Климов Александр и Белогруд Игорь

ЗАЯЦ

Сергей откинул крышку ящика и огляделся. Он попал в огромный грузовой отсек «Альбатроса». Тускло светили красные дежурные лампы. В их неверных, мутных лучах пирамидами высились контейнеры с синтетическими кристаллами. Их было никак не меньше нескольких тысяч. Ящик с книгами, куда он спрятался, пневмоподатчик сложил в штабель у стальной, чуть шершавой на ощупь стены.

Серега оказался на самой верхушке штабеля; он верно рассчитал, и его ящик пошел на погрузку последним. Мальчик сел на откинутую крышку и с опаской посмотрел вниз. Наконец он набрался решимости и, скинув узелок с припасами, спрыгнул сам. Металлический клепаный пол отозвался низким гулом, и Серега, быстро оглянувшись, поспешил за ближайшую пирамиду контейнеров. Надо было устроить себе временное убежище, по возможности удобное и неприметное. Главное, чтобы его не обнаружили в течение двух-трех дней, а тогда «Альбатрос» отойдет слишком далеко от Земли, чтобы возвращаться из-за него…

Мысль о побеге из интерната появилась у него три месяца назад, когда стало известно, что в поселении на планете, где работали его родители, произошла авария. Вышла из строя система синтеза пищи. Запасов продуктов могло хватить лишь на несколько месяцев, потом людей ждала голодная смерть. Для восстановления огромной и чрезвычайно сложной установки синтеза пищи требовались синтетические кристаллы. Жизнь родителей и всех колонистов висела на волоске. И Серега, движимый наивным мальчишеским желанием помочь им, забрался в звездолет. Правда, он еще сам толком не знал, чем может помочь.

…Взлет «Альбатроса» прошел бы для Сергея совсем незаметно, если б не легкая вибрация толстых бронированных стен. Недавно установленные на звездолетах антигравитаторы сохраняли внутри кораблей нормальную силу тяжести, в то время как сами корабли двигались с чудовищным ускорением. Приблизившись к скорости света, звездолеты «протыкали» пространство и появлялись уже за сотни парсеков от Солнечной системы. Два дня Серега сумел высидеть в своем тайнике. На третий он почувствовал себя так одиноко, что, не дожидаясь установленного им самим же срока, выбрался из убежища и побежал к выходу из грузового отсека.

Стальной коридор встретил его полной тишиной и восковым блеском пластиковых светильников. Мальчик стрелой мчался по винтовым переходам, не раздумывая, перескакивал с одного скоростного лифта на другой, приближаясь к рубке управления. Корабль разгонялся в заданном режиме, но мальчику все время казалось, что на борту его что-то не так, чего-то не хватает.

Серега прекрасно ориентировался в путанице коридоров звездолета. Как и любой маленький обитатель космодрома, он смог бы с завязанными глазами пройти от машинного до носового отсека. Он бежал, не снижая скорости, и только перед толстой бронированной дверью рубки управления вдруг понял, что смущало его всю дорогу. В коридорах ему не попалось ни одного робота, ни одной ремонтной приставки.

Серега секунду постоял перед дверью, улыбнулся, представив, как удивятся астронавты, и, постучав, шагнул в святая святых звездолета — рубку управления. Рубка встретила его фейерверком электрических огней. Тысячи кнопок и переключателей рядами тянулись по панелям. Дисплеи выстреливали колонками цифр, а перед экраном обзора лениво и расслабленно застыли два мягких вращающихся кресла. Серега обвел комнату взглядом и с удивлением обнаружил, что астронавтов в ней нет. Лишь у стены, сплошь покрытой рукавами световодов, стоял большеголовый биокибер.

— Здравствуй! — сказал Сергей. — А где астронавты? Робот вздрогнул и замер. Его круглые, ярко-желтые глаза уставились на мальчика, а большая, шарообразная голова наклонилась вперед. Зеленоватая кожа глянцево блестела в лучах ламп, а длинные руки, словно лишенные костей, причудливо изогнулись.

Если бы Серега не знал, что даже самые совершенные роботы не способны на эмоции, он бы, пожалуй, решил, что зеленого дублера парализовало сильнейшее изумление.

— Ты чего молчишь? — уже с нетерпением спросил мальчик. Кибер как-то сразу пришел в движение. По его телу прокатились волны, руки поднялись, и он сделал два быстрых шага вперед.

— Ты чего? — испуганно крикнул Серега, и в то же мгновение две гибкие трехпалые руки опустились на его плечи.

Мальчик машинально дернулся назад и услышал треск рвущейся ткани. В сильных пальцах кибера остались выдранные «с мясом» погончики Серегиного комбинезона. Робот снова двинулся вперед, а «космический заяц», заорав во все горло, что было духу пустился наутек по бесконечному коридору.

Он несся по гулким стальным переходам и все отчетливее слышал за собой тяжелые шаги биокибера. Сердце мальчика от страха готово было вырваться из груди, а по лицу ручьями стекал холодный пот. Наконец он миновал очередную развилку, пробежал еще несколько метров и вдруг обнаружил, что больше не слышит звуков преследования.

…Что могло случиться на корабле? Обычно доставка грузов осуществлялась транспортными звездолетами, пилотируемыми экипажами биокиберов. Но в последнее время было зафиксировано немало случаев исчезновения таких кораблей. Они стартовали, но до пункта назначения не доходили. Поэтому, учитывая исключительную важность и срочность грузов планеты, где произошла авария, Космоцентр принял решение послать звездолет, управляемый экипажем из двух человек, поскольку ум человека более гибок и пластичен, чем у самого совершенного автомата. И вот сейчас этот звездолет летит в космосе, и на его борту происходит что-то непонятное.

Вдруг Серегу осенило: универсальный штекер! С его помощью можно все узнать!

Этот маленький хитрый приборчик для подключения к общим информационным сетям Сергей спаял еще в мастерской интерната. У каждого настоящего астронавта был точно такой же, и в любом месте корабля он мог получить необходимую информацию от электронного мозга! Сергей сунул электронный ключик в гнездо разъема, и после секундной паузы металлический голос сообщил страшную новость: оба астронавта находятся в камерах анабиоза, включенных на режим длительной заморозки, а вспомогательные роботы и приставки заперты и обесточены в механическом отсеке.

* * *

Сергей вошел в кухонно-хозяйственный блок, повернул ручку водопроводного крана и подставил под него флягу. Но из блестящего никелированного носика не выкатилось ни капли.

— Маленький человек! — загремело вдруг под сводами. — Сдавайся! Я не причиню вреда ни тебе, ни астронавтам. Я не хочу вашей гибели. Сдавайся, и скоро вы все вернетесь домой!

Биокибер, воспользовавшись корабельной радиосвязью, предъявлял ультиматум.

«Сумасшедший», — подумал Сергей.

Со спятившими роботами он встречался лишь на страницах фантастических романов, теперь же ему «посчастливилось» встретиться с умалишенным биокибером наяву. Но интуитивно мальчик чувствовал, что все обстоит сложнее, что в происходящем есть какой-то скрытый смысл.

Сергей уже по привычке подошел к информационному гнезду и сунул в него универсальный штекер. Он взял себе за правило не реже чем раз в десять минут подключаться к корабельному мозгу и запрашивать его о местонахождении робота. Сереге не хотелось неприятных сюрпризов. Кибер постоянно находился на развилке трех коридоров, и мальчик понял, что по каким-то причинам он не мог покинуть свои «владения». Каковы же эти причины? Серега силился их разгадать, но не мог.

А звездолет продолжал разгоняться, с каждой секундой по измененному курсу приближаясь к прыжку в подпространство. Мальчик понимал, что, если он не сможет в ближайшие часы остановить робота, «Альбатросу» уже никогда не попасть на планету, где были его родители. Не дойдет до адресата груз кристаллов — и колония погибнет от голода. На Земле же узнают о случившемся, когда будет уже поздно.

Сергей так отчетливо представил себе гибель мамы и папы, что по щеке его покатились слезы. Он рассеянно прошел по пустынному коридору и не заметил, как оказался на складе машин и механизмов. Вдоль стен рядами расположилось разнообразное геологическое оборудование, а посередине на небольшом возвышении стоял маленький вездеход. Сергей долго смотрел на него, и вдруг ему в голову пришла такая неожиданная мысль, что мальчику даже стало не по себе. Он испугался этой страшной мысли, но, подумав, понял, что другого выхода у него нет. В его руках была жизнь многих людей.

* * *

Самоходка клацала гусеницами по рубчатой стали пола и с грохотом подпрыгивала на ступеньках. Мимо проносились стены, и Сереге начинало казаться, что он мчится внутри сваренной в кольцо трубы. Кабина самоходки была тесной и темной, и лишь веселое перемигивание индикаторов подсказывало, где находится приборная доска. Сергей сидел в кресле водителя, положив правую руку на рычаг управления. На перекрестках мальчик плавно тянул рычаг, и машина послушно вписывалась в нужный поворот. Сергей прибавил скорости и вновь с ужасом представил, что произойдет через две-три минуты.

Вездеход накренился и вылетел на развилку. Биокибер стоял, прислонившись к металлической стене, и не мигая смотрел на приближающуюся самоходку. Его желтые глаза с черным крестиком посередине люминесцировали в свете фар, и Сергею на какое-то мгновение стало страшно. По спине мальчика побежали мурашки: ведь через несколько секунд ему предстояло расплющить обладателя этих глаз в лепешку. Но Сергей вспомнил о гибнущей колонии и решительно потянул ручку управления.

Транспортер рванулся как пришпоренная лошадь и понесся на зеленую фигуру. Биоробот стоял, не меняя позы, и не мигая смотрел на приближающийся вездеход. Серега еще не успел удивиться легкости победы, как рука кибера неожиданно взметнулась вверх. В его трехпалом зеленом кулаке был зажат длинноствольный лучевой пистолет, и Сергей скорее почувствовал, чем увидел, что его дуло направлено ему точно в переносицу.

Мальчик как завороженный смотрел на черный зрачок лучемета, до отказа натянув ручку газа. Робот не может убить человека! Но робот-то сумасшедший… Транспортер почти наехал на кибера, но вдруг дуло лучемета дернулось куда-то вниз, из него вырвалась тонкая ослепительно белая спица, и мальчик почувствовал, как самоходку заваливает на бок.

Разрезанная надвое левая гусеница с грохотом соскочила с катков и лентой выстелилась до стены. Машину развернуло, и она заклинилась в стенах коридора. Запахло горелой изоляцией.

Сергей бросился к аварийному люку.

* * *

Мальчик заперся в корабельной библиотеке и наносил на огромный лист миллиметровки лабиринт коридоров и переходов «Альбатроса».

Серега уже понял, что наскоком с кибером не справиться. Но не может быть, чтобы против него не нашлось какого-то оружия. Надо просто хорошенько подумать. Подумаем… Кибер не уходит с развилки потому, видимо, что вынужден охранять сразу три объекта: рубку управления, механический отсек с обесточенными роботами и камеру анабиоза с замороженными в ней астронавтами. Если бы мальчик смог пробраться в рубку, то он сразу бы стал хозяином положения: с главного пульта можно управлять любым механизмом или прибором корабля. Мехблок таил в себе для биокибера не меньшую опасность: стоило Сергею включить первого попавшегося робота-разведчика, и в поединке биокиберу несдобровать. О камере анабиоза и говорить не приходится: если бы Серега добрался до нее и заперся внутри, то робот не так скоро сумел бы открыть ее дверь, а «оживить» астронавтов — дело полутора часов. Вот почему пуститься на поиски мальчика биокибер просто не мог: открывалась возможность, что Серега, воспользовавшись сложной системой переходов, окажется у ключевой развилки раньше самого постового.

Так. Будем рассуждать дальше. Что произойдет, думал Сергей, если я постепенно буду приближаться к роботу? Предположим, я немного приблизился — он стоит. Наконец наступил момент, когда я приближусь настолько, что кибер, сравнивая свою и мою скорости перемещения, бросится в погоню. Он бежит быстрее, и я просто не успею достигнуть развилки. Интересно! Значит, есть грань, отделяющая кибера в покое от кибера в действии! Допустим, я на шаг переступил рубеж. Результат — робот пошел за мной. Я отскочил на два шага, и он остановился, собираясь вернуться на свой пост. Но я снова шагаю вперед, и биокибер опять делает мне шаг навстречу… Все это очень напоминает затухающее колебание струны. Предположим, робот пошел за мной, а я, отступая, постоянно сохраняю критическое расстояние. Что тогда? А тогда… Есть! Он будет идти за мной как привязанный, не ускоряя шаг, но и не возвращаясь обратно! Ведь в этом случае в его мозгу сохраняется равенство потенциалов: шансы-то равны! Вот она, логическая яма, тупик, свойственный всем сверхрационалам — машинным интеллектам!

И вдруг мальчик успокоился. Логика робота — сильное оружие, но у него-то было свое, гораздо более мощное — человеческая логика.

Через десять минут Серега был уже в спортзале «Альбатроса». На его плече висела серая полотняная сумка с пластмассовой застежкой-молнией. Мальчик с минуту постоял перед длинными стеллажами с разнообразным спортинвентарем и наконец, сняв с полки коробку, положил ее в сумку и вышел из зала.

В этот момент из динамика под потолком снова раздался голос биокибера:

— Маленький человек! Сдавайся! Я не причиню тебе вреда. Мне не нужны ни ты, ни астронавты. Мне нужен звездолет. Сдавайся! Вы все скоро попадете домой. Я расскажу тебе все, и ты поймешь справедливость моих требований. Я принадлежу к высокоразвитой машинной цивилизации, обитающей на одной из далеких планет. Нам нужен этот груз кристаллов. Без них нам невозможно создавать себе подобных, а планете нужно много кибернетических устройств.

«Так выращивайте кристаллы», — подумал Сергей, а робот, словно прочитав его мысли, сказал:

— Выращивать их нерационально. Выгоднее перехватить корабль с грузом, чем затратить огромное количество энергии на его изготовление.

«Пираты! Планета кибернетических трутней!» — пронеслось в голове у мальчика.

— Наши создатели погибли от эпидемии, с которой не могли справиться. Это было так давно, что никто уже не помнит, когда это было. С тех пор оставшиеся роботы, воспроизводя себе подобных, создали свою цивилизацию. Машинную. Однажды к нашей планете из глубин космоса пришел корабль с ценным грузом. Корпус звездолета был пробит крупным метеоритом, и экипаж из двух биороботов был мертв. Корабельное информационное хранилище уцелело, и в нем нашлись данные о Земле. Тогда-то и родилась великая идея перехвата. На наших заводах изготовили пять биороботов — точных копий земных. Двадцать лет ушло на восстановление звездолета. Наконец корабль покинул нашу планету, унося на борту пятерых биороботов земного типа. Достигнув пределов Солнечной системы, киберы тайно на крошечном модуле высадились на Землю. У вас на планете много роботов, и моим соотечественникам не составило труда попасть на биокибернетический завод. Они работают там и сейчас. С помощью маленькой операции на мозге сходящего с конвейера биоробота на Земле рождается новый член машинной цивилизации. Я тоже появился на Земле. Пройдя обучение и попав в штат Космопорта, мы проникаем в экипажи грузовых ракет, и после прыжка в подпространстве груз оказывается на нашей планете. Но мы никогда не угоняем звездолеты с людьми на борту. Просто ваш груз кристаллов — редкая удача. Ведь это миллионы новых роботов.

— А ты не задумывался о том, что без кристаллов погибнут тысячи людей? Тебе это безразлично? — крикнул Серега.

* * *

До развилки оставалось метров тридцать, когда биокибер отделился от стены и шагнул вперед. Сергей мгновенно, как мангуста, сражающаяся со змеей, отпрыгнул назад. Кибер секунду, словно в раздумье, стоял неподвижно, а потом снова пошел вперед.

Логическая «яма» существовала, мальчик не ошибся. Противники, будто связанные невидимой нитью, медленно двигались в тускло освещенном стальном коридоре. По лбу и шее Сергея стекали струйки пота. Ему, чтобы не пропустить движение робота, приходилось идти боком. На шаг биокибера он отвечал своим шагом, при паузе — чуть тормозил. Стоило нарушиться хрупкому равновесию, и он потерпел бы поражение.

От напряжения, казалось, вот-вот сведет ноги. Мальчик не спускал рук с серой сумки, болтающейся у него на плече, она придавала ему уверенности.

Робот молчал и шел вперед. Его глаза с крестиком посередине смотрели равнодушно.

Мальчик отступил еще на несколько шагов и вдруг обнаружил, что он уже почти поравнялся с распределительным щитом, заранее выбранным в качестве ориентира. Наступил решающий момент.

Серега сдернул с плеча спортивную сумку, рывком расстегнул «молнию» и выхватил из коробки пару… роликовых коньков.

Робот сделал шаг вперед: он вырвался из логической «ямы». Он бросился к мальчику, а Сергей трясущимися руками защелкивал магнитные зажимы крепления.

Расстояние между противниками стремительно сокращалось. Кибер уже занес тонкие трехпалые руки над согнувшейся спиной Сергея, когда мальчик вдруг распрямился, швырнул пустую сумку в лицо преследователя и заскользил по гладкому полу. Едва он проехал распределительный щит, робот резко развернулся и опрометью бросился обратно.

* * *

Серега несся по металлическому туннелю, отсчитывая повороты и стараясь не упасть на виражах. Он отчетливо представлял, как по параллельным коридорам что есть духу бежит робот.

Судьбу «Альбатроса» решали секунды: кто быстрее достигнет развилки? Мальчик улыбнулся, вспомнив выражение растерянности на безгубом лице кибера. Робот-рационал не учел, что беглец может внезапно повысить скорость своего движения.

Серега как вихрь вылетел на развилку. На секунду он обернулся и увидел в конце параллельного коридора бегущую зеленую фигурку.

Робот заметно отстал. Мальчик, не тормозя, вписался в поворот и заскользил к рубке управления. Дверь была открыта, и Серега с ходу влетел в небольшой зал, сверкающий перебежками электрических огоньков. Он одним движением скинул коньки и, навалившись всем телом на толстую бронированную дверь, принялся крутить руль винтового замка.

Шатаясь от усталости, он подошел к пульту управления «Альбатроса» и остановился перед десятками тумблеров, кнопок и лампочек. Он вдруг осознал, что, добившись своего, не представляет, что ему делать. Словно подслушав его невеселые мысли, сзади донеслось змеиное шипение. Часть двери прогнулась, по ней сбегали струи расплавленного металла, а из крохотного отверстия уже готов был выпрыгнуть белый лазерный луч. Робот, почувствовав неладное, выжигал замок, поставив лучемет на максимальную энергоотдачу.

Перед глазами Сергея мгновенно пронеслись плачущая мама, седой, как снег, отец, спящие в ледяном сне астронавты и… тысячи незнакомых, обтянутых кожей лиц. «Колонисты», — подумал мальчик и начал нажимать клавиши на пульте управления корабельным компьютером, вспоминая все, что он знал из учебников. На черном экране высветился приказ, полученный мозгом звездолета.

…В камерах анабиоза просыпались астронавты, ожили роботы в механическом отсеке, «Альбатрос» начал экстренное торможение.

Content

Климов Александр и Белогруд Игорь
ЗАЯЦ