Павлов Юрий Владимирович

Latentis

'Бессознательное не знает слова 'нет'. Бессознательное не может ничего другого, как только желать'

З. Фрейд

Эпизод первый. Сестра

— Я слышала эту историю!

Она резко затормозила, свернув на обочину трассы.

Митя, качнувшись вперёд и откинувшись назад, отстегнул ремень и взглянул на Оксану Дмитриевну — От кого?

— Брат рассказывал.

Митя молчал.

— Он намного старше меня, на девятнадцать лет.

— И про кого он рассказывал?

— Про дядьку. Дядю Петю.

Митя снова взглянул на Оксану Дмитриевну — Мой тоже Петя… дядя Петя — он помолчал, вспоминая, как рассказывал дядька, улыбнулся и добавил — Он, конечно, смешнее рассказывал — вздохнул и нахмурился.

— Мой дядя умер, когда мне было шесть лет. Я его и не видела ни разу. Да я и узнала то про него от Ромки, когда он мне рассказал эту историю.

Митя резко повернулся к ней — А давно умер дядя? Ну, я могу конечно посчитать… вы моложе меня лет на двадцать пять… — и замолчал.

Оксана усмехнулась — Какой вы… галантный, Дмитрий Юрьевич. Мне двадцать семь, и вы старше меня на тридцать лет… хм, неужели я так постарела?

Митя не нашёлся, что ответить, и замер в замешательстве.

Она выжидательно на него смотрела- Вы хотели о чём-то спросить, Дмитрий Юрьевич?

— Пасечник, фамилия по мужу, а девичья?

— Орлова.

Митя расслабился и облегчённо вздохнул.

— Это мамина фамилия, а папина — Швецов.

Митя дёрнулся и открыл дверь. Ему стало жарко. Он тут же захлопнул дверь — Извините, Оксана… — он всматривался в лицо женщины — Оксана Дмитриевна, а отчество вашего отца?

— Дмитрий Иванович Швецов. Он ушёл от нас, то есть от мамы и Ромки, я родилась уже без него, и виделась с ним всего лишь три раза. Но, деньги на бизнес, он мне дал. Фирма создана на его деньги и деньги мужа. В равных долях.

— А зачем вам это, Дмитрий Юрьевич?

'Я ведь не просил тебя всё это мне рассказывать. Я только спросил девичью фамилию' — Митя вышел из задумчивости и снова пристально взглянул в лицо женщины — У меня есть дядя, двоюродный брат моего отца, Дмитрий Иванович Швецов и у него есть сын, мой троюродный брат, Ромка.

Мите снова стало жарко, и он открыл дверь, ощущая, до мурашек по затылку, её взгляд.

— Это совпадение — он попытался улыбнуться — такое бывает.

Её маленькая грудь приподнималась от дыхания, её ротик приоткрылся, её серые глаза потемнели — Так ты… вы, мой троюродный брат?!

— Это совпадение — Митя пытался улыбнуться, но губы предательски подрагивали — такое быв…

— Такого совпадения, и с такой историей, не бывает! — она глубоко вздохнула и тоже открыла дверь и, с долей обречённости в голосе, закончила — Ты, мой брат!

Оксана взяла сигарету, вышла из салона и закурила.

Митя тоже вышел и переминался с ноги на ногу: ссать он захотел уже с полчаса назад, но стеснялся попросить остановиться, надеясь, что она сама захочет.

— Да вы сходите! — она смотрела на него с улыбкой, зажав в пальчиках сигарету, источающую струйку дыма — А… — она затянулась и, выпуская дымок через слегка выпяченные губки, договорила — … а потом я.

До лесополосы сотни две метров и Митя, спустившись по откосу вниз, обернулся и, не видя её, поссал. Сразу стало легко и он взбежал на трассу.

Она, плюща каблучком окурок, сказала — Я не буду спускаться, из-за машины всё равно не видно. Вы, только, отвернитесь и отойдите.

Митя стоял, стараясь не вслушиваться в то, что происходило за спиной, но получалось наоборот. Как назло, по трассе ни одной машины, и он отчётливо слышал шум изливающейся мочи, и ему пришлось впиться, до боли, пальцами в кожу ладоней, чтобы сдержаться и не обернуться!

Хлопнула дверца.

Митя развернулся.

Она даже не отошла в сторону: прямо перед раскрытой дверью пенилась и впитывалась в сухую почву желтоватая лужица и ему пришлось широко расставить ноги, чтобы не наступить в неё.

* * *

Две недели назад ему позвонила на сотовый женщина и предложила работу в консалтинговой фирме. Митя, проработавший в фирме, торгующей бензоколонками, три месяца и уволившийся, искал работу и согласился съездить на собеседование.

'Консалтинговый' ему ни о чём не говорило, но Оксана сказала, что в фирме есть для него работа по специальности.

Митя был инженером-механиком.

Фирма была в высотке, в центре города; офис на первом этаже.

Офис оказался просторным, к тому же в нём почти никого и не было: молоденькая, лет двадцати, девушка и мужчина, в тёмно-синем костюме, при галстуке, с окладистой чёрной бородой, росту и возраста, примерно одинаковых с Митей, разговаривающий с кем-то по телефону — Митя прислушался — на английском.

Таня, так звали девушку, поздоровалась и, уточнив, что он пришёл на собеседование, сказала — Вы подождите немного, Оксана Дмитриевна сейчас должна подойти. Можете сесть там — она кивнула головой в сторону стола в углу, у окна.

— Здравствуйте, вы Дмитрий Юрьевич?

Митя встал и пожал руку улыбающемуся бородачу.

— Артём Алексеевич — бородач крепко сжал ладонь и Митя, с запозданием, тоже хотел жимануть, но ладонь бородача, широкая, как лопата и жёсткая, как бревно, не поддалась.

— Оксана Дмитриевна задержалась у клиента и будет минут… — он взглянул на часы — минут через десять, двенадцать и попросила меня рассказать о нашей фирме.

— Да вы садитесь — он придвинул стул от сдвинутых столов посреди офиса и тоже сел — а о работе, расскажет сама.

— Вот — он расстегнул барсетку и подал Мите визитку — почта и телефон.

Митя повертел визитку, прочёл: Артём Алексеевич Ремизов, профессор НИСИ, д.т.н., директор ООО 'CONSULTING' и сунул в кармашек футболки.

'Сколько ж у них директоров?' — звонившая и пригласившая на собеседование женщина, тоже была директором.

— Оксана Дмитриевна, генеральный директор — бородач улыбался, будто счёл его мысленный вопрос с экрана монитора — Я хочу пояснить, чем именно занимается наша фирма. Консалтинг, в дословном переводе — это консультирование. Консультирование в различных сферах предпринимательства, производства и обучения. Мы оказываем консалтинговые услуги в сфере IT и обучающий консалтинг. Но, только консалтингом, деятельность фирмы не ограничивается: мы, также, продаём программные продукты фирмы Autodesk, лицензионные — выделил он — и осуществляем полный спектр услуг по поставке, внедрению и техническому сопровождению программного обеспечения.

— Здравствуйте!

Он слышал за спиной приближающееся шарканье каблучков, но не оборачивался, слушая бородача.

Высокая, на голову выше Мити, молодая женщина с длинными русыми волосами, ниспадающими на плечи, вся, словно точёная, в короткой, выше колен юбочке, с улыбкой обходила стол.

Митя встал вслед за бородачём.

— Нет, нет, вы садитесь… я сейчас — она положила сумочку на подоконник и, сев за стол и отъехав в кресле к стене, переобулась.

— Извините, Дмитрий Юрьевич — она встала и подошла к бородачу — Артём Алексеевич, я уговорила генерального, он согласен встретиться и обсудить условия. Возьмёте Костю и завтра в 10:30 на проходной вас будут ждать. Паспорта не забудьте, вам оформят разовые пропуска. Сразу оговорите возможность выписки постоянных пропусков.

Бородач улыбался, протягивая руку. Митя встал, пожал руку, и бородач ушёл.

— Ещё раз извините, Дмитрий Юрьевич, мне надо туда — и она, обойдя сдвинутые столы, открыла дверь в помещение за стеной, зашла и закрылась на защёлку.

'Туалет?' — удивился Митя, садясь на стул и оглядел офис, прислушиваясь. Но из туалета не доносилось никаких звуков.

Она вышла и, обходя столы, остановилась и что-то вполголоса сказала девушке.

Митя, сидевший спиной к окну, и обводивший взглядом офис, задержался на Оксане: она стояла, широко расставив свои длинные и тонкие, как ходули, ноги.

Шевельнулось похотливое — 'От головы!' — и Митя отвёл взгляд.

Она села в кресло — Артём Алексеевич рассказал вам о нашей фирме?

— Да, но я ничем подобным не занимался.

Она кивнула — Я знаю. Вот тут у вас, — она вела пальчиком по листу бумаги — я распечатала ваше резюме, у вас написано, что вы работали на заводе — она задержала пальчик — Это завод?

Митя придвинулся: 'едва уловимый, отдающий горечью дыма, аромат, тонкое золотое кольцо на безымянном пальце, тёмно-серые, внимательные глаза, глубокое декольте блузки, маленькая, неразвитая грудь, бретелька лифчика на левом плече…' — Да.

— В какой программе вы работали?

— На заводе я начинал с КОМПАСА, а потом освоил и работал в SOLIDE.

— А здесь — она сдвинула пальчик ниже, к подчёркнутой чёрным, строчке — здесь вы пишете, что можете работать в Inventore.

— Я работаю в Инвенторе уже второй год.

— А где вы обучались работе в этой программе?

— Сам освоил — Митя выпрямился.

— Ещё у вас написано, что вы пишете стихи — Оксана подняла на него глаза.

Странно, в кресле она была такой миниатюрной и смотрела на него снизу.

Позже, уже работая в фирме, он понял почему: у Оксаны были несоразмерно длинные ноги, а попа, казалось, сразу переходила в голову.

— Я читала ваши стихи. Мне очень понравилось…

И опять шевельнулось похотливое — 'Угол падения тоже читала?'

— У меня молодой коллектив, средний возраст тридцать лет. Самый старший Артём Алексеевич, он младше вас на два года. Все очень хорошие спецы в своих программах, но ни один из них не имеет опыта работы на производстве.

Становилось понятно к чему она ведёт.

— А у вас производственный стаж почти тридцать лет, и вы талантливый писатель, то есть, можете излагать свои мысли сжато и лаконично.

'Талантливый писатель' — было явной лестью.

— Я предлагаю вам попробовать себя в качестве специалиста по программному продукту Inventor Professional.

— И что я должен буду делать?

— Вы составите обучающий курс по этой программе, Сергей вам поможет, и будете вести обучение в группах, набранных с предприятий. Вы сдадите сертификационный экзамен — виртуальный — в компании Autodesk и получите сертификат, дающий вам право вести обучающий курс Инвентор Проф.

Она смотрела на него.

Митя поёрзал на стуле: надо было задавать главный вопрос, но он медлил.

— А да, по зарплате; вы указали в резюме тридцать четыре тысячи. У вас будет зарплата тридцать четыре тысячи.

'Блядь, надо было больше запросить!' — а вслух, вставая со стула, сказал — Но мне можно подумать?

Оксана тоже встала и улыбнулась — Конечно, но я буду огорчена, если вы откажетесь.

Уже 'до…' сорвалось с его губ, когда она задала ещё один вопрос.

— А рассказы вы пишете?

— Да.

— Я бы хотела почитать, но у вас в резюме нет ссылки. Вы сбросите мне ссылку? — она выдвинула ящик стола и подала ему визитку.

Митя смотрел в визитку: там было три адреса электронной почты.

— Можно на любой.

— Я могу сбросить сборник рассказов, он готовился для печати.

— Я буду вам очень благодарна! — Оксана вышла из-за стола и шагнула к нему — А ещё у меня есть тайное желание — она говорила пониженным голосом — я бы хотела оказаться героиней одного из ваших рассказов…

Митя смутился, не зная, что ответить.

— Только вы никому не говорите об этом — она коснулась своими холодными пальчиками его плеча — Жду сборник и вашего звонка.

* * *

— Ну рассказывай! Зря съездил? — Таня стояла в прихожей, видимо была на балконе и увидела его.

— Да нет! — Митя разулся и прошёл в комнату.

— Ну рассказывай, рассказывай! Где фирма? Как называется? Какая зарплата? Задержка есть или нет? Ну!

— Тань — Митя спустил брюки — пойдём чай пить, я и расскажу.

— Иди руки мой и ставь чай — она пошла следом за ним.

— Фирма в центре, доехал за пятнадцать минут, без пересадки. Называется консалтинг…

— А чё это такое?

— Что-то вроде торговли.

Мите не хотелось давать пространное толкование термина. Таня не любила, когда он говорил много словов. Она почему-то считала, что любое, незнакомое ей слово, Митя, во-первых — должен знать, а во-вторых — объяснить ей смысл его, используя не больше двух других и не требующих дополнительных разъяснений, слов. Стоило ему выйти за пределы лимита, Таня отмахивалась — Ой, ну ладно, хватит! Ты совсем разучился говорить.

— А чем торговать?

— Программой.

— Ты будешь продавать программу?

Так у них складывался диалог и Мите было удобно: Таня, почти всё, объясняла сама, а ему оставалось только поддакивать и вставлять реплики, задавая направление.

— Нет, я буду обучать работе в этой программе.

— Но у тебя нет опыта.

— Зачем мне опыт? Я знаю программу и этого достаточно.

— Ты меня уже второй год не можешь научить пользоваться компьютером!

Митя молча хлебал чай. Разговор вышел из-под его контроля и становился неуправляемым.

— Про зарплату спросил?

— Угу — Митя отхлебнул чай.

— Ну говори, чё тянешь? Сколько!

— Тридцать четыре — Митя расправил плечи.

— А чё так мало?!

— Таань! Мне на заводе платили семнадцать и то с задержкой.

— А у них есть задержка?

Диалог вошёл в управляемое русло — Нет!

— Каждую неделю?

— Два раза в месяц, на карточку.

— Ты аванс попросил?

Митя судорожно хлебнул чай и обжёгся — Тань, ну какой аванс?? Я же ещё не решил, буду там работать или нет.

— Ты ещё собрался думать?! А если она другого возьмёт? Ты один, что ли такой, соискатель?

— Один.

— Агааа! Раскатал губу. Спорим по шоколадке, если завтра не позвонишь, она возьмёт другого, помоложе.

Митя облегчённо и незаметно вздохнул и выдохнул.

— А коллектив какой? По возрасту? Женщины есть? — Таня была жутко ревнивая!

— Я только двоих видел: профессора, моего возраста, и секретаршу — лет двадцать девчонке.

— А ей сколько? Замужем? Красивая?

— Замужем. Под тридцать.

— Красивая?

— Смазливая!

Теперь замолчала Таня.

— Тань, она выше меня на целую голову.

— Ты любишь больших! — у Тани портилось настроение.

— Тань, она худышка и ноги от плеч растут.

— Во, во! Ты таких любишь, длинноногих! Закинет на тебя свои ходули и заставит лизать жжопу!! Ихгм! — у Тани было богатое воображение и она, зажав рот, выскочила из-за стола — Посуду помоешь и в зал! Мы ещё не закончили.

04.10.16.

Эпизод второй. Фантазии и реальность

Ночью, дождавшись, когда жена ровно засопела, Митя осторожно отодвинулся от неё к стене и, сдвинув покрывало, тронул член: он был мягкий и расслабленно покоился на слипшихся яйцах. Чуть раздвинув ноги, пальцами левой руки потянул за мошонку, оттягивая яйца и слегка потеребил. Потом, захватил в правую ладонь и слегка сдавливая, сдвинул влево и вверх, ощущая большим пальцем нежную кожицу члена, уже слегка растревоженного и, выпустив яйца, и перехватив их левой, и оттягивая за мошонку вниз, двумя пальцами, указательным и большим, чуть сдавил член и сделал несколько фрикций.

Член мялся и гнулся, но кровь уже пошла в пещеристые тела и, наполняя их, удлиняла и выпрямляла его. Он совершал фрикции двумя пальцами, пока член не выпрямился и, наполнившись кровью, уже почти стоял.

Снова помассировав яйца и левой, и правой рукой и, чувствуя твёрдость плоти, обхватил член, наложив на него сверху ладонь, а большим пальцем, замкнув охват, упёрся в мошонку. Совершая фрикции и ощущая, как с каждой секундой плоть становится твёрже, подтянул левую ногу, согнув в колене и замер…

Жена шелохнулась, заворочалась, что-то бормотнула и замолчала.

Митя, натянув на себя покрывало, лежал, прислушиваясь, но жена ровно сопела, и он, сдвинув покрывало, обхватил член и стал дрочить, скользя и сдавливая, размеренными движениями.

Через две или три минуты непрерывных фрикций, чувствуя, что плоть затвердела, как камень, вытянул ноги, выгнулся и потянулся, и ощутил жаркую волну сладострастия от паха разошедшуюся по всему телу, и ударившую кровью в голову. В висках запульсировала жилка и он, закрыв глаза и, продолжая дрочить, попытался представить Оксану, как она стоит, широко раздвинув ноги. Но вместо этого образа всплыла фраза жены — 'Закинет на тебя свои ходули и заставит лизать жжопу!!' — и воображение отреагировало: 'он стоял на коленях, удерживая в ладонях её миниатюрную попку, её длинные ноги, согнутые в коленях, лежали на его плечах и пятки касались жопы… подтягивая выше, он припал губами к промежности и стал вылизывать, то погружая кончик языка во влагалище, то касаясь клитора… её головка лежала на его коленях, а её пальчики щупали и мяли его яйца, гладили бёдра и трогали член…он скользнул руками по телу и накрыл ладонями её груди, мелькнуло где-то 'совсем маленькие, как у девочки…' — Митя вздрогнул и перестал дрочить: на 'девочку' и 'секс' среагировало внутреннее табу, мгновенно отсекая воображение. Он лежал минуты две, пока сознание не переключилось и, закрыв глаза, опять увидел Оксану, в той же позе, но теперь его руки держали её за талию и пальцы замыкали охват… осиная тал…

Таня, повернувшись на живот, приподняла голову и Митя, прекратив фрикции, подтянул покрывало. Она повернула голову и приблизилась к его лицу. Увидев открытые глаза спросила- Ты чё не спишь? Спи! — и легла.

Митя закрыл глаза, разогнул и вытянул левую ногу и, прижав к бедру ещё возбуждённый, но уже обмякший член, замер.

Он засыпал, проваливаясь в пустоту.

Утром, Таня, едва проснувшись, наставляла его — Сейчас встанешь и сразу звони, во сколько у них начинается рабочий день?

Митя, сдвинув покрывало и демонстрируя жене возбуждённый член, пожал плечами — В девять, наверное.

— Закрой! — она набросила край покрывала на его торс — Никакого секса! Будешь спать потом до обеда. Ты чё, даже не узнал какой у них распорядок?

— Тань, ну как у всех, с девяти, наверное.

— Точно или, наверное — Таня села и сама стянула покрывало — А чё он стоит то? — и приклонившись, сжала член двумя пальчиками и чмокнула головку, сдвинула крайнюю плоть и лизнула уздечку.

Митя выгнулся и попросил — Лизни ещё раз!

Таня взяла в рот и стала мусолить языком, а когда Митя, положив ладонь правой руки на её голову, хотел прижать, она отстранилась и вытирая губы, сказала — Фуу, мясом пахнет — и снова набросила покрывало — Полежи пока.

Он позвонил в 9:15.

Ответила девушка — Вы Дмитрий Юрьевич?

Он сказал, что был на собеседовании вчера и что согласен на работу в фирме.

— Оксаны Дмитриевны сегодня не будет, но вы приезжайте я вас оформлю.

— Ну что?

— Да надо ехать устраиваться на работу.

Он написал заявление и отдал девушке, с которой говорил по телефону, военный билет и диплом.

— Вы пока можете поработать за одним из компьютеров в учебном классе или можете ехать домой, а уже завтра выйдете на работу — предложила Таня.

— Завтра — согласился Митя и ушёл.

Ночью он, опять дождавшись, когда заснёт жена, дрочил и представлял, как лижет, щупает и трахает Оксану.

Кто-то подумает, а чё ж он жену то не трахает?

Жену он трахал и часто, но после наступления менопаузы она редко доходила до оргазма, и Митя кончал один. Ему конечно хотелось, чтобы и жена кончала, но она отмахивалась — Я уже немолодая кончать каждый раз. И потом, ты же знаешь, что меня надо долго кочегарить, чтобы довести.

Но когда хотела, то сама ластилась, и сама тянула его на себя, и тогда он наслаждался сексом, не заботясь о себе, а стараясь, изо всех сил, угодить жене. Особенно ему нравилось, когда она, отвечая встречными, на его движения, улыбалась с закрытыми глазами. Даже не улыбалась, а кривила губы в улыбке, слегка сдвигая верхнюю и обнажая зубки. В эти мгновения она становилась необыкновенно красива, и он любовался не забывая, однако, ебать её! Она же, чувствуя его взгляд, открывала глазки — Ты зачем подглядываешь? — и улыбалась.

— Я любуюсь тобою, ты прекрасна!

— Не смотри, закрой глаза, ты мне мешаешь!

Он закрывал глаза и некоторое время ёбся с закрытыми глазами, но когда жена начинала отрывисто, с придыханием, дёргаться, открывал и вглядывался в её лицо. Она чувствовала его взгляд, но уже не могла остановиться, а когда сгусток страсти выплёскивался спермой и Таня расслабленно замирала, затихал и он.

Но так бывало редко.

Обычно же сексом они занимались так: Таня становилась раком, Митя засовывал член и ебался! Иногда он двигался сильно и резко, и жена выговаривала — Ты причиняешь мне боль!

Митя сбавлял обороты, но чувствуя, что вот-вот, начинал постанывать, заводя и доводя себя и приговаривая — Ооо, Таня, оооо, как хорошо!

— Ты смотри! — бросала она — Не проболтайся, а то скажешь не то.

— Неээт — мычал он — я ебу-у-у, тебя-а-а — и опять начинал двигаться резко и глубоко засаживая.

— Ты насилуешь меня — выговаривала она потом — У меня болит влагалище и своды ломит после такого секса.

А он действительно в это время насиловал. Насиловал Оксану, представляя, как она стоит раком, а он ебёт её!

* * *

На работе всё шло своим чередом.

Он составил, с помощью Сергея, молодого препода из вуза, рабочую программу. Выступил перед коллегами с презентацией и стал готовиться к сертификационному экзамену.

За две недели он со всеми познакомился.

Девушка Таня, оформлявшая его, была и секретарём, и менеджером, и переводчиком. Знала четыре языка: английский, французский, испанский и немецкий.

Оксана брала Таню с собой на семинары за границу.

Было ещё трое сотрудников: Катя — молодая, одного возраста с Таней, девушка, ведущая курс Автокад ЛТ (облегчённый Автокад).

Вячеслав — ведущий основной курс Автокада и Костя — ведущий курс Revita.

Бородач бывал редко.

Был ещё технический директор — Валера, муж Оксаны. Но его Митя, за две недели, видел всего два раза и Борис — финансовый директор, двоюродный брат Валеры.

Борис не нравился девушкам. Рыжий, невысокий и плотный, он мог рассказать в их присутствии похабный анекдот или отпустить плоскую шуточку. К тому же Таня подозревала его в том, что он не смывает после себя в туалете, оставляя это ей!

Митя всё никак не мог взять в толк, почему она так решила!

Сам он, офисным туалетом так и не смог пользоваться. Нет, ссать он туда ходил. Ноо… ну вы поняли.

Ему, казалось, что в офисе всё будет слышно.

И в первый же день, выйдя в обеденный перерыв прогуляться, зашёл в кафе, в двух кварталах от фирмы. Там был туалет для посетителей. Там Митя и стал справлять нужду!

Первое время было неудобно из-за того, что в этом туалете не было освещения. Плафон там был, но лампочка, видимо, быстро перегорала от частых вкл-выкл. Но туалетная комната была узкой и небольшой, и Митя привык.

Борис у Мити не вызывал неприязни: во-первых, он служил в армии, а во-вторых, помог Мите при сдаче сертификационного экзамена, ответив на вопросы по менеджменту программного продукта.

Через две недели Оксана подошла к Мите и сказала, что берёт его с собой в город Б.

— Там есть завод, на котором мы установили и сопровождаем программный продукт. Должен был ехать Сергей, но он завтра сдаёт кандидатский минимум по английскому. Поэтому я решила взять вас: пообщаетесь с конструкторами. Вам же знакома эта среда? Ответите на вопросы.

— Ноо…

— Если будут вопросы, на которые сразу не сможете дать ответ, просто запишете их. Когда вернёмся, разберётесь сами или поможет Сергей. Потом подготовите развёрнутый ответ и отправите через скайп или "аську". Адреса есть у Тани. Вам, как удобнее: приедете в офис или я за вами, заеду?

— А по какой трассе поедем?

— М52.

— Да мне всё равно, а во сколько будем выезжать?

— Нам нужно одним днём обернуться туда и обратно, поэтому выехать должны не позднее десяти часов.

— Не, ну тогда заедете за мной.

— Хорошо! Дмитрий Юрьевич, а вы так и не сбросили мне сборник рассказов!

Мите стало стыдно — Я забыл.

— Сегодня сбросите? Не забудете?

— Сегодня не забуду.

— Ну хорошо, до завтра — и она ушла.

Эпизод третий. Смешная история

Против командировки Таня не возражала — это ж по работе.

Только спросила — Кто едет?

— Я и директор.

— Какой директор? — Таня насторожилась.

— Генеральный.

— Это она что ли?

— Ну да.

— А почему ты? У тебя же опыта ещё нет.

— Там общаться с конструкторами, а программу я знаю. Хотя должен был ехать ещё один, но он завтра экзамен сдаёт.

— Ты смотрии! Садись на заднее сидение. Во сколько?

— Она заедет к десяти утра.

— К дому прям подъедет?

— Позвонит и договоримся куда мне подойти.

Таня хмыкнула — Прям личный водитель. Смотри у меня!

Вечером, когда Таня уже лежала в постели и смотрела очередной сезон 'Чисто английского убийства', Митя сел к компу и нашёл сборник рассказов.

Просмотрев его, удалил две записи содержащие очень личное и, упаковав, сбросил Оксане.

Открыл новый документ в ворде и задумался.

Идея рассказа с Оксаной уже мелькала на задворках сознания, вырисовывая эпизоды и озвучивая диалоги, но он никак не мог придумать названия.

— Выключи свет! — Таня, укладывалась, переворачивая и поддёргивая подушку — Если будешь писать, иди на кухню или ложись.

— Я се йчас — он смотрел на чистый лист, но название не складывалось.

'А, ладно!' — Митя закрыл ворд и выключил комп — Спать!

Он лёг и, повернувшись к Тане, приобнял её.

— Не надо, мне сейчас жарко станет. Отодвинься!

Митя сдвинулся к самой стене и лёг на спину, руки за голову.

Таня засопела, ровно и почти неслышно, уже через пару минут.

Он лежал, прислушиваясь к ровному дыханию жены, глаза начинали слипаться. Но Митя, сдвинув руками одеяло, тронул член. Мягкий и расслабленный, он покоился между ног, прикрыв яйца. Тронув двумя пальцами крайнюю плоть, потянул её и, медленно сдвигая, оголил головку, и закрыл глаза. И сразу же всплыла картинка, словно заставка на мониторе: Оксана стояла раком, и её жопа была так высоко, что Мите пришлось встать с колен, чтобы его пах был вровень с пиздой. Он дрочил двумя пальцами и мял яйца, оттягивая их за мошонку, и член наполнялся кровью, удлиняясь и набухая, и когда перестал гнуться, обхватил, ладонь сверху: мизинцем к залупе… сдавливая твердеющую плоть, дрочил, увеличив темп фрикций, а картинка ожила: обхватив миниатюрную попку Оксаны, ткнулся в промежность и засунул член в пизду! Продолжая дрочить с закрытыми глазами и, прислушиваясь к сопению жены, натягивал Оксану, двигая её руками: вперёд-назад… вперёд-назад и, почувствовав сгусток энергии, двинувшийся из яичек по уретре, и предваряющий извержение, перестал дрочить здесь, но не ебать виртуально и, скользнув правой в промежность, массировал средним пальцем ложбинку, вдавливая в ямку у самого ануса и, когда сгусток ужался и истаял, снова дрочил и ебал до всплеска сгустка энергии, и опять массировал ложбинку, вдавливая палец в ямку…

Шевельнулась Таня.

Митя замер, картинка исчезла.

Он прислушивался, но сонного сопения жены не было слышно и Митя, лёжа с закрытыми глазами, провалился в сон.

* * *

Она позвонила, когда Таня уже ушла на работу. Митя сказал, что выйдет на остановку.

Туда ехали быстро. Митя сел на заднее сидение и почти всю дорогу спал, а когда подъехали к городку, прогнал сон и смотрел на автобусы, троллейбусы, на людей на остановках, на проходную заво…

— Приехали!

Им выписали пропуски и Оксана, проводив Митю в КБ и представив, ушла к директору.

Всё вышло так, как и говорила Оксана: он ответил на большую часть вопросов конструкторов, а два, на которые не смог, записал.

Они пообедали в заводской столовой и в половине четвёртого уже выехали на трассу.

На обратном пути Митя сидел рядом с Оксаной. Она уже не гнала так, и сама завела разговор о сборнике.

— Я вчера успела только просмотреть и один рассказ прочла…

Она вырулила на встречку, обгоняя КамАЗ.

— Там у вас есть смешная история с дядькой — она сделала паузу, ожидая реакции.

И Митя сразу же вспомнил, и рассказ, и историю…

— Да, история, не выдуманная…

— Но я слышала эту историю!

Она резко затормозила, свернув на обочину трассы.

* * *

Заканчивалась вторая декада сентября. Вдоль трассы тянулся лес, с желтеющими берёзками и зелёными, но уже не по-летнему, соснами. Изредка у дороги встречались грибники, с выставленными ведёрками, полными грибов. Были и пасечники, продающие мёд, выставленный на складных столиках.

Когда солнце склонилось к закату, на трассу выполз туман и Оксана включила свет.

Видимо она тоже испытывала неловкость, не зная, как вести себя в такой ситуации и молчала.

* * *

Что дядька разошёлся, он узнал уже после армии.

В ВУЗе была военная кафедра и после окончания он ушёл в армию, и отслужил год в ПВО, в Туркестанском округе. Потом остался ещё на два года сверхсрочником и уволился в середине ноября 79 года. А через две недели, рота, которой он командовал, была заброшена в Афган. Но Митя, уже вкусивший гражданки, и только теперь оценивший её свободы, на войну не пошёл.

Ещё отец сказал, что дядя Дима уехал в Ленинград. Про Ромку и тётю Вику ему ничего не сказали. А про Оксану, наверное, и родители не знали.

Они приезжали в гости раза два, когда Митя ещё в школе учился. Приезжали на жигулёнке вдвоём. Ромка оставался в городе с бабушкой, матерью тёти Вики. За рулём, когда приезжали, был дядька, а когда уезжали, за руль садилась тётя Вика: дядька был пьян.

Они с отцом распивали поллитру, под закуску и воспоминания о деревенском детстве.

Перед застольем дядька успевал сыграть несколько партий в шашки с Митей и иногда, даже проигрывал. Митя гордился, не догадываясь, что дядька просто поддавался.

* * *

— Я после армии Ромку не видел ни разу, как он?

— Да нормально всё. Женился. Дочка растёт. Он в Германии живёт. Родители жены уехали на родину и через год их вызвали. Работает на автозаводе. Живут хорошо. Мы с мамой ездили один раз в гости, и он один раз был у нас.

— А тётя Вика?

— На пенсии. С Ромкой иногда сидит, когда я в командировке за границей, а у Валеры запой…

— У тебя есть сын? — Митя не заметил, что перешёл на 'ты'

— Ромке четыре года — Оксана улыбнулась.

— А муж сильно пьёт? По нему вроде не видно, что пьяница.

— Алкоголик.

Митя молчал, не зная, что сказать. Тема ему была знакома и очень даже: отец крепко выпивал.

— Я его два раза кодировала — Оксана впилась побелевшими пальчиками в руль — Бестолку!

— Он хороший. Ромка его любит, и он Ромку, но… я устала.

Больше ни о чём не говорили.

Когда приехали в город, Оксана предложила — До подъезда?

Но Митя вышел на остановке.

— Митя! — Он придержал дверцу — Не обращай внимания. Всё хорошо. Я рада, что у меня есть брат в городе.

Митя улыбнулся — До свидания.

Таня встретила его в прихожей — Устал?

— Жопа устала!

— Всё нормально?

— Да, Тань, всё нормально.

— На вопросы ответил?

— Да, простые вопросы были.

— На все ответил?

— Два записал. Тань, ну чё об этом то говорить — Митя сидел в зале, в трусах, держа в руках брюки.

— Ладно, иди сполоснись и ужинать будем, я уже соскучилась.

Когда Таня, отвернувшись, ровно и почти неслышно засопела, Митя потянулся к члену и… и не стал дрочить. Ему почему-то стало стыдно, что он дрочил на сестру.

'Но ведь я не знал' — оправдывался он, а сознание тут же подсунуло эпизод с остановкой на трассе, и он увидел, как Оксана присаживается, широко расставив ноги, как задирает юбку и стягивает трусики, услышал шум изливаемой мочи и увидел, как она пенится…

Член встал, и Митя дрочил, представляя, как становится на колени, перед приподнятой попкой Оксаны, как сжимает и засовывает член, преодолевая сопротивление сфинктера и струйки мочи, сбегая по члену на яйца, капают с них… сгусток двинулся к головке, но Митя продолжал дрочить и остановился, когда яйца сжались, готовые извергнуться спермой и массировал ложбинку, надавливая углубление, но несколько капель спермы выдавились через уретру и неприятные ощущения от незаконченного: жжение в уретре и ломота в яйцах, отвлекли от видения и он стал засыпать.

Ему приснилась дядькина смешная история…

Продолжение следует 22.10.16.

Эпизод четвёртый. Онанизм

'Онан знал, что семя будет не ему; и потому, когда входил к жене брата своего, изливал на землю…' Быт. 38, 9.

Сколько помнил себя Митя (лет с четырёх), столько помнил и свой онанизм.

Конечно, в четыре года эротических фантазий у ребёнка не было.

И в пять не было.

И в шесть не было.

Эротические фантазии появились в семь лет, когда он учился в первом классе. Именно тогда он узнал, от старших ребят, как и откуда берутся дети. Именно тогда, трогая уздечку кончиком пальца, он стал фантазировать с женщинами.

А уже во втором классе, когда ему шёл десятый год, когда он дрочил, сжимая письку в кулачке, пришла первая поллюция. Но не во сне (нет, потом приходили и во сне), а именно, когда дрочил. Дрочил в туалете, стоя со спущенными штанишками и трусами и, когда наслаждение от фрикций достигло апогея (это было и раньше), из уретры выделилось несколько капель мутной и липкой жидкости (а вот это произошло в первый раз!). Выделившаяся субстанция была не похожа на мочу, и Митя даже немного испугался, но тут же вспомнил это слово — молофья — и успокоился. И, через несколько часов, опять дрочил в туалете, и опять выделилось несколько капель спермы.

С того дня, каждый раз, когда он дрочил, акт заканчивался сладострастным ощущением в яичках и в груди, и истечением спермы, которой становилось всё больше. И с каждым разом, его фантазии, обретали всё более взрослые желания, обладания женщиной.

Митя фантазировал именно на женщин (на учителей: была одна с необъятной жопой, когда шла между рядами, бёдрами задевала парты, и буферами седьмого размера; на пионервожатую; на женщин, подружек и знакомых матери; на рисунки женщин в книжках или календарях; на фото женщин в газетах), а не на девочек-одноклассниц, ибо девочки-одноклассницы не возбуждали его воображения своими неразвитыми формами: грудей, ягодиц, бёдер. К тому же, пилотка у девочек была лысой! А у женщин там была густая растительность, и это возбуждало!

Кто-то удивится: да откуда он знал про лысые пилотки девочек?

А оттуда: увидел в бане!

Хотя и было ему в то время, когда мамка брала его в баню, лет шесть, не больше, Митя всё разглядел и запомнил!

Став старше и стыдясь вредной, как он считал, привычки, Митя несколько раз пытался порвать с ней.

Ну, и как вы думаете, кто победил?

Всё правильно, привычка!

Он прочёл много статей об онанизме, и его последствиях.

Бог мой(!), чего там только не понаписали, и чем только не стращали: от сухотки спинного мозга, до неспособности иметь детей и преждевременной импотенции!

И вот Мите уже скоро пятьдесят семь, и дрочит он каждый день (но сперму бережёт для влагалища жены), и член утром стоит, как и сорок пять лет назад! И стоит ему представить (даже в транспорте), как он раздевает Оксану (к примеру), как ставит её раком… ооо!… член возбуждается и ему приходится прикрываться сумкой при выходе…

* * *

Он подготовил ответы на вопросы и, через скайп, отправил начальнику КБ завода.

Шла четвёртая неделя его работы в фирме.

Оксана сказала, что группу для занятий ещё не набрали и, что Митя может прорабатывать курс и совершенствовать знание программы.

Митя сидел за своим компом и готовил задания, в которых бы вырабатывались базовые навыки работы в программе. Имея опыт работы в 'КОМПАС' и 'SolodWorks', он видел не только недостатки этих программ, по сравнению с Inventor, но и преимущества. Это его смущало, и он об этом сказал Оксане.

Она с улыбкой выслушала и ответила — Мы продаём этот продукт, а значит акцент надо делать, именно, на преимуществах. Попросите у Сергея текстовый файл, он делал сравнительный анализ основных программ 3D-моделирования. Вам это будет полезно.

Сидя за компом Митя наблюдал за Оксаной, когда она была занята разговором с кем-либо из сотрудников. Он не хотел, чтобы она замечала это, но раза два Оксана всё же оборачивалась и, не прекращая общения, улыбалась ему.

В офисе она обращалась к нему по-прежнему, по имени отчеству и на 'вы', но мужу и его брату Борису, Оксана, видимо, сказала про родство с Митей.

Валера и Борис стали здороваться с ним по-другому: как-то теплее, что ли. А может ему это просто казалось.

Митя не замечал, чтобы Валера приходил на работу подвыпивший. Впрочем, он и на работе появлялся не так уж часто: два, три раза в неделю. Причём, именно, появлялся: придёт, поздоровается со всеми, переговорит с Борисом и Оксаной, и уходит.

Но в ту пятницу он заявился не просто подвыпившим, а натурально, пьяным!

Рабочий день подходил к концу, когда в офис пришёл Валера.

Пьяно улыбнувшись Мите и подмигнув, он направился к Оксане.

Оксана переобувалась, отодвинув кресло к стене.

Увидев мужа, встала и пошла навстречу — Ты что? Тебе же Ромку забирать из садика!

— Окссан! — пьяно качнувшись и, оперевшись на стол, Валера опустился в кресло.

— Да ты что делаешь, Валера? У меня через полчаса встреча с генеральным опытного завода и перенести я не могу! Я три недели ждала этой встречи!

— Дааа! — Валера махнул рукой — Бборька заберёт — он поднял голову, она сильно качнулась назад — А ты езжай — он мотнул головой — езжай на переговоры.

— Твой братец приставал ко мне в прошлый раз! — чуть ли не выкрикнула Оксана.

Митя слушал, стараясь не смотреть в их сторону.

Его поразило, что Оксана говорила громко, совершенно не обращая внимания на сотрудников в офисе. Собственно, из сотрудников, в офисе было двое (не считая Мити): Таня и Костя, которые, сразу же, выключив компы, стали одеваться и, попрощавшись, ушли.

Оксана пошла к туалету и Валера, резко отодвинув кресло, пошёл за ней.

— А ты куда!

— А ччё? — Валера опёрся о стену — Я тоже хочу.

Они зашли в туалет и через пару секунд, что-то, с грохотом, упало и покатилось.

Через полминуты Оксана вышла, оправляя юбку, и стала одеваться, заглядывая в зеркало.

Через минуту вышел Валера и пройдя к столу Оксаны у окна, плюхнулся в кресло и откинулся на спинку.

Оксана подошла к Мите и улыбнулась — Митя, ты меня извини.

— Мне посидеть в офисе и дождаться тебя, Оксан?

— Митя, мне так неудобно… если ты не можешь, я закрою его здесь… он всё равно сейчас уснёт…

Они оба, разом, посмотрели в сторону Валеры: он спал, откинувшись в кресле.

Оксана пошла к столу — Надо сдвинуть кресло, чтобы он не свалился.

Митя шёл следом.

Они сдвинули кресло, со спящим Валерой, в угол.

Митя удивился, насколько тяжёл оказался Валера: да он был высок, но не выглядел массивным.

— Митя — Оксана, виновато улыбаясь, заглядывала в его глаза — Митя, ты правда никуда не спешишь?

— Оксан, я дождусь тебя.

— Митя — она коснулась пальчиками его груди — Митя, я постараюсь быстро… пойдём, ты закроешься.

Оксана уехала.

Валера спал, посапывая.

Митя зашёл в туалет и осмотрелся: но ничего такого, что могло бы грохнуться и покатиться, он не увидел.

Закрыв программу, он вышел в интернет и стал читать новости. Потом, через поисковик, нашёл фильм 'Джиперс Криперс 2', который уже давно хотел посмотреть.

Глянул время на мониторе — 18:17.

Прошло уже двадцать две минуты, как Оксана уехала.

Он смотрел фильм, изредка бросая взгляды в сторону спящего Валеры и не заметил, как подъехала Оксана: тамбур имел двойные входные двери из стекла.

Митя услышал, как открывается дверь.

— Ну, вот и я. Пришлось наврать генеральному, что у меня сегодня ещё одна неотложная встреча…

Оксана прошла в офис, на ходу снимая плащ — Митя, я быстро — и зашла в туалет.

Митя, свернув кино и выключив комп, обратил внимание, что она не заперла дверь туалета изнутри.

Оксана вышла — Митя, ты поможешь мне довести его и посадить в салон?

— Конечно, Оксан.

Оксана надела плащ и они, вдвоём, довели бормочущего, но так и не открывшего глаз, Валеру, до авто.

То ли это было уже не в первый раз, но Валера ноги переставлял.

Митя, обнимавший Валеру за талию и принявший основную массу на себя, понял, что, если бы мужчина был в полной отключке, вдвоём с Оксаной они бы его не смогли дотащить.

Оксана захлопнула дверь — Митя, мне надо поставить офис на сигнализацию.

— Да, Оксан.

Она зашла в офис и через полминуты свет погас, осталось только дежурное освещение.

Женщина вышла, заперла двери, подошла к Мите и закурила.

Митя, молча, стоял рядом.

— Митя, я не смогу довести его до подъезда… Борьку я не хочу просить, он опять начнёт приставать…Митя, прости…

— Оксан, ну что ты?! Я помогу.

Она нервно курила, отводя глаза в сторону.

Видимо, Валеру укачало, пока они ехали. Он даже не забормотал, когда они, вдвоём, тянули его из салона на улицу.

До подъезда было шагов пятнадцать, но Митя вспотел и ноги подрагивали от напряжения.

В лифте Валера сидел, прислонившись к стенке.

Третий этаж.

Они выволокли Валеру на площадку. Оксана дважды нажала кнопку звонка.

Дверь открылась сразу, как будто Борис ждал их в прихожей.

Он вышел на площадку — Боря, помоги Мите дотащить его до спальни. Ромка спит?

— Нет, тебя ждёт.

Она вошла в прихожую и, разувшись ушла куда-то вглубь квартиры.

Квартира показалась Мите огромной: ванна, два туалета, кухня, площадью, как зал его квартиры, гостиная, зал и несколько комнат.

Борис знал, которая из комнат, спальня Валеры и они, втащив его в прихожую, и разувшись, дотянули, волоком, по полу до спальни.

В комнате был включен свет и Борис, присев, снял с Валеры обувь и вышел.

Митя обвёл взглядом комнату: кроме двери из коридора прихожей, была ещё одна дверь, в стене справа.

Вошла Оксана и, заметив, что Митя смотрит на вторую дверь, сказала — Там Ромкина спальня, она между нашими — помолчала и добавила — мы спим отдельно.

'Зачем эти подробности семейной жизни?' — удивился Митя.

— Надо ему подушку подложить — она взяла с кровати подушку и, присев над мужем, подсунула её под голову.

Валера спал.

Вернулся Борис — Оксан, я помогу его раздеть и уложить на кровать.

— Нет, Боря, спасибо! — Оксана выпрямилась — Ты иди. Раздену сама, а спать будет на полу.

— Оксан, а Дмитрий Юрьевич, как же? Я бы отвёз его…

— Нет, Боря! Митя отдохнёт немного и сам доедет. Митя — она обернулась к нему — я провожу Бориса. Идём.

Они вышли, и Оксана прикрыла дверь в комнату.

Митя стоял и прислушивался. Через полминуты хлопнула входная дверь, провернулся ключ в замке и всё стихло.

Вошла Оксана — Митя, ты будешь кофе?

— Да, но сначала руки помыть и в туалет.

— Туалет там в коридорчике.

Митя вышел из комнаты.

Туалетов было два и один заперт.

Митя открыл дверь другого и, пошарив рукой по кафелю стены, щёлкнул выключателем.

Это был туалет Оксаны: рядом с унитазом стояло биде.

Он поссал, трогая и разминая член, и ощутил лёгкую дрожь: такое состояние всегда предшествовало сексу, причём сексу неожиданному, спонтанному.

'Какой, нахер, секс?!' — хмыкнул Митя, вымыл руки, выключил свет и вышел.

Он прислушался: в квартире было тихо, только чуть слышно шумел холодильник на кухне.

— Митя! — Оксана вышла из комнаты мужа — Митя, ты меня извини, пожалуйста, мне так неловко…

— Оксана, ну что ты?

— Митя, ты поможешь мне?

Он подошёл.

Без каблуков Оксана была выше его, но уже не так заметно.

Она заглянула в его глаза — Митя, у меня после родов швы так и не рассосались… мне нельзя ничего поднимать, тяжелее пяти килограмм… — она отвела взгляд, вздохнула и добавила — ты поможешь снять с него брюки… — снова вздохнула — он может описаться…

Теперь и Митя ощутил некоторую неловкость — 'Блядь (!), раздевать чужих мужиков…' — но вслух ответил — Помогу, Оксан.

Они зашли в комнату и присели на корточки рядом с Валерой.

Оксана, стоя на коленях над мужем, расстегнула ремень, ширинку и пуговицу — Надо перевернуть его на живот, так легче будет стянуть…

Митя подсунул руки под спину Валеры и перекатил его на живот. Голова Валеры уткнулась носом в ковёр.

Оксана взяла подушку и подложила мужу под голову.

— Помоги, приподними немного — она взялась руками за пояс брюк.

Митя обхватил бока Валеры выше брюк и потянул вверх.

Оксана дёрнула и брюки стянулись.

Вместе с трусами.

Митя смотрел на голую жопу мужчины и, стыдясь произошедшего, не поднимал глаз.

— Митя — с голосом Оксаны, что-то произошло, но он не мог понять, что?

— Митя, трахни его…

25.10.16.

Эпизод пятый. Гомо и насилие

Происходящее было настолько ирреалистичо, что Митя даже не удивился.

Он поднял глаза и только теперь заметил, что Оксана успела переодеться: на ней был халатик, запахнутый и затянутый поясом.

— Митя — он так и не смог понять, что изменилось в её голосе — Митя, его запои, приставания братца — её голос дрогнул и в глазах заблестели слёзы — Митя я так устала от этого, мне так противно всё это… Митя, я не могу ничего сделать, не могу выгнать, не могу развестись… из-за Ромки… он так любит его… Митя трахни его — Оксана говорила, перескакивая с одного на другое — Митя, ради меня — она прижала руки к груди — Митя, я хоть как-то почувствую себя отмщённой… Митя, я понимаю… но… потом ты трахнешь меня!

Митя слушал и, когда она произнесла — 'потом ты трахнешь меня' — его словно включили.

Оцепенение спало, и знакомая дрожь в теле напомнила о том, о чём он подумал в туалете Оксаны.

Оксана встала и, развязав поясок, распахнула халатик — Митя, я знаю, ты хочешь меня… я видела, как ты на меня смотрел — она провела пальчиком по приплющенным, трусиками, волосам, раздвигая их и губы.

Митя, словно завороженный смотрел на щель и розовые гимены, и чернеющую дырочку входа во влагалище.

— Митя — она повернулась, слегка наклонилась и подтянула полы халатика, оголяя попку.

Повернув головку к нему и улыбаясь, Оксана продекламировала — Раздвинув ноги, встану наклонившись и ягодицы разведу руками — она развела ягодицы пальчиками и Митю затрясло при виде пигментированного колечка ануса — И улыбнусь я, губки слиплись, и ты прильнёшь, к губам губами…

Это были первые строки его стихотворения 'Буду ебать тебя в жопу милая' из сборника порно-стихов 'Угол падения'

— Митя — она все ещё стояла в позе — трахнешь меня, как захочешь и куда захочешь, она повернулась и опустилась перед ним на колени.

— Или я могу тебя трахнуть — она взяла в рот два пальчика и обслюнявила их — трахни его Митя.

Её руки расстёгивали ремень его брюк — Митя встань, мне неудобно.

Он встал, и она потрогала ручкой, возбудившийся член — Ты хочешь меня, Митя — она расстегнула ремень, пуговицу и ширинку — Я знаю — она потянула брюки, и они свалились — Я знаю, ты хочешь меня насиловать… — она стягивала плавки — Митя, ты изнасилуешь меня — она стянула плавки и провела пальчиком по члену… — Митя, ты сделаешь со мной, что захочешь… — она мяла яички — Трахни его, Митя!

Думаю, что именно сейчас уместно сделать отступление и разобраться в том, как Митя относился к гомо.

Он имел опыт анального секса. Несколько раз, с женой. Ощущения были настолько яркие, что Митя только этого и хотел.

Увы. Таня сказала — Нет! — как отрезала.

И с того дня, анальный секс для него стал пределом мечтаний и диких, по силе переживаний и видений, порно фантазий.

Себя Митя считал стопроцентным гетеросексуалом и к гомо относился негативно. Именно негативно, и только! Он никогда не был сторонником крайних мер.

Однако, лесбиянки ему нравились, и ему приятно было смотреть (понятно, что речь о порнофильмах), как они занимаются любовью.

А вот когда в кадре с женщиной было два мужчины, Мите становилось противно, даже если один из них трахал её в жопу. Анальный секс на видео Мите нравился, возможно, именно потому, что у него анала не было.

Но однажды, когда, в очередной раз, в стране поднялась шумиха из-за какой-то публичной акции секс меньшинств, Митя, вдруг, ясно осознал, что все люди андрогины или бисексуалы!

Он вспомнил, что каждый человек несёт в себе хромосомный набор двух родителей, а значит, и двух начал: мужского и женского. А далее, логическая цепь суждения выстраивалась легко и просто: мы только внешне мужчины и женщины, а по сути, мы андрогины.

Нет ни одного стопроцентного мужчины, нет ни одной стопроцентной женщины!

Каким бы ни был брутальным и мужественным человек, он нёс в себе и мужское, и женское начало.

Какой бы ни была хрупкой и женственной девушка, она несла в себе и мужское, и женское.

После осознания этого, Митя стал всматриваться и вслушиваться в свои желания и ощущения, и вспоминать.

Иногда, Таня, лаская его пальчиками, проводила по промежности и касалась ануса. Митю передёргивало от мурашек, разбегающихся от точки касания. Иногда он намекал на анальный секс, но Таня резко и грубо отвечала — Голубятня! Хочешь, чтобы тебя трахнули в жопу! Иди найди, тебя трахнут!

— Я не хочу, чтобы меня трахал мужчина. Я хочу, чтобы меня трахнула женщина. Ты!

— Ага! Разбежалась прям!

Митина память обращалась в прошлое.

После армии, он, неожиданно для самого себя, несколько раз совершил анальный акт с самим собой. Брал морковку, тщательно мыл, вставал раком и, обильно смазав слюной анус, засовывал в жопу. Было немного больно, но гораздо сильнее было ощущение сладострастия и возбуждения, и он дрочил, одновременно с фрикциями в анус.

Но и это ничего не объясняло!

И Митя снова обращался в прошлое.

Он вспоминал, как в армии дважды переболел дизентерией и, те ощущения, когда он стоял раком, а медсестра засовывала ему в жопу стеклянную палочку. Его потряхивало от вожделения, от того, что она касается пальцами его ягодиц, от того, что она смотрит на его ягодицы и анус, и видит его яички.

Но и это не объясняет, почему его тянуло на анал.

И он вспомнил!

Он вспомнил, как мать садила его на горшок, предварительно сделав клизму. Это было несколько раз и самое раннее воспоминание относилось к возрасту семи или восьми лет. Возможно она делала ему клизму и в более раннем возрасте, но он не помнил. Но он помнил ощущения: и её касания, и пипку груши в анусе, и не испытывал отвращения, хотя, некоторое чувство стыда, всё же присутствовало.

Но почему и откуда в нём проявлялось желание грубого сексуального насилия над женщиной?

Он был мягким по характеру. За четверть века супружества Митя ни разу даже голоса не повышал на Таню.

И всё же она упрекала его в насилии. Более того, он и сам ощущал, как просыпается во время секса в нём, что-то жестокое и грубое. Но не всегда, не при каждом акте. Он заметил, когда это происходит. Это происходило, если Таня не хотела секса и противилась, а он всё же настаивал, и она давала. И тогда просыпалось это звериное и он грубо, резко и с силой засаживал член во влагалище! Таня стонала, а ему хотелось, чтобы она кричала от боли!

Но почему и откуда это??

Это произошло, когда он учился во втором классе. Отец тогда стал часто приходить домой с работы подвыпившим. Его настроение зависело от состояния опьянения. Иногда смеялся и шутил, и заигрывал с матерью, а в другой раз мог взбелениться и, схватив ремень, несколько раз ударить.

Был конец октября или начало ноября: снег уже лежал. Мать затеяла ремонт на кухне, и он помогал по своим силам. Она стояла на кухонном столе и белила потолок, когда открылась дверь и вошёл отец. Сразу стало понятно, что состояние его агрессивное и Митя весь напрягся. Отец обвёл взглядом кухню и поморщился — Пожрать приготовила?

Мать опустила кисть — На плите всё приготовлено.

Отец подошёл к плите, открыл одну кастрюлю, другую — Я что, стоя должен есть?

— Возьми стул и присядь, мне немного осталось добелить.

Отец заскрежетал зубами, и Митя съёжился.

— Сука, заканчивай и убирай всё!

Мать, продолжая водить кистью по потолку, ответила — Вот угол добелю и уберу всё.

— Ссука! — отец схватил нож, подскочил к столу и, замахнувшись, выдохнул, задыхаясь яростью — Сейчас распорю живот и кишки выпущу!

Митя, вжавшийся в стену и побелевший, как извёстка, смотрел, расширившимися от ужаса глазами, на происходящее.

Детская психика не выдержала, и он захохотал.

Родители вздрогнули и обернулись…

Нож выпал из рук отца, мать поспешно слазила со стола.

— Сынок, сынок — отец подошёл первым и гладил его голову — Сынок — но больше ничего не мог сказать.

Митя понемногу приходил в себя, щёки зарозовели.

Подошла мать и, отстранив отца, прижала сына к животу и, поглаживая голову, заплакала.

У Мити самопроизвольно потекли слёзы.

Отец вышел на улицу.

26.10.16.

Продолжение следует.

Эпизод шестой. Sexwife и cuckold

Оксана, продолжая поглаживать его член и щупая яички, смотрела снизу-вверх. Халатик не скрывал обнажённое тело, и Митя видел её груди, маленькие и неразвитые, как у девочки. Он увидел её животик, пупок и бугорок лобка. Он видел её попку, маленькую и аккуратную и возбуждался, ощущая, как кровь раздувает пещеристые тела, превращая плоть в камень.

— Ого! — Оксана сжимала член и совершала медленные фрикции — Я знаю… — она смотрела на член — я знаю о чём ты сейчас думаешь. Ты думаешь, почему нельзя просто дать? Зачем трахать Валеру? Митя — она так и смотрела на член, не поднимая глаз — Митя, если ты его трахнешь, то я испытаю удовлетворение… — она сжала член сильнее — удовлетворение от его позора… — Оксана снова гладила член — Митя, трахни его!

Митя опустился на колени.

Стоя на коленях перед ним и, продолжая сжимать член, Оксана смотрела в его глаза.

— Ты трахнешь его? — губы шевелились, но голоса он не слышал.

Митя погружался в её зрачки — Да!

Она разжала кулачок и отодвинулась.

— Митя — Оксана потянулась к столу и полы халата разошлись.

Он увидел её ножки, тонкие и худенькие — 'Закинет на тебя свои ходули и заставит жопу лизать' — 'Он бы с наслаждением вылизал её жопу, лишь бы…'

— Митя, можно я буду снимать на камеру, как ты его трахнешь?

— Зачем, Оксан??

Она смотрела на Митин член — Ну, ты же не сможешь приезжать ко мне и трахать его, чтобы доставить мне удовольствие, чтобы потом трахать меня? — она подняла глаза и улыбнулась — А так, я смогу смотреть, хоть каждый день, на его позор… Митя, можно?

Мите было уже всё равно — Можно.

Она смотрела на Митю.

Митя смотрел на голую жопу Валеры.

— Презерватив? — она потянулась к тумбочке, и Митя снова увидел её худенькие ножки и пилотку.

— Я сама! — Оксана оторвала от пачки один, разорвала упаковку и, держа за пипку, нахлобучила на головку и раскатала валик.

— А его смажу — она выдавила гель на палец и, раздвинув мужу ягодицы, наквацала анус.

— А если проснётся?

Оксана положила лубрикант на ковёр — По нему ходить можно, не проснётся! — взяла камеру и включила — Митя, я снимаю.

Он увидел себя в зеркале: на коленях, с торчащим членом.

Митя подвинулся к Валере и встал над ним.

Оксана снимала.

Он отогнул член и, наклоняясь, ткнулся в анус… замер на мгновение и вдавил головку… задержался ещё на мгновение, вдохнул и погрузил член наполовину длины, коснувшись ягодицами его ног… Валера даже не шелохнулся, и Митя, опёршись на руки, стал медленно ебать его в жопу!

Ощущения от проникновения и фрикций, ничем не отличались от ощущений анального секса с женой.

Но, эмоционально, всё было совсем по-другому.

Он не испытал, к удивлению, гадливости. Но и того похотливого озноба, от которого бросало в дрожь, когда он ебал в жопу жену, тоже не испытал. Видимо из-за этого, последнего, он ебал Валеру до излияния значительно дольше, чем это длилось у него с женой. Но, когда сперма изливалась, пульсируя уретрой, его передёрнуло точно также, как и над женой!

Митя вытянул член из жопы Валеры и слез с него.

Оксана поставила камеру на пол и склонившись к Мите, стала сворачивать валик презерватива, и сняла его.

Член стоял!

— Изнасилуешь меня на кровати! — Оксана скинула халатик, встала и, подойдя к кровати, легла.

Митю не надо было приглашать дважды.

Он перешагнул через выебанного мужа Оксаны и лёг на неё… она сдвинула ноги и упёрлась в его грудь, пытаясь оттолкнуть… Митя, заводясь похотью и криво улыбаясь, стиснул её ручки, легко раздвинул и прижал… грубо, причиняя боль, вдавил колено между ног Оксаны… она поморщилась и закусила губу, но терпела… он вдавил второе колено между её худеньких ножек и раздвинул их, ткнувшись членом в лобок… её глаза потемнели, зрачки расширялись, Оксане становилось страшно и она, дёрнув головой, попыталась укусить Митю, но он отшатнулся и вошёл в неё! Оксана обмякла, и Митя ебал её, резко засаживая член во влагалище!

— Митя!

Он замер.

— Митя, ты хочешь мою попку?

Митя вытащил член из Оксаны и сел — Да!

— Митя я дам, только в попку не надо насиловать — она села и встала с кровати — и трахни меня в попку над ним!

Митю уже нечем было удивить, а желание засунуть и кончить Оксане в жопу, было так велико, что он спрыгнул с кровати и шагнул к Валере.

Оксана встала на колени — Давай повернём его на спину, я хочу, чтобы твоя жопа была над его головой.

Они перекатили Валеру на спину, Оксана встала над мужем раком и опустила жопу, почти коснувшись его носа.

Митя опустился на колени и положил ладони на её попку. Попка была такой маленькой, что он мог накрыть её одной ладонью — 'Как у девочки!' — но табу не сработало, перед ним была жопа взрослой женщины и Митя, склонившись, стал лизать ложбинку и пускать слюну, смачивая анус.

Оксана потянулась и включила камеру, стоящую сбоку от них на ковре — Я хочу и это снять!

Но Мите, завороженному дыханием ануса, было по хую! Колечко ануса то сжималось, то чуть расширялось и от этого казалось, что анус дышит и это возбуждало до исступления, до дикого состояния на грани безумия. Митя ласкал анус пальцем, обводя его и легонько тыча кончиком и, закрыв глаза, вдавил палец.

Оксана чуть приподняла попку — Ты делаешь мне очень приятно, я завожусь — и она двигала попой в стороны и сверху вниз, касаясь лобком лица Валеры.

Митя не мог больше терпеть и, сжал её бёдра. Большими пальцами он разводил ягодицы, а средними пальцами доставал до губ вульвы. Он прижал головку к анусу и медленно, одним протяжным движением, засунул член в жопу! И почувствовал, как его мошонка, шоркнулась по губам Валеры! Это было неприятно и это отвлекало, но Оксана так агрессивно двигала жопой, насаживаясь, что… вдруг Мите показалось, что его яйца лизнули!

'По губам, что ли?'

Не прекращая ебать Оксану, он приподнял её попку.

— Нет, нет, Митя! — Оксана опустила попку на лицо мужа — Я хочу, чтобы твои яйца и твоя жопа шоркались по его лицу, мне это доставляет удовольствие — Ааааах! — Митя резко засадил член — Аааах! Митя! Аааах! Митя осторожнеааахнее!

Митя и правда разошёлся, чувствуя приближение оргазма, но в это мгновение скрипнула дверь из Ромкиной комнаты.

Митя повернул голову и обомлел: в дверях стоял маленький мальчик, жмурился на свет и тёр глазки кулачками.

Оксана тоже увидела сына — Ромочка, сыночек, ты чего, мой хороший? Не останавливайся! — прошипела она Мите — И гладь мне спину… Ромочка.

Митя механически совершал фрикции и гладил спину Оксаны.

— Мааам, я спать хочу!

— Иди сыночек, ложись… Ооооох! Мама сейчас придёооооохоот!

— А папа?

— Папа устал, ты же видишь он спит, а у мамы спинка болит, и дядя Митя мне спинку лечиооохит!

Мальчик, продолжая тереть кулачками глаза, повернулся и ушёл в спальню.

— Дааа! Митя! Дааа! Ещёоо! Он уже видел нас в этой позе… ЕщёоооХ! Аааа… Аааа… — и Митя кончил!

— Ты кончил?!

— Да!

— Митя ещё! Он ещё стоит, ещё, Миитя!

И он ебал Оксану, пока она не задрожала. Её ножки разъехались, и она со стоном опустилась на мужа.

Митя оделся, а Оксана всё ещё лежала жопой кверху.

Взяв камеру, выключила её и поднялась. Накинула халатик и запахнулась. Подняла с ковра презерватив и, приподняв, глянула — Жаль, что не в меня! Кофе будешь?

Митя помотал головой — Нет, Оксан, я пойду, сейчас Таня начнёт звонить.

Он поискал глазами часы, но не увидел.

Оксана наклонилась к мужу и, взяв правую руку, повернула — Полвосьмого.

— Ну, хорошо, я провожу.

Они вышли в прихожую.

Митя обулся, надел курточку и взялся за ручку.

Оксана повернула ключ — Я потом сброшу тебе видео — она улыбалась.

— Да. Только, если сможешь, без эпизода с Валерой. До свидания.

Он открыл дверь и вышел на площадку.

Оксана улыбнулась губами, сощурив глаза — До свидания! — и закрыла дверь.

27.10.16.

Продолжение следует.

Эпизод седьмой. Последний

Он вышел из подъезда и в эту минуту позвонила Таня.

— Ты где?

— Тань, я на остановку иду.

— Чё сегодня так долго?

— По работе, Тань.

— Ладно, дома расскажешь. Ты по пути зайди в магазин: у нас хлеба нет, молока купи и масло сливочное. Деньги есть? Хватит?

— Да Тань, хватит.

— Ну давай, жду!

Когда он вошёл и разулся, Таня, не выходя из зала, сказала — Ты поужинай сам, там всё приготовлено. Я кино смотрю. Меня позовёшь, когда чай будешь пить.

Он поужинал и заварил чай.

— Таань, чай!

— Принеси сюда.

— Тебе с чем, конфеты или сахар?

— Сахару две ложки.

Он отнёс Тане чай.

— Ты почему не переоделся?

— Да я хочу помыться, полежать в ванне.

— Ну ладно, я после тебя. Всё нормально?

— Да, Тань.

— Ты какой-то не такой сегодня — Таня всматривалась в Митю — какой-то умиротворённый. Ладно — она включила звук — иди пей чай, остынет.

Ночью он долго не мог уснуть, вспоминая и прокручивая эпизоды произошедшего у Оксаны. Тронул член, но желания, дрочить, не было и Митя закрыл глаза.

Суббота прошла, как обычно.

Он несколько раз заходил в почту, но от Оксаны ничего не было.

Днём позвонила сестра Тани и пригласила в гости.

Таня засобиралась, но Митя отказался.

— Ладно, отдыхай тут без меня, а я поеду. С ночёвкой. Ты допоздна не сиди за компом. Ладно, иди ко мне.

Митя подошёл к Тане, она прижала его и чмокнула — Закройся!

Митя остался один.

Он взял телефон и нашёл в контактах Оксану, но позвонить так и не решился.

Сел за комп и открыл незаконченный роман. Долго сидел перед монитором с застывшим взглядом. Поймав себя на том, что вспоминает, как насиловал Оксану, Митя закрыл ворд.

Встал и прошёлся по квартире.

— Да что такое? — вслух возмутился он — Зачем она мне или зачем я ей? У неё бизнес, семья… у меня Таня… надо увольняться, не моё это.

Он до трёх часов смотрел фильмы, лёг и сразу заснул.

Днём, в воскресенье, позвонила Таня.

— Ты как там?

— Да всё хорошо, Тань.

— Чё делаешь?

— Ничего.

— Ты это, не жди меня сегодня. Я завтра приеду. И завтра не жди, не опаздывай на работу. У тебя всё нормально? Ты какой-то неразговорчивый с пятницы. Митя, ну ладно, у меня на телефоне денег мало. Ты мне так и не положил.

— Положу, Тань.

— Ладно, пока. До завтра.

Он сходил прогулялся и мысли развеялись.

Пришёл и включил комп, зашёл в почту.

От Оксаны было сообщение.

Митя, чувствуя нарастающий озноб, открыл сообщение: 'Митя, здравствуй. К сообщению прикреплён файл видео. Митя, я хочу попросить у тебя прощения, ты поймёшь за что, когда просмотришь видео. Митя, я ничего не буду объяснять, ты догадаешься сам. Я только хочу попросить тебя, если ты напишешь об этом рассказ (теперь у тебя есть фактура) измени наши имена, измени название фирмы и пусть у меня будет ребёнок. Пусть это будет мальчик, Ромка, трёх-пяти лет.

Митя, прости меня. Мне нравится, как ты пишешь, и я не покривила душой, назвав тебя талантливым.

Митя, если ты не захочешь больше работать в фирме… Митя, мне будет очень жаль…'.

Холодный пот стекал из-под мышек, когда он скопировал на рабочий стол видео.

Распаковал и увидел три видеофайла.

— Откуда три? Она же…

Митя открыл первый файл.

Она ничего не вырезала, и Митя смотрел, теперь со стороны, как всё происходило. Он взял наушники и замер… нажал 'стоп', вернул немного назад, 'пуск'… Стоп!

Митя смотрел и не верил своим глазам: в зеркале, видимо Оксана специально подняла камеру, когда он ёб Валеру, в зеркале было отражение Бориса, стоящего в дверях, с телефоном в руках! Он тоже снимал! Сзади!

— Так вот почему заперт был туалет! Ссука! Эта сука не выпроводила его, а спрятала в туалете! Бляааадь! Блядь! Блядь! — матерился Митя.

Стало понятно, откуда третий файл видео, и что там.

Но он всё же открыл его и просмотрел.

И холодный пот опять заструился из-под мышек, когда он дошёл до того места, где ему показалось, что его яйца лизнули.

Ему не показалось!

Валера лежал под ним, под его жопой, с открытыми глазами, улыбался и высовывал кончик языка и Митины яйца, болтаясь при ебле, задевали язык!

Митя, немного успокоившись, досмотрел до конца. Ему было интересно, насколько натурально будет выглядеть изнасилование.

Но оказалось, что не только Борис снимал и смотрел.

Валера, повернув и приподняв голову, с улыбкой пялился на кровать, где Митя, с ненасытной жадностью, ебал и насиловал его жену!

— Фуууу1 — выдохнул Митя, досмотрев видео.

Он удалил видео с рабочего стола, сообщение переслал на другой почтовый ящик и удалил в этом.

Его ещё долго било мелкой дрожью, но успокоившись, он даже улыбнулся — Фактура. Вот сука!

* * *

В понедельник, он ехал на работу и думал, как будет смотреть в глаза Оксане, здороваться, как будет здороваться с ним Борис…

Он приехал рано и в офисе была только Таня.

Митя написал заявление, сегодняшним днём, без отработки. Отдал Тане.

— Вы увольняетесь, Дмитрий Юрьевич? — удивилась Таня.

Митя поджал губы и качнул головой.

Но я не смогу отдать трудовую, пока заявление не подпишет Оксана Дмитриевна. И расчёт: в течение недели и на карточку.

Митя качнул головой — До свидания, Таня.

Он открыл дверь и столкнулся с Таней.

— Ты что? — удивилась она — Да что случилось, Митя?

— Таня, я уволился! Ну не могу я втюхивать людям программу, в которой вижу недостатки по сравнению с другими, подобными. Не моё это!

Таня, встревоженная видом мужа, передохнула и улыбнулась — И ты из-за этого так переживал, дурачок?

Митя кивнул.

Это была правда, но не вся!

— Ну и ладно, забудь! Найдёшь работу. Дай я тебя поцелую — она привстала на цыпочках, сжала его лицо в ладонях, притянула и поцеловала.

— Иди отдыхай, кино посмотри. А я приду с работы, поставишь тесто на пирожки. Хочу пирожков с капустой. Да, тебе привет от Жуковых. Ну, пока.

Таня ушла на работу.

Вечером позвонила Оксана — Митя, здравствуй. Всё-таки увольняешься. Я подписала заявление без отработки. Трудовую можешь забрать, когда тебе будет удобно. Завтра меня на работе не будет. Деньги, долг по зарплате, сброшу на неделе Митя, если ты напишешь рассказ, то я хотела бы быть первым читателем. Прости меня, ещё раз — и отключилась.

* * *

Прошло полгода и, как-то вечером, сидя перед монитором и просматривая файлы в папке 'Проза', Митя наткнулся на текстовый файл без названия. Он уже хотел удалить его, но что-то шевельнулось в подсознании, и он открыл его.

Митя смотрел на чистый лист, а из памяти всплыло слово 'Фактура'.

Митя улыбнулся и напечатал.

LATENTIS.

Замер, всматриваясь в монитор, и...

Эпизод первый. Сестра.

— Я слышала эту историю!

Она резко затормозила, свернув на обочину трассы…

Послесловие.

Он написал рассказ и сбросил Оксане.

Она ответила на следующий день, сообщением на почту: Митя, здравствуй. Я пять раз прочла рассказ и читаю в шестой. Митя, я два раз кончила, и вся теку… ты написал так, как я хотела и описал всё, как я и представляла. Митя, я обожаю тебя. Митя, если захочешь кого-нибудь изнасиловать, звони мне! Я отдамся с радостью! Валера не против. Подглядывать и снимать на камеру никто не будет! Я обещаю!

Твоя… Оксана, (по)читательница и секс рабыня!!!

З.Ы. Смешная история.

Я не смогу рассказать так, как рассказывал дядька. Я хохотал до коликов.

У дядьки заболел живот, и он пошёл к терапевту. Дядька жил в деревне, работал на ЗИЛке. Терапевт, замерив температуру и давление, спросила, что беспокоит? Уложила дядьку на кушетку и прощупала живот. Одевайтесь. Подозрение на гастрит. Я выписываю вам направление на зондирование: нужно сдать желудочный сок на анализ. Она протянула ему бумажку: завтра, к девяти утра, к одиннадцатому кабинету. С собой возьмёте пелёнку и полотенце. Вечером, после девяти, ничего не есть. С утра можно стакан воды и всё.

Утром, без пяти девять, он подошёл к 11 кабинету. У кабинета стояла женщина.

— За вами?

— Да они вызывают.

Дядька глянул на часы: без двух.

Приоткрылась дверь и выглянула медсестра — Савельев?

— Я!

— Направление! — она взяла бумажку — Пелёнка и полотенце?

— Вот!

— Заходите!

Она открыла дверь, и дядька зашёл.

Медсестра, направляясь к столу у окна, бросила на ходу — Проходите на свободную кушетку.

Дядька обводил взглядом кабинет и у него отвисала челюсть: вдоль стен стояли кушетки, отделённые одна от другой, перегородкой. На кушетках лежали и сидели мужчины и женщины. Те, что лежали, давясь, икая и рыгая, красные, как раки, все в слезах, слюнях и соплях, пытались заглотить резиновый шланг, толщиной с мизинец! Те, что сидели, тоже красные, как раки, вытирали полотенцами лица от слёз, соплей и слюней и, с ужасом, глядя на шланг, зажатый в кулаке, громко икали.

Дядька закрыл рот и сглотнул комок, чувствуя, как подпирает тошнота.

— Савельев! — обернулась медсестра — Проходите на свободную кушетку!

Дядька икнул и чувствуя, что его сейчас стошнит, выскочил из кабинета и рванул.

Живот, у дядьки, с тех пор не болел!

27.10.16.

Content

Павлов Юрий Владимирович
Latentis

Эпизод первый. Сестра

Эпизод второй. Фантазии и реальность

Эпизод третий. Смешная история

Эпизод четвёртый. Онанизм

Эпизод пятый. Гомо и насилие

Эпизод шестой. Sexwife и cuckold

Эпизод седьмой. Последний