Штефан Швайгер

Сovid-19. 33 вопроса и ответа о коронавирусе

Coronavirus: 33 Fragen – 33 Antworten

© 2020 by Piper Verlag GmbH, München/Berlin

© 2020 by Stefan Schweiger

© Перевод. Оформление. Издание на русском языке. ООО «Попурри», 2020

К читателю

Когда вирус с огромной скоростью распространяется по всему миру, оставляя за собой десятки тысяч смертей и обрушивая системы здравоохранения, мировое сообщество переживает глобальный шок. Нам еще предстоит найти многие ответы. Какой риск можно считать допустимым для скорейшей разработки новой вакцины? Какие карантинные мероприятия способно выдержать либеральное общество? Какие меры помогут не допустить рецессии в экономике, которая будет иметь непредсказуемые последствия? В этой книге я постарался вскрыть подоплеку коронавирусного кризиса и обозначить его взаимосвязи для лучшего понимания происходящего.

Введение

Эта книга появилась в марте 2020 г. Когда были написаны ее первые строки, COVID-19 воспринимался большинством людей прежде всего как азиатская проблема. К 1 марта количество подтвержденных случаев заражения в Германии едва перевалило за сотню. Многие из нас поначалу недооценили этот вирус, и последующие события и репортажи о происходящем застали нас врасплох. Когда писались последние главы, количество зарегистрированных случаев заражения во всем мире подобралось к миллионной отметке. И эпицентром были уже не окрестности Уханя, а Нью-Йорк.

В потоке поступающих сообщений 33 ответа на насущные вопросы должны стать ориентиром, прояснить основополагающие моменты и обозначить взаимосвязи, чтобы лучше понимать, как нам быть в ходе беспрецедентного кризиса. Как всегда, в этом поможет обращение к истории медицины. Когда COVID-19 попадет в медицинские анналы, мы сможем там прочесть, насколько радикально он сумел за несколько недель изменить мир.

Во времена коронавируса многое представляется не таким, как обычно. Когда эта книга выйдет в свет, кое-какая информация, изложенная в ней, окажется уже не актуальной. И это хорошо. Пожалуй, еще никогда прежде научные изыскания не продвигались вперед так быстро, как в первые недели и месяцы пандемии. Так же быстро меняется и наша повседневная жизнь. Еще вчера запрет на выход из собственного дома и ограничение гражданских свобод казались немыслимыми, а сегодня это реальность, поскольку такие решения обусловлены колоссальной угрозой для здоровья, исходящей от вируса, размеры которого не превышают 140 нанометров. Нанометр – это, кстати, одна миллионная часть миллиметра.

Будучи журналистом, который специализируется в сфере здравоохранения, я нахожусь перед лицом этого кризиса в том же положении, что и каждый из вас, ощущая себя одновременно и профаном, и экспертом. Слишком многое из того, что раньше не подлежало сомнению и казалось само собой разумеющимся, перевернулось с ног на голову. Радует одно – вернулось доверие к научным знаниям. Но, как подсказывает опыт вирусологов, любое знание – вещь преходящая.

Слово «коронавирус» моментально стало понятием, отражающим чрезвычайную ситуацию не только в медицине, но и в экономике, политике, социальной и психической сферах. Моим важнейшим сейсмографом, позволяющим выявить самые животрепещущие вопросы, были в течение всех этих недель мои дорогие офисные сотрудницы. Спасибо им за это! Особую благодарность хотелось бы выразить Л. за понимание, любовь и уверенность в том, что ей не хотелось бы оказаться в вынужденном заточении ни с кем другим.

1. Простуда, грипп – или все же коронавирус?

Легкое першение в горле, небольшой сухой кашель, незначительная боль в голове и суставах. Симптомы, которые мы переживаем зимой во время простуды. А может быть, это все-таки новый вирус? Неуверенность и страх перед эпидемией, последствия которой трудно себе представить, могут доставлять больше неприятностей, чем сами симптомы, во всяком случае, для тех 80 % инфицированных новым вирусом, у кого заболевание протекает в легкой форме или вообще бессимптомно.

По данным Института Роберта Коха (ИРК), который является высшей инстанцией в Германии по вопросам инфекционных болезней, после заражения вирусом SARS-CoV-2 чаще всего появляются такие симптомы, как повышенная температура, сухой кашель и чувство сильной усталости. Значительно реже инфицированные жалуются на проблемы с дыханием, першение в горле, боли в голове и суставах, а также озноб. Лишь немногие страдают от тошноты и поноса, а до тяжелых проявлений в виде воспаления легких дело доходит почти исключительно у пожилых пациентов или лиц, уже страдающих другими заболеваниями.

Именно в эту группу риска попали первые две жертвы COVID-19 в Германии, о которых сообщили 9 марта 2020 г.: женщина 89-ти лет из Эссена, умершая от воспаления легких, и мужчина 78-ми лет из Хайнсберга, страдавший сахарным диабетом и сердечным заболеванием. Совершенно очевидная группа риска, понятные случаи, почти ничем не отличающиеся от того, что происходит при гриппе.

Его возбудителем, как и COVID-19, является вирус, только в первом случае это вирус гриппа, а во втором – коронавирус SARS-CoV-2. И в том, и в другом случаях мы имеем дело с заболеваниями дыхательных путей, которые могут протекать в самой разной форме. Однако при заражении новым коронавирусом у нас, как правило, отсутствует насморк, поскольку COVID-19 поражает прежде всего нижние дыхательные пути, если дело вообще доходит до жалоб. Это может послужить четким отличительным признаком. Кроме того, при гриппе симптомы обычно проявляются сразу. У гриппа короткий инкубационный период, и между заражением и появлением первых жалоб проходит чаще всего один-два дня. При COVID-19 этот период удлиняется до пяти-шести дней, а в некоторых случаях предположительно и до четырнадцати, или инфекция проходит вообще не замеченной.

Лечение также имеет ряд общих черт. Мы располагаем весьма ограниченным арсеналом медикаментов, воздействующих непосредственно на вирус. На передний план выходит облегчение конкретных симптомов, а в крайнем случае – поддержка пострадавших функций организма в клинических условиях, например, с помощью аппарата искусственной вентиляции легких (ИВЛ). В качестве превентивных мер федеральный министр здравоохранения Йенс Шпан советует «делать то же самое, что и при обычной простуде или гриппе», т. е. прикрывать рот и нос при чихании и кашле и соблюдать проверенные правила гигиены.

В то же время нельзя обойти стороной и важное отличие: иммунная система у всех нас не подготовлена к новому вирусу, поскольку он не был известен до сих пор. А против гриппа каждый год предлагается вакцина, хотя среди людей старше 60-ти лет лишь 35 % соглашаются на вакцинацию, что слишком мало. По данным ИРК, сравнимая по масштабу эпидемия гриппа 2017–2018 гг. унесла в Германии 25 100 человеческих жизней. По состоянию на начало апреля 2020 г., т. е. еще до окончания сезона гриппа 2019–2020 гг., ИРК зарегистрировал 183 531 случай заражения гриппом и 411 смертей от него. Что касается COVID-19, то число инфицированных к этому же моменту подошло к 100 тысячам, и болезнь унесла уже более 1400 жизней. Но дальнейшее сравнение здесь неуместно, поскольку пока слишком рано давать оценку свойствам нового возбудителя SARS-CoV-2.

Ученые, в частности, профессор Кристиан Дростен, глава Института вирусологии при университетской клинике «Шарите» в Берлине, вынуждены признать это, когда пытаются прогнозировать дальнейший ход эпидемии. Многие виды вирусов любят холодные температуры, а летом им значительно труднее размножаться. Волны гриппа заканчиваются, как по расписанию, когда поднимается температура воздуха. Относительно SARS-CoV-2 эксперты уже распрощались с надеждой, что распространение инфекции затормозится со сменой погоды. Тем важнее как можно раньше получить необходимые для лечения медикаменты и действенную вакцину. Еще более важно, чтобы каждый человек, особенно тот, кто входит в группу риска, предпринял все меры для защиты от инфекции.

Если кто-то на основании описанных симптомов опасается, что уже заразился коронавирусом нового типа, ему следует сразу хвататься за телефон, а не ехать к врачу. Риск инфицирования других людей, сидящих возле кабинета врача, может оказаться слишком большим. По телефону медицинской службы прежде всего выяснят, были ли у вас за прошедшие две недели контакты с инфицированными лицами и находились ли вы в странах, отнесенных к зонам риска. Если хотя бы на один из вопросов вы ответите утвердительно, для окончательной ясности будет проведен лабораторный тест. Врач возьмет мазок, посетив вас на дому, или пригласит к себе в часы, свободные от приема других пациентов. До получения результатов теста лица, находящиеся под подозрением на вирус, должны оставаться дома, чтобы не создавать угрозу заражения окружающих.

Таким образом, легкое першение в горле не должно становиться поводом для паники. Если каждый соблюдает осторожность, новому вирусу значительно труднее распространяться. «Потребуются усилия всего общества, – предупредил министр здравоохранения Йенс Шпан после первых смертей от коронавируса. – Мы рассчитываем на каждого гражданина и каждую гражданку».

Рекомендация. Большинство случаев заражения вирусом SARS-CoV-2 не приводит к серьезным последствиям. Если вы опасаетесь, что у вас COVID-19, сохраняйте спокойствие и постарайтесь защитить окружающих, избегая скопления людей и соблюдая простые правила гигиены.

2. Как передается новый вирус?

«Исходя из того, что нам известно…» По-видимому, большинство сведений о новом вирусе в первые недели и месяцы 2020 г. начиналось именно с этих слов. Неуверенность сквозила даже в высказываниях экспертов, т. к. подтвержденных научных данных о SARS-CoV-2 было еще слишком мало.

Каким образом вирус передается от человека к человеку, удалось установить достаточно быстро: преимущественно воздушно-капельным путем, как и в случае со многими другими заболеваниями, локализованными в области рта, носа, горла и легких. Вирусы прилипают к крошечным капелькам слюны, которые выбрасываются из дыхательных путей при кашле и чихании. Вместе с этими капельками они переносятся по воздуху и в худшем случае оседают на слизистой оболочке другого человека, который их вдохнул. Там они присоединяются к рецепторам клеток, проникают внутрь и перепрограммируют клетки так, что те начинают производить новые вирусы.

Обзорное исследование ученых из Рурского университета в Бохуме продемонстрировало, что коронавирусы при комнатной температуре живут на различных поверхностях четыре-пять дней, а в исключительных случаях до девяти, сохраняя инфицирующие свойства. Холод и высокая влажность воздуха повышают их шансы на выживание. Применимы ли эти данные и к коронавирусу типа SARS-CoV-2, пока еще не ясно. ИРК полагает, что контактное инфицирование, при котором возбудители болезней передаются, к примеру, через дверные ручки или выключатели света, играет для СOVID-19 лишь второстепенную роль. Еще один внушающий оптимизм факт заключается в том, что вирус, по всей вероятности, не передается через экскременты. Правда, наследственный материал вирусов обнаруживается в пробах кала, но он не может заразить клеточные пробы в лабораторных условиях.

Тем не менее, SARS-CoV-2 легче проникает в легкие, чем те вирусы, которые были причиной эпидемии атипичной пневмонии (SARS) в 2002–2003 гг. и поражали исключительно нижние дыхательные пути. Вирусы SARS-CoV-2, в отличие от них, активно размножаются уже в области, прилегающей к глотке. Отсюда им приходится преодолевать более близкий путь до нового хозяина, чем от легких к легким. Это намного упрощает распространение и делает новый коронавирус более заразным. Сколько дней после этого человек может инфицировать других, пока еще окончательно не выяснено. Вирусы, способные к размножению, обнаруживаются в слюне, покинувшей организм при кашле и чихании, вплоть до восьми дней после появления симптомов. Для получения более точных данных требуются дополнительные исследования.

В легких содержится значительно больше иммунных тканей, чем в горле, поэтому проявления заболевания в них обнаруживаются намного раньше. Пациенты с SARS достаточно рано обращались к врачам и их, соответственно, быстрее изолировали – еще до того, как вирус успевал сильно размножиться и накопиться в верхних дыхательных путях. При COVID-19 картина другая: симптомы типа сухого кашля, першения в горле или высокой температуры – появляются (если вообще появляются) в среднем через пять-шесть дней. Человек при этом уже несколько дней является распространителем заболевания, сам того не зная. Это устрашающий сценарий для тех, кто ставит перед собой задачу сдержать распространение инфекции.

Эту задачу можно решить лишь в том случае, если удастся снизить так называемое базовое репродуктивное число ниже 1,0. Это число показывает, сколько человек сможет заразить один инфицированный. Для вируса SARS-CoV-2 Институт Роберта Коха с самого начала установил этот показатель в пределах от 2,4 до 3,3. Для сравнения: у возбудителя кори он достигает 12–18. Таким образом, корь гораздо более заразна, чем COVID-19.

Самое эффективное средство защиты от инфекции SARS-CoV-2 в общем-то банально. Надо тщательно мыть руки с мылом. Это практически полностью дезактивирует коронавирус, причем порой даже эффективнее, чем дезинфицирующие средства, которые для обезвреживания возбудителя должны содержать не менее 62 % чистого спирта. Правда, для медицинского персонала дезинфицирующие средства незаменимы, поскольку спирт действует очень быстро и эффективно. Однако при постоянном применении он сушит кожу, отчего она трескается. В быту вода и мыло выполняют ту же функцию, но при этом бережнее относятся к коже и окружающей среде.

Рекомендация. Чтобы защитить себя и других от заражения SARS-CoV-2, соблюдайте те же правила гигиены, что и во время любого сезона гриппа. Кашляя или чихая, прикрывайте нос и рот локтевым сгибом руки, а не ладонью. Руки следует как можно чаще тщательно мыть с мылом. Старайтесь не касаться ими лица. Использованные бумажные носовые платки выбрасывайте в мусорные емкости с крышкой.

3. Насколько опасен новый вирус?

Как вообще измерить степень опасности возбудителя болезни? По числу смертей? Или по степени заразности, т. е. скорости распространения? Вероятно, это зависит от перспективы. В будущем у нас останется в памяти количество человеческих жизней, которые унесла разразившаяся в мире пандемия. Сейчас же, когда она только в самом разгаре и продолжает распространяться, для нас самым важным представляется вопрос, насколько заразен этот вирус.

Увидеть это проще всего на диаграмме, которая отражает число вновь заболевших в ходе эпидемии. Сначала кривая обычно имеет пологий вид и нарастает медленно, затем резко устремляется вверх, а потом переходит в горизонтальную линию и в конце концов сходит на нет. На языке математики это называется экспоненциальным развитием. То же самое происходит и с вирусом SARS-CoV-2. Когда инфицированный человек передает вирус более чем одному другому человеку, а те, в свою очередь, также заражают по несколько человек, количество зараженных возрастает не линейно, а в какой-то момент устремляется почти вертикально вверх.

Поначалу, когда линия на диаграмме еще пологая, грядущая опасность, как правило, недооценивается. В случае с новым коронавирусом понадобилось не так уж много времени, чтобы сначала вирусологи, а затем и федеральный канцлер Ангела Меркель пришли к выводу, что будут инфицированы до 70 % жителей Германии. Вопрос лишь в том, насколько быстро это произойдет.

Когда новый вирус пришел в Европу и цепочки заражений на севере Италии уже стало невозможно отследить полностью, риторика вирусологов и политиков изменилась. Речь уже шла не о том, как остановить вирус. Теперь планы были куда более скромными, и заключались они в замедлении его распространения хотя бы до того момента, пока спадет текущая волна гриппа и в больницах вновь появятся свободные койки для тех, кто нуждается в срочной помощи. Таковы были теперь менее оптимистичные, но более реалистичные ожидания.

Если сравнить новый коронавирус со значительно более заразными возбудителями кори или лихорадки Эбола, то SARS-CoV-2 ведет себя, можно сказать, вяло и неповоротливо. Но если сравнивать с гриппом, то его контагиозность (инфицирующая способность) весьма высока. К тому моменту, когда эпидемия коронавируса перекинулась на Европу, каждый инфицированный заражал в среднем, как предполагается, от 2,4 до 3,3 других людей. Для экспоненциального роста инфекции этого достаточно. Однако специалисты воздерживаются от подобных прогнозов, поскольку никто не знает скрытых данных о распространении вируса. Если у значительной части инфицированных людей не наблюдается симптомов, то они становятся переносчиками болезни, сами не догадываясь об этом. Их не учитывает никакая статистика, а их следы проявляются уже значительно позже – в статистике умерших.

Поэтому правильнее было бы спрашивать не о том, насколько опасен этот вирус в целом, а о том, для кого он представляет самую серьезную угрозу. Во время эпидемии атипичной пневмонии в 2002–2003 гг. умерло почти 11 % от числа заразившихся. Анализ первых 72 314 смертельных случаев от COVID-19 в Китае, который был опубликован в медицинском журнале JAMA в феврале 2020 г., демонстрировал схожий процент смертности от нового коронавируса для возрастной группы от 70 до 79 лет – но только для нее. Если брать тех, кому за 80 лет, то здесь смертность составляла почти 15 %, а у тех, кто моложе, она была значительно ниже. Насколько эти данные могут быть применимы к Европе, пока неясно. Уровень медицинского обслуживания, характер карантинных мероприятий и точность представленных данных слишком отличаются друг от друга. Эксперты считают, что для Европы смертность от коронавируса составит около 0,7 %. Это значит, что из каждой тысячи зараженных умрут 7 человек. Для сравнения: при гриппе этот показатель составляет от 0,1 до 0,2 %. Казалось бы, это невысокие цифры. Однако, по данным ИРК, сравнимая по интенсивности эпидемия гриппа 2017–2018 гг. унесла в одной только Германии более 25 тысяч жизней.

Как и при гриппе, вероятность тяжелого течения болезни или смерти от нового коронавируса увеличивается с возрастом. В группу повышенного риска входят также люди с ослабленной иммунной системой, например, восстанавливающиеся после перенесенного гриппа, страдающие от СПИДа, подвергавшиеся химиотерапии и облучению в ходе лечения от рака. Это же касается и людей, перенесших пересадку органов и принимающих иммунодепрессанты, которые предотвращают отторжение имплантатов.

Как ни странно, пол пациентов также имеет немалое значение. Смертность от коронавируса у мужчин выше, чем у женщин. Возможно, это объясняется тем, что мужчины в среднем чаще курят и имеют сопутствующие болезни типа диабета, гипертонии или хронических заболеваний дыхательных путей. Все эти факторы повышают риск тяжелого течения COVID-19.

Перспективы для детей выглядят намного лучше. Первые анализы показывают, что хотя дети заражаются вирусом SARS-CoV-2 не реже, чем взрослые, но болезнь у них практически никак не проявляется или, по крайней мере, протекает в легкой форме. Похоже, их иммунная система лучше справляется с возбудителем. Беременным, по данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), также не стоит опасаться инфекции больше, чем другим людям, принадлежащим к той же возрастной группе.

Те, кто не видят для себя в вирусе большой угрозы, имеют обыкновение занижать степень риска. Возможно, именно это ложное ощущение безопасности и делает новый коронавирус таким разрушительным. Скрытую угрозу представляют собой люди, которые, сами того не зная, являются носителями вируса. Кое-кому кажутся излишними меры по отмене общественных мероприятий, ярмарок, спортивных состязаний, закрытие детских садов, школ и всех культурных учреждений. Однако пожилые и больные люди, для которых COVID-19 представляет реальную угрозу, нуждаются в защите со стороны общества и системы здравоохранения.

Если кривая инфицирования на диаграмме не слишком круто уходит вверх, появляется возможность прервать цепь заражений. Но полумерами этого не добиться. Урок продиктован всей историей медицины. Сегодня мы пишем ее новую главу, и еще никто не знает, чем она закончится.

Рекомендация. Если в вашем окружении есть пожилые или больные люди, которые входят в группу риска, соблюдайте особую осторожность. Вероятность того, что инфекция примет у них тяжелый характер, очень высока.

4. Почему вирусы так себя ведут?

Сразу оговорюсь: «ведут себя» – это абсолютно неправильное выражение. Оно предполагает, что у вирусов есть воля и сознание. Но для этого они слишком просто устроены. Они состоят всего лишь из белковой оболочки, в которой содержится наследственная информация. У маленьких вирусов она может состоять всего из четырех генов, у более сложных – из нескольких сотен. О мозге или разуме здесь не может быть и речи.

Биологи вообще оспаривают даже их принадлежность к живым существам, т. к. для этого вирусы, строго говоря, должны обладать способностью самостоятельно выживать и размножаться. Обе эти задачи они полностью проваливают. В отличие от бактерий, у вирусов нет собственного обмена веществ. Чтобы размножаться, им требуются клетки других живых организмов. Таким организмом-хозяином могут быть бактерии, растения, животные или человек.

Речь здесь не идет о «гостеприимстве» или «партнерстве». В сильно упрощенном виде можно говорить о вражеском захвате. Как бы подбирая ключ к замку, вирус присоединяется к рецепторам на оболочке клетки-хозяина. Через крошечное отверстие в мембране клетки захватчик впрыскивает свой генетический материал внутрь, превращая таким образом клетку в машину для размножения собственного потомства. В соответствии с его генетическим планом, клетка успевает произвести тысячи новых вирусов, прежде чем ее оболочка лопается и потомство выходит на волю. Очень эффективная стратегия размножения.

Дальнейшая программа предусматривает, что вирусы должны найти путь к новым клеткам. Этот этап также не идет на пользу организму-хозяину. Вирусы вызывают в нем болезнь. Они либо напрямую разрушают клетки, либо подвергают зараженные клетки атакам иммунных систем самого организма. Что это: разрушение ради разрушения?

Вовсе нет. Наносимый организму-хозяину вред является всего лишь частью стратегии размножения вируса, которая подчиняется хитрому эволюционному плану. Если масштаб разрушения клеток становится слишком обширным, то, в соответствии с современными биологическими теориями, организм реагирует на это воспалением, и симптомы заболевания становятся заметными. Когда человек в результате простуды кашляет или чихает, вирусы распространяются в окружающей среде в облаке капелек слюны. При желудочно-кишечной инфекции события развиваются схожим образом: вирусы распространяются через экскременты и особенно эффективно – через рвотные массы.

Не каждый вторгшийся захватчик стремится к разрушениям. Большинство возбудителей болезней, с которыми человек сталкивается на протяжении жизни, остаются незамеченными, но вот заражение бешенством почти всегда заканчивается смертью. И ведь причинение такого максимального вреда, по сути, не имеет никакого смысла. Мертвый хозяин лишает возбудителя возможности распространяться. Очевидно, что самая многообещающая стратегия заключается в нахождении баланса между вредом и сохранением жизни. Поиски равновесия идут постепенно, и это одна из причин, почему многие вирусы, лишь недавно нашедшие путь от организма животного к человеку, поначалу ведут себя очень агрессивно. Это, по всей видимости, относится и к SARS-CoV-2.

Далее следует процесс приспособления, которым вирусы владеют в совершенстве. Они непрерывно меняют свою ДНК. Мутации носят случайный характер. Это часть эволюционной игры, в которой вирусы приспосабливаются к окружению и ждут лишь того, чтобы успешно размножиться в новом, наиболее подходящем организме-хозяине, а в процессе ожидания могут потихоньку размножаться в каком-нибудь промежуточном организме, не причиняя ему никакого вреда. Таким промежуточным хозяином на пути к человеку часто становятся летучие мыши.

Переход вируса от другого млекопитающего к человеку биологи называют зоонозом. Вирус SARS-CoV-2 стал далеко не первым, кто проделал этот путь. До него были Ближневосточный респираторный синдром (MERS) и лихорадка Эбола. Распространявшаяся только среди животных инфекция внезапно становилась опасной и для человека.

Семейство коронавирусов известно уже с 1960-х гг. Заражение ими вызывало достаточно безобидные симптомы простуды, с которыми все успели свыкнуться. Так продолжалось до тех пор, пока в 2002 г. не появился новый тип коронавируса, вызвавший пандемию атипичной пневмонии, которая унесла более 800 жизней. Примерно столько же жертв потребовала спустя десять лет эпидемия MERS. Поскольку вирусы обладают большой изменчивостью, медицина не может исключить появление новых эпидемий. Так происходит, в частности, каждый год с гриппом. Его быстро мутирующие вирусы каждый раз вызывают эпидемии различной интенсивности и требуют создания новой вакцины для каждого сезона.

Ученые пока еще не разобрались во всех деталях программы размножения вирусов. Но даже когда мы поймем этот механизм, вирусы, обладающие особо высокой приспособляемостью, все равно будут на один шаг обгонять и иммунную систему организма-хозяина, и ученых.

Рекомендация. Наряду с соблюдением правил гигиены, эффективным средством защиты от вирусов и бактерий является вакцинация. Посещая в очередной раз врача, загляните в свою карту прививок и проверьте, не пора ли обновить вакцинацию от пневмококков, кори или гепатита.

5. Кто выдумывает названия типа SARS-CoV-2 и COVID-19?

Имена порой могут случайным образом совпадать. Такая схожесть не пошла на пользу мексиканской пивной марке Corona Extra, принадлежащей концерну AB InBev. Ее продажи упали в первом квартале 2020 г. на 10 %. В то же время в поисковой системе Google появилась масса запросов относительно «пивного вируса». Но на самом деле ячменный напиток и вирус не имеют абсолютно ничего общего – кроме названия.

Слово «корона» имеет латинское происхождение. Когда мы видим его на пивной бутылке, оно символизирует в данном случае испанскую монаршую фамилию. Если же речь идет о вирусе, то лишь под микроскопом можно разглядеть усеивающие его оболочки выступы в виде конусов длиной около 20 нанометров, которые напоминают корону.

Этот вид вирусов известен с 1960-х гг. Подвид, которые вызывает легочное заболевание COVID-19, получил официальное название SARS-CoV-2 11 февраля 2020 г. Автором имени стал Международный комитет по таксономии вирусов (ICTV), в который входят известные вирусологи. Этот комитет собирается каждый раз, когда возникает необходимость дать подходящее название вновь открытому вирусу. Если брать конкретный случай с SARS-CoV-2, то SARS означает принадлежность к тому же виду вирусов, который вызвал пандемию атипичной пневмонии 2002–2003 гг. Аббревиатура SARS означает Severe Acute Respiratory Syndrome – тяжелый острый респираторный синдром. CoV означает семейство коронавирусов, а число 2 позволяет отличить этот возбудитель от предыдущего.

В тот же день Всемирная организация здравоохранения определилась с названием легочного заболевания, вызываемого новым вирусом – COVID-19. CO означает сorona, VI – virus, D – disease (англ. «болезнь»), а число 19 – год, когда это заболевание было впервые обнаружено.

Название не говорит о чересчур большой выдумке, но ВОЗ и не ставит перед собой такой задачи, во всяком случае, начиная с 2015 г. Этой организации пришлось признать, что неудачно выбранное название может бросить тень на репутацию людей и животных. Возбудитель свиного гриппа, свирепствовавший в 2009–2010 гг., действительно имел в себе фрагменты вируса из организма свиньи, но он передавался от человека к человеку. Свиньи в инфекционной цепочке не участвовали. И все же некоторые страны запретили импорт свинины. Миллионы животных были пущены на убой – и, как мы сегодня видим, совершенно напрасно.

Если заглянуть назад в прошлое, можно увидеть, что название заболевания может даже разжигать межнациональную рознь. В свое время сифилис в Германии называли «французской болезнью». Там, в свою очередь, это заболевание называли «неаполитанской напастью», или «польской болезнью». В Польше же бытовало название «немецкая болезнь», источник которой следовало искать западнее Одера. Сегодня всем известно, что вирусы и бактерии невозможно удержать в рамках национальных границ (а то, что сифилис вновь поднял голову во всем мире, – это уже другая история).

И все-таки ВОЗ в 2012 г. допустила в очередной раз ту же самую ошибку, когда назвала заболевание (также вызванное коронавирусом) Ближневосточным респираторным синдромом, ограничив область его распространения только Ближним Востоком. Оно впервые было зарегистрировано в апреле 2012 г. в Саудовской Аравии. Многие до сих пор считают это название дискриминационным, поскольку будучи один раз озвученным, оно уже не так скоро исчезнет из употребления.

Но сегодня ВОЗ подходит к этому вопросу очень осмотрительно. Разработаны специальные правила, в соответствии с которыми наименования заболеваний отныне не должны быть напрямую привязаны к каким-то местностям, этническим или религиозным группам и названиям животных. Кроме того, под запретом оказались такие прилагательные, как «смертельный» или «неизвестный», чтобы не раздувать ненужные страхи. Даже такое инфекционное заболевание, как лихорадка Эбола, в будущем не будет называться именем реки в Конго.

Перечень МКБ-11 (Международная классификация болезней), который ВОЗ должна вскоре выпустить и где приведены все известные на сегодняшний день заболевания, будет содержать 55 тысяч кодов различных болезней, травм и причин смерти. Понятно, что при таком количестве нелегко находить новые названия, которые будут точно отражать суть заболевания. Придумав название COVID-19, Всемирная организация здравоохранения точно не заслужила приз за креативность. Но она никого и не обидела, если не считать пивоваров.

Рекомендация. Если вы хотите быть предельно точным в высказываниях, употребляйте термин «коронавирус нового типа». Существуют различные коронавирусы, и SARS-CoV-2 – лишь один из них.

6. Кто такой «нулевой пациент»?

Лишь немногие могут похвастаться тем, что бывали на китайских базарах диких животных. Но общее представление о том, что там происходит, имеют в последнее время очень многие. Именно здесь, в миллионном китайском городе Ухань, на базаре, где торгуют рыбой и дикими животными, предположительно произошла одна из тех случайностей, которые свойственны природе: один из вирусов мутировал и распространился. Оказалось, он опасен для здоровья людей.

Так гласит самая правдоподобная на сегодняшний день гипотеза, объясняющая, почему в декабре 2019 г. в китайской провинции Хубей участились случаи неизвестной до сих пор формы воспаления легких. Вскоре выяснилось, как мало времени понадобилось новому вирусу после первого инфицированного человека на базаре в Ухане, чтобы распространиться по всему миру в условиях глобализации.

Как и во всех случаях возникновения опасных инфекционных заболеваний, настало время для кропотливой детективной работы. Медики принялись за поиски нулевого пациента (он же «пациент зеро», или «индексный пациент»), то есть человека, с которого началась эпидемия. В идеальном случае это позволяет сделать определенные выводы о поведении вируса и о том, при каких условиях он будет в дальнейшем переходить от одного хозяина к другому. Это позволяет также вычислить людей из ближайшего окружения инфицированного, которых необходимо немедленно изолировать. Поиски нулевого пациента играют в медицине чрезвычайно важную роль, будь то в Китае, Северной Италии или Баварии.

Вот вам пример: первым местом, в котором коронавирус был впервые обнаружен в Германии, стала штаб-квартира компании Webasto в Штарнберге, производящей автомобильное оборудование. Одна специалистка, прибывшая по делам из Китая, проводила там семинар. Ей нездоровилось, но больной она себя не считала. Когда она вернулась в Китай, тест показал наличие у нее SARS-CoV-2. Сама того не зная, она стала нулевой пациенткой в системе германского здравоохранения. Поскольку детективная работа была проведена быстро, этот первый так называемый инфекционный кластер – локальное скопление инфицированных – был взят под контроль местным органом здравоохранения. Все контактные лица были выявлены и отправлены на карантин. Фирма была закрыта на две недели, и вирус в округе Штарнберг был на время остановлен.

Менее успешно проходили поиски следов в округе Хайнсберг в земле Северный Рейн-Вестфалия, неподалеку от границы Нидерландов, где у супружеской пары были обнаружены типичные симптомы COVID-19. При выяснении обстоятельств, откуда пошло заражение, след потерялся на заседании местного оргкомитета по подготовке к карнавалу. Полностью реконструировать события так и не удалось. Вскоре весь округ был объявлен первой в стране «зоной особого риска».

Когда отдельные звенья инфекционной цепочки утеряны и заболевание преодолевает эпидемический порог и начинает распространяться бесконтрольно, нулевой пациент уже не так сильно интересует ученых и представителей власти.

Параллельно с болезнью распространяется и еще одна опасность – осуждение и навешивание ярлыков со стороны общества на нулевого пациента. «Источник заразы» – это, пожалуй, самое «мягкое» обвинение, которое можно почитать в соцсетях в адрес людей, у которых тест на коронавирус дал положительный результат.

Название компании Webasto в связи с коронавирусом всплыло еще раз в марте. К тому моменту на севере Италии уже вовсю бушевала пандемия. Итальянские ученые получили генетические образцы из Мюнхена и сравнили их с теми, что были выделены в районе Милана. Было установлено их большое сходство. Вскоре последовали и обвинения, что «германско-китайский вирус» уже в январе был завезен на север Италии сотрудниками Webasto, ездившими туда в командировку. Окончательного научного подтверждения эта гипотеза пока не нашла. Намного вероятнее, что SARS-CoV-2 попал в Европу несколькими путями. Но в то время, когда европейские государства закрывают границы и отгораживаются друг от друга, эта история пришлась как нельзя кстати. Упреки в чей-то адрес создают чувство некоторой уверенности в тот период, когда из-за болезни вокруг царит обстановка неопределенности.

То, что поиски нулевого пациента могут действительно помочь остановить эпидемию, доказывает пример кухарки Мэри Маллон, которая приобрела известность как Тифозная Мэри. После 1900 г. по всему Нью-Йорку прокатилась волна инфекционных заболеваний. Врачи, проявив незаурядную смекалку, в конечном счете вычислили Маллон как «главную распространительницу». У нее самой не было никаких признаков тифа, и она ничего не знала о своей инфекции. Тем не менее, ей удалось заразить 53 человека. Внимание привлек тот факт, что все случаи заражения были в зажиточных семьях. Общим для всех оказалось то, что Тифозная Мэри в разное время работала у них кухаркой.

Однако в истории медицины есть и случаи, когда обвинения человека в распространении болезни могут стать фактором разжигания национальной розни и гомофобии. Особенно если эти нападки ошибочны, как было в случае с Гаэтаном Дюга. Бортпроводник одной из канадских авиакомпаний на протяжении десятилетий считался человеком, занесшим ВИЧ-инфекцию в Калифорнию и ставшим виновником заражения множества людей в своем окружении. То, что вирус оказался в США уже в 1970 г. и Дюга не мог иметь к этому ни малейшего отношения, удалось установить лишь в 2016 г. Ученые исследовали образец крови сорокалетней давности и пришли к выводу, что ВИЧ был занесен в Нью-Йорк из Карибского бассейна. Дюга, ставший жертвой ложного мифа, не дожил до своей реабилитации. В 1984 г. он умер от последствий СПИДа.

То, что сам по себе термин «нулевой пациент» неправилен, вытекает из дела Гаэтана Дюга. Один из органов здравоохранения США обозначил его в документах как «пациента О57», поскольку речь шла о 57-м случае заболевания в Калифорнии. Буква О означала Оutside of California, т. е. «не являющийся жителем Калифорнии». По ошибке эту букву впоследствии приняли за ноль, и пациент О57 превратился в «нулевого пациента». Таким образом, в названии этой главы речь должна идти о «пациенте № 1»…

Рекомендация. Помните, что никто не заражает себя нарочно. Любые обвинения здесь не уместны, особенно если человек придерживается общепринятых правил гигиены и соблюдает требования карантина.

7. Насколько хватает иммунитета против SARS-CoV-2?

Я не знаю, гордятся ли макаки-резусы своим вкладом в медицину, но наука им, во всяком случае, многим обязана. В 1940 г. у резусов был обнаружен названный их именем резус-фактор, что позволило точнее определять группы крови и избегать ошибок при переливании. А в 1959 г. две самки резусов Эйбл и Мисс Бейкер стали первыми животными, которые пережили суборбитальный полет в космос и доставили на Землю важные сведения о том, как организм реагирует на невесомость.

Иммунная система этих макак похожа на иммунную систему человека. В начале 2020 г. четыре обезьяны стали первыми животными, которых в лабораторных условиях в испытательных целях заразили коронавирусом нового типа. У всех четверых отмечались типичные для COVID-19 симптомы, в том числе развилось воспаление легких. Вирусы были обнаружены в носу, горле, легких и кишечнике. Спустя четыре недели их иммунная система вторично была подвергнута воздействию высокой дозы SARS-CoV-2. Но на этот раз у обезьян не было ни симптомов, ни следов вируса в организме. Приматы выработали антитела и оказались защищены против повторной инфекции.

Все стратегии, направленные на предотвращение распространения коронавируса, строятся на том, что люди после инфекции также приобретут иммунитет, во всяком случае, на такой срок, в течение которого будет найдена действенная вакцина. Надежда чуть было не пошатнулась, когда из Японии и Китая поступили известия о случаях повторного заражения. Правда, это оказалось ложной тревогой. Вероятно, остатки ДНК вирусов некоторое время еще могут быть обнаружены в организме после излечения, хотя человек уже не заразен и у него нет никаких симптомов заболевания.

Что касается вирусов SARS – родственного типа коронавируса – то известно, что иммунитет на них, хоть и не пожизненный, сохраняется от трех до пяти лет. Ученые со сдержанным оптимизмом говорят, что и иммунитет на SARS-CoV-2 может продержаться хотя бы до следующего сезона. Для более точных прогнозов потребуется дополнительное время, т. к. новый коронавирус адаптируется к людям.

Днем и ночью, летом и зимой различные возбудители болезней – вирусы, бактерии, грибки – пытаются проникнуть в человеческий организм. Подавляющему большинству из них не удается преодолеть хитроумно выстроенную линию обороны нашей иммунной системы. Различные типы иммунных клеток постоянно патрулируют, чтобы своевременно распознать агрессоров и уничтожить их. При этом они пользуются самыми разнообразными стратегиями. Одни иммунные клетки вырабатывают вещества, причиняющие вред возбудителям, другие непосредственно атакуют и пожирают их. Иногда незваных гостей маркируют, чтобы облегчить другим специализированным защитным клеткам их поиск.

Однако иммунной системе еще предстоит многому научиться и понять, какая из защитных стратегий окажется успешнее других против того или иного типа возбудителя. При первом контакте – как это происходит в случае с текущей пандемией – неизвестный вирус имеет преимущество перед ней. Но как только иммунная система однажды разберется с пришельцем, она откладывает соответствующую информацию, образно говоря, в «память» иммунной системы. При следующем контакте она уже может прибегнуть к зарекомендовавшим себя методам защиты.

На этом принципе основываются все прививки. В организм с помощью шприца вводятся ослабленные возбудители или его мертвые составные части. С помощью такой «облегченной» инфекции осуществляется подготовка иммунной системы на будущее, чтобы она научилась вырабатывать подходящие антитела и необходимые защитные клетки.

Возбудитель заболевания сможет обойти этот барьер лишь в том случае, если изменится настолько сильно, что иммунная система не распознает его. Самые большие мастера в области приспособляемости – это вирусы. Они мутируют, внося изменения в свой наследственный материал. В результате против вирусов гриппа каждый сезон надо готовить новую вакцину.

Трудно сказать, насколько изменчивым окажется новый коронавирус. Но если в крови имеются соответствующие антитела, это говорит о том, что в прошлом организм был им инфицирован. Тест на антитела к новому вирусу пока еще весьма неточен. По мере его совершенствования можно будет наконец определить, сколько же человек, не учтенных на сегодняшний день ни в какой статистике, на самом деле заразились SARS-CoV-2. Чем отчетливее вирус покажет свое лицо, тем больше надежд будет у макак-резусов, что их не используют в очередной раз в подопытных целях.

Рекомендация. Вы можете повысить свои защитные силы, если будете включать в рацион сбалансированное количество натуральных витаминов, как можно больше находиться на свежем воздухе и спать достаточное количество времени. Биологически активные пищевые добавки нужны вам лишь в том случае, если у вас действительно наблюдается дефицит определенных веществ в организме.

8. Какую пользу приносят медицинские маски на самом деле?

В кризисные времена в экономике происходят порой очень странные вещи: в то время как биржевые курсы в ходе пандемии рухнули, за защитные маски запрашивали фантастические суммы. Аптеки не справлялись с возросшим спросом. Со складов больниц крали неприкосновенные запасы. Маски словно ветром вымело с рынка. Так продолжалось до тех пор, пока федеральное правительство в начале марта 2020 г. запретило экспорт медицинского защитного снаряжения, а также заказало десять миллионов масок и распределило их по стране.

Медицинская маска стала во время пандемии коронавируса символом безопасности, которой, возможно, и не существует. До сих пор нет научных доказательств, что простая маска, продаваемая в аптеках, способна защитить от инфицирования коронавирусом. Во всяком случае, эксперты в этом сомневаются. Материал, из которого она сделана, слишком груб, чтобы задерживать мельчайшие частицы, на которых может удерживаться вирус.

Возбудитель передается от человека к человеку контактным или воздушно-капельным путем, т. е. при рукопожатии, кашле и чихании. Вирусы находятся на капельках слюны, переносящихся по воздуху и в худшем случае оседающих в дыхательных путях другого человека. Именно от этого, как уверяют, и должна защищать маска. Единственным барьером, который способен предотвратить распространение капелек слюны в окружающем пространстве, является маска, находящаяся на инфицированном человеке.

Что же касается здорового человека, то маска на нем выполняет одну-единственную, хотя и немаловажную побочную функцию: она не дает прикасаться пальцами к лицу. Так что в данном случае маска защищает скорее от контактного распространения вируса, чем от воздушно-капельного.

ВОЗ пошла еще дальше. Она предостерегает от «ложного чувства безопасности» при ношении маски, заставляющего людей пренебрегать прочими защитными мерами – чихать в локтевой сгиб, а не в ладонь, выбрасывать использованные бумажные носовые платки в мусорную емкость с крышкой, держать дистанцию с кашляющими и чихающими людьми и регулярно тщательно мыть руки с мылом. Эти меры должны быть само собой разумеющимися и в период любого сезонного гриппа.

Кстати, идеальной питательной средой для инфекции, передающейся контактным путем, является смартфон. Пока еще не до конца выяснено, как долго вирусы типа SARS-CoV-2 могут жить на разных поверхностях, но согласно последним данным, этот срок может составлять до трех дней. Поэтому никогда не лишним будет протереть дисплей. Разумеется, это будет полезно и при отсутствии эпидемии.

И все же защитные маски могут быть полезны прежде всего для врачей и медицинского персонала. Специальные респираторы, не пропускающие мелкие частицы, подразделяются на три класса защиты по стандарту FFP. Чем выше класс, тем надежнее защита, но все они эффективнее, чем обычные тканевые маски, продающиеся в аптеках, поскольку снабжены специальными фильтрами и клапанами. Например, респиратор класса FFP3 задерживает не менее 99 % всех содержащихся в воздухе частиц размером от 0,6 микрометра. Его недостаток в том, что он очень неудобен и о его постоянном ношении не может быть и речи.

Подводя итог, можно сказать, что обычная тканевая маска мало чем может помочь против нового коронавируса, в отличие от обычных правил гигиены. Кстати, им следует и королева Англии: впервые за 68 лет пребывания на троне она в последнее время пожимает людям руки в перчатках.

Рекомендация. Защитные маски не эффективны против вирусов. Лучше не забывать о правилах гигиены: мойте руки, старайтесь не прикасаться руками к лицу, чихая, прикрывайтесь локтевым сгибом и держите дистанцию от чихающих и кашляющих людей.

9. Насколько надежны тесты на SARS-CoV-2?

26 января 2020 г. в Берлине объявился первый подозрительный случай: прибывшая из Китая женщина пришла к врачу с жалобой на затрудненное дыхание. Тут же заработала медицинская машина. Уже спустя несколько часов вирусологи клиники «Шарите» дали отбой тревоги. Они исследовали анализы женщины и не нашли в них следов наследственного материала нового вируса. Новостные агентства сообщили о результате очень сухо и коротко, и эта новость почти затерялась среди других на фоне происходящих в Китае событий.

А между тем тот факт, что тест на коронавирус был готов уже через такое короткое время, должен был стать медицинской сенсацией, или, по крайней мере, доказательством колоссального прогресса науки, достигнутого после 2003 г. В тот год профессору Кристиану Дростену, возглавляющему сегодня вирусологическую службу «Шарите», удалось вместе с самыми уважаемыми вирусологами мира расшифровать геном вируса, вызвавшего эпидемию атипичной пневмонии. Произошло это спустя два месяца после пика пандемии. Столько времени понадобилось, чтобы полностью расшифровать геном.

В случае с SARS-CoV-2 китайские ученые справились с этим в январе 2020 г., уже через несколько дней. Они выложили в интернет полную последовательность генов. Первая из нескольких сотен строчка генетического когда выглядела так: ATTAAAGGTT TATACCTTCC CAGGTAACAA ACCAACCAAC TTTCGATCTC TTGTAGATCT. На этой основе Кристиану Дростену вместе с командой из Немецкого центра инфекционных исследований в Берлине удалось через несколько дней разработать надежный тест, определяющий наличие нового типа вируса. Протокол теста он опубликовал в интернете для ознакомления всего мира.

Чтобы установить наличие вируса, врач берет мазок из горла и носа. Подходит и образец мокроты, выделяемой при кашле. Проба, доставленная в лабораторию, помещается в аппарат полимеразной цепной реакции (ПЦР). В 1993 г. создатель этого метода был удостоен Нобелевской премии, сегодня ПЦР является стандартной процедурой лабораторной диагностики. С его помощью выявляются малейшие следы ДНК вирусов или бактерий. Этот метод также хорошо зарекомендовал себя в судебно-медицинских исследованиях и как тест на определение отцовства.

Проба целенаправленно подогревается и охлаждается до определенных температур для запуска биохимических цепных реакций. За счет этого в миллионы раз увеличивается количество следов искомого генетического материала. При положительном результате теста он автоматически повторяется с другими образцами генома вируса, чтобы добиться полной уверенности. Даже малейшие следы ДНК возбудителя дают надежный результат, точность которого составляет свыше 99 %.

В то же время отрицательный результат не может полностью исключить инфицирование. Если у лабораторной пробы недостаточно высокое качество из-за слишком долгой транспортировки или несоблюдения температурного режима, то отрицательный результат может оказаться ложным. Поэтому очень важно, чтобы по пути в лабораторию не было никаких неожиданностей. Подозрительные пробы на коронавирусную инфекцию нельзя просто опустить в почтовый ящик. В целях безопасности они должны быть маркированы как «Биологический материал категории Б» и доставляться курьерской службой с предварительным уведомлением лаборатории. Упаковка пробы состоит из трех компонентов: сосуда с самой пробой, защитного сосуда и внешнего упаковочного слоя с указанием номера телефона ответственного лица. Для получения результата придется подождать около 4–5 часов.

Если поначалу пробы со всей Германии доставлялись в берлинскую клинику «Шарите», то сегодня тесты на коронавирус нового типа выполняют более 200 лабораторий и несколько медицинских учреждений. Поскольку процесс происходит полностью автоматически, в день могут обрабатываться сотни проб. По состоянию на конец марта за неделю в Германии делается более 350 тысяч тестов. И все же мощностей периодически не хватает. Озабоченным людям приходится порой ждать целый день, чтобы сдать мазок или получить по телефону радостное известие, что результат оказался отрицательным.

Поэтому очень важно охватить тестированием только тех, у кого имеется обоснованное подозрение. Начиная с 28 февраля 2020 г. определение обоснованности теста возложено на лечащих врачей. Только тест, сданный по назначению врача, оплачивается медицинской страховкой. В этом случае стоимость составляет 59 евро. Тем, кто хочет сделать платный тест, могут начисляться разные суммы, но, как правило, не менее 200 евро.

Процедура тестирования в Германии подробно описана в Национальном плане при пандемиях. В соответствии с ним пробы берет либо врач, навещающий пациента на дому, либо пациент приезжает для их сдачи сам по предварительной договоренности с врачом в неприемное время. Он может сделать это также в клинике. При этом он не должен пользоваться общественным транспортом и не приходить к врачу в то время, когда тот ведет плановый прием. В этом случае слишком велик риск заражения окружающих.

При положительном результате теста врач и лаборатория обязаны в течение 24 часов уведомить об этом соответствующий орган здравоохранения и немедленно изолировать пациента.

Рекомендация. Тест на SARS-CoV-2 очень надежен. Его проведение в случае обоснованного подозрения оплачивает медицинская страховка. При обнаружении у себя симптомов (например, першения в горле, сухого кашля, озноба или жара) обращайтесь на горячую линию по номеру 116 117. Можно также позвонить на открытую линию Федерального министерства здравоохранения по номеру 030 / 346 465 100.

Дополнительную информацию вы найдете по адресу: https://www.bundesgesundheitsministerium.de/coronavirus.html

10. Как защищается медицинский персонал, чтобы не стать разносчиками инфекции?

На бумаге все выглядит очень просто: врачи и медперсонал, вступившие в непосредственный контакт с пациентом, который имеет положительный результат теста на коронавирус, обязаны в течение двух недель находиться на карантине. Что-то вроде временного превентивного запрета на профессию. Такие рекомендации дает ИРК – высшая инстанция Германии по вопросам инфекционных заболеваний. Врачи и другие представители медперсонала особенно легко становятся суперраспространителями. Так называют тех, кто способен заразить вирусом очень большое количество окружающих. И не потому, что они являются носителями очень большого числа возбудителей, а в силу обширных социальных контактов. Это напрямую относится к медицинскому персоналу. Вирусам нравится, когда мы находимся близко друг к другу, пожимаем руки, посещаем людные мероприятия. Когда начинается цепная реакция и люди возвращаются от врачей, чувствуя себя хуже, чем раньше, и когда все больше врачей и медсестер сами уходят на больничный вместо того, чтобы справляться с растущим наплывом пациентов, дело может закончиться катастрофой.

Рекомендация ИРК представляет собой продуманный план. Вот только реализовать его на практике невозможно – показала ситуация, сложившаяся в Германии с коронавирусом. Сначала в земле Северный Рейн-Вестфалия, а затем и по всей стране больницы и частные врачебные практики стали отходить от указаний РКИ и продолжали работать несмотря на контакты с инфицированными пациентами.

Во время эпидемии медицинский персонал находится на переднем крае борьбы с возбудителями болезней, и поэтому очень важно, чтобы в его распоряжении находился весь нужный арсенал. К сожалению, это невозможно, если мы еще практически не знаем врага – COVID-19 – и не располагаем действенными медикаментами и вакцинами. Но ситуация еще больше осложняется, когда не хватает дезинфицирующих средств, защитной одежды, одноразовых перчаток и масок. ВОЗ еще в самом начале эпидемии отмечала повсеместный панический ажиотажный спрос на средства защиты. Цены на операционные маски местами возрастали в шесть раз, на аппараты ИВЛ – в три раза, на защитную одежду – более чем вдвое. Защитные маски и дезинфицирующие средства крали из медицинских учреждений целыми грузовиками. Запасы быстро истощились, и все более реальным становился сценарий, когда медперсонал должен был идти в бой практически голым.

До этого, к счастью, не дошло. В марте федеральное правительство ввело запрет на экспорт медицинских масок и защитной одежды, чем немного разрядило обстановку. Министерство здравоохранения ввело централизованные поставки снаряжения для врачебных практик, клиник и других медицинских учреждений.

Все это время политики возлагали вину на руководство медицинских учреждений за то, что не были своевременно созданы запасы средств для защиты персонала. Клиники перекладывали ответственность на национальную систему здравоохранения, которая настолько озабочена экономической эффективностью медицины, что на чрезвычайные ситуации вообще не выделяет ресурсов, поскольку с экономической точки зрения в нормальной обстановке неиспользуемые резервы недопустимы. Это касается и защитного снаряжения, и численности персонала.

Подобные взаимные обвинения никому не добавляют здоровья. На деле считается как бы само собой разумеющимся, что врачебные практики, клиники и аптеки должны работать на пределе своих возможностей в экстремальных ситуациях вроде пандемии коронавируса. Уже в ходе последней сильной эпидемии гриппа, унесшей два года назад 25 тысяч человеческих жизней, система здравоохранения едва справлялась с нагрузкой. Все 28 тысяч имеющихся коек в реанимационных отделениях были постоянно заняты, 9 миллионов человек с симптомами гриппа не могли попасть на прием к врачу, медицинский персонал работал на износ.

В немецких клиниках в 2017 г. трудилось свыше 160 тысяч врачей и более 730 тысяч человек другого медицинского персонала. К ним надо добавить 117 тысяч частнопрактикующих врачей. В случае эпидемии от них требуется не только профессионализм, но и большая гибкость. Запланированные операции должны быть перенесены, чтобы освободить места для больных COVID-19. Неиспользуемые помещения должны быть переоборудованы в одноместные изоляторы с соответствующими входными шлюзами.

Ситуация немного облегчается тем, что семейные врачи получили временное право выдавать своим пациентам с симптомами простуды больничный лист на 14 дней по телефону. Никому теперь не нужно для этого сидеть в переполненной приемной. Учреждения медицинского страхования согласились оплачивать такие больничные листы. Они будут присылаться пациентам по почте.

Никому не станет лучше, если врачи и медсестры, подобно добрым самаритянам, будут брошены в бой без защитного снаряжения, сами рискуя заразиться. В то же время понятно, что система здравоохранения не может постоянно находиться в состоянии повышенной готовности, ожидая эпидемию подобного масштаба. Должна быть мера во всем. Но из опыта надо извлекать уроки. И пусть эти уроки будут положены в долгий ящик – в самом положительном смысле этого слова – как усовершенствованный план действий на случай будущих пандемий.

Рекомендация. В те времена, когда система здравоохранения работает на грани коллапса, задумайтесь над тем, так ли уж вам необходимо посещать врачей. Сидя у кабинета врача, вы резко повышаете свои шансы подхватить инфекцию.

11. Научимся ли мы когда-нибудь лечить COVID-19?

О том, насколько мир ждет лекарства, которым можно по-настоящему лечить COVID-19, а не просто облегчать симптомы, можно судить по биржевым сводкам. Как только очередной кандидат на роль панацеи наделает шуму, стоимость акций фармацевтической компании, выпускающей его, стремительно взмывает вверх. Если же первые опыты заканчиваются разочарованием, она вновь падает.

Великой и по-прежнему далекой целью остается создание вакцины. Но появление действенного лекарства стало бы важным промежуточным этапом в гонке со слишком шустрым вирусом. Пока же врачи могут лишь реагировать на симптомы СOVID-19 и надеяться, что организм пациента как-нибудь справится с возбудителем своими силами. В арсенале у медиков лекарства, поддерживающие сердечно-сосудистую систему, и антибиотики против сопутствующих бактериальных инфекций. Важно также компенсировать обезвоживание организма, а при серьезных нарушениях легочных функций давать кислород – в случае необходимости через шланг, вставляемый в трахею.

Создание нового медикамента обходится дорого и длится очень долго. Если верить данным Объединения научно-производственных фармацевтических компаний, из 5 или 10 тысяч потенциальных лекарств лишь девять доходят до испытаний на людях, и только одно в конечном итоге появляется в аптеках. В среднем этот процесс занимает более 13-ти лет. Данные предоставлены фармацевтической индустрией, и они скорее слишком оптимистичны, чем пессимистичны. Тем не менее, они позволяют понять, сколько приходится ждать появления совершенно нового медикамента. Пандемия коронавируса не оставляет нам столько времени.

Остается надеяться на уже имеющиеся лекарства, которые врачи до сих пор использовали против других заболеваний, но которые, возможно, могут побороться и с SARS-CoV-2. Их побочные воздействия уже известны, и поэтому процедура их допуска к применению может быть сокращена. Такое «перенацеливание» лекарств зачастую объясняется чистой случайностью, когда, например, выясняется, что средство для снижения артериального давления помогает против выпадения волос, а лекарство от лейкемии оказывается действенным против рассеянного склероза. Против COVID-19 в настоящее время испытываются, к примеру, иммуномодуляторы, используемые в обычных условиях при аутоиммунных заболеваниях кишечника или ревматизме суставов. Они должны подавлять защитные реакции организма, чтобы иммунитет не причинял больше вреда, чем пользы. Рассматриваются также лекарства, применяемые против других легочных заболеваний. Их задача заключается в том, чтобы предотвратить образование инфекционных рубцов в легочных тканях.

Некоторые идеи кажутся многообещающими, но то, что хорошо себя зарекомендовало в лабораторной чашке Петри, должно так же хорошо проявить себя и в клинике, в ходе практического применения, причем по возможности без негативных побочных эффектов. На первых порах строгие условия клинических испытаний в условиях реалий эпидемии COVІD-19, как правило, выдерживались. Но когда давление нарастает и ситуация в отделениях реанимации становится все сложнее, времени на дорогие и длительные испытания уже не остается. Чаще всего в таких испытаниях участвует малое количество пациентов, что не позволяет сделать надежные выводы. Кроме того, обычно половине пациентов для контроля назначают плацебо, не содержащее действующего вещества, но такую меру трудно оправдать, когда бушует пандемия.

Однако потребность в надежных результатах велика, как никогда. ВОЗ издала международные рекомендации, согласно которым клиники во всем мире объединяют усилия, чтобы вести совместные исследования по единым критериям с участием больших групп пациентов. В списке четыре действующих вещества, на которые ВОЗ очевидно возлагает самые большие надежды. Первое из них – «Ремдесивир», субстанция, которую разрабатывали, собственно говоря, против лихорадки Эбола, но так и не допустили до применения. «Ремдесивир» хорошо зарекомендовал себя в ходе испытаний на животных против вирусов SARS и MERS. Возможно, он окажется действенным и против коронавируса нового типа. Отдельные компоненты действующего вещества схожи с элементами генетического материала, необходимого вирусу для размножения. С их помощью «Ремдесивир» совершает саботаж, не давая вирусу возможности размножаться в клетке. Во всяком случае, это подтверждают первые опыты, проведенные в Китае и США. Несколько более разочаровывающими оказались испытания лекарства «Калетра», созданного против ВИЧ, а также давно известного медикамента против малярии «Хлорохин», который необходимо прописывать в больших дозах, что, соответственно, повышает риск возникновения тяжелых побочных эффектов.

В Германии некоторые клиники сосредоточили свои усилия на разработке старого принципа – терапии с помощью антител. Люди, переболевшие SARS-CoV-2, по всей вероятности, приобрели иммунитет к нему. Иммунная система создает в этом случае антитела, обезвреживающие вирус. Именно этот защитный механизм может пойти на пользу другим пациентам, если перелить им кровь от выздоровевших вместе с антителами. В 1901 г. эта идея была успешно подтверждена экспериментально на сыворотке крови от животных против дифтерии, а в 1918 г. – против «испанки». Вопрос лишь в том, сколько плазмы крови надо заменить в организме при COVID-19, чтобы это подействовало. Первые эксперименты в Германии проводятся с дозой в четверть литра. Для сравнения: больным корью требуется лишь десять миллилитров.

Гонка в поисках эффективной терапии идет полным ходом. Лекарство-победитель без сомнения станет лидером продаж. Это косвенно подтвердилось уже в апреле 2020 г., когда федеральное министерство здравоохранения заказало несколько миллионов упаковок антивирусного противогриппозного средства из Японии на основе действующего вещества фавипиравира, хотя этот препарат еще не сертифицирован в Германии. Курс акций предприятия-изготовителя Fujifilm Toyama Chemical тут же подскочил вверх. В Китае этот медикамент уже применялся против COVID-19, но испытания пока не подтвердили его эффективность. На тот случай, если ситуация изменится, немецкое министерство решило запастись заранее. Насколько вреден ажиотаж и в какой мере он подрывает солидарность общества, мы уже поняли на примере туалетной бумаги. Является ли название «Солидарность», которое ВОЗ выбрала для своего крупномасштабного исследования, намеком на это, мы не знаем.

Рекомендация. Сообщения об исцелениях от коронавируса с помощью гомеопатических средств регулярно всплывают в новостях, но никаких доказательств их эффективности нет. Даже объединения гомеопатов предостерегают от ложных надежд.

12. Почему так долго приходится ждать вакцину?

Белый комбинезон, закрывающий все тело, руки в резиновых перчатках, защитная маска на лице. Безостановочно жужжит установка, фильтрующая воздух. С точки зрения сотрудников, было бы хорошо, если бы стены лаборатории ограждали их и от всех тех ожиданий в мире, которые давят на них. В условиях полной стерильности они ищут вакцину против COVID-19. Мир ждет от них успеха, потому что все стратегии по сдерживанию вируса строятся в конечном счете на надежде, что скоро она будет создана.

После того, как китайские ученые 10 января 2020 г. опубликовали в открытом доступе последовательность генов нового коронавируса – более 30 тысяч сочетаний букв A, C, G или T – началась гонка, в которую включились и гиганты фармацевтической индустрии, и маленькие биотехнологические фирмы, и уважаемые исследовательские институты. На конец марта в перечне ВОЗ насчитывалось 54 исследовательских проекта. Всем с самого начала было ясно, что время не терпит, а требования, которые ставят перед новой вакциной, будут ничуть не ниже, чем обычно: она должна абсолютно надежно защищать от конкретной болезни и при этом хорошо переноситься и по возможности не иметь побочных эффектов. Все это потребуется предварительно доказать в сложных и долгих клинических испытаниях, прежде чем миллионы людей получат свою дозу.

В нормальных условиях для этого требуется в среднем десять лет. Вероятность достижения успеха составляет всего 6 %, в соответствии с данными исследования, проведенного в период с 1998 по 2009 гг. Но в борьбе против COVID-19 промедление недопустимо. Ответственные учреждения уже сигнализируют, что готовы понизить до минимума бюрократические барьеры. Для того, чтобы быть уверенными в безопасности вакцины, не обойтись без клинических испытаний. Сначала вещество должно быть протестировано на животных, как правило, на мышах. На этой ранней стадии отсеиваются негативные побочные воздействия, прежде чем дойдет до первой фазы клинических испытаний на небольшом количестве здоровых людей. Если все пройдет без проблем, начнется вторая фаза, в которой примут участие несколько сотен человек, а за ней третья, где испытуемых будет уже до десяти тысяч, чтобы выявить даже очень редкие побочные эффекты и выяснить, как реагируют на прививки люди с другими заболеваниями. Работы предстоит очень много.

Тем удивительнее кадры, которые облетели весь мир 16 марта 2020 г.: жительница Канады 43-х лет получает прививку в каком-то неказистом врачебном кабинете. В ее тело была введена субстанция mRNA-1273, разработанная биотехнологической компанией Moderna, которая таким образом захватила лидерство в гонке. Первая испытуемая Дженнифер Халлер получила 1100 долларов в качестве компенсации за риск. О возможных побочных эффектах вакцины на тот момент ничего не было известно, mRNA-1273 не испытывалась на животных. Вообще-то это нарушение табу в фармакологических исследованиях, но власти в виде исключения дали добро.

Несмотря на всю эту спешку, вряд ли кому-то удастся воспользоваться вакциной в ходе первой волны пандемии. Пройдет еще от одного года до полутора лет, прежде чем кто-то из кандидатов в победители гонки доберется до цели. Клаус Цихутек, президент Института Пауля Эрлиха, который в Германии отвечает за сертификацию вакцин, надеется, что в 2021 г. начнется третья фаза испытаний, в которой примут участие десятки тысяч человек. В рамках этих испытаний, по мнению института, привитой окажется довольно значительная часть населения. Но этот процесс напоминает хождение по канату: с одной стороны, главная задача института состоит, как и прежде, в соблюдении высоких стандартов безопасности, а с другой – время не терпит.

Вся вакцинация строится на том, чтобы опередить вирус. Чаще всего в качестве средства вакцинации выбирают сам возбудитель, против которого ведется борьба. Осуществляется контакт иммунной системы организма с минимальной дозой возбудителя, с ослабленным или уже мертвым возбудителем или его частями. Организму при этом не причиняется вреда, а его защитные механизмы получают возможность потренироваться и своевременно произвести соответствующие антитела еще до столкновения с реальной инфекцией. То, что эта привычная практика превращения врага в вакцину не сработает в случае с новым коронавирусом, было известно уже исходя из прошлого опыта с родственными вирусами SARS и MERS.

Главный вопрос звучал так: какие другие пути можно найти, чтобы дать иммунной системе предварительную информацию о вирусе и подготовить ее к будущим контактам с ним? Вирусы типа SARS-CoV-2 присоединяются к внешней оболочке человеческих клеток с помощью определенных белковых молекул (так называемых шиповидных белков). Войдя в контакт с клеткой, вирус вскрывает ее и внедряет свой генетический год, после чего клетка начинает производить новые вирусы. Именно на этот шиповидный белок делают ставку исследователи во всех имеющихся на сегодняшний день проектах.

В качестве средства доставки рассматриваются так называемые вирусные векторы. Это вирусы, которые размножаются в человеческих клетках, не причиняя им вреда. В частности, это могут быть ослабленные версии вирусов ветряной оспы или кори. Вирусные векторы подвергаются изменениям с помощью генной инженерии, и белки на их поверхности заменяются на шиповидные белки коронавируса. Будучи «замаскированными» таким образом, они как бы заражают клетку вирусом SARS-CoV-2, но их генетический материал не наносит никакого вреда. Организм начинает вырабатывать специфические антитела и таким образом обзаводится оружием на случай встречи с реальным вирусом. Осенью 2019 г. была сертифицирована вакцина похожего типа против лихорадки Эбола, которая работает на принципе вирусных векторов.

Но этот успех не перекрыл дорогу конкурирующей стратегии, которая в случае с mRNA-1273 делает ставку на несколько иной подход. В данном случае иммунная система также вступает в контакт не с самим вирусом, а только с его генетическим планом, содержащимся во вводимом в организм растворе нуклеиновой кислоты. Клетки следуют этому генетическому плану и вырабатывают антиген, который в свою очередь стимулирует иммунную систему на производство антител. Работоспособность этого принципа пока не нашла достаточно убедительного подтверждения в клинических испытаниях. Это была лишь премьера, но медики возлагают на нее большие надежды, поскольку предложенная технология позволит сравнительно просто и быстро изготовить миллионы доз вакцины.

Наилучшим исходом была бы ситуация, если бы до финишной черты добрались несколько кандидатов. Победителю достанутся не только умопомрачительные доходы. Его исследователи наконец-то смогут сменить стерильные лабораторные условия на глоток свежего воздуха.

Рекомендация. Постоянная комиссия по вакцинации советует всем людям старше 60-ти лет сделать прививку от пневмококков, которые в числе прочего могут быть причиной воспаления легких. Это тем более важно, что вакцина от COVID-19 пока отсутствует. Кроме того, осенью будет проводиться следующая сезонная прививка против гриппа.

13. Кому оказывают помощь в первую очередь, если не хватает аппаратов ИВЛ?

Может быть, имеет смысл бросать монетку? Предположим, два пациента ждут, что им будет произведена искусственная вентиляция легких, но в наличии есть только один аппарат. Монетка дала бы одинаковые 50-процентные шансы получить лечение, которое спасет жизнь. Справедливо?

В чрезвычайной ситуации, когда наблюдается дефицит медицинских средств, должен действовать принцип спасения максимального количества человеческих жизней. Но вопрос, какие категории пациентов будут подвергаться реанимационным процедурам, а какие нет, представляет собой, казалось бы, неразрешимую дилемму. Разрешать ее призвана процедура так называемого триажа. Она дает врачам четкие критерии действий. В идеальном случае она избавляет и от долгих дискуссий, и от опасений последующих судебных разбирательств. В переводе с французского это слово означает «сортировка».

Федеральное правительство представило в январе 2013 г. «Доклад по анализу рисков в вопросах защиты населения». В нем рассматривается условный сценарий, в котором опасный коронавирус, получивший название Modi-SARS, распространяется из Азии по всему миру. На стадии первой волны инфекции в Германии заболевают шесть миллионов человек, в результате чего клиники переполнены сверх всякой меры. Возникает необходимость триажа. В одной из сносок в докладе указывается: «До сих пор отсутствуют инструкции, как поступать в случае массового наплыва инфицированных при пандемии», и делается вывод, что эти проблемы следует решать «по возможности до наступления особой кризисной ситуации». Спустя семь лет грянул тот самый кризис, а инструкций по-прежнему так и не было. Не только в Германии, но и в Италии, где в апреле 2020 г. пациенты с COVID-19 буквально штурмовали больницы, и уже вскоре стало ясно, что аппаратов ИВЛ недостаточно.

Смоделированный сценарий катастрофы стал жестокой реальностью для врачей, которым приходилось принимать решение, кому отдать предпочтение, а кто останется без лечения. Итальянское Объединение анестезии, анальгезии, реанимации и интенсивной терапии (SIAARTI) в срочном порядке издало рекомендации, в соответствии с которыми дефицитные ресурсы средств лечения должны выделяться в первую очередь пациентам, имеющим более высокие шансы на выживание, а во вторую – лицам с «более высоким жизненным ожиданием». В переводе на обычный язык это означает, что преимущество получают более молодые пациенты, потому что им предстоит более долгая жизнь. В охваченном кризисом Эльзасе в клиниках также, как правило, отказывали в реанимационных мерах пациентам старше 80-ти лет, т. е. руководствовались теми же критериями триажа, что и в Италии. На практике это может привести к тому, что к аппарату ИВЛ подключат не старого пациента, а молодого, хотя он в этом особенно и не нуждается. Справедливо ли это?

«Исходя из Конституции, мы не имеем права сравнивать ценность человеческих жизней», – предостерегало Германское междисциплинарное объединение интенсивной терапии и медицины катастроф, включающее в себя семь отраслевых медицинских обществ. В конце марта оно издало собственные рекомендации по триажу, высшим критерием в которых является прогноз успешности лечения. Если шансы слишком малы, реанимационные мероприятия следует прекратить.

Чтобы четко ориентироваться в каждом конкретном случае, медики реанимационных отделений используют систему баллов. По строго определенной схеме оцениваются различные аспекты вроде общего состояния здоровья, результатов анализов, содержания кислорода в крови, наличия сопутствующих заболеваний и возраста. Каждому из этих пунктов присваивается определенное количество баллов, которые затем складываются. Нередко у пожилых пациентов баллы оказываются хуже, чем у молодых, но решение все же принимается не на основании одного только возраста, причем не единолично, а как минимум двумя врачами и одной медсестрой. Кроме того, в рекомендациях говорится, что одно только наличие у пациента COVID-19 не является основанием для того, чтобы отдавать ему предпочтение перед больными с другими заболеваниями, например, раком или инсультом.

То, что в крайнем случае в расчет должны приниматься только медицинские показания, а не разница в ценности или продолжительности жизни, подчеркнул также Национальный совет по этике: «Каждая человеческая жизнь заслуживает одинаковой защиты». Таким образом, даже в чрезвычайной ситуации следует руководствоваться высокими принципами. Бросание монетки вряд ли соответствует им.

Рекомендация. Если вы хотите узнать, насколько загружены отделения интенсивной терапии в вашем регионе, соответствующие обобщенные данные можно найти на сайте www.intensivregister.de.

14. Что в действительности происходит на карантине?

Если вкратце, то ничего, кроме ожидания.

Обстановка в специальном изоляторе, например, в мюнхенской клинике Швабингер, куда поместили самых первых больных с COVID-19 в Германии, может быть, немного зрелищнее, чем в собственных четырех стенах. Пациенты там отгорожены от внешнего мира с помощью шлюзов и пониженного давления воздуха. Мусор и экскременты сжигаются или стерилизуются особым образом. Персонал носит специальную защитную одежду и маски. Но смысл подобной изоляции точно такой же, как и дома: ждать, пока не окончится инкубационный период болезни, и надеяться, что за это время не проявятся симптомы. Для COVID-19 этот срок составляет предположительно 14 дней, после чего заболевание уже не может больше передаваться.

Тот, у кого отсутствует контакт с внешним миром, не может быть переносчиком болезни. Такова банальная логика карантина, позволяющая прервать цепь заражений. До тех пор, пока не создана вакцина или лекарство против вируса, властям не остается практически ничего, кроме изоляции людей, в отношении которых имеются подозрения. Поводами для подозрений могут быть типичные симптомы, приезд из местности, объявленной зоной риска, или прямой контакт с инфицированным человеком. Достаточно было лишь оказаться рядом с ним в поезде или кинотеатре (пока в середине марта 2020 г. большинство общественных заведений не закрыли из соображений безопасности). Хватит и разговора лицом к лицу с больным на протяжении пятнадцати минут.

Распоряжение об изоляции принимает не лечащий врач, а местное управление здравоохранения, которому врачи должны докладывать обо всех подозрительных случаях. Если же вдобавок и лабораторный тест на COVID-19 окажется положительным, то первым делом устанавливаются все лица, с которыми человек контактировал. Все они тоже подпадают под подозрение. Во время карантина учреждение здравоохранения каждый день осведомляется (обычно по телефону) о состоянии здоровья изолированных: как самочувствие, не появились ли симптомы, и что показывает термометр?

Карантинные меры носят не рекомендательный, а обязательный для выполнения характер. Тот, кто не выполняет распоряжения, – намеренно или по халатности – может быть подвергнут денежному штрафу или приговорен к тюремному заключению на срок до двух лет. Управление здравоохранения имеет право насильственно помещать людей в больницы или казармы. Все эти меры, на первый взгляд, не соответствуют принципам свободного правового государства, но законодательно закреплены в немецком Законе о защите от инфекций. В кризисной ситуации охрана здоровья большинства населения имеет приоритет над правами и свободами отдельных граждан.

Что можно делать на карантине? Свежий воздух полезен – но только на балконе или в собственном саду. Прогулки, даже самые короткие, в том числе и для выгуливания собак, запрещены. Нельзя исключить, что COVID-19 может передаваться домашним животным, хотя такая вероятность не высока. Чтобы не подвергать сограждан и своих питомцев риску, необходимо часто и тщательно мыть руки, не принимать пищу и не спать в одном и том же помещении и по возможности не пользоваться той же ванной.

Правда, от скуки вряд ли спасет даже заботливо укомплектованная книжная полка или компьютер. Весенняя генеральная уборка когда-нибудь подойдет к концу, и урок йоги, записанный на DVD, тоже надоест. Не каждый способен справиться с этим.

Какие факторы быстрее всего могут привести к так называемому тюремному неврозу и что можно против этого предпринять? Об этом говорится в обзорном исследовании Лондонского королевского колледжа, результаты которого были опубликованы в марте 2020 г. в специализированном журнале Lancet. Человек, помещенный на карантин, чувствует себя лучше, когда понимает, для чего необходимо это мероприятие. Ведь изоляция способна вызвать страх. Разъяснение необходимости карантина – это задача властей и врачей. Разумеется, должны быть также удовлетворены основные потребности в еде, питье и медикаментах. Здесь могут оказать помощь семья, друзья и соседи, которые будут покупать продукты и оставлять пакеты возле дверей, не вступая в прямой контакт. То же самое касается и служб доставки, которые могут привозить продукты.

Необходимо найти себе какое-то осмысленное занятие и установить упорядоченный режим дня. В частности, принимать пищу желательно строго по часам. Если есть возможность, надо продолжать работать. Если работа из дома невозможна, за сотрудниками все равно сохраняется зарплата. Соответствующие расходы нанимателя будут компенсированы властями. Компенсация положена и самозанятым лицам. Обычно причиной негативных эмоций в связи с карантином является осознание потери личной свободы. Поэтому так важно, чтобы врачи и органы здравоохранения постоянно напоминали людям об ответственности, которая лежит на каждом гражданине. Даже если человек и не вполне понимает это, его нахождение на карантине оказывает неоценимую услугу обществу.

Возможно, вам поможет мысль, что 14 дней – сравнительно короткий срок, если обратиться к истории. В средневековой Венеции приезжие должны были находиться в течение 40 суток на острове, прежде чем получали разрешение появляться в городе. Врачи уже тогда понимали взаимосвязь между вспышками чумы и прибытием кораблей. Карантин был для них эффективной мерой защиты города от эпидемий. «Примерно сорок» в переводе на итальянский звучит как una quarantina. Отсюда и произошло слово «карантин».

Рекомендация. Как бы ни было трудно, строгий распорядок дня, питание по расписанию и какое-то осмысленное занятие служат лучшей защитой от скуки во время карантина.

15. Какая стратегия правильнее – строгий карантин или полное бездействие?

Относительно того, что общество способно одолеть пандемию только совместными усилиями, в Германии сложилось долгожданное единодушное мнение. С этим согласны и оппозиционные политики, и ученые, и средства массовой информации. Но чем дольше продолжаются запреты на контакты, тем все более ожесточенным становится столкновение на телевизионных ток-шоу двух несовместимых подходов, которых придерживаются главным образом представители двух профессиональных групп – экономисты и медики. Экономические интересы вошли в противоречие с необходимостью защиты человеческих жизней.

Ученые-экономисты настоятельно предупреждают о непредсказуемых долгосрочных последствиях глубокой рецессии. По подсчетам Института экономических исследований, неработающее производство каждую неделю приносит убытки в размере 35 миллиардов евро. Медики в ответ ссылаются на количество смертей, которого можно ожидать при слишком раннем снятии ограничительных мер и открытии школ. Две парадигмы, каждая из которых опирается на неопровержимые доказательства. Еще для одной профессиональной группы они стали, похоже, неразрешимой дилеммой: на всевозможные ток-шоу постоянно приглашают членов федерального правительства, которые должны найти нужную пропорцию между двумя подходами. И каждый раз их ставят перед выбором, суть которого в упрощенном виде можно изложить так: «Полное закрытие или стадный иммунитет – какой путь правильнее?»

Сформулируем иначе: может быть, было бы достаточно, чтобы по домам забаррикадировались только пожилые люди и представители других групп риска, а остальное население приобретало вожделенный стадный иммунитет от коронавируса? Главное, чтобы как можно быстрее заразилось максимально возможное количество людей. Во всяком случае, так гласит теория. Если инфекцией будет охвачено примерно 60–70 % населения, возбудитель с трудом будет находить себе новых хозяев и не сможет размножаться. Будет ли на этом завершена миссия коронавируса? Нидерланды и Великобритания решились на такой эксперимент, но быстро свернули его ввиду угрожающего роста инфицированных (хотя именно это и было смыслом всей затеи) и примкнули к соседним странам, запретив гражданам выход из своих жилищ.

Намерение предоставить вирусу свободу действий, чтобы он в конечном счете сам затормозил свое распространение, доказывает свою несостоятельность ввиду нескольких нерешенных вопросов. Во-первых, до сих пор еще не ясно, как долго продержится иммунитет против нового коронавируса. Во-вторых, не так-то легко определить, кто на самом деле входит в группу риска. Тяжело заболеть COVID-19 могут и молодые, и здоровые люди. И тут снова просыпается страх перед коллапсом переполненных отделений интенсивной терапии.

Хорошо продуманные решения должны строиться на надежных данных, которых в начале пандемии попросту не было. Должно было пройти несколько недель, прежде чем в марте 2020 г. ученые по заданию Федерального министерства внутренних дел взялись за разработку трех конкретных моделей развития событий. Для самого неблагоприятного из всех возможных случаев авторы этого секретного документа исходили из того, что общественная жизнь протекает без каких-либо ограничений, люди не соблюдают дистанцию, школы продолжают работать, все предприятия и учреждения функционируют в обычном режиме, и нет никаких запретов на поездки. Вирус в этом случае распространяется более или менее беспрепятственно и до конца мая 2020 г. будут инфицированы примерно 70 % населения. Что и требовалось: создан стадный иммунитет. Но для этого необходимо, чтобы в отделениях интенсивной терапии могло одновременно содержаться до 350 тысяч больных COVID-19, а это чересчур много для системы здравоохранения. Для 85 % из них это значило бы отказ от лечения. В течение двух месяцев, согласно расчетам, в стране было бы 1,2 миллиона умерших от COVID-19, т. к. процент смертности в условиях переполненных больниц начинает резко расти, как мы видели в Италии.

Во втором сценарии, суть которого можно описать как «затяжку времени», общественная жизнь сводится к нулю до тех пор, пока вирус не истощится сам по себе. Кривая новых заражений уже вскоре начнет снижаться, и инфицированными окажется всего около 20 % населения. Система здравоохранения худо-бедно справится с наплывом пациентов, а умерших в итоге окажется около 220 тысяч человек. Однако чрезвычайное положение в этом случае затянется на целых семь месяцев. Для экономики это равносильно если не смерти, то, по крайней мере, очень длительной искусственной коме. И никто не сможет сказать, когда и с каким размахом вирус вернется вновь после открытия предприятий и школ. В условиях отсутствующего иммунитета количество заболевших может вновь резко возрасти.

В третьем сценарии, который получил название «Молот и танец», сначала свирепствует «молот» в форме драконовских ограничений на выход из домов. Число новых заражений относительно быстро снижается. Через шесть недель наступает фаза «танца»: дирижер гибко руководит конкретными мерами и согласовывает их между собой, чтобы шаг за шагом вернуться к нормальному состоянию. За первые шесть недель инфицированию подвергается всего один миллион человек, из них 12 тысяч умирают.

После этого, по замыслам авторов исследования, необходимо очень чутко контролировать дальнейшее развитие вируса. Это возможно лишь при условии наличия достаточного количества оснащенных лабораторий, позволяющих охватить тестами большое количество населения. В Германии потребуется делать до 200 тысяч тестов в день, чтобы не бежать вдогонку за развитием событий, а действительно управлять ими.

По всей видимости, такой сценарий выбрала Южная Корея. В этой азиатской стране после первых же случаев заражения COVID-19 не только велся поиск отдельных заболевших с помощью интенсивного тестирования, но и изучение их непосредственного окружения, чтобы как можно раньше прервать цепочки инфицирования. Наряду с хорошей инфраструктурой для тестирования страна располагает техническими возможностями получения данных о жителях из смартфонов, что позволяет осуществлять плотное слежение за ними. Для этого нужны не только высокие технологии, но и намного более свободные нормы защиты личной информации, чем в Германии.

И все же путь, пролегающий между двумя крайностями, – многомесячного карантина и ничегонеделания – по-видимому возможен, и он позволяет не противопоставлять интересы экономики необходимости защиты человеческих жизней. Цель должна состоять в том, чтобы выиграть время, пока не будет найдена действенная вакцина. Однако будьте осторожны: вслед за этим обязательно придет очередная волна гриппа!

Рекомендация. Если вы хотите сами понаблюдать за тем, как различные меры могут сказаться на развитии пандемии, можете зайти на сайт www.covidism.eu, где имеется раздел «Симулятор COVID-19».

16. Что может сделать каждый, чтобы затормозить распространение SARS-CoV-2?

#СидимДома. Простейшая мера, снижающая уровень риска стать переносчиком вируса. «Мы должны соблюдать социальную дистанцию из уважения к окружающим», – предупредила федеральный канцлер Ангела Меркель в своем обращении к нации 18 марта 2020 г. Она призвала к солидарности с пожилыми и больными людьми, которые особенно сильно рискуют, что в случае заражения COVID-19 болезнь у них будет протекать в тяжелой форме и может иметь летальный исход.

Понятие солидарности включает в себя сплоченность, товарищество, чувство общности и некоторую долю пафоса. Эта концепция уже слегка запылилась в архиве, где она хранится в отделе «Рабочее движение». Но во времена коронавирусного кризиса призыв к солидарности вновь оказался востребованным. Сейчас в нем уже меньше пафоса, но больше трезвой самодисциплины. От нас требуется:

– регулярно и тщательно мыть руки с мылом;

– чихать не в ладонь, а в локтевой сгиб;

– по возможности не прикасаться к своему лицу;

– и, самое главное, воздержаться от социальных контактов, если в них нет крайней необходимости.

Проявлять близость к окружающим, держась от них подальше? Звучит парадоксально, а для многих и слишком абстрактно. До них не доходят призывы политиков, врачей и медсестер, звезд эстрады и кино. В качестве антипримеров солидарности можно привести переполненные кафе под ярким солнцем или «вирусные вечеринки» молодежи, которым невозможно было объяснить, что COVID-19 угрожает и им тоже.

22 марта 2020 г. премьер-министр земли Северный Рейн-Вестфалия Армин Лашет вновь призвал к солидарности. Он объявил о согласованном со всеми землями «запрете на контакты» на всей территории страны и предупредил о «нулевой толерантности» по отношению к тем, кто не будет выполнять это распоряжение. Эти слова не оставили места для социальной романтики. Лашет сказал: «Речь идет о жизни или смерти. Все очень просто – и очень плохо». Солидарность пришлось внедрять силой.

Запрет на контакты и ограничения на выход из жилищ – это самые масштабные посягательства на основные права людей, введенные в ФРГ с момента ее основания. Суровость принятых мер сопровождалась неуверенностью в правильности этого решения, т. к. никто не знал, будет ли достигнут успех и удастся ли затормозить инфекцию. Когда мы сталкиваемся с эпидемиями такого масштаба, у нас не всегда хватает опыта и научных данных, на основе которых можно принимать решения. Ограничивая права и свободы людей, мы прибегаем к экстремальным средствам. Но до тех пор, пока у нас нет вакцины и действенных лекарств против COVID-19, властям не остается ничего другого, кроме сворачивания социальной жизни – даже под угрозой крупных денежных штрафов. Для либеральной демократии это очень деликатная тема. Какими мотивами следует руководствоваться для соблюдения правил по обузданию вируса – каждый решает сам для себя. Одних пугают штрафы, другие чувствуют свою ответственность перед окружающими, особенно перед пожилыми и больными людьми.

В таких чрезвычайных ситуациях, как коронавирусная эпидемия, каждый должен сам определить, как получать информацию об обстановке и насколько подробной она должна быть. Однако незнание не освобождает от ответственности. Это касается и тех, кто запускает в социальные сети и чаты WhatsApp ложную информацию и распространяет ее. Об отсутствии солидарности говорят и ажиотажные покупки, и накапливание у себя целых гор продуктов, дезинфицирующих средств и защитных масок, независимо от того, продиктованы ли эти поступки чисто эгоистическими мотивами или глубоко сидящей в нас неуверенностью.

Но в социальных сетях было немало и других примеров, демонстрирующих чувство единства: общие аплодисменты с балконов в адрес врачей и медицинского персонала, поддержка соседями друг друга. Станут ли эти сцены лишь иллюстрациями в Instagram или действительными символами единства общества, покажет дальнейшее развитие пандемии. Не лишней будет и оценка медработников в форме не только похвалы, но и повышенных зарплат.

Будем надеяться, что эти примеры продемонстрируют всем: если человек сознательно в чем-то ограничивает себя ради других, то он может рассчитывать на то, что ему тоже отплатят добром, когда он будет в этом нуждаться. Пожалуй, солидарность в этих условиях можно определить как противоположность беспечности. А имея дело с COVID-19, никто не может позволить себе быть беспечным.

Рекомендация. Обязанность каждого человека заключается в том, чтобы препятствовать распространению эпидемии. Если необходима домашняя самоизоляция, отыщите в этом положительные стороны. Кому-то нужно отвлечься от повседневной рутины и задуматься о жизни. Дома обязательно найдутся какие-то накопившиеся по хозяйству дела. Используйте время, чтобы заняться наконец проектом, который вы все время откладывали, выучить иностранный язык или научиться играть на каком-нибудь музыкальном инструменте.

17. Насколько достоверны имеющиеся цифры и статистические данные?

Давайте еще раз проверим цифры. Если этот ежедневный ритуал относится не к результатам футбольных матчей, выигрышным номерам в лотерее или биржевым курсам, а к статистическим данным по количеству вновь заразившихся и умерших, к диаграммам экспоненциального роста или, наоборот, снижения масштабов инфекции, то, значит, мы с вами живем в необычное время. Со статистикой заболеваемости обычно имеют дело вирусологи и эпидемиологи, которые специализируются на оценках количественных данных. Сайт Университета Джонса Хопкинса, который зарекомендовал себя во всем мире как источник статистики по COVID-19, стал в последнее время значительно популярнее. Временами доходит до более чем миллиарда обращений. В день.

Когда, наконец, кривая заболеваемости прекратит указывать вверх и отклонится вправо? Когда данные из других стран обгонят китайские показатели?

Что касается ситуации в Германии, то лучший источник информации – это, несомненно, Институт Роберта Коха в Берлине. Местные органы здравоохранения ежедневно отсылают туда свежие данные. COVID-19 относится к заболеваниям, информация о которых предоставляется незамедлительно, как и о гриппе, кори, коклюше, ветряной оспе, дифтерии, свинке и краснухе, а также о болезнях, которые в Германии в общем-то уже не встречаются, например, о чуме, холере и бешенстве. Если тест дает положительный результат, лечащий врач и лаборатория, в которой делался анализ, должны в течение 24 часов проинформировать одно из почти 400 территориальных учреждений здравоохранения с указанием имени, адреса и прочих контактных данных пациента, чтобы можно было связываться с ним и регулярно интересоваться его состоянием.

Положительные результаты тестов пересылаются в земельные ведомства здравоохранения, а оттуда в ИРК и в ВОЗ, а также в соответствующую службу Еврокомиссии. Один раз в день ИРК и ВОЗ публикуют обновленные данные, которым предшествуют на удивление длинные информационные цепочки. Каждый шаг требует времени, и цифры все больше отстают от реальности. Но от этого никуда не уйти, поскольку тест на SARS-CoV-2 все равно, как правило, делается не раньше, чем через пару дней после заражения.

Цифры на сайте Университета Джонса Хопкинса в Балтиморе (США) меняются значительно быстрее. В январе 2020 г. ученые договорились, что университет будет запрашивать официальные данные у министерств здравоохранения по всем миру и сравнивать их с другими источниками, в частности, медицинскими базами данных и сообщениями СМИ. Если ИРК публикует свои данные один раз в сутки в 11:00, то здесь они появляются на сайте в режиме реального времени. Уже только поэтому они отличаются друг от друга. Ни один из способов подачи информации сам по себе не может оцениваться лучше или хуже, но в области сравнения данных из разных источников сайт Университета Джонса Хопкинса не имеет себе равных.

Однако все эти данные отражают лишь часть реальности. Скрытая информация, о которой постоянно приходится слышать во время эпидемий, не попадает ни в какую статистику. Точно так же не учитываются и люди, которые носят в себе вирус, но не знают об этом, потому что не замечают у себя никаких симптомов заболевания, не обращаются к врачам и поэтому не регистрируются. Число людей, которые на самом деле являются носителями инфекции, всегда во многом остается предметом догадок.

Долгое время основой для экстраполяций были данные из Китая – при условии, конечно, что их вообще допустимо экстраполировать с одной страны на другие. В середине марта ученые из Колумбийского университета первыми предприняли попытку прогнать все данные через симуляционную программу пандемии. Для анализа был взять период с 10 по 23 января, когда общественная жизнь в Китае была практически ничем не ограничена. Выяснилось, что в начале эпидемии было оставлено без внимания примерно 86 % случаев заражения. На каждую выявленную инфекцию приходилось до шести случаев, не включенных в статистику, писал журнал Science. Лишь позднее правительство установило жесткий контроль и расширило охват тестирования. После этого, как уверяют исследователи, количество неидентифицированных заражений снизилось с 86 до 40 %.

Достоверность статистики всегда зависит от качества исходных данных. Там, где проводится мало тестов, выявляется лишь незначительно количество заражений. При этом особое внимание обращается на тяжелые случаи, когда больных приходится госпитализировать. Если при этом статистика показывает высокий уровень смертности – как это было в Италии – это может говорить о большом количестве скрытых заражений. Очень многие носители вируса остаются невыявленными и таят в себе некалькулируемый риск.

Тем важнее перепроверять даже сведения об успешном исходе принятых мер по недопущению распространения инфекции. Для этого креативные ученые обращаются к многочисленным источникам данных. К примеру, ИРК получил доступ к обезличенным данным о контроле за передвижениями жителей с помощью смартфонов. Из них можно сделать вывод, действительно ли снизилась активность общественной жизни или необходимы дополнительные ограничительные меры. В Литве власти даже публикуют данные о передвижениях в режиме онлайн, чтобы граждане могли определить, не находятся ли они в данный момент в том месте, где собралось много инфицированных. Израильское правительство пошло еще дальше, используя такие методы, словно речь идет об антитеррористической кампании: смартфоны инфицированных граждан постоянно контролируются, чтобы установить, действительно ли они соблюдают карантин. Каковы времена, таковы и меры. Но для статистики эти данные очень поучительны.

Рекомендация. Официальные данные всегда немного запаздывают по отношению к реальности, но в любом случае важно знать серьезные источники информации:

– Институт Роберта Коха – ситуация в Германии: www.rki.de/covid-19

– Университет Джона Хопкинса – ситуация в мире: https://coronavirus.jhu.edu/

– Проект с открытыми данными для тех, кто помешан на статистике: https://nextsrain.org

18. Всегда ли пандемия хуже, чем эпидемия?

Когда же он наконец объявит, что эпидемия коронавируса переросла в пандемию? Чего он так долго ждет? Пожалуй, редко когда прежде мир так внимательно прислушивался к словам генерального директора ВОЗ. Обычно глава Всемирной организации здравоохранения не относится к числу больших знаменитостей. Но об уроженце Эфиопии Тедросе Адханоме Гебрейесусе этого не скажешь. Напряжение начало нарастать еще в марте. Все ждали, когда же он наконец произнесет это слово на букву «п». Но ВОЗ по-прежнему ограничивался словами о «возможности пандемии». Так продолжалось до 11 марта.

А ведь все критерии были соблюдены задолго до этой даты. 26 февраля был подтвержден первый случай заражения COVID-19 в Бразилии – на последнем еще свободном от инфекции континенте. Уже в тот момент можно было говорить, что коронавирус нового типа захватил весь мир. Вдобавок к этому потерялись все цепочки заражения в Северной Италии, и источники уже невозможно было отследить. Началось бесконтрольное распространение вируса, в том числе и в сопредельные страны. Врачи в Германии прагматично уповали только на то, что удастся оттянуть неизбежное начало до тех пор, пока не пройдет волна гриппа.

Но давайте для начала определимся. Заболевание, которое ограничено временными и территориальными рамками, врачи называют эпидемической вспышкой. Даже если малярия в каких-то странах вызывает катастрофические последствия и уносит каждый год 300 миллионов человеческих жизней, она остается «тропической болезнью». (То, что в связи с повышением среднегодовых температур комары-анофелесы, передающие малярию, появились и в Европе, станет темой для оживленных обсуждений уже в ближайшие годы).

Если показатели заболеваемости неожиданно резко возрастают, то речь идет об эпидемии. Она ограничена каким-то регионом, но в его границах распространяется бесконтрольно. Примером может служить лихорадка Эбола, которой в период с 2014 по 2016 г. заболело более 28 тысяч человек в нескольких странах Западной Африки. Страшным итогом стали 11 тысяч смертей. Тем не менее, Эбола не оказала практически никакого влияния на местности, находящиеся за пределами зоны эпидемии. Не последнюю роль в замедлении ее распространения сыграла высокая смертность.

В отличие от эпидемии пандемию не удается удержать в региональных границах. Заболевание может проявиться потенциально в любом месте мира. Глобальные торговые связи и доступность воздушных перевозок только ускоряют этот процесс. Примерами пандемий прошлых лет могут служить атипичная пневмония и свиной грипп (вирус H1N1). Но и без самолетов некоторые заболевания прошлого века типа «испанки» или гонконгского гриппа способны были поставить весь мир на колени.

Почему же была проявлена такая осторожность в выборе термина по отношению к новому коронавирусу? Генеральный директор ВОЗ Тедрос заявил в конце февраля: «Употребив термин “пандемия”, мы никому не принесем пользы. В то же время это понятие несет с собой большой риск, потому что усиливает абсолютно неоправданные страхи и предубеждения и вызывает паралич систем». Стоит только заговорить о пандемии, как тут же воображение начинает рисовать сценарии из фантастических фильмов с переполненными больницами и всемирной паникой. Это явно не идет на пользу делу.

Главным все же является то, что ВОЗ уже 30 января предприняла куда более важный шаг: Тедрос объявил «чрезвычайную ситуацию в области общественного здравоохранения, имеющую международное значение», т. е. фактически ввел чрезвычайное положение во всем мире. Это максимальная и единственная мера глобального масштаба, имеющаяся в распоряжении ВОЗ. Начиная с 2005 г. к этой мере прибегали пять раз: во время эпидемий лихорадки Зика, полиомиелита и двух вспышек Эболы, а также во время свиного гриппа (ранее действовала отмененная в наше время шестиступенчатая система предупреждений об опасности, в которой было предусмотрено и объявление пандемии).

Когда ВОЗ идет на этот шаг, возрастает давление на разработчиков и производителей медикаментов и вакцин, особенно для пострадавших стран со слаборазвитыми системами здравоохранения. В данном случае, с COVID-19, ООН, Всемирный банк и Международный валютный фонд выделили в поддержку несколько миллиардов долларов. «Мы все в одной лодке, – сказал Тедрос, призывая к международной солидарности. – Вирус можно одолеть только совместными усилиями. Это время, когда нужны факты, а не страхи».

Кроме того, сценарий чрезвычайного положения дает ВОЗ возможность высказывать юридически обязывающие рекомендации для стран-участниц по поводу мер, необходимых для противодействия эпидемии. Все обязаны к ним прислушиваться. В крайнем случае власти той или иной страны могут признать, что они не в состоянии остановить распространение вируса. Тогда приходится использовать другие стратегии, например запрет на спортивные и другие массовые мероприятия, закрытие школ. Но вопрос, когда и как будут введены в действие национальные планы по противодействию пандемии, остается в юрисдикции отдельных стран и регионов.

Рекомендация. Пусть вас не смущают такие формулировки, как «пандемия» или «международное чрезвычайное положение». Они используются экспертами в сфере здравоохранения для более профессиональных оценок распространения заболеваний.

19. Какой вирус был самым опасным в истории?

С тех пор, как человечество перешло на оседлый образ жизни, возбудители болезней обрели прекрасные возможности для своего распространения. Следы эпидемий оспы приводят нас в древний Египет. Бактерии чумы выкашивали в средние века огромные территории. Завезенная корь уничтожала коренное население Центральной и Южной Америки более эффективно, чем оружие европейских захватчиков. Но ни одно заболевание не потребовало столько человеческих жертв, как так называемая испанка. Эта эпидемия гриппа, длившаяся с 1918 по 1920 гг., стоила жизни не менее чем 20 миллионам человек. Некоторые источники говорят даже о 50 миллионах умерших во всем мире. Даже Первая мировая война унесла меньше жизней. По данным Института Роберта Коха, в Германии умерло 426 тысяч человек.

В окопах заканчивавшейся мировой войны, где люди находились в тесном контакте, а гигиенические и медицинские условия были просто катастрофическими, вирус нашел идеальную питательную среду. Болезнь распространялась через крошечные капельки слюны при чихании или кашле. Она начиналась с кашля, жара, болях в голове и конечностях. Нередко на лицах появлялись коричнево-красные пятна. Для многих инфицированных она заканчивалась тяжелым воспалением легких, вызванным бактериями, и мучительной смертью. Жертвами гриппа становились не только старики и дети, но и на удивление много людей в возрасте от 20 до 40 лет. Это невозможно было понять.

Сразу после окончания войны инфекция вместе с солдатами, покинувшими окопы, распространилась повсеместно. Даже на острове Самоа, расположенном в южных морях, от «испанки» умер каждый пятый житель. Таким образом, «испанку» можно считать прототипом сегодняшних опустошающих эпидемий.

Она бушевала еще два года, накатываясь периодическими волнами. Антибиотиков в ту пору еще не было. Возбудитель – особо агрессивный вариант вируса гриппа-А типа H1N1 – был идентифицирован только в 1933 г. Он схож с тем вирусом, который значительно позже, в 2009 г., стал причиной свиного гриппа.

Где зародилась «испанка», до сих пор еще окончательно не установлено. По самой распространенной теории, вирус перешел от свиней к людям на Среднем Западе США. В марте 1918 г. в лагере для призывников в Канзасе военные врачи зарегистрировали стремительный рост заболеваний гриппом. Но остановить эту волну уже не было возможности. Инфицированные солдаты уже находились на пути через Атлантический океан.

Таким образом, само название «испанка» вводит в заблуждение. Происхождение болезни никак не связано с Иберийским полуостровом. Просто испанская пресса первой забила тревогу и начала без цензуры писать об эпидемии. Эта страна в ходе мировой войны соблюдала нейтралитет, и поэтому пресса могла рассуждать на тему эпидемий без опасений, что ее обвинят в подрыве боевого духа.

В это же время в Германской империи народ втихомолку делился слухами о «легочной чуме», врачи не знали, что делать, а пресса была под гнетом государственной цензуры. Со стороны властей не было почти никакой реакции. С сегодняшних позиций понятно, что утаивание от населения информации может лишь еще сильнее раздуть пожар. В условиях, когда истинная картина скрывалась, а власти медлили с запретом на массовые мероприятия, карантин оказался запоздалой мерой. Больницы перестали справляться с наплывом больных. Медицинский персонал вскоре сам оказался в роли пациентов.

Меры, которые могли бы замедлить расползание эпидемии, можно реконструировать сегодня на основании данных из США. В сентябре 1918 г. более 200 тысяч человек вышли на улицы Филадельфии, чтобы своим парадом поддержать боевой дух сражающихся в Европе солдат, хотя медики недвусмысленно предостерегали от проведения массовых мероприятий. Однако власти не собирались ограничивать общественную жизнь. Спустя три дня все больничные койки в клиниках Филадельфии были заняты. Вскоре после этого около 2600 человек умерли от «испанки».

Город Сент-Луис пошел другим путем. Спустя несколько дней после первых случаев гриппа городские власти закрыли школы и запретили все общественные мероприятия. К концу эпидемии в Сент-Луисе на 100 тысяч жителей насчитывалось 347 умерших от «испанки», а в Филадельфии 719 – более чем вдвое больше.

Рекомендация. Даже во времена, когда обстановка отличается неопределенностью, относитесь скептически к курьезным обещаниям и учитесь на исторических примерах. В ходе эпидемии «испанки» медицина со своей верой в науку и технический прогресс столкнулась с мощным кризисом доверия. В США публика охотно слушала чудодейственных целителей, а гомеопатия пережила настоящий бум. Правда, она с тех пор так и не сумела доказать наличие у нее действенных средств против агрессивных вирусов.

20. Чем закончилась борьба против SARS и MERS?

Как все-таки похожи бывают новости. В 2003 г. ВОЗ констатировала: «Вирус SARS демонстрирует драматическим образом, какие катастрофические глобальные последствия могут иметь новые инфекционные заболевания». Почти незаметно для мировой общественности в ноябре 2002 г. в провинции Гуандун на юге Китая распространился неизвестный до этого вирус SARS. Типичными симптомами были высокая температура, кашель и одышка, которые при тяжелом течении болезни дополнялись необычной формой воспаления легких (атипичной пневмонией). Не помогал ни один антибиотик.

В феврале 2003 г. аналогичные случаи все чаще стали появляться в Гонконге и Вьетнаме, а оттуда инфекция разошлась по всем континентам. В 32 странах заразились более 8 тысяч человек, и 800 из них – каждый десятый – умерли. Первая пандемия нового тысячелетия продемонстрировала, насколько стремительно может распространяться вирус в нашем глобализованном мире.

23 ноября 2012 г., т. е. примерно девять с половиной лет спустя, Немецкий центр исследования инфекционных заболеваний в Берлине сообщил: «Шесть пациентов заболели новым коронавирусом». Из Саудовской Аравии по всему региону начал распространяться вирус MERS (сокращение от Middle East Respiratory Syndrome – ближневосточный респираторный синдром), который впоследствии охватил 27 стран.

Как и в случае с SARS, словно из ниоткуда возник новый опасный возбудитель, принадлежащий к семейству коронавирусов, с которыми раньше связывались только безобидные простудные заболевания. И вновь коронавирус перешел к человеку предположительно от летучих мышей через новых промежуточных хозяев (в данном случае верблюдов). И вновь осложнение заболевания проявлялось в виде тяжелого воспаления легких. Как выяснилось, в пробах крови верблюдов антитела к MERS можно проследить вплоть до 1980-х гг. Таким образом, вирус циркулировал среди них не менее 30 лет, прежде чем в 2012 г. им впервые заразился человек – 60-летний владелец верблюдов из Саудовской Аравии.

Правда, распространение MERS ограничилось главным образом Аравийским полуостровом. Всего им заразилось 2500 человек, каждый третий из которых умер. Один смертельный случай был и в Германии. 29 января 2020 г. Немецкий центр исследований инфекционных заболеваний сообщил, что возобновлены работы по поиску методов лечения MERS, т. к. этот вирус до сегодняшнего дня все еще не побежден. А вакцины против него до сих пор нет, как и против SARS.

В свете кризиса COVID-19 ученые считают это непростительным упущением. Если бы в свое время последовательно продолжались работы по созданию вакцины против атипичной пневмонии (SARS), то сегодня мы, по всей видимости, стояли бы намного ближе к созданию вакцины против коронавируса нового типа. Эксперты в сфере здравоохранения жалуются на то, что у ученых слишком быстро исчезает интерес к разработкам (как и выделенные средства), как только спадает волна заболеваний.

То, что даже благополучно пережитая эпидемия не должна оставаться без последствий, доказывают национальные системы здравоохранения некоторых стран, которые когда-то находились на передовой в борьбе против SARS и теперь весьма решительно реагируют на угрозу COVID-19. В Сингапуре, например, не делали ставку на тотальную изоляцию, как в Китае, а заблаговременно подготовили планы на чрезвычайную ситуацию, прежде чем у них был зарегистрирован первый случай заболеваний 23 января 2020 г. После эпидемии SARS в этом городе-государстве было значительно увеличено количество коек в изоляторах. Гонконг уже на самом раннем этапе закрыл границы – сначала с соседним Китаем, а затем и для европейцев и американцев, которым запретили въезд без 14-дневного карантина. Несмотря на близость Китая, Гонконг не превратился в вымерший город-призрак, как это было во время эпидемии SARS.

Чтобы иметь возможность с самого начала детально прослеживать цепочки заражений, специально обученные сотрудники в Южной Корее воспользовались весьма деликатной информацией о передвижениях граждан, получаемой с их мобильных телефонов, кредитных карточек и из наружных телекамер слежения. Временами они проводили до 15 тысяч тестов на SARS-CoV-2 в день. Такого тщательного наблюдения не было ни в одной другой стране мира. А ведь необходимой для этого инфраструктурой Южная Корея обладала не всегда. Только после шока MERS в 2013 г., когда 200 инфицированных человек повергли страну в панику, была постепенно разработана необходимая система, чтобы история больше не повторилась.

Рекомендация. Проследите в сообщениях СМИ, насколько быстро мировому экономическому сообществу удастся найти вакцину против нового коронавируса. Похоже, уроки прошлого все-таки чему-то учат.

21. Насколько хорошо немецкая система здравоохранения оказалась подготовлена к пандемии?

Что ощущают люди во время «затишья перед бурей», о которой объявил федеральный министр здравоохранения Йенс Шпан в конце марта 2020 г.? В то время буря бушевала где-то в других местах, а об ее разрушительных последствиях в таких эпицентрах, как Северная Италия, Испания или США свидетельствовали лишь телерепортажи. Такие моменты кто-то использует, чтобы отдохнуть и расслабиться, а кто-то лихорадочно работает.

В Германии можно было наблюдать и то, и другое. В начале апреля 2020 г. Германское клиническое объединение заявило, что количество коек в отделениях интенсивной терапии увеличено с 28 до 40 тысяч, а количество мест, оснащенных аппаратами искусственной вентиляции легких, которых так не хватало в некоторых странах – с 20 до 30 тысяч. Уже до этого на каждые 100 тысяч жителей Германии приходилось 34 таких места. Это больше чем в США (26) и значительно больше, чем в Испании (10) и Италии (9). Похоже, что Германия действительно лучше оснащена на случай чрезвычайных ситуаций в сфере здравоохранения.

Но без специально подготовленного персонала место в палате интенсивной терапии остается просто кроватью с установленными вокруг аппаратами, с которыми никто не знает, что делать. Незадолго до наступления коронавирусного кризиса Германское клиническое общество с тревогой сообщало, что в немецких больницах 17 тысяч вакансий. С этой точки зрения система здравоохранения Германии находится не на лидирующих позициях. По данным Фонда Бертельсманна, на 1000 больных в немецких клиниках приходится только 19 человек медицинского персонала. В развитых промышленных странах этот показатель составляет в среднем 32 человека.

Эта проблема усугубляется еще и тем, что защитные маски и комбинезоны, а также дезинфицирующие средства оказались в дефиците еще до того, как грянула буря. Без этого снаряжения работникам клиник грозило то, что они вскоре сами вынуждены будут отправиться на карантин. Стоимость маски измеряется несколькими центами. Правда, министерство здравоохранения инициировало введение запрета на их экспорт, и до конца марта федеральным землям и клиническим объединениям было выделено около 20 миллионов масок, 15 миллионов пар перчаток, 130 тысяч комбинезонов, 23 тысячи защитных очков, а также 91 тысяча литров дезинфицирующих средств. И все же этого не хватало. Расследования, проведенные телекомпаниями WDR и NDR, показали, что цена маски второго класса защиты у оптовых продавцов фармацевтики к концу марта поднялась с обычных 45 центов до 13,50 евро. Это означает рост на 3000 %. То, что Институт Роберта Коха – высшая инстанция в вопросах инфекционных заболеваний – рекомендовал использовать маски повторно, можно расценивать как свидетельство беспомощности.

С начала нового тысячелетия большинство эпидемий разворачивалось прежде всего на азиатском континенте. Но уже в 2005 г., когда птичий грипп встревожил весь мир, ВОЗ предупредила всех, что ситуация может выйти из-под контроля, а лекарства и вакцины могут оказаться в дефиците, если этот вирус под названием Н5N1 начнет быстрее передаваться от человека к человеку. К счастью, до этого не дошло. Н5N1 оказался далеко не таким заразным, как SARS-CoV-2. Тем не менее, ВОЗ призвала все страны разработать кризисные планы на случай пандемий, чтобы быть готовыми в любой момент. ИРК последовал этому призыву в 2005 г.

В национальном плане действий на случай пандемии недвусмысленно говорится, что необходимо создавать резервы защитного снаряжения по примеру стратегических запасов нефти и продуктов питания. И то, что в реальности нам сейчас не хватает таких банальных вещей, как маски, лишний раз подтверждает, насколько трудно всерьез говорить о каких-то резервах, когда пандемия представляется лишь неким расплывчатым теоретическим сценарием. Защита от катастроф является прерогативой федеральных земель, что еще больше затрудняет координацию. К тому же содержание больших складов на случай такого маловероятного события, как пандемия, не вписывается в политику экономической эффективности системы здравоохранения, которой власти придерживались на протяжении последних лет. Логика рыночного хозяйства больше склонна решать проблемы по мере их возникновения.

Но все это не должно затушевывать тот факт, что иностранных журналистов и политиков очень интересует вопрос, почему количество жертв COVID-19 в Германии так мало по сравнению с другими странами. Этот успех признан во всем мире. Тем не менее, нам еще есть что совершенствовать. А наверстывать упущенное – это всегда не самое лучшее решение.

Рекомендация. Возможно, ваш врач тоже обратится к вам с просьбой перенести на другое время какую-то процедуру или операцию, чтобы освободить место для больного COVID-19. Вам стоит детально обсудить с ним этот вопрос.

22. У какой страны можно поучиться, а у какой нет?

То, что для вирусов не существует государственных границ, было известно и до появления SARS-CoV-2. И все же разные страны прибегают к совершенно различным методам в попытках избежать угрозы, исходящей от COVID-19. С одной стороны, можно наблюдать полную прозрачность, подкрепленную самыми современными цифровыми технологиями. С другой стороны – упорные попытки принизить опасность вируса и подтасовать цифры. Полный карантин противостоит попыткам вести ничем не ограниченную общественную жизнь.

Факт остается фактом: в первые месяцы пандемии в некоторых странах удалось сгладить кривую инфицирования, не прекращая полностью общественную и экономическую жизнь. В начале апреля 2020 г. это относилось прежде всего к таким азиатским странам, как Южная Корея, Сингапур, Гонконг и Тайвань. Все они находятся вблизи Китая, предполагаемого источника пандемии. Кроме того, у них есть еще одна общая черта: с самого начала у них проводилось необычно много тестов на коронавирус нового типа. В случае положительного результата инфицированных как можно скорее изолировали, чтобы они не становились переносчиками. Все лица, с которыми они контактировали, помещались в карантин до получения результатов теста. Эта стратегия требует наличия развитой сети лабораторий и тестовых материалов. Можно сказать, что эти страны выучили урок, т. к. вся необходимая инфраструктура была создана после эпидемий SARS и MERS. Также было увеличено количество коек в отделениях интенсивной терапии.

Во многих азиатских странах еще до COVID-19 было обычным делом ношение защитных масок. Когда человек простужен, маска должна защитить окружающих от брызг его слюны. Насколько хорошо справляется маска с этой задачей, остается пока спорным вопросом, но она должна восприниматься как признак того, что человек приучен и к другим мерам: моет руки, выдерживает безопасную дистанцию.

С позиций защиты от инфекций все это разумные и достойные подражания меры. Но без определенной доли принуждения, очевидно, не обходится и в этих странах. В Сингапуре любому, кто не соблюдает карантинных ограничений, грозит колоссальный штраф. Следить за этим призвана цифровая техника. В Южной Корее для полной реконструкции цепочек заражения и слежения за инфицированными используются данные мобильных телефонов и кредитных карточек, а также записи телекамер наружного наблюдения. На специальном сайте можно получить данные по любому населенному пункту страны, сколько там находилось инфицированных людей в каждый момент. Полная прозрачность предполагает, что у граждан должно быть сформировано совсем не такое отношение к защите своих персональных данных на личных носителях информации, как в Европе. Они готовы пожертвовать неприкосновенностью своей личной информации ради защиты от вируса. Оправдает ли себя такая стратегия в долгосрочной перспективе, покажет время.

Уже в первые три месяца пандемии доказала свою непригодность стратегия принижения степени опасности, с помощью которой некоторые главы государств надеялись поддержать экономику или обеспечить себе переизбрание. То, что новый вирус не представляет собой «ничего особенно страшного», неоднократно заявлял еще в начале марта 2020 г. президент США Дональд Трамп (даже несмотря на то, что всего через несколько дней он запретил въезд на свою территорию гражданам Евросоюза). Еще три недели спустя он немногословно признал: если США удастся удержать количество смертей в границах 100 тысяч, «можно считать, что все мы проделали хорошую работу». К тому моменту ни в одной стране мира не было даже близко такого количества вновь инфицированных людей, как в США. Отрицая опасность вируса, его невозможно остановить. Скорее наоборот.

Президент Бразилии Жаир Болсонару в то же самое время продолжал твердить о том, что для него COVID-19 – это «небольшой грипп», и пожимал всем подряд руки в толпе своих приверженцев. По его словам, надо было делать все возможное, чтобы эти «фантазии» и «истерия» не сказались негативно на экономике и рабочих местах. Twitter был вынужден удалить два твита Болсонару, объяснив это тем, что они могли способствовать распространению вируса. Похоже, популисты даже во время кризиса весьма далеки от действительности.

Попытки принизить опасность пандемии наблюдаются и в авторитарных режимах. В России первые жертвы коронавируса пытались списывать на «смерть от воспаления легких». В Иране отрицали само существование вируса до тех пор, пока им не заразился заместитель министра здравоохранения. То, что венгерский премьер-министр Виктор Орбан использовал тяжелое положение в здравоохранении, чтобы лишить власти парламент и еще больше укрепить свою диктатуру в стране под прикрытием особого положения – это еще одна мрачная история времен коронавирусного кризиса.

Есть еще одна типичная черта, которая объединяет как популистов, так и авторитарные системы перед лицом COVID-19. Для них опасность всегда исходит откуда-то извне. Трамп называл этот вирус «иностранным». Китай отметал от себя эти обвинения, заявляя, что вирус завезен в Ухань из-за границы. Правда, к этому моменту Китай уже пережил пик пандемии. А в декабре 2019 г. его политическое руководство еще игнорировало все сигналы о появлении нового вируса и затыкало рты врачам, которые предупреждали о нем. Несколько позже китайская антикризисная тактика сделала резкий поворот, и целая провинция была полностью изолирована от мира. То, что после этого на протяжении нескольких недель в графе «количество вновь зараженных» появлялись только нули, вызывает большие сомнения. Ведь другие цифры повредили бы образу председателя Си Цзиньпина как смелого вождя на политической арене.

В этом коротком обзоре мы опустили ряд регионов, у которых, помимо пандемии, были и свои специфические заботы. К ним, в частности, принадлежат африканские страны, северные области Сирии и густонаселенная Индия, в которой попытки запретить выход на улицу 1,3 миллиарда человек вылились в настоящий хаос. Единого рецепта для всех стран не существует. Но чтобы учиться друг у друга, отдельные страны и их объединения вроде Евросоюза должны делиться своими стратегиями, а не отгораживаться друг от друга.

Рекомендация. Когда пандемия стучится в вашу дверь, не забывайте, что коронавирусом поражены и самые бедные регионы мира. Им помогут ваши пожертвования в адрес Всемирной организации помощи в борьбе с голодом и Чрезвычайного фонда борьбы с коронавирусом Красного Креста.

23. Скатятся ли биржи к новому финансовому кризису из-за пандемии коронавируса?

В то время как вирус SARS-CoV-2 парализовал целые страны, биржевые курсы отнюдь не стоят на месте. Даже в середине февраля, когда отдельные области Китая уже находились под карантином, биржевые индексы демонстрировали рекордно высокие показатели за всю историю, а потом с такой же рекордной скоростью обвалились. Индекс S & P 500, охватывающий 500 крупнейших компаний США, всего за семь торговых дней в конце февраля потерял свыше 4 триллионов долларов (4 000 000 000 000). Эта сумма соответствует годовому ВВП Германии. Время от времени в Нью-Йорке приходилось приостанавливать торги, потому что курсы обрушивались слишком стремительно.

В Германии обстановка была ненамного лучше: ежедневные потери ведущего немецкого индекса DAX доходили порой до 12 %, а за первые четыре недели он упал в общей сложности на 40 %. Во времена финансового кризиса 2008–2009 гг. потребовалось около 100 дней, чтобы DAX понес такие потери. Известие о том, что ценовая борьба между Саудовской Аравией и Россией загнала цены на нефть на крайне низкие отметки, в другое время стало бы хорошей новостью для потребителей и инвесторов, но в данном случае оно прошло почти незамеченным и не помогло вернуть биржам спокойствие.

Во время пандемии все происходит не так, как обычно. Неопределенность относительно сроков ее продолжения и неожиданные решения отдельных стран о закрытии границ, прерывающие пути поставок крайне негативно отражаются на фондовых рынках. Из неопределенности сама собой вырастает паника. Люди пытаются сбыть все, что пока еще ликвидно, и пытаются укрыться в якобы надежной гавани вложений в золото и государственные облигации.

Казалось бы, все так же, как и в 2008 г., когда обанкротился банк Lehman Brothers и мир погрузился в глобальный финансовый кризис. Но тут есть кардинальное отличие. Кризис 2008 г. продемонстрировал болезнь финансовой системы, которая испытывала на себе слишком слабое регулирующее воздействие и приобрела слишком сильную зависимость от чересчур рискованных бумажных активов. Когда вся система рухнула, это стало внутренним кризисом финансового мира, который чуть было не потащил за собой и реальную экономику. Девизом политиков и центральных банков стало спасение в первую очередь банковского сектора. Принятые меры были дорогими, но они сработали.

Коронавирусный кризис – это совсем другая история. Биржевым курсам грозит вполне реальный вирус, который вызывает совершенно реальную опасную болезнь. Инфекция атакует не только финансовые учреждения, но и почти все отрасли экономики – и пивной бар на соседнем перекрестке, и парикмахерскую, и кондитерскую лавку, и логистические связи целых городов, и глобальные автомобильные концерны. То, за что люди в обычных условиях готовы были платить деньги – стрижка, поездка в отпуск, автомобиль, посещение выставок и концертов, покупка одежды, ужин в ресторане – стало вдруг частично или полностью недоступно либо из-за опасения заразиться, либо из-за запрета покидать свое жилище, либо просто из желания отложить деньги на будущее.

Во время финансового кризиса 2008 г. людей успокаивало то, что федеральное правительство гарантировало сохранность их банковских сбережений. Центральные банки располагали мощными инструментами. Они непрерывно понижали ключевые банковские ставки, чтобы поддержать финансовую систему. В марте 2020 г. Европейский центральный банк также отреагировал и объявил, что готов скупить займы на гигантскую сумму – 750 миллиардов евро, чтобы накачать деньги в экономический оборот. Но оперировать ключевой ставкой он уже не мог. В результате прошедшего финансового кризиса она и так уже опустилась до нуля. После 2008 г. рычаги стали короче.

Возможность объединения международных усилий, которого в те времена сумели добиться страны Большой двадцатки, также не просматривается в период пандемии. Встреча в верхах Большой семерки – ведущих промышленных страны мира – состоялась в марте 2020 г. в форме видеоконференции. Однако больших надежд эта виртуальная встреча не внушила, а оставила скорее ощущение внутреннего раздора. Стороны не смогли даже договориться, как называть новый возбудитель, так как США настаивали на названии «Уханьский вирус». Для тех недель и месяцев, в течение которых коронавирус захватывал мир, характерны были скорее торговые войны и соперничество, чем глобальная кооперация. Каждая страна занималась в первую очередь своими собственными проблемами и обеспечивала безопасность и здоровье только для своих граждан. Наряду с ограничениями на пересечение границ, министры финансов стран ЕС установили и защитные экономические барьеры, учитывавшие исключительно национальные интересы.

В кризисные времена особую важность приобретают позитивные сигналы. Как только были приняты первые национальные конъюнктурные пакеты мер, международные биржевые площадки вновь судорожно задышали. Теперь на них начали происходить подозрительные скачки цен вверх. Пожалуй, ни одно известие не смогло вы внушить биржевому миру больше уверенности, чем новость об эффективном лекарстве или вакцине против COVID-19. Если проследить исторические изменения курсов биржевых индексов, выясняется, что после каждого глубокого провала они вновь поднимались вверх. Не следует, однако, полагать, что все это происходило автоматически, само по себе.

Рекомендация. Вряд ли кто-то решится предсказать, когда биржевые индексы достигнут ценового дна. Но низкий уровень курсов на фондовом рынке – это как раз удачный момент для новичков, чтобы начать покупку акций, например, широкого спектра торгуемых на бирже индексных фондов ETF.

24. Какие меры спасают экономику во время пандемии?

«Чего бы это ни стоило». Пожалуй, именно эти слова президента Европейского центрального банка Марио Драги, произнесенные 26 июля 2012 г., а вовсе не суммы финансовой помощи Греции, составлявшие сотни миллиардов евро, смогли в то время круто поменять тенденцию и спасти единую европейскую валюту. Примерно те же мотивы звучали из уст некоторых политиков в первые недели пандемии коронавируса. Порой к ним примешивались бодрые лозунги в духе «мы справимся». Подобные позитивные послания не менее важны для биржевых курсов, чем «реальная» экономическая жизнь.

В конце марта 2020 г. еще нельзя было в полной мере оценить, в какой мере SARS-CoV-2 сказался на жизни. Мюнхенский институт экономических исследований был одним из первых, кто сделал такую попытку. По его оценкам, последствия пандемии могли обойтись Германии в сумму от 255 до 729 миллиардов евро, в зависимости от того, продлится ли простой экономики два или три месяца. Эти потери превышают «все известные до сих пор последствия экономических кризисов и стихийных бедствий». По прогнозам ученых, будет потеряно 1,4 миллиона рабочих мест с полной занятостью.

Если предприниматели и граждане перестают тратить деньги вследствие каких-то опасений или просто потому что для этого отсутствуют возможности, т. к. закрыты магазины и рестораны, то должны вмешаться политики и банки, чтобы запустить деньги в оборот. Это, по некоторым оценкам, способно разорвать порочный круг плохих новостей. Решительно провозгласив в очередной раз «чего бы это ни стоило», бундестаг 25 марта принял в рекордные сроки пакет мер помощи, для чего пришлось вновь влезть в долги на 156 миллиардов евро. Эти деньги должны быстро и по возможности без всяких бюрократических препон дойти до экономики. Малый бизнес и самозанятое население, которые вряд ли смогут рассчитывать на банковские кредиты, получат срочную помощь. Можно также отсрочить уплату налогов, если средства пока не позволяют. Помощь крупному бизнесу будет оказываться через кредитные программы. Новые правила, регулирующие неполную занятость, позволят избежать массовых увольнений. Когда спрос вновь возрастет, предприятия должны сразу же откликнуться на это, а не ждать, пока восстановится численность персонала за счет найма новых работников. Одновременно с этим правительство США также одобрило конъюнктурный пакет мер стоимостью 2 триллиона долларов.

Когда падает спрос – это лишь одна сторона экономики. Не менее сильный удар коронавирус нанес и по предложению, когда китайское правительство закрыло провинцию Хубэй. Моментально остановились все заводы. Насколько чувствительно отреагировала теснейшим образом переплетенная мировая экономика, можно было почувствовать в Германии, когда транспортные суда пришли из Китая в немецкие порты без заказанных товаров и деталей к ним. Чем теснее цепочки производства и поставок завязаны на несколько стран, тем легче распадается вся цепь, когда в ней отсутствует одно из звеньев.

Проще всего это объяснить на примере простой майки. К примеру, хлопок поставляется из США, ткань изготавливается в Турции, окрашивается в Бангладеш. Пошив осуществляется в Китае. Но Китай является мировым центром не только текстильной индустрии. Как раз в провинции Хубэй изготавливаются многие детали для автомобилей и мобильных телефонов, которые затем собираются и продаются где-то за тысячи километров. Если хотя бы одна запчасть не поставляется вовремя, все остальные тоже лежат без дела. Получается такой перевернутый эффект домино.

Все эти взаимосвязи в обстановке глобального разделения труда ни для кого не являются новостью. Предприятия покупают товары и услуги там, где дешевле, и переносят туда же отдельные производственные процессы. Несшитая майка, конечно, не станет катастрофой в этом гигантском круговороте. Куда хуже, если защитные маски и лекарства не будут поставлены туда, где в них есть крайняя нужда.

Например, в производстве дженериков прибыль очень мала. Эти медикаменты являются копиями оригинальных препаратов, на которые истек срок патентной защиты. Чтобы снизить производственные издержки, различные этапы производственных процессов нередко распределяются по разным странам. Например, в Индии производится большое количество антибиотиков. Действующие вещества для них поставляются из Китая. В одной только провинции Хубэй производится по заказам Федерального института лекарств и медицинской продукции (ФИЛМП) 48 видов действующих веществ, имеющих классификацию «жизненно необходимых», т. е. представляющих большую важность для значительной части населения. Всего же на этих предприятиях изготавливается более 500 различных действующих веществ.

В начале марта ФИЛМП дал отбой тревоги, придя к выводу, что дефицита в немецких аптеках на период пандемии не ожидается. Но аптеки оценивают ситуацию несколько иначе. Еще в 2019 г. Федеральное объединение аптечных союзов (ФОАС) заявило, что поставки лекарств отстают от заказанных объемов на 18 миллионов упаковок, что вдвое больше, чем годом ранее. Таким образом, проблема началась не в связи с пандемией, а еще до нее.

В период возникшего кризиса мы можем в режиме реального времени наблюдать, как возникают провалы в казалось бы хорошо налаженных производственных процессах. Критика системы становится все громче. Выдвигаются требования, чтобы каждая страна должна в будущем в первую очередь сама снабжать себя всем необходимым. Многие предприятия еще до пандемии начали разворачивать вспять сложившиеся в мире производственные цепочки. Начинающийся кризис только усилит эту тенденцию деглобализации.

Но демонизировать на каждом шагу глобализацию и одновременно проводить политику «Америка прежде всего» – это слишком близоруко. Глобальные производственные связи, без сомнения, создали чрезмерную зависимость, но одновременно принесли миру огромные богатства (даже если они распределяются неравномерно). Одна только деглобализация не решит проблему. К примеру, первые исследования показывают, что производственные операции, вернувшиеся к себе «на родину», будут преимущественно выполняться роботами, а не людьми.

Мировая экономика никогда уже не станет прежней, когда пройдет пандемия коронавируса. Размышления об ее будущем облике еще только начались.

Рекомендация. Вы можете поддержать местную торговлю, если будете покупать товары преимущественно на месте, а не в интернете. Вы можете также заранее купить сертификаты на посещение ресторанов и театров, а посетить их позже. Тем самым вы поможете им хотя бы оплатить текущие расходы. Музыкантам и артистам вы поможете в кризисные времена, если не будете требовать возврата денег за отмененные представления или концерты. Особенно если речь идет не о звездах первой величины.

25. Сколько надо закупать товаров в кризисные времена?

Интернет-портал The Local в шутливой форме разъясняет вновь прибывшим в европейские страны, как быстрее войти в нормальную жизнь на новой родине и сориентироваться в обстановке. На странице, посвященной Германии, особой популярностью пользуется рубрика «Самое популярное немецкое слово недели». В конце февраля 2020 г. в качестве такого слова было выбрано «закупки». Это было хорошо подмечено с учетом внезапно опустевших полок в супермаркетах. Туалетная бумага, макароны, консервированные помидоры в банках и равиоли шли нарасхват. Дискаунтеры складировали целые горы воды и консервов прямо возле касс. Торговый союз Германии (ТСГ) объявил, что оборот в розничной торговле возрос на 40 %. В перечне хитов продаж на «Амазоне» защитным маскам и дезинфицирующим средствам пришлось потесниться, пропустив вперед дизель-генераторы, бензиновые канистры, газовые плитки и радиоприемники с ручной динамо-машиной для подзарядки.

Толковый словарь определяет понятие «ажиотажный спрос» как «панические закупки в больших количествах товаров и услуг повседневного потребления, особенно продуктов питания, а также создание запасов, чтобы обеспечить независимость от возможного дефицита или подорожания этих товаров». В немецком языке это явление получило название «хомячьи запасы». В других языках аналогий из мира животных не наблюдается и речь идет только о «панических» покупках. Можно ли считать, что немцы тоже уподобились американским так называемым «препперам» (выживальщикам), которые накапливают горы припасов, готовясь к тому, что мир погрязнет в хаосе зомби-апокалипсиса?

Передача «Немецкие тенденции», в которой телеканал ARD знакомит зрителей с результатами опросов общественного мнения, рисовала в тот же самый период совсем другую картину. Барометр настроений говорил о том, что в начале марта немцы были образцово рассудительным народом. 66 % граждан утверждали – они доверяют системе здравоохранения, которая держит коронавирус под контролем. Трое из четырех заверяли, что стали чаще мыть руки. А что насчет создания запасов продуктов? 89 % отрицали, что когда-либо занимались этим.

Но реальность возле магазинных касс выглядела иначе. Большие закупки действительно имели место. Правда, дефицита, по данным розничной торговли, не наблюдалось. Тем не менее, в глубине души поселились тревога и опасение за свое существование. Кадры из отрезанных от окружающего мира городов в Китае и на севере Италии лишь разжигали страхи. Разумеется, все это надо было воспринимать всерьез. Но динамика ажиотажного спроса усиливается главным образом тогда, когда среднестатистический покупатель забирает из магазина последнюю банку консервов «Чили кон карне» не потому, что она ему нужна, а потому что она последняя, и если ее не возьмет он, то возьмет кто-то другой.

Федеральное ведомство по защите населения в чрезвычайных ситуациях считает бессмысленным покупать продукты в количествах, превышающих ежедневную потребность. Именно такое поведение и приводит к созданию дефицита для нормальных потребителей и для тех, кому эти товары главным образом и предназначены. Как это случилось, к примеру, в разгар эпидемии коронавируса с защитной одеждой и дезинфицирующими средствами для медицинского персонала.

А вот создание резервов всего самого необходимого в то время, когда нет никакого ажиотажа, это ведомство считает вполне разумным. Цель заключается в том, чтобы в случае катастрофы типа наводнения, урагана или отключения электричества можно было продержаться десять дней, не выходя за покупками. Вот вам перечень из расчета на одного человека:

– 20 литров напитков в пластиковых бутылях или канистрах;

– 3,5 кг зерновых продуктов, круп и корнеплодов – хлеба, макарон, риса и картофеля;

– 4 кг консервированных овощей и бобовых в стеклянных или железных банках;

– 2,5 кг консервированных фруктов в стеклянных или железных банках, а также орехов;

– 2,6 кг молочных продуктов;

– 1,5 кг рыбы, мяса, яиц или, что еще лучше, яичного порошка;

– животные и растительные жиры;

– полуфабрикаты и готовые блюда, сахар, мед, мармелад, мука, растворимый бульон, кексы.

Если каждый житель вдруг одновременно решит запастись этим в общем-то умеренным количеством продуктов, потому что не позаботился об этом раньше, то полки в супермаркетах будут скорее всего такими же пустыми, как и в конце февраля. Систематическое пополнение запасов по плану – это образец разумного поведения, а не закупки, продиктованные паникой. Для тех, кто озабочен сохранностью припасов, сообщу, что туалетная бумага не портится, равиоли имеют длительный срок годности, да и у макаронных изделий он значительно дольше, чем указано на упаковке.

И еще раз вернемся в царство животных. Защечные мешки хомяка простираются от нижней челюсти до лопаток. В них может влезть до 20 граммов. Это много. Чтобы подготовиться к зимней спячке, он набивает их под самую завязку, в том числе и при содержании в клетке, где холода ему не грозят. Просто потому, что такова его натура.

Рекомендация. Если вы увидите пустые полки в магазине, не впадайте в панику. Государственные службы, отвечающие за чрезвычайные ситуации, располагают всем необходимым. Однако на всякий случай все же не повредит, если у вас всегда будет в подвале десятидневный запас продуктов. Федеральное министерство продовольствия и сельского хозяйства разработало специальный калькулятор на этот случай, который вы найдете на сайте www.ernaehrungsvorsorge.de.

26. Закончился ли мир мобильности без границ?

Немецкий паспорт обычно удобен в путешествиях. Граждане Германии могут без визы въезжать в большинство стран мира. Как правило. 6 марта 2020 г. министр здравоохранения Йенс Шпан заявил, что считает «неоправданными любые меры, которые могли бы привести к ограничению выезда за границу, исходя из всего того, что мы знаем о вирусе». Но в этот мартовский день Израиль уже не впустил бы Шпана в страну без 14-дневного карантина. Неделей позже президент США Дональд Трамп добавил ажиотажа, запретив гражданам Евросоюза въезд в страну на ближайшие 30 дней. Еще четыре дня спустя закрыл свои внешние границы и сам Евросоюз.

Как же все-таки быстро рушится в кризисные времена глобальный мир, который казался таким незыблемым. В центре Европы пограничники вновь заняли свои посты, министерство иностранных дел распространило свои предостережения об опасности выезда за границу практически на весь мир. 95 % самолетов компании Lufthansa стоят на земле. Все мировое сообщество съежилось, отгородилось, затихло.

Еще только совсем недавно министры здравоохранения стран Евросоюза декларировали единство в борьбе с пандемией. Но когда вирус действительно пришел в Европу, оказалось, что каждый сам за себя. Чехия первой ввела запрет на экспорт медицинского оборудования, в том числе и медицинских масок. К ней подключилась и Германия, но вынуждена была отступить под давлением Европы. Чтобы оснастить систему здравоохранения, правительство разместило большой заказ на более чем 10 миллионов масок и 10 тысяч аппаратов ИВЛ. Это дало небольшую передышку и позволило подготовиться к грозящей медицинской катастрофе.

А наблюдать эту катастрофу можно было уже живьем по ту сторону Альп. В Италии власти запросили о помощи. Больницы не располагали достаточным количеством аппаратов ИВЛ, и врачам приходилось решать, какого пациента лечить, а какого нет. Медики называют эту процедуру триажем. И вскоре прибыли самолеты с помощью, но не из соседних европейских стран, и из Китая и Кубы. Лишь когда обстановка стала уже совсем невыносимой, земля Баден-Вюртемберг 22 марта дала согласие принять на лечение пациентов с COVID-19 из перегруженного Эльзаса. Одиночные пациенты прибывали в Германию и из Италии.

То, что Европарламент довольно быстро отменил свои заседания, можно считать оправданным и правильным с медицинской точки зрения. Но то, что Европейская комиссия в ходе коронавирусного кризиса занималась лишь укреплением внешних границ и временно отменила право на получение убежища, отбрасывает темную тень на такой в прошлом многообещающий проект, как объединенная Европа.

Мы не будем здесь обсуждать вопрос, допустимо ли с моральной точки зрения возводить границы во время кризисной ситуации невиданных доселе масштабов и соблюдать лишь собственные интересы. Национальные государства, по-видимому, располагают более эффективными ответами на угрозу здоровью, когда требуются быстрые решения, решительные действия и нет времени на долгие согласования со своими партнерами по союзу. Системы здравоохранения и медицинского страхования имеют национальный принцип организации. Планы противодействия пандемиям, в которых расписано, что и как надо делать в случае волны инфекции, также написаны с учетом национальных интересов.

В то же время вирусу совершенно безразлично, какой национальности его носитель. Он путешествует вместе с ним самолетами, автомобилями и поездами через границы государств. Научные исследования, результаты которых опубликованы в журнале Science, показывают, что силовая изоляция отдельных местностей в Китае в начале эпидемии дала остальному миру некоторое время на подготовку. Но полностью остановить распространение вируса она не могла.

То, что президент США называет SARS-CoV-2 «иностранным» вирусом, это, конечно, бессмыслица с научной точки зрения. Но подобные высказывания свидетельствуют о растущем желании возведения границ, которое коронавирус возродил в глобализованном мире. Все зло и все угрозы идут извне. Эта тенденция к изоляции характерна и для Европы, и не случайно. Правые популисты охотно разыгрывали эту карту еще до коронавирусного кризиса. По их мнению, границы были слишком «дырявыми» для беженцев, а теперь еще и для вирусов, и уже даже некоторые страны-участницы Евросоюза пользуются похожими аргументами.

Лозунгом нынешнего кризиса стало соблюдение безопасной дистанции. В межчеловеческих отношениях дистанция служит проявлением солидарности. Но для международного сообщества государств это неприемлемо.

Рекомендация. Министерство иностранных дел постоянно сообщает актуальную информацию о возможности выезда в различные страны мира на сайте www.auswaertiges-amt.de.

О своих правах в случае отмены уже оплаченных поездок вы можете узнать в центрах по защите прав потребителей на сайте www.verbraucherzentrale.de.

27. Какой карантин способно выдержать либеральное общество?

Олимпийские игры и чемпионат Европы по футболу отменены. Школы и детские сады не работают. Кинотеатры, музеи, рестораны и магазины закрыты. Как называть эту ситуацию – запретом на свободный выход или ограничением контактов – не столь уж важно. Факт остается фактом: свободы граждан в настоящее время ограничены до такой степени, как еще никогда в истории ФРГ.

Это правомерно даже в условиях демократии: когда требуется предотвратить распространение опасного инфекционного заболевания, государство может ограничивать основные права и свободы. Так записано в законе о защите от инфекций. С февраля 2020 г. COVID-19 относится к числу болезней, о которых надо ставить в известность соответствующие инстанции, и это дает право ведомствам здравоохранения вводить карантинные мероприятия и запрещать инфицированным гражданам выполнять свои трудовые обязанности. Статья 28 этого закона определяет также порядок ограничения свободы собраний и допустимость нарушения неприкосновенности жилищ. С юридических позиций это обосновывается тем, что распространение болезни нарушает права неинфицированных третьих лиц на жизнь и физическую неприкосновенность, записанные в пункте 2 статьи 2 Конституции. Но при этом требуется соблюдение одного условия: нарушение основных прав граждан должно быть соразмерным грозящей опасности.

Запрет на контакты, введенный в форме призыва к сознанию и солидарности граждан, похоже, возымел свое действие. В первые недели пандемии Google проводил обезличенный сбор и анализ данных со смартфонов и установил, что в период до конца марта жители Германии в свое свободное время действительно на 77 % меньше находились в общественных местах. На остановках общественного транспорта также скапливалось на 68 % меньше народу.

Немцы на удивление единодушно поддержали эти ограничения. Если верить обзору опросов общественного мнения на телеканале ARD, то в начале апреля, спустя две недели после введения запрета на контакты на территории всей страны, целых 93 % граждан высказывали свое согласие с проводимыми мероприятиями. Их одобрил и Национальный совет по этике, потребовав, правда, при этом, чтобы параллельно до граждан доводился и сценарий возвращения к нормальной жизни. «Несмотря на большой ресурс солидарности в обществе, такое состояние не может быть само собой разумеющимся и бесконечным, – заявил совет по этике. – Неопределенность по поводу окончания этих мероприятий в конечном счете приведет к утрате солидарности и демотивации».

Будучи детьми, мы никак не хотели понимать взрослых, когда они уговаривали нас быть разумными. Ну, хорошо, заболел, чувствую себя усталым и разбитым. Но разве это повод, чтобы весь день лежать в кровати? Швеция решила в ходе этого кризиса пойти другим путем и сделать ставку не на запреты, а на разум граждан. Но уже через несколько недель власти и там начали вводить некоторые ограничения на свободу передвижения. Премьер-министр Баварии Маркус Зёдер, похоже, уже намного раньше усомнился в разумности людей и поэтому ввел 20 марта ограничения на выход из жилищ, обосновав это следующим образом: «Нашей высшей обязанностью является защита людей. И я хочу сказать со всей определенностью: в том числе и от них самих».

Национальный совет по этике, как и положено ему по статусу, внес долю рассудительности. «Нельзя безоговорочно подчинять требованию о защите человеческих жизней все остальные права и свободы граждан, а также экономические, социальные и культурные интересы», – заявил председатель совета Петер Даброкк.

Правда, вряд ли возможно поставить на одну доску медицинские соображения и экономические или социальные ценности. Но и полностью игнорировать их тоже нельзя. Взять хотя бы проблему банкротств и закредитованности предприятий, у которых в одночасье прекратился денежный оборот. Или такую проблему, как психическое здоровье. То, что человек безвылазно сидит дома и избегает контактов с окружающими, считается типичным признаком депрессии и других психических расстройств и маний. И наоборот, если запретить человеку выходить из дома, у него могут появиться или усугубиться эти расстройства. В некоторых семьях, где в ходу бытовое насилие, постоянно пребывание в четырех стенах может вылиться в настоящий ад.

Хорошо было бы иметь четкое понимание, что допустимо в условиях эпидемии COVID-19, а что нет. Но такое понимание отсутствует. Задача политиков заключается в том, чтобы скрупулезно следить за соблюдением баланса между медицинскими соображениями и базовыми правами и свободами. Принятые чрезвычайные меры не исчезают сами собой. Если мы уже переступили через этот порог, он не покажется нам в будущем таким уж непреодолимым. Поэтому лучше давайте не будем привыкать к чрезвычайным ситуациям.

Рекомендация. В принципе, у вас остается возможность подать в суд жалобу на ограничение свободы передвижений, если оно кажется вам неправомерным. Однако в период эпидемии суды, как правило, до сих пор отклоняли подобные иски.

28. Кто сознательно распространяет ложную информацию?

Должен согласиться, что голосовое сообщение было сделано качественно: женщина говорила проникновенным голосом. Она ссылалась на знакомую исследовательницу из «венской университетской клиники». Если действительно «Ибупрофен» – всем известное обезболивающее средство, которое хоть раз да принимал почти каждый человек, – повышает риск осложнений при заболевании COVID-19, то ведь это нужно знать всем. И в это трудно не поверить. Разве не так?

Насколько действенными могут оказаться ложные новости, распространяемые через WhatsApp, пока еще остается малоизученным вопросом. Медицинский университет в Вене моментально опроверг это сообщение, которое в середине марта 2020 г. распространялось с одного смартфона на другой подобно вирусу. Многие уважаемые ученые также подчеркнули, что нет никаких данных, которые подтверждали бы эту взаимосвязь. Но все же министр здравоохранения Йенс Шпан вынужден был дать аптекам указание ввести ограничения на количество продаваемых в одни руки упаковок «Парацетамола» после того, как резко возрос спрос на эту альтернативу «Ибупрофену». Новость вылетела, и ее уже не было возможности остановить, как и сам вирус.

Другие фальшивые новости, распространяемые через социальные сети, редко достигали такого уровня эффективности. Но их было очень много. Распространялись советы раскладывать по всей квартире разрезанные на части луковицы, которые якобы очищают воздух от вирусов. Или каждые 15 минут пить воду, чтобы смывать коронавирусы в желудок, где их нейтрализует желудочный сок. Подобные советы объясняются обычным невежеством. Но были и сообщения из области теории заговора, о том, что вирус SARS-CoV-2 разработан в секретных лабораториях в качестве биологического оружия или что он смог мутировать в результате распространения технологии мобильной связи 5G. Все они получили довольно широкую известность.

Забота о здоровье глубоко укоренилась в сознании многих людей. Если надежных знаний не хватает, как в случае с коронавирусом, то велик соблазн заполнить этот пробел любыми известиями, в том числе и фальшивыми. Вряд ли можно поставить в вину людям то, что они охотно делятся советами через личные информационные сети. Ведь они не хотят никому зла, а просто проявляют обеспокоенность и заботу о своих близких.

Но таким безобидным введением масс в заблуждение может порой воспользоваться и тот, кто сознательно запускает в оборот фейковую информацию. Конечно, регулярно пять воду – не вредно. Это даже приносит пользу, хотя и по другой причине. Но все же такие сообщения приносят вред, насаждая обстановку неуверенности.

В конце февраля 2020 г. госдепартамент США запустил программу автоматизированного просмотра 29 миллионов сообщений в Twitter на предмет их соответствия действительности. По результатам анализа, 7 % сообщений содержали ложные утверждения. Некоторые из них имели признаки скоординированной кампании по распространению фейков. За такими кампаниями скрываются совсем другие интересы, чем просто болтовня в социальных сетях. Известно, что фальшивые новости используются в политике для оказания целенаправленного воздействия на население. В одном из докладов Еврокомиссии содержится адресованный российскому правительству упрек, что оно сознательно разжигает в Европе недовольство, связанное с пандемией коронавируса. Если же в сообщениях содержатся рекомендации использовать витамин С или какие-то пищевые добавки для укрепления иммунной системы против коронавируса, то за этим, по всей видимости, стоят обычно чисто экономические интересы людей, которые хотят заработать капитал на чужих страхах. И действительно, в Facebook нередко сразу после сообщения следует ссылка, по которой можно заказать данный продукт. Правда, как правило, это обходится недешево.

Рекомендация. Незнание не освобождает от ответственности! Прежде чем вы решите поделиться через социальные сети или мессенджеры какой-то новостью, которая может ввести в заблуждение других людей, подумайте лишний раз о следующем:

– Указывается ли конкретный источник информации? Можно ли считать его достоверным?

– Попадалась ли вам эта же информация и из других источников?

– Кто может быть заинтересован в распространении именно этой информации?

– Не бросаются ли вам в глаза ошибки в правописании или явные признаки перевода?

Хорошо организованную систему проверки фактов предлагают для использования новостные агентства (www.tagesschau.de/faktenfinder) и общественное бюро расследований Correctiv (www.correctiv.org/factencheck).

29. Каким СМИ можно доверять?

Стриминговые платформы Netflix, Amazon Prime и YouTube сдались и по просьбе Еврокомиссии уменьшили в конце марта 2020 г. качество своей картинки, чтобы не перегружать сети. Извини, аналоговое телевидение: когда люди вынужденно сидят по домам, на первое место выходят марафонские сериалы и видео по заказу. Или нет?

Общественное телевидение и в первую очередь вечерние новости в 20 часов собирали у экранов до 19 миллионов зрителей, когда речь шла о коронавирусе, и это был рекорд, в том числе и для возрастной группы от 14 до 49 лет, которая, как все уже считали, ушла в интернет и была безнадежно потеряна для телевидения. Подкаст (научный!) неожиданно ставшего на время кризиса суперзвездой вирусолога Кристиана Дростена на канале NDR насчитывал по состоянию на конец марта 15 миллионов посещений. Даже крупные газеты и журналы, особенно их страницы в интернете, переживали бум и удвоили количество читателей. Годы жалоб классических СМИ на падающие тиражи и засилье рекламы как средства выживания сменились очередным расцветом (правда, пандемия способствовала лишь росту тиражей и количеству просмотров материалов в интернете, а не повышению доходов от рекламы).

Во времена коронавирусного кризиса такое разнообразие можно только приветствовать: развлечения поставляет Netflix & Co, а солидную и достоверную журналистскую информацию – издавна зарекомендовавшие себя издания, которые не гоняются за «лайками» в сетях.

Правда, в Кремниевой долине произошло что-то необычное. В прошлом Марк Цукерберг, основатель и председатель правления Facebook, всегда подчеркивал, что уважает свободу мнений и не будет стирать ни одного сообщения. По его словам, задача его платформы заключается не в том, чтобы судить, что можно и что нельзя говорить во время избирательной кампании и какие новости следует относить к фейковым. Его компания долгое время не занимала никакой определенной позиции по отношению к высказываниям, разжигающим вражду, и даже к открытому расизму. Однако под влиянием пандемии Цукерберг направил своих сотрудников на фронт борьбы с фейковыми новостями. Они без предупреждения удаляли из Facebook и Instagram фальшивые сведения, а также шарлатанскую рекламу, сулившую чудесные исцеления. Правда, параллельно существовал и мессенджер WhatsApp – также часть империи Цукерберга – где не осуществлялось никакого контроля за фейковыми известиями. Но зато эта компания подарила ВОЗ дорогую рекламную площадь.

Google также добавил чувства ответственности своим поисковым алгоритмам. Если запрос был связан с коронавирусом, его направляли первым делом на сайты официальных учреждений и органов, прежде всего ВОЗ. Google также подарил учреждениям здравоохранения свою рекламную площадь стоимостью 250 миллионов долларов.

Неужели в гигантах из сферы высоких технологий проснулась социальная ответственность. Или все это только маркетинг? Родившиеся в социальных сетях хэштеги типа #СидимДома или #КоронавируснаяСолидарность были подхвачены и традиционными средствами массовой информации. Призывы к солидарности постоянно светятся в верхних левом или правом углах всех телеэкранов. Совместными усилиями против вируса! Обычно популярные ток-шоу не просто остались без публики – у людей пропала охота спорить. Похоже, этого требует кризис.

При этом не следует забывать, что запрет на выход из дома стал самым большим посягательством на основные права граждан за всю историю ФРГ. То, что еще вчера казалось немыслимым, стало сегодня нормой. Критические комментарии по этому поводу со стороны влиятельных СМИ появлялись редко. Обычно все ограничивалось объяснениями необходимости подобных правительственных решений.

Похоже, в кризисные времена СМИ очень нелегко четко позиционировать себя. Опросы общественности демонстрируют огромную потребность в серьезной информации. В то же время журналисты находятся на очень зыбкой почве быстро меняющихся знаний о происходящем. Нам пока еще попросту очень мало известно об этом вирусе. Внимание публики к этой теме когда-нибудь спадет, но чтобы сохранить ее доверие, журналистам даже самых уважаемых изданий придется более критично подойти к определению своей позиции.

Рекомендация. Основательность в журналистских расследованиях требует большого труда и стоит денег. Цените это и подумайте над тем, чтобы оформить подписку.

30. Что есть в коронавирусе от голливудских триллеров?

То, что роман Дина Кунца «Глаза тьмы» весной 2020 г. окажется антикварной редкостью, должно было бы сильно огорчить издательство, которое его выпускало. Правда, ее оценки на сайте Amazon неоднозначны, но, как бы то ни было, эта книга, вышедшая впервые в США в 1981 г., внезапно вновь стала бестселлером. Неужели Кунц действительно предсказал, что в 2020 г., то есть почти через 40 лет, в китайском городе Ухань распространится вирус, который вызовет всемирную эпидемию? В книге этот вирус носит название «Ухань-400».

Примечательное совпадение, которое живо обсуждалось в социальных сетях. Однако все объясняется довольно просто. Если перечитать все, что издано в популярном жанре литературы, описывающей всемирные катастрофические эпидемии, то внимательный читатель почти наверняка найдет там вирусы, носящие названия практически всех крупных китайских городов. К тому же в первом издании Кунц назвал свой вирус «Горький-400». Лишь после распада Советского Союза автор пришел к выводу, что в последующих переизданиях лучше перенести источник вируса в Китай.

В общем-то на этом аналогии между трехсотстраничным романом Дина Кунца и нынешней реальностью заканчиваются. То, что в романе коронавирус нового типа представляет собой биологическое оружие, созданное в одной из секретных китайских лабораторий для нападения на США, могло бы показаться не таким уж абсурдным некоторым ведущим американским политикам с богатой шевелюрой. Но то, что китайское правительство решит опробовать возбудитель болезни на собственном населении – это, пожалуй, исключено.

Вирус-убийца, придуманный Кунцем, в течение одного дня проникает в мозг инфицированной жертвы, питается там тканью мозга и приводит к стопроцентному летальному исходу. У настоящего же вируса SARS-CoV-2 инкубационный период длится до двух недель. У многих заразившихся он не вызывает никаких симптомов, а если и вызывает, то в большинстве случаев они похожи на обычный грипп. Но этого, конечно, мало для захватывающего триллера. Правда, для реальной пандемии хватит и этого.

Однако коварные вирусы регулярно появляются не только на страницах книг, но и на киноэкранах. Типичные сюжетные приемы в этом случае сводятся к тому, что люди сметают с магазинных полок все продукты, как в сериале про зомби «Ходячие мертвецы». Конечно, в фильме все гипертрофированно, но как пример типично человеческого поведения вполне годится. Кадры из оцепленных городов-призраков весной 2020 г. – это суровая реальность, а жуткие теории заговора можно прочитать в самых реальных газетах.

Успешный рецепт блокбастера на вирусные темы в упрощенном виде включает в себя обязательные ингредиенты. У Вольфганга Петерсена в фильме «Эпидемия» вирус передается от обезьяны к человеку, а у Стивена Содерберга («Заражение») – от летучей мыши через свинью к человеку. По крайней мере, у сценаристов был в шкафу хотя бы один учебник биологии. Когда вирус в фильме начинает распространяться, политики отказываются верить настоятельным предостережениям ученых, которые изображаются неисправимыми «ботаниками» в очках с толстыми стеклами. В конце концов, на сцене появляется герой или героиня. Вместе с партнером противоположного пола они вступают в бой с возбудителем болезни (если в действие вступают еще и какие-нибудь клонированные существа с другой планеты, значит, фильм снят в жанре «мистери»). Через 90 или 120 минут герои спасают страну или заодно уж и весь мир.

По крайней мере, некоторые из этих элементов можно встретить и в реальной жизни: Кейт Уинслет в роли врача в фильме «Заражение» не устает повторять, как важно мыть руки. Кругосветное путешествие Брэда Питта в «Войне миров Z» убедительно демонстрирует, насколько быстро можно распространить вирус по глобализованному миру с помощью самолетов. А то, что ученых с их заумными прогнозами иногда все-таки надо слушать, можно понять на примере другой злободневной темы – последствий климатических изменений.

В результате коронавирусной пандемии есть и выигравшие. В условиях, когда рушатся биржевые курсы и закрываются кинотеатры, так что даже премьеру фильма про Джеймса Бонда (с названием как будто по заказу: «Не время умирать») пришлось перенести на осень, пробил звездный час для стриминговых сервисов типа Netflix. Его акции резко подскочили в цене. Фильмы вроде «Заражения» весной 2020 г. в очередной раз пережили невиданный пик скачиваний – и легальных, и пиратских.

Сам же Дин Кунц при всей своей популярности, насколько известно, до сих пор не высказался по поводу параллелей с «Уханем-400». В его триллере «Глаза тьмы» вирус пропал так же внезапно, как и появился. Было бы неплохо, если бы автор не ошибся хотя бы в этом своем пророчестве.

Рекомендация. Если в каком-то фильме или книге прослеживаются параллели с нынешней ситуацией, вы не должны видеть в этом подтверждение теории заговора. Скорее всего, автор (или сценарист) просто внимательно ознакомились с медицинскими и общественными аспектами пандемии.

31. Какая доля страха полезна при кризисе?

Разнообразие приемов, с помощью которых люди справляются с чувством страха, поражает воображение. Глядя на нынешнюю пандемию, можно подумать, что закупки целых гор туалетной бумаги и дезинфицирующих средств объясняются какой-то другой целью, а не просто стадным инстинктом. В то же время многие люди, как ни странно, недооценили опасность коронавируса, когда он пришел в Германию, и продолжали веселиться под весенним солнышком как ни в чем не бывало. Таким образом, мы наблюдаем весь диапазон – от паники до полного игнорирования.

Убегать, сражаться или замереть – такие возможности реакции на угрозу природа предоставила человеку. Страх – это в общем-то здоровый механизм. Негативное возбуждение предостерегает нас от реальной или мнимой угрозы. Один из самых распространенных страхов – это страх перед болезнью, но в этом нет ничего особенно плохого, если только он не превращается в ипохондрию, то есть парализующую и давящую тревогу по поводу собственного здоровья.

Поэтому борьба с болезнями представляет собой одну из важнейших глав в истории человеческой цивилизации. И она никогда не завершится, потому что постоянно появляются все новые заболевания, и драма страданий, смертей и исследований повторяется раз за разом. Риски, которые не подвластны нашей воле – это заклятый враг современного общества, помешанного на стремлении все контролировать. Опустошающие лесные пожары в Австралии, последствия глобального потепления, практически вышедший из-под контроля глобальный поток беженцев – все это аспекты, рассматриваемые отдельными частями нашего общества как существенная угроза. Еще чувствительнее оно реагирует на заразный вирус, о котором мало что известно, который стремительно распространяется по миру и против которого не существует ни лекарств, ни вакцины.

Однако психологи советуют не путать разные понятия. Можно беспокоиться о своем здоровье или надежности своего рабочего места. Такие тревоги время от времени даже уместны, если вы заботитесь о будущем. Но все это довольно расплывчатые чувства. Страх проявляет себя куда более интенсивно. Обычно он направлен на какую-то конкретную угрозу, но может стать и вашим постоянным спутником. Непрекращающийся страх сужает угол зрения и сильно влияет на жизнь в целом. Следующая ступень – это паника как высшая степень тревоги. Она нередко сопровождается затрудненным дыханием, болью и чувством сдавленности в груди. В состоянии острой паники человеку свойственны неадекватные эмоциональные реакции и нерациональные поступки. На панике можно хорошо нажиться. Торговые онлайн-платформы Amazon и eBay вынуждены были в первые недели пандемии заблокировать некоторых продавцов и их товары, чтобы остановить сумасшествие спекулятивных цен на защитные маски и дезинфицирующие средства.

Вплоть до марта 2020 г. социологи предостерегали от «эпидемии истерии» или «жажды катастроф» в перевозбужденном обществе. Все эти настроения могли точно так же быстро сойти на нет, как и сам вирус. В действительности же все было иначе. COVID-19 распространился по всему миру и стал совершенно реальной угрозой для здоровья миллионов людей. Тем важнее, чтобы каждый человек нашел для себя правильную позицию между паникой и отрицанием. Давайте назовем ее «уместной озабоченностью».

Бдительность не означает, что нужно круглосуточно следить за потоком новостей и попадаться на удочку фейков. Необходимо время от времени давать себе «отдых от коронавируса». Ничто не помогает так хорошо против страхов и неопределенности, как ощущение, что вы влияете на ситуацию и контролируете ее. Я согласен, что кроме соблюдения правил гигиены и социальной дистанции от окружающих вы не располагаете особенно обширными возможностями. Но даже в условиях запрета на контакты вы можете, к примеру, составлять меню на предстоящий день и оставаться на связи по телефону или через интернет с близкими людьми. Такие осознанные хлопоты о ближних куда полезнее, чем пассивный страх. В них присутствует чувство ответственности и сопереживание.

Страх – не просто плохой советчик. Он еще и плохой статистик. Наука пока еще не слишком много знает о новом вирусе, а то, что ей достоверно известно, не внушает большого оптимизма. И все же нам будет легче, если мы время от времени будем сами сопоставлять все известные факты. Принадлежу ли я к группе риска? Что рекомендуют официальные органы? Какие конкретные меры я могу принять, чтобы защитить себя?

Из опыта, приобретенного в ходе различных кризисов, психологам известно, что в начале чрезвычайной ситуации у населения самые сильные страхи, которые со временем убывают. Люди избавляются от страхов и подстраиваются под новые условия. И это правильно, поскольку во время пандемии осознанные действия всегда лучше тех, что продиктованы страхом. Генеральный директор ВОЗ Тедрос Адханом Гебрейесус так выразил эту мысль: «Наш злейший враг – не вирус. Наши злейшие враги – это страх, слухи и предрассудки».

Рекомендация. Если вы чувствуете, что не можете самостоятельно справиться со страхами и депрессией, позвоните по телефону доверия 0800 1110111. Звонок анонимный и бесплатный. В то время когда частные практики психотерапевтов и психиатров закрыты, вам, возможно, поможет онлайн-программа «Я борюсь с депрессией» под эгидой Германского фонда борьбы с депрессиями. Просто направьте e-mail на адрес: ifightdepression@deutsche-depressionshilfe.de

32. Как долго нам придется иметь дело с COVID-19?

Как было бы хорошо погрузиться в зимнюю спячку и проснуться уже тогда, когда пандемия, запрет на контакты и неуверенность останутся в прошлом. Правда, вряд ли кто-то может подсказать, на какое время поставить будильник. Для этого пока слишком мало данных. Мы недостаточно знаем о том, каково скрытое количество зараженных и сколько человек являются вирусоносителями, даже не подозревая об этом.

Поэтому основания для прогнозов весьма шаткие. В середине марта 2020 г. Институт Роберта Коха заявил, что последствия коронавируса могут сказываться еще на протяжении двух лет. До тех пор, пока у нас не появится либо вакцина, либо эффективные лекарства против COVID-19, эти временные рамки будут зависеть от того, какие циклы установят правительства для ужесточения и ослабления принимаемых мер. Дело в том, что пандемии проходят волнами. Если социальная жизнь сильно ограничивается, вирус теряет свободу действий. Но как только люди вновь выйдут на свободу, сразу же повысится и скорость распространения инфекции.

Чтобы сказать что-то конкретное по поводу даты окончания пандемии, назову число 70. Столько процентов населения, по оценкам вирусологов, должны заразиться вирусом, чтобы затормозить его дальнейшее распространение. При этом достигается, говоря медицинским языком, «предельная степень зараженности». Если у примерно двух третей населения иммунная система будет знакома с возбудителем болезни, то они приобретут иммунитет от нее. Вирус при этом будет продолжать распространяться, но ему будет все труднее находить себе новые жертвы. Стопроцентный иммунитет никогда не будет достигнут, потому что вероятность того, что переносчик вируса столкнется с неинфицированным человеком, становится слишком мала. Другими словами, если каждый инфицированный может заразить менее одного человека, вирус перестает распространяться.

Но заводить будильник, ориентируясь на 70 %, тоже не стоит. Мало достигнуть предельной степени зараженности. Надо чтобы ситуация оставалась стабильной на этом уровне, а это зависит от того, насколько хватит иммунитета. Что касается SARS-CoV-2, то этот вопрос еще до конца не выяснен. Так что лучше все же ориентироваться на тот день в будущем, когда будет найдена эффективная вакцина. А до тех пор лучше все же соблюдать осторожность.

Рекомендация. Нередко можно услышать совет, что лучше сознательно заразиться вирусом SARS-CoV-2, чтобы «оставить все страхи позади». Такие рекомендации безответственны, поскольку COVID-19 даже у молодых людей может протекать в тяжелой форме. К тому же при таком подходе наблюдается слишком быстрый рост количества вновь инфицированных, что ведет к перегрузке системы здравоохранения.

33. Какие уроки мы сможем извлечь на будущее?

Смена эпох всегда связана с разделением на «до» и «после». Станет ли эпидемия коронавируса таким событием в истории, пока еще трудно сказать. Пожалуй, каждый, кто пережил события 11 сентября 2001 г., может в деталях вспомнить, где он был в этот день и что делал. Определенные воспоминания останутся в памяти и от коронавирусного кризиса. Вот только шоковое состояние от COVID-19 будет дольше.

Вирус выпущен в этот мир и исчезнет еще не скоро. С огромной скоростью он распространился по земному шару, не обращая внимания на государственные границы и на многие истины, которые раньше казались незыблемыми. Как все-таки легко каприз природы, крошечная мутация вируса может поставить современную медицину на грань коллапса. Как быстро могут обрушиться глобальные связи, которые принесли нам так много хорошего. Как быстро могут вновь появиться национальные границы в самом сердце Европы. Как быстро мы привыкаем к ограничению своих прав и свобод, когда этого требуют чрезвычайные обстоятельства. И как быстро отдельные демократические страны пытаются избавиться от этой самой демократии, пользуясь этим обстоятельством. Короче говоря, коронавирус продемонстрировал нам, насколько уязвим наш мир.

Гельмут Шмидт однажды произнес прекрасные слова: «В кризисные времена выковывается характер». То, как исчезла с магазинных полок туалетная бумага, останется лишь случайным эпизодом на фоне памяти об искусственных ледовых катках, заполненных гробами, и врачах, которым надо решать, каких пациентов подключать к аппаратам ИВЛ, а каких – нет. Мы будем помнить и записки на стенах домов с предложением услуг по доставке продуктов, которые, возможно, действительно говорят о возрождении солидарности. Мы будем помнить и написанные от руки расписания домашних занятий, которые говорят о том, что и школа, и домашний офис могут в будущем значительно более гибко организовывать свою работу. Мы будем помнить, как люди с балконов аплодировали врачам. Хорошо бы, чтобы эта признательность представителям жизненно важных профессий выражалась еще и в соответствующих зарплатах. Наши ученые, особенно вирусологи, стали суперзвездами масс-медиа, доказав, что весь их научный опыт не всегда может помочь моментально найти нужные ответы.

Когда мы переживем этот кризис, мир станет другим, как бы патетически это ни звучало. Это видят и ученые из Института будущего, изучающие тенденции, которые будут направлять нашу жизнь. Для посткризисного времени они разработали четыре возможных сценария, позволяющие представить себе возможную картину мира. В первом из них под названием «тотальная изоляция» состояние карантина станет новой нормой жизни. Место глобальной торговли займет ажиотажный спрос в условиях дефицита, где все будут соперничать друг с другом в борьбе за скудные ресурсы. Не намного более оптимистичен и второй сценарий под названием «крах систем». Из страха, что вирус может опять распространиться, мир вновь распадется на отдельные образования с наглухо закрытыми границами. Этот мир будет находиться в состоянии постоянной тревожной готовности. В третьем сценарии под названием «новый племенной строй» кризис затухает, но у всех остается глубоко сидящее внутри недоверие ко всему, что приходит извне. Люди замыкаются в своей личной жизни, собственный дом становится для них единственным символом безопасности. Чувство общности распространяется только до собственного порога или, в крайнем случае, чуть дальше.

К счастью, у Института будущего есть и сценарий, внушающий надежды – «стойкое общество». Это общество выходит из кризиса с новыми силами. Оно способно гибко адаптироваться к изменившимся условиям. Глобальные экономические взаимоотношения сохраняются, но воспринимаются уже не как нечто само собой разумеющееся. Экономический рост и технический прогресс по-прежнему являются основополагающими факторами жизни, но не самоцелью. Наряду с ними глобальное общество руководствуется такими аспектами, как устойчивость и осмотрительность. Какие из этих сценариев будут определять нашу жизнь в посткризисное время, во многом зависит от нас самих.

Вернемся в реальность. Планы на отпуск, планы занятий, планы прибыли, планы экономии, планы работы… Все эти планы и расписания будут теперь делиться на те, что были до пережитого шокового момента, и после него. То, что после закрытия предприятий на снимках со спутника не виден смог над большими китайскими городами и что вода в лагуне Венеции просматривается до самого дна – это лишь моменты, отражающие необычность времени, в которое мы живем. Возможно, эти кадры послужат нам стимулом для того, чтобы в будущей жизни не возвращаться к ошибкам прошлого.

Коронавирусная пандемия будет не последним крупным кризисом, которые переживает наш мир. Понятно, что нам еще предстоит иметь дело и с непредсказуемыми последствиями изменений климата, и с глобальными потоками беженцев, т. е. с проблемами, которые, в отличие от вируса, напали на нас не внезапно, а накапливались годами, но от этого стали не менее реальными и опасными. Нам предстоят большие задачи. Уроки, которые мы должны вынести из нынешнего периода, могут заключаться в том, чтобы желая впредь друг другу здоровья, мы относились к этим словам не просто как к проявлению вежливости. Итак, будьте здоровы!

Рекомендация. Если вы задумываетесь над тем, чтобы начать новую жизнь, запишите несколько планов. Положите этот листок в ящик стола и достаньте его вновь через год. Вы увидите, как будет выглядеть тогда наш мир.

Content

Штефан Швайгер
Сovid-19. 33 вопроса и ответа о коронавирусе

К читателю

Введение

1. Простуда, грипп – или все же коронавирус?

2. Как передается новый вирус?

3. Насколько опасен новый вирус?

4. Почему вирусы так себя ведут?

5. Кто выдумывает названия типа SARS-CoV-2 и COVID-19?

6. Кто такой «нулевой пациент»?

7. Насколько хватает иммунитета против SARS-CoV-2?

8. Какую пользу приносят медицинские маски на самом деле?

9. Насколько надежны тесты на SARS-CoV-2?

10. Как защищается медицинский персонал, чтобы не стать разносчиками инфекции?

11. Научимся ли мы когда-нибудь лечить COVID-19?

12. Почему так долго приходится ждать вакцину?

13. Кому оказывают помощь в первую очередь, если не хватает аппаратов ИВЛ?

14. Что в действительности происходит на карантине?

15. Какая стратегия правильнее – строгий карантин или полное бездействие?

16. Что может сделать каждый, чтобы затормозить распространение SARS-CoV-2?

17. Насколько достоверны имеющиеся цифры и статистические данные?

18. Всегда ли пандемия хуже, чем эпидемия?

19. Какой вирус был самым опасным в истории?

20. Чем закончилась борьба против SARS и MERS?

21. Насколько хорошо немецкая система здравоохранения оказалась подготовлена к пандемии?

22. У какой страны можно поучиться, а у какой нет?

23. Скатятся ли биржи к новому финансовому кризису из-за пандемии коронавируса?

24. Какие меры спасают экономику во время пандемии?

25. Сколько надо закупать товаров в кризисные времена?

26. Закончился ли мир мобильности без границ?

27. Какой карантин способно выдержать либеральное общество?

28. Кто сознательно распространяет ложную информацию?

29. Каким СМИ можно доверять?

30. Что есть в коронавирусе от голливудских триллеров?

31. Какая доля страха полезна при кризисе?

32. Как долго нам придется иметь дело с COVID-19?

33. Какие уроки мы сможем извлечь на будущее?