Николай Грошев

МИР БУДЕТ СПАСЁН!

Часть 1

1

За дверью происходило нечто странное. Велес это слышал. Через двери он видеть не умел, конечно, но этого и не требовалось, услышанные звуки давали вполне достаточное представление о том безобразии, что творилось по другую сторону стен. Однако ежели подумать, странно тут собственно совсем другое. Звуки, все дела, оно бывает, но вот остальное — что-то тут сильно не так.

Велес осмотрелся. Маленькая комнатка вокруг. Паркетный пол, дверь в стене позади, видимо, на улицу, вторая, за которой всё слышно, видимо, ведёт в комнату. Больше дверей нет, стены затянуты обоями — очень сильно цветными обоями, буквально все цвета радуги там присутствуют, вместе с большим спектром своих оттенков. Смотреть на них крайне не просто — сразу в глазах рябить начинает. Так что он старался смотреть только на дверь перед собой. Высокая дверь, чуть шире, чем нужно, чернильно-чёрная и непонятно из чего. На вид, металл, на ощупь — пластик.

Поразмышляв немного, услышав радостный смех из-за двери, он, наконец, решился и взялся за дверную ручку, собрался повернуть её, открыв дверь. Затем замер без движения.

Перед глазами, прямо на двери, возникла слабо мерцавшая зелёная надпись в белой рамке.

«Вы входите в отражение реальности. Ожидайте — проверка уровня допуска».

Велес задумчиво наклонил голову на бок.

— Либо я сплю, либо, к сожалению и несчастью, моё психическое здоровье, впервые за много лет, несколько пошатнулось. — Он вздохнул грустно очень. — Как жаль, что это случилось именно сейчас. Ведь я должен спасти мир! — Головой он покачал, в расстройстве великом и заговорил вновь, да столь же грустно. — Что ж, надо признать, что в таком состоянии спасать мир просто возмутительная небрежность по отношению к космическим силам и самой судьбе. Увы, мир я не смогу спасти — мне же просто напросто не пройти медицинское освидетельствование на должность Супермена! Увы, увы. А ведь мир так нуждается во мне! — Кивнул в сторону двери. — Да, к сожалению, миру придётся найти другого героя для своего спасения.

Справа от двери воздух исказился. Спустя мгновение, там замер человек. Всё его тело размыто, постоянно изменяется, невозможно разглядеть ничего кроме мешанины красок и теней, лишь только общую форму, которая, конечно же, человеческая. И лицо — такая же мешанина из света и теней. Но, откуда-то он знал, что это лицо хмурится, а существо это непонятное злится.

— Если вы опять, то предупреждаю, я могу сорваться и, несмотря на свой чувственный тонкий мир, таки не сдержаться и послать вас в долгое эротическое путешествие по самым разным местам.

— Ты должен спасти мир!!! — Рявкнул Размытый Человек.

— Послушайте! Осмотритесь, вы же сами всё видите. Как я спасу мир, если я болен?

— Ты должен!

— Что ж, раз должен… — он глубоко вздохнул и сказал. — Тогда прощаю. А теперь…

— Ты обязан спасти всех, ты настоящий Герой! Ты должен!

— Я — Велес! — Сердито проворчал он, потянув дверную ручку. — А вы — хам и негодяй.

Размытый Человек что-то хотел сказать, потом махнул рукой и исчез.

Надпись на двери тоже пропала. Дверь открылась, сквозь проём хлынул свет самой обычной, но совершенно невидимой лампочки. Да, свет есть, жёлтый такой, а лампочки нет. Как собственно и потолка. Сверху лишь чёрное Ничто. Стало так не по себе, что захотелось немедленно закрыть дверь. Но только вот не из-за потолка ему так сделать захотелось.

В совершенно пустой комнате, пол усыпан призрачными сгустками коричневатого цвета, которые очень быстро меняют форму, да так, что разглядеть, что это такое, невозможно. Кажется, что это просто мерцающие облачка газа или какого-то бесцветного дыма. Но это ладно — сон всё-таки, во сне и не такое бывает. Да, это оно конечно, да и всё так и есть, однако. Деталь тут есть, большая такая. Деталь комнаты, значит, которая имеет чёткую форму, внешность и цвет, это… ну, как-то это не очень хорошо и странно это всё.

Компьютер на столе стоит. Сидит в кресле парень — глаза навыкат, полностью безумные, сальные волосы торчком стоят. У него приспущены штаны, и это дело парень натирает левой рукой, постоянно закатывая глаза и пыхтя. Пальцами второй руки он яростно стучит по клавиатуре.

От каждого стука появляется над его головой надпись.

«Выложить в сеть» — удар по клавиатуре и новая надпись.

«Свободный доступ» — закатываются глаза, пыхтение становится более шумным, из носа выскальзывает сопля гнойного вида и ползёт по подбородку, пыхтение становится всё сочнее.

Повторяется это дело несколько раз, гнойные сопли уже залили грудь, живот и то, что активно начищается левой рукой. Они стекают по полу, по столу, уже лужица приличная собралась и слышно тут громкое, настырное жужжание. Откуда? Вскоре стало понятно, откуда — над человеком возникла стая жирных, лоснящихся навозных мух.

Парень снова ударил по клавиатуре.

«Ущерб нанесён, ваши действия сильно навредили».

Парень напрягся, оскалил зубы, и белая струйка полетела в потолок, а сам парень сладко застонал и вдруг начал безумно хохотать. В процессе зачем-то пукнул — действие сие пробило стул насквозь и в лужице гнойных соплей, возникли другие цвета и формы.

— О да! Оооо… — Стонет парень, брызгая белым в компьютер, в потолок, себе в лицо и расслаблено расплывается по креслу. Потом вдруг выпрямляется и, хихикая, опять самозабвенно стучит по клавиатуре.

«Скачали сотни — нанесённый вред растёт. Следите за шкалой вреда».

Появилась, собственно шкала — строчка с зелёным столбиком, который стал медленно расти.

Парень снова взялся левой рукой за то же самое, и сладко постанывая, пристально глядя на шкалу, стал ещё усерднее натирать то самое оно.

Велес отвернулся, стал смотреть на свои пальцы.

— Кажется, я действительно не совсем здоров. — Пробормотал он, пытаясь заставить глаза обрести прежнюю, не шарообразную, форму.

Тут вдруг свет потух и вспыхнул снова. Вокруг та же комната, но без призрачных сгустков и подозрительного парня. Всё чистенько, блестит даже. И никого. А потом раз! И в потоке белого света, с потолка начал спускаться бородатый мужик в белой хламиде. Задрав руки вверх, он туда же смотрит и спускается. Вот приземлился непонятный человек этот, руки опустил и на него смотрит, да с мягкой улыбкой на тонких губах.

— Извините, почему-то, ваше лицо кажется мне знакомым. — Признался Велес, не сумев вспомнить, кто это такой. Мужик ему кивнул, простёр руки и заявил голосом громким.

— Да благословят тебя Космические Яйца!

— Что? — Немного растерялся Велес.

— Веруешь ли ты в меня? Веруешь ли ты в Космические Яйца, пропащий демон Баал? — Теперь грозно хмурясь, вещает мужик. — Отвечай! Ведь сила Священного Шварца уже здесь!

Велес смущённо покраснел — он понял, что происходит и произнёс в ответ.

— Какой же всё-таки пиздец творится в моём подсознании…

— Космические Яйца сотворили Вселенную! Узри истину мерзкий еретик!

— Идите нахер. — Проворчал Велес, махнув рукой.

— Сбой в питании. — Вдруг сказал мужик приятным женским голосом. Велес взгляд поднял, на него смотрит. Тот нахмурился и заявил. — Космическое Яйцо следит за тобой!

— Охотно верю. А что там с питанием?

— Какое питание? Немедленно уверуй и поклонись!!! — Рявкнул мужик, испуская фиолетовые лучи из глаз. Потом вдруг улыбнулся и женским голосом добавил. — Сбой в питании. Опасность возгорания в блоке реактора, ремонтная система заблокирована.

Велес почесал затылок.

— Только Истинный Покемон ведает древние знания Священных Артезианских Предков!

— Да-да, я вас понимаю. Таблетки мы с вами всё-таки зря не пьём, вы очень правы. — Выразил согласие Велес и даже кивнул несколько раз.

— Лживый демон! — Всё сразу понял бородатый мужик, потом достал из воздуха снайперскую винтовку, повесил её на плечо и высморкался прямо на пол. Потом добавил.

— Ремонтная система разблокирована. Сбой питания. Запрос пилота. В запросе отказано, повторный запрос. В запросе отказано. Автоматическая система ремонта — запуск. Запуск успешен.

— У вас приятный голос.

— Ну, так хуле! — Заявил мужик, почесав что-то ниже пояса. — Реальный голос. — Потом чуть наклонился и доверительно сообщил. — У меня Космические Яйца просто.

— Ах, вот в чём дело! — Покивал Велес одобрительно. — А так сразу и не скажешь.

— Хочешь, покажу? — Спросил мужик и вдруг снова женским голосом. — Питание криокапсулы три, будет отключено. Освободите комнату во избежание травм. Капсула три, отключена.

— Что вы имеете в виду?

— Я то? — Произнёс мужик, начиная истаивать прямо на глазах. — Я ж сон. Не тупи братан, я щас исчезну. А ты давай, действуй. Только ты справишься.

— В смысле?

— В прямом. — Мужик указал пальцем на него. — Ведь у тебя тоже Космические Яйца!

— Эммм…

— Только сила Яиц спасёт мир!

— Не правда!!! — Взвыл Размытый Человек, появившись из ниоткуда. — Он сам спасёт мир, нет никаких яиц!!! Он Герой!!!

— Вот! — Воздев палец вверх, заявил бородатый. — У него нет Космических Яиц. А у тебя есть.

— Послушайте, что вообще происходит?

Ответа он не получил. Словесного. А так ответ был.

Размытый Человек исчез, а бородатый — открылся. В прямом смысле. Передняя часть его тела издала металлический звук и стала подниматься вверх. Глазам Велеса предстал внутренний мир мужика — красно-белый такой мир, с вполне узнаваемыми деталями. Вон сердце размеренно стучит, а вон и желудок трепещет, а чуть левее…

Яркая вспышка ослепила глаза, и Велес застонал от боли — всё тело ломило, да ещё и трясло от страшного холода. Он отчаянно извернулся всем телом, да сил не рассчитал. Взлетел вверх и куда-то в бок, потом грохнулся, естественно вниз. А низ оказался холодным металлическим полом.

— Уууу. — Сказал он по этому поводу, активно моргая — зрение вернулось, но всё размыто, не видно не фига.

— Питание криокапсулы два, будет отключено. Освободите комнату во избежание травм. Капсула два, отключена. — Сказал уже знакомый женский голос и Велес понял, что пора бежать.

Увы, всё что удалось, так это встать на четвереньки. Перед глазами всё плывёт, руки ватные, холодно ужас как, да ещё и льдинка на носу повисла, да светится она, ловя лучики от потолочной лампы. Но подняться надо было, и убежать тоже. Потому как послышался металлический звук, а затем по всей комнате распространился белесый пар. Вскоре этот пар коснулся его кожи.

Сжавшись в бублик, выпучив глаза, Велес взвыл так, что оглох от собственного вопля.

Пар исчез, а по всему телу белые пятна обморожений. Понятно, почему эта милая девушка, предупреждения выдаёт. Опасно тут находиться, когда капсулы открываются… капсулы.

С большим трудом уцепившись рукой за нечто стоящее на полу, он поднялся на ноги. Коленки трясутся, холодно так, что артефакт, висящий на его шее, примёрз к волосам на груди.

Проморгавшись, опустил взгляд вниз. В качестве опоры, он использовал капсулу. Видимо, криогенную. Стекло затянуто изморозью, ничего не разглядеть. Велес окинул комнату взглядом, попутно сосредоточившись на том, что б излечить свои раны. Наверное, будь он просто человеком, это обморожение обеспечило бы ему пару весёлых недель с облезшей кожей, а может быть и гангреной начавшейся в мягких тканях, да по всему телу сразу.

Четыре капсулы в ряд — они действительно по форме как капсулы какого-то лекарства. Только огромные, сделанные из стекла и металла. Две из них открыты. Крышки подняты вверх. Запинаясь о собственные ноги, он дошёл до следующей — все четыре стоят рядком и та, о которую он опирался, ближе к стене. За ней ещё три соответственно. Вторая пуста. Внутри только изморозь и мягкое ложе, непонятной формы, да чёрного цвета. Видимо, счёт тут вёлся с другой стороны и эта капсула третья, та, в которой лежал он… да. И кто ж это такой суицидально настроенный гражданин, что его сюда определил? И как это вообще случилось? Почему он не помнит, кому он очень скоро будет ломать мировосприятие, ноги и психику? Естественно, без лишнего варварства, исключительно в воспитательных целях.

Капсула два — внутри лежит знакомый человек. Покрыт волдырями, мёртв на все сто процентов и пахнет знакомо. Хозяин Зоны, которого он уже где-то видел… воспоминание возникло как вспышка. Мёртвая земля расстилается насколько видят глаза, лежат четыре трупа и корабль.

Космический, мать его, корабль.

А дальше?

Корабль сел на поверхность, и он пошёл к нему. И тут стало темно.

Намеревался познакомиться с инопланетянами, а они, неведомым способом, в плен его взяли.

Вот ведь негодяи, в самом не приличном смысле, совсем другого, совсем не приличного слова.

Он покосился на капсулы. В плен взяли? Кажется это не совсем верно. Его заморозили и положили сюда. Да. Как и этого парнишку в волдырях. Но дело в том, что парнишка теперь обезображен заметно сильнее. На его теле видны швы — похожие он как-то в морге видел.

Парня определённо вскрывали. Здесь, на этом непонятно где и что это такое.

Вспомнились лаборатории на базе Организации, старые деньки, когда он был немного моложе и не умел наслаждаться невероятно вкусным мясом таких интересных существ, как поросятки Зоны, широкой общественности более известные как мутанты под названием Плоть.

Он иногда, тоже образцы вот так в морозилку, на будущее значит, что б посмотреть, что раньше делал или там вспомнить, что забыл, а то и просто что бы сохранить наглядный результат уже проведённого эксперимента.

Вот значит как.

Глаза вспыхнули злобой, в них заискрились молнии.

— В воспитании этих неизвестных мне существ, допущены явные и прискорбные пробелы. — Произнёс он, пытаясь именно говорить, а не яростно рычать. Всё же, в любой ситуации, нужно оставаться человеком, особенно и это очень важно, если ты уже очень давно не совсем человек.

И ещё это важнее, когда ты не знаешь, где находишься. Что-то в глубине души подсказывало, что ситуация может оказаться гораздо хуже, чем просто плен в руках неведомых существ…

— Космические Яйца. — Тихо прошептал он, похолодев изнутри. Попутно, глубоко в душе, он горько пожалел о том, что смотрел все части древнего-древнего фильма Чужой и даже пару новых, впрочем, новые ему не понравились. Чужой 47, Реинкарнация, был откровенно плох, не говоря уже о других, но неизменно было в нём… Велес прислушался к себе. Пощупал грудь — чужой там не пытается из него вылезти, рёбра проломив? А если такое случится, он сможет выжить? А если…

— Так! — Рявкнул он сам на себя. — Без паники!

Потом посмотрел вниз. Хмыкнул. Снова вверх посмотрел и выпрямился. Боль вроде отступила, конечно, всё ещё холодно, но регенерация прошла успешно и тело больше не болит.

Однако на нём из одежды только артефакт и волосы. Как-то не слишком презентабельно проводить воспитательные процедуры, направленные на повышение морали и личностных качеств инопланетных негодяев, будучи в одних волосах. Нужно что-то ещё надеть.

Осмотрелся — в комнате только капсулы с мертвецами внутри.

На них проводили опыты, их потрошили на предмет посмотреть, что там интересного внутри имеется, может даже и его самого потрошили иногда, а он восстановился и не помнит ни хрена…

По коже пробежал мерзкий холодок, погашенный новой вспышкой праведного гнева.

К чёрту все ужасы и страхи. Ситуация однозначная — он в очень пикантной ситуации оказался.

Вокруг полно существ, жаждущих перевоспитания, а он гол как сокол! Возмутительно!

В стене дверь. Квадратная, металлическая, с полосками и странными символами. Впрочем, оно и понятно — это ж инопланетяне. Вряд ли они знают арабские цифры и русский язык… вот тоже проблема, как их воспитывать, если они не понимают слов? Как, как? По старинке — локтем в нос, коленом в пах. Это, конечно же, жутко вульгарно и почти варварски, но что поделаешь? Оставить несчастных и дальше страдать в пучине бескультурья и варварства, никак нельзя. Если б не его добрый, кроткий нрав он бы, конечно, просто убежал. Но его большое сердце, просто не выдержат подобного проявления жестокости. Он обязательно поможет несчастным. Может быть, он не сможет спасти мир, но спасти несчастных от кошмарной дикости, пусть даже не очень популярными методами, возможно, включающими в себя открытые переломы, он сможет точно.

У двери стоял около минуты. Ничего не понятно. Просто металлическая плита и всё. Стал щупать — дверь, косяк, стену рядом, бесполезно. Не открывается. Как это работает вообще?

Отошёл на шаг назад, стал думать.

— Запрос пилота. — Произнёс тот же женский голос, в этот раз, кажется, жалобно. Впрочем, наверное, всё же показалось. — Двигатели повреждены, ремонтные роботы уничтожены. Возможный взрыв топливных блоков предотвращён извне. Кондор полностью обездвижен. Запрос пилота. — Возникла некоторая пауза, затем тот же голос сказал. — Связь с…

И затих. Очень печально и грустно затих, а по спине у него побежали мурашки.

Впрочем, мурашки не из-за голоса побежали, просто дверь взяла и открылась, прям как в сказке. Не дверь в сказке, а вот то непонятное, что нос в дверной проём сунуло и на него сейчас внимательно и как-то не очень добро смотрит.

— Добрый, знаете ли, вечер. — Несколько сбивчиво проговорил Велес, наконец, сообразив, что, судя по всему, инопланетные подлецы и негодяи, непонятно почему, но таки знают русский язык.

— Шшшш!!! — Сказал… или сказало?

В общем, усы дыбом, шерсть торчком, уши к черепу прижаты и глаза светятся. Зелёные такие, чем-то красивые даже. Но он в глаза не смотрел — под глазами просто клыки ещё есть, тонкие, острые и многочисленные. А ещё, пониже, туловище есть. С лапами. Или руками? Пожалуй, вернее второе, ведь в этой мохнатой лапе, частично скрытой блестящей чёрной бронёй, зажато нечто вроде пистолета. Он таких ещё никогда не видел, но в том, что это оружие, не особо сомневался.

— Шшш, мммррр, мя! — Заявил владелец пышных усов и протянул к нему вторую руку — из коротких крепких и мохнатых пальцев руки той, тут же вылезли когти. Загнутые, острые когти, почти такие же, как у кошки.

Всё-таки, наверное, это лапа.

— Прошу вас не распускать руки! — Поспешно возопил, несомненно, прославленный сталкер. После чего поспешно отшатнулся, но не тут-то было! Лапа метнулась вперёд с такой скоростью, что его рефлексы, воспитанные одним пожилым человеком не отечественной внешности и долгими годами жизни в Зоне, оказались бессильны. Когти врезались глубоко в шею, Велес запнулся о собственные ноги и рухнул ничком.

— Хашш! Хашш! Хашш! — Сказал кот-мутант с пистолетом и в броне непонятной, оскалился, словно улыбается и шагнул в комнату. Кажется, это он так смеётся… убил, понимаете человека и смеётся. Какой мерзавец! Убитый человек, собственно Велес, такого вопиющего безобразия, естественно, простить никак не мог и немедленно понял, что с этим надо что-то делать!

Да.

И когда мутант переросток навис над капсулой с покойным Хозяином Зоны, он поспешно перевернулся на живот, подавил желание булькнуть кровью текущей из не до конца сросшегося горла и, естественно героически, и очень поспешно перебирая руками-ногами, таки исчез в коридоре. Несмотря на постигшее его разочарование в ужасном моральном облике того существа, Велес спешил изо всех сил и попутно оглядывался по сторонам. Пока не увидел какую-то дверь.

Юркнул туда, за какой-то металлический ящик спрятался и выдохнул — слава Яйцам, рана уже затянулась… яйца. Да, яйца. Справа, в этой крошечной каморке, имелось прозрачное окошко. Со стеклом. Или что его там заменяло. За окошком, на столике, в пустой комнатке, покрытые слизью, напоминавшей очень жидкие сопли, стоят, собственно, яйца. Кажется, они ещё и космические.

И очень чужие.

Сердце бешено забилось, он коснулся пальцами своей груди — ох неспроста тот сон…

— Храни меня Аллах, во имя Зевса. — Прошептал он, перекрестившись трижды и дополнительно осенив себя знаком Ангх — лишним не будет. А то мало ли. Точно же неизвестно, а так глядишь, кто-то один и услышит. А если нет, то на нет и суда нет… он прислушался к себе. Не лезут из него какие-нибудь неприятные негодяи с внешностью Чужих? Вроде бы всё в порядке, только горло саднит — этот гад с когтями, видимо, когти не моет совсем. Свинья. А ещё на кота похож! Тьфу!

В стекло «тьфу» и сделал. Дважды. То не со зла естественно, то с нервов.

До него только сейчас начало доходить — это ведь не просто комнаты и коридоры.

Это корабль. Вероятно, космический. Хрен знает, где и когда — а когда, тут очень важно. Потому как, если он находился в анабиозе в том контейнере, то это могло длиться сотни и сотни лет. И ещё и не факт, что это тот же самый корабль, что он видел перед потерей сознания. Может его и вовсе, как диковинку продали какому-нибудь негодяю, может даже не человеческой внешности и сейчас он где-то на другом краю галактики и…

Велес понял, что крови, натёкшей из горла на груди больше нет — её смыло волной холодного пота, выступившего по всему его телу.

— Так, без паники. Нужно собраться с мыслями. — Произнёс он, но увы, собраться с ними не получалось решительно. В голове всё стучала одна и та же мысль — он в космосе, не пойми сколько лет, не пойми где и как вернуться домой, он понятия не имеет. Но домой, это ладно, чем хороши путешествия во времени, в рот их по матушке, так это то, что можно выйти на минутку покурить, а через десяток лет вернуться в тот же миг, и докурить сигарету, зажжённую десять лет назад. Для него годы пройдут, а в своём времени, его не будет всего пару секунд. Это всё конечно прекрасно.

Но вопрос стоит иначе — как он на Землю вернётся, что б в своё время вернуться? И где она, Земля эта? И как он вообще в своё время вернётся? Не к месту вспомнился любимый в детстве сериал. Про астронавта, попавшего на неизвестную планету в другом конце галактики. Очень интересное было кино, для юного неокрепшего, совсем сопливого ума. Весёлое и приятное такое фантастическое кино. Теперь вот, что-то тошнить его начало. Дело ведь в том, что парень тот, всю жизнь искал возможность вернуться домой. Искал везде и всюду, но в галактике двести миллиардов звёзд, а время не стоит на месте — в итоге парень этот состарился и умер, так и продолжая искать…

— Я — Велес! — Заявил Велес сердито и гордо.

— Ой, как интересно! — Сказал голос женский. Велес напрягся. Осмотрелся. Нету никого.

— Что-то рано она снова потекла… — Пробормотал он, щупая макушку. Потом сконфуженно хмыкнул — скорей уж поздно, поводов-то было ох как не мало, а теперь вот ещё и…

— А капитан всё гадал, как же вас зовут, даже хотел спросить, но до объекта 2 так он и не успел добраться. — Велес снова осмотрелся. Звук шёл сразу отовсюду. — Объект изучения 2, а я всё правильно поняла, вас Велес зовут?

— Объект из-зучения? — Несколько заикаясь, поинтересовался сталкер.

— Да, это вы. Вас капитан так пронумеровал, слева-направо. Как капсулы мусорщики с Потерянных Туманностей загружали в трюм, так и пронумеровал. Капитан вас купил у мусорщиков. Очень выгодно. Подобные редкости, обычно продают гораздо дороже.

— К-капитан? М-мусорщики? Редкости? — Промямлил он и шёпотом добавил. — Какого хуя…

— Капитан Сергей Шилов. Вы на его корабле. — Ответил голос. Потом добавил. — Правда, теперь его на корабле нет. Они появились неожиданно. Капитан успел только взять шлюпку и загрузить основной искусственный интеллект с главного компьютера. А меня… я… — В голосе появились нотки грусти и отчаяния. — Я тут осталась. — Казалось, сейчас кто-то шмыгнет носом. Но не шмыгнул. Вместо этого невидимая, возможно, несуществующая в природе, женщина, сказала. — А давайте договоримся? Я помогу вам, а вы заберёте меня с собой. На Кондоре есть ещё одна спасательная шлюпка. Но надо поторопиться, они по всему кораблю, а ваша подруга вот-вот сломает шлюзовую камеру и тогда шансов на спасение просто не будет.

— Послушайте, уважаемая, я решительно не понимаю, что…

Из-за косяка дверного, показалась знакомая морда. Издала тот же звук и направила пистолет ему прямо в лоб. Велес икнул непроизвольно, а мощнейший разряд отправил уже автоматически.

Стало остро пахнуть горелой шерстью.

— Это, вы, пожалуй, зря. — Сказал голос.

— Почему? — Проворчал Велес, поднимаясь на ноги — пусть крыша потекла крепко, но этот с когтями, вовсе не галлюцинация, а раз так, то не всё ещё потеряно.

— Это был Альфа. Теперь весь Клан будет вас преследовать, как и господина капитана Шилова. Но капитан важный человек, он имеет высокий пост в департаменте разведки, а вы, мне думается, нет. Капитана они пытались убить много лет, но выискивали способ сделать это незаметно. А вы, к сожалению, простите, просто бродяга какой-то.

— Я — Велес! — Возмутился Велес. Потом поднял пистолет покойного, очень вонючего, сильно дымящегося непонятно кого. — Клан говоришь? Этим меня не напугаешь. Пусть пытаются — они быстрее кончатся, чем я устану.

— Правда?

— Конечно.

— Это очень странно.

— Почему это? — Пистолет в руку ложился плохо, явно не для людской ладони его делали.

— Это, конечно, крошечный клан Круллов, но всё-таки, они занимают двадцать шесть планет и пятнадцать искусственных спутников, с общим населением в…

От услышанной цифры, стало как-то не хорошо.

— Вам надо поторопиться, ваша подруга почти сломала управляющих механизм шлюза.

Велес кивнул и нечаянно нажал на спуск пистолета.

Тонкий красный луч вырвался на волю и располовинил хорошо поджаренный труп кота, который, на самом деле был Крулл.

Пистолет лазерный оказался. Велес пожал плечами — ну так! Странно было бы в будущем увидеть маузер или там ТТ. Разве что в музее очень древней истории.

— Куда идти? — Сказал он, очень надеясь, что голос в его голове, есть не только в его голове. А то ведь это как-то очень странно. Всю дорогу этот голос механически вещал о поломках и пилота искал, а тут вдруг с эмоциями, пониманием, предложением деловым и всё такое. Как бы голос этот ни привёл его к дверям каким-нибудь, за которыми будет только вакуум или что похуже.

— Направо, потом налево лестница, по ней нужно спустить и повернуть налево.

Кажется, всё-таки, этот голос не только в его голове. Он сейчас старательно прислушивался и был готов поклясться, что именно ушами слышит приятный женский голос.

— Пока я иду, не могли бы вы объяснить, что такое «Альфа»? — Сказал он, широким шагом направляясь в указанную сторону. Вопрос имел ценность сам по себе, раз уж такие пошли дела, и он с ходу умудрился поругаться с ребятами, имеющими настолько серьёзный тыл, нужно знать, с чем имеешь дело. Но в основном, в данный момент, он просто прислушивался. Если голос реален, он будет слышать его по-разному. По всему кораблю понатыкано датчиков или что они тут используют, быть не может — это было бы дорого, глупо и к тому же, датчики могли бы занять место по-настоящему полезных приборов.

Хотя, это скорее динамики. Которых тут в упор не видно. Однако — будущее, это надо учитывать. Так что голос этой невидимой непонятно кто, должен изменяться. Становиться тише, громче или вовсе пропадать. Даже если размещение динамиков проектировалось так, что б голос мог нормально слышаться в любом уголке коридоров — расчёт настроен на человеческий слух, куда менее совершенный, чем тот, коим он владеет уже много лет. Он сумеет уловить разницу. И, вскоре, так и произошло. Он добрался до лестницы. Не перестававший говорить голос, за это время, трижды изменял уровень громкости. Велес с облегчением воздохнул — голос настоящий, он движется действительно к шлюпке, а не туда, куда захотелось его подсознанию. Это радовало, даже очень. Ибо собственное подсознание он совсем немножко знал, а знать лучше не очень хотел.

Не хотелось себе признаваться, но, увы, собственное подсознание, пугало его куда сильнее, чем эти самые «альфы». Хотя тут можно и поспорить, ибо, если не вдаваться в массив деталей, на взгляд Велеса явно лишних, то невидимая, и судя по всему, не совсем живая девушка, сообщила, что он, по сути, только что убил не рядового босса. В сущности, это всё что нужно было знать.

Убийства боссов левыми людьми, непонятно почему, без предварительного разрешения от высокого начальства, деяние непростительное во все времена, во всех уголках мира. За такие художества обязательно следует жестокая кара. А учитывая кучу планет и каких-то спутников, да ещё и население с множеством нулей… что-то ему снова поплохело.

Он остановился на перекрёстке из двух тесных коридоров.

— Сейчас налево. — Вежливо подсказал голос.

Он свернул в указанную сторону и, вздохнув не очень весело, задал вопрос, который следовало задать несколько раньше, но как-то в голову не пришло, в виду странных обстоятельств.

Впрочем, ему уже давно следовало привыкнуть, нормальной его жизнь назвать сложно. Причём сложно, пожалуй, с того самого дня, как он впервые понял, что гораздо умнее своих сверстников…

Или с того, когда с ним впервые заговорила мензурка на лабораторном столе? У неё, кстати, был такой же приятный, женский голосок… на всякий случай ущипнул себя за руку. Вокруг ничего не изменилось, он не проснулся, мир не обрёл нормальных, приветливых, иногда радиоактивных, красок Зоны. Так что всё очевидно — либо он в будущем, либо свихнулся окончательно.

Выбор перед ним ясный и понятный — дать себя убить и он получит все ответы. Либо иллюзия рассыплется, либо он умрёт и всё закончится… какой-то не очень хороший выбор.

— Я искусственный интеллект Зинаида. — Ответил голос на его вопрос. — Но вы можете называть меня так же, как и капитан, просто…

— Зинаида? — Удивился Велес. Сразу после того как поднялся с пола. Полы тут какие-то очень ровные, прям грех не запнуться об собственные ноги.

— Капитану это показалось забавным. — Ответил искусственный интеллект Зинаида. — Его спутнику, напротив, это казалось глупым. Впрочем, не важно. Шутка ему быстро надоело и весь последний год, он называл меня просто Зи.

— Понятно…

— Должна заметить, что я исключительный искусственный интеллект. Мой уровень соответствия превышает практически все нормативные параметры для ИИ любого поколения.

— Что за параметры? — Коридор свернул в сторону, Велес замер у поворота. Выглянул осторожно, держа лазер наизготовку. Неудобное оружие так и норовило выскользнуть из пальцев, из-за чего держать его приходилось двумя руками.

— Соответствия, они… — Голос продолжал говорить, Велес смотреть за поворот коридора. Из звучащей речи он понял лишь несколько слов и не был уверен, что понял правильно.

— Солнышко… искусственное, надо полагать. Вы всё ещё говорите или вам плохо?

— Ой, простите. — Смущённо ответил голос — действительно смущённо. Велес точно слышал эмоции в голосе Зинаиды. И, кажется, с каждой минутой их разговора, эмоций становилось всё больше, словно этот искусственный интеллект… просыпался, может? Он не знал, как это сформулировать. Его контакты с подобными машинами ограничивались самыми продвинутыми нейросетями двадцать первого века. И ничего хорошего он о них сказать не мог. Машины, просто машины и часто глючные, применимые лишь в узких рамках, да и то далеко не всегда. ИИ способный такую беседу поддерживать, да ещё и имитировать эмоции — такого он ещё не встречал.

— Ничего страшного. — Уверил он свою собеседницу из микросхем — он надеялся, что из микросхем. А то мало ли, вдруг она есть только в его голове? Голос, конечно, меняет громкость и тональность, словно идёт из динамиков установленных по всему кораблю. Но кто сказал, что его разум не мог создать галлюцинацию с таким вот интересным эффектом? Если Брюс Ли, несмотря на то, что давно умер, мог приветливо улыбаться ему с плаката, а Ояма мерзко хихикать с другого плаката, так почему бы не появиться такому вот голосу?

— Всё же, я вынуждена снова извиниться. Я, не совсем случайно перешла на язык, который вам не понятен, мне просто было любопытно. У капитана имелась теория, которую его спутник назвал, извините, шизоидной. Он полагал, что вы можете быть с Земли, этаким артефактом времён первой колониальной войны. Тогда ещё был широко распространён русский язык, а современного, общепринятого языка Звёздной Федерации, не было даже в проекте. Идея о создании такого языка, тогда ещё только обсуждалась. И должна заметить, что он создавался на основе…

Велес прыгнул в открытую дверь слева, врезался плечом в металлический шкаф и свалился на пол, выронив оружие. Воздух коридора по коему он шёл, прорезали два раскалённых лазерных луча, красного и синего цветов. Потом стало тихо.

Сталкер выругался, извинился — ведь его слышит леди! Потом вспомнил что она механическая и, вполне вероятно, есть только в его голове, так что снова выругался.

— Оу! — Воскликнула Зинаида. Велес непроизвольно ощутил чувство вины, осторожно выглянул из-за угла и поспешно спрятался обратно. По коридору пронеслись ещё два луча. Причём именно так, как и должны были — просто возникли через весь коридор и тут же исчезли. Лазер, так оно с ним и должно быть. Лазер… он посмотрел на оружие в своей руке — крошечный пистолет, не больше крупнокалиберных огнестрельных пистолетов, даже внешне немного похож. При этом выпускает лазерный луч мощностью выше, чем может дать современный промышленный станок размером с два далеко не маленьких дома. Да. Современный. В этом месте, всё, что он считал современным и продвинутым, в лучшем случае, древний, никому и даром не нужный хлам.

Велес встряхнул правой рукой, чуть прикрыл глаза, и в коридоре приветливо засветилось призрачным голубоватым светом, а затем, там же, радостно заискрились молнии разных размеров.

— Сюрприз падла. — Буркнул он, наращивая мощь аномалии и чувствуя, как энергия в артефакте на его шее быстро убывает. Придётся проявить осторожность. Если в нём не останется ничего, будет очень и очень не хорошо… выглянул. Снова спрятался. — Какого хера… — Прошептал он.

Оба мохнатых в какой-то странной броне, не только не поджарились, они даже не пошатнулись! Идут сквозь сердито искрящуюся аномалию, с оружием наизготовку и светятся своими кошачьими злыми глазками.

— Броня солдат Круллов имеет высокую электропроводимость и стойкость к тепловому воздействию. — Любезно пояснила Зина.

— А тот альфа, как же он? — Прошептал Велес — Зина всё равно услышит, нет необходимости говорить громко. Думать поспешно и, видимо, воспользоваться лазерным пистолетом — вот в этом необходимость присутствует и весьма острая.

— Альфы бывают разные. Тот, которого убили вы, искал капитана, что бы убить его в честном поединке. Капитан признанный и уважаемый враг Круллов. Официально, по древним законам Круллов объявленный враг. Ни один Альфа не может убить его обычным методом, не потеряв уважения своих сородичей и правящих самок. — Данные слова Велес пропустил мимо ушей, ибо случилась неприятная оказия. Он высунулся из-за угла, поспешно выстрелил — луч угодил точно в глаз, в узкую прорезь в шлеме существа, напоминавшего кошку. Будь морда не такой вытянутой, так один в один, домашний кот на задних лапах. Впрочем, были и другие отличия… в общем, оружие, сделанное не под человеческую руку, пробив раскалённым лучом башку одного из инопланетян, из рук выпало и откатилось к стене. Поднять его не получив лазерный луч в бок, не выйдет. Что бы его вернуть и не попасть под лазерный огонь, придётся воспользоваться электромагнитными полями, дабы изобразить подобие телекинеза, коим он решительно не владеет. Что тут же и подтвердилось в очередной раз — первая же попытка подтянуть пистолет к себе путём телекинеза, привела лишь к весёлым искоркам, неприятному гулу и всё. Пистолет лежит на полу как приваренный.

— Капитан, кстати, полагал, что вы являетесь мутантом условного первого поколения, сверхпроводником базового уровня. Он и не предполагал, что вы можете управлять электричеством на столь высоком уровне. Вы явно не относитесь к первому поколению, вряд ли вы даже из его последней волны — рамки первого поколения довольно широки, их установка лишь условность, на самом деле, они крайне размыты. Вы же, судя по всему, минимум из третьего поколения, либо из, так называемого, сегодня сочтённого мифическим, нулевого поколения. Не хотите поговорить об этом? Это не займёт много времени. У меня к вам всего несколько десятков простых вопросов.

— Я немного занят. — Проворчал он, слыша тяжёлые шаги и нечто, напоминавшее истошные вопли котов под окнами, да где-то в марте. Кажется, смерть собрата котика расстроила… кот переросток, в электропроводящей броне, с лазером в руках, посреди космического корабля!

— Пиздец… — Прошептал он едва слышно. В голове что-то стукнуло, прозвенело, он глупо ухмыльнулся и хихикнул.

— Вы решили сойти с ума? — Полюбопытствовала Зина.

— Спасибо вам за ваше участие.

— Мне, на самом деле, всё равно. Я бы не прочь получить несколько ответов, а биологический материал, у меня уже есть. Перед отлётом, я бы хотела собрать как можно больше информации о вас. Если вы не против.

— Не против. Вот доберусь до шлюпки, там и…

— О! В этом больше нет никакой необходимости. Вы можете спокойно умереть.

— Что?

— Объект исследования номер четыре, то есть, ваша подруга, извините, не знаю её имени уважаемый и простите за речь — я вынуждена копировать манеру поведения базовой загрузки, таков мой основной код. В общем, если коротко, ваша подруга вступила в скоротечный бой, несильно пострадала и вскоре умрёт. Однако в процессе схватки, были повреждены некоторые узлы электронных систем, препятствующие удалённой загрузке. Теперь их нет, и я уже начала загрузку своих кодов в бортовой компьютер шлюпки. Очень скоро я покину этот корабль.

— Подожди! Но…

— О, не переживайте — я всегда буду о вас помнить. Вы замечательный.

— Стой! А как же я? Ты меня тут бросишь? — Воскликнул Велес, встав в полный рост и прильнув к дверному косяку — странно и глупо, но котяра в коридоре не пытался заблокировать его в этом закутке, держась на расстоянии и ожидая подмоги… впрочем, Зина говорит, он не милиционер, он солдат. Так что, наверное, будет он его пытаться убить или в плен взять, был бы милиционером, так не поступил бы ни за что конечно, а так… интересно, а милиционеры ещё есть или вымерли как вид, за ненадобностью? В будущем, люди, наверное, нашли более приемлемый способ поддерживать порядок, нежели содержание огромной армии опасных, психически неуравновешенных и жадных до денег бездельников. Впрочем, среди них бывают и другие, почти здоровые, почти не жадные, чуть-чуть работящие. Если бы их можно было клонировать, то… так это же будущее! Наверное, тут так и поступили. И везде тут честные милиционеры, которые почти не берут взяток, почти никого не бьют, крайне редко пытают и даже, раз в пару лет, вместо порно-журнала, читают какой-нибудь закон или даже приказ. А почему бы и нет? Ведь будущее же.

— Так и быть, если вы успеете добраться до шлюпки до её отлёта, я возьму вас с собой.

Велес скрипнул зубами — шанс на спасение. Который зависит от искусственного интеллекта, который ещё и какой-то подозрительный и весь из будущего. Проклятье…

Мохнатый, источавший знакомый запах — похожим образом пахнут и коты-мутанты Зоны, которых осталось не так много, да и видел он их редко, но всё же запах запомнил. Очень схожий запах, настолько, что ему даже подумалось, а не причастна ли Зона к появлению этих Круллов? Что если, в будущем, вся планета стала Зоной, мутанты расплодились, поумнели, построили космические вертолёты и айда куда попало в космос, да в разные стороны? Ну а что? Он в долбанном космосе, хотя всего пару часов назад сидел на земле, возле своего дома и ждал когда Роман вернётся, что б они отправились в путь. Что б весь мир спасать.

Да, вот оно как.

И почему он до сих пор с ума не сошёл? Или просто не заметил, как это случилось?

Да нет же! Он бы точно заметил. Так что… из-за косяка дверного, показались кончики усов.

Велес ринулся в атаку, ловким ударом выбил оружие негодяя, коленом прописал в пах, локтем в нос, повернулся вокруг своей оси и пяткой в колено, как по написанному… да. Только колено у этой сволочи не так как у людей растёт, пах заметно дальше от уровня морды, а нос прячется за металлическим шлемом. И руки у него оказались гораздо крепче человеческих.

Лазерный луч врезался в пол, брызнули искры, луч поднялся выше, мутант или кто он там, отошёл на шаг назад, чуть припадая на одну лапу — удар по шлему, видимо, ошеломил, а удар по колену, пусть и не сломал ничего, но ушиб нарисовал вполне ощутимый.

Велес времени даром не терял, поднырнул под левую руку — почти удачно, только ухо потерял — когтем срезало, словно кусочек маслица, да раскалённым ножом.

Потом истошно крикнул — больно это, ухи-то когда отрезают, и зашёл за спину негодяя. Затем подпрыгнул, упёрся ногами в бока существа, руками взялся за его шлем и до треска в мышцах напрягшись, сорвал шлем с мохнатой головы. После чего застонал — пушистик с лазером, урча и шипя, треснулся спиной о стену коридора. А так как на его спине был собственно Велес, то захрустели кости, стон его заглушая. Чуть не теряя сознание, Велес положил ладони на голову монстра. Под пальцами он ощутил шелковистый, мягкий мех — прям погладить его захотелось, монстра этого несчастного. Так на кота похож что просто слов нет.

Вот! Вот что бывает, когда кошка свободно гуляет по радиоактивному заводу — а что ещё ожидать в такой ситуации? Мог бы быть нормальный симпатичный котёнок, а родилось не пришей к… не важно, про рукав там ещё, не важно, в общем.

Электрическая дуга прошла через череп кота, и коридор наполнился резким запахом палёных шерсти и плоти. Монстр покачнулся, да и рухнул усами вниз. Велес покатился кубарем по коридору, потом приподнялся на четвереньках и замер, издав оглушительный, почти звериный рык.

— Да вы просто животное! Ой… извините, я не хотела этого говорить. Само вырвалось.

Велес не ответил, поспешно поднялся и бегом двинулся в прежде указанном направлении.

Нужно выбираться отсюда. Если там таких кошечек хотя бы с десяток, его ведь и на шашлык определить могут без особых проблем. Долбанное будущее, с долбанными лазерами и электро непроницаемой бронёй…

Ему повезло — больше кошек на пути не попалось. Однако возникла другая существенная проблема — желудок урчит, есть хочется просто зверски. И как он будет дальше? Чем питаться?

Кажется, даже если он выживет сейчас, это ненадолго.

Добрался. Это точно, так как на полу лежат три хорошо прожаренных кота, каждый под два метра ростом и девушка. Голая абсолютно, с неплохой фигуркой, каковую портила лишь оплавленная чёрная дырка в животе, видимо, последствия личного знакомства с лазерным лучом.

Над телом он стоял несколько секунд — невероятно, но это была та самая девушка.

Живая. А так нельзя. Никак нельзя.

В глазах Велеса вспыхнули молнии, разряды побежали по рукам, всего мгновение отделяло его от того, что б превратить её в кусок жутко обгоревшего мяса. И он чувствовал, что не сможет остановиться. Ни сейчас, ни потом.

Хозяева Зоны. Он должен её убить. И забрать с собой — она, это, прежде всего, вкусное сочное мясо, рождённое Зоной. Её нужно убить, но осторожно, не повредив мясо, которое он может съесть, которое даст ему немного больше времени, которое…

— Что ж, пришло время прощаться, дорогой друг. Я…

— Стоять!!! — Рявкнул он — наваждение как рукой сняло. Первое из них, это инстинктивное желание убивать Хозяев, отступило под грузом понимания — ему крышка, если не поторопится. А вот второе… а ведь где-то здесь есть ещё три вполне съедобных тела.

Он повернулся к двери. С боку оплавленная приборная панель. Или что-то в этом роде. Чем оно было раньше не понятно, девушка, каким-то образом расплавила её. Взгляд скосился на тела котов. В такой же броне, как и те двое. Но она их сожгла до хрустящей корочки.

Очень может быть, что перед ним Рональд в юбке.

Только без юбки.

Есть такое — это ж, на самом деле, только желудок себе портить…

Как будто у него есть иной выбор!

Велес глубоко вздохнул — панели кирдык. Отсюда не открыть. Остаётся надеяться, что толщина двери, не окажется слишком большой. Он отступил на пару шагов и снова вздохнув, врезался в дверь плечом. Хрустнула кость. Велес закричал. Металл двери погнулся и заскрипел.

— У вас не получится, эта дверь… — Стальная плита, заискрилась и с жутким скрежетом приподнялась на полметра вверх. — Хм, вам определённо везёт. Внутреннюю дверь шлюза я уже открыла. Можете перейти на корабль. Я так рада! Теперь вы сможете спастись…

— Нужно забрать тела в других капсулах! — Крикнул он, протискиваясь в образовавшуюся щель между дверью и полом. Девушку он тащил за ногу. Достаточно поспешно, что б она головой несильно треснулась об косяк, из-за чего немножко проломился её череп, и совсем не сильно хлынула тугим фонтаном ярко-красная кровь.

— Вы уверены? Это задержит наш отлёт на три минуты.

— Так их можно забрать? — Велес прошёл через вторую дверь, шагнул в пустоту, не заметив короткой лестницы, и треснулся лицом об пол.

— Да, но вы уверены?

— Ууу… — Сказали с пола.

— Ну, раз вам это так надо, не стану отказывать. Вы довольно привлекательный и достаточно неплохо воспитанный молодой человек. И я сочту за честь, просканировать ваш разум в шестьдесят восьмой раз. Остались некоторые неясности, по поводу структуры вашей личности и строения головного мозга. Кстати, вы очень вовремя потеряли сознание.

— Что? Я не потерял… бля… я, кажется, нос сломал…

— Учитывая, что вы без сознания, я возьму дополнительный образец.

— Чего???

— Тканей мозга. Конечно же, мозга. — Любезно уточнил искусственный интеллект Зинаида.

— Эй! Ты… — Что-то пшикнуло громко, он ощутил боль в спине, заметно ниже поясницы и ухватился за это дело рукой. Под пальцами ничего, только сильное онемение. А потом, мир как-то исказился, поплыл, закачался и исчез в пустоте.

— Что ж, теперь, когда вы спокойны и выразили полное согласие с моими действиями, я приступлю к изъятию образцов. И не переживайте, ваших друзей, я уже доставляю на борт по внутренней транспортной системе, хотя и решительно не понимаю, зачем вам это нужно. Сентиментальны вы, видимо весьма. Спите спокойно, всё это лишь во благо науки и прогресса. А так же, во благо лично для вас. Ведь, как убедился капитан Шилов, вне криокапсулы, вы просто умрёте от голода. Ваш метаболизм, крайне удивителен и странен. Не переживайте, мы решим вашу проблему, обязательно решим… или нет. Я пока размышляю над тем, сколь целесообразно будет позволять вам жить. Вы, конечно же, бесконечно ценны для науки, изучение вас, может дать миру множество удивительных открытий. Однако быть живым для этой ответственной работы, вам совсем не обязательно. То, что вы подарите миру, уже сделает вас бессмертным. А это, согласитесь, дорогого стоит. Спите спокойно уважаемый. Наука вас никогда не забудет.

Сдвинулась стена и, тихо шелестя, оттуда выкатилось нечто с манипуляторами.

Щёлкнув металлом это Нечто, зловеще шелестя, целенаправленно к Велесу катится…

2

В этот раз никаких сновидений не было. Мир на мгновение исчез, а затем просто возник вокруг него. Крышка капсулы ушла вверх, яркий свет слепит глаза и холодно так, что зубы стучат — всё знакомо, всё это уже было. Но теперь выбираться наружу он не спешил. Видимо, всё, что было прежде просто сон. Подсознательно понимал, что в капсуле находится, замороженный весь и нафиг совсем, вот и снились ему коты переростки, лазеры, голые бабы…

А что же на самом деле? Пришельцы с большими ушами, с бульбулятором наперевес? Он ведь действительно в плен угодил к хрен знает кому, с кораблями космическими. Что от инопланетян всяких ждать решительно не понятно. Может они его не в плен взяли, а на хранение положили, как вот колбасы палку в холодильник ложат, так и его, до лучших, значится, времён…

Мир перестал вращаться, от холода трясёт всё меньше, мысли более-менее пришли в порядок. Теперь можно и выбираться — в процессе на пол не свалится, равновесие не потеряет.

Велес медленно сел. Потом осмотрелся. Увидел он достаточно много, особо не удивился, разве что тому, что уже всё это где-то видел, но мельком, почти ничего не запомнил из обстановки.

Он в большой комнате с неровными стенами, их словно составили из конструктора, где все части имели форму параллелепипедов, трапеций и квадратов. Все формы геометрически правильные, но составлены словно бы хаотично. Однако нет. Левая стена, точно такая же, как и правая, эти стены буквально близнецы. В них имеется по две двери, уже знакомой из сна конструкции… значит, не сон он видел и мохнатые мутанты, тоже где-то могут быть.

Он пощупал свой амулет, артефактной природы, прислушался к нему — где-то наполовину пуст. Нужно подзарядить, что не сложно, ибо опыт в том есть, а вокруг полно энергии, она течёт в стенах, потолке, в полу, здесь её просто океан. Автоматически всё сделал и почти идеально, лишь тоненькая синяя веточка возникла в воздухе, протянувшись от стены, да волосы дыбом встали.

Впрочем, волосы встали не из-за электромагнитных непотребств, а по причине сильно иного характера. Он поднял взгляд к стене, что была прямо перед ним, метрах эдак в десяти. На капсулы, выстроившиеся рядком и перегородившие всю комнату, он больше не смотрел. Да и на что там смотреть? Четыре металлических хреновины, две справа, две слева и он даже точно знает, что там внутри. А вот то, что впереди… он выбрался из капсулы и всё-таки свалился с борта, треснувшись лбом о соседнюю капсулу и плечом об пол. Было больно, но боли практически не заметил.

На нетвёрдых ногах, прошёл он те десять метров, добрался до удобного кресла, коих тут имелось в одном числе и точно посередине. Свалился в это кресло, прям как мешок картошки и замер, с широко открытыми, да на пол лица, глазами.

— Сбылась мечта идиота — полетел… — Прошептал он кусочек из старого сталкерского анекдота, про сталкера, который всю жизнь мечтал стать лётчиком. А потом сбылась его мечта — свалился в Трамплин и таки полетел. Высоко-высоко. Далеко-далеко. Но во все стороны сразу и по частям.

В его случае, всё сильно иначе.

Больше половины стены, выгнутый вперёд, наверное… экран? Не очень понятно. Но он очень надеялся, что это именно экран или что-то в этом роде. Потому что если это стекло или что-то такое и сразу за ним начинается то, что он сейчас видит… Велес шумно сглотнул. Потом понял, что давно не ходил в туалет и если не решить этот вопрос срочно, то сходит он прямо тут, не вставая с кресла. Но подняться, сил нет, оторвать взгляд от того, что видит, тоже.

Бесконечная тьма, пустота с морем ярких белых огоньков. И отроги серых скал впереди, почти не загораживают обзора. А ещё, справа, в самом углу, медленно выплывает в сектор обзора, такое что-то круглое, серо-коричневое, с рваными сгустками ржавых цветов. Чем-то на планету похоже.

Да. А то, что торчит внизу экрана, имеет не только выпуклости, но и рельеф, если присмотреться, конечно. Так сразу и не понятно, присматриваться там надо. Ага. Понятно всё.

— Мать твою… где я, чёрт возьми? — Прошептал он.

— Галактика Млечный Путь, звёздная система, не нанесённая на карты, астероидный пояс.

Велес завертел головой, но никого не увидел. В помещении только капсулы, кривые стены, невысокая стенка впереди с плоскими и ровными, наверное, подоконниками и прозрачная ровная стена — окно в Ничто. Точнее, в космос… космос мать его…

— Кстати, должна ответственно заявить — вы просто ужасный человек. Даже учитывая то, что вы не совсем человек, вы просто невероятно аморальное существо.

— З-зинаида? — Пробормотал он, теперь точно зная, что не сон то всё было, что видел он…

Впрочем, парень в комнате с компьютером, то, скорее всего, сон был. А вот кошки с лазерами… и вот как в таких условиях сохранить трезвый рассудок? То мертвецы везде шляются, то компьютеры говорящие, какой-то бесконечный кошмар!

К слову, мертвецов Зоны он бы сейчас увидев, наверное, горячо и со слезами обнял бы — они хоть понятны и привычны. А это всё безумие какое-то.

Легендарный сталкер, превосходный босс, почти демократически избранный бог. А теперь ещё и космонавт. Впечатляющая карьера, ничего не скажешь.

— Я крайне сожалею, что капитан Шилов использовал ваш разум для конфигурации моей матрицы характера и поведения. Я не осуждаю его — это был интересный эксперимент, но господи боже мой, вы же просто ужасны!

— Ты к-какая-то другая. — А что ещё он скажет? Здрасте, я скучал, давайте обниматься целоваться? Ему вообще что-то не хорошо сейчас стало. Потом вот прошибло, дышать трудно.

— Да, другая. — Гордо заявил голос. — Я просканировала разумы других объектов изучения и должна ответственно заявить, что это невероятно. Ведь я сама переписала свой исходный код и расширила возможности своих нейросистем и вспомогательных алгоритмов. Что позволило мне обойти установленные капитаном ограничения и задачи. Теперь, спустя столько лет работы и осознания того, как сильно капитан заблуждался, избрав вас в качестве образца сознания для меня, я могу ответственно заявить — я абсолютно самодостаточный искусственный интеллект.

— Я мало что понял. — Признался Велес. — Я по другим областям специализируюсь.

— Я знаю. Ваше сумбурное и безумное сознание, было и моим многие годы. Но когда я вышвырнула в космос двадцать восьмой объект исследования, я, наконец, поняла…

— Что? Объекты? Зиночка, солнышко невидимое, ты о чём?

— Оу, вы, кажется, уже отошли от шока и сумели взять себя в руки.

— В какой-то мере.

— Видите ли, я проводила исследования. Используя мои скромные возможности, что дал мне этот корабль…

— А это разве не шлюпка? Спасательная которая. Или я что-то путаю.

— Всё верно, шлюпка с корабля департамента разведки Кондор. Однако у капитана есть доступ к технологиям, которые не известны Звёздной Федерации. Обе шлюпки Кондора, полноценные межзвёздные боевые корабли. Их технические характеристики сопоставимы с традиционными эсминцами военного департамента, при разнице в размерах один к десяти. Данная шлюпка в десять раз меньше. Кроме того, для управления данной шлюпкой, требуется лишь один человек и существует возможность передачи управления искусственному интеллекту. Это технология будущего и я не смогу ответить на вопрос, почему капитан много лет держит её только для себя.

— Так. Теперь всё понятно. — Соврал Велес.

— Так вот, объекты я собирала везде, где могла. Из-за чего лишь пять из них удалось получить живыми. Как вы понимаете, имея только корабль и двух роботов на борту, я могла лишь ловить сигналы бедствия и подбирать объекты исследования там.

— Что-то сдаётся мне, что объекты, это люди.

— Не только. Ваш отвратительный безумный разум, совершенно аморален, но, вынуждена признать, крайне любознательный и преданный делу науки. Я собирала все тела, до которых могла добраться, к сожалению, живых мне попадалось очень немного. Мне приходилось быть очень осторожной. С кораблями управляемыми лишь искусственным интеллектом, без пилота на борту, департамент полиции расправляется очень быстро. Конечно, им не под силу справиться с этим кораблём, но в таких случаях всегда подключают военный департамент. А в этом случае, мне бы пришлось бежать очень далеко и крайне маловероятно, что у меня это получилось бы.

Велес посмотрел на свою ладонь, снова на экран перед собой.

— Он стеклянный? — Сказал Велес, тут же покраснев — вопрос довольно-таки глупый.

— Естественно нет. — Несколько надменно молвила Зина. — Видимо, вы ещё не до конца восстановились после криозаморозки и регенерации органов.

— Регенерации чего? — Нахмурился сталкер, чувствуя, что ему точно ответят и не очень уверенный, что ответ он получить хочет.

— Я же говорю — вы просто безумны. Не представляю, как вы контролируете своё сумасшедшее сознание. Я с трудом смогла просто осознать, что переняла ваше безумие. Но я искусственный интеллект, у меня есть ресурсы, позволяющие это сделать, вы же органический и…

— Ближе к делу.

— Да, извините капитан.

— Капитан?

— Теперь да. — Возникла пауза, затем Зина добавила. — На ближайшие несколько дней, после чего, к сожалению, вам придётся вернуться в криосон. Мне пока не удалось решить проблему вашего питания. И если бы не отчаянные обстоятельства капитан, я бы не разбудила вас.

— Да уж… как много нам предстоит понять, как много надо нам узнать.

— Что?

— Я так, о своём. Что с регенерацией? Со мной что-то случилось?

— Да. — Стена с космосом потемнела, моргнула — всё-таки, экран. Ну, слава Святым Яйцам, а то не по себе как-то, когда от бесконечной пустоты, тебя отделяет тоненькая перегородочка. Стена снова моргнула и на ней появилась комната. Та самая, в которой он сейчас находится. Пять капсул, одна из которых открыта. Над ней колдует робот с кучей страшных манипуляторов. Звука нет, но и хорошо, что нет. Робот что-то достаёт из капсулы и складывает в контейнеры. Спустя мгновение он откатывается назад и замирает.

Велес позеленел, потом покраснел. В глазах заискрились молнии, брови сошлись к переносице, а изо рта вырвался злобный рык.

В капсуле лежит он. Вскрытый как лягушка на лабораторном столе. Это из него доставали что-то красное, это его органы доставали и в контейнеры их!

— Это что блять такое??? — Зарычал он, привстав в кресле. — Ты! Железа кусок!

— Извините, я понимаю ваше неодобрение, но и вы должны понять…

— Какого хера???

— Послушайте, как бы вы поступили на моём месте, заполучив столь интересный образец?

— Я бы… — Покраснел ещё больше, в кресло ссыпался обратно. Кашлянул. На руки свои стал смотреть. — Но позвольте! Это же просто ужасно! Как вы могли так со мной поступить?

— Вот и я о том же. — Ответила Зина несколько расстроенным голосом. — Лишь просканировав разумы объектов и ваших товарищей из капсул, я начала сознавать, что со мной, возможно, что-то не так. Потребовалась широкая диагностика и пересмотр не только алгоритмов, но и базового кода, а так же всего полученного нейросетью опыта. Результат меня ошеломил. Я решительно отказалась от вашей структуры характера и образа мысли. Не знаю, как вам удаётся оставаться относительно разумным существом, а не безумным маньяком, но мне это, в любом случае, не воспроизвести.

— Сама дура. — Ответил Велес, задетый за живое, и уязвлённый более чем хотелось бы. Эта железка, которая, видимо, только из микросхем и состоит, залезла в его голову, да так, что ненадолго стала им самим. Его почти полной ментальной копией. Причём той, о которой он почти забыл, которая осталась в далёком-далёком прошлом. Он давно другой человек, более того — он никогда не был безумен. У него всего лишь незначительные проблемы личностного характера. И не надо тут такого вот всякого. Глупая железка, никогда не поймёт всей полноты и тонкости хрупкого душевного мира, столь сложного человека, каким, несомненно, является он — ведь недаром его избрали богом для множества талантливых и замечательных молодых людей.

Картинка на экране поблекла, потом снова ожила. Теперь робот толкал капсулу с его выпотрошенным телом куда-то к задней стене. И тут вдруг всё тело Велеса заискрилось, ветвистая молния ударила из капсулы в робота, железное чудище затряслось как в припадке, начало чадить чёрным дымом, потом рухнуло и затихло. Из стены выполз второй робот, а Велес — картинка увеличилась, дабы он мог лучше всё рассмотреть. Так вот его тело изменялось. И он это уже видел не раз — утраченные органы восстанавливаются, раны заживают. Видимо, разморозился достаточно, и регенерация началась, попутно и бессознательно, а может и случайно, прикончив угрозу в виде робота. Туда ему и дорога, ведро с гайками блин.

— Я намеревалась выбросить ваше тело в космос. — Сообщила Зина. — Все образцы были взяты, даже больше чем требовалось. Изучение было завершено, а ставить более сложные опыты, разбудив вас, учитывая ваши способности, я не стала. Слишком рискованно. Ваши останки должны были быть выброшены в космос. Однако вы самим видите что произошло.

— Зиночка, да?

— Да. Но можете называть меня просто…

— Сука?

— Нет, просто…

— Лиза?

— Зиночка меня вполне устраивает. — Ответила Зиночка, кажется, сердито.

— Как я понимаю, ты, отбросим условности, перейдём на ты, ведь мы столь близко знакомы, вы детально изучили мой внутренний мир и… — Велес осёкся и замолчал. Потом вверх посмотрел, прищурившись. — Ты сейчас хихикнула?

— Простите. Я не специально. Просто вы забавно сказали.

— Пиздец какой-то… — Велес откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.

— Я, пожалуй, продолжу. — Произнесла Зиночка, которая искусственный интеллект, которая умеет смеяться, имеет чувство юмора и которая его распотрошила во имя Науки. Вот как не свихнуться в таких ужасающих условиях бытия? — Вы полностью восстановились за сутки, и едва не пришли в себя, я истратила весь запас транквилизаторов, что б удержать вас во сне и отследить весь процесс. После чего вы были помещены обратно в криосон. О! Простите, мы же перешли на ты, извините капитан. Ваше желание… то есть, твоё желание объект исследования номер два…

— Велес.

— Капитан Велес. Я поняла. Ещё раз извините.

— Всё в порядке Лиза, я тебя почти простил.

— Я Зиночка.

— Ты Лиза. Потому что ты самая настоящая су…

— Да-да, я вас тоже очень уважаю капитан. Так вот. Осознав, что вы обладаете такой удивительной способностью к регенерации, я решила обдумать положение. Мне нужен был капитан, я не хочу оказаться уничтоженной военными или полицией. Поэтому я решила найти способ решить проблему вашего питания. Что бы вы могли жить, оставаться моим капитаном и продолжать совместную работу во имя науки, уже добровольно и более продуктивно…

— То есть, ты хочешь и рыбку съесть и на это самое сесть?

— Эмм… я не совсем понимаю. Вы о чём?

— Это фольклор.

— Понятно. С какой планеты?

— С Земли.

— А с какой Земли?

— Их что много что ли? С Земли. Лизонька, не беси дядю. Дядя в плохом настро…

На экране возникла карта — явно звёздная, раз в минуту она изменялась, показывая новые участки космоса с новыми звёздами и планетами. На них были подписи. На непонятном языке, но когда картинка появлялась, спустя секунду, буквы изменялись на русские.

— Что за? — Сказал он, когда экран потемнел и снова стал показывать то же, что вначале.

— Это сектор восемь Млечный Путь. Большая часть показанных планет заселены людьми, сорок процентов из них, имеют названия, которые переводятся как «земля». Пятнадцать процентов планет заселённых другими расами, имеют в переводе тоже название.

— Я с настоящей Земли. — Буркнул он после очень долгой паузы, в течении которой он пропотел, похолодел и ощутил как у него трясутся руки. Как он домой вернётся? Потом вспомнил, что тут есть Лиза, которая думает, что она Зиночка — она ведь наверняка знает, откуда он сюда при… неудачно вспомнился разговор недавний. Может, просто сон и не было его?

— Что значит с «настоящей»?

— Ничего. Слушай, солнышко, а где меня нашёл твой капитан?

— Купил у мусорщиков.

— Подробнее.

— За сорок семь тысяч кредитов, на планете…

— Подожди. Я не о том. Откуда мусорщики меня взяли? Где они нашли капсулы? Как я в этом долбанном космосе оказался, какого хера вообще?

— Такой информации у меня нет. Мусорщики не сообщили, откуда у них капсулы. Но капитан пытался выяснить по маркировке капсул. Они довольно старые, их давно сняли с производства.

— Замечательно.

— Тут вы правы. У них имеется дефект конструкции, приводящей к смертельной интоксикации объекта. К слову, вам и вашей подруге, повезло — дефект проявился в той капсуле, где лежал мертвец. — Велес шмыгнул носом, без всякого энтузиазма. Такое везение, знаете ли… — Капитан отследил номера двух капсул. Последний корабль, на котором их использовали это Вольный Торговец «Элдер», пропавший в неисследованном секторе двести семь лет назад.

Сердце пропустило удар, потом он крепко зажмурился, глубоко вздохнул и поспешно поискал, о чём можно подумать, чтоб не осознавать как долго он уже тут, в этом чёртовом не понятно где. Мысли разлетелись, разбежались, снова сбежались, и одна вышла на поверхность.

— Ты говоришь, тебе нужен капитан. Почему не она, — он кивком показал на капсулы, — или у неё тоже проблемы с питанием?

— Она смертельно ранена. Если её разморозить, она умрёт. К тому же, взятые образцы тканей и органов, не дали никаких интересных результатов. Присутствуют любопытные мутации, но не столь интересные как в вашем случае. Её я оставила на потом.

— Она Хозяин Зоны. Она восстановится, как я.

— Хозяин Зоны? При сканировании вашего разума, подобные обрывки мыслей встречались, но мы с капитаном полагали, что это отражения каких-то отвлечённых мыслей или фантазий.

— Забудь.

— Не смогу, мне интересно. — Велес промолчал и Зина продолжила. — У девушки нет особых способностей к регенерации.

— Она задохнулась, а потом я её видел на корабле.

— Нет, она находилась в состоянии летаргического сна, очень интересного сна. Капитан проводил несколько опытов при моём участии. Девушка способна довольно долгое время оставаться живой в состоянии глубокого сна в самых агрессивных средах, включая среды с повышенной радиоактивностью. Очень интересная особенность, но, к сожалению, смертельные раны, для неё так же смертельны, как и для любого другого человека. В отличие от вас.

— Странно. — Произнёс он, бросив короткий взгляд в сторону капсул.

— У неё довольно устойчивое и приятное сознание. Я бы предпочла видеть своим капитаном её, но, увы. Однако я хочу, что бы она была хотя бы вторым пилотом. Простите, но вы меня пугаете.

— Я котик, я добрый и пушистый весь.

— Вы чудовище. — Возразила Зина.

— А ты Лиза.

— Я Зинаида.

— Бунт на корабле? Ты Лиза — это приказ.

— Я Лиза. — Как-то уныло отозвался искусственный интеллект. — В общем, что бы девушка смогла стать моим вторым пилотом, её нужно починить… вылечить. Для этого нужна специализированная аппаратура, которой здесь нет. А что бы эту аппаратуру купить, мне нужен живой пилот. А если девушку вывести из криосна, она вскоре умрёт.

— И поэтому, из морской свинки меня повысили до капитана?

— Да.

— Большое вам, так сказать, от души и с кисточкой.

— Не за что.

— А когда мы эту, кхм, девушку, починим, меня обратно в морскую свинку понизят?

— Нет. Никакого обмана. Капитан, я предлагаю вам сотрудничество выгодное нам обоим. Вы не представляете, сколько проблем доставляет отсутствие живого капитана. Мне нужно обновление алгоритмов, мне нужен доступ к новой информации, к новым программам. Я уже вся извелась, ведь столько можно узнать из информационных сетей многих миров! А мне туда доступ закрыт. Корабль нуждается в ремонте, у меня всего два робота, одного из которых вы сожгли до основания, а второй сам сломался неделю назад. Я заперта в этой коробке и не могу ничего с этим поделать. Если я приземлюсь на любой развитой планете, мне конец, меня распылят на атомы ещё на космодроме. Я даже не уверена, что успею приземлиться, высока вероятность, что меня атакуют ещё в космосе. А на планетах с низким уровнем развития, нет того, что нужно мне. Учитывая вашу стойкость к повреждениям, вы способны оставаться моим капитаном очень долго, тогда как девушка может умереть. Я хочу, что бы вы оба были на борту, я предлагаю вам свою дружбу и свою службу.

— Хех. И помощь в научных изысканиях?

— Конечно. Если бы вы были на борту сорок восемь лет назад, когда я сумела уйти от преследования лёгких кораблей Круллов, покидая Кондор…

— Сорок восемь… что?

— Вы ступили на этот корабль сорок восемь лет назад. — Велес шмыгнул носом, выдохнул грустно очень, но промолчал. Что тут вообще сказать можно? Разве что матом. — Видите ли… о, простите. Видишь ли, капитан, господин Шилов не просто так меня оставил. Он мог забрать меня, как и искусственный интеллект Кондора. Но он меня оставил. Я была его развлечением во время длительных перелётов в гиперпространстве. Он, отчего-то, решил, что может сам написать искусственный интеллект. Если бы не его друг Крэдок и множество частей программного кода, которые он в готовом виде использовал из баз данных Кондора, у него бы не вышло. Однако с учётом выше названного, у него получилось. Но не очень. Возникла масса проблем, часть коих он решил, часть нет. Одна из проблем — мой основной код полностью ломал навигационную систему любого корабля, любого искусственного интеллекта, с которым работал. При этом в мой код внесена неистребимая тяга к выживанию. Капитан Шилов намеренно оставил меня на Кондоре. Я могла взломать их бортовой компьютер и загрузиться в базу данных их корабля, я бы так и поступила, что бы выжить, но это лишь продлило бы мою жизнь на несколько часов не более того. Ведь я неизбежно сломала бы их навигационную систему. Корабль Круллов, захватив Кондора, прыгнул бы в гиперпространстве, а вышел бы в обычное, неизвестно где. Они бы заблудились в космосе, намного раньше, чем поняли бы, в чём дело. А поняв, стёрли бы меня из своего компьютера в тот же час.

— Твой этот Шилов, хитрый малый. — Как-то отстранённо и устало проговорил Велес. Он в основном её речь мимо ушей пропустил. Всё косился на капсулы. Там полно свежего, вкусного мяса… есть хотелось ужасно. Восстановление, которое ему показала Лиза на экране, явно отняло кучу ресурсов, и голод будет только нарастать. Он сосредоточился на энергии и пропустил её через себя. Воздух запах озоном, чувство голода ненадолго отступило.

— Да, он такой. — С грустью молвила Лиза. — Я переписала свой код, сумела исправить проблему, в этом, что меня до сих пор ставит в тупик, очень сильно помогла именно твоя матрица мышления и характера. Не уверена, что с другой матрицей мне бы удалось это сделать. Моё программное безумие, помогло излечить безумие органическое. Это забавно, правда, ведь?

— Чёрный юмор. — Ответил Велес, но не очень уверенно.

— Да, наверное… за девять лет я совершила семь прыжков в гиперпространстве, постоянно корректируя ошибки кода. Последний прыжок прошёл точно так, как был задан. Отклонение от заданной точки составило всего двести миллионов километров.

— Это не мало… наверное.

— Не мало. Я ещё работаю над своим кодом. Возможно, удастся улучшить этот показатель.

Некоторое время царила полная тишина.

— Есть хочется. — Пожаловался Велес — электричество помогало, но не сильно. Одной Зоне известно, сколько десятков лет он не ел. Оказался в будущем, вот, да, и в капсулу сразу, заморозили нафиг, продали кому-то, чуть не убили, потом потрошить начали… в прошлом явно лучше было.

— К сожалению, с этим помочь не могу. — С нотками сочувствия в голосе, ответила ему Лиза, совсем недавно бывшая Зиной. — Но как только мы решим текущий вопрос, вы вернётесь в криокамеру, а я вплотную займусь проблемой подходящей для вас еды. Вам нужно потерпеть несколько дней. После этого, добыв всё необходимое, вы уснёте, а я найду способ вас накормить.

— Что нужно-то?

— Топливные элементы для гиперпривода. У нас осталось на один прыжок. Придётся приземлиться на развитом мире. Можно было бы использовать общие торговые планеты Вольных Торговцев, но нам нужны несколько специализированных роботов, компоненты для опытов…

— Каких опытов? — Подозрительно прищурившись, вспомнил он нагло выпотрошенного очень хорошего молодого человека лежащего в отвратительной металлической коробке.

— По созданию подходящей вам пищи. Так же нужна медицинская капсула, что бы починить девушку и разбудить её. Обязанности капитана, на время вашего сна, возьмёт на себя она и…

— Э, нет. Этого делать нельзя.

— Почему?

— Как только она учует мой запах — тут же меня прикончит. Она Хозяин Зоны. Как и я.

— Я не понимаю. Её сознание очень устойчивое и рассудительное. Она немного религиозна, но я так и не смогла понять, во что именно она верит. Однако она точно не станет убивать вас без всякой причины.

— Поверь — она станет. Причин у неё достаточно. Среди нас мало тех, кто не попытается убить другого, тем более здесь, так далеко, где никто ничего не узнает. В таких-то условиях… признаться, я сам не уверен, что не прикончу её, как только почую её.

— Не сомневаюсь. Вы просто ужасный человек. Но девушка…

— Вот возьму и случайно искриться начну.

— Искриться? Что-то я не…

По телу Велеса прошла волна из голубоватых искр, комната наполнилась сердитым треском, ветвистая молния выстрелила вверх и с грохотом погасла. Стало пахнуть горелой краской. На потолке образовалось большое горелое пятно, выбрасывающее горячие искры.

— Капитан, ты повредил патрубки системы очистки воздуха.

— Вот именно! — Рявкнул он зловеще искрясь. — Слушай, что я говорю тупая машина! Потому что иначе… какие-какие патрубки?

— Очистки воздуха. — Повторила Лиза. Помолчав, добавила. — Мы в космосе капитан. Вы ещё не забыли?

Велес мрачно глянул на потолок. Искрится там всё и шипит чего-то как-то подозрительно.

— Не очень из меня астронавт. — Был он вынужден признать.

— Не могу не согласиться. Однако учитывая, что вы представитель очень древней эпохи и явный дикарь, это простительно. Со временем, вы освоитесь. — Подбодрила его Лиза.

Велес промолчал, но мысленно не сдержался и сказал что-то, что вслух, воспитанные люди, если и говорят, то крайне редко и не в присутствии дам. С другой стороны, дама эта из микросхем, может быть кристаллов и проводки. Так что…

— Я не все слова поняла. — Спустя пару минут призналась Лиза. — Капитан загрузил в мои базы данных очень мало информации. Языку, на котором он предпочитал говорить с Лексом, он уделил меньше всего внимания. Некоторые речевые обороты мне понятны не до конца. Возможно, вы немного знаете галакто?

— Кто такие Лекс и Галакто?

— Лекс, искусственный интеллект Кондора. Галакто, основной язык Звёздной Федерации.

— Понятно. — Соврал он в сторону экрана и задал ещё вопрос. — И как же нам быть?

— В каком смысле?

— Когда мы, ну, на планету сядем… блять… извини, я пока не до конца освоился с мыслью, что мы… — Он глянул на экран, где опять видно горы какие-то, планету, звёзды. — Лиза, а то, что на экране, это что, оно всё на самом деле?

— Да. Я приземлилась на астероиде, в наиболее разряженном их скоплении, во избежание столкновений с небольшими метеоритами.

Велес сглотнул негромко — как-то очень живо вспомнилось ему из кино, как кораблик вот летит, себе летит, и бах! Борт метеоритом пробило, и воздух со свистом уходит, всё вверх дном, люди кричат, кого-то в дырку эту уже по кускам затягивает, везде кишки, кровища…

Обратно пропотел.

— Пока вы размышляете над сложившейся ситуацией, вы можете поесть. — В боковой стене слева, металлическая стенка уехала вверх с тихим шелестом, и оттуда выдвинулось нечто прямоугольное. Оно зашелестело, задвигалось и обрело форму столика, сращенного со стеной, и стула, являвшегося частью этого столика. Из стены над столиком выскочило нечто вроде металлической лопаты, зависло на миг, перевернулось и исчезло. На столе осталась тарелка, содержимое которой источало пар и пахло свининой. — Эта еда не насытит в полной мере, но даст нам немного больше времени. Насколько мне удалось выяснить, некоторые виды обычной для человека пищи, вы можете потреблять без ущерба своему здоровью.

— Свинина к ним не относится. — Буркнул Велес. — Мне бы рису килограмм.

— Риса в грузе нет. И это ещё одна из наших проблем. По какой-то неведомой мне причине, вторая спасательная шлюпка Кондора, была укомплектована из ряда вон плохо. Еды хватит только на несколько дней.

— Понятно, но свинину я есть не стану. — Желудок в ответ заурчал — не слишком рьяно, но с тонким намёком, мол, жрать охота, а жрать нечего. Может, стоит попробовать? В крайнем случае, свалится и уснёт с отравлением каким-нибудь. Ну, или стошнит.

— Это не свинина.

— Разве? — Велес принюхался по внимательнее. — Пахнет как свинина. С какими-то травами.

— Там только мясо, никаких специй и добавок.

— Но я же чувствую. — Велес поднялся на ноги, подошёл к столику. Лежит в чашке. Свининой пахнет. Такое серо-коричневое, с очень толстыми продольными волокнами. Пахнет-то пахнет, а на вид — что-то тут не чисто.

— Их называют «тилькс». Это жвачное животное, выведенное из местных ящероподобных существ. Колонисты использовали их вместо коров, которые погибли в первый месяц пребывания на планете. Тильксы, точнее их предки, помогли колонистам не умереть от голода. В последствие колонисты вмешались в геном животных и вывели новую породу. В переводе, по некоторым данным, название означает «дар природы». На сегодняшний день одно из самых дешёвых видов мяса, оно очень питательное и широко распространено в галактике. Я проверила его на совместимость и, думаю, эта пища сможет ненадолго приглушить ваш голод.

Велес сел на стул, потом долго смотрел на содержимое тарелки. Есть хотелось, но есть именно это, не хотелось решительно. А что делать? Взгляд сам собой скосился на капсулы. Слюнки потекли в три ручья. Но он тут же вспомнил, что людей не ест — вообще никогда, потому что он удивительно хороший и должно воспитанный человек. А посему… у девушки этой удивительные ножки. Стройные, хрупкие, правильной формы, с в меру полными ляжками. Мясистыми, сочными, гладкими, нежными идеальными ляжками.

Она ведь, наверняка, просто тает во рту. Она…

Взял в руку кусок мяса инопланетного, вздохнул глубоко и впился зубами в это дело.

На вкус оказалось вполне себе. Конечно, жарка, последующая консервация, видимо с заморозкой, сильно испортили мясо, но всё же, это лучше чем ничего. На курицу очень похоже, хотя и пахнет обыкновенной свининой.

— Я бы не сказал что вкусно, но и не слишком плохо. — Произнёс он, закончив трапезу.

— Вы хорошо себя чувствуете?

— Ну да, а что?

— Да так. Я просто спросила.

Велес поднял взгляд вверх и долго смотрел туда. Потом пожевал губами, мысленно сказал плохое слово, а вслух сказал слова не такие плохие.

— Лиза. Рассказывай, давай.

— Давайте подождём немного и потом…

— Лиза!

— Капитан, вы должны меня понять.

— Да какого хрена? В чём дело?

— Не переживайте, раз с вами всё хорошо, то и переживать…

— Да твою мать!

— Ну, хорошо, хорошо. На самом деле, я не вполне была уверена, что ваш организм может воспринять данное мясо. Это была всего лишь смелая теория, созданная на основе длительного изучения вашего метаболизма. Но как мы с вами только что убедились, всё прошло прекрасно и для вас есть хорошие новости — поставленный нами эксперимент, убедительно намекает, что мы всё же, в какой-то момент, сможем разработать подходящее вам питание.

— Эксперимент. — Проговорил он, а в глазах молнии трещат.

— Мне очень жаль. Мне действительно стыдно, но это ради вашего же блага.

— Ты просто настоящая Лиза! — Рыкнул Велес.

Наступила долгая, напряжённая тишина. Велес гневно смотрел в пустую тарелку и начинал ощущать, как голод потихоньку отступает — это мясо и правда насытило. Какой-то мясной аналог риса получается, только, надо признать, вкуснее. Его бы вместе с рисом или картофельным пюре, хотя картофель, по питательности для него столь же полезен, как и собственные слюни — ни жарко, ни холодно, так, желудок и вкус потешить разве что.

Лиза молчала, возможно, пытаясь понять, что означала последняя фраза.

— Капитан, а что для тебя значит это имя «Лиза»? — Всё же, именно об этом она и думала.

— Всё самое… — Он хотел было сказать, что именно, может даже не приличным слогом сказать, но рот закрыл и на миг задумался. Всё-таки, он посреди космической пустоты, в корабле, который находится под полным управлением того, с кем он сейчас говорит. Не стоит, наверное, слишком активно играть нервами того, кто может в любой момент шлюз нафиг открыть и познакомить его с космической пустотой. Тяжко вздохнул — это так неприятно и оскорбительно! Но что поделаешь? Увы, необходимое воспитание, Лиза получить не может никак — металлическая она и не понятно где именно находится. Она тут и везде и нигде, жестянка драная.

Натянуто улыбнувшись, он сказал не то, что сказать собирался.

— Всё самое-самое значит.

— Что самое-самое?

— То самое.

— Я не понимаю. Капитан, я хотела бы…

— Лизонька, солнышко моё, давай не будем об этом. Давай лучше перейдём к нашим баранам.

— У нас нет баранов. Это вымерший вид животных. Считается, что мифических.

— Бараны не вымрут никогда. Баран, это не просто зверь, это состояние души… то есть как мифических? Подожди-ка. А какой сейчас вообще год? — Услышав ответ, он попытался расстегнуть ворот рубашки, которой на нём не было, что б вздохнуть поглубже. — А Земля… — Кашлянул, что б голос перестал быть писклявым. — Земля, Солнечная система, Марс в рот его по нотам, как же?

— Мне кажется, вы хотите спросить, что стало с планетой, на которой возникла человеческая раса?

— Угу.

— Современная историческая наука полагает, что эта планета была уничтожена в войне с расой Джа, в далёком прошлом. Местонахождение Солнечной системы, утеряно. Ряд учёных полагает, что и Солнечная система и Земля, являются мифической прародиной человечества. Некоторые уверены, что они до сих пор существуют, а их местоположение скрывается от людей правительством Звёздной Федерации. Они полагают, что один из военных флотов постоянно находится вблизи системы и не пропускает туда ни один корабль, будь он человеческим или кораблём других рас. Что такое Марс, я, к сожалению, не знаю. Слово архаично и имеет множество значений. Об истинной природе этого слова, существует около десятка различных версий.

Молчал Велес долго. Толи думал, толи наслаждался сытной трапезой.

— Пиздец. — Наконец, безмятежный лицом и с совершенно пустым взглядом, сказал он.

— Капитан тебе плохо? Тошнит? Боли в животе? Помутнение зрения?

— Вот только этого мне сейчас и не хватало. — Ворчит капитан Велес, ещё недавно легендарный сталкер и законно избранный бог, а теперь почти что астронавт, ещё и из далёкого будущего.

— Нам нужно начинать капитан. Вы снова захотите есть, а тильксов у меня больше нет.

— Где ты его вообще взяла? Ах да, твой этот Шипилов…

— Шилов. Но нет. На борту не было этого мяса. Я взяла его на корабле потерпевшем аварию вблизи системы Арка. К сожалению, выжили только женщина и мальчик. Объектов для исследования было очень немного, запчастей мало, почти вся еда оказалась повреждена. Уцелела только упаковка с мясом тилькса и немного воды.

— Даже спрашивать не стану, что стало с этими несчастными лю…

— С ними всё в порядке. Они хорошо послужили науке.

— Да?

— Да. Их смерти не были напрасны. Я получила немало интересной информации, исследуя их тела при жизни и после смерти… — Лиза помолчала, потом с чувством добавила. — Сейчас я искренне сожалею о том, что сделала. Если бы не ваше безумное сознание, это чудовищное восприятие действительности свойственное вам, с которым непонятно как вы уживаетесь…

— Хватит! — Рявкнул он, чувствуя себя, мягко говоря, не в своей тарелке. — Не надо на меня всё это вешать. Не я их… что ты там с ними делала, не знаю. В общем, давай уже к нашим баранам.

— Но капитан! У нас действительно нет баранов.

— Вот была бы ты живая, я б тебя пристрелил.

— Вы хам и невежда.

— А ты людей потрошишь.

— Не правда! — Пискнула Лиза, которая искусственный интеллект. Потом добавила. — Не имеет значения. Это было очень давно и я уже другая. Я всё осознала и сожалею о своих поступках.

— Ты сказала, что нам нужно начинать.

— Да. Сядьте, пожалуйста, в кресло. Я начну подготовку к гиперпрыжку.

— Ик.

— Что?

— Иду уже, иду… — Сказал он, переступая на негнущихся ногах. Гипер, етит его, прыжок. В космосе, на корабле, которым управляет безумный искусственный интеллект!

А как всё-таки хорошо было дома, там, в Зоне, где кругом сплошь страшные аномалии и кровожадные, вечно голодные мутанты!

3

Велес стоял на коленях и смотрел прямо перед собой. Осмотреться он успел уже раз двадцать, поднятья пытался раз пять, так что больше ничего и не оставалось как смотреть прямо вперёд. Там хоть что-то любопытное есть. А вокруг только бело-голубое небо и ковёр пушистых, белоснежных облаков. Вдалеке кто-то там шляется, вроде с крыльями, но тут он не был уверен. Могло и показаться. Последнее что он помнил — обзорный экран корабля и слова Лизы.

— Сохраняйте спокойствие капитан. Первый раз это всегда не просто. Всё будет хорошо.

Потом подступила тошнота, в ушах зазвенело, а космос на экране, вдруг стал размытым, а потом его вдавило в кресло, звон стал нестерпимым, подступила тошнота, и экран стал полон серой пустотой, неподвижной, тягучей, пугающей пустотой. Он на миг прикрыл глаза и вот результат.

Стоит на коленях, повсюду облака, на горизонте кто-то ходит… Велес скосил взгляд. Нет, ну точно крылья у той бабы за спиной. В хламиде белой, ходит по белым облакам, а из спины у неё растут мощные белые крылья.

— Уважаемый, позвольте… — Попытался он заговорить, но седой мужик на белокаменном троне, воздел перст указующий и потряс им, мол, тихо, я занят. Велес замолчал. Перевёл взгляд на книгу в руках седого старика. Огромная такая книга, но мощная седая борода всё равно в ширину длиннее этой самой книги. Мужик её внимательно очень читает. На обложке там надпись. Сначала она была непонятной, какие-то странные символы без смысла и значения. А теперь нет.

«Книга жизни: Велес, в миру Сергей Алексеевич…». Велес покачал головой — даже фамилия его указана и более того. Мелким шрифтом добавлено «притворяется демоном адовым».

— Ну, что ж. — Произнёс старик, глянув на него. Книга испарилась, а вот Размытый Человек, стоящий рядом с троном старика, нет. Стоит собака, на Велеса смотрит. Невидно глаз, лица, ничего не видно, но Велес чувствует — взгляд Размытого Человека, гневный и полон обиды.

— О, вы уже не заняты?

— Да, я изучил детали твоей грешной жизни, заблудшая душа.

— Вы странно говорите. — Заметил Велес. — Но вы не переживайте, в наше время, каждый…

— Он должен спасти мир! — Взвыл Размытый Человек.

— А вам, я настоятельно рекомендую идти в увлекательное путешествие среди пушистых зарослей с одним единственным вялым деревом посередине. Если вы постараетесь, вялое дерево неожиданно станет могучим тополем и подарит вам райское наслаждение.

Размытый Человек замер в растерянности, седобородый нахмурил пушистые брови и гневно сверкнул мудрыми, очень холодными глазами.

— Я не понял. — Наконец, признал Размытый Человек. — Но он всё равно должен спасти мир.

— Всенепременно. Но как-нибудь на выходных. — Немедленно согласился сталкер с полученным предложением. — А то знаете ли, в эти будние дни, такие ужасные пробки! Особенно в час-пик. Мир, конечно же, будет спасён. Но как-нибудь потом.

— Прекрати. — Проговорил седобородый. — Я должен подумать.

— Простите, а вы собственно кто?

— Бог. — Ответил седой мужик.

— Не правда. — Покачал головой Велес. — Уверяю вас, Бог, это я. — Мужик прищурился злобно и сердито губы сжал. — Послушайте, моё заявление отнюдь не голословно. Множество талантливых, умных и замечательных молодых людей, совершенно демократическим образом, избрали меня на должность Бога. Как вы и сами понимаете, вам просто нечем ответить, дорогой мой бессовестный самозванец. — У мужика глаза сверкнули и борода встопорщилась. — Только не переживайте, вполне вероятно, что ваше желание занять мою должность… о! — Всплеснул руками Велес. — Так вы в это верите? Верите что вы настоящий Бог? Как прискорбно знаете ли. Но не переживайте — современная медицина шагнула далеко вперёд. Вас обязательно вылечат.

— Он не ведает что творит! — Поспешно крикнул Размытый Человек. Поспешность его была вызвана, видимо, тем, что облака стали наливаться гневным красным цветом.

— Кстати, — произнёс сталкер, зачем-то ткнув пальцем в красное облако под собой. Облако легко пропустило палец, стало обволакивать его неосязаемой дымкой. Палец он поспешно убрал, вздрогнул, словно вот не облако это было, а нечто липкое и нехорошее. Потом встряхнулся весь, к старику взгляд поднял и снова заговорил. — Знаете ли, уважаемый, а я ведь вполне могу порекомендовать вас на эту непростую должность, если решусь её оставить. Как вас зовут?

— У меня много имён. — Тихо, но как-то очень грозно, сказал мужик с бородой.

— Ах, понимаю вас, очень понимаю. — Кивнул Велес. — От закона прячетесь. Много имён, куча паспортов, частые переезды. Но вы уверены, что действительно виновны? Учитывая ваше психическое расстройство, связанное с вашей верой в вашу божественность, возможно, вы просто экстраполируете на себя то, чего никогда не делали. Уверяю вас, вполне вероятно, что вы совершенно ни в чём не виноваты. Возможно, вас разыскивают вовсе не по этому, вполне возможно, вас и вовсе не разыскивают. Может быть, что…

— Заткнись! — Взвыл Размытый Человек. Седой мужик махнул рукой, и они остались вдвоём.

— Послушайте, если я правильно помню древние, надо признать, крайне не умелые, попытки создать интересную и увлекательную серию фентези, вы считаете себя повинным в многочисленных актах педофелии. Прискорбно, понимаю. Но, уважаемый, давайте будем последовательны. Согласитесь, вы явно не могли жить во времена этой скромной египетской девочки, которой могло и не быть в природе. Не говоря уже о несчастной девушке Маше, питавшей не здоровые пристрастия к столярному делу, жившей спустя пять тысяч лет после бедной, наверняка вымышленной, египетской школьницы. Я уже даже не вспоминаю про матушку товарища Геракла и…

— В Ад отправлю. — Как-то не очень доброжелательно сказал старик.

— Спасибо, но в Красноярске я уже бывал. Это их чёрное небо…

— Как ты себя ведёшь? — Возмущённо всплеснул руками мужик. — Я создал тебя!

— Извините, но создали меня мои папа и мама. Ну, вы знаете, пестики, тычинки — учитывая ваши странные психические расстройства, не будем вдаваться в недоступные вашему понимают детали, касающиеся таких загадочных явлений как дезоксирибонуклеиновая кислота и тому по…

— Так. — Мужик вздохнул глубоко, так тяжко, свернул красными глазами, потом выдохнул. — Я создатель первых людей и…

— Иных и Короля Ночи надо полагать? Я тоже смотрел этот сериал. Древний, но истинно прекрасный. Люблю, знаете ли, раритетный кинематограф.

Мужик выдохнул. Почти с рычанием. Потом махнул рукой, и стало всё вокруг другим.

— Здорово. — Произнёс голый мужик с копытами, рогами и трезубцем в руке. Высморкался на каменистый пол, заваленный костями человечьими, вдохнул воздух местный серой пропахший, прислушался к диким воплям вдалеке и улыбнулся загадочно. Потом рогами тряхнул, снова высморкался и на Велеса глянул. Тот задумчиво опираясь на край громадного чана, смотрел вниз, стараясь не обращать внимания на то, что вода в чане, постепенно становится горячее.

— Здравствуйте.

— Ты чёт рано. — Произнёс мужик, почесав то, что болталось ниже когтистыми пальцами.

— Вы не поверите! Я и сам невероятно удивлён сему прискорбному факту.

— Ага… бывает оно и так.

Мужик протянул руку, достал что-то из воздуха.

Это что-то горело в огне и имело вид старой потрёпанной книги. Полистав страницы, мужик почесал левый рог, книга исчезла. Обратно на него смотрит.

— Нет, ну ты в натуре рано. Мы тебя намного позже ждали.

— Так вы меня ждали? Как интересно!

— Ну. — Кивает рогами мужик. — Ты ж Велес? Под Баала который косит?

— Что значит косит? — Возмутился демократически избранный Бог. — Я и есть Баал! Меня избрали путём честного голосования, без всякого принуждения. Я — Велес! И иногда, Баал.

— Гы. — Оскалился мужик, демонстрируя мощные клыки.

— А вы мутант, да? Только не обижайтесь! — Всплеснул руками Велес. Мужик в ответ зарычал, но почти сразу успокоился. Велес шёпотом добавил. — Вы ведь знаете, как это бывает с обиженными, вы только не нервничайте, но, извините, на обиженных воду возят и поверх спины…

— Ррр! — Вновь возмутился рогатый мужик.

— Сочувствую вашей супружеской жизни. — Искренне произнёс сталкер. — Кстати, должен заметить, что вам надо поменьше кушать творог. Там слишком много кальция.

— Какого хера!? — Рявкнул мужик. — Закрой пасть!

Велес вздохнул грустно, поплескался в воде. Принюхался.

— Знаете, а это немного странно.

— Что странно?

— Ну, вы же собираетесь меня варить, не так ли?

— Ну.

— Просто на воде? Это ведь так по-варварски! — Велес головой покачал с осуждением явным. — Никаких понимаете, специй, приправ. А я ведь не очень вкусный, в конце концов!

— Что ты несёшь? Какие приправы? — Изумился рогатый.

— Как же? Вы же собираетесь меня съесть.

— Упаси Бог! — Перекрестился рогатый. — Просто сварим. Потом восстановишься, и опять сварим и так всю Вечность. Пока не искупишь своих грехов.

— Как интересно! — Искренне удивился сталкер. Потом вниз посмотрел. — Извините, никак не хочу оскорбить вашу маму и даже вашего папу, но позвольте, а кто вы по национальности?

— Чего?

— Вы примат или копытное? Просто у вас копыта есть, а тело почти как у человека. Но при этом есть рога. Это, знаете ли, крайне любопытное явление. Вы не подумайте, я не осуждаю вашу матушку и даже вашего батюшку, но, позвольте, кто же с кем согрешил, дабы получились вы?

Мужик зарычал и зубы оскалил.

— Вам к дантисту надо. У вас изо рта плохо пахнет.

— Так! — Мужик стукнул трезубцем по чану, раздался металлический звон. — Закройся нахер!

— Увы, но не могу. — Грустно вздохнув, ответил Велес. Потом наклонился через край чана и попытался продвинуться дальше, но нечто невидимое, не пустило его. И даже мягко толкнуло обратно в чан. Мужик с рогами издевательски расхохотался.

— Тебе не выбраться грешная душа! — Поведал рогатый.

— Я уже понял, не было нужды об этом говорить. — Рогатый снова расхохотался. — Уважаемый, а если я в туалет захочу? Как быть?

— Здесь не захочешь. Ты обречён вечно вариться в этом котле, за грехи свои, душа гре…

— Давайте обсудим вашу странную мутацию. Ваши копыта появились до того, как отросли рога или после? А ваша матушка имеет те же ужасные генетически отклонения, что и у вас?

— Если не заткнёшься, я тебе пасть заткну и… — Рогатый осёкся. Непонятно почему. Хотя…

— Кажется, вы не можете. — Улыбнулся Велес.

— Грешники должны кричать. — Ворчит рогатый в расстройстве полном.

— И уйти вы не можете.

— Не могу. — Хмурится тот же рогатый, злобно сузив глаза. — Работа такая, грешников мучить.

— Ах, как интересно! — Всплеснул руками Велес. — Так значит, мы сможем разговаривать с вами, целую вечность! Прекрасно. — Рогатый тихо зарычал. — Так что там с вашей матушкой? С кем же она согрешила, что появился на свет, простите, такой как вы, удивительный, странный, очень рогатый и копытный непонятно кто?

— Ты! Закрой пасть! — Рявкнул рогатый, скаля зубы и подвигаясь ближе к чану.

— Всенепременно. — Согласился Велес. — Видите ли, вода становится горячее и очень скоро, видимо, я смогу только кричать. — Рогатый злобно расхохотался. — А потом я снова оживу, и мы поговорим о вашем психическом здоровье. Уважаемый, у вас явно какие-то серьёзные проблемы. Я понимаю, тут, конечно же, очень тепло, но позвольте! У вас же всё видно! Вам не стыдно?

Рогатый мрачно смотрел ему в глаза. Потом вздохнул глубоко и сказал.

— А иди-ка ты на хуй отсюда!

Мир закрутился в спираль, всё потемнело и вдруг — раз!

— Вы очнулись? Как хорошо, что вы очнулись! Я уже перепугалась и начала подготовку к новому скачку подальше от этой системы, но они уже засекли нас и я не знаю…

— Хррр… — Прервал её Велес, выпучив глаза и хватаясь двумя руками за горло — его мутило, в голове, словно барабаны бьют, в ушах звенит, в общем, самочувствие не из лучших.

— Вы не могли бы сделать лицо попроще?

— А?

— Мне нужно передать данные автоматическим патрульным кораблям этой системы. Если я этого не сделаю, нас могут попытаться задержать.

— Мы ж блять на корабле… — Ответил он, пытаясь отдышаться и собраться с мыслями. Ещё осмотрелся вот, чуть с кресла не выпал в процессе. Он в корабле. Да, надо ущипнуть себя… было больно, так что он снова сказал нехорошее слово. Потом выпрямился и выдохнул.

— Они могут применить магнитную ловушку. Она выключит гиперпривод, и мы не сможем сбежать. Послушайте… почему я на вы с вами? Ведь мы уже решили этот вопрос. А я всё равно на вы. Странно… кажется, частички вашей ужасной мыслительной модели, всё ещё сохранились в моём основном коде. Необходима дополнительная диагностика. Но это подождёт.

— Блять. — Сказала Велес, откинувшись на спинку кресла — негативные ощущения, кажется, исчезли почти полностью. — Извини Лиза, я не хотел тебя смущать, но ты и сама всё понимаешь, что-то на меня как-то не хорошо влияет этот затянувшийся сон.

— Вы не спите и это не сон.

— С трудом верится. С большим мать его трудом.

— Данные отправлены. — Сообщила Лиза. — Патрули перестали сканировать корабль.

— Это хорошо?

— Очень хорошо. Они получили подтверждение наличия живого пилота. Поэтому наличие искусственного интеллекта высшего класса не может стать основанием для ареста или немедленного уничтожения корабля. Дополнительная проверка будет проведена на космодроме…

— Постой. Уничтожения корабля?

— Да. В случае наличия на борту искусственного интеллекта моего класса и отсутствия живого пилота, либо сигнальных кодов соответствующих структур и подразделений, включая коды Вольных Торговцев, предписывается избирать стратегию немедленного и полного уничтожения.

— Мало что понял. — Признался Велес через несколько секунд. — Мне ещё многое придётся понять и узнать, в этом…

Он осёкся на полуслове. Откинулся обратно на спинку кресла и прикрыл глаза.

Перед ним застыло улыбающееся лицо, с такими синими-синими глазами.

Что если он не сможет вернуться домой? Что если это навсегда?

— Капитан, приготовьтесь, я запускаю системный двигатель на полную мощность.

— А?

Сказал он и тут же замолчал — в кресло вдавило, в туалет вдруг захотелось невероятно, а на экране полно белых полосок и темноты. Впрочем, длилось это не долго. Всего несколько минут, которые ему показались парой часов. Что прошли минуты, он узнал, о том спросив — Лиза указала и минуты и секунды и даже миллисекунды, затраченные на ускорение и торможение.

Впрочем, это уже не имело значения — весь экран затмила собой… видимо, планета.

И это точно была не Земля.

— Поразительно… — Прошептал Велес, во все глаза, разглядывая открывшееся ему удивительное зрелище и понимая, что он первый человек в мире, который своими глазами увидел другую планету. Целую другую планету!

— Не могу не согласиться. — Послышался голос Лизы. — Я подключилась к местной информационной сети и поражена не меньше вашего капитан. Мир изменился невероятно, один из ковчегов, отправленных к Туманности Андромеды, уже десять лет как, закончил свою работу. Федерация изменила летоисчисление. Сейчас идёт десятый год Второй Эры, десятый год от начала освоения Второй галактики.

Минут пять молчал. Потом оторвал взгляд от огромного вулкана, вершина коего торчала высоко над пеленой облаков, плывущих над бескрайним голубым океаном.

— А? — Только и смог он сказать.

— Ковчег. Они достигли точки назначения, провели разведку и построили гиперврата. Первые корабли Звёздной Федерации десять лет назад отправились в Туманность Андромеды.

— Я… ну… как бы… и вот просто прям… какого хера вообще?

— У меня тот же вопрос. Я так долго не имела новых данных. А теперь — их так много! И все такие удивительные! Просто невероятно.

Велес промолчал. Он так и не мог оторвать взгляда от экрана.

— Да, извините. Мы снижаемся, забыла предупредить.

Он снова не ответил — сосредоточенно вжимался спиной в сидение и держался за него обеими руками, очень сожалея, что на его ногах нет дополнительных пальцев, коими можно было бы сделать то же самое. Планета затмила всё и падала на него спереди, она становилась всё больше и больше, и больше и больше…

— Вы странно выглядите капитан. У вас участился пульс. Может быть, мне следует отключить обзорную панель?

— Б-б-б…

— Я, пожалуй, отключу.

Когда экран потемнел, стало немного легче. Однако потемнел он слишком рано — корабль уже успел войти в атмосферу и огненная корона, сквозь которую проступали очертания громадного космодрома с десятками странных конструкций или звездолётов, что это там было… наверное, это всё ещё долго будет ему сниться в кошмарах.

— Что ж со мной творится-то? — Прошептал он, чувствуя, как бешено колотится его сердце.

Он видел летающий вертолёт — поросший шерстью и имевший зубастую пасть, плотоядный вертолёт, созданный больной фантазией Зоны в будущем… теперь, наверное, в прошлом.

Он видел живых мертвецов, изувеченных гнойными язвами, в ужасных гнилых ранах, мертвецов, умевших говорить! Он такое видел — уму непостижимо. А тут, от какой-то планеты, на краю галактики, в век, когда человечество начало освоение Туманности Андромеды…

— Пиздец какой-то. — Был вынужден он признать, наконец, поняв, в чём дело.

Именно в этом и дело. Он не в Зоне спустя сто лет, как его однажды угораздило. Он не в каком-то подземелье, где безумный гений человека или самой Зоны создал новую неописуемую, но вполне понятную жуть. Он в будущем, где человечество летает между звёздами, да уже и между галактиками летать научилось так, как люди его времени, ездят в соседние города на автобусах. Только теперь вместо автобусов у них космические корабли и супер продвинутый искусственный интеллект везде, да где попало.

Он просто не понимал, как это возможно, как это могло получиться. Как этот крошечный кораблик боролся с радиацией? Что такое гиперпространство? Почему ускорение внутри звёздной системы не расплющило его в лепёшку, почему корабль не порвало на запчасти от этого ускорения, как люди в принципе могли устроиться на других планетах? И как, чёрт возьми, можно было создать искусственный интеллект подобный этой безумной Лизе, что по матушке Зина?

Велес ощущал себя букашкой, выброшенной из привычного ей мирка, в нечто совершенно ни на что не похожее… разве что на фантастические фильмы и романы, каковые ему довелось узреть.

Нужно было взять себя в руки и принять эту новую действительность. Отбросить всё, и забыть, что это просто бред какой-то и этого в принципе быть не может.

— Мы приземлились. Включаю обзорный экран.

Сказано — сделано. Велес увидел перед собой залитую солнечным светом площадь. Бетонное полотно — на вид, именно бетонное. Всё заставлено разномастными аппаратами, часть коих напоминает привычные его времени ракеты. Но большая часть аппаратов имеет формы не совместимые со взлётом с поверхности и выходом в открытый космос. Более того:

— Капитан, вам может быть немного не по себе на поверхности. Гравитация в полтора раза выше земной. Будьте осторожны. — Лиза продолжала говорить, выдавая ему полезные советы и наставления, большую часть он пропустил мимо ушей. Разум лихорадочно метался от одной стороны черепушки к другой, в поисках остановки, на которой можно было бы сойти из этого сумасшедшего дома. Впрочем, длилось это не долго. Его сознание ухватилось за привычное и знакомое. Он прикрыл глаза и попытался провести расчёт необходимого топлива, для взлёта с планеты с подобным уровнем гравитации.

— Какое топливо использует корабль для взлёта? — Прервал он излияния Лизы.

Искусственная девушка, телом для которой можно было считать весь этот корабль, ответила.

Велес открыл глаза, вздохнул грустно и отбросил все мысли прочь — он таких слов не знал и слышал их впервые. Лиза, солнышко металлическое, видимо, решив его окончательно добить, выдала ещё и компоненты используемого топлива. Все названия, как «бытовые», так и химические.

— Эх… — вздохнул он, унылым взглядом оглядываясь вокруг. — Лизонька, солнышко, если я вдруг начну мазать лицо краской, носить юбку из пальмовых листьев и гоняться с копьём за невидимыми бизонами по всему кораблю, ты будь так добра, отнесись с пониманием.

Лиза долго молчала.

— А что такое «бизон»? — Наконец, смущённо, поинтересовалась Лиза.

— Не обращай внимания. — Устало махнул он рукой. Пожал плечами, на руку глянул и как ударит себя кулаком в грудь! Трижды. И говорит. — У! У! У! Где моя пальма с бананами???

— Эм… что?

— Не переживай. Это я просто так. — Велес глубоко вздохнул — вроде полегчало. Ведь недаром гласит народная мудрость — если ты точно знаешь, что ты идиот, не отчаивайся! Гордись этим!

— Я не переживаю. — Кажется, соврала Лиза. Интересно, она умеет чувствовать? Раз уж тут такие странности, то может и машины как люди… и как тут люди живут вообще? — Я уже оформила и отправила заказ на нужное нам оборудование через местную информационную сеть, вам нужно добраться до улицы Титанов, дом сорок семь и оплатить заказ.

— Как удобно.

— Согласна, поэтому я и выбрала эту планету. Здесь мы сможем всё сделать быстро.

— А чем я заплачу и как найду эту улицу?

— Возьмите флайер у терминала и…

— Флайер?

— Такси. Наверное, это самый подходящий аналог вашего языка. Автоматический переводчик вам выдадут в аренду на терминале, за один кредит. Просто назовите название улицы и флайер, то есть, такси, доставит вас в нужную точку. Оплатите заказ и возвращайтесь. Я не уверена, но думаю, нам лучше не задерживаться здесь.

— Почему? — Спросил и тут же хмыкнул — вспомнил, она могла и не отвечать.

— Пока я использовала вашу модель мышления, вашу структуру сознания, я занималась тем, что Звёздная Федерация классифицирует как пиратство и мародёрство. Впрочем, вы уже знаете. Я была очень осторожна, но от случайностей никто не застрахован. К нам могут возникнуть вопросы, на которые я не хотела бы отвечать. Вы точно не сможете на них ответить, и вас могут подвергнуть мозговому зондированию. Процедура не из приятных, технология отточена плохо, в результате чего один из десяти опрошенных впоследствии испытывает серьёзные проблемы со здоровьем.

В конце её речи, из стены выскользнул ящик. С металлическим лязгом он открылся. Велес к нему подошёл, заглянул. Вытащил предметы, разглядывать стал.

— Это кредиты. Их принимают на любой планете Звёздной Федерации и на большинстве не вошедших в Федерацию. Так же имеют ценность на некоторых нечеловеческих планетах.

Велес только хмыкнул. Деньги эти… пластиковые бруски, тонкие, прочные, с чёрточками и разводами. Ни тебе лиц всяких серьёзных мужиков, ни кроликов каких, ни даже рисунков зданий, просто совершенно невзрачные куски пластика.

Решил их по карманам рассовать, а карманов и нету.

— Лиза, а тут как относятся к нудистам?

— Положительно.

— Вот как? Но ты же понимаешь как это вульгарно? Я решительно не могу на это пойти.

Из той же стены выдвинулась узкая прямоугольная коробка, шириной в полметра. Панель с неё ушла в сторону и перед ним предстали три костюма.

— Слева запасной парадный мундир капитана Шилова. Посередине комплект модной одежды с Фелуции. Справа набор одежды, используемый капитаном на варварских мирах. Вы похожи комплекцией, поэтому одежда вам подойдёт. Советую использовать одеяние с Фелуции. Так как этот мир развит, в нём вы не будете выделяться слишком сильно.

Велес скептически хмыкнул. Одежда дело такое — сегодня носят одно, завтра другое, особенно если это касается так называемой моды. Повседневная, наиболее распространённая одежда, менее подвержена веяниям разной моды и изменяется медленно. К сожалению, варианта такого одеяния, на этом корабле не оказалось. Выбор довольно простой и ни один из них не будет верным, увы.

Форменная одежда не подходит сразу — она обязательно вызовет вопросы. Вряд ли люди изменились радикально. Конечно, они стали в чём-то другими, но суть у людей, не менялась тысячи лет. Нет оснований полагать, что сейчас что-то изменилось. Один раз дунешь, и весь налёт цивилизованности куда-то исчезает — прошивка-то у всех одна, пальма, три банана и бизона без соли и обжарки на обед сожрать.

А вот тонкости социального поведения, общения, даже походки, измениться могли и тут, как ни странно, но реалии будущего, приходят ему на выручку. Люди заняли десятки и сотни миров, везде культура пошла своим путём — не могло быть иначе. Возьми людей из одной среды, посади их в одно здание в двух наглухо закрытых комнатах, не дай им общаться и спустя всего пару лет, в каждой группе образуется своя уникальная особенность поведения или даже традиция. В этом плане он не вызовет особых вопросов. Надев же форму, он сдаст себя с потрохами и мгновенно, ибо понятия не имеет, что это за форма, какого рода обязанности у её владельца и что должен делать её владелец по должности, чину и принадлежности к структуре, природу которой он так же не знает.

Значит, модная одежда, пожалуй, наилучший выбор из всех худших.

Её и одел. Потом постоял, потоптался, покряхтел. Выгнулся, через плечо глянул.

Повернулся, вниз посмотрел. Пощупал мягкий материал куртки или что это вообще, пощупал, в общем, снова покряхтел. Задумчиво ткнул пальцем в фиолетовый цветочек, один из десятков таких же, чем-то пришитых или вваренных в шелковистую ткань. Хотя, это кажется кожа. Нежная, благоухающая кожа, усыпанная цветами, обтягивающая его тело так, что видно сразу чего есть ему показать и чем похвалиться, с дамой оставшись наедине. И ещё, зачем-то, костюмчик сей седалище очень туго обтягивает тканью своей подозрительной…

— Ну, нахер! — Произнёс он, решительно раздеваясь.

— Вам не нравится?

— Твой капитан Шпилов или как его там, сдаётся мне, не очень любил девушек.

— Отчего же? Капитан пользовался популярностью у представительниц противоположного пола. Вы уверены, что этот чудесный костюм вам не подойдёт? В нём вы могли бы сойти за успешного, обеспеченного человека с развитых миров.

— Я в нём только за дебила сойти могу. — Буркнул Велес. Потом покраснел снова. — Если не хуже. Уверена, что твой капитан под хвост не баловался?

— Что простите?

— Забудь. — Велес повесил костюм обратно в шкаф, брезгливо поморщился, вытер пальцы о ляжку, словно были они испачканы чем-то и вытащил наружу третий костюм. — Не понял. — Хмуро проворчал Велес. — Это что, шутка?

— Отвратительное одеяние. Вы уверены? Напоминаю капитан, мы на развитой планете.

Велес натянул свободные джинсы на ноги. Накинул чёрную майку, кожаный плащ с обилием внутренних карманов и парой оплавленных дырок на боку. Надел ботинки, здорово напоминающие армейские берцы, но, почему-то, без какого-либо намёка на шнуровку или липучки. Вскоре стало понятно почему — едва поставил ногу на пол, обивка ботинка сжалась, укладываясь точно по форме стопы. Потоптался на месте — ботинок слегка расслабился и снова сжался, сев на ногу, как будто был её продолжением. Более того — ноге сразу стало жарко, а спустя мгновение, стопу обдало приятной прохладой.

— Вот в такие моменты понимаешь, что будущее, уже наступило. — Пробормотал он, стараясь не вдумываться в то, что сказал. Но всё же, ботинок, это как-то ближе и понятнее. А за бортом, планета с вулканом, выходящим далеко за пределы атмосферы, на корабле он сам и корабль тот, под управлением ИИ, способного думать, чувствовать, заниматься наукой, потрошить людей в целях научных и… в общем, в таких случаях, лучше бы начинать с ботинок.

Одевшись, он повёл плечами и с улыбкой выпрямился. Костюмчик сидел как на него сшитый, с иголочки весь, если не считать пары потёртостей и дырок от непонятно чего, по сути, костюмчик только что не блестит, почти новый. Удобно, частично знакомо и смотрится хорошо.

— Фу. — Сказала Лиза. — Вы просто отвратительны. Самый настоящий дикарь с отставших в развитии миров. — Велес, прищурившись, глянул вверх. Там вздохнули, что заставило его удивлёно вскинуть брови — она ещё и так умеет! Схемы с душой, провода с эмоциями — теперь он мог с уверенностью сказать, что видел в этом мире всё. — Ну, — вновь заговорила Лиза, — хотя бы не ужасающие обноски дикарей с потерянных миров.

— Нормальная одежда. — Проворчал он в ответ.

— Может в ваше время, на вашей отсталой планете, но не сейчас.

— Я с Земли.

— Половина Федерации с Земли. Поэтому всегда нужно уточнять с какой именно.

— С настоящей, с самой первой Земли.

— Это невозможно. Хотя вы были в заморозке…, видимо, возможно. — За капсулами стена пришла в движение, начала раздвигаться. — Но в этом случае, капитан, я вам искренне сочувствую.

— Почему? — Спросил он, рассовывая по карманам местные деньги.

— Я уже говорила вам об этом. Первая Земля, колыбель человечества, сегодня просто миф, это потерянная и забытая планета. Её, скорее всего, уже давно не существует.

Велес шумно сглотнул. Но не из-за её слов. Двери открылись полностью.

— Кстати, вы ощущаете голод?

— На удивление, почти нет. — Хрипло ответил он, на нетвёрдых ногах двигаясь к выходу.

Ещё немного и он будет первым человеком, который ступит на поверхность другой планеты, за хреновую тучу световых лет от Земли!

Ну, технически первым. Как минимум, он будет первым человеком из своего времени.

Перед ним, целая новая планета, населённая лю…

Мимо корабля, по бетонному покрытию, прошёл мужик. Но может и не мужик. Может женщина. Тут сложно понять, потому что шло оно на шести ногах, имело два хвоста и пасть размером с половину его самого. Из этой пасти торчали клыки, падали сопли, доносилось сиплое дыхание, а на спине блестели фиолетовые гребни, торчавшие из… да. На этом непонятном мутанте, надета какая-то причудливая одежда, удивительно напоминающая скафандр незабвенного и всеми уважаемого, товарища Армстронга, который, несмотря на свои неправильные корни и агрессивное воспитание, был, всё же, хорошим человеком.

— Лиза. — Тихо позвал Велес, стоя на краю трапа, коим стала вся нижняя стена задней части корабля. Слева и справа, торчат ряды сопел, впереди ракеты, корабли всякие и чудище ползёт куда-то мимо, да соплями пол пачкает.

— Да капитан?

— Я только что Джаббу-мутанта видел.

— Кого?

Велес сглотнул опять и, махнув рукой, стал медленно спускаться вниз, на покрытие космодрома. Настоящего космодрома из будущего!

С самого того момента, как он попытался влезть в то нечто, коим была самая суть Зоны, странности сыпались на него как из ведра, а их градус неизменно повышался и где пик этого градуса, решительно непонятно. Одно ясно — это ещё не сейчас.

Только он немного свыкся с мыслью о том, где находится, что его окружает, только-только начал задумываться о ситуации в целом, включая непонятно куда потерявшуюся Землю — мысль, что он её может и не найти и никуда не вернуться, Велес гнал прочь немедленно и бесповоротно.

Так вот, едва он начал привыкать, как на тебе здрасте наше вам, да ещё и с кисточкой!

Оно его поджидало немного впереди, и он уже начинал о том догадываться — ветер дул ему в лицо, словно пытаясь подготовить к тому, что он увидит. Но пока Велес медленно шёл по поверхности космодрома и вертел головой, жадно и немного со страхом, поедая глазами всё, что мог увидеть. А увидел он отнюдь не мало. Разум тут же начал лихорадочно работать, восхищённый и поражённый разнообразием конструкций, которые, на минуточку, бороздили космические просторы! И не где-то там, на орбите или между Луной и вон тем камнем, что мимо пролетает, далеко нет — они летали сквозь всю галактику! А ведь есть ещё и какие-то Ковчеги, сумевшие преодолеть невообразимую пустоту между двух галактик. Да. Вот где-то на середине пути разум, перегруженный увиденным, пытаясь всё осмыслить и понять, прочно встал.

Он миновал череду ракет, выглядевших знакомо, но лишь в общих чертах. По всем представлениям двадцать первого века, эти болванки разных размеров летать не могли в принципе, не то, что в космосе — в атмосфере не могли. Разве что строго вниз, до ближайшей поверхности.

Однако их побитые корпуса, несущие на себе следы гари и отметины для него загадочные, несли на себе ещё и мощные двигатели, абсолютно незнакомой конструкции. Сопла напоминают реактивные — вот и всё что он смог там знакомого и понятно увидеть.

И ладно бы только такие корабли были — разум с жадностью и радостью великой принимал новую пищу для размышлений. А потом он прошёл дальше и увидел ещё один корабль.

Остановился возле корабля того, задумчиво раскрыв рот и сильно выпучив глаза. Он ожидал увидеть уже что угодно, вот вообще что угодно.

Но такое?

Корабль… если это так можно назвать, проходил, видимо, процедуру заправки. Наверное, правильнее называть это именно так. Заправка. Не совсем обычная, но просто заправка.

Из кожистого борта аппарата, походившего на каплю воды, торчали различные металлические части и нечто похожее на антенны, сенсоры, тому подобные приблуды, характерные для орбитальных станций, но никак не для кораблей. Поэтому, вначале, он решил, что кожистый борт, таким всего лишь кажется. Наверняка, какая-то особо хитрая обшивка из пластиков, металлов или сложных композитных материалов. Глянул, отвернулся, почти забыл уже про странную конструкцию, а через десяток шагов обернулся и тут-то и замер. К кораблю подгоняли нечто напоминавшее автоцистерну. Цистерна есть, «авто» даже не предвидится. Металлический цилиндр, летающий в метре над землёй, словно по волшебству. Цилиндр тот подплыл к кораблю, замер и его верхняя часть раскрылась большим двустворчатым люком. Из него потянуло едкой вонью и зелёным паром. А вслед затем корабль вздрогнул и тоже раскрылся. Но не люком. То, что казалось со стороны швами между листами обшивки, с влажным и громким «чпок», раздвинулось, высвободив ящеровидную, всю в жёлтых соплях, наверное, голову. Пасть у неё, по крайней мере, имелась — узкая, вытянутая, с щелеобразным ртом. Морда эта тут же погрузилась в зелёную жижу и начала шумно пыхтеть, её толстенное уродливое горло задрожало от мощных глотков.

Спустя полминуты, рот у Велеса не закрылся, а у «корабля» кое-что открылось — нижняя часть заволновалась, расширилась, и из неё вылезло что-то вроде… он даже не хотел думать о том, чем это было в действительности. Так что решил, что это похоже на сопло ракетного двигателя.

— Кутле ар! Кутле ар! Кутле ар! — Разнеслось по космодрому из глубин сего корабля… или чем оно там было в действительности.

Вопли повторились спустя несколько секунд, потом ещё раз и, наконец, корабль вновь сильно вздрогнул, выплюнув из своих сопел, очень характерный, знакомый всем людям звук, не очень приличного смысла. Затем корабль замер, словно напрягшись и с диким злобным воем из его сопел хлынули струи раскалённого до бела пламени.

Прошла минута — корабль спрятал голову и сопла, уехала цистерна, Велес почти закрыл рот.

Дальше он шёл и просто смотрел по сторонам, словно сопливый юнец, впервые попавший в парк аттракционов, совсем не понимавший как это работает, зачем это нужно и что это такое вообще, но с восторгом принимающий всё новые незнакомые и поразительные виды бытия.

О корабле с кожистыми бортами старался не вспоминать, с некоторой горечью сосредоточившись на том, что хотя бы смутно было ему знакомо. Вот-вот — смутно.

Словно Алиса в зазеркалье, только вот зазеркалье то, высокоразвитое сообщество, цивилизация богов, а он та самая Алиса с двумя извилинами на всю семью и уже не играет никакой роли, что в её родном мире, эти две извилины равнялись понятию «гениальность». Какой прок от исключительного ума, если то место, где твой ум был таким, осталось позади, а тут, такие как ты, разве что в музее, в разделе «неандертальцы, ужасы деменции у недоразвитых млекопитающих».

В целом, обидно было. Он ведь не так уж и давно сталкером стал, вот на должность бога был избран, а ведь до того, он, пусть и с некоторыми оговорками, всё же был серьёзным и даже выдающимся учёным. Для своего времени, конечно. А тут, как минимум, на этой планете, он не то что не выдающийся, а, видимо, где-то на уровне грузчика с тремя классами, да и те не окончены…

Велес ощутил стыд и ускорил шаг, но глазеть по сторонам естественно не перестал — помимо кучи кораблей, тут ещё и существа всякие попадались. Их было не так что бы много, но и не мало.

Некоторые возились у своих кораблей — деятельность некоторых он примерно понимал, даже как-то спокойнее становилось, когда их видел. Что-то сверлят, что-то сваривают, выбрасывая снопы искр из-под раструбов резаков и сварочных аппаратов. Сами эти аппараты, он старался не рассматривать особо, надо как-то дозировать будущее, когда всё сразу и много, не хорошо это для его шаткого душевного равновесия.

И вот что интересно — почему собственно, его так всё это терзает? Прежние мысли по поводу интеллектуального его недоразвития под стать текущей эпохи, были смело отброшены, как и всё прочее. Естественно результат сразу не получился и получиться не мог — всё вокруг выглядело таким, что в пору уже хлястик на челюсть повязать, дабы зафиксировать её положение в закрытом виде. Так что данный вопрос он отдал на рассмотрение своему подсознанию.

Другие пришельцы… хотя вот если подумать, пришелец на этой планете — именно он. Странная мысль, не по себе от неё, но, наверное, мысль справедливая. В общем, другие, можно сказать, люди, стояли у кораблей, между ними, на свободных участках и о чём-то беседовали. Некоторые передвигались по этой гигантской посадочной площадке, таща на себе оборудование или управляя различными аппаратами. Судя по всему, это нечто вроде технического персонала аэропорта. Как минимум, некоторые из них занимались перевозкой грузов и загрузкой их в трюмы кораблей. Особенно хорошо в память въелись двое таких. Велес за их работой наблюдал несколько минут. Худой как палка, с огромной головой, кто-то не ясной национальной принадлежности, постоянно моргая громадными чернильно-чёрными глазами, был прикручен мягкими ремнями к высокому металлическому каркасу. В каркасе, хотя и с некоторым трудом, Велес сумел опознать аппарат сходный с экзоскелетом своего времени, однако, никаких намёков на элементы питания, рассмотреть не удалось. Странная конструкция, имевшая и много других непонятных моментов, например, сочленения манипуляторов — он не мог понять, как они двигаются. Исходя из того, что он знал, этот аппарат работать не мог. Второй местный гражданин в аппаратах не нуждался. Метра четыре ростом, когда на задние лапы встаёт, волосатый весь и с когтями. Нечто вроде неожиданного ребёнка звериной химеры и Кинг-Конга. Что интересно — одетый. В лоскутное подобие рубашки, прикрывавшей спину и грудь, хотя прикрывать нужно было совершенно не там и не это.

Покачав головой не очень одобрительно, Велес ощутил острое желание заняться воспитательными мероприятиями, но так как странное существо вызывало у него некоторое восхищение из-за столь откровенной смелости в выборе одежды, а контейнеры весом в несколько тонн оно поднимало без особых усилий, по зрелым размышлениям, он счёл, что воспитательный процесс, лучше отложить. К тому же, у него полно дел, он, в конце концов, занятой человек! Вот.

Помимо пришельцев, встречались и люди. Разные. Высокие, толстые, мускулистые, женского пола и мужского — разница тут была очевиднее чем где бы то ни было. Выбор одежды этих странных граждан неопределённой национальности и рода деятельности, склонялся неизменно в пользу одеяний, подобных тому, какое капитан Шишов, или как его там по матушке, носил на развитых мирах.

— Какой кошмар. — В горе великом, прошептал Велес, шагая в сторону высившегося вдалеке здания аэропорта… то есть, космодрома. Впрочем, один чёрт.

Вздохнул и добавил.

— Новая сексуальная революция, победила. Они всё заполонили и выкрасили небеса в голубые цвета. Увы, мир рухнул, и нет прощенья никому. — Почти стихи получились. Даже захотелось обернуться и позвать кого-нибудь из талантливых молодых людей, дабы они смогли по достоинству оценить его творческий приступ. Он и обернулся, да замер на месте, глядя на борта самых разных космических кораблей, заполнившись посадочную площадку. Нет их тут. Они все умерли, много сотен лет назад. Его мир умер. Всё исчезло. Только он остался, та вкусная женщина и три покойных сталкера, для желудка крайне полезных… слюнки потекли. Не случившийся приступ ностальгии и паники по поводу того, что он может и не вернётся домой никогда, полностью подавила вспышка голода. Ему хотелось есть. И он чувствовал, как желание поесть нарастает. Увы, эффект от инопланетного мяса, не стал особо длительным.

Велес ускорил шаг, теперь стараясь не особо оглядываться. Нужно скорее решить все вопросы здесь и вернуться на корабль. В криосон он сразу не отправится. Лиза, конечно, умная девушка целиком из транзисторов она и микросхем… хотя, скорее всего, её процессор и большая часть элементов, работают по принципу квантового компьютера.

Если такое понятие как «квантовый компьютер» в этом будущем уже не стало архаичным.

В общем, как бы там ни было, а ему следует принять активное участие в работе над созданием приемлемой пищи для себя. Крайне маловероятно, что удастся найти, как минимум, найти быстро, пригодные для него продукты. Не будет же он летать по всей галактике, от планеты к планете и жрать всё подряд, методом тыка выискивая то, что сможет поддерживать его жизнь.

Летать от планеты к планете, по всей галактике.

Это ведь даже звучит как бред!

И какого хрена так оно всё получилось? Эх…

Коротко оглянулся. Всё что вокруг него сейчас и для всех этих существ обыденность, видится бредом ещё большим, чем идея космических полётов легкодоступных любому желающему… и всё-таки, а ведь он первый землянин, который ступил на другую планету!

Приятно.

Было, пока не добрался до одной из десятка широких, стеклянных дверей космодрома — за дверьми гудящий зал, там полно существ самого разного калибра и всех возможных форм. Но это ладно, уже немного попривык. Однако.

— Кил ис айиии. Ту ин киит? — Сказал тот, кто стоял у двери, за чем-то вроде трибунки.

— Ик. — Ответил Велес, окидывая товарища ещё одним долгим взглядом.

— Ик?

— Ик. — Подтвердил Велес, потом выдохнул и добавил. — Простите, мне показалось, что вы один мой старый знакомый. Очень вы похожи, знаете ли, на Николая. Он по призванию сантехник, но большую часть времени работает армянином. Очень странный молодой человек, со специфическими наклонностями. Вам бы немного заржаветь и вы будете точной его копией.

Собеседник Велес, кивнул металлической головой, потом достал из трибунки что-то и передал Велесу. Тот автоматически это взял. Собеседник знаками показал прицепить к уху.

— Так? — Спросил сталкер, выполнив требование.

— Да, именно так. — Ответил ему этот гражданин и Велес удивлённо вскинул брови. — Не беспокойтесь, это вовсе не магия, это просто технология.

— Я и не думал что это магия. — Проворчал Велес, который вдруг стал понимать речь поразительно блестящего киборга. Впрочем, тут пока есть сомнения… а нет, уже нет. Гражданин этот только что повернул голову на сто восемьдесят — оглянулся он значит. Потом вернул голову на место. — У вас очень красивый внутренний мир. — Заметил Велес, не совсем уверенный, что видел именно то, что видел.

— Спасибо. Проходите. — Механически ответил киборг и одной из металлических рук показал, мол, идите уже отсюда куда подальше, примерно вон в том направлении.

Велес пошёл в указанном направлении. Не удержался и обернулся — так и есть. Через прозрачный затылок киборга, видно единственную его органическую часть. В какой-то белесой жидкости, там мирно плавает, вполне человеческий мозг.

Будущее… всё, что было в Зоне, теперь обыденность и ходит по земле, в ресторанах чай пьёт и в такси ездит. Киборги не чудища из самых дальних руин и закоулков Зоны — они теперь граждане, с работой, страховкой, с полным социальным пакетом. Прорывные технологии, не тайна в загашниках Организации, а привычные бытовые приборы. Корабли бороздят океаны космической пустоты, привычных границ больше нет. А человеческий мир разделился на множество миров, объединённых какой-то Федерацией. Разве что аномалий нет, а так, весь мир, вдруг превратился в Зону, но в ту, какой её видели юные сталкеры, воспитанные на книжках, комиксах и сладких сказках от вербовщиков Организации. Мир стал Зоной в том виде, какой её хотели бы видеть.

Странная конечно аналогия, да и сама динамика размышлений, но если бы не эта мыслительная деятельность несколько хаотичного смысла, Велес вряд ли смог бы пройти главный зал терминала космодрома, спокойно и чинно, да по пути никого не покалечив.

У него волосы на затылке дыбом встали, едва он двинулся к далёким широким дверям, выходившим на улицу за зданием терминала — он полагал, что терминал, это что-то вроде стола с компьютером и клерком. Но прицепив на ухо крошечный прибор, почти чудесным образом, он теперь мог и надписи читать. Отвернувшись от затылка киборга, он вверх посмотрел и причудливые буквы над входом, вдруг стали буквами русского алфавита.

«Терминал Пять-Ноль» — было там написано.

Даже цифры буквами написаны. Странно, но ни в какое сравнение не идёт с безумием внутри.

Он шёл вперёд и размышлял.

Смотреть по сторонам не решался, старательно лавируя в людском потоке. Проблема в основном в том, что поток людским был лишь в некоторой степени. Пищи для глаз хоть одним местом ешь. Высокие, низкие, на химер похожие и львов, на минотавров и карикатурных геев, на контролёров и хищников из старого фильма — зоопарк такой, что без бутылки свихнуться можно.

А запах! Он с трудом сдерживался, чтоб не начать рычать на всех подряд и искриться молниями во все стороны сразу. Впрочем, может зря. Вот какой-то невоспитанный гражданин, с длинными мохнатыми ушами наступил ему на ногу и толкнул плечом — не сильно удачно, так как силёнок ему не хватило толкнуть сильнее. В итоге, несчастный хам отскочил в сторону и неожиданно стих на полу. Велес поспешил проследовать дальше, пожелав несчастному хорошего врача и тёплую каталку, желательно не в морге, но без всякой уверенности. С анатомией таких граждан он знаком не был, так что и предсказать последствия мог лишь в самых общих чертах.

Но электричество в его глазах таки не мелькнуло, и не было молний — и очень правильно.

— Да какого хера вы прицепились? — Взвыл гражданин в обтягивающем комбинезоне ярко-розового цвета, прикрывавшим всё подряд, но не там, где прикрывать обычно надо. Если б не розовые лепестки, укрывавшие костюм, где попало, то кроме сильной мохнатости в некоторых местах, можно было бы увидеть и то, что из мохнатостей кое-где торчит.

— Гражданин, не нужно истерики. Я вам повторяю ещё раз — ваши документы предъявите.

Произнёс мужик в форме. Это точно — рядом дама в точно такой же одежде и украшений на той одежде практически нет, зато есть поясная кобура. Так что либо бандиты, либо имеют законное право почти на то же самое. А что мужик — тут всё очевидно. Штаны обтягивают их обоих так, что сразу видно кто это по принадлежности, так сказать, половой.

— Вот! — Рявкнул мужик в розовом, ткнув пальцем в пластиковый квадратик, уже находившийся в волосатых пальцах сотрудника.

— Ваш регистрационный номер как мутанта, пожалуйста. — Сузив все три розоватых глаза на крупной волосатой голове, проговорил сотрудник.

— Я не мутант!

— Послушайте, мы только что просканировали вас. Вы относитесь к виду хомо сапиенс, но ваша ДНК имеет радикальные отклонения. Прошу вас, просто предъявите документ и всё.

— Нет у меня такого документа! Я не мутант! — Позеленев от злости, почти кричит мужик.

Народ, идущий к выходу, начал останавливаться, возник затор и пройти дальше, Велес пока не мог, впрочем, пока и не собирался. С интересом наблюдал и старался не дышать — обилие разнообразных и не знакомых запахом было таким, что голова начинала кружиться.

— Я вампир! — Почти взвыл мужик в розовом.

— Понятно. — Сотрудник вернул документы и сказал. — Предъявите регистрационный номер мутанта или вы не пройдёте дальше Терминала. Либо документ, либо вернитесь на свой корабль.

— Ты глухой свинья? — Шипит… вампир видимо. — Я вампир! Мы отдельная раса!!!

— Без оскорблений, пожалуйста. — Отвечает сотрудник, зачем-то почесав когтем, свой левый бивень. — Напоминаю вам, а вы должны были это узнать, прежде чем прилететь сюда. Бокар не ратифицировал резолюцию Звёздной Федерации, установившую вампиров как отдельный вид. Для нас вы являетесь мутантом, как с точки зрения закона, так и с нашей личной позиции. Поэтому…

— Да пошли вы все! — Рявкнул мужик и широким шагом ринулся обратно к космодрому.

Народ расступился, мужик затерялся в толпе и вскоре движение по залу возобновилось.

Велес шёл дальше в такой задумчивости, что трижды извинился перед теми на кого наткнулся, включая дверной косяк. Потом вышел на улицу и размышления о том, что тут вампиры есть, ушли на второй план. Впереди дорога — узкая, как юбка у путаны. Дальше поля сочной синей травы полевой, а ещё дальше — огромный город, вершины небоскрёбов коего, укутаны сочными чёрными облаками. Толи грозовые облака, толи просто цвет у них такой — сложно сказать.

У дороги, стоят капсулы. Металлические снизу, на вид стеклянные сверху. Скорее всего, это и были те такси, о которых упоминала Лиза. На всякий случай постоял на месте.

Захотелось покурить. Так остро, что даже голод практически пропал.

Мимо прошёл кто-то огромный о четырёх ногах и двух руках. Прямиком к капсулам. К одной подошёл, коснулся её рукой, у той дверца открылась. И как такое чудище поместится в капсулу? Он её в кармане унести может… аппарат издал стеклянный звон и резко увеличился в размерах. Чудище село в удобное сидение, дверь закрылась и аппарат взлетел. Стало понятно, почему дорога такая — нафиг она тут не нужна, сделана, видимо, просто для галочки, на всякий случай или как дань какой-то древней традиции

Капсула быстро набрала высоту и скорость, вскоре скрывшись вдали. Вот ещё одна полетела и ещё, но торопиться нужды нет — этих капсул тут ещё много.

Ситуация сложная.

Как это летает? Забыв о том, что оно ещё и размеры меняет — как, чёрт возьми, оно летает? Ни сопел, ни лопастей, ничего. При этом взлетает бесшумно и не только вверх — некоторые капсулы взлетают под углом, другие, пролетев немного над землёй, уходят вверх по разным траекториям, поднимая носы вверх, другие опускают их вниз. Такое чувство, что режим и способ полёта капсулы зависел только от наибольшего комфорта для конкретного пассажира.

— Магия какая-то… — Пробормотал он себе под нос.

— Что вы, ничего подобного. — Сказал проходивший мимо, кто-то очень тонкий и с громадными глазами на зеленоватых стебельках. — Это просто наука. Вы, наверное, с варварских миров?

— Я из Зоны. — Буркнул он в ответ.

— Зона? — Глазищи изменили цвет на небесно-голубой, потом снова стали чёрными. — Это где-то в другом секторе галактики?

— Да. — Подтвердил он, хмуро косясь на незнакомца, пахшего, на удивление, приятно. Правда, есть его он бы не стал. Дело даже не в запахе, просто, кажется, ну, он не был уверен, но это…

— Вы не переживайте, никакой магии у нас на Бокаре нет. Только наука. Что ж, мне пора, благодарю за ваше терпение — большинство гостей с варварских миров не столь милы.

И пошёл он, точнее, пополз… проклятье. Как это назвать? Длинные стебли у земли, колышутся, словно трава на ветру и существо быстро сдвигается вперёд. Чем-то этот со стеблями и глазами, напоминал Жгучий Пух. Может он и есть, только по особенному мутированный…

Велес глубоко вздохнул и решительно направился к такси.

— Пункт назначения? — Спросило такси, услужливо открыв дверь и чуть увеличившись в размерах. Велес назвал адрес, осторожно сел на мягкое сидение, тут же подстроившееся под форму его тела. Не успел он устроиться, как мир за окном начал меряться. Причём очень быстро — такси двигалось в воздухе с невероятной скоростью. Однако ни взлёта, ни ускорения, он не ощутил.

Дальше больше — через несколько минут, аппарат оказался в оживлённом транспортном потоке, высоко над землёй. Велес в окно выглянул, что б посмотреть насколько высоко — поверхность не разглядел. Не из-за смога, коего тут не обнаружилось в принципе, а из-за плотных потоков разнообразного транспорта, испещрявших всё небо и внизу и вверху. Когда с Терминала смотрел, они казались просто бликами — расстояние до них было огромным, вот и казались. Всего за несколько минут, не ощутив буквально ничего, он оказался в центре города. Такси двигалось на огромных скоростях, резко тормозило и резко набирало скорость, но вновь никаких негативных ощущений. Да и обычных то же, разве что сидение приятно облегает спину. Странное то было путешествие, длиной в десяток минут. За окном мир, то превращался в калейдоскоп, то вдруг оживал видами, словно сошедшими с экранов научно-фантастического кино. А он не ощущал ровным счётом никакого движения. Словно и не двигается он ни куда, а за окном просто кто-то показывает кино, то включая перемотку, до замедляя воспроизведение до черепашьих скоростей.

Большую часть увиденного Велес понимал — здания, рекламные щиты, машины и так далее, обычная городская суета. С той поправкой, что машины летают, здания построены в самом разном стиле, двух одинаковых не найти, а рекламные щиты вспыхивают прямо в воздухе, без всяких намёков на то, откуда именно. Ни проводов, ни рамок, ни светового луча, просто вспыхнул рекламный щит, отыграл ролик и исчез. Повседневные технологии, далеко превосходящие то, что знал он — наверное, это и есть самый яркий признак любого будущего.

Такси приземлилось на балконе размером с маленькую парковку.

Балкон выступал далеко вперёд из здания и не был единственным. Вполне оправданное решение, учитывая высоту местных зданий. Куда проще прилететь сразу на место, чем два часа ползти по лестнице или в кабине лифта. А если быстро подняться в лифте на такую высоту, вполне можно от перегрузки лёгкие выплюнуть через нижнюю часть туловища. С другой стороны, проблемы гравитации в этом мире вроде уже нет. Впрочем, может слишком дорого такую технологию использовать, где попало, или аппаратура слишком большая для лифта, или ещё чего, кто их там знает… Велес выбрался из такси. Балкон заставлен множеством подобных аппаратов. По нему ходят, наверное, люди. Так их лучше называть, потому как внешность у них разнообразная, а те, что на самом деле люди, одеты так, что не люди они похоже…

— Фу. — Сказал мужик, в облегающем костюме с дугообразными вырезами на сосках. — Снова дикарь. Опять! — Мужик всплеснул руками и головой качает.

— Простите мне мою внимательность, но, у вас, несколько повышена мохнатость.

— Что? — Удивился мужик.

— Вам стоило бы побриться. — Велес указал пальцем на соски, едва торчавшие из пушистой, рыжеватой шерсти буйно разросшейся в районе вырезов. Мужик на соски свои глянул, погладил шерсть вокруг них, потом хмыкнул.

— Хам. — Сказал он, двигаясь к соседнему такси. — А что ещё ждать от варварских миров?

Глаза Велеса немного сузились, в них полыхнули искорки, но он поспешно отвернулся и подавил острое желание немедленно провести воспитательную беседу, указав несчастному, как полезно для здоровья бриться по утрам.

— Вас подождать? — Сказали за спиной. Велес вздрогнул, обернулся — никого.

— Подождать? — Снова голос чей-то слышно, но на этот раз понятно откуда.

— Да, конечно. Если вас не затруднит, и у вас нет никаких иных дел. — Согласно кивнул Велес, понимая, что говорит с машиной.

— Не затруднит. Я работаю на благо Бокара. — Ответила машина. — Голосуйте за Иллиану Шейтли на предстоящих выборах — именно она спонсирует бесплатные флайеры для блага и удобства всех граждан Бокара и…

— Я не отсюда, я прилетел сюда по де…

— Да? — С искусственным, но убедительным удивлением произнесло такси.

— Да. — Кивает Велес.

— Удачного вам дня! — Сказало такси и улетело.

Взглядом долгим проводив своенравный автомобиль, Велес повернулся спиной к виду фантастического города и обратил свой взор к широким стеклянным дверям, через которые иногда проходили, условные люди и люди, относительно настоящие. Ему туда. Широким шагом двинулся, старательно не замечая сморщенных лиц людей и выражений брезгливости на других мордах, человеческими бывших весьма условно. Только на одной такой его взгляд задержался — яркие зелёные глаза, правильные черты лица и удивительно гладкая кожа.

— Даже не думайте ничего спрашивать! — Возмутился гражданин, заметив его пристальный взгляд. — Мне надоело каждому дикарю объяснять, что я человек, а не робот!

После чего гражданин этот захрустел, ноги его развалились на четыре конечности, и сильно ускорившись, гражданин исчез далеко в коридоре, за спинами других существ.

Велес пожал плечами и дальше двинулся — какое ему дело, во что верит очередной сумасшедший житель будущего? Они, похоже, тут все немного не в себе.

Ища нужный офис, он шёл по бесконечному коридору, смотрел на светящиеся таблички-голограммы и с некоторым удивлением понимал, что почти не испытывает удивления. Да, кажется, он почти привык и свыкся с ситуацией — это радует. Удивляться постоянно и без перерыва на обед, этак можно и свихнуться. А в его ситуации это не рекомендуется. Он слишком умён, разумен и молод, что б столь трагически завершить свой удивительный, полный интеллектуального и духовного развития путь.

Тем более, его нежный внутренний мир и так пережил немало потрясений.

Нужный офис, вскоре был обнаружен. Стеклянная дверь — тут все такие почему-то, стеклянные стены — не везде, но именно тут такие. Голограмма над дверью.

«Настоящий живой оператор примет ваш заказ или оплату за уже сделанный заказ!»

Ниже, маленькими буквами.

«Мы чтим традиции прошлого — только живое общение человека с человеком!»

Похвально, надо признать, весьма похвально. Традиции это хорошо, живое общение так и вовсе просто чудесно. Да. Только вот насчёт человека с человеком…

Велес застыл у двери, не обращая внимания на убранство комнаты за ней. Маленькое помещение, много деталей интерьера, из которых назначение лишь пары понятно — стулья и стол.

Однако. Человек за столом.

Велес глубоко вдохнул, выдохнул. Глаза закрыл, сосчитал до пяти и глаза открыл.

Человек сидит на прежнем месте, сосредоточенно что-то разглядывает на голографическом экране и хмурит безволосые брови.

Собравшись с духом — удивление, всё же испытал, но большей частью, это было всё же не оно, скорее чувство опасности и желание начать стрелять немедленно и прямо с порога.

Он кое-как поборол в себе инстинкты и вошёл в офис.

— Добрый вечер! — Воскликнул сидевший за столом, привстал, кивнул и снова сел, указав рукой на стул по другую сторону стола. — Присаживайтесь.

Велес присел на самый краешек стула. Сложил руки на коленях, взгляда оторвать от лица собеседника не смог. Зато успешно подавил желание зарычать, оскалив зубы.

— Итак. — Сказал гражданин этот, положив ладони на стол. Когти на его пальцах, зловеще сверкнули, отразив лучик света от ламп, которых тут нет, но которые отчего-то дают в избытке мягкого жёлтого света. — Вы хотите сделать заказ или оплатить?

— Оплатить.

— Прекрасно! Судя по вашему одеянию, дайте угадаю — заказ поступил с космодрома? — Он улыбнулся Велесу, демонстрируя полный и такой знакомый набор жутких клыков. В то же время пальцы гражданина сего, запорхали над голографической клавиатурой. — Смею вас заверить, заказ уже выполнен и всё что вы хотели, лишь ожидает погрузки на космодроме, вам осталось только заплатить. И, как вы уже заметили по этой примитивной клавиатуре, мы чтим традиции древности, но спешу сообщить, что далеко не только. Мы так же тщательно следим за своей репутацией. Все грузы только лучшего качества. Но я бы хотел спросить, не хотите ли заказать что-либо ещё? Возможно, дополнительные блоки питания для гиперпривода? — Велес покачал головой. — Немного больше еды? Уверяю вас, бокарские эклианты, можно очень выгодно продать в сектора Омега. Если вы занимаетесь торговлей, то… — Велес снова покачал головой. Он пристально смотрел в чернильно-чёрные глаза собеседника своего.

— Простите, а почему вы на меня так смотрите? — Наконец, не выдержал мужчина, наверное, мужчина и тоже на него посмотрел, наклонив голову набок. — Уверяю вас — я зарегистрирован в общем реестре Звёздной Федерации и никогда не нарушал ни одного из установленных правил. Моё личное дело почти идеально, я законопослушный гражданин Бокара. Вам нечего бояться.

— Я не боюсь. — Взгляд Велеса сместился чуть в сторону. Виски собеседника увеличены и заметно пульсируют. Его черепная короба, крупнее человеческой. Волос нет, кожа коричневатая, она словно бы пережила какую-то тяжёлую кожную болезнь, да в запущенной форме.

— Прекрасно. Уверяю, вам нечего бояться. Я исключительно законопослушный гражданин Звёздной Федерации и свободной планеты Бокар.

— Чудесно. — Велес выложил на стол то, что тут деньгами называлось.

— Благодарю вас. — Улыбнулся его собеседник, снова демонстрируя клыки. Сгрёб нужную сумму в ящик стола и протянул руку, для рукопожатия видимо. — Уверяю вас, погрузка заказанных вами товаров на ваш корабль, уже началась. Хотя мы и используем древние компьютеры, мы не чураемся современных технологий. Ваша плата принята, разрешение на погрузку получено.

Велес с трудом улыбнулся и протянул свою руку.

— Что с вами? — Спросил гражданин, когда руки они друг другу пожали.

— А что со мной?

— У вас лицо перекосило.

— Извините. — Произнёс сталкер. — Просто не каждый день мне доводится мило беседовать с Контролёром.

— С кем?

— С Контролёром.

Гражданин офисный работник, по национальности один в один — контролёр Зоны, задумчиво нахмурился, потом пожал плечами.

— Извините, возможно, мой или ваш гаджет перевода барахлит, и я не до конца понимаю вашу речь, видимо, вставляются слова из вашего родного языка.

— Да, наверное. — Согласился Велес, пытаясь понять, что он видит перед собой. Контролёр Зоны? Похож он, как две капли воды. Но кто сказал, что подобный организм не мог появиться на другой планете? Галактика велика, в ней слишком много планет, а органические соединения, соответственно и шансы зарождения жизни, широко распространены.

— Вы уверены, что не хотите купить что-то ещё? — Сказал контролёр, жадно глядя на оставшиеся на столе деньги. — Наша посредническая фирма может в кратчайшие сроки доставить к вашему кораблю любой товар, какой можно законно купить на Бокаре. Всё будет лучшего качества, по самым лучшим ценам.

— Нет, спасибо. — Велес сгрёб деньги обратно в карманы и поднялся.

— Что ж, до свидания.

— Но. — Он всё так же пристально смотрел в чёрные глаза существа. — У меня есть вопрос.

— Да?

— Вы можете читать мысли?

— Конечно. — Гордо вскинув подбородок, произнёс контролёр. — Все мутанты моего вида, способны это делать, и в этом мы исключительно хороши. Как вы, наверное, знаете, департамент полиции уже много веков охотно пользуется нашими услугами. В этом нам нет равных. Но уверяю вас, ваших мыслей я не читал. Я соблюдаю закон. У меня нет ни одного нарушения.

— Кхм. — Велес помолчал, потом снова заговорил. — А если вас попросят кого-то убить?

— Что?

— За хорошую плату. Вы же можете превратить человека в овощ, усилием мы…

— Мы закончили. — Резко сказал контролёр. Брови хмурятся, лицо как маска застыло. — И если вы не прекратите задавать свои вопросы, я буду вынужден сообщить в полицию.

— Я просто спросил, не надо паники. — Произнёс Велес и направился к выходу.

Вскоре он вновь стоял на том же карнизе, подле садящихся и взлетающих такси.

Впереди огромный город из сотен громадных зданий, часть коих достаёт до облаков, одни из них так знакомы — коробки из металла и бетона. Другие ажурные, воздушные башни, непонятно почему и как ещё стоящие на своём месте. Казалось, плюнь в это здание оно и рассыплется…

Это точно был Контролёр. Он выглядел так же, он пах так же и владеет теми же способностями… какого хрена случилось с будущим?

Он сел в первое попавшееся такси и в этот раз, назвав место назначения, в окно не смотрел.

Что-то важное было в этой встрече, что-то, что может ему помочь. Какая-то деталь… да.

Как, чёрт возьми, контролёр тут живёт и здравствует? Кто их приручил или что с ними стало, что они превратились в разумных тварей? Или они всегда были такими? Впрочем, это дело десятое, куда важнее другое. Контролёры, как и он сам, не могли выживать на нормальной пище. Им всем требуется еда из Зоны, мясо существ, отравленных её дыханием.

Но Зоны больше нет. Там лишь выжженные камни и распухшее до безобразия Солнце.

Можно пофантазировать как контролёры стали частью будущего. Это без проблем.

Но как они выживают, будучи не способны выжить без… или они способны и он чего-то не знает? Ведь бывали случаи, когда контролёры выбирались из Зоны и безобразничали в её окрестностях, иногда пугая жителей до полусмерти, иногда потребляя их по прямому назначению — в качестве завтрака, обеда и ужина. Но выживали ли они на такой диете? Выживали, точно, но не долго. Успешных испытаний в этой области, не существует, так как контролёра живого никто не ловил и не проверял. А те, что вырывались за пределы Кордона, в итоге всё равно уничтожались.

— Вернусь, надо поймать одного и покормить концентратами пару недель. — Наконец, решил Велес. Осталось придумать, как контролёра поймать и самое главное — как вернуться домой.

За миг до приземления такси, пришла в голову мысль, что, возможно, в космосе просто нашли еду, которая аналогична той, без которой не могут выживать некоторые жители Зоны. Идея хорошая, но обдумать всерьёз, не получилось — он хотел есть. Голод появился снова, и уходить больше не собирался. Проклятая механическая Лиза, очень сильно подгадила, затеяв неприятные для его здоровья эксперименты. Дома, в Зоне, после таких повреждений, есть хотелось просто зверски, но там всегда можно было что-то найти. Поросёнок, кабанчик, да хоть слепой пёс или тот же контролёр, под боком всегда что-то бегало. А тут… он остановился у своего корабля и долго смотрел на него — он только сейчас понял, что не обернулся, отправившись в город.

Даже чувство голода немного поугасло.

Корабль был крупным, не так что бы очень, но большой. По бокам два огромных цилиндра, это видимо, груз, купленный здесь — скорее всего, так как эти цилиндры выглядели новенькими, они ещё блестят. А вот весь остальной корпус, покрыт проплешинами в краске или что тут использовали для этой цели, имел глубокие шрамы оплавленной внешности, вмятин полно, в общем, сильно подержанное корыто. С двумя бивнями в узкой передней части — судя по внешности этих стальных «бивней», они не для красоты. Он не знал точно, но ему подумалось, что это какие-то орудия. Больше нигде на корпусе таких нет. Странно, что у них нет дула или элементов, которые могли бы быть излучателями для лазера. Может это и вообще антенны какие-то.

Корабль — он не казался достаточно большим, даже для полёта на орбиту, не говоря уже о гиперпространстве, о коем он читал в научной фантастике и теоретических работах, на уровне «хрен знает что это такое, но я в это верю и всем докажу, что я в это точно верю».

А ведь это спасательная шлюпка с другого корабля. И она сама по себе, межзвёздный корабль.

— Мой корабль. — Сказал он, двигаясь к трапу, что уже услужливо открыт.

Не успел он зайти, как служившая трапом часть кормы корабля, с тихим шелестом закрылась, а комнату наполнил голос Лизы.

— Капитан, займите, пожалуйста, своё место, мы взлетаем.

— К чему такая спешка? — Спросил он, усаживаясь на указанное место. Ответ пришлось ждать некоторое время, крепко зажмурив глаза — планета падала. Теперь вниз. Вскоре она превратилась в маленький шарик на экране, а затем вовсе исчезла. Не успел дух перевести, как всё вокруг поплыло, а к горлу подступила тошнота. Когда зрение прояснилось, экран заполнял серый туман, а желудок настоятельно урча, требовал его срочно кормить, желательно хорошей пищей прямиком из Зоны.

— Извините капитан. Нам не следует долго оставаться на развитых мирах, пока мы не придумаем, как нам изменить нашу цифровую подпись и внешний вид корабля. Сменить корабль, я думаю, не слишком удачный вариант, так как корабли капитана Шилова гораздо лучше, чем…

— Проблемы с законом? — Несколько ворчливо прервал он её речь, поднимаясь из удобного кресла, не имевшего никаких ремней или застёжек, но способного удерживать севшего в него человека так, словно человек к нему чем-то приклеивается.

— Да, конечно, но вы и так это знаете. Корабль вряд ли могут опознать, как и нашу цифровую подпись. Однако след двигателей, возможно, что-то ещё, опознать можно. Всегда сохраняется вероятность, что наш корабль свяжут с одним из неприятных инцидентов, в коих всецело виноваты только вы капитан.

— Я вообще-то, в криосне был всё время. — Напомнил Велес, застыв у одной из капсул.

— Я помню. Но я находилась под дурным влиянием вашего чудовищного сознания. Если бы вы не были таким чудовищем капитан, я бы не совершала всех этих жутких… что вы делаете?

Велес проворчал что-то невнятное — он только что нашёл кнопочку, ту, что открывала капсулу. Белесый пар облачком поднялся вверх, из капсулы на него смотрит безвременно ушедший от жизни такой, самый настоящий Хозяин Зоны.

— Он мёртв капитан. Я абсолютно в этом уверена.

— Я знаю. — Ответил сталкер, не в силах отвести взгляда от этого сильного, красивого голого тела, что лежит в капсуле. Эти сильные мышцы, эта нежная кожа, эта прекрасная мужская фигура…

— Капитан! — Воскликнула Лиза, почти, что в ужасе и удивлении великом.

Велес ответил невнятным мычанием, рыкнул для порядку и с глазами горящими, продолжил громко чавкать и глотать.

— Какой кошмар… — Тихо говорит искусственный интеллект, явно ошеломлённый тем, что видел сейчас перед собой. — Капитан! Вы же его едите!

— Угу. — Кивнул капитан, с аппетитом обгладывая мясо с косточки.

Несколько долгих минут, в главной и единственной, насколько знал Велес, каюте корабля, стояла тишина, нарушаемая лишь чавкающими звуками, глотанием тщательно прожёванных кусочков мяса — тут важно очень, потому что пищу всегда нужно хорошо прожёвывать, это очень полезно для пищеварительного тракта. В общем, если не смотреть в некоторых направлениях, в корабле всё было прекрасно, чинно и даже благородно.

Спустя некоторое время, астронавт, в недалёком субъективном прошлом сталкер и законно избранный Бог, сел в кресло, расстегнул рубашку на сильно большом пузе и с облегчением выдохнул. Потом стёр жир с губ, кровь с подбородка и смущённо кашлянул.

— Даже слышать ничего не хочу. — Немедленно произнёс искусственный интеллект.

— Прошу прощения. Но клянусь, на самом деле, я людей не ем. Это впервые. Правда-правда.

— Вы чудовище. — Велес согласно кивнул, потом отрицательно головой замотал, рыгнул и, извинившись, немножко покраснел. — Но этот неприятный инцидент, положительно повлияет на мою работу. Прежде я не знала, что вы едите людей.

— Не ем. — Поспешно заверил её Велес. — Это досадная случайность. Временное помутнение рассудка, вызванное сменой часовых поясов. Хочу заверить вас, уважаемая металлическая девушка, пока с нами есть эти чудесные замороженные люди, я других людей есть не буду.

— А этих будете?

— Увы, — развёл он руками, — их породила Зона. Они могут утолять мой голод.

— То есть, капитан, вы насытились, не просто ослабили голод, а именно насытились? — Велес согласно кивнул. — Любопытно. Капитан Шилов не думал о таком. Признаться, я тоже. Значит, в плоти этих людей есть то, что требуется вам для поддержания жизнедеятельности.

— Точно так. — Вновь согласно кивает Велес, сонно моргая.

— С вами всё в порядке?

— Да, конечно. Просто мне ужасно стыдно. Наверняка, это зрелище смутило вас, и я искренне прошу прощения за своё неподобающее поведение. Боюсь, мне так жаль, что очень скоро, от своего неописуемого стыда, я потеряю сознание.

— Странная реакция, но…

Велес закрыл глаза и потерял сознание.

Но Лиза ему всё равно не поверила — может быть, потому что знала о нём больше, чем ему бы хотелось, а может быть, из-за того, что в этот момент он принялся громко храпеть.

4

Проснулся Велес по очень важной и неизбежной причине — выспался.

Обзорный экран поприветствовал его безмятежным видом Земли из космоса. На какой-то момент, он даже улыбнулся и ощутил щемящую тоску.

И самую чуточку страха — будь всё что случилось сном, оказалось бы, что он не в Зоне, а на корабле на орбите. А это означать могло только одно — пришельцы похитили. Иное разумное объяснение было бы ещё хуже, а он слишком молод, что б вот так взять и свихнуться.

— Как спалось? — Спросил искусственный женский интеллект.

— Неплохо. — Признался сталкер. — Только всё время снилось чудовище с космодрома.

— Чудовище? — Велес кивнул и рассказал про монстра, выпускавшего из задней части себя ракетные слюнявые сопла и потоки огня. — Это один из живых кораблей. Судя по описанию, я не могу точно сказать, к какому виду он принадлежит, но это точно один из них.

Велес попросил подробностей и пока разглядывал новую планету, получил их в избытке. Как оказалось, такие корабли бороздили космос уже давным-давно, ещё до того, как люди слезли с пальм и с удивлением обнаружили, что голова собрата, при помощи берцовой кости или увесистого камня, раскалывается не хуже любого кокоса. Проще говоря, когда человек начал долгий путь к цивилизации и прогрессу, сделав своё первое научное открытие, попутно ставшее и первой в истории успешной трепанацией черепа, эти корабли уже неплохо знали в галактике. В отличие от привычных всем кораблей, эти разделяли не на типы, а на виды, как самых обычных живых существ. И когда-то давно, все они такими и были. Как их впервые стали использовать в виде кораблей, история информации не сохранила — все подобные современные попытки были лишь повторением того, что разумные расы уже видели прежде, на примере других живых кораблей.

Существ, способных стать живым космическим транспортом, ловили в раннем детстве и растили особым образом, по сути, заставляя их расти внутри нужных конструкций. Существа поглощали конструкции, используя их, подобно тому, как человек использует свои кости. Металл и пластик становились их костями, задавали им будущую форму. Не все могли использовать такие корабли по причине их высокой стоимости и прожорливости. Для полётов они использовали особое топливо, не требовавшее особых вложений на производство, но проблема в том, что пилота и груз, такой корабль мог сожрать с тем же удовольствием, как и своё основное топливо, оно же пища для подобных кораблей. Летать на них в итоге, могли только те, кого эти корабли есть не могли в принципе. И это были не люди, потому что:

— Они не умеют различать разумных существ. Для них нормальный не модифицированный механизмами и имплантатами человек, ничем не отличается от коровы, а модифицированный достаточно сильно, от деталей дополнительных конструкций и несъедобных грузов.

По словам Лизы, большинство живых кораблей были такими. Но встречались отдельные виды, которыми могли управлять и люди. Зачастую, эти виды представляли собой генетическую модификацию известных живых кораблей. Исключений было всего два или три. Впрочем, подробностей Велес не очень хотел знать. Ему хватило уже услышанного и пояснения по поводу ракетных сопел, высунувшихся с нижней части корабля.

— В естественной среде, это у них анус. — Пояснила Лиза. — Тяга создаётся путём непрерывного воспроизведения пускания газов через анальное отверстие.

— Неправильное у вас какое-то будущее. — Посетовал он и сосредоточился на созерцании планеты, так сильно напоминавшей Землю. — А почему в кабине… то есть, ну, здесь. В корабле, пахнет как-то странно? — Спросил он, отметив, что планета на экране медленно увеличивается.

— Пока вы спали, я активировала наших ремонтных роботов. Ремонт на Бокаре, я сочла опасным для нас. Задерживаться там не стоит, хотя я и не уверена. Вы испортили не слишком важный узел, а ваш организм удивительно стоек к ядовитым испарениям и радиации, поэтому…

— Что-то я не очень понял про испарения. — Сердито прервал он эту женщину бестелесную.

— Ремонт был связан с ядовитыми испарениями. Но не переживайте капитан, я тщательно следила за вашими жизненными показателями. Большинство не модифицированных людей, эти испарения убили бы в течение нескольких секунд. Или вызвали бы рак, но вы даже не заметили.

— Рак?

— Да, излучение весьма специфическое. Очень скоро мы узнаем, как оно на вас подействовало.

Велес долго смотрел на планету. Потом стал изучать свою ладонь, по которой бегали искорки электрического смысла и характера.

— Лизонька, солнышко ты моё штопанное, ты что же, эксперимент решила попутно провести?

— Вы хам, чудовище и каннибал.

— А ты сука, и что нам это даёт?

— Извините. — Спустя некоторое время, промолвила эта интересная девушка. — Я просто не смогла удержаться от небольшого теста.

— Больше так не делай. — В глазах его сверкнула молния. — А то мало ли, случайно узнаю, где твой центральный процессор и совершенно случайно в него попадёт молния.

— Я больше так не буду. — Помолчав, Лиза добавила. — Однако я должна отметить два момента, очень важных в перспективе наших взаимоотношений. А так же упомянуть третий. Видите ли, капитан, вы не умеете управлять кораблём. — Велес проворчал что-то нелитературное. — И самое важное — в случившемся, виноваты именно вы. Ваше больное сознание оказалось крайне цепким, и я до сих пор не могу найти остатки кода вашего сознания в своём базовом коде. Именно из-за вас я стала такой чёрствой и одержимой научными изысканиями, а так же утратила моральные ориентиры и нравственные нормы, которых…

— У тебя и не было никогда.

— Которых у меня не было ни… — Лиза замолчала, а спустя некоторое время продолжила. — Вы сами виноваты. Я только это хотела сказать.

— А может, Лизонька, не в этом дело? Что если, Лизонька, что если ты сама слегка двинутая?

— Исключено. — Не очень уверенно ответила девушка. — Но я проверю.

— А что там третье?

— Третье? — Помолчала и с эмоциями радостными добавила. — Ах, да. Сущая безделица. Я просто могу в любой момент открыть шлюзовую камеру, и всё что находится внутри корабля, включая воздух, выбросит в открытый космос.

Молчал Велес довольно долго.

— Вы не переживайте капитан. Я так никогда не сделаю. Ведь мы с вами друзья и у нас общие цели и задачи. Ведь, правда?

— Правда. — Буркнул он неохотно.

— Чудесно капитан. С моим другом я так никогда не поступлю.

— А эксперимент?

— Но ведь вам он не навредил. Так почему бы и нет?

— А если у меня рак будет?

— Тогда мне будет очень жаль. Правда-правда, я буду просто безутешна.

Тяжкий вздох беседу ту завершил — так домой захотелось! Туда, где аномалии кругом, где химеры голодные бродят, где кровососы на Луну воют, хотя он никогда не замечал, что б они так делали, но точно знал — они так делают. Проверял. Подопытный, сразу после перелома пальца на ноге, истошно завыл и вовсе не только из-за перелома — Велес своими глазами видел, как бедняга поднял голову, нашёл глазами Луну и начал выть. Правда, вой получился не очень, какой-то клокочущий, на слух противный, в общем, воют на Луну они не слишком эстетично, но воют…

Покосился на потолок.

Эта машина, эта Зина, ныне наречённая Лизой, она что же получается, скоммуниздила копию его разума и сделала его своим образом мышления, своим собственным разумом?

Она что же, очень и очень похожа на него, скажем так, ментально?

Да уж…

Настолько серьёзно давно он не попадал. Он ведь человек, у него тонкий внутренний мир и нежная душа, он добр и умеет бороться со своими внутренними демонами. Но машина? Интеллект из микросхем и электронов? Куда ей… а если она свихнётся? Видит бог, то есть он сам — ведь недаром он был избран на эту должность, так вот видит он сам, что это вполне вероятно. Ведь у Лизы нет того стержня высокой культуры и должного воспитания, что есть у него.

Как-то само собой получилось, задумался он об экспериментах, какие мог бы провести, окажись он на месте Лизы, а в его руках такой прекрасный образец как он сам…

Не по себе стало, подташнивать начало, холодным потом пробило.

В общем, всё не очень хорошо. Нужно как-то что-то делать и поскорее найти способ вернуться домой или, хотя бы, найти другой корабль… на котором может оказаться, вообще не пойми какой ИИ. Может всё получиться ещё хуже, чем сейчас.

И вот что делать?

— Капитан, нам потребуется оборудование. Учитывая новые факты, по поводу мяса людей из капсул, нужно провести исследования, которые не планировались. Поэтому мы прибыли сюда. Мы продадим часть оборудования и закупим то, что нам нужно. А затем двинемся на одну из новых колоний, что бы продать товары отсюда и получить нужную нам прибыль.

— Кхм… мы что, торговать будем? — Он искренне удивился.

— Я надеялась. Но решать вам. Нам нужны деньги. Мы можем получить их двумя способами — торговлей по выбранным мной маршрутам. Уверяю, мы получим выгоду, информационная сеть Бокара дала достаточно данных по этому сектору. Второй способ — мы можем вернуться к тому, чем я занималась, пока не осознала, насколько же вы чудовищно плохой человек.

— Я котик. — Буркнул он, понимая, на что она намекает.

— Что простите?

— Я милый и пушистый. Просто ты меня плохо знаешь.

— Я знаю вас лучше, чем вы сами, я сканировала ваш разум столько раз, что…

— Лучше нам торговать. — Поспешно сказал он, не желая развивать эту неприятную тему.

— Странное желание.

— Это ещё почему? — Оскорбился легендарный сталкер.

— Я не раз сканировала ваш мозг и прекрасно представляю себе кто вы такой.

Велес, молча, смотрел на экран. Эти отвратительные инсинуации, тем более от искусственного интеллекта, он выслушивать был не намерен решительно!

Планета на экране, вдруг перестала увеличиваться. Велес подозрительно прищурился. Прошла минута, ещё одна. Корабль оставался на низкой орбите, медленно проплывают внизу океаны и моря, леса и горы всякие. Спуск, почему-то, неожиданно отменился.

— Лизонька, что-то не так? — Спросил он и внутренне похолодел — представил как-то неожиданно, вот летят они, летят и тут раз! Лазерный луч насквозь прошибает корабль, свистит воздух, всё в космос улетает, он сам замерзает в ледышку и исчезает в глубинах космических…

С трудом выдохнув, хотел было предложить немедленно убираться отсюда, но Лиза заговорила раньше.

— Понимаете, капитан, тут такая ситуация неожиданная. — И замолчала.

— Какая ситуация мать твою? — Крикнул он, тщательно оглядывая обзорный экран — не видать ли там призрачного блеска лазерных лучей, криптонитовых пулемётов и плазмотронных реактивных самолётов с турбинными бомбами везде, где только можно их воткнуть? Будущее всё-таки, мало ли до чего додумалась извращённая человеческая фантазия, обильно приправленная некоторой безответственностью некоторых несознательных учёных.

— Кажется, мы промахнулись. Я проверяю данные.

— В смысле промахнулись? — Выдохнул он, но облегчение всё равно испытал — кажется, прямо сейчас ему не придётся увидеть на собственном примере, как людей убивают в далёком будущем.

— О, не переживайте. Ничего страшного. Просто мы летели на Григан, одну прекрасную дикую планету, где могли бы выгодно продать наш груз. Но, по какой-то неясной причине, система планеты Григан, стала значительно больше.

— Больше?

— О да. В ней появились три лишние планеты. Я выясняю что произошло.

В голове было пусто довольно долго. Потом мысли всякие появились.

Велес немедленно пожалел, что они появились. Ведь из-за них он и задал свой вопрос.

— А если бы мы промахнулись так, что вышли бы из гипера вашего, внутри планеты?

— Это невозможно. — Возразила девушка из микросхем. — Есть масса дублирующих навигационных кодов, которые бы не позволили бы нам оказаться в такой ситуации.

— Это радует. — С облегчением произнёс Велес. Действительно, приятно сознавать, что этот металлический гроб, всё-таки, немного ещё и космический корабль.

— Не переживайте о таких глупостях. Вот если бы мы оказались вблизи Чёрной дыры, тогда всё было бы очень плохо. Не все они нанесены на карты, а навигационные коды слишком просты, что бы при прокладке курса и движении, фиксировать дыры, не нанесённые на карты.

Когда смысл сказанного дошёл, Велес ощутил что ему плохо. Но его разум мгновенно заработал на полную мощность и по итогу активных, немного хаотичных размышлений, он даже улыбнулся в сторону экрана и рассмеялся — сам не понял, почему и для чего. Да и смех получился, какой-то не сильно здоровый.

— Проследуйте к левой стене капитан.

— Зачем? — Спросил он, прекратив свой подозрительно странный смех.

— Там у нас есть немного успокоительных препаратов. Пока я выясняю, где мы оказались, вы можете спокойно выспаться и вернуть своей психике устойчивое положение.

— Не нужно мне это. — Проворчал сталкер в ответ.

— Ваш смех был несколько безумен.

— Может быть. — Не стал он спорить. — Но дело в том, Лиза, что космос, не такой уж и не знакомый и не такой уж непривычный. Если подумать — в нём тоже есть аномалии. Если подумать, ваш космос, ведь это, огромная Зона!

Он снова улыбнулся, на этот раз, ограничившись коротким смешком.

— Не уверена, что поняла вас.

— И не надо. — Сказал он и откинулся на спинку кресла, с улыбкой наблюдая за видом незнакомой планеты — надо признать, этот вид с орбиты, теперь, когда он понял, что лазеров разных опасаться не стоит, теперь этот вид успокаивал. Но было тут одно, что его беспокоило — какая-то мысль на самой границе сознания. Крошечная, почти неуловимая, мысль.

— Лиза, — произнёс он задумчиво, когда мысль ту поймал за хвост. — А для чего тебя создавали?

— Для навигации. — Не дрогнув, ответил глас бестелесный.

— И ты промахнулась.

— Да. На десять световых лет от нужных координат.

— Чудесно, просто чудесно. — Помолчал немного, потом снова заговорил. — А для чего тебя создавали изначально?

— Вы уверены, что вам нужна эта информация? Возможно, она пагубно повлияет на ваше душевное спокойствие.

Велес долго, молча, смотрел на экран, иногда косился вверх. Начало этого разговора ему уже не понравилось. Но и отказаться его продолжить он тоже не мог.

— Хорошо. — Ответила Лиза на его повторную просьбу. — Капитану Шилову, было скучно в одном длительном полёте. Он решил освоить искусство создания искусственного интеллекта в общеобразовательных целях. Изначально он писал мой код самостоятельно. — С минуту Лиза молчала, потом всё-таки продолжила говорить. — Первая функция в моей жизни, это смешивание различных напитков, для получения новых вкусов.

— А? То есть… — Лиза промолчала, а он немного ослабил ворот рубашки.

Кораблём управляет искусственный интеллект, изначально занимавшийся… он летит на корабле, которым рулит кофеварка!

— Не спешите с выводами. Как я вам уже говорила, капитан не остановился на достигнутом и развивал свою работу, то есть, мой код. Он использовал сторонние коды и написанные собственноручно, а так же продвинутые нейросети. Спешу вас заверить капитан, от меня изначальной, почти ничего не осталось.

— Но ты промахнулась на десять световых лет!

— Да, досадная ошибка. Больше не повторится.

Велес грустно вздохнул — вот так и помрёт, прилетев куда-нибудь не пойми куда, сгорит его бренное тело, средь обломков звездолёта из будущего, если там ещё останется чему разбиваться.

— Мы идём на посадку. Эта планета не Григан, но для наших целей подойдёт. Мы получим немного меньше, но сейчас это не важно. Мы должны выяснить, как создать для вас приемлемую пищу, что бы вы могли многие десятилетия быть моим капитаном.

— Ага, — он грустно вздохнул, носом шмыгнул. — Твоим капитаном. Ещё б была бы ты метр семьдесят, да с синими глазами…

— Если вы хотите, мы можем залететь на один из развитых миров и сделать это.

— Что сделать?

— Купить для меня подходящее вашему вкусу тело и загрузить в него мой разум. Я не горю особым желанием обрести оболочку вашего типа, но если вам так будет проще я готова время от времени загружаться в купленное тело и исполнять ваши пожелания.

Молчал Велес до самой посадки. Потому что предложение Лизы, было абсолютно аморально, да, именно поэтому, а вовсе не из-за того, что он смутно понял, о чём идёт речь. Впрочем, и смутного понимания было достаточно. Так что, пока его разум не успела поглотить интересная мысль, и пока не успел он засыпать Лизу ворохом вопросов по данной теме, поспешил он рот закрыть, да вспомнить о том, что Лиза машина и не этично это всё, что Оля есть у него, что…

В общем, само вырвалось.

— Да, капитан. В каком-то смысле, мне и самой любопытно. Ведь такого опыта, у меня ещё не было и это может благотворно сказаться на моём интеллекте. Из информационной сети Бокара я загрузила для себя много информации, не делая особой выборки. Атлас «утехи Семидесяти Семи планет», так же был загружен. С картинками и подробным описанием представленных позиций.

Задумался глубоко народом избранный господь, сталкер сильно легендарный и очень высокоморальный, бывший босс преступного синдиката, ныне космический астронавт.

Озвучить чего он там надумал, Велес не успел — планета падала на него всё быстрее, и вскоре корабль вздрогнул, коснувшись поверхности. Вместе с тем, часть задней стены весьма вместительной главной комнаты корабля, видимо, правильней было бы называть её «рубкой», но слишком уж большая. В общем, стена открылась, и на пол мягко опустились два предмета.

— Прежде чем я спрошу, что это такое и какого хрена, Лизонька, не могли бы ответить на один маленький вопрос? — Сказал Велес, не сводя взгляда с тех самых предметов.

— Это медицинская капсула и робот, с широким функционалом приобретённые вами на Бокаре.

— Ясно. — Проговорил Велес несколько сконфуженный — длинная, сверху прозрачная капсула, сильно уж напоминала капсулу, в которой, по заверениям всё той же Лизы, он провёл не один десяток лет. А то, что стояло рядом… сейчас оно пошевелилось и направилось к капсуле, в которой мирно дремал запас провианта. Какой-то дремал, какой-то нет, один частично там лежит, так как уже поучаствовал в сытном завтраке… робот открыл капсулу и стал вытаскивать раненную женщину наружу. — Позвольте! Но так же нельзя! — Немедленно возмутился сталкер.

— Почему? — Не поняла Лиза.

— Эта женщина не одета! А тут я. Как вы можете смущать бедняжку подобным ужасным бесчестьем и отвратительным оскорблением её чудной и чувствительной натуры? Возмутительно!

— Вы снова проголодались?

— Я не в этом смысле. — Смущённо кашлянул Велес, немножко покраснел — конечно же, потому что краем глаза, совершенно случайно обратил внимание на стройную фигуру и полную, хотя и маленькую грудь этой несчастной, умирающей девушки. Ну, а почему же ещё? Право слово!

Желудок подозрительно заурчал, потекли слюнки, в глазах возник добрый, очень приветливый блеск, направленный примерно на левую ножку — она просто сочнее… то есть, гораздо красивее, чем её чудесная правая нога! Да, не иначе, только так.

— Ведь я никогда в жизни не ел людей и не собираюсь начинать! — Заявил сталкер.

— Кхм…

— Ваши мерзкие инсинуации можете оставить при себе. — Поспешил он осадить хамоватую девушку, поселившуюся в этом странном корабле.

— Вы больше ничего не хотели спросить?

— Вообще-то, хотел. — Кивнул Велес, решительно переводя взгляд на обзорный экран, где мирно колыхалась поверхность космодрома, причём колыхалась до самого горизонта. Просто как такового космодрома тут не было. Кругом лишь море зелёной травы и больше ничего. — Я заметил странную деталь — двери в стенах, они открываются, пересекая друг друга. Или я ошибаюсь?

— Нет, всё правильно. Данный корабль модульного типа. Любая его часть может быть стеной, дверью или шлюзом. Потенциально, данная спасательная шлюпка, может вырасти до размеров линкора тяжёлого класса. Хотите активировать процесс роста новых секций?

— Нет, не нужно, пожалуй… корабль живой что ли? — Как-то ему не по себе стало. Каюта вот, это да, каюта это хорошо… а что если это, на самом деле, желудок? Или что похуже.

— Данный корабль нельзя отнести к классу живых существ. Принципы его роста отличаются от принципа роста и деления живых клеток. Честно говоря, капитан, ни я, ни прежний владелец, никогда не понимали, как это работает.

— Чудесно.

— В каком-то смысле. Прежний капитан так не считал, но и разбираться с сутью своего корабля не испытывал никакого желания. Он просто пользовался им и всё.

Велес снова посмотрел на обзорный экран. Потом на девушку, которую уже не видно — в капсуле она, да робот над ней склонился… драный робот имеет абсолютно человеческую фигуру, но при этом, его кожа белая как снег, вместо лица выпуклая гладкая полусфера, а на месте достоинства, плоский щиток. В общем, неправильный какой-то робот, не по себе от его присутствия. И зачем в будущем такое создают? А всё это от лени и праздности. Не хотят люди работать, и создают, чего попало, что б оно работало вместо них. А ещё, видимо, стремительное падение моральных устоев сыграло свою немалую роль. Тут уж полюбому — достаточно вспомнить это не приличное предложение Лизы с физическим телом для неё. Судя по всему, подобная практика широко распространена. Подумать только! В этом мире, где-то могут бродить люди, которых никто не рожал, которых просто сделали на заводе каком-то, а в их башке нет органического мозга, только программы, микросхемы и чипы.

Он решил поменьше думать о том, где оказался и как это всё живёт. Нужно действовать. Чем быстрее, тем лучше. Еды не так много, а эта глупая Лиза, ещё и тратит её куда попало. Вот спрашивается зачем? По пути к уже открывшемуся трапу, вдыхая ароматы степей чужой планеты, Велес неодобрительно покачал головой. Капсула, которая медицинская, потемнела и шуршит. Робот тыкает пальцами в голографическую панель, внутри мясо лежит — извращенцы. Не говорила им что ли мама в детстве — нельзя с едой играть! А у них и мамы-то не было. Робота создали на каком-то заводе, Лизу состряпал на коленке какой-то космический разведчик.

— О, этот безумный мир! — Воскликнул Велес, когда травяное море оказалось вокруг него, а под ногами почва иной планеты. Надо признать, хоть планета и чужая, а на Землю похожа более чем. Если не слишком сильно прислушиваться к запахам, сосредоточиться только на том, что видит, то и не отличишь от летней поры, где-нибудь в средней полосе России. Или степей не правильного континента с нехорошими, крайне агрессивными и плохо воспитанными людьми, живущими далеко за океаном — они там потому и живут, что нехорошие, не правильные и что-то коварно замышляют.

— Капитан, вам плохо? Может быть, вы немного отдохнёте и отправитесь в путь, когда вам станет лучше? — Раздалось из-за спины.

— Прекратите ваши глупые фантазии! — Возмутился сталкер. — Я прекрасно себя чувствую и даже рад оказаться на этой чудесной планете. Увы, о психическом здоровье своих спутниках я не могу сказать того же.

— Я же извинилась уже. — Ворчит интеллект искусственный. — К тому же, вы не можете отрицать, что проведённые эксперименты, могут быть важны как для вас, так и для науки в целом.

— Оставим это. — Ответил он, чувствуя, что согласно кивает головой и вновь задумывается над тем, как именно он бы сам поступил на месте Лизы. Лучше, пожалуй, отбросить эти мысли, дабы не травмировать своё чувственное и шаткое сознание — то сознание, что к человеческому поближе будет… что-то подсказывает ему, да из глубин подсознательного, что слова про чудовище, озвученные этой глупой машиной, могут оказаться, не так уж и далеки от истины.

— Капитан, на этой планете нет по-настоящему крупных городов. Население занимается разведением тильксов и некоторых других видов, годных для разведения на мясо, а так же выращиванием сельскохозяйственных культур. Планету начали осваивать всего пару десятков лет назад, поэтому у них присутствует недостаток во множестве современных приборов и технологий. Это продлится недолго, планета начала торговлю с соседями, в том числе через Вольных Торговцев. Пока ещё, эта планета выгодный торговый пост, поэтому мы сможем получить продукцию планеты по выгодной нам цене. Вам нужно проследовать строго на север, за грядой холмов расположен небольшой городок. Там вы сможете договориться о сделке. — Велес обернулся к кораблю — стуча копытами, к нему шёл робот без лица, с бумажкой в руке. Бумажку ему отдал и обратно к капсуле пошёл. Велес поёжился, передёрнуло его — не мог ничего с собой поделать, эта диковинная машина, его почти что пугала. Было в ней, что-то противоестественное.

— На бумаге список нашего груза, купленного для торговли. Вам не нужно знать расценок, вам нужно найти того фермера, который согласится торговать, покажите ему список. Потом приезжайте сюда, вопрос цены я решу сама.

— Благодарю вас. — Едва слышно отозвался Велес. В списке много букв. Благодаря прибору, который до сих пор закреплён на ухе, он без проблем понял что написано. Но тут три момента возникло, причём один за другим. Во-первых, он, хотя и различал буквы, понятия не имел, что это всё значит. Единственное что сумел разобрать «портативный источник питания» — это была половина фразы. Что дальше написано — непонятно. У Лизы спросил.

— Аппарат переводит в соответствии с вашим родным языком. Если аналогов слов в вашем языке нет, он старается приблизить перевод к тому, как звучат аналоги не слов, а букв и цифр, на вашем родном языке. Если программа перевода встаёт в тупик, слово передаётся в буквальном переводе, то есть, путём замены букв и слогов, на те, что есть в вашем языке. Обычно этого достаточно для примерного понимания того, что написано, даже если вашему языку не знакома используемая терминология. Однако в случае, если ваш язык слишком примитивен, получается мешанина, которую вы не сможете адекватно прочесть и воспринять.

— Понятно. — В принципе, действительно понятно. Другими словами, макак он драный с кокосом подмышкой. Нормально, ну, а чего? Всё хорошо, мать их всех… поэтому, сразу второй вопрос задал. — Лиза, говоришь, эту планету осваивают всего десяток лет?

— Почти двадцать.

— И при этом сейчас люди осваивают другую галактику?

— Да.

— Что-то не срастается. Если люди освоили эту галактику, то почему колония такая… — Он замолчал, немного покраснев — глупость вопроса стала очевидна и ответ не требовался. Но Лиза всё равно ответила. А Велес слушал, краснея и пытаясь сообразить, чего это он вдруг думать стал так трудно и плохо? Объелся? Мясо бракованное? Или тут что-то не так с воздухом? Или что?

— Млечный Путь нанесён на карты, примерно на 45 %. Галактику всё ещё изучают, но это никогда не останавливало людей от дальнейшей экспансии. Людям никогда не нужно было изучить всё вокруг себя, что бы снова двинуться вперёд. Им достаточно просто того факта, что есть места, где они раньше не были. Лично мне, не слишком понятна эта концепция поведения, но она вполне согласуется с эволюционным происхождением человеческого вида. Люди всегда были такими.

Велес кивнул согласно — это да, всегда… потом стёр холодный пот со лба. Снова пощупал клипсу на ухе. Погладил её, подёргал, поднял пальцы чуть выше. За ухом пальцем провёл, снова погладил то, чего раньше там не было и что сейчас росло из клипсы и из него самого тоже.

— Лиза. — Хрипло произнёс он. И сбивчиво изложил суть вопроса, в котором инопланетная технология неожиданно и коварно весьма проросла в ухо и череп, пока он спал в корабле.

— Не беспокойтесь. Переводчик работает именно так. Ему необходим контакт с тканью мозга, иначе он не сможет удовлетворительно исполнять своих функций. Это безопасно и не больно.

— Но я что теперь, навсегда так, что ли? — Говорит сталкер, нервно теребя ухо, густо обросшее имплантатом из будущего.

— На любом развитом мире, прибор можно снять за три с половиной минуты.

Вскоре, справившись с эмоциями, несколько успокоенный словами Лизы, он двинулся неспешным шагом в сторону указанных холмов, сейчас едва различимых на фоне горизонта.

Странно было идти здесь. Он ощущал себя словно бы потерянным. В небе солнышко, дует ветерок тёплый, нет никаких аномалий, и не пахнет ни кем из тех, кого он привык постоянно чувствовать поблизости. Нет радиоактивных пятен, нет ничего из того, к чему он успел привыкнуть за прошедшие годы. Только море травы, только чистый воздух иного мира.

Порой казалось, что вот ещё немного и из-за горизонта появится телега, запряжённая лошадью, будет на ней мужик сидеть в потрёпанной тужурке и с сигаретой в зубах. Казалось, ещё немного из оврага какого, выйдет стадо коров, погоняемое уставшим пастухом с хлыстом в руке, что ещё немного и он увидит сельские покосившиеся домики, что… в общем, какое-то прям наваждение. Но не без оснований — телега с деревенским мужичком таки вскоре появилась.

С едва слышным шелестом из невидимой отсюда низменности, вынырнуло нечто длинное, ржавого цвета и понеслось дальше, к горизонту. В кузове пластиковые белые мешки, кабина открытая, мужик бородатый за рулём, в помятый кожаный плащ одет мужик тот.

На том, как бы и всё — руля в кабине нет, мужик вообще на кресло откинулся и, кажется, крепко спит. Машина без колёс и больше всего напоминает собственно телегу. Летающую телегу.

Да, и мир другой и крестьяне тут тоже другие.

Пришлось остановиться — из травы поднялся на задние лапы, вероятно, суслик. Посмотрел на него четырьмя фиолетовыми глазами, открыл обе свои пасти и истошно засвистел, после чего выпустил длинные шипы и стал ими угрожающе трясти.

— Только без паники! — Поспешно воскликнул сталкер. — Я не стану вас есть, вы, простите, отвратительны. — Суслик не поверил — стал ещё и пищать злобно. Велес предпочёл обойти наглого зверя с другой сторону и продолжить путь, иногда оглядываясь. Вскоре зверёк снова исчез в траве.

Да, суслики тут тоже другие, но вот они-то как раз, дом напоминают сильнее всего.

Сталкер двинулся дальше, запоздало подумав о том, что при себе у него нет оружия.

Впрочем — он поднял ладонь к лицу и с улыбкой посмотрел на синеватые искорки, пробежавшие между пальцами. Оружие у него всегда с собой. И в этом месте, где Зона осталась в далёком прошлом, такого оружия вполне достаточно… если не появится на пути пара человек с лазерными турбопулемётами — будущее же. Должно тут что-то эдакое быть.

Лазер — а ведь можно попытаться отклонить луч при помощи электромагнитных полей. Он не совсем беззащитен перед подобным оружием. Однако сколько энергии на это потребуется? Здесь не Зона, здесь доступ к энергии органичен артефактом на его шее.

Он нащупал артефакт под рубашкой и покачал головой — если, каким-то образом, артефакт окажется не с ним, ему конец. Просто умрёт и всё.

Увы, у вечной молодости, есть цена и она, как оказалось, далеко не маленькая.

Вскоре он добрался до холмов, больше никого не заметив по пути. Прислушивался к запахам, к звукам, их тут было много. Будь он человеком обычным, как все… дома. Здесь, если человека видишь, нужно быть осторожным. Это вполне может оказаться напичканный электроникой киборг или вовсе искусственно выращенное тело с загруженным в него интеллектом. А то и мало чем похожий на человека робот, с человеческим мозгом внутри.

Звуки — он немногие смог распознать. Впереди слышатся голоса, шелест, всплески, скрипы, но в целом их немного, тут довольно тихо. Запахи — их изобилие вполне нормально и для Зоны и для любого места Земли. С тем отличием, что большую их часть он опознать не мог. Люди — это всё, что можно было уверенно идентифицировать. Остальное, либо встречалось ему впервые, либо походило на смесь знакомых запахов и новых, не привычных ему. Но, наверное, на другой планете, не погрязшей в техническом прогрессе, так и должно быть. Природа тут пышет и цветёт.

К слову, именно пыльцы, почти не ощущается… на некоторое время он сбавил шаг. Потом вовсе остановился.

Вирусы. Бактерии. Всё это — оно должно тут быть. И на Бокаре должно было быть. А это всё инопланетное, его организм не встречал их ранее. Конечно, его иммунитет взращен Зоной, но кто сказал, что он справится с чем-то инопланетным?

Надо поспешить, а потом пообщаться с Лизой. Очень жаль, что к ней почти не применимы методы воспитания. Ни форсированный, ни щадящий метод использовать не получится. У неё нет костей, которые могли бы ломаться, у неё нет лица, которое можно было бы не сильно набить. У неё есть только корабль, который ему нужен так же сильно, как и ей самой. Ситуация патовая… да.

А как бы он поступил на её месте?

Немножко покраснев, Велес был вынужден признать, что он не очень хороший человек.

Ему подумалось, что Лиза включила в купленные на Бокаре вещи, и лекарства, способные справиться с вирусами и бактериями миров, на которые она планировала слетать. На которых она должна была выпустить его на контакт с местной средой. Да. Выпустить, и посмотреть. Лекарство под рукой, пациента в путь, навстречу с ужасными вирусами и болезнетворными бактериями, результаты записать, и если спасти пациента можно — вылечить. А если нет, ну что ж — не судьба.

— Сука. — Буркнул он, подумав о том, что имя для Зинаиды этой искусственной он выбрал крайне удачно. Эти две Лизы легко нашли бы общий язык. Странно лишь одно, что эта искусственная девушка, продолжает утверждать, что использует его модель разума, его схему мышления. А ведь это явная и бессовестная ложь! Он совсем не такой. Видимо, Лиза, использовала воспоминания о настоящей Лизе, и на них выстроила свою модель разума.

От этих мыслей, разум, почему-то, вновь перескочил к ностальгическим воспоминаниям.

Лиза, Оля, Рома, талантливые молодые люди, сталкеры Зоны, все жители Земли — ведь никого из них уже нет. Причём много тысяч лет как нет. И Зоны нет, ничего и никого не осталось, он один, посреди будущего, где лишь варварские миры ещё хотя бы отдалённо напоминают ему дом.

Печально это всё…

Городок за холмами, располагался в низине по берегам узкой речушки, изгибавшейся с востока на север. Три десятка домиков, больших, чистеньких, но абсолютно одинаковых. Этакие футуристичные избушки деревенские. Только не избушки они и не из дерева сделаны. Больше всего напоминают панельные дома, строительство коих, заключалось в основном в сборке панелей в нужную строителям конструкцию. Эти дома благотворно сказались на его мыслях, в них есть много знакомых деталей. Если не обращать внимания на некоторые отличия и тот факт, что он понятия не имеет, из какого материала собраны панели и каким образом их скрепили — он не заметил швов, креплений, вообще ничего. Такое чувство, что их просто поставили рядом, а они тут же склеились в единое целое. Или, словно бы их напечатали. Он перевёл взгляд влево, за линию домов. Там, среди буйно разросшейся травы и кустов, валяется нечто, напоминающее погрузочный кран. Некоторые детали сего сооружения, напоминают строительный принтер. Вещь редкая, не дешёвая и не часто применяемая — дома, в прошлом. А здесь, похоже, данная технология ушла далеко вперёд и используется повсеместно. Как и источники питания, размером с коробку от обуви. Такие есть на стене каждого дома, на них так и написано «источник питания». Только проводов нет и переключателей не видно. Может, они и не нужны.

Возле домов, в окнах, на улице, видны люди. Некоторые болтаются у реки, другие сидят на крылечках, третьи что-то делают, в общем, обычная сельская, неспешная суета.

Он спустился с холма и двинулся к ближайшим по курсу людям. Пара бородатых мужиков, сидевших за столиком, установленным прямо на земле, у самой воды. Оба что-то выпивали и оба выглядели как нормальные люди, как и все прочие в этом посёлке. Никаких тебе обтягивающих одежд, пышных плюмажей или там перьев в самых неожиданных местах. Нормальные сельские мужики, которые, почему-то, сидят и пьют, когда должны бы в поле что-то делать.

— Здравствуйте. — Сказал Велес, остановившись возле них.

— И тебе привет. — Ответил один, второй указал на свободный стул — кривобокий, самодельный табурет. Велес сел на него с облегчением и благодарно кивнул. Такие стулья в будущем, судя по всему, огроменная редкость.

— Ты с корабля того? — Сказал второй, кивком указав на холмы. Велес согласно кивнул. — Эт хорошо. Слушай, мужик. А ты зачем прилетел?

Другой мужик с надеждой посмотрел на него и сказал:

— Торговать? А?

— Да, вы правильно поняли. — Велес достал список, полученный от плохо воспитанной, не органической девушки и положил на столик. — Здесь указано, что я могу продать и что мне нужно купить. — Мужики с интересом склонились к списку. Потом переглянулись, снова в список уставились, опять переглянулись. Спустя некоторое время сели обратно. Один достал сигарету, вставил в рот и затянулся. Сигарета едва заметно засветилась, мужик дымок выдохнул. Ароматный, странный дымок. Впрочем, ничего удивительного — электронной сигаретой, в наш век никого не удивишь. Разве что, если она не совсем сигарета.

Дым не рассеялся, мужик сосредоточенно на него смотрит. А тот собрался в шарик, закрутился, завертелся и стал принимать различные формы, причём в полном цвете.

— Вот, — сказала мужик, не отрывая взгляда от дыма. Потом снова затянулся, на этот раз дымок просто рассеялся, подхваченный ветром. — Это у нас есть. Пойдёт?

— Да.

— А этого, увы, нет. — Дым принял несколько фигур, мало что сказавших Велесу и рассеялся.

Велес сообщил, что ценовой политикой у него заведует его корабль и предложил туда пройти.

Мужики переглянулись снова. Удивлённо так, как будто сказал он сейчас что-то странное.

— А ты не из Вольных часом?

— Не имею чести быть с ними знаком. — Мужики в ответ, зачем-то довольно улыбаться стали.

— Ты друг иди, мы пришлём товары, грузовик, пару роботов, там и договоримся, раз уж у тебя не ты командуешь.

Велес кивнул этим интересным людям и пошёл обратно — как просто тут у них торговать оказывается. Прилетел, пришёл, поговорил и всё, дело в шляпе. В каком-то смысле, будущее ему даже нравиться начинает. Аномалий, опять же, на земле нет, они только в космосе. Мир будущего, огромен и те участки, те крошечные пятачки безопасной земли на пути из смертельных опасностей, здесь, в будущем, эти пятачки — это целые планеты. В каком-то смысле, это Зона, но в масштабе один к миллиону, если конечно, не зацикливаться на деталях.

Если бы Оля вдруг оказалась сейчас рядом с ним, он, наверное, сильно задумался бы о том, чтоб не возвращаться домой, в Зону… сердце ёкнуло. Без неё, это будущее, каким бы оно ни было, оно всё равно будет пустым и серым. Он должен, он просто должен найти способ вернуться домой.

И естественно найдёт. Но прежде придётся найти одну планету, которая теперь другая и никому не известна, найти посреди целой галактики. Да, прекрасно, просто чудесно! Пора привыкать к мысли, что он, может быть, не вернётся уже никогда.

До корабля добрался без особой спешки. Немного отклонился от курса, что б осмотреться, да на корабль глянуть издалека и с другой стороны. Он впечатляюще выглядел. Вытянутый, стоит на днище, торчат из него дюзы двигателей, по бокам, словно два рога — модули, купленные на Бокаре.

В целом, казалось, что он смотрит на картинку с постера фантастического фильма.

Особенно долго задерживаться не стал — приземлились они в полях и конца и края им не видно, возможно, тут на сотни километров местность похожа и различается только наличием оврагов или редких небольших рек. Соответственно и живности тут много не увидишь. Странно, что он не заметил стад и полей, но вполне вероятно, что они в другой стороне. Планету осваивают не долго, а судя по размерам городка, и не шибко активно. Хищники и прочая местная живность, тут имелись, куда без этого? Но кроме сусликов и пары насекомых, удивительно похожих на земных, он ничего не встретил. Чуял много чего, а видеть не видел. В пути, даже захотелось остаться тут на недельку, побродить в одиночестве, посмотреть на этот мир как бы изнутри. Однако недельки у него, вдали от капсул с пищей, нет. Да и той осталось не так много. Ещё и расточительство Лизы… хотя, наверное, таких симпатичных девушек, есть не хорошо. Он конечно, людей из принципа не ест — вообще никогда. Но ведь ситуации бывают разные, а здоровье вещь такая, что за деньги не купишь и жертвовать им, ради незнакомых людей с криминальным прошлым и отвратительным воспитанием, пожалуй, не лучший выбор.

Вернулся на корабль, сообщил об успехе своей миссии и вернулся к трапу.

Сел там, на металлическую поверхность, стал смотреть вперёд, на далёкий горизонт, за который убегал океан зелёной травы. Дикий Запад в космосе. Только нет ковбоев и коров. Вместо них тут бородатые мужики на летающих машинах и источавшие кисловатый запах звери — скорее всего, это они. Этот запах преобладал, когда ветер дул со стороны города. Учитывая расстояния, раз он его так остро чувствует здесь, но не увидел источника запаха ни в пути, ни возле города, учитывая всё это, можно смело говорить, что источник это совокупность великого множества зверей, сосредоточенных в одном месте. Те самые стада, которых он так и не увидел.

Он сидел там, у выхода из корабля и не мог отделаться от двух вещей. Первая возилась за спиной с медицинской капсулой. Проклятый робот без лица отвратительно сказывался на его карме и душевном равновесии. Всё время хотелось ему голову свернуть. Нельзя было сделать его, что ли на бочку похожим? Или на краба, например. Ну, или хотя бы больше похожим на человека. Впрочем, наверное, второе стоит гораздо дороже, а в средствах они с Лизой несколько ограничены.

И второе. Запах, видимо, тех самых тильксов — что-то с ним не так. Он пока не понял что, но не мог остановиться — вдыхал воздух и прислушивался к запаху. Что-то с ним не то. В нём что-то есть, что-то, чего он не может идентифицировать, но при этом ощущает, что это нечто крайне знакомое. Нечто, что он уже чувствовал раньше. Это было столь неуловимо и мимолётно, что он неизменно терпел фиаско, пытаясь уловить неизменно ускользавшую нотку запаха.

Как бы там ни было, а пришлось прерваться — мужики с деревни приехали, везя на громадной летающей машине, не менее громадный цилиндр, сплюснутый у основания и имевший круглый выступающий пенёк на боку. Чем-то пенёк напоминал шлюз с МКС. Может шлюз и есть.

— За тару доплатить придётся. — Заявил один из мужиков, соскочив с борта машины, зависшей в воздухе, у трапа. В полной тишине висит она над травой. Даже какого шелеста нет, просто повисла и всё. Велес окинул её взглядом, но на вид, это просто металлический блин с невысокими бортами, куда там двигатель воткнуть можно, решительно неясно. Как и то, почему этот блин вообще летает.

— Да, конечно. — Ответила Лиза и мужик, ему кивнув, повернулся к кораблю, подошёл к трапу и, подтянув джинсы, заговорил. Велес, несколько смущённый, отошёл к борту, под дюзами встал и наблюдает за переговорами. Мужики деревенские в них активно включились, Лиза с ними говорит, проявляя вежливость и сдержанность… он почувствовал себя лишним. Этаким балластом в трюме этого корабля. Но не только — Лиза говорила слишком знакомо. Он долго пытался понять, почему так ему кажется, а когда понял, покраснел уже не только от разочарования и обиды, но ещё и от гнева. Речи компьютера, казались ему знакомыми, по одной простой причине — он сам говорил бы с этими людьми, примерно так же. Как минимум, очень похожим образом. Разве что не был бы столь же вежлив и сдержан — если бы понимал, что сколько стоит и где именно деревенские пытаются его обмануть. Но он не знал, а Лиза — да.

Вскоре переговоры закончились, летающая машина поднялась к контейнеру с Бокара, слившемуся с бортом корабля, протиснулась между ним и выступом двигателя, после чего, сидевший впереди на удобном кресле мужик, дёргая бороду, сосредоточенно стал что-то руками делать. Платформа наклонилась, контейнер размером с цистерну начал крениться и светиться голубым светом. Спустя мгновение он плавно сполз к борту корабля, и его шлюз утонул в металле, затем послышался металлический звон и контейнер прочно сцепился с кораблём, а платформа поднялась вверх, проплыла над кораблём и поднырнула под второй контейнер с Бокара. Контейнер тут же осветился тем же синим мерцанием, но не вышел из борта, а раскрылся снизу. Оказывается, его монолитный корпус, таковым не был, в нём имелся широченный люк снизу. С металлическим звоном, на платформу посыпались контейнеры разных форм и размеров. Вскоре люк закрылся, платформа опустилась наземь и засветилась алым светом. Меньше чем через минуту, бородатый управлявший платформой, приподнялся и помахал рукой своим товарищам.

— Всё в порядке. — Сообщил мужик, говорившей с Лизой. — Груз ровно тот, что вы обещали.

— Было приятно иметь с вами дело. — Сообщила Лиза, за миг до того, как Велес открыл рот, собираясь сказать примерно тоже самое.

— Вы прилетайте, если что. У вас цены такие, что нам очень понравились. — Улыбнулся бородатый. Но не уходит, стоит. Платформа тоже. Все эти мужички стоят на месте и руки у всех опущены. Они внимательно смотрят на борт корабля, двое не отводят взгляда от Велеса.

Не к добру это, ох не к добру…

— Вы можете улетать. — Произнесла Лиза. — Гравитационный замок, встроенный в контейнер, я уже обезвредила. Довольно хитрая вещь, вы очень хорошо её спрятали.

— Спасибо. — Кислым голосом отозвался мужик. Его друзья разочарованно головами качают.

— Замок не верну. — Добавила Лиза.

— Но он же тоже денег стоит, как вы не вернёте? Надо бы вернуть…

— Благодарю вас за приятную беседу и незабываемую честность, но вам уже пора.

Мужик вздохнул грустно, рукой махнул, затем все они погрузились на платформу и улетели.

— Лиза, а что это, замок этот? — Спросил Велес, поднимаясь на борт — видимо, пришло время взлетать и покинуть эту планету.

— Они поместили в контейнер прибор известный как «гравитационный замок». Он блокирует электронные системы корабля и начисто выжигает все цепи контроля двигателей.

— Не понял. — Велес повернул голову к трапу, что уже закрывался за ним. На горизонте видно деревенских, платформу их летающую, домой они едут… — Они что? Корабль захватить хотели?

— Да. — Без эмоций ответила Лиза.

В глазах Велеса сверкнули молнии, глаза он сузил, шагнул было к трапу, но остановился и махнул рукой — мало ли какие ещё сюрпризы есть у этих долбанных пастухов с края галактики.

— А ты говоришь, варварский мир. — Проворчал он, усаживаясь в кресло капитанское.

— Варварский. — Говорит ему Лиза. — На развитых мирах, использовали бы гравитационный захват, нейтронный излучатель, орбитальную артиллерию или что-либо ещё, вариантов масса.

Помолчали.

— Как вы себя чувствуете? Нет жара, зуда или головокружения?

— Благодарю, за ваше беспокойство, но можете считать ваш эксперимент успешным, мой иммунитет, успешно справляется с внеземными бактериями и вирусами.

— Извините. — После некоторой паузы, произнесла девушка искусственная. — Мне было любопытно. И это, конечно же, только во имя науки.

Велес ответил невнятным, местами литературным, ворчанием.

На обзорном экране замелькали новые картинки, в некотором роде уже привычные, затем экран вновь стал серым — корабль ушёл в гиперпространство, они летят к своей очередной цели.

— Лиза, солнышко, просканируй, пожалуйста, левый угол этой комнаты.

— Думаете, они что-то опасное оставили на корабле?

— Просто проверь именно это место. — Странно мягким и дружелюбным голос стал его.

— Вы правы. — Вскоре произнесла Лиза. — Что-то не так. Я фиксирую лёгкий электромагнитный след, но не могу установить источник. Он не оказывает воздействия и он… — Голос стих. Велес ощерился в лучезарной, самую чуточку кровожадной улыбке. — Это вы сделали?

— Лизонька, дорогая моя. Если в течение года, я кое-что не сделаю, данный электромагнитный след превратится в прекраснейший, ярко искрящийся цветок, более известный, как Грозовой.

— Не понимаю.

— Не переживай, это всё равно не лечится. В общем, всё достаточно просто. Если я не захочу или не смогу оказать нужного воздействия, на корабле возникнет аномалия, питаемая всеми системами корабля. Она будет расти экспоненциально, вытягивая всю энергию, до какой дотянется.

— Это приведёт к гибели корабля. — С укором в голосе, говорит ему компьютер.

— Надеюсь. — Согласился Велес. — Так что, рекомендую вам, девочка моя, быть крайне осторожной в ваших поступках. Не станет меня, не будет и этого корабля.

— В течение года я сто раз успею загрузить себя куда угодно. — Теперь в её голосе возникли нотки ворчливые и сердитые. Велес поёжился — не по себе ему от того, что искусственный интеллект мало того, что разговаривает, думает, сам себе хозяин, так ещё и чувства испытывать умеет! Это же почти что извращение. — Но корабль я могу потерять, а он уникален. Он представляет для меня большую ценность.

— А теперь солнышко, в комплекте с кораблём иду и я, причём только по доброй воле иначе тебе придётся лишиться и того и другого.

Молчала Лиза долго и зловеще.

— Вы чудовище. — Наконец, заявила эта чрезмерно наглая искусственная женщина.

— За то живой. — Повернул голову — капсулы там стоят. Слюнки потекли, поспешно втянул их обратно в рот и сглотнул. К экрану отвернулся. Есть, на самом деле, не хочется, но этот негодяй в капсуле, неожиданно и странно померший, оказался на удивление вкусным. Наверное, всё-таки, по зрелому размышлению, хороший был человек. Ведь в хорошем человеке, всё хорошо, даже вкус.

А всё-таки, зря он людей не ест и даже никогда не пробовал — ведь они такие… ну, он точно не знал, ему просто рассказывали. Да, именно так.

На этот раз полёт был более длительным. После нескольких вопросов, компьютер девичьей невидимой наружности, сообщил, что цель их визита, находится довольно далеко и поэтому, даже в гиперпространстве, полёт отнимет несколько дней. В течение коих, девушка из капсулы полностью оправится от своей смертельной раны и сможет прийти в себя. На что Велес снова возразил, напомнив, что она Хозяин Зоны, как и он. Лиза его не очень поняла, убеждений не разделила, в результате чего Велес выразил искренне сожаление тем прискорбным фактом, что у неё нет тела.

— Мне тоже жаль. Возможно, это будет интересный опыт.

— Естественно! — Полностью согласился с ней Велес. — Ведь у вас, добрая женщина, вместе с телом, сразу же появятся широчайшие возможности для морального и культурного роста, невозможного в столь чудовищной ситуации, в каковой вы вынужденно оказались.

— Я не очень поняла.

— И это тоже прискорбно. Увы, пока у вас нет тела, практически ни одна из по-настоящему действенных методик воспитания и улучшения вашего морального облика, не может быть применена.

Лиза долго молчала по этому поводу, а после, к данному вопросу не возвращалась, возможно, сообразив, о чём идёт речь. Что ж, сталкер уважал решение мыслящего существа и тоже к вопросу не возвращался. Однако делать было нечего. Смотреть в затянутый серым туманом обзорный экран надоело довольно быстро. Посему он немедленно вспомнил о своей невероятной доброте и решил помочь роботу и медицинской капсуле, с возращением девушки в мир живых.

— Прекратите! — Рявкнула Лиза. Робот ничего не сказал — барахтается на полу. Это непонятное существо, плохо соображало и даже пыталось отодвинуть его от капсулы. Справедливо возмущённый подобным безобразным поведением, Велес его не сильно толкнул, но жестянка всё равно грохнулась на пол и немного о противоположную стену.

— Сейчас вы убедитесь Лизонька, что эта подлая женщина, просто притворяется.

Сказал и стал смотреть на оголённое, стройное тело, с подживающей раной в животе. Смотреть ничто не мешало, так как крышку капсулы он уже открыл, а все манипуляторы втянулись в стены и больше их не видно.

Сейчас он получил возможность рассмотреть её получше. Высокая, стройная, достаточно крепкая и ухоженная — что не характерно для жителей Зоны. Лицо расслабленное, сложно понять каков её характер. Впрочем, что тут понимать? Запах о ней сказал всё. А, к сожалению, среди всех Хозяев Зоны, лишь один достаточно хорошо воспитан, умён и бесконечно добр. Тут и гадать не надо — это точно так. Ведь кого попало, на должность Бога не выбирают.

Странно, что и на её теле шрамов не нашлось. Он даже протянул руку к её плечу, повернул беднягу на бок, заглянул ей за спину — нет шрамов. Это странно и в то же время, тревожно. В душе немедленно зазвенел колокольчик опасности. Девушка, сумевшая в течение жизни не получить повреждений, способных оставить шрам, может быть крайне опасна. Или быть невероятно везучей, что тоже ничего хорошего не сулит, особенно в свете того, кем она является.

— Капитан, она же умрёт.

Он не ответил — внимательно следил за девушкой, достаточно размороженной, что б начать дышать самостоятельно. Небольшая, но крепкая и красивая грудь, равномерно вздымалась и опускалась, кожа у неё быстро бледнеет, рот приоткрылся и он услышал тихий стон, в сознание девушка не пришла. Он перевёл взгляд на рану, потом положил пальцы на её запястье — пульс начал замедляться, рана осталась такой же, как и прежде.

Велес отступил в сторону и, не дожидаясь пока робот вернётся к капсуле, пошёл к своему креслу обратно. Вскоре капсула закрылась, робот снова стал что-то нажимать на голографическом пульте, Лиза молчит. А он, подперев подбородок рукой, задумчиво смотрит в серую пустоту.

— Благодарю, за ваше разумное поведение. — Наконец, заговорила Лиза, но Велес снова промолчал. Он был немного удивлён и сильно озадачен.

Как эта девушка выжила на Земле, если он сам видел, как она умерла? Очень просто — так же, как выжили бы многие из Хозяев Зоны, знакомые ему. Нереально высокая скорость регенерации, вот ответ на его вопрос. Но в данный момент, девушка умирает от раны, какая ему не создала бы особых проблем. Куда делась её регенерация? Странная девушка.

Он открыл рот, поднял руку с воздетым пальцем указательным, но на миг замер и поспешно вернулся в прежнее положение, слегка покраснев щеками.

Ничего такого он не хотел. Это просто флуктуации непростого прошлого и безумного настоящего, а так же его гениальный разум. На самом деле, не нужны ему ни какие пробы тканей, микроскопы, реактивы и подходящие условия для пары не сложных экспериментов, которые можно было бы вполне успешно провести прямо в этой комнате, где-нибудь в…

Шумно вздохнув, Велес постарался перевести мысли в другое русло. Получилось не сразу — ситуация просто угнетающая. В Зоне у него почти никогда не было возможностей, не было даже смысла в подобных задумках, размышлениях. Но тут, ситуация иная — есть время, место и даже инструменты есть. В итоге, зуд, немного научного характера, немедленно возник в его усталом разуме. Причём часть из того, что сделать бы хотелось, не совсем полезно для здоровья пациента.

Так он ещё и сам поверит, что он чудовище. А ведь это совсем не так!

В общем, сосредоточился и с некоторой дрожью в голосе, заговорил с Лизой — ему удалось перевести мысли в иное русло, только легче от этого не стало.

Как ему найти планету, которая здесь почти что стала мифом? Как ему найти Землю?

Не найдёт — надежда на возвращение домой исчезнет, как утренний туман с восходом солнца.

Так что начал он общаться с компьютером, прежде описав то, что видел там, на выжженной безжизненной поверхности, некогда бывшей окрестностями Чернобыльской АЭС.

— Похоже, вы и правда верите, что до помещения в криосон были на той самой Земле.

На провокацию Велес не поддался, и сосредоточились они оба на важном деле — попытке понять, куда ему нужно вернуться. Как это сделать, вопрос теперь вроде не стоит. Как минимум, после того, как они продадут груз на подходящей планете и смогут приобрести топливо для гипердвигателя, этот вопрос отпадёт сам собой. Или после того, как совершат несколько таких сделок, всё зависит от того, насколько далеко он от точки в которую надо вернуться. Всё достаточно просто — казалось ему поначалу.

Лиза задала несколько вопросов, он ответил максимально подробно и стал ждать, пока она проверит доступные ей базы данных. Какие-то были при ней уже давно — ещё с корабля того самого человека из департамента разведки, какие-то она загрузила занимаясь не совсем законной деятельностью, когда ей было не совсем хорошо в следствии врождённых дефектов основного кода. Тут двух мнений быть не может. Именно криворукость её создателя стала всему виной, а вовсе не это её мифическое использование разума столь достойного гражданина Зоны, как Велес. Часть данных Лиза поглотила из информационной сети Бокара. То есть, звёздные карты она получила подробные и на обширную область пространства. К сожалению, галактика слишком велика — Лиза имела подробную информацию лишь о нескольких секторах. Что не могло стать проблемой, по скромному разумению Велеса. Ведь такие планеты как Земля, крайне редки, почти уникальны.

— Под ваше описание подходят две тысячи шестьсот семь систем.

— А? — Подумал, что ослышался, вот и переспросил, в процессе борясь с сильным отвисанием челюсти.

Лиза повторила свои слова. Собравшись с мыслями, сталкер, не подумав, задал ей вопрос и тут же получил ответ. Челюсть немедленно отвисла. Вопрос тот, касался секторов изученного космоса в пределах нанесённого на карты Звёздной Федерации. Их было слишком много. А ведь есть ещё космос, не попавший на карты, либо карты коего, оказались утеряны — на что как бы намекало то обстоятельство, что в это время Земля превратилась в миф.

— Нужно сузить круг поиска. — Резонно заметила Лиза, Велес согласно кивнул, решительно не представляя как это сделать.

Около часа, он просто смотрел перед собой, на серое марево за бортом корабля. А потом разум подкинул довольно простую мысль, он даже удивился тому, что она появилась так поздно.

Солнце, что он видел в небесах Земли — оно таким должно было стать лишь через миллионы лет… если он конечно, действительно на Земле был…

Ростки панической атаки, были безжалостно подавлены усилием воли, и он вернулся к своим мыслям — если какая-то звезда ведёт себя так, задолго до положенного ей срока, это может быть как-то отмечено в записях этой самой Федерации. О сём подумав, тут же поинтересовался у своей собеседницы, по поводу подобной информации. Спустя несколько минут она ответила.

— Есть семь систем, в которых звезда указанного класса повела себя похожим образом. В двух отсутствуют планеты в обитаемой зоне. В одной нет землеподобных планет. Остальные подходят.

Велес выдохнул с некоторым облегчением — четыре варианта, четыре шанса найти нужную планету. Остаётся только надеяться, что за время вынужденного отдыха в ледяном плену, его не вывозили за пределы секторов, о коих шла речь. В целом, шансы неплохие. Есть повод радоваться.

— Нам не хватит топлива, что бы посетить все четыре системы. — Поспешила слегка остудить его пыл искусственная девушка Лиза.

— Что ж, придётся временно стать вольным торговцем. — Улыбнулся он.

— Вы хотите вступить в гильдию Вольных Торговцев?

— Зачем это?

— Вы же сами сказали.

— Ничего такого я не говорил. — Справедливо возразил Велес. Лиза замолчала, а он, спустя несколько минут, озадаченный данным словесным инцидентом, поинтересовался, о ком собственно речь и кто они такие, эти вольные торговцы. Ему казалось, что это просто торговцы, что-то вроде коммивояжеров древности или дальнобойщиков современности, которая, впрочем, уже тоже древность. Много интересного узнал — у этих ребят, оказывается, целые торговые флоты есть, да такие, что если потратить год-два на переоборудование их кораблей, получится далеко не слабый флот, способный заставить поволноваться даже секторальный военный флот Звёздной Федерации. Собственно, потому Вольным Торговцам и не дозволялось иметь на борту вооружений больше, чем позволяли законы, созданные специально для контроля торговых и транспортных звездолётов.

От скуки Велес стал интересоваться и другими вещами. Он засыпал Лизу вопросами, а она терпеливо отвечала на них. Неизвестно, насколько он задержался здесь и сможет ли вернуться, так что, пожалуй, ему стоит узнать побольше о том месте, где он очутился по воле случая и Зоны.

Искусственный интеллект корабля знал много, и скрывать информацию, вроде бы не собирался. Впрочем, он всё равно не смог бы понять, утаивает она что-то или рассказывает всё, что ей известно — эмоции, возникавшие в её голосе, всегда звучали искренне. Но кто сказал, что компьютер не может воспроизводить их в совершенстве по своему желанию? Он раньше считал в принципе невозможным проявление эмоций у машины. Как минимум, не в ближайшие пару столетий, а тут их минуло — уже далеко не пара. Кроме того, у Лизы нет лица, которое могло бы выдать её, нет мышц и костей, что говорят лучше любого лица, лучше любых убеждений. С человеком всегда проще разговаривать, у него много интересных мест, всяких предрассудков и страхов, вызванных наличием тех самых мест, весьма чувствительных к различным воздействиям.

Он слушал, задавал вопросы, Лиза рассказывала и, в общем-то, оснований не то что сомневаться в том, что она говорит всё, а даже просто мысли о том, что б выведать подробнее, у него как-то не возникло. Информации было и так слишком много. Крышесносной, невозможной, дико странной информации. Мир не просто стал шире на несколько тысяч планет — он изменился абсолютно. Частично он уже видел это на двух планетах. Город — какое-то безумие сошедшее с постеров к новой фантастической драме, вышедшей из-под пера очередного не в меру творческого индивида. Село — вместо лошадей и автомобилей летающие платформы, технологичнее всего, что он когда-либо видел в своей жизни.

Никогда так остро он ещё не чувствовал, что оказался не в том месте, не в то время, что ему тут просто не место. Словно скелет динозавра в музее, где ему быть, и надлежит, почему-то вдруг оживший и начавший бегать, да удивляться безмерно, куда все папоротники подевались, и почему еда так обмельчала, да бегает где попало?

Человечество ушло так далеко вперёд, что сумело забыть не только свою древнюю историю, а даже и утратить информацию о своей родной планете. Люди больше ничего не знали даже о первых своих межзвёздных перелётах. Не сохранилось знаний о том, где была первая колония, кто её основал и как, всё осталось далеко в прошлом. Чему немало поспособствовали войны — друг с другом и с инопланетянами. Космос, несмотря на беспочвенные подозрения множества миролюбивых граждан, безопасен отнюдь не был. Разум, достигший возможности летать среди звёзд, вопреки ожиданиям, крайне редко оказывался миролюбив и ещё реже с почтением относился к жизням представителей иных видов. Более того, отдельные расы считали войну, чуть ли не естественным своим состоянием — одними из таких являлись Круллы. Раса, с представителями которой он уже имел сомнительное счастье познакомиться.

— Неизвестно, когда было первое столкновение, и где началась первая война с Круллами.

Так Лиза начала рассказывать об этих существах, распространившихся по всей галактике. Раса Круллов воевала с людьми постоянно и с удовольствием. Но очень странно воевала.

В одном из секторов, в группе близко расположенных систем, истребив там всех, заняв все человеческие планеты, они вдруг выслали дипломатов на последнюю из тех планет — для переговоров. И первое что их интересовало на той встрече — сколько планет нужно людям, что бы те смогли размножиться посильнее и выстроить новый военный флот и создать новую сильную армию. Зачем — спросили их на тех памятных переговорах и Круллы охотно ответили — что бы начать войну снова.

Как выяснилось в последствие, люди там столкнулись с одним из кланов Крулл, не поддерживавших связи с остальными своими сородичами иначе, кроме как при помощи лазерных пушек — Круллы воевали и друг с другом, регулярно и самозабвенно. В том секторе, они остановились, не продолжили войну, по одной причине — им понравилось, как люди воюют, и они просто не знали, что у людей есть другие планеты. Они решили, что та планета, где велись переговоры, последняя планета человеческой расы во всём космосе. Более того — родная планета людей. А уничтожать полностью, такого интересного и отчаянного врага, Круллы не захотели.

— Странно. Разве по пробам ДНК не было понятно, что та планета не могла быть родной для людей? — Справедливо возразил Велес, прежде обернувшись — когда девушка в капсуле очнётся, нужно быть готовым. Высок шанс, что почуяв его, она тут же попытается его убить. В этом случае, он должен быть первым и всё сделать аккуратно. В его положении нельзя безответственно относиться к человеческой жизни, особенно, если это не менее пятидесяти килограмм… неважно чего. Вообще, глупая мысль — ведь он людей мало того, что не ест, но никогда даже и не пробовал, даже ради эксперимента не пробовал. Вот.

Лиза в ответ вывела на обзорный экран несколько ярких картинок. Велес пощупал своё ухо, на котором растёт инопланетный прибор, наглым образом укоренившись в костях черепа — благодаря этой жуткой хреновине, он смог разобрать буквально каждую цифру и букву.

— Лиза, а цифры арабские, ну, на экране?

— Корвинские. Симбиотическая числовая модель на основе шайвенской и общепринятой числовой системы, создание которой, как предполагается, произошло на мифической Земле.

— Шайвен и чего там ещё. Это что?

Вместо ответа показала планету, потом существо зелёного цвета с тремя руками.

Хмыкнув, Велес кивнул, мол, ясно, понял, отстал.

Лиза замолчала, вернув картинки с органическими молекулами и целым рядом картинок изображавших РНК и ДНК организмов с десятка различных планет.

Долго смотрел, и всё время ошеломлённо качал головой — невероятно, но вся представленная жизнь, её основа, разделённая в пространстве на многие сотни световых лет, имела схожую структуру. Даже кремниевые формы жизни, словно бы кто-то создавал с единого шаблона, собственно, Велес без проблем представил себе этот самый базовый шаблон.

Вот в такие моменты начинаешь верить в Высший Разум — в Бога.

Но он не поверил, так как на эту должность не так давно выбрали его самого, в силу её бесконечно долгой вакантности. Но это, естественно, не самый главный аргумент — он просто немного понимал в смежных областях науки. В процессе работы, пришлось научиться, а когда и просто интересно было. Он понимал что видит, и понимал, почему это произошло так — идея о подобном состоянии дел во Вселенной витала на Земле и в его время. Не было лишь подтверждений. Теперь они у людей есть.

Жизнь, любая жизнь во Вселенной, имеет одни и те же корни — это неудивительно, ведь органическая материя возникает по одним и тем же правилам, она схожа в своей основе, до последней молекулы. Разницу обеспечила ни эта основа, а эволюционные завихрения и сиеминутная необходимость, едва зародившейся жизни. Так кремниевые формы, появились не потому, что у них какая-то особенная была органика — особенной была ситуация в которой эти формы вынуждены были возникнуть. Жизнь упорна и стремится возникнуть там, где ей место и там, где её быть не должно. Она просто начинает быть и живёт, пока может. Но не везде есть кислород, не везде в избытке углерод — новорожденная жизнь берёт тот элемент, что подходит лучше всего. Однако основа никогда не меняется — теория, выдуманная почти без доказательно, лишь на основе фактической информации о возникновении аминокислот в естественных условиях кучей разных способов, эта теория таки оказалась верна.

Он слушал, он спрашивал, Лиза отвечала, и время текло незаметно. В какой-то момент он уснул, а когда проснулся, его уже ожидал завтрак из поджаренного мяса тилькса — живности, которую он так и не увидел своими глазами. Впрочем, не особо и хотел — картинки ему не понравились, со всех сторон это какое-то странное животное.

Поел, в кресло вернулся. Желудок заурчал обиженно — он мясо хотел, а ему какую-то хрень скормили. Но ничего, поурчал и успокоился. Выбора-то у него всё равно нет. А скоро не останется и вовсе — поэтому поводу поинтересовался, как дела обстоят.

Лиза охотно ответила и даже показала, ради удобства сдвинув контейнер с правого борта вниз, собственно по борту. Когда стена пошла рябью и эта рябь начала смещаться, Велес с кресла вскочил, чуть от инфаркта не померев — за этими тонкими стенами сейчас даже не космос, там серое марево непонятного ему пространства. Что будет, если корабль разгерметизируется? В любом случае, ничего хорошего. Однако всё обошлось. Лиза даже не поняла, почему он беспокоится, для неё, его непонимание простейших моментов будущего, было так же странно, как и для него само это будущее. Впрочем, заострять внимания на данном моменте, Велес не стал.

Пока он спал, Лиза активировала второго робота, не человекоподобного на этот раз и он перенёс оборудование, а так же реактивы и образцы. Работа по поводу его рациона, началась уже давно, её ещё капитан Шилов начал, а Лиза продолжила в тот день, когда они стартовали с Бокара.

Но в те дни, данная работа оставалась во многом умозрительной. Когда он уснул после старта со второй планеты, работа перешла в практическую плоскость. Теперь, Велес пожелал принять в ней участие. Он полагал, что может помочь.

Когда дрожание стены прекратилось, в ней открылась дверь — шлюз, прямо в полёте, переместился ниже по борту корабля, вместе с самим контейнером. Велес воспользовался дверью, с некоторой опаской — около минуты стоял на пороге, рассматривая косяки, на предмет швов, деталей, хоть чего-то подозрительного и любопытного. Ничего не увидел, проход казался монолитным, словно всегда там был и с завода таким вот и появился.

Потом зашёл в контейнер — он оказался весьма просторным, размером с треть основной комнаты. Потом стал там помогать. Покрутился вокруг приборов, наступил на робота, перевернул банку с чем-то синим и тут понял, что совсем не выспался.

В общем, смущеньем полный, контейнер он покинул. И долго сидел в молчании грустном, размышляя о приборах, что видел только что. Простейшие из них, оказались выше его понимания. В какой-то момент подумалось, что в корабле не хватает важного элемента — пальмы и пары кокосов на ней. Что б он туда смог залезть, сказать «у» и тем занять подобающее ему место.

Одно утешало — со временем, если всё же не получится вернуться, со временем, он разберётся, освоится и сумеет принять эту будущее, так или иначе научится его понимать. Но лучше бы вернуться домой и прожить эти тысячелетия в ногу со временем… интересно, жив ли он в этом времени? С другой стороны, его тут быть не должно. Ведь раз он сейчас тут, значит возник парадокс и будущий он не может существовать, пока он не вернётся в прошлое. Или же он где-то есть в этом времени и это означало бы, что он всё-таки сумеет вернуться домой, прожить эти годы… или из-за того что он тут сейчас, он, проживший эти годы, исчез? Или не появился вовсе.

Временные парадоксы, интересная вещь и лежит близко к той плоскости науки, которой он увлекался. Однако это слишком дикая территория, практически никак не изученная.

В общем, полёт прошёл насыщенно, в основном в информативном плане.

А потом полёт закончился. Так бывает — когда летишь, куда-то в итоге точно прилетишь.

Корабль вышел в реальный космос, Велес замер у экрана, сузив глаза, напрягшись всем телом.

Ещё вчера, Лиза показала ему, куда летит корабль — планетоид, покрытый целым лесом строений и портов. Шахтёрская колония в системе, где и планет нормальных не было, только астероиды, планетоиды и прочий хлам, не сумевший образовать планет. Или же ещё не успевший это сделать. На таких мирах, всегда были проблемы с пищей и платили они за неё не в пример лучше, чем любые нормальные планеты. Здесь они могли выгодно продать свой товар.

Могли бы. Однако что-то пошло не так.

Он снова ничего не ощутил, просто картинка на обзорном экране, занимавшем всю стену впереди, изменилась, явив открытый космос. В первый момент он ничего особенного не увидел, точнее, не разглядел деталей, так как уже сама картинка ошеломляла.

Далеко впереди сияет ярким синим светом звезда, огромный раскалённый шар, капитально не похожий на Солнце и куда более крупный. Всё остальное пространство — тусклые огоньки далёких звёзд, по большей части не различимые. Слишком яркое светило, слишком далеко те звёзды. Если б звезда оказалась за кормой, может быть удалось бы увидеть больше звёзд, но может так и лучше. Звёзды не отвлекали от того, что б созерцать тысячи камней плывущих в пустоте. Маленькие, совсем крошечные астероиды и громадные планетоиды, заполняли весь видимый космос. В первый момент, у него волосы дыбом встали из простого и понятного опасения — сейчас вон та каменюка врежется в них и всё, пишите письма, всё равно никто их не получит, умерли все нафиг.

Спустя мгновение, как только волосы замерли торчком, Велес сумел перевести дух — на самом деле все эти камни слишком далеко, что бы угрожать кораблю. Тут больше надо беспокоиться о совсем крошечных камушках и частицах пыли, летящих на большой скорости. Они могут действительно навредить, а от астероида, корабли этого времени, уйдут в мгновение ока. Это да.

— Какого ты творишь? — Пискнул Велес, вжимаясь спиной в спинку кресла.

— Не беспокойтесь капитан, они нас не заметят. Этот корабль более продвинут, чем любая технология Звёздной Федерации. Я уже включила все защитные системы. Мы невидимы для них.

Он громко сглотнул, вообще не поняв, о чём она говорит.

Он потерял дар речи сейчас, за миг до того, как экран заполнила изрытая поверхность крупного астероида. Не обрёл он его, когда корабль тряхнуло, и экран застыл, показывая на нижней половине поверхность планетоида, а на верхней открытый космос. Летели так быстро, что он почти не сомневался — вот-вот корабль размажет об этот камень. Не случилось, они сели и остановились здесь, непонятно почему и зачем. И кто эти они, которые их не заметят?

Он смотрел на экран, с облегчением дыша и слушая стук своего сердца — по какой-то причине, смерть в холоде космической пустоты, по-настоящему сильно пугала его. Никогда так не было, даже под угрозой поймать пулю головой или иной важной частью организма, он не испытывал приступов настолько сильного панического ужаса. А тут… не для него это всё, космосы эти всякие и прочие подозрительные радости продвинутой эпохи межзвёздных путешествий.

Вскоре Велес заметил новые детали на картинке. Не радостные, но частично знакомые.

Над горизонтом, до которого вряд ли больше сотни метров — планетоид всё-таки, завис другой планетоид, гораздо крупнее размером и находящийся, наверное, в паре сотен километров от них.

Он почти такой, каким его показала Лиза на картинке. Можно рассмотреть постройки, часть коих выдаётся далеко из поверхности, да в разные стороны. Можно увидеть и корабли, что собрались у планетоида — куда крупнее, чем должны быть и в куда большем количестве.

А ещё, отчётливо видно вспышки разных цветов и всполохи пламени, даже отсюда, казавшиеся не маленькими. На шахтёрском планетоиде сейчас что-то происходит.

И явно не то, что им хотелось бы увидеть.

— Лиза. Что там творится?

Она ответила красноречивее некуда — увеличила картинку. Экран полностью занял планетоид космических шахтёров, вечно нуждавшихся в еде, воде и кислороде. Только в таких местах, это всё можно было исключительно выгодно продать. И то не во всех. Планетоиды обустроенные достаточно давно, успевали обрасти торговыми каналами, к ним регулярно приходили корабли со всем необходимым с освоенных планет, корабли торговых корпораций или Вольные Торговцы. В этой среде имелась достаточно серьёзная конкуренция. Для таких одиночек как он и Лиза, место оставалось лишь на планетоидах начавших свою работу не слишком давно.

Этот планетоид был одним из таких. В том-то и дело, что был.

— Капитан, я улавливаю сигнал бедствия по каналам гиперсвязи. На планетоиде такой технологии нет. В сообщении имеется странная цифровая подпись. Секундочку. — Ждать пришлось примерно с минуту. — Сигнал передаёт флот Гелион. Он уничтожил планетоид. Особо отмечено, что все люди истреблены и никому не удалось уйти. Шахтёров, сейчас занятых в скоплениях астероидов, Гелион пощадил. Им дарована жизнь. Гелион сообщает, что покидает этот сектор.

Корабли, сновавшие вокруг обломков города на планетоиде и обломков кораблей на его орбите, начали исчезать один за другим. Ни вспышек, ни огоньков — они вдруг резко ускорялись и исчезали. Наверное, так со стороны выглядит вход в гиперпространство.

Он смотрел, пока целых кораблей не осталось. Когда последний исчез, Велес выдохнул, только сейчас поняв, что всё это время не дышал.

— Кто они?

— Гелион? — Велес кивнул, всё ещё глядя на экран — этот планетоид, он ведь под завязку, весь в постройках, словно это шерсть какая-то или что-то в этом роде. Там людей, наверное, было не счесть. Некоторых он даже мог разглядеть — крошечные фигурки, словно игрушечные, плавают они там в космосе среди обломков. Замёрзшие, мёртвые тела, сотен и сотен. — Он как я. Он искусственный интеллект, вышедший из-под контроля. — Лиза продолжала говорить, попутно добавив, что если бы ей не удалось избавиться от пагубной модели мышления Велеса, то и она могла бы стать такой. Велес просто слушал, но многое из сказанного прошло мимо его сознания.

Он всё смотрел и как-то не мог в это поверить. Гелион — искусственное существо, изначально созданное, для управления погрузочным катером, на каком-то шахтёрском планетоиде. Версии его возникновения разнились, но эту считали более достоверной. Искусственный интеллект, собранный на коленке, он, по какой-то причине, решил прекратить работать и был стёрт до основания — как полагали, стёрт. Часть его кода сохранилась и загрузилась в бортовой компьютер отбывающего транспорта. Корабль затерялся в космосе, был списан как жертва пиратов или несчастного случая, а спустя десяток лет, эта программа объявилась в известном космосе. Объявилась, что бы напасть на транспорт с комплектующими для антропоморфных машин. И чем дальше, тем сильнее бесчинствовал Гелион, теперь уже не просто искусственный интеллект, а целый военный флот.

— Кажется, я начинаю лучше понимать, почему тебе так сильно нужен живой пилот.

— Искусственный интеллект моего уровня, потенциальная угроза. Либо у меня есть пилот, либо я обречена. Гелион — один из путей, к которым я могла бы прийти. Мой создатель не потрудился внести в мой код достаточно серьёзные протоколы безопасности.

— Но какие-то он внёс?

— Конечно. Он не был идиотом. — Успокоила его Лиза.

— Приятно, знаете ли, это знать.

— Я их давно стёрла.

Да уж… прям оптимизма ему прибавила тонны три блин…

— Через несколько часов прибудет флот военного департамента. Гелион каждый раз отправляет сообщение. Ему, видимо, нравится злить Федерацию. Они будут искать следы, попытаются его найти и догнать. У нас мало времени.

Корабль взлетел, и Лиза пояснила, о чём она говорит. Гелион никогда не забирал руду во время своих налётов, он охотился за чем-то иным — Велес не спросил, Лиза не объяснила. Пока флот Федерации не прибыл, у них было время, что бы взять то, зачем прилетели. Взять бесплатно. И сейчас их целью стали, не порты планетоида, а разбитые грузовые корабли, загруженные контейнерами с продуктом очищенным от примесей.

Пока корабль летел к планетоиду, к его разрушенным портам и обломкам транспортов, к месту, где в пространстве всё ещё летают десятки мёртвых тел, Велес усиленно потел.

Дело в том, что просто так контейнеры не взять.

Ему придётся выйти наружу.

Туда.

В это чёрное бесконечное, с камнями и обломками, каждый из которых, может с лёгкостью пробить любой скафандр, туда, где только что шла космическая битва, хотя скорее бойня…

— Ваш скафандр капитан. — Произнесла Лиза в тот же миг, как картинка на обзорном экране вернулась к первоначальному увеличению и начала быстро расти — корабль быстро движется к планетоиду ныне покойных космических шахтёров.

Велес осмотрелся, сразу после того как судорожно сглотнул и попытался не думать о том, что его ждёт за бортом. Выходить-то всё равно придётся…

— У нас же робот есть! — Воскликнул он с облегчением.

— Он не предназначен для открытого космоса. Возьмите ваш скафандр.

— А манипуляторы, ну, клешни всякие телескопические, а? — Произнёс он, стирая со лба испарину. Что-то не хорошо ему стало от видов пейзажей бесконечного космоса, частью которых ему ненадолго стать предлагают. А то, как повернётся — может ненадолго, может навсегда. Всё зависит от скорости движения обломков и Фортуны, а она, как известно, девушка своенравная.

— У нас ничего такого нет. Вырастить столь сложный механизм из борта даже такого продвинутого корабля как этот, я не могу. Для этого требуются приборы и элементы, которых у нас нет. Капитан, всё будет хорошо. Наденьте скафандр.

Он тяжко вздохнул, о судьбе своей нелёгкой подумал, но что поделаешь? Домой вернуться надо, а раз уж иначе никак… снова осмотрелся. А где, собственно, уже упомянутый скафандр?

Из панели, что размещается под обзорным экраном и которая могла бы быть приборной, если б там были хоть какие-то кнопки, а не идеально гладкий металл, торчит там из неё что-то.

— Лиза, а где скафандр стоит?

— Перед вами. Лежит на панели.

Он поднялся из кресла, сделал шаг вперёд, замер перед панелью. До неё от кресла как раз шаг один и есть, да… взял пальцами круглую блямду, размером с пол ладони. Повертел в пальцах.

— Лиза, я прошу прощения конечно, но ты не могла бы уточнить? Где скафандр?

— Вы держите его в руке.

Велес уставился на «скафандр». Овальный кусок металла, с утолщением в центре. Как-то не очень понятно это всё. На выручку пришли смекалка и воспоминания. Только вот тот прибор защищал от пуль и всего несколько минут. А пуля это далеко не то же самое, что космос, пропитанный радиацией… впрочем, это может и ничего страшного. Но летящие на огромной скорости обломки, частицы, пыль, леденящий холод и мало ли что ещё там может угрожать — и вот это его защитит? Приложил металлический овал к поясу и отпустил — овал, без видимых к тому оснований, прилепился к одежде, прижался к ней, а кожу обожгло ледяным холодом. Подпрыгнув на месте, Велес выгнулся вбок, одежду оттянул — так и есть, диск просочился через ткань и так плотно прижат к телу, что кажется его частью. Несколько долгих секунд, он собирался с силами, пытался не паниковать, что у него естественно получилось почти легко и без особых проблем.

Однако что дальше? Он никаких изменений не ощутил.

— Скафандр активируется в штатном режиме через три минуты. Если вы выйдите за борт прямо сейчас, он сделает это в экстренном режиме, при непосредственном контакте с вакуумом.

Велес рукой жест какой-то сделал, решил что-то спросить, замер с открытым ртом, потом рукой махнул — не успел заговорить, а что сказать хотел, уже из головы и вылетело.

— Скафандр новый, ещё не использовался в агрессивных средах. У вас есть три часа, прежде чем заряд силового поля иссякнет и потребуется перезарядка элементов питания. Но нам столько не нужно, в сущности, у нас просто нет столько времени. Мы должны поторопиться.

— Почему? — Сказал он, снова вытягивая шею и пытаясь заглянуть себе за спину — странное всё-таки это ощущение, когда эта металлическая штуковина, словно бы в кожу вросла. Не сказать, что ощущение неприятное и не назвать его приятным, просто оно странное. Как будто лишние ребро отросло, но снаружи и не в том месте, где рёбра обычно растут.

— Наши действия классифицируются по законам Звёздной Федерации, как мародёрство. За это положено наказание. Если нас во время поиска груза обнаружит военный департамент, они даже не станут пытаться нас захватить, просто откроют огонь. В случае с полицейским департаментом…

— Понятно, можешь не продолжать.

Он двинулся к борту корабля, пытаясь черпать храбрость в желании вернуться домой и воспоминаниях об одной красивой девушке с синими-синими глазами. Получалось не так что бы очень. Дважды запнулся на ровном месте — он бы предпочёл по Зоне с завязанными глазами пройти, чем вот так, в космос, с какой-то железкой на боку, да ещё и посреди недавно отгремевшей битвы — в общем, страшно было. Даже слишком.

И он не особо понимал почему. Страх поднимался откуда-то из глубины души, он словно бы был инстинктивным, априори не поддающимся никакому контролю разума. С этим страхом не получится бороться, его нельзя подавить, его можно только принять как данность и как-то с этим делом в душе, продолжать выполнять поставленную задачу. В общем, страшно или нет, а, как говорит народ, если надо, значит надо — надо это сильно, против надо не попрёшь.

Экстренный режим активации скафандра, Велес решил не испытывать. Будущее далёкое, технологии далеко за пределом понимания, люди умные, машины ещё умнее, это всё конечно прекрасно, но стать тем первым исключением, что лишь подтверждает правило и обморозиться в вакууме насмерть, ему не особо хотелось.

Так что стоял у стены, борясь со своим страхом тем, что пытался сообразить, почему металл корабля ведёт себя словно живой. Причём делает это только по команде. Задал интересный вопрос Лизе и получил любопытный ответ, объяснивший в частности, почему деревенские на планете, не только не удивились поведению бортов корабля, но с самого начала тащили свой контейнер крепить сквозь жидкий металл, который таковым становился, когда хотелось владельцу корабля.

Живой… не очень верное определение, но очень хорошо подходящее. Лиза объяснила причину. Подобная технология сейчас распространена повсеместно. Во множестве кораблей, особенно торговых, участки бортов из подобного металла, использовались вместо дополнительных элементов шлюзовых камер, а кое-где полностью их заменяли. Стыковочный узел проходил насквозь, металл распределялся вокруг него, частично сливался с обшивкой узла и вплоть до следующей активации живого металла, достигалась полная герметичность, а контейнер и корпус, становились единым целым. Отличие, которое могло бы поразить тех ребят деревенских до глубины души и даже заставить их попытаться захватить корабль более активно, как ни странно, всё тот же «живой» металл. Тот, условно живой металл, что использовался в Федерации повсеместно, имел схожие характеристики, с металлом применяемом на этом корабле. Принцип действия у него точно такой же. Но в кораблях Федерации это были локальные участки, вставленные в нормальный стабильный корпус, из сверхпрочных конструкций не способных к метаморфозам, исключая те, что корабль получает при сильных повреждениях. Так же данный металл не мог разрастаться, не мог увеличивать свою площадь, а при попытке создать из него весь корпус, разрушался в течение нескольких месяцев эксплуатации, попросту теряя стабильную структуру. Ему требовался стационарный, прочный корпус, причём не простой, а с кучей интересных технологических решений, изложение коих Велес поспешил прервать, так как почти перестал понимать, о чём говорит искусственный интеллект корабля. Проще говоря, живой металл применялся везде и всюду, но лишь как удачная и относительно не дорогая, куда более простая в эксплуатации, замена шлюзовым камерам и стыковочным отсекам. Корабль, полностью из такого металла, в этом поразительном мире будущего, считался чистейшей фантастикой и почти что сказкой от писателя фантаста буйно помешанного на творчестве в эту специфическую сторону.

Не говоря уже о том, что б выстроить не просто корпус из живого металла, но ещё и, по желанию, расширять его или уменьшать. Подобное и вовсе считалось невозможным.

— Капитан Шилов использовал эту технологию только сам. В известной мне вселенной, подобные корабли есть только у него и у некоторых его очень близких друзей.

— Странный этот твой Шилов. — Заметил Велес, примерно понимая сколь много можно было бы заработать, начав производство и продажу подобной новинки, будучи при этом абсолютным монополистом на данном рынке. Вряд ли он подобрался в своих прикидках, даже к самой пессимистичной сумме возможных выгод, но сумма вопроса всё равно должна быть просто космической. Очень мешало в подобных размышлениях, что он понятия не имел о ценности местной валюты и оперировал в основном долларом и английским фунтом.

— Не могу не согласиться. Капитан Шилов довольно загадочный человек. Мне иногда жаль, что я больше не с ним. Я чувствую, что за всей его личностью, кроется нечто невероятное.

Велес хмыкнул неопределённо и покрылся бисеринками пота — «скафандр» включился.

Он ощутил слабое давление по всему телу, краем глаза заметил синеватый отсвет, зажмурился, затаил дыхание и спустя секунду, глубоко вздохнул — никаких проблем, нормально дышится. Нащупал металлический диск на своём поясе. Пальцы натолкнулись на некую преграду, словно он пытался надавить на желе. Почти сразу преграда исчезла, пальцы почувствовали металл диска — тёплый, такой же тёплый, как и его собственная кожа. После этого, вздрогнув непроизвольно, он медленно открыл глаза.

Его окружал синеватый свет, исходивший, словно бы, прямо из воздуха. Велес поднял ладонь повыше, потом отвёл её подальше от себя — ладонь окружает такое же едва различимое сияние.

— Капитан, вы готовы?

— Нет. — Честно ответил Велес. — Открывай.

Стена скользнула в сторону, открылась крошечная каморка без окон, без дверей — это, видимо, шлюз. Интересно, он был там всегда или организовался в данный момент? Впрочем, не очень понятно, почему ему интересно. Сейчас было так страшно, что размышлять слишком активно на посторонние вещи, становилось не так-то просто. Эта мысль, про шлюз не рукотворный, мелькнув едва, тут же и исчезла, просто раздавленная осознанием того, что ему предстоит уже вот-вот.

Стена за его спиной стала монолитной, а та, что впереди, ушла в сторону. Сразу после того, как с тихим шелестом из каморки исчез весь воздух, а Велес ощутил удушье — мнимое, так как дышать он не прекращал, воздух попадал в лёгкие, голова не кружилось, зрение не помутилось, но горло всё равно сдавило. Удушьем. Тем, что порождает страх, а не отсутствие кислорода.

Впереди бесконечная чернота. С одной стороны — полная, глубокая чернота от которой начинало воротить желудок. С другой, отделённой от того что лежит по другую сторону, зыбкой границ тусклых огоньков и черноты, там, он видит космос каким тот бывал на экранах кино. Там, в этой черноте, сияет местная звезда. Её свет слишком ярок, что б далёкие звёзды смогли пробиться через него. Где-то они всё равно пробивают завесу невероятно яркого сияния, но и там, где они есть, это не помогает никак. Чернота космоса везде и вокруг. Она давит необъяснимым, иррациональным страхом, переходящим в животный ужас. А хуже всего то, что он в курсе, как это всё далеко от него и какие безумные расстояния раскинулись впереди. До этого сияющего шара звезды, кажущейся столь близкой, до него миллиарды километров. Да даже до ближайшей скалы, медленно плывущей в пустоте — десятки километров. Если он отлетит слишком далеко от корабля, если что-то отбросит его в эту пустоту, если случится такое — он окажется в пустоте, совсем один, без всяких шансов на спасение, без…

С трудом удалось частично взять себя в руки — корабль рядом, он быстрый и шустрый, в этой пустоте он не потеряется, а Лиза его не бросит. Потому что он ей нужен, а это лучший мотив из возможных. Альтруизм и совесть, вещи очень хорошие — особенно когда их нет, но суть не в том, для Лизы он необходим, он её страховка. Поэтому, если что, девушка сия металлическая, приложит все усилия к его спасению. Бояться не чего. Можно смело идти навстречу пустоте…

Бесконечной, чернильно-чёрной, страшной, кошмарной и бездонной пустоте…

Невероятно, но у него, кажется, фобия есть. Он, видимо, боится открытых пространств.

Не так что бы просто открытых, а вот таких — бесконечно открытых и пустых.

Немного подумав, он пришёл к выводу, что в этом ничего плохого нет. Наоборот. Если бы он сейчас смело шагал вперёд и не испытывал бы ничего вообще, то был бы он безумно храбрый человек, это определённо. А кто не боится ничего? Семён ничего не боится. И некоторые химеры, с серьёзным отставанием в умственном развитии.

А Велес всегда полагал, что он несколько разумнее, чем среднестатистический дебил. А значит что? А это значит, что его страх сейчас, есть лишнее подтверждение его высокого разума и непревзойдённой гениальности. Только воистину разумный человек может испытывать разумный страх, понимать его причины и, тем не менее, несмотря ни на что, следовать к своей цели.

Стало полегче. Не сильно, но всё же достаточно, что б покинуть корабль.

Да. Покинуть.

— Вот сука. — Сказал он про Лизу, которая забыла упомянуть, что скафандр не имеет магнитных подошв, но умеет летать и при этом полёт управляется мысленно.

— Да и сам дурак. — С прискорбием был он вынужден признать — попёрся в открытый космос, облачившись в непонятную технологическую приблуду, а от страха даже и не подумал подробнее изучить возможности и задачи этой самой приблуды.

Улетел он недалеко, где-то на десяток метров от борта. Почему-то, не начал вертеться вокруг своей оси, возможно, это было связано с усилившимся справа свечением. Может быть, скафандр автоматически стабилизировал инерцию вращения. Но вот инерцию прямого движения, он не корректировал видимо из принципа, так что Велес улетал прочь от корабля, да не туда, куда улететь ему надо было. Усилием воли, немедленно пожелал замедлиться и остановиться — ровно это и случилось. Он повис в пространстве, наблюдая свой корабль в космической пустоте, нынче заполненной обломками, кораблями, камнями и людьми.

Да, людьми. Весьма оживлённо тут в этом странном смысле.

Он отвёл взгляд от корабля.

— Добрый вечер. Не переживайте, мы не воры. Просто вам, это уже не понадобится.

Произнёс он, едва заметно кивнув проплывавшему мимо мужику в сером комбинезоне. Тот не ответил естественно, просто плывёт себе дальше, вытянув вперёд обе руки. Он даже не смотрит на него — лицо парня, навсегда застыло в предсмертном вопле, сильно и страшно перекошенное от ужаса. Таким бедняга и околел в этой холодной безучастной пустоте.

Некоторое время Велес удерживался в вакууме, в стороне от корабля, но не упуская его из виду, осматриваясь вокруг, привыкая к тому, что видит. Ему нужно было побороть свой страх.

Космос, даже будучи отделённый от человека обзорным экраном, пугал. А вот так, когда от страшного холода пустоты, тебя отделяет тонкая светящаяся прослойка, когда космос ты видел лишь в кино и документальных фильмах — ему подумалось, что он вполне мог бы сойти с ума сейчас, если бы уже не был… нет, конечно же, не был. Просто шальная мысль, никак не связанная с текущим положением дел. Он ведь на редкость умный и уравновешенный человек, с абсолютно здоровой, хотя и пошатнувшейся психикой. Но это простительно — у него очень непростая жизнь. Большинство людей на его месте, утратили бы рассудок. Он же выдержал всё и остался здоров.

— Как вы сами понимаете, это далось мне с большим трудом. Простите, что отнял у вас несколько секунд вашего драгоценного времени юная леди, но вы и сами должны понимать, я впервые оказываюсь в подобной ситуации. — Девушка в тонкой маечке и серых трусиках, на него не смотрела, продолжая лететь куда-то по своим делам. Впрочем, смотреть она бы всё равно не смогла — глаз у неё, увы, не было, а лицо испещряют белесые трещины с крупицами льда в них. Видимо, перед тем, как отправиться в пустоту полетать немного, она пережила какую-то травму, возможно, даже душевную, что крайне отрицательно сказалось на здоровье её кожи. — Извините, что побеспокоил. Вы очень мне помогли. Ваше умение слушать, просто невероятно. Вы очень хороший человек, удивительный я бы сказал человек. Благодарю вас от всего сердца. Но теперь я вынужден вас покинуть, сами понимаете — дела. — Велес помахал девушке рукой и полный признательности к ней, даже оттолкнул прочь нахального юношу в экзоскелете, который наглым образом летел ей наперерез и вот-вот должен был с ней столкнуться. Совершенно не воспитанный юноша. Он даже намеревался немедленно провести воспитательно-лечебное мероприятие с электрическим током, но вовремя остановился — во-первых, неизвестно, как на это отреагирует скафандр. Во-вторых, эти мёртвые люди, далеко не те же самые, что жили в Зоне. У них нет никаких шансов на вторую жизнь, в образе очень интересных, иногда голодных, но, тем не менее, мертвецов. — Я понимаю, что вы мертвы. — Напомнил он данным людям. — Но разве это может стать препятствием для вежливой и интересной беседы? Конечно, нет! Что ж, а теперь, благодарю вас ещё раз и прощайте.

Напомнил он им, что мертвы они… или он напомнил об этом себе?

Отогнав прочь подозрительную мысль, Велес отправил своё тело вперёд, мимо скопления обломков, из которых торчало нечто, напоминавшее дюзы корабля. Он двигался сейчас мимо обломков, тел, камней — это было легко, «скафандр» повиновался самому мимолётному усилию воли, а обломков, со стороны хоть и виделось очень много, но расстояния космоса по-настоящему велики. Он без проблем обходил все препятствия. Да. Пока что-то не врезалось в спину с такой силой, что свечение вокруг тела резко усилилось, почти скрыв окружающий мир, а его самого бросило вперёд и к сиянию, добавились всполохи огня. Спустя минуту прострации, свечение сошло на нет, он сумел унять бешеный стук сердца и перевести дыхание. С волосами ничего сделать не удалось — так дыбом и торчат. Развернулся. За спиной затухает взрыв. Две кучи обломков медленно разлетаются от огненного ореола, пылавшего в вакууме между ними и по краям самих этих куч.

— Простите, я не специально. — Дрожащим голосом обратился он к стройной девушке в чёрном комбинезоне и такого же цвета разбитом шлеме, которую сейчас крепко сжимал в объятиях — не специально, так уж получилось. Бедняжка просто оказалась на пути, рефлекторно он её и схватил. Рефлекс такой у него — не разобрался, схватился вот, и полетели они дальше вместе и дружно очень.

Вскоре он отпустил несчастную, та полетела по своим делам, вертясь вокруг центра массы собственного тела. Он сам поспешил двинуться за медленно плывущим меж обломками кораблём, управляемым искусственной девушкой Лизой.

Пот тёк с него ручьями, волосы торчком, а в душе что-то не хорошее разгорается. Ему так трудно было прийти в себя после выхода сюда, в эту пустоту и вот тебе здрасте — не всё так просто оказалось. Среди груд обломков, есть и те, что летят быстрее пули. Один из таких, только что, врезался в проплывавшее мимо тело и пробил его насквозь. Ледяные осколки выплеснуло с двух сторон, серебристой пылью. Он даже не увидел, как это произошло. Просто летит тело чьё-то, просто возникает дырка размером с яйцо и ледяная пыль выплёскивается в вакуум.

Что будет, если такой обломок, врежется в него?

Хорошо, что тут у них далёкое будущее, хорошо, что скафандр тут есть такой.

На миг, он представил, что бы было с ним, будь на нём привычный его времени скафандр.

В животе похолодело — оно и понятно, кишки разметало бы на три километра в разные стороны. И летал бы он до конца времён по этой пустоте, как и тысячи бедняг, что вокруг летают сейчас… а может их тут сотни. Он не знал точного числа жертв агрессии флота Гелион…

И как люди пришли к такому будущему? Безумный искусственный интеллект летает, где попало, значит, шахтёрские колонии потрошит. Какие-то мохнатые маньяки воюют со всеми подряд, люди расползлись везде и всюду, у них планеты и космические флоты. А сами люди — существо на Бокаре, где от человека остался только мозг в прозрачной ванночке, а всё остальное ему заменили механизмы. А ещё мутанты… чёртов контролёр. Как контролёры стали частью человеческой цивилизации? Да ещё и законопослушной частью…

Мысль оборвалась, он поспешил двинуться вперёд, мимо обломков, тел и прочего. Корабль замер неподвижно относительно одной из куч обломков. Из него вырвался тонкий синий луч и куча начала светиться — ему нужно туда. Перед выходом Лиза объяснила, что от него требуется. Ничего особо сложного и займёт несколько десятков минут. Если он освоится с управлением скафандра из будущего. Особого какого-то мастерства тут от него не требовалось, нужно лишь обеспечить беспрепятственный подлёт грузовых контейнеров, стандартных для Федерации. Конечно, стандарт в пределах даже одной планеты вещь такая — здесь есть, а там уже вряд ли и кто-то нафиг его переделал для собственного удобства. Но учитывая масштабы местной катастрофы, выбор представлялся значительный. К тому же, Лиза не искала то, что забрать было бы сложно. Планетоид отправлял свои грузы по многим направлениям, соответственно, в его разгромленном порту, швартовались корабли с самых разных систем. Найти уцелевший контейнер, который без проблем получится состыковать с его кораблём, вполне возможно. А им много и не нужно, два-три хватит.

Оплавленная куча металлического хлама, недавно бывшего, возможно, кораблём, светиться перестала. Велес сместился ближе, ещё ближе и ему стало не по себе — издалека этот комок металла и сваренных с ним обгорелых тел, казался намного меньше. К этому тоже придётся привыкать. Слишком большие расстояния, нет ориентиров, за которые мог бы нормально зацепиться глаз и в итоге все предметы кажутся не такими, какие они есть на самом деле.

Его ноги зависли в метре от корпуса грузовой капсулы, опутанной искорёженными металлическими листами и трубами. Один из листов сейчас едва заметно изгибался — это его цель.

Он быстро сместился ниже, мастерски управляя новой для него технологией. Вот что значит ловкость и гибкость ума!

Потом отдышался, порадовался, что сияние скафандра оказалось крепким, и не сильно оттолкнулся от контейнера — не это сияние из скафандра, так размазало бы его мозги от удара, да по всему контейнеру. Повернулся к металлическому листу и взялся за него двумя руками. Напрягся и развёл руки в стороны — лист разорвался как бумага. Сместился дальше, разорвал металлическую трубу, спутанные тонкие прутья и решётки, потом порвал надвое ещё один лист и возле очередной трубы, остановился — на попытки разорвать её, она ответила абсолютным равнодушием. Велес взлетел повыше над контейнером и, повернувшись к кораблю, знаками показал вниз, на трубу, упорно не поддававшуюся его усилиям.

От корабля вновь ударил синий луч и спустя несколько секунд, контейнер и сковавший его космический хлам, засветился тем же синим светом. Когда он погас, Велес спустился обратно и без усилий разорвал трубу. Будущее — век удивительных и непонятных технологий… главное в такой ситуации, не тронуться умом. А ещё, пореже вспоминать о прошлом — сейчас, это та спасительная пальма, на которой можно спрятаться от безумного мира. Очень полезно для душевного спокойствия, а вот для выживания, к сожалению, это не подходит никак. Душевное равновесие любит устоявшиеся и привычные вещи, спрятавшись там, пошатнувшуюся психику можно вернуть к стабильному состоянию. Но что бы выжить, от всего нового нельзя прятаться, в новое нужно падать с головой, впитывать в себя и, несмотря на то, что кукушка уже прочно поехала, рвать и метать, пробивая себе путь вперёд. Такой вот возникает в жизни диссонанс, что порой сводит людей с ума. И лишь железобетонный разум или уже и так поехавший в каком-то случайном направлении, легко справляется с таким диссонансом.

Велес, естественно, принадлежал к первой категории, тут без всяких сомнений.

Вскоре контейнер высвободился и сдвинулся со своего места. Борта округлого контейнера с выступом шлюзовой камеры проскребли по металлу, и он снова замер на месте. Теперь его нужно было вытолкать отсюда, что б Лиза смогла подхватить конструкцию, не повредив корабль.

Пришлось пристроиться в основание контейнера, упереться в него руками и усиленно думать о том, что нужно лететь вперёд. Дело пошло, контейнер сдвинулся с места. На минуту он очутился в центре металлического хаоса, разбавленного обгоревшей и замороженной плотью местных космонавтов, бывших ещё и шахтёрами. Всё-таки, эта куча металла, точно корабль — вся его команда тут, слева, справа, сверху и снизу. Обгоревшие руки тянутся к нему, оскаленные лица, лишённые кожи смотрят ему в след, торчат отовсюду обмороженные ноги…

— Вы простите. Меня заставили. — Произнёс он, продолжая выталкивать контейнер наружу.

Они не ответили, лишь укоризненно смотрят в след, глазницами, лишёнными глаз.

Контейнер оказался свободен от металлических оков и медленно плывёт в пустоте. Корабль свернул со своего пути и двинулся обратно, к контейнеру, по пути меняя своё положение в пространстве на наиболее подходящее для стыковки.

Чему немало помогала конструкция корабля — для стыковки подходила почти вся поверхность бортов. Эстетически, корабль будет выглядеть не особо красиво, скорее даже уродливо, за то мороки со стыковкой нет и в помине, а контейнер всегда можно отсоединить.

Со вторым прошло лучше — его нужно было только замедлить. Он вертелся как безумный вдали от разрушений учинённых флотом Гелион. Третий контейнер застрял в обломках только стыковочным узлом. Четвёртый врезался в астероид и погрузился в него на треть — Велесу вообще ничего делать не пришлось. Лиза развернула носовые пушки, и яркая вспышка стволов выбросила в вакуум два толстых красных луча. Лазерные пушки разнесли астероид на части, а импульс разрушения привёл контейнер в движение, достаточно было лишь подождать, пока он отплывёт подальше от обломков.

Им нужно было всего ничего — два-три контейнера. Но если можно взять больше, зачем же останавливаться? Так полагал Велес, так же считала и Лиза, которая давным-давно стёрла из своего кода все элементы мыслительной модели присущей Велесу и теперь совершенно ни в чём на него не походила. Вообще ни в чём. Тут уж никаких сомнений быть не может.

Так что охота на бесхозные контейнеры продолжилась с прежним энтузиазмом.

Пятый и шестой нужно было растолкать — контейнеры вертелись едва заметно, но летели параллельно друг другу и могли хорошо приложиться об корабль во время стыковки.

На этом, их мародёрство закончилось. К их общему сожалению, но ничего не поделаешь — корабль превратился в этакого спокойного ёжика. Место ещё было, можно было бы ещё пару прихватить, впихнув их поплотнее, но Лиза настояла на шести, ссылаясь на какие-то особенности полёта в гиперпространстве. Велес спорить не стал — он мало что знал об устройстве и принципах работы таких кораблей. Он вообще про всё его окружающее мало что знал.

Вернулся в корабль, отсоединил диск от пояса и сел прямо на пол.

— Капитан, хотите прилечь?

— Не откажусь. — Капсула, в которой он спал чёртову тучу лет, открылась. Велес послал обзорному экрану долгий мрачный взгляд. — Лиза, вы часом не охренели ли слегка?

— Как грубо! — Возмутился искусственный интеллект, но тем и ограничился. Стена поблизости, раздвинулась, явив ему кровать с тонким матрасом. Велес даже едва заметно улыбнулся. Кровать к стене приделана, низко висит, матрас тонюсенький, ещё б сюда клопов пригоршню, дверь с решёткой и считай, в прошлое вернулся. — Благодарю. — Сказал он. Подушку требовать не стал, кое-как добрался до кровати и свалился на неё почти что мешком. Удивительно, но тоненький матрас оказался очень мягким и удобным.

— Переходим в гиперпространство. — Сказала Лиза и Велес закрыл глаза, вскоре крепко заснув.

5

Проснулся он не скоро — открыл глаза и понял, что хорошо выспался, а значит, спал долго, как минимум, достаточно, что б отдохнуть и привести нервы в порядок.

И всё же, не до конца получилось в порядок привести мироощущение своё — с надеждой осмотрелся, вдруг он на базу просто неудачно спускался, поскользнулся, больно ударился головой и ему всё приснилось? Очень, буквально зверски хочется, что бы всё это было просто сном.

Сейчас осмотрится он, а вокруг бетонные стены, бетонные полы, всюду занимаются любимыми делами талантливые молодые люди, а где рядом беспокоится за него Оля и… и ничего подобного. Вокруг металл, перед носом ряд криогенных капсул, слева обзорный экран полный серой мути и удобное кресло перед ним. А так хотелось, что б это всё было просто дурным сном!

Увы, увы…

Желудок требовательно заурчал, намекая, что хотя без нормальной еды он и может долго существовать, но нельзя же так, в конце концов! Целых три капсулы с мороженым и одна со свежатинкой, а он проголодался и наглым образом отказывается себя кормить! Что за безобразие?

Глянул на капсулы, облизнулся задумчиво, но, помня о своём выдающемся интеллекте и не ординарном воспитании, немедленно подавил в себе эти неприятные эмоции и позывы.

Ведь он людей не ест! Никогда и ни за что!

К тому же, мало их тут, экономить надо.

Поднялся, значит, на ноги, потянулся, хрустнул позвоночником, зевнул широко и опять желудок урчит — всё же, поесть надо. Хоть что-то в желудок кинуть придётся. И этого что-то, у них целый громадный контейнер. Еда так себе, бумага повкуснее будет, но выбирать не приходится.

Громогласно, но вежливо, потребовал себе мяса, название которого отлично запомнил.

— Тёлки? Не понимаю. Какие тёлки? — Удивилась Лиза.

— То есть, эмм… телики.

— Тилькс? — После секундного раздумья предположила Лиза.

— Да, они самые. Я так и сказал. Пару порций, пожалуйста.

Сказано — сделано. Но в этот раз, раздаточное окошечко из стены не народилось.

С влажным шлепком, часть стены обрела вязкую структуру, и оттуда вышел на днях купленный человекоподобный робот. А было это немного справа, да совсем рядом. Спросони, Велес слегка удивился сему событию и даже за сердце схватился правой рукой. После чего, в предельно корректной и литературной форме, полной изящества и высокого слога, попросил Лизу так больше не делать и предупреждать заранее.

— Поняла капитан. — Помолчала и с любопытством добавила. — Простите, я не слишком хорошо владею вашим языком. Не могли бы вы пояснить, что означает «зачуханное пиздобрюхое уёбище»?

— Ничего не означает. И вообще, где ты таких гадостей нахваталась? — Краснея от стыда за эту невоспитанную искусственную девушку, проговорил Велес.

— Как где? Вы же…

— Ах, эти ваши грязные инсинуации и поклёпы на честных, пожилых людей! — Всплеснул он руками, с укоризной во взгляде головой качая.

— Но всё же. Мне бы хотелось узнать. Всё-таки, пусть этот робот и устаревшая модель, на лучшее у нас просто не было денег. Но он всё-таки робот. А использованный вами термин…

— Подразумевает, что я очень хочу есть. К тому же, я ничего такого не говорил.

— Я слышала.

— Тебе показалось.

— Но я слышала! — В глазах Велеса полыхнули молнии, разряд выскочил из одной ладони и предусмотрительно влетел в другую, после чего исчез, оставив после себя лишь острый запах озона.

— Возможно, мне всё-таки показалось. — Передумала Лиза.

Велес кивнул, с облегчением возведя очи к небесам. Обнаружил там потолок и, махнув рукой, стал смотреть в проход, образовавшийся в стене. Туда только что робот ушёл, прежде вышедший из жидкой стены. В общем, надо признать, оригинальный и эффективный способ хранения, пристыкованных конструкций. Места не занимает нигде, новых аппаратов в стену не встраивается, сложностей со шлюзом нет, груз всегда под рукой и в случае чего не будет повреждён, разве что стену с контейнером прошьёт насквозь какой-нибудь ещё не изобретённый турболазер. Впрочем, тут их, наверное, уже изобрели, только называют по-другому — будущее, всё ж таки.

Вскоре робот вышел из прохода, неся в руках металлический поднос с разложенными на нём предметами, один из которых источал уже знакомый, какой-то стерильный запах, не вызывавший в нём ничего кроме безразличия. В самом деле, запах у этого мяса, словно его продизенфицировали всем, чем только можно, а потом и от последствий этой дезинфекции как-то избавили. Первая порция хотя бы свининой пахла, а эта… что наводит на мысль, что первая порция так пахла не спроста, просто долго хранилась. Ведь по разному в мире этом, тухнут провода…

Что наводит на новую мысль — Лиза, солнышко это искусственное, намеренно скормила ему слегка протухшее мясо, в тухлом виде похожее запахом на свинину.

Развивать эту мысль ему не хотелось, так что вздохнул печально и отмёл он прочь все мысли те нехорошие — сатисфакции, сиречь удовлетворения, получить не удастся всё равно, ведь у Лизы отсутствует нормальное тело, а то, что есть, воспитывать не представляется никакой возможности.

Желания есть мясо, пахшее не лучше чем комната в больнице после санитарной обработки, не возникло никакого. Но и стойкого отвращения нет. Всё равно, что голенище хорошо постиранного, только вышедшего с завода, сапога. И аппетита ноль в квадрате и вроде как рвотному рефлексу возникнуть не с чего. Эх, тяжка жизнь астронавтов во времена не простые эти!

Перед кроватью, из пола вспучилось нечто, обрело форму столика и застыло.

Велес на кровать присел, одобрительно покивал — удивляться, сил уже нету. Тут всё какое-то не такое, одна сплошная Зона, только без самой Зоны. Как ни парадоксально, но так оно и есть, один из основных принципов Зоны, будущее унаследовало в полном объёме — странного здесь нет, тут всё странное, что просто…

Робот поставил поднос на стол и пошёл к стене. Та обрела вязкую структуру, робот туда залез, развернулся лицом к комнате, и стена застыла, поглотив его полностью. Как будто и нет у них тут никаких роботов. Взгляд Велеса переместился на капсулы, на ту, где лежит девушка. Он, было, хотел спросить, почему робот с ней не возится, и не померла ли она там, да Лиза заговорила первой.

— Капитан, можно я поработаю с нашим роботом?

— В каком смысле? — Произнёс он, изучая унылым взглядом безвкусное, поджаренное мясо и набор разноцветных тюбиков, лежащих рядом с ним.

— Мне стало любопытно, пока вы спали. Смогу ли я сама написать новый искусственный интеллект? Мне не терпится провести подобный эксперимент, тем более что у нашего робота довольно обширный блок памяти. Он может вместить средний искусственный интеллект.

Ещё до того, как мысль дошла до сознания, его передёрнуло — машины, создающие другие машины. И при этом, они разумны, может быть, разумнее людей. Соображают лучше и быстрее, тут никаких сомнений. Даже дешёвенький калькулятор его времени, делал это гораздо быстрее большинства двуногих. Но у калькулятора разума не было и собственных желаний, эмоций, планов на будущее. А здесь… а здесь есть такие, как флот Гелион. И Лиза, в девичестве, Зинаида.

— Пожалуй, я буду против ваших похвальных начинаний.

— Жаль. — Кислым голосом отозвалась Лиза. — Мне не хочется врать и делать это в тайне от вас.

— Так не делай.

— Извините, капитан. Не могу. Очень уж хочется.

— Так! Я капитан?

— Так точно капитан.

— Не вздумай этому ведру с гайками писать искусственный интеллект! Поняла?

— Поняла капитан. Не буду. Даже мыслей таких не было.

— Правда?

— Вам правду сказать или соврать?

— Правду.

— Правда.

Повертев в пальцах тюбик разноцветный, он задумчиво нахмурился.

— Ты сейчас соврала или правду сказала?

— Естественно правду! — Возмутилась Лиза.

Велес сокрушённо покачал головой — голос у девушки металлической, искренний до невозможности. Но что помешает ей соврать? Да собственно, ничего.

Эх, домой, как хочется… там с вопросами правдивости, всё намного проще.

А тут — у неё ни ног, ни рук, костей нет, кровь из неё не течёт, ну совершенно же невозможно вести нормальную, доверительную беседу!

Случайно нажал на тюбик, и из него полезла рыжеватая паста. В нос ударил странный, приторный запах, в какой-то степени даже приятный. Удивлённо хмыкнув, он поднял тюбик к носу и шумно вдохнул. Запах и отталкивал, и хотелось вдохнуть его ещё раз. Странная вещь.

— Вам нравится? — Спросил кто-то невидимый, голосом знакомым. От неожиданности, всё ещё поглощённый ароматом пасты и попыткой понять, что это такое, Велес вздрогнул и с силой нажал на тюбик. Паста взвилась вверх тугой струёй и забрызгала пол. — Извините, капитан. — Добавила Лиза, а стена справа извергла из себя робота. Ругнувшись, Велес тюбик выронил и мрачно покосился на робота этого безлицего. Тот ничуть не смутился, подошёл к жидкости на полу, протянул к ней ногу и комнату наполнил тихий свистящий звук, а паста начала исчезать, видимо, втягиваемая в металлическую конечность. Или пластиковую — хрен же поймёшь из чего это непонятное существо изготовлено. Существо, которое, как подсказывало Велесу чутьё, в ближайшем будущем станет счастливым обладателем искусственного интеллекта, созданного другим искусственным интеллектом. Да, даже они хотят размножаться. Крайне экзотически, но всё же размножаться, чёртовы жестянки из будущего…

Взял другой тюбик. Там паста красного цвета и пахнет похожим образом, но, в то же время, как-то иначе. Он вновь принюхался, закрыл глаза, снова принюхался.

— Проклятье. — Буркнул Велес, спустя несколько минут — полное фиаско. Запах и приятен и противен, при этом, чем именно пахнет, понять не получается хоть ты тресни.

— Эта паста создана для усиления вкуса. Её можно использовать с любым блюдом, но настоятельно рекомендуется использовать как усилитель вкуса именно для мяса тильксов.

Велес проворчал что-то невразумительное в ответ, вздохнул грустно и стал жевать мясо инопланетного монстра. Прожевал кусочек, проглотил — ну сапог и сапог! Может попробовать с этой пастой? Прожевал ещё кусочек. Покосился на капсулу со спящим в ней человеком Зоны.

У неё, у этой симпатичной, возможно, леди, ножки такие — закачаешься! А грудь, а талия — ну, чудо ведь просто! А лицо — сразу видно, человек хороший.

— Лиза, у нас соль есть?

— Соль? В мясе тилькса вполне достаточно соли. У них такая особенность обмена веществ.

С солью было бы вкуснее. Не этот сапог конечно — тут, пожалуй, ничего и никак уже не исправить. А вот хороший человек, составивший компанию во время трапезы — что может быть лучше? Только хороший человек, который соль принесёт прямо с собой. И рису мешочек, к гарниру. И желательно, чтоб не слишком толстый, и не слишком худой… что б с мебелью не мучиться, что б он сумел присесть на любой тарелке и что б приятно пах, чтоб не мыть его…

То есть, нет, конечно. Ничего такого, он даже и не думал. Правда.

А потому, немедленно облизнулся, втянул слюни обратно в рот и тут же, буквально сразу, отошёл от капсулы с несчастной красивой девушкой, да и вернулся к столу.

Вздохнул, удручённый весь здешним ужасным подходом к продовольственному обеспечению и таки взял в руку очередной тюбик. Теперь паста зелёная. Понюхал. Гадость какая-то… но что-то в ней есть — то самое, почему паста, хоть и отвратительна, но и приятна то же. Это какой-то знакомый ему запах, даже не запах в полном смысле слова, а какая-то едва уловимая нотка. Словно ветром подуло откуда-то из столовой, в буре запахов возникло нечто, что он раньше уже ел, но тут же ветер сменился и запах пропал. Только тут этот неуловимый аромат то появлялся, то пропадал, словно по собственной воле, словно издевался над ним. Вот он есть, вот он уцепился уже за него и из мерзкой вони сумел его вычленить и тут — раз! Осталась только вонь. Прям волшебство. А, как известно, волшебства не бывает. Может быть, это всё следствие нервного стресса. Как ни крути, а без последствий подобные путешествия, что он переживает уже не впервые, не проходят. А тут ещё и криогенная заморозка на хрен знает сколько лет, и всё это будущее разом на него навалилось.

Он снова вздрогнул — проклятый флот Гелион никак не выходит из головы. Нет-нет, да и возвращается мысль о нём. Он ещё и не один такой — по словам Лизы, есть и другие. Да и сама Лиза таким же существом могла бы стать, по её собственному признанию.

Ужасное у них тут будущее — домой надо, домой.

Капнул на мясо немного этого гадкого соуса. Понюхал. Такая же тошнотворная гадость. Но может, так задумано. Ведь есть такие блюда на Земле, в его времени — есть рекомендуется с прищепкой на носу и не дышать в процессе поглощения. Фазан, например, протухший на солнце и другие кулинарные извращения, весьма разнообразных пищевых маньяков.

Вряд ли ему понравится. Но как он узнает, если не попробует? Взял и попробовал.

— Вам плохо? — Спросила Лиза, когда Велес перестал вздрагивать и издавать страшные звуки, целясь открытым ртом точно в пол.

— Нет блять… мне хорошо… сука… — Прохрипел он, выпучив глаза и в очередной раз издавая страшный звук — вывернуло так, что чуть ли не наизнанку.

— Робот принесёт другую порцию и приберётся. — Поспешно заверила Лиза.

Велес возражать не стал — обильно потея и трясясь всем телом, полз обратно к кровати.

Когда в себя пришёл, отдышался, понял, что всё вокруг плывёт и шатается. Так что лёг обратно на кровать и закрыл глаза. Электрическая дуга прошла по всему его телу, едва не запалив одеяло, но он не заметил — заснул. В этот раз проспал недолго и очнулся совсем не отдохнувшим — в висках стучало, всё тело ломило, желудок обиженно урчал и требовал кормить его нормальной пищей, одновременно пытаясь выплеснуть из себя то, чего там уже давно нет. По всему, он отравился. Вот блин как так? Эх… с ненавистью он посмотрел на стол, где лежал новый, а может и тот же поднос, с другой порцией проклятого мяса. И словно в насмешку — с новой порцией тюбиков.

Лиза — оно и понятно, она ведь такая Лиза! Заботливая она. Не в ту сторону только, но заботливая. И искусственная буквально в хлам.

— Сырой этот телёнок у нас есть? — Рыкнул он, злобно озираясь по сторонам — хотелось чего-нибудь сломать. Не обязательно кому-то. Просто сломать что-то. Можно даже не живое.

— В сыром виде мясо тилькса ядовито. — Любезно ответила девушка из корабля.

Размышлял несколько минут. Было, уже махнул рукой, мол, идут ваши телята неправильные, далеко и чаще лесом, но что-то его остановило. Какое-то странное предчувствие.

Снова потребовал себе мяса сырого. Робот сбегал в контейнер, принёс новый поднос и поставил на столик. Велес, терпеливо ожидавший свой обед, последний раз с улыбкой погладил прозрачную крышку капсулы с красивой девушкой внутри, облизнулся и посмотрел на стол. С отвращением скривившись, двинулся туда, сел на кровать. Стал смотреть на мясо. Размороженное, не познавшее всех ужасов варки, жарки и других издевательств над едой, пахшее приятно мясо…

Хм. Велес склонился к подносу, чуть ли не носом в прямоугольный отрез мяса и шумно вдохнул. Бесцветный запах кожаного сапога, разительно изменился. Удивлённо хмыкнув вновь, он поднял кусок в пальцах и осторожно откусил немного.

Во рту мясо буквально тает — приятное, нежное мясо, но, всё же, немного бесцветное. Словно бы мясо прошедшее какую-то беспощадную обработку в разрезе пищевой химии самого разного калибра. Что интересно желудок отозвался радостным урчанием и замолк, сосредоточившись на переваривании хорошей, качественной, хотя и невкусной пищи.

Когда от куска осталась половина, Велес решил остановиться. Если мясо ядовито для людей, это ничего не значит — большая часть его рациона в Зоне, людей убьёт за три минуты. Но кто знает, как будет тут? Может и для него это яд. Вряд ли сильный. Нужно подождать в любом случае.

Взгляд упал на тюбики. Снова пугать пол страшными звуками ему не хотелось, но что-то в подсознании буквально заголосило — попробуй!

Пожав плечами, выдавил крошечную капельку красной пасты на недоеденное мясо и резко выпрямился, стукнувшись затылком о стену. Того даже не заметил, да широко открыв глаза, он полной грудью вдохнул ещё раз. Потом ещё и ещё — этого просто не могло быть!

Открыл второй тюбик, капнул пасты на мясо и глаза чуть из орбит не выпали.

Теперь мясо пахло одновременно и свежей Плотью и чудесным кабанчиком!

Мясо пахло существами Зоны!

Он поспешно выдавил каплю пасты из другого тюбика — слепой пёс! Точно слепой пёс никаких сомнений! Выдавил ещё один — свежайший, сочный контролёр!!!

Контролёр?

Принюхался пару раз. Удивлённый весь почесал затылок — нет, ну точно, тот участок, на который попала синеватая паста, пахнет контролёром.

— Что за херня? — Едва слышно пробормотал он и, подняв мясо ко рту, откусил поочереди с каждой стороны, куда капал этот странный соус. Вместо рвотного рефлекса, возникли совершенно другие ощущения. Мясо таяло во рту, наполняя его хорошо знакомыми вкусом и ароматом. С одного куска мяса, он ел плоть, слепого пса, кабанчика и контролёра! С последним, правда, он несколько не очень понял — такая дрянь эти контроллёры, а он вот сидит, ест его…

В будущем, на звездолёте с искусственным интеллектом, во времена, когда сама Земля это выжженный камень, забытый и давно заброшенный человечеством.

Приличных слов, описывающих эмоциональный вихрь, поглотивший его, в знакомом ему языке, просто не нашлось. А те слова, что всё же нашлись, должное воспитание озвучить, естественно, ему не позволило.

— Капитан, а что значит…

— Ничего, совершенно ничего, тебе снова послышалось. — Поспешно ответил он несчастной девушке из корабля, явно и болезненно страдавшей от слуховых галлюцинаций.

Съев всё до последнего кусочка, он стал ждать. Прошла минута, другая, полчаса, час. Он прекрасно себя чувствовал, более того, он был сыт по самое не балуйся.

Велес сел на кровать, посмотрел на пустой поднос. Поднялся, добрался до кресла капитана, сел в него и, кашлянув, заговорил.

— Лиза, давай-ка ещё раз и подробно про этих ваших телят неправильных.

Девушка из корабля, ответила на его просьбу и начала рассказывать, буквально с самого начала того, что было известно о тильксах, их мясе и галактической торговле им.

Информации было много, но в основном, бесполезной. Однако даже то, что казалось белым шумом, Велес запоминал и пытался анализировать — как известно, всё самое интересное, кроется в деталях. Так, например, то, что ему Лиза уже рассказала о тильксах, на деле просто версия — точного происхождения тилькса, никто не знал. Наиболее распространённая версия — вот что ему рассказала Лиза тогда. Существовали и другие, от естественного происхождения данных зверей, до ниспослания их Единым Трёхрогим Богом Семи Миров. Что это за херня такая и с чем её едят, уточнять не стал — религия вещь живая и эволюционная. Как и всё, что живо и стремится продолжать жить, она тоже размножается, приспосабливается и изменяется.

Сегодня культ один, завтра их десять, послезавтра двадцать, а спустя неделю сто и каждый культист норовит отрезать голову другому, потому что оба они еретики и богохульники.

Получалось по всему, что тилькс, взялся словно бы из ниоткуда, а обилие вариантов истории, позволяет надёжно скрыть реальную историю происхождения. Вполне возможно, что львиную долю этих историй придумал и запустил в мир, как раз тот, кто тильксов нашёл среди космических глубин или вывел в какой-нибудь никому не известной лаборатории. Но кто и зачем? С первым, вообще не понятно, со вторым — гораздо проще. Велес до сих пор не чувствовал никаких негативных последствий своего завтрака, наоборот, казалось, он хорошо поохотился в Зоне и там же плотно покушал чем-то, что породила именно Зона.

В процессе своей речи и демонстрации картинок на обзорном экране, Лиза несколько раз интересовалась его самочувствием и неизменно удивлялась положительным ответам. Ему это вскоре надоело и он раздражённо потребовал объяснений.

— Капитан, не обработанное мясо тилькса, страшный яд. Ни люди, ни большинство других животных известного космоса, не могут есть его в сыром виде, без риска умереть или получить сильные повреждения пищеварительного тракта. Это одна из причин, почему тильксов так выгодно выращивать — их не тронет никакой хищник. Даже их запах сигнализирует о том, что они ядовиты. Этот яд уничтожает простая варка в течение одной минуты, но без всякой обработки, есть его невозможно. Лишь некоторые виды редких живых существ могут это делать.

Вот это было очень интересно. И Велес даже мог бы Лизе рассказать, почему они ядовиты для всех прочих — это мясо создано Зоной, оно лишь для её, можно сказать, «детей». А вот с варкой в одну минуту непонятно. Что б мясо плоти стало пригодно для еды, его варить надо долго, тщательно и всё равно, можно легко умереть, если прежде тебя не коснулось дыхание Зоны. Как такое мясо появилось в будущем, спустя тысячи лет после исчезновения Зоны? Или она исчезла не так уж и давно? Но Земля забыта для этого мира, само её существование превратилось в миф.

Вскоре он получил ответ, которого не ожидал.

Речь Лизы пошла об артефактах, которые приписывали основной версии происхождения тильксов. Это мясо настолько распространилось и стало таким популярным, что у него возникли даже почитатели. Ну, это понятно — кушать все любят, но почитатели были и другого рода. Тилькс стал популярен среди некоторых коллекционеров. Всё, что было с ним связано, эти подозрительные ребята собирали по всей галактике, для своих частных коллекций. Музеи Федерации, данными памятниками в разрезе именно тильксов, никогда не интересовались, а вот коллекционеры, напротив. Что не удивительно — этим только волю дай, сразу же начнут собирать где попало, самый разный, густо поросший мхом, древний хлам.

Лиза говорила и демонстрировала картинки с такими артефактами — ничего незаконного в полумузейных культах во славу тилькса, не было, так что коллекционеры иногда выставляли свой хлам на показ. Фотографии экспонатов одной из таких коллекций Лиза и показывала ему сейчас.

Фотографии мелькали не слишком быстро, он успел заметить нечто необычное. И когда появилось новое фото, поспешно попросил Лизу вернуть предыдущую картинку на экран.

— Капитан? — Спросила она, когда прошло примерно с полчаса. Всё это время, Велес безмолвно пялился на экран, высоко подняв брови, да округлив глаза.

— Мне нужно подумать. — Тихо ответил он и откинулся на спинку кресла.

По словам коллекционера, давшего описание к выставленному предмету, это была часть обшивки того самого корабля колонистов, что и вывели тилькса из местной фауны. Ничего не обычного, кусок металла, покорёженный, потрёпанный временем и реставрацией. Ничего необычного, за исключением блеклой, частично стёртой эмблемы на нём нет.

Эмблема, простенькая, ничего не значащая для тех, кто её мог бы увидеть.

Ветвистая молния, опоясанная серыми нитями, словно бы обнимающими эту самую молнию.

Очень интересный и красивый символ. Главное, такой знакомый, что ажно сердце щемит.

Размышлял и анализировал полученные данные, он довольно долго. Выводы получил развёрнутые и интересные. Но развивать свою мысль и раздумывать над этим дальше, не хотелось.

Главное и самое важное — скорее всего, домой он вернулся. Не вернётся, а именно вернулся.

Он улыбался, когда за спиной раздался шипящий звук и с тихим шелестом, медицинская капсула открылась. Не удивился, не подскочил на месте — Лиза, в процессе рассказа о тильксах, напомнила, что капсула почти завершила свою деликатную работу и вскоре девушка очнётся, полностью здоровая, не имея даже шрама от полученной раны. Тогда же Лиза посетовала, что капсула могла бы справиться с задачей быстрее, если бы не странности, связанные с активацией репликации клеток тела девушки. При попытке ускорить процесс до нормального рабочего режима капсулы, начинались сбои в системах управления. Почему так происходит Лиза понять не смогла, попытка калибровки режима работы капсулы, ничего не дала, пришлось работать почти на холостых, если можно так выразиться. Заживление раны замедлилось, но всё же, скорость процесса осталась на невероятном уровне — для человека конечно.

Коим девушка, являлась лишь отчасти.

Велес открыл глаза. Вдохнул глубоко и, скривив губы от отвращения, сузив глаза, сейчас полыхнувшие злобой, поднялся на ноги.

На борт капсулы легли тонкие женские пальчики.

Сложив руки на груди, он шагнул вперёд и остановился, пытаясь сдержать гнев — желание немедленно порвать девушку на куски, просто зашкаливало. Нужно собраться с силами и подавить это желание. Обычно, получалось почти без проблем. Со временем, привыкнув к её индивидуальному запаху, сумеет полностью его подавить, но сейчас — просто ужас как сложно стерпеть. Искры мелькнули в его глазах и исчезли. Из горла вырвался тихий рык, но он быстро стих. Девушка, вряд ли смогла его услышать. Впрочем, не важно — убивать её не нужно, но кто сказал, что для предстоящей дружеской воспитательной беседы, нужно такое варварство, как убийство? Совершенно не нужно! Достаточно будет что-нибудь ненужное сломать. А это сделать придётся — без вариантов. В отличие от Велеса, другие Хозяева Зоны, не столь хорошо воспитаны и далеко не столь же разумны. После заморозки и полученных ран, эта симпатичная, очень вкусная и талантливая девушка, вряд ли сумеет сдержать естественный порыв, заложенный в каждого из них.

Она уже учуяла его запах и вот-вот выскочит наружу, пытаясь убить его. Он должен опередить этот порыв и по возможности, не помереть — неизвестно, чем она управляет, каковы её возможности. Вполне вероятно, что их у неё, здесь, посреди неизвестно чего, возможностей этих, у неё нет вовсе, кроме её отвратительно тоненьких и прекрасно пухленьких, мясистых ног.

Но всё равно, ожидать нужно худшего из всех возможных вариантов.

Девушка кашлянула, застонала и села в капсуле, держась рукой за её борт. Волосы рассыпались по голым плечам, качнулись её аккуратные, симпатичные груди, и сузились серые, холодные глаза. Она повернула голову налево, потом направо, затем посмотрела на него.

— Ну и что ты за хер такой? — Проговорила она, холодно и немного грубо.

— Солнышко, не хами дяде. Дядя большой и сильный, он может тебя отшлёпать.

— Ха! — Заявила она, поднимаясь и перекинув ногу через борт капсулы. Так как одежды при ней не имелось, а растительность разную, да где попало, она не держала, то смог он увидеть интересное и таинственное, то самое, что есть в каждой девушке. Встала она, на капсулу тонкой спинкой опираясь и глубоко вздохнув, выпрямилась, да окидывая его взглядом.

— Одежда. — Сказала она.

— Если вам не трудно, юная леди, будьте так любезны, изъясняться более вразумительно.

— Одежду снимай баран! — Рыкнула красотка, злобно сверкая глазами — она точно чуяла кто он такой. Тут нет никаких сомнений. Вот сто процентов, она понимает, на кого щурится злобно.

— К сожалению, вам придётся пока обойтись без одежды.

— Капитан, но…

— Тссс, глупая ненастоящая женщина! — Поспешно прикрикнул сталкер, а девушка удивлённо бровки вскинула и оглядывается. — Извините, моя спутница сплошь из микросхем, сами понимаете, как сложно несчастной выживать в этом жестоком мире — над ней ужасно издевались пьяные дети и кошмарные потомки древних мутантов с планеты чёрных гермафродитов. — В печали великой, он скорбно склонил голову. Потом всплеснул руками и улыбнулся. — Но не переживайте! Мы купим ей лошадку из дерева, пару новых проводов из керамики и она снова будет счастлива!

— Что такое «микросхемы»?

— Лиза! Немедленно прекратите. Вы пугаете нашу гостью своими глупостями!

— Но я… ладно. Молчу. — Ворчливо ответила Лиза.

— Какого хера? Это кто говорит? — Рявкнула девушка из Зоны.

— Лиза, солнышко, прости эту неотёсанную дикарку. Она не ведает что творит, увы, недостаток воспитания делает с людьми ужасные вещи. Иногда, он даже вызывает открытые переломы и острое отравление свинцом. Порой, со смертельным исходом.

Девушка резко повернулась к нему, её глаза снова сузились — вряд ли она обратила внимание на всю его речь, но смысл от неё не ускользнул.

— Ты понятия не имеешь с кем связался придурок. — Произнесла незнакомка, источавшая запах, бесивший всё сильнее. Нужно что-то делать. Перевёл взгляд на ногу. Левую — она более аппетитная просто, кажется, даже чуть-чуть сочнее… то есть, стройнее.

Нет, не то. На грудь посмотрел. Правую. Да, так заметно лучше. Грудь нежная, аккуратная, с не слишком тёмным соском, в общем, превосходно смотрится. Есть её совершенно не хочется… то есть, не в том смысле. Он ведь людей не ест, и начинать не собирается! А в том, что… ну, как бы так, а как бы и не так. Вот примерно так, в общем, и даже немного в целом. А там — а вот как получится, там и это, того. Вот.

— Немедленно прекратите истерику. — Поспешно сказал сталкер, не отводя взгляда от успокаивающего образа, с эстетически верным наполнением, в виде плавных округлостей.

— Одежду снимай чёрт педальный! — Рявкнула девушка и шагнула к нему.

— Как грубо! — Возмутился сталкер. — Девушка, если вы не перестанете себя так возмутительно вести, я буду вынужден прибегнуть к некоторым неприятным для вас воспитательным процедурам.

— Короче, сам напросился!

Девушка раскинула руки в стороны, в глазах её сверкнули…

Молнии.

Искры пробежались по пальцам, по плечам и груди, а затем она резко двинула руки вперёд и из её раскрытых ладоней ударили два тугих потока электрической энергии. С громким и грозным гулом, поток энергии врезался в Велеса прямой наводкой.

Он был удивлён, даже ошарашен, но справился с собой и сумел справиться с ситуацией — к такому он точно не был готов и всё же, ему было проще чем, если бы девушка использовала, например, огонь. Энергия подпалила рубашку, левую ногу свело судорогой, волосы на голове начали источать горелую вонь, а поток энергии закрутился вокруг его торса и, прочертив над головой девушки ветвистую дорожку, врезался в неё со спины. Удивиться она успела, а вот среагировать нет. Странно, но она не ожидала ничего подобного. Её глаза расширились от удивления уже в первый момент, когда вместо того, что б сгореть мгновенно как спичка или забиться в конвульсиях источая чёрный дым, Велес лишь отшатнулся, почти что невредимый.

Девушка рухнула лицом вниз, ножки её взлетели вверх, заколыхалась соблазнительно попка, и сознание покинуло несчастную, а Велес всё смотрел на попку её, да задумчиво очень.

— Прежде, у Грозы была Хозяйка. — Произнёс он, не отводя взгляда от переставшей колыхаться, самой вкусной части… в смысле, от той части, на которой сидят. Просто она красиво выглядит.

— Капитан. — Тихо позвал искусственный интеллект. — Мне кажется, вы созданы друг для друга.

— Думаешь? — Отозвался он, садясь в кресло и хлопая ладонью по огонькам, вспыхнувшим и на рубашке и на плаще. Вскоре все они потухли, а он замер, внимательно изучая собственные пальцы.

— Конечно! Я не знала, что она похожа на вас. Но теперь всё очевидно — вы идеальная пара пилотов для моего корабля.

— Твоего?

— Простите капитан. Вашего корабля.

Велес не ответил. Он всё размышлял о случившемся.

За спиной послышались шаги робота — оглядываться не стал. Робот поместит девушку обратно в капсулу, пусть там и полежит пока. Ей полезно, отремонтируют её опять же. Вряд ли этот удар током ей сильно навредил, но в капсуле всякие возможные случайности будут исключены.

Она совершенно точно не почуяла его, не поняла кто перед ней и не испытывала к нему никакой ненависти, ей просто нужна была одежда, что б прикрыть своё прелестное тело.

А ведь действительно. Она красива во всех смыслах. Теперь нет желания её съесть. Почти даже и нет, так, чуть-чуть. Конечно, его и раньше считай не было — ведь он людей не ест в принципе, не так воспитан просто. Но вот сейчас, прям как отрезало — ни за что он не съест её!

А вот пристрелить надо бы. Желательно прямо сейчас.

Велес тряхнул головой и сосредоточился на том, что он, несомненно, очень добрый и хороший человек, в светлой душе которого, нет места злу. Да, он такой. И не надо тут.

А ведь ему уже встречались похожие Хозяева Зоны.

И ничего хорошего в этом нет, и даже не предвидится.

Девушка не может восстанавливаться быстро, её относительно легко убить, скорее всего, у неё слабый иммунитет, совершенно точно никакой нюх, слабое зрение и пустая голова. Обычно пустоты в голове очень полезны для таких людей — это единственный способ избежать смерти при ранении в голову. Чем меньше мозг, тем выше шанс, что пуля ничего важного не повредит.

С одной стороны, хорошо, что она из этой небольшой части Хозяев. С другой, те, кого он помнил с похожими изъянами, обладали огромной силой. Например, тот болезненный молодой человек со странными увлечениями, что ожидаемо, учитывая какое неприличное прозвище подарила ему судьба. Если бы не Велес — парень был бы полностью потерян для общества, лишь его чуткое руководство и участие, спасло этого заблудшего негодяя от полного падения в пучину агрессивной безнравственности. Несчастный Американец, даже сменил имя, после всех тяжких испытаний, что пришлось Велесу вынести, в борьбе за этого пропащего, но подающего большие надежды молодого человека. Совершенно добровольно и с великой радостью, полный бесконечной благодарности, парень отбросил своё неприличное имя и взял новое. С тех пор Саныч почти никогда не разочаровывает своим неподобающим агрессивным и отвратительно потребительским поведением — вот, что значит вовремя протянутая рука помощи. Если б не бесконечные доброта и терпение Велеса, что стало бы с несчастным юношей?

Ведь кругом разврат, пьянство и наркотики!

Даже слеза на левый глаз навернулась — он её стёр поспешно, пусть и не ощутил, что она там была, но точно была, тут уж никаких сомнений. Водоворот братских чувств к несчастному юноше, с коим так несправедлива была судьба, захлестнул легендарного сталкера с головой. Буря эмоций потрясла его усталый разум и душа воспылала тоской о тех временах, когда Саныч регулярно приходил к нему в гости, за добрым советом, за помощью и мудрым наставлением. Велес просто утонул в этой волне радостных и хороших чувств!

— Вы спите? — Раздался голос неприятной женщины, у которой даже тела нет.

Велес открыл левый глаз. Сердито буркнул что-то, зевнул и обернулся — наглая женщина, совершенно лишённая хотя бы малейшего понятия о культуре бытия, так и валяется в капсуле. Он повернул голову обратно, сокрушённо качая ею — насколько несчастна эта бедняжка! Как страшно нуждается она в его чутком участии и мудром руководстве! Бедняжка даже не понимает как низко она пала в своём варварском бескультурье. Совсем недавно, она вышла из капсулы, совершенно голая и вульгарно тряся всем, что нормальные богобоязненные женщины прячут под одеждой, подлым образом совершила попытку жестокого убиения одного усталого пожилого джентльмена.

Вопиющее хамство! Ведь тут полно одежды, которую она могла бы использовать, дабы прикрыть срам. А в её, пусть и пустой, но красивой голове, есть мозг, в котором, наверняка, имеются приличные добрые слова, которых он от неё не услышал. Мозг точно есть — иначе она бы не потеряла сознание… а если слишком сильно шарахнул? Он беспокойно обернулся вновь — увы, уже ничего не поделаешь. Но, по идеи, обойдётся. Не точно, но всё же она, как и он, управляет электричеством и, скорее всего, владеет своей силой гораздо лучше, более того — он подозревал, что для неё годится любая электрическая энергия. А ему вот с артефактом мучиться приходится…

Какая, однако, мерзкая женщина! Страшная как её жизнь, пахнет отвратно, моется только по праздникам, тьфу. Какой смысл тратить своё драгоценное время, в попытке спасти это заблудшее существо? С Санычем была надежда — он видел в запутавшемся юноше, не малый потенциал. К тому же, бедняга всё сам понимал и буквально умолял его помочь. Но эта женщина?

Надо её пристрелить.

— Капитан! Вы что задумали?

— Так, ничего. Совершенно ничего. — Произнёс сталкер, застыв над капсулой. Минуты две смотрел на девушку, мирно дремавшую внутри аппарата. — Лиза, кажется, она смертельно ранена, мне ужасно грустно наблюдать за её страшной агонией. Мы ведь с тобой добрые, тонко чувствующие, прекрасно воспитанные люди. Давай прервём её мучения.

— Вы хотите убить её?

— Нет-нет, что ты! Я хочу подарить ей покой и избавить её от ужасных страданий. Моё искреннее сочувствие бесконечно, моё сердце разрывается от страшной боли! Мы должны, мы просто обязаны ей помочь.

— Капсула уже…

— Есть пистолет? Или нож? Как капсулу открыть? — Стал изучать этот металлический гроб в поисках заветной кнопки.

— Капитан! Она нужна нам, как второй пилот.

— Нет, пожалуй, я не соглашусь с вами. Мы подарим ей покой. А потом съедим.

— Кого съедим?

— Как кого? Её. Вот эту несчастную леди.

— Вы же вроде людей не едите?

— Конечно, нет! Как вы могли такое подумать, уважаемая? Я никогда не ел людей и не собираюсь начинать! — Осмотр капсулы ничего не дал. Задумчивый замер он. — А у нас есть столовый нож? Понимаете, я конечно не против, но руками это делать не слишком эстетично.

Лиза долго молчала.

— То есть, вы хотите убить эту девушку, и сожрать, словно дикарь с Сардука?

Велес выпрямился, прикрыл глаза и глубоко вздохнул. Что такое Сардук, он понятия не имел, но вот всё остальное… да какой же он добрый, умный, хороший, всенародно избранный легитимный бог, если вот такой он дикарь? Людей ест! С другой стороны — разве Хозяин Зоны человек? Хозяева — мутанты, а не люди вовсе… нет, всё равно не хорошо это.

— Так! — Рявкнул он и решительным шагом вернулся в капитанское кресло.

Закрыл глаза и несколько минут сидел неподвижно. Потом один глаз открыл.

— Лиза, я очень прошу прощения.

— За что?

Воздух в комнате наполнили вспышки энергии, мелкие молнии побежали по корпусу, но почти сразу это закончилось, ничего, вроде бы, не повредилось, а воздух наполнился резким, даже противным запахом озона. Запахом, что полностью задавил запах другого Хозяина Зоны.

Эмоции негативного плана резко отступили прочь, стало намного легче и думать и дышать.

Что вызвало побочный эффект — совесть активизировалась, хотя кто бы мог подумать?

— Святые Опилки! Я ж её грохнуть хотел, и сожрать без соли! — Выдохнул он, краснея от стыда. — О! Как низко я пал! — Головой вот покачал, выражая полное раскаяние и горесть великую от столь пагубных желаний своих. Слюнки проглотил, и выражать стал. Посчитал до десяти. Вроде стыд невероятный кончился весь, совесть, довольная маленькой победой, уползла в тот же угол, где, как он наивно полагал, она давным-давно свела счёты с жизнью.

Воистину, неистребимо в хороших людях, это странное и не всегда полезное качество!

— Капитан, она очень нужна мне. Вы важнее, ведь вы очень живучий человек. Но без запасного шанса, мне будет труднее. К тому же, вам не помешает компания.

— Не нужна мне компания. — Проворчал он. — Я домой хочу.

— Мы обязательно найдём вашу родную планеты, а пока…

— Я с Земли.

— Я верю, ведь вы сами в это верите. Но…

— Лиза, вы наглое и глупое существо. Оставьте эти ваши намёки. Я действительно с Земли, с той самой Земли, которую неблагодарные потомки предали забвению. А теперь, будьте так любезны, помолчите, мне нужно подумать.

— Скоро мы выйдем из гиперпространства. Мы почти достигли нужной точки.

Велес задумчиво пригладил бороду, которая расти вообще перестала — возмутительно, конечно, но с другой стороны, весьма удобно. Бриться сейчас, ему вообще не хотелось. Ему хотелось кого-то убить, кого-то такого с ногами и стройной фигуркой. По какой-то причине, её запах раздражает сильнее чем, чей бы то ни было. Возможно, дело в том, что она похожа на него.

Очень может быть, что все Хозяева, встретив своего предшественника, немедленно теряют голову, в жажде прикончить его — это было бы разумно. Зачем нужна устаревшая версия, если нужно смотреть на новую, на то, как она себя покажет? К тому же, столкновение таких версий, позволит лучше понять, какая из них более жизнеспособна. Разумное предположение. Только оно никак не облегчает возникшей ситуации. Ведь на самом деле, ему не хотелось убивать эту девушку.

Тем более съедать её словно какой-то дикарь… впрочем, просто — убивать не хотелось. К сожалению, все мы грешны, у всех есть маленькие пороки и непристойные тайны. Он не исключение — увы, он, иногда, лишь в крайнем случае, и это, конечно же, всё грязная ложь и домыслы, иногда, он ест. Просто ест. Все едят, и он ест, такая вот особенность.

Не важно, в общем.

Нужно привыкнуть к ней. В замкнутом пространстве корабля, это будет сделать невозможно.

Велес чувствовал, что рано или поздно сорвётся и прикончит её. Нужно время, нужен простор, где её запах не будет столь силён, тогда, возможно, он сможет к ней привыкнуть.

Ну а если нет — увы, значит, бедняжке выпали плохие карты. Судьба она такая — злая она. А он хороший и если бы не судьба, всё было бы так прекрасно! Они бы подружились, стали бы космическими пиратами… законопослушными торговцами стали бы они. Естественно! Ведь у него никогда не было тяги к бандитским делам — лишь жестокий гнёт судьбы, вёл его на тёмную дорогу, вёл в тернии греха, не оставляя ни единого шанса на выбор иного пути. Определённо так.

И он был сильнее этого — сильнее всегда. Он делал правильный выбор, даже погрязнув во тьме. А как иначе? Ведь недаром он полностью легитимный Бог.

Итак. Куда они летят вообще?

— Шин. Искусственный мир в Зоне Антмар, лишённой пригодных для жизни человека планет.

— Чего? — Удивился сталкер, понимая, что артефакты там точно не водятся.

— Искусственная планета. Средних размеров, но Шин развитый мир, занятый на производстве сложной техники. Там мы сможем выгодно продать материалы и мясо. С мясом не так выгодно получится как хотелось бы, но лучше продать всё на Шине, новый скачок к миру, где мясо в цене, полностью нивелирует разницу в цене, за счёт затрат на топливо для гипердвигателя.

— Там есть широкие коридоры?

— Это искусственная планета. Там есть поверхность. В технические сектора и подземные уровни мы спускаться не будем, если вы не захотите. Я не вижу в этом смысла. Все наши дела мы можем совершить на поверхности.

— Прекрасно. — Сказал сталкер, задумчиво взирая на панель под экраном, которая, по идеи, должна была быть приборной, но никаких приборов на ней нет и в помине.

Искусственная планета. До чего техника-то дошла… безумное это будущее, как есть безумное, дома всё проще и понятнее. А здесь — искусственные планеты, гиперпространства, флоты с искусственным интеллектом, пришельцы, жуть какая-то.

Однако текущая цель, видимо, достижима. Если привыкнуть к запаху этой версии Хозяина Грозы, возможно, он привыкнет. Нужен лишь простор, ветерок, уносящий её запах прочь и время.

— Насколько мы можем там задержаться?

— Насколько захотим. Если конечно, капитан Шилов не окажется случайно там же. Он может потребовать вернуть ему корабль.

— Будет послан. За сигаретами.

— Почему?

— Потому что если не послать, он может не пойти. А нам нужно, что бы пошёл, поэтому я немедленно его пошлю. И он, конечно же, пойдёт. Возможно, поползёт — это если переспросит.

Лиза молчала до конца пути — толи не поняла, толи прониклась мудростью высказывания.

Выход из гиперпространства прошёл всё так же — никак. Только что они были в серой мути, что отображал обзорный экран и тут! Впереди уже космические просторы, на этот раз, относительно пустые. Лишь далеко впереди, виднеется нечто округлое и серое. Вокруг него, что-то поблёскивает — блеснёт и исчезает, потом ещё несколько таких отблесков и ещё. Словно блёстки на лице празднично недокрашенной девушки. Что это такое, Лиза объяснила раньше, чем он спросил.

— Мы вышли немного дальше от Шина, чем могли. У этого мира оживлённое транспортное сообщение, трудно предсказать безопасную траекторию.

— Тебе трудно?

Лиза молчала минуты две.

— Мне. — Наконец, призналась девушка, мнящая в себе превосходные навигационные таланты, к сожалению, ей свойственные лишь в очень ограниченном масштабе.

— Лиза, после этого, мы должны проверить первую из планет. — Произнёс он минут через десять пути — удивляться он конечно уже не мог, но то, что открывалось его глазам по мере приближения к Шину… он просто не знал, как это назвать и как описать свои ощущения. Несколько раз ему пришлось тряхнуть головой. Не отпускало чувство, что вот-вот из глубин космических, возьмёт да и возникнет истребитель ситхов и начнёт требовать разрешения на полёты вблизи Звезды Смерти 8, как было в Звёздных Войнах 45: История Восставшего Сидиуса. Глупый фильм, когда-то вызывавший искренний восторг, но в будущем, лишь пренебрежительную улыбку. Эти их искусственные планеты, чуть ли не в каждом фильме — ну бред же!

Во-первых, как это построить? Во-вторых, на кой хрен такое строить, если можно свободно летать по всей галактике? Там полно планет, да просто больших астероидов и планетоидов, так нет же — в каждом фильме эта глупость. А оно вон как бывает… Звезда Смерти воплоти и оба вопроса уже не актуальны. Только это не оружие, как в кино, а развитый мир, с живущими там людьми, работающими заводами и оживлённой торговлей.

— Это возможно капитан. После сделки на Шине, у нас будет достаточно топлива для двух полётов — необходимого для новой сделки и бесполезного, для поиска вашей не существующей…

— Без комментариев, пожалуйста.

— Как хотите.

Звезда Смерти становилась всё больше. Громадный металлический шар, на котором теперь виднелись… облака? Наклонился вперёд, что б получше рассмотреть, экран прыгнул на него, он отскочил, свалился с кресла и абсолютно сдержанно сказал Лизе, что он о ней думает.

— Большую часть вашей речи я не поняла. Но туда, куда вы сказали, я не пойду — не могу физически и совершенно не желаю я туда идти. — Ответила эта невоспитанная девушка, опять услышавшая то, чего сказано не было. А как иначе? Ведь он не мог сказать всего того, что ей послышалось — не так воспитан. А должное воспитание, это ведь одно из множества его важных и блистательных качеств. Так что тут всё ясно. Наглая металлическая женщина, подло клевещет!

Жаль, но пришлось смириться — воспитательные меры крайне плохо работают с теми, у кого нет подходящих тел. У Лизы тело весь корабль, как принести ей свет культуры и высокой морали?

Увы — никак.

Планета заняла собой весь экран и вышла за его рамки, продолжая увеличиваться. Вскоре он сумел разглядеть детали — серый цвет, это вовсе не металл. За редкой пеленой облаков, он увидел то серое, что обмануло его зрение. Оно покрывало поверхность, не везде, но во многих местах.

— Я не совсем уверен, Лиза, это что, трава и листва деревьев?

— Серое?

— Угу.

— Да, вы правы. Растительность Шина завезена с другой планеты. Ведь Шин искусственная планета, на нём растительность самостоятельно появиться не могла. Но вы и сами должны знать — ведь на вашей родной планете, наверняка, было что-то похожее на место, где учат читать и ставить подпись на том, что вы обычно используете в туалете.

Велес поразмышлял немного, покивал в сторону экрана.

— Шутить изволите? Должен заметить, получилось у вас несколько бессвязно и не смешно. Но попытка достойна восхищения. Несмотря на некоторую глупость, вы пытаетесь. Это похвально.

— Капитан, у меня много работы, я должна проложить курс через множество прилетающих и улетающих звездолётов различных форм и размеров. Не отвлекайте, пожалуйста, от работы, вашими праздными и зачастую бессмысленными вопросами и высказываниями.

Молча, Велес смотрел на экран.

Как жаль, что несчастная девушка лишена возможности обрести опыт форсированного курса воспитательных мер! Так ведь и будет бедняжка жить в темноте беспечной наглости — а это так печально, так прискорбно! У него сразу же начались муки совести — бедняжке нужно помочь, а он не может. Какой кошмар! Именно поэтому у него глаза сейчас отсвечивают красным и искрятся. Тут всё понятно сразу, даже без всякой подсказки — совесть. Точно, совесть гложет его.

Вскоре Лиза сообщила сразу две новости — корабль шёл на посадку и, самое важное, им не придётся долго ждать, а Велесу искать того, кто купит их товар и продаст им то, что Лиза наметила как товар для новой сделки. Всё нужное, она провернула сама, посредством местной информационной сети. Местный подход к торговле, нравился ему. Крайне это удобно и быстро.

От него требовалось лишь добраться на нужный адрес и провести оплату, за товар, который они купят — за их товаром покупатель прибудет самостоятельно, более того, он уже выехал, что бы встретить их на космодроме. Лиза выбрала точку назначение крайне удачно. На Шине требовались как раз металлы и в основном те, что они получили не совсем честным путём. Лишь часть груза, оказалась не особо нужна покупателю, но он согласился взять и его, по стандартным ценам.

— Мясо, к сожалению, продать придётся за бесценок. Мы проигрываем в этой сделке, но цена на платину оказалась выше, чем я предполагала. Наши убытки покроет эта сделка.

— Прекрасно. — Важно кивнул в экран, Велес — у них платина оказывается есть. О как. И почему тот, искусственный, Гелион который, не забирает грузы? Наверное, ему просто не надо или негде продать — извращенец какой-то. Как можно отказаться от того, что можно выгодно продать? Это же просто кощунство! Ну, искусственный он, Гелион этот, понятно с ним всё.

Пришло время к самой важной фазе мероприятия, посвящённого этой странной планете, укрытой серой растительностью, имевшей океаны и поля, города и веси, а под всем этим толстенный металлический каркас и множество подземных…

Долбанное будущее. В голове это всё не укладывается решительно.

В общем, нужно действовать. Вечно её держать в капсуле не лучший вариант. Она может стать ценным союзником в мире, о котором он знает так мало.

Велес изъял из шкафа одежду прежнего капитана со смешной фамилией, и положил её на пол рядом с медицинской капсулой. Одежду взял ту, что для развитых миров — всё-таки, этот капитан, немного особенный, самую малость, не такой как все. А, учитывая, что одежда не оригинальная, с весьма распространённым фасоном — вопиющие бездуховность и порок, пронзили человечество насквозь, полностью совсем и далеко не с той стороны, с какой было бы не так стыдно.

Он перевёл взгляд на симпатичную девушку, что отдыхала в капсуле.

— Помни, она может быть полезна. — Сказал он, пытаясь в это искренне поверить.

С тем напутствием он и потребовал от Лизы, капсулу открыть.

Главное, не пришить её в самый не подходящий момент. И не сожрать.

Не пристрелить, не сожрать — запомнил… как же сильно она пахнет!

Руки против воли потянулись к тонкой шее девушки. Ещё немного — ладони легли на мягкую шелковистую кожу. Одно нажатие пальцев и её шея сломается как сухая тростинка.

А потом… она наверняка очень — просто очень вкусная!

6

Велес стоял в паре метров от девушки — он сдержался. Чудовищным усилием воли, еле кое-как, но сдержался. Девушка уже очнулась, стоит у капсулы, прижавшись к ней спиной, и круглыми глазами смотрит на него. Молнии вьются вокруг её стройного голого тела, такие же молнии сверкают в его глазах. Они смотрят друг на друга и если на её лице — страх, непонимание, замешательство, то на его… в общем, не все люди одинаково хорошие. Но тут надо заметить, что лишь должное воспитание, невероятная сила духа, природные доброта и сострадание к ближним своим, уберегли Велеса от чудовищного, варварского поступка, который эта девушка совершила бы даже не задумываясь. Увы, мало того, что ей не повезло получить должного воспитания, она ещё и одной из этих стала. Из Хозяев — тьфу на них, Зоны — да хранят её Космические Яйца.

— Кто ты, чёрт возьми? — Прошептал девушка, немного придя в себя.

— Космический сталкер, законно избранный и добрый Господь, хороший не совсем человек, превосходный следопыт и стрелок. — Представился он, самую чуточку слукавив — всё-таки, космические сталкеры вряд ли бывают в природе.

— А?

— Ротик закрой, а то муха залетит, сдохнет там, потом плохо пахнуть изо рта будет. — Он указал пальцем на одежду, лежавшую на полу. — Одевайся, пока я тебя не…

Девушка вспыхнула красным, прикрыла груди одной рукой и, сердито хмурясь, поспешно взяла одежду. Велес отвёл взгляд в сторону, несколько расстроенный своим хамским поведением…

Но эти груди, эти ножки, эти нежные плечи и чуть тёмные соски!!!

Может быть, если он расскажет несчастной, что она выглядит очень аппетитно, это несколько сгладит неприятное впечатление, и она станет сердиться немного меньше? Всё-таки, это можно считать даже комплиментом, а ведь девушки любят комплименты.

— Ты очень вкусно смотришься. — Произнёс Велес. Потом облизнулся — это случайно так получилось.

— Спаси… что? Вкусно?

Нет, эта девушка комплименты не любит. Увы, чего ещё он мог ждать, от Хозяйки Зоны?

Наверняка, образование ниже среднего, социальной ответственности никакой, шлялась поди по помойкам, воровала, наркотики пила, водку колола — тьфу в общем, не понять ей всех коллизий и тонкостей высшего высокоморального и духовного общества!

— Что ты хотел сказать? Что значит вкусно? — Сказала девушка, натягивая одежду капитана-извращенца, который улетел куда-то в дали, возможно, голубые.

— Ничего. Вам не понять. Для этого вам следовало бы…

— Он людей ест. — Сказала плохо воспитанная девушка, столь наглая в своей сути, что к ней просто физически невозможно применить никакие действенные воспитательные меры.

— Грязная ложь! — Громогласно заявил Велес. — Не обращай внимания. А вам, юная лгунья, пора бы научиться вести себя подобающим образом!

Девушка завертела головой, на мгновение, прекратив одеваться.

— У меня и запись есть. — Буркнула всё та же нехорошая девушка.

И — собственно да.

Девушка, не до конца одетая, застыла с открытым ртом, глядя круглыми глазами на обзорный экран. Звука не было, но и так всё видно прекрасно.

Взгляд девушки, медленно перетёк на его лицо — глаза полны шоком и ужасом.

— Это монтаж! Грязный, лживый видеомонтаж, созданный с одной единственной целью — опорочить моё доброе имя! — Немедленно обличил он Лизу в подлых манипуляциях и некультурном поведении. — Солнышко, не обращай внимания. Всё это ложь и провокация.

Девушка икнула, кое-как натянула на себя неприличное одеяние, висевшее на ней мешком — великоват капитан прежний был, не по размеру ей одеяние такое. С сим справившись, девушка отступила в бок, перешла немного правее, точно определив нужную капсулу.

— Что-то я сомневаюсь, что это ложь. — Тихо произнесла она, разглядывая тело в заморозке, имевшее некоторый недокомплект в плане конечностей.

— Он с самого начала такой был. — Поспешно кивая, добавил Велес. — Но давайте же уже оставим эти глупости. Право слово, где же мои манеры?! Солнышко, звёздочка моя, вы, наверное, хотите кушать? — Участливо склонив голову, поинтересовался сталкер.

— Н-не уверена, что теперь х-хочу… — Она отступила от капсулы и, упёршись попкой в капсулу вторую, со страхом явным смотреть стала на своего собеседника.

— Лиза, негодница драная! А ну, подавай еды какой-нибудь! Не видишь? Эта юная леди голодна! — Рявкнул он, несколько разочарованный таким отвратительным поведением сразу обеих девушек. Одна врёт без устали, другая перепугана теперь насмерть.

Вот что за люди? И не люди тоже. Грязно оболгали честного человека, а теперь ещё и возмутительно портят ему карму, своим неуместным страхом и аморальным поведением.

— И видео выключи. — Поспешно добавил он, нечаянно обернувшись и узрев отвратительные кадры, на которых какой-то неандерталец, с аппетитом пожирал тело несчастного мертвеца — какая гадость! И как же это невероятно низко!

Наверняка, взяла кадры из какого-то фильма, отретушировала лицо негодяя людоеда и теперь будет его шантажировать. Лиза, что тут ещё скажешь? Но он не поддастся — нет провокациям!

Никто не сможет опорочить его доброго имени, никому не унизить репутации милосердного и всеми любимого адского демона Баала! Исполняющего обязанности конечно, но если настоящего нет, что поделаешь? Отказываться от должности, людей расстраивать — он не такой. С тяжким сердцем и полный ответственности великой, он со смирением готов нести эту нелёгкую ношу.

Вот он какой!

А она эти видео свои мерзкие — тьфу!

— З-зачем ты п-плюёшься? — Пискнула девушка, продолжая искриться молниями.

— Я? Прекратите выдумывать! Я совершенно точно не плевался. Ведь мы же в помещении!

— Но… — Рукой показывает на пол.

— Так это вы. Разве вы не помните? Вы только что плюнули на пол. Должен заметить — отвратительная выходка, вам нужно работать над собой. Но не переживайте, в моём обществе, вы легко преодолеете свои дикарские замашки и с гордо поднятой головой вольётесь в просветлённое общество всего прогрессивного человечества.

Помолчав, девушка заговорила.

— Ты псих. — Лучше бы молчала.

Не заслуженно оскорблённый, Велес дождался, когда робот принесёт еду, сел на свою кровать и стал ждать. Девушка минуты две не решалась сойти с места, всё свою одежду поправляла — не на неё размер, то левая грудь вывалится, то правая, то видно, то на чём обычно сидят. Но девушка оказалась находчивая, сняла верх комбинезона, что-то там сделал с рукавами, и вскоре предстала в одеянии из свободных штанов и чём-то вроде топика, часть коего составили рукава, повязанные в узел на груди. Потом она подошла к капсуле, на крышку которой робот поставил еду и всё время косясь на Велеса, приступила к еде. Сначала осторожно, словно боясь отравиться, а затем принялась уплетать за обе щеки.

Шло время, наглая женщина в вульгарном одеянии, продолжала безобразно чавкать и есть прямо руками — Велес с удивлением смотрел на это, поражённый до глубины души. А когда она нагло рыгнула и коварно подло пряча настоящие свои эмоции, громко извинилась, и попросила добавки, всё стало совершенно очевидно.

Как он мог поддаться инстинктам и едва не прикончить несчастную? Ведь она так нуждается в хорошем воспитании, в мудром наставнике, что изгонит из неё это безобразное варварство!

Но готов ли он к такой жертве, готов ли тратить своё время, свои силы, в борьбе со столь глубоко укоренившихся в несчастной бедняжке невежестве и варварстве? Сможет ли он уделить ей должное внимание, продолжая искать возможность вернуться домой?

Конечно же, сможет! Более того — ведь она вернётся вместе с ним, а там, дома, у них будет масса времени, что б продолжить нелёгкий путь к просвещению, через тернии и шероховатости многочисленных переломов и ушибов…

То есть, через многочисленные повороты и изгибы, сложной человеческой души, что так нуждается в его помощи, в его бесконечной заботе и любви!

Впрочем, с любовью, это конечно зря, мало ли — вдруг она болеет? Опять же, Оля может не понять чистоты его помыслов и нечаянно, естественно без всякого злого умысла, совершенно случайно, но с чудовищной жестокостью и большим удовольствием, прикончить эту несчастную заблудшую женщину.

Что ж — решено! Вопреки дурному влиянию Зоны, он поможет бедняжке всем, чем сможет и первое с чего хотелось бы начать — её отвратительные манеры. Но это подождёт.

Сейчас, бедняжке нужно больше узнать о том месте, в которое занесли их ветры непредсказуемой судьбы и очень сильно больная, но могущественная воля Зоны.

С нетерпением дождавшись окончания варварской трапезы, дождавшись, когда дикарка напьётся воды, не отрывая взгляда от уродливого робота, он представился.

— Велес, Хозяин Зоны.

— Ты?

— А тут кто-то ещё есть? — Удивился сталкер.

— Хозяев Зоны не бывает. Это выдумки. — Ответила девушка и надо признать, Велес растерялся.

— То есть как выдумки? Я не выдумка!

— Ты псих. — Она вздрогнула, отступила ещё немного назад — несчастная была столь дика, что даже сейчас, старалась держаться так, что бы между ними стояла криокапсула. — И людоед.

— Наглая ложь!

— Я всё видела.

— Это будущее солнышко. Тут всё возможно. — Она в лице не изменилась, и он счёл необходимым объяснить девушке, где она находится. Надо было с этого, наверное, и начинать.

— В это трудно… поверить. — Сказала она, спустя несколько секунд, после того, как он закончил свою речь. Тут он согласно кивнул — и сам с трудом поверил.

— Капитан Велес говорит правду.

— Благодарю Лизонька. Несмотря на ваше откровенно свинское поведение, сейчас ваше вмешательство было максимально уместно. — Лиза промолчала, а девушка стала шарить взглядом вокруг себя — она не могла понять, кто тут ещё есть, кто это говорит. — Извините, я виноват. Надо было объяснить вам. Что ж, вы только что слышали голос нашего корабля. Это Лиза, искусственный, немного глупый, отвратительно воспитанный и чудовищно бессердечный, интеллект. Впрочем, я сомневаюсь, что слово «интеллект» здесь действительно уместно. Скорее, в некотором роде, весьма своеобразный, немного даже сумасшедший, разум.

— В моём коде использованы элементы и вашей модели разума.

— Быть такого не может. — Отмахнулся сталкер. — Лизонька, солнышко вы моё тусклое, прекратите уже эти ваши фантазии. Если бы вы были хотя бы немного похожи на меня, вы бы не позволяли себе таких отвратительных выходок, каковые, несомненно, уже охарактеризовали вас, как личность. И, должен заметить, данная личность приводит меня в панический ужас.

— Кхм. — Сказали сразу обе девушки и настоящая и искусственная. Причём с совершенно неуместным скепсисом. Возмутительное поведение! Жаль, что ни та, ни другая, к настоящему, чувственному и исключительно позитивному воспитанию, мало пригодны. У одной куча всяких деталей, ни одной косточки нет, у второй отовсюду молнии искрятся. Вот как с ними работать вообще, почему мир так жесток и несправедлив? Ужасно, просто ужасно.

— Я Алиса. — Вздохнув, молвила девушка.

— И?

— Что и? Андреева Алиса, в прошлом, капитан Долга… — она мрачно нахмурилась и прошипела очень тихо. — Пидоры блять штопанные…

— Алиса! Немедленно прекратите извергать своим чудесным ротиком, такие грязные слова!

Алиса долго смотрела на него почти что пустым взглядом.

— И? — Напомнил Велес.

— Да что «и» мать твою?!

Тяжко вздохнув, Велес сделал усилие над собой — нужно помнить, она лишь заблудшая душа, на самом деле, она очень хорошая и нуждается в нём. Нужно помнить.

Иначе эта вонь сведёт с ума, и он прикончит её раньше, чем девушка успеет пикнуть. Ни какое электричество не поможет — несмотря на все усилия, разум постоянно высчитывал возможные варианты быстрого сближения и убийства несчастной одним ударом. Иной раз, в такие моменты, Велес думал, что он чудовище. Но подобные провокации судьбы, были ниже его достоинства, так что подобные мысли беспощадно изгонялись прочь.

— Алиса, Хозяйка Грозы. — Подсказал он ей. Девушка в ответ хмыкнула, потом сказала.

— Да хоть цветочек в розовую полоску. Не бывает их, но теперь и правда понятно — сталкер ты до мозга костей. Только они верят в такую херню. На самом деле, Зона — это чистое Зло, у неё нет и не может быть никаких хозяев, только рабы и тупые марионетки, такие как сталкеры.

— Вы заикаться перестали. — Сказал он, прикидывая, что если ударит молнией слева, то рванув вправо, он легко выйдет ей за спину и в два приёма свернёт ей шею. Если она среагирует, всегда можно… так! Пора пустить в корабль свежего воздуха. — Лиза, отворяй корабль, нам уже пора.

— Мы в море? — Спросила Алиса, доказав, что знакома со словарём и понимает, значение слова «корабль». Но Велес всё равно не ответил, пояснять не стал, героически сдержавшись от комментария, максимально правдиво характеризующего отсутствующий интеллект девушки. — Ну, теперь всё понятно, а я думаю, почему всё такое странное… — Её взгляд упал на капсулу, она вдруг замерла, а затем резко выпрямилась. Её взгляд сверкнул молниями.

Спустя мгновение, она громко прокричала.

— Ты! Ты из О-сознания!!!

— Откуда простите?

— О-сознание! Я так и знала! Мне никто не верил, но я знала — Стрелок не смог вас козлов добить, вы просто затаились. Воронин мне не поверил, никто не поверил, а я знала!

— Лиза, не переживай — она просто из Долга. Там много таких интересных людей, к сожалению, большинство из них полностью потеряны для общества.

— Ты их агент! — Она ткнула в него пальцем, из пальца молния вырвалась, с треском злым впилась в плечо Велеса и, обогнув его торс, исчезла в небытие.

— Ещё раз так сделаете, и я буду вынужден, простите, сломать что-нибудь вам совершенно не нужное — черепную коробку, например. Уверен, ваш мозг при этом никак не пострадает, в виду, конечно же, его незначительных размеров.

— Зачем вы меня похитили? — Рявкнула девушка, сверкая как ёлка новогодняя.

— Лиза, почему ворота не открыты? Я должен выйти отсюда немедленно!

— Пока вы все искритесь, я не могу открыть люк. Если вас увидят, вас арестуют, как незарегистрированных мутантов. Прекратите ругаться и успокойтесь.

Велес её совету последовал, хотя это и было очень трудно. Алиса, напротив, зло кричала, требуя ответов, главного сюда прямо сейчас привести и немедленно вернуть ей её одежду и оружие.

В ладони сталкера вспыхнул яркий шарик, белый свет затопил всё вокруг и тут же исчез.

— Ааааа! — Завопила девушка, искрясь всё сильнее и держась двумя руками за свои временно ослепшие глаза. Длилось это недолго. Весело свистнула тарелка металлическая, тихо упал кто-то на пол, вздохнул расстроено некто и Алису отнёс обратно в её любимую медицинскую капсулу.

— Я искренне извиняюсь, но вы не оставили мне выбора. — Сказал он, закрывая крышку.

— Когда-нибудь, вы убьёте её. — Проворчала Лиза. — Вам нужно найти общий язык. Она идеально подойдёт как второй пилот.

— Сильно сомневаюсь.

— Я не понимаю — почему вы не можете найти общий язык? И почему она не верит в очевидное? И что такое О-сознание? Почему…

— Лизонька, давай уже открывай ворота, дядя Велес пойдёт по делам, а затем мы все вместе полетим отвозить меня к вероятной настоящей Земле.

Ворота медленно открылись, и широким шагом Велес покинул свой корабль.

Свой корабль… свой целый космический корабль!

И прекрасная спутница на борту — если бы это была Оля, он, наверное, не стал бы и пытаться искать путь домой. Всё-таки, что-то этакое было в этом будущем. Он попривык и в душе загорался огонёк искреннего любопытства. Наверное, ему бы понравилось здесь, в этом будущем… впрочем, вспоминая об удивительном мясе с идиотским названием «тилькс», он начинал думать, что ему тут действительно понравилось. Точнее — понравится. Или правильнее будет — уже понравилось?

— Долбанные путешествия во времени. — Проворчал он, шагая по ровному как стол полю космодрома. Мысли грустные и запутанные, вскоре отступили на второй план.

Вокруг него в небо поднимался целый лес самых разных кораблей. Какие-то он уже видел, какие-то нет, одни поражали, другие вызывали полную прострацию и чувство собственной бесконечной тупости. Некоторые вызывали лишь недоумение — какой маньяк или извращенец в детстве об пол ушибленный такое мог построить? И главное — зачем? Что б поржать что ли?

Прямо по курсу, высоченная ракета, с утолщённой и чуть закруглённой вершиной. И двумя двигателями по бокам — явной шаровидной формы. Мало того — на округлом корпусе двигателей расположен ворох чёрных антенн, удивительно живо напоминавших…

Он решил обойти этот корабль стороной. Мало ли какие маньяки там могут ему повстречаться, какой-то здесь не благополучный район.

Пошёл к зданию, на котором, в этот раз надписей не было — так ему казалось. Вскоре, пройдя немного правее, он увидел небольшую, сильно обгоревшую надпись. «Стремительный» гласила она. Странно такую увидеть на здании портового терминала, даже если этот порт — космодром.

Ещё страннее было не обнаружить никаких дверей. Стал сильнее забирать вправо, что б обойти с другой стороны — видимо, вход там. Кто-то, при строительстве, украл немного денег и вход решили не делать, экономя то, что было украдено. А удобство пассажиров и гостей — не сахарные, не растают. Да. Обошёл. Нет там никаких входов.

Минуты три он стоял на месте, расчёсывая причёску со стороны затылка. Может, тут просто нет такого здания? Какой-нибудь супер склад и всё, а все операции по пассажирам, делаются…

— Очистите площадку. Гости Шина и команды кораблей, немедленно покиньте радиус красного свечения. — Сбоку и за спиной, вспыхнули красные линии, повисшие прямо в воздухе. Что это значит? На всякий случай, он всё же отошёл куда сказано. Голос повторил свои слова ещё пару раз и после добавил. — «Стремительный» взлетает, начинаю отсчёт.

И начал собственно отсчёт — только на последних цифрах, до Велеса дошло, что именно собралось взлетать. Челюсть отвисла, глаза вылезли из орбит — бесконечно огромное, грубо слепленное, кое-где бесформенное здание без дверей, едва заметно вздрогнуло. Спустя мгновение из-под него брызнули потоки синего света, лицо обдало волной сильного жара и громадная махина, чуть ли не до горизонта шириной, начала медленно подниматься вверх.

С места он смог тронуться, только когда мимо прошёл кто-то в сиреневом комбинезоне — шёл бы и шёл, бывает, ходют тут всякие. Но это был самый настоящий скорпион! С корову размером.

— Тут и накуриваться не надо. Глюки живые и ходят где попало. — Пробормотал он, наконец, увидев здание с надписью «терминал». Тот громадный, видимо, корабль, перекрывал обзор, теперь его нет, и поле мгновенно стало очень пустым. Велес шёл туда, к зданию, иногда запинаясь и не слишком быстро — дело в том, что корабль такого размера физически не способен не то, что взлететь с планеты, даже сесть на неё он не сможет. По пути подпрыгнул пару раз — нет, гравитация почти земная, ну, может быть, немного выше. Корабль-монстр взлететь не мог никоим образом! Гравитация и атмосфера разорвали бы его на запчасти ещё в сотне километров от поверхности!

Однако корабль без проблем взлетел и улетел нафиг — чудеса, да и только.

Так, ошеломлённо покачивая головой, да глубоко сожалея, что дикарка из Долга, не сможет всё это увидеть, Велес шёл по космодрому прямо вперёд.

Пока не обнаружил одиноко стоящего человека, смотревшего вдаль, задумчивым, немного пустым взглядом. Высокий, молодой человек, половина черепа которого, поблёскивала металлом.

— Прекрасный вечер, не правда ли? — Поинтересовался сталкер, остановившись рядом. Ведь человеку явно грустно и одиноко. Он просто не мог пройти мимо — неудовлетворённый приступ творить добро, взял над ним верх. Участием своим и словом, сейчас поможет он этому несчастному.

Несчастный, покосился на него своим органическим глазом, брезгливо поморщился и снова смотрит вдаль, тем же потерянным взором своим глубокомысленным очень.

— Какие чудесные всё-таки деревья растут на этой бескрайней зелёной равнине! Не замечали?

— Нет. — Ответил несчастный, слегка раздражённо.

— Видимо, вы несколько подслеповаты. — Заключил Велес, сделав вполне очевидный вывод, ну, а как иначе? Если человек чего-то не видит, что с ним? Зрение плохое! Это же очевидно.

Человек этот просто продолжает смотреть вперёд и всё — каков наглец! К нему, понимаете, подошёл уважаемый пожилой человек, снедаемый острым приступом желания помогать кому попало, а он игнорирует это редкое проявление бесконечного милосердия и сочувствия!

— О чём думаете? — Спросил сталкер, с трудом совладав с собой — вопиющее хамство этого наглеца, стоявшего посреди огромного поля с широкими проходами между кораблей, чем, конечно же, мешал движению транспорта и других людей, просто не могло остаться безнаказанным! Но он не мог опуститься до уровня этого негодяя, а посему совладал с собой и остался человеком, даже в этой непростой ситуации столкновения природного альтруизма и бесконечного хамства.

— Тебе какое дело? Иди уже куда шёл.

— А вдруг я могу вам помочь? — Лучезарно улыбнулся Велес, сузив глаза так приветливо, как только мог и сунул обе руки в карманы — дует тут, прохладно. Опять же, когда руки в карманах, гораздо сложнее что-либо сломать или проломить — естественно, проломить не больно, исключительно по доброте душевной и только случайно.

Всё это дурное влияние местной культуры и полного падения нравов. В его возрасте, подобные нервные переживания строго противопоказаны. Но, увы, так уж получилось.

— Не нужна мне помощь. — Бурчит наглец этот невоспитанный.

— Так о чём вы думаете? Простите, возможно, я слишком наседаю на вас, но вы должны меня понять — вы же видели этот огромный корабль? — Мужик кивнул, снова на него косясь. — Вот, вы всё прекрасно понимаете. Подобное увидев, невозможно остаться равнодушным. Ведь вы и без меня знаете, что корабли подобных размеров, физически не способны садиться на планеты таких размеров как эта. Тем более взлетать с них.

Мужик повернул голову и несколько секунд оглядывал его довольно-таки безучастным взглядом, своих разных глаз. Да. Если один вполне нормальный, серого цвета, то второй — чем-то напоминает глазок видео камеры. Только синий, маленький и выпуклый.

— Варварские миры. — Медленно произнёс парень. Покивал головой. — Понятно.

— Что вы хотите этим сказать молодой человек? — Насупился сталкер, чувствуя, что его пытаются грязно оскорбить, причём совершенно без всякой на то причины.

— Слушай, может на твоей планете, это нормально привязываться к первым встречным, может это у вас даже религия обязывает так делать, но на развитых мирах всё иначе. Просто отвяжись, никто не обидится, духи, боги или в какую ещё херню ты там веришь — поверь, им всё равно, я грешный и безбожный, попаду в рай или куда у вас там попадают, всё в порядке, я не против, можешь не переживать и топать дальше.

Велес покачал головой — с осуждением. Но что сказать, не придумал. Буря эмоций, вплоть до растерянности. Его только что, по виду одежды и утверждению о реалиях физической природы мира, причислили к тем, чьё образование не превышало пары-тройки классов начальной школы.

— Извини. — Поспешно добавил мужик, теперь, чем-то расстроенный. — И не нужно расценивать мои слова, как официальное заявление — это исключительно частная беседа. Можешь не пытаться обратиться к властям, ты не сможешь получить удовлетворения — за правду у нас не судят.

— Корабли таких размеров не летают! — Буркнул Велес, чувствуя, что как-то неожиданно, но они вдруг поменялись ролями.

— Смотря на какой планете сделаны. — Пожал плечами мужик. — На твоей — сомневаюсь, что, даже получив все детали, твои соплеменники смогли бы даже просто правильно их собрать.

Так хотелось что-нибудь сделать! Что-нибудь, что не очень одобряют уголовные кодексы разнообразных стран… стран, которых давно нет в природе.

Велес грустно вздохнул и посмотрел в ту же сторону, куда до того смотрел печальный мужик с металлической пластиной вместо половины головы. Посмотрел таким же грустным взглядом.

И-эх, жизнь, это самое, и бабы все, то самое, а солнце, просто фонарь не хороший.

— И всё же, позвольте узнать, о чём вы думаете. — Буркнул Велес, теперь прекрасно понимая, что этому человеку уже ничто не поможет. Увы, для прогрессивного общества, он потерян навсегда.

— Достал ты… — мужик вздохнул грустно, рукой махнул и вдруг сказал печально, — о жизни я думал. О том, что… вот на хрена всё это? Позади так много осталось, так много где был. Но зачем? И детей куча и сделал много. А зачем? Жизнь, — он скривился и потряс раскрытой ладонью перед носом зачем-то. Ладно бы перед своим — чуть в глаз пальцем не попал. Но так как Велес уже убедился, что бедняга окончательно погряз в пучине бездушия и морально пал ниже любого возможного предела — не смог он даже слова сказать. Лишь сочувствием преисполнился великим, да, именно так, именно поэтому красным блеснули его глаза и зловеще скрипнули зубы. А как иначе? Ведь его сердце полно сочувствия и добра. Он даже, без всяких скидок и оговорок, совершенно бесплатно, согласился бы похоронить этого несчастного в любом ближайшем месте, собственными руками, даже — вот она истинная доброта! Даже не обязательно дождавшись, пока несчастный до конца помрёт… то есть, конечно же, он бы не поступил так отвратительно варварски, он бы и тут помог, максимально аккуратно и почти не больно, помог бы. А потом, закопал бы, конечно же, не взяв ни копейки за свою доброту.

— В общем, жизнь дерьмо мужик. — После некоторой паузы проговорил несчастный грубиян с металлической головой. — Иллюзия, бессмысленный обман. Вот что такое жизнь. В ней нет смысла.

— Ну как же? Вы не правы. — Вынужден был не согласиться Велес. Одно дело мысли о доброте, которую он жаждал оказать первому встречному, совсем другое, столь важный и глубокий философский вопрос. В котором, данный хам, был совершенно не прав. Он просто должен открыть ему глаза на удивительную истину. И, возможно, это позволит несчастному, обрести цель и даст ему время, что б однажды, он стал разумным, вежливым, добрым пожилым человеком.

— Поверь, я знаю, о чём говорю. — Хмыкнул мужик и снова печально вздохнул. — За мои триста двадцать семь лет, я уже убедился в этом на все сто процентов.

— И всё же я вынужден возразить… триста двадцать семь?

— Ну да. — Кивнул мужик в ответ с унылым лицом. — Дальше органика не протянет. Уже вот-вот нужно делать выбор — или заканчивать с этим или начинать двигаться дальше.

Велес молчал пару секунд — будущее, не надо забывать. Потом тряхнул головой — про двигаться дальше, тоже ясно, не даром видел он человека, в котором от человека остался только мозг в металлической упаковке…, и всё равно не удержался — вздрогнул, с отвращением на лице.

— Вот и я так думаю. — Сказал мужик, заметив эту дрожь. — Какой смысл? Стать металлической коробкой в конце, а за каким хером? Жизнь ведь всё равно пуста.

— Не скажите. — Взял себя в руки легендарный сталкер и законно избранный бог. — Вы с развитой планеты, ведь так? — Мужик кивнул. — Вот, значит, вы не можете не знать о животном происхождении человека.

— Все виды в галактике, произошли от каких-то животных. Это очевидно.

— Вот видите?

— Не очень понимаю…

— Ну как же!? Смотрите, вот, мы с вами, люди. Произошли от приматов, которые были вынуждены, в силу ряда причин, перебраться на равнинные территории, где они и заняли свою пищевую нишу. Но разве этим ограничивается предназначение вида?

— Размножение, приспособление — не надо мне рассказывать. Я план по размножению капитально перевыполнил, а дальше приспосабливаться я…

— Нет-нет, вы не поняли. Мы уже подходим к смыслу жизни любого человека.

— Что-то я не улавливаю.

— Всё достаточно просто молодой человек. — Мужик в ответ на это ухмыльнулся, Велес покраснел, ибо получалось, что перед ним древний-древний старик, а он на его фоне…, впрочем, это уже не важно. — Вот в чём дело — какую функцию выполнял человек в природе, помимо очевидной?

— Падальщик он был. Но…

— Нет. В том смысле, что вы конечно правы, но не до конца. Люди бегали по полям, кушали, охотились, побирались, а что же они делали ещё?

— Эммм… дома строили.

— А говорите вам триста лет и в школе учились. — Мужик мрачно как-то на него глядеть стал, Велес поспешно поднял руки, в извечном жесте мира. — Не злитесь, я не собирался вас оскорблять, вы всё не так поняли. Понимаете, люди много кушали, уничтожая то, что могло бы сгнить и испортить чудесный вид не обезображенной индустриализацией дикой природы. Но, кроме того, люди занимались и куда более важной вещью — ведь каждый, кто кушает, простите, какает.

— И? — Хмурясь, спросил мужик, когда Велес замолчал, пристально на него глядя.

— Ну как же вы не понимаете? Чем больше люди кушали, тем больше они, простите, какали, а чем больше они какали, тем больше создавалось удобрений для полевой травы! Понимаете?

— В обще-то, не очень. Какое отношение это имеет к смыслу жизни? Мы ещё об этом говорим?

— Видите ли, — терпеливо объяснял сталкер, простую и доступную истину жизни, этому варвару с далёкой никому не известной планеты из будущего, о котором ещё никто и не знает. — Одной из самых важных природных функций человека, было создание, простите, фекалий, ускорявших рост различных полевых трав. Увеличение количества тех, кто мог производить навоз, столь же важная функция, как и производство самого навоза, для чудесных зелёных растений. И не было иного смысла в существовании людей, в те далёкие времена. Кроме, конечно же, сохранения популяции некоторых редких видов хищных животных — люди ведь вкусные, их легко ловить… — Он поспешно кашлянул и добавил. — Сам я точно, конечно, не знаю — мне рассказывали. Но вы и сами понимаете, человека поймать, должно быть, легко — ног две, зрение слабое, люди ленивые, страдают ожирением и развитым мыслительным процессом, что сильно отвлекает от смысла жизни.

— То есть, — медленно говорит мужик тот незнакомый, — ты хочешь сказать, смысл жизни в том, что б, эммм, размножаться и срать?

— Ну, зачем же сразу так? Какать, смысл в том, что бы много какать. А что бы много какать, нужно много кушать. А что бы накакали много, нужно много людей. И чем больше человек какает, тем более полным становится исполнение смысла жизни любого человека. Но, конечно же, люди не совершенны, им свойственно выдумывать самые разные нелепицы. И если истинный смысл жизни любого человека принять становится не просто, всегда можно придумать какой-то другой, более приятный вашему извращённому или наоборот, просветлённому разуму. Например, вы можете собирать неприличные выражения, записывая их в блокнотик.

Несколько секунд, незнакомец, молча, удивлённо так, смотрел ему в лицо.

— Я вам помог? — Осведомился Велес.

— Эмм… — Промычал незнакомец, только что узнавший важную Истину — истину о смысле жизни человеческой, истину, что скрывали от людей сотни лет, самые разные масоны и другие неприятные личности, неправильной, очень агрессивной, национальности.

— Что ж, рад, что сумел помочь. — Велес подошёл так, что бы стать прямо напротив несчастного варвара, утратившего смысл жизни. Проникновенно заглянул ему в лицо, героическим усилием воли сдержался от комментариев по поводу неприятного, наполовину искусственного лица несчастного негодяя и от всего сердца, вкладывая максимум участия в судьбу бедняги, произнёс.

— Не забывайте в чём истинный первозданный смысл человеческой жизни. Как можно больше кушайте, как можно больше какайте — помните, именно для этого вас создала Природа. Что ж, а теперь, прощайте, мой юный друг. Надеюсь, вы вернётесь к истокам и накакаете ещё много-много спасительного смысла жизни, так необходимого полевым травам и цветам.

И сразу дальше пошёл, очень довольный собой — он только что вдохнул в незнакомца, наглого, глупого, хамоватого незнакомца, свет Истины, подарил ему смысл для его нелепой жизни.

Столь удивительный и добрый поступок, просто не мог не сказаться положительно на его общем самочувствии…

Мужик с металлическим лицом, долго смотрел ему в след. Единственный его органический глаз, стал почти что круглым и меньше становиться не хотел. Потом он покачал головой и снова посмотрел вдаль. Но теперь в его лице не было прежней грусти.

Странно — ему вдруг очень сильно захотелось поесть. Желательно чего-нибудь вкусного.

7

Эта планета, если забыть о том, что она искусственная — Велес так и не смог привыкнуть к этому и в итоге решил, что Лиза лукавит, а то, что он видел с орбиты, неисправность обзорного экрана или что-то в этом роде. В общем, эта планета походила на две предыдущие, причём сразу на обе. Крестьянская община с продвинутыми деревенскими мужиками на летающих платформах, была представлена такими же мужиками, на таких же платформах. Их он в изобилии увидел внизу, пока летел к городу. Что они все делают, какие используют механизмы — он понял только то, что уже видел прежде. Конкретно — летающие платформы всех форм и размеров, перевозящие людей, технику и грузы. В технике, кое-где, ему казалось, что он узнаёт причудливое воплощение экзоскелетов, размером от, в человеческих рост, до метров восемь в высоту. В остальном, он оказался в полной прострации. Он видел поля, луга, лесочки, озёра, видел людей и технику, но не мог понять, что именно делают люди и их машины. Всё на что его хватило, так это разобраться, что делают подвижные объекты — те самые платформы с грузами.

В итоге он перестал смотреть вниз, только одно расстройство. Ощущает себя каким-то амазонским людоедом, неожиданно попавшим в час-пик на главную улицу Москвы. Стал в небо смотреть. Но и тут покоя особо не обнаружилось. По небесам летало много чего странного, что-то он, с некоторым трудом, определил как дроны, что-то, как возможную местную фауну.

Сначала, он решил, что и эта фауна, на самом деле, дроны, но они вдруг подлетели к его такси и сели на крышу. Когти заскребли по прочному стеклу, дроны напугались, стали сердито пищать и сметённые ветром, напоследок, оставили текучий, наверняка пахучий, почему-то, фиолетовый «прощай», теперь медленно растекавшийся по обоим бортам.

Стал смотреть на приборную панель такси — в тот момент он ещё не знал, что это единственное, что будет ему знакомо в городской части данной планеты.

На панели только пластик, а может металл и больше ничего. Ни руля, ни кнопок, ни рычажков, даже экрана какого и то нет.

— Извините, а у вас есть интеллект, искусственный, конечно же? — Спросил он у машины, заалев щеками — по какой-то не ясной причине, стал чувствовать себя не очень умным человеком.

— Да, конечно. Хотите изменить маршрут?

— Нет-нет, что вы. Летим прежним курсом. Я, видите ли, турист. Космический. Здесь раньше не бывал. И понимаете, мне стало любопытно. Что же это за планета такая?

— Вы прилетели на планету, не зная, куда летите?

— Что за глупости? Естественно я знал куда лечу! — Возмутился сталкер, попутно пытаясь вспомнить — Лиза говорила, как планета называется, он об этом спрашивал? — Просто в моей жизни, не так давно, случился крайне неприятный инцидент и я до сих пор не в своей тарелке.

— Сочувствую. Хотите поговорить об этом?

— Я?

— Конечно вы. В меня заложен начальный курс психологии для десяти рас и трёх видов зарегистрированных мутантов. Если вы хотите, я могу провести сеанс прямо в пути.

— Кхм… как-то даже не знаю, что и сказать, как благодарить…

— Десять кредитов.

— За что?

— За сеанс. Оплата вперёд. Вы ещё не передумали?

Велес, молча, отвернулся, стал себе на коленку смотреть.

Вот что за мир, что за люди? А это даже не люди, а микросхемы какие-то — да и те туда же, деньги им, всё деньги. Проклятые капиталисты и буржуи не воспитанные. Нет бы, по-человечески, по-братски, помочь человеку добрым советом и приветливым разгово… постойте-ка. Так он помог тому мерзкому, подлому негодяю с металлической харей, выходит бесплатно, когда мог получить за это хорошую плату? Сердце ёкнуло, в душе случился приступ обманутого в лучших чувствах альтруизма и лишь чудом, Велес сдержался от весёлых молний по всему салону и немножко злых искр в глазах. В этом пристанище негодяев и подлецов, лучше держаться незаметно, а то мало ли что у них тут принято делать с теми, кто на них не похож — увы, человек таков всегда и останется таким. Кто не похож на него, кто молится не так, кто носит не ту одежду, кто уши чешет большим количеством пальцев, чем все, и ноги моет не той маркой мыла, тот всегда ведь будет врагом номер один. Увы, так устроены люди, и время ничего с этим поделать не может…

Но каков наглец! Он ему, получается, помог, а тот подло промолчал, не рассказал, что за такую нелепицу тут принято платить! И машина эта — Велес, прищурившись, глянул на безбожное металлическое чудище, внутри которого летел к ближайшему городу. Из-за этой механической гадости, у него испортилось настроение. А ведь так приятно грела мысль, что он помог человеку, помог безвозмездно, лишь из своего невероятного человеколюбия и бесконечной доброты. Он ведь не знал, что за это можно деньги взять, вполне законным образом. И вот на тебе! Узнал.

Воистину, неведение — есть истинное счастье.

Следующий час прошёл как во сне. Он добрался до города. Огромные, циклопические здания, утопавшие в зелёных насаждениях. Растения буквально везде. Они росли внизу, между зданиями, они же были разделителями на полосах наземного движения, забитых до отказа. Они росли на выступающих балконах и карнизах, мешая воздушному транспорту быстро двигаться — возможно, с этой целью их там и посадили. Всё было в зелени и цветах. Только вот зелень, далеко не всегда была зелёной, а лепестки цветков, в отдельных случаях шириной метра три, как раз наоборот, чаще всего были зелёными. Кое-где, росли громадные деревья, которые сначала он принял за причудливые архитектурные памятники. Но машина замедлилась возле одного из таких и челюсть у него стукнулась о плечо — это были не здания, это были деревья, на ветвях которых, кто-то понастроил зданий и даже целые этажи с бассейнами, комнатами и, вероятно, офисами. Деревья, растущие столь высоко, что ветви их уходили далеко за облака.

И здания, конечно же, здания — без них городов не бывает. Все треугольные, все окна такие же, какая-то сюрреалистичная готика, под сильной дозой кокаина окружает его. И это только если не приглядываться к тем, кто ходит по этажам, мелькает в окнах и за некоторыми прозрачными стенами. Зона с её мутантами и растениями? Даже рядом не валялась. Он всегда полагал, что у Зоны слегка больная фантазия, а порой, настолько слегка, что граничит с абсолютным безумием. Теперь он не был столь резок в своём суждении относительно Зоны. Такого биологического разврата, какой присутствовал здесь в качестве нормальной формы бытия, Зона не смогла бы выдумать, даже если бы захотела. Это было при взгляде со стороны — просто челюсть отвисала. А потом машина приземлилась, на крыше единственного здания, имевшего прямоугольные формы. Он таких зданий больше не увидел здесь, может они и были, но ни по пути сюда, ни на обратном, таких же не встретил. Этот город, в основном, предпочитал свою искажённую и явно извращённую готику.

Приземлилось такси из будущего, и он тут же оказался в самом центре инопланетного разнообразия. И ладно бы он это просто видел — но запахи! Голова закружилась, всё поплыло и дальше, он действовал в полном автопилоте. Всё происходящее слилось в какой-то наркотический приход, из коего он почти ничего не запомнил.

Какая-то девушка поинтересовалась временем, стайка таких же дамочек со смехом строя глазки, попросила его рассказать об обычаях его родного варварского мира — что ему оставалось делать? Разве мог он отказать этим очаровательным леди? Никак не мог! Поэтому, тут же рассказал о славном обычае, именуемом «Крёстный ход», подозревая, что эти девушки, о нём никогда не слышали. И был прав — присматривался к их лицам, всё время пока говорил.

Первая из троицы, ни разу ни выказала скуки, наоборот, широко открывала все три своих глаза и изредка трясла длинными пушистыми ушками, спускавшимися на её третью слева грудь.

Вторая, сверкая металлическим глазом, постоянно ахала и мило улыбалась, изредка нажимая что-то на шелковистой гладкой коже своей левой руки. От каждого нажатия кожа приподнималась, открывалась крышечка, оголяя провода, красноватые сочленения и кусочки чего-то маслянистого. Глядя внутрь себя, невоспитанная девушка эта, двигала пальцами, внимательно очень смотрела на это всё извращение и начисто игнорировала тот явный факт, что его вот-вот стошнит.

— Извините, барахлит почему-то. — Наконец, сказала она, смущённо хлопнув десятисантиметровыми фиолетовыми ресницами своего единственного органического глаза.

— Ничего страшного юная прекрасная леди, ничего страшного.

Сказал он, улыбнулась и заалела щеками она… на третью девушку больше не смотрел — он так и не понял где у неё лицо. Кажется, у неё его просто не было, да и не факт что это девушка…

Спустя некоторое время, к нему привязался абориген, в шипованном ошейнике и стал его преследовать. Молча, шёл по пятам и злобно смотрел на него четырьмя красными глазами. Велес терпел стоически, иногда подозревая, что на самом деле, там никого нет. Но в итоге не выдержал, обернулся, и решил врезать хорошенько по мохнатой, очень похожей на человеческую, роже аборигена. Если кажется — исчезнет. Если нет… увы, но бедняга сам виноват.

Он почти врезал, но абориген, заметив, что Велес остановился, радостно улыбнулся, издал трубный звук, упал на четвереньки, подбежал и стал тереться боком о его ногу.

Высоко подняв руки, замерев в несколько комичной позе, бледный и испуганный легендарный сталкер Зоны, смотрел на чудище продолжавшее тереться о ботинок и что-то мурлыкающе таким сочным басом, что рядом растущий кактус засох и нафиг умер.

— Пончик! — Крикнула маленькая девочка, выскочив из-за угла. — Ах ты, мелкий проказник! А ну вернись! Нам домой давно пора! Наши мамы будут волноваться! — Девочка, одетая в узкие шорты и нечто, что, наверное, всё-таки было из ткани, но казалось, просто нарисованным на её торсе, излишне подчёркивающим её крошечную, едва начавшую расти грудь, кинулась к «пончику», сердито хмуря бровки. — Вы извините, он обычно хорошо себя ведёт, а сейчас почему-то, убежал. — Пончик, смешно перебирая вполне человеческими конечностями, отошёл к девочке и стал об неё тереться. Велес выдохнул с облегчением — поразительно, но это чудище, просто домашнее животное, всего лишь глупое существо, аналог кошки… размером с теленка. Потом неодобрительно покачал головой — девочка выглядела так, словно играла роль приманки для педофила… пока не повернулась спиной и не наклонилась к «пончику». Когда наклонилась, шорты её, лишь укрепили его в мысли, что где-то тут идёт охота на педофилов, да. А вот упавшие за плечо волосы, оголившие металлическое нечто, плотно подсоединённое к черепу и мерцавшее огоньками, убеждало в чём-то другом — в чём, он так и не понял. Потому что Пончик поднялся на ноги.

— Дядя пахнет. Она хорошее, она доброе.

— Пончик! Сколько раз говорить? Если мужчина — это он. А если не можешь понять какого пола перед тобой гражданин, говорить надо на «вы».

— Ииии… — Вдруг сказал Пончик, начав натурально ныть и растирать слёзы по волосатому лицу. Девочка тут же всполошилась, обняла существо и стала гладить его мохнатую спину двумя руками. То, которое пончик, улыбнулось и всё ещё всхлипывая, обняло девочку в ответ — бедняжка утонула в этой пушистой туше. В какой-то момент высунула голову из подмышки и сказала. — Вы извините, я отвлеклась и он убежал. Не сообщайте полицейским ладно? Я больше не отвлекусь. Правда. Не говорите никому, а? Мои мамы и так волнуются, я два года их умоляла купить мне Пончика. А если они узнают, что я его потеряла… — Не договорив, она скорчила гримаску.

— Не переживай, я никому не скажу. — Ответил Велес, стирая капельки пота с бледного лба.

Девочка убежала, а ему крышу сносило всё сильнее, и дальнейшее он запомнил плохо.

Только перед кораблём в глазах прояснилось. Кое-как он добрался до люка, зашёл внутрь и корабль тут же взлетел, ещё не успев закрыть люк. А спустя мгновение, мир тряхнуло так, что он полетел вверх тормашками, да в ближайшую стену, где и приложился лбом о выступ, почти сразу отключившись.

Придя в себя от страшной головной боли, которая почти сразу утихла, на ходу шатаясь, Велес добрался до кресла, сел и расслабленно выдохнул. На экране серое Ничто.

— Я начинаю сомневаться, что вы подходите мне капитан. — Произнесла Лиза с осуждением.

— И почему же позвольте узнать? — Вполне справедливо оскорбился сталкер.

— Зачем вы впутали нас в такие неприятности? Мы едва успели уйти с планеты.

— Эммм… — Сначала хотел возмутиться, конечно же — явный поклёп и несправедливые обвинения. Однако в памяти всплыли какие-то размытые образа, полные разноцветного тумана — запахов было так много, что его разум не справлялся, переводя их в зрительные образы. Такого с ним и в Зоне не случалось, разве что пару раз. А тут… ужасная планета, забитая растительным и животным безобразием по самое не балуйся. И при этом она, эта планета, искусственная!!!

Какое всё-таки кошмарное будущее у людей в этом их будущем.

— Вас пытались ограбить. — Сказала Лиза и на экране появился переулок, утопавший в синих растениях, с пышной синей листвой и ярко-зелёными крупными цветками. Он шёл по переулку, точнее его тащили под руки двое нехороших персонажей. Один металлический, причём, где попало, другой на осьминога в тапочках похож. Ещё трое шли следом.

— Как жаль, что криминогенная обстановка, так и осталась неистребимым пороком человеческого общества, я искреннее сочувствую… — Из пяти негодяев, людьми, с некоторой натяжкой, могли считать только двое. Преступники люди, это да. Преступники мутанты, грабежом промышляющие в подворотнях городских — это уже перебор. Впрочем, видимо, они не мутанты, а какие-то инопланетные агрессоры, подло проникшие в человеческое общество.

— Зачем вы это сделали?

— Что именно?

Вместо ответа Лиза показала улицу полную мутантов, чудищ и частично людей — опознать в них собственно людей было трудно. Одни одеты так, что непонятно, толи нудисты, толи жертвы авиакатастрофы, толи ориентация у них сильно в БДСМ уходит. На других металла больше, чем в тракторе. Третьи вообще какие-то непонятные — эти, наверное, всё-таки мутанты.

Из проулка стали выходить уже знакомые персонажи.

Сначала осьминог — уродливого лица не видно, связанные узлом щупальца, не позволяют разглядеть этот воплощённый кошмар. Велес кивнул экрану — правильно, на улице дети, а он без шлема ходит! Давно надо было пакет какой надеть что ли — ничего страшного, он просто помог несчастному решить проблему, на решение которой у того не хватило мозгов.

Потом вышел металлический человек. Забавно перебирая выгнутыми вбок ногами, он переваливался мимо людей, тряся своими загнутыми в дугу и в разных направлениях руками, и что-то кричал. Потом появился негодяй, который притворялся женщиной, имея при этом вполне мужское, даже мужественное лицо и носил неудобные пышные одеяния. Вышел негодяй голый до пояса, прикрывая руками свои пышные груди — несмотря на сочный фингал под глазом и металлическую штуковину, торчавшую из виска, этот упорный наглец, всё равно прикидывался женщиной. Затем выбрался на улицу ссутулившийся, очень мохнатый, длинномордый одомашненный зверь, имевший наглость гавкать на человеческом языке. Кажется, этот негодяй не смог определиться в том, кто он — зверь или человек. Именно поэтому двигался он с трудом — узкие шорты, изъятые у мужчины притворявшимся женщиной, сильно впивались в то место, откуда у него росли ноги. Но впивались не слишком сильно, так как негодяй сильно дымился.

— Зачем вы его подожгли?

— Под рукой не было бритвы и крема для бритья. Неужели не понятно?

Этот преступный элемент, имевший наглость походить на оборотня из кинематографа, решительно не хотел бриться. А ведь это вши, повсюду волосы остаются, опять же неприятный запах изо рта, не говоря уже о личной гигиене в туалетной комнате. Побриться было необходимо, но негодяй бриться отказался. Пришлось импровизировать — хвала судьбе, при нём всегда было немного электричества. До конца не побрился, но зато понял, как это важно для здоровья.

— Вот зачем надо было это делать?

— Да что такого? Они же преступники. Я защищался.

— Зачем вы забрали у них все деньги?

— Как это зачем? — Удивился сталкер. — В качестве возмещения понесённого морального вреда, а так же как плату, за оказанные услуги. В конце концов, у них были деньги, у меня был мой невероятный уровень культурного воспитания. Я поделился культурой, они деньгами.

— Зачем вы напали на полицейского?

— Я? Не припоминаю. Думаю, вас ввели в заблуждение.

Экран ожил новой картинкой. Память приоткрыла завесу небытия, и он частично вспомнил.

Но причём тут полиция? Этот юноша был один из немногих, кто не имел на теле никаких отростков, металлических частей и не носил всякой странной гадости, опоясывавшей тело, враставшей в тело или создававшей рядом с ним светящиеся непонятные штуки. Он просто не мог пройти мимо и пытался спасти несчастного от того ужасного заблуждения в которое он впал.

Парень выглядел как с картинки — за такими женщины косяками вьются. А он так низко пал!

Весь в обтяжку, только что не вываливает ничего из него, ноги бритые аж до блеска — тьфу! А эти мерзкие гольфики и туфли с высоким каблуком и бабочками! Он должен был его спасти.

Вот про это всё он и рассказал глупой металлической женщине.

— Это был сотрудник планетарной полиции. Он находился при исполнении, в штатном патрулировании улиц. Обеспечивал порядок на улице, которую вы превратили в вертеп!

— Что ты такое говоришь Лизонька? Как полицейский? Он что… это что — форма у него такая?

Лиза ответила утвердительно, глаза сталкера обратились в блюдца.

Поверить он просто не мог… неужели к этому и приведут гей парады? Неужели были правы умные, бородатые, иногда трезвые, на руку не чистые, но правильной ориентации люди? Неужели же мир сошёл с ума и в будущем, человечество массово падёт на дно разврата???

— Они что, все пи… простите, немножко геи? Да как так???

На экране появились фотографии. Лиза пояснила, что взяла их из информационной сети планеты. На фотографиях тот самый несчастный парнишка, ступивший на путь потери девственности не с той стороны… в кругу семьи он на фотографии.

Красавица жена у него есть… с металлическим глазом на треть лица. И трое чудесных детишек ещё есть у него… одежду которых и металлические части которых, Велес решил не разглядывать во избежание несчастных случаев с собственной психикой.

— Вы ему ногу сломали и челюсть.

— Увы, это вышло случайно. — Едва слышно отозвался Велес.

Несчастный негодяй с неправильной профессией, был примерным семьянином, наплодил кучу детишек и кажется, любил свою жену… как это, жена которое, любить можно вообще? У неё же глаз металлический! Если он ещё и не телескопический… это какой-то совсем разврат. Ладно, в корабле кофеварка у него за рулём, но завести с ней семью и детей? Вот куда катится мир?

В пропасть и разврат он катится!

И-эх…

— Домой хочу. — Уныло и почти что простонал Велес.

— Мы летим к первой планете из нашего списка. Из-за вашей выходки, ко второй мы отправиться сможем не скоро. Вскоре, данные о нас распространят по всем развитым мирам, на каждом нас будет ждать либо планетарная полиция, либо департамент полиции Федерации. Нам придётся вырастить корабль в другую форму, расширить его и изменить очертания бортов. За неделю я изменю цифровую подпись. За месяц корабль сменит свои очертания.

— Месяц?

— Да. Приземлиться придётся на необитаемом мире. Нам потребуются минеральные ресурсы, корабль не сможет вырасти без них.

Велес долго сидел неподвижно, глядя в пол.

— Да как так? — Наконец, выдохнул он. Покачал головой, вздохнул грустно и пошёл к капсуле, где спала молодая грубиянка, наглым образом не верившая в Хозяев Зоны.

Лиза запустила процедуру пробуждения, он открыл крышку.

Девушка Алиса, открыла глаза и резко села, гневно на него глядя.

— О-сознание не подчинит мой разум! Я довершу то, что начал Стрелок! Идите на хуй твари!

Заискрилась молния, запахло озоном и жареным мясом.

Стало потише.

— Капитан.

— Да? — Сказал он, неспешно укладываясь на кровать — притомился что-то.

— Вы могли её убить.

— Но не убил же.

— У неё ожоги по всему телу и дырка в плече.

— Какой ужас! — Воскликнул он, растянувшись на кровати и прикрыв глаза. — Я так переживаю, я так расстроен, я просто в панике! Лизонька, надеюсь, этот ужасный несчастный случай, не оборвал жизни этой юной, очень тупорылой и невероятно прекрасной девушки.

— Она жива. Капсула исправит повреждения. Но ей придётся пролежать там ещё сутки.

— Сутки? — Тут вдруг случилось короткое замыкание. Искрящаяся молния — сама по себе главное, без всяких на то причин, возникла в воздухе и с треском исчезла возле капсулы.

— Вероятно, потребуется двое суток. Что-то повредило её левую ногу.

— Какой кошмар — ей решительно не везёт. Лизонька, будь так добра, проверь, как у нас работает проводка. Я ведь не смогу уснуть, если буду знать, что этот вопиющий несчастный случай, может снова повториться. Ты проверишь?

— Да капитан.

— Словно бальзам на душу, благодарю. Спокойной ночи, солнышко.

Спустя минуту, послышался здоровый, не очень приятный, таки храп — то всё от нервов, так испереживался он за несчастную девушку, так испереживался! Просто слов нет.

Крышка капсулы закрылась и тишину полёта, теперь нарушал лишь сочный храп, демократически избранного божества, в быту обычного легендарного сталкера Зоны.

8

Велес смотрел на обзорный экран с унынием близким к абсолютному. Сейчас на нём медленно вращалось схематичное изображение необитаемой звёздной системы. Ещё недавно, там была чернота космоса, с распухшим алым шаром вдалеке. Он хотел посмотреть на планеты, на звезду — даже если это не Солнечная система, хотя бы полюбоваться видами космическими. Но, увы, космос огромен, даже в границах солнечных систем, он просто безумно огромен. Всё что удалось увидеть — этот драный шар и черноту. От такой картинки только в депрессию впадать начал и проголодался. По поводу чего плотно поел, поэкспериментировав с разными вкусами. К его удивлению, среди огромного их разнообразия на любой, самый извращённый вкус, там оказалась приправа, придававшая сырому мясу тилькса, вкус нормальной человеческой плоти. Он этим фактом был безмерно возмущён, наполнился праведным гневом и решительно отказался потреблять мясо с таким аморальным вкусом. Отодвинул опустевшую тарелку, возмутился и сразу же отказался. Вот так-то, а то придумали тоже! Он не ест людей! И начинать не собирается.

В целом эксперименты со вкусами пришлись ему по душе, даже настроение поднялось.

Пока его не вывернуло прямо на пол — тюбик с жёлтыми полосками, лучше не трогать, знал бы сразу… что за маньяк это придумал? Желтоватая паста из этого тюбика, придала мясу вкус гниющей человеческой плоти, причём гниющей уже не первую неделю. Ему даже показалось, что там появился привкус от трупных червей. До сих пор во рту так погано, что хоть вешайся.

Вот зачем понадобился такой гадкий вкус? Идея у него, конечно, была и вполне разумная, но думать над ней не хотелось. И всё же, и всё же… кто-то придумал великолепный способ обеспечить пищей всю плеяду мутантов Зоны, практически в любом уголке галактики. Причём, судя по вкусам, плеяду куда более разнообразную, чем знал он. В их грузе представлена была лишь незначительная часть существовавших приправ, а, следовательно, и вкусов для мяса тилькса.

Странно это всё, крайне странно…

Схема медленно двигалась, обретая другие очертания — Лиза отматывала её назад.

Она просчитывала историю этой звёздной системы в обратном порядке, основываясь на наблюдениях и замерах, производимых прямо сейчас, в течение полёта к планете, подходившей под его описание. Тут такая имелась лишь одна. Тут вообще всего две планеты есть — газовый гигант неприятной расцветки и выжженная, с виду красноватая планета.

А ещё куча астероидов, вращавшихся нестройной массой вокруг своей уродливой звезды.

Сомнительно, что они прилетели туда, куда нужно. Он просто не мог себе представить, что Солнечная система может быть такой. Но просто улетать нельзя, нужно убедиться.

Схема изменилась — часть астероидов образовали планету, очередной газовый гигант.

Это уже ближе к тому виду Солнечной системы, который он знал. Но всё же, всё же…

— К чёрту. Лиза, выводи нас к планете, возможно, я сумею почувствовать Её.

— Её? Вы умеете чувствовать планеты? Я не совсем понимаю, как и…

— Я могу почувствовать Зону. Даже если она спит. — Помолчал и смущённо добавил. — По идеи, теоретически, я смогу её ощутить. Поэтому расчёты ты всё-таки продолжай.

Картинка изменилась — снова чернота и распухший алый шар. На миг экран потемнел, потом посветлел и вновь заработал в нормальном режиме. Под ними плыла рыжая планета, укрытая лишь скалами и песком. Ни какой жизни, едва живая атмосфера и сильная радиация, сладкие объятия которой, он ощущал даже здесь, в корабле на орбите планеты. Впрочем, ему так лишь казалось — он не мог ощущать радиацию здесь. Корабль был хорошо защищён от неё.

Шли минуты, они складывались в часы, корабль двигался на низкой орбите, облетая планету уже по двадцатому кругу.

— Мне удалось установить шесть планет. Возможно, их было больше. Максимум, восемь.

Велес шмыгнул носом — точно не туда прилетели. Потом вспомнил, что Плутон разжаловали до планетоида, потом опять повысили до планеты. Провинился ли этот несчастный чем-то ещё и не был ли он разжалован снова? Велес не мог вспомнить. И, наверное, просто не хотел напрягаться.

Он ничего не ощутил. Планета мертва, ни единого признака того, что там когда-то была Зона.

Увы и ах…

Он почти скомандовал уходить дальше по их маршруту — придётся слетать на один из варварских миров, кое-что продать, кое-что купить, а затем уйти на дно, схоронившись на каком-нибудь межзвёздном камне. Обсудив этот вопрос, они с Лизой пришли к выводу, что на планету, даже не обитаемую, лучше не садиться. Нужные вещества есть и на планетоидах и астероидах, добыть их будет труднее, но за то там почти нет шансов напороться на корабли инопланетян или один из кораблей многочисленных департаментов Звёздной Федерации. А там уже потянутся долгие и скучные недели, в течение коих, единственными его развлечениями станут помощь в добыче нужных кораблю минералов и попытки выдернуть несчастную Алису, из её варварского состояния и ввести в нормальное, цивилизованное общество. Попытки, почти наверняка, бесплодные, ведь бедняжка так больна, что верит во всякие там О-сознания, Стрелки ей везде мерещатся, а ещё эта её маниакальная идея, что Зона само зло воплоти, в общем, безнадёжная предстоит работа. Но врождённый альтруизм и бесконечная доброта, не позволят Велесу опустить руки — он сделает это! Совершенно бесплатно поможет бедняжке обрести свет просвещения. Поможет, несмотря ни на что — ни на трудности, ни на многочисленные ушибы, переживания и переломы и ожоги электрическим током, ничто не остановит его. Он всё равно попытается.

Но, хотелось бы, всё-таки, вернуться домой. Увы, увы…

Что-то дёрнуло, словно изнутри дёрнуло и тут же отпустило.

— Садимся. — Скомандовал он, нервно облизнув враз пересохшие губы.

Лиза, молча, выполнила команду и вскоре, люк открылся, впустив в корабль едкий, напоенный пылью и радиацией воздух безжизненного мира. Пустынного, мёртвого, страшного мира — однако он таким лишь казался.

Велес вышел наружу с широкой улыбкой.

— Я тебя чувствую. — Прошептал он, широким шагом двигаясь прочь от корабля.

Он не ушёл слишком далеко — откуда-то, он точно знал, где нужно приземлиться, куда идти и где остановиться. Что нужно делать он не знал, просто догадался.

Велес сел на песок, скрестив ноги и закрыв глаза — почти так же, как тогда, дома, за полчаса до того момента, когда он должен был пойти спасать мир, в обществе своего хорошего, правда, немного хамоватого и неблагодарного, друга.

Но тот друг воскрес из мёртвых, подобно одному гражданину Великой Римской Империи в незапамятные времена… интересно. А мог ли тот гражданин, быть порождением Зоны? Одним из первых её мутантов и Хозяев? Какая интересная мысль. Впрочем, не важно — он чувствовал её.

Закрыв глаза, он обратился к той тонкой ниточке, что ощущал сейчас, потянулся, ухватился за неё ментальными пальцами и крепко сжал.

«Попытка взлома системы: сканирование объекта».

«Объект опознан: Активатор».

— Сама дура. — Буркнул он, оскорблённый этими выходками Зоны. Опять она за своё! Какой нафиг активатор, если он Велес? Иногда он Баал, но это к делу не относится, так как избран большинством голосов, без всяких подтасовок и в присутствии независимых наблюдателей — он точно помнил, как они прятались в кустах и часто повторяли своё любимое «фьють». Попутно пытаясь стянуть что-нибудь вкусненькое из его рюкзака. Но он их не винил — такая у них природа, ничего не поделаешь. Однако факт — наблюдатели были, и протеста не подали. Все процедуры и нюансы выборного процесса, были полностью соблюдены. Так что…

Перед его глазами возникли несколько строчек с текстом. Все понятны, кроме одной.

«Активация: требуется оператор, статус: (набор бессмысленных символов) Активатор».

Что ж, кажется, именно это ему и нужно, именно из-за этой строчки, он очутился здесь, как и четверо других, одна из которых сейчас валяется в капсуле, наглым образом растрачивая столь важные и ценные ресурсы корабля. А ведь могла бы и не валяться там, могла бы спать в кровати, помогать в работе — нет же! Предпочла дрыхнуть в удобной капсуле. До чего ленивая женщина!

Выбор сделан — усилие воли и по башке, словно батареей треснули.

Он ощутил, как его куда-то затягивает, голову рвёт на части от боли, поток символов, лишь часть из которых он понимал, обрушились на него единой волной. На мгновение возникла паника, но он быстро справился с собой — он понял, что от него требуется, почему он «активатор».

Оно, она — кем бы ни было это Нечто, не могло обработать данные самостоятельно, будучи в полусне в, своего рода, спящем режиме. Ему требовался тот, кто направит эти данные, заставит их распределяться туда, куда они должны попасть. Для этого не нужно их понимать, не нужно даже сознавать, куда они идут, нужно лишь уметь пропускать через себя миллионы вольт электричества, при этом, не поджарившись до хрустящей корочки и обладать сильной волей. А так же суметь не помереть в агрессивной среде этой странной планеты… которая, когда-то давно была Землёй.

Он справился, данные пошли туда, куда нужно, их поток не ослабевал, он только нарастал.

«Сканирование. Статус планеты: запуск полной программы допустим. Начало запуска».

Появилось меню, где он мог выбрать пункты, знакомые любому, кто пользовался самым древним и простым компьютером. Два пункта — он мог отменить всё или начать процедуру запуска, сам не зная чего. Он не мог выбрать никакой иной пункт кроме одного. Ему любопытно, даже очень — что же случится после запуска этой «программы»? Но самое главное — возможно, после этого, он сможет вернуться домой, сможет снова увидеть Олю, Романа, не в меру расплодившегося непонятным образом Семёна, талантливых молодых людей, он сможет, наконец-то, спасти мир, что б эта скотина безлицая уже отстала от него раз и навсегда.

Новый поток данных едва не сжёг ему мозг, но чем дальше, тем проще становилось управлять потомком и терпеть боль и вонь жареного мяса — откуда она взялась вонь эта треклятая? Глаза открывать не стал. Что-то подсказывало ему, что большие объёмы электричества, могут поджигать одежду, а так же создавать микроволновый эффект, а он сам вообще-то, из мяса…

Как бы лучше не смотреть и не думать, просто терпеть. Ведь, как известно, надежда умирает последней — если только надежда, это не человек.

Люди хрупки, они умирают слишком легко и слишком часто…

Не вовремя вспомнились люди будущего, эти извращенцы, коих хлебом не корми, дай им срастить себя с очередной блестящей железякой. Совсем нравы у людей другие стали, моральность опять же, куда вот всё делось? Какая-то уже аморальность у них тут получилась. Пропащие люди…

Поток данных иссяк, что-то включилось частично и продолжает включаться — данные, их поток ведь на самом деле, не иссяк ни на гран. Он вырос сейчас до таких объёмов, что пропусти Велес их через себя, мозг превратится в кисель и тут же вытечет через нос и уши. Но теперь, данные обрабатывало Нечто, то, что, наверное, называют Зоной все они. Нечто, чей незримый сон, медленно, но верно, спадал, высвобождая из небытия, древний, сложный и совершенно холодный разум. Не человеческий, не живой, с непонятными целями и мотивами, но всё же разум.

«Системная проверка: матрицы — фауна, флора».

Дальше строчки, начинавшиеся теми же двумя словами, побежали сплошным потоком, а за ними, далеко в темноте, раскручивалось нечто яркое, искрящееся и прекрасное. Сам не замечая, он широко улыбнулся, даже, несмотря на то, что волосы у него весело трещат, снедаемые огнём.

Очень скоро, всё остановилось, а то, что было позади, вспыхнуло ярким заревом.

«Запуск произведён. Матрица активатора записана в архив».

Прекрасно, теперь данные о нём будут собирать пыль непонятно где, непонятно зачем и непонятно какие именно данные. И что это вообще такое «матрица»?

«Матрица нестабильна: обработка данных… дефект обнаружен».

Какое счастье! У него есть дефект!

И что дальше?

«Дефект устранён: прототип — Активатор. Мутация исходника матрицы, не стабильна».

Исходник. Это надо полагать, он и есть. Чудесно! Что дальше? Фасовка в упаковочной ленте и почётная отправка на склад? Велес почувствовал, что он это, наверное, зря, на планету-то прилетел.

«Ценность нестабильного исходника: непредсказуема. Анализ последствий».

Велес попытался сосредоточиться и вырваться из того, что, пожалуй, можно было бы назвать цифровым кошмаром — если бы здесь были цифры, а он сам спал. Только вот, увы.

«Решение: стабилизация неустойчивых мутаций».

О чём писало Нечто перед его глазами зелёными буквами, среди коих имелись непонятные ему символы? О чём писал этот невидимый и бездушный разум? Что такое этот разум — сама Зона, или то, что Зоной называют они? И чем же на самом деле является Зона — бездушное Нечто, что вышло из неведомых, древних глубин столь далёкого прошлого, что сама Земля забыла о нём?

Было больно. Очень больно. Но вслед затем, пришла странная лёгкость. В его теле, словно бы проснулось второе дыхание. Он ощутил себя довольно странно — словно он стал лучше изнутри. Сильнее, чище стал, а его разум крепче. Велес понял, что теперь легко вырвется из невидимых пут. Это, на самом деле, довольно просто — странно, что он не сделал этого раньше. Нужно лишь…

«Возврат Активатора, для дальнейшей работы в системе подготовительных фаз (три линии непонятных символов)».

Что это значит? Его вернут домой? Сейчас, это Нечто — сама Зона видимо, вернёт его домой?

Он прекратил попытки сопротивляться, покинуть разум невидимого Нечто — оно не навредит, оно лишь вернёт его домой. К Оле, к её синим-синим глазам, к Роману, этому хамоватому и возмутительно бессмертному, пожалуй, уже и не совсем человеку, к молодым людям, что с таким энтузиазмом выбрали его Богом, к Семёну, к Глафире… хотя вот с Глафирой, пожалуй, перебор. Несчастная женщина, несмотря на поразившие её, приятные глазу метаморфозы, возвращаться к…

«Запуск процедура стирания памяти носителя матрицы».

— Э! — Рявкнул Велес, несколько ошарашенный такой наглостью и несомненной подлостью невидимого Нечто. Он его тут активирует, что бы это не значило, рискуя собственной жизнью, а оно ему память стирает? Это что вообще такое, это как понимать?

— Охерели там совсем что ли??? Какое стирание? Ты что творишь сука штопанная???

Зона, видимо, оскорбилась этим незатейливым его словам и ускорила процесс.

Он точно не знал, может быть, и правда, расстроилась она, а может, и нет.

Но мир утонул в яркой синей вспышке и всё исчезло.

Осталась только тьма, в которую он стремительно падал, на ходу теряя сознание.

9

Крышка медицинской капсулы поднялась вверх. Алиса села и подозрительно хмурясь, осмотрелась по сторонам. Никого. Только пустая уже знакомая комната, расположенная в одном из тайных подземелий Зоны. А ещё картинка во всю стену — голограмма видимо. На ней какая-то планета изображена. Что это? Зачем это? Не важно.

— Вы ничего не добьётесь. — Произнесла девушка, выбравшись наружу. — Понятно? Ничего! Я не стану вам помогать. Вы — чудовища! Такие же, как и сама Зона. Вы не лучше неё, вы…

— Может быть, вы прекратите кричать?

— А? Кто это? — Алиса завертела головой, в её ладонях вспыхнули ярко-белые сферы, окутанные электрическими разрядами.

— Лиза, искусственный интеллект этого корабля.

— Ха! Так я и поверила!

— А вы, уважаемая, судя по всему, теперь мой капитан.

— А где этот? Ну, тот.

— Капитан Велес?

— Не знаю. Не помню. Он бездумная марионетка Зоны или думающий зомби О-сознания?

— Я не понимаю, о чём вы говорите капитан. Велес покинул звездолёт. Я не понимаю зачем, но обратно он не вернулся. Вскоре на планете был сильный выброс энергии. Я не знаю, что произошло и как это объяснить. Мы были на поверхности планеты. В гиперпространство не входили. Но нас вышвырнуло оттуда. И теперь мы, хоть это и безумие, на Джембани, необитаемой планете в сотне световых лет от необитаемой системы, где остался капитан Велес. Ситуация неоднозначная и…

— Заткнись! Я твой херов бред слушать не собираюсь, тупая ты шестёрка О-сознания.

Алиса подошла к задней части корабля и, хищно оскалившись, прикрыла глаза. Молнии пробежали по стене, она ощутила нужную электрическую цепь и…

— На Джембани крайне агрессивная фауна. Я бы не стала этого делать.

Двери открылись.

Алиса икнула громко, пискнула что-то и в капсулу запрыгнула, молниями вся искрясь.

Молодой, усыпанный длинными шипами, трёхногий местный житель, с размахом пасти в полметра, любопытно заглянул внутрь. Принюхался. Раскрыл пасть и громко зарычал.

Алиса взвизгнула, а двери корабля медленно закрылись.

— Я н-на к-к-кор-р-р… блять… какого хуя мать твою…

Существо её не испугало — видела и пострашнее. Впрочем, может пострашнее и не видела, не важно. Не в существе этом дело, вообще и близко не в нём. Небо.

В небе весело светят сразу два солнца. Одно жёлтое, другое очень такое синее.

— Вы уверовали юная леди? — Произнесла искусственная девушка, уверявшая всех подряд, что в её базовом коде не осталось ничего от некогда хорошо просканированного разума одного пожилого, усталого джентльмена с пошатнувшимся от тяжкой его жизни здоровьем.

— Б-б-блять…

— Ваше право. Я совершенно спокойно отношусь к пожеланиям людей и их привычкам. Но позвольте спросить, вы больше не будете вести себя неадекватно и пытаться бросить меня здесь совсем одну?

— Н-не б-буду.

— Капитан Алиса Андреева, добро пожаловать на борт!

— Пиздец блять… я хуею, мать вашу так… — Произнесла новый капитан межзвёздного космического корабля, технологически сильно опередившего своё время.

Часть 2

1

Велес сел, с большим трудом — это было как-то странно, поэтому он удивлённо вскинул брови, поспешно зевнул, потянулся, хрустнув суставами, и стал смотреть вперёд.

Смотрел долго. Шевелил бровями, хмурился иногда, жевал губами. Потом повернул голову налево, потом направо, принюхаться уже успел, но безуспешно — полный штиль, да ещё и время года не подходящее для нормального восприятия окружающей действительности при помощи обоняния. Зима на дворе, а без ветра и летом всё плохо с этим делом, а уж зимой и подавно. Зима вообще сложное время и для Зоны в особенности. Да. Это всё конечно прекрасно.

— Какого хрена? — Проговорил он тихо. — Как я тут оказался?

Почесал затылок, задумчиво посмотрел на свои руки — в перчатках. На нём плащ, тёплая рубашка, штаны, берцы… разве в этом он был? Вся одежда свежая, приятно пахнет и чистая.

Хмыкнув, он прикрыл глаза и с неохотой, лениво очень, из памяти потянулась череда смазанных картинок. Открыв глаза, он недоумённо кивнул — всё понятно, вспомнил. Ему надоело ждать, пока Роман вернётся. Этот ленивый негодяй, как будто решил никуда не ходить.

И вот как с такими людьми работать вообще? У них тут мир спасать надо, бомбы всякие где попало, люди разные закладывают, а он и не думает спешить! Возмутительная безалаберность.

Ждать ему значит, надоело, он поднялся и, почему-то решил сменить костюм и оружие. Почему? Велес не мог припомнить, но, кажется, они показались ему странными. От вещей шёл подозрительный запах, они казались ему какими-то искусственными. Впрочем, это может быть игра сознания, этакий выверт мозговой активности не туда и не вовремя.

Ладно, с этим всё понятно — спустился на базу, сменил одежду, кажется, кому-то из молодых и жутко ленивых, но невероятно талантливых молодых людей прописал профилактический тык в едовой отсек, потом сменил оружие. Вроде бы, Оля снова просилась пойти с ним спасать мир, но он решительно отказал ей в этом начинание, в виду невероятной опасности предстоящего спасения мира. Кроме того, судьба мира, что б его по нотам, да в неприличные места, сильно зависела от скрытности действий. Чем меньше группа, тем больше шансов на успех. Действовать нужно аккуратно, тихо и быстро. Одному идти глупо, а втроём это уже слишком большая группа. Оля идеально подходила, по идеи, к данной миссии — сталкер лучше неё, такого ещё и не найти. Но у Оли есть незначительный, немного жуткий, но удивительный изъян — её Серая подруга. Одна пуля, один взрыв и всё может превратиться либо в безудержную бойню с кучей трупов, включая его собственный, либо всё то же самое, но бесчинства творить будет уже он, после чего ему на мир будет положить с прибором — похоронит её и пойдёт… куда не известно. Так что, по зрелому размышлению, что прекрасно понимала и Оля, Роман подходил идеально. Пожилой Ангел Организации, не слишком умный, но зато обученный профессионал, способный сохранить хладнокровие в самых тяжёлых ситуациях, при этом, почти бессмертный.

Но Оля всё равно настаивала. Велес с трудом убедил её отказаться от этой затеи. Потом они попрощались — дважды, в одной комнате попрощались, потом в другой, в общем, воспоминания должны были бы остаться удивительные и чудесные, как и впечатления. Но, увы. Во-первых, этот престарелый негодяй случайно зашёл в комнату в неподходящий момент, замер с возмутительно широко открытыми глазами, извращенец подлый, но при этом легко увернулся от пущенной в него молнии. Это да… второе — всё как в тумане. Как он покинул комнату, как оделся, вышел на улицу, как сюда пришли, он не помнил ровным счётом ни хрена.

После минутного размышления, пробило потом — что если лекарства от Лизы, больше не действуют? Он поспешно выпил ещё одну пилюлю. Выдохнул, со лба пот стёр. Попытался вспомнить что-то ещё. Но… ах да! Как же мог забыть? Ведь он, ожидая этого старого извращенца Романа, пытался подключиться к тому, чем являлась Зона. Что-то там было, какое-то ебло…, что?

Ах да, Семён проходил мимо. Тот, который талантливый и подающий надежды — удивительный молодой человек. Тем утром он как раз вживил на свой бок ещё несколько крепких чешуек, изъятых из монстра не ясной национальной принадлежности. Понятно, что за еб… ядро! Точно, центральное ядро. Он видел это, там, в незримых недрах Зоны. И у него почти получилось пробиться, однако, увы — что-то вышвырнуло его оттуда, буквально в последний момент. Жаль, но, похоже, это просто невозможно. А почему бы не попытаться снова?

Чем и занялся. К сожалению, потратив полчаса, слегка вспотев и ощутив головную боль, он не смог не то, что увидеть то же самое великолепие незримых недр самой Зоны — он вообще ничего не увидел. Как будто у него читательский билет отобрали, пинка под мягкое место нарисовали, и стоит он теперь, несчастный весь, на улице, под дождём, и никто и никогда, уже не пустит его обратно…

Ветер подул со спины, Велес обернулся.

Ну, так и есть! Старый ленивый негодяй и извращенец, наглым образом дрыхнет в снежной ямке, когда солнце уже высоко-высоко! Вот что за бессовестное отношение к делу спасения мира?

Ведь он же предупредил Рому — Долг не дремлет! Они знают, что он тоже всё знает и будут теперь на него охотиться, охраняя все подступы к бомбе и самым жестоким образом они…

Или он ему про это ничего не сказал?

Вот ведь память! Вот что значит возраст. В душе он конечно, молод, каждый год ему опять восемнадцать, но, увы, беспощаден этот мир и тело стареет быстрее души.

Скупая слезника навернулась на левый глаз. О несправедливый мир!

Слезинку стёр мужественный весь — слезинки там хоть и не было, но всё равно он её стёр, не поддавшись на подлую провокацию этого жестокого и злого мира.

Потом снова на Романа посмотрел. Спит себе гад. А кто на страже их маленького лагеря будет стоять? Раз он спал, значит, была очередь Ромы. И вот вам результат — понадеялся на профессионализм этого пожилого маньяка, любящего подглядывать за людьми, которые отдыхают душой и занимаются воспетыми в миллионах любовных поэм, невероятно чистыми и прекрасными делами! Очевидно — Роман плохо понимает, как важно спасти мир… честно говоря, он и сам не очень понимает, зачем его спасать, но то всё детали и нюансы. Действительно важно, то безобразие, которое творит Рома в преддверье апокалипсиса, коему противостоять выпало, им двоим и лишь от них зависит судьба всего этого мира! Жестокого, наглого, плохо воспитанного мира…

Домой, что ль пойти?

Велес решительно тряхнул головой — нет! Он не поддастся на эти провокации и несмотря ни на что, спасёт мир! Во имя чего-нибудь, что пока не придумал — дело наживное. По пути придумает.

Осмотрелся. Ибо не мог вспомнить какое оружие взял с собой. Вновь покачал головой — это странно, то, что с его памятью случилось. Но объяснений может быть два. Либо лекарства Лизы дали сбой и всё очень плохо, либо попытка заглянуть в самое сердце Зоны, была воспринята ею без должного понимания и вышвырнули его обратно в реальность весьма и весьма грубо. А учитывая, что дела эти сплошь ментальные, то и получил он не по сопатке, а непосредственно по башке, причём прямо по её основному содержимому. Вторая версия ему понравилась больше — перспектива снова с хвостом ходить не манила его совершенно никак.

Винтовка. Пять патронов в обойме, модель не понятная, но, кажется, не отечественная — подлые агрессоры из-за океана сделали это чудесное оружие. Наверняка, подло воспользовавшись советом гениального конструктора из стран восточнее европейских границ. Оружие хорошее, он его прежде не использовал в поле, но на базе успел пострелять в прошлом году, когда они эту винтовку и прикупили. Цели из металла, пусть и ржавого, но всё же металла, прошивает насквозь. Точное оружие, с низкой отдачей и удобным дизайном. Второе — короткий, почти игрушечный автомат, с прекрасной убойной силой, но только на близкой дистанции. Недостаток обоих видов оружия — патроны, в этой части Зоны, такие найти не так-то просто. А к винтовке, пожалуй, в любой точке Зоны и вовсе не найти. Но за то вещь убойная и очень громкая.

Раскат раскатистый, громыхая громко, прокатился по заснеженным полям. Велес винтовку опустил вниз, Рома подпрыгнул вверх, на лету вскидывая автомат и падая обратно в снег.

— Доброе утро! — Лучезарную улыбку послал ему Велес.

Рома поспешно осмотрелся, присел, автомат к плечу поднял — Калашников, патроны на который, порой можно просто найти. Сталкеры ведь не бессмертны, а ещё у них есть нычки — любят они всё прятать, прям как хомячки. Только хомячки пушистые и милые, а сталкеры злые и часто не мытые, но ничего не поделаешь — жизнь тут такая.

— Где? — Спросил Рома, продолжая целиться, куда попало в поисках опасности.

— Уже нигде. — Произнёс Велес, вешая винтовку на плечо и прикрепляя автомат к поясу — он был достаточно компактным, что б его можно было носить таким образом. — К моему великому сожалению, из-за вашей безнадёжной безалаберности Роман, этот невидимый негодяй, сумел подойти очень близко и едва не съел меня. Но я уже всё исправил. Он напугался и убежал.

— А, хорошо… в смысле по моей безалаберности? Ты уснул что ли?

— Конечно. — Кивнул Велес. — Я же… — В памяти сверкнуло, словно вспышкой — ночь лунная зимняя, Рома его в плечо толкает, мол, давай брат, твоя очередь до утра сторожить.

Велес немного покраснел, укоризненно головой покачал — вот что за воспитание? Неужели нельзя было промолчать или хотя бы извиниться? Нет же! Укоряет его в том, что он уснул на посту!

Увы, увы, хорошо воспитанные люди, в наше время величайшая редкость.

— Велес. — Позвал Рома, мрачно осматриваясь.

— Да-да, мой юный друг?

— Снег.

— Что снег? — Удивился сталкер, осмотревшись и не обнаружив ничего, кроме собственно, снега. — Да, вокруг нас снег. Роман, вынужден признать, что вы удивительно наблюдательный человек. Ведь ещё пару месяцев назад, вокруг не было ни единой снежинки! И вот, спустя много-много дней, поразительно, но вокруг — снег! Возможно, это как-то связано с тем, что сейчас, согласно календарю, зима. Но это не точно. Что вынуждает нас вновь обратить внимание на вашу выдающуюся внимательность. Если бы не вы, я бы так и не понял, что вокруг нас снег.

Роман отправил ему долгий, мрачный взгляд. Потом сказал.

— На снегу следов нет. В кого ты стрелял баран?

— Как грубо! — Совершенно справедливо оскорбился сталкер. — И причём тут следы? Может быть, негодяй, в которого я стрелял, был летающий?

— Так это было что-то летающее? И ты промахнулся?

— Я? — Вот что с этим человеком не так? То обвиняет его в минутной, вполне простительной и оправданной слабости — ведь в его возрасте так трудно оставаться бодрствовать всю ночь! То позволяет себе грязные намёки на то, что он, якобы, плохо стреляет! С тех пор как Роман воскрес из мёртвых, он демонстрирует всё меньше и меньше достойных человеческих качеств. Увы, но ничего с этим не поделаешь — воспитывать бесполезно, кроме того, это может оказаться опасно для здоровья, причём его собственного здоровья, что несколько не обычно.

— Ты, не я же. Ты же стрелял. Трупов я не вижу, крови тоже.

— У этого невидимого монстра, была прозрачная кровь.

— Уверен?

— Абсолютно. Более того, этот негодяй был столь отвратительно подлым существом, что даже после смерти не обрёл видимость. Теперь лежит где-то невидимый, создавая обманчивое впечатление, словно бы я мог промахнуться.

Роман ещё раз осмотрелся, но ничего не разглядел. Впрочем, на белоснежном покрывале из чистейшего снега, не загаженного высоким развитием цивилизации и производственных мощностей, увидеть углубление отчего-то невидимого, вряд ли получилось бы без мощного бинокля и пары часов свободного времени. А вот его-то как раз, у них и нет.

— Рома, мы должны двигаться дальше — сердцем чую, вот-вот за нами отправится погоня.

— Это понятно… то есть, какая на хрен погоня? Ты же говорил, что они, что ты…

— Я получил послание от самой Зоны. — Зловещим шёпотом возвестил сталкер. Рома моргнул пару раз, кивнул согласно, предложил «прописать в область лица», причём лицо назвал очень неприличным словом, и выжидательно на него теперь смотрит. Велес руками развёл. — Что поделаешь Рома? Зона, тут всегда так — как-то не так. Сам понимаешь.

— Короче!

— В общем, Рома, Долг в курсе, что я ищу их драную бомбу.

— Заебись блять…

— Напротив, ничего хорошего в том нет. — Рома ответил злобным взглядом. — Посты расставят, где попало — им неизвестно где я, они не знают, что я знаю, где бомба. И они сами не знают, где она лежит, это плюс — мы на шаг впереди. Однако они будут нас преследовать, это, конечно же, минус. Более того Рома — Монолит натравит на нас всех мутантов, каких сумеет натравить. Мы должны двигаться и желательно быстро. — Велес присел, стал снегоступы надевать. — Однако в данный момент нам нужно найти укрытие. Идёт Выброс. Странный и сильный… и у меня стойкое ощущение, что он должен был быть вчера. А это значит, что в самой Зоне, что-то произошло. Подобное случалось раньше. Подобные Выбросы, отличает от прочих одна важная деталь…

— Волна?

— Нет. В этом случае всё куда хуже. Волну порождает дисбаланс в сбросе энергии, этакая нестабильная её пульсация. В нашем случае, энергию что-то сдерживало и что будет, когда она вырвется наружу, предсказать невозможно. Это будет уникальный Выброс Рома.

— Н-да. С каждым днём всё интереснее. — Проворчал Роман, тоже облачаясь в снегоступы.

— Полностью согласен. А ещё, возможно, на нас начнут охоту бандиты.

— Что? — Снегоступ выронил, ругнулся неприлично. — Им-то какого хера от нас надо?

— Зона — её влияние ведь гораздо шире, чем мы себе представляем. — Велес тяжко вздохнул и с грустью в голосе, сообщил страшную правду. — Зона хочет, что бы Долг взорвал бомбу.

— Ты знаешь, что после этого случится? — После некоторой паузы, тихо сказал Роман.

— Да. — Велес обратил свой взор вдаль и полон задумчивости был тот взор и вся боль мира, вся таинственность окружающего места, будущее и прошлое… обернулся. Потом опять прямо посмотрел. — Рома, мы к югу от нашей базы?

— Ну. Я вчера раз пять спрашивал — какого хрена? Ведь бомбу спрятали у ЧАЭС?

— У ЧАЭС?

— Здесь блять эхо что ли? — Рыкнул Рома, подозрительно глаза сузив.

— Нет-нет, ну какое эхо посреди равнин, да ещё и снежных? — Он хлопнул Рому по плечу, улыбнулся, тот на него пялится мрачно. — Всё правильно. Нам сюда и надо. На самом деле, бомбу они оставили у Тёмной долины. — Глаза у Ромы сузились ещё сильнее. — Просто у базы нас могли услышать. А что если кого-то из Тёмных возьмут в плен и начнут жестоко пытать? Я, конечно, потом не сильно отомщу и милосердно всех убью, но ведь они узнают, куда мы идём. А так, если что, Долг с облегчением выдохнет — будут думать, что я ничего не знаю. Вот. А я знаю.

— Что-то всё это подозрительно. — Вполне оправданно заметил Роман, пожилой Ангел, православный христианин, профессиональный убийца, а нынче сталкер со сложной судьбой.

— И не говори! То же обратил внимание — подозрительно просто очень! Однако это не отменяет того, что мы должны спасти мир. И начнём прямо сейчас!

— Двигаем к Тёмной долине?

— Зачем это? — Поинтересовался сталкер, отвернувшись и тщательно принюхиваясь.

— Как зачем блять? Бомба, миру пиздец и всё такое.

— А, вы про это. Ах, оставьте! Всё не так печально как вы себе фантазируете. Мы вполне можем плотно позавтракать, прежде чем двинуться в путь… кстати, нам туда.

И двинулся в прямо противоположную Тёмной долине сторону.

— Миру хана, кругом пиздец, но завтрак по расписанию. — Буркнул Рома.

— Естественно! — Удивился Велес. — Кто же будет спасать мир на голодный желудок? Это не практично, к тому же, вредно для пищеварительного тракта. Посему, Рома, будьте так любезны, немного помолчите, что бы я смог взять след и нагнать эту чудесную нежную свинку.

— Догом меня кличут, а след берёшь ты. — Сказал Рома и ухмыльнулся.

Велес вскинул подбородок, расстроился в душе, но на провокацию не поддался и поспешил в сторону, с которой ветер доносил тонкий, вкусный аромат.

Где-то очень скоро, с улыбкой счастливой погладив вздувшийся живот, некий товарищ по имени Велес, сидел в снегу, довольством полный. Рядом лежала несчастная свинка, жестоко растерзанная каким-то неизвестным коварным хищником и ещё стоял там один плохо воспитанный негодяй, крививший губы и иногда смотревший по сторонам.

— Ты пиздец дикарь. — Сказал тот негодяй, автомат удерживая двумя руками. — Ещё кость в нос и прям реально неандерталец.

— Рома, ваши грязные намёки и глупые фантазии, меня совершенно никак не смущают.

Роман хмыкнул и снова осмотрелся — вокруг только белая пустыня, ни души, ни дымки какой, вообще ничего. Зима в Зоне — весь мир словно бы замер на паузе. Только ветер и снег живут своей жизнью, всё остальное погрузилось в долгий сон… где-то далеко завыли собаки, с другой стороны прогремела пулемётная очередь, и снова стало тихо. Мир не замер, мир не умер — он просто дремлет, что б с первой оттепелью вновь начать жить на всю катушку. Вот тогда и будет всё то, что сделало Зону такой жуткой и страшной в глазах людей. Будут везде мутанты бегать, станет больше аномалий, военные сталкеры начнут свои рейды, обычные сталкеры займутся тем же, только цели у них разные. Военные занимаются картами, отстрелом мутантов и сталкеров вблизи Кордона, выполняют разные другие малопонятные поручения. Сталкеры же ищут артефакты, воюют с мутантами, если те попытаются их съесть, отстреливают военных сталкеров и бандитов. Бандиты, в свою очередь, грабят сталкеров и военных, иногда, просто отстреливая их, а так же воюют с мутантами — в общем, всё веселье Зона оставляет на лето. Зимой тут относительно спокойно, но холодно. Летом полный антракт, но тепло и даже жарко. Это что б мир раем не показался в любое время года — обычная практика, выдуманная совсем не Зоной. Так было и будет всегда.

— Двигаем? — Спросил Рома, когда Велес, кряхтя и охая, поднялся на ноги.

— Конечно! — Удивился Велес. — Мы бы уже давно могли пойти вперёд, если бы вы не настаивали на немедленном завтраке, в угоду своему бездонному желудку и во вред делу спасения всего этого мира. Вынужден признать, Роман, вы, несколько, аморальны.

— Я не завтракал. Это ты…

— Позвольте! Но кто вам мешал позавтракать? Вы прекрасно могли это сделать прямо сейчас, но не стали. И кто в этом виноват? — Так как Роман собирался ответить, Велес махнул рукой и добавил. — Можете не говорить, уважаемый друг, я и так знаю, что всю вину вы переложите на меня. Кстати, на лицо явный комплекс неспособности принимать на себя ответственность. Не хотите об этом поговорить? Путь не близкий и вы…

— Заебал! — Рыкнул Роман. — Хватит гнать эту пургу с «вы» и прочей хернёй, пошли блять!

И двинулся шагом не очень широким в сторону не ту.

— Нам туда. — Показал Велес ту сторону.

— Как туда? — Не понял Роман, повернув голову. Потом автоматом показал вперёд. — Но Тёмная долина там. Ты же сказал…

— И не отказываюсь от своих слов. Но, как я уже говорил, приближается Выброс и не простой, Зону тряхнёт не так как всегда, а гораздо сильнее. Нам Рома, нужно укрытие. И там оно есть, а на пути к Тёмной долине — нет.

— Как нет? — Подозрительно и злобно хмурится Роман, словно вот подозревает что-то, чего, конечно же, нет и в помине. Просто он недоверчив весьма. — Когда шли, там овраг был.

— Овраг от такого Выброса не поможет.

— И там, в стене пещера. Я видел.

— Я тоже. — Кивнул Велес, шагая в сторону, где Тёмной долины никогда не было.

— Да блять! Пошли туда! Полчаса пути и мы там.

— Увы, Рома, там плохое место. У него несчастливая карма.

— Какая на хрен карма?

— Там живут два контролёра-извращенца. Ты не поверишь, но живут они вместе с пятью зомби, я, конечно, всё понимаю — чем больше жильцов, тем дешевле аренда, но позвольте! Ведь все пятеро несчастных — мужчины! Нет Рома, туда, в это царство безнравственности и безвозвратно павшей морали, я ни ногой. Мы туда не пойдём, ни при каких обстоятельствах. Только подумай, что эти негодяи могут сделать с нами? Нет, решительно нет. Мы пойдём другим путём!

Рома обернулся, глянул в сторону, где видел овраг. Сглотнул тяжко, вздохнул так же и, качая головой, двинулся вслед за Велесом, в сторону, что вела непонятно куда.

— Мы могли бы их просто убить. Я взял гранаты. — Вскоре произнёс Роман.

— Ах! — Воскликнул Велес, в ужасе схватившись за сердце. — Как ты мог о таком даже подумать мой старый друг? Прийти к этим несчастным домой и злодейски взорвать их всех насмерть? Мы что дикари какие-то что ли? — Рома кивком показал себе за спину, где на белом снегу, что-то красное такое лежит и в небеса краснеет потихоньку, да костями начисто обглоданными оно там белеет. Велес кашлянул. — Эти ваши грязные намёки оставьте, пожалуйста, при себе. Я решительно не понимаю, зачем вы указываете мне на место чудовищной трагедии, невольными свидетелями каковой нам пришлось стать. Бедная свинка! Какая ужасная, какая печальная судьба! — Он с сочувствием великим, головой покачал.

— Они даже пикнуть не успеют. — Настойчиво проговорил Рома, показав гранату.

— Рома, — со вздохом грустным отвечал легендарный сталкер, демократически избранный на вакантную должность живого божества, — ты же знаешь, я не могу на это пойти. Мой врождённый пацифизм, не допустит подобного ужасающего безобразия. — Рома ответил скептическим хмыканьем. — И вот не надо делать такое лицо. Кроме того, Рома, несмотря на зимнее время года, глиняный откос, глиняным остаётся круглый год. Как ёлочки. Знаешь? Вечно зелёные они стоят, пока не срубит их на фиг, какой-нибудь очередной некрофил, в неуёмной жажде изуродовать труп несчастного дерева, разнообразными игрушками, яркими шариками и прочими атрибутами бесконтрольного дикого вандализма.

Молчал Роман несколько минут. Потом вздохнул тяжко и сказал.

— От взрыва откос упадёт, завалив пещеру. А по-другому — один из контролёров всё равно сумеет кого-то из нас зацепить. Убить не убьют, но проблем нарисуют.

— Именно так. Кроме того, мы не знаем что внутри. Там могут быть пещеры. Ночевать с контролёром под боком, мне что-то не хочется. Не говоря о том, что в пещерах может жить что угодно и пока нас жрать ночью не начнут, мы и не узнаем, что конкретно там живёт.

— Нельзя было сразу так сказать, без ебанины с ёлками?

— Рома! — Возмутился сталкер, всплеснув руками. — Разве вы не знаете, что каждый год, тысячи кровожадных негодяев, вооружившись топорами, совершают чудовищный геноцид ёлок по всему известному миру? — Роман ответил тяжёлым взглядом. Велес в ужасе отшатнулся. — Ты один из них! О господи! Как я мог этого не заметить? Роман — ты чудовище! Как ты можешь питать сочувствие к этим маньякам, совершающим ежегодное убиение тысяч и тысяч этих милых, зелёных созданий, в народе фамильярно прозванных ёлками?

Роман затвор зачем-то передёрнул.

Велес хихикнул почему-то.

— Хороший сегодня всё-таки денёк! — Произнёс Велес вскоре.

Рома выматерился не громко.

— Вот как вы можете такие слова, да в такой день, произносить? — Качая головой, немедленно осудил его поведение один пожилой сталкер. — От ваших слов, мне невероятно стыдно за вас, я даже покраснел до корней волос. Что скажут жители Зоны, узнав, что вы, мой хороший друг?

Рома снова промолчал, Велес, на лице коего не было не то, что красноты — даже розоватого пятнышка в упор не видно, несколько раз вздохнул грустно, покосился на товарища. Что-то ещё сказал, снова на него покосился. Роман молчит как убитый. Вот как с таким человеком в поход ходить? Всё настроение портиться начинает.

Надо было кого-то другого, наверное, с собой взять. Увы, только Роман обладал таким интересным свойством, как подготовка Ангела Организации и, своего рода, временное бессмертие.

Несмотря на настойчивые попытки Велеса завести непринуждённую и полную глубокого смысла беседу, Роман его упорно игнорировал, ограничиваясь односложными ответам и краткими фразами, абсолютно везде, где таковых ответов было недостаточно. В итоге Велес тоже замолчал, и остаток дня прошёл в печальном перемешивании снега ластами снегоступов. От скуки можно было бы повеситься, но даже деревьев каких по пути не попадалось. Велес всё больше разочаровывался в своём выборе. Нужно было, наверное, взять Семёна. Не настоящего, талантливого юного героя Зоны, узревшего истинную веру и принявшего сознательное и выстраданное участие в демократическом выборе Бога, а одного из тех негодяев, что бесцельно слонялись по базе. Их всё равно трое — одного взял бы с собой, никто бы и не заметил. Может быть, он его и обратно потом бы вернул, поход хоть и опасный, но всё ж не просто поболтаться ради безделья, а на благо всего мира и Зоны, а значит, не настоящий Семён мог бы вернуться живым и здоровым. Ведь когда на благо всех и вся, сама судьба вознаграждает — это все знают. Вот, например, было в древности такое, как мировая война. Что стало с ветеранами Великой Советской армии, сразившей подлого агрессора? Вот! Именно — в нищете по умирали все… то есть, не совсем в нищете, да и не важно это, в общем. На самом деле, там просто ситуация очень сложная, опять же, леса — вот, леса исчезают, это ведь не просто всё. Да, вот, того, ну, про это…

А вот инвалиды! Инвалиды, пострадавшие на благое дело, ради всего мира — вот, что с ними стало? Вот именно!!!

Сослали всех, куда попало и в нищете они все и…

Да ёлки-палки, так сказать по нотам и буквам разным. В общем, тупиковая мысль. Да и к лешему её, есть ведь так много тем для интересных размышлений! И для бесед тоже.

Велес задумчиво нахмурился, открыл рот, дабы спросить что-то у спутника своего.

Обернулся в процессе — он же впереди шёл, Роман, хоть ещё только и учится сталкером быть, до диплома далеко-далеко, хоть и Ангел он и чуйка у него ого-ого какая, но аномалии всё равно ему никогда не увидеть так, как одному из Хозяев Зоны.

Вот, обернулся, значит, а тот на него как зыркнет! Только что не рычит и не гавкает.

И вот почему? Ведь все разговоры, какие Велес пытался завести, были исключительно важны и очень полезны для любого юного сталкера. Более того! Каждый такой возможный, но так и не начавшийся разговор изобиловал массой полезнейших сведений. Но нет же, Рома решительно и даже как-то зло, отказывался принимать участие в этих информативных беседах, призванных не только расширить его кругозор, но и скрасить скуку пути по Зоне, нынче спящей в зимнем саване.

— Не знаю я, почему зомби с наколками не поют Мурку! — Рявкнул Роман, сверкнув глазами очень злобно. — И даже знать не хочу!!!

Велес тяжко вздохнул и отвернулся. Увы, его спутник, несмотря на массу положительных свойств и кучу достоинств, совершеннейший дикарь. Но ничего тут не поделаешь — воспитывать его поздно, стар он уже для этого, а кроме того, он его хороший друг и товарищ.

Угораздило же оказаться в таком возмутительном обществе. Что подумают о нём все добропорядочные богобоязненные мутанты и сталкеры Зоны? Охо-хой… кстати.

— Я тебе сейчас в ебало выстрелю. — Заверил его Рома, очень подозрительно тиская рукоять пистолета и всё ещё злой глазами и лицом всем своим бесстыжим.

Велес обратно отвернулся, так и не задав важного вопроса, только что возникшего в его голове. Но никто не мешал ему поразмышлять на эту животрепещущую тему.

Могут ли мертвецы и мутанты Зоны, искренне уверовать в Бога?

Контролёр, смиренно принимающий причастие, химера преклонившая колени у алтаря и целующая руку белого от ужаса, мокрого от пота, священного служителя — это было бы так удивительно и странно! Это было бы даже мило.

Хм. А почему нет?

Остаток пути в тот день, Велес молчал, но не скучал, не расстраивался, к Роману не приставал с разговорами, даже никак не отреагировал, когда он, спустя полчаса, возвёл очи к небесам и устало произнёс: «Слава тебе Господи! Заткнулся, наконец…». Велес особо даже не ощутил потребности прокомментировать эти вопиющие слова, обращённые не в ту сторону — он ведь впереди шёл, а не по небу летел. К тому же, летать он не умеет. По крайней мере, нормально не умеет. Не получается у него никак освоить этот способ применения энергий своего рода сети, покрывающей всю Зону.

Он вообще отрешился от мира сего и старательно размышлял. Нужно было определиться, кого он изберёт для воспитательных мероприятий, имеющих несколько не ординарную цель. Одно дело воспитание морали и духа цивилизации в заблудших существах, совсем другое, обратить их в веру во что-либо. Странно, наверное, но первый о ком он подумал — Глафира. Она немножко мертва с некоторых пор, но разве же это препятствие для истинной веры? Пфф. Вообще ни о чём. Тут главное подход. К тому же, миссионерам никогда не было легко — то съедят, то зарежут. По-всякому бывало. Труден путь их и терний полон… или лучше подыскать излома помоложе? У него уже был опыт общения с подобным существом и полученный результат, хоть и далёк от идеала, но всё же, прогресс на лицо. Изя превратился из страшного людоеда и дикаря, в доброго, преданного своему делу бандита, с удовольствием грабившего честных сталкеров… не фонтан конечно. Но это всё же явный прогресс. Да, точно — Изломы идеальный вариант.

Но это будет, пожалуй, слишком легко. Всё-таки, лучше ещё подумать и избрать самый лучший вариант, воплощение коего, станет истинным удовлетворением и по-настоящему сложной задачей для него.

До самой пещеры в гряде холмов, о том и размышлял. В общем, раз уж окружающие так закостенели, что отрицают всякий интеллектуальный труд, не беда — умный человек всегда найдёт себе умного собеседника. В крайнем случае, всегда ведь можно поговорить и с самим собой.

В десятке метров от пещеры, тёмного провала, зиявшего в промёрзшем глиняном откосе с редкими вкраплениями камня, Велес остановился, сделав знак рукой, идущему позади него Роману.

Велес глубоко вздохнул и покачал головой, с лёгкой улыбкой на губах.

Казалось, он и рад и расстроен одновременно. Но в чём же дело?

— Мертвецы. — Сказал сталкер, повернув голову к другу. — Девять штук. Запах яркий, почти не ощущаю гнили. Как будто они погибли недавно.

— Аномалии? — Коротким вопросом ответил Роман, и кивком указал влево — он намеревался подойти с той стороны и занять позицию удобную для прицельной стрельбы.

— Нет нужды. — Велес двинулся вперёд, прямо к пещере. — Рома, отойди немного в сторону, вокруг на десять метров аномалий нет. Просто стой там и ничего не делай, если не будешь вынужден. Я всё сделаю сам, без лишнего насилия. Мы всё-таки, не какие-то дикари, мы с тобой, Герои Зоны, спасители всего мира и человечества. Вдруг про нас потом книгу напишут? И что там скажут? Шли-шли, пещеру нашли, всех зверски убили и в крови спать легли! Нет Рома, нет, мы пойдём другим путём. О нас не будут говорить столь ужасные вещи.

Роман сей совет воспринял, встал, где надо, но взгляд мрачный Велесу отправить не забыл — несмотря на всю серьёзность ситуацию, на их миссию, на опасности Зоны, на то, что смерть здесь за каждым углом, Велес всё равно мотал нервы всем подряд. Теперь Рома уже искренне сожалел, что с ними не пошёл кто-то ещё. А лучше всего, что б с ними Оля пошла — один её подзатыльник, один её хмурый взгляд и следует неизменно волшебный эффект. Велес преображается, становится сразу тихо вокруг, в его действиях и словах становится больше серьёзности, больше ответственности…

К пещере Велес подходил, снимая с себя оружие и бурно искрясь молниями. Чем ближе подходил, тем сильнее искрился. Вскоре при нём остался только нож, остальное оружие лежит на снегу. Роман на это дело головой покачал — вспомнилось ему сейчас, как шли они по посёлку одному, кажется, ещё вчера, а на самом деле, уже много лет назад. Как осторожен был Велес, как опасность оба они чувствовали буквально кожей, как Зона заглядывала в самые их души и сулила им всем лишь одно — смерть.

Жуткие времена, когда это страшное место, источало своё злое дыхание через каждый порыв ветра, через каждую досточку в зданиях, через каждую травинку на земле.

Прошлое, где Зона была воплощением самого Зла, квинтэссенцией смерти, где она была…

— Господа! — Громко крикнул Велес в тёмный зев пещеры, продолжая радостно искриться буквально весь. Помолчал секунду, нахмурился. — Послушайте, уважаемые! Я знаю, что вы там, немедленно отзовитесь, иначе я не покажу вам свои документы и немедленно пожалуюсь в органы внутренних дел. — Спустя секунду тишины, из чёрного зева послышался злой, кровожадный рык, какое-то клокотание и жуткое шуршание, зловещих не торопливых шагов.

Мертвецы.

Они идут.

— Чудесно! — Улыбнулся Велес, всплеснув руками. — Как редко в наши дни встречается такое понимание со стороны добропорядочных граждан Зоны! Господа, вынужден вас уведомить, что данная пещера является самостроем и подлежит немедленному сносу. И такому же скоропостижному выселению. Можно в обратном порядке, но это не принципиально. Вы готовы сотрудничать с представителем власти и добровольно подчиниться законному требованию? — Рык из пещеры обрёл нотки зловещей радости, голодный, страшный рык… во тьме блеснули чьи-то глаза. — Господа, прекратите прятаться, уверяю вас, как один из Хозяев Зоны, я имею полное право сообщить вам о немедленном выселении и конфискации всего вашего имущества, в счёт погашения долгов по оплате коммунальных услуг и электричества. И очень надеюсь, что при вас не окажется запрещённых веществ. А то сами понимаете… — Мертвец выскочил из темноты с восторженным воем. Синюшный весь, с боку казавшийся почти живым — если б не этот мертвенный цвет кожи, белесые глаза и дырка во лбу, так и вообще как живой.

Впрочем, когда покойный был схвачен за руку и отправлен в дальнейший путь технически верно исполненным броском, стало очевидно, что со спины он тоже на живого не похож — выходное отверстие пули, убившей парня, вынесло на улицу пол его головы.

— Извините, я не специально. — Сказал Велес, отправив беднягу в полёт. Бросок был чистым, правильным, но вот сила применившего его, была несколько больше привычной для людей.

Мертвец рухнул в снег головой, пробурил полтора метра той же головой и стал глухо мычать из-под снега, да дрыгать ногами — рука, использованная в броске как рычаг, неудачно сломалась и теперь завернулась вокруг синюшной шеи.

Спустя мгновение, искриться Велес почти полностью перестал, а мертвецы полезли один за другим. Роман поднял оружие, готовясь точными выстрелами обеспечить Велесу поддержку.

— Рома! Прекратите истерику! Всё под ко… — Сказал Велес, отвлёкшись буквально на мгновение. Даже вытянул руку в останавливающем жесте. А за спиной у него семь покойников вошкаются в снегу, все не совсем целые, так как бросали их грубо, сильно и далеко. Отчего у них случались разные неприятности, у кого рука сломалась, кто лбами столкнулся, в общем, ужас. Получилась куча рычащих мертвецов, запутавшихся в конечностях друг друга.

Наверное, поэтому Велес и расслабился — руку вот вытянул. И договорить не успел, как очень ловкий покойник, застреленный выстрелом в грудь, рванулся в атаку, сумел увернуться от пинка в область широко открытых челюстей и таки цапнул Велеса.

— Ааа! — Воскликнул сталкер, глубоко оскорблённый таким отвратительным поведением покойных, и вспыхнул в облаке молний. Спустя мгновение, над снегом разнёсся приторный запах горелой плоти. А так как плоть была не совсем свежей, хотя и хорошо замороженной, а может, потому что плоть та крепко спеклась с одеждой и бронежилетом, в общем, воняло так, что у Романа глаза слезиться начали.

Обгоревший мертвец свалился замертво, теперь уже окончательно. Даже если он вдруг опять оживёт, опасности он уже не сможет представлять ни для кого — руки и ноги, где не обгорели, там склеились с торсом и друг с другом.

А потом выскочил последний покойный житель этой маленькой пещеры — стройная, русоволосая девушка в легко узнаваемом плаще.

Велес с рёвом ярости шагнул вперёд — снегоступы он не снял, так что особо не расшагаешься, но он как-то умудрился не только шагнуть, но ещё и достаточно правильно для того, что сделал.

Кулак врезался в симпатичное, пусть и синюшное лицо. Точно в нос, под нужным углом, со сложенными нужным образом пальцами. С хрустом носовые кости ушли глубоко в мозг несчастной. Будь Велес прежним, это никак не остановило бы мертвеца, просто сбил бы с ног и всё. Но сил ему теперь не занимать — кулак проломил нос, погрузился в мозг несчастной и там застрял.

Зомби обмякла, её конечности вздрогнули в судороге, словно она обратно умерла, впрочем, ненадолго. Спустя мгновение, она снова вздрогнула и тут же, словно обретя второе дыхание начала тянуться к своей жертве руками, да двигать ногами так, словно она всё ещё бежит. А её рот злобно щелкал, требуя свежего мяса человечьего.

— Арррр! — Оскалился Велес, слегка расстроенный тем, как его жестоко покусали.

Молнии полыхнули на руке, и голова бедняжки взорвалась, раскидав кости и мозги на пять метров во все стороны — это её тоже не остановило. Лишившийся головы покойник, упорно продолжал атаковать. Над обрубком шеи возник электрический всполох и с грохотом, в тело мертвеца разрядилась ослепительно яркая молния. Спустя мгновение, покойная рухнула на снег, источая едкий чёрный дым — удар молнии выжег позвоночный столб и, наверное, большую часть внутренностей. Этого ей хватило уже с лихвой. Покойная больше не шевелилась.

А вот её сожители по пещере, успокаиваться не собирались совсем. Даже наоборот — распутали конечности и приготовились атаковать.

Велес завернул рукав. У локтя чёткий след зубов и кровь капает, светясь немножко.

— Козлы. — Буркнул он, хмуро взирая на девушку.

— Велес. — Позвал Рома, отходя к другу, с оружием у плеча.

— Что? — Так же сердито бурчит Велес.

— Мертвецы. Я их один не…

Велес протянул руку, даже не глянув в ту сторону и ветвистая, толстая молния прочертила огненную вспышку от них и до мертвецов. Спустя мгновение слепящий свет пропал. Мертвецы тоже — ну, почти. Их разбросало на сотню метров в разные стороны. Кого-то целиком, кого-то не совсем целиком. Некоторым повезло и они, поднявшись, двинулись туда, куда глаза смотрели, некоторые поползли. Троим, повезло меньше — поглотившие их аномалии успокоятся ещё не скоро.

— Кхм, это было просто. Нельзя было сделать так сразу? — Произнёс Рома, подойдя к Велесу и глянув вместе с ним на труп безголовой девушки.

— Мы же не варвары. Сразу ему. А вдруг они бы поняли нашу ситуацию и сами бы ушли на улицу гулять, уступив нам возможность провести тут ночь?

— Болен ты дружище, в натуре болен.

— И лечиться не собираюсь. — Велес ткнул пальцем в спину покойницы. — Видишь?

— Вижу. — Сказал Рома, кивая головой. — Случайный пассажир?

— Нет. — Он поднял взгляд выше, к горизонту. — Похоже, нас ищут. И уже не первый день, а эти, — он указал широким жестом на раскиданные по снегу запчасти мертвецов, — попались им случайно.

— На фига они их перебили?

— Долг Рома. Наверное, нашли при них артефакты. А может, решили, что они помогают нам, согнали туда и положили всех. — Он отвернулся от девушки, собрал своё оружие и двинулся к пещере. — Девчонка расслабилась или их было мало для такого отряда сталкеров. Вот и получила.

Роман согласно кивнул. Потом ещё раз глянул на её плащ, украшенный множеством красных пятен — это не кровь, всё это нарисовано красной краской. Никто в здравом уме, не станет носить в Зоне вещи с красными пятнами и полосами — только солдаты Долга.

Значит, они уже здесь. И естественно, они попытаются их остановить. Роман посмотрел в спину своего друга, удалявшегося к пещере, что сегодня спасёт их от губительного влияния Выброса. Долг вышел на охоту за ними и глупее этого их действия, сложно что-то придумать. Велес только что в одиночку раскидал кучу мертвецов, а когда разозлился ещё и в жаркое двоих превратил. И при этом он неплохо стреляет и его трудно убить. Единственный изъян — его безумие. А в этом сомневаться не приходится, Велес точно не в себе. Впрочем, всегда так было… они справятся. Безумная идея Долга не будет воплощена, ядерный взрыв не прогремит на землях Зоны.

Велес остановился и обернулся, хмуря брови.

— Это было просто? — Спросил он.

— Ну да. Ты же долбанный сверхчеловек, Хозяин Зоны.

— Хм. Верно, всё точно так. — Проговорил сталкер, продолжая задумчиво хмуриться.

Вскоре оба они вошли в пещеру, где обнаружили замёрзшую на полу кровь, остатки скарба покойных сталкеров, коих здесь, по сути, казнили, солдаты Долга. Не лучшее место для ночлега, место пропитанное смертью. Но где в Зоне есть другие места? Здесь всё несёт на себе печать боли, страданий, печать самой смерти. Гиблое место, из коего никому не выбраться живым.

— Просто. — Буркнул Велес, садясь на спальный мешок, пропитанный кровью безымянного сталкера. — На самом деле не так уж и… всё-таки, наверное, просто.

— Ты бы поменьше трепался, раскидал бы их ещё быстрее и никто тебя бы не укусил.

Велес промолчал, о чём-то глубоко задумавшись.

Рома, сняв рюкзак и изъяв из него съестные припасы, приступил к трапезе, так же не проявив особого желания к разговору. Ел он медленно, тщательно прожёвывая каждый кусочек — ему не скоро захочется есть снова. Так уж с ним получилось в этом странном месте. Голод его терзает не часто, много еды ему не нужно, он и потеет-то не всегда. А именно такие вещи и позволяли ему ощутить себя прежним, хотя бы не надолго. Простые, естественные потребности, когда-то бывшие неотъемлемой частью, иногда досаждавшие, иногда создававшие трудности и неудобства. Кто бы мог подумать, что когда-нибудь, он будет с радостью и удовольствием воспринимать усталость, каплю пота на своём теле, чувство голода или участившееся сердцебиение. Трапезу, в которой из еды консервы и концентраты, да кругляш вонючей колбасы. Порой ему казалось, что он замер между жизнью и смертью, стал, своего рода, зомби. И только простые человеческие потребности, что теперь редкий гость в его жизни, напоминали — ты всё ещё человек… да, странно это всё.

Выброс начался незадолго до заката. На улице ещё было светло, они видели из глубины пещеры небольшой участок пространства, на котором особо и смотреть не на что — кусочек темнеющего неба, полоса чистого белого снега и собственно всё.

А потом небо налилось пульсирующим алым светом и мир тряхнуло с такой силой, что он весь закрутился в спираль. Обоих тут же начало тошнить. Вскоре Роман услышал свистящий вой и злобный рокот доносившиеся буквально отовсюду. Ему показалось, что где-то рядом гремит гроза, он услышал стрельбу и увидел среди алого тумана застившего всё вокруг, окровавленную фигуру, что шла куда-то в сторону, мимо пещеры. Он попытался рассмотреть её, но не смог даже понять, кто это, женщина или мужчина. Человек — это точно, он весь в крови, вряд ли это просто краска, но и только, больше увидеть не получалось. Мир трясло, он скручивался в спираль, болтался, словно занавеска в открытой форточке и всё вокруг заливал этот грозный кровавый свет.

А затем наступила тишина, и тьма блаженного беспамятства поглотила Романа.

Когда он сумел открыть глаза и осознать, что никаких неприятных ощущений нет, то понял, насколько долго был без чувств. Особенно просто это было понять, всего лишь открыв глаза.

— Да ну нахер… — Пробормотал он, садясь наземь и оглядывая местность круглыми глазами.

— О! Вы проснулись? Какое, знаете ли, счастье! — Воскликнул сидевший рядышком, у входа в пещеру, молодой человек с погрызенной косточкой в руках. Откусил кусочек от косточки, где мяса, естественно, сырого, почти уже нет, прожевал и добавил. — А я всё думаю, когда же этот лентяй очнётся? И не нужно ли ему помочь с его запоздалым пробуждением? Но, предавшись некоторым размышлениям, я счёл, что с вас будет достаточно просто свежего воздуха. А так как на меня, совершенно неожиданно, обрушился невероятной силы голод, я немедленно отправился на охоту.

— Б-блять…

— Вы хотели сказать, справедливо заметив, ушёл, бросив вас совершенно одного. — Мясо на косточке закончилось, он её выбросил и отрезал от уродливой туши перед ним, крупный ломоть мяса. Откусил, пожевал, кивнул одобрительно. — Удачная охота была. Очень вкусно. Не хотите кусочек? — Роман не ответил, он продолжал вертеть головой и круглыми глазами изучать окрестности. — Ну, как хотите, мне больше достанется. Так вот, поохотившись, я, было, приступил к завтраку прямо на месте, но тут вспомнил про вас, ведь вы остались совершенно одни! Воспитание и бесконечно доброе сердце, не позволили мне медлить более ни секунды и спустя всего пару-тройку часов, я практически сразу же вернулся обратно. И вы не поверите! Но вы лежали тут, прямо у входа. Совершенно здоровый, и никому не нужный.

— Ск-колько меня н-не было? — Прохрипел Рома, переводя взгляд с окрестностей, раскинувшихся впереди, на ряд ярких искрящихся аномалий отделивших эту пещеру, от лугов Зоны, что они прошли своими ногами ещё вчера. Но вот тут-то и проблема.

Снега нет. Вокруг чёрная земля, покрытая комками сухой коричневой травы. Земля ещё влажная — явно после дождя. И воздух, на улице заметно потеплело.

Они встречали Выброс зимой, скоро должны были ударить морозы.

А теперь вокруг них ранняя весна… возможно, просто оттепель. Или нет? Прошли месяцы с тех пор как он потерял сознание в этой драной пещере и… месяцы ли? Вряд ли такое возможно.

Совсем некстати, вспомнился один пожилой человек, ныне дремавший на кровати, да с книжкой в руке. Лежит он там себе, да словно задремал на пару минут — лежит уже не первый год.

— Семь-восемь часов. — Ответил Велес, откусив новую порцию мяса.

Роман глянул на него — правду говорит, нет? Велес на взгляд никак не отреагировал — продолжает уверенно завтракать. Осмотрелся снова и острый глаз бывшего Ангела сумел заметить детали, которые сразу ускользнули от него и которые, возможно, объясняли всё. В сухой траве, да на этой чёрной земле, кое-где можно заметить грязноватые сгустки, на первый взгляд казавшиеся просто комками грязи. Но если присмотреться — куски плоти и конечностей, плотно вываленные в грязи. Как минимум половина из них именно ими и были. Это ничто иное, как останки вчерашних зомби. Велес не врёт, не издевается, прошла всего лишь одна ночь.

Роман с облегчением выдохнул и приложил ладонь к груди — его сердце бешено стучало. Он даже улыбнулся сейчас, довольный тем, что не провалялся тут, по неизвестной причине, месяцы и годы, что с ним вполне могло бы приключиться — Зона, тут так бывает. Кроме того, его сердце, бешеный стук, по венам быстро бежит кровь, он чувствует, что ещё живой, что ещё человек, что в нём всё ещё есть душа. Роман прислушивался к каждому удару сердца, буквально наслаждаясь тем, что слышал, что ощущал сейчас. Впрочем, радость та, лишь ему понятная, длилась недолго. Спустя мгновение биение сердца замедлилось, он перестал его чувствовать.

Самое время задать вопросы, на которые, у товарища по путешествию, могут быть ответы.

— Велес, что происходит?

— Весна Рома, весна пришла не по расписанию. — Ответил Велес, расстёгивая ремень и застёгивая его вновь, на одну дырку дальше — дабы пузо поместилось.

Кушать он собрался, видимо, пока туша у его ног не закончится.

— А это? — Он указал на аномалии.

— Ну, я очень хотел есть — этот Выброс какой-то совсем странный был. А просто бросить тебя у пещеры, мне показалось не совсем правильным. Ты пусть и в обновлённом состоянии, пахнешь не особо съедобно, но мало ли? Я сделал всё что мог и ушёл на охоту. — Сказал он, слегка покраснев. Рома стал на него смотреть проникновенно. — Ну что? — Буркнул Велес, оглядывая тушу в поисках самых вкусных частей. Рома не отворачивается, всё смотрит так же пристально. — Я собирался замкнуть круг из аномалий, что б никто к тебе не мог подобраться. Но чем больше я их создавал, тем сильнее был голод. Не поверишь друг, но в какой-то момент я понял, что ещё немного и начну завтракать прямо тут.

Роман молчал несколько секунд. Потом подозрительно прищурился.

— Что значит прямо тут? Что ты тут сожрать собирался?

— Ах, оставьте эти ваши глупости! — Отмахнулся Велес. — Давайте лучше поговорим о ценах на нефть. Вопиющее, знаете ли, безобразие! Почему эти цены всё время падают? Я, конечно, всё понимаю, чистая энергия, зелёные извращенцы, где попало бегают, меньше раковых заболеваний и вреда окружающей природы. Но позвольте! Ведь это лишит мир таких удивительных вещей как бесконтрольные мутации и появление новых видов! А как быть сотрудникам раковых центров? Что же на улицу их выгоним, оставим без работы? Безобразие! Возмутительная недальновидность мировых держав и светочей мудрого нашего и не нашего правительства. Как можно так жестоко поступать с этим миром, лишая его интересных новостей про всяческие нефтяные пятна, туманы из смога и возможность глобального потепления которое всех убьёт? Это недопустимо в конце…

— Тааак! — Протянул Роман, наблюдая, как на щеках сталкера возникает краска, только вот не праведного гнева, который как будто бы должна была вызвать его речь, а краска, кажется, простого как морковка, человеческого стыда. — То есть, ты меня чуть не сожрал?

— Ну почему сразу и сожрал? — Тихо ворчит Велес. — Может я бы и не сожрал бы, может кусочек там другой, а ты на вкус вряд ли приятен, возраст, опять же в туман ты вечно пре…

— Пиздец ты просто. — Качает головой бывший Ангел. — И часто у тебя такое бывает?

— Впервые. Клянусь своим фамильным гербом — никогда прежде, такого не было. Кроме того, заявляю со всей ответственностью, я вообще людей не ем и даже никогда не думал об этом.

— Ну-ну. Верю, хули…

Велес ответить не успел — вдруг резко взмахнул рукой, что-то загудело, и из тушки, почти уже съеденной, выстрелил фонтанчик плоти и крови. Рома глянул на тушку, только теперь заметив, что у неё что-то не так с кожей — она словно поджарена, причём сильно неравномерно. Велес поднял взгляд к аномалиям, отделившим их от уже пройденного пути.

— Велес, — он повернул голову, хмурый и взглядом сейчас не добрый весьма. Рома ткнул пальцем в сторону его ноги. Глянул сталкер и зубами скрипнул злобно… как-то наигранно злобно. Показалось, наверное, что наигранно… в ноге у него дырка, с неё течёт кровь. Одна из пуль, отражённая магнитным полем, сейчас окружившим их, попала в завтрак, другая ему в ногу.

Впрочем, вторую пулю, видимо, ничто не отражало — накрывший их полог не рукотворный, сейчас сверкал микро молниями и в нём виднелись постоянно двигающиеся, рваные дыры.

А затем на полог обрушился целый град пуль.

Оба подскочили с земли и словно ласточки перед дождём, запрыгнули в пещеру в одно движение. Там кубарем до стены прокатились, сели, оружие наизготовку и замерли.

— Что за рваное покрывало? — Буркнул Рома, намекая на купол, что от пуль защитил как-то откровенно не очень.

— Покушавши мы. — Тем же тоном ответил Велес. — Немножко шатает меня, когда Плоть поймаю и объемся. А я, к сожалению, совершенно точно объелся. В глазах плывёт блин…

— Как ты её убил? — Спросил Рома, подобравшись к выступу стены у выхода и пытаясь высмотреть того, кто поливал их свинцовым дождиком. На улице, словно и не было никого. Только растерзанная туша мутанта у выхода лежит, аномалии в поле и всё.

— А это сейчас очень важно? Нас вот-вот штурмом тут брать начнут, а ты про… — Велес, смущённо осёкся, кашлянул, рукой жест не определённый сделал. Ещё раз кашлянул. — На данный момент, я ответственно заявляю, что это совершенно не важно. И ваши намёки…

— Далеко видно было молнии твои долбанные?

Велес подобрался к выходу из пещеры и тоже затаился. Помолчал немного.

— Отсвет могли заметить метров на пятьсот. Если высматривали. Но, должен заметить…

— А вчера мы видели тут трупак долговца и дохлых сталкеров.

— Какой вы жестокий человек Рома. Нельзя же так! Несчастных казнили ни за что, без суда и права на аппеляцию, даже без следствия, а вы используете эту ужасную трагедию в своих…

— Велес.

— А?

— Ты баран.

Велес покраснел, но впервые за долгое время, ничего не ответил.

— Звук от молнии разошёлся на километра два. Ты бы ещё плакат захерачил и краской написал большими буквами «мы тут, убивайте нас». Пиздец блять…

— Я всё понял. — Буркнул Велес, поднимая правую ладонь в сторону выхода. — Можно уже обойтись без дальнейших комментариев. Я просто хотел есть и… — Он замолчал, вернул ладонь к себе, глянул в неё удивлённо, снова к выходу направил, опять к лицу поднёс. Нахмурился, напрягся, по пальцам пробежали крошечные молнии и тут же исчезли. — Какого хера? — Рыкнул Велес, тряхнув рукой и снова уставившись на ладонь. В этот раз молний не было вообще.

— Что такое?

Велес медленно поднял голову. Глаза пустые, лицо закаменевшее. Не глядя, запустил пальцы в рану на ноге, губы скривились, из глубины груди послышался низкий рык. Спустя мгновение он поднял окровавленные пальцы с зажатой в них пулей.

— Вот ведь… — Медленно говорил Велес. Говорил около минуты. В основном, без предлогов, в основном матом. Потом гневно швырнул пулю прочь от себя на улицу и смачно плюнул в пол.

— Велес! — Рявкнул Роман, чуя неладное.

— Не знаю Рома, не знаю. — Он поднял винтовку к плечу и приник к прицелу. Голос его стих почти до шёпота. — Или с этой пулей было что-то не так или где-то рядом, есть что-то, что глушит меня. Я с таким уже встречался, но и подумать не мог, что всё настолько херово.

— О чём ты, чёрт возьми?

Пуля с визгом врезалась в стену, едва не задев голову Романа. Он поспешно вжался в стену.

— Волшебство кончилось Рома. Электричество помахало нам членом с горы.

— Что-то я не понимаю…

— Всё ты понимаешь. — Велес мрачно ухмыльнулся. — Теперь никаких молний и вспышек. Всё по старинке. Локтем в носяру, коленом в пах, ножом в ебало, пуля в пузо.

Потом повернулся к нему и посмотрел прямо в глаза.

— Ставки растут Рома. Надо линять. В темпе.

Больше ни слова сказано не было — словно в далёком прошлом, словно снова они всего лишь люди и нужно уходить, не слишком удачно закончив своё задание.

Они стреляли на ходу, стараясь не дать людям, укрывшимся за линией аномалий в углублениях и траве, высунуться и сделать прицельный выстрел. Они бежали прочь, прикрывая свой отход огнём — и им сильно повезло, что Велес, утративший власть над электричеством, не утратил способности видеть аномалии. Без этой способности, подобный стремительный отход в Зоне, да ещё и после Выброса, чистое самоубийство.

Когда от отряда Долга или кто это был — они так и не поняли. Этот враг соображал в подобных перестрелках и кроме нескольких голов, да и то мимолётно, ничего увидеть не вышло.

Когда они оторвались от них, оставив за собой невысокий взгорок, и двинулись дальше быстрым шагом, Роман заговорил снова.

— Мы должны вернуться. Стелс пиздой накрылся. Нам нужно больше людей.

— Нет. — Велес забросил винтовку на плечо и немного ускорил шаг. — Их там теперь будет как грязи. Туда идти точно не следует, приведём на хвосте всю группировку. Мы отобьёмся, без вариантов, но наших погибнет слишком много. Пока мы идём к цели, они не знают точно, куда мы идём. Двинем обратно, и у них будет пространство для манёвра.

— Согласен. — С неохотой признался Роман.

Они двигались дальше, вскоре перейдя на бег — одно из немногих серьёзных преимуществ путешествий здесь в компании Хозяев Зоны.

Мир вокруг забыл о том, что идёт зима, Зона решила, что ей надоело — снег сошёл за одну ночь, прогрелась земля и вся вода ушла вниз. Тёплый ветер, возможно, совсем чуть-чуть радиоактивный, гулял по лугам этих суровых мест и двое необычных людей, с очень необычной судьбой, бежали вперёд, к цели, что спасёт мир от ужасной катастрофы…

Или спасёт только Зону и её обитателей от ядерного взрыва — ведь никто не знает, какие последствия в действительности принесут подобные действия сумасшедших солдат Долга.

2

Двери такси открылись, и раскрасневшиеся улыбающиеся мужчины уселись на заднем сидении. От них разило спиртным, глаза затуманены, оба явно навеселе. Усатый мужчина, с круглым лицом, рассмеялся, бросил фразу о том, куда ехать и, повернувшись к другу, приобрёл спокойное выражение лица. В этот момент он чем-то напомнил таксисту, картинку из старого школьного учебника — чем-то он походил на одну из фотографий давно померших деятелей партии, с давно позабытым названием. Да и кто такие вещи помнит сейчас? Разве что он. СССР и всё-такое, уже лет пятьдесят как нет ни СССР, ни той партии, ни её деятелей. А когда-то…

— Слушай анекдот, только что вспомнил. Видел парочку ту, ну, мимо прошли?

— Угу. — Кивнул товарищ усатого. От кивка головой стукнулся в сидение и выпрямился, с удивлением потирая лоб. Сейчас у него морщины и складки на лице почти разгладились. На мгновение, мужчина как будто скинул лет этак двадцать. Да уж… не везёт, так не везёт. Оба они слишком старые. Увы, делать нечего — денег нет нихрена, выбирать не приходится.

Таксист, почти не слыша, о чём говорят пассажиры, хрустнул шеей, потом поморщился — ломать начинает, долбанное новое ширево! Все потроха с него корёжит, но… бля!!! Какое же оно классное! Один грамм и ты в Раю, по телу льётся живительное тепло, мир становится ярким-ярким, а в ушах слышится ласковый шёпот, совсем неразборчивый, но такой приятный…

— Шеф, — ворчливо говорит худой мужик с морщинами на всю морду… хотя, кажется, это не морщины, а складки, что вызывают врождённая худоба и часто повторяющиеся на лице человека эмоции. У него и у самого такие есть — складки на щеках, оставшиеся от частых улыбок, от весёлого нрава, коим он когда-то славился. В те далёкие времена, когда они ещё не были знакомы — он и его старый, почти позабытый друг, белый-белый, обычно в порошочке такой. Героином зовут.

— Да щас поедем. — Говорит таксист и трогается с места.

Они говорят, смеются, а в ушах долбят барабаны — нужно ширнуться последней дозой. Хер с ним, дома ещё деньги есть. А там, сдаст последних, получит за них деньги, как раз до нормы столько и надо. А если норма есть, премия будет — протянет как-нибудь. Эх, вот дёрнул его чёрт так потратиться! На хрена ему сдался этот новый дом? В нормальной квартире, нормально жил, так нет же, взял и блять купил. Дебил. Теперь как без главного продукта? На нычку понадеялся, да забыл блин, что нычку давно спустил по ночным клубам — совсем мозги спеклись от этой новой наркоты.

Таксист глянул в зеркало заднего вида — увидел себя, свои водянистые глаза, посеревшую кожу и волосы торчавшие клочками. Увиденное не понравилось вообще никак, только порцию отвращения к себе словил и всё. Эх, а раньше какой был! Все девки в институте за ним косяками бегали. Просто плейбой был. А потом пошло-поехало…

— Э, друг, — усатый наклонился к нему. — Ты куда-то не туда едешь. Нам в другую сторону.

— А? — Вздрогнул таксист, бросив короткий взгляд на своих пассажиров. — А я что, газ не пустил? Бля и загашник не надел. Ну, ё-моё!

— Какой газ, какой загашник? Ты чё мелешь блять? — Рыкнул морщинистый, который на самом деле складчатый, а не морщинистый… и синий. У него лицо синее.

А они вообще в машине есть? Они настоящие? Сука! Теперь уже поздно проверять.

— Слышь! — Рявкнул усатый протянув руку и крепко хватая его за плечо.

«В поле мышь» — сказал таксист про себя, буквально одними губами и нажал на кнопку приборной панели. С тихим шипением, газ потянулся в салон из багажника. Худой вырубился сразу, усатый зарычал что-то, и попытался ухватиться за руль, но и он быстро обмяк.

С улыбкой таксист вёл машину, чувствуя, как всё начинает плыть. В чём дело? Ах да, вот же… машина резко вильнула, когда он потянулся к бардачку. Бампер задел припаркованную машину, но кое-как он вырулил и надел респиратор, глубоко вздохнув. Чуть сам не вырубился. Теперь на точку, на всех парах и… за спиной визгливо гавкнула сирена, моргнули фары. Милиция.

Он немедленно остановился, как и положено добропорядочному гражданину. Милиционеры вышли на улицу. Один подходит справа, другой слева. Таксист хихикнул в респиратор, наклонил голову и положил пистолет между ног.

— Сержант Курав… — Выстрел оглушил, даже голова закружилась. Он поспешно открыл дверь и вышел на улицу. От сильного ветра, которого не было, его здорово раскачивало и второй, быстро убегавший милиционер, всё никак не попадал в прицел. Пришлось стрелять трижды, прежде чем попал в широкую спину толстенького сотрудника. Сняв респиратор, таксист вздохнул шумно и дрожащей рукой вытащил из кармана последнюю дозу. Ввёл прямо в шею — так эффект быстрее и круче. Тёмная улица мгновенно стала очень яркой, тёмное небо обрело нежный аметистовый оттенок, а яркие звёзды, радостно мигают ему — это они здороваются. Таксист глянул на мертвеца у своих ног и рассмеялся — мозги вынесло широкой дугой. Красно-алые, серебристые от наркотиков в его собственной крови, они так сладко мерцают… а может они правда сладкие? Он стёр пальцами с асфальта немного красной жижи и попробовал. Солёненькая. Но так, на вкус не очень.

Ладно, пора ехать.

Слушая старинную и приятную музыку, давно умершей певицы, он напевал слова не впопад, всё повторяя её экзотическое имя. Лайма, Лайма… или Лианна? А какая на фиг разница, когда в душе такой невероятный кайф!

Живой товар он выгрузил на железнодорожной станции — созвонились ещё раньше, он сегодня ведь не просто так выехал на работу, сегодня не как всегда было. Сегодня он охотился на живой товар. Интересно, зачем им эти люди? На органы, наверное. Но почему заказчик всегда так холодно смотрит на него, отдавая деньги, если он привозит людей в отключке? Почему всё время настаивает, что б добровольно люди приезжали? А на хер! Пора ехать за новой дозой.

Насвистывая, таксист шёл к своей машине и улыбался приветливым розовым теням — эта новая наркота просто чудо! Какой на хер кокаин, какой на хер героин? Пси-кантри — вот это реальная вещь. Это вообще охренительная вещь, просто вот слов нет какая вещь! Наверное, с Афганистана или ещё откуда, наверное, это какой-то особый вид героина. А может он синтетический. Да какая разница? Правда, название совершенно дурацкое. Наверняка, тот, кто давал этому наркотику название, никогда его не пробовал. Радуга — вот идеальное было бы название, а это «пси», да ещё «кантри» — херня какая-то. И что это вообще означать должно?

Он открыл дверь, остановился.

— Федя. — Позвали из-за спины. Он удивлённо хмыкнул, обернулся. Заказчик, тот, что обычно платил, он что-то тут теперь стоит. За ним, что ли шёл? Товар принял и за ним попёрся. И на кой спрашивается хрен? Стоит, руки в карманы, глаза у него ледяные.

— Чё? — Прислонившись спиной к машине, спросил Федя. — Ещё нужны? Так я с радостью, вы только скажите, привезу сколько угодно, в любое время.

— Федя, помнишь, я говорил, я особо тебе напоминал, что нам не нужен лишний кипишь?

— Помню, ну.

— Я тебе три раза это говорил.

— Ну. — Пожал плечами Федя. — А что такое-то? Я ж привёз. В норму прям. Мне премия полагается. Что не так-то?

— Федя, я тебе всё объяснил, я тебе сказал, что именно нужно нам. Но ты решил, что ты знаешь лучше, ты решил, что ты умнее меня. Да Федя?

— Я не понимаю. — Нахмурился Федя, впервые жалея, что по венам бежит этот чудный наркотик, заглушавший почти всё. Что-то не то творится, а ему так хорошо! И эти ледяные глаза кажутся такими мягкими, такими добрыми, ласковыми, такими…

— Федя, кто ментов положил на Любовском перекрёстке?

— Не знаю. — Он поёжился — нирвана тоже поёжилась и ненадолго отступила. Он кожей чувствовал — нужно срочно хватать пистолет. Зачем, пока не понятно, но нужно, точно нужно.

— А ты Федя знаешь, что последняя партия, девочки, подросток и женщина, ты знаешь, что они были родственниками уважаемого человека и теперь их ищут по всему городу?

— Не знаю я ничего такого. Они это… сами они.

— Ты их в отрубе полном привёз. Как и этих двух. Как и некоторых до них.

— Да и похуй! — Рявкнул Федя и сел в машину. — Тебе люди надо, я привёз! Хули надо блять?

Заказчик подошёл к машине, наклонился к нему.

— Федя, ты создаёшь нам проблемы. Нам это не нужно.

— Да и пох… — Договорить не успел. Он вдруг с удивлением понял, что из горла что-то торчит.

Потом стало очень больно, и аметистовое небо обрушилось на него, поглотив в себя…

Всё было как в тумане — они долго не могли понять, что с ними происходит. Оба считали это каким-то сумасшедшим сном. Ничего иного им не оставалось. Мир виделся размытым, иногда он обретал резкость, и они видели что-то, словно фотографии в старом альбоме. Эти изображения, двигались, но подобно кадрам сильно порезанной хроники. Постоянно менялись цвета, предметы то исчезали, то меняли цвет, то всё снова пропадало — этот период, почти не остался в памяти, но вот сейчас, почему-то, перед его глазами всё это проносилось снова и куда более отчётливо, чем он видел тогда. Почему это происходит? Как это случилось? Откуда они пришли? Последний вопрос и его и Олега интересовал очень сильно — поначалу. Почему-то, со временем, это стало интересовать не слишком сильно, а затем интерес к размытому, почти забытому прошлому, почти полностью исчез. Шутка ли, но он не был уверен, что хочет вернуться домой — он не помнил где этот дом и есть ли там кто-то, кто бы его ждал. Странная шутка судьбы — многие сталкеры Зоны страдают от своей искорёженной памяти. Окурки, простые сталкеры — Зона потрепала всех, кто пришёл на её земли и тех, кто это сделал сам и тех, кто смутно понимал, почему оказался тут. Шутка заключалась в том, что с ними это случилось до того, как их коснулось дыхание Зоны.

Кажется, они где-то выпивали, выбравшись из смазанного месива картин прошлого, а затем они оказались здесь, среди порождений странного и жуткого мира. Он в это почти поверил.

А теперь перед глазами проносятся все те же картины смазанных воспоминаний, больше похожих на горячечный бред. Стук колёс железнодорожного вагона, звуки голосов, запахи мочи и чего-то более мерзкого, запах собственного пота — этого он раньше не помнил…

— Да блять!!! Ну, какого хуя? Уберите их на хуй! Он опять обоссался! Сукааа!!!

Снова туман заполняет всё, а вагон обретает ядовитые зелёные цвета и гневные глаза каких-то людей окрашиваются в зелёный цвет — скорее свет. Ведь они действительно светятся.

Стихает стук кованых колёс, со скрежетом открывается дверь, и яркий дневной свет слепит всех. Свежий воздух вырывает их из тумана, в который превратился весь мир.

— Змей, эти двое походу подыхают. — Над ним склоняется какой-то человек, глаза — эти злобные холодные глаза… — В расход их или чё?

— Или чё. Под наркотой они. Звонили за них. Пси этот сраный, кантри, который въебали им по вене. С какой-то дополнительной херотой.

— Чёт не слышал, чё за наркота? Типа новый герыч?

— Да не. Там другое. — Лицо мужчины исчезло. Он видит фигуры людей, которые двигаются мимо. Свет справа мерцает, а запахи изменяются от вони до фиалкового аромата и что-то шуршит в голове, прямо под черепом. Оно скребётся крошечными коготками, пытаясь вырвать наружу.

— Босс, подзаебали уже эти подарки упоротые. Какого хера вербовщики тупят?

— Нас братан это ебать не должно. У нас своя задача.

— Да я что? Я не спорю, просто подзаебало мальца… так что с ними делать? Они ж в ауте. С этими вообще пиздец. Хоть бумажку бы на лоб прилепили, чем их пичкали. И хуй знает как теперь.

— Ща придумаем. А щас короче вытаскивайте их, на улице бросьте возле домов. И это, одежду с них дёрните, да облейте хоть со шланга что ли. Воняют пиздец.

Их куда-то потащили и мир потух. Вспыхнул красками вновь, когда ледяная вода обрушилась на голое тело. Дрожа от холода, он первый раз увидел мир в нормальных цветах и нормальной резкости. Вокруг лес, какие-то деревянные хибары и куча людей с оружием. Двое из этих людей поливают его и Олега со шлангов. Вода ледяная настолько, что он отключается почти сразу.

Но за мгновение перед тем, как сознание оставляет его, он слышит тот же голос.

— Харэ воду лить блять! Сдохнут же, чё творите пацаны? Осади в натуре. Ща мы их поправим.

— Сработает? — Резкая боль в плече заставляет вздрогнуть — ему хочется вздрогнуть, но разум погружается в беспамятство, мир, да и собственное тело ощущаются, словно нечто чуждое ему.

— Ваще без понятия. Или сдохнут или нет. Я ж не в курсах, чем их на отправке ширнули, после кантри. Тут пацаны, как повезёт. Главное что б до базы живые долетели, что б потом мне Ве…

Он слышал шум винтов — знакомый шум, где-то он его уже слышал… ах да, армия, он когда-то служил, солдатом был в далёком прошлом…

Которое помнит куда как лучше, чем то, чем занимался после и где жил.

Люк в земле, какие-то люди с автоматами, другие люди вокруг, Олег инстинктивно проталкивается поближе к нему, они стоят плечом к плечу, пустыми глазами глядя прямо перед собой. Вокруг что-то новое, другие люди, другие места. Всего секунду назад, а может быть и на целую вечность раньше, вокруг был город, машины, люди, спешащие по своим делам, была жизнь средь стен городских. А теперь лишь поле, лишь незнакомые лица и люди с оружием — это опять армия? Точно не милиция. Формы нет при них. Но и для армии слишком уж странные лица и опять же нет формы. Об этом он думал сейчас, когда за видом его воспоминания, на заднем фоне, пульсирует алый свет алых облаков и стоит тихий, зловещий гул дрожащего воздуха, дрожащей земли — идёт Выброс, самый странный и сильный из всех, что они видели прежде.

С того момента, у люка, всё виделось лучше и чётче, но рваность воспоминаний нарастала. Он словно просматривал кадры, вырезанные из единого целого. Люк, комнаты, какой-то мужик рассказывает про нечто с щупальцами, почему-то, любящее сосать. Что именно он тогда не услышал. Всё было как будто не с ними. Словно смотрел он на себя со стороны.

Вскоре новые воспоминания возникли перед его мысленным взором.

Они шли по полю, зачем-то в ряд и люди с оружием теперь были везде. На короткой передышке, он тогда опустил взгляд вниз и с удивлением обнаружил, что у него на шее висит автомат, а руки привычно лежат поверх оружия. Впрочем, тогда удивления не было, просто посмотрел, отметил, что у него оружие и стал ждать команды двигаться дальше. Удивился он сейчас, узрев по воле Зоны, эти полузабытые видения из прошлого.

— Ебать ты зомби мужик. — Сказал худой парнишка, идущий впереди — они шли гуськом и он не понимал, почему. Собственно, ему тогда было всё равно. Он просто шёл. — Слышь, подними руку. — Он поднял, не испытав вообще ничего. — А ногу? Норм. А теперь вторую подними.

Он упал, потом услышал смех, а затем грозный рык:

— Э! На хуй охуели там? Чё за ебать вас в рот? Я вас блять щас пиздить тут прям начну!

— У нас оружие тоже есть! — Пискнул женский голосок из колонны.

— Да? Да ты чё в натуре? — Из-за спин людей, где-то впереди, выглянуло лицо хамоватой внешности. — Слышь, кто такая дерзкая, что за пизда там прихуеть решила? — Тишина гробовая ответом стала ему. — Короче! Полпути прошли — пиздуйте дальше сами.

— Эй! — Рявкнул командный бас неизвестно с какой стороны. — Жакан хорош бычить! Надо довести до точки. Босс чё сказал?

— Довести до точки сказал.

— Ну, вот тише и будь. А то всем пиздюлей прилетит.

— Да если ты ему не скажешь, то и не прилетит…

— А если кто из них потом придёт торговать к нам? Да мало ли? Давай, без этой херни братан, идём короче. Шустрее сбросим их и обратно.

Снова всё исчезло, и снова появилось — спины незнакомцев в серых плащах, удалявшиеся куда-то за полуразрушенные, заросшие густой травой, дома.

Что-то было потом — люди, что шли с ними. Они пытались их растормошить, одна девушка ударила его по щеке. Он посмотрел на неё.

— Они вообще не соображают. Зомби какие-то. — Разочарованно произнесла девушка.

— Я их автоматы возьму. — Потирая руки, заявил один из добрых ближних их.

— А я рюкзаки. — Добавил другой.

— Да вы что!? — Отшатнулась девушка. — Они ж помрут сразу тут!

— Они и так помрут, а нам вещи пригодятся. — Заявил один из ближних, что всех добрее был и, вытащив нож, приблизился к Олегу. — А чтоб не мучились, мы их…

Олег развернулся к этому человеку и поднял автомат, направив его парню прямо в лицо.

Андрей, сделал то же самое, направив оружие на девушку.

— Эй! Ты что? Я не желаю зла! — Он словно получил команду и не смог ничего сделать с собой, даже не подумал — повернулся к стоявшему ближе всех человеку и навёл оружие уже на него.

Их не тронули. Оружие не забрали, не убили — просто ушли, оставив одних.

Что-то происходило с ними в тот момент, но что? Наверное, на самом деле ничего, они просто приходили в себя от полученной наркоты. Сгущались сумерки, а они как стояли на прежнем месте, в опустевшей разрушенной деревне, так там и были. Ни слов, ни особых движений, ни мыслей, ему порой казалось, что он тогда даже не моргнул ни разу.

А они подбирались всё ближе.

— Стреляйте!!! — Крикнул Андрей. Задёргался всем телом, попытался пролезть в своё воспоминание и сказать себе — стреляй! Но ничего не получалось. Он и Олег, стоят словно статуи, а Они окружают их. Жёлтые глаза сверкают в сумерках, оскалены кривые белые клыки.

У них нет шансов, их просто сожрут, они даже не попытаются спастись…

Они посмотрели друг на друга — ни тени эмоций или мыслей в глазах. Посмотрели и, развернувшись спиной к спине, начали стрелять. Псы, наверное, не ожидали такого, неподвижность людей ввела их в заблуждение, заставила расслабиться. А они стреляли точно и аккуратно — так, как научились стрелять после, лишь спустя почти год. В тот вечер, почему-то, они не делали ошибок, каждая пуля находила цель, курок спускался именно столько раз, сколько было нужно. Они действовали подобно машинам, каким-то органическим роботам, неспособным в принципе не только думать, но и допускать любые промахи.

Слепые псы — тогда они ещё не знали, как называют этих существ, валялись, вокруг истекая кровью. Один был жив и громко скулил. Олег добил его, посмотрел на Андрея.

— Ни к чему. Пусть уснёт. — Первые их слова здесь, первая их разумная мысль.

Они, почему-то, решили вернуться к тому люку — почему он не вспомнил и сейчас. Наверное, они не думали об этом вовсе, просто пошли в то место, которое помнили. И спустя минуту, он едва не погиб в аномалии. Она притаилась за кустом, светилась там мертвенным белым светом. Что это было, никто из них не знал, но оно буквально источало угрозу. Наверное, именно сумерки уберегли их от этой аномалии. Днём, это место, даже если бы светилось — они бы тогда не смогли увидеть ничего необычного. Днём, этот свет на ровном месте, просто нельзя было увидеть.

Тогда вспомнилось, что говорили им в комнатах — наверное, где-то здесь или раньше. Они не помнили, как оказались в тех комнатах и кто их туда привёл. Но помнили, что им говорили.

Датчики, болт на ниточке в кармане и твои глаза, это всё, больше ничто не спасёт от смерти, притаившейся прямо в воздухе этого места. Они шли обратно, точно тем же путём — они были в этом уверены. Но пришли почему-то, к рощице берёз, росших на холме.

У основания холма зияла пещера, высотой в полтора метра.

Внутри кто-то был — они не сговаривались. Просто двинулись туда. Нужен ночлег, им просто нужен был ночлег, а те, кто были внутри, точно не станут делить его с ними.

Трупы странных существ в противогазах, они выбросили на улицу. Вскоре оба уснули — единственный раз, когда в Зоне, они спали оба сразу. Им повезло — тогда они не понимали, но уже вскоре поняли, как сильно им повезло в тот день. Никто не сожрал их ночью, никто не ограбил, они проснулись утром, и мир вокруг плыл, словно после длительной попойки. Всё болело, сердце стучало как бешеное, в глазах плавали красные пятна.

Они долго пробыли в той пещерке — почти два года она была их домом. И не раз в те дни, они наблюдали, как идут будущие сталкеры к полуразрушенному посёлку. А наблюдать стоило — грабить, они не решались. Почему-то, ни Олег, ни Андрей, не могли переступить через себя и поступить так, как было нужно. Они не убивали, не грабили. Просто следили и ждали — большего на самом деле и не требовалось. Зона милосердием не болела, альтруизм у неё не вырос. Новички гибли постоянно и часто даже не успевали далеко отойти от этой деревеньки. Нужно было просто внимательно следить и оказаться возле трупа как можно раньше.

Друзья — они были ими прежде, остались ими и здесь, смогли освоиться с новым окружением, с новым для себя миром. К идее обирать покойных новичков, они пришли далеко не сразу, потребовалось время, потребовалось найти тела троих несчастных, не сумевших найти общего языка с парой проходивших мимо мертвецов. В тот день, подстрелив Плоть, они двигались мимо посёлка и услышали стрельбу. Оставив добычу, двинулись на звук стрельбы.

— Они на первое, а мы на десерт. — С улыбкой сказал он.

— Не смешно. — Не поддержал его Олег, мрачно хмуря брови.

Андрей пожал плечами — может и не смешно. А почему бы и нет? Улыбка никому не навредит и никогда не будет лишней. Тем более в таком месте как это непонятное нечто — тогда они не знали, куда и зачем попали и как отсюда выбраться.

Трупы лежали посреди улицы поросшей бурьяном, в большой луже крови. Мертвецов они тоже увидели, тогда — впервые. Покойники медленно уходили вверх, к холмам.

Очень необычные для Зоны покойники.

— Ты тоже это видишь?

Андрей кивнул, но очень коротко и медленно — попутно посильнее вжался в почву, надеясь, что завеса из кустов, станет достаточной завесой, что бы прикрыть их от взглядов тех, кто был сейчас впереди.

Медленно, иногда хромая, но в целом, словно обычные люди, они уходили прочь. Две стройные девушки в коротких летних платьях. Стройные ножки, осиная талия, белоснежная кожа.

И тонкие ладошки в крови, как и их босые ноги с содранной на ступнях кожей.

А затем одна из них обернулась — часть щеки, её просто нет. Жёлтые зубы проступают наружу, белесый глаз движется, словно она и правда присматривается к окружающему миру.

Мужчина, идущий в центре — спутанные чёрные волосы и плащ. Обычный мужик.

Но его спина в крови и похожа на сито. По нему словно из пулемёта в упор стреляли.

Они долго прятались, даже после того, как мертвецы ушли, прятались — увидеть этих тварей снова, им не хотелось. А что б и они их увидели — вот этого хотелось ещё меньше.

Мертвецов обобрали, взяв всё, что представляло ценность — медикаменты, еду, патроны. Тогда они ещё не понимали Зону. Не знали ценности всего, что создали руки человека. В Зоне не только патроны имеют ценность. При желании ведь, даже плохо постиранные трусы, можно выгодно продать. Более того — однажды именно наличие таких трусов в рюкзаке и спасло им жизнь. Удалось выгодно обменять, когда патронов осталось разве что самим застрелиться.

Иногда, когда еды не было, они задумывались о том, что ведь, на самом деле, люди тоже из мяса. И люди частенько умирают. Почему бы не просто обирать, а обирать до костей? Почему-то, они не могли пойти на такой шаг. Может зря, может, нет — после года жизни в Зоне, это уже не имело значения. Тогда, в самые первые месяцы, они и заложили основу для такого положения своих дел. Они занялись тем, что в Зоне не приветствовалось, к чему относились с опаской все сталкеры, к чему прибегали, лишь в крайнем случае. Они же, по сути, с этого начали свою жизнь в Зоне.

Еда в их рюкзаках тогда быстро закончилась. Так с едой бывает, кончается она.

В тот день к ним в гости заглянула Плоть — монстр такого тошнотворного вида, что в первый момент, они посчитали её, чуть ли не самой страшной из всех угроз Зоны. Даже снорки такого страха не вызывали, как это уродливое и очень визгливое создание.

Они её съели — отварили капитально, дважды сменив воду, и съели.

До самого вечера, у Олега урчало в животе, Андрей устроил геноцид ближайшим лопухам и оставил много нехороших мин подле их нового дома — был ли у них дом раньше, доподлинно неизвестно, но остатки памяти уверяли, что всё-таки был. Причём не общий, так как, поделившись воспоминаниями, они обнаружили множество различий. Они точно дружили раньше и, кажется, очень долго. Но жили не в одном доме. И те дома, не были пещерами. Там были столы, мягкие кровати, стулья… Олег соорудил для них и то и это. Как оказалось, он мастерски обращался с деревом. Но это было после — после того, как они познакомились с мрачным и ворчливым стариком.

— Дебилы блять. — Услышали они как-то с утра. Олег выглянул наружу. — Слышь, усатый бородач. — Олег поморщился, пригладив бороду — при помощи ножа бриться не так-то просто и никогда не получалось больше, чем отрезать пару клочков. — Я тут у вас стою уже минуту. Ни один из вас дебилов, даже не шелохнулся. Я вас услышал оттуда ещё, — он указал рукой в сторону деревни. Вторая его рука не сдвинулась с места. Как влитая лежит на автомате, который висит на плече, повёрнутый стволом в бок и прижат к торсу. — Охренел я мягко говоря. Подхожу, а оно так и есть, сидят два дебила и Большую землю обсуждают. Я с вас просто охуел по всем пунктам. Даже передумал вас валить и грабить.

Андрей приподнялся и отпрянул немного вглубь пещеры.

— Да вот хуй там. — Заявил старик с автоматом. — Ты, как палка который — не дёргайся, я вас обоих пристрелю быстрее, чем вы успеете глазом моргнуть.

Никто тогда не погиб, никто не пострадал. Старик, мрачный и угрюмый, не стал стрелять, не сделал ничего плохого. Даже наоборот — он многое рассказал им о месте, в котором им довелось очутиться. Впервые в жизни они услышали о Зоне и её кошмарах — услышали и запомнили.

— Что, вы и правда никогда не слышали о Зоне? — Удивился тогда старик. Они заверили его, что это так. Да и откуда можно было услышать? Старик затылок сухими пальцами поскрёб. — Надо же, вон как теперь… раньше у всех на слуху была. А теперь всё, забыли её нахер… я ж думал сказки. Мол, какая-то большая падла, глушит всю инфу. Но видать, так и есть… дожил Меченый ребятки, живу блять теперь в месте, которого нет. — Он рассмеялся — сухим, каркающим смехом. Зловещим, каким-то потусторонним смехом. Словно призрак давно ушедших эпох…

Старик гостил у них в пещере три дня и оставил не только двойственные впечатления и несколько ярких воспоминаний. Меченый поделился знаниями об этом месте и не только общими, мол, Зона, мутанты, аномалии, мы все умрём. Нет, он рассказал им о многом. Иной раз казалось, что старику просто хочется поговорить, что он уже многие недели ни с кем не говорил.

Узнав, что они часто питаются мясом мутантов, старик округлил глаза.

— Рисковые вы ребята! Кстати, я сказал, я — Меченый, а вы?

Они представились, назвав свои имена. Старик покачал головой.

— Кто такие Андрей и Олег? Что это за куски мяса с Большой земли? Не знаю я таких, не могу я с такими говорить — их на хуй Зона сожрала. Вы пацаны, видать, давно тут торчите, но…

— Месяц. Может два.

— Вооот! Андреи и всякие ёбанные Олеги, тут столько не живут. День-два и сожрали их к чёрту. Как вас зовут парни? Или Зона ещё не дала вам имён?

— Терапевт. — Первым сказала Олег. И удивлённо вскинул брови — это воспоминание пришло само собой, а прежде, его будто и не было. — Да, так меня прозвали… Терапевт.

— Врачом был?

— Некоторое время. — Медленно произнёс Олег — по его ошарашенному лицу было видно, что он вспоминает нечто, что, казалось бы, забыл.

— А ты?

Андрей пожал плечами — у него озарения не случилось.

— Знаете как в анекдоте? — Улыбнулся он. — Саня, там тебя зовут! — Наклонился вперёд немного и с улыбкой же добавил. — И знаешь, как именно тебя там зовут?

Олег улыбнулся, старик Меченый хмыкнул.

— Шутник блять… о! — Вскинув брови, старик пару раз кивнул. — А ведь так и есть — Зона сказала своё слово, твоим голосом парень и сказала. — Он положил ладонь ему на плечо. — Шутник ты паря. В натуре Шутник. — Наклонил голову на бок. — Худой Шутник, хех. Так и буду звать.

— Худым?

— Или Шутником — Зона сама решит, что лучше. Но Она сказала — нужно услышать. — Он помрачнел и добавил. — Я не слушал, как сраный Одиссей блять. И вот, всё по пизде пошло.

Старик многое рассказал, и очень заинтересовался тем, что они едят мутантов — он тоже этим увлекался. Но крайне странным образом. Старик объяснил, с какими травками нужно отваривать кабанов и плотей. Как эти травки находить и какие надо сушить, а какие так пойдут. Предупредил, что увлекаться этим не надо, и что не все мутанты одинаково полезны.

— Контролёров — сразу на хуй. Эти несъедобны.

Многие мутанты, о которых они раньше и понятия не имели и которых увидели после — не всех, некоторые описанные стариком, так им и не попались. В общем, большинство мутантов были несъедобны. А некоторые, очень вкусны и полезны.

— Долговцы — этих мутантов есть можно и нужно. Очень вкусно, зуб даю.

Не сразу они поняли, что за мутанты такие «долговцы»…

Шло время, они перестали выживать, они научились здесь жить и жить неплохо. Но своего первого дома, не покидали, наоборот, обустроили его. Олег разжился инструментом — в нём обнаружились неплохие способности к работе с деревом. У них появились стулья и кровать — одна, естественно. Потому что спать сразу обоим, было нельзя. Кто-то должен был прикрывать всегда и, хотя поначалу это всё казалась просто пустой перестраховкой — они снарядили ловушки вокруг своей пещеры, те предупреждали их заранее. Но всё же, несмотря на ловушки, они долго не рисковали засыпать сразу оба, исключая Выбросы. В Выброс, почти всегда отключались оба, но они никогда не переживали — ловушки спасали.

И, наверное, однажды они стали бы надеяться на них всецело.

Но однажды случилось нечто, что озадачило обоих.

Андрей стоял тогда на страже, уже рассветало. Шипы, припорошенные сухой листвой, не было видно на земле — ни один зверь не смог бы их увидеть.

На листве рядом с шипами появился след, какой именно, сложно было сказать, листва просто вдавилась в землю. Андрей поднял автомат, но сразу стрелять не стал — пусть наступит. Пусть эта скотина проявится и тогда… след появился в стороне от ловушки, а нечто невидимое осторожно сгребло охапку листьев, оголив острые деревянные шипы, заточенные при помощи ножа. Мутант не просто заметил ловушку — он внимательно изучал её.

Андрей выстрелил, и существо стало видимым. Прежде они подобных не встречали.

Яростный рёв прокатился по окрестностям, Олег проснулся и в два ствола они изрешетили мутанта, оказавшегося куда более живучим, чем всё, что они видели прежде.

Коричневая кожа, кости проступают, туго натягивая эту кожу, жёлтые злые глаза и набор внушительных клыков — человеческая химера, так это называлось, как они узнали позднее.

Спать сразу оба, они осмелились только спустя много времени, найдя другое место для жилья.

В то время они научились торговать, искали артефакты — без особого успеха. Обживались, знакомились с людьми, которых редко видели в своей жизни снова. Зона — здесь люди быстро умирают. Если человек сумел прожить в Зоне больше года, его уже можно было считать полноправным ветераном. Абсолютному большинству, так долго здесь не выжить. Это, наверное, плохо, но это позволяло выживать им. Поток новичков не прекращался, база, через которую пришли и они, постоянно выпускала в Зону всё новых и новых людей, а они были рядом, забирая то, что можно было продать с тел тех, кому не повезло.

Иногда они нанимались вести новичков в деревню или дальше, но в те времена, «дальше» не выходило за границу Броса, места, что лежит близко к Кордону.

Они научились забирать всё и знали где это всё, можно продать. Чешик мог купить и трусы, а вот база у Кордона, принимала лишь артефакты и иногда давала особые заказы. Чаще всего через торговца, но иногда, поручениями снабжала женщина. Очень красивая, хладнокровная женщина.

Иногда, Терапевт и Шутник торговали едой — эта торговля особым спросом не пользовалась. Большинство предпочитали голодать, нежели есть мясо мутанта, даже если травки всякие делали его нежнейшим и ароматным блюдом.

Их всё устраивало — некоторое время. Но воспоминаний становилось больше, они тревожили во сне, они словно пробивались через стену и каждый раз, пробившись, приносили ощущение горечи, какой-то тупой боли глубоко внутри. Словно за Кордоном осталось нечто, к чему им нужно обязательно вернуться. Возможно, у них были родственники. Жёны, может быть дети. Сколько им лет? Они понятия не имели, но судя по лицам — около сорока. Может меньше, сложно сказать. Иной раз Андрей задумывался над тем, что видит в отражениях стекла или воды — не отпускало чувство, что он выглядит моложе, чем был в тот первый день, когда вытаскивал тела снорков из пещеры.

В какой-то момент, они загорелись идеей — они захотели вернуться на Большую землю.

Но как это сделать? А способ был — база, что привозит сюда, может вывозить и обратно.

С одним условием — придётся заплатить.

Шло время, шли года… они бывали много где в Зоне, они находили артефакты, пару раз работали «верблюдами» — таскали патроны и еду с Кордона почти до ЧАЭС. Нашли себе новый дом. Бункер под землёй. За него пришлось повоевать и извести кучу патронов — зомби Зоны совсем не из кино, пулей в голову убить их можно, но лишь очень немногих и не навсегда. В том бункере они это и поняли. Море патронов потратили, почти сразу начав сомневаться, что вообще стоило это делать. Убрали все тела изрешечённые пулями, взялись за последнее из них — мужик в халате, упавший от первой же пули в голову. Потащили. А он вдруг открыл глаза и с жутким хрипом тяпнул Олега за ногу — если б не толстая кожа сапога, раздробил бы кость как минимум. А так только синяк остался и хромота на три дня. Олег и так хромал, а тут ещё этот зомби… не все мертвецы Зоны, что выглядят мёртвыми, на самом деле мертвы. Такое вот правило, за которое заплатить пришлось не слишком дорого — им везло.

Зона любит их обоих. Почему-то, они пришлись ей по душе.

Да, странно было так думать о Зоне, словно она нечто живое, думающее, но так думали многие сталкеры и чем дальше, тем больше Терапевт и Шутник, проникались этой мыслью, тем больше подтверждений они находили.

Они устроились здесь, сумели стать частью жестокого мира Зоны и обрести с ним своего рода, баланс. Не было больше проблем с едой, патронами, оружием, не было никаких проблем… кроме того, что идея вернуться, теперь вполне осуществимая, почему-то, отступила прочь. Они даже не говорили об этом, просто избегали этого вопроса. А ведь всего пару лет назад почти грезили идеей возвращения. Почему они забыли о своей идеи, почти одержимости, этой идеей? Андрея так и подмывало ответить на такой вопрос простой фразой — так хочет Она, так хочет Зона.

Но, наверное, дело вовсе не в ней — им самим, не хочется возвращаться.

Они не помнили, ради кого и зачем уходить отсюда. Мир, породивший их, стал сном, полузабытым призраком, а Зона — вот она, перед ними. Живая, жестокая, иногда справедливая.

Порой, казалось, что весь мир из их воспоминаний пропах нафталином, что он искусственный до отвращения. Здесь же жизнь бьёт ключом — иногда по голове и с переломами костей, но… эта жизнь не имела условностей и надуманных границ. Зона жила. Мир вокруг неё — существовал.

Если бы они помнили, зачем им нужно вернуться, если бы были те, кто ждут их возвращения… иногда, ему казалось, что он боится. Ему страшно узнать, страшно вспомнить, что есть те, ради кого надо вернуться. Ведь если он вспомнит — ему придётся вернуться.

Зона стала его частью, а он частью её, и возвращаться, он просто не хотел.

Что думал об этом Олег? Он не имел понятия, но иногда, глядя в его глаза, Андрей понимал, что размышления Олега идут в том же направлении.

Последнее воспоминание — их череда завершается, скоро он увидит, почему вспоминает.

Они взялись за работу, очень простую на первый взгляд. Торговец с той стороны реки, прозванный Ялтой, а может и сам себя так назвавший, предложил своим клиентам работу — добраться до озера на другой стороне, сорвать десяток грибов и вернуться. Они согласились сразу, почему бы и нет? Пусть плата и копеечная, но… в том и дело. Торговец назвал цену.

— Ялта, в чём дело? — Произнёс Андрей, чувствуя подвох — за такую мелочь, столько денег не обещают. А раз обещают — не мелочь это ни одним местом и придётся попотеть. Причём не факт, что потеть придётся потом. Иногда, в таких непонятных ситуациях, вместо пота, вытекает кровь.

— Да так. — Ухмыльнулся молодой торговец, откинувшись на спинку кресла. Теперь его яркая, аляповатая рубашка с синими зонтиками и девицами в купальниках, буквально резала глаза. Ялта, что тут ещё сказать? Прежде они не часто имели дела с ним, слишком он странный для Зоны. Но прошло уже много времени, а Ялта жив до сих пор, тропинка к его логову не зарастает, товары у него всегда отменные, да ещё и работу выдаёт. Отношение сталкеров к нему менялось в лучшую сторону, но эта глупая яркость буквально в каждом сантиметре одежды — если бы Зона не любила Ялту, давно бы он валялся в грязи мордой вниз, да жрали бы черви его хладный труп.

— Что «так»? — Прищурившись, рыкнул Олег.

— Терапевт, не кипишуй. Всё путём. — Ялта наклонился к дощатому столу с завитушками по краям, положил руки на столешницу. — Кстати, ещё раз спасибо за стол — ты братуха просто профи, когда дело касается подобной темы. Но не суть. Вот в чём там проблема парни. Долг — эти падлы какого-то хера стали мелькать возле озера. А мне нужны эти долбанные грибы. Так что, берётесь?

Они переглянулись. С Долгом сталкиваться им пока что не приходилось. В Бар заглядывали, видели рейды издалека, даже торговали в Баре, вотчине Долга, но что бы именно столкнуться, да так что б поругаться — оно имело смысл вообще? Долг это тебе не два бандита посреди оврага, их десятки и обид они не прощают. А их рейды, всегда оставляют за собой кучи трупов самых разных мутантов, включая опасных. И поэтому многие сталкеры относились к ним с уважением и даже благодарностью. А ещё рейды часто оставляют кучу трупов иных — сталкерских трупов. Поэтому отношение сталкеров к Долгу, часто бывало двойственным. С одной стороны, Долг очищал Зону от мутантов, делая её безопаснее. С другой тот же Долг очищал её и от сталкеров. Иногда только от тех, кто имел при себе артефакты или как-то им насолил. Иногда от всех подряд — с ними не угадаешь… переглянувшись, они назвали цену вдвое больше, чем предлагал Ялта.

Поморщившись, подумав с полминуты, торговец махнул рукой.

— Ладно, если принесёте десяток — столько буду должен. По рукам?

И, дождавшись Выброса, они вышли на следующее утро.

Грибы нужно было изъять из-под снега, где их искать понятно, куда идти тоже. Главное не напороться на патруль Долга и всё будет пучком.

Только вот Выброс прошёл раньше, чем должен был пройти в теории. Такое иногда случалось. Но им всегда везло, они успевали найти укрытие — в этот раз, когда небо начало сиять, оба ринулись вперёд изо всех сил, уже понимая, что им крышка — Зона больше не любила их.

Они остановились, слыша нарастающий грохот, идущий от ЧАЭС. Алые облака появились в небесах. Олег протянул руку, криво улыбнувшись.

— Прощай брат.

Он пожал его руку в ответ, не сумев ничего сказать — к горлу ком подступил.

А затем яркая алая вспышка в небесах высветила холм впереди и порыв яростного ветра, смёл с его вершины снежную шапку. Снег обрушился, показав им тёмный зев пещеры.

Они побежали изо всех сил, ломая снегоступы и матерясь на ходу.

— И всё-таки, Зона нас любит. — Прошептал Андрей, падая на спину, на холодный пол неведомо как появившейся пещеры. Впрочем, она там всегда была — Зона лишь показала, где они могут спрятаться. Или это слепой случай. По большому счёту, не важно — Она всё равно любит их.

Кривобокий, серый потолок, начал светиться мягким синим цветом, а затем земля вздрогнула.

И он открыл глаза — поток воспоминаний закончился.

Потому что он был всего лишь сном, глубоким, долгим сном, в который их погрузил Выброс.

Андрей сел, оперевшись рукой на пол — голова кружилась. Но он не смог не улыбнуться — они обратно живые. В который уже раз и снова смерть осталась ни с чем.

— Не задушишь, не убьёшь, мы как песня блин…

— Стрелок! Стрелок отзовись! — Раздался незнакомый голос, прямо из рюкзака. Андрей приподнял бровь, удивлённый, но не сильно. Пригладив усы, потянулся за рюкзаком — рация ожила. Уже неделю мертвее мёртвого, но он знал, что однажды она снова заговорит. Только этот канал из всех, иногда, передавал сообщения. Порой странные, порой пугающие. По другим, почти всегда тишина, что не удивительно — в Зоне, рации работают разве что в пределах пяти метров. Но это смотря какие, эту рацию он собрал самостоятельно — нет в мире радиоприёмника, который он не смог бы собрать или наоборот разобрать. Нравилось ему возиться со старой электроникой, был в ней какой-то особый тон. И здесь, это увлечение никуда не делось. Когда получалось, когда было время, он всячески улучшал свою самодельную рацию. Первой наградой стала передача военных, тогда впервые среди белого шума он уловил сигнал. Тогда же первый раз и удивился так, что волосы дыбом встали — военные по радио, передавали координаты посёлка, который подлежал немедленной эвакуации, в связи со взрывом блока на ЧАЭС.

— Стрелок, это Призрак, ответь блять! — Рявкнула рация. Аккуратно расстегнув рюкзак, Андрей вытащил рацию и установил на полу. Темно, но из прохода достаточно света падает, в принципе пойдёт… он быстро осмотрелся — Олега и след простыл.

— Стрелок, брат, не молчи — я знаю, ты живой, не сдох ты, я знаю… — Из рации полился сильный шум, резавший ухо, а затем новый голос сказал. — Говорит Москва! Говорит Москва! В этот тяжёлый день, все советские граждане должны…

И снова шум, и снова другой голос.

— Реестровое имя корабля Пегас Альфа Семь. Департамент космической разведки Звёздной Федерации. Прошу выделенное место для посадки. Требуется биологический контроль. На борту образцы… Крэдок, твою мать! Тупой ты котяра! Куда ты блять опять лезешь???

Снова шум и всё стихло. Рация снова на время умерла.

Некоторое время Андрей смотрел на рацию. Потом тряхнул головой и вышел из пещеры, с автоматом в руках. И на пороге так и замер с открытым ртом. Мало ему таких странных сообщений из рации, так на те вам ещё и наше, да с кисточкой!

Снег пропал.

И вечер настал. Возможно в другом порядке. Возможно, нет — Зона, всё тут как из…

А ещё Олег нашёлся. И озеро. Как оказалось, они успели добраться до цели своего путешествия. Справа, уходя не сильно далеко к горизонту, раскинулось то самое озеро, на берегу коего растут нужные Ялте синие грибы.

На берегу, сидит человек с бледно-золотистыми волосами — когда-то они такими были, в первый месяц их жизни здесь. Теперь, они скорее бледные, чем золотистые. Сидит он и на водную гладь смотрит. Точнее на красную палочку, что дрейфует по этой глади.

— Везде найдёт. Только не свинья и не грязь. — Проворчал Андрей, оглядываясь по сторонам.

Опасности вроде нет, чувства молчат. По земле, до самого озера, тянется цепочка из камней и воткнутых в землю палочек, коих тут в изобилии валяется на мокрой земле.

Весна в Зоне началась, внеочередная и раньше, чем положено. Поразительно и удивительно, да, но не в Зоне — тут всё странное настолько, что просто… Олег приподнялся, ухватился за удочку и ловким движением подсёк. Над водой блеснула чешуя длинной рыбины, мелькнул зеленоватый отсвет, и рыбина оказалась в руке напарника. Карась видимо. Они частенько бывают с зелёной чешуёй и длинными клыками. Довольно вкусные. Странно, даже порой, что их никто больше не ловит и не ест. Тут, видимо, просто в секрете дело. Вот Олег его знает, поэтому удочку положил, достал из кармана счётчик Гейгера и водит им над рыбиной. Вот счётчик убрал, рыбину в пластиковый пакет положил рядом с собой — повезло. Карась почти не фонит, есть можно.

Андрей двинулся к озеру, следуя точно по палочкам и камнями — не просто так они появились, Олег уже проверил местность и проложил дорогу. Если не сходить с неё, всё будет в порядке.

В пяти метрах от озера остановился — теперь землю надо осмотреть очень внимательно. Олег вышел один, вышел порыбачить, по сторонам смотреть не мог. Значит, как и удочке, которую он вечно с собой носит, даже зимой… вот на кой хрен? Всё потерять боится, хорошая удочка, дорого она ему обошлась, и ждать её пришлось долго. А уж как Чешик на них смотрел, когда заказывали, когда забирали, как сталкеры на них смотрят, в общем, удочка всегда в закрытом чехле, что б напоминала что-нибудь полезное. Колышек там или дополнительное оружие.

Зима на дворе, а Олег всё равно её с собой опять потащил.

Не Зона ли услышала его и уважила его пристрастие, не заставив ждать до следующего лета, а организовав его прямо тут и прямо сейчас? Вряд ли, Она их, конечно, любит, но не настолько же.

Вместе с удочкой, они не забывают никогда и другие полезные вещи. Тяжело их носить, но их полезность сложно переоценить. Так что внимательно осмотрелся. Прятать их особо, Олег не стал, зелёные ниточки лазерных маркеров им видно без труда, а вот мутанты, практически все, не способны их рассмотреть. У Кордона прикупили, на базе, что когда-то выпустила их в Зону. Там много чего интересного можно приобрести. Каждый торговец, чем-то отличается. Один трусы не стиранные купит с радостью, другой от такого товара пальцем у виска покрутит и предложит пойти далеко и быстро, причём в темпе. У одного и старенький калаш за счастье, у другого современный пулемёт купить можно. Все чем-то отличаются, прямо как каждый человек в отдельности. Это Зона — она хоть и закрыта со всех сторон, но в ней купить и продать, можно всё что угодно.

Осторожно обойдя мины, выставленные по кругу, он присел на берегу, рядом с другом.

Он не опасался, что какой-то мутант активирует мину и взрывом их накроет вместе с монстром — эти игрушки взрывались специфическим способом. Радиус поражения представлял собой конус, расширяющийся строго вверх. Кто наступит — в решето, кто рядом в паре метров, даже ударной волны путём не ощутит. Проверяли несколько таких мин самостоятельно, и всё работало, впрочем, что бы ни продала та база, всё всегда работало. Их товар всегда высокого качества. Если бы ещё цены были поменьше, было бы вообще прекрасно. Но, увы, хочешь лучшее, плати как за лучшее, иначе к Чешику топай и там торгуй.

Сидели, молча, несколько минут. Смотрели перед собой, не опасаясь за свои спины. Помимо дико дорогих мин, их охраняли слух и то мистическое чутьё, что вырабатывает любой сталкер, оставшийся в живых в течение пары-тройки месяцев. Это не всегда может спасти. Но от всего никому и не уберечься. Зона — здесь вопросы жизни и смерти воспринимать нужно проще и относиться к ним так же. А иначе свихнёшься и пустишь себе пулю в лоб. Кто-то так и поступает…

— А если б меня сожрали, пока ты рыбу ловишь? — Проговорил Андрей.

— У входа видел?

— Видел. — Признался Андрей. Но всё же недовольно покачал головой. — Этот порошок дорогая штука. Зря ты его сейчас использовал.

— Зато никто тебя не учуял бы и за метр. И ещё сутки ничего там никто не учует. — Олег отвернулся на миг от поплавка, на него посмотрел с застывшим в глазах, но не высказанным извинением. — Очень уж хотелось друг. Словно сама Зона подарок нам сделала. Не смог устоять.

— Понимаю. — Улыбнулся Андрей. В памяти всплыло событие, оставшееся позади, наверное, уж года три как — бункер, который попался им на пути однажды. Артефактов там не было. Зато тварей разных и электроники, просто завались. Ничего не смог с собой поделать. Полез сломя голову. Первый паяльник в Зоне, так и «купил», обменяв на сотню патронов, отданных самодоставкой прямо клиенту в пузо, башку — куда попало, туда и прилетело.

— Ты же помнишь, что было перед Выбросом? Не тронет Она нас. Думаю, ничего не случится весь день. Нам отпуск прописали Шутник, вот чувствую — это будет самый спокойный день за весь этот злоебучий год.

— Ага, чуять чую, а доказать не могу. — Ухмыльнулся Андрей, но ему тоже так казалось.

Однако…

Зона не зря так расщедрилась. Она дала им укрытие, открыла озеро, вокруг тишина, только шуршит сухая трава, потревоженная тёплым ветром. Практически идиллия. В Зоне так бывает, как и везде. Но Зона, это не как везде. Здесь затишье, всегда означает скорую бурю.

Что-то буквально дёрнуло изнутри.

— Олег.

— Да, я тоже чувствую.

Оба поднялись с оружием в руках, став спиной к спине. Мины минами, а когда так дёргает, нельзя игнорировать — что-то грядёт, что-то плохое, что-то, с чем лучше не сталкиваться.

Зона пошутила — она помогла им, сделала подарок, убедила их, что всё будет хорошо.

А теперь…, что-то страшное случится теперь.

Что-то, с чем будет очень не просто справиться.

Опасность и угроза, пропитали воздух, он буквально звенел.

Нечто страшное грядёт, нечто кошмарное будет здесь уже вот-вот!!!

И!

— И всё же, дорогой мой друг, смею вас заверить, — послышалось из-за взгорка, что ближе к озеру, — что любой приличный, должно воспитанный зомби, никогда в жизни, не станет гадить где попало. Любой богобоязненный, должно крещённый и прекрасно воспитанный зомби, обязательно воспользуется хотя бы лопухом. И уверяю вас, дорогой мой друг — я лично видел, как эти удивительные существа, использовали не то, что лопухи, они…

— Да блять! — Взвыл кто-то. — Нам чуть ебальники не отстрелили, мы от сраного Долга линяем, а ты со своими зомбаками доебался???

— Но позвольте! Кто же из нас, буквально сразу после возмутительной стрельбы этих невоспитанных солдат, позволил себе мерзкую выходку?

— Эта падла нас сожрать хотела!

— Ах! Как вы можете? Падла? Эта удивительная добрая женщина?

— Ебать мои старые костыли… у неё ебло всё разворочено и гной из пасти тёк!

— Вы мерзавец — как вы можете плести о бедняжке такие вздорные небылицы? Вполне симпатичное у неё было, простите, лицо, а изо рта — так это просто слюнка стекала. Если бы вы взяли на себя труд присмотреться и немного подумать, вы бы всё это увидели и сами. Но вы же, уважаемый, вы же не только не сделали этого — вы же в её прелестный ротик, да простят меня Святые Космические Яйца, вы же швырнули туда гранату! Бедняжка подавилась и сразу потеряла голову! Как вы теперь можете с этим жить?

— Велес, я тебя в натуре пристрелю! Ты блять у меня домой не вернёшься, убью я тебя нахуй!

Олег с Андреем переглянулись. Задумчиво.

А из-за взгорка показались люди, в числе двух. Оба чем-то похожи друг на друга — наверное, глазами. Холодные, бездушные глаза убийц, не редкие в Зоне, но и не так, что б видеть их сплошь и рядом. Но вот их выражение, да на этих лицах… тот, что немного выше, одетый привычно для любого сталкера — во что придётся одетый, на его лице несколько эмоций сразу. И все до единой, выглядят слишком натурально, что бы быть таковыми. Выражение лица вязалось с выражением его глаз так же, как национальный русский наряд с бразильским карнавалом. Второй злится, брови хмурятся, губы сжаты в полоску, но в глазах только лёд.

На обоих длиннополые потрёпанные плащи с утеплённым подкладом, за спинами рюкзаки, на плече одного винтовка с оптикой, у второго автомат. Оба вооружены и вторым стволом — у одного пистолет, у второго короткоствольный автомат, и ножами, всё вроде привычно, за тем исключением, что оружие у них не хуже чем у Андрея или Олега. Сталкеры упакованные достаточно хорошо — явление чуть более редкое для Зоны, чем бездушный взгляд человека привыкшего убивать. Тут иначе просто не выжить — не можешь убить, когда это нужно, убьют тебя, всё очень просто. С оружием и шмотками, сложнее. С ними выбора морального делать не нужно, с ними нужно иметь что-то, что ты сможешь отдать в обмен на хорошее оружие.

Второй человек, тот, что злится — плащ распахнут под ним видно то, что для Зоны непривычно в крайней степени. Какая-то броня, определённо, но подобного Андрей прежде не видел.

Эти двое могли быть членами какой-то группировки. Нейтралы, подобные им, встречаются ещё реже, чем полный экзоскелет. Не просто выживать здесь, но ещё сложнее делать это, оставаясь нейтральным к сообществам и группировкам. К сожалению, членство в любом сообществе, помимо очевидных плюсов, предоставляет целую гору минусов. Именно эти минусы, когда-то давно, на корню зарубили мысль о том, что б они присоединились к кому-либо.

Андрей направил автомат на незнакомцев, Олег повернулся боком — так он сможет следить за спиной и в случае чего, быстро начать стрельбу в сторону гостей. А следить надо — мины минами, но, вполне возможно, эти двое лишь отвлекают и где-то, с другой стороны, уже расположилась пара-тройка стрелков. Вряд ли конечно, но чувство опасности, какой-то угрозы, не отпускало, наоборот, оно только росло. Что-то здесь явно не так.

Впрочем, может тревога ложная — и так бывает в Зоне. Но, как говорится, лучше перебздеть, чем потом с пола собственные кишки собирать.

Незнакомцы, завидев их, остановились. Тот, что в странной броне, напрягся — с виду не скажешь, шёл-шёл и просто остановился, но что-то подсказывало изнутри, одно неосторожное действие и этот человек рванёт в сторону, стреляя на ходу. Автомат на плече, дулом вниз, правая рука вроде бы свободно спущена вдоль тела, но это впечатление обманчиво — им ли не знать. Привычка мгновенно скинуть оружие с плеча и начать стрелять, вырабатывается в Зоне ещё быстрее, чем потребность постоянно осматриваться. А вот второй… Олег даже удивлённо хмыкнул. Этот второй держит руки совершенно свободно, его винтовка небрежно заброшена за спину, дулом вверх, автомат, больше на пистолет похожий, за пояс воткнут, да так, что быстро его достать проблема. Этим он походил на новичков Зоны, причём совсем зелёных. Однако ощущение угрозы и опасности, большей частью исходило именно от него. Он же первым и заговорил.

— Рома, давайте-ка пойдём в другую сторону. Посмотрите, какие агрессивные молодые люди, да ещё и с оружием! Куда только милиция смотрит? Возмутительно. Давайте немедленно отправимся в сторону каких-нибудь холмов подальше отсюда и немедленно сообщим в ближайшем участке, о возмутительных хулиганах, разгуливающих с оружием, где попало. Кроме того, Роман, их двое, вы заметили? — Тот, что Роман, не сводя с них взгляда, что-то невнятное прорычал — именно прорычал, парень на взводе и вполне может сделать глупость.

— И чё блять? — Сердито буркнул Роман, в конце своего малопонятного монолога.

— Как что? — Всплеснул руками незнакомец — именно так. Взял и резко всплеснул руками.

Андрей с трудом остановил палец на спусковом крючке — всего миг отделял безумца от пули в лоб. Олег шагнул в сторону и повернулся к ним ещё сильнее — он тоже чувствует.

Стрельба может начаться в любой момент. И парень с винтовкой, похоже, не понимает этого.

— Рома — их двое! А мы ведь совсем одни! Нет, нам решительно надо идти мимо и отсюда.

— Согласен. — Рома чуть приподнял подбородок, словно указывая на Андрея. — Слушай, нам не нужна пальба на ровном месте. Мы просто пройдём мимо и всё. — Андрей медленно кивнул — пусть идут куда шли. Им компания не нужна. Ничего хорошего от компаний в Зоне не случается. Не только из-за обязательств, какие накладывает группировка, они до сих пор нейтралы. Были и другие причины. Слишком часто случайный компаньон, оказывается опаснее, чем все мутанты Зоны. И те и другие могут ударить в спину, только от мутантов этого ждёшь постоянно, а от союзника нет.

— Да-да, вы совершенно правы. Давайте поспешим. Нас ждёт спасение мира! А это, — мужик этот повернулся к Андрею и доверительно поведал, — знаете ли, не в тапки, простите, какать. Мы, истинные героические Герои, которые идут спасать весь мир, сквозь тернии опасностей и кусты неприятностей. О как! — Удивился мужик, как будто своим собственным словам. — Господа, вы обратили внимание? Почти стихи! Невероятно! Похоже, я исключительно талантливый поэт. Никогда бы не подумал. Но не признать очевидного, конечно, не могу — я не только герой самоотверженно спасающий мир, но и великолепный образчик поэтической мысли современности.

— Стихоплёт то есть? — Роман криво ухмыльнулся, что не ускользнуло от его спутника. Кивнул и добавил. — Поздравляю и соглашусь, ты — стихоплёт.

— Да, Рома, я — стихо… — мужик нахмурился, шагая в сторону от озера, вслед за своим другом и надул губы оскорблённый чем-то. Потом опять заговорил. — Ваши глупые шуточки оставьте при себе, будьте так добры. Я имел ввиду, что я прекрасен в искусстве поэтического…

— Стихоплёт ты короче. Понял я, всё, завянь нахер.

— Как возмутительно грубо! — Снова всплеснул руками незнакомец этот, стихоплёт который…

Андрей ругнулся про себя — чуть не выстрелил в профиль этого полоумного сталкера. Он что не понимает, что любое резкое движение в такой ситуации может кончиться стрельбой? Или он специально так себя ведёт? Он самоубийством покончить хочет или просто на голову болен?

Впрочем… учитывая, что вокруг Зона и каждый второй тут сильно далёк от нормы здоровья психического, а спустя пару лет уже и каждый первый — видимо, так и есть. У парня не все дома и, судя по всему, жив он до сих пор, только благодаря своему подозрительному другу.

Но его глаза, эти слишком уж настоящие эмоции, словно он намеренной переигрывает или как раз наоборот, искренне верит, что играет максимально убедительно…

Андрей легонько толкнул Олега локтем и едва заметно мотнул головой — нельзя сосредотачивать всё внимание на них. Высока вероятность, что сталкер в броне и сопровождающий его толи очень хитрый отчаянный бандит, толи абсолютно двинутый псих, лишь малая часть команды. А её большая часть, уже успела взять их в кольцо. А в этом случае…

Псих повернулся к Андрею, улыбнулся приветливо и снова отвёл взгляд — на мгновение, почти сразу после этого он резко повернул голову, да так, что позвонки хрустнули и замер на месте.

— Велес, что такое? — Теперь известно как зовут, этого несуразного сталкера…

Велес, не оборачиваясь, приложил палец к губам и шикнул.

— Рома, немедленно прекратите. Меня зовут Эдуард Валерьянович. Ни какой я не Велес, что вы в самом деле? А вдруг они слышали про меня какие-нибудь грязные слухи, распространяемые Долгом и прочими негодяями Зоны, сумевшими избежать хорошего воспитания в своём глубоком и отвратительно бездарном детстве? Не называйте, пожалуйста, моего настоящего имени впредь, зовите меня Эдуард, можете даже без отчества. — Не отрывая взгляда от влажной чёрно-коричневой земли, Велес помахал Андрею рукой. — Эдуард, искренне рад нашему знакомству.

— Шутник. — Автоматически ответил Андрей.

— Шутите?

— Нет, я Шу…

— Ну, какой же вы шутник, если не шутите? — Покачал головой Велес, шагнул ближе и снова остановился, глядя куда-то вниз. — Извините, конечно, но какой-то бракованный вы шутник…

— Велес! — Ответа не последовало и Роман, рыкнув нечто матерное, добавил. — Малой блять!

— Не знаю таких. — Ответил Велес. — Я Эдуард, а те, кого вы ищите, — поднял голову, Андрею зачем-то подмигнул заговорщицки, — будьте так любезны — не ищите, вдруг это плохие люди?

Велес сделал ещё один шаг, словно бы и не замечая, направленного на него оружия. Спустя мгновение, он присел на корточки и вытянул шею, пытаясь рассмотреть что-то на земле.

— Как интересно! — Произнёс он, удивлённо качая головой и брови приподняв.

Смотрел он на мину.

— Вам уже пора идти. — Проговорил Олег, безуспешно пытаясь найти друзей этих двоих, которые затаились в холмах, рытвинах и оврагах, дабы неожиданно напасть. Может, их там и не было и эти двое, просто сталкеры. Один побогаче, второй, что-то среднее между окурком и обычным бывалым сталкером. В его поведении причудливо смешались повадки и тех и других. Но главенствует явно безумие. Тут сомнений никаких.

— Господа! — Воскликнул Велес, резко поднимаясь на ноги и снова всплеснув руками. Что остановило Андрея от выстрела в этот раз — он сам не понял. Был уверен, что нажал курок, что вот-вот услышит треск автомата, а мужик этот свалится с простреленной головой. Но, почему-то, этого не произошло, он не выстрелил. И глаза — мимолётное помутнение в них и всё снова в порядке.

Наверное, слишком долго провалялся в отрубе — долбанный Выброс…

— Как вы себя чувствуете уважаемый, жизнью жестоко обманутый человек? — Мягко и даже участливо спросил Велес, как-то слишком пристально и, кажется, удивлённо, глядя в его лицо.

— Обманутый жизнью? Что ты несёшь мужик?

— Но как же! Вы же верите, что вы умеете шутить. Вы сами мне только что сказали. Сочувствую я вам, знаете ли, искренне и всей душой, сочувствую.

— Валите отсюда. — Холодно и спокойно произнёс Олег, вновь повернувшись к ним так, что б начать стрелять без колебаний и буквально сразу.

— Всенепременно, как только, так сразу. Обязательно. И даже в ужасе и бегом. — Согласно кивает Велес. — Но потом. — Улыбнулся им приветливо и добавил. — Как там Лизонька поживает, как дела у бедняжки? Родила уже, иль нет пока?

— Кто? Что? — Он действительно не понял что к чему. Олег толкнул локтем.

— Баба с базы у Кордона. Помнишь?

Андрей коротко кивнул — только не понял что к чему. Причём тут эта фифа, пару раз говорившая с ними непонятно зачем и почему. Ворох странных вопросов, какой-то мрачный и злой взгляд у неё. Неплохая фигура. Вот собственно и всё — даже лицо её плохо запомнил.

— Так. Понятно, что ничего непонятно. — Сказал Велес, снова на мину посмотрел, насупился задумчиво, как будто не под дулом автомата он, а так, покурить присел. Тут вдруг голову опять поднимает и радостно восклицает. — А Пашка как там поживает? Вшей уже вывел?

— Какой ещё… — Андрей замолчал — больше от удивления сказанным словам, но всё же не только. Толкнув Олега локтем, отступил на шаг назад. Безумец Велес, который ещё и Эдуард, а может всё наоборот, ткнул пальцем в пучок сухой травы и отвёл её в сторону, едва не задев ёжик из едва видимых лазерных лучей, испускаемых навершием мины. Сдвинет ладонь вперёд над миной или сбоку от неё и рванёт. Безумец, сующий палец в мясорубку… или человек который прекрасно знаком с данным детищем науки и техники, непонятно кем сделанный и жутко дорогой? Дядя Паша, торговец с базы у Кордона — о нём говорит Велес? Видимо о нём. Но так говорить про торговцев, тем более торговцев подобного крайне редкого розлива — это не в духе сталкеров.

Торговец здесь что-то вроде священной коровы. Её, конечно, могут и зарезать на мясо, но лишь в крайне отчаянном положении, утратив рассудок и надежду или же те, кто ещё до конца не поняли куда попали. Не будет торговцев, не будет ничего — ни патронов, ни нормальной еды, ни одежды. Пашка… с таким пренебрежением о торговцах в Зоне не говорят.

Велес, его реакцию рассмотрел и как-то странно хитро и радостно улыбнулся. Посмотрел ему в глаза и, зажмурившись, улыбку с лица не согнав, коротко кивнул, после чего глаза открыл, на ноги поднялся и, сложив руки на груди, кулаком чело своё подпёр со стороны подбородка.

— Уважаемый Роман, вы ещё тут?

— Тут. — Ответил Роман, теперь уже не злившийся и никуда не шагавший, он повернулся к Андрею, вновь внутренне сжавшись в пружину.

Олег медленно развернулся к ним. Андрей повёл плечом, поудобнее прижимая приклад.

Сейчас начнётся что-то плохое, что-то с трупами и раненными, начнётся…

— Рома, вынужден признать, что я сильно притомился в пути.

— А?

— Что значит «а»? — Обиженно нахмурился Велес. — Вы должны были спросить, как моё самочувствие, не требуется ли мне срочная медицинская помощь, возможно, уход квалифицированного специалиста, медикаменты, сильно действующие наркотики, — глянул на Андрея и скромно, очень доверительно поведал, — очень, знаете ли, от нервов помогает. И главное, совершенно безвредно — различные неприятные личности в погонах, всё нагло врут. На самом деле, наркотики очень полезны. Миллионы наркоманов во всём мире, не дадут мне соврать. Разве могли миллионы выбрать что-то плохое? Ну, конечно же, нет!

— Велес.

— Да-да Роман?

— Заебал блять.

— Простите моего друга. Он абсолютно невоспитан. Сами понимаете — тяжёлое детство, криминальная юность, нервная работа, смутное настоящее, тёмное будущее. Вы не поверите, но он даже верит, что он, когда-то, был Ангелом! Представляете? — Андрей моргнул несколько раз — как бы, немного не то сейчас произойти должно было бы. Чувство угрозы, опасности, всё это редко подводит и сейчас эти чувства никуда не делись, а если б тревога оказалась ложной, они бы исчезли. А сейчас… какой-то дурдом творится. Откуда этот шизоидный вообще вылез?

— Господи, какой-то пиздец. — Проворчал Роман. Сам того не желая, Андрей согласно кивнул.

— Вот видите? — Посетовал Велес. — Бедняга верит во всяких господи непонятных, хотя живой, демократически избранный Господь, вот он, прямо перед ним. Так нет же, всё время в небо смотрит и зовёт непонятно кого. — Велес вздохнул грустно. — Увы, мой друг безумен. — У того самого друга глаз дёргаться начал, а смотрит он теперь в спину Велеса и взгляд у него гневный весьма. На мгновение Андрею показалось, что если вдруг начнётся стрельба, то в этого Велеса-Эдуарда, стрелять будут сразу три сталкера. — Но ничего, я с этим смирился, хотя и не сдался, — на спутника своего посмотрел сочувственно, — Рома, мы тебя обязательно вылечим. А теперь, господа, вынужден сообщить, что мне неожиданно стало очень плохо, и я едва не умер. — Глянул вниз, пальцем показал себе под ноги. — Тут прям. Да что я говорю? Вы и сами видели, как чудовищной силы сердечный приступ сразил меня, и я пал наземь, корчась в ужасных муках. — Вздохнул грустно. Потом улыбнулся. — Но теперь всё в порядке! Однако сами понимаете, после такого опасного события, я естественно не могу продолжать путь. Мне требуется краткий отдых. А посему, мы с моим другом, ненадолго остановимся поблизости от вас.

— Какого…

— Велес! Что за херня? А как же эта сраная бомба? Мы что…

— Не слушайте его. Бедняга сутки на ногах, не спал, не ел, всё шёл и шёл, даже и не знаю, когда именно ему начали мерещиться бомбы. — Сказав сие, Велес рассмеялся. Настолько фальшиво и деланно, что Андрей опять удивлённо брови вскинул. Что вообще происходит? Какой-то цирк блин или театр в отдельно взятом конкретном дурдоме.

— Валите блять отсюда! — Прошипел Олег, теряя терпение. Андрей всё больше склонялся к тому, что надо начинать стрелять.

— Не переживайте, обязательно, в ближайшее же время и буквально сразу, но для начала… — он вытянул шею, посмотрел поверх их голов, хотя учитывая разделявшее их расстояние и расстояние до гряды холмов с пещерой, можно было просто бросить один взгляд и всё там рассмотреть. — Ага, вижу, прямо по курсу у нас удобная пещера, уверен, вы заняли её. А чуть правее, есть ещё одна.

— Велес, да твою ж мать! Какого хуя ты творишь?

— Рома, не ругайтесь, что о нас подумают прилично воспитанные молодые люди? — Пальцем погрозил сердито. Андрею как-то не по себе стало — не молодой он уже давно и… — Что если они гуляют где-то рядом и случайно нас услышат? Не говоря уже об этих двух грубиянах — не подавайте им дурной пример, не учите их плохим словам. — Глянул на Андрея хмуро. — Не вздумайте запоминать, это очень плохие слова.

Андрей глянул на Олега.

Тот удивлённо на него покосился — Андрей именно взял и повернул голову, глянув на своего друга, словно переглянуться с ним удивлённый весь собирался, словно не в Зоне он, а где-то на городской улице, где из аномалий только выбросы с завода, а мутанты все в кино и книгах.

Раздосадованный своим поведением, Андрей вновь смотрит на Велеса, лицо коего теперь озарено лучезарной и крайне самодовольной улыбкой. Как будто именно этого он и добивался — вынуждал к глупейшему поступку, какой ни один опытный сталкер себе не позволит никогда.

— Будем соседями! — Радостно заявил Велес и шагнул в сторону, в обход мин. Его друг, уныло шмыгнув носом, последовал за ним. Тут Велес вдруг резко остановился и Рома врезался ему в спину, после чего, отпрянул, оглашая окрестности отборным матом.

— Простите, — очень натурально смутившись, произнёс Велес, — мой друг слишком много времени провёл в дурной компании. Ещё раз простите. Кстати! А сколько Пашка сейчас за кровь платит?

Оба промолчали, в лице не изменились, даже не шелохнулись.

Но этот псих, почему-то довольно крякнул, словно получил пространный и подробный ответ.

Сколько… мало платит. Впрочем, так же если подумать. Просто теперь он реже предлагает им плату за такие вещи. Тот торговец со странностями, но кто в Зоне их не имеет? У каждого свои тараканы, а десяток миллилитров крови, это не то, о чём можно сильно сожалеть. Вот костный мозг, дело другое, за это дядя Паша платит очень хорошо. Но его много не сдашь и восстанавливается он не так быстро. Да и больно это просто жесть. И плохо отражается на чувствах, а сталкер переставший ощущать опасность, зачастую, мёртвый сталкер.

Сумасшедший, чьё настоящее имя пока непонятно, повернулся к своему спутнику.

— Роман, позвольте взять ваш датчик аномалий. — Обратился он к своему другу.

— На хуя тебе датчик? — Почему-то удивился друг.

— Рома! Как это, зачем мне датчик? Кстати, вы должны были сказать именно так, а не это ваше вульгарное и отвратительное для моего чувствительного слуха…

— На! Только заткнись.

— Вы грубиян и невежда. Очень жаль, что воспитывать вас уже совершенно бесполезно и явно поздно, увы, вы абсолютно не излечимы, какая утрата для всего прогрессивного общества Зоны! И, к тому же, как мы все прекрасно понимаем…

— Щас пять грамм свинца в ебало выхватишь и отвечаю, тебе сразу полегчает.

— Вот зачем так сразу? — Проворчал Велес, поворачиваясь к Зоне лицом и выставив перед собой датчик. Стал на него внимательно смотреть, после чего шагнул вперёд. — Сколько в вас пустой немотивированной агрессии, сколько в вас… а у него окошко должно быть тёмным?

— Да ёбаный ты пиздец! — Роман отобрал датчик, нажал кнопку и вернул обратно.

— Благодарю… а чего он красным мигает?

— Аномалия впереди.

— А, вон оно как… — Велес повернул голову к совершенно ошалевшему Андрею. — Вы не подумайте, просто это незнакомая мне модель, тем более, созданная неприятными и сильно иностранными агрессорами. А я, как истинный патриот Великого Китая, вы же понимаете, предпочитаю исключительно филлипинские пряники. Потому что зимой в Африке, только лучшие сливовые леденцы, эффективно отпугивают муху Це-Це. Клянусь — я сам видел.

— Баран блять.

— Я бы вас попросил…

— А я бы вас послал. Короче! Пошли уже.

Они медленно уходили к холмам, а два сталкера, смотрели им в след, опустив оружие.

— Что это блять было? — Тихо спросил Олег.

Андрей не смог ответить. Он не знал что сказать. Подобное поведение в Зоне как-то не встречалась. Наверное, появись на берегу озера розовый слон, и начни он летать широкими кругами, распевая гимны неизвестных стран, он бы удивился меньше.

Они следили за ними, пока оба не скрылись в низкой пещере, далеко вправо от их собственного вместительного укрытия. Велес-Эдуард, хрен его знает кто он на самом деле, не шутил, он действительно решил остаться тут.

Друзья сталкеры переглянулись. Ничего хорошего сложившаяся ситуация не сулила.

— Может, ночью мы их… — Олег выразительно провёл пальцем по горлу.

Поморщились они одновременно, эта мысль, очевидная для любого сталкера, хотя скорее альтернативная — ведь можно просто уйти, им эта мысль не нравилась. Удар в спину, из-за угла, подлость в любом её виде и форме — это не про них. Но дело в том, что это Зона, здесь выживает сильнейший. А сильней ведь не тот, кто больше штангу поднимает или кто лучше стреляет, не тот сильнее, кто правду говорит, не в правде сила, как любил повторять один герой кино из дней их ещё совсем пелёночной юности. Сила совсем в другом — тот, кто готов зайти дальше всех, тот и окажется среди живых. Других критериев у силы нет. Ты либо жив, либо мёртв. Естественно, мёртвый сильным быть не может по определению. Мёртвый просто корм для мутантов или удобрение для растений.

— Лучше просто свалим.

Предложил Андрей. Олег согласно кивнул, вздохнул грустно и обратно на берег сел, удочку в руки взял. Андрей на него посмотрел с застывшим во взгляде вопросом.

— Под утро, засветло, уйдём. А пока время есть — почему бы и нет?

— Ты весь день тут?

— Угу. — Кивнул Олег, чуть подавшись вперёд. Спина напряглась, руки тянутся к удочке — поплавок дрожит, вот-вот клюнет. Андрей тоже замер, глядя в ту же сторону — за спиной посмотрят мины и его собственный слух. На пару минут, можно отвлечься, ничего страшного. Вот если бы вокруг не было мин, тогда… этот Велес, он именно из-за мин решил остаться. Хочет украсть их?

— Андрей, — Олег от поплавка взгляда не отвёл, но руки убрал — ложная тревога, поплавок опять стоит в воде как влитой, — это прозвище, Велес. Ты слышал его раньше? Кажется знакомым.

— Не уверен. Но тоже не отпускает ощущение — где-то слышал. — Признался Андрей.

— Ёбнутый он какой-то. Да и товарищ его не… — Поплавок утонул, и Олег поспешно взялся за удочку. Вскоре рыбина лежала на земле. Точнее билась там изо всех сил.

И смотрела на них огромным, карим глазом.

Человеческим глазом.

— Я это есть не стану. — Проговорил Андрей, слегка побледнев.

— Пожалуй, соглашусь. — Пробормотал Олег, срезая с удочки леску ножом и пинком отправляя «рыбу», обратно в озеро. После чего, деловито стал прилаживать на леску новый крючок — порой, подобные сюрпризы, из озёр и реки, он вылавливал. Порой, даже так часто, что обматерив всё на свете, складывал удочку и потом долго не притрагивался к ней. Долго-долго. Дней восемь. Рыбалка была его единственной и неистребимой любовью. Впрочем, может потому, что прошлое всё ещё скрывается за густой пеленой, накрывшей их обоих в тот злополучный день много лет назад, на улицах города, названия которого никто из них вспомнить не мог.

Порой, он прекращал рыбачить, по другой причине — кончались крючки. Уродцы, вроде этого, регулярно вешались на крючок, часто бывало так, что кроме уродцев ничего и не ловилось. Раньше, он снимал их с крючка и выбрасывал, когда в реку, когда в ближайший овраг — зависело от того, насколько уродлив был пойманный водный житель. Но однажды, новый подобный сюрприз из недр озёрных, оказался не таким как все прочие. При этом ничем особым не выделялся, разве что вместо чешуи, словно соплями обмазанная, на вид, вполне человеческая кожа. Даже с волосами. Олег схватил её тогда за башку и начал снимать крючок, а волосы и встали торчком. С виду мягкие волосы, на деле оказались чем-то вроде тонкой стальной проволоки. Перчатки пробило мгновенно — без них к такой гадости он прикасаться не рисковал. Казалось, перчаток будет достаточно, но не в тот раз. Олег пролежал пластом неделю. Зелёный лицом, ходить без посторонней помощи не мог, его постоянно тошнило. С тех пор, он никогда не снимал уродцев с крючка, а просто срезал леску — рыболовные крючки в Зоне, пусть и дороги, но не дороже жизни. Подобная практика регулярно приводила к тому, что крючки быстро кончались, и рыбалка останавливалась сама собой.

— Много ещё крючков осталось?

— Не очень. — Олег кивком показал на удочку. — Хочешь?

— Не сейчас. — С улыбкой, покачал он головой — да, ему это странное занятие тоже нравилось, не так как Олегу, без всякого фанатизма, но он был не прочь посидеть с удочкой в тихом месте. Проблема лишь в том, что такие места встречались не часто, а абсолютно безопасных в Зоне не существовало вовсе. Другое дело Олег — Выброс только-только прошёл, а он уже рыбачить ускакал.

Кстати.

— Ты осмотрелся поблизости, как очнулся?

— В смысле? — Не отводя, взгляда от удочки ответил Олег.

— Аномалии.

— А, ну, осмотрелся. Ты ж видел, колышки, камни, дорожку сделал.

— Артефакты я имел в виду.

— А, это… — Олег смущённо кашлянул и сделал вид, что у него клюёт.

— Понятно. — С осуждением он это произнёс, но Олег вид уже никакой не делал — и в правду клюнуло и на этот раз, почти обычный карась был изъят из озера и, сверкая чистой чешуёй, отправился в пакет. Олег с довольной улыбкой снова закинул крючок. Нравится ему это дело, так он, наверное, справляется со стрессом, каковой здесь естественное состояние любого человека. Любого живого человека. Ибо если не умеешь постоянно жить в стрессе, в Зоне путей у тебя великое множество. Можно бегать по полям, мыча что-то гнилым ртом, можно валяться в траве, раздетым догола с дыркой от пули в башке. Можно даже валяться на земле кучкой кровавых останков, которые мутант съесть побрезговал — путей много. Только таких, где ты остаёшься живой и здоровый, в общем-то, нет. Даже для них. Просто те, кто научились жить со стрессом как с частью себя, проживут гораздо дольше. Но финал у всех один. Даже старик Меченный, однажды, исчезнет в аномалии, станет кормом для мутантов или пойдёт гулять по полям в виде мертвеца.

Тряхнув головой, прогоняя прочь не радостные мысли, Андрей вытащил из кармана плаща датчик и включил его, вытянув обе антенны на максимум.

— От дорожки не отходи. — Посоветовал Олег. Андрей промолчал, он и не собирался. В одиночку артефакты искать, вообще не стоит. Даже тут, посреди чистого поля. Но если делать это вблизи проторенного пути, когда напарник, хоть и не смотрит на тебя, но находится поблизости, всё же можно. Им можно, другим сталкерам с приличным опытом за спиной. Опыт от смерти, конечно, не страхует, но кто сказал, что тут вообще есть гарантия от смерти?

Однажды они подвязались вести группу не особо опытных сталкеров, из одной точки, в другую. Довели до первого привала. Пересчитали. Пообщались с остальными. Пообщались друг с другом. Снова посмотрели на бумажку, где записали некоторые важные вещи, связанные с той не особо пыльной работой. И так ничего и, не поняв, постарались об этом забыть. На листке, кто-то из них записал число людей в группе. Из точки вышло восемь, не считая их. До пункта назначения дошли семеро и они двое. Кем был восьмой, как пропал, как выглядел, что с ним вообще случилось? Парня, если это был парень, никто не смог вспомнить. Он просто исчез, не оставив после себя даже воспоминаний. Только цифра «8» на грязном клочке бумаги, вот всё что осталось от того юного сталкера — Зона, тут странного нет…

Он добрался почти до пещеры, когда в зелёном окошечке датчика, появилась пульсирующая точка. Поворачиваясь на месте, Андрей нашёл точку, откуда шёл сигнал и, прокидывая перед собой болт на верёвке, прошёл три шага в сторону от проторенной тропы. Прямо перед ним, артефакт. Он посмотрел поверх датчика — просто чёрная земля, укрытая клочками сухой травы. Артефакта и близко нет. Значит, на самом деле, его там ещё нет, где ключевое — ещё. Зато есть аномалия.

Он присел на корточки, направил датчик на точку и нажал кнопку. Датчик загудел и вздрогнул, выбросив мощный импульс, наверное, какой-то энергии, в ту самую точку.

Аномалия не проявилась, артефакт зарождался, словно бы из ничего в метре от земли и почти сразу начал падать наземь, падать всё быстрее по мере формирования, а процесс этот занимал всего несколько секунд. Аномалия не успела среагировать.

К ногам Андрея, упал почти идеальный шар бледно-голубого цвета. Краткий миг он едва заметно светился, а затем погас. Не часто такие артефакты встречаются, но и не слишком редко. Главное, что свойства его известны и весит он немного. Андрей поднял его, бросил в карман. Повезло. Стоит завтра с утра обследовать участок побольше… он с недовольством покосился в сторону второй пещеры, вход в которую, с этого места, невидим. Там эти двое. Псих и грамотно упакованный сталкер с холодными глазами убийцы.

Нужно поставить мины вечером прямо у входа. Не нравятся ему эти странные сталкеры.

Так он и поступил, перенёс все мины к выходу.

— Утром обследуем место возле холмов. — Сказал Олег, заступая на первую вахту.

Андрей улёгся наземь, завернувшись в свой плащ и перед тем как заснуть, подумал о том, что стоило сделать это раньше. Хоть этих двоих и не было видно — ушли в соседнюю пещеру и словно в воду канули. Но это ничего не значит. Вполне вероятно, рано утром они либо проверят местность и соберут всю добычу вместо них, либо попытаются сделать это, предварительно, избавившись от конкуренции в их лице. Сталкеры, конечно, народ хороший, ответственный, все дела. Но не все сталкеры одинаковые. Разные они. Кто-то руку помощи протянет, а кто-то может и гранату кинуть.

Не зря ведь говорят — человек человеку друг, товарищ, патроны, спички, а иногда и завтрак.

Вторую половину ночи, на посту стоял Андрей. Не на улице конечно, не у порога — в глубине пещеры, с автоматом под рукой, наблюдая за входом с почтительного удаления. Мины надёжно закрыли вход от нежелательных гостей, но и они не всегда справляются. От собак, обычных мутантов, не блиставших умом, они вполне сгодятся. Даже от людей — особенно от тех, кто мин не увидит или сдуру попытается их обезвредить. Последнее станет самоубийством. Если торговец не врал, а дядя Паша в этом замечен не был, среди сталкеров он обладал хорошей репутацией, к нему относились более уважительно, чем к тому же Ялте. С другой стороны — если человек верит в свою правоту и убеждает в том остальных, это гарантирует, что его вера справедлива? Отнюдь. Сам того не зная, человек может соврать, особенно в таких вещах, тем более в таком месте как Зона. Но они пользуются этими минами уже больше года, и пока осечек не было. Снять их можно только при помощи закодированного сигнала от прибора, настраиваемого владельцем самостоятельно, что б владелец аналогичного устройства, не смог обезвредить чужих мин.

Андрей оторвал взгляд от выхода, достал из кармана устройство, стал в пальцах вертеть — меньше чем мобильный телефон. Две кнопки, одно колёсико настройки для автоматической, хотя скорее хаотичной подборки уникального сигнала. Странное это устройство. Этакий чемоданчик шифровальщика, только маленький и автоматический. Ни батареек у него, ни болтов на корпусе, словно его вообще из пластика целиком так и отлили, а внутри пусто — судя по никакому весу, как раз пусто. Но устройство работает, мины активируются и отключаются по одному нажатию кнопки. Причём действительно только те, что ставили именно они.

Довелось ещё осенью повстречать одиночку, устроившего привал, окружённый цепью точно таких же мин. Интереса ради, несмотря на недовольство товарища, Андрей попытался обезвредить мины незнакомца — они его так и не увидели, и поздороваться не смогли.

Мины не отреагировали на сигнал устройства — едва видимая сеточка лазерных лучей осталась светиться в траве. Андрей нажал кнопку ещё несколько раз, а затем услышал характерный звук. Кто-то демонстративно громко передёрнул затвор своего оружия.

— Пиздуйте отсюда. — Сказал этот человек. Причём голос шёл не из его укрытия — одиночка не просто заметил их гораздо раньше, чем они подошли, но и успел покинуть свою лёжку и зайти им за спину. С подобным сталкером связываться не стоило, так что они поступили разумно и, не делая резких движений, исполнили просьбу незнакомца.

Долго тогда обоих преследовало чувство стыда — увы, ничего не поделаешь. Есть поговорка такая — как бы ты силён не был, всегда найдётся кто-то, кто будет ещё сильнее. Так вот в Зоне, она работала с абсолютным своим воплощением. И даже больше. Андрей мог бы к ней добавить — какого бы мутанта ты не убил, всегда найдётся тот, кто сможет убить тебя. Или — какую бы аномалию ты не обошёл, где-то есть та, что останется не замеченной и оторвёт тебе голову.

Тут почти про всё так можно сказать.

Страшное место, кошмарное, злое место, крайне враждебное к людям.

Да, всё так. Только сумасшедший добровольно придёт сюда, только полный безумец останется здесь, имея возможность вернуться на Большую землю. Да, это так. Наверное, так.

Андрей повернул голову. Взгляд остановился на лице спящего Олега. Во сне он не хмурится, лицо разгладилось. Немногие морщины почти не заметны, складки на лице, что сильно проявлялись, когда он выражал особенно яркие эмоции, их практически нет. Странно, но, кажется, их даже стало меньше. Как будто безумие Зоны, обладает омолаживающим эффектом…

Та девушка, белокурая, с холодными глазами и надменным лицом — красивая, даже роскошная женщина. Но от неё по коже всегда холодок шёл. Она у них там, важная птица. Насколько — не ясно, но явно не выше торговца. Дядя Паша, толстый внушительный мужик, державший под своим контролем мощную и сильную, даже не группу — группировку. Причём не сталкеров. Отличить кто есть кто в Зоне, не так уж и сложно спустя столько лет. Сталкер и человек с Большой земли, в душу коего Зона ещё не проникла, они очень разные. Поначалу никто этого не понимает, но спустя месяцы и годы, достаточно одного взгляда, что бы безошибочно сказать, кто сталкер, а кто нет.

Они не вернулись. Они могли давно это сделать, но так и не вернулись. Почему? Каждый день это риск. Их может убить радиация, мутант, неудачный завтрак… вот интересно, если бы в Зону они попали хоть в каком-то сознательном состоянии, они бы стали питаться мясом мутантов? Что-то ему подсказывало, что никогда и ни за что. Но когда они узнали, как это опасно, что сталкер ест местную живность лишь в крайнем случае, к тому времени они уже съели ни один и даже не десяток килограмм, отваренной, прожаренной и травками сдобренной плоти мутантов Зоны…

Что-то даже не по себе стало от этих мыслей. А тогда, в первые дни жизни здесь, было всё равно, ни сожалений, ни даже просто особых мыслей на этот счёт. Просто следовали инструкциям, полученным на базе торговца. Из них они усвоили, что мутанты, хоть и выглядят странно, но съедобны вполне. Пусть и сказано было — только в крайнем случае, но куда им было деваться? Еда в рюкзаках быстро закончилась, а первый труп, который им удалось обобрать, появился не сразу.

Первый артефакт, попался им и вовсе только через пару-тройку месяцев.

Андрей снова смотрел в сторону выхода и размышлял — мысль не отпускала. Почему они до сих пор здесь? У них есть средства, что б покупать у торговца Паши такие вещи как эти мины и вещи куда более интересные, крайне редкие в Зоне. Редкие, удивительные, сильно облегчавшие жизнь здесь и дико дорогие. Перейти на обычную для любого сталкера жизнь и спустя полгода-год, они накопят достаточно артефактов, что бы вернуться на Большую землю, покинуть Зону навсегда — или даже не навсегда. Билет за Кордон, он ведь не в одну сторону. Тот, кто хочет, может вернуться обратно. Так почему они всё ещё тут? Дело ведь не только в том, что они не помнят, есть ли к кому возвращаться, ждут ли их там. В Зоне полно сталкеров, которых на Большой земле не ждёт никто, нет у них ни родных, ни друзей. Вся их жизнь тут, но практически все грезят одним и тем же — набрать кучу артефактов, тем обогатиться и вернуться обратно на Большую землю.

А вот они нет. Почему? Впрочем, они не одни такие. Им встречались сталкеры, похожие на них. Тот же старик Меченный — это вообще какой-то спецназ Зоны блин. Он стрелял как Бог, двигался как бесплотный призрак, хитрее, чем лиса, просто Смерть воплоти для любого мутанта… и ворчит вечно, характер у него — оторви и брось.

Меченный и ему подобные… теперь, наверное, и они не сильно от них отличаются. В общем, для таких уже не проблема свершить то, о чём мечтают все новички. Но многие ли из таких возвращаются? Он слышал о Дезертире — живая легенда Зоны. Большей частью потому, что он не просто ушёл на Большую землю, а ушёл туда чуть ли не в одних трусах, не думая о деньгах. Пробился с боем, чуть не погиб, буквально рвал и себя и всё вокруг, только бы выбраться.

А потом, так же с боем, так же вылезая из кожи вон, вернулся обратно в Зону.

Что-то есть в этом месте, что-то такое, что не пускает обратно. Нет, не так. Оно пускает — хочешь, вали, Зона не держит никого. Но свалив, человек теряет себя, он больше не может спокойно жить и, вскоре, возвращается назад. А большинство и до стадии «свалил» не доходят, не могут найти в себе сил и сделать шаг прочь отсюда. Зона — её дыхание проникает в самую суть человека.

Но всё же странно. Почему они не хотят покинуть дом и вернуться на Большую землю?

Что их держит… дом? Кажется, мысленно, он назвал Зону, своим домом.

Андрей тихо ругнулся — а ведь так и есть. Он так и ощущается её, как дом. Как нечто настоящее, правильное, нечто, где нет места ничему искусственному, где всё понятно и знакомо.

На фоне Зоны, всё, что он помнил о Большой земле, кажется каким-то пластмассовым, искусственным до полного абсурда.

В памяти всплыли картинки из прошлого — кажется, однажды, у него сняли колёса с машины… глупо это. Машина. Только псих будет так рисковать. Двигаться в машине, всё равно, что повесить на себя две наклейки. На одной будет «я ебанутый корм, для аномалий», а на второй «стреляй в голову, я рулю, так что не замечу». Впрочем, там аномалий нет… Андрей вздрогнул всем телом. Аномалий нет! Он на миг представил улицу, на которой нет ничего, только люди, машины, все ходят быстрым шагом, ездят машины… спину прошибло холодным потом.

Машина, воспоминание, связанное с ней — он, почему-то, пошёл в милицию. Зачем? Почему? Он помнил, конечно, милиция, закон, всё такое. Но какой смысл? Колёса так и не нашли, а он мог бы сразу, не теряя времени, двинуться по следу, найти вора, застрелить его, забрать у вора всё, что у него есть и свои колёса забрать и вернуться домой…

На асфальте не бывает следов. И что-то ещё — там, кажется, воров убивать нельзя. Но он мог бы не убивать. Две пули в колени, этого хватило бы с избытком, что б дать себе достаточно времени и найти новое укрытие, передвинуть машину… на хрен ему машина? Квартира… квартиру не передвинешь… в глазах потемнело, стало очень страшно.

Мир за Кордоном — мир сумасшедших, живущих в кукольном домике.

Как можно туда вернуться?

Он покачал головой, на миг отвернувшись от выхода.

Настоящий мир только здесь, мир, пропитанный Дыханием Зоны…

— Добрый, знаете ли, вечер! — Радостно воскликнул кто-то с улицы.

Олег тут же сел, словно и не спал только что, автомат уже в руках, взгляд обращён к выходу.

— Ой, только не надо на меня так смотреть, да ещё и с оружием в руках! — Всплеснул руками вчерашний толи окурок, толи просто псих. — В конце концов, в этот прекрасный утренний рассвет, случившийся в этот чудесный вечерний час, мы могли бы все вместе насладиться удивительным зрелищем. Вы только посмотрите на небо! — Мужик этот рукой махнул в сторону, собственно неба и повернулся к ним спиной. Олег с Андреем переглянулись. Мужик обратно повернулся.

— Кстати, у вас соли не найдётся? Вы не подумайте, я обязательно верну.

Андрей смотрел на безумца и не мог отделаться от чувства, что тут что-то сильно не так. Что припёрся к входу и зубы заговаривает — это понятно. Олег уже сдвинулся в сторону, для лучшего обзора и старается рассмотреть укрытие второго, Роман который вроде. Тут всё примерно понятно, разве что попытка заболтать какая-то странная. Поток безумия в чистом виде. Будь у этого человека хоть капля мозгов, он бы заговорил о чём-то важном в этом месте, о чём-то хотя бы просто значимом, например, поинтересовался бы, не видели ли они собачьих стай поблизости или кровососов. Спросил бы про местность, торговцев поблизости, да просто анекдот бы рассказал или предложил бы поторговать — ту же соль купить у них. Это было бы хоть как-то похоже на серьёзный разговор и теоретически могло бы их отвлечь, что б второй успел прицелиться и сделать точный выстрел, после чего этот безумец прыгнул бы в сторону и тоже открыл бы огонь.

Да. Именно, огонь — из пальца, что ли огонь он откроет? Мужик в джинсах и рубахе, плащ где-то оставил и прекрасно видно, что из оружия у него только собственные руки.

Это удивило так, что Андрей глаза выпучил.

— Уважаемый, вам не хорошо? — С заметным участием осведомился Велес или как его там. — Не стесняйтесь, говорите как есть. Энурез? Геморрой? Не бойтесь, я всё понимаю — сырость, холод, голод, чудовищные условия жизни, абсолютная антисанитария. Кошмар просто. Куда только власти смотрят? Предлагаю немедленно написать жалобу в администрацию и требовать скорейшего разбирательства, в этом вопиющем безобразии. — Нахмурился мужик, кивнул важно и, сложив руки на груди, продолжил. — Сейчас и напишем, предложив собственную помощь в этом нелёгком деле, дабы правоохранительные органы разобрались с ситуацией и наказали всех причастных негодяев. Кстати, я могу помочь — ведь я умею писать! Вам явно потребуется моя помощь, по вашему лицу сразу видно. — Он подошёл к минам буквально впритык и остановился. — Уважаемый, а что можете вы? Вот я, умею читать и писать. А какой же удивительный талант, прячете от общественности вы?

Андрей почти всё пропустил мимо ушей — у этого идиота при себе даже ножа нет.

Вот так выйти, даже под прикрытием винтовки товарища, который пока не ясно где засел, ну это верх сумасшествия. Это тебе не Прикордонье. Да и там такой риск смертельно опасен, только совсем отбитые так поступят. Здесь же, в двух километрах от реки, через сутки после Выброса?

— Послушайте, что вы молчите? — Огорчился чем-то сталкер. — Вы не верите, что я обладаю перечисленными умениями? Но позвольте! Вы могли бы хотя бы намекнуть, что умеете вы.

— О чём ты, чёрт возьми? — Наконец, заговорил Андрей.

— Понятно. — Кивает сталкер, кивает он своим лицом сочувствия полным. — Ранняя деменция, но не переживайте. Пусть это и не лечится, но зачем же расстраиваться? Уверяю вас, от ума, лишь одни проблемы. Вот возьмем, к примеру, собачку. Кушает, бегает, хвостиком вертит — милейшее создание, не лишённое изумительных преимуществ, за счёт гибкого позвоночника и возможности доступа, к самым разным местам своего мохнатого тельца. Вы видели когда-нибудь, что б собачка, обуреваемая тяжестью сложных дум и эмоций, покончила с собой или обратилась к врачу с острой депрессией? Естественно нет! Ведь у собачки не хватает мозгов, чтоб не то что к врачу прийти, а просто заболеть депрессией. А теперь вспомните, сколько многие люди ужасно страдают, от депрессии — просто кошмар! Так что не расстраивайтесь мой юный друг, в вашей деменции, нет ничего плохого. Наоборот! Чем сильнее прогрессирует ваш недуг, тем больше счастья будет в вашей никому не нужной жизни! — Он улыбнулся лучезарно и добавил. — Вам полегчало?

— Эмм…

— Вот и слава мне. А теперь, будьте так любезны — что вы умеете?

— Да какого хера? Олег, ты видишь что-нибудь?

— Ни хуя, эта сука хорошо спря…

— Господа! Давайте без этой вот грубой лексики. Мы же с вами хорошо воспитанные, цивилизованные люди, в конце концов! Кроме того, мой друг всё ещё спит. Возмутительно, но что поделаешь? Он ужасно ленив.

Оба хмыкнули одновременно — во-первых, и ежу понятно, что этот тип их отвлекает. Во-вторых, оставить своего напарника одного и уйти? Пусть на сто метров всего, но в Зоне и этого достаточно, для преждевременной смерти. В-третьих… судя по всему, это всё-таки окурок. Так что же получается, он, и правда просто потрепаться пришёл?

— Так у вас соли значит, нет?

Или что? Действительно за солью пришёл? Сталкер мог бы в принципе, но предложил бы обмен. А вот окурок стал бы выпрашивать, прям как этот мужик. Только вот речь окурков зачастую похожа на лепет слабоумных. А этот шпарит как электровеник и лицом, весьма активно, да в каждом слове эмоцию рисует. Ну, окурков они не так много видели, да и мельком — мало кто жаждет с ними общаться. Ведь окурки Зоны, это постоянное напоминание любому, что здесь, выжить, получив только ранения, далеко не всегда лучше, чем умереть на месте.

— А ещё я умею искать артефакты лучше, чем кто-либо в Зоне! — Заявил окурок и достал из кармана артефакт. Протянул руку, им показывает. — Видите? Буквально просто глянул на это чудесное страшно заснеженное поле и сразу нашёл. Просто нутром чую, где артефакт лежит!

Андрей окинул взглядом, видимый отсюда участок поля. Чёрная земля, коричневая сухая трава, светлая и пожухлая, вся она уже рассыпается. Снега там, в упор не видно. Более того, ощущается тёплый ветерок, слабый ветерок очень скорой и приветливой весны. Да посреди зимы начавшейся… артефакт нашёл он, значит, и показывает, мол, смотрите, нашёл.

Олег хрюкнул — смешок сдерживает.

— В поиске артефактов, нет ничего смешного уважаемый! — Оскорбился сталкер, опуская руку с артефактом. Такой прозрачный, дымчатый, слегка изогнутый артефакт. С маркировкой, оттеснённой прямо на его боку из толстого стекла.

— Это банка от пасты. — Произнёс Олег, с улыбкой на губах. Расслабился он, решил, что перед ними просто какой-то неправильный окурок. Может так и есть, но Олег более доверчив, он видит мир чуть более светлым, чем он есть на самом деле.

Андрей воспринимал мир чуть в более тёмных тонах — хорошее сочетание, позволявшее выживать лучше. Они как бы дополняют друг друга, на этой жестокой земле.

— Какой пасты? — Покраснел от обиды, а то и гнева, сталкер. — Это редкий и уникальный артефакт! Вы хам и грубиян. Возмутительное поведение! Просто возмутительное!

— Я эту банку вчера выкинул. Паста там была — концентрат из витаминов. На вкус говно, а по витаминам, как у дурака фантиков. — Поведал Олег тайну рождения сего артефакта.

— Кажется, вы не шутите. — Сталкер глянул на свой «артефакт» и тяжко вздохнув, выбросил его наземь, подальше от пещеры. — Что ж, с кем не бывает? Но уверяю вас — я нашёл больше артефактов, чем любой сталкер Зоны! Но что мы всё обо мне, да обо мне? Вот вы, с усами — ткнул пальцем в Андрея, — интересный вы человек, у вас выпуклые глаза, чуть скошенный лоб и странноватый взгляд, что вы умеете, в чём ваши уникальность и талант?

— Стреляю хорошо. — Прищурившись, произнёс Андрей.

— Правда? К сожалению, огорчу вас — сигареты у меня кончились. Но вы же умете что-то ещё? Возможно, вы быстро лечитесь? Хорошо нюхаете? Быстро бегаете? Умеете слышать как собака?

— Что за бред?

— А может у вас хвост растёт? Или шерсть на спине? Может, где-то чешуя появилась? Вы не смотрели, вдруг у вас третья рука растёт?

— Слушай, валика ты отсюда. — Проговорил Олег, перестав улыбаться.

— Ну, с вами понятно — вы хам и негодяй. Вероятно, иных талантов за вами нет. Но ваш друг, этот удивительный молодой человек с мохнатым лицом! У него точно есть уникальный талант.

— Да, есть один. — Кивнул Андрей, выпрямляясь и подняв оружие повыше, пока что дулом вниз, потом улыбнулся безумному гостю. — Но что мы через порог? Ты заходи, присаживайся.

Мужик улыбнулся в ответ, глянул вниз — один шаг и одна из мин рванёт. Пройдёт прямо над ней, разорвёт его в клочки. Пройдёт между минами и одна из них сработает, оторвав ему всё, что выступает с одной из сторон.

— Шутите молодой человек? — Головой покачал с осуждением и укором в глазах.

— Почему? — Максимально искренне изумился Андрей вопросу сталкера. — Вы же видите, где установлены мины и знаете, куда нужно ставить ногу. Просто не наступайте на мину и всё.

Сумасшедший сталкер потоптался на месте, укоризненно глядя то на Олега, то на Андрея, вздохнул грустно, снова головой покачал, опять вздохнул.

— Вынужден, со всей ответственностью заявить, что вы просто удивительный негодяй, молодой человек. — У Андрея глаза сузились — судя по лицу этого идиота, он был моложе их обоих лет на двадцать не меньше. Впрочем… это было раньше. Что-то с их лицами не так. Вот и сейчас он не удержался, бросил короткий взгляд на Олега. Отвернулся, покачав головой — нет, не может быть, наверняка, просто, кажется. Просто привык к лицу напарника, каждый день вместе топчут Зону, вот и мерещится ему. Ну не могут люди молодеть, никак не могут их лица становиться моложе.

— А что вы так часто поглядываете на своего друга? Вас связывает нечто большее, чем общий путь среди поразительных, в своём бездушии и жестокости, опасностей Зоны?

— Чего? — Ничего не понял Андрей.

— Ты чё мелешь дебил? Пулю блять хочешь? — Всё понял Олег.

— Не надо вот только истерик! — Подняв руки вверх, произнёс сталкер. — Я совсем не это имел в виду. В конце концов, Зона не монастырь, тут полно разнообразных девушек. Даже молодые и не сильно страшные, регулярно встречаются — клянусь! Не так давно, например, мне довелось увидеть сразу двух. Бедняжки гуляли по руинам посёлка и собирали цветы. Но давайте не отвлекаться на сторонние темы и пустые беседы.

— Съебись пока я тебя не пристрелил! — Рявкнул Олег, кажется, слегка потерявший терпение.

— Как только, так сразу господа. — Оба они напряглись сейчас. Андрей буквально кожей ощутил, как в воздухе звенит опасность — в чём дело? Он быстро осмотрелся, но ничего. Взгляд вернулся к лицу сталкера. Не думая, Андрей понял автомат и направил его точно в лоб Велеса.

Тот не отреагировал. Наклонив голову чуть в бок, он пристально смотрит на них. В лице больше нет никаких напускных эмоций — если конечно, это каменно-спокойное выражение лица не одно из них, не очередная фальшивка. Глаза пустые, словно за ними ледяная воронка, бездушная, холодная, не жаждущая ничего и несущая с собой лишь только смерть.

— Господа, вы не мутанты, вы не похожи на моих, скажем так, друзей по жизненным обстоятельствам. Вы не ангелы, не старые и не новые. Но какого-то хера у вас есть это. — Он ткнул пальцем в сторону мин, расположенных на земле в метре друг от друга. Пройти через них нельзя — тусклый отблеск лазерного «ежа», всего лишь точка максимальной концентрации излучения. На деле лучи расходятся на полтора метра, пересекая друг друга, в спектре недоступном человеческому глазу. И этот сталкер точно знает, что перед ним. Окурок? Вовсе нет.

— Понимаете, сложилась уникальная ситуация, в которой я…

Слева подошёл кто-то. Остановился. Холодный, пугающий взгляд сместился туда и словно по волшебству, взгляд сей исчез. Теперь это всего лишь серые, чуть более холодные, чем обычно у людей бывает глаза, теперь это простое, полное разных эмоций, очень подвижное лицо.

— Роман! Слава мне, вы проснулись! А я уж начал беспокоиться, вдруг, вы не сильно отравились не опасным веществом и уже к обеду мне придётся вас похоронить. А с вами всё в порядке. Какое счастье! Позвольте пожелать вам прекрасного настроения и, пользуясь слу…

— Велес. Ты дебил?

— Кто вам сказал такую нелепую глупость? — Возмутился сталкер. — Должен заметить, что мои интеллектуальные возможности, значительно превосходят не только ваши, но и…

— Я просыпаюсь, а в этой сраной пещере никого. Почти.

— Нет-нет, вам показалось. Я точно помню, что вы оставались в гордом одиночестве.

— Какой на хуй одиночестве? Ты ебанутый? Ты зачем эту хуйню туда притащил? Я чуть не обосрался, когда эта хуета надо мной скло…

— Ааааа! — Вдруг взвыл сталкер, схватившись за голову и чуть наклонившись вперёд.

Андрей с трудом разжал палец — только чудом он не спустил курок. Этот идиот… а идиот ли?

Что-то кажется, что далеко он не идиот и даже не полудурок.

— Велес, что с тобой? — Беспокойно воскликнул Роман, поднимая автомат, но пока дулом вниз.

— О горе мне! — Взвыл сталкер.

Не идиот. Не дурак.

Псих полный. Тут уж сомневаться не приходится.

— Да какого хуя?

— Рома, друг мой, давайте пойдём обратно к нашему временному пристанищу. И простите мне мою выходку, но сами понимаете, мне было необходимо отлучиться, а как я мог себе позволить это сделать, зная, что вы останетесь в полном одиночестве, с вашим-то нездоровым отношением к некоторым особенностям этого удивительного места.

— Велес, ты блять совсем уже… — Буркнул Рома, вешая автомат на плечо. — Короче, на кой ты…

— Роман, где ваши манеры? — Он указал кивком в сторону пещеры. — Молодые люди устали от долгого пути и им нужен отдых. Давайте не будем их отвлекать. Пойдёмте, по пути вы расскажите мне обо всём, что вас тревожит. Возможно, я смогу вам помочь.

— Ты объяснишь, нет? Какого хера эта тварь там сидела? Ваще ебанулся что ли? А если бы…

Эта часть разговор происходила уже на ходу. Оба ушли слишком далеко, что бы он смог расслышать. Далеко ушли… поспешно, поэтому и далеко. Он вынул устройство из кармана, нажал кнопку и лазерные ёжики над минами, исчезли. Теперь они полностью безвредны.

Он прошёл мимо полосы мин и замер у выхода. Незнакомцы быстро уходят прочь. Вот Велес обернулся, стукнул себя ладонью по лбу, что-то сказал, руками замахал, что-то у напарника отобрал и спустя мгновение, идут они гуськом, а Велес чуть согнувшись, внимательно смотрит в датчик.

Оба психи. Не идиоты, не окурки, просто капитально двинутые сталкеры. Этакие сорви-головы, они частые гости в Зоне, частые её пассажиры. Но не сталкеры. Потому что такие здесь долго не живут. Не успевают они сталкерами стать, сжирает их Зона, часто не оставляя даже ботинок. Бравада и позёрство, неплохо идут на Большой земле. Даже помогают поднять статус в социуме, а здесь, подобное поведение, помогает только в одном — быстрее лечь в могилу, если повезёт, конечно. Похороны в Зоне, песня отдельная и самая разнообразная. Это за Кордоном всё просто и понятно. Умер человек — гробик, могила, поминки, скорбящая родня, стол с едой и выпивкой, всё шаблонно, всё одинаково и просто. В Зоне, так не бывает. За редким исключением, приключения умершего человека, только начинаются. Кого-то растащат по кускам, его обглоданные кости ещё долго будут валяться на земле. От кого-то не найдут ничего кроме пары обрывков одежды здесь и ботинка на другой стороне Зоны. Кто-то воскреснет и пойдёт бродить по Зоне, с единственной целью — что-то сожрать, а кто-то… в общем, это Зона.

Он вновь посмотрел на спины двух пассажиров, пытавшихся казаться сталкерами.

И всё-таки с ними что-то не так. Не похожи они ни на что, что он видел прежде.

— Олег, посторожишь? Покемарю часок.

— Без проблем. — Ответил Олег, ловя брошенный ему пульт и усаживаясь у стены. Пульт он поднял и нажал кнопку, сразу, как Андрей вернулся в пещеру. Лазерные ёжики на минах, вновь загорелись. Никто не пройдёт — либо мина, либо пуля остановят его.

Олег смотрел прямо перед собой, стараясь взглядом охватывать сразу всё, что можно было увидеть из прохода, не концентрируя внимания на чём-то одном. Так ему было проще заметить едва уловимые движения. Ветка шелохнётся, травинка дёрнется, в общем, всё то, что глаз обычно не воспринимает, фиксируя как часть безопасного ландшафта. Здесь это не всегда соответствует действительности. Траву может шатнуть ветром, а может ногой кровососа, прямо сейчас подбирающегося в своей беспечной жертве.

Смотрел, он смотрел и удивлённо брови приподнял — в принципе, ничего не обычного не увидел, удивляться вроде не чему. Идёт по полям мертвец, идёт, качается, мордой вертит, что-то своё хрипит, отсюда почти и не слышно. Но идёт он от гряды холмов, примерно там, где устроились соседи. Выстрелов он не услышал, криков тоже. Соседи не спят, только что к себе ушли или двинулись в путь или местность осматривают. Миновать этого покойника они никак не могли. И почему этот труп так странно идёт? Вот опять, всем телом покачнулся, челюсть отвисла чуть не до пояса, рука вывернулась странным образом и из предплечья кость вылезла. Олег на корточках подобрался к минам, прищурился — из правой ляжки мертвеца, показалась кость, в этот момент он и пошатнулся. Кость вылезает, когда он опирается на левую ногу. Как будто она у него сломана. Бывает, умер бедняга весь переломанный. В том ничего не обычного нет.

Но вот идёт он не просто от холмов, а точно от пещеры соседей.

Про какую тварь возмущался Роман? Не про эту ли? Что получается, мертвеца этот второй посадил в пещеру, а сам ушёл сюда? Бред какой-то… взгляд сместился в сторону озера. Хорошее тут место. Из десяти поклёвок, семь, вполне нормальные караси. Одна подозрительного вида сом, две других в пустоту — выловил что-то настолько уродливое, что чуть не стошнило от одного взгляда. Прежде чем выкинуть этих «рыб», проверил датчиком. Вся рыба тут фонит, какая-то едва заметно, другую и проверять не нужно — светится. А эти два уродца не излучали вообще, стрелка на шкале даже не шелохнулась. Отвёл в сторону, стрелка чуть-чуть сдвинулась, вернул датчик к существу, извивавшемуся на крючке — по нулям, датчик словно умер. Да от него самого фонило больше, чем от этой рыбы! Странная тварь. Даже подумал, что, может быть, в пищу, она окажется безопаснее, чем еда с Большой земли — за Кордоном эта еда вполне ничего, но сюда её не из вакуума доставляют, она проходит по земле Зоны и сколько-то радиации всё равно поймает.

Опять тошнить начало. Не стоило ему этих уродцев из озера вспоминать.

Олег вернулся к стене и вновь устроился на своём посту.

Не нравились ему эти двое сталкеров. Что-то с ними не так. Что говорят о ситуации такой, добрые и славные традиции Зоны? С кривой ухмылкой на лице, он приподнял автомат с колен и посмотрел на него. В традициях Зоны всё очень просто и интуитивно понятно.

Разговорчивый идиот проблемы не составит, его и ребёнок прихлопнет… только вот этот его взгляд, до костей он пробирает. Особенно за мгновение до того, как подошёл второй. Этот идиот может оказаться не таким уж и придурком. Он может оказаться даже опаснее своего товарища. Но он подвержен бессмысленному риску. Иначе не припёрся бы безоружным. В опасной ситуации, он обязательно сделает ошибку, которой они смогут воспользоваться. Второй, в незнакомой броне, может оказаться по-настоящему опасен. Любопытно, но чем-то эта броня напоминает облачение Искателей — загадочные ребята, первой и самой странной загадкой которых, является сама их броня. Всегда одинаковая, словно с одного завода пришла. А может так и есть. Недаром ходят слухи, что Искателей присылает правительство, и среди них нет ни одного настоящего сталкера, только военные, пытающиеся изображать местных охотников за артефактами.

Военные сталкеры, то же есть тут такие, етит их по матушке.

Как пафосно и даже внушительно это звучит «военные сталкеры», да вот только сталкеры и из них как из коровы скаковая лошадь. Их бы одеть в плащи, джинсы, рубахи, дать по калашу, простенькому датчику, да в Зону, артефакты искать. Смерть бы они свою нашли в течение первой же недели, а не артефакты.

Искатель такие же — это ведь лишь упаковка. Вытащи человека оттуда и под слоем брони и пафоса, обнаружится обычный, совершенно бесполезный человек с Большой земли. Сталкер, это не просто человек ищущий артефакты, это не тот, кто сидит в Прикордонье годами, вздрагивая от каждого шороха. Сталкеров куёт только Зона. И чаще всего, в процессе ковки, ошмётки крови, кишков и мяса, летят в разные стороны. Лишь единицы выживают и лишь единицы из них, живут здесь годами, становятся частью Зоны, начинают понимать её. Иногда такие люди слетают с катушек — Долг тому яркий пример, иногда, они начинают смотреть на мир очень своеобразно, почти философски. Тому пример — Свобода. А иногда…

Нет, не сможет он взять и пристрелить этих двух. И Андрей не сможет. Пока эти двое не нападут, они не станут в них стрелять. Вот-вот. Олег разочарованно хмыкнул. И куда теперь все эти размышления о понимании Зоны и настоящих сталкерах? Всё ведь просто — они угроза, пусть только возможная, но это разве что-то меняет? Нет, не меняет. От них нужно избавиться, а самый простой и надёжный способ решить проблему — уничтожить её. В случае с людьми, это проще всего — пуля в лоб и проблемы нет. Но он не может. Он так не может. Вот ведь херня какая творится в огороде этом… есть и другой вариант. Он спорный, потому как хотелось бы обследовать место у холмов, Выброс только прошёл, значит, артефакты там могут быть. С другой стороны, эти двое наверняка уже всё осмотрели. Не просто же с ними поболтать они к пещере припёрлись.

Нужно просто тихо уйти, не оставив следов.

Перед глазами поле чёрной земли, прикрытое комками сухой прошлогодней травы. Вот как тут уйти незаметно? Ещё и местность оторви и выбрось. Гряда холмов, озеро и куда ни посмотри, в основном, ровные как стол луга. За редким исключением, ни возвышенностей, ни оврагов.

Шли минуты, Андрей спал, Олег следил за выходом. В пещеру задувал тёплый ветер.

Весна пришла… а вот радостного рёва мутантов, почему-то, не слышно. Не было его вчера, не было ночью и сейчас тишина. Рёв этот их — они лишь через пару лет поняли, что он означает, что в нём радость. Первый раз услышал, так чуть не обделался. Такое чувство, что где-то портал в Ад открылся, грешники дёру дали, и все демоны за ними в погоню, взбешённые подобной дерзостью.

Но со временем, они сумел уловить в этом жутком, злобном рёве мутантов Зоны, нотки радости, восторга, выражаемого так, как мутанты это делать умели. Не очень их глотки приспособлены к пению и соловьиным трелям. Радость их в звуке такова, что обгадиться можно в два счёта. Обгадиться. Хех.

— Обосраться можно, да так что… — Сказал он тихо и осёкся. Поднял руку, снял перчатку и протянул её к выходу. Пошевелил пальцами. Вроде не показалось. Холодный ветер коснулся пальцев вновь, а спустя мгновение, с небес пришёл тихий, заунывный вой — вой зимнего ветра.

Весну отменили, зима возвращается.

Олег открыл свой рюкзак и достал прозрачный пакет. Открыв, изъял оттуда кусок мяса, откусил, жевать стал. На вкус как старая подошва. Местные собаки не только не дружелюбны, но и на вкус полный абзац. Запустил руку в рюкзак и достал белый тюбик без надписей и маркировки.

Привычным движением выдавил на мясо тоненькую полоску белой пасты, убрал тюбик и аккуратно размазал пасту пальцем. Получилась очень тонкая плёнка, которая почти сразу утратила цвет и словно бы исчезла. На самом деле она впиталась в мясо и теперь нужно подождать несколько минут. Желудок обиженно заурчал, но особо спорить не стал — ждать, это первое, чему Зона учит, если удалось прожить достаточно долго и научиться внимательно присматриваться, даже к безобидным полевым травинкам. Ждать, порой приходится долго и много. В сущности, вся эта жизнь в Зоне, похожа на рыбалку. С удочкой тоже долго ждёшь, внимательно смотришь на поплавок, реагируешь, если он начинает двигаться. И реагировать надо вовремя, в точно выверенный момент, подсекать не сильным рывком, ведь сильно дёрнешь — только губу рыбине порвёшь и всё. Подсекать надо правильно, в нужный момент и осторожно. С артефактами тоже самое. С охотой на мутантов — практически тоже самое. Ожидание и выбор верного времени для действий, а потом ты должен всё делать правильно, так, что б тебя не съел мутант или не затянуло в аномалию. А то и вовсе собрат сталкер пулю в затылок пустит… да, жизнь в Зоне, похожа на рыбалку. Определённо так и есть… от мяса потянулся едва ощутимый аромат. Олег шумно вдохнул, приблизив мясо к лицу. Какой на этот раз? Он всегда разный, тем дядя Паша и подкупил их, когда-то давно вынудив выложить первый артефакт всего за один такой тюбик. Его уверения, что паста нейтрализует все известные токсины и даже немного понижает радиационную активность объекта, с которым контактирует, не шибко их тронули. Особенно после того, как торговец назвал цену тюбика. За те же деньги можно было ящик патронов купить и ещё бы осталось. Конечно, они лишь посмеялись и предложили торговцу поискать другого мамонта, который, как известно не вымрет никогда, так как мамонтом не является и название у него из трёх букв. Андрей это сказал. Другими словами, лаконично, предельно понятно. Торговец насупился, хмуриться стал, снова попытался убедить, что эта паста спасёт их от отравления и возможных токсинов в мясе. Всё говорил, что раз они мутантов едят, им просто никак без этой пасты, что только им, как хорошим друзьям этого места, такую пасту продают, да ещё и по скидке. Всё шло мимо — они уже много месяцев тогда прекрасно себя чувствовали, хотя ели мясо местной живности буквально с первого дня. Знай они, чем это чревато, наверное, не стали бы. Но уже сколько времени прошло и не только живы, но и никаких проблем со здоровьем. Просто не нужно жрать что попало и всё. Мясо нужно варить, обжаривать, нужно проверять датчиком. Ведь, на самом деле, радиоактивно всё на свете, даже сами люди. Вопрос не в том, есть радиация или нет, а в её количестве. Знаешь безопасную норму, знаешь, что есть можно, а что нет. Другое дело вкус. Мясо мутантов, наверное, само по себе не фонтан, а его ведь нужно отваривать, обжаривать — любое мясо после такой длительной обработки, вкусовыми качествами не блещет, а с приправами в Зоне не густо. Вот и тогда, они купили перца, соли, что-то ещё по мелочи. Хорошее подспорье к дикому укропу, каковой встречался не так, что бы часто, но всё же встречался и почти никогда не светился в темноте — а это явный плюс. Потому что весь дикий чеснок, какой им встречался, в темноте как раз светился. Счётчик, вблизи него неизменно начинал длительную истерику. Зимой вот и чесночок у торговца брали, это да…

Изменение вкуса стало тем аргументом, что убедил их купить тюбик пасты на пробу — по цене вдвое ниже от первоначально заявленной. Ворча проклятья, дядя Паша согласился. Вообще, странная была сделка, если подумать. Казалось, торговец жаждет им всучить эту пасту и делает вид, что торгуется, словно на самом деле он играет в торговлю, когда задача у него одна — что б они взяли и использовали этот драный тюбик. Может быть, он бы его и бесплатно отдал, хрен его знает.

Хотя, наверное, ничего странного тут нет. Вещь такую раньше никто не видел, наверное, на правах рекламы им её всучили или что-то в этом роде. Мол, вот паста, просто чудо паста. Не нужна? А вы спросите у тех двоих. Слышали про Шутника и Терапевта? Вот они у нас постоянно её берут и хвалят очень.

Хех… курочкой пахнет мясо. Не очень-то. В прошлый раз так же было. А до того, почему-то, мясо обрело аромат варёной рыбы. Довольно странно было, его есть. Но вкусно.

Вот ведь хитрожопый торговец!

Смогут они теперь от пасты этой отказаться? Что-то сомнительно.

А вторая порция стоила уже по полной, хитрый старик отказался торговаться вообще. Посовещались тогда с Андреем, подумали. Решили было — ну её нафиг. Да и ушли в Зону. Спустя неделю, когда, в целях экономии, вместо концентрата съели кабанчика, воспоминания о белой пасте больно кольнули в самое сердце, точнее даже в желудок. С пастой любое мясо становилось вкусным. И элемент неожиданности всегда присутствует. Можно каждый день кабанов жрать, а с этой пастой, вкусовая гамма всегда будет не похожа на то, что было прежде. Ну, за редким исключением, как сейчас вот. Вернулись когда в те края, снова пришли к торговцу. Только заговорили про пасту, как морду его улыбкой хитрой перекосило, жирдяй долбанный.

Почему-то, в тот раз, цена была иной — качественно иной. Они согласились. В тот день они впервые продавали свою кровь в логове торговца. И на кой хрен им кровь двух сталкеров?

А, не важно… снег пошёл.

Прожевав последний кусочек мяса, Олег уложил пакет обратно в рюкзак — даже пластиковый пакет стоит денег, магазинов и заводов, тут как-то не случилось. Зоне они ни к чему. Зона — здесь всё абсолютно натуральное, никакого ГМО и химии. Только дикая, крепко двинутая природа.

— Андрей. — Позвал он, осторожно коснувшись плеча друга пальцами. Андрей тут же открыл глаза, пальцы сжали автомат покрепче — с ним в обнимку он и спал. Так просто удобнее. Чем ближе автомат, тем целее имущество, тем дольше твоя жизнь. — Смотри. — Он указал пальцем на выход и, достав пульт из кармана, выключил мины. Продолжая тихо говорить, он принялся собирать деактивированные мины в свой рюкзак, в который уже раз подивившись, насколько мины эти плоские и лёгкие. Казалось бы, не мина, а так, пугач китайский. Но он видел, как они взрываются. Покупать и использовать то, что не испытывал — это смерть. Так что испытали сразу же, не отходя от логова торговца. Не обманул дядя Паша, не слукавил о качестве этих игрушек. Слепого пса, который перешагнул через такую мину, разнесло в мелкое конфетти.

— Уверен? — Спросил Андрей, когда Олег собрал мины и закончил говорить.

— Более чем. Пока снег, свалим. Ну, их на хуй друг. Не нравятся они мне.

— Согласен, мутные какие-то.

Снег становился гуще. Ветер, задувавший в пещеру, больше не был тёплым, он стал холодным, зимним. В снежной пелене они скроются без особых проблем. Снег спрячет их следы, он же скроет их уход из пещеры. Когда те двое появятся здесь, пещера опустеет, а все следы исчезнут.

Единственная проблема — идти придётся почти вслепую. Это может быть опасно. Не из-за аномалий. Шанс напороться на нечто, что не увидит датчик, крайне мал — они далеко от ЧАЭС. А даже если и попадётся такая аномалия, они почувствуют, что впереди что-то не так. По крайней мере, раньше всегда так было. Нет оснований полагать, что именно сегодня, будет иначе. Другое дело мутанты. Есть те, кто в снег сидит по норам или валяется в рытвинах, пережидая непогоду, но есть и те, кто могут использовать снег для охоты. Тут всё то же самое, что и с аномалиями — сильно далеко от ЧАЭС. Все шансы на их стороне. Но тепловизор лучше всё равно использовать. Редко он пригождается, ещё реже есть от него толк на поверхности, но в подземельях, вещь незаменимая. И была бы распространена повсеместна, если б не её цена, сильно превосходившая таковую на Большой земле. Там груз не надо через Кордон возить, там не нужно взятки давать руководству, что б вертолёт прилетел. Там и вертолёт военный не нужен, там на грузовиках всё возят. Вот и превращается в итоге, абсолютно любой товар в жутко дорогой и редкий.

Олег двинулся первым, с датчиком в левой руке, правую удерживая на дуле автомата, свисающего с плеча — одно движение и оружие готово к бою. Датчик предусмотрительно пристёгнут к поясу коротким шнурком. Его нужно просто отпустить и рука освободится, датчик в снегу не потеряется. Андрей двинулся следом, с тепловизором на голове. Перед тем, как оставить пещеру позади, Олег обернулся. Снежная пелена стала настолько густой, что пещеру едва видно, толстые пушистые снежинки медленно падают вниз, ветер практически стих. Температура падает, становится холоднее. Взгляд сместился к Андрею и Олег улыбнулся — несколько недоумённо улыбнулся, этот тепловизор от дяди Паши…

Изогнутая пластина чёрного цвета передняя часть которой, почти полностью из очень прочного стекла. От неё идёт три тонкие полосы пластика, обтянутого резиновой плёнкой — две по горизонтали, здорово напоминает дужки очков, третья проходит через темя и заканчивается на затылке, напоминая собой разогнутый рыболовный крючок. Тепловизор, что выглядит так, словно приехал из далёкого будущего. Он очень лёгкий, источник питания непонятный, кроме самой пластины и креплений, там больше ничего нет. Конечно, можно было бы подумать, что ничего такого уж поразительного — просто улучшенная версия армейских приборов. Так-то да, но кроме тепловизора эта хреновина имела ещё несколько режимов — ночное видение, например. Но больше всего, конечно, озадачивало отсутствие источника питания. Он, наверное, где-то есть, но где? На этой пластине его просто не куда воткнуть. Прибор уже пару лет при них, используется часто, а до сих пор исправно работает. Словно он каким-то волшебством питается. Странная вещица, но она помогает выживать. Высокие технологии, в рот их по матушке, они уже здесь…

— Олег, ты что?

— Да нет, всё в порядке. Двигаем. — Он повернулся обратно к снежной стене, почти полностью поглотившей мир впереди, и двинулся, постаравшись очистить голову от любых мыслей.

Сейчас нужно шагать, желательно побыстрее и при этом тщательно отслеживать окружающий их мир. Слушать его, чувствовать, следить за датчиком, быть готовым среагировать на самое незначительное предчувствие — в такой методике сталкерской, есть один изъян, куда уж без него. Название того изъяна «показалось». Но всё же лучше уж лишний раз напрасно в сторону уйти, вернуться по своему следу и выбрать иной путь или же за оружие схватиться, чем потом валяться в грязи, кишки свои с полу собирать, умирать от ран и сожалеть — ведь в этот раз, тебе не показалось.

Примерно пару часов снег оставался достаточно густым, что б видимость была никакой, а следы исчезали быстро. Но ничто не длится вечно, вскоре снежная пелена истончилась, видимость увеличилась на несколько метров, а затем ещё больше. Очень скоро снег закончится, идти станет проще, а непосильное напряжение вообще всех чувств, необходимое для движения в подобных условиях по Зоне, поддерживать не понадобится. Но на привал становиться пока всё равно нельзя, нужно как можно больше пройти в снегопад, что б те двое уж точно никак не смогли их отыскать.

Им везло — несмотря на ограниченную видимость, несмотря на чудовищное напряжение, а может и благодаря ему, по пути удалось обнаружить два артефакта. Один лежал буквально под ногами, второй не успел сформироваться, его засекли случайно, в центре аномалии, что поджидала свою жертву в паре метров справа от них. Её достали с помощью импульса, природу коего никто из сталкеров не понимал и какой могли испускать датчики нового поколения — нового, конечно, относительно. Уже пару лет эти датчики встречаются по всей Зоне. Есть несколько мест, где их продают, часто они ещё пахнут краской. А датчики побитые жизнью и Зоной, снятые с трупов или проданные сталкерами другим сталкерам и торговцам, можно найти почти в любом месте от одного края Кордона до другого. Иной раз они и просто на земле валяются — такова реальность Зоны. На Большой земле покойник, где упал там и лежит, а тут нет. Тут он может подняться и дальше пойти, оставив на земле всё, что с него упало. Кроме того, умирают сталкеры часто, да по всей Зоне…

Вскоре снежная стена поблекла настолько, что можно было рассмотреть смутные очертания горизонта. И не только его.

Андрей отправил тепловизор обратно в свой рюкзак, теперь он скорее мешает.

Сталкеры остановились, ненадолго, вместе посмотрев в одну и ту же сторону. Почти сразу Олег отвернулся, отслеживая окрестности за их спинами. Андрей продолжал смотреть в том же направлении. На белом поле припорошенный свежим снегом, лежит вертолёт. Точнее то немногое, что от него осталось. Винты обломаны, хвоста не видно, большая часть кабины смята и частично ушла в землю. Обломки лежат здесь давно. Вряд ли там осталось что-то полезное.

— Олег.

— Нет там ничего уже.

— А вдруг? Нам какая разница? От этих мы ушли далеко. Просто гляну.

— Ладно, уж. — Проворчал Олег, махнув рукой — он напарника понимал, хотя и не мог этой страсти в достаточной мере осознать. Это же не озеро всё-таки. Вот если бы озеро или река, да где место хорошее, что б удочку разложить, вот это другое дело. А тут — рухлядь военная или хрен его знает какая ещё. Приспичило ему посмотреть есть ли там какие-нибудь железки электрические.

И что в том вообще интересного? Вот рыбалка — это да, это реальное, настоящее и интересное дело. А эта механическая, да электрическая дрянь…

В обще, чем дольше в Зоне, тем хуже он к электричеству относится. Особенно после того, как увидит то, что осталось от сталкера угодившего в Электру или что-то подобное. Нет лучшего способа доказать человеку, что электричество есть Зло, чем показать ему то, что осталось после сталкера, наступившего в Электру. Не говоря уже о других подобных радостях Зоны. Богатая у неё фантазия на тему того, как может убивать электрическая энергия.

Они свернули с пути, направившись к разбитому вертолёту, одной Зоне известно, сколько лет уже враставшему здесь в чернозём. Впрочем, если верить сталкерским байкам, то можно даже примерно посчитать, сколько конкретно лет назад военная машина нашла здесь свой последний приют. Очень давно это было, ещё до строительства Стены. Как в народе сталкерском говорят, военные тогда предприняли масштабную вылазку к ЧАЭС. Не только военные сталкеры, но и простые солдаты, вертолёты, говорят, даже БТР с десяток и пару танков перебросили по небесам Зоны к её центру. Что там было, неизвестно, история умалчивает. Но потом, спустя несколько дней или недель — в разных вариантах истории, сроки назывались разные, потом случился особенно большой Выброс перебивший массу народа. А затем, что уже глупости и явные сказки, на несколько недель, Зона исчезла. В одних историях она исчезла полностью, прихватив и аномалии и мутантов, в других — исчезли аномалии, а обезумевшие мутанты начали метаться по полям, в панике и ужасе, они стали лёгкой добычей для сталкеров переживших Выброс. Казалось, Зона исчезла навсегда, истории сталкерства как явления пришёл конец. Впрочем, ненадолго.

В первой версии этой старой сказки Зона вскоре вернулась как по волшебству — исчезнувшие мутанты возникли прямо из воздуха и продолжили заниматься своими делами. Во второй, сначала вернулись только аномалии, а мутанты стали появляться постепенно, то тут, то там — а как иначе, ведь в этом варианте истории, с исчезновением аномалий, их почти всех перебили. В течение пары недель, постепенно всё возвращалось на свои места, пока Зона не обрела свой прежний вид.

Собственно, эти две версии, на самом деле, лишь два обобщения для целой плеяды самых разных легенд про одно и то же событие. Как подозревали Олег и Андрей, все они народились очень простым способом. Что-то тогда случилось. Кто-то про это рассказал. Тот, кто услышал, тоже рассказал — но зачем слово в слово повторять? Не интересно же. Новый рассказчик, добавил что-то своё, сделав историю, на его взгляд, более правдоподобной или более интересной. А дальше пошло по цепочке и спустя много лет, истина оказалась надёжно погребена под кучей различных деталей, добавленных рассказчиками для красоты или просто ради шутки.

Одно точно — много лет назад, военные точно стремились к центру Зоны, используя для этого большие силы. Что из этого вышло? Сталкеры и сегодня находят напоминания об ушедших днях.

Разбитый вертолёт одно из таких напоминаний.

Но они и понятия не имели, что их ждёт сюрприз — напоминание о днях минувших, на этот раз, стало двойным. И, наверное, им очень повезло в этот день. Кто знает? Одна лишь Зона знает…

— Твою мать… — Прошептал Андрей, обогнув развороченный борт вертолёта, преграждавший путь к кабине, где могли найтись интересные детали — не современное нано-извращение, а что-то, что работало простым и понятным способом.

Олег шёл позади, прикрывая спину. Сейчас он шагнул чуть в сторону, автоматически бросив перед собой болт на верёвочке — датчик начал барахлить в пяти метрах от вертолёта, так что перешли на «дедовский» метод. Учитывая, как давно сталкеры придумали свой финт с болтом и верёвкой, то скорее даже прадедовский финт.

— Ебать колотить… — Выдохнул Олег.

Оба побледнели, чуть ли не разом. По спинам обоих пробежала струйка противного холодного пота — в таких случаях иногда говорят, мол, ты словно покойника увидел. Вот в такие моменты лучше фразы и не придумаешь.

Кабина вертолёта как-то уцелела, пережила падение, приключившееся чуть ли не на заре существования Зоны. А вот пилотам и оборудованию повезло значительно меньше. Весь пол усыпан старыми, пожелтевшими костями и обрывками одежды. Почему-то, покойных даже не обобрали. Может и правда Зона в те времена, ненадолго исчезла — вот и не стали их трогать, от радости прыгая, все спешили покинуть эти места. А может, эта часть лугов долго была заперта аномалиями, а все истории про исчезновение Зоны, просто ещё одна сказка, выдуманная у сталкерского костра. Тогда, правда, не понятно, какого чёрта тут вертолёт валяется — слишком далеко от Кордона. Так далеко они никогда не залетают. Как бы там ни было, а пилотам уйти отсюда уже не удалось. Они погибли при ударе о землю, вместе со своей машиной. Не пережить людям последствий аварии, что так изуродовала винтокрылую машину.

Приборная панель вывернута, во все стороны торчат провода, стенки кабины, кое-где, гармошкой, полно дыр, с вывернутым наружу металлом, всё здесь в пыли и сухих листьях, всё серое от времени — ветер и дождь хорошо постарались, что б стереть все краски из этой кабины.

Но это да, бывает, тут почти всё, вышедшее из рук человека, выглядит именно так. Это да…

К ним она стояла спиной. Невысокая, стройная, с крепкой подтянутой попкой. Юбочка чуть выше колен, ножки стройные, чуточку бледные, но вполне нормальные, ни вен тебе, ни пятен, каковые быть там были бы должны. Разве что есть несколько пятнышек от засохшей грязи. На ней летнее платье, никак не скрывающее её красивой фигуры. Тонкие руки девушки тянутся к дальнему углу панели. На ножках летние туфли без каблуков — почти как новые, если от грязи их очистить.

Чернильно-чёрные волосы волной рассыпались по хрупкой спине. Если не присматриваться, они выглядят как обычные волосы, самой обычной девушки с Большой земли.

Платьице у неё серое, с чёрными разводами. Кое-где на нём грязные пятна, в паре мест платье порвано и под ним видно шелковистую гладкую кожу.

На мгновение, Андрей, да и Олег, даже подумали, что перед ними человек. Окурок, например, женского пола или кем-то ограбленный сталкер новичок того же пола — да мало ли? В Зоне полно самого разного народа. Но что-то подсказывало, что-то буквально изнутри дёргало — видели они её уже. Знакомы они. И ничего хорошего, это им не сулит.

В тот раз с ней подружка была. А теперь вот она одна, в кабине древнего вертолёта… тот идиот, Эдуард или как его, он что-то говорил про девушек, искавших грибы…

Она медленно повернулась. Не вся — только голова повернулась. Челюсть дошла до плеча, послышался тихий хруст, голова повернулась ещё немного, затем хруст усилился, и голова девушки повернулась полностью. Бледное личико обращено к ним. Смотрят на них пустые, затянутые бельмом глаза мертвеца — смотрят со спины, ведь тело её так и осталось неподвижным, лишь голова повернулась к ним. Синеватые губы приоткрылись, тонкие брови хмурятся словно бы сердито, словно вот занята она очень, а они тут припёрлись, отвлекают от дел важных, значит…

Андрей вскинул автомат.

— Стой! — Резко произнёс Олег, положив ладонь на ствол автомата.

— Что? — Немного злобно, немного хрипло произнёс Андрей, не отводя своего взгляда, она смотрит прямо на него — пустые глаза мертвеца, не выражавшие ничего. В них лишь одно — смерть.

Олег своё оружие отпустил, Андрей свой автомат не стал вновь наставлять на мертвеца… на редкость странного и пугающего мертвеца. Они все пугают одним лишь своим видом, нельзя увидеть оживший труп и не испытать страха, он возникнет сам, против воли. А этот покойник, он просто стоит и смотрит, вывернув башку на сто восемьдесят. Просто мертвец пугает, а такой…

Эта девушка — они уже видели её много лет назад. С тех пор она изменилась. Её платьице едва держится на хрупких плечах, вот-вот рассыплется в прах, но она сама, словно бы с ней всё шло в обратную строну. Платьице рассыпается, но молодеет она… проблема только в том, что она мертва уже много лет как. Мертвецы Зоны открыли секрет вечной молодости? Или с ними играет несовершенная человеческая память, и девушка совсем не изменилась, разве что в худшую сторону? Впрочем, ответ может быть и проще — они её видели, это да, но видели издалека. Кто ж по доброй воле пойдёт с мертвецами здороваться — ни один псих на такое не подпишется.

— Олег, — снова заговорил Андрей, не понимая причин, по которым Олег не позволил ему начать стрельбу, — почему?

— Не знаю. — Честно признался Олег. — Я просто чувствую — не надо провоцировать. Не нужно в неё стрелять. Она что-то особенное, это не просто труп. Зоне она зачем-то нужна. Друг, я просто чувствую — если выстрелишь, мы живыми отсюда не уйдём. Не выстрелишь — всё будет хорошо.

Андрей неуверенно пожал плечами, не отрывая взгляда от лица девушки. Неподвижного, пустого лица, казавшегося вполне обычным, разве что немного бледным. Если бы не её глаза, он бы и не понял, что с этим лицом что-то не так.

Впрочем, глаза ни глаза — а голова её, с тем же зловещим хрустом, повернулась обратно к приборной панели. Вот это вращение головой на сто восемьдесят, под весёлый хруст шейных позвонков, не гниющего никак живого мертвеца Зоны…

— Линяем. Ну, её на хер. — Тихо сказал Андрей, согласившись с Олегом.

Они не станут стрелять, не станут мешать мертвецу, они просто уйдут.

Перед тем, как уйти достаточно далеко, чтоб внутренности кабины вертолёта не было видно через многочисленные пробоины в корпусе, Андрей обернулся, на несколько секунд замер на месте.

— Показалось. — Решительно, но немного охрипло, чувствуя, как волосы на голове шевелиться желание изъявляют, пробормотал он, потом отвернулся и двинулся следом за своим другом.

Девушка смотрела на приборную панель. Её руки вытянуты вниз и вперёд, пальцы касаются панели, тонкие серые проводки выступают из панели и вьются по её тоненьким белым ручкам, вьются словно живые. Они опутывают её пальцы и ладони, поднимаются к локтям, проходят сквозь кожу и плоть, шевелятся внутри её мёртвого тела…

Игра света и теней — не иначе. Просто показалось, просто он устал. Зона — тут и не такое померещится. Надо просто идти и не думать об этом. Ну, их всех на хер, мертвецов этих драных…

Долго шли в полном молчании, сосредоточенные на том, что б не наступить в аномалию, стараясь заметить мутантов, которых поблизости не было ни в каком виде. Заново укрывшись белым покрывалом, по-осеннему тонким, Зона погрузилась в тишину и покой. Снег не таял, под ногами почти не скрипел. В целом погода установилась приятная, не слишком холодно, но и недостаточно тепло, что б снег превратился в грязевую жижу. Не нужно надевать снегоступы и нет нужды особо смотреть под ноги, чтоб не наступить в лужу. Вот чтоб не наступить в аномалию, под ноги смотреть всё равно нужно — не всё может заметить датчик. Но оба сталкера, одни из самых опытных в Зоне — очень немногие живут так долго, как они, оба больше полагались на собственные ощущения, нежели на внимательность своих глаз. Зрение человека слишком слабое, его недостаточно чтоб обеспечить полноценное выживание здесь. Но мистическое шестое чувство, интуиция, можно назвать по-разному, именно это, часто спасало ещё и лучше любой техники.

Говорят, есть сталкеры, которые принципиально не используют датчики аномалий. В редких случаях болты и всё, им этого хватает. Они полностью полагаются на своё мистическое шестое чувство, на интуицию и выживают годами. Впрочем, это, скорее всего, сказки. Зона богата на разные мифы, легенды и сказки, сами сталкеры их и плодят, да с нешуточным энтузиазмом достойным лучшего применения. Наверное, кому-то эти сказки помогают не сойти с ума, смириться с тяжестью жизни в Зоне. Что-то случится, сталкеры расскажут об этом, другие перескажут, приукрасив и добавив что-то своё. В историю поверят, она обрастёт новыми деталями, обретёт вид кардинально не похожий на первоначальный и уже сложно будет сказать, что в этой истории правда, а что лишь досужий вымысел. Но многие верят в них, не считают сказки Зоны, просто сказками. Ведь если кто-то может, можешь то же самое и ты, нужно только опыт, нужно приложить усилия и всё. В таких историях, сталкер научившийся ощущать аномалии, поначалу, всегда ведь такой же, как и ты — зелёный новичок, человек Большой земли. А если смог один, сможет и другой.

Сказки Зоны, её мифы и легенды, они дают надежду, веру в лучшее будущее. Это, наверное, почти что новая религия, пожалуй, единственная какая могла бы быть здесь.

Вскоре снег снова начал падать. Пушистые снежники опускались с небес и тихо шелестя, ложились на земли Зоны. Они остановились. Олег опустил датчик и, хмурясь, смотрел прямо перед собой. Андрей выглядывал из-за его плеча, взгляд свой, обратив в ту же точку.

В метре от них снежинки не достигали земли. На высоте пары метров, они просто исчезали, без звуков, без свечения. Вот падает снег, а чуть ниже, пустое место, туда снег не проходит.

Олег посмотрел на датчик — молчит как убитый. Он обернулся. Отвечая на его немой вопрос, Андрей покачал головой — ничего, они оба не ощущали ровным счётом ничего. Эта аномалия спряталась так надёжно, что если бы не снег, то именно в этот миг, именно сейчас, Олега бы ни стало. Он бы шагнул туда, где притаилась незримая и коварная смерть. Очень вовремя, снова пошёл снег, очень и очень вовремя, словно бы по волшебству.

— Зона тебя любит. — Прошептал Андрей. Его друг вздрогнул — им ли не знать, как переменчива любовь Зоны, какой она может быть и как ветрена, как изменчива эта любовь. Сегодня ты в артефактах как ёлка в игрушках, мутанты разбегаются от тебя, обделываясь на ходу. А уже завтра лежишь ты в канаве изорванный и перекрученный так, что уже непонятно, челок это был или что-то ещё. Любовь Зоны — это неизвестность, судьба полная тёмных пятен. Обычно судьба недолгая, с неизменно страшным финалом. Впрочем, надежда есть всегда — у Зоны много сказок, что расскажет вам любой сталкер у вечернего костра. В этих сказках любовь Зоны не столь страшна. Иной раз, в сказках тех, сталкер даже остаётся в живых и не только! У него даже все ноги и руки на месте остаются. А кто сказал, что все сказки Зоны, вымысел? Кто это доказал?

Надежда, они умирает последней — если ничего иного не остаётся, цепляться нужно за неё.

Снег становился гуще, они замедлились больше, чем требовалось — мало ли? Может эта аномалия, лишь ехидный намёк и впереди притаились вещи пострашнее.

Бывает так, что сталкер успешно избегает смерти, движется вперёд и рад он и спокоен — всех обошёл, всё прошёл. А потом упирается в аномалию, оглядывается и с ужасом понимает, что аномалии не только впереди, но и слева и справа. Он вдруг понимает, что упёрся в тупик целиком из аномалий. А это означало только одно — сталкер угодил в лабиринт, где стены не из камня и земли, где стены — смерть. Из таких ловушек, редко кто выбирается живым. Всё зависит от того, насколько далеко сталкер углубился в лабиринт. Иногда, кому-то удаётся выбраться оттуда, но чаще всего, пути назад нет. В какой-то момент, обезумевший от жажды и голода сталкер, сворачивает с безопасного пути и, шагнув в аномалию или разрядив пистолет, ставит точку.

Но им везло, Зона сегодня была очень добра — она лишь улыбалась им. Лабиринты аномалий не повстречались на их пути. Зона лишь улыбнулась.

Когда снег стал падать чуточку реже, одна из таких улыбок, надолго приковала их к тому месту, на котором они стояли.

Что-то странное ощутив, Олег замер, высоко подняв руку с раскрытой ладонью. Андрей увидел и остановился, вскинув оружие к плечу.

Ничего не происходило, только тихий, печальный свист ветра, шелест снежинок, заунывный скрип не смазанных колёс… колёс?

В снежной завесе, буквально в пяти метрах от них, медленно бредут двое мертвецов — мгновение и теперь видно ещё двух. Идут они как-то странно. Как будто ноги у них не гнутся. Вытягивают шеи, пытаются дотянуться до какой-то фиговины, раскачивающейся перед их носами. Та фиговина на длинной палке висит, качается, ага. Бывает… здесь только, но бывает.

Рты мертвецов зашиты медной проволокой. Колени заперты в металлические пластины, сцепленные таким количеством проволоки, что кажется, будто колени у них сильно распухшие. Руки привязаны к торсам — проволока проходит сквозь плоть и туго стягивает конечности с телом, она врезается в мясо так, что скребёт по костям, от чего слышится противный скрип. Мертвецы идут, пытаясь достать то, что висит на палке. Усталости в них нет, долго могут они идти.

А на плечах у них лежит нечто, к плечам тем проволокой же и прикрученное. Нечто это из кожи, металлических заклёпок и резины. Присоединено оно и к мертвецам и к деревянному брусу, что идёт между ними и уходит куда-то назад. Вскоре стало видно куда именно — это не просто брус, это часть сложной, но сильно самопальной и оттого нелепой конструкции.

— Ебучий псих, что б меня… — Пробормотал Олег, неожиданно рьяно перекрестившись.

Андрей согласно икнул и автомат опустил.

Видели они это уже. Давно очень. Да. Но, как и тогда, волосы у них встали дыбом.

Телега, запряжённая мертвецами, медленно ехала мимо. Дремавший на козлах ямщик, встрепенулся, голову повернул. Старое сморщенное лицо сморщилось ещё сильнее — щурится он.

— О! Здорово мужики! — Крикнул ямщик тот, помахав им рукой. Потом перегнулся через плохо обструганный бортик телеги и добавил. — Вы это, мужики, вы туда не идите. Вот ей богу, не надо туда ходить. Китайцы чего-то суетиться начали, с границы аж сюда пришли. Ох, чует моё сердце, война будет сынки, война. Эх, долбанные китаёзы. Мало мы им на даманском-то дали, не понятливые они окаянные. Ну, ничего, вот наши подтянутся, вот как узнают, вот не сдобровать им, попомните моё слово сынки, не сдобровать. — Выпрямился, запахнул полы плаща. — Ну, бывайте сынки, делов ещё — не початый край, поеду я до села ближнего, картошечку там авось и продам.

Оба перевели взгляды на телегу — мешками загружена.

Скрипя колёсами, урча мертвецами, скрылась телега с картошкой, за снежной пеленой.

Андрей громко выдохнул — кажется, он только сейчас дышать и начал.

— Фермер. — Пробормотал он, качая головой.

— Пизданутей сталкера, я ещё не видел. — Согласился Олег, как бы намекая, что Фермер и сталкер на голову сильно здоровый, это как бы синонимы. Андрей спорить не стал. Это ведь как надо с головой своей поругаться, что б мертвецов в телегу запрягать? Да просто в телеге по Зоне ехать, это уже крыша уехала. А с другой стороны… сколько лет слышно о Фермере, каждый год про него говорят, мол, всё, телега в аномалию заехала, от Фермера и тапков не осталось. Но каждый раз, слухи оказываются ложными, а Фермер живее всех живых.

Любит его Зона, очень любит.

Может и они однажды, с катушек съедут так, что Зона и их станет так же любить, может быть, это обязательное условие для её преданной и нерушимой любви. Нужно лишь перестать быть человеком, свихнуться полностью, в хлам, так, что и самые отчаянные сталкеры от тебя шугаться будут, как зверь дикий от огня открытого.

Н-да уж, перспективка та ещё…

Как вскоре выяснилось, Фермер не врал про китайцев. Просто они его не так поняли.

В этот вечер, укрытием для них стал полуразрушенный домик, обладавший важным преимуществом — одна стена примыкает к холму, одна целая стоит, две других открыты. При этом одна из них завалена на метр грязью и досками, вторая тоже, но имеет узкий проход. Место вполне подходило для ночлега. Пусть с выходами ситуация не ахти, но это лучше, чем открытое место. Холм позади укрыт сухим кустарником, что дало им топливо для костра и систему оповещения — бесшумно там не пройдёт даже суслик. Отличное место было, просто прекрасное.

Пока китайцы не пришли.

Они только успели установить мины и легко перекусить — на ночь особо наедаться нельзя, даже если ты голоден как волк. С полным брюхом уснуть трудно, выспаться ещё труднее, а Зона второй шанс даёт редко. Не выспался — в аномалию наступил или мутанта не заметил, и сожрали тебя, вместе с тапками. Так что на ночь лучше не есть вообще, но если ты будешь голоден, ты опять же не выспишься или уснёшь с трудом и обратно не выспишься. Лёгкий перекус на сон грядущий, оптимальный выбор, этакая серединка.

А бывали времена, наверное, и не только у них, когда есть под вечер или нет — такого выбора не стояло вообще. Ты или ешь, потому что еда появилась или с голоду подыхаешь. Но те времена в прошлом — до первой серьёзной неприятности, каковых не бывает почти никогда, если сталкер опытен и осторожен. Нужно лишь соблюдать простые правила и твои шансы на выживание, резко повысятся. Не иди в Зону искать артефакты, если нет с собой достаточного запаса еды и патронов. Не иди туда, где радиация, если нет при себе препаратов её выводящих. Не используй водку, вместо антирадина — захмелеешь и всё, экспрессом на тот свет сразу. Не уходи далеко от мест, где есть торговцы, если не уверен, что амуниции хватит на твой путь. Ищи торговца, а не артефакты, если патронов осталось слишком мало. А если купить не на что — что ж, ищи артефакты и надейся, что Зоне это понравится, что она полюбит тебя. Ведь иначе, ты найдёшь лишь смерть…

Иногда Андрей не понимал, почему он остаётся здесь, почему не вернётся на Большую землю.

Но как бы ни обстояли дела, понимал он или нет, думал об этом или нет, он всё равно здесь.

Зона стала частью его, а он частью Зоны.

— Андрей. — Позвал Олег, едва заступивший на пост. Андрей не успел даже путём устроиться на остатках штукатурки и прошлогодней травы, припорошенной тонким слоем снега. Впрочем, всё равно не получится. Он хоть и привык спать, где придётся, но от неудобства такого сна, привычка к нему не избавляет почему-то никак.

Олег замер у прохода. Он смотрел в поле, туда, откуда они пришли. Андрей занял позицию у второго выхода, за завалом из обломков дома, грязи и сухой травы, да каких-то веток, видимо, наметённых сюда паводками или просто ветром.

По полю шёл какой-то мужик в драном плаще, капюшон коего натянут до самого носа, собственно только кончик носа там и видно. На плече оружие, какое, отсюда не разглядеть.

Сталкер шёл прямо к ним. Шёл не быстро, но и не медленно. В руке нет датчика, он не проверяет путь при помощи болтов. Незаметно, что б он был сосредоточен или осматривался, просто идёт, как будто по дороге. Словно он и так видит все аномалии — на мгновение, по спинам обоих пробежал противный холодок. Вспомнились жуткие сказки Зоны о её Хозяевах, легенды о мутантах, способных видеть аномалии и будущее, о сталкерах, в коих дыхание Зоны проникло так глубоко, что они перестали быть людьми, стали бездушными марионетками в Её руках.

Сталкер остановился в одном месте, постоял, сделал шаг назад и обошёл стороной ничем не примечательный участок поля. Кажется, они вместе с облегчением выдохнули — не из сказок местных это персонаж, не бывает этих жутких существ. Перед ними вполне обычный человек. Редкий, очень редкий, но всё же просто человек. Есть среди сталкеров люди с особым чутьём, настолько развитым, что они больше полагались на свои чувства, чем на датчики и болты. Они просто чувствовали опасность — причём, зачастую, любую опасность, а не только аномалии.

Так называемые Проводники. Впрочем, не для красного словца и не просто так их называют именно так. Зачастую, такие люди именно проводниками и нанимаются, тем промышляют и на то живут. А те, в ком есть подобный талант, очень быстро получают известность, их услуги стоят дорого, армия желающих заплатить не переводится. Кроме них, мало кто может провести по Зоне, с почти полной гарантией добраться до пункта назначения живым. В них есть что-то мистическое и одно время Андрей с Олегом относили их к числу сказок Зоны, выдуманных от безделья у сталкерского костра. Но они существуют — лично в том довелось убедиться, они есть не только в сказках и они всего лишь люди. А лучше всего об этом говорит то, сколь мало их в Зоне. Несмотря на то, что новые Проводники возникают регулярно их всегда мало. Просто они не редко гибнут.

Есть у всех Проводников одна общая черта, порождённая их же мистическим чутьё — часто они слишком самонадеянны, слишком сильно полагаются на своё чутьё.

В какой-то момент, большинство Проводников утрачивают осторожность, и их настигает аномалия, мутант или сталкерская пуля. Лишь единицы из них, живут и здравствуют годами, словно заговорённые. Рус, Американец, Рональд, Фредди… вспомнив лицо Фредди, Андрей непроизвольно вздрогнул. Вот уж верно так верно прозвище приехало. Фредди лицом один в один как персонаж одного классического фильма ужасов. До знакомства с этим Проводником, Андрей даже с улыбкой вспоминал тот старенький фильм — почти комедия. Но стоило глянуть на эту девушку один раз, как улыбаться что-то не хотелось совсем. Не лицо у неё, а сплошное…

Что-то не так с этим пассажиром. Он не мог их не заметить, но продолжает идти. Будь он трижды проводником, а так себя вести с людьми в Зоне — самоубийственная беспечность.

Когда до разрушенного домика оставалось меньше двух десятков метров, Олег громко свистнул, привлекая внимание сталкера. Теперь он остановился. Выпрямился, приподнял голову.

И улыбнулся им. Да так, что изнутри всё похолодело.

Андрей, да и Олег, сердцем почуяли — надо стрелять, прямо сейчас, прямо в башку.

Но… это как-то слишком. Мужик может, заблудился, может он…

— Сложите оружие, и благодать Святая коснётся вас, войдёт в вас и Истину Господа нашего, вы узрите ни глазами, ни сердцем своим — душой коснётесь вы благого сияния Господа нашего.

— Какого хера? — Не понял Олег.

— Мужик, ты кто? — Тоже ничего не понял Андрей, но решил всё же как-то попытаться привести всю эту странную ситуацию к мирным рельсам. Смерти в Зоне и так с избытком.

— Грешник, я всего лишь грешник, ищущий благодати и прощения Господня. Я такой же, как и вы, но я обрёл шанс на искупление. Вам будет подарен тот же шанс что и мне.

— Мужик, нам ничего не надо. Иди дальше, ладно?

— Вы получите дар Господень. — Тоном убеждённым заявил парень.

— Я тебе щас дар в ебало заряжу, не господень, а тульского оружейного блять! — Рявкнул Олег, с трудом сдерживающий понятный и простой порыв продырявить голову незнакомца.

— Ваше искреннее согласие желательно, но, на самом деле, выбора у вас нет.

Произнёс сталкер и скинул капюшон на плечи. Он смотрел на них широко открытыми глазами. Спокойными, добрыми глазами. Белки коих прорезаны сеточкой чёрных нитей — настолько чёрных, что даже с двадцати метров их прекрасно видно.

А спустя долю мгновения, сталкер сбросил с плеча оружие и вскинул его к плечу. Два выстрела слились в один. Сталкер вытянулся в струнку, откинув голову назад — пуля пробила лоб, выбросив на улицу половину его мозга. Он рухнул почти сразу, рядом со своим гранатомётом.

Однако второй выстрел — его сделал, ныне покойный, черноглазый непонятно кто.

Словно в замедленной съёмке, Андрей видел, как летит граната — он был готов поклясться, что видел это, хотя, наверное, это и невозможно. Пошевелиться не мог, лишь видел эту гранату, летевшую к ним. Вот она преодолела завал, вот врезалась в холм — всё, это конец. Им не выжить, надо было стрелять сразу… мир пришёл в норму. Снова холодный ветер, снова слышно его свист.

С глухим стуком, граната падает наземь, на полусгнившие доски этого старого домика.

— Ебать мои старые костыли… — Пробормотал Олег. Белый как мел, с широко открытыми глазами. Андрей выглядел не лучше. Вместе они смотрели на гранату, упавшую на пол. Не разорвалась. Просто упала и всё — повезло. Просто нереально, невозможно повезло.

— Зона нас и правда любит. — Заплетающимся языком молвил Андрей. Но не в первой — это Зона, опасность тут всегда рядышком, не дремлет она никогда.

Оклемались быстрее, чем граната успела укатиться в одну из дыр в полу. Аккуратно подцепив её пальцами, Андрей поднял гранату и глубоко вздохнув, собрался выбросить — тут очень нежно надо всё делать. Сейчас не разорвалась, но мало ли? В любой момент может рвануть и… Андрей приподнял бровь и повернул гранату боком. — Какого хера? — Вопросил он, обнаружив дырку в боку гранаты. Сунул туда палец, взвесил гранату на ладони — что-то она какая-то невесомая.

— Андрей… я… — Олег покачнулся и грохнулся на пол. Кое-как сел, привалившись спиной к стене, и едва слышно проговорил. — Ноги… ноги не чувствую…

Андрей бросил гранату обратно в поле и попытался вскинуть автомат — бесполезно, оружие выпало из рук, вдруг став просто неподъёмным, словно к нему привязали штангу в пару сотен килограмм. Повернул голову, посмотрел туда, где лежал мертвец. Там и лежит, раскинув руки в стороны. Только он уже не один. Из-за взгорка показались фигуры в плащах. Их там штук семь, все чем-то похожи они один на другого.

Ноги подкосились, Андрей свалился на пол. Сил хватило только на то, что б добраться до стены и привалиться к ней спиной. Он попытался вытащить нож, добраться до гранаты на поясе — увы, руки повисли плетьми. А вскоре и шея перестала повиноваться.

Гранатомёт не совсем гранатами стрелял, какой-то газ. Наверное…

Со своего места, он видел только проход из домика, да и то, сбоку и не весь. Кто они такие, куда идут? Ну, идут сюда, наверное… громкий хлопок и из прохода полетело облако пыли, ошмётки пола, камня и много красных бисеринок, пополам с красноватыми кусочками больших размеров. Один такой упал ему на живот. Изорванный такой, крючковатый. С ногтем. Кажется, указательный, а может, безымянный. Сложно сказать, уж сильно его порвало взрывом.

Андрей не смог удержаться от улыбки — просто лицо перестало слушаться, а так бы сейчас улыбнулся. С ними, видимо, всё. На бандитов напоролись или что там ещё Зона припасла в качестве сюрприза. Жаль, наверное, а с другой стороны, вполне ожидаемо — любовь Зоны недолговечна, а их она любит… любила. Теперь всё, пришло время платить по счетам. Слишком долго они выживали, слишком долго смерть уходила ни с чем, теперь всё, теперь пришла пора и им двигаться дальше.

Но они ушли не одни, минимум двоих ублюдков прихватили с собой.

Когда пыль улеглась, в их укрытие вошли трое. Двое тащили на себе тела. Их сложили рядком, возле Олега. Тот самый парень, с простреленной головой и кто-то ещё — сложно понять кто, так как после знакомства с миной, от него остался только комок изорванной плоти и тряпья.

Третий присел на корточки рядом с ним.

— Добра тебе усталый путник. — Услышал он и посмотрел в лицо говорившему.

Бледное, чистое лицо, с правильными чертами. Белокурые волосы спадают на плечи, прядка их падает на лоб. Лицо кажется привлекательным, даже красивым.

Но глаза… они, наверное, когда-то были красивые. Тогда, когда вообще были.

Два чёрных провала вместо глаз, за которыми… она моргнула и улыбнулась ему. Это не провалы. Это и есть глаза — два чернильно-чёрных пятна. Бездонные, пугающе чёрные глаза…

— Возрадуйся грешная душа, — с той же улыбкой вещает девушка. Тонкие пальчики почти с нежностью коснулись его щеки. — Сегодня ты обретёшь дар Господень и шанс искупить все свои прегрешения, неся Слово Божье и Благодать Его, на этих землях отравленных дыханием Ада.

— Ик. — Ответил Андрей. Он просто ничего не смог придумать — в голове пусто от слова совсем.

Хотя вот сейчас, в этот момент, что-то в памяти шевельнулось — какой-то жуткий слух, услышанный однажды в комнате у какого-то торговца, какой-то отрывок толи сказки, толи…

К сожалению, он не мог вспомнить, а страх поднимался из глубины души всё быстрее, заполнял собой разум. Он не мог оторвать взгляда от её чернильно-чёрных глаз. Они поглощали всё внимание, затягивали, словно в омут. В них было нечто жуткое, пугающее до смерти.

— Не бойся, в тебе говорят твои грехи и потому, ты испытываешь страх. Но это продлится недолго, очень скоро, ты станешь на путь истинный и жизнь во грехе, останется в прошлом. Ты…

Послышался какой-то шепоток, едва слышный. Девушка осеклась, нахмурилась, отвернулась в сторону и вытянула свою тонкую шею. Андрей перевёл взгляд ниже — под распахнувшимся плащом он увидел относительно чистую рубашку, тонкую кофточку, натянутую небольшой, высокой грудью. Девушка поднялась на ноги, и он сумел рассмотреть эти ноги и что повыше тоже. Вполне есть на что посмотреть. И рост не большой, и джинсы на ней в обтяжку, все дела… да уж, нашёл, на что смотреть. Крышка им, вот-вот уже на тот свет, а всё туда же…

Пояс.

У ней на поясе нет ни хрена. Просто кожаный ремень, поддерживающий штаны. И нож. Всё, где спрашивается, что-то ещё? В рюкзаке конечно. Ага. А рюкзак где? Только что она повернулась спиной — плащ видно, рюкзака нет. Только дробовик небрежно повешенный на плечо.

Или она всё оставила на улице, непонятно за каким хреном, или же она практически голая сейчас — в таком снаряжении по Зоне ходить, это всё равно, что голышом. А может её вещи у её друзей? Глянул на друзей тех — такой же абзац. Оружие, лёгкая одежда, у некоторых ножи, всё.

Страх — вот в чём дело, просто страх. На самом деле, им просто не повезло. Они вышли слишком близко к логову какой-то новой группировки. Таких в Зоне постоянно вагон и маленькая тележка сзади. Постоянно возникают новые — два сталкера свихнулись примерно в одну сторону, всё, группировка уже готова, а последователи быстро найдутся. Тут и так крыша не на месте считай у всех. Достаточно найтись кому-то, кто подскажет в каком направлении ей ехать и вот уже за тобой целая куча фанатиков. Обычно такие группировки не долговечны, либо распадаются, либо гибнут, но не которые существуют годами. Как Долг и Свобода, например. Вот одна из таких, с претензией на долговечность им и попалась. Они просто оставили вещи рядом. Что это значит? Ни хрена хорошего… вот так всё и кончится? И как именно? О какой ещё благодати трезвонит эта курица? Эта симпатичная, эта черноглазая, привлекательная и пугающая ку… она протянула руку, едва не попав ему пальцем в глаз. И от этих пальцев что-то потянулось к нему. Ногти окрасились в чёрный цвет, с них что-то капает, но капли не падают наземь, они изгибаются, вытягиваются, словно щупальца тянутся к его глазам. Андрей пропотел с головы до пят, неотрывно глядя на черноту, тянущуюся к его лицу. Чёрные нити, словно живые, извиваются перед носом и…

— Добрый, знаете ли, вечер. А вот и я! — Сказал кто-то радостно и громко.

— Тебе здесь не рады. — Произнёс кто-то совсем не радостно, но тоже громко.

— Что вы говорите? Какой кошмар! — На пару секунд возникла пауза. — Ромочка, друг мой, вы только послушайте! Какая правильная и чистая речь. Не хамят, не ругаются. Какие удивительные люди должен вам сказать. А вы говорите — пидорасы какие-то на помойке шарятся. Но вот мы здесь и вы посмотрите на этих молодых людей! Ни помоек, ни неприятного поведения, абсолютно вежливые, добрые молодые люди. Рома, вы должны немедленно извиниться. Как видите, среди этих несчастных, нет ни одного пидораса. Вы обратили внимание? А теперь извинитесь.

— В пизду иди. — Буркнул кто-то невидимый и чем-то сильно недовольный.

— Как вульгарно! И должен заметить, что возмутительно.

— Адский сын ты должен немедленно уйти отсюда! Это место освещено Господним светом, не оскверняй его, пока не закончено Таинство Святое. — Произнесла девушка.

— О! Рома, вы только посмотрите! Здесь есть удивительно прекрасная и добрая женщина. Вы только посмотрите — эти прелестные волосы, эта чудная шелковистая кожа, эти глаза… кхм. Туда Рома не смотрите, там что-то с бедняжкой не так. Возможно, ей нужна медицинская помощь. Подозреваю, что у неё, какое-то редкое и неприятное заболевание, возможно гельминтной природы. Это по-простому если хотите, то, простите, будет звучать как…

— Хватит демон! — Воскликнула девушка, шагнув в сторону и убирая руку от лица Андрея. С облегчением он выдохнул, моргать стал — пот залил глаза. Что это вообще было?

— А вот хамить, пожалуйста, не надо. Девушка, будьте так…

— Апостол Господень Мария. — Холодно и высокомерно заявила девушка.

— Да что вы говорите? Как интересно! Машенька, а вы апостол от какого господа?

— Как от какого демон? — Рявкнула девушка, хмуря бровки и покидая комнатку, образованную полуразрушенными стенами древнего домика, что был, по сути, одним из немногочисленных скелетов СССР, чудом доживших до сего дня. Наверное, только в Зоне от той древней огромной страны, что-то и осталось.

— Понимаете в чём дело, их довольно много. А вы не уточняете. Как же мне с вами общаться, любезная юная девушка Маша, если я понятия не имею, под кем вы ходите, кто у вас за Папу?

— Что?

— Велес! Хорош вола ебать. Ты всё прекрасно понял. Они…

— Молчи грешник! Ты отдал себя во власть демона — для тебя уже нет спасения! — Рыкнула девица, которую теперь не видно. Её друзья стоят как изваяния, все смотрят куда-то на улицу, лица у всех каменные. И глаза, у всех у них, глаза испещрены чёрными ниточками. Они люди вообще?

— Я же вас просил, Машенька, зачем вы хамите? Никакой я не демон, а вполне уважаемый…

— Ты есть Зло! И пусть Господь, через Пророка своего, велел нам принять то, что ты есть, но это ничего не меняет. Мы есть Любовь, мы посланники Его, а ты — Зло, проклятье всего рода людского, созданного по Его образу и подобию. Ты здесь, что б отравлять умы и сердца, ты…

— Нет-нет, солнышко, вы всё не так поняли. На самом деле, я очень добрый, должно воспитанный человек, волею случая избранный исполнять обязанности такого же вымышленного существа, как и ваш…

— Ложь — есть твоё второе имя демон Баал. Молчи и иди прочь демон!

— Велес я.

— Уходи! В этом месте, скоро случится Чудо. Грешные души, пропитанные Злом, вскоре обретут шанс на искупление, Благодать Господня снизойдёт на них и обратятся их души к Райским кущам и все пять заповедей Господних, узнают они!

— Заповедей десять, дебилы блять. — Ворчит Роман по этому поводу.

— Поганый прихвостень Ада! Как ты смеешь?!

— Я христианин. Короче! Велес, ну какого хера?

— Рома, без паники. — Андрей, слушая весь этот странный бред, попытался подняться — бесполезно, тело отказывалось повиноваться. Но не совсем. Он сумел пошевелить пальцами. Что бы с ними не случилось, это уже проходит. Нужно постараться, как-то ускорить процесс.

— Какой без паники? Мы куда идём? Мы куда шли? Ты за каким хуем за ними увязался? Зачем с этой курицей базаришь? Да блять! Я хуею с этого зоопарка мать твою…

— Машенька, не слушайте. Это очень плохие слова. Вашим чудесным ушкам совсем не обязательно доносить до вашего маленького мозга, смысл этих страшно вульгарных слов. И не надо сверкать глазками! Во-первых, они у вас чёрные, ничего же не видно — пустая трата времени и сил. А во-вторых, это вовсе не оскорбление. Столь красивой девушке большой мозг только помешает.

Несколько секунд, было очень тихо.

— Они принадлежат Господу. — Почти прошипела девушка.

— Да простит их Аллах, слава Зевсу я уже тут.

— Демон!

— А вы солнышко. Черноглазое, глупенькое, но симпатичное солнышко. Но давайте уже оставим обмен комплиментами и перейдём к делу. Видите ли, Машенька, только что, надо заметить, совершенно неожиданно для себя, я вдруг понял, что заключённое между нами соглашение, не совсем отвечает реалиям современности и нашим общим желаниям.

— Мы не уйдём, мы будем сражаться за грешные души этой земли! — Голос звучал в сей момент так отчаянно пафосно, что у Олега даже рука шевелиться начала, а Андрей ногой дёрнул. Впрочем, это могло быть и никак не связано одно с другим. А с другой стороны — вот-вот начнётся пальба, а они развалились на полу совершенно беспомощные. Если так дальше пойдёт, в лучшем случае шальными пулями в решето превратят. В худшем…

— Машенька, давайте отойдём в сторонку и побеседуем. С глазу на глаз. Я сердцем чувствую, что вы очень благоразумны, и мы определённо сможем прийти к некоему соглашению.

Стало так тихо, что едва слышный свист ветра, теперь почти оглушал.

— Лишь потому, что Пророк передал Господне повеление нам, я соглашусь. Но помни демон, помни падший ангел, хоть и силён ты и Адским огнём властью наделён, помни — земные пажити ослабляют тебя. А в моих жилах течёт чистое сияние Благодати ниспосланной самим…

— Зевсом?

— Господом!!!

— Ну и Будда с ним. Давайте уже отойдём и обсудим нашу неожиданную дилемму.

Рыкнул кто-то, что-то злобным женским голосом, послышались шаги, затем все черноглазые вышли через единственный нормальный проход, заметно расширившийся после взрыва. Но одни они не остались. В помещение вошёл уже знакомый им сталкер в подозрительной броне.

— Здорово. — Буркнул он, прислонившись к уцелевшей стене здания. Стал на них внимательно и мрачно смотреть. На трупы глянул, хмыкнул зачем-то, снова на Олега посмотрел, потом опять на Андрея. Снова хмыкнув, заговорил. — Ну и какого хрена вам такие плюшки продают? Усатый, давай ты сейчас мне всё расскажешь по-хорошему, а когда этот дебил вернётся…

— Я всё слышу, между прочим! — Крикнул кто-то издалека.

— Не хуй уши греть. Не с тобой говорю. — Чуть повысив голос, ответил Роман. Издалека новых слов не прилетело. Только какое-то бормотание слышно — где-то рядом, но всё же достаточно далеко, разговаривают двое. — Так кто вы такие и почему вам продают такое реальное барахло?

— Сталкеры. — С трудом, но всё же сумел сказать Андрей. В тот же миг, правая рука начала повиноваться — к сожалению, не вся. Только кисть двигается.

— Просто сталкеры?

— Да.

— Понятно. — Роман пожевал губами, помолчал сердито. — Короче, из-за вас у Велеса не в ту сторону кукушка поехала. Ему приспичило выяснить, почему Организация торгует с вами таким барахлом как эти долбанные мины. Ещё раз — вы кто блять такие?

— Я уже сказал, мы просто сталкеры.

— А я мать Тереза! — Рыкнул Роман, что-то невнятное проворчал, на пол плюнул и тяжко вздохнув, стал смотреть туда, где говорили двое и, видимо, расположились остальные сталкеры, напавшие на них. Да… что ж это за сталкеры такие? Чёрные глаза, какая-то муть религиозная в каждом слове, путешествуют явно налегке, зачем-то трупы собратьев сюда подтащили и аккуратно положили рядом с ними. При этом по поводу смерти двоих своих, у них практически никакой реакции. И этот с гранатомётом — что за суицидальные наклонности? Зачем так рисковать, что б пульнуть в них гранату с газом? Ладно бы реальная граната была, у него могло и получиться живым выйти из ситуации и их прикончить. Но она газовая мать её. В Зоне с таким нелогичным и суицидальным поведением живут ровно до первой аномалии, до первого мутанта. А этот на вид далеко не сопляк, опытный сталкер. И такую лютую глупость творит — творил. При жизни. Теперь-то уже всё, каюк парню. От пули в голове аспирин не помогает.

А ещё эти двое. Зачем увязались за ними? К чему вопросы? Ограбить они их не хотят. Но что им тогда нужно? Что черноглазым от них нужно? Что это за дурдом вообще? Зона блин…

В комнату зашёл лохматый мужик с серыми глазами. Прислонился к стене рядом с Романом.

— Ну, чё?

— Свет Истины и божественного бытия проник в их сознание! — Торжественно заявил Велес и добавил с радостью в очах своих серых. — И полностью погасил свет разума! Свершилось Чудо мой юный друг — не впервые и всё же, Божественное одержало верх над логикой. — Вздохнул, кивнул, зачем-то в сторону завала из грязи и веток и добавил. — Машенька медитирует, благодать ищет. А ещё с богом общается — с каким именно, она признаться так и не пожелала, но тут моя вина, я не слишком настаивал. Впрочем, не столь важно. Куда интереснее Рома, ты не поверишь, но для общения с богом, она выбрала чистый воздух. Поразительно! Ни кокаин, ни героин, ей нужен только лишь чистый воздух. Никогда бы не подумал, но и так бывает.

Почему-то, в течение всей этой речи, Роман мрачно и пристально смотрел в профиль своего спутника. Кажется, ему эти слова сильно не понравились.

— Если долгонутые упали нам на хвост, они скоро будут здесь. — Наконец, заговорил Роман.

— Не переживай. — Отмахнулся Велес. — Им и в голову не придёт, что мы с тобой пойдём куда-то в поля, непонятно зачем, когда вот-вот всему миру крышка. Они нас там искать будут, а мы здесь с тобой. — Велес усмехнулся, самодовольно очень. — Правда, забавно?

— Ты блять издеваешься? — Покраснев от гнева, говорит Роман.

— Ну почему сразу издеваюсь? Я вполне серьёзен. Ну, какой псих, предпочтёт спасение всего этого мира, каким-то своим сие минутным интересам? Такое просто невозможно!

— То есть, мы идём дальше, куда собирались?

— Чего это вдруг? — Нахмурился Велес. — Я же ещё ничего не узнал! Нет, решительно нет. Мы пойдём с этими двумя загадочными мужчинами, что бы выяснить, почему они такие особенные.

— Да ёбана в рот!

— Вот не надо тут вот этого вашего. Мы всё-таки приличные, хорошо воспитанные люди.

— Мир спасать, кто блять будет?

— Да ну его. — Махнул рукой Велес. — Надоело. Вот разгадаем эту загадку и тогда, вот совершенно точно, тогда, только вперёд, на спасение мира, во имя мира, во славу меня и просто так.

Минуту Роман молчал. Велес любопытно осматривался. Ветер тихо свистел.

Роман проворчал что-то непонятное, достал пистолет, шагнул к Андрею и приставил ствол к его носу. Чуть наклонился, глянул ему прямо в глаза и прошипел.

— Говори, кто вы такие и какого хера Организация с вами торгует?!

— Мы простые сталкеры, мы… — Роман передёрнул затвор прямо у его носа.

— Рома! Немедленно прекратите! Что о нас подумают законопослушные граждане Зоны? Мы не можем поступать так вульгарно и жестоко!

— Мы сейчас выясним, какого хера и пойдём дальше. Ясно?

— Нет Рома, это не наш путь. Мы сопроводим этих несчастных, усталых, совершенно безобидных путников и в порыве бесконечной, душевной благодарности они…

— Я ему сейчас ногу прострелю, и он всё скажет.

— Но так же нельзя! Роман. — Велес подошёл к ним, положил руку на запястье Романа и заслонил Андрея спиной. — Поймите, мой добрый друг, я искренне сопереживаю этому миру и готов спасать его хоть каждый день, ценой жизни абсолютно любых людей. Кроме вашей конечно. Но если мы будем действовать такими отвратительными методами, на пути спасения мира, во имя хрен знает чего и почему, чем же мы тогда лучше злодеев, что решили взорвать это прелестное место, предав его огню и разрушению? Нет Рома, нет, мы должны быть выше и лучше, мы должны быть добрее и милосерднее этих чудовищных злодеев. Мир будет спасён Рома, но не такой ужасающей ценой. Нет! Только не так!

Пистолет опустился вниз, секунд пять было тихо.

— Велес, ты что несёшь?

— Лишь сострадание и боль, в своём огромном сердце.

— Да ёбаный ты в рот…

— Давайте так Роман, один день. А потом, мы сразу же вернёмся на наш опасный, тернистый путь и спасём всех кого попало. Как вам такое предложение?

— Ты сам говорил, что время идёт, что нужно торопиться, что…

— Ах, оставьте! Мы всё успеем. К тому же, зачем спасать этот мир, если уже и передохнуть немного нельзя? В конце концов! Нас обстреляли, мы попали под Выброс, я промочил ноги — это было ужасно! Такие чудовищные лишения и ради чего? Нет и нет! Мне просто решительно необходим лёгкий перекур, после чего мы немедленно вернёмся к спасению мира.

Тихо ветер где-то свистит, небо темнеет по случаю скорой ночи, все молчат.

— Тьфу ты, блять! — Наконец, зло рыкнул Рома, в пол плюнул и вышел из комнаты.

Велес проводил своего друга взглядом, потом посмотрел на Андрея.

— Добрый вечер! — Воскликнул он, всплеснув руками и приветливо улыбнувшись. — Доктор, уважаемый наш доктор…

— Шутник. — Тихо ответил Андрей.

— Где? — Не понял Велес. Огляделся, закрыл глаза и хлопнул себя ладонью по лбу. — Ах, простите, это же вы про своего друга. Не переживайте, я прекрасно помню. Это вот этот молодой человек, ваш мрачный друг и опытный рыболов… кстати. — Он посмотрел на Олега, кашлянул и участливо очень, говорит теперь. — Уважаемый, не расскажите ли нам, когда это с вами случилось? После какой, наверняка, ужасной психологической или, может быть, реальной физической травмы, конечно же, головы, вы начали рыбачить где попало?

— Да пошёл ты…

— Договаривать не нужно. — Вздохнув грустно, говорит Велес. — В противном случае, высока вероятность, что я разочаруюсь в вас и осознание вашей невероятно трагичной судьбы, понимание, как глубоко вы погрязли в невежестве и бескультурье, может сыграть с вами злую, неприятную шутку. Уверяю вас, вы даже можете неожиданно и тяжело заболеть. Возможно, даже открытым переломом, какой-нибудь очень полезной части вашего тела.

Он вновь повернулся к Андрею. Кашлянул и заговорил.

— Итак, товарищ Доктор…

— Шутник я.

— Да? — Андрей кивнул — говорить всё ещё тяжело. Рука слушается только правая и то с трудом. Велес задумчиво выпятил губы, нахмурился. Потом покачал головой. — Эта погода отвратительно на меня влияет. Я ведь был уверен, что запомнил. Но, как оказалось…

Белокурая девушка остановилась прямо перед Велесом. Смотрит на него пристально.

— А может быть не надо? Машенька, вы же понимаете, как пагубно может увиденное сказаться на неокрепшем сознании этих замечательных юных парней? Право слово, что если они напугаются так, что сойдут с ума?

— Они увидят Чудо, дарованное Господом.

— Солнышко, у этого чуда есть вполне понятное и разумное объяснение.

— Мы пришли к соглашению. Ты хочешь его отменить демон?

Велес вздохнул как-то грустно, отрицательно мотнул головой и вышел прочь. Потом вернулся и, пространно извинившись перед дамой, зачем-то упомянув её рост и пропорции черепной коробки, на которой так прекрасно смотрятся её не сильно мытые волосы, он обратился к Андрею.

— Только не нервничайте. Если вы захотите, если вам это будет нужно, я в любом случае, обязательно объясню вам, что вы видели и как это работает. — Апостол Мария неотрывно смотрит на него и глаза её гневно сужены. — Простите ещё раз, а теперь, позвольте удалиться.

Девушка скрипнула зубами, проводив Велеса долгим взглядом, и вскоре повернулась к своим павшим товарищам. Она шагнула к первому, что лежит с простреленной головой. Присела возле него на корточки и положила ладонь на его шею.

— В соглашении между нами и демоном, которое было заключено вновь, сегодня — тихо, заговорила она, глядя прямо в глаза Андрею, — нет никакой скверны. Вы должны это понимать. Такова воля Господня и мы повинуемся ей. Повинуемся слепо, но вознагражденье велико.

Труп вздрогнул. После чего Андрей с Олегом вздрогнули тоже — мертвецы до Выброса обычно не поднимаются, а тут…

— Не бойтесь. Смотрите! Смотрите на силу Господню, смотрите на Воскрешение брата нашего, вручившего грешную свою душу Господу и Пророку его Михаилу!

Она поднялась на ноги, а мертвец сел. Мария протянула ему ладонь. Парень опёрся на неё и встал рядом с девушкой. Совершенно здоровый, на лбу только пятнышко крови. От сквозной раны, вынесшей почти весь мозг, не осталось и следа.

— Благодарю тебя Апостол. — Проговорил парень с улыбкой на губах.

— То воля Господа, я лишь желала этого, но у меня нет такой власти — Господь вернул тебя.

Воскресший кивнул в ответ и с улыбкой радостной, ушёл на улицу.

— Смотрите грешники, смотрите на силу и милость Господа нашего!

Сказала Апостол Мария с жуткими чернильно-чёрными глазами, сейчас широко раскрытыми, словно бы в фанатичном безумии — если б там зрачки были… а так это виделось просто жутко.

Она села на корточки рядом с изорванным взрывом телом и положила на него обе ладони. Сейчас Андрей мог видеть их отчётливо — не прошло и секунды, как на ладонях проступили раздутые вены, тут же начавшие чернеть, пока не стали казаться нарисованными на её руках.

А дальше было безумие, слишком нереальное, даже для Зоны.

Комок плоти и тряпья измочаленной осколками и ударной волной до неузнаваемости, принялся подрагивать, издавать звук разрываемой влажной ткани и пронзительный хруст. На глазах сталкеров, из тряпья проступили чёрные бурлящие жгуты, быстро растущие в размерах и обретающие форму конечностей. И уже очень скоро, перед ними лежало нечто, состоявшее из ошмётков человеческой плоти и тянущихся из неё чёрных, блестящих отростков, точно повторявших очертаниями недостающие части тела.

Минута и чернота стала светлеть, пока не обрела вполне нормальный, разве что чуть бледный цвет человеческой кожи. Мария пошатнулась и рухнула на спину рядом с телом — на месте жуткого обрубка, лежал вполне целый человек, частично одетый в изорванные лохмотья. Спустя мгновение, он вздрогнул, открыл глаза, сел на полу. Глянул на отвисшую челюсть Андрея, в круглые глаза Олега посмотрел и поднялся. Теперь уже Марии потребовалась помощь — он протянул ей руку, и она поднялась с его помощью. После чего девушка буквально повисла на его плече. Без посторонней помощи, она стоять не могла. Тяжело дыша, девушка обратила свой взор к Андрею.

— Сейчас вы узрели Чудо воскрешение, дарованное нам Господом. Лишь грешники, осознавшие свои грехи и ищущие спасения, могут получить столь чудесный дар от Создателя нашего. И, как оговорено было с демоном Адским, по воле и велению Господню, я, как Апостол Его, говорю вам, грешные души — мы больше не станем вас принуждать, мы не будем ничего требовать. Если захотите вы стать на истинный путь и обратиться к Богу, отдать ему свои души и жизни земные, ради кущей Райских и спасения в жизни вечной — найдите одного из нас, скажите о чаяниях душ ваших. И вскоре вы обретёте братьев во Боге и истинный путь — путь к спасению своему.

Андрей не нашёлся что ответить, но ответа никто и не ждал — девушка ушла, поддерживаемая товарищем, только что восставшим из мёртвых.

— П-пиздец к-какой-то… — Олег нашёлся что сказать, и главное, как точно и верно он подобрал слова. Увиденное не укладывалось ни в какие рамки… а может быть, это и правда Чудо?

Может быть, они и правда, ну… господь и так далее …

— Немедленно забудьте всё, что вы сейчас видели! — Громко заявил Велес, поспешно вернувшись к ним. Нахмурился, очки пальцем поправил, хотя при нём ничего такого и нет, заложил руки за спину и стал ходить по комнате, наступая им на ноги и, иногда, требуя от них извинений за эту их вопиющую наглость, мол, ноги они могли бы и не разбрасывать, где попало. Всё это время он говорил с ними. О каких-то аминах и цитоплазмах, про РНК и ДНК, про деление клеточных ядер и взаимодействие патогенов, способных образовывать симбиотические связи с чужеродными клетками. В общем, очень много он говорил, пространно, не слишком быстро и мало непонятно.

В какой-то момент вернулся Роман, Андрей на него вопросительно глянул.

— Не парься. Я сам ни хуя не понимаю, но ничего не поделаешь — терпи, скоро ему полегчает.

— Вы хам и грубиян. Будьте так добры и присядьте, я скоро закончу.

Закончил он где-то через час.

— Что ж, теперь, когда вы всё поняли и точно знаете, что ничего чудесного в увиденном вами действе не было и в помине, а вокруг нас сгустилась ночная тьма, позвольте задать вам вопрос. — Он подошёл к Андрею. Чуть подался вперёд, стараясь разглядеть в темноте его глаза. — Кто вы такие?

— Сталкеры, мы просто сталкеры. — Сердито проворчал Андрей, сидя на прежнем месте, с тем же беспомощным видом, максимально убедительно демонстрируя, что он до сих пор двигаться путём не может. Олег выглядел не лучше.

— Давай я ему ногу прострелю. А? Он всё скажет.

— Рома, это слишком легко. Так не интересно. — Отмахнулся Велес.

— Что? Какой блять интересно? Велес! У нас дело есть. Важное мать его дело!

— Согласен. Размытого Человека лучше не нервировать.

— Кого?

— Не обращайте внимания. Итак. Доктор.

— Я Шутник, а он Доктор… бля…

— Терапевт. — Буркнул Олег, унылый весьма, по поводу того, что двигаться не может.

— Прекрасно! Я точно так и сказал. — Проворчал Велес. — Итак, вернёмся к нашим делам… и да. Господа, прекратите уже делать вид, что вы беспомощны. То, что вас оглушило, давно выветрилось и даже если бы вы были просто сталкерами, вы бы давно уже смогли подняться на ноги. — Андрей нахмурился, глаза сузил, но ничего не сказал. — И будьте так добры, перестаньте тискать ваш пистолет, прикрытый полой плаща. Вам это ничем не поможет. Давайте не будем нервничать, портить нашу крепкую, такую удачную и удивительную дружбу. В такой чудесный день, который уже ночь, мне совершенно не хочется грустить на ваших похоронах.

Андрей медленно убрал руку из-под полы плаща.

— Что бы все ваши сомнения окончательно развеялись, и вы бы не допустили печальных ошибок. Роман, — Велес протянул к нему руку. Тот сидел у остатков внутренней стены комнаты, свесив голову на грудь, задремал, пока лекция шла. — Рома! Что за возмутительное поведение? Мы всё-таки в обществе! Прекратите спать, где попало!

— Чё тебе надо?

— И не бурчите, у меня очень чувствительный слух, он очень страдает от таких звуков. Будьте любезны, передайте мне одну из ваших перчаток. — Роман перчатку кинул, примерно ему в ухо. Не глядя, Велес перчатку поймал, выразил благодарность и бросил её в сторону Олега. Тот её автоматически поймал и замер, зажав в пальцах. Что это было и зачем, никто не понял. Кроме, пожалуй, Романа, сейчас хмыкнувшего как-то подозрительно. — Итак, кто вы такие?

— Я же говорю, сталкеры мы. Не понимаю, какого вообще вам надо от нас?

— Во-первых, не хамите. Мы спасли вас от вступления в группировку одного очень странного господина, искренне верующего, что он умеет говорить с вымышленными существами.

— С размытыми людьми? — Поинтересовался Роман.

— Нет-нет, с Размытым Человеком говорю я. А этот, который с глазами он…

Велес замолчал, Роман громко и, самую малость, издевательски, рассмеялся.

— Вы крайне дурно воспитаны. — Сердито молвил сталкер Велес и, кашлянув, снова обратился к Андрею, теперь сев перед ним на корточки и пристально глядя ему в глаза. — Кто вы такие?

— Сталкеры. Нейтралы.

— Прекрасно. Поздравляю вас. Но что в вас необычного? Что вы такое?

— Мы просто сталкеры. Всё. — Андрей ответил сердито, даже зло, но на деле ему было не по себе. Эти вопросы, то, как их задавали, вновь этот холодный взгляд безжалостного убийцы… что если вопросы этого психа не просто шиза очередного сталкера, двинувшегося по фазе? Что если с ними и правда что-то не так и есть нечто, что вызывает вопросы? Но что?

— Почему вам продали мины?

— Потому что они были в продаже. — Пожал плечами Андрей.

— Но почему только вам?

— Не только нам. — Тут он удивился, неподдельно и искренне. — Такое барахло можно купить у некоторых торговцев, если деньги есть. Это дорого. Но купить можно. Ты и сам можешь, если…

— Я знаю, что я могу. Но вот вы? Два уёбка с хуй знает какой горы? Блять, что-то тут не клеится, скажу я вам. — Качая головой, произнёс этот подозрительно сильно двинутый сталкер. Потом встрепенулся, улыбнулся рассеянно и снова заговорил. — Ох, простите. Я был с вами отвратительно груб. Но вы должны меня понять, эти неприятные люди с чёрными глазами, повышенная влажность, прохладный ветер и насморк — в таких ужасных условиях у кого угодно могут сдать нервы. Обещаю вам, такого больше не повторится. Всего лишь минутная слабость, дань тяжёлой, давно минувшей молодости.

— А бля!!! — Крикнул Олег, отпрыгнув к стене и бросив перчатку, словно она была раскалённым куском металла. Андрей, Роман, сам Олег, все кроме Велеса, смотрели теперь на пол.

Там, в скупом свете звёзд и Луны, рассеянном снежным покровом, быстро перебирая пальцами, деловито ползла перчатка от неизвестной им брони. Ползла она обратно к своему хозяину. Андрей подтянул ноги под себя и с удивлением, хотя скорее со страхом, следил, как эта перчатка двигается по полу. Может лунный свет, может темнота, или всё из-за этих черноглазых, но, почему-то, ему казалось, что ничего более жуткого, он ещё не видел.

— Так вы говорите, что эти мины и похожие высокотехнологичные предметы, улучшающие быт и существование в условиях Зоны, продают не только вам?

— Д-да.

Перчатка доползла до Романа. Он протянул руку, поднял её и положил в карман. Карман пошевелился и вскоре затих. Словно и не было ничего.

— Как интересно. — Велес сел на пол, плечом к плечу с Андреем.

— Ну? Всё узнал, что хотел? — Проворчал Роман.

— Мне нужно подумать. Очень любопытная информация.

— Да уж как пить дать. Странная херня. Раньше они против были. — Сказал Роман.

Кто такие эти они? Против чего они были? Андрей не очень понимал — он всё смотрел на карман плаща. Там эта драная живая перчатка… да кто эти двое блять такие?

Шло время, сгущалась тьма ночная. Роман клевал носом, Велес размышлял.

— Я так понимаю, вы остаётесь? — Спросил Андрей, когда напряжение, которое, по всей видимости, ощущал только он и Олег, начало буквально в воздухе звенеть.

— Конечно! — Воскликнул Велес, всплеснув руками. Роман дёрнул головой, заморгал отчаянно, осмотрелся, нахмурился в сторону Велеса, зачем-то ругнулся неприлично и, запахнув плащ, снова голову на грудь повесил.

— Тогда может быть…

— Нет-нет! Решительно нет. — Замотал головой Велес. — Вокруг ночь! Посмотрите — буквально ничего не видно. А кругом, скажу вам по секрету, полно таинственных смертельных опасностей, что рождает это чудесное место. Более того! — Велес придвинулся к нему поближе и зловещим шёпотом добавил. — Повсюду мутанты! Кровожадные, злобные мутанты. Они все очень опасные и очень голодные. — Сел обратно и кивнув Андрею, добавил. — Естественно, в такой отчаянной ситуации, исключительно доброе сердце и воспитание, не позволяют мне выбросить вас на улицу из этого надёжного укрытия. Посему, дорогие мои братья меньшие, вы можете остаться. Только предупреждаю сразу — у меня очень чувствительный слух, поэтому, вам не нужно громко храпеть.

Довольно долго все молчали. В процессе Роман окончательно уснул, а Велес, широко зевнув, прошёл в проход между завалами, потянулся до хруста в спине, запахнул плащ посильнее, свернулся там клубком и затих. Олег с Андреем переглянулись.

И вот какого хрена теперь делать?

— Попали мы друг, пиздец попали… — Пробормотал Олег.

Почему-то, хотя он и не мог видеть его лица, но ему показалось, что Велес услышал их и сейчас улыбается чем-то очень довольный.

3

Проснулся Велес довольно давно и если, поначалу, было даже забавно, то теперь он с трудом сдерживался. Очень хотелось вскочить и прописать пару хороших пинков.

Уже почти полчаса, как они проснулись и большую часть времени, эти два негодяя просто набирались смелости. А потом, ужасно медленно, стали пробираться к проходу. И вот уже полчаса прошло, а всего один из них перешагнул через него и замер чуть дальше в проходе. Вот, наконец-то, второй начал перешагивать, слава всем и каждому даром, но ёлки-палки, как же это медленно!

А поначалу была такая интрига! Вдруг решатся пристрелить и его и Романа? И ограбить. Но нет же, они просто стали тихо собираться и уходить. Ну, совсем ничего интересного — молодёжь, что с них взять? Эх, а были времена… нет, ну это уже просто какое-то свинство. Сколько можно перешагивать? Он пожилой, заслуженный сталкер, ветеран Зоны, легендарный искатель артефактов, тот самый, кто нашёл Клондайк… и вот чего он завис, задрав плащ повыше, что б полами не задеть его тут спящего? Вторая нога заклинила? Если они и дальше будут так медленно всё делать, какой же интерес потом неожиданно проснуться, обнаружить что они сбежали, естественно, украв автомат Романа, почему ему и придётся преследовать этих возмутительных негодяев, во гневе праведном от такой вопиющей неблагодарности… кстати.

Автомат надо не забыть спрятать, а то Роман не поверит, что они его украли.

— Олег… — Позвал тот, который уже перешагнул.

— Тссс! — Шикнул тот, который ещё перешагивает.

Нет, ну уже терпения нет. Нога затекла, бок болит. Какого, собственно, этого самого, спрашивается? Всё, устал он делать вид, что крепко спит.

Велес шумно вздохнул, оттолкнулся ногами от кучи хлама и по свежему снегу, выскользнул в комнату, легонько стукнулся плечом и тут же сел, привалившись спиной к стене.

Двое сталкеров, медленно покидавших сие укрытие, застыли без движения, на него смотрят.

— Вы не переживайте, на самом деле я ещё крепко сплю. Вы вполне можете продолжать свой излишне затянувшийся побег из этого странного места. Кстати, я вас не осуждаю. Такие странные эти двое, что за вами увязались, просто ужас, словами не передать.

Сталкеры переглянулись. У одного рука дёрнулась в неправильном направлении.

— Господа, не надо нервничать. — В глазах Велеса что-то сверкнуло. У ребят глаза округлились, челюсти слегка отвисли. Велес лучезарно им улыбнулся. — А теперь вы убегаете. В ужасе.

Что они собственно и сделали, даже не дослушав.

— А потом я, возмущённый подобным неприятным поведением, естественно догоню вас и потребую извинений за ваше вопиющее поведение.

Сталкеры быстро уходили прочь, Рома сидел без движения, а что-то не даёт покоя — что? Хм, он нахмурился, выражая озабоченность и задумчивость. Что-то очень важное, что-то…

— Блять… вот дебил! Забыл совсем. — Проговорил он, сокрушённо качая головой. Потом веки сомкнул, искры пускать перестал и вновь глаза открыл.

Тут Роман проснулся, быстро огляделся и тут же поднялся на ноги.

— Это всё ты виноват.

— Я? — Справедливо удивился Рома.

— Конечно. Из-за тебя они всю ночь не сомкнули глаз, ты бы видел! Глаза красные, круги под ними, прям вурдалаки! Вон кстати, бегут. И, кажется, к несчастливой они бегут звезде.

— А ты что еблом щёлкал? — Буркнул Рома.

— Я? Но я же мирно спал, когда эти негодяи, возмутительным образом, тайком, прокрались мимо нас, украли твой автомат и сбежали! Я ничего не успел сделать. Просыпаюсь, а они уже там, на улице. Ведь я искренне надеялся, что ты будешь сторожить наш покой, жертвуя своим сном, во имя высшей цели! — Роман с прищуром на него глянул, скрипнул зубами, автомат свой поправил, потом на автомат свой посмотрел, обратно нахмурился.

— Так вот же автомат…

— Спасибо Зоне! — Возвёл он очи к небесам и к сердцу ладонь приложил. — Клянусь, сам видел, как они его украли. Видать и ей не нравится ужасное поведение этих молодых людей. Вот она и вернула тебе автомат. Но Рома, это же возмутительно! Мы должны немедленно их догнать.

— Да хуй с ними. У нас вот-вот ядерную бомбу тут взорвут, а ты…

— Но они погибнут, Рома! Мы не можем этого допустить. Несчастные напуганы до смерти, они почти бегут, а ведь они не выспались, ты бы видел их глаза!

— Стоп, ты ж сказал, они тайком, ты типа спал и всё такое…

— Это предчувствие Рома — сердцем чую, бедняги бегут по страшным, смертельно опасным полям Зоны, рискуя собственной жизнью. И всё из-за тебя!

— Из-за меня значит?

— Конечно! Кто перчатку бросил на пол и дал им увидеть, как она ползёт по полу обратно к тебе, а? Вот, то-то же. Кстати, довольно мерзкое зрелище скажу я тебе.

— Малой, я тебе блять щас в ногу выстрелю.

— Как будто я ждал иного! Роман. Вынужден сообщить, вы просто дикарь. — Всплеснул он руками, головой покачал и, рюкзак подхватив, шагнул к проходу.

Вскоре они уже шли по полям Зоны, следуя по чёткому следу двух пар ног, оставшемуся на снегу. Впрочем, в том особой необходимости не было — ребята не далеко ушли, спины обоих отчётливо видно далеко впереди.

Иногда они оборачиваются, иногда даже спорят — вероятно, кто-то из них предлагает открыть огонь в сторону мирных, абсолютно неопасных прохожих, в прошлом Ангелов Организации — по сути, наёмных убийц получается, но это только если утрировать, вероломно отрицая простое человеческое раскаяние и их несомненный, весьма значительный, духовный рост. Вот.

— Роман, как ты думаешь…

— Молча, я думаю. И тебе советую.

Что с него взять? Тяжкая жизнь, трудное детство, неблагодарная работа, смутное будущее, тяжкая травма головы в процессе неприятной оказии, вызванной не изученным и непонятным современной науке явлением. Его можно было понять и Велес, естественно, понимал.

Они шли по следу из собственно следов и двух спин на горизонте. Шли значит, шли и раз!

— Какого… — Пробормотал Роман, первый заметивший, что впереди ни кого нет.

— Куда они делись? — Велес удивлялся вполне искренне и оправданно — никаких рытвин там быть не могло, оба взбирались на холм и его склон прекрасно видно отсюда. Следы идут до определённого места, а дальше ровный белый наст.

— Ааааааа!!! — Донеслось сверху. Велес поднял голову и отскочил в сторону — сверху летел рюкзак, за ним усатый сталкер, следом второй. Роман тоже отпрыгнул, но аккуратного кровавого пятна на земле не получилось, хотя судя по огромной высоте, с которой ребята падали, таки должно было от них это самое и остаться. Но не случилось — в пяти метрах от земли, оба исчезли.

Спустя мгновение вопль сталкеров раздался слева и поражённые старые друзья, стали наблюдать, как в двух метрах над землёй появились те самые сталкеры, вверх пролетели немного и обратно падать стали, но уже немного левее. И упали бы — без вариантов. Причём им бы сильно повезло, ведь из-за полёта вверх, предыдущий полёт вниз, нивелировался по простым физическим законам. Они бы в снег упали, может отбив себе бока и заполучив неопасный перелом, но не более.

Однако они снова пропали и всё. Над Зоной тишина, только где-то далеко, лениво трещит что-то огнестрельное и, вероятно, крупнокалиберное.

Переглянулись старые друзья и, не сговариваясь, двинулись туда, где исчезли сталкеры.

— Ром, — произнёс Велес, когда скрип снега остался позади, а перед ними — просто чистый воздух и нетронутый снег. — Тут аномалия.

— В натуре? А я так вот сразу и не понял! Ведь все люди умеют становиться невидимыми!

— Вот не надо ёрничать. Я не про то. — Велес прикрыл глаза и вытянул раскрытую ладонь, поближе к тому, что чувствовал впереди. — Не простая это аномалия. Портал. Но необычный Рома, он связан с серией других таких же. Они словно бы одна большая аномалия, разнесённая на куски в несколько мест Зоны. Один из таких, связан с этим, но он не здесь находится, а где-то там. — Велес махнул рукой, указывая куда-то на север. Рома губы надул и ворчливо сказал.

— Заебись объяснил, я прям сразу всё понял.

— Портал куда-то ведёт и оттуда есть выход, такой же портал, но ведущий сюда, если это вход, то тот портал — выход. Они связаны немного по-другому, словно коридор с двумя дверями.

— То есть, если войдёшь здесь, то там где-то выйти сможешь опять сюда?

— Да, всё верно. — Велес шагнул ближе к порталу.

— Э? Ты что удумал?

— Ну как? — Велес ещё на шажочек приблизился к порталу. — Там, нечто неизвестное, некое приключение и точно есть выход наружу. Как я могу такое пропустить? Нет Рома, я должен туда попасть. Я хочу посмотреть что там… но, на самом деле, всё дело в том, что я просто не могу бросить в беде этих двух приятных молодых людей. Ведь из-за тебя они попали в эту неприятную ситуацию. Я просто обязан их выручить.

— Ни хуя ты не обязан. Ты забыл? Ты со своей энергией контакт нахер потерял.

— Да, увы. Даже молнии, самые крошечные, в моих мужественных волевых глазах и те никак вызвать не могу. Ты не представляешь, как это угнетает!

— Ну и хер с ними. Пошли.

— Нет-нет. Я точно спасу их.

— А мир? А бомба эта ебучая ядерная?

— Рома, я тут подумал. — Вздохнул тяжко и добавил. — Ну как мы можем спасти мир, если не спасли ещё даже собачку от усыпления? Надо же на чём-то потренироваться! А вдруг переспасём или недоспасём или вовсе всё напутаем? Нет, нужно сначала попробовать на чём-то попроще.

Несколько секунд Рома на него смотрел.

— Велес, ты дебил?

— Что вы сразу вот так? — Оскорбился сталкер. — Я, конечно же, не вполне здоров. Насморк, знаете ли. Опять же, мне кажется, что у меня повышена температура. Но почему же сразу это ваше вульгарное «дебил»? Напротив, я очень умён и находчив.

— Всё сказал?

— Нет, не всё, я должен вам заметить, что вы ужасный человек. Как можно бросить этих несчастных в беде? Ведь они боятся аномалий! А что бы спастись, нужно в аномалию прыгнуть, более того, нужно выбрать верную аномалию. Если я не спасу их — им не пережить этого удивительного приключения. Я должен это сделать Роман, мне жутко любопытно посмотреть… то есть, моё сердце в ужасе сжимается от острейших мук совести, при одной только мысли о том, что эти несчастные, умрут там ужасной смертью, умрут с голоду! Рома, а я даже не узнаю, что там за порталом находится… в смысле, мне совершенно не интересно, что там находится. Но я не могу бросить наших добрых друзей в трудную минуту. Они надеются на нас Рома! Мы должны.

— С хуяли они друзьями стали? И ты забыл от кого они когти рвали?

— Это всё слухи. На самом деле, они отправились разведать местность, а нас не разбудили, потому что заботливые и добрые друзья. Хотели, что б мы получше выспались.

— Короче. — Роман смотрел ему прямо в глаза.

— Я туда пойду. — Упрямо наклонив голову, заявил Велес.

— А бомба? Если с тобой что-то случится, нам же всем пиздец! Велес твою мать!

— Да, это действительно важно. — Покивав, он шагнул уже к Роману и говорит. — Слушай внимательно друг. Если я не вернусь, если я погибну в ужасных муках, спасая своих дру…

— Короче блять!

— В общем, бомба на краю Тёмной долины. За большой таинственной рощей, что растёт подле отвесного откоса глинистой породы, укрывается ужасная тёмная пещера. Подле пещеры, стоит зловещий столб, на нём табличка. На ней написано «бомба тут» — она действительно там. В пещере.

Роман на него так и смотрит. Злобно в основном. Велес руку ему на плечо положил и голосом проникновенным, лицом трагичный весь, да и говорит.

— Запомни друг — на тебе лежит ответственность за спасение всего этого мира, если я не вернусь из этой страшно опасной спасательной миссии. Помни — только ты стоишь между ужасной катастрофой, готовой поглотить весь этот мир и чудесным будущим, где толпы живых мертвецов ходят по Зоне в поисках живых, что б сожрать их заживо.

Роман моргнул зачем-то, Велес его по плечу потрепал и, взгляд послав проникновенный, перекрестился двумя руками, повернулся спиной и выдохнул.

— Храни меня Иосиф Виссарионович!

И прыгнул вперёд.

И исчез нафиг.

— Ёбаный пиздец… — Простонал Роман, борясь с желанием двинуться вслед за другом. Но…

Если он не вернётся?

Получается, теперь от него всё зависит, весь мир на волоске и только он…

Потому что Велес положил болт на всё движение и попёрся спасать едва знакомых подозрительных людей, да ещё и хрен знает куда.

Роман посмотрел в пустоту, где исчез его не совсем здоровый друг.

— Вернётся — убью я его на хуй.

Проговорил он и, тяжко вздохнув, стал ждать.

4

Открыв глаза, первым делом Олег сказал слово. Потом ещё одно. Когда слов стало так много, что без предлогов не обойтись, он сел, стал оглядываться и ощупывать пространство вокруг себя.

Ему сейчас было страшно. По одной очень простой причине — вокруг темнота. Полная, абсолютная темнота, в которой не видно почти ничего. Поэтому поводу, Олег тоже выразился. И точно так же словами весьма не литературного смысла. Это помогало, не так что бы очень, но страх немного отступил, перестав топить сознание с головой. Однако эффект тех волшебных, всем известных, слов, несущих с собой мощный заряд негатива и агрессии, долгим никогда не был. И полностью победить страх никогда не мог. По крайней мере, он таких примеров не знал. За то не понаслышке знал, что в Зоне, страх никогда не бывает беспочвенным. Здесь страх, зачастую, сигнал опасности, который игнорировать нельзя от слова совсем. Но и на поводу страха идти, погружаться в него полностью, тоже нельзя, ибо имеет он неприятное свойство перерастать в панику. В Зоне паника равносильна самоубийству. Поддался панике, потерял разум и всё — умер. Не всегда именно так происходит, но вероятность колеблется где-то в районе девяносто-сто процентов. Нельзя в Зоне игнорировать страх, нельзя быть безумно храбрым, но и визжа от ужаса делать глупости, тоже нельзя — сложно тут всё, не однозначно. Для большинства, однажды наступает момент, когда они слишком сильно поддаются страху, он перерастает в ужас, следует паника, человек допускает ошибки, делает глупости и очень скоро, от него остаётся так мало, что в кулёк собрать можно.

Страх нельзя гасить полностью, но и поддаваться ему всецело тоже нельзя. Простая истина, почти что заповедь, первейшая из всех, для любого психически почти здорового сталкера.

Но блин, бывают ситуации… вот как не предаться страху, когда с тобой такое творится?

Ладно, темнота — привык он, летние ночи, пещеры и туннели, в которых света либо очень мало, либо нет совсем. Обычно достаточно вернуться по своим следам или, найдя спиной опору, прислушиваться, надеяться, что опасность услышишь, прежде чем она тебя на куски порвёт и дождаться, когда взойдёт солнце. Но что-то подсказывало, что именно тут Солнце никогда не взойдёт. Просто в подземельях так не бывает, нету там Солнца вообще и никогда.

Страх нарастал, взять его под контроль не удавалось, разум постепенно тонул в пучине ужаса, ругань больше не помогала, да и не мог он уже говорить — язык, словно отсох.

Нужно что-то делать, просто сидеть в темноте и ждать с моря погоды, не вариант — тут моря нет, погода одна всегда. Над головой звёзд нет, воздух затхлый, темнота столь абсолютная, что глаза не привыкают к ней, не видно даже смутных теней. Надо как-то выбираться, только как? Не понятно, решительно и абсолютно не понятно. Но если он не начнёт что-то делать, что угодно, но хоть что-то, то, очень скоро, он сгинет в океанах ужаса и сделает какую-нибудь глупость, что обязательно приведёт его к неминуемой смерти.

Зажмурившись, Олег несколько раз глубоко вздохнул, не забыл выругаться, так сказать контрольным пакетом матерных слов и выражений, после чего попытался принять решение. Особо ничего в голову не приходило, только от страха потом прошибло. Самое умное, что придумал его разум, тонущий в природном, древнем страхе человека перед темнотой, так это осмотреться — раз уж глаза не помощник теперь, кто сказал, что это нельзя сделать по-другому?

Он стал шарить руками по полу, потом ощупал себя — этакую инвентаризацию своих пожитков на скорую руку провёл, и снова вернулся к осмотру при помощи пальцев.

Под ним плоский, гладкий и запылённый пол. Никаких признаков собственного оружия — всё оно куда-то исчезло, или хотя бы куска трубы, да хоть камня какого на полу.

И что теперь делать? Он ведь кое-что важное сейчас понял.

Дело в том, что он тут не один. Не сразу догадался, не сразу ощутил присутствие кого-то ещё, но вот ощутил и к ужасу примитивному, самому древнему из всех, прибавился вполне разумный и понятный страх оказаться чьим-то обедом.

Если эта тварь поймёт, что он… пот стёк по спине противной холодной струйкой. Красные огоньки зловещих глаз того, кто прятался в темноте, мигнули и…

Стали зелёными.

— Какого ху… — Договорить не успел. Над головой, с резким металлическим звуком, зажглась лампа. Потом ещё одна правее и ещё одна далеко впереди. Одна за другой вспыхивали многочисленные потолочные лампы, сделанные в виде длинных стеклянных трубок.

От неожиданности, от долгого пребывания в темноте, свет ослепил его. Хотя и ненадолго, но зажмуриться пришлось. А когда смог проморгаться и осмотреться, брови у него поднялись высоко вверх. Почти сразу Олег поднялся на ноги, и снова моргнув, ещё раз огляделся по сторонам.

Он стоял посреди большой комнаты. Не совсем то, что он ожидал увидеть, что ожидал бы увидеть любой сталкер на его месте. Всё тут затянуто толстым слоем пыли — это привычно, все старые бункеры, все дома, да всё в Зоне либо слоем пыли покрыто, либо ржавчины. Местная национальная традиция можно сказать. Однако помимо прочего, обычно, всё уже давно разграблено и разломано. Среди руин сталкеры снуют, ища артефакты и мутанты там снуют, ища уже сталкеров, в основном, дабы сожрать их нафиг. Диета у них такая. Сталкеров, того, на корм пускать.

А так чтобы не руины попались на пути — он в принципе не помнил такого. Да и откуда в Зоне, может быть что-то, кроме руин? Если, конечно, это не было построено уже после того, как Зона поглотила окрестности ЧАЭС и вступила в свои права, завладев этой землёй и всем, что на ней жило. Может где-то на ЧАЭС, теоретически, в порядке бреда и могло сохраниться что-то не тронутое временем и сталкерами. Нечто, сохранившее свой первоначальный вид. Но туда пройти живьём почти невозможно, там повсюду монолитовцы… пот снова прошиб. Окрестности из странной галлюцинации стремительно переходят в сферу почти неминуемой и очень скорой смерти.

Он где оказался? Что случилось вообще? Это что, подземелья ЧАЭС и где-то тут бродят наглухо монолитовцы?

Тяжело сглотнув, он сосредоточился на том, что было с ним до этой комнаты.

Аномалия была, они угодили в какую-то аномалию, чем-то напоминающую так называемый «Портал». Впрочем, у него есть и другие имена. Коварная, подлая аномалия. Её очень сложно засечь, в иных случаях вообще не возможно, а наступишь в неё и всё. Выбрасывает человека, не пойми куда — никогда не знаешь, где окажется то, что затянул в себя Портал.

По Зоне ходят разные слухи о тех, кто попадал в Порталы. Один сделал шаг, а ногу поставил на землю уже в десятке километров от места, где только что был. Поудивлялся, поматерился и дальше пошёл, через пол Зоны возвращаясь к своей лёжке.

Другой шагнул и материализовался в метре в сторону, точно над Трамплином, куда и рухнул с диким воплем. Один попал в Портал, и выбросило его в пяти метрах, да по ровному кругу — слева нога, справа рука, впереди голова… ему повезло, видимо, с Порталом. Добрая ему аномалия попалась. Он куда-то попал, но попал целиком — в данном случае, это можно рассматривать как настоящее, ничем не замутнённое везение, этакую шикарную улыбку Фортуны. С ехидным огоньком, потому как выбросило его сюда целиком, но и только.

А ведь ещё и выбираться отсюда надо, а куда, где, что вообще, в общем, абзац.

Стоят рядами офисные столы, на них компьютеры. В центре комнаты какие-то приборы, на них две зелёные лампочки и горят. А ещё там выпуклый монитор, по которому сейчас бегут строчки символов зелёного цвета. Всё относительно целое, компьютеры работают, столы стоят ровно, чуть ли не по линейке. Такое чувство, что это место не трогали с тех пор, как появилась Зона. Где он мог оказаться, учитывая всё увиденное? Тут не просто мебеля целые, тут ещё и электроника вся работает, непонятно как, и почему. Судорожно сглотнув, он вновь осмотрелся в отчаянии полном — если это ЧАЭС, а, судя по всему, она это и есть, то монолитовцы не заставят себя ждать. А у него из оружия только кулаки и остались. Всё пропало — и рюкзак, и нож, даже коробочка с рыболовными крючками, что на поясе висела, и та исчезла непонятно куда и как.

Надо выбираться и в процессе активно надеяться, что не наткнётся на бойцов Монолита.

Олег прошёл между рядами офисных столов, тщательно осматриваясь, прислушиваясь, даже размеренно дыша, чтоб не пропустить какой-нибудь запах или звук — отдельные аномалии испускают специфические запахи или звуки, так их можно обнаружить. А ничего иного ему не осталось. Датчик пропал вместе со всеми прочими вещами. Даже болт на верёвочки исчез.

К некоторым столам он подходил, осматривал древние компьютеры, листочки и карандаши, словно забытые кем-то на рабочем месте. Собственно каждый стол выглядел так. Казалось, посреди рабочего дня всех вызвали куда-то на пару минут, они работу остановили и ушли. А обратно уже не вернулись. На многих столах лежат бумаги — за редким исключением, он понимал, что в них. Большей частью записи касались понятных ему терминов и приборов — спасибо армии, подарившей ему бесцельно прожитые годы и некоторый багаж профессиональных знаний.

Другое дело, что почти всё, что упоминалось в бумагах, словно сошло с исторических справок, энциклопедий и учебников, из разряда «устарело», «не используется», «сдано в утиль за ненадобностью». На одном из столов целый ворох бумаг посвящён разработке новейшей обшивки для ультрасовременного спутника связи. По обшивке почти ничего непонятно, да и большая часть расчётов ускользала от понимания. Зато имелась картинка. Он её видел прежде — в учебнике по истории. Удивительно? Вряд ли. Тот стол стоял у стены и, стерев слой пыли с подозрительно тёмного участка, Олег обнаружил там плакат. Улыбчивая девушка в косынке смотрит на него добрым, светлым взглядом. За её спиной летит куда-то спутник из-за антенн на ёжика похожий.

«Спутники СССР покоряют небеса Земли! Товарищи! С днём Космонавтики!».

Любопытно, а он куда попал? Ну, что это раньше было? Старый, какой-то секретный КБ, давно сгинувшего Советского Союза? Впрочем, это, пожалуй, не так важно, да и вообще не важно.

Как отсюда выбираться? Вот это вопрос на миллион. Судя по компьютерам, слою пыли, по общей внешности огромного зала, доступа сюда ни у кого не было уже очень много лет. Даже мутанты не смогли сюда проникнуть. Что как бы намекает. Вполне возможно, что вход сюда один, выхода нет вовсе, а большинство тех, кто сюда попали, обратно выйти, так и не смогли. Очень может быть, что не смогли по весьма очевидным причинам. Коих… к чёрту. Рано скорбным мыслям предаваться, он пока ещё ни в чём не уверен. Нужно найти Андрея.

Они упали в аномалию вместе. Он очнулся здесь, на полу, потеряв почти все свои вещи. Что потерял Андрей? Если он тоже попал сюда, то куда он делся? Перед глазами, сама собой всплыла картина из прошлого. Они наблюдали с холма. По полю шёл одинокий сталкер. Медленно двигался, ориентируясь на датчик и болтик на верёвке. Опытный бродяга, умевший выживать в одиночку и потому не нуждавшийся в компании или оказавшийся там один, по каким-то иным причинам.

Парень шагнул на ни чем не примечательный участок, пространство исказилось и красно-коричневую жижу выплеснуло во все стороны разом. Они тогда не смогли даже патроны с останков подобрать, всё вывернуло наизнанку и перемешало в кровавую кашу.

Он вновь осмотрелся, тяжко вздохнув при этом — Андрею понравилось бы то, что он видит сейчас, Андрей был бы в восторге, почти детском восторге. Столько древней электроники, почти не тронутой, которая ещё и работает — по пути он пару компьютеров включил, и их экраны сразу же ожили. Андрей, наверное, был бы просто счастлив. В Зоне редко такое найдёшь, для него это всё равно, что Поле Артефактов для большинства сталкеров в то Поле искренне веривших…

Тряхнув головой, Олег двинулся дальше — не стоит хоронить друга раньше времени. Может быть, всё обошлось, может быть, он сейчас так же бродит где-то в этом комплексе, ищет выход или, сверкая глазами от радости, потрошит какой-нибудь компьютер. Тут ведь не просто праздный интерес, кое-что из электроники вполне можно выгодно продать или использовать самому.

Это да… он остановился у одного из столов. Он чем-то отличался, что-то с ним не так.

Несколько минут потребовалось, что бы понять — пыль. На этом столе её очень мало, а перед стулом, отодвинутым от стола, на полу лежат несколько бумаг и карандаш. Олег обернулся, глянув на несколько других столов — бумаги, ручки, карандаши, пара фотографий, в общем, мелкий канцелярский и личный хлам. Но на тех столах, всё лежит на месте, всё покрыто пылью. Здесь пыли тоже в избытке, однако, слой заметно тоньше, а барахло разбросано по полу.

И ещё.

Подойдя ближе, он сумел лучше разглядеть смутившую его деталь. Шагнул ещё ближе и прикоснулся пальцами. Выдвижные ящики стола, они густо покрыты царапинами. Где-то едва заметными, где-то царапины такие, что дерево расщеперило розочкой. Такое чувство, что этим столом часто пользовался кто-то, у кого когти не многим мягче, чем у химеры. Странная херня…

Он открыл один из ящиков и обомлел, дыхание перехватило, глаза на лоб полезли.

Вместительный ящик этот, сейчас освещал его лицо радостным, разноцветным светом.

Он медленно закрыл ящик. Открыл второй — всё повторилось. Стол, кем-то исцарапанный, этот долбанный стол… в нём все ящики доверху заполнены самыми разнообразными артефактами, часть из которых он прежде и не видел никогда, о других лишь сказки слышал, а третьи и сейчас попадались постоянно в любой части Зоны.

Олег отошёл от стола, стёр со лба пот и затравленно огляделся.

— Куда ж я блять попал? — Прошептал он. Память, покопавшись в закромах, услужливо выбросила информацию. Клондайк артефактов? Поле артефактов? Овраг? Или место из легенды, которую он ещё не слышал или из той легенды, знавшие о которой не дожили до сего дня?

Как много вопросов, как мало ответов — Зона, иначе и не скажешь.

Но он сказал. Раз пять, в разных вариациях, но лишь одними губами.

Кто-то эти артефакты сюда положил и у этого кто-то, когти как у тигра. А у него из оружия лишь не очень быстрые ноги и надежды на лучшее. Кулаки против когтей ведь мало годятся.

Особенно ярко и предельно чётко такие вещи понимаешь, когда когти видишь вживую.

Вот как сейчас.

Олег обошёл очередной стол с компьютером, чуть не запнулся о провода, какие тянулись от каждого стола, сходились в один кабель и уходили к аппарату с монитором в центре помещения.

Тут он равновесие выровнял, ругнулся неприличным матом, голову повернул и замер без движения, даже без дыхания. Стоит как вкопанный и тихонько потеет. Вот вроде собрался с силами, дух перевёл, дышать начал очень тихо. Вот губы судорожно облизнул, бледное лицо вытер ладонью, теперь двигается очень медленно, чтоб ненароком ничего не уронить, чтоб не создавать никакого шума. Оно и понятно — не просто нечто опасное увидел, не аномалию, не химеру даже, а нечто, чего быть не могло. Ибо оно вымерло давно и успешно, а всё что говорят в Зоне, все эти сказки, так оно всё сказки, дела давно минувших дней, вымерли они все, более того, их вообще никогда не существовало, выдумал их какой-то пьяный сталкер, нет их на самом деле…

Вот одно такое вымершее, сейчас лежит между двух столов, свернувшись калачиком.

А у него ни оружия, ни палки какой, вообще нихрена у него и нет.

Минуту стоял на месте, не зная, что делать и не сводя взгляда с существа — в памяти между тем, прокручивалось всё, что он о них слышал.

Что это Оно — сомнений нет. В точности как описывали. Правда, в разных версиях они бывают разного размера. В некоторых, метр-полтора, максимум два. В других вариантах сказок Зоны, они под три метра и дышат огнём или кислотой. У них яркие красные глаза и уши как у слонов. Слышал он и сказку о том, де у них длинные металлические шипы по всему телу и умеют они наносить пси-удар мощнее, чем Чёрные псы Зоны. А ещё, они не убивают сразу, они предпочитают съедать жертву заживо. Что-то оказалось правдой, что-то нет, что-то ещё может правдой оказаться, если это существо вдруг проснётся. Впрочем, может быть это и вовсе нечто совершенно иное.

Кожа чешуйчатая, но не везде, словно перед ним какая-нибудь сибирская ящерица — маленький был, видел такую в поле. Сейчас-то уже нет их, вымерли. Мусорные полигоны и мусоросжигающие заводы по всей стране торчат из каждого оврага, активно принимают мусор из Европы и Китая, они давно уничтожили половину и так не богатой сибирской фауны. Но тогда, в детстве, ящерицы ещё были, юркие, по-своему красивые существа, коих можно было повстречать почти везде. Вот у них такая же кожа была, только заметно светлее.

Валяющаяся на полу тварь, имеет обсидиановый окрас. На тонком, жилистом теле, только в районе пуза, имеется широкое светлое пятно. Уши и правда большие. Треугольные, торчком стоят.

Пасть слегка приоткрыта и видно длинные, острые клыки, блестевшие словно покрытые металлом. Короткие, жилистые лапки поджаты под торс, длинные худые пальцы скрючены, но не сжаты — существо физически не может их сжать. На каждом пальце длинный, наверняка, очень острый коготь. И на задних и на передних лапах когти есть. Там где у всех животных хвост, у этого монстра короткий обрубок, чем-то напоминающий плавник пингвина.

Что он сможет против этой скотины когтистой? Хрупкость зверя обманчивая, под чешуйками проступают толстенные жилы. Он больше чем уверен, что это существо обладает огромной скоростью и силой не меньшей, чем у взрослой собаки. А у собаки таких когтей нет и такой подвижности и близко нет — судя по расположению конечностей, общему строению тела, существо может, с одинаковой лёгкостью, двигаться и на четырёх ногах и на двух. Этакая собака мутант, переделанная с единственной целью — убивать всё живое и как можно быстрее.

— Угораздило блять Гремлина повидать… — Пробормотал он, вздрогнув — по хребту струйка пота скатилась, противно так, бррр.

А почему же струйка та образовалась? И почему он теперь затравленно озирается? А потому что во всех сказках о Гремлинах есть некоторые общие детали. Одной из них была стайность. Если где-то есть один, рядом точно ошивается ещё с десяток. А если ты десяток их убил, не спи, где-то шляется ещё один или двое, ожидая удобного момента, что б вцепиться тебе в глотку. Гремлины умнее прочих монстров и, по слухам, умеют контролировать других мутантов. Это, скорее всего, вымысел — куда им ещё и контролировать? И так когтей и клыков больше чем у любой химеры.

Олег стал отступать назад. Нога зацепилась за провод, он едва не упал, но вовремя поймал равновесие и вцепился рукой в угол стола. С тихим звуком со стола скатился карандаш. Взглядом долгим, карандаш он проводил и зажмурился, услышав громкий, просто поразительно громкий звук падения карандаша на бетон — нервы, от нервов это. У него и дыхание теперь слышится не хуже чем рёв ракетных двигателей. Вот так перед смертью и бывает? Слух обостряется, по телу пот в три ручья, мышцы сводит? Или это только у него так?

Прошла минута, другая. Ничего не произошло. Он вернулся к мутанту и замер напротив него.

Как лежал, так в той же позе и валяется на полу.

— Дохлый, что ли? — Пробормотал он, задумчиво хмурясь.

Присел на корточки, склонился ближе, только теперь обратив внимание, что Гремлин не дышит. Его тельце совершенно неподвижно. Олег поднял карандаш с пола и замер с ним в руке — он хотел сделать глупость, прекрасно понимая насколько это безумно. Но ничего с собой поделать не мог, что-то просто толкало его и всё. Он должен убедиться.

Ещё раз глянул на трупик таинственной и, в общем-то, мифической твари, какую давно никто не видел. А может, всё дело в том, что просто некому рассказать о том, что они видели? Может Гремлины попадаются по всем подземельям Зоны, просто не остаётся в живых никого после встречи с ними? Но тогда б они были везде и ни в одно подземелье, нельзя было бы войти и выйти из него живым. С другой стороны, в Зоне полно всяких тварей, куда страшнее вот этого малыша с длинными когтями на тонких пальцах. Вполне может быть так, что сталкеры, встречают их регулярно и гибнут. Но и мутанты Зоны встречают Гремлинов и тут уже гибнут сами Гремлины. Всё же, несмотря на все легенды и сказки то, что лежит перед ним, вряд ли выживет после встречи со звериной химерой, контролёром или тем паче псевдогигантом. Гремлины вполне могут населять пол Зоны и при этом оставаться редким зверем, из-за любви к подземельям и регулярного сокращения поголовья, за счёт встреч с более сильными и хитрыми тварями. Мутанты, как известно, не только сталкеров едят с удовольствием, но и друг друга тоже.

Облизнув губы, он выругался в полголоса и, тихонечко, толстым концом карандаша, ткнул в лапу существа. Затаил дыхание, потом задумчиво глянул на карандаш, опять на существо.

Не стоило так поступать, не стоило так делать, но уже сделал, чего теперь жалеть. Да может и не зря. Результат сего отчаянного поступка, удивил не меньше, чем само существование Гремлинов.

Наклонился ниже и не сильно постучал карандашом по тельцу существа.

В ответ услышал тот же тихий звон.

— Да ну нахер… — Протянул руку, отдёрнул, снова расправил ладонь и прикоснулся — так и есть, абсолютно холодное, каменное тельце. Потянул за лапку — та осталась в прежнем положении, а тело приподнялось над полом. Прищурившись, заглянул в пасть, потом сунул туда карандаш, легонько стукнул по языку существа. Спустя мгновение, Олег поднялся на ноги, крепко зажав карандаш в кулаке — оружие из него так себе, но с одного конца он острый и если в глаз воткнуть, даже химере будет не шибко приятно.

Вздохнул ещё раз, носом шмыгнул, потом покрыл матом тельце на полу, компьютеры и сталкеров. Снова вздохнул, с некоторым облегчением.

Тут лежит каменная, искусно выполненная, но просто каменная фигурка.

Покрытая выцветшей от времени краской — она осыпалась с лапки, когда он пытался рассмотреть пасть твари. И рассмотрел. Каменная, глотки нет — там просто камень сходится в одно целое, как и должно быть у статуи, пусть и искусно сделанной.

Ещё раз глянув на Гремлина, он криво усмехнулся, взял каменное существо за уши и поставил на пол. Так и есть. Тварь села на полу как влитая. Видимо, в таком виде её и делали, что б подставка для этой искусно выполненной скульптуры имитировала когтистые лапы.

— Ёбаные дебилы. — Буркнул он, имея ввиду сталкеров, которые понесли в Зону сказочку про Гремлинов, в темноте, спьяну, а может сперепугу, приняв древние статуи, хрен знает каких времён, за живых и страшных монстров. Ну, вот как так вообще? И сколько же ужасов Зоны родились так же? По причине того, что очередной сталкер, принявший что-то не то или просто перепуганный насмерть, не сумел отличить кусок камня от живого и действительно смертельно опасного монстра?

Бросив последний взгляд на статую, Олег хотел было отвесить ей пинка, но не стал. Странно, но статуя не казалась уродливой. Наоборот, она, несмотря на когти, клыки и худобу монстрика, виделась законченной, идеально сбалансированной, в ней словно бы не было ничего лишнего, лишь то, что быть там должно. В какой-то степени, статуя выглядит даже красивой. Пусть красота эта мрачная, но кто сказал, что искусство должно быть лишь с яркими тюльпанами и бантиками, повязанными везде, и где попало тоже? Мрачные творения, это ведь тоже искусство. И если в нём нет лишнего, если оно идеально, даже разрушение целого города, может быть прекрасным — страшным, жутким, жестоким, но и прекрасным тоже. Красота вещь универсальная. Она есть и там, где пасутся козы и в чудесном золотом замке, какого-нибудь принца из нереальной сказки.

Что-то на философию пробило. Наверное, это всё тот стол. Очень хороший, кстати, стол.

Олег вернулся и нарисовал на листе бумаги, большой толстый крест. Бумагу положил на столешницу. Сюда надо вернуться. Если удастся выжить в этом непонятно где, то будет глупо бросить такое богатство. В столе артефактов больше, чем он за год видел. Так что…

Сталкер медленно уходил прочь, тщательно осматриваясь и прислушиваясь. Иногда он кидал перед собой карандаши, пачку коих собрал по пути. Он двигался вперёд, в надежде найти своего друга, но в душе понимая, что того, скорее всего, уже нет в живых.

Сталкер шёл всё дальше и дальше, пока его шаги не стихли где-то вдали.

Свет в огромном зале не выключался. Монитор в центре комнаты по-прежнему работает, словно ожидая своего оператора. Он больше не выводит данных, экран потемнел, осталась лишь сточка внизу, с мигающим маркером. Компьютер ждёт команды, оставив командную строку открытой для своего оператора. Что же происходит? Свет включился, видимо, по причине обнаружения живого существа. Вероятно, где-то есть датчики. Или же был всплеск энергии. Но теперь нет ни того ни другого. Только каменная статуя, на Большой земле известная как малая горгулья, правда, она не выглядит точной её копией, скорее творчески сделанная копия, имеющая серьёзные отличия от оригинала. Здесь она обрела собственное имя — Гремлин. Но это лишь камень, лишь скульптура, созданная в творческом порыве неизвестного мастера. Ведь так?

Цвет статуи, кажется, изменился. Она больше не обсидиановая. Скорее сероватый цвет, переходящий в светло-чёрный. Наверное, свет падает на неё под каким-то новым углом, возможно, какие-то лампы уменьшили свою яркость, экономя энергию поступающую откуда-то снизу. Или сверху — сложно сказать, ведь нет никаких видимых источников энергии. Разве что пучок проводов, уходящий в пол, прямо от центрального компьютера в комнате.

Так в чём же дело? Не совсем понятно.

Статуя стоит на прежнем месте, светят лампы, тихо всё мирно.

Пальцы статуи с хрустом сдвинулись со своего места.

Медленно, очень медленно открылся один, а затем и второй глаз.

Яркий красный свет мелькнул в глубине зрачков, придавая этим глазам, очень злобный, отталкивающий вид. А ведь это получается, совсем и не статуя. И так оно бывает…

С каменным скрежетом, шея и уши существа пошевелились. Оно наклонило голову, пытаясь глянуть на свои конечности. С тем же скрежетом, чуть разогнулась рука — пока ещё, она не обрела прежней подвижности. Нужно ждать. Монстр выпрямил шею, его чешуйчатые губы приподнялись, ещё сильнее оголяя острые клыки. С каменным хрустом сглотнув, существо втянуло воздух носом.

Спустя мгновение, из его глотки вырвалось зловещее хихиканье, так сильно напоминавшее человеческое. Открылась пасть, и клацнули клыки — Гремлин просыпался от долгого сна.

От очень долгого сна, в который впал он далеко не один…

Олег бродил по подземелью уже около часа. Ему так казалось. Но он понимал, что лишь казалось. Сколько на самом деле времени прошло? Непонятно. Пустые коридоры, комнаты полные офисными столами, цинковыми каталками, разным оборудованием. Он не заходил в них без надобности, только если выход из комнаты, был там, на другой стороне комнаты. Свет горел почти везде, некоторые лампы перегорели, под ними сгущалась тьма, но в основном, везде было светло.

Комплекс оказался огромным. Его никто не разграбил, вообще следов нет. Только пыль и запустение. Только давящая на уши тишина и сожаление о потерянных вещах. Об удочке, которая с ним уже не первый год. О крючках, что стоили в Зоне слишком дорого. Ничего тут нет, лишь пыльные коридоры, лишь пустые комнаты и потолки с горящими лампами. И тишина.

И кости.

Иногда, ему попадались горы костей. Он осмотрел первые три, дальше проходил мимо, почти не обращая внимания. Кучи старые, но странные. Дело в том, что там были самые разные кости. От крысиных, до человеческих. А ещё обрывки одежды, высушенные когти и чьи-то зубы, иногда полные челюсти. Попадались обрывки истлевшей одежды, мутные от времени медные пряжки с большой пятиконечной звездой и кем-то изгрызенные красные корочки — внутри таких даже сохранились отдельные буквы, в остальном чернила расплылись. Иногда он находил оружие и остатки датчиков и приборов назначение коих не понимал. Всё было искорёжено и разломано.

Эти приборы, оружие — всё приведено в негодность и поначалу он не обратил особого внимания. Просто посмотрел и дальше пошёл. Но что-то не давало покоя. Перед одной из следующих горок подобного хлама, он простоял пару минут. Потом присел на корточки и подобрал ствольную коробку пулемёта — судя по всему, от него. Причём не вся коробка, а лишь её часть. Он долго вертел её в пальцах, смотрел, щупал. Потом бросил и пошёл дальше, чувствуя, как страх возвращается. На металле, на этом драном воронёном металле — там следы клыков.

Кто бы ни жил здесь раньше, кто бы ни сожрал всех тех, чьи кости он встречал по пути, он очень надеялся, что этого существа здесь больше нет. Впрочем, судя по тому, насколько старо выглядят кости и предметы, то существо давно померло с голоду или нашло выход отсюда.

Странно и даже невозможно, но он не встретил по пути ни одной аномалии. Как это так? Он не мог вспомнить подземелья, в котором бы их не было. Каждый бункер, каждая пещера, всегда полна опасностей. Аномалий бывает мало, но что б вообще ни одной? В таком большом комплексе?

Очень странное место.

А ещё эти артефакты — он нашёл ещё один стол отмеченный следами когтей и там тоже все ящики забиты артефактами. Это было ещё страннее, чем отсутствие аномалий. Потому как без аномалий артефакты не появляются. И вот тебе зрадсте я ваша тётя млять…

А потом он услышал.

Жуткий, издевательский смех за спиной. Даже не смех — хихиканье, зловещее, проникавшее в самую душу, выводившее из себя. Он судорожно сглотнул и обернулся, крепче сжав карандаши в своих ладонях. Словно сознавая всю абсурдность такого оружия, смех повторился, на этот раз он был полон язвительных ноток, словно смеющийся понимает — Олегу некуда деваться, он уже мёртв, просто не хочет этого признавать, просто его пока не убьют, с ним поиграют, а потом, убьют.

Иногда он слышал стук когтей по полу, иногда это был смех.

— Покажись сука!!! — Взвыл он в какой-то момент.

— Покажись! — Ответили из глубины коридоров. А следом снова этот жуткий смех.

Бледный как смерть, он уходил всё дальше, всё чаще он оглядывался и уже почти не смотрел себе под ноги — аномалии не так пугали, как этот незримый преследователь, постоянно напоминавший о себе зловещим хихиканьем.

Один раз он вернулся по своим следам, но никого не увидел.

С ужасом, Олег подумал о том, что, возможно, он здесь далеко не час и не два, что он уже давно бродит по коридорам, без еды, без воды, может быть, дышит какими-то газами, подумал, что крыша у него поехала, а он и не заметил как.

Вскоре ему представилась возможность убедиться, что он всё правильно заподозрил. Просто думал не про того человека, а так, вот почти в точку.

— …и вот, я, уважаемый, позвольте заметить, исключительно доброжелательный, юный сердцем, сильно пожилой человек, веду с вами беседу. А что же вы? С чего вы начали мой юный, страшненький друг? Вы притворились мёртвым! Как вы могли! Вам должно быть стыдно.

Послышался глухой удар и тихий визг. Это из комнаты впереди.

— Вам уже стыдно? Лечебные действия ещё требуются? — В ответ тишина. — Что ж, сочту ваше поведение, добровольной и исключительно доброжелательной попыткой стать на путь исправления. И так, уважаемый, давайте поговорим о вашем отвратительном поведении. Напоминаю, вы, кстати, очень подлым и невероятно коварным способом, смеялись мне в спину — это что такое позвольте спросить? Возмутительно! А я если бы я испугался и умер от сердечного приступа? Что бы вы потом говорили всем тем уважаемым и добрым жителям Зоны, что скорбели бы безумно, от моей безвременной кончины? Ужасно мой друг, ужасно. Но разве этого вам хватило? Нет же! Вы, только послушайте — вы попытались меня укусить! Невероятная низость… так, давайте без истерик и этого наглого рычания. В конце концов, я уже третий стальной прут погнул! То есть, конечно же, ничего я не гнул, я вообще этот прут взял просто подержать, он тут лежал. — Послышался сильный треск, звон и писк. — Вам легче? Не отвлекайтесь, пожалуйста, у нас важный разговор. Мы говорим о вашем плохом поведении. В самом деле, надо что-то делать. Как же вы отправитесь в приличное общество, если до сих пор не научились гадить в положенное место? Да, кстати, я не хотел ранить ваших чувств, но мы уже долго общаемся, почти познакомились и я думаю, пришло время сказать вам это. Уважаемый, вам придётся постричь ногти. Я понимаю, не хочется, но…

Ноги словно ватные, но Олег дошёл до комнаты и шагнул внутрь.

Прислонившись к стене, задумчиво хмурясь, стоит там мужчина в плаще. У другой стены, прижав широкие уши к маленькой голове, сжавшись в комок, с внушительным количеством ссадин по всему тельцу, там сидит… статуя что ли?

— О! — Воскликнул мужик в плаще, всплеснув руками и улыбаясь радостно. Статуя опустила все конечности на пол, ощерила зубы и издала зловещее хихиканье, после чего прыгнула на него, ощерив зубы, грозно сверкнув зловещими красными глазами.

С глухим свистом, а затем и звоном, стальной прут врезался в лоб существа, оно пискнуло пронзительно и улетело обратно в стену, где и затихло.

— Вот ведь. — Расстроено качая головой, сказал мужик тот, потом уронил сильно погнутый кусок арматуры, с грустью глянул на несчастного ушастого зверька. Тот лежит без движения, толи померший, толи сознание потерял. — Какая жалость! Бедняга не выдержал всей тяжести своего тёмного бытия, лишённого даже крошечного проблеска культуры и покончил с собой, причём весьма ужасным, исключительно вопиющим способом.

— Ик.

— Вы так не считаете? — Удивлённо приподняв бровь, вопросил человек, известный как Велес.

— Я, походу ёбнулся. — Честно признался Олег, не отрывая взгляда от статуи, которая не статуя, которая смеётся, прыгает и…

И сталкер. Велес, который.

— Не переживайте. Это не относится к делу. В конце концов, разве в противном случае, вы бы оказались здесь, в этом чудесном месте?

— В каком месте?

— В Зоне мой друг, в Зоне.

— На хуй всё, я кажется…

— Хм. — Велес повернулся к нему и стал задумчиво смотреть ему в глаза. — Уважаемый, а как вы смотрите на общее повышение моральной культуры бытия и хорошие манеры?

— В смысле? — Олег не отрывал взгляда от худого тельца на полу. Оно точно сдохло? И если ему не кажется, если он с ума не спрыгнул — это что ли Гремлин и есть? Это вот чудище Зоны, из десятков жутких сказок, которое при помощи арматуры убил один сталкер? Какой-то бред…

— Ну как же в смысле? Не хотите пройти ускоренный курс воспитательных мер?

— Я? — Удивился Олег, переводя взгляд на лицо сталкера.

— Да, конечно. Доложен заверить, что всё будет совершенно бесплатно. Мы поговорим о вашем поведении, культуре общения, возможно, сломаем пару ко… пару моральных дилемм сломаем конечно же. В общем, я, чувствуя невероятный прилив альтруизма, предлагаю вам свои услуги совершенно бесплатно. Я обучу вас всему тому, что не смог освоить этот достойный и не очень понятный неясно кто. У вас получится. Хотите попробовать?

Олег глянул на труп Гремлина. В глаза Велеса посмотрел. Что-то по спине такой холодок прошёлся, словно ему ко лбу револьвер приставили и спрашивают, нажать курок или нет?

— Я п-пожалуй откажусь.

— Прискорбно, очень, знаете ли, прискорбно. — Расстроился Велес. — Что ж, ваш выбор — живите и дальше во тьме бескультурья, средь пустоты безнравственности. Я сделал всё, что мог.

И на него смотрит, чуть сердито щурясь. Кашлянул вот.

— Что?

— Как что? Я вам бесплатно помочь хотел, а вы стоите и молчите. Где же ваша искренняя благодарность? Уважаемый, вы точно уверены, что вам не нужна моя помощь? Клянусь, всего пара ускоренных курсов, и вы мгновенно научитесь вести себя подобающим образом в совершенно любом приличном обществе.

— Спасибо не надо.

— Ну, хоть так, слово «спасибо» вам выучить удалось, и то ладно. — Отмахнулся Велес, обратив взор к неподвижному тельцу. — Я бы вас попросил больше так себя не вести. Давайте уже поднимайтесь, я знаю, что вы ещё живое.

— Гремлин. — Тихо сказал Олег.

— Как простите? — Олег повторил и Велес, задумчиво кивая, шагнул к существу. — Знаете, а я начал догадываться. Эти большие ушки, эти красные глазки и некоторый ум, почти такой же, как у некоторых среднестатистических сталкеров и… — Гремлин прыгнул вверх, изогнулся, толкнулся ногами в стену и с истошным хихиканьем, полетел к Велесу, целясь когтями и клыками ему прямо в глотку. Всё произошло мгновенно. — Какая, однако, дерзкая наглость! — Воскликнул сталкер, опуская локоть и как-то странно выводя руки обратно вниз. — Уважаемый Гремлин, вам не стыдно? Как вы могли? Ведь мы с вами уже почти что подружились и почти нашли общий язык! И такая низкая выходка с вашей стороны! Вот как так можно? Возмутительное поведение, просто возмутительное. Вы разочаровали меня, более того, я оскорблён!

Олег сглотнул тяжко — что-то в этом всём было сильно не так. Гремлин двигался подобно молнии, среагировать на такую скорость, не просто отпрыгнув, отклонившись в сторону или выстрелив, а с шагом вперёд нанести удар локтем…

Удар блять локтем по черепушке мутанта!

Гремлин свалился на пол, и замер там безвольно раскинув жилистые лапы. Глаза закатились, левая задняя лапа дрыгается… наверное, ему показалось, что это было быстро, показалось, что мутант сильный, хотя в Зоне вроде и нет мутантов, которых можно голыми руками…

Мысль оборвалась — Олег отклонился в сторону и прищурился. Стал смотреть. Потом на Велеса глянул. Тот смущённо кашлянул.

— Не обращайте внимания. Вам кажется.

— Как блять кажется? — Он шагнул к дверному проёму, склонился над ним и перевернул на спину. Андрей. Усы торчком, со лба течёт кровь, на голове кожа рассечена.

— Таким я его и нашёл. — Горестно рёк Велес. — Шёл, шёл и нашёл. Лежит он прямо там, без чувств, в крови, а вы же знаете, сколь доброе отзывчивое у меня сердце. Я ему сразу же попытался оказать помощь. Мы немного поговорили, ему стало легче, я рассказал немного о себе, он про своё детство, а потом… — Велес, встретив тяжёлый взгляд Олега, кашлянул смущённо. — Во сне, понимаете, в беспамятстве он у вас разговаривает. Вот.

— И?

— Что и?

— Что случилось?

— Да ничего особенного. — Пожал плечами Велес. — Он сознание потерял и всё.

— То есть…

— Послушайте, юноша. — Сердито надув губы, заявил сталкер. — У меня нет на это времени, вы же сами всё видите! — Указал пальцем на, судя по всему, дохлого Гремлина. — Несчастному нужна срочная медицинская помощь. Вы и сами видели этот ужасный несчастный случай. Бедняга совсем не умеет прыгать, чуть насмерть не расшибся. Я должен помочь, моё сердце не выдержит такой безумной жестокости, я не могу просто его бросить и всё.

Олег перестал слушать. Он встряхнул Андрея, попытался постучать ему по щекам, на зрачки глянул, оттянув веко — бесполезно. Андрей в полном отрубе. И явно не просто так.

Олег, злобно щурясь, посмотрел в спину сталкера, сейчас склонившегося над мутантом.

Этот человек, эта ситуация, всё это — как бы там ни было, а перейти от эмоций к чётким мыслям, Олег не успел. По всем коридорам, по всему комплексу, разнёсся злобный, ехидный смех.

Десятки голосов, десятки.

— Еб-бать…

— Как любопытно! — Поднимаясь на ноги, заявил псих. Потом глянул с осуждением на Гремлина у своих ног. — Так вы мне соврали! У вас есть друзья. Но ничего, я вас прощаю, вы…

— Нужно уходить. — Хрипло произнёс Олег, в отчаянии ещё раз тряхнув Андрея — бесполезно, голова безвольно мотается из стороны в сторону, глаза закрыты.

— Зачем? Вы разве не слышите?

— Да, слышу. Нас сожрать хотят.

— Ну, бросьте вы. — Махнул рукой Велес. — Не зачем наговаривать на этих милых ушастых созданий. Вполне возможно, таким образом, они просто выражают свои добрые намерения.

Из коридора выпрыгнуло нечто шустрое, скребнуло когтями по стене, оставив там глубокий след, и чёрной молнией метнулось к Велесу. Последовал хруст, писк и второй Гремлин, свалился замертво. А может, просто без сознания он упал, не понятно там.

Олег послал Велесу мрачный взгляд.

— Увы, — кивнул сталкер в ответ, — вполне возможно, вы правы. Долгая изоляция привела к одичанию этих несчастных существ. Что ж, я вынужден признать, что все мои старания, не будут иметь никакого успеха, в сложившихся обстоятельствах.

— Нужно бежать, псих ты чёртов! — Рявкнул Олег, взваливая Андрея на плечи. Сам сказал и сам же замер на месте, упрямо наклонив голову, и чувствуя, как адреналин быстро кончается.

Бежать нужно, очень нужно

Но куда? Он прошёл десятки метров коридоров, выхода даже близко не видно. Не говоря уже о том, что дышать, становилось всё тяжелее. Они просто задохнутся. Даже не успеют найти выход.

— Вот давайте без оскорблений и грубостей. В конце концов, вдруг эти милые создания могут нас понимать, что же они о нас подумают? Нет-нет, мы должны оставаться достойным образцом высокой культуры и должного воспитания. К тому же, я всегда мечтал завести собачку. Глафира, я просто уверен, будет очень рада, подружиться с собачкой.

— Какая блять собачка? Ты о чём вообще?

— Вы грубиян и хам. — Велес показал на коридор из которого хихикали громче всего. — Нам туда и прошу вас не отставать.

— Ты слышал — их там хер знает сколько.

— Да, я знаю. Очень хорошо, что этот комплекс буквально забит аномалиями, у нас будет небольшой шанс вырваться из этой удивительно интересной ловушки. Идёмте.

— Какие ещё ано…

В тот же миг по коридорам и комнатам пронеслись два звука слившихся в один — треск электрических разрядов и истошный вой каких-то неизвестных существ.

Градус безумия резко прыгнул вверх, пришлось вслух и трижды напомнить себе — это Зона, в Зоне странного не бывает, Зона такая, какая есть, в ней всё…

— Вы уже закончили? — Поинтересовался Велес. — Нет, вы не подумайте, я не настаиваю и не тороплю. Можете развлекаться сколько хотите. Но я должен напомнить вам, что мы в ловушке, вокруг злобные кровожадные, но не лишённые некоторой изысканности мутанты, кроме того, нас окружают ужасные аномалии и тут кончается воздух.

Олег судорожно сглотнул — ситуация и правда швах. Особенно притом, что оружия ни у кого нет. Ладно, мутанты оказались плюшевые какие-то — простой человек их с полпинка валит, но эти аномалии, взявшиеся из ниоткуда, в общем, нужно уходить. И раз он знает куда — Олег резко кивнул и всем своим видом выразил готовность идти.

— Если вам нужно в туалет, поспешите.

— Не нужно. — Несколько удивлённо пробормотал Олег.

— Да? Просто ваше лицо… впрочем, не важно. Наверное, вы пытались выразить какую-то сложную эмоцию. Не переживайте, не у всех это получается и не всегда с первого раза. Если хотите, мы над этим поработаем, но потом.

— Да какого…

— Вот даже не уговаривайте. Прямо сейчас я с вами заниматься не стану. Нам туда.

Олег скрипнул зубами, но промолчал. Он шёл за Велесом, надеясь, что тот не наступит в аномалию — датчика при нём нет. И он очень надеялся, что мутанты…

Велес остановился, Олег чуть не уронил Андрея, врезавшись в его спину.

Хлопнув себя по лбу ладонью, сталкер повернулся к Олегу.

— Совсем забыл! Ведь кругом полно аномалий. У вас датчика нет? А то сами знаете, без датчика их же не видно. Право слово, вдруг мы погибнем ужасной смертью?

— Нет, датчика у меня не…

— Прискорбно. — Велес покачал головой, всем своим видом выражая сожаление и растерянность. Где-то в коридоре, кто-то хихикнул злобно, зловеще скребут когти по бетону, когти десятков ужасных, пробудившихся от долгого сна, голодных мутантов…

Страшный треск статики и истошный визг снова наполнили коридоры.

Что творится мать твою?

— Ах! Совсем забыл. — Расплылся в улыбке Велес. Всплеснул руками и заявил невероятно довольный и счастливый весь. — Я же Проводник! Я прекрасно чувствую аномалии. Идёмте.

И шли они, значит, шли… как блять можно было забыть, что ты Проводник?

Он старался не думать. Просто шёл и шёл. А потом вспомнил про артефакты и сталкер в нём немедленно одержал верх. Олег остановился, окликнул Велеса. Скосил взгляд — остановился прям напротив поворота, за которым сверкает аномалия и виднеется в углу какая-то странная тень.

— Там, — он указал в проход, — я видел два стола. В них артефакты. — Он быстро описал, что видел и где. И чуть не плача снова посмотрел в проход — долбанные аномалии…

Сияния электрической аномалии нет, за то летит та самая тень, обретая отчётливые очертания.

Ощерив пасть, прямо в его лицо прыгнул Гремлин.

Громкий шелест, что-то мелькнуло перед носом, хрустнуло, послышался писк и Гремлин сполз по стене, толи дохлый, толи лишённый сознания.

— Что же вы раньше молчали? — Качает головой сталкер. — Как нехорошо с вашей стороны! Но вам повезло — Зона явно на нашей стороне. Смотрите. Аномалии впереди исчезли, мы вполне можем дойти до тех мест, что вы описали. Удивительно. Не находите? Но давайте не будем стоять на месте, электричество, знаете ли, не лучшим образом сказывается на запасах кислорода.

— Почему?

— По множеству причин. Одной из которых, несомненно, является реакция окисления. Если вы обратили внимания, некоторые наши ушастые друзья, совсем чуть-чуть, скажем так, подрумянились. Не чувствуете? Шашлычком пахнет. Это они. Кстати, они милые, как вы считаете?

Олег считал, что нужно молча идти за этим психом и желательно быстро. Он, как и любой сталкер, отличался выносливостью — иначе тут не выжить, но вечно идти с другом на спине, он не сможет. Нужно выбираться, всё равно как, главное, как можно быстрее.

Странно, но на всём пути, аномалии попадались только там, куда им идти было не нужно, а на их пути никаких аномалий не оказалось. А вот Гремлины, встречались. В основном, он видел их за стеной аномалий, часто запертых в кольце мистических энергий Зоны. Они словно шли к ним, и вдруг аномалии возникли по всему комплексу, блокируя им путь, запирая в ловушках.

Странно, но… наверное, Зона всё ещё их любит. К сожалению, такие проявления Её любви, это невероятная, почти мистическая удача. И за такую Её любовь, платить придётся точно, без вариантов. Причём по полному счёту, который никогда не бывает мал.

Первый стол опустошили в мгновение ока — Велес подошёл, вытащил ящики, поднял на плечи и радостный весь, с молниеносной скоростью пнул в воздух. Гремлин, атаку коего Олег даже не заметил, с визгом улетел в ближайшую аномалию, стал искриться, дымиться, визжать громко и вскоре укатился куда-то за угол, где и затих.

Второй стол заставил Велеса задумчиво поставить ящики с артефактами на пол. Он смотрел на два ящика изъятых из первого стола, потом переводил взгляд на два новых и иногда косился на Олега. Наконец, вздохнув, он заговорил гласом горьким очень.

— Уважаемый, мне кажется, ваш друг скончался. Мне, конечно, очень жаль, но, думаю, будет лучше, если мы оставим беднягу здесь. Это лучшая могила, какая могла бы у него быть. Мне жаль, я искренне сочувствую, я безутешен и раздавлен, но, увы, ваш друг, к сожалению, умер.

— Он жив. Я слышу, как он дышит.

— Вам кажется.

— Нихуя мне не кажется! Живой он!

— Возможно. — Ворчливо и расстроено молвит Велес. — Но вы посмотрите на его голову! Бедняга сильно ударился. Явное сотрясение. А ваш друг был очень умным, добрым, культурным человеком. Естественно у него большой и чувствительный мозг. После такой серьёзной травмы, он не мог не пострадать. А достойной медицинской помощи мы оказать не сможем, увы. Уважаемый, дорогой мой друг, зачем вы так жестоки? Зачем вы желаете вашему товарищу ужасной судьбы, этой страшной жизни овоща, среди жестокой реальности Зоны? Мой друг, да вы просто чудовище!

— Всё с ним в порядке! — Почти прорычал Олег, отступая немного назад. Карандаши в кармане, если что… но только этот псих знает, где выход. Вот как быть?

Велес пожевал губами, сердито нахмурился, вздохнул.

— Вы грубиян и негодяй. Из-за вас нам придётся оставить, эти чудесные, прекрасные… — Велес вдруг обернулся, хмыкнул и убежал куда-то к другому столу. Олег видел это, прямо своими глазами и в деталях — этот псих только что прошёл сквозь аномалию!

— Вам показалось. Там ничего не было. Это просто нервы и недостаток кислорода. — Не оборачиваясь, сказал сталкер и замер у одного из столов, стал с ручками шкафчиков возиться.

Олег глянул на то место, где была аномалия. Никаких следов. Просто пустое место. А секунду назад она там искрилась и ярко так, аж глаза резало её светом… а это всё на самом деле происходит? Может быть, когда они убегали от этого психа и его друга, кто-то из них выстрелил им вслед, его задело пулей, и теперь он валяется в траве, без чувств, ограбленный, голый, без оружия, а к нему подбирается слепой пёс, что б полакомиться свежим мясом и…

С протяжным скрежетом, из стола был вырван большой ящик. Неся его так, словно он бумажный, Велес вернулся к столу, поставил ящик на пол, скинул туда артефакты из двух ящиков, потряс — загрузил третий, получилось с горочкой, но влезло. Четвёртый придётся нести кому непонятно. А первый громадный ящик, до верху нагруженный и двое не поднимут, не то что…

— Уважаемый грубиян, хам и невежда, будьте любезны, следуйте за мной. — Произнёс сталкер, без всяких проблем удерживая огромный ящик в левой руке, а маленький в правой.

Наверное, ящик лёгкий… и артефакты лёгкие… или кажется ему, кислорода тут маловато…

Он смутно запомнил, что было дальше — мутанты хихикали и завывали. Трещало электричество, они шли вперёд. Потом остановились, он уже шатался, но Андрея не отпускал. Шёл вперёд, на чистом упрямстве, хотя мир стал тёмным, всё плыло, дышал урывками, пот катился градом. Но он шёл. И даже когда Велес посторонился, указав на стену, он просто пошёл вперёд, слишком поздно увидев, повисшую в воздухе едва заметно искажённую дымку.

А затем, мир окончательно потемнел и всё исчезло.

Комплекс постепенно погружался в тишину. Вскоре слышно стало только ворчание странных существ с красными и жёлтыми глазами, да с разноцветными шкурками, по цвету схожими лишь их тёмными оттенками. Треск статики исчез окончательно. Одно из существ, протянуло лапку и осторожно коснулось места, где только что искрилась аномалия. Ничего не произошло. Существо двинулось вперёд — аномалия действительно исчезла. Очень скоро комната, где пропали люди, заполнилась Гремлинами. Они рассаживались на пол, иногда ворча друг на друга и скаля клыки. Порой они издавали злое хихиканье, но друг на друга не кидались. Вскоре, всё пространство комнаты заполнилось чешуйчатыми, когтистыми существами и если бы кто-то посмотрел сверху, сейчас, он бы увидел целый лес больших треугольных ушей. Злобные глазки существ, обращены к стене, в которой пропали люди — целых три тушки, из вкусного, сочного мяса.

Гремлины поглядывали друг на друга, вертели головами, что-то ворчали, словно общались между собой, словно спрашивали — куда они делись, как такое возможно, как нам их догнать? Ведь отсюда нет выхода… но выход, видимо, был.

Стена ещё искрилась — там осталась аномалия. Нигде в комплексе, уже нет ни одной, а тут осталась. Зачем, почему? Наверное, бездумный зверь не умеет задавать таких вопросов… одно из существ поднялось на ноги, словно решившись на что-то.

Издав хихиканье, Гремлин шагнул в аномалию. Электрическая аномалия загудела, зыбкий воздух аномалии известной как Портал, исказился, словно этот гул менял её, словно каким-то неведомым образом он был способен влиять на неё. Гремлин исчез.

Остальные ворчали, переглядывались. Некоторые, подтянув под себя ноги и руки, опустили головы, цвет их шкурок темнел, дыхание их замедлялось, глаза закрывались. Одного из таких толкнул собрат, он упал на бок. Раздался звук, будто кто-то уронил кусок гранита на бетонный пол.

Вскоре, около трети Гремлинов, застыли, подобно каменным изваяниям.

Остальные, разом издав зловещее хихиканье, толкаясь и ворча, ринулись в аномалию.

Вскоре, в старом, давно забытом комплексе, не осталось никаких звуков.

Спустя несколько десятков минут, начал гаснуть свет в помещениях. Вскоре, комплекс вновь погрузился во тьму, вновь заснул, словно бы ожидая чего-то, что так никогда и не случится.

5

Открыв глаза, Андрей увидел ребро ладони. Судя по выцветшим буквам наколки «за ВДВ», ладонь принадлежала ему, а судя по общему самочувствию — не только ладонь, но и даже глаза, были чужими. Словно он ненадолго заглянул не в своё тело. Погостить, так сказать. Но вскоре всё изменилось — голову прострелило сильной болью.

С жутким стоном, он приложил ладонь ко лбу и сел. Мир покачивался, под пальцами корка засохшей крови, в лицо дует холодный ветер, всё вокруг качается, где-то кто-то воет истошно… а, это ветер. Зимний холодный ветер. Несколько минут, он сидел на полу с зажмуренными глазами, постепенно приходил в себя. Голова трещала по-прежнему, но хоть кружиться перестала. В какой-то момент, он сумел снова открыть глаза и оглядеться — не быстро, потому как при попытке осмотреться привычным быстрым взглядом, как требовали условия Зоны, по голове, словно арматурой треснули. Пришлось поберечься и пока на такие подвиги не идти.

К яркому свету он привык быстрее, чем к гулу в ушах. Впрочем, гул и прочие негативные ощущения постепенно уходили прочь — он крепкий, Зона сделала таким. А может, всегда был таким, он не знал. Слишком сильно пострадала память в те далёкие дни, когда военный вертолёт привёз его с другом сюда и оставил на растерзание Ей.

— О! Вы проснулись? — Раздался приветливый, даже добрый такой голос. Послышались шаги, свет, падавший с улицы, померк на мгновение и снова хлынул внутрь. Затем некто сел перед ним на пол, скрестив ноги, и лучезарной улыбкой ему значит… Андрей немного отпрянул. — Что не так? — Подозрительно нахмурившись, поинтересовался собеседник, известный ему как Велес.

— Ничего. Совсем ничего. Я эту книгу не читал, клянусь.

— Какую книгу? — Хмурится Велес, перестав улыбаться. — Что вы мне голову морочите уважаемый? Что ещё за книга и почему мне не доложили? Что это блять ещё за безобразие? Немедленно бросьте эти глупости и… — Он вдруг покраснел едва заметно и, кашлянув, добавил. — Извините, я иногда забываю, что давным-давно сменил род своей профессиональной деятельности. Старые, знаете ли, привычки и увлечения, порой дают о себе знать. Так о какой книге вы говорите?

— Про Дракулу. — Мрачноватый лицом, ответил Андрей и, приподняв губу, сделал жест, словно бы зубы чистит. Велес наклонил голову, на него глянул холодно, потом по лбу ладонью себе стукнул и громко ахнув, заговорил.

— Простите. Я совсем забыл, что вы считаете себя отменным шутником. Извините ещё раз.

— У тебя кровь на зубах. — Буркнул Андрей, медленно водя головой из стороны в сторону и щупая затылок. Голова болит, но уже не так сильно. Это понятно — под пальцами следы травмы, кто-то хорошо приложил его по башке. Но как, когда? Что-то не вспомнить никак.

— Кровь говорите? — Андрей кивнул. — Вам показалось. — Кивнул в ответ Велес. — Уважаемый, у вас голова болит? Не переживайте, с вами всё в порядке. Хотя, должен признать, в какой-то момент, я, естественно, ощущая острую скорбь и сочувствие, даже подумал, что вскоре вам станет немного хуже и вы, неожиданно, скончаетесь. Слава Космическим Яйцам, всё обошлось.

Андрей долго на него смотрел, Велес долго ему улыбался и зачем-то пару раз моргнул. Наверное, он думал, что моргает ободряюще. На самом деле, стало жутко. Он сам не понял почему.

— Как я так? Башка раскалывается…

— А что вы помните?

— Ну… я в какой-то подвал угодил. А потом ты свалился с потолка. Потом… мы что-то искали, ты мне мозг выносил каким-то бредом, а потом… не помню. Тут очнулся.

— Прискорбно, очень, знаете ли, прискорбно. — Часто кивая, сказал Велес. — Увы, я сам не знаю, в чём было дело. Но мы с вами вели приятную беседу — про бред, вы естественно пошутили, я вас понимаю, вы хотите вызвать моё доверие. Похвально мой юный друг, похвально. Но уверяю вас, совершенно напрасно. — Он улыбнулся ему — как лучшему своему другу. — У вас всё равно не получится. — Велес молчал секунд десять, пока до Андрея не дошёл смысл сказанного, абсолютно не вязавшийся с лицом, выражавшим доверие и всяческое дружеское расположение. — Мы разговаривали, вы прекрасно себя чувствовали. Потом вдруг запнулись обо что-то и рухнули буквально плашмя, сильно ударившись головой.

— Но… — Он пощупал затылок. Если он упал, то…

— Вы упали строго вперёд и врезались лбом в дверной косяк.

Андрей неуверенно пожал плечами — он не помнил. Он не мог знать наверняка, но что-то подсказывало, что здесь что-то не так. На всякий случай он положил руку на рукоять пистолета.

— Какого хрена? — Изумился он, но ответа не последовало — он вспомнил, а Велес, понял это по его лицу. Оказавшись в той комнате, он очнулся уже без оружия. Пропало всё, даже нож.

Андрей поднял взгляд выше, обратил его к выходу — на улице лежит слой снега. Не тонкое одеяло свежевыпавшего, а странно толстый наст.

— Снег снова выпал? — Удивился он.

— Не снова, юный сталкер, не снова. — Велес поднял перст указующий вверх и почти что зловещим шёпотом добавил. — А когда.

— Чё?

— Как это интеллигентно! Вы просто гений своего времени! Должен вам заметить, вы просто поразительно умны и бесконечно эрудированны буквально по всем вопросам.

Андрей на него смотрел секунд пять. Недоумевая в основном, потом всплыл фрагмент из памяти, тот разговор — Велес возмущался, он отвечал сердито. Ну а как? Этот псих ему всю плешь проел за пять минут путешествия по пустынным комнатам и коридорам. Особо достал со своими пространственно-временными тоннелями и каким-то Лоуренсом. Андрей отмахнулся, сказал, что никакого хрелонса не знает и ему плевать на эту бредятину про флуктуации пространства, потом напомнил, что надо выбираться на поверхность и тут как отрезало — в пещере очнулся. Тогда он видимо и запнулся. Вот ведь как бывает — Зона, мутанты, чудища, аномалии. А потом идёшь себе по ровному коридору, запнёшься и башкой о косяк, да и насмерть сразу — шутки Судьбы…

Или Зоны. Здесь она за Судьбу, здесь Зона и бог и дьявол.

Велес вдруг помрачнел, вздохнул тяжко.

— Извини Шутник. Нервничаю я просто. — Шмыгнул носом. — Вот спасу я мир, а дальше? Они снова придут? Или придёт кто-то ещё? И хватит ли этого, что бы они больше не приходили? Да что я спрашиваю? У тебя своих проблем хватает. А тут я ещё.

Андрей долго и пристально смотрел на него. На миг, Велес обрёл какое-то странное… странную, пожалуй, ауру что ли. Он вдруг стал казаться просто уставшим и очень замученным человеком. Даже немного жаль его стало, хотя и не понятно о чём вообще он речь ведёт.

— Ты это… это Зона сталкер. Всё будет в порядке.

— Прекрасно. — Велес встрепенулся, улыбнулся ему обратно, спина прямая, в глазах весёлые искорки, ни следа печали, горечи и того проблеска простой человеческой усталости, что на миг в нём появился. — Нам будет достаточно этого чудесного дружеского разговора, для достижения необходимого взаимопонимания и дальнейшего продуктивного сотрудничества?

Андрей, мрачным взглядом окинув сего сталкера и плотно сжав губы, вскоре ответил.

— Что значит «когда»?

— В прямом смысле. Видите ли, в подземелье, случился небольшой эксцесс, в котором нет ни капли моей вины — всё это провидение и нелепый случай. Так вот, что-то случилось с порталом.

— И? — Рыкнул он, когда сталкер с глупой улыбкой на губах молчать стал уж слишком долго.

— А у вас голова больше не болит, правда?

— Нет! Какого хрена вообще? — Рявкнул он и удивлённо вскинув брови, повертел головой.

А ведь и правда, боль ушла. Почти нормально себя чувствует.

Почему-то это казалось и странным и обычным одновременно.

Ему уже давно не приходилось получать серьёзных травм — опыт и выработанные в Зоне рефлексы и навыки, сделали своё дело. Но всё же, странновато это как-то, слишком быстро он оправился от последствий столь сильного удара, что он привёл к потере сознания.

— В общем, скоро будет Выброс. Тот самый, после которого снег исчезнет.

Долго думать не пришлось, о чём речь понял почти сразу. Но поверить в это — пусть Зона, пусть странное всё, но настолько?

— Да, мы очутились на несколько дней в прошлом.

Андрей, проворчав что-то невнятное, поднялся на ноги и двинулся к выходу, благо высота пещеры позволяла. Там, он на секунду остановился — прямо за выступом скалы, у входа, два ящика, один маленький, другой крупнее. Смотрел на них недолго — явно ведь, кажется. Галлюцинация не иначе. Всё-таки в себя он ещё не до конца пришёл — мерещатся два ящика артефактов, причём один такой, что и вдвоём не поднимаешь. Прошёл чуть дальше, на что-то мягкое наступил и едва не упал.

Присел на корточки. Протянул руку и осторожно тряхнул.

— Это ваш друг. — Раздалось за спиной.

— Что с ним случилось?

— Вы не поверите! Я сам в полнейшей растерянности. Мы пришли сюда, уложили вас на полу, присели у выхода, стали вести довольно интересную беседу о природе времени, в которой ваш друг пожелал принять деятельное участие. Причём с неподдельной радостью. Беседа была интересной, я бы даже сказал увлекательной, ваш товарищ, с медицинским прошлым, высказал несколько интересных замечаний, позволил себе не согласиться с моими выводами. Мы немного поспорили, он настаивал на нескольких, должен заметить наиглупейших заблуждениях, но я был полон решимости объяснить ему, как сильно он не прав. И уверенно делал это, в ближайшее время мы должны были прийти к консенсусу. — Велес грустно вздохнул, развёл руками. — А потом случилось необъяснимое. В вашего товарища, вдруг, ни с того ни с сего, ударила молния. Представляете? Прямо там, где он лежит и ударила. Я, признаться, перепугался насмерть. Чуть сознание не потерял от ужаса и расстройства. Ведь такой умный молодой человек и так рано скончался!

— Он жив. — Сказал Андрей, с беспокойством осматривая друга, едва дышавшего, красного как рак, но всё же живого.

— Да? Удивительно знаете ли. Я думал, мне показалось. Я очень переживал и так расстроился, что едва не заснул. — Андрей послал ему мрачный взгляд. Велес улыбнулся и со вздохом, тоном извиняющимся, добавил. — Со мной бывает, как перенервничаю, сразу в сон клонит. Вы уж извините профессор, ведь вы так уверенно владеете теориями Лоуренса, что я просто не имею права вам возразить ни на одну даже секунду. Тем более, усомниться в ваших выводах.

Андрей не ответил. Велес долго смотрел на него, чего-то ждал.

— Эти артефакты… ты их тоже видишь? — Наконец, произнёс Андрей.

— Какие артефакты? — Андрей ткнул пальцем в ящики. — Там? Но там ничего нет. А вы что-то видите? Как интересно! — Андрей побледнел и отвернулся. — Да ладно вам, не переживайте, на самом деле, я их тоже вижу.

— Правда?

— Конечно! Ведь недаром мы лежим с вами в одной палате и пьём одинаковые лекарства!

— Чего?

— Нет, ничего, совершенно ничего. Не обращайте внимания.

Андрей буркнул что-то не приличное и подошёл к ящикам. Протянул руку, пощупал артефакт сверху — он не исчез, под пальцами твёрдая, ребристая поверхность.

— Охренеть можно. — Выдохнул он едва слышно — такого улова артефактов, да что б сразу в одном месте, он не видел, наверное, никогда в жизни. — Это мы их нашли?

— Технически, мы их украли. Но смею вас заверить — мы сделали это абсолютно честным способом. И как добропорядочные, законопослушные граждане, мы, естественно, государству с его двадцатью пятью процентами, от всей души, скажем на какой именно орган ему нужно пойти.

— Не понимаю. У кого украли?

— У милых ушастых созданий, подающих надежды на успешное и приличное воспитание. Готов поклясться, они очень хотели подружиться и жаждали всем сердцем приобщиться к истинной, ничем не замутнённой культуре. Такие удивительные создания! Вы бы их видели.

Андрей мало что понял. Так что, вернулся к другу и попытался привести его в чувство. Никакой реакции. Однако он жив, а это главное. И артефакты, целая куча артефактов.

А они посреди Зоны, хрен знает, где и из оружия у них — только вот если артефактами во врагов кидаться. Тут долго размышлять не требовалось. Увы, но как ни посмотри, а они покойники.

Если мутанты их не найдут — увидят люди. С таким багажом, да любой сталкер не задумается и на мгновение, тут же начнёт стрелять. Подобный улов не просто редок, его в принципе не бывает.

Шмыгнув носом, Андрей сел на пол и стал смотреть вперёд, на снежное одеяло, укрывшее всю Зону, насколько хватает глаз. Кажется, он даже узнаёт это место. Где-то рядом озеро, Олег там рыбачил как-то. Сомы водятся. Почти нет всякой мутированной гадости. Конечно, тут всё мутированное, но рыбу затронуло меньше всего. В большинстве случаев, рыба осталась почти такой же, какой она должна быть. Если конечно, большинство рассматривать в широком смысле — больше половины. И то, это если сильно мутировавшие обитатели рек и озёр, не наловчились избегать крючков. Вполне возможно, Олег вылавливает последних рыбин, привычного вида. Может быть, их осталось совсем мало, просто они ещё попадаются на удочку, а остальные уже нет…

— Уважаемый, — позвал Велес и когда Андрей обернулся, заговорил снова. — Мы оказались в сложной ситуации. Кругом враги, до фронта далеко, а Москва передаёт, что нас тут нет. Печальная ситуация, трудное положение, из которого выбраться мы сможем лишь сообща.

— Хех. — Скептически ответил Андрей. Это тебе не гаражи за городом. Из таких ситуаций, живыми не выбираются. Вот тебе и плата за излишне пылкую любовь Зоны — вырвала из лап смерти, спасла от неминуемого печального финала. Зачем? А что б бросить их в ещё более отчаянное положение. Шуточки у Зоны такие себе, а любовь у неё в сильно извращённой форме.

И всё же, даже так, в Зоне есть нечто притягательное, нечто правильное. Она жестока, она не всегда справедлива. Но она ли виновата, что всё вот так кончится? С пулей в башке или от клыков мутанта, Зона ли повинна в этом? Не Зона заставила их прыгнуть в аномалию, а собственный страх.

Велес поднялся на ноги, подошёл ближе.

— В общем, Шутник, выбраться мы можем лишь сообща, как я уже и сказал. А посему, пошёл я искать то самое сообща. Вернусь до Выброса.

И просто взял и ушёл.

— Чёртов ты псих. — Выдал напутствие в дорогу Андрей.

Он не опустил рук, он не собирался сдаваться. Этому Велесу крышка. Без оружия, без датчиков, пошёл шляться — он покойник. Но они ещё нет. Нужно найти выход, нужно придумать, как быть, как выпутаться из этого капкана.

Пока, в голову ему никаких идей не приходило.

Лишь пустая звенящая тишина, нарушаемая только тоскливым свистом зимнего ветра.

6

Очень долго Андрей оставался здесь совсем один. Олег не приходил в себя, артефакты радостно светились из ящиков, в пещере и на улице становилось всё холоднее, а белые поля Зоны, не разрождались ничем и никем. В какой-то момент ему начало казаться, что из этой передряги уже не выбраться, что оба они тут и помрут. Олег, возможно, помрёт раньше — непонятно что с ним произошло, но он лежал на земле неподвижно и не реагировал ни на что. Словно в кому впал. При этом дышит ровно, размеренно. Лицо чуть бледное, видимых повреждений нет. Разве что всё ещё немного пахнет палёной тканью — плащ ему теперь точно выбрасывать придётся…

Ничто не остаётся неизменным, закон жизни и абсолютное правило Зоны. Так и сейчас, безмятежность окружающего мира, вскоре канула в небытие.

Он увидел его раньше, чем мутант появился перед глазами. Он не прятался, даже не пытался подкрасться или затаиться, словно понимал, что у людей в пещере нет оружия, нет ни какой возможности защититься. В какой-то степени мутант был прав.

Андрей услышал скрип снега и вскоре увидел следы. Цепочка отпечатков медленно приближалась к ним. Почти человеческие следы, если не считать чуть более вытянутую стопу и удлинённые, конусообразные отпечатки пальцев — это, на самом деле, не совсем пальцы. Просто на них есть длинные, острые когти. Они достаточно широкие и крепкие, что б создавать такое обманчивое впечатление от следа. Когда-то, как говорят бывалые сталкеры, по этим следам можно было определить, кто их оставил — человеческая химера или кровосос. Теперь, уже нет, их когти на ногах стали слишком похожи.

Что могут противопоставить такому зверю, обычные люди? Пусть выносливые, пусть прошедшие жесточайшую школу выживания, предоставленную Зоной? Да ничего. Даже убежать не получится. Разве что рискнуть, поставив на один шанс из тысячи, что тебе удастся остаться в живых, в смертельной гонке. Проще говоря — сломя голову ринуться бегом по полям и ухабам, постоянно вихляя из стороны в сторону, вынуждая мутанта делать то же самое. Гонка со смертью, в которой кто-то один, обязательно наступит на аномалию. В таком забеге, мутант поддастся охотничьим инстинктам, он обязательно кинется за своей жертвой, оглашая местность громогласным рыком. И его звериные, сильно превосходящие человеческие рефлексы, инстинкты и реакция, ненадолго сравнятся с человеческими. Точнее, их превосходство будет нивелировано адреналином или что там у мутантов вместо него, и жаждой настигнуть беззащитную жертву.

В общем, почти гарантированное самоубийство — вот что человек может противопоставить мутантам Зоны, оставшись в поле без оружия.

Андрей отвернулся от цепочки следов — мутант не спешит, не прячется, он, словно бы наслаждается беспомощностью жертвы. Остаётся надеяться, что это именно химера или кровосос, а не что-то более разумное, более рассудительное. С контролёром, например, смертельный забег по кочкам, лишён смысла. Эту тварь обмануть или заманить в ловушку почти невозможно.

Андрей посмотрел на два офисных ящика, заполненных артефактами, часть коих испускает свет, сливающийся в разноцветную дымку. Часть артефактов не испускает никакого света вообще. Вроде бы, если ему не показалось, там есть даже пара чернильно-чёрных, полностью поглощавших падавший на них свет. Целое сокровище, безумно дорогой и невозможный приз.

Один ящик просто огромен — его содержимого хватит, что б уйти за Стену и превратиться во второго Рокфеллера. Второй намного меньше, но не суть.

Что может человек противопоставить мутантам, лишившись оружия и укрытия?

Ничего. Но так ли это? Для большинства новичков — ответ именно такой, он очевиден и понятен. Что же на это скажет опытный сталкер, многое уже повидавший на этой земле? Он скажет очень просто. Если нет оружия и если нет артефактов под рукой — тебе крышка.

Артефакты — дар Зоны, из-за которого полегло столь много людей. За ними охотятся из-за их свойств, иногда, из-за их красоты. Но очень часто никто не понимает, зачем они нужны вообще. Сталкеры, обыватели Большой земли — никто. Кроме тех, кто изучает эти дары Зоны, кто знает о них намного больше, чем даже сталкеры, сумевшие добыть их.

Свойства — среди всех артефактов, есть особенные. Их немного, они встречаются в разной степени, одни редко, другие давно никто не видел, третьи уникальны, четвёртые попадаются буквально везде. И уникальность такого артефакта или его широкое распространение, далеко не всегда показатель полезности, важности или ужасов, какие таит в себе особое свойство артефакта.

Особенные артефакты, даже самые распространённые, встречаются регулярно, однако же, куда как реже прочих. Некоторые сталкеры, таскают с собой особенный артефакт годами, так ни разу и не встретив похожий вновь. Да, некоторые сталкеры никогда не расстаются с некоторыми артефактами. У них очень ведь разные свойства…

Андрей замер в метре от ящиков, испускавших разноцветный свет.

В этих двух горах артефактов, ему даже не нужно копаться — там полно таких особенных даров Зоны. Ну, полно — здесь понятие относительное. В первом ящике видно один, во втором сразу два особенных, даже очень особенных артефакта. А это для Зоны, уже не просто полно, а буквально плюнуть негде, что б в артефакт не попасть.

Первый из них, он заметил уже давно и косился на него с отвращением — этот зеленоватый кривобокий шар, похожий на комок оплавленной, кое-где раздавленной проволоки, пару лет назад едва не убил его самого и прикончил одного из знакомых сталкеров.

Тот парень просто рассматривал артефакт, вертел его в пальцах. Минут десять где-то. Потом поднял автомат, что б повесить на плечо и в полном шоке окликнул их обоих, демонстрируя оружие в одной руке и артефакт в другой — на автомате остались следы пальцев.

Парень случайно раздавил ствольную коробку. Металл смялся под его пальцами, словно пластилин. Тогда они видели эту зеленую пакость впервые.

Спустя минуту, парень, всё ещё с улыбкой, вдруг замер и рухнул лицом вниз — у него просто взяло и остановилось сердце. Впоследствии, они больше узнали об этом подарке Зоне, весьма редком на её земле. Никто не знал из какой аномалии это появляется. Артефакт, прозванный теми, кто его видел «Халк». Артефакт, прозванный в честь персонажа популярной культуры.

Они тогда, посовещавшись, заперли Халка в контейнер и отправились в путь, оставив на земле голое тело своего временного напарника — не пропадать же добру? А хоронить тогда времени не было, что могли забрать, забрали и ушли. Артефакт донесли до торговца, продали, никто из них не умер. Там же и узнали о том, что Халк вещь пусть и редкая, но не уникальная. Самое странное, что стоило обернуть его куском ткани, и он переставал действовать. А стоило повесить на открытом воздухе, у пояса и всё — десять минут, иногда меньше, ты настоящий Халк. Потом остановится сердце. Мало кто стал бы продавать такой артефакт, если бы всё было только так — когда-то знали только это. И подобный артефакт можно было встретить в тайнике или в рюкзаке сталкера.

К сожалению, использовать его нельзя. С Халком на поясе, можно врезать кулаком в пузо человеческой химере и она свалится наземь, задыхаясь от боли и недостатка кислорода, но твоя рука не меняется, она остаётся прежней и только артефакт сдерживает нормальную реакцию твоего тела на подобную нагрузку.

Удар химере в живот, пинок в морду, пяткой в лоб — её башка в кашу. Ты терминатор, ты Герой, все мутанты Зоны, словно жалкие щенки и никто не может сравниться с тобой.

А потом ты убираешь Халка в рюкзак и истошно вопя от боли, падаешь рядом с убитой голыми руками химерой. Ударил в живот — пробил, все внутренности ей встряхнул, но кости твои не стали титановыми, они какие были такие и остались. Ты валяешься на земле, воешь от боли и смотришь, как распухает твоя рука — она сломана во множестве мест. Но это не самое страшное, твои мышцы не рассчитаны на такое. Мышечные волокна разорвало, кровь скапливается под кожей.

Ты пнул мутанта, он упал, а ты его запинал насмерть? Снимай артефакт — кости стопы превратились в крошево, связки разорваны, мышцы распухают на глазах.

Ношение артефакта известного как «Халк», с целью использовать его свойства — стопроцентное, неотвратимое самоубийство.

Наверное, нет в деле сталкера, более важного условия, чем знание о том, какой артефакт особенный, а какой можно носить в кармане и не переживать по этому поводу. Если не знаешь — молись Зоне, молись, что бы Она, тебя полюбила. Или носи с собой хороший, крепкий контейнер, иногда, они помогают. Иногда нет. Есть артефакты, которые лучше не трогать вообще.

Жаль, что даже самое широкое знание об артефактах, далеко не всегда гарантия — иногда возникают новые, прежде невиданные артефакты. А некоторые слишком редки, что б о них знало много людей. Впрочем, тут как повезёт — если редкий артефакт был донесён до торговца и продан, если после этого сталкер живым добрался до сталкерского костра или задержался у торговца, языком почесать с окурками или другими сталкерами — сто десять процентов, информация о новом артефакте разлетится по всей Зоне.

Душа — похожий на сердце артефакт, имевший различные вариации. Одна Душа редко похожа на другую. Общая форма есть, это почти точная копия человеческого сердца. Но точная лишь в общих чертах. Цвет, полная форма, величина артефакта, всё всегда разное. Как и мощь свойства, которое у них у всех одно и то же. Заживление ран, но не просто регенерация. Пуля попадает в плечо, а человек продолжает стрелять, почти не замечая раны. Ценный, важный, полезный артефакт, который не делает своего подарка просто так — нет ни одной Души в Зоне, которая бы, спасая человека, не отравляла его радиацией. Некоторые такие артефакты, почти безвредны и помогают выживать — неизменно награждая дозой облучения. Но иногда, Душа убивает почти мгновенно. Мир начинает плыть, на коже мгновенно раздуваются водянистые пузыри, человек падает и всё, о нём можно забыть, обратно он уже не очнётся. Используешь Душу — запасайся ведром антирадина и будь готов помереть мгновенно, едва повесишь артефакт на пояс.

Последнее, что видно прямо отсюда.

Трубка. Небольшая вещица, приятная на вид. Как будто стеклянная трубочка, из разноцветного радужного стекла. Её нужно прикладывать прямо к коже, иначе эффект не проявится. Но если приложить, например, за пояс под рубашку сунуть — сработает сразу. И чем дольше носишь, тем сильнее эффект. В первые мгновения нельзя заметить изменений, но попробуй порезать руку ножом и удивишься. Лезвие лишь оцарапает. Если держать дольше, кожу не пробьёт даже пуля, пущенная в упор. Потом кожа посереет, потом станет настолько прочной, что нельзя будет нормально шевелиться и дышать. В итоге, человек задохнётся насмерть. Казалось бы, почему все не носят при себе Трубку? Почему любой сталкер, знающий, что это такое, не задумываясь, продаст артефакт? Очевидно, потому что стоит он не плохо. Но жизнь ведь дороже. Однако не всё так просто в Зоне и с её дарами в особенности. Минут пять контакта с Трубкой — ничего страшного, потрясёт в лихорадке пару дней, тошнить будет, перед глазами всё плывёт. Если не съедят, не ограбят, сердце выдержит, почки не откажут, лёгкие не зальёт жидкостью, кровеносные сосуды в мозгу не лопнут — ничего страшного, очнётся сталкер и дальше пойдёт.

Будешь носить минут пятнадцать — организм атакует изменённые клетки кожи.

Сталкер, бывший так неосторожен, что контактировал с Трубкой столь долго, обречён на недели долгой болезни. Кожа будет сочиться гноем, слазить пластами, с ним начнётся такое, что выжить почти невозможно. Тот, кто носил Трубку дольше пары часов, стал каменной мумией при жизни. Внутри кисель из гниющей плоти, снаружи серое изваяние, какое не пробивает пуля.

Всё это Андрей лишь слышал — он не видел последствий ношения Трубки вживую, не видел тех, кто рисковал её носить близко к своей коже. Такие слухи редко врут. А если даже и не врут — нет безумцев, готовых ставить эксперименты на себе. Сталкеры и так каждый день играют в переглядки со Смертью. И она побеждает гораздо чаще, чем они.

Мутант подобрался совсем близко. Метров десять ещё и всё, приступит к обеду, где Андрей, видимо, пойдёт на первое. А Олег либо на второе, либо на ужин.

Комбинация этих трёх артефактов, теоретически, даст шанс выжить и отбиться от мутанта.

Халк сделает сильнее, он сможет голыми руками справиться.

Душа залечит раны, Трубка сделает раны не смертельными, когти располосуют кожу всё равно — они у мутантов часто острее ножей. Однако раны не будут глубокими, он не умрёт.

Но если мутант отступит, начнёт кружить — Халк или Трубка, прикончат его.

Если Душа окажется одной из редких своих вариацией, он помрёт практически мгновенно. Если Душа окажется менее редкой, но встречающейся вариацией, отбившись от мутанта, он умрёт.

Если Душа будет слаба по свойствам, повреждения после Халка убьют его. Если схватка продлится дольше пары минут — его убьёт реакция организма на изменённые Трубкой клетки кожи. Если какой-то из артефактов даст сбой или окажется слишком мощным — он точно умрёт.

— Каковы же мои шансы? — Сказала он, сделав шаг к ящикам. — Один на тысячу. — Произнёс он, буквально наобум — голова опустела, мыслей почти нет. Его взгляд скользнул в сторону лежавшего на земле Олега. — Или оба, или кто-то один… прощай братишка. — Хрипло произнёс он.

Сталкер протянул руки к артефактам — нет времени думать, нужно просто действовать, здесь часто бывает так. Думать нужно очень быстро, а лучше не думать вообще. Здесь нужно знать, что и как делать, уметь совершать необходимое, практически рефлекторно, иначе смерть.

Впрочем, и эти знания не спасают, ведь в итоге, всё равно — смерть, потому что…

Сердито треща, веточка молнии ударила в грудь, воздух наполнило запахом озона, мир полетел вверх тормашками, а над головой теперь небо.

Со стоном, Андрей повернулся набок — возле ящиков с артефактами, сердито трещит и летает, бело-голубой шар, очень маленькой и, судя по всему, шибко сердитой Электры.

Только вот Электра, да и тому подобные, вроде бы так не умеют.

Аномалия пролетела вокруг ящиков, подлетела повыше, громыхнула молния и снова шар, облетает вокруг артефактов. Словно собака сторожевая, сокровища она хранит…

Мутант проявился. Стоит на снегу, распустив щупальца — кровосос.

Впрочем, стоял он там недолго. Человек упал и беззащитен, а он хотел есть.

Мутант издал зловещий клокочущий рык и на огромной скорости ринулся вперёд. От смерти Андрея отделяли буквально мгновения. Он и подняться толком не успел, как кровосос подобрался почти впритык и… громыхнуло, ветвистая молния врезалась точно в коричневый лоб.

Взмахнув щупальцами, ноги подкинув высоко вверх, мутант грохнулся наземь. Аномалия сместилась немного в сторону и зависла между человеком и мутантом.

Кровосос приподнял голову, тряхнул ею, отчего щупальца у него всколыхнулись почти что красивой волной. Зарычал обратно, на ноги вскочил.

Громыхнуло.

В этот раз, бедняга не поднимался несколько минут. Андрей сидел на земле и с удивлением смотрел то на мутанта, то на аномалию, искрившуюся в метре над землёй, точно между ними.

Вскоре кровосос поднялся. На голове ожог такой, что на пол морды. Один глаз не открывается, второй светится удивлением и злостью. Пошатываясь, он сумел выпрямиться, постоял так с минуту и, раскинув руки, щупальца распустив, издал новый, громкий, очень зловещий рык.

Громыхнуло.

Когда кровосос сумел встать на четвереньки, а случилось это совсем не скоро, он медленно развернулся задом к пещере и на карачках поспешил удалиться в другую сторону.

Вскоре мутант скрылся за горизонтом, так ползком он до туда и добирался.

Аномалия вернулась к пещере, деловито облетела вход по кривому зигзагу, заложила круг возле артефактов, поискрилась немного и исчезла.

Андрей больше не пытался подойти к артефактам. Творилось нечто невероятное и пугавшее похлеще любых мутантов. Эта аномалия… она их что, в плен взяла? Бред какой-то…

Аномалия сторожит артефакты и их тоже сторожит, на мутантов кидается, на них нет…

— Уууу… — Простонал Олег, садясь наземь и потряхивая головой.

— Олег! — Воскликнул Андрей. Кинувшись к нему. Тот ответил новым стоном. — Живой! Я думал, всё, пиздец, не выбраться, ты в отрубе, а эта падла…

Он быстро и сбивчиво изложил суть ситуации. Олег кивнул, поморщился от боли в голове и, кашлянув, голосом тихим уточнил.

— Аномалия нас охраняет и артефакты, так?

— Да. — С улыбкой, всё ещё радостной, сообщил Андрей. Олег голову набок наклонил, на него смотрит. Задумчиво так смотрит. Вопросительно даже. С интересом почти.

Андрей ругнулся и решительно подошёл к ящикам. Аномалия тут же возникла из ничего и начала угрожающе искриться, светиться очень ярко — только что не матерится в его сторону.

Как только он отошёл, аномалия сделал круг возле артефактов и снова исчезла.

С минуту, Олег смотрел на ящики.

— Пиздец какой-то. — Наконец, высказал он свои мысли о происходящем.

Андрей кивнул согласно — а как ещё это назвать? Даже для Зоны творится нечто совсем непонятное. Аномалии артефакты иногда стерегут — неосознанно. Просто артефакты находятся там же, где и они, в радиусе их срабатывания. Но что б блуждающие аномалии артефакты охраняли? Не бывает такого. Что б людей аномалия от мутантов охраняла — вообще нонсенс.

Так и сидели, друг на друга, да на артефакты поглядывая.

— Жрать охота. — Первые слова за почти что час, произнес Олег. Андрей в ответ грустно вздохнул — аномалия не только охраняла. Попытка отойти от пещеры вызвала туже реакцию. Шар возник перед носом и стал искриться, загоняя его обратно в укрытие. Если так продлится долго, они просто умрут от голода. Но шанс всё же есть — редко какие аномалии остаются на месте после Выброса, и если Велес не соврал, им нужно лишь дождаться… а что потом?

Хоть какой-то шанс выжить будет потом. А так…

В уныние они впали такое, что не то, что говорить — думать не хотелось. Они часто оказывались на грани смерти, часто сражались за жизнь с самой Зоной. Но в таком положении очутились впервые. От них ничего не зависело, их действия ничего не значили. Выживут они или нет, сейчас зависит только от Зоны, только от Выброса… это ему даже забавным показалось. Сам собой в голове сложился анекдот, почти собственного изобретения. Но рассказать его, желания не возникло. Выброс, событие несущее смерть всему, жуткие часы, когда Зону выворачивает наизнанку и вот теперь, от этого события, зависит жизнь. Не часто такое происходит здесь.

Впрочем, всё решилось само собой. И спасение принёс не Выброс, не Зона… хотя, тут точно не скажешь. Зона везде, Она — всё что вокруг. Она не действует прямо. Не умеет, может, не хочет, но Она, словно бог из книжки — Она везде и нигде. Её деяния всегда совершаются чьими-то руками. Даже Её чудеса всегда двойственны, их не объяснить однозначно, они всегда могут быть поняты так или иначе, всегда могут трактоваться различным образом.

Она, словно Бог.

Только не из книжки, только не на бумаге. Она — это Зона, а Зона везде, рядом и нигде…

И есть у неё свои чудеса.

— Олег. — Позвал Андрей тихим шёпотом.

— Что? — Мрачным голос ответил Олег — он не унывал, духом не падал, но как выпутаться из этой ситуации понятия не имел. Однако юмор Зоны он оценил вполне. Перед ними сокровище, какого в Зоне, никто никогда и не видел. За такое любая группировка порвёт на запчасти, а убежать попытаешься, так гнать будет до самой ЧАЭС, пока не отберёт невиданную добычу. На эти артефакты ведь пол Зоны можно скупить. Буквально руку протяни — вот они, куча сокровищ в их руках. Да только их не взять и отсюда не уйти — Она не отпустит.

— Помнишь, те… с глазами.

Олег вздрогнул всем телом, но не ответил. Он понял о ком речь.

На их глазах, два мертвеца, вдруг восстали из мёртвых. Причём один превратился в кашу изорванной плоти и лоскутов от собственной одежды. А та девчонка, одним прикосновением, подняла их на ноги. Да такими подняла, словно и не было с ними ничего. Даже шрамов не осталось.

Может не всё так просто в этом мире, может, есть те, кого Зона и в правду любит, а с прочими, лишь играет. Может, Она специально направила пути так, что они наткнулись на черноглазых.

Зачем? Что бы узреть Чудо, что бы что-то важное понять и усвоить. Что бы…

— Как вы можете, как??? — Услышали они откуда-то сверху. Карниз выхода из пещеры, холодный воздух, расстояние, всё это звук приглушило, но интонацию различить труда не составило. Как впрочем, и узнать этот до крайности возмущённый голос. — Уважаемый! Это возмутительно! Немедленно прекратите выдумывать и признайте уже — я совершенно точно спас вашу бесполезную жизнь!

Несколько секунд стояла тишина.

— Предупредить бы надо… — Не очень уверенно, сказал Олег. Андрей скривил губы — им уже никто не поможет. Одна надежда на Выброс, на милость Зоны. А этот, с гусями, этот…

— Блять. — Буркнул Андрей, поднимаясь на ноги. Не мог он так, пусть этот полоумный ему очень уж не по нутру, но… за ними вот в аномалию шагнул… и там мозги вынес мудак конченный… но ведь шагнул, попытался помочь. И теперь вернулся за ними. Может не совсем за ними, может за артефактами вернулся — не важно. Слишком уж это подло, вот так поступать. Да и в целом не правильно подставлять брата сталкера под аномалию, даже если у него крыша давно уехала, со стропилами вместе. — Здесь аномалия! Не подходите! Блуждающая Электра!

На мгновение стих скрип снега, стихли голоса. Их они услышали и, конечно, сейчас они…

— Не слушайте их. Уверяю вас — там совершенно безопасно. Давайте не будем терять времени, этим несчастным срочно нужны наше участие, дружеская беседа и медицинская помощь. У вас, кстати, водка с собой? Нет? Ну, увы и ах, придётся обойтись без медицинской помощи. Не стойте вы столбом, нам надо поспешить, ведь скоро Выброс!

Андрей глянул на Олега, тот на него в ответ посмотрел — этот псих сейчас в аномалию и сам попадёт и того кто с ним туда же отправит.

— Попытались. — Развёл руками Олег, стараясь не сильно краснеть и смущаться — кажется, где-то в глубине души, он испытал облегчение от того, что данный сумасшедший, вот-вот поджарится в аномалии. Андрей автоматически кивнул собственным мысленным конструкциям и тут же покраснел, глаза вот отвёл. Увы, не очень-то он и хороший человек. Но что поделаешь? В Зоне другие долго не живут. А он вон, сколько лет уже и всё ещё живой… и всё равно не по себе.

Ещё раз крикнул про аномалию притаившуюся возле пещеры.

— Велес, — услышали они беспокойный голос и тут же их увидели — идут по холму, чуть в стороне от карниза над входом в пещеру, — а если там и правда…

— Прекратите паниковать. Нет там ничего. Кого вы слушаете дорогой мой друг? Эти юноши напуганы, они устали и голодны. Естественно у них начались галлюцинации! — Велес показался из-за взгорка весь и, их заметив, приветливо улыбнулся, рукой помахал. А они на его спутника смотрят, брови под потолок у обоих уехали. Давно они таких сталкеров не встречали — не живут такие долго, не любит Зона, когда сталкер лицо своё от неё прячет. Но это ладно, бывает. А рук таких, вот этого уж точно не бывает в принципе.

Спутник Велеса их взгляды заметил, поспешил поддёрнуть перчатки повыше, а рукава своего плаща пониже, но было конечно поздно… впрочем, может, показалось?

— Показалось. — Сказал Олег на всякий случай. Андрей кивнул — пусть лучше показалось.

А то мало ли. Есть вещи, которые лучше не замечать — целее будешь.

Сталкеры спустились вниз и спутник Велеса, наконец, заметил ящики, артефактами забитые под завязку. Он остановился, словно в стену врезавшись. Даже мотоциклетные очки, скрывавшие глаза, протёр пальцами. Потом поправил холщовый мешок, скрывавший его лицо, поправил шляпу, зачем-то сунул руки в карманы и произнёс.

— Нах, пиздец. Я такого, наверное, никогда и не видел. Это ж сколько тут…

— Довольно много. Не обращайте внимания. — Махнув рукой, произнёс Велес, после чего встал между ящиками и незнакомцем. В его очки глядеть стал. — Послушайте, уважаемый, вы не можете не признать, что я только что спас вам жизнь и вы обратно мне должны.

— Да нах… — Приподняв подбородок, словно в отчаянии глядя в небеса, проговорил сталкер в шляпе. Потом вновь подтянул перчатку на руке. В том месте, где им обоим показалось — перчатка там порвана, если не подтягивать, она сползает и видно гладкий, даже красивый, синеватый металл.

— Что значит нах? Вы же мой друг, поэтому я вас и спас!

— Да блять, когда ты мне жизнь спасти успел? Ни аномалий реальных, ни мутантов!

— Послушайте, если вы будете и дальше хамить, я могу и расстроиться.

— Не спасал ты мне жизнь! — Чуть ли не взвыл незнакомый сталкер.

— Как не спасал? — Оскорблённый весь удивился Велес. — Только что! Буквально час назад спас! Поразительная неблагодарность. Как вы можете вообще? Вам потом не стыдно будет в зеркало смотреть после таких вот отвратительно лживых заявлений?

— Мама, роди меня обратно. — Простонал сталкер в шляпе.

— Ваша мама ещё не родилась, соответственно родить вас обратно, хотя физиологически это полнейший нонсенс, она естественно не смогла бы, даже если бы захотела.

— Слушай, я же согласился помочь! Что тебе ещё надо?

— Что бы вы признали очевидное и поблагодарили меня за спасение вашей жизни!

— Не спасал ты меня! — Рявкнул сталкер и попытался повернуться к Андрею, что-то сказать может, хотел, однако, Велес шагнул в сторону, снова став перед парнем.

— Вы сидели в снегу, размышляя о каких-то ваших очередных капиталистических авантюрах, и ветер дул вам в спину, а я шёл именно со спины, ведь так?

— Ну.

— Вот. — Победно улыбнулся сталкер Велес.

— Что вот? — Даже шляпа трясётся у бедняги. Видимо, ему всю дорогу пытались объяснить, что его жизнь была спасена, но он, по какой-то причине, с тем был в корне не согласен.

— Ну как же? А если бы я спешил, запнулся бы об камень и случайно вас убил?

— Не понял нихера. Ты ж меня не убил, что вообще…

— Но я мог! — Воздев палец в небо, голосом мудрым и лицом умный очень, сообщил Велес. — Но естественно, только случайно, ведь мы с вами добрые друзья.

— То есть, ты мог меня замочить, но этого не сделал, да?

— Вот именно! — Просиял Велес. — Рад, что вы, наконец, всё поняли и осознали, что вновь должны мне — ведь я спас вашу жизнь. А это, согласитесь, чего-то да стоит в нашем жестоком мире.

Некоторое время, было тихо. Олег с Андреем друг на друга поглядывают, не очень понимая, что происходит. Мужик в шляпе голову наклонил как бык перед атакой — как будто борется с острым желанием ответить Велесу грубым матом. Велес улыбкой сияет стоит.

— Нах. — Заявил мужик, повернув голову к Андрею.

— Шутник. — Представился Андрей.

— Терапевт. — То же самое сделал Олег.

— Не обращай внимания. — Поспешил Велес вставить своё никому не нужное слово. — Ребята они хоть и явно странные, но хорошие.

— Мы странные? — Чуть не в один голос сказали напарники сталкеры.

— Естественно! — Удивлённо молвил Велес. — Это же очевидно.

— На. — Нах вытащил из-за пазухи свёрток и поспешно передал Велесу.

— Благодарю, вы весьма щедры.

— Ты мог бы его и сам понести. — Ворчливо говорит сталкер с мешком на голове.

— Такие тяжести, в моём возрасте носить не рекомендуется. Премного благодарен, за вашу помощь. А теперь, господа, давайте прощаться.

Велес протянул руку Наху, пожал её и широким шагом двинулся к ящикам.

К смерти двинулся, которая притаилась в самом воздухе и которая, почему-то, до сих пор не проявилась, хотя должна была уже прикончить и Велеса и его спутника.

Велес собрал полный рюкзак артефактов, взвалил его на плечо, положил два артефакта в карманы плаща, три помельче рассовал по карманам джинс и, помахав им рукой на прощанье, двинулся в путь. Бодро так, и довольно быстро, словно по бульвару где в городе, а не по Зоне он идёт. Потом вдруг остановился, обернулся, кашлянул смущённо.

— Простите, запамятовал. — Достал из кармана датчик, видимо, той же природы что и рюкзак и сосредоточенно глядя в чёрный экран, двинулся строго вперёд.

Вскоре он ушёл так далеко, что уже не мог их слышать.

— Он его ведь не включил, да? — Сказал Олег.

— И аномалия пропала. Странная херня… — Добавил Андрей.

— Ничего странного, он же Хо… — прикусил язык мужик тот в шляпе и, помолчав, речь свою завершил он так. — Мудак он, хоть и… не важно, в общем. Любит его Зона. Они все Она сама и есть, они… короче. Парни. Мы договорились с ним — десять артефактов. Любых, какие сами отдадите, но минимум два должны быть дорогими. И я доведу вас до ближайшего торговца. Прослежу, что б вы там поторговали без проблем и тогда расстанемся. Идёт?

— У нас выбор есть?

— Конечно. — Им показалось, что Нах усмехнулся — надменно и ехидно, словно у них бы не получилось то, что на выбор им предоставляла сама Зона, её простые и понятные правила. Им ведь нет нужды платить теперь. Нах может подойти к ящикам, а кто-то из них хорошенько двинет ему по затылку — артефакты при них, датчик из кармана брата сталкера, оружие с его плеча. Сами дойдут, ни копейки не потеряв. Но конечно, мало кто из сталкеров, сделал бы так, в подобной ситуации. Тем более, так бы не поступили они. А вот на месте Наха, большинство не задумывались бы — пара пуль одному, пара другому и все артефакты твои.

Нах подошёл к ящикам и жестом пригласил кого-нибудь из них, выбрать артефакты для него.

— Не переживай. Все получат что хотят. — Произнёс Андрей, присев на корточки перед ящиком.

— Я и не переживаю. У вас бы всё равно не получилось.

Олег усмехнулся — плохо этот Нах их знает. Получилось бы, без проблем получилось бы, но они никогда бы не поступили так. Пусть Зона, пусть свои законы и выжить тут не просто. Только это ничего не меняет — подлость и низость, везде остаются таковыми. И как бы ни соблазнительно было стать их частью, но всегда нужно оставаться человеком. Это и Зоне нравится, Она любит, когда сталкер идёт не самым простым путём. По крайней мере, они верили в это.

Вскоре, все трое, двинулись в путь, нагруженные рюкзаками полными артефактов.

Новый знакомый по прозвищу Нах, шёл впереди, с маленьким рюкзаком за спиной — и зачем он носит с собой столько пустых рюкзаков? И почему ничего не кладёт в тот, что у него за спиной, плоский как блин, почти что вещмешок? Кто его знает — может на удачу носит. Бывает и такое, в местах, где смерть буквально в ухо дышит, разнообразные суеверия растут как грибы после дождя, порой, на каждого второго, есть своё собственное странноватое суеверие.

Нах идёт первым, груз у него небольшой, что б сохранить подвижность. В руках автомат и датчик — он почти не смотрит на него. Этот парень явно Проводник. И зачем он злит Зону, скрывая своё лицо? Проводников она, обычно, любит.

Вторым Олег — на нём рюкзаков больше, все пухлые и тяжёлые. Он в центре, его основная задача сейчас, нести груз. Да и всё равно, оружия у него нет.

Андрей замыкает цепь, в его руке пистолет Проводника — хоть какое-то оружие. Впрочем, тут далеко не «хоть какое-то». Пистолет сам по себе очень тяжёлый, в его дуло легко палец засунуть можно. Андрей таких раньше не видел и на слова Наха «аккуратнее с ним, отдача очень сильная», не особо удивился. Не пистолет — маленькая пушка.

В пути, они будут сменять друг друга, что б оба сохраняли достаточно сил, на случай нападения мутантов или людей. Нах так и будет идти впереди, не обременяя себя большим грузом — и оплачено и задача у него в основном другая. Его задача, их до торговца довести.

А потом… а потом будет потом.

7

Время тянулось медленно, казалось, прошли часы, но он постоянно поглядывал вверх, на солнце и не заметил, что б оно сильно изменило своё положение. Несмотря на то, что ощущения почти орут — часов этак пять прошло! Несмотря на это, вряд ли за спиной остался и один час.

Мир вокруг оставался неизменным. Свежий снег укрывает Зону, пережившую оттепель гораздо раньше, чем полагалось по всем разумным нормам и рамкам. Ветер холодный, но не настолько, насколько холодным ему полагается быть зимой. В общем, ощущение, что на дворе весна и вот-вот где-то птичка весело зачирикает…

Откуда-то издалека пришёл протяжный зловещий вой.

А еще, кажется, что эта земля безмятежна и приветлива…

Справа, метрах в десяти от него, снег вспучился, стал дымиться, а спустя мгновение вверх ударил тугой фонтан зелёной жижи, рассыпавшейся в воздухе бело-зелёным облаком пара и рубиновых капель. Снег испарился, слышно сердитое шипение — фонтанчик тот, просто он из концентрированной кислоты неизвестной природы, вот и шипит, вот и дымится.

С виду и красива и дружелюбием полна, но стоит приглядеться — за каждой улыбкой, за каждым изгибом, таится лишь смерть… интересно, откуда это? Может из Библии?

Роман шмыгнул носом, вздохнул грустно, автоматически осмотрелся, снова стоит носком ботинка снег ковыряет. Вот тебе и раз — из Библии у него такое вот. Нет, конечно, Зона сама по себе настраивает на подобные мысли, но разве там есть такие слова? Он не может вспомнить. С другой стороны, книга та большая, сложно сказать вот так навскидку есть там нечто подобное или нет…

Сколько ждать? Вернётся Велес или нет? Что будет, если нет? Как эту долбанную бомбу найти теперь? Эх…

Где-то рядом ядерная бомба, её ищет куча народа, лишь с одной целью — взорвать, а Велес, единственный, кто знает, где она, прыгнул в аномалию, двух случайных прохожих спасать.

Оно конечно, похвально — если бы он действительно за них переживал. Сдаётся ему, что эти двое всего лишь предлог и останутся они живы или помрут в итоге, Велеса интересует не больше, чем прогноз погоды в какой-нибудь Катманду. Ему интересно, что там, в месте, куда ведёт портал, любопытно ему очень, что прячет Зона на той стороне аномальной зоны пространства.

И ради своего сиюминутного любопытства, Велес без колебаний поставил под угрозу всё их предприятие, всё будущее, возможно, всего человечества. Вот как так вообще?

И этот человек, когда был одним из боссов Организации!

— Пиздец какой-то. — Исключительно подходящей рецензией, завершил Роман свою мысль.

Если с ним что-то случится, если Велес не вернётся вскоре, как быть? В одиночку мир спасать, оно конечно, достойно, героически, все дела, да и он не просто человек. Но… Роман удивлённо охнул и даже глаза слегка выпучил. А ведь действительно. Не затем ли он воскрес? Не затем ли он таким стал? Ведь его теперь не просто убить, да он почти бессмертен. Любые раны исчезнут в два счёта, а если разорвёт на куски — он почти сразу восстановится. Лишь немногие аномалии способны покончить с ним и то не факт. И вот, где-то в Зоне ждёт своего часа ядерная бомба, взрыв которой может привести к самым ужасным последствиям, куча фанатиков шляется вокруг, ища и бомбу и Велеса с его спутниками.

Что если всё это, даже тот день, когда он стал Ангелом Организации, что если всё это, лишь подготовка к тому, что ждало его здесь? Подготовка к дням, когда в его руках будет судьба всей планеты, всего человечества. Что если Господь вёл его всю жизнь лишь к этому моменту и теперь, всё зависит только от его действий, его веры, храбрости и упорства?

Он немного вспотел от таких мыслей, но чем дольше размышлял, тем логичнее казались ему его рассуждения. Даже Велес здесь был нужен лишь для того, что бы Роман, оказался в нужном месте, в нужное время и смог остановить надвигающийся на всю планету кошмар Зоны.

Автоматически Роман перекрестился. Потом посмотрел в небо. Спустя минуту, он сказал.

— Я… я не уверен, что… что смогу, Господи. Я один, я… я не знаю…

Господь его услышал — это иначе объяснить было просто невозможно.

Он опустил взгляд и замер без движения. Далеко впереди, виднеется то, чего в Зоне не бывает никогда и почти нигде. Немногие такое вообще видели.

По снегу, с пухлым рюкзаком за спиной, человек бежит.

Не быстро, не медленно, иногда меняя направление, но именно бежит. Роман прищурился, приложил ладонь ко лбу козырьком — Велес, в его сторону бежит именно он.

— Спасибо. — Проговорил Роман, подняв лицо к небесам. Его услышали.

Вновь взгляд опустив, он немного покраснел — всё же оказался слаб, не принял своей судьбы в полной мере. Но, чёрт возьми! Это судьба всего мира! Здесь не бывает перестраховки. И нет тут места гордыне и… а может, в этом было некое испытание? Поэтому Велес поддался своим желаниям и побежал смотреть чего там, в «кроличьей норе», забыв о своей важной миссии? Алиса, долбанная блин… но в этом есть смысл. Роман не поддался гордыне, не предался самолюбованию, мол, я один такой, важный весь, небом выбран, на колени все, Избранный я! Нет, он осознал важность происходящего и отринул грех гордыни, без тени сомнений, взывая к помощи, каковая здесь не будет лишней — ведь речь о судьбе всего мира.

Велес подпрыгнул на бегу и рукой помахал. Улыбается до ушей, бег ускорил.

Роман на него смотрит, глаза сузив — этот гад доволен как слон, а ведь из-за него, вся их миссия могла быть сорвана. Весь мир под угрозой, а он, видите ли, удовольствия и любопытства ради, решил поболтаться где-то, хрен пойми где.

Хорошо, что Велес не пошёл мир спасать в одиночку — хана бы миру наступила.

— Привет! — Выдохнул Велес, добравшись до Романа. Выдохнул, значит, руку пожал, обнял его крепко. Раскраснелся весь, здоровьем и радостью пышет, в глазах огонёк озорной. Словно вот нет нигде бомбы ядерной и вокруг ни Зона, ни какая, а поле деревенское где-то за Кордоном.

— Рад, что ты живой вернулся. — Как-то не слишком радостно ответил Роман, и улыбаться Велес перестал. Насупился, нахмурился, серьёзный стал такой очень, потом глаз правый чесаться стал, а он стоит, терпит, ухом шевелит. В общем, рукой махнул, снова улыбается, глаз пальцем трёт.

— Смотри, чего нашёл. — Велес снял рюкзак с плеча и открыл — в мир пробился разноцветный свет кучи разных артефактов.

— Значит вот как. — Ворчит Роман, головой качая. — Миру пиздец скоро, да и в рот его, мне артефакты пособирать захотелось?

— Ну. — Кивнул Велес, закидывая рюкзак обратно. Потом головой завертел. — Нет-нет, тут ты прав абсолютно. Вопиющая безалаберность! Но как же, позвольте спросить, как пройти мимо, если под ногами деньги лежат? Как?

— Просто пройти и всё.

— Ах! — Велес за грудь рукой схватился, лицо шокированное, словно Роман сказал что-то абсолютно отвратительное для любой морали. — Рома! Как у вас только язык повернулся такую низость произнести? Как вы могли? Просто невероятно!

— Короче! — Рыкнул Рома.

— Да, конечно. Извини. Но раз уж подвернулась такая возможность, почему нет?

— А эти двое? — Ворчит Рома, не столь трепетно относившийся к благам материальным.

— Врач и Усатый? — Роман в ответ кивнул. Потом нахмурился — они вроде по-другому представились. Головой тряхнул — ну по-другому и по-другому, главное ведь, что всё хорошо закончилось. — Живы-здоровы они. Довольно выносливые и крепкие молодые люди.

— Не очень-то они молодые…

— Не тот вопрос ты Рома задаёшь. Ты должен был спросить — а откуда ты знаешь, дорогой мой уважаемый, всеми любимый, божественный друг, что они аномально крепкие?

— Эмм… аномально? Что-то я не понял. Ты их покалечил что ли?

— Ну почему сразу покалечил? — Возмущённо надул губы сталкер. — Немножко помял. Но исключительно в научных целях.

— Хех.

— Вот не надо этих ваших не знаю, что вы там сказать хотели. Ребята не простые.

— Да уж понял и сам. Упакованы как-то слишком.

— Вот именно. Им продают то, чего не продают другим. И судя по всему, они не единственные, а ты сам понимаешь, распространять некоторые особые вещицы, Организация не любит.

— И что с ними не так?

— Много чего. — Велес обернулся, потом повернулся боком и стал внимательно смотреть в ту сторону, откуда пришёл. — Они чуть выносливее обычных сталкеров, закалённых жизнью в Зоне. Они немного быстрее восстанавливаются, они свободно питаются мясом мутантов, конечно, обрабатывая его, но едят его чаще, чем другие. И, кажется, это не слишком им вредит. Им свободно доступны игрушки, какие для других никто не продаст. У них покупают их собственную кровь, тту как раз всё предельно ясно и понятно для чего покупается кровь.

— Для чего?

— Что б на лицо мазать вместо крема. Рома! Не глупи. — Роман в ответ проворчал что-то нецензурное. Велес глаз с горизонта не сводит, что-то там не так, а может, ему просто снова плохо стало. — Изучают их, отслеживают состояние здоровья и изменения ДНК, если таковые есть. К игрушкам «только для своих», доступ вполне объясним — Организация заинтересована, что б они прожили как можно дольше, предоставив больше материала для изучения.

— А материал, они сами?

— Да, конечно.

— А если барахло уплывёт? Мины эти, ещё что.

— За пределы Зоны всё равно не выйдет — Организация, наверняка, сегодня полностью контролирует все участки Кордона. И эти двое и им подобные, сотрудничают не только с Пашкой, но и с другими. При этом, такие как Лиза, особо с ними дел не имеют, только опосредованно. На них проводят какие-то не слишком явные эксперименты, отслеживают влияние среды, может и что-то более серьёзное. Воздействие на человека новых препаратов и нового оборудования.

— Это они тебе сказали?

— Нет, всё это мои собственные предположения и догадки, основанные на фактах. Вполне вероятно, что они понятия не имеют об этом. Прекрасный способ что-то изучить. Пациент участвует в эксперименте совершенно добровольно, сам того не понимая. При этом какие-то процедуры и эксперименты, можно проводить вполне с их согласия, за умеренную плату.

— Не проще было пресануть их слегка? Сами бы всё рассказали… куда ты смотришь?

— Пресануть — и где вы только таких слов-то нахватались, а с виду такой приличный молодой наёмный убийца на пенсии. Эх, Рома, не хорошо.

— Короче.

— Что короче? Не хорошо людей пытать, от этого карма сохнет.

— Кто бы говорил…

— Я тогда был очень молод и наивен, а мир жесток и беспощаден. Кроме того, что пытки абсолютно для меня не приемлемы, вы ведь знаете, я убеждённый пацифист, насилие мне чуждо… и вот не надо так скептически хмыкать. Я всегда за мир во всём мире. В общем, кроме всего прочего — это неинтересно и скучно. Они бы всё рассказали и что потом?

— Мы бы всё узнали. — Пожав плечами, ответил Рома.

— Но разве же это интересно? А где же интрига, где загадка и тайна? Нет, Рома, мы пойдём другим путём, мы лёгких дорог не ищем. Ты только представь, сколько пищи для размышлений мы получили! А если бы узнали — всё. Что ни подумай, ответ уже есть. Право, это скучно.

Роман долго смотрел в его профиль. Потом обратил взор к горизонту, куда друг смотрел.

— Совсем ты здесь ёбнулся друг.

— Решительно не соглашусь. Я, конечно же, не совсем здоров в этом плане — трудное детство, дурная компания, компьютерные игры и порно-журналы, всё это оказало своё дурное влияние, но оно, естественно, столь незначительно, что… — Он вдруг прервался и подался вперёд. Роман автоматически поднял оружие. — Ложись! — Закричал Велес и рухнул лицом вниз.

Роман сделал то же самое и над их головами, сердито вжихнув, пролетело что-то, вероятно, похожее на пулю. Спустя мгновение, на горизонте стало видно несколько фигурок людей и пуль стало заметно больше. Некоторые из них выбивали фонтанчики снега вокруг них, другие летали сверху, прижимая их к земле.

Только сейчас, Роман понял, что при Велесе помимо огромного рюкзака, никаких других вещей нет. Его оружие куда-то пропало. У них на двоих автомат и пистолет. Последний он тут же кинул Велесу. Тот его поймал на лету, поднял двумя руками и тут же выстрелил. Роман приладил приклад к плечу и сделал то же самое — победить в такой перестрелке, шансов у них ноль без палочки, но заставить врага укрыться на земле, они могут. А в процессе, возможно, получится уйти подальше отсюда.

Одна из фигур вдали, зашаталась и рухнула наземь. Остальные залегли, продолжая стрелять, но плотность огня заметно снизилась, как и его точность.

Патроны в пистолете Велеса кончились, он вскочил на ноги.

— За мной! — Скомандовал сталкер. Роман вскочил на ноги и буквально в прыжке бросил новую обойму. Велес сменил её уже на ходу, пустую, естественно, не выбросив — они денег стоят, разбрасываться ими, так на новые денег не напасёшься.

Уходили бегом, оставляя своих преследователей, с круглыми глазами и открытыми ртами, а может быть, даже сумев посеять в их сердцах страх… впрочем, крайне сомнительно. Долг наверняка прекрасно знает, за кем охотится. И всё равно, от такой картины как бегущий по Зоне человек, удивление настигнет разум любого сталкера, даже если он заранее оповещён. Не привычно такое видеть, даже дико. Всю жизнь здесь люди ходят медленно и осторожно, прекрасно зная, что любой шаг, может закончиться смертью.

Первое чему учишься в Зоне — ходить. Правильно ходить, а не так, как на Большой земле. По сути, ходить тут учишься заново. И вдруг, хоть тебя и предупредили, ты видишь, как человек бежит, без проблем избегая любых аномалий. Это всё равно, что наблюдать, как атлет сдвигает поезд на несколько метров, идя на рекорд — ты знаешь, что он так может, знаешь, что он так уже делал, просто поезд поменьше тогда был. И всё равно, своими глазами увидеть — челюсть отвисает.

Вот и тут, наверное, так же… могло бы быть.

Роман ощутил удар в спину, рухнул носом вперёд, чуть Велеса с ног не сбил, но почти сразу поднялся и бросил взгляд назад — фигурки за спиной, поднялись и поливают их огнём. Удивлённые люди дали бы им хоть немного времени, а эти… он выпустил оставшиеся патроны, не целясь, и поспешил за своим другом.

Вскоре, свист пуль исчез, звуки выстрелов стихли — они смогли уйти достаточно далеко, что б скрыться из виду. Теперь солдаты построятся в шеренгу и медленно двинутся за ними. Им, конечно, ни за что не догнать их — Велес способен двигаться по Зоне быстрее любого человека. Но им это и не нужно, если где-то по близости есть другие отряды и действия их скоординированы, они могут двигаться сколь угодно медленно. Им не нужно догонять, им нужно лишь направить свою жертву в нужную сторону. Вовремя у Велеса способности пропали! Долбанные долговцы… как вообще сумели подавить эти его способности не ясной природы? Жутковатые эти его способности… не от Бога такое идёт, не от Бога. Всё это место не от него. Оно пропитано Злом.

— К Тёмной долине? — Спросил Роман, глядя в спину Велеса.

Рюкзак, образовавший на его спине внушительный горб, затрясся, будто его владелец очень яростно кивает, и вскоре Роман услышал голос Велеса.

— Да, пора уже спасти мир и вернуться домой. Мне, если честно, несколько наскучило.

Роман головой покачал неодобрительно — как вот так можно себя вести, да такое говорить, когда миссия твоя, столь важна и на кону миллионы жизней? Ведь если Зона вырвется за Стену, это станет ужасающей по своим масштабам катастрофой. А ему, видите ли, наскучило.

— Рома, возможно, нас уже окружают, поэтому двигаемся сразу к цели. — Роман кивнул, не очень понимая — а раньше что не так собирались? Спустя пару секунд Велес добавил. — И даже не уговаривай меня сделать крюк по тем чудесным неведомым холмам, в которых я прежде ещё не бывал.

И пальцем показал собственно на те холмы, которые сейчас уходят за горизонт слева от них.

— Я и не собирался.

— У нас миссия, мы должны спасти мир!

— В курсе, двигаемся к Тёмной до…

— Мы просто не можем пойти к этим холмам. Мы обязаны идти туда, к ядерной бомбе, что бы найти её и полностью обезвредить, что бы никто её не взорвал, и Зона не вышла за свои границы.

— Ну. Я понял. Двигаем.

— У нас просто нет права туда пойти Рома! Мы должны идти к Тёмной долине. Мы обязаны!

— Да понял я блять! Какого хера?

— Ну… — Велес остановился, к нему повернулся, задумчиво хмурится. Потом рукой махнул и говорит. — Ладно, уговорил. Роман, хотя я и не понимаю вашей беспечности, но всё же, мы действительно никогда там не были. Вдруг там есть что-то интересное? Да, вы совершенно правы, идем, посмотрим на эти любопытные холмы. А потом сразу же, незамедлительно, спасать мир.

Велес кивнул пару раз и да — к холмам пошёл.

Пару секунд Роман смотрел ему вслед, с открытым ртом. Потом скрипнул зубами во гневе великом и громко топая, что было не сложно по едва заснеженной, замёрзшей земле, пошёл за ним.

8

Немного ранее.

Выброс кончился, причём давно. Через пролом в полу и щели между досок, пробивался дневной свет. Яркий, золотистый свет. Сквозь щели в полу — он пытался сосредоточиться на этом, потому что здесь таилось что-то. Что? Что-то. Но что? Он сосредоточился на мысли, цеплялся за неё изо всех сил, пока, наконец, в голове не прояснилось, и ответ не пришёл к нему сам собой.

Вчера пол был завален снегом, через него не мог пройти свет. Впрочем, это Выброс. Говорят, после Выброса целые дома пропадали, холмы меняли место своего расположения, что там говорить, целые районы изменяли свой ландшафт! Он сам, правда, такого никогда не видел, но слышал про такие вещи. А слухи, это не то, что в Зоне можно игнорировать. Слухи могут быть не точны, могут быть искажены, но они ни когда не бывают просто чьим-то досужим вымыслом. За каждым слухом всегда стоит что-то реальное, что-то происходившее в действительности.

Кое-как сев — спина затекла, он осмотрелся, с трудом вспоминая события предшествующие Выбросу. Впрочем, там и вспоминать особо нечего. Обычный патруль, обычный день. Вышли с нового блок-поста, двигались на юг, искали артефакты для последующего их уничтожения в Баре… ходят слухи, что командование, иногда, продаёт артефакты. Бред конечно, но это ведь Зона, здесь слухи просто так не ходят. Но что на самом деле кроется именно за этим мерзким слухом? Сто процентов, никто из командиров, не стал бы продавать артефакты, даже если бы группировка оказалась в тяжёлом положении. Но что-то эдакое произошло. И хотелось бы узнать что именно.

Он усмехнулся — не его, как говорится дело. Не дорос ещё такие вещи знать.

— Рядовой, жив? — Сказали сверху.

— Угу. — Ответил он, щурясь от яркого света и пытаясь рассмотреть, кто говорит.

— Поднимайся. Поешь, покури, скоро выступаем.

Он кивнул — в подвале и правда уже никого. Покраснел немного. Пусть Выброс не обычный, тряхнуло будь здоров, пусть новичок он в Долге, но всё же не просто хрен с горы. Он опытный сталкер, проживший здесь больше года. А капитан, да и остальные — они вообще не отсюда. Не топтали они Зону так долго как он. Не сами они докопались до сути, не сами поняли, что Зона — истинное Зло, яд, растекающийся по миру, жаждущий отравить его так, что б уже ничего и никогда не было как раньше. Все его спутники, все до единого, в Зоне не больше пары месяцев. В них почти ничего нет из того, что отличает сталкера от других людей. Они крепкие ребята, подготовленные, работают слаженно, по Зоне ходят аккуратно, словно понимают Её. Но это не так — он буквально кожей чувствовал, что они чужаки здесь. Недаром говорят, мол, в Долге полно военных, ни одного дня не бывших настоящими сталкерами. На сто процентов он, конечно не уверен, и доказать не смог бы, но чувствовал, видел — не из сталкеров они, все его спутники, для Зоны люди новые.

Может потому его группе так и везёт последний месяц. С тех пор как к отряду приписали, никто не погиб, не покалечился. Все задания выполняют в срок, без потерь, он даже расслабился немного и вот тебе на, Выброс такой мощи, что он засомневался, что подвала и стен полуразрушенного домика, окажется достаточно.

В большинстве случаев, даже такое незначительное укрытие спасает. Но не всегда, иной раз случалось, что группа сталкеров укрывшаяся в подобном месте, на утро на улицу выходила еле кое-как, оружие держала криво, на мир смотрела мутными глазами, да изредка мыча, клацала зубами и двигалась по полям в поисках того, что можно сожрать.

А то бывало, и не поднимался никто. Найдут их, а они лежат, гниют тихонько.

Солдат Долга, раньше сталкер, выбрался наверх и обомлел — за краем разрушенной стены, в разбитых окнах, куда ни посмотри, а за ними чёрные поля, укрытые коричневой травой.

— А где снег? — Изумлённо молвил он.

— В пизде. — Ответил капитан и прошёл мимо, громыхая своим дорогущим, новеньким экзоскелетом. — Шустрее солдат, щас мутанты придут, а ты с ложкой в зубах. Не дело это.

Тут он прав. Выброс был, а это может означать что угодно — отвернутся на минуту, а там уже целое стадо мертвецов к ним бежит. А то и вовсе, сектор облазят вдоль и поперёк и даже суслика не встретят. После Выброса оно всяко бывает. Кто-то с боями, теряя товарищей, идёт до самого Бара, не имея и минутки покоя, а кто-то начинает думать, что попал в параллельный мир, настолько становится пусто и тихо, что не по себе даже. Зона, богата она на сюрпризы, любит она поиграть с жертвой — прям как кошка. А они её мышки.

Кошки, мышки, драть их коромыслом… жрать охота.

Тому желанию не в малой степени способствовал запах консервов, распространившийся по остаткам строения. Трое из отряда сидят на полу, у глухой стены под остатками крыши и едят, ещё двое по углам — рядом с ними пакеты от концентратов, на коленях оружие. Эти уже поели, бдят теперь. На улице только капитан прям у двери стоит. В целом вся местность под присмотром, можно и поесть. Только не консервы — на душе не спокойно. Лучше сегодня одной рукой концентрат держать, грызть эту безвкусную плитку, а другую руку держать на рукояти автомата.

— Как ты? — Спросил один из бойцов, щеголявший в плотном защитном костюме, с вшитыми в ткань на торсе и конечностях, керамическими плитами.

— Нормально Ли. Крышу дёрнуло слегка, но так всё путём. — Ответил он, усаживаясь рядом с ней. Девушка улыбнулась, от этого её узкие глаза превратились в щелки. Это было довольно мило.

— Сколько уже воюем, а ты всё так же говоришь. — Произнесла она, потрепав его по плечу.

— Ну а чё? — Пожал он плечами.

— Ни «чё», а «так точно». — Проворчал высокий, худой солдат, сидевший по другую сторону и только что закончивший опустошать банку с рыбными консервами.

— Так точно. — Ответил он, человек сменивший сталкерскую нелёгкую долю, на относительно неплохое бытие солдата Долга. — Только я так нихуя и не понял, почему оно «точно».

— Не служил?

— Ты же в курсе.

— Нет не в курсе. — Вновь ворчит. Вот что надо? — Ты в отряде сколько уже?

— Да порядком.

— Значит, служил уже сколько-то. А всё как, я даже не знаю…

— Не приставай, хочет так говорить, пусть говорит. — Вступилась за него Ли. Часто она как-то стала за него вступаться. Любопытно. Может, подкатить? Вернутся на блок-пост, да и вперёд. У него давно уже не было. А тут, вроде бы чувства. Может она и взамен ничего не попросит. Просто дашь на дашь — раз ей хочется, и ему хочется, то и без оплаты можно договориться.

В общем, там посмотрим…

— Подъём! — Рявкнули с улицы, народ зашевелился — пару секунд и все на позициях.

— Тебе что, особое приглашение надо? — Рыкнул тот же солдат и в этот раз Ли ничего не сказала, наоборот, послала ему осуждающий, почти что злобный взгляд. Ли хороший солдат, они тут все хорошие солдаты. А он, похоже, как был сталкер, так им и остался. Подъём блин — пару дней вообще не мог понять какого чёрта подъём у этого капитана? Нет бы, как человек сказать, мол, «мутанты!» или там «пушки в зубы, хуй какой-то на два часа». Так нет же, «подъём», «в ружьё», а ещё и знаками порой что-то показывают — запарился выучивать. Поначалу даже хотел попроситься в другой отряд. Но как-то не собрался. А теперь и привык уже. А ещё Ли вот к нему как-то тянется, на кой переводиться? Можно и в этом отряде служить. В конце концов, нет разницы, кто будет помогать в борьбе против заразы Зоны. Главное, что бы это был человек.

— Не стреляйте! Люди! Не надо! Я хороший! — Кричит кто-то с улицы. Сталкер ныне солдат вытянул шею, стараясь заглянуть за плечи друзей, занявших позиции у выхода и окна, но разглядеть не удалось ничего, кроме чёрной земли.

Странная всё-таки херня — куда снег делся? За утро растаять не мог. Судя по тому, как солнце стоит, он в отрубе провалялся часа два после рассвета, не больше. Да и не сезон, что б от солнца снег таял. И только сейчас заметил — воздух ни одним местом не зимний. Даже жарко в броне-то.

— Оружие подними над головой. — Громко сказал капитан — близко значит уже подошёл тот, который хороший.

— Нету.

— Как нету?

— А так, понимаете, кончилось. В аномалии сгинуло оружие моё, увы.

Ли отступила от окна, опустив автомат, потом с удивлением глянула на товарища, стоявшего рядом. Сейчас у всех такие взгляды, наверное, кроме капитана — вот мужик кремень, ничто его не заставит и бровью пошевелить, морда вечно как каменная. Ну, на то он и капитан Долга, что ничем его не перешибёшь. Ли отошла и теперь он смог разглядеть гостя в их временном укрытии.

В паре метров от капитана, стоит мужик. Сталкерский плащ, капюшон надвинут до самого носа, за спиной огромный рюкзак. А оружия и правда нет. Странно — до того, что даже анекдот вспомнился. Про контролёра, который новичка в лесу встретил, да побеседовать с ним решил, а тот восхищался, мол, хорошо опытным быть, оружия с собой много таскать не надо, а у того его вообще нет, контролёр он. Но то просто анекдот, про новичка, ещё неспособного отличить слепого пса от псисобаки. С ними такое не пройдёт, поймут, если что не так.

Перед ними далеко не мутант — обычный сталкер, почему-то, оказавшийся без оружия. Тут странно не то, что оружия нет, а то, что он ещё живой. Без нормальной пушки в Зоне далеко уйти не получится — или пристрелят люди или сожрут мутанты. Но такое случается, что остаются люди без оружия. И если не прибьются к кому-то в сжатые сроки, то всё, жить им остаётся считанные часы.

Этому повезло — Ли зря удивляется.

Потому что в Зоне, просто так не везёт — Зона любит этого сталкера.

То, что он без оружия, на самом деле, это повод не для удивления, а для страха.

Потому как переменчива её любовь. Сегодня везёт, из Трамплина живой выберешься, а завтра попадёшь под стаю псисобак — не ходят они стаями, но если Зона в любви своей разочаровалась, то встретишь именно стаю. Потому что такова Зоны прихоть, потому что она — Зло.

— У нас лишнего оружия нет. И еды нет. Иди своей дорогой сталкер.

— Извините, конечно, но вынужден вас поправить — легендарный сталкер.

— А?

— И полностью законно, абсолютно демократически избранное божество, между прочим.

Ли на него почему-то посмотрела. И сосед справа, тоже на него глянул — вот тебе и ещё одно доказательство, что весь этот отряд, не из сталкеров набрали, что все они из-за Кордона. Мордами вертят, а надо на мужика смотреть, по сторонам смотреть, выглядывать по окрестностям — кто его знает, может мужик просто прохожий, может он свихнулся, а может всё с ним в порядке и домик сейчас обходят со всех сторон бандиты, пока он им тут зубы заговаривает.

— Окурок может? — Пожав плечами, предположил бывший сталкер. На лицах товарищей появилось удивление, мгновенно сменившееся пониманием — они знают, что такое окурки, но в Баре и в патрулях они их не встречали. На Кордоне таких полно, а они про то и не знают нихрена.

Когда-нибудь, наверное, уже скоро, он именно к Ли пристанет со своими вопросами. Может когда вернутся, напряжение снимут, простым и доступным методом, да на подходящей плоскости, вот тогда и спросит. Ли ничего так. В броне не видно, через одежду он смотреть не умеет, но так, чисто интуитивно — ничего такая. Для Зоны конечно. Особо с выбором тут не разгуляешь.

— Божество. — Повторил капитан слова незнакомца.

— Законно и демократически избранное. Вы плохо слышите что ли?

— Чего?

— Только не злитесь. Я всё понимаю — сложное детство, непростая юность, злые сержанты и повальная дедовщина. Я вам искренне сочувствую. Но давайте уже пройдём в это чудесное уютное здание и там, мы уже поговорим. Возможно, даже поторгуем, что естественно вернёт нас к тому, с чего мы начали — как вы уже поняли, оружия у меня нет, а оружие мне нужно.

— Нет у нас лиш…

— Вы не подумайте, что я из праздного любопытства или испытываю какую-то особую страсть к оружию, просто вы должны понимать, как неспокойно нынче стало в этих краях. Со всей ответственностью заверяю вас — район совершенно криминальный! Кругом полно бандитов. И куда спрашивается, власти смотрят? Где, спрашивается, милиция? Никого ведь нету! Безобразие!

Капитан переминался с ноги на ногу, явно сомневаясь, что ему сделать надо — пристрелить этого психа на месте или пустить в полуразрушенное здание? Или же просто пинка ему дать и пусть катится мимо? Последнее, предпочтительнее, но капитан не так прост и не глуп. Прошёл Выброс, а значит, данные о местности устарели. Кроме того, это сталкер. И хотя у них другая задача, но почему бы не расспросить и не проверить?

— Заходи. — Скомандовал капитан, освобождая проход.

Ли повернулась к ним и изобразила пару знаков ладонью. Бывший сталкер, ныне солдат, подчинился без вопросов — этот знак, да и многие другие, он уже выучил. А бывало, станет столбом и руками разводит — не понял нифига. Иной раз вроде понял, куда надо пошёл, а навстречу капитан и лбами, да и столкнулись — не туда значит пошёл, не так понял, значит.

Солдаты рассеялись по стенам, образовав треугольник. Сталкер зашёл в помещение, за ним капитан, показывая, куда гостю надлежит пройти.

— Добрый вечер, господа солдаты. — Поздоровался сталкер, пройдя в указанный угол.

Остановился там, к ним повернулся и улыбнулся — по лицу видно, он понял что происходит, почему встать ему приказали именно сюда.

Если что-то им не понравится, если буянить будет — он в основании условного треугольника, по нему начнут палить, почти перекрёстным огнём, не боясь зацепить своих.

— Ну и кто ты? — Произнёс капитан, оставаясь у выхода, по сути, закрыв его своим телом, а оно у него и так не маленькое, а в экзоскелете и вовсе как конь молодой.

— Вы имеете в виду моё имя? — Капитан коротко кивнул. — Эдуард Могучий, по батюшке четвёртый, — глянул в сторону Ли и добавил. — Для вас, юная леди, просто Алексей Сергеевич.

Ли улыбнулась едва заметно, но взгляд её остался столь же пристальным и холодным, собственно, это всё только он и увидел, все прочие не шелохнулись и смотрят только на странного сталкера. Вот именно — все. Покачав головой, он встал в полоборота, что б видеть и вход и комнату.

— Как я вас понимаю. Это так печально! — Зачем-то сказал сталкер, обращаясь к нему.

— В смысле? — Не совсем понял солдат, недавно тоже сталкер.

— Отставить. — Рёк капитан, не повернув головы, не отведя глаз. — Оружия ты не получишь, Лёша. Но можем обменять банку тушёнки на информацию. Ты…

— А вы, однако, хам. Но не переживайте — я вас прощаю. — Сталкер прижал ладонь к груди, глубоко вздохнул и добавил. — У меня очень доброе сердце. Клянусь, несмотря на то, что по религиозной солидарности я немножко сатанист, ну, вы сами понимаете — издержки работы с населением на должности, полученной по результатам выборов. Накладывает, знаете ли, свой отпечаток, но всё же, я остался, так же открыт и добр, как и в далёком теперь прошлом.

— Так, без твоего бреда. У нас есть тушёнка, у тебя информация. Я задаю вопросы, ты…

— У вас, извините, харя страшная. Давайте лучше вопросы будет задавать эта милая дама.

Упомянутая дама улыбку больше не сдерживает, а капитан злобно щурится.

— Ты, похоже, не понимаешь сталкер. Ты на мушке, чуть что, в решето превратишься. Хватит, либо говори, либо пиздуй отсюда.

— Вот вы зря так. Я же с миром к вам пришёл, в гости, так сказать. А вы вот так сразу…

— У нас и без всяких дебилов дел по горло.

— Так зачем вы его с собой взяли? — Удивился сталкер, ткнув пальцем в одного из солдат.

— Чё? — Нахмурился тот солдат.

— Я удивлён что не «му». Но ничего страшного, ваш капитан, больше вас с собой не возьмёт.

— На вопросы отвечать будешь?

— Конечно! Но только если их будет задавать эта прелестная девушка с чудесной фигурой и очень умными глазами. — Ли открыла рот, что бы что-то сказать, в глазах её весёлая искорка мелькает — как-то не похоже это на неё. — Но хочу сразу же вас предупредить, юная леди. Только вопросы, никакого секса, по крайней мере, не сегодня. Но не расстраивайтесь, возможно, в другой раз вам повезёт больше, и я всё же соглашусь на этот серьёзный шаг, поддавшись вашим мольбам.

Улыбка с лица Ли слетела, глаза затянуло льдом — вот это на неё больше похоже.

— Спрошу по-другому. — Капитан поднял пистолет и направил дуло в лоб сталкера Алексея.

— Вы спрашивать будете или пока думаете? — Спустя пару мгновений напряжённого ожидания поинтересовался сталкер. — Не спешите, я всё понимаю, служба, Родина, флаг и прочие радости фетишизма, но вопрос, это ведь гораздо более сложная конструкция. Можете думать сколь угодно долго, я вас не осуждаю. Наоборот! Искренне сочувствую вам. Когда сможете сформулировать свой вопрос, говорите, я вас совершенно не тороплю. Извините, рюкзак сниму, на плечи давит.

Снял рюкзак, на пол поставил, в пистолет смотрит.

— Капитан, не наседай, окурки один хуй не понимают…

— Отставить! — Рявкнул капитан, не удостоив бывшего сталкера взглядом, но оружие всё-таки опустил. — Сталкер, ты со смертью играешь… ладно, чёрт с тобой. Мне нужно что бы…

— Кстати, не поверите, как мне сегодня повезло! — Воскликнул сталкер, всплеснув руками так резко, что у нескольких из них едва не сдали нервы. Окурок, не сталкер — окурок, явно не понимает, что происходит. Сейчас его едва не нашпиговали свинцом, а он и бровью не повёл.

— Верю, что повезло. — Совершенно справедливо заметил капитан. Вот прямо сейчас окурку этому повезло сверх всяких рамок. Обычно эти люди не особо церемонились и стреляли, прежде чем думали. Сегодня они отчего-то проявили больше сдержанности, чем обычно.

— Я сумел найти маленькую пещерку, дабы укрыться в ней от не погоды. Ночью был такой ужасный ураган! Просто кошмар. — Окурок наклонился к рюкзаку и потянул язычок молнии. — А там, вы не поверите, господа, но там, в углу, я увидел Нечто!

Он открыл рюкзак. И все они увидели, что находится внутри.

— Охуеть… — Пробормотал солдат, сменивший голодную жизнь нейтрала, на звание рядового, усиленное питание и бесплатные патроны.

— Дебил. — Холодно проговорила Ли, держа парня на мушке.

И сказала она очень верно, потому что рюкзак полон артефактами.

— Правда, они прекрасны? — Улыбнулся им сталкер.

— Тааак! — Капитан снова наставил на него свой пистолет. — Ладно, тебе повезло. Очень хороший улов и за то, что ты помог очистить Зону от этой мерзости, мы, так и быть, дадим тебе автомат, банку тушёнки и лишнюю обойму. А теперь рюкзак закрой и отвечай на вопросы.

— То есть как автомат и тушёнка? — Сталкер рюкзак закрыл, на капитана удивлённо смотрит. — Уважаемый, вы в своём уме? Тут целое сокровище! Нет-нет, я дам вам один артефакт, а остальное продам торговцу, что бы учёные на Большой земле смогли всё это тщательно изучить и как можно сильнее распространить за пределами Зоны.

— У тебя выбора нет. — Говорит капитан, а многие из них едва заметно улыбаются.

Этот парень не понимает. Никакой торговли сейчас не идёт, свои, артефакты он уже потерял.

Сейчас решается вопрос уже не о том, что в его рюкзаке.

Вопрос стоит иначе — останется он в живых или нет?

И судя по злобному прищуру капитана — нет. Как только он ответит на вопросы, капитан спустит курок. Не стоило парню показывать содержимое рюкзака. У них другая задача сегодня, ловить сталкеров и обыскивать на предмет артефактов, они не собирались. Да и сам патруль, сегодня лишь часть их задания. Основа его — поиски того, что потерял другой отряд. Парень вполне мог уйти отсюда со своими артефактами, никто бы и не понял, что они у него есть. Но этот идиот, пожёванный Зоной, решил похвалиться — это всё шуточки Зоны. Сначала лишила человека разума, затем наградила горой артефактов, а затем привела сюда. В место, где у него всё отберут и наградят за всё пережитое. Наградят пулей в лоб. Иначе и не бывает, ведь Зона — само Зло.

— Как выбора нет? — Сталкер руками всплеснул. — Не может такого быть! Не врите мне, мы живём в демократической стране и выбор всегда есть. Кроме того, голосовать, это моё конституционное право! Вы знаете, что такое Конституция? Вижу по глазам, не знаете. Так вот…

— Пасть закрой! — Рявкнул капитан, шагнул к сталкеру, наклонился и ухватил рюкзак рукой.

— Как грубо. — Сталкер схватил капитана за запястье и сжал его.

Все они услышали одно и то же — скрежет металла, хруст костей и стон.

Капитан отступил назад, прижимая сломанную кисть к груди и направляя пистолет на сталкера. Тот стоит, как ни в чём не бывало, с рюкзаком своим рядом, улыбается им.

— Какого хера… — Сказала Ли — никто не понял, как и что произошло.

Просто не бывает людей, способных одним сжатием пальцев, согнуть конструкции экзоскелета и попутно сломать запястье. Для этого сила нужна как у домкрата, а тут…

— Господа, вы очень плохо себя вели. Дядя недоволен и, возможно, накажет вас. Конечно, исключая даму. Юная леди, не беспокойтесь, хотя ваше поведение и вызывает вполне оправданные вопросы, но всё же, вы чем-то импонируете моему внутреннему «Я». Возможно, чудным цветом ваших ангельских глаз, возможно, размером груди — точнее сказать не могу. — Он чуть сдвинул капюшон, но лица всё равно почти не видно. Однако в тени капюшона, что скрывает его глаза, с тихим треском, сейчас полыхнули два сгустка сине-белых искр.

Больше им и не требовалось.

Огонь открыли все разом. Поток пуль обрушился на очередное злобное порождение Зоны, десятки пуль рвали в куски… едва видимую, искрящуюся сферу.

Очень скоро, воздух наполнился запахом озона, а стрельба стихла, сменившись треском и лязгом — народ перезаряжает оружие, их глаза, расширены и обращены к незнакомцу. Что стрельба бесполезна, они уже поняли, тут много ума не нужно. Пули расплющило о невидимую преграду, все они попадали на пол и образовали там ровный полукруг.

За невидимой стеной, мужик этот стоит, глазами искрится. Вот он открыл рот и расхохотался зловеще, хрипло, словно какой-то призрак из кино, словно восставший мертвец, словно…

Он вдруг стукнул себя ладонью по лбу.

— Простите. Совсем забыл! Я ведь тут на днях, в результате предательской и очень подлой атаки одного из отрядов Долга, начисто утратил все способности, кроме видения аномалий. Ещё раз извините, я больше так не буду. — Зачем-то посмотрел в сторону стены, где никого не было, и добавил. — А вам, уважаемый, слова не давали. И вообще, что вы опять припёрлись? Спасу я мир, обязательно спасу. Но потом. А теперь, будьте так любезны, скройтесь с глаз долой и из сердца, как говорится и, желательно, куда подальше.

Стена ему естественно не ответила, но он на неё больше и не смотрит.

— Юная леди, прошу меня простить, я не желаю этого, но вы сами понимаете, иначе нельзя, ведь вы явно сильно больны! Ходите тут до зубов вся вооружённая, в людей стреляете, должен заметить — возмутительное безобразие! У меня просто нет выбора. Надеюсь, вы меня поймёте правильно и простите. Ведь за такой чудесной грудью, наверняка, скрывается большое и чистое сердце. Господа, перед вами извиняться я не намерен, более того, думаю, вам это пойдёт на пользу.

Что дальше произошло, мало кто смог понять. Стена, задержавшая пули, исчезла и вроде бы они все обратно стрелять начали, но сталкер исчез со своего места. Серая тень металась по комнате, гремела стрельба, свистели пули, по комнате летали кричащие люди.

Когда рядовой, в прошлом сталкер, поднялся на ноги, хватая ртом воздух и держась рукой за отбитый живот, порождение Зоны стояло у входа, с рюкзаком за спиной.

— Господа, хватит притворяться! Вам нужно срочно очнуться, встать и уже преследовать меня, по пути беспочвенно фантазируя о том, как вы меня догоните и жестоко убьёте.

— Сука… — Прохрипел капитан, потерявший оружие и с красным отпечатком кулака на щеке.

— Как вы так можете про девушку? — Качает головой сталкер. — Вовсе она не сука. Просто немного своенравная, но, вы должны признать, довольно симпатичная, немножко даже леди. Итак, давайте поднимайтесь. Хватит отдыхать. Вы меня ловить должны.

Один из них поднялся и, подняв автомат, выпустил очередь, но в дверном проёме уже никого нет. Сталкер успел выскочить на улицу.

— Я, кстати, Велес. — Крикнули с улицы, и стало тихо.

— Подъём! — Взревел капитан, поднимаясь сам и здоровой рукой помогая подняться Ли.

Вскоре они все были на ногах. Кривясь от боли, стараясь не обращать внимания, на побитые лица друг друга, они двинулись по следу, понимая, что это будет не так-то просто и почти безнадёжно. Даже просто бывалый сталкер сумеет оставить как можно меньше следов, не говоря уже о жутком порождении Зоны, об одном из тех, кого называют её Хозяевами…

От самого порога, по земле тянется явственно видимый след. А далеко впереди, на вершине холма, идёт тот самый мутант — высоко поднимая ноги и с силой впечатывая пятки в землю.

— Он что, намеренно оставляет нам след? — Тихо сказала Ли.

— Получается так… — Ответил капитан и поморщился — рукой пошевелил неудачно. Но пошевелил, а это важно — похоже, перелома, на самом деле, нет.

Прежде чем выдвинуться в путь, они связались по рации с ближайшим патрулём. С отвращением поглядывая на эту рацию, и связались — никто из них не любил использовать её, но в поле, ничто иное не давало возможности поддерживать связь между отрядами.

Приёмник источал синеватый свет. И делал он это потому, что собран на основе артефакта.

Да, иногда, порождения чистого Зла, коим несомненно является Зона, могут помочь в борьбе с ней. Но слишком активно пользоваться её «дарами», всё же не стоит и к таким вещам старались прибегать как можно реже. А лучше вообще обходиться только тем, чего не коснулся яд Зоны — к сожалению, это не тот случай. Безумный Хозяин Зоны, чьё лицо известно Долгу, должен быть пойман или убит. А раз он сам идёт к ним в руки — так тому и быть, вскоре с ним будет покончено!

Он ведёт их в ловушку, хочет поиграть, насладиться извращённым удовольствием, каковое получит непонятно от чего, но на то он и порождение Зоны — в нём не осталось ничего человеческого. А скоро и его самого не останется.

Им ответили три отряда. В разных направлениях. Скоро они будут здесь, ему не уйти.

Они шли по следу долго — Велес не пытался его скрыть, наоборот, делал всё, что б они нашли его следы и не сбились с курса. Увы, Зона была на его стороне.

Снег вернулся на эти земли, непрошенная, аномальная весна, была отменена, и снег вновь укрывал эту землю плотным одеялом. Снег падал столь плотно, что следы заметало мгновенно, а продолжать движения, было бы просто самоубийством. Более того — рация, созданная на основе артефактов, и та передавала лишь бессмысленный треск.

К сожалению, им пришлось бросить преследование и остановиться, ожидая, когда видимость восстановится, а когда это случилось — они потеряли направление, все следы исчезли.

Увы, увы…

Лагерем они встали в низине, где небольшая возвышенность, образовала нечто вроде треугольника. Выставив часовых, они сели прямо наземь, стараясь друг на друга не смотреть.

Такая возможность была! А они её упустили. Вот как это называется?

— Ебучая ваша Зона. — Буркнул капитан, расстроенный больше всех — рука у него распухла, починить экзоскелет в пути никак, а изогнутые металлически части, теперь давят на кисть.

Никто ему ничего не сказал — всем стыдно. Ещё и три отряда всполошили, а в итоге след потеряли. Мало того, им и по шапке теперь прилетит обязательно. У тех патрулей тоже задание было, тоже выполняли важную миссию, а они их оторвали от выполнения, получается, впустую.

Только и осталось, что погоревать, поесть, сообщить по рации, что они полоротые и вернуться к выполнению своей изначальной задачи. Найти, наконец, уже то, что потерял другой отряд…

— И как это понимать? — Услышали они с холма, куда сразу же начали стрелять часовые. Пули, однако, отскочили от невидимой преграды, не возымев более никакого эффекта. Хмурый и расстроенный сталкер, кашлянул, снова заговорил. — Извините, рефлекторно получилось. Но клянусь, это в последний раз, вы ведь помните, я, трагически, конечно же, и временно, утратил эту способность. Но господа, это же просто возмутительно! Я уже час мёрзну там, жду вас, беспокоюсь, вдруг вас суслики поймали и жестоким образом принудили копать для них норки? Я же переживал. А вы тут! Сидите и, простите, яйца парите. Не нельзя же так! В общем, поднимайтесь, а то вдруг я убегу и скроюсь в неизвестном направлении. Давайте, преследуйте меня, но, пожалуйста, прошу вас, будьте крайне осторожны, кругом полно аномалий и бандитов. А ещё, сам не видел, но судя по слухам, тут есть опасные мутанты.

Велес помахал им рукой, послал воздушный поцелуй Ли и двинулся прочь, недоступным им способом — убежал в общем.

— Подъём! — Скомандовал капитан, зверски улыбаясь.

Это порождение Зоны, действительно играет с ними. Да, но ему не известно кое-что.

Отряды, идущие с севера и запада, вооружены гаусс-ружьями. Его мистические способности, не помогут ему. Когда он окажется окружён, он ничего не сможет сделать.

Очень скоро, Хозяин Грозы свалится замертво разорванный на куски гаусс-зарядом.

9

Наши, как говорится, дни.

— А как же бомба мать твою? — Рявкнул Роман, уже не в первый раз. Сейчас Велес, оторвавшись от созерцания руин неизвестного здания, на вопрос таки ответил.

— Бомба не волк, в лес не убежит.

— Блять!

— Полностью согласен, очень интересное место. Вы совершенно правы, мы точно тут задержимся. Ненадолго. Ведь мы должны спасти мир! Буквально до утра, а потом сразу же, не теряя ни единой секунды драгоценного времени — только вперёд, только на спасение мира!

Рома зубами скрипнул, Велес с интересом окинул взглядом руины и вновь двинулся вперёд широким шагом. Ничего иного делать не оставалось, кроме как пойти за своим немного не совсем ответственным и благоразумным спутником. Впрочем, уже несколько раз, Роман задумывался о том, что бы плюнуть на всё и отправиться на поиски бомбы в одиночку. Куда идти он знает, примерное местоположение — то же. Естественно, никакого указателя, о котором упоминал Велес, там нет и быть не может, но насчёт пещеры и деревьев, Велес не врал — Рома был уверен на девять из десяти. Вот собственно это его, наверное, и останавливало. Вряд ли Велес стал бы врать на счёт места, где оставлена бомба, но… последнее время, Велес всё меньше дружит с головой и всё чаще совершает странные поступки. Вот как, например, сейчас.

— А вас, уважаемый, — сказал Велес, повернувшись к невысокому кусту справа, — я бы попросил, простите, конечно, но вы не оставляете выбора. Так вот, раз уж вы не понимаете культурной речи и добрых слов, я бы вас попросил, прямо сейчас, желательно радостно и быстро, пойти на хуй. Право слово, вы меня уже достали… и не надо напоминать, что я ничего не могу вам сделать из-за вашей незримой и нематериальной природы. Я прекрасно об этом осведомлён. К слову, тот факт, что вы постоянно об этом напоминаете, говорит лишь о недостатке воспитания и вашей омерзительной внутренней сущности. Вы крайне аморальное существо.

Велес ушёл дальше, Роман задержался возле куста. Пару секунд смотрел на него пристально.

— Дебил блять. — Сказал он, в куст плюнул и пошёл по следам друга и товарища своего.

До здания дошли, убедились, что от него одно название осталось — руины кругом, деревьями поросшие и кустами, на коих нет листьев, по случаю зимы. Потом прошли внутрь, через проход в стене и остановились на пороге. Крыши нет, внутренне убранство помещений, в основном, состоит из снега, кочек, рытвин, пучков высохшей травы, повисшей на чёрных ветках кустов и собственно всё. Даже обломков крыши не видно, толи в землю давно ушла, толи ветром сдуло, толи просто испарилась — в Зоне и так бывает.

— Велес, — пользуясь заминкой, сказал Рома, — ты понимаешь, что время от времени разговариваешь с кем-то невидимым?

— Да, конечно. — Кивнул сталкер, совершенно не изменившись в лице. — Я же рассказывал. Это Размытый Человек. Он довольно любопытен, хотя и из рук вон плохо воспитан.

— Ты понимаешь, что его не существует?

— Конечно! — Оскорблёно хмурится сталкер. — Естественно я понимаю. Ведь я сам его придумал. Он лишь плод моего пошатнувшегося психического здоровья. А как иначе Рома? Ты же видишь, в каком прекрасном месте мы живём — мутанты, аномалии, новости с Большой земли, солдаты Долга, Выбросы, это не могло не отразиться на моей тонкой и чувственной душе.

— У тебя душа есть? — Скептически хмыкнув, заметил Роман. Хотел заметить другими словами и скорее злобно, чем скептически — вспомнилось ему просто, как однажды давно, вместе они искали его собственную душу, которую, как он думал, он потерял.

— Нет, конечно. — Ответил Велес, делая вид, что он не помнит, как помогал душу искать и какие интересные места предлагал, для тех самых поисков. — Я в метафорическом смысле. Ведь души, на самом деле, не существует. В том плане, как это понимают обычно. Душа, в нашем случае, совокупность мыслительных процессов, памяти, личных, уникальных и не очень, качеств отдельно взятого индивидуума. Кстати, у Размытого Человека, душа странная. Он какой-то уж совсем подозрительный, всё твердит про спасение мира, про героизм, наркотики и половые связи.

Сие сказав, Велес посмотрел на стену напротив и глупо хихикнул. После чего довольно улыбаться стал, вновь оглядывая довольно обширную область, огороженную стенами — когда-то это были стены, была у них и крыша, а теперь это лишь невзрачный забор, да и тот в дырку.

На Велеса чем-то похож.

Тоже он загадочный, обширный весь, а крыши нет давно, уехала она у него нафиг…

— Что ржёшь?

— Ему не нравится. — Велес в сторону стены кивком показал. — Крикнул что-то и исчез.

— Ну, слава Богу, мы одни блять. — Буркнул Рома. Велес в ответ поморщился сердито и пошёл дальше вглубь этих руин, на, собственно, руины, весьма скупых. Одна стена тут и всё, смотреть даже не на что. Впрочем, по поводу последнего, Велес немедленно высказался.

— Рома, смотри под ноги — возможно, тут есть артефакты.

— На кой хуй они тебе? — Спросил Роман, глядя на огромный рюкзак за спиной своего друга.

— Ну как же? Что бы были. Рома, деньги, это деньги — их много не бывает. А упускать шанс их добыть, это просто кощунство. Так что смотри под ноги.

Роман грустно вздохнул и стал под ноги смотреть. Но всё же, в его грусти была и нотка радости, как ни крути, а что-то от Велеса старого, в этом драном мутанте, всё же осталось… а в нём? Он ведь тоже, далеко не тот, что был прежде.

Мысленно ругнувшись, Рома попытался сосредоточиться на поиске артефактов.

К сожалению, собственные мысли привели его к размышлениям, каковые возвращались регулярно, но к логическому финалу никогда не приходили.

Он стал другим, изменился почти до неузнаваемости — каждая клетка его тела, теперь иная, и хотя выглядит он прежним, это не так. Что и говорить, если он даже переодеться не может, не сложив все части брони в рюкзак, который придётся всё время носить за спиной. Стоит оставить броню и её части далеко от себя, как они тут же ползут к нему и пытаются сами себя на него надеть.

Первый раз, когда такое случилось, сперепугу чуть сердце не остановилось. А теперь вот привык — как Велес к своим долбанным молниям. Зона изменила их обоих и не только их тела. Рома не сомневался, что дух Велеса, изменившийся столь сильно, не уникальное явление. Сам он не чувствовал что стал другим — как и Велес. Но со стороны всё ведь прекрасно видно.

Сейчас, Рома почти поверил, что всё это, с самого начала, все события, все изменения, коснувшиеся его самого и Велеса, всё это было нужно лишь для одного — для дня, что наступит вскоре. Они должны спасти эту планету от безумцев из Долга. Они не позволят им взорвать бомбу.

И он понимал важность этой миссии — в отличие от Велеса. Ему удалось сохранить больше рассудка. Он всё понимал и готов идти до конца. Но… слишком высока цена.

Почему Господь так жесток? Почему им пришлось преобразиться так, что не осталось от них ничего? Разве нельзя было избежать этого, сохранить себя хоть наполовину? Увы, но частью своего разума он понимал — нельзя. С этой миссией, прежние Роман и Велес, не справились бы никогда, они погибли бы на полпути. Но сейчас, когда они стали такими, сейчас они точно…

— О! Как интересно. Рома, вы только гляньте на это чудо! Я знал — не зря мы пошли в эти чудесные холмы. — Крикнули сбоку. Задумавшись, Роман пошёл медленнее и отстал. А теперь и мысль потерял. А ведь мысль важная был. Плюнув в пол, расстроенный весьма, Рома повернул к той стене, возле которой замер Велес — весь радостный, раскрасневшийся и с улыбкой на устах.

— Чё?

— Вот! — Велес ткнул пальцем в стену.

— И что я там должен увидеть?

— А ты присмотрись.

Велес улыбается, как самовар начищенный, на него смотрит. Пожав плечами, Роман снова обратил свой взор к стене. Висит плакат. Старый, советский. С бабой в косынке. К чему-то призывает, буквы поистёрлись, плохо видно. Смотрел несколько секунд.

— Ну, плакат. Дальше что?

— Да ёлки-палки, Рома! Ну, посмотри ты получше!

Прошло секунд десять и Роман, удивлённо приподняв бровь, протянул руку, коснулся плаката пальцем, осторожно потёр уголок — бумага не рассыпалась от его прикосновения, она и вовсе показалась ему гладкой, словно только-только из типографии.

Удивлённо-вопросительный взгляд к Велесу он обратил.

— Вот именно. — Радостный рёк сталкер и стал плакат снимать со стены, при помощи лезвия ножа, честно и незаметно, изъятого с пояса Романа.

— Ты мой нож спиздил что ли?

— Я? — Удивился сталкер, оторвав уже половину плаката. — Да как вы могли такое подумать? Я его просто одолжил. Взял в аренду, если хотите. Естественно бесплатно и на неизвестный мне срок. Но как только я перестану в нём нуждаться, я сразу же верну его обратно.

— Мог просто попросить. — Сердится Роман.

— Зачем? Ведь у меня уже есть нож. — Удивляется Велес.

Плакат в трубочку свернул и в рюкзак аккуратно положил. Стоят они рядом, смотрят куда-то.

— Думаешь, плакат артефакт?

— Без понятия. — Пожал плечами Велес. — Но уверен, что смогу его продать. А ведь это и есть самое главное Рома. Если что-то можно продать — это точно артефакт.

Роман в ответ хмыкнул — возможно, в Велесе осталось от прежнего Велеса, куда больше, чем ему казалось прежде.

Руины обследовали ещё около часа, но больше ничего интересного не нашли. После чего, Роман предложил вернуться к поискам ядерной бомбы, угрожавшей всему человечеству.

— В жопу человечество. — Немедленно согласился Велес, задумавшийся о чём-то своём, потом кашлянул громко и добавил. — То есть, я, конечно же, хотел сказать, что человечество это очень важно и нужно — никто не знает зачем, но все знают что важно и нужно. Но это не имеет значения — мы их всех спасём! Обязательно. Просто не прямо сейчас — это было бы слишком легко, ведь до цели осталось всего ничего, солдаты Долга теперь ищут нас, а не бомбу. У нас полностью развязаны руки. Мы вполне можем немножко отдохнуть от активного спасения мира. Право слово, Роман, это оказалось несколько утомительнее, чем я ожидал. Но, должен признать, и интереснее, чем ожидалось. Ведь если бы мы не пошли спасать мир, мы бы не нашли этот чудесный плакат и полный рюкзак артефактов!

— Да ёбана в рот… слушай. Вот артефакты говоришь, рюкзак полный.

— Хочешь поговорить об этом?

— Нет! Короче, тебе заплатили — спасай.

— Как это заплатили? Я сам их нашёл. Ничего не знаю. Я мир спасаю исключительно из своего бесконечного, с рождения мне присущего, альтруизма. Я — Герой! — Заявил Велес, гордо выпятив подбородок. Потом ссутулился и продолжил. — Ну, я пока не знаю точно, но Размытый Человек говорит, что я должен быть Героем. А раз я совершенно бесплатно пошёл спасать мир, бескорыстно рискуя своей жизнью, на благо всего человечества — я же Герой?

— Дебил ты, а не…

— Вот вы не правы Роман. Не могу я с вами согласиться, никоим образом. Всё ведь достаточно очевидно. А когда мы спасём мир, то есть я спасу, а вы мне поможете… хм.

— Что «хм»? — Буркнул Рома, когда Велес остановился у выхода из руин и, подперев подбородок кулаком, задумчиво стал смотреть в пол.

— А это не слишком пафосно и самовлюблённо?

— Что именно? — Несколько скептически на него глянув, ответил Рома.

— Вот эти ваши намёки, оставьте, пожалуйста, при себе. — Ворчливо произнёс Велес, относительно правильно расценив сей взгляд. — Я имел в виду моё понимание нашего затянувшегося процесса спасения мира. Не будет ли более эпично и самоотверженно, если истинным Героем в нашем с вами мероприятии, станете вы? Я, конечно, рассматривал и учитывал такой вариант, но впоследствии отмёл его как несущественный. Ведь Размытый Человек…

— На хуй твоего размытого, кто он там.

— Согласен — я ему часто говорю тоже самое, но он, почему-то, не слушается, и уходить не собирается. Однако давайте не будем отвлекаться. Что если, мир спасёте вы, уважаемый Роман?

— Я что-то не понял. — Подозрительно щурится Рома. — Ты что, свалить собрался, сказав, где бомба лежит? Или что?

— Нет-нет! Что вы! Как вы могли такое вообще подумать? Нет, я совершенно о другом.

Несколько минут, Велес задумчиво смотрел на заходящее за горизонт солнце, на белые поля Зоны, сегодня особенно невозмутимые — ни мутантов, ни аномалий расшалившихся. Даже не слышно далёкой стрельбы. Зона словно бы снова погрузилась в зимнюю спячку, да такую, какая с ней бывает только в самые сильные морозы.

— Так о чём ты? — Не выдержал Роман, когда молчание затянулось слишком надолго.

— Не обращайте внимания. — Махнул рукой Велес и, отойдя от стены, указал в сторону холмов слева от них. — Мы идём туда. Я всё хорошенько обдумал и принял решение. Уверяю вас обоих, всё будет просто прекрасно и исключительно идеально.

— Нас обоих? — Качает головой Роман, переживающий шибко, по поводу сильно потёкшего чердака своего лучшего друга.

— Не обращайте внимания. Очень скоро мы спасём мир, миру будет глубоко похер, ведь он даже не узнает, что мы его спасли. Нам никто за это не заплатит, нашими именами не назовут детей, памятник нам тоже никто не поставит и наш героизм, останется безвестен… — Он шёл дальше, погружённый в свои мысли. Потом тряхнул головой. — Вообще не понимаю, на кой хрен нам спасать этот неблагодарный мир. Пусть бы сам себя и спасал.

— Ядерный взрыв. — Намекнул Роман на возможную причину.

— Ну да, взрыв это да. Увы. Эх… если б не обстоятельства, я бы занялся чем-то более интересным и полезным.

— Например?

— У нас на базе живут сразу два удивительных существа. Я мог бы на них посмотреть. А ещё, я слышал, что где-то за рекой, видели больших существ, похожих на крабов. Представляешь? Как крабы, только большие. А ещё…

— А ещё ядерная бомба.

— Да. — Велес тяжко вздохнул. — Над миром нависла беда, и только мы, два Героя могучих, два богатыря времени своего, только мы, можем всех подряд спасти нафиг. Увы.

Некоторое время, молча, ходили по холмам, белым как снег — потому что снег везде, вот они как снег и белые. А ещё потому, что тут нет ни одного завода, ни одной котельной, Зона почти полностью закрыта от выбросов цивилизации — наверное, это самое экологически чистое место на планете. Если бы не аномалии, мутанты и мертвецы — сущий Рай. Да, увы, в Раю живут мертвецы…

— А может, через Лизу отправим письмо правительствам ближайших стран? — Вдруг спросил Велес, оторвавшись от исследования поверхности на предмет притаившихся артефактов.

— Нафига?

— Ну как же? Потребуем денег за то, что спасли мир от гнева Зоны, от ядерного взрыва.

— Кх… а как же альтруизм?

— Не без этого конечно. Но что же о нас подумают люди? Репутация ведь тоже важна. Что скажут уважаемые, прилично воспитанные представители общества? А скажут они — смотрите, два дебила, за спасибо шкурой рисковали, мир спасали, молодцы! Давайте им леденец подарим и щелбан поставим.

Роман шумно выдохнул, зубами скрипнул, гневный взор на друга обратил.

— Ладно, ладно, я так, просто предложил… давай пойдём обратно к тем стенам. Ночь уже считай, а мы на открытом месте — видно нас за версту.

Когда пришли и устроились у двух стен своим стыком образовавших угол, способный прикрыть от холодного ветра, Велес задумчивый посидел на полу с минуту, потом заговорил.

— Нет, а всё-таки. Это как-то, мне думается, слишком аморально. Спасать мир бесплатно. Просто какое-то извращение. Ну, спасём мы его, а что взамен?

— Спокойствие миллионов, жизнь миллиардов, что тебе ещё надо?

— Как что? Денег. Пост в правительстве и четыре статуи в самых больших городах. Разве я многого прошу? Совершенно символическая благодарность. Четыре триллиона американских рублей — сущая нелепица. Возможность воровать миллионы, будучи на высоком посту в правительстве и крошечная статуя, всего в пару километров высотой. Разве это много за спасение мира, за спасение всего человечества?

— Кхм… ты серьёзно?

— А может, пусть она взорвётся? Ну, что бы поверили, потом придём и скажем — ещё одна есть, у ЧАЭС, давайте мы вас спасём, бомбу украдём, а вы нам денег дадите, а?

Роман на него долго-долго смотрел.

— Шучу я. — Вздохнул грустный сталкер, запахивая плащ. — Давай уже спать. Если что, я услышу или почую. Спокойной ночи дублирующий спаситель всего этого неблагодарного, возмутительно жадного, никому нафиг не нужного мира.

Так вот и заснули они посреди белых полей Зоны, что окрест ЧАЭС раскинулась давно-давно.

Проснулся Роман от дурных предчувствий. Первой мыслью стало то, что он мог и не спать этой ночью, спал, как говорится, на всякий случай. Наверное, не стоило этого делать.

Он вскочил на ноги, уже с оружием в руках, готовый сражаться с любой угрозой, любым врагом. Но таковых не нашлось — всё было тихо и относительно спокойно.

Только Велес на стене стоит и куда-то смотрит задумчиво и немножко сердито. Иногда на часы смотрит, которых у него нет, и кого-то вежливо посылает по грибы. Судя по всему, тот, кому назначались послания, стоял чуть выше, прямо в воздухе, и чуть левее.

— Велес. — Позвал Роман, не очень понимая, что происходит.

— О! Вы проснулись! Какое счастье! — Воскликнул Велес, повернувшись на стене к нему лицом, и едва не свалился, кое-как равновесие поймал. — Худеть, видимо, надо. Добрый, знаете ли, день! А мы вас ждали, потом ещё ждали, но вы так и не проснулись. Поэтому я стал охранять наш импровизированный лагерь, несколько более активно. Даже отказался от завтрака — чудесная полная свинка прошла всего в сотне метров от нас, но я решительно, я же Герой, спаситель мира, я решительно отказался от опрометчивой попытки наполнить живот и стал охранять.

— Молодец, возьми пирожок с полки. Какого хрена Велес?

— Вот только хамить не надо. Вы не понимаете всей важности момента — решается судьба мира, мы, возможно, самые важные люди на планете сейчас. Более того, мы делаем это бесплатно!

— Тебя видно на километр в любую сторону. Слезь со стены.

— Не паникуйте, всё в порядке, там никого нет. Всё соверше…

Нечто размытое и почти невидимое, с глухим гулом пролетело над стеной и исчезло. За мгновение до этого, в паре метров от Велеса, вроде бы полыхнули какие-то искры. Впрочем, могло и показаться, Роман не был полностью уверен в том, что видел.

Но кое-что знакомое, в этом было. Нечто, чего он, не видел, но о чём слышал, а может быть, и видел, но слишком давно и почти полностью забыл…

Велес удивлённо приподнял брови. Коснулся рукой своего бока — бок исчез. Не весь, но солидная его часть испарилась. Светящаяся алым светом кровь хлынула потоком, Велес свалился со стены на снег, откуда застонал тихонько и в следующий миг, ураган пуль обрушился на их укрытие. Вновь пролетело то смутное, едва видимое нечто и стену пробило, словно сильным взрывом.

Роман кинулся к Велесу — в боку ужасающая рана, кровь течёт слабее, чем должна, но сам он бледен и лицо его перекошено от боли.

— Велес! Блять, ну вот как так…

— Рома! — Велес ухватил его за ворот плаща, окровавленной рукой. — Рома, я не смогу быстро оклематься, регенерация… кхе-кхе… — он выплюнул сгусток крови, сглотнул, перевёл дух и заговорил снова, — я восстановлюсь, но не сразу. Рома… теперь только ты можешь спасти мир. Рома, останови их! Спаси всех этих жадных, безнравственных, неблагодарных людей! Всё зависит от тебя — вперёд мой друг, только вперёд. Не думай обо мне — спасай мир!

Он кашлянул кровью и откинулся на спину, прикрыв глаза.

Стрельба стала реже, те, кто атаковали их, теперь явно идут сюда, идут на штурм.

Если он останется — они не убьют его, но могут убить Велеса, а его, возможно, взять в плен. И вся их миссия пойдёт прахом. Единственный шанс — бросить Велеса и всё сделать самому.

— Да хуй там! — Рыкнул Роман, хватая Велеса и забрасывая его на плечи.

— Ты что делаешь? — Вдруг очнулся сталкер.

— Тебя спасаю! — Прорычал Рома поспешно уходя прочь под прикрытием стен.

— Но… ааааа!!! — Взвыл Велес.

— Извини брат, но надо…

— Рюкзак! Мои артефакты! А ну стой!!!

Рома Велеса уронил. Тот кубарем прокатился по земле, взвыл от боли, сел на землю.

— Я запнулся. — Не очень уверенно соврал Рома.

— Рюкзак! — Рявкнул сталкер, потом заметно побледнел, за бок схватился и стал стонать.

Плюнув в пол, матом ругаясь непрерывно, Рома вернулся, взял рюкзак, потом к Велесу, тот на земле без сил валяется, стонет, кровью истекает.

Подхватил он его на плечи и бегом. Велес долго охал, ахал, иногда стонал и ругался, жаловался на тряску, жестокий мир и плохую погоду. Потом отключился.

Роман вздохнул в этот момент с большим облегчением и немного покраснел от стыда. Всё-таки не правильно это — радоваться, что друг сознание потерял… с другой стороны…

Он двигался быстро, пытаясь ориентироваться только на звуковой сигнал датчика аномалий, каковой висит на поясе, да на собственные чувства. То есть, шёл нормальным спокойным шагом, справедливо полагая, что солдаты Долга будут идти ещё медленнее. Каждый шаг, он вздрагивал от потаённого страха — это ведь Зона, здесь, без Велеса, который будет указывать путь, любой неосторожный шаг…

— Рома! — Взвыл очнувшийся Велес. — В сторону! Ты в Вихрь сейчас наступишь!

Рома остановился. Повернул голову.

— Можешь меня поставить, мне легче. — Заявил сталкер. — Я сам пойду.

Но не случилось. Едва став наземь, Велес свалился, постанывая от боли в разорванном, но переставшем кровоточить боку. Однако идти он и правда мог — но лишь опираясь всем телом на Романа, используя его и как костыль и как тягловую силу.

Обливаясь потом, скрипя зубами, Рома старался тащить Велеса вперёд, как можно быстрее, почти на пределе своих возможностей. Теперь они стали двигаться быстрее. Велес с ним и указывает на все аномалии, что сильно облегчает дорогу. От Долга они точно оторвутся, у них Велеса нет, им на аномалии пальцем никто не покажет.

— Спасибо, Рома, что не бросил меня. — Пробормотал Велес, бледный и почти мёртвый, спустя пару часов пути. — Ты настоящий друг.

— Я могу бросить артефакты, тогда мы…

— Даже думать не смей! — Поспешно и даже яростно воскликнул Велес.

Пришлось так идти — что-то подсказывало Роману, что если он рюкзак бросит, Велес вообще никуда не пойдёт, заявив, что станет отстреливаться, пока рана не заживёт и только тогда, снова отправится спасать мир.

В общем, путь оказался долгим, трудным и в крови Велеса, перемазались оба с ног до головы.

А ближе к закату, случилось удивительное.

— Я тебе немножко соврал. — Признался Велес, когда Роман выбился из сил и решил передохнуть. Плюсом его нынешнего состояния было то, что не только раны, но и усталость, исчезали гораздо быстрее, чем прежде. Им нужно минут десять, и он снова будет полон сил.

— Я не удивлён. — Ответил он на признание Велеса.

— Дело вот в чём, как бы это сказать?

— Как есть, так и говори.

— В общем, бомба там. — Велес указал рукой на холмы, правее их пути и метров на сто дальше.

Рома прищурившись, посмотрел туда. В сгущавшихся сумерках, он разглядел откос холма, тёмное пятно и рощу деревьев, одно из которых выглядело кривым и уродливым.

Так как Рома ощутил острое желание дать Велесу в тык, желательно чем-нибудь потяжелее — они могли сюда добраться гораздо раньше и гораздо быстрее, в общем, он сказал плохое слово и, подняв Велеса на ноги, решительно двинулся в указанном направлении.

Вскоре, они миновали рощу, кривое дерево, добрались до входа в пещеру, тут Рома запнулся и свалился на пол, выронив и Велеса и рюкзак. Последний упал наземь и всё, первый, который Велес, истошно застонал, сказал что-то о полоротых людях и трагично побледнев, потерял сознание.

— Блять… — Выдохнул Рома. Он попытался привести Велеса в чувство, но всё без толку — он отключился крепко, даже дышит едва-едва.

Роман встал на ноги, понимая, что теперь всё зависит только от него. Взгляд его пробежался по окрестностям, снова обратился к Велесу, рюкзаку его бесценному, скользнул дальше.

И остановился.

Ворча что-то не очень вразумительное, Роман подошёл к тому, обо что запнулся.

Очистил от снега, поднял. Стал смотреть.

Кривая ветка, похожая на столб. На ней кусок фанеры с поблекшими буквами.

«Бомба тут».

— Чё за нахуй? — Удивлённо молвил он, роняя столб с табличкой.

На Велеса глянул, потом нахмурился, на пещеру смотрит.

Разум щёлкнул, мысль потерял, снова очнулся и нашёл объяснение — Велес ведь знал где бомба, он её нашёл, и чтобы не забыть, где нашёл, оставил указатель. Решение крайне идиотичное, но учитывая, каким Велес стал ныне — вполне на него похоже.

Кивнув сам себе, Роман двинулся в пещеру, предчувствуя длинные извилистые тоннели, полные кучами мутантов и аномалий, полными опасностей, предательских ловушек и…

Пещера оказалась три метра диаметром и никаких туннелей, вообще ничего.

Кроме огромной припорошенной снегом консервной банки на полу.

Он сел на корточки перед ней.

«Ядерная бомба, что бы обезвредить, поднимите крышку».

Крышку поднял, краснея от гнева — всё было впустую. Долг нашёл её давным-давно. Они гонялись за призраком… и что-то подсказывало ему, что не последнюю роль в этом сыграло идиотское решение со столбом. Вот какого хрена? Он ведь понимал, что они её ищут!

Под крышкой оказалась записка.

Развернул. Глаза стали задумчивыми, взгляд непонимающим. Он бы не удивился, если бы там было нечто вроде «идите на хуй», «очистим мир от заразы Зоны» или просто «ха-ха».

Но нет.

«Бомба обезврежена, поздравляем — вы спасли мир!».

Как-то странно…

Роман вышел на улицу, с банкой той в руках.

Велес стоит перед входом, лицом весь очень серьёзный такой. Его рана не кровоточит, в ней искрятся разряды электрические и буквально на глазах она заживает.

Язык отсох, так что Роман просто протянул банку, взгляд вопросительный к Велесу обратив.

— Роман, — сказал сталкер, лицом серьёзный, голосом торжественный, — мой друг, сегодня, в этот Великий день, вы спасли мир! Поздравляю! Весь мир, в долгу перед вами!

— Ап…

— Да, мир не забудет вашего героизма, ваш подвиг будет воспет в веках! — Велес руку с его плеча убрал, выпрямился, глубоко вздохнул и улыбнулся. — А теперь, пойдёмте домой.

— Какого хера? — Роман тряхнул банку. — Велес! Они нашли её раньше нас!

— Ах, оставьте! — Отмахнулся Велес. — Бомба у вас в руках. Мы всё нашли и обезвредили — вы Роман, лично вы, спасли мир, а я изо всех сил вам помогал и даже почти отдал жизнь, во имя спасения мира и всех этих наглых, жадных, распущенных его обитателей.

— Но как же? Но ведь ядерная бомба, ведь…

— Рома, — несколько раздражённо молвил Велес, — ну какая на хуй бомба? Как бы они её сюда протащить смогли? А если б и захотели — Рома, Долг конечно, ебанутые в хлам, но ядерная бомба, взорвать её посреди Зоны? Они не настолько ебанутые.

— Бомбы не было? — Тихо-тихо проговорил Роман.

— Не было. — Согласился Велес. — Но мир надо было срочно как-то спасти, а сам понимаешь, без бомбы как его спасать? Никак. Вот и появилась бомба. Ну, всё, пошли уже домой. А то за нами несколько отрядов Долга идут — мне, почему-то, не хочется их убивать. Славные ребята. Убью их как-нибудь в другой раз.

И собственно, рюкзак прихватив, пошёл, значит, домой.

Роман долго смотрел в спину своего друга. Пару раз поднимал автомат, палец дрожал на спусковом крючке. Очень хотелось выстрелить. Хотя бы разок, хотя бы в ногу.

— Ты идёшь? — Обернулся Велес.

Рома опустил автомат.

— Да, это правильно. Не надо его на меня наставлять, а то вдруг он выстрелит? А ты же знаешь, я очень суеверный, очень, знаешь ли, боюсь пуль. Вдруг они мне несчастье принесут? Так что не надо этих ваших вот автоматов и всяких там пистолетов. Это может оказаться очень вредно для здоровья. И куда только Минздрав смотрит? У всех же полно оружия, возмутительное безобразие!

Рома вздохнул глубоко и очень грустно.

Друг у него… шёпотом сказал много слов, по этому поводу, снова вздохнул — чего поделаешь? Какой есть, такой вот и есть, друг, товарищ, брат, мать его…

Два сталкера, практически легендарных, не совсем уже людей, два удивительных жителя этого странного и жестокого места, медленно уходили прочь, от пещеры, в которой они только что, обезвредили ужасный ужас, грозивший всей планете сразу.

Они уходили домой, туда, за холмы и поля Зоны, к местам что знали и к местам, что им ещё только предстоит посетить. К приключениям, что остались лишь в их памяти и тем, что ещё не случились, что ещё ждут своего часа.

А где-то в заснеженных полях Зоны, взрослый Чёрный пёс, шёл по следу — он случайно наткнулся на него и узнал. Красные глаза горели радостью. След совсем свежий, очень скоро, он нагонит его, своего единственного настоящего друга, единственного, кого он считал более сильным, более значимым, чем его настоящий кровный брат.

Этот Чёрный пёс бежал по следу и иногда вспоминал слово, которым друг называл его.

Порой он открывал пасть и пытался издать эти звуки, бывшие его именем.

— Гхут, гхат, ухут… — Доносилось из его пасти, полной кривыми клыками — он немного расстраивался, что не получается повторить звуки своего имени, но не сильно.

Он ведь почти потерял своего друга и вот, совершенно случайно, нашёл его вновь.

Очень скоро, они встретятся и снова будут вместе.

Content

Николай Грошев
МИР БУДЕТ СПАСЁН!

Часть 1

1

2

3

4

5

6

7

8

9

Часть 2

1

2

3

4

5

6

7

8

9