Ирина Алексеевна Снегирева

Авантюристка в Академии

© Снегирева И.А., 2020

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2021

Глава 1

– Амели, если что-то не получится, то не переживай. Закончить Академию магии в любом случае очень престижно, – в пятый раз напутствовала меня мамочка, графиня Эмма Илларис.

Не подумайте плохо, моя родня очень милая, особенно отец и пять братьев. Есть некоторые нюансы, но у кого их нет? Прирожденный авантюризм и отсутствие щепетильности в некоторых случаях – это не повод думать о нас дурно. Сейчас семья в опале, и во избежание неприятных моментов мне было предложено покинуть солнечную Тасвану, переехав в спокойное место за ее пределами. Но… я же Илларис. А мы голову в песок не зарываем. Преодолев сопротивление родственников, я решила поступить в Академию магии карликового государства Кервилл.

Зачем такой поворот в жизни и при чем тут академия? Все просто. Там обучается сын главного прокурора Тасваны, и я буду не я, если не раскопаю на него какой-нибудь компромат. А уж мой отец придумает, как им воспользоваться для дела семьи.

Помахала рукой своим родным, выстроившимся на перроне, и откинулась на мягкую спинку сиденья. Ехать предстояло всего несколько часов, поэтому решила не пользоваться порталом. Нужно было многое обдумать по дороге.

Я смотрела на мелькающие поля, по которым бродили тучные стада коров, на синие полоски рек, убегающие вдаль и вьющиеся между холмов, на леса, то и дело возвышающиеся зелеными шапками. Тасвана прекрасна, и было чуточку жаль, что я вынуждена ее покинуть. Но это все мелочи, ведь спасение собственной семьи на первом месте.

В купейном вагоне нас ехало четверо: пожилая пара лет по семьдесят и молодой человек. Супруги выглядели вполне представительно, чего нельзя сказать насчет парня. Он напомнил мне выходца с горных островов, где живут преимущественно оборотни да драконы. Ничего не имею против них, но общаться предпочитаю с людьми. Такого же принципа придерживается папенька, а ему я привыкла доверять.

– Впереди еще четыре часа пути, давайте познакомимся! – предложила дама, с улыбкой посмотрев на нас с «островитянином».

– Давайте, – тут же поддержал ее муж и отложил газету. – Мы Эндрю и Роуз Филис, едем в Кервилл навестить внука.

– Кристен Дальберг, следую туда же, – приятным голосом ответил наш попутчик. К слову сказать, мне пришлось сесть с ним на одну скамью, и это было забавно. Видели бы братцы – оттеснили незнакомца вагона за три.

– Тоже к внуку? – со смешком поинтересовался господин Эндрю.

Веселый старичок, это хорошо. В пути будет нескучно.

Я скосила глаза, пытаясь разглядеть, как станет выкручиваться этот Кристен.

– Нет, – с легкой улыбкой отозвался попутчик. – Я третьекурсник, еду к началу учебного года.

– Судя по всему, в вас поздно проснулась магия? – полюбопытствовала седая дама.

Она точно имела в виду возраст Дальберга. Он выглядел несколько старше, чем я.

– Академия островов Элен [1] – это первое, что я закончил. Кервилл – дополнительное образование, – припечатал любопытных попутчиков Кристен.

Браво! Отбился.

Повисла легкая пауза, и все с ожиданием посмотрели на меня.

– Амелия Илларис, мечтаю поступить в Академию магии.

– Удачи вам, деточка, – пожелала мне Роуз.

– Илларис, – несколько задумчиво протянул Эндрю и скосил выцветшие глаза на газету. Там на первой полосе крупным планом красовался портрет моего отца. Фотография несколько размазана, поэтому трудно было определить наше сходство. По расстроенному вздоху пожилого мужчины я поняла, что он пришел к тем же выводам. Сенсация не удалась. Спрашивать о родстве господин Филис не посмел. Культурный.

По-моему, это не статейка, а гнусный пасквиль, написанный неудачливыми завистниками. Титул графа никогда не сдерживал отца при получении прибыли. Сейчас газетка терла неудачную продажу зерна императорскому двору. Репортер утверждал, что все это перекупка и что зерно низкого качества. Глупости. На соответствие стандартам всегда и везде шла проверка. А что перепродажа, так все равно казне обошлось дешевле, чем поставка купеческой гильдией. Они ведь тоже ничего не растят, а торгуют. Считаю, дело в элементарной зависти и подкупе. Главный прокурор империи, господин Морган, обещал разобраться. А заодно с легкой руки арестовал половину наших счетов. И сутки – представляете, целые сутки! – продержал папеньку в благоустроенной каталажке. Этого я никак простить ему не могла. За что, спрашивается?

– Благодарю. – Мило улыбнулась старичкам. Наблюдательные попались. Хорошо, что не видели мое семейство на перроне, тогда бы и в газету вглядываться не пришлось.

* * *

Чтобы избежать дальнейших расспросов, я достала новенький любовный роман про мускулистого вампира и хрупкую драконицу. В книге весьма приукрашено насчет телосложения этой парочки, ведь всем известно, что кровопийцы тощие, а представители летающего народа широкоплечие и высокие. Главное – это потрясающие чувства. А как он пытался прокусить ее чешую, чтобы сцедить хоть каплю крови? Целых две главы! Какое упорство!

С трудом удалось купить этот бесценный шедевр литературы, чтобы братья не видели. Они до сих пор считают, что юноши могут меня обидеть, и потому нещадно гоняют всех ухажеров. Хорошо хоть, перестали дарить на день рождения сказки. В последний раз я собрала все книги и переправила их прабабушке. Ей давно за восемьдесят, и самое время подумать о прекрасном и не волноваться. Узнав о моем поступке, братцы надулись, но я быстро искупила вину. Подарила им всем по деревянной лошадке и мыльным пузырям. В результате этой воспитательной работы на свое восемнадцатилетие получила изысканные ювелирные украшения и собственный портрет кисти Зарубеля. Меня на нем узнали только родители, и то потому, что знали о заказе предприимчивых отпрысков.

– Скажите, молодые люди, а какая у вас магия? – поинтересовалась Роуз Филис, теребя ручку сумочки. – Наш внук боевой маг.

– Боевой факультет, – ответил Дальберг, спрятав усмешку за вежливой маской.

На этот раз я оторвалась от книжки и внимательно посмотрела на Кристена. Парень точно не был человеком, скорее, он представитель летающего народа. Только немного хилый. А ящеры всегда прут напролом. С чешуйчатой мордой можно и в боевики пойти, от нее не убудет.

– Я все по бытовой части, – отделалась общей фразой. Какая разница, умею ли я двигать мебель или создавать иллюзию. Слишком любопытными показались мне эти старички. Болтливыми. Папенька с такими был осторожен и все больше спрашивал, переключая внимание с себя на собеседника.

Мое объяснение всех устроило, и какое-то время мы снова путешествовали молча. Проводник предложил чай, от которого никто не отказался. Все выглядело чинно и прилично.

Я снова уткнулась в книгу и очнулась только на очередной станции. Выглянула в окно и едва не рассмеялась. Надо же, как один из бегущих по перрону пассажиров похож на моего старшего брата Оливера! Хотела присмотреться получше, чтобы потом описать этот смешной случай семье, но сосед по купе Кристен решил прогуляться и вышел, чем отвлек мое внимание. Давно бы так. Не нравился он мне.

– Дорогая, с тобой все в порядке? – обеспокоился Эндрю.

Только сейчас я обратила внимание на побелевшую госпожу Филис. Она расстегнула сумочку, содержимое которой едва не рассыпалось. Не глядя достала платок. А в сумочке…

Так бывает, ты невольно замечаешь то, что тебя не касается. Сверкнувший синими гранями изумительной красоты камень заставил оторваться от книги. Это же… Я знаю этот сапфир. Видела! Еще неделю назад на аукционе. И он был украден. Газеты до сих пор писали, что полиция сбилась с ног, разыскивая эту драгоценность. Но как?!

– Ничего. Это все барьер, – попыталась оправдаться она и поднялась. – Я сейчас умоюсь и вернусь.

Барьер, который Кервилл выставил от внезапного нападения, меня не испугал. Каждый знает, что маленькое магическое государство имеет особый статус и возможности. Именно ради них ежегодно сотни молодых людей и нелюдей стремятся попробовать свои силы. К чести господина Филиса, он не оставил свою супругу и с обеспокоенным видом поплелся за ней. Очень достойный поступок.

Оставшись одна, я выглянула в окно, но ничего интересного не заметила. Состав качнуло… Сумка Роуз упала на пол. Я согнулась, чтобы ее поднять, и в то же мгновение пальцы словно обожгло. Ощущение вызвало приятное покалывание, а сердце застучало. В считаные секунды расстегнула замок… Да! Среди платочков и духов в ридикюле госпожи Филис беспечно лежал огромный сапфир! Это настоящая драгоценность, а никак не подделка. В золотой оправе кольца камень смотрелся весьма неуместно и даже безвкусно. Сразу видно, делалось все наспех и без особой задумки. Вы когда-нибудь носили на пальце сапфир размером с перепелиное яйцо? Это же неудобно, право слово.

Сама не понимаю, что подтолкнуло меня к дальнейшему поступку. Азарт, природный авантюризм или приобретенное знание о порядочных с виду Филисах. Стерпеть не смогла, и маникюрный набор сам собой оказался в руках. Всего-то и нужно было подковырнуть золотые лапки да кинуть на пустое место практически идеальную иллюзию. Но прежде чем я совершила этот поступок, лица благодушных с виду старичков снова всплыли в памяти… В своем порыве я уже не сомневалась, и сапфир перекочевал в мой саквояж. После чего я уселась к окну с ощущением виртуозно проделанной операции. Сделала большой глоток остывшего чая, только сейчас осознавая, как рисковала. И именно в этот момент дверь купе распахнулась.

– Как самочувствие, госпожа Филис? – поинтересовалась я, бросив на даму встревоженный взгляд, который та ошибочно приняла за сострадание.

На самом деле я ругала себя по-всячески. Это надо же так увлечься и ослабить бдительность! Не зря родня не давала мне пользоваться моими способностями. Увлекающиеся натуры всегда что-то да пропустят.

– О, благодарю. Уже лучше. – Мне была адресована улыбка. Женщина собралась присесть, как вдруг на глаза ей попалась собственная сумочка. – Эндрю?! – возмущенно пискнула дама и схватилась за ридикюль. Раскрыла его…

В это время будущий боевой маг зашел в купе, а следом за ним господин Филис. Мужчины о чем-то беседовали, но на возглас пожилой дамы отреагировали мгновенно.

– Рози, дорогая?

– Леди?

С видимым облегчением дама захлопнула сумочку. Немой вопрос в глазах супруга получил свой ответ. Все на месте и волноваться не о чем, что и подтвердила успокоившаяся женщина.

Практически сразу на уровне незримых воздушных потоков я уловила волны настороженности, идущие со стороны господина Кристена Дальберга. Пришлось немного пересесть к окну. Надо же, какой нервный. Подумаешь, не успела сдвинуться до прихода попутчиков. После моего маневра, ни слова не говоря, этот островитянин (такое негласное прозвище уже укоренилось в моем сознании) уселся неподалеку. Вот сижу я, и вроде бы все на своих местах… Только почему внимание Кристена по-прежнему приковано ко мне? Неужели что-то заметил? Тогда отчего смолчал? Думал, что поделюсь?

Я решила взять козла за рога, а Дальберга – за честный взгляд и посмотрела на него прямо и открыто. В ответ получила нескрываемую насмешку. Все ясно. Решил, что я им заинтересовалась и мечусь в поисках вариантов знакомства.

Уже лучше.

* * *

Приятные попутчики – это не только те, кто задает удобные вопросы, но и те, кто молчит. В этом я убедилась спустя час пути. История о необыкновенной книжной любви захватила, и я не сразу поняла, что поезд стоит на какой-то станции, а люди снаружи даже не заходят. Носятся с чемоданами с одного конца вагона к другому и, вытаращив глаза, что-то переспрашивают.

– Заклинило двери? – поинтересовалась я и немного привстала, чтобы было лучше видно. Похоже, такая ситуация была во всем составе.

– Магпатруль, – ответил Кристен, прямо взглянув на меня. Он даже не скрывал иронии в голосе. И так захотелось вмазать по этой самодовольной роже, что пришлось мысленно вспомнить свою настольную книгу «Правила порядочной леди». Вот раздражает этот красавчик меня, и все тут!

Терять бдительность было нельзя, и я снова подозрительно взглянула на Дальберга. Попутчик полез в свой саквояж, решила последовать его примеру. Не глядя нащупала в сумочке документы и уставилась в окно. Только этого мне не хватало! Интересно, насколько тщательно здесь ведется обыск?

Я прикусила щеку изнутри и посмотрела на людей напротив. Наигранные улыбки и вполне обоснованное беспокойство указывали, что не я одна могу вляпаться во что-то неприятное. Наверняка за жизнь им не раз приходилось выпутываться из неприятных обстоятельств. Зуб даю! Соседа по купе.

– Попрошу приготовить ваши документы, – громко произнес незнакомый голос где-то в коридоре. И мы, как по команде, достали паспорта.

Спустя несколько минут очередь дошла и до нас. В купе зашел высокий молодой офицер с рыжими усиками в сопровождении двух помощников в штатском и нашего проводника.

– Супруги Филис, – пробубнил себе под нос усатый, глядя в документы Роуз и Эндрю. – А ваш багаж?

– Вот он. – Господин Филис открыл боковую панель, за которой размещалось небольшое багажное отделение. Представители VIP-мест всегда имели особое хранилище. В другом купе родители меня бы просто не отпустили. И без того только мама знала истинную причину отъезда.

Патрульный в штатском поступил очень просто и наглядно. Он положил руки на багаж пожилой четы и картинно закатил глаза. Я много раз видела такой процесс, младший из братьев, Седрик, владел им. Поэтому ничего особо загадочного в подобном обыске я не находила.

– Все чисто, – будничным тоном ответил служивый.

Таким же образом были проверены вещи Дальберга. Дошел черед и до меня.

– Амелия Илларис…

В устах офицера мое имя звучало как-то по-особенному нежно, даже бесцветные глаза Роуз удивленно вспыхнули. Надеется на сплетню о распущенности молодежи или неподобающем поведении властей Кервилла? Я не дам ей такой возможности. Не хотелось бы привлекать внимание к своему приезду.

Есть предположение, что мужчина узнал фамилию, она на слуху. Хотя мне кажется, что все проще. Этот товарищ бабник. Хлюст, что строит девушкам глазки, пока его жена сидит дома с детьми. Колечко-то усатый даже не потрудился снять.

Я не стала стыдливо прятать глаза, но и бросать вызов властям не собиралась. Полистав мой паспорт, патрульный его вернул. Только рано было радоваться. Руки служивого в штатском легли на мой саквояж, и сердце помимо воли предательски застучало чаще обычного. Неоднозначное отношение властей к моей семье могло навредить.

– Скажите, господа, – неожиданно подал голос Кристен. – Как долго будет на ремонте багажный портал?

– Уже наладили, – сообщил старший маг, обратив свое внимание на островитянина и тут же что-то записав в блокнот.

Ха! Дальберга из-за меня могут подвергнуть подробному досмотру. И если это случится, то почему-то будущего боевика мне не жаль. Чувствовалась в нем какая-то незнакомая тяжелая сила, и это пугало. Ну их, эти сюрпризы. Своих дел по макушку.

– Все в порядке, – равнодушно буркнул тот, что пытался проверить мою кожаную сумку на наличие в ней запрещенных предметов.

Еще бы! Сапфир всего лишь драгоценный камень, а никакой опасной контрабанды у меня быть не может. Папенька и без младшей дочери успешно справляется с подобными делами. Мне вообще запрещено касаться всего криминального. И я стараюсь по мере возможностей следовать этому правилу.

– Очень рад, – рыжеусый выдавил фальшивую улыбку.

Стоянка длилась еще довольно долго. Всем нам было предложено выпить чай, что мы и сделали. А когда состав тронулся, я вздохнула с облегчением. Ну их, этих излишне старательных служивых. Без патруля было спокойнее.

Когда мужчины ушли, я выглянула в коридор вдоль вагона и моргнула. Мне показалось, что с магами разговаривал Элфи, мой четвертый по старшинству брат. Но, моргнув еще пару раз для контроля, поняла, что зрение подкачало. Все-таки вредное это занятие – чтение в дороге.

Глава 2

Академия располагалась в единственном городке Кервилла с почти одноименным названием Сен-Кервилл. И уже на подступах к нему мне не терпелось покинуть вагон. Госпожа Филис от излишней суетливости принялась оживленно болтать, а поддерживать пустую беседу не хотелось. Я уже мысленно прокладывала изученный по карте маршрут. Но даже если что-то и упустила, то не смертельно. Городок небольшой, и все в нем крутится вокруг академии.

Наконец-то мы остановились, и я с облегчением вздохнула. На всякий случай решила убедиться, что спутники ушли, и только потом покинуть купе самой. Бежать ото всех как угорелая не слишком красиво. И даже мнение боевика в этом случае могло испортить настроение.

Первым вышел Дальберг, чему я была несказанно рада. Пожалуй, не самое приятное знакомство. Следом поднялись пожилые супруги. Они довольно мило попрощались со мной и в приподнятом настроении отправились на перрон.

Я облегченно вздохнула. Приподнялась, расправила юбку, взбила чуть примявшийся на плече локон и надела любимую шляпку. Затем накинула на плечо сумочку, открыла шкаф, чтобы достать оттуда саквояж. И именно в этот момент в купе вошел островитянин, а потом быстро прикрыл за собой дверь. У меня не оставалось ни малейшего сомнения по поводу его намерений. Серые глаза Кристена излучали азарт и предвкушение наживы. Иначе истолковать выражение его лица я не могла.

– Нервничаешь? – ухмыльнулся маг и шагнул ко мне.

От неожиданности я едва не выпустила саквояж из рук, но быстро сориентировалась. Дальберг нарочно вышел первым, дабы быть уверенным, что Филисы покинут вагон. И теперь пытался на меня давить, отсекая путь к отступлению. Спешу его расстроить, я Илларис, со мной этот номер не пройдет!

– Обязательно, – совершенно серьезно ответила Кристену. Похоже, мозг ему отбили во время боевых тренировок. А с такими лучше не спорить, просто тупенько соглашаться. И делать по-своему.

– Зачем ты залезла в сумку к Филисам? – в лоб спросил Дальберг.

В этот момент мое сердце дрогнуло. Оно, но не я. Мне же оставалось играть свою роль до конца.

– Господин Дальберг…

Я вспомнила, как маменька отчитывала зарвавшуюся гувернантку, посмевшую не пустить меня к родителям перед их отъездом на какой-то светский прием. Причина – непомерной красоты платье графини Эммы. А я только-только рассталась с красками и вымыть руки не успела. Ревела я громко и с чувством обиды на весь мир. Родительница заявила, что ни одна тряпка не стоит и слезинки ее детей.

Вспомнила и постаралась скопировать интонацию и убивающий наповал взгляд.

– Вы, случайно, не бредите? Может, ударились головой во время пути?

– Даже так… – Нахальный маг сделал шаг навстречу. И с самой мерзкой улыбкой выдернул из моих рук сумочку, тут же раскрыл ее и безжалостно вытряхнул все содержимое на сиденье.

Документы, пара булавок, помада, маленький флакон духов, часики, носовой платок и записная книжка в милых стразиках… Больше ничего.

Физиономия мерзкого гада вытянулась. Похоже, того, что искал этот проходимец, среди вещей не оказалось.

– Ну, знаете ли! – прошипела я, наблюдая недоуменный сосредоточенный взгляд Дальберга.

Маг все еще пытался что-то высмотреть среди высыпанного. Но я уже разозлилась. Еще никому не удавалось ТАК вывести Амели Илларис из себя. Резкими движениями собрала содержимое и засунула на место. Повернулась к застывшему островитянину, который, видимо, не знал, что такое иметь пять старших братьев… И от всей оскорбленной души двинула ему кулаком прямо в нос. Алая кровь картинно полилась, феерично испачкав рубашку Кристена. Свой платок я предлагать не стала. Обойдется.

С оскорбленным, но не побежденным видом собралась покинуть купе.

– Стоять! – раздалось за спиной. Разъяренный островитянин схватил меня и развернул, выкрикивая ругательства. – Фурия! Кошка!

– Хам! – не уступила я, пытаясь казаться не менее грозной. Убийственного шепота, как у мамы, не получилось.

На шум, словно ниоткуда, появился проводник.

– Господа пассажиры! Прошу покинуть вагон, и это не обсуждается!

Я дернула плечом, освобождаясь от болезненной хватки. Пожалуй, нужно было следовать порталом, как мой багаж. Не зря умные люди так и делают, а не страдают ерундой в виде любования природой.

Проводник наблюдал, как я вышла на перрон, и только потом пропустил Дальберга. Многолюдность могла стать гарантией, что ненормальный островитянин не кинется вслед, а попытается привести себя в порядок. Надеюсь, ему хватит ума не догонять, потому что рыдать и каяться я точно не буду.

Нырнула в вокзальную арку и вышла на стоянке для экипажей. Каких тут только не было: и с запряженными лошадьми, и движимые новомодным электричеством. Я взяла самую обычную карету с закрытым верхом. Не хотелось привлекать лишнее внимание.

– Улица Ровени, пожалуйста, – произнесла, откидываясь на спинку. Возмущение все еще не улеглось, и требовалось время прийти в себя.

– Сейчас поедем, – пообещал извозчик.

И не двинулся с места. В то же время неподалеку от нас раздался звук мотора, обозначавший, что электрический экипаж покидает стоянку.

– Не волнуйтесь, леди. Сейчас пропустим их и тронемся. Лошади никак не привыкнут к этим вонючим тарахтелкам. А между тем они заполонили весь город.

Я выглянула, решив проследить, не нарвусь ли ненароком на злющего Дальберга. Но моему взору предстала совершенно иная картина. Можно сказать, милая до безобразия. Чета Филисов тоже покидала стоянку. И именно их ландо звучало так громко и многозначительно. Но это еще не все. Роза Филис прижимала к себе высокого интересного парня, пунцовый цвет лица которого мог соперничать с алым маком. Моя память не ошиблась насчет его родства с пожилой четой. Потому что это был не кто иной, как Алекс Морган. Сын главного прокурора. Адепт, ради которого я и прибыла в эту академию.

Несколько лет назад родители взяли меня с собой на обед к главному столичному архитектору. Детей, как полагается, развлекали отдельно. Тогда-то я и заприметила этого Моргана. И его старших родственников, что то и дело прибегали к нам и сюсюкали с внуком. Сегодня они меня не узнали, что было только на руку. А почему они сюда приехали, ведь учебный год только начинается? Неужели не ладят с прокурором? Как интересно.

Я интуитивно сжала сумочку и устало вздохнула. Достала из саквояжа конфетку и тут же съела, восполняя потерю энергии хотя бы таким способом. Иллюзии забрали силы, но я надеялась в ближайшем времени перекусить. А потом отправиться в академию, мысли о которой не выходили из головы, едва я попала в этот город.

* * *

– Леди, прибыли! Улица Ровени, – басом провозгласил извозчик, и тут же широкая лапища потянулась в моем направлении.

– Благодарю.

Прикасаться к грязной ладони мужчины не хотелось. Я вложила в нее оплату, которая тут же скрылась в оттопыренном кармане. Затем подхватила саквояж и спрыгнула с подножки. Пока в дальнейших услугах извозчика не было нужды. Прежде чем явиться в академию, я должна передать кое-что владельцу магазинчика «Ваше время в моих руках».

Плутать долго не пришлось, нужная мне торговая точка нашлась неподалеку. Денек стоял пасмурный, но без дождя. И это позволило мне рассмотреть за прозрачными стеклами множество подставок в форме кистей рук, на которых красовались всевозможные часы, от привычных браслетов до колец и цепочек с подвесками.

– Первый пункт назначения найден, – пробормотала я, еще раз осматривая небольшой, но с виду приличный магазинчик. Решительно толкнула дверь…

О моем приходе продавца оповестил небольшой серебряный колокольчик, висящий над дверью. Мужчина за прилавком оторвался от созерцания товара, и меня мгновенно окутало особой атмосферой доверия и расположения.

– Здравствуйте, милая леди. Что-то хотели? – Начинающий лысеть пухлый продавец всем своим видом выказывал заинтересованность и благодушие.

Я могла запросто проникнуться к этому человеку, если бы не миссия.

– Здравствуйте, мне нужен господин Гилмор, – сказала, уже догадываясь, кто передо мной.

– Это я, – кивнул он. – С кем имею честь разговаривать?

Тишина, нарушаемая перезвоном множества механизмов, была приятной. Возникло ощущение, что даже время готово подчиниться владельцу магазина.

– Амелия Илларис, – представилась я, без отрыва глядя ему в глаза. Папа описывал этого Гилмора, но мало ли. Люди меняются, и обстоятельства тоже.

– Очень приятно. Что вы желаете? У нас очень большой выбор часов для юных леди.

Не знаю, были ли у нашего разговора свидетели, но господин Гилмор вел себя безупречно. Я улыбнулась благожелательному собеседнику. А потом достала из сумочки миленькие часики с фарфоровыми вставочками на ремешке и протянула их мужчине:

– Скажите, если потребуется, вы можете их посмотреть? Подремонтировать или смазать?

Перезвон за спиной оповестил о новом участнике наших переговоров. Оборачиваться не стала. Тот, кто вошел следом за мной, был прекрасно виден в зеркалах, коих в магазинчике висело множество. Это несколько нарушило планы и заставило напрячься. Я нисколько не сомневалась, что Дальберг меня преследует.

– Все, что пожелает такая прекрасная посетительница, как вы, леди.

Гилмор слегка поклонился, из чего я сделала вывод, что он все понял и в случае нужды я могу рассчитывать на помощь. Все-таки хорошо, что отец имеет таких партнеров по всему миру. Ко всему прочему часовщик оказался милейшим человеком.

Я пальцем подвинула часики в его сторону, мысленно отмечая, что они действительно хороши: тонкие, изящные, изумительно сидящие на женской ручке. Тот, кто сочтет это взяткой, не совсем прав. Подарок, знак внимания за очень важную помощь. Гилмор, конечно, сразу разглядел, что часы просто неубиваемы и ни в какой починке не нуждаются. Они магические, и в них даже можно принимать ванну без боязни испортить.

Шаги за спиной приближались. И не было в них той благоговейности, что стоило проявить к этому месту. В моем родном городе магазин часов напоминал шумный улей, а тут совсем иная атмосфера. Хотелось прислушаться, угадывая, какой из будильников зазвонил или откуда вылетела кукушка…

Я знала, что за спиной Дальберг, но даже без зеркал определила бы его присутствие. И виной тому мощь, которую излучал боевик. Неприятное ощущение, заставляющее людей съежиться и на всякий случай попросить прощения.

Только я не обычный человек, а будущий маг. К тому же не лишенная защиты самых качественных амулетов. Кстати, судя по мелькнувшему беспокойству и неприязни в глазах Гилмора, он эту силу тоже чувствовал. И наверняка подстраховался.

– Господин что-то желает? – на этот раз часовщик обратился к Дальбергу.

– Пока нет. – Мой попутчик встал рядом и без стеснения уставился на часики. Крови на рубашке уже не было. Способный, гад. – Но загляну на днях.

– Буду рад, – мягким голосом оповестил часовщик, не сходя с места.

Присутствие островитянина напрягало, и хотелось немедленно покинуть магазин. Но я была уверена, что Дальберг немедленно отправится за мной. Вот же попала. Все-таки зря пренебрегла порталом.

Тишина не затянулась. Развернувшись, неприятный субъект покинул магазин, бросив на меня задумчивый прищуренный взгляд. И едва за ним закрылась дверь, Гилмор вздохнул:

– Драконы, что с них взять.

Сказал так, будто эти рептилии были королями мира. Вопрос требовал немедленного уточнения.

– Но разве они правят здесь, а не на островах Элен?

– В том-то и дело, леди Амелия. Правят там, а нахально ведут себя везде. Что поделать, они чувствуют себя хозяевами жизни.

Не сговариваясь, мы с Гилмором грустно вздохнули, и каждый при этом думал о своем. Он забрал часики, а я, мельком посмотрев на товар рядом с собой, решила больше не задерживаться. Приемное время небезгранично, а неприятности могут поджидать за любым углом. Так что нужно спешить. Оставлять на хранение сапфир не решилась.

Попрощавшись с часовщиком, я направилась к двери. Но едва взялась за ручку, как донесся его голос:

– Леди, послушайте совета Гилмора. Не берите новомодные электрические экипажи.

Я удивленно обернулась, не спеша спорить. Интересно было послушать его мнение.

– Мне кажется, с их изобретением даже часы стали немного спешить.

Кивнула и вышла. Конечно, веяние времени заставляет людей двигаться чуточку быстрее, и приходится торопиться, чтобы все успеть.

К моей радости, Дальберга поблизости я не обнаружила. А пока шла в академию, настроение поднялось. Меня трудно чем-нибудь смутить, а этот экземпляр выбил из колеи. Только я не кисейная барышня и от напора твердолобого мужчины в обморок не упаду. Наоборот! Всякий раз возникает желание дать сдачи.

Глава 3

Серое здание с величественными колоннами и ступенями говорило о грандиозности масштаба строителей и неординарности тех, кто тут учится. О собственном поступлении я не волновалась, в Тасване иллюзорники пользуются спросом. Они нужны везде: от создания платья вместо покупки на один раз нового до строений зданий. Все что хочешь, только следует помнить – это временное и недолгое явление. Мне же хотелось научиться в полной мере и поддерживать иллюзии без подпитки не какие-нибудь сутки, а гораздо дольше.

Но главное – вернуть благополучие семьи.

– Очередь? – Я удивленно вытаращила глаза на небольшую вереницу людей, выстроившихся почти друг за другом у самого входа в академию.

– Ты после меня, – со знанием дела произнесла девица, что стояла последней.

Спорить я не стала, пристроилась рядом. Все же в моем сознании поступление в академию – это не толкучка. А тут…

– А почему так? В «Вестнике» было сказано, что прием с десяти утра. Неужели такие очереди?

– Ты откуда свалилась? – Девица обернулась. В ее словах не было злобы, поэтому грубить в ответ я не стала.

– Из Тасваны.

– Понятно. Не местная, значит. А на кого хочешь учиться?

Я внимательнее посмотрела на словоохотливую абитуриентку. Лет двадцать, курносый нос. Оборотница со смесью…

– Я полукровка, можешь не разглядывать, – недовольно проворчала она.

Не будь у меня пяти братьев, могла бы промолчать или проблеять извинения. А тут большой опыт давал о себе знать. И потом, кто откажется от информации из первых рук?

– Полукровка?

– Да. Мама волчица, а отец эльф, – чуть скривившись, призналась девушка.

В этот момент очередь заметно сдвинулась, и мы потопали вперед, оказавшись на верхних ступенях.

– А почему хочешь сюда поступать?

Девушка не выглядела нервной или особо дрожащей. Неправильная поступающая. Как и я сама.

– Есть на то причины, – загадочно протянула она. – А ты?

– То же самое.

В этот момент из двери вышли несколько человек. Все расстроенные, а кто-то еще и зол. Взгляды, что выбывшие бросали в нашу сторону, были разные: от сочувствующих до издевательских. Но ни один из пролетевших на экзамене не подошел. Наоборот, от нас шарахались.

– Провалились, – без тени сострадания произнесла полукровка.

– Хм… И многие тут проваливаются? – Я проводила бедолаг заинтересованным взглядом.

– Много. Академия не резиновая. – Она передернула плечами, словно сбрасывая неприятные мысли. – Тебя как зовут? Меня Сельма Лопес.

– Амелия Илларис. Но можешь звать меня Амели, – представилась я.

Двери академии снова открылись, выпуская следующую партию неудачников. Я нахмурилась. Понимаю, что не всем хватит места. А ну как я слишком понадеялась на свои способности? Вдруг и меня вот так, под зад коленкой? Как тогда достать Моргана?

– Скажи, Ш… Сельма…

Я едва не оговорилась, вовремя вспомнив правила порядочной леди. Что поделать, кличка мопса моего дедушки – Шельма (обувь грызть любит, особенно лаковые туфли). И ничего удивительного, что мы довольно часто слышали это слово.

– …а у тебя какие способности? На какой факультет метишь?

– Всякие. Могу зверем оборачиваться и лес немного слышу.

– Связь с природой, – сделала я вывод. – А у меня так, мелочь. Иллюзии.

– Иди ты! – вытаращилась она. – Но это же круто!

– Ага. – Я нервно улыбнулась, глядя, как очередная партия поступающих заходит в заветную дверь.

– Следующая партия наша. По пять человек впускают, – сосчитала Сельма. – Странно, что после нас никого пока нет. Неужели все разбежались?

– Если не наберут нужное количество, то прием продлится и завтра, – сообщила абитуриентка, стоявшая впереди. В руках она держала раскрытую книгу на незнакомом мне языке.

– Лучше сегодня, – пробормотала я, понимая, что если сегодня провалюсь, то завтра всеми правдами и неправдами буду пытаться попасть сюда снова.

– Амели, даже не пытайся, – криво усмехнулась Сельма, – тут отбор строгий. Но уж если кто войдет, назад не выпустят.

– Это как? – заинтересовалась незнакомка перед нами.

– А так. Посторонним вход воспрещен, а за хороших адептов академия держится. Маг-отличник нужен всем, с руками такого оторвут.

Я украдкой посмотрела на свои ладони и поняла, что отличницей быть не хочу. Потому что мои руки в количестве двух меня очень даже устраивают.

– А что это вы читаете? – поинтересовалась я, указывая на книгу. Вдруг и мне надо, а мы тут ерундой занимаемся.

– Готовлюсь, – отмахнулась абитуриентка, словно это было тяжким бременем.

– О! Вы знаете несколько языков. – Я попыталась поддержать ее. – А мне сначала показалось, что книга вверх тормашками.

Сельма тут же уставилась в заданном направлении.

– Да какая разница, – опять отмахнулась девица. – Все равно в сплетении энергий я ничего не понимаю. В голове каша, и на ум ничего не идет.

Отвечать я посчитала излишним. Действительно, если не понимаешь, какая разница, какой стороной держать учебник.

– Смотрите! – Сельма дернула меня за рукав. – Трое выходят. Значит, двоих взяли?!

– Следующие! – раздался чей-то голос, и мы вошли.

Сердце забилось в каком-то бешеном ритме.

Светлый коридор, увитый плющом, выглядел вполне мирно. А встречающая нас улыбающаяся женщина никак не походила на монстра, что пачками разворачивает абитуриентов. Слишком предвкушающе смотрела эта дамочка на нас. И чувствовался в ее взгляде подвох. Да такой, что хотелось взять ее и потрясти, чтобы призналась.

– Я должна вас предупредить о неразглашении порядка экзаменации. Что бы ни случилось, академия обещает, что в случае провала домой вы вернетесь в целости и сохранности.

– А если экзамен будет сдан, то в какой комплектации? – не удержалась я от вполне закономерного вопроса.

– А вы оригиналка, – хитро улыбнулась женщина и хлопнула в ладоши.

Мы с Сельмой недоуменно переглянулись. Но тут в воздухе перед всеми появились листы бумаги и перья. Задумавшись лишь на секунду, я решительно расписалась. А иначе зачем я здесь? Чернила тут же впитались и растворились, пустив напоследок россыпь искр. Моему примеру последовали девушки. Когда последняя подпись была поставлена, бумаги о неразглашении исчезли, а дверь за спиной женщины раскрылась.

– Прошу всех на первое испытание.

Сельма решительно шагнула, я потопала следом. Ну а прочие за нами.

Кабинет, в котором мы оказались, выглядел как-то безлико. Ни тебе цветочков на окнах, ни картин, ни каких-либо наглядных пособий. Даже парты отсутствовали, что говорило о неординарности преподавателей. Особенно тех двух, что присутствовали здесь и, стоя у окна, с интересом смотрели на нас. Мужчины, ровесники моего отца. Они не выглядели замученными. Видимо, сказывался опыт и желание во что бы то ни стало набрать нужное количество адептов во благо науки. Или они не хотят возиться с абитуриентами еще и завтра?

– Девушки, проходите, – с нескрываемой усмешкой произнес один из преподов. – Вы пока последние, и это хорошо.

Я с подозрением покосилась на второго экзаменатора, тут же заметив, как он подмигивает говорившему. Ситуация была непонятна, а потому я подвинулась поближе к Сельме.

– Держись рядом, – сквозь зубы прошептала ей, видя, как остальные абитуриентки принялись строить глазки мужчинам.

– Вы все еще можете покинуть академию, если за предыдущие пять минут передумали. Потому что первое испытание, которому вас подвергнут, будет связано с принятием решений в экстремальных ситуациях. Так ваши магические способности будет легче определить.

Естественно, никто и не подумал уходить. Разве что Сельма придвинулась ко мне… Внезапно погас свет, что ввергло в недоумение, довольно быстро сменившееся тревогой. Воздух в кабинете изменился, стал более влажным. Я обернулась, но от этого видеть лучше не стала. Странно, ведь за спиной были окна.

– Амели, тут кто-то есть, – предупредила полукровка, больно схватив за руку.

– Ай! Ты что делаешь?! – зашипела я на нее, вытаращив глаза. Ничего не разобрать, как смотреть? – Сельма, тебе что-нибудь видно?

– Тут туман, а еще… мыши?

Слова девушки прозвучали как колокол, оглушив и пробрав до костей. Расслышали все, и это вызвало такую реакцию, что на пару секунд пришлось прикрыть уши. Наши коллеги по экзамену визжали, перекрикивая писк грызунов. Признаю, мне тоже хотелось присоединиться. Но когда что-то задело мою ногу, горло словно сдавило, а сердце замерло.

Мамочки!

Войди сейчас Дальберг, я бы запрыгнула к нему на шею. Но такого никто не предусмотрел. Очередное касание встретила не с ужасом, а с возрастающей злостью. Отшвырнула ногой наугад и двинулась к Сельме.

– Вставай позади меня, – скомандовала полукровка, и я нашла это разумным. Так хотя бы наши тылы будут прикрыты. И, как настоящие воины, мы прочувствовали, что это значит – бороться спина к спине.

Мои движения напоминали бесталанный танец: ножку правую вперед, а потом левую вперед, а потом снова правую вперед… Позади меня топала каблуками полуволчица-полуэльфийка. У кого-то неподалеку назревала истерика. Но подходить из-за оглушительного визга не было желания.

– Мы могли бы организовать круговую оборону, – заметила я, через плечо обращаясь к Сельме.

– Разбежалась и падаю, – пропыхтела та, не забывая при этом топать и откидывать мышей. – Вдруг ограниченное количество мест, а я тут такая добрая, всех впереди себя толкаю.

Не согласиться с этим было трудно.

Ох не зря народ выходил грустнее грустного!

– Сель, а ты можешь превратиться в…

– Чтобы они сожрали мою одежду, пока я тут голая рассекаю?

Неуместность своего вопроса я поняла сразу, стоило представить сам процесс и появление экзаменаторов. Но стоило мне об этом подумать, как в кабинете вспыхнул свет, немедленно ослепивший нас. Я зажмурилась, прогоняя боль. А когда открыла глаза, то взору предстала вполне понятная картина: слезы, подпирание спиной двери, насупленные лица. Все это в очередной раз заставило подумать о свинстве со стороны преподавателей. Развлечься за наш счет захотели. Козлы. Устали от приема. Отсюда и подписка о неразглашении порядка экзаменации.

– Ну, как вам ситуация? Сильно испугались? – одновременно посочувствовали преподы, пытаясь скрыть свою радость.

Жаловаться никто не спешил. Но это не освободило от следующей фразы:

– Лопес и Илларис проходят на следующий этап экзаменации. Все остальные свободны.

Варварский способ отбора, но действенный. На нас с Сельмой смотрели не столько с завистью, сколько с сочувствием. Абитуриентки очень быстро покинули кабинет. А когда мы остались вдвоем – плюс две прекратившие скалиться преподавательские рожи, – то на стене обозначилась дверь, куда нам велели отправляться. Я даже гадать не стала, что там увижу. Не ждала ничего хорошего. С такой фантазией только у парней преподавать. У боевиков.

Помещение за дверью было совсем иным. С полагающейся доской, партами, географической картой во всю стену и глобусом. За большим столом сидел пожилой мужчина, который при виде нас даже не поднялся.

– Присаживайтесь, – ровным тоном произнес он. – Меня зовут профессор Огриен. С первым заданием вы справились, ваш потенциал я тоже увидел. Теперь основное.

– Увидели потенциал? – не выдержала я. – Но когда?

– Мыши не пахли, – догадалась Сельма, которую это сообщение почему-то не сильно удивило. – Зато я знаю, кто их придумал.

Иллюзия, ну конечно! Материальная и осязаемая. Гораздо более совершенная, чем мои безделушки.

– Девушки, судя по вашему потенциалу и взаимодействию, вы подходящие кандидатуры для группы боевиков, которая уже почти сформирована. А заодно разбавите коллектив. – Профессор хихикнул.

Весело ему!

– Согласна, – довольно выдохнула Сельма.

– Но я не могу… – только и успела сказать я, как незамедлительно прилетел ответ:

– Тогда магическая вышивка.

– А иллюзии?

– Если освободится свободное место, то пожалуйста. Вас переведут. А пока, Илларис, будьте добры – определяйтесь. Или вы поступаете в академию на боевой факультет, или прошу покинуть помещение. Со своей стороны сообщаю: создание иллюзий изучают и боевики. Несколько десятков часов гарантирую.

Ну и как после такого не согласиться?

Ох, Морган, отольются тебе мышкины слезки за все испытания. Только держись!

Глава 4

– Поздравляю вас. Фердинанд вас проводит. Следуйте за ним. – Милота секретарши приемной комиссии зашкаливала. Я девушка приличная, но очень захотелось толкнуть ее в то помещение с мышами, а еще напустить какого-нибудь газа для эффекта. Прямо руки зачесались!

– За кем? – переспросила моя напарница, когда женщина поспешила скрыться.

– За мной, леди. Попрошу без лишних вопросов, дел много, – занудливым голосом прогундосило… привидение. Оно висело рядом, позволяя рассматривать свой гордый прозрачный профиль. Даже мантия сопровождающего колыхалась с осуждением: мне, мол, некогда, а вы тут застряли.

– После пережитого можешь звать меня просто Сель, – задумчиво произнесла девушка, протягивая мне руку и в то же время пялясь на Фердинанда.

От дружбы я отказываться не стала, приняла рукопожатие:

– Амели.

– Ты их никогда не видела? – Девушка ткнула пальцем в полетевшего вперед Фердинанда. Мы, подхватив свои вещи, не сговариваясь, двинулись вслед.

– Видела пару раз. А ты?

– Нет. – Похоже, моя знакомая не только смелая, но еще и осторожная. Я заметила, как раздуваются ее ноздри в попытке принюхаться.

Территория академии оказалась именно такой, какой я ее себе представляла: замковое здание со множеством башен и переходов, тенистые аллейки цветущих деревьев, фонтанчики и огромное количество цветов. Последних было так много, что, не знай я, куда поступила, решила бы, что это место обитания эльфов.

Призрак довел нас до кабинета завхоза, около которого столпились счастливчики вроде нас. По радостным лицам почти что адептов (натерпелись, бедолаги!) сразу стало понятно, что народ еще не осознает, куда попал и как вляпался. Я же на все смотрела с нотой интереса и сочувствия. У меня была несколько иная цель пребывания в стенах академии.

– Все в сборе? – прогрохотал старый орк, он же, судя по табличке на двери, завхоз Дарраг.

Мы дружно покивали, хотя я вот представления не имела, все или нет.

– Не все. Там еще двое подошли, – проворчал Фердинанд.

– Может, и не поступят, – равнодушно протянул орк. – Так, молодежь! Объясняю один раз, а кто будет переспрашивать, тот первый моет полы в коридоре своего этажа. Я понятно говорю? Порядок и сохранность мебели в общежитии на вас, соблюдение дисциплины тоже. Все понятно?

Счастливчики дружно закивали. Я улыбнулась.

– Илларис? – нахмурился орк, заметив, что я выбиваюсь из общего строя соглашающихся. – Есть возражения? – Зеленая бровь гневно изогнулась.

– Нет, что вы, господин, – я кинула взгляд на табличку, – Дарраг. Я радуюсь, что тут порядок. С таким количеством народа непросто справиться.

Вот же внимательный какой! И карточку мою тут же среди всех выцепил, фото с оригиналом сличает. Я не трусиха, но выделяться не было желания.

– У меня не забалуешь, – скупо ухмыльнулся орк, приняв слова за похвалу себе, сурово-ненаглядному. Впрочем, так и есть. С такой-то рожей запугает любого!

В итоге, прослушав правила поведения и расписавшись, что с ними ознакомлены, мы направились в общежитие. И пока шли, Фердинанд рассказывал, как найти столовую и в какое время она работает. Сообщил и про обязательное собрание, на котором должны присутствовать адепты всех курсов. После этого слова я почувствовала себя важной. Маменька у меня активная участница женского клуба. Но то благотворительность, а у меня учеба! И миссия по спасению семьи.

* * *

Я стояла на пороге нашей с Сель комнаты, и меня разрывали противоречия. Как-то не так я представляла себе общежитие. Радовала маленькая кухонька за шторкой, но один туалет на двоих и одна душевая ввергали в уныние. А если нам обоим захочется? Куда бежать?

– Да, хорошо хоть, кровати две, – пробормотала я и потопала занимать ту, что справа от окна.

– Амели, ты что, с луны свалилась? – усмехнулась моя спутница. – Боевикам приходится иногда ночевать в лесу, на болотах. Особенно в годы учебы. Закинут так, что рад будешь еловым лапам. Я про это наслышана.

Я раскрыла рот и с удивлением посмотрела на Сель, затем на свой неразобранный саквояж. Может, ну его… дома все индивидуально… Хотя нет! Ни в коем случае. Я Илларис, а не размазня.

Мой личный счет к Алексу Моргану рос с каждой проведенной в академии минутой.

Чтобы скинуть внутреннее оцепенение, я принялась раскладывать вещи. Распахнула большой шкаф и с удивлением обнаружила жирную черту, проведенную посередине.

– Похоже, кто-то делил пространство, – заметила Сель, пристраиваясь рядом со стопочкой носочков.

– Нужное дело, – отозвалась я под согласное сопение будущей однокурсницы.

И это хорошо, что в мой саквояж умещалось гораздо больше вещей, чем могло показаться на первый взгляд.

Когда все было разложено, в дверь постучали.

– А у нас уже посетители, – усмехнулась Сель и потопала открывать.

На пороге стояла миловидная блондиночка со слегка вытянутым лицом. С таким могли родиться только чистокровные эльфы, не терпевшие смешения своей голубой крови с презренными людьми и уж тем более нелюдями.

– Привет! – неожиданно приветливо произнесло это чудо. – Вы новенькие?

Мы дружно кивнули, ожидая продолжения. Как-то выбивалась она из общеизвестных знаний об остроухих.

– А я Мариэль. Приятно познакомиться.

– Взаимно, – отозвались мы, переглянувшись, и озвучили свои имена. Похоже, жизнь налаживается.

– Как вам комната?

Возникло ощущение, что спрашивает она не просто так. И следующая фраза это подтвердила:

– Мы так рады, что тут наконец-то кто-то поселился. А то эта грустная история все из головы не идет.

– Какая история? – Сель словно нечаянно заступила выход. По мне, так эльфийка и сама не хотела покидать нас.

– В прошлом году здесь жили две адептки, а потом они пропали. Никто не хотел сюда заселяться. Хорошо, хоть вы согласились. А то скучно без соседок за стеной. Все же живые.

Вот так номер!

– А куда они делись? Сбежали домой? – Я покосилась в сторону туалетной комнаты. Понять адепток можно.

– Неизвестно. Поговаривают, что вышли замуж. Но не все в это верят. А ректор и преподаватели молчат.

Информация была, что называется, к размышлению. И мы старательно обошли ее стороной. А когда Мариэль покидала нашу гостеприимную комнату, я вдруг вспомнила:

– Не знаешь, а что бывает на собраниях? Что обсуждают?

– Все как обычно, – усмехнулась она. – Факультеты собираются по профилю в большом зале. Сначала, к примеру, целители. Потом боевики. Следом техномаги…

Из всего этого разум выделил основное. Я знала, с кем мне предстоит встретиться. И надеялась, что Дальберг не будет при всех устраивать разборки. Эх, почему мы ехали в одном вагоне, когда в соседнем наверняка было много свободных мест?!

– Девочки, а вы на кого будете учиться? Я травница.

– Боевики. – Сель попыталась скрыть свою радость, но я почувствовала спрятанные эмоции: она явно давно об этом мечтала. Мне же оставалось только скрыть свое разочарование.

Улыбка покинула милое личико эльфийки.

– Как? Там же почти нет девчонок! Бедные… Хотя… будет много парней, а это большой плюс.

Из ее слов я сделала однозначный вывод: девчонок почему-то в академию брали неохотно. Каким образом мы прорвались, непонятно.

* * *

Мариэль ловко сновала между студентами и раздаточными столами. Она планировала познакомить нас со своей подругой Лорэль, и мы решили не отказываться. Нужные знакомства еще никому не вредили. Хотя бы на первом этапе пребывания в академии.

– В столовой все просто. Берешь поднос и накладываешь то, что любишь. Ограничений нет, но помните, что переедание мешает так же, как и голод. Вот здесь у нас зелень, морковка, свекла. Очень вкусен шпинат в соевом соусе со сливочной нотой и каплей васаби…

Я с тоской посмотрела на все, что называла блондиночка, и закатила глаза. Мой живот в знак протеста против такой еды тихо проурчал, шантажируя: мол, еще слово из мира трав, и возмущение будет усилено. Я решительно двинулась в ту сторону, где высились горки рыбных и мясных блюд. Сель развернулась и двинулась за мной.

– Амелия, Сельма, куда вы? – пискнула эльфийка, стоило нам сделать шаг в противоположную сторону. Глаза у нее на затылке, что ли?

– Я наполовину оборотень, – без тени кокетства и смущения напомнила моя соседка. Она решительно ринулась в сторону шницелей и котлет, запеченных с картофелем и политым каким-то соусом.

– Люди иногда такие прожорливые. – Весь ассортимент я точно не рассмотрела, поэтому устремилась вслед за Сель. После изматывающей экзаменации есть хотелось неимоверно.

На поднос я поставила салатик с мясом и яйцом, картофель с пышным шницелем и ароматное какао. Сельма была более активна в этом вопросе и уже топала в сторону Мариэль. Решив, что мне достаточно и для счастья не хватает только булочки с повидлом, я потянулась за ней. Подхватила ароматную сдобу и отправилась следом за новой подругой…

Знакомый мужской голос отвлек от попытки донести ужин до стола. Я остановилась, пытаясь среди шума вычислить голос старшего брата Оливера или того, кто говорит в точности как он. Завертела головой… И в ту же секунду чья-то наглая конечность коснулась моей талии, не дав дернуться и отскочить.

– Э… а!.. – вырвалось протяжное, потому как у меня не было привычки ронять поднос. Я вообще раньше не прислуживала, если честно.

– Не меня ли ищешь, крошка? – раздалось над ухом. Даже не видя лица островитянина, я чувствовала его надменную улыбку и то превосходство, что буквально лезло изо всех щелей боевика. Он посчитал, что застал меня врасплох. Можно подумать, я не найду способа ответить.

Жаль, что руки заняты и удар не удастся. Но это ведь не повод грустить и отчаиваться.

– Дальберг, – прошипела я и обернулась. Маг позволил это сделать и с видимой издевкой уставился в мои глаза. В очередной раз убедилась, что такой нахальной рожи еще поискать надо.

– Поговорим?

Он стоял близко, почти вплотную. Это не просто раздражало, но и странным образом тревожило. Только в глазах не было и доли той любезности, с которой прежде на меня смотрели пытающиеся ухаживать поклонники. Нет, у Кристена я видела сплошной расчет и попытку продолжить наше противостояние. Это было сродни взгляду на чужую болонку, которую и пнуть жалко, но и гладить не хочется. А кто сказал, что после моего удара Дальберг не перейдет рукоприкладную черту?

– Не о чем. И убери свою руку! – фыркнула я.

И попыталась обойти приставучего адепта. На нас уже стали засматриваться. Интересное шоу? Я умею его устраивать. Дома на праздники мы ставили спектакли, и роли в них мне всегда удавались.

– Горячая штучка, – ухмыльнулся этот субъект, сверкнув ледяными глазами.

– Очень, – согласилась я, вспомнив, что с придурками лучше не спорить. И пока наглец с ядовитой улыбочкой пытался меня задеть, я, словно случайно, сдвинула мизинцем чашку. Какао точно было жалко, но что поделать, себя я ценю гораздо больше.

Боевик отскочил и неприлично выругался, уставившись на залитые напитком брюки и туфли. Посуда явно была заговоренной и не разбилась. Вот и ладно.

– Ой, я не хотела! – воскликнула, сделав испуганное лицо. Рванула с подносом к раздаточному столу (откуда только опыт набрался), взяла еще одну чашку и, огибая злющего Дальберга, поспешила к нашему столику неподалеку.

Девушки уже сидели за столом, и устроенное мной представление не прошло мимо их внимания.

– Я Лорэль, – пискнула еще одна остролицая блондиночка. Кажется, я ее сегодня видела на нашем этаже.

– Амелия, – представилась в ответ.

– Твой знакомый? – поинтересовалась Сель.

– Случайный попутчик. Мы ехали вместе в поезде, – не соврала я, с воодушевлением втыкая в шницель вилку. В этот момент мне виделся не пласт хорошо прожаренного мяса, а искаженное лицо Кристена. Вот привязался! Даже на тарелку умудрился пробраться. Ткнула еще раз, для убедительности.

– Не переживай, Амели, – с усмешкой произнесла Мариэль, по-своему истолковав мое молчание. – Этот дракон островитянин, а там все темпераментные. У нас по нему половина академии сохнет. Посмотри, проблема решена.

Я с удивлением оторвалась от еды и повернула голову в поисках Дальберга. Он не унывал и даже не скучал. Интересного вида девушка стояла рядом. Она прищелкнула пальцами, а островитянин широко улыбнулся ей. Посмотрел вниз.

– Он и сам все может сделать, но зачем, если есть желающие помочь, – съязвила Лорэль.

– Это ведьмочка Дафна, – пояснила для нас Мариэль. – У них с Кристеном роман.

– Был, – криво ухмыльнулась Лорэль.

– Но она-то об этом, видимо, пока не знает, – уколола в ответ Мариэль.

Глядя на довольного мага, обнявшего расторопную ведьму и вместе с ней направившегося куда-то подальше от нас, стало неприятно. Может, стоило пролить растительное масло, перемешанное с красным молотым перцем? Или черничный сок для особой миссии подойдет гораздо лучше? Глядишь, собрался бы женский консилиум по решению важного вопроса – чистка штанов самого Дальберга.

* * *

Могу с чистой совестью признать, что случай в столовой даже не выбил меня из колеи. Но когда мы с Сельмой шагали на собрание, я думала о том, что боевик еще не сказал свое слово. Сдаваться я не собиралась. Его мои проблемы с Морганами не касаются, вот пусть и катит куда подальше на свои острова.

Когда я увидела ряды рассевшихся парней, как-то вдруг стало не по себе. Одно дело – братья, пытающиеся ограничить твою свободу на вечеринках и балах. Другое – незнакомцы, чьи намерения написаны на лицах. Ну да ладно, я не по темной улице иду.

Решили сесть подальше, тем более что свободных мест еще было много.

– А девчонки ничего, – произнес парень на первом ряду, когда мы проходили мимо. Он не скрывал своего интереса, как и все остальные, повернувшие головы вслед за нами. Даже как-то неудобно смотреть, сколько тут девушек. Пока не заметила ни одной. С такими-то зверскими экзаменами неудивительно.

– Ничего – это ноль в кармане, – спокойно ответила я, не удостоив остряка взглядом. Мои щеки грозили вот-вот запылать, поэтому пришлось сделать вид, что крайне занята выбором места. А впрочем, не упасть, скача по ярусам, тоже надо умудриться.

– Привет! – Чья-то рука преградила дорогу моей подруге, шагающей первой.

– Привет, – сквозь зубы произнесла Сельма, подцепив пальцами чужой рукав и отодвинув его в сторону.

Я же остановилась. Сейчас главным развлечением оболтусов было наблюдение за нами, а разговоры – это так, сопутствующее общение.

– А я тебя знаю, – почти радостно заявил не кто иной, как Алекс Морган. Блондин цветущей наружности, осознающий свое превосходство над новичками.

Моя цель и мечта. Пупсик найден!

– Неужели академия не отбивает боевикам память? – нарочито удивленно поинтересовалась я. В последний раз мы виделись года два назад, и с тех пор я не сильно изменилась, да и он тоже.

– Познакомь с этой колючкой. – Маг, что сидел на одной скамье с Алексом, сдвинулся ближе к нам. Парень, в общем-то, казался нестрашным и, я бы сказала, милым. Но у него имелся один существенный недостаток. Он не был Морганом, ради которого мне пришлось поступить в академию.

– Ты даже не представляешь, как давно я ее не видел. – По лицу сына прокурора скользнула довольная улыбка. Он сам готов насадиться на крючок, тем лучше. – И тебе тут точно ничего не светит. Очень известный род в Тасване.

Ага, особенно если нужную информацию собирать. А что это Морган не назвал мое имя? Забыл или не хочет запятнать репутацию? Пожалуй, я не буду комментировать этот момент, не имея веских объяснений.

Я задрала нос и заторопилась за уходящей Сельмой, успев заметить, как подмигнул Алекс. Ура, все идет по плану!

На Дальберга я даже и глядеть не стала, с интересом рассматривая редких девушек, которые в этом рассаднике мужского пола все-таки присутствовали. И надо сказать, выглядели они отлично: самоуверенные, почти все с короткими стрижками, в обтягивающих штанах и легких туниках, скрывающих стройные тела. Собственное платье и ажурные перчатки показались мне неуместными. Я настолько засмотрелась на этих смелых на вид боевых магинь, что противоположный пол меня совершенно не заинтересовал. Боевиков было много, и от приятных и любопытных лиц уже в глазах рябило.

– Начинаем, – по аудитории прошелестел незнакомый голос, и я с удивлением обнаружила, что на преподавательском месте сидит тот самый мужчина, что принимал у нас экзамен и больше молчал, сдерживая смех. Попыталась припомнить, как его имя, но безрезультатно. – Представлюсь новичкам и тем, кто за месяц отдыха позабыл имя. Меня зовут Оскар Возняк. Но не советую по этому поводу острить, не прощу. Я понятно объясняю?

Оскал на лице пятидесятилетнего мужчины выглядел особенно хищно. Возняк… Пришлось закусить губу, чтобы не улыбнуться, ведь в серьезности наказания я даже не сомневалась.

– Это декан нашего факультета, – прошептала Сельма. Я ее расслышала, потому что мы как-то быстро привыкли реагировать на голос друг друга.

Декан Возняк… Ха!

Он принялся зачитывать какие-то постановления, приказы. Для меня многое было впервые, поэтому я старалась не отвлекаться. Напротив, неожиданно прониклась тяжелым бременем педагогов – обучать такую толпу. То ли дело учителя и репетиторы на дому.

– …А заодно напоминаю, – тяжелым взглядом декан обвел ряды и неожиданно остановился на нас с Сель, – что лично поотрубаю каждому руки и прочие органы, если те будут тянуться к новеньким адепткам. То же самое касается старшекурсниц. Потому как сегодня сам ректор интересовался, насколько реально доучить магинь до конца выпуска. Сейчас девушек семь, и я хочу, чтобы к концу учебного года количество не сократилось. Чтобы никаких замужеств и сердечных трагедий! Сначала всем нужно получить диплом, а после делайте что хотите.

Ничего себе вальсирует декан! Я открыла рот от удивления, но, уловив насмешку в глазах Возняка, прикрыла его. О таком обращении с адептами мне никто и никогда не рассказывал.

– Опять эксперименты будут ставить, – пробухтела Сель, едва декан принялся зачитывать списки должников, которым вот-вот грозит отчисление.

– Думаешь?

С одной стороны, подруга была права, ведь если не преподаватели, то сами адепты могут нас нарочно провоцировать на проступки. С другой – а почему бы и нет. Раз декан предупредил, и еще в такой грубой форме, значит, девчонки еще ни разу не доходили до заветной черты. Похоже, некоторые стремились сюда из-за выгодной партии. Или их не так давно начали принимать в боевики? Махровый шовинизм то и дело проглядывал во всех государствах.

Я еще раз внимательно посмотрела на присутствующих девушек. Поворачиваться назад не стала, боясь заметить Дальберга. Его вниманию я точно не рада. И без того в затылке словно свербело. Не иначе боевики рассматривали новеньких в платьях и скалились во весь рот.

– Сель, что ты думаешь насчет внешнего вида этих магинь?

– Ты имеешь в виду штаны? – сразу поняла она.

– Именно.

– Это верх неприличия, Амели! У нас оборотницы ходят в брюках, но там штанины широкие. А здесь? Словно выпотрошенных змей на ноги натянули.

Я взглянула на ничуть не возмущенную спутницу и сделала вывод:

– Значит, мне срочно нужны именно такие.

Нет, мне не хотелось поражать своей фигурой мужчин. Тут дела обстояли не столь радостно. Раньше я никогда не задумывалась об собственных выпуклостях, считая их идеальными. А вот сейчас, глядя на поджарых девчонок, засомневалась. Неожиданно показалась себе толстой, и это расстроило. Придумала! Тунику закажу подлиннее и непременно с поясом, чтобы каждый понял, где у меня талия.

– Ами, скажи, а в твоем роду точно нет темных магов? – Голос Сельмы звучал как-то подозрительно.

– С чего ты взяла?

– Люди по большей части осторожные, а ты кидаешься во все приключения с каким-то нездоровым авантюризмом. Ты ничего не подумай, мне так кажется. Я права?

– Вроде не было таких. – Я как можно беззаботнее пожала плечами. На самом деле кто-то в предках затесался, и родные этим втайне гордились. Но упоминать было не принято и вообще всячески скрывалось. Может, действительно генетика повлияла?

Собрание подходило к концу, когда зуд затылка и спины стал просто нестерпим. Я осторожно провела ладонью по платью, нащупав амулет на груди. На месте. Тогда в чем дело? Кто пытается так настойчиво прокрутить во мне дырку? Повернулась, желая посмотреть причину беспокойства. И наткнулась на нахальный взгляд Дальберга. Он сидел в окружении боевиков, очень похожих на самого островитянина. Не иначе друзья-товарищи, такие же безбашенные и неприятные.

– На этом наше собрание заканчиваем, – донесся голос Возняка. Наконец-то!

Я покрутила пятками на каблуках, пытаясь немного разогнать кровь. Завтра день подготовки, а потом начало учебного года. И не хотелось услышать замечание об отсутствии какого-нибудь карандаша и тетради. А еще хорошо бы перекинуться парой ничего не значащих фраз с Морганом, но без толпы любопытствующих. Однако стоило Оскару Возняку (язык сломаешь, пока выговоришь!) покинуть аудиторию, как мой земляк поспешил к выходу. Плохо! Месть дело тонкое, я подожду.

– Амелия, ты улыбаешься или скалишься? – поинтересовалась Сель.

– Я думаю, нам с тобой тоже пора отсюда уходить.

Мы направились к выходу. Это было что-то! Казалось, мужская масса замерла, пропуская двух новеньких девчонок, которых многие рассматривали чуть ли не с микроскопом. И если бы у меня была склонность краснеть, то щеки могли пылать до бесконечности.

– Как тебе собрание? – поинтересовалась я у Сель, стоило нам покинуть аудиторию.

– Нормально. Пока все подозрительно мирно, если не считать попыток познакомиться. А кто тот парень, что с тобой общался?

– Земляк. – А что, я ни капельки не соврала.

– Я так и подумала, – усмехнулась Сельма. – Там, дома, ты с ним целовалась?

– Вот еще! – Нет, миссия миссией, но о подобном раскладе пока я даже не думала.

– Суровая. – Подруга ткнула острым локтем мне в бок. Получилось болезненно, за что я тут же шутя наступила ей на ногу.

Мы решили пройтись по аллее, минуя фонтаны, чтобы потом вернуться в общежитие. День был крайне насыщенным, а прогулка – это то самое успокоительное, которого мне не хватало.

Вечер уже начинал вступать в свои права. И стоило дойти до каменной дорожки, как магические фонари вспыхнули, освещая небольшой парк и все вокруг. Приятное совпадение придало очарование этому волшебному месту. Даже присутствие адептов не мешало, хватало места всем.

– Амели, смотри. Вон тот, что цеплялся к тебе в столовой.

Действительно, у фонтана, выполненного в виде резвящихся нимф, нетрудно было разглядеть двух похожих девушек и нескольких адептов. И все они с факультета боевиков. Девицы хохотали, повиснув на островитянине. Он кружил их, обняв за талии, тем самым вызывая новые приступы всеобщего веселья.

– Сильный, – заметила подруга. В ее голосе послышалось уважение.

– Дракон, если ты не заметила.

Несмотря на всю свою исключительную занятость, Дальберг увидел нас и надменно искривил свой рот. Ха! Подумаешь. Может, у него зубы так сводит. Не считая, что делаю что-то зазорное, я показала хаму язык и отвернулась.

– Крис, ты чего? – раздался женский голосок со стороны шумной компании.

А дальше я уже не слушала, потому что Сельма предложила вернуться. Отказываться не видела смысла.

Глава 5

Я с тоской посмотрела на свои широкие штаны и побежала вслед за Сельмой. Первое занятие – и такая засада: физическая культура! А оно мне нужно? Ткань то и дело наматывалась на лодыжки. И вместо красивых ног внизу я видела какое-то непотребство. Зря не взяла костюм для верховой езды, и то было бы гораздо лучше. А половина мужской части нашей группы словно нарочно отставала. Раньше я думала, что бегаю быстро – братцам редко удавалось меня догнать. А теперь подозреваю, что поддавались они!

Преподавал физкультуру Ньяр Ольсен, эльф, отмороженный на все уши. Какие он нам показал для начала упражнения – народ диву давался. Даже оборотни раскрыли рты, когда Ньяр крутился на перекладине целую минуту, а потом с разбегу вбежал на дерево, переполошив местных ворон. Пригрозил, что каждый из нас так сможет к концу обучения. Иначе всем незачеты и дополнительные факультативы. И что сказать, напугал. Я сразу прониклась и промолчала, спрятавшись за спины адептов. Хорошо, что ниже нас с Сельмой был только гном, и тому даже борода бегать не мешала.

– Амели, не отставай! – прикрикнула на меня подруга.

А как догонишь оборотня, для которого бег – нормальное состояние? Зачем я подалась в боевики? Надо было в бытовые маги. Сидишь, присматриваешь за порядком, а заодно строишь планы мести Морганам. Мой личный счет прокурорской семейке возрастал с каждым прожитым в академии днем.

– Илларис, а ты ничего, шустрая, – подмигнул пробегавший мимо вервольф Гарт.

И этот туда же!

Пришлось нажать и догнать Сельму.

Когда положенные два часа закончились, преподаватель Ольсен решил задержать подругу. Зачем, я пока не знала. Любопытство грызло, но не сильно. Гораздо больше хотелось уйти отсюда и почувствовать себя не попрыгунчиком и бегуном, а человеком.

Я направилась в женскую раздевалку. По счастливой случайности она здесь была, и, к счастью, в стороне от мужской. Похоже, другие факультеты тоже не сидят на попе ровно и периодически бегают и прыгают на радость преподавателям. Хотела бы я посмотреть, как скачут будущие магические кулинары. Они, на мой взгляд, самые пышные. Но раза точно было бы достаточно, потому что я девушка нормальная, и красивые мужские тела все же привлекательнее сдобных женских форм.

Я посетила душевую, после чего окончательно поверила в собственное спасение. Запихнула в сумку форму и, глянув на часы, решила быстренько отнести одежду в общежитие. Неизвестно, когда освободится Сель, а таскать с собой грязные вещи не хотелось. Чего скрывать, один раз пришлось упасть, причем по вине того же Гарта: он словно нарочно запнулся, подставив мне подножку. Я в отместку создала плохонькую иллюзию злобного кота. В результате вервольф вместо упражнений бросился вдогонку запрыгнувшему на дерево зверю.

Этот самый оборотень, который мельтешил сегодня передо мной половину дня, вместе с другим вервольфом расположился на выходе из раздевалок. И не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться, кого именно он поджидает.

– Амелия, – сладким голосом протянул Гарт, не скрыв вибрирующие нотки. – Проводить?

– Может, познакомимся поближе? – предложил другой оборотень, чье имя я сейчас даже вспомнить не могла. Он уперся рукой в косяк, тем самым преграждая мне путь.

– Сколько угодно, – не стала отказываться, потому что неадекватных тут пруд пруди, а проще согласиться, чем препираться. Главное, в итоге сделать все по-своему. – Только без меня.

Поднырнула под руку оборотня и пошла дальше.

– Шустрая девочка, – повторил свою недавнюю фразу Гард, и эта парочка, не стесняясь, пристроилась по бокам. – Мы тут с Дарком тебя ждали, а ты сразу сбегаешь.

– Куда спешишь, крошка? – присоединился тот, кого назвали Дарком, и попытался взять меня под руку. Но в результате моего ловкого маневра остался с сумкой, в которой я спрятала грязную форму.

Судя по перемигиванию адептов и очередному коридорному повороту, они что-то задумали, и это связано со мной. Недолго думая, решила повернуть ситуацию в другую сторону:

– Гард, Дарк, как хорошо, что вы меня догнали! Я сама даже не знала, как к вам обратиться.

– В смысле, кареглазая? – опешил Гард. – Тебя кто-то клеит?

– Мы его мигом скрутим в бараний рог, – подхватил Дарк. И зародилось у меня подозрение, что они знали друг друга еще до поступления в академию. Или как в поговорке – два сапога пара.

– Пойдемте в библиотеку! – попросила я останавливаясь. И для эффекта похлопала глазами. А чтобы добить удивленных адептов, продолжила: – На первом занятии выдали список учебников. Так? Так. Так пойдемте и возьмем книги, что получше! Пока наши и другие первокурсники не набежали!

– Ты за этим нас с собой хотела взять? – Гард с подозрением и ухмылкой дернул меня за выпавший из прически локон.

– Книги тяжелые. Одной не очень удобно. Вы сильнее. – Я как можно дружелюбнее улыбнулась и сделала полшага назад. – Ну? Вы со мной?

– Уговорила, куколка! – Дарк подмигнул и сверкнул белозубым оскалом. Получилось грозно, но не страшно.

У меня закралось подозрение, что эти оборотни привыкли делить одну подружку на двоих. Слишком слаженно они действовали, вступая в разговор каждый в свой момент и ожидая действий другого. Дарк тоже захотел повторить жест Гарда и потянулся к моим волосам…

– Убери руки, а то переломаю, – произнес тот, кто неожиданно вывернул перед нами из поворота. И он был не один.

Вервольфы мгновенно напряглись, готовые ввязаться в драку. Оба, как один, шагнули вперед, загораживая меня. А я смотрела и не могла поверить своим глазам.

– Вы? Но как? Вход на территорию академии запрещен… Форма? – Я едва не ткнула пальцем в одежду двоих Илларисов, а заодно в нагрудные значки, значение которых уже знала. Сияющий камень на груди Элфи обозначал факультет артефакторики, а Оливеру досталась шестеренка все в том же сиянии. Я моргнула, но ни братцы, ни значки не исчезли.

– Амелия, ты их раньше встречала? – с подозрением поинтересовался Гард, но не двинулся с места. Похоже, он присматривался, с кого из моих братьев лучше начать. Но! Он просто незнаком с семейкой Илларис. И если я на физкультуре бегала как раненый заяц, то это не значит, что все люди слабые.

– А то! И по несколько раз на дню. Утром и вечером тоже. Это мои родные братья.

– Оба? – удивился Дарк.

– И это еще не все, – заверил Оливер, глядя на оборотней с подозрением. Но когда он раскинул руки, я тут же бросилась в его объятия.

– Ну… мы тогда пойдем в библиотеку, – вставил свое слово Гард.

– Ага. Увидимся. – Я махнула вервольфам рукой и обратилась к братцам: – Рассказывайте!

– Амели, это кто?! – Грозный старший брат мне совсем не нравился.

– Сокурсники. Мы шли вместе с физкультуры в библиотеку.

– А почему… – продолжил допрос Оливер.

Элфи прервал:

– Ами, какая библиотека с девушкой?

– И ты туда же! Книги тяжелые. Только нашла рабочую силу, так вы ее спугнули. Кто мне теперь поможет? Список огромный! – Я выхватила из сумки двойной тетрадный лист и потрясла им перед носом братцев.

– Мы! – последовал слаженный ответ.

– Тогда пошли!

Им пришлось проводить меня до общежития, а мне, в свою очередь, объяснить, где живу и с кем. Допрос выдержала с честью, а затем постаралась перевести разговор на самих братьев. Оказывается, билеты на поезд были куплены за неделю до моего отъезда.

– Стоять! – приказала я, смотря на обоих Илларисов снизу вверх. – И кто знал о вашем решении?

– Седрик, Джейкоб и Райли, – не краснея, признался Элфи.

– А мама? – Я прищурилась, переводя взгляд с одного на другого. – Или… вы ей сказали на вокзале?!

Судя по лицам братцев, именно так и было.

– Не волнуйся, Амели! – Оливер обнял меня и приподнял. В результате вместо того, чтобы встать на ступень, я едва не перелетела через нее. – Родителям будет спокойнее. И потом, ты классно придумала, поступить в академию. Тут весело и интересно.

О затее с Морганом знали только мы с мамой. И как бы ни хотелось поделиться, предпочла промолчать.

– Только мы не поняли, почему боевики. У тебя получаются красивые иллюзии, а тут такое… И потом, у вас много адептов в группе? – Элфи был сама забота. Я закатила глаза. Удивительно, почему поехали только эти двое.

– Обещали перевести, если кто-то из иллюзионистов вылетит, – почти не соврала я. Про призвание они точно не поверят.

Солнечный луч упал на табличку на двери библиотеки и отразился, брызнув во все стороны. Настроение было чудесным: в академию поступила, до финиша на физкультуре доползла, а еще родня приехала за мной.

– Логично, – Оливер кивнул, соглашаясь. А затем, словно мальчишка, дернул меня за локон и отобрал сумку.

Я рассмеялась, решив наступить братцу на ногу при первой возможности. Как хорошо, что свои, родные люди рядом.

– Окучиваете новенькую? Хороша. Я бы и сам ею занялся.

Знакомый голос, не лишенный злости, заставил вздрогнуть и поднять голову. И странно, что он пока еще не успел мне надоесть.

Из-за колонны показался Кристен Дальберг собственной персоной. Он стоял выше нас на несколько ступеней, похоже только-только вышел из библиотеки. Рядом с ним нарисовались все те же две девицы с одинаковыми лицами и группа поддержки в виде боевиков.

Думаете, это остановило моих братьев? Ничуть! Я даже не успела съязвить на тему прилежного ученика, который и в библиотеку ходит с девушками. Подозреваю, причина моего невезения состоит в том, что я на Дальберге не повисла. Оливер как стрела кинулся на Кристена и сбил его с ног. Оба полетели вниз по лестнице.

– Не встревать! – прохрипел откуда-то снизу островитянин. Они с Оливером, не стесняясь, колошматили друг друга словно два задиристых петуха.

И если кто-то из команды дракона думал, что первокурсники с других факультетов однозначно проиграют, то он ошибся. Отец считал, что мужчина семьи Илларис с детства должен отлично владеть телом и спортивными навыками. И помимо учителей по обычным предметам были наняты тренеры по борьбе и кулачному бою. Мама поначалу была против, а потом смирилась. Глупости, скажете вы, аристократы только и умеют шпажкой махать… Да, фехтование тоже было обязательным. Меня драться не учили, но я и не переживала. Скромное владение шпагой, а также конный спорт вполне устраивали.

– Элфи, их надо разнять! – решительно произнесла я после того, как кулак Оливера стремительно обрушился на нос Кристена. В ответ прилетело в глаз брату…

Группа поддержки дракона спустилась ниже и топталась, не желая ослушаться вожака. Мелькнула мысль: а кто он? Негласный лидер, добившийся послушания?

– Ами, я, может быть, и не прав… Но мне кажется, им обоим доставляет удовольствие эта драка, – почесал затылок Элфи.

Несмотря на сопение дерущихся, команда островитянина услышала его предположение, и все уставились на нас. Девицы недобро, а парни с задумчивыми лицами.

– Опять Дальберг! – Недовольный голос, раздавшийся над ухом, заставил подпрыгнуть. – И новенький Илларис! Все будет доложено ректору!

– Фердинанд, – пронеслось между присутствующими. А я и сама уже признала того ворчливого призрака, что провожал нас к завхозу. Эфемерное тело метнулось к дерущимся.

– Вы испортили форму! – крикнул он, вызвав дуновение ветра.

Призрачная мантия самого Фердинанда взметнулась, а вслед за этим и пыль. Хорошо, что брат с драконом перестали друг друга тузить и нехотя расцепились. Я бросилась к Оливеру, даже не посмотрев на Дальберга. Но пока спускалась, драчуны уже и сами поднялись. Отряхивать брат себя не дал.

– Илларис? – криво ухмыльнулся Кристен, стирая с лица грязь. Мою фамилию он запомнил. Хам.

– Имеешь что-то против? – с вызовом поинтересовался Оливер. Похоже, он снова был готов броситься в бой. – Или желаешь извиниться перед моей сестрой?

Я собралась сказать, что плевать на его извинения хотела по всем поводам сразу. Но островитянин неожиданно произнес:

– Извини.

Что? Не ослышалась?

Я не почувствовала стопроцентного раскаяния, но целование рук от этого наглеца мне было и не нужно.

– Принято, – произнесла и отвернулась.

Видеть и слышать Кристиана Дальберга я совершенно не желала. Наши встречи, по моему мнению, приводили к потасовкам и катастрофам. Зачем он с непонятной периодичностью лез в мою жизнь, я так до конца и не поняла. Сапфир не нашел, значит, отвали! Нет, я ему как медом намазана. Поддеть, уколоть, а то и просто унизить. От возмущения зачесалась рука, а пальцы непроизвольно сжались в кулак.

– Я все вижу, Амелия Илларис! – гаркнул Фердинанд, на сей раз обращаясь ко мне. Любитель-следопыт! Сыщик шпионистый!

Мы с братьями с гордым видом поднялись по ступеням. На самом верху, спрятавшись за колонны, я сотворила иллюзию, и одежда Оливера обрела приличный вид. После чего благополучно получили в библиотеке книги и разошлись по общежитиям.

Придется братцу заказывать новую форму. Деньги не проблема, лишь бы завхоз Дарраг ничего не заметил. Но не вовремя появившийся призрак сводил всю тайну драки к нулю – обязательно всем доложит!

* * *

Несносный Дальберг! Глаза мои бы на него не смотрели!

Я мысленно ругала островитянина на чем свет стоит и насколько позволяла совесть. О правилах порядочной леди предпочла не вспоминать. Да и зачем они мне, если из-за этого приставучего адепта нас всех сегодня вызывали к ректору.

– Везет тебе, – шептала Сель во второй половине дня. Мы сидели на занятиях, а очередной мудрый профессор вещал о необходимости изучения анатомии.

После библиотеки пообедать даже не удалось, Фердинанд всех сдал. И теперь, на занятиях, желудок сжимало от голода, а перед глазами вставали сочные котлетки и ароматная выпечка. Хорошо, что подруга захватила мне плюшку, а то бы совсем беда. Никакая анатомия не способна отбить у голодного адепта аппетит. А уж у разозленной меня тем более.

– Чем? – прошептала я одними губами.

Я не хотела огласки, но шила в мешке не утаишь. На перемене двое старшекурсников заглядывали и подмигивали мне, а еще адептки… Хотя последние точно не из-за дракона. Все дело в братьях, решивших лично доставить меня к началу занятий. Оливер и Элфи довольно интересные молодые люди даже по меркам Сельмы, я-то, как сестра, могу судить необъективно…

– Ты присутствовала на потасовке. Но я так и не поняла, из-за чего?

– Не расслышала, – уверенно соврала я. Тыкать в себя пальцем было неудобно. Сельма умница, последуют вопросы, что да зачем… Обойдусь без душещипательных подробностей.

– Слушай, Амели, ты сильно обидишься, если вечером я не пойду с тобой мыть полы?

– Даже не думай. Это мое наказание. Что-то произошло?

– Физкультура, чтоб ее… Мне кажется, эльф не любит женщин. Задал мне доклад на тему беговых особенностей оборотней.

Я с непониманием уставилась на подружку, позабыв про преподавателя анатомии.

– Вот и я про то же. А что писать, даже не знаю. Разве у меня ноги колесом или бегаю враскорячку?

– Все в порядке, – заверила я Сельму.

– Ладно, не переживай. Придумаю что-нибудь. Хотя бы напишу про бег на четырех лапах и двух ногах по собственным ощущениям.

– Мне казалось, только в мой адрес полетели неприятности. – Я попыталась улыбнуться.

– Ага. Мне тоже так казалось, только про себя. Слушай, а твои братья ничего, смелые. Против дракона не каждый смертник выйдет.

Мне оставалось только пожать плечами. Сель еще не видела, как сыновья графа при выезде в загородный дом становились ватагой, гоняющей с местными детьми.

– Теперь за свою смелость виконт Оливер Илларис будет тереть пол на факультете техномагов, а Элфи у артефакторов.

Моему тону подруга только усмехнулась. А разве я не права?

Ужин прошел в мирной обстановке. И если в обычное время я бы предпочла прогулку, то теперь все сложилось иначе.

– Удачи, Амели. – Грустная Сель помахала мне тетрадкой и уткнулась в доклад.

Еще раз расправив складки юбки, я двинулась на отработку. И, словно нарочно, напала зевота. Эх, если бы знали мои родители, что дочь графа Иллариса ночами будет мыть полы… У мамы бы точно случилась мигрень.

– Ты куда? – Спешащая к себе Мариэль не могла упустить возможности пристать ко мне в коридоре. Только ее до полного счастья и не хватало.

Я вскинула голову и улыбнулась.

– Как хорошо, что ты мне встретилась! Нужна информация.

– Какая? Про красавчика Дальберга? – прищурилась блондиночка, сморщив курносый носик.

Быстро тут новости разлетаются. Сдается мне, драконище эльфийке нравится.

– Нет, он мне без надобности. Забери его себе. – Я отмахнулась. – Лучше посоветуй ателье. Хочу сшить себе брюки как у всех магичек с нашего факультета.

Даже если моя просьба и показалась не слишком привлекательной, Мариэль все подробно пояснила.

– А когда пойдешь?

– Завтра. Сразу после занятий.

– Удачи, – пожелала блондиночка и скрылась в своей комнате, соседней с нашей.

Я же тяжело вздохнула и направилась вниз. Насыщенный день отпечатался в памяти, и пока спускалась, то и дело всплывали отдельные моменты: первое занятие, изнуряющий бег, встреча с братцами и незабываемая драка… Порадовало, что мы не одни были у ректора. Перед нами тоже кого-то распекали.

Открыла массивную дверь и вышла на улицу… Даже если тут и стоит какой-то защитный контур от мужского внимания в вечернее и ночное время, то я его точно никак не почувствовала. Не мальчик я, даже магия признала.

– Фердинанд?! – Едва не подпрыгнула от неожиданности, заметив призрака, сложившего руки на груди.

– Адептка Илларис, что-то вы не торопитесь выполнять приказ ректора. – Вредный голос даже у эфемерного тела звучал противно.

– Уже тороплюсь. А время уборки мне не указывали.

Острить не было настроения.

Я едва сдержала зевок и попыталась обойти призрака, но тот сдвинулся с места, снова преграждая мне путь. Остановилась с желанием прикрыть глаза и уснуть. Не вышло. Новый виток зевоты удалось сцедить в кулак.

Фердинанд приблизил ко мне прозрачное лицо. Хорошо, что я видела момент движения, иначе бы вся академия проснулась от визга, а мой собеседник получил в призрачный глаз. А так только вздрогнула.

– Вот что, Амелия, отправляйся к себе. А завтра все наверстаешь! – приказал Фердинанд, тряся перед моим лицом белесым пальцем.

– А как же приказ ректора? – Я с сомнением покосилась на собеседника. Интересно, какие у него полномочия.

– Завтра исполнишь. Ну, живо к себе!

Уговаривать меня не нужно было. Ноги уже сами несли вверх по ступеням.

– Ты? – удивилась Сель, стоило мне распахнуть дверь и очутиться в комнате. – Что-то опять натворила?

В голосе подруги почувствовались нетерпеливые нотки с вкраплением ужасной заинтересованности. Я почти обиделась на такую реакцию, потому что неприятности меня сами находят, а не я их.

– Не успела. Фердинанд перенес наказание на завтра. А кстати, ты не в курсе, кем он был раньше?

– Говорят, ректором.

– Тогда все ясно. Тела нет, а замашки остались, – мрачненько заметила я. Ведь если бы Фердинанд оставался у руля до нашего времени, то мы все точно ходили бы по струночке. – Сель, завтра после занятий мне нужно в город.

– Зачем? Хочешь сбежать? – в голосе девушки прорезалась заинтересованность. Даже доклад отошел на второй план.

– Что ты! У меня еще дел море.

Не говорить же, что компромат на Моргана пока не отыскала и дракону не отомстила. И потом, не все так плохо, как на физкультуре. Маг я или лошадь беговая?!

– Нужно посетить ателье и заказать костюм как у магичек с нашего факультета.

– Те, что облегают девушек как натянутый рукав?

– Примерно. – Я пожала плечами. И откуда у Сель такие ассоциации? Похоже, придется идти одной.

– Я с тобой! Мне тоже такие штаны и туника нужны.

На том и порешили.

Кто знал, что наш поход обернется дурным приключением…

Глава 6

– Оказывается, воздух свободы пьянит, – сделала вывод Сельма, стоило нам выйти за ворота академии.

Я улыбнулась подруге и направилась вдоль замковой стены. Погода была пасмурной, но без дождя. Самое то, чтобы не обгореть и не вымокнуть. Предстояло пройти полквартала и свернуть направо, придерживаясь направления до самого ателье.

– Может, по булочке? – предложила подруга, едва мы поравнялись с красивой вывеской, на которой была изображена горячая чашка чая и маковая сдоба.

– Нет, – я решительно отвергла это достойное внимания предложение. – Мы же идем покупать себе штаны.

Сель бросила на меня пристальный взгляд, пройдясь с головы до ног, но ничего не сказала. А что? Это оборотни должны быть крепкими. А нам, человеческим девушкам, правилами для леди определено быть тощими, чтобы муж мог похвастаться умеренностью жены в еде. Глупость, конечно. Если предполагаемый супруг скажет хоть слово про мой здоровый аппетит, то может сразу подавать на развод. Потому что я не собираюсь морить себя голодом в угоду чьему-то мнению.

– Смотри-ка! Вон твой земляк навстречу идет. Довольный… – сообщила Сель.

Я присмотрелась. Действительно, навстречу нам топал Морган со своим другом, что сидел с ним рядом на собрании и пытался с нами познакомиться.

– Может, чего-нибудь съел, – предположила я, вспомнив про булочку. Нет, напрасно от нее отказалась. На обратном пути точно куплю.

– Приятная встреча, – сообщил Морган, едва поравнялся с нами.

– Очень, – подтвердил его спутник.

– Взаимно. Алекс, может быть, ты познакомишь нас со своим другом? – предложила я, наблюдая за лицом боевика. Похоже, он вспомнил мое имя или узнал.

– Это Тиред. Мы вместе учимся, – сообщил Морган. – Вас ему представлять не буду. Он и так знает. Куда идете?

– Хотим сделать заказ в одном ателье.

– Вы уверены, что оно там? – Морган кивнул в сторону сворачивающей в непонятную подворотню улицу.

– Да, нам адрес дали.

– Может, проводить? – предложил Тиред, подставляя локоть.

– Мы сами, спасибо, – с тяжестью на душе и мысленным подзатыльником самой себе произнесла я. С одной стороны, Морган тут, и это радует. С другой – отец никогда не совался в мамины примерки и был спокоен. Заказ одежды для женщины непростое дело. И пусть тут все гораздо проще и портные наверняка не столь квалифицированны, но если Алекс сбежит, как потом наладить с ним общение?

– Уверены? – предпринял свою попытку Морган. А заодно решил нас запугать: – Я сомневаюсь, что на улице Сен-Либэрти, в сторону которой вы сейчас двигаетесь, есть хоть что-то стоящее.

– Нам посоветовали и дали точный адрес, – с нескрываемой улыбочкой сообщила Сельма.

Адептам ничего не оставалось, как идти по своему маршруту.

– Ты заметила, откуда они вышли? – спросила подруга. Она улыбалась, искривив рот, словно знала что-то такое, от чего я точно не откажусь.

– Нет. Задумалась, вот и не видела. А ты успела заметить?

– Вот, – Сельма ткнула пальцем в сторону двухэтажного ярко-розового дома с колоннами. На балконе верхнего этажа вились цветы. А еще колонны, выполненные в виде вульгарных нимф, наводили на определенные мысли…

Я сморщила нос и прошла мимо, не желая даже рассматривать белоснежный тюль с набитыми цветочками и бабочками, а заодно пытаться хоть кого-то увидеть. И без того около здания слонялся накаченного вида мужик с подозрительно бандитской мордой.

– Эй, милашки, не на работу устраиваться пришли? – рассмеялся охранник, глядя, как мы проходим мимо.

Я не стала отвечать и Сель не дала. Просто накинула на себя иллюзию сморщенной беззубой старухи и призывно улыбнулась мужику.

– Сгинь! – немедленно отреагировал он и скрылся в своем борделе.

– Чего это он? – поинтересовалась Сельма. А когда посмотрела на меня, то старухи уже не было.

– Больной, наверное. – Я пожала плечами. Подруга не знала о моих способностях. Не хотелось показывать ей мерзкую рожу. Стыдно.

Минут через пять после этой встречи мы остановились. Местность и в самом деле была какая-то подозрительная. И ни одно здание совершенно не напоминало ателье или хотя бы дом белошвейки.

– Смотри, вон те девки! – раздалось за спиной, и мы слаженно обернулись.

На мостовой, прямо за нами, стояли двое мужчин в масках. И надо сказать, выглядели они совершенно недружественно. Какая-то бесформенная одежда – плащи, закрывающие фигуры, – дурацкие маски и широкополые шляпы.

– Ами, тебе не кажется, что кто-то спутал прогулку по улицам с маскарадом? – произнесла Сель, не отрывая взгляда от незнакомцев.

– Бежим? – предложила я, не решаясь размениваться на объяснения и причитания.

И мы рванули. Мимо таверны, непонятных домов, огибая заборы, скамейки и подныривая под развешанное на веревках белье… В какой-то момент я поняла, что все, задыхаюсь! Я на каблуках, а не в домашних туфлях, и из меня вышла отвратительная скаковая лошадь.

– Не отставай! – прикрикнула Сельма.

– Стараюсь!

Я упрямо стиснула зубы и ухватилась за бок, который нещадно кололо. Топот сапог преследователей приближался.

– Ами, тогда сострой им рожу… лицо! – предложила подруга, оглянувшись на меня.

Я с возмущением на нее посмотрела, но никто не оценил. Наоборот, полукровка перепрыгнула сточную канаву так, словно это была скамеечка для ног. Я же, напротив, с трудом преодолела препятствие и едва не свалилась в мутную жижу.

– Я не умею, – отфыркнулась, в то же время понимая, что это хоть какой-то, но выход. Народ, мимо которого мы мчались, с интересом наблюдал за нами, не вступаясь, но и не мешая. Словно подобный забег не такая уж и редкость, но ради развлечения очень даже сойдет.

– Ага. А чем тогда ты мужика у борделя отшугнула? Фигой?

Каждая иллюзия требует концентрации. А уж если я устала, то и подавно. Я не знала, что именно сейчас произойдет, но понадеялась на помощь господина Случая. Вдохнула, скорчила лицо, снова постаралась представить престарелую колдунью из наивных детских сказок. Обернулась, надеясь, что меня заметят… И тут на глаза попался забор с покосившейся доской.

– Сель, за мной! – крикнула я и первая ввалилась в импровизированный проход. Подруга быстро сориентировалась и влезла за мной. Доску мы вернули на место, после чего прислонились спинами к деревянной поверхности, пытаясь выровнять сбившееся дыхание.

– Ами, куда тепе… – начала было Сельма и осеклась, раскрыв рот.

– Если хоть кто-то об этом узнает, прокляну! – грозно предупредила я и вернула свой настоящий вид.

– Ты же не ведьма, – резонно заметила она. – Проклинать не умеешь.

– А вот и посмотрим, сбудется или нет, – ответила я с угрозой.

– Да ладно, не переживай. У меня в зверином обличье шерсть на морде… Но я тебя проклинать не собираюсь!

– Чудесно, – выговорила я, прислушавшись к топоту за забором.

– Где они? – раздался все тот же приглушенный голос.

– Понятия не имею. Может, пойдем? Скажем, задание выполнено. Нам ведь не убить девчонку велели, а припугнуть.

– Пошли. А если что, так заказчик сам виноват, девчонка была не одна.

Мы переглянулись.

– Нас сдали, – зло прошипела подруга. Я насупленно кивнула, сжав кулаки. Хотелось найти виновника нелегкой пробежки и заехать ему в нос.

Переспрашивать, о ком именно речь, не имело смысла. И без того понятно, что моя скромная персона кому-то перешла дорогу. Как там дела с отцом? Может, дело в нем?

Я думала, а сама осматривалась по сторонам. К счастью, дом, на территорию которого мы влезли, оказался заброшенным, и ворота выходили на другую сторону улицы. Пробравшись через умеренные заросли плодовых деревьев и кустарников, мы оказались на свободе. Какое-то время молча шли по направлению к академии. Но уныние не наш конек, и, словно в знак компенсации, на нашем пути встретился магазин готового платья.

– Зайдем? – попросила я, глядя на огромные витрины и вывеску.

– Пошли. Может, что-то стоящее встретим, – согласилась Сельма.

И надо такому случиться, что я оказалась права. Здесь продавались те самые костюмы, что носят магички. Я взяла один на пробу, то же самое сделала Селена. С продавцом расстались если не друзьями, то точно хорошими покупателями. Такого восхищения от качества пошива, ассортимента товара и самого обслуживания владелец магазинчика явно давно не видел. На почве благодушия он дал нам скидку, от которой мы не отказались. Зачем лишать человека возможности сделать приятное.

После магазина мы зашли в маленькую кофейню с ароматным кофе и свежей выпечкой, а потом отправились в академию. Ужин уже прошел, и нужно было торопиться, ведь именно сегодня Фердинанд мог проверить мое рвение относительно уборки на факультете.

– А не зайти ли нам к Мариэль, по-дружески? – предложила решительно настроенная Сельма.

– Поддерживаю. И предлагаю явиться к ней в обновках.

К себе мы заглянули на минутку, переоделись и оставили пакетик с купленной выпечкой. Затем решительно направились к соседке, узнать, от каких таких щедрот она послала нас по известному адресу.

К Мариэль я постучала сама. Сельма немного резковата, а мне хотелось действовать по маменькиному методу, согласно которому змеи должны давиться собственным ядом.

Соседка оказалась на месте. Она открыла дверь и вместо обычного приветствия замерла, осматривая наши довольные лица. Мы тоже улыбались как могли. На лице эльфийки промелькнуло недоумение и сразу расцвела ответная кривенькая улыбка. Нас Мари рассматривала с интересом, переводя взгляд с одной на другую.

– Как тебе наше приобретение? – поинтересовалась Сель, нарочно покрутившись перед эльфийкой.

– Тебе идет, – сделала комплимент Мариэль и надулась, глядя на меня. Видимо, фигура человечки ее не сильно впечатлила. – Девочки, вы извините меня, очень некогда. Сегодня нарвалась на внеочередной доклад.

Нам ничего не оставалось, как отправиться к себе.

– Вобла отмороженная, – вырвалось у меня, едва я оказалась в своей комнате и подошла к зеркалу.

И чего ей не понравилось? Штаны обтянули ноги, а легкая ткань туники красиво облегала грудь. Я покосилась на Сель. Некоторые падки на лесть и комплименты. Может, слова Мариэль произвели на подругу впечатление…

– Не переживай, – отмахнулась Сельма, плюхнувшись на кровать. – У меня отец эльф, тот еще проходимец. Песни матери пел, серенады. Говорят, даже собаки в селении выть переставали и заслушивались. Мама и растаяла. А потом, узнав, что волчица беременна, отец свалил.

От такого признания я не нашлась что сказать. Присела напротив и уставилась на подругу.

– И как ты?… – У меня не повернулся язык спросить, сколько ребенок пролил слез, растя без непутевого папаши. Захотелось поддержать.

– Нормально, – отмахнулась Сельма. – Но отец все равно сволочь. Не может порядочный мужчина так поступить. Кстати, я его так ни разу и не видела. Но ты не переживай, у нас с этим проще. Стая или клан, тут в воспитании все принимают участие. Дед у меня замечательный. Спустя время мама вышла замуж, и, к счастью, удачно, нашла свою половинку. Теперь у меня есть два брата, а с отчимом отношения просто отличные. Так что все в порядке. Поэтому я себя вообще эльфийкой не считаю. Оборотень, раз умею оборачиваться. А тягу к травам воспринимаю как бонус, единственное наследство блудного папаши.

– А как послушать их, так правильнее и мудрее эльфов быть не может. – Я скривилась, процитировав известное мнение этого народа о себе.

– Так то эльфы, они всегда лучше всех, – рассмеялась Сель, не скрывая иронии.

Я ее поддержала.

– Сель, а что ты думаешь про Мари? Я так и не разобралась, завидует она или просто такая по характеру.

– Даже не знаю. Но к тебе у нее точно какое-то странное отношение. Вы раньше не встречались?

– Нет, уверена. Я впервые в Кервилле. Может, показалось?

Так и не придя к какому-то мнению, мы решили понаблюдать за эльфийкой. Еще раз перекусив вкусными булочками с чаем, занялись своими делами. Сельма продолжила пыхтеть над докладом по физкультуре, а я отправилась убираться в самом дальнем крыле замка. Именно там располагался факультет боевой магии. Еще днем я заглянула к завхозу и получила задание: вместо мытья полов стереть пыль с подоконников (словно адепты ее не стерли своей формой, когда сидели), а заодно с картин. Последних было так много, что я боялась задержаться до утра. Интересно, какое задание получили братцы?

Глава 7

Сумерки спустились на владения академии, а ученики по большей части предпочитали уединиться или отсиживаться по комнатам, мучая домашнее задание. Немногие из них гуляли по аллеям или сидели на скамейках. А вот мне и еще нескольким отличившимся предстояло отрабатывать повинность.

Вдохнув полной грудью свежий воздух, я направилась в дальнее замковое крыло, где располагался факультет боевой магии. Идти одной было немного страшно, но я же Илларис. А мы ничего не боимся. Так, опасаемся.

Я остановилась перед парадными ступенями, ведущими к массивным дверям с ручкой в виде львиной морды с кольцом в носу. С тоской посмотрела на затемненные окна. Хорошо, что этот замок полон магии и свет загорается по первому хлопку. Решительно сжав в руке выданный инвентарь, потопала вверх. Как я и предполагала, свет зажегся по требованию.

– Приступим, – буркнула я себе под нос, решая, с чего начать.

Заглянула в туалетную комнату, намочила тряпку и направилась тереть подоконники. На одном из них оставила свой тонкий плащик, чего зря таскать. Вид со второго этажа был примечательный: множество огней в замке, в строениях рядом, появляющиеся на небе звезды. Романтика, если не считать того, чем я занята и где. У себя дома никогда уборкой не занималась, а тут пришлось познакомиться. Интересно, что сейчас делают братья? Надо завтра непременно с ними встретиться и поговорить.

Я протерла подоконники в одном коридоре и решила перебраться на картины. В очередной раз намочив тряпку, подошла к портрету ректора-основателя… И с удивлением заметила, как он скривил лицо. Я вытаращила глаза и застыла, не веря собственным глазам.

– Глюк Венедикт, – пробормотала себе под нос, читая имя основателя. Совершенно потрясенно уставилась в глаза живого портрета, который смотрел на меня с немой укоризной. – Точно глюк. Ой… Извините.

Отошла, чтобы с вниманием рассмотреть другие работы кистей искусных мастеров… Некоторые из портретов двигались, переглядывались, чего точно не было днем. Словно ночью в закрытом от народа пространстве велась иная жизнь, скрытая от суетливых адептов и посторонних глаз.

«Плюх!» – донеслось до меня. Посмотрела вниз… С плохо отжатой тряпки на практически новенькие атласные туфли капала вода. Подняла глаза на картину – ректор качал головой. Теперь стало понятно, отчего он так возмущался.

– Простите! – прошептала я одними губами, глядя на Глюка. Для успокоения нервного почившего ректора даже присела в подобии реверанса.

Мужчина кивнул в знак прощения и гордо задрал подбородок, снова приняв величественную позу.

Для этой живой галереи я сменила тряпку на сухую и уже без всякой воды принялась протирать пыль. Я, конечно, слышала про такое чудо, но встретилась впервые. Наверное, поэтому ощущала некую робость, когда касалась рамы, а жилец картины пристально наблюдал, провожая взглядом сухую ткань. Кто-то довольно кивал, а одна пожилая дама даже сморщила нос и демонстративно отвернулась. Вредная, сразу видно. Скрывая смех, я нарочно протерла раму еще раз, вызвав в женщине повторное возмущение. Захотелось прилепить жвачку, но ее с собой не было. То ли дело обычный неживой портрет какого-то профессора. Не возражает, не корчит рожи… Даже можно зевоту сцедить в кулак, не отворачиваясь…

– Попалась, – раздалось над ухом, и тут же сильные мужские руки сомкнулись на талии.

Кристен Дальберг. Это он стоял за спиной и сопел мне в шею. Его что, тоже обязали отрабатывать именно здесь?

– А?! – От неожиданности я резко дернулась и проткнула пальцем картину. Сустав обожгло. Похоже, что я задела какой-то гвоздь. Но очередное новое ощущение заставило на короткое время позабыть о боли.

Драконище меня целовал! Губы осторожно прикоснулись к шее, затем еще раз и еще. Я замерла… Кристен не видел, что я натворила, он был занят важным делом. Снова поцелуй, снова касание, вызывающее жар во всем теле, а в месте прикосновения будто ожог. Да что он творит-то? Дернулась, пытаясь вырваться, и неожиданно рука ушла вниз, продрав и без того испорченную картину.

Мурашки пробежались по коже, тело реагировало не так, как при моем первом поцелуе год назад в Тасване. Здесь и сейчас все было иначе. Уединение в коридоре огромного замка и мужчина, что вызывал сейчас во мне весьма противоречивые чувства, делали свое дело. Обстановка соответствовала многим захватывающим историям из книжных романов. Удовольствие накатывало, словно рядом со мной находился не отвратительный островитянин, а мужчина мечты.

Я зажмурилась, пытаясь понять собственные ощущения. А Дальберг застыл, уткнувшись в мои волосы и сопя, словно там ему могло что-то понравиться. В полной тишине слышно было даже, как бьются в бешеном ритме наши сердца. Понимая, что еще минута – и забуду про свою злость, я раскрыла глаза. Ладони дракона продолжали сжимать талию, одна даже нагло заскользила вверх… Но я уже опомнилась, и никакие ласки не могли отвлечь от законной мести. Он снова испортил мои планы!

Схватив несчастную картину за раму, я резко отстранилась, практически чудом вырвавшись из хватки Дальберга… А потом резким движением сдернула портрет со стены и надела его на голову дракона.

Кристен опешил. А я рванула что было сил к подоконнику, на котором оставила свой плащ. Не стала надевать и побежала к лестнице.

Но закон подлости никто не отменял.

На моем пути самостоятельно намывала пол одинокая швабра: окуналась в ведро и щедро размазывала воду по коридору. Совсем одинокая, без человека или призрака. Я всего на секундочку отвлеклась, и в тот же миг ноги заскользили по сырому полу, со страшной скоростью разгоняя меня в сторону лестницы. Понимая, что сейчас переломаю все конечности, а может, и разобьюсь в лепешку, я попыталась затормозить, но в результате споткнулась и едва не встретилась лицом с каменной поверхностью. Следующим маневром были расставленные широко руки (мечтала ими зацепиться за перила)…

– Илларис, стой! Амелия! – неслось угрожающе мне в спину.

Даже не знаю, что предпочтительнее: оказаться пойманной Дальбергом или гордо свалиться со второго этажа… Представлять, в какой позе распластаюсь, было некогда. Лишь бы не накрывшись с головой юбкой.

– Стой, ненормальная! – послышалось уже ближе…

Островитянин схватил меня за руку, в результате чего я развернулась, пытаясь удержаться и не упасть. Сглазила! Промокшая туфля врезалась в сапог Дальберга. Я его подбила! На ногах не устоял никто. С грохотом я повалилась на пол, увлекая за собой вцепившегося в меня парня.

– М-м-м, – застонала я, приложившись затылком о пол. – Гадство! Все из-за тебя!

– Кто бы говорил, – прошипел драконище. Приложился? Так ему и надо.

Я попыталась его отпихнуть… И тут же встретилась с внимательным взглядом серых глаз. Они не кололи и не отталкивали, не сыпали огнем или злостью. Дальберг молча всматривался в мое лицо, словно увидел в нем нечто непонятное, но точно нужное. И оно его поразило, достав до самой печенки.

Дернулась, чтобы сдвинуться в сторону и встать, ведь лежать на сыром каменном полу несладко…

– Не двигайся, Амели, – сдавленно прохрипел дракон, не выпуская меня из своих рук. Его лицо напряглось, словно он решал, придушить или…

Случилось или.

Кристен с необыкновенной легкостью поднял меня, провел рукой по одежде, которая тут же высохла. Даже на небольшом расстоянии я чувствовала тепло, исходящее от его тела. Рука захватила мои волосы на затылке, и побег стал невозможен. Дракон подтянул меня поближе и поцеловал. Не осторожно или нежно. Властно, с напором. И не думая спрашивать разрешения. Он брал, завоевывал, не позволяя сопротивляться или отступить. Я заметила, как вспыхнули серебром серые глаза, как кожа засверкала, словно на нее осел тончайший слой инея. Необычное зрелище, завораживающее.

Дракон сминал мои губы, выпивая участившееся дыхание. Это было так ярко, так приятно, что на несколько секунд я потерялась. Хорошо, за спиной что-то упало. Кристен пусть не сразу, но оторвался от меня… И это было его ошибкой, а моей находкой. Обернувшись, я увидела ту самую швабру, валяющуюся на полу. Дальберг, посчитавший, что я уже запала на него и никуда не денусь, разжал руки и что-то зашептал, подвигал пальцами. Швабра подскочила и принялась с усердием драить пыльный каменный пол.

Дракон повернулся ко мне, только я уже опомнилась. Отстранилась, подняла намокший плащик, свернула его и направилась в сторону лестницы. Наученная опытом, уже не бежала. Да и никто меня не пытался остановить. Тем лучше. Рукой провела по распухшим от поцелуев губам, кое-как пригладила растрепавшиеся волосы. Вспоминать произошедшее не хотелось. Но и не думать не получалось. Слишком яркими были ощущения, слишком странной моя реакция на Дальберга. Это потрясло.

Выскочив из замка, я остановилась на ступенях. Первым порывом было броситься в свою комнату, но сразу передумала. Там Сельма, а она слишком наблюдательная, чтобы не обратить внимание на мое состояние. Посмотрела в сторону парка, но гулять в одиночку точно не тянуло. Новые приключения на нижние девяносто найти нетрудно, попробуй потом все исправь. Пожалуй, придется возвращаться к себе. Сделала нерешительный шаг, все еще сомневаясь в решении. И тут надо мной послышался звук открывающегося окна. Знакомый наглый голос произнес:

– Илларис, забег в туфельках и все прочее было неподражаемо. Я бы посмотрел на это еще раз.

Смех Дальберг сдержал, но, даже не видя его лица, я чувствовала глумливую улыбку.

Притупившаяся злость всколыхнулась вновь. Значит, было весело, когда я упала по его вине?! Зря он это сказал. Меня тоже прорвало.

– Знаешь, Дальберг, а целуешься ты так себе, – съязвила в ответ. – Чужие вещи потрошишь лучше.

После этих слов оставаться на месте и дожидаться реакции не имело смысла. Дракон выругался, но разве кто-то его слушал? Решительно направилась к общежитию. Какие там распухшие губы?! Я их сжала в узкую полоску. И хорошо, что никто не встретился по пути и не кинул остроту. Иначе получил бы по заслугам.

Я открыла комнату, уже зная, что именно сейчас сделаю. Прошла в ванную, взяла кусок душистого мыла, замочила его в горячей воде. Затем отправилась натирать гладкий каменный пол перед дверью Мариэль. Сельма бросила свой замученный реферат и отправилась смотреть, чем это я решила заняться на ночь глядя.

– Думаешь, поможет? – шепотом поинтересовалась она.

– Не знаю, – пожала я плечами. – Надеюсь, что все получится.

Я удачно переключила внимание подруги с себя на мелкую месть соседке. Мы вернулись довольные собственным заговором. А на случай, если все высохнет, договорились с утра полить пол под дверью. Сельма сказала, что у нее чуткий сон и она это сделает лично. Я не возражала.

Все произошло гораздо раньше. Едва мы легли, со стороны коридора послышался грохот и ругань. А потом стоны, охи, ахи… С самым честным видом мы обе выскочили, чтобы тут же увидеть картину – Мариэль пыталась подняться, повиснув на ручке двери. На ее щеке алело красное пятно. То есть все-таки личиком она приложилась.

Желанием помочь страдали не только мы. Своими возмущенными воплями эльфийка разбудила многих.

Хорошо, что в этот поздний час никто не стал углубляться: что, да кто, да почему… Похоже, шутить друг над другом тут принято. Одна из адепток оказалась бытовым магом. Щелчком пальцев она навела порядок и ушла к себе. Мы тоже поспешили скрыться, сославшись на ранний подъем.

Глава 8

В столовую утром отправились как обычно. Вот уже два дня мы обходились без общества Мариэль и ее подруги, предпочитая своих однокурсников, и сегодня решили не изменять собственным предпочтениям. Сель, как всегда, набрала мясных блюд, а мне захотелось чего-то полегче. Творожная запеканка со сметаной подошла отлично.

Подруга направилась к своему месту, а я все еще стояла и выбирала между чаем и какао. Предпочла последнее и не пожалела. Запах от выстроенного ряда чашек тянулся изумительный.

Двинувшись к окну, внезапно почувствовала чье-то пристальное внимание. Повернула голову… И тут же встретилась с взглядом Дальберга. Внешне расслабленный, мне дракон показался напряженным. Я словно видела прочную струну, натянутую внутри его. Серые глаза прожигали, следя за каждым моим шагом. Рядом с островитянином сидела его команда, в том числе и две близняшки. Парни сплошь драконы, а вот девчонки точно из людей. Они ели, о чем-то переговаривались и смеялись, а Кристен пялился на меня. Наш зрительный контакт прервали незнакомые адептки. Они прошли передо мной, закрывая от дракона, и я сразу почувствовала, как напряжение спало.

– Осторожнее, – произнес Морган, возникший непонятно откуда. Впрочем, в этой толчее за всеми не уследишь. Алекс придержал мой поднос, помогая ему не упасть. – Привет, Амелия. Ты одна или с друзьями?

Какой повод поближе познакомиться! Но все же нет, врать не буду. Я не одна.

– Привет. С друзьями. Хочешь, присоединяйся к нам, – я показала в сторону окна и невольно снова наткнулась взглядом на внимательного Кристена. Расслабленным теперь он даже не выглядел. Отвернулась, не желая отвлекаться. Рядом с Дальбергом девчонки, пусть ими и занимается. Мерзкий дракон.

У меня своя миссия, а прочее лишь мешает и злит. Очень злит!

– Чем сегодня занимаешься? – спросил Морган. – Может, прогуляемся по городу?

– Отличная идея. – Я схватилась за предложение как за спасительную соломинку.

– Встречаемся в пять у ворот, – кивнул он и потопал к раздаточным столам.

Это хорошо, что мы успели поговорить. Прямо ко мне, как два корабля, рассекающие людские волны, направлялись братцы. И, судя по лицам, решительно настроенным Илларисам не понравилась моя беседа с прокурорским сынком.

– Привет! Пойдемте к нам за стол. – Я попыталась улыбнуться братцам. Не тут-то было.

– Амелия, ты знаешь, с кем сейчас разговаривала? – оборвал меня Оливер.

– Не дави на нее, – прервал брата Элфи. Я прямо расчувствовалась от подобной заботы. Но радовалась недолго. – Это из-за его отца наша семья в опале.

– Даже не смей с ним разговаривать! Слышишь, Ами? – грозно прошипел старший брат.

Вот как-то не так я представляла утреннюю встречу с родными людьми. И нечего на меня шипеть! Я тоже умею.

– Знаете что… Идите-ка к своим девицам и следите за ними. Думаете, я не заметила, с кем вы вчера обедали, а сегодня завтракаете?

Произнесенные слова вызвали у братцев ступор. Только семья прежде всего, а потому пришлось кривенько оправдаться:

– А мне что, от него шарахаться? Это будет выглядеть подозрительно.

Я понимала всю некрасивость ситуации, но ничего с собой поделать не могла. Братцы не в курсе моей тайной миссии. Нет смысла на них обижаться, что не догадались.

И все же свидание назначено! Буду действовать. Держись, Алекс Морган, я вышла на охоту.

* * *

Я стояла у раскрытого шкафа, решая, что надеть на свидание с Морганом. Раньше предпочла бы платье, но теперь у меня есть обтягивающие штанишки и пара легких туник. Обновка нравилась самой, поэтому ее и выбрала. В какой-то момент осознала, что соседка никак не реагирует на мои сборы. Это насторожило.

– Сель, что произошло?

Нахмуренная подруга – это еще то зрелище. Она как загнанный в клетку зверь металась из угла в угол. Я даже представила перед собой не девушку, а волчицу, которая в любой момент готова оскалиться.

– Снова противный физкультурник? А хочешь, мы ему беговую дорожку чем-нибудь натрем, иголок натыкаем?

Дурная шутка и не особо осуществимая. Зато она вызвала на лице оборотницы слабую улыбку.

– Вот не пойму, в чем дело, понимаешь? Достал уже! Лопес это, Лопес то… Лопес бег, Лопес прыжки в длину. Может, он тайный маньяк, что подглядывает за девушками? – Подруга потрясла грудью на цыганский манер. Я сдержала завистливый вздох. Подобного богатства у меня точно не было.

– А ты скажи, что не годишься для соревнований и не чувствуешь в себе победителя. Что там еще говорят те, кто заранее проигрывает?

– Знаешь, я бы пошла поперек себя. Только подозреваю, Ньяр Ольсен начнет воспитывать во мне дух к победе. Получится обратный эффект. Понимаешь?

– Плохо, – вздохнула я. – А хочешь, останусь с тобой и отменю встречу?

– А ты куда-то собралась? – Подружка только сейчас обратила внимание на мою одежду. – Ого! Только не говори, что идешь в библиотеку.

– Нет, конечно, – отмахнулась я. Хотя туда в домашних тапках тоже не пошла бы и непременно надела что-то достойное. Мама приучила встречать любую неприятность во всеоружии. Отчего-то ее советы здесь стали мне особенно ценны. – У меня встреча с земляком.

– С блондином?

– С ним.

– Удачи! Напрашиваться с вами не буду, – улыбнулась Сельма. – И помни, с первого раза в постель с ним не ложись.

– А со второго? – Нет, мне, конечно, и с десятого с Морганом не переспать. Я вообще не собиралась этого делать. Но мнение оборотницы по этому поводу интересовало.

– Хм… Разве у вас в Тасване среди людей все происходит так быстро? – спросила подруга. – Или у тебя к нему особые чувства? Тайная любовь, симпатия, первый поцелуй?

После первого предположения я удивилась, а потом расхохоталась.

– Нет, конечно. Первый поцелуй случился на балу с другом Оливера. И знаешь, что братцы с моим кавалером сделали?

– Что? – Глазки оборотницы загорелись. Сразу видно, доброты душевной от семейки Илларис не ждала. – Вас рассекретили или вы не прятались?

– Джейкоб общался со своей подружкой неподалеку и увидел нас. Дальше…

Я усмехнулась, вспоминая, как моего незадачливого кавалера третий брат макнул в фонтан. Подоспевшие остальные быстро выяснили причину и… повторили картину «купание в саду».

– Дальше было не очень интересно. После купания в фонтане мой незадачливый ухажер смылся, так и не помирившись с братцами.

– А ты, оказывается, опасная невеста. Белобрысого предупреди, а то мало ли… Пусть лучше по борделям шастает. Подозреваю, будет приятнее заразу подхватить, чем встретиться с Илларисами.

Доброта Сельмы не знала границ. Я скромненько потупилась, признавая ее правоту.

* * *

Штанишки и туника сидели просто изумительно! Я провела рукой по бедру, радуясь гладкости тончайшей кожи и уже мысленно заказывая еще такую же вещь. Волосы собрала в свободный хвост, выпустив короткую прядь у виска. Дома эта прическа считалась слишком простой, но здесь, в академии, подобная незамысловатость виделась естественной. Мне нравилось, как я выгляжу, а это залог хорошего настроения любой девушки.

Алекс Морган, как и полагается воспитанному человеку, был пунктуален. Он топтался у ворот и при виде меня расплылся в улыбке.

– Прекрасно выглядишь! – заметил, остановив взгляд на моих ногах, которые так удачно (или неудачно) обтянули штанины. Парень сглотнул, а потом подставил руку. – Пошли?

– Пошли.

Я коснулась пальцами согнутого локтя Моргана. Импровизация наше все. Лишь бы братцы не встретились. О возможном скандале думать не хотелось. Тряхнув волосами, я с задранным подбородком прошла через пропускной пункт. Прорвемся! Известно, что удача приходит только к тем, кто в нее верит. Свою я упускать была не намерена.

– Алекс, куда мы идем?

– Сюрприз! – Блондин хитро подмигнул. – Доверься мне, девочка.

Бабник и обольститель как есть! И все же его слова были приятны. А вот личность не очень, но это уже другая песня. Я ни минуты не сомневалась в какой-нибудь виновности прокурорского сынка, так что промелькнувшую мысль о напрасных стараниях отвергла как несущественную. Глупости! Яблоко от яблони недалеко падает, а значит, нужно быть внимательнее, и тогда все встанет на свои места.

– Есть хочешь? – поинтересовался Морган, стоило нам приблизиться к небольшому то ли кафе, то ли кабачку со странным названием «У Слона».

– Здесь? – Я засомневалась. – Нет, спасибо. Не голодна.

– Не бойся, Амелия. – Довольный Морган светился от собственной догадливости. Он чуть склонился к моему уху и заговорщицки прошептал: – Это злачное место всех адептов Сен-Кервилла.

– Даже не знаю, – хмыкнула я. Сближение с Алексом шло семимильными шагами. Подозреваю, он скучал по родине, а я лишь ее фрагмент.

– Не переживай. Твоей репутации ничто не навредит. – Теперь боевик был серьезен. Словно подтверждая его слова, из кабачка вышли приличного вида парень и девушка. Кажется, они техномаги, как и Оливер. – А если действительно не желаешь перекусить, то приглашаю на прогулку в королевский парк.

– Согласна. Далеко идти?

– Прилично. Предлагаю взять экипаж.

Езда на электрическом экипаже была необыкновенной. Механизм гудел, издавал всевозможные шумные звуки. Но мы точно двигались быстрее конных повозок, которые с ужасом притормаживали, стоило нам внезапно выскочить из-за поворота. До парка добрались очень быстро. Довольный Морган щедро расплатился – позер! – подал мне руку и помог покинуть экипаж.

– А ты романтик, – вскользь заметила я, поняв, что мы приближаемся не к аллейкам с идеальными рядами деревьев и ухоженными розами, а к пруду. В нем плавало множество птиц: белокрылые лебеди, шумные гуси и пронырливые утки. Берег, обложенный серым мрамором, выглядел величественно, и я нисколечко не сомневалась в заботе властей об этом месте.

– Мне здесь нравится. – Морган улыбнулся открытой улыбкой, от которой у меня даже не дрогнуло сердце. И все же я не могла не признать, что выглядел он очень привлекательно.

Работник парка принес корм и начал его разбрасывать. Что тут началось! Гогот, шипение, шум крыльев… Зрелище потрясающее.

– Ты точно романтик, – произнесла я, глядя на Моргана. В моей душе поселилось сомнение относительно злодейской сущности Моргана. Вообще, он весьма разносторонняя личность: бордель посещает, птичками любуется. Вот интересно, сколько девчонок он сюда уже приводил? Я точно не первая.

Польщенный боевик улыбнулся, взял меня за руку. Хотела вырваться, но его слова остановили:

– Здесь очень красиво. Напоминает дом. У нас в имении тоже много птиц на берегу озера. Успокаивает.

И с этим трудно было не согласиться.

Мы погуляли по аллейкам и дорожкам, прошлись мимо фонтана, посреди которого на постаменте расселась голая нимфа, прикрытая лишь волосами. Но это не могло длиться бесконечно. К тому же все время приходилось о чем-то говорить.

– Может, в академию? – поинтересовалась я, когда выгуливание стало надоедать. Все-таки мы не друзья, а, по сути, враги.

– Тебе не понравилось? – Цепкий взгляд Моргана был неприятен.

– Понравилось. Только домашнее задание никто не отменял.

Промолчала про наказание, назначенное ректором. Мне снова предстояло идти убираться, но я решила сделать это завтра утром, а не сегодня вечером. Вдруг опять встречусь с Дальбергом? Дракон меня неимоверно раздражал. А главное, всю ночь мне снились его поцелуи, осторожные касания, чуть слышный шепот: «А-ме-ли-я…»

– Согласен, – ухмыльнулся Алекс и снова предложил мне руку.

Отказать не могла, хоть появилось ощущение чего-то неправильного. Решила, что дело в возвращении в академию, а там братья. Им такое точно придется не по нутру, и разборок не избежать.

Морган снова взял экипаж, но на этот раз обычный конный. И остановились мы не у ворот академии, а у того самого кабачка, мимо которого прошли два часа назад.

– Не знаю, как ты, а я ужасно голоден, – заявил Алекс и первым толкнул дверь.

Я застыла, не зная, то ли идти за спутником, то ли уходить отсюда. Но запах, что донесся до носа, решил все! Вскинула голову и потопала вслед за Морганом. А оказавшись внутри, поняла, что не все так уж плохо: аккуратные занавесочки на окнах, выбеленные столы, множество стульев. И адепты… Их оказалось очень много. Свободных мест почти не было. Похоже, Морган решил ознакомить меня с еще одной местной достопримечательностью. Желудок не возражал.

– Что будешь есть?

– Картошку в горшочке и омлет с грибами, – назвала я, глядя в меню.

– Мне то же самое и кружку пива, – заказал Алекс.

На душе вдруг стало тревожно, словно вот-вот что-то произойдет. Боюсь, что появятся братья? Наверняка. Ссоры с ними не хотелось.

В кабачке было шумно и весело. Я оглянулась в поисках знакомых… Но долго искать не пришлось. К нам двигалась компания Дальберга во главе с ним самим.

– А вот и свободный стол, – произнес дракон, бесцеремонно усаживаясь рядом со мной. – Надеюсь, не помешали.

– Нет, – отозвался Алекс. – Правда, Амели?

– Мы с одного факультета, какие могут быть проблемы, – подтвердила я, пытаясь незаметно отодвинуться. Куда там. Рука Кристена прочно зафиксировала мой стул.

– Точно! Морган, познакомь с девушкой, – пер напролом дракон.

Его друзья-товарищи тоже расселись и позвали официантку. В воздухе витали ароматы пищи и предвкушения… борьбы. Видимо, это почувствовали даже те, кто сидел за соседними столиками. Все с интересом посмотрели на нас. Один парень начал показывать другому что-то на пальцах. Делают ставки?!

– Крис, – удивилась одна из близняшек, – а разве не с братом этой девочки ты подрался?

Теперь народ стал переводить взгляды с дракона на меня, затем обратно… Ой-е… А ничего, пусть. Семейный доктор говорил, что это полезно. Зарядка для глаз называется.

– Дэнни, одно другому разве мешает. И вообще, я тебя спрашивал? – наглым голосом поинтересовался дракон. Девчонка закрыла рот. Все же характерец у него поганый.

Алекс бросил на меня вопросительный взгляд, наверное что-то почувствовал. И ведь можно было встать и уйти, но… Разве от этого чудовища убежишь? Что бы такого придумать?

При воспоминании о вчерашнем происшествии стало немного не по себе. И я искренне надеялась, что никто ничего не заметит. Разве что сам дракон, который не сводил с меня пристального взгляда.

– Амелия, – представил Алекс. – А это Крис… Это Дэнни и Мэнни, Тагор, Дирк…

Всех я не запомнила, хотя и пыталась. Радовало одно: компании принесли заказ, и народ переключился на еду. Как водится в среде адептов, приятного аппетита никто никому не пожелал.

Дальберг злился. А с ним и Морган, причем оба пытались выглядеть невозмутимыми. Так старались, что хотелось забрать свою еду и пересесть за соседний столик.

– А братья у тебя ничего. Не трусы, – криво усмехнулся дракон, подвинув к себе горшочек с картошкой – как у меня! – и тарелку с мясом в подливке.

Отвечать не стала, пожав плечами. Алекс бросил на меня внимательный взгляд. Чую, предстоят расспросы.

– Вы встречаетесь? – немного ленивым голосом поинтересовалась Мэнни, потянувшись за солонкой и словно нечаянно задев пальчиками руку Кристена. Мне это не понравилось. Но их дело, не буду вмешиваться. В конце концов, у каждого своя жизнь.

Дальберг не отстранился и даже не посмотрел на девушку. Интересно, она так предупреждает, что это ее парень, или заигрывает напоказ? Да он мне и с потрохами не нужен, со всем своим самомнением. А что целуется хорошо, так это опыт. Его и я приобрести могу. С кем-нибудь другим.

– Как видишь, – с улыбкой отозвалась я, опередив Моргана. Не знаю, что он решил сообщить миру, но это не важно.

Алекс неожиданно подмигнул. Он принял игру или просто доволен, что я не возражаю? А Дальберг криво ухмыльнулся, словно раскусил мою уловку. Противный дракон!

– Вы оба из Тасваны, – догадалась Дэнни. – Здорово. Много общего.

Это что, очередное очерчивание территории?

– Очень много, – подхватила я, выдав улыбку из ассортимента милых. И не только с Морганом. Она даже не представляет, какие нас с Кристеном связывают отношения и насколько они глубоки. Мы и в поезде вместе проехались, и на полу сыром повалялись! Про поцелуи вообще молчу.

Хрясь! Вилка в руках Дальберга сломалась пополам.

Я шокированно посмотрела на него и поняла, что все, сыта! На руках Кристена проступили рельефные вены, выдавая крайнее напряжение.

– Крис, ты чего? – спросил Тагор, с интересом уставившись на дракона. Догадливая Мэнни сразу отпрянула, Дэнни повторила маневр за ней.

– Ребята, извините, но мне пора, – объявила я. Улыбаться никому не стала. Отодвинула недоеденный омлет, намереваясь встать.

– Амелия, подожди, я сейчас, – слегка удивленно протянул Алекс. Похоже, ему комфортно в этой среде и бодаться привычно.

– Мне кажется, девушка слишком торопится, – выговорил дракон с каким-то подтекстом. Упрямые губы слились в одну полоску, а в серых глазах отразился лед.

– Очень, – согласилась я, не споря с психом. О чем он думает, даже знать не хочу. – Вот только Моргана подожду, и мы уйдем.

У меня сложилось впечатление, что дракон вообще безбашенный, хотя изначально в поезде он показался благовоспитанным. Химера, одним словом, – все и ничего.

– Не пойму, что с ним, – произнес Морган, едва мы оказались за пределами кабачка.

Он снова предложил мне руку, но я сделала вид, что не замечаю, предпочитая идти самостоятельно. Возможность встречи с братцами настораживала. И ведь Морган захочет проводить до общежития, а оно мне надо? Хотя, конечно, моя миссия – наблюдение за прокурорским сынком…

– Не бери в голову, это же дракон. С моими братьями сцепился непонятно из-за чего, представляешь?

– Наказали?

– Да.

Пояснять, что я тоже получила свою долю ректорского внимания, не стала.

– Обычное дело, – усмехнулся Морган. – В академии каждый обязательно где-нибудь да отметится. А самое главное, что все можно сделать при помощи магии и без нас. Воспитательный процесс…

* * *

К себе я шла, размышляя, не вздумает ли Дальберг тоже отрабатывать с утра, не застав меня вечером. Стоило представить, что остаюсь с ним наедине, и в голову лезли совершенно вздорные мысли.

– Ами! – раздался знакомый голос.

– Элфи, привет! Ты как тут оказался?

Братец, лениво облокотившийся о дерево, выглядел подозрительно. На всякий случай я перешла на шепот:

– У тебя свидание?

– Нет, жду свою сестру, а она где-то гуляет, – с кривой ухмылочкой доложил он. – Мы слышали, что тебя обязали убираться вместе с этим драконом? Это правда? – Элфи, отлепившись от дерева, шагнул навстречу. Я тут же уцепилась за его локоть. Это всегда на братцев действовало положительно. Они смягчались и меньше меня отчитывали.

– Так и есть, хотя мне об этом никто не сказал. А что?

– Хотел предложить пойти с тобой. Но только если прямо сейчас. Потом у меня важная встреча.

Я расплылась в довольной улыбке. Такая удача! И не придется рано вставать!

– А твоя отработка?

– У меня отменили последнее занятие, так что я все уже сделал, – поделился довольный братец.

К моему удивлению, Элфи и не думал помогать. Уселся на окно и следил за живой галереей, в то время как я быстренько протерла оставшиеся подоконники и портреты. Надеюсь, качество работы никто не проверит.

– Видишь, как быстро сделали, – прокомментировал Элфи, когда я вышла из туалетной комнаты с сырыми руками.

Я не ослышалась, сделалИ, а не сделалА?!

– Не дуйся, Амели, – рассмеялся брат, страшно довольный эффектом от своих слов. – Когда ты обижаешься, то становишься похожа на бурундука.

– Гад! – вырвалось у меня. – И твое счастье, что тряпку я уже выбросила.

– На то и расчет, юная леди. А кстати, что тебе подарить на день рождения?

– Бурундука! Назову его Милашка Элфи, – съязвила я.

У всех знакомых девушек из Тасваны братья как братья. А тут ни тебе розовых слоников, ни коробок конфет, ни плюшевых карманных песиков… Хотя нет, ни слонов, ни собак мне не нужно. Перебор.

– Жестокая! – загоготал Илларис, оценив мою шутку.

Глава 9

Ночь спустилась на академию, укутав замок и весь Сен-Кервилл темным полотном. Я посмотрела на спящую Сельму, перевернулась на спину. И, окончательно поняв, что сон не придет, поднялась и направилась на кухню. Она у нас была маленькой, вмещающей столик, две табуретки, небольшой холодильный шкаф и навесной посудный. Но этого вполне хватало, ведь сами мы практически не готовили, хотя в нашем распоряжении имелась магическая самонагревная плитка размером двадцать на двадцать сантиметров. Вот и сейчас, осторожно прикрыв за собой дверь, я налила в чашку воды и поставила подогреть.

Распахнула окно и уселась на подоконник любоваться ночным небом. Луна то и дело пряталась за тучи, но это не мешало смотреть на мерцающие звезды. Они, как и я, казались оторванными от чего-то важного, родного. Может быть, им тоже хотелось домой? Наверное, ведь над Тасваной светилам уютнее.

– Привет! – раздался приглушенный голос.

Я вздрогнула… И едва не свалилась с подоконника. Была вовремя схвачена за шкирку сильной рукой Дальберга.

– Как ты тут оказался? – процедила сквозь зубы, пытаясь отстраниться и одернуть чуть задравшуюся пижамку.

– Ты вечером была с братом. Потому я решил зайти к тебе попозже.

Маг притянул меня к своей груди. И хотя я сопротивлялась, прижиматься к ней спиной было очень удобно. Один вопрос волновал больше всего – ткань пижамки была слишком тонка, чтобы считаться приличной одеждой.

– Не нравится? – поинтересовался Дальберг, наклонившись к моему уху и удерживая меня все в том же положении.

– А сам как думаешь?! – рассерженной кошкой прошипела я.

В этот момент он запустил руку в мои волосы, рассыпая их каскадом по плечам. Я почувствовала запах своего любимого яблочного шампуня.

– Вкусно пахнешь, – прокомментировал Дальберг. – Сейчас я тебя отпущу. Но с одним условием: не дергайся…

Я хотела возмутиться и чем-нибудь стукнуть этого нахала. Он все понял и как-то хищно произнес, осторожно прикусив мочку моего уха:

– Амелия, советую не дергаться. Чревато.

– Чем? – Я поневоле понизила голос. Не хотелось, чтобы Сельма нас застукала.

У оборотней все проще, но дело вовсе не в Моргане. А в чем именно, сама не знаю. Дальберг действовал на меня очень странно. Непонятная тяга сменялась желанием придушить или добавить каплю яда в кофе. В крайнем случае стукнуть тетрадкой по макушке.

– Заберу тебя с собой, там и поговорим.

– Куда заберешь? – поинтересовалась я и на всякий случай попыталась отцепить его пальцы. Бесполезно. Вцепился словно клещ.

– К себе.

Можно сказать, что напугал. Точнее, было несколько вопросов, на которые мне хотелось найти ответ, прежде чем мы поругаемся и этот крылатый индивид уйдет.

– Хорошо, я согласна.

– Согласна? – Дальберг чуть наклонился, демонстрируя мне свое удивление. – Тогда готовься. Сейчас перемещу.

– Никуда я с тобой не собираюсь! Согласна, что ты меня отпустишь.

Какой быстрый! Сейчас, прямо в пижамке и поскакала, куда ты захочешь.

– Нет уж, я передумал.

Бесцеремонность дракона добивала. Он чуть сдвинул меня и уселся на подоконник так, что я оказалась между его колен. А еще и развернул лицом к себе!

– Ну ты и наглый! – возмутилась я, восхищенно глядя в серые мерцающие глаза Дальберга. Так он это все ловко провернул, что я даже и пискнуть-то не успела. Хотя даже если бы хотела, то побоялась разбудить Сельму.

В ответ Кристен довольно оскалился, демонстрируя белоснежные зубы. Я фыркнула:

– Дракон!

Озадаченное лицо позабавило, но показывать улучшившееся настроение не стала. Перебьется.

– Не пойму… Все так, я дракон и горжусь этим. Но почему в твоем исполнении слово звучит так оскорбительно?

– Понятия не имею, – фыркнула я и прикрыла рот ладошкой. Мой жест маг истолковал верно:

– Не бойся. Я повесил полог тишины.

Ученый товарищ.

– Скажи… Ты сюда переместился порталом?

– Умная девочка. Это все? Теперь моя очередь задавать вопрос.

– Эй! Мы не договаривались так! – возмутилась я, вполне обоснованно между прочим.

– Ну и что. Зато честно, – парировал Дальберг.

– Ладно, давай свой вопрос, – проворчала я, понимая, что есть тут какой-то подвох. Но где? Мелькнула мысль про сапфир, но я оказалась не права.

– Морган. Что у тебя с ним? – поинтересовался он с некоторой ленцой в голосе. Эта расслабленность мне показалась напускной, словно обычный вопрос действительно волновал Дальберга.

Бред. Глупые женские сказки, порожденные большим количеством прочитанных любовных романов. Решено, перехожу на детективы или в крайнем случае ужастики. Все равно вовремя заснуть не могу, а так хоть веселее будет.

– Мы оба из Тасваны. Подружились. – Полуправда – это же не ложь, верно? И смотрю я на дракона честно-пречестно… – Теперь моя очередь. Скажи, почему ты добирался железной дорогой, хотя способен сделать портал?

– За день перед этим был большой перерасход энергии. Решил зря не тратиться, – признался Кристен, притягивая меня к себе.

Ответ не устроил, словно он тоже был двойной, с подтекстом. Пока решила отложить допрос до лучших времен.

Ожидая вопрос от Дальберга, я как-то не предполагала услышать:

– И почему меня к тебе влечет?

– Потому что ты дракон? Клептоман? Привык собирать сокровища, – предположила я, глядя на немного резкие черты лица и упрямую линию губ.

– Себя ты ценишь, – развеселился он. И в смехе я не заметила упрека или издевки. Констатация факта.

– А ты себя нет?

Легкий кивок, означающий понимание.

– Это элементарно, Амелия. Не будешь ценить сам, станут в спину, а то и в лицо плевать другие.

А потом… Игра закончилась. Кристен ураганом смел меня, прижал к стене. Захватил в плен руки, поднял их над головой и припал к губам с напором и огнем. Моя пижама, его одежда… эта слабая преграда не могла помешать чувствовать желание… упирающееся мне в живот. Дракон без спроса ласкал меня, решительно сминая все возражения, отвергая их как несущественные и выкладывая веские аргументы в виде поцелуев губ, шеи, ключицы, затем снова губ… Я задыхалась от нахлынувшего безумия, кровь вскипела в венах, требуя большего, заставляя подчиняться, плавиться от наваждения под названием Кристен Дальберг.

Дракон нехотя отстранился, но только для того, чтобы выдать:

– Это странное чувство, когда тебя влечет к абсолютно незнакомому человеку.

– Почему странное? – прошептала я, чувствуя, как в горле пересохло, а слова подбираются с трудом.

– Так мы чувствуем свою половинку и только ее, – криво усмехнулся он. Провел пальцем по моей скуле, остановившись на губах, очертил их контур. – Но этого просто не может быть. Ты не дракон, Амелия. А с людьми у нас такого не бывает.

Обида неожиданно кольнула острой иглой, и я постаралась скрыть ее со всей язвительностью, на какую сейчас была способна:

– О да, не дракон. Всего лишь жалкая человечка. А раз так, то проваливай!

Попыталась оттолкнуть зарвавшегося мерзавца и даже скинула его руку со своего плеча… Свобода длилась ровно до того момента, как ладонь Дальберга коснулась талии, прижала меня к себе, не давая и сантиметра вольности. Я чувствовала тепло разгоряченного тела Кристена, его напор и магию, что стремительным вихрем закручивалась вокруг нас. Это было нечто особенное, поглощающее целиком, проникающее в каждую мою клетку, становясь дыханием, зрением, заползающее в самое сердце…

– Уходи к своим ящерицам! – прошептала я, боясь, что еще немного – и растворюсь в Кристене, стану его частью, послушной собачкой, девчонкой, что слепо верит каждому слову, а взамен смотрит с обожанием.

Страх попасть под полное влияние Дальберга усилил сопротивление. Чувства первичны, но я не просто Амелия, а дочь графа Иллариса, а это многое значит. По крайней мере, для меня.

– Уходи! – не кричала, но шептала, безотрывно глядя в серые глаза, которые наполнялись колючим льдом. Напряжение между нами возрастало, но это ничего не могло изменить.

Дракон без слов отстранился, а затем стремительно ушел. Не просто ушел – выпрыгнул из окна… А вот звука приземления я не услышала. Поздно спохватилась, ведь там внизу растет розовый куст! Кинулась смотреть… Луна неплохо освещала просторный двор. И Дальберга там точно не было.

Наверное, он открыл портал уже в полете. Я точно знаю, что на это способны лишь немногие. И что-то вдруг тоскливо так стало, одиноко…

Ему жаль, что я не дракон, представляете?!

– И можешь больше сюда не прилетать! – рассерженно прошипела я, глядя в звездное небо и сжимая кулаки. С кем разговаривала, если дракона рядом не наблюдалось? А так, на всякий случай. Вдруг услышит.

Бам-с!

Я нечаянно спихнула чашку, которую сама же поставила на подоконник. Но она не разбилась. Хоть что-то хорошее…

Глава 10

Я устало закинула сумку на плечо и потянулась на выход из спортзала вслед за Сельмой. Снова физкультура, словно боевым магам она нужна больше всего. Где, где мои прекрасные иллюзии, созданные для радости или проказы? Хорошо, что первой лекцией прошла теория построения порталов. И это оказалось не настолько скучным, как я предполагала. Но если после увлекательного предмета тебя ждут два часа прыжков, забегов и силовых упражнений, то поневоле задумаешься, а кто все это придумал и зачем?

Привычно поймав на себе заинтересованный взгляд двух одногруппников, я воспрянула духом. Все-таки есть что-то приятное в комплиментах, пусть они и не сказаны вслух.

– Сель, как ты смотришь на то, чтобы в выходные наведаться в ателье?

– Пока не знаю, что скажут насчет тренировок. – Подружка пожала плечами. – Но идея заманчивая. Если что, я с тобой.

– Договорились! – Я улыбнулась. Наверное, впервые за эти долгие два часа. Как быстро эльф сумел испортить настроение.

– Сельма Лопес, задержитесь! – раздался окрик того самого эльфа, чье внимание к моей подруге стало уже надоедать.

– Это ненормально! – прошипела я, не поворачиваясь. Лесной народец злопамятен. Наживу себе врага и отомстить не успею, как выкинут из академии. Как потом Моргана доставать?!

– Да ладно, – отмахнулась волчица. – Говорила же тебе, не переживай. Будет переходить границы…

Сель задумчиво повернулась, я за ней…

Взгляд подруги медленно прошелся по горлу Ньяра Ольсена. Смелый мужик, видя это, даже не дернулся. Наоборот, расплылся в какой-то идиотской ухмылочке, словно предугадал такую реакцию и страшно доволен. Может, ему нравится дразнить адепток? Этакий прожженный козлик-игрок, что пристает к молоденьким девушкам? Никогда не понимала прелести разницы в возрасте, когда потасканный жизнью и женщинами мужик клеится к чистым девчонкам. Это как коровий хвост макать в чашку с молоком. Тьфу!

Радует, что Сельма на Ньяра не запала.

– Ладно. Догоняй, я в столовую, – кивнула подружке и потопала прочь с полной уверенностью, что сегодня точно расспрошу ее про поведение физкультурника.

– Куда спешишь? – Сероглазое чудовище сидело на подоконнике и наблюдало за всеми, кто выходил из спортивного зала. – Пообедаем вместе?

– Снова ты. – Я не спрашивала, а констатировала факт. Присела рядом, заставив дракона подвинуться. – Скажи, это такой особый вид ухаживания у вас, да? То гадости говорить, то целовать? Причем заметь, последнее только ночью, чтобы никто не видел. Боишься запятнать свою великую честь?

Что я несу? Зачем? Наверное, то же самое подумал дракон. Он как-то нехорошо посмотрел на меня, с лица пропала вся расслабленность.

– Ты этого хочешь? – чуть хрипло произнес Кристен и коснулся моего запястья. Сильные пальцы сомкнулись, не давая возможности отшутиться и сбежать. Он придвинулся ко мне, и я тут же пожалела о своей несдержанности.

– Я есть хочу, – отшутилась, пытаясь выдернуть руку.

Мимо нас проходили мои однокурсники, и наблюдать их косые взгляды было не очень приятно. И без того существовал негласный договор «зааркань Лопес и Илларис», а тут и разговоры пойдут.

– Есть? Тогда пошли. – Дракон бесцеремонно потащил меня за собой.

– Отпусти! Мне нужно подождать подругу. – Я опять попыталась вывернуться.

– Как придет, пообедает с нами.

– Кристен, у нас своя…

Дракон не дал мне договорить. Он резко остановился, а я едва не врезалась в него.

– Амели, ты впервые назвала меня по имени, – приглушенно произнес он. Сейчас в глазах островитянина не было льда. Только тепло, бархатное, нежное. Обволакивающее и отделяющее от всего мира.

Я тряхнула головой, скидывая наваждение.

– Ну извини. Не хочешь – не буду.

В очередной раз попыталась выдернуть руку. Народ с любопытством пялился на нас, обтекая скалу под именем Дальберг с обеих сторон.

– Кто сказал, что не хочу? – В голосе дракона прорезались смешливые нотки. – И не оглядывайся по сторонам, твоих братьев точно нет рядом. Техномагов и артефакторов сегодня порталом отправили на экскурсию.

– А ты все знаешь! – не удержалась от колкости.

– Это каждый год так, – передернул плечами Кристен. – Идем?

– А что мне еще остается? – пробурчала я.

Надоело кривляться. Сельма опаздывала, но ничто не помешает мне позвать ее за наш стол или самой сбежать. Не будет же Крис удерживать меня принародно? Или будет? Покосилась на островитянина и признала, что этот сможет.

Едва мы оказались в столовой, как я в очередной раз поймала десятки заинтересованных и даже несколько ненавидящих взглядов. Что поделать, дракон – он такой, нравится многим.

– Отпусти, – попросила в очередной раз, пока Кристен тащил меня к раздаточному столу.

Не считая нужным ответить, он вручил мне поднос и начал ставить туда все, что, по его мнению, я ем. И когда рядом с тарелкой первого приземлилась еще одна, а гарнир оказался в двойном размере, я взбунтовалась.

– Ты что творишь?

– А что? – Он обернулся. И глазки такие невинные. – У магов много сил уходит. Особенно у боевиков. И это, Амели, не вздумай сбежать за другой стол. Поймаю.

Решила промолчать. Все равно больше, чем желудок, в меня не влезет. Пока наблюдала за Кристеном, набирающим еду себе, рядом оказалась Мариэль. Я и не заметила, как она подошла.

– А ты делаешь успехи, – прошипела эльфийка. Ее удлиненное лицо вытянулось еще больше, а зеленые глаза метали злые молнии. Дерево как есть. – Только помни, дракон ни с кем дольше одной недели не проводит. Засекла время?

Как-то сразу встало на свое место и нападение, и то внимание, с каким она меня рассматривала… Дура я, одним словом.

– Я на большее и не подписывалась, – улыбнулась ей так, словно и сама прекрасно знала об этом непостоянстве драконов. Молодые люди очень часто отрываются на всю катушку с противоположным полом, ничего нового. Только от этой мысли неприятно стало на душе. – А насчет успехов… – Я бросила короткий взгляд в сторону Криса, который уже шел к нам. – Мне и усилия прилагать не пришлось, представляешь?

По коротким взглядам, которыми дракон обменялся с эльфийкой, стало ясно: между ними что-то было. Мариэль показалась мне еще противнее.

– Пошли, нас уже ждут. – Кристен осторожно подтолкнул меня в спину, и я с гордым видом прошла мимо эльфийки.

– Слушай, может…

– Твоей подруги нет, так что обедаешь со мной, – отрезал Дальберг.

– Хорошо, только мне кажется, что у вас не все довольны происходящим, – намекнула я на Дэнни и Мэнни, смотревших на меня с кислыми минами. Конечно же, девицы мгновенно приняли независимый вид. Но я ведь не мореный дуб, все понимаю.

– Малышка ревнует? – восторженно прошептал дракон мне в ухо. – Садись, не стой столбом.

На беспардонный выпад решила не реагировать. Присела, вызвав радость у представителей противоположного пола. Какая встреча, упасть не встать.

– Амелия, привет! – Дарк протянул мне свою лапищу для пожатия.

– Привет всем!

Я решила подшутить. Аккуратно вложила руку в его ладонь… И тут же поймала усмешку в глазах того, кого привыкла считать придатком Дальберга. Он точно целовал женщинам руки при встрече, и не из-за страсти, а потому что так положено. Иначе не смотрел бы сейчас многозначительно и с явным подтекстом. Не знаю, заметил ли кто мою короткую заминку, но я быстренько выдернула руку. Как много не знаю о тех, с кем сейчас сижу за столом…

Соберись, Амелия, и не зевай!

– Как тебе преподы? – поинтересовался Тагор. Единственный дракон, которого я видела с длинными волосами. Все прочие предпочитали короткие стрижки.

– Мирными их не назовешь, – нейтрально ответила я и слегка улыбнулась. Присутствие Кристена странным образом придавало мне силы. А может быть, потихоньку привыкаю к компании? Даже любопытствующие взгляды на сей раз не отбили аппетит.

– Что-то не получается? – поинтересовалась Мэнни, наивно похлопав глазками.

– Не переживай, первокурсники всегда так, – подхватила Дэнни. – Кто слабее, тот отсеивается.

Это что, намек или попытка запугать? Я не купилась на провокацию. Понимающе улыбнулась и промолчала. Происходящее не особо нравилось, но раз я тут, будем наблюдать и извлекать выгоду.

На девушек тут же обратились насмешливые глаза сокурсников. Все они что-то такое припомнили, отчего тут же развеселились.

– А я и говорю, – фыркнула Дэнни, явно не ожидающая подобной реакции. – У всех что-то случается. Разве не права? А кстати, Амелия, а где Морган? Не похож он на того, кто сидит на диете.

– Не знаю. – Я пожала плечами. Признаться, будь Алекс тут, мне бы стало неловко. А сейчас ничего, прорвусь!

Препирательств за столом больше не было. И Сельма не пришла. Я то и дело оглядывалась в поисках подруги. В конце концов Кристен шепнул мне на ухо:

– Я не заметил ее. Очень нужна?

Просто кивнула, уже пожалев, что согласилась сесть за этот стол. Хотя с упертым Дальбергом вариантов-то не было. А Сельма… она меня тревожила все больше.

Естественно, все съесть я не смогла, а когда желудок оказался наполнен, попыталась распрощаться с расчудесной компанией.

– Всем пока, мне на занятия. – Встала, потянулась за сумкой… Пальцы прошлись по воздуху, коснувшись деревянной спинки стула. Я не успела. Дракон уже держал мою вещь.

– Пошли, а то заблудишься, – выдал Дальберг и подтолкнул меня вперед, чтобы не зевала.

Пришлось идти. Что толку препираться, когда понятно: этот дракон упрям как сто ослов и с ним действовать надо аккуратнее. Поневоле вспомнился наш ночной разговор, и промолчать я не смогла.

– Слушай, к чему все это? – спросила, когда мы уже подходили к аудитории.

Дальберг приподнял правую бровь, но не ответил. Сложный товарищ. Чешуйчатые вообще народ с характером, а этот особенно.

– Я ведь не дракон!

– Нет, – согласился Крис. – Ты человек. И довольно-таки интересный. А еще, – наклонившись, он коснулся губами моего уха, – ты мне очень нравишься. И я ничего не могу с этим поделать.

Поцелуй в висок был неожиданным и легким.

Глаза Дальберга смеялись. Он вернул мою сумку и ушел. А я смотрела ему вслед и улыбалась. Не только дракон странный, но и я сама. Стою, смотрю, как ромашка луговая. Осталось только погадать: «Любит – не любит».

– Ничего себе! Илларис, а у тебя с этим старшекурсником серьезно? – Вервольф Рей Норман, наш староста, застрял в дверях, не желая меня пропускать, пока не признаюсь.

– А ты на меня претендуешь? – поинтересовалась я, следя за реакцией оборотня. Вервольф поджал губы, затем бросил упрямый взгляд за мою спину, словно там кто-то стоял. Обернулась, проверила – никого из посторонних. Только несколько одногруппников. Стоят, ушки навострили.

– У меня есть шанс? – тихо поинтересовался Рей.

Он не прятал своего взгляда, не ухмылялся. Вот как ответить, чтобы не обидеть? И потом, дракон действительно может меня через неделю бросить, а Морган совершенно из другой оперы. Со старостой ссориться ни к чему, да и парень он неплохой. Только зачем-то сейчас стоит и принюхивается, словно я не понимаю, отчего у оборотня нос дергается. Явно не мое меню его интересует.

Все, пора занимать место в аудитории.

– Шанс есть у всех. Теоретически, – ответила я. И, отодвинув обалдевшего от такой наглости боевика, прошла на свое место.

– Илларис, ты же леди! – удивился он вслед.

Я не стала говорить, что, мол, с вами иначе нельзя, а в «Правилах порядочной леди» ничего нет на этот случай.

* * *

Сельма едва успела на лекцию. Она вбежала, увидела меня и поспешила сесть рядом. Как ни старались предприимчивые адепты разъединить нас, им это не удалось.

– Ты без обеда, – с легкой укоризной произнесла я, доставая подружке булочку. – Прихватила. Как знала, что сможешь прийти.

– Амелия, ты чудо! – просияла волчица и откусила подрумяненный бок выпечки. – Я бы сейчас и барана съела.

– Тебе бы не барана, а кое-кого, – я многозначительно поиграла бровями, – на вертел.

– Точно говорю, темные у тебя в роду затесались! – в очередной раз заметила подруга. Уже привычная шутка. Но я-то знала, что это чистая правда и иллюзорная магия неслучайна.

Подумала, что это судьба свела нас с подружкой. Захотелось порадовать Сельму и что-нибудь ей подарить на память. Например, часы. Ее привычка приходить впритык немного раздражала. Пожалуй, стоит навестить часовщика Гилмора. Заодно узнать, нет ли вестей от родителей. Не всякое слово можно доверить магической почте.

Сен-Кервилл – город разношерстный, и немало этому поспособствовала академия. Можно пройтись и в платье, и в мужской одежде, и никто тебя за это не осудит. Сегодня я решила надеть полюбившиеся штаны и новую тунику. Не светлую, а темно-синюю, приталенную и очень легкую. Серебристая вышивка, пущенная по воротнику, рукавам и краю рубашки, выглядела изящной.

Сель сбежала на встречу с какими-то дальними родственниками, прибывшими в город, а я поспешила к Гилмору. Погода была хмурой, но разве это способно удержать девушку, мечтающую о прогулке и покупке? С маменькой мы часто выезжали, а теперь ей придется делать это одной. Я невольно хихикнула, представив, как отец торопится по делам, а братья прячутся в огромном доме, лишь бы не следовать за графиней. Оно и понятно, для слабой мужской психики слишком утомительно три часа разглядывать шляпки и банты. Хорошо, что нас никогда не ограничивали в покупках. Отец считал, что женщины выглядят так, как их мужчины могут себе позволить. И мама всегда одевалась модно и дорого, приобретала практически все, что хотела, в пределах разумного конечно. Из-за этого тоже было обидно, когда арестовали значительную часть средств семейства.

Я взяла извозчика и поехала на улицу Ровени, попутно любуясь мелькающими мимо домиками, скверами, пышными цветниками и прекрасными садами. Сен-Кервилл удивительный город, построенный на высоком берегу реки, и нет ничего странного, что тут обосновались маги. Все желают приобщиться к красоте.

– Вас подождать, сударыня? – спросил извозчик, получив оплату.

– Не стоит, – отмахнулась я, решив обратно вернуться пешком.

Город не слишком большой, а замковые стены я видела даже отсюда. Академия раскинулась на возвышенности, и это служило хорошим ориентиром. Боялась ли я тех, кто напал на нас с Сельмой в той подворотне? Немного. Все-таки я считала себя разумной девушкой и понимала, что следует позаботиться о безопасности. Мне срочно нужны были артефакты, но обращаться к братьям неудобно. Вдруг они заподозрят что-то нехорошее, а это один шаг в сторону дома.

– Здравствуйте, господин Гилмор, – произнесла я, переступив порог знакомого магазинчика. Все та же волшебная аура накрыла меня, окутав перезвоном механизмов и тиканьем множества часов. Прокуковала кукушка, и я тут же посмотрела в сторону механического птичьего домика.

– А, леди Амелия, – улыбнулся мне мужчина за прилавком и поспешил навстречу. – Проходите, я ждал вас.

– Ждали? – Я встрепенулась, не зная, как реагировать. Этот человек совершенно чужой, что ему от меня нужно? – Что-то произошло?

– Нет, что вы, – успокоил он, показывая на кресло. – Присаживайтесь. Буду рад пообщаться и просто попить чай с красивой леди.

И прежде чем я успела вдохнуть, закрыл дверь. Магический замок щелкнул, отсекая нас от улицы.

С подобным отношением я сталкивалась впервые, а потому сразу присмотрела орудие защиты. Часы с купидоном или настольная лампа подходили как нельзя лучше в качестве самообороны.

– Вижу, вы осторожны. Это похвально, – улыбнулся лысоватый часовщик, явно заметив мое напряжение. – Не далее как вчера я получил письмо от вашего отца с просьбой помочь в случае неприятностей. И надо сказать, я и сам был готов это сделать. Хочу, чтобы вы знали: я должник графа, и присмотреть за его единственной дочерью для меня большая честь.

Признаться, я не ожидала подобного поворота и позволила себе удивиться. А Гилмор тут же уловил мой интерес.

– В Тасване меня бы приговорили к десяти годам за торговые махинации. Но нет, не думайте обо мне плохо. Я перешел дорогу королевскому часовщику, только и всего. Мои работы имели успех, и он счел меня опасным конкурентом. Ваш отец вывез меня в трюме корабля, наполненного зерном. Это и спасло меня от тюрьмы. Знали бы вы, как порой ощущалась качка… А здесь я снова уважаемый человек и живу так, как мне хочется.

Подозреваю, вместе с зерном папенька транспортировал ром, запрещенный к продаже за границей королевским указом. И как-то само собой представился часовщик, лежащий на желтой груде и попивающий из бутылки. Отчего-то в моих фантазиях Гилмор пел песни…

– Простите за бестактность, господин Гилмор. А у вас есть семья? – полюбопытствовала я. Тяжело одному, особенно когда покинул родину.

– Есть. Когда все произошло, я был не женат. А теперь вполне солидный человек с супругой и дочерью. Так что, если будет грустно, заходите в гости.

– Спасибо. Я тут не одна, со мной двое братьев. А что еще написал мой отец?

– Вам граф Илларис прислал отдельное письмо. Чашечку чая? А заодно прочитаете.

Господин Гилмор повесил на дверь табличку «Закрыто» и повел меня внутрь дома. Оказалось, второй этаж полностью занимала его семья. Госпожа Гилмор и их дочь-подросток встретили меня радушно, а пироги и печенье с малиновым вареньем были выше всяких похвал. В какой-то момент меня оставили одну, и я раскрыла запечатанное магическим сургучом письмо. Его мог прочесть только тот, кому оно адресовано. Иначе бумага попросту истлевала прямо на глазах, рассыпаясь в пепел.

«Дорогая Амелия!

На время следствия нам запретили перемещаться порталом за пределы страны. Не волнуйся и братьям скажи, что это временно. За нами установлена слежка, и не знаю, как долго это продлится. Чтобы не навлечь на себя лишние подозрения, мы вынуждены прекратить всю торговлю. Ждем окончания расследования.

Передаем письмо через Гилмора, чтобы ты точно его получила.

Любящие вас родители».

Что там происходит?!

Гилморы мудрые люди, и оставленная зажженная свеча предназначалась именно для того, что я сделала. Письмо сгорело, а пепел удобрил несколько цветов, стоящих на подоконнике. Захоти кто-то прочесть, ни за что бы не воссоздал. Да и не было там ничего особенного. Просто родители просят нас не расстраиваться, что не могут навестить.

Поблагодарив гостеприимное семейство, я покинула магазин, предварительно купив подарок для Сельмы. Аккуратные черные часики, с таким же циферблатом и белыми стрелками и цифрами, мне виделись достойной вещью.

На прощание Гилмор посоветовал магазин, в котором вполне официально можно купить защитные артефакты. И я намеревалась его посетить.

Глава 11

Оказавшись на улице, я повертела головой, снова раздумывая, идти пешком или крикнуть извозчика. Но все-таки решила прогуляться. Дождя нет, наказание за провинность закончено, так чего торопиться? До ночи еще много времени, а задано сегодня совсем немного.

Сидя в экипаже, не все прелести города рассмотришь, а пешему многое доступно. Я с интересом рассматривала витрины приглянувшихся магазинчиков и лавок, в некоторые заходила. Город очаровал своей аккуратностью и свежестью. Хорошо, что можно спокойно выйти за пределы академии. Для учащихся это отдушина.

По дороге я все думала, не стоило ли расспросить Гилмора про местные банки – нужно ведь куда-то переправить сапфир. Но отказалась от этой затеи. Если бы меня подозревали, то проверка давно могла нагрянуть. Даже дракон перестал предъявлять претензии.

Кристен… Происходящее между нами трудно назвать нормальными отношениями. Днем он вел себя слишком неадекватно. Скрытая ревность сменялась откровенной властностью. А ночью… Слова о притяжении были действительно неожиданными. Казалось, что они таили в себе нечто большее. Только так ли это? Я нутром чувствовала, что Дальберг не простой адепт. Но что я знаю о драконах с островов Элен, об их традициях, манерах и семейных устоях? Ничего конкретного. И никогда не интересовалась, потому как связывать свою жизнь ни с кем из них не собиралась.

Прикосновения дракона вызвали во мне шквал эмоций, о которых я даже не подозревала. Трудно признаться, но от себя самой не скроешь, что его поцелуи действуют как сладкий яд, с каждым днем все глубже проникающий в кровь, подбираясь к самому сердцу. И без него уже не получается жить. Я могу сколько угодно насмехаться или шутить, пытаться уколоть или отталкивать. Но правда в том, что Кристен Дальберг все прочнее обосновывается в моем сердце.

Только быть его девушкой на неделю или даже на месяц я не хочу. Не мой вариант. Я печально улыбнулась собственным мыслям. Я и дракон, это же нонсенс! В столице отец не раз получал предложения по поводу моего замужества, но до двадцати лет родители дали мне возможность быть свободной. Да и не было мужчины, от которого, как пишут в романах, бросало бы то в жар, то в холод и сердце замирало. А хотелось…

До академии было уже недалеко, когда на глаза попалась вывеска небольшого ресторанчика, и я не отказала себе в удовольствии зайти и выпить кофе с пирожными. Мы с мамой иногда так поступали.

Внутреннее убранство порадовало. Мебель из темного дерева контрастировала с белоснежными накрахмаленными скатертями, салфетками, занавесками из невесомой ткани. Очень удачной деталью интерьера были высокие растения в кадках. Они словно разделяли зал на отдельные зоны. Я предпочла место у окна и нарочно села спиной к входу. Любоваться городом гораздо приятнее, чем смотреть на посетителей. Впрочем, их оказалось немного, и мы друг другу не мешали. Приятное заведение, что ни говори. Цены выше, чем в кабачке, но изредка можно будет заглядывать и сюда.

На улице, мешая мне разглядывать красивый скверик, прохаживался из стороны в сторону высокий широкоплечий мужчина. Дракон. Солидный такой, явно занимает немалый пост. А здесь поджидает кого-то… Судя по отсутствию букета – не женщину. Наверное, делового партнера.

Неожиданно я увидела торопливо идущего к ресторану Дальберга и застыла, гадая, зачем он сюда идет – один и без свиты. У него свидание? Предположение неприятно кольнуло.

– Ваш заказ, леди, – раздалось рядом, и я отпрянула от окна, боясь, что меня увидят с улицы. В этом нет ничего позорного, но отчего-то заявлять о себе не хотелось. Словно я вторглась во что-то личное, а ведь каждый имеет право на свое пространство и общение.

– Благодарю, – ответила вежливо и вновь уставилась в окно. Успела заметить, как Кристен поздоровался с важным незнакомцем, а затем оба они направились в ресторанчик.

Сердце не затрепетало и не забилось чаще. Я нарочно тут оказалась, у меня свои дела. Но на всякий случай не стала оглядываться на дверь, чтобы меня не заметили.

Все бы ничего, только эти двое выбрали не самое подходящее место. У меня за спиной. Думаете, мне захотелось уйти или сбежать? Как бы не так. Природное любопытство и упрямство (я ведь сама только пришла, даже пирожное не попробовала!) взяли верх. Хотелось откинуться назад, а то и вовсе свернуть меню трубочкой и приложить к уху, чтобы лучше слышать. Но я заставила себя не дергаться. Иначе мое поведение будет равносильно просьбе говорить погромче.

Пока мужчины делали заказ, я с удивлением обнаружила, что радуюсь! И чему? Тому, что Кристен сидит с мужчиной, а не с девушкой. Вполне понятное объяснение, но дракон даже тут меня сумел достать!

– Ты здесь надолго? – поинтересовался Кристен. Его голос звучал расслабленно и мягко. Я бы даже сказала – доверительно.

– Завтра отправляюсь на острова. Наследник желает вернуться домой? – В голосе незнакомца я уловила иронию. – Учебный год только начался.

Наследник чего? Но размышлять было некогда. Я откусила пирожное и принялась медленно пережевывать. Мужчины говорили негромко, но я их отлично слышала.

– Ты же знаешь, что еще не время. А если захочется, то всегда могу вернуться.

– Все так, гуляй, пока молод. Драконья кровь слишком горяча, чтобы держать ее в стойле.

Я покраснела, стоило осознать, что речь идет вовсе не о конюшне. Может, я зря осталась?

– Ты прав, Сэм. А как твоя семья, дети?

– Растут, шкодники. Сыну два года, а дочери десять месяцев, представляешь? И эта кроха уже пытается крутить нами. Тычет пальцем в те наряды, где есть золотые нити.

Слова, произнесенные с гордостью, вызвали невольную улыбку. Ну да, драконы любят наполнять сокровищницу, и возрастом это не ограничивается.

Послышалось цоканье каблучков, и мужчины замолчали. А когда официантка ушла, разговор продолжился.

– Сэм, я рад за тебя.

– И я за себя рад. Но еще больше буду рад, когда ты тоже женишься. Грейс стала настоящей красавицей. Из нее выйдет отличная правительница.

* * *

Эти слова резанули слух. Удар сердца получился слишком сильным и громким. От такой информации я застыла, осознавая услышанное. Наследник… правительница… Грейс… Кто она?

Экзекуцию потрясенной меня драконы не прекратили. Продолжили разговор, в котором каждое слово оказалось слишком неприятным. Я невольно нахмурилась. Что-то тут не то. Островами вот уже несколько веков правила династия Бергов. Фамилия похожа, и все-таки не она. И потом, учись тут наследник, девчонки давно бы сделали стойку… Хм… Что-то подобное действительно наблюдалось, но не в той мере, в какой шла бы атака на будущего правителя островов Элен.

– Сколько осталось? – поинтересовался мужчина, обозначив какую-то дату.

– Шесть лет, – ровно отозвался Крис.

Его голос задел во мне что-то болезненное, то, чего я никак не ожидала в себе обнаружить. Противный дракон, мало того что ночью влез в окно, так он еще и в сердце пытается забраться!

– Думаю, правитель ускорит вашу свадьбу. Ситуация нестабильна, и нам нужны союзники. А клан твоей невесты весьма силен.

– Знаю, – произнес Дальберг.

Я предвзята, а потому в его голосе мне послышалась неприязнь. Не к собеседнику, а к факту женитьбы. А значит, к той самой Грейс. Может, она и не столь красива, как принято говорить о невестах наследников. И все же… Дальберг – лидер, этого не отнять, отсюда и свита из адептов. И девушки. Их у Кристена в избытке.

А я? Я кто для него? Очередной способ развлечься за счет магички, что не упала к ногам, а заехала в глаз?

Воспоминание о том инциденте вызвало взрыв эмоций. Я сжала кулаки, чтобы еще раз не повторить этот номер и не опустить недоеденное пирожное на голову мужчинам. Права маменька, я слишком импульсивна, а собственные чувства надо держать в узде.

Неожиданная боль, возникшая в душе, отрезвила. Кристен развлекался перед возможной женитьбой, и все слова о том, что я его привлекаю и притягиваю, – правда. Как и то, что притягиваю не только я одна, причем регулярно.

– Так что развлекаться тебе осталось недолго, – сказал дракону собеседник. – Ты, я слышал, в удовольствиях себе не отказываешь.

Кристен усмехнулся, и я помрачнела еще больше. Высокородная чешуйчатая сволочь!

Мне хотелось, мне очень хотелось встать и уйти так, чтобы Дальберг увидел меня. Понял, что его коварный план раскрыт, и извинился. А если все так и есть? Если я всего лишь средство от скуки, очередная бабочка для коллекции? Буду ревнивым посмешищем? Нет, не на такую напал. От злости даже чайная ложечка едва не выпала из рук, и я уставилась в окно, понимая, что ничего не вижу. Ужасно выглядеть полной дурой. То-то посмеется Мариэль и все бывшие девицы Кристена, причислив меня к себе подобным.

Все, хватит. Больше я ему такой возможности не предоставлю. С каким-то мрачным удовлетворением и нарастающей болью отметила: не зря зашла в этот ресторан.

По вине драконов я просидела здесь еще час. Несколько раз подходила официантка, и приходилось молча тыкать в очередной пункт меню. Есть я уже не могла, поэтому бесцельно ковырялась, перекладывая еду с одной стороны тарелки на другую. А когда драконы удалились, выждала еще несколько минут, расплатилась и ушла. Нарочно выбрала другую улицу, которая тоже вела к академии. Встречаться с Кристеном совсем не хотелось.

Налет романтики, который мерещился мне на наших отношениях, исчез, и теперь все выглядело совершенно иначе. Был порыв вывести Дальберга на чистую воду, но я отмахнулась от этой затеи. Играть с огнем не было желания, а в академии мне есть чем заняться. Учеба и задумка с Морганом на первом месте, все прочее вторично. Глупости, не стоящие внимания дочери графа Иллариса.

В академию я вернулась собранная и с натянутой маской безразличия. А что касается раненого сердца, так его, кроме меня, никто не видел и не ощущал. Переживу как-нибудь.

Подарок Сельме понравился, и она, смущаясь, приняла его. Пообещала в ответ сделать тоже что-то приятное. Золотых гор мне не надо, а сюрпризы я люблю.

* * *

После прогулки время полетело быстрее прежнего. Серые сумерки спустились над академией слишком быстро, чтобы успеть опомниться. Постояв какое-то время под теплыми струями душа, я торопливо разделась и залезла под одеяло. Вчерашняя ночь ассоциировалась с появлением Кристена. И мне казалось, что сегодня он тоже может прийти. Но я не собиралась вступать с ним в разговоры и пререкания. Пусть ищет себе другой притягательный магнит, а я обойдусь. Было обидно, а еще очень хотелось огреть дракона чем-нибудь тяжелым, но я решительно отказалась от этой важной миссии. Кристен гораздо сильнее, а здесь не вагон, сбежать не успею.

Но как бы долго я ни возилась, ни прислушивалась к каждому шороху и скрежету, сон все-таки настиг. Жалко, что утром я проснулась хоть и выспавшейся, но с той затаенной злостью, грозящей выплеснуться на того, кто попадет под руку. И это случилось в тот же день. Но сначала… Сначала я вместе с Сельмой направилась в столовую.

Дракон обнаружился сидящим на подоконнике и лениво посматривающим на торопящихся завтракать адептов. Едва Кристен заметил меня, как взгляд его потеплел, и маг поднялся.

– Привет, – с теплом в голосе произнес он, наклоняясь за поцелуем, а заодно протягивая руку, чтобы взять мою сумку.

Сельма застыла в немом изумлении. Вот так прогуливать обеды. Я же, увернувшись от дракона, подхватила подругу под руку:

– Чего застыла? Пошли.

– Амели! – предупреждающе прорычал дракон, но я не обернулась. Но хотелось! Безумно хотелось сказать, что думаю обо всей этой ситуации и об одной наглой чешуйчатой морде в частности. Сдержалась.

– Думаю, ты первая, кто не бросился в объятия этого обаятельного самца, – со смешком заметила Сель. А поняв, что я никак не реагирую на ее слова, примирительно добавила: – Амели, мне кажется, ты не до конца понимаешь, как трудно удержаться от случки с отличным генофондом. Даже я покрываюсь мурашками, глядя на этого дракона. Но ты… ты крута!

Комментировать шокирующее заявление Сельмы я не пожелала. Тянет ее к дракону… Тоже мне, невеста на выданье.

Любопытные адепты, видевшие всю сцену, начали на нас пялиться и шептаться. Моя спутница изобразила ласковый оскал, так что с расспросами никто лезть не решился. И правильно сделал. Быстро покидав на поднос все то же, что и оборотница, я поспешила вместе с ней к окну. Именно там сидели некоторые наши одногруппники. Они с радостью подвинулись, освобождая нам место. Я нарочно подкинула тему про домашнее задание, и народ тут же включился в беседу.

Пока ела, между лопатками зудело, а затылок пекло, словно кто-то пытался провертеть во мне дырку, пробираясь в мозг. Но я была стойкой и ни разу не обернулась, чтобы убедиться в пристальном внимании Кристена Дальберга. У каждого свои тайны (у меня так точно), но информация о невесте Криса действительно задела. Многие девушки считают, что мужчину возможно перевоспитать и влюбить в себя… Все так. Но я вижу наличие еще некоторых обстоятельств, препятствующих развитию счастливой сказки: девушка не в единственном экземпляре и дата свадьбы. Последнее для представителей властной верхушки практически нерушимо.

От собственных умных мыслей стало нехорошо. Я кое-как позавтракала, а стоило Сельме отодвинуть тарелку, повторила ее жест. На лекцию мы тоже шли как два неразлучника в окружении однокурсников. Смотрела ли я в сторону дракона? Конечно же, нет. Как и не хотела, чтобы он догнал или потребовал объяснений. Все слишком стремительно, а эмоции у меня бурлили через край.

Мы вошли в аудиторию и заняли привычные места. Я раскрыла сумку и с самым невозмутимым видом принялась выкладывать учебник, тетрадь, линейку, карандаш… Последний покатился, гремя по поверхности парты деревянными ребрами. Я тут же поймала его и припечатала, засунув под тетрадку. Подружка наблюдала за мной молча. И только в самом конце представления ее прорвало:

– Ты какая-то слишком нервная. Амели, уверена, что ничего не хочешь рассказать?

– Сейчас? – Я удивленно выгнула брови, наблюдая, как в помещение вошел… Тот самый магистр-издеватель, принимавший вступительный экзамен. С физруком Ньяром Ольсеном мы уже были знакомы, а с этим экземпляром пока еще не занимались. Такой же шутник. Я невольно скривилась.

– Приветствую всех! Я профессор МакМар, преподаватель психологии боевых магов.

– А я-то думала, откуда на экзамене такие испытания, – чуть слышно, но горячо прошептала мне подруга. – Да ему самому стоило полечиться, прежде чем к нам выходить!

В этот момент профессор посмотрел на нас в упор, и мы прикрыли рты. Неужели услышал? Нет, не должен. Он человек, а не оборотень. Но до конца занятий каждое наше движение сопровождалось пристальным взглядом, в котором читалось желание придушить нерадивых адепток.

– Заметь, я даже не спрашиваю, что у тебя с тем драконом, на которого пялятся почти все девицы, – с ноткой язвительности и обиды прошептала Сель, стоило МакМару отвернуться к доске. Подружка пришла к каким-то выводам и сейчас пыталась их подтвердить.

– А как ты думаешь? Что может быть с драконом, который не пропустил ни одной юбки? – Мне не удалось скрыть свое отношение ко всему происходящему. Что поделать, проклятый дракон не шел из головы.

– Ами?! – выдохнула Сельма. – Ты пала его жертвой? Спала с Дальбергом?!

Слова, вырвавшиеся у оборотницы, прозвучали громче, чем должны были. И в ту же секунду это до нас дошло. Все смотрели на нас. Все! Включая МакМара. Парни глядели неодобрительно, а в глазах профессора я заметила живой интерес. Неутомимый исследователь жаждал моих оправданий. И только непонятно откуда взявшаяся залетевшая муха нарушила тишину противным жужжанием.

Было желание повертеть пальцем у виска, причем подружки. А еще высказать несколько ехидных и неприятных слов в адрес однокурсников вместе с МакМаром. Сдержалась. Леди я или так, мимо проходила.

– Нет. Не успела, – ответила я шепотом, глядя в глаза Сельмы.

– Молодец, – с нескрываемым уважением отозвалась подружка. – Дракону трудно противостоять, поверь.

Я поверила и никак это не прокомментировала. Обстановка сразу изменилась. Зашуршали тетрадки, заскрипели деревянные скамейки.

«Вот гады!» – написала оборотница на бумаге.

В ответ я просто кивнула. И тут же поймала внимательный взгляд Рея Нормана. О чем он думал, не знаю. Но краснеть и принимать томные позы не было никакого желания. Вместо этого я подмигнула вервольфу и уставилась на доску. МакМар гад, одни вступительные экзамены чего стоят. Хорошо бы игнорировать этого умника-психолога вместе с его лекциями, только зачет по предмету никто не отменял.

* * *

Едва прозвенел звонок, а наши потянулись к выходу, Сель поинтересовалась:

– Мне в дамскую комнату, ты со мной?

Следующей лекцией снова стояла психология, а я не успела срисовать то, что изобразил МакМар на доске. Поэтому решила никуда не ходить.

– Иди без меня, я задержусь. Встретимся в коридоре.

Подружка ушла, а я продолжила усердно перерисовывать табличку уровней раздражительности. Но едва хлопнула дверь, поняла, кто именно зашел в аудиторию. Да и как было не понять, если нахальный дракон заявил о своем появлении:

– Это я. Амели, выйди. Поговорить нужно.

На секунду я прикрыла глаза, решая, как поступить. И продолжила свое занятие. В душе поселилась тревога. Присутствие Кристена взволновало, но это могло случиться где угодно. Я знала, что Дальберг не поймет моего поведения и захочет объяснений.

Быстрыми шагами дракон приблизился и встал передо мной, загораживая доску.

– Ами, что произошло? Отвечай, – не попросил, а потребовал он.

Только со мной так разговаривать не нужно. Я взяла свою тетрадь, встала из-за парты и направилась к доске, не обращая внимания на закипающего островитянина. В аудитории мы были не одни, в качестве зрителей присутствовали мои однокурсники.

– Извини, мне некогда, – ровным голосом ответила я, стараясь писать разборчиво. Стоя это было очень неудобно. В душе закипали злость и обида, а заодно желание уколоть, нагрубить и стукнуть этого несносного парня, чье присутствие действует на меня неоднозначно. Я старалась не думать о наших поцелуях, о моей реакции на прикосновения Кристена, о его нежности…

– Достала, – сквозь зубы прошипел рассерженный дракон.

Все дальнейшее произошло очень стремительно.

Он схватил меня, перекинул через плечо и потащил к выходу. От подобной наглости я опешила и попыталась вырваться. Треснула пару раз по спине похитителя. Пустое. Отбила руки, а заодно потеряла тетрадь с карандашом.

Однокурсники бросились на мою защиту, но невидимая сила разметала их по сторонам аудитории. Никто и слова сказать не успел, как оказался повержен.

– Что ты делаешь?! – Я еще раз треснула Криса по спине и попыталась вывернуться. По-хорошему, двинуть бы локтем по мужской шее, проверить ее на крепость. А как ослабнет хватка – еще один оглушительный удар, а потом стоит попробовать выскользнуть из захвата. Удар болезненный, а потому пока решила его не применять. Не на плаху несут.

– Ами, девочка моя, – чуть слышно прошептал дракон. На сей раз его голос звучал хрипловато. Как в ту ночь, когда мы целовались на подоконнике. – Если ты и дальше продолжишь ерзать, дергая аппетитным задом рядом с моим лицом, то я обещаю, что или укушу, или поцелую. Выбирай одно из трех.

Я замолчала, а дракон ногой открыл дверь и вместе со мной покинул аудиторию. Старалась не смотреть на обалдевшие лица однокурсников, которые так не вовремя оказались свидетелями этой сценки. Чтобы не выглядеть совсем уж беспомощной, подперла рукой щеку и принялась обдумывать планы мести. Мысленно повторила сказанное Кристеном. Что-то не вязалось.

– Почему одно из трех? Ты назвал два последствия.

Ладонь боевика коснулась моего зада, и через мгновение я ощутила легкий шлепок.

– Поверь, с большим удовольствием я бы погладил. А от твоего кордебалета есть только одно желание – придушить, – нарочито спокойно сообщил дракон, завернув за ближайший угол. Я понимала, что внутри его бушует огонь, но тушить его не собиралась. Меня хотели использовать, и этим все сказано.

– Я с тобой не танцевала! И отпусти меня… Дракон!

– А вот это ты зря. – Из голоса Кристена исчезли миролюбивые нотки. Казалось, он сдерживается из последних сил и вот-вот небо разразится бешеными молниями. Сгрузил меня, поставив на ноги, и застыл мрачной глыбой, удерживая за плечи. – Что произошло, Амелия Илларис? Отчего такие перемены? Я думал, мы поладили.

– Проваливай! – повторила я свою излюбленную фразу.

Вчера и сегодня я заготовила сто слов, которыми можно ужалить, обидеть и заставить любого мучиться, почувствовав собственную никчемность и ненужность. Хотела, чтобы чешуйчатый ящер отстал и позабыл ко мне дорогу, осознав, что это я его бросила, а не мной умело воспользовались. Но сейчас я злилась, а все заготовленные фразочки вылетели из головы, словно смытые проливным дождем.

– Я спрашиваю, что произошло? – в голосе дракона звучали нетерпеливые стальные ноты.

Еще месяц назад я предпочла бы спрятаться, осознав угрозу, а сегодня нет. Мое терпение тоже было не безгранично, а еще росло желание насолить, уколоть в отместку. Сама не ожидала, что известие о грядущей свадьбе Дальберга вызовет такую боль. А ведь он мне понравился, действительно понравился.

– А ничего не произошло. – Я поджала губы и попыталась отцепить руку Кристена. – Поиграли, мальчик, и хватит. Ищи себе другую под… подружку. Вон хоть бы Мариэль. Ты же ее имел, да?

– Замолчи! – рыкнул дракон, закрывая мой рот ладонью. И тут же отдернул руку, словно касаться меня так просто непозволительно. Легкая растерянность, и вот уже губы Криса накрыли мои. Он сминал их и жалил, захватывал, лишая воли. В поцелуе не было нежности, только желание поработить и доказать свое право, которое я отрицала.

Я сопротивлялась, пытаясь оттолкнуть Дальберга, пиналась, изворачивалась, стараясь разорвать крепкие объятия… И чем сильнее пытался меня удержать Кристен, тем больший протест нарастал во мне.

– Что здесь происходит? – раздалось как гром среди ясного неба.

Дракон прервал поцелуй, но не выпустил меня из захвата. Мы оба тяжело дышали, как два бойца после тренировочного боя.

– Кто мне объяснит, что тут происходит? Дальберг, Илларис? Вас не учили соблюдать хотя бы внешние приличия?

Все, попали.

От слов ректора Армина веяло холодом и яростью. И едва Кристен разжал хватку, я отступила от него.

– Дальберг, ваша группа еще час назад отправилась на практику. Так почему я вижу вас здесь? – Металл в голосе не звучал, он скрежетал, бил по нервам, обозначая состояние и настрой Армина.

Секундная передышка, и я сделала шаг назад, боковым взглядом уловив, что ректор не смотрит на меня. Его цель – Кристен. Дракон дернулся, пытаясь меня удержать… Но поздно. В руках Армина засветилось огненное нечто. И его он направил именно на Криса… Дракон не стал сопротивляться и мгновенно оказался втянутым в портал. Последнее, что я видела, – его бездонные колючие глаза. Он смотрел только на меня, и обещание придушить читалось отлично.

– Илларис, у вас десять секунд, чтобы привести себя в порядок и успеть в класс до звонка, – отчеканил Армин.

– Спасибо, – поблагодарила я, пытаясь вернуть спокойствие и спешно поправляя прическу. От неистовых поцелуев Кристена губы распухли, а от занятий никто не освободил. Более того, «добрейший» ректор никуда уходить не собирался, наблюдал за мной, заложив руки за спину. Я одернула тунику, еще раз провела по волосам и направилась на занятия.

Народ явно мечтал развлечься за наш счет, а потому топтался в коридоре. Я вскинула голову и с видом победительницы вошла в аудиторию. Парни и Сельма смотрели на меня с нескрываемым любопытством и напряжением. Никто не смеялся и даже не острил. Я едва успела сесть за парту, как зашел профессор МакМар.

– Продолжаем…

«Если ты задашь сейчас хоть один вопрос, покусаю», – написала я на уголке тетради и показала пышущей нетерпением подруге. Она пыхтела, сопела, но задавать вопросы не посмела.

Взгляды однокурсников я чувствовала спиной, затылком, ушами и всем прочим, что возвышалось над партой. Народ у нас любопытный, а произошедшее событие явно неординарное. Только кто-то наблюдал со стороны, а меня утащил взбешенный дракон.

Мне было больно, очень больно. Поступок Кристена взбесил. Но показывать свое настроение я никому не собиралась. И то, что рвалось и страдало внутри, никак не отражалось снаружи. Ироничный изгиб губ и независимый взгляд.

Эх, хорошо, что братья не видели это представление. Вот интересно, несносный Дальберг на сколько отбыл?

* * *

Постепенно все улеглось. Не было раздражителя в лице Кристена, и жизнь завертелась с прежней скоростью. Пришлось признаться Сельме, что нечаянно подслушала разговор дракона и какого-то незнакомца. Рассказала ей не все, а только про невесту. Оборотница выслушала и согласилась, что если нет желания получать удовольствие, то Дальберг насильно мил точно не будет.

– Только чего же он такой упорный, не пойму, – вздохнула я в который раз и уткнулась в чашку с мятным чаем. Мы с Сель сидели на кухне, и разговор начал принимать все более раздражающий характер.

– Да тут и думать нечего. Ты понравилась этому самцу. Хочется именно с тобой пар скинуть, что непонятного? Оно всегда приятнее с тем, кто нравится, чем с кем попало. А раз его к тебе тянет, так тем более. Глядишь, и время незаметно пролетит.

– Пар?! – Я поневоле поперхнулась. Слова, сказанные Сель, задели. И ведь прекрасно понимала, что она может быть права, а обидно показалось. Ну, попадись ты мне, рептилия чешуйчатая!

– Амели, мы, оборотни, не совсем люди. Я ведь сто раз тебе говорила, что с нами все немного иначе. Иногда кого-то очень хочешь. А как… хм… случится, так и желание остывает. Не переживай, все образуется. Только я уверена, что Дальберг от тебя какое-то время не отстанет. Не привык он к отказам. – Сельма усмехнулась и сделала глоток чая. – Я слышала, у драконов с этим вообще туго.

Я мрачно посмотрела на волчицу, но промолчала. Жалко, что и Морган отбыл на практику, и никаких сведений о нем не добудешь. А раз так, то пока стоило сосредоточиться на учебе.

Глава 12

С каждым днем преподаватели задавали все больше и больше. И если вначале можно было обойтись одними учебниками, то со временем пришлось обращаться в местную библиотеку. Многоуровневая, она занимала большую площадь, а бесконечные ряды стеллажей поражали воображение. На всей этой обширной территории трудилось несколько пауков-библиотекарей под управлением строгого гнома Бука. А зная щепетильность этого народца в отношении материальных ценностей, ректор был спокоен за сохранность академического имущества.

В один из дней после занятий я отправилась за книгой, чтобы подготовить доклад по видам иллюзий. Этот предмет я трепетно любила и всячески старалась выделиться, чтобы преподаватель меня отметил. Что поделать, я все еще мечтала перейти на другой факультет. Только оставлять Сельму было очень жалко. Хорошие подруги на дороге не валяются.

– Адептка Илларис, – Бук взглянул на листок с моим заданием, – книги по вашей теме у окна, в конце крайнего ряда. Предупреждаю, ровно в десять вечера библиотека закроется.

– Спасибо, – поблагодарила я и потопала искать нужную литературу.

В последние дни настроение, мягко говоря, было странным. От Дальберга я не получала и весточки, что мне очень… не нравилось. Да, быть временным вариантом – не моя мечта. Но этот противный маг настолько глубоко забрался в сердце, что трудно определить, какое желание сильнее – придушить его или ткнуть пальцем в сторону двери и сказать: «Проваливай!» Стоило подумать о Кристене, как настроение скатывалось в пропасть. Противный лицемерный драконишка словно нарочно принялся мне сниться, не пропуская ни одной ночи. Он ничего не делал, не лез целоваться, не пытался заговорить. Просто сидел на подоконнике и пил чай из моей чашки, буравя меня печальным взглядом. От этого наутро болела голова и ужасно хотелось поспать еще хотя бы часок, чтобы досмотреть представление.

Нужную книгу я нашла сразу и, прихватив еще одну, уселась за столиком у окна. Здесь кроме меня занимались еще две девушки, но мы друг другу не мешали. Я очень быстро попала под очарование книги. Написанная доступным языком, с яркими картинками, она вызвала интерес, и уже скоро я провалилась в описание, примеры. Снова пожалела, что не стала магом иллюзий. Вздохнула, перелистнула страницу…

– Ну ты даешь, Мариэль! – рассмеялся мужской голос, вклиниваясь в мои мысли.

Я выпрямилась, повернула затекшую шею, посмотрела на сидящих неподалеку адепток.

Смех повторился.

– Ром, ты невыносим! Опять со своими штучками, – весело отвечала незнакомцу эльфийка Мариэль.

– С тебя еще четыре реферата, мы же договаривались, – язвительно напомнил мужчина.

– А толку-то? Она так и осталась непуганой. Как не человек, честное слово! – Мариэль ответила не просто с иронией. Она была зла и не скрывала этого. – Ладно, проехали. Сделаю, что обещала.

Я нахмурилась. Это же один из тех, что гнались за нами с Сельмой. Боясь нечаянного разоблачения, снова наклонила голову, сделав вид, что работаю. С трудом дождалась, пока парочка заговорщиков уйдет. Быстро набросала все, чего не хватало в докладе. А потом покинула читальный зал, надеясь, что не встречу наших обидчиков при входе. Я не собиралась их бояться, но пока было рано обнаруживать собственные знания, получившие доказательства.

Даже интерес к иллюзорной магии отошел на второй план, прогнувшись под стремлением к мести. Я забежала в общежитие, но подругу там не застала. Сделала нервный круг по комнате и поспешила на ужин.

В столовой увидела одиноко сидящую у окна Сельму. Подружка замахала рукой, приглашая присоединиться. Я подхватила поднос, наставила разных блюд и направилась к окну. Внезапно до моего слуха донесся знакомый мужской смех. Невольно повернувшись, заметила рядом с Мариэль и Лорэль не одного, а двух остроухих парней. Вредная я ехидненько решила, что вот и второй преследователь, пришел пожелать нам приятного аппетита.

– Амели, что с тобой? – прошептала оборотница. – Дракон вернулся?

– Нет, – отмахнулась я, думая, что хоть одним глазком, а взглянуть на Кристена не помешает. Исключительно ради того, чтобы пристыдить его чешуйчатую морду и сказать, чтобы не показывался мне на глаза. Я посмотрела по сторонам и придвинулась к Сель. – Тут другое. Я нашла тех, кто гнался за нами.

– Где? – встрепенулась подруга и сжала кулаки.

– Тут они. Сидят и тушеные кабачки с морковкой да салат капустный уплетают за обе щеки. А также не забывают поливать все это нежным сливочным соусом.

– Не тяни за хвост, Амелия! Выкладывай.

– Ну слушай…

В конце моего рассказа оборотница не просто злилась. Ее глаза метали молнии, а сама Сельма была полна решимости немедленно набить обидчиками морду. Еле уговорила подождать.

– Надо все обдумать, не переживай! – увещевала я подружку.

А Мариэль то и дело насмешливо поглядывала на меня, а потом одними губами прошептала: «Одна неделя…»

Глупая остроухая, у меня и недели-то нет. Расстались мы!

Я взорвалась. Терпеть не могу, когда упиваются собственной наглостью и пытаются меня запугать. Стремительно поднялась и подошла к столу, где сидела подлая компания.

– Зачем ты это сделала? – спросила тихо.

Парни откинулись на спинки стульев, без стеснения меня рассматривая. Выглядели они капустными королями, которые не в курсе, что со своей властью делать.

А раз не можешь, то и не берись.

– Что именно, Амели? – Мариэль тоже откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. Она упивалась собственной безнаказанностью и присутствием эльфов.

Наивная, подобного я ей не спущу, даже если меня исключат из академии.

– Ты, – я ткнула пальцем в сторону эльфийки, – натравила на нас своих дружков.

– Девушка что-то путает. – Ушастый ухмыльнулся и, поддев вилкой капустный лист, с наслаждением захрустел им.

– Неужели? – сыронизировала Сельма. Естественно, она не стала дожидаться, когда я вернусь, а поднялась вместе со мной. Мы снова стояли плечом к плечу, как на экзамене. И гневно испепеляли взглядами врагов.

– Я путаю?

Наглец раздражал. От подобного тона хотелось схватить эту самую капустку и надеть на голову будущему зайцу.

Эльф почувствовал угрозу и поднялся, на всякий случай отодвигая от меня свою тарелку.

– Что здесь происходит? – раздалось за моей спиной. Обернувшись, я увидела пышнотелую повариху с черпаком. Последний служил не только орудием труда, но и средством устрашения вспыльчивых адептов. – О чем спорим?

– Веский аргумент, – уважительно заметила я, кивая в сторону внушительного половника. Затем ретировалась на место, потому как возражать или оправдываться перед крупной дамой было не с руки. Даже противные эльфы предпочли промолчать и уткнуться в тарелки.

Думаете, я испугалась? Нет, просто затаилась. И к концу ужина точно знала, как поступлю. План созрел мгновенно, осталось только его реализовать. А боевой настрой и желание отомстить нам помогут!

– Амели! – крикнула Мариэль, покидая столовую.

Я посмотрела в сторону истеричной особы и едва не выругалась, увидев, как та демонстрирует один палец. Думаете, нас послали? Нет. По крайней мере, не так явно. Искривленные губы эльфийки снова прошептали знакомую фразу: «Одна неделя…»

– Ах ты… – дернулась Сель, но я ее остановила, опасливо покосившись на повариху, которая не спешила уходить из зала.

– За мной, – произнесла я, и мы тоже поднялись из-за стола.

– У тебя есть план? – прошептала оборотница, вышагивая рядом, как гренадер на плацу. Даже парни сторонились. Воинственная Сельма – это еще то зрелище.

– Эй, девчонки! – окликнула незнакомая маленькая гномка, стоило нам оказаться за дверью столовой.

Мы синхронно обернулись.

– Вы аккуратнее. Эти эльфы… – Невысокая адептка приблизилась к нам, оглянулась по сторонам, потрогала молоток, висевший на бедре. И только убедившись в отсутствии зрителей, продолжила: – Они…

– Любовники Мариэль? – неожиданно выдала Сельма.

Я с удивлением взглянула на подругу. Откуда такие знания? А гномка так и вовсе раскрыла рот.

– Да. А вы в курсе? Ну ладно, а то хотела предупредить.

– Спасибо! – поблагодарила я и повернулась к волчице. – Ты знала и молчала?

– Амели, не нервничай. Похоже, они… в общем, от эльфийки разит этими остроухими. Обоими сразу. Я подозревала, но была не уверена. Вдруг дело в крепких объятиях. А теперь сомнений нет.

Я кивнула, приняв убедительный аргумент Сельмы. Оборотни еще те нюхачи.

Мы решительно направились в общежитие.

– Я ее урою, – пообещала подруга, когда поднялись по лестнице и остановились за полпролета до нужного этажа.

Мой воинственный настрой требовал выхода, а праведный гнев – возмездия. Кровь Илларисов кипела, характер и врожденная склонность к непрощению врагов обязывали. Именно поэтому вместо того, чтобы идти в свою комнату, я подошла к двери Мариэль. Сельма не отставала.

Я постучала раз, два… Эльфийка затаилась и не открывала.

– Не меня ли ждете? – ехидно раздалось из-за спины.

Адептки, проходившие мимо, неожиданно застопорились и уставились на нас в ожидании скандала. Развлечений в учебное время немного, а тут вот оно, само возникло. Древнее выражение «хлеба и зрелищ» осуществилось в полной мере: девчонки шли из столовой сытые, а бесплатное представление уже началось. В другой раз я бы тоже с интересом посмотрела, а теперь приходится участвовать и задавать тон. Но на публику я и рассчитывала.

– Тебя. Пожалеть пришли, – с притворным сочувствием вздохнула я.

– Пожалеть? – удивилась эльфийка и нахмурила лоб в попытке понять, за что такие милости.

– Да. Себя не ценишь, не бережешь. То ревность из ушей хлещет, то рефератами за гадости расплачиваешься. Так и желчью изойти не долго. Жалко, одним словом.

Несколько недель назад я не допустила бы и мысли, что буду вот так подначивать соседку по общежитию, выводя ее на чистую воду. Только все вышло иначе. А академия теперь напоминала мне светское общество, так похожее на серпентарий.

– Ты!.. – Блондинку перекосило. Она ткнула в меня тонким наманикюренным пальчиком. Из ее рта вырывалось скорее шипение, чем речь. – Да что ты вообще обо мне знаешь? Первый курс, соплячка, а нос задираешь, будто королева. А если хочешь знать, – губы Мариэль тронула кривая ухмылка, – то я ни капли не жалею о том, что сделала. Вас, высокородных, учить и учить. Поступаете без экзаменов, позволяете себе все, что захочется. Так что учти, Илларис, в моем лице вы нашли праведный гнев всех тех, кому учеба дается нелегко.

– Ой, дура, – раздалось за спиной.

– Какое точное определение, – улыбнулась я, взбешенная подобными признаниями эльфийки.

Буря клокотала у меня внутри, и нужно было срочно дать ей выход. Мариэль хотела нас опозорить? Наивная. Видимо, позабыла, что ночной горшок может упасть на голову хозяину. Я посмотрела на столпившихся вокруг адепток. Затем метнулась к окну, стянула с него пустую вазу для цветов и вернулась к двери эльфийки. В памяти всплыла домашняя пьеса, где мне пришлось играть роль принцессы-попрошайки. Говорили, вышло бесподобно. И я с азартом начала:

– Девушки! Давайте поможем нашей соседке Мариэль, кто сколько может! Лично я даю десять монет. Глядишь, подобреет.

Денежный звон на дне вазы услышали все присутствующие, и, судя по лицам адепток, это было подобно разорвавшемуся файерболу.

– А из-за зависти к происхождению она натравила на нас своих люб… любимых друзей, – подхватила оборотница, добавив в голос страдания.

– Или весь сыр-бор из-за Кристена Дальберга, на которого эльфийка до сих пор облизывается? – вставила я свой весомый аргумент.

– Он тебя все равно бросит! – Мариэль пыталась удержать лицо.

– Поздно. Я его уже сама бросила.

Оглушительная тишина была поразительной. Все стояли раскрыв рты, переводя взгляды с меня на эльфийку. Неужели дракону никто никогда не отказывал? Я собой загордилась.

– Так давайте скинемся на платье Мариэль, раз подарков от мужчин ей уже мало, – скалясь, выдала Сельма, отвлекая от меня внимание. – Смелее, девушки, я тоже даю десять монет.

Кто-то икнул и зашуршал. Послышался звук перекатываемой в кармане мелочи, затем несколько человек подошли к вазе, что в настоящее время являлась копилкой. Оглушенная и шокированная Мариэль смотрела, как те, кто еще недавно ей улыбались, теперь кидали деньги. Похоже, от ушлой девицы доставалось не только нам.

– Я думала, будет драка, – усмехнулся тоненький женский голосок.

– Снова Илларис? – недовольно проскрипел за моей спиной Фердинанд, и я резко обернулась.

– Господин бывший ректор? – вырвалось у меня, в то время как руки продолжали сжимать вазу с монетками. Вечно он возникает там, где не просят. Кто-нибудь из других призраков донес.

– Я. – Фердинанд приосанился. – А теперь живо к Армину! Все три!

– А свидетели? – пискляво раздалось из толпы. Девчонки жаждали продолжения.

– Свидетелей вызову, если понадобятся, – холодно отчеканил призрачный маг.

Стыдно ли мне было за свои действия, рассказывая Армину о событиях и слушая их в изложении Мариэль? Немного. И исключительно из-за того, что все вскрылось, а я не успела собрать лавры триумфа. Впрочем, это не сказалось на решении ректора отчислить эльфийку и ее двух подельников. Кое-кто из свидетелей переквалифицировался в пострадавших, и оказалось, мы с Сельмой не единственные объекты мщения.

– А теперь можете быть свободны, – произнес Армин, проведя рукой по глазам. Жест усталого мага, на чьи плечи взвалили такую неподъемную ношу, как академия и разборки с адептами. Должно быть, что-то отпечаталось на моем лице, раз до слуха донеслось ворчание ректора: – Кто бы мог подумать, она мне сочувствует! К ней дракон намертво прицепился, а жалеет меня.

– Господин ректор, почему намертво? – прошептала я.

Мариэль и ее остроухих увели, а из команды пострадавших остались только мы с Сельмой. Фердинанд висел за плечом ректора, и, на мой взгляд, был рад всей этой ситуации. Призраки не спят, скучают, а тут веселье.

– А разве не похоже? Иди, Амелия, к себе. Занятия никто не отменял.

Что-то он недоговаривал, но что?

Утомленные бурным вечером, мы добрели до своей комнаты, с каждым шагом все больше осознавая усталость. И только коснувшись подушки, я поняла, о чем говорил ректор. Дело не в каких-то особых чувствах. Все гораздо проще. Кристену-наследнику никто и никогда не отказывал, а это действительно задевает.

На завтрак мы пришли как героини. Академия бурлила, и каждый мог оценить свершившееся, выслушав красочные рассказы свидетельниц и пострадавших от рук эльфов. Мы с Сельмой сразу решили прикинуться паиньками и, набрав полные подносы еды, уселись у окна. Ребята из нашей группы тоже хотели пояснений и терпеливо ждали, пока мы насытимся. В конце концов Рей не утерпел и произнес:

– А классную ты хохму с кувшином придумала. Мы ржали всей группой.

– С вазой, – поправила я, надеясь, что не краснею. Сейчас этот поступок мне казался чистой воды авантюрой. Но что сделано, то сделано.

Глава 13

С момента моего поступления прошло чуть больше месяца, а казалось, что все полгода. Я ужасно скучала по дому, по маме, отцу и оставшимся в Тасване братьям. Оливер и Элфи втянулись в учебу, и теперь мы виделись не так часто. Похоже, они нашли свое призвание, и я совершенно искренне радовалась за них.

А за себя… все оказалось гораздо хуже, чем могло показаться со стороны. Я скучала по Кристену, по его горячим объятиям и невероятным серым глазам, напоминавшим грозовое небо. Чтобы хоть как-то отвлечься, с головой ушла в учебу. Боевая магия теперь хотя бы не раздражала.

Утро первой недели октября ничем не отличалось от сентябрьского. Разве что на лужах после ночи появлялась тонкая корочка льда. И мы, зябко ежась, стремились поскорее добраться до своего факультета, не забывая коснуться носком туфли этого тонкого слоя льда. Настроение было неплохим, но чего-то не хватало.

Сельма была задумчива как никогда. Вот уже два дня о чем-то усиленно размышляла, а сегодня так и вовсе ушла в себя. Делиться проблемой подруга никак не хотела. Может, у нее трудности с финансами и приближающийся осенний бал навевает не предвкушение, а неприязнь?

А мне хотелось перемен и сказки. Чистой, настоящей, с добрыми волшебниками и непременно хорошим концом.

– Сель, смотри! – восторженно воскликнула я, увидев первые снежинки. Протянула руку и поймала маленькое кристальное чудо с махровыми лучиками.

Легкое белоснежное покрывало, раскинувшееся над академией, было настолько тонко, что в темноте можно не заметить эту красоту. Но сейчас, утром, первые вестники зимы медленно кружили, повышая градус настроения и заставляя забыть о том, что впереди два часа ненавистной физкультуры и они вновь пройдут на улице.

– Здорово, – очнулась подруга и повернула ко мне голову. Наконец-то она улыбалась. Я не успела обрадоваться, как неожиданно Сельма шумно выдохнула, глядя мне за спину: – Амели!

Я тут же обернулась, ожидая увидеть нашего старосту вервольфа Рея. Он обещал помочь мне с подготовкой. Но вместо старосты, сложив руки на широкой груди, стоял дракон. Мой? Нет. Сердце защемило от осознания того, что я соскучилась, а побежать и обнять Кристена просто не могу. Не позволяет гордость.

– Я тебя там подожду, – пообещала Сельма и потопала на занятия.

– Привет, – произнес Дальберг. Его четко очерченные губы дрогнули в неуверенной улыбке. А глаза продолжали смотреть напряженно, пытливо.

Мне до одури хотелось кинуться ему навстречу или хотя бы просто улыбнуться. Но нельзя.

– Привет. С возвращением. – Я постаралась придать своему лицу маску благодушия. Маску, за которой скрывался вулкан из неразделенных чувств и вспыхнувшей с новой силой обиды.

– В тот раз мы недоговорили.

Крис шагнул ко мне, и только я знаю, сколько стоило усилий не отпрыгнуть и не убежать. Близость дракона пугала и заставляла творить необдуманные поступки. Вот и сейчас я с трудом заставила себя отвести взгляд от его губ.

– Не вижу в этом смысла. – Пожала плечами, пытаясь отогнать наваждение. Кристен следил за мной пристально, реагируя на каждое движение, жест. – Извини, я тороплюсь.

Сделала шаг в сторону, намереваясь сбежать. Но дракон не дал. Оказался рядом, схватил меня сзади и прижал к себе. Даже в это морозное утро я почувствовала тепло, исходящее от тела Дальберга, и его ни с чем не сравнимый запах. Он дурманил, обволакивал, напоминая о том, что между нами было. Руки дракона оплели мою талию, а губы осторожно коснулись уха.

– Амели, я очень скучал по тебе, – вырвалось у Кристена.

И это резануло по ушам, прошлось по нервам словно наточенный нож по натянутым веревкам. Чувства бурлили, требуя выхода, а характер и природное упрямство не выпускали их. Желание ударить этого наследника непонятно чего было сильнее, чем принять все как есть. Я по-прежнему страдала, но не сдавалась.

А кому сейчас легко? Точно не мне.

Хотела обидеть, оттолкнуть, даже обозвать, но не стала. Собралась, гордо вскинула голову, ни на секунду не забывая, что я из семьи Илларис. Глядя в серые омуты, произнесла, выделяя каждое слово:

– Скажи, а ты по мне как-то особенно скучал? Так же, как по своей невесте? Или у нее привилегии?

Говорить было больно, но держать в себе эти слова не имело смысла. Пусть знает несносный дракон, отчего вдруг я переменилась, почему пропало желание продолжать наше общение.

– Отпусти, – дернула плечом. – Я опаздываю.

Но то ли мои слова не достигли ушей Кристена, то ли дракон попался особо упертый. Не отпустил. Более того, крутанул, заставив повернуться к нему лицом. Я поставила руки перед собой, чтобы возвести хоть такую броню.

– Откуда ты это взяла? Кто сказал?

Напряжение, возникшее между нами, все увеличивалось и грозило перерасти в столкновение двух огней. Народ, спешащий из столовой по своим делам, с любопытством оглядывался на нас.

– Неудачно вышло, правда?

– Крис! Ты вернулся! – раздался звонкий голос.

Я даже не посмотрела, кто из девиц рад встрече. Не скрывая злой иронии, уставилась в сузившиеся глаза дракона. Он даже не посмотрел, но адептка не отставала:

– Когда прибыл? Я так рада тебя видеть!

– Вот видишь, она рада. – Резким движением разорвала удерживающее меня кольцо мужских рук. – А я нет.

Отвернулась и зашагала прочь, совершенно не интересуясь, чем занят Дальберг и насколько тесны объятия девицы. Хватило и того, что между лопатками жгло, отчего очень хотелось почесать. И только на территории спортивного комплекса боль, разрывавшая сердце, уменьшилась.

Причина проста – Ньяр Ольсен самый злой из злых физкультурников!

* * *

Этот день мог длиться бесконечно. Особенно тянулись часы обеда и ужина, когда я была вынуждена смотреть на дракона, по-прежнему восседавшего со своей компанией и верными одалисками. Наверное, это правильно, что не смолчала и все высказала. Но как это, оказывается, больно, когда предмет твоего внимания поступает не как дракон, а как обычный бабник.

– Амели, забей на него, – прошептала Сельма, стоило нам усесться за стол. В попытке поужинать раньше дракона мы немного оплошали. Остались без своих однокурсников за столом, а Дальберг тоже пришел пораньше. Похоже, решил не смотреть на меня и спокойно поесть. Забавно.

– Уже, – отозвалась я, недовольно втыкая вилку в омлет с помидорами. Думала, Крис будет настойчив… Но не так-то он и скучал, как мне привиделось. Пять раз в мою сторону голову поворачивал. Мог бы и почаще!

– Вот и умница. Лучше посмотри на того белобрысенького.

– Моргана? Он что, тоже тут?

Столовая в академии была очень большой, так что можно было поесть и не встретиться даже с собственным соседом по парте. А тут такая удача. Снова вспомнила, зачем я здесь, и решила действовать.

Ради такого случая пришлось проявить инициативу.

– Сель, ты уже поела? – поинтересовалась я, глядя, как Морган поднимается.

– Нет, чай не допила. А что?

– Мне нужен блондин. Догоняй.

Я поднялась и с самым безмятежным видом, стараясь не смотреть в сторону дракона, направилась к выходу. И, словно нечаянно, в дверях столкнулась с Алексом.

– Амелия, привет! – первым поздоровался он, в то время как я упорно делала вид, что тороплюсь.

– Алекс, с прибытием! Когда вернулся? – Я сделала вежливо-заинтересованное лицо, словно это было единственной радостной новостью за весь день.

Морган, похоже, не сразу поверил в мою радость. А когда дошло, что я прониклась его исключительностью, расправил плечи и широко улыбнулся.

– Вернулся под утро. Хочешь, я провожу тебя? – Блондин подставил мне локоть, и я не отказалась. А то, что за спиной что-то загрохотало, так это случается. Адепты порой так неаккуратны.

Мы покинули помещение, оказавшись на улице. Можно было пройти длинными коридорами старого замка, но через улицу быстрее, и многие адепты предпочитали именно этот путь. Вечером здесь тоже красиво. Морозный воздух снова сковал тонкие лужицы, а вечерние фонари светили на темную землю, все еще лишенную снега.

– А у нас в Тасване сейчас тепло, – неожиданно заметил Алекс. Мы медленно брели вдоль высокой каменной стены, увитой засыхающим плющом.

Слова собеседника тронули мое сердце. Я снова осознала, что очень хочу увидеть своих родных. Неизвестность убивала.

– Да, – тихо бросила я, не желая бодриться и делать вид, что все чудесно. Могу я хоть раз не играть, а быть самой собой. Всего лишь минуту. Больше нельзя. – У нас в саду чудесные розы, а в парке, должно быть, до сих пор зеленый ковер из трав.

– А у нас на пруду очень много лебедей, – вставил свое слово Морган.

– Красиво, – согласилась я. У нас лебедей нет, зато в избытке утки разных расцветок. А еще деревянный домик на воде, удерживающийся за счет свай. И несколько лодок, как и дом, выкрашенных в белый цвет…

– Амелия, ты скучаешь.

– Да.

– Скоро осенний бал. Пойдешь?

– Конечно. Разве я могу пропустить такое событие?

Глупый вопрос, если честно. Мои подруги из Тасваны ждали балов как лучшее развлечение. Даже утомление от бесконечных примерок нарядов меркло в преддверии танцев и новых знакомств. Так с чего бы мне пропустить это событие в академии?

– Первый танец мой, не возражаешь? – обыденным тоном произнес Морган.

Что?

Должно быть, мой недоуменный вид потребовал повторения. Алекс выпрямил руку, моя ладонь соскользнула в его захват… Морган поднес ее к своему лицу и осторожно поцеловал. Его губы оказались теплыми и мягкими. В таких делах он точно не новичок. Но почему-то именно в этот момент мне вспомнился дракон.

– Ты подаришь мне первый танец? – переспросил Морган.

– Договорились.

Намерения относительно прокурорского сына поколебались. Я прикусила губу, а потом откинула все сомнения. Семья на первом месте, все прочее на втором. Удача сама плывет в руки, отказываться не стоит.

– Амели, вот ты где! – раздался запыхавшийся голос Сельмы. – Еле за тобой успела.

На лице Алекса промелькнула досада. Должно быть, он себе что-то придумал. И потом, не стоит сразу записываться в подруги. Нужно узнавать о его делах постепенно. Я опасалась неприятностей, которые по странному стечению обстоятельств плодились с каждым днем.

Я вежливая? Вежливая. Правила порядочной леди помню. Поэтому, несмотря на скрываемое недовольство мага, произнесла:

– Знакомьтесь. Это Алекс, а это Сельма.

– Весьма рад знакомству, – тут же ответил Морган.

– Взаимно, – подхватила Сель, спрятав улыбку. Реакция Алекса не укрылась от проницательной оборотницы.

Оставаться и разводить тоскливые беседы втроем не было желания. Поэтому я поспешила проститься. Но прежде чем успела произнести хоть слово, Морган сказал:

– Амелия, завтра нам разрешено взять выходной. Я хочу на день порталом пройти к родителям. Твоим что-то передать?

Ага, сейчас! Не хватало только прокурорскому сынку оказаться в нашем особняке. Хотя… это уже готовый компромат.

– Спасибо за предложение. Ничего не нужно.

Перед сном, когда мы сидели вдвоем на кухне, подруга задала вопрос:

– Амели, это не мое дело, но какой-то блондин скользкий.

– Не знаю, не трогала.

Хохот потряс нашу небольшую кухоньку.

Глава 14

В выходной случилось то, чего я никак не предполагала.

Мы с Сель проснулись рано, и грех было не воспользоваться моментом и не поваляться в постели. Затем прямо в пижамках отправились на кухню, чтобы позавтракать у себя, а не в столовой. А заодно обсудить планы на день. Я хотела навестить часовщика, а подруга ждала свою мать.

– Доставай припасы! – скомандовала Сельма, сама же наполнила наши чашки водой и поставила на самонагревную плитку.

Мне дважды повторять не нужно. Из холодильного шкафа тут же был извлечен бумажный пакет с бутербродами, что мы прихватили с кухни еще вечером. Разложив их на тарелке, подогрели на все той же плитке. И уселись завтракать.

– Амели, я хочу познакомить тебя с моей мамой. Ты не против? Посидим в кафе или ресторанчике. Я думаю, в кабачок идти не стоит.

– Отличная идея. Ресторан или кафе точно лучше кабачка, – согласилась я. Сама игнорировала это заведение вот уже несколько дней. Боялась, что дракон снова пристанет со своими разговорами. А лишний раз терзать душу не хотелось.

Я откусила бутерброд с мясом и зеленью и потянулась за чашкой, чтобы запить. Неожиданно под потолком раздалось:

– Амелия Илларис, пройдите к парадному входу. Вас ожидают. – Громкий, усиленный магически голос стража. Объявление, сделанное в аудитории, дело привычное. Но чтобы дома? Такого еще не было.

Мы с недоумением уставились на потолок.

Шмяк!

Кусочек аппетитного мяса свалился с бутерброда прямо на пол.

– Я пойду с тобой! – взвилась Сельма и бросилась в комнату.

– Зачем?

– Вдруг это Мариэль со своими прихвостнями? Или кто-то из их родственников?

– Не переживай. Фердинанд сказал, что не посмеют. Ректор чем-то качественным пригрозил.

– Это ты так думаешь.

– Сель, спасибо тебе. Но не стоит. Сейчас утро, и народ через парадный вход то и дело ходит. Вряд ли они посмеют в такое время напасть. И потом, ты тоже под прицелом.

– Я оборотень, – отмахнулась волчица.

– А у меня амулетов куча. К тому же есть магия. – Я взмахнула руками, и на нас осыпался звездный дождь. Мелкий, с изредка жалящими каплями. Но он был.

– Почти вулкан, – восхищенно присвистнула Сельма. – Бесподобно!

– Ага, – подтвердила я, скрыв, что всего лишь хотела красоты. А кипяточек вместо холодных звезд, так это от неумения.

– Илларис, для вас пять раз повторять? – раздалось с потолка. И я сорвалась одеваться.

На ум пришел часовщик Гилмор, и это заставило нахмуриться. Что еще могло произойти у родных? Может, зря я отказалась от предложения Моргана? И тут же отмахнулась от этой мысли.

– Амели! – окрик Элфи настиг меня перед проходной. Я обернулась, с радостью (все же волновалась) заметив обоих адептов Илларисов.

– Ой! – Улыбка сама собой расплылась на моем лице. Догадалась. И, не дожидаясь братьев, я рванула навстречу тому, кто хотел видеть нас всех. – Мама!

Увидев детей, графиня Эмма словно помолодела лицом. Чуть заметные морщинки разгладились. И кто мог подумать, что еще десять минут назад лицо этой леди было строгим, а сама она могла стать образцом для ледяных скульптур.

– Дети мои, как же я соскучилась!

И я, адептка-первокурсница, будущий боевой маг, мечтающий стать иллюзионистом, не выдержала и хлюпнула носом. И никто меня не одернул. Все предпочли сделать вид, что ничего не заметили.

Спустя короткое время мы сидели в уютном кафе и довольно мило беседовали. Оказалось, папенька добился разрешения на выезд маменьки к нам. Чем она и воспользовалась, решив сделать сюрприз.

Графиня цвела и не сводила с нас глаз. А мы старались ее не расстраивать.

– Оливер, как успехи?

– Все замечательно, мам!

– Элфи, не было ли нареканий?

– Нет, что ты?

– Амелия, удалось с кем-нибудь подружиться?

Фу! В отличие от братцев, пытающихся честными глазами смотреть на мамочку, мне врать не пришлось:

– Да, мам. Я живу в комнате с волчицей. Она… очень милая.

– Милая? – удивилась графиня. – А мне казалось, эти дамы очень воинственны.

– Она наполовину эльфийка, – заступилась я за Сельму, и вопрос был исчерпан.

– Надеюсь, никто из вас не влип в неприятности? Дети, оказавшиеся вдалеке от родителей, порой такие нездравомыслящие, – заметила маменька с неизменной улыбкой. При этом поднесла чашечку кофе к губам и сделала небольшой глоток.

У-у-у… Три пары глаз Илларисов уставились на свою обожаемую мамочку, которой не составило труда раскусить любимых чад.

– Все понятно. Хорошо, что отца рядом нет.

– Как он? – тут же вступил в разговор Оливер, решив поработать громоотводом.

– В порядке. Дела нашей компании все еще на проверке. И мне порой кажется, что следователи заучивают их наизусть, а не читают.

– А говорили, что все продлится максимум месяц, – вспомнила я разговоры родителей, которые услышала еще перед отъездом.

– Ничего, дети, выдержим. И всех переживем! – пообещала мама. Все еще интересная женщина сорока трех лет, которую граф Фрэнк Илларис обожал до умопомрачения. Оттого и дети рожались часто, не давая красавице Эмме передохнуть. После появления на свет долгожданной дочери молодая женщина показала мужу кукиш (она все-таки леди, а не кобыла-производительница) и отказала в интимной радости. Драгоценный супруг был вынужден согласиться и воспользоваться магическим амулетом для предохранения.

Появление маменьки было как нельзя кстати. И не потому, что она привезла мне наряды. Нам требовалось срочно поговорить с глазу на глаз. Я старалась не ерзать от нетерпения, а хранящийся в сумке сапфир упорно не давал покоя. Заодно хотелось рассказать о Моргане, с которым удалось подружиться.

Выход нашелся. После вкусного завтрака в узком кругу семьи мы вдвоем отправились мыть руки в дамскую комнату.

– Амели, ты уверена, что мальчики ни о чем не догадались? Удалось хоть что-то разузнать?

– Мам, тут такое дело… Все получается не совсем так, как мы представляли. – Я глубоко вздохнула и принялась каяться: – Морган за мной ухаживает, и таким образом я пытаюсь нам помочь…

– Не тушуйся, дочь! – отмахнулась графиня, чем меня удивила и приободрила: – На войне все средства хороши. Главное, не забывай, кто ты, и не теряй себя.

– Ни в коем случае, маменька! – Я вспыхнула, осознав, о чем речь. – Я держу его на расстоянии.

– Вот и умница. Но помни, Морган не главная цель. Я вижу, тебе нравится учиться. Вот уж не подумала бы, что моя девочка поступит на факультет боевиков. Мальчики – да, но точно не ты.

– Так вышло. У меня еще кое-что есть. Вот.

Я быстро извлекла из сумочки помаду и вручила родительнице. Увидев недоумение на лице мамочки, спохватилась, провела по ней рукой. Иллюзия немедленно спала.

– Это… то, о чем я подумала? – Затаив дыхание, графиня рассматривала камень, эквивалентный по стоимости хорошему особняку в столице. – Но откуда? Только не говори, что нашла на улице.

– Нет. Э… его обронила Роуз Филис. Бабушка Моргана. Я не вернула.

Мамочка у меня женщина сообразительная. Что подумала о моем поступке, лучше не спрашивать, а сам факт наличия украденной драгоценности у прокурорской родни повергал в шок.

– Занятно. Все это странно. Я все поняла, милая. Передам отцу. Вещь опасная, но полезная. Надеюсь, еще больших неприятностей она нам не принесет.

В целях безопасности я снова провела рукой по сияющему гранями сапфиру, и тот стал обычной помадой, причем пользованной. Для длительного поддержания иллюзий нужна особая магия, которая у меня точно была. Жаль, что управлять ею в полной мере, а также создавать живые объекты у меня не выходило.

После этого у меня словно гора свалилась с плеч, а глаза мамы заблестели. Она что-то обдумывала, и мысли, приходящие в голову, явно вызывали восторг. Мое настроение улучшилось.

* * *

До поступления сюда я даже не предполагала, что буду ужасно скучать по своим. Расставаться не хотелось. Братья ушли, а мы решили заказать еще по чашечке кофе и испробовать местные сладости. За этим занятием нас и застали Сельма со своей мамой.

Знакомство прошло в самой теплой атмосфере. Мамы радовались за нас, а мы за себя и возможности с ними общаться.

– Леди Эмма, будем рады видеть вас у себя, – первой пригласила оборотница, и это стало неожиданностью.

– Двери нашего дома для вас всегда открыты, – в свою очередь подхватила мама. В ту же секунду лицо матери Сельмы вытянулось. Графиня Эмма обеспокоилась. – Что-то не так, леди Клементина?

Мы с подругой переглянулись. Обмен любезностями обычный, так в чем дело? Не сговариваясь, повернулись…

Разочарование и недовольство я сдержала. Физкультурник Ньяр Ольсен не желал давать своей подопечной ни дня покоя. Может, его волнует, что именно ест адептка? Отбор на соревнования строгий, и использование магии и специальных пищевых добавок недопустимо. От этого у бегунов увеличивается скорость и понижается чувствительность к боли.

Эльф с каменным лицом двинулся к нам, но неожиданно раздался предупреждающий рык. Мы с маменькой вздрогнули – ах, как была права она насчет непредсказуемости оборотней! – но остались сидеть на месте.

– Мама?! – удивленно прошептала Сельма, накрывая своей ладонью руку матери. – Ты что? Это наш преподаватель Ньяр Ольсен!

– Клементина Лопес?! – выкрикнул эльф, но остановился. – Это ты?

Посетители кафе с интересом поглядывали на наш столик, ожидая представления. Учитель явно был личностью известной, и народу хотелось подробностей.

Ответ леди Клементины потряс нас с мамой и даже заставил замереть в ожидании развития ситуации.

– Я! Трусливый остроухий! – Оборотница поднялась, не сводя с мужчины презрительного взгляда. Кулаки ее сжались, а на белокожих запястьях пробилась шерсть.

– Мамочка, – недоуменно прошептала Сельма. Похоже, даже зная характер своей родительницы, девушка была в шоке.

– А ты все такая же, – усмехнулся Ньяр и сделал шаг в нашу сторону. Смелый.

– Сели, детка, посмотри на это дерьмо и запомни: никогда не связывайся с остроухими. Лучше оборотень твоей стаи или человек, чем эти отмороженные красавцы. Стреляют не холостыми, но пустые как дерево.

Стреляют? Это она про что?

– Ньяр Ольсен – мой отец? – потрясенно произнесла догадавшаяся Сель. – Он?

На секунду тишина воцарилась во всем кафе. Потрясенные посетители смотрели на нас, а решительная леди Клементина на свою дочь.

Я видела, как по лицу мамы пробежала тень. Да, не все речевые обороты других рас хороши, но менталитет есть менталитет. Наша культура тоже не всем по вкусу. А естественность нынче в моде.

– Он, детка. И я смотрю, такая же сволочь, как раньше.

Шок и занавес.

– Леди Эмма, прошу меня извинить, – спохватилась оборотница, осознав, что они с эльфом не одни. – Это отец моей девочки. Сбежал, узнав, что я забеременела.

Настала очередь графини Эммы с возмущением и презрением взглянуть на Ньяра Ольсена. Мамочка всегда умела без слов заставить собеседника почувствовать себя полным ничтожеством.

Глаз физкультурника задергался. Но он товарищ упорный. Прежде чем исчезнуть, нагло заявил:

– Не говоря лишних слов, Клео, ты всегда была резка и порывиста. Не хочешь общаться – не надо. Но что бы ты сейчас ни сказала, я вижусь с нашей дочерью каждый день. И это мне нравится.

Эльф развернулся и ушел, насмешливо сверкнув зелеными глазами.

– Он не выглядит проигравшим, – заметила леди Клементина, усаживаясь на место. Руки женщины вернули свою гладкость и белизну, но сама она по-прежнему злилась. Это было заметно по чуть подрагивающим пальчикам.

– Официант, бутылку тасванского. Есть такое? – потребовала мамочка, а оборотница кивнула.

У матерей нашлась своя тема для разговора, и нам следовало уйти. Я попрощалась и увела с собой шокированную Сельму. Но от родительниц мы решили не отставать. Купили в ближайшей лавке клюквенный морс, выпили его, а в опустевшую бутылку залили красное сухое вино, приобретенное там же. Вместе с коробкой пирожных в бумажном пакете покупка выглядела вполне невинно. На входе в академию проблем не возникло. Мы девушки не буйные, сумели употребить только половину. Вторую приберегли на другой случай.

– Сель, как ты? – поинтересовалась я, когда мы улеглись по кроватям.

– Знаешь… нормально. Я ведь чувствовала интерес Ньяра и то, что он не совсем мужской. Думала, дело в моих успехах.

– Ты хорошо бегаешь. Лучше всей нашей группы.

– Это так… Только как теперь ходить к нему на занятия? Я же буду думать, что этот самый остроухий – мой папандр? Дерьмо, как сказала мамочка.

Я зажала рот, чтобы не хихикнуть.

– Ну… ты же из-за этого не бросишь академию?

– Нет, конечно! Амели, я же не рухнула с дуба.

– Тогда без вариантов. Ходишь на физкультуру и занимаешься, как раньше.

– Умеешь ты успокоить, – проворчала волчица, и спустя какое-то время я услышала ее ровное дыхание.

Сама же еще долго лежала и пялилась в окно, рассматривая тонкую пелену облаков, попадающих на лунный диск. Причудливые формы серой субстанции отчаянно напоминали то крылья дракона, то хвост. Странное видение, если учесть, что я никогда не видела, в кого превращается Дальберг. И надо такому случиться, что после нашего разговора Кристен не сделал ни одной попытки помириться. Хотя я часто его видела в окружении все той же компании.

Это не задевало, а лишь подтверждало прежний вывод – не так-то и дорожит этим знакомством дракон. Скорее, ему было просто любопытно. Достаточно вспомнить день нашей первой встречи, и все вставало на свои места. Странно, что в тот момент Дальберг показался мне обычным и не особо привлекательным. Теперь многое изменилось. Но это не могло повлиять на мое решение держаться от него подальше.

Так бывает.

Глава 15

– Сель, помоги, – попросила я подругу и повернулась к ней спиной. Самой было неудобно застегивать жемчужное ожерелье, привезенное по случаю бала.

Мама много чего захватила в тот день, в том числе и два платья на выбор. И как бы я ни хотела прийти в белых кожаных штанишках и блузке в тон, решила настолько не отходить от привычных нарядов. И потом, я всегда любила красивые вещи, так почему бы ими не воспользоваться. Бал все-таки, а не учебный день.

– Амелия Илларис, боюсь, мне не с кем будет танцевать, – рассмеялась подружка, намекая на серебристый оттенок моего платья. – Все сбегутся к тебе.

– Скажешь тоже, – отмахнулась я, сомневаясь в этом и, главное, нисколечко не желая подобного исхода. Ужас, когда к тебе очередь, а вокруг ненавидящие лица девиц. Страшный сон! – Я в курсе, что ты дала согласие Рею Норману, а потому не рисуйся. И потом, ты в ослепительно-красном платье, а это многое значит.

– Да. Мой отчим вождь клана, поэтому я имею право носить красный цвет. Разве у вас в Тасване не так?

– Не совсем. Правители предпочитают золотой.

– А, это понятно! Власть и золото. Естественно, – прощебетала оборотница.

Сельма Лопес не видела мой второй наряд. Черного цвета, расшитый алыми и золотыми нитями, он мог привлечь поклонников и завистников, что только помешало бы учебе. Нежеланный эффект для того, кому не нужно пристальное внимание. Цвет – дань далекому темному предку, родство с которым ни мама, ни я, ни даже бабушка или братья с отцом предпочитали не демонстрировать открыто. Зачем сейчас родительница решилась на это, непонятно.

– Амели, ты уверена, что хочешь танцевать первый танец с Морганом? – неожиданно поинтересовалась подруга. Мы посмотрели друг на друга через зеркало, и я понадеялась, что Сель не заметит тени, пробежавшей по моему лицу.

– Уверена. Я обещала. А если ты о Дальберге, так он позабыл про меня. Разве это не очевидно? – пожала плечами, вспомнив, как вчера вечером дракон прошел мимо в столовой и даже не взглянул на меня. Это ли не доказательство.

– Возможно.

Подруге оставалось только согласиться. А я не стала развивать тему. Что толку переливать из пустого в порожнее. Гораздо интереснее была та атмосфера, в которую нам предстояло окунуться.

И ожидание оправдало все надежды.

Мы вышли из комнаты и направились в огромный зал. Множество народа в широких замковых коридорах объяснялось просто – никто не рисковал на каблуках пересекать двор, особенно после дождя. Веселые разговоры, долетающая до нас легкая музыка – все это навевало особую атмосферу, которая дарила эйфорию и ожидание чуда. Мне хотелось чего-то необыкновенного, и это непременно сбудется!

– Смотри, вон твой Морган с дружками под дверями зала отирается. Заждался, а ты опаздываешь, – съязвила оборотница. – Смотри, как вырядился.

– Еще пять минут до начала, – напомнила я и улыбнулась уголками губ.

Блондин действительно выглядел великолепно: черный камзол, расшитый по обшлагам рукавов и воротнику-стойке серебристо-синей нитью, черные брюки и лакированные туфли. Сейчас он выглядел лучше, чем наши ровесники на балах в Тасване. Но ничего особого между нами не было. Мы практически не виделись. И лишь три дня назад Алекс поинтересовался, не намерена ли я изменить свое обещание пойти с ним на бал и подарить первый танец. Я не возражала, потому что все это время отказывала своим однокурсникам. Едва не поссорилась с Реем Норманом, решившим, что на бал я обязательно должна пойти с ним. Волчий темперамент с трудом удалось усмирить.

– Амелия, ты прекрасна, – произнес Алекс, едва мы поравнялись с ним. – Сельма, ты тоже отлично выглядишь.

Можно считать, что не зря несколько часов провели в подготовке и комплименты честно заслужили. Но я только снисходительно улыбнулась, понимая, что это всего лишь вежливость и не больше. Интересно, сегодня продвинусь хоть на шаг к раскрытию тайны или нет?

– Благодарю, Алекс, – улыбнулась подружка и упорхнула к шагающему навстречу Рею.

Я заметила внимательный взгляд вервольфа, брошенный на меня. Но этим староста и ограничился. Зато компания Моргана окружила нас кольцом и принялась развлекать.

Оказавшись в зале, я не сдержала улыбки. Кленовые листья и алые гроздья рябины и калины красивыми мазками украшали стены и колонны. Казалось, что вокруг нас лес, а не зал академии. А под самым потолком висели сверкающие магические шары, заменяющие солнце или свечи. Это мало походило на оформление привычных мероприятий, а потому привлекало. Казалось, что даже воздух вокруг был пронизан предвкушением прекрасного.

Неожиданно в шее закололо, и я повернулась… Поймала настороженные взгляды свиты Дальберга. Но сам дракон на меня не смотрел. Он был занят очередной красавицей, кажется с четвертого курса. В груди неприятно кольнуло, и я тут же отвернулась. Столько отталкивала его, и вот он, результат. Но почему душа страдает? Непонятно.

– Амелия, смотри внимательнее. – Алекс выдвинулся на полшага вперед, загораживая вид на компанию дракона. – Сейчас Армин будет выступать перед нами, а потом танцевать. Интересно, кого из преподавательниц он выберет на этот раз.

Алекс взял мою руку и положил себе на сгиб локтя. Ощущение близости именно этого человека вызвало раздражение, но я погасила его в зародыше. Уймись, Амелия Илларис. Ничто не должно помешать твоей миссии по спасению семьи.

Стоило Моргану сказать о ректоре, как тот появился у стены. И не просто так, а на постаменте, который неожиданно начал расти и поднялся едва ли не на три метра от пола. Армин окинул взглядом зал и начал речь:

– Адепты! Прежде чем открыть ежегодный осенний бал, хочу напомнить о правилах академии. – Ректор сощурился, снова оглядывая притихших присутствующих, словно заранее подозревал их в чем-то противоправном. Думаю, неспроста. – Если завтра хоть кто-то не явится на занятия, исключу! Вы рады?

О, какое необычное вступление! А лицо Армина после произведенного эффекта стало счастливым. Наверняка профессора и магистры мысленно вторили словам начальства, словно это была действительно хорошая и актуальная шутка.

– Так всегда бывает? – шепотом спросила я.

– Почти, – усмехнулся Алекс, склонившись к моему уху. Его дыхание вызвало щекотку, но не взволновало. – Не переживай, это ненадолго.

Я кивнула, решив не отвечать. Мне показалось, что в этот момент Армин посмотрел именно на меня, и его густые брови слегка вздернулись от удивления. Оно и понятно. Не угадал вездесущий ректор насчет дракона.

– А теперь, мои нетерпеливые маги, открываем бал! И первая, с которой сегодня я танцую…

Все затаили дыхание. Я с интересом рассматривала преподавательниц, которые ждали выбора. И надо заметить, дамы были одна краше другой. Если чей-то возраст из-за магии практически не угадывался, то три вполне даже молоды по естественным причинам. Вот интересно, Армин нарочно тянет этот момент или теряется в выборе? Скажите, пожалуйста, какой разборчивый. Надо было жребий бросать. Магичкам. И только я хотела свой ехидный совет прошептать Алексу, как неожиданно раздалось:

– Амелия Илларис!

Удивленный вздох прокатился по огромному залу, а сам ректор на мгновение выпал из поля моего зрения. Морган окаменел. Это и отвлекло от замолчавшего Армина.

– Мне послышалось? – шепотом поинтересовалась я у прокурорского сына.

– Нет, – односложно ответил Алекс.

– А отказаться могу? Сославшись на тебя?

– Нет, Амелия. Мне не отказывают, – нагло заявил внезапно оказавшийся рядом ректор.

Он протянул руку, и не оставалось ничего другого, как принять ее. Правда, Алекс успел отпустить меня, что задавило ощущение вины.

– Второй и третий танец твой! – шепнула я Моргану.

Быть центром внимания целой академии – это еще то удовольствие. Сомнительное. Армин оказался умелым танцором, и рука, уверенно прикоснувшаяся к моей талии, не нарушила правила этикета ни на сантиметр. А стоило музыке заиграть, как мои заторможенность и нерешительность куда-то делись. Я никогда не попадала в подобные ситуации, но мамина школа и прошлые балы сделали свое дело. Ректор подмигнул мне, а дальше началась сказка. Мы не двигались, а плыли, покоряя пространство зала. Адепты стояли разинув рты и безотрывно смотрели в нашу сторону. Чую, до самого Нового года не улягутся сплетни и разговоры. Но, несмотря на непростые обстоятельства, происходящее нравилось. Армин отлично танцевал, а это не могло не радовать. В какой-то момент вокруг нас начали кружиться и другие пары, образуя красочный вихрь.

– Расслабься, Амелия. Я не кусаюсь, – пошутил ректор, выдернув меня из мыслей.

– Зачем вы это сделали? – спросила шепотом, с трудом подавив улыбку.

– Дальберг стоит у трибуны, захотелось позлить наглого дракона. Посмотри на него, только осторожно.

Я посмотрела – и встретилась со жгучим, ненавидящим взглядом Кристена. Он смотрел на меня так, будто я совершила страшное преступление. А осознав, что поймал мой взгляд, тут же обнял свою подружку и потащил ее танцевать.

– Пустое, господин ректор, – отмахнулась я, стараясь вложить в свой голос как можно больше показного веселья. – Нет между нами ничего. Разве вы не видите?

– Скажи, Илларис, много ли ты встречала в своей жизни драконов?

– Немного. Но общалась только с этим. А почему вы спрашиваете?

– Запомни мои слова, девочка. Все еще впереди, – хищно оскалился Армин, и я впервые задумалась, почему рядом с ним нет спутницы. Может, скрывает или она вовсе не из магов? Интересный мужчина, ровесник моего отца, ректор казался настоящим знатоком женской натуры. Но даже в правилах есть исключения, и наш с Кристеном случай явно тому доказательство. Разуверять Армина в чем бы то ни было я не стала. Мы взрослые люди, и все равно каждый остается при своем мнении.

Многозначительно улыбнувшись ректору, я с радостью отдалась чарующему танцу. А когда он закончился, маг поблагодарил меня и скрылся в толпе адептов. Уф, наконец-то!

Я заметила вдалеке Оливера, затем Элфи. Помахала им, но мешать не стала. Братцы отчаянно флиртовали, а я могла только отвлечь их от охмурения девиц. Хотя… судя по сцеживающему зевок в кулак Элфи, кто кого охмуряет, еще вопрос.

– Вот ты где! – воскликнула я, обнаружив Алекса в компании его однокурсников.

– Хорошо двигаешься, – заметил парень.

От него пахнуло алкоголем. Но запах был не сильным, а если судить по лицу адепта, так и вовсе незаметно, что выпил. И я расслабилась. В конце концов, слабоалкогольное шампанское разрешалось употребить. Главное, не переборщить. За последним здесь строго следили призраки и немедленно докладывали ректору или Фердинанду.

– Надеюсь, ты не передумал со мной танцевать?

Алекс не пытался стать мне кем-то большим, и я не стремилась к этому. Но даже такого, как Морган, обижать не хотелось. Дело даже не в миссии, а в самом факте.

Эх, что-то я становлюсь сентиментальной. Пора избавляться от этого, семья важнее всех симпатий.

– С тобой? Амелия Илларис, сегодня ректор назначил тебя звездой этого бала, и если я упущу такую возможность, то на моем месте тут же окажется кто-то другой. Как думаешь, я похож на идиота?

Я посмотрела вокруг с недоверием… И тут же поймала заинтересованные взгляды адептов, направленные исключительно на меня. Вот как…

– Это что, примета такая? Потанцуй с той, что выбрал ректор, а потом весь год будешь учиться хорошо?

– Что-то вроде того, – усмехнулся Алекс, увлекая меня в центр зала.

Двигаться Морган умел, но до Армина ему как до луны ползком. И все же я получала удовольствие от танцев. Плавно двигаться, подпрыгивать, ускользать из рук и снова возвращаться к партнеру – все это мне нравилось. И сейчас я словно вернулась в привычную обстановку. Сельма тоже не отставала и кавалеров меняла как перчатки. Даже Элфи отметился рядом с волчицей, что вызвало интерес. Это он из любопытства решил разузнать обо мне или дело в самой Сель?

– Может, шампанского? – поинтересовался Морган, стоило одной мелодии угаснуть, сменившись другой. Глаза мага светились, ловя отблески мерцающих повсюду огней. Происходящее нравилось всем, а восторг без труда угадывался на довольных мордашках адептов и адепток.

Мой партнер подхватил со стоящего в стороне столика два бокала и один вручил мне. Пила я медленно, растягивая удовольствие от лопающихся во рту пузырьков. Алекс опустошил свой бокал буквально залпом и взялся за второй.

После короткой передышки начался следующий танец, а после еще и еще. Один раз я потанцевала с Норманом, но затем Морган снова взял меня за руку. И это едва не спровоцировало конфликт.

– Она со мной! – немного жестко заявил Алекс, пытаясь привлечь меня к себе. Не вышло. Норман с другой стороны не желал меня отпускать.

– Мы еще не закончили! – Рей обладал силой не только человека, но и зверя. И, несмотря на то что был первокурсником, чувствовался перекос. Только Морган опытнее, все-таки третий курс.

Происходящее меня возмутило.

– А ничего, что я тут? Вы меня сейчас напополам разорвете! – фыркнула и выдернула руки.

Докатилась! Никакой культуры, сплошные самцы. Случайно поймала удовлетворенный взгляд Оливера и поняла, что меня пасут. Тискают девчонок, а за сестрой все равно присматривают. Хмыкнула, посмотрела на двух замолчавших парней. Мне срочно требуется перерыв. Ото всех.

– Ну вы пока разбирайтесь, я пошла.

– Куда? – слаженно отозвались Алекс и Рей. Переглянулись. Скорчили друг другу суровые рожи.

– С братом поболтаю. Вон он на меня смотрит.

И поспешила сбежать. Только путь мой лежал вовсе не к Элфи. Зачем отвлекать братцев от приятного времяпровождения. Смеясь и уворачиваясь от попыток меня поймать и увлечь в танце, я пробралась на балкон. Ночная прохлада ласково коснулась лица, шеи, оголенных рук. Я радовалась возможности улизнуть от шума и точно знала, что вернусь туда. Привычный ритм жизни в академии наскучил, и этот бал казался приятной новостью. А что касается поведения Рея и Алекса… Не с ними, не с ними я сегодня могла бы танцевать. Несносный дракон все еще вызывал в душе непонятную тоску и досаду. Это же надо, так повезло мне. Неприятно было видеть его с нагловатого вида красавицей, но то обычная женская ревность. У кого-то к более модному платью, изящным туфелькам, а у меня к девицам дракона. Пройдет, я уверена.

* * *

Где-то под балконом рассмеялась парочка, то и дело доносились обрывки разговоров, не смолкала музыка. Огромные стрельчатые окна зала светились, отражая силуэты танцующих адептов. Мне непременно хотелось дождаться салюта. Почти уверена, что в академии магии он самый необыкновенный из увиденных мной. Я улыбнулась, уже собираясь вернуться обратно, как вдруг поняла: за спиной кто-то есть.

– Вот где ты спряталась, – раздался чуть хриплый голос Моргана, от которого я вздрогнула. Непонятная тревога кольнула в груди, и я постаралась дать мозгам парня нужное мне направление:

– Я слышала, после бала будет салют. Его можно сравнить с нашими в Тасване?

– Нет. Тут все иначе, – поддержал меня маг и криво улыбнулся.

Я перевела дыхание и тут же с неудовольствием отметила, как Морган стал еще ближе. Мы практически касались друг друга, остались какие-то несчастные пять сантиметров, и ткань моего платья сольется с одеждой боевика. Но главное – запах алкоголя, который стал еще более заметным. Не желая сдерживать свое отношение к происходящему, поморщилась, что не укрылось от собеседника.

– А скажи-ка мне, Амелия Илларис… – голос Алекса перешел на шепот. Наглый такой, самоуверенный.

Маг прихватил рукой мой подбородок и заставил поднять голову, чтобы взглянуть в глаза. Да, пьян. Это видно по странно блуждающему по моему лицу взгляду, по непривычной мимике. Казалось, он думает о чем-то неприятном, и содержание мыслей мне заранее не нравилось.

– Отчего твои родители в опале?

– Что?

Я попыталась не показывать страх и тот холодок, что неприятно прополз по спине. Он знает, он все знает! Еще недавно пробивавшаяся симпатия мигом увяла на корню. Сейчас передо мной стоял противник, хоть и адепт. Морган сильнее и опытнее меня, но сдаваться… Никогда!

В ту же секунду его губы прижались к моим, а язык попытался раздвинуть их, чтобы проникнуть внутрь. Алекс продолжал удерживать мою голову, что только ухудшило положение. Такой наглости и бесцеремонности по отношению ко мне еще никогда не проявляли. Даже не думала, что кто-то попытается провернуть подобный номер! Но я не была бы Амели Илларис, если бы простила и спустила вольность с рук даже прокурорскому сынку. Тошнота подкатила внезапно, что не укрылось от Моргана. Тяжело дыша, он отпрянул…

И тут же получил кулаком прямо в глаз. Со всей моей силы и ненависти, на которую я только была способна. Пощечина, говорите? Нет, это не для девушки, имеющей старших братьев. Только удар, даже если после него стало больно самой и в руке что-то подозрительно хрустнуло.

Я не успела прижать ноющую кисть к груди и оценить реакцию Моргана, как внезапно на нас налетел ураган по имени Дальберг. Он отшвырнул блондина с такой силой, что тот перелетел через каменный парапет балкона, заодно сбив вазоны с цветами.

Задержала дыхание, осознавая, что все! Конец Моргану, и обвинят в этом именно меня. По крайней мере, прокурор так точно дознается, из-за чего все произошло. Перед глазами промелькнуло все семейство Илларис, которое грустно и с укором смотрело на меня сквозь решетчатые окна полицейского электромобиля.

– А-а-а! – раздался стон снизу, и я перегнулась через парапет, стараясь рассмотреть Моргана. Отвращение вкупе со страхом, а еще радость, что мерзкий блондин жив, привели меня в чувство. Гад, какой же он гад! Сволочь первостатейная.

– Ты его ударил! – Я обвиняюще ткнула пальцем в грудь дракона, позабыв поблагодарить за спасение. В крови бурлила обида на самого Кристена и весь мужской род, вместе взятый. Близость Дальберга волновала, поддерживая мой костер безумств.

– Ты его тоже ударила. И что с того? – с кривой усмешкой, не скрывая собственной ярости, поинтересовался дракон. Глаза сверкали ледяной злостью, словно я была центром его бед и неприятностей. – А еще раньше – меня. Помнишь?

Помню ли я нашу первую встречу? Да каждый день, проведенный вместе! Но тебе, несравненный островитянин, знать об этом ни к чему.

– Нет.

– Амелия, что тут происходит? – обеспокоенный голос Оливера заставил закрыть рот, из которого уже рвались неприятные слова. Я проглотила их, не желая посвящать братцев в ситуацию с Кристеном. Это личное.

Почему следом к нашей компании присоединился Элфи, даже предположить боюсь. Пришлось перестать буравить взглядом напряженного дракона и обратиться к любимым родственникам.

– Вы что, и тут за мной следите?

– Мы тебя защищаем. – Уверенным привычным движением Оливер попытался задвинуть меня к себе за спину. Он всегда так делал на правах старшего брата. Как, впрочем, и Элфи, тоже протянувший ко мне руку…

Дракон скептически скривил красивые губы, и я не выдержала. Взорвалась:

– Защищаете? От кого? От него? – снова ткнула пальцем в широкую грудь Кристена, и это принародное действо принесло удовлетворение. Скрытую радость. Сама не поверила собственным ощущением. Да и некогда было, меня несло. – Или от него?! – Палец ткнул вниз, за парапет. Туда, где все еще слышался треск кустов и ругань Моргана.

Гордо вскинув голову, направилась прочь. Задерживать Илларисы меня не будут, а дракон и подавно. И все же я не была неблагодарной. Остановилась и обернулась, с удовлетворением заметив внимание молодых мужчин к своей персоне.

– Кристен, спасибо!

И вот теперь, под наблюдением дракона и изумленных братьев, направилась в зал. Ушла ли я к себе? Ни за что! Рей, Дарк, Гард, снова Рей… Я кружилась со всеми, кто приглашал танцевать. Плакать в уголке? Это не по мне.

Скоро оба брата тоже подхватили каких-то девиц и продолжили отдых. Морган все-таки выжил, но в центр зала уже не лез, топтался со своими друзьями в стороне. Это радует. А касаемо братцев… Вот интересно, с будущим мужем они мне дадут сходить на свидание? Или так и будут кружить как наседки, боясь, что цыпленка потопчет коршун?

Отчего-то в моем видении на месте жениха оказался Дальберг. И, словно нарочно, тут же возник передо мной на самом деле. Но не один, с кем-то из близняшек. Та светилась от радости, а заметив меня поблизости, положила голову на грудь дракона…

Я сделала вид, что не заметила, и едва не ухватила за рукав проходящего мимо ректора. Удержалась, спрятав руки за спину.

– Господин Армин, может, потанцуем?

– Отчего же нет, Илларис, – расплылся в многозначительной улыбке ректор, протягивая мне руку.

Не знаю, как на это реагировали братья или драконы. Вечер удался во всех смыслах, а что до Моргана, то что-нибудь придумаю.

Не самая оригинальная идея появилась буквально через неделю, когда после посещения часовщика Гилмора я случайно наткнулась в городе на Алекса. И было это весьма занятно.

Глава 16

– Сельма, ты… тренироваться?

– Нет, – без тени иронии отозвалась волчица. – У меня свидание.

– Ого! С кем?

Прямолинейность подруги уже не удивляла.

– Он… – Неожиданно она замялась, на щеках выступили пятна. – Человек.

– Нормально. А кто? С нашего курса?

– Нет. И даже не с одного факультета, – призналась Сельма, чему-то усмехнувшись. – Но мне нравится.

– Я его знаю?

Заинтересованно посмотрела на подругу. Что-то недоговаривает она. По лицу вижу. И смущение непривычное.

– Встречались… – уклончиво ответила Сель и отвернулась. Принялась рыться в вещах, бракуя то один, то другой наряд.

– Ты говоришь так, – я рассмеялась собственной глупой мысли, – словно идешь на свидание с одним из моих братьев.

Она покраснела. Не щечки подернулись румянцем, а густо, словно оборотницу натерли свеклой.

– С кем? – спросила я и сглотнула. Не подумайте, мне совершенно не жалко братцев. Просто неожиданно!

– С обоими, – честно ответила Сельма, решив вдогонку еще и оправдаться: – Я просто не знаю, кого выбрать! И… что надеть.

Я как рыба открыла рот, потом закрыла… А раз так… Тоже вариант…

– Сель, ты ведешь себя как влюбленная девчонка. Не проще надеть штаны и блузку?

– Фух! Ты меня очень выручила! – вздохнула оборотница. – Я так и хотела, а потом засомневалась. И, Амели, ты ничего не подумай, никаких групповух! Мы просто вместе погуляем. Хочешь, пошли с нами.

– Ну уж нет, разбирайтесь сами. – Я кривенько ухмыльнулась. – У меня на сегодня планы.

– Оливер сказал, что будет неплохо, если ты с нами пойдешь.

– Извини, у меня свои дела. – Я натянула улыбку. Решили, что таким образом будет проще проследить за мной?

– Я так и думала. – Расстроенной Сельма не выглядела.

– Вы во сколько встречаетесь? – на всякий случай поинтересовалась я, не желая пересекаться с любимыми братцами.

Боюсь, после случившегося на балу мне не отвязаться от излишней опеки.

– Через часик. Как думаешь, какие брюки?

– Надень новые кожаные. Малиновые.

– Ты так считаешь? – Подружка с сомнением распахнула шкаф. – А впрочем, отличный выбор.

Сама я тоже надела плотно облегающие кожаные брюки, такой же жилет и темную блузку. Сельма одевалась и одновременно наблюдала за мной.

– Знаешь, вроде все черно, а вышло классно, – заметила она, глядя, как я подвожу глаза.

– Спасибо.

После этого я отправилась к часовщику. Но если вы думаете, что свидание Сельмы и Илларисов стало событием номер один за этот вечер, то глубоко ошибаетесь.

– Приду, конечно приду, – пообещала я, глядя на расплывшегося в улыбке часовщика, провожавшего меня до дверей магазина. – Пирожные с меня. И даже не спорьте!

По какой-то неведомой причине жена Гилмора прониклась ко мне особой нежностью и пыталась опекать. Я не из тех, кто поддается подобному влиянию, но обижать женщину не хотелось. Семейство решило пригласить меня на чаепитие в грядущий выходной. Отказать не посмела. Может, позвать братцев? Им этот адрес тоже известен, только заглядывали сюда они всего лишь раз.

– Мотылек, – произнес часовщик, хитро улыбнувшись.

Но тут в магазин вошла молодая простолюдинка, и приветливое лицо Гилмора превратилось в хищную маску. Он точно знал, кто явился, и, возможно, ждал. Я поразилась такой перемене и поспешила удалиться. Не покидало ощущение, что посетительница пришла именно по личному делу, а не за часами с кукушкой. Вникать в эти опасные дебри очень не хотелось.

Зажглись вечерние фонари Сен-Кервилла, и я решила взять экипаж. Близость зимы все больше напоминала о себе ранней темнотой за окнами и холодом, от которого я очень страдала. А еще повсюду виделся силуэт Кристена. Он преследовал меня во сне и наяву. Это мучило и в который раз подтверждало слова ректора. История не закончена. Но я надеялась, что избавлюсь от боли и того ожидания, что иногда билось раненой птицей в груди. А кроме того, все больше уверялась в собственной догадке: мое стойкое притяжение к дракону – это тоже наследие далекого предка, чья судьба навечно связана с Илларисами.

– В академию? – поинтересовался притормозивший рядом извозчик.

– Туда, – согласилась я, из кареты успев взглянуть на окна магазинчика Гилмора.

Часовщик и незнакомка склонились над прилавком, что-то рассматривая. Насколько я помнила, там располагались дорогие модели часиков. Сомневаюсь, что они по карману этой девице.

Карета дернулась. Я отвернулась, устало рассматривая улицы Сен-Кервилла, освещенные магией. Красивое зрелище. А в комнате меня ждут домашние задания… Вздохнула, вспоминая сегодняшний день. Физкультура… После памятной встречи леди Клементины с Ньяром Ольсеном подруга отказалась участвовать в соревнованиях. Эльф пытался давить на нее, но безуспешно. Сельма перестала посещать дополнительные занятия. И если Ольсена это и злило, то он никак не проявлял недовольства. В то же время нельзя было сказать, что мужчина равнодушен к молодой оборотнице. Теперь он перестал называть Сель по фамилии. Только имя. Словно иное было неприятно остроухому. А еще я заметила, как подруга незаметно наблюдает за ним. И чем это закончится, мне непонятно.

Лишь бы академия устояла.

– Благодарю, – произнесла я, расплатившись с извозчиком.

Не успела карета отъехать от академии, как из дверей выскочил Алекс. С того памятного дня мы встречались несколько раз. И делали вид, что совершенно незнакомы. Друзья мага недоумевали и подмигивали мне. Я тоже с ними здоровалась, но и только. Сейчас Морган промчался мимо, вскочил на подножку…

– Сен-Либэрти, – глухо бросил он извозчику.

Карета тронулась и уже отъехала, а мне казалось, что сквозь заднее мутное стекло за мной наблюдает Алекс Морган. И я поспешила в академию.

Сен-Либэрти… Что-то очень знакомое.

Название вертелось в голове, и ответ пришел быстро. Именно на этой улице располагался бордель, мимо которого мы с Сельмой имели неосторожность пройти. Все понятно. Моргану нравятся доступные девушки с пониженной социальной ответственностью. Правильный выбор, если учесть, что за его деньги вряд ли кто ударит кулаком в глаз. Хотелось ли мне извиниться за свой поступок? Не-а.

Не успела я войти в свою комнату, как поняла: там кто-то есть. Не поверив самой себе, распахнула настежь дверь…

– Сель, ты рано, – удивилась я, глядя на довольную подружку. И не удержалась от иронии: – Как все прошло? Братцы не наглели?

– Купили нам с тобой пирожных. Пошли пить чай.

– Нам? Или тебе? – Я хитро улыбнулась, скидывая у порога сапожки.

– Нам. И хватит острить. Лучше скажи, ты ходила на свидание с Дальбергом?

– С чего ты взяла? – Мне стало смешно. Нервное, видимо.

– Когда ты направилась к воротам, я видела, как он шел за тобой. Или показалось…

– Показалось, – как можно равнодушнее ответила я и направилась на кухню. Там на самонагревной плитке уже закипал ароматный чай. – Или шел по своим делам. Мы не встретились, если ты намекаешь на это. И хватит про дракона. Что там с пирожными? Ну-ка, оценим, насколько братцы расщедрились.

Я постаралась сменить тему. Не сказать, что было неприятно узнать об этом. Только драконы народ своенравный, и пока логика Дальберга мне непонятна. А раз так, то следует выбросить из головы лишние мечтания и заняться вкусняшкой.

– Ммм, а братцы не поскупились. В следующий раз тоже не отказывайся. Нам с тобой слаще жить будет, и деньги целее.

– Какая ты коварная, Амели! – рассмеялась волчица.

– Что поделать.

Мы засиделись допоздна. Сначала чай, потом домашнее задание. После снова чай. Усталые, завалились спать. А ночью я проснулась, долго ворочалась, вспоминая события прошедшего дня. И как итог – идея, неожиданно пришедшая в голову. О том, как вывести Алекса Моргана на чистую воду.

* * *

Второй этаж мужского общежития – это еще та цель. Стоит ли говорить, я из кожи вон лезла, чтобы туда попасть. Три раза за прошедшую неделю была в гостях у братцев, изучала расположение коридоров и местные порядки. Интересовала исключительно комната Алекса Моргана. Ее расположение относительно жилья родственников было не очень удачным. Но иного варианта нет.

Целую неделю я ждала этой возможности, даже пришлось подкинуть идею Оливеру и Элфи насчет чудесной прогулки по городскому парку. Думаете, просто так? Нет, все ради исполнения своего безумного и в то же время коварного плана. Моя схема в любой момент могла лопнуть, и я сделала все, чтобы план не дал сбой. Я отправляюсь в общежитие к братцам, зная, что их нет на месте. В это время они идут гулять с Сельмой, ни о чем не подозревая. Затем каким-то образом мне нужно переместиться в комнату Моргана, будучи уверенной, что он утопал в бордель и в ближайшее время не появится.

Все это было непросто связать, а еще труднее воплотить. Хорошо, что дружба с Гилморами помимо морального удовлетворения имела и другие плоды. Те самые, в которые я не хотела посвящать родных. Очень, очень нужное приобретение из разряда высшей магии.

На дверях мужского общежития установлена магическая защита против женского появления в несанкционированное время. Проще говоря, чтобы девчонки не ходили ночью в гости. То же самое относительно парней в женском общежитии. А так как я уже была в гостях у братцев, плюс время посещения далеко не ночь, то и проблем с доступом не возникло. Я нацепила деловой вид и потопала по знакомому каменному коридору в сторону комнаты Илларисов. Кто-то меня узнавал, махал рукой, кто-то оценивал многозначительным взглядом. И как ни старалась одеться неброско, не помогло. Маги народ любопытный, по себе знаю.

Постучав для порядка в комнату братцев, сделала расстроенное лицо и пошагала обратно. Но свернула в коридор, где была комната Моргана. Иллюзия легко отозвалась на мой призыв, и никто не обращал внимания на неказистую девушку.

Расположение комнаты Моргана я знала, он сам мне показывал. Окна напротив мохнатой елки запомнить было нетрудно, по окнам и вычислила.

Достав артефакт-блокиратор магии, я прислонила его к замку в двери Алекса и с удовлетворением услышала характерный щелчок. Гилмор сказал, что всего пять секунд на возможность куда-либо пройти или спрятаться от погони. Часовщик не знал, зачем мне такое чудо, но отказывать не стал.

Спросил только:

– Амелия, ты хочешь…

– Очень нужно, – кратко охарактеризовала я свою просьбу, не желая распинаться, по какому поводу. – Верну в течение недели. Можно?

– Три дня. Бери, – кивнул Гилмор, вручая маленький артефакт в форме паучка.

– И даже расспрашивать не будете?

– А смысл? Вдруг соврешь. Обоим будет неприятно.

– Вы правы, – призналась я и по-доброму улыбнулась.

Все-таки нужные у папеньки знакомства.

Алекс жил в комнате один, поэтому я не боялась встретиться здесь с кем-то еще. Рисковала? Безусловно.

Свет решила не зажигать, надеясь на свет луны и своего фонарика.

Толкнув дверь, я шмыгнула в комнату и едва не лишилась дара речи, уже собравшись запустить в стену простенький пульсар. Там, над кроватью, висело изображение самого Моргана крупным планом. А по бокам оружие: меч и пара ножей. Мужественный вид боевика и грозное выражение лица впечатляли. Но только не меня… Несомненно, сам себе маг очень нравился. Но чтобы над кроватью… Я прыснула от смеха и зажала рот ладошкой. Самолюбование парней никто не отменял.

Магический контур двери восстановился, проинформировав об этом тихим звоном.

Неожиданно что-то стукнуло с улицы, и я подпрыгнула, ухватившись за сердце. Посмотрела на окно и едва не выругалась. Напротив действительно росла елка, а ее мощные зеленые лапы касались стекла. На всякий случай показав кулак плакату Моргана, я принялась осматриваться. И где искать этот самый компромат, о котором я и понятия не имею?

Сколько времени я провела в поисках, сама не знаю.

Полка с книгами, шкаф с вещами (только не копаться в них!), письменный стол с ящиками… Последний был очень похож на наш с Сельмой. В своем мы нашли самодельный тайничок (пафосное послание будущим адептам от выпускников). Не надеясь на удачу, встала на колени и залезла рукой под нижний ящик. Пальцы нащупали лунку…

И кто так прячет? Какой идиот? Знаю какой: самонадеянный. Незнакомый с творением контрабандистов.

Завернутое в бумагу нечто было настолько мало, что я доставала его очень осторожно, боясь не потерять. А когда развернула, то не сразу поверила собственным глазам. Маленький камень в форме слезы напоминал умело ограненный бриллиант. По сути, он и был им, только в сто, тысячу раз дороже. Та самая легендарная драгоценность.

Слеза Дракона бесценна.

Она рождается в муках маленького дракона и оттого имеет черный цвет. Каким образом появляется этот бриллиант, лучше не знать. Но сила всплеска магии в тот момент такова, что соленые брызги глаз дракончика застывают, образуя камень власти, способный незаметно влиять на ум. В результате владельцу камня не нужна магия, к нему и так будут прислушиваться, воспринимая сказанное за единственно верные слова. И не всякий артефакт способен противостоять такому злому чуду. По сути, страшное оружие в руках чьих-либо недоброжелателей.

Все еще не веря собственным глазам, я нисколько не хотела взять эту вещь с собой. Она жгла руки, а за само владение можно лишиться жизни. Возьми я сейчас – и Морган кинется с розысками. А если следы от моей ауры не успеют развеяться? Вернув все на место, я быстрым шагом дошла до двери и остановилась. А вдруг там кто-то есть? Кажется, донеслись отдаленные разговоры. Об этом я и не подумала.

Окно стало моим спасением, и я кинулась к нему, распахнула створки. Темнота в помощь, а еловые лапы как рука друга. Никого, почти никого. Отдельные голоса где-то в стороне, но это точно не в счет. Академия как муравейник, и тут народ не на цыпочках ходит.

С трудом взобралась на карниз, закрыла окно, снова применив артефакт-блокиратор. Убрала вещичку в карман… Нога так некстати поехала, и вместо того, чтобы дотянуться до водостока, я ухватилась за каменные выступы…

Стою, потею от страха и собственного дурацкого вида. Оно конечно, если засекут, то подумают, что девушка настолько обнаглела, что сама в спальню к мужику полезла. А если дойдет до ректора? Придется врать, что потребовался разговор с Морганом. Срочный! А если узнают Илларисы?

Представив всю пакостность картины, я сделала шажок, уцепилась за трубу… Спасибо тебе, Ньяр Ольсен, за науку, несравнимую с простым лазаньем по деревьям. Никогда бы не подумала, что буду благодарить отца Сельмы.

Глава 17

Спуститься удалось достаточно быстро, хоть и с травмами рук. Но царапины на ладошках – это самое малое, что могло произойти. И едва оказавшись на твердой земле, я бросилась под ель…

– И как ты это объяснишь?

Мрачный, наполненный злобой голос раздался над ухом, едва я коснулась спиной дерева.

– Оливер? – удивилась, не ожидая такой встречи. – А ты что тут делаешь?

– Окна Моргана, – прошептал Элфи, хватая меня за руку. – Не стыдно?

– Как… Как вы могли подумать про меня такое?!

Горечь, непринятие ситуации и разочарование. Все это слышалось в голосах братьев. И я отступила. Вырвала руку и побежала к себе, роняя колючие слезы. Разве можно так обо мне думать? Нет бы по-хорошему спросить, что произошло, а они… Всегда с точки зрения превосходства и опеки. Достали!

– Амелия постой!

Топот приближался, но я неслась к заветным ступеням… Как они могли, как?

– Погоди! – кто-то ухватил меня за руку, резко развернул к себе.

– Видеть вас не хочу! Проваливайте к Сельме! – гневно зашептала я, пытаясь вырваться. Напряжение прошедшего часа, исполнение безумной и опасной затеи, а заодно эти нелепые обвинения вылились в нервный срыв, и мне хотелось срочно уединиться и подумать над произошедшим. А еще пожалеть себя, как без этого.

– Амели, что ты говоришь?! – Не обращая внимания на сопротивление, Оливер подхватил меня на руки, как ребенка, и потащил подальше.

Я треснула его по плечу, а потом затихла. Все же народ мимо шел, открыто драться не будешь, чем и воспользовались Илларисы. Мы остановились неподалеку от женского общежития.

– Рассказывай! – приказал Элфи, попытавшись стереть с моего лица слезы. Взбрыкнула, откинув его руку.

– Амели, что мы должны были подумать? – гневно прошипел Оливер, ставя меня на землю. – Сестра водит дружбу с редкостной сволочью. А потом вылезает из его спальни через окно.

– Какая спальня? Да как вы могли подумать?! – завела я свою песню и обвинительно ткнула пальцем в грудь старшего брата.

– А что мы должны были думать? – Элфи, самый смешливый братишка, был зол и на этот раз точно не на моей стороне. – Заходила спросить у этой гниды, который час?

– А у меня спросить нельзя?! – продолжала упорствовать я, хотя прекрасно представляла все то, что видели Илларисы. – Ведь это я, а не кто-то! Как вы… могли.

Подбородок снова задрожал от вопиющей несправедливости. Стиснула зубы, напомнив себе, кто я. Помогло.

– Спрашиваем. Отвечай, – синхронно произнесли братцы.

– Амели, пожалуйста. Мы ведь не враги. – Оливер обнял меня, согревая своим теплом. Только теперь я заметила, что замерзла. А еще била нервная дрожь, от которой уже зуб на зуб не попадал. – Что на самом деле произошло?

– Ты… Ты ведь не просто так залезла туда. Да? – внезапно догадался Элфи, и я кивнула.

– Там… Слеза Дракона, – прошептала, с трудом выталкивая из горла слова. Снова запретила себе думать о происхождении этого мрачного камня, который и трогать-то неприятно. – Я нашла ее, а потом вернула на место.

– Как я раньше не догадался! – прошипел Оливер и хлопнул себя по лбу. – Мама ведь не только из-за нарядов твоих приезжала. Так?

– Предупреждаю, папенька не в курсе, – промямлила я, пытаясь вырваться из объятий братьев. Мне показалось, что мы привлекаем внимание, и это отрезвило. Привело в чувство. Все же в темноте все кошки серы, а двое парней, обнимающих одну девицу, – моветон.

– Ты рисковала, – с небольшим раскаянием в голосе отозвался Оливер.

– Амели… – Элфи обнял меня, по-отечески поцеловал в щеку и потрепал по волосам. – Храбрая и безрассудная сестренка!

Угу, я такая. Прошу холить и лелеять. А еще верить на слово и не обижать.

– Ладно, мальчики, мне пора. Еще знать бы, как это знание нам использовать.

– Я сообщу отцу. Постараюсь донести корректно, без твоих подвигов, – намекнул Оливер, за что и был удостоен благодарного взгляда.

Мы попрощались и разошлись. Я почти пришла в себя, поэтому двинулась в сторону общежития. Переживание и осознание увиденного немного притупили происходящее вокруг. Поэтому не сразу поняла, что на пути оказался Кристен Дальберг. Дракон меня ждал, встав так, чтобы свет из замковых стрельчатых окон не падал на его лицо, а фонарный отблеск нас не касался. Удачное место, если знать, кого ждешь.

– Ты? – Я нервно сглотнула.

Сегодня в обед чувствовала себя очень неуютно. А когда обернулась наконец, то встретилась с пронзительным серым взглядом Кристена. Попыталась разобрать выражение глаз дракона, но ничего не вышло. Словно его лицо обтянуто не кожей, а неподвижной маской, к которой прицеплены непрозрачные очки. И все же я точно знала, что смотрел он именно на меня.

– От кого-то идешь? – догадалась я, невольно искривив губы. Ну да, женское общежитие под боком. Строить из себя невозмутимую леди не имело смысла. Я живая, и все мои чувства со мной.

Всего секунда, и дракон оказался рядом, подхватил под мышки и впечатал в стену. Уставился с неподдельной яростью, пытаясь рассмотреть, что отражается на моем лице. Недоумение, что же еще.

– Что ты творишь? – прошипела я, пытаясь отпихнуть наглеца. Стукнула в плечо, но он товарищ ученый и стойкий. Мой удар ему как дробина слону.

Лицо Кристена было так близко, что я чувствовала его дыхание на своих губах, плавилась под горящим взглядом дракона. И от этого сердце стучало часто-часто, готовясь соперничать с секундной стрелкой часов замковой башни. Тепло его рук, запах тела и то ощущение воспламеняющейся крови… Я поняла, что меня вот-вот сметет всепоглощающим ураганом. Кристен не стал дожидаться еще каких-либо нежностей от меня. Накрыл губами мой рот, стал терзать его, дав волю языку и срывая стоны. Я подняла руку, чтобы стукнуть и оттолкнуть, а вместо этого запустила пальцы в шелковистые волосы, затем закинула руки на его шею…

Вдалеке раздался чей-то свист, и это привлекло наше внимание. Я опомнилась, но Кристен сделал это еще раньше. Затуманенный взгляд и учащенное дыхание могли рассказать о многом. Мне вдруг стало стыдно. Бросилась на дракона, словно лишилась последней гордости! Но прежде чем сумела выдать что-то обидное, поинтересоваться, разобрался ли он со своей невестой, прежде чем ко мне лезть, момент встречи повторился. Дальберг снова впечатал меня в стену. Даже в полумраке я видела, как светятся его глаза. И страсть в них сменилась напряжением и ненавистью.

– Зачем тебе Слеза Дракона? – выделяя каждое слово, прохрипел он.

Объятия, что еще недавно были мягкими, стали сродни колючей проволоке. Они жалили, вызывая желание отодвинуться. Или вовсе сбежать, предварительно покрутив пальцем у драконьего виска.

– У меня ее нет! – выдала я, практически придя в себя. – А ты, значит, тут появился не из-за меня, да? Отпусти!

Неприятная догадка кольнула, в очередной раз причинив боль. Но наглый дракон и не думал убирать свои загребущие конечности, продолжая удерживать меня в положении пленницы.

– Амели, что ты знаешь о Слезе Дракона? Откуда она у тебя? – Нежности в голосе Кристена было ноль, а прорывающейся злобы все больше. С каждым дыханием вымывалось то очарование момента, что возникло при поцелуе. – Где ты ее прячешь?

– Прячу? Я?

Ошарашенная предположением, я взорвалась. Вырвалась из рук Дальберга, расстегнула свою жилетку и швырнула ее в лицо дракона.

– На! Проверь карманы! Ты это практикуешь с первого дня знакомства.

Гордо вскинув голову, направилась к заветным ступеням. Сделав два шага, опомнилась, вернулась к грозовой туче по имени Кристен. Похоже, моя вещь до цели не долетела, ее перехватили на лету. Не говоря ни слова, я приблизилась, залезла в карман жилета, вынула артефакт, одолженный часовщиком. Даже не взглянув в глаза Дальберга, направилась к себе.

Несмотря на всю тяжесть непростой ситуации, встреча с Крисом – меньшая из проблем, которая меня сейчас волновала. Дракон и раньше меня не сдавал, не должен и сейчас. Да и что он может сказать? В любом случае для меня важнее семья и ее свобода. С остальным справлюсь. Не будь я Амелия Илларис.

Но он не дал, не дал мне уйти!

Под взглядами припозднившихся адепток Кристен поймал меня на верхней ступени. Ухватил за талию, прижав спиной к своей груди. Я снова почувствовала обжигающее тепло, от которого захотелось сбежать, скрыться. Не знаю, что там было с лицом дракона, но любопытствующие девицы испарились довольно быстро. А я…

– Амели, прости, не хотел тебя обидеть. Неделю назад на островах была убита семья драконов.

То, что рассказал Кристен, было страшным, просто чудовищным. Но это не меняло сути. И оттого острее чувствовалась несправедливость. Нам не быть вместе, и я положу этому конец.

– И ты решил, что это сделала я, так? – Язвительность не терпит молчания. – Надеюсь, это был последний раз, когда ты ко мне прикасался.

Больно ли было в этот момент? Очень. Но кто виноват в том, что я позволила себя целовать? Никто. Сама. Но я постараюсь с этим справиться. Честно-честно. Прав был ректор, не все так просто с этими драконами.

Сельма спала сном нагулявшегося младенца, когда я осторожно пробралась на кухню и уселась у закрытого окна. Звезды не желали светить, обидевшись на ночное небо и нас с Кристеном, вместе взятых. Я боялась увидеть за стеклом очертания дракона, а потому предпочла смотреть на мрачный мир из-за занавески.

И отчетливо осознавала, что Дальберг был не в себе. Только оправдание не мой путь. Особенно это касается чужих женихов, так коварно цепляющихся за мое сердце. Хотелось бы быть подальше от дракона, но даже сейчас продолжает странным образом к нему тянуть.

И что самое отвратительное, с этого дня каждое утро на моем подоконнике появлялся маленький букетик полевых цветов. Рука не поднималась выбрасывать такую красоту…

Глава 18

С самого утра Сельма завелась:

– Поспешим на занятие!

Я открыла рот, чтобы сострить насчет любимого учителя физкультуры. Но, видя мрачную мордашку догадавшейся подружки, промолчала. Отправила в рот последний кусок омлета, преданно смотря на нее.

– И не осуждай меня, Амелия! – бушевала оборотница. – Нечего бровями играть. Я все равно так не умею.

– Зато у тебя язык сворачивается трубочкой, а у меня нет, – попыталась я поддержать новую тему. – Сель, что происходит? Твой отец зверствует?!

– Не называй его так!

Я удивленно уставилась на подругу, которая сама стала изредка употреблять это словцо. Пусть не в восторженных выражениях, но они точно были. Не зная, с какой стороны подступиться к Сельме Лопес, я подхватила тарелку и отправила ее в раковину. Похоже, сегодня адекватно поговорить не выйдет.

– Амели, прости! – спохватилась волчица и бросилась ко мне, обнимая за плечи. – Это все проклятый физкультурник! Вчера я получила от мамы письмо, где она рассказывает, что Ньяр добивается разговора с ней. Представляешь? А отчим против.

Я пожала плечами и посочувствовала. Неприятный момент и сложный. Но его точно не избежать.

– А я думала, ты поссорилась с Оливером или Элфи, – попыталась пошутить, как уже несколько раз делала.

Представляете, она продолжала встречаться одновременно с обоими! Все, решено! Поговорю с ними и выведу на чистую воду. Как-то раньше я не замечала извращенческие склонности у братьев. Или так подействовал воздух академической свободы? Настала моя очередь пристыдить распоясавшихся Илларисов.

– Нет. Хотя… – Подруга внимательно посмотрела на меня. Затем придвинула стул и потребовала: – Рассказывай!

– Не была, не участвовала, не привлекалась… – отшутилась я. – Сель, ты про что? И к чему переводить стрелки? Чего сама-то завелась с самого утра? Неужели только из-за родительских разборок?

– Я завелась? А кто второй день ходит как побитая собака? – возмутилась оборотница.

– Собака? Ну, знаешь, подружка! – Я решительно двинулась на выход. Но вот беда, в маленькой кухне пройти можно было только мимо Сельмы.

– Хорошо, как волчица, – исправилась она. А видя мое вытянутое лицо, усмехнулась. – Амели, прости, если сравнение со мной тебя не позабавило, а задело. Больше не буду.

– И меньше тоже? Пошли, кажется, ты торопилась к Ньяру на занятие.

– Если бы. Он предложил мне переехать жить к нему в дом.

– Ого! Поэтому леди Клементина переживает? Эльф мечтает объявить тебя своей дочерью?

– Сегодня мы вместе ужинаем в каком-то заведении, – обрадовала меня Сельма и скривилась. – Он просил о встрече. А я девушка слабая, застенчивая, отказать не посмела.

– О! – только и выговорила я, не удержавшись от усмешки. – Интересно, где они водятся, эти слабые и застенчивые вервольфы.

– Ну, знаешь ли! – надулась подружка. А потом рассмеялась. Это разрядило обстановку.

Лекции, перемена, снова лекции… Общение с однокурсниками радовало, а что до сероглазого дракона, то все было более чем странно. Я чувствовала его внимание к себе, то напряжение, что возникало всякий раз, когда маг проходил мимо. Но смотреть ему в глаза даже не пыталась. Это правильно. Если у Кристена есть невеста и обязательства, так зачем нам общаться? К тому же я открыто дала понять, что не желаю продолжать общение. И если он сообразительный (а похоже, так и есть), то прислушается.

– Амели, захвати мою сумку, опаздываю, – попросила Сель, едва мы вышли из аудитории.

Только что закончился мой любимый обязательный факультатив по иллюзиям. Я вышла, витая в пространственных формулах, позволяющих воспроизводить масштабные формы. Мои проделки всегда были устойчивы. Но то мелочь. Такая, как сапфир. А воссоздать человека или какой-нибудь ужастик пока не под силу. Профессор отметил мое рвение и пожалел, что я не попала к иллюзионистам. Зато теперь я точно знаю, что, если на факультете освободится место, у меня есть шанс туда попасть.

– Что? А, давай.

Я повесила сумку Сель на плечо и потопала к себе.

Мне хотелось повторить то, что прошли на факультативе. И, может быть, воспроизвести, пока в комнате одна. Пришла, сбросила ношу и, взяв учебник, уселась с ним на подоконник. Осеннее солнце не желало радовать ярким светом, поэтому в комнате приходилось зажигать магические фонари. Но пока светило не скрылось, я отлично видела текст и с упоением читала. Поэтому не сразу отреагировала на стук в дверь.

– Вы? – А как было не удивиться при виде близняшек Мэнни и Дэнни. – Зачем пожаловали?

– И тебе приятного вечера, Илларис, – криво ухмыльнулась Дэнни и попыталась пройти мимо меня в комнату. Причем лицо девицы в этот момент выглядело таким наглым, что я почувствовала азарт.

– Куда? – Выставила руку, уперев ее в косяк перед магиней.

– Поговорить нужно, – несколько резко ответила Дэнни и попыталась оттолкнуть меня.

– Так бы и сказала. – Я отступила и сложила руки на груди.

Нахалка, попытавшаяся показать, кто здесь главный, горделиво задрала нос и сделала шаг…

Вы видели, как сверкают новогодние магические огни, если они неправильно собраны и заискрили? Именно так и произошло с Дэнни. Мне даже показалось, что разглядела очертания скелета в окружении алых искр. Фееричное зрелище!

Наученная сестринским опытом Мэнни отскочила. Застывшая в удивлении Дэнни повалилась назад. Бам!

– Что ты наделала, Амелия?! – взвизгнула Мэнни, бросившись к сестре, чья рука по-прежнему была вскинута вперед, как во время ходьбы.

– Я? Ничего. Самая обычная магическая защита. Как нас на практическом занятии учили.

– Обычная? – прошипела девица, шлепая сестру по лицу и морща нос. Немного пахло паленым, и я позволила себе чихнуть. Боевик, а воняет как ведьма при неудачных опытах.

– Обычная? – прокряхтела Дэнни, поднимаясь с пола.

– Ну, я усовершенствовала немного. Исключительно ради безопасности. А вы зачем заходили-то? – Я веселилась, при этом четко отслеживая обеих девушек. Шутки с ними плохи, а мой опыт и их даже не сравнить.

– Та-а-ак! Амелия Илларис.

Ехидный голос Фердинанда я никогда ни с чьим не перепутаю. У меня давно создалось ощущение, что старому магу нравится за мной присматривать.

– Что тут происходит?

Слова, произнесенные призраком, быстро привели Дэнни в чувство. Она даже выглядеть стала в разы лучше, чем когда валялась на полу. Проходившие мимо адептки заинтересованно посматривали, но никто не посмел остановиться.

– А ничего такого. – Я натянула улыбку. Несмотря на явную вредность этих сестриц, скандалить и ябедничать не хотелось. А сейчас они меня и вовсе повеселили.

– Это так? – В долю секунды Фердинанд подлетел к подпаленной близняшке и столкнулся с ней практически нос к носу.

Наверное, вблизи это не слишком приятно. Магичка снова хлопнулась в обморок.

– Она всегда такая? – заинтересованный призрак обратился к Мэнни.

– Нет, что вы! Переволновалась. Небольшое истощение, – выпалила девушка. – Мы только вчера с практики.

– Что вы говорите… Пожалуй, стоит проследить за процессом вашего обучения. И потом, чтобы маг падал в обморок, увидев призрака… Нонсенс!

Девицы сосредоточились, приняв достойный вид. Мне стало смешно.

Бывший ректор просочился сквозь пол, оставив меня с близняшками.

– Так зачем приходили? – поинтересовалась я, стараясь не рассмеяться.

От Фердинанда действительно исходила какая-то непонятная сила, мне тоже всегда становилось не по себе. Это точно не холод, только дрожь по всему телу и желание отойти подальше. Сильный маг был, даже сейчас чувствуется. Но чтобы падать в обморок – это увольте.

– Не смей бегать за Кристеном, поняла? – Дэнни снова вошла в раж, и ее лицо приняло зверское выражение. А глаза то и дело посматривали по сторонам. Не иначе побаивалась боевичка Фердинанда.

– И это все? – Я вопросительно приподняла бровь.

– Амели, мы пришли поговорить по-хорошему, – с угрозой в голосе предупредила Мэнни. В отличие от сестры она на меня не бросалась.

Вот как это теперь называется. Я спрятала улыбку, прикусив щеку.

– Не поняла. Мы с Дальбергом не встречаемся. В чем проблема? – совершенно искренне поинтересовалась я, переводя взгляд с одной девушки на другую.

– Он отказал Дэнни, – призналась Мэнни, за что тут же получила от сестры локтем в бок.

О как!

– У меня он совета насчет этого точно не спрашивал, – не удержалась от язвительности я. – А если серьезно, то мы с Кристеном не вместе. По-моему, это очевидно. Так что решайте свои проблемы без меня. Вдруг есть кто-то четвертый.

Девушки переглянулись и отрицательно помотали головами.

Не знаю, радоваться мне или огорчаться, но слова близняшек вызвали оба эти чувства. Кристен их игнорировал, но ведь он не со мной. Возможно, есть кто-то еще? Кого маг держит в тайне от своей свиты…

– Илларис, поклянись, что Крис тебе не нужен! – не попросила, а приказала Дэнни. Магичка выглядела очень внушительно, и в другой ситуации я бы точно испугалась. Но не сейчас.

– Вы всех девушек обегаете с угрозами? И что, помогает?

– Аме… – начала было Дэнни, но возникший из-под пола Фердинанд (как гриб вырос около наших ног, дотянувшись до человеческого роста) заставил ее замолчать.

– Ты! – он ткнул пальцем в подпаленную девушку. – Прямиком в лазарет! Там тебя ждут.

– Зачем?

– Я должен повторять дважды? – вкрадчивым голосом поинтересовался призрак, приблизившись к девушке…

Стоит ли говорить, что близняшкам пришлось уйти раньше, чем они предполагали. Даже Мэнни потопала вслед за сестрой, бросая на меня недовольные взгляды. Хотелось крикнуть вслед, что для безопасности ткани надо носить натуральные. Это и телу приятнее, и искрит меньше. Но при Фердинанде поостереглась. Вдруг он и меня зачем-нибудь к целителям потащит.

* * *

Ночевала я одна. Сельма осталась в городском доме отца и попросила не говорить это матери. Я даже не поверила, когда подруга сообщила эту ошеломляющую весть. Она же шарахалась от Ньяра, даже забросила дополнительные занятия! Но что поделать, хитрый остроухий заманил дочь рассказами о предках, генеалогическом древе. Не знаю, нагулялся ли любвеобильный эльф, но на дочь он смотрел со скрываемым ото всех обожанием. Думая, что никто не видит, отслеживал каждый ее шаг. И только я, зная истинное положение вещей, наблюдала за ними обоими.

Мое одиночество нарушил только очередной букет нежных лесных фиалок. Не знаю, какое заклинание плел дракон, но даже усиливающиеся заморозки не способны были убить это маленькое чудо. Ругая Кристена, я раскрыла окно и втащила цветы на кухню. Поднесла букет к лицу и прикрыла глаза, представляя, что нахожусь не в академии, а в заснеженном лесу. В памяти всплыла старая сказка про двенадцать месяцев и девочку, что посреди зимы бегала в лес за ландышами.

Маленькое живое чудо я поставила в вазу, где уже стояли несколько букетов. В другие, тоже занятые подобной красотой, цветы уже не помещались.

Я села на стул и сквозь импровизированную клумбу уставилась на припорошенный первым снегом замковый двор, на разбегающиеся по сторонам аллейки и дорожки, на замерзший до следующей весны фонтан. Цветы оживляли картину и дарили хорошее настроение, которое в последнее время куда-то пропало.

Стук в дверь не был чем-то неожиданным. Я запахнула халат и отправилась открывать.

– Элфи? Что-то произошло? – поинтересовалась я, пропуская брата.

– Все нормально, не волнуйся, – отозвался он, оглядывая комнату. – А где Сельма?

Не выдержала и подмигнула:

– Боишься, что девочка ночует не с тобой?

– А с кем? – Брат пытался выглядеть непринужденно, но лицо пошло пятнами.

– А что? Она девушка свободная. – Мое собственное раздражение неожиданно вылилось в язвительность. – Вы с Оливером ей голову морочите, решила найти того, кто один внимание оказывает, а не толпой.

– Амелия Илларис, ну и ехидна ты. А если серьезно, что у нее с физкультурником? – мрачно поинтересовался Элфи и без разрешения уселся на кровать подруги. – Козел похотливый. Мало ему магинь и профессорш.

– Остынь. – Я отвернулась к окну, где на блеклом фоне яркими пятнышками выделялись цветы. – Лучше скажи, зачем вы кружите девчонке голову?

– А она кружится? – усмехнулся брат. Но мне не нужно было смотреть в его глаза, чтобы понять: вопрос задан всерьез.

– Я первая спросила, а ты не стрелочник. Ответь, пожалуйста.

– Сель мне очень нравится.

– А Оливеру?

– У него и спроси. Хотя… разве не понятно?

– А… Я думала, это вы так за мной присматриваете. Удобно, правда?

– Очень. Но неужели ты думаешь, что мы опустимся до подобного?

Я внимательно посмотрела на Элфи и улыбнулась. Нет, конечно же, нет. Себя братцы обижать тоже не станут. И крокодила выгуливать не поведут. Но что-то затянулась их страсть к одному объекту. Неужели оба всерьез заинтересовались Сель? Даже не знаю, радоваться или переживать. Надеюсь, обойдется без боя.

– Элфи, попьешь со мной чай? Одной скучно. – Я состроила просительную мордашку и посмотрела на братца.

– Пошли. – Он легко и грациозно поднялся. А когда его взгляд упал на подоконник, то карие глаза стали похожи на шоколадные блюдца. – Только не ври, что это подарок Сельме.

– Э… А как ты догадался?

Я посмотрела на цветы. Стоят и стоят, карточки нет, имя тоже не называют.

Элфи молча поддел пальцем синюю тонкую ленточку, которую я привязала на вазу, затем следующую… И хмыкнул:

– Дома видел такое несколько раз. Так что там с Сель, где она?

Вот как рассказать родному брату о тайне подруги? Хотела бы, сама призналась. Но, с другой стороны, леди Клементина во всеуслышание заявила об отцовстве Ньяра. Именно это воспоминание дало мне добро. И потом, может, Сель неудобно о таком говорить. А странные отношения с Ньяром Ольсеном ставят ее в двусмысленное положение.

– Она у отца. У родного. Не хмурься. Ньяр – родной отец Сельмы. Тот, что оставил ее мать. Слышал про такое?

Илларис кивнул, и его лицо почти сразу стало довольным. Словно кот, которому только что подвинули банку со сметаной.

Чай вскипел очень быстро. Я подвинула брату тарелку с бутербродами и вазочку конфет. И даже не подозревала, что у неугомонного Элфи для меня припасен еще один коварный вопрос.

– Амелия, что у тебя с драконом?

– Ничего.

– Я тебя знаю. «Ничего» с таким выражением лица не говорят. Цветы от него? Но вы не вместе, а ведь ты девушка свободная, да и он тоже. Что происходит, Амелия Илларис?

– А то, что он не моего круга, не прокатит? – Я вопросительно взглянула на собеседника.

– Ты не простолюдинка, – дотошно напомнил он. – Так что происходит? Амелия, рассказывай.

– Но ты не подружка, чтобы тебе плакаться! – возмутилась я такой наглости.

– Нет. Я лучше. Я твой брат, – парировал Элфи. – И знаю свою сестренку с самого детства. Так что давай рассказывай. Он тебя обидел?

– Слушай, тебе бы в сыщики, – сыронизировала я, совершенно не желая делиться подробностями.

– Может, и пойду. Со временем. Хорошие артефакторы нарасхват везде. – Улыбка на лице Элфи стала запредельной. А глаза… Нет, они оставались серьезными. – Так что там с драконом? Мы же видели, как он на тебя смотрит.

Упорные расспросы брата указывали на то, что Сельма не поддавалась и про дракона промолчала. Это порадовало. Наверное, действительно нужно рассказать, что к чему. Я придвинула к себе чашку с ароматным чаем, уставилась на затонувшую дольку лимона и призналась:

– Мы не вместе, если тебе это интересно. И вместе никогда не будем, если что.

– Да почему…

– Не перебивай, пожалуйста. В тот вечер, когда я выпрыгнула из окна Моргана, Кристен каким-то образом услышал часть нашего разговора. Он взбесился из-за Слезы Дракона…

Я взглянула на сосредоточенного брата. Элфи сжимал чашку Сельмы и ожидал продолжения.

– Глупости. Это же не ты!

– Нет, конечно. Дальберг понял. Только дело не в этом. Мы разные. И пути наши тоже разные. Понимаешь?

Я впервые озвучила это вслух, но легче не стало. Ну да ладно, скоро каникулы, а это уже хорошо.

– Отец прислал письмо, – неожиданно произнес Элфи, и я сразу позабыла про страдания. Дело в том, что папенька писал очень редко. В основном этим занималась маменька. – Нас ждут. Надеюсь, ты не передумала перемещаться домой? Или поедем по железной дороге?

– Предпочитаю портал.

– Вот и хорошо. Ты, Амели, замечательная девушка. А что касается дракона, так тут не все от нас зависит. Посмотри на родителей… Помнишь, мама упоминала, что изначально обе бабушки были против этого брака? И ничего!

Это ничего выразилось в шести отпрысках. Так сказать, закрепилось, не сотрешь.

Глава 19

Целая неделя каникул, разве это не счастье? Только будучи первокурсницей Академии магии, я по-настоящему прониклась этим долгожданным событием. Мне ужасно хотелось домой, чтобы повидаться с родными и поделиться своими успехами.

С самого утра адепты суетились. Стационарных порталов на территории академии имелось всего два. И маги, не владеющие пространственным перемещением, должны были заблаговременно подать списки, чтобы упорядочить поток.

Всеобщее возбуждение коснулось и меня. Заранее купив подарки семье, я еще с вечера собрала саквояж. А чтобы поразить родню своим видом, а заодно указать, что я адептка, а не просто Амели, приготовила штаны, теплую кофту и легкую шубку, в которой удобно передвигаться.

Белый снег скрипел под ногами, оповещая, что с каждым шагом мы все ближе к заветной цели. Это потом вернемся и вместе отметим Новый год. А сейчас все жили предвкушением чуда и исполнения мечты.

– Амели, смотри, – дернула меня за рукав Сельма, взглядом указав на большую компанию, что преградила нам путь.

И почему я не удивлена? На ступенях, ведущих к портальному залу, стоял Кристен со своей свитой. Дракон, как всегда, выглядел привлекательно. Без шапки, распахнутая теплая куртка. Казалось, холод не коснулся мага. Я поразилась, насколько он сейчас отличался от того стервеца, с которым впервые встретилась в купе. Раньше его губы улыбались чаще. А в последнее время, мрачный и независимый, он производил впечатление серой скалы, что может раздавить, если встать на ее пути.

При виде дракона сердце затрепетало так же, как вчера и неделю назад. Но сейчас, при свете морозного солнца, маг выглядел в сто раз красивее и мужественнее. И безотрывно смотрел на меня, а его компания зачем-то копировала своего предводителя. И если парни выглядели немного грозно, то близняшки скорее надуто. Я хихикнула, вспомнив, как Дэнни пыталась проникнуть в нашу комнату и что из этого вышло. Девицы поняли мое веселье и нацепили отстраненные маски.

– Сель, ты другой дороги не знаешь? – нисколько не стесняясь магов, поинтересовалась я.

Мы встали перед этой компанией, и ни одна наглая магическая рожа не спешила пропускать нас.

– Через замок. Но там, похоже, затеяли ремонт.

– Жаль, – совершенно искренне посочувствовала я себе. – Тогда обратимся к Ньяру Ольсену. Он точно нам поможет. О, кажется, я вижу ректора!

Моя хитрость достигла цели.

– Амели, надо поговорить, – произнес Кристен и шагнул навстречу.

От его голоса, интонации в груди сладко защемило и захотелось улыбнуться. Вложить свою руку в протянутую ладонь и пойти на край света… Хотя бы до портала. Можно было начать капризничать или дождаться кого-то из преподавателей. Но из-за маленьких букетиков я согласилась пообщаться.

Да, дракон протянул руку. Но вместо того, чтобы вложить в нее свою, я вручила саквояж. Ничего, что наследник. Зато сильный. Дальберг не нашел ничего лучше, как передать его на хранение Тагору. Всего несколько шагов, и вот уже мы оказались за углом. Холодный ветер бессовестно пробрался за воротник, и я поежилась. Не от мороза на самом деле. От взгляда Кристена. Так смотрят на маленьких девочек, которым все по пять раз нужно пояснять, причем иногда бывает слишком поздно.

– У нас на островах с этим не шутят, – чуть криво улыбнулся он и дотронулся до моего лица. Почти.

Его пальцы зависли, остановившись в паре сантиметров. Только стеснение не конек дракона. Спрашивать разрешения он не собирался. Натянул меховой капюшон мне на голову. Стало реально теплее. А заодно придвинулся сам, да так, что я снова почувствовала запах самого дракона. Захотелось уткнуться носом ему в грудь и прикрыть глаза.

– Амели, я устал без тебя. Устал бороться с собой.

Это неожиданное признание вызвало радостное предвкушение, о котором еще утром я даже мечтать не смела. Руки Криса легли на мои плечи, а его дыхание стало почти ощутимым. Дракон приподнял меня, поставил на скамейку. В результате наши носы соприкоснулись. Это могло показаться смешным, но мне было не до смеха. Серые глаза завораживали, призывая броситься в их омут, уйти в него с головой.

Не знаю, кто первый сделал движение, после которого губы встретились. У меня перехватило дыхание. От того напора, с которым действовал маг, от его близости, ласкового и в то же время огненного взгляда я растерялась. Приоткрыла рот, впуская его язык, и поплыла, отдаваясь нежности, которую обрушил на меня дракон.

– Зачем ты боролся с собой? – задала шепотом провокационный вопрос.

Я знала ответ. Потому что долг и договоры на высшем аристократическом уровне – это не шутки. Все гораздо серьезнее, чем провалить экзамен в академию.

У самой мурашки по коже. Одно дело, когда сам борешься с собой, страдаешь, пряча чувства за показной бравадой. Другое – если такое испытывает твой объект страсти. Очень хочется, чтобы он тоже переживал что-то подобное или больше. За эти несколько недель даже известие о его невесте отошло на второй план. От мысли, что какое-то время не увижу вредного дракона даже издалека, становилось еще хуже.

Я нарочно не стала говорить о его долге перед семьей и расспрашивать, кто же такой Крис на самом деле. Пыталась разузнать сама, но все стало только запутаннее. Да и кто из простых адептов мог просветить? Дальберг островитянин, а это не близко. Драконы всегда были тайной за семью печатями, а этот особенно. Зато сколько мы с Сель наслушались сказок, за сутки не пересказать. Понятно, что все эти долги никуда не денутся, но захотелось хотя бы сегодня позабыть о клине, что торчал между нами. Я сама порой его вбивала, но на то были объективные причины.

– Разве не понятно, Амелия Илларис? – с грустью произнес дракон.

И я нахмурилась. Снова серьезный, и эти намеки… Все-таки дело в невесте.

– Ты ее любишь? – дрогнувшим голосом спросила я. Ведь не хотела дергаться, планировала казаться гордой и независимой. Боюсь, не вышло.

– Я тебя люблю, – немного грустно ответил дракон.

А я… Стояла и смотрела, не веря в сказанное. Могла бы списать на капюшон, но он тут точно ни при чем. А вредная сторона одной адептки внезапно подняла голову.

– Ну что я могу тебе сказать. Только посочувствовать.

– Язва! – немедленно припечатал дракон, и уголок манящих губ дрогнул, пряча запоздалую усмешку.

Стало обидно. Чуть-чуть. У него проблемы с невестой, а я в этом виновата. Хотела ответить, но Крис не дал. Потянулся к моим губам, легко коснулся их…

– Амели, нас вызывают! – раздался радостный крик Сельмы. Похоже, она меня потеряла. Пришлось срочно найтись.

– Иду! – крикнула, глядя в глаза Кристена. Дракону мой ответ не понравился, но что он мог сделать? Ничего. Я не у него в замке, а на территории академии, где правит ректор и вездесущий Фердинанд.

Вот. Вспомни призрака, он тут же появится.

– Илларис! Снова ты!

Я… А что я?

– Минуту! – опомнился Кристен. Выражение его лица изменилось. Он ухватил меня за локоть с явным намерением не отпускать. Даже сквозь мех полушубка чувствовалась хватка. Нежность сменилась упрямством и желанием что-то сказать.

Я хорошо помнила, каким твердолобым бывает дракон, и дернулась, чтобы добыть себе свободу.

– Нет у нее этой минуты! – недовольно ответил Фердинанд и пролетел сквозь наши руки. Повеяло неестественным холодом. А потом хватка Криса разжалась. Он был изумлен, чем я и воспользовалась. Вот тебе и бестелесное создание. Да призрак еще как силен!

– Амели, постой! Расскажи про…

Дракон замялся, а я поцеловала его в щеку и рванула к подруге. Выскочила из-за угла, схватила ее за руку и потащила к портальному залу. Свита Кристена попыталась преградить нам дорогу, но, завидев призрачного ректора, предпочла не вмешиваться.

Мы обогнули непонятно откуда взявшегося Моргана и его дружков и прямиком бросились к порталу. Я не слышала, что крикнул Алекс, да и не желала слушать. Потому что надоели сложности, а домой очень хочется. И потом, наша очередь, чего рот раскрывать.

– Ты мне все-все расскажешь! – бросила Сель.

– Ага. Когда вернусь, – ответила я, держа подругу за руку.

Мы успели.

Покаянно взглянув на ответственных за перемещение служащих, я вошла в специальную кабинку, набрала координаты, представила, куда должна попасть…

– Амелия! – раздалось раздраженное за дверями, но это уже не могло навредить. Воздух вокруг меня завибрировал и уплотнился… Зажмурилась, как делала это всегда в момент переноса.

Только не думать, не думать о Кристене!

Поцелуй, его признание и та нежность, что я испытала за несколько минут, ошеломили и выбили из колеи. Все казалось нереальным, ведь в последнее время Дальберг держался в стороне. Или мне так казалось? Я ведь постоянно видела его рядом, то и дело натыкаясь на взгляд или силуэт дракона.

– Амелия-я-я! – радостный крик графини Эммы привел меня в чувство. Я открыла глаза и расплылась в улыбке.

* * *

Кристен Дальберг

Она вымотала, вынула всю душу. А вернуть на место не потрудилась. Кто мог такое провернуть? Только Амели, авантюристка из Тасваны. Крис неосознанно потер нос, но на этот раз он остался цел. Пострадало не лицо. Сердце, которое, как оказалось, у дракона все-таки живое. И оно отчаянно стремилось к человечке, чье появление в его жизни спутало планы всего государства. Знали бы родители, ни за что не отпустили бы сына, да еще и под чужой фамилией. Шесть лет – достаточно долгий срок, за который может произойти что угодно. Вопрос в другом: захочет ли Амелия ждать, когда он разберется со своими проблемами, или снова что-то придумает? Для многих так естественно возводить преграды там, где можно радоваться и наслаждаться.

А что касается невесты… С драконицей Грейс Крис помолвлен с самого детства и разрыв будет грозить островам военным противостоянием. Пытался ли дракон справиться и пережить отдаление Амелии? Пытался. Каждый день боролся с собой, но все безуспешно. Она как соррейтор [2], вошла в сердце, а выйти… Лучше пусть остается. Потому как без нее дракону явная смерть. Долгая и мучительная.

– Дальберг! – Окрик в спину застал дракона в момент, когда тот возвращался к друзьям.

Крис обернулся и с удивлением заметил одного из братьев Амелии. Кажется, младшего. Тот стоял и самым наглым образом буравил взглядом дракона. Разговаривать с этим наглецом не хотелось, но упускать шанс было нельзя. И если девушка улизнула, то стоило взять в оборот Иллариса.

– Поговорим? – Человек был самонадеян, как и многие в академии. У себя на островах ни один не посмел бы так разговаривать с самим наследником. Но здесь, в учебном заведении, рамки правил смещены, а отношения упрощены. Самому дракону это нравилось, делало обычное общение более доступным. Разве что люди и оборотни чувствовали в Кристене более мощного соперника, и это порой заставляло их благоразумно отступать.

– Когда она вернется? – начал Крис и махнул рукой, накрывая обоих звуконепроницаемым куполом.

– Действительно хочешь, чтобы она вернулась? – Илларис смотрел пытливо. Словно видел нечто большее, чем сам дракон мог допустить. Грубить не хотелось. За одно то, что братья везде и всюду вступались за Амели, Крис мог простить подобную дерзость. – Или так, поиграть? Учти, дракон, мы не дадим ее в обиду.

Дерзкий.

Парень опешил, когда вместо слов и пояснений Дальберг протянул ему руку для пожатия.

– Кристен, – представился он, ощутив тепло ладони собеседника. – Амели мое сердце. Знаешь, что это значит для дракона?

– Элфи, – в свою очередь представился Илларис. В его голосе пропала настороженность и скрытая агрессия. – Не знаю.

– Все. Жизнь и сам я. Но учти, – ухмыльнулся дракон, – про такое нигде не написано. Так что лучше ответь, когда она вернется?

– Не сможешь без нее долго протянуть? – Парень оказался не просто дерзким. Нахальным до безобразия.

– Заберу, – откидывая ложную скромность, заявил Кристен. – Или украду.

Именно заберет. Хочет Амели или нет, но у каждого мужчины есть свои способы убедить ту, что дороже всего на свете.

– И еще, Элфи… – Шутки в сторону. Сейчас Дальберга интересовала Слеза Дракона, которая точно не приснилась Амелии. Этим не шутят и не упоминают ради красного словца. – Откуда у вас Слеза?

Глаза Иллариса нехорошо сузились, парень явно понимал, о чем речь. Но разве это могло испугать Кристена? И если кто-то в академии еще оставался наивным, верящим, что Дальберг не способен и мухи обидеть, то… он полный идиот.

– Подслушал. – Элфи недовольно фыркнул. Неужели до сих пор идеалист? – У нас ее нет и не было.

– А о чем шел разговор? Где Амели видела Слезу? – напряженно поинтересовался дракон, удержавшись, чтобы не схватить парня за шкирку и не потрясти.

Несколько дней назад он перемещался домой. Убийца найден, но кому он сбывал товар, пока не обнаружили. Пока. Потому что такое ни один дракон мира не спустит. А тут острова со своими устоями.

Разговор на двоих не вышел. Словно нарочно нашелся третий. Старший братец Амели. От досады дракон едва не заскрипел зубами, потому что теперь нужно все объяснять заново. Сейчас пустая болтовня раздражала. Как и разговоры о том, что он чувствует к Амелии и зачем ему это надо.

– Она ушла? – Оливер посмотрел на Элфи.

– Да. Познакомься, это дракон. Кристен. Ему нужна наша сестра.

Брови второго человека удивленно вздернулись.

– Моя. Никому не отдам, – сразу поставил в известность дракон, чем вызвал молчание обоих Илларисов. Ну а что им было сказать?

– Оливер, – первым протянул руку старший, и Дальберг это оценил.

– Слеза. Вы в курсе, откуда она берется?

По глазам увидел: в курсе, и, что немаловажно, людям происхождение камня тоже не нравилось.

– На территории островов совсем недавно погибла семья. Убийца найден, а поставщики пока нет. Думаю, вы поняли: ни на что намекать или выпрашивать сведения я не собираюсь. Ждал исключительно из желания оградить и лишний раз не тревожить Амели. Но раз у спецов загвоздка, то я сам должен это подтолкнуть. Так у кого Амели видела Слезу?

Парни не из трусливых и напора дракона не испугались. А Крис знал, что ни один из Илларисов сейчас от него не уйдет. Не сможет уйти. Есть у них сердце и совесть. Достаточно посмотреть на опеку неугомонной сестры.

Мысль об Амели вызвала прилив нежности. Ответила на поцелуй, не оттолкнула, не держала на расстоянии, как много дней до сегодняшнего. Он мог бы сломить это сопротивление, заставить хотеть его так, как хочет сам. Мог. Это было нетрудно. Но разве хотелось такого для полюбившейся девушки?

Дракон достаточно долго прожил среди людей, чтобы понять: женщины порой непредсказуемы настолько, что от любви до ненависти ближе, чем от спальни до гардеробной. И если драконицы почли бы за счастье власть и покровительство сильного самца, то с Амели это не прокатит. Все или ничего, это как раз про нее. А ему другого и не нужно. Только она, нежный смех, задорная улыбка, упрямый взгляд карих глаз и поцелуи, от которых у дракона вскипала кровь и приходилось сдерживать эмоции. Крис хотел ее как никого и никогда, а это означало одно – половинка, радость сердца найдена.

Амелия Илларис идеальна. За исключением одного – она человек незнатного (по сравнению с самим Дальбергом) рода. Но это совершенно его не волновало. Озаботит родителей. И с этим они точно справятся. Когда найдешь любимую, все остальное кажется несравнимо мелким.

Глава 20

Амелия Илларис

Первое утро дома показалось чудесным. Я проснулась в своей постели, потянулась, и улыбка сама собой появилась на лице. Моя комната по-прежнему сияла светлыми красками, а на знакомых полках за стеклом стояли книги и подаренные фарфоровые куклы. Академия приучила не валяться в кровати, а рано подниматься. И те полчаса, что я провела в постели, против обыкновения, показались сказкой и бесподобным послаблением. Вот когда начинаешь ценить обычные мелочи…

С удовольствием откинула одеяло, села, спустила ноги на пол. Возникло желание позвонить в колокольчик, чтобы пришла горничная и помогла одеться. Но я всегда предпочитала это делать сама. Вот и сейчас откинула мимолетный порыв, надела домашний халат и направилась в ванную. По пути подошла к окну и прищурилась. Занесенный снегом двор уже начали расчищать проворные слуги. В доме тоже все сверкало, готовясь к встрече официальной даты наступления зимы.

Как же я люблю Новый год! Встать с утра пораньше, в большом зале нарядить пахнущую хвоей елку. Пробраться на кухню и с благоговением наблюдать, как готовятся праздничные угощения. А если давали хотя бы немного поучаствовать в приготовлении сладостей, так я и вовсе от радости летала как на крыльях.

Я уже давно не ребенок, но в душе чувствовала приближение чего-то светлого. Хотелось сказки, и непременно со счастливым концом. Сегодня по заведенному обычаю на ужин к нам приедут родственники. Будут угощения, танцы и непременный фейерверк. После нескольких месяцев учебы в академии все воспринималось с удвоенным обожанием и желанием поучаствовать.

Не удержалась и, приоткрыв створку окна, зацепила горсть снега. Слепила комок и швырнула его в стайку мелких птиц, что сидела на яблоне. Возмущенно чирикая, они улетели.

Бросив взгляд на часы, поняла, что до завтрака еще полно времени, а потому решила не торопиться и спокойно привести себя в порядок. Наверняка братцы уже встали и заперлись вместе с отцом в его кабинете, чтобы всем вместе обсудить слова Кристена насчет Слезы и решить, как это можно использовать… Было ли мне жалко Моргана? Нет. Точнее, я ему сочувствовала, но и только. Он взрослый человек и прекрасно понимает, что это не игрушка или ценный сувенир. Тяжелая ноша с колоссальными возможностями и последствиями.

Не могла не подумать о неприятностях, которые посыпались на голову родным. Нам ничего не писали, но Седрик, Райли и Джейкоб вечером поделились нерадостными событиями: арестовано два судна, остановлена мануфактура, а заодно выслана инспекция на серебряный рудник по поводу отчислений в казну и утаивания доходов. В общем, петля на шее Илларисов затягивалась все туже.

На завтрак я вышла свежая и собранная. Было желание надеть что-то из привезенных с собой вещей. Только мои милые платья манили оборками, да и порадовать маму видом приличной девицы очень хотелось. Спустилась в столовую, попутно с радостью обнявшись с Седриком, он всего лишь на год старше меня. На следующий год братец тоже решил поступать в академию, потому что телепатия просто так не проявляется…

– А у нас гости, – прошептала мама, слегка коснувшись моего плеча. Я наклонилась и тут же была удостоена родительского поцелуя в висок.

Мы с братом обернулись, так и не успев занять места за столом…

Наверное, это было какое-то неправильное утро. Потому что тот, кого я увидела, никак не должен был прийти в мой дом. Разве что характер негодяя позволял ему появляться везде, где посчитает нужным.

С самого утра пред нами предстал отец Алекса, и это было сродни кошмару. Даже занятия у Ньяра Ольсена не вызывали такого негатива, как холеный и надменный вид прокурора.

– Рад приветствовать дружное семейство Илларисов, – произнес он с нотой властности, из-за которой мне окончательно стало понятно: все, утро испорчено. Но надежда на то, что Морган-старший надолго не задержится, сразу не исчезла. Мы нацепили на лица маски вежливости, постарались не скрипеть от злости зубами и уставились на визитера.

– Господин прокурор, прошу вас к столу. – Отец как ни в чем не бывало стоял рядом с гостем.

– С удовольствием, господин граф, – неожиданно заявил наглейший человек Тасваны. И… первым проследовал за стол.

Думаете, после этой чудной встречи прокурор ушел? Как бы не так. Позавтракав, они с отцом удалились, чтобы что-то важное обсудить. Закрылись в кабинете… А мы, конечно, тревожились. Отца точно не арестовывать приехали, но тогда зачем? Что нужно Моргану? Может, дело во мне? Алекс наверняка не простил своего унижения и падения. А теперь мстит самым доступным образом. У-у-у, гады! Все продумали.

Мама увела меня наряжать елку, ну а братья были вольны делать все, что пожелается. Они предпочли помогать нам, а заодно делиться впечатлениями об учебе. Я слушала, не забывая выбирать украшения. Мне нравилось брать шары и развешивать их сверху вниз, от мелких к крупным. Интересно, а что нравится Кристену и как Новый год проходит на островах Элен? Как отмечает это важное событие его семья? И кто вообще входит в драконий ближний круг. В моих знаниях оказался серьезный пробел, который я намеревалась заполнить по возвращении с каникул.

Возобновление общения с драконом благостно повлияло на мои мысли. А его признание так и вовсе выбило почву из-под ног. Разве могла я надеяться на это? Ни разика. Даже в самых потаенных мыслях. Ах, как хотелось, чтобы сейчас не братьям я подавала стеклянные игрушки, а именно Крису! Эта мысль показалась настолько восхитительной, что я не сразу заметила, как в гостиной наступила тишина.

– Дорогие мои, – раздался голос отца, и я обернулась. Папенька выглядел строгим и немного торжественным. – Вы все видели Моргана, но вряд ли догадываетесь о причине его появления.

Денег хочет. Эта мысль отразилась не только на моем лице, но и на лицах братьев. Мама тоже не стремилась прикрыться маской светскости.

– Господин прокурор приехал поговорить насчет своего сына…

Ну все, началось. Алекс нажаловался. А с виду был такой порядочный… Точно Сельме расскажу. Посмеемся вместе.

– Фрэнк! – не выдержала мама, поняв, что отец нарочно ходит кругами.

– Морган… вот шельма! – продолжал разглагольствовать отец. – Обещает пересмотр дела в мою пользу плюс продвижение по карьерной лестнице всех моих сыновей…

У меня сердце зашлось в неприятном предчувствии. Откуда такие милости?

– Семейство прокурора желало бы породниться с нами. Его сын очень хорошего мнения об Амели и находит ее замечательной особой.

Алекс? Обо мне?

Спешно начала вспоминать, куда его стукнула. Получилось, что точно не в лоб. Тогда что за разговоры? Откуда такое маниакальное рвение быть поближе ко мне? Мало ударила или обратный эффект?

Все, занавес!

Возмущение требовало выхода.

Дзынь! Игрушка вырвалась из моих рук и упала на пол.

– Надеюсь, ты не согласился? – прошептала я одними губами. Услышали все.

– Естественно. Сказал, что ты подумаешь, – усмехнулся папа и, повернувшись, ушел. Мое вытянутое от изумления лицо могло соперничать с эльфийскими рожами.

– Я вызову его на дуэль! – выпалил Седрик и уточнил: – Алекса!

– Сначала я! – прервал Оливер.

– Перебьетесь. Я первый, – мрачно вставил Элфи.

Видя, как прибавляется решимости и упрямства в глазах сыновей, маменька произнесла:

– Никто никого не вызывает ни на какие дуэли. Мы все прекрасно понимаем, что соперничество с Морганом может быть истолковано не в пользу семьи. А я не хочу, – графиня повысила голос, – узнать, что кто-то из моих сыновей имел дурость попасться на эту удочку. А сейчас прошу продолжить начатое. Вечером у нас будут гости, поэтому все должно быть идеально и даже лучше. Ни одна благородная сволочь не смеет унизить Илларисов. Прошу!

Мы были ошарашены ругательством из уст маменьки. Мне это напомнило леди Клементину. И все же речь графини подействовала нужным образом. Спустя какое-то время зал сверкал, а красавица елка сияла как никогда.

Я постаралась незаметно уйти, под предлогом, что хочу немного отдохнуть, хотя совершенно не устала. Организм требовал немедленного выплеска энергии. Даже пробежка и нелюбимые тренировки подошли бы для этого дела.

Шла сжав кулаки. А едва оказалась в собственной спальне, как от злости пнула загнувшийся угол ковра, а потом скинула тканые туфли. До чего Морганы неприятны! А Алекс… он что, идиот? Разве можно делать предложение девушке, которая тебя ударила?

На ум тут же пришел Кристен, но это не могло меня смутить. Дракон предложений не делал, а все наше недопонимание по совершенно иной причине. Я нервно усмехнулась, потому что невеста у Криса имеется. И это точно не я.

Выйти замуж за Алекса… Я посмотрела со стороны на сложившуюся ситуацию и без особого энтузиазма была вынуждена согласиться: брак с прокурорским сынком мог решить многие проблемы. А судя по лицу самого Моргана-старшего, он совершенно искренне считал, что делает нам огромное одолжение. Возможно, так оно и есть, только мне ничего такого не нужно. Уверена, родным тоже. И если говорить несветскими словами и спрятать «Правила порядочной леди» под подушку, то подкладывать дочь под прокурорского сынка ради выгоды мои родители не станут. Хотя прекрасно понимают преимущества предложения. Даже те, кто сейчас зубоскалят, первыми будут кричать о невиновности графа Иллариса, ведь сами Морганы признали это, решив породниться.

Даже засыпая, я удивлялась нелогичности поведения Алекса. Зачем ему жениться на мне? Непонятно. Наверное, я его очень сильно приложила, раз удар принес такие последствия. Или дело в падении с балкона? Да! Пожалуй, последнее точно объясняет неадекватность мага.

* * *

Шел пятый день пребывания дома, а я уже была готова сорваться в академию. Все очень просто. Дракон. Он снился каждую ночь, вызывая нешуточные эмоции, от которых я просыпалась и долго не могла уснуть. Что за наваждение? Словно он, Кристен, думал в эти минуты обо мне или очень хотел видеть. Я дрожала, ощущая, как маленькой птичкой трепещет в груди сердце, а по венам разливается горячая кровь, несущая желание. Желание поцелуев, прикосновений и еще того бесстыдного, что заставляет грудь набухать, а место между ног увлажняться. Я и не думала, что привидевшиеся во сне серые глаза вызовут такой бурный отклик моего организма.

Надо же! Оказывается, не только академия может удивить, но и собственная фантазия.

Распахнув окно среди ночи, я целый час любовалась на снегопад, а наутро выяснилось, что мои сны – еще полбеды. Самое худшее ждало впереди.

– Амели, детка, просыпайся! – Маменька была бесцеремонна и без стука вошла в мою комнату. – Солнышко, сегодня важный день, а ты почему-то опаздываешь к завтраку.

– Что случилось… – с трудом шевеля языком, прохрипела я. Голова болела, а язык во рту еле шевелился, а в горло словно насовали ваты.

Графиня все сразу поняла и, положив руку мне на лоб, прищелкнула языком.

– Не понимаю, дорогая, откуда простуда? Словно ты вчера бегала босиком по улице.

– Окно открывала, – призналась я и прикрыла глаза. Хотелось пить, принять ванну, сменить белье на свежее и снова лечь под одеяло.

– Как ребенок, Амели, – покачала головой маменька и коснулась моего лба губами. – Ты вся горишь… Но… Это хорошо, что не можешь встать… Так даже лучше… Я пошлю за доктором, а пока прикажу приготовить чай с лимоном. – Она собиралась что-то еще сказать, но передумала. Развернулась и стремительно вышла из моей комнаты.

Приподняв голову, я посмотрела вслед маменьке. Что-то подозрительное прозвучало в ее словах, и это напрягло. Да и выражение лица озадачило. Я кое-как встала, но вместо того, чтобы выглянуть в коридор, поплелась в ванную. Мой маневр не остался незамеченным. Вбежала горничная. Пришлось попросить ее не причитать, а молча помочь.

– Леди, вам бы полежать, – пролепетала женщина, провожая меня в ванную.

– Позже. Лучше скажи, у нас гости?

– Визитеры с самого утра, – призналась горничная. – Сам прокурор с сыном, чтоб им провалиться на месте.

Хорошее пожелание, главное, чтобы оно исполнилось подальше от нашего дома. А то потом еще и пол восстанавливать.

– Да?! Как быстро… – Моему удивлению не было предела. Но обсуждать гостей с прислугой неправильно.

Есть своя прелесть в болезнях. Отсутствие желания видеть Моргана вполне совпало с повышенной температурой. Под недоуменным взглядом прислуги я расплылась в улыбке.

– Вам плохо? Графиня послала за доктором…

– Мне замечательно, – прокаркала я, прерывая причитания горничной.

Эх, как бы хотелось узнать, о чем они там беседуют. Вчера был второй за несколько дней семейный совет, на котором я объявила родителям, что не желаю слышать ни о каких помолвках. А чтобы они окончательно прониклись, пришлось рассказать о недостойном поведении Алекса. Мама возмущалась, а папа пожалел, что его не оказалось рядом в момент удара. Он бы добавил. Братьям досталось из-за того, что Кристен первым успел, а не они. Но в общем-то все закончилось довольно мирно.

С трудом отослав свою помощницу, я быстро приняла душ. Мне не терпелось узнать итоги визита. Внезапно накатившая радость сменилась страхом. А ну как Морган-старший придумает новые репрессии? Не такой он человек, чтобы прощать унижение отказа. Тем более дважды приезжал лично. С чего такое внезапное расположение к опальной семейке? Я не понимала.

Накинула халат, выскочила из ванной…

– Мама?

Хмурая графиня стояла у окна, глядя куда-то вдаль. Но, услышав мой голос, повернулась и шагнула навстречу. На мой немой протест никак не отреагировала. Усадила на постель, сама пристроилась рядом. Взяла меня за руку, отчего в сердце так приятно и сладко защемило, что я едва не пустила сентиментальную слезу. Все-таки девушки порой такие непредсказуемые, что слов нет. Маменька вручила мне чай с лимоном и только после этого заговорила о делах:

– Амели, девочка моя, ты в курсе, кто только что был у нас с визитом?

Чай смягчил горло, и стало легче говорить. Воронье карканье сменилось обычной хрипотой. И я тут же кивнула, а потом осторожно поинтересовалась:

– Мама, расскажи, как все прошло. У нас новые проблемы?

– Не без этого. – Графиня многозначительно улыбнулась, и в ее улыбке не было ничего хорошего. Для Моргана. – Это ничтожество пытался применить к нам магию, представляешь? Чтобы заставить принять его предложение.

– Что?! – выкрикнула я и закашлялась, едва не опрокинув чашку на себя. – Магию?

– Да. Удобно, правда? – Мама только зубами не скрипела от злости, а в ее глазах горел лихорадочный блеск. – Я рада, что у твоего отца хватило ума и связей позаботиться об охранных артефактах. Иначе бы мы вели себя как овощи, а ты не понимала, отчего такие крутые перемены.

Графиня, гордая и несгибаемая, сейчас чуть заметно дрожала. И я прижалась к ней, пытаясь не дышать своей заразой, но в то же время показать нежность и понимание.

– Мам, а что нам за это будет? Морганы все поняли?

– Поняли. Но даже в случае обыска им ничего не найти. Твой отец, отягощенный богатым опытом, все продумал. К тому же Морган не посмеет в открытую заявить о своей подлости, понимаешь?

Понимала ли я? Да. Но то, что одну из значимых фигур государства заставили попотеть и почувствовать себя слабаком, напрягало.

– А нам надо срочно что-то придумать!

– Фрэнк уже кое-что предпринимает. Но лучше не будем об этом. – Прохладная ладонь графини легла на мой лоб, стало так приятно…

Легкий стук в дверь оповестил о прибытии посетителя. Маменька поправила одеяло и разрешила войти.

– Ну-с, где тут у нас больная малышка Амелия? – раздался знакомый голос семейного доктора Теофраста, и я поневоле улыбнулась. Невысокий мужчина, обладатель круглого брюшка и пышной шевелюры, приходился ростом мне по плечо. Но лекарь он был замечательный, а уж с таким-то чувством юмора и подавно.

Естественно, меня напичкали лекарствами. Конечно же, не обошлось без магического воздействия. И, как следствие, я проспала весь день. Но что самое обидное, когда закончились каникулы, в академию меня никто не отпустил. Я была практически здорова! И без температуры! Но… разве с ними поспоришь?!

Глава 21

Кристен Дальберг

Сильный снегопад, что замел острова Элен, добрался и до городка магов Сен-Кервилла. Но в последний день коротких каникул дорожки в академии расчистили.

Крис посмотрел на портальный зал, но внутрь заходить не стал, предпочитая свежий воздух и возможность наблюдать со стороны. Передернул плечами, но причиной тому был не холод или мороз. Даже в человеческом обличье дракона не проймешь какими-то минус десятью градусами. Не переживал он и за учебу, потому как по праву считался одним из лучших учеников академии.

Все было сложно и просто одновременно – Дальберга волновала встреча с Амелией. Неделя пролетела как один день. И с каждым часом без нее становилось хуже и хуже. Это напрягало и радовало. Крис давно понял, что относится к этой девушке совсем не так, как к другим. Очередная разлука только подтвердила его догадку: пара найдена. Дракон не просто полюбил человечку, она стала его частью по всем законам природы. А без нее, как пишут в женских книжонках, и свет не мил. Действительно так!

Сам Дальберг вернулся в академию еще вчера.

Он не соскучился по сокурсникам. Друзья наследника островов Элен тоже учились здесь, прибыли вместе с ним и сейчас были рядом. А вот дома, пока они отдыхали, Кристен занимался крайне важным делом. Необходимо было разобраться со Слезой Дракона и исключить возможность ее использования. Он рассказал все отцу, затем повторил начальнику отдела безопасности и верховному магу островов. Именно по их общему решению Крис и вернулся раньше.

Будущий правитель островов пробрался в комнату Моргана и с помощью драконьих чар попытался найти чудовищную по происхождению драгоценность. Безрезультатно. Алекс явно утащил камень с собой. Последнее могло отрицательно сказаться не только на семье Моргана, но и на политической обстановке. А она, как оказалось, неоднозначна. Крис, знавший об опале графа Иллариса, надеялся, что Слеза Дракона никоим образом не причастна к этому. К сожалению, его надежда могла не оправдаться, ведь главный прокурор – доверенное лицо самого императора. Что наводило на нехорошие мысли.

О том, что Слезы нет на месте, Крис был готов поделиться с Илларисами. Братья Амели довольно наблюдательны и могли знать больше, чем казалось. Сидеть и ждать, пока нужные ему люди появятся в общежитии, бессмысленно. Но главное – ужасно хотелось увидеть Амелию. Запустить в нее снежком, да так, чтобы она в ответ рассмеялась. Окунуться в омут карих глаз и в очередной раз осознать, насколько соскучился. Прижать к себе, почувствовав тепло девичьего тела. Целовать нежные губы, вызывая стоны любимой, а самому сдерживаться, чтобы не утащить ее к себе.

Или утащить? Все равно этого не миновать. Да, отец пришел в ярость, узнав, что сын решил разорвать помолвку. Кричал, что не желает войны. Скандал сотрясал дворец два дня, а на третий родители смирились. Мать потребовала знакомства с избранницей, ну а отец заперся с советниками – решать, как выпутаться из надвигающегося кризиса. Для оборотней пара священна, но тут не простые смертные, правители! И потом, инициаторами помолвки были именно родители. Тогда самому Кристену было все равно на ком жениться.

И вот теперь Крис прибыл в академию, полный надежд и озабоченный важными делами. Друзьям тоже отводилась определенная роль, но мозговым центром в академии был сам Дальберг.

Входная дверь портального зала хлопнула, оповещая о прибывшем. Затем еще и еще… Кто-то радовался возвращению, кто-то грустил, уже заранее скучая по родным. И, несмотря на столь разный настрой, всеобщее веселье было заразным, а число адептов росло.

Илларисы… Их Кристен заметил издалека, но не двинулся с места. Лишь дал знак своим отойти. Братья Амели идиотами не были и сами двинулись навстречу Дальбергу.

После короткого приветствия в виде кивков (все-таки их отношения перешли на иной уровень), последовал вполне закономерный вопрос:

– Где Амелия? Почему не с вами?

– Так у нее жених появился, вот и задержалась, – криво усмехнулся Оливер.

Что?! Жених?!

Кровь прилила к сердцу. Оба Иллариса сами наверняка не поняли, как отшатнулись. Слишком разительно изменилось лицо дракона. Второй брат Амели раскрыл рот, но Крис его опередил. Сдерживая рычание рвущегося наружу зверя, он спросил:

– Кто?

Он уже был готов броситься в Тасвану, увидеть, что именно там происходит. Имя смертника даже не интересовало.

– Кристен, остынь! – спешно выпалил Оливер, с опаской положив руку на плечо Дальберга. – Я пошутил… Извини. Не думал, что все так серьезно. Ты… ты настолько любишь нашу сестру? – Пораженный догадкой Илларис вытаращил глаза. – Вот влипла мелкая.

– Но жених и в самом деле был. Амелия ему отказала, – продолжил младший. Кажется, Элфи. – А не приехала, потому что заболела.

Быть в неведении? Никогда. Кристену срочно, просто жизненно необходимо стало нужно увидеть Амелию. Знать, что с ней все в порядке, а заодно убедиться, что поблизости не отираются прохвосты. Дракон и не догадывался, что способен так злиться только об одном упоминании возможных претендентов на руку этой девушки со стержнем внутри и с характером настоящего бойца. Да он им ноги с корнем выдернет, а заодно хвост, чтобы не смели распушать его.

Все, решено. Он должен видеть Амелию. Просто обязан! Немедленно. Портал – наименьшая из проблем. В крайнем случае активирует экстренный, что хранится в комнате.

– Вас все еще интересуют новости о Слезе? – без расшаркиваний и предисловий обратился Крис к Илларисам. Вполне закономерно отметив на их лицах сосредоточенную заинтересованность. В точку попал. Значит, опала точно не снята и желание подгадить Моргану не пропало. Дракон почувствовал удовлетворение. Он все еще ревновал Амелию к сокурснику, хотя девушка не давала и тени повода.

Как же его крутит без нее!

– Нам нужно поговорить. – Оливер Илларис сразу все понял.

– Вечером жду вас у себя. Мне есть что рассказать, – чуть криво ухмыльнулся дракон, приобретая союзников. Именно так. Хорошо, что они нашли общий язык. – Координаты своего дома скажите.

– Думаешь прорваться? – поинтересовался Элфи.

В академии существовало правило. Чтобы не создавать очереди, адептам ограничивали передвижение через стационарный портал. А кто мог строить свой, в местном и не нуждался. Дальберг прекрасно справлялся сам, но во владениях Илларисов могли быть особые магические настройки, сбивающие выход. Дорого, но от нежданных врагов помогало. А оказаться в какой-нибудь выгребной яме не входило в планы наследника островов.

– У меня договоренность, – уголками губ улыбнулся Крис.

Служащий, наблюдавший за работой порталов, был выходцем с островов и четко выполнял данную когда-то клятву хранить верность правящей династии. Именно поэтому Дальберг не сомневался, что ему позволят покинуть академию в любой момент.

– Завтра или послезавтра она появится. – Оливер Илларис зачем-то попытался его отговорить. – Посовещаемся сейчас.

Нет, сейчас не время. Потому что душа Криса рвалась к Амели. Хотелось ее увидеть и хотя бы внешне оценить тяжесть заболевания. И, наконец, просто потискать. А что? Всем можно, а драконам нет?

– Вечером. Сначала я должен ее увидеть.

– Хорошо, – сдался маг. – Тогда слушай. И если что, скажи отцу, что это я тебе дал доступ.

Естественно, координаты были получены, и в самые кратчайшие сроки Кристен Дальберг очутился в небольшой гостиной столичного дома Илларисов. По случайному совпадению в этот момент в гостиной находился глава семейства. Его прищурившиеся глаза полыхнули недовольством, а правая рука дернулась. Из чего дракон понял, что сейчас последует выстрел. Не то чтобы он чего-то боялся, все-таки не первокурсник и с детства готовился к возможному нападению на свою персону как на важную фигуру для островов. Но Крис решил не искушать судьбу, а заодно не ссориться с отцом любимой.

– Кристен Дальберг, – представился он. – Прибыл навестить Амелию.

– Амелию? – Глаза мужчины округлились. Он потянулся к шнурку на стене, колокольчиком вызывая прислугу. – Фрэнк Илларис, отец Амелии. Позвольте поинтересоваться, с какой целью навестить?

Человек осматривал прибывшего гостя с вниманием и той подозрительностью, с которой ученые рассматривают очередную бациллу. Страшно интересно и в то же время нечто чужеродное. Дракон ухмыльнулся, не сдержав эмоций. Похоже, незваных гостей в этом доме не жаловали. Он мог бы без предварительных расшаркиваний добраться до комнаты Амелии. Благо слуги везде есть, они покажут. Но не хотелось с самого начала портить отношения с отцом любимой.

– Ваш сын, Оливер, сказал, что она заболела. И мне нужно справиться о ее здоровье.

Брови Иллариса удивленно взлетели, но сам он осторожно поинтересовался:

– Насколько срочно?

– Безотлагательно.

– Даже так.

Язвительность Амелии явно досталась ей от отца. Парой слов показал свое отношение к происходящему.

В этот момент в дверном проеме появился слуга, и граф Илларис отдал приказ:

– Передайте графине, чтобы она изволила спуститься в портальную гостиную.

Кристен сдержал улыбку, в то же время немного нервничая. Нет, он не пожалел, что попал в этот дом. Отчаянно хотелось увидеть любимую и дотронуться до нее. Осторожно поцеловать, а потом заключить в объятия. И желательно, без свидетелей. Нежные чувства и эмоции, сопутствующие их встрече, должны достаться только ей. Но родители Амелии, по сути, не посторонние. Будущие родственники, если захотят быть таковыми. А если что-то их не устроит, пусть проваливают. Свое сокровище дракон не собирался выпускать из цепких лап, равно как и делиться с кем бы то ни было.

Миловидная женщина, удивительно похожая на Амелию, вошла в гостиную с той грацией, на которую способна лишь истинная леди.

– У нас гости? – удивленно произнесла она, встав рядом с мужем.

– Да, дорогая, познакомься. Это Кристен Дальберг.

– Тот самый?

Крис едва не опешил, но тут же подумал, что в семье Илларисов очень дружеские отношения между родителями и детьми. Похоже, ситуацию со Слезой они обсуждали вместе.

– Позвольте представиться, графиня. Кристен Дальберг. Прибыл узнать о состоянии вашей дочери. Желательно лично.

– Каков нахал, – удивилась леди Эмма, впрочем не двинувшись с места.

– Согласен, – в тон ей ответил муж. Оба Иллариса с нескрываемым интересом рассматривали прибывшего.

– А скажите, молодой… господин Дальберг. Отчего встреча необходима вам именно сейчас? Завтра Амели появится в академии. Она уже практически здорова, но провести лишний день дома не помешает.

– Все просто. Я люблю Амелию и хочу лично убедиться, что с ней все в порядке, – будничным тоном отозвался Крис, с удовлетворением замечая, как меняются лица Илларисов.

Этикет этикетом, но дракону наскучило распинаться. Сердце рвалось к любимой. А вторая его ипостась намекала, что можно просто все спалить в этой комнате, и тогда людям будет не до него.

– И если допрос закончен, прошу проводить меня к Амели. Или пригласить ее сюда, если она может передвигаться. В противном случае я найду ее сам.

– Наглец, – кивнула графиня, нисколько не испугавшись. – А скажите, молодой человек, вы у родителей один?

– Нет. У меня брат и сестра. Это имеет значение?

– Ровным счетом никакого, – обворожительно улыбнулась леди Эмма. – Думаю, как ваша мать справлялась. С таким-то характером… нелегко ей было.

Кристен даже восхитился выражением ее лица. Идеально владеет салонной мимикой и знаками, великолепно играет полутонами в голосе. Светская дама в самом положительном смысле слова.

– Вы правы, графиня, нелегко. – Легкий поклон в знак признательности. Вопрос и в самом деле занятный. Уголки губ Криса дернулись, скрывая улыбку. – А сейчас очень прошу меня извинить. Но дело не требует отлагательств.

А граф неожиданно развеселился. Почему? Крис не понял. Илларис снова вызвал слугу, и выяснилось, что Амели читает в гостиной. Дракон был бы рад к ней сорваться, но родители посчитали иначе.

– Господин Дальберг, нам бы очень хотелось узнать, кто вы. Но раз вы настолько спешите…

Наконец-то! Даже в обе академии поступать было куда как проще, чем впервые встретиться с родителями девушки, которую полюбил.

– Кстати, нет ли у вас возможности ненадолго задержаться у нас? – вклинился граф, и дракон едва не зарычал.

Похоже, это отразилось на его лице, раз Илларисы перестали улыбаться. Дипломатия, чтоб ее. Дальберг незаметно вздохнул и пояснил:

– Мне нужно срочно встретиться с вашими сыновьями. По поводу того самого дела.

– Господин Дальберг, эта тема интересует и меня. Прошу вас после беседы с моей дочерью отобедать вместе с нами. А потом мы могли бы поговорить у меня в кабинете. Рассчитываю на ваше согласие.

Ну что ж… У них действительно общая цель, ради которой неплохо бы объединиться.

– Согласен.

– Благодарю. Позвольте проводить вас к Амелии.

Наконец-то! Правила и хождение кругами иногда утомляют. А разговор ничем не повредит островам.

* * *

Амелия Илларис

Я сидела в библиотеке и читала основы иллюзорной магии. А заодно пила какао с бисквитным печеньем. Пасмурная погода не добавляла радости, а глупый запрет доктора вызывал возмущение. Какой толк сидеть под наблюдением дома, если в академии отличные целители? Я не на улице живу, в замке, среди магов!

Непонятное волнение то и дело сбивало с мысли, а потому приходилось перечитывать абзацы по нескольку раз.

– Проходите, господин Дальберг, – раздался голос отца.

От неожиданности я дернулась, нервно проглотив печенье. Хорошо, что успела. А то была бы жующая красавица в крошках. Быстро запила, уставившись на дверь. Но откуда он здесь может взяться?!

– Благодарю вас, граф. – Голос, который мне будет сниться до самой смерти и даже позже, заставил непроизвольно улыбнуться.

Я отложила книгу и… Не бросилась навстречу, нет. Изящно поднялась с кресла, как подобает порядочной леди, мысленно посылая весь этикет куда подальше.

Вошли трое – родители и Крис. Улыбка сама расплылась по моему лицу. Он пришел, нашел меня! Сам!

Глаза дракона радостно вспыхнули. Он сам с трудом сдерживался, чтобы не шагнуть навстречу. Я видела это, чувствовала по почти неуловимым движениям, что удалось заметить, по выражению лица Криса. Для других это маска обыкновенной, а порой надменной вежливости, но не для меня. Я уже изучила мимику Дальберга. Он постоянно снился мне, эта неделя была наполнена воспоминаниями и желанием поскорее увидеться. А еще узнать, не разлюбил ли, не сбежал к своей невесте. Эта мысль угнетала и разъедала сердце. Я старалась отвлечь себя, гася негатив и мечтая о несносном драконе.

И вот Кристен здесь, а значит, все в порядке.

Родители узрели мое счастливое выражение лица и сразу все поняли. Я сдержала вздох, подумав, что сейчас начнется разговор о погоде, последних новостях академии и прочей крайне важной ерунде.

– Надеюсь, я воспитала истинную леди, дорогая, – улыбнулась мама. Это был не вопрос. Предупреждение.

– Разумеется, маменька, – подтвердила я, не сводя взгляда с Криса. Его губы чуть дрогнули, словно дракон тоже сдерживался. И это развеселило.

– Господин Дальберг, я уверен, что вы еще не раз сможете посетить наш дом, – вклинился папенька, чем привлек наше всеобщее внимание.

– Я не обману вашего доверия, граф, – тут же ответил Крис.

Как долго тянулась минута, когда стук каблучков герцогини все удалялся и наконец-то затих! А дальше все, случился взрыв, и срыв, и вообще непонятно что. Мне захотелось запрокинуть голову и рассмеяться, потому что наглый дракон здесь, рядом со мной. Он плавно шел навстречу, двигаясь словно огромный хищник. Словно на прогулке, не торопясь, но на самом деле уверенно приближаясь к своей цели.

И я не выдержала, сама шагнула навстречу. Даже не вспомнила наставления из «Правил порядочной леди». Послала их вслед за этикетом туда, куда девушке из приличной семьи ходу нет.

– Кристен!

– Амелия!

И тут же очутилась в надежных крепких объятиях. Наши губы соприкоснулись, а сердце захлебнулось от радости. Мой мужчина тут, рядом. Какие условности, различия, менталитет? Если душа поет, а тепло его рук согревает? Дыхание его сливается с твоим, а еще то и дело раздаются те самые слова, от которых хочется петь и размазаться как масло по бутерброду:

– Любимая… единственная… скучал…

Думаете, от этих слов и напора дракона у меня коленки подогнулись и я потеряла ориентацию во времени и пространстве? Ничего подобного.

Помог вопрос. Простой, от которого девушки теряют разум и бдительность, проще говоря – тупеют. У меня же была совершенно иная реакция.

– Амелия, Ами… Ты выйдешь за меня замуж? – Дракон коснулся языком моей шеи и прикусил мочку уха. Но мозг, вместо того чтобы расплавиться, ожидаемо подкинул воспоминания.

– У тебя есть невеста.

Наивная. Хотела подколоть Кристена? Сама словно облила себя ведром холодной воды. И сразу заметила, что оборки на моих рукавах смялись, да и само платье выглядит так, будто висело в тесном шкафу целую неделю.

– Уже нет, – замотал головой Кристен. – Отец с этим разбирается.

– А как же война? Ты говорил, островам это даром не пройдет… И вообще, Крис! При чем тут острова?! У династии, что правит, фамилия…

– Вальберги, – внятно, без тени иронии или веселья отозвался дракон. – Похоже, правда?

– Неужели, – пораженно выдохнула я, обратив внимание на элементарное сходство. И все же фамилия звучала иначе. – Но зачем?

Спросила и тут же сама нашла ответ. Криса осаждали бы толпы поклонниц и воздыхательниц, мешающих учиться и регулярно путающихся под ногами. Отчего-то мне представилось, как та же Мариэль картинно теряет сознание в десятый раз за месяц, а дракон ее ловит. И сразу стало понятно, что Вальберги-Дальберги правы насчет анонимного обучения.

– А как же диплом?

– Не переживай, Армин в курсе, кто я на самом деле.

Я кивнула, теперь иначе понимая те хитроумные взгляды и фразочки ректора на балу. Да он нарочно дразнил Кристена, танцуя со мной!

А еще…

– Кто твоя невеста? – чуть хрипло произнесла я, осознавая поселившуюся внутри панику. Она накатывала волнами, погребая под собой и внушая тревогу.

Кристен немного отстранился, но из рук не выпустил. Сжал меня еще крепче и, проникновенно глядя в глаза, произнес:

– Бывшая, Амели. Бывшая. Процедура расторжения помолвки запущена, а я ни за какие блага мира не откажусь от тебя.

– Даже если тебе прикажут родители?

– Это уже пройдено. Не прикажут.

– А военные действия? Разорение страны и все прочее… Аристократия против, народ тоже. Это заставляет пересматривать прежние решения не в лучшую сторону.

– Амелия Илларис, – серые глаза подозрительно сузились, а голос Криса приобрел угрожающие нотки, – уж не хочешь ли ты сказать, что у тебя есть другой жених? Кто он?! Твои братья сказали, что такой смертник все-таки нашелся!

Я тяжело вздохнула, вспомнив то представление, что устроило тут семейство прокурора.

– Морган. Его отец пытался воздействовать на моего с помощью каких-то чар. Хорошо, у нас нашлось, что им противопоставить.

Я умолчала, что некоторые из семейных защитных амулетов запрещены законом.

Кристен, мой милый дракон! Сколько хищной грации и звериной мощи в этом мужчине, который в самый первый раз показался мне обыкновенным заносчивым снобом. Сейчас его взор пылал праведным гневом, а в глазах читались намерения… в общем, совсем недобрые.

Я как-то очень быстро оказалась на руках Дальберга, который и не думал меня отпускать. Так и двинулся к двери, удобно перехватив, чтобы при этом еще можно было и поцеловать.

– Мы куда?

– К твоему отцу. Амели, надеюсь, ты не думаешь, что этот вопрос я оставлю без внимания?

– Крис, – я перешла на шепот, с радостью заметив, как это подействовало на дракона. Он как-то судорожно вздохнул, а стоило коснуться его лица, так и вовсе прикрыл глаза. Трудно было сдержать ликование, видя его реакцию. – Кристен. Отпусти меня, пожалуйста. Родители не поймут.

– Отпущу… – Маг попытался быть серьезным и не обращать внимания на мои осторожные изучающие прикосновения. Я же приходила в восторг от такого опыта, и очень хотелось продолжить. – Если ты поклянешься, что выйдешь за меня замуж.

– Крис, поставь. Родители не поймут. Ты же не хочешь, чтобы маменька упала в обморок от подобного зрелища. – Я вспомнила наивные романы, которых перечитала немало. В них трепетные леди любого возраста падали в обморок при каждом удобном случае.

– Сомневаюсь, – усмехнулся наглый драконище. – Несколько минут назад графиня выглядела вполне румяной и здоровой.

– Только не говори ей про румянец, – прошептала я, едва сдерживая смех. – Дамам положено выглядеть бледными и томными.

– Хорошо, что ты предупредила. У нас на островах тоже так. Глупые правила! Когда ты станешь моей женой, не вздумай прислушиваться. Разгоню все женское собрание и запрещу балы.

С балами – это серьезно. Танцевать я люблю.

– Как скажешь, дорогой! А теперь пусти меня, пожалуйста. – Похлопала ресницами для должного эффекта. – Папенька предупреждал, чтобы ты не шалил.

– Это можно расценивать как согласие?

– Да, да! – выпалила я, после чего меня соизволили поставить на ноги и с самым довольным видом надеть на палец кольцо. «Скромный» ободок из белого золота с тремя бриллиантами. Улыбка непроизвольно появилась на моем лице.

– Люблю тебя, Амелия Илларис, – совершенно серьезно отозвался Крис. – Только не забывай об этом.

Кажется, я тебя тоже люблю…

Спустя несколько часов мы с Кристеном (отпросил-таки у родителей) вернулись в академию. Они пока еще не знали, что Дальберг является наследником правителя островов Элен. Но ни один артефакт отца не показал, что Крис лжет или его намерения не чисты.

А что касается Слезы… Мужчины были уверены, что Морганы не так невинны, как кажется нашему императору. Кристен так и вовсе сделал предположение, что на моих родителей пытались воздействовать Слезой Дракона, чем поверг отца в глубокую задумчивость. Я не знаю, о чем они разговаривали после того, как попросили нас с маменькой удалиться, но это точно было очень серьезно. На папеньке лица не было, когда он вышел к нам. Сразу видно, получил пищу для ума. И что-то мне подсказывало: скоро начнутся более активные действия.

Глава 22

– Я загляну к тебе ночью, – пообещал дракон, провожая меня до общежития.

– Не смей, – прошипела я, сдерживаясь, чтобы не оглянуться по сторонам. Естественно, народ проходивший мимо, понимающе хмыкал. Что-то стало подозрительно. Я схватилась за сумочку и достала зеркальце. Под внимательным взглядом Кристена пристально изучила отражение.

– Что? – заинтересовался дракон, не обращая внимания на адептов.

– Не пойму, почему все так пялятся. Подозреваю, дело в тебе.

– Нет, Амели. – Дракон плотоядно усмехнулся и осмотрел меня с ног до головы. – Из-за тебя.

– А что со мной не так? Платье помялось или выгляжу простуженной? – Не то чтобы меня это беспокоило, но…

– Смотри сюда, – ухмыльнулся Кристен и кивнул на мой саквояж, который держал в руке. – Я еще никогда не подрабатывал носильщиком. Дальберг с саквояжем девушки – это вообще нонсенс.

Мне вдруг стало так приятно. Зеркальце было убрано, а я улыбнулась благосклонно и с пониманием.

– Мой герой! Я тебя за это поцелую!

– Язва! – нисколько не обиделся Кристен и, положив руку мне на талию, притянул к себе. – Ты обещала, что никуда не выйдешь. Надеюсь на твое благоразумие.

– А ужин? Хотя если ты настаиваешь…

– Шантаж, – усмехнулся Крис, затем поцеловал меня в нос и отпустил. – Хочешь, приду за тобой или увидимся в столовой.

– Ужинаю с Сельмой!

– Ошибаешься. Теперь со мной, и только со мной. А если твоя подруга захочет к нашей компании присоединиться, я не против.

Я миленько улыбнулась и решила не спорить. Зачем устраивать представление для народа сейчас, можно и попозже. В конце концов, весовые категории разные, а дракон меня еще плохо знает.

* * *

Встреча с подругой прошла на высоте. Мы делились событиями, случившимися с нами за неделю. Я деликатно обошла тему Кристена, но оборотница и сама о многом догадалась.

– Колись! Вы с драконом действительно помирились.

Я натянула улыбку и кивнула, внутренне содрогнувшись от чересчур предвкушающей улыбки Сельмы. Волчица как есть. Или пиранья. Вон как радостно оскалилась и ручки потирает. Пришлось рассказывать, но по минимуму. Старательно обходя тему со Слезой Дракона.

Сель улеглась, а я все никак не могла дождаться, когда она уснет. Угроза дракона навестить меня ночью принесла свои плоды: я молча сопела, старательно изображая, что сплю. Подруга пыталась разговаривать, рассуждая, кого из моих братьев предпочесть. Но я отказалась обсуждать достоинства и недостатки Илларисов, потому что с моей стороны это будет вроде как нечестно. И потом, я ждала Кристена! А это уже само по себе навевало романтические мысли. А когда дыхание оборотницы стало ровным, досчитала до ста и, накинув легкий халатик, отправилась на кухню.

Зимняя ночь хороша тем, что из-за выпавшего снега можно различить дорожки, разбегавшиеся перед зданием, деревья и кустарники, окутанные белоснежным покрывалом. Адептам запрещено ночью слоняться по территории, но в некоторых окнах горел свет. Не иначе народ праздновал прибытие, но что вернее – готовился к завтрашнему дню.

Я прислонилась лбом к стеклу и вздохнула. Придет или нет? Дракон свои обещания исполнял, и я не видела повода не доверять. Что-то такое случилось между нами, отчего хотелось Кристену верить. Действительно ли к нам явилась истинная любовь, дарованная небесами раз и навсегда, я пока не понимала. Но отчаянно хотелось верить, что это так.

Осторожно раскрыла окно и на всякий случай отошла в сторону, запахнув поплотнее шелковый халат. В следующий раз надену что-то потеплее. Порыв ветра снес меня в сторону и тут же захлопнул створки. Возмутиться не успела, потому что оказалась тесно прижата к мужскому телу.

– Крис! Ты разбудишь Сельму! – Я попыталась поставить захватчика моего тела на место, но дракон не собирался сдаваться. Победно скалился, а заодно грозно сверкал глазами. – Что не так?

– Амели, я обещал твоим родителям, что присмотрю за тобой. А ты подходишь к окну вот в этом… – Кристен провел рукой по моему плечу, скользнул ладонью по спине, потом чуть ниже… Глаза дракона полыхнули серебром. Он застыл, медленно повторив обратный маневр, затем ладонь снова спустилась…

– Что ты делаешь? – Я попыталась придать своему голосу возмущенный оттенок и оттолкнуть наглую конечность. Но то ли дракон попался ушлый, то ли я была неубедительна в своем протесте, но ничего не вышло. Уверенная рука Дальберга накрыла мою пятую точку и застыла, оценивая масштаб достижения. – А скажи-ка мне, Крис, отчего на лице такая радость? – осторожно поинтересовалась я.

– Это мое вознаграждение, – ответил наглец. – Я сегодня разработал гениальный план, а твои братья его одобрили.

– А твои родители? – осторожно поинтересовалась я, безуспешно пытаясь скинуть ладонь дракона.

– Перед фактом поставлю. Амелия, не ерзай и не переживай. Твоя соседка все равно ничего не услышит, я накрыл нас пологом тишины.

– А в чем состоит гениальность твоего плана?

Участие в плане братьев немного напрягло. Кристен рассудительный, но всем известен тяжелый характер драконов и их импульсивность. Хотя он наследник, а значит, многим вещам обучен с детства, в том числе выдержке. Но если тут замешаны еще два моих брата, то даже боюсь предполагать, что они там нарешали.

– Любопытная. – Губы Криса осторожно коснулись моего носа. – Набить морду Моргану, это тебя устроит?

– Скрываешь. – Я сделала вид, что недовольна. Но на самом деле было очень приятно. Если твой парень узнает про чужие поползновения, то вряд ли ожидаешь увидеть довольное кивание или равнодушие. Только это ведь Морган! Прокурорский сынок! Там юридические выверты могут просчитать на десять ходов вперед! Хотя… Крис ведь дракон и наследник, а значит, его защита гораздо круче.

– Да. Я не хочу, чтобы ты в это ввязывалась, – спокойным тоном подтвердил Кристен, взъерошив мне волосы. Отвлекал. Но я не купилась. Даже когда он уселся на стул и притянул меня к себе на колени, не сдалась.

– Не доросла? – Попыталась надуть губы, а вместо этого получила поцелуй, от которого перехватило дыхание и мысли сбились.

– Оберегаю, – категорично отмел мои намеки Кристен.

– Дракон! – припечатала я, ткнув адепта в грудь. Пальцы во что-то воткнулись, вызвав непонятный тонкий хруст под одеждой дракона. – Что это?

– Извини, чуть не забыл, – спохватился Дальберг и, сунув руку за пазуху, вытащил оттуда букет нежных фиалок. Стоит ли говорить, какого они были цвета. Лунный свет непонятным образом освещал нашу скромную кухню, сосредоточившись на букете.

– Откуда ты их берешь? – Я осторожно забрала у Кристена фиалки. Поставила их в маленькую вазу на окно рядом с теми, что были подарены раньше. Наложенное драконом заклятье не давало букетам увянуть. И еще удивительно, как распахнувшееся окно не сбило эту красоту на пол.

– У мамы, – усмехнулся мой собеседник. – Из ее личной оранжереи.

Я ошеломленно вытаращилась на него.

– Меня же… меня же возненавидят. Это же, наверное, ее любимые цветы, Крис. К тому же выращенные зимой.

– Не пугайся, – проворковал дракон и снова усадил меня к себе на колени. Обнял, сквозь тонкий шелк погладил бедро и прикусил мочку уха. – Мама не против. Ей нравится, что я… теперь такой.

– В смысле? Ты никогда не дарил девушкам цветы? – не поверила я. Дальберг в очередной раз меня удивил.

– Нет. А зачем? – нагло ответило мне самое настоящее чудовище.

И я хотела сказать что-то о раздутом самомнении некоторых индивидов, а потом передумала. Вспомнила Дэнни и Мэнни, а заодно десяток других девиц, что при мне увивались за Кристеном, и промолчала. Мой он, и все тут! Мне цветы, а прочим дамочкам, желающим заполучить дракона, колючие кактусы.

Глава 23

«Через час жду в правом крыле у запасной лестницы», – гласила записка, которую мне подбросили ранним утром, привязав бантиком на ручку двери.

Я покосилась на заинтересовавшуюся подругу, перевела взгляд в коридор, где сновали девчонки. И никого, вызывающего подозрения.

– Думаешь, твой Дальберг? Соскучился? – поинтересовалась подружка.

– Сомневаюсь, – отмела нелепое предположение, ведь я-то знала, с кем дракон просидел полночи в обнимку. Хотя если это сделал он, то приятно.

– Ты пойдешь к нему?

Я улыбнулась, пытаясь придумать, как прогулять основы целительства. Именно сегодня мы должны были изучать наложение повязок на поврежденные конечности. Еще вчера все парни нашей группы мечтали о набедренных повязках для леди. На что получили от нас с оборотницей предупреждение с демонстрацией кукиша. Но как прогулять?

– Прикроешь? – Я состроила умоляющее лицо, уже представляя, как встречусь с дракончиком, подставлю губы для поцелуя… – Хотя… Сель, это какая-то шутка. Я только вспомнила: у Кристена с утра какой-то зачет, и мы увидимся, но после его сдачи.

– Уже зачет? – не поверила подруга. – Каникулы только закончились, ты что-то путаешь.

– Да нет же. – Я все больше уверялась в собственной правоте. – Их разделили на подгруппы и с сегодняшнего дня сдача. Послушай, может, это вовсе не мне, а тебе написали.

– Дай-ка! – заинтересовалась подруга и выдернула бумажку. – Твои братья?

– Нет. Это точно не их почерк, – усмехнулась я, уверенная в своем выводе. – Ладно, пошли на занятия, а то обе получим. Может, это и не нам с тобой вовсе. Имя-то не указано.

Не особо веря в подобное предположение, пошагали накладывать друг другу повязки и клеить пластыри. И если парни думали, что мы с Сельмой придем в платьях, то глубоко ошибались. Штаны и еще раз штаны.

На занятии оказалось весело. Именно в таком приподнятом настроении мы вышли из аудитории и направились на основы концентрации. Мы смеялись, вспоминали, как смешно парни накручивали друг другу на бедра бинты.

Но стоило подойти к лестнице, как моя улыбка угасла. На пути стоял Алекс Морган собственной персоной. Блондин был убийственно непроницаем и безэмоционален. Только правый глаз дергался, словно видеть меня ему не доставляло удовольствия.

Наша группа обошла боевика, обтекая его как волнорез. Я кивнула в знак приветствия, подавив желание скривиться и отвернуться – привлекать внимание к себе никак нельзя. Мало ли что там задумали братья и Крис. Я, возможно, и стала бы с Морганом общаться, вдруг о выходке своего отца он ничего не знал. Но наличие Слезы Дракона перечеркивало все хорошее, что мне удалось найти в Алексе. А раз так, то нечего расшаркиваться.

На мой кивок уголок рта боевика криво дернулся, выражая то ли приветствие, то ли негатив. Оно и понятно, ведь ему дали от ворот поворот мои родители. Заострять на этом внимание не было желания, поэтому я продолжила путь со своими однокурсниками. Только у Алекса имелся иной план, что он и продемонстрировал наглядно, схватив меня за руку:

– Амели, задержись.

Ах, как хотелось устроить скандал или хотя бы показать, что имею характер, а Морган мне совершенно не нравится. Но ведь есть еще родители и дело, заведенное на отца, которое никак не закроют. И потом, я же цивилизованная леди, должна думать, а не рубить сгоряча. Даже если при этом кое-кого хочется стукнуть.

– Ты хотел сказать «пожалуйста»? – Я грубо выдернула руку и не сдержала иронии.

Сельма тут же остановилась, а с ней и несколько парней. Морган заметил реакцию адептов.

– Поговорим?

– А надо?

Признаться, объясняться с ним мне не хотелось. Решилась исключительно ради семьи.

– Лишнее, Амели.

Непонятно откуда взявшийся дракон (видимо, шел позади нас) по-хозяйски положил мне руку на талию и придвинул к себе. В двух его словах я без труда услышала недовольство, а еще злость, которая могла перерасти в нечто большее. Я не боялась, потому что негатив, конечно, относился не ко мне. А судя по побелевшему лицу блондина, он явно был знаком с проявлением агрессии Дальберга. Да что там! Совсем недавно я сама наблюдала полет Моргана с балкона.

Неприязнь и соперничество не просто ощущались, их, казалось, можно резать ножом. Воздух словно сгустился вокруг и начал давить, выбирая слабейшего. Разница между Кристеном и Алексом была колоссальной и в то же время оба молча проецировали злость. В конце концов Морган сдался. Повернулся и направился прочь, не сказав нам ни слова.

Наши тоже задерживаться не стали и потопали на занятия. Только Сельма спокойно уйти не могла. Подмигнула и побежала всех догонять.

– Чего он от тебя хотел? – поинтересовался Кристен, совершенно не заботясь, что мимо нас то и дело проходили адепты и преподаватели.

– Не знаю. Поговорить. Наверное, насчет того предложения… Ты знаешь.

По лицу дракона пробежала судорога, словно слышать это ему было крайне неприятно. Я понимала и даже разделяла реакцию Дальберга. Мне бы тоже стопроцентно не понравилась встреча с его бывшей невестой.

Но мой любимый дракон так многозначительно молчал и сопел мне в макушку, что я забыла про невесту. А еще чувствовала, что Дальберг не спустит глаз с Алекса и не простит ему попытку посвататься ко мне.

– Прогулять не желаешь? – прошептал Крис.

– Извини, не могу. И потом… – Я привстала на цыпочки, пытаясь дотянуться до уха дракона, чтобы прошептать: – Необразованная жена – это головная боль мужа.

На самом деле я намекала на статус Кристена и свой собственный статус. Если у нас все сложится, то пристальное внимание мне обеспечено на долгие годы. И быть ущербной вовсе не предел мечтаний. Эх, как все усложнилось…

– Не забивай этим голову, – отмахнулся Крис. – Если хочешь, диплом мага у тебя будет уже завтра.

– Подкупишь Армина? – Я подмигнула дракону и, сорвав короткий поцелуй, вывернулась из его рук. – До вечера!

– Амели, постой! Чуть не забыл, вечером не смогу.

Не думала, что только от этого известия станет не по себе и даже грустно. Что-то было в словах Дальберга. Какой-то оттенок, который он старался спрятать.

– Ты куда-то отправляешься? – Я постаралась улыбнуться и откинуть все свои переживания. Подумаешь, пообниматься не с кем будет. Другого найду. Естественно, вслух не сказала, а то мало ли, кто-то юмора не поймет. – Вернешься поздно?

– Постараюсь пораньше.

Меня наградили поцелуем в висок и честным-пречестным взглядом. Таким внимательным, что смутное подозрение только усилилось.

– Ты к своей… невесте?

Сказала, и слова обожгли. Конечно, Кристен отбрыкивается, но факт остается фактом. Пока никаких официальных объявлений нет и неизвестно, будут ли. С таким-то статусом! Да, мой дракон утверждает обратное, но политика порой играет с аристократами злую шутку, ткнув их носом в реальности жизни.

Сама не поняла, как замерла, и даже показалось, что окаменела.

– Моя невеста – это ты, – чеканя каждое слово, отозвался Кристен. Он приподнял мой подбородок и, не скрывая раздражения, продолжил: – Амелия Илларис, я не для того затеял все, чтобы вновь вернуться к Грейс. И если не веришь, принесу тебе клятву на крови.

– Клятву на крови?! – опешила я от такой идеи. Страшная и в то же время очень действенная клятва. Ее не предать и не переформулировать, даже попытки обойти приведут к катастрофическим последствиям. – С ума сошел! Я ни за что не приму.

– Почему? – удивился дракон. Еще бы, она выгодна лишь для меня, но не для Кристена. Если он изменит мне с другой, даже по исключительным обстоятельствам, то немедленная смерть будет ему расплатой. Хотела ли я такого своему дракону? Ни за что. Даже если изменит, пострадает мое сердце, гордость. А если Криса не станет, то зачем жизнь будет нужна мне самой?

– Не надо. Мало ли что произойдет… Все, проехали!

– Нет, не проехали. – Уголок любимых губ нервно дернулся. Крис наклонился ко мне и уверенно зашептал: – Жаль, что сейчас неподходящий момент, но я клянусь, что в моей жизни есть только ты и никого больше. Брачная клятва лишь усилит мои слова.

Пораженная, я не могла выговорить ни слова. Он либо действительно не видит иного способа меня уверить в своих чувствах, либо у них так полагается. Кристен, мой ненаглядный драконище! Личное чудовище, которое иногда хочется придушить, но все чаще – поцеловать.

Нам всегда катастрофически не хватало времени, когда оставались вдвоем. Даже объявившаяся свита Кристена не смогла отвлечь. Мы смотрели друг на друга, разговаривая без слов. Доверяла ли я в этот момент дракону? Конечно же, доверяла. А он мне. Только я переживала, зная, как порой переменчива судьба. А Крис, похоже, ни о чем таком не думал. Он решил, что мы будем вместе, а остальное его волновало лишь как способ достижения цели.

Раздался звонок, и я с сожалением поплелась в аудиторию. Но прежде чем меня отпустить, Дальберг предупредил:

– Пожалуйста, никуда не выходи одна, попроси братьев тебя сопровождать. А если будет нужно, то смело подключай моих, – Крис кивнул в сторону своей свиты. – Не думай ни о чем плохом. Мне нужно самому поучаствовать в процессе расторжения помолвки.

– Возвращайся поскорее, – попросила я и сбежала, даже не обернувшись. Не хотелось рвать душу, хотя даже в этот момент я уже по нему скучала.

Кристен не появился ни вечером, ни ночью. Я понимала, что он у своих, а не в постели с прекрасной драконицей Грейс. Но в голове то и дело всплывали совершенно неприличные картинки. Даже одно то, что они останутся наедине и будут объясняться, приводило меня в дурное расположение духа. Виделась красивая высокая девушка, что бросается на шею моему дракону. А он тщетно пытается ее оторвать. Но и такое видение вызывало у меня злость.

* * *

На следующий день стало только хуже. Тагор, дракон из окружения Криса, караулил меня в столовой. Он сообщил, что Кристен задержится. Я понятливо кивнула и направилась к своим, совершенно не желая сидеть рядом с близняшками. И без них кусок в горло не лез, а чувствовать притворное сочувствие и подавно не хотелось.

Братья, спевшись с Кристеном, тоже пытались торчать около меня, но расписание не позволяло. Я вообще на них почти обиделась, потому что кто-то решил, что следить за Морганом и его окружением – не женское дело.

– Оливер, это нечестно! – Я попыталась воззвать к совести старшего брата, но он меня проигнорировал. – Кто узнал про камень?! Я вам нужна, неужели не поняли?

– Именно что нужна, – рассмеялся брат, кладя руку мне на плечо. – Живой и здоровой. Пожалей нас, Амели. Твой дракон нам с Элфи головы откусит и выплюнуть забудет. Или ты заботишься о наследстве? Думаешь, больше достанется?

Я пихнула Оливера в плечо, крайне не согласная с такой формулировкой. Герои! Следят они за всеми. А я?

Захотелось повредничать. Поэтому я сознательно проигнорировала просьбу Кристена передвигаться с охраной. Ревность ревностью, но это же крайне неудобно. Сразу становишься мишенью для сплетников, хотя мы с Крисом и без того не сходили с языка местных кумушек и завистниц.

И если я скучала по своему единственному дракону, то у Сельмы наблюдалась полная идиллия. Эта троица везде передвигалась вместе. И никаких вариантов, кто именно подходит оборотнице, у меня не было. Похоже, им и втроем очень комфортно.

Я знала, что как только Кристен вернется, придет ко мне. Но вот занятия закончились, а дракона все не было. Так и не дождавшись его, отправилась в библиотеку. Наступил срок сдачи книги по иллюзиям. Дотянула до самого последнего дня.

Скрипя утоптанным снегом под ногами, быстро поднялась по знакомым ступеням, поздоровалась со знакомыми эльфиечками, кивнула сокурснику. На улице уже стемнело, но яркие магические фонари вкупе со снегом освещали все кругом. Расстегнув на ходу меховой полушубок, я потянула за кольцо, открывая резную дверь. Никогда бы не подумала, что за ней окажется Алекс Морган. Он шел навстречу, но, увидев меня, быстро сориентировался. Дернул за руку, не давая отпрянуть.

– Амелия, – зло прошипел он, оттаскивая меня в сторону. Библиотекари находились в основном зале, а здесь, в просторном коридоре, никого не было. Но я надеялась, что это ненадолго.

– Отпусти! – прошипела я в ответ, выдернув рукав полушубка из неприятного захвата. Но пресмыкаться перед блондином не было и в мыслях. Наоборот. Сейчас, оставшись с ним наедине, мне хотелось сказать все, что думаю, и плюнуть вдогонку.

Морган смотрел на меня зло, и казалось, уже мысленно препарирует, разделяя на части. Еще никогда он не был мне так неприятен.

– Зачем ты меня преследуешь?

– Тебе мало того позора, что я испытал, когда мне отказали? Так еще и дракона натравила? – Кривая улыбка Алекса напомнила оскал. – Поверь, ты за это дорого заплатишь.

– Скажите, пожалуйста, какой гордый. А ты со мной поговорил насчет своих намерений? Или считаешь, что это лишнее?

Меня передернуло. И если вначале планировала смолчать, не давая лишний раз повода ущемить семью, то сейчас запреты были сняты, а рамки дозволенного расширены. Я не бессловесная овца, чтобы глотать чужую пыль и невнятно блеять. Гордо задрала голову и уставилась в глаза Моргана.

А дальше… Ну что дальше. Наверное, в нашем случае кого-то заклинило. А скорее, обоих.

…Успела заметить, как пальцы мага потянулись к моей груди.

…Отшвырнула бессовестную руку, а заодно толкнула Алекса книгой.

Он всего лишь пошатнулся, не упал. А видя мою злость, решил уступить. Или я настолько страшна в гневе? Мне все равно. Злая, я протопала мимо Моргана, отодвинув его в сторону.

Обратно шла не одна, а пристроилась позади незнакомой парочки. Но Алекса уже и след простыл.

Глава 24

И в эту ночь Кристена я не увидела, и на другой день тоже. Не знаю, как он будет оформлять свои пропуски, но уверена, что ректор Армин этому поспособствует. Расстроенная и злая, я вернулась с занятий, бросила сумку на кровать и отправилась в город. А для того чтобы никто не вздумал за мной увязаться, покинула общежитие через другой выход. Покидая академию, выслушала охранника и его предупреждения о мерах предосторожности. А заодно убедилась, что за мной никто не идет. Тревога и ревность кружили голову, не добавляя оптимизма ни на грамм.

Я взяла экипаж и отправилась к Гилморам. Смотреть на зимний город из окна кареты было интересно: разноцветные витрины пестрели огнями, туда-сюда сновали шустрые мальчишки, чинно прогуливались пары. Тротуары полны народа, а легкий морозец даже бодрил. Приятная атмосфера навевала тихую грусть и усиливала желание поскорее увидеться с Кристеном.

Карета передвигалась быстро, но я успевала рассмотреть некоторые лица. А уж когда неподалеку от магазина Гилмора на глаза попался знакомый силуэт, невольно напряглась.

Морган стоял у фонаря и беседовал с девушкой. Той самой, из борделя. И будь это кто-то иной, я, наверное, даже не заметила бы, но тут… Они сказали друг другу всего лишь несколько слов, обменялись рукопожатием и разошлись… А мне уже чудился таинственный заговор. И я обернулась, чтобы сквозь стекло заметить, как маг прыгает в пойманный экипаж. Девицу Алекс почему-то не захотел с собой брать. Стыдится? Вроде бы нет, не похоже. Тогда что? Слишком хороший клиент борделя, которого знают даже в лицо?

От собственной мысли стало смешно, но я сдержалась. Откинулась на спинку, да так и просидела, ожидая, когда подъедем.

А еще вспомнилась записка про запасную лестницу, и я сделала себе пометку посмотреть почерк Кристена и, при возможности, Моргана. Не Алекс ли желал тогда меня видеть, раз ему так важно остаться со мной наедине и выплеснуть злость от неудавшейся помолвки?

Но сейчас это было не важно. Из головы не выходила встреча девицы и Алекса. Интересно, продолжил бы он с ней прежнее общение, если бы наша помолвка все же состоялась? Вопрос. Или укажи я на такое неподобающее поведение жениха, получила бы клятву верности, но на деле одна девица была бы заменена на другую, а то и на трех?

Передернула плечами, гоня от себя неприятный осадок. Морган при любом стечении обстоятельств не стал бы моим избранником по доброй воле.

У Гилморов я не задержалась. Часовщик был чем-то занят и лишь поприветствовал меня. Зато его супруга с дочерью обрадовались моему появлению. За чашкой чая удалось узнать про зимние забавы Сен-Кервилла и даже самой захотелось в них поучаствовать. Как водится, все подобные мероприятия сосредотачивались в парке, на замерзшем пруду или на городской площади. Обычный набор развлечений горожан, которых они ждут с нетерпением и предвкушением. И, как водится, после подобных празднеств увеличивается не только количество пострадавших от пьяных драк, но и число свадеб. Все вполне закономерно и предсказуемо.

Спустя час я попрощалась с гостеприимным семейством и отправилась в академию. Даже не знаю, почему пошла пешком. Отсутствие Кристена отвратительным образом сказывалось на моем настроении, и я не замечала времени, торопливо шагая обратно. Отчего-то казалось, что именно сейчас дракон может вернуться, а я отсутствую. Представила, каково ему будет узнать, что я куда-то ушла, не взяв с собой охрану. Все так, но ведь сам Дальберг обещал вернуться на следующий день… И тут до меня дошло, что не обещал. Не обещал и даже не указал время. Понятно, что не все так просто с договорами, но ведь обидно. И не на пустом месте. Опять же охрана приставлена не зря…

Я не стала проходить мимо знакомого кабачка, в котором собирались адепты академии, а решила в него заглянуть. Народ уже праздновал очередной день после каникул. Завидев своих однокурсников, направилась к ним.

– Амелия! – раздались удивленные возгласы, и парни раздвинулись, чтобы освободить мне место.

– Что отмечаем? – поинтересовалась я, заметив на столах стаканы с бурой жидкостью. Не знаю, насколько местное вино отличается от изысканных тасванских, но народ поглощал его с удовольствием, непременно требуя добавки.

– Просто ужин в приятной компании, – отозвался стройный блондинистый эльф Марк. – А ты почему одна? Где твоя подружка?

– Сельма опять кружит головы братьям Амелии, – отозвался гном, сидящий напротив, и все рассмеялись.

– Так вышло, – пожала я плечами, отвечая эльфу. Не желая привлекать к себе лишнее внимание, сделала заказ. Горячее жаркое и стакан того же вина довольно быстро оказались передо мной. Напиток на вкус напомнил клюквенный морс, но, как ни странно, лег приятной нотой на языке. Я сделала еще глоток и поняла, что не ошиблась в выборе.

– А почему так вышло? – не унимался Марк.

Внезапно за нашим столом воцарилась тишина. Словно вопрос эльфа крайне заинтересовал адептов. Только гном так смотрел мне за спину, что я не выдержала и тоже повернулась.

В шаге от меня стоял дракон. И выражение его лица не предвещало ничего хорошего.

– Отвечай, когда тебя спрашивают, – уголок манящих губ криво дернулся.

Да, Кристен злился, но даже сейчас меня тянуло к нему с неумолимой силой, а еще хотелось повиснуть на шее и прижаться к губам. Однако природное упрямство не позволило двинуться с места.

– Проголодалась. – Я пожала плечами, потому что не видела в этом ничего предосудительного. – А что?

Вот не думала, что у дракона хватит дурости выхватить меня из-за стола и, перекинув через плечо, покинуть кабачок. Я возражала и даже брыкалась, но сильная рука прижала меня пониже спины, ограничивая свободу. Кто-то из наших кинулся вслед, но присутствие Тагора, Дирка и прочих третьекурсников умерило пыл. Драконам из окружения Кристена говорить-то ничего не пришлось. Достаточно внушительной ладони, коснувшейся плеча, и проблема решена. Даже Дэнни и Мэнни злобно смотрели на первокурсников, словно они никогда не предъявляли претензии по поводу Дальберга.

А мы… Стоило оказаться на улице, как Крис поставил меня на ноги. Серые глаза метали молнии. И никто из его друзей, вышедших следом из кабачка, не посмел к нам подойти. Так и стояли в стороне, ожидая действий своего предводителя. Подозреваю, что причиной тому не только характер и положение Дальберга, но и та давящая сила, что растекалась вокруг него. Не удивлюсь, если через какое-то время народ попадает на колени. Вот уж действительно родовую кровь не спрятать под личиной вздорного бабника, каким дракон казался мне до более тесного знакомства.

– И как это понимать? – хмуро поинтересовался он, привлекая меня к себе и делая чуть заметный пасс рукой. Поставил полог тишины.

Я думала, поцелует, но нет. Дракон посмотрел на мои губы и еще больше насупился. Хотелось коснуться его лица, провести ладонью, чтобы стереть это неприветливое выражение. Сердце радовалось, что Кристен вернулся, а ситуация и скопившееся недовольство требовали выхода.

– А что такого произошло? – Я вскинула голову и храбро посмотрела в глаза Криса. Не дав возможности зачитать свои пункты упреков, продолжила: – Ты все это время пробыл не только с семьей, но и с невестой.

– Амели, ты прекрасно понимаешь, что я не в игры играл.

Даже сквозь меховую преграду я чувствовала огонь ладоней дракона. Он злился, но и мне эти дни было несладко, а потому не видела смысла юлить и улыбаться, уподобляясь кивающему болванчику.

– Ты ведь оставался с ней наедине? Так? Возможно, кто-то надеялся, что после всего этого ты одумаешься и свадьбе быть.

Я поморщилась, не выдержав представившейся картины. Три дня гнала прочь эти мысли, а сейчас не смогла. Они выворачивали наизнанку, окатывая кислотой.

Мои чувства к дракону оказались гораздо глубже, чем я предполагала, и это повергло в некоторый шок.

Сильный порыв ветра разметал снег поблизости, и в ту же секунду я оказалась зажатой в лапах огромного дракона. И он взмыл в холодное небо. Расправил крылья, продолжая меня удерживать лицом к своему мощному телу.

Я не успела вскрикнуть от страха и ужаса, которые схлынули так же быстро, как и накатили. Вместо них в голове раздалось:

– Верь мне, пожалуйста. Не бойся.

И я поверила, рассматривая необыкновенную зеркальную чешую, в которой иногда отражались отблески ярких огней Сен-Кервилла. Даже в темноте это выглядело потрясающе красиво, отдавало первозданной силой. Было ли мне холодно? Нет. Дракон щедро делился со мной теплом, обволакивая им, как коконом.

И лишь когда мы пошли на снижение, я заволновалась. Возникло ощущение, что вот-вот встречусь затылком с землей, а это точно не предел мечтаний. Но все прошло безболезненно, и даже едва не подкосившиеся ноги не испортили восторга. Кристен обернулся в человека прямо на глазах. А я оторвала от него взгляд и замерла, чувствуя, как накатывает восторг. Мы стояли на крыше академии, а прямо под нами раскинулась ее территория.

Холодный ветер швырнул колючие снежинки мне в лицо, скинув капюшон. И едва я его вернула на место, как Крис оказался рядом. Обнял меня, заставляя поднять голову. Наши напряженные взгляды встретились, а потом он накрыл мой рот своими губами. Поцелуй получился жадный и немного болезненный. Я вымещала все то, что пережила и с чем не могла смириться все эти дни. Дракон же наказывал меня за своеволие, а заодно заново покорял, демонстрируя все неистовство, на которое способен. Поцелуи, прикосновения, одежда, кажущаяся лишней, и сумасшедшее биение сердца, которому не могли помешать даже холод и падающий снег. Неистовство на крыше старого замка было сродни безумию, но сейчас оно казалось сладкой сказкой, захватившей нас обоих.

Мы очнулись, тяжело дыша и не сводя друг с друга взгляда. Я тонула в глубоких озерах серых глаз, а видела в них не только человека, но и дракона. Того, чье имя навечно высечено в моем сердце.

– Я просил тебя мне верить, – напомнил Дальберг.

И я сразу поняла, что он не о полете.

– А я верила. Просто это очень неприятно. – Что именно, уточнять не стала. И без того понятно, о чем я говорю.

Не успела вдохнуть, как снова была сжата в крепких объятиях. Похоже, Крис пытался наверстать упущенное за эти дни.

– Моя недоверчивая девочка, что же мне предпринять, чтобы ты ни минуты не сомневалась в моей верности, – выдохнул он, прижимаясь ко лбу губами. – Пожалуй, я знаю, что сделаю!

– Что? – успела переспросить, как вдруг перед нами открылся портал, в который Кристен без труда внес меня.

* * *

– Крис?! – вырвалось у меня, едва я осознала, где нахожусь.

Не мой дом. И даже не общежитие, что тоже могло быть вариантом. Мы оказались посреди просторной светлой столовой, в которой ужинали всего четыре человека… Хм… Не человека.

Четыре дракона сидели за столом, и я была уверена, что правильно догадалась, кто это.

Мамочки…

Дернулась, но Кристен уверенно потащил меня вперед, навстречу новым знакомствам.

Мамочки…

– Сын? – трубный голос мужчины, казалось, проник во все уголки этого помещения и в мои уши тоже.

– Кристен? – Удивленные четко очерченные брови красивой женщины взлетели. Но она быстро пришла в себя.

На других я не смотрела. Сразу ясно, это брат и сестра Дальберга.

– Отец, мама, я хочу вас познакомить с моей Амелией, – без каких-либо вступлений о прекрасной погоде и нежданном визите начал Крис. Мне оставалось только улыбаться и воспринимать все как есть. Хотела доказательств его любви – получай.

– Ого! – выдал молодой дракон, очень похожий на Криса. – Эта она, братец? Красивая. А если снимет шубку…

Лучше бы он молчал и не провоцировал, потому как под убивающим взглядом моего чудовища даже безмерной наглости пришлось заткнуться. А от тихого, но действенного окрика правителя: «Вар!» – так и вовсе принял благодушный вид.

Сразу бы так.

– Не обращай внимания, мой дорогой. – Леди-дракон улыбнулась и поднялась, направившись к нам. – Он завидует. Ты встретил свою избранную, а Варен нет. Будем знакомиться? Я Аделаида, а это мой супруг и правитель, отец этих шалопаев – Ренар. Юная особа – сестра Кристена, Эллис. Варен – его брат.

– Амелия Илларис, – ответила я в свою очередь и осторожно улыбнулась. В глазах семьи Вальбергов не было осуждения или неприязни. Лишь любопытство и надежда, что окажусь не стервой, а любящей их сына девушкой. В ту же секунду почувствовала, что оковы недоверия и тревоги, теснившие меня, ослабли.

Мне были рады, и это не могло не вселять надежду, что все будет хорошо.

А потом мы с Крисом сидели в зимнем саду его матери и вели разговоры ни о чем. Нам было хорошо, посторонние отсутствовали. Что может быть лучше для двух влюбленных? За огромным прозрачным куполом летели тяжелые хлопья снега. А здесь цвели розы, дивные флоксы, причудливые лилии, фиалки и множество незнакомых цветов, вызывающих улыбку. А еще маленькие первоцветы, чье присутствие уже чудо. Построенная на крыше горного замка, оранжерея казалась чем-то фантастическим и нереальным. А уж как она смотрелась в солнечный день, даже и предполагать не берусь. Сказка, подаренная правителем Ренаром своей Аделаиде.

Сначала мы заняли плетеные кресла, но Кристен быстро переместил меня к себе на колени, и стало гораздо уютнее. Знакомство с драконами, как ни крути, напрягало, а сейчас я расслабилась и радовалась каждой минуте, проведенной в объятиях любимого. Сам Дальберг-Вальберг наслаждался нашей близостью и то и дело целовал меня в ухо, в висок. Умудрялся склониться к плечу, сминая тунику, но тут я треснула по загребущим рукам, и дракон на время затих. Впрочем, это не мешало ему тискать меня и довольно урчать.

– Крис, а как ты меня сегодня нашел?

– Догадался. – Дракон прикусил мочку уха, словно напоминая о моем путешествии без надзора свиты.

– Как? Я ведь не собиралась заходить в кабачок. – Я подняла лицо и ладонью коснулась его щеки. Крис тут же повернул голову, чтобы коснуться губами моих пальцев. Кольцо сверкнуло, отзываясь на парящие в воздухе чуть заметные магические огни… – Неужели дело в кольце?

– Умница моя, – отозвался довольный дракон и тут же зацепился за мои слова. – А ты откуда шла?

– Я? Просто гуляла, – тут же нашлась с ответом. – А как продвигаются дела с Морганом? Нашли подельника убийцы?

– Амелия Илларис, откуда такие слова?

Фыркнула, но пояснять не стала. Про общение с часовщиком лучше пока не упоминать.

– Ищут. Похоже, Слеза побывала не в одних руках. Хотелось бы знать, где этот камень теперь. Не удивлюсь, если у того самого прокурора Моргана.

Предположение показалось мне настолько ошеломляющим, что я замолчала, удивленно глядя в глаза Кристена.

– Что? – не понял он.

– Крис! Ведь если Слеза незаметно влияет на поведение человека, то, возможно, Морган-старший неслучайно занимает должность главного прокурора и пользуется безграничным доверием императора!

Я подскочила, в нетерпении сжала кулаки и притопнула ногой.

– Ты можешь мне помочь?!

– Все что угодно, моя хорошая. Что именно нужно сделать?

– Построить портал к родителям. Нужно рассказать отцу о таком предположении. А если все неслучайно и это затянувшееся расследование только следствие воздействия…

– Тише, тише, Амели. – Кристен поднялся, остановил меня и снова прижал к себе. – Граф тоже подумал об этом и сейчас пытается проверить версию. Знаешь, если удастся доказать, что у прокурора есть такой камень, то дипломатического скандала не избежать. Даже если учесть, что Морган сам не принимал участия в убийстве драконов, все равно наказание будет неотвратимым. По международным правилам мы имеем право требовать смертную казнь за обладание подобной вещью. А что касается Алекса… ему я готов свернуть голову хоть сейчас – и буду в своем праве. Но пока рано.

От подобной откровенности, не прикрытой завуалированными фразами, я вздрогнула, но не отстранилась. И дело не в Кристене, все гораздо сложнее. Преступник должен быть наказан. Но чтобы знать, кто падет жертвой правосудия… Надеюсь, драконы действительно разберутся, и невиновные не пострадают.

– Ты его жалеешь? – неожиданно произнес дракон, и я не сразу поняла о ком речь. А когда додумалась, то возмутилась.

– Нет! Как ты мог подумать! Морган вообще посещает бордель и дружит с этими девицами. Я сама видела!

– Амелия Илларис, – вкрадчиво произнес маг Кристен, теснее прижимая меня к себе. – Что именно ты видела?

– Я? Ты… О! – хотела возмутиться, но передумала. Вместо этого ехидно поинтересовалась: – Дракон мой ненаглядный, ты о чем?

* * *

Кто мог подумать, что Кристен запомнит мои слова о Моргане и вульгарных девицах и передаст их братьям. Более того, они будут обсуждать эту тему. И даже установят слежку, тем самым изрядно удивив меня. Но, поразмыслив, я согласилась с разумностью доводов. Нужно использовать любой повод для того, чтобы на шажок приблизиться к победе. А слежка – это все же шанс.

Не знаю, кто кого куда внедрял и сколько раз. Кристен был при мне, братья по-прежнему осаждали Сельму, а все остальное не столь важно. У драконов достаточно ресурсов, чтобы провернуть это.

Следствию удалось выяснить, что та девица, с которой я столкнулась у часовщика, активно помогала сбывать редкие камни-артефакты. В том числе и Слезу Дракона, за которую Морганы отвалили бешеные деньги.

Вскоре после вскрывшейся правды Алекс был арестован и пребывал в заключении до особого распоряжения. На самом деле только считалось, что Морган в Сен-Кервилле. В день его ареста драконы отправили требование об экстрадиции и получили просьбу подождать. Недолго думая, Кристен взломал магическую защиту и забрал пленника, чем весьма удивил охрану. Обычный с виду адепт с подготовкой такого уровня… Но стоило узнать, кто именно вздумал творить правосудие в обход Кервилла, как все встало на свои места. Драконы были прикрыты международными законами как надежными щитами.

Дальнейшая судьба некогда напыщенного аристократа была плачевна, и вместе с тем нельзя не восхищаться гуманностью грозного правосудия. Алексу стерли память, отправив его работать на благо островов в качестве обычного стража. Говорят, он неплохо справлялся.

Глава 25

Магнус Морган, главный прокурор

Мраморная лестница сверкала идеальной чистотой и тем особенным блеском, что наводится только во дворце императора при помощи особых алхимических средств. Привыкшие к роскоши придворные дамы не замечали деталей, считая себя чуть ли не богинями. Но прокурор Магнус Морган знал о каждом аристократе империи нечто такое, что позволяло даже высших чинов Тайной Канцелярии держать в кулаке.

Чуть придерживаясь одной рукой за перила, Магнус делал вид, что остановился, задумавшись. На самом деле проблемой главного прокурора давно стал избыточный вес. И никакие артефакты или настойки не способствовали похудению. Все от нервов и зависти врагов. А еще уйма забот, ведь занимать такую должность не каждому доверят. Не кухарки управляют империей, а голубых кровей аристократы. И он, один из влиятельнейших людей. Не зря ежедневно к императору на доклад вызывают.

Эх, кабы не некоторые сложности, сейчас и проблем было бы меньше.

Магнус отдышался и сделал еще шаг. И в этот момент из просторных коридоров дворца донесся мужской голос. Приглушенный, но точно знакомый. И этого человека здесь быть не могло. Не могли Илларисы отираться по мраморным коридорам. Морган навалился грудью на перила, перегнулся…

Внизу стоял мужчина в деловом костюме, и Магнус был готов отдать руку на отсечение, что это Фрэнк Илларис. Хорошо, что не от императора идет. Надо узнать, какое ведомство вызывало этого проходимца, и присоединить вину к делу. Томов двадцать уже есть, так двадцать первый открыть несложно.

Магнус потер руки и крякнул от удовольствия. Зажравшийся графчик со своим расплодившимся семейством слишком чванлив и туп, раз прошляпил возможность породниться с главным прокурором. Да и девка их мелковата, на взгляд Магнуса. Что только сын в ней нашел. Таких по ведру за грош на рынке можно купить. Но вот ее кровь…

И ведь чего стоило прокурору разыскать сведения об этой семейке! А увидев, кто именно был в предках Илларисов, он едва не поперхнулся кофе. В тот день прокурор приказал оставить его одного в кабинете и долго вчитывался, ошалев от случайно найденной информации. Подумать только, род Фрэнка Иллариса идет от высшего темного, которого угораздило влюбиться в человеческую женщину. Отказавшийся от власти ради бабы (вот идиот!) темный так и прожил всю жизнь в Тасване, разумеется под другим именем. Сменилось несколько поколений, что только способствовало забвению его прошлого. Для всех, но не для Моргана. И если кому и родниться с темными правителями, то только ему, главному прокурору. Вдруг век бездетного императора недолог, тогда можно будет побороться за руль управления государством, отодвинув прочих претендентов.

Одна беда – глупая девчонка решила отказать Алексу. Дура как есть, потому как в руках главного прокурора давно сосредоточена реальная власть. И разве можно в таком серьезном деле потакать детям? Но ничего! Он, Магнус, знает, как проучить Илларисов. Они еще приползут на коленях, чтобы вымолить прощение.

От собственной значимости прокурор расправил плечи и вздернул подбородок. Огляделся, уже заранее зная, кого и как накажет, едва посадит сына с невесткой на трон. Поблизости никого, кроме вытянувшихся гвардейцев, не наблюдалось, и Магнус поспешил к императору. Дел было невпроворот, а время дорого.

Так уж повелось, что даже сам император не позволял себе держать главного прокурора под дверью. Всегда приглашал и выслушивал доклады. Столь высокой привилегией обладала еще императрица, но в последнее время она не посещала его кабинет и вообще редко занимала ум властителя. Не без помощи Моргана, конечно.

– Магнус, с чем пожаловал? – с ходу поинтересовался император.

Сегодня он был задумчив, а проклятый верховный маг, оказавшийся тут же, окатил Моргана взглядом, достойным мертвяка. Копится, копится информация и на него. Даже если не выгорит с троном, всегда можно устроить верховному магу несчастный случай, а на его место посадить Алекса. Парень в плане магии звезд с неба не хватает, но умен не по годам.

Морган даже не поморщился, когда во взгляде мага промелькнула жесткая усмешка. Не иначе успел что-то нашептать и радуется.

Морган коснулся груди, где были вшиты артефакты разного назначения, и приступил к своему делу.

– Мой император, я пришел с важными и в то же время тревожными вестями. При моем личном участии раскрыт заговор против короны.

– Фамилии предавших корону, – потребовал император.

Морган тут же подал заранее заготовленный список, скрыв довольную улыбку. О, он знал, что делал, и не зря на глянцевом листе самым первым красовалось имя Фрэнка Иллариса. Плюс еще десяток неугодных Моргану аристократов. Правда, двое из списка были людьми не слишком значительными, но на прошлой неделе каждый из них пытался заступиться за графа перед высокими чинами, а это недопустимо. Главный прокурор не прощал тем, кто посмел перейти ему дорогу хоть в чем-то.

– И доказательства, – продолжил император.

– При моем личном участии раскрыт заговор против короны, – с нажимом произнес Морган.

Ему не понравился взгляд, каким посмотрел на него верховный маг. Словно понял, что прокурор повторил ранее сказанное. Проклятый чародеишка сопротивляется Слезе Дракона? Бесполезно. Магнус сделал шаг в сторону обоих мужчин, желая тем самым усилить напор мощного артефакта. Того, который не распознать на расстоянии никаким зазнавшимся волшебникам. Правая рука императора слишком много себе позволяет. Но и он бессилен и слеп, если рядом Слеза Дракона. Камень, родившийся совсем недавно, а потому силы в нем немерено.

– Прекрасно, – покивал император, еще раз задумчиво посмотрев на поданную бумагу. Удивление промелькнуло на монаршем лице. Похоже, не ожидал встретить Иллариса в почти расстрельном списке. Очередную улыбку Моргану удалось задушить на корню. Рано. – Факты. Мне нужны факты.

– Мой император, раскрыт заговор против короны. Во главе стоит опасный контрабандист граф Фрэнк Илларис, а его пособники указаны в списке.

– И что? – Монарх внимательнейшим образом смотрел на прокурора. Не кричал и не топал ногами. Просто смотрел. Как и верховный маг. Действует Слеза! Снова эти два обвешанных амулетами и заклинаниями прислушиваются. Магнус почувствовал, как по спине скатилась холодная капля пота, и поежился.

– Мной раскрыт заговор против короны. Во главе стоит граф Илларис, по которому давно плачет плаха. Контрабандисты… подрывали… существующий строй…

Что-то вмиг изменилось в лице правителя Тасваны. Он встал с кресла, сделал шаг навстречу главному прокурору… И застыл. А Магнус неожиданно осознал, что его так нервировало. Взгляд императора. На дне равнодушных глаз плескались ярость и желание убить. То, что Морган принял за сосредоточенность, оказалось ненавистью и презрением.

– Я что-то непонятное спросил? – спокойно поинтересовался монарх, и стало неожиданно тихо.

– Мой император… – В горле главного прокурора пересохло, и он бросил тоскливый взгляд на кувшин с водой, что стоял на столе. Заметил боковым зрением движение верховного мага в свою сторону…

Невидимые путы сковали Моргана, а заодно лишили речи. Ненавистный чародей приблизился вплотную и навис над ним. Не прикоснулся, нет. Всего лишь заглянул в глаза, но так, что вывернул наизнанку, рассмотрев все потайные мысли и не оставив от блоков и заклинаний камня на камне. Не сразу Морган осознал, что его прочитали как книгу. Его?! Главного прокурора?! Да что за сила у этого мага?! И вдруг он понял.

– Запретная магия, – прохрипел Морган и схватился за горло, едва император дал команду отпустить его. Прописная истина, запрет на использование ментальной магии к высшей аристократии. Запрет, подписанный несколько веков назад самим монархом под нажимом богачей. С тех пор многое изменилось, императоры снова стали сильны, но закон еще ни разу не нарушался.

– С этого дня закон изменен, – произнес император, словно подслушал мысли Моргана. – Что у него?

– Нам нужен глава тайной канцелярии, – не скрывая злорадства, ответил верховный маг. – Думаю, ему по статусу обыскать главного прокурора. А заодно завести на него дело.

Еще никто и никогда не смел ТАК обращаться с самим Магнусом Морганом. Сила, власть, мощнейшие защитные артефакты и амулеты – все оказалось игрушечным. Таким, с чем справился верховный маг. А когда глава тайной канцелярии извлек из потайного кармана прокурора Слезу Дракона, так и вовсе сердце прихватило. Оно стучало, норовя прорвать грудную клетку и ушные перепонки. Внутри поселился страх, доселе неведомый Магнусу.

– Увести. Завтра утром я лично проведу допрос, – приказал император, и гвардейцы кинулись исполнять монаршую волю.

Прокурор еще не успел покинуть кабинет властителя, как до слуха донеслось несколько фраз.

– Хотел бы я знать, откуда у него этот камень, – протянул глава канцелярии. И тут же раздался легкий шелест бумаги.

Неужели анонимка?

Морган и сам был бы рад узнать, какая собака прознала и доложила монарху. Мелькнула мысль про Иллариса, не зря он сегодня так спешил. Но граф шел не отсюда, да и кто бы его допустил. Просителей император не любит. Тогда кто и как раскрыл этот секрет? Столько лет ни один маг не мог распознать Слезу. Может, с этой что-то не так и в отличие от предыдущих она имеет особую ауру? Ответа прокурор не знал.

Машина правосудия, чье колесо ежедневно крутил сам Морган, заработала против него. А результаты обысков во владениях прокурора повергли императора и его приближенных в шок. И как венец работы тайной канцелярии достоянию общественности была явлена коллекция украденных сокровищ. Ценнейших драгоценностей, что непонятным образом пропадали на аукционах и у высшей родовой знати.

Срочная ревизия некоторых решений самого монарха не подлежала обнародованию, лишь негласному исправлению. Ничто не должно было омрачить светлый образ императора Тасваны, который известен исключительно мудрым правлением.

Правитель островов Элен требовал выдачи Магнуса Моргана для собственного расследования и дальнейшей казни. К этому моменту непосредственные исполнители злодеяния уже были наказаны. Но чтобы не вышло как с прокурорским сыном, которого выкрали драконы, император приказал не откладывать казнь. Выявленных преступлений вполне хватило бы для нескольких виселиц. И в один из последних дней зимы огромная площадь перед дворцом была заполнена толпами любопытствующих и негодующих подданных.

То ли звезды так сошлись, то ли магия помогла, но спустя год после разоблачения главного прокурора императрица подарила своему мужу наследника.

Эпилог

Амелия Илларис

После каникул прошел всего лишь месяц, а как будто целая вечность. Море событий и неожиданных поворотов настолько разнообразили жизнь, что я только успевала отбивать выпады и пожинать плоды. И самым главным достижением стало возвращение честного имени семьи Илларисов. В тот день, когда через портал нам доставили газеты со столичными новостями, я носилась между своей комнатой и комнатой братьев. Такое событие, как не радоваться? Император наказал главного прокурора и вернул все арестованные счета и корабли. Мы снова могли пользоваться порталами, беспрепятственно и не отчитываясь перед надзорными ведомствами, и это тоже не могло не радовать.

Вот и сегодня я искала Сельму, чтобы еще раз пригласить ее в гости. Вдруг надумала и стесняется признаваться. Я нарочно умолчала про день рождения, который всегда отмечается в кругу семьи. Оборотница стала частью моей академической семьи, а это важная связь.

– Илларис, приступай! – донеслась команда эльфа Ньяра Ольсена, и я остановилась, не понимая в чем дело. Осторожно заглянула в раскрытые двери физкультурного зала…

Необыкновенная картина предстала перед моими глазами. Элфи подтягивался на перекладине, а перед ним, сложив руки на груди, стоял отец Сельмы. И выражение лица у эльфа было самым что ни на есть убийственным. Ну просто подходи и падай от ужаса. И за всей этой умопомрачительной картиной наблюдали Оливер и Сельма. Они сидели на скамейке и о чем-то переговаривались. Вот к ним-то я и направилась.

– Что тут происходит? – поинтересовалась шепотом, боясь разозлить и без того недовольного физкультурника. – Элфи не сдал какой-то норматив?

А в ответ получила усмешку Оливера и покрасневшую Сельму. Что? Сельма покраснела?!

– А ну, рассказывайте, почему за вас Элфи отдувается. – Я присела на скамейку между братом и подругой, на что те совершенно никак не отреагировали. А не так давно брат меня сгонял. – Почему Ньяр так зол?

– Не переживай, сестренка, все нормуль. – Оливер криво улыбнулся. – Эльф за Сельму парня грызет. Так что все в порядке.

Я недоверчиво посмотрела на братьев, затем перевела взгляд на подружку. Та снова покраснела. И еще гуще, чем прежде. Небывалое дело. Что тут произошло? Любопытство разгоралось. Оборотница сразу уловила мой настрой и желание дорваться до сути.

– Я сейчас приду, – неожиданно подскочила она и умчалась в раздевалку. Отсутствие девушки и весь такой спортивный Элфи привели Оливера в благостное расположение духа. Илларис прислонился к стене и признался:

– Ньяр застал их целующимися. Злится, не видишь?

– О! А ты? Ты… тоже зол? – На всякий случай я коснулась локтя брата и заглянула ему в глаза. Вдруг человек переживает. – Страдаешь…

– Не особо, мелкая. – Оливер закинул руку мне на плечо и слегка прижал к себе. – Я рад. Наконец-то твоя подружка выбрала кого-то из нас двоих.

– Дух соревнований, – догадалась я, и братец кивнул.

– Рада за вас, – искренне призналась я и поднялась, чтобы идти в общежитие. Близилось время открытия портала, и задерживаться не хотелось. – Жалко, что Сельма страдает скромностью и не может побывать у нас. Ладно, мне пора, а вы не опоздайте на семейное торжество.

Мой день рождения в кругу семьи и свободный способ передвижения, что может быть приятнее?

* * *

– Леди, вы необыкновенно хороши, хоть сейчас под венец! – всплеснула руками заботливая горничная, расправив мое платье. – Кружева легче крыльев бабочки!

– Гости уже прибыли? – я постаралась перевести внимание с себя на дела насущные. Конечно, я пригласила Кристена, и именно его, а не меня будут разглядывать бабушки и дедушки.

– Когда я сюда поднималась, слышала виконта Оливера и графиню.

Значит, братья уже тут. Хорошо.

Вскинув голову и еще раз посмотрев на отражение в зеркале, осталась довольна. В завершение служанка помогла надеть гранатовую диадему и такое же колье. С браслетом и кольцом я справилась сама.

Снова взглянула в зеркало, где отражалась темноволосая девушка в черном платье, отделанном кружевами с золотой и алой вышивкой.

– Леди, вы… просто императрица! – голос горничной едва не перешел на шепот. А поняв, что именно произнесла, она прикрыла себе рот ладонью.

– Скажешь тоже. – Я улыбнулась, словно ни одного крамольного слова не услышала. Подумаешь, всего лишь цвета рода. Древнего и темного, чья кровь умудрилась слиться с человеческой.

– Ваши бабушки и дедушки будут рады.

– О да. В этом я не сомневаюсь.

Усмехнулась, представив их лица. Ну а что, все вполне в духе семейных традиций. Разве я хоть в чем-то отошла от правил? Нет. Сегодня мне исполнилось двадцать лет, а это налагает определенные обязательства.

Торопливым шагом вышла в коридор, чуть сбавила темп, когда приблизилась к большой кованой лестнице. До моего слуха донеслись музыка, разговоры родных. Я набрала полную грудь воздуха и шагнула на самую верхнюю ступень, тем самым привлекая к себе внимание.

…Шаг, и шум постепенно стихает.

Еще бы, мой день рождения, и я – центр всеобщего внимания.

…Шаг, и выражения лиц родных сменяется с торжественно-важного на удивленное…

Черное платье я надевала очень редко, исключительно по требованию и в узком кругу семьи. Но именно сейчас я почувствовала необходимость именно этого наряда. Кристен должен знать обо мне все. А испугаться не должен. Дракон он или кто?!

…Шаг, и я пожалела, что у меня в руках нет золотого конфетти. Чтобы обсыпать всех и тем самым отвлечь от себя взгляды.

– Мам, пап, что произошло? – раздался голос Элфи.

Внимание мгновенно перенеслось на него и… на Сельму. Какой приятный сюрприз! Подруга была в светлых штанах и кружевной праздничной тунике, что выглядело просто потрясающе. Она тоже оценила мой внешний вид и едва сдержалась, чтобы не раскрыть рот.

– Амели, привет! Я решила принять твое предложение.

– Умница! – обрадовалась я и застучала каблуками по ступеням, торопясь к гостям.

Первый шок прошел, и музыка снова воцарилась в нашем просторном зале. Я передвигалась от одних гостей к другим, собирая комплименты и неожиданные выводы.

– Амелия, ты совершенство! – заявил папа, целуя меня в щеку. Мама согласно кивнула. – Не знал, что выберешь этот цвет. – Граф посмотрел на жену, но та только загадочно улыбнулась, подмигнув мне.

– Пап, Кристен должен узнать, – выдохнула я, назвав основную причину.

– Все правильно, девочка моя, все правильно, – согласилась мама.

Свою дозу комплиментов выдали мне братья. Элфи и Сельма сегодня стояли ото всех отдельно, что не могло не вызвать усмешку. И не успела я приблизиться к подружке, как четыре братца ринулись к нам. Думали, оборотница сбежит? Как бы не так.

– Амели, ты… ты… и молчала! – Острый ноготок практически ткнулся мне в район груди, до которой все же не дотронулся.

– Расслабься, Сель. Это всего лишь платье. Разве я изменилась?

Пять здоровых лбов стояли рядом и не скрывали ухмылок. Словно наблюдать наше общение для них огромная радость.

– Нет. Но алый и золотой на черном… Это же… Это…

Сельма Лопес не числилась среди отстающих. Геральдикой знатных родов владела на отлично.

– Тсс, – я приложила палец к губам, которые разъезжались в улыбке. – Я очень рада, что ты пришла.

– А мы? А нам не рада? – шутливо возмутились Седрик, Райли, Джейкоб и Оливер.

Странно, что Элфи ничего не сказал. Зато он так старательно оттеснял всех от оборотницы, что даже папа развернулся к нам и, не скрывая интереса, ждал, кто победит.

– А у вас весело. – Сельма заметила маневры Элфи и теперь старалась не расхохотаться.

– Очень, – согласилась я, ухватив подружку за руку, чтобы хоть на время спасти от назойливого внимания пятерых оболтусов-переростков…

Неожиданно раздался легкий треск, оповещающий об очередном госте. Непростом. То, что портальное помещение наполнилось магией, почувствовали все. Сила буквально хлынула по коридорам, наполняя холл, гостиные, просторный зал…

– Гости? – Бабуля Илларис грациозно вскинула изящный лорнет и уставилась… В общем, туда, куда и все. Похоже, вспоминать этот вечер будут не одну неделю.

– Кристен! – Быстрым шагом я направилась навстречу своему дракону. Я-то немного знала, на что способна его магия.

Но, даже не успев выбежать из зала, остановилась…

Кристен был не один, а со всей своей семьей. То есть папа-дракон, мама-дракон и брат с сестрой тоже… У нас. В Тасване…

Шок? Безусловно.

– Рады приветствовать вас в нашем доме, – первой произнесла мама, одарив гостей обворожительной улыбкой.

– Мы решили не откладывать визит и лично поздравить избранницу сына с днем рождения, – приняла эстафету леди Аделаида.

Даже музыка не мешала осознать, что гости снова затаили дыхание. Еще бы. Старшее поколение с Кристеном не знакомили. Подозреваю, сегодня они все наверстают.

Я незаметно выдохнула и вышла из-за родителей. Оценивающие взгляды гостей ощутила кожей. Кристен сразу шагнул ко мне, предлагая руку. Отказываться не стала. Вдруг свалюсь. Не от тугого корсета, от которого я уже отвыкла. А от какого-нибудь потрясения.

Так и состоялось знакомство с новыми родственниками в узком кругу семьи.

Думаете, это все? Ничего подобного.

– Прошу всех за стол, – раздался мамин голос.

Все плавно переместились в столовую, где уже был накрыт праздничный стол… Гости очень быстро нашли собеседников и общие темы. Варен и Эллис без труда влились в компанию молодежи…

– А ведь выбор цветов платья Амелии неслучаен? – донесся до меня голос леди Аделаиды. Она и Ренар выглядели очень довольными.

– Как вы догадались? – Маменька соблюла все правила удивления и восхищения. С придыханием и искренностью в голосе. Но нам и вправду было интересно.

– Гранаты. Не пристало незамужней девушке надевать их. Разве что по праву крови… Темной крови.

Слова леди Аделаиды окончательно раскрыли наше семейное наследие, обнажив его перед гостями.

Мне больше нечего скрывать.

– Я рад, – пророкотал Ренар, а папенька чуть заметно улыбнулся. – Интересно, какой род.

– Онтарио, – ответил дедушка Илларис и приосанился.

А что? Вальберги-Дальберги могут шифроваться, а Илларисы-Онтарио нет? Мы все в своем праве.

Ха! Не удивлюсь, если завтра отец обратится к драконам с какой-нибудь выгодной сделкой, и те согласятся. В конце концов, что плохого в умении зарабатывать и приумножать семейные капиталы?

Забегая вперед, хочу сказать, что капля темной крови сослужила важную службу. Для правителей островов Элен это было очень ценной информацией. Дело в том, что бывшая невеста Кристена гордилась все той же связью с Онтарио. Оказалось, что по разорванному договору помолвки не прописывалось конкретное имя девушки, только род. Так вышло, что у магов Онтарио рождались преимущественно мальчики (братья тому в пример), поэтому никто и не мог подумать, что кроме Грейс на свете живет еще одна носительница крови таинственных темных. Всего одно слово, проверка подлинности информации – и в течение суток военные действия были остановлены.

Но это было потом, а сейчас родные и гости отдыхали и с удовольствием общались друг с другом. Они состязались в комплиментах, остроумии и умении правильно преподать нужную информацию. Напряжение, возникшее при встрече с драконами, ушло. И сейчас маменька могла гордиться тем цветом аристократии, что собрался в нашем доме. Благо первые сплетницы столицы не в курсе присутствия здесь четы Вальбергов. Иначе пришлось бы применять магию для защиты от любопытствующих и нежеланных визитеров.

– И когда ты мне собиралась об этом сказать? – чуть слышно произнес Кристен, которому я вызвалась показать дом. Мы брели пустыми коридорами, и это было гораздо лучше, чем находиться среди гостей. Кусочек счастья, вырванный у невольных зрителей.

Дракону мало было просто произнести. Он коснулся уха губами, затем слегка прикусил его… Меня опалило жаром. Не от выпитого бокала вина, не от разговоров и внимательных взглядов гостей. Все гораздо проще и важнее. Присутствие рядом дракона воспламеняло кровь и заставляло сердце биться сильнее.

– Сегодня. – Я крутанулась в руках своего мужчины, поймав теплый, полный нежности взгляд. – Ты разве не рад?

– Я счастлив. Амелия Илларис, я очень люблю тебя. А если завтра окажется, что не только темные, но и светлые с вами в родстве, то возражать не буду. В конце концов, нашей с тобой семье это только на пользу, – совершенно искренне отозвался хозяйственный дракон и поцеловал меня.

К этому повороту я была готова и с радостью приняла поцелуй. Крис прижал меня к себе, утверждая свою власть. В ответ я привстала на цыпочки, обняла за шею и с жаром ответила, передавая чувства и желания. Поддавшись порыву, решила не молчать и прошептала в ответ:

– Я тоже тебя люблю, несносный драконище! Покусаю, если хоть одна фифа повиснет у тебя на руке. И не надейся, что спущу.

И спрашивается, почему вместо уверений в верности и преданности раздался радостный смех? Конечно, я заведомо придираюсь и верю, что другие девушки ему теперь просто не нужны. Но ведь ласковых признаний хочется даже тем, кто уверен в своем избраннике. Я не исключение.

– Мое сокровище, – проурчал отсмеявшийся дракон, еще крепче обнимая меня. – Любимое, своевольное, но такое родное сокровище…

А потом мы сбежали через портал, чтобы выйти во дворце Кристена. Удивленные слуги кланялись, а нам не было до них никакого дела. Дракон приказал принести бутылку вина и легкие закуски в оранжерею леди Аделаиды. Место, в котором мы с любимым говорили ни о чем и обо всем, но в основном целовались и просто держались за руки.

Крис сам подтащил плетеный столик и стулья к прозрачному куполу, за которым царила зима и сверкали звезды. Снаружи было холодно, но в наших душах навечно поселилась весна, дарящая радость и безмерное счастье.

* * *

В довершение могу только добавить, что поженились мы спустя всего два месяца. И это не была дата, выбранная родителями. Снова сбежали от гостей, но теперь уже на дне рождения Кристена. Я совершенно случайно попалась на уловку одного очень умного дракона, которому проиграла в карты желание. Веселая компания, состоявшая из наших братьев, Сельмы и Эллис, дружно потребовала исполнения взятых мной обязательств: устроить свадьбу в день рождения жениха.

Столько времени находиться рядом со своим мужчиной и не насладиться им в полной мере… Наша первая брачная ночь была полна не только ласковых слов и обещаний, удивительных открытий и неизгладимой нежности. Нам с мужем она запомнилась сломанным белоснежным ложем. Да-да, дракон так старался, что отвалились ножки у кровати. Но это все мелочи, потому что в нашем с Кристеном замке мебели достаточно. Даже крытый бассейн, который вызвал у меня полный восторг. А уж про оранжерею с ее чудесными редкими цветами и упоминать не буду.

Но дело даже не в обстановке или окружении. Не в финансовых возможностях, хотя это тоже очень важно для жизненных планов. Гораздо важнее всех мнимых богатств мужчина, с которым судьба столкнула меня в обыкновенном вагоне поезда. Мой навсегда.

Примечания

1

Соседнее островное государство (прим. авт.)

2

<cite>Нож с зазубринами (прим. авт.)

Content

Ирина Алексеевна Снегирева
Авантюристка в Академии

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Эпилог

Примечания