Евгений Водолазкин

Пародист

(пьеса в двух действиях с прологом)

Действующие лица

ЖЕНА, 43 года

МУЖ, 45 лет

БУБЕНЦОВ, 45 лет

МАССАЖИСТКА, 25 лет

СПОРТСМЕН, 27 лет

ИНСПЕКТОР ДПС, без возраста

Пролог

На стремянках друг против друга стоят две фигуры в длинных плащах – черном и белом. На спинах стоящих заметны крылья. Нет ни малейших признаков того, что один – ИНСПЕКТОР ДПС, а второй – СПОРТСМЕН. ИНСПЕКТОР развивает свиток.

ИНСПЕКТОР. Вы же видите, что здесь написано: «Каждый…» Читаю в переводе, потому что по-латыни это звучит иначе… «Каждый – кузнец своего счастья».

СПОРТСМЕН. Какое-то время, может, и кузнец. А потом его, это самое, кто-то по голове – тюк…

ИНСПЕКТОР. Кто?

СПОРТСМЕН. Да хоть кто… Какой-нибудь другой кузнец.

ИНСПЕКТОР. Как это – тюк? Как это, спрашивается, – тюк?

СПОРТСМЕН. Ну, молотом, например, – если кузнец. А черепушка – шпок! – и на равные доли… Вот, собственно, и все.

ИНСПЕКТОР. Всякий кузнец своего счастья хотя бы потому, что даже молот опускается на его голову неслучайно. Значит, он предпринял для этого какие-то усилия.

СПОРТСМЕН. Ну, знаете ли, я молчу.

ИНСПЕКТОР. Мое предложение: давайте молчать оба.

СПОРТСМЕН. Человек гибнет под ударом молота – или, там, другого тяжелого предмета – а вы куражитесь. Обвиняете его в собственной гибели.

ИНСПЕКТОР. Я, заметьте, продолжаю молчать.

СПОРТСМЕН. А я подумаю и еще что-нибудь скажу. Попозже.

Обе фигуры спускаются вниз и снимают плащи. Под белым плащом оказывается форма инспектора ДПС, включая регулировочный жезл, под черным – спортивный костюм, бейсболка и бейсбольная бита. В свободной руке у СПОРТСМЕНА листок с адресом. Слышен шум автобана.

СПОРТСМЕН. Я вижу, вы инспектор ДПС и думаете, что все знаете.

ИНСПЕКТОР. Кое-какой информацией мы действительно располагаем.

СПОРТСМЕН. Тогда вопрос: а где у вас Курортная улица, дом 17?

ИНСПЕКТОР (подумав, показывает жезлом в пространство). Там. (Показывает в противоположную сторону.) Или – там. В принципе, здесь все улицы курортные, потому что вся наша местность такая. И район называется – Курортный. Наш народ уж как даст название – так в самую точку. Уж в самое, понимаешь, яблочко… А вы, что ли, спортсмен?

СПОРТСМЕН. Как это вы догадались?

ИНСПЕКТОР. В бейсболке ходите.

СПОРТСМЕН. Сейчас все в бейсболках ходят.

ИНСПЕКТОР. И с этой самой – с бейсбольной битой. Тоже скажете – все с битами ходят?

СПОРТСМЕН. А вы оглянитесь: каждый второй – с битой. Нет, реально. Просто вещь удобная, вот все ее и носят. Ну ладно, мне пора. Потому что просили, как говорится, подъехать. (Медлит.) А вы здесь останетесь?

ИНСПЕКТОР. Если хотите знать, у меня нет выбора.

СПОРТСМЕН. Выбор, инспектор, есть всегда. Только не все его, блин, делают. Ну, счастливого дежурства.

ИНСПЕКТОР кивает, СПОРТСМЕН уходит. ИНСПЕКТОР машет жезлом, пытаясь остановить несущуюся машину. Слышен скрип тормозов, сменяющийся ревом мотора.

ИНСПЕКТОР. Ничего себе превышение скорости! Ничего себе пересечение двойной сплошной! Давно же я не видел такого неприкрытого и циничного пересечения двойной сплошной. В состоянии, чувствуется, алкогольного опьянения. (Приставляет к губам рацию. Время от времени из рации раздается шипение с командными интонациями.) «Фонтанка», «Фонтанка», я – «Мойка». Начинаю преследование нарушителя… «Мерседес» цвета мокрого асфальта. Салон отделан кипарисом, сиденья с электромассажером. Акустическая система, минибар, подсветка потолка и пола… Номер машины? А вот номера не разглядел… «Фонтанка», послушайте… Ну почему сразу – козел?.. Да не упущу я его, кто ж такого упустит… (Спокойнее.) Обещаю вам, «Фонтанка», что это нарушение ему дорого обойдется… Конец связи.

Уходит. За сценой слышен звук заводимого мотоцикла.

Действие первое

Гостиная дома под Петербургом. В камине тлеют поленья. Над камином висит охотничье ружье. По обе стороны камина – кресла. У одного из кресел стоит ЖЕНА. Раздается звонок в дверь. МУЖ впускает БУБЕНЦОВА и МАССАЖИСТКУ. БУБЕНЦОВ бородат. Говорит с трудом, заикаясь. Лицо МАССАЖИСТКИ закрыто вуалью. БУБЕНЦОВ оглядывается по сторонам.

БУБЕНЦОВ. У вас к-красивый дом.

МУЖ. Да ничего, в общем. И место хорошее – с видом на залив.

БУБЕНЦОВ. Дом – большой. Я думаю, п-приятно жить в большом доме. Его доме.

МУЖ. В доме, который построил он. Нет, ничего не скажешь: все продумано, все на месте. Мне нравится.

ЖЕНА (указывает БУБЕНЦОВУ и МАССАЖИСТКЕ на кресла). Прошу. (БУБЕНЦОВУ.) Вы не говорили, что приедете с дамой.

БУБЕНЦОВ (продолжает стоять). Так п-получилось.

МУЖ (МАССАЖИСТКЕ). У вас очень загадочный вид.

МАССАЖИСТКА. Не преувеличивайте. Хотя не скрою: очень люблю комплименты.

ЖЕНА (БУБЕНЦОВУ). Вы хотели что-то рассказать нам о моем покойном муже.

БУБЕНЦОВ (продолжает стоять). Да, о п-покойном. Хотел…

МАССАЖИСТКА. Какой же это был замечательный артист!

ЖЕНА. Великий. Ведь теперь, после его смерти, уже можно так говорить?

МАССАЖИСТКА. Так можно было говорить и при его жизни.

ЖЕНА. Увы. При жизни человека мы скупимся на слова. А умрет – начинаем жалеть, что не сказали ему того, другого… Самое ужасное, что изменить ведь ничего нельзя.

МАССАЖИСТКА. Непревзойденный мастер пародии. Для нашей культуры потеря невосполнимая.

ЖЕНА. Мне трудно думать о культуре, это понятие отвлеченное. Для меня он был жизнью.

БУБЕНЦОВ. Пародия – особое искусство, по сути – з-загадочное, на все остальное непохожее…

МУЖ. Хорошо сказано. Очень точно. Значит, это – именно то, ради чего вы сюда приехали?

БУБЕНЦОВ. Не совсем. (Берет с каминной полки подсвечник и задумчиво его рассматривает.) Странно, что встретиться с вами оказалось так с-сложно. Вас пришлось уговаривать…

ЖЕНА (берет подсвечник у него из рук и ставит на место.) Простите, но этот подсвечник любил держать в руках он. Мне бы не хотелось, чтобы теперь это делал кто-то другой. Когда он учил роль, то ходил почему-то с подсвечником.

БУБЕНЦОВ. Какая удивительная п-привычка.

ЖЕНА (указывает на кружку на камине). А время от времени пил чай из этой кружки. Если чай остывал, он выливал его прямо в камин и требовал новый. Чай пил только горячим.

МАССАЖИСТКА. Феноменально.

БУБЕНЦОВ. А р-ружье? Я не слышал, чтобы он охотился.

ЖЕНА. Нет, ружье мы уже позже повесили. По-моему, красиво.

МАССАЖИСТКА. В какой-то пьесе неплохо о ружье сказано. Как-то так сказано, что вот ружье… Никто не помнит, что за пьеса? (МУЖУ.) Вы не помните?

МУЖ. Конечно, помню. «Человек с ружьем».

БУБЕНЦОВ. А остальные в-вещи – его?

ЖЕНА. Остальные – его. Когда я смотрю на них, мне кажется, что он еще жив. То есть не то чтобы жив, но…

МАССАЖИСТКА. …но как бы и не совсем еще мертв.

МУЖ. Говорят, на вещах покойных остаются их биополя.

БУБЕНЦОВ. Остаются даже отпечатки п-пальцев. Это я вам как специалист говорю.

ЖЕНА. В этих креслах он сидел. (БУБЕНЦОВ и МАССАЖИСТКА садятся в кресла.) По этому телефону – говорил.

МУЖ (поднимает трубку). Сплошной гудок. Как гул небытия. (Глядя вверх, как бы разговаривая с покойным.) Здравствуйте, а я, знаете ли, живу теперь в вашем доме. Да, очень уютно… Только что вас вот вспоминали, восхищались, если можно так выразиться, вашим талантом. Что? На земле – вьюга… (всем – шепотом.) Говорит – так и думал… (В трубку.) Ну, естественно, вы же и по ту сторону облаков видите, что они – снежные. Сумасшедшая вьюга – как в день вашей смерти…

ЖЕНА (отнимает у него трубку и кладет на рычаг). Прекрати!

МАССАЖИСТКА. А мой бывший муж любил разговаривать по телефону, лежа в ванне. Разговаривал – не поверите – часами! Когда вода остывала, добавлял горячей – включал ее на полную катушку. Ему на том конце провода сообщают: «Вас не слышно. Вас не слышно». А он: «Сейчас, – говорит, – вылью воду из трубки…». Сам смеется… Впоследствии сел за нанесение тяжких телесных повреждений. Представляете – нанес телесные повреждения женщине! А еще спортсмен.

На авансцене появляется СПОРТСМЕН. В руках у него листок с адресом. Он смотрит то на него, то на зрительный зал, где стоят воображаемые дома.

СПОРТСМЕН. Номера домов, конечно, не указаны. Элитный поселок называется. Курортная, 17 – это, спрашивается, где? Западло им номера домов повесить. Нет, реально: узнавайте их дома без номеров! На вид, блин. Элита грёбаная.

СПОРТСМЕН исчезает.

БУБЕНЦОВ. А знаете, когда я на прошлой неделе звонил вам по т-телефону, у меня создалось впечатление, что все это в-вас не очень интересует.

ЖЕНА. Что это – все?

БУБЕНЦОВ. Ну, то, что с ним произошло. Обстоятельства его смерти, п-понимаете? Это не интересует.

МУЖ. Вот как. Вот ведь как! (ЖЕНЕ.) На твоем месте я бы тут же начал оправдываться.

ЖЕНА. И не подумаю.

БУБЕНЦОВ. Правильно. Никогда не оправдывайтесь. Если, например, человек вас не любит, он все равно вам никогда не п-поверит.

МУЖ. А если любит?

БУБЕНЦОВ. Т-тогда он и сам найдет для вас оправдание. (МУЖУ.) Насколько мне известно, вы – одноклассник и друг покойного. Б-бывший, естественно. (ЖЕНЕ.) И ваш нынешний муж.

МУЖ (показывает на БУБЕНЦОВА). Смотрит – осуждающе.

МАССАЖИСТКА. Это вам только кажется. Мой бывший муж смотрит на меня, бывало, осуждающе. Ну вот как солдат на вошь, смотрит. Я ему: «Ты чего, – говорю, – меня осуждаешь, что ли?» А он мне: «Нет, – говорит, – не осуждаю. Не беспокойся, – говорит. – Это у меня из-за аллергии взгляд такой. Осуждающий». У него, в общем, аллергия была…

МУЖ (кричит БУБЕНЦОВУ). А вы знаете, дорогой мой, что такое жизнь?! А вы знаете, что она берет свое в любых, даже самых трагических обстоятельствах?! Что жизнь…

ЖЕНА (МУЖУ). Успокойся. Ему и в голову не приходило в чем-то тебя упрекать. Разве он что-нибудь тебе сказал? (Показывает БУБЕНЦОВУ на МУЖА.) Смерть друга окончательно расшатала его нервы.

МУЖ. Расшатала, разумеется, хотя и не окончательно. Эту смерть я воспринял стойко. (БУБЕНЦОВУ.) Но вы… Вы. Никакого права осуждать не имеете.

МАССАЖИСТКА. И только потом я вдруг сообразила: а не на меня ли у него аллергия? Вот такая, извините меня, чудовищная догадка!

МУЖ. Нет, я знаю, что он думает. Вот мол, не успел друга похоронить, как тут же к его жене в постель, да? А друг, может, смотрит на нас оттуда (кивает наверх) и радуется, что его жена попала в хорошие руки. Так что оставьте, пожалуйста, все ваши упреки при себе.

БУБЕНЦОВ. Я вообще м-молчу.

МУЖ. А смотрите – осуждающе.

БУБЕНЦОВ. Да кто я, собственно, т-такой, чтобы вас осуждать?

ЖЕНА. Вот именно. Мы даже не знаем, кто вы такой.

БУБЕНЦОВ. Ну, об этом я вам, положим, говорил по телефону. Говорил, что я – Б-Бубенцов, частный детектив.

МУЖ. Ах, вы говорили.

БУБЕНЦОВ. Я.

МУЖ. Что детектив.

БУБЕНЦОВ. Т-точно.

МУЖ. Что Бубенцов.

БУБЕНЦОВ. Могу показать п-паспорт.

МУЖ. Нет, ну что вы. Уж если вы говорили, мы вам верим. (ЖЕНЕ.) Он говорил.

ЖЕНА. А пусть покажет свой паспорт. Мне интересно.

БУБЕНЦОВ (достав паспорт, протягивает его ЖЕНЕ). П-пожалуйста. (ЖЕНА смотрит попеременно то в паспорт, то на лицо БУБЕНЦОВА. Показывает МУЖУ.) Похож?

МУЖ. Похож. Только непонятно, на кого.

ЖЕНА. Фотография, прямо скажем, мутновата. И вы убеждены, что мы должны вам верить?

БУБЕНЦОВ (после паузы). Не убежден. Только не все ли вам равно, кто п-предоставит сведения о его смерти? Особенно в такой день.

ЖЕНА. Представьте себе, я прекрасно помню, какой сегодня день.

МАССАЖИСТКА. Все мы помним, какой сегодня день.

ЖЕНА. День смерти дорогого мне человека. Сегодня исполняется три года, как его с нами нет.

БУБЕНЦОВ (показывает на обоих). С вами.

МУЖ (кивает на БУБЕНЦОВА). Все-таки осуждает.

МАССАЖИСТКА. Когда осуждали моего бывшего мужа, прокурор сказал: знаете, уважаемый, членовредительство еще никого не красило. Никого. Теперь он уже вышел по условно-досрочному. Время бежит.

ЖЕНА. Помню каждую минуту этой ночи. Я думала, что сойду с ума. В три часа ночи приехала полиция…

МУЖ. Рыба моя, полиция приехала в полчетвертого! Я почему-то посмотрел тогда на часы. У меня очень хорошие часы – швейцарские. (Показывает БУБЕНЦОВУ.)

ЖЕНА. Хорошо, в полчетвертого… Они появились и начали все это рассказывать…

МУЖ. Собственно, это его часы, у него их было много. Я взял несколько после его смерти. Все равно, думаю, там они ему не нужны.

БУБЕНЦОВ. Вы говорите, что взяли их п-после его смерти?

МУЖ. Ну да. Зачем знать время там, где сплошная вечность?

БУБЕНЦОВ. Вы взяли часы после его смерти. Как же вы с-смотрели на них в ту ночь?

МУЖ. Убийственный вопрос. Получается – не смотрел! Я отказываюсь от своих показаний.

ЖЕНА. Эти идиоты из полиции хотели меня подготовить. Сначала они рассказали мне про машину в кювете. Как она перевернулась. Как горела. Они расхаживали здесь. Им нравилось быть в доме знаменитости.

МУЖ. Кофе выпили. Если это имеет значение для следствия – со сливками.

ЖЕНА. А потом взяли и сказали, что он погиб. Пока они описывали аварию, я не сомневалась, что он остался жив. И вдруг они сказали, что погиб. Я лежала на диване, и мне хотелось умереть…

МУЖ. На нервной почве у нее начались боли в позвоночнике. Все эти три года она посещала мануального терапевта. Она терпеливый человек, но когда этот тип начинает месить ее своими ручищами, она просто впадает в депрессию. Острый, как говорится, хандроз.

МАССАЖИСТКА. Берегите, друзья, позвоночник. Если хотите, я всем потом сделаю массаж. И совершенно, кстати, бесплатно.

ЖЕНА. Обычно его возил водитель, но иногда он садился за руль сам. Вы бы видели, как он ездил…

МУЖ. Я ему всегда говорил, что в один прекрасный день он убьется.

ЖЕНА. Перестань. (Закрывает лицо руками.) Перестань…

МУЖ. Ну, что я могу сделать, если говорил? А все эта его страсть к экстриму. Слушал бы меня – не убился бы.

БУБЕНЦОВ. Он н-не убился.

ЖЕНА (не отнимая рук от лица). Вы хотите сказать, что он остался жив?

БУБЕНЦОВ. Я хочу с-сказать, что его убили.

Пауза.

МУЖ. Это и есть то, с чем вы к нам пришли?

БУБЕНЦОВ. В общих чертах – д-да.

ЖЕНА. И кто же его… убил?

БУБЕНЦОВ. Вот именно это мне и п-поручено выяснить.

ЖЕНА. Поручено? Кем?

БУБЕНЦОВ. Им с-самим.

МУЖ. М-да… (БУБЕНЦОВУ). Он приходил к вам не в виде призрака?

МАССАЖИСТКА. А ведь я уже это где-то видела. В каком-то фильме. (МУЖУ.) Вы случайно не помните, в каком?

МУЖ. Помню. Фильм «Гамлет». Хороший фильм.

МАССАЖИСТКА. Вот голова! Спорим, ваше хобби – кроссворды? Нет, ну правда – кроссворды?

ЖЕНА. Подождите, все это слишком серьезно. (БУБЕНЦОВУ.) Вы утверждаете, что он к вам обращался?

БУБЕНЦОВ. Он обратился ко мне незадолго до с-смерти. Сказал, что ему что-то угрожает. Он почему-то не с-сомневался, что скоро умрет.

ЖЕНА. Удивительно только, что мне он об этом ничего не сказал. А мне он, поверьте, говорил все – такие у нас были отношения.

БУБЕНЦОВ. Может быть, он просто не хотел вас в-волновать?

МУЖ. А может быть, он просто к вам не приходил?

БУБЕНЦОВ. П-приходил. В этом ведь все и дело.

ЖЕНА. И чего же он хотел от вас – защиты?

БУБЕНЦОВ. Как это ни странно – п-посмертного расследования. В том, что он умрет, ваш муж не сомневался. (Достает из бокового кармана бумагу и передает ее ЖЕНЕ.) Вам з-знаком его почерк?

ЖЕНА (читает). «Двадцать первого ноль девятого две тысячи…» Так… «В случае моей смерти прошу начать расследование…» «Предоставляю ряд материалов…» Что это еще за материалы?

БУБЕНЦОВ. Кое-что он мне д-действительно успел передать.

ЖЕНА (читает). «Расследование прошу начать через три года после моей смерти». Почему через три?

БУБЕНЦОВ. Не знаю. Т-такова была его воля.

МУЖ. Три года – это красиво. Я считаю, что если уж начинать расследование, то – именно через три года. Есть в этом что-то эпическое. Размах есть. Ну, и пижонства немного, как всегда у моего бедного друга. (Заглядывает в бумагу.) Что интересно – почерк действительно его. Похож, по крайней мере.

ЖЕНА. Похож. Он вам заплатил?

БУБЕНЦОВ. Да. И щедро.

МУЖ. Что щедро – верится с трудом. Покойник был прижимист. Это я как друг говорю.

ЖЕНА. Простите, что я об этом спрашиваю. Просто если бы вы стали требовать у нас денег, мы бы подумали, что вы мошенник.

МУЖ. Мы бы подумали, что, прельстившись материальным благополучием вдовы…

БУБЕНЦОВ. Я понимаю. На этом этапе расследования от вас мне нужны только факты.

ЖЕНА. Факты?

БУБЕНЦОВ. Ну да, факты. Без них расследование невозможно. Вы же х-хотите установить истину?

МАССАЖИСТКА. Он умеет ставить вопросы.

ЖЕНА. Разумеется, хотим. А что вас интересует?

БУБЕНЦОВ. Все. Какие у него были п-планы? Кого именно он мог опасаться? Его отношения с вами, его отношения с д-другими. Одним словом – вся ваша жизнь.

ЖЕНА. Наша жизнь была ничем не примечательна – как всякая удавшаяся жизнь. Поздние завтраки. Встречи с друзьями. Ужин после спектакля. Я не знаю, что здесь вас могло бы заинтересовать.

МУЖ. Жизнь добропорядочных людей вообще скучна. Тихая, знаете ли, радость пресыщения. Деньгами, жратвой, друг другом. Жить вроде бы приятно, а умрешь – и вспомнить нечего.

ЖЕНА. В обществе нас считали идеальной парой. Самое удивительное, что мы действительно ею были.

БУБЕНЦОВ. Простите, у меня к вам личный в-вопрос. Он вам изменял?

ЖЕНА. Увы, нет.

БУБЕНЦОВ. Увы?

ЖЕНА. Его чувство ко мне было слишком большим. Недопустимо большим. А это так же вредно, как недостаток чувства. Знаете: иногда даже хотелось, чтобы он мне изменил. Так, слегка. Только чтобы снять эту невероятную сосредоточенность на мне.

МАССАЖИСТКА. Точь-в-точь мой бывший муж. У него развилась такая сосредоточенность…

ЖЕНА. Скажу больше. Если бы он изменял, это дало бы право на измену и мне, понимаете? Хотя бы в мыслях. Как возможность снизить накал наших отношений. А из-за этой его любви у меня такого права не было.

МУЖ. Бедняжка. (Целует ее в лоб.) Он ее просто замордовал.

БУБЕНЦОВ. Я п-просматривал газеты прошлых лет. Там упоминались слухи о каких-то его романах. Откуда они б-брались?

ЖЕНА. Да от него и брались. Он их сам выдумывал.

БУБЕНЦОВ. З-зачем?

МУЖ. Ну, смешной вы человек. Представьте себе, что вы пародист. Пародируете политических деятелей, актеров театра и кино, телевизионных ведущих. А у самого у вас нет романов. Кто же к вам после этого будет относиться серьезно?

МАССАЖИСТКА. Никто.

МУЖ. То-то и оно.

БУБЕНЦОВ. Значит, все его романы б-были выдуманы?

МУЖ. Все до единого.

БУБЕНЦОВ. Странно. У меня есть д-другие свидетельства.

ЖЕНА. Вот как? Чьи же?

БУБЕНЦОВ. Его массажистки. Она утверждает, что у нее с вашим м-мужем были интимные отношения.

ЖЕНА. Это чушь! Я повторяю: полная чушь. И какое отношение все это имеет к делу?

БУБЕНЦОВ. Поверьте, без к-крайней необходимости я не стал бы…

МУЖ. Рыба моя, если я правильно понимаю, наш гость выясняет твой мотив для убийства. В которое он, похоже, действительно верит.

ЖЕНА. Ты хочешь сказать, что он подозревает меня? (БУБЕНЦОВУ.) Вы подозреваете меня?

БУБЕНЦОВ. Ваш муж изложил это с-слишком прямолинейно. Я бы выразился как-нибудь помягче.

МУЖ (ЖЕНЕ). Если хочешь, я выброшу нахала в окно.

ЖЕНА. Выброси. Хотя – подожди… Сейчас это нецелесообразно.

МАССАЖИСТКА. Невысоко здесь. Цокольный этаж.

ЖЕНА. Пусть выяснит все до конца, чтобы не получилось, что мы что-то скрываем. Пусть выяснит и убирается.

БУБЕНЦОВ. Б-благодарю. (Подходит к МАССАЖИСТКЕ и откидывает ее вуаль на поля шляпки.) Вам знакома эта д-дама?

ЖЕНА. Да это же его массажистка! Мама моя, вот уж не ожидала! И вы, милочка, смеете утверждать, что он изменял мне с вами? С вами?

МАССАЖИСТКА. Со мной.

ЖЕНА. Ни сиськи, ни письки!

МАССАЖИСТКА. Попрошу без оскорблений: все мы участвуем в следственных действиях. Тем более, что вашего супруга устраивало и то, и другое.

ЖЕНА. Если бы между вами что-то было хоть на палец, нет – на полпальца, – я бы мгновенно узнала. Да я, если уж на то пошло, все о нем первой узнавала. Все!

МАССАЖИСТКА. Есть вещи, о которых жены узнают последними.

ЖЕНА (БУБЕНЦОВУ). Она ставит меня в неловкое положение. Я могла бы сказать вам кое-что, чего говорить не хотелось. Если, конечно, это представляет интерес для следствия…

МУЖ. Для следствия не существует мелочей.

ЖЕНА. Мой муж был импотентом.

МАССАЖИСТКА. А со мной он спал!

ЖЕНА. Со мной он тоже спал. У него был очень хороший сон.

МУЖ. Это свидетельствует о том, что у него была чистая совесть.

МАССАЖИСТКА. В постели он был просто великолепен. В интересах следствия я готова описать подробности.

БУБЕНЦОВ. Следствие учтет вашу г-готовность.

МАССАЖИСТКА. Он не давал мне ни минуты покоя.

ЖЕНА. Не представляю, как это ему удавалось.

МУЖ. Знаю: как пародист он вживался в чей-то образ. Кого-то играл.

МАССАЖИСТКА. И такое было. И играл. Алена Делона, например. Или Жерара Депардье. И этого… Американца…

ЖЕНА. Билла Клинтона?

МАССАЖИСТКА. Ну, вы его капризы лучше знаете.

МУЖ. А он постоянно был в какой-то роли. Еще в школе. Постоянно кого-то изображал. Учителей, учеников, родителей, крики птиц, объявления по радио. Даже тепловозные гудки изображал. Иногда – царапанье гвоздя по стеклу.

ЖЕНА. Вот это меня жутко раздражало. Просто жутко.

БУБЕНЦОВ. Что именно?

ЖЕНА. Когда гвоздем по стеклу. Всякий раз, как он был не в духе, он начинал издавать такие звуки.

МУЖ. Кому, скажите, это понравится в семейной жизни?

БУБЕНЦОВ. Значит, эта самая жизнь у вас не с-складывалась?

ЖЕНА. А вам бы хотелось именно этого? Были, конечно, свои сложности, но где вы найдете артиста, с которым легко? Артист постоянно перевоплощается. Может стать львом, может мышью. И постепенно теряет собственное «я».

МАССАЖИСТКА. Профессиональное заболевание.

ЖЕНА. Понимаете, такой человек в психическом смысле – резиновый. Попробуйте с таким пожить. Посреди торжественного приема мог уйти без всяких объяснений. Просто развернуться и уйти. Мог устроить дикий скандал из-за потерявшейся запонки. Когда к нам приходили мои родственники, у него начинал болеть живот. То мое присутствие его раздражало, то он просил не оставлять его одного. То он ехал со мной на отдых, то не ехал. Однажды вернулся уже из аэропорта.

МУЖ. Я читал, что многие артисты – неврастеники. Тем более – пародисты. И чем талантливее, тем истеричнее.

МАССАЖИСТКА. А он был гением.

МУЖ. Вы это серьезно?

ЖЕНА. Нет, согласись все-таки, что артистом он был гениальным.

МУЖ. Рыба моя…

ЖЕНА. Хоть в какой-то степени.

МУЖ. Ну, разве что в какой-то. Это была, знаешь, средних размеров гениальность.

БУБЕНЦОВ. Похоже, вы просто ревнуете к п-покойнику.

МУЖ. Я ревную? Опасаюсь, что покойник займет мое место в супружеской постели?

ЖЕНА. Строго говоря, в постели мой бывший муж держался, как законченный покойник.

БУБЕНЦОВ. Нет, это ревность д-другого рода. После школы вы, как и он, приехали в Питер поступать в т-театральный институт.

МУЖ. Ну, допустим.

ЖЕНА. Ты поступал в театральный?

БУБЕНЦОВ. Но его п-приняли, а вас – нет.

МУЖ. Ах, вот оно что. Глубоко же вы копаете.

ЖЕНА. Нет, зачем ты поступал в театральный?

МУЖ. Да откуда я знаю? Так бывает в молодости. Поступаешь себе куда-то сдуру, а зачем – не знаешь. И хорошо, что не поступил.

БУБЕНЦОВ. Зато вы п-поступили в Лесотехническую академию.

МУЖ. Просто, чтобы не загреметь в армию.

ЖЕНА. Скажу между нами: лес его совершенно не интересует. Даже здесь, за городом, он никогда не ходил со мной по грибы. Никогда.

БУБЕНЦОВ. И никогда не работал по с-специальности. В разное время он был квартирным маклером, организовывал автосервис, служил даже театральным п-продюсером…

МУЖ. Вас огорчает, что все это не связано с лесом?

БУБЕНЦОВ. Меня огорчает, что всюду вы п-потерпели неудачу.

МУЖ. А не надо за меня огорчаться. У меня, в общем, все в порядке. Жизнь удалась, а, рыбка?

ЖЕНА. Можно сказать и так… Если бы не его смерть, конечно. Иногда мне его не хватает. Это смешно, но не хватает даже его кривлянья. Правда.

МАССАЖИСТКА. И гвоздя по стеклу?

ЖЕНА. А знаете, даже гвоздя. Изредка.

МУЖ. Если хочешь, я научусь. В крайнем случае, найду хороший гвоздь и…

ЖЕНА. Ведь у него были не просто пародии. Он видел в этом что-то большее. Конструировал параллельный мир. Вот эти странные образы, которые он создавал, они были для него даже не творчеством, а – творением, понимаете?

БУБЕНЦОВ. П-понимаю. Очень хорошо понимаю. Он как бы удваивал созданное Богом. Не исключаю, что Бог ему в этом п-помогал.

ЖЕНА. Если только не кто-нибудь другой… Он всю жизнь работал двойником, тенью. Как задумаешься – есть в этом что-то жуткое, а?

МАССАЖИСТКА. Человек-зеркало. Он был тем, кто умеет ценить сходство.

МУЖ. Можете опять обвинять меня в ревности, но я не понимаю, о каком сходстве идет речь.

ЖЕНА. Ну, зачем ты так?

МУЖ. Да не было никакого сходства! Его пародии не были похожи на тех, кого он пародировал.

ЖЕНА. Почему же над этим смеялись миллионы?

МУЖ. Да потому и смеялись, что не было похоже. А еще потому, что у него не было чувства юмора. Это ведь тоже смешно.

БУБЕНЦОВ (ЖЕНЕ). Итак, вы знали, что он изменяет вам с м-массажисткой?

ЖЕНА. Что значит «итак»? Кто вам сказал, что я знала?

БУБЕНЦОВ. Она и с-сказала.

МАССАЖИСТКА (ЖЕНЕ). Я просто вспомнила, как вы требовали, чтобы я уволилась. Как угрожали…

ЖЕНА. Я? Угрожала?!

МАССАЖИСТКА. Не без этого.

ЖЕНА. Ничего я не угрожала.

МАССАЖИСТКА. Говорили: «Убью!»

МУЖ. Ой, держите меня! Да разве ж это угроза? Мало ли кто кому говорит «Убью»! Только это и слышишь – с утра до вечера.

МАССАЖИСТКА. Говорили: «Выпущу кишки через нос!»

БУБЕНЦОВ. К-как элегантно!

МУЖ. С точки зрения анатомии проект неосуществим. Кто же так угрожает? Речь в данном случае идет о поэтическом образе.

МАССАЖИСТКА. Что самое неприятное – вы позвонили моему бывшему мужу и все ему рассказали. Зачем было трогать моего бывшего мужа? Это, знаете ли, удар ниже пояса.

ЖЕНА. А зачем было трогать моего бывшего мужа? А ниже пояса – это, простите, ваш род занятий.

МАССАЖИСТКА (в сторону). У нее обывательские представления о массаже.

БУБЕНЦОВ. Значит, вы п-признаёте, что знали о его связи с м-массажисткой?

ЖЕНА. Ну, допустим, знала. И – что из этого?

МАССАЖИСТКА. Он был просто в шоке – мой бывший муж. Вы представьте себе на минуточку: он – спортсмен, я – массажистка, и вдруг – такое. У него, в общем, нервы сдали, ну а потом уже все это началось – недоверие, обиды, тяжкие телесные повреждения… Я видела, к чему все идет. Это было написано у него на лбу. Что он поднимет руку на женщину.

ЖЕНА (МУЖУ, негромко). И я его где-то понимаю.

МУЖ. Так ведь на женщину, рыба!

ЖЕНА. Все равно понимаю. На нее смотрю и понимаю.

МАССАЖИСТКА. А я пошла, в общем, сняла побои и написала заявление. Первое дело в таких случаях – снять побои. Еще не знаешь, допустим, будешь ты писать заявление, не будешь – пойди сними побои. Потому что, пока будешь сомневаться: писать – не писать, все признаки пройдут. Те же синяки – выцветут. Не говоря уже о сотрясении мозга.

ЖЕНА. Сотрясении чего?

МУЖ. Рыба…

МАССАЖИСТКА. Вам, может быть, справку предоставить?

ЖЕНА. Мне просто интересно, чтó у вас там сотрясалось.

На авансцене появляется СПОРТСМЕН. Посмотрев на листок с адресом, он громко стучит в воображаемую дверь.

СПОРТСМЕН. Это Курортная, 17? Все как вымерли, блин. Нет, реально. Разве что-то найдешь с таким контингентом?

СПОРТСМЕН исчезает. Появляется ИНСПЕКТОР. Приближает к губам рацию. Из рации раздается гневное шипение.

ИНСПЕКТОР. «Фонтанка»? «Фонтанка»? Вас вызывает «Мойка»… Да, сразу же выехал, преследовал… Преследовал, говорю… Так точно… Да, уже не преследую… Так точно… Да потерял из виду… Я вам сейчас все объясню… А вы знаете, какой у него мотор стоит?.. Есть – продолжать преследование… Есть – до результата. Но у меня уже есть результат… Кто – козел?.. Вас понял… Только где же я эту машину теперь найду?.. Есть – поездить по поселкам… Да я ее сразу узнаю, лишь бы увидеть… Есть – конец связи.

ИНСПЕКТОР уходит. За сценой слышен звук заводимого мотоцикла.

БУБЕНЦОВ (ЖЕНЕ). Какие п-планы были у вашего мужа в тот в-вечер?

ЖЕНА. Дня за два до этого он сказал мне, что собирается выступить в ночном клубе. Как раз в тот вечер. Только вот выступить ему уже не удалось…

БУБЕНЦОВ. Тем более что в-выступать он и не собирался. (ЖЕНЕ.) И вы это отлично з-знали.

МУЖ. Ничего не понимаю. Она знала, что он не собирается выступать? А он почему же не знал?

БУБЕНЦОВ. Он, разумеется, это т-тоже знал. (ЖЕНЕ.) Еще об этом знал администратор клуба, которому вы п-позвонили. Вы не представились, но он узнал ваш г-голос. Вы спросили его, с-состоится ли выступление. Администратор удивился, потому что о выступлении слышал вп-первые.

МУЖ. То есть фактически администратор знал, что об этом ничего не знает!

МАССАЖИСТКА. Друзья мои, это – настоящий парадокс.

ЖЕНА. Значит, вы добрались и до администратора. (БУБЕНЦОВ кивает.)

МУЖ. Сколько же вы успели выяснить… Но что интересно: в тот вечер он все-таки уехал. Куда?

БУБЕНЦОВ. Хороший воп-прос. (ЖЕНЕ.) Почему вы не задали его, когда он уезжал? Вы ведь уже знали, что он н-не выступает.

ЖЕНА. Вы думаете, что такие вопросы укрепляют семейную жизнь?

БУБЕНЦОВ. Я думаю, что вам было хорошо известно, к-куда он едет.

МАССАЖИСТКА. Выступаю с официальным заявлением. В тот вечер он ехал ко мне… Вот.

МУЖ. Чистое любопытство: а где в это время был ваш муж?

МАССАЖИСТКА. Как – где? Дома. Находился под следствием и подпиской о невыезде. Хотя – сами понимаете – уж куда ему было выезжать, даже если бы он и захотел? Такие люди, как он…

ЖЕНА. Значит, вместе с вашим мужем вы ждали моего мужа?

МАССАЖИСТКА. При чем здесь мой муж? Ведь мы встречались в квартире, которую снимал ваш муж.

ЖЕНА. Ах, он даже снимал квартиру?

МАССАЖИСТКА. Ну да. Квартира небольшая, но уютная. В северной части города. Он не хотел, чтобы эта квартира была далеко от вашего дома.

БУБЕНЦОВ (МАССАЖИСТКЕ). Получается, что в ту ночь он ехал к вам далеко не в п-первый раз?

МАССАЖИСТКА. Далеко не в первый. Но наш первый раз я помню как сейчас. Он тогда разделся, и я подумала, что речь идет о рутинном массаже…

ЖЕНА. Дорогая моя, никому здесь не интересно, что вы подумали.

МАССАЖИСТКА. Правда, меня сразу же насторожило, что он снял с себя все. Понимаете – все! Даже то, что не предусматривалось процедурой.

ЖЕНА. Ей случайно нельзя заклеить рот? У меня есть скотч.

МАССАЖИСТКА. И он не был импотентом. Был совсем наоборот. А когда наступило утро, мы поехали гулять на залив. Мы шли по берегу босиком и несли наши туфли в руках. Это было как в кино.

БУБЕНЦОВ. По сути, вы с-стали его второй женой…

МАССАЖИСТКА. По-моему, даже первой. Однажды я спросила его: кто твоя настоящая жена – она или я? Хотите знать, что он ответил?

ЖЕНА и МУЖ. Не хотим!

МАССАЖИСТКА. Ответил: она – это пародия на жену.

ЖЕНА (МУЖУ). Вот я думаю – выбросить в окно лучше все-таки ее.

МАССАЖИСТКА (ЖЕНЕ). Вы даже не хотели родить ему ребенка!

ЖЕНА. Это не ваше дело!

БУБЕНЦОВ. Насколько мне известно, он очень х-хотел ребенка. А вы не желали ходить беременной, рожать, кормить, воспитывать. Вас очень устраивала светская жизнь, к-которую вы вели.

МАССАЖИСТКА. А я бы ему ребенка родила!

ЖЕНА. Что ж не родили?

МАССАЖИСТКА. Я боялась, что мой тогдашний муж будет против. Что ни говори, мужья подобных вещей не одобряют.

БУБЕНЦОВ. Кстати, у вашего мужа не п-появилось никаких подозрений относительно вас обоих?

МАССАЖИСТКА. Вопрос в самую точку. Однажды он мне сказал: относительно вас обоих у меня появились подозрения.

БУБЕНЦОВ. И что было д-дальше?

МАССАЖИСТКА. Дальше он жил с подозрениями.

МУЖ. Нет повести печальнее на свете. Мне кажется, друзья мои, наш вечер себя исчерпал. Мы говорили о мужьях и женах, любовниках и любовницах. О ком мы еще не говорили?

БУБЕНЦОВ. По-моему, мы недостаточно говорили о д-друзьях. (МУЖУ) Какие отношения с-связывали вас с женой покойного д-друга?

МУЖ (ЖЕНЕ). Может быть, выбросить в окно их обоих? Несмотря на то, что там невысоко. Какие такие отношения могли у меня быть с женой покойного друга? (Подумав.) Дружеские.

БУБЕНЦОВ. Вы п-посещали ее в его отсутствие?

МУЖ. Никогда! Ни-когда.

БУБЕНЦОВ. А вот у меня имеются д-другие свидетельства. Домработница, которую вы уволили после его с-смерти, показывает, что в отсутствие хозяина вы частенько сюда п-приходили.

МУЖ. Приходил, не спорю. Но приходил – к кому? К нему! Просто иногда его не оказывалось дома. Иногда он был, что называется, в отъезде.

ЖЕНА. Он много гастролировал.

МУЖ. Как вежливый человек я оставался поболтать – а чего вы ждали? Ах, моего друга нет – извините, до свидания! Потому что вы, дорогая, мне не нужны, вы мне глубоко неинтересны. Нет, товарищ, так не делается. Если друга не застал – общайся хотя бы с его женой. Пей с ней, например, чай. Или кофе.

МАССАЖИСТКА. Лучше – чай. Пить, как вы, кофе на ночь вредно.

ЖЕНА. Почему вы решили, что мы пили кофе на ночь?

МАССАЖИСТКА. Потому что видела. Помните, однажды я заехала поздно вечером? Мы договорились о вечернем массаже, а он уехал – такое с ним бывало.

МУЖ. Что бывало, то бывало.

МАССАЖИСТКА. Так вот тогда были только вы вдвоем. И вы пили кофе. А я еще спросила: вы не боитесь, что теперь не заснете всю ночь?

МУЖ. И что же мы тогда ответили?

МАССАЖИСТКА. Вы ответили: «Не боимся!»

ЖЕНА. Ужас как подозрительно! А сидели мы тогда не в пижамах?

МАССАЖИСТКА. По-моему, вы были еще в верхней одежде… Сейчас уже трудно вспомнить.

МУЖ. А может быть, мы пили кофе в постели?

БУБЕНЦОВ. Нет. Садовник показал, что в постели вы обычно пили кофе п-по утрам. Он видел вас в окно, когда окапывал х-хризантемы.

МУЖ. В окне садовник мог видеть только собственное отражение. Это законы оптики.

БУБЕНЦОВ. По законам оптики отражение д-должно было быть с лопатой.

МАССАЖИСТКА. И без кофе.

БУБЕНЦОВ. К тому же с-садовник сказал «обычно», поскольку видел вас там не один раз.

МУЖ. Давайте не будем обобщать. Вы не доказали даже единичного факта. Вы можете назвать конкретный случай?

БУБЕНЦОВ. К-конкретный случай. От домработницы я узнал, что в спальне вы п-проводили время даже в ночь его смерти. Как только ушла полиция, вы там з-закрылись. Скажу честно: этот конкретный случай меня п-потряс.

МУЖ. Она панически боялась остаться одна! Панически! Она сказала мне: как друг моего мужа ты должен…

ЖЕНА (МУЖУ). Перестань. (БУБЕНЦОВУ.) Я не собираюсь перед вами оправдываться. У вас есть еще вопросы?

БУБЕНЦОВ. Есть. Ваша семья д-держала шофера. Почему в тот вечер ваш муж сидел за рулем с-сам?

ЖЕНА. А он любил водить машину. Иногда он даже устраивал гонки на ночном шоссе.

МУЖ. Особенно когда бывал нетрезв.

БУБЕНЦОВ (ЖЕНЕ). Но шофер п-показывает, что его отпустили вы, а не покойный.

ЖЕНА. Очень может быть. Да, около шести вечера он привез моего мужа, и вскоре я его отпустила.

БУБЕНЦОВ. Хотя вы с-слышали от вашего мужа, что ему нужно ехать на выступление.

МУЖ. А потом она слышала, что ему не нужно туда ехать.

МАССАЖИСТКА. А это, между прочим, неважно. Куда-то же он собирался ехать!

ЖЕНА. Так он ведь и поехал – именно туда, куда собирался. К вам.

БУБЕНЦОВ (ЖЕНЕ и МУЖУ). Но п-перед этим он успел посидеть с вами. Вы успели еще в-вместе поужинать. Если не ошибаюсь – с шампанским.

ЖЕНА. Да, мы, кажется, поужинали. И по бокалу шампанского выпили… Нет, сначала выпили, а потом уже ужинали – если это имеет значение.

МУЖ. Рыба моя, как ты не понимаешь: значение здесь имеет то, что мы его напоили и посадили за руль. (БУБЕНЦОВУ) Я угадал, куда лежит курс?

ЖЕНА. Ах, в самом деле? Я об этом даже не подумала. Он так часто ездил пьяным, что бокал шампанского в счет вообще не шел.

БУБЕНЦОВ. И за что же вы п-пили?

ЖЕНА. Не помню. Нет, он произнес странный тост: за перемены.

БУБЕНЦОВ. Этот т-тост вас испугал?

ЖЕНА. Скорее, удивил. Я так и не поняла, что это значит, а он ничего не объяснил.

МУЖ. Я думаю, он сказал о переменах, к которым в душе стремится каждый. Просто, чтобы завтра не было так же, как сегодня.

ЖЕНА. Что, в сущности, глупо. «По-другому» еще не значит – «лучше».

МАССАЖИСТКА. Но он имел в виду очень конкретные перемены. Он собирался уйти ко мне.

ЖЕНА. К вам?

МАССАЖИСТКА. Да, ко мне. Он мне это обещал.

МУЖ. Ой, держите меня! Вы даже не представляете, скольким он это обещал. И вообще, знаете, сколько у него было таких, как вы?

МАССАЖИСТКА. На этот раз все было серьезно. (ЖЕНЕ) И вы тоже понимали, к чему идет дело. А он понимал, что вы это понимаете.

МУЖ. У них царило взаимопонимание.

МАССАЖИСТКА. Он ведь знал, чем вы занимаетесь, когда его нет. Однажды он даже сказал, что его это начинает раздражать.

ЖЕНА. Он сказал – «раздражать»?

МАССАЖИСТКА. Так он сказал. А еще он вас двоих пародировал. Вздохи… «Рыба моя…» Нет – просто «рыба». (МУЖУ) Тогда же она еще не была вашей.

БУБЕНЦОВ. Итак, вы выпили за п-перемены. Что было потом? Вы ведь не сразу перешли к ужину?

МУЖ. В тот вечер у нас были шашлыки, а шашлыки в этом доме всегда делались под моим наблюдением – на чем, между прочим, настаивал сам покойный. Он говорил мне: «Твои шашлыки…»

ЖЕНА. Короче говоря, мы еще какое-то время возились на кухне.

БУБЕНЦОВ. Вы в-возились все втроем?

ЖЕНА (показывает на МУЖА). Вдвоем. Кухня не была его стихией.

МАССАЖИСТКА. Плохо же вы его знали! А он, может, собирался вести кулинарную программу. Не верите?

МУЖ. Ну, почему же не верим? Где-нибудь на закате карьеры, как последний шанс мелькнуть по телевизору… Так делают все потухшие звезды. Он чувствовал, что пора подумать и об этом.

ЖЕНА. Да он и готовить-то не умел.

МАССАЖИСТКА. Подумаешь! Если бы в нашей стране каждый делал только то, что умеет…

БУБЕНЦОВ (ЖЕНЕ). Вы не п-помните точное время, когда отпустили шофера?

ЖЕНА. Через три года вопрос непростой.

МУЖ. А ты, отпуская его, даже на часы не посмотрела? (БУБЕНЦОВУ) Редкостная беспечность, правда?

БУБЕНЦОВ. Я п-поясню свой вопрос. Шофер утверждает, что вы подошли к нему с б-бокалом шампанского в руке.

ЖЕНА. Может быть, и с бокалом. Какое это имеет значение? Или шофер утверждает, что я предлагала ему выпить?

БУБЕНЦОВ. Просто из т-того, что вы держали бокал, следует, что подошли вы уже п-после тоста.

МАССАЖИСТКА. Как жаль, что его с нами нет! Вы бы очень удивились, если бы узнали, какие у него были планы.

МУЖ. Например?

МАССАЖИСТКА. Например, он собирался заканчивать с пародией. Точнее, оставить ее для корпоративов. А заниматься – совсем другим. Уйти в театр.

ЖЕНА. Слабо представляю его в театре.

МАССАЖИСТКА. Говорил, что его интересует режиссура.

МУЖ. Ух ты!

МАССАЖИСТКА. Говорил, что ему интереснее создавать действительность, чем подражать ей.

БУБЕНЦОВ. Как вам, должно быть, известно, через п-полчаса после ухода шофер вернулся. Он вспомнил, что сумку с ключами и к-кошельком оставил в машине, и – вернулся.

ЖЕНА. Вы произносите это как обвинение.

МУЖ. Мы, как только представилась возможность украсть у шофера ключи и кошелек…

БУБЕНЦОВ. Нет, он нашел и кошелек, и к-ключи. Они лежали на переднем сидении.

МАССАЖИСТКА. Один к одному – мой бывший муж. С утра, значит, ор: где кошелек? Где ключи? Особенно – кошелек. А я ему тихо так: «В машине. На переднем, – говорю, – сидении». Тот еще фрукт.

БУБЕНЦОВ (МУЖУ). Когда шофер вернулся, он з-застал в гараже вас. Вы вылезали из-под машины. В руках у вас был гаечный к-ключ.

МАССАЖИСТКА. Запахло криминалом.

ЖЕНА (МУЖУ). Ты не обязан отвечать на его вопросы.

БУБЕНЦОВ. А у меня, с-собственно, вопросов больше нет. Три года назад все газеты написали, что послужило причиной аварии. Это были неисправные тормоза. Т-так установило следствие. Теперь мы знаем, отчего они были неисправными.

МУЖ (ЖЕНЕ). Ты права, рыба моя. Дальнейшие беседы этот парень может вести с нашим адвокатом.

БУБЕНЦОВ. Неужели вам с-совсем нечего мне сказать? Просто по-человечески?

МАССАЖИСТКА (ЖЕНЕ и МУЖУ). Я обязана вас предупредить: все, что вы скажете по-человечески, может быть обращено против вас.

МУЖ. Вот-вот, это самое я и чувствую. Зачем же мне, спрашивается, говорить?

БУБЕНЦОВ. Ну, тогда с-скажу я. (ЖЕНЕ) Ваша семья давно развалилась. Друг к другу вы не испытывали ничего, к-кроме раздражения. Вас мог бы связать ребенок, но вы его не захотели.

ЖЕНА. Это не ваше дело!

БУБЕНЦОВ. Ваш муж начинает изменять вам со своими поклонницами. И не только с п-поклонницами.

ЖЕНА. Да с кем попало!

МАССАЖИСТКА. Спасибо.

БУБЕНЦОВ. Подумав, вы тоже решаете ему изменить. Чтобы д-далеко не ходить, останавливаете свой выбор на нем. (Показывает на МУЖА.) Он – друг детства вашего мужа и человек, чье п-присутствие в доме не надо объяснять. Это удобно, правда? Вы ведь очень цените удобство.

ЖЕНА. Это правда: удобство я ценю.

БУБЕНЦОВ. Особой ревности к м-мужу вы не испытываете, и ваша жизнь могла бы вас в целом устроить. Что вас не устраивает – это новый поворот в его жизни. Вы з-замечаете, что с массажисткой у него все серьезнее, чем это случалось обычно. Его чаще не бывает дома. При вашем появлении он прекращает говорить по телефону. То же, что вам удается подслушать за дверью, спокойствия никак не п-прибавляет. Своими наблюдениями вы делитесь с любовником, и тот подтверждает все ваши опасения.

МУЖ. «Готовится побег», – сказал я. Это я заметил еще до разговора с ней. У покойного в лице появилась какая-то значительность. Даже торжественность. Было очень смешно.

ЖЕНА. Мне почему-то кажется, что он вообразил себя Львом Толстым.

МУЖ. Лев Толстой, рыба моя, бежал не к бабе. Кажется, даже – наоборот.

БУБЕНЦОВ. Возможность расстаться с мужем с-сама по себе не вызывала у вас ужаса. Вас беспокоило другое. В случае развода вы теряли многое из того, к чему п-привыкли. Вы привыкли к этому дому, к виду на залив. К роскошным машинам в гараже. К прислуге, изысканной пище, постоянным поездкам за г-границу…

ЖЕНА. Вы забываете, что в случае развода мне оставалась бы половина имущества, нажитого в браке.

БУБЕНЦОВ. Половина – это ведь только п-половина. А вам хотелось всего. Зачем же вам, спрашивается, половина дома, если можно иметь весь? Да, вот еще. В отсутствие мужа вы рылись в его письменном с-столе…

МУЖ. Намек на Софью Андреевну. (ЖЕНЕ) Это тебе за Толстого.

БУБЕНЦОВ. …и открыли для себя существование нескольких б-банковских счетов, о которых ничего не знали. Вы вспомнили о корпоративах, за которые платят наличными, вспомнили еще кое-что, и вам стало ясно, что ваша п-половина будет начисляться только с заявленного имущества.

МАССАЖИСТКА. Как говорил мой бывший муж, это будет меньшая половина.

БУБЕНЦОВ. И тогда вы подумали: у меня есть дом и много чего д-другого. У меня есть человек, который выполняет обязанности мужа (показывает на МУЖА), в то время как мой собственный муж этих обязанностей не в-выполняет. В подобной конструкции, подумали вы, мой муж – лишний.

ЖЕНА. Подумала я! До сих пор вы описывали только действия. Оказывается, вы знаете еще и мысли…

БУБЕНЦОВ. И как только вам пришли в голову такие мысли, сами собой стали выстраиваться ваши действия. Очередное вранье мужа подстегнуло вас. Когда вы узнали о том, что к-концерта нет, вы отпустили шофера. Я не знаю, готов ли был план убийства к тому моменту. Но когда ваш муж предложил тост за перемены, вы поняли, что это даже не намек: он говорил почти в открытую. И еще вы поняли, что надо действовать, потому что д-другого удобного момента может не представиться. Приговор вашему мужу был п-подписан.

ЖЕНА. Если хотите знать, я предложила мужу остаться дома. Я ничего ему не объясняла, но эта фраза была произнесена. К сожалению, он не остался.

БУБЕНЦОВ. Вы хорошо з-знали, что он не останется. Потом вы вдвоем отправились на кухню. Пока вы следили за шашлыками, ваш любовник прошел в гараж. Он вывел из с-строя тормоза машины вашего мужа.

МУЖ. Здорово вы все это рассказываете. Захватывающе… Да, а что же произошло с шашлыками?

БУБЕНЦОВ (ЖЕНЕ). После ужина вы пошли проводить мужа в г-гараж, хотя никогда раньше этого не делали. И он ведь не хотел ехать на поврежденной машине, хотя о тормозах ничего не з-знал. Он пошел к старенькому «Фольксвагену», вы помните?

МАССАЖИСТКА. Это из-за меня. Я попросила его больше не приезжать на лимузине. Такая штука у подъезда привлекает внимание. А «Фольксваген» – ничего.

БУБЕНЦОВ (ЖЕНЕ). Вы не ожидали этого. Вы замялись, а потом сказали, что «Фольксваген» неисправен. Вы с-сказали, что завтра за ним приедут из автосервиса.

ЖЕНА. Какая осведомленность!

БУБЕНЦОВ. Тогда он хотел п-поехать на вашей машине, но тут же выяснилось, что рано утром она вам понадобится. Ему не оставалось ничего другого, как только сесть в с-свою машину.

МУЖ. Есть какая-то логика в том, что каждый ездит на своей машине, а? Но сцена в гараже – это просто эпос. Выбор коня. Если бы я в свое время поступил в театральный институт, я бы ее, честное слово, поставил.

ЖЕНА (МУЖУ). Тебе нравится дешевое сочинительство?

БУБЕНЦОВ. Вы считаете эту сцену с-сочинительством?

ЖЕНА. Ну, разумеется. Ведь если представить, что она действительно была, ее могли видеть только я и мой покойный муж. И больше никто на свете.

БУБЕНЦОВ медленно снимает парик, отклеивает усы и бороду, а заодно прекращает заикаться.

БУБЕНЦОВ. А я и есть ваш покойный муж. Не ожидали?

МАССАЖИСТКА. Он ненадолго ожил, чтобы вас обличить.

Действие второе

Те же, в той же гостиной.

ЖЕНА (БУБЕНЦОВУ). Я рада, что ты больше не заикаешься. Трудно было слушать тебя таким.

МУЖ (ЖЕНЕ). Согласись, что с покойниками случаются и худшие вещи.

ЖЕНА. И эта борода… Знаешь, без бороды тебе лучше. Нет, правда. Очень хотелось тебе это сказать.

БУБЕНЦОВ. Значит, вы сразу поняли, что я – это я?

ЖЕНА. С первой минуты.

БУБЕНЦОВ. Почему же вы тогда… молчали?

ЖЕНА. Нам было жаль портить твое выступление.

МУЖ. Ты очень старался.

БУБЕНЦОВ. Мне было легче общаться с вами под чужим именем. Спокойнее оттого, что я для вас мертв. А кроме того, мне хотелось посмотреть, как вы тут себя чувствуете. Без меня…

МУЖ. Знаешь, старик, скучаем. Расстраиваемся даже.

БУБЕНЦОВ. А как вы воспринимаете мое появление?

ЖЕНА. Ты ждешь, чтобы мы бросились тебе на шею? Это было бы как-то неестественно…

МАССАЖИСТКА. Вы бы хоть извинились, я не знаю… Человека все-таки убили.

МУЖ. Так ведь не убили же. Стоит целехонек.

ЖЕНА. А в самом деле – что тогда с тобой произошло? Если это не секрет, конечно.

БУБЕНЦОВ. Как вам хорошо известно, я выехал из гаража на машине с неисправными тормозами. Почему это произошло, вам тоже хорошо известно.

МУЖ. Да, причина неисправности нами теперь установлена.

БУБЕНЦОВ. Шоссе было пустым, и я ехал с большой скоростью. Сколько раз я ездил здесь – пьяным, трезвым – любым. Ездил и думал, что все надоело. Что даже разбиться было бы, в общем, не жалко.

МУЖ. Какая тонкость чувств! И чем же мы были так измучены? Славой? Деньгами?

БУБЕНЦОВ. Представь себе – славой. Представь – деньгами… Только тебе трудно это представить, потому что у тебя не было ни того, ни другого. Пока их нет, к ним еще можно стремиться. Какая-никакая, но – цель. А когда они есть…

МАССАЖИСТКА. Вот тут-то самая трудность и наступает.

ЖЕНА. Но в тот вечер ты не выглядел особенно грустным. И выезжал очень даже бодро.

БУБЕНЦОВ. Я не ехал – я почти летел. И душа моя летела. Это было чувство полного освобождения. Такое человек испытывает, когда ему кажется, что все теперь пойдет по-другому.

МУЖ. Или когда чувствует, что приближается его смерть. Это ведь тоже освобождение.

МАССАЖИСТКА. Но он же не чувствовал, что его смерть приблизилась!

БУБЕНЦОВ. Не чувствовал! Наоборот – наслаждался жизнью, потому что вдруг увидел выход. Так тогда казалось. А потом – эти тормоза… Вот тогда я все почувствовал.

ЖЕНА. Мы с полицией приехали на место аварии. Мне стало по-настоящему жутко. Сгоревшая машина в кювете, вокруг – мигалки, а там, внутри, в этой перевернутой машине… Я так и не посмотрела туда. Не смогла. Я понимаю, как идиотски это звучит сейчас… (Вытирает слезы.)

БУБЕНЦОВ. Ты ведь узнала это место?

ЖЕНА. Конечно, узнала. Мы там с тобой гуляли. Это была первая наша прогулка за город. Сколько нам было?

БУБЕНЦОВ. Лет по девятнадцать. Или двадцать. Точно: нам было по двадцать лет. Мы сели в электричку…

ЖЕНА. А ты – ничего не помнишь! Мы же приехали на автобусе, стареньком таком «Икарусе». Под нашими сиденьями была печка. Она жарила со страшной силой, и я чувствовала, как у меня потеют ноги. Ведь стоял-то май. Почему они ее вообще включили? Я разговаривала с тобой и думала, что встану, а на моей попе проявится влажный круг. И ты меня сразу же бросишь…

МУЖ. Ну, что ты, рыба моя. Подумаешь – круг… Разве из-за таких вещей бросают?

МАССАЖИСТКА. Он бросил ее совсем по другой причине.

БУБЕНЦОВ. И когда мы гуляли по лесу, ты подвернула ногу. Там была заросшая травой траншея, и ты ее не заметила. Ты так плакала…

ЖЕНА. А ты слизывал мои слезы, и мне было невероятно хорошо… Я плакала так долго, как могла.

БУБЕНЦОВ. Я стал расшнуровывать твою кроссовку, чтобы посмотреть, что с ногой, но ты испугалась. Я стал говорить, что я – осторожно, а ты схватила меня за руки. Ты очень боялась боли…

ЖЕНА. Я боялась, что после длинной прогулки носок может пахнуть. Эти дешевые кроссовки совершенно не пропускали воздуха. И никаких дезодорантов для ног тогда еще не было. Я просто опустила носок ниже косточки, но даже так было видно, что нога распухла. И ты касался ее прохладными пальцами, и чувство боли смешивалось с чувством счастья.

БУБЕНЦОВ. Ты не могла ступить на ногу. И я взял тебя на руки, и понес к шоссе. Я немного боялся, потому что никогда еще не носил женщин на руках. Я не знал, как долго смогу тебя нести, знал только, что понесу и через «не могу».

ЖЕНА. Не помню, чтобы я была такой уж толстой.

МУЖ. Таких вещей, доложу я вам, не помнит ни одна женщина.

БУБЕНЦОВ. Ты была худой. Худой, но высокой, так что мне не было легко.

МАССАЖИСТКА. Даже худые люди бывают иногда очень тяжелыми. Это объясняется тем, что у них тяжелые кости. Кости вообще очень много весят.

БУБЕНЦОВ. Я нес тебя как свое сокровище. И чем тяжелей мне было, тем сильней я тебя любил, потому что настоящая любовь мечтает о жертве.

ЖЕНА. А я помню твое лицо, когда ты меня нес. На лбу – капли пота. И я чувствовала твое дыхание. Оно было прерывистым. И я в твоих руках. И это было как… Мне казалось, что ты мной обладаешь… Когда мы вышли к шоссе, то увидели у обочины валун. Огромный, поросший мхом. Ты расстелил на нем свою ветровку и посадил на нее меня. А сам стал ловить машину. И долго никто не останавливался.

МАССАЖИСТКА. Мой бывший муж никогда не останавливался. «На обочинах, – говорил, – стоят одни халявщики. Денег, – говорил, – не заплатят, только сиденья перепачкают, козлы».

На авансцену выходит СПОРТСМЕН. Задумчиво изучает адрес на листке. Смотрит по сторонам и в зрительный зал. Уходит.

БУБЕНЦОВ. Когда в ту ночь я заметил на шоссе человека, попытался затормозить. Моя нога просто расплющила педаль. Мне казалось, что она дошла до асфальта. Этот человек повернул лицо ко мне. Оно было четко видно в свете фар. В нем не было страха – только удивление. В каждой руке он держал по целлофановому пакету. А я все еще жал на тормоз. И все не мог понять, что происходит.

МУЖ. Тебе всегда не хватало скорости соображения.

БУБЕНЦОВ. Когда я резко свернул, было уже поздно. Машина ударила его левой стороной бампера, и он просто взлетел. Я уже кувыркался в кювете, а он все еще летел. Он и его целлофановые пакеты. Так мне казалось. А потом все замерло. И я висел вниз головой в опрокинутой машине. И продолжал видеть его лицо.

МАССАЖИСТКА. Тебя спас ремень безопасности.

БУБЕНЦОВ. Как это ни смешно – именно он. И это был первый случай, когда я пристегнулся. Сам не знаю, почему.

МУЖ. Это был твой ангел-хранитель. Он сказал тебе: «Пристегнись. Пристегни-и-сь!» Случается такое на автодорогах.

БУБЕНЦОВ. Я висел вниз головой, и откуда-то сверху на меня капал бензин. Мне казалось, что я сплю и вижу сон. Что одно мое усилие – и сон кончится. И я делал это усилие, но сон не кончался… Резкий запах бензина привел меня в чувство. Мне удалось отцепить ремень и выползти из машины. На шоссе – никого. Тихо, как в Раю. Снег, луна… Первым, кого я увидел, был этот человек. Он лежал там же, в кювете, недалеко от машины.

ЖЕНА. Он был… жив?

БУБЕНЦОВ. Он был мертв. Мертвее не бывает. Голова его… Нет, не могу… Я отошел, и меня вырвало. Я увидел тот камень, на котором ты сидела. Я узнал его. И я лег на этот камень. И вспоминал нашу прогулку. Потом пошел снег, и луна скрылась. Я подумал: хорошо бы, чтоб меня навсегда засыпало снегом. Чтоб никто меня больше не нашел…

МУЖ. Находят всех, даже тех, кто под снегом. Весной – когда становится тепло. Менты называют их подснежниками.

БУБЕНЦОВ. Не знаю, сколько прошло времени. Я в конце концов встал. Я подошел к убитому мной человеку и заставил себя смотреть на его лицо. На то, что было лицом…

ЖЕНА. Значит, ты так и не узнал, кто это был?

БУБЕНЦОВ. Почему – узнал. Рядом с одним из его пакетов валялся паспорт. Бубенцов Михаил Иванович. Пригородный бомж.

МАССАЖИСТКА. Что бомж – ты тоже узнал по паспорту?

БУБЕНЦОВ. По запаху. Ну, и по виду, конечно – руки, одежда. Я пробыл рядом с ним несколько часов. Смотрел на Бубенцова и плакал: зачем ты, Михаил Иванович, встал на моем пути? Почему тебя настигло то, что предназначалось мне? А сидел бы себе ночью дома – был бы жив.

ЖЕНА. Ты же говоришь – не было у него дома.

БУБЕНЦОВ. То-то и оно, что не было. И меня вдруг осенило – да я ведь сам, как Бубенцов! И у меня нет дома. Ни жены, ни детей – ничего нет. И я подумал: вот Бубенцов занял мое место. А почему бы мне не стать Бубенцовым?

МУЖ. Красивая фамилия.

БУБЕНЦОВ. А главное – фотография подходящая. Не то чтобы вылитый я, но, подгримировавшись, сходства добиться несложно. Что странно: мое сходство с этим человеком я заметил еще раньше.

ЖЕНА. Когда же раньше-то?

БУБЕНЦОВ. Когда он смотрел на меня на шоссе. Его удивленное лицо… У меня тогда в голове мелькнуло, что это мое собственное отражение. А когда все произошло, я подумал, что убил сам себя.

МУЖ. Если разобраться, всякий убивает себя сам. Тем или иным образом.

МАССАЖИСТКА. Иногда помогают и со стороны. Так что давайте уж без философий.

БУБЕНЦОВ. Я подтащил Бубенцова к машине и затолкал его на место водителя. Там все было мокрым от бензина. Ему на запястье я прицепил свои часы – для опознания. Потом вспомнил об обручальном кольце и надел его Бубенцову на палец. Точнее, на верх пальца, потому что оно не налезало. (ЖЕНЕ) Я подумал, что это – освобождение от тебя. Самый эффектный вид развода. Я поднес к сиденью зажигалку, и машина превратилась в факел. Я едва успел отскочить.

ЖЕНА. И после этого ты поехал к ней?

БУБЕНЦОВ. Да. Сначала я шел по обочине, а потом сел в первый автобус. Вид у меня был довольно-таки побитый, пах я бензином. Но на это не обратили ни малейшего внимания.

МУЖ. Ранним утром не обращают внимания ни на что. Нарядись ты хоть Снегурочкой – никто не заметит. Потому что все спят. Едут и спят.

МАССАЖИСТКА. Можно сказать, дрыхнут.

БУБЕНЦОВ (МАССАЖИСТКЕ). А потом я долго стоял у твоего парадного. Никак не мог вспомнить код. И не выходил оттуда никто – такая рань. Я хотел позвонить тебе, но не нашел мобильника. Видимо, выронил его там, в кювете.

МУЖ (достает мобильник). Да, его нам привезли той же ночью. Я взял его себе, если не возражаешь. Хороший аппарат. Кто только не звонил на него в ту ночь – из Смольного, из Кремля… Я тебя, знаешь, даже зауважал.

БУБЕНЦОВ. Как же они могли звонить на мой мобильник, если было объявлено, что я разбился?

МУЖ. Так они с соболезнованиями и звонили.

МАССАЖИСТКА. Вдруг, думали, ты разбился, а мобильник – нет.

МУЖ. Или просто не думали – у них это часто бывает. Записан телефон – звонят. «Выражаем искреннее соболезнование… Вклад покойного в отечественную культуру…» А я им твоим голосом отвечаю: «Спасибо за память». Они мне: «Слушай, это ты, что ли?» Я им говорю: «А на кого вы рассчитывали?» Они: «Подожди, старик, ты где сейчас?» А я им: «Вы что, с неба свалились? (Показывает на небо.) Там, конечно».

ЖЕНА (БУБЕНЦОВУ). Как же ты попал к своей суженой? Не камешки ли в окно бросал?

БУБЕНЦОВ. Представь себе, камешки. Только я их долго бросал, прежде чем она проснулась.

МАССАЖИСТКА. Это правда: у меня хороший сон.

ЖЕНА (БУБЕНЦОВУ). А про наши камешки помнишь?

БУБЕНЦОВ. Помню.

ЖЕНА. Ты бросал их в мое окно…

БУБЕНЦОВ. Ты жила в общежитии пединститута. На третьем этаже.

ЖЕНА. На втором.

БУБЕНЦОВ. Там была жуткая комендантша – никого не пропускала. Еще и вечером приходила проверять – нет ли гостей в комнатах. Так что мне приходилось влезать к тебе ночью через окно. И когда я приходил, бросал тебе снизу в окно камешки, а они так хрустально – дзынь! – звенели…

ЖЕНА. До сих пор помню этот звон… Я привязывала к батарее веревку и бросала ее конец за окно. Соседку отправляла спать в соседнюю комнату. А ты поднимался по веревке – сильный, гибкий. Лез, упираясь ногами в стену. И мы занимались любовью.

МАССАЖИСТКА. Мы тоже занимались любовью. Несмотря на то, что ко мне он поднимался на лифте.

МУЖ. На лифте даже лучше. Больше сил остается.

БУБЕНЦОВ (ЖЕНЕ). А ты приехала с Вологодчины и говорила: «хорошо». Говорила: «Быват».

ЖЕНА. А ты приехал со Ставрополья и говорил: «Хде мои плауки?». Ты почему-то всегда носил плавки и очень стеснялся трусов.

БУБЕНЦОВ. У меня были черные семейные трусы. Как я мог надевать их к девушке, которую любил?

ЖЕНА. По утрам ты произносил дурацкие скороговорки, чтобы выработать питерское произношение.

МУЖ (МАССАЖИСТКЕ). А я ведь прекрасно помню его в те годы. Он очень стеснялся своей речи.

ЖЕНА. Но жизнь, я скажу, постепенно наладилась. Ты купил себе красивые трусы в цветочек и стал недурно говорить по-здешнему. Ты был целеустремленным парнем.

БУБЕНЦОВ. Да и ты была девушкой не промах. В столицы ведь приезжают люди энергетичные. Тебе и скороговорок не потребовалось.

ЖЕНА. Да, я как-то без них обошлась.

БУБЕНЦОВ. Перевелась на заочное, устроилась в ларек. Торговала китайскими шмотками.

МАССАЖИСТКА. Вы торговали в ларьке?

ЖЕНА. Торговала! Это вы пришли на все готовое, а я торговала. Чтобы он (показывает на БУБЕНЦОВА) мог спокойно пародировать всех, кого пожелает. Я зарабатывала на жизнь, а он пародировал. Ему ведь тогда за это денег не платили. Почти не платили. Могли за выступление зажигалку подарить. Или набор зубочисток. Это потом все изменилось – во многом благодаря мне.

БУБЕНЦОВ (ЖЕНЕ). Ларек оказался хорошей школой. Честно говоря, я удивился твоей хватке.

ЖЕНА (БУБЕНЦОВУ). Тебя использовали в хвост и в гриву, на тебе наживались, а я заставила всех с тобой считаться. И платить. Без моей, как ты выражаешься, хватки ты бы до сих пор был никем. (Пауза.) Моя «хватка» – слово-то какое!

БУБЕНЦОВ. Не обижайся. Просто я не мог понять, откуда в голубоглазой вологодской девочке взялась такая жесть.

ЖЕНА. А я не могла понять, как это трепетный юноша превратился в похотливого кобеля. Ты ведь не пропускал ни одной бабы! Ты перетрахал всех своих поклонниц. Всех!

МУЖ. Это, рыба, маловероятно. Многие поклонницы видели его только по телевизору.

МАССАЖИСТКА. Есть случаи, когда важно личное присутствие.

ЖЕНА (МУЖУ). Откуда ты можешь знать, как это бывает с поклонницами? У тебя же не было поклонниц – не считая, конечно, меня.

МАССАЖИСТКА (ЖЕНЕ). А вы, в свою очередь, всегда находились в пределах досягаемости.

БУБЕНЦОВ. Более чем. Вообще говоря, сюрприз оказался неприятным. Что-то в этом было жутко противное. Противнее, чем в обычной измене.

МУЖ. Жена и друг. Двойное предательство, верх цинизма.

ЖЕНА (БУБЕНЦОВУ). Ты обвиняешь нас в цинизме? Значит, ты всерьез считаешь, что я была твоей женой? А он – другом? Но так не относятся ни к женам, ни к друзьям. Ладно, ты тискал своих девочек и плевал на меня. Но разве можно сказать, что ты с ним дружил? Ты его терпел. Ты позволял ему находиться в твоем присутствии.

БУБЕНЦОВ. Даже в отсутствии. Что, как выяснилось, было ошибкой.

МУЖ. А я ведь не обижался. Так у нас всегда роли распределялись: на недосягаемой высоте – он, ну а я – где-то пониже. Я всегда был тенью героя. Еще со школы. Мы с ним приносим в класс коробку с майскими жуками и выпускаем их на уроке. Жуки летают по всему классу. Ж-ж-ж. Училка спасается бегством. Весь класс на ушах от счастья, его носят на руках, про меня даже не вспоминают. За преступлением следует наказание. Тут же выясняется, что жуков мы принесли вдвоем. В школу вызывают моих родителей – почему-то только моих – и дома мне устраивают первоклассную порку. Его же слегка журят: не с тем, мол, связался. То есть – со мной. Хотя идея была его.

БУБЕНЦОВ. Хорошая у тебя память.

МУЖ. Ты едешь в Питер поступать в театральный. Я зачем-то – тоже. Такая уж мы с тобой неразлучная пара. Тебя принимают, меня – нет… Вот я сказал, что был твоей тенью. Нет – я был твоей пародией. Не только потому, что все у меня выходило смешно и по-дурацки. Тень имеет свое место, а пародия – не имеет. Пародия – случайность, ее исчезновения никто не заметит… Но я не исчез. Поступил с горя в Лесотехническую академию и в итоге опять остался рядом с тобой. И опять все по-старому: ты – Моцарт, я – понятно кто.

МАССАЖИСТКА. Мольери?

МУЖ. Даже хуже, наверное. Мальчик на побегушках. (Пародируя БУБЕНЦОВА.) Старик, привези то, старик, отвези это. Купи по доверенности дом. Договорись со строительной фирмой. Я уезжаю на гастроли, будь другом – проводи жену к врачу. Да, вот еще: трахни ее, пожалуйста, при случае, потому что мне не хочется…

БУБЕНЦОВ. Такой просьбы, помнится, не поступало.

МУЖ. Возможно. Только когда я осознал это, было уже поздно. (БУБЕНЦОВУ.) Тебя ведь не то задевает, что она тебе с другом изменила, а то, что я для тебя – ничтожество. Тебе было бы легче, если бы у тебя был героический соперник. Покоритель космоса или, там, глотатель шпаг. Но не я.

ЖЕНА. Что касается меня, то покоритель космоса мне был бы нужен в последнюю очередь. С покорителем космоса я жила так долго, что меня потянуло на землю. (БУБЕНЦОВУ.) Ты мне лучше вот что скажи: как тебя угораздило сойтись с этой цыпой?

МАССАЖИСТКА. Цыпой! Скажите пожалуйста!

БУБЕНЦОВ. А почему бы и не с ней?

ЖЕНА. Да у нее в глазах ни одной прочитанной книги! О чем с ней можно говорить?

МУЖ. Так они ведь не для разговоров встречались. А кроме того, она Мольери знает.

МАССАЖИСТКА. Цыпой – какая фамильярность!

БУБЕНЦОВ. Она простой и искренний человек. Когда наешься всех наших тусовок, это привлекает. Ты замечала – после пирожных часто хочется хлеба? А то, что ты говоришь, – это обычная ревность.

ЖЕНА. Нет, милый, не ревность. Обида за тебя. Несмотря на твое бегство, мне казалось, что ты был достоин большего.

БУБЕНЦОВ. И при попытке к бегству ты меня…

ЖЕНА. Что?

МАССАЖИСТКА. Замочила.

ЖЕНА (МАССАЖИСТКЕ). Да как ты смеешь! В отличие от тебя, шалавы, я его любила.

МАССАЖИСТКА. Любила, но замочила. Так тоже бывает. Чтобы при разводе не делить совместно нажитое имущество. Все равно, думаете, муж безвозвратно утрачен, так пусть хоть имущество сохранится.

БУБЕНЦОВ (ЖЕНЕ). Я тебя знаю. И знаю, что имущество здесь не при чем. Ты не хотела отдавать меня.

МУЖ (БУБЕНЦОВУ). «Так не доставайся ж ты никому…» Что касается имущества, то, как мы сегодня выяснили, даже после смерти ты оставался состоятельным женихом. У тебя в заначке имелись ведь кое-какие денежки.

ЖЕНА (БУБЕНЦОВУ). При жизни ты припрятывал их для девушек. Ты очень любил делать девушкам подарки. Я действительно знала о существовании нескольких загадочных банковских счетов, но с твоим исчезновением след их потерялся.

БУБЕНЦОВ. Эти деньги нас здорово выручили. Мы прожили на них целых три года.

ЖЕНА (МАССАЖИСТКЕ). Хорошо было жить с моим мужем?

МАССАЖИСТКА. Из общения с ним я почерпнула много полезного.

На авансцене появляется ИНСПЕКТОР, ведущий свой мотоцикл. Он внимательно смотрит по сторонам.

ИНСПЕКТОР. …цвета мокрого асфальта. Кожаная обивка. Стереоустановка с сабвуфером: на низких частотах пум, пум, пум… А в минибаре коньяк «Хенесси». Он ехал и пил этот коньяк. От него несло за версту. И рядом баба на сидении. Чистила для него мандарин и давала ему по дольке… И музыка – пум, пум, пум… А мне, может, тоже хочется получать мандарин по дольке. В конце концов, я имею на это право.

Уходит. Слышен мотор мотоцикла.

БУБЕНЦОВ. Мы сразу же отправились в путешествие. У меня больше не было дома, и я решил сделать своим домом весь мир. Мы переезжали из гостиницы в гостиницу, из страны в страну. Никогда ничего подобного не испытывал, дух захватывало.

МАССАЖИСТКА. Вечером мы раскрывали карту, он брал меня за палец и тыкал моим пальцем в карту наугад. А утром мы туда уже ехали или летели. Иногда плыли.

БУБЕНЦОВ. И меня никто не узнавал, и никому я больше не был нужен – какое это было счастье! Никаких приемов, интервью, автографов. Начали мы с Венеции. Окна нашей гостиницы выходили на площадь Сан-Марко…

ЖЕНА (МАССАЖИСТКЕ). Вам понравилась площадь Сан-Марко?

МАССАЖИСТКА. Красивый микрорайон.

БУБЕНЦОВ. Утром она вставала первая. Отдергивала штору и смотрела в окно. А я смотрел на нее. Она такая стройная, воздушная. На фоне Сан-Марко, Колизея, Эйфелевой башни… И мы одни в целом мире – совершенно одни!

МАССАЖИСТКА. А потом я снова ложилась, так что кофе мы заказывали в постель. И все это влетало, если честно, в копеечку.

МУЖ. Зато вы могли, я думаю, сэкономить на массаже.

МАССАЖИСТКА. Ничего подобного! Массаж мы заказывали каждое утро. Слушайте, когда массаж делают вам, это та-ак приятно …

БУБЕНЦОВ. А помнишь, как мы ночевали в Сахаре? Выехали с группой из Туниса на четырех джипах. Взяли с собой еду, питье, дрова…

МАССАЖИСТКА. Гитару взяли. Развели ночью костер – там холодрыга ночью – и пели песни. Как в России, правда?

МУЖ. В России песка меньше.

МАССАЖИСТКА. Там даже двое русских было. Они тебя узнали, помнишь?

БУБЕНЦОВ. Они не узнали. Они сказали, что я похож на известного пародиста, который погиб.

МАССАЖИСТКА. Первые два года наших путешествий пронеслись как мгновение. Потом, правда, все уже пошло иначе. Время начало меняться. Месяцы стали короткими, а дни – ужасно длинными.

БУБЕНЦОВ. Нет, не то. Скорее – вообще исчезло чувство времени. А заодно – и пространства. Все города стали сливаться в один бесконечный город. И стало казаться, что все это уже однажды было. Что сейчас начнут звучать те же слова, что и много лет назад… (ЖЕНЕ.) Когда мы гуляли по Амстердаму, я вспоминал, как мы с тобой бродили вдоль Мойки – там есть очень похожее место. Помнишь, что я тебе там сказал?

ЖЕНА. Не смеши. Как я могу помнить то, что было сто лет назад?

БУБЕНЦОВ. Да брось: все ты помнишь.

ЖЕНА (пожав плечами). А хоть бы и так. Мне не надо было уезжать в Амстердам, чтобы это вспоминать.

МУЖ. Полезная штука – путешествия!

МАССАЖИСТКА. Это – доложу я вам – пока есть деньги. А они у нас вдруг – кончились.

ЖЕНА. У вас?

МАССАЖИСТКА. Ну, да. У нас, у кого же еще. Это было так неожиданно…

БУБЕНЦОВ. Да нет, как раз этого можно было ожидать. С твоим размахом… И, кстати, деньги кончились не «вдруг». Я ведь говорил тебе…

Звонок в дверь. МУЖ идет открывать и возвращается со СПОРТСМЕНОМ.

МУЖ. У нас гости. Прошу любить и жаловать.

СПОРТСМЕН. А я вас еле нашел. Был готов, это самое, развернуться и идти домой. Подходишь к одному, к другому: где Курортная, 17? Банки выкатят и молчат. Молчат, блин, как покойники.

ЖЕНА. Так ведь нашли все-таки. Чаю хотите?

СПОРТСМЕН. А чего покрепче?

ЖЕНА. Есть и покрепче. (Достает из шкафа графин и наливает СПОРТСМЕНУ виски.)

СПОРТСМЕН. Аутентично. (Выпивает.)

МАССАЖИСТКА (БУБЕНЦОВУ). Ты говорил, что у нас кончились деньги…

БУБЕНЦОВ. Это ты говорила.

МАССАЖИСТКА. Да неважно, кто говорил: главное, что кончились.

БУБЕНЦОВ (кивает на СПОРТСМЕНА). Ты считаешь, что мы должны все это при нем обсуждать?

МАССАЖИСТКА. Он ничего никому не скажет.

СПОРТСМЕН (подходит к шкафу и сам себе наливает виски). Могила. (Пьет.)

МАССАЖИСТКА. А кроме того – он мой бывший муж. Вернулся по условно-досрочному освобождению.

СПОРТСМЕН (наливает еще). Факт. Деревянные ложки резал – в полтора раза план перевыполнял. Иной раз полочку резную сработаешь. Или, там, свистульку. (Достает из кармана свистульку, свистит и пьет.) Участвовал в художественной самодеятельности.

МАССАЖИСТКА. У меня все мужья – артисты. (БУБЕНЦОВУ.) Так что ты про деньги сказать хотел?

БУБЕНЦОВ (ЖЕНЕ и МУЖУ). Я хотел сказать… (Прочищает горло.) Я хотел сказать, что вам придется дать нам денег. Много денег…(Показывает на потолок и стены.) Скорее всего, вам придется все это продать. За мое убийство я назначаю высокую плату.

ЖЕНА. Ты это сам придумал?

БУБЕНЦОВ. Какое это сейчас имеет значение?

СПОРТСМЕН (показывает на МАССАЖИСТКУ). Я считаю, что это придумала она. (Наливает и пьет.) Просто, зная ее, я так считаю.

МАССАЖИСТКА. А хоть бы и я: идея-то неплохая. Человек жизнью рисковал, а в результате – никакой компенсации.

СПОРТСМЕН. Точно – она. Рассказываю. Я в коридоре к судье подхожу: «Отпустите!» А он мне: «Я бы и рад тебя отпустить, но люди ведь скажут, что ты мне взятку дал». Я ему тихо: «А сколько… люди скажут?» Он: «Тысяч триста, не меньше. Потому как ты поднял руку на женщину. Скажи, значит, своей швабре – пусть передаст бабло через адвоката».

МАССАЖИСТКА. Ничего себе – швабре!

СПОРТСМЕН. Так и сказал – швабре. Реально. Видно, чувствовал, что ты ничего не передашь. Короче, подходит он ко мне в коридоре после суда, говорит: «Мне тебя по-человечески жаль, но твоя баба не оставила мне другого выхода. Потому что я, – говорит, – не бюро добрых услуг. А баба твоя – полная жопа».

МАССАЖИСТКА. И после этого он может говорить об уважении к женщине!

СПОРТСМЕН. Сказал: «Надо было вообще ее, блин, по стенке размазать. Родного мужа не выкупила».

МАССАЖИСТКА. А мне, может, где-то и обидно было выкупать, поскольку я сама же заявление написала. Очень красиво: мало того, что получила по морде, – так еще за это и плати…

БУБЕНЦОВ (ЖЕНЕ и МУЖУ). А вам, я думаю, придется заплатить.

МУЖ. Так или иначе платить приходится всем.

СПОРТСМЕН. Рассказываю. Мне начальник колонии реально говорит: «Хочешь условно-досрочное – плати». А чем я ему заплачу – у меня денег нет, она с артистом (показывает на МАССАЖИСТКУ) – в отъезде. Да хоть бы и здесь была – от нее разве дождешься? Я, короче, начальнику: «А можно, я натурой отработаю – ложками или, там, свистульками? Я вам знаете сколько свистулек нарежу…» А он мне: «Засунь себе свои свистульки в…» (Дует в свистульку.) «На хрен, – говорит, – мне столько свистулек?!» Ну, блин, засада.

ЖЕНА (БУБЕНЦОВУ). И сколько же ты намерен с нас получить?

МУЖ. Я думаю, это вопрос не к нему. Скорее – к даме.

СПОРТСМЕН. Короче, не прошло и трех лет – вызывает меня начальник колонии. «Ну, что, – говорит, – бабец твой все устроил. На свободу с чистой совестью: все проплачено». Обнял меня. А глаза, это самое, на мокром месте. (Вытирает глаза и пьет.)

МАССАЖИСТКА. Жалко мне тебя, дурака, стало – вот и заплатила.

СПОРТСМЕН. Через три года пожалела. Ладно, спасибо и на том.

МАССАЖИСТКА. Чтобы проверить чувства, требовалось время.

СПОРТСМЕН. И что же тебе сказали твои, блин, чувства?

МАССАЖИСТКА. А знаешь, я вдруг поняла, что по тебе соскучилась. Правда, соскучилась. Да и мотаться по свету, если честно, тоже надоело.

БУБЕНЦОВ. Мне ты этого не говорила.

МАССАЖИСТКА. Да надоело! Все время ездишь, ездишь. А человек создан для того, чтобы сидеть на одном месте.

СПОРТСМЕН (наливает). За возможность сидеть на одном месте! (Пьет.)

МАССАЖИСТКА. Приедешь куда-то: музеи, театры, выставки – выставки, театры, музеи. И так каждый день.

ЖЕНА. Утомили вас музеи?

МАССАЖИСТКА. Не то слово! Я по музеям считайте до конца жизни находилась. (БУБЕНЦОВУ.) И больше ты меня туда не затащишь! (Кивает на СПОРТСМЕНА.) Вот он меня ни в один музей не водил.

СПОРТСМЕН. Факт: не водил. Ни разу.

БУБЕНЦОВ (МАССАЖИСТКЕ). Торжественно обещаю: больше мы с тобой в музей не пойдем.

СПОРТСМЕН. Гарантирую.

БУБЕНЦОВ. Что гарантируете?

СПОРТСМЕН. Что в музей вы больше не пойдете. (Наливает. Дует в свистульку и пьет.) Потому что они мне вас заказали. (Показывает поочередно на ЖЕНУ, МУЖА и МАССАЖИСТКУ.) Все они.

БУБЕНЦОВ. Заказали? В каком смысле?

СПОРТСМЕН. В каком-каком! В этом, естественно… (Дует в свистульку.) Нет, реально. Сбросились и заказали. Почему, собственно, я и здесь.

БУБЕНЦОВ. Из-за… музея?

МАССАЖИСТКА. Ну что за глупости, честное слово! Из-за музея, по-моему, еще никто никого не заказывал. Для того, чтобы заказали, нужны какие-то веские основания.

БУБЕНЦОВ (ЖЕНЕ). Твоя затея?

ЖЕНА. Далеко ищешь. Мне позвонила твоя нынешняя любовь.

БУБЕНЦОВ (МАССАЖИСТКЕ). Ты?

МАССАЖИСТКА. Я позвонила с вопросом. Так, мол, и так, возникла, значит, мысль компенсировать тот риск, которому они тебя подвергали…

БУБЕНЦОВ. Значит, они заранее знали, что мы придем? Зачем же нужна была вся эта комедия?

СПОРТСМЕН. А чтобы вас, уважаемый, заманить, блин, сюда. За город.

МУЖ. Ну, и чтобы ты мог раскрыть себя по-новому. Согласись, что такой роли у тебя еще не было.

МАССАЖИСТКА. И что бы кто ни говорил, заикался ты здорово. Мне было даже жаль, что среди нас нет ни одного заики.

МУЖ. Это был просто мастер-класс.

БУБЕНЦОВ (МАССАЖИСТКЕ). Но мы же решили, что звоню я. Я позвонил, обо всем договорился…

СПОРТСМЕН. Вы договорились не обо всем. О том, чтобы вас завалили, вы же не договаривались?

МАССАЖИСТКА (СПОРТСМЕНУ). Ну, согласись, это было бы как-то странно – чтобы он об этом договаривался. Как-то даже неестественно.

БУБЕНЦОВ (МАССАЖИСТКЕ). Даже если все это – шутка, я понимаю, что я в твоей жизни – лишний. Потому что с близкими людьми так не шутят.

СПОРТСМЕН. А мы и не шутим.

МАССАЖИСТКА. Понимаешь, я устала от этих поездок, от тебя устала. (Показывает на СПОРТСМЕНА.) С ним мне спокойнее. И лучше.

СПОРТСМЕН. Вот почему вас и заказали. Ну, что вы так уставились? (МАССАЖИСТКЕ.) Неадекватный какой-то.

БУБЕНЦОВ (МАССАЖИСТКЕ). И после всего, что между нами было, ты смогла… Я хочу понять, как тебе это могло прийти в голову…

МАССАЖИСТКА. Это пришло в голову не мне. (Показывает на МУЖА и ЖЕНУ.) Это пришло в голову им. Три года назад, когда с тобой решила расстаться твоя жена. А в настоящий момент с тобой расстаются и твоя жена, и я. И теперь дело лишь доводится до конца, понимаешь?

БУБЕНЦОВ. Но есть ведь и другие способы расставания.

МАССАЖИСТКА. Есть и другие. Но если мы расстанемся иначе, то деньги от меня уйдут. А так мы договорились с ними (показывает на МУЖА и ЖЕНУ) на половину имущества. Половина им – половина нам.

МУЖ (БУБЕНЦОВУ). Представляешь, мы теряем половину имущества!

МАССАЖИСТКА. Неправильно: вам достается половина имущества. Если бы он остался жив, вы бы и половины не получили. Вы бы все отдали.

МУЖ. Ну, ладно, чего там торговаться. Договорились же.

БУБЕНЦОВ (ЖЕНЕ). И ты договорилась?

ЖЕНА. А чего ты ждал? Договорилась. И что я, собственно, могла сказать? Что? «Ах, представляете, три года назад у меня не получилось его грохнуть, так вы уж, пожалуйста, теперь этого не делайте…» В моем положении мне оставалось только молчать.

БУБЕНЦОВ. В любом положении можно что-то сказать… Тебе никогда не хотелось, чтобы я вернулся?

ЖЕНА. После всего, что произошло?

БУБЕНЦОВ. А ты не допускаешь возможности прощения?

ЖЕНА. Прощения?

БУБЕНЦОВ. Да. Так, чтобы я вернулся и тебя простил?

ЖЕНА. Не знаю… Ты бы, может, меня и простил. Но забыть – не забыл бы. Память, знаешь ли, крепче сердца. Есть случаи, когда возвращение невозможно.

МУЖ. Да тебе и некуда возвращаться. Твое место, друг мой, занято. И знаешь – оставь этот патетический тон. Уж он-то здесь совершенно неуместен. В конце концов, ты заявился требовать денег, так что строить из себя мученика как-то даже неловко.

ЖЕНА. Заявился в своем обычном пародийном виде, потому что иначе не можешь. Весь вечер на манеже… Сначала – пародия на следователя, теперь – пародия на мученика. Интересно, что дальше?

СПОРТСМЕН. Пародия на покойника. Ну, когда мы его, это самое, завалим.

БУБЕНЦОВ. Нет, это просто замечательно. И как же вы меня… завалите? (Показывает на висящее ружье.) Из ружья?

МУЖ. Ну, что за театр, в самом деле!

СПОРТСМЕН. Зачем из ружья? Есть старая подруга – бейсбольная бита.

Звонок в дверь.

МАССАЖИСТКА. Кого это еще несет?

МУЖ. Мы никого не ждем.

Настойчивый звонок в дверь. Стук. Крики: «Откройте, полиция!»

СПОРТСМЕН (снимает со стены ружье). Я больше на зону не хочу. Будем отстреливаться!

МАССАЖИСТКА. Повесь ружье на место! Наша сила в том, что мы еще никого не убили.

СПОРТСМЕН вешает ружье на место.

МУЖ. И жертва у нас пока что в лучшем виде. Можем и предъявить.

СПОРТСМЕН. Да уж, после биты не очень-то предъявишь. Смотреть, блин, не захочется.

Стук в дверь и крики продолжаются.

ЖЕНА (БУБЕНЦОВУ.) За тобой пришел твой добрый ангел. (МУЖУ.) Ну, чего стоишь? Открывай.

МУЖ отправляется открывать. Возвращается с ИНСПЕКТОРОМ. ИНСПЕКТОР останавливается в центре комнаты и смотрит на всех с укором.

ИНСПЕКТОР. Так, значит, мы соблюдаем законы… Замечательно… Замечательно! (СПОРТСМЕНУ.) Складывается впечатление, что вас я где-то уже видел.

МАССАЖИСТКА. А у него лицо такое. Всем кажется, что его где-то уже видели.

СПОРТСМЕН. А хоть бы и видел? Почему, спрашивается, крайний всегда я?

МАССАЖИСТКА. Успокойся, это недоразумение.

ИНСПЕКТОР. Ну, что? Будем молчать? Никто мне не хочет ничего сказать?

СПОРТСМЕН. У меня условно-досрочное. Документы при себе.

МУЖ (показывает на висящее ружье). Ружье зарегистрировано. Если, конечно, ваш вопрос относится к ружью.

ИНСПЕКТОР. Огнестрельное оружие меня в данный момент не интересует.

СПОРТСМЕН. Если вы имеете в виду мою биту, то регистрация на нее вроде бы не требуется.

МАССАЖИСТКА (СПОРТСМЕНУ). Ты в этом уверен? (ИНСПЕКТОРУ.) Скажите, он имеет право ходить с битой?

ИНСПЕКТОР. С незарегистрированной – не знаю.

ЖЕНА. Инспектор, скажите прямо: что вас интересует?

ИНСПЕКТОР. Меня интересует: если у человека имеется «Мерседес» цвета мокрого асфальта с акустической системой, электромассажером, подсветкой пола и потолка – это дает ему право пересекать двойную сплошную?

МУЖ. Поставленный в общей форме, ваш вопрос…

ИНСПЕКТОР. Одну минуточку. А превышать скорость – это дает ему право?

ЖЕНА (БУБЕНЦОВУ). Ты так и не научился ездить по правилам.

ИНСПЕКТОР (БУБЕНЦОВУ). «Мерседес» цвета мокрого асфальта – ваш?

БУБЕНЦОВ. Мой.

ИНСПЕКТОР. С мини-баром, коньяком «Хенесси» и встроенным телевизором?

БУБЕНЦОВ. Мой.

ИНСПЕКТОР. Почему же вы пересекаете двойную сплошную?

МУЖ. Хороший вопрос.

ИНСПЕКТОР. Вот мой, например, пост находится на Приморском шоссе. Сложилось так, что я там стою. Так вот: по этой дороге ездят одни джипы. Джипы и лимузины. А на какие, спрашивается, средства они приобретены? Отвечаю: на ворованные. И получается, что воры жируют и ездят на джипах, а честные люди бедны и ходят пешком.

ЖЕНА. Что вы предлагаете? Отбирать джипы?

СПОРТСМЕН. Именно. Единственно возможное решение. Отбирать, блин, и раздавать бедным.

МУЖ. Прямо там, на Приморском шоссе.

ИНСПЕКТОР (принюхивается к МАССАЖИСТКЕ.) От вас пахнет французскими духами.

МАССАЖИСТКА. Я люблю французские духи.

ИНСПЕКТОР. Нюх мне подсказывает, что в момент нарушения вы сидели рядом с водителем. И пересекали двойную сплошную.

МАССАЖИСТКА. А куда мне было деваться?

ИНСПЕКТОР. Я могу лишить его водительских прав на два года.

ЖЕНА. Ну, так лишайте, черт побери!

ИНСПЕКТОР. А могу и не лишить.

МУЖ. Он говорит загадками.

ИНСПЕКТОР (БУБЕНЦОВУ). Нам нужно поговорить наедине.

БУБЕНЦОВ. Зачем?

ИНСПЕКТОР. Понимаете, у меня тоже есть машина. Не «Мерседес», конечно, – «Жигули», пятая модель. Прямо скажем – полулюкс. Течет бензиновый шланг, пятое-десятое…

СПОРТСМЕН. Для чего он нам все это вкручивает? Нет, реально?

ИНСПЕКТОР (повышая голос). Так вот: у меня тоже есть женщина. И пахнет от нее – бензином. Потому что она ездит в моей машине. (БУБЕНЦОВУ.) Я предлагаю вам пройти к служебному мотоциклу. Там мы можем спокойно поговорить.

ЖЕНА (БУБЕНЦОВУ). Иди, это твой шанс.

ИНСПЕКТОР. Вот именно. Ваш шанс. Взять опять-таки меня. С утра до вечера стою на перекрестке, дышу выхлопными газами. Вы хоть представляете себе, какая там экология?

ЖЕНА (БУБЕНЦОВУ). Хорошо подумай. Это единственное, что я могу тебе посоветовать.

ИНСПЕКТОР. Инспектора ДПС много болеют.

БУБЕНЦОВ. Я думаю. Думаю о том, что если одна и та же история повторяется дважды, то это о чем-то говорит. Первый раз все было настоящим потрясением. Драмой. А второй…

ЖЕНА. Второй – пародией. Конечно, повторения неслучайны. Это как рифма: одни слова являются эхом других.

МУЖ. И жизнь – как стихотворение. Очень, по-моему, красиво.

ИНСПЕКТОР. Взять, к примеру, жизнь инспектора ДПС. Какой, по-вашему, прогноз ее продолжительности? Она ничтожно мала. (БУБЕНЦОВУ.) Ну, так что – будем выходить?

БУБЕНЦОВ. Наверное, это и вправду неслучайно…

МАССАЖИСТКА. Что неслучайно?

БУБЕНЦОВ. Что вся эта гадость рифмуется именно со мной.

ИНСПЕКТОР. Я скоро умру…

СПОРТСМЕН (наливает и пьет). Если разобраться, жизнь – это… (Дует в свистульку.)

ИНСПЕКТОР. Но прежде я отниму у него права.

ИНСПЕКТОР решительно протягивает руку, и БУБЕНЦОВ отдает ему права.

ЖЕНА. Не нужны ему права. У него и обязанностей-то никогда не было.

ИНСПЕКТОР. Права нужны любому – чтобы ездить. Вот захотите вы, к примеру, вернуться на машине домой – и как же, спрашивается? (Прячет права в карман.) Может, все-таки договоримся?

БУБЕНЦОВ (ИНСПЕКТОРУ). А вы уверены, что нужно возвращаться? Разве человек похож на бумеранг?

ИНСПЕКТОР. Считаю, что все люди должны возвращаться. Потому что каждого кто-то ждет.

БУБЕНЦОВ. Представьте себе, меня никто не ждет.

ИНСПЕКТОР. Вы ставите меня в тупик. (Наливает себе виски и выпивает.) Перед людьми раскрываются такие возможности, а они их не используют. Ухожу, охвачен чувством тоски и глубокого сожаления.

Медленно уходит. В дверях оборачивается и хочет что-то сказать. Раздумав, выходит. Гулким хлопком звучит дверь.

ЖЕНА (БУБЕНЦОВУ). Сколько, значит, лет прошло со дня твоего исчезновения?

БУБЕНЦОВ. Три года.

ЖЕНА. Всего три. И этот инспектор тебя уже не узнал.

СПОРТСМЕН (БУБЕНЦОВУ). Ну, ты, знаешь, – настоящий мужик. Реально. Мог ведь уйти от нас. Выбрать, короче, жизнь. А сам – надо же! – остался. А сам выбрал… Это ведь не хухры-мухры, не пародия какая-нибудь. Реальный, блин, поступок… Уважаю.

МУЖ. Браво! Занавес. Аплодисменты. (Аплодирует.)

Занавес.

Content

Евгений Водолазкин
Пародист
(пьеса в двух действиях с прологом)

Действующие лица

Пролог

Действие первое

Действие второе