистые дымные кольца.

— Если привести «Гамму» в рабочее состояние, здесь вполне можно жить. Город для людей. Бесплатное электричество, вода. Все необходимое. Знаешь, что самое интересное? Мы сейчас даже не под землей. Это самый настоящий карманный мирок.

— И построили его пришельцы из космоса…?

— Да не похерь ли тебе, кто его построил? Таких пузырей сотни. Что у нас, что на западе. Технология идеальных убежищ давно отработана. Само собой, простым засранцам вроде нас с тобой про них знать и не положено.

— Но вы-то знаете. И даже владеете тут всем.

— Дурак ты, Артур. Я не владелец. Я сторож. — он ткнул пальцем в сторону ворот. — А этой срани здесь быть не должно. Но она есть. Только в этом пузыре, в других ничего подобного не зафиксировано, насколько мне известно. И еще, мне известно, что открывать их нельзя. Вообще. Иначе все накроется одним известным местом, смекаешь?

Глядя на ворота, я не ощущал какой-то зловещей мощи. Но от этого становилось еще страшнее.

— Мишка этого не понимает своими усохшими от наркоты мозгами. Там не сила, которую можно использовать во благо или во зло. Там такая херня, что тем, кто склеит ласты до полного открытия ворот повезет гораздо больше, чем всем остальным.

— И это какая-то жуткая, непреодолимая злая сила? — на всякий случай спросил я.

— Жуткая и непреодолимая добрая сила. — фыркнул Мейер. — Иронично, не правда ли?

R193 — «Стигма» против марсиан (3)

— Не слушай дядю. — прозвучал знакомый голос. — Дядя уже старый, ни шиша не понимает, что он несет.

Кузьминский пришел один. В смысле, с ним не было его друзей генма. Но в одной руке он нес Альфию, а в другой Настю. Обе девчонки потеряли былой цвет лица и обросли поганками. Все же он решил вычислить, кто сделал звонок. Тем хуже для него.

Ну и вообще, твою мать, Олег! Напарник был жив, и даже вполне здоров. Как же этот мудак его обошел?

— Ты что с ними сделал?! — крикнул я.

— Немного успокоил. Не стану же я собственные ключи убивать. Башкой подумай, Ким. Хоть это и не самая твоя сильная сторона.

— А вот и Мишка. Где твоя улыбка, старый ты содомит? В очередной раз, зря пришел. Ни хрена не получишь.

Предводитель «Нового рассвета» бросил девушек на пол, сложил руки на груди. — Давай не будем заранее загадывать. Может, что-нибудь и выгорит. У нас сегодня гости. Тупые, упрямые и такие непредсказуемые гости.

Сектанты сверлили друг друга глазами. Но именно в этот момент я понял, что два пожилых идиоты всего лишь пешки, марионетки в чужой игре. Образы кукловодов начали проявляться за их спинами.

Со стороны Мейера, тварь похожая одновременно на червя и моржа. Та же самая сволочь, которой поклонялись на рабовладельческой ферме. Жирное туловище в складках, покрытое отвратительными тентаклями. Морда как у шарпея, с которой свисает борода из человеческих тел. Старый вытянулся вдоль ворот издавая вопль: то ли крик боли, то ли оргазм.

— Я прямо чувствую, как теряю ментальную стабильность. — сказал я Ын-Бёль.

— Не волнуйся, я помогу тебе крепче спать по ночам.

За Кузьминским, или Забоевым просто висела исполинская голова, раскрывшая рот в безмолвном рыдании. А внутри этого рта — еще один рот, и еще, и еще. Бесконечные ряды зубов. И вместо глаз такие же распахнутые пасти. Каждое отверстие сочилось флогистоном.

— И вы оба считаете себя защитниками добра. — я даже не заметил, что произнес это вслух.

— Мораль, мальчик мой, — ответил мне Кузьминский. — Это социальный конструкт. Мы живем в мире пост-морали. И если ради блага человечества нужно что-то сделать, это должно быть сделано, невзирая на жертвы.

— Ты теперь должен ему пятьдесят тысяч за лекцию, Артур! — хохотал Мейер. — Этот ублюдок давно уже сам не думает, за него соображает и говорит оргонный призрак. Видишь эту гнусную харю? Она не оставляет надежд сожрать что мы прячем за воротами, а потом накрыть собой все, до чего сможет дотянуться.

— По-вашему, лучше позволить людям и дальше копошиться в собственной грязи? Юрий Романович сам живет в роскоши, вертел он всех тех, кто прозябает в говне. А многие не хотят так жить. Я даю надежду на светлое будущее!

— Твое будущее — гребаный каменный век, где все режут друг друга, а потом трахаются прямо там же, и снова режут и так без конца!

— И он прекрасен! Мир, где все переродятся через флогистон! Это первобытный мир силы, лишенный пороков! Чистый, девственный мир! Чем он хуже того, что ты делал, заключая договор со Старым?!

— Мне кажется, они оба шизики. — сказал я своему внутреннему голосу. А рассказами про Мир Силы меня еще Дьявол утомил. Уж не приложил ли Кворл в свое время руку к голове Кузьминского?

— Так делай то, зачем пришел. Избавь мир от опасных безумцев. Я верю в тебя.

Ну, хоть кто-то.

Вика встала рядом со мной. Вид у нее был жуткий. Вся в крови, одежда разорвана. На глазу повязка, купленная в системном магазине. С другой стороны, на меня облокотился искалеченный медведь.

Еле передвигая ноги, тоже весь избитый, нас догнал Олег.

— Прости, Артур, — пробормотал он, прежде чем опереться уже на Петра. Мой родной отряд паралитиков.

— Ты готова? — вновь обратился к драконице.

— Дай мне еще пару минут.

Сектанты продолжали орать друг на друга. Я сделал шаг вперед и громко сказал. — Господа! Позвольте прервать ваши дебаты.

— Детишки выжили! — удивился Мейер.

— Это ненадолго. Пусть порадуется. — вторил ему злейший враг. — Решил выговориться перед смертью?

Едрена мать, и это взрослые люди? Какие-то опереточные злодеи. А еще мне говорят, что я инфантильный!

— Пожалуй, — кивнул я. — Вы тут спорите о судьбах мира, а у меня в голове только один вопрос: кто вам дал право их решать? Эти две страхоебины? Сомневаюсь. У целой галактики, полной еще более жуткой фигни, нет права решать, как обычным людям проживать их жизни. И наша работа — держать ее в узде. А вы… Знаете, мой начальник думает, это не наше дело. Пусть сами разбираются. Но я с ним не согласен.

— Если ты защищаешь людей, — сказал медленно превращавшийся оборотень, — Ты не можешь говорить, мол, вот от этих монстров я вам помогу отбиться, а с этими уже как-нибудь справитесь.

— И это право силы. — добавил Олег. — Вот он, настоящий внутренний стержень, и рассвет. Вот что делает нас лучше. А не та чушь, которую ты пытался нам впарить, Львович!

Вика сплюнула кровь. — Пафосные дебилы… Любое мудло, которое мне угрожает, свое получит!

Она права. Нам сильно не хватает фоновой музыки. Какая речь без музыки? — Короче. Мы — Стигма! Но в первую очередь, мы — люди. И это наш мир. Пошли на хрен отседова! Давай, Настюха!

Я бросил девушке телефон, и она его поймала, несмотря на обросшую грибами руку. Аппарат охватило фиолетовое свечение. Дело было сделано.

Разрыв не стал медленно растягиваться. Благодаря Ын-Бёль, вкладывавшей силу в портал, он разверзся у нас под ногами ревущей воронкой, утягивая и сектантов с прихвостнями, и тварей, что ими командовали.

Ну и нас, ясное дело.

За мгновение до того, как мы все рухнули в Паутину, Альфия схватилась за массивную цепь на воротах. С грохотом, огромный замок сдвинулся на одно деление. Тогда я не придал этому значения, потому что конечно же нет. Зачем отвлекаться на подобные мелочи? Тем более, Кузьминский тоже схватился за цепь и полз по направлению к девушке. Нас разделял портал, который мне ни за что не удалось бы перепрыгнуть. В любой другой ситуации.

В тот момент, обстоятельства сложились удачно. У меня были новые руки, гораздо прочнее и сильнее старых. У меня был крайне скоростной стиль боя с Когтями Цозмы, что я выучил будучи котом. А еще у меня был младший брат, что атаковал, понятия не имея о существовании глаз Перворожденного и Адаптивных флюидов. Герман двигался очень быстро, он использовал необычные движения ногами. Но я успел засечь, успел понять как именно он это делает. И к счастью, смог повторить. От встречи с моим кулаком цепь разлетелась на куски, и Кузьминский остался без опоры. Я тоже, но в этом и была задумка.

…

Оказавшись на пляже, я в первую очередь осмотрелся. Неподалеку от меня, Кузьминский пытался подняться на ноги, словно только что родившийся ягненок. Тварь, дававшая ему способности, буквально плавилась под лучами солнца Амаравати, а слизь испарялась с утроенной силой.

Я бросился к нему. Культист выставил руку вперед, чтобы повторить свой фокус с грибами, но ничего не произошло. Со всей дури, я врезал ему в зубы могучей золотой дланью. С треском, он отлетел на десять метров и затих. Тело вспыхнуло пламенем. Система не собиралась терпеть на своей территории всякую искаженную дрянь.

— Вот тебе и мир силы, мудила… — прошептал я.

Ын-Бёль молчала. Наверное вымоталась, раскрывая портал. Что ж, пусть спит. Я пошел по берегу, в поисках остальных.

Мейер молча наблюдал, как в мелком озере пылает скелет моржа. Сам старик еще не горел, но ему тоже оставалось недолго.

— Монстры вроде вашего покровителя не могут существовать здесь. — не стал его бить сразу. Из этих двух козлов, он все же был меньшим злом. — И у вас сил тоже нет. В этом и был мой план, кстати.

— Я бы не дожил до своих лет, если бы не умел признавать поражение. Сделал ты меня, Артур Ильдарович. — он протянул мне руку, и я нехотя ее пожал. На ладони остался светящийся ромб, который очень быстро исчез.

— Что это?

— Мастер ключ. Сам знаешь от чего.

— И зачем вы отдали его мне?

— А кому еще? Мне уже не вернуться обратно. Дверь кто-то должен охранять. И если это будет человек, который ради других не побоялся всякой сверхъестественной дряни… Лучше кандидата не найти, наверное.

Зря я ему не врезал.

— Не волнуйся. Кроме меня и моих людей, что были в «Гамме», никто больше не знал правды. А без оргонного призрака, новые ключи создать будет очень трудно. Это не настолько тяжелая ноша, как может показаться. Если бы не один идиот, тридцать лет пытавшийся туда вломиться, я бы уже и думать забыл про ворота.

Могучее создание, даровавшее чудесные способности, исчезло. Будто не было. Высоко над нашими головами пролетела крепость «Асура Кен». Да уж, вот тебе и новая ответственность. Что дальше? Бункер, где надо каждые сто восемь минут нажимать на кнопку?

— Можно спросить? Вы ведь не настолько сумасшедший, как ваш друг детства. Почему вы во все это влезли?

Мейер грустно рассмеялся. — Сначала из-за денег. Но с возрастом ты понимаешь, деньги не главное. Есть и более важные вещи. Да и потом, весь этот тайный мир… Он похож на грозу, в темную, безлунную ночь. На мгновение, тени расступаются перед слепящим светом. А затем, ты вздрагиваешь от раскатов грома, когда понимаешь, что ты видел. Осколки. Ты видел осколки, и они поразили тебя до глубины души.

Какое-то время, он стоял молча, а потом спросил. — Что с Мишкой?

— Нет его больше. Ответил за свои слова.

— Знаешь, ему повезло. Он сошел с ума. Думал, что увиденные в тот краткий миг осколки и есть истина. Его мне не жаль. Жаль тех, кто остался в своем уме и до конца понимал, как мало он еще знает об окружающем мире. — еще одна долгая пауза. — Здесь красиво. Что это за место?

— Без понятия. В этом мире живут мои знакомые. Они дали мне возможность приходить и уходить, когда захочу.

— Все такое мирное. Будто сама природа устала от конфликтов. Хотел бы я провести здесь чуть больше времени. Хотя, может быть, я и не заслуживаю такой прекрасной могилы.

— Вас что-то тянет на философию. — хмыкнул я.

— Кто бы говорил! Такую речь толкнул. На моем месте, ты бы уже писал стихи, Артур.

— Поэт из меня так себе. Слушайте, вы ведь не так уж сильно изменились под влиянием Старых. — на меня снизошло озарение. — По крайней мере, не так сильно, как Кузьминский.

— Думаю, я теперь самый обычный человек. Вся моя сила была, так сказать, взята в кредит. Теперь и кредитора нет.

— Что ж. Возможно, у вас еще будет шанс насладиться природой. — я похлопал старика по плечу. — Прощайте, Юрий Романович.

— Подожди, Артур. Есть у меня к тебе еще пара просьб.

— В смысле? Того, что я буду сторожить неведомое вам мало? — вот наглый старый козодой!

— Это мелочи. Но хотелось бы, чтобы ты прислушался. Во-первых, извинись перед Викой за меня.

— Вот она точно слушать не будет. — еще и на меня начнет орать.

— Ты сможешь ее убедить. — улыбнулся старик. — Она хорошая девушка. И ей повезло тебя встретить.

— А это что должно значить?

— Не важно. Есть еще кое-что. Если мой сын пережил эту заварушку, пригляди и за ним, хорошо?

— Вы ведь понимаете, что ваш сын теперь тридцатилетний карлик-вампир-некромант?

— Никто больше не станет засирать ему мозги всякой дрянью. А тридцать лет — не тот возраст, в котором человек еще не способен измениться и пересмотреть свои жизненные приоритеты.

Сомнительное заявление. Но даже если Рома не прикончил Кобальта, он теперь точно проблема генма. Не моя.

— Постараюсь выяснить, что с ним произошло. — пообещал я. На этом мы и разошлись.

Дойдя до песчаной косы, я обернулся и увидел, как Мейер полыхает, но уже другим пламенем. В моем мире, оно делало из людей генма, а здесь означало всего лишь конец одного пути, и начало другого.

Там, где только что стоял старик в дорогом костюме, теперь куталась в традиционный местный халат рыжая веснушчатая девчонка. Она явно не понимала, что только что произошло. Огонь полностью стер прошлое.

— Если заблудилась, — окликнул ее я. — Иди за мной. Я тоже направляюсь в деревню.

…

Я не хотел подвергать Настю опасности, от того и не взял с собой. Если бы покойный Кузьминский не послал за ней своих миньонов, так бы и сидела дома.

Мы бы прекрасно справились и без ее способности. Но под влиянием гравитации, портал сработал на все сто процентов. Так что, товарищ сам виноват. И карма его тут же наказала.

Жаль только Настя этого не понимает.

Прежде чем вернуться на Землю через портал на базе наемников, она отвесила мне звонкую оплеуху. И обозвала редкостной сволочью. Дескать, я все так запутал, что она чуть не померла. А это только на половину правда!

Разберусь с ней позже. Сейчас, я должен был вернуть Альфию в больницу. Вряд ли там били тревогу. Мы все же чудом управились до шести утра. Хорошо, что она вообще смогла покинуть Паутину. С моей стороны было крайне безответственно создавать воронку рядом с ней. Но по-другому никак.

Тэн сказал, что смертная девушка не успела впитать атму: ничего не прокачивала и даже не полностью перестроилась для жизни в Амаравати. Он дал ей какую-то таблетку и заверил — беглянкой Альфия не станет. Но если симптомы все же проявятся, придется обратиться к специалистам.

— Держи. — я протянул ей белую полоску.

— Что это? — смутилась Альфия.

— Волшебный пластырь. Выпросил у наблюдателя. Гарантированно стирает до полугода воспоминаний. Клеишь на лоб и ждешь. Одна минута — один месяц. Потом сдираешь и все, как корова языком слизнула. Не забудь оставить себе записку, или что-то такое.

— Интересно. — она покрутила полоску в руках. — Знаешь, я тут подумала. Если больше не нужно волноваться о сектантах, может, мне и не стоит забывать.

— Ты вроде сказала, что это невыносимая травма.

— Так и есть. Но вот в чем фишка. Когда я лежала на полу и отхаркивала плесень, до меня дошло: а Кузьминский то прав!

Я аж вздрогнул. — В чем же это?

— В том, что я слабая чуня, которая позволила каким-то сволочам легко манипулировать собой. Просто, я сейчас еле на ногах стою, и сложно объяснить… Но, если я забуду, то останусь такой же. А сволочи никуда не денутся, в том числе и паранормальные.

Молния в безлунную ночь. Если видел осколки, то уже никуда не денешься.

— Решать тебе. Пластырь я оставлю, на случай если передумаешь.

— Спасибо, Ким. — она улыбнулась. Вроде как по-настоящему, но у меня все равно кровь застыла в жилах. — И спасибо, что разобрался с ними. Мы ведь, вроде как, спасли мир.

— Не, это слишком пафосно. Просто сделали свою работу. Ради тебя, других людей и гигантского кальмара в антарктических водах.

Повышен уровень связи с картой: Башня (The Tower). Текущий уровень связи: 2

RX5 — Конверсия

Я понял, что конверсия подошла к концу.

Может быть, времени изначально было не так много. А может, частое использование сил Ын-Бёль сыграло свою роль. Прошел месяц, с тех пор как мы ловко и решительно обезглавили сразу две секты. Команда Кузьминского сразу же свернула все активные действия, а «Логос-Новик» перешла под управление совета директоров. Деталей я не знал, да и не особо они меня волновали.

Зимов позвонил мне на следующий же день. Ругался, что его не предупредили. Но все же поблагодарил за устранение опасных элементов. Почему они сами не устранили целую толпу колдунов и демонопоклонников — загадка природы, а на отгадку мне уровня доступа не хватит. Зато, он рассказал мне о том, что про город они знали, и что там находилась лаборатория инициативы «Рассвет». Есть вероятность, что появление «ворот» связано с ее деятельностью. В документах все написано, поэтому не буду тебя грузить. Кузьминский каким-то образом выяснил о существовании инициативы, и о природе экспериментов. Он считал, что, заполучив лабораторию, сможет значительно увеличить свой аномальный потенциал и добиться поставленных целей. Еще до меня дошли слухи, что в Желудево возник блокпост «Зари», но и только. Что ж, по крайней мере, источник флогистона теперь в руках у спецслужб.

Больше в эту тему Зимов просил не углубляться. Обещал найти того, кто сможет стать обладателем главного Ключа. До тех пор, запретил кому-либо об этом рассказывать.

Ты спросишь — Артур, ты вроде взрослый мужик, какого лешего все тобой помыкают, как школьником? А я отвечу: все помыкают всеми, и если ты дожил до моих лет и не достиг статуса, при котором можно жить на пляже, не завися ни от кого… Что ж, у меня для тебя плохие новости: разница только в наличии или отсутствии суперсил у нас и у людей, которые нас друг другу отфутболивают.

Вот они, радости современного общества.

Пришлось вернуться на съемную квартиру, что я еле отмыл в январе. Биохимические опыты Кворла въедаются глубоко в стены и сантехнику. Хозяин не очень хотел меня пускать, но оплата за следующие полгода его убедила. Я не мог оставаться в доме у Вики, не мог пойти к Алисе. Олег звал к себе, но это вообще не вариант. В теории, мог бы сразу направиться к генма, но не хотел вызывать никаких подозрений у наблюдателей.

В тот день, я увидел хлопья пепла и маленькие искры, слетавшие со своей кожи. Бриллиантовое пламя накопилось и сбросить его можно было только вместе со старой душой. Мы постоянно медитировали с Ын-Бёль, пытаясь пробудить Дурака, но эта патлатая сволочь так и осталась вмороженной в ледяную глыбу. Тэн тоже очень старался остановить конверсию, но система слишком уж рьяно стремилась «исправить» меня.

— Квази-фрактальный импринт. — удивился он, когда исследовал Ключ. — Практически идеальные измерения. Как смертным удалось этого добиться?

Увидев мое недоумение, он разъяснил специально для двоечников. — В создании этого импринта лежит тот же принцип, что и в матрицах Амаравати. Само собой, используется другой тип энергии.

Что поделаешь, и тут система виновата.

К сожалению, даже такой могучий артефакт ничем не мог мне помочь. Оставалось только смириться и принять будущее с высоко поднятой головой. Будь что будет. Так я начал свою карьеру агента, и ровно так же я должен ее закончить.

— А что будет с тобой? — спросил я драконицу.

— Ничего. — тихо сказала женщина. — Я останусь здесь, чтобы заключить тебя в объятия. Будь это ты, или кто-то другой, мы заключили контракт. Ты должен мне, Артур Ким.

— Кому должен, всем прощаю. — я задернул занавески. Время стремительно истекало. А не пора ли мне в дорогу?

— Ты можешь остаться собой, или стать кем-то другим. В любом случае, я буду с тобой до самого конца. Под тусклым светом черных звезд… Там, где последние огни летят на бесшумных ветрах среди мертвых солнц… Я буду держать тебя крепко, любить беспощадно.

— Это цитата с твоей карты.

— Это моя клятва тебе. — прозвучал голос в моей голове.

— Что ж. И на том спасибо.

Самое время взяться за телефон.

Тихон приехал за мной на своей красной Тундре. Надеюсь, никто не стуканет Андрею раньше времени, что его лучший агент куда-то укатил с генма. Только когда мы выехали на трассу, я позвонил Алисе. Сказал, что нужно ненадолго уехать к отцу.

Очень хотелось встретиться с ней лично, но в таком состоянии я уже не мог показаться никому кроме самих кровохлебов, что знали о конверсии.

— Ты вернешься, правда? — спросила она.

— Конечно. Просто…

— Не говори ничего. — Алиса будто все поняла. Но откуда ей знать, что на самом деле происходит? — Знай, что я всегда буду тебя ждать. Ты мне как брат, которого у меня никогда не было.

— Эм. А как же Герман? — с ним у нее хотя бы отец общий.

— Ему я говорю то же самое. Ты как маленький, Артур. — рассмеялась сестра. — Просто хотела, чтобы ты знал. Мы семья.

Хотелось бы в это верить. Очень хотелось бы остаться семьей даже после конверсии. И не думать, что все эти теплые чувства всего лишь результат вмешательства духа, что нас всех однажды уже облапошил.

— Я знаю.

Тихон недовольно посмотрел на меня. — Такую драму разводишь, как-то даже оскорбительно.

Когда я позвонил Вике, она сделала вид, будто ее мой отъезд вообще не волнует. Как и я сам. Но под конец, все же перестала строить из себя карикатурную цундере. — Слушай… Когда вернешься, нам надо поговорить. Это важно. Не какие-то там гребаные сопли, не подумай. В любви тебе признаваться не собираюсь! Просто надо камень сбросить с души, а ближе тебя, мерзавца эдакого у меня друзей нет. Так что не смей там задерживаться, усек?!

Кажется, Олег тоже подозревал неладное. — Надо будет выпить. Идем в бар.

А может и нет.

— Я так-то хотел поблагодарить тебя. Чего-то у меня и правда с этим Львовичем шарики за ролики заехали. Просто навалилось все, эти эльфы, Тосин, Алёна… Сам знаешь.

— Да я понимаю все.

— Вот потому и надо выпить! И может быть, сходить на стенд-ап. Говорят, Галка с Кореи возвращается! — к моему напарнику вернулся прежний энтузиазм.

— Блин, только не Галка…

— Да тебе вообще не угодишь, Ким! Ладно, сам выберешь. Главное, чтобы не всякие «Русские блины»!

— Обязательно.

Следующими в моим списке были Саша и Альфия. Рад, что у девчонок все наладилось. С тренером мы может еще увидимся, в ее зале занимается куча вампиров. А вот Альфия решила вернуться в город. Надеюсь, это по зову сердца, а не какие-то остаточные последствия флогистона.

— Ким! Ты, говорят, улетаешь? — равнодушно спросил Андрей. — Надолго?

— Недели две, три. Может месяц. Вот, уже в аэропорт еду.

— Интересно, куда ты собрался лететь без билетов? Я навел справки, ты ничего не покупал.

Ну не сволочь?

— Врут твои справки. Улетаю в Питер сегодня в…

Тихон шепнул мне. — Рейс в 13.20.

— … В половину второго.

— Знаешь, Ким. Мы с тобой не можем сработаться ровно из-за твоего вранья. Я же все равно узнаю, куда ты уперся. И если это какие-то рабочие дела, что от меня скрыл — накажу.

— Себя накажи диетой, Восемьсот пятнадцатый. — зевнул я. — А то пожалуюсь куратору, что ты медленно бегаешь. Чем ставишь под угрозу уникальную земную культуру.

— Ах ты ж…!

*сброс* *игнор-лист*

Правда ведь, все равно узнает. Но в теории, он и пальцем меня уже тронуть не сможет из-за Договора. То будут проблемы завтрашнего Артура.

Мы приехали в поселок к обеду. Для меня подготовили комнату в родительском доме. Особое покрытие внутри должно было как-то облегчить трансформацию, если я останусь один и в темноте.

— Как-то раз вот так медитировал с кучей призраков. — сказал я, осматриваясь. — Выбил новый перк.

— Тебе надо будет побыть в покое, поразмышлять. — Рома сопроводил меня в эту барокамеру. — Если что-то будет нужно, я побуду здесь.

— Учту. Для генма, ты очень любезен.

— Просто думаю, ты неплохой парень. И агент хороший. К тому же, мы друзья по спортзалу. — пожал плечами Роман.

— С братцем мы тоже друзья по спортзалу, но он меня не особо жалует. — что взаимно, в принципе.

— Герман — маменькин сынок. А она на тебя шипит всю жизнь, вот и нахватался. Как только станешь одним из нас, они расслабятся и у вас все наладится.

Я сел в специальное конверсионное кресло, что они определенно купили в игровом отделе магазина электроники. Пламя усиливалось. В некоторых местах уже вспыхивали настоящие огоньки, а под кожей появилось тусклое свечение.

— Знаешь, я мечтал, чтобы семья воссоединилась. Но чего-то не вот так. Слушай, раз уж ты такой положительный персонаж. — вздохнул я. — Приглядывай за мной. Не давай стать совсем уж мерзавцем. Можешь обижаться, но у вас такое бывает.

— Постараюсь наставить на путь истинный. Не переживай на этот счет. Как только перестанешь себя накручивать, сразу легче станет.

— Возможно. Погоди, есть еще вопрос. Эта новая личность, если вдруг она возникнет. Новая душа. Могу я на нее как-то повлиять?

— Точно не скажу. — Рома почесал затылок. — Надо бы спросить кого-нибудь поумнее, например Александра Васильевича. Но ты все равно старайся мыслить позитивно, вдруг поможет.

Повышен уровень связи с картой: Колесница (The Chariot)

Текущий уровень связи: 3

Я так и не закончил колоду. Говорят, у генма система совсем другая. Свои накопленные способности я оставить не смогу. Разве что, артефакты. Будут ли на другой стороне Бриллиантового костра Кровные узы? Никто сейчас не мог мне ответить на этот вопрос. Даже Ын-Бёль.

Вам кажется, ваш путь завершается слишком внезапно. Вероятность продолжения увеличена на 50 %. Желание есть конфеты обнулено. Благодарим за сотрудничество!

Чертова глитч-система.

Ну хоть с этим мне больше не придется иметь дела. Родня до самого финала трансформации меня видеть не пожелала. Пришли лишь Даша с Варей, пожелали творческих узбеков. Когда свет стал гораздо ярче, заявился Кобальт.

Перестав жрать флогистон, он стал гораздо больше похож на обычного престарелого ребенка, чем на жуткого робота. Измывался и задвигал про иронию. Что ж, какая-то ирония в этом действительно есть. Совсем недавно он предлагал мне сделку, но с тех пор все сильно поменялось. А я все равно пылаю огнем, что вынесла из Амаравати Прим Майя. Древняя история генма… Может, стоит потом приобщиться.

Я обещал его отцу, что с ним все будет в порядке. Здесь целое село воспитателей, может и вправят парню мозги.

Почему все, за чем я обещаю следить оказываются тут? Таинственная судьба.

— Ты готов? — спросила Ын-Бёль.

— Нет. — как можно быть готовым к такому?

— Не бойся. — шепчет она. — Я всегда в твоей тени.

— Знаю.

Пламя усилилось. Возникло вполне ощутимое жжение. Я словно отключился на мгновение, перенесся обратно в мрачный подземный комплекс «Гамма». Туда, где стоят ворота, сдерживающие непреодолимую силу добра. Ворота, распахнутые настежь. Я видел его, а он видел меня. Юноша в белой мантии доброжелательно улыбнулся и исчез. Впервые за долгое время, юноша в белых одеждах вышел из подземных катакомб. Снаружи он увидел большой и прекрасный мир, что был наполнен болью и страданием. Помня наставления своего Учителя, чьи сотни ушей слышат все мольбы о помощи, он решил протянуть страждущим сотни рук.

Мой разум заполонили помехи. Из потока глитч-сообщений особенно выделялась одна фраза.

SUN IS UP

— Что это было?

— Ты горишь, Артур. Твой разум пылает. — успокаивала меня драконица. — Возможны любые бредовые видения. Ты сам видел, что дверь была закрыта, когда мы покидали комплекс.

— Да, видел… Но…

Мне не удалось домыслить мысль. Осталось только отпустить пламя, позволить ему покинуть меня. Кажется, на этом мой рассказ закончен. Все это время, сидя в темной комнате, я пытался максимально подробно воспроизвести для тебя самое важное. Все те события последнего года, что повлияли на меня.

Если вдруг ты займешь мое место, постарайся не повторять моих ошибок. Не поддавайся сомнениям. Старайся верить людям, но знай — у нас с тобой множество врагов. Пускай ты будешь одним из скрытных демонов, оставайся человеком. Это самое главное. Не обязательно становиться чудовищем и забивать на мораль. Нет причин быть злобным мамкиным циником, даже если ты пьешь кровь. Если смертным будет нужна твоя помощь — не отворачивайся от них.

Знаю, знаю. Звучит пафосно и слащаво, но я просто обязан вбить это в твою гипотетическую голову. Нас с тобой зовут Артур Ким. Мы не великие мыслители, не гениальные политики, плохо считаем и не умеем общаться с людьми. Зато, мы помогаем этим самым людям. И не бросаем своих в беде. Помни об этом.

И не забывай, кем ты был до сегодняшнего дня.

…Разговариваю сам с собой. Дурак и есть.

Ну ладно. Пошла птица! У нас с тобой еще полно работы!

XXXXХ

Конец первого акта: Артур.

В следующий цикл переносятся:

— Прогресс открытия и развития связей между картами;

— Инвентарь;

— Изученные боевые стили;

— Обретенные навыки.

Content

Василий Горностаев
Рассвет — твой враг: Ребилд

RX4 — Год второй

R158 — Собрание

R159 — Твой новый рассвет

R160 — Азура Кен

R161 — Старшая аркана

R162 — Башни (1)

R163 — Башни (2)

R164 — Башни (3)

R165 — Башни (4)

R166 — Глитч

R167 — В глуши (1)

R168 — В глуши (2)

R169 — Сила и Колесница

R170 — Жрица и Императрица

R171 — Аура отчаяния

R172 — Платная медицина

R173 — Новые загадки

R174 — Отшельник (1)

R175 — Отшельник (2)

R176 — Альфия (1)

R177 — Альфия (2)

R178 — Прорыв (1)

R179 — Прорыв (2)

R180 — Прорыв (3)

R181 — Дракон

R182 — Императрица (2)

R183 — Башня

R184 — Сломанные игрушки

R185 — Коврижка

R186 — Милый дом

R187 — Мистическая аркана

R188 — Император (1)

R189 — Император (2)

R190 — Колесница и Луна

R191 — «Стигма» против марсиан (1)

R192 — «Стигма» против марсиан (2)

R193 — «Стигма» против марсиан (3)

RX5 — Конверсия