Анна Велес

Таинственный квест

1.

Что-то тяжелое, мягкое и черное давило на грудь. Сбивая дыхание, скребя по коже. Сердце пустилось вскачь, прогоняя сон, путая и без того сонные и бестолковые мысли. Мара?..

Он резко распахнул глаза, вздрогнул. Нет. Всего лишь кот решил устроиться на нем удобнее в поисках тепла и ласки.

Он облегченно вздохнул. Но сердце отказывалось успокаиваться. Оно все стучало и стучало в бешеном ритме, запутавшись в силках страха. Надо бы прогнать этого оккупанта. Он скосил глаза на кота и встретился с его желтым ленивым взглядом. Лень…

Лень нарушать это ласковое пьянящее состояние полудремы, шевелить рукой, нарушая волшебство. Как приятно было чувствовать на себе эту, теперь уже опознанную, тяжесть, слушать сопение спящей рядом женщины, чувствовать, как она во сне прижимается к его боку. Такой маленький уютный мирок со всеми его прелестями. …Но сердце продолжало биться в истерике. Черт!

Он все же поднял руку и, осторожно подцепив кота, опустил его на пол. Зверь одарил его обиженным и надменным взглядом. Он не удержался от кривоватой улыбки в ответ. Кот отвернулся. Поговорили…

Он сел, бесшумно, начал одеваться, стараясь не смотреть на ту что продолжала спать на кровати.

Ну, никакой личной жизни! Ладно уж…

Галстук он решил не завязывать. Заправил рубашку, накинул пиджак. Ботинки лучше надеть в коридоре…

Холодный ночной воздух заставил поежиться. Пар неровными клубами вылетал изо рта. Он накинул пальто, тут же запустил руку в карман в поисках пачки сигарет.

Сколько там до рассвета? Он посмотрел на небо.

Истерзанное шпилями многоэтажек, рваное, оно выглядело жалко и совсем не романтично. Даже с учетом россыпи крупных наивных звезд, которые и не знают, что тут об их существовании почти забыли. Зарождающаяся луна ладьей сползла на самый край. Еще час-полтора, а там… Он не любил рассветную дымку, когда все лишается цвета и, кажется, даже смысла…

Черт! Да сколько еще ждать?

Он прошел к своей машине, сел на водительское место, раздраженно хлопнул дверью.

Нет! Париться по мелочам он не собирается. И смиренно ждать – уж увольте.

Он прикрыл глаза, чуть подумал, потом сосредоточился на выбранном объекте. Теперь лишь протянуть руку, включить музыку.

Вообще, он не любил современный русский рок, но «Би-2» стали исключением из правил. Уж больно стервозные тексты!

Теперь он спокойно курил, изредка с издевкой поглядывая на свой сотовый, демонстративно выложенный на приборную доску. «Би-2» продолжали петь о любви в своем уникальном стиле.

Он выглянул, стараясь рассмотреть окна только что покинутой квартиры. Вроде пока света нет. Спит. И славно… Хотя жаль… Все так удачно складывалось…

Песня заканчивалась. Повторить?

Нет, пожалуй, перейдем на более подходящую тему.

Он опять сосредоточился на желаемом. На дисплее проигрывателя замелькал поиск. Наконец по салону разлились первые аккорды «Серебра». Протягивать руку было лень. Так же, усилием мысли, он увеличил громкость.

Плевать на правила, если тем, кто их устанавливает, было плевать на него. Он ведь рассчитывал на небольшой отпуск, не вылезая из постели. Из проигрывателя неслись слова о войне без героя, о бесконечности пути…

Наконец проснулся сотовый, издавая душераздирающие трели с каким-то попсовым мяуканьем.

– Сволочь, – сказал он в трубку.

– Так ты начальство приветствуешь? – ответил ему мужской бодрый голос.

– А с учетом родственных связей? – Он не удержался от кривой усмешки.

– Прокатит, – рассмеялся его собеседник. – Просто ты с твоим пафосным вкусом…

– О! А у тебя его вообще нет, – парировал он. – Попса рулит!

– А ты куда рулишь? – уже серьезно спросил начальник. – Докладывать тебя не научили?

– У меня был запланирован отгул, – сухо информировал он. – А насчет доклада… Ты же не можешь сразу воспользоваться телефоном. Зачем надо было так пакостно меня будить?

– Кончай трепаться, – посоветовал собеседник. – Дело есть.

– А когда его не было? – устало переспросил он. – Ну что? К тебе тащиться?

– Так ты же, как всегда, голодный?

– А у тебя, как всегда, пусто в холодильнике?

– Кафе «Рай».

И в трубке послышались гудки. Он посмотрел на уснувший сотовый и поморщился. И кто из них пафосный? Идиотское чувство юмора! Пришлось заводить мотор. В окнах покинутой квартиры включился свет… Он еще смотрел в зеркальце заднего вида на желтую точку в темноте, под аккорды «Мой рок-н-ролл».

Смена заканчивалась. Ноги гудели, улыбаться не хватало сил. Еще час пятнадцать…

Зал был почти пуст. Мало кто посещает ночные забегаловки перед рассветом. У окна еще торчала за столиком парочка.

Тоже мне, последние романтики. Всю ночь пить кофе. Лучше бы гуляли по улицам. И чаевых не дождешься. А еще этот…

Посетитель пришел всего пару минут назад, принеся с собой чувство смутной угрозы. Она часто косилась на него, смахивая крошки со столов.

Мужчина лет пятидесяти на вид, с окладистой, какой-то старомодной бородкой, с седеющими волосами, спадающими на воротник кожаной черной куртки. Старые потертые джинсы, черная водолазка.

Старый байкер? Как же! Чудак какой-то.

– Верочка, – ласково позвал он ее, напугав до полусмерти. Бирки с именем на ней сегодня не было. Откуда он знает ее имя? – Да ты не волнуйся, дочка. Пивка мне налей, а?

Она уставилась на него взглядом загнанной косули.

Какие у него глаза добрые. Даже поверить хочется. И вроде бы страх отступает. Или прячется глубоко внутри. Нет, что-то с ним не так.

– Вам какого? – не задумываясь о вежливости, спросила официантка неохотно.

– Светлого, – подумав, определился он, продолжая удерживать ее взгляд. – Какое меньше разбавлено?.. О! Пожалуй, из вон той бочки.

Она поджала губы. Это пиво было для особых клиентов. Дружков владельца этой дыры. Как он узнал?

– И еще, девочка. – Мужик улыбнулся. – Тут сейчас друг мой подъедет. Ты принеси ему отбивную потолще, салат греческий. Он у нас гурман. И, пожалуй, картофельных шариков. Они у вас сегодня удались. И выпивку на опохмел. Давай «Мартини» грамм сто и пятьдесят водочки сверху. Со льдом.

– Хорошо. – Она была ошарашена.

– Мы там, у стеночки, присядем, – продолжил незнакомец. – И салфеток не забудь.

Она покорно отправилась за стойку. Странный посетитель сел в самом дальнем углу, скинул куртку, достал сигареты.

Когда она возвращалась с кружкой пива, салатом и приборами, у двери звякнул колокольчик. Незнакомец приветливо поднял руку.

Ух ты!

Она невольно уставилась на приближающегося мужчину.

Высокий, худощавый, в белой мятой рубашке, галстук висит на шее мертвой тряпкой. Под черным полупальто дорогой костюм. Тоже черный. Непослушные темно-каштановые волосы рассыпались в беспорядке, нарушая задуманную парикмахером укладку модной стрижки. Глаза ярко-синие, усталые и сонные. На левой щеке след от розовой помады.

– Держите. – Она поджала губы, неодобрительно глядя на этот пошловатый след на его щеке, протянула ему салфетки.

– Так и думал, что пригодятся, – усмехнулся пожилой мужчина. – Я тебе заказал как обычно.

– Угу. – Молодой человек глянул на него обиженно, оттирая помаду. – В городе есть и приличные рестораны.

– Тебя в таком виде туда не пустили бы. – Его собеседник явно забавлялся. – Не капризничай. …Как же вы, молодежь, любите играть в героев!

– Я почему-то считал, что это наша работа. – Молодой приподнял брови, картинно удивляясь.

– Но зачем выряжаться в стиле Киану Ривза из «Константина»?

– А ты кино смотришь? – продолжал паясничать подчиненный, размешивая салат. – Может, еще и DVD-плейером пользоваться научился?

– Куда уж нам, старикам. – Его начальник пригубил пива. – Тебе вон коктейль несут.

– Спасибо, детка. – Его собеседник одарил официантку ласковым взглядом. У той затряслись руки. – Вот как с тобой в приличных местах появляться, если ты девушек до истерики за пять минут довести успеваешь?

– Это ты у нас Доблестный рыцарь, спаситель Прекрасных дам, – напомнил ему собеседник.

– Что, опять? – Рыцарь болезненно поморщился.

– Нет. – Тон начальника стал серьезным. – На этот раз наверху над тобой сжалились. О! А вот и твой завтрак.

Они помолчали, пока вконец перепуганная девица ставила перед ним тарелку.

– Так что там? – поинтересовался молодой, приступая к еде.

– Выпить не хочешь?

– А что? Все так плохо?

– Не знаю. – Начальник выложил перед ним папку, достав ее прямо из воздуха.

– Клоун, – проворчал подчиненный, продолжая есть. – Хоть в двух словах скажи, что там?

– Надо помочь одному лоху бабу его найти, – разъяснил пожилой, смакуя пиво.

– Знатная баба?

– А я ее видел? Лу, я старый усталый волк. Мне это все уже просто обрыдло.

– Вульф! – На этот раз удивление рыцаря было искренним. – Ты чего? Ты же старший Хранитель!

– Вот именно, – напомнил ему начальник. – Я уже свое отработал. Все эти барышни, лохи, ведьмы, вурдалаки… Теперь я просто хочу отдохнуть, перекладывая бумажки и давая вам, молодым, ценные указания. Поверь, я заслужил покой.

– А что наверху думают? – продолжал допытываться Лу. – Тебе сколько еще?

– Не знаю. – Вульф поморщился. – Наверное, лет пять. Хотя я еще просьбу не высказывал. Жена отсоветовала.

– Как она? Как пацан? – Чуть успокоившись, рыцарь вернулся к еде.

– В норме. – Пожилой мужчина улыбнулся. – Ладно, забудь. Вроде бы эта баба из Избранных.

– По рождению? – Лу застыл, не донеся вилку с куском мяса до рта.

– Обещанная, – ответил Вульф.

– Понятно. – Рыцарь с вожделением глянул на «Мартини». – А лох, значит, королевских кровей? Только не Лотарингии! Терпеть не могу гадов.

– Вот тут помочь не могу, – огорчил его начальник. – Не знаю.

– А почему этот… – Лу выдержал многозначительную паузу. – Почему он свою принцессу по старинке не сам ищет? Обленились все! Страх потеряли.

– Да не может он. – Вульф махнул рукой официантке и указал на пустую кружку. – Там в папке должны быть копии. В общем, он попал к Гаспару в клинику. Ослеп. При странных обстоятельствах.

– Так, а сейчас у него как с глазами? – Лу почувствовал себя паршиво. Против природы не попрешь. После всего пережитого ему бы раз сто плевать на терпилу, а вот на тебе. Жалко стало.

– Сейчас так же. – Начальник получил свою добавку. – Хотя, в общем, Гаспар его подлечил. По крайней мере, стало понятно, как у парня пропало зрение.

– Проклятье? – Рыцарь заранее был уверен в положительном ответе. – Значит, опять ведьма. А что с бабой-то?

– Так она той ведьме и была обещана. – Вульф пожал плечами.

– Как я понял, – Лу отодвинул тарелку, – мне надо не только в поиске Серым Волком побегать, так еще и ведьму пришить?

– Пришивать не надо, – последовал суровый взгляд. – Просто лишить сил.

Рыцарь поморщился.

– В принципе, справедливо, – подумав, рассудил он и залпом выпил «Мартини» с водкой.

– Наверху будут рады от тебя это слышать. – Вульф опять усмехнулся. – Кстати, там тебе помощь может понадобиться.

– И? – рыцарь полез в карман за зажигалкой.

– Заберешь из местного обезьянника одного говнюка.

Лу ждал продолжения и молча курил.

– Говорю же, – продолжал забавляться Вульф. – Любите вы, молодежь, дешевые голливудские понты. Этот придурок от рождения предъявил полицейским корочки на имя какого-то крутого охотника за нечистью из дешевого американского сериала.

Лу рассмеялся.

– Ну, Гера, шутник хренов. А я и не знал, что он вернулся. Он же вроде переехал в Рим?

– Его римские каникулы чуть не закончились отлучением, – мрачно ответил начальник. – Считай, разрыв дипломатических отношений.

– Что же он натворил? – удивился рыцарь.

– У него и спросишь. – Вульф приканчивал вторую кружку. – Кстати, о дипломатических отношениях. Звонил Плантар. Можешь получить свой чек.

– Нормально! – возмутился Лу. – Они подсовывают совершенно дурацкие задания, а платят только полгода спустя!

– Мировой кризис, – напомнил начальник. – Будто тебе местные быстрее оплачивают не менее дурацкие задания.

– Между прочим, почти без задержек, – с достоинством заявил он. – Православная церковь богата. Да и с Иерусалимом у них сейчас терки тесные. Обещали даже оплатить отпуск на святой земле.

– Отпуск. – Вульф погрустнел. – Ты навряд ли куда-то выберешься. …Нас в этом году ждут на корпоратив.

Лу, не стесняясь, выматерился.

– Последнее общение с семьей мне обошлось дорого, – напомнил он.

– Но ты сейчас вроде ни в чем не замечен. – Начальник предпринял слабую попытку его уговорить.

– Я и тогда ни в чем замечен не был! – зло ответил рыцарь. – И уж извини, мне и без ваших проверок хреновых было тошно тогда.

– Понимаю. – Вульф примирительно поднял руки. – Я, между прочим, тоже не в восторге. Они велят привести сына.

– Уже… – растерялся Лу. – Хренова жизнь!..

Зеленый Рыцарь

По молодости он любил корпоративы. Под Новый год так приятно посидеть в кругу семьи. Все родственники, все вроде бы рады тебя видеть. И ты счастлив, что тебя ждут. Что в этом идиотском мире есть кто-то, кто тебя любит.

Круглый зал наряжали цветочными венками, по традиции везде зажигали свечи. Напротив трона устанавливали росток Мирового Древа, и каждый, кто входил в зал, вешал на него ленточку. Иногда, присмотревшись, можно было увидеть крохотных норн, порхающих с ветки на ветку. Круглый Стол покрывали тончайшими скатертями, а от ароматов яств, разложенных на серебряных блюдах, текли слюнки.

Он всегда испытывал благоговение, находясь в этих древних чертогах в Таинственном Замке, таком же недосягаемом для простых смертных, как и Мунсальвеш. После грязи и полумафиозных разборок, в которые сейчас превратились квесты и подвиги, оказаться здесь, в этих святых стенах, и вдруг поверить, что это все кому-нибудь нужно. В этот волшебный час…

Но в тот раз три года назад ему было не до возвышенных чувств. Он явился уже полупьяным, злым и надеялся на драку.

Вообще, все это напоминало подставу. Его сознательно направили туда, где Луку ждали неприятности. И Король, и Старшие Хранители прекрасно это понимали. А он…

Он тупо влюбился. Принцесса. Избранная по крови.

Выглядела она именно так, как и должна выглядеть Дева. Длинные белокурые волосы, прямые, блестящие и гладкие, как шелк. Большие голубые глаза. Такие серьезные, такие невинные.

Он в первый раз в жизни поверил, что женщина может быть такой. Чистой и искренней. И дело было даже не в сексе. Он не просто ее хотел. Он восхищался ею, он готов был просто смотреть на нее, боготворить ее, слушать ее тихий нежный голос. Будучи закоренелым циником лет с шестнадцати, он удивлялся сам себе. И так хотел верить…

Казалось, это взаимно. И он, избалованный женским вниманием чуть ли не с колыбели, так мало ценивший узы, вдруг начал задумываться о женитьбе… А потом…

Все тем же тихим голосом она поблагодарила его, сдержанно, но тепло, как и полагается Принцессе. И отбыла к своему жениху в Тулузу. К Принцу.

Кто же променяет принца на простого рыцаря?

О! Король посвятил ему целых два часа, читая лекции о чистоте крови, о выборе, предназначении и прочем. И о последствиях таких браков.

Он вежливо выслушал, покивал, так же вежливо намекнул на подставу, смотался и нажрался. И теперь, пребывая в состоянии, ближе всего сходным со скотским, он явился в Зал.

Вроде бы никто особенно не протестовал.

Королева лишь наградила его сочувственным взглядом. Вроде все шло просто отлично. Пока в полночь в Зал не ввалился этот…

Говнюк был более двух метров роста, в плечах широк и крут до неимоверности. Выряжен он был во все зеленое. Напоминал огромную жабу. И в таком же подпитии, что и Лука.

Естественно, они схлестнулись, к общей потехе. Видимо, Лука был менее пьян и более зол. На жабеныша хватило всего одного удара. Но вот поднялся этот гад почему-то безумно довольный собой. И потребовал у Короля реванша.

Ударили по рукам, забили стрелу. Лука простился с придурком и продолжил банкет. Конец вечера он помнил смутно.

А через три недели его вызвал Беовульф. Напомнил про должок, выложил адресок. Обозвал кретином и велел быть аккуратным.

Пришлось тащиться аж в Шотландию. Страна Луке понравилась. Красивый край. Суровый и пропитанный кровью.

Луку поселили в небольшом поместье, с горем пополам тянувшем на замок.

Лэрд был классным мужиком, с которым и выпить, и поговорить было приятно. Но вот его жена…

Нет, с виду это была еще та штучка. Ножки от ушей, талия тонкая, как у осы. Грудь…

Ну, в общем, ей было чем похвастать. И лицом вышла. Дорогая штучка, знающая себе цену. И, видимо, дико заскучавшая в глуши.

Это он понял на второй же день.

Лэрд отвалил с похмела на охоту. Лука маялся, вылечиваясь элем. А она…

Она была настойчива в демонстрации своих прелестей. Вроде бы и ненавязчиво, но… То бедром типа случайно заденет, то красиво нагнется за упавшей салфеткой.

Все эти трюки Лука знал на пять с плюсом. И вот ведь блин! Он же только приехал. Ему было по-своему бабу жаль. Глушь неимоверная. Мужу активно не до нее. Но вот так и сразу? Плюнув на языковой барьер? Он прикинулся лохом.

Следующие два дня они сталкивались в самых удивительных местах. Лука начал бояться ходить до сортира. А вдруг и там – как выскочит, как выпрыгнет!

Лэрд упрямо пил вечерами и гонял по полям днем. Придурок. Луку уже тошнило от этого семейства.

Нет, в принципе, можно было бы переспать с этой…

Да как-то становилось стыдно перед ее мужем. И вообще, у него было строгое воспитание в детстве, учили чужого не брать.

На пятый день она попыталась залезть к нему в душ.

Он выскочил из кабинки, как дурак, смешно прикрываясь руками.

Надо было что-то делать. Но что? Переехать в гостиницу? А как объяснить это лэрду? С чего вдруг?

Объяснить даме свое «не хочу» тоже не получалось. Он резко полюбил долгие прогулки. В местном пабе оказалось отличное пиво. До стрелки оставалось чуть более суток. На ночь он припер дверь стулом и начал опасаться за свой рассудок. Дама растеряла в его глазах весь свой шарм.

Наконец настал день икс.

Лука сорвался из дома с вещами аж в шесть часов утра. И до полудня таскался кругами по окрестностям.

Наконец, за час до стрелки, выбрался на указанное место.

Часовенка была древней. Естественно, овеяна легендами. Вроде бы здесь похоронили несчастных влюбленных, которым не суждено было быть вместе. И даже после смерти их могилы разделяла эта самая часовня.

Лука решил, что эти голубки и сами не подозревают, как им повезло. По крайней мере, мужику. А то посещала бы его такая…

В полдень появился придурок в зеленом. Радостный такой. И без меча.

Лука начал закипать. Драки не намечалось.

Придурок подошел ближе. Лука саданул ему по морде, выматерился и уехал первым же автобусом.

Лэрд, утирая кровь, хлещущую из сломанного носа, пытался извиняться ему вслед. Мол, наверху велели, мол, это проверка, он не при делах.

Извиняй, заставили.

Лука посоветовал ему чаще иметь жену…

Больше на встречи с семьей он не являлся.

2.

Освещение трассы закончилось. Резко.

Лука понял, что покинул пределы Московской области. Далее шла Тмутаракань. Где-то далеко впереди между небом и землей висели фонари, похожие на незнакомые созвездия. Но до них надо было еще добраться. Да и надолго ли протянется этот кусок цивилизации?

На трассе он отвлекаться не любил, потому не стал мудрить с поиском по радио, а просто вставил в проигрыватель диск.

Сейчас Мартиэль нежно напоминала, что «ни черти, ни люди и ни боги не гнали его за порог». Знала бы она…

На душе было пакостно. Он не любил долгих нежных прощаний, но скандалов не переносил и вовсе. А тут нарвался.

Она подловила его именно в тот момент, когда он с сумкой покидал свою квартиру. Ее крутой черный джип перегораживал ему выезд. Что называется, никуда не деться.

– Уезжаешь? – холодно поинтересовалась она об очевидном.

– Прости, дела, – ответил он с легким, хорошо разыгранным огорчением.

– Даже не попрощался.

– Времени не было. – Он пожал плечами. – Вызвали рано, и вперед. Командировка.

– А ничего, что я даже имени твоего не знаю?

Он с трудом сдержался, чтобы не усмехнуться. Да тут никто его имени не знал. Настоящего, по крайней мере.

– Детка, – с нужной долей наглости заявил он. – Имена нужны только для того, чтобы было что шептать в постели.

– А еще для того, чтобы записывать их в память телефона. – Она скрестила руки на груди.

Вот так всегда. И что им всем не хватает?

– Послушай, – чуть устало начал он. – Моего номера у тебя все равно нет. И… Ну ты же взрослая девочка, сама все понимаешь.

Она смотрела на него зло. Помолчала, потом резко развернулась, собираясь уходить.

– Теперь понимаю. Скотина.

И ключом по дверце машины. Его любимой, совсем новой блестящей тачки! Как ножом по яйцам.

– На себя посмотри…

Она уже лихо запрыгивала в свой гроб на колесах.

Кто только покупает блондинкам джипы? Они же смотрятся в них просто абсурдно. Надо так: напакостила и смылась.

Ну ладно. Он привычно прикрыл глаза, сосредоточился, поглубже вдохнул морозный воздух. Получай!

Лука представил, как она вскрикивает от ужаса, когда прямо на ее глазах на капоте ее колымаги начинают вырисовываться буквы, нацарапанные невидимой рукой: «СТЕРВА!»…

Но на душе все равно было гадостно. Вилки вернули, а осадок остался.

Машина опять въехала в освещенную зону. Всего лишь развязка. Дальше все впереди было окутано мраком. Ну да, тут поверишь, что жизнь кончается за МКАДом, а чуть дальше ее не запланировано вообще.

Он взглянул на часы. Ехать еще часа полтора. Ну и на поиски приличной гостиницы минут двадцать. Есть время подумать о деле.

Он криво улыбнулся, бросив взгляд на проигрыватель, где русские менестрели пели строки «Красной книги» о Государе и его надеждах. А надежда такая зануда, что ее очередь, наверное, никогда не настанет…

Гера остановился на пороге и жмурился на солнце, как довольный мартовский кот, хотя до весны было еще более трех месяцев.

– Спасибо, друг, – сказал он, наконец соизволив сойти по ступенькам к машине. – Я уже думал, меня так и бросят в этой дыре.

– Может, и следовало бы, – лениво ответил Лука. – Да, к сожалению, ты мне будешь нужен.

– И ни капли братской любви! – Гера уселся на сиденье рядом с водительским и тут же достал сигареты. – А как ты меня освободил?

– Как видишь, довольно просто. – Лука улыбался, зная, что немногословность действует брату на нервы.

– Ты приехал ночью, – стал размышлять брат. – Где-то часа в два. А сейчас всего одиннадцать утра. Оперативно. Растешь! Слушай, но все же… Я вот вижу три способа. Обрядиться в доспехи и взять обезьянник осадой, схитрить, ну и последнее – заплатить, конечно.

– Я просто привез твою лицензию и показал начальнику РОВД, – объяснил Лука.

– Рыцарь, одно слово, – кисло улыбнулся Гера. – Без страха и упрека. А где ты взял-то ее? Мою лицензию?

– В твоем номере, конечно. – Рыцарь тоже закурил. – Мог бы там хоть изредка порядок наводить…

– Нет, ну с ума сойти! – иронично прокомментировал брат. – Просто идеал! Почему у тебя нимб еще не вырос? Я, между прочим, спешил. Да и… не важно.

Гера удрученно замолчал.

– Проехали, – смилостивился Лука. – А то такое выражение не идет к твоей смазливой мордашке. Но вот если бы на моем месте был начальник…

– Он бы точно взял обезьянник с боем, а потом набил бы мне морду, – проворчал Гера.

– Вульф? – не поверил Лука.

– Кстати, ты в курсе, что только ты зовешь его так запросто Вульфом? Для остальных он в лучшем случае Беовульф, в худшем – Старший.

– Он меня обучал, забыл?

– И, конечно, за это полагаются льготы, – проворчал Гера.

– Чего ты на мужика злобишься? – удивился Лука. – Никто, между прочим, не виноват в твоих глупостях. Чего ты там в Риме натворил?

– Имел удовольствие общаться с Красным Рыцарем. – Брат скорчил жуткую гримасу.

Лука притормозил у гостиницы.

– Как меня достали эти цветные уроды, – поделился он. – Сколько раз уже этого Красного убивали?

– По моим сведениям, только в нашем поколении четыре раза, – коротко подсчитал Гера, выходя из машины. – Классная у тебя тачка… Но самое гадостное, что этот урод оказался кардиналом.

– Гадство, – определил его брат. – Пошли пока ко мне. Выпьем.

В номере они устроились у бара, послав коридорную за закуской. Лука решил, что выпендриваться с «Мартини» сейчас не время. Разлили горькую.

– Представляю, что Королю стоило замять это дело, – продолжил разговор Лука. – А это, случаем, не очередная тупая проверка?

Гера помотал головой.

– Ну понятно, – продолжал допрос Лука. – А на кой фиг ты тут выпендрился? Как у тебя хватило ума называться каким-то идиотским именем?

– Не понял? – Брат отставил в сторону стакан.

– Вульф сказал, что ты предъявил корочки на имя персонажа какого-то дешевого сериала.

Гера захохотал.

– У старика отличное чувство юмора, – сообщил он и стал серьезным. – Не знал, что он любит дешевые американские сериалы. Но в чем-то Старший прав. Я дурак. Так тупо подставиться…

– Так что все-таки произошло? – спросил Лука, наливая еще порцию отравы.

– Я тут возился с поисками одной бабы, – начал рассказывать братец. – Ну ты сам в курсе. Мне наверху велели ее найти, чтоб потом ее лох мог удобнее подкатить на белом коне. Стал, значит, искать… Ее и след простыл, а та ведьма, что его и ее колданула, тут весь город за яйца держит. Ну я-то наивный. Решил, что нам, Рыцарям, ведьмы по фигу… А три дня назад снял телку на ночь. Славная кошечка оказалась. Прокувыркались всю ночь. А я на утро в РОВД стрелу забил. Ну чуть не проспал, вскочил, оделся, кошечку собрал да полетел. Прилетаю, сели базарить, а он мне вдруг и говорит: «А покажи-ка документики». Я по карманам шариться. А документиков и нету. И меня быстро так укатали до выяснения личности.

– Отлично. – Лука кисло улыбнулся. – Значит, номер ты опечатал качественно. Зайти мог только я или кто другой из наших. Но мог бы снять чары, дать полиции сюда заползти.

– Я же говорю, – повторил чуть устало братец. – Эта ведьма весь город за яйца держит. Я сразу просек, что, сними я чары, сюда наведаются и полиция, и не полиция… Да к тому же там весь мой арсенал. Надо мне его демонстрировать… Вот я и молчал.

– На то ты у нас и Герасим. – Рыцарь саркастично усмехнулся. – Теперь я начинаю понимать твой выбор прозвища. Идиот… Ну давай еще по одной, и спать. Я из-за тебя больше суток уже на ногах…

В папке Вульфа сведений было – кот наплакал.

Некий гражданин П., двадцати восьми лет от роду, заядлый ботаник и книжный червь, описывал свои злоключения в форме рыцарского романа времен Вальтера Скотта.

Из этой мути Лука понял лишь, что гражданин П. не такой уж и слабак, каким хотелось бы ему казаться.

Ботаник исправно лазил в окно второго этажа до любовницы, пока ведьма не скинула его оттуда же, успев наложить на него проклятье. Теперь он хочет свою бабу и хочет свои глаза.

Тут же прилагалась записка Гаспара, как всегда, короткая и скупая на проявление родственных чувств.

«Мозги прочистил, – писал лекарь. – Память фурычит. Забери урода».

Значит, снять проклятье ему не удалось.

О любовнице умника в бумагах было и того меньше.

Фамилия, имя и отчество, адрес регистрации и предполагаемый возраст – 24 года.

– Ты бабу так и не нашел? – спросил он Геру.

– Это практически нереально, – развел братец руками. – Она у местной полиции уже пять лет в розыске числится.

– А до этого?

– Огурцова Регина Федоровна. – Гера вытащил из своей папки лист бумаги. – 1984 года рождения. Была зарегистрирована по адресу: Кольцевая улица, дом 18, квартира 3. Скажу сразу, это первый в городе коттеджный поселок, типа таун-хаусов. В их доме всего четыре квартиры. Значит… дальше. Мать. Галина Ивановна Огурцова, 1940 года рождения…

– Чего? – изумился Лука. – Это она дочь в сорок с лишком родила?

– Как видишь, очень поздний ребенок, – пожал братец плечами. – Отец. Федор Николаевич Огурцов, 1938 года. Был известным бизнесменом. Имел неплохой капиталец. Сейчас еще жив вроде. Бомжует.

– А мать умерла?

– Четвертая стадия рака.

– Ужас, – поделился впечатлениями рыцарь. – Так девонька наша пропала, будучи девятнадцати годов от роду. А при каких обстоятельствах?

– За этим я в РОВД и шел. – Гера погрустнел.

– Понятно. – Лука тоже несколько расстроился. – А что про ведьму накопал?

– Ты ее сайт в Интернете глянь.

Лука включил ноутбук.

Сайт вещей девы Генриетты обнаружить не составило труда. На главной страничке на фоне мерцающих звезд и космических туманов сверкающими буквами был перечислен весь широкий ассортимент услуг девы, а справа красовалась ее фотография. С нее на Луку смотрела молодая симпатичная дама лет тридцати. Кроткая улыбочка, насурьмленные глаза с поволокой, кокетливые ямочки на щеках.

– Не понял?

– Вот и я не понял, – согласился с ним Гера. – Даже по самым скромным прикидкам ей сейчас около шестидесяти. А как смотрится, хоть сразу в койку тащи.

– Вот этого я бы не посоветовал, – сказал задумчиво Лука. – Что-то я не замечал за обычными ведьмами таких талантов. Ну, может, десяток лет они себе скинуть смогут, но чтоб так… А где наша дева обитает? А вот где! Что-то райончик у нее не самый презентабельный для проживания. Почти на границе с промзоной. Был там?

– Пытался, – кивнул Гера. – Там стена толщиной как в Камелоте. Держиморды стаями рыщут, камер понатыкали. Я мог бы записаться на прием, но остерегся.

– И откуда у тебя мозги появились, чтоб к такому умному решению прийти? – восхитился рыцарь.

– А за дурака ты мне на ближайшем турнире ответишь, – улыбнулся злорадно Гера.

– Не факт.

Хотя Лука понимал, что схлопотать от Геры по морде он мог запросто.

Младший братец вымахал до метра девяносто. Был широк в плечах, двигался плавно и ловко. Судя по всему, в перерывах между подвигами и квестами он частенько заглядывал в спортзал. Чтоб баб кадрить, тоже надо уметь выглядеть. Рожа у Геры была смазливая, прическа как у вольного художника. Вернее, прически не было никакой. По есенинской традиции его соломенного цвета патлы клубились на голове. В ярко-синих, как у самого Луки, глазах застыло какое-то детское улыбчивое выражение. Этот гад был еще и хитер. Да, на турнире у Геры были неплохие шансы.

– Ладно, – рассудил Лука. – До турнира нам еще дожить надо. Давай смотаемся на квартиру этих Огурцовых, потом рискнем найти папика нашей бабы. Ну а там уж и к деве Генриетте попробуем заглянуть. А эта твоя фразочка про весь город за яйца? Конкретнее можно?

– Я достал список клиентов нашей девы. – Гера протянул ему еще один лист.

– Блин, – расстроился Лука. – А почему тут нет президента Российской Федерации? Или уж на крайний случай премьер-министра?

– Они, наверное, в VIP-списке, – предположил брат.

– Как-то мне сразу поплохело, – поделился рыцарь впечатлениями. – Сдается мне, что из РОВД нашей даме о нас уже сообщили. Надо бы поостеречься. Ты какой вид контрацептива предпочитаешь?

– В нашем случае базуку, – подумав, выбрал Гера.

– Вполне разумно, но вот только нам она нужна живой.

– Обидно… – Брат тоскливо заглянул в спортивную сумку, набитую оружием…

Свет они решили не включать. Зашли по-тихому. Квартира была шикарная, только жилой площади метров сто квадратных. Обставлено так, со вкусом. Гостиная с самым настоящим камином, паркет, мягкая кожаная обивка дивана.

Спален было две.

Клиента нашли в правой. Как и положено, у жены под боком.

Гера недолго думая зажал ему рот рукой, а другой ухватил мужика за нос.

Тот распахнул глаза, стал мычать и дрыгаться.

– Тихо, – вполголоса предупредил его Лука. – Вставай и дуй в гостиную.

Гера помог мужику подняться, схватив его за клок волос на затылке. Лука неторопливо обошел кровать.

Женщина была красивая. Рыжие волосы романтично разметались по подушке, пухлые губы чуть приоткрыты, с одного плеча сползла шелковая бретелька ночной рубашки.

Лука осторожным, почти нежным жестом положил ей ладонь на лоб и чуть поцеловал в уголок губ. Она судорожно вздохнула и чуть улыбнулась во сне.

Он отошел от кровати с весьма неприличными мыслями, яростно борясь с искушением. Со всеми этими переживаниями он даже забыл посмотреть, как там клиент, когда проходил в детскую.

У мужика просто на зависть красивые дети.

Девочке было лет пять. Кроха в маминых рыжих кудряшках спала, так же приоткрыв ротик.

Лука невольно улыбнулся, целуя ее в лоб. И пожелал…

Дети заслуживают самых прекрасных снов.

Мальчишке на вид было около десяти. Недолго ему делить комнату с сестренкой.

Лука припомнил комиксы, которые видел в киосках. Кажется, сейчас пацаны бредят человеком-пауком.

Он постоял в детской еще минуту, а потом решительно вырулил в гостиную.

Гера стоял посреди комнаты, чуть приподняв руку. Клиент висел в воздухе прямо перед ним где-то в полуметре над землей.

– Не нужны нам ни бабки твои, ни цацки, – вещал младший рыцарь.

– Что вы сделали с моими детьми? – Мужик весь дрожал, и было весьма вероятно, что он обмочит свои ярко-желтые трусы.

– Ничего, – ровно и спокойно ответил Лука. – Не суди других по себе. Чем тут воняет?

– Вон. – Гера указал свободной рукой куда-то себе под ноги.

На полу валялся открытый газовый баллончик.

– Он его в трусах, что ли, прятал?

– Не суть. – Младший рыцарь чуть приподнял руку, и клиент взмыл еще на сантиметров двадцать. – Твои жена и дети мирно спят. Мой брат просто сделал их сон крепче, чтобы ты не разбудил их своими воплями, если вдруг решишь повопить.

– Берите что хотите, – скулил мужик. – Только не трогайте их.

– Твое барахло нам ни к чему, – все тем же спокойным тоном сообщил Лука. – Мы по поводу твоей хаты.

– Вы хотите, чтобы я отписал вам квартиру? – Мужик, похоже, даже обрадовался.

– Как отписал тебе ее Федор Николаевич Огурцов? – Гера чуть опустил клиента.

– Нет! – Мужик недоуменно нахмурился. – Он сам мне ее продал!

– Сам? – Лука тоже нахмурился. – Он сам себя выкинул на улицу?

– Ему срочно были нужны деньги, – затараторил мужик и опустился еще чуть пониже. – У него жена умирала. Дорогостоящие обезболивающие были нужны.

– Морфий, – кивнул Гера и плавно усадил клиента на диван. – Сиди тихо и продолжай рассказывать. Так он тебе ее продал? И за сколько?

– За сорок тысяч долларов. – Похоже, мужику стало стыдно.

– Шутишь? – по-детски изумился младший из рыцарей.

– Эта хибара в два раза дороже стоила даже тогда! – Лука присел перед клиентом на корточки, чтобы его глаза оказались напротив глаз мужика. – Когда это было?

– Лет пять назад. – Создавалось впечатление, что мужик сейчас зарыдает. – Ира только родила Ксюшку. А мы в однокомнатной ютились. Представляете? Я риэлтор, а живу в однокомнатной. Сын еще в садик не ходил…

– И тут Огурцов со своей квартирой! – Лука продолжал удерживать его взгляд. – Сам к тебе пришел?

– Да. – Мужик судорожно вздохнул.

– Понятно. – Рыцарь достал фотографию из внутреннего кармана пиджака. – Она?

И вот тут клиент впал в панику. Его затрясло, как одержимого, всхлипы-стоны вполне могли бы разбудить всю семью.

Гера налил в стакан воды из стоящего на столике кувшина. Сделал глоток, чуть прикрыл глаза и дунул на воду. Краем глаза Лука отметил сизый парок, вырвавшийся клубом изо рта брата.

– Держи. – Гера протянул стакан клиенту. – Сейчас полегчает.

Мужик хватанул стакан, резко, нервно, облил свои пошлые трусы, но все же с трудом донес воду до рта. Маханул залпом, как водяру.

– Лучше? – осведомился Лука.

Клиент закашлялся, потом вдруг застыл и перестал трястись.

– Она, – сонно ответил он на давешний вопрос. – Она обещала. Я ходил…

– Какова плата? – зло поинтересовался Гера. – Дочь? Сын? Жена?

На лице клиента появилось удивление.

– Ей были нужны помещения.

– Какие? – Лука опять полез в карман, на этот раз за ручкой и блокнотом. – Пиши.

Клиент, как зомбированный, начал водить ручкой по листку бумаги.

– Где Огурцов? – спросил младший рыцарь.

– Я больше никогда его не видел.

Они переглянулись. Под воздействием чар мужик врать не мог. Пустая карта.

– Спи. – Лука чуть хлопнул клиента по лбу и пошел к выходу.

– Жена Огурцова умерла где-то четыре года назад, – сказал в машине Гера.

– Угу. – Лука задумчиво курил. – Сначала пропадает дочь, потом жена начинает умирать от рака… Проклятие?

– Но вроде наша девка из Обещанных, – припомнил брат.

– Вопрос в том, кому ее обещали, – сказал старший рыцарь. – Вульф сказал, что как раз этой самой ведьме… Странная сделка, не находишь?

– Надо пробить, что там по адресам. – Гера потянулся за ноутбуком.

– Ты ищи, а я нас покатаю. – Лука завел мотор.

– Двое в той колымаге справа? – лениво поинтересовался младший рыцарь, щелкая по клавиатуре.

– Жиденько как-то, ты как считаешь? – Лука резво рванул с места…

3.

Церковь была небольшой. По традиции белокаменная, с колокольней. Но скромненькая, почти без подворья. Из дверей на мороз вытекала хилая струйка верующих. Все больше старушки – божьи одуванчики да пара опоистого типа мужиков.

Лука решительно взошел по ступенькам, с омерзением взглянув на нищего, нагло выпрашивающего милостыню. Увальню чуть за сорок, а он тут прохлаждается. У самого глаза с утра залиты. Теперь опять на пузырь собирает. На святой земле…

Внутри было тепло. Пахло воском, дешевым ладаном и человеческой грязью. Церковь. Что поделать?

Священник собирал книги, стоя у амвона.

– Здравствуйте, святой отец, – вежливо сказал Лука и посмотрел на батюшку внимательным, чуть грустным взглядом. Обычно это помогало.

– Здравствуй, сын мой. – Священник даже не взглянул в его сторону. – Служба уже закончилась.

– Я вижу.

Священник по-прежнему даже не смотрел в его сторону.

– Святой отец, – в голосе Геры слышалось легкое предупреждение, – нам нужна ваша помощь.

– За отпущением приходите завтра, – буркнул поп.

– Вы знаете, что мы не за этим. – Лука терял терпение. – Поднимите глаза, отец Василий.

Поп вздрогнул. Но глаза поднял. Взгляд у него был тяжелый. Ни капли доброжелательности.

– Я не могу вам помочь.

– Похоже, вы не понимаете… – Гера достал визитку.

– Я не буду никому звонить. – Священник опять от них отвернулся. – И помогать я вам не буду.

– То есть тот факт, что в вашем приходе гибнут души смертных, вас не волнует? – Младший из братьев повысил голос.

– Я молюсь за них и их грехи.

– А кто молится за ваши? – спросил Лука. – Уж не дева ли Генриетта?

Поп собрал книги и пошел прочь по проходу.

– Жена? Дочь? Сын? – вдогонку крикнул Гера. – Или ты сам ей душу продал, святой отец?

Священник остановился. Вся его фигура напряглась.

– Не вам меня судить, – сказал он ровно, даже не обернувшись.

– Неужели? – Лука подошел ближе и встал точно за его спиной. – А ведь это один из семи смертных грехов, батюшка. Вернее, даже два. Гордыня и прелюбодеяние. Она хотя бы была совершеннолетней?

– Ей было шестнадцать! – Священник резко развернулся на месте лицом к рыцарю. – И она была исчадьем ада!

– Она ли? – тихо переспросил Лука.

– Вы… – Поп аж задохнулся от негодования и презрения. – И вы не без греха? Не без этого греха? Как-то не видно в вас целомудрия.

– Но я никогда не виню женщину в том, что я ее хочу, – сказал Гера холодно, подходя ближе.

– Думаю, споры о нравственности нам сейчас не нужны. – Старший из рыцарей даже и не думал отвечать на выпады священника. – Исчадье ада… В каком смысле?

– Она была одной из девиц этой ведьмы Генриетты. – Теперь поп взял себя в руки и отвечал спокойно, хотя и с явной неохотой. – Тех, кто обучается в ее школе искусств.

Как они знали, одно из помещений, полученных ведьмой, стояло именно под такой вывеской.

– Это тебе сама ведьма сказала? – Гера сбавил обороты.

– Нет. – Священник замотал головой. – Это сказал брат маленькой демоницы, когда за ней пришел.

– А давай-ка оставим возвышенный тон, – предложил Лука. – То есть тебе просто подсунули шлюху, а потом ты имел терки с ее сутенером?

– Она не продажная, – пояснил поп, явно больше оправдывая себя. – Она одна из ритуальных дев ведьмы.

– Но ее подкладывают под нужных клиентов, – попытался прояснить младший рыцарь. – С целью дальнейшего шантажа.

– Мне сделали исключение. – Священник горько улыбнулся. – А так девы только для их общинных оргий.

– Это ее брат тебе так душу раскрыл? Он что? Исповедоваться приходил? – удивился Лука. – И… он ей правда брат?

– Они такие же родственники, как и вы двое, – зло выдал святой отец.

– Понятно. – Гера весело усмехнулся. – А насчет исповедей?

– Никто мне не исповедовался. – Поп опять засобирался уходить.

– Эй! – Младший из рыцарей искренне возмутился таким неуважением.

– Пусть идет с богом, – чуть громче нужного сказал Лука и с удовлетворением заметил, как священник чуть сбился, услышав его слова. – Пусть бежит…

Старая замызганная колымага торчала у церкви.

– Опять? – Гера усмехнулся. – Я начинаю уставать от этих знаков внимания.

– Пока по нам не стреляют, и то хорошо. – Лука сел за руль. – Значит, секта.

– Да у ведьмы вообще не хилый размах, – оценил его брат, тоже забираясь в машину. – Шантаж, мошенничество, небось, и пару убийств накопаем. Так что какая-то там секта – это мелочи.

– Как посмотреть. – Старший рыцарь пребывал в задумчивости. – Слушай, а где ты свою подстилку снял? Ну ту, которая у тебя ксиву вынула.

– В стрип-баре, естественно. – Младший усмехнулся.

– И, судя по всему, она была совершенно обычной?

– Она была смертной. – Гера понял его мысль.

Лука вырулил от церкви, проезжая мимо колымаги, нагло отсалютовал двум сидящим в ней мужикам, которые делали вид, что совсем на него не смотрят.

Расклад начал вырисовываться. Ведьма тут обосновалась лет тридцать назад. Сначала пакостила по мелочи, как и полагается. Потом что-то изменилось. И созрел план. Теперь город принадлежал ей. Душ пятьдесят она заработала, еще более тысячи числились за ней на условиях сделок. Но большая часть этих сделок не носила магический характер. Естественно, ей была нужна охрана. И…

А бабы-то ей зачем? Причем совершенно обычные бабы. В принципе, если она создала секту, то все понятно. Мужики получают все желаемое от ритуальных дев, идеология под это дело тоже подобрана. Но тогда при чем здесь Обещанная? Роль обычной ритуальной шлюхи ведьма для нее оставить не могла.

Лука развернул машину.

Поп далеко уйти не должен был. Рыцарь прищурился, будто собирался разглядеть священника в лабиринте города.

Для таких, как он, мир мог выглядеть иначе. На фоне серой реальности, повинуясь его мысленному приказу, протянулись ярко блестящие линии сил. Они стали запутываться, как необычная, волшебная паутина, переплетались и вились. Пока не сошлись в нужной точке.

Лука прибавил скорость, следуя за одной из изломанных силовых линий-указателей.

Священник шел быстрым, даже торопливым шагом, наклонив голову и ссутулившись. Некий чуть заметный только рыцарям ореол, который всегда сопутствует служителям той или иной религии, почти погас. Аура попа стала покрываться темными рваными пятнами. Она разрушалась.

– Святой отец, – Лука даже не потрудился выйти из машины, – вы еще раздаете горячую еду для нищих?

– Да. – Он нехотя взглянул на роскошную черную машину, сопровождающую его вдоль кромки тротуара.

– Некий Федор Николаевич Огурцов приходит?

– Редко.

– А где его найти? – поинтересовался Гера с соседнего сиденья.

– Не знаю.

– Ты убиваешь сам себя, – устало сказал Лука. – Хоть немного очисти душу.

Священник резко отшатнулся. Затравленный взгляд, гримаса страдания. Похоже, он не жаждал спасения. Но все же он на него надеялся.

– На Окружной есть заброшенный дом…

И он опять прибавил шаг, стараясь сбежать от своих преследователей. А может, и от себя самого.

– Паршивая у нас работа, – поделился с братом Гера.

Лука кивнул. Паршивая.

Во многом этот священник был прав. Любой из рыцарей был, возможно, грешен больше, чем пять смертных. Такие мелочи, как не убей, не прелюбодействуй, возлюби ближнего своего, уже давно не шли в расчет. Ибо все оправдывало Служение. Как когда-то грехи крестоносцев смывались с их щитов кровью еретиков. И все же каждый из рыцарей верил в необходимость своего существования, в значимость своих действий.

Многие вещи не караются, согласно статье Уголовного кодекса. Никто уже давно не может судить людскую непорядочность. Но зато все люди хотят верить в некую высшую справедливость. А они-то как раз этой самой справедливостью и работали. А для этого так часто приходилось возиться по уши в чужом дерьме.

Разрушитель клятвы

Обещание – дело добровольное. Никто не заставляет людей продавать душу дьяволу, никто не заставляет продавать ведьмам детей. Это только их выбор. И это одна из высших несправедливостей.

У Луки был свой взгляд на Обещания. Дети, чью судьбу решали подобным образом, становились Избранными. Кому-то везло больше, и они находили свое предназначение, влюблялись и… в общем, обрекали своих детей на Служение. А кому-то везло меньше, и Служение настигало их самих. И ни у кого из них не было выбора. Потому что выбор за них делали родители.

Это только так считается, что родители должны любить своих детей. Но лешему ясно, что реальность редко соответствует идеальным раскладам.

Для смертных наверняка Служение казалось чем-то светлым и желаемым. Но Лука, как и любой рыцарь, знал, что это не столько Дар, сколько Проклятие. Об обратной стороне медали их работы никто даже и не задумывался. Хотя бывали и исключения из правил.

То дело вызвало, как сейчас принято говорить, резонанс в самых верхах.

Король стучал ногами и пускал дым из ушей. Мужик продал сына ведьме. Точнее, просто заключил сделку. «Отдай мне то, чего дома не знаешь»…

При Дворе сделку зарегистрировали, внесли сыночка в списки возможных кандидатур в младшие клерки Служения. Ну а разобраться сразу, как всегда, времени не было. И только когда пришел срок отдавать ребенка ведьме, один из Рыцарей выяснил, что она никакая вовсе и не ведьма.

Женщина была проклята. Проклятье было сильное, изощренное, оно доставляло и жертве, и ее близким много боли и страданий. Спасти ее мог только Обещанный ребенок.

Мальчишке повезло, как никогда. Сняв проклятье, он бы жил дальше своей обычной человеческой жизнью. Но…

Трудно сказать, что не срослось у его папочки. То ли совесть заела, то ли еще что. Не зря же обычно любят рассказывать, как родители не спешат отдавать Обещанных детей.

В общем, папуля взял электропилу и перерезал всю семью Проклятой. Ее, мужа, двух детей, стариков родителей. И никто не смог ему помешать.

Король велел Луке позаботиться о Разрушителе клятвы. Приказы не обсуждают. Да и в данном случае у рыцаря у самого руки чесались…

Мужика сдали в дурдом, заменив тюрьму на принудительное лечение. И тот был просто счастлив, уверенный, что совершил справедливое воздаяние.

Когда Лука это просек, то желание свернуть кретину шею испарилось. Нет, это было бы слишком просто. Многие совершают смертный грех. И сам Лука не исключение. Но вообще, даже у киллеров иногда душа болит. А у этого…

Он прекрасно помнил, как выглядел мужик в тот момент, когда Лука вошел в его палату. Аура его была плотной, вибрировала от довольства, которое испытал мужик, пролив столько крови. Это было похоже на лоснящуюся шкуру откормленного хряка.

Конечно, врачи были правы, этот лесоруб явно был сдвинутым, да вот только медицина в таких случаях бессильна.

Луке редко доводилось наказывать людей так. Слишком уж трудоемкий и энергозатратный процесс. Да и болезненный. Ты разрушаешь чужую душу, а заодно режешь на кусочки свою собственную. Ты разумом понимаешь, что уничтожаешь человека безвозвратно, и твоя душа плачет, раскаиваясь. Но только не в этот раз.

Лука тогда понял, что такое праведный гнев, хотя ранее считал это лишь пафосной фигней. Казалось, его собственная душа возрождается, пока гибнет душа этого зажравшегося кровью хряка.

Он не махал руками, не устраивал шаманских плясок и не надрывал глотку. Он просто сел на стул, закурил и начал говорить. Ровно, почти безэмоционально. Но при каждом слове свет, хранящийся в его крови и душе, разгорался все ярче, делая его похожим на факел, чей огонь нетерпим для глаз. Он принял свой истинный облик, Рыцаря в белых доспехах. А мужик…

Лука взглянул на него, только выходя из комнаты. Вместо лоснящейся свиной шкурки его аура превратилась в обноски бомжа. Она расползалась по швам, являя взгляду черные дыры, наполненные небытием. Душа его умирала. И не по слову Луки. Он ведь не ангел божий и даже не святой. Он может лишь запустить механизм. А уж разрушить себя человек может только сам…

Наверное, в этом и есть смысл Высшей справедливости.

4.

Вообще, якобы случайно задеть машиной человека, который практически черепашьим шагом переползает дорогу, чрезвычайно трудно. Но Гера имел в таких делах опыт.

Лука тихо сидел и завидовал его терпению. Дедок переполз уже половину пути, когда рыцарь нажал педаль газа. В результате он тихонечко подрезал старика сзади, можно сказать, по пятой точке чуть хлопнул. Но этого хватило, чтобы дед завалился на асфальт.

– Отец, ты как? – Лицо Луки выражало крайнюю степень озабоченности, а голос был вежлив, как никогда. – Мы тебя не сильно задели, а?

– Да ничего. – Дед перекатился на бок.

– Давай помогу, отец. – Гера начал приподнимать его, поддерживая за подмышки.

– Может, тебя в больницу? – продолжал старший брат разыгрывать спектакль.

– Нормально все, – довольно доброжелательно ответил старик, шатаясь из стороны в сторону.

– Врачу тебя все равно показать надо, – упорствовал Лука. – Давай отвезем до больницы.

– Чего я там забыл? – чуть усмехнулся старик, отряхивая свои бомжовские лохмотья. – Да и кто там меня примет? Я ж без полиса.

– Мы заплатим, ты даже не думай об этом, – пообещал Гера.

– Нет, мужики. – Дед чуть отстранился от навязчивых доброхотов. – Не надо мне врачей. Лучше бы водочки…

– Силен ты, дед, – усмехнулся уважительно старший рыцарь. – Ну если настаиваешь…

– Подкинь полтинник, – кивнул старикан.

– Бать, да чего полтинник, – возмутился Гера. – Давай мы тебя сами угостим! Мы же виноватые. А так не по понятиям.

– Только дорогую эту вашу заразу не покупай, – распорядился старик. – Дерьмо.

– Чего покупать-то. – Лука достал с заднего сиденья заранее заготовленный кейс. – У нас с собою было…

На самом деле они крупно просчитались. Водку Гера выбирал самую дорогую. А тут…

Лука привычно сосредоточился, вспомнил этикетки, виденные на полках в ближайшем супермаркете. Вроде бы вот…

Он осторожно провел рукой по бутылке, меняя внешний вид, а заодно и вкус ее содержимого. Обидно, блин. Теперь вот отравой какой-то травиться.

– Ну, батя, как тебе такой выбор?

– Сивуха, – весело сообщил дед, – Еще дерьмовее дорогой.

– То есть? – растерялся Лука.

– То есть оно и лучше, – обрадовал его дед, принимая пузырь из его рук.

Засели они крайне рискованно, прямо в парке на лавочке. Но дед отказывался посетить даже самую занюханную забегаловку.

– Лучшего я недостоин, – твердо сообщил он братьям.

– Ты, дед, чего так себя принижаешь? – серьезно спросил Гера и не моргнув глазом хватанул сивухи из пластикового стаканчика.

– Потому что грехи свои знаю. – Старик повторил его подвиг.

А грехи он свои и правда знал. Аура деда просто поражала красками. Те же рваные раны. Но вместо гнетущей пустоты саморазрушения они были заполнены светом раскаяния. И этот свет еще держал старика в этом мире. Где-то там внутри его души скрывался волшебный крючок. И пока он там был, старик мог сколько угодно искать смерти, все было бы напрасно.

– Грехи? – довольно натурально простодушно переспросил Гера. – Да ты, отец, вроде человек душевный. Какие же это грехи такие страшные?

– Да, очень страшные. – Дед посмотрел младшему из рыцарей прямо в глаза. – Я дочь свою продал да жену погубил. Тебе этого мало?

– Ну, положим, жену свою вы, Федор Николаевич, не сгубили. – Лука сбросил маску. Индюку понятно, старикан и так все скоро поймет. – Чужого на себя не берите. Да и никого еще за любовь не наказывали.

– Вот врешь и не краснеешь, – ответил дед, переведя на него пытливый взгляд. – Небось, и сам по шапке именно за нее и получал.

Лука опустил глаза.

– Вот так-то. – Старик залпом хватанул еще стакан. – Зараза, и она меня не берет… Так что вам надо?

– Регину спасти, – пожал Гера плечами и отодвинул от себя пузырь с сивухой.

Теперь уже глаза опустил старик.

– Да жива она, – нехотя выдал ему Лука. – Если хочешь этого, то так и будет. Увидишь ты ее. Перед самым своим концом. Устраивает?

– Естественно. – Дед серьезно кивнул. – Только это меня и держит.

Лука криво улыбнулся. А вот и тот самый волшебный крючок. Легок дед на заключение сделок. Бизнесмен фигов.

– Расскажи о сделке. – Скрыть неприязнь рыцарю не удалось, да он особо и не старался ее скрывать.

– Я ее любил. – Начало было неоригинальным. – Я до безумия любил свою жену. У меня в целом свете никого, кроме нее, и не было. Я только ею и жил… Но она заболела.

– Рак легких, – уточнил Гера брату.

– И это при том, что она и не курила никогда в жизни, – горько усмехнулся Огурцов. – Заболела, и никто помочь не мог. Все эти коновалы фиговы… Только сочувственно улыбались да плечами пожимали. А тут эта…

– Ведьма, – подсказал Лука.

– Да какая разница, кто она! – Дед махнул рукой. – В общем, она обещала помочь. А цена… Скажи я кому другому, засмеяли бы.

– Отдай то, чего дома не знаешь. – Гера устало потер переносицу. – Понятно все.

– Согласился, а она… – старик гулко сглотнул. – Уже четвертый месяц.

– Просто чудо какое-то, – издевательски заметил Лука. – Ее врачи насквозь сто раз посмотрели, а такой беспрецедентный факт оказался не выявленным!

– Цена. – Огурцов смиренно пожал плечами. – Ну, так вот… Мне было до фени. Главное, что болезнь вдруг исчезла. А что до дочери… Надо было бы, я бы и сам ей горло перерезал, если бы такую цену запросили.

– Какие сильные отцовские чувства! – не удержался младший брат. – Вот она, сука-любовь!

– А ты не издевайся. – Дед посмотрел на него с легким презрением. – Еще неизвестно, что тебе на роду написано. Ты, может, ради женщины и себя, и всю семью свою предашь.

– Осторожнее. – В голосе Луки прозвучала угроза.

– А ты ничего изменить не сможешь. – И дед как-то хищно оскалился. – Ну, дальше говорить?.. В общем, первые лет пять я на нее и смотрел-то через раз. А потом как-то… сложилось… Моя она. Дочь. Родная кровь. Да и жена… Она вся светилась от счастья, когда Регинка рядом была.

– Понятно. – Лука не собирался выслушивать весь этот сентиментальный треп. – Когда она за Региной пришла?

– Когда дочери стукнуло двенадцать. – Старик опустил глаза. – Сказала, что из дому ее уводить не будет, пока Регинка не созреет. Но обучать станет… И обучала.

– И как долго? – поинтересовался Гера. – Года два?

– Пока ей пятнадцать не исполнилось… – Деду стало совсем плохо. – А потом дочь сама ушла. Мы искали, уговаривали, умоляли… Но ей нравилось то, что она получила.

– И что же это? – Вот наконец-то дед добрался до самой интересной части.

– Она стала младшей жрицей, – чуть морщась, пояснил старик. – Так, какой-то бред мистический, оргии…

– Оргии? – Младший брат чуть удивился. – Это ей и нравилось?

– Нет. – Огурцов серьезно покачал головой. – Она была непорочной девой. Только исполняла обряды. А потом ее убирали.

– В смысле? – не понял Лука.

– Ведьма эта ваша держала Регинку в своем доме. Не там, где она сейчас устроилась. А в обычной квартире трехкомнатной на Лермонтова. Но под охраной. Регина вообще на улицу не выходила, никто не имел права с ней говорить, кроме ведьмы.

– А! – Старший из рыцарей оживился. – Теперь все приобретает смысл. Но что случилось пять лет назад?

– Да ничего. – Старик совсем понурился. – Ведьма просто ее выкинула.

– Куда? – не понял Гера.

– Не знаю. – Дед пожал плечами. – Приехала и так сказала. И никаких объяснений. Я просил Регинку хоть домой вернуть. Но бесполезно. Она сказала, что моей дочери больше нет.

– А потом у вашей жены вдруг опять нашли рак, – закончил за него историю Лука. – На последней стадии. И вы продали квартиру, машину, бизнес, чтобы обеспечить ей безболезненную смерть. А ведьма с вами больше и говорить не желала.

Дед просто кивнул.

– Знаешь, отец, – Гера поднялся с лавочки, собираясь уходить, – я мог бы быть жестоким и сказать, что тебе просто не повезло. Но… ты дурак. И любовь твоя глупая. И сам ты своими руками все погубил. И себя, и жену, и дочь. Одно только и радует – это твое раскаяние. Хотя извини, но как-то поздно уже…

И они пошли прочь, даже не глядя на старика, хлещущего из горла остатки сивухи.

– Мне наплевать, что он там требует! – Лука метался по своему гостиничному номеру, прижимая сотовый к уху. – На кой мне тут этот слепой слюнтяй?

– Таковы правила, – напомнил Вульф. – Он имеет право.

– Начальник, не шути, – взмолился рыцарь. – Это же просто смешно.

– Ну ты хоть Гаспара пожалей, – усмехнулся Старший в трубку.

– А этот говнюк вековой хоть раз меня пожалел? – спросил Лука. – И вообще… Ты хоть знаешь, что вся эта бочка дерьма, куда нас с Герой засунули, наделана этим лохом безглазым?

– В смысле? – Вульф искренне заинтересовался.

– Ведьма расторгла сделку, – уже спокойнее объяснил рыцарь. – Был уговор. Обе стороны сдержали слово. Ведьма хранила девчонку как зеницу ока. Обучала, оберегала, блюла, так сказать, ее целкость. А этот кретин, видите ли, научился в окна лазить. Романтик долбаный. Мало она его приложила.

– Меньше эмоций, умник, – строго посоветовал начальник. – Слюной подавишься. При чем тут его упражнения в альпинизме?

– Да при том. – Лука обиделся. – Пять лет назад на обочине трассы нашли молодую женщину. Избитую и обритую наголо. Врачи констатировали полную деградацию. Ни памяти, ни мозгов. Умственное развитие на уровне четырехлетнего ребенка. Зато сама на третьем месяце беременности.

– Вот ведь твою мать, – от души высказался Вульф.

– Рад, что ты меня понимаешь, – усмехнулся рыцарь. – По крайней мере, теперь понятно, почему ведьма расторгла сделку. Кстати, она опытная. Ни одного трупа на ее совести, кроме матери этой Регины. Но тут, в общем-то, все понятно. Осторожная, стерва. Сделки у нее по большей части имеют чисто коммерческую основу. Сидит себе королевой. Организовала секту. Всякий мистический бред. А уж на чисто криминальных связях держит, как выразился Гера, весь город за яйца.

– О! – ехидно заметил Вульф. – В этом деле Гера у нас специалист!

– Да? – наигранно испугался Лука. – Я как-то раньше не сомневался в его ориентации.

– Все-то ты об одном и том же, – посетовал начальник. – Когда-нибудь тебя член до беды доведет.

– Он для того мне и приделан, – парировал рыцарь. – Но не суть. Вульф, тут другое «но» есть… Ведьме, даже по самым скромным подсчетам, около шестидесяти. А выглядит она на тридцатник максимум.

– Это как? – озадачился Вульф.

– Я тебя об этом спрашиваю, – напомнил Лука.

– Блин, парень. – Начальник заволновался в край. – Ты только не вздумай ее убивать. Только в самом-самом крайнем случае.

– Что? Так для опытов нужна? – недружелюбно поинтересовался подчиненный.

– Не важно. – Вульф замкнулся в себе. – Просто помни, что я сказал… А насчет нашего принца… Пусть Гаспару еще кровь попортит. Ты меня убедил. Но про ведьму помни…

Лука отключил вызов и довольно улыбнулся. Одним лохом в его окружении меньше. Жизнь-то налаживается.

Он включил музыку. Голос Высоцкого напомнил о ненужности споров, когда уже все доказано.

5.

– Я выгляжу как полный кретин, – пожаловался Гера, поправляя заткнутый за пояс заранее заготовленный рябиновый прутик.

– Ты становишься мудрым, – иронично ответил ему брат. – Вот и иллюзии насчет своего внешнего вида рассеял.

– Ох, дождешься ты у меня на турнире… – Младший из рыцарей усмехнулся. – Ну? Готов к штурму снежной крепости?

– А ты Гайдара в детстве читал? – Лука перехватил поудобнее автомат.

– Он тогда входил в школьную программу, – напомнил Гера. – Так что ничего удивительного.

– В Гайдаре-то ничего, – согласился брат. – Но я не знал, что ты вообще читать умеешь.

Гера рассмеялся. Они подошли к самым воротам особняка девы Генриетты.

– А где наше сопровождение? – удивился младший. – Мы тут нагло на штурм прем, а они даже не спешат предупреждать свою королеву.

– Давай с ними как-нибудь потом разберемся, – предложил Лука и вытянул левую руку вперед.

Гера повторил его движение.

Они ударили заклятием одновременно. Два файербола, размером с футбольный мяч, врезались в чугунные ворота и, естественно, снесли их вместе с частью стены. Наученные прошлым опытом, рыцари решили пока спрятаться за каменную неровную кладку с двух сторон от дыры.

Ответный удар выглядел не менее эффектно. Из разлома выкатилось огромное сумрачное тело с разинутой пастью, из которой вместо огня вылетали клубы черного дыма.

– Проекция дракона, – прокричал Гера. – Не хило!

Лука вытащил прямо из воздуха серебряный клинок, покрытый древними рунами, и полоснул по драконообразной фигуре. Посыпались искры, чудовище даже издало что-то вроде жалобного рева, а потом растаяло в воздухе.

– Пошли.

Они вступили во двор. До здания метров двадцать. Можно было бы передвигаться короткими перебежками, прячась за деревья. Но этих самых деревьев здесь почти и не было. Так, тростиночки какие-то. Неудобное для штурма место. Ладно…

Они направились к дому быстрым шагом. Справа прозвучала автоматная очередь. Ночь окрасилась вспышками.

Лука прищурился, с помощью ночного зрения выследить стрелка не трудно. Два выстрела, вскрик боли. Гера стрелял куда-то в темноту слева.

Внезапно морозный воздух огласил вопль. Дикий, пронзительный, переходящий в ультразвук. Заломило уши. Сильна ведьма! Лука с Герой опять одновременно вскинули руки. Оглушающее заклятье синей дымкой понеслось к дому.

Буквально через пару секунд визг стих.

– Не задели! – прокричал младший из рыцарей. – Спряталась. Осторожнее!

Лука метнул в бок нож. Гера опять открыл стрельбу.

На пороге дома их ждала очередная неприятность. Внутри помещения никто свет включить не позаботился. Но темнота на пороге была вообще какой-то уж слишком густой.

– Это что за фигня? – спросил Лука.

– Да ну ее. – Гера еще одним файерболом снес часть стены.

В доме послышались крики боли.

– Кажется, здесь была засада, – сообщил младший брат почти радостно.

А Лука уже саданул по морде кого-то в черном одеянии. Нападающий без сознания рухнул на землю. Гера мастерски увернулся еще от одного сектанта и, чуть повернувшись, полоснул его ножом по животу. Следующий выпрыгнул откуда-то сзади, но Лука не стал ждать его дальнейших боевых действий и оттащил придурка от брата, по пути сломав нападающему руку. Тот взвыл. Гера пнул кого-то внутрь дыры и скрылся вслед за ним.

Лука последовал за братом.

Хоть глаз выколи! Что она такое тут наделала? Справа что-то двигалось. На него. Лука просто выставил руку и схватил неизвестного за грудки, приподнял и отбросил. Пошел дальше.

Справа появился свет. То ли действие заклинания заканчивалось, то ли Гера что-то придумал. Появились очертания лестницы. Слева начали стрелять. Лука ответил автоматной очередью, даже не приглядываясь.

– Сюда! – Брат махал ему рукой.

Устраивать бойню Лука не любил. А потому просто бросил за спину комок сонных чар. Что-то в комнате упало, глухо ударившись об пол.

Лестница вела на второй этаж и заканчивалась очередной неприятностью. На верхней ступеньке маячил призрак. Голодный и злобный. Гера вытащил нож и решил с ним поиграть. Лука, не останавливаясь, прошагал мимо.

Темная комната. Похоже, зала. У окна рояль. У стены камин. И никого. Может быть.

Лука прислушался к своим впечатлениям.

Блин, да тут целая стая идиотов! Вон там, за диваном. Окопались. Надо добавить света.

Файербол, на этот раз совсем крохотный, ударился в диван. Ткань вспыхнула мгновенно. Иллюзия невидимости спала.

Лука ринулся в рукопашную на разбегавшихся придурков. Почти балет, одному ногой по носу, другого – кулаком по зубам, поймать третьего. Шустрый! Чуть не пропустил удар. Чуть пригнуться, ну вот теперь можно отправить его в полет. Нарисовался четвертый с пистолетом в руке. Выстрелил. Расстояние было не ахти, но Лука все же успел увернуться. Вульф на него в свое время не одну обойму извел, уча вот так обходить неприятности. Теперь подскочить ближе, ударить. Блин, кажется, он свернул молодцу шею.

Вообще, этот хаос уже начал ему надоедать. Лука собирался просто создать небольшое торнадо, чтобы всех лишних вынесло в окно. Но тут…

Звуков он не слышал. В таком гаме трудно ориентироваться. Так что это скорее было какое-то интуитивное переживание. Будто он почувствовал угрозу со спины. И такую, что увернуться уже не хватало времени. Лука все же предпринял попытку встретить врага лицом к лицу, но опоздал. Фигура нападавшего уже оседала на пол.

– Спасибо, – сказал рыцарь младшему брату, который деловито вытирал нож об джинсы.

– Не за что. – Гера выглядел довольно серьезным. – Это не простой боец. Смотри, чары? Или еще какая фигня?

На шее убитого висел какой-то амулет.

– Похоже, это прибавляет ему скорости и делает бесшумным, – предположил Лука. – Срежь. Начальству подарим.

И в этот момент на них налетели тени. Половина из них на самом деле была вполне материальна. Еще толпа придурков в черных балахонах с такими же амулетами. Вторая половина – озверелые призраки.

Лука и Гера переглянулись и синхронно вытянули руки вперед. Странное белое пламя ровным кругом вспыхнуло вокруг них. Огонь не пожирал ковер и раскиданные здесь вещи, он жадно подбирался к нападавшим, которые теперь с дикими криками начали дергаться, ища выход из ловушки.

Лука подавил желание зажмуриться, когда вокруг начали падать и вопить люди, не имеющие возможности скинуть с себя волшебное пламя, пожирающее их тела и, возможно, души.

Через пару минут все стихло. И в комнате, и, казалось, в доме вообще.

– Ну, – Гера посмотрел на брата встревоженно, – что теперь?

– Три мощнейших удара, – напомнил Лука. – Она могла и выдохнуться.

– Что-то я не уверен. – Младший из рыцарей стал пробираться между трупов к двери в дальнем конце комнаты.

– Может, еще одну стенку пробьем? – Тишина и неизвестность нервировали.

Лука шел за братом, надеясь успеть, если что, оттащить его в сторону. Для пущей надежности он проверил дверь на наличие магических ловушек.

– Вроде чисто.

– Пошли. – Гера взялся за ручку.

И тут дверь влетела в комнату, повинуясь чьему-то мощному удару. Геру отбросило в сторону вместе с ней. Лука получил весьма ощутимый удар в плечо, его развернуло на месте и припечатало к стене. И тут же воздух взорвался от еще одного нестерпимо высокого визга. Ушные перепонки, казалось, аж затрещали. Рыцарь с трудом мог сосредоточиться, все же источник звука находился намного ближе, чем в первый раз.

Оглушающее заклятье вышло хилым. Но все же оно послушно полетело в дверной проем. Визг сбился. Лука тут же послал вслед пеленающие чары. Ярко-белая светящаяся сеть скрылась в темноте. Тихо.

– Гера, ты как? – Лука подошел к брату.

– Черт! – Младший из рыцарей откинул остатки двери в сторону. – Кажется, у меня сотрясение.

– А чего трясти-то? – поинтересовался старший, потирая плечо. – Встать помочь?

Гера протянул руку. Лука, морщась от боли, потянул его на себя.

– Блин, – пожаловался младший. – Плывет все, и кровавые мальчики в глазах.

– Это твоя совесть, старик. – Лука придержал брата за плечо. – Ты, пожалуй, посиди тут на стреме. А я пойду.

– Плохая мысль, – запротестовал Гера, но Лука уже направлялся к проходу.

– Прибери здесь немного, – распорядился он напоследок. – И диван потуши.

Еще одна комната. Намного меньше той, откуда он пришел. Бархатный полог над королевских размеров кроватью. Антикварное зеркало над небольшим комодом. Рядом кресло. Почему-то перевернутое.

Лука направился в обход кровати. Она лежала на полу, скрученная все еще мерцающей сетью. Шелковый халатик задрался, обнажая бедро.

– Шикарные ножки, – сообщил он ей, установил кресло как положено и сел.

– Да иди ты…

– Не груби. – Он полез в карман за сигаретами. – А ты молодец, сильная. Мой тебе респект. Хочешь, сниму сеть?

Она посмотрела на него недоверчиво.

– Что ж вы, бабы, какие. – Он помог ей сесть и усилием воли ослабил чары. – Вот видишь!

Она тут же взмахнула руками и прямо из воздуха создала нечто черное и зловещее, что полетело на Луку с огромной скоростью. Он даже не шелохнулся. Черное нечто рассыпалось, перед самым его лицом.

– И что?

Ведьма теперь уже выглядела испуганной. Но бежать даже и не пыталась.

– Я к тебе всей душой, – продолжал Лука. – А ты? Мне просто хотелось кое-что спросить. Ответишь?

Она подумала, потом коротко кивнула, страх в ее взгляде еще усилился.

– Только без паники, – попросил он. – Я ничего тебе не сделаю. Пока… Скажи лучше, зачем тебе была нужна ритуальная девственница?

– Да не она. – Голос у нее оказался чуть хриплым. – А ее молодость.

– В смысле? – Лука ничего не понял, вернее, он понял, в чем был замысел, но вот как он осуществлялся, просечь не мог.

– В прямом! – и тут она резко вскочила и бросилась на него, растопырив пальцы с длинными острыми ногтищами.

Нельзя сказать, что он не ожидал нападения. И все же это стало неприятной неожиданностью.

Атакуя, ведьма вновь завизжала.

Лука грохнулся вместе с креслом назад, она, не останавливаясь, упала сверху, пальцы с когтями мелькнули у самого его лица. И тогда он сделал единственно возможную вещь: схватил ее за запястья и как можно сильнее прижал к себе.

Визг окончательно разрушил ему правую перепонку, в левом ухе гудело нестерпимо. Мозги, казалось, решили покинуть черепную коробку. И в тот момент, когда у него уже почти не осталось сил сдерживаться, ведьма затихла.

Еще какое-то время он привыкал к тишине. Потом мысленно оценил нанесенный ему урон. Плечо болит от удара летающей дверью. Ухо не слышит, на щеке царапина. Успела все же достать, стерва. Под носом что-то теплое и мокрое. Кровь, скорее всего. Да еще и затылок гудит, умудрился садануться об пол. Твою мать…

Лука пошевелился, осторожно отнял пальцы от правого запястья ведьмы, дотронулся до ее шеи в поисках сонной артерии.

Так. Пульс есть. Она просто без сознания. Теперь можно было бы и подняться.

Рыцарь осторожно стал опускать женщину на пол. Потом кое-как вылез из перевернутого кресла сам. Перед глазами все чуть-чуть плыло. Комната мерно раскачивалась. Он сфокусировал взгляд на обломках рябинового прутика. Дура она, так на него поперла! Сама же и…

Он предпочитал обделывать такие дела более галантно. Обсудили бы все, он бы ее, что называется, морально подготовил…

– Ох, ничего себе! – В дверном проеме появился Гера. – Смотри!

Брат указывал на ведьму.

Лука тоже посмотрел. В ней ровным счетом ничего не изменилось.

– Не понял, – сознался Гера. – Я же почувствовал, когда чары лопнули. Да и там по всему дому придурки вопят. Все в непонятках, что да как. А она…

И тут до Луки начало доходить.

– Братку, – он старался не встревожить Геру, – бери ее и уходи.

– Лу? – Младший посмотрел на него настороженно.

– Я серьезно. – Лука одернул пиджак, проверил пистолет в кобуре. – Сейчас не до трепа.

– Одурел? – осведомился младший. – Я тебя тут не брошу.

– Гера, иди. – Он чуть прикоснулся к его запястью. – Я клянусь, что со мной ничего не случится. Ты буквально через пару минут все поймешь и сам.

Брат чуть задержал его взгляд, убедился, что тот не отступит.

– Фиг с тобой, на турнире рассчитаюсь. – Гера бережно поднял ведьму. – Но если через пятнадцать минут ты не будешь сидеть в машине…

Лука его уже не слушал. Он достал платок, вытер кровь, стекающую по верхней губе, потом поставил вновь кресло на ножки и убедился, что сидеть в нем больше нельзя. Жаль, шикарная была вещь. Придется постоять. Он полез за новой сигаретой.

Как и в прошлый раз, он ничего не услышал. Но когда сизая струйка тумана, появившаяся откуда-то сверху, начала свиваться тугими кольцами за его спиной, он ее чувствовал. Как будто создаваемые ею вибрации холодком проходили по его спине. Лука прикурил, еще чуть подождал, пока тело полностью оформится, и только потом повернулся.

– Доброй ночи, брат…

– Доброй… брат, – вампир выделил последнее слово.

Лука чуть поклонился, стараясь не обращать внимание на боль. Он слышал много всяких баек про вампиров. У нынешней молодежи они были в авторитете, вернее, всякие сентиментальные сопливые романы о них, созданные на киноэкранах.

Конечно, для наивных смертных в этом всем присутствовал элемент романтики. Как же, племя Отверженных! Страдающие без солнца. Вынужденные пить кровь, чтобы жить. А еще рассказывали всякий бред о Иудиной чаше, способной снять проклятие, о непонятной связи вампиров со Святой кровью.

На самом деле в этом было зерно истины. Настоящие Высшие вампиры имели с Граалем очень тесную связь. Но только Высшие, а не множественные полукровки или банальные деревенские упыри.

Вампирами становились Рыцари, отрекшиеся от Служения. Насколько было известно Луке, на такое решались немногие. Он не знал, как проходит ритуал, да и не хотел знать. Лично для него такое отречение было равносильно даже не суициду, а просто небытию. И дело не в страхе. Просто…

Он был Рыцарем и хотел им быть, он не мыслил себя вне Служения, хотя иногда ненавидел их систему всеми фибрами души.

Сам он сталкивался с Черными братьями всего дважды.

Первый раз он, надеясь на разговор с утерянным родственником, был сильно разочарован. Тот старый обезумевший от крови хряк вызвал у Луки стойкое чувство тошноты.

Он вытащил вампира на свет за шкирку и долго еще смотрел на превратившееся в пепел тело, пытаясь усмирить чувство презрения и брезгливости.

В другой раз ему попался полукровка. Не блещущий умом и страдающий провалами в памяти. Метисы быстро деградировали, превращаясь в мулов с куриными мозгами. Иногда они умирали, просто не сумев сообразить, как добыть кровь для пропитания.

Но тот, кто сейчас стоял напротив рыцаря, был совсем другим.

Больше всего вампир напоминал Гэри Олдмана в роли крестного Гарри Поттера.

Высокий, хорошо сложенный, с длинными вьющимися волосами и элегантной бородкой. Вид у него был немного надменный. Черные глаза смотрели на Луку внимательно и… с доброжелательностью, что ли?

– Куда вы ее отвезете? – спросил он.

– К Балтазару. – Лука пожал плечами и поморщился.

Черт, плечо ломит. Трещина там в кости, что ли?

– А! – Вампир взмахнул рукой, и из соседней комнаты притащились два стула. У одного были отломаны поперечины на спинке, у другого – распорота подушка сиденья. – Ну хоть что-то. Присядем?

Лука кивком поблагодарил Черного брата. Бывшие родственные связи да разница в возрасте не позволяли рыцарю быть неуважительным. А вампир в лучшем случае был его лет на двести старше.

– Как сейчас выглядит старый волхв?

Лука чаще называл Балтазара «старым болваном».

– В этом веке он выбрал себе облик восточного мудреца. – Он позволил себе чуть насмешливо улыбнуться. – Длинный, худой, с жидкими усами, свисающими на грудь, и пергаментной желтой кожей.

– У него всегда было странное чувство юмора, – прокомментировал вампир.

Лука вообще не замечал ни за одним из трех волхвов чувства юмора.

– Почему ты не убил ее? – чуть помолчав, задал Черный брат следующий вопрос.

Лука понял, что вампир пришел сюда только ради этого конкретного разговора.

– Знаешь, – почему-то рыцарю захотелось быть честным, – конечно, у меня был приказ. Но даже если бы его и не было… В принципе, ничего она особенного не сделала. Да еще, если вспомнить, как она приняла бой… Она не заслуживает смерти.

– Спасибо. – Вампир кивнул, прекрасно зная, что Лука его поймет. – Я слышал, как тебя называли Лукой. Наслышан. Тебя уже именовали?

– Нет. – Рыцарь опять чуть улыбнулся. – А у тебя было имя?

– Вайтек. – Вампир чуть поклонился.

– И я наслышан. – Лука вернул ему поклон. – Теперь мне становится понятно, зачем Беовульф дал мне несколько странных советов.

– Беовульф, – Вайтек чуть взмахнул рукой. – Он заслуживает уважения, если Рыцари вообще способны вызывать это высокое чувство.

– Мы не часто уважаем даже сами себя. – Рыцарь позволил себе еще одну кривоватую ухмылку. – Грязная у нас работа.

– Тогда отчего ты, претендующий на имя Говейна, а может, даже Галахада, не бросишь эту работу? – Тон Вайтека изменился.

В его голосе заискрились эмоции. Гнев, страдание, удивление и… настойчивость, какая бывает только у тех, кто потерял истину.

– Я не смог бы жить иначе. – Лука не знал, как объяснить то, что он чувствовал. Да и вести долгие прочувствованные разговоры высоким стилем рыцарю было как-то непривычно. – Святыня… Это часть меня. И, поверь, весьма важная часть. Если ее исключить… – Он привычно криво усмехнулся. – Ну без какого-либо из своих органов я перестал бы быть таким красавчиком. Отказаться от Служения, по-моему, то же самое, как сознательно пропить свою печень.

Вампир вперил в него немигающий взгляд, какой-то сверлящий, допытывающийся.

– А грязь к доспехам не прилипает? – вдруг спросил он издевательским тоном.

– У всего есть своя цена. – Лука даже не отвел взгляда.

– Привыкаешь быть мясником, – продолжил Вайтек.

– А вот мясником я никогда не был. – Конечно, уже можно было бы вскочить и начистить ему морду, но рыцарь не стал горячиться. Посмотрим, как поведет себя этот кровосос, когда придет его очередь отвечать на вопросы. – Я никогда не убивал людей ради удовольствия. Пятна крови противоречат моей концепции эстетизма.

– А боль, страдания, сожаление? – напомнил Вайтек. – Ты только что мучился раскаянием, что не смог уберечь от боли какую-то ведьму.

– Зачем ты спрашиваешь меня о том, что так хорошо знаешь сам? – Рыцарь нахмурился. – Это экзамен?

– О! Конечно, нет. – Вампир горько улыбнулся. – Я не смею. Просто я видел многих Рыцарей, и редко кто из них верил. Верил в Святыню, в ее свет, в истину. В те пафосные речи о самоочищении души посредством страданий за ближнего. Мало кто из вас на самом деле является посланцем Высшей справедливости.

– Ты мне льстишь. – Лука картинно прижал руку к груди. – Я ничем не лучше остальных.

– Вижу. – Вайтек склонил голову. – Но уже не могу понять и… принять. Это слишком далеко от действительности. Но каждый имеет право на свои иллюзии.

– А как ты потерял свои? – Пора было брать реванш.

Внезапно вампир оказался прямо перед ним. Надменное лицо было перекошено от злости. Но Лука даже не пошевелился. Хотя такие выкрутасы его искренне раздражали.

Чего они все стремятся его пугать? Да еще так по-детски. Еще бы «Бу» выкрикивали.

Он собрался было поделиться своими соображениями на эту тему с Черным братом, но тот уже метнулся обратно на свой стул.

– Мои, как ты сказал, иллюзии, – начал он говорить, едва сдерживая гнев, – сгорели на костре вместе с той, которую я любил больше жизни.

– Она и правда была ведьмой? – продолжал интересоваться рыцарь.

– Была. – Казалось, сей факт вампира просто радовал. – Он губила души, вырезала сердца у детей, разрушала целые деревни.

Лука чуть не ляпнул, что у Вайтека явная склонность к сильным женщинам. Есть за чью юбку прятаться.

– Она губила жизни, – вместо этого повторил он. – А ты?

– А я любил ее. – Голос вампира звучал крайне драматически. – Я видел все ее деяния, я стоял рядом. И если она захотела бы, я сам начал бы вырезать внутренности у тех деревенских дурачков.

– Понятно. – Рыцарю стало откровенно противно и скучно. – А потом вас нашли. Ее сожгли на твоих глазах. Таково, как я понимаю, было наказание. Ну еще, может быть, пара лет отлучения со строгим постом.

Вампир кивнул, угрюмо и подавленно.

Лука тяжело вздохнул, прикрыл глаза. Где-то в груди появилось знакомое, неимоверно нежное ощущение теплоты. Оно начало разрастаться, растекаться по жилам и сосудам, оно превратилось в нестерпимо яркий свет, опаляющий душу, но не сжигающий ее, а согревающий, наделяющий чем-то, что Лука мог назвать всепоглощающей любовью.

Он знал, что Вайтек видит это свечение в нем, в его глазах, видит, как свет просачивается наружу, обтекая всю фигуру рыцаря, окружая его волшебным ореолом.

– Я думал, что ритуал Отречения полон страданий, боли, стыда, – заговорил Лука. – Потому он и остается клеймом страшного проклятия на многие века. Но ведь это не так. Все это просто сказка. Ведь ты сам отрекся. По-тихому. Не перед судом Короля и Старших хранителей. А тогда, когда впервые ассистировал своей девке в ее опытах.

Вампир застыл на своем стуле, глядя будто сквозь рыцаря, куда-то вдаль.

– Ты отрекся, – продолжал Лука, сдерживая презрение. – Типа, по большой любви? Конечно, нет! Чисто из страха перед одиночеством. Перед собой. Потому что, приняв ее сторону, ты уже не знал, как раскаяться. И ты боялся раскаянья. А потому сбежал, заполз куда-то и вскрыл вены.

– Ты не смеешь так говорить со мной! – Возмущение вампира не произвело на Луку не малейшего впечатления. – Что ты знаешь о любви?

– Только то, что она не должна разрушать, – парировал рыцарь. – Хотя толкать тебе прописные истины смысла нет. Это же только пафосный бред. Проще таскаться по миру, меняя одну игрушку на другую.

– Она не была для меня игрушкой!

– Главное, чтоб ты сам себе поверил. – Лука зло улыбнулся.

– Я дал ей все, что она хотела. – В тоне Вайтека прозвучало что-то жалкое. – Власть, силу, знания…

– А заодно и вечную молодость, – подхватил рыцарь. – Хотя это было больше нужно именно тебе. Ты мог бы ее инициировать, но невесты, конечно, долго еще остаются молоды, но вот слишком быстро тупеют. Потому ты брал кровь Обещанной девственницы, смешивал со своей и давал ведьме. Ну плюс еще кое-какое суперкрутое заклинание. – Он посмотрел на вампира, как на плесень. – Ты был прав. Мне пророчили будущее Говейна, а может быть, даже Галахада. А потому магии меня обучал лично Мельхиор. Естественно, я просек, что к чему. В общем, Вайтек, сказать я тебе могу только одно. Ты старый вонючий козел.

Вайтек вскочил, опрокинул стул.

– Я вызываю тебя на поединок!

– Спасибо тебе, говнюк долбаный. – Лука продолжал сидеть. – Теперь я выяснил для себя еще одну вещь. Культуру, значит, повысил. Ты мог спасти и свою девку, и эту ведьму, которая, как я понимаю, как две капли воды похожа на твою подстилку. Мог, если бы любил их, но ты отрекся. Не от Служения, а от них…

– Вставай, ублюдок! – Вампир подлетел к рыцарю, но тут же зашипел от боли.

Лука просто протянул руку и откинул его к стене.

– Поединок? – Он демонстративно вытер руку об джинсы. – Я принимаю вызов только от равных. А ты… Ты просто жалок.

– Не смей уходить! – Вампир опять подался ближе, сжимая кулаки от бессильной ярости.

– Скоро рассвет, – не оборачиваясь, бросил Лука. – Ползи в свою норку…

Рассвет уже почти наступил. Все кругом было залито сумрачной серой дымкой. Полуразрушенный дом, странные фигуры, мечущиеся в поиске несуществующих ответов, кое-где вскрики и стоны раненых. Просто фильм ужасов какой-то или документальная лента о какой-нибудь из войн. Лука уже вернул себе привычный человеческий облик и теперь, усталый и избитый, спешил покинуть это безрадостное место, выжимающее из него душу.

Он уже видел свою красавицу-машину. Видел Геру, такого же избитого, в заляпанной чьей-то кровью водолазке. Видел ведьму в накинутой ей на плечи Гериной порванной куртке. Она стояла неестественно неподвижно, обхватив себя руками, и неотрывно смотрела на окна второго этажа своей поверженной крепости.

– А это что? – Лука указал брату на двоих мужчин, спавших прямо на холодной земле, недалеко от машины, той самой раздолбанной тачки, припаркованной вслед за его красавицей.

– Не поверишь, но это группа поддержки. – Гера усмехнулся и полез за сигаретами. – Два местных придурка типа охотников за вампирами.

– Да ты что? – иронично переспросил рыцарь. – А где осиновые колы?

– Наивный ты, хоть и взрослый. – Брат прикурил. – Они не собирались его убивать, им была нужна его кровь. Всего несколько миллилитров. Они наплели какому-то козлу, что это типа сделает его вечно молодым… Извини, крошка.

Гера покосился на ведьму. Она по-прежнему смотрела только на дом.

– Давно она оклемалась? – Лука понизил голос до шепота.

– Сильная она. – Брат бросил ей в спину уважительный взгляд. – Я только успел ее до машины донести, а она уже открыла глаза. Теперь так и стоит.

– Надо ее увозить. – Старший из рыцарей шагнул к ведьме. – Милая, – он старался быть как можно более ласковым. Блин, да она это сто раз заслужила. – Нам надо уходить. Он…

Договорить он не успел. Женщина вскрикнула и закрыла рот руками.

Повинуясь инстинкту, Лука тут же прижал ее к себе и повернулся в сторону возможной опасности. Но угрозы никакой не было. Просто на втором этаже изуродованного дома одним мощным ударом вынесло оконную раму. На подоконнике появилась высокая худая фигура.

– Это что за фигня! – Гера подскочил к ним, уже успев достать пистолет.

– Не стоит, – холодно остановил его брат, поглаживая волосы женщины.

Вампир застыл на подоконнике, расставив руки в стороны. А на востоке вставало солнце. Его холодные злые лучи подползли к окну второго этажа. Метнулись чуть выше.

Вайтек все же был трусом и козлом. Огонь охватил его, и вампир издал неприятный высокий воющий звук, замахал руками и стал падать вниз. На миг его фигура застыла на самом краю. И тут прозвучал взрыв. Тело исчезло в неимоверно яркой вспышке чудесного белого света. Волна неизвестной, пугающей смертных силы пронеслась в разные стороны, слепя, сбивая с ног, лишая сил и… очищая души.

Лука и Гера переглянулись. Ведьма, прижатая к телу рыцаря, спрятала лицо на его груди и рыдала навзрыд. Он поднял ее на руки и понес к машине. В голове крутились строки Джем о том, что звезды не плачут, даже они просто падают Рыцарям в руки.

6.

Плечо жгло так, будто Гаспар облил его расплавленным металлом.

– Дядьку, – спросил он у старика. – Из чего это снадобье? Или мне лучше не знать?

– Дерьмо ящерицы, сопли сурка и…

– Твоя слюна, Гаспар, – не выдержал Гера. – За что только ты нас так любишь?

– На кой ляд вы мне эту телку притащили? – проворчал старик, рассматривая щеку Луки. – Кто это тебя так залатал?

Рыцарь промолчал, надеясь, что не покраснел. Он тут же вспомнил, как они покидали очередной спасенный город под мерное парение крупных ленивых снежинок, которые так подходили к их паршивому настроению. Вспомнил заправочную станцию на полупустой трассе. Гера спал. Женщина на заднем сиденье сжалась в комок и смотрела в пустоту. Лука отправился платить за бензин, а заодно купить воды в минимаркете.

Когда он вернулся, она стояла, облокотившись на капот, и опять зябко куталась в Герину куртку.

– Ты чего? – Он забеспокоился.

– Твоя музыка в машине… – У нее по-прежнему был чуть хрипловатый голос, немного робкий, тихий. – Невзятый замок…

– Это Канцлер Ги. – Он растерялся. – Музыка русских менестрелей.

– Очень красиво и… грустно.

– Знаю. – Он улыбнулся. – Мне нравится.

Она тоже чуть улыбнулась, какой-то жалкой сиротливой улыбкой, а потом кивнула. Ее глаза внимательно оглядывали его лицо, будто старались запомнить каждую его черточку.

– У тебя все еще идет кровь.

– Я в курсе. – Лука досадливо поморщился. – Надеюсь, Гаспар справится. Наверное, ты помнишь, что твои удары, они не…

Она резко шагнула к нему вплотную, встала на цыпочки и осторожно поцеловала царапину. Лука реально опешил.

– Это должно помочь. – Она отстранилась, пряча глаза…

– Она просто хотела выразить свою благодарность, – пробормотал рыцарь.

– Недоумок, – тут же обласкал его лекарь. – От такой благодарности будешь ходить со шрамом.

– Гаспар, – влез в разговор Гера. – Ты отстал от жизни. Сейчас считается, что шрамы украшают мужчину.

– Дебильное время. – Старик занялся взбиванием еще какой-то вонючей смеси.

Трое волхвов, когда-то навестивших младенца Христа, не приобщались к Святыне. Но их духовное просветление, их мудрость давали им некоторые прерогативы.

Конечно, Мельхиор, Гаспар и Балтазар умерли много столетий назад. Но их души в каждом поколении выбирали себе новые тела, чтобы продолжить Служение, а заодно набраться новых знаний.

Правда, характеры волхвов к началу двадцать первого столетия нашей эры испортились окончательно. Мельхиор был замкнутым и немногословным. Балтазар – язвительным и саркастичным. Гаспар стал просто грубым.

– Возвращаясь к твоему вопросу, – светским тоном сообщил Гера, – мы приехали сюда исключительно по твоей просьбе. Кто-то стучал тапками по плинтусу, требуя забрать того слепого лоха. А женщина… Наверное, было бы неплохо, если бы ты ее осмотрел… с чисто медицинскими целями, естественно.

– Кобелина, – огрызнулся старик. – Если уж мне так повезло, так берите урода и уматывайте. А ее я сам отправлю к Балтазару.

– Ты просто золотко, – иронично отметил Лука. – Завтра с утра и заберем, ласковый ты наш… Только не надо! Мы немного устали, знаешь ли. Драки, взрывы, толпа воинствующих сектантов, несколько магических ловушек и, наконец, торжественный суицид козла-упыря. Подвиги, знаешь ли, утомляют.

Пока старик орал матом, описывая цветастыми эпитетами их умственные способности, сексуальные возможности и вообще стиль жизни, они с Герой резво направлялись к выходу…

Утро было противным. Морозным, ветреным. Вчерашний снег давно растаял, замерзшая земля отвечала стуком на каждый шаг. Беспросветная серость давила на глаза. Особенно в этом старом уродском городе.

Лука этого не понимал.

Псков – один из древнейших городов земли русской. Но почему-то не было здесь того духа старины, что обычно придавал любому поселению некое неуловимое очарование. Не было тут златоглавых храмов, блестевших на каждом углу, как шары на новогодней елке. Не было благородных развалин. Одна только сталинская неуклюжая постройка, типовые многоэтажки и промзоны. Хотя, конечно, был кремль. Рядом с серой, лишенной всяческой оригинальности современной действительностью этот кусок старины выглядел как-то кургузо.

Нет, рыцарю не нравился этот город, и ему очень хотелось покинуть его как можно быстрее.

Клиника Гаспара, замаскированная под Центр восточной медицины, находилась на одной из центральных улиц города.

Клиника явно процветала. Обычно рыцари заглядывали только в просмотровую на первом этаже, но сегодня им было дозволено подняться в палаты.

Никаких тебе крашеных в унылые цвета стен, никакого драного линолеума. Палата больше напоминала уютный гостиничный номер. Полуторная кровать, застеленная бежевым покрывалом. Желтоватые шторы с причудливо присборенным ламбрекеном, палас, похожий на ковер осенних листьев с яркими всполохами рыжего и коричневого.

В кресле у небольшого столика сидел клиент.

Серый костюм, голубая рубашка. Белокурые волосы зачесаны назад. На глазах, естественно, черные очки. В соседнем кресле лежало коричневое кашемировое полупальто и трость.

– Вы за мной? – спросил он, как только они вошли в палату.

– Да. – У Геры, как и у Луки, не было никакого желания общаться с клиентом.

– Куда меня повезут теперь?

– К Регине. – Старший из братьев с трудом заставил себя не цедить слова сквозь зубы.

– Значит, ее нашли.

В его тоне было что-то неправильное. Ни надежды на встречу, ни радости скорого воссоединения с вроде как любимой женщиной. Он говорил так, будто кто-то с отличием выполнил его задание.

– Да уж явно не ты сам постарался, – не выдержал Гера.

– А как бы я мог в таком состоянии? – Теперь в голосе клиента появились чуть ли не скандальные ноты. – Я полностью лишен зрения, я ослаб. Моя память восстанавливалась с таким трудом…

– Надеюсь, при всех твоих болячках сил доползти до машины тебе хватит. – Лука развернулся и направился к лестнице.

Гера шел за ним. Сзади еще неслись какие-то возражения, но это никого не волновало.

На улице они прислонились к капоту и дружно закурили.

– Надеюсь, по дороге я не сверну ему шею, – поделился опасениями младший брат.

– Эти принцы крови… – Лука презрительно сплюнул. – Педерастия в полный рост.

– Бабу жалко, – высказался Гера. – Как только она дала такому?

– Вопрос… – Старший из рыцарей недобро усмехнулся. – Смотри, болезненный наш как чешет. Не очень-то он похож на самого больного в мире человека.

– Естественно, – усмехнулся младший. – Самый больной в мире человек – это Карлсон. А ты не знал?

Лука отбросил окурок и сел на водительское сиденье, завел мотор.

Наконец-то они покидали этот негостеприимный город.

Гера рылся в дисках, отыскивая что-нибудь на свой вкус. Клиент обиженно сопел сзади, Лука боролся с сожалением, что не успел попрощаться с девой Генриеттой, которая на самом деле носила красивое русское имя Алевтина.

Они переехали реку, свернули на трассу. Отсюда из-за редких кустов и голых веток деревьев кремль производил совершенно иное впечатление. Вот они, древние мощные стены, круглые башни романского стиля, чуть обветренные временем бойницы.

Вид крепости рождал какое-то удивительное чувство. Будто бы давно затерянное в глубинах памяти воспоминание вдруг взвилось вверх и теперь бьется, стремясь вырваться на поверхность, но ему это никак не удается. Хотя это какое-то очень теплое и важное воспоминание.

– Ты чего, тренируешься, что ли? – спросил насмешливо Гера, засунув в проигрыватель диск Высоцкого.

Лука взглянул на него непонимающе, он и не заметил, как под влиянием того странного чувства стал меняться его облик.

– Извини, старик, видимо, я просто устал, – искренне извинился он.

– Впечатляет, да? – Брат кивнул в сторону оставленного кремля.

Лука кивнул, сосредоточившись на дороге, зная, что свечение вскоре иссякнет.

– А вы ангелы, да? – спросил вдруг клиент.

– Вряд ли, – усмехнулся Гера.

– Но я видел свет…

Лука поморщился.

– А что, твой папа так богат, что даже ангелам платит?

– Мой отец довольно обеспеченный человек, – с достоинством сообщил клиент. – У него бизнес в Москве.

– Ангелы, по-моему, находятся в другом месте. – Тон Геры был однозначно недружелюбным.

– Но как иначе бы я увидел? – уязвленно спросил придурок. – Это был первый проблеск с той поры, как эта мразь лишила меня зрения.

– Еще один раз так ее назовешь, – предупредил Лука, – я тебе еще и язык отрежу.

Клиент посопел, а потом, не удержавшись, выдал:

– А как еще я должен называть эту… женщину, – инстинкт самосохранения все же не позволил ему переступать рамки, – если это она натравила на меня своего безумного любовника, и он выкинул меня в окно!

Рыцари многозначительно переглянулись.

– Это такой худой, высокий, с длинными волосами? – как бы между прочим уточнил Лука.

– Да! – Клиент распалился. – Он просто отшвырнул меня с подоконника! А когда я лежал там внизу, уверенный, что никогда больше не смогу ходить, она подошла ко мне и сказала, что, если бы я подождал, Регина была бы моей и… что-то про пять лет безумия.

– Она ошиблась, – усмехнулся Гера. – Безумие – это болезнь мозга. А у тебя ее быть не может. Так как мозгов нет.

– Тебе ведь и Регина наверняка говорила, что надо подождать, – продолжил чуть спокойнее Лука. – Но куда там! Сперма в голову ударила? Срочняк ей всадить надо было?

– Вы не понимаете! – Еще немного, и клиент начал бы брызгать слюной. – Вы просто ее не видели! Регина… Да я любил ее больше жизни! Она же просто прекрасна. Одни волосы чего стоят! Чистое золото… А ждать? Чего ждать? До ее двадцатипятилетия? Это же бред! Она же жила в этой гребаной секте. Просто мистический бред!

– Отлично. – Тон Геры был открыто издевательским. – В мистический бред он не верит. А кто-то пару минут назад что-то трындел об ангелах.

– Из-за тебя, говнюка недоделанного, – лениво сообщил старший из братьев, – твою Златовласку нашли на обочине дороги избитой и обритой налысо. Хорошие, говоришь, были волосы? А еще перелом ключицы и правого запястья.

– А я лишился зрения и памяти! – Клиент был непробиваем. – Отец четыре года возил меня по разным клиникам. Пока в этот центр не попали. И тут-то мне полегчало только два месяца назад. И, между прочим, Регина – это первое, что я вспомнил!

– И как на это отреагировал папочка? – Геру уже укачивало от этого сопливого идиота.

– Он был разочарован, – вдруг сменил тон клиент, растеряв разом весь пыл.

– Чего так? – поинтересовался Лука.

– Я собирался идти ее искать! – жалобно проскулил придурок сзади. – Та женщина сказала, что лишь Регина может вернуть мне зрение.

– А папа не оценил?

– Он не верит.

– Кто же тогда поверил? – теперь уже искренне заинтересовался старший из рыцарей.

– Тот старик, врач. – Детская обидка клиента была просто смехотворной.

– Вот блин! – восхитился Гера. – А у нашего Гаспара, оказывается, доброе сердце!

– Не думаю. – Лука криво улыбнулся. – Скорее этот недоносок всю печень ему проел.

Гера рассмеялся.

– Прекратите меня оскорблять! – Клиент сзади, кажется, даже подскочил на сиденье.

– Да нам вообще стоило бы выкинуть тебя прямо посреди трассы и уехать, – обрадовал его Лука.

– Так что вам мешает? – не сдавался сопляк.

– Только то, что, к сожалению, спасти Регину может лишь присутствие такого выродка, как ты…

Клиент заткнулся. Во избежание нового словоизвержения, Лука, не отрывая рук от руля, усилием мысли сделал музыку громче. Это снова был Высоцкий со своей балладой, где рай в шалаше был дороже замков и дворцов.

7.

В Новгороде Лука чувствовал себя намного более уютно, чем в Пскове. Вроде бы точно такой же небольшой городок, но…

Просто почему-то в Новгороде тебя подхватывало впечатление текущей жизни. Будто тут все кипит и бурлит. Наверное, так и должно было быть в свободном городе, не покорившемся даже стольному Киеву.

Место, где содержали Регину, никак не походило на обычный сумасшедший дом. Это была очередная частная клиника.

На въезде у них долго рассматривали документы. Потом вызвали старшего менеджера, чем чуть не довели Геру до истерики. Такая должность в таком заведении наводила на мысли о сумасшествии. Наконец одетый в костюмчик и лакированные туфли парнишка разрешил им проезд.

– Вы от Алевтины Михайловны? – поинтересовался он полушепотом у Луки.

Тот кивнул, с трудом скрывая удивление. Хотя… Можно было бы и догадаться.

– Идемте. – Улыбка на лице менеджера стала заискивающей.

Палата была большой и светлой. Но тут не было кровати, только ковер с пушистым ворсом, куча игрушек и детских книг.

Регина была ослепительно красива. Высокая, худенькая, с отличной фигуркой. Волосы, густые, чуть вьющиеся, были распущены по спине.

При виде их цвета Тициан бы съел свои кисти – чистое золото, как и сказал их клиент. Личиком девица тоже удалась. Таких бы в фотомодели…

Но, что интересно, привлекательной она Луке не казалась. Что-то было в ней неправильно. Или наоборот. Уж слишком правильно. Не было в Регине того особенного шарма, который и заставлял мужиков дымиться и… лазить к ней в окно.

В общем-то, она не производила впечатления безумной. Просто любящая мать, играющая в собственное удовольствие с двумя детьми.

Близняшки были похожи на нее как две капли воды. Такие же красивые, как ангелочки, такие же золотоволосые.

Регина бросала им по очереди мяч, а они с криками и визгами бегали за ним.

Становилось заметно, что с ней что-то не так, когда кто-нибудь из детей начинал с ней говорить. Она смешно склоняла голову набок, между бровей появлялась морщинка, будто до нее с трудом доходит, о чем ей говорят. Еще она часто отвлекалась от игры, будто не могла долго задерживать внимание на чем-то одном.

– Это счастье, что дети еще маленькие, – сказал Луке главный врач. – Еще через два года они обгонят ее в развитии.

– Надеюсь, до этого не дойдет. – Старший из рыцарей приоткрыл дверь в палату, через стекло которой они наблюдали за женщиной. – Пшел!

Клиент, повинуясь неласковому толчку в спину, влетел внутрь.

Регина отвлеклась от игры и пропустила бросок одного из близнецов.

Она смотрела на мужчину милым наивным взглядом, будто ей показывали редкого зверька или новую игрушку.

Клиент мялся у двери.

Когда ему объяснили, куда его везут, он впал в панику. Он уже решил для себя, что навсегда останется слепым, а судьба когда-то любимой женщины его не волновала. Он просто боялся встречи с ней, полагая, что она задушит его рукавами смирительной рубашки.

Регина поднялась с ковра. Немного рассеянно взглянула на людей за дверью. Потом вернулась взглядом к своему принцу.

– Ты кто? – У нее был красивый бархатный голос и совершенно не соответствующая ему детская интонация.

– Регина? – Клиент дернулся, как от удара, и вжался в дверь.

– Да…

Теперь она застыла, наморщив лоб, будто упорно пыталась что-то вспомнить. Ее глаза затуманились, губы начали дрожать.

– Вот черт! – Гера с Лукой шагнули в палату, оттеснив с дороги клиента.

Воздух здесь будто бы начал уплотняться. Тихо начали позвякивать стеклянные сосульки на люстре.

Регина продолжала стоять как вкопанная. Только теперь ее всю била мелкая дрожь, а на верхней губе выступили капельки пота.

Мячик сам собой начал прыгать по полу, одна из книг слетела с верха стопки и плавно поплыла по воздуху.

Лука бросился к детям, прижал к себе, шарахнулся к стенке.

Аура Регины, до этого прозрачная и почти незаметная, теперь начала наливаться различными цветами, насыщенными, яркими. И чем больше изменений претерпевала аура, тем сильнее дрожала Регина.

Наконец она мягко опустилась на пол и начала кататься по нему, как одержимая.

Гера поспешил к женщине, прижал ей руки, чтобы она не навредила себе. Теперь уже все игрушки метались по воздуху. Люстра раскачивалась с неведомой силой, в окнах дрожали стекла. Дети начали плакать, хотя Лука старался закрыть им обзор. Гера все еще удерживал женщину. Клиент рыдал от страха и выкрикивал какие-то слова, похоже, пытался молиться. Он безуспешно дергал дверную ручку, которая почему-то не поддавалась. На каждый его крик Регина реагировала новой попыткой вырваться и немыслимыми движениями. Казалось, неведомая сила выворачивает ей руки и ноги. Из ее глаз катились крупные слезы, но, как ни странно, она не произнесла ни одного звука.

Все это продолжалось несколько минут, а может, и часов. У Луки почти онемели руки, близнецы вцепились в него мертвой хваткой, тихо хныча от страха. Гера уже полностью распластался по Регине, стараясь сдержать ее приступ. И вдруг все стихло. Вещи разом грохнулись вниз. Стекла перестали дрожать. Люстра по инерции еще продолжала раскачиваться, так же по инерции выл клиент, осев у двери на пол.

Гера осторожно сполз с тела женщины. Она тяжело дышала, волосы на лбу взмокли от пота.

– Лу? – позвал Гера.

– Кажется, теперь уже точно все. – Старший из рыцарей зашептал детям какие-то ласковые слова, опуская их на пол.

– Регина? – Младший брат осторожно пощупал пульс у нее на шее.

И тут она открыла глаза. Совершенно ясные глаза с совершенно осмысленным взглядом.

– Все закончилось… – голос ее сорвался, и она заплакала.

В палату наконец-то прорвался медицинский персонал. Обеспокоенный главврач начал поднимать Регину с пола, сестра поспешила к детям.

Лука решил, что больше всего на свете ему необходим свежий воздух. Гера за шиворот вытаскивал клиента прочь…

Гостиница была вполне сносной. По крайней мере, номера люкс.

Лука разместил в одном из них Регину с детьми, в другом поселился сам на пару с братом. Куда определился клиент, никого, похоже, не интересовало.

Вечер обещал быть томным. За окном лениво кружился снег, большими хлопьями оседая на окнах, переливаясь разноцветными искрами в свете фонарей. Это умиротворяло.

Лука решил, что на свете мало вещей, которые могут быть так прекрасны, как ночь, тишина и собственное общество. Приятно поговорить с умным человеком, тем более что их осталось так мало.

Рыцарь устал. Это поганое дело все тянулось и тянулось. И он уже почти не верил, что завтра все закончится.

Да и начальник уже проявлял нетерпение. Лука несколько раз получал его мысленный зов, но не звонил. Еще все же рано.

Хотя эти приступы Луку бесили. Бешеный стук сердца, шум в ушах. Можно подумать, что у него проблемы с давлением.

Чего старику так неймется? Обычно он вполне доверял своему ученику. Неужели так волнуется из-за этого корпоратива? Все же вызов сына ко двору много значит. Да и как бы Вульф ни скрывал, за Луку он тоже волнуется.

Ну вот, опять! Отдохнуть спокойно не дает. Надо устроить помехи в сети.

Лука направился к бару. Привычным жестом плеснул нужную дозу мартини, добавил водки и потянулся за льдом.

В этот момент кто-то робко постучал в дверь. Лука поморщился. Больше всего на свете ему не хотелось сейчас общаться с клиентом. С момента их возвращения этот придурок только то и делал, что выл о несправедливости. Регина вернула себе разум, но забыла про его глаза. Тот факт, что женщину с трудом привели в чувство, его не волновал. Принцы к женским слезам однозначно равнодушны.

В дверь снова постучали. Ладно, придется открыть.

– Извините. – Регина смотрела на него своими большими серьезными глазами. – Я могу войти?

Лука кивнул, открывая пошире дверь.

Она прошла, нервно осмотрелась.

– Как дети? – рыцарь жестом указал ей на кресло.

– Уснули, – она чуть улыбнулась, но тут же опять стала серьезной. – Такой стресс… Павла нет?

– Кого? – Лука даже не сразу вспомнил, что так зовут клиента. – А! Да… Нет его.

– А ваш друг?

– Герасим отправился проветриться. – Рыцарь усмехнулся. – Как я предполагаю, вернется к утру. Выпьете?

– Наверное. – Она опять позволила себе слабую улыбку. – Я не пила спиртного пять лет.

– Мартини?

Она благодарно кивнула. Он плеснул в бокал напиток, протянул ей.

– Вы пришли спросить об Алевтине.

– Да. – Регина кивнула и, сделав небольшой глоток, отставила бокал на столик. – Она… жива?

– Конечно, – поспешил успокоить ее Лука. Пусть девонька его не зажигает, но после того, что она натерпелась, лишние нервы ей на пользу не пойдут. А уж ему ее лишние нервы и подавно не нужны. – С ней будет все в порядке. Мы направили ее в Европу… Там есть некий Центр. Вроде социально-психологического. Для… для таких, как она.

– Для ведьм? – уточнила Регина, заглядывая ему в глаза.

Рыцарь кивнул и отхлебнул коктейля.

– Именно так. Я… я лишил ее силы. У меня был приказ. Вы же знаете, эта ее секта…

– Знаю. – Она опять улыбнулась, немного грустно. – Аля была очень сложным человеком. Ей так необходима была эта власть, богатство, могущество…

– Но при этом она была искренне к вам привязана, – продолжил осторожно Лука. – Вы знаете, что это она вытащила вас из психушки и отвезла в эту клинику. Она все эти годы оплачивала ваше содержание там.

– Она навещала меня при каждой возможности. – Регина оживилась. – Вы наверняка должны знать, что я была ей обещана.

– Она с вами поделилась? – Рыцарь был искренне удивлен.

– Аля была для меня доброй мачехой. Ой! Нет, не в том смысле, – тут же пояснила она, увидев, как он приподнял многозначительно брови. – Просто… Мои родные отец и мать… Им почти не было до меня дела. Они слишком любили друг друга. Отец стал относиться ко мне более-менее тепло, когда я уже училась в средних классах. А мать… Она смотрела на меня, как на дорогую безделушку или на игрушку, которой не было у других. Когда появилась Аля…

– Я понял. – Лука и сам не любил показывать свои истинные чувства. – Но ведь был еще и Вайтек.

– Был? – Она напряглась.

– Он вышел на свет.

– О боже! – Новость ее шокировала. – Алевтина… Бедненькая. Она, наверное, чуть с ума не сошла. Хотя… Вы знаете, она его любила. Такой, я бы сказала, болезненной любовью. Эта вечная молодость… Ей ведь было к семидесяти, и она устала жить. Но он хотел иначе. А она любила. И при этом безумно его боялась.

– Он ревновал ее к вам?

– Нет. – Она усмехнулась. – Я для Вайтека была чем-то вроде ингредиента для зелья. Очень ценного ингредиента. Потому он приставил ко мне всю эту охрану. Держал взаперти.

– Вот это меня и поражает, – поделился Лука. – Вы сидели в той квартире под арестом. Выводила вас Алевтина разве что на эти ваши сектантские слеты. Так где же вы этого… простите… где вы познакомились с Павлом?

– А вы его не любите, – заметила Регина.

– Честно говоря, – Лука картинным жестом приложил руку к сердцу, – странно, что его любите вы.

– Бабы дуры, потому что бабы, – пояснила она и пожала плечами. – Так говорила Аля. …Она сделала мне подарок на восемнадцать лет. Вроде же совершеннолетие. И мы пошли в ночной клуб. Именно она и обратила мое внимание на Павла.

– Естественно. – Рыцарь кривовато улыбнулся. – Как же иначе?

– В общем-то, да, – согласилась Регина. – Он же, кажется, принц? Или как там у вас принято их называть? Хотя он говорил, его мать и правда из дворян. То ли польских, то ли прусских. Не суть. В общем, мне он понравился. Такой элегантный, умный, так непохожий на мое окружение.

– И он так романтично согласился тайно лазить вам в окна, – иронично продолжил Лука.

– Для Рыцаря у вас слишком тяжелый характер, – в тон ответила Регина. – А в целом вы опять правы. В девятнадцать это кажется таким романтичным.

– Но как он проходил через охрану?

– Сонные чары. – В ее глазах на миг мелькнуло лукавое выражение. Такое, какое могло бы ему понравиться. – Это было первое, чему Аля меня научила.

Лука отсалютовал ей бокалом.

– Ладно, Златовласка. – Похоже, ему требовалась добавка. – Расклад банален. Ваша милая Аля подобрала вам подходящего перца. Пусть он и не блещет душевными качествами, зато после пары лет воспитания мог бы по команде вставать на задние лапки и брать сахар из рук. Да плюс еще и Чистая Кровь. Она же обеспечила вас гнездышком и умением избавляться от легких проблем. Но! Как-то забыла, что ваши постельные игры могут стоить вам жизни. Как-то это смахивает на подставу.

– Да не было никакой подставы, – сухо ответила она. – Не было и постельных игр. Алевтина очень четко объяснила, что за это может быть. Так что мы ночами вели долгие душевные разговоры.

– До поры до времени, – напомнил Лука, наполнив свой бокал заново. – А потом гормоны взяли верх.

– Мне казалось, что я все рассчитала, – после некоторой паузы начала рассказывать Регина. – Вайтеку требовалась моя кровь всего раз в полгода. И я думала, что если один раз уступлю, то… Ну, в общем, что он не заметит. Ведь всего один раз…

– Вы на многое открываете мне глаза! – Рыцарь впал в нескончаемый стебный тон. – Вообще-то я всегда считал, что некоторые, пардон, дыры не зашьешь. Хотя в девятнадцать да при ваших обстоятельствах об этом не помнят. Но главное! Невольно начнешь задумываться, какой высокой может быть цена всего одной ночи!

Она мрачно кивнула.

– Мои извинения. – Он стал серьезным. – Так что же случилось, когда он узнал?

– Алевтина прибежала ко мне. – Регина сцепила пальцы, так как руки у нее немного дрожали. – Она была очень испугана. Сказала, что Вайтек в ярости. Она плакала, кричала на меня. Она же меня предупреждала… Ну, в общем, я тоже расплакалась. Мне было страшно. Я и подумать не могла, что забеременею с одного раза… В конце концов Алевтина придумала план. Она сказала, что сбреет мне волосы. Тогда я потеряю рассудок и память, пока они не отрастут у меня до прежней длины или пока мой… принц, – она не удержалась от нервной улыбки, – меня не позовет. Когда же я вроде как усну, она собиралась то же проделать и с Павлом. Но мы не успели. Вернее, успели не совсем… Последнее, что я помню, – как Вайтек влетел в комнату с двумя охранниками.

– Ясно. – Лука тяжело вздохнул и отодвинул опять опустевший бокал. – Заклинание старо, как мир. И он его сразу распознал. Естественно, взбесился. Избил вас, велел отвезти подальше и выбросить. Наверняка Алевтина умоляла его вас пощадить. Он же мог просто сломать вам шею. Потом Вайтек дождался этого скалолаза и вышвырнул его. Алевтина тайно пробралась вниз и успела закончить колдовство. Потом, как становится понятно, она нашла вас и позаботилась о вашей сохранности. Остается только один вопрос. С вами уже все в порядке, но почему-то ваш венценосный урод все еще воет об утраченном зрении.

– Таково условие заклятья. – Регина опять превратилась в ту, кем и стала по сути. В молодую, но сильную ведьму. – Он получит назад свое зрение. От меня. Если сможет дождаться, пока мои волосы отрастут до прежней длины.

– Да они у вас и сейчас не короткие. – Толстая тугая коса доставала ей почти до колен.

– Они были у меня до щиколоток. – Тон Златовласки стал практически злорадным. – Но, боюсь, столько мой принц не вынесет.

– И? – Лука развеселился.

– Завтра в полдень я предложу ему выбор. – Она легко пожала плечами. – Или любовь до гроба, когда научится ждать, или зрение. Но при этом он больше никогда не увидит ни меня, ни детей.

– Ну что ж. – Рыцарь посмотрел на нее серьезно. – Вы сильная. Справитесь и без хилой мужской руки. А какие у вас планы?

– Вернусь домой. – Она снова стала холодной красавицей-смертной. – К родителям. Если еще живы.

– Мать умерла, когда была расторгнута сделка, – с сожалением сообщил Лука. – Отец продал квартиру и теперь бомжует. Надеется хоть раз увидеть вас… перед смертью.

Она наклонила голову. Он подумал, что ей очень хочется плакать.

– Я должен кое-что вам отдать. – Давая ей время успокоиться, рыцарь прошел к шкафу, достал из внутреннего кармана пиджака бумаги. – Это дарственная.

Она вскочила как ужаленная. Бросила на него полубезумный взгляд. Но потом вдруг успокоилась. Кивнула, с трудом заставила себя протянуть руку за документами. И так и застыла, прижав их к груди. Наверное, надо было что-то ей сказать. Как-то посочувствовать, что ли? И он уже даже собрался это сделать…

Зов нахлынул неожиданно. Резкой волной озноба прокатился по спине. Пробил по ушам. Надо бы выставить даму и… и что-то с этим делать.

– Вам не кажется, что я имею право еще хоть раз ее увидеть? – вдруг тихим шепотом, не глядя на него, спросила женщина.

Лука заколебался. В принципе, фиг-то с ними. В конце концов, из всех правил бывают исключения. А ему уже не до споров.

– Вот. – Он достал ручку и написал номер сотового телефона на салфетке. – Его зовут Балтазар. Он дрянной старикашка, но это уже ваши проблемы.

Она выхватила бумагу у него с такой жадностью, будто голодающий краюшку хлеба на паперти.

Лука постарался выдавить из себя улыбку, но не смог. Зов пробивался даже через алкогольные возлияния. Так резко и так сильно.

Да что там у Вульфа? Озверел совсем!

– Я думаю, вам пора. – Рыцарь повел Регину к двери. – Дети могут проснуться.

Она кивнула чуть виновато. Похоже, в ее планы в принципе не входило так здесь задерживаться.

– Радует только то, – сказал он ей напоследок, прислонившись к косяку, – что в старых сказках иногда все же варьируется сюжет. Но по мне, ведьма-крестная звучит так же дико, как крестная фея. Да, Златовласка?

И вновь в ее глазах мелькнул чуть заметный плутовской огонек.

«Возможно, все же есть причины лазить к ней в окна», – решил рыцарь, закрывая дверь. Но не ему и точно не сейчас.

В ушах гудело так, будто он сунул голову в звонящий колокол, сердце упорно стучалось в ребра, как если бы собиралось покинуть свое насиженное местечко. Фигня какая-то! Это называется злоупотреблять своими должностными полномочиями!

Лука достал из кармана сотовый телефон, матерясь из-за того, что пальцы слегка дрожат, нашел в записной книжке аппарата нужный номер и нажал кнопку соединения.

Вульф снял трубку только после пятого гудка.

– Ты обалдел совсем? – спросил он сонным голосом. – Час ночи! Я же только заснул! Ты чего, издеваешься?

– Это ты издеваешься, гражданин начальник, – чуть ли не заорал Лука. – Больше делать нечего? Или я из доверия вышел? Или это новое развлечение у тебя такое?

Телефон молчал секунд десять. Рыцарь даже начал беспокоиться, что перегнул палку и Старший вообще откажется с ним общаться.

– Лу? – наконец заговорил Вульф, но теперь голос у него звучал взволнованно. – А ты сейчас о чем говоришь?

– О зове. – Лука и сам начал сомневаться, что неприятности исходят от начальства.

– Какой зов? – удивился вполне искренне Старший. – Ты сам сказал, дело простейшее. Чего я тебя буду дергать?

– Извини, – покаялся рыцарь. – Просто меня это достало… Но кому я мог понадобиться?

– Не знаю. – Начальник был серьезно озадачен. – Здорово достает?

– Угу. – Лука прикуривал сигарету. – Весь день сегодня. Или даже с вечера вчера. Я честно думал, это ты. Типа бьешь копытом, что мы тут якобы бездельничаем.

– Вообще, я только сейчас и сообразил, что вы подзадержались, – сказал Вульф. – Ведьму обезвредили еще позапрошлой ночью. Остается вроде только соединить этих долбаных голубков. Вы там при них со свечками стоите, что ли?

– Да тут не до свечек, – и он вкратце пересказал расклад. – И еще… Я дал ей телефон Балтазара.

– Почему бы и нет, – покладисто согласился Вульф. – А вообще, все это фигня. Забей. Выспись, позавтракай плотно и вали обратно в столицу.

– Хорошо бы, – усмехнулся Лука. – Типа я все же заслужил отпуск?

– Да кто теперь знает. – Начальник, похоже, расстроился. – Этот твой зов… Как-то бессмысленно все это. Ну кому ты мог понадобиться? Мне, как мы уже выяснили, до тебя было по барабану. Остается, в принципе, только Король и… Первый Рыцарь.

– Может, кто из братвы? – предположил рыцарь.

Мысль, что его мог вызывать кто-то из предложенных Вульфом, приводила его чуть ли не в отчаяние. Он предпочитал жить по принципу: от начальства подальше, поближе к кухне.

– А кто? – возразил ему между тем начальник. – Гера с тобой. Марк тут бездельничает. Остальные за границей. Какой смысл им вызывать тебя? Пока доберешься… Да и опять же, Агасфер или Первый были бы в курсе и вызвали бы меня. Если, конечно, Первый не…

– Первый не! – однозначно высказался Лука. – Мы с ним уже давно все перетерли.

– А Король у нас интеллигент, – усмехнулся Вульф. – Он предпочитает пользоваться техникой, а не магией. Он просто позвонил бы.

– Да еще робко поинтересовался бы: «Не помешал?» – продолжил иронично рыцарь. – Да и нечего ему мне звонить… Блин… Тогда кто?

– Я же тебе говорю, забей, – напомнил начальник. – Отдохни, погоняй по трассе. Нажрись! А я тут пока покумекаю.

– Дожили! – наигранно обрадовался Лука. – Солдат спит, а служба, блин, и, правда, без него идет.

– Отработаешь, – пообещал Старший. – А теперь заткнись. Я еще надеюсь уснуть.

Лука нажал кнопку отбоя.

В принципе Вульф прав. Кроме него, так развлекаться однозначно некому. Конечно, начальник забыл упомянуть Дам. Но вот неувязочка! Одной из них Лука не хотел отвечать ни при каких обстоятельствах, а другая сама не позовет. Тоже ни при каких обстоятельствах. Он подумал и решил, что коктейли ему – что слону дробина. Накатил стакан горькой, выдул залпом и пошел спать.

8.

Полутемная комната. Какие-то обшарпанные стены, все в паутине трещин. Единственное окно под потолком. Грязное и замызганное. Пахнет чем-то сырым и затхлым одновременно. Холодно. Почти нет мебели. Только стол у стены. Такой же обветшалый, как и все остальное. И два облезлых стула. Жутковатое место. Чуждое какое-то для нормального человека. Будто клетка. И никого и ничего не слышно.

Только дыхание. Неровное, сбивающееся. Будто от напряжения или после рыданий. Она сидит на корточках. У дальней стены. Обычная девушка лет двадцати. Длинная юбка подметает пол. Воротничок блузки расстегнут так, что возникает желание поинтересоваться, что под блузкой. Худенькое, в принципе, симпатичное лицо. Русые волосы забраны в хвост. Кажется, не видно ни малейших следов косметики. Она смотрит в пол. То ли задумавшись, то ли сосредоточившись. Она сидит чуть ли не в самом темном углу, но при этом он может разглядеть любую черточку ее лица или деталь одежды.

Сначала он даже не понял, в чем дело. А когда дошло, возникло впечатление, больше всего напоминающее крайнее изумление.

Опаньки! Казалось, вокруг этой девушки разлито свечение. Яркое белое сияние. Но не агрессивное, какое так часто использовал он сам, а нежное, не причиняющее боли глазам. Ее аура была так насыщена этим светом, что казалась густым плотным покрывалом. Если бы он мог, он бы восхищенно присвистнул.

Вдруг девушка зашевелилась. Подняла голову и… взглянула прямо на него.

У нее оказались удивительные глаза, красивой миндалевидной формы и потрясающего медового оттенка. Она смотрела на него некоторое время, будто не понимая, что видит, или не узнавая. Потом выражение ее лица изменилось. Сначала испуг, почти паника… а потом вдруг вспышка надежды.

Она оживилась, выпрямилась, протянула вперед руки, будто приглашая его в эту негостеприимную жуткую комнату. И когда он уже собрался как-то ответить ей… все исчезло, резко ударив по глазам темнотой, и дикой болью отозвалось в голове…

Лука резко сел на кровати, сжал голову ладонями. Боль была резкой и даже и не собиралась прекращаться. Рыцарь сделал героическую попытку сконцентрироваться, набрать хоть немного сил, чтобы сотворить обезболивающие чары.

Ни черта! Появилось желание взвыть.

Он практически скатился с кровати и по памяти побрел в ванную. Перед глазами плыло, мелкие бордовые пятна двигались под веками в стиле буги-вуги.

Он оперся о раковину руками. Включить кран…

Так… Жуть!

Кто бы мог подумать, что, вытекая из крана, вода производит такой адский шум!

Кое-как он умыл лицо ледяной водой. Сел на край ванны.

Понемногу бордовые точки начали исчезать. Вроде и голову чуть отпустило.

Он еще раз умылся, прополоскал высохшую полость рта.

Ништяк! Боль постепенно отступала.

Лука прошел в комнату. Гера спал, разметавшись по кровати. Явно только явился.

Лука задумчиво посмотрел на бар. Еще грамм сто пятьдесят водки и попробовать совершить второй заход? Но водки не хотелось.

Рыцарь прошел к окну. Взял по дороге со столика свою пачку сигарет. Да, есть что перекурить и о чем подумать.

Почему-то в верхах считалось, что видения для Рыцарей самое обычное дело. Как в сортир сходить, блин…

Для Луки все было совсем не так. Во-первых, все всегда кончалось вот такими дикими приступами головной боли. Во-вторых… его видения уже давно считались притчей во языцех.

Байки от Лукавого. Как удачно высказался однажды немногословный Мельхиор. Хорошо хоть, такое погоняло казалось братве слишком длинным. Сократили до Луки. С намеком на любовь к сочинительству.

Впервые видение у него случилось лет пятнадцать назад. Он орал от боли так, что перепуганный Беовульф собирался тащить его к Гаспару.

В тот раз Луке приснился огромный черный кот, читающий наизусть Шекспира.

Когда Старший выудил из рыцаря причину ночного переполоха, то позволил себе ржать дурниной до желудочных колик. Да еще заставил ломать голову над расшифровкой.

Естественно, Луке так это и не удалось. Как, впрочем, и Вульфу. А через несколько дней в Королевство нагрянул Черный рыцарь.

Следующее видение так же поражало воображение.

На этот раз это был пьяный гном, орущий во всю глотку какую-то боевую песню про каменных червей.

Задачку разгадывали всей семьей. Король вообще чуть не отказался общаться с Лукой. Как будто он виноват, что ему снится всякая фигня. Закончилось все массовым сражением, когда на королевство напал какой-то колдун-карлик с толпой драконидов.

В принципе, последние годы Луке везло. Никаких видений, никакой головной боли. До сегодняшней ночи…

Одно радует. В этом видении все более-менее понятно. Что пугает еще больше. Что за девка? И на кой он ей сдался?

Памятуя прошлый опыт, Лука решил даже и не задумываться над этими вопросами. Просто забить. Он все же решительно атаковал бар, налил себе так необходимые сто пятьдесят и пополз спать.

Гера особо не церемонился. Скатил его с кровати на пол.

– Сволочь. – Лука с трудом разлепил глаза.

– И тебе доброго! – усмехнулся брат. – Ты ее трахнул?

– Кого? – искренне заинтересовался рыцарь.

– Бабу, – очень внятно пояснил Гера.

– Да понятно, что бабу. – Лука поднялся с пола. – Вопрос какую?

– А какая тут у тебя была?

– Эта… – он сделал неопределенный жест. – Златовласка.

– Ну ты козел! – восхитился брат.

– Сам дурак. – Лука решил сменить прикид, костюмы достали. Водолазка и классически синие джинсы. Вроде это идет под пальто. – Она поговорить заходила. И вообще… не зажигает.

Гера глянул на него разочарованно.

– Зато звонил Вульф, – чуть соврал ему брат. – Мы свободны. Да еще милостиво разрешил проспаться, плотно позавтракать и погонять по трассе.

– Круто!

– Вот ты чего такой бодрый? – проворчал Лука. – Сколько сейчас времени?

– Почти полдень.

– Черт! – Он заторопился в душ. – Она сейчас лоха пошлет!

– Чего???

Гера чуть не подпрыгнул.

– Да сама сказала! Ровно в полдень! – орал Лука уже из-за двери. – Я хочу видеть лицо этого урода!

– А то!

Гера кинулся к шкафу.

Денек выдался просто отличный. Все кругом за ночь запорошило снегом. Еще не зима, но уже хоть что-то. Сквозь рваные бело-серые облака прорывалось солнце. Жизнь выглядела нарядно.

Лука стоял на крыльце и радовался. Все же первый снег всегда дает какое-то ощущение обновления. Он уже представлял, как они сейчас позавтракают в кабаке напротив гостиницы, потом можно будет прокатиться по городу…

– Красавица, правда?

Лука недоуменно уставился на брата.

– Ты опять о бабах?

– Нет! – возмутился Гера. – Я о своей новой тачке.

Лука чуть не подавился дымом.

– Где?

Брат указал на чудо техники, припаркованное за тачкой рыцаря. Lexus SC 430. Приятного серебристого цвета.

– Откуда? – ошарашенно спросил Лука.

– В карты выиграл, – легко пожал плечами брат.

– Сдурел? Ты хоть представляешь, сколько она стоит? – Рыцарь подошел ближе, провел рукой по крышке капота.

– Да нехило она стоит. – Гера улыбался от уха до уха.

– Ни один кретин не поставит такую тачку на карту.

– Еще как поставит! Все дело в стадии опьянения. А тот придурок еле на ногах стоял.

– Гера, а ты понимаешь, что сейчас он уже протрезвел? – серьезно втолковывал ему Лука. – Припылит сюда и…

– Не психуй, – успокоил его брат. – Тут все по-честному. Там и полклуба свидетелей. И нотариус. Все чин по чину. У меня и все бумажки на руках.

– Офигеть! – прокомментировал рыцарь. – Везунчик ты хитрожопый!

– Не пальцем деланы! – Гера любовался своей новой игрушкой. – Спорим, я тебя обставлю на трассе?

– И не надейся, сопляк! – Лука азартно улыбнулся. – Старт в семь?

– А пока разгуляемся, – согласно кивнул младший. – Так что насчет баб?

Они направились в кабак.

Красная шапочка

Всяких нечестивых полукровок и нелюдей Лука за свою жизнь навидался много. Но больше всего он терпеть не мог вервольфов. Особенно молодых, порабощенных голодом, а потому почти безумных и неимоверно опасных.

Однажды некая дрянь решила улучшить свои жилищные условия за счет своей свекрови. Не ясно, был ли тот оборотень ее любовником или она просто предложила ему хороший куш. В общем, план был прост. Она вручила ему ключи от квартиры свекрови. Он спокойно сожрал старушку и устроился жить в новой берлоге. А потом…

Потом ему понравилась дочурка подельницы. Понравилась исключительно в гастрономическом смысле. И баба по пьяни согласилась отдать ребенка. Она нарядила ее в красненькую курточку с капюшоном и отправила к бабушке.

Лука был в том городе по совершенно другому делу. И о том, что в городе с недавних пор находят такие странные обглоданные трупы, узнал исключительно из газет. Для того чтобы найти берлогу, много времени не понадобилось. Он изучил район, где чаще всего находили трупы, узнал о внезапно пропавшей старушке.

Рыцарь подоспел как раз в тот момент, когда девочка открыла дверь и оголодавший уродец втянул ее внутрь.

Дверь была хлипкой, хватило одного удара. Лука влетел в квартиру, отшвырнул придурка от ребенка, вытащил нож. Тому было уже на все наплевать, жертву отобрали в последний момент. Сил у уродца хватало. Он полез на рыцаря, размахивая руками, на которых появились огромные когтищи. Один удар был довольно рискованным, Лука пожалел, что его лучший костюм превращается в лохмотья. Он сделал выпад и задел вервольфа ножом по животу. Заговоренное железо сделало свое дело. Монстр взвыл, шарахнулся в сторону. Повернувшись, рыцарь успел порезать ему плечо. А потом придурок рванул в окно третьего этажа.

Прыгать вслед Лука не решился. Пришлось бежать по лестнице. А монстр, с поврежденной при приземлении ногой, уже тащился к своей любовнице через пустырь, превращенный в городскую свалку.

Потом была погоня. Темнело, шел дождь. Его лучшие брюки были испорчены безвозвратно. Даже раненый, вервольф перемещался очень быстро. Рыцарь с трудом за ним поспевал. Наконец они добрались до дома пропойцы-матери.

У Луки уже кололо в боку, мокрые волосы лезли в глаза. В общем, на этот раз он не успел. Монстр успел перегрызть женщине горло. Но рыцарь не особенно и переживал по этому поводу. Схватил вервольфа за шкирку, поднял, намереваясь перерезать горло, но тот сумел увернуться. Удар пришелся вновь по плечу. Монстр приложил Луку спиной о какой-то шкаф. Рванул к выходу.

Рассердившись окончательно, рыцарь метнул нож. Четко между лопаток. Придурок упал, но продолжал ползти прочь. Лука пнул его пару раз, пока тот не ударил его по ногам.

Потом был тупой мордобой с катанием по полу. Монстр хорошенько долбанул лбом рыцарю в переносицу. И даже сделал попытку его задушить.

Терпение у Луки лопнуло. Пришлось создать крошечный файербол. Контрольный в голову. Теперь еще и весь пол был забрызган мозгами. А рыцаря тошнило и шатало из стороны в сторону. Из носа текла кровь, вся одежда изорвана и замызгана. Сил куда-то тащиться не было в принципе. Он привалился к стене и набрал номер Старшего…

9.

Орать в гарнитуру для сотового песни было прикольно.

Так как никто не объявлял, что игра ведется по-честному, Лука нагло обманул брата и рванул со старта. Сейчас они приближались к границе Новгородской области. Естественно, на трассе не было ни одного фонаря. Да и машин немного. Старший из рыцарей пока еще вел в гонке. Гера, правда, не очень-то и переживал. Он висел у брата на хвосте очень и очень плотно.

Они миновали довольно крутой поворот. Справа мелькали вдоль обочины редкие голые деревья, за которыми хорошо просматривались запорошенные снегом поля.

Гера, не переставая трепаться, что было хорошо слышно по сотовой связи, решил пойти на обгон по правому краю. Лука бросил взгляд в сторону обочины, на всякий случай проверяя, хватит ли там места для Гериной тачки. И тут-то он и заметил машину за кустами, неяркое пятно чего-то красного и неприятно знакомый силуэт ауры вервольфа.

Рыцарь крутанул руль вправо и нажал на тормоза.

– Офигел!!! – заорал на него брат, вынужденный так же ударить по тормозам.

– Извини. – Объясняться времени не было, Лука уже нащупывал нож в бардачке машины.

– Твою мать…

Младший рыцарь тоже заметил происходящее за кустами.

Они выскочили на морозный воздух, оскальзываясь и спотыкаясь обо всякий мусор, рванули к незнакомой машине.

Лука добежал первым. С ходу долбанул оборотня в ухо. Того мотнуло в сторону, и он выпустил жертву, кулем рухнувшую на землю. Рыцарь пнул его по ногам, а потом, уже оседающего, в живот. Монстр откатился, встал на четвереньки, зарычал и сделал попытку прыгнуть на противника.

Прогремел выстрел. Гера не хотел церемониться. Пуля попала оборотню в грудь и опять отбросила его назад. Лука уже бежал к нему с ножом. Уродец, все еще лежа на земле, размашисто махнул рукой, надеясь задеть рыцаря. Прогремел еще один выстрел. Пуля угодила в предплечье.

Лука изловчился и перерезал монстру горло. Кровь хлынула мощным фонтаном, забрызгав рыцарю лицо. Оборотень еще пытался дергаться, издавая булькающие звуки.

Гера подбежал и почти в упор всадил еще одну пулю ему в лоб.

– Как вервольфы, так я весь в дерьме, – устало пожаловался Лука.

– Странно, – усмехнулся Гера, убирая оружие. – А я считал, что это наше обычное состояние на любом задании.

– Пошли на девку глянем.

Они быстрым шагом вернулись к машине. Жертва оборотня без сознания так и лежала возле нее на земле.

– Покусал, – констатировал разочарованно младший из братьев. – Вон кровь хлещет.

Лука нагнулся над девушкой. На вид ей было не больше шестнадцати. Короткая кожаная курточка была распахнута, свитер порван. Рядом на земле валялся ярко-красный шарф.

– А еще говорят, что красное действует только на быков, – раздраженно прокомментировал Лука, осматривая рану. – Он даже до сонной артерии не дорвался. Куснул где пришлось. Так что, в принципе, ничего страшного. Надо бы ее перевязать.

– Давай я пока ей этой тряпкой как-нибудь перетяну рану. – Гера бережно приподнял девушку.

– Валяй. – Лука посмотрел на машину. – А я поищу аптечку.

Он полез в обшарпанный грязный салон. Ни в бардачке, ни на заднем сиденье аптечки не было. Зато были какие-то бумаги. Он не стал их рассматривать. Не до того. Может, аптечка в багажнике?

Рыцарь вылез из машины, обошел ее, снова достал нож и попытался им, как рычагом, открыть капот. Замок поддался. Лука поднял крышку…

– Египетские пирамиды!

В багажнике лежал ребенок. Мальчишка лет десяти. Он свернулся комочком и глядел в пустоту.

Лука осторожно поднял его на руки. Легкая курточка, темно-синие брючки, круглое веснушчатое лицо, скорбно поджатые губы, карие большие глаза. И совершенно пустой взгляд.

– Гера! – Рыцарь понял, что начинает паниковать. – Быстро звони в «Скорую» и в полицию!

Брат чуть приподнялся, увидел ребенка, испуганно выматерился и полез за телефоном.

Лука пытался хоть как-то привести мальчика в чувство. Он что-то бормотал, какие-то ласковые слова, ощупывал хрупкое тельце, ища следы укусов, проверял пульс. Ребенок напоминал тряпичную куклу. Его взгляд по-прежнему оставался пустым…

Когда Лука боялся, его мозг начинал работать четко, как часы.

Поняв, что никак не сможет привести мальчика в чувство, он сразу спланировал свои дальнейшие действия. Он усадил его на заднее сиденье. Потом помог брату кое-как перебинтовать девушку, привел ее в чувство.

Пока ждали полицию и «Скорую», обыскали машину и труп оборотня.

Лука тайком сфотографировал номера машины, рожу убитого урода, его паспорт. Потом он сплел чары доверия, которые обрушил на всю прибывшую группу полицейских и врачей.

В результате они с Герой получили полную свободу. Через час брат уже усаживал девушку в машину, собираясь везти ее к Гаспару.

По мнению врачей, рана и правда оказалась несерьезной. Вот только никто не стал сообщать медикам, что жертву покусал оборотень и что ее ждут весьма неприятные последствия.

Лука перенес мальчика в свою машину. Он дождался, пока Гера стартанет, проехал немного за ним, а потом, потушив фары, свернул на первую попавшуюся проселочную дорогу.

На часах было около половины двенадцатого. Рыцарь набрал номер начальника.

– Лу? – На этот раз Старший снял трубку после второго звонка.

– Вульф, – твердо начал Лука. – Мне срочно нужна Нимуэй.

– Только не начинай, – немного раздраженно отозвался начальник. – Мы это проходили, и не раз. Ты сам знаешь, что это просто глупые иллюзии. Она никогда не стала бы посылать тебе зов…

– Зов тут ни при чем, – перебил его рыцарь. – У меня на руках мальчишка. Лет десять на вид. Сильное истощение. Он вообще не реагирует на внешние раздражители. Вульф! Он даже есть не может! Я с трудом влил в него немного воды…

– Лу, – Старший начал нервничать, – какой мальчишка? Откуда? Во что вы вляпались?

– Гера приобрел тачку, – быстро начал пересказывать рыцарь. – Гнали наперегонки по трассе. А тут оборотень решил перекусить девчонкой чуть ли не прямо на обочине. Мы его, естественно, грохнули. Стали искать аптечку, девочке рану перевязать. Я сунулся в багажник, а там ребенок. Вульф! Он из Избранных, если судить по ауре. Но… Да мне плевать на это! Даже если бы он был самым обычным…

– Я понял, Лу, – торопливо перебил начальник. – Только не паникуй.

– Я стараюсь. – Лука бросил взгляд на заднее сиденье, где лежал ребенок. – Я не смогу далеко его везти. Это, скорее всего, похищение. Мы вызвали полицию. Будет расследование. И главное, я не знаю, сколько он продержится.

– Ты сейчас где? – Тон у Вульфа был крайне деловой.

– Где-то на границе Новгородской области.

– Стой там, – распорядился Старший. – Через пару минут перезвоню.

В трубке раздались гудки.

Лука потер переносицу, бездумно огляделся.

Впереди вилась узкая дорога, разбитая и замызганная. С двух сторон высились все те же голые деревья. В салоне было уютно и тепло. Рыцарь машинально закрыл бардачок, который так и остался открытым с тех пор, как он нашаривал в нем оружие.

На соседнем сиденье валялась гарнитура. Лука взял ее, снова надел. Потом опять взглянул назад.

Мальчик лежал на боку, колени были поджаты к животу. Он оставался в той же позе, в какую его уложил Лука. Глаза ребенка все еще были открыты, и взгляд по-прежнему ничего не выражал.

Рыцарь скрипнул зубами, в нем закипало бешенство. И как тут, твою мать, не паниковать! Да у него от одного взгляда на парнишку руки начинают трястись.

Он чуть сощурил глаза, настроился, опять посмотрел на ребенка. Вокруг маленького тельца еле заметно полыхала голубым аура Избранного.

Лука решился. Открыл дверь, вылез из машины, перебрался на заднее сиденье. Достал нож, полоснул себе по запястью. Протянул другую руку за бутылкой воды, отвинтил крышку, подставил под тонкую струйку своей крови. Когда несколько капель смешались с водой, он встряхнул бутылку.

Рыцарь приподнял ребенка, прислонил его к своему плечу, прижал к его рту сосуд и чуть наклонил его. Когда вода наполнила ребенку рот, он чуть отодвинул его от себя. Голова мальчика безвольно отклонилась назад. Его кадык дернулся, когда он машинально сделал глоток. Лука опять поднес к его рту бутылку.

Кое-как напоив мальчика, он опять уложил его на сиденье. Теперь аура блистала ярче. Ребенок по-прежнему не двигался, но глаза его закрылись, дыхание стало глубже и ровнее.

Рыцарь вздохнул свободнее. Он снова вышел из машины, открыл багажник, достал из сумки свой свитер, укутал ребенка. Потом подумал, что неплохо было бы переодеться самому. Достал черные джинсы, рубашку и джемпер. Быстро скинул грязную одежду, слегка трясясь от холода. Переоделся, поспешил на водительское место. Чуть согревшись, прикурил. Его терпение подходило к концу.

Вульф перезвонил еще через десять минут.

– Слушай сюда, – сразу начал он в приказном тоне. – Она согласилась. Портал можно открыть только около села Млево в Тверской области. Это самое ближнее.

– Но это уже лучше, чем Франция или Британские острова. – Лука завел мотор. – Тверская область, правда, не маленькая…

– Тебе надо проехать до Удомельского района, – продолжал инструктировать начальник. – Потом до реки Мста, это практически на границе с Вышневолоцким районом. На самом деле это не так далеко. Между Млево и Залучьем есть несколько заброшенных деревень. Тебе нужна вторая от Млево. Остановишься на въезде. Там есть спуск к реке. Она придет на рассвете.

– Я понял. – Рыцарь выехал на трассу. – Я успею.

– Конечно, сынок. – Вульф сменил тон на отеческий. – Как там парень?

– Вроде лучше. – Лука очень хотел на это надеяться. – Нимуэй, небось, аж облизывается. Как же! Ребенок Чистой крови!

– А вот об этом я как-то забыл ей сказать, – чуть усмехнулся Старший.

Лука тоже позволил себе кривую ухмылку.

– Кстати, – продолжал начальник. – Он Избранный по крови?

– Да просто не то слово. – Рыцарь опять покосился на заднее сиденье. – У парнишки все шансы войти в семью.

– Офигеть! – прокомментировал Вульф потрясенно. – Но почему мы никто о нем ничего не знаем?

– Не смеши. – Лука улыбнулся цинично. – Большая часть Братьев живет по тому принципу, чтобы каждый ребенок, проходящий мимо их могилы, мог сказать: «Здравствуй, папа».

– М-да, – удрученно согласился начальник. – Но все равно странно. Ты уверен, что его не покусали?

– На все сто, – успокоил его рыцарь. – Я сам его осмотрел и присутствовал при осмотре врача.

– Так, – Старший опять впал в начальственный тон. – Вы же всполошили полицию. И как те вас так быстро выпустили?

– Да все просто. – Лука чуть пожал плечами. – Я перепугался, когда паренька увидел. Думал только о том, как бы его быстрее доставить по назначению. Ну и сплел доверительные чары. Гера, похоже, тоже с перепугу. Мы и жахнули по всей толпе. Потом я показал лицензию частного сыскного агентства, сказал, что мы поймали маньяка, который колесит по всей стране и нападает на девушек и детей.

– Кстати, а где сейчас Гера? – тут же задал Вульф следующий вопрос.

– Повез девушку к Гаспару. Урод ее успел покусать. До полнолуния еще два дня. Да он еще и совсем недавно обращенный. Я думаю, луны две назад. Не больше. Он даже не обращался полностью. Так что не ясно, что ей грозит.

– Представь, его ломало, – поделился соображениями начальник. – В багажнике кусок свежего вкусного мяса, а тронуть нельзя. Вот он и сорвался.

– Вот-вот, – согласился Лука и, чуть сбросив скорость, решил снова закурить. – Я же тебе говорю, это похоже на похищение. Но вопрос, откуда он вез парнишку. И как давно… Ты просто мальчика не видишь. Говорю же, сильное истощение. Полная дезориентация. На руке следы уколов. Какую там ему фигню вводили? Да я думаю, тут еще что-то. Иначе… Он просто на куклу похож!

– Только не начинай опять паниковать. – Вульф знал его слишком хорошо. – Ты сам как себя чувствуешь?

– Чего это ты вдруг? – удивился рыцарь. – Я вроде редко на здоровье жалуюсь.

– Плечо нормально?

За всей этой нервотрепкой он и забыл про ушиб.

– Да нормально все. Ну ноет чуть-чуть. И что?

– А помнишь, как ты три километра бежал по лесу за той ведьмой, которая младенцев воровала? – Вульф явно на что-то намекал.

– Ты это все к чему? – нахмурился Лука.

– Да к тому, – наставительно сообщил Старший. – Тогда у тебя была сломана нога. Сейчас у тебя трещина в ключице… Понимаешь? У тебя повышенная выносливость.

– Так ведь работа такая, гражданин начальник. – Рыцарь все еще не понимал.

– Вот! Это у всех рыцарей в крови. Как и у твоего мальчонки. Он выдюжит. Так что не психуй.

– Я очень стараюсь. – Хотя от слов Старшего ему и правда стало легче.

– И вот еще что, – продолжал начальник. – Я тут подумал… Смотри-ка, как выходит. Сначала ты получаешь зов. Потом находишь этого мальчика…

– Это не он, – обрадовал его Лука.

– Ты так уверен? – Вульф, похоже, обиделся. – Может, ты точно знаешь кто?

– Видишь ли, – рыцарь сделал небольшую паузу, – мне вчера ночью было видение.

Он кратко пересказал все Старшему.

– Вот так, да? – подумав, отреагировал начальник. – Похоже, тебе светит квест. Но… скинь-ка мне фотографии твоего паренька, этого урода зубастого и что там у тебя еще есть. Мне все равно не спать. А этот случай на дороге выглядит очень… своевременным, что ли?

– Возможно, ты прав. – Лука решил – чем черт не шутит. – Если что найдешь, скинь по электронке, лады?

Старший согласился и прервал связь.

Дева Озера

Он был всего лишь семнадцатилетним сопляком. Вульф только год назад взял его к себе в оруженосцы.

Было лето. Благословенное, жаркое, цветное. Та самая пора, когда ничего не хочется делать. Только лежать в траве и лениво смотреть в небо. Старший отвез его на Светлояр.

Лука предвкушал прекрасные долгожданные каникулы с рыбалкой и купанием. Но у Вульфа, как всегда, были другие планы. Конечно, наторчаться в воде Лука в тот раз успел на всю оставшуюся жизнь. Как у него еще жабры не выросли?

Старший учил его нырять.

«Там на дне, – говорил Вульф, – лежит легендарный Китеж-град».

Луке было откровенно на это наплевать, но Старший велел нырять.

Конечно, никакого Китежа там не было. Но был портал. И вот если постараться, то, оттолкнувшись от дна, вынырнешь уже в Затерянном мире.

Сначала Лука пытался хныкать и хандрить, а потом его взял какой-то идиотский азарт. Вот утону, но пройду портал! И он нырнул.

Плыл и плыл под водой, пытаясь убедить себя, что темнота внизу – это и есть долгожданное дно. В конце концов легкие налились свинцом, жарило в груди так, что хоть ногтями раздирай, и он был вынужден рвануть наверх, к солнцу.

Кое-как вынырнул. Долго чихал и кашлял, учась заново нормально дышать. Выбрался на берег, упал без сил на песок…

И только тут заметил, куда он попал. Невероятно желтый песок, идеальная изумрудная зелень леса. Необыкновенно чистый воздух, наполненный волшебством. Лука почувствовал это удивительное влияние, пробегающее теплом по коже, с воздухом, проникающее в легкие. И тут же та сила, что была заложена в его крови, отозвалась на этот внешний зов, залила его ауру ярко-белым свечением.

Он все же прошел портал. Лука, не стесняясь, рассмеялся от радости. Звук эхом разнесся над водой и вернулся, сопровождаемый иным, мелодичным, звенящим смехом.

Рыцарь застыл от изумления. Где-то на самой середине озера взвилась серебристая дымка. Она начала перемещаться ближе, будто гонимая легким ветерком. И, не дойдя до берега совсем чуть-чуть, рассеялась.

Девушка была необыкновенно прекрасна. У Луки в самом прямом смысле захватило дух. Стройная, гибкая, в белом одеянии, мягкими складками обнимающем великолепную фигуру. Серебряные волосы, длиной до талии, чуть развевались, окружая ее голову волшебным ореолом. Даже с такого расстояния он мог видеть, как блестят ее небесно-голубые глаза, как чуть раскрываются ее пухлые губки. Девушка танцевала по поверхности воды и смеялась тем самым серебристым смехом.

Лука сдуру решил, что утонул и, кажется, попал в рай. Или в Вальгаллу. В такую, какую он хотел бы себе представить. А девушка еще приблизилась, кружась теперь у самого берега.

– Здравствуй, – ласково и лукаво сказала она ему.

– Привет. – Он удивился, что выдавил из себя это слово без заикания.

– А ты настоящий красавчик, – окинув его взглядом, сообщила она.

– Ты тоже очень красивая…

Черт! Там, в другом, теперь уже казавшемся чужим мире, он всегда находил нужные слова, чтобы понравиться девушкам. А тут…

– Тебе не холодно? – Из ее уст вопрос получился более чем провокационным.

– Согреешь? – От собственной наглости у него кружилась голова.

Девушка рассмеялась.

– А ты хоть представляешь, какова будет цена, рыцарь?

– Ну… – Он встал с земли и пошел к ней. – Я думаю, нам обоим должно понравиться.

– Это оставь для смертных девок, – насмешливо ответила она. – Мне отдают большее.

– И руку, и сердце в придачу. – Он вошел в воду.

– Сердце? – Она опять улыбнулась. – Ну что ж… Хотя зачем мне твое бедное сердечко?

– Будет тебя согревать. – Лука протянул ей руку. Но она даже не обратила на это внимание.

– Наглость, рыцарь, может стоить тебе жизни.

– Ты хочешь назначить такую цену?

Он уже просто дымился от желания. Да он ей и душу продаст, и голову на плаху положит. Но… вот только не за один перетрах. Ему хотелось большего. Несравнимо большего.

– Твоя жизнь и так принадлежит мне. – Она остановилась так близко…

– Это спорно, старая стерва!

Лука вздрогнул от неожиданности.

Вульф, ворча и отплевываясь, выходил из воды.

– Старший. – В голосе Девы послышался холодок.

– Здравствуй. – Вульф сплюнул в воду. – Тебе не следовало приходить.

– Я имею право. – Тон ее был бархатным, а взгляд на миг стал колючим и злым. – Это моя земля. Что же до него, – она одарила Луку уже другим, нежным, зовущим взглядом, – трудно оспаривать мое право и на его судьбу.

– Ошибаешься. – Старший смотрел на нее с плохо скрываемым презрением. – Вот его судьба не принадлежит никому, ни тебе, ни Королю, ни Братству. Выбор всегда за ним.

– Посмотрим, – промурлыкала она и опять посмотрела на рыцаря. – Мы еще вернемся к этому вопросу.

– Да…

Это было все, что Лука смог из себя выдавить. Он ничего не понимал. Эта прекрасная женщина как-то связана с ним. Она практически пообещала ему то, что он хотел больше всего. Но тогда почему Вульф обращается с ней, как с врагом? Будто бы она способна хоть кому-то причинить зло. И вот теперь…

Ее опять окутала серебряная дымка, и вскоре его Прекрасная Дама растаяла в воздухе. А Лука стоял, тупо глядя на то место, где еще минуту назад видел ее образ. Его охватило всеобъемлющее чувство потери и горя.

«Она ушла», – он повторял про себя эти слова, будто не мог поверить в их истинность. А сердце сжималось и плакало… Пока Старший от души не врезал ему по уху.

– Твою мать! – заорал рыцарь. – За что, Вульф?

– Во-первых, – Старший опустился на песок, – я думал, ты ласты склеил. Во-вторых, ты только что чуть не заключил сделку с самой жуткой из ведьм!

Он опять сплюнул в воду.

Лука смотрел на него во все глаза. Она ведьма? Глупости! Это существо, так похожее на ангела?

– Ты ошибаешься, – жалко возразил он.

– Сам дурак, – сердито оповестил его Старший. – Это Дева Озера! Старая дрянь!

– Старая? – усмехнулся рыцарь, присаживаясь рядом с наставником. – У тебя проблемы со зрением.

– Она меняет облик так же быстро, как соблазняет таких лохов, как ты.

От мысли, что она могла так улыбаться еще кому-то, кроме него, Луку захлестнуло чувство ярости. Но, похоже, рассудок все же частично к нему вернулся, так как он задумался над странностью и силой своих эмоций.

– Но со старой ты все же погорячился. – На самом деле он просто хотел узнать о Деве побольше. – Ну, насколько ей больше? Лет на десять? Двадцать?

– На двадцать, – подтвердил Вульф. – Только не лет, а веков!

Лука присвистнул. Он верил Старшему, но вот… его сердцу было на это наплевать. Она молода, красива, желанна. Для него.

– Ладно, – примирительно сказал Вульф. – Чего от тебя ожидать? Ты просто семнадцатилетний кобелина. А ведь по легенде, Мерлин увидел ее впервые именно такой. И тоже не устоял, хотя ему тогда уже перевалило за шестой десяток.

– Старый козел, – пробурчал Лука.

– Не без этого, – согласился Старший. – Вот только силы воли и мозгов у него было явно в разы больше, чем у тебя. Но… Нимуэй – это Нимуэй.

Он бросил на подопечного сочувственный взгляд.

– Конечно, сейчас говорить тебе это бессмысленно. – Вульф поднялся. – Но все же держись от нее подальше.

– Не могу обещать. – Лука все еще смотрел на гладь озера, отчаянно надеясь, что она покажется снова. – А что она имела в виду, когда сказала, что она имеет на меня права?

– Лу, – Старший отвел глаза, – вот это точно не мое дело. И не проси меня отвечать. Эти вопросы с тобой должны решать другие. И я не полезу в это дело, ни за какие коврижки.

Рыцарь удивился. Еще никогда он не видел наставника таким. Будто тот в чем-то виноват. Но…

Он тут же обо всем забыл. Потому что они уже по колено зашли в воду. Потому что они покидали землю Девы. Потому что он так и не дождался ее прощального знака…

Много позже он узнал ответ на свой вопрос. И он сделал выбор, навсегда разлучивший его с Нимуэй. Но в течение десятка лет она так часто снилась ему по ночам. А иногда он с трудом удерживался, чтобы не назвать ее именем других женщин, представляя себе Деву в своей постели.

10.

Местечко вызывало невольный озноб. Черный застывший лес, коробки оставленных срубов. Тишина, к которой вряд ли сможешь привыкнуть. Предрассветная дымка придает всему этому пейзажу еще более ощутимый оттенок нереальности.

Лука включил музыку. Пусть хоть что-то отвлекает. Он вообще всегда плохо себя чувствовал в местах, оставленных людьми. Там витало что-то пугающее, точнее, приводящее в состояние животного ужаса. Нет, речь идет не о присутствии какой-то нечисти, а о чем-то по-настоящему сверхъестественном.

Удружила Нимуэй. Хотя чего-то иного от нее ожидать было трудно. И, естественно, все поддается холодной логике. Место, лишенное присутствия смертных, лучше всего подходит для открытия портала. А если учесть, что оно еще и овеяно легендами…

Лука вспомнил о Млевском монастыре, ушедшем под землю, когда его пришли сжигать, во времена борьбы со староверами. Говорят, здесь до сих пор слышен из-под земли колокольный перезвон, а в местной Млевской церкви по вечерам поет ангельский хор.

У Луки в проигрывателе пела Джем. И его это устраивало намного больше. Даже несмотря на не совсем удачный выбор песни. Вальс для Ботари рассказывал о смерти. Поэтично и грустно.

Он решил выкурить сигарету. Потянулся за пачкой на соседнее сиденье, достал сигарету, чиркнул зажигалкой, а когда посмотрел опять в окно, она уже была здесь.

Женская фигура в монашеском одеянии. Волосы убраны под черный плат с белой каймой. Руки церемонно сцеплены. Весь вид преисполнен спокойствия и смирения…

Стерва!

Рыцарь усмехнулся, вышел из машины, осторожно вытащил ребенка и направился к ней. Она стояла точно у самой кромки леса, на узкой тропе, ведущей к реке.

– Здравствуй, Нимуэй.

Она была по-прежнему потрясающе красива. Просто ожившая мечта. Тонкие, почти ангельские черты лица, небесно-голубые глаза и что-то такое в лице… ради чего многие совершали бы подвиги, не жалея жизни. Многие, но, увы, уже не он.

– Здравствуй, Рыцарь. – Она чуть улыбнулась, сделав ударение на последнем слове.

– Забавный выбор наряда, – иронично оповестил он ее. – И поза подходящая. Хотя, с моей точки зрения, фея-монахиня – это так же дико, как и фея-крестная.

– Неужели я тебе разонравилась? – жеманно поинтересовалась Дева.

– Ну, что ты, дорогая. – Он позволил себе любимую кривую ухмылку. – Я уверен, что слова «во всех ты, душечка, нарядах хороша» классик русской литературы посвятил именно тебе. Не припоминаешь? Хотя опять же, по моему личному убеждению, кокетничающая монахиня – это пошло.

Она чуть поджала губы, но оставила его выпады без ответа.

– Я вижу, Рыцарь, ты принес мне отличный подарок. – Ему на миг показалось, что взгляд Девы, обращенный на мальчика, стал каким-то алчным и голодным.

– Уже вынашиваешь очередной свой коварный план? – не удержался Лука.

– И мысли не было, – коротко рассмеялась она. – Но ты подал мне неплохую идею…

Он не поддался на провокацию.

– Я могу подать и еще одну. – Теперь его тон стал серьезнее. – Придумай самый коварный из всех своих планов – как его вылечить.

Дева метнула на него недоуменный взгляд, потом перенесла все свое внимание на ребенка.

– Знай, рыцарь, – теперь ее тон был немного зловещим, – обычный мальчишка на его месте был бы мертв уже три дня. Обычный Избранный умер бы пять часов назад. Только благодаря тебе этот еще держится.

– Тут ведь дело не только в той дряни, которую ему кололи? – Рыцарь инстинктивно прижал парнишку покрепче к себе. – Это магия?

Она кивнула и указала рукой на берег. Лука понес ребенка туда.

– Нимуэй, – он знал, что она идет следом, – его могут искать. Сможешь организовать какую-нибудь иллюзию?

– Возможно, – чуть подумав, сказала Дева. – Вон лодка.

Рыцарь прошел по берегу еще не застывшей серой реки, решительно вступил в воду, проверил, сухо ли на дне ялика, потом бережно опустил туда ребенка.

– Ладно, красавица. – Он с грустью взглянул на свои мгновенно промокшие ноги, а потом, как мог безразлично, на нее. – Мне пора.

– И у тебя даже не будет вопросов, рыцарь?

Он чуть не рассмеялся, уловив в ее тоне искреннее изумление.

– Пожалуй, всего один. – Ему только хотелось верить, что он скрыл торжество. – Сколько тебе понадобиться времени?

Дева помолчала, как всегда, не торопясь с ответом.

– Приезжай за ним через год.

– Отлично. – Лука кивнул и, вновь отвернувшись, пошел обратно к машине.

– И это все, рыцарь?

Похоже, у Нимуэй сегодня было общительное настроение.

– Бывает, дорогая, – не удержался он от усмешки. – Но, пользуясь случаем, могу предложить в следующий раз взять у тебя интервью.

– В следующий раз карта может лечь иначе. – Она внезапно оказалась прямо перед ним на тропе. – Подумай, рыцарь.

Он устало закатил глаза.

– Дорогая, – Лука вспомнил, что выбросил из-за нее сигарету, сделав всего две затяжки, – я уже почти пятнадцать лет живу без твоих ответов. И ничего! И даже счастлив.

Он опять обошел ее хрупкую фигурку, надеясь все же сегодня покинуть это негостеприимное место.

– Рыцарь! – Кажется, в этот раз победа в их вечной словесной войне будет за ним.

– Да, и еще, красавица. – Он обернулся. – Мне так неприятно замечать, как огромна пропасть между миром людей и твоим миром, дорогая.

Она чуть склонила голову набок.

– Ты все еще уверена, что, не называя меня тем именем, которое я выбрал себе, – продолжил рыцарь, – и не давая мне иного, ты доказываешь мне мою ничтожность, потому что я, смертный, смог нарушить один из твоих великих планов? Это точка зрения Девы. А по мне, красавица, таким образом ты лишь унижаешь саму себя, все время подчеркивая свое поражение.

– Каким ты стал недобрым, – протянула она жеманно, но в глазах у нее промелькнула злость.

– Извини. – Лука опять решил продолжить путь. – Я немного устал. Дел много, а времени мало.

– Время бесконечно! – крикнула она ему вслед.

– А человеку только остается решить, как потратить то, что ему отведено, – процитировал Лука, не оборачиваясь. – Это из «Властелина колец», дорогая. Сходи в кино, тебе понравится.

– Рыцарь!

Он решил не обращать внимания.

– Рыцарь!

До машины всего пять шагов.

– Лука…

Опаньки! Он чуть повернулся с видимой неохотой. Дева стояла рядом.

– Что, моя красавица?

Она протянула руку и чуть коснулась тонкими пальцами его щеки. Да… О таком раньше он мог только мечтать.

– Что с тобой происходит?

Ага! Так он ей все и выложил, дрожа и заикаясь. Рыцарь слегка улыбнулся, взял ее ладонь в свою, осторожно поцеловал и отступил в сторону.

– Нимуэй, дорогая, – даже с его точки зрения, это было откровенным хамством, – осторожнее. Я ведь могу решить, что в тебе еще осталось что-то доброе.

Дева надменно поджала губы.

Он послал ей воздушный поцелуй и наконец-то сел в машину.

Когда рыцарь заводил мотор, она уже растаяла в воздухе, а на выезде из деревни с сухим грохотом рухнула столетняя сосна.

Лука опять закурил, с усмешкой глядя на прощальный подарок Девы, а потом развернул машину и поехал в сторону Залучья.

Он проснулся, взглянул на часы. Было без двадцати четыре.

Выспался он неплохо, если, конечно, не учитывать сны. Ему привиделась давешняя драка с вервольфом. Грязный снег, смешанный с кровью, потом пустые глаза мальчика. Он видел Нимуэй, танцующую по воде в черном платье. Видел себя, стреляющего из автомата, куда-то в черную пустоту. А затем он оказался в уже знакомой комнате, где его опять поджидала та девушка. Аура ее по-прежнему сияла белым. Она стояла у стены, глядя вопросительно ему в глаза.

Он старался передать ей, что уже ищет ее и скоро придет. Она впервые улыбнулась. Робко, неуверенно. И кивнула.

Потом картинка опять сменилась. На него во весь опор летел рыцарь, закованный в черную броню, восседающий на огромном коне. А потом все залил свет Святыни, когда же он перестал лучиться, на Луку посмотрели с любовью и затаенной грустью такие знакомые синие глаза, так похожие на его собственные…

Рыцарь поднялся, принял душ, собрал вещи. Надо было позавтракать, а потом отыскать какое-нибудь интернет-кафе.

Он ехал по кривым симпатичным улочкам.

Вышний Волочок ему всегда нравился. Такой милый старый городишко. С прошлого его приезда Волочок стал еще чище и аккуратнее. Новая администрация уделяла благоустройству достойное внимание. Но все равно через маску современности здесь проглядывало нечто патриархальное. И именно это Луке в этом городе так нравилось.

Кафе он нашел быстро. Естественно, в самом центре города.

В это время здесь уже было много народу. По большей части молодежь. Но рыцарю удалось занять столик. Он заказал, повинуясь какому-то странному капризу, зеленый чай и фисташковое мороженое, облитое клюквенным сиропом. Его умиляло это ядовитое сочетание темно-розового и салатово-зеленого. На вид – совершенно несъедобно.

Он проверил почту. Письмо от Вульфа уже ждало его внимания несколько часов. Послание было коротким.

Старший любил поговорить, но писал всегда с неохотой.

«Получил зов Нимуэй, – рапортовал Вульф. – Твоя просьба выполнена. В Удомельском приюте новый воспитанник. Если кому понадобится, посылай туда. Еще велела передать: опасность в той, которая танцует. Что-то она подобрела. Ты не наделал глупостей?»

«Нет, – мысленно ответил на этот вопрос Лука. – Кажется, я, наоборот, поумнел».

Но писать об этом начальнику смысла не было. Не поверит.

В письме обнаружился постскриптум:

«Машину урод угнал в Новгороде. Обращен не там. Копай сам, – а еще ниже всего два слова: – Пресса Выборга».

Рыцарь доел мороженое, оказавшееся вполне приличным на вкус. Потом он допил не такой вкусный чай.

В это время поисковик «Яндекс» подбирал по новостным сайтам информацию. На четвертом же клике Лука обнаружил отсканированный газетный разворот с броским заголовком: «Сестра продала в рабство собственного брата ради многомиллионного наследства».

На фотографиях был мальчишка. Лет десяти, с круглым веснушчатым лицом. Когда-то он еще мог улыбаться в объектив. Чуть ниже был другой снимок.

Рыцарь увидел знакомое лицо девушки из той странной комнаты.

«Я иду», – мысленно сказал он ей и отключил Интернет.

За окном опять начал падать снег…

11.

Комната была той же. Темная, неуютная и холодная. Комната для допросов в маленьком городке, где еще помнят про Средневековье. Тот же обветшалый стол, то же затянутое паутиной и грязью окно. И девушка, в принципе, та же. То же симпатичное худенькое личико, те же удивительные глаза. И аура сияла ярко-белым. Только вместо белой, почти невинного вида блузочки на ней была другая – черная, сильно приталенная, на молнии, провокационно расстегнутой так, чтобы при желании можно было увидеть кружево лифчика. Сменился у девушки и цвет волос.

– Между прочим, – сообщил ей Лука, – такой чисто-русый цвет очень красив. И встречается редко.

– Что, так хуже? – Она взглянула на него с вызовом.

– Да нет. – Он окинул ее чисто мужским оценивающим взглядом. – Ты готка?

Она откинула назад ставшие теперь черными волосы.

– Нет, но так прикольнее.

– Угу. – Он уселся с опаской на один из стульев. – Покурим? Тебе «Вог»? Или «Гламур»?

– А нет чего-нибудь нормального? – Она с завистью покосилась на его пачку «Собрания».

– Они крепкие. – Он протянул ей сигарету, передал зажигалку, жалея, что зря потратил время около ларька, осматривая модные молодежные пачки. – Давай по делу. Тебя подозревают в похищении брата.

Она кивнула. На лице появилось какое-то отчужденное выражение.

Луке вдруг показалось, что она замкнулась в себе.

– Это он? – Рыцарь выложил на стол фотографию мальчика.

Девушка вздрогнула, убрала руки со стола. Она неотрывно смотрела на фото, но как будто боялась дотронуться до изображения.

– Он жив? – Ее голос чуть сел.

– Да. – Лука не спешил ее успокаивать.

Девушка подняла глаза к его лицу и начала всматриваться так, будто ожидала прочесть все ответы. С надеждой и тревогой.

– Что с ним? – наконец спросила она.

– Детка, – вот тут Лука все же сдался, – понимаешь… Его чем-то накачали…

Она вся подобралась. Попыталась сложить руки, забыв, что все еще держит прикуренную сигарету.

– Осторожнее. – Он вытащил окурок из ее пальцев. – Давай без травм. В общем, все не так плохо. Он поправится. Но… только через год.

– Где он? – Казалось, нервозность чуть отпустила девушку.

– Он в Удомле, в центре для сирот, – спокойно соврал он.

– Да неужели?

Рыцарь удивленно приподнял брови.

Девушка смотрела на него с нехорошей такой полуулыбкой. Она ему не поверила.

– Я сам нашел его, и сам туда отвез, – сказал он твердо, смотря ей прямо в глаза.

– Вы его нашли? – Вся ее грозная поза мгновенно исчезла. – Сами? Я думала, вы адвокат.

– Не без этого. – Рыцарь перешел на более дружелюбный тон. – В наш юридический концерн входит сразу несколько фирм. Адвокатская контора, нотариусы, сыскное агентство и прочие. Я работаю и адвокатом, и частным детективом.

Она чуть улыбнулась.

– А название у вашего концерна есть?

– «Лебедь». – Ему начал надоедать весь этот треп. – А теперь давай определимся, детка. Ты отсюда выйти хочешь?

– Естественно. – Она пожала плечами, тон стал чуть надменным. – Я же не мазохистка.

– Это радует, – прокомментировал он. – И если это так, то помоги мне тебя отсюда вытащить. Посиди и послушно поотвечай на все мои вопросы.

Она молчала и просто смотрела на него.

– Чего молчишь? – Это несколько сбило его с толку.

– Жду вопросов.

Он позволил себе любимую ухмылку. А девочка-то с характером!

– Ладно. – Настроение у рыцаря поднялось. – Когда и как произошло похищение?

– Восемь дней назад. – Она опять спряталась в свою раковинку, стала отстраненной и далекой. – Я, как обычно, вывела Володю из подъезда, попрощалась с ним, посадила в машину, чтобы наш охранник отвез его в школу. Больше я его не видела. В школе он так и не появился.

– Ваш охранник, – повторил рыцарь задумчиво. – Он?

На стол легла следующая фотография. На этот раз девушка взяла ее в руки и долго рассматривала.

– Он. – Она чуть кивнула, нахмурившись. – С ним что-то не так.

– Он немного мертв, – не удержался Лука от иронии.

– Я не об этом. – Она не обратила на его тон никакого внимания. – Я говорю о том, что он как-то изменился. И не после смерти, а до. Я некоторое время это обдумывала…

– А вот это интересно. – Рыцарь тоже нахмурился. – И что это за изменение?

– Не знаю. – Она без спросу взяла сигарету из его пачки, прикурила, все еще глядя на фотографию. – Вроде все так же, но… Будто с ним что-то такое серьезное случилось. Может, это смешно, но… будто его душа изменилась. Те же манеры, то же поведение. И во всем этом что-то новое.

– И когда произошла эта перемена?

– Где-то месяца два назад, – прикинула девушка. – Я подумала, что, возможно, его бросила девушка, которую он любил. Или что-то с родителями. Умер кто-то. Да еще эти его проблемы…

– Со здоровьем? – уточнил Лука.

– А может, и так. – Девушка чуть улыбнулась. – Скорее всего. Он же несколько раз занимал у меня деньги. Но, правда, всегда возвращал. Кроме последнего раза, естественно.

– Когда случился этот последний раз?

– Он попросил две тысячи евро за день до похищения. – Теперь на ее лице появилось какое-то странное выражение, изменился тон. – Я отдала ему деньги в то утро. Прямо во дворе, около машины.

– Отлично! – Лука развел руками. – Ты сажаешь мальчика в машину и даешь охраннику крупную сумму денег. При свидетелях. И больше их никто не видел. Похоже, кто-то очень хорошо спланировал эту подставу. Скажи, а кто нанял тебе и брату этого охранника?

– Еще мой отчим. – Теперь голос ее стал немного грустным. – Года за два до своей смерти. Я была уверена в Андрее. Ведь он с нами уже лет пять. Он во многом мне помогал. Мы относились к нему почти как к родственнику. Или просто к хорошему другу. Дядя предлагал мне другого, но я не согласилась.

– Теперь у меня сразу стало очень много вопросов, – предупредил рыцарь. – И первый, самый очевидный. Эта ваша дружба с Андреем… тебе он как?

– Никак. – Она усмехнулась. – Я с ним не спала.

– Это я и так вижу. – Луке хватило всего одного взгляда, чтобы понять, что она девственница. – А ты его когда-нибудь видела с другими женщинами?

– С чего? – Его комментарий несколько смутил и рассердил ее. – Он у меня работал. Да, он мог помочь вызвать врача, сбегать в аптеку или магазин, когда Володя болел. Или забрать его из гостей, если я задерживалась где-то. Я просто могла на него положиться. Но его личная жизнь проходила без меня. Во всех смыслах этого слова.

– Ладно. – Рыцарь примирительно улыбнулся. – Давай-ка лучше поговорим о твоих родственниках. Дядя, отчим и так далее.

– Отчим мертв, как я и сказала. Мама умерла около семи лет назад. Дядя является нашим опекуном. Сразу скажу, у нас вполне нормальные отношения. Он не раз предлагал нам переехать к нему, но я думала, что мы ему все же будем мешать. Он привык жить своей жизнью, а тут мы… Но мы часто бывали у него, он у нас. Постоянно созванивались. Нормальные родственные отношения.

– Естественно. – Он опять усмехнулся. – А теперь давай поговорим о деньгах.

И снова взгляд девушки стал отстраненным.

– Конечно, я смогу оплатить ваши услуги, – сказала она.

– Не сейчас, детка. – Это его развеселило. – Я говорил о деньгах твоей семьи. Газеты намекают на наследство.

– Отчим был не бедным человеком. – Она немного смутилась. – У него была крупная фирма. Завод, вернее. По производству строительных материалов. И сеть закусочных. И перед самой смертью он открыл три бутика модной одежды. Мама мечтала этим заниматься…

– Кто сейчас управляет всем этим?

– Дядя.

– Извини, чуть не забыл. – Он вернулся к прежней теме. – А Володе он тоже был отчимом?

– Нет, Володя его сын. – Она опять потянулась за сигаретой.

– Что ж, у тебя фиговая ситуация, – поделился Лука. – Тебя видели передающей деньги похитителю. У тебя был мотив. Наследство. Кто поверит твоим словам о большой любви к брату? Ты же наверняка его очень любишь?

Она помолчала, глядя на грязную поверхность стола. А потом подняла на него взгляд. Серьезный и вопросительный.

– Володя – это вся моя семья, – сказала девушка. – У вас есть семья?

Что-то иронизировать ему уже не хотелось. Клиентка мало походила на принцессу крови. Он была сильнее, чище и искреннее тех, кого ему приходилось защищать раньше. И он видел, что это не маска.

– К тому же, – продолжала она в несколько насмешливом тоне, – мотив у меня получается несколько странный. Ведь согласно завещанию я получаю намного больше своего брата.

– Вот так вот, да? – Лука удивился. – Это как?

– Мой отчим реально заменил мне отца, – сказала девушка. – Он искренне любил меня, как и мою мать. Я во всем была «папиной» дочкой. Даже после рождения Володи. Нет, он, конечно, был счастлив, когда родился сын. Но… Знаете, как бывает? Володька был еще слишком маленьким. А со мной уже можно было говорить, что-то обсуждать. Тем более, когда заболела мама, он мог положиться только на меня. В результате, – она пожала плечами, – весь бизнес отошел мне. Вся недвижимость – Володьке. Вот только по образованию я историк, и у меня нет ни малейшей склонности к бизнесу. Предполагалось, что, пока Володька не вырастет и не выучится, дядя заправляет всеми делами. Нам постоянно отчислялись суммы на расходы. Каждый месяц. Да дядя еще и пытался отчитываться передо мной где-то раз в полгода. Но я отказалась. Все равно ничего в этом не смыслю.

– Круто! – оценил Лука. – По идее, похищать должны были тебя. А еще проще было бы тебя убить.

– Спасибо, – усмехнулась она. – Наверное, мне от этого должно стать легче.

– Не думаю. – Он был серьезен. – Значит, так. Я узнаю, как обстоят твои финансовые дела на самом деле. В смысле, что осталось от твоего наследства. По-моему, это может быть единственным мотивом. Реальным мотивом. И, уж извини, твой замечательный дядя кажется мне особо подозрительным.

Она опустила взгляд.

– Ну, детка, – рыцарь встал, – люди хуже, чем нам хочется думать.

– Проблема в том, что я это знаю, – все так же не глядя на него, сказала девушка.

12.

Ее освободили через два дня.

Лука был доволен. Он ждал девушку у подъезда местного РОВД.

Погода была просто отвратной. Шел проливной холодный дождь, снег, покрывавший землю последние несколько дней, теперь превратился в несусветную слякоть. Погано, ну да ладно. Он бросил окурок в урну, повернулся к двери.

Девушка остановилась на верхней ступеньке, взглянула на небо и чуть поежилась. Лука предложил ей укрыться под зонтом.

– Это ваша машина? – она указала на его Porche GT2. – Я думала, это будет внедорожник.

– Гробы на колесиках – это для блондинок, – буркнул рыцарь. – Поехали?

Она кивнула. Села почему-то на заднее сиденье.

– Странно, – сказал он, заводя мотор и поглядывая на клиентку в зеркало заднего вида, – ты на свободе, но не выглядишь счастливой. У тебя все же появилась склонность к мазохизму?

– Нет. – Девушка даже не улыбнулась. – Я видела, что дядю арестовали.

– К счастью, да, – заметил рыцарь. – Что и ожидалось.

– В том-то и дело. – Она чуть пожала плечами. – Но я не думаю, что предательство наводит на радостные мысли.

– Что поделать, зайка. – Лука, в общем-то, мог ее понять, но он успел привыкнуть к подобным вещам. – Как говорится, либо се ля ви, либо се ля вас.

– Вроде того, – пробормотала девушка. – А у меня что-то с зубами?

– Чего? – Рыцарь удивленно обернулся, чуть не забыв про дорогу. – Вроде бы, они у тебя вполне нормальные.

– Тогда, может, не стоит звать меня зайкой?

Лука усмехнулся.

– Тебя же Эльза зовут? Красивое имя.

– А главное, редкое, – отозвалась она.

Они обменялись улыбками. Уже лучше.

– Ну что? – Он остановил машину около ее дома. – Я тут кое-что закупил… Может, отметим твое освобождение?

Девушка согласно кивнула. Они вытащили пакеты из багажника, поднялись наверх.

В общем, для богатой наследницы жила Эльза довольно скромно. Дом был новым, трехэтажным, но квартирки были небольшими. Две смежные комнаты имели еще выходы в узкий длинный коридор. Кухонька тоже не блистала простором. Но вот техника тут была очень даже добротная. Плазменный телевизор, новомодный музыкальный центр, мощная посудомоечная машина, микроволновка с грилем. Неплохо.

– Детка, – начав разбирать пакеты, распорядился рыцарь, – я тут похозяйничаю, а ты давай в душ, пудри нос, и будем праздновать.

– Угу. – Ноль энтузиазма в голосе.

Лука обернулся.

Еперный театр! Девушка стола посреди комнаты и осматривала ее с каким-то тоскливым выражением лица. Нормально! Он тут изгаляется всеми силами, а она ведет себя так, будто он привез ее не домой, а в дешевый отель на быстрый перетрах.

Он понимал, что ее предали люди, которым она доверяла. Он понимал также и то, что она очень скучает по брату. Но, к сожалению, у него в запасе было еще несколько неприятных известий. И он тут из кожи вон лезет, чтобы как-то ее морально к этому подготовить. Да он свое первое свидание так не обставлял! И никакого понимания с ее стороны.

– Может, тебе ускорения по пятой точке придать? – несколько раздраженно осведомился рыцарь.

– Извините. – Она, будто опомнилась, быстренько пошла к шкафу.

Лука тяжело вздохнул и принялся за сервировку стола. Шампанское, бокалы, закуски. Он с сомнением посмотрел на заранее купленные свечи. Кажется, все-таки для такого случая романтическая атмосфера не катит. Она может занервничать. Да и лишние эмоции эротического толка ему не нужны. Она симпатичная, а вот вместе выпьют, душевно поговорят… Секс с ней в его планы не входил, хотя бы потому, что он так и не смог определить, кто она по сути. Это может быть крайне рискованно. Но при таком раскладе со свечами, шипучкой и тихой музыкой его планы могут измениться. Не стоит себя же и искушать. Он убрал свечи и принялся раскладывать салаты по пиалам. Посуда у нее была стильная. Снаружи черная, с этническими ломаными линиями багрового цвета, а внутри, наоборот, багровая с черным рисунком.

Рыцарь услышал, как девушка выходит из ванной, когда пытался уложить покрасивее салфетки.

– Ты быстро, – сказал он одобрительно.

Выглядела Эльза просто потрясающе. Маленькое черное платье. Приталенное, элегантное, чуть выше колена, с простым вырезом «каре», без всяких там рюшечек и воланчиков. Высокая, но строгая прическа. И даже туфли на шпильках.

– Держи. – Он поднес ей бокал шампанского.

– Спасибо. – Держалась она с достоинством, но немного робко.

Они сделали по паре глотков.

– Вы все так красиво накрыли. – Она указала на стол.

– Старался. – Он чуть прищурил глаза и, как всегда, криво усмехнулся. – Я думаю, нам пора поговорить о… твоей благодарности.

Он специально настроился на многозначительный тон.

– Да.

Девушка тут же напряглась, отставила в сторону бокал.

– Вознаграждение, как я решил, – продолжал он все в том же ключе, – будет небольшим и, как я надеюсь, доставит удовольствие нам обоим.

Эльза молчала и, казалось, даже прекратила дышать. Он выдержал некоторую паузу. Потом подошел к ней почти вплотную, перешел на шепот:

– Я хочу, – он склонился к ее уху, – чтобы ты перестала обращаться ко мне на «вы». А то я чувствую себя седеющим педофилом.

И он сделал шаг назад. Эльза еще какое-то время смотрела на него широко открытыми глазами, полными изумления, а потом рассмеялась.

– Ты слишком самокритичен!

– Ха! – Он улыбнулся задорно и как-то по-мальчишески. – Ради того, чтобы увидеть твою реакцию, можно было и соврать.

Она вдруг опять стала серьезной и робкой.

– А я могу обратиться к тебе с просьбой?

– Ну, – он пожал плечами, – попросить ты всегда можешь, а вот вопрос ее исполнения… это уже отдельная статья.

– Просто… – она замялась. – Ты так все красиво сделал, но… – она собралась с духом. – Мог бы ты вместо этого пригласить меня в ресторан?

Лука еще раз пожал плечами и оставил свой бокал.

– Да без проблем, детка. Где тут у вас самый крутой кабак?

Ресторан и правда производил впечатление. Меню привело рыцаря в восторг. Карта вин тоже впечатляла, хотя он решил ограничиться всего парой бокалов легкого столового. Официанты были настоящими профессионалами. Они работали быстро и бесшумно. То есть совершенно не мешали клиентам.

– Значит, все-таки дядя Олег, – сказала Эльза нейтральным тоном. Она вообще стала более адекватной, как только они покинули квартиру.

– Естественно. – Он смаковал рыбные рулеты. – И все дело в деньгах. Дело в том, солнышко, что бизнес, который тебе оставил отчим, практически на грани банкротства. Бутики, которые так хотела иметь твоя мама, уже давно проданы… Извини. – Он заметил, что она опять огорченно опустила глаза. – Сеть закусочных, скажем так, сильно сократилась. Да и завод на ладан дышит.

– Но при чем тут Володя? – искренне удивилась Эльза.

– А при том, что его недвижимость – это земля, – продолжал он. – Энное количество акров, отданное очень удачно твоим отчимом под застройку элитного жилого поселка для хорошо обеспеченных дядь и теть. Представляешь, сколько там выходит только за аренду. Ну и разрешение на строительство и так далее и все дела? В общем, брат уже давно стал богаче тебя.

– И? – Она по-прежнему мало что понимала.

Да уж, не соврала девочка. Бизнес – не ее стихия.

– И план был прост. – Лука развел руками. – Если продать этот лакомый кусочек земли, то, в принципе, можно спасти бизнес. А заодно… Видишь ли, твой дядя привык жить на широкую ногу и ни в чем себе не отказывать. У этого взрослого дитяти весьма небедные игрушки. Да и… извини, опять же, за плохие новости, пристрастие к азартным играм.

– Вот как. – Она расстроилась. – Но почему он просто не мог все это мне объяснить и законно провернуть сделку?

– Солнышко, – он сочувственно улыбнулся, – а как бы он тебе объяснил, что растрачивает твои деньги не только на дело? Он же, по сути, просто тебя обворовывал. И дело-то даже не в тебе. А в твоих адвокатах и нотариусе. Не поверишь, но юристы приносят все-таки пользу обществу.

– Неужели? – Девушка чуть лукаво улыбнулась.

– Я сейчас не о себе, – усмехнулся рыцарь. – В общем, опека закончилась бы, когда тебе исполнилось двадцать один.

– В марте, – согласно кивнула Эльза.

– Вот-вот. – Он решил попробовать салат с весьма экзотическим названием, который зачем-то заказал. – И твои юристы должны были бы провести проверку наследства. Улавливаешь?

– Ну да. – Она сделала пару глотков вина. – Если бы меня посадили в тюрьму, а брата так бы и не нашли… Ни проверки, ни проблем.

Лука кивнул. Кажется, девушка начала злиться на горячо любимого родственничка. Отлично. Это лучше, чем переживания за незаслуженную обиду.

– Ему уже предъявили обвинение? – спросила она.

– Видишь ли, – вот они и подобрались к самому неприятному, – за растрату предъявили. А вот с похищением… Судя по всему, он поручил это дело своему начальнику службы безопасности.

– Классика жанра, – прокомментировала Эльза. – Я в каком-то криминальном сериале подобное видела.

– Видишь, оказывается, у них довольно жизненные сюжеты, – не удержался Лука от иронии. – Так вот, этот самый начальник службы безопасности сделал ноги. И вся королевская армия, и вся королевская рать пока не могут бандита поймать.

– Понятно. – В ней появилась некоторая настороженность.

– Скажу честно о том, что ты и сама уже подозреваешь, – тянуть рыцарь не видел смысла. – Возможно, он просто сбежал и прячется. А возможно, он все же постарается тебя убить. Пропал-то он немного раньше, чем дядя твой попал под подозрение. Сама же сказала, что такой вариант был бы более эффективен.

– Это если они знают, что Володю нашли, – подумав, предположила девушка.

Лука невольно восхитился ее выдержкой. А ведь могла бы уже биться в истерике.

– Думаю, знают, – продолжил он в выбранном ею деловом тоне. – Его ведь должны были куда-то доставить. Машину я нашел на границе с Новгородской областью. К сожалению, труп твоего охранника не желал давать показания. Но наверняка же в конечной точке этого пути его кто-то должен был встретить. А встречи так и не произошло.

– Но как они смогли подкупить Андрея? – спросила она с досадой. – Мне слабо верится в его предательство, хотя оно и очевидно.

– А это, детка, отдельный вопрос. – Рыцарь, вообще-то, на эту тему говорить пока не собирался, но уж сама спросила. – Как я выяснил, никто денег ему не перечислял. Да и нет свидетельств, что его посещали парни из службы безопасности твоего дяди. И если уж быть честным, я точно знаю, что дело не в деньгах. Никто его не подкупал. Дело в тех самых изменениях, которые ты в нем заметила.

– Его шантажировали? – спросила Эльза.

– Нет, детка. – Он посмотрел ей прямо в глаза. – Его инициировали.

– Что? – Девушка смотрела на него так, будто он признался в том, что болен шизофренией.

– Он уже не человек, – упрямо гнул свое Лука. – Он вервольф.

– А почему не вампир или зомби? – поинтересовалась она иронично.

– Потому что инициировали его именно оборотни.

– Извини. – Она откинулась на спинку стула. – Я благодарна тебе за то, что ты пытаешься меня развеселить, но это, наверное, не лучший повод для шуток.

Рыцарь решил пока не настаивать. Хотя мысль ее проверить все же была.

– Ты танцуешь? – Он сделал вид, что сменил тему.

Эльза удивилась.

– Вообще-то, почти нет. Но под медленную музыку могу потоптаться. Ты хочешь поехать на дискотеку?

– Я слишком стар для подобных развлечений. – Он подозвал официанта, показав, что ждет счет…

Лука кисло улыбнулся, слушая песню по своему любимому проигрывателю в автомобиле. «Рок-острова» уверяли, что может быть все, как он захочет. Но все было совсем не так.

После ужина Эльза захотела кофе. Потом они все же доехали до ночного клуба и около получаса пытались общаться под громовые раскаты того, что молодежь почему-то называет музыкой. После этого была экскурсия по ночному городу, попытка наблюдать очертания замка в полной темноте и прогулка под проливным дождем по набережной, которая заняла всего пять минут.

Теперь они уже двадцать минут сидели в машине у ее дома. Почти молча.

Луку это дело здорово нервировало. Эльза просто смотрела в ночь.

Ну что делать?

Девушка в очередной раз бросила взгляд на окна своей квартиры, будто собираясь с духом.

Черт! Ну понимает он, что она туда не хочет. Но ведь если он пригласит ее к себе в номер, кстати, без всяких задних мыслей, то она откажется. Потому что Эльза маленькая, но гордая птичка.

– Мне пора. – Она все же собралась уходить.

– Давай я провожу тебя до квартиры, – предложил рыцарь. Что еще-то он мог сделать?

– Не надо. – Она чуть улыбнулась. – Несколько лестничных проемов я смогу пройти без сопровождения.

– Надеюсь, – он нахмурился.

Вот почему она не бьется в истерике? Почему не рыдает, не вешается ему на шею, не воет, как ей одиноко и больно? Почему она просто собирается молча идти туда, куда ей совсем не хочется? Потому что она сильная маленькая девочка.

– Вот что, – сухо сказал Лука. – Я как-то так заметил, что твоя жизнь сейчас несколько небезопасна.

– Да? – иронично улыбнулась девушка.

– Как-то так, – усмехнулся он. – А потому запиши-ка мой телефон. Вдруг помощь понадобится.

Он начал диктовать цифры.

Эльза записала, а потом начала набирать имя.

– Интересно. – Он закурил. – И как ты меня назовешь?

– Я слышала, тот капитан в РОВД называл тебя Сергеем. – Она бросила на него лукавый взгляд. – Хотя не уверена, что это имя тебе подходит.

– Что, для адвоката слишком просто?

– Смотря для какого…

Блин. Рыцарь явно расстроился. Хотя, с другой стороны, он чуть ли не впервые в жизни сам предложил девушке записать свой номер. С него не убудет.

– Друзья зовут меня Лу, – нехотя признался рыцарь. – Это сокращенное от Луки.

– Ну, – она внесла имя в телефонную книгу, – уже лучше. По крайней мере, не соврал.

– Это уже как-то чересчур! – возмутился рыцарь. – Можно подумать, я тебе хоть в чем-то соврал.

– Да. – Взгляд ее стал серьезным. – Очень уверенно, но все же соврал… Это насчет моего брата. Он ведь не в Удомле, так?

Очень мило! Лука нахмурился. Значит, она использует зов и работает ходячим детектором лжи. И кто же она все-таки на самом деле?

– Не в Удомле. – Теперь он смотрел в ночь за окном. – Он у одной из наших сотрудниц. Но поверь мне, ни я, ни ты не сможем его увидеть раньше, чем через год.

– Можно подумать, он в каком-то заколдованном месте! – рассердилась Эльза. – Или в параллельном мире?

– Где-то около того. – Он по-прежнему изучал темноту.

– Лу, – она, казалось, с трудом сдерживается, чтобы не наорать на него, – может, хватит? Вервольфы, параллельные миры… Что еще?

– А еще, детка, – он повернулся и посмотрел на нее довольно сердито, – твой странный метод вызывать адвоката!

Девушка как-то сразу растеряла всю тягу к скандалам.

– Извини, – помолчав, сказала она уже совсем другим тоном. – Ты прав. Просто… в оборотней мне поверить несколько трудно.

– Может, оно и к лучшему. – Он принял мировую. – Ну что? Проводить до квартиры?

Она лишь молча помотала головой и все же вышла из машины.

Лука тяжело вздохнул. До чего же нервная работа. Уж лучше неврастеничные Обещанные или лохи-принцы. Поскулят, дашь в ухо, перестанут. А тут…

Он вышел из машины, облокотился на капот. Так, дождаться, пока она войдет в квартиру и включит свет, а там можно и поехать куда-нибудь выпить. Он явно это заслужил.

Ну сколько должно понадобиться времени ее шикарным ножкам, чтобы дотопать до третьего этажа? Вроде бы нигде вокруг дома опасности не ощущается. Он на всякий случай прикрыл глаза и мысленно проверил окружающую территорию и сам дом.

Привычная волшебная невидимая паутина разлетелась в разные стороны. Где-то справа пульсировала точка. Смертный. Похоже, пьян в задницу. Тяжко ему. На втором этаже пара занимается любовью в спальне. Кто-то спешит прочь в сторону центра города.

Ну ничего особенного. Он открыл глаза и опять посмотрел наверх.

Окна в квартире по-прежнему были темными. Лука выматерился.

Между прочим, дождь никто не отменял! Он тут промок уже весь, а она… Блин.

Рыцарь открыл дверь со стороны пассажирского сиденья, достал из бардачка нож и пистолет. Так, на всякий случай, для душевного равновесия. Потом захлопнул дверь, включил сигнализацию, навесил сверху охранные и отпугивающие чары. Это уже для отсутствия душевного равновесия, но уже не своего, а того придурка, кто посмеет позариться на его красавицу.

Он влетел в подъезд. Тут было тихо, мирно и сухо. Стараясь двигаться как можно бесшумней, он пробежался по лесенкам до третьего этажа. Подергал ручку ее двери. Закрыто. Ладно… рыцарь собрал в ладони немного силы, а потом, пробормотав заклинание, запустил ее в замочную скважину. Замок тихо щелкнул.

В квартире было все так же темно и тихо. Если не считать всхлипов. Девушка, как была, в своем замечательном платьице и пальтишке, лежала на софе, уткнувшись лицом в подушку, и рыдала.

Лука не выносил женских слез. У него сразу повышалось какое-то давление, отказывали мозги, и появлялось первобытное желание снести кому-нибудь голову… или сделать все, что попросит рыдающая дама.

Убрав пистолет в карман насквозь промокшей куртки, рыцарь осторожно приблизился к софе. Сел рядом с девушкой, ласково погладил ее по спине.

Эльза тут же вскочила на ноги и, к его немалому удивлению, схватила со стоящей рядом тумбочки увесистую пепельницу. Уже занеся руку для удара, она поняла, кто пришел. И тут же отвернулась, пряча слезы.

Лука поступил единственным известным ему способом. Подошел и обнял ее, забрал пепельницу, бросил это жалкое оружие на софу, развернул Эльзу к себе и позволил ей уткнуться носом в свою и без того мокрую водолазку.

– Ну чего? – тихо и как мог ласково спросил он. – Страшно? Ну сказала бы…

– Нет! – Она, чуть отстранившись, бросила на него сердитый и какой-то отчаянный взгляд. – Не страшно… Просто… Володька… его нет… и только через год!.. без него тут… И дядя Олег!.. он квартиру купил… все чужое… все не мое…

Лука прижимал ее к себе, что-то говорил, как-то успокаивал. Она позволила снять с себя пальто, позволила усадить ее на край софы. Дальше он мог бы пересадить ее себе на колени, распустить ей волосы, гладить ее по спине и плечам, поцеловать ее в висок, потом в щеку и… Мог бы… Если бы на ее месте была бы любая другая. Надо трезвее смотреть на мир!

Лука чуть отстранил ее от себя.

– Послушай, – он выдавил из себя невинную улыбку, – давай-ка достанем из холодильника закуски и выпивку. Посидим еще, поговорим, а? И… Ну, понимаешь, если я выпью, то уже не смогу сесть за руль… Приютишь меня где-нибудь тут на коврике?

Девушка улыбнулась сквозь слезы. С явным облегчением.

– Спасибо.

– Боже упаси, детка. – Он поднялся с софы, отошел чуть в сторону, от греха подальше. – Ты еще об этом пожалеешь.

– Да? – Она казалась заинтригованной.

– Видишь ли, основательно приняв, – рассказывал он, будто делился большим секретом, – я люблю петь!.. Братва говорит, что от моих воплей можно вешаться.

Эльза послала ему благодарный взгляд.

13.

Наконец-то мир успокоился! Они провели почти семейный вечер вдвоем. Выпили, поговорили ни о чем. Он даже умудрился вспомнить пару прикольных историй из своего богатого опыта, причем обошелся еще и без упоминания опасных тем – то есть демонологии, охоты на нечисть и прочего-прочего. Потом он быстро принял душ, пока она сушила утюгом его одежду. Хотя вещи и так почти высохли, пока он травил свои байки от Лукавого. Пока она была в душе, рыцарь прошелся по всему диаметру квартиры, устанавливая защиту.

А затем они спокойно разошлись по комнатам и легли спать. Он попросил ее оставить дверь между комнатами приоткрытой, дождался, пока она прекратит вертеться, и сам провалился в сон.

Ему опять привиделась Нимуэй в траурном платье и лицо спасенного мальчика с пустым взглядом. Потом опять стрельба в темноту и Черный Рыцарь. И, конечно, сияние Святыни. Но на этот раз, когда оно начало угасать, рыцарь почувствовал тревогу. Она усиливалась, росла, и в тот момент, когда предчувствие достигло апогея, он проснулся. А еще миг спустя поставленная на квартиру защита лопнула. В соседней комнате раздался крик Эльзы и звон разбиваемого стекла.

Лука слетел с кровати в один прыжок, схватив из-под подушки нож с заговоренной сталью. Он вбежал в соседнюю комнату…

Круто девки пляшут! Эльза сидела на кровати, поджав под себя ноги, опершись спиной о стену. В окне зияла огромная дыра и тянуло холодом. Разбитое стекло покрывало осколками пол, в центре этого бардака стоял волк.

– Твою мать… – расстроился Лука.

Зверь обернулся к нему, чуть наклонил голову и зарычал.

– И тебе привет!

Церемониться с оборотнем, да еще таким опытным, рыцарю совершенно не хотелось. Он собрал силы в ладонях, начал мысленно произносить заклинание.

Зубастый урод, видя, что человек не спешит нападать, оттолкнулся от пола и прыгнул на Луку. В тот момент, когда зверь сбил его с ног, рыцарь обхватил руками его голову и закончил заклинание. Ночь пронзил дикий крик боли. Голову волка жгло белое холодное пламя, не опаляя шерсти, оно проникало внутрь, лишая зверя сил и волшебства.

Уродец начал биться, отчаянно мотая головой, надеясь стряхнуть руки человека. Рыцарь, не мудрствуя, ухватил зверя за уши. От воя начинала болеть голова. Но вот волшебство спало, тело волка начало трансформироваться. Через пару минут на полу катались два человека. Теперь рыцарь, пользуясь слабостью противника, вогнал одним движением нож ему в живот, а когда придурок скрючился, отполз чуть в сторону, ухватил оборотня за волосы и полоснул по горлу.

Нет, тишина все-таки очень ценная вещь. Лука минуты две наслаждался ею, а потом все же решил, что пора посмотреть, как там Эльза.

Девушка по-прежнему сидела на кровати, все так же съежившись и опершись о стену. Она не сводила взгляда с тела на полу.

Лука нахмурился. Ее била крупная дрожь.

– Детка? – попытался он привлечь внимание девушки.

Но она даже не пошевелилась. Понятно. Шок. Плюс холод. Рыцарю тоже было некомфортно в одних джинсах. Хорошо хоть, он их не снял, чтобы с утра не шокировать Эльзу.

– Детка, – он подошел к кровати, осторожно, стараясь не наступить на осколки и не вспугнуть девушку, – иди сюда. Ты замерзла. Пойдем в соседнюю комнату, а?

Ноль внимания!

– Эльза! – перешел он на командный тон. Как ни странно, она дернулась и резко обернулась к нему. Если бы у нее еще и взгляд был бы сейчас поосмысленнее, стало бы совсем хорошо. – Отличная ночнушка! Только бретельку поправь.

Сработало! Он где-то читал, что вот такие заколы помогают вывести из шока. Хотя бы частично. Главное, ее удалось отвлечь от созерцания трупа на полу. Но поправить бретельку у нее совсем не получалось. Руки тряслись так, что рыцарь удивился, как это еще кровать ходуном не ходит. Ну ладно! Он, между прочим, уже совсем замерз.

Лука решительно влез на кровать, скинул с девушки одеяло, подтащил ее к себе, поднял на руки и, спустившись на пол, отнес в соседнюю комнату. Усадил на софу, укутал. Потом включил свет, прошел на кухню, вернулся с бутылкой водки.

– Эльза! – твердо позвал он ее.

Девушка повернулась, в ее глазах все еще стоял страх и потрясение.

– На, – он протянул ей бутылку. – Выпей. Полегчает.

Она кивнула, высунула руку из-под одеяла, взяла бутылку…

– Дорогая, – чуть усмехнулся рыцарь, – я не просил взбивать коктейль.

Она его не понимала. Все усилия девушки были направлены на то, чтобы донести сосуд до рта. Безуспешно.

Лука первый раз в жизни видел, чтобы кого-то так сильно и долго трясло. Ладно. Он в очередной раз смирился с обстоятельствами.

Сел на софу, перетащил Эльзу себе на колени, прижал к себе. Сам же влил водку ей в рот. Она судорожно сглотнула ее и закашлялась. Ну хоть что-то новое. А то все трясется и трясется. Правда, девушка, видимо, сильно замерзла. Кожа у нее была просто ледяная.

Лука начал осторожно поглаживать ее по спине и плечам, другой рукой стараясь согреть ее ладони. От ладоней он как-то незаметно перешел к предплечьям, вторая рука со спины девушки переместилась ей на бедро.

Когда он положил ладонь ей на грудь, Эльза вздрогнула.

У Луки появилась идея ударить себя чем-нибудь тяжелым по голове. Нет, он же взрослый, разумный человек. Он просто обязан уметь бороться с инстинктами и привычками. Так почему они все время побеждают?

– Тебе лучше? – чопорно поинтересовался он, убрав ладонь от греха подальше.

Эльза смотрела на него большими глазами, полными потрясения. Но теперь это уже было потрясение совсем другого рода.

Пора сматываться. Рыцарь ссадил ее обратно на софу, выпутался из-под одеяла. Сквозняк, однако.

Лука быстро надел водолазку, носки и ботинки.

– Нам надо уходить, – сообщил он девушке.

– Это и был оборотень? – Она совсем не обратила внимания на его слова.

– Сама же видела. – Лука пожал плечами. – Не самое приятное пробуждение, да?

Он выдавил из себя сочувственную улыбку.

– Я проснулась чуть раньше. – Эльза встала с софы и, как и была закутанная в одеяло, пошла к шкафу. – Я почувствовала что-то… Будто хлопок, но не слышный. А уж потом разбилось стекло.

Очаровательно! Значит, она проснулась, когда была нарушена защита. И она ее чувствовала. Какие у милашки еще сюрпризы в декольте?

Эльза тем временем достала джинсы и водолазку.

– Переодевайся, я отвернусь. – Он несколько боялся отпускать ее от себя. Уйдет в ванну, а тут опять толпа уродов или еще что. – Как оденешься, собирай вещи. Много не бери. С чемоданами не потащимся. Только самое необходимое и самое ценное.

– А что это было? – Эльза говорила совершенно нейтральным тоном. Почти как о погоде. – Ну то, чем ты его… Я даже не знаю, как это называется. Тот белый огонь?

– Заклинание. – Лука не очень-то спешил с подробными разъяснениями. – Испугалась?

– Нет, – подумав, призналась она. – Можешь поворачиваться.

Теперь она быстро перемещалась по комнате, собирая вещи в спортивную сумку. Первым делом девушка забрала плюшевого медвежонка непередаваемо желтого цвета. Он видел эту игрушку на софе, потом на тумбочке. Видимо, Эльза спала с ней после исчезновения брата. А при нем не то постеснялась взять с собой, не то просто забыла. Следом в сумку был упакован большой толстый старый фотоальбом. Сверху уже пошла одежда. Нижнее белье, на которое Лука старался не пялиться, пара водолазок, блузка, три джемпера, еще одни джинсы и теплый белый свитер. Эльза решительно застегнула молнию на сумке.

– Еще минуту, – с вежливостью деловой леди попросила она. – Мне надо в ту комнату…

– Идем. – Он решил, что это будет бонусом за быстрые сборы. – Там комната брата?

– Угу. – Она смотрела только себе под ноги. – Я сплю здесь, как он пропал. А в шкафу мы хранили деньги и кредитки.

Эльза обошла труп, приблизилась к шкафу у самого окна. Приоткрыла дверцу, запустила внутрь руку и вытащила несколько тугих пачек долларов, завернутых в полиэтиленовый пакет.

– Нехило! – Лука удивленно присвистнул.

– Я запасливая. – Она улыбнулась ему и, видимо, случайно посмотрела на тело. – ОЙ!

Пакет гулко шлепнулся на пол. Лука нагнулся, спокойно поднял ее состояние, потом обернулся к трупу.

– Он тут уже минут десять лежит, – напомнил он ей насмешливо.

– Я его знаю.

Рыцарь за руку вытащил ее в соседнюю комнату.

– Потом расскажешь. – Он надел куртку, все еще сырую, подхватил ее сумку, рывком раскрыл ее, уложил пакет. – Идем. Держись за мной.

В подъезде было по-прежнему тихо и светло, но Лука уже знал, что на улице их ждут неприятности. Он прищурился, выстроил перед мысленным взглядом уже привычную волшебную паутину.

Машина справа. В ней четверо. Еще двое притаились слева, за углом дома. А у него только один пистолет и девица в придачу!

– Стой тихо, – скомандовал он шепотом у самого выхода. – Когда скажу, беги к машине. Вот ключ.

Рыцарь опять собрал в ладони силу, прикрыл глаза, мысленно составил заклинание полной слепоты. Потом свободной рукой открыл дверь, выпустил заклятье вправо. И понеслось! Из машины палили вслепую, явно паникуя. Слева выскочили два придурка, уверенные, что могут внести свой вклад в общее дело.

Лука, практически не целясь, выстрелил в первого. Тот вскрикнул и схватился за плечо. Ночное зрение позволяло рыцарю легко ориентироваться. Второй из больных детской болезнью левизны спрятался обратно за угол.

Лука бросил еще одно заклинание, выкрикивая его вслух. Теперь проход к машине был более-менее безопасен. Созданный им коридор в течение десяти секунд не пропускал шальные пули.

– Вперед!

Эльза, пригибаясь, как заправская партизанка, рванула к тачке. Лука ждал, правда, совсем недолго. Как и ожидалось, второй урод слева выскочил в нее пострелять. Рыцарь не хотел тратить патроны, а потому пальнул ему в живот и побежал за девушкой.

Она уже сидела на заднем сиденье. Съежившаяся, испуганная, но не паникующая. Рыцарь скользнул на водительское сиденье, завел мотор, резко подал назад.

– Эльза, – он старался говорить очень спокойно, – там сбоку от тебя еще одна спортивная сумка. Открой и достань гранату.

– Что? – Естественно, она была шокирована.

– Заклинание слепоты уже спадает. – Рыцарь заметил, что машина тронулась за ним и стреляют оттуда прицельно. – Если хоть один гад заденет мою красавицу…

Он заметил ее испуганный взгляд в зеркальце заднего вида. Но гранату она ему протянула.

– Теперь перелезай вперед. – Он нажал на кнопку, опускающую стекло.

Девушка, как могла быстро, повиновалась.

– Держи руль!

– Сдурел? – осведомилась она, впервые за время их знакомства повысив голос. – Я водить не умею!

– Тебя никто и не просит водить! – рыкнул он в ответ. – Я сказал, держи руль!

Она ухватилась за руль мертвой хваткой. Лука высунулся из окна. Машина их догоняла.

Естественно, черный джип. Придурки! Теперь осторожно высунуть руку, выдернуть чеку и…

Лишних жертв он не хотел. А потому рассчитал так, чтобы граната разорвалась прямо перед носом дебилов, заставив их всего лишь резко свернуть. Прогремел взрыв, что-то массивное съехало с дороги. Рыцарь отцепил руку девушки от руля.

– Ты молодец, детка. – Лука улыбнулся ей как мог ласково. – Извини, что так все сложилось.

– Все нормально, – соврала она, пряча глаза. – Только мне почему-то очень хочется двинуть тебе по морде.

– Адреналин, – дружелюбно прокомментировал он. – Покурим?..

Еще никогда Лука не чувствовал себя так уютно в гостиничном номере. Здесь тихо, никто пока не стреляет, есть выпивка, и найдется где поспать хотя бы пару часов.

– А жизнь-то налаживается, – сказал он Эльзе, проходя к бару. – Сами целы и невредимы, и красавицу мою удачно припарковали. Умный был человек тот, кто придумал подземный гараж. Он меня понимает.

– Ты так печешься о своей крошке, – иронично заметила девушка, усаживаясь на диван.

– А то! – Он наполнил бокал мартини. – Представляешь, сколько она стоит?

– Ну ты вообще живешь на широкую ногу. – Она обвела взглядом номер. – Шикарные тачки, номера люкс.

– Не только у тебя были богатенькие родители, – ответил он в тон. – Вот как все-таки в жизни все складывается. У меня ведь была идея сегодня ночью пригласить тебя сюда.

– С чего это? – насторожилась Эльза.

– Ну только слепой полудурок не заметил бы, что ты не горишь желанием ночевать в своей квартире, – резонно заметил рыцарь. – Но, как я и ожидал, такое приглашение могло быть воспринято неверно.

– Но будем считать, что я его все равно приняла. – Она неприятно улыбнулась. – Ты очень настойчив в уговорах.

– Все еще сердишься? – усмехнулся Лука, усаживаясь в кресло напротив нее.

– Да вот, – она глумливо пожала плечами. – Хотя и с чего бы мне злиться? Подумаешь, отдал мне руль на самом ходу, подумаешь, пришлось передавать тебе гранату, зная, что ты ее запустишь в ту тачку… И не надо мне напоминать, что оттуда по нам стреляли. У меня нет проблем с памятью! Просто… я-то никого убивать не собиралась.

– Между прочим, – суховато отреагировал рыцарь, – той гранатой никого и не убило. Что не есть хорошо. Так как они вернутся. Это раз. И еще один из них тоже был оборотнем, как и твой ночной поклонник. Это два.

– Кстати, а как он умудрился запрыгнуть на третий этаж? – Девушка перешла на деловой тон.

– Он с крыши прыгал, а не снизу, – пояснил рыцарь. – И прыгал, будучи в человеческом обличии. А обернулся он уже в полете, гад.

– Видимо, он опытный… вервольф. – Казалось, она заставляет себя привыкнуть произносить новое слово.

– Верно. – Он одобрительно улыбнулся. – Твоего охранника инициировали месяца два назад, а вот этот стал таким несколько лет назад. И поверь, он явно не голодал все это время.

– Он работал в службе безопасности у дяди, – сказала Эльза. – Я его помню. Он как-то сопровождал нас на какой-то банкет. И очень мне не понравился.

– Что? Кидал на тебя голодные взгляды? – не удержался Лука.

– Не на меня. – В ее глазах появился недобрый блеск. – На Володьку.

– Вот как! – Рыцарь задумался. – Слушай, что-то тут не сходится. Ты уж прости, но убивать твоего брата нужно было до того, как дядю арестовали, а не после. Да и стрелять в тебя смысла нет. Но все же… Володьку они не убили. А охота за тобой началась именно сейчас. И это при том, что именно дядя упек тебя в обезьянник.

– Можешь смеяться, – Эльза выглядела расстроенной, – но я до сих пор не могу поверить, что это дядя. Видишь ли… Ну, в общем, он предлагал мне выйти за него замуж…

– Замуж! – Лука искренне удивился и еще больше заинтересовался темой. – Будешь мартини?.. Да?.. Сейчас сделаю… Так, говоришь, замуж… А! Ну да. Он же тебе не родной. И что?

– Ну я ему отказала, – продолжала девушка. – Хотя он настаивал… Но… без приставаний, конечно…

– Это и так понятно. – Лука передал ей бокал. – То, что у тебя не было еще мужчины, я знаю.

– Прости, – она смутилась, – а откуда?

– По ауре видно. – Рыцарь тут же решил вернуться к прежней теме. – Так и что дальше?

– Аура… – Она его принципиально не слышала. – Это то свечение? Ну у тебя оно светло-голубое. А иногда с ярко-белыми всполохами, как тот огонь… И у брата такое же… Он ведь такой же, как и ты?

– Да. – В принципе, эта тема ему тоже нравилась. – Ты это видишь?

– Не совсем. – Она будто вслушивалась в себя. – Это на уровне ассоциаций. И не всегда я ее замечаю.

– То есть у смертных ты ауры не различаешь?

– У смертных? – Она усмехнулась. – А ты, значит, не смертный?

– Ну я уж точно не Кощей. – Он тоже позволил себе любимую ухмылку. – А вот ты говорила, что у твоего охранника что-то изменилось…

– Да. – Девушка охотно кивнула. – Только после того, как я посмотрела на… того вервольфа… вернее, на его труп, тогда я и поняла. Что-то черное. Так?

– Умница, дочка, – похвалил рыцарь. – Весьма неплохо. А еще у кого-то что-то подобное замечала?

– У жены дяди. У Пелагеи, – пояснила девушка. – Но… там какой-то клубок цветов. А преобладает… – казалось, она пытается увидеть ауру той женщины, – бордовый. Да!

– Чего-то я совсем запутался, – нахмурился Лука. – Он тебя же замуж звал. А при этом был уже женат?.. Да, знатный кобелина.

– Ну насчет кобелины не знаю, – Эльза иронично улыбнулась, – тебе тут виднее. Рыбак, так сказать, рыбака… А вообще, я и пыталась об этом рассказать. Он сначала ко мне ходил. А потом вдруг женился на другой. Вот я и думаю, какой смысл затевать все это сейчас? Он же мог похитить Володьку тогда и шантажом заставить меня выйти за него. Вот… а деньги потом переписал бы на себя. Или как там это делается?

– Где-то так, – согласился Лука. – А еще умнее было бы грохнуть и тебя, и братца, как только ты ему отказала. А когда это было?

– Да с полгода назад. – Девушка пожала плечами.

– И жена у него, небось, сорокалетняя бизнес-леди с неплохим капиталом, – цинично рассудил рыцарь.

– Вообще-то, – у Эльзы был довольно хитрый вид, – Пелагея всего на два года старше меня.

– Офигеть! – отреагировал он. – Это надо перекурить. Слушай, а что за девка?

– Ты почти угадал, – продолжала она в том же тоне. – Почти что девка… Была стриптизершей в одном местном клубе.

Лука поднялся с кресла и начал расхаживать по номеру.

Вот так, значит. Что там Нимуэй весточкой передала? Та, что танцует? А логично все складывается.

– Знаешь, детка, – сказал он Эльзе, – а мы с тобой слегка ошиблись в расчетах. Это не твой дядя. Вернее, крайний не он. Надо бы завтра хорошенько порыться да узнать все о твоей моложавой тетке. Судя по тому, что ты сказала, да плюс то, что знал я… Интересно все складывается.

– И во сколько начнем рыть? – жалобно поинтересовалась она.

– Все зависит от тебя. – Рыцарь усмехнулся. – Любишь долго спать? Тогда марш в кровать.

Номер был двухкомнатным. Рыцарь отправил девушку в спальню. Она сама сообразила, что дверь стоит оставить приоткрытой. Лука устроился на диване. Вернее, попытался устроиться. После получаса попыток хоть как-то на нем уместиться он предпочел переместиться на пол. Жестковато, конечно, но… Вот такой вот нынче люкс.

Спящая красавица

В тот раз Лука долго отказывался от задания, но начальство у него еще более упертое, чем он сам. Работать рыцарь любил, потому что в свою работу верил, хотя никому в этом не сознавался. Но тут был просто нереальный случай.

Жил-был мужик. Ничем почти не примечательный. Обычный такой скромный магнат от туристического бизнеса. В Чехии трудно найти другой доходный промысел. И вот родилась у этого скромного чеха дочка. Не девочка, а картинка. На радостях этот скромный мозгами бедолага решил начать жить по-новому. Милым семейным счастьем. И… бросил любовницу.

Ничего, в принципе, страшного. Купил ей спортивную тачку на прощание, выдал пару телефонов своих дружков, чтобы баба одна не осталась, расцеловал ручки и сделал ноги. И, конечно, забыл, что ранее обещал ей место новой своей жены.

Обычная история. Да вот только баба была необычная. Ведьмой ее не назовешь, но… кое-чем баловалась. И в результате она прокляла девочку. Причем хитро очень. Мол, пострадаешь от розы, когда сама будешь в поре цветения. Старо, как мир…

Папик с маманей объявили всем, что у доченьки аллергия на розы. И никогда в доме цветов не было. Пока перед девочкиным совершеннолетием бывшая любовница не навестила своего ненавистного обманщика. Походила, посмотрела, как дела. Приласкала девушку. Запомнила ее хахаля. А потом чуть подправила ему мозги несложным заклинанием.

И вот в свой двадцать первый день рождения девушка получила от возлюбленного колечко в знак долгожданной помолвки и прекрасный цветок. О своей аллергии она знала. И, в принципе, просто взяла розу, чтобы отложить подальше. Чисто из соображений такта… Этого хватило. Уколола палец, впала в кому.

К Хранителям история скромного, убитого горем магната попала из интернет-источников. Он просто хорошо заплатил, чтобы клич о помощи высвечивался в директе при ссылках на слова «роза», «неизвестная болезнь» и при попытке искать сайты всяческих магов и колдунов. К последним он обращался беспрестанно, так как ортодоксальная медицина была бессильна.

И что тут мог сделать Лука? Но начальство настаивало.

Рыцарь поехал. Первым делом посмотрел на коматозную девицу. Чуть сам не впал в ступор. Хороша была неимоверно. Расспросил аккуратно родителей и бывшего хахаля. Выяснил все про цветок. Почитал литературу, поспрашивал бывалых коллег.

Выход был один. Избранный юноша с пылкой страстью к коматознице. Бывший хахаль на эту роль не тянул.

Лука попытался водить к кровати девицы экскурсии, авось кого зацепит. Цепляло многих, но как-то не достаточно сильно. А папик продолжал искать целителей.

В принципе, по здравому размышлению, рыцарь вынужден был признать, что родитель девицы в чем-то прав. И тоже занялся поиском. Только не самозваных магов, а профессиональных врачей. Почему? Он сам не знал. Видимо, сработала интуиция. Просто проклинательница была по профессиональной ориентации медиком. Причем далеко не в первом поколении. Вот он и искал какого-нибудь ее дальнего родственничка той же профессии и подходящего возраста.

В результате рыцарю повезло. Четвероюродный племянник указанной дамы, проживающий с семьей в Венгрии, был начинающим научным деятелем от медицины. И он так удачно специализировался на изучении способов выведения людей из комы.

Лука совершил вояж в Венгрию, нашел парня и с первого взгляда понял, что именно этот товарищ ему и нужен.

Дальше все прошло как по маслу. Рыцарь рассказал о необычном случае в Чехии, парень круто заинтересовался. Рванули обратно.

Начинающему светиле медицины хватило одного взгляда на прекрасную коматозницу, чтобы сдвинуться мозгами. Пока, правда, только на научной почве. Парень начал пробовать на девушке все известные ему меры по выведению из комы. Но, к счастью, мозги у Избранного были еще молодые и слабые. По крайней мере недели через две за ним стали замечаться так необходимые признаки влюбленности в пациентку.

А время шло. Папик уже бил копытом от нетерпения. Лука тоже терял терпение. Избранный работал, как прокаженный, но дама не просыпалась.

Надо было что-то делать. И рыцарь заглянул в кабинет главврача с большой пачкой денег в кармане.

Наконец настал день икс. Врачебный консилиум во главе с купленным дядей в белом халате вынесли вердикт. Отключить даму от системы жизнеобеспечения.

Убитый горем Избранный бережно держал девушку за руку и поливал слезами ее одеяло. И вот решающий момент. Приборы потухли и умерли. Парень склонился над умирающей любовью, надеясь запечатлеть прощальный поцелуй на почти бескровных ее устах… И тут она открыла глаза.

Лука поздравил всех со свершившимся чудом. Принял благодарности от родителей и молодых. А потом спешно сделал ноги.

Когда он вернулся и доложил обо всем Вульфу, тот вдоволь наприкалывался. Как же! Оказывается, его ученик может прожить целых три месяца, ни в кого не стреляя, ни за кем не гоняясь, да еще и работая мозгами. А потом начальник предоставил Луке какую-то жуткую магическую формулу. После такого зрелища рыцарь уверился, что всякие флористические изыски вызывают у него стойкое чувство тошноты…

14.

– Лу, вставай! – громко и настойчиво звала его Эльза.

Он открыл глаза и метнул на нее крайне недовольный взгляд.

– Я понимаю, что у тебя богатый опыт поднимать брата в школу, но я ее уже давно закончил. Дай поспать!

– Уже двенадцатый час, красавчик, – усмехнулась она злорадно.

– Это не повод… – Он заставил себя сесть. – Все равно же не отстанешь. А я так надеялся на иное пробуждение…

– И как же тебе это виделось? – Девушка явно нагло забавлялась за его счет.

– Думал, что проснусь первым и… Ты же знаешь, как будят спящих красавиц? – Он одарил ее многозначительной улыбкой.

– Лу, – она посмотрела на него как-то по-новому, – неужели у тебя так плохо с личной жизнью, что ты докапываешься до спящих?

– Ой! Ну, надо же. – Он по-детски надулся. – Тебе ли говорить! – Но тут рыцарь сменил тон, передумав обижаться. – Слушай, а правда, почему ты до сих пор девственница?

– А это преступление? – осведомилась Эльза.

– Нет, естественно. – Он сел по-турецки и уставился на девушку с самым заинтересованным видом. – Просто не понимаю. С твоей-то фигурой да мордашкой. Да и ума у тебя хватает.

– Такой обвал комплиментов… – Эльза села напротив него на пол, копируя его позу. – Ну были у меня несколько ничего не значащих романов. На первом курсе, он решил, что я не только умная и красивая, но и достаточно богатая.

– Ясно. – Лука скорчил презрительную гримасу. – Урод.

– Второй был на третьем курсе, – продолжала она. – Тут просто как-то не склеилось. Знаешь, так бывает. Вроде и я к нему хорошо относилась. И он ко мне. И интересы были общие, и уровень жизни… В общем, слишком много совпадений.

– И никакой романтики, – подсказал рыцарь. – Лох.

– А потом был третий. – Она стала серьезнее. – Четвертый и пятый курс… В общем, его долго устраивало, что я умная. А потом… оказалось, что для него я слишком умна.

– У тебя богатый жизненный опыт. – Он сочувственно улыбнулся. – За пять лет успеть повстречаться с тремя типами придурков.

– Спасибо, что оценил мои скромные усилия. – Эльза усмехнулась, а потом будто опять спряталась в свою ракушку, а тон стал несколько суховатым. – На самом деле у меня не очень-то много было времени на романы. Мама болела, потом умерла. Я должна была заботиться о Володьке. Он же тогда был совсем маленьким. Да и после смерти отчима… Мы же остались вдвоем только. Да плюс моя учеба. Ты просто не представляешь, как меня нагружал мой научный руководитель.

– Какой-нибудь старый козел, который делал на твоих трудах себе имя? – предположил рыцарь.

– Старый, – согласилась девушка. – Но не козел. И ничего моего он не присвоил. Думаешь, откуда у меня те деньги?

– Из шкафа, – усмехнулся он по-мальчишески.

– Но в шкаф-то их кто-то положил, – напомнила она. – Это мои гонорары от печати в иностранных изданиях.

– Шутишь! – Его изумление было искренним. – Блин! Вот подлянка, а? Если бы я раньше знал, что за знание истории так офигенно платят, я бы сейчас был миллионером!

– Да ты вроде и не бедный. – Она поднялась с пола. – А где здесь кормят?

– Сейчас пойдем. – Он тоже поднялся. – Я только быстро в душ сбегаю.

Они позавтракали в ресторане гостиницы, вернулись в номер, собрали вещи. На одном месте оставаться было опасно. Они спускались в подземный гараж.

У двери, ведущей на стоянку, Лука собрал уже давно ставшим привычным жестом силу в ладони, мысленно повторил заклинание и незаметно запустил голубоватый шарик в щель под дверью.

Его маленький разведчик с бешеной скоростью понесся по стоянке, проверяя наличие чужой магии и присутствие людей и нелюдей.

Последних там не оказалось, что уже несомненно радовало. Чужой магии тоже. Почти. Что-то крохотное у самой машины.

Рыцарь начал подозревать, что Пелагея довольно слабая ведьма. И людей на стоянке обнаружилось только двое.

Лука мысленно представил их местонахождение. Это будка охранника. Но вот почему их там двое? Он заставил своего волшебного шпиона вернуться туда.

Ага! Охранник там, судя по всему, был все же один. И он валялся без сознания. А тот, кто занял его место, ждал их. Оставалось надеяться, что снаружи у него не обнаружится подкрепление.

– Лу, – позвала Эльза. – Мне страшно.

– С чего бы? – делано удивился рыцарь, понимая, что она чувствует чужую магию. – Уж не оттого ли, что там за дверью какая-то фигня?

– Чего? – искренне удивилась девушка. – Может, не надо, а? Это же не смешно!.. Лу, я серьезно. Так всегда было.

– Детка, – Лука нахмурился, – я чего-то не понимаю. Ты сейчас о чем?

– Я боюсь подземных стоянок, подземных помещений вообще, подвалов в целом, – протараторила девушка. – Я не знаю почему, но боюсь. Я там начинаю задыхаться, мне начинает казаться, что там всегда кто-то прячется и хочет что-то со мной сделать.

– Фигово, – подумав, прокомментировал рыцарь. – Видишь ли, на этот раз твои страхи оправданы. Там что-то не так.

Эльза прислонилась к стене и закрыла глаза.

– Лу, – в ее голосе слышалось отчаяние, – я не смогу. Прости.

– Так, детка, не глупи. – Он старался не паниковать. – Давай подумаем вместе. Эльза, я не могу тебя оставить без присмотра. А забрать машину мы должны. Считай, это наше единственное убежище. Слушай, мы просто обязаны туда дойти! И…

Она отрицательно помотала головой.

– Эльза! Есть такое слово «надо»! – В общем-то, он понимал, что все это бесполезно, врожденные страхи – дело крайне фиговое. – Ну же!.. Погоди-ка! А как же ты вчера вечером все это дело перетерпела?

– Не знаю. – Девушка жалко пожала плечами. – Машина твоя к двери близко. Всего несколько метров. А мы почти бежали… И вообще, Лу! Я была ужасно зла на тебя и…

– Хватит! – Он перешел на командный тон. Главного он добился. Она вспомнила, что злилась. Теперь стоит только заново ее разозлить. Он достал пистолет. – Держи!

– Зачем? – Эльза выглядела потрясенной.

– Возьми его, – твердо продолжал рыцарь. – Значит, так! Он заряжен. Ты сейчас снимешь его с предохранителя.

Он достал еще один пистолет. Показал, что и как надо делать.

– Я жду! – рыкнул Лука.

Девушка одарила его яростным взглядом, но выполнила то, что ей велели.

– Теперь надо только нажать курок, – продолжал он объяснения. – Руку держи твердо. И целься, естественно.

– В кого? – ледяным тоном осведомилась она.

– В того, кому придет в голову стрелять в тебя!

А потом он засунул свой пистолет за ремень джинсов, схватил одной рукой их сумки, а другой вытолкнул девушку на стоянку. Она по инерции прошла несколько шагов и встала, как вкопанная, широко распахнув полные обиды глаза.

– Закрой глаза! – велел он. – Я тебя поведу.

И они пошли к машине, до которой было не более пяти метров.

Вот она, его красавица. Черная, блестящая, правда, слегка замызганная после вчерашних приключений. Ничего, это легко исправить.

Лука уже собирался усадить девушку на переднее сиденье, протянул руку к двери и замер. В ручке торчал цветок. Идеальная темно-красная роза экстра-класса.

Рыцарь выматерился.

– Ой! – Эльза открыла глаза и смотрела на розу с умилением.

– Не вздумай ее трогать. – Лука был раздражен. – Тупой, старый и дешевый трюк. Кто только ее этому учил?

Он обернул руку полой куртки и вытащил цветок.

– Теперь садись, – велел он, распахнув для девушки дверцу. – Дай только я эту дрянь куда-нибудь кину.

Куда-нибудь пришлось на приборную доску прямо под лобовое стекло. Потом он закинул назад сумки и наконец-то уселся на водительское место.

– Ты как? – участливо спросил он Эльзу.

– Отвратно, – скорчив гримаску, сказала она. – Меня тошнит, чуть кружится голова. Да еще я не в восторге от наличия у меня этой штуки.

Она помахала в воздухе пистолетом.

– Осторожнее, детка, – предупредил Лука. – Она может издавать громкие звуки. Держись, скоро выберемся. Только на всякий случай опустись пониже на сиденье. Там у выезда, кажется, засел стрелок.

А потом он завел мотор и, как всегда, резко тронул с места.

Будка охранника располагалась за поворотом. И рыцарь надеялся проскочить ее, если, конечно, там поднят шлагбаум. Однако надеяться на это, как оказалось, было глупо. Они выскочили прямо-таки из-за угла и резко тормознули.

Мужчина в форме охранника привстал со стула и направил на них автомат.

Лука выстрелил первым. Попал, уже практически по традиции, в плечо нападавшему. Того чуть развернуло.

Больше рыцарь стрелять не собирался. Чуть приоткрыв дверцу, он высунулся и аккуратно кинул в будку цветок.

– Держи!

Придурок послушался, поймал подарок на лету. Матернулся, побледнел и упал.

Лука не стал рисковать, заходить в будку и искать нужную кнопку подъема шлагбаума. Он просто запустил в преграду маленьким файерболом.

Шлагбаум слетел с громким звоном. Машина тут же рванула вперед. И на выходе их, естественно, ждали.

Уже знакомый черный гроб на колесах перегораживал проезд. В кабине торчали двое. Еще двое бежали к его красавице с обеих сторон, держа автоматы наперевес. На этот раз придется убивать. Рыцарь поморщился.

– Пригнись и не высовывайся, – велел он девушке, опуская окна.

И начал стрелять. Что называется, всем сестрам по серьгам. Левому в живот, правому в ногу. Урод некрасиво споткнулся, закричал и рухнул в грязь.

А из джипа тоже решили открыть огонь. В принципе, можно было бы потратить на весь этот цирк еще одну гранату. Но тогда пришлось бы долго ждать, когда освободится проезд. Не лучший выход.

Лука усмехнулся, сосредоточился и выдал очередное заклинание. Перцы в джипе легли спать.

– Потрясающе, – прокомментировала ворчливо Эльза, выглядывая осторожно в окно. – У тебя есть мирные средства борьбы!

– Да я вообще пацифист. – Рыцарь вышел из тачки и отправился отгонять гроб с проезда.

Это было не трудно. Всего-то несколько метров. Гроб, кажется, впечатался задом в столб. Фигня война!

Рыцарь вышел, осторожно прикрыл дверь… и тут сзади раздался выстрел. Он присел и резко развернулся. Давеча раненный в ногу урод теперь еще имел и покалеченную руку. Лука поспешил в свою машину.

– Детка! – Вид у Эльзы был такой, будто ее сейчас вырвет. – Дай-ка мне эту штучку.

Он не без труда вынул из ее руки пистолет. Обтер рукоятку, уничтожая ее отпечатки, а потом убрал оружие в бардачок.

– Солнышко, – как мог ласково проговорил рыцарь, обнимая девушку за плечи. – Успокойся, милая. Ты все сделала правильно. Ты мне, между прочим, жизнь спасла. Ну же, скажи что-нибудь.

– Я ведь его не убила? – как-то сухо поинтересовалась она.

– Да это чудо, что ты вообще в него попала, – усмехнулся он, легко целуя ее в висок. – Ты как? Вроде бы могла уже и в истерике биться…

– Я и бьюсь, – тем же мертвым тоном согласилась Эльза.

– Могу встряхнуть или по личику двинуть, – предложил Лука. – Говорят, помогает.

– Да пошел ты…

Она отстранилась от него, сердито поджав губы.

– Ты просто идеал женщины. – Он завел мотор. – Ни криков, ни слез. Одно только чувство юмора. Пусть и грубоватое слегка.

– Просто у меня заторможенные эмоциональные реакции, – сообщила она. – Дай сигаретку.

Он протянул ей пачку и зажигалку, а потом припарковался на одной из соседних улочек этой более-менее современной части города.

– Ты покури тут, – разрешил он. – Поплачь, если вздумается. А я выйду, сделаю один звоночек. Только если решишь начать тут убиваться по первой пролитой тобою крови, давай без фанатизма.

– Успокойся, стреляться не стану, – проворчала она.

Он усмехнулся, послал ей воздушный поцелуй и вышел на улицу.

А дождь лил без перерыва уже второй день. Кругом было мокро и мерзко. Фиговая нынче зима выдалась. Лука пристроился под козырьком какого-то магазинчика, прикурил и набрал номер Вульфа.

– Лу! – Казалось, начальник рад его слышать. – Как там у тебя?

– Мокро, – ворчливо отозвался рыцарь. – Слушай, тут вторые сутки идет нехилый ливень. Что-то в Небесной Канцелярии не так.

– Наверное, сантехник запил, – поделился Старший соображениями.

– Думаешь? – усмехнулся Лука. – Тогда нормально. А то я уж начал опасаться потопа.

– Что-то ты явно в пессимистическом настроении, – весело заметил Вульф. – Опасаться надо будет начинать где-то через месяц, если там погода не изменится.

– Через месяц уже будет поздно, – веско возразил Лука. – К тому времени тут воды будет выше замковых башен. Захлебнуться можно, между прочим. У меня же жабр нет.

– Ты себя недооцениваешь, – подбодрил начальник. – Ну а теперь, если ты закончил светскую часть беседы о погоде, то все же расскажи, как там у тебя дела.

– Как обычно, – хмыкнул рыцарь. – В меня стреляют, меня пытаются покусать, кидаются какими-то чарами. Хрень собачья.

– Ты девушку нашел? – Старшему было откровенно наплевать на его жалобы.

– Нашел, – покладисто ответил Лука. – В местном обезьяннике. Вытащил ее оттуда. Она сестра того мальца с трассы. Сводная, правда, по матери. А вот кто она по сути – это вопрос. Но ответы я поищу потом. Сейчас надо тут с другим разобраться.

– И, как я понимаю, тебе нужна помощь, – предположил начальник.

– Чисто информационная, – уточнил рыцарь. – Смотри, какая фишка. Упек девочку в обезьянник ее дядя. Некий Олег Анатольевич Астахов. Идея была в том, чтобы похитить мальца и свалить это на сестру. Ее бы посадили, его бы не нашли. Их наследство перешло бы к нему.

– А почему нельзя было парня грохнуть? – поинтересовался Вульф.

– Потому что парень – будущий рыцарь, – легко пояснил Лука. – И, судя по всему, наши гады об этом в курсах.

– Ну девушка твоя тоже не простая, – напомнил начальник.

– Да, – согласился подчиненный. – Но ее почему-то решили пустить в расход. Но сейчас важно другое. Дядя сидит, а по нам палят без передыху. А еще эти гады зубастые.

– Типа оборотни? – уточнил Вульф.

– Не типа, а самые натуральные и опытные, – пояснил недовольно Лука. – Легко догадаться, что за этим стоит кое-кто другой. Тем более что по всем прикидкам у нашего дяди на такие выкрутасы кишка тонка. А если учесть, что тут еще и магией балуются, и припомнить слова Нимуэй, то вырисовывается у нас…

– Ведьма, – устало догадался начальник.

– И ею, скорее всего, является молодуха нашего дяди-урода, – закончил доклад рыцарь. – Пелагеей кличут.

– Ты хочешь, чтобы я ее пробил по базам? – спросил Вульф.

– Ага, – согласился Лука. – А я сейчас наведаюсь в полицию. Все же на мне несколько трупов. Надо засвидетельствовать почтение и поразузнать чего-нибудь.

– Что там с оборотнями? – продолжал выспрашивать начальник.

– Как я понимаю, – рыцарь уже продрог и очень хотел вернуться в теплое нутро своей красавицы, – вожак там некий Смирнов Алексей Александрович, начальник службы безопасности нашего дяди.

– Смирнов? – Старший усмехнулся. – Ты знаешь, что это самая распространенная фамилия в России? Да и имечко у него не из редких.

– Вульф, – Лука упорно порывался закончить разговор, – не мы такие, жизнь такая. Что делать?

– Пыхтеть и париться, – ответил начальник. – Ладно уж, иди в тепло. А то я даже через телефон чувствую все твои отрицательные вибрации.

– Это не вибрации, – проворчал рыцарь. – Это озноб благодарности и уважения к руководству.

– Пока, подхалим. – Старший отключил вызов.

Лука рванул к машине.

Эльза вроде бы повеселела. Лука, садясь в машину, одарил ее обнадеживающей улыбкой.

– Я рискую перестать быть оригинальным, – предупредил рыцарь. – Но все же в очередной раз спрошу. Ты как?

– Уже лучше. – Она просто сияла. – Сейчас станет совсем отлично.

И девушка от души залепила ему пощечину. Лука шумно выдохнул от удивления и потер ушибленную щеку.

– Это за что? – обиженно поинтересовался он.

– За пистолет, за выталкивание меня на ту ужасную стоянку, за то, что мне пришлось стрелять, и, главное, за твое идиотское сюсюканье, как будто я семилетний недоумок или совсем тупая блондинка! – Девушка была в ярости.

– Прости, – подумав, извинился рыцарь. – Мне надо было тебя разозлить, чтобы ты забыла о своих страхах. Потому я и вручил тебе пистолет. Да и эффект неожиданности всегда действует лучше, чем долгие уговоры. Знаешь, что-то вроде шоковой терапии. Насчет того, что тебе пришлось стрелять… Эльза, тут я могу только благодарить тебя за спасение моей жизни. И ты сама прекрасно понимаешь, что моей вины нет в том, что этот урод еще был в состоянии держать оружие. А насчет последнего… – Он пожал плечами. – Я просто хотел тебя подбодрить… Без всяких мыслей тебя унизить. Я думал, тебе страшно…

– Это ты меня извини. – Девушка робко коснулась его щеки, где хорошо просматривался отпечаток ее ладони. – Просто мне было слишком страшно.

Он еще раз тяжело вздохнул, обнял Эльзу за плечи, притянул к себе и легко поцеловал в щеку.

– Я понимаю. – В его голосе слышалось искреннее сочувствие. – Надеюсь, скоро это все закончится.

Они посидели так некоторое время в молчании.

Как ни странно, Лука чувствовал себя довольно комфортно. Его не тянуло распускать руки, хотя и чисто братских чувств к Эльзе он не испытывал.

– А что было с тем цветком? – вдруг спросила она, отстраняясь.

– Немного яда и немного колдовства, – пояснил рыцарь. – Формула сложная и трудоемкая в применении, а вот результат не столь впечатляющ. Вернее, для тебя это было бы крайне неприятно.

– Догадываюсь. – Она усмехнулась. – В ближайшее время мне надо также отказаться от предложений попробовать красных яблочек.

– Ну это больше на мужиков действует, – несколько удивился Лука. – Любовная порча.

– Забавное сочетание, – прокомментировала девушка.

– Чего забавного? – обиделся он за весь мужской род. – Любой любовный заговор – уже порча. А такого типа – уж тем более. Что-то я не встречал лохов, читающих заговоры в полнолуние. Это больше по женской части.

– Вообще-то, я о другом изначально говорила, – Эльза решила сменить болезненную для него тему. – Сказки. Всего лишь сказки. Одна принцесса уколола руку об розу, после чего спала мертвым сном. Другая надкусывала яблочко с тем же результатом. Не читал?

– Да как-то приходилось почитывать. – Он криво улыбнулся. – И не только читать. Видишь ли, все эти сказочные сюжеты… Ну, в общем, на чем они строятся?

– На борьбе добра со злом, – наигранно скучающим тоном ответила Эльза, доставая сигарету. – Основной мотив любой волшебной сказки – преобладание морали над антиморалью. Доказательство чистоты принца или принцессы как носителей этой самой морали. Победа над негодяями в сказке – это торжество чистой души… Хотя, по моему мнению, это несколько извращенное понятие о справедливости. Например, в «Белоснежке» чем все дело заканчивается? Мачехе надевают сандалии из раскаленного железа и заставляют плясать в них до смерти. И это по приказу милейшей чистой девы-принцессы. Мило, да?

– Вот-вот. – Лука был искренне поражен ее лекцией, но решил пока не говорить об этом. – Ты просто немного ошиблась, детка. Сюжеты сказок всегда строятся на криминале. Да, мораль должна побеждать антимораль. Но разве для этого выбираются не жестокие методы? Мораль, детка, и у гадов, и у героев одинакова. Просто сюжет у сказки универсален. Это криминальная история, которая может случиться в любое время. И в Средневековье, и сейчас. Потому-то сказки и читают.

– Круто, – оценила девушка. – А ведь я чуть не забыла, что главное в волшебных сказках – скрытая за символами тайная истина. Хотя, скажу честно, мне эта истина нравится все меньше.

– Слишком похожа на несправедливость жизни, не правда ли? – Лука завел мотор. – Поедем работать, детка. Нам сейчас предстоит потратить несколько часов на общение с представителями правоохранительных органов. Это не воодушевляет.

Она чуть улыбнулась и кивнула.

15.

Из дверей отделения они вышли в восьмом часу. У Эльзы сводило желудок от голода, а к этому прибавлялась полная моральная опустошенность.

Лука вспомнил, что во время прогулки по набережной прошлой ночью он приметил там неплохой кабак.

Это было заведение клубного типа, уютное и явно рассчитанное на состоятельных клиентов. Рыцарь это ценил. Не из-за лишних понтов, а просто потому, что когда в тебя все время стреляют или пытаются извалять тебя в грязи в самом прямом смысле этого слова, то иногда хочется комфорта и некоторой роскоши.

– Жуть, – жизнерадостно поделился рыцарь впечатлениями о недавнем посещении местного ОВД, после того как заказ был сделан.

– Полный беспредел, – пробормотала Эльза в ответ, картинно закатив глаза.

– При мне майор эту фразу повторил раз пятнадцать. – Лука рассмеялся.

– И при мне около двадцати. – Девушка с жадностью посмотрела на салат, который поставил перед ней официант. – Спасибо… А почему мы ничего не сказали о Пелагее?

– Ну, детка, – рыцарь с сожалением посмотрел на горку салата на своей вилке, которую он так и не донес до рта, – во-первых, было бы неплохо, чтобы полиция сама немного поработала мозгами. А майор явно не дурак. Он быстро додумается до того же, что и мы. А во-вторых, милая, тебе не кажется, что не стоило бы сообщать о ведьмах и оборотнях? Это как-то…

– Я понимаю. – Эльза улыбнулась отбивной в своей тарелке. – И главное, ты наверняка мечтаешь закончить это дело сам. Кстати, ты… – В ее взгляде появилась нерешительность. – Ты ее убьешь?

– Глупости. – Он профессионально разделывал цыпленка табака. – Я уже говорил тебе, что я пацифист. И вообще, зачем убивать ведьму? Я же не инквизитор. Просто лишу ее силы. И на будущее… Я никогда не нападаю первым. Считай, это мое жизненное кредо. И еще не люблю убивать в принципе.

– Кодекс рыцаря? – спросила она чуть иронично.

Лука замер.

– Что? – переспросил он с некоторой угрозой.

– Ну, – Эльза смутилась от такой реакции, – кодекс рыцаря на белом коне, Лу. Да я опять все про сказки. Хотела приколоться.

– А! – Ему как-то сразу полегчало. Рыцарь понимал, что она не врет. – Кстати, а откуда у тебя такие глубокие познания в понимании и анализе фольклора? Ты же, кажется, историк по образованию, а не литературовед?

– Историк, – благосклонно подтвердила девушка. – Это означает, что я закончила исторический факультет. А как ты сам понимаешь, там явно не одна кафедра. Вот лично я специализировалась на кафедре истории философии и религии. И если уж быть точной, то я мифолог.

– О как! – С этой красной девицей все интереснее и интереснее.

– Мой научный руководитель считал, что из женщин не получаются хорошие философы, – рассказывала она, чуть жестикулируя свободной рукой. – Нам ближе мир сказок.

– Да уж, – чуть суховато прокомментировал Лука. – Куда уж ближе… А почему ты вообще остановила свой выбор именно на этой области знаний?

– Остановила выбор? – Эльза усмехнулась. – А он у меня вообще был? Мой научник все решил за меня.

– А чего так? – Этот старый типа-не-козел вызывал у рыцаря все больше вопросов и искреннее желание поболтать по понятиям.

– Он же друг семьи. – Девушка пожала плечами. – Он и посоветовал мне этот факультет, помог поступить… Ну знаешь, как это бывает?

– Догадываюсь, – буркнул рыцарь. Ситуация интриговала его все больше. – Я начинаю понимать, почему ты так более-менее спокойно воспринимаешь происходящее сейчас.

– Если бы! – Она следила, как официант убирает тарелки и выставляет на стол десерт и кофе. – Более-менее спокойно воспринимать это нереально. Даже имея большой теоретический опыт изучения сказочного мира и символики. Даже имея некоторые… необычные способности.

– Вот! – Лука оживился. – Как раз хотел спросить. А брат твой тоже может видеть ауру и использовать зов?

– Нет. – Она вдруг резко ушла в себя. – Не может.

– Что такое? – Эти ее перепады настроения рыцаря несколько сбивали с толку. – Что я спросил такого особенного?

– Извини. – Дверка в ее ракушке, кажется, чуть приоткрылась. – Это в семье закрытая тема всегда была. Мама не хотела…

– Не хотела чего? – Лука активно не врубался.

– Понимаешь, – вид у девушки был несчастный, – маме не нравилось наличие у меня таких способностей. Но она говорила, что они мне даны для защиты брата. И я должна была очень строго следить, чтобы у него они не проявлялись. Чтобы Володька их не развивал. Это, конечно, странно. Я ее спрашивала об этом, и не один раз… Она всегда отвечала только, что ему еще не время…

– Верно. – Рыцарь утвердительно кивнул. – Где-то к шестнадцати у него они все равно проявятся. И тогда к нему приставят наставника и учителей. Но вот… Во всем этом нелогично то, что твоя мама не подумала о тебе. Ты же тоже не из простых смертных.

– Она говорила, что мой долг быть… – Эльзу это все пугало, будто она выдает материну тайну. – Я как бы его хранительница, понимаешь?

– И да, и нет. – Лука жестом попросил счет. – Может, в целом ты и являешься хранительницей. Но явно не для своего брата. У таких, как я и твой брат, не бывает хранителей.

– Я не знаю, кто я. – Девушка через силу заставила себя улыбнуться. – Но, наверное, все-таки не ведьма. И уж точно не оборотень.

– Это успокаивает. – Рыцарь усмехнулся. – Кстати, о зубастых уродах. Кажется, все встало на свои места. Я тут перетер с майором, когда он прекратил вопить о беспределе. Начальник службы безопасности с очень редкой фамилией Смирнов появился у твоего дяди всего четыре месяца назад. Он же привел в компанию еще троих придурков. Типа своих людей. Я имею в виду типа людей. На данный момент один из них мертв. Тот урод, что лез к тебе в спальню. Вот и расклад…

– Полгода назад дядя Олег женился, – подхватила Эльза. – А еще два месяца спустя нанял четырех оборотней? Хочешь сказать, они имеют какую-то связь с Пелагеей?

– Уверен, – кивнул Лука. – Она довольно слабая ведьма. И больше полагается на своих помощников. Они точно с ней связаны. Она рассудила, что если их с мужем план насчет тебя и Володьки не удался, то проще теперь избавиться и от тебя, и от мужа. Брата-то твоего пока никто не нашел. Как она считает.

– В результате она останется единственной наследницей, – заключила девушка.

– Умничка, детка, – похвалил он, собираясь уходить. – А теперь скажи, где здесь ближайшая гостиница? Я не в настроении тащиться опять в другую часть города.

Эльза отправилась за ним к двери, объясняя дорогу к гостинице.

Это был шикарный отель. С дорогущими номерами. Весьма престижный и набитый под завязку. Молодой идиот за стойкой регистрации театральным шепотом сообщил им, что в одном из люксов сидит суперзвезда российской эстрады. Имя звезды ни Луке, ни Эльзе ничего не говорило. Им на выбор предложили или самый зашарпанный двухместный номер, или апартаменты для молодоженов.

Рыцарь подумал и решил…

– Ой, мамочки! – потрясенно прокомментировала девушка, стоя посреди номера.

– Да уж. – Рыцарь был полностью с ней согласен. – Теперь ты понимаешь, почему мужчины не стремятся жениться?

– Угу. – Эльза опасливо обходила огромных размеров кровать. – Только теперь я не понимаю, почему женщины так стремятся к свадьбе.

Он усмехнулся в ответ, сбрасывая с плеча сумки.

Все кругом было розовым. Вернее, пошло розовым. Шторы, покрывала, подушки, ковер. И все в сердечках. Просто кошмар. Но больше всего его добило огромное зеркало на потолке над кроватью. Такое могло быть в номерах для женатых любовников или для комнат, куда таскают шлюх. Но чтоб в номере для новобрачных…

– Я не романтик, – признался он. – Но даже я не понимаю, почему любовь так любят превращать в пошлость.

– В таком месте даже секс был бы пошлостью, – отозвалась девушка.

Лука бросил на нее довольно уважительный взгляд. У нее просто отлично с мозгами. При более чем приличной внешности. А тут еще и эта кровать.

Уважение начали вытеснять некоторые мысли совсем другого направления. И о чем он думал, когда соглашался на это убожество? О том, что обычно в такой ситуации он соглашался на двухместный занюханный номер. А тут пошел на нестандартный шаг. Тем более что те номера на первом этаже, где даже простой любопытный может спокойно заглянуть в окно. А это чудо безвкусицы на третьем, сверху еще два этажа, и здесь нет балкона.

В общем, с точки зрения безопасности тут идеально. Безопасности от зубастых гадов. Но вот для его мозгов тут совсем небезопасно. Номер однокомнатный. Кровать тут одна. И места так мало, что на полу не очень-то и устроишься. Он влип.

– И как будем устраиваться? – поинтересовалась Эльза.

Судя по ее виду, ее посетили те же мысли, что и его. Блин… Еще хуже.

– Какую сторону кровати предпочитаешь? – Лука старался не смотреть на девушку и придать своему тону самые нейтральные интонации.

– Не знаю. – В ее тоне появились нотки отчаяния. – Я как-то обычно одна сплю.

«Спасибо, что напомнила», – раздраженно подумал рыцарь.

– Тогда я слева, – он бросил все силы на сохранение спокойствия, – если хочешь, давай последуем древней традиции, положим между нами автомат.

Эльза рассмеялась.

– Это вместо меча?

– Меня бы больше устроили подушки. – Он начал собирать по номеру думки в виде сердечек. – Клянусь, что, даже если выложу на кровать весь мой арсенал, в таком антураже мне все равно будут сниться кошмары… Хотя кое-что я все же достану.

Вид стволов его как-то успокаивал. Рыцарь стал искать пистолеты, на всякий уж совсем крайний случай все же достал автомат. И тут заметил, что делает Эльза.

– Ты настолько мне не доверяешь? – понаблюдав за ней пару минут, решил осведомиться Лука.

– Ой, нет, что ты. – Он реально ее смутил. Но это не помешало девушке продолжить собирать в кучу все подушки и прочую пошло-розовую дребедень. – Просто я решила убрать этот ужас куда подальше. Если хочешь, могу даже снять это белье.

Она указала на ярко-розовую простынь.

– Ты гений, – признал он и поспешил ей на помощь. – Все равно спать придется в одежде, на случай, если надо будет быстро сматываться.

Они дружно работали еще минут десять, очищая комнату от раздражающих предметов. В результате у них организовался огромный тюк белья и подушек. Они с горем пополам затолкали его между стеной и кроватью.

– А что с этом делать? – Эльза указала на бутылку шампанского в ведерке со льдом.

– Пить, – рассудил Лука. – Надо стресс снять.

Он уже тянулся за выпивкой, когда у него зазвонил сотовый.

– Ну надо же! – сказал он в телефон. – И без всяких игр с зовом. Начальник? Ты не заболел?

– Не умничай, – посоветовал ему Вульф. – Говорить можешь?

– Да вроде язык пока не заплетается, – усмехнулся рыцарь. – Хотя больше, я надеюсь, мне придется слушать.

– Понял. – Старший перешел на деловой тон. – Значит, Пелагея твоя еще та… девица. Во-первых, ей на самом деле всего двадцать пять.

– Вот как! – Лука нахмурился. – Ну может быть.

– Это точно, – подтвердил начальник. – Она родом из-под Москвы. Приехала сначала в столицу. За деньгами и богатым мужем. Ее одно время передавали, как переходящее красное знамя. Пока какой-то перец не увез ее в Питер. Там и оставил. Ну а уж в Выборг она попала сама. Нанялась в клуб стриптизершей. По базе она не проходит. Если не считать ее удивительного везения, что не прибили и на трассу не попала, то за ней вообще ничего нет.

– Странно, – прокомментировал рыцарь.

– Как ничего нет и за этим твоим Смирновым, – продолжал Вульф. – В Выборге нет. А вот на исторической родине…

– Полный беспредел, – закончил за него подчиненный с должной долей иронии. – А где у нас родина?

– В Редькино, – ответил Старший. – И сразу скажу, что с девкой той они земляки. Похоже, туда они и везли мальца.

– Но к кому? – решил уточнить Лука.

– А фиг его знает. – В голосе начальника были нотки досады. – Ничего там не высвечивает.

– Фигово, – сказал рыцарь.

– Сам знаю, – проворчал Старший. – А у тебя как?

– По-прежнему. – Лука пожал плечами, забыв, что Вульф его не видит. – Слушай, а родственники у девки там есть?

– Были. – Кажется, начальнику уже надоело рапортовать. – Все получишь скоро. Я к тебе помощь отправил.

– На кой? – Почему-то такая перспектива Луку не радовала.

– Ему просто по пути, – миролюбиво пояснил Вульф. – По дороге за бугор. Я помню, что ты в квесте, сынок. Просто мне это все почему-то очень не нравится.

– Мне тоже. – Рыцарь старался воздержаться от более резких комментариев.

– Только с девочкой своей глупостей не наделай, – предостерег Старший.

– Поверь, очень стараюсь, – искренне ответил Лука и попрощался.

Эльза сидела на кровати, скромно сложив руки на коленях. Вид у нее был очень привлекательный. Рыцарь припомнил несколько особо злостных матерных фраз. А потом заставил себя бодро улыбнуться.

– Нам надо поработать, детка, – сказал он, с сожалением покосившись на шампанское.

К первому часу ночи его уже мутило. От огромного количества выкуренных сигарет, от постоянно мелькающих на экране ноутбука картинок, от всяческих видов Пелагеи, как в одежде, так и без нее. Эльза тоже выглядела измученной.

– Может, все-таки откроем шампанское? – предложил рыцарь. – И пожрать бы.

– Есть вариант заказать что-нибудь поесть в номер, – напомнила девушка. – А еще я видела в коридоре автомат с кофе…

Судя по ее мечтательному тону, кофе, даже самый гадостный, был ей сейчас просто необходим.

– Ладно, детка. – Лука улыбнулся. – Я просто не могу отказать даме. Кофе так кофе.

Он отложил ноутбук, встал, потянулся и даже успел сделать пару шагов к двери, когда раздался дикий протяжный вой, мгновенно заполнивший все пять этажей гостиницы. Рыцарь тут же схватился за пистолет. Эльза выглядела крайне испуганной, но, к его немалому удивлению, тоже протянула руку ко второму пистолету.

– Надеюсь, это не из-за того, что мы так много курили в номере? – спросила она, нервно улыбаясь.

– Вряд ли, милая, – сухо отозвался Лука, подбираясь к двери. – Но я уверен, что этот дебильный звон по-любому имеет какое-то отношение к нам.

– Наверное, придется опять уходить. – Голос у девушки звучал обреченно. Рыцарь послал ей сочувственную улыбку, нагнулся, чтобы застегнуть сумку с оружием…

Он не слышал звука шагов, не было и ощущения чужого присутствия, только легкий шелест открывающейся осторожно двери. И тут же Эльза щелчком сняла пистолет с предохранителя.

– А ты, лапочка, смотришься с этой штукой жутко сексуально, – манерно растягивая слова, заявил Гера.

– Осторожнее, – предупредил его Лука, тут же расслабившись. – Она умеет этой штукой пользоваться.

– Тебе больше нечему девушку обучить? – с многозначительной улыбкой спросил его брат. – Я-то надеялся, что войду так незаметненько, застану вас в самый важный момент и… крикну: «Бу!»

– Детка, – устало обратился Лука к девушке, – опусти оружие. Все нормально. Это мой брат.

– Не иначе как близнец! – усмехнулась она, но пистолет отложила. – Только вот папа с мамой у вас разные.

– Типа того. – Гера юмор оценил.

– Ну, – его брат несколько смутился, – он мой коллега и…

– Я понимаю, Лу. – Эльза посмотрела ему в глаза очень пристально, со смыслом. – Вернее, вижу.

Гера бросил на него вопросительный взгляд. Лука уже начал опасаться, что задолбается разбираться с каждым из собеседников и их намеками.

– Может, и меня тогда представишь? – соизволил пояснить брат с некоторым недовольством в тоне.

– Детка, – рыцарь улыбнулся девушке, – этот клоун…

– Ой-ой-ой! – тут же перебил его Гера. – Куда нам до вас! Зато заметь, лапочка, я не так зануден, как мой интеллигентный братуха. Странно, что он не спит еще в своих костюмах в стиле Джона Константина!

Младший брат был одет в черную водолазку, кожаные брюки, косуху и высокие казаки. Его волосы цвета соломы, как обычно, пребывали в творческом беспорядке.

– Так вот, – настроение у Луки несколько поднялось, – ты прости его, детка, молодой еще, глупый. Мы зовем его Герасимом, за вечное глубокомысленное молчание.

– Ну, если из таких соображений… – Она, судя по всему, искренне забавлялась их спектаклем.

– Гера, а это Эльза, – представил рыцарь свою подопечную брату.

– Очень умная Эльза. – Младший из братьев шагнул к ней и расцеловал ручки.

Лука не удержался от своей любимой усмешки, заметив ее снисходительный взгляд в сторону Геры.

– Ты имеешь что-то против умных женщин? – поинтересовалась Эльза у младшего из рыцарей.

– Он их стесняется, – съязвил Лука.

– Я перед ними преклоняюсь, – возразил Гера.

– Да брось, лопушок, – недобро улыбаясь, отозвалась ему Эльза. – Лу явно прав. Или у тебя столь короткий словарный запас, что, кроме лапочки и зайки, ты более достойных обращений не знаешь?

– Лопушок? – переспросил Гера у Луки. – Это…

– Типа ласковое от лопух, – пояснил ему брат и решил, что лучше сменить тему. – Ты, как всегда, вовремя. Мы только поесть собрались. Кстати, а чего там так сигнализация орала?

– Поесть – это классно, – заметил Гера. – А сигнализация… Блин, братуха! Прости меня, засранца! Теперь я понимаю, что ты не просто идиот, обожающий эти придурковатые шпионские боевики. Даже я был уверен, что вы в том номере…

– Во-первых, сам идиот, – перебил его брат. – А во-вторых, что за номер?

– Номер, где вы якобы записаны, – пожал плечами младший из рыцарей. – Там сейчас в окно что-то вроде взрывпакета кинули.

– Мило, – прокомментировал Лука. – Видишь, детка, в этом розовом ужасе для молодоженов есть свои плюсы.

– А также в наличии у тебя двух паспортов и в повальной коррупции в стране, – добавила Эльза. – На самом деле Герасим прав. Это все похоже на шпионские трюки.

– Нам, между прочим, повезло, что портье так быстро согласился на эти шпионские трюки, и всего за пятьсот баксов, – обиделся Лука. – Значит, что-то типа взрывпакета? Вот взрывать нас еще не пробовали.

– А что уже пробовали? – Гера перешел на серьезный тон. – Кстати, где еда-то?

– Я закажу, – Лука взялся за телефон.

– Пока в нас только стреляли, – между тем перечисляла Эльза. – Еще пытались кусать. Эти… вервольфы. И была какая-то магия.

– Жаль, я раньше не приехал, – искренне огорчился Гера. – Ну и кто у нас главный гад?

– Она. – Лука указал на ноутбук, где во весь экран была растянута фотография Пелагеи.

– Знакомые все лица! – Брат перетянул ноутбук себе на колени. – Шикарная девка, правда? И не скажешь, что всего лишь дешевая подстилка.

– Не очень-то и дешевая. – Старший из рыцарей виновато улыбнулся девушке, как бы извиняясь за их резкую манеру общения. – Все же не уличная. Да, кстати, у таких обычно хватает ума хорошо себя подать.

– Она довольно приятна в общении, – заметила Эльза. – Знаете, так правильно строит фразы… Как образованный человек.

– Еще бы! – Гера прямо из воздуха достал папку.

– Это он с начальника нашего пример берет, – пояснил Лука изумленной девушке. – Дешевый трюк.

Эльза усмехнулась. А Гера уже доставал какие-то газетные вырезки и блокнотные записи.

– Значит, так… У нее высшее экономическое образование. Да. Вот так!

– Это заметно, – прокомментировал Лука.

– Но это все мелочи. – Гера просматривал какие-то материалы. – Теперь главное. Пелагея наша осталась сиротой в десять лет. Большая авария на трассе. Перевернулся автобус. Двадцать два человека погибло. В их числе родители Пелагеи и…

Он протянул брату газетную вырезку.

– И родители еще одного мальчика, – задумчиво закончил за него Лука. – Леша Смирнов. Оба ребенка были определены в приют. И что нам это дает?

– Ничего такого, что мы сами не предполагали, – разочарованно вздохнула девушка. – Лу, а ты кофе заказал?

– Да, – не отрываясь от газетных вырезок, кивнул он. – И не какой-то там из автомата, а настоящий заварной. Так, ну эту часть мы уже видели в интернете.

– Но вряд ли вы там нашли такую информашку, – победно улыбнулся Гера. – У вашей чернуши была бабка. И она присматривала за детьми в интернате, а в семнадцать оба переехали к ней. Эта Пелагея с Лешей очень дальние родственники. Или вроде того.

– Возможно, и не очень дальние, и совсем не родственники, – поделился размышлениями его брат.

– Бывают и другие виды близких отношений, – напомнила Эльза.

– Вот-вот, детка. – Младший из рыцарей пододвинулся к ней поближе. – Будь я на месте Лу, этот номер использовался бы по назначению.

– Да. Мы тоже собирались здесь ночевать. – Девушка продолжала рассматривать фотографии Пелагеи.

Лука сочувственно улыбнулся брату.

Этому пройдохе явно тут ничего не светит. Радостно! Соперничество в соблазнении девушек было их давней традицией. Вообще-то Гера частенько побеждал.

Лука немного завидовал его приемам, этой ленивой мальчишеской улыбке и умению красиво хамить, что почему-то всегда уникально действовало на девиц. При определенном уровне их интеллекта, естественно. Но вот Эльза… Умная Эльза. Тут шансы явно на стороне Луки… Если бы он вступил в игру.

– Похоже, эта бабка – наша отправная точка, – рассудил он. – Пелагия молода и слаба еще по части магии. Да и замашки у нее деревенские. Видимо, эта бабка ее и обучала.

– Интересно, когда? – возразил Гера. – Девица прожила там только одно лето. А потом рванула в Москву. И первый же папик пристроил ее в универ.

– Ну вот! – усмехнулся брат. – А говорят, что подкладываться под богатых надо только ради цацок и шмоток.

– Ради знаний типа более почетно? – переспросила его иронично девушка. – О! Еду наконец-то принесли.

– И кофе! – Лука не удержался и подмигнул ей.

Появление Геры плохо на него действует.

Рыцарь прошел к двери, осторожно открыл ее, пропустил официанта в номер. Парень в бордовой футболке, черных брюках и бежевом фартуке завез столик с закусками.

Лука оглядел коридор, выяснил, что там никто не прячется, и обернулся. Парень, дежурно улыбаясь, чуть передвигал тарелки на столике. Плавные, чуть замедленные движения, эта легкая улыбка и очень напряженные плечи…

– Спасибо, мы сами. – В голосе рыцаря прозвучало предупреждение.

Парень чуть поднял голову, и Лука поймал его взгляд. Такой… будто бы сонный, затуманенный.

– Эльза, в сторону! – скомандовал рыцарь.

А парень уже вытащил из кармана передника пистолет. Гера попытался закрыть собой девушку, таща из кобуры свое оружие. Лука выбросил руку вперед. Маленький синеватый шарик вылетел из его ладони и ударил нападавшего в висок. Парень пошатнулся, зажмурился, схватился за голову, забыл про оружие. Гера ногой выбил пистолет.

Официант сел на пятую точку. Несколько мгновений никто не двигался. Потом парень вдруг отнял руки от головы, открыл глаза и начал оглядываться с несколько удивленным выражением лица. И тут его взгляд упал на пистолет. Парень испугался.

– Ты еще начни причитать, что это не твое, – недобро подсказал Гера.

– Мое. – Парень кивнул, но убрал руку подальше от оружия. – Вернее, я его сюда принес.

Лука подошел к кровати, присел на край, бросил вопросительный взгляд на Эльзу, прижавшуюся к стене. Она кивнула, давая понять, что с ней все в порядке. Рыцарь протянул ей руку. Девушка подобралась ближе.

– Ну и? – продолжал Гера допрос.

– Что и? – огрызнулся парень.

– Смотри, какой храбрый! – наигранно удивился младший из братьев. – Думаешь, мы тебе спасибо скажем, что ты собирался в нас стрелять?

– Вряд ли. – Парень встал с пола, прижимаясь спиной к стене. – Вот только я не очень-то понимаю… Вернее, я знаю, что должен был вас застрелить, но…

– Лады, – миролюбиво сказал Лука. – Валяй, рассказывай, что было.

– Да ничего. – Официант пожал плечами. – Я вез столик. В лифт. А там она…

– Баба? – уточнил Гера.

– Шикарная такая. – Парень оживился. – И она так ко мне… и поцеловала. Прямо в губы.

– Уверен, это было что-то, – иронично прокомментировал Лука.

– Да не то слово! – Официант, видимо, понял, что бить его не будут. По крайней мере, прямо сейчас. – Аж в голове зашумело. И… блин! Да я за нее после этого…

– И убить был готов, да? – Гера недобро усмехнулся, заставив парня опять испугаться.

– Ну да, – все же сознался он. – Она дала пистолет и так и сказала. А я кивал, как дурак… И… и пошел сюда…

– Понятно. – Лука устало потер переносицу. – Детка, дотянись до сигарет. А ты… – он посмотрел опять на официанта. – Думаешь, ты сам долго бы после этого прожил?

– Наверное, нет. – Он благодарно взял у рыцаря сигарету. – Но мне реально было плевать. Да и сейчас как-то… Хотя уже лучше… Бред какой-то.

Он явно расстроился. Все смотрели на него сочувственно.

– Эта дама? – Гера показал парню фото.

– Ага. – Тот грустно улыбнулся. – Можно на память?

– Держи. – Младший из рыцарей вручил ему фото.

– Классно! – Официант убрал его в карман передника.

– И это. – Лука протянул деньги.

– Мерси. – Парень наконец-то обратил внимание на окружающую обстановку. – Ребята… Это же номер для молодоженов… был.

– Извини, солнышко, – проворковала Эльза. – Нам просто было мало места.

И она улыбнулась парню так многозначительно…

Официант шумно сглотнул и задом попятился к выходу. Лука, стараясь не смеяться в голос, сунул ему еще пару купюр.

– Мы не помним, что ты махал тут пушкой, ты не видел, что мы делаем в номере.

Парня такая сделка устраивала.

– Я вывезу столик в коридор потом, – продолжал старший из рыцарей давать указания. – Заберешь позже.

Официант кивал с видом явного облегчения.

– Ну что? – Девушка посмотрела на Луку обреченно. – Опять меняем дислокацию?

– А зачем? – флегматично поинтересовался рыцарь. – Они все равно нас выследят. Небось, только того и ждут. А тут после типа взрывпакета вся охрана на ногах, да и полицаи, наверное, тоже. И не сунется она сюда повторно. Пусть Пелагея ведьма, но явно не дура.

– Тогда наконец-то можно поесть и выпить кофе! – обрадовалась она.

– Эльза! – Гера слишком долго оставался без внимания. Целых две минуты! Он аж чуть ли не подпрыгивал уже от нетерпения и жажды пообщаться с единственной женщиной в зоне его досягаемости. – Ты просто нечто. И я согласен на твое предложение. Ну… насчет провести ночь втроем и весело.

– А я тебя как-то в расчет не брала. – Девушка, хитро улыбаясь, потянулась за чашкой с долгожданным кофе.

– Тогда учту я, – сказал Лука и подумал, что надо было бы откусить себе язык.

Эльза покраснела. Но решила оставить его слова без комментариев.

– Я так понимаю, – сказала она, – мы только что наблюдали, чему научилась Пелагея в то незабываемое лето.

– Этой мелочи она могла успеть тогда научиться, – согласился с ней старший из рыцарей. – Но вот что касается того аленького цветочка, это вряд ли. Я тебе говорил, очень сложная формула.

– А тебе еще и цветочки дарили! – оживился Гера. – Тогда яблок тебе лучше не есть.

И он тут же взялся за самый сочный яркий плод.

– Кстати, почему-то никому из вас не пришло в голову, что еда вся может быть отравлена, – заметила девушка с самым беспечным видом.

– Еда вряд ли, – не согласился Лука. – А вот кофе вполне может быть. Ей нужна только ты, детка.

– Угу. – Эльза улыбнулась и сделала еще глоток из чашки. – Только вот фишка в том, что Пелагея не знает, что я люблю кофе. У них в доме подается только без кофеина. Дядя Олег очень заботится о своем здоровье. Потому я всегда пила там чай. А у меня в доме она не бывала.

– Какая ты хитрая, – заметил Гера. – Ну так у нас опять ничего не сходится. Старушка, похоже, не при делах. Может, ее кто-то из папиков обучил?

– Тогда зачем ей надо было бы с таким папиком расставаться? – удивился Лука. – Уж она-то нашла бы способ не отпускать учителя. Да и какой дурак бросил бы ведьму, которую сам и обучил? Это чревато.

– А никто из ее папиков не умирал? – поинтересовалась девушка.

– Нет. – Гера вовсю уплетал канапе. – За ней ни одного трупа вообще не числится.

– А старушка тоже жива? – продолжала расспрашивать Эльза.

– А вот старушка отдала богу душу с год назад. – Младший из рыцарей кинул взгляд в свои бумаги. – И, кстати, наша чернуля даже не была на похоронах. Зато ее зубастый друг был.

– То есть, – размышляла девушка вслух, – старушка точно не при делах?

– Не факт, – возразил Лука. – Она в этой истории мне все же представляется единственно возможной наставницей для молодой ведьмы.

– Но если так, – она посмотрела на него удивленно, – то как же она умерла? Разве ведьмы так просто умирают?

– А чего бы и нет? – пожал плечами Гера.

– Но… по легендам, – продолжала девушка, – ведьма должна передать свой дар или же будет мучиться страшно, так и не дождавшись смерти.

– Да? – Младший из рыцарей замер, не донеся бутерброд до рта. – Странный ваш русский фольклор.

– Погоди, брат, – Лука заметно оживился, – а ведь она права. Ты вообще часто видел ведьм, умерших своей смертью? Нет? Ага… Я ведь тоже нечто подобное слышал. И не только в России. В Словении есть та же легенда. И в Болгарии… Они должны передать свой дар!

– Обычно ведьма ловит кого-то и просит взять ее за руку, – припомнила Эльза. – Или отдает кому-то свою вещь… чаще всего украшение. Амулет какой-нибудь.

– Это все объясняет! – заявил старший из рыцарей. – Ты просто гений, милая. Смотрите. Старуха раньше и не думала обучать внучку. Но помогала ей. Оттуда и везение Пелагеи. Но пришло время умирать. Она шлет девочке посылочку. И когда та получает какую-то… фиговину с даром, старуха спокойно откидывает копыта. А этот зубастик едет на ее похороны и привозит подружке гримуары. Ведь ту же формулу для цветка она должна была где-то взять.

– Тогда все проще, – рассудил Гера. – Надо просто найти Пелагею и сорвать с нее цацку.

– Вопрос, какую из. – Лука опять перетащил к себе поближе ноутбук. – Она кучу всякой фигни на себе таскала.

– А что это должен быть за амулет? – спросила Эльза. – Кольцо там, кулон, браслет? Вот серьги я как-то мало в виде амулета представляю. Не традиционно это.

– Верно, – улыбнулся ей Гера. – Как-то я заговоренных цацок в ушках у дам не видел. Тем более серьги часто приходится менять к нарядам. Так ведь?

– Так. – Девушка чуть состроила ему глазки. – А еще надо менять к каждому наряду кулончики, браслетики и колечки. А еще и нижнее белье под цвет… А иногда его вообще не надевают…

– Да. – Младший из рыцарей опять придвинулся к ней ближе. – Ты тоже предпочитаешь его не носить?

– Не скажу, – пропела она. – Теперь тебе будет о чем подумать. Заодно, может быть, помолчишь…

Лука позволил себе любимую кривую усмешку.

– У нас три предмета на выбор, – сообщил он им, будто не слыша их трепа. – Тонкий серебряный браслет с рисунком в этническом стиле. Она его носит почти постоянно, если верить фотографиям. Кулон золотой, в виде кленового листа. И кольцо с яшмой. Кажется, тоже серебряное. Ваши аргументы, господа.

– Я за кольцо, – тут же проголосовал Гера. – Самое незаметное из украшений. И самое простенькое.

– Это точно не кулон, – сказала Эльза. – Я как-то ее спросила, почему он ей так нравится. Она сказала, что это была первая дорогая вещь, которую ей подарили. По окончании школы какой-то там поклонник преподнес. Школу-то она точно не год назад закончила.

– Согласен, – сказал Лука. – Кулон вычеркиваем.

– Но браслет – это как-то уж очень очевидно, – рассудил Гера. – Серебро, этнический узор…

– Лу, можешь найти самую раннюю фотографию с этим браслетом? – попросила Эльза.

– Вот. – Он кликнул на нужный снимок. – Отпадает. Три года назад.

– Кольцо! – обрадовался его брат.

– Кольцо ей Олег подарил, – возразила Эльза. – Что-то не сходится… Подождите! А она крещеная? Кто-нибудь знает?

– Вот об этом мне как-то и в голову не пришло узнавать. – Гера несколько удивился. – А с какого фига нам это надо?

– Посмотрите внимательно фотографии. – Эльза уже кликала на снимки на экране ноутбука, чуть ли не отняв его силой у Луки. – Вот видите? И тут?

– Отличная шейка! – восхитился младший брат. – А этот вырез… Блин, вот как вам это удается? Всего лишь лишняя расстегнутая пуговка на блузке, а какой сногсшибательный результат!

В этом вопросе Лука был с ним полностью согласен. Та же Эльза носила блузки очень сексуально. Это они умеют.

– А вот тут даже кружева лифчика видны! – Гера просто ликовал.

– Ну надо же, – иронично заметила девушка, – ты почти принял правильное направление. Вот как раз возле кружев видишь?

– Точно! – Лука тоже стал приглядываться. – Похоже, это крестик.

– Чужой крест принять! – Эльза пришла в восторг. – На Руси издавна считалось дурной приметой носить чужой нательный крестик. Чужая судьба.

– Да, – подумав, уже более серьезно заметил младший из рыцарей. – Все же богатый в вашей стране фольклор.

– А главное, очень познавательный, – согласился с ним брат. – Крестик. Блин! Как все просто. И никто не прицепится. Сейчас быть верующим модно. Эльза, мои тебе респект и уважуха.

– Как я поняла, – продолжала она размышлять, – если сорвать с нее крестик, то дар исчезнет.

– Смотря кто сорвет, – уточнил Лука. – И лучше его не просто сорвать, а уничтожить. Или очистить.

Она бросила на него понимающий взгляд. Рыцарь чуть нахмурился. Брат ничего не сказал, но уже не в первый раз за вечер Лука чувствовал его раздражение. Но сейчас было не до того.

– Что, поедем прямо сейчас? – жалобно спросила девушка.

– Ни в коем разе, – возразил он ей.

– А мысль недурна, – заметил Гера.

– Потому нас там сейчас, возможно, и ждут.

– Лу, а почему ты вообще уверен, что она спокойненько сидит дома? – удивилась Эльза.

– А чего ей дрыгаться? – Он пожал плечами. – Полицаи ищут ее зубастого друга. Муж у нее за решеткой. Если она сейчас сбежит, то все шишки однозначно полетят в ее адрес. А федеральный розыск – штука неприятная. Да и как она в бегах будет своими зубастиками управлять?

– А зубастиков ты ловить не будешь? – поинтересовался Гера. – Они-то точно скрываются.

– Да, – легко согласился с ним брат. – Но бегать за ними ночью несколько глупо. Днем они практически не оборачиваются. А где их логово, как я надеюсь, нам скажет сама Пелагея. Часиков так в… одиннадцать утра.

– Позвони, когда будете готовы, – кивнул Гера. – Ну? Я так понял, меня вы на ночь не оставляете?

– А тебе некуда идти? – Только тут Лука задумался, где остановился брат.

– Вообще-то меня ждет тут в соседнем номере одна звездулька… – Младший из рыцарей томно потянулся.

– Она и правда звезда? – спросила Эльза с недоверием.

– Примерно такая же, как ты, – усмехнулся он в ответ. – Но я собираюсь устроить ей прослушивание.

– Удачи, – легко кивнула девушка.

– Пойдем, братка. – Гера поднялся. – До дверей проводишь.

Лука неохотно поднялся. Намечался разговор. И почему-то он заранее не был этому рад.

Гера выкатил столик с остатками их трапезы в коридор, чуть толкнул его на прощание носком ботинка, а потом резко обернулся к брату, уже не скрывая раздражения.

– Что стряслось? – обреченно поинтересовался Лука.

– О! Ничего такого! – Брат взмахнул руками. – Просто я больше суток прождал тебя у Гаспара. И звонил тебе как проклятый!

– Черт! – Рыцарь запустил пальцы в волосы и досадливо поморщился. – Братан, прости! Я так перепсиховал с парнишкой… Да еще все это… Реально извиняюсь.

– Кстати, а где он? – Казалось, Гера чуть сбавил обороты.

– Мне удалось его переправить быстро, – неопределенно сообщил Лука. – Сам понимаешь, вряд ли Гаспар мог что-то сделать. А как девица?

– Вроде ничего. – Брат пожал плечами. – Старик ее у себя оставил, типа помощницей. Так посмотрим, как сложится. И о девицах! – раздражение вновь вырвалось наружу. – Что все это значит?

– Але, друг, – Лука тут же отказался от дружелюбного тона, – я в квесте.

– Не суть! – оборвал его Гера. – Сколько ты еще с ней пробудешь? День-два? Так стоило ли перед ней раскрываться?

– Моя игра, мои правила! – так же раздраженно заявил рыцарь. – И не тебе решать, сколько я еще с ней останусь.

– Да ты хоть знаешь, кто она по сути? – не унимался Гера. – Может, стоило бы выяснить, прежде чем так откровенничать?

– Почему ты на меня орешь? – поинтересовался холодно Лука. – Я уже сказал. Это мой квест, мне и решать. И, кстати, именно потому, что мне надо выяснить, кто она, я собираюсь с ней задержаться. Или еще по каким причинам.

Он сам не знал, зачем это добавил. Видимо, его подруга, единственная, кстати, Марго была права, сказав однажды, что все мужики собственники.

– Я просто беспокоюсь о тебе, Лу, – уже спокойнее сказал брат. – Конечно, ты прав. Она не обычная смертная. И все равно останется в Братстве. Просто ты так никогда не поступал раньше…

– И я никогда не снимал номер для молодоженов, – усмехнулся Лука. – Мир?

Они пожали друг другу руки.

– Удачи, – уходя, бросил Гера.

– И тебе. – Лука вывесил на двери табличку «Не беспокоить» и вернулся в номер.

Эльза сидела посреди кровати и нагло дулась в шарики. На ее губах играла еле заметная хитрая улыбка.

Лука тоже улыбнулся. Он прекрасно понимал, что она сейчас на самом деле ужасно стесняется, но ни за что это ему не покажет. Да, наверное, она слишком хороша для него. А еще ему очень с ней уютно…

За исключением некоторых обстоятельств вроде маячащей на горизонте ночи на одной кровати…

Эльза сделала погромче звук, и он услышал первые слова «Дороги сна», где предлагалось налить вина.

Грех не поприкалываться.

– А мне нравится такое предложение, – многозначительно сказал он, подходя ближе. – Заманчиво.

Она бросила на него напряженный взгляд.

– Какое из? – Да, эта девочка так просто не отступится, даже когда самой очень страшно.

– Ну… – Лука устроился рядом с ней, отобрал ноутбук.

Она застыла, даже, кажется, перестала дышать.

– Я по поводу «налей еще вина», – усмехнулся рыцарь. – А ты о чем подумала?

– Да так. – Как ни странно, она не стала отшучиваться и была серьезной. – Я тут немного лишнего наговорила при твоем брате…

– Не бери в голову. – Он протянул руку за шампанским. – Ну, что? Выпьем?

– Давай. – Девушка чуть пожала плечами.

– Не слышу энтузиазма в речах. – Эта ее робость его нервировала. – Что случилось-то?

Эльза немного помолчала, но потом все же соизволила ответить:

– Он ведь был чем-то недоволен.

– А то! – Лука беспечно, но не очень искренне улыбнулся. – Ты же, по сути, отшила красавца.

– Он, конечно, и правда красавчик. – Она приняла у него бокал. – Но… как-то у него все легко.

– А у нас всегда все легко, – заметил рыцарь, как бы между прочим.

– Да… – Девушка чуть кивнула. – Я не о том. На самом деле я видела, что Герасим был чем-то недоволен. Я нарушила какие-то правила?

– Нет. – Наверное, разыгрывать дурака не имело смысла. – Я скажу тебе то же, что и ему. Я в квесте. И я устанавливаю правила. Так что моих правил ты не нарушала.

– Хорошо. – Она немного успокоилась. – Если бы еще понять, что это значит…

– В смысле? – Лука нахмурился.

– Я уже слышала от тебя это слово, – начала объяснять девушка. – Квест. Но что это?

– Блин, – рыцарь виновато улыбнулся, – я говорю с тобой так, будто ты в курсе. Извини. Квест… Так сразу и не объяснишь. …Видишь ли… Давай вернемся к тому, как ты меня сюда вызвала.

– Ты уже говорил, что это не самый обычный способ, – напомнила Эльза. – Для смертных.

– Да и для Избранных тоже, – прибавил рыцарь и залпом осушил полбокала. – Вообще-то, обычно просьба о помощи поступает на имя моего начальства в письменном виде или по электронной почте. А уж мне просто дают задание, куда ехать и что делать. Это называется заказ.

– То есть никто не вызывает тебя мысленно? – Почему-то это девушку напугало.

– До этого случая – никто, – подтвердил Лука. – Но ты не переживай. С другими это случалось. И именно такие вызовы подходят под определение квеста. То есть это личное дело. Выбранное лично мной. И, как сама понимаешь, правила устанавливаю при таком раскладе только я.

– А начальство оказывает помощь? – спросила Эльза.

– Обычно нет, – улыбнулся рыцарь. – Но Вульф относится ко мне слишком… по-родственному.

– А на самом деле родство у вас такое же, как и с Герасимом? – усмехнулась она.

– На самом деле мы и правда семья. – Рыцарь вновь наполнил бокалы. – Единственная семья, которую мы знаем. Или признаем. – Он протянул руку и чуть провел ласково пальцами по ее щеке. – Для Володьки еще через лет пять все будет так же. Прости.

Она опустила глаза, но ничего не сказала.

– У него особые обстоятельства, – сухо продолжил он, решив разделаться с неприятной темой разом. – Он пройдет посвящение раньше.

– Через год? – Эльза сбежала от него в свою потайную раковину. Голос у нее стал нейтрально доброжелательным, как у менеджера в супермаркете.

– Да. – Не врать же ей! – Еще раз прости, милая. Боюсь, он больше не будет тебе братиком. Теперь у него другая жизнь.

– И мне даже нельзя будет его увидеть? – Ровный, безэмоциональный тон.

– Да с какого? – удивился Лука. – Конечно, увидишь. Просто… Он изменится. Понимаешь?

Она кивнула и протянула ему почти полный бокал. Пить ей расхотелось.

«Только не плачь!» – мысленно взмолился рыцарь. Для него это было бы крахом.

Эльза не плакала. Она просто устроилась поудобнее и молча смотрела на экран ноутбука, где расплывались какие-то круги и расходились диагонали на заставке проигрывателя. Звучала очередная красивая баллада о рыцаре на белом коне. Снова та же тема…

А, черт с ним! Лука лег рядом с ней и притянул девушку к себе. Она устроилась на его плече. Тихо. Робко. Без какого-либо кокетства. Просто жест доверия. Блин… Но ведь он и не хотел иного. Так?..

– Дети всегда взрослеют, – сказала она.

– К сожалению. – Он чуть улыбнулся. – Может, посмотрим кино?

С его собственной точки зрения, это было самое глупое, что он мог сказать. Но ничего другого в голову не пришло.

– А что у тебя есть? – Как ни странно, Эльзе такая идея понравилась.

– Ну… – Лука судорожно пытался вспомнить название хоть одного фильма. – «Ворон».

– Отлично.

И все! И никаких возражений и комментариев. Потрясающая девочка. Он кликнул на название соответствующей папки в ноутбуке…

Мачеха для Белоснежки

Эльза во многом была права. Все дело в волшебных сказках. И в том, что они крайне редко заканчиваются хорошо.

Лука слышал эту историю от Вульфа. Однажды Старший принял лишнего и рассказал… Как и все остальные его истории, эта тоже была крайне поучительной. Хотя бы потому, что старик ее стыдился.

У Вульфа был друг. Вернее, брат. Такой же Рыцарь, как и он сам. Один из лучших Рыцарей Двора. Он претендовал на роль Кея, сенешаля Короля. И парень получил заказ. Тогда еще с интернетом и электронной почтой было туго. Еще никто не спел: «Это мы придумали Виндоуз, это мы объявили дефолт…»

Ко Двору вполне банальным образом, посредством обычной почты, попало письмо. Некий немецкий обыватель обращался в одно из отделений конторы, замаскированное под элитную психиатрическую клинику. У немца были проблемы с дочерью. Девочка слыла первой красавицей в городе, была мила, добра и покладиста лет до шестнадцати. А потом начались проблемы. Чисто бытового характера.

Папаша женился. На одной знатной красотке, которая была всего лет на пять старше падчерицы. И девонька тут же начала с мамашей конфликтовать. Но вот проблема, мачеха была не совсем обычной дамой. Ведьма, естественно.

В результате конфликта в бедственном положении оказалась вся семья. Папик слег в больницу с сердечным приступом, при том, что у него никогда не наблюдалось проблем, связанных с кардиологией.

Дамы остались один на один. В результате младшая сбежала из дому и, по словам родителя, связалась с нехорошей компанией промистического толка. И папик к тому же подозревал, что эта компания как-то связана с его новой жинкой.

Вот такая вот банальная история.

Кей поехал в Германию. Оказался в маленьком чистеньком городке с аккуратными домиками и вымытыми с шампунем улочками. Начал разбираться, что к чему.

За мачехой, как выяснилось, и раньше водились грехи. Мелкие такие. Почти несущественные. То кому-то пожелала недоброе, то на кого-то посмотрела косо… С соответственными результатами, конечно. В общем, в том, кто такая эта дама по сути, сомневаться не приходилось.

Рыцарь стал разыскивать девчурку. И вот тут все оказалось не так просто. Ее держали в каком-то местном борделе. Вроде бы местные аборигены как-то связывали это место с именем мачехи.

Девица пребывала в весьма плачевном состоянии. Днем ее накачивали какой-то дрянью, и она спала беспробудным сном. А ночью обслуживала держиморд того сомнительного заведения, коих насчитывалось по «счастливому» числу семь.

Да, девицу явно надо было спасать. Загвоздка, как всегда, была в Избранности данной малышки. И в том, что никакой дрянью ее не опаивали. Обычное бытовое проклятье, насланное завистливой мачехой.

Посмотрев базы данных, порыскав по знаменитым дорогам Германии, как известно, лучшим в мире, рыцарь нашел подходящего принца.

Парень на самом деле был клерком в задрипанной конторе под Берлином. Но вот ведь! В его жилах текла королевская кровь! Пусть и нехило разбавленная бюргерской.

Парня доставили к основному месту действия. Указали на даму сердца и грамотно сказали: «Фас»…

В общем, тут рыцарю особо гордиться было нечем. Он просто вырубил одного из «гномов» и пустил парня на его место. Дальше природа взяла свое, а Кей… практически только свечку держал. Банальный секс снял проклятие.

Молодые вернулись в отчий дом, мачеха сделала ноги. Намечалась свадьба.

Рыцарь сам не знал, что задержало его в том городке. Вернее, сначала он просто завалился на какую-то пьянку, а вот потом…

Интуиция сработала, и помог звонок другу. Звонил Кей Вульфу. И тот по своей занудности поинтересовался: а где же ведьма?

Друг забеспокоился. Вульф приехал на помощь. А баба как сквозь землю провалилась.

Искали долго, да нашли не то, что ожидали.

Ведьма оказалась весьма сентиментальной особой и частенько навещала тетку. Свою родную престарелую тетку.

Рыцари к этой тетке и заглянули на чаек. Бабулька раскрыла им глаза на многое и сразу. Нет, мачеха как была ведьмой, так и осталась. Но оказалось, что она ведьма идейная. Или типа того. В общем, у нее был дар предвидения. И он срабатывал только на тех представителей рода человеческого, кто мог в будущем наделать бед. Вот дамочка и восстанавливала равновесие подручными средствами. Кого проклянет, на кого посмотрит косо…

Вот и с падчерицей вышла та же история. И никакой тут женской зависти, никакого тут: «Свет мой зеркальце, скажи, да всю правду доложи, я ль на свете всех милее?» Девка та могла стать чуть ли не самим воплощением ада… Да вот только сделать с ней мачеха ничего не могла. Фройляйн из Избранных! Прокляла ее мачеха вечным сном, да поздно… Девица уже нахваталась верхушек магического мастерства и ловко обходила заклятье, к собственному удовольствию, как и к удовольствию ее семи подельников.

Кстати, эти «гномы» зарабатывали на жизнь рэкетом и шантажом. Это рыцари узнали уже из совсем других источников. Также узнали они, и где «малина» этих подгорных братьев…

Они опоздали. Хата была пуста. Не считая двух трупов. Одного опознали без проблем. Принцу-женишку просто перерезали глотку. А вот что касается второго изуродованного тела – больше по догадкам, чем с помощью родных, установили личность мачехи. Женщину пытали несколько часов, а может быть, дней. Лицо ей изрезали на шнурки, переломали руки, каленым железом сожгли ноги. Про многократное изнасилование не стоило и говорить…

И вот тогда Кей завелся. Круто завелся. Он потратил несколько месяцев на поиски, плюнув на увещевания Короля и предписания Двора. А потом они с Вульфом устроили увеселительную поездку в Кельн, куда перебралась Белоснежка со своими гномами. Нашли их новый шалман, пришли на рассвете и вырезали всех. По одному. Методично и тихо. С легким остервенением…

Шуму эта история наделала много. Вульф с горечью вспоминал эту резню, обвиняя себя чуть ли не в извращении. Все же надо было по суду, по правилам… Вот только душа к таким мерам не лежала. И хоть он еще долго чувствовал себя скотом, но… случись все сначала, не задумываясь, поступил бы так же. Как и Кей…

Его простили, после поста и отлучения, после нескольких испытаний. Его вернули ко Двору, ему готовили церемонию именования… Да вот только…

Потом говорили, что это был несчастный случай на турнире. Хотя каждый знал, что Кей просто лег на меч…

16.

Как омерзительно в России по утрам.

Он проснулся резко, как от удара. Вскочил, перепугав Эльзу, уютно устроившуюся возле него.

Сердце заходилось, как при зове, но вот в голове красной сиреной маячил сигнал тревоги. Очухавшись за пару секунд, он понял, что кто-то нарушил защиту.

Как ни странно, при его обстоятельствах Лука спал сном младенца, без уже привычных кошмаров и эротического бреда. Даже слишком крепко…

Не задумываясь, он сплел заклинание сети и швырнул его в направлении двери. Эльза вытащила из-под подушки пистолет, хотя у нее так дрожали руки, что вряд ли она сейчас была способна в кого-то выстрелить.

Рыцарь не столько услышал, сколько почувствовал сдавленный крик. Женский крик…

Лука успокоился.

– Все нормально, детка. – Он неохотно отправился к двери. – Опусти оружие… но не убирай.

Эльза откинула с лица волосы, решительно кивнула, хотя он заметил затравленное выражение в ее глазах. Рыцарь мимолетно улыбнулся ей и открыл дверь.

Наверное, он все же получил слишком правильное воспитание. Пелагея была ведьмой. Пусть молодой, пусть слабой, но все же ведьмой. И он имел полное право на жестокость, так как она если не сейчас, то в будущем могла нарушить равновесие. Но он не был инквизитором. Он был Рыцарем. А она была женщиной. Никто не учил его жестокому отношению к женщинам. А потому Лука бережно поднял ее на руки и внес в номер. Осторожно усадил Пелагею у стены, чуть ослабил заклинание, давая ей прийти в себя. Слишком молодая, слишком слабая…

Эльза чуть тронула его за плечо, подала стакан с водой.

Рыцарь приложил стакан к губам их гостьи, удостоверился, что та может самостоятельно пить, краем глаза посмотрел на свою подопечную. Эльза сидела на кровати, поджав ноги, спина прямая, плечи напряженные, пистолет лежит рядом. А в глазах упрямство и вызов. Вот так…

У ведьмы точно такой же взгляд, направленный на девушку.

Какие они милые! Эти дамы!

– Вообще-то немного глупо было приходить сюда, – заметил Лука, пытаясь обратить на себя внимание Пелагеи.

– А у меня нет выбора!

Она одарила его сердитым взглядом. Может, не стоило добиваться ее внимания?

– Какое несимпатичное выражение на такой милой мордашке, – усмехнулся Лука.

Эльза издала какой-то звук, похожий на фырканье рассерженной кошки. Хотелось верить, что это не в его адрес.

– Так чего пришла? – Он уселся на кровать и потянулся за сигаретами.

– Я хочу официально просить защиты, – хорошо поставленным голосом, почти королевским тоном выдала Пелагея.

– А вчера вечером, тот парнишка с пистолетом, – напомнила ехидно Эльза, – это посол мира?

Отличный вопрос! Рыцарь подмигнул своей подопечной.

– Я же сказала, у меня не было выбора, – процедила ведьма. И тут она вдруг миленько так улыбнулась Луке. – К тому же, рыцарь, за все это время я ни разу не нападала на тебя. Мне нужна была только она.

И Пелагея пожала плечами, тут же поморщившись от действия сдерживающих чар.

– А мой брат? – Рыцарь подумал, что ему точно не хотелось бы, чтобы Эльза когда бы то ни было говорила бы с ним подобным холодным тоном.

– Я знаю правила! – резко отозвалась ведьма. – Я не убила бы его! Я не трогаю рыцарей.

– Да неужели? – Лука вспомнил пустой взгляд мальчика. – Знаешь, что я тебе скажу, девка? Если бы он был смертным, то умер бы за сутки до того, как я нашел его. И даже с условием, что он будущий Рыцарь, если бы я не дал ему моей крови, то я все равно не довез бы его до портала живым!

В глазах Пелагеи мелькнула искренняя боль.

– Нет! – теперь она говорила тихо и скорбно. – Это было заклятье сна. Почти как на том цветке… При должном уходе с мальчиком ничего не должно было случиться… Я клянусь, что берегла его…

– Но как-то так он остался не при тебе и без должного ухода! – сухо напомнил Лука.

– Он забрал его. – Теперь в ее взгляде был заметен страх. – Сказал, что отправит в наш старый дом с одним из своих людей…

– Людей? – Эльзу передернуло. – Это ты так называешь?

– Я ничего не могла сделать. – Пелагея принципиально не смотрела на девушку. – И потому я предлагаю сделку!

– Сделку? – Рыцарь усмехнулся. – И что ты мне можешь предложить? Слабая молодая ведьма, которая не может защитить себя. Что же ты можешь предложить за свою жизнь?

– Ее жизнь. – Пелагея улыбнулась чуть победно.

– Не будь дурой, – посоветовал он ей. – Эльза со мной. И, как видишь, несмотря на все твои хилые старания, как и на старания твоего ублюдка-любовника, она жива.

– Вот спасибо, – чуть ехидно прокомментировала девушка. – Я бы предпочла жить без угроз с ее стороны и без нападений того… урода.

Она быстро учится! Теперь уже можно говорить с ней на одном языке! Лука счел нужным еще раз ей подмигнуть.

– Я сдам тебе его, – серьезно продолжала Пелагея, в очередной раз проигнорировав девушку. – Я прекращу охоту.

– Ну да! – Лука продолжал торговаться. – Что тебе стоит отказаться от ее денег и наследства ее брата. Фигня! Найдешь другого лоха-мужа, и все дела. А что касается твоего урода… Тут я могу разобраться и без тебя. Ты так дешево ценишь свою жизнь?

– А ты считаешь себя таким умным, Рыцарь? – Вела себя ведьма очень нагло. Даже странно… – Ты так низко ценишь ее жизнь?.. Или ты просто еще не понял, кто она?

Луке стало как-то по-детски обидно. Вот какая-то соплячка с задатками ведьмы и то знает, кто Эльза по сути. А он… Блин… Пелагея все рассчитала верно.

– Ладно. – Он стал серьезным. – Я большой умный мальчик. Я признаю свои ошибки. Да. Я не знаю, кто она… Но вот одно «но», девка. Даже ответ на этот вопрос – недостаточная цена. Ты знаешь, что я хочу.

– Конечно. – Пелагея тяжело вздохнула. – Мой дар… Да и черт с ним!

На какой-то момент Лука испугался, что ведьма впадет в истерику. Но она лишь разозлилась.

– Да я никогда и не хотела его принимать! – Это было похоже на старую обиду, с которой она так и не смогла смириться. – Потому я тогда и сбежала из дому. С первым встречным козлом. Но Леша все равно привез мне этот крест. Крест и книгу… И заставил взять. Я никогда не хотела участвовать в этой войне.

И она метнула взгляд на Эльзу.

– Я отдам его, – глядя в глаза рыцаря, пообещала она.

– Вот и славно. – Лука начал приподниматься с софы…

И тут произошло несколько вещей сразу. Как и всегда, он не столько увидел, сколько почувствовал опасность. Но ему хватило времени только бросить взгляд на окно, а оно уже лопнуло, пропуская пулю. И в тот же миг Пелагея, каким-то чудом преодолевая чары, сорвала с груди крестик и бросила его Эльзе. «Держи!»

Лука бросился вперед, надеясь перехватить проклятую вещь, а заодно заставить Эльзу пригнуться.

Полыхнуло белым холодным светом. И тут же в окно влетела вторая пуля…

В такие минуты ему всегда казалось, что время останавливается. Теряются все звуки, пропадает всякое движение. Все замирает. И работает только его мозг. Четко, как часы. Или как сердце, чьи удары так отчетливо слышны.

Он лежит на кровати, прижимая к себе Эльзу. Она жива, так как именно удары ее сердца он сейчас слышит. В стене видна застрявшая пуля. Чуть в стороне, там, где он ее и оставил, Пелагея. На белой ткани костюма отчетливо видно красное пятно. Четко в сердце… Блин… А ведь ей всего двадцать пять…

Рыцарь осторожно пошевелился, чуть в сторону, ближе к стене. Рука потянулась за ножом. Лука проверил, видно ли его из окна. Нет, все в порядке. Теперь пуля. Всего пара секунд, и он смог выковырять ее из стены.

Он привычно прикрыл глаза, сосредоточился, собрал немного силы. Казалось, металл резко нагрелся в его руке. И вот ярко-белый сгусток силы рванулся в сторону. До стены, потом по траектории пули – в обратную сторону. Туда, к тому, у кого хватило ума опять на них покушаться.

Это не заняло много времени. Кажется, всего несколько секунд. И вот рыцарь почувствовал соприкосновение с чужим разумом.

Взрыв удивления, потом упрямство, негодование… непонимание… остатки магического вмешательства и… пустота.

Лука подавил в себе желание выматериться.

Почему он всегда так бездарно влипает в неприятности? Все так хорошо начиналось. Он почти договорился с Пелагеей. После отмены силы дара он смог бы добиться у нее ответа на вопрос, кто же все-таки Эльза по сути. Так же без проблем она сказала бы, где ее зубастый любовник. Они душевно поговорили. Ему оставалось лишь забрать у нее крест…

Крест!!! На миг он даже перестал дышать.

Лука осторожно, почти нехотя обернулся.

Эльза все еще лежала на кровати, чуть приподняв голову, напряженно глядя на труп Пелагеи. Она сжимала в руке крестик, который все же успела поймать… А над ней мерцала неимоверно яркая белая, без малейшего темного пятнышка, аура.

– Твою же мать…

Лука сел на кровать, протянул к девушке руку.

– Ты в порядке, детка?

– Мне намного лучше, чем ей. – Она выдавила из себя жалкое подобие улыбки.

– Согласен. – Он так же кисло улыбнулся в ответ. – Дай мне эту дрянь, пожалуйста.

Эльза чуть нахмурилась, не сразу вспомнив о том, что сжимает в ладони. Потом на ее лице мелькнуло удивление, а затем нечто, очень похожее на ужас.

– Лу…

– Спокойно. – Он погладил ее по плечу. – Ты в порядке.

– Но… – От испуга глаза у нее стали почти круглыми, и выглядела она немного смешной.

– Я не знаю почему, – очень спокойно и тихо сказал рыцарь. – Но ты не стала ведьмой. Поверь мне, милая. Ты в порядке.

Эльза разжала кулак и уставилась на крестик. Лука и сам таращил на него глаза.

Его приемные родители были далеко не бедными людьми. И у его мачехи была целая куча цацок. Она терпеть не могла золото. Отчим всегда покупал ей только серебро. И однажды, когда ему было где-то около восьми, мачеха позвала его с собой, чистить украшения. Они делали это по старинке. Допотопным зубным порошком и старыми зубными щетками. И оба смеялись. Они часто смеялись вместе. А потом, пока мачеха намазывала руки каким-то вкусно пахнущим кремом, он рассматривал вычищенные предметы. Серебро, черное и даже с оттенком зеленого до чистки, теперь блестело, отдавая белым. Так же проявляется его сила, когда он взволнован или зол. Тем же блеском чистого серебра…

Так же блестел и крестик на ладони Эльзы. Как будто его только что вычистили… А ведь этому кресту, судя по всему, больше ста лет…

– Дела… – поделился он впечатлениями. – А теперь соберись.

Он встал, уже не опасаясь новых выстрелов. Надел куртку. Сунул в карман пистолет, убрал нож. Эльза дрожащими руками спешно натягивала свитер. Из разбитого окна сильно тянуло холодом. Лука достал сотовый и быстро соорудил SMS для Геры: «Пелагея мертва, у меня полиция, сматывайся, потом позвоню». А потом он нашел в телефонной книге сотовый номер майора.

– Алло, Илюха…

– Открой дверь номера, засранец! – проорал полицейский в трубку.

– Понял…

Лука обреченно пошел к двери.

17.

– Я предлагаю сделку, – заявил майор.

«Пелагея недавно предлагала мне то же самое, – мог бы сказать ему Лука. – А чем все закончилось?» Но он промолчал. Только выжидательно приподнял брови.

Вообще, рыцарь нервничал. Они с майором сидели в холе третьего этажа все той же гостиницы. А Эльза была в номере, откуда только недавно забрали труп. Она, между прочим, наверняка в расстроенных чувствах. И главное, она там одна! Двух парней Ильи Лука в счет не брал. Он привык доверять только себе. Он здесь, она там, клыкастый урод на свободе, а тут майор с тупыми предложениями.

– Так что ты хочешь? – все же спросил его рыцарь.

– Звездочки на погоны, – ухмыльнулся Илья.

– Круто, – оценил Лука. – Только вот, знаешь, я же не Гудини. Хотя… без проблем! Я могу нарисовать их для тебя и вырезать из бумаги. Подойдет?

– Хватит. – Странно, но майор даже не перешел на крик. А ведь мужик взрывной по жизни. Лука слышал, как он орет на подчиненных, да и на них с Эльзой он орал нехило в прошлый раз.

– Я в курсе, что ты отлично умеешь рисовать, – продолжал между тем полицейский. – Например, паспорта. Как я помню, один на имя Александра Юрьевича Королева, а другой на имя Сергея Павловича Степанова. Похоже, ни одно из этих имен не является настоящим.

– А у меня и другие есть, – нагло сообщил ему рыцарь и достал сигареты. – И кстати, не только российские.

– И израильский есть? – с нужной долей иронии поинтересовался майор все так же спокойно.

Что-то он как-то подозрительно спокоен. И даже не суетится, как обычно. Лука помнил, как этот крепыш с седеющей шевелюрой мельтешил по кабинету тогда в отделении.

– Есть, – прикурив, ответил он. – А также французский, английский, голландский и еще около двух десятков стран Европы и Азии. У меня, знаешь ли, не двойное и даже не тройное гражданство. И там тоже вписаны разные имена.

– Угу. – Рожа у майора стала какой-то неприятно веселой. – Наверное, ты больше ценишь свое рыцарское имя, да?

И вот тут Лука напрягся.

– Что? – переспросил он с легкой угрозой в голосе.

– А то. – Полицейский вытащил из своей папки какую-то старую, здорово обдрипанную тетрадь. Довольно толстую. – Но заметь, я даже не спрашиваю тебя, что это за орден. Я знаю, многие из них сохранились до сих пор. Иезуиты, например. Или небезызвестный мальтийский.

– Это ты в этой книжечке вычитал? – Тон рыцаря не изменился.

– Тут я просто вычитал кучу мистического бреда, из которого смог кое-что сложить, – деловито сообщил майор. – Перемещения героя этого романа очень похожи на твои. И тебя же она кличет рыцарем.

– А дай-ка и мне взглянуть. – Лука подался вперед, намереваясь забрать книжку. Он не сомневался, что это гримуары той милой старушки, которые достались Пелагее в наследство вместе с крестиком.

– Не так сразу. – Илюха накрыл тетрадь рукой.

Лука чуть прищурил глаза. Смотрелось это угрожающе, о чем он прекрасно знал.

– Вот только не надо опять делать из меня дурака! – Наконец-то майор повысил голос, выпав из своего обманчиво спокойного состояния.

– Ты меня с матушкой-природой не путаешь? – усмехнулся рыцарь.

– Да как-то нет! – Полицейский поерзал в кресле. – Я мог бы посадить тебя к нам в обезьянник. Естественно, только для того, чтобы у тебя было побольше времени, чтобы прочитать мое личное дело. Я почти двадцатник как в органах! И никогда еще не верил преступнику на слово.

– Это мне, что ли? – Рыцарь позволил себе чуть расслабиться.

Во-первых, он прекрасно знал, что все равно заберет гримуары себе. Во-вторых, ему стало интересно, что будет дальше излагать майор. Да и вообще. Ему предложили сделку. А в чем суть?

– Посуди сам. – Илья тоже откинулся в кресле и полез за своей пачкой сигарет. – Приезжаешь ты, забираешь у меня подозреваемую. Знаю, знаю, – тут же затараторил он, видя, что Лука собирается возражать. – Тут ты был прав. Но дело в другом. Ты ее забрал. И в эту же ночь в ее доме с крыши сваливается прямо ей в спальню голый мужик с непонятными мотивами. А чуть позже вы нарываетесь на перестрелку. И опять же, я знаю, ты с утра приехал давать показания. И что? Я тебе покивал. Ничего не проверив! Ни твою лицензию, ни твою пушку! Я просто вас отпустил. И что самое обидное, когда мой капитан, весьма, кстати, въедливый тип, пытался мне намекнуть на странность моих действий, я на него наорал, уверяя, что надо ловить преступников, а не честных и порядочных людей!

– Да уж. – Лука не удержался от смеха. – Круто тебя…

– Вот-вот. – Казалось, майор продолжает рассказывать ему классную байку. – Я примерно так же отреагировал, когда мне сказали про черный джип со спящими ублюдками, про снесенный к черту шлагбаум и еще двух раненных в перестрелке придурков. Да… еще тот странный тип в будке охранника с розой в руках. Я всем объяснил, что это была просто самозащита. И даже не предложил провести с тобой вторую беседу!.. Полегчало мне после вчерашнего взрыва тут внизу и двух твоих паспортов.

– Тебе повезло, – совершенно откровенно сознался рыцарь. – Ты крепкий мужик. Другие неделями отходят.

– Я в курсе. – Илья довольно кивнул. – Видишь ли, я тут давеча имел телефонную беседу с одним своим коллегой из Новгородской области. Так он задолбал меня похвальными речами в твой адрес. И, как я успел понять, везде, где работало агентство «Лебедь», та же тема.

– Слушай, – Лука поморщился, – тебе не стоило так глубоко влезать…

– А тебе стоило? – Илья опять повысил голос. – Я спокойно могу тебя посадить!

– Так сажай. – Рыцарь пожал плечами.

– Да ты и получаса в моем обезьяннике не проведешь. – Майор махнул рукой с самым несчастным видом. – Кто-то позвонит моему начальству. И тогда мне надают по шапке и могут снять звездочки. А я, наоборот, новые хочу.

– Вот мы к ним и вернулись. – Самое интересное, что Лу так и не решил, стоит ли чистить этому полицейскому мозги. Умный, гад. Даже как-то уважение вызывает.

– Дело твоей умной Эльзы громкое, – стал объяснять Илья. – И тут легко стать подполковником. За раскрытие…

– И? – Рыцарь реально не понимал, что он хочет.

– Вот ты мне и поможешь! – победно возвестил майор. – Причем честно. Просто… дашь консультацию.

– Консультацию? О чем? – Луке начало казаться, что полицай бредит.

– Смотри. – Илья опять раскрыл свою папку. – Ты спас мальчишку от некоего маньяка, который типа нападал на малолеток и почему-то их кусал. А потом голый мужик, в мороз гуляющий по крышам… А теперь вот.

Рыцарь принял у него фотографии. Над растерзанным телом незнакомой девушки высилась фигура, подозрительно похожая на волчью. На следующем снимке рядом с тем же телом лежал убитый голый мужик.

– Знаешь, – Илья говорил почти шепотом, – вот если бы сам не увидел, не поверил бы. Сказки какие-то.

– Да. – Лука устало улыбнулся. – Ты даже не представляешь, сколько на свете таких сказок. Где это было? И когда?

– Вчера ночью. – Майор забрал у него фотографии. – Есть тут один такой райончик… Не для таких чистюль, как ты. Опера ехали по звонку. И вот…

– Девочка жива? – Тон у рыцаря опять стал нехорошим, он просчитывал дальнейшие шаги.

– Нет, как и предыдущие две. – Илья печально поморщился. – Суки.

– Почти, – согласился Лука. – Давай-ка посмотрим, где были остальные случаи. Эти уроды сейчас залегли на дно. Если твои одного пришили, да я одного, то, по моим подсчетам, там еще двое… Кстати, ты хоть понимаешь, что сажать их нельзя?

Майор посмотрел ему прямо в глаза.

– А я и не собираюсь.

– Считай, сделка состоялась, – усмехнулся Лу. – Сегодня ночью уложим уродов, завтра я забираю Эльзу и сматываюсь. Кстати, эту тетрадочку я тоже прихвачу.

– Тетрадь получишь завтра. – Илья, похоже, любил торговаться. – А вот гадов мы уложим без тебя. Тебе есть чем ночью со своей Эльзой заняться.

– Пойдешь зарабатывать звезды собственным табельным? – ехидно осведомился рыцарь. – Валяй. Но только помни, пленных не бери. Тебе же боком выйдет, если это все всплывет.

– Мне же так лучше, если всех положим, – пожал майор плечами. – Тогда дело закроют. И я больше никогда тебя не увижу.

– А вот тут как карта ляжет. – Лука развел руками. – Я здесь тоже не по своей воле оказался.

– Понимаю, – серьезно кивнул Илья. – Наверное… Кстати, мы нашли того лоха. Что по вам сегодня палил. Как ты и сказал, он так и сидел на чердаке.

– Что говорит? – Он задал вопрос без энтузиазма.

– Бредит.

– Угу. – Лука прикурил следующую сигарету. – Давай по делу перетрем…

Эта гостиница была не столь звездной, как их предыдущее пристанище, подешевле и как-то поуютнее, но в то же время более безликая. Лука снял обычный двухместный номер. От разнообразных люксов его уже тошнило. Да и из чисто логических соображений это был правильный выбор. Двухкомнатный люкс казался теперь рыцарю опасным. Не хотелось отпускать от себя девушку даже в соседнюю комнату. Но и ночевать с ней в одной кровати… Спасибо, достаточно. Он все же мужик. А она… Так что такой вот простенький вариант весьма ему подходил.

Пока Эльза принимала душ, он разгрузил сумки. Включил ноутбук, чуть подумав, выбрал хиты Queen. По дороге они заехали за пиццей и разливным пивом. Это был его каприз, и Эльза с ним согласилась. Как он сейчас вспомнил, это, пожалуй, вообще была единственная пара фраз, которыми они обменялись в дороге.

Она вышла из ванной в джинсах и футболке, мокрые волосы чуть вились.

Лука выдавил из себя более-менее приветливую улыбку и сам отправился в душ. Чертовски поганый сегодня день. Все эти разборки с полицией, Пелагея, непонятный стрелок… И все эти чертовы сделки! А еще куча вопросов, которые надо было решить и которые наверняка задаст ему Эльза.

Он вышел, она сидела на своей кровати, передвинув столик, теперь деловито раскладывала на нем куски пиццы, расставляла стаканы под пиво. Казалось, она делает это все машинально, занятая совсем другими мыслями. Между бровями виднелась небольшая морщинка.

– Тебе электронка пришла, – не глядя на него, сообщила девушка.

– Угу. – Он видел значок конверта в углу экрана. – Сейчас быстро гляну, и поедим.

Это было письмо от Вульфа. Как всегда, суховатое и краткое.

«Ты о ней еще ничего не узнал? – спрашивал начальник, видимо, уже заранее зная ответ. – Ее хорошо знают в научных кругах. Много пишет. Мифология. Например, «Сравнительный анализ сказочных образов русских и шотландских сказок», «Король Артур и истоки легенды» и прочая заумная фигня. Хотя оценивают ее порядочно. Под всеми статьями странная подпись: Эльза фон Б. Что за «Б»? Перезвони потом».

Подписи не было. Вульф не любил общаться с клавиатурой.

Лука устало потер переносицу. Вот и еще вопросы… Блин…

– Плохие новости? – робко спросила Эльза.

– Нет. – Он отложил ноутбук. – Просто день сегодня плохой.

– Согласна, – с чувством сказала она. – Ешь давай.

Он опять подумал, что девушка разговаривает с ним как со своим младшим братом, но сил подкалывать ее не было.

– Ты из-за Пелагеи? – выбрав себе кусок пиццы, опять спросила Эльза.

– И это тоже. – Лука поморщился. – Дурацкая смерть. Она же чуть старше тебя… была. Вот уж извини, но волей-неволей пожалеешь, что она слабая ведьма.

– Будь она сильнее, смогла бы преодолеть твои чары? – уточнила она.

– Да я и так их ослабил в край! – Он отхлебнул пива. – Тем более когда почувствовал опасность. Но даже если бы она их и не пересилила, могла бы просто пригнуться. А она потратила это время на бросание этого чертового креста. Дурочка…

– Но ты же не мог всего предугадать, – резонно заметила девушка.

– Да кто тут такую дурь предугадает? – Рыцарь все же решил поесть. – Да еще майор этот…

– А он-то что? – Видимо, она почувствовала, что эта тема может быть неприятной, а потому в ее тоне появилась осторожность.

– Представляешь, – Лука решил не вываливать на нее всего и сразу, – он всего за двое суток преодолел мои чары доверия! Сильный мужик!

– Какие чары? – не поняла Эльза.

– Ну, – он сделал неопределенный жест, чуть не уронив при этом кусок пиццы, – заметила же, как нам с полицией было просто? Кивали, верили, отпускали. Вот…

– Понятно. – Она потянулась за следующей порцией. – А на меня ты тоже такие чары наложил?

– С чего? – искренне изумился он.

– Не знаю, – пожатие плечами, с почти натуральной беззаботностью. – Как-то легко все… Понимаешь?.. Вот ты дрался с тем… оборотнем. Потом перестрелки. Какие-то заклятья. И все как по маслу. На тебе ведь даже царапины нет… Как и на мне. Все слишком гладко.

– Верно. – Лука опять поморщился. – Планида у меня такая… Я и раньше пытался тебе намекнуть… Да, меня учили уворачиваться от пуль, перехватывать на лету стрелы, арбалетные болты и прочую смертоносную фигню, которую могут в меня кидать. И, конечно, не стоит списывать со счетов некоторый элемент мистики… Скажем так, пока я делаю благое дело, я практически неуязвим. По крайней мере, для смертных.

– Круто. – Девушка улыбнулась, пригубила пиво. – А твое дело благое?

– Ты же слышала, я рыцарь. – Он позволил себе любимую ухмылку. – Спасаю прекрасных дам и сирот. Иногда освобождаю города и веси от нечисти. Как и положено. Ты же хорошо знаешь сказки.

Она кивнула.

– Вот только, – он отставил стакан подальше, – пусть дела и благие, но я стараюсь не зарываться. Не перегибать палку. А тут я ее, по-моему, перегнул. Слишком много трупов. Пусть и не совсем по моей вине. Слишком открыто играю. А потому я и согласился на сделку.

– Сделку? – Эльза слишком четко улавливала перемены настроения. – Почему-то мне кажется, что ты говоришь не о предложении Пелагеи?

– Мой сегодняшний день богат на переговоры! – кисло улыбнулся рыцарь. – Сделку мне предложил майор. Он ловит оставшихся уродов. Я сижу здесь с тобой. А утром мы покидаем город. – Он осторожно потянулся к ее ладони и чуть сжал ее. – Прости меня. Я знаю, что не имел права так легко решать за тебя. Да еще в таком вопросе. Это твой родной город, тут твои родственники, работа… Но я беспокоюсь о твоей безопасности. И… в общем, тебе лучше уехать со мной.

Она помолчала, глядя куда-то чуть выше его левого уха. Потом пожала плечами и даже попробовала улыбнуться.

– Родной город?.. Не знаю. Наверное, это для меня не так важно. Или перестало быть важно в последние дни. Родственники? У меня не осталось родственников. Только брат. А ты – единственная ниточка, которая меня с ним сейчас связывает. Работа – мелочи. Тем более что чаще я езжу зарабатывать в Питер. Ведь мой научник там. Так что меня ничего тут не держит. Я еду с тобой.

– Славно! – Честно говоря, ему стало легче. – Куда рванем? Хочешь за бугор? Финляндия? Или Швеция? Франция? Там сейчас тепло и не так противно. Или Египет? Турция? А может, Рим?

– Какой шикарный выбор, – чуть иронично отозвалась Эльза. – А сам бы ты что выбрал?

– Не знаю. – Лука даже растерялся. – Я много где был. И многие страны мне понравились. Интересно находить в каждой что-то особенное. Вот Египет и Турцию не люблю. Слишком много туристов. Как и Кипр. Израиль не нравится. Хотя посетить Иерусалим… Оно того стоит. Финляндия. Красивая страна. В ней какое-то сказочное очарование. Италия… Ну для меня это вообще особое место. А точнее, Флоренция. Испания… как-то так… разномастные впечатления. Шотландия нравится. А вот Корнуолл люблю… ну тут… не только само это место…

Он многозначительно улыбнулся. Эльза понимающе кивнула и спрятала глаза.

– Что? – Кажется, он тоже резко реагирует на ее настроения.

– Просто… вопрос появился, – смущенно отозвалась она. – Но он личный. Наверное, не стоит спрашивать.

– Колись! – разрешил рыцарь. – Мне теперь интересно.

– Ну… – Девушка еще раз пожала плечами. – Я просто хотела знать, где же ты родился? Просто я поняла по твоему разговору с Герасимом, что вы не из России.

– Мы ниоткуда, – сказал он и тут же пожалел об этом. Девушка будто бы замкнулась в себе. – Не в смысле, что я не хочу отвечать. Понимаешь… Я родился в Словении. Мой отец француз, мать… Вроде бы итальянка… Я мало о ней знаю. На родине, вернее, где я родился, я прожил всего полгода. Потом еще год в Болгарии. И еще два в Бельгии. В четыре года я попал в Россию. Меня усыновила семья одного из сотрудников российского посольства в Бельгии. Говорят, был скандал. Тогда же еще был СССР. А тут ребенка из чужой страны привезли… Неважно. Главное, так я сюда и попал. Учился в простой советской школе. А вот потом… Оксфорд. При таком раскладе мне трудно определиться с родиной.

– Но теперь ты в России. – Эльза слушала его с искренним интересом.

Конечно, девочке из маленького городка, которая не ездила дальше Питера или, на крайняк, Москвы, его жизнь казалась приключенческим романом.

– Только потому, что здесь остался мой наставник, – продолжил Лука. – Он женился на русской. И решил остаться. Вот и я здесь. Он мне если не как отец, то как любимый дядька. Но приходится мотаться и по всей стране, да и по Восточной Европе. Это моя зона.

– Понятно, – как-то кротко согласилась она. – Но сейчас ты мне предлагаешь чуть ли не весь мир.

– А чего и нет?

– Как-то не тянет, извини. – Эльза виновато улыбнулась и отсалютовала ему пивом. – Поехали в Питер. Там мой научный руководитель. Это на данный момент, наверное, самый близкий мне человек. После брата, конечно. Да и люблю я Питер. Там классно. И очень свободно как-то.

– В Питер так в Питер, – покладисто согласился рыцарь. – Если тебе так спокойнее. Надо развеяться. Не каждый же день попадаешь в такие заморочки…

Он нахмурился. Эльза не поддавалась на легкий тон. Что-то не так. Наверное, смерть Пелагеи стала последней каплей. Или дело в чем-то другом?

– Детка, – он полез за сигаретами, – давай договоримся. Мы с тобой классно ладим. Так что без глупостей. Если что не так, ты говори, лады? А то вот сидишь с загадочным видом, а мне дергайся.

Она кивнула, пряча глаза. Потом встала и начала мерить номер шагами.

– Лу, – наконец начала девушка. – Просто я тоже хочу предложить тебе сделку… Или, как вы там говорите, оформить заказ… Но то, что я узнала сегодня, меня несколько удивило…

Он нахмурился. Еще одна сделка. Класс! Первые переговоры закончились смертью заказчицы. Второй довел его до белого каления. Ждать в бездействии… Блин… А тут еще и она!

– Я говорю о брате, – пояснила Эльза. – О том, что ты сказал Пелагее. Это ведь правда!

– Правда, – кивнул рыцарь. – Извини.

– Не за что. – Она тепло улыбнулась ему. – Мне еще долго тебя благодарить за это. Ты же ему жизнь спас. Просто… – Она запнулась. – Давай я все с самого начала расскажу, ладно… В общем, Володька пропал. Я издергалась. Думала, сойду с ума. А тут еще и арест. И я начала… Не молиться, нет. Я не очень верю… Но просто просила. Умоляла в никуда. Умоляла спасти брата. И день, и ночь. Я только об этом и думала. И вот вдруг увидела твое лицо. Как во сне. И ты будто бы смотрел на меня. Ты меня видел! Но… и это ничего не меняло. Потом я старалась вызвать тебя, все так же. Пока вдруг ты не появился и не сказал что-то… Вроде: «Иду»…

– Да, – подтвердил рыцарь. – Так и было. Я ответил тебе, когда привез твоего брата к порталу. Тогда я уже знал, где тебя искать.

– Это и странно, – живо подтвердила девушка. – Дай сигаретку. – Он протянул ей пачку и зажигалку. – Я просила за брата, а ты ответил, только когда его спас!

– Слушай, – Лука был удивлен не меньше ее, – вообще, я не очень-то в этом понимаю. Вульф говорит, я слишком туп для понимания природы зова. Но! Я почувствовал твой призыв раньше. За день до того, как нашел Володьку. Как раз тогда тебя и увидел. Как ты говоришь, как во сне. Так что… Я же не знал, зачем ты меня зовешь. Да и мне все равно надо было приехать. Те, кто его чуть не убил, были здесь. Вот так. Вроде логично.

– Типа того, – криво улыбнулась она.

– Так что за сделка? – Лука решил, что времени у него куча, пока майор не позвонит с новостями. Можно и послушать. Хоть время не так медленно тянется.

– Я хочу нанять тебя, – она чуть запнулась, – чтобы ты выяснил, кто я… Глупо, да?

– Весьма не глупо, – возразил он. – Вот только я не смогу принять твой заказ… Детка. Как ты думаешь, чего я сижу тут с тобой и уговариваю тебя ехать со мной дальше? Твое дело закончено. Так чего мне таскать тебя за собой?

– Не знаю. – Похоже, она об этом даже и не задумывалась.

– Да потому что мой квест не имеет отношения к твоему брату! – почти весело пояснил он. – Ты и есть мой квест. И я и без твоих заказов собираюсь узнать, кто ты по сути. Именно за этим я и здесь.

– Хорошо. – Девушка заметно приободрилась. – С чего начнем?

– Вот так вот, да? – Лука даже оторопел. – Попробуем подытожить то, что знаем. Ты владеешь зовом. Видишь ауры. Вернее, ощущаешь. У тебя самой просто удивительная аура.

– Какая? – тут же оживилась она.

– А ты не знаешь? – Рыцарь начал понимать, что ночь он проведет весело. С Эльзой не соскучишься. – Она у тебя ярко-белая. Пылающая. И очень чистая. Вот ты видела, как меняется моя аура, когда я злюсь или в бою? – Она кивнула. – Так вот у тебя она всегда такая, как у меня в самые такие моменты.

– И что это значит?

– А я знаю? – Он развел руками. – Ты сядь только, ладно? А то у меня в глазах рябит. Ты не из смертных. Ты часть группы, которую мы называем Избранными.

Рыцарь замолчал. Типа решил горло пивом промочить. На самом деле ждал вопросов. Она молча сидела и ждала продолжения. Очень нелюбопытная Эльза.

– Избранные, – вынужден был продолжить он, – они бывают двух видов. Обещанные. Это весьма известная фишка. Отдай то, чего дома не знаешь.

Эльза вдруг развеселилась.

– Шутишь?

– Тут смешного-то мало, – возразил Лука. – Знаешь, сколько торгуют своими детьми? А самое противное, что чаще покупатели намного чище и… правильнее продавцов. Хотя жертвами всегда считаются последние.

– С ума сойти! – поделилась девушка впечатлениями и тоже решила запить информацию пивом. – Знаешь, я давно живу в окружении сказок. Это почти норма жизни. Но… оказывается, они намного ближе, чем кажется.

– Это точно, – кисло улыбнулся рыцарь. – Поверь мне. Уж я-то всю жизнь живу в этих сказках. А может, и сам являюсь частью их… Но не суть. Так вот. Обещанные предназначены для определенной цели. После ее исполнения у большинства есть шанс вернуться к обычной жизни и выпасть из зоны нашего внимания. Все зависит от того, с какой целью их покупали и какова была цена. С тобой ничего такого нет? Ну там какие-то тайны вокруг твоего рождения… шепоток родителей. То-се.

– Вроде бы ничего, – подумав, ответила она.

– И правильно, – покладисто продолжил рыцарь.

Повисла пауза. Лука чуть приподнял брови, демонстрируя удивление. Он бы уже пытал рассказчика, светя лампой в рожу. Она так и не задала ни одного вопроса. У нее на лице вообще почти медицинский интерес! Вежливый такой. Как у психиатра к бреду шизофреника.

– Дело в том, – суховато пояснил Лука, – что Обещанные крайне редко обладают даже самыми крохотными способностями. Вот… Вторая группа Избранных, люди королевских кровей…

– Принцы и принцессы, – иронично перевела девушка.

– Именно, – серьезно подтвердил он. – У тебя нормально с логикой, как я заметил, детка. Так вот. Помнишь, вся Россия сходила с ума по двухсотлетию Пушкина? До дня рождения Александра Сергеевича осталось… тупой PR. Но не суть. В тот день где-то, кажется, в Париже, собрались все потомки гения русской поэзии. Их было около ста человек! Если не больше. Это только представители одной семьи! А сколько королевских семей в мире? У всех на самом деле королевской крови по капле. Но этого достаточно!.. Я не знаю механизма… но, понимаешь, многие из них Избранные. Причем это не те, кто идет по прямым линиям и живет во дворцах. А именно полукровки. И все больше забытых или проклятых фамилий. Лотаринги, Габсбурги…

– Они породнились где-то во второй половине девятнадцатого века, – сообщила Эльза.

– Я в курсе. – Лука в который уже раз досадливо поморщился. – И, честно скажу, именно их я больше всего и не люблю. У них в крови тяга к несуществующей власти… Но опять же, фиг с ними. Меня интересуешь ты. Что там у тебя с родословной?

Девушка задумалась. Потом подошла к своей сумке, вытащила альбом.

– Вот. – Она раскрыла его на одной из первых страниц. – Это моя прабабка. Я только знаю по семейным легендам, что ее мать приехала в Россию из Австрии с одной из принцесс. Ну невеста Романовых. Прапрабабка числилась при принцессе кем-то вроде личного секретаря. А замуж она вышла тоже за какого-то приезжего. Вроде бы он был увлечен мистикой. Возможно, это все от него. – Она перевернула лист. – Бабушка. Я ее почти не помню. Вышла замуж за… немца. Представляешь? Это в Великую Отечественную! Он был тут пленным. Вот он.

Лука смотрел на незнакомые и мало интересные ему лица. Это им ничего не даст. Хотя ему всегда нравились старые фотографии. В лицах тех лет было что-то благородное.

– Это мама. – Эльза говорила с теплотой и любовью. – Вот и все… Отца я не знаю.

– Как? – Лука засмотрелся и заслушался. Даже не сразу понял, о чем она. Но тут же спохватился. – Извини.

– Ничего. – Она неопределенно махнула рукой. – Мама почти ничего о нем не говорила. Случайный роман.

– Только имя в твоем свидетельстве о рождении. – Рыцарь задумчиво кивнул. – Интересно… В принципе, очень может быть. Возможно, твоя прапрабабка принадлежала к одной из многочисленных королевских прусских и австрийских семей. Королевских, в смысле. Плюс корни отца… Возможно, слияние двух ветвей крови Избранных дало такой результат… Это я про тебя. С учетом того, что твой брат, родной тебе только по матери, Рыцарь, то сомневаться в корнях по материнской линии не стоит.

Эльза молчала.

Лука не выдержал. Сколько можно! Он тут балаболит, а она… Типа и ей тоже это было надо!

– А знаешь что, детка? – довольно неприятным тоном начал он. – Давай-ка я оставлю тебя майору. Ему нужны толковые опера. А ты просто чудо в данной области. Ни одного вопроса! А я тут вовсю даю показания! Тебе вообще интересно, а?

– Очень. – Она нервно усмехнулась. – Но я же знаю правила. Никаких вопросов.

– Что за чушь! – взъелся Лука. – Почему никаких вопросов?

– Лу, – теперь тон у нее был снисходительный, – сказки. Вернее, только одна сказка. Лоэнгрин.

– Блин! – Он вскочил и заметался по номеру, через раз ударяясь о край кровати. – Нашла время! Детка, я понимаю, сейчас тебе все кажется странным. Похожим на твой мир мифологии. И это так! Но не до такого же! Я спокойно назвал тебе свое имя! И это единственное имя, которое у меня пока есть!!!

– Не ори! – Эльза встала у него на пути и уперла руки в боки. – Я давно живу в мире мифологии, как ты это назвал! И мы давно это обсудили. Каждая волшебная сказка имеет тайный смысл. Табуированное знание! О нем и речь. Лоэнгрин. Да наплевать ему было на его же имя! Весь смысл в познании табуированного знания… извини за каламбур. Если бы она лезла дальше, то оказалась бы недостойна! Вот и я не лезу. Потому что не знаю, имею ли право.

– Блин, – Лука недолго думая обнял ее и прижал к себе, – милая, ты имеешь все права. Вспомни сегодняшнее утро. Пелагея. Крестик. Ты мгновенно уничтожила проклятье. Это многое значит. Так что выкини эту чушь из головы.

– Ну да. – Она потерлась щекой об его грудь. – Я считала это удачной шуткой. Жить в мире мифов и носить имя из одной из сказок.

– Ты о чем? – Лука чуть отстранил ее, чтобы посмотреть ей в лицо.

– Эльза фон Брабант. – Девушка улыбалась. – Так я подписывала свои статьи. Лоэнгрин.

– Я вообще-то знаю. – Рыцарь чуть прищурил глаза и усилием воли сменил музыку. Заиграл Вагнер. – Вульф прислал мне несколько твоих работ. Эльза фон Б. Я не знал, как спросить… Не хотелось бы, чтобы ты думала, что я шпионю за тобой… Хороший Вагнер мужик. Но вот под него не потанцуешь…

– Наверное, и не надо. – Опять этот кроткий тон! И отстранилась так скромненько. Мать Мария, блин.

– Что теперь? – Рыцарь устало провел ладонью по волосам.

– Я… – быстрый взгляд, и девушка опять отвела глаза. – Я не хотела просить тебя еще оставаться со мной. Вижу, тебе это трудно.

– Да ты че-е? – Лука начал злиться. – То-то я, чуть что, к тебе руки протягиваю! А все эти ночи? Да ты хоть понимаешь…

– Понимаю. – Она забыла о своем стеснении. Твердый взгляд, нормальные речи. – О том и речь. Может, я девственница, но не блондинка! Ты меня хочешь, но по понятным причинам не можешь получить желаемое.

– Умная Эльза! – усмехнулся он. – Причины-то как раз тебе, я думаю, не понятны. Вообще, такие, как я, считают вполне нормальным тащить в постель таких, как ты! Даже невзирая на нестойкие преграды… Но! Я не все. Это раз. Ты девственница. И это может быть важно. Это два. И я еще не знаю, кто ты по сути. Это три. Но как только я узнаю… Поверь, большая часть причин перестанет приниматься в расчет. Учти это.

– Мне следовало испугаться? – Девушка почему-то развеселилась.

– Это уже зависит от твоих личных хотелок, – буркнул он.

– Тогда не следовало. – Эльза легкомысленно пожала плечами.

Отлично! Такое признание, наверное, должно его радовать? Как же! Все названные причины остаются, а ему с ней ночевать. Какая она милая девочка! И, главное, такая наивная! Блин… Шею он ей, конечно, не свернет. И даже не выпорет. Так как для этого надо до нее дотрагиваться.

Ладно, делаем вид, что с ним все нормально. Рыцарь мужественно запил свое решение пивом.

– Эльза Брабантская, значит, – вернулся он к теме. – Ну-ну. Сама додумалась или кто подсказал?

– Вообще-то подсказали. – Девушка опять потянулась за сигаретами. – Мой научный руководитель посчитал это неплохой шуткой.

– Неплохой? Это спорно. – Лука жестом попросил у нее сигарету и для себя. – Согласно одной из легенд, эта дама была матерью Иды Лотарингской. А я, как уже говорил, их не люблю. Так что тебе это имя не подходит.

– Просто потрясная логика, – иронично прокомментировала Эльза. – Не хочешь, не зови. Мой научник так шутил только из-за смысла этой сказки. Эльза фон Брабант. Та, кто могла бы знать.

– А! Ну да. – Он поморщился. – Табуированное знание.

– Это его конек. – Теперь девушка оживилась, почувствовав себя намного спокойнее. – Он может говорить на эту тему часами. Как и я, наверное. Это как заразная болезнь, которая так быстро передалась мне. Хотя мне редко с кем удается поговорить об этом.

– Почему? – искренне удивился Лука. – По мне, так клевая темка. Что такого?

Вагнер несколько бил по ушам. Рыцарь усилием воли убрал звук.

– Лу, – она чуть криво улыбнулась, – знаешь, люди мало интересуются историей, фольклором, какими-то загадками, которые там скрыты. Это как-то не современно. И когда я начинаю об этом говорить, то… Нет, мне рот никто не затыкает. Просто… Обычно у собеседника появляется такое выражение лица… Вежливое и отстраненное.

– Как с больным ребенком, – поддержал он. – Я в курсе. А еще бывает такое вежливое презрение… Плюнь. Обычно это пустозвоны и лохи. Не стоит тратить свое время на уродов… Так о каком именно знании мы говорим?

На самом деле ему было не то чтобы наплевать, просто пустой интерес. Любопытство. Пока надо дождаться звонка майора. Да и Эльза вон как обрадовалась. Пусть говорит.

– Мы говорим о неизвестном знании, но очень важном, – тут же заговорила девушка с воодушевлением. – О том, что лежит в основе каждой религии и часть чего всегда скрывается, как только рождается новый культ.

– То есть, – а разговор-то оказался не таким уж и пустым; интерес у рыцаря мгновенно возрос, – это некая истина, которая сама себя воспроизводит в каждой новой религии, но при этом с каждым рождением утрачивает некую свою часть? Или, вернее, утаивает? Слушай, так мы сейчас говорим о том, что в каждой религии есть некое мистическое зерно, которое способно ее же и разрушить?

– И это тоже. – У Эльзы глаза блестели от азарта. – Ты же понимаешь, что истина не может быть только доброй или только злой. Давай возьмем самый простой пример. Библию. Пророки иудеев проклинают целые народы, только чтобы доказать свою истинность. Как и враги избранного народа. Например, тот же Ирод, уничтоживший младенцев в поисках новорожденного Христа. Кстати, Моисей убил всех младенцев Египта по своим причинам. Вопрос политики и веры.

– Логично, – согласился рыцарь. – А еще большая часть религий дуальны. И суть жизни человечества – быть пешками в большой игре добра и зла. Но это знают все. Ты же говоришь о табуированном знании.

– О том, что скрыто в легендах и сказках. О том, что не рассказывают на обычных лекциях в универе. Что так любили расследовать Юнг и Фромм. Символы и знаки подсознания и общего прошлого, – напомнила она, решив присоединиться к распитию пива. – Когда-нибудь мы с тобой сопьемся.

– Вряд ли, – усмехнулся Лука. – У нас меньше литра осталось, и это всего лишь пиво. Вернемся к сказкам. И их символике. Например, ваши, русские – народные. Волшебные рассказывают о сотворении мира. Как его видели славяне – язычники. На море на океане, на острове Буяне… Калинов мост, река Смородина. А те сказки, что про животных, повествуют о тотемических верованиях древних. Что-то еще?

– Если рассматривать русские сказки сами по себе, то нет. – Она улыбнулась. – А вот если провести сравнительный анализ со сказками других народов… То найдешь нечто общее. И вот это нечто и дает намеки на то самое табуированное знание… Помнишь? Пойди туда, не знаю куда… Живая и мертвая вода, молодильные яблоки. И куча всего другого, что надо достать. Первое и самое простое сравнение – с мифами Древней Греции. Геракл в поисках тех же яблок. Орфей. В конце концов, легенда о Минотавре и его убийце. Или Старшая Эдда… Тут куда ни плюнь – куча совпадений. Даже в мелочах. Что бывает смешно. Ну даже тупо выбор оружия. Меч-кладенец, меч Одина, а потом и Эскалибур. А сказки Средневековья? Все эти Рапунцели и Золушки? Я бы прибавила к этому еще и тайные мистические культы, и философские течения. Митраизм, герметизм, орфизм…

– Все сюжеты похожи, – кивнул Лука. – Читала «Герой с тысячью лицами»? Там о том же. Герой всегда выполняет труднейшее для смертного задание. Это описывается как возвращение в материнское лоно. Как победа над смертью. И это есть в сказках всех народов мира.

– В том и фишка! – Эльза опять начала мотаться по комнате. – Зачем он идет туда, не знаю куда? Ну я сейчас не прошу назвать конкретный артефакт. Цель этого пути?

– Могу поспорить, то самое табуированное знание, – усмехнулся рыцарь.

– Вот-вот. – Она энергично закивала. – В том же «Герое с тысячью лицами» написано. Ему все дается легко, он встречает магических помощников, он проходит с блеском испытания и добывает нечто огромной магической силы. Перерождается и становится подобным богу.

– Избранным. – Разговор перестал ему нравиться окончательно. А вечер перестал быть томным.

– Похоже. – Девушка как-то сразу оробела. – То есть он назначен для этой высокой цели. От рождения… Очень похоже…

– Вопрос в том, кто его назначает, – напомнил Лука.

– Не знаю, – подумав, ответила она. – Но мне кажется, что это знание само по себе их выбирает. Ведь это знание не мертвым камнем лежит. Это в каком-то смысле и тот самый огонь творения. Основа основ. Ведь изначально на этого героя возлагаются именно такие большие надежды. Кстати, в этом смысле опять же показательны русские сказки. Всякие там Иваны-дураки и Крестьянские сыны…

– Круто ты повернула! – восхитился рыцарь. – И что же это такое все-таки? Это твое знание? Тайна тайн, огонь творения…

– Грааль, конечно, – произнесла Эльза королевским тоном. – Есть еще предложения?

Лука чуть не подавился пивом.

Предупреждать надо! Меньше всего он ожидал такого вот выхода на тему Святыни. После Иванов-дураков особенно. А ведь мог догадаться. О чем еще можно говорить в таких выражениях? Основа основ, тайна тайн…

– Подожди. – Он тоже встал с кровати. – Детка, насколько я помню, Святой Грааль стал популярен только в двенадцатом веке в Западной Европе благодаря Кретьену де Труа.

– При чем тут Святой Грааль? – удивилась девушка. – Я не о чашке с Последней вечери говорю. Это Грааль католиков. И вспомни-ка причину его популярности.

– Катары, в то время их влияние было особенно велико, – осторожно заметил рыцарь.

– Как чуть позже и их тотальное уничтожение. – Она помрачнела. – Плюс суд над тамплиерами. Сказки Кретьена де Труа – это такой вот ответ Чемберлену.

– То есть, – продолжал рассуждать Лука, – Святой Грааль Европы – это вариант Грааля на Западе? А ты хочешь сказать, что на самом деле это понятие повсеместное?

– Естественно. – Как у нее все просто! – Сам сказал, Грааль Запада – ответ на уничтожение катаров. Их знание было запрещено официальной церковью! Вот оно и есть табуированное. Потому что религия катаров – это одна из ветвей манихейства и богумильства. А их трактование христианства в чем-то намного ближе к изначальному. От чего церковь за века отошла. Но люди привыкли верить… Потому-то и возникли сказки о Короле Артуре и прочих. И еще! В этих же легендах есть ссылка на повсеместность существования Грааля. Ведь куда его отвезли Галахад, Персиваль и Борс?

– В Сарру. – Ох, как ему это все не нравилось. – Восточный город…

– Сам все и понял, – обрадовалась за него Эльза. – К этому могу прибавить мнение литературоведов о византийском стиле изложения поэм де Труа и прочих. К тому же существует и чисто византийская версия перемещения Грааля. Плюс отожествление его… чаши, хоть это и не совсем верное отожествление, с греческими мифами. А теперь вообще принято считать, что это чисто индо-иранская легенда, с поздними арабскими и сирийскими дополнениями. А в Англию и другие страны Западной Европы она попала через митраистские верования, принесенные римскими легионами. И вообще, мы говорим о Граале, как о знании, духовном просвещении. Где был самый известный город просвещенных?

– Шамбала. – Лука мрачнел на глазах. – Его жители достигли высочайшего уровня духовности, да еще и помогли Раме прогнать армию ракшасов Раваны. Потому бог закрыл Шамбалу от мира, дав ее жителям вечную жизнь и бесконечное знание.

– Примерно та же история и с Шангри-Ла, – кивнула девушка. – И опять же. Эти города – все, что осталось от прежних верований. Как на Руси Белозерье или Китеж.

– Он ушел под воду, когда его шли сжигать, насаждая христианство. – Ему уже сильно надоело блистать познаниями. – Как и Млевские монастыри, пятью веками позже, когда на Руси боролись со староверами.

– И везде скрывались прежнее знание, прежняя вера и высокая духовность, – заключила Эльза. – Вот тебе и Грааль. И вообще, кто наследует те же христианские традиции у Византии? Киевская Русь!!! Со всеми последствиями и приложениями.

– Ох, милая. – Он поймал ее за локоток и опять прижал к себе. – Ты слишком умная, Эльза. Да за одно это знание тебя кое-кто захотел бы убить.

– Но уж поверь, не я одна смогла сложить два и два. К тому же это идея не моя. Тогда уж не меня стоит убивать, а моего научника, – напомнила она.

– Твою же мать! – наконец-то он уловил самое ценное. – Блин!!! Эльза, – он за плечи чуть отстранил ее от себя, – эта ваша теория истинна. И все, что было сказано о Граале. И это уже не сказка. Но не это сейчас главное. А то, милая, что, как я понял, последние пять лет этот старый типа-не-козел учил тебя знанию о Граале?

– Что очевидно. – Она не понимала его нервозности.

– Детка, – Лука решил, что лучше отойти от нее подальше, а еще он имеет полное право допить пиво на нервной почве, – как ты сама сказала, этот человек является тебе самым близким после брата. И он тебя этому учил? Тебя? Избранную? Теперь-то ты уже сама осознала истинное значение этого титула. Видишь, какое милое совпадение! Как ты вообще с ним познакомилась?

– На маминых похоронах. – Она не врубалась.

– И он представился ее давним другом, который давно не появлялся по каким-либо серьезным и уважительным причинам? – Он налил себе еще стакан и хватанул его залпом.

– Да. – Эльза начала хмуриться. – Лу, кажется, я начинаю понимать… Налей и мне… Это и правда выглядит странно.

– Слишком много совпадений, милая, – поделился рыцарь. – Да еще и это прозвище… Похоже, он знает и о твоих родителях, и, главное, кто ты такая!

– Тогда нам точно в Питер. – Эльза попыталась улыбнуться.

– Угу. – Рыцарь решил перекурить это дело.

– Лу, – девушка тоже взяла сигарету, – а Рыцари… Это вроде Приората Сиона?

– Чего? – Он чуть не поперхнулся.

– Ну, – она даже испугалась, – просто ты так отреагировал на Грааль…

– Правильно я на него отреагировал, – высказался он. – Потому что все, что ты говорила, – правда. Как я тебе уже и подтвердил. Святыня есть. И… Она основа основ и тайна тайн. Все так. И если он тебе все это рассказывал, значит, это имеет к тебе прямое отношение. Знать бы какое. А насчет Приората… Вот это уже сказки. Забудь. Все намного круче.

– Как скажешь. – Эльза задумалась. – Только не психуй. Но я пока ни о чем не хочу спрашивать. Надо в себя прийти.

– Не тебе одной.

Они докурили. Убрали стол. Не сговариваясь, сели смотреть кино. Шла какая-то тупая комедия. Обоим было плевать…

Ночь выдалась особенно тяжелой. Никто не спал. Эльза, быстро устав от телевизора, засела на своей кровати с его ноутбуком, намереваясь закончить какой-то научный труд. Он лежал, глядя в потолок, слушая размеренный стук клавиш и обдумывая разговор.

Ответ на вопрос, кто же Эльза по сути, лежал на поверхности, на самом видном месте. И именно поэтому он не мог его увидеть. Это доводило до бешенства. Надо было бы позвонить Вульфу, все рассказать. Он бы сразу сообразил бы. Но ведь это его квест, и начальник тут ни при чем. К тому же его все время что-то останавливало. Внутреннее чутье мешало набрать номер.

Но до чего же странная история! Живет девочка с офигенными способностями, с братцем-рыцарем. Мама молчит обо всем и скрывает от дочери тайны. В том числе и личность ее отца. Потом, как это часто бывает в семьях Избранных, родители умирают. И у Эльзы появляется тут же странный наставник. А потом в какой-то момент икс за ней начинает охотиться ведьма со стаей товарищей. Ведьма, которую интересует только тотальное уничтожение девушки.

А! И самое главное! Эльза знает все о мире Грааля. Но даже не догадывается, что сама же к нему принадлежит. И нигде не записано о ее существовании!!! Ни договора, ни учетной записи в списках Избранных. Если, как предполагается, в ней скрестились две королевские ветви, то о ней уже кричали бы в каждом закоулке Королевского Двора. А если и ее папаша Рыцарь? Да король бы лично должен был взять ее на воспитание! Она же Идеальная невеста.

Кстати, если это так, что ему тогда делать? Как-то делиться Эльзой с кем-то не хочется. Да и вести ее ко Двору, как на заклание, после всего, что они вместе пережили?

Лука посвятил свою жизнь тому, чтобы переиначивать сюжеты сказок. И если он отдаст девушку, то тупо влипнет в сюжет Тристана и Изольды.

Да черта с два! Нет, не станет он звонить начальнику и исповедоваться. Рано.

Эльза перестала печатать. Они перекурили. Молча приготовились ко сну. Она мило чмокнула его в щечку и отправилась на свою кровать. Он надеялся, что девушка не услышит, как он скрежещет зубами…

Обещанный

Обещают детей ведьмам не только смертные. Однако в восемнадцать лет Лука о таком не знал. По молодости и по неопытности он видел Святыню и Служение ей только как нечто доброе и светлое. И он в принципе не подозревал о том, что темная сторона их мира может коснуться его самого.

Та первая встреча с Нимуэй оставила в его душе уж слишком глубокий след. Он заваливал Вульфа вопросами о ней, пытался вновь нырнуть в портал, пока чуть не захлебнулся, он в кои-то веки раз начал читать. О ней. Наставник серчал, раздавал оплеухи и отказывался отвечать на любые вопросы. Месяца три прошло, прежде чем Лука чуть остыл и начал шевелить мозгами. Как-то все чаще стал ему вспоминаться тот странный диалог, что вела при нем красавица с Вульфом. А разговорчик-то его касался. Молодецкая похоть – дело понятное, но мозгами боги рыцаря все же не обделили. И вот однажды Лука все же собрался с духом и пришел к наставнику потолковать.

Вульф долго пыхтел, отнекивался. Потом уже серьезно заявил, что это не его дело, не ему и отвечать. Надо бы к Королю…

Лука с детства отличался исступленным упрямством, а потому недолго думая рванул к государю.

Король всегда относился к нему по-доброму. Он вообще был интеллигентным человеком. Встретишь так на улице, в жизнь не подумаешь, что это Король Камелота. В общем, государь ему в аудиенции не отказал. Пригласил на рыбалку. Лука от такого чуть не ошалел. Ведь обычно в подобных развлечениях Его Величество сопровождали либо Первый Рыцарь, либо Говейн.

Поехали, сели, закинули удочки, разлили виски. Лука рассказал о случившемся…

Таким Короля он еще не видел. Его Величество краснели и мялись. Но потом, собравшись с духом, государь решил типа исповедоваться.

Историю Двора Лука и так знал неплохо. Но без кулуарных заморочек, естественно.

В общем, все дело было в Короле Рыбаке. Магия чисел Грааля заключалась в следующем. Как известно, три рыцаря отправились от Двора Камелота в Зачарованный Край, чтобы излечить Пеласа, Короля Грааля, и узреть Святыню. И решал все один вопрос: «Кому служит Грааль?»

Ответ представлялся Луке всегда несколько странным. «Еще одному королю». Тому, кто живет в сердце Корбеника.

Таким образом, у Грааля было три рыцаря, три короля, три избранника. Далее известно, что Пелас умер, завещав трон Грааля Галахаду, который тут же резво наложил на себя руки. Персеваль от предложения трона повредился в уме. Хотя, по мнению Луки, это с ним произошло много раньше. И в результате Королем стал Борс. Названный Посредником. И Борс вернулся в Камелот.

И опять осталось трое. Король в сердце Корбеника, Посредник-Король и тот, кто сел на трон Артура. Три короля. О Другом Короле никто ничего не знал. Понятно было, что он жив и охраняет Святыню. Как уж там складывается наследование трона, их не касалось. Но оставалось еще двое. Король-Рыбак и Король Камелота, он же ставший навсегда Посредником.

С последним тоже все было просто. Им становился самый лучший из Рыцарей. Но не тот из них, кто более других отличился в Служении. Тут все решала чисто человеческая логика. Лучший менеджер возглавлял Совет директоров.

Итак, Король-Рыбак. Им становился один из троих Рыцарей, кто выбирал себе в Служении путь троих первейших. Борса, Персиваля и Галахада…

Дойдя до этого момента, Король совсем опечалился, стал мямлить. Зато Лука уже начал кое-что понимать и злиться.

Всем известно, что в свое время милая дева Нимуэй решила послужить Святыне своим довольно странным способом.

Зная о великой любви Ланцелота к Королеве, она помогла дочери Пеласа, одной из Дев Грааля, принять образ Гвенниверы и подложила ее Рыцарю. Результат превзошел все ожидания. Ланцелот, узнав наутро об обмане, чуть умом не подвинулся, а Элайн залетела.

Вообще у Избранных со случайными перетрахами полная невезуха. Последствия всегда растягиваются на девять месяцев. Для дочери Короля все закончилось рождением сына. Которому дали имя Галахад.

Дальнейшая его история тоже всем известна. Он явился пред светлые очи Артура, по дороге совершил пару сомнительных чудес, а по прибытии невежливо уселся на Запретное место за Круглым столом. После всех этих глупостей Артур принял его как родного сына и в сопровождении Борса тут же послал в Корбеник за Граалем. Ну ребята по дороге подцепили в каком-то кабаке маньяка Персеваля, провели курс ускоренной терапии и потащили его с собой к Пеласу.

То ли плохая наследственность сказалась, дедуля у парня был по жизни не в себе, то ли все эти байки об его избранности, то ли природная глупость – какая-то из этих причин подвигла Галахада на самоубийство в самый раз после лицезрения святыни. Но вроде бы дед успел его короновать. И до сих пор именно его считают Истинным Королем-Посредником.

Именно такая судьба светила и Луке. Ему прочили место Галахада. Благодаря Нимуэй.

Понимая, что подходит срок нового Короля-Рыбака, она пообещала Королю Камелота энного младенца. Луку. И исполнила договор. Вот только оставался открытым вопрос: а не она ли была его матерью? Король этого не знал. Но его и так вина грызла. Не до подробностей.

Лука выслушал, выпил, поматерился от души. Как ни странно, его не столько беспокоило то, что ему предназначена судьба суицидника-неудачника, сколько тот факт, что почти любимая им женщина может быть его настоящей матерью!..

18.

Он проснулся часов в восемь. Разбитый и злой. Майор позвонил только в начале четвертого. А потом рыцарь, успокоившись, огреб уже знакомую кучу кошмаров. Опять танцующая в трауре Нимуэй, выстрелы, свет Святыни, Эльза…

Последняя мирно спала на соседней кровати. Лука вздохнул с облегчением. Пока все нормально. Только вот вопрос: чего он вскочил?.. И тут же опять зазвонил сотовый.

– Подъем! – не очень внятно скомандовал в трубку майор. – Вам пора отчаливать.

– Угу. – Рыцарь неохотно сел на кровати. – Через полчаса у тебя?

– Я тут внизу тебя жду, – усмехнулся Илья в трубку. – Мне невтерпеж от тебя избавиться.

– Понял. – Лука отключил вызов, повернулся к девушке. – Вставай, милая…

Они спустились в кафе гостиницы. Эльза, казалось, так еще и не проснулась. Лука знал, что и она ворочалась большую часть ночи, ожидая известий. Сам он пребывал в весьма недобром расположении духа, хотя хмарь ночных кошмаров уже отступила. Однако вид здорово пьяного, взлохмаченного, но счастливого майора вызывал улыбку.

– Привет, Фокс Малдер, – глотая окончания, гаркнул Илья.

– К счастью, я не работаю ни на одно из правительств, – возразил чуть суховато рыцарь, указывая на свободный столик.

Посетителей было мало. За окном еще стояла темнота. Какая-то сырая и холодная.

– Оч… хорошо. – Илья уселся на указанное место.

Лука вежливо подвинул Эльзе стул, потом мысленно послал официантке приказ доставить кофе. Крепкого и много. Она со стеклянным взглядом отправилась за стойку.

– Все зашибись!

– Ты это уже сообщал, – напомнил рыцарь. – Много их там было?

– Восемь гадов! – разливался майор. – Но по твоей части только два. Умник. Слышь, а капитан мой от тебя проперся.

– Надеюсь, это образное выражение, – усмехнулся Лука. – И с ориентацией у него все в порядке.

– В полном! – Илью радовало все. – Кобель еще тот. Хотя верующий. Он тебя чуть ли не ангелом считает. После тех тварей. Вот как.

К счастью, про клыкастых уродов он говорил, понизив голос. Эльза заметно оживилась. Даже вроде проснулась. Да тут как раз принесли кофе.

Настроение Луки тоже заметно налаживалось, особенно после того, как он увидел полный искреннего изумления взгляд официантки. Она не помнила этот заказ! У Эльзы взгляд был почти такой же. Перед ней стояла чашка, в которой при желании можно было утонуть. Зато Илью это не смущало. Он молодецки поднял свой сосуд и парой глотков осушил одну треть.

– Ох! – довольно сообщил он. – Похорошело… Блин… Да после такого уже и звезд не надо.

– Что? Знатно развлекся? – полюбопытствовал рыцарь.

– А то! – Майора просто несло. – Маски-шоу, все дела. Кто-то даже базуку припер… Кстати даже. Выкурили мы их и… Вот честно тебе скажу. До последнего все-таки не верил. Про этих. Но когда увидел… Вот ведь дрянь!

– Отлично вас понимаю, – сказала довольно вежливо Эльза. – Мне тоже верилось с трудом, пока один из них не упал на пол моей спальни.

– Дичь, – согласился Илья. – Знаешь, братуха, если у тебя с ними так по жизни встречи, то я тебе не завидую.

– Да я тоже иногда сам себя жалею, – усмехнулся Лука.

– Тебе мой обезьянник, наверное, раем бы показался. – С точки зрения Ильи, это была классная шутка.

– Угу. – Сарказм рыцаря просто плескал через край. – Всегда держи там мне местечко. В отпуск приеду.

– Ха! – Майор оценил юмор. – Клевый ты все же парень, хоть и сектант. – А потом без всякого перехода он сменил тон. – Так вот. Фиг с ними, с комплиментами. Ты отваливаешь. Дело закрыто. Вот твоя книжонка.

Он перебросил через стол гримуары Пелагеи.

– Только не ищи там ничего, – усмехнулся пакостно Илья. – Она была немногословна. Ты проходишь там как рыцарь, а вы, мадемуазель, под коротким, но емким «она». Забавное слово «емким», ага?

– Куда уж забавнее. – Лука, если честно, ничего иного и не ожидал. – Что-то еще скажешь, кроме счастливого пути?

– Скажу. – Майор вдруг сделался серьезным. – Извините, Эльза, меня за несдержанность при даме. Просто трудно было не нажраться после восьми трупов… Вот… И трое наших…

– Сочувствую, – искренне сказала девушка.

– Ага, – рассеянно кивнул Илья и вперил взгляд в рыцаря. – Слышь, я тут о том стрелке хочу потолковать.

– Что-то особенное? – Начавшееся просыпаться хорошее настроение испарилось.

– Видишь ли, – казалось, весь хмель рассосался, майор чуть наклонился вперед, – он так рьяно дает показания… Мотив простой. Не достанься же ты никому. Мол, увидел ее в ночном клубе, где она танцевала. С тех пор фанатеет… Вот только неувязочка… Он никогда в том клубе не был.

– Интересно. – Лука полез за сигаретами. – Слушай, а может, он ее в газетах видел. Ее фоток много.

– Спрашивал, – чуть отрицательно качнул головой Илья. – Он только про клуб твердит.

– А описать он этот клуб может? – поинтересовалась Эльза.

– Куда там! – отмахнулся майор. – Он даже не может описать, как попал на чердак, где со стволом залег. Твердит лишь, что должен был ее убить, чтобы никому не доставалась.

– Странно, – заметила девушка.

– И это еще не все, – почти радостно продолжил Илья. – Баллистики говорят, что он в нее попал почти случайно. Если бы ты не наклонился да она бы не дернулась…

Лука нахмурился.

– А еще второй выстрел, – напомнила Эльза.

– Правильно… – Майор с ней многозначительно переглянулся.

– Спасибо, я понял. – Рыцарь жестом попросил счет. – Нам пора.

– Ну я предупредил. – Илья встал, пожав плечами. – Давай, вали. Может, свидимся. Хотя не дай бог…

Они дежурно улыбнулись друг другу, церемонно пожали руки.

– Лу, – тут же начала Эльза, стоило полицейскому уйти.

– Надо заехать к тебе. – Сейчас он не хотел слушать продолжение прежней темы.

– Зачем? – Девушка тут же вся напряглась.

– За теплыми вещами, детка. – Он пожал плечами. – Сегодня уже холодает. Снег будет.

– Я туда не вернусь, – упрямо заявила она. – Все, что надо, я оттуда забрала.

– Эльза, – рыцарь тоже покладистостью не отличался, – еще не известно, что у нас впереди. Меньше всего мне надо, чтобы ты простудилась.

– Когда ты злишься, – заявила девушка, – то начинаешь звать меня по имени. Как ни странно, я уже привыкла к детке. Или к обращению «милая».

– Это калька с французского, – авторитетно выдал рыцарь. – Переводится как близкая подруга или любовница.

– А то я не в курсе, – иронично улыбнулась Эльза.

Лука тяжело вздохнул. Он-то надеялся ее смутить. А кому стало хуже?

– И все же… – Вещи-то ей нужны.

– Лу, – теперь она улыбалась почти радостно, – мы поступим иначе. У меня куча денег, которые мне даже потратить не на что…

– Шопинг? – Он изобразил притворный ужас. – Знаешь, может, зря я тебе сказал, что ты, возможно, королевской крови. Сейчас накупишь себе шмоток до полу.

– Отличная мысль! – Она перекинула через плечо ремешок сумочки.

На улице и правда похолодало. Рассвет получился даже несколько угрожающим. Стылым и мерзким. Застывшим и мрачным. А впереди еще эта женская радость…

Первое, что сделал рыцарь, покинув уютное тепло кафе, – выкинул дневник Пелагеи в урну. Туда же скользнул крохотный файербол. Урна ответила красивыми всплесками пламени. Некоторое время он стоял и смотрел на костерок, но, сообразив, что в зал потянет дымом и народ побежит смотреть, кто напакостил, рыцарь благоразумно рванул к машине. Пора было сматываться.

Лука остановил машину у центрального торгового центра, где, как он подозревал, куча дорогущих бутиков. По крайней мере, все в одном месте. Может, часа за три и управятся.

Как только они вошли, рыцарь понял одну страшную истину. Не важно, кто Эльза по сути, но по натуре она однозначно стерва. Девушка устремилась в магазинчик нижнего белья. Ему хватило одного взгляда на всяческие кружевные чудеса, чтобы покрыться холодным потом. Эльза мило улыбнулась и чуть пожала плечами. А он, дурак полнейший, еще и спросил, стоит ли ее сопровождать. Она предложила подождать у входа…

И рыцарь мучился. С одной стороны, он убеждал себя, как хорошо, что он не пошел с ней. Но с другой, ему было так интересно, как эти чертовы кружева на ней смотрятся…

Через двадцать минут она выплыла с парочкой фирменных пакетов. И рванула по бутикам.

С точки зрения сопровождающего, она была идеальной покупательницей. Входила, останавливалась посреди зала, осматривала ассортимент, собирала, что понравится, и двигалась к кассе.

Таким образом Эльза пополнила гардероб шикарной длинной черной юбкой с разрезом по… самое не балуй, парой роскошных свитеров, костюмом темно-синего цвета, двумя парами джинсов и кардиганом.

Из последнего бутика девушка выплыла в персикового цвета шерстяном платье. Коротком. Очень. И просто шикарном. И Лука решил сделать ей подарок. Конечно, она отказывалась. Но спорить с ним не имело смысла.

Мутоновая бежевая шубка с песцовым воротником и манжетами смотрелась на ней идеально. Вообще, подарок был со смыслом.

Получив его, Эльза рванула к выходу. Рыцарь был доволен собой.

– Знаешь что? – заявила она, сев в машину. – Я могу озвучить свой каприз?

– Только не еще один магазин, – взмолился он.

– Нет. – Она энергично замотала головой. – Я хочу блинчиков. Горячих, ароматных, с красной рыбой.

– И икрой. – Он расплылся в блаженной улыбке.

– С рыбой.

– И икрой…

Она рассмеялась.

Лука философски рассудил, что в любых обстоятельствах он остается верен себе. Работы масса. И на его век еще хватит. Потому по окончании каждого дела надо баловать себя. Икрой!

Блинная была замечательной. После морозного воздуха тут было приятно тепло, коричневые тона давали ощущение уюта. Белые скатерти, приборы под серебро, тарелки тонкого фарфора. Что-то во всем этом было.

– Лу, – почти беспечным тоном начала она, как только принесли блинчики, – ты все равно не отвертишься. Тот стрелок…

– Да. – Он поморщился, отрезая кусок заветного лакомства. – Мы опять во что-то влипли. А потому нам было бы лучше как можно быстрее сделать ноги.

– Теперь покушаются на тебя, – как ни в чем не бывало продолжала она, рассматривая что-то в своей тарелке. – Без тебя меня убить реально легче.

– Логично мыслишь. – Он подбирал икринки. – Может, ты еще и знаешь, кому мы теперь дорогу перешли?

– Это мне, естественно, неведомо, – чуть иронично ответила девушка. – Но кое-какие мысли есть… Я ночью все думала о Пелагее. Мы же с ней поначалу даже подружками почти стали. Ходили в кино пару раз, созванивались, по магазинам бегали, обедали в городе. А потом не сложилось. Я-то думала это из-за разницы в жизненном опыте… Ну ты понимаешь… а теперь уже понятно из-за чего. А еще у тебя не сложилось впечатления, что она так стремилась меня убить… инстинктивно, что ли? Просто как узнала, кто я по сути, так и…

– Угу. – Лука решительно приканчивал вторую порцию, хотя икра ему уже осточертела. – Вот это меня и бесит. Какая-то слабенькая чернулечка, а она и то в курсе, кто ты. А мы тут голову ломаем.

– Так вот, может, ей кто подсказал? – продолжила Эльза. – Вот у вас есть своя организация. У Рыцарей. Может, и у ведьм нечто такое же есть?

– Нет. – Он попросил счет. – У них это не централизовано. Но! Первая версия. Пелагея была довольно строптивой девочкой. И ее милая бабуля могла попросить еще кого-то за ней присмотреть… Пойдем в машину?

Девушка согласно кивнула. Лука в очередной раз порадовался их взаимопониманию. Он терпеть не мог обсуждать дела в общественных местах. Слишком много посторонних ушей. Судя по лицу Эльзы, разговоры в кафе нервировали ее не меньше.

Когда они садились в машину, с неба начала падать какая-то твердая и острая крупа. В небесной канцелярии у сегодняшнего дежурного извращенное понятие о снеге.

Рыцарь, как всегда, лихо рванул с места, радуясь, что покидает этот уже опостылевший город. Силой мысли заставил проснуться проигрыватель. На этот раз это была запись Канцлера Ги.

Нежный женский голос издевался над великими, напоминая, что Цезарю терять уже нечего…

– Так вот, – вернулся он к прерванному разговору, – бабулька жила долго, могла и подруг по ремеслу нажить. Так что версия вполне логична. А по поводу некоего Темного братства… Из опыта скажу. Я видел много ведьм. Из них две или три были безумны. Остальные же – сильные и умные женщины, достойные уважения, у которых просто неудачно сложились обстоятельства. Не так карта легла. Логика та же, что и у Толстого: «Все семьи одинаково счастливы, но каждая несчастна по-своему». Зло индивидуально. Оно всегда имеет причинно-следственную связь. А добро беспричинно по большей части, если оно искренне. Я делаю вывод, что в таком случае зло материально.

– Так же думали катары, – напомнила девушка. – Кстати, если Приорат Сиона – это сказки, то жители Миди тоже?

– Приорат – это что-то вроде агентства по связям с общественностью, – чуть иронично пояснил Лука. – Надо же кому-то мутить воду для тех, кто ищет Грааль. Традиция, знаешь ли. А вот катары… Не знаю, кем они были. Как близки они были к Святыне. Знаешь, Грааль – еще и высшая справедливость. Это он воздает по заслугам. Человек живет, грешит или наоборот. И посмотри на него в старости. Сам еле ходит, а о родных заботится, кроткий, но счастливый. Над чьей могилой искренне будут рыдать любящие внуки и дети. Или злой и мерзкий выродок, забывший все, кроме себя и своих болячек. Это и есть воздаяние.

– Естественно, – согласилась Эльза. – По идее, каждый отмечен его светом. Кто-то больше, кто-то меньше.

– Вот катары, мне кажется, были отмечены больше. – Ему нравилась эта тема. Когда-то он изучал исчезнувший народ, ища путь для себя. По молодости и по неопытности. Даже у рыцарей бывают в детстве идеалы. – Даже в наших хрониках о них известно очень мало. Знаю только, что в Альбигойских воинах на их стороне пали лучшие Рыцари того времени и даже сам Король. Остались только трое, ушедшие с катарами в горы. Трое, воссоздавшие Братство.

– Знаешь, – чуть помолчав, поделилась она, – я могу простить Церкви даже инквизицию. Политика, PR, то да се. Но этот крестовый поход…

– Понимаю. – Он, чуть подумав, сменил музыку. Теперь Джем снова пела о войне и героях, о том, что нормальные герои, согласно поговорке, всегда идут в расход.

– Оптимистично, – оценила Эльза.

– Угу. – Он указал ей на пачку. Она послушно протянула ему сигарету и зажигалку. – Давай вернемся к нашим баранам. Есть вторая версия. Когда я получил твой зов, то был на задании. Конечно, я никого не ставил в известность о квесте. Даже начальник знает по минимуму, что его и бесит. Но я же не невидимка. Кто угодно мог пасть мне на хвост. Все мы, в том числе и ведьмы, и Рыцари, живем по законам людей. И у нас строятся исключительно человеческие отношения. Понимаешь, о чем я?

– Месть или еще что-то в таком же роде? – перевела девушка.

– Вполне возможно. – Рыцарю вторая версия нравилась значительно меньше. – Пришли за мной, а заодно решили порешить и тебя.

– Не задумываясь, кто я по сути? – Казалось, это ее чем-то радовало.

– Как бы там ни было, пока мы поступаем верно. – Рыцарь выбросил окурок в окно.

– Поступаем верно? А как именно? – удивилась Эльза.

– Мы делаем ноги. – Он по-мальчишески усмехнулся.

– А ты можешь его вычислить? – после нескольких минут раздумий спросила Эльза. – Ну, как я поняла, на того стрелка кто-то наложил какие-то чары… Или что-то вроде того. Может, по ним ты сможешь понять, с кем имеем дело? Хотя бы приблизительно.

– Фига с два, – с досадой возразил Лука. – Чары? Да это так, баловство. Первый уровень. Это может каждый. Вот вспомни того парня, которого Пелагея позавчера отправляла нас убивать? Те же чары. Или же вот. Видишь этого пижона впереди? – Он указал на «мэрс», вихляющий впереди них по трассе. – Лично меня он достал. И я сейчас велю ему остановиться. Смотри.

Рыцарь послал мысленный приказ. Не видная глазу ниточка вырвалась из его виска, пронеслась вперед, нашла незадачливого пижона. Он привычно уже почувствовал вторжение в чужой мозг. Радостное легкое настроение, немалая часть винных паров, какие-то паскудные мыслишки о дамах с обочины, потом удивление, сомнение и досада. И вот «мэрс» вильнул на обочину. В зеркальце заднего вида можно было наблюдать, как машина притормозила.

– Вот так, – сказал рыцарь. – Тот же случай и со стрелком. Некто поймал его на улице, затащил в подъезд, дал ствол и указал цель… Ага! – Он оживился. – Погоди-ка. Если бы все было так…

– Он стрелял бы только в Пелагею, – подсказала Эльза.

– Верно мыслишь, – одобрил Лука. – Получается, что этот самый некто сидел рядом со стрелком. И когда я ударил по лоху ментальной атакой, заказчик навел новые чары… И я его не засек… Вот это уже странно.

– Просто мистика какая-то, – иронично промурлыкала девушка.

– Какие мы остроумные, – в тон отреагировал он. – Но, как ни крути, это странно.

– А ты можешь научить меня каким-нибудь таким чарам? – вдруг сменила она тему.

– А не совестно будет лазить в чужие мозги? – поинтересовался Лука. Она как-то сконфужено пожала плечами. – Для такого, детка, надо быть таким же социопатом, как я.

– С чего вдруг у тебя начался сеанс самокритики? – шутливо удивилась Эльза.

– Я просто честен, – с напускным пафосом ответил рыцарь. – Но сама посуди, как я люблю людей. Большая часть из них для меня лохи, уроды, терпилы и пижоны. А женщины… Девки или бабы. За исключением присутствующих здесь дам.

– И этот социопат второй день переживает из-за смерти какой-то малознакомой ведьмы? – напомнила она.

– Да… – Лука поморщился. – Только не делай из меня ангела.

– Надеюсь, что ты точно не из их породы, – и она как-то цинично усмехнулась.

– О-па как! – искренне удивился он. – Чего так?

– Они бесполы. – И она сделала вид, что смотрит в окно.

Лука тихо рассмеялся.

– Слушай, – через некоторое время он взял еще сигарету. – А чего ты полночи строчила?

– Да так, мысли записывала. – Эльза тоже взяла сигарету. – После нашего разговора тема одна появилась… Вот смотри, все нынешние религии, кроме иудаизма, религии молодые, воспевающие бога-сына. В разных обличиях и под разными именами.

– Ты мне сейчас напоминаешь двух поэтов, размышляющих на тему божественного на Чистых прудах, – улыбнулся Лука. – Помнишь? В каждой религии есть миф о матери-девственнице и о божественном ребенке.

– Булгакову, как сейчас говорят, респект и уважуха, – ответила девушка в уже привычном чуть ироничном тоне. – Но я не совсем о том. Просто любую веру надо обновлять. И это политически верно. Но! Скажи, чего не хватает молодости?

– Геморроя и артрита, – предположил рыцарь.

– Нет, дорогой, всего лишь мудрости, – снисходительно пояснила она.

– Да, – озадаченно согласился Лука. – Этого лично мне иногда не хватает. И что?

– Так вот, молодым богам тоже, – пояснила Эльза. – Мудрость утрачивается.

– Или утаивается. – Он наконец-то понял, к чему она ведет. – Потому что она не может исчезнуть совсем. Она переходит в разряд твоего любимого табуированного знания. Чтобы когда-то раскрыться вновь. А пока же ее будут носить избранные… Неплохо. Я согласен, что Святыня – это мудрость. Вернее… Есть у вас тут праздник, что ли? Вера, Надежда, Любовь и мать их София. Вот это все вместе Грааль.

– Скорее уж вера, надежда и любовь – это пути к Софье, – уточнила девушка. – Ведь именно это имя переводится как знание или мудрость.

– Еще один аргумент в теорию твоего научника. – Рыцарь сменил музыку, чтобы не мешала разговору. Теперь из проигрывателя доносилось какое-то иностранное мяуканье рок-баллад восьмидесятых. – Русские традиции Грааля. Всего в одной фразе. Кстати, ты не знаешь, эти дамы относятся к старым или к новым святым?

– То есть не почитали ли их еще староверы? – Эльза потянулась за сумкой на заднее сиденье. – Это надо проверить. Классная мысль.

– Не дури, – посоветовал он, видя, что она ищет ручку. – Бери ноутбук и работай.

– Спасибо. – Девушка искренне обрадовалась. – Вчера еще кое-что искала в Интернете. Несколько довольно серьезных ученых намекают на то, что Грааль почитался еще в Египте.

– Слышал, – подтвердил он с некоторым сомнением. – Оно, конечно, возможно, но явно не в той форме, которую мы знаем. Я читал у одного… чела… что там даже якобы был первый Круглый Стол и первый орден Рыцарей.

– Лу, я правда не достаю тебя всеми этими теориями? – Возможно, ее смутил его стебный тон.

– Брось, – отмахнулся он. – Я считаю тебя гением. Ведь еще никому из Избранных не приходила в голову мысль зарабатывать на этом деньги и получать научные звания. Это же круто! Уйду на пенсию, тоже этим займусь.

Она чмокнула его в щеку. Плюнув на условности, он в ответ поцеловал ее в уголок губ. В принципе, жизнь не такая уж и поганая штука…

Продолжение следует…

Content

Анна Велес
Таинственный квест