Владислав Бобков

Метаморф. Алчущий силы — 1

Глава 1

Знакомство.

Всю свою жизнь Макс Зимин ненавидел одно чувство — скуку и ощущение зря потраченного времени. Чувствовать, как твоя жизнь медленно, по капле, но неуклонно тратится впустую, — одна из самых страшных вещей, по мнению Макса.

С самого детства в их дворе не было парня более активного и стремительного, чем он. Пробраться на охраняемую территорию, чтобы после этого убегать от оскаленных клыков сторожевых собак? Прыгать по гаражам, чтобы случайно пробить хлипкую крышу и рухнуть на чью-то машину? Схватиться в драке стенка на стенку, чтобы защитить честь своего двора?

Макс был главным инициатором во всех этих случаях и многих других.

Зимину еще в далеком детстве запала в душу история про обычного и осторожного карпа. Первый плавал, не особо думая о своей жизни, обзавелся друзьями, нашел любимую, через время у них появился выводок детишек. Он стал родоначальником целого карпьего рода, но ближе к старости его съела щука. Многочисленные родственники были безутешны, но жизнь продолжилась дальше.

Второй же карп был иной. Он с самого детства до ужаса боялся смерти. Стоило ему хоть чуть-чуть вырасти, как он забился в самую глубокую щель, какую только смог найти. Там было темно, тесно и голодно. Еды почти не было, но осторожный карп не возмущался, так как был рад, что там безопасно.

Так шли годы, а затем десятилетия. Карп рос, щель стала ему мала, но он все также там сидел, потому что это было безопасно.

Он недоедал, страдал, но зато он был жив, хоть и безумно одинок. Осторожный карп видел, как съели обычного карпа, и зло посмеялся, радостный, что он-то жив.

Макс не помнил, чем закончилась та история. Может, тот карп до сих пор сидит в щели, мучаясь от такого существования, но упорно отказываясь жить настоящей жизнью.

Эта история так его впечатлила, что он пообещал себе стать полной противоположностью осторожного карпа, наслаждаясь жизнью по полной.

Учеба с таким характером ему, на удивление, давалась, но не особо интересовала. Езда на мотоцикле друга, слава крутого парня на районе закономерно привели к популярности среди девушек, так что учеба отошла, в лучшем случае, на второй план.

Зимина нельзя было назвать глупым. Он обладал живым умом и богатым воображением, но зубрежка скучных правил заставляла его сходить с ума.

И хоть та же учеба не сильно его интересовала, он не был зашоренным. Он интересовался происходящим в мире, смотрел фильмы и даже изредка почитывал книжки. Хоть среди последних преобладала лишь фантастика.

Не с его характером было читать скучные научные труды.

Логично, что с такими интересами парень увлекался спортом. Причем делал он это на достаточно серьезной основе. Выбором парня стал бокс. Возможно, причиной стало то, что в его родном городе, Иркутске, был лишь один дальний родственник, заведующий секцией бокса.

Денег с парня родственник благородно брать не стал, но зато неплохо обучил основам. До соревнований дело, правда, не дошло.

Возможно, кто-то бы решил, что с такими увлечениями его тянула преступная романтика… То этот кто-то серьезно ошибался. Зимин совершенно не собирался связывать жизнь с воровством или криминалом.

Надо ли говорить, что после всего вышеперечисленного армия была очевидным исходом?

Зимин не представлял себя без экстрима. Парень жаждал вызова и просто не мог без него жить. Он отлично понимал, что это не совсем нормально, но таким уж он был человеком.

Возможно, причиной этого стал его отец, который любил с сыном ходить в походы и сплавляться по рекам. Именно он зародил в душе сына это мятежное чувство.

Жизнь без некой опасной изюминки становилась столь пресной и скучной, что он с радостью бросался навстречу очередной авантюре.

Армия стала тяжелым испытанием для парня. Дисциплина и он, как оказалось, были вещами плохо совместимыми.

С другой стороны, парень не был отморозком, поэтому умел вовремя остановиться. Конечно, у командиров были некоторые вопросы к слишком активному солдату, но Макс сумел поставить себя в коллективе. Да и прямые приказы он исполнял вполне прилежно.

Во всякому случае, армия смогла дать ему понимание того, когда требуется остановиться.

На гражданку Макс пришел с парочкой новых шрамов и хитрым взглядом человека, который что-то знает, но никому не скажет. Армия же безразлично сплюнула на плац, исторгнув из себя столь неуживчивый элемент.

Взрослый мир открыл перед парнем свои двери. И здесь парню повезло. Или это было закономерным итогом?

Перебиваясь случайными заработками, Макс тратил все полученные деньги на то, чтобы хоть как-то разнообразить жизнь, добавив в нее капельку риска. Сплавы на байдарках, подводная охота, прыжки с парашютом.

Именно на последних и произошла встреча, которая изменила всю его дальнейшую жизнь.

Группа парней и девушек, прибывших в страшную и холодную Сибирь ради ярких ощущений и впечатлений. Надо ли говорить, что у них было слишком много денег и любви их тратить? Ну и прицепом шли богатые папы и мамы, которые готовы были спускать невообразимые для обычного жителя России суммы на развлечения своих детишек.

Их с Максом познакомил Сергей Коваль, один из его многочисленных приятелей. Зимин умел располагать к себе людей, когда этого хотел. Сергей же как раз благодаря деньгам отца на равных крутился в подобных кругах, к тому же в тот раз им как раз понадобился человек, разбирающийся в вопросах экстремального туризма.

Макс Зимин познакомился с ними, как протеже того приятеля. Чуть позже у него получилось привлечь их внимание необычными идеями по экстремальному туризму.

Парень выглядел довольно серьезно. Армейские харчи и многочисленная физическая активность на гражданке позволили ему вымахать аж под метр девяносто.

Он не был качком, собственно, как и худосочным, но его увитые жилами руки заставляли людей понимать, что он отнюдь не слабак. Да и с такой жизнью это было неудивительно.

Он выгодно выделялся на фоне других, поэтому-то и стал им интересен, не забываем и про Коваля. Сам же Зимин сумел делом убедить, что неплохо разбирается в опасных развлечениях и может многое рассказать.

Его легкий характер, опять же, тоже сыграл свою роль. В тот раз сложилось сразу несколько звезд, что позволило обычному парню ухватить удачу за хвост.

Было бы ложью сказать, что Макс плыл по течению. Парень сразу понял, что это его шанс.

Вместе с Ковалем они сумели организовать одно из самых запоминающихся турне по опасным и интересным достопримечательностям Иркутской области и даже дальше.

Если ранее у него не было для этого денег, то теперь за все платили его новые «друзья».

Опять же благодаря Ковалю получилось собрать денежные средства для организации нового похода. Сергей поверил обещаниям Макса, и дело двинулось.

Следующее «сафари», в этот раз в горах Урала, получилось бесподобным. Спуски в давно заброшенные штольни, которые на самом деле не так давно использовались, прогулки по горам, но с целой кучей страховок и опытными инструкторами.

Золотая молодежь была в экстазе, Зимин тоже был рад подобным приключениям, но никогда не забывал, зачем он это делает. Детишкам было плевать, но Макс получал с организации каждой такой поездки свою долю, впрочем, не забывая отдавать законную часть Сергею. Они оба отлично понимали, благодаря кому это вообще стало возможным и продолжало работать.

Зимин организовывал лучшие экстремальные турне, честно получая за это плату. Причем более чем хорошую. Благо его «спонсоры» подобные траты даже не рассматривали как что-то серьёзное.

В какой-то момент денег накопилось столько, что он сумел позволить себе открыть небольшую компанию и нанять парочку человек, чтобы они взяли на себя первичный обзвон нужных людей, согласования о встречах и бухгалтерию.

Компания называлась ООО «ЭкстремалЭлит», и из ее названия нетрудно было понять, чем она занимается и для кого работает.

Сарафанное же радио великая вещь, тем более в столь небольшой среде, как у людей, владеющих деньгами.

К Максу потихоньку потянулись молодые люди, желающие «Так же оттянуться, как и те, кого ты возил раньше».

Взрослые люди предпочитали другие компании, куда более серьезные, но, прикрыв глаза, смотрели на то, чтобы их детки почувствовали себя самостоятельными, пойдя к какому-то там Максу.

Безусловно, по сравнению даже с обычными конторами, которые вертелись в том бизнесе, потуги Макса смотрелись несерьезно. Тем не менее даже так для простого парня вроде него это были огромные деньги.

Это заставляло Зимина подходить к каждой следующей поездке максимально ответственно, ведь любая серьезная ошибка с жертвами будет стоить ему слишком дорого.

Так, к своим тридцати двум Макс Зимин уже не нуждался в деньгах, что позволило ему полностью окунуться в ту жизнь, которой он хотел жить.

Вот только все было не так радужно, как могло показаться.

Макс Зимин отлично понимал, что, по факту, он стал зависим от адреналина. Он получил, что хотел, но все же чего-то в этой жизни ему не хватало.

То, что раньше его могло пугать до одури, теперь вызывало лишь легкий испуг.

Именно поэтому горы, по которым Макс стал лазить, становились все больше, прыжки с парашютом все выше, а экстремальные развлечения все опаснее.

И даже так Зимину этого было мало. Фирма, знакомства и деньги позволяли ему находить новые и новые рискованные предприятия, но их было недостаточно.

Это не могло закончиться ничем хорошим. Вполне возможно, через время Зимин обратил бы внимание на совершенно другие способы получения запретного удовольствия, которые были поистине смертоносными.

Но его судьба сложилась иначе.

Так, совершенно внезапно Макс Зимин, тридцати двух лет от роду, выходя летом из одного из иркутских ресторанов, внезапно исчез.

Этот момент зафиксировали камеры наблюдения, что привлекло самое пристальное внимание определённых служб.

Не было совершенно никаких эффектов или звуков. Просто в одном кадре он еще есть, а в следующем его уже нет.

Пропажу Макса очень скоро обнаружили, так как он имел множество знакомых и подруг, к тому же имел многочисленные деловые договоренности. Тем не менее, с его характером он не заводил ни с кем серьезных отношений, поэтому в дальнейшем горевали от его исчезновения лишь родители. Для его обычных заказчиков это были не такие уж и большие суммы денег.

Спустя же еще несколько дней уже на другом конце Иркутска на частном земельном участке пропал другой мужчина по имени Александр Кузнецов.

Мужчина уже довольно давно строил собственный дом, поэтому тревогу бить стали лишь через несколько дней. Удивительно, но несмотря на свою нелюдимость и скверный характер, пропажу Кузнецова оплакивало куда больше людей, в том числе ближние друзья и его подруга.

Спецслужбы пытались связать хоть как-то эти два происшествия, но так и не смогли. А чуть позже случилось событие, которые привело к рождению того, кого знали лишь по страшному прозвищу. Гидра Безликий.

Глава 2

Макс Зимин чуть было не споткнулся и лишь чудом сумел устоять на ногах. Мир перед глазами плыл, глаза слезились. Нос улавливал десятки странных ароматов, а уши разрывались от царившего вокруг гвалта.

Мужчина замер, пытаясь осознать, что же все-таки происходит.

И его удивление легко можно было понять. Вот он делает шаг, выходя и переступая порог довольно хорошего, по меркам Иркутска, ресторана, а уже в следующее мгновение его нога опускается не на каменные ступеньки элитного заведения, а на непонятное деревянное убожество.

Более того, пасмурное небо сменяется ослепительно ярким солнцем, которое будто бы специально вознамерилось выжечь ему глаза.

Разум Макса решительно отказывался понимать, что за хрень с ним происходит.

— Эй, сукин ты сын, пошел нахрен с дороги, — за спиной раздался чей-то недовольный вопль.

Макс его напрочь проигнорировал, замерев на месте. Все его чувства буквально кричали о том, что он стоит совершенно не там, где должен был быть. Мужчина был уверен, что это где-то явно не тот ресторан, откуда он вышел. На это намекала неприятная вонища чего-то подгоревшего за спиной.

Смрад был столь силен, что Максу не надо было даже оборачиваться, чтобы эту гадость ощутить чуть ли не у себя на языке. Если бы в Иркутске кто-то посмел открыть заведение со столь неприятным духаном, то его бы забил ногами санэпиднадзор.

Благо зрение, наконец, адаптировалось к яркому свету, и он начал смутно разбирать детали.

— Слышь, ты че, мурло, проход загораживаешь? Давно по морде не получал? — товарищ за спиной явно успокаиваться не собирался и, судя по тону, намеревался перейти к самым активным действиям.

Зимин медленно обернулся, смерив «добрым и всепрощающим взглядом» низенького мужика, который, встретившись взглядом с Максом, почему-то подувял.

Вероятно, этому способствовала разница в их росте — метр девяносто Макса и метр шестьдесят, в лучшем случае, у оппонента.

Причем этому обстоятельству ничуть не помог нож, который висел на поясе мужичка. Тот вцепился в него мертвой хваткой и напряженно глазел на Зимина.

Что-что, а Макс терпеть не мог наезды. И нож в руках оппонента отнюдь не был решающим аргументом в споре.

— Ты что-то там сказал…? — мужчина замолчал, осознав, что слова, которые он только что произнес, были какими-то странными.

«Это совершенно точно был не русский язык». — с неприятным холодком понял Макс.

— Иди, — Зимин подвинулся, давая проход мужичку, тем не менее отошел лишь чуть-чуть, чтобы нервному пришлось буквально ободрать бок, чтобы прошмыгнуть мимо. При этом он внимательно смотрел за его руками. Получить нож в бок из-за невнимательности мужчина уж точно не хотел.

В голове Макса вертелась странная пугающая догадка о том, что же все-таки происходит, но он пока не давал ей ходу.

— Угу, — буркнул что-то невнятное грубиян и, ввинтившись в двери, быстро куда-то пошел.

Макс мрачно оглядел улицу совершенно чужого мира, и его губы растянулись в ухмылку.

«Очевидно, это долбанный перенос. Сомнительно, что рядом с рестораном внезапно появилась маленькая гора и построился целый, мать его, деревянный город». — он тяжело вздохнул: «А теперь я сделаю чертов шаг назад и окажусь обратно в своем мире».

Зимин любил изредка почитать какую-нибудь интересную книжку-фэнтези, хоть и не часто это делал. Тем не менее про жанр попаданцев знал хорошо. Вот только читать про них и быть одним из них — «немного» разные вещи.

Надо ли говорить, что резкий шаг назад ничего не изменил. Новый мир игриво подмигивал ему открытой дверью и кружил голову вонючей местной кухней. К этому добавился новый клубок ароматов. Сидящие внутри люди очень вольно трактовали понятие личной гигиены, а точнее, ее границы.

— Вот же хрень. — тихо прошипел он и двинулся прочь из столь неприятного заведения. Оставаться внутри местной таверны, а это была несомненно она, он явно не собирался. Слишком уж задумчиво вышибала, почесывая здоровое волосатое пузо, выглядывающее из коричневой жилетки, надетой на голое тело, поглядывал на угрожающего вида дубинку, обмотанную узловатой веревкой.

Макс же сильно сомневался, что его кредитная карточка что-то значит в этих местах.

«Мда-а-а, парень. Ну ты и влип». — настроение у Зимина было, как это ни странно, приподнятым. Можно даже сказать, радостным.

Тоска и скука, преследовавшие его последнее время, внезапно отступили, сметенные волнами страха и, естественно, адреналина.

Макс в кои-то веки вновь почувствовал себя живым, и это чувство ему безумно нравилось.

Его ноги выбивали пыль из дороги, пока несли своего хозяина навстречу приключениям и, зная Зимина, проблемам.

Местный народ хоть иногда и косился, но в большинстве случаев плевать хотел на необычный вид мужчины. И это обстоятельство хоть и удивляло землянина, но также и радовало.

Погода на улице была солнечной и куда более жаркой, чем на Земле. А уж в том, что он не на Земле, Макс поверил как-то сходу. Не каждый день ты внезапно выучиваешь новый язык. Да и странные образы в голове об этом прям намекали.

Мужчина с интересом оглядывался и проговаривал про себя все, на что падал его взгляд. Делал он это не просто так.

Невозможно выучить язык без привязки к тем или иным вещам. Так, те же существительные олицетворяют собой окружающий мир, глаголы — действия и движение.

Таким образом Зимин заставлял свой мозг насильно поднимать заложенные в него знания. Получалось так себе, но мужчина не унывал. Ведь были и успехи. Так, Макс «вспомнил», что вон та пробегающая двуногая ящерица, везущая замотанного в ткань мужчину, живет в какой-то гористой местности и называется кирсой.

Кстати, всадники не очень парились об удобстве пешеходов, поэтому ехали так, будто последних вообще нет. Зимина чуть было пару раз не сбили, когда он не успевал вслед за остальными прижаться к стенам зданий.

Кстати о зданиях.

Город выглядел очень странно, особенно же настораживала огромная неприступная скала, возвышающаяся и нависающая над городом. Эта чудовищная каменная гора выглядела столь чуждо, что казалось, будто некий великан, зачерпнув земли, воткнул исполинскую гальку под углом в землю, оставив торчать на поверхности лишь наклоненный кончик.

Город тоже вызывал множество вопросов. Больше всего Максу он напоминал те мелкие городки, которые показывают в фильмах о Диком Западе. То есть одна-единственная длинная улица, по бокам от которой расположились полностью деревянные двух-трехэтажные строения.

Вот только здесь была не одна улица. Городок большей частью находился в низине под навесом скалы, другая же часть расположилась сверху. Зимину повезло очутиться именно наверху, поэтому он отлично мог видеть грандиозный размер городка, который даже сейчас ударными темпами продолжал строиться, расширяясь в стороны.

По обилию телег и подвод, тянущих строительные материалы, это становилось понятно довольно быстро. Плюс, многие дома достраивались прямо на глазах. Стук молотков, забивающих гвозди, мат рабочих, затаскивающих доски, скрежет пилы — эти звуки смешивались с руганью местных, где каждый, казалось, куда-то спешил.

Макс невольно отметил, что большинство из здешних людей были вооружены, и довольно серьезно.

И речь шла не о ножах, которые были даже у многих женщин, а о мечах, щитах, топорах, копьях и другом колюще-режуще-ударном инструменте. Добавить сюда разнообразную броню — и становилось понятно, что Зимину срочно надо обзавестись хоть чем-то, чтобы не выделяться на фоне местных.

К тому же, его джинсы и рубашка явно не очень подходили под местный колорит. И хоть та же рубашка, в принципе, походила на местные, то вот джинсы явно надо было менять и как можно скорее.

В них было попросту жарко. По ощущениям парня, температура была как бы не под сорок.

«Золотая лихорадка!» — Макс наконец понял, на что все вокруг так похоже. Кто бы мог подумать, что пара вестернов, которые он случайно глянул, ему в этом помогут: «Зуб даю, что весь этот город был построен не так давно. Все эти люди прибыли сюда ради чего-то очень ценного. Чего-то, что сможет кардинальным образом изменить их жизнь. Учитывая же обилие вооруженных людей, это «что-то» явно опасное дельце. А там, где есть возможности, умный, а главное, ловкий человек никогда не пропадет. Надо только разобраться, что же за чертовщина здесь происходит».

— Эй, здоровяк! Не желаешь прокатиться? — вызывающе одетая молодая девица весело подмигнула Зимину, подняв пышную юбку и оголив ноги почти до места, откуда они, собственно, росли. — Такому гиганту я, так и быть, сделаю скидку. Уверена, ты сможешь меня удивить! — ее многочисленные подружки, стоявшие вдоль дороги, дружно поддержали товарку задорным смехом, попутно строя глазки. Далеко не все из них были красивыми, но и чтоб прям уродливых явно не было. Они явно не брезговали уводить друг у друга клиентов.

Идя по улицам, Макс почти сразу отметил, что большинство встречающихся людей были ниже его по росту. Конечно, встречались высокие люди, иной раз даже с него ростом, но довольно редко. Поэтому-то проститутка так и акцентировала внимание на его росте.

— Благодарю, красавица! — Макс рассмеялся, раскинув руки. — Но я сейчас на мели. Как заведутся деньжата, обязательно тебя навещу. А пока не подскажешь, где человеку вроде меня можно обзавестись презренным металлом? — почему-то при местном слове «деньги», Макс получил образы разнообразных монет, большинство из которых были из золота, серебра и меди.

«Удобно», — мысленно хмыкнул Макс, не особо, впрочем, заморачиваясь. Сейчас были дела и поважнее, чем непонятно как выучившийся язык и с чего-то появившиеся примитивные знания об этом мире.

— Хм-м-м, — девушка задумалась. — Такой здоровяк, как ты, явно приехал, чтобы спуститься в Подземелья. — последнее слово она произнесла как-то особо, словно о чем-то страшном, но вдохновляющем. — Хотя, чего это я, сюда все ради этого приехали!

— Конечно, — легко поддержал разговор Макс, хотя совершенно не понимал, о чем она говорит. — А перед спуском в подземелья есть чем заняться и где перекантоваться?

— Извини, здоровяк, — девушка выглядела искренне расстроенной. — Ничем не могу помочь. Сам понимаешь, входы в подземелья скоро откроются, поэтому всё, где можно заработать, уже занято. А уж с «переночевать» совсем погано. Мыслимое ли дело, к открытию этого прохода приехали авантюристы и искатели приключений со всех близлежащих королевств. И поговаривают, что до сих пор едут даже те, кто находятся за ними! Я слышала, наш спуск считается одним из самых перспективных. Я тебе даже больше скажу, у нас комнаты снимают даже не ради любви, а чтобы просто поспать!

— Эй, Атала! Ты долго будешь языком бесполезно чесать или все же начнешь использовать его для работы, как и все остальные свои отверстия?! — одна из ее старших товарок сильно дернула разговорившуюся девушку за руку. — Так и знай, я перед мамкой тебя оправдывать не буду! Взяли, считай, по доброте душевной, в один лучших салонов, а она ишь ты! Если бы твоя тетя за тебя слово не сказала, хер бы ты тут работала! У низушников бы юбку подымала за жалкие медяки!

— Ой! Простите, но я не могу говорить! — стушевалась девушка, бросив злобный взгляд на разоряющуюся «подругу».

— Да ничего, спасибо, красавица. — Зимин легко улыбнулся Атале, вызвав ответную улыбку. — Еще как-нить, может, встретимся.

— Меня зовут Атала! — крикнула она.

— Я знаю, красавица, я знаю.

Глава 3

«Спуск, подземелье, авантюристы. Ситуация стала немного проясняться. Последние приехали в подземелье. Видимо, это очень крутое место, коль такая толпа народа решила это сделать. Насчет спуска тоже очевидно, скорее всего, он находится…» — взгляд землянина поднялся к гигантской скале.

Макс обратил внимание, что чем ближе здания были к черному основанию, тем ниже и беднее они выглядели. Не забыл Зимин и уничижительное «низушники». Он нахмурился.

«Очевидно, богачи и люди, обладающие властью, не желают селиться возле этого самого спуска. Прибавим сюда огромное количество оружия у местных — и получаем, что подземелья — это чертовски опасное место. И из него может что-то выйти. Нужно больше информации».

Невольно Зимин поблагодарил «добрым» словом тех или что его там перенесло за то, что ему все же дали пообедать. В ресторане он наелся от души, теперь это было невероятно важно, ведь было непонятно, когда он сможет поесть в следующий раз.

Другой человек на его месте мог бы впасть в уныние и даже отчаяние. Оказаться без гроша в кармане в явно средневековом городе, да еще и в другом мире — это ли не ужас?

Тем не менее Макс заставил себя отбросить упаднические мысли. Сейчас они могли идти только во вред, а ему нужна была трезвая голова.

Требовалось разжиться информацией, чтобы понять, куда двигаться дальше. Очевидно, узнать максимально полно о подземелье можно было лишь у людей с оружием, которые собирались в него спуститься.

А сделать это было не так-то просто, ведь с городом явно было что-то не так.

Чем больше Макс в нем находился, тем очевиднее становилось, насколько же он опасен.

Это была некая помесь огромной бочки с порохом с совершенно отбитой версией средневекового Лас-Вегаса.

Сначала Зимин думал, что это ему «повезло» оказаться на улице красных фонарей, слишком уж много девиц легкого поведения встречалось ему на пути. Но затем стало очевидным, что это не так.

Как оказалось, это было всего лишь одно из развлечений, которое готов был предоставить город. Десятки баров, таверн и игровых залов раскрывали свои зовущие объятия.

Макс иногда почитывал различные приключенческие книжки и знал, что те же золотодобытчики, находя безумно огромные золотые самородки, отнюдь не богатели. Лишь единичные счастливчики сумели, благодаря золоту и удаче, благополучно окончить жизнь в богатстве и спокойствии.

Они возвращались в городки, где куда более хитрые люди давали им возможность кутить, играть, пить и иметь все, что движется. И уже через несколько дней такой жизни они проматывали все, что заработали порой смертельно опасным трудом. То, что цены на все в таких городках были завышены в десятки раз, даже не стоит упоминания.

И спустя пару недель им вновь и вновь приходилось отправляться в дикие леса, рискуя скальпами и соревнуясь в меткости с индейцами и «товарищами» по профессии.

Все эти заведения пока только строились, но некоторые уже были готовы впустить в свои ядовитые недра первые «денежные мешочки».

Причем многие из них были собраны совершенно по-разному. Макс не особо разбирался в архитектуре, но хватало даже взгляда дилетанта, чтобы понять, что окружающие строения принадлежат совершенно разным культурам.

Словно на одну улицу поставить православную церковь, мусульманский минарет и завершить композицию еврейской синагогой и буддистским храмом.

Да и, как говорилось выше, люди были одеты в самую причудливую одежду. Открытие Подземелья, видимо, привлекало людей самых различных национальностей и культур.

Совершенно нормально было видеть огромного варвара с двуручной секирой за спиной, идущего в компании замотанного в тряпки типа с двумя острыми саблями на поясе.

Такое изобилие необычных культур и вооруженных людей закономерно приводило к целой пропасти стычек, конфликтов и даже схваток. На глазах Макса за жалкий час произошло три драки и одно сражение, которое, правда, урегулировали местные власти.

Последние выглядели, как чистые бандиты, вооруженные с ног до головы. Они бы ничем не отличались от окружающих, если бы не красная лента, повязанная им через грудь.

И, конечно же, невиданная для жителя Земли вещь — наличие других рас. Макс готов был поклясться, что видел, как внутри огромного богатого кортежа ехал самый настоящий эльф.

Чуть позже он увидел еще нескольких представителей длинноухого народа. Они были уже не столь богаты, как первый эльф, но явно тоже не бедствовали. Одеты они были довольно необычно в странную помесь кимоно и халата с длинными широкими рукавами, в которых они прятали руки на животе.

Их тонкие фигуры окружающие старались обходить, сами же эльфы задрали носы чуть ли не к небу, гордо смотря только вперед, игнорируя копошение людишек внизу. Длинные уши завершали образ, а вот волосы были не такими уж и длинными. Да и цвет у первого был скорее коричневый, а у второго вообще черный.

Тонкие, но длинные клинки и ножи на поясах намекали, что они явно не простые обыватели.

Сами же люди тоже были довольно необычными. Так, Макс сомневался, что существуют люди с серой кожей или красными глазами. Хотя он допускал, что это могли быть вообще не люди.

Этот мир не переставал его удивлять. Зимин крутил головой во все стороны, стараясь впитать как можно больше информации.

Чуть позже у него получилось встретить гнома, и уж его он сумел разглядеть во всех подробностях. И надо признать, он остался увиденным очень впечатленным.

— На, сука! На! — В центре улицы развернулась серьезная драка, вокруг которой столпилось огромное количество народа, перегородившего дорогу и вызывавшего тем самым раздраженные крики идущих по своим делам людей. Но даже издали Зимин отлично видел монструозную фигуру невероятно уродливого человека, гулко ревущего ругательства и с силой вбивающего кулаки куда-то вниз.

Упустить столь интересное событие было выше возможностей землянина.

Макс стал старательно пробираться вперед. Вокруг шумел народ, азартно размахивая кулаками и иногда даже оружием. От ядреного мата и задорного свиста воздух буквально стонал.

Мимо шмыгнул худой полуголый мужик, размахивая какими-то корявыми бумажками и гнусаво что-то крича: «Ставки на бой! Большие выигрыши! Быстрые выплаты! Надежный букмекер!»

И чем он ближе подбирался, тем отчетливее представал великан. Круглая, абсолютно лысая голова с маленькими горящими нехорошим огнем глазками. Мужчина совершенно не был уверен, что это человек.

— А это, едрить его в корень, и не человек! Полувеликан! — видимо, Макс задал этот вопрос вслух и достаточно громко, чтобы его в таком бардаке смогли услышать. — Известное дело, обрюхатит великан какую-нить деревенскую, а она, дура-баба, молчит до последнего, думает пронесет.

— А не пронесет? — поддержал разговор Зимин.

— Да хер бы там. Великаны, они же огромные и здоровые, как моя теща. Он мамашку-то и разрывает изнутри, как подрастет. Часто таких убивают после этого, но великаны дюже охочие до баб, причем им плевать на расы и разумные они или нет. Вот и встречаются иногда…

Собеседник, высокий мужчина с завязанной в многочисленные косички бородой потерял интерес к разговору. Макс тоже не стал навязываться, сконцентрировавшись на происходящем. А посмотреть там было на что.

Учитывая размер полувеликана, можно было ожидать, что его противник будет лишь немногим ему уступать.

Вот только реальность преподнесла сюрприз. Оппонентом гиганта был гном, но зато какой!

Низкий, но чудовищно широкий, он вызывал ощущение, что ширина его плеч равняется его же росту.

Плотный, раздетый по пояс, он отлично давал всем возможность разглядеть его увитое стальными жгутами тело. Словно жирные питоны, пожиравшие друг друга, эти бугрящиеся мышцы мерно сокращались, технично уводя гнома с траектории каждого удара. Иногда удары все же достигали его тела, но гном умудрялся их отводить в стороны.

Стоит остановиться и на синих татуировках, покрывающих тело. Одного взгляда на них хватало, чтобы почувствовать в них некое предостережение. Во всяком случае, знаки кандалов на запястьях и огромная искусно нарисованная статуя на носу корабля на всю спину вызывала лишь такое чувство.

Ведь много ли вы видели женщин с огромной демонической пастью и разом четырьмя сиськами? Ну и другие знаки, вроде странного, но вполне узнаваемого якоря на веревке, как бы намекали на морское прошлое.

И как не упомянуть о его голове? Толстый череп и большие надбровные дуги являлись незначительной мелочью по сравнению с огромным высоким ирокезом, который, казалось, с шипением разрезал сам воздух, так ярко он горел алым цветом.

Коричневая борода, доходящая аж до пояса, закрепленная стальными кольцами, на фоне всего остального выглядела почти обыденно.

— Давай, капитан! Вмажь ему посильнее! — Макс пригляделся. Часть зрителей щеголяла похожими украшениями.

Тем не менее существовала и другая группа, которая болела уже за полувеликана. Возглавлял ее высокий человек, в зубах которого оказалась самая настоящая дымящаяся черная трубка.

Одет он был довольно плотно, в причудливый кожаный доспех, лишь на груди имелся стальной нагрудник. Макс даже не хотел представлять, как же ему было жарко во всем этом железе. В руке он держал длинное копье с широким острым наконечником.

— Давай. нелюдь! Размажь его! Растопчи его череп и сожри!

Очередной удар, но гном внезапно с силой отбивает удар в сторону, заставляя гиганта провалиться и чуть было не упасть по инерции.

— Давай! — Вены на лбу капитана набухли, а скулы выступили вперед. — Бей!

Гном широко развел руки в стороны, показывая, что не будет уворачиваться и защищаться.

Оскаленные зубы, бугрящиеся мышцы и яростный оскал довершали образ. Нарисованная на спине женщина начала будто бы поигрывать своими грудями, так сильно напряглись мускулы.

Полувеликану не надо было повторять дважды. Маленькие глазки вспыхнули злым предвкушением.

— Ты труп, коротышка! — Огромный кулак поднялся и со всего маху рухнул прямо на череп гнома.

В последнюю секунду капитан еще и подался вперед, приняв сокрушительный удар на лоб.

Взрыв!

Макс не поверил тому, что видел. От удара прочной черепушки гнома и кулака гиганта разошлась самая настоящая упругая полупрозрачная волна, заставившая у окружающих людей бешено трепетать одежду, а передние ряды балансировать, чтобы устоять на ногах.

Окна у домов вокруг звонко задребезжали, но все же выдержали воздушный удар. А вот черепица на парочке крыш весело посыпалась вниз на головы ругающихся граждан.

Макс невольно успел отметить, что странный мужчина с трубкой даже не пошевелился, хотя стоял очень близко. Ударная волна бессильно разбилась о его грудь, лишь немногим потрепав одежду.

Секундная тишина сменилась ликующим воем. Окружающий народ буквально взорвался восторгом, волнуясь, словно море в десятибалльный шторм.

Максу пришлось несколько раз поработать локтями, чтобы его не задвинули назад, так всем хотелось посмотреть поближе.

— И это все?! — взревел гном, тряхнув головой, словно сбрасывая остатки некой прилипшей гадости. Полувеликан ошарашенно смотрел на свой кулак, не веря до конца в то, что он не сумел вбить соперника в землю. Капитан кхекнул и харкнул прицельно прямо между глаз гиганту и, что примечательно, попал. — Смотри, как надо, сухопутная крыса!

Глава 4

Пока полувеликан инстинктивно потянулся к глазам, гном времени зря не терял. Используя коленку противника, словно ступеньку, он взвился вверх, оказавшись четко напротив плеча гиганта.

Левая рука гнома легла на плечо оппонента, фиксируя его самого на месте, вторая же резко нанесла два максимально жестких и предельно точных удара.

Произошло это столь резко, что звук слился в один протяжный бум.

Первый попал в горло, смяв все в всмятку, второй пришелся в висок, заставив голову болтаться, словно по ней бахнули исполинской строительной балкой. Глаза гиганта закатились, показав желтовато-белые белки.

Великан с хрипом рухнул на колени, но даже так он возвышался над гномом, стоявшим перед ним в полный рост, но того это явно не волновало.

Руки капитана расплылись в воздухе от скорости ударов, которые он обрушил на своего противника.

Причем каждый удар был такой силы, что от них расходились те же странные ударные волны. Видеть это было просто дико. Зимин не представлял себе, что живое существо в принципе способно бить с такой силой.

Ему бы самому хватило даже одного удара, чтобы расплескаться по земле и больше уже не встать.

Несомненно, полувеликана бы откинуло в сторону, но гном его «заботливо» придерживал на месте, технично превращая в еще живую отбивную.

Это была предельно спокойная, размеренная и жестокая казнь. Лицо капитана больше не выражало никаких эмоций, даже ярость боя его покинула. Теперь это было лицо того, кто просто делает привычную и знакомую работу. Новый мир во всей красе показал свой звериный оскал.

Люди, болеющие за гиганта, ругаясь, принялись расходиться. Последним повернулся человек с черной трубкой, неестественно быстрым жестом вытряхнув ее содержимое на землю и постучав по днищу.

Но гному явно надоело это представление. Очередной боковой удар буквально вбивает окровавленный мешок с костями лицом в землю. Капитан становится над телом и, ухватившись за голову, делает стремительный откручивающий жест.

На землю плеснуло алым. Зимин передернул плечами. Конечно, он чувствовал себя немного не по себе, но его не тошнило и не было плохо. Просто организм был максимально готов к любому развитию событий.

Тело напряглось, зрение стало четче. Сердце мощно перекачивало кровь, питая организм. Давно он не чувствовал себя настолько живым. И это было прекрасно.

Гном лишь силой рук умудрился одним движением оторвать голову от тела и теперь гордо держал ее двумя руками над головой, поливая кровью свой огненно-красный гребень.

Алые струйки стекали по его груди, впитываясь в штаны, оставляя некрасивые подтеки. Судя по шокированным лицам окружающих, даже для этого мира это не было обычным делом.

Мелькнула тень — и гном выхватил из воздуха правой рукой широкий жутковатый топор, лишь чуть меньший, чем его собственный рост. Левой он все так же продолжал держать голову. Широкое лезвие было покрыто искусно вырезанными рунами.

Его команда, которая вернула топор, выстроилась у него за спиной. Народ стал расползаться от них подальше, настороженно разглядывая эту странную «движуху».

— Я, Готрикус Кровавый Гребень объявляю во всеуслышание, и горе тому, кто об этом не узнает! Я и моя команда берем на себя Золотую жилу Подземелья! Именно мы первыми откроем этот проход! Те же, кто против, вы всего лишь мясо для наших топоров и клинков! Тот, кто против, выйди сюда или не поднимайся уже никогда!

Надо ли говорить, что подобные заявления не могли закончиться ничем хорошим?

Стена соседнего дома громко взорвалась, раня и сбивая с ног окружающих. Обломки стен вспыхнули ярким пламенем, выпуская наружу высокую фигуру, покрытую чешуйчатым доспехом.

«А нет, ошибся». — мысленно ухмыльнулся Макс, проворно бросаясь в сторону от намечающегося столкновения: «Это не доспех. Это, мать его, гребанный прямоходящий ящер!»

Последний спокойно вышел из рушащегося дома, который он же и разметал. Внутри можно было видеть падающих с верхних этажей вниз людей. Видимо, это был постоялый двор. Драконид распахнул пасть, в которой клубился огонь, и взбешенно зашипел.

— Наглый коротышка! Как ты смеешь единолично посягать на главные ценности Подземного мира! Моли меня, Сшисса Разрывателя, о прощении, и, может быть, я дарую тебе быструю смерть!

— Ха! А вот и повод повеселиться — настоящий противник! Кто полезет в наш замес, отхватит моим же топором! Эта ящерица моя! — рыкнул гном, с силой бросая черепушку в драконида. Жуткий снаряд с невероятной скоростью промелькнул, чтобы взорваться снопом осколков костей и сгорающей плоти от удара хвостом.

Макс же понял, что вот теперь точно пора делать ноги. На эту мысль его сподвигла огненная волна, вырвавшаяся из пасти Разрывателя, и острая кромка полупрозрачного воздуха, сорвавшаяся с топора гнома и развалившая дом, из которого вышел драконид.

Несколько местных случайно попали под волну огня и теперь, истошно вопя, катались по земле, пытаясь сбить пламя. К их несчастью, этот огонь был необычным, поэтому он буквально вцепился в их плоть. Они все же замерли, то ли потеряв сознание от боли, то ли умерев от болевого шока. Огонь же продолжал шипеть, заставляя их кожу и мясо булькать и шкворчать, будто куски мяса, опущенные на не политую маслом раскаленную сковородку.

— Помоги! — буквально под ногами Макса кто-то протяжно застонал от боли. Зимин чуть было не подпрыгнул от неожиданности, с трудом отводя взгляд от обгорелых трупов.

Столь жестокие сцены буквально притягивали его взгляд.

Как оказалось, те разлетающиеся куски здания все же нашли свои цели. Так, одного из зрителей вполне ощутимо придавило балкой. Точнее, не так. Балка размазала двух зевак, после чего, потеряв большую часть своей инерции, сбила и придавила третьего.

Конечно, оставаться на месте значило рисковать отхватить еще одно такое бревнышко, но мужчине срочно нужен был хоть один человек, который смог бы ответить хоть на какие-то его вопросы.

На помощь Макс не особо рассчитывал. Жизнь приучила его, что помощь от незнакомых людей — редкая и исключительная вещь, на которую никогда нельзя надеяться. Случилась? Ну и ладно, повезло. Но вот ждать ее — последнее дело.

А кто для этого лучше подходит, чем человек, который искренне тебе благодарен за спасенную жизнь?

Однако Макс слишком хорошо знал человеческую природу, чтобы пускать столь важное дело на самотек. Он быстро наклонился к лежащему на земле. Последний не выглядел каким-то богачом, но измазанная в пыли и крови одежда явно была не самого плохого качества. Здоровый лысый мужик с довольно простым усталым лицом.

— Ты меня слышишь?! — прошипел он, настороженно оглядываясь назад. Гном расплывался в воздухе, ударами топора гася огненные атаки. Тем не менее его рывки из стороны в сторону постепенно приближали его к ящеру. Сам же драконид был вынужден достать откуда-то булаву и готовился встретиться с коротышкой лицом к лицу. В небо поднимались клуба дыма и гари. Владельцы домов истошно вопили, пытаясь потушить свою собственность, но битва лишь разгоралась.

— Да-а-а… Драть тебя семеро, че ты не телишься! Помоги, надо отсюда сваливать!

Макс был решительно согласен с последней частью, но надо было кое-что все же обговорить. Он наклонился, пытаясь понять, за что сподручнее было бы хвататься. Кусок даже на вид выглядел тяжелым.

— Я тут новичок, считай, проездом. В ответ поможешь советом и на первых порах? — как бы невзначай уточнил он.

— Ну ты и гад! — скривился лежащий. — Если не грохну тебя за то, что сейчас медлишь, то да! Помогу. Вытаскивай меня давай!

— Договорились. Я подниму эту дрянь, а ты выползай. И-и-и взя-я-али!

Вот только кто сказал, что столкнуть эту чертову балку будет просто? Макс не был слабаком, но даже чтобы просто приподнять такую тяжесть, ему приходилось прилагать почти все свои силы.

Пострадавшему очень повезло, что это была часть здания, а не чистое бревно. Несимметричный кусок вошел в землю, не давая балке навалиться на пострадавшего всем весом.

В итоге Макс, проклиная все вокруг, поднимал один из концов балки, чувствуя, как у него хрустит позвоночник, ссыпаясь в трусы, а руки наливаются свинцом.

— Еще чуть-чуть — прохрипел спасаемый, работая локтями и матерясь сквозь зубы. — Да-а-а, сука! — стоило мужику вырвать свои ноги из-под балки, как Зимин тут же уронил ее назад, чуть не прищемив тому ботинки.

— Ну ты, мать его, и здоровый. — облегченно усмехнулся спасенный, кое-как поднимаясь на ноги. Судя по тому, что он кривился, балка ему кое-что все же отбила. Когда он встал, стало ясно, что мужик лишь немного ниже самого землянина.

— Помочь? — тяжело дыша, предложил Макс.

— А ты, блять, как думаешь? — мужик навалился на землянина, который аж крякнул. Весил тот совершенно не чуть-чуть. — Двинули отсюда, пока эти гаврики нас заодно не похоронили. Да и надо же мне как-то тебе должок-то вернуть, а, помощничек?

— Как полагается, — усмехнулся Макс. Их двойка на пределе сил завернула за угол, получив хоть какую-то защиту от пламени и ударных волн гнома.

Голова от грохота сражения и неприятного рева пламени немного болела, но Макс чуть ли не подпрыгивал. Тело буквально разрывало от избытка энергии. Он давно не чувствовал такого кайфа.

Дальше Макс шел, полагаясь на указания своего нового знакомого. Тот через время сумел идти почти сам, Зимину лишь иногда надо было его страховать. Спешащим по делам людям было все равно на этих двоих. У всех были свои проблемы, вроде распространяющегося пламени.

Один раз мимо пронеслись стражники, спешащие в сторону все еще грохочущего сражения.

— Как тебя хоть зовут-то? — наконец не выдержал мужик. — Я Матис Клос.

— Макс Зимин.

— Ну и как, Макс Зимин, ты дошел до жизни такой? Шантажировать человека в беде, заставляя его тебе помогать? — пострадавший засмеялся, одновременно скривившись. Внутренности ему отбило знатно.

— Да занесло меня к вам. Ни работы, ни денег, ни толкового оружия. А уж с помощью незнакомцу и сам знаешь, как дела обстоят, — закинул Макс пробный шар. — Спас бы я тебя, а ты бы мне спасибо сказал и нахер послал бы.

— А сейчас что мне не дает этого сделать?

— Твое честное слово и порядочность? — предположил Зимин. — Ну и то, что я тебя прямо тут скину?

— Ха-ха, с этого и стоило начинать. Фух, почти пришли. Черт, чуть не сдох. Благо мы построились не так далеко. — Матис дрожащей рукой вытер пот со лба.

Глава 5

— Мы? — Зимин насторожился, с интересом разглядывая довольно обширное подворье сразу с несколькими крупными зданиями. Было видно, что, кроме жилых домов, здесь имеются и рабочие здания. Построено все было надежно и основательно. Явно эти люди знали, как держать инструмент.

— А то! Мы не кто-то, а сама Гильдия Мясников монстров, ну а точнее, ее часть, от города Вардлав. Как и все, прибыли сюда к открытию нового подземелья. К твоему сведению, одни из лучших в своем деле. Добро пожаловать и все дела. Теперь ты мой гость.

— А не прогонят?

— Да иди ты, — фыркнул Матис, с силой стукнув по воротам. Точнее, по небольшой дверце в них. — Я, конечно, не глава нашей артели, но тоже не самый последний мастер. Уж своего спасителя на какое-то время смогу приютить и, если не будешь таким говнюком, как ранее, то даже накормить. Конечно, без разносолов, но уверен, тебе не до жиру. Ты же не мясник? — подозрительный взгляд уперся в Зимина. — Наши секреты — это лишь наши секреты. Будешь в них лезть и…

— Стану материалом для работы мясника? — ухмыльнулся Макс. — И нет, я не мясник.

— Нет, — отзеркалил ему ухмылку Клос, поворачиваясь к двери, за которой слышалось чья-то походка. — Но несколько костей сращивать придется точно. Эй, Старый Курдюк! Ленивая ты гнида, хрен ли так долго двери открываешь?! Спишь небось?! Тут, понимаешь, человек загибается, а ты волошкаешься, как будто тебя в жопу драли неделю!

— Матис, кусок ты говна, лишь бы кого-то помоями облить. Ну что у тебя за язык такой пакостливый? С детства ты такой, как помню голозадым сорванцом всем надоеда… — пожилой мужчина, ругаясь, открыл тяжелую дверь, но стоило ему увидеть состояние Клоса, как он мгновенно стал серьезен.

Зимин невольно отметил, что тот тоже был лысым.

«Как бы здесь не было каких-то правил касательно волос. Помню, смотрел какой-то сериал про викингов, так там короткие волосы считались вроде как рабскими. Настоящий свободный мужчина должен был носить длинные волосы. Как бы здесь такой же пакости не было. К черту лысину».

— Проходите-проходите, — мгновенно засуетился он. — Эй, Кассин! Паршивый мальчишка!

— Что, деда? — из кучи каких-то деревяшек выглянула взлохмаченная голова мелкого пацана, одетого лишь в замызганную рубашку.

— Быстро беги к тетушке Матильде. Скажи, Матис ранен! И быстро, а то мигом палок всыплю!

— Да ладно тебе, Курдюк, злобствовать. — Макс с помощью старика усадил постанывающего Клоса на лавочку возле сторожки деда. — Все не так плохо. Нет причин для паники.

— Это не тебе решать, бездельник, — отрезал Курдюк. — Знаю вас, молодых, сам был такой. Стрела в кишках, плечо порублено, нога сломана, а шутите и веселитесь, а потом бац! — он аж хлопнул по ляжке. — И церемонию прощания устраивай. Дури в вас много…

— Ну только опять не начинай, а то мне совсем плохо станет. — жалобно для такой туши попросил Матис и старик, что удивительно, и впрямь замолчал.

— А ты кто таков? — переключился Курдюк на Макса, окинув его подозрительным взглядом. — Случаем не ты ли этого простофилю отоварил? Знаю я вас таких. С такими лихими глазами, вам бы лишь в мясорубку какую прыгнуть, чтобы кровища и трупы вокруг. Нормальным людям подальше от таких людей, как вы, надо держаться. Там, где вы, — там опасность.

— В этот раз ты, дед, ошибся. В соседнем квартале двое… Авантюристов. — Макс, почти не споткнувшись, все же подобрал правильное слово. — Устроили разборку, кто сильнее. Матиса приложило куском разлетевшегося здания. Я его вытащил, ну и он пообещал мне помочь пообтереться в этом городишке.

— Приживала, — неодобрительно буркнул Курдюк, но Макс заметил, что взгляд старика смягчился и уже не смотрел на него столь подозрительно.

Макс весело улыбнулся на очередной наезд. Он не держал на старика зла за его поведение. Очевидно, что человеком он был неплохим, просто характер был не сахар. Некоторые люди не способны говорить добрых вещей или даже благодарить словами. Делом и заботой — сколько угодно, но не словом.

— Кто там подыхает? — внезапно раздался писклявый женский голос. — И не может он это поделать еще немного, пока я не докушаю? Почему вы все умудряетесь калечиться, когда я собираюсь поесть?!

К ним быстро шла низенькая полная женщина с довольно забавными большими ступнями. Следом, подскакивая от нетерпения, спешил пацан. Слова деда он воспринял более чем серьезно.

«Конечно, это может быть женщина-карлик, или карлица, не помню, как правильно, но готов поставить свою бесполезную кредитную карту, что это какая-нибудь хоббитша».

— Чтоб вы знали, завтрак очень важная вещь, а также второй завтрак, ланч, дневной чай, обед и ужин. Некоторые даже не знают о существовании второго завтрака, а это в корне неверно. Ладно, что у вас там приключилось?

Женщина, несмотря на свой невеликий рост, решительно оттеснила всех от пострадавшего.

Ее руки внезапно засветились мягким зеленоватым светом. Макс, широко раскрыв глаза, смотрел на самую настоящую магию. Конечно, он ее видел буквально недавно, когда его ею же чуть и не пришибли, но тогда были немного другие приоритеты.

Сейчас же он буквально чувствовал мягкие и нежные волны зеленого света, испускаемые руками хоббитшы.

— Что я могу сказать, — наконец, закончила женщина осмотр. Лицо Матиса немного порозовело, но он все еще иногда морщился от боли. — Если ты продолжишь и дальше вести себя столь безответственно, то будь уверен, долго не проживешь. Трещины в ребрах, отбитые внутренности, сотрясение и даже внутреннее кровотечение, — она поджала губы.

— Я тебя подлечила, но сам понимаешь, я не всесильна. Потребуется еще несколько сеансов. Завтра зайдешь после полудня, я как раз восстановлю магию. Вас таких у меня много! — словно оправдываясь, спешно бросила она.

— Ты настоящее чудо, — улыбнулся Матис. — Я даже боюсь представить, как тяжело нам пришлось бы, если бы не такая умница, как ты.

— Да иди ты, — залилась краской женщина. — А то я тебя ух! — на этой ноте она спешно убежала, словно внезапно о чем-то вспомнила.

— Стесняется, что она слабый маг, — тяжело вздохнул Матис, с трудом поднимаясь на ноги. Макс хотел было ему помочь, но он жестом отказался. — Она смогла в свое время поступить в магическую академию. Маленькую, но тем не менее. Смогла даже дорасти до звания младшего ученика, тем не менее дальше расти ей не хватило сил, но знаешь, — мужчина серьезно посмотрел на землянина. — Даже если бы нам предложили обменять ее на полноценного мага, никто бы не согласился.

Макс понимающе кивнул. Матильда явно заработала непререкаемый авторитет и признание, что дорогого стоило.

— Но ты ей этого не говори, — усмехнулся Клос. — А то нос задерет и совсем зазнается.

— Матис! — со стороны жилых домов выскочила растрепанная женщина, чьи черные волосы были заплетены в множество косичек. За ней неслись мальчик и девочка лет двенадцати. — Ты не ранен? На тебе кровь! Что случилась?!

— Молчи, женщина! — рявкнул Матис, грозно нахмурив брови, но потом выдохнул. — Авантюристы, то ли вообще наемники, подрались. Меня приложило, но волноваться не о чем! До открытия подземелья поправлюсь, так что смогу работать, поэтому не волнуйся.

— А…

— Матильда меня уже осмотрела, говорит, ничего страшного. Вот, хочу тебя кое с кем познакомить, — он ловко перевел внимание жены с себя. — Мой спаситель, Макс… — Клос замялся, видимо, забыв.

— Зимин, — расплылся в дружелюбной улыбке Макс перед женщиной и кивнул застенчиво спрятавшимся за ее юбкой детям. — Путешественник, который волею судьбы заплутал в этот город. Ваш муж за свое спасение благородно решил мне помочь с проживанием здесь. Я с радостью принял его предложение.

Женщина внимательно его осмотрела и лишь потом вежливо улыбнулась.

— Рада приветствовать спасителя моего любимого мужа.

— Еще бы! Это было самое меньшее, что я мог сделать. — вклинился Матис. — Ладно, Ларта, приготовь нам с моим гостем что-нибудь поесть. Уверен, он умирает с голоду, а что мы будем за хозяева, которые заставляют гостя голодать?!

Ларта быстро кивнула и поспешила домой, за ней метнулись и дети, бросая любопытные взгляды за спину на Макса.

Стоило женщине уйти, они понемногу двинулись вслед за ней.

— Ты не обращай внимания на Ларту, — скривился от боли Матис, вставая. — Она не любит незнакомцев, поэтому такая настороженная. Ничего, скоро оттает.

— Да я понимаю. Наоборот, я удивлен твоей добротой. Не каждый человек решит пригласить непонятно кого к своей семье. — Зимин покачал головой.

— Ну я же тебе пообещал помочь, лежа под тем бревном, — мужчины синхронно усмехнулись. — А во-вторых. — Матис стал серьезен. — Я вижу, ты новичок здесь. Поэтому мой тебе совет, никогда не говори такого тому, кого ты спас и если этот кто-то признал свой долг. Ты спас мою жизнь и клянусь богами, я верну долг.

Макс серьезно кивнул.

— Надо сказать: «Признаю твой долг». — буркнул Клос. — Откуда ты вообще такой взялся.

— А если нарушить обещание, ваши боги ударят вас молнией? — с интересом уточнил Зимин.

— Делать им больше нечего, богам-то, чем на клятвопреступников молнии тратить. Нет, просто если обещание нарушишь и об этом узнают, то никакого уважения не будет к тому пустомеле. Да и самому как жить потом?

— Понятно.

С горем пополам они все же дошли до дома. Матис скрипел, шипел, ругался сквозь зубы, но дошел сам. Макс оценил силу духа своего нового знакомого. Для «друга» они слишком мало друг друга знали.

Дом Клоса оказался двухэтажным, причем довольно красивым. Изнутри стало понятно, что территория, которую заняла гильдия мясников, довольно обширна. Видимо, профессия мясника монстров оказалась довольно прибыльной и уважаемой, что бы в ней не приходилось делать. Правда, дома стояли довольно близко друг к другу, в некоторых местах прямо стена к стене.

Их проводили заинтересованными взглядами, но с расспросами не лезли.

За стол уселась вся семья Матиса. Ели какую-то кашу, похожую на белую гречку с непонятным жестковатым темным мясом. Макс невольно задумался, не так ли называемый это «монстр». С другой стороны, было вкусно, хоть и не хватало специй.

Ели молча. Макс тоже не спешил открывать рот. Со своим уставом в чужой монастырь не лезут. Наконец трапеза завершилась, и женщина начала убирать со стола. Мужчины расслабленно откинулись на спинки грубо сделанных, но все же стульев.

— Ларта, сходи, пожалуйста, с детьми на улицу. Погуляйте, мне с моим гостем надо кое-что обсудить.

Та на это лишь послушно кивнула.

Матис дождался их ухода, после чего внимательно посмотрел на Макса.

— Я уже давно за тобой наблюдаю. Одежда, поведение, незнание простейших вещей. Да и вокруг ты смотришь так, будто все видишь в первый раз. Ты ведь не из этого мира, не так ли?

Глава 6

— И с чего ты так решил? — с виду Макс продолжал все так же расслабленно сидеть, но это была лишь иллюзия. Мужчина был предельно серьезен, ничего хорошего от этого разоблачения он не ждал.

— Выдохни, а то, не дай бог, еще обосрешься, — посоветовал Матис, с улыбкой наблюдая за Зимином. — Небось думаешь, как меня по-тихому прикопать и свалить отсюда?

Макс ничего не ответил. Не говорить же, что он и впрямь об этом думал.

— Ну так можешь успокоиться. Не ты первый, не ты последний.

— Что это значит?

— Это значит лишь то, что вы, иномирцы, довольно частые гости в нашем мире. Вы приходите, чтобы спуститься в подземелье. Артефакты, монстры и аномалии нашего мира — лакомая добыча для множества самых разнообразных существ со всей Вселенной. Даже в этот город, я слышал, прибыла парочка таких вот путешественников.

Матис ощерился.

— Вот только никто не сказал, что они благополучно вернутся из Подземного мира. Хантин — опасное место, и высокомерные пришельцы считают себя лучше нас, его коренных жителей.

— Они ошибаются?

— Еще как, — покачал головой Клос. — Подземелье не прощает ошибок. В нем есть правила, следование которым дает тебе шанс выжить, но если ты считаешь, что это ниже тебя… Подземелье может рассердиться. Иномирцы полагаются на свою мощь, но на каждую силу найдется сила побольше.

— Рассердиться? Оно живое, что ли? — хмыкнул Макс.

— Живое, — покатал это слово на языке мясник. — Нет, или да. Я всего лишь мясник. Никто доподлинно не знает. Просто есть правила. Следование правилам — жизнь, их игнорирование…

— Смерть?

— Если бы, — Матис был предельно серьезен. — Иногда смерть не самая страшная участь, которая ожидает авантюриста, спустившего туда, вниз. Правил Подземелья немного, но они просты.

Он прикрыл глаза, чтобы лучше вспомнить.

— Никогда не возвращайся старой дорогой. Если ты пришел в подземелье одной тропой, будь добр вернуться совершенно другой. Кто-то говорит про то, что так авантюристы меньше расслабляются, поэтому им легче заметить опасность, но я в это не верю. Не возвращайся старой дорогой и у Подземелья не будет к тебе вопросов.

— Это все?

— Нет, еще не все. Никогда не иди в Подземелье армией. То есть, как бы это сказать, Подземелье не любит, когда все слишком нечестно. Группа авантюристов против монстров подземного мира — это честно. Большая группа авантюристов против сильных монстров — все еще хорошо. Несколько групп, работающих вместе — это опять же честно, хоть уже и на пределе. Но полноценная армия, спустившаяся вниз, чтобы планомерно уничтожать монстров и собирать артефакты, потоком поднимая все это на поверхность, — это верный путь заработать недовольство Подземелья.

— И что тогда случится? — Макс невольно сам погрузился в этот тягучий рассказ. Клос рассказывал это слишком уж лично и поэтому интересно.

— Что угодно. Подземелье богато на выдумки. Может, сильнейшие твари нижних глубин внезапно вырвутся наверх и устроят кровавую баню. Может, прямо посреди войска появится сильная аномалия. Причем до этого в том месте могли пройти сотни людей, но именно нарушители правила Подземелья вляпаются в эту аномалию. Хотя обычно это заканчивается первым вариантом — большим числом тварей.

— А если они выживут? Подземелье насылает еще одну орду?

— Нет, — не согласился Матис. — Подземелье считает, что они искупили свою вину. Обычно после этого остается не так уж и много выживших после таких мясорубок. Забавно, но некоторые страны именно таким образом собирают дары Подземного мира. Но большинство все же пользуется услугами авантюристов или наемников.

— Это все правила?

— Основные. Есть более мелкие, но я уж их так и не упомню. Не на все из них Подземелье реагирует столь же остро, но стоит им все же следовать. Возможно, это всего лишь суеверия, но находится мало дураков, желающих это проверить. О, вспомнил! Никогда не оскорбляй Подземелье, находясь в нем же. Согласись, довольно логичное правило.

— Знаешь, Матис, ты так все это рассказываешь, будто тоже туда спускался.

— Было дело. Я был молод, глуп и самоуверен, но быстро понял, что это дело не для меня. Не по размеру штаны, если понимаешь, о чем я. Но полностью разорвать связь с Подземельем я не смог. Знаешь, многие, кто хоть раз там оказался, больше не могут жить без того, чтобы спускаться туда раз за разом. Хабар, артефакты, сила — все это сильнее, чем иной наркотик.

Макс невольно отметил, что в этом мире эта дрянь вполне себе хорошо известна.

— Поэтому-то я и стал мясником монстров. Авантюристы приканчивают тварей и приносят мне, точнее нам, их части, иногда сразу особо ценные целые тела. Разделать и правильно подготовить такое мясо — это целое искусство. Если взять и просто пожарить мясо подземной виверны, то не проживешь и часа, как подохнешь в страшных корчах. А вот если его съесть после правильной обработки, то на несколько дней можешь не опасаться слабых ядов. И это лишь простейший пример.

— Безусловно, это полезно. Но ты отвлекся, Матис. Иномирцы. — вернул разговор на прежние рельсы Макс.

— Ах да. Что-то я невольно вспомнил прошлое. Так вот, вы, иномирцы, по сути бесполезны. Точнее сильнейшие из вас, безусловно, имеют сильные артефакты и магические тайны, но вот слабые почти ничего не могут дать. Ваши знания слабо применимы в другом мире. Единицы могут рассказать что-то стоящее, но даже так законы природы от мира к миру различаются, поэтому если не будешь кричать на каждом углу о своем иномирном происхождении, то ты нахрен никому не нужен.

— А ты немало об этом знаешь, — отметил Макс.

— Какое-то время меня интересовала эта тема. Да и я не какой-то там деревенский, который знает лишь свою деревню и ничего о мире.

Макс понимающе кивнул, не став уточнять, почему тот счел его слабым пришельцем. Очевидно, сильному не надо было убегать от той разборки, как и рвать жилы, пытаясь приподнять кусок стены. Однако кое-что все еще оставалось непонятным.

— Но я не перемещался в ваш мир специально! — Зимин нахмурился, раздраженно побарабанив пальцами по столу. — Я шел по своим делам, как внезапно очутился у вас! Согласились, это непохоже на тех иномирцев, про которых ты рассказывал.

— Такое тоже бывает, — согласно кивнул Матис, чем поразил Макса. — Позволь, я тебе все расскажу по порядку, а то мы так и будем перескакивать с темы на тему. Думаю, начать стоит с того, как у нас все устроено. Уверен, тебе это пригодится. Считай это первым вкладом в оплату моего долга.

*****

Мир Хантин. Мир, издревле разделенный на две части. Мир надземный и мир подземный.

Наверху правят многочисленные разумные расы. Они воюют, дружат, заключают союзы, чтобы тут же их предать, сцепившись в очередной войне. Кому-то несведущему может показаться, что это смертельно опасное место. Но это обманчивое чувство, ведь по сравнению с подземным миром мир надземный чуть ли не рай.

Никто доподлинно не знает, как, но подземный мир всегда представлял угрозу. Когда приближалась волна, выходы на поверхность исторгали из себя бесчисленное количество тварей, чудовищ и монстров, которые в безумном желании мчались вперед, неся лишь смерть и разрушения.

Волна, Прилив, Исход или Гон — у этого термина в Хантине существовало множество названий. Но каждый понимал, о чем именно шла речь, ведь не существовало места в этом мире, где можно было от этого спрятаться.

Для начала стоит понять, что же представляет собой подземный мир или, как его еще называют, Подземелье.

Представьте себе невиданный организм. Его плоть — это камень, его вены — это великое множество туннелей, его органы — это невообразимо огромные залы, гроты и целые подземные страны. И никто не знает, разумен ли он в полном понимании это слова.

Но было бы ложью считать подземный мир темным и некрасивым местом. Стены туннелей и пещер пронизаны энергетическими дорожками, светящимися теплыми яркими цветами. Где-то это синеватый ультрамарин, а где-то чистое золото, озаряющее стены мягким желтым светом.

Чем глубже путешественник решит погружаться в это место, тем ярче начнут светиться энерголинии подземелья, разгоняя вечную тьму. И тем более страшные опасности ждут его на пути.

И это неспроста, ведь Подземный мир населен великим множеством самых разнообразных чудовищ.

Монстры никогда не закончатся в этом мире, так как Подземелье порождает их раз за разом, стравливая внутри себя в жутких и беспощадных схватках.

Убивая, твари поглощают малую кроху силы своих противников. Чем больше убийств, тем тварь становится сильнее и жаждет еще больше сражений. Да и кушать монстрам тоже что-то надо.

Сражения происходят волнами. Просто в какой-то момент Подземный мир вновь заполняется созданными тварями, появляющихся прямо из воздуха.

Это событие трудно пропустить, так как Подземелье начинает испускать волны света по своим энерголиниям, и чем ближе момент перерождения тварей, тем все чаще будут мерцать вживленные в стены светящиеся дорожки.

Откуда же твари берутся?

Ответ на этот вопрос давно найден одним из первых иномирцев. Подземелье просто копирует или перемещает их со всей мультивселенной. Во всяком случае, некоторых из тварей вполне возможно встретить и за пределами этого мира. Встречаются и совсем невиданные чудовища.

Не стоит забывать и о монстрах, способных стремительно порождать новое потомство. К примеру, перенесенная королева муравьев, поев и пережив первые дни после появления, способна заваливать противников бесчисленным множеством муравьев-солдат.

Если они выживают, то в скором времени начинают пожирать все вокруг, заселяя Подземный мир своим видом. Иногда они умудряются прогрызть себе дорогу даже на поверхность, после чего наверху начинается настоящий ад.

Жизнь в Подземном мире — это вечная война всех со всеми. Появившиеся монстры вынуждены вступать в битвы с такими же, как и они, не на жизнь, а насмерть.

При этом стоит понимать, что Подземелье удивительно толерантно. Так, оно вполне может посчитать за монстров тех же гоблинов, орков или даже людей! После чего скопировать их внутрь себя.

Другое дело, что последние, скорее всего, просто не выживут, да и не любит Подземелье копировать и переносить разумных существ. Более того, некоторых оно еще и меняет, делая смертоноснее.

— Значит, я был… Скопирован? Вот так просто? — сказать, что Макс был в ярости, значит ничего не сказать. Какая-то сеть подземных туннелей сочла его забавным дополнением в своей безумной игре. — Так какого черта я оказался наверху, а не среди тучи монстров?

— Ошибка, сбой и кто его знает, — пожал плечами Матис. — Подземелье иногда совершает ошибки и перемещает самых слабых монстров аж на поверхность. Могу предположить, что так как ты был очень слаб, то тебя выкинуло аж сюда. Все же проход на поверхность из Подземелья тоже имеет некоторый уровень опасности, пускай и минимальный, и может считаться частью Подземелья.

— Что, мать его, за уровни опасности? — совсем запутался Макс. — Слабые монстры живут у поверхности?

— Ой, кажется, про это я и не рассказал, — хмыкнул Клос. — Короче, тебе охрененно повезло, парень, оказаться здесь, а не парой десятков и сотен метров ниже. Уж поверь, тебе бы там не понравилось. Но, продолжу.

Глава 7

Но вот очередная волна миновала. Выжившие твари начинают зализывать раны и расползаться во все стороны, не желая дальнейших сражений.

Подземелья заполняются хрустом разрываемого мяса и чавканья тысяч и тысяч пастей, жвал и щупалец.

Но очевидно, что вскоре наступит новая волна, и выжившим придется вновь и вновь сражаться в этой нескончаемой бойне.

Бойне, в которой нет победителей, но всегда есть проигравшие.

Новые монстры появляются отнюдь не везде. Возникновение тварей напрямую связано с концентрацией энерголиний Подземелья, идущих по стенам, полу и потолку туннелей и залов. Там, где их нет, чудовища не появляются.

Другое дело, что в Подземном мире они есть почти везде, поэтому там почти нигде нельзя чувствовать себя в безопасности.

Но как же связан исход монстров на поверхность и энерголинии? Что мешает тварям покинуть Подземелье и уничтожить наверху всю разумную жизнь?

Это не дает сделать само же Подземелье.

Обитающие в глубине монстры не способны жить без подпитки энергией Подземного мира. И чем тварь сильнее, тем больше этой энергии требуется. Источник же этой силы расположен внизу, и чем выше к поверхности, тем слабее излучение.

Соответственно, чем глубже находится тот или иной уровень Подземного мира, тем сильнее и страшнее твари, там обитающие.

Так, победители многих сражений поглощают столько энергии своих противников, что им волей-неволей приходится спускаться все глубже, сражаясь с новыми врагами. В итоге же они просто физически не способны вновь подняться на верхние уровни.

Проклятая перевернутая пирамида, конца и края которой не видно.

Никто доподлинно не знает, какие монстры скрываются в самых глубинах Подземного мира. Ходят жуткие легенды, что когда наступит Конец Света, самые сильные чудовища начнут подниматься на поверхность.

Рухнут горы, взорвутся и испарятся моря, извергнутся вулканы — это выйдут те, кто были похоронены на тысячи лет. Их вид будет столь ужасен, что те, кто их увидит, выцарапают себе глаза. Те, кто услышат, вырвут барабанные перепонки, а те, кто почувствуют силу, безвозвратно сойдут с ума.

Абсолютный конец, Рагнарек и еще десятки названий.

— Серьезно? Такая дрянь и впрямь возможна? — Макс приподнял бровь. — Не страшно жить-то?

— Не воспринимай это серьезно. Таковы легенды, но они чуть ли не старше самих людей. Правда, есть те, кто верит в эту муть. Некоторые очень опасны, они считают, что следует приблизить это событие. Я не особо много о них знаю. Вроде как они вне закона почти во всем цивилизованном мире.

— Стой, ты говорил, что монстры появляются у энерголиний, а я что-то их не припомню в городе? — задал логичный вопрос Макс. — По твоим словам, я должен был возникнуть возле одной из них.

— Хватит меня перебивать! — выругался Матис. — Дай расскажу, а потом уже задавай свои вопросы. Не знаю я, доволен? Подземелье — это самая большая загадка нашего мира. У него сотни правил и законов. Даже сильнейшие авантюристы, которые почти живут в нем, знают не все. А я вообще всего лишь несколько раз там был. Да и было это, демон знает, когда. Может, какая энерголиния краешком вышла на поверхность.

— А такое вообще возможно?

— Почему нет? Существуют места, в которых энергия подземного мира вырывается постоянно. Там на поверхности творится то же, что происходит и в подземельях. Более того, относительно слабые твари могут жить на поверхности и без энергии Подземелья. Они станут немного слабее, но не умрут. Так, те же гоблины и орки поселились и на поверхности, став головной болью для всех нас. Может, какой-то лучик вылез наверх и призвал тебя. Кто вообще сказал, что ты был один? Может, остальных появившихся тварей просто порубили по-быстрому, вот и все.

— Ладно-ладно, не горячись, — усмехнулся Зимин разухарившемуся мужчине. — Давай рассказывай дальше. Ты толком так и не сказал, что такое эти ваши «исходы».

— Да тут и рассказывать толком не о чем. Время от времени в той или иной части Подземелья прокатывается «прилив». Энерголинии получают избыток энергии, и общий энергетический уровень начинает подниматься вверх. В итоге твари получают возможность подниматься на более высокие уровни. Туда, куда ранее им был закрыт доступ. Десятки тысяч монстров несутся в едином порыве наверх, убивая друг друга и всех, кто попадется им на пути.

— Готов поспорить, жутковатое зрелище.

— Это сродни безумию, ведь они толком не осознают, что происходит. Единственное, что ими движет — желание убивать. Этот избыток энергии столь силен, что его часть вырывается на поверхность, давая монстрам возможность какое-то время жить в надземном мире. Это и есть Волна. Время, когда жителям надземного мира приходится отражать нашествие тварей Подземелья.

— Насколько тяжелы могут быть последствия?

— Целые королевства могут быть опустошены. В особо крупных разрывах сия участь не минует и целые Империи. Через время энергия, конечно, рассеивается, гон отступает, и выжившие твари вынуждены вернуться обратно в Подземный мир, если они не хотят умереть или сильно ослабнуть. Хорошо хоть эти Волны разом захватывают лишь несколько выходов на поверхность. Остальные проходы остаются спокойными.

— Весело вам живется. — покачал головой Макс.

— Теперь уже нам, — паскудно рассмеялся Матис. — Но глупо считать, что Подземный мир приносит поверхности лишь беды. Мы давным-давно научились извлекать из своего подземного соседа прибыль.

*****

Подземелье растет, меняется и перестраивается. Старые карты туннелей через время уже ложны. Более того, подземелье протягивает новые и новые выходы на поверхность.

Каждое такое появление — целое событие. Множество авантюристов, воинов, магов, путешественников, ремесленников и торговцев приезжают, чтобы первыми собрать все сливки от открытия нового прохода в Подземный мир.

Что же тянет все это множество людей в столь опасное место?

Сразу тысячи вещей, вроде артефактов, возможности стать сильнее, редких алхимических реагентов для зелий, материалов для ремесел и магических ритуалов.

Все в этом мире напрямую завязаны с Подземельем. Материалы и куски монстров добавляются в металлургии, фармакологии или даже кулинарии для улучшения качества продуктов.

Лучшая броня и оружие получаются с использованием костей, брони или энергетических ядер монстров.

Многочисленные артефакты, вроде освещения или тех же печей, используют куски разных тварей или артефакты. Так, рога огненных слизней продолжают испускать тепло и свет долгие месяцы после их смерти.

Шкуры же и внутренности некоторых тварей являются отличным подспорьем для легендарных зелий, способных на что угодно, вплоть до отмены самой старости.

Важность проходов в Подземный мир сложно переоценить.

О чем говорить, если вокруг некоторых из новых проходов за кратчайшее время вырастают города, а иногда даже целые страны.

Новые же проходы становились самой желанной целью для всех ближайших стран, из-за них вполне могли начаться войны всех против всех.

К тому же за убийство монстров люди тоже получали частички их силы и энергии. Конечно, КПД монстров был в несколько раз выше, но даже так опытные авантюристы были быстрее и сильнее обычных людей.

Чем глубже мог спуститься авантюрист в глубины Подземного мира, тем более ценную добычу он был способен найти.

Подземелья переносили не только монстров, но и куски других миров.

Последние содержали невиданные артефакты, способные разом сделать своего владельца неуязвимым или невероятно опасным человеком.

Опытные авантюристы, если выживали хоть сколько-то долго, становились столь могущественны, что с ними приходилось считаться даже правителям.

Каждый из таких людей был желанным трофеем для любой страны. Сильнейшие из них являлись чем-то вроде ядерного оружия этого мира.

Правда, их сила не была ультимативной. Кроме них, вполне себе неплохо жили хотя бы те же маги и священнослужители, пользующиеся божественной силой.

Они могли, при необходимости, составить достойную конкуренцию авантюристам.

Это, в свою очередь. выделяло тех, кто спускался в подземелья, в отдельную касту. С гильдией авантюристов приходилось считаться целым странам. Правда, сама она была довольно разнородной и у каждой страны мог быть свой независимый глава.

И тут всплывает закономерный вопрос. Зачем вообще нужна никому не подконтрольная гильдия авантюристов, если государства могли бы сгонять в Подземный мир целые армии и собирать ресурсы без всяких проблем?

Как говорилось выше, этому противилось само Подземелье.

В принципе, существовали страны или города, которые сидели на паре выходов в подземелья и отправляли в них целые армии, поставив добычу артефактов или ресурсов на поток.

Вот только Подземный мир в отместку невероятно сильно занижал КПД получения энергии и артефактов.

Более того, подобные вооруженные формирования имели постоянный риск внезапно встретиться с чудовищно сильными тварями, которых Подземелье специально вывело на поверхность, предоставив «зеленый» коридор.

С другой же стороны находились авантюристы, которые хоть и были совершенно неорганизованными, но один на один были сильнее обычного солдата.

К тому же, при удаче были способны вынести легендарную добычу.

Таким образом, сложилась вполне себе рабочая система. Авантюристы, собственно, как и обычные наемники или искатели приключений отправляются в подземелья небольшими группками в огромных количествах. Подобный способ не раздражал Подземелье, которое, в свою очередь, не вставляло палки в колеса.

Как итог, все счастливы. Во всяком случае, те, кто сумел выжить в бесконечных подземных сражениях и исходах монстров на поверхность.

Этот мир жил по вполне конкретным недвусмысленным правилам, и теперь Максу Зимину требовалось влиться в этот круговорот. Или умереть. Остаться в стороне с его характером не представлялось возможным.

*****

Макс серьезно обдумывал полученные сведения. Матис ему не мешал.

— Извини, Макс. — Клос выглядел смущенным. Это довольно сюрреалистически выглядело у здорового лысого мужика. — Я хотел бы тебе помочь больше, но не могу. Видят боги, я бы попытался взять тебя в ученики, но правила гильдии запрещают мне брать третьего ученика. Лишь когда мои дубины-подмастерья сумеют стать мастерами, только тогда. Да и тогда… — он расстроенно махнул рукой.

— А уж поверь, эти дебилы нескоро ими станут. Я иногда удивлен, что они вообще ложку могут держать, чтобы суп на себя не пролить. Поэтому мне очень жаль, но мясником тебе в ближайшее время не стать. А среди знакомых никто не возьмет чужака, даже если я поручусь за тебя…

— Да ладно тебе, Матис. — Макс дружески пихнул пригорюнившегося Клоса в плечо, прерывая его оправдания. — Ты заставляешь уже меня чувствовать себя не в своей тарелке. Ты оказал мне огромную услугу. Не представляю, что бы я делал, если бы не знал всего этого. Ну, что ты мне рассказал про этот мир. Подземелья, авантюристы, волны и монстры — для меня это все звучит настолько безумно, что ты даже не представляешь.

Он вздохнул, посмотрев в окно.

— Мне очень лестно твое предложение про ученика. Я так понимаю, это очень важное решение, и твое доверие дорогого стоит. Но такая жизнь не для меня. Помнишь, что сказал Старый Курдюк? Я и впрямь жажду совсем другой жизни. Все, что ты рассказал про авантюристов, говорит, что они хорошо живут. Возможно, именно там мне самое место.

— Хорошо, — кивнул Клос. — Но ты должен понимать, Макс, это очень опасная жизнь. Авантюристы не умирают своей смертью. Убийства монстров дают им силу, артефакты и знания подземелий делают их могущественными. Сильные авантюристы живут очень и очень долго, почти также долго, как и маги. Но даже сильнейшие из них оканчивают свою жизнь в глубинах подземелий, растерзанные монстрами столь ужасными, что мы даже представить себе не можем.

— Какие же другие варианты? Ты так говоришь, будто передо мной десятки дорог и стоит лишь выбрать.

— Да, я не могу взять тебя в подмастерья, но это не значит, что не могу попытаться устроить тебя в другое место. В этот город приехали и другие люди. Кого-то из них я знаю, кто-то знает меня. А потом, кто знает, может, и освободится место и для тебя.

— Большое спасибо, но я решил все же стать авантюристом, — мягко, но твердо отмел это предложение Макс. — В своем мире я занимался тем, что рисковал жизнью. Я не вижу смысла что-то менять.

— Что же, если это твой окончательный выбор, то я его не могу не уважать. Нужда в авантюристах есть всегда, как и в дарах Подземелья, которые они поднимают на поверхность.

— Значит, стать одним из них легко? Какие правила для вступления?

— Ну как сказать, как сказать, — тяжело вздохнул Матис. — Авантюристы и впрямь принимают всех. Ну или почти всех. Преступники, беглые крестьяне, воры и разбойники — все они могут попытаться стать авантюристами. Вот только у всех из них путь начинается с одного — с роли почти бесправной отмычки. И уж поверь, мне хватило нескольких походов в этой роли, чтобы понять, насколько же это паршивое дерьмо.

— Отмычки? — переспросил Макс. Перед его глазами возник образ чего-то непонятного, с помощью чего можно взламывать некие механизмы. Он начал подозревать, что его мысленный переводчик явно начал сбоить.

Глава 8

— Отмычки. — вновь повторил Матис с непередаваемой смесью отвращения и неприятия. — Подземелья — смертельно опасное место. Кроме монстров, существуют и другие разнообразные угрозы. Так, пол, по которому ты идешь, может внезапно превратиться в непонятную хищную топь. Перенесенный из другого мира ящик с артефактами, который ты решил открыть, окажется мимиком, который отхерачит тебе руки раньше, чем успеешь сказать «мама». И это лишь та хрень, которую я видел лично. На моих глазах двое парней отдали богам свои жизни именно таким паскудным образом. До сих пор помню, как они кричали. Второго пришлось добить, все равно он был не жилец.

— И отмычки… — медленно протянул Макс, уже догадываясь о том, что же значит этот «веселый» термин.

— Именно, — тон Клоса был грустным. — Они «отмыкают» опасности, позволяя более ценным участникам группы не получать раны и сражаться с монстрами в полную силу. Каждый из опытных авантюристов или даже целые отряды нанимают партию отмычек, которые двигаются впереди…

— На своей шкуре активируя любые подлянки подземного мира, — закончил Зимин. — Но если все об этом знают, то какого черта все соглашаются на это дерьмо? Почему опытные бойцы вообще тащат этот балласт туда? Уверен, любая ошибка новичков может ударить и по остальной группе.

— Может, — немедленно согласился Матис. — Но ты не учел то, что Подземелье постоянно меняется. Конечно, существуют правила или некие монстры и ловушки, которые знакомы и появляются всегда. Однако частенько Подземелье приносит что-то совершенно незнакомое и неизвестное. С этим невозможно бороться, невозможно даже предугадать его появление. Остается лишь платить цену, порой кровавую, иначе в ловушку или засаду могут попасть все участники похода.

— Ты словно это оправдываешь, — хмыкнул Макс. Матис же лишь развел руками. — Ну а в чем интерес «отмычек»? Кто в своем уме решит стать живым… Миноискателем?!

«Просто прекрасно. В этом мире существуют мины и что-то, с помощью чего их ищут». Макс напрягся и тут же с облегчением выдохнул. Новоприобретённые знания, к счастью, промолчали, когда он попытался найти аналог «ядерной бомбы» в этом мире. Пороха тоже не нашлось.

Довольно неуютно жить в мире средневековья, у которого есть ядерное оружие.

— Хорошие командиры заинтересованы в выживании отмычек, — пожал плечами Матис. — Только полные отморозки просто толкают людей вперед в ловушки. Обычно отмычек старательно учат их определять, попутно тренируя в битвах с тварями. Каждый из авантюристов немного, но ходил в роли отмычки. Возможно, им этого не говорили, но они ими были. Если отряд попадет в полную жопу, командир обязан будет пожертвовать сначала отмычками, а уже потом, по нарастающей, и опытными бойцами. Лишь так есть шанс выбраться на поверхность хоть у кого-то.

— А что мешает раз за разом набирать новых и новых отмычек?

— Кроме того, что к реальному живодёру никто не пойдет? Мир авантюристов хоть и безумно широк, так как они есть чуть ли не по всему миру, но тем не менее узок. Все друг о друге что-то да слышали. Репутация и авторитет в этой среде очень много значат. Да и всяких правил гильдии у них хоть жопой жуй. Поэтому отмычек не принято убивать просто так. К тому же, перед походом отмычки за пару дней получают половину своего гонорара, которую имеют право потратить.

— А что мешает им сбежать? — хмыкнул Макс.

— Ничего. Кроме того, что заключается договор, и гильдия авантюристов поставит такую награду за голову идиота, что за ним бросятся все охотники за головами в ближайших землях. Ну и мой тебе совет, правила правилами, но не расслабляйся. То, что обговорено наверху, может потерять любую ценность там, внизу. — Клос указал пальцем себе под ноги.

Макс серьезно кивнул. Он запомнил.

Матис легонько хлопнул по столу.

— Хорошо, значит, решили. Ты станешь авантюристом, и я в этом тебе помогу. Конечно, ты начнешь с отмычки, но вот в выборе хорошего первого отряда я тебе помогу. Как говорят среди авантюристов: «Лишишься девственности в максимально правильных руках». — заржал Клос, вставая и направляясь в сторону кухонных шкафов.

— Ты эту хрень брось, я лишь по красивым фигуристым девушкам, — ухмыльнулся Макс.

— Как и все мы, демоны меня побери! Эх, хорошо, моя не слышит. Тихая-то она тихая, но иногда прям ух! Огонь баба. Оттарабань ее черные драконы, куда она положила эту дьявольскую настойку?! А! Вот она, родимая.

На стол с глухим стуком опустилась огромная бутыль, сделанная из толстого мутного стекла, в котором невооруженным глазом были видны здоровые пузырьки. Внутри весело плескалась некая жидкость.

— Чтоб ты знал, эта красавица, — Матис с любовью огладил пузатый бок. — Прямиком из Подземелья. Из последнего моего похода. Три таких бутылки были частью моей доли. Две давно приговорил, а эту хранил ради особого повода. Спасение жизни, уверен, повод лучше некуда!

Пробка, поддавшись действию ножа, с оглушительным хлопком улетела в стену, чуть не заехав Максу же в глаз, благо тот каким-то чудом успел увернуться.

— Клос, мать твою!

— Не трогай мою мать, святая была женщина! — золотистая жидкость мягко скользнула в кружки. — Невероятная вещь. Пьянит гарантированно, а похмелья никакого! Сам бы не поверил, если бы не лично приговорил две бутылки. Я эту амброзию даже алхимикам относил, пытался повторить. Хрен бы там. Говорят, сделана из неизвестных веществ природного происхождения, которых нет в этом мире. Уф, еле выговорил. Ну что? За знакомство и за то, чтобы ты всегда возвращаться из Подземелья!

Зимин попробовал было чокнуться, но, как оказалось, этой традиции в этом мире не было.

Макс подумал было о том, что этот алкоголь дважды иномирного происхождения может сделать с его телом, после чего лихо опрокинул в себя кружку. До конца своей жизни трястись в этом мире, не пробуя иномирскую еду, он не собирался.

В голове словно взорвалась сверхновая, а все рецепторы разом исполнили кувырок, чтобы в следующую секунду ошеломление сменилось мягким теплом, расплывающимся по пищеводу. Более того, тело, наоборот, почувствовало прилив сил, а сознание очистилось.

— Что… Что это? — не матерных слов у Зимина не осталось.

— Я же говорю, вещь. В тот раз мы вынесли огромную добычу, поэтому даже мне досталась такая ценность. — гордо подбоченился Матис, смачно закусывая зеленью, перед этим от души ее занюхав. Макс тоже не отказался. Осталось немного мяса, поэтому он ухватился и за него.

Первое правило любой пьянки — всегда закусывай и делай это чем-нибудь основательным. Закуска — верный помощник в том, чтоб остаться последним на ногах.

— Так что же ты ушел?

— Почему ушел? — эхом повторил Матис. — В тот поход нас отправилось аж пять десятков человек. Сразу четыре отряда опытных бойцов, плюс целая куча отмычек. У нас была карта Подземелья, заранее изведанная как раз для нас. Мы должны были добраться до места и разграбить корабль.

— Корабль?

— Ага, — безразлично подтвердил Клос. — Часть второго уровня внезапно затопило. Подземелье умудрилось перенести какой-то корабль, попутно, видимо, захватив и воду вокруг. Команду быстро съели, но товары остались.

— Я так понимаю, миссия прошла успешно?

— Да, если не считать того, что из пяти десятков вернулось чуть меньше половины. Кроме меня, уцелело лишь еще две отмычки. И хоть со мной рассчитались честно, заплатив даже больше, чем было обговорено изначально, я решил покончить с этой жизнью раз и навсегда. Денег хватило, чтобы устроиться к мясникам, и знаешь? — Матис пьяно посмотрел на Макса. — Я ничуть не жалею. Это страшное место. Хотя о чем это я, ты сам скоро узнаешь.

Они пили еще долго. Вернулась его жена, и им пришлось перебраться в его кабинет наверху. Дом был довольно небольшим, но кабинет все же был.

Чудесный алкоголь быстро кончался, и в какой-то момент Матис Клос, уронив стакан, заснул прямо за столом.

Что же наш герой? Чувствовал ли он подлое влияние зеленого змия? Как бы не так. Макс был скорее в недоумении и очень сильно напряжен.

Причиной его плохого настроения был алкоголь, а точнее, его подозрительно слабое воздействие. Ему доводилось выпивать еще на Земле. Он не грешил этим делом, так как по жизни ему вдоволь получилось насмотреться на всяких алкоголиков.

Тем не менее, он никогда не славился чудовищной стойкость к алкоголю. Да, он мог много выпить, но были люди и куда сильнее его в этом деле.

Здесь же опьянение хоть и было, но оно стремительно исчезало. Макс внезапно с холодком понял, что если пройдет еще немного времени, он станет абсолютно трезв.

Можно было все это списывать на особенность влияния иномирного пойла конкретно на землян, но… Мужчине было все тяжелее себя обманывать.

С момента попадания в этот мир все было не так. Все как-то неправильно. Солнце светило сильнее, жара и ветер ощущались куда ярче. Да что там. От запаха в той тошниловке, где он появился, его чуть было не вывернуло, а он в свое время нюхал и не такие «ароматы».

Вначале он грешил на то, что это другой мир. Вот только рассказанное Матисом заронило в его душу зерно сомнения.

— Какие монстры появляются в подземном мире? — повторил Матис вопрос Макса несколько часов назад. — Да самые разные. Говорят, наш мир перемещает и копирует в себя чудовищ из самых разных миров. Причем выбирает те, что поопаснее. Я в этом несильно разбираюсь, но типа из каких-то смертельных миров. Согласись, хорошие места так не назовут. А касательно тварей… Еще слышал, что Подземелье что-то с ними делает. Вроде как меняет, делает сильнее, а иногда вообще черте что.

— Зачем? — Макс, услышав последнюю часть, превратился в одно большое ухо, попутно изо всех сил постаравшись не показать своей заинтересованности.

— Это вопросы не ко мне. Вроде есть какие-то маги-исследователи, вот они все пытаются узнать тайны нашего мира. Дохнут, правда, часто, слишком уж они рвутся в самые глубины.

— А зачем Подземелье меняет монстров? — Макс не собирался так просто отступать.

— Я думаю, чтобы вырастить самую большую тварь, которая сожрет всех. А на самом деле черт его знает!

Зимин взглянул на свою ладонь, после чего изо всех сил сжал ее в кулак, отчего на запястье выступили вены и жилы.

«Оно все же изменило меня. Черт! Это проклятое Подземелье что-то со мной сделало! Матис правильно сказал, что Подземелье, в основном, переносит только монстров, и иногда оно с ними что-то делает. Получается, я долбанный монстр? Или все же нет? Вроде никакой тяги к этим дурацким энерголиниям не ощущаю».

Мужчина впился в ладонь взглядом, пытаясь что-то почувствовать. Это странное, липкое ощущение, которое словно скребется по внутренней части затылка. Что-то лишнее, чужеродное. Нечто, чего раньше никогда не было.

Он изо всех пытался ухватить это ускользающее чувство. Словно он внезапно забыл какое-то очевиднейшее слово и теперь всеми силами пытался его вспомнить, но ничего не выходило.

— Блин! — Макс откинулся на стул, после чего с неверием вытер с чего-то вспотевший лоб. Неожиданно он очень сильно взмок, хоть сам не заметил как.

Грудь ходила ходуном, будто он пробежал пару километров. Еще одна странность в копилку его подозрений.

Он тяжело встал и ругнулся. Опасения полностью оправдались, он был полностью трезв. За окном уже начало ощутимо темнеть, поэтому надо было как можно скорее решить с женой Клоса, куда перетащить тело ее мужа и вопрос с его собственным ночлегом.

В комнате никого не было, поэтому никто не сумел увидеть жуткое слабое желтоватое свечение из глаз упрямо таращившегося на свою руку мужчины. Стоило же ему прийти в себя, как изменения глаз исчезли.

Макс уже не заметил, как его тело с каждым шагом стремительно восстанавливало энергию, делая каждый новый шаг все более упругим.

Мир еще сам не знал, что в него невольно попало кое-что очень и очень опасное.

Глава 9

Матис не соврал. Уже на следующий же день, когда он проснулся и пришел в себя, то потащил Макса к своим знакомым авантюристам. Выглядел, правда, он неважно. Весь в синих синяках, да еще и хромающий, но от этого его решимость ничуть не ослабла.

Жена вежливо попрощалась с Максом, даже пожелав ему удачи. Видимо, совместный поход вместе с телом ее мужа до спальни сломали лед между ними. Зимин отлично выспался, хоть ему и пришлось спать тупо на лавочке, накрытой двумя одеялами с третьим одеялом вместо подушки.

Тело было бодрым и полным сил, что заставляло Зимина испытывать двойственные чувства.

Дорога заняла целый час, еще раз показав, насколько же большой это для средневековья город. Страшно было представить, сколько этот гигант требует продовольствия. Учитывая же то, что пока он ничего не производил, королевства и торговцы готовы были платить и снабжать его даже в кредит.

— Короче, слушай. — по ходу Клос решил немного просветить Зимина, куда же они все-таки идут. — Я не особо общаюсь с авантюристами. Максимум они мне дают материал, я за это плачу им деньги. Но как я и говорил, кое-какие знакомства у меня есть. Как вариант, Вернер Крученый. Не буду юлить, та еще паскуда. Но паскуда умная и по-своему честная.

— Мне уже нравится начало, — развеселился Макс. — И ты собираешься меня впарить такому человеку?

— Именно. Хоть Крученый та еще хитрая бестия, он имеет некоторый кодекс чести, что в твоей будущей профессии… Ну, если не редкость, то довольно ценная вещь. Никто не может сказать, что он бросает отмычек на верную смерть. Более того, известны опытные авантюристы, которые вышли из-под его крыла. Может. лишь они не дают прикопать своего непутевого учителя.

— Так почему же он зовется Крученым? Кого попало так не назовут.

— Да потому что он сильно хитрожопый. Все время норовит урвать что-то сверх оговоренного. На прямое крысятничество или обман не пойдёт, но если может обмишурить, то непременно это сделает. Да и в картах Гвинтса ему везет. Никогда не садись с ним за один стол играть, иначе останешься мало того, что голым, так еще и должником. А карточный долг это такая дрянь…

— Не продолжай, — остановил Макс. — В нашем мире есть что-то похожее. Я знаю, как это может быть опасно.

— В общем, постарайся ему понравиться. Отчаянные люди ему импонируют, но вот слишком наглые — нет. Поэтому сам уж думай, как себя поставить.

Уже с самого входа стало понятно, что Клос притащил своего друга в достаточно серьезное место. Середина города — довольно дорогое место, и умудриться в нем отгрохать несколько зданий вместе с парой огороженных тренировочных площадок — это надо постараться.

— Стой! Проход разрешен лишь членам нашей Компании. — бойцы на воротах преградили дорогу, подозрительно оглядев мужчин.

— Спокойно, парни, — Матис не показал и тени страха, хоть воины и выглядели серьезно. — Я пришел к Крученому. Он сейчас здесь?

— А кто его спрашивает? По какому вопросу?

— Передайте ему, что пришел Матис Клос с товарищем. По личному делу. Уверен, он поймет. — парни переглянулись, но все же один из них, кивнув. поспешил в сторону зданий. Было видно, что второй хочет что-то сказать, но не решается. Отличный пример того, что знакомые Крученого тоже имеют некоторую неприкосновенность.

Ждать пришлось недолго.

— Проходите, — недовольно буркнул первый, который пробежался. — Он вас ждет.

Товарищи не стали заставлять охрану ждать.

Как оказалось, местом нахождения Вернера был трактир, который выглядел более чем внушительно. Качественная отделка, где все еще чувствовался запах свежего дерева. На полу лежали разноцветные ковры, а на стенах были развешаны разнообразные мечи и топоры. Видимо, для антуража.

Стоило товарищам войти, как на них тут же обратили внимание участники этой компании. В заведении был полумрак, поэтому лица разглядеть было тяжело, но вот оружие было отлично видно.

— Рад видеть здесь новые лица, — трактирщик вежливо поприветствовал Макса и Матиса, привлекая к себе внимание. Обычное лицо, короткие волосы и внушительное пивное брюшко. — Я слышал, что вы ищете Вернера?

— Вы правильно думаете.

— Пойдемте, господа, я вас проведу. Гвасис, за стойку! — строго приказал он молодому парню, буквально скакнувшему на место трактирщика. Людей в зале было немного, поэтому Макс не видел смысла в такой спешке, но, видимо, трактирщик знал, что делает.

— Следуйте за мной, — злое выражение лица полноватого мужчины мгновенно приняло радушное выражение. Правда, Макса оно бы не обмануло. Трактирщик был знатным лицедеем.

Место отдыха Вернера оказалось целым отдельным кабинетом. Когда дверь открылась, Макс весело ухмыльнулся.

В куче подушек возлежала их цель, пуская вверх после долгих затяжек клубы сиреневого дыма, пока перед ним танцевали две полуголые красотки. Третья их товарка тихо хихикала, пока пальцы правой руки мужчины ощупывали ее прелести. В левой дымилась длинная и толстая сигара. Назвать это сигаретой язык бы не повернулся.

— Привет, Крученый, — Матис уверенно шагнул внутрь, Макс с небольшим промедлением последовал за ним, треснувшись о дверную притолоку.

— Черт! — Макс с ненавистью оглядел дверь. Еще на Земле его рост иногда играл с ним злую шутку. Биться лбом о слишком низкие вещи было довольно грустно.

В этом же мире, в котором люди были явно ниже, он уже пару раз умудрялся протаранить притолоки в доме Клоса. И такая проблема была теперь повсеместно.

— Матис! Старый ты барсук! Тоже решил поискать счастья у нового прохода? Или, может, все же плюнул на ту дурацкую клятву и как в старые и добрые, а? — Вернер отпихнул сидящую на коленях девушку. — Людям поговорить надо. Брысь-брысь!

Девушки быстро ретировались прочь, правда, последняя не забыла стрельнуть глазками в Макса, причем сделала это так, чтобы он заметил. Заметил это и Вернер.

— А что это за орясина вместе с тобой? Слышь, парень, твой отец трахнул орчиху или, наоборот, великаншу? Че ты такой здоровый?

Немного стоит упомянуть и о внешности Крученого. Первое, на что сразу же падал взгляд — это страшные шрамы на кистях рук и шее. Выглядело это так, будто кто-то старательно пытался стереть кожу в эти местах наждачкой, после чего так и оставил это месиво срастаться.

Очевидно, это были следы от кандалов. Вероятно, такие же следы были и на ногах. Черные длинные волосы, прямой нос, прищуренные глаза и мерзкая ухмылка на небритом лице.

Все в будущем командире буквально заставляло вмазать ему в морду, чтобы стереть это неприятное выражение лица. Существует выражение: «Скалится, как будто кирпича просит». Так Вернер явно просил целый шлакоблок.

Промолчать Макс не смог бы просто физически.

— Да нет. Батя рассказывал, что как-то один залетный бог прабабку мою обворожил, вот мы все такие здоровые и получаемся.

Лицо Вернера немного вытянулось, после чего он расхохотался.

— Чума и чумные трупы! А ты веселый парень. Но если решишь в следующий раз побогохульствовать, делай это за пределами наших хором. Не хочу, чтобы меня забрызгало тобой после божественного гнева. Да и крышу чинить неохота. Ладно, садитесь, ты, здоровяк, тоже располагайся. В ногах правды нет.

Клосу и Зимину дважды предлагать не нужно было.

— Ну как бизнес, Матис? Не пожалел еще, что бросил наш прошлый отряд? Такая добыча ведь была! И после твоего ухода дела поперли прям ух! Сейчас бы сидел рядом со мной, как один из авантюристов серебряного ранга. О чем говорить, мы с тобой вместе начинали отмычками у Бородатого Джона и вместе выбрались из того подземелья.

— Вот поэтому я и ушел, — отрезал Матис. — Мы еле выбрались. Чудо, что Бородатый сумел найти путь вокруг той орды, и мы смогли выбраться до того, как рой до нас добрался. К тому же, я обзавелся семьей, детьми. Какой авантюрист имеет такую возможность? Короче, хватит поднимать эту тему.

— Ну уж нет, — Крученый паскудно ухмыльнулся. — Когда я откажусь от возможности подшутить над старым барсуком Клосом, монстры Подземелья немедленно сожрут наземный мир. Так что не заставляй меня совершить такой непоправимый поступок. Ладно, шутки в сторону. — Вернер стал серьезен. — Че приперся? Обычно ты так с бухты-барахты не являешься.

— Хочу попросить тебя об услугу в знак старой дружбы.

Крученый присвистнул.

— Черт, барсук, ты меня заинтриговал. Кого надо прикончить? Главу твоей гильдии, сам хочешь стать главой?

— Нет, я хочу попросить тебя принять в отмычки этого парня. — стоически ответил Матис, закатив глаза.

— С чего это? — озадаченно нахмурился Вернер, рассматривая Макса. — Ты, Матис, кто угодно, но не альтруист. Колись давай. Сын? Да нет, сильно взрослый.

— Он меня спас. — Вернер убрал ухмылочку и уже по-другому взглянул на Макса. Сам же землянин сидел с каменной рожей, не влезая в разговор старых друзей. — Два мощных авантюриста минимум золотого ранга затеяли драку…

— Случаем не Готрикус Кровавый Гребень и Сшисс Разрыватель? Эти два обмудка чуть не сожгли и раскатали по бревнышкам полгорода. Оба те еще отморозки и самое, сука, хреновое, что силищи у них хоть жопой жуй. Золотой ранг надо еще заслужить. В итоге приперлась стража того района и растащила уродов. Еще две проблемы в поиске золотой жилы Подземелья.

— Они-они. Меня придавило куском стены, а этот парень, кстати, его зовут Макс Зимин, так вот, он вытащил меня прямо из-под ног этих двоих. В любую секунду нас могло размазать ударом Готрикуса или сжечь Сшисс, но он все равно помог мне выбраться и пер до дому.

— Глупо, но смело. Хорошо, храбрые мужики мне нужны. Да и статью он не обижен. Такие здоровяки никогда лишними не бывают. Если монстрам отдать, когда спасаешься, то долго его жрать будут.

— Вот насчет этого. У меня есть просьба, Вернер. В память старой дружбы не дай ему сдохнуть по глупости, ну и подтяни хотя бы до медного ранга.

Крученый покачал головой.

— Ну и головняк ты мне предлагаешь. Сам же знаешь, что внизу никто не может чувствовать себя в безопасности. Ну и какую-то отмычку выделять среди остальных отмычек запрещено. Гнилью попахивает твое предложение.

— Я не говорю выделять. — отрезал Матис. — Я предлагаю, наоборот, учить и тренировать его больше, чем других. Чмыри его, как чмырил нас Бородатый. Учи его по максимуму. Пусть все считают, что ты его, наоборот, терпеть не можешь. Главное, чтобы он был готов к тому, что встретит внизу.

— А ты че молчишь, здоровяк? Язык проглотил? Сам-то что думаешь? — внезапно обратился Крученый к Зимину.

— Я согласен. Я хочу стать авантюристом. Как говорится, тяжело в учении, легко в бою.

— Ха, неплохая фраза. Только в Подземелье никогда не бывает легко. Хорошо, я его возьму. Но ты, Матис, тоже мне поможешь, если будет такая необходимость. Ну и да, Макс, ты еще даже не представляешь, в какое говно твой дружбан тебя только что макнул. Но я не я буду, если не вобью в тебя и остальных отмычек основы бытия настоящим авантюристом! С этого дня я для тебя «вы». Мы не в армии, поэтому господин и сэр можешь засунуть себе в задницу. Мы авантюристы, поэтому зови меня по прозвищу, то есть Крученым. Звать по имени ты еще не заслужил, а теперь пошел нахер отсюда, отмычка! Взрослым дядям надо поговорить.

Глава 10

— Будешь пить? — трактирщик занимался именно тем, что обязан делать любой уважающий себя трактирщик. А именно, протирал очередную кружку видавшей виды замызганной тряпкой.

— Нет, — Макс покачал головой. — Не хочу проблем в первый же день службы.

— О-о-о, службы? — трактирщик понимающе покивал. — В шайке Крученого решил начать? Че так? Отмычки сейчас многим нужны.

— Знакомый знакомого. Много хорошего о нем рассказывали, — отбоярился Зимин общей фразой, демонстративно не замечая взгляд, требующий продолжения от собеседника.

— И такое бывает, — сдался мужик, ставя один стакан и ловким движением доставая из-за стойки следующий. — Ты вот сказал про службу. Не подумай, что я под тебя копаю, но звучит так, будто ты служил? Где, если не секрет?

Трактирщик, как и все уважающие себя трактирщики, протирал стакан, а также лез своим любопытным носом туда, куда не следует.

— Секрет, — Макс нагло усмехнулся в ответ нахмурившемуся мужчине. — У всех нас есть тайны, и некоторым из них лучше бы так и остаться тайнами.

— Не горячись, парень. Не хочешь говорить, так и скажи.

— Да ладно тебе… — Макс с намеком замолчал.

— Старина Боб. Скромный трактирщик.

— Ладно тебе, Боб. Не держи зла. Не хочу, чтобы мои проблемы коснулись тебя. Сам понимаешь, я теперь отмычка, которая хочет себя показать лучшим образом.

Трактирщик немного расслабился и даже усмехнулся, почесав пузо.

— Тяжело тебе придется, Макс. Крученый, конечно, знатный авантюрист, но больно уж рисковый. Как его еще не прикончили, ума не приложу. Постоянно лезет в самую глубину. Да и характер у него, уж поверь, не супер. Слышал, небось, как у него золотой ранг скрысили?

— Нет, — Макс заговорщически наклонился. — Что за замута-то? — слова жаргона легко слетали с его рта, требовалось всего лишь желание, так сказать. Разные миры, как оказалось, имели много общего.

— Да подрядилось несколько команд на целую, разорви ее боги, зеленую виверну. А эта тварь, уж поверь, знатная добыча. Огромная бронированная пуляющая огнем тварина. Поговаривают, что Крученый был одним из тех, кто нанес решающий удар. Казалось бы, все, ранг уже у него в кармане. Такая тварь является прямым пропуском на получение следующего ранга, но, как оказалось, все не так очевидно.

— Кинули? — предположил Зимин.

— Да еще как. Сразу несколько серебряных из других отрядов сказали, что убил тварь совсем не Крученый. Тот пытался было спорить, чуть было до драки дело не дошло. Больно много у него недоброжелателей, мужик. Ты, как я вижу, человек неплохой, поэтому, между нами, я бы посоветовал тебе сейчас поспешить и наняться к кому другому. Ты же не заключил пока контракт, ведь так?

— Так, — кивнул Макс, мягко улыбаясь и пристально смотря на вошедшего во вкус трактирщика. По лицу землянина ничего нельзя было прочесть, но внутри он испытывал то еще отвращение к сидящему напротив него человеку.

— Ну вот. Есть и другие опытные авантюристы. Я даже могу парочку тебе посоветовать. Вот, например…

— Интересно, если не секрет, то каких?

Трактирщик открыл было рот, но поперхнулся своими же словами, когда позади него незаметно возник Вернер.

— О чем говорим? Может, со мной тоже поделитесь? — Его лицо расколола усмешка, а вот трактирщик, наоборот, почему-то побледнел. — Да не… Ничего, господин Крученый. Вот рассказываю новичку всякие байки. Слышал, он в вашу группу собирается?

— Это у него надо спросить. — взгляд черных глаз уперся в Макса. — Че, отмычка, не передумал еще?

— Нет, Крученый, — Макс твердо встретил прищуренный взгляд командира. — Готов служить под вашим командованием.

— Ну тогда пошел, служивый, за мной.

Они молча вышли из заведения.

— Что ж не передумал-то? — внезапно спросил Вернер, не смотря на Зимина. — Та крыска тебе немало рассказала.

— Во-первых, я верю Матису. Если он сказал, что вы тот человек, под которым я должен начать свое бытие авантюристом, значит это так. Ну а во-вторых, таким людям, как он, у меня веры немного, жалко, вы появились до того, как он стал называть имена. Ну и, в-третьих, на переправе коней не меняют.

Последнее заставило Вернера ухмыльнуться.

— А я смотрю, ты прямо ходячий сборник занятных выражений. Ну и сравнить меня с конем… Ты то ли глуп, то ли слишком смел. Ладно. Сейчас я отправлю тебя к остальным отмычкам. Конфликты решай сам, как я уже говорил, выделять тебя как-либо положительно не буду. Собственно, как и вытаскивать твою задницу. Это понятно?

— Так точно! — слова незнакомого языка вылетели удивительно привычно.

— Отставить, солдат, — усмехнулся Крученый. — Ты теперь не в армии. Я сейчас занят, поэтому договор подпишем завтра, а пока знакомься с твоими новыми товарищами. Но, мой тебе совет, не привязывайся к ним. Вы все — мясо. Кто знает, сколько вы еще проживете…

*****

Вернер даже не стал представлять Макса, просто ткнув в нужную дверь и двинувшись по своим делам.

Зимин толкнул тяжелую створку, входя внутрь. Помещение было довольно темным, лишь пара маленьких окошечек наверху разгоняла мрак.

Внутри стояли пара десятков кроватей и несколько столов, вокруг которых расселись жители сей комнаты.

Повисла тишина. Все внимательно разглядывали Макса, тот же делал то же самое в ответ. Одеты все были свободно, оружия тоже не было видно. Видимо, его надо было сдать. Вот с лицами было куда хуже. Рожи некоторых носили многочисленные следы драк. Сломанные или свернутые носы, шрамы, рассеченные скулы. Пронзительные, внимательные взгляды.

Было видно, что они не самые мирные люди.

Макс быстро оценил обстановку. Как оказалось, возле столов сконцентрировались лишь четверть жильцов. Остальные сидели на кроватях и издали наблюдали за игрой, изредка обмениваясь репликами.

В темноте было не разобрать, но Макс невольно отметил здоровенную фигуру, сидящую в углу. Землянин готов был поспорить, что это точно не человек. У людей не бывает столь длинных рук и тускло поблескивающих клыков.

— Мир вашему дому! — Эта фраза вышла привычно. Слишком уж сильно окружающая обстановка напоминала ему о некоторых неприятных местах его родного мира.

— И тебе здравствовать, — спокойно ответил один из игроков, аккуратно кладя карты на стол. За ним последовали и остальные. Макс невольно отметил блестевшие монеты на столе. — С чем к нам пожаловал, мил человек?

— Жить стало скучно. Дай, думаю, разноображу свою жизнь, решил вот стать авантюристом. — этот пассаж Макса внимательно выслушали.

— Что стоишь, паря, как не родной? — главарь, а это был, без сомнения, он, ведь никто из подчиненных не решился бы лезть вперед, указал на внезапно освободившееся место. — Присаживайся. Поговорим с тобой за жизнь.

Зимин уважительно поблагодарил кивком, садясь, тем не менее стараясь не удариться в раболепство.

Крепкий, коротко подстриженный мужик, на правой руке синяя татуировка какого-то мощного зверя, усыпанного костяными шипами.

Рядом стояло несколько человек, но на глаз определить, кто из них его «ближник», было тяжело. Единственное, Макс отметил, что у одного из мужиков было жестоко разбито лицо, словно ему прилетело каменюкой. Левая сторона так заплыла, что, скорее всего, он ничего не видел этим глазом.

За свою жизнь Максу довелось побывать в разных местах, знакомиться с многими людьми. Далеко не все из них были хорошими людьми. Самое тяжелое — встраиваться в уже спаянные коллективы, где все уже давно друг о друге все знают.

В таких случаях тебе приходится разом выступать против целой группы, проходя «экзамен» сразу на несколько фронтов.

И не важно, с какими именно людьми тебе придется иметь дело. Это могут быть монтеры, которые дадут тебе задание влезть на какую-нибудь верхотуру по шатающейся, ходящей ходуном лестнице, и что-то сделать. Струсишь или нет?

У инженеров это может быть огромный проект, в котором надо делать тупую и однотипную работу. Здесь проверят, станешь ли возмущаться, качать права и кричать какой ты опытный специалист? Или стиснешь зубы и четко сделаешь свою работу, пройдя проверку.

Среди начальников тебе дадут пару человек и задание и станут наблюдать за каждым шагом. Сумеешь ли организовать работу или будешь, как дурак, бегать и делать все сам.

Таких проверок великое множество. И от их итогов зависит очень и очень многое. Главное — твое место в неофициальной иерархии коллектива.

Конкретно здесь требовалось одновременно показать себя серьезным человеком, но при этом и не наглеть. Сейчас он был никем, и от него же зависело, станут ли с ним считаться.

— Будешь играть? — главарь постучал пальцем по колоде карт.

— Не умею и не хочу. — сразу открестился Макс. Игроком он был паршивым. Излишне импульсивным и азартным, поэтому давно понял, что игра хоть на что-то явно не для него.

— Как хочешь. Меня зовут Хирд. Хожу отмычкой Крученого. А ты кто сам-то? Как к нам занесло, паря?

— Мое имя — Макс, и я человек прохожий. Нигде надолго не останавливаюсь, — начал отвечать Зимин. Проблема была в том, что он почти ничего не знал об этом мире. Матис сумел рассказать ему основы, но о политической обстановке Зимин так ничего и не узнал. Его максимумом были знания о наличии королевств и каких-то империй подальше. И сейчас ему надо было рассказать хоть что-то и одновременно ничего. — Работал какое-то время вышибалой в одной таверне, был грузчиком или разнорабочим. С криминалом дел старался не иметь.

Этот момент ожидаемо заставил главаря кивнуть. Макс не ошибся, предположив, к какой социальной группе тот относится.

— Понятно. А сам откуда? — все же прозвучал вопрос, на который у Зимина не было ответа.

— Уже и не упомню. Всю жизнь в дороге.

— Темнишь, паря. — ухмыльнулся главарь.

— Конечно, — немедленно согласился землянин. — Но мы ведь и не в темнице стражи. Так что у всех могут быть небольшие тайны. Я слышал, у нас, авантюристов, бывают разные причины желать спуститься в глубину.

— Твое право, — недовольно согласился Хирд. Ему нечего было на это сказать, ведь такое право и впрямь существовало. Слишком часто в авантюристы приходили люди, до этого бывшие в неладах с законом. Хотя почему бывшие? Многие из авантюристов и продолжали жить преступной жизнью.

— К кому в группу пойдешь?

— К Крученому.

— Ха! Значит, с нами. Че умеешь-то?

— Могу копать, а могу не копать, — пошутил Зимин, пара человек захмыкали. — А если серьезно, то неплохо дерусь на кулаках, плюс умею обращаться с ножом. Держал в руках топор.

— Ладно, твое место вон то. — палец с поломанным ногтем указал на вполне обычную койку. — Добро пожаловать в команду. Крученый сказал, что посмотрит, что мы собой представляем, завтра, поэтому пока отдыхаем.

Макс, поблагодарив за эту информацию, двинулся к койке. Его место за столом быстро кто-то занял, и игра как ни в чем не бывало продолжилась.

На кровати уже имелась какая-то подушка и шерстяное одеяло. Что первое, что второе были здорово потрепаны жизнью, но неприятных пятен видно не было, как и другой живности, поэтому Зимин смело разлегся.

Окружающие, внимательно слушавшие до этого разговор, вернулись к своим делам.

Тем не менее деятельная натура Зимина противилась «абсолютному ничегонеделанию». Поэтому он рывком сел на кровати, зорко оглядев зал. Глаза уже привыкли к темноте, поэтому он отлично видел все вокруг.

Глава 11

«Очевидно, большинство из здесь присутствующих ничего друг о друге не знают. Держатся на особицу, на контакт особо не идут. Единственная сила в этом помещении это группа Хирда. На глаз в ней человека три четыре, остальные прихлебалы, которые трутся в надежде что-то ухватить. Они думают, что если держатся рядом и дружить, то с ними ничего не случится. Места шестерок часто вакантны, но это не значит, что они в безопасности. Шестерки на то и шестерки, что они не много стоят и не очень ценятся».

Внимание Макса вновь привлекла гигантская фигура, спокойно сидящая в углу. Примечательно, что ближайшие койки стояли пустые. Землянин вздрогнул. Его нос затрепетал, всасывая воздух.

Глаза Зимина, повинуясь непонятному новому чувству, уставились на пол на нечто черное, каплями украшающее пол. Раньше он бы этого не заметил, даже если его бы ткнули носом, но не теперь.

Кровь.

Он чувствовал запах крови. При желании ему показалось, что даже различил некий оттенок. Кровь была пролита недавно. Надо ли было говорить, что это было решительно ненормально?

Макс моргнул и странное чувство пропало. Мир вновь стал прежним. Привычным и понятным насколько это было возможно в сложившихся условиях.

Чуть в стороне имелся еще один необычный персонаж, сидящий в гордом одиночестве. Высокое и невероятно худое телосложение тоже намекали на нечеловеческое происхождение. Особенно же взгляд привлекали длинные острые уши, подрагивающие словно природные локаторы.

Но им он собирался заняться чуть позже.

Столь нагло лезть к незнакомцам не хотелось, но выбора не было. Максу срочно требовались те, на кого он мог бы положиться в будущем. Люди закономерно выпадали, так как Зимин ни черта не знал о их привычках, темах для разговора и других тонкостях.

Он был бы белой вороной, постоянно совершающей те или иные ошибки.

Если же ты в любом случае изгой, то логично попытаться прибиться к тем, кто находится в таком же положении, плюс тоже мало что знает об особенностях человеческих взаимоотношений.

Возможно, Макс был хреновым учеником всяких школьных и институтских программ, но вот кое-что в жизни и людях он смыслил.

Теперь же ему предстояло выучить кое-что и о нелюдях. Ведь все всегда бывает в первый раз, не так ли?

Макс поднялся и двинулся в сторону здоровяка. Он наклонил голову сначала в одну затем в другую сторону. Дурацкая привычка, от которой он никак не мог избавиться. Ведь какой смысл так делать, когда, к примеру, собираешься поработать на бухгалтерией?

Разговоры вновь стихли. Все большими глазами смотрели, как он идет в сторону громилы. Играющие в карты смотрели особенно внимательно. Исключением не стал, и обладатель шикарного бланша под глазом. Не трудно было понять где он его умудрился получить.

В любом случае, пора было брать судьбу в свои руки. Слишком уж долго Макс плыл по течению словно брошенный щенок, реагируя уже постфактум.

Возможно, спешить тоже было неправильно, ведь он не пробыл среди этих людей и дня, но бездействие раздражало Макса куда больше. Перед глазами плыли воображаемые секунды, которые он бесцельно тратит.

Было ли ему не по себе? Конечно. Сидящая впереди груда мышц выглядела чертовски опасной, но это же заставляло Зимина лишь ускорить шаг.

Стоило мужчине приблизиться, как от гиганта послышался гулкое рычание.

— Я присяду? — Макс весело обратился к незнакомцу, кивнув на пустую койку.

Рычание стихло, сменившись паузой.

— Делай с ней, что хочешь, — ответ был немного невнятным. Видимо, говорить на этом языке из-за клыков собеседнику было немного непривычно. — Главное ко мне не лезь.

— Меня зову Макс, а как тебя?

— Ты хочешь сдохнуть человек? — на Макса уставились узкие щелочки. — Если не отстанешь, то я откушу тебе голову.

— Знаешь, здоровяк, — Макс не показал и тени страха. — Давай я кое-что расскажу, а после того как я договорю, уже решай хочешь со мной говорить или нет. Не спеши отказываться, может я расскажу что-то путное.

Молчание ему было ответом.

— Хорошо, говори, человек.

Макс наклонился поближе к, вне всякого сомнения, здоровенному орку, и тихо продолжил.

— Слишком много лишних ушей, — пояснил он, на недовольное сипение. — Да наклонись ты.

— Человек, я передумал. Если ты не скажешь ничего интересного, то я сломаю тебя пополам вот этими руками. — Огромные зеленые кулаки сжались буквально перед носом Зимина.

«Мать его раз так. Ну и здоровый же, сука. Вылитый Халк!» — Максу довелось в юности смотреть по телевизору мультфильмы про всяких «Икс-мэнов»

— И будешь иметь дело с охеренно злым авантюристом серебряного ранга. Я теперь в банде Крученого, а он не любит, когда ломают его вещи. — спокойно парировал Зимин

— Ты не в банде, как и я. — Максу показалось, что орк угрожающе скалится и лишь спустя секунду стало понятно, что это улыбка. — Отмычки не могу принадлежать к банде. Мы всего лишь мясо.

— Кто-то может и мясо, но если ты имеешь голову на плечах и умеешь ей думать, то все не так однозначно. А теперь хватит угрожающе на меня рычать и наклонись поближе!

Орк в упор смотрел на надоедливого человечка, словно пытаясь прожечь в нем дырку.

— Я понял. Ты ненормальный. Безумец. Я слышал у вас такие отправляются в подземелье, чтобы героически там сдохнуть. Лишь сумасшедший будет так вести себя с орком. — тем не менее, сказав это, он и впрямь наклонился.

— Может с головой у меня и впрямь проблемы, но я могу видеть и слышать, а главное думать. И знаешь, что я вижу? — Макс глазами указал на внимательно наблюдающими за ними людьми.

— Я тут тусуюсь не так много, но кое-что все же заметил. Все здесь сидящие искренне тебя не любят. Я бы даже сказал не любят таких как ты.

— И ради этого ты решил тратить мое время человек?

— Более того, — Макс даже не стал прерываться. — Они злы на тебя. Очень злы. И я не говорю про того, кому ты разбил лицо. Хоть это тоже важно. Такие люди как они не прощают обид. Они припомнят тебе это.

— Людишки. Настоящий орк плевать хотел на опасность! Мы рождены для битвы!

— Потише. Возможно ты справишься с ними. Но справишься ли со всеми разом?

— Человек предлагает союз? — внезапно спросил орк. — А с чего мне верить человеку? Ваша раса почти столь же подлая, как и у эльфийских выродков. Почему человек предлагает союз могучему орку, когда ничего не мешает ему быть со своей расой?

— Мешает то, что я, как и ты, чужак. Моя родина лежит слишком далеко от этих мест, чтобы я мог стать своим. Поэтому я предлагаю тебе объединиться.

— Человек, твои слова глупы. Ты так и не сказал мне, зачем мне это. Я орк и я жажду битвы! Мой народ всегда грудью встречал опасность. Духи предков с радостью встретят меня на той стороне, если я погибну в великой битве.

— А великий орк жаждет бесславной смерти? — саркастично уточнил Макс, оборвав возвышенный пассаж собеседника. — Все это время, пока я был в этом городе, то узнавал о подземелье. И знаешь, что я узнал? Это смертельно опасное место. Более того, одиночки в нем почти не выживают. Всегда должны быть товарищи, которые прикроют тебе спину, а ты сделаешь это в ответ. Уже по твоим ответам я вижу, что ты не так уж и много знаешь о глубинах, не так ли?

Этот момент был спорный, Макс был отнюдь не уверен в сказанном, но судя на сузившемся глазам и ворчанию собеседника, он все же попал в точку.

— Ты говоришь о сражении и героической гибели, орк. Но в чем будет героизм, если ты падешь в первом же бою? Никто не придет тебе на помощь. Тебя просто облепят со всех сторон твари, которые сожрут тебя заживо. Возможно, только возможно, ты умрешь не успев даже никого убить.

— Такого не будет! — резко вскинулся гигант.

— Тихо-тихо, — успокаивающе повторил Макс. — Но вдруг это все же случится. Даже великие воины погибали от случайностей. Только представь, как тебя запомнят? Обычно в этом случае кто-то бы им помог и опасность миновала. Но не в твоем случае. И скорее всего и в моем тоже.

Здесь Макс лукавил. Он допускал, что смог бы теоретически влиться в коллектив остальных отмычек. Вот только о хоть каком-то лидерстве не шло и речи. К тому же, огромный орк в глазах Макса выглядел куда лучшим напарником, чем любой из здесь собравшихся.

— Что ты скажешь предкам, когда предстанешь перед ними, после такой позорной смерти?

— Закрой рот, человек. Не тебе говорить о моих предках. — хоть эти слова и прозвучали грубо, но Макс победно ухмыльнулся, ведь в них больше не чувствовалось гнева. Здоровяк явно раздумывал и это было просто превосходным результатом.

— Я не тороплю тебя с ответом, орк. Ты не хуже меня понимаешь, насколько это ответственное решение. До открытия подземелья мы будем тренироваться и учиться. У тебя есть время решить, что ты выберешь: бесславную гибель или союз с жалким человечком.

— Я подумаю, — рыкнул орк. — И хватит это повторять!

— Кстати, я так и не спросил, как тебя зовут? Наше знакомство, как-то не задалось.

— Ты и впрямь из очень далеких краев, человек, — хмыкнул зеленошкурый. — Или ты просто гребаный псих. Мы, орки, не говорим свои имена людям, глиномесам эльфам и кому-либо «неоркам».

— Как же мне тебя называть? Не зеленошкурым же?

Скрип клыков был ответом.

— Зови меня, Гор. Это не мое имя, но для человека достаточно.

— Ха! Ну у человека не столь большие требования, поэтому можешь звать меня прямо по имени, Максом.

Макс удовлетворенно улыбнулся, незаметно положив левую руку на кровать по собой и со всей силы сжав, пытаясь подавить предательскую дрожь.

Хоть он и вел себя с Гором столь нагло и смело, Макс отлично понимал, что в случае провала переговоров мог вполне серьезно пострадать. Сомнительно, что озверевший орк стал бы сдерживаться.

Благо, его экспромт все же увенчался успехом, и он правильно все рассчитал.

Взгляд мужчины невольно уткнулся во второго изгоя. Длинноухий продолжал сидеть на кровати, упершись спиной в стену и никак не двигаясь.

Глава 12

— Гор советует тебе засунуть эту идею туда откуда ты ее достал, — тем внезапней оказалось бурчание орка.

— А что не так? — уточнил Макс, повернувшись к неожиданному советнику.

— Ты хочешь пригласить и эльфийского ублюдка в наш отряд? — в его грубой речи слышалась насмешка.

Макс приложил максимум сил, чтобы скрыть улыбку. Если орк еще не решил присоединится, то уже почти это сделал. Иначе бы не допустил эту словесную ошибку. Другое дело, что гордому зеленокожему лучше об этом было пока не догадываться.

— А ты считаешь, что это делать не стоит?

— Почему же? Если ты хочешь, чтобы на тебя вылили ушат дерьма, то вперед, — орк явно наслаждался возможностью словесно вернуть долг человеку. Ведь до этого лишь тот доминировал на словах. — Может в ваших краях эльфы и другие, но в наших высокомерные засранцы.

Макс не выдержал и весело хмыкнул.

— Ладно, можешь не продолжать. Я уже понял, что ты не любишь эльфов. Но если серьезно, ты уверен, что так и будет?

— Все, что я знаю об эльфах говорит об этом, — пожал плечами орк. — Для них все остальные расы, если не животные, то точно не ровня им самим. Я удивлен, что этот ублюдок вообще тут сидит. Это совсем на них непохоже. Да и идти отмычкой к человеку… В Великом Лесу явно что-то сдохло.

— Эльфы там живут?

Орк странно посмотрел на человека.

— А ты явно не врал, что ничего не знаешь. После того, как под их лесом открылся нестабильный проход в Подземный мир, там больше никто не живет. Вырвавшиеся твари заполонили их земли, заставив высокомерных ублюдков захватить уже наши земли. Теперь там, где раньше были наши пастбища и поля, растут паршивые деревца длинноухих уродов.

— А они не пытались решить дело миром?

— Может и пытались, — пожал плечами Гор. — Но мы скорее всего отказали и послали длинноухих к злобным духам. Пускай искали бы себе другое место для жизни. Да и давно это было. Сейчас уже никто не помнит, что там было. Кроме шаманов, гхм. Ну и эльфов, эти свиньи долго живут.

Макс отвернулся от эльфа. Он не чувствовал лжи от Гора. С другой стороны, никто не мешает ему вернуться к этому разговору позднее.

*****

— Мда-а-а, — Крученый шел вдоль выстроившихся отмычек, среди которых двумя каланчами возвышались Макс и Гор, лениво оглядывая из полным скепсиса взглядом. — Видимо, я был беспробудно пьян, когда умудрился набрать таких огузков, как вы.

Макс еле сдержал смешок. Автоматический переводчик иногда подбирал уморительные слова на русском.

— А вы че молчите? — Вернер повернулся к стоявшим недалеко авантюристам. Их было всего пять человек, но каждый из них как бы не стоил больше, чем все отмычки вместе взятые.

Это была уже полноценная команда Крученого.

Невольно первым делом взгляд падал на высокую белокурую женщину, державшую тяжелую алебарду. Суровые, грубые черты лица и парочкой шрамов, мощные руки, выглядывающие из-за рукавов. Было очевидно, что эта женщина умеет за себя постоять.

По большому счету, если бы не длинные волосы, со спины ее можно было принять за мужчину, да и спереди все было немногим лучше. Грудь была еле видна за имеющимися мышцами, которые, казалось, сожрали всю женскую составляющую.

Плюс рост сравнявшей ее с итак высоким для этих мест Максом.

Ее нельзя было назвать уродливой, но ее красота была на любителя.

Одета она была в легкие кожаные доспехи, с металлическими вставками на конечностях.

Второй и третий мужчина лучше всего подходили под определение «обычные воины». Конечно, с отсылкой на местные широты. То есть это были серьезные парни, вооруженные мечами и щитами. Доспехи были разнокалиберные, очевидно, каждая часть была из разных комплектов.

Четвертым был гном, что сразу же привлекло внимание всех новичков. К счастью, этот представитель своего народа был похож на обычное живое существо, в отличие от того чудовищного гнома, сцепившегося с ящером.

Кровавый гребень умел оставить о себе впечатление надолго.

В руках у него была тяжелая секира. Да и снаряжение отличалось обилием металла. Этакой стальной бочонок.

Пятым же был ящер, что опять же напомнило Максу ту битву. Этот драконид был серого цвета и смотрел на всех исподлобья змеиными зрачками.

— Понабрали всяких доходяг, а нам с ними теперь идти в подземелье.

— Командир, — гулко расхохоталась женщина. — Ты всегда говоришь так о новеньких, но вон, посмотри какой здоровяк! — ее палец уткнулся в Гора. — Если не сдохнет в первых вылазках, из него получится отличный авантюрист.

— Марта, драть тебя через забор! Хватит портить мне воспитательный процесс, — выругался Крученый. — Эти придурки должны сейчас усвоить, что если они не напрягут свои жопы в ближайшие недели, то внизу их ждет лишь смерть! И да, я всегда говорю это новичкам, потому что они дохнут, как долбанные кровавые мухи! Чего доброго, решат, что они бессмертные.

Он перевел дух.

— А вообще, знаешь Марта. — хитрый взгляд Вернера уперся в быстро переставшую улыбаться женщину. — Если уж тебе так весело, то в этот раз именно ты будешь ответственной за тренировку подрастающего поколения.

— Но, Крученый! У меня уйма дел, я собиралась…

— Хватит! Не желаю слышать твоих оправданий, — отмахнулся командир. — При необходимости можешь привлекать остальных, но основа на тебе. Все я пошел. Давай, я в тебя верю, не подведи. — высокопарно закончил он.

От других авантюристов раздались нарочито сдержанные смешки. Драконид весело зашипел, длинные тонкий язык мелькнул между клыков.

— Да пошел ты в задницу Крученый. Ну какой из меня учитель? — почти жалобно протянула Марта, попытавшись скорчить жалобную мордашку. Что у нее естественно не получилось.

— Такой же, как и из всех нас. — донесся ответ. — Ты слишком давно уклонялась от роли няньки.

— Помнишь, как ты веселилась, когда мне пришлось это делать? — гном, у которого была видна лишь борода и нижняя часть лица широко улыбался.

— И ты иди туда же Гирди. — на это гном гулко заржал.

— Вот же срань, — тяжело вздохнула женщина, резко воткнув алебарду в землю. Та вошла словно это была не утоптанная до каменной твердости поверхность, а подтаявший холодец. — Ладно, начнем с простого. Кто из вас задохликов считает, что баба вроде меня не может или не должна ими командовать? Решим это дело честно здесь на кулаках.

Женщина для наглядности показала свои руки с отбитыми костяшками.

Абсолютная тишина ей была ответом. Макс скосил глаза на Гора, но тот никак себя не проявил.

— Ну хоть полных идиотов среди вас нету, — удовлетворенно заметила Марта. — Лезть в рукопашную к опытному авантюристу может лишь полный самоубийца. Но давайте я все же представлюсь.

Женщина старалась держаться свободно, но было очевидно, что эта роль ей явно непривычна.

— Меня зовут Высокой Мартой. Здесь можете звать меня просто Мартой. Никогда не любила это дурацкое прозвище. Но! — она акцентировала внимание. — В подземелье вы будете звать меня именно Высокой! Запомните, подземный мир не любит, когда внутри него говорят свои настоящие имена. На отмычек это правило не распространяется. Но вам же лучше себя проявить в глубинах поскорее, чтобы получить прозвище. Поговаривают, что слишком затягивающих с этим делом отмычек глубины начинают «подгонять».

Последнее слово прозвучало довольно зловеще.

— Теперь насчет тренировки. До открытия подземелья осталось примерно несколько недель. Абсолютно точно не знает никто, но маги исследователи дают именно такой прогноз. За это время вы должны накрепко запомнить основные виды тварей, которые могут встретиться на первых уровнях, затем выучить самые очевидные аномалии и ловушки глубины. И наконец, хотя бы начать путь развития воли. Кто из вас умеет хоть что-то из управления внутренней энергией?

Из полтора десятка человек руки подняли лишь трое. Гор не двинулся. Примечательно. Что один из них был эльфом.

На свету его стало куда лучше видно. Макса нельзя было назвать специалистом по длинноухим, но что-то с этим эльфом явно было не так. Что-то странное в телосложении и лице.

— Паршиво, но это не значит, что вы не будете тренироваться.

— Ладно, — она сбилась, не зная, что сказать. — Вопросы есть?

— Да, — Макс кивнул. Коль уж появилась возможность приоткрыть завесу тайны, почему бы это не сделать сейчас. — А можете немного рассказать о воле, ну и внутренней энергии?

— Во, отличный вопрос, — обрадовалась женщина, вновь находя почву под ногами. — Я не мастак говорить умными фразами, поэтому скажу так. Внутренняя энергия — это сила, которую хранит и восстанавливает ваше тело. Воля — это возможность этой энергией управлять. Любой из вас это теоретически может. Но для этого требуются долгие медитации и тренировки, чтобы только начать. Затем же следует развивать ее постоянно.

Все внимательно слушали, даже те, кто что-то умел.

— Вызовы, драки на пределе сил, преодоления самих себя — вот путь развития воли, а попутно и внутренней энергии. Это долгий путь и хоть у всех из нас есть возможность по нему пройти, достигают хоть каких-то успехов лишь единицы. Тем не менее, нам, авантюристам проще. Там, где на поверхности воинам приходится тратить годы, чтобы развить себя, подземелье щедро увеличивает наш запас внутренней энергии за убийства тварей.

— Получается авантюристы сильнее тех, кто тренировался на поверхности? — раздался еще один вопрос.

— Не совсем, — покачала головой Высокая. — Хоть внутренняя энергия у нас растет и быстро, если, конечно, не сожрут и разорвут, то вот с волей все хуже. А без сильной воли управлять энергией получается очень слабо. Воины же на поверхности тренируют и то, и то, поэтому хоть по силам они могут быть и слабее нас, то вот управляются с этой силой они куда лучше.

— А что эта энергия, дык, может? — этот вопрос заставил Марту усмехнуться.

— Она может к примеру, это. — Ухватившись за алебарду, женщина рывком ее выдернула. Рывок и плоская сторона вбивается в землю, чтобы ударной волной осыпать отмычек целым потоком песка и пыли, заставив тех, кто не успел прикрыться отплевываться и кашлять.

— Усиление оружия энергией, ускорение, увеличение защиты и многое другое. Но хватит вопросов! — Высокая оскалилась с предвкушением. — Авантюрист обязан быть выносливым, ведь никогда не знаешь, сколько придется убегать от очередной твари, поэтому начнем с пробежки. Бегом за мной!

Отмычки дружной гурьбой побежали за сильно ускорившейся Мартой.

«Ну вот я и снова в армии, мать ее. Как-то не скучал».

Глава 13

Как оказалось, бегуны из орков паршивейшие. Под конец пробежки Гор вполне ощутимо пошатывался, свесив язык на плечо. С другой стороны, тащить такую тушу было явно непросто. В нем было минимум килограммов двести, и это был отнюдь не жир.

Хоть в этом плане остальные были не лучше.

Марта, как оказалось, была чудовищно выносливой. Она бежала пару часов, совершенно не сбавляя темп. Если поначалу все вполне поспевали за ней, то ближе к середине начали отставать, кряхтя и держась за бока.

Надо ли говорить, что Высокая развернулась и, взявшись за лежащий неподалеку деревянный дрын, «взмотивировала» отстающих на продолжение пробежки.

Наблюдать за тем, как пускай и мощная женщина, но все же человек, легкими, почти ласковыми тычками почти сбивает с ног орка, чей рост более двух метров, это незабываемое зрелище.

Именно во время этой пробежки Макс понял, что готов смириться с некоторыми изменениями своего тела.

Да, под конец пробежки он сильно устал, но ему не хотелось рухнуть на землю и распластаться на ней дохлой морской звездой, как это сделала большая часть остальных бегунов.

Примечательно, что принцип его выносливости был довольно странен. Когда он чувствовал, что силы его окончательно покидают, тело простреливала непонятная искра, которая вновь давала немного энергии двигаться вперед.

Причем эта сила стойко следила за тем, чтобы дать Максу ровно столько энергии, чтобы он не сдох от усталости, но и не столько, чтобы был полон сил. Словно это нечто выкраивало каждую кроху энергии и было жадным, как еврей из анекдота.

Как итог, под конец забега единственными кто спокойно стоял на ногах был эльф и Зимин.

Именно они ни разу не получили тяжелой палкой, направляемой «хрупкой» женской рукой, способной гнуть сталь.

Эльф даже взглянул на мужчину, приподняв одну бровь в удивлении. Макс ему улыбнулся на что длинноухий безразлично отвернулся.

Макс хмыкнул. Это явно будет труднее, чем он рассчитывал изначально.

— Так-так-так, — подошедшая Марта критически оглядела сдувшихся бойцов. — Жалкое зрелище. Всего лишь одна пробежка и вы валяетесь дохлыми слизнями, не в силах даже встать. — женщина разочарованно покачал головой.

— Ладно, не буду лгать, что ожидала чего-то иного. Тем не менее, внимательно послушайте то, что я вам скажу.

Ответом ей было внимательный кашель, тяжелые вдохи и сиплое дыхание.

— Пока что никто из вас еще не получил часть гонорара и обещанное снаряжение. Ведь именно за этим вы пришли в нашу компанию. Да, вы подписали договоры, но пока что их можно отменить. После того, как вы получите первую плату, сделать этого будет уже нельзя. Подумайте, готовы ли продолжать в том же темпе или лучше бросить эту затею? — Высокая серьезно оглядела бойцов, ну или тех, кто считал себя ими.

Закончив с воспитательной частью, она повернулась к двоим, что выглядели выигрышно на фоне остальных.

— Молодец, здоровяк. — Марта дружелюбно улыбнулась Максу. Ее улыбка стала еще шире, когда стало понятно, что они одного роста. — Такие парни, как ты, нам нужны в подземелье. Скажи, ты не из варваров? Хотя волосы у тебя черные.

Она критично его осмотрела.

— Полукровка?

— Нет, просто из очень дальних краев. Столь дальних, что даже забыл туда дорогу, — весело ухмыльнулся Макс. — Но спасибо за сравнение с варварами.

Он уже слышал кто эти ребята такие. Полудикие племена людей, вынужденных постоянно драться с монстрами, лезущими из подземелья. Энерголинии слишком высоко подходили к поверхности. Слабые в тех землях не выживали, поэтому варвары, решившие служить в цивилизованных землях считались крутыми вояками.

— Не хочешь говорить, — понимающе кивнула женщина. — Не за что красавчик. — Ее взгляд перешел на второго участника и судя по изменению выражения лица, увиденное ей явно не понравилось.

— Полукровка, — на этот раз это был не вопрос, да и доброжелательности в нем не было ни на грамм. — Что эльфийский полукровка забыл в такой компании, как мы? Обычно такие, как ты, не очень то любят сотрудничать с низшими расами.

— Человеческий полукровка, — голос полуэльфа оказался довольно мелодичным и красивым. Все портил то, сколько же в нем было яда. — Моя мать человек. Эльфы меня не приняли. Не правда ли забавно, что люди пытаются сделать тоже самое?

Марта молча отвернулась, не став ничего говорить.

Макс мысленно кивнул. Теперь становилось понятно, что в виде эльфа было странно. А вот дерзкий характер и отсутствие перспектив это даже хорошо.

В таком случае убедить его будет куда легче, чем если бы он был чистокровным. Плюс, если уж этот полуэльф умудрился выжить с таким отношением окружающих, то он, как минимум, чего-то стоит.

— Так, чего расселись? — Высокая издевательски хлопнула в ладоши. — Подъем! Время для продолжения тренировки!

Отчаянные стоны донеслись в ответ.

*****

— Слышь, мужик. — Макс с интересом оглянулся на приближающуюся троицу. Почему-то он был совершенно не удивлен, увидев, что это Хирд с группой поддержки.

— Разговор есть, — главарь рассеянно огляделся по сторонам. Прямо сейчас они стояли во дворе, после очередной изнуряющей тренировки.

Шел уже третий день издевательств Марты над ними. Хоть Макс и понимал зачем она это делает, от этого было не особо легче.

Не выдержав нагрузок, ушло уже два человека и неизвестно сколько вообще останется по итогу.

Как оказалось, подобных бараков было несколько и в них тусовались отмычки других крутых авантюристов.

Их компания имела в свое основе минимум два десятка серебряных рангов, а у каждого серебряного частенько была своя группа поддержки. Вот и получалось, что народу была уйма.

Имелись и более высокие ранги, но о них Макс ничего толком не узнал.

Подобных компаний сконцентрировалась целая масса и все из них вскоре должны были создать новое отделение гильдии.

У всех все болело, поэтому хоть разговор намечался серьезным особой агрессии не было. Они были слишком уставшими. Тем выгоднее выглядел Макс, который даже и не думал горбиться.

— Если есть разговор, то почему бы и не поговорить, — пожал плечами он.

— Общество заметило, что ты предпочитаешь общаться с зеленокожим. — Хирд замолчал, испытывающе смотря на Зимина, тот ответил не менее твердым взглядом.

Не дождавшись ответа Хирд был вынужден продолжить.

— Че молчишь? Есть что сказать?

— А я что-то должен говорить?

— Ты это, не наглей паря, — вмешался товарищ Хирда. — Средний рост, высокий лоб, бычья шея. — Тебе вопрос со всем уважением задали.

— А я со всем уважением не собираюсь ничего отвечать, — фыркнул Макс.

— Слушай, Макс, — Хирд жестом остановил своего человека. — Мы ведь с тобой люди, а не какие-то там поганые полукровки. — он смачно сплюнул. — Зачем ссоры? Люди не должны между собой драться, когда вокруг столько нелюдей. Общество видит, что ты почти ни с кем не общаешься, ничего о себе не рассказываешь. Может ты шпион какой? Плюс ведешь какие-то дела с орком. Не красиво получается, или не согласен?

— Насчет шпиона скажу так, — Макса не особо впечатлила эта попытка оказать давление. Он видел и посерьезнее. — Нахрен мы кому нужны. Отмычки или даже авантюрист серебряного ранга? Не смешите. Во-вторых, я не собираюсь распространяться о своем прошлом. Иногда проблемы могут не разбирать, кто именно рядом с предполагаемой целью и убрать всех. — Макс постарался, чтобы эти слова прозвучали максимально загадочно и многозначительно.

Судя по нахмурившемуся Хирду у него получилось.

— Че? — а вот его товарищи явно не поняли.

— Если за мной придут, когда кто-то распахнет свою пасть, то убить могут и тех, кто нечаянно окажется рядом со мной. Так понятно?

— Так проблем не будет? От твоих «проблем». — недоверчиво уточнил Хирд.

— Если не болтать, то не будет. Меня никто не знает в лицо. — такой ответ кое-как удовлетворил Хирда.

— А с орком что?

— А вот это мое личное дело, — отрезал Макс. — С кем хочу с тем и общаюсь.

Троица напряглась, переглянувшись. Макс хрустнул шеей, наклонив голову, сначала в одну сторону, затем в другую, Эта привычка была поистине неистребимой.

Вдруг взгляд Хирда ушел куда-то вбок, Макс не повелся, продолжая следить за их движениями и не думая оглядываться.

— Поосторожней, мужик. Не стоит делать врагами тех, кто будет прикрывать твою спину. — наконец процедил он, разворачиваясь.

— Я запомню, — кивнул Макс, провожая взглядом уходящих людей.

Макс наконец обернулся, отметив скрывающуюся за углом зеленую спину.

Макс развеселился, качая головой: «Господи, что за детский сад. Ну подождем когда он все же решится подойти».

Он знал, что что-то подобное произойдет. Все же хоть он и старался общаться с другими отмычками, но все равно держал дистанцию, обрывая любые разговоры о себе.

Да и трудно общаться, когда не знаешь множество очевидных вещей.

Ситуацию усугубляло и то, что большинство людей были из разных мест со своими традициями. И если друг о друге они еще что-то знали, то вот Максу приходилось отделять те или иные традиции друг о друге.

Так, он сумел узнать, что парень с юга верит в огромных подземных червей. Этим тварям у него на родине строят храмы и вполне серьезно молятся. А вот другой мужчина уже с приморья каплю каждого питья капает на землю, отдавая дань огромному чудовищу, живущему в глубине вод.

Лик его столь ужасен, что любой, кто посмеет на него взглянуть, сойдет с ума. Поговаривают, что он крылат, стоит на двух ногах и высотой в несколько десятков метров.

На пятый же день Макса вызвал лично Крученый.

Глава 14

— Проходи, — настроение у командира было хорошее, поэтому он махнул рукой на стул, предлагая Зимину присесть. — Ну как? Не передумал еще? Слышал Марта вас хорошо гоняет. Как она по-твоему, а? Не бесит, что баба? — с интересом спросил Вернер.

— Никак нет, командир, — четко ответил Макс. — Она отлично справляется. В теме разбирается превосходно. Лучше слабые уйдут сейчас, чем подставят нас уже там, внизу.

— Ха! Поди втрескался в нее по уши, — ухмыльнулся Крученый. — А то меня задолбали просьбами ее заменить, а тут кто-то, кто за нее горой. Прям даже необычно.

— Мне плевать, что она женщина. — пожал плечами Зимин. — Если она может разорвать меня пополам одним ударом и перебить нас всех, то какого она пола уже не важно.

— Знаешь, мало кто может так думать, — Вернер покачал головой. — Вот примерно также я решил для себя, когда она перла меня на себе аж целых два подземных уровня, отбиваясь от наседающих тварей. Она, кстати, о тебе тоже только хорошее говорила, поэтому не тушуйся парень, а действуй! Но предупреждаю сразу, если она залетит, то я лично тебе яйца оторву. Потерять такого бойца из-за чьей-то тупости и неумения вовремя вынимать, это я даже не знаю, что! Поэтому если уж дойдет до этого, то забеги к алхимикам, они дают отличные зелья на такой случай.

— Благодарю, — Макс улыбнулся. — Но у меня другие цели. Семья в них как-то не входит.

— А кто говорит о семье? Марта — баба кремень, ей самой семья не сдалась. Кстати, как раз о целях. Матис меня тебе впарил и даже взял обещание приглядывать. Но дел много, поэтому поговорим лишь сейчас. Что ты хочешь найти в подземельях Зимин? Что тебя тянет? Я должен это знать, чтобы тебе доверять.

— Приключения, — не раздумывая ответил Макс. — Тайны, опасности и деньги. Вызов и сила. Я хочу проверить себя там. Насколько далеко и глубоко я смогу спуститься. Насколько хватит моих сил.

— Хорошее желание, — удовлетворенно протянул Вернер. — А как же желание насобирать деньжат на безбедную жизнь? Купить, ну не знаю, трактир и почивать на лаврах до старости?

— Не по мне, — поморщился землянин. — Я предпочту сдохнуть куда-то идя и на что-то взбираясь, а не лежа в постели.

— Хорошо, что с этим разобрались. Значит ты хочешь спуститься поглубже? Тогда тебе требуется расти в рангах, парень. А для этого надо становится сильнее и убивать монстров.

— Так точно!

— Ну тогда ты попал в правильное место, Макс. — Крученый наклонился и достал из-под стола пару листов бумаги. Качества она была паршивого, желтоватая, но это все же была именно бумага. Рядом легли десять золотых монет, рассыпавшись небольшой кучкой.

— Вот тебе договор и аванс. Подписывай, — на стол легла чернильница и перо. — Советую не пробухать его, а затариться чем-то из брони и зелий. Оружие можешь не брать, наша компания его тебе даст. Если понравится. Можешь выкупить по сниженной цене.

Макс осторожно взял перо, опустив его в чернильцу, после чего стер лишние чернила о край банки. Раньше он писал свою подпись всей фамилией, но теперь ограничился лишь двумя буквами. Писать пером было тяжело неудобно, поэтому он умудрился пару раз ляпнуть лист.

К его радости текст договора был ему понятен. По нему выходило, что Макс обязан сходить в составе отрядов компании на десять спусков, дабы отбить их вложения на его тренировки.

Примечательно, что он мог выйти из отряда Крученого лишь после трех спусков.

Были и другие пункты, касающиеся наказаний за трусость или награду, но ничего странного, кроме жестокости мужчина не нашел. За то же утаивание добычи по договору его могли вполне законно пытать.

— Грамотный значит, — удовлетворенно хмыкнул Крученый, внимательно наблюдавший за действиями Макса. — Считать умеешь? — командир достал валик на ручке и промокнул договор, убирая лишние чернила.

— Да.

— Отлично, Марте что-то передать от тебя?

— Спасибо, но нет, командир. — ухмыльнулся землянин.

— Эх, никто не ценит мою доброту. Ладно, шуруй отсюда отмычка. И помни насчет яиц. Оторву нахрен!

*****

— Слушать сюда! — Высокая прошлась вдоль строя, придирчиво оглядывая втягивающих животы и выпячивающих вперед грудь бойцов. — Сегодня седьмой день с начала тренировок. Как по мне, вас гонять минимум еще пару месяцев, но открытие подземелья не за горами! Поэтому! С сегодняшнего дня начинаются тренировки с оружием!

По рядам людей прошелся возбужденный гул.

— Вижу, вы этому рады, — ласково улыбнулась Марта от чего оживление тут же пропало, как будто его не было.

За эту неделю у всех была отличная возможность убедиться, что Высокая хоть и достаточно вежливая, ведь она почти не материлась, но твердости ей было не занимать.

Посмевших ее ослушаться, ждала пара учебных рукопашных схваток.

Глядя на то, как кулак женщины вбивается в живот глупца, после чего спокойно того поднимает им же над землей, заставляя обвисать как половую тряпку, все лишь больше напирали на тренировки.

Конечно, в бараках женщину костерили почем свет зря. Так, Макс был не удивлен, узнав, что в большинстве стран царил патриархат и как итог, видеть женщину воина никто не хотел.

Почему в большинстве? Потому-что некоторые из сослуживцев с руганью упоминали некую «Амазонию», где бабы главнее мужиков. Дескать там живут не мужики, а хлюпики и над ними стоят огромные мужиковатые женщины, вроде Высокой.

Марта указала рукой на других опытных авантюристов.

— Как я и обещала вам будет выдано оружие в долг из запасов Компании. Тем не менее, если вы владеете каким-то необычным оружием, то учителей для вас у нас нет. Будете тренироваться вместе со всеми. Мои товарищи возьмут на себя роль ваших учителей владения оружием, до открытия подземелья…

— Попробовали бы мы отказаться. У-у-у, злющая самка. — «тихо» прошипел ящер.

— А если кому-то что-то не нравится, он может сказать это мне прямо в лицо, — с сияющей улыбкой пропела женщина. Судя по тому, как поморщились почти все, певицей она была такой себе.

— О чем говоришь Высокая! — драконид хлопнул лапой по груди. — Я научу этих змеенышей драться, как лучших из ускользающих!

— Рада, это слышать Шасс. Теперь вы. — она вновь повернулась к бойцам. — Мечи и щиты — палец уперся в двух неприметных мужчин. — Отличный выбор для подземелий и любой компании авантюристов. Идеальный баланс между защитой и нападением. Советую вам идти к ним. Однако мечи достаточно дорогие игрушки. Вам их выдадут, но выкупить будет тяжело. Не забываем, что и учиться владеть мечом тяжело.

Ее взгляд уперся в гнома.

— Двуручные топоры. Оружие атаки. Слабая защита для воина, но превосходные рубящие свойства. Опытные топорники незаменимы если требуется расколоть какую-то жесткую тварь или быстро отрезать от нее куски. Но за свою атаку они платят защитой. Если вы выберете этот путь советую закупиться лучшей броней и артефактами. Они вам пригодятся.

Очередной переход. На этот раз перст указывал на драконида.

— Две сабли. Или меч и кинжал. Отличный вариант для опытных бойцов против быстрой и ловкой мелочи. Против человекоподобных противников тоже неплохо, но требуются зачарованные клинки или огромный опыт. Но предупреждаю сразу, если вы новичок и никогда не дрались двумя руками, то это путь не для вас. Учиться подобному стилю боя долго, и вы сдохните намного раньше, запутавшись в своих же конечностях на потеху врага.

Судя по тому, как внимание тут же ушло от Шасса, дураков идти к нему не нашлось. Ящер радостно оскалился, от чего Марта тяжело вздохнула и ласково огладила древко своей алебарды.

— Ну и наконец алебарда. Мощное оружие, позволяющее наносить чудовищные удары, также позволяет атаковать за спинами других бойцов, держа строй. Может как колоть, так и рубить, а иногда еще и крушить. Тем не менее, оружие относительно медленное, плюс в некоторых уровнях подземелья неудобно. Это узкие туннели или те же болота, или джунгли. Короче, там, где нет места размахнуться.

Отмычки внимательно ждали продолжения.

— Ну и чего стоим? Вы явно не были отрадой ваших матерей. Подходите к тем учителям, которых вы выбрали. Повторю для тупых. Они вас будут учить лишь бою с оружием. Когда время закончится, вы не идите бухать и трахать телок, а ползете ко мне. Это понятно?

— Так точно, Высокая!

— Так-то! Можете обсудить друг с другом ваш выбор, но недолго!

Строй отмычек рассыпался.

Макс внимательно оглядел предполагаемых учителей, те отвечали им тем же. И судя по выражению их лиц, интересом тут и не пахло.

Два меча Зимин отбраковал сражу же. Он никогда не был амбидекстром, то есть одинаково владеющим обеими руками. Мужчина отлично понимал, что умело владеть оружием — это совсем не просто.

Меч и щит? Этот вариант был намного лучше и отлично подходил для новичка. Но деятельная натура Макс противилась отсиживанию в обороне, нанося удары из-за щита.

Следовательно, оставались лишь два варианта.

— Что собираешься выбрать? — иногда эта огромная туша умела двигаться совершенно неслышно. Гор осклабился. Он явно заметил, что Макс немного дернулся от неожиданности.

— Алебарду или топор, — Макс и не думал скрывать. — А сам?

— Я дерусь топором, — тяжело вздохнул орк, с тоской рассматривая гнома.

— И в чем проблема?

— Мы орки не особо дружим с гномами. Идти к нему в ученики…

— Предки не примут?

— Пошел троллю в задницу. Примут, но…

— Слушай, — весело хмыкнул Макс. — А есть хоть одна раса в этом мире, с которой вы еще не поцапались? Эльфы, гномы, люди…

— Дракониды, ящеры… — хмыкнув, продолжил Гор.

— А это разве не одно и тоже? — удивился Макс.

— Нет, — орк уже устал удивляться незнанию Максом очевидных вещей. — Дракониды считают себя потомками драконов. Хотя, как по мне, такие же ящерицы. Вероятно, хоббиты. — наконец после некоторого раздумья протянул гигант.

— Что?

— Мы с ними еще не дрались. Эти коротышки постоянно сидят в глубоком тылу у других рас и очень редко выбираются из городов. Даже у нас этих пройдох можно встретить. Хитрая, но в чем-то честная мелюзга.

— Это радует, — фыркнул Макс. — Ладно, гора мышц, пошли к гному.

— Человек, сегодня ты рехнулся больше обычного? С чего ты указываешь мне что делать? — набычился Гор. — Я еще не дал согласия.

— Гор, может уже хватит? — устало вздохнул Макс. — Мы с тобой взрослые люди. Тьфу! Разумные, во. Очевидно, что работа в паре лучший выход. К тому же, ты сам видел и слышал тот разговор с Хирдом. Поэтому может прекратишь ебстать мозги себе и мне?

Зеленокожий хмуро сверху вниз рассматривал смотрящего на него в упор человека. Тот явно отступать не собирался.

— Хорошо, безумный Макс. Гор согласен драться вместе с тобой. Но ты не вождь! Гор и безумный Макс на равных.

— Как скажешь, большой парень. — отмахнулся Зимин. — Ну теперь-то может уже пойдем? Глянь, уже почти все выбрали себе учителей.

— Ненавижу гномов, — бурчал орк, тащась за бодро идущим человеком. — Ненавижу эльфов, ненавижу ящеров и больше всего ненавижу сраных людей, которые слишком наглые и совершенно не боятся, что их могут размазать одним ударом!

Глава 15

Гном отвел их на отдельный полигон, где сразу же и начал первое занятие.

— Обрушься на меня штольня! Орк, который решил стать учеником гнома! — коротышка смотрелся совершенно невзрачным даже на фоне Макса, а уж по сравнению с Гором, он был слишком мал.

Тем не менее, в ширину гном был больше Зимина, хоть все еще не доходил до кондиций орка.

И сейчас эта мелочь, издеваясь, прохаживалась мимо своих новых учеников.

Топорниками решило стать лишь трое. Гор, Макс и третий парень. О нем Зимин знал немного. Вроде как выходец из деревни. Звали Дачсом. Когда нервничает, а он это дело любит, начинает комкать в заскорузлых рабоче-пролетарских руках все, что только в них попадет.

Гор стойко проигнорировал нападки, сделав вид, что не слышит. Гном же не дождавшись ответа поморщился.

— Эх, правильно говорят, что конец мира не за горами, когда еще орк сумел бы промолчать. — вот это уже заставило орка глухо заворчать, но остаться неподвижным. Макс же выдохнул с облегчением. — Ладно, безбородые, меня зовут Караз, что по-нашему значит «Крепкий», и я постараюсь вбить вам в голову немного умения орудовать таким идеальным орудием как топор!

— Какое оружие самое лучшее? — гном резко развернулся к своим слушателям.

— Топор! — резко выдохнули Макс и Гор, после чего удивленно переглянулись. Если первый сказал это, подозревая правильный ответ, то второй явно так и считал.

— Правильно, — кулак гнома врезался в его же руку. — Мечи, копья и алебарды все это детские игрушки! Настоящий мужчина может орудовать только топором! В этом плане ваше зеленокожее племя хоть чем-то похоже на гномов, которые испокон веков пользуются топорами. А вот вы люди лишь изредка прибегаете к этому оружию. Хоть те же варвары очень его уважают. Но ничего, я научу вас тому, почему топоры лучшее оружие.

Караз вытащил из-за спины свое оружие. Взгляд всех прикипел к этому топорику, даже скорее топорищу. Что-то подобное Зимин видел у Кровавого Гребня, разве что здесь было все же поменьше рун, да и отделка попроще. Плюс топор был однолезвийным.

— Вот мой топор, освященный всеми гномьими богами и кровью пятерых монстров! Таких топоров много, но этот топор мой! Обратите внимание, его рукоять цельнометаллическая. Это увеличивает прочность и уменьшает риск того, что древко сломается после десятого удара о черепушку того же тролля.

Короткий палец уткнулся в лезвие.

— Однолезвийное. Позволяет ухватываться за обух и наносить удары хвостом, то есть нижней частью топора или самим обухом, чтобы оглушить или расколотить черепушку. Идем дальше. Руны! Хорошие рунные мастера стоят дорого, но они того стоят. Лучшие мастера — это гномьи мастера! Кто-то не согласен?

Ученики мудро промолчали. Они уже поняли по тому, что Караз постоянно срывался на рев, что он не самый спокойный представитель своего народа.

— Теперь коротко о том, что значит владеть топором. Отойти!

Все спешно выполнили приказ, оставив гнома в центре полигона.

— Запомните, безбородые! Всего существует шесть видов ударов у топора! Некоторые сложнее, некоторые проще, но всего шесть. Удар первый — «заруб»!

Гном с силой размашисто двумя руками опустил топор сверху вниз по диагонали. Еле видимая вспышка и деревянный манекен в паре метров от него оказался развален пополам. «Голова» вместе с частью туловища и рукой отлетела в сторону.

— Теперь второй удар — «подрез»! — Караз ловко перехватил топор, крутанув его снизу-вверх, очередная острая плоскость развалила первый же несчастный манекен, отхватив от него ногу по «бедро».

Макс прищурился. Он сразу заметил, что удары гнома были куда менее видимыми и ощутимыми, чем у той же Марты. О Готрикусе вообще не шло и речи. Удары того монструозного гнома были не то что видны, они были слышны, так как от них трещал и лопался сам воздух.

Получалось, что Караз далеко не так умел, как хочет показать. С другой стороны, он был явно сильнее их всех.

— Третий удар — крючок! — гном сместился влево относительно второго манекена, к его плечу, как бы пропуская противника мимо себя и резко нанес удар. Тот пришелся сбоку-сзади по затылку деревяшки, смахнув чурбак олицетворяющий голову.

— Четвертый — тычок! — гном сблизился к манекену вплотную, после чего перехватив топорище прямо под лезвие резко ударил этим своеобразным кастетом в туловище, вбив верхний край топора внутрь.

— Пятый — глухарь! Топорище крутанулось в пальцах, вторая рука ухватила топор снизу и следующий удар пришелся всей массой обуха. Брызнула щепа, манекен буквально взорвался в центре туловища.

— И наконец — зацеп! — подхватив нижней частью лезвия одну из ног уцелевшей части деревяшки, он резким движением сломал ее на уровне колена, возвратным движением.

— Эти движения основа, которую вы обязаны выучить! — Караз пробежался пальцами по вырезанным рунам на лезвии.

— Орк! Повтори все названия ударов!

— Заруб, подрез, крючок, тычок, глухарь и зацеп, гном, — выдохнул на одном дыхании громила. — Я умею драться топором, но у нас они называются по-другому.

— Неужели? — Караз неприятно усмехнулся, стиснув топорище. — Может ты считаешь, что тебе нечему у меня учиться? Ты считаешь, что такой ничтожный орк, как ты, готов плюнуть на мастерство гнома, согласного его учить?!

— Естественно нет! — резко ответил Макс, обрывая Гора. — Очевидно ваше мастерство куда выше, поэтому мы с радостью примем ваш опыт.

Гном, оставив Гора, молча подошел к Максу, вперившись в него яростным взором. Ноздри под шлемом шумно всасывали воздух.

— Еще раз перебьешь меня, — пожалеешь, что твой мать высрала тебя на свет. Тебе понятно человечишка?

— Так точно! — четко ответил Макс, буравя гнома ничего не выражающим тупым взглядом. Один из «полезнейших» навыков, которым его научила армия.

— Ладно, без оружия не будет тренировки, поэтому за мной! — Караз развернулся и бодро засеменил прочь на своих коротеньких ножках. Это может быть и смотрелось смешно, если бы перед глазами не стояли кадры взрывающихся и рассыпающихся довольно прочных деревяшек.

— Зачем? — недовольно рыкнул Гор. — Это мои проблемы, зачем ты вмешался человек?

— Потому-что этот сумасшедший гном тебя к черту зарубил бы. Он явно неадекватный и ему только дай законный повод — это сделать. Вызвал бы тебя на бой и зарубил.

— А…

— Вот только не начинай! — отрезал Зимин. — Это и мне выгодно, чтобы ты спустился в подземелье целым куском, а не по частям.

Повисла неловкая тишина. Идущий впереди крестьянин пытался прислушиваться, но собеседники говорили слишком тихо.

— Спасибо, — с натугой выдавил Гор. Эти слова ему явно тяжело дались. — Человек. Нет, Макс.

— За тобой долг жизни, — скрыв усмешку, бросил Макс, словно это было что-то неважное.

— Разорви тебя духи предков на тысячу вопящих кусков! — так взревел Гор, что даже Караз подпрыгнул, бросив недовольный взгляд за спину.

— Тише, уроды! Или будет учиться драться палками, а не топорами!

— Человек, твоя жадность, граничит только с твоей глупостью! Ни о каком долге жизни не может идти и речи! — яростно зашептал орк, брызгая слюной и вращая выпученными глазами.

— Почему? — деланно удивился Макс. — Я спас твою жизнь. Разве это не означает долг жизни?

— Ты не спасал мою жизнь! — казалось, что зеленокожего сейчас хватит удар, от чего он весь еще сильнее позелел. — Он мог меня всего лишь избить! Долг жизни дается за реальное спасение жизни! Ты не спас меня!

— Ладно-ладно, убедил, — хмыкнул Макс. Стряхивая каплю слюны с рубашки. — Только не плюйся больше. Просто будешь должен.

— Как же я ненавижу людей, гномов и эльфов… Но людей, наверное, больше. — снова забормотал Гор, сокрушённо качая головой. — О духи предков за что вы меня так наказываете.

— За грехи, вестимо. — улыбнулся Зимин.

— Предки меня ненавидят, — пришел к выводу орк.

— Знаешь, у меня на родине говорят, — улыбнулся Зимин. — Если бог тебя ненавидит, ответь ему тем же.

— На твоей родине живут лишь ненормальные. Удивительно, как вы до сих пор живы.

— Сам иногда удивляюсь.

*****

Оружейная оказалась таким же деревянным зданием, как и все вокруг. Вообще Макс отметил, что этому городу пора подумать о хороших пожарных службах. Один большой пожар и целой куче народу просто некуда будет бежать.

Ему пару раз доводилось видеть, как горят деревянные строения — зрелище жуткое. Ревущее пламя, чуть ли не выпрыгивающее из окон, после чего поднимающееся вверх к небесам.

На входе было несколько бойцов и еще внутри парочка. Дверь внутрь открывал мужик, оглядевший гнома и остальных подозрительным взглядом.

— Можете выбирать оружие, но берите максимум по два топора. Ведь если у вас нет третьей руки, то третий топор запихаю вам же в задницу! — напутственно посоветовал Караз.

Гор сразу же двинулся в сторону самых тяжелых видов оружия, следом за ним увязался и крестьянин.

Макс же решил немного пройтись.

Большинство из имеющихся орудий убийства явно не раз побывало в сражениях. Сколы, ржавчина, у некоторых даже плохо оттертые потеки крови. За этим барахлом явно плохо следили. Это значило, что оно сомнительного качества. Хорошее оружие бы не стали оставлять в столь удручающем состоянии.

Все же некоторые вещи в армии имели право на существование. К примеру, отношение к своему оружию. Каждая деталька должна быть смазана, очищена и помещена на свое место, ведь от нее вполне может зависеть выживание.

У расположения парных топоров Макс почти не остановился. Он видел на ютубе сражение двух топорников, уйма сложных движений, захватов и тому подобных финтов, которые он вовек не выучит.

Следовательно, если не можешь в мастерство, иди в силу. Очевидно, в таком случае двуручный топор был отличным выбором.

Вот только большинство из предложенных вариантов были с деревянными рукоятками. Невольно вспомнились слова гнома о возможности остаться без оружия.

Так, после еще пары минут поисков Макс все же нашел то, что искал.

Зимин ухватился за рукоять топора и поднапрягшись вытащил его из целой кучи других железяк, после чего внимательно осмотрел.

Руки холодил металл. Довольно увесистая штука для холодного оружия. Килограмма так все три.

Зимину в свое время кто-то из знакомых рассказал забавный факт о том, что средневековое оружие и щиты весили не так уж и много. Один, два килограмма. Три — считалось уже почти максимумом. А самые большие, ритуальные двуручные мечи весили всего лишь чуть меньше семи килограмм.

Максу сразу понравилось, что рукоять хоть и была деревянной, но зато имела укрепляющие ее стальные кольца. Однако вместо одного лезвия, топор имел сразу два. Металл пестрел множеством «шрамов» и рытвин. Ближе к рукояти даже имелось немного ржавчины. Но ничего непоправимого Макс не заметил.

Двухлезвийная двуручная секира — страшное оружие в правильных руках.

Правда руки у Макса были неправильными, но он был намерен это как можно скорее исправить. Уж чего-чего, а филонить на тренировках он не собирался.

— Для такой каланчи, как ты пойдет, — буркнул Караз, оценив выбор Макса.

Гор, выбравшись аж два двуручных топора, правда однолезвийных и чуть поменьше весом, не удостоился и взгляда. Учитывая размер орка эти топоры вы его руках выглядели как одноручные.

Дачс выбрал какой-то топор, удивительно напоминающий плотницкий.

— Выбрали? А теперь пошли вон, чтобы глаза мои вас не видели, безбородые. Следующее занятие завтра в обед!

Глава 16

За покупками двинулись вдвоем. Вернер сказал верную мысль — требовалось как можно скорее обзавестись броней.

Тем более им. Роль бойцов с двуручными топорами была несомненно важной, но довольно специфической.

Караз не стесняясь в выражениях ее им и объяснил.

— Нас с вами выпускают, когда командир считает, что имеется идеальный момент для атаки. Пока щитовики, копейщики, алебардисты и другие слабаки отвлекают особо здоровых тварей мы должны расхреначить их так, чтобы они сдохли как можно быстрее! Это понятно?

— Так точно!

— Так вот. Максимум! Это значит, что даже если вокруг творится сама преисподняя, произошел прорыв демонов, и они ебстают все, что движется, ваша задача рубить! Наплевать на себя и свои жизни и рубить не переставая! Ведь, чтобы вы получили эту возможность командир должен бросить в бой других, чтобы другие отвлекали и умирали за вас!

Вообще же, как Макс понял, правила для каждого оружия были полезны и применимы очень условно. Все портила внутренняя энергия и воля, позволяющая ею управлять.

Так, тот же ящер Шасс хоть и дрался саблями, что казалось бы бесполезны против брони, тем не менее, напитав оружие волей, он был способен рубить чуть ли не металл. Благо каждое такое действие тратило внутреннюю энергию. И чем сильнее воздействие, тем больше ее требовалось.

И та же петрушка творилась и с броней. Воины, не имевшие щитов были способны укреплять свои тела и доспехи, не нуждаясь в щитах.

Правда в последнем случае надо было быть опытным и сильным бойцом.

Как итог топорники хоть и обладали превосходными атакующими свойствами, но с защитой были проблемы.

Когда с ними занимались, то выдавали учебную броню и оружие. Деревянные и кожаные топоры и кирасы, которые весили даже больше, чем реальные. Так, Караз развивал их выносливость.

Тем не менее, в бой надо было прикупить уже свою броню.

Однако перед этим Макс сделал то, о чем думал довольно давно.

Он зашел в отделение магической гильдии вытянутое трёхэтажное здание, прячущееся в самом сердце города, чтобы провериться на наличие магии. Мужчина никак не мог отбросить надежду. Все те изменения в своем теле, которые он замечал, могли быть проявлениями какой-либо мистической энергии этого мира.

Как он невзначай узнавал. Таких было много.

Внутри их встретила довольно пустынная, но цивильная обстановка. В центре зала за стойкой сидел хилый дедок, что-то читая. Окружение чем-то напомнило Зимину отделения заштатного земного банка.

— Кхм! — привлек мужчина к себе внимание, когда стало понятно, что старичок плевать хотел на пристальный взгляд.

— Ну что такое, молодой человек? — дед, поднял глаза. — Никакого уважения к сединам. Не можете немного подождать, обязательно нужно прерывать!

— Я хочу проверить наличие у себя магической энергии и направление дара. — Макс был стреляным воробьем. Опыт общения с регистраторшами из больниц, паспортных отделений, налоговых служб и других государственных учреждений выработали в нем вполне конкретный «пофигизм» на все их попытки его взбесить.

Он относился к этому как к неизбежному злу. Не станете же вы обижаться на ядерную бомбу, что она превратит ваш город в пепел, а землю заразит радиацией на тысячи лет? Или на скорпиона, который обязательно ужалит. Так и обижаться на госслужащих за то, что они хотят испоганить вам настроение, тоже не надо. Просто такова их суть.

— Десять серебряных, — недовольно проскрипел старпер, пытаясь взглядом заставить Макса загореться адским пламенем. Однако, тот даже не задымился.

Деньги цивилизованного мира, к счастью, работали по простой схеме. Сто медяков — один серебряный. Сто серебряных — один золотой. В принципе хороший мастер по дереву в месяц мог получить пять-шесть золотых. Один поход в верхние уровни подземелья для отмычки стоил двадцать золотых. Вот и выходило, что спуски в подземелья были очень выгодным бизнесом, ведь в месяц можно было сходить в глубины далеко не один раз.

Если провести сравнение с прежним миром, то один золотой — это тысяч десять рублей. То есть, отличный мастер мог получать тысяч шестьдесят, а вот жалкая отмычка уже двести тысяч.

Другое дело, что даже самые опытные группы не ходили больше двух трех раз в месяц. Ну и снаряжение с расходниками стоили тоже не дешево.

Примечание: решил не усложнять. Время, весы, расстояния в этом мире точно такое же, как и на Земле. То есть месяц — это тридцать дней, неделя — семь и.т.п. Некоторые звери похожие на земные в книге носят земные же названия. К примеру трехглазая свинья будет — свиньей, а не кшапсаном.

Макс молча выложил на стойку нужную сумму, перед этим отсчитав десять монеток. Чуть ранее он благоразумно разменял один золотой, купив что-то поесть. Кормежка в компании была такая себе. Сытной, но не особо вкусной.

А вот те пирожки с местной разновидностью капусты просто таили на языке.

— Ладно, пошли невежда, — буркнул старик, тяжело поднимаясь на ноги и откладывая книгу. — Быстрее проверимся, быстрее ты свалишь отсюда.

— Не развались. — хмыкнул Макс, идя следом. Очевидно сильный маг не сумел бы так себя запустить. Как он слышал, магия поддерживала физическое здоровье своих владельцев, продлевая жизнь. Поэтому Зимин позволил себе некоторую вольность.

— Я еще тебя переживу, шутник.

— Может и так, — улыбнулся Зимин. — на этом разговор затух.

Комната, два стула, стол в центре которого стоит черный шар на четырех серебряных острых поставках.

— Что делать? — уточнил Макс, когда они расселись.

— По команде, положи руки на шар, когда скажу, убери. Понял?

— Да.

— Клади! — Макс с замиранием сердца выполнил команду.

Сердце быстро билось, ведь перед его глазами творилась самая настоящая магия.

Шар под руками немного завибрировал, потеплев. В его центре начало зарождаться какое-то красное свечение.

— Убирай! — Макс быстро выполнил и это.

Шар перестал дрожать, но красное свечение начало стремительно сменять цвет.

Голубой, розовый, синий, красный и наконец зеленый, чтобы в конце окончательно смениться угольно черным.

Казалось сам свет исчезает даже не достигая поверхности шара.

— Ну что? Получилось? — не выдержал Зимин.

— Это… Это… — глаза старика полезли на лоб, а он сам хватал ртом воздух. — Это невозможно. Такая силища. Как тебя еще не нашли! Это же сенсация!

— Сила? — вычленил Макс главное.

— Да! Огромная! Видишь цвет черный? Это запредельный уровень концентрации маны. Надо сообщить руководству гильдии. Такой ученик, как ты, достоин минимум магистра, а может быть и высшего магистра! Да что там, возможно даже, архимага!

Макс откинулся на стуле, пытаясь собрать в голове разбегающиеся мысли. Не каждый день тебе сообщают такие новости. Учитывая вновь открывшиеся обстоятельства, планы требовалось радикальнейшим образом пересмотре…

— Пф-ф… Пкха… Кхах-ах-ха-ха! — подавился старик, а потом самым неприличным образом заржал, стуча ладонями по своим худосочным коленкам. — Ой, не могу! Опять поверил!

Макс сузил глаза, начиная догадываться.

— Я так понимаю, шар показал кое-что другое.

— Ну, конечно, невежда! Ты абсолютный ноль в магии. Черный цвет означает, что он ничего не нашел в тебе. В тебе магии меньше, чем в деревенском сортире, в который случайно упал самый простейший артефакт! Который раз это уже делаю, и никогда не надоедает.

Макс ухмыльнулся.

— Старик, как тебя еще не прикончили с такими шуточками.

— Мало идиотов, желающих связываться с гильдией из-за такого говна, как я. — честно ответил старикашка. — Ладно, воин. Вижу, что ты не особо обиделся, поэтому скажу серьезно. Редко попадаются люди с чувством юмора. Ты не маг. Совсем. Нету даже крохи дара, чтобы его развивать. Поэтому выкинь всю эту магическую чушь из головы и развивай то, что имеешь. Вон какая ты орясина, небось с орками в силе можешь посостязаться.

— Спасибо, — пожал плечами Зимин. — Слушайте, — Макс кое-что вспомнил. — А что будет если этим шариком измерить того же монстра?

— А тебе зачем? — безразлично уточнил старик.

— Ну можно попробовать измерять силу тварей с помощью него? — ответ у Зимина уже был предусмотрительно наготове.

— Нет. Этот шар специально настроен на поиск дара мага и определение силы мага. Для силы монстра требуется совсем другой артефакт. Он ничего не почувствует.

— Спасибо, за ответ.

— Иди уже. Где вас таких твердолобых только находят.

*****

Макс догадывался, что цены на броню ему не понравятся, но реальность в который раз сумела его удивить.

— Хоббит, ты хочешь умереть?! — ревел Гор, нависнув над удивительно спокойным коротышкой.

— Господин, прошу вас не орать мне в уши, я и так спокойно вас слышу. — мелюзга посмотрела снизу-вверх на тяжело дышащего здоровяка. — Но доспехи, подходящие под вашу грандиозную фигуру — это редкость. А любая редкость, суть — хорошие деньги. Вы улавливаете, о чем я хочу сказать?

— Ты продал ему — палец орка почти уткнулся в Макса — Нагрудник, наручи и стальные перчатки за девять золотых, а один мой нагрудник по-твоему стоит восемь с половиной?!

— Именно так, — согласно кивнул хоббит, почесав удивительно длинный шнобель и заправив длинную прядь волос на виске за ухо.

Макс тяжело вздохнул. Отдав почти все свои деньги и разжившись хоть какой-то броней он должен был быть доволен…

Проблема была в том, что эта броня и впрямь была «хоть какой-то». Так вместо цельной кирасы ему пришлось купить лишь нагрудник, на спину денег уже не хватило. Плюс эта броня была сделана явно так себе, да и была явно снята с чужого, уже скорее мертвого плеча.

Та же беда была и с наручами и даже с перчатками.

С другой стороны, они обошли далеко не одну лавку и везде цены даже не кусались, а пытались загрызть к чертовой матери.

— Подавись, проклятый хоббит. На прилавок упала пара серебряных украшений. Теперь достаточно?! — судя по выражению орка, эти вещи что-то для него значили.

— Так не торопите меня. Это очень важный процесс, и он не любит спешки, — хоббит профессионально оглядел украшения. — Мне жаль вам это сообщать, но…

— Мастер торговец, — вмешался Макс, пока дело не дошло до смертоубийства. — Я понимаю ваши резоны, но давайте будем разумными людьми.

— Нда? — удивился хоббит. — И что же вам кажется разумным?

— Вы правы, что орочья броня — это редкость. Тем не менее, хочу вам напомнить, что далеко не многие орки решаются купить броню. Собственно, они вообще не частые гости здесь. Их степи очень далеко. Вы можете продавать эту броню еще очень долго. А как сказал один умный человек, простите, хоббит: «Деньги должны работать, а не пылиться в дальнем углу мертвым грузом».

— Хм-м-м… Знаете, а этот хоббит и впрямь был очень мудрым хоббитом. Значит…

— Да, мы предлагаем вам деньги здесь и сейчас, а не когда-то в будущем. К тому же, ничего не мешает нам и в будущем стать постоянными клиентами у вас… — мягко продолжил Макс.

— Знаете, молодой человек. — хоббит широко улыбнулся, давая рассмотреть идеально ровные белые зубы. — Вы явно выбрали не тот путь. Вот мой сын, Атраам, все никак не научится делать деньги, а кто-то умеет это делать сразу, даже не учась.

— Так ты согласен, хоббит? — рыкнул орк. Его явно раздражали эти пространные разговоры.

— Советую вам сказать спасибо вашему другу. Без него вы бы явно не получили эту броню, наручи и стальные перчатки. Видели бы меня боги, если так продолжится и дальше, я разорюсь! А как иначе, если раздавать вещи почти даром…

— Удачи, мастер хоббит.

— И вам удачи, воины.

— Жалкий коротышка! С каким удовольствием я бы оторвал его поганую голову! — глухо выругался Гор, когда они вышли из лавки торговца.

— Радуйся, теперь тебя не убьют с первого же удара.

— Убьют со второго. Это броня дерьмо.

— Что есть, то есть, — согласился Макс. — Но зато она есть. Кстати, слышал, поговаривают, что уже на следующей неделе откроются проходы в подземелье.

— Наконец-то! — Гор радостно поводил плечами. — Я соскучился по славной драке.

— Согласен, наступает время настоящих дел. — довольно кивнул Макс.

Глава 17

— Господин архимаг! — двери магической гильдии резко распахнулись, и внутрь вбежали несколько человек. Каждый из них был одет в дорогую одежду и обвешан мощными артефактами. — Почему вы здесь?! Почему вы сбежали от своих сопровождающих?!

— Почему-почему? — сварливо процедил сухой старичок, сидящий за стойкой и читающий книжку. — Его Императорское величество попросил меня проверить, как работает новое отделение магической гильдии. Местный проход в Подземелье по праву считается одним из сильнейших за последние лет пятьдесят. Было бы обидно, если вы его испоганите. И то, что я увидел, меня уже не радует.

Магистр в окружении магов выстроились напротив старичка, почтительно его слушая, не поднимая голов. В обычной ситуации они были влиятельными людьми, которые подчас не гнулись даже перед королями.

Но только не перед Ансгаром Эбером по прозвищу Сварливый. Конечно, у Ансгара было и другое прозвище, которое его олицетворяло куда лучше. Звучало оно по-разному, но вариант «Сварливый хрен» было одним из самых культурных. Правда, согласитесь, его довольно трудно использовать по отношению к полноценному архимагу-некроманту и при этом остаться в живых.

— Вот я и решил пощупать вашу работу изнутри. Все эти торжественные приемы такая чушь, которая мне не интересна уже лет сто как. И что я вижу? — архимаг обвел блеклыми глазами зал. — Я захожу в одно из отделений нашей великой гильдии, не упади на нее большой метеорит, и место регистрации пустует! Это как понимать? Никто меня не встретил.

Стоящий навытяжку магистр, а по совместительству один из сильнейших магов этого города, а возможно, и всех ближайших земель, сначала покрылся красными пятнами, затем покраснел, и, наконец, побледнел.

Похожая метаморфоза произошла и с одним из его помощников-магов, который был как раз ответственен за это отделение. Только он еще и пошатнулся, ведь магистр определенно найдет виноватого, после чего докопается и до непосредственного начальника.

— И вот стою я, а здание гильдии буквально вымерло. Никто не встречает потенциального работодателя, а может самого настоящего врага или даже монстра! — продолжил архимаг.

— Людей не хватало, поэтому начальник этого отделения, скорее всего, отправил всех людей на подготовку новой партии артефактов… — пробубнил проштрафившийся помощник, но под конец под огненным взглядом начальства он окончательно затух.

— Чего-то подобного я и ожидал, но решил попытаться дождаться этого работничка. Сел, начал читать книжку, благо она имелась на его рабочем месте…

Помощник устало закрыл глаза от очередного гвоздя, забиваемого в крышку его гроба. Ведь, очевидно, гроб будет закрытым.

— И тут меня самым наглым образом отвлекают от чтения, — на губах старичка выскочила хитрая усмешка. — После чего требуют провести проверку магической энергии. Только представьте, услугу, которую у меня могут просить только кто-то, начиная с императорской семьи, потребовал какой-то оборванец!

— Мы его найдем, господин архимаг! — пылко заключил магистр. — Мы его найдем и заставим его душу вечность сожалеть о такой дерзости!

— Да успокойся ты! — прикрикнул на него старик, нахмурившись. — Если бы это было надо, я бы его самолично превратил в костяного воина, ну или какого-нибудь слабого духа. Наоборот, это было даже интересно. Давно со мной не разговаривали и препирались. Интересный опыт. Поэтому я проверил паренька на наличие магии и взял за это не пару тысяч золотых, а всего лишь десять серебряных. Как и ожидалось, полный ноль в магии, но парень талантливый и не без тайн — Ансгар чему-то усмехнулся. Магу его силы не требовался этот примитивный шар, чтобы провести сканирование. И собственными усилиями он сумел найти в парне кое-что интересное.

— Если не сдохнет в Подземелье, то есть все шансы, что мы о нем еще услышим. Но ладно, вернемся к делам нашим грешным. — Сварливый хрен мерзко улыбнулся. — У меня лишь три вопроса. Вы что, уроды, совсем охренели?! Давно в неофитах не ходили? Ну и наконец, чем задницы будете смазывать, когда я все это расскажу Его императорскому величеству?!

Лишь тишина ему была ответом.

— Хорошо, эй вы. — старик указал пальцами на выход и посмотрел на обычных магов. — Пошли вон. Мне надо пообщаться с вашим начальством.

Помощников дважды не надо было упрашивать. А вот магистр Рейн Олбрик проводил их тоскливым взглядом. Он тоже был бы не прочь оказаться подальше отсюда.

С руки Ансгара сорвалось изумрудно-зеленое пламя, которое начало выжигать вязь мистических символов на полу вокруг них.

Глаза милого старичка вспыхнули опасным блеском. Рейн торопливо опустил взгляд, дрожа от страха. Он слышал истории, как Сварливый одним взглядом вырывал души у своих противников. Благо у некромантов для этого было множество способов.

Личный друг нынешнего императора Империи Улбретч был известен, как один из самых опасных боевых магов этого мира. И плевать, что некромант — это вроде как не совсем боевая специальность.

— Ладно, Рейн. Теперь нас не смогут услышать, и наконец перейдем к настоящей цели моего прибытия.

— Я весь во внимании, господин. — Олбрик буквально обратился в слух.

Эбер довольно кивнул, положив книжку регистратора на стойку. Олдрик невольно отметил обложку, на которой была изображена фривольная эльфийка.

— Уверен, ты знаешь, что у гильдии есть множество шпионов, которые выискивают отступников, безумных магов, заговоры и прочие угрозы всем нам. Так вот, поступила информация и, скорее всего, она правдива. Этот город счел интересным один из опаснейших людей, если его так можно называть. Уверен, ты о нем слышал. Гидра, или как его еще называют, Безликий уже здесь.

Магистр стойко принял удар, лишь покрывшись испариной. Он отлично знал, кто это такой. И что это может значить для его города.

Их мир с давних пор был местом, привлекающим иномирных путешественников. Точнее, привлекал их Подземный мир, который исправно уничтожал даже серьезнейших из приходящих из других миров.

С другой стороны, такие путешественники частенько были даже полезны, торгуя знаниями или технологиями.

Вот только иногда их мир привлекал чудовищ, которых уж точно никто не ждал.

Тем не менее их мир считался достаточно сильным по меркам мультивселенной. А это значило, что они не были бессильны против подобных угроз.

Те же враждебные пришельцы очень быстро уничтожались самими магами, воинами, паладинами, богами или даже просто сильными чудовищами.

Но иногда, как говорится, коса находила на камень.

Цель нахождения в этом мире Гидры, а это было одно из немногого, что было о нем известно, до сих пор не была установлена.

Прибыв сюда несколько десятилетий назад, он странствовал по миру, крал технологии, проводил чудовищные эксперименты и нес один лишь хаос. Так, после одного из опытов вырвавшиеся из-под земли плоды его трудов сожрали целых три города, и лишь объединившиеся силы двух королевств смогли перебить мутантов.

И такой случай был далеко не единственным.

В другом месте вломился в тайный орден святых воинов одного из богов. Ни святая магия, ни стражи и ни ловушки не смогли его сдержать. Он с кровью вырвал знания, оставив немногочисленных выживших скорбеть на обломках того, что раньше было их домом.

Безликий не интересовался последствиями своих действий. У него были цели и планы, и он был готов идти к ним, несмотря на любые жертвы.

Гидру пытались уничтожить, но, как оказалось, жуткий маг умел превосходно скрываться. А даже если его и находили, то он оставлял лишь горы обглоданных костей нападавших. А иногда не было даже костей.

Специализация, магия плоти, позволяла ему делать и не такое.

Прозвище же Безликий он получил за любовь менять свои лица, иногда надевая те, которые принадлежали убитым им людям.

— Уверен, — мрачно усмехнулся Сварливый. — Что Гидра не сумеет проигнорировать открытие Подземелья. Он в него спустится, там я его и настигну. Моя магия смерти развоплотит его в пыль. Его кровавый путь закончится здесь.

— Я вас понял, господин. — поклонился магистр. — Мои маги будут настороже.

— Предупреждаю, — повторил Ансгар. — У Безликого слишком много агентов. Этот паук умеет плести паутину, заставляя людей на него работать, даже если они этого не хотят. Поэтому пусть твои люди будут готовы, но ни слова о Гидре.

— Будет сделано, господин.

«О боги, за что нам такое наказание! Безумный маг-вивисектор S-класса — это слишком много для нашего города!» — сокрушенно подумал Олдрик.

*****

То, что этот день, наконец, настал, было буквально очевидно. Казалось, сам воздух напитан напряжением и искрами, так сильны были ожидания множества людей.

Маги-исследователи, в целом, угадали время открытия Подземелья, но начало этого процесса невозможно было пропустить.

В пять часов утра город сотряс мощнейший гул и дрожь земли. Словно гигантский мамонт или слон, Подземный мир извещал всех об открытии нового разлома в свои недра.

Этот гул продолжался целых полминуты и разбудил буквально всех. Конечно, потом он затих, и можно было бы лечь спать дальше… Если бы это кому-то было надо.

После пяти часов больше не спал никто.

Город напоминал взорванный петардой муравейник, в который попутно налили бензина, после чего подожгли. Благо в пять часов было уже немного светло, поэтому можно было хотя бы увидеть куда бежать.

Авантюристы подгоняли броню и строились под напряженные выкрики ветеранов. Последние же косились уже на свое начальство.

Были и сильнейшие одиночки, вокруг которых собирались целые компании, желающие сотрудничать вместе с ними.

Не спали и ремесленники, точа и готовя инструменты, распаляя горны и запитывая рунные круги. Кое-что из артефактов, мяса или энергоядер требовали почти мгновенной обработки, где дорога была каждая секунда. Чем больше проходило времени, тем дешевле стоили такие ингредиенты.

Зазывалы носились среди спешащих людей, изо всех сил предлагая то или иное место для сбыта товара. Их отпихивали и били за то, что путаются под ногами, но пыл зазывал это ничуть не останавливало.

Окна магазинов распахнулись, и из них махали флагами и табличками, расхваливая свой товар.

Вся эта безумная кутерьма и гвалт медленно, но верно смещались в сторону основания скалы, откуда и доносился гул.

Глава 18

В семь часов раздался второй рев, заставивший и так мечущихся людей еще больше ускориться. Ведь всем было отлично известно, что после третьего «зова» Подземелье распахнет свои двери всем желающим.

Золотая жила — легендарное место с дорогими и редкими артефактами, лежащими буквально у поверхности. Даже полный новичок имел шанс до них добраться. Именно поэтому золотая жила, доступная лишь после открытия нового прохода в Подземелья, так всех интересовала.

Гонка, в которой почти на равных сильнейшие и слабейшие. Куш, ради которого готовы были умирать и убивать.

Макс вместе с их компанией недовольно одевался. Он не любил ранние побудки, хоть и был жаворонком, то есть рано ложившимся и рано встающим после сна.

Вокруг, ругаясь на чем свет стоит, торопились его новые товарищи. Гор с любовью точил один из двух топоров.

Обычно от топорников не требовалось остроты их оружия, ведь их цель — крушить и ломать твердую броню монстров. С рубкой живой плоти справятся и другие бойцы.

Однако внушительная мощь зеленокожего позволяла ему управляться сразу с двумя топорами, поэтому он мог иметь разную заточку.

Топор же Макса был заточен именно на пробитие. То есть порезаться им было хоть и можно, но сложно, то вот что костяную, что металлическую броню он ломал на раз. Довелось уже на тренировках испробовать.

Караз умудрился найти кусок панциря хищной черепахи, одного из простейших монстров, после чего они учились его пробивать.

— Не буду разводить долгих слов! — Крученый оглядел два десятка своих бойцов. Вокруг каждого из ветерана собрались его подопечные. В стороне столпились другие отряды компании. — Подземелье не любит, когда заранее обсуждают какую добычу вынесут, поэтому я скажу так! Будьте смелыми, не подведите своих братьев по оружию, иначе лучше бы вам так и остаться под землей! А теперь за мной!

Их отряд вышел из двора компании одним из первых. Некоторые из отмычек прикладывали ладони к открытым створкам ворот, после чего касались лбов. Никто и не думал улыбаться, все были максимально серьезными.

Макс же чувствовал себя очень странно. Его тело дрожало и буквально разрывалось от желания что-то сделать.

Нечто толкало его вперед, туда, где возвышалась гигантская скала. Ее очертания приближались и тут же отдалялись, закручиваясь в странной круговерти.

Каждый шаг отдавался странным гулом, шелест песка, ссыпающегося с сапог, слышался лучше, чем крики других людей. Он не видел ничего и одновременно чувствовал все.

Было настоящим чудом, что несмотря на все это, он продолжал ровно идти, послушно поворачивая вслед за своими товарищами в центре строя, сохраняя общий порядок.

Это был зов, неслышимый крик, пронзительный вопль, который он воспринимал всем своим телом.

Словно птенчик, который выпал из гнезда и теперь видел, как над ним пролетают его родственники.

Невыносимое чувство, что он наконец вернулся домой…

— Что приуныл, человек? — оглушительный хлопок Гора по плечу выбил Макса из этого странного транса, заставив немного прийти в себя.

— Как же долго я ждал этой минуты! — орк воодушевленно вскинул двуручные топоры над головой. Утреннее солнце отразилось от одного из лезвий прямо в глаз Зимину, заставив его поморщиться. — Вот и он! Бой! Сражение! Слава!

Ближайшие бойцы с руганью отошли от гиганта, чтобы случайно не попасть под раздачу.

— Согласен. Самому не терпится оказаться там, — медленно протянул Макс, неожиданно облизнувшись. Во рту стала собираться слюна и он понял, что голоден. Безумно голоден.

Как он раньше не чувствовал этого чувства, которое усиливалось, чем ближе они подходили к основанию скалы.

— Какой-то ты странный, человек, — протянул Гор, внимательно всматриваясь в лицо идущего рядом с ним мужчины.

— Я просто весь в предвкушении. — орк моргнул. Ему на секунду показалось, что глаза человека испускают самое настоящее золотое свечение.

— Это точно, — рыкнул орк, сбрасывая оцепенение. — Сегодня наши топоры напьются крови!

— А ну заткнулись там! — донеслась ругань Вернера из головы колонны. — Или ваши жопы напьются пинков от моих ботинок!

— Совсем охренели?! — сбоку выкатился гном, гневно раздувая ноздри. — Закрыли рты или я покажу вам, как меня подставлять!

Идти пришлось недолго. Их ручеек плавно влился в полноводную реку других авантюристов, которые выплеснулись в гигантскую пустую площадь напротив скалы.

Никто даже не пытался здесь строиться. В этом отлично помогал черный песок, которые служил отличной разделительной линией между верхним миром и нижним.

Макс усилием воли заставил отступить вал новых ощущений и огляделся. Сотни, нет, тысячи людей и нелюдей, затаив дыхание, смотрели на скалу.

Иногда над общей толпой возвышались всякие великаны, орки или даже особо здоровые дракониды.

Однако кое-кто выделялся даже на этом фоне.

— А это кто? — так удивился Макс, что ткнул Гора, указав на причину своего удивления.

Мрачные, худые фигуры, одетые в черные плащи и вооруженные острыми шипованными топорами. Их лица прикрывали платки, а головы шляпы. На руках были перчатки. Они были черным неприятным пятном, буквально царапающим взгляд. И, судя по разреженному пространству вокруг них, не просто так.

— Это? — Гор сплюнул. — Проклятые охотники. Они принадлежат к церкви крови. Безумцы, что пьют кровь монстров, чтобы стать сильнее.

— Как я понимаю, это им не идет на пользу? — оценил Макс то, что охотники совершенно не шевелились, словно какие-то зомби.

— Ну как сказать, — орк почесал щеку топором, сбрив волоски. — Эти сумасшедшие мутируют, сходят с ума и впадают в кровавое буйство. Но бойцы они отменные, — все же признал он. — Даже у нас в степях о них слышали.

«Интересно, если Подземелье не откроет свои недра еще пару часов, мы так и будем, как идиоты, стоять вокруг?» — задумался Макс. Однако его размышлениям не случилось пройти проверку реальностью.

Подземелье издало третий рев-сигнал.

Черный песок задрожал. Песчинки яростно подпрыгивали, иной раз достигая аж до щиколоток.

Авантюристы лишь крепче стискивали оружие.

Внезапно от черной скалы ударил порыв ветра, заставив трепетать одежду и плащи. Многие придерживали шляпы, хоть Макс решительно не понимал, зачем они нужны под землей.

Мгновение — и сотни темных отверстий возникли на песке и нижней части стены. Стоило им появиться, как они тут же начали расти, превращаясь в самые настоящие входы в Подземный мир. О чем говорить, если у некоторых были даже ступеньки!

Наконец, процесс формирования входов закончился. Теперь скала и ее основание напоминали огромный сыр.

Авантюристы стояли, будто ожидая какого-то сигнала.

Было трудно определить, кто первым шагнул вперед. Просто в одно мгновение тысячи разумных понеслись к проходам, толкаясь и ругаясь на ходу.

Кто-то выбирал первый попавшийся, лихорадочно прыгая по черным ступенькам вниз. Другие бежали вперед, огибая начальные входы.

Третьи, обычно самые сильные авантюристы, рывком взвивались в воздух, быстрее всего достигая самых последних входов, расположенных прямо в скале.

Вернер выбрал тот, который был посередине. Макс с трепетом отметил, что проходы были расположены столь близко, что они физически не могли не пересекаться. Тем не менее этого не происходило. Подземелье, как оказалось, могло отлично изгибать само пространство.

В один проход старался зайти лишь один отряд. Условия Подземного мира старались выполнять.

— Строимся! Или вы, сукины дети, забыли, чему вас учили?! — рев ветеранов заполнил туннель, раз за разом отражаясь от стен.

Вперед послушно выступили щитовики, следом встали алебардисты и рядом же хватило место и для владельцев топоров. Туннель очень быстро начал расширяться, а потолок уходить вверх.

В этом не было никакого смысла, ведь он бы уже вышел на поверхность или пересекся с другими туннелями.

Интересно, но ветераны, как и Крученый, шли впереди. И этому было даже логическое объяснение. В случае, если отряду встретится реально серьезная угроза, обычные люди ничего не смогут против нее сделать.

К тому же, опытным воинам требуется пространство для маневра, что в тесноте сделать трудновато.

Конечно, если им что-то покажется подозрительным, они незамедлительно отправят туда отмычек. Героев в этом деле было немного. Да и против слабых монстров дралась массовка, а не элита.

Макс же старался ничем себя не выдавать. Он сомневался, что все остальные чувствуют то же самое, что и он.

Зимин буквально чувствовал, как энергия, текущая здесь, омывает его тело, наполняя силой и энергией.

Болевшая от вчерашней тренировки нога медленно переставала это делать, а руки становились лишь крепче.

Подземелье искренне радовалось, что одно из его потерянных «чад» наконец вернулось, ведь теперь его можно было, как и остальных, бросить в кровавую бойню.

Вообще же вокруг было довольно красиво. Туннель уже достаточно расширился, чтобы появилось чувство, будто они идут, скорее, по залу.

То тут, то там стали встречаться огромные камни, сероватые грибы и кусты-колючки высотой с человеческий рост. Можно было почувствовать себя лилипутом в мире огромных растений. В паре мест дорогу перегородили длинные толстые корни.

Над головой же и по стенам змеились достаточно яркие, чтобы все освещать, энергические линии Подземелья. Они выглядели как светящееся золотым светом стекло или хрусталь, впаянный в каменную породу. По ним то и дело проходили волны мерцания, будто некий сердечный ритм.

Иногда в стенах имелись боковые ответвления, но Вернер четко вел их вперед, по самому большому, расширяющемуся пути.

— Гноллы! — воздух сотряс предупреждающий крик Шасса. Этот ящер скользил сильно впереди, выполняя роль разведки. Именно поэтому он первым заметил передовой разъезд этих паскудных обитателей глубин.

Секунда — и ящер возвращается назад. Еле видимое движение сабель — и преследующий его монстр лишается руки с мечом и головы.

Макс покрепче стиснул топор, очень уж его впечатлил вид погибшего гнолла.

Эти монстры попадали под определение «гуманоидные». То есть похожие на людей, если не считать шерсти по всему телу, острых когтей на лапах, развернутых назад коленях и огромной уродливой волчьей башки на плечах, полной огромных желтых клыков.

Вслед за Шассом из-за зарослей огромных грибов высыпалась целая толпа гноллов. Вооружены они были копьями, костяными топорами и даже была парочка грубо сделанных мечей из костей монстров.

Доспехов почти не было, а если и были, то, в основном, костяные.

Всего людей было чуть больше двух десятков, а вот гноллы все прибывали и прибывали, уже, как минимум, сравнявшись по численности с людьми. И это был явно не предел.

Строй отмычек заволновался, подавшись назад.

— Стоять! — одному из бойцов прилетело тяжелой рукой Высокой, да и остальные ветераны не стеснялись применять силу. — Тот, кто побежит — не жилец в любом случае! Компания потратила на вас деньги! Вы подписали договор! Гильдия назначит за ваши жопы такую цену, что вам не спрятаться в самом пекле! Стоять!

Стена щитов вновь выровнялась, а отмычки лишь крепче сжали мечи, испуганно переглядываясь. Они пытались понять, не бежит ли кто из их товарищей и не стать ли им первыми.

Строй гноллов заволновался, и вперед вышел огромный огненно-рыжий вожак. Его шерсть торчала клочками, обнажая черное звериное тело.

Его налитые кровью глаза сконцентрировались на людях, после чего он поднял пасть вверх и громко завыл.

Гноллы немедленно бросились вперед.

Испытание боем началось.

Глава 19

Макс никогда в жизни не чувствовал в крови такого огромного количества адреналина. Он чувствовал себя хомячком, который умудрился выпить несколько капель никотина, и его вот-вот разорвет от этого.

Мир замедлился. Все казалось таким ненастоящим, что было аж страшно от того, что он все еще здесь.

Ветераны взмахнули своим оружием почти одновременно, посылая разрушающие волны внутренней энергии по направлению к бегущим монстрам.

Раньше Зимин видел, как эта сила всего лишь крушит деревянные мишени. Теперь он мог гордиться тем, что видел, как она влияет на живую плоть.

Если цель была в рассечении, то плоть легко поддавалась, оставляя ровные разрезы, которые плавно расходились. А вот тяжелые удары сминали врагов в кашу, вызывая целые взрывы внутри гноллов.

В воздух взвились куски тел, подброшенных ударной энергией. Руки, головы и даже половинки тел весело крутились в воздухе, орошая все вокруг кровью. Там, где они взрывались, разлетались ошметки внутренностей.

А затем мир вернулся к своей прежней скорости, когда гноллы, перепрыгнув через своих мертвых собратьев, добрались до стены щитов. Попутно вернулся и звук с запахами.

Как оказалось, они чертовски много весили, а также очень плохо пахли. А может, дело было в ошметках их товарищей на их же плечах?

В лицо Макса с такой силой вонзился затылок впереди стоящего бойца, что у него аж брызнули искры из глаз. Тем не менее это не помешало землянину заорать что-то матерное, навалившись всеми силами на спину впереди стоящего, помогая тому устоять на месте.

Гноллы давили, щелкая челюстями напротив лиц бойцов, и лишь щиты с мечами не давали им откусить тем лица.

Однако силы были равны. Своеобразное перетягивание каната замерло в неустойчивом равновесии.

Впереди слышался свист воздуха, хруст разрубаемой плоти и взвизги умирающих тварей. Ветераны и не думали прекращать мясорубку, неся смерть всем, кто имел глупость к ним приблизиться.

Люди и монстры сцепились в смертельном клинче, но гноллы были куда хуже организованы. В этой безумной толкотне они, скорее, мешали друг другу, норовя первыми вырваться вперед, чтобы вцепиться в теплое человеческое мясо.

Люди же соблюдали какую-никакую, но тактику. Они держали линию щитов, а позади стоящие помогали им ее удержать. Промелькнула одна из алебард, вонзившись в голову волкоголовому. Удар вышел смазанным, однако его силы вполне хватило, чтобы разворотить ухо и часть черепа, впрочем, не убив. Верещавшая от чудовищной боли тварь волчком закрутилась на месте, после чего была затоптана своими же товарками.

Плюс у людей были те, кто не теряли головы во всем этом безумии и знали, что делать.

— Толкай! — стоявшие внутри строя ветераны-щитовики резко ударили щитами вперед. С их плоскостей сорвался дрожащий воздух, несущий ударную волну. Он не убивал, а лишь оглушал гноллов, но зато делал это сразу со многими. Некоторые из монстров мотыляли головами и хватались за уши, из которых текла черная кровь.

Или Макс просто разучился различать цвета во всем этом мраке?

Вопя что-то воинственное, отмычки резко поднажали, буквально опрокидывая первые ряды тварей и смешивая их порядки.

— Бей! — новая команда и мечи с силой опускаются на павших и стоящих впереди. Но строй не стоит на месте. Щитовики даже не смотрят, убили ли они или нет, а уже делают следующий шаг прямо по корчащимся телам.

Некоторые так не могут, но их подгоняют крики ветеранов.

Убийство подранков и сбитых с ног — задача второй линии.

Макс этого не видит, но их строй не такой уж и большой. Гноллы могли бы попытаться их обойти, однако стоящие на флангах ветераны буквально загоняют монстров на строй отмычек.

Их задача — создать и натренировать средневековую машину смерти, хватающую и пожирающую любые угрозы, которые кинут в ее голодную утробу.

— Гра-а-а! — рев орка вновь проясняет разум землянина. Он слышит жуткий хруст и предсмертный визг. Топоры гиганта нашли свою цель.

Чуть дальше орудует алебардой полуэльф. Надо было видеть лицо Марты, когда она поняла, что упрямый длинноухий специально пришел именно к ней. С другой стороны, надо отдать ей должное, она учила его на совесть, попутно почти не притесняя.

Однако сейчас пришло время поработать и Максу. Привычное усилие — и двуручный топор поднимается наверх, чтобы с сиплым выдохом опуститься вниз. В свое время он вдоволь намахался обычным топориком, рубя дрова у бабушки в деревне. Кто же знал, что этот навык найдет столь интересное продолжение?

«Забавно, это как раз тот гнолл, которому отрубили половину лица алебардой», — эта случайная мысль не мешает движению топора, который врубается в истекающую кровью полуослепшую морду.

Та, хлюпнув, послушно разваливается, обнажая кости и что-то бело-серое и дрожащее. Вот только Максу плевать на этот тошнотворный вид.

Нога механически упирается в костистую грудь твари, утопая в ее шерсти, а руки с хрустом дергают топор назад. Тот выходит с некоторым усилием, словно не хочет покидать этот уютный череп.

Но мысли Макса далеко. Его тело делает свою работу, разум же мечется, омываемый потоками нового, неизвестного чувства.

Стоило монстру выдать свой последний вздох, как землянин осознал, что в его тело скользнула кроха энергии погибшего гнолла.

Можно было больше не сомневаться в его связи с Подземным миром. Хоть Зимин и выглядел, как человек, и не испытывал жажды Подземелья, тем не менее он был одним из множества монстров. Ну или, как минимум, полумонстром.

Один из гноллов, навалившись на щит, отбросил щитовика на землю, после чего, распахнув слюнявую пасть, вцепился тому в плечо. Боец, на свою беду, не купил нагрудник, поэтому теперь вопил, отчаянно колотя мечом по голове чудовища, толком даже не попадая острой кромкой.

Гнолл обливался кровью из разрезов, но челюсти упрямо не разжимал.

С поражающей его самого спокойствием Макс обошел эту парочку сбоку. Замах — и сверкающая сталью полоса врубается в шею гнолла, заставив глаза собакоголового закатиться, показав белые белки.

Со второго удара позвоночник поддался, позволив отрубить голову напрочь.

Боец, пошатываясь, встал, царапая пальцами по все так и висящему дополнению к его шее и плечу.

— Да ты счастливчик, — воскликнул Макс, ухмыляясь. — Одна голова хорошо, а две еще лучше! Сегодня ты стал в два раза умнее! — Он ухватился за нижнюю челюсть, рывком дергая ее в сторону. В руках бойца все еще были меч и щит, и он скорее мог пораниться, чем помочь себе. Голова, хоть и со второго раза, но поддалась, отлетая в сторону.

Макс с удивлением понял, что это был Хирд. Тот мужик разбойного вида, с двумя подпевалами.

Сейчас этот уверенный в себе человек хватал ртом воздух и пытался рукой с мечом остановить кровь, а ладонью с висящим на ремне щитом что-то отцепить с пояса. Непослушные пальцы соскальзывали, а щит лишь усугублял дело, отскакивая от бедра. Из-за шока главарь не мог этого даже понять.

— Помогхи-и-и. — прохрипел он, уже покачиваясь от потери крови.

— Вот на что ты потратил деньги, не купив себе нагрудник! — понимающе кивнул Зимин, помогая отцепить лечебный эликсир и щедро полив им на развороченную шею.

Зашипело, и от раны пошел слабо мерцающий красноватый дымок, но кровь остановилась почти мгновенно. Оставшуюся треть он силой влил в рот Хирда, чуть не выбив тому зубы. От адреналина руки Зимина немного вело.

— Спасибо! — уже куда увереннее поблагодарил Хирд, ошалело оглядываясь вокруг.

— Да не за что. — улыбнулся Макс, поворачиваясь в сторону боя. Пока они тут стояли, строй уже ушел на пару шагов вперед, оставив их позади.

Возможно, между ними раньше были разногласия, но Макс предпочитал их решать в честном споре или драке. Поэтому, даже зная, что Хирд теоретически может доставить проблем, он бы все равно ему помог.

Макс любил решать проблемы по мере их поступления, хоть и не отказывался от некоторого планирования.

— Наговорились, голубки?! — Вернер появился, словно карающий ангел, весь перемазанный черной кровью. — А теперь марш в строй, пока я не счел вас погаными дезертирами!

— Так мы же не в армии, Крученый! — весело уточнил Макс, тем не менее спеша вперед и таща за собой еще не пришедшего в себя Хирда.

— Армии-то, может, и нет, зато пиздюли есть! — внес ясность Вернер, направляясь прочь.

— Так и живем, друг мой Хирд, — поделился с ним Макс, — Весело, но грустно. — отчего последний с опаской поглядел на Зимина и что-то одобрительно прохрипел.

Вообще же Макс чувствовал себя просто великолепно. Два убитых гнолла наполнили его силой, напрочь отбросив всякий страх и неуверенность.

Тело буквально кипело от энергии и, словно этого было мало, внутри себя он чувствовал, будто что-то пробуждается, расправляя и поводя сотнями «конечностей» после долгого сна.

Это «нечто» было еще сонным, но уже смотрело на мир жадным взглядом. Оно было голодно, даже, скорее, они были голодны. И Макс был рад наполнить эту бездонную утробу.

Гноллы, которых просто убивали, не выдержали давления и дрогнули, распадаясь. Некоторые начали убегать, пытаясь спасти свои жизни. Глупая надежда, учитывая недремлющих ветеранов. К тому же, этим они лишь подставляли остальных.

Хотя у них в любом случае не было шансов. Улепетывающие остатки вел знатно побитый рыжий вожак.

Строй отмычек распался, чтобы ринуться за убегающими. Теперь каждый был сам за себя.

Макс выскакивает на очередного врага. Тот вооружен копьем и сразу же пытается наколоть землянина, как бабочку. На его несчастье, нагрудник с честью выдерживает удар, заставив наконечник соскользнуть в сторону.

Пробежав мимо гнолла, Макс отработанным жестом использовал «зацеп» лезвия за голову и резкий рывок. Почти обезглавленное тело сделало вихляющий шаг и рухнуло на каменный пол, заливая все вокруг кровью. Лапы еще пару секунд дергались, хоть сам гнолл был беспросветно мертв.

Почти отрубленная голова осталась висеть на ошметках шеи.

«Больше!»

Рывок вперед. Рукоять топора с хрустом вбивается в пасть одного из монстров, заставляя того перекувыркнуться на спину. Опустившийся топор поставил точку в его попытках выхаркать зубы, забившие глотку.

Новый прилив сил, и человек, превратившийся в зверя, обводит местность в поисках новых жертв.

«Еще больше!»

Глава 20

Мимо проносится Гор. Первым же ударом топора он расколол дубинку пытающегося защититься гнолла, которого уже присмотрел Макс, вторым же вмял грудину вовнутрь. Удар был выполнен тупо заточенным топором, что лишь прибавило твари мучений.

Собакоголового аж приподняло, после чего бросило на несколько метров прочь. С земли он уже не поднялся.

— Хватит красть моих гноллов! — раздраженно воскликнул Макс, стряхивая с топора кровь, которая текла на топорище и пропитывала перчатки.

— Они общие! — скалясь ответил Гор. — Кто успел, тот и съел!

Человек и орк, переглянувшись, дружно расхохотались.

На них с опаской смотрели другие отмычки. Хоть люди и побеждали, но большинство новичков были просто в ужасе. Творившийся вокруг ад никак не хотел устраиваться в их головах. Вероятно, будни авантюристов они представляли как-то иначе. Не столь… Зловеще.

Зимин же и Гор буквально наслаждались окружающей их бойней. Хруст разрубаемой плоти, хрипы умирающих и боевые кличи наполняли их души тем редким чувством, которое невозможно получить, сидя в безопасности.

Очень немногие люди могут так жить, ведь инстинкт самосохранения обычно куда сильнее. И если орк не видел в этом ничего странного из-за воспитания, то Макс — в связи с внутренними изменениями, которые лишь нарастали.

Вот только все хорошее имеет свойство заканчиваться. Остатки гноллов убегали слишком быстро, чтобы люди успевали их настигнуть. Лучников же среди них не было. Полосы внутренней энергии ветеранов настигали некоторых из них, но это были мелочи.

— Стройтесь, сукины дети! Вообразили себя воинами?! — вопль Крученого привлек всеобщее внимание. — Так еще ничего не закончено, ведь время самого вкусного!

Ветераны тычками оружия сгоняли разошедшихся отмычек в дружную кучу, после чего начали проводить профилактические зуботычины, приводя их в чувства.

К Максу и Гору не лезли, так как эта парочка сразу же выполнила команду.

Бойцы, пошатываясь, вновь собирались в единое целое.

Макс внимательно пересчитал людей и не досчитался двоих. Все же гноллы являлись достаточно опасными противниками, чтобы не обошлось без погибших.

Округа была завалена телами, чья кровь медленно заполняла черный пол, сливаясь в одно большое озеро.

Макс с удивлением заметил, как от одного из грибов вытянулись тоненькие корешки, которые украдкой скользнули в красную влагу, начиная там радостно плескаться. А чуть в стороне стайка каких-то жучков дружно присосалась к этому «водоему».

Этот мир мог быть разным, но милосердным его было назвать трудно.

Пара отмычек, получив команду, двинулась снимать снаряжение убитых товарищей. По правилам авантюристов никто не собирался нести их трупы.

Нечто внутри его тела, что столь яростно радовалось смертям монстров, приуныло. Макс отлично чувствовал, как «оно» огорчилось, что больше некого убивать.

«Ничего, уверен, прямо сейчас мы пойдем в их лагерь, а там нам вдоволь хватит убийств». — сам не зная зачем мысленно утешил он «это».

Каково же было его удивление, когда в ответ пришло чувство кровожадной радости и желание продолжать смертоносное веселье.

«Как говорила одна девочка, всё страньше и страньше. Всё чудесатее и чудесатее!» — хмыкнул Макс.

Был ли он недоволен новым соседом внутри? Скорее, Макс находил это в высшей степени интересным.

В кои-то веки он был по-настоящему живым.

Их немного поредевший отряд, наконец, достаточно придя в себя, споро двинулся дальше.

Цель была очевидна. Гноллы являлись достаточно слабыми монстрами, поэтому Подземелье переносило или копировало их целыми племенами.

По правилам же этого места любые сражения должны нести награду. И так как люди получали довольно слабую прибавку к силам, то Подземелье подбрасывало различные артефакты, оружие или ценные ресурсы.

Обычно их можно было найти в логове погибших монстров. Иногда сокровище возникало сразу после смерти тварей. А иногда не возникало, если глубины считали, что пока рано.

Это давало отличный пример того, что Подземный мир видит все.

*****

— А-а-а-а-а! — безумный крик метался под сводами пещеры. Ансгар Эбер угрюмо смотрел на корчащегося у его ног мужчину, который уже давно сошел с ума от боли, но смерть все отказывалась к нему приходить.

Сорвавшаяся с руки архимага черная молния разом превратила того в кучку праха, оборвав очередной истошный вопль.

— Проклятье! — Сварливый бешено огляделся. Стоявшие рядом маги испуганно отошли на несколько шагов. — Этот ублюдок опять провел меня!

Они шли по следам Гидры, словно учуявшие кровь тридцатиметровые акулы Великого океана. Казалось, возмездие неминуемо, и чудовищу в облике человека несдобровать.

Так думал Ансгар, когда первым же ударом накрыл идущую колонну обычных с виду авантюристов, среди которых должен был скрываться Гидра. Вот только огромное серое покрывало без всяких проблем выпило всю жизнь из несчастных, оставив лишь мумифицировавшиеся трупы.

Погиб и один из агентов Безликого, играющий роль своего повелителя. Конечно, Эбер, будучи некромантом, попытался задать духу погибшего парочку вопросов, но ничего не добился, как и во всех последующих случаях.

Через еще две попытки стало очевидно, что маг плоти позаботился об этом. Та дрянь, которую он засовывал внутрь своих людей, гарантированно сводила их с ума в случае поимки или смерти, разрывая и корежа энергетические тела. По итогу призванные тени могли лишь не менее истошно орать, как и при жизни.

Зрелище, неприятное даже для многое повидавшего архимага смерти. Еще одна причина поймать этого преступника.

Но Эбер не сдавался. И на данный момент на его счету было уже целых три отряда авантюристов, в которых работали агенты Гидры. Конечно же, без всякого присутствия последнего.

Учитывая, что таких отрядов были сотни, они могли уничтожать их вплоть до исхода апокалиптических монстров на поверхность.

Беспокоило ли Ансгара Сварливого, что охотясь за одним, он уже уничтожил больше полусотни невиновных? Ведь агентов Гидры было в лучшем случае по одному-двое в каждом отряде. Другие же авантюристы ничем перед ним не провинились.

Не особо. Маги смерти вообще не особо зацикливаются на том, что они кого-то убили. Специфика магии накладывает свои особенности.

— Значит, ты решил играть так? — опасно протянул Эбер, скривив губы в жуткой усмешке. — Думаешь, самый умный? Веселишься там, глядя, как я ношусь, как дурак за твоими тенями, пока ты спокойно обстряпываешь делишки?

Взгляд архимага привлекла парочка гигантских бирюзовых сколопендр. Десятки острых лапок, твердая природная броня, острые жвала и смертельный кислотный яд, который испарился, натолкнувшись на щиты могущественного мага.

— Ну тогда давай сыграем по моим правилам! — удар энергией смерти мало того, что убил тварей, так одновременно притянул их тела вместе. Пустые оболочки захрустели, сливаясь в единое целое, породив сильную нежить о двух головах.

— Господин архимаг! — воскликнул один из магов. — Пожалуйста, не делайте этого! Подземелье может обидеться!

— В этом и цель, мой юный друг. В этом и цель. — ответ заставил «юного» мага, которому было уже под пятьдесят, осечься, испуганно замолчав.

Новая волна магии смерти, и очередные монстры, на этот раз огромные крысы, с писком лишаются внутренностей и кожи, а в пустых глазницах зажигаются мерзкие зеленые огоньки.

Одно из основных правил Подземного мира — авантюристы не должны убивать монстров армиями. Сделано это с той целью, чтобы убивать монстров было непросто. Уравнять силы.

Однако из этого правила закономерно выходит второе. Учитывая, что сильные авантюристы и маги равны по силам десяткам, сотням и даже тысячам своих более слабых собратьев, то даже один авантюрист того же платинового ранга может убивать монстров верхних уровней в неограниченном количестве.

Вследствие этого сильные воины спокойно проходят первые уровни, убивая лишь в случае необходимости, пока не достигнут тех уровней, где монстры начинают представлять для них опасность.

Именно поэтому до этого момента всех встреченных тварей убивали обычные маги, которые, по большому счету, Эберу не особо были нужны.

Теперь же архимаг убивал сам и делал это с настоящим размахом. Десятки зеленых щупалец впивались в монстров, выпивая их жизнь и тут же возрождая в виде нежити.

За Ансгаром начала формироваться целая армия нежити, марширующая по только им слышимому сигналу.

По Подземному миру прошелся гул, заставивший тысячи людей и чудовищ поднимать исказившиеся в ужасе лица наверх. Слишком многие знали, чему этот недовольный гул предшествует.

Если нарушается главное правило Подземелья, то оно выводит на поверхность сильных монстров. Что происходит, если об это правило самым беспардонным образом вытирают ноги?

Происходит так называемое «бешенство Подземного мира», когда все монстры глубин начинают рваться наверх, убивая друг друга и всех, кого встретят. И словно этого мало, начинается внеплановая волна, которая, кроме того, что позволяет сильным монстрам находиться наверху, так еще и призывает тварей.

Маги в страхе переглядывались, но никто не решился возразить Ансгару Эберу. Ведь имелся шанс остаться здесь уже навсегда или присоединиться к его немертвой же армии.

Однако их не покидала мысль, сколько же людей погибнет, не успев сбежать, из-за амбиций одного мстительного старика.

— Ну как, Гидра? — шептали тонкие губы некроманта. — Сколько еще ты сможешь скрываться от меня, когда на тебя нападут реально сильные твари, а все твои люди будут сожраны, а?!

*****

Поселение гноллов выглядело убого, хотя чего ожидать от тех, кто явно не был сильнейшими представителями этого подземного уровня.

Множество покосившихся грубых строений, иногда похожих на кучи мусора. Кривой забор из костей и кусков местных грибов или растений — вот и вся оборона.

Макс подспудно боялся увидеть в лагере детей, ну или щенят. Убивать взрослых особей это одно, а вот детей, пусть даже и монстров, это несколько иное. К такому он пока что еще не был готов.

Но его опасения, к счастью, не оправдались. Видимо, Подземелье перенесло их не так давно, поэтому они еще не успели обзавестись потомством. Сами же глубины переносили лишь взрослых особей, без детей.

Самок же от самцов из-за густой шерсти отличить на первый взгляд было почти невозможно. Да и бросались они с оружием с той же неукротимой злобой и ненавистью.

Поэтому Макс не испытывал мук совести, когда его топор пел смертоносную песнь войны, раскраивая черепа, круша кости и сминая конечности.

Двуручный топор оказался страшным оружием, тем более учитывая рост и силу владельца.

Глава 21

Рядом дрались его же товарищи, изничтожая гноллов. Однако мало кому это доставляло такую радость, как ему.

Многие отмычки уже выгорели. Первое столкновение выжрало все их эмоции, ко второму же бою они еще не восстановились. Они защищались и били в ответ, но их лица выражали тоску тех бычков, которые покорно идут на скотобойню, понуро качая головами.

Однако исключения все же были. Гор крушил все вокруг, явно получая от этого удовольствие, и, что примечательно, полуэльф от него не отставал.

Основное лезвие алебарды остроухого, совершающее гудящие взмахи, оказалось страшным оружием. Крюк же на заднем конце отлично опрокидывал или обезоруживал слишком стойких.

Единственным, кто что-то еще мог попытаться здесь изменить, был огненно-рыжий огромный гнолл. Вот только Крученый был на этот раз смертельно серьезен, не собираясь позволять тому убежать вновь.

Сам предводитель был вооружен коротким копьем с широким листовидным наконечником.

Он метнулся к гноллу с безумной скоростью, легко отведя первый удар костяного топора в сторону. Очевидно, уровень их сил был слишком разным. Сделать второй вожак уже не успел, когда наконечник копья, пробив глотку, вышел у него из затылка.

Вывалив язык, вожак рухнул сначала на колени, а затем завалился навзничь.

Гор с Максом так увлеклись личным состязанием по убийствам, что даже не заметили, как гноллы просто кончились. Последних прикончили ветераны, которые сочли «тренировку» новичков достаточной. Ну или им просто надоело стоять в сторонке.

— Человек, нет, Макс, я рад, что духи познакомили меня с тобой! — зеленокожий глубоко дышал, отчего нагрудник ходил ходуном, того и гляди, грозя треснуть. — Если бы не хилый рост и отвратительная белая кожа, я бы назвал тебя орком! Видят духи, ты дрался хорошо!

— Ха! — развеселился Макс. Тело было полно сил и требовало продолжения, но врагов больше не было. Он опустил топор на землю, опершись о топорище. — Скорее, это ты дрался, как человек, ведь всем известно, что наш вид самый злобный и опасный!

— Это потому что люди трахают все, что движется, — раздался со стороны голос подошедшего полуэльфа. Орк и человек настороженно посмотрели на это чудо. На их памяти это был первый раз, когда остроухий заговорил первым. — А если не шевелится, люди это пнут, чтобы зашевелилось и опять же оприходуют. Поэтому вас и считают самыми злобными.

— Ты тоже был неплох, — доброжелательно улыбнулся Макс, поддерживая беседу. — Не думал, что алебарда так тебе подойдет. Все же, как я слышал, эльфы больше любят легкое и быстрое оружие. — прощупал Зимин почву.

— Ну так я еще и получеловек, — губы остроухого растянулись в неживой улыбке.

— Бесполезные твари, — рядом остановилась Марта, счищая какой-то тряпкой кровь с лезвия алебарды. — Никакой от них пользы. От тех же гоблинов можно использовать уши, говорят, помогает в потенции вам, мужикам. А гноллы состоят из полного дерьма, даже шкуры и те порченные.

— Вы, люди, слабый вид. — заржал Гор. — нам оркам такая дрянь никогда не требовалась. Даже у самых старых орков стоит, как каменный, до самой смерти! Если хочешь, Высокая, можешь проверить. — похабно оскалился он, показав частокол огромных желтоватых клыков.

— Уши гоблинов подходят, да. — задумчиво протянула она. — Но уши орков, хоть и действуют похуже, но тоже обладают этим свойством. А этот ваш «каменный» у некоторых аристократов считается за ценный талисман. Главное, отсечь его и перевязать, чтобы кровь осталась внутри. А чтобы не испортился, сразу отдать некромантам. Смекаешь?

Гор смекал, поэтому счел за лучшее угрюмо заткнуться и не продолжать тему.

— Ну ты и безбашенный, — краем губ усмехнулся полуэльф. — Чтобы сказать такое Высокой, надо иметь дерьмо вместо мозгов.

— Не все же такие хлюпики без яиц, как вы, эльфы! — огрызнулся Гор.

— Кстати, как тебя зовут? — уточнил Макс, перебив желающего что-то ответить полуэльфа. Макс потратил столько сил не для того, чтобы все скатилось в безобразную потасовку. — Или у тебя, как и у этого большого парня, предубеждения называть другим свое настоящее имя?

— Амалрик, — пожал плечами полуэльф.

— Макс, — коснулся своей груди Зимин. — А эта угрюмая зеленая гора откликается на «Гор».

— Я не давал разрешения знакомить меня с этим остроухим, — начал было орк, но как-то без огонька. Зимин-то уже видел, что упрямый зеленокожий, если не принял Амалрика в свой круг, то смирился с его существованием. Главное было драться с ним в одном строю.

— Эй, отмычки! Валите сюда, наступает время поработать! — крик Крученого разрушил импровизированный отдых.

Как оказалось, наступило время немного потаскать тяжести. В хижине вождя, возле которой и зарубили того огненного гнолла, лежали свертки с разноцветными шкурами и кожей. Видимо, собакоголовые немало охотились.

Кроме шкур, также имелись какие-то странные светящиеся камни, видимо, ядра монстров, и куски дерева.

Макс чуть подпрыгнул, чтобы поудобнее уместить довольно объемный сверток на спине. Одна из неприятных сторон бытия отмычкой — попутно по договору ты обязан исполнять еще и роль грузчика.

Ветераны же шли налегке. С другой стороны, если добычи будет слишком много, они тоже впрягутся в это дело как миленькие.

Все пребывали в радостном предвкушении. В последнем сражении потеряли лишь еще одну отмычку. Примечательно, что это был крестьянский парень, который учился вместе с Максом драться топором.

Ему не повезло наткнуться сразу на трех гноллов. Пока двое отвлекали, третий расколотил затылок средневековой версией биты.

Макс его плохо знал, ведь они почти не общались. Крестьянин слишком тушевался и не знал, как себя вести, но Зимину было все равно грустно.

Воздух сотряс протяжный гул, от которого все напряженно застыли.

Где-то вдалеке раздался громкий вой, сменившийся злобным рычанием. Секунда и со всех сторон начали раздаваться самые разнообразные звериные вопли. Энергетические дорожки на стенах засветились куда ярче обычного, разгоняя тьму даже у самых вершин потолка.

— Проклятье, — напряженно ругнулся Вернер. — Только не снова! Какой сильный идиот решил поссать на законы Подземелья?!

— Крученый, надо уходить! — Марта и остальные ветераны бросились к командиру.

— Проклятье, — повторил он. — А я так рассчитывал все же ухватить золотую жилу!

— Только не начинай снова, — голос Высокой стал строже. — Помнишь, чем для нас это закончилось в прошлый раз? Я тебя второй раз переть на себе не буду! К тому же, всем отмычкам вместе с уже добытым настанет трындец! — все услышавшие столь личные подробности дружно сделали вид, что ничего не слышали.

— Да не кричи ты, — поморщился Вернер. — Все я помню. Шасс, на тебе вывод нас отсюда!

— Слушаюсь, Крученый! — прошипел драконид.

— Теперь вы! — Вернер повернулся к смотрящим на него, словно кролики на удава, отмычкам. — Ситуация — говно. Какие-то уроды разозлили глубины, и скоро тут станет атас, как жарко. Сами демоны так не жарятся, как будут жарить нас. Поэтому бежим вместе, но если кто-то не сможет бежать, то он остается! Тянуть его никто не будет.

— А можно груз тогда оставить. — робко спросил кто-то. — Он ведь будет мешать.

— Нет, нельзя! — оскалился Крученый. — Вы, сука, подписали контракт. Поэтому сдохните, но товар доставьте. Тот, кто выживет и будет без товара, хрен, когда вообще расплатится! А теперь хватит молоть языком почем зря. Вперед, и да помогут нам боги!

Ветераны взяли резкий старт, почти сразу оставив отмычек позади. Последним приходилось напрягать все силы, чтобы не отстать.

В отличие от остальных, Макс бежал достаточно свободно. Тюк за спиной хоть и оттягивал плечи, но не был чем-то невозможным. А вот его товарищам, судя по хрипам, приходилось совсем нелегко. Гор тяжело дышал. Бег не был его любимым делом.

Бежали они в полной тишине, напряженно прислушиваясь к нарастающим крикам. И было бы слишком оптимистично считать, что все пройдет без проблем.

Возникший на пути огромный динозавр, чем-то похожий на крокодила-переростка, стал неприятной неожиданностью. Одного взгляда на это чудо, достигающее трех метров в костяной холке, хватало понять, что они не в его лиге.

Их спасло то, что тварь не сразу сориентировалась в том, куда она вообще попала и что вокруг происходит.

Взметнувшись в нечеловечески высоком прыжке, Крученый взлетел прямо на вытянутую голову твари.

Недоуменные глаза крокодила сошлись на своем носу, на который немедленно пришелся сокрушительный удар светящимся мечом.

В этот раз целью Вернера был не режущий, а сокрушающий урон, так как голова твари мотнулась вниз, словно от хорошего такого удара. Монстр зашатался, оглушенный.

Это дало время остальным атаковать, не боясь быть расплющенными длинным хвостом или съеденными целиком. Размер челюстей как раз позволял человеку лечь в них в полный рост, как в гроб.

Полосы и удары внутренней энергии обрушились на крокодила со всех сторон.

С оглушительным ревом Караз, не останавливаясь, вбил топор в одну из ног самого настоящего динозавра. Хотя Макс сомневался, что на земле были динозавры с шестью лапами.

Макс с Гором, последовав его примеру, бросились ко второй лапе. Взмах топором — и Макс с силой делает заруб, опуская лезвие по горизонтали на внушительную, покрытую толстой чешуей лапу. С другой стороны вонзается топор орка.

Руки пронзила сильная боль, ему показалось, что он попытался расколоть самый настоящий камень. Лезвие вошло внутрь всего лишь на сантиметр, однако все же прорубило чешую. Гор тоже поморщился, правда, его удар был удачнее, топор вошел аж сантиметра на два.

Макс с холодком понял, что тварь в разы крепче дерева.

Повесив на пояс один из топоров, орк взялся за второй обеими руками. Макс тоже принялся рубить, что было мочи. После пробитой чешуи дело пошло чуть легче, но недолго, так как динозавр, наконец, пришел в себя и начал отбиваться.

Чешуйки на спине задрожали, и между ними начали мелькать голубые искры, вследствие чего воздух задрожал от множества резких щелчков.

Крученому пришлось спешно соскочить вниз, чтобы не остаться в энергетическом коконе, окружившем динозаврика. Выглядело это до боли похоже на те шарики на Земле, в которых гуляют электрические разряды, когда прикасаешься к шару пальцами.

Отбежали и Макс с Гором. Воздух был столь наэлектризован, что Зимин чувствовал, как волоски на руках встают дыбом.

Отбросив нападающих, крокодил слишком быстро для такой огромной туши повернул пасть в сторону женщины. Та же уже не успевала уйти от неминуемого удара.

Глава 22

Вырвавшийся из глотки электрический поток откинул Высокую в сторону. Лишь возникший вокруг нее энергетический доспех не дал ей запечься заживо. Подкопчённая женщина зло поднялась с земли, вытряхивая пыль из шевелюры.

Камень с треском лопался там, где его касались электрические разряды.

Энергия сожгла ремешок, удерживающий ее волосы, поэтому теперь они стояли огромным белым шариком, знатно наэлектризовавшись.

Судя по каменному лицу женщины, она была не особо довольна изменившимся стилем.

— А тебе такая прическа идет больше! — весело прошипел Шасс, разрубая следующий электрический шар на две части. Куски энергии словно бы образовали два крыла, после чего лопнули, обрушивая гром и молнии вокруг. Вероятно, ученые на Земле вырвали бы у себя последние волосы, если бы увидели такое издевательство над законами физики.

Крокодил открыл пасть и угрожающе заревел. Удар хвостом буквально размазал двух отмычек по каменному полу. Результат выглядел как красный паштет с вкраплениями одежды и доспехов.

Один из бойцов лишь чудом успел пригнуться и теперь, поскуливая, полз на карачках из зоны поражения этого страшного природного оружия. Остальные отмычки в ужасе бросились в стороны, нервно прислушиваясь к все усиливающемуся вою вокруг.

— Напомни мне тебя прикончить, ящерица! — рявкнула Высокая, у которой между волос пробежала очередная синяя искра. — Долбанное электричество!

Алебарда в руках женщины закрутилась, смазавшись в стальную полосу, после чего на последнем сокрушительном обороте с нее сорвалась вертящаяся юла, опрокинувшая монстра на землю и разворотившая его бок. Чешуйки, словно поражающие элементы осколочной гранаты, забарабанили вокруг.

Динозавр пытался сопротивляться, но благодаря усилиям Макса, Гора и Караза, который занимался уже второй ногой, это не получилось.

Остальные отмычки были, по большому счету, бесполезны. Мечи без подпитки внутренней энергии не могли пробить шкуру монстра. Алебарды же хоть и пробивали, но наносили слишком мало урона. Людей спасало лишь то, что ветераны полностью завладели вниманием монстра, и тому некогда было отвлекаться на всякую мелюзгу.

Чудовище издало протяжный стон, лежа на земле и пытаясь встать, но у него не было и шанса.

Ветераны набросились сверху, словно коршуны, рубя и дырявя шкуру во множестве мест.

Это была бойня, кровавое месиво, где красная кровь хлестает во все стороны, а убийцы, поскальзываясь на ней, остервенело рубят то на чем стоят.

Летят куски плоти и хлюпает в сапогах, но суровая работа, не смотря ни на что, продолжается. Никто не говорил ни слова, лишь изредка звучало короткое ругательство, когда кому-то в лицо брызгало особо сильно.

Проблема была в регенерации чудовища, которая довольно оперативно затягивала раны. То, что знал Макс, говорило ему одно — эта тварь никак не могла появиться на первом уровне Подземелья.

У обычных людей просто не было шансов справиться с этим воплощением живучести. Люди же Крученого хоть и могли убить это чудовище, но отнюдь не за один удар.

Среди продолжающих сражение были и Макс с Гором. В отличие от ветеранов, любой удар мог бы их убить, но им было все равно. Они вскарабкались на костяной гребень и, держась за него, с силой опускали топоры. К тому же, их оружие отлично подходило для пробития толстой чешуи и шкуры.

В голове землянина билась одна-единственная мысль разом на две сущности: «Убить первым!»

Что-то подсказывало мужчине, что тот, кто убьет монстра первым, получит максимум его энергии.

Тем не менее, несмотря на все его старания, шкура поддавалась очень неохотно. Поэтому мужчина не был удивлен, когда меч Крученого, пробив толстую лобовую кость, все же достал до мозга крокодила, положив конец этому безумию. Меч командира аж зашипел, раскалившись от той энергии, которую через него пропускали.

Динозавр последний раз вздрогнул, наконец испустив дух.

Но хоть Макс и не был тем, кто убил тварь, он был среди тех, кто это помог сделать. А это значило, что ему тоже полагалась награда, принять которую он был не готов.

Зимин пошатнулся, взмахнув руками, пытаясь удержаться, но все же навернулся вниз. Он упал прямо в разрезанное и разорванное нутро монстра, наполненного хлюпающей кровью.

Никто не успел его поймать, а потом всем стало резко не до того. Ведь пока они сражались, со всех сторон появились новые твари, подчас сражающиеся друг с другом.

Изрубленное тело крокодила напоминало чудовищный бурдюк, в котором плескались его же внутренности. Выносливость монстра сыграла с ним злую шутку, авантюристам пришлось здорово поработать мясниками, чтобы заставить регенерацию монстра не справляться с поступающими повреждениями.

Красная жидкость сомкнулась над головой Макса, принимая его в свои теплые и склизкие объятия.

Хищное ликование — вот то чувство, которое затопило каждую клеточку тела землянина.

Огромное количество энергии, терзающей его изнутри, позволило Максу погрузиться в то странное чувство, когда сложно понять, что реально, а что нет.

Именно поэтому перед его мысленным взором предстал внутренний пассажир, а также то место, где он находился.

Выглядел тот откровенно жутко, можно даже сказать, страшно. Представьте себе десятки и сотни щупалец из плоти, которые тянутся во все стороны, сливаясь со стенами, которые теряются в дрожащей бурой тьме.

Попытки сосредоточиться на окружении неуклонно выбрасывали Макса прочь из этого места, поэтому он запретил себе это делать. Он собирался поговорить с дрожащим хищным шариком, в котором появлялись и возникали клыки, челюсти и позвонки, а не сбегать.

Благо, «нечто» пока не проявляло агрессии, словно бы принюхиваясь к возникшему гостью.

«Что ты?» — спокойно задал он вопрос, подплыв прямо к центру этого сгустка. Как оказалось, они были под водой. Благо, дышать ему было не нужно.

Невольно становилось понятно, как мал этот шарик плоти по сравнению с самим человеком.

Будто бы учуяв эти мысли, нечто злобно растопырило щупальца во все стороны, словно мелкий еж, стараясь выглядеть угрожающе. Как котенок, который испуганно шипит и вздымает шерстку, стараясь казаться страшнее.

Правда, щупальца этого «котенка» были как бы не толще самого Макса. Будучи тонкими в основании, они экспоненциально росли по мере удаления от самого шарика.

Сами щупальца выглядели как красная, усеянная тонкими капиллярами плоская студенистая плоть.

«Да не парься ты» — развеселился Макс, взмахнув рукой и интуитивно отправив шарику свое мнение на этот счет. Зимин не хотел как-либо угрожать или оскорблять своего собеседника: «Я не собираюсь причинять тебе вред или как-то вредить. Хочу просто поговорить».

Собеседник замер, удивленный отсутствием страха, после чего аккуратно отвел щупальца в стороны, позволив вновь себя разглядеть.

«Недоумение. Любопытство. Непонимание».

Длинные толстые щупальца отошли прочь, а им на смену пришли мелкие, которые с любопытством тыкались в Макса, отчего тот начал от них отмахиваться, смеясь.

«Проклятье! Боюсь щекотки! Кто бы мог подумать, что эта хрень работает даже здесь!» — не каждый раз узнаешь, что почти двухметровый мужик может и впрямь бояться чего-то подобного.

Это была страшная тайна Зимина, которую он старательно оберегал. Но здесь он сомневался, что его кто-то увидит.

Шарик отправил в ответ порцию взаимной радости, замахав щупальцами так, как это делал сам Макс. Сюрреалистичное зрелище — огромная подводная пещера с дрожащими во тьме краями, человек и хтонический ужас, оживленно машущие друг на друга конечностями.

«Ну так кто ты, ужас маленьких девочек-волшебниц?» — вновь задал вопрос Макс, посчитав, что первый контакт прошел удачно.

В ответ пришло непонимание. Зимин начал осознавать, что общается с довольно молодым существом. Следовало задавать вопросы максимально просто и очевидно, если он все же хотел получить ответ.

Стены пещеры начинали становится все менее четкими, поэтому следовало поспешить.

«Как твое имя? Кто ты или что ты?»

Радость понимания. Немедленный ответ, от которого загрузился уже сам Макс. Как можно одним мысленным словом охарактеризовать кровожадное, вечно голодное непостоянное месиво постоянно меняющейся плоти, единственная цель которой — пожирать и становиться сильнее?

Как оказалось, такое слово существовало, хоть человеческий язык и не был способен его произнести.

«Могу я звать тебя…» — Макс замялся: «Ну даже не знаю. К примеру, Морф?» — мелькнувший на краю сознания «паразит» был убран как можно скорее от греха подальше.

Морф пожал отсутствующими плечами. Ему было все равно.

«А меня зовут Макс».

«Ма-а-а-кс». — Зимин передёрнулся от того, как это имя было произнесено. Мысленная речь была слишком… Просто слишком.

«Отлично», — Макс вздохнул посвободнее: «А теперь, Морф, зачем ты здесь?»

К сожалению, Морф не знал ответа на столь важный вопрос. Из смутных образов, которые он пытался передать, он просто возник. Вначале было голодно и очень грустно. Питающей его энергии было очень мало. Морфу пришлось заснуть, но он знал, что это не продлится долго, ведь источник энергии был где-то рядом.

Макс здраво рассудил, что это происходило ровно вплоть до открытия Подземелья.

Следом энергия появилось, Морф пришел в себя и ощутил чудовищный, сковывающий его голод.

Тем не менее голод на время отступил, благодаря погибшим гноллам, а убийство огромного динозавра стало самым настоящим праздником на улице маленького хтонического чудовища.

Такого прорыва энергии хватило вдосталь, чтобы он окончательно пришел в себя.

Стены уже практически полностью расплылись, надвигаясь на них со всех сторон. Макс же кое-как сумел осознать лишь эту предысторию.

Пытаясь остановить пробуждение, Зимин инстинктивно протянул левую руку вперед, чтобы в следующее мгновение ее крепко стянуло щупальце.

«Сделай нас единым, Макс». — это было последнее сообщение, которое Зимин сумел разобрать, чтобы в следующее мгновение судорожно выдохнуть, кашляя кровью, благо что не своей.

— Человек! — рев Гора ворвался в его уши раскаленными барабанами, — Ты мне должен! Видят духи, охренеть, как должен! Хоть захлебнуться в крови убитых тобой врагов это и хорошая смерть… А это, орда заднеприводных эльфов, что за дрянь?!

Зимин наконец продрал глаза и сумел оглядеться, и увиденное ему совсем не понравилось.

Как иначе, если труп динозавра с Гором и Максом был отделен от Вернера и остальных ветеранов целой стеной из дергающейся и корчащейся плоти. Часть отмычек осталась на их стороне, другие метались на этой.

Огромное щупальце из десятков тонн мяса конвульсивно дергалось, ухватывая пытающихся его рвать монстров и растворяя потоками кислоты. Монстров было множество и самых разных видов. Причем некоторые из них совершенно точно были дохлыми. Проглядывающие кости и гнилостный свет из пустых черепушек на это отлично намекал.

— Что за, мать его, происходит?! — выдавил землянин, все же становясь на ноги, чтобы Гор, наконец, перестал держать его за шиворот, как котенка.

— Это я должен спрашивать, что это за хрень?! — Гор проигнорировал вопрос Макса и тыкнул зеленым пальцем куда-то вниз.

Зимин проводил взглядом указывающий перст и тяжело сглотнул внезапно образовавшийся комок в горле. Теперь и у него на языке вертелось несколько матерных вопросов.

Левой руки у него теперь не было. Точнее, не было человеческой руки. Вместо нее имелась огромная черно-красная лапа, будто бы сошедшая из какого-то фильма ужасов об освежёванном человеке. Сильно мутировавшем человеке.

Ведь как иначе было воспринимать эту жуть, если кожи, как таковой, вообще не было. На концах пальцев имелись внушительные острые когти, которым позавидовал бы сам старина Фредди. Кости иногда выходили наружу, образовав даже на вид острые белые шипы.

Макс сжал левую «руку» в кулак. Розовато-красные мышцы среди костяных пластин пришли в движение, с легким костяным треском исполняя его желание.

Эти щелчки невольно навели ассоциацию с огромным хищным насекомым, вроде богомола, который распрямляет свои лапки, чтобы единым рывком ухватить жертву.

Судя по настороженно смотрящему на него орку, крепко сжимающему топор, это была не единственная проблема Макса.

И орка можно было отлично понять. Залитый кровью с ног до бровей здоровенный мужик с огромной хищной костяной лапой. А уж светящиеся золотым светом глаза дополняли «радостную и мирную» картину.

«Гор, ты только не волнуйся. Это не то, чем кажется. — Вероятно, в этой ситуации такие слова помогут слабо» — мысленно развеселился Макс, хотя пора было бы и плакать.

Глава 23

Вот только отвечать на неудобный вопрос Максу не пришлось. «Удачно» подвернувшаяся ударная волна разом скинула их с тела монстра.

Как оказалось, падать на каменный пол довольно больно. Судя по ругательствам орка, приземлившегося рядом, ему тоже не понравился подобный опыт.

И словно этого было мало, труп крокодила дернулся, вставая. Кишки длинными канатами высыпались наружу, но монстр встал на лапы вполне твердо. Такие мелочи его больше не волновали.

В развороченном черепе начало планомерно разгораться призрачное зеленое пламя, стекая липкими струями на тело. Зашипевшая кровь прямо на глазах засыхала и превращалась в прах, впитывающийся в новое костяное тело.

— Валим! — Макс был предельно краток. Гор тоже отбросил несущественные ныне вопросы и кинулся следом за Зиминым. Судя по отсутствию топота за спиной, динозавр решил отложить сведение счетов со своими убийцами.

Сзади раздался оглушительный визг новой твари. Землянин решительно не понимал, как та может кричать, если у нее теперь нет ни голосовых связок, ни легких, но она вполне успешно это делала.

Направление бега он выбрал в обход огромного щупальца из плоти, которое почему-то решило развалиться именно здесь. К несчастью, Крученый, как и обещал, свалил, не став их ждать.

Рядом еще остались несколько выживших отмычек, но вокруг творился такой ад, что ни о каких попытках объединиться речи даже и не шло.

Сотни мелких и крупных тварей схватились друг с другом не на жизнь, а на смерть. Поэтому приходилось петлять, чтобы как можно чаще обходить такие схватки. Но не всегда это получалось.

Так, на Макса откуда-то сбоку вылетел самый настоящий гоблин. Ростом, в лучшем случае, по пояс Зимину, какая-то замызганная в грязи броня, нервно сжатый костяной нож и бешеный панический оскал на зеленой харе.

Макс хотел разрубить его топором, но левая рука справилась быстрее. Намного быстрее.

Он даже не успел моргнуть, как с щелчком выстрелившая вперед конечность насквозь пробила хлипкое тельце монстра, после чего резко рванула назад, вырывая добрую половину его ребер.

Зимин инстинктивно дернулся, и рука, вновь став ему подвластной, махнула в сторону, разбив голову еще не понимающего, что он уже мертв, гоблина.

Булькающее тело отлетело прочь.

Надо ли говорить, что Зимин толком даже не почувствовал затрат сил от столь быстрой расправы. На белых костях новой руки не было и следа повреждений, а ведь они раскрошили чьи-то ребра.

— Разорви меня духи! — сзади ошарашенно пробормотал Гор. — Ну ты и…

— Я и сам знаю! — раздраженно оборвал его Макс, разрубая, на этот раз уже топором, следующего гоблина. Тот в ужасе провожал глазами своего убитого соплеменника, поэтому не успел ничего сделать.

Еще двух принял орк, с хеканьем орудуя двуручными топорами, которые в его лапищах смотрелись одноручными. От каждого удара гоблины взлетали вверх, невольно теряя конечности.

«Хватит перехватывать контроль над моим телом!» — рявкнул у себя в голове землянин, тяжело дыша и оббегая очередную свару монстров.

«Недоумение. Желание помочь. Защитить». — ответ заставил Зимина поморщиться. Он уловил, что с бухты-барахты объяснить Морфу, что ему не нравится, когда его тело контролируют, не получится.

Ситуация же плавно разворачивалась по самому худшему сценарию. Осознать этот момент парней заставила вторая ударная волна, по силе еще большая, чем прежде.

Лежа на земле, человек и орк со смешанными чувствами наблюдали, как в центре пещеры поднимается огромная гора плоти, из которой во все стороны торчат длинные корчащиеся отростки.

Само же тело представляло собой постоянно меняющиеся и трансформирующиеся мышцы и костяные шипы. Они скручивались и объединялись, порождая что-то абсолютно новое. То тут, то там открывались новые глаза и рты, полные невиданных клыков и языков.

От лицезрения этого хаоса начинала кружиться голова и к горлу подкатывал неприятный комок.

Щупальца тоже не стояли на месте, усиленно ловя и пожирая карабкающихся по его телу тварей, большинство из которых были, без всяких сомнений, мертвы.

Словно трубы пылесоса, они водили безглазыми головами, всасывая монстров целыми пачками.

Вокруг огромной горы хищной плоти сжималось кольцо из бесчисленного множества нежити. Некоторые из немертвых сталкивались друг с другом, сливаясь в одно целое. Получившиеся некроконструкты тяжело бежали на сотнях лап в сторону гигантского спрута. Другие при этом извергали потоки некроэнергии, убивая кружащуюся вокруг них плоть.

И словно этого было мало, то и дело на теле гиганта вырастали уродливого вида наросты и опухоли, из которых куда-то вниз выстреливали костяные лезвия, куски шевелящейся плоти и странные шары полупрозрачной энергии.

Последние, касаясь пола, оставляли уродливые проплешины, телепортируя некий объем камня не пойми куда или скручивая материальные предметы, словно в блендере.

Однако, кого бы не пытался убить этот жуткий монстр, который продолжал расти, достигнув уже минимум двадцати метров, но этот кто-то продолжал отбиваться.

В ответ неслись десятки магически атак, мерцающих изумрудным светом. Это если не считать армию мертвых, отдельные представители которой тоже обладали магическими способностями.

Даже до Макса доносился неприятный шепот, звучавший в голове тысячами голосов.

Так, их старый знакомый, шестилапый динозавр, вместо уже привычных голубоватых молний стрелял уже не голубоватыми, а состоящими целиком из зеленоватого огня молниями. Правда, делал он это недолго, рухнувшее сверху щупальце начало пожирать его десятками ртов, разрывая сотнями рук на части, после чего всасывая внутрь вытянутого тела.

Чтобы блокировать атаки, перед горой плоти с тысячами ртов появлялись порталы, которые частично перенаправляли удары, в других же случаях появлялись костяные плиты, блокирующие вражескую магию.

Было очевидно, что разгорающееся сражение по уровню опасности далеко за пределами их скромных сил. Они были мошками рядом с двумя сражающимися тяжеловесами. Пора было отсюда валить, но вот вопрос, куда?

Макс с Гором поднялись с земли, встав спина к спине. Они отчаянно вертели головами, как бешеные, но никак не могли найти выход из этой гибельной ситуации.

Все выходы были заблокированы, и из них нескончаемым потоком выплескивались новые монстры. Кроме этого, то и дело из воздуха появлялись твари уже здесь. Имей Макс даже силы того же Крученого, их с орком просто затоптали бы. Момент, когда еще можно было сбежать, был безвозвратно упущен.

«Можно попытаться спрятаться!» — пришла в голову Зимина идея, однако реализовать он ее уже не успел.

К несчастью, они стояли на месте слишком долго.

Предостерегающий крик орка заставил Макса обернуться и похолодеть.

Сразу два щупальца той огромной твари трансформировались в одно общее и, рухнув на землю, гребенкой собирали буквально все живое, закидывая корчащуюся наверху пасть.

Чудовище, видимо, проголодалось, решив поставить процесс поглощения биомассы на поток. Немногочисленные выжившие авантюристы и монстры в панике бросились прочь. Они сбивали друг друга с ног, в тщетных попытках спасти свои жизни.

Ведь страх смерти смог перебороть стучавшееся в их сознание безумие Подземелья.

Вот только бежать было некуда. Щупальца двигались быстрее, протягивая вперед тысячи уродливых лап и костяных клинков.

Гор развел руки с топорами даже перед неминуемой гибелью, не собираясь показывать спину.

Его мускулы вздулись чудовищными горбами, а клыки еще сильнее выдвинулись вперед. Он собирался нанести удар, а дальше ему было все равно, что произойдет.

Макс поступил точно так же, хоть внутри него отчаянно надрывался Морф, призывая бежать.

Молодой монстр дрожал от ужаса. Он не хотел умирать и просил Макса спасаться.

Зимин неожиданно ласково, словно ребенка, пытался успокоить Морфа. Мужчина отлично понимал, что бегство ни к чему не приведет, но Морф отказывался слушать.

Левая рука дернулась было назад, повинуясь воле порождения Подземелья, но Макс переборол контроль Морфа, вернув руку на место. Если уж им суждено умереть, они это сделают с гордо поднятой головой.

И когда стена хищной плоти была всего лишь в десятке метров, Макс сделал единственное, что ему еще оставалось.

Он ее хорошенько обматерил.

И тем поразительнее было, что вместо привычных уже слов местного языка с его губ сорвались столь родные для уха русские ругательства.

А это значило лишь одно — та хтоническая тварь, которая прямо сейчас за секунды пожирала монстров сотнями, умела разговаривать по-русски.

Макс сам не знал, как эта способность работает, но она каким-то мистическим образом всегда понимала, какой язык родной для того или иного собеседника, после чего немедленно переключала его речь именно на него.

Бесчисленные глаза, разбросанные по щупальцам, разом в недоумении моргнули, а в следующую секунду острейшие зубцы, готовые разорвать их на части, прошли справа и слева от товарищей, обдав их потоками воздуха, несущего запах сырого мяса и крови.

Со всех сторон слышались крики пожираемых заживо существ, мимо же, дробя камни, проплывали тонны плоти, напрочь игнорируя двух друзей.

Гор с ревом ударил в одну из этих стен, но длинный разрез затянулся прямо на глазах.

— Стой! — шикнул Зимин, сам не до конца понимая, чего ждать от всей этой ситуации. — Не провоцируй его!

— Что значит не провоцируй?! Эта тварь хочет нас сожрать!

— Если бы хотела, уже сожрала бы! Поэтому хватит бить ее топорами! Все равно толку ноль!

— Плевать! Орки умирают в сражении, с оружием в руках!

Макс еще хотел кое-что сказать, но не успел, почувствовав, как ноги что-то оплело.

— Вот же срань, — успел лишь ругнуться он, как его резко затянуло в бурлящую стену плоти.

На лицо рухнула какая-то мокрая дрянь, впрочем, дышать она не мешала. Руками двигать не получалось, так как они были прижаты к туловищу. Судя по прыгающему вестибулярному аппарату, его явно куда-то тащили и делали это очень быстро.

«Водные горки, мать его». — пришла Максу ближайшая ассоциация: «Только вместо труб — непонятные живые отростки, а вместо воды — кровь».

Он хмыкнул прямо в налипшую на лицо «маску»: «Вот что значит хотел нескучной жизни. Должен признать, у богов очень злое чувство юмора».

Зимин сам не заметил, как от введенных ему в кровь веществ его глаза закрылись, и тело продолжило свой путь уже в бессознательном виде.

Глава 24

Гидра мрачно смотрел на то, как Ансгар Сварливый стягивает немертвое воинство, прикрывая свой отход.

Безликий мог бы попытаться его преследовать и продолжить сражение, но после некоторых размышлений он отбросил эту мысль.

Прямо сейчас это было невыгодно. Их сражение оказалось интересным, но абсолютно бессмысленным.

Он прибыл в этот город, чтобы самым первым ухватить золотую жилу нового Подземелья. Маг плоти сомневался, что дары Подземелья окажутся сверхценными, тем не менее среди них попадались достаточно редкие вещи.

Плюс, ему требовалось исследовать место их появления. После открытия он сразу спустился на более глубокие уровни, но, после сканирования глубин на наличие золотой жилы, ему пришлось подняться почти к самой поверхности, где его и спровоцировал архимаг, начав безумное сражение всех против всех.

Услышав об этом мире десятилетие назад в городе Тысячи Путей, Гидра тут же им заинтересовался. Мир, который копирует или переносит внутрь себя самых разнообразных существ. Плюс, порождает ценные артефакты, некоторые из которых ценятся даже в куда более развитых мирах. Вместе с тем, Безликому было интересно, как именно работает вся эта система.

Однако открытие сей тайны довольно быстро застопорилось. Подземелье умело хранить свои секреты. Да и чем глубже Гидра спускался, тем опаснее твари появлялись.

В какой-то момент он с удивлением понял, что некоторые монстры глубин, если скоординируются, имеют неплохие шансы нанести ему серьезный урон.

Это было возможным хотя бы потому, что пространственная магия, которой он по праву гордился, работала под землей из рук вон плохо. Простейшие плетения еще срабатывали, но что-то более сложное рассыпалось буквально в «руках».

Ни о каких сложных телепортациях или переносе больших объектов не шло и речи. Именно поэтому нападение столь приставучего некроманта стало хоть сколько-то опасным. Приходилось полагаться лишь на магию плоти.

Магия жизни же не самое лучшее оружие против смерти.

Гора мяса, вздрогнув, начала уменьшаться, отдавая свою энергию владельцу.

Некромант уходил прочь, не оглядываясь, но ему и Гидре не нужны были глаза, чтобы смотреть друг на друга, о чем оба прекрасно знали.

Также они знали, что Ансгар не успокоится, пока не убьет Гидру или не умрет сам. Причина этого была трагичной, но при этом до боли предсказуемой. В одном из пострадавших от его экспериментов городов жила сестра Эбера.

Случайность, из-за которой Безликий теперь имел в кровниках достаточно опасного противника.

И кого волнует, что тот эксперимент вышел из-под контроля лишь из-за непомерных требований местных властей. Именно они предоставляли могущественному магу плоти материалы и магов-помощников, а он выдавал им лишь результаты.

Желание иметь суперсолдат, сделанных за кратчайшее время, распространяется на множество миров.

Вот только жадность местных бонз сгубила их. Нет, они сумели избежать волны тварей, вырвавшихся на поверхность, попутно свалив всю вину на залетного иномирного мага. Вот только до них добрался сам Сварливый, когда узнал, что произошло. Обмануть еще и его у них уже не получилось.

И Эберу было плевать, что Гидра в тот момент отсутствовал. Теперь он преследовал последнего из виновников его личной трагедии.

Магия смерти против измененной магии жизни.

Однажды у Гидры уже был опыт сражения против мага смерти. Тогда он победил лишь хитростью, но теперь против него был некромант. То есть тот, кто полагается больше на слуг, чем на свою магию.

Будь они на поверхности, Гидра против некроманта без свиты имел бы преимущество.

К сожалению, с заблокированной магией пространства Гидра не мог достать Эбера, тот же ничего не мог поделать с разросшимся телом Гидры.

Подземелье же все продолжало усиливать давление. Если бы все так продолжилось и дальше, то к поверхности подобрались бы и впрямь сильные твари. Поэтому врагам пришлось неохотно разойтись.

Рисковать погибнуть от клыков чудовищ, ослабнув в сражении, никто из них не хотел. У Эбера не получилось убить кровника с наскока.

Но оба знали, что ничего еще не закончилось. Ансгар придумает новую тактику, ведь в этот бой он шагнул буквально без ничего, не успев толком подготовиться из-за спешного преследования Гидры. Ухватив информацию о нем, он с безумным упорством бросился следом, даже не собрав лучших мертвецов.

В следующий раз некромант выкопает сильнейших слуг и проведет усиливающие ритуалы. Безликий же покажет, насколько он умеет комкать и рвать само пространство.

К тому же, Гидра все еще собирался добраться до золотой жилы, поэтому двинулся туда, где ощущал энергетические возмущения.

Бросающиеся со всех сторон твари разрывались в мгновения ока, однако делать это становилось все труднее.

Следовало поспешить.

Плюс, второй поток сознания обрабатывал неожиданно поступившую информацию. Когда один из местных аборигенов выругался по-русски, это стало чистой воды неожиданностью. Лишь в последнюю секунду Гидра успел перехватить контроль и не дать щупальцам разорвать столь необычного человека. Орк пошел в комплекте на всякий случай.

Безликий сохранил их жизни, утянув вглубь одного из своих тел, где прямо сейчас, не торопясь, их сканировал.

Конечно, ему хотелось провести полноценное вскрытие, чтобы разобрать столь интересные экземпляры по кусочкам, но пока что стоило погодить.

Благо даже такое неполноценное сканирование вскрыло несколько необычных моментов. Так, человек оказался частично изменен Подземельем.

Гидра уже сталкивался с так называемыми «отверженными» — людьми, которые получили «благословение» Подземелья, заработав ту или иную мутацию.

Некоторые изменения были незаметны, скрываясь внутри тела, другие скрыть было невозможно.

Своим владельцам они давали как полезные возможности, так и не особо. К примеру, кто-то мог, благодаря третьей руке, бросаться огненными шарами, другой же мог лишь осветить свою комнату, подвесив светлячок из магии света.

Но этот человек отличался от подобных обрубков, будто бы сшитых из разных кусков.

Здесь Подземелье постаралось на славу, идеально соединив некую, в перспективе мощную тварь с энергетикой человека.

Гидра невольно залюбовался столь точной работой. Словно художник, оценивающий чужое полотно.

«Вскрыть их всегда успею», — окончательно решил Безликий: «Вначале же стоит поговорить со столь необычным материалом, как все культурные люди».

В конце концов, за годы странствий Гидра немного соскучился по родному языку. Может же он хоть иногда позволить себе легкую ностальгию?

Если же это был всего лишь абориген, где-то выучивший пару русских слов, то он очень пожалеет, что посмел его обмануть.

*****

Макс пришел в себя рывком, и если бы его не держали все те же щупальца, то он бы, скорее всего, упал.

Землянин спешно огляделся и с трудом подавил облегченный вздох. Прямо сейчас они были внутри какого-то помещения, причем отнюдь не природного происхождения. Свет за закрытым шторами окном и деревянные стены на это намекали.

Конечно, он мог быть в одном из легендарных подземных городов, хотя бы тех же гномов, но слишком уж свет походил на солнечный.

В любом случае, орда свихнувшихся монстров была далеко, и это не могло не радовать.

Сам он сидел на довольно странном костяном кресле, причем руки и ноги были соединены все столь же знакомыми по Подземелью щупальцами с ножками и подлокотниками. К своему раздражению, Макс отметил, что изменённая левая рука никуда не пропала. Белые щитки, шипы и голые мускулы все так же радовали взгляд.

Чуть в стороне стояло такое же кресло, но уже со спящим орком, склонившим голову на грудь и тихо посапывающим.

В углу были небрежно свалены их мешки. Это значило, что если они все же выберутся, перед Крученым не придется отчитываться за потерю добычи.

Ситуация могла бы выглядеть идеально, если бы не небольшой, как в том анекдоте, нюанс.

Перед Максом сидел довольно представительно выглядящий мужчина, одетый…

Зимин моргнул, пытаясь прогнать иллюзию. Увидеть в этом мире самый настоящий пиджак с рубашкой и галстуком он, как минимум, не ожидал.

— Что, если я скажу, что ты избранный, Нео? — спокойным голосом спросил незнакомец на русском.

— Я уточню, какую таблетку ты мне дашь, — фыркнул Зимин. — Уж прости, но фильм я смотрел давно, поэтому какого они цвета или как звали того негра, не вспомню.

— Интересно, — протянул мужчина. — А если я спрошу, какой на Земле был год, когда ты оказался здесь?

— То я отвечу, что две тысячи двадцатый. У нас как раз началась какая-то непонятная хрень с новым вирусом в Китае. Вроде называется коронавирус. ВОЗ (Всемирная организация здравоохранения) как раз объявила чрезвычайную ситуацию.

— Для нас в будущем эта эпидемия стала далеко не самой большой проблемой, — как-то неестественно улыбнулся незнакомец. — После твоего перемещения случились довольно значимые события. Однако, это интересно. Сколько ты уже находишься в этом мире?

— Чуть меньше месяца, — прикинул Макс.

— Забавно, — хмыкнул мужчина. — Ведь я покинул Землю уже лет как двадцать. Если не считать, что после твоего перемещения прошло еще несколько лет.

Эта новость заставила Зимина замереть. Да, он старался не думать о родителях, чтобы не портить себе настроение, ведь сделать он ничего не мог. Но узнать, что он пробыл непонятно где более двадцати лет, — это не самое лучшее известие.

— Впрочем, — пожал плечами собеседник. — Ты можешь оказаться из одной из бесконечных версий Земли, где две тысячи двадцатый был месяц назад.

— А как тебя… Вас зовут? А вы можете перенестись обратно на Землю? — Макс сложил два и два и счел, что неуважительно разговаривать с человеком, и человеком ли, обладающим такой силой, явно не стоит.

Перед глазами все еще стояла та гигантская хищная плоть, пожирающая все на своем пути.

— Гидра, — представился, как оказалось, тоже землянин, — Нет, когда я покидал Землю, то еще недостаточно хорошо владел магией пространства, поэтому информации о нахождения моей или даже нашей версии Земли у меня нет.

— Понятно, Макс Зимин, — представился Макс, не зная, что сказать дальше. Откровенно говоря, вид Гидры его напрягал. Тот выглядел как-то… Слишком не по-человечески. Особенно этот пронзительный неживой взгляд.

Да и не помнил он, чтобы в его мире вообще были какие-то маги. Поэтому идея с другой версией Земли ему нравилась куда больше.

— Что же, — Гидра продолжил. — Значит, ты был перенесен сюда Подземельем чуть меньше месяца назад…

— Подземельем? — вскинулся Макс и тут же сам себя оборвал, когда встретился с предостерегающим взглядом Гидры. Веяло от него чем-то нехорошим.

— Да, Подземельем. Ты был им перенесен и им же изменен. После некоторых исследований я пришел к выводу, что местный Подземный мир пытается что-то вывести путем некоего скрещивания и эволюционного отбора. Ты, Макс, плод такого эксперимента. Не человек, но и не монстр. Нечто среднее. Способное жить как под землей, так и на поверхности.

Зимину стало не по себе от этого пытливого взгляда и увлечённого тона. Так мясники смотрят на уже разделанную тушу, а отнюдь не на человека.

Морф счел своим долгом с этим согласиться. Он считал сидящего напротив человека смертельно опасным.

— Очень интересный экземпляр, — как ни в чем не бывало продолжил Гидра. — Столь интересный вариант соединения энергетик я не видел уже давно.

— Хотел сказать спасибо, что нас спасли, — вклинился Зимин в одну из пауз, пытаясь отвлечь этого безумного ученого от столь опасных размышлений. — Если бы не вы, нас бы там гарантированно прикончили. Если будет возможность, обязательно постараюсь вам отплатить.

— Да? Не стоит благодарности, — отмахнулся Гидра. — Я сделал это исключительно с целью раскрытия некоторых непонятных вопросов. Но, в случае необходимости, я воспользуюсь вашей помощью.

— Так что вы собираетесь с нами делать? — с замиранием сердца уточнил Макс. Он не хотел этого спрашивать, но, как говорится, лучше срывать бинт сразу, а не по чуть-чуть.

— С вами? — вновь страшный взгляд опытного вивисектора. — Ничего. — Макс облегченно выдохнул. — Моя цель в этом городе выполнена, поэтому я его немедленно покидаю. У вас есть желание ко мне присоединиться? — было видно, что Гидра формально уточнил этот момент.

— Нет-нет, у нас есть тут еще дела, — Макс ответил максимально вежливо. Он внезапно понял, что хочет быть как можно дальше от человека с такими глазами.

— Хорошо, — Гидра кивнул, вставая. Кресло раскрыло захваты и тут же начало проседать. Макс еле успел с него встать, чтобы не упасть.

Костяное кресло сжалось, после чего буквально испарилось, исчезнув в легкой вспышке. То же произошло и с креслом орка, от чего тот рухнул спиной назад, продолжая при этом спать.

Макс поморщился. Ни о каком человеческом отношении не шло и речи. Но ругаться и спорить было очень и очень глупой идеей.

— Если будет желание встретиться снова, — уже уходя, бросил Гидра. — Иди в вольный город Эгон, там найди таверну «У Веселых Стражников», обратись к трактирщику Фестеру. Он скажет, что делать дальше.

— Эгон, «У Веселых Стражников», Фестер. — повторил Макс.

— До встречи, Макс Зимин, — попрощался Гидра. — Становись сильнее. В данном мире это не лишнее. Хотя, это важно везде.

— До свидания, — эхом повторил Макс, смотря как одежда на Гидре меняется за считанные секунды. Теперь это был ничем не примечательный воин в металлическом доспехе и шлеме.

Дверь за жутким магом закрылась, оставляя их с орком вдвоем. Зимин почему-то не сомневался, что лицо у мага плоти теперь тоже другое.

— Фух! — тихо выдохнул Макс. — До чего же жуткий тип. — надо ли говорить, что он не подумал о том, что магу подобной силы не надо находиться в каком-то месте лично, чтобы все слышать. Да и шепот при необходимости может звучать громче самых больших барабанов.

Макс с тоской повернулся к знатно сопящему орку. Гидра не удосужился его разбудить, поэтому эта обязанность ложилась на самого Макса. К тому же, предстояло отвечать еще и на множество вопросов.

— Это будет трудный день. — усмехнулся Зимин. Но он бы соврал, если бы ему не нравилась такая жизнь.

Глава 25

Настроение горожан было подавленным. Куда не посмотри, везде были угрюмые лица, ненавидящие взгляды, сходящиеся на черной скале.

День, который должен был стать торжеством открытия нового Подземелья, стал форменным кошмаром. День, знаменующий открытие множества торговых путей и производственных цепочек, стал днем одного из грандиознейших поражений.

Благо, что несмотря на все случившееся, количество убитых было не столь и катастрофическим. Опытные авантюристы сумели пробиться даже после начала безумия, новички же еще не зашли слишком далеко, чтобы не успеть вернуться.

Тем не менее даже так где-то пятая часть всех авантюристов была растерзана монстрами. Их тела стали обычным кормом для живущих в глубинах, так и не получив достойного погребения.

Хотя это обычная судьба для почти всех авантюристов. Но именно сегодня это всех злило особенно сильно.

В городе, где каждый так или иначе был связан с походами под землю, оказалось множество людей, потерявших родственников или любимых.

Да, сюда продолжали стекаться новые люди. Можно даже сказать, что их поток не то, что не уменьшился, наоборот, он только увеличился. Места убитых немедленно займут новые люди, тем не менее сейчас в Хейдене был траур.

Также в нем старательно искали сразу двух человек, хоть делали это и не особо активно, ведь все наверху отлично понимали, что если тех найдут — быть беде.

Архимаг-некромант и ничуть не уступающий ему по силе преступный маг плоти уж точно не станут просто так сдаваться.

И переживет ли город столкновение с ними, большой и открытый вопрос.

Никто доподлинно не знал, кто из них виноват в безумии Подземелья, поэтому теперь десятки тысяч людей выкрикивали проклятия в адрес обоих, поднимая кружки с разного рода бухлом, прощаясь с погибшими.

В этом были все они. Авантюристы проживали каждый день, отрываясь по полной, кутя, как в случае успеха, так и по погибшим друзьям. Ведь следующими могли быть уже они сами.

За одним из самых дальних столиков таверны сидели двое, которые куда лучше знали тех, кого так активно проклинали.

— Зря они это делают, — Макс покачал головой, косо смотря на одну из самых шумных компаний. Парень, тиская девку, громко хвалился, что натянул бы Гидру на ручку своей дубины. Его громко поддерживали остальные, выкрикивая куда более смачные предложения. — Лучше таких людей, как Безликий, не обсуждать почем зря. Они уж точно не захотят, чтобы он это услышал. Может, он прямо сейчас сидит у них за спиной и все слушает?

— Настоящий орк сначала убивает, а потом этим хвастается, — согласился Гор. — Жалкие пустомели. Мужчина должен отвечать за свои слова. А не трепать языком, как глупая баба.

Проходящая мимо служанка-хоббитша бросила на орка игривый взгляд, чем заставила гиганта подавиться своими же словами.

Макс прикрыл улыбку кружкой. Сия хоббитша была Гору в лучшем случае по пузо, поэтому их пара выглядела бы, как минимум, странно.

— Что еще будете заказывать? — девушка вильнула бедрами, но, внезапно пискнув, застыла, так и не договорив предложение.

Макс насторожился и, проследив за ее взглядом, чертыхнулся сквозь зубы, поправляя полу плаща. Ради этого куска ткани ворчавшему орку пришлось сбегать к ближайшему старьевщику. От неловкого движения она откинулась, дав рассмотреть жуткую конечность и попутно напугав служанку до икоты.

— Благодарствую, женщина, — орк привлек внимание обратно к себе. — Но мы пока просто допьем свое пиво.

— Да-да, конечно. — пролепетала девушка и, не отрывая испуганного взгляда от спрятанной руки, куда-то быстро убежала.

— Надеюсь, она поспешила не за стражей. — тяжело вздохнул Макс. Морф отказывался убирать руку, плюс, как понял землянин, даже если бы он и захотел, то все равно бы не смог этого сделать. Симбиот сам еще многого не умел и только учился.

Вообще же страшный и ужасный монстр обиделся на землянина за то, что тот отобрал у него контроль над рукой и не спасался бегством.

Макс терпеливо объяснил хищному шарику, что это ничего бы не дало, и тот вроде бы даже согласился, но все еще продолжал дуться.

В сознании Макса невольно возник образ надутых щек и отвернувшегося лица.

Кто же знал, что мужчине невольно придется примерить на себя роль воспитателя для инопланетного хищного монстра.

Тем не менее теперь Зимину приходилось старательно прятать левую руку, иначе она привлекала слишком много лишнего внимания.

— Получается, нас вытащил этот… — Макс громко хлебнул пива, заглушая имя. — А какого черта человек вроде него будет париться о ком-то вроде нас? — довольно скоро в городе не нашлось людей, которые не знали, кто же такой Безликий. Гор же не был глухим.

— Скажем так, — Макс аккуратно подбирал слова. — Этот человек был в тех местах, откуда я родом. Я выругался на его языке, чем невольно привлек внимание. Он подумал, что я его соотечественник.

— Так заботиться о каком-то там соотечественнике? Донес нас прямо до города, сохранил жизнь и даже добычу! Он случайно не твой родственник?

— Нет. Я бы знал, — усмехнулся Макс.

— Эх, опять что-то не договариваешь, — покачал головой орк. — Но кто я такой, чтобы быть столь неблагодарным? Духи предков изобьют меня камнями, если я не признаю за собой долг. Что бы ты там ему не сказал, но твои слова спасли наши шкуры! Так выпьем же за это!

Кружки друзей с треском столкнулись, заставляя часть пива разлиться по столу, но чудом спасшимся было все равно. Они выбрались из, вне всяких сомнений, смертельной передряги. Разлитое пиво было совершеннейшей мелочью.

Макс оценил бы это пиво на твердую тройку по десятибалльной шкале, но распитие этой мочи в компании второго настоящего друга из этого мира сделало ее вкус немного терпимее.

— А что с этой твоей рукой будешь делать? — Гор с интересом скосил глаза вниз. — Слышал, что в Подземелье можно мутировать, но никогда не видел.

— С рукой? — Макс пожал плечами. — Что-нибудь придумаю. Например, куплю для нее доспехи или куртку с широкими рукавами. Кроме того, у нее есть свои плюсы. К примеру, — Зимин с предвкушением оскалился, демонстративно поставив локоть левой руки на стол. — Поборемся?

— Ты совершаешь огромную ошибку, человек, — Гор оскалил клыки. — Потом не плачь, если я нечаянно вырву тебе руку. Но так как ты мой спаситель, я постараюсь быть с тобой нежным.

— Меньше слов, больше дела, большой парень! — засмеялся Зимин.

Зеленая лапа ухватилась за костяные фаланги.

Треск — это недобро хрустнул стол, который явно не ожидал от сидящих за ним такой подлянки.

Макс быстро стал серьезен, рука рукой, но в такой борьбе участвует вся верхняя половина тела, которая была все же послабее орочьего.

Однако у землянина было кое-что, чего не было у дитя степей, — техника. Все же в свое время он как-то этим увлекался. И даже почитал несколько статей.

Костяная рука неуклонно начала выгибать зеленую лапу вовнутрь, как бы закручивая и заставляя сухожилия протестующе скрипеть. Вместе с тем, Макс отдал приказ Морфу поднапрячься, и тот с радостью присоединился к этой игре.

Измененные мышцы разом вздулись, и рука Гора словно бы оказалась в капкане, такое давление на нее стало оказываться.

Зеленые пальцы захрустели, будто находились в тисках.

Лицо орка аж почернело от прилившей крови, но он не собирался сдаваться так просто. С напряженным сипом орк усилил нажим, хотя, казалось, больше некуда.

Вполне возможно, победил бы Макс за счет куда большей выносливости, ведь, в отличие от своего оппонента, он прикладывал не такие большие усилия, чтобы удерживать руки ровно посередине.

Вот только стол под ними сказал свое веское «КРАК», разлетаясь на куски, отчего соперники кубарем рухнули на пол заведения.

— Быстро сваливаем отсюда! — Макс был краток. Денег, чтобы заплатить за стол, у них не было. Последнее ушло на пиво. Они решили хоть немного прийти в себя перед походом к Крученому.

— Стоять, отрыжки бездны! — взбешенный рык хозяина заведения ударил им уже в спины. Немногочисленные посетители спешили убраться с их дороги. Перед дверью вырос вышибала, но Гор почти нежным ударом сбоку в челюсть заставил его улететь влево. Мужик рухнул на чей-то стол, обрызгав сидящих за ним воинов.

— Что это за хрень?!

Стоило же им миновать дверь, как, разминувшись с их спинами считанные сантиметры, в косяк врезался тяжелый топор. Из-за стойки же уже карабкался осатаневший гном-хозяин.

Друзья, не сговариваясь, припустили прочь, бережно придерживая мешки с добычей.

*****

— Кого я, мать вашу, вижу! — Крученый пораженно качал головой, расхаживая по собственному кабинету перед вытянувшимися Гором и Максом.

— Вас, понимаешь ли, уже списали. Я лично потратил время, заполняя отчет с потерями. Даже успел его отправить руководству компании. И тут появляетесь вы?!

— Виноваты, исправимся! — гаркнул Макс, усердно пуча глаза.

— Это как же? — аж остановился Вернер, лукаво разглядывая парней. — Как исправитесь?

— В следующий раз мы не вернемся! — послушно пояснил Макс, давя улыбку.

— Э-э-э, нет, — Крученый покачал пальцем. — Вы охренеть, как должны компании. Она на вас потратила бабки, а вы, поджав хвосты, вернулись ни с чем! Теперь будьте уверены, пахать будете до седьмого колена! Да что там, ваши дети и дети ваших детей будут еще отдавать долг компании…

— Извините, командир! — вмешался Макс. — Но мы доставили свою часть добычи.

— Что? — сбился Крученый, расширившимся глазами смотря, как Гор и Макс снимают с плеч мешки и показывают свертки с энергетическими ядрами. Небольшого размера, но увесистые, из-за чего мешки с ними были куда меньше, чем со шкурами. Возможно, поэтому Вернер не сразу заметил груз, а может, просто не придал значения.

Макс лишь стянул свой мешок, ведь иначе пришлось бы светить левую руку. А он пока не был готов ко всем этим вопросам.

Крученый неуловимо быстрым движением достал откуда-то нож, после чего принялся сноровисто разрезать веревки, стягивающие свертки.

— Вы хотите сказать, что умудрились выбраться из Подземелья в одиночку, так еще и с хабаром?!

— Ну вы же сказали, что назад лучше не возвращаться без добычи. — усмехнулся Макс. — Вот мы и тащили эту хрень на себе.

Гор и Зимин сочли, что лучше бы не распространяться о наличии в их истории Гидры.

— Везучие ублюдки. — почти восхищенно протянул Крученый. — Только настоящие безумцы будут думать о какой-то добыче, когда вокруг творится такой мрак. И-и-и мне это нравится!

— Значит, не все отмычки вернулись со своей частью? — уточнил Макс.

— Не все? — фыркнул Крученый. — Да ни один из этих бесполезных кусков говна не сохранил свою часть добычи. И уж поверьте, не одни они такие. В кого не ткни, любой вернулся с голой жопой. Скорее, одни лишь вы — два чертовых психа, умудрившихся выжить, да еще и навариться на этом деле. И я не я буду, если не смогу этим воспользоваться!

Крученый с предвкушением причмокнул губами.

— У кого отмычки настолько круты, что даже безумие Подземелья — не повод бросить добычу? Правильно! У дядюшки Крученого. Но сначала разберусь с вами — Вернер вернулся с небес на грешную землю.

— За стальные яйца объявляю вам благодарность от лица компании. Молодцы, парни, так держать! Видят боги, я бы вас повысил до кандидатов в полноценные авантюристы, но одного похода, пускай и столь опасного, все же маловато. Тем не менее, свои десять… Нет, пятнадцать золотых вы честно заработали. За столь большой вклад в общее дело выдаю премию в пять золотых.

— Спасибо, командир! — тут же ответил Макс, рядом что-то несвязно, но одобрительно рыкнул Гор.

Крученый покивал, довольный своей щедростью.

— Хоть вы и остаетесь отмычками, но уже сейчас я уверен, что вы по праву достойны получить свое прозвище.

Парни подобрались.

— Макс и Гор. — Вернер стал максимально серьезен, давая прочувствовать момент. — Вы готовы принять прозвища, которые станут вашими вторыми именами?

— Да! — двойное согласие было ответом, и ритуал продолжился.

— Для Надземного мира есть одно имя, а для Подземного — другое! Так носите же их с честью, Макс Безумный и Гор Упрямый! Видят боги, вы достойны своих имен! — Крученый торжественно выдержал паузу, а затем усмехнулся.

— А теперь пошли отсюда в казначейство. Хотя, стоять! Никто же вам не поверит, что вы и впрямь это сделали, — Вернер быстро написал на клочке бумажки несколько слов. — Отдадите казначею или одному из его помощников. А теперь брысь отсюда, командиру надо подумать.

Макса с Гором два раза упрашивать не надо было.

Сам же Крученый начал довольно напевать себе что-то под нос. Он был полон уверенности повернуть, казалось бы, полное поражение в свою сторону. Груз, доставленный этими двумя сумасшедшими отмычками, по факту являлся самым ценным из всей их добычи. Шкуры хоть и были не самым плохим товаром, но ядра стоили во много раз больше.

Мужчина отметил у себя в голове поощрить того, кто догадался дать эту часть добычи Гору и Максу.

— Перспективные парни, — с усмешкой заключил он. — Надо будет к ним приглядеться. — как у любого умного и амбициозного человека, у Вернера были грандиозные планы. И в них всегда нужны были опытные и верные воины.

Глава 26

— Вот же срань! — собравшиеся отмычки дружно вытаращились на показавшуюся левую руку.

Макс с усмешкой поиграл с когтями, давая всем рассмотреть их остроту. Внезапно на костяшках выросли дополнительные шипы, сформировав костяной кастет. Морф, наслаждаясь вниманием, тоже приложил свои щупальца к понтам. Чуть погодя когти втянулись обратно в пальцы, позволяя Максу хоть что-то хватать, чтобы не поранить собственную ладонь.

Прятать руку ото всех было невозможно, поэтому Зимин постарался ее легализовать на своих правилах.

Многие из коек опустели, из пятнадцати отмычек, спустившихся в бездну, вернулось лишь семеро. Жуткая статистика, отлично показывающая, почему рынок отмычек постоянно нуждается в новых кандидатах.

— Получается, ты теперь мутант? — один из парней передернулся, скривившись в отвращении. — Упаси боги подхватить такую дрянь…

«Бах!» — парень полетел кувырком на пол, смачно поцеловав его лбом.

— Хирд, мать твою, что ты творишь?! — возмутился упавший, когда все же собрал глаза в кучку.

— Закрой свой поганый рот! — раздраженное лицо Хирда разом отбило у лежачего как желание спорить, так и вставать. Как оказалось, несмотря на рану, главарь маленькой банды все же сумел выбраться на поверхность и даже сохранить обоих своих подчиненных.

Подобные люди отличаются прекрасным умением выживать. Жизнь на улицах очень этому способствует. Другие там долго не выдерживают.

Макс сделал отметку в памяти обязательно купить бутылочку алхимического лечебного зелья. Она определенно стоила своих бешеных денег.

«Интересно, сколько же зарабатывают те же алхимики на авантюристах? При этом им не надо шариться по смертельно опасным глубинам».

— Этот парень, в отличие от такой слизи, как ты, умудрился выбраться из Подземелья! — склонился над испуганным парнем главарь. — Поэтому закрой свой гнилой рот и прояви уважение.

«И спас мне жизнь», — мысленно закончил Макс за главаря. Видимо, Хирд хоть и не хотел признавать этого официально, но был готов платить по счетам, пускай и окольными путями.

— Да, Хирд! Ну что ты в самом деле. Ну не подумал я, бывает! Макс же свой парень, да и рука его, это, ну, круто смотрится. — тут же пошел на попятную вставший парень. Макс не особо помнил, кем он был до того, как пойти в авантюристы. Вроде обычным разнорабочим. Неудивительно, что он быстро сдулся, когда запахло жареным.

— В следующий раз думай, — цыкнул Хирд. Его лицо расплылось в улыбке, которая тем не менее не коснулась глаз. — Рад видеть вас целыми и невредимыми.

Гор молча пожал плечами, не удостоив того ответа. По большому счету, он общался лишь с Максом, неосознанно приняв того в свой круг.

— Я тоже, — расслабленно кивнул Макс, смотря сверху вниз благодаря росту. — Как шея?

— Побаливает, — поморщился главарь, — Но доктор сказал, что ничего важного не задето. Заживет, как на собаке. — передразнил он кого-то.

— Тогда выздоравливай. — дружески хлопнул Макс его сбоку по плечу.

— Спасибо. — тройка спокойно удалилась. Следом увязался и упавший парень. Оставаться рядом с Максом ему было неуютно.

Остался последний в их семерке, с кем он еще не переговорил.

— Эй, Амалрик! — позвал он полуэльфа. — Подваливай сюда, что сидишь там в одиночестве, будто неродной.

Тот внимательно смерил Макса и недовольного орка взглядом, после чего, перекинув ноги на пол, подошел и сел на одну из свободных коек.

— Поздравляю тебя с обновкой, — с иронией бросил он, намекая на руку Макса. — Как ощущения?

— Непередаваемые, — улыбнулся Зимин. — Как сам-то?

— Так себе, — Амалрик приподнял штанину, показывая пропитанную кровью повязку. — Уже у самого выхода вцепилась в ногу огромная змея. Обычно у змей нет двух рядов острых клыков, но у этой были. Марта обрубила тело, а башку сняли лишь на поверхности. К счастью, змеюка оказалась довольно редкой, поэтому получилось загнать ее клыки ремесленникам, а все остальное алхимикам. Сейчас у них с материалами туго, поэтому купили даже такую дрянь. Так, я один из немногих, кто сумел остаться в плюсе.

— Пха! — пренебрежительно фыркнул Гор. — Жалкая башка? Только трусы бросают свою добычу. Настоящие орки возвращаются назад, украшенные боевыми шрамами, добычей и ушами убитых врагов!

— Стой, — удивился Макс. — А что ты у гноллов тогда уши не рубил?

— Слабые враги, жалкий противник. Ухо ценно лишь тогда, когда оно принадлежало очень сильному врагу. У сильного врага можно съесть печень или сердце, чтобы почтить его память и великое сражение. А у врагов, сражение с которыми было на грани смерти, можно отрубить голову, чтобы сделать чашу!

Макс внимательно слушал Гора. Он, конечно, догадывался, что многого не знает о культуре своего друга, но сейчас это становилось, как никогда, очевидно.

— Распивая брагу из черепа, ты питаешь его и свой дух. Тосты обязательно должны начинаться с упоминания этого врага…

— Пф-ф, — презрительно ответил полуэльф, по которому столь неуважительно прошелся Гор. — Дикарские обычаи вполне подходят вашей необразованной расе. А насчет добычи, — Амалрик нехорошо улыбнулся. — Уверен, ты бы, орк, непременно сдох, если бы не действия Макса. Ты слишком туп, чтобы выбраться из той передряги. Скажи честно, я ведь прав?

Гор яростно надулся. Говорить правду он не мог, но и врать считал ниже своего достоинства. Поэтому мог лишь молчать, гневно раздувая ноздри.

Видя это, полуэльф скорчил еще более самодовольное лицо.

— Ну вот. Чего и следовало ожидать. Поэтому…

— Кстати, Амалрик. — Макс умышленно перебил полуэльфа, а когда тот раздраженно повернулся, то Зимин заставил его замолчать взглядом и как бы невзначай сжатой в кулак измененной рукой. — Я так понимаю, ты получил свою выплату?

Полуэльф мог бы продолжать спор, но все же, поморщившись, мудро не стал развивать конфликт.

— Лишь три золотых. — в голосе полукровки звучала злоба. — Именно во столько оценили башку той твари. Хотя нет, изначально голова стоила пять. Но два золотых пришлось отдать чертовому целителю компании. Поганый старикашка! Ничего толком не вылечил, зато забрал два золотых!

— Деньги, то есть, у тебя все же имеются, — подвел итог землянин. — Как смотришь на то, чтобы прошвырнуться с нами по магазинам? Ходить ведь можешь? Как говорится, в компании и тонуть веселее.

— Знаешь, — полукровка задумался. — А почему бы, собственно, и нет? Не оставлять же тебя лишь в компании этого дикаря? Я хоть и полуэльф, но в культуре кое-что смыслю.

— Полуэльф — это почти как полумужеложец. — тут же ответил Гор.

Мак подавил довольную улыбку. Все шло по лучшему сценарию. Именно в таких словесных пикировках и рождается спаянность. Конечно, это может перерасти в безобразную драку и вражду, но на этот случай как раз и есть Макс, чтобы вовремя сглаживать углы.

Он был полон решимости дать им почувствовать все плюсы работы в команде.

Хоть полуэльф и был удивительно язвительным куском сарказма, но у него были несомненные плюсы. К примеру, он быстро учился драться, был ловок, бесстрашен и при этом понимал, когда стоит любопытствовать, а когда нет.

Он не задал ни единого вопроса о прошлом Макса, как и о тех вещах, которые он не знал. Зимин старался отвечать тем же. Учитывая «любовь» к полукровкам, его детство и юность, скорее всего, были тем еще адом.

— Слушай, — весело хмыкнул Макс. — Насколько я понял, ты не особо любишь эльфов, так почему считаешь их образцом культуры?

— Так-то я не люблю еще людей и орков, — с легкой улыбкой пожал плечами Амалрик. — Но чего у эльфов не отнять, так это гигантской культуры и множества различных ее направлений. Уж поверьте, я знаю. — последнее прозвучало довольно ожесточенно.

*****

Пятнадцать золотых. Много это или мало? Если попробовать перевести хотя бы в земные рубли две тысячи двадцатого года, то это примерно сто пятьдесят тысяч рублей.

Безусловно, где-нибудь в Иркутске на эти деньги можно прожить относительно долго. Если выбрать город поменьше и подальше, то выйдет еще лучше.

Но вот уже в той же Москве, с ее неадекватными ценами на жилье, сто пятьдесят тысяч окажутся не такими уж и большими деньгами.

Так и в Хейдене, городе возле Подземелья, цены были рассчитаны на успешных авантюристов, которым некуда девать золотые кругляши, квадраты или вообще дырявые желтые бублики. Стекающиеся сюда монеты были самых разных видов и форм.

Благо в договоре четко прописывались золотые монеты местной Империи, которая, вроде как, следила за качеством своих денег.

Первым делом товарищи навестили алхимиков.

Там они испытали легкий священный трепет перед ценами. Даже самые слабые сертифицированные гильдией алхимиков зелья стоили парочку золотых. Нормальные зелья выходили в десяток. Хорошие уже стоили несколько десятков. Сильные — пару сотен. Очень сильные приближались к тысяче.

Землянин подозревал, что были еще более сильные версии, но их никто бы не стал доставать или показывать каким-то бродягам. Подобные вещи использовались авантюристами легендарных рангов, архимагами и членами королевских и императорских семей.

Кроме лечебных зелий, имелись и другие, но продавцы так нехорошо смотрели на отмычек, что пришлось спешно ретироваться. Макс не сомневался, что стража встала бы на сторону владельцев столь дорогого бизнеса.

Купить же эти зелья подешевле было очень сложно. Гильдия алхимиков контролировала рынок, устанавливая для всех единую цену. Конечно, можно было попытаться купить склянки из-под полы, но никто не гарантировал, что в нужный момент они сработают как надо.

В случае же такого косяка со стороны сертифицированного алхимика, тот рисковал своим статусом и званием мастера.

Строгий, но справедливый закон. Вероятно, единственный правильный путь ведения дел с авантюристами. Иначе разозленные воины могли знатно порушить мирную жизнь мастеров алхимии.

Макс купил слабенькое зелье лечения, его примеру последовали и Гор с Амалриком.

Маленькая бутылочка из твердого полупрозрачного материала, отдаленно похожего на стекло. Красный цвет жидкости безошибочно давал понять назначение этой бутылочки.

По идее, опытные авантюристы носили специальные пояса с кармашками для таких вещей, но они стоили денег, которых и так почти не было.

Зимин же собирался совершить еще несколько трат.

— Неплохо вы наварились, — с завистью хмыкнул полуэльф, когда услышал, что они с орком пойдут еще и в магазины с броней. И хоть у него больше не было денег, увязался следом.

— Держись нас и тоже не пропадешь. — закинул удочку Зимин.

Помолчали. Амалрик нахмурился, крепче сжимая алебарду. Один из минусов подобного оружия — таскать вне боя ее очень неудобно. Постоянно цепляется то за низко висящие веревки, то за ларьки продавцов.

— У меня есть глаза, Безумный. Ведь теперь тебя так называют? Стоило тебе прийти в казарму, как ты тут же начал собирать под себя людей. Уж насколько мы друг друга терпеть не можем, но здесь здоровяк со мной согласится.

Гор промолчал, что было красноречивее любых слов.

— Этому громиле только подавай сражения, поэтому он не будет задавать вопросы. Но я не столь непривередлив. Какова твоя цель, Безумный Макс? Чего ты хочешь достичь в этой жизни и зачем тебе я?

— Эх, любите вы все задавать этот вопрос! — иронично фыркнул Зимин, взъерошив себе волосы правой рукой. Левой он этого делать благоразумно не стал. Скальп ему еще был нужен, причем именно на голове. — Может, я сам не знаю? Или мне лень об этом думать? Ладно-ладно, не хмурься.

Макс посмотрел на безоблачное небо.

— Я хочу вкусно есть и сладко спать. Хочу, чтобы меня знали в самых дальних местах этого мира и мое имя произносили с настоящим уважением. Может, даже страхом. Хочу денег, известности и силы. Вероятно, как и все живущие. Все это куда лучше получить в хорошей компании друзей, которые при случае прикроют спину и вытащат из какой-нибудь ловушки.

— Я думал, что ты скажешь об основании какого-то культа Подземелья, — как о чем-то несущественном протянул полуэльф и тут же, не давая ответить возмущённому Максу, закончил. — Я согласен присоединиться к вашей веселой компашке, но с одним важным условием. — он сделал театральную паузу.

— Пусть этот громила стоит с наветренной стороны.

— Эльфийская отрыжка, ты на что это намекаешь?!

— На то, что ты воняешь!

— Великие духи, дайте мне сил не разорвать на части этот длинноухий высер!

— Добро пожаловать, Амалрик.

Глава 27

От бронников Макс вернулся без семи золотых, но зато с новеньким шлемом. Обычная простая круглая металлическая шапка с крепящимися на римский манер двумя щитками для защиты щек.

Гор вместо шлема купил наплечники. Из-за нестандартного размера они опять вышли дороже, отчего великан рвал и метал, проклиная жадных торговцев до седьмого колена.

К тому же, Амалрик не смог смолчать, отчего накал страстей знатно повысился.

Вообще, чуть лучше узнав полуэльфа, Макс удивился, как тот вообще дожил до своего возраста. Полукровке было аж двадцать пять лет. Вполне серьезный возраст для этого мира.

Дело в том, что Амалрик почти физически не мог удержаться, когда имел возможность кого-то ужалить. А так как его язык был остер, то слова были и впрямь обидными. Отчего его хотелось пристукнуть, так сказать, во избежание.

Макс еще по службе в армии помнил, как с непривычки отваливается шея от постоянного ношения каски. Казалось бы, вес не столь уж большой, но попробуй потаскать ее весь день.

Поэтому, несмотря на жару, он старался как можно чаще одевать этот головной убор, в том числе на тренировки, чтобы побыстрее привыкнуть. В бою броня должна стать второй кожей, а не лишним грузом.

Гор последовал его примеру, поэтому гном Караз, когда увидел их пару, лишь одобрительно кивнул, что, правда, не помешало ему гонять их до седьмого пота.

Бесконечные взмахи топорами сливались в одну нескончаемую полосу, где единственное, что ты чувствуешь, — это катящийся по спине пот, нехватку воздуха и налившиеся свинцом руки.

— Бей! — яростный стук лезвий, рассекающих воздух. — Зеленая шваль! Разве это удар?! А ты, дылда, чего филонишь? Думаешь, я не вижу?! Бей еще! Еще! ЕЩЕ!

Это «еще» звучало даже во сне, заставляя отмычек дергаться, невольно отрабатывая удары в царстве Морфея.

Так, ночью Макс умудрился выбросить левую руку вверх, напрочь пробив деревянную спинку своей же кровати. Та, не выдержав такого подлого удара, мстительно рухнула, перебудив всех. В итоге ему пришлось досыпать, постоянно сползая, а утром еще и чинить кровать.

Кроме тренировок с оружием, физическими упражнениями на развитие выносливости и пробежек, начались тренировки по управлению внутренней энергией. Правда, ее количество оставляло желать лучшего.

Убийства тварей Подземелья оказалось отличным подспорьем для развития резерва. Вот только если остальные отмычки, в лучшем случае, убивали гноллов, то вот Макс с Гором невольно отхватили здоровую порцию энергии от убийства приснопамятного крокодила.

Кстати, это тип чудовищ звался мерроузом и жил, примерно, на стыке второго и третьего уровня Подземелья.

Новички никоим образом не могли с ним встретиться в обычных условиях.

Из-за этого первой внутренняя энергия открылась на достаточном уровне лишь у орка с землянином.

Проверку провели с помощью штатного шарика компании, до боли напоминавшего магический шар в гильдии магов, что заставило землянина понервничать. Услышать, что и внутренней энергии у него нет, он точно не хотел.

Благо все обошлось.

— Ладно, слабосилки. — гном прошелся возле орка и человека. — Вы доросли до того, чтобы начать использовать внутренние силы. Энергии у вас крохи, но тем не менее их должно хватить хотя бы на одну атаку.

Макс внимательно слушал. Да, ему не стать магом. Слова того старого пердуна отлично врезались в память. Но вот научиться пользоваться внутренней энергией ему ничто не мешало.

Кто в детстве не хотел научиться делать какие-нибудь сверхъестественные штучки? Теперь он мог это сделать, причем лишь за счет самого себя.

— Внутри вас течет эта энергия. Все ваше тело состоит из нее, — начал гном. — Первый выброс самый сложный. Вы должны поверить, даже, скорее, знать, что вы это можете сделать. Энергия и воля. Вам нужно укрепить свою волю, чтобы управлять энергией. — Караз перевел дух, сам запутавшись в той заумной чуши, которую он умудрился выдать. Поняв это, он налился дурной кровью и немедленно взорвался.

— Короче, недоумки! Берите топоры, напитывайте их силой и хреначьте тренировочные манекены! Встать за два метра от них! Эй, ты, орк, встань за два с половиной, сильно лапы у тебя длинные. Концентрируйтесь и бейте. Пока не сделаете, с полигона не уйдете. Землю вместо обеда и ужина будете жрать!

Макс широко расставил ноги, глубоко вздохнув свежий воздух. В стороне послышался свист, Гор не стал заморачивать подготовкой, ударив сразу. Надо ли говорить, что у него ничего не вышло?

Зимин выбрал иную тактику. Опустив топор, он закрыл глаза, пытаясь почувствовать эту самую энергию.

Спокойное размеренное дыхание, стук сердца, текущая по венам кровь… Землянину захотелось сплюнуть, все эти размышления настраивали его, скорее, на желание поспать.

Никакой энергии он, естественно, не ощутил.

Благо у него имелся еще один способ попытаться выйти из этой ситуации.

«Морф, ты можешь как-то использовать внутреннюю энергию?»

В ответ пришло лишь недоумение.

Спустя пару минут разговора глухого со слепым, Макс разочарованно заключил, что или Морф его так и не понял, или симбионт совершенно не чувствует энергию.

— Ладно, кто сказал, что будет легко? — с этими мотивирующими словами Макс с силой рубанул воздух, истово желая разрубить стоявшую напротив деревяшку.

Ничего не произошло.

— Я уж думал, ты стоя заснул! — донесся едкий комментарий от гнома. — Если бы ты простоял так еще пару минут, я бы запустил в тебя поленом!

Макс ничего не ответил, делая новый взмах, и опять без толку.

Спустя час Зимин решительнейшим образом возненавидел все вокруг. Тело под одеждой и доспехом на жаре невыносимо чесалось, а стальная шапка, раз за разом чиркая по затылку, создавала ощущение, что там уже все протерто до кровавых мозолей.

Благо Караз их почти не торопил, поэтому Макс мог позволить себе отдыхи перед замахами. Тот, кто хоть раз пытался помахать топором целый час, должен понимать, насколько это бывает изматывающе. Тем более, если ты одет в тяжелый доспех и орудуешь двуручным топором.

Кто-то бы заметил, что вес обычного топора для колки дров немногим меньше, на что Макс бы лишь устало посмеялся. В таком деле важен каждый грамм.

Спустя еще час бесплодных попыток у Зимина не осталось сил даже злиться.

— Ладно, бестолочи, валите отсюда. Завтра чтобы снова здесь!

И на следующий день выматывающая тренировка опять повторилась. Крученому нужно было нанять новых отмычек и хоть немного их натренировать, поэтому, пока Макс с Гором уныло пытались рубануть манекены «бесконтактным карате», новые отмычки бегали вокруг них трусцой, с любопытством сверля взглядами. В этот раз из девяти новичков трое решили стать топорниками, четверо — щитовиками и остальные двое — алебардистами.

Теперь в подчинении гнома было аж пять рекрутов. Правда, Караз по этому поводу не особо волновался, и Макс понимал причину. Сколько останется отмычек после очередного похода?

При этом никто не снимал с них тренировки по владению оружием. Макс вполне серьезно подозревал, что обычный человек не был в состоянии справиться с чем-то подобным. Даже тот же орк осунулся, а его зеленая кожа приобрела землистый цвет.

Единственная причина, почему Безумный вообще мог поддерживать такой темп, заключалась в помощи Морфа.

Человек и монстр довольно скоро помирились. Как оказалось, симбионт оказался отходчивым существом и не мог долго злиться. В этом они были похожи, Макс тоже не был особо злопамятным. Он предпочитал отвечать сразу ударом на удар, а не долго носить груз за пазухой.

Теперь, пока землянин спал, деятельное порождение Подземелья штопало его тело, восстанавливая перегруженные и растянутые мышцы.

Но даже так каждое утро Зимин чувствовал себя выжатой половой тряпкой.

Макс не знал, сколько бы он смог продержаться в таком темпе, но на шестой день у него впервые что-то получилось.

Раз за разом тупо взмахивая топором, он с недоумением увидел легкую дымку, сорвавшуюся с лезвия и толкнувшую манекен. Тот закачался, но не упал. Однако и этого было достаточно, чтобы привлечь внимание гнома.

— Наконец-то! Хоть один из вас не бесполезен! — Гор, услышав столь нелестный отзыв, с еще большей ожесточенностью начал махать топором. Его прорыв случился уже на следующий день, чем успокоил самолюбие излишне гордого орка.

До этого момента он ходил смурнее тучи и смотрел так, что даже Амалрик не стал его доставать.

Если Макс думал, что на этом их тренировки смягчатся, то он ошибался. Новая порция указаний, и на этот раз Зимину и Гору пришлось развивать полученный результат.

В итоге из пяти ударов получался лишь один. Логично, что в бою ставить жизнь на такой результат явно не стоит.

Вот только вылезала вторая проблема, которую тренировками быстро решить было нельзя, — нехватка энергии.

Макса хватало ровно на два воздушных лезвия средней паршивости или на шесть хороших толчков. Орк мог чуть больше — аж целых три лезвия или девять толчков.

Тем не менее Караз давал дельные советы по управлению даже тем минимум, который был у них.

Примечательно, что гном, по большому счету, не обязан был этого делать. Техники внутренней энергии проходили уже совершенно по другой статье, поэтому не попадали под тренировки компании.

Из-за этого Максу и Гору пришлось скинуться по золотому, чтобы довольный гном вообще начал рассказывать хоть что-то.

С другой стороны, обучение у настоящих мастеров внутренней энергии стоило сотни, если не тысячи золотых. Поэтому один золотой смотрелся почти благотворительностью со стороны Караза.

Как можно понять, обучение было тяжелым и выматывающим. Макс, изначально достаточно сильный человек, был вынужден пересмотреть оценку своей выносливости.

Тем не менее вся эта ситуации заставляла его желать большего. Каждую ночь он засыпал с улыбкой на губах. Он буквально чувствовал, как тело становилось сильнее. Мышцы наливались мощью и энергией.

Навыки по работе с топором тоже прогрессировали, пускай и не так быстро.

В последние разы ветераны начали выпускать своих ученичков в схватки друг с другом. Оружие было учебным и деревянным. Вот только отхватить деревянным мечом по лицу немногим лучше, чем затупленным металлическим.

В таких драках решало не сколько умение драться оружием, а ловкость и умение двигаться. Учителя лишь поощряли всякие толчки, клинчи, подножки и другие подлые приемы.

Щитовикам было проще всего — учебное оружие просто отскакивало от деревянных щитов, никак их не повреждая. Тем же оставалось лишь ударить открывшегося противника.

Алебарды же очерчивали невероятно широкий круг, войти в который значило получить тяжелой деревянной палкой по голове или по другой важной части тела.

Приходилось подключать все свои возможности, чтобы выходить победителями. Так, Гор блокировал максимально жестко лезвием и рукоятью учебного топора, тут же переходя в атаку. Он буквально давил своей массой, навязывая максимально ближний бой.

Макс же внаглую использовал левую руку. Та почти не чувствовала боли, позволяя принимать на себя удары, так еще и могла неслабо ответить.

Владение двуручным топором обрекало своих владельцев лишь на одну возможную тактику — наступательно-атакующую. Именно поэтому им нужны были хорошие доспехи. Лишь они будут стоять на пути вражеских ударов.

Кроме всего вышеперечисленного, Макс изредка снимал чулан в одной таверне. Владелец был не прочь получать медяки и не задавать вопросы. Вроде, что какой-то вооруженный здоровяк делает наверху несколько часов? И почему возвращается оттуда смертельно уставший?

Макс же с Морфом учились управлять плотью. Как оказалось, измененная рука была не единственным вариантом усиления человеческого тела.

Глава 28

Маленькая темная каморка. В ней даже нет окна. Единственное, что дает свет, это одинокая, дрожащая от дыхания свеча, стоявшая на каких-то пыльных ящиках.

Вокруг кружится пыль, но находящемуся здесь мужчине на этот плевать.

Он, закрыв глаза и прислонившись к стене, сидит на тюке с тряпьем.

Вот его дыхание ровное, но уже в следующую секунду оно сменяется целой серией резких вдохов.

Из-под прикрытых век то и дело вырывается желтоватое свечение.

Чем больше Макс пользовался обновленной рукой, тем больше ощущал ее плюсы. Нечеловечески сильная и крепкая. Быстро восстанавливающаяся от мелких повреждений за считанные секунды. Ее хищные обводы притягивали взгляд, а острые когти, способные при необходимости уменьшаться, без проблем дырявили дерево и, уж конечно, плоть.

Что же натолкнуло Безумного на саму возможность развить их связь с Морфом?

Дело было в том, что изначально левая рука представляла собой некий сплав костяной латной перчатки, пронизанной внутри толстыми канатами мышц. Это значило, что наружная сторона была гладкой и очень плохо цеплялась за ту же рукоять топора.

Если не прикладывать достаточно силы, окованная деревяшка просто выскальзывала. В обратном же случае она начинала опасно потрескивать. Силища в новой руке была чудовищной.

В очередной раз, когда Макс ругался на эту проблему, рука пришла в движение. Кость буквально потекла. Она пузырилась, распространяя во все стороны маленькие волны. Смотреть за этим было невероятно увлекательно и, вместе с тем, страшно. Ведь это была все же его рука.

Было чувство, что он опустил руку в крутой кипяток, отчего кожа начала сползать с мяса. Благо боли не было.

Однако через пару десятков секунд изменения замедлились, пока окончательно не завершились. Зимин с удивлением увидел тонкую кожу и немного мяса на подушечках пальцев и ладони.

Более того, вернулись тактильные ощущения. Слабые, но хоть какие-то. Ранее Макс будто бы управлял искусным протезом.

После этого случая мужчина начал попытки погрузиться внутрь своего разума.

Но у него больше ни разу не получалось попасть в то место, где он первый раз встретился с симбионтом.

Тем не менее качество связи между ним и Морфом выросло на порядок. Будто бы некий связист все же вышел из запоя и таки настроил радиостанцию, убрав шумы.

Улучшившаяся связь сделала свое дело, позволив двум разумным узнать друг друга получше.

Сам симбионт оказался на диво любознателен. Он то и дело выпытывал у Макса информацию о тех или иных вещах. Причем у него оказывались достаточно необычные вопросы. К примеру, видя, как Макс ест ложкой, он очень удивился этому простому действию.

«Ложкой долго. Руками быстрее. Зачем едите ложками?» — в сознании тут же появилось, как схематический человек опрокидывает тарелку прямо себе в рот. Последний, что примечательно, невероятно расширился.

Макс усмехнулся. Его соседу можно было рисовать мультики, получалось достаточно забавно.

Тем не менее вопрос был довольно неожиданным, поэтому Зимин не сразу нашелся с ответом. В голове тут же всплыло воспоминание, как он так же донимал мать и отца этими глупостями.

Так, в свое время он умудрился спросить у матери: «Зачем ей норковая шуба, ведь норки — это дырки, соответственно, шуба рваная».

«Люди стараются быть чистыми. Если есть руками, то они будут грязными. Люди не любят грязнуль. К тому же, тот же суп может быть горячим. В ложке он остынет быстрее», — начал он: «Плюс, из-за грязных рук человек может подхватить какую-нибудь болезнь или вирус». — последнее Макс сказал не подумав, так как ему тут же пришлось пояснять, что такое болезни и вирусы.

Учитывая же то, что он сам не знал в деталях, что это, то ему пришлось здорово потрудиться.

«Понимание!» — обрадовался симбионт: «Хозяин может не волноваться, теперь он не будет болеть! Никакие вирусы нам больше не страшны. Морф позаботится об этом. Ожоги тоже Морф вылечит. Хозяин может есть руками!»

«Стоп, что за хозяин такой?» — нахмурился землянин.

«Хозяин сильнее», — пришел осторожный ответ: «Если хозяин хочет, он может закрыть Морфу путь. Оставить внутри навсегда. В темноте». — с последним словом пришла непередаваемая смесь ужаса и обреченности.

«Вот и приехали», — устало отметил Макс. Он уже забыл о том случае, Морф же очень болезненно воспринял возможность того, что Зимин способен отобрать контроль над телом и даже над левой рукой.

«Но почему именно хозяин?»

«Не знаю», — Морф растерянно «пожал плечами». — Что-то внутри меня подсказывает, что именно так обращаются к тем, кто сильнее. Тем, кому ты обязан подчиниться по праву силы.

Зимин не раз замечал такие проблески непонятных знаний. Видимо, Подземелье вложило в свое творение некий базис, который раскрывался со временем.

«Знаешь», — Макс замялся. Разговор проходил все в той же каморке: «Я хочу кое-что тебе рассказать. О своей родине».

Шарик плоти весь обратился в слух. Он чувствовал, что человеку неловко об этом говорить, поэтому не торопил его. Один из плюсов столь прочной ментальной связи. Правда, он не понимал, почему человеку не нравится, когда к нему так обращаются.

«Когда-то давно на моей родине существовала система, где некоторые люди лишь по праву рождения имели множество прав, о которых большая часть обычных людей не могла и мечтать. То, что другие могли получить лишь благодаря чудовищным усилиям и труду, другие имели с рождения. Более того, что-то нельзя было получить даже если очень стараться. Так вот».

Макс собрался с мыслями.

«Подобная система не понравилась многим людям. Мало кто любит чувствовать себя людьми второго класса. Возник конфликт, а так как обычных людей было больше, и они готовы были умирать за то, во что верили, то они победили. Они пытались построить лучший мир. Идеальный мир. Но они провалились».

«А почему?» — тихо спросил Морф, убаюканный этой историей.

«Я не знаю, почему это произошло, но не о том речь», — Макс даже не стал пытаться отвечать на этот вопрос: «Дело в том, что они боролись против системы хозяев и рабов. Более того, их тень была настолько страшной, что она пересекла океаны и целые континенты. В других странах, видя, к чему может привести жадность и наплевательское отношение к людям, создавали профсоюзы, снижали рабочее время и всячески пытались показать людям, что уж они-то заботятся о них. Одним своим примером они сделали мир лучше, чем он был до этого».

«А что случилось с теми людьми, которые пытались создать лучший мир?»

«Часть убили свои же. Когда-то слышал фразу, что революция убивает своих детей. Их же потомки не смогли продолжить дело отцов и дедов. Та страна развалилась, но их память жива до сих пор. Мои предки бились за то, чтобы не было рабов и хозяев. И я не собираюсь примерять это гнилое наследие. Можешь звать меня боссом. Ничего другого в голову просто не приходит. Ты подчиняешься мне, но не принадлежишь. В этом разница».

«Хорошо, босс!» — Макс не знал, правильно ли он поступает. Возможно, рушить уже существующую систему — не самая умная мысль. Но Зимин всегда старался жить по совести, и становиться рабовладельцем он уж точно не собирался. Даже если сам «раб» вроде как не против.

Ему оставалось лишь надеяться, что его благими намерениями не вымощена дорога в ад.

Чуть позже Морф показал оригинальный способ поглощения пищи. Так, когда землянин достал заранее припасенный пирожок, симбионт предложил свой вариант его съедения.

Макс с интересом согласился, после чего с удивлением смотрел, как бок мучного изделия медленно поглощается его же рукой. Пара минут — и больше ничего не сообщало о наличии пищи.

Более того, он каким-то образом умудрился почувствовать сытость. Как этот пирожок по руке умудрился добраться до его желудка, Макс отказывался понимать. А может, добралась лишь энергия?

Попытки получить ответ у Морфа дали интересный ответ — тело Макса хоть внешне и выглядело человеческим, внутри таким уже являлось не до конца.

Довольно жутковатая мысль, если так подумать. После этого он еще пару дней прислушивался к себе, пытаясь определить изменения.

Опыты с водой показали тот же результат. Опущенный в кружку палец вполне успешно поглощал жидкость.

Другое дело, что подобный способ питания не передавал вкусовые качества еды. Правда, учитывая такую себе кормежку компании, это был не самый плохой вариант.

Но разговоры и опыты были не единственным, чем они занимались.

Куда более интересными были их эксперименты по изменению других частей тела.

Макс решительно закидывал в рот куски мяса с хлебом. Любые изменения требовали от него энергии. Теоретически Морф имеет и свой источник, но по факту его пока не хватало для серьезных изменений, поэтому берутся ресурсы и самого тела.

«Начинай!»

Зимин откинулся, стараясь не обращать внимание на легкие покалывания на лице. Купленный шлем не имел сплошной защиты лица.

Теперь Зимин решил исправить это недоразумение.

Лицо чесалось все сильнее, но он сжал кулаки, заставив себя не двигаться. У Морфа было мало опыта, поэтому хозяин тела вообще чувствовал эти изменения.

Челюсть внезапно отказала, чтобы через минуту заработать вновь. Макс знал причину. Прямо сейчас симбионт создавал костяную маску, выращивая ее прямо поверх черепа. Она должна была прилегать максимально плотно, но при этом давать челюсти двигаться, чтобы землянин мог разговаривать.

Мир медленно стал уменьшаться. Костяная волна закрыла глазные впадины, но это продолжалось недолго. Закончив наращивать сам материал, Морф начал детальную работу.

Вновь увидеть пламя свечи было очень радостно. Все же Зимин опасался, что что-то пойдет не так. Просить же потом кого-то, чтобы он просверлил ему дырки для глаз — это совершенно лишний опыт, без которого он бы спокойно прожил.

«Готово!»

Макс осторожно взял лежащий рядом топор и всмотрелся в его лезвие. Пришлось заплатить одному кузнецу, чтобы он как следует отполировал одну из сторон. Теперь в нее можно было даже смотреться, как в плохонькое зеркало. Купить настоящее не представлялось возможным, они стоили слишком дорого.

Макс увидел пугающий облик будто бы самой смерти. Гладкая костяная маска без прорезей для рта. Лишь две небольшие дырки для дыхания и глазницы, в которых грозно сияли золотые огни. Последние понемногу затухали.

Они загорались лишь тогда, когда было много энергии или Морф начинал свою работу.

Маска выглядела жуткой версией человеческого черепа. Будто ночной кошмар, воплотившийся в реальном мире.

В реальности нижняя часть маски шире, чтобы полностью прикрыть подбородок.

Глава 29

— Надо признать, что это круто, — Макс невольно улыбнулся, так грозно прозвучал его голос под костяной защитой.

Тут ему пришла внезапная идея: «Морф, а ты можешь изменить мне голос?»

«Пока нет. Мало опыта. Есть риск что-то напутать. Босс сейчас хочет изменить голос?».

«Ну тогда не торопись», — поспешил ответить Зимин: «Разберись, как это делается, и потом скажи мне».

«Будет сделано, босс».

«Давай теперь убирай ее». — в ответ пришло огорчение. Морфу очень нравилась эта маска. Как понял Макс, симбионт, впечатлившись возможностью сдохнуть в Подземелье, тратил все свои силы, чтобы стать сильнее и крепче. Защита головы своего босса была одним из первых шагов на этом пути.

Их жизни были связаны, и Морф понимал это гораздо лучше самого Зимина.

В целом, землянин полагал, что хищное порождение Подземелья засунуло бы своего босса в цельный костяной шарик, чтобы с тем уж точно ничего не случилось.

С другой стороны, землянин был даже рад энтузиазму своего компаньона. Чтобы выжить, требовалась работа их обоих.

На следующую тренировку Макс пришел уже в маске, чем серьезно напряг остальных молодых отмычек. Да что там, даже Караз и Гор напряглись, когда увидели это олицетворение смерти.

Благо, что никто не воспринимал это, как появление какого-то монстра.

И здесь стоит остановиться поподробнее.

Подземелья всегда славились своим непостоянством. В них можно было найти как редкий артефакт, просто лежащий на полу, так и неснимаемое проклятья уровня так самого настоящего архимага.

Дары подземелий и те, кто их получал, находились где-то ровно посередине между этими двумя крайностями.

Опытные авантюристы частенько имели несколько способностей, дарованных глубинами. В большинстве своем они были полезными, ну или, как минимум, не вредными.

Однако изредка происходил сбой. Точнее, сбой по мнению людей. Для Подземелья с бесчисленным множеством уродливых тварей третья рука не виделась чем-то странным.

А вот люди старались дистанцироваться от тех, кто получил подобное «благословение». Самые суеверные верили, что, общаясь с такими, они приближают шанс тоже получить подобное же благословение.

Таких людей называли отверженными. Частенько они старались скрыть свои уродства или исправить их с помощью зелий, магов или хирургии. Что-то получалось, что-то нет. Где-то к ним относились нормально, где-то боялись или презирали.

Тем не менее был еще один важный момент в отношении к подобным мутациям — сила.

Интересуясь этим вопросом, Макс с удивлением услышал о тех случаях, когда слабенький авантюрист лишь за счет благословения выходил на уровень сильнейших представителей этой опасной профессии.

Чего хотя бы стоит мифриловый авантюрист Ива по прозвищу Рой? Мутация заставила ее обзавестись двумя жуткими фасеточными глазами, отчего женщине вечно пришлось носить вуаль, напрочь скрывающую лицо.

Но при этом она получила возможность управлять насекомыми. В том числе и в Подземелье. И если вначале ей повиновались лишь мелкие мушки, то к текущему моменту сотни и сотни монстров-инсектоидов вплоть до четвертого уровня.

Сия особа облюбовала подземный город на третьем уровне, граничащий с проходами, в которых чаще всего заводятся монстры-насекомые.

Там она была полноправной владычицей, спорить с которой находилось немного глупцов.

Или другой авантюрист, на этот раз аж орихалкового уровня, то есть почти максимального. Печально известный Маркус Драконокожий. Изначально презираемый за уродливую чешуйчатую кожу, этот человек сумел развить полученный дар настолько, что активировал драконье дыхание, а следом и управлением этим самым огнем.

Добившись же желаемого и обретя мощь, Маркус по заслугам воздал всем тем, кто издевался над, как они считали, жалким уродом.

Вот только сам же и Драконокожий не учел, что драконы удивительно мстительные существа.

Его гнев вышел из-под контроля, поэтому родной город просто перестал существовать. Пламя было настолько сильным, что плавился даже камень. В том аду выжили единицы. Они в панике несли страшную весть.

Очнувшись, Маркус с ужасом узнал, что наделал. Еще одна причина того, что даже сильные дары не всегда так уж и безопасны для своих же владельцев. Он бежал, преследуемый призраками прошлого.

На него была объявлена награда, но все, кто рисковал бросить ему вызов, погибали. Постепенно таких находилось все меньше. Когда же он достиг орихалкового звания, Маркус перебрался в вольные города, нигде надолго не задерживаясь. Недостатка в заказах он не испытывал. Человек подобной силы никогда не умер бы с голоду.

Как мы видим, в отношении к отверженным, измененным или мутантам важна была их сила. Если измененный обладал ею, то он считался таким же авантюристом.

В случае же с Максом его рука не выглядела уродливо. В ней была некая хищная красота и стиль. К тому же, при некотором желании, она была похожа на обычную латную перчатку.

Появление же маски означало большой простор для владения силой. Еще один звоночек, означающий его перспективность.

Трагедия драконокожего научила людей остерегаться мутантов.

Конечно, некоторые из людей стали обходить Зимина стороной, но учитывая, что он и раньше не особо общался с другими людьми, то ничего не изменилось.

Гор же плевать хотел на какую-то там руку или маску, хоть поначалу он и удивился. Зеленого гиганта такими мелочами было не пронять.

Амалрик был полукровкой, поэтому не видел ничего дурного якшаться с измененным.

Караз получал от парней деньги, поэтому готов был бы учить и монстра из Подземелья. Жадность гномов в земных книгах, как оказалась, не была преувеличена.

Что же Макс? Он был рад сложившейся ситуации. Наличие измененных давало ему официальную возможность косить под них, не вызывая подозрений.

Какой монстр внутри? Это всего лишь необычный дар глубин.

Так они и занимались, постепенно учась быть настоящими авантюристами, когда наступила пора нового спуска.

*****

Гор с радостью воспринял эту новость. Нехватка золотых кругляшей глубоко расстраивала великана. Особенно же его злила нехватка комплекта доспехов.

Примечательно, что орки в степях порой щеголяли вообще без оных. К хорошему быстро привыкаешь, что не замедлил отметить Амалрик, чем инициировал очередную ссору.

В это время Макс старательно узнавал информацию о будущем спуске.

Замеченная куда-то спешащая Марта не послала его сразу, поэтому он воспринял это как добрый знак.

— Извините, Высокая! — нагнал он ее. — Зачем мы собираемся спуститься?

— Отстань, — отмахнулась она. — Гильдии магов срочно надо замерить и исследовать изменение энергии в Подземелье.

— А зачем?

— Чтобы узнать, как часто будут волны. Не беси меня, отмычка!

— Последний вопрос! Я не могу так быстро разорвать встречу с такой прекрасной женщиной, как вы.

Марта замедлилась, с подозрением оглядев Макса.

— Издеваешься?! — в ее голосе отчетливо слышалась угроза.

— Даже и не думал, — серьезно ответил Макс, идя рядом. — У вас суровая, северная красота. Местные слишком мелковаты для вас, поэтому не ценят то, что ходит буквально в паре шагов.

— Ха, ну ты и сказанул, — фыркнула воительница. — У тебя змеиный язык, но я слишком стара, чтобы растаять от пары приятных слов. Побереги их для очередной трактирной девки.

— По вам и не скажешь, — ухмыльнулся Макс, специально подзуживая женщину и делая это так, чтобы она прекрасно это поняла.

Легкий флирт с женщиной, один удар которой может тебя убить, заставлял его кровь бежать чуточку быстрее.

Мысленный комментарий Морфа был почти матерным. Симбионт был решительно против такого риска. Он считал, что слишком молод, чтобы умереть в брачных играх.

Тут же пришел смутный образ, в котором два гигантских плотоядных шарика сцепились не на жизнь, а на смерть. По итогам же один шарик стал кормом другого, чтобы выживший разродился множеством своих мелких копий.

Зимин кое-как подавил чувство тошноты. Оказаться сторонним зрителем секса двух хтонических чудовищ глубин оказалось немножко слишком. Тем более так неожиданно.

— Ты играешь с огнем, парень. Что будешь делать, если я поведусь на твои льстивые речи? — хитро прищурилась Высокая.

— Свожу вас в какое-нибудь уютное место, где мы сможем вкусно отобедать и поговорить о жизни?

Теперь Марта реально вытаращилась на землянина.

— А ты не так прост, как может показаться. Неужто благородный? У крестьян только сеновал на уме.

— Да куда нам, деревенским.

— Ври больше, — засмеялась женщина. — Ладно, отправляемся несколькими группами, ведь магов несколько, и они идут в разные места.

Макс, осознав ее слова, быстро прикинул. В Подземелья не ходят воины одного типа оружия. Ведь в случае если тот же меч бесполезен против какого-то врага, то все остальные мечники тоже разом становятся бесполезны.

Следовательно, их разделят на несколько отрядов, взяв у каждого ветерана по одной отмычке на отряд.

— А вы можете взять нашу тройку, — выпалил он.

— Что?

— Я, орк и полуэльф. Два топора и алебарда. Мы занимались вместе, знаем, что может каждый. Вы же один из сильнейших ветеранов. Уверен, вы лучший выбор для Подземелья.

— Значит, хочешь в мой отряд? — уточнила она. — И тебя не смущает, что я женщина?

— В первую очередь. вы авантюрист с тяжелой алебардой и превосходными навыками воина. Не смущает.

— Два топорника — это, конечно, многовато, — задумалась она. — Но не смертельно. А двое других не будут против? Особенно это эльфийское отродье?

— Он согласится, — твердо ответил Макс, отгоняя воспоминания о том, что именно говорил полуэльф о Высокой.

— Я подумаю, — наконец сказала Марта. — Есть еще кто-то на примете?

— Тройка Хирда. — Макс словно ждал этого вопроса. — Три щитовика станут отличным становым хребтом отряда.

— Ты решил урвать лучших? — хмыкнула женщина. — Остальным ветеранам это не понравится.

— Такл учше спускаться вниз во всеоружии, разве нет? — невинно уточнил Макс. — К тому же, кто успел, тот и съел.

— Твоя правда. Ладно, Безумный Макс, хотя тебе бы больше подошло прозвище Хитрый Макс, твои слова меня заинтересовали.

— Тогда не буду больше отвлекать, о прекраснейшая.

— Вали нахрен, шутник.

Как стало впоследствии ясно, Марта решила все же прислушаться к просьбе землянина. Возможно, в этом большую роль сыграло то, что парни в одиночку вырвались из Подземелья.

Подобные подвиги мало кто мог совершить. Все, безусловно, понимали, что это могло произойти лишь благодаря удаче. Тем не менее удача имела огромное значение в среде авантюристов.

Не зря же они столь тщательно соблюдали любые приметы. Алтари же и церкви богини удачи стояли в разы чаще храмов других богов и богинь.

Наступало время второго похода, а Морф ударными темпами учился усиливать и укреплять человеческое тело.

Подземный монстр уже понял, что ему не очень повезло с владельцем тела. Его босс не умел сидеть на месте и словно специально лез в смертельные передряги, из которых невозможно выйти живыми.

В этот раз он обязательно опять рванет в самую гущу, а маленькому чудовищу совсем не хотелось умирать.

Морф был полон решимости выжить и спасти своего безумного босса.

/Маленький хтонический монстр достал двумя щупальцами красную повязку и грозно повязал ее вокруг себя./

Глава 30

В этот раз возле основания скалы было довольно пустынно. Изредка появлялись одиночки, спускающиеся или поднимающиеся наверх. Имелись и целые отряды, но редко.

В принципе, одиночка мог выживать под землей, главное было не спускаться слишком глубоко и внимательно следить за обстановкой, чтобы не наткнуться на большую группу чудовищ.

К примеру, там, где отряд Крученого в прошлый с ходу раз атаковал лагерь гноллов, одиночки или небольшая группа обошли бы опасность стороной, поискав более легкую цель.

В этот раз их было семеро.

Хирд и Макс уважительно друг друга поприветствовали. Оба отлично понимали, что никакой выгоды в противостоянии между ними нет.

Гор и Амалрик отделись кивками, и их же получили в ответ.

В тот же день, прямо перед спуском, отряд сумел увидеть того, кого они должны были охранять и провести аж в самую глубь первого уровня.

Встреча произошло на черной равнине под скалой, не доходя ста метров до первых проходов под землю.

Глядя на презрительно оглядывающего их мага, Макс сразу понял, что взаимопонимания у них не получится.

— И это моя охрана? — лицо мага дернулось, будто он увидел нечто отвратительное. — Из какой дыры вы их вообще достали?

— Попрошу вас прекратить подобные разговоры, — голос Марты был подчеркнуто скрипуч, когда она с непроницаемым лицом посмотрела на столь неудобного человека. — Все вопросы к вашему собственному начальству, главе нашего отряда или компании.

Маг раздраженно дернул плечами, ничего не сказав. Обсуждать свое начальство он явно побаивался.

Зимин с интересом оглядел этого человека. Худое телосложение, рост метр шестьдесят, отсутствие мышц и впалые щеки на узком лице, длинные коричневые волосы.

Каждый из здесь присутствующих был сильнее, выше и крепче, плюс они должны были охранять его жизни. Неужели он не мог чуть-чуть, но поумерить спесь?

Как показала практика, нет.

Наличие в своем теле маны заставляло сего индивида чувствовать себя высшим существом. Высшее же существо обязано разговаривать с низшими лишь через губу и нехотя.

— Как к вам обращаться в Подземелье? — уточнила Марта.

— Книжника будет достаточно. — все же ответил маг, чем удивил всех. Видимо, он все же что-то знал о приметах и правилах жизни в глубинах. Макс ожидал попыток настоять на своем обычном имени.

— Двигаемся строго за мной. Никаких внезапных попыток отойти в сторону, — Высокая говорила максимально серьёзно. — Я впереди, следом за мной щитовики, затем вы, Книжник, вместе с алебардистом и в конце топорники. Идем бодро, без остановок. Сражения стараемся обходить, так как наша цель иная. Кстати, насчет цели похода мы знаем не так много. Магическая гильдия рассказала недостаточно.

— Я уже понял, — фыркнул книжник. — Некомпетентность. Вокруг всегда сплошная некомпетентность. Мы должны подойти к одному из центральных энергетических узлов, расположенных на поверхности. Таких точек несколько, поэтому пойдут сразу несколько отрядов, вроде вашего.

— Сколько займет нахождение возле узла? — Макс невольно посочувствовал женщине. Вежливо разговаривать с подобным поганым клиентом та еще морока.

— А я откуда знаю?! Все зависит от целого ряда параметров, но если примерно, то… — он задумался. — Наверное часа два, максимум три.

— Хорошо. Вы человек новый, поэтому я вас предупрежу, — Марта серьезно поглядела на мужчину. — В Подземелье может быть лишь один командир. Это значит, что вы будете подчиняться мне беспрекословно. Это понятно?

— Да. — выдавил Книжник.

— Отлично, — удовлетворенно кивнула Марта. — В боевой порядок, стройсь! — отмычки споро заняли места вокруг мага. — Вперед!

Отряд, миновав черную равнину, споро начал спускаться в первый же проход. Марта не стала пытаться искать какой-то другой путь.

Вновь то же чувство наполненности и чего-то родного навалилось на Макса. Правда, в этот раз было попроще, он знал, к чему готовиться.

Внутри радовался Морф. Макс невольно улыбнулся от столь ярких чувств своего компаньона. У симбионта была причина для подобного. Если изначально он был ограничен телом Зимина и своим небольшим внутренним резервом энергии, то теперь был подключен к сети Подземелья.

Макс глубоко вздохнул, чувствуя, как его тело наполняется силой. Чувства были такие, будто тебя ударило легким током, а чуть ранее ты выпил бутылку крепкого энергетика.

Зимин с некоторым сомнением отметил, что находиться в Подземелье ему нравится куда больше, чем на поверхности.

Первые пересекающие друг дружку туннели закончились, выпуская их в предбанник — относительно небольшую по высоте пещеру, которая являлась лишь началом перед бесконечной сетью Подземного мира.

К несчастью, им не повезло попасть на кусок перенесенного чужого мира. От начала и до конца вся поверхность была в зеленом ковре густого мха, доверху наполненного водой.

То тут, то там раздавались мяукающие звуки его обитателей и щелчки жирных насекомых, прыгающих в разных местах.

Откуда-то сверху с шумом падал самый настоящий водопад, уходивший в одну из многочисленных трещин.

Во всем этом великолепии росли маленькие скрюченные деревца, опускающие свои ветки аж к самому мху. Из переплетения листвы на людей смотрели маленькие внимательные глазки.

Отряд с хлюпаньем двинулся вперед, позволяя Марте алебардой прощупывать дорогу впереди.

Иногда деревца росли столь плотно, что Высокой приходилось взмахами напитанного энергией оружия напрочь срубать часть растительности, чтобы они смогли продолжить путь дальше.

В такие моменты в деревьях слышался писк и мелькали смутные тени, перепрыгивающие на другие ветви.

Мох прогибался, и холодная вода пару раз лилась аж за голенища сапог. В такие моменты все дружно дергались и ругались. Благо, опасных монстров в этом небольшом гроте не было, поэтому можно было спокойно идти, не ожидая в любую секунду нападения.

Перед спуском Макс вырастил костяную маску, защищая лицо. На это простенькое действо ушла почти вся энергия симбионта, так как босс запретил трогать завтрак. В Подземельях у них не скоро получится поесть, а землянин не хотел весь путь чувствовать, как желудок переваривает сам себя.

Но теперь Морф был полон энергии, а поэтому очень деятелен. Он аж горел желанием поэкспериментировать, Макса же беспокоило то, что объектом экспериментов станет он сам.

«Пожалуйста!»

«Нет».

«Морф гарантирует, что все будет безопасно. Босс может не волноваться. Морф узнал, как гарантированно усилить тело».

По мере роста и развития Морф вспоминал те или иные вещи. Были ли они как-то записаны в ДНК, или еще каким-то мистическим образом, но симбионт все больше развивался как мастер плоти.

Подобное даже радовало Зимина, ведь в этом случае он куда больше мог доверять искусству своего товарища.

И все бы хорошо, но деятельный шарик, как и всякий ребенок, хотел большего и прямо сейчас. Вследствие этого он, не дожидаясь новой порции знаний, лез экспериментировать.

«Хорошо, но будь осторожен». — Все же сдался Макс. Как бы ему это не нравилось, но именно в здесь, в глубине, Морф был куда меньше стеснен в энергии.

Безусловно, он не мог использовать силу Подземелья без ограничений. Энергия Подземного мира хоть и давалась Морфу просто, но чем дольше он ее использовал, тем больше накапливалось у симбионта усталость.

Лучше он потренируется сейчас, пока есть энергия, чем Максу придется отдавать последние кровные, чтобы Морф мог вдоволь наиграться.

Резкая вспышка света — и оглушающий грохот оказался не тем, чего все ожидали. Тем более, если все это происходит прямо между ними.

Панический вопль Морфа, метнувшиеся в разные стороны бойцы, осветившаяся призрачным доспехом Марта.

Горелый запах мяса, вспышки пламени, пляшущие перед глазами огоньки.

— Гра-а-а-а! — рев Упрямого, бешено вертящего головой, и до хруста сжимающего топоры.

Макс краем сознания отметил вылезшие из плеч костяные пики, долженствующие обеспечивать защиту. Судя по прохладе, за спиной у него теперь тоже была какая-то броня.

Когти на левой руке хищно выдвинулись вперед, правая же вскинула топор.

Все напряженно застыли, ища противников, столь внезапно атаковавших отряд.

— Книжник! — разъяренный вопль Марты прозвучал, словно щелчок кнута. Женщина угрожающе подходила к торопливо отступающему от нее магу, держа в руках какую-то дымящуюся веревку.

Чуть погодя стало понятно, что это серьезно обгоревшая тушка одной из мелких тварей, живущих в деревьях.

— Я вас предупреждала! — Марта ухватилась за шиворот мага и без всяких проблем одной рукой приподняла того над землей.

Разгневанное лицо командира уперлось в подрагивающего мага.

— Я думал, этот монстр собирался меня атаковать! — взвизгнул тот. — Он был прямо надо мной и уже открыл пасть…

— Я повторяю! Вы согласились следовать моим приказам, атаковать без команды какую-то мелкую безвредную дрянь — это полная хрень! Если бы мы прямо сейчас пробирались мимо охеренно опасной стаи глубинных хищников, и вы бы сделали такую глупость, нам бы тут же и пришел конец!

Отмычки согласно переглянулись. Во время тренировок им не раз повторяли, что бывают ситуации, когда без приказа нельзя сделать даже шаг или издать звук. Взять хотя бы грибов пискунов. Мерзкая растительность, реагирующая на звуки и выстреливающую в ту сторону облако смертоносных спор.

— Попрошу вас не зарываться! — голос мага взвился вверх, и в руке у него заплясала маленькая шаровая молния. Стало понятно, что ту зверушку он приголубил молнией. — И поставить меня на землю! Вы всего лишь охрана, а не…

— И что же ты сделаешь, глупый маг? — голос Высокой стал издевательски нежным. — Убьёшь меня? Мы уже спустились достаточно глубоко, чтобы ты не сумел вернуться назад. А даже если и сможешь, кто сказал, что твой удар станет смертельным или тебя не зарубят на месте мои люди?

Отмычки поудобнее ухватились за оружие и немного приблизились. Книжник нервно огляделся, встречаясь с совершенно недружелюбными взглядами. Особенно же его пронял вид Макса.

Здоровенное существо в безликой маске и с растущими костяными шипами и пластинами на плечах и за спиной. Последние образовали своеобразный защитный воротник.

К тому же высокомерный маг никому не понравился. Народ же собрался совершенно не законопослушный. Тому же Хирду убить человека явно стоило немного.

Это Книжник понял довольно быстро и также осознал, что ситуацию надо бы выправлять, пока не случилось что-то нехорошее.

— Возможно, я погорячился. Приношу свои извинения. Обещаю, что этого больше не повторится. — потея, пробормотал извинения маг, стараясь не глядеть в лицо Марте.

— Надеюсь, — Марта поставила Книжника обратно на хлюпнувший мох, после чего демонстративно хлопками отряхнула его одежду. Судя по тому, как скрючился мужчина, щеголять ему здоровенными синяками на груди. — Пошли, а то так до следующей волны будем стоять.

Глава 31

Пещера закончилась несколькими широкими туннелями. И вновь потянулись скучные минуты ходьбы. Раздражали мокрые сапоги, но все понимали, что вода в ботинках не самая большая проблема в такого рода местах.

Стены мягко светились, если по ним проходили энергетические линии. Невольно можно было бы даже забыть, насколько же смертельным является это место. Оно было красивым, обманчиво красивым, словно предлагая отвлечься и полюбоваться его красотой.

Бойцы немного расслабились, изредка бросая друг другу тихие фразы. Громкий разговор мог привлечь ненужное внимание.

Макс же пытался добиться от Морфа, что же тот с перепугу натворил. Топор и доспехи определенно стали легче. Все бы ничего, но неожиданно появившийся костяной панцирь, прорвавший одежду на спине и плечах, оказался довольно внезапным.

Далеко в детстве Зимину доводилось видеть у одного своего знакомого сложный перелом. Сломавшаяся кость прорвала кожу и вылезла острым концом наружу.

Сейчас кожа Макса выпустила целую россыпь костей, которые блестели острыми концами во все стороны. Благо хоть не было крови. Макс бы посчитал себя самой настоящей черепашкой, но все это прочное великолепие росло очень хитро.

Стоило ему наклониться вперед или назад, оказывалось, что между каждой из пластинок есть заранее оставленные промежутки. Они наслаивались друг на друга, позволяя владельцу спокойно двигаться и гнуться, а не застыть неподвижным куском кости.

Землянин аккуратно провел пальцами по серовато-белому воротнику и щелкнул по нему пальцем. Никакой боли, которую он подспудно ждал, не было.

Все же он никак не мог привыкнуть к столь резким изменениям своего облика. Теперь часть его скелета находится снаружи. Маска была чем-то контролируемым, здесь же уже явно пошел другой расклад.

Остальные бойцы то и дело оборачивались, чтобы рассмотреть изменившийся облик своего товарища.

Вид Макса впечатлял любого, кто на него смотрел. Желтоватый огонек в глазницах маски давно потух, но даже так мало кто осмеливался слишком долго смотреть в щели костяного ужаса.

А уж новая броня приковывала взгляды лучше, чем само Подземелье. Было во всем этом нечто жуткое и притягательное.

Вроде тех случаев, когда ты ухватываешься за заусеницу на пальце, начинаешь ее тянуть, но она лишь продолжает рвать твою кожу, все увеличиваясь. Ты же не можешь остановиться, все продолжая тянуть.

Болезненный, но столь увлекательный процесс.

«Морф, ты сможешь потом убрать эту броню на спине?»

«Да, босс. Я спрячу лишнее под кожу».

Зимин облегченно выдохнул. Ему хватало одной руки. Ее при необходимости хоть можно спрятать.

— А можешь все тело обернуть этой гадостью? — с болезненным интересом спросил идущий рядом Амалрик. Его взгляд метался с одного шипа на другой.

Макс прислушался к ответу Морфа.

— Пока еще нет. Это не такой простой процесс, как может показаться.

— Слушай! — Гор заинтересованно ткнул пальцем в один из шипов, отчего невольно порезал палец. — Проклятые духи! А насколько она крепкая? Дай попробую отломить кусочек шипа?

В голове Макса раздалось матерное пожелание симбионта, который предложил, что орк может попытаться отломить себе самому.

Землянин чуть не споткнулся, услышав столь забористые ругательства у себя в голове.

— Нет, — буркнул он Гору, чтобы тот отвязался. Сам же настроился на своего компаньона.

«Морф!»

«Что, босс?» — симбионт не понимал столь резкое изменения настроения хозяина тела.

«Какого черта ты материшься?»

«А почему Морф не может этого делать? Все же ругаются, ты тоже…»

Макс даже не нашелся, что сразу сказать.

«Потому что ты слишком мелкий для этого».

Симбионт оскорбился.

«Морф взрослый! Морф полноценный…» — Вновь непередаваемый набор слов, ощущений и запахов, означающий его вид.

«Ну уж нет», — Макс был непоколебим: «Тебе от силы месяца полтора. Мне же тридцать два года, поэтому я достаточно взрослый для этого».

«Морф не маленький!»

Между собеседниками повисло неловкое молчание. Морф дулся, демонстративно отвернувшись куда-то в сторону. Как Макс это вообще представлял, он решительно не понимал.

Сам же Безумный чувствовал себя не лучше. Кто бы ему сказал, что он будет корчить из себя строгого родителя, то Макс дал бы ему в морду.

Тем не менее из них двоих землянин был старше, поэтому ему пришлось отправить легкий толчок в Морфа, вроде как похлопывая того по плечу.

«Морф, пойми», — Макс внимательно огляделся в подземелье. Все же не стоило слишком отвлекаться: «Мат и ругань — это неправильно. Люди, ну и другие разумные, используют его тогда, когда у них нет альтернатив. Это лишь показывает нехватку словарного запаса, вот и все».

«То есть у босса тоже не хватает словарного запаса?»

Зимин стоически поморщился.

«Бывают еще ситуации, когда требуется резко, ну, выпустить эмоциональное напряжение. Мат очень в этом помогает. Также некоторые люди слишком тупы, чтобы понимать нормальные культурные слова. Они воспринимают это за слабость. У меня на родине есть выражение: если кто-то ведет себя, как скотина, то и обращаться к нему и вести себя с ним нужно, как со скотиной».

«Босс не скотина». — тут же пришел ответ оправдывающегося хищного шарика.

«И ты, Морф, тоже. Поэтому я уверен, что в разговоре друг с другом мы сможем обойтись без мата». — мягко ответил Макс.

«А если о ком-то другом?» — тут же подметил симбионт упущение.

«Из меня получится явно хреновый отец». — мысленно заключил Макс: «Если про кого-то другого, то можно, но лишь тогда, когда нет иного выхода, понимаешь? Если все совсем плохо».

«Понимаю, босс». — радостно ответил Морф. Конфликт миновал: «Но пусть этот нехороший орк уберет от нас свои отростки, иначе Морф резко вырастит шип и их ему отрежет».

Марта резко подняла руку, и отряд застыл, вглядываясь вперед.

— Теневой засадник, — тихо сказала она, рассматривая потолок. Они уже выбрались в очередную пещеру с высокими колоннами явно искусственного происхождения. Правда, Макс сомневался, что те, кто это построил, еще живы. Слишком уж древними они выглядели.

Отмычки обеспокоенно переглянулись. Кто такой «засадник», они явно не знали.

— Готовьтесь. Когда начнется, рубите его лапки. Все, кто с тяжелым оружием, старайтесь добраться до основного тела.

Женщина отошла на пару шагов в сторону и осторожно подняла обычный камень, после чего с силой кинула куда-то вверх.

Резкий удар по чему-то мягкому и оглушающий писк в ответ.

Темнота потолка резко рассеялась, и стало понятно, что именно в этом месте каменный верх опускается к земле очень низко. Достаточно низко, чтобы на этом своеобразном сталактите расселось чудовищное порождение безумного гения, скрытое иллюзорной тьмой.

Максу он напоминал тех отвратительных черных пауков, которые ходят на длинных тонких ножках и любят кучковаться в большие кучи. Если тронуть такой клубок, они весело начинают расползаться во все стороны, вызывая желание сжечь все к чертям собачьим.

Вот только засадник был размером с жигули и при этом явно не прочь откушать человечинкой.

Сразу несколько ног выстрелили вперед. На конце каждой из них был острый шип, с оглушительным треском впившийся в камень.

Предупрежденные бойцы успели увернуться. Лишь по щиту одного из бойцов пришелся скользящий удар, но этого хватило, чтобы чуть не сбить его с ног. На деревяшке осталась внушительная зарубка.

Сверкнуло и грохнуло. С рук мага сорвалась очередная молния, но в этот раз никто не собирался его за это осуждать.

Завоняло. Теневик затрясся, лапки замахали во все стороны, сдирая крошку с потолка, и он свалился вниз. Тьма крутилась вокруг, повинуясь смутным желаниям оглушенного монстра.

Марта, совершив быстрый рывок, еле успела вытащить растерянно хлопающего глазами мага из под падающей туши.

Судя по гулу упавшего тела, монстр весил минимум полтонны.

— Рубите ноги! — показывая, как надо, Высокая ловким движением алебарды отрезала половинку одной из лап. Брызнула полупрозрачная кровь. Завоняло аммиаком.

Макс пригнулся, и одна из лап пронеслась прямо над головой. Это дало мужчине возможность рвануть прямо к содрогающемуся от последствий заклинания монстру.

Рядом его товарищи рубили толстые лапки, пытаясь при этом не попасть под сокрушительные удары. Очередная воздушная волна срезала разом две ноги, позволив орку тоже приблизиться к телу.

Теневик выглядел, как черепаший панцирь, который по бокам расходился, давая возможность расти ногам. По центру располагалась голова, которая, как у черепахи, ускользала обратно под защиту брони.

Поднялись вверх топоры, чтобы с треском рухнуть на основания множества ног. Одного взгляда на броню хватало, чтобы понять, что они ее пробьют нескоро. Вначале требовалось лишить тварь подвижности.

Почувствовав опасность, Зимин сделал стремительный шаг назад, и это его спасло. Острые клыки сомкнулись буквально в считанных сантиметрах от его тела.

Пасть засадника раскрывалась как зонтик, показывая несколько длинных зубов впереди и множество мелких дальше. Внутри этого кожаного мешка пенилась грязная слюна, а может, и яд.

К несчастью для монстра, он атаковал не с той стороны.

Зимин слитным движением шагнул вперед и с силой вбил левую руку прямо во множество злых черных глазок теневика, расположенных прямо над мордой.

Макс не видел, но отлично почувствовал, как его измененные пальцы скрутились, выдвигая когти и обрастая шипами, после чего начали вращаться во все стороны, разрывая и рассекая все, до чего могли добраться. Они изгибались в таких немыслимых положениях, что становилось понятно, кости в них играют весьма условную роль.

Но теневик был скорее насекомым, то есть уничтожение мозга не закончило его жизнь. Поэтому Максу пришлось вынимать покрытую слизью руку, чтобы присоединится к остальным, продолжив рубку агонизирующей твари.

Рукоять топора скользила, но быстро перестала.

Марта стояла сбоку, следя за тем, чтобы ничего неожиданного не случилось. Вмешиваться она явно не собиралась. Застывший рядом маг прямо лучился от самодовольства.

Наконец, тело монстра замерло, больше не двигаясь. Макс посмотрел на свою левую руку. Та была абсолютно чистой, кто-то во время сражения не терял времени даром.

Однако в следующую секунду все эти мысли вылетели из головы, так как Макса настигла очередная порция энергии. Она была во много раз слабее той, которую он получил от динозавра, но даже так это было вполне ощутимо.

Заскрипела выращенная на нем броня, пара шипов выдвинулись еще немного вперед.

Глава 32

— Отошли! — женщина, приноровившись, резко опустила лезвие алебарды, проделав отверстие ближе к началу панциря и остаткам головы. — Запоминайте, бестолочи. Примерно здесь и находятся энергетические ядра монстров. Иногда они расположены между грудью и животом, если тварь похожа на человека.

Высокая без всякого отвращения подцепила что-то внутри, после чего рывком его вытащила. Раздался хлопающий звук, будто открыли бутылку с шампанским. Все желающие смогли разглядеть темный небольшой шарик. По своей консистенции он был похож на вулканическое стекло.

— Чтобы проверить его подлинность, надо подать немного энергии, — ядро на секунду вспыхнуло красноватым блеском. — Для этого не важно, будет ли внутренняя или магическая энергия.

Отмычки внимательно слушали, запоминая. Знания ценились очень высоко в среде авантюристов, и их было трудно получить бесплатно.

— Мы еще долго будем стоять? — лекцию прервал скучающий голос Книжника.

— Нет, мы закончили, — Марта вытерла руку о броню монстра и осторожно положила ядро себе в сумку. — Пошли!

Конечно, каждая из отмычек имела процент от останков убитых монстров, просто дележка проходила уже на поверхности. До этого же ядра и остальная требуха могли храниться у того, кого назначит командир.

В какой-то момент стало жарко, и чем дальше они продвигались, тем сильнее росла температура. Через пару минут за очередным поворотом вдалеке они увидели красноватое свечение.

При приближении стало ясно, что это самая настоящая бурлящая лава. Учитывая же, что под этим уровнем имелось еще множество других, сложно было представить, откуда она бралась и куда текла.

Светящаяся субстанция клокотала и изредка шипела, выпуская пар. Жара стояла страшная, хоть они и прошли по самому краю. Было трудно дышать еще и из-за запаха.

— Напоминает родину, — с легкой ностальгией протянул Гор. Причем Макс невольно отметил, что, вспоминая свою родину, орк испытывает отлично заметную душевную боль.

— Упрямый, у вас что там, тоже течет лава?

— Наверное, так же воняет. — буркнул полуэльф, прикрыв нос.

— Пусть духи пожрут твою печень, остроухая падаль. Нет, Безумный. За несколько дней от нашего стойбища соки земли иногда выходят на поверхность. Нет грохота и дыма, просто небольшой разлом. Когда мы были совсем молодыми, мы часто туда ходили. — орк угрюмо замолчал, не желая продолжать разговор.

Макс ничего не сказал, не желая портить момент внезапного доверия. До этого Гор ни разу не обмолвился о своем прошлом и причинах, которые его толкнули бросить свой народ.

Причем Макс не мог сказать, что орк являлся неопытным воином. Да, как авантюрист, он был не лучше отмычек, но как воин превосходил их всех на порядок.

Его топоры наносили удары безошибочно верно, и если бы Караз сумел подавить свою нетерпимость к оркам, то хвалил бы его куда чаще.

Гор был опытен, тем не менее что-то заставило его прийти в этот город нищим бродягой без медяка за душой. За этим скрывалась какая-то история, но Макс не спешил торопиться расспрашивать.

Пару раз им довелось издалека видеть сражения монстров или быструю смерть одного из них из засады.

Так, один из теневиков вполне успешно лакомился парочкой белых шестилапых обезьян. Их безвольные трупики висели прямо на его длинных лапах. Когда монстр съел первого, он просто передвинул лапу со вторым к своему отвратительному рту.

Так как тварь находилась в стороне, то и не было смысла с ней драться.

На что похоже место, в котором один подземный уровень сменяется другим? Как говорят опытные авантюристы, никогда не знаешь, какой вид он примет.

Подземный мир непостоянен и постоянно принимает самые причудливые очертания.

Так, перед ошарашенными отмычками и их командиром предстала гигантская пещера, конец которой терялся где-то во мгле. А все, на что падал взгляд, было испещрено монументальными корнями, которые, сплетаясь, невольно создавали целые платформы и коридоры.

На некоторых из таких сплетений спокойно бы расположились целые городские улицы. И для этого требовалось всего лишь два-три корня, столь великим был их размер.

Каждый корень был покрыт энергодорожками, из-за чего, казалось, темнота должна отступить, но как бы не так. Она, словно липкая субстанция, поглощала любой свет дальше определенной длины.

— Мне требуется определить, где находится энергетический узел, поэтому, пожалуйста, не отвлекайте. — не дожидаясь подтверждающих слов Марты, он демонстративно прикрыл глаза и растопырил руки в стороны, словно прислушиваясь к чему-то неслышимому.

Женщина скрипнула зубами на подобное неподчинение, но не стала прерывать, отойдя в сторону и начиная прикидывать маршрут.

Зимин подошел к краю и осторожно перегнулся, чтобы посмотреть вниз. Черная бездна предстала перед ним во всей своей красе. Где-то в туманной мути были видны другие корни, но даже если упасть именно на них, от несчастного останется лишь размазанный шлепок.

«Морф, а ты бы смог вырастить крылья или парашют?»

«Нет. Пока слишком сложно», — пришел неуверенный ответ: «А что такое парашют?»

Макс отправил некую смутную картинку вылезшего из спины рулона плоти, который, натянувшись на ними куполом, не дал бы им разбиться.

Вдруг дыхание Зимина оборвалось. Кто-то толкнул его в спину!

«Хирд решил посчитаться?!» — промелькнула ужасающая мысль. Макс попытался извернуться, но было слишком поздно. Он не успевал и поэтому падал прямо в распростертые объятия смерти.

Чья-то сильная рука ухватилась за его костяное плечо и рывком вернула назад. Макс спешно отошел от края и взглянул на виновника всей этой безумной встряски.

— Гор… — дыхание рывками выходило из груди. — Ну ты и сука!

— Пха-ха-ха! — орк скрючился от смеха, а по его зеленому лицу текли слезы. — Видел бы ты свое лицо! Посмотри там, штаны сухие?

Макс собирался было ответить, как заметил чуть в стороне надувшегося полуэльфа.

— Твоя идея. — Безумный даже не спрашивал, а скорее утверждал. Орк, не в силах сказать и слова, лишь кивнул.

— Вот ублюдки, — рассмеялся Макс. — В следующий раз не ждите от меня пощады. Сами от страха обосретесь. — орк дружески пихнул Макса в плечо, но промахнулся, так как Зимин резко наклонился и левой рукой подсек орка, заставив того с матами рухнуть на кору.

— Идиоты! Отставить глупости! Это Подземелье, тут никто и никогда не в безопасности. Как вернемся, вы у меня еще попляшете. — Марта казалась грозной, но улыбка все же пробивалась у нее на лице.

Человек и орк споро заняли место в строю, стараясь выглядеть максимально серьезными.

Все же прямо сейчас им ничего вроде как не угрожало, хоть веселиться в Подземелье было довольно безответственно.

— Наша цель вон там, — Книжник наконец пришел в себя и указал пальцем куда-то вправо. — Надо будет спуститься ниже.

— Значит, спустимся, — пожала плечами Высокая. — Безумный и Упрямый, только попробуйте что-то еще отчебучить!

— Мы сама серьезность! — немедленно ответил Макс.

— Обоих в пропасть скину. — на это посулила женщина.

Не теряя времени, отряд вновь пришел в движение, и в кои-то веки поход прошел без происшествий.

Лишь один раз мимо них пролетела стая тварей, похожих на раздувшихся летучих мышей. Видимо, они были сыты или сочли отряд слишком грозой силой, поэтому, намотав пару кругов над ними, полетели по своим делам.

Небольшую трудность создал поиск пути. Корень, который им был нужен, находился ровно под ними. И никаких общих корней поблизости видно не было. Пришлось связывать пару веревок и спускаться по ним на уровень ниже.

Макс сразу понял преимущества наличия внутри себя Морфа. Левая рука была способна скользить по веревке, напрочь игнорируя трение, и он мог не беспокоиться сорвать кожу на руке.

Другим пришлось труднее. Они, пыхтя и матерясь, понемногу спускались по мотыляющейся туда-сюда веревке. Пришлось ее даже придерживать внизу, чтобы она не сильно раскачивалась.

— Вот и он! — Книжник застыл перед странно выглядящей поверхностью корня. Как говорилось, выше все корни были покрыты светящимися дорожками, но именно здесь их концентрация была просто запредельной.

Макс мог лишь удивляться, как они не видели всю эту цветовую феерию так долго. Видимо, Подземелье препятствовало этому, ведь другого объяснения не было.

Стоило остановиться поподробнее на этом корне, хотя это было скорее целое основание, ведь от него во все стороны расходилось еще больше исполинских отростков.

То тут, то там из корней росли толстые оранжевые листья. Создавалось ощущение необычной осени, где листья не то, что не вянут, а наоборот, лишь растут.

Кое-где эти листья образовывали целые заросли, блокируя любую видимость. Можно было спокойно идти и не заметить край корня, улетев вниз.

— У нас проблемы, — голос Книжника разрушил эту величественную тишину, когда бойцы были поглощены разглядыванием этого места. — Этот узел имеет слишком прочную скорлупу, чтобы мне до него добраться, ее надо… М-м-м, пробить. Если это сделать, выброс энергии может привлечь других монстров. Вам придется меня от них защищать, пока я не закончу.

— Гнилая задница больной шлюхи! — смачно выругался Хирд. — Маг, только не говори, что опять отбиваться от целого полчища тварей! Мы только недавно кое-как в прошлый раз спаслись, а ты снова…

— Думаешь, я сам этому рад?! — внезапно сорвался на крик Книжник. — Я тоже здесь был, когда случилось безумие Подземелья! Нас должны были охранять такие же, как вы, авантюристы. И знаете, что они сделали? Они нас бросили! Мы лишь чудом успели выбраться. Половина погибших — вот итог всей экспедиции. И среди них были мои друзья! И словно этого было мало, меня вновь отправили в проклятое всеми богами место!

Макс мысленно кивнул. Теперь становилось понятным презрение мага к авантюристам. Печальный опыт, помноженный на страх перед Подземельем.

«Интересно, чем думало его начальство, когда снова засунуло этого же мага в глубины? Хотя если у них нехватка опытных магов, то будут отправлять тех, кто остался».

Судя по тому, что Хирд не спешил отвечать, он тоже начал понимать причину столь странного поведения Книжника. А может, его молчание было обусловлено бегающими электрическими разрядами по рукам психующего мага.

— Книжник, начинай свой ритуал, — напряженный голос Марты ворвался в их ругань. — Уже не важно, что там делает твоя волшба. У нас и без этого проблемы.

Улучшенный слух Зимина тоже уловил какие-то странные звуки, следом повернулся Амалрик, потом Гор, ну и, наконец, остальные.

Страшный рев и звуки битвы звучали где-то вдалеке. И, судя по громкости и интенсивности рева, их отряду лучше было бы не встречаться с теми бузотёрами.

Проблема была в том, что они приближались прямо к энергетическому узлу. Конечно, пока они были далеко, поэтому Высокая надеялась, что их отряд успеет закончить пораньше и свалить отсюда до прихода совсем уж больших неприятностей.

Вот только Морф, чувствуя предвкушение своего босса, почему-то в этом сомневался.

Симбионт стал спешно готовиться к бою, накапливая энергию, укрепляя кости, синтезируя и запасая ценные вещества.

Зная удачу хозяина этого тела, хищный шарик не сомневался, что скоро ему предстоит выложиться на полную, чтобы выжить и спасти своего непутевого босса.

Глава 33

— Ты можешь сделать хоть что-то, чтобы их задержать? — Высокая повернулась к Книжнику. — Я видела несколько фирменных знаков гоблиноидов. Где-то недалеко расположено их поселение. И все, что я знаю о гоблинах и тех, кто с ними живет рядом, это то, что их всегда очень и очень много! Требуется что-то, что не даст им навалиться всем разом.

— Это не моя, а ваша забота, — буркнул маг, но тут же продолжил, не дожидаясь возражений. — Я могу создать несколько магических мин, но не смогу их активировать на расстоянии, потому что буду занят ритуалом.

— А возможно сделать их так, чтобы они взорвались после того, как на них кто-то наступит?

— Где начертить? — без лишних слов уточнил маг.

Марта было задумалась, но тут же ткнула пальцем в несколько самых широких путей. Книжник, ничего больше не говоря, взмахнул руками, с которых сорвались потоки электричества.

Эти толстые дрожащие разряды выжигали на коре черные символы. Когда печать была закончена, она вспыхнула голубоватым светом, но тут же потухла. Теперь остались лишь черные знаки, заключенные в замкнутый круг. Если не знать куда смотреть, было достаточно тяжело найти эту мину.

На каждую такую печать маг тратил где-то минуту, но остальные тоже времени зря не теряли.

Командир повернулась к бойцам.

— Нам придется иметь дело с гоблинами. Это значит, что, находясь на этой открытой площадке, мы прямо просим, чтобы нам в задницу насовали побольше стрел! Поэтому отошли от меня. Буду что-то с этим делать!

Отмычки послушно отступили ей за спину, с интересом смотря за приготовлениями Высокой.

— Эх, не люблю я это дело… — Марта сосредоточилась. Воздух вокруг ее рук задрожал, после чего она, присев на колено, с силой опустила их на пол.

Треск, клубы опилок — и перед ней на протяжении нескольких метров возникла деревянная стена. Точнее, кора вздыбилась обрывками дерева, сформировав преграду высотой где-то по пояс взрослому человеку.

Это было непохоже на магию жизни, скорее, женщина неким образом вдавила часть коры вглубь, одновременно приподняв другую часть повыше.

Коричневые острия раскрошенной древесины кое-где блестели острыми концами, создавая еще один аспект будущей обороны.

— Что смотрите?! — прикрикнула Высокая. — Просто один из даров Подземелья, в бою полностью бесполезен, а так хоть на что-то сгодится! Хватит стоять без дела, олухи! Рубите ближайшие толстые ветки и размещайте их сверху! Чем выше построите или закроете дыры, тем больше шансов, что вы выживете!

Макс с Гором, не сговариваясь, бросились к огромным листьям. Их мякоть никого не интересовала, а вот черешки, на которых они росли, очень даже.

Макс с силой рубанул первый стебель, но тот отвалился лишь после третьего удара. Брызнул тягучий ароматный сок. Еще пара ударов, чтобы разделить стебель на удобные для переноски куски.

Стоявшие позади щитовики и Амалрик подхватили полешки и, донеся их до бруствера, стали спешно вбивать в особо широкие разрывы, закрывая проплешины в защите.

Очередной грохот — это Марта продолжила стену, правда, вторая часть находилась как бы под углом, создавая тупой угол, обращенный в сторону самого большого скопления корней, а в особенности доносившегося вдалеке грохота битвы.

Книжник, закончив наносить магические мины, сконцентрировался на энергетическом узле. Между ними застыла плавающая полупрозрачная нить, соединяющая центр скопления света и голову мага.

Работа над стеной не заканчивалась ни на секунду. Все трудились с полной выкладкой, ведь прекрасно понимали, что лишь их труд будет стоять между ними и смертью.

К сожалению, у них было немного времени.

— Готовьтесь! — напряженный голос мага заставил всех обратить на него внимание. — Я начинаю пробивать грань. Все займет меньше времени, так как мне не придется осторожничать. Но будьте готовы выдержать минимум полчаса.

— Проклятье! — выругалась женщина. — Крути свою шарманку, маг! Но я не я буду, если не стрясу с вашей долбанной гильдии значительную надбавку за форс-мажор!

Макс сразу почувствовал то, что делал Книжник. Более того, даже обычные люди настороженно оглядывались, не понимая, что же их так беспокоит.

Зимин мог отлично ответить на этот вопрос.

В его перестроившемся зрении над корнем подымался огромный светящийся спрут. Если ранее он спокойно лежал себе внутри, то теперь его силой вытащили наружу, из-за чего несколько лапок оторвались и теперь фонтанировали энергией во все стороны.

Такое количество дармовой энергии сияло в энергетическом плане, словно маяк. Тьма, которая ранее скрывала это место, была не в состоянии его теперь спрятать.

Десятки и сотни глаз, никогда не видевших ничего сверх подземного мира, в общем порыве повернулись в одном направлении.

Первым пришел бой. Гулкие, будоражащие кровь ритмичные звуки. Чьи-то барабаны начали отбивать песнь войны. Предположение Высокой начало оправдываться.

Вот только была маленькая проблема.

Если вначале грохот барабанов войны доносился лишь с одного еле видимого вдалеке корня, то чуть погодя его подхватили и с другого, а еще чуть позже — с третьего.

Марта медленно бледнела, вслушиваясь в то, как грохот барабанов начал постепенно звучать на всем протяжении корней перед ними, распространяясь, словно огонь в сухой степи.

Учитывая, что гоблинские барабаны обычно располагались в поселениях, это могло значить лишь одно. Они по собственной глупости и самоуверенности влезли прямиком в самый центр огромной гоблинской общины!

Единственный во всей этой паршивой ситуации плюс заключался в том, что корни позади них были слишком малы или изогнуты, чтобы кто-то по ним прошел. Следовательно, угрозы со спины можно было не ожидать.

Марта судорожно пыталась понять, почему вокруг было так мало знаков присутствия гоблинов. Ведь если уж эти мелкие твари где-то живут, все вокруг покрывается отходами их жизнедеятельности, грубыми поделками, тотемами, копьями и костями.

Здесь же ничего не было…

Если только мелкие паршивцы специально не мусорили, таким образом показывая свое уважение глубинам.

Бум! Бум! Бум! Этот звук понуждал бежать, спасаться. Он превращал тебя в дикого обезумевшего зверя.

Люди встряхивали головами, сбрасывая наваждение. Видимо, подключились шаманы, наводя свою странную мистическую магию.

— Я слышал, что гоблины некоторых людей не убивают сразу, — раздался горячечный шепот одного из парней Хирда. — Они хватают их, опаивают, после чего медленно начинают жрать по кускам. Сначала ступни и ладони. Обрубки затягиваются, чтобы мясо не умерло слишком быстро. Затем ноги и руки съедаются полностью. Остается лишь бурдюк с мясом. После этого с них, с еще живых, аккуратно снимают кожу. Ее используют для барабанов. Мы как раз и слышим эти барабаны. А затем…

— Ну спасибо тебе, Ганс, — в голосе Хирда лишь глухой не услышал бы мрачной издевки. — Что бы мы, мать его, делали без этой, прямо сейчас незаменимой информации? Меня твои истории просто задрали уже, я уже не могу их, сука, слушать. Поэтому, Ганс, закрой свое помело, и чтобы я не слышал от тебя ничего до конца этого боя! Только таких вот охеренных историй нам и не хватало!

— А я че, я ниче. — прошептал Ганс, но не стал вынуждать главаря объяснять доходчивее.

Бежать же было уже поздно. Женщина покрепче ухватилась за алебарду и прищурилась, рассматривая смутные, копошившееся на границе видимости тени. Слишком многочисленные тени.

За грохотом барабанов пришли крики, визги и весь тот шум, который так любят издавать подземные гоблины. Те же лесные собратья ведут себя куда как тише.

— Отлично, это хотя бы не глубинные гоблины, — хмыкнула Марта, заметив зеленую кожу своих противников. — С нашей удачей на верхние этажи могли забрести порождения самых нижних… Прячься!

Отмычки, повинуясь команде, спешно прижались к баррикаде. Свист и многочисленный стук впивающихся стрел был ответом на немой вопрос.

Пара стрел воткнулись рядом с головой землянина. Тот оценил паршивое качество этих поделок. Он считал, что их силы не хватит, чтобы пробить маску.

Слабые, пускай и многочисленные гоблины не стеснялись использовать дальнобойное оружие, чтобы уравнять шансы.

Макс бросил быстрый взгляд за спину. Тот же маг стоял слишком далеко от укреплений, брони на нем не было, поэтому он должен был выглядеть подушечкой для иголок.

Но как бы не так. Стрелы, долетая до худой фигуры, вспыхивали огнем и рассыпались серым пеплом. На груди мужчины ярко горел какой-то кулон. Ранее Зимин как-то не обращал на него внимания.

Это было хорошей новостью. Значит, у них все еще был шанс собрать нужные данные. Если, конечно, не задумываться о том, как они будут с ними уходить.

Рядом рыкнул орк, легонько постукивая топорами по дереву, полуэльф нервно проводил пальцами по древку алебарды.

Наконец расстояние между спешащими по корням гоблинами и авантюристами сократилось настолько, что можно было их без проблем разглядеть.

Низкие тела, длинные худые руки, вытянутые уши, зеленый цвет. Выделялись разве что большие черные глаза и пасти, усеянные острыми мелкими зубами.

Максу доводилось видеть в Хейдене парочку гоблинов. Обычно они были рабами или слугами у каких-то уж очень больших любителей экзотики. Все же гоблинов нельзя было назвать умными созданиями.

Хитрыми? Безусловно. Злобными? Естественно. Но вот умными они не были никоим образом.

Другое дело, что у гоблинов были те, кто думал за них.

Макс различил среди целой кучи мелочи высокие фигуры, защищенные в разы более качественными доспехами. Правда, скорее всего снятыми с трупов. Если те же гоблины в большинстве своем щеголяли почти голышом в обрывках шкур, то вот их хозяева, хобгоблины, были одеты в самые настоящие доспехи.

В Подземелье все имеют право стать сильнее, но у некоторых видов этот путь имеет не только энергетическое, но и физическое значение.

Так, успешный гоблин, который много убивал и хорошо питался, имеет шанс переродиться в хобгоблина.

Гоблиноида, который по силе и телосложению немногим будет отличаться от человека. Кроме, возможно, природной злобы и хитрости.

Глава 34

Обычные гоблины рванули бы вперед, не особо заботясь о тактике и стратегии, но вот под управлением хобгоблинов они становились опасным противником.

Всюду, куда падал взгляд, колыхалось море предвкушающих зеленых рож. Одни прыгали, веселились и показывали на авантюристов пальцами. Другие тыкали неприличными жестами и характерно двигали бедрами.

— Бабу учуяли, — сплюнул Гор, бросив взгляд на застывшую Высокую. — На это дело у них просто звериный нюх. Хотя они немногим отличаются от зверей.

— Сравнивать гоблинов со зверями — значит не уважать зверей. — внес поправку Амалрик.

Макс повел плечами. Умереть — это дело знакомое, а вот ситуации, когда кто-то сам будет желать смерти, это было по-настоящему жутко.

Судя по окаменевшему выражению лица командира, она думала о том же самом.

Макс поморщился. Ему было физически неприятно видеть, как обычно уверенная в себе и несокрушимая женщина сомневается и боится.

— Да ладно вам! — громко фыркнул Зимин, привлекая к себе внимание. Он сжал левую руку в кулак, попутно вырастив на ней пару шипов. С каждым разом это становилось делать все проще и проще. Землянин как бы перехватывал часть знаний самого Морфа. Ему даже не нужно было просить об этом симбионта.

— Посмотрите на них и на нас? Разве может эта толпа оборванцев что-то нам сделать?! Да мы спокойно размажем их и пойдем по своим делам. К тому же, скоро маг закончит свои дела и тоже присоединится. А уж его заклинания — стоящая вещь!

— Заткнись, Безумный, — улыбнулась женщина. — Я ценю твою попытку поднять наш боевой дух, но вон, они уже двинулись, поэтому заканчиваем с балаганом. Ладно, парни, — Высокая гордо подняла подбородок. — Я вас почти не знаю, как и вы меня. Но если я и хоть кто-то из вас выживет, то я буду поить его столько, сколько он сможет выпить!

— Я могу много выпить, Высокая! — оскалился Гор.

— Уж поверь, сейчас меня это волнует меньше всего. — в тон ему ответила женщина.

— Значит, будем стоять за вас горой, командир! — браво ответил Макс, тем не менее краем глаза следя за приближающимися гоблинами. — Ведь если вас убьют, кто будет нас поить?!

— Молись, чтобы меня прибили, Безумный! — рассмеялась Марта, ее пошатнувшаяся уверенность вновь была с ней. — Ведь иначе я тебя самолично утоплю в этом самом пиве!

— Не самая худшая смерть!

Шварк! — пространство осветило мощной вспышкой света. Это первые ряды самых быстрых гоблиноидов наткнулись на первую из магических мин.

На их беду, в самом начале бежали хобгоблины, которые оказались слишком мягкими для магии.

Электрическая волна была такой силы, что часть обгорелых и дергающихся останков долетела аж до края корня и отправилась в свободный полет на многие сотни метров вниз.

Остальные группы врагов притормозили, опасливо рассматривая подступы к линии обороны авантюристов.

До бойцов донеслись рыкающие, хрипящие команды — язык гоблинов был достаточно грубым языком. К слову, из-за его ограниченности в нем было очень мало таких слов, как любовь, добро или хотя бы дружба. Зато была, как минимум, сотня обозначений способов убийства.

Слово «друг» на их языке больше всего было похоже на «союзник имеющий общие интересы».

Все это промелькнуло в голове землянина, когда он понял, что понимает речь подземных уродцев.

— Они собираются послать вначале мелочь, чтобы разминировать подступы. — одновременно сказали Гор и Макс, после чего с удивлением взглянули друг на друга.

— Это их обычная тактика, — хмыкнула Высокая. — Гоблины плодятся не хуже кроликов и хобгоблины редко жалеют своих младших собратьев.

Прямо на их глазах здоровенные хобгоблины пинками отправляли некоторых из своих подчиненных вперед, заставляя построиться. После чего яростными криками погнали тех прямо навстречу смерти.

Те шли медленно и неохотно, но сквернословящих позади старших товарищей они боялись больше. Сверкнул изогнутый меч, и один из самых медлительных, обливаясь кровью, рухнул на пол, его тело шустро подхватила пара жирных гоблинов и споро потащила прочь, заставляя волочащиеся пятки трупа барабанить чечетку смерти.

Зимин содрогнулся от отвращения. Гоблины, кроме того, что были людоедами, не гнушались еще и каннибализмом.

Темноту подземелья вновь рассеяла вспышка, а затем еще и еще одна.

После каждого из таких взрывов мелочь откатывалась назад, давая им столь желанные минуты покоя. Но, к сожалению, количество мин было ограничено.

Поэтому, когда последняя из них рванула, и гоблины осторожно прошли некую линию, они с яростным воем бросились вперед.

В их вытаращенных глазах на перекошенных мордах горела жажда мести за весь тот страх, что им пришлось пережить, собственными телами разминируя подходы.

По сигналу хобгоблинов на позиции людей вновь обрушился град стрел, правда, бессильно застревающий в деревяшках.

— Готовьсь! — Марта, прислонившись к стенке, смотрела вперед через небольшую щель. — Давай!

Пытавшиеся сходу взобраться на баррикаду гоблины были сразу же приняты на мечи, топоры и алебарды.

Да, отмычек было чудовищно мало по сравнению с целым морем гоблинов, но у них было множество плюсов, о которые разбились все яростные надежды злобного народца на лёгкую победу.

Люди были куда лучше вооружены и бронированы. Перед ними были укрепления, и, наконец, они были просто сильнее, больше и умелее своих врагов.

Маленькие гоблины тыкали короткими копьями, бешено размахивали каменными топорами и ножами, лишь чтобы валиться вниз кусками рубленной кровоточащей плоти.

Вот только и у них был плюс, которому авантюристам нечего было противопоставить, — их было невообразимо много.

Каждый удар отмычки находил свою цель, но количество оскаленных морд как будто бы не уменьшалось. От мельтешащего оружия рябило в глазах, и все труднее было его отбивать или уворачиваться.

В таких условиях несложно было допустить ошибку. Так, Хирд еле успел отдернуть голову, но копье все же прочертило кровавую полосу на щеке. Гор же с удивлением поднял руку, в которую вцепился зубами один из гоблинов. Тот прямо так и повис, не размыкая челюстей и даже не пытаясь помочь себе руками.

Глаза орка налились кровью. Он с ревом сбросил гоблина вниз, попутно вырвав у того почти все зубы, после чего размазал тельце тяжелыми ботинками по коре. Дальше он сражался, стоя в отвратительной красной жиже.

Гоблинская кровь, как оказалось, была красной.

Но как бы все хорошо не сражались, даже несколько минут столь интенсивного боя изматывают похлеще часовых тренировок в спортзале. Эмоциональное напряжение, адреналин и страх смерти — гремучая смесь, заставляющая человека выкладываться на полную.

Вот только затем приходит откат. Движения становятся все медленнее, а силы стремительно уходят. В глазах же появляется обреченность и желание замереть и ничего не делать.

Да, та же Марта или Гор рубили гоблинов совершенно не напрягаясь. Но вот Хирд с товарищами или Амалрик уставали.

Но был кое-кто еще, кого не коснулось изнеможение.

Безумный Макс был счастлив. Каждый из гоблинов, который рассекался его топором, и каждый из них, кого разрывала его рука, был монстром.

А это значило, что они немного, но отдавали энергию своему убийце. Учитывая же то, что гоблинов было безумно много, Макс и Морф были счастливы. Они буквально купались в поступающей энергии.

Симбионт вкладывал ее буквально во все, даже не думая экономить. Ведь в этом просто не было смысла.

Топор проходит параллельно баррикаде, и один из гоблинов успевает соскочить назад, но два его товарища — нет. Хруст разрубания груди одного и отлетающие ноги второго.

Покалеченная тварь в ужасе. Монстр знает, что даже если он выживет сейчас, его участь решена. Огромный котел для мяса — вот место для калек и смертельно раненых.

Но опустившаяся сверху когтистая рука милосердно уберегла калеку от этой участи. Хлюпнула черепная коробка, обрызгав его товарищей с ног до головы, как из раздавленного тюбика с пастой.

Не прерывая движения, Макс бросил вперед левую руку. Казалось, когтистым пальцам никак не дотянуться до испуганных гоблинов, которые отпрянули на несколько шагов, но это было обманчивым чувством.

Игнорируя любую логику, конечность внезапно изогнулась, растягиваясь, словно самая настоящая змея. Острые когти пробили грудь в неверии хлопающего глазами монстрика, на возвратном же движении полоснули по шее другого, вырвав ему кадык ко всем чертям.

Причем Макс лишь задал цель для своей руки, все остальное сделал Морф.

Осторожность Морфа отступила прочь, дав путь его истинной сущности. Так, прыгнувший на спину гоблин очень пожалел о своем поступке. Десятки вылезших шипов продырявили его во множестве мест, подняв над телом жуткого человека.

Свистнувшая стрела врезалась в маску, отрикошетив куда-то в сторону. Появившийся скол тут же начал зарастать. Секунда — и маска вновь целехонькая.

Благо у симбионта не было недостатка не только в энергии, но и в органическом материале. Осколки костей, волокна мяса и литры крови впитывались в руку, которая невольно превратилась в мясорубку.

Возможно, Макс возмутился бы столь беспардонному гоблиноедству, но прямо сейчас он был готов сам перелезть через баррикаду, чтобы еще сильнее окунуться в эту великолепную резню.

Вся его одежда давным-давно была полностью мокрой из-за крови врагов. Стоял тяжелый дух мертвечины. Такой, который бывает лишь на скотобойне.

Макс не замечал, что Хирда с парнями давно оттеснили и теперь, по факту, он бился в окружении один. Но если бы это было для него проблемой.

Гоблины, вначале радостно лезшие вперед и считавшие, что победа уже рядом, внезапно поняли, что все не так однозначно.

С каждой минутой сражения они все лучше осознавали, что приближение к этому покрытому шипами и кровью чудовищу может означать для них лишь одно — страшную и мучительную смерть.

Особенно сильно их пугал взгляд. Горящие потусторонним золотым пламенем глазницы в костяной маске. При этом в ней не было ни единого признака рта.

Эти глаза не выражали ничего. Ни милосердия и ни сострадания. Даже не было отвращение. Был лишь безграничный и беспощадный голод, для которого они были не больше, чем жалкими мясными рулетами, которые оставалось лишь тем или иным образом вскрыть.

— Смерть! Смерть! Смерть! — гоблины в страхе побежали прочь, выкрикивая то, что их так испугало.

Они спасали свои жизни от чудовища, перед которым они были не больше, чем черви.

Глава 35

Не лучше дела гоблинов были и на других частях баррикады.

Та же Марта размеренными движениями убивала их десятками, а топоры Гора разили без промаха.

Но именно вид Безумного сломал и так пошатнувшуюся мораль тварей.

Вопящие зеленокожие бросились обратно. Хобгоблины и не пытались их остановить. Их целью было разминировать ловушки и испытать оборону авантюристов. Обе этих цели были успешно выполнены, поэтому следующий удар должен был быть уже серьёзным. В нем станут участвовать и сами хобгоблины.

Они ударят всей своей силой, из-за чего он должен будет стать последним.

Макс уже собирался броситься за улепетывающими гоблинами, как его окликнули. Мужчина застыл, не отрывая пристального взгляда от спин ускользающей добычи.

— Безумный! Приди, мать твою, в себя!

Зимин дернулся. Пелена на разуме немного спала. Он медленно, со скрипом перевел внимание на напряженно смотрящую на него Марту.

— Ты меня вообще понимаешь? Или тебя для надежности приложить алебардой?

— Да…

— Да, приложить или да, понимаешь?

— Да понимаю я, понимаю.

— Ну тогда, может, уже подберешь свой топор?

Разум окончательно вернулся к мужчине, и он с удивлением понял, что верный топор застрял в башке какого-то особо упрямого гоблина, свисавшего с деревянной стены. Видимо, не сумев его сразу достать, он так его и оставил.

Тогда чем же он дрался до этого?

Подняв руки к лицу, он с удивлением понял, что вместо одной измененной руки у него их теперь две.

Правда, вторая все же отличалась. Если левая была хоть и жуткой, но пятипалой конечностью, то правая выглядела скорее, как лапка богомола. То есть у нее было сразу несколько степеней свободы, позволявших ей гнуться так, как никакая человеческая рука уж точно не способна.

Более того, на конце хищно блестело острое костяное лезвие, длинной так сантиметров сорок. И судя по тому, насколько оно было чистым, его крепость значительно превосходила кости гоблинов.

— Мда-а-а, — глубокомысленно протянул Макс. — Повоевали…

Повинуясь его желанию, рука стремительно преображалась. Втягивались внутрь кости, исчезали странные углы, оставив привычный локоть и ладонь.

Единственное, что осталось — это прочные щитки, идущие на манер неестественной чешуи на всем протяжении руки. К ладони чешуйки уменьшались, пока совсем не исчезали.

Впереди предстояла серьезная драка, поэтому лишняя защита не помешала бы.

— Немного увлекся, — Макс шутовски развел руками, пытаясь успокоить напряженную Высокую. Отхватить тяжелой алебардой ему совсем не улыбалось. Он сомневался, что у Морфа хватит сил собрать его из двух кусков.

Невысокий бруствер был буквально завален телами. Более того, перед ним было столько трупов, что они невольно образовали покатый скат, по которому спокойно можно было залезть наверх, как по ступенькам.

Некоторые из гоблинов все еще были живы. Они отчаянно стонали, пытаясь зажать раны, чтобы не дать крови вытечь или вывалиться кишкам из распоротых животов. В пылу битвы не все удары авантюристов были смертельными, поэтому раненых было много.

При этом стрелы изредка продолжали падать, втыкаясь в тела своих же раненых, заставляя тех еще сильнее мучиться перед смертью.

Жалость не была сильной стороной гоблинов.

Кровавый угар окончательно отступил из-за этой симфонии мучений. Одно дело — честная схватка, другое — издевательство над ранеными.

— Я закончил, — Книжник приблизился к их позиции. Маг выглядел немного уставшим. — Данные у меня. Можем уходить.

— Да я бы с радостью, — Высокая смерила его прожигающим взглядом. — Вот только если ты не заметил, у нас тут маленькая такая проблема!

— Каков план? — Зимин под пристальными взглядами остальных прислонился к стене поближе к ним.

Его успехи не прошли незамеченными, из-за чего его явно опасались. Единственный, кого это ничуть не тронуло, был Гор. Он был покрыт кровью никак не меньше Макса. Более того, кровавый след на лице и клыках намекали, что в чем-то он оторвался побольше самого землянина.

— Какой план? — повторила Высокая. — Пробиться сквозь них у нас все равно не получится, поэтому остается лишь держаться и надеяться на чудо. Ситуация, одним словом, хреновая.

— А разве бывает иначе? — уточнил Макс, чем вызвал невольные смешки у остальных. В его словах была правда. Уже их второй поход в качестве отмычек оборачивался жуткой опасностью.

Большинство авантюристов даже близко не попадали в такие переделки за всю свою жизнь.

Эти люди, словно какие-то смертники, находили сомнительное веселье смеяться над собственными невзгодами.

— Кстати, насчет чудес, — в беседу влез Амалрик, который весь разговор старательно к чему-то прислушивался. — Может, нам как раз с этим чудом и повезло!

Затихший было рев, до этого слышимый где-то вдалеке, стремительно приближался. Более того, даже гоблины стали нервно оборачиваться, пытаясь понять, что происходит.

Пока, наконец, не произошло то, чего они так долго ждали. Воинственные крики гоблинского арьергарда стремительно переросли в вопли ужаса, следом же прогремел чудовищный взрыв.

Мощнейшая ударная волна разбросала гоблинов, организовав самый настоящий проход в их рядах.

Следом пришли звуки столкновений клинков друг о друга.

Уцелевшие хобгоблины попробовали было заступить дорогу неожиданным вторженцам, но стоило Максу увидеть, против кого они выступили, как он невольно им посочувствовал.

Высокий огненный гребень, низкий рост, бугрящиеся мускулы и длинный тяжелый топор.

Их отряд мог лицезреть одного из самых безбашенных авантюристов Хейдена, Готрикуса Кровавого Гребня. Хотя полноценным авантюристом его было называть сложно, ведь иногда его дела очень близко приближали сумасшедшего гнома скорее к званию пирата, разбойника или убийцы, но никак не авантюриста.

Следом за своим воинственным командиром спешила его команда. Те психи, что решили выбрать Готрикуса своим лидером.

Не успевшие осознать, что вообще происходит, гоблины не успели организоваться, чтобы перекрыть дорогу тем, кто, наоборот, рвется в западню.

Лишь один гоблин, по уши увешанный различными бусами, ожерельями и талисманами, заорал что-то гневное и бросил об землю свой бубен.

Из упавшего инструмента, завывая, вылетел полупрозрачный сгусток, бросившийся прямиком к гному.

Шаманы всегда были неприятными противниками, развивая свою ни на что не похожую магию.

Гном, не останавливаясь, воткнул в голову одного из хобгоблинов топор, отчего последний прогрыз себе дорогу аж до живота мертвеца, после чего хлопком засветившихся ладоней изничтожил призрака. Мертвое тело еще не успело упасть на землю, как топор был высвобожден из мясных ножен.

Отмычки вместе с Высокой огромными глазами смотрели за тем, как к ним перепрыгивают десятки людей, гномов и даже несколько полуросликов.

— А вы неплохо тут устроились, — заржал Готрикус, почесывая покрытую татуировками грудь. — Неужто решили тут обжиться?

— Как бы вам самим не пришлось вместе с нами обживаться, — вышла вперед Марта.

Кровавый Гребень прищурился, рассматривая ее.

— А! — наконец воскликнул он. — Ты малышка Крученого. Слышал о нем. Жалко, что он не получил золотой ранг. Сучьи политики.

Кто-нибудь другой за такие слова мог бы лишиться яиц, но бытие отмороженным авантюристом платинового уровня дает свои плюсы.

— Вы поможете пробиться из этой ловушки? — быстро уточнила Высокая. — Это самый центр гоблинского сообщества. Тут как минимум десяток их поселений. Причем есть множество хобгоблинов и шаманов. Даже для вас их слишком много.

— Тем лучше, — хмыкнул гном. Вокруг раздались смешки его людей. Макс внимательно их оглядел. В отличие от того раза, когда он еще ничего не знал об этом мире, теперь он знал куда смотреть.

Каждый из бойцов гнома был авантюристом, причем минимум медного ранга. Об этом говорили маленькие медные пластинки, висевшие на груди. Не все авантюристы демонстративно их носят, но большинство.

Та же Марта была на уровень выше, то есть железного ранга. Впрочем, женщина по силам могла претендовать и на серебряный, просто пока не хотела. Ведь в таком случае она становилась на уровень своего начальства, что могло создать неприятный прецедент.

«И если эта пара десятков опытных авантюристов от чего-то бежала, значит, за ними гналось что-то пострашнее каких-то там гоблинов. Учитывая же звуки сражения, это что-то далеко не в единичном экземпляре». — задумался Макс.

Морф, чувствуя размышления босса, тяжело вздохнул. Он знал, что их проблемы еще не закончились. Готрикус же продолжил, отвечая на невысказанный вопрос.

— Мы уже собирались покинуть это чертовое место, как наткнулись на разведчиков зеленых виверн. Мы их прикончили, но парочка успела сбежать, вызвав остальных.

— Разведчиков… Зеленых… Виверн?! — Марта глубоко вздохнула. — Это те твари, которые живут аж на третьем уровне и ходят не меньше чем в пару десятков особей?!

— Ага, — беззаботно кивнул гном, с удовольствием оглядев свой топор и сбросив щелчком пальцев кровавый ошметок. — Было бы круто с ними смахнуться, но, — взгляд Готрикуса недовольно оглядел своих людей. — Но я не хочу потерять всю свою команду. Поэтому пришлось искать кого-то, кто отлично подойдет для того, чтобы отвлечь этих тварей.

— И сколько же сейчас виверн? — спросила женщина, уже зная, что ответ ей не понравится.

— Я прикончил где-то пятерых, — прикинул гном. — Значит, осталось где-то десятка три.

— Пха! — издала нервный смешок Марта.

— Не дрожи, женщина! — лицо Готрикуса пересекла страшная усмешка. — Нас ждет славный бой! Это ли не радость для настоящих мужчин? — взгляд гнома остановился на орке. — Не так ли, зеленокожий?

— Все так, гном! — хмыкнул Гор, угрожающе выпятив клыки, чем лишь рассмешил гнома. Было очевидно, что для такого разумного, как Готрикус, этот орк словно ребенок. К счастью для всех, гном не воспринимал хорохорившегося Гора всерьез.

Если люди Гребня или держали щиты, спасаясь от стрел, или стояли возле стен, то сам командир даже не пытался скрываться.

Гоблинские стрелы бессильно отскакивали от широчайшей спины, даже не оставляя на ней ранок. И Макс был совсем не уверен, что гном использует внутреннюю энергию или какой-то артефакт.

Скорее, его тело было настолько ей уже пропитано, что даже в пассивном режиме было способно выдерживать такие удары.

— А вот и наши малышки! — вторя словам Готрикуса, на армию гоблинов обрушился угрожающий вой. Причем с каждой секундой к нем прибавлялось все больше глоток.

До этого момента Максу не доводилось слышать о вивернах, тем более каких-то там зеленых. Правда, информации о том, что их уровень третий, было достаточно, чтобы понять об их опасности.

Теперь же он мог полюбоваться ими во всей красе.

Глава 36

Огромные драконоподобные существа с длинными лапами, заканчивающимися острыми загнутыми когтями. Их головы странным образом имели сходство как с чем-то волчьим, так и змеиным. Увенчивали же всю эту композицию загнутые назад рога и еще парочка мелких шипов.

Строение тела напоминало огромных варанов. То есть их лапы были куда длиннее, от чего пузо было выше над землей.

Гоблины пытались в них стрелять, но толстая чешуя отлично защищала своих владельцев.

Как оказалось, виверны умели высоко и далеко прыгать. Чудовища тяжело бежали прямо по корням, но куда страшнее было, когда они подымались по вертикальной поверхности, карабкаясь откуда-то снизу. Когти отлично впивались в корни, чья плотность немногим уступала камню. Длинные же хвосты быстро мотылялись туда-сюда, помогая удерживать равновесие.

Первым делом твари накинулись на беззащитные поселения. Гоблины, чтобы заблокировать авантюристов, невольно отвели большую часть своих войск к священному энергетическому узлу, обнажив свои же дома.

Теперь они за это расплачивались в полной мере.

Максу не надо было видеть, чтобы в красках представлять, что там творится. Истошные крики, звуки разрываемой плоти и бессмысленные мольбы о помощи говорили слишком о многом.

Зимин стиснул покрепче зубы: этот мир был жесток, и его стоило воспринимать таким, какой он есть.

Монстры подземелий не знали, что такое милосердие.

Гоблины в ужасе застыли, в отчаянии смотря, как их дома разламываются и уничтожаются, а дети и самки исчезают в окровавленных пастях.

Но растерянность быстро прошла.

Армия зеленокожих, перестроившись, неистово обрушила всю свою мощь на новых врагов.

Шаманы с яростью закружились на месте, исступленно молотя руками и всем чем придется по своим жутким бубнам и барабанам. Кожа разумных, пущенная на музыкальные инструменты, покорно призывала тварей из других планов бытия и духов, жаждущих полакомиться чьей-то жизненной силой.

Вся эта свора бросилась на гоблинов, напитывая их священной яростью и боевым духом. Да, она пила их продолжительность жизни, но при этом делала в разы сильнее. Теперь они не чувствовали боли и страха, готовые умирать, но не сдаваться.

Вот только глупо было бы считать, что гоблины забыли о своих изначальных врагах. Другая часть зеленокожих с боевыми кличами понеслась в сторону авантюристов.

— Ну что, парни?! Напоим свои топоры кровью вдосталь! — Готрикус с легкостью перемахнул через баррикаду и понесся на противника. Следом за ним метнулась и его команда.

— За ним! — скрепя сердце, отдала приказ Марта. Идти за сумасшедшим гномом ей не хотелось, но выбора не было. Оставаться здесь означало подписать себе смертный приговор. — Держимся позади и да помогут нам боги!

Макс растянул губы в предвкушающей усмешке. Подземелье умело поощрять своих созданий. Та энергия, которую он получал от убийств, была столь сладостной, что он просто жаждал вновь погрузиться в столь желанную резню.

Повинуясь его жутким желаниям, тело стремительно менялось. Морф совершенно не экономил, так как знал, что скоро энергии будет вдосталь. Более того, уже случившаяся битва расширила запас как внутренней энергии человека, так и симбионта.

Каждое сражение делало их капельку сильнее. Могущественный союз человеческого существа и монстра.

Землянин этого не видел, но его руки удлинились на десяток сантиметров, выдвинулись когти, ноги стали покрываться броней и дополнительными мышцами, отчего ткань штанов начала угрожающе натягиваться. Спина ощетинилась целой россыпью смертоносных шипов, росших особо обильно вдоль позвоночника. Шлем скрипнул, когда череп чуть изменился, становясь чуть более вытянутым.

Не было особых боевых кличей или криков. Все уже было сказано до этого, еще в первом столкновении. А возможно, их было неслышно из-за грохота сражения гоблинов и виверн.

Вновь и вновь двуручный топор пел свою смертоносную песню, неся смерть и запустение в рядах врагов. Его широкие взмахи захватывали разом нескольких противников, отправляя прямиком на тот свет.

От непрерывного потока энергии мускулы Макса увеличились настолько сильно, что нагрудник тихо трещал. Удерживающие его лямки грозили лопнуть, позволив человеческому телу продолжать страшные мутации.

Макс все еще удерживал свое собственное сознание на поверхности того бурлящего котла из голода, жажды сражения и опасности, но далеко не всегда логика успевала добраться до его разума.

Иной раз, забывшись, он бил топором даже не острой кромкой. Тяжелая полоса металла превращала несчастных гоблинов в фаршированные костями котлеты, которые цепляли тех, кто стоял за ними, отправляя в болезненный полет до земли или в черную пустоту обрыва.

Иногда Макс приходил в себя, начиная сражаться так, как учили, но безумие сражения вновь и вновь подтачивало его человеческое «я», поднимая наверх все то звериное начало, которое спрятано в каждом из разумных.

Он не заметил, как отпустив второй лапой ручку топора, тут же ей кого-то разорвал. Да, это теперь была именно лапа, ведь ничего человеческого в ней не осталось.

Если в первом бою гоблинам было что терять, и поэтому они дрались с оглядкой на последствия, то теперь они окончательно потеряли любые ограничения. Магия шаманов гнала их вперед, осатаневших и лютых. Беспощадных к другим и даже самим себе.

И Макс или, точнее, то, во что превратился союз человека и одного из самых жутких порождений глубоких уровней Подземелья, готовы были выплеснуть на них всю свою жажду крови и смертоубийства.

Битва же продолжала набирать обороты. Виверны, расправившись с беззащитными гоблинскими самками и детьми, добрались до воинов. Те же организовали горяченький прием.

Коротышки бесстрашно прыгали на спины, лезли по лапам и буквально затыкали пасти виверн собственными телами.

Пара тварей в буквально смысле задохнулись, когда гоблины так плотно забились в их дыхательные пути, что им не хватило кислорода.

Здесь речь уже не шла ни о каком спасении или компромиссах. Словно муравьи, атакующие вторженцев муравейника, гоблины беззаветно умирали, лишь пытаясь забрать с собой на тот свет побольше врагов.

Когда же во всю эту вакханалию врезались авантюристы во главе с Готрикусом, стало совсем весело.

Безумная дискотека смертоубийства, где сложно определить, кто друг, а кто враг. Единственным мерилом во всей этой неразберихе был цвет: зеленый означал, что впереди враг.

Так, того же Гора по ошибке чуть пару раз не зарубили.

Кровавый Гребень ревел от восторга, взрывными ударами превращая окружающих его врагов в кровавую пыль.

Те же хобгоблины редко могли ему хоть что-то противопоставить. Лишь их вожди могли устоять пару десятков секунд под столь сокрушительными ударами.

Доспех из внутренней энергии отлично хранил этого чудовищного представителя народа гномов.

Платиновый ранг — это тот уровень, когда любой разумный начинает представлять угрозу для небольших, но все же армий. Обычному человек предстоит очень напрячься, чтобы пробить кожу авантюристов такой силы обычным оружием.

Но кроме гоблинов были и виверны. Смертоносные твари, которые, словно того было мало, охотились стаями. Для третьего уровня они не были чем-то слишком опасным, но для перехода с первый на второй они были настоящим бедствием.

Лишь их ярость и жажда мести позволили им подняться настолько высоко. Туда, где энергия Подземелья почти не могла питать их большие тела.

Виверны были достаточно умны, чтобы запомнить того, кто убил больше всего их товарищей. Пока что они были заняты гоблинами, но зеленые коротышки медленно, но верно убывали. Впрочем, заставляя огромных тварей платить кровавую цену.

Вокруг каждой из дохлых виверн образовывались целые курганы из разорванных и раздавленных зеленошкурых.

Однако все чаще зеленые бедствия бросались на яростно отбивающегося Готрикуса.

В бойне подобного размаха не могло обойтись и без жертв со стороны авантюристов.

Вот, копье одного из гоблинов пронзает ничем не защищенную ногу одного из парней Хирда. Удар столь силен, что мужчина падает на колено, а острие вылезает с другой стороны.

Зеленокожий дергает оружие, и из раны бьет сильная струя крови — задета бедренная артерия. Воин инстинктивно пытается ее зажать, но несколько ударов гоблинов вокруг ставят жирную точку в его жизненном пути.

Чуть в стороне Амалрика буквально заваливают телами. Он отбивается, но зеленая волна уже покрыла его с головой. Теперь даже не разобрать, где гоблины, а где полуэльф.

Были смерти и среди команды гнома.

Марта, словно валькирия, сошедшая с полотен викингов, сеет смерть своей алебардой. Ее взмахи точны и неминуемы, хоть на лице застыло выражение слепой ярости. Длинные волосы из-за лопнувшей резинки свободно развеваются позади, словно диковинная фата. Движения женщины столь стремительны, что ее прическа даже не успевает коснуться плеч, постоянно находясь в движении.

Постепенно число участников битвы сокращается, оставляя лишь самых сильных, опытных и живучих.

Хобгоблины-командиры, ветераны и вожди. Шаманы и их ученики. Виверны и сильнейшие авантюристы, чья выносливость во много раз превосходит человеческий предел.

Конечно, между ними все еще оставалась прослойка в виде обычных гоблинов, но она постепенно сокращалась, вынуждая их встречаться друг с другом.

Макс ударом лапы отбил меч хобгоблина и тут же раскроил ему голову топором. Гоблиноид был одет в шлем, который тем не менее ему не особо помог, частично войдя в череп вслед за лезвием топора.

— Ш-ш-ш! — Безумный был вынужден отпрыгнуть на пару метров в сторону, чтобы не стать закуской для одной из подкравшихся виверн. Какой-то глупый гоблин попытался атаковать человека со спины, но был убит резко выросшим шипом, пронзившим ему глотку. Сделав свое дело, костяное копье мягко отсоединилось, чтобы не мешаться.

Морф тоже принимал самое деятельное участие в этом смертоубийстве. Хищный шарик отбросил страхи и вместе с боссом погрузился в столь упоительный бой. Впрочем, он куда больше следил за обстановкой, защищая их обоих от неожиданных нападений, вовремя предупреждая владельца тела об опасности.

Виверна была поранена во множестве мест. То тут, то там торчали воткнутые копья или мечи, кое-где чешуя была сорвана, обнажая дрожащее мясо, но ничего критично важного повреждено не было.

Чудовищные когти сжимались и разжимались, кроша кору и трупы. В сложившихся условиях было не пройти и шагу, чтобы не наступить на чье-нибудь разорванное тело.

Глава 37

Холодные вертикальные зрачки виверны встретились с яростным золотым сиянием глазниц Макса. Два хищника внимательно друг друга рассматривали, примериваясь, как ловчее убить своего противника.

Несмотря на все безумие боя, симбионт и человек понимали, что с наскоку эту тварь убить будет сложно. Все же она находилась на другом уровне сил, хоть это, конечно же, не значило, что они не попытаются.

Чудовища бросились вперед одновременно.

Стремительный удар зеленой лапы прошел буквально в паре сантиметрах от маски метаморфа, обдав ту брызгами крови. В когтях виверны застряли случайные волокна гоблинских тел.

Зато его удар был куда более успешен и точен. Он рассек лоб виверны и сорвал здоровенный шмат чешуи с мясом, заливая кровью правый глаз чудовища.

Гневное шипение и стремительный удар хвостом, от которого землянин ускользает, буквально распластываясь на шершавой коре.

Его мышцы, кости и кожа разглаживаются, чтобы как можно плотнее прижаться к поверхности и миновать удар. Даже шипы прижимаются к коже, чтобы их не зацепило.

Но стоило опасности миновать, как каждая часть тела вновь встала на место, вновь бросая метаморфа в бой.

Топор со свистом вонзается в коленную чашечку твари, напрочь в ней застревая, попутно причиняя невыносимую боль.

Зимину пришлось спешно отпустить ручку, чтобы не быть размазанным ударом сверху.

Битва на грани, когда даже самая мельчайшая ошибка может стоить смерти. Жуткий танец, в котором рулят лишь инстинкты, ведь на продумывание тактики просто нет времени.

Метаморфа спасала лишь его скорость. Симбионт буквально раскалил их тело, заставив мышцы выйти на совершенно новый уровень загруженности, а рефлексы реагировать по первому же требованию воспаленного мозга.

Проходи сражение зимой, от мужчины валил бы самый настоящий пар.

Осатаневшая виверна крутилась на месте, била хвостом и лапами, щелкала устрашающими клыками, но лишь ухватывала ускользающую тень.

Кора, мертвые тела и оружие разлетались во все стороны, сметенные яростным напором.

Настоящий же враг тончайшими ударами медленно и методично рвал ее на части. У него не было сил нанести серьезный удар, поэтому он изматывал монстра, заставляя ее тратить силы и столь ценную красную жидкость, текущую по венам.

Красивая зеленая чешуя давным-давно была сорвана. Регенерация виверн оставляла желать лучшего, поэтому она выглядела так, будто с нее живьем сняли шкуру. Хотя если подумать, так оно и было.

После очередного удара чудовище покачнулось, но устояло, мутными глазами следя за кружащейся вокруг столь кусачей мошкой.

Виверна уже поняла, что добыча оказалась ей не по зубам, но стайный инстинкт заставлял ее, несмотря ни на что, сражаться. В подземельях редко получалось спастись бегством, ведь если от кого-то спасаться, можно совершенно спокойно наткнуться на кого-то еще более страшного.

И вновь противники застыли, вот только теперь была совершенно другая расстановка сил. Измученная и обессиленная виверна и полный сил, рвущийся в бой человек. Хотя назвать это существо человеком можно было очень условно.

«Пора с этим кончать». — пришла общая мысль. Зимин сделал шаг вперед, чтобы в следующее мгновение его спина взорвалась ослепительной вспышкой боли.

Эта боль, словно кислота, распространилась вверх и вниз, чтобы переползти на грудь, разом заблокировав любую возможность сделать вдох.

Макс опустил голову вниз, чтобы с отстраненным интересом увидеть у себя в груди стальное острие, вылезшее аж на десяток сантиметров. Надо ли говорить, что брошенное кем-то копье насквозь пробило его спину, заставив повиснуть словно бабочку, насаженную опытным энтомологом.

Землянин уже не видел, как бросившего копье хобгоблина раскраивают на куски топоры Гора. Орк же, отомстив, словно окаменел, смотря на чудовищную рану своего товарища. А возможно и… Друга.

Этот человек был странным. Он помогал, толком ничего не прося взамен. Более того, он раз за разом спасал его даже от тех, кто мог создать неприятности самому человеку.

Гор не понимал этого безумного представителя людского рода. Люди — подлая и злая раса, так говорили им старейшины. Оказавшись же среди них, орк не сильно поменял своего мнения на этот счет. Правда, ровно до знакомства со столь странным Максом Зиминым.

Тот помогал орку почти бесплатно, неся какую-то чушь про формирование отряда.

Гор же отлично видел, что человек просто хочет найти тех, кому он сможет доверить свою спину в бою.

Человек был иностранцем, бродягой, тем, у кого не было дома, то есть таким же, как и сам Гор.

Орк видел предательство. Причем даже больше, чем ему хотелось бы. Он прекрасно знал, насколько же трудно бывает найти даже просто хороших товарищей, не говоря уже о верных друзьях.

И сейчас, вполне возможно, он потерял того, кто мог в будущем занять последнюю категорию.

Громадный зеленокожий испустил оглушительный вой и бросился вперед, расшвыривая оставшихся гоблинов, которые имели глупость встать у него на пути. Но он в глубине души понимал, что ему не успеть, ведь виверна никуда не делась.

Лишь полученные ею раны не позволили огромному монстру сразу осознать, что ее противник беззащитен. Лишь это позволило Максу хоть немного оправиться от столь внезапного и подлого удара.

Истошно вопящий в глубине сознания Морф отчаянно перекрывал кровеносные сосуды и старался насытить мышцы кислородом какими-нибудь окольными путями, ведь трахея была разорвана напрочь.

Чудом было уже и то, что копье не задело позвоночник, пройдя под углом в сантиметре от позвоночного столба.

Симбионту было страшно, и он изо всех сил пытался сделать хоть что-то, чтобы отсрочить неизбежное.

Макс же стоял спокойно. Бурлившая в нем ярость куда-то делась, и он умиротворенно смотрел, как широкими прыжками на него несется сама смерть.

Виверна покачивалась, запиналась, но у нее еще были силы, чтобы совершить свой последний смертоносный удар.

Время остановилось. Чудовище оказалось вплотную к расслабленно стоявшему человеку. Вместо того чтобы ударить лапой, монстр вознамерился сожрать упрямую букашку, для чего вытянул вперед шею.

Тем неожиданней было то, что голова человека внезапно исчезла, а виверна содрогнулась от головы до хвоста, когда мутировавшая рука напрочь снесла ей горло, оставив огромную рваную рану, из которой с бульканьем на пригнувшегося человека хлынула багряная жидкость.

«Пей!» — оглушительный вой Морфа ворвался в затухающее сознание Макса, и он последовал его совету, открыв рот.

Цельная костяная маска треснула, расходясь в стороны, словно мандибулы исполинского насекомого.

Если бы кто-то сумел оказаться рядом и заглянул под маску, его бы скрутило от благоговейного ужаса. Человеческого лица уже не было, вместо этого там красовалась все удлинявшаяся пасть, полная острых клыков.

В этом деформированном нечто почти не было видно глаз и тем более носа, ведь прямо сейчас они не были нужны, поэтому ресурсы на них почти не тратились.

Ведь целью нового кусательного аппарата было поглощение как можно большего количества плоти.

А затем метаморф, распахнув челюсти, как можно шире, чтобы успеть хлебнуть побольше крови, вцепился в столь сладостное мясо тяжело рухнувшей на бок виверны.

Вся сущность нового существа хотела сейчас лишь одного — выжить. И ради этого измененные челюсти рвали все, до чего достанут, тут же глотая, даже не пережевывая.

Внутри же плоть мгновенно растаскивалась деятельным Морфом, который питал умирающее тело, попутно синтезируя столь необходимые вещества или хотя бы тот же кислород.

Следом же на Макса навалился оглушительный поток энергии погибшего существа, разом дав Морфу столь нужную энергию.

Если динозавра, в свое время, убивало несколько человек, то теперь это сделал лишь один Макс, поэтому награда была несравнимо более щедрая.

Метаморф встал, оторвав окровавленную пасть от развороченной шеи. Прыжок — и изменённое тело приземляется на бок виверны. Измененная рука, словно бур, разрывает остатки чешуи, отбрасывая мешающуюся кожу прочь.

Ухватив что-то внутри, мужчина потянул руку назад. Разжав ладонь, он зачарованно уставился на сияющее белым светом энергетическое ядро.

Запоминающаяся картина — покрытый шипами, своей и чужой кровью гуманоид стоит на истерзанной твари, отдаленно напоминающей дракона. В его же правой руке горит небольшая звездочка.

Именно это ядро, повинуясь проснувшимся инстинктам, отправляется прямиком в жуткую пасть, чтобы исчезнуть среди острейших клыков, провалившись куда-то вниз по пищеводу.

Копье, зашатавшись, начало медленно выходить. Пара секунд, и оно с глухим стуком падает на бок виверны, после чего скатывается куда-то вниз.

Смертельная же рана прямо на глазах начинает зарастать. Крови почти нет, Морф заблокировал порванные вены и капилляры.

Невероятное обилие энергии от убийства виверны позволило провести столь немыслимое восстановление.

В обычной ситуации Морф рисковал бы просто не справиться.

Вот, кожа окончательно прикрывает огромную дыру. Проходит еще десяток секунд, и Макс начинает громко кашлять. Изо рта летят сгустки крови и осколки его собственных раскрошенных костей.

Симбионт наконец задался восстановлением трахеи и легких, и Макс, наконец, смог сделать первый вдох за последние несколько минут.

Вытянутая пасть втягивалась в череп, возвращая человеческое лицо, которое тем не менее было спешно прикрыто костяной маской. Остались лишь горящие пронзительным золотым светом глаза с вертикальными черными зрачками.

— Безумный! Ты все же жив! — на виверну вскочил встревоженный Гор, внимательно осмотрев застывшего Зимина. — Я уж думал, тебе конец!

Метаморф внимательно осмотрел новое действующее лицо, после чего с некоторым раздражением вспомнил, что его нельзя убить и поглотить.

Человеческая часть новорожденного порождения невероятно сильно противилась этому. Более того, она стремительно возвращала себе контроль.

Метаморф, будучи частично этим самым человеком, беспрекословно отдал контроль. Он не видел смысла бороться против самого же себя.

Макс Зимин покачнулся, безумным взглядом оглядев окружающее поле боя, после чего от души выматерился. И то, что его прямо сейчас слушает очнувшийся Морф, волновало мужчину в последнюю очередь.

— Уж поверь, Упрямый. Я сам думал, что мне конец! Кстати, ты не видел, кто бросил то поганое…

— Я зарубил эту зеленую погань на месте! — рыкнул Гор, воинственно выпятив клыки. — Кинуть копье в спину — это поступок труса, но не воина. Если бы было время, я бы убил эту гниль даже без оружия, чтобы духи дали бы ему самое дальнее место возле костра предков! Где-нибудь возле выгребной ямы!

— Спасибо тебе, Упрямый, — Макс хлопнул его по плечу, стараясь тем не менее не поранить когтями. — Ты настоящий друг.

Почему-то эти простые слова заставили внушительную груду мышц спешно отвернуться, скрывая лицо.

Товарищи оглядели поле боя. Сражение все еще длилось, но это были последние отголоски. Всюду, куда падал взгляд, валялись тела погибших гоблинов, и здоровенными кучами среди них лежали дохлые виверны.

Чуть в стороне Готрикус азартно добивал парочку виверн, а в другой стороне пошатывающаяся Марта забивала светившейся от внутренней энергии ногой гоблинского шамана.

Груда гоблинских тел зашевелилась, и оттуда вылез усталый Амалрик. Чей-то удар задел лицо полуэльфа, отчего один из глаз был сильно поврежден. Тем не менее, к радости Зимина, полукровка все же выжил.

— Безумный, а ты собираешься отрубать голову? — вопрос Гора заставил Зимина отвлечься.

— А?

— Это достойная победа. Такой враг достоин того, чтобы ты сделал из его головы чашу и пил из нее на пиру. Твои предки будут радоваться такой победе.

— Какая-то она сильно здоровая для чаши, — с сомнением протянул Макс, рассматривая голову. — Скорее, это целый чан, а не чаша.

— Тогда шлем из черепа врага?

— Все равно большая.

— Эх, — огорченно протянул орк. — Лучшие шлемы получаются из черепов демонов-воинов. Они очень крепкие и служат долгие годы, внося в сердца врагов настоящий ужас. Великие воины специально их убивают, чтобы сделать из них могущественные артефакты.

Здоровяк подошел к голове виверны и точным ударом топора выбил несколько клыков. Достав кожаный шнурок, он начал что-то усиленно мастерить.

Макс ему не мешал, но и в сражение больше не лез.

Последнего боя ему хватило вдосталь. И хоть тело, восстановленное Морфом, было полно сил и лучилось энергией, психологически Зимин устал.

Не каждый день ты несколько раз оказываешься на грани смерти и чудом ускользаешь от «костлявой».

Поэтому он спокойно стоял возле трупа виверны, провожая взглядом спасающихся бегством немногочисленных выживших гоблинов.

— Вот! — Гор с широкой улыбкой протянул кожаный ремешок, в который были плотно вплетены клыки виверны. — Твой первый великий враг!

— Спасибо, Упрямый, — благодарно улыбнулся Макс, надевая самодельное ожерелье на шею. — Будем надеяться первый, но не последний!

Глава 38

Невидимая и неслышимая фигура покинула поле боя, прыжками телепорта уносясь прочь к поверхности. Подземелье блокировало перемещения, поэтому неизвестному приходилось использовать заклинание куда чаще обычного.

К тому же у него было куда меньше сил, чем у оригинала.

Безликий не собирался задерживаться в этом, пока что маленьком городке, дольше необходимого. Тем не менее один из его жителей заинтересовал Гидру больше обычного.

Он достаточно редко встречал землян, пускай даже и из параллельных реальностей.

Человеку вроде Безликого были чужды привязанности и такие эмоции, как жалость и сострадание. Но вот проклюнувшийся интерес к необычному объекту для исследований — совсем другое дело. Впрочем, Гидре прямо сейчас он был не нужен.

За время нахождения в этом мире он сумел наладить связь с достаточно сильными разумными. Кому-то требовалась помощь в излечении страшной раны, оставленной одним из монстром в подземелье, другим вылечить их родных и близких. Третьим дать силы и новые возможности.

Безликий готов был все это предоставить, правда, и цена была велика. Кто-то расплачивался информацией, другие служили ему иначе.

Из-за этого он спокойно мог собрать отряд опытных бойцов вплоть до платинового уровня.

Однако Гидра не был бы собой, если бы не позаботился о возможном предательстве. Он создал тело, наделив его определенным запасом сил, и поместил в него небольшую часть своего разума, которая должна была проследить за Максом Зиминым.

После этого Гидра покинул город, отправившись по своим делам.

Предаст ли землянин своего собрата или нет? К счастью для Безумного Макса, он оказался честен.

Копия могущественного мага подымалась все выше, стремясь соединиться с основой.

Совершив однажды ошибку со своим собственным клоном, теперь Безликий очень трепетно относился к ограничению разума и сил таких вот поделок. Вследствие этого, она просто физически не могла его предать.

Поэтому-то копия изо всех сил и спешила к своему создателю, чтобы передать ему собранную информацию.

*****

Воздух глубоко под землей искривился, бросая во все стороны разноцветные блики. Жившее неподалёку племя огров возбужденно вскочило на ноги, угрожающе потрясая дубинами и огромными кулаками.

Маленькие злобные глазки на бугристых головах настороженно всматривались в это светопреставление.

В Подземелье любые неожиданности редко приводили к добру.

И, в общем-то, огры оказались правы.

Очередная мощная вспышка, и в дымящемся трехметровом рунном кругу появился человек и странный черный шар. Правда, последний быстро развеял все сомнения в собственной неодушевленности, когда исторг из себя целую прорву черных щупалец, а затем открыл шесть огненных глаз и большую, полную нескольких рядов зубов пасть.

— Сучья магия перемещения! Каждый раз работает через демонскую жопу! — Высокий мужчина с яростью отряхивал плащ, который весело дымился, а в паре мест даже тлел.

Мрачно сверкнул жуткий шлем-череп, словно бы осматриваясь вокруг пустыми глазницами. Да и остальной вид как бы намекал, что этот человек отнюдь не так прост.

Цельные серые доспехи с многочисленными зазубринам, сколами и царапинами. Очевидно, их хозяин жил очень богатой и насыщенной жизнью.

Наконец он закончил приводить себя в порядок и обратил внимание на огров.

— Какие же все такие уродливые, — наконец, сплюнул он. — И это типа местные жители? Поганый торговец порталами! Вернусь в мир Тысячи Путей, вырву его душу и скормлю ее демонам бездны! Я должен был появиться в, мать его, человеческом городе, а не в…

Жуткий маг огляделся и мрачно скривился.

— … В долбанном Подземелье. И почему я не удивлен, что что-то пошло не так?

Огры поудобнее перехватили дубины. Человек не выглядел опасным. Их же было много. Тварь, похожую на шарик, они даже не знали на вкус, поэтому были намерены ее испробовать.

Из прибывших получится отличное жаркое.

— И что это вы, дети свиней, задумали? — подозрительно уточнил маг, смотря на обходящих его жителей племени. — Значит, не хотите по-хорошему? Тем лучше, — губы чернокнижника расплылись в устрашающей усмешке. — Я как раз на это перемещение затратил изрядно энергии. Надо бы восполнить.

На пол рухнули две корчащиеся огненные плети, концы которых крепко держал человек. Наполняющий их адский огонь кричал сотнями лиц и старался добраться до собственного же призывателя, но воля мага была намного сильнее.

Камень под плетями начал понемногу плавиться, раскалившись докрасна. Огры застыли, со страхом смотря на такое проявление силы.

Вождь племени огров очень быстро понял свою ошибку. Особенно же ясное просветление у него наступило, когда он отчаянно полз прочь, так как ног у него больше не было. Безжалостный же маг шел за ним, расслабленно поигрывая ластящимся кинжалом.

Нож буквально искрился от предвкушения приема «пищи».

Сверкнула вспышка, и нож глубоко вошел в глотку огра, напрочь оборвав тому жизнь. Обычно таких, как он, даже удар мечом не всегда мог сразу убить, но маленький кинжал справился за один точный удар.

— Ну вот и подкрепились, — улыбнулся Алекс Вульфс, глядя, как целый огр исчезает в бездонной пасти его демона. В ответ пришла презрительная оценка вкусовых качеств огров.

Палач демонов считал, что огров легче сжечь, чем есть.

Откуда-то из туннелей раздался чей-то приближающийся вой и многочисленные хлопки множества лапок по камням.

— Вот почему мне так не везет? — оскалился чернокнижник. — Что бы я не делал, обязательно окажусь в полной жопе!

Конец первой книги.

От автора

* * *

Внимание: Первая книга бесплатная, поэтому автор был бы рад поддержке книги лайком и подпиской на профиль автора.

Нет. В книге будет лишь один герой. Кузнецов же и Безликий — это герои двух других серий. Здесь я показал связь героев разных книжных серий в рамках одной Вселенной. А вот встретятся ли они в этой серии, совсем другой вопрос)

Теперь планы на следующую книгу, но вначале, раз уж вы дочитали эту бесплатную книгу, большая просьба.

Поставьте, пожалуйста:

— Лайк и комментарий, если книга вам понравилась. (Кто-то не ставит, от чего маленький Морф очень огорчается)

— Рецензия на книгу очень поможет той в продвижении.

Ну и наконец планы. Прямо сейчас рисуется обложка для второй книги Метаморфа. Следовательно, следующая книга будет именно про него.

Как обложку доделают, сделаю пост в своем профиле с анонсом и датами выхода. Подписывайтесь на мой профиль и тогда точно не пропустите.)

Content

Владислав Бобков
Метаморф. Алчущий силы — 1

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

От автора