Евгений Гришковец

Водка как нечто большее

© Евгений Гришковец, 2020

© ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2020

КоЛибри®

⁂

Посвящаю эту книжку моему другу Ренату, без которого труд «Водка как нечто большее» ни за что не появился бы. Дело в том, что мой друг всю свою осмысленную жизнь занимается производством водки. Именно он показал мне лаборатории, достойные академии наук, в которых водочные мастера трудятся над сложной и тонкой рецептурой водки. Он познакомил меня с этими мастерами. Он посвятил меня в тайны производства не только самой водки, но и водочной бутылки. Он открыл мне массу секретов и глубин своего дела. Всё это меня так впечатлило, что я не мог остаться в долгу.

В течение десяти лет я писал заметки, коротенькие эссе и литературные наблюдения, посвящённые водке… Писал и дарил их своему другу, чтобы поддержать и порадовать его в столь непростом деле. Из этих отрывков сложилась книжка, которую вы держите в руках. Эти отрывки прошли тщательнейшую обработку прежде, чем оказаться в данной книжке, чтобы стать чистой и прозрачной литературой.

Работа I

Водка как личная наука

В качестве вступления

Помню, однажды один корсиканец пытался научить меня пить пастис. Я отказывался, говорил, что не могу пить ничего анисового. Он же утверждал, что я просто не умею его пить, потому что ни разу не пил его так, как пьют его на Корсике. А у меня даже от запаха этого знаменитого напитка все волосы на теле становились дыбом. Но он настаивал. Я согласился попробовать. Он обрадовался, притащил бутылку пастиса, нужные стаканы, воду и лёд. Он всё, как положено, смешал, добавил льда. От соединения с водой и со льдом пастис моментально побелел. Корсиканец долго позвякивал льдинками, помешивая разбавленный водой пастис. Потом попробовал, удовлетворённо кивнул и облизал губы. Мы выпили. Волосы, разумеется, на моём теле встали дыбом. И даже не только встали, но и выпрямились. Я с трудом, и собрав всё своё мужество, допил предложенное, но гримасу скрыть не смог. Он был разочарован мною и сказал: «Водку-то ты пьёшь и не кривишься, а она-то куда противнее». Тут стало обидно мне. И я спросил его, как он пьёт водку. Он ответил, что старается её никогда не пить, но если пьёт, то пытается проглотить её как можно быстрее, так как вкус у водки уж больно ужасный. Однако быстрому её проглатыванию мешает лёд, плавающий в стакане.

Тогда я понял, что водка – это сугубо наш напиток, я бы даже уточнил, ЛИЧНО наш.

Мы много раз видели в кино, как герои американских фильмов берут бутылку водки, причём не из холодильника, а просто со стола или из бара, берут и пьют её, родимую, тёплую, из горлышка маленькими глотками. У меня такие кадры всегда вызывали и вызывают рвотный рефлекс.

Сколько раз персонажи иностранного кино, какие-нибудь частные детективы, бесстрашные полицейские или одинокие полуковбои, обязательно сильно пьющие и лихие, просыпаются на экране в состоянии страшного похмелья! Гримёры сделали им убедительный грим: взъерошили волосы, сделали красными глаза, придали опухлость и одутловатость лицам и даже высушили и потрескали им губы. Актёры натурально играют мучительное пробуждение, кряхтят, медленно двигаются, берутся рукой за голову… Мы, зрители, смотрим и верим, сочувствуем, сопереживаем.

Но вот такой персонаж на экране находит на полу возле кровати или на заставленном чем ни попадя столе, среди окурков, объедков и пустой посуды недопитую бутылку водки… Он берёт её и без всякого душевного и физического содрогания, без борьбы с собой, без нечеловеческого усилия пьёт из горлышка…

В этот миг вся вера актёру и фильму на одной шестой части мировой суши сразу исчезает! Улетучивается! Потому что наши люди знают жизнь! И их знание говорит им, что так не бывает… Что так пить тёплую водку из горла в том состоянии, которое играет иностранный актёр, невозможно, что пьёт актёр на экране воду…

А ещё всякий наш человек прекрасно знает, что недопитой водки не может остаться ни возле кровати, ни на столе, ни в холодильнике, ни в каком-либо потаённом месте жилища, в котором происходила накануне пьянка.

Уверен, что немцам не нравится, как их изображают в фильмах разных стран. В настоящих немецких фильмах немецкие актёры и актрисы не ходят с прямыми как палка спинами, не говорят, как лающие служебные собаки, и не сжимают беспрерывно губы, изображая брезгливость и высокомерие. Так выглядят немцы во всех американских, французских, английских и часто в наших фильмах про войну, и не только про войну. Французам смешны американские и наши киномушкетёры. Американцы наверняка бы удивились тому, как изображают ковбоев во всём мировом кинематографе за пределами Соединённых Штатов. Удивились, если бы увидели неамериканское кино про Америку. Наверняка посмеялись бы…

Мы не устаём удивляться тому, как примитивно и убого изображают русских в любом иностранном кино, даже когда нас не стремятся показать злодеями и дураками. Всё равно у всех получается нелепо. Никакой француз, англичанин, немец и тем более американец не может правильно надеть на голову шапку-ушанку… Как ни один наш актёр не может небрежно повязать хитрым узлом шарф, играя француза, или правильно нацепить шляпу, как итальянский мафиози. Ни у кого ничего не получается.

Зато пить что угодно из всего мирового алкогольного репертуара мы все научились неплохо… Американцы уже умеют прекрасно делать вино и пить его из правильных бокалов, в правильной обстановке и с нужной едой. Они разбираются в дорогом коньяке и старом шотландском виски. Чёрные американские рэперы, увешанные золотыми цепями, разбираются во французском шампанском и предпочитают «Кристалл» как самое лучшее и дорогое. Они не хлещут его из стаканов, а пьют из специальной посуды… Французы успешно освоили текилу и ром, знают многие коктейли на основе этих напитков. Мартини и Чинзано пьют по всей Юго-Восточной Азии. Немцы помимо своего пива и шнапса пьют всё что угодно, даже японское саке…

И только водку не умеют пить нигде и никто, кроме нас! Пить, как надо, как должно и как задумано теми, кто её создал… То есть нами.

Из разнообразных источников мы знаем, что европейцы и американцы считают водку самым крепким, тяжёлым и почти невозможным для употребления напитком, что водка имеет убийственную силу и что она так же непонятна, как всё русское.

Они опасаются пить водку, а часто попросту боятся её. Боятся сделать даже небольшой глоток или пригубить, будто от этого они мгновенно опьянеют до беспамятства, околеют, взорвутся или поразит их молния. К водке в чистом виде они относятся как к кислоте или нитроглицерину.

С каким неподдельным удивлением, с гримасой восторга и страха, с какой глядят в цирке на исполнение смертельного номера, наблюдают иностранцы за тем, как русские люди легко запрокидывают рюмку чистой водки и выпивают её до дна… Видят они в этом нашем умении так пить водку некую таинственную национальную особенность, лихость и особую природную силу… Дикость в этом они тоже видят… Но в их удивлении всегда присутствует зависть и желание попробовать сделать так же. Но осторожность, опаска, да и простой страх удерживают их от опрометчивой попытки повторить этот трюк за нами. Только самые смелые и самые уверенные, не лишённые остатков авантюризма и природного любопытства решаются на выпивание водки по-русски… Чаще всего такое безрассудство приводит к плачевным последствиям и убивает всякое желание когда-нибудь сей опыт повторить.

Почему? Да потому что к водке нельзя относиться, как к просто одному из крепких напитков, которые употребляют просто для получения опьянения… Водка – это особая наука, это часть неповторимого образа жизни и глубокой культуры, а не просто бесцветная прозрачная жидкость.

Многие русские люди, к несчастью, очень многие, в силу слабости характера, недостатка воспитания, отсутствия стержня и силы воли пренебрегают водкой как наукой, не желают относиться к ней как к особой части национальной культуры и образа жизни, а просто пьют её как самый доступный на нашей почве алкоголь. Гибельна водка для таких людей! Беда она! Но эта беда также глубоко наша! Личная эта беда для многих и многих русских женщин…

К слову сказать, те, кто пренебрегает водочной наукой и культурой, чаще всего пьют то, что истинно водкой не является, а то, что, так сказать, «бадяжится» в гаражах и мрачных подпольях без должного уважения к высокому званию водки и к тем бедолагам, которые станут это страшное пойло пить…

Однако подделка водки всегда считалась и считается на Руси позорным и презренным преступлением. А люди, творящие такое преступление, понимаются как негодяи и, самое страшное, как предатели Родины.

Тянется шлейф этого предательства за человеком всю жизнь, даже если стал он впоследствии из «бадяжника» внешне вполне респектабельным бизнесменом. Всё равно припомнят ему его подлое прошлое. Нет-нет да и скажут про него брезгливо: «А! Так это тот, кто раньше водку бадяжил, знаю-знаю!» Не прощается на Руси заработок на человеческой беде и слабости. Даже к самогонщикам у нас отношение иное, часто почтительное…

Но разговор у нас о другом. Мы не будем в данной работе говорить об этом. Данная работа посвящена высшим проявлениям водки в нашей культуре, нашем укладе и в личной жизни тех, кто относится к водке и к жизни осмысленно, с уважением и любовью…

Далее будут изложены основные ориентиры для понимания водки как важной жизненной дисциплины, необходимые для личного жизненного опыта.

Короткое замечание… В самом начале, сразу, должен с огромной долей уверенности заявить, что знакомство с водкой лучше всего избегать в юном возрасте. В ранней молодости – тоже… К сожалению, многие совершают это знакомство слишком рано, а последствия такой встречи обычно плачевны и постыдны, как слишком ранний юношеский необдуманный брак.

С водкой в идеале нужно встречаться после свершённых жизненных достижений. Таковыми могут являться: диплом об окончании вуза, первая зарплата, лейтенантские погоны, возвращение из первого рейса или из первого морского похода… Но это, как я уже сказал, в идеале!

Убеждён, что в случае знакомства с водкой необходим проводник, наставник, старший товарищ, если хотите. И нужен ритуал, я бы даже сказал, обряд. От этого во многом будут зависеть дальнейшие взаимоотношения с этим сложным и гораздо более чем просто напиток явлением жизни. Нужно, чтобы кто-то уважаемый и почтенный налил, сказал верные слова, выпил с начинающим и показательно закусил. Чтобы он, можно сказать, поставил начинающему руку, чтобы передал и даже вручил новичку целую науку, чтобы тот запомнил её и постарался быть хорошим учеником.

Вот основы этой науки…

Водку нельзя пить одному и молча. В противном случае – это уже просто алкоголизм и не более того. Можно налить себе коньячку и в одиночку, потягивая его, почитывать что-нибудь. И виски себе можно плеснуть, кинуть льда и, покуривая, подумать о чём-нибудь. Пива можно выпить одному, глядя футбол на экране. Но водка такого не допустит.

Хотя бывают ситуации, когда наш человек может пропустить другую-третью рюмочку по факту в одиночку. Но, даже находясь в одиночестве, поднимет он рюмочку, сделает паузу да мысленно и произнесёт тост, а то и чокнется с чем-нибудь, например с бутылкой, да хоть с сахарницей, если таковая будет стоять на столе. Нужен человеку звук и воображаемый собутыльник… И вот он уже не один, вот уже и беседа, пусть с отсутствующим другом, пусть даже с самим собой, но всё же диалог.

Сам вкус водки требует этого. А вкус её таков, что водку невозможно потягивать, как виски или ром. Водка требует порции в один-два глотка. И именно этот вкус породил идеальную водочную посуду – рюмку! А уже вследствие этого сформировался и способ выпивания водки.

Водку невозможно в компании попивать. Её необходимо выпивать, так сказать, замахивая. А стало быть, всей компанией разом. Налили – выпили. Но такое выпивание нужно как-то объявить, надо скомандовать, в конце концов, даже если за столом два-три человека.

Думаю, что как раз эта необходимость и сформировала потребность в тостах. И теперь уже мы не мыслим выпивания водки без тоста, без каких-то существенных слов, без некоего смыслового вектора, который сопровождает каждую рюмку. И лучше, чтобы каждый тост был неповторим, как и каждая рюмка. Иначе всё сведётся к элементарной, пошлой пьянке.

Когда наш человек вступает в контакт с иностранцами и при этом обладает хотя бы минимальным знанием английского языка, он почти наверняка в конце концов услышит вопрос: «А что русские говорят, когда чокаются и выпивают? Вот французы говорят – “Санте”, немцы – “Прозит”, шведы – “Скол”. Все в мире как-то что-то говорят… А вот вы, русские, что говорите?» Чаще всего, отвечая на такой вопрос, человек наш из деликатности и вежливости, а порой от недостатка знания языка идёт на предательство нашей глубинной питейной культуры… Он сообщает иностранцам: «Мы говорим – “На здоровье!”»

Сообщает он это, хотя сам прекрасно знает, что сказал неправду, что то, что он сказал, не соответствует действительности и что он сам так никогда, выпивая с соотечественниками, не говорил.

Ну правда! Кто и когда в кругу друзей хоть раз говорил: «На здоровье!»? Да никто и никогда! Водка требует творческого подхода. И именно этим определяется умение или не умение выпивать – творчеством!

У всех и у каждого есть друзья или знакомые, с которыми в радость выпить водочки и с кем этого делать не хочется ни при каких обстоятельствах. Тот человек, который несёт с собой в застолье радость общения, умение сказать тост, тонкое понимание ситуации и компании, не частит, выпивает с чувством, с толком, с расстановкой, аппетитно крякает после опрокинутой рюмки, вкусно закусывает, – такой человек желанный гость в любом доме и в любой компании. Такой может выпить много, рассказать массу анекдотов, наговорить комплиментов всем дамам, станцевать, спеть, да потом ещё и проводит до дома ту, о ком надо позаботиться… Или он позаботится о перебравших водочки товарищах. Он всегда остаётся при памяти, он всё помнит… Ну а если не надо, как мудрый человек, может и не вспоминать.

Тот же, кто пьёт молча, быстро и с явным желанием как можно скорее просто опьянеть, что называется «нажирается», – становится помехой за столом. Таких избегают. С такими стараются водку не пить. Потому что «нажраться» водки – дело постыдное и некрасивое. Водку нельзя «жрать», водку нужно «кушать». Недаром так аппетитно звучит старинная фраза: «Откушать водочки».

Именно «откушать». Никакой другой крепкий напиток в мире, кроме водки, не вызывает после выпивания желания смачно и аппетитно крякнуть и немедленно закусить выпитое.

Водка – это единственный крепкий напиток, который пьётся в процессе трапезы, который требует еды. За трапезой во всём зарубежном мире крепкие напитки не пьют. Для трапезы немцы подают к столу пиво. Потому что их сосиски, горячая квашеная капуста с копчёным салом или огромная свиная рулька в немецкую глотку не проскочат или встанут в желудке монолитом… Пиво немцу необходимо для создания живительной пищеварительной среды. Француз, итальянец, испанец к рыбе подаст белое вино, чтобы рыба проскользнула, заплыла в него радостно. А к мясу с кровью подадут они красное вино для гармонии. Никогда не станут эти люди пить с едой коньяк, кальвадос, виски, джин или, прости господи, ром.

Только водка, напиток той же крепости, что и вышеперечисленные, уместна на столе как трапезный напиток. Мало того, водка требует еды, она без еды, без закусок невозможна по сути своего замысла и предназначения… Водка, конечно, требует особой еды и закусок, но это тема отдельная и для многих глубоко личная, если не сказать интимная.

Русский человек может запить еду и виски, и ромом, и даже кальвадосом. Но это только тогда, когда водки нет. Да что там говорить, если наш человек даже макароны заедает хлебом! На многое способен наш человек.

Именно трапезность водки, а главное, правила принятия её вовнутрь, по-прежнему остаются для иностранцев загадкой и частью непостижимой русской души.

Нет! Европейцы и американцы, конечно, водку употребляют. Но как? Пьют её с соками, смешивают с разными другими напитками… Они даже изобрели несколько знаменитых коктейлей с водкой. Тот же самый Агент 007 приложил к этому руку. Водка с сухим мартини и зелёной оливкой, проколотой зубочисткой, в конусовидном красивом бокале выглядит нарядно. Но с удовольствием это может пить только мифический суперагент, которого ни пуля, ни яд не берут. Наш же человек этого делать не станет. Наши разведчики тайком пили водку чистую…

Больно нашему человеку смотреть на все эти бесчисленные иностранные способы смешивания водки с чем-то, многие из которых выглядят весьма нарядно и завлекательно… Посмотрит наш человек на всё это, вздохнёт да и скажет, а если не скажет, то подумает: «Эх, такое добро испортили!.. Как же её, родимую, измордовали! Разве ж можно с ней так?! Разве ж можно?»

И никогда бельгиец, который варит лучшее в мире пиво, или француз-винодел из Бордо, с большими, чёрными от работы руками, или маленький, потный мексиканец, который гонит из кактусов золотистую, ароматную текилу, или худой, бледный шотландец, твёрдый, как дубовая доска, и пропитанный виски, как дубовая бочка, не узнают гениального, удивительно сильного и при этом сложного вкуса глотка холодной водки из старой, гранёной рюмки, оставшейся ещё от деда…

Рюмки, выпитой в субботу после бани… После того, как несколько друзей-мужиков… Или когда дед, батя и пара сыновей после покоса… Или когда два брата после долгой разлуки встретились, затопили баньку, долго парились, выходили на воздух покурить или прыгнуть в снег… А потом снова парились… А в доме женщины накрывали стол, суетились… И вот мужики в чистом исподнем, с взъерошенными волосами, шумно дыша и громко говоря вваливаются в дом… Лица румяные, выбритые, лампочка отражается в блестящих кончиках носов… Садятся они за стол, немедленно наливают по рюмочке и со словами «ну… дай нам Бог!..» смачно выпивают, крякают и, выхватив из глубокой тарелки по варёной, рассыпчатой картофелине, закусывают жадно… Кто, кроме нас, поймёт, о чём идёт речь…

А каков вкус водки, которую пьёшь под свеженинку, когда забили первого осеннего поросёнка? Или под первые солёные грузди в этом сезоне… А под рыжики? Да ещё, если уже рюмка налита, грибок на вилочку наколот и вдруг обнаруживается, что сметаны на столе нет. Хозяйка бежит за сметаной, водка согревается, полный рот слюны… Но без сметанки-то нельзя! И вот сметана, и вот рюмка запрокинута, и вот гриб щедро выкупан в холодной, ещё почти твёрдой, из холодильника, хорошей сметане, и вот хруст во рту… Кто в мире знает такое?

А какой напиток можно выпить под разогретый вчерашний суп?.. Прийти после работы в четверг усталым, за окном начало марта. Усталость, предпростудное состояние, на работе всё в каком-то затяжном проблемном состоянии, перетекающем из одного в другое… Но в холодильнике кастрюлька со вчерашним куриным супом с клёцками…

Нет, лучше с борщом… Нет, борщ или солянка – это слишком предсказуемо и типично. Вот! Рассольничек с перловочкой на дне кастрюли! Вот суп разогревается, достаёшь початую бутылочку из холодильника, рюмочку из шкафа… Отрезаешь кусочек чёрного хлеба… А пообедать днём толком не получилось… А потом выпиваешь почти подряд две рюмки, немного супа… Проходит 5–7 минут, и ты чувствуешь, как в усталую и тяжёлую голову приходит тёплая пуля! Она входит медленно и откуда-то сбоку в висок… Тяжесть прожитого дня и раздражение отступают, и накрывает волной нежности к домочадцам, если такие есть, ну а если нет, то ко всему остальному человечеству. После третьей же рюмки возникает непреодолимая потребность обнять родного человека, обнять ближнего… И если нет такового рядом, то рука сама тянется к телефону… Необходимо позвонить другу, услышать голос… Водка не терпит одиночества, как уже было сказано выше.

Разве можно такое объяснить норвежцу или португальцу?

А водка на сентябрьском пикнике из пластикового стаканчика под шпроты, вынутые двумя пальцами из банки? А штрафная за опоздание к столу под солёный, чуть-чуть с газком огурец? А водка из маленького, кислого на вкус металлического походного стаканчика ночью у реки и под уху? Да мало ли?

Вот это всё главные составляющие бесконечного коктейля. Коктейля, состоящего из наших, сугубо наших, жизненных ситуаций, привычек, ритуалов, городов, деревень, рек, озёр, праздников, свадеб, поминок, дней рождений и кристин, горестей и радостей, встреч, расставаний, одиночества, дружбы… и водки. Бесконечный наш лонгдринк.

Этой связью водки с нашей повседневной жизнью, возможно, и объясняется тот простой факт, что водка не выдерживается в бочках по многу лет, не хранится в пыльных бутылках в подвалах, накапливая вкус и суть. Она должна быть готова к употреблению сразу, как только будет изготовлена и залита в бутылку. Невозможно представить себе водку урожая 1965 года, 1976-го, 1983-го, да хоть позапрошлого годов. Нелепо само предположение, что кто-то может спросить у сомелье: «Водка у вас какой выдержки? Какого, говорите, года у вас есть водка?» Это всё остальное может храниться десятилетиями: коньяки, кальвадосы, виски, ром… А водку как можно хранить? Что это за водка, которую так долго хранить кому-то хватит силы воли и характера. Это была бы какая-то подозрительная водка… Если русский человек узнает, что какую-то бутылку не выпили за много лет, он скорее решит, что это плохая водка! Нет! Водку не надо, ни к чему, нельзя долго хранить. Тот, кто долго хранит водку, скорее всего жадный и не имеющий друзей, скучный человек. Хранить водку стыдно! Но вот охладить её нужно!

Только бутылка водки уместна на столе. Остальные крепкие напитки за столом не пьют… Пьют у баров, у каминов, сидя на диванах, прогуливаясь по садам… Пьют виски, коньяки и прочее, наливая понемногу и не глядя на бутылку. Попросить, заказать целую бутылку виски или бренди на стол в ресторане – это, для представителей любой державы, кроме нашей, всегда плохой тон, это странно и это непонятно зачем…

Бутылки большинства крепких напитков мира обычно бывают тёмного стекла. Поэтому если открыли бутылочку коньяка, то выпили немного и поставили обратно до следующего раза. Поди разгляди, сколько в этой бутылке осталось.

Бутылка же водки после открытия редко бывает не выпита… Точнее, она должна быть выпита обязательно! Если бутылка водки остаётся недопитой, это значит, что-то прервало процесс выпивания… Какая-нибудь беда, неожиданное происшествие, трагическое сообщение… Или, в крайнем случае, опять же неожиданное появление жены одного из пьющих.

Бутылку водки убирают со стола, только когда она пустеет. Это один из важнейших постулатов водочной науки.

Почему бутылка водки обязательно должна стоять на столе и почему, опустевшая, она должна быть непременно убрана?

Бутылка водки должна стоять на столе, потому что, когда пьётся водка, бутылка – это единственные достоверные часы. Обычные часы, показывающие реальное время, в ситуации застолья с водкой – вещь довольно бесполезная. Реальное время в такой момент исчезает. Водка изменяет движение времени, и бутылка становится единственным хронографом. Возможно, именно поэтому классическая водочная бутылка прозрачна и бела. Необходимо отчётливо видеть, сколько в бутылке содержимого. Сколько выпито и сколько осталось – это и есть точное застольное время. Но как только бутылка опустела – её тут же убирают.

Пустую водочную бутылку нужно немедленно убрать со стола, унести, спрятать, выбросить или как минимум поставить под стол. Главное – она ни в коем случае не должна остаться на столе! Это железное правило водочного застолья, это важная и незыблемая статья нашего водочного устава, нарушение которого сродни преступлению. Оставленная на столе пустая бутылка из-под водки – это недопустимый проступок, плохая примета, пробел воспитания, неуважение национальных традиций, непростительная халатность или просто бескультурье и свинство. Опустевшую бутылку нужно моментально убрать и немедленно поставить на стол новую. Почему? А потому что отсчёт времени также начинается снова. Возникает удивительное ощущение бесконечного времени, бесконечной жизни, остановившегося радостного мгновения.

Пустая же бутылка обязательно должна исчезнуть, кануть вслед за предыдущими… Кануть бесследно, чтобы нельзя было сосчитать, сколько их было выпито. В процессе радостного и яркого проживания бесконечного момента жизни прошлое не важно, оно не должно о себе напоминать.

А будущее? Оно известно… Известно в виде неизбежного возвращения домой, ворчания жены, тяжёлого утра, длинного и невыносимого следующего дня… Но в тот момент, когда на стол ставится новая бутылка водки, это будущее вдруг становится далёким-далёким и совсем не страшным.

Водка удивительным образом может растягивать время и находить его там, где его, казалось, не было. Забежал в четверг друг буквально на пятнадцать минут к другу поздравить с днём рождения. Только на пятнадцать минут, потому что куча ужасных проблем. Проснулся в субботу днём, а проблемы сами собой уже позади. Нельзя сказать, что они разрешились, нет! Они просто позади…

Только с водкой и только у нас могли появиться посошки, стременные, штрафные… Всё это связано со временем. Штрафная нужна, чтобы перевести опоздавшего срочно в тот часовой пояс, в котором находятся те, кто пришёл вовремя. Ну а посошки… это последние попытки удержать, продлить счастливое время… А может быть, остановить его ещё на сутки…

Водка неотрывна от нашего национального времени. Есть опытные люди, которые умеют при помощи водки управлять временем. Они могут для себя время притормозить, а для дамы, с которой познакомились, ускорить… Однако при помощи водки можно остановить не только время, но и лично для себя приостановить даже вращение планеты Земля… Можно встретить Новый год по времени Петропавловска-Камчатского и не отпускать его до Калининграда.

Водка, как мы выяснили, требует коллективного употребления и требует времени. Она настаивает на компании. Но выбор компании – это отдельный раздел водочной науки. Неправильная компания для водки может запросто убить выделенное на выпивание время.

Как правило, с годами и с накоплением жизненного опыта у человека формируется список людей, с которыми можно и должно водку выпивать. Это у каждого сугубо личный опыт и история. Мы не станем в него углубляться.

Важно знать и помнить, что лучше избегать выпивания водки в случайной, непроверенной, малознакомой или вовсе незнакомой компании, даже если незнакомых людей позвал за стол старинный и проверенный друг.

Достаточно одного незнакомого человека в водочной компании, чтобы необходимо было оставаться всё время начеку и не расслабляться. А если приходится быть начеку, то и водка будет не в радость.

То, что незнакомец весёлый, открытый и остроумный человек, то, что он сначала произвёл благоприятное впечатление… в ситуации выпивания водки не должно усыплять бдительности. После принятых трёхсот граммов водки из милого и компанейского человека может вылезти такой монстр, такая скотина и злодей, что греха не оберёшься! Или очевидно приятный, деликатный, интеллигентный, глубоко знающий литературу человек может оказаться скрытым певцом, фанатом караоке с чудовищно диким репертуаром.

Никакие заверения, что человек проверенный и хороший, никакие рекомендательные письма и верительные грамоты не могут браться на веру безоговорочно! Только личное общение за водкой может дать истинное представление о человеке.

И боже упаси рекомендовать непроверенного человека друзьям-приятелям!

Вы можете быть знакомы с человеком много лет, работать с ним бок о бок, жить по соседству, знать его жену и детей… Но если вы не выпивали с ним водки, то нельзя быть уверенным ни в чём!

Ну а если кого-то жизнь и дела забросят куда-нибудь на Урал, глубоко в Сибирь, на Крайний Север или на Дальний Восток, а там судьба сведёт за столом с местным соотечественником, который захочет от щедрот и гостеприимства накрыть стол и выпить с приезжим водки… Всякому, оказавшемуся в такой ситуации, надо помнить, что между тем, как принимающий вас человек от избытка чувств и от широты души будет готов снять с себя и отдать последнюю свою рубашку, и тем, что он будет бить вам морду за то, что вы из вежливости от неё отказались, проходит слишком мало времени… Какой-то неуловимый миг! Это происходит слишком быстро, чтобы этот миг уловить и хоть что-то успеть предпринять. К этому невозможно подготовиться! Об этом нужно помнить и знать заранее и постараться избежать изначально.

Велика наука выпивания водки! Велика, тонка, сложна, но также и прекрасна она для тех, кто её постиг, освоил, усвоил и научился применять. Знание этой науки – всегда предмет гордости нашего человека! Священна эта наука на одной шестой части мировой суши.

Именно священным отношением к водке объясняется нежное к ней отношение и вера в неё! Наш человек никогда водку не осудит, наоборот, он всегда её оправдает и выгородит.

Если просыпается наш человек в ужасающем состоянии тяжёлого похмелья, когда болит не только голова, но и волосы на ней, когда он не знает, как сможет жить дальше, и белый свет ему ни то что не мил, а невыносим… Никогда он плохо не подумает про водку, даже если её было выпито столько, что не выжил бы крупный лось или вполне здоровый скандинав или австриец… Человек наш скажет, что в его бедственном, страдальческом состоянии виновата не водка… «Ох, зря я в самом начале выпил бокал шампанского», или «Какой же я дурак, зачем выпил пиво?! Всего-то полкружки, а теперь умираю», или «Какая сволочь вчера принесла портвейн? Всего бутылку на всю компанию – и вон чё…». Под обвинение попадут любые напитки, которые он едва пригубил или понюхал… Будет строить наш человек предположение: «Наверное, селёдочка подгуляла, или пельмени магазинные были лежалые, или без души винегрет сделали». Будет стонать он: «Ох, лишним был тот кусок торта! Малюсенький кусочек всего съел и всю ночь им блевал».

Что угодно будет повинно: «Никогда не курил сигары, а тут зачем-то пару раз затянулся, теперь умереть легче» или «Как эту зовут?.. Ну эту?.. У неё духи были такие пахучие – ужас!..». Всё в мире будет виновно в болезненном состоянии человека. Всё: от погоды, атмосферного давления и цветения черёмухи до политической обстановки на Корейском полуострове, но не водка… Не наша чистая, беленькая, прозрачная, холодная… Не наша родимая!

Завершая эту главу, хочу из личного опыта напомнить ещё об одном уникальном свойстве водки. Водка помимо всего прочего обладает и уникальным, отрезвляющим свойством.

Посудите сами. Если выпить сначала пива, потом вина, потом виски и чего-то ещё и ещё, а потом принять рюмку ледяной водки… Эта рюмка трезвит и приводит в чувства гораздо сильнее кофе или омовения лица холодной водой. Эта рюмка проясняет сознание, настраивает резкость взгляда, даёт реальную оценку ситуации…

Вот бы в этот момент остановиться!

Но никто не останавливается.

Работа II

Водка и коллективная память

Как уже утверждалось в первой части данной работы, водка – это напиток, не допускающий одиночного употребления. Одиночное, или одинокое, употребление водки сообщает о человеке, который это делает, что он либо несчастен, либо имеет серьёзный душевный изъян, либо совершенно не имеет друзей, либо банально страдает алкоголизмом, либо всё перечисленное вместе. Нормальный человек, конечно, может в одиночку выпить другую, третью рюмку водки, но делает он это не часто, как правило, вечером тяжёлого трудового дня и то только потому, что друзья-товарищи тоже устали и не смогли составить ему компанию. В одиночку приличный человек много водки не выпьет.

Водка самим своим особым влиянием на сознание, а также, как мне представляется, даже фактом и историей своего происхождения требует коллективного употребления. Прекрасно можно выпить водки и вдвоём, но лучше втроём, просто по той причине, что вдвоём гораздо быстрее пьянеешь и сильнее напиваешься. А ещё лучше пить водку вчетвером и более. Главное, чтобы люди были близкие и имели схожие взгляды на жизнь. А то разница взглядов на жизнь в процессе коллективного употребления водки может привести к весьма печальным, эксцентричным, стыдным и болезненным последствиям. Правда, надо отдать должное водке, она обладает помимо прочих и анестезирующими свойствами.

Однако самая лучшая компания для выпивания водки – это компания людей, имеющих давнее общее прошлое. Проще говоря, компания старых друзей. Но таких друзей, которые выпивают вместе нечасто. Часто выпивающие вместе друзья склонны к упрощению, деромантизации этого процесса. Или же они стараются разнообразить этот процесс, находя для выпивания всё новые и новые места, или пытаются разбавить свою компанию женщинами, или используют другие приёмы. То есть они пытаются внести разнообразие в выпивание водки за счёт внешних обстоятельств и факторов. А водке всего этого не нужно. Водке прежде всего необходима компания, и только компания, и непременное, содержательное общение в процессе её употребления. Так что три-семь давно не видевших друг друга старинных товарищей – это идеальный коллектив для водки как таковой.

Почему? А потому что водка самым удивительным образом связана с человеческой памятью и с процессом воспоминаний. Водка может в нужный момент запустить механизм памяти и позволить добраться до таких сокровенных пластов и залежей былого, до которых в повседневной жизни, без компании друзей и без водки мы и близко не добираемся, полагая, что забыли всё напрочь, не помним деталей своей собственной истории, погрязли в быту, работе и суете. Но выпитая с давними друзьями водка останавливает время, выдёргивает нас из повседневности и с невероятной лёгкостью вскрывает память слой за слоем. Она отправляет нас в прошлое, отключая при этом память о том, что на самом деле сегодня пить никак нельзя, а, наоборот, надо домой, а по дороге непременно нужно купить то-то и то-то, а завтра с утра важная встреча, к которой следует ещё сегодня перед сном тщательно подготовиться. И т. д. и т. д.

Водка управляет памятью так, как ничто ею не руководит. Но необходима компания! Компания, в которой все пьют водку, и именно водку. Это важнейшее и непременное условие. Водка требует единства!

Посудите сами… Собралась компания друзей. На стол ставятся закуски. Селёдочка с лучком и отварной картошечкой, пусть картошечка холодная, пусть чуть посиневшая, но нарезана она рукой старинного друга. Кто-то покромсал колбаски. Нашлись огурчики-помидорчики. Из давеча сваренного супа извлекли кусок телятины и порубили его ломтями. Кто-то из друзей прилетел с Востока – и вот на столе какая-то рыба, которую непременно везут с Востока. Сибирский друг привёз солёных и скользких груздей и вяленую оленину. Открыли какие-то консервы. Толстыми, неровными кусками порезан свежий серый хлебушек… Всё это загромождает стол. Все шумят, хохочут. Полный рот слюны у всех. И вот ставятся на стол разнокалиберные рюмки. И вот уже извлекается из холодильника первая бутылка водки. Её, запотевшую, моментально открывают. И вот самый опытный и надёжный друг начинает разливать… И вдруг кто-то в компании говорит: «Ребята, а я выпью виски. Лёд в этом доме найдётся?»

И всё!!! Компания тут же раскалывается. Потому что следом кто-нибудь непременно скажет: «Тогда я, пожалуй, коньячку. У меня с собой есть. Ещё кто-нибудь будет?» А кто-то уже с рюмкой в руке опомнится и промямлит: «Ой, ребята, я вообще-то водку давно уже не пью. Я бы винца… Красного… Ну, или белого…»

Дружеская встреча тут же заканчивается не начавшись. В итоге, всем станет ясно, что зря собирались, зря летели и везли рыбу с Востока, зря солили грузди в Сибири, зря поддерживали отношения столько лет. Останется у всех от этой встречи только неприятный осадок. И на следующую уже недостанет желания, сил и вследствие всего этого – времени. Решат собравшиеся друг про друга, что старые друзья зажрались или окуклились в своей повседневности, постарели, стали сильно деловыми, потеряли кураж, забыли былую дружбу, предали идеалы юности, попали под каблук и обабились, слишком заботятся о своём драгоценном здоровье и т. п. Сойдёт на нет старинная дружба. А произойдёт это только потому, что не случится того, ради чего, собственно, и собирались за столом давние товарищи. Не случится общего погружения в воспоминания. Не случится прогулки в былое…

Но если удастся первый, дружный и единый тост, и рюмки с водкой будут запрокинуты, и каждый закусит тем, чем счёл нужным… А вскоре, то есть очень вскоре, будут второй и третий тосты… Неизбежно в какой-то момент за дружеским столом прозвучит магический вопрос, а точнее, сакраментальная фраза, произнесённая кем-то одним, но готовая слететь из уст каждого… Неожиданно в застольном шуме возникнет пауза и кто-то скажет: «А помните?» И вспоминаются имена и прозвища учителей, даже такие диковинные, как Алевтина Георгиевна или Эльва Филаретовна. Вспомнится одноклассница, в которую в девятом классе были все, как по команде, влюблены, и возникнет за дружеским столом в очередной раз спор о том, кто с ней был первый, а кто второй… Вспомнится та музыка, которую мы слушали в юности, и наперебой зазвучат имена музыкантов, названия альбомов и песен «Пинк Флойд», «Дип Пёрпл» и «Куин». Будет выпит тост за упокой души Фредди Меркьюри. Какое-то мгновение друзья засомневаются, чокаться им по этому поводу или нет. А потом чокнутся, и пойдёт всё дальше.

Без обид и злобы будет говориться: «А ведь ты, сука, меня тогда подвёл, помнишь?» или «Братцы, помните, а ведь это он нас тогда всех сдал! Мы ещё тогда гадали, кто это сделал?.. Ну чё ты рожу отворачиваешь? Так оно и было!» – и выпьют и обнимутся говорившие и тот, о ком шла речь.

А между сослуживцами вспомнятся имена и фамилии самых злых, лютых прапорщиков и старшин, которых когда-то хотелось убить. Тут же прозвучат их имена, чуть ли не с теплотой и нежностью, и даже будет выпито за их здоровье.

Прошлое возникнет за дружеским столом только в самом тёплом и светлом виде. Тост за тостом границы воспоминаний будут раздвигаться и почти исчезнут. И наступит та радость, которая переполняет людей в компании. И пьяные мужики, исполненные этой радости, полезут обниматься и пускать пьяные слёзы от открывшейся им картины собственной прожитой жизни. А жизнь эта, как выяснится под водочку, не такая уж серая и заурядная. А совсем наоборот – яркая, большая, и в ней уже так много всего значительного было! И друзья прекрасные люди! И есть чем гордиться.

И ещё водка даёт возможность хоть ненадолго забыть о финансовом и социальном неравенстве…

Если встретились давние друзья, которых жизнь поразбросала, да ещё у них очень разные жизненные достижения, то только водка, вернув их в прошлое, сможет всех снова уравнять и примирить, хотя бы на время. Если же пить виски, коньяки, вина или ароматный ром, все финансово-социальные различия между друзьями только усилятся и обострятся.

Например, если какой-нибудь выбившийся в большие чиновники или в крупные капиталовладельцы бывший троечник в компании пожелает пить принесённый с собой свой виски или коньяк, то какой-нибудь бывший отличник, а ныне не всегда в меру пьющий завотделением горбольницы где-то в Поволжье непременно скажет: «Ну конечно! Когда-то за гаражами портвейн “три топора” пил и считал за счастье, а теперь с друзьями водки не может выпить! Понима-а-а-аю! Какая теперь водка! Водки ХО не бывает!»

Или давно эмигрировавшему куда-нибудь в Швейцарию старому приятелю, пожелавшему выпить вина, скажет приехавший из Сургута нефтяник: «Да-а-а! Потерял ты совесть на чужбине! На человека перестал быть похож! Забыл, откуда родом? Водочка тебе, значит, не по нутру! Да я вообще с ним пить не буду, ребята! Я этого винища могу какого хочешь купить и сколько хочешь! Понял?! Дело-то не в этом! Ты кого из себя тут корчишь, Серёга?! Хули приехал?»

А если все без исключения станут пить водку, то в разгар этого застолья врач из Поволжья или нефтяник из Сургута подумают про своих давних друзей: «Смотри-ка, нормальный мужик из него получился! Простой. Не зажрался. Ничё из себя не строит. Зря я про него плохо думал. Был нормальным пацаном, таким и остался, несмотря ни на что». А чиновник, или крупный финансист, или давно покинувший Родину эмигрант подумают: «Как хорошо, что решился с ними встретиться! Какие славные они! Ни капли зависти в них. Ни пролетарской спеси, ни злобы. Всё-таки старые друзья – это старые друзья. Надо бы чаще встречаться! Хорошо, легко с ним!»

Однако из такой компании, в которой коллективными усилиями и при помощи водки был запущен механизм общих воспоминаний, нельзя уходить, невозможно покидать процесс, когда он в разгаре. Нужно держаться до конца. И тут уж кому насколько хватит сил. Главное – держаться до конца! В дружеском кругу не стыдно уснуть рано и за столом. Но можно и не засыпать. Есть те, которым выпивать больше не стоит, но спать они не намерены. Это не страшно. Друзья, те, кто меньше устал или у кого с водкой более тёплые отношения, всегда увидят и поймут, что кто-то дошёл до той точки, после которой он уже не может участвовать в коллективном процессе воспоминаний. Они позаботятся. Они присмотрят. Они не дадут другу ударить в грязь лицом. Обычно такие дружеские застолья заканчиваются тем, что остаётся в сознании два самых стойких друга и, уложив остальных спать, они где-нибудь на кухне ещё долго сидят, периодически обнимаясь и звякая рюмками, и всё бормочут тихонько что-то, уходя в такие дебри прошлых лет, что и самим неведомо, куда они забрели.

Так вот, нельзя покидать дружеское застолье, вдруг вспомнив о каких-нибудь нынешних обстоятельствах или некой ответственности. Покидание дружеской компании, в которой водка раскрыла двери прошлого и запустила воспоминания, чревато последствиями. Покинуть-то компанию можно, но запущенный процесс остановить-то нельзя! Если же кто-то покинул застолье, покинул друзей, не допил, недоговорил, недослушал, недовспоминал до предела своих возможностей, то, оставшись один, он почувствует страшное одиночество. Один на один с воспоминаниями, да ещё пьяный, но не до нужного уровня… Это добром не заканчивается.

И вот, оставшись один, такой отщепенец, да ещё в состоянии взбудораженной и разбуженной памяти о прожитом, вдруг ощутит себя несчастным и брошенным. Что тогда ему делать? Что он почти наверняка сделает? А он начнёт извлекать из памяти имена и лица, а из памяти телефона чудом сохранившиеся номера своих «бывших». То есть бывших подруг, знакомых или коллег женского пола, с которыми были или могли быть, но не случились большие или малые, серьёзные или случайные романы, приключения или интрижки. И начнёт этот немного недопивший водки, недообнятый друзьями и ими же недослушанный мужчина набирать все эти найденные номера среди ночи, набирать на удачу. И той, что всё же поднимет трубку и не скажет ему, что он сошёл с ума, что он мог разбудить мужа и детей, что шёл бы он с такими ночными звонками к чёрту… Той, которая решится его выслушать, он признается в вечной и непроходящей любви, обольёт телефон слезами, сообщит, что он всё-всё помнит и страшно одинок. При этом он действительно вспомнит пару самых трогательных и нежных эпизодов того самого романа или приключения. Вспомнит, и сам подивится тому, что, оказывается, не забыл такие подробности.

Одним из удивительных свойств водки, в смысле её влияния на память, является её способность наутро отключить все ночные воспоминания и даже стереть из памяти само ночное застолье.

На следующий день выпитая ночью водка как бы очищает сознание от ненужных подробностей. Человек не может вспомнить, почему на нём чужие ботинки, отчего болит правый бок и откуда в карманах брюк столько бумажек с чьими-то номерами телефонов и совершенно незнакомыми именами. У просыпающихся рядом друзей возникают подобные же вопросы, но по другим поводам. И у всех только обрывки воспоминаний.

Но, несмотря на ужас в голове и во рту, друзья начинают склеивать и сшивать эти обрывки. Постепенно как-то из этих лоскутков воспроизводится картина прошедшей ночи. Потом коллективными усилиями более-менее восстанавливается хронология событий. Как правило, процесс восстановления картины вчерашней вечеринки становится увлекательнее и забавнее самой вечеринки.

Чаще всего такие воспоминания о прошедшем застолье легко переходят в новое застолье для наиболее стойких и безответственных товарищей. А просто кто-то из старых друзей, пока остальные просыпались, приходили в себя и вспоминали всякую ерунду, уже раньше остальных встал и пошёл за водкой.

Справедливости ради необходимо заметить, что среди наших соотечественников весьма велик процент тех, кому выпивать водку категорически не нужно, не стоит, нельзя… Тех, кому надо бы законодательно запретить даже рюмку водочную брать в руки… даже пустую.

Это такие люди, которые могут выпить разные напитки и вполне оставаться в хорошем настроении и самими собой. Но если кто-то из них по легкомысленности и недосмотру окружающих выпьет всего-то четверть литра водки, то превратится он в никому не знакомого человека… В человека, с которым незнакомы друзья, коллеги, которого не знают его дети и жена… Он и сам этого человека не знает и узнать не сможет… Потому что он его не помнит и вспомнить не в состоянии.

Коллективные же усилия по восстановлению памяти в данном случае ни к чему не приводят. Человеку можно подробно рассказывать про то, что и как он творил, выпив водки… Ему можно показывать видео, на котором он, пьяный, в образе незнакомца… Человек всё выслушает, всё посмотрит, возможно, с интересом, но выводов никаких не сделает. Он же не помнит! А на видео и в рассказах кто-то другой. Не он точно…

Специалисты и профессионалы утверждают, что главным ингредиентом и важнейшей составляющей любой уважающей себя водки является вода. Именно вода отличает одну водку от другой. Разные технологические и рецептурные тонкости и секреты, разумеется, имеют своё большое значение. Но вода – это самое главное! Так говорят специалисты.

А учёные утверждают, что вода содержит и хранит в себе память всей планеты. Только пока не найден способ извлечь эту память из воды, которая помнит не только динозавров, но и хранит непостижимые человеческим сознанием временные пласты. Возможно, поэтому, если переборщить с водочкой, не остановиться вовремя, не соблюсти меры и не знать свою пропорцию, можно вспомнить такое, чего человеку и вспомнить-то невозможно! Такое, чего не происходило ни с тобой, ни с твоими друзьями! Таких можно узреть динозавров и окунуться в такие мрачные времена, что лучше меру свою знать! Или надо иметь рядом друга, который спасёт…

Или, несмотря ни на что, из последних сил добраться до дома, где ждут, где, конечно, будут ругать и стыдить, но где жена… Она, родная и единственная, прогонит всех чудищ и динозавров, загонит тени прошлого в тёмные закоулки памяти, вернёт заблудшего в настоящее, из которого надолго отлучаться всё же нельзя.

И короткое замечание напоследок.

Когда знакомишься с некой женщиной, которая тебе понравилась или даже которой ты очарован… И спустя какое-то время возникает ситуация, когда можно ей предложить выпить чего-нибудь алкогольного… И ты хочешь быть галантен. Рекомендуешь шампанское и готов заказать самое лучшее. Или предлагаешь хорошее вино или какой-нибудь коктейль с диковинным названием…

Вот ты всё это предложил, а она поразмыслила да и сказала: «Вы только ничего такого не подумайте, но я предпочитаю выпить водки. Вас это не шокирует?»

Как эта женщина сразу к себе ещё больше располагает! Как усиливается очарование, какой она сразу предстаёт в твоих глазах цельной, гармоничной, сильной, не фальшивой, не жеманной, а, наоборот, настоящей и какой-то родной! Какая теплота нисходит на сердце, какие благодушие и радость!

И хоть вы с этой женщиной едва знакомы и нет никаких общих воспоминаний, но после таких её слов тут же возникает надежда или почти уверенность, что общие воспоминания непременно и скоро возникнут.

Работа III

Водка и география

Занятно наблюдать за русским человеком, который, не торопясь, слоняется по магазину в аэропорту перед вылетом на отдых за границу.

Лето. Летит человек откуда-то из-за Урала, или с северов, или из забайкальских просторов… Летит через Москву. Ждёт его пара недель зноя, моря, каких-то экскурсий… Ждёт его незнакомая или малознакомая страна, в которой у него ни друзей, ни приятелей, а только гостиничный номер да завтрак с обедом, оплаченные заранее.

Жена его ходит поодаль, рассматривает духи и прочую косметику… Дети плетутся за ней или сидят где-то, что называется «на вещах». А он…

Он медленно и как бы безучастно ходит и глазеет на бесконечные ряды бутылок с разнообразным алкоголем. Этот алкоголь сделан в дальних или не очень дальних странах, разлит в бутылки на разных континентах, закупорен пробками, завинчен крышечками, запечатан сургучом, упакован в красивые коробки… Стекло бутылок всех оттенков зелёного и коричневого… Белое же стекло то отдаёт голубоватым, а то грани сосудов кажутся хрусталём или вообще чистейшим льдом, от которого, кажется, веет холодом. Такие бутылки искрятся. Все полки с бутылками хитро подсвечены, и содержимое бутылок то светится медовым благородным светом, то демонстрирует такую прозрачность, что может показаться, что воздух именно внутри бутылки, а не снаружи.

Идёт человек мимо полок с виски, читает названия. Губы его почти незаметно что-то беззвучно прошевеливают. А уж что получается прочесть и что у человека звучит в голове в процессе чтения, думаю, сильно озадачило бы шотландцев, ирландцев и прочих производителей виски.

Смотрит человек на эти шедевры изобретательности, на эти этикетки и бутылки, вид которых даже у трезвенников может вызвать серьёзные сомнения в правильности своего трезвого образа жизни, а у детей прямо-таки уверенность в том, что взрослые им всегда запрещают всё самое интересное и вкусное… Бутылки круглые, квадратные, плоские, треугольные, гранёные, пузатые… Все хороши!

Но наш человек смотрит на них независимо, даже слегка высокомерно. Он успокаивает себя тем знанием и уверенностью, что вся эта красота не что иное, как красиво оформленная и упакованная дрянь. И как он не раз слышал и даже имел возможность по случаю убедиться – весь этот виски просто голимый самогон. Вот только очень красиво упакованный.

Пробовал он как-то этот хвалёный виски, угощал его друг, который выбился в большие люди, заматерел и по этому поводу полюбил дорогое бухло. Сказал нашему человеку друг, наливая в большой стакан старый виски, что, мол, этот виски не абы какой, а исключительной выдержки в каких-то бочках, что сделали его шотландцы на каком-то острове и что виски этот такой и сякой… Терминов тех наш человек не запомнил, понял он только, что заморочились шотландцы очень серьёзно.

Понюхал он то, что налил ему друг в стакан, и ужаснулся самой мысли, что придётся ему это пить… Напомнил ему запах молодость, армию и кирзовые сапоги, которых в казарме стояло двести пар, да ещё с портянками… Вспомнилось детство, знойное лето и то, как он брёл по шпалам железной дороги к далёкой от дома станции, запах шпал вспомнился… Но ещё вспомнилась лыжная мазь, которую он лет в тринадцать решил зачем-то пожевать, да замучился потом отплёвываться.

Проходит человек мимо виски, пару раз наклонившись к наиболее нарядным и гордым бутылкам, чтобы рассмотреть наверняка их цену и убедиться, что ему не померещились эти дикие цифры, ухмыльнётся он этим цифрам, едва заметно мотнёт головой и проследует к рому или коньяку или к бутылкам текилы, на дне одной из которых разглядит разбухшего дохлого червяка. Подивится он этому и даже по-детски посмотрит по сторонам, мол, неужели только он один видит эту дикость, мол, как такое возможно и до чего могут дойти люди. Передёрнет человека, брезгливо скривит он губы и пойдёт дальше.

Как цветная политическая карта предстанет перед ним весь мир, представленный не очертаниями континентов, островов и стран, а бутылками и этикетками. Вот Япония в виде бутылок с саке, Португалия в виде портвейнов, острова Карибского моря и Латинская Америка в виде рома, Франция, Италия, Аргентина, Чили в виде бесчисленных бутылок с белым, красным, розовым вином… Диковинные ликёры, как диковинные уголки мира, вызовут удивление своими яркими цветами. Бурбоны, бренди, шнапсы… Всё это в какой-то момент запестрит, закружится, зарябит в глазах, будто крутанули перед человеком большой яркий, блестящий глобус, наполненный коктейлем из бесконечного набора ингредиентов.

И именно в аэропорту покажется человеку весь этот мир доступным. Покажется доступным под постоянные объявления о вылетающих рейсах во все стороны и страны, откуда привезли эти бутылки в этот магазин. Любую из них можно взять с полки, стоит только руку протянуть… Как будто вылететь туда, откуда эта бутылка прилетела.

Но не захочет ничего наш человек. Пройдёт мимо. Пройдёт мимо да и упрётся в полку с водкой.

У этой полки остановится он, лицо его совершенно изменится, и глаза приобретут иное, осмысленное выражение. Увидит человек знакомое, понятное и имеющее к нему, к его жизни непосредственное отношение. Взгляд его быстро скользнёт и не задержится на водках дорогих иностранных или роскошно украшенных отечественных с предательски написанным на этикетках латинскими буквами родным словом VODKA, чтобы соблазнить заезжего верхогляда. Нашего человека роскошью и иностранными буквами не соблазнить. Наоборот, устремит свой взгляд человек вниз на самую нижнюю полку, туда, где скромно, у самого пола, стоят простые, белого стекла, узнаваемые, кажущиеся знакомыми с незапамятных времён бутылки.

Наклонится к ним наш человек, будто отвесит земной поклон. Возьмёт бутылочку в руки, как берётся за ручку двери родного дома или как пожимает руку старинного друга, да и пойдёт с ней к кассе, уже по сторонам не глядя.

Зачем и почему взял человек перед вылетом на отдых к морю в незнакомую страну бутылку водки? Чтобы выпить её в самолёте? Да нет! Не любитель он выпивать без компании назло жене и на горе детям, да ещё в нарушение требований авиаперевозчика… Или взял он её, чтобы выпить в гостиничном номере, закусив орешками, шоколадкой или чипсами из мини-бара. Выпить из экономии, чтобы не тратиться в баре? Да нет… Не привык он её, родимую, пить без застолья и правильной закуски, пить не из маленькой, ловкой рюмочки, а из стакана для зубной щётки…

Для чего ж тогда взял он её? Неужели из-за того, что насмотрелся он на заморские дорогие бутылки и захотелось ему выпить, засосало под ложечкой… Или купил он самую простую и знакомую водку, недорогую, чтобы всем и самому себе доказать, что он может себе позволить покупку в этом магазине?..

Конечно, хочется человеку, и приятно ему купить что-то, порадовать себя покупкой в красивом магазине и как бы тем самым начать летнее путешествие и отдых… Это да!

Но покупает он бутылку водки не чтобы выпить!

А чтобы подарить!

Кому подарить? Он же летит в незнакомую страну, где его никто не ждёт. Он не знает ни одного иностранного языка. Он, когда бывал за границей, то проходил мимо магазинов и ресторанов исключительно потому, что не мог решиться на общение и контакт с иноземцами, как не решался взять в руки и купить иноземные ром, виски или ликер… Для кого он взял бутылку водки? На какое знакомство он надеется? Кому он хочет её вручить, какой встречи ждёт? Какой?! Да никакой конкретно… А вдруг! Вдруг случится!

Потому что если вдруг такое случится, то что он сможет предъявить, чем сможет он порадовать нового чужестранного знакомца? Чем произведёт впечатление? Да и как можно лететь нашему человеку куда-то, хоть и неизвестно к кому, но с пустыми руками? Это не по-нашему!

И что, в сущности, есть у русского человека такого, что все знают именно как наше? Что, по мнению нашего человека, все от него ждут, чему все рады и чего все поголовно хотят? Водки, конечно!

Водка, и именно водка, во всех странах, на всех широтах, во всех пределах, по нашему глубокому убеждению – главное русское достижение, изобретение и изделие.

Есть, конечно, ещё балалайка. Но человек наш сам играть на ней не умеет да и в руках её не держал. Икра? Она дорогая. Да и положа руку на сердце та, что он едал, была то несвежей, то ненастоящей, то слишком солёной, то какой-то клейкой, то её было так мало, что и не понял он ничего. К тому же каждому понятно, что икру без водки использовать неправильно и глупо. А вот водку без икры – вполне…

Вылетающий за границу человек ещё может в раздумье остановиться возле матрёшек. Матрёшка тоже вроде наше изобретение, но только не станет он её покупать… Нет и не было у него дома отродясь матрёшки, да и сомневался он всегда, что кому-то может нравиться странная кукла без рук, без ног, с глупой улыбкой. Списывал он известную страсть иностранцев к матрёшкам на их, иностранцев, странность и наивность. К тому же как дарить матрёшку мужику, если он с таковым познакомится?.. Водка! Только водка! Она русская, родная, всем известная, и она реальная. Честная она. Потому что он сам, наш человек, её любит, знает и честно пьёт. А матрёшку с балалайкой он отродясь в руки не брал.

Однако заранее понятно, что, скорее всего, ни с кем он за границей не познакомится… Кроме как с соотечественником, у которого такая же бутылка пролежит всё время отдыха в чемодане. И потому дарить водку земляку нашему человеку в голову не придёт… Возможно, выпьют они привезённое как-нибудь ночью, когда уже бары отеля закрыты. Выпьют без радости и напрасно во всех смыслах.

Но, скорее всего, подарит он свою бутылку улыбчивому гиду или симпатичному администратору гостиницы, который изобразит удивление и восторг. Изобразит, потому что не знает уже, куда девать эту водку, которую везут и везут наши люди в его тёплую приморскую страну. На худой конец, отдаст наш человек заветную бутылочку под самый финал отдыха водителю автобуса или таксисту, чтобы обратно не переть водку домой.

Но когда он покупал её… Грезилась ему встреча, знакомство… Виделось ему, как научит он какого-нибудь немца, англичанина или американца тому, как надо правильно пить родимую, как правильно выдыхать и вдыхать, как запрокидывать рюмку, как глотать и закусывать. Представлялось ему то впечатление, которое произведёт водка на иноземца, как будет тот до слёз моргать, как будет морщиться и как при этом наш человек сам выпьет и при этом бровью не поведёт, да только смачно крякнет. Мечталось ему, как за водочкой покажет он подлинную свою силу и стойкость.

А главное, покупал водку в магазине аэропорта наш человек, ощущая, что берёт он верительную грамоту, лучшую рекомендацию и самый надёжный русско-иностранный разговорник и словарь.

В такой бутылке водки, купленной в аэропорту, содержится великая вера и иллюзия нашего человека, что его где-то ждут, что ему везде рады, что он интересен и то, что дорого ему, непременно полюбится, придётся по вкусу и обрадует кого и где угодно! Покупает наш человек водку и везёт с собой свой дом, свою географию, образ жизни свой… Везёт, чтобы подарить… Чтобы открыть двери в своё… Чтобы распахнуться со своей самой щедрой, весёлой и сильной стороны.

Наивен и прекрасен наш человек, покупающий бутылку водки перед вылетом в чужие края. Прекрасны его иллюзии, которые движут им при покупке…

Вот только не понимает он, что бутылку водки купить, привезти и даже подарить он может, однако дом свой, свой образ жизни, географию родную предъявить он не сможет… А как?

Как сможет он, даря бутылку, объяснить и описать то, как, когда, из чего, с кем и с чем её надо распить? Как объяснить, что при этом надо говорить и что делать. Подарит он её, а тот, кому она досталась, откроет её тёплую, нальёт в стакан, из которого обычно пьёт виски или джин с тоником, понюхает, весь сморщится, глотнёт, скривится ещё сильнее и убедится, что водка – это кошмар, а русские как минимум странные и непостижимые люди. В лучшем случае смешает он водочку с каким-нибудь соком да и замучает. Или поставит бутылку среди привезённых из других стран сувениров и будет аккуратно, по-европейски стирать с неё пыль.

А если нашему человеку доведётся все же привезённую бутылку с иноземцем распить, то что он сможет на чужбине? Разве сможет он накрыть правильный стол, найти правильную закусочку да так, чтобы никто не помешал? Максимум сможет он договориться в баре или в кафе, чтобы остудили водку, дали более-менее подходящие рюмки и позволили выпить свою бутылочку. Будет он в процессе всё время пытаться объяснить, что хлеб должен быть другой, что анчоус – это не то, что сардины – не такие и что надо бы селёдочки… будет сокрушаться, что лук должен быть не такой сладкий, а маринованный корнишон – это вовсе даже не солёный бочковой огурец. Картошка фри не заменит рассыпчатой варёной картошечки, а испанский хамон не заменит кусочек сала с прожилками, прозрачной шкуркой и запахом чесночка.

Поймёт человек наш, что зря он затеял презентацию родимой водки в знойный вечер у моря под пальмами или кипарисом, осознает, что водка, как он её знает и любит, требует не отдельных деталей и элементов, а всей могучей родной географии, с воздухом, запахами, пейзажем, с широтой и долготой.

С удивлением поймёт он, что не может быть понята водка, как он сам её понимает, в отрыве от всего того, где эта самая водка была придумана и где её сделали.

Разве заменит в Испании холодный гаспачо в жаркий воскресный полдень холодную окрошечку на остром домашнем квасе со сметанкой, горчичкой, телятинкой или язычком… да хоть с докторской колбаской… с зелёным лучком и прочей зеленью, чёрным хлебушком… А под неё ледяная водочка! А потом безмятежный послеобеденный воскресный сон… Разве можно сон этот сравнить с сиестой?

Разве можно выпить водки под французский хвалёный буйабес, пусть даже по самому старому и верному рецепту? Водку надо под уху! Под ушицу! Прозрачную, золотистую, с кусками окушка, судачка, щучки или, если бог послал, осетринки.

Самые шикарные креветки, лангустины, омары… Как они могут быть закуской к водке? Разве сравнить их со сваренными в простом рассоле, с укропчиком, или в молоке раками, которых привёз с озёр кум, брат, сват или просто сосед, да прям в ведре и сварил? Сначала, правда, с этими раками пьётся пиво… Но потом, конечно, водочка.

Никакая итальянская паста, никакие спагетти карбонара или болоньезе не годятся. Если под водку макароны – то только макароны по-флотски!

В меню Италии, Испании, Франции, Греции, да хоть Болгарии не отыщете вы салата, чтобы закусить первую в трапезе рюмочку. Где есть, в какой стране можно найти «оливье», «столичный», «мимозу», «селёдку под шубой»? Под названием же «винегрет» вам во Франции подадут такое, что не то что водки – воды не захочется.

Тепличные шампиньоны можно есть так, сяк и даже в сыром виде, но их не засолить, как грузди, опята, волнушки или рыжики. Их можно запечь или пожарить… Но разве то, что из них получится, будет пригодно для того, чтобы после леса и бани выпить водочки? После леса и бани нужна жареная грибная смесь, где вместе на чёрной сковороде сошлись лисички, свинушки, подосиновики, моховики и даже хрупкие сыроежки.

Никакая иная география, кроме нашей, не годится для выпивания водки в её исконном, изначальном и первородном виде.

Кто-то скажет, что шведы и финны делают отличную водку. И селёдка у них есть, и лосося они солят, коптят и вялят замечательно. И суп с этим лососем у них превосходный… И выпить, говорят, эти викинги не дураки. Да, всё так!.. А поговорить??? Как поговорить с ними за водочкой? Никто из них в погранвойсках или в десанте не служил.

Вся наша география, все наши озёра, моря, реки, степи, горы, сады и огороды – всё только и родит то, что необходимо для того, чтобы послужить закуской, застольем, трапезой с водочкой.

В наших пределах не растут оливки, артишоки, не выращивают у нас широко и не привыкли мы пока, не приспособили к водке спаржу, фенхель, кольраби, савойскую и брюссельскую капусту, а также лук-порей и прочий сельдерей. Нет в наших водоёмах сибаса, дорады, марлинов, тунца, осьминогов, омаров и устриц. Ни в Волге, ни в Каме, ни в Амуре не сыщете вы ни одного кальмара. Зато хрустящего, зажаристого карасика вам предоставят где угодно – и на Кубани, и в Карелии. Строганину из мороженого муксуна вы отведаете от Урала до Забайкалья. Раки – в Поволжье и на Дону, хариус – в Сибири, грузди, опята, маслята – везде.

Не йогурт, не сливки, а сметана!

Горчица не сладкая, не дижонская, не жёлтенькая, а ядрёная, до треска лобовой кости и до слёз. Хрен – тоже до слёз. Редиска наша – острая. Капуста у нас не цветная, а квашеная. Помидоры у нас даже зелёные, маленькие, незрелые – а всё равно годятся для засолки. И всё – под водочку! Кабачки и баклажаны вроде бы не водочная еда, но сделаешь из них икру… на вид не очень прилично, но если положить её на чёрный хлебушек, то закуска верная.

Свиньи у нас не такие, как в Голландии, не породистые, не такие большие и не такие мясные. Зато наши свиньи весёлые, шустрые, самостоятельные, и сала много. Сало от них копчёное, солёное, мороженое… Какое угодно и в любом уголке и районе. Картошка со шкварками, жареная, варёная, толчёная – идеальна под водочку. А экзотический батат под её, родимую, не годится решительно.

Виски, ром, бренди, текила… Их можно пить где угодно и в любую погоду. Текилу в Мексике сделали, отвезли хоть в Африку, хоть в Индию – пойдёт нормально. Даже на Аляске или в Якутии… Виски – то же самое. Эти напитки где-то согреют, где-то освежат. Никаких особых условий не надо. Можно вообще их из горлышка… Так и мексиканцы, живут себе в Штатах, не чувствуя, что живут на чужбине, а для британца вообще полмира – бывшая их колония.

Для нашего же человека всякий отъезд из своих родных пределов, если не в отпуск и ненадолго, то сразу эмиграция. Вот и не вкусна, горька и не светла водка на чужбине для нашего человека, как ностальгия, которая, думается мне, голландцу или бельгийцу вовсе не ведома.

У китайцев есть своя рисовая, крепкая, с позволения сказать, водка. Она даже хороша с их едой… Но если нашу водку пить с их китайской едой, то тоска по Родине может начаться, даже если это делать в китайском ресторане в центре Москвы.

Японцы своё саке нагревают и тёплым пьют. Страшно даже подумать о таком способе употребления водки.

Множество, великое множество факторов, деталей и нюансов указывают на то, что водка могла быть создана, задумана и рождена только в наших пределах и нашим человеком.

Поляки претендуют… Умеют делать. Но для того, чтобы из глубин жизненных процессов, жизненного уклада и условий родилась водка в её безупречном виде, необходим бескрайний простор. Простор в Польше есть, но до бескрайнего ему далеко. Может, поэтому поляки так претендовали на наши просторы?

Кочевник знает бескрайние просторы, но для того, чтобы сделать водку, простор должен быть родным и чтобы где-то в этом просторе был дом родной, речка студёная, родная, поле родное, лес, околица, поворот дороги… Свой! Особенный! Кочевнику же нужен путь. Кочевник – он и есть кочевник. Для того чтобы сделать водку, нужно останавливаться.

А наш человек… Выпьет он водочки да и запоёт… Может, и не был он нигде, кроме города, посёлка, деревни, где родился и вырос, не видел толком ничего, не летал за границу, не посещал столицы своей, никогда всерьёз не думал о дальних дорогах, не запрягал коня или вообще живого коня видел только изредка и знать не знает, как к нему подходить… Но выпьет – и запоёт про мороз, про коня, про жену, которая ждёт дома… Запоёт, почувствует себя ямщиком, замерзающим в далёкой глухой степи, запечалится человек, всплакнёт по своей жизни, пустит слезу хмельную и чистую да и выпьет ещё водочки.

Согревала она, родимая, путников, успокаивала, давала надежду, сокращала вёрсты, ускоряла путь, приближала дом… Да и продолжает это делать.

Сел человек в поезд в Новосибирске, достал и выложил на стол то, что собрали ему в дорогу, познакомился с попутчиком, открыли они по такому случаю бутылочку… Раз – а вот они уже и в Омске! В Омске вышли они на перрон, подышали воздухом, дождались, пока поезд тронется, вернулись в купе, открыли, налили – вот тебе уже и Челябинск!

В поезде дальнего следования Новосибирск – Адлер можно, конечно, пить виски или ром… Но на столике в купе рядом с курицей в фольге, консервами и порубленной колбасой, среди скорлупы яичной, на газете, бутылка виски или рома будет выглядеть неорганично, вызывающе, неуместно, глупо, противоестественно.

А водка? Если путники ведут себя спокойно, солидно, не шумят, так почему бы и нет? Кому же она мешает? Как без неё? Если страна такая огромная?

Самолётом?

А если человек летать боится? Да к тому же алкоголь в самолётах и аэропортах запретили. Это раньше человек мог выпить в столице, раз – и он уже в Хабаровске или наоборот… Водка сокращала тысячи километров, стирала часовые пояса… А кто-то без этого летать не может, страна же огромная!

Вне нашей географии человек наш может даже и вовсе не желать выпить водки. Порой сама мысль о ней на жарком пляже у ненашего моря может вызвать содрогание и неприятные мурашки по спине. Неуместна она, родимая, там, на чужбине. Нет там для неё условий, нет посуды, нет нужной компании, а главное, настроение там не водочное.

Или в лондонском баре паче чаяния наш человек в таковом окажется и увидит среди прочих бутылок знакомую, стройную, беленькую, в привычных одеждах… Обрадуется он бутылке водки как земляку, как давно не виденному соотечественнику, улыбнётся, потеплеет его лицо, но закажет он всё же скотч, или бренди, или что-то с джином… Поймёт он, что не хочет он пить родимую у барной стойки тёмного дерева, у которой он сам, как и водка, только гости, только вкрапление чего-то нездешнего в местный уклад… Поймёт он, что если пить водку, то нужны к ней друзья-приятели, закуска, тема для разговора и уж точно не лондонский пейзаж за окном.

А когда будет возвращаться наш человек домой восвояси из другой, чужой, страны, купит он в аэропорту чего-нибудь местного… Местной виноградной граппы, или ципуры, или чего-нибудь анисового: ракии, пастиса или узо, а то и ещё чего-нибудь более экзотического… Прихватит вина, оливок, сыру, местной колбасы… Или от щедрот купит бутылку чего-нибудь дорогого, многолетней выдержки. Повезёт он это с собой, чтобы угостить друзей, рассказать о том, как путешествовал, отдыхал, и проиллюстрировать свои фотографии и рассказы «ихними» напитками и вкусами.

Соберёт он друзей, заведёт рассказ о том, что видел, едал и пивал, будет живописать… Но скоро увидит и поймёт, что не очень внимательно его слушают, из вежливости смотрят фотографии, без восторга едят и пьют им привезённое. Почувствует наш человек, вернувшись в родную географию, что рады друзья ему лично и его возвращению, а не его рассказам и гостинцам. И увидит, что передёргивает их от привезённых крепких и не очень крепких напитков.

Увидит он это, поймёт, почувствует и перейдёт с друзьями на водочку, на домашнюю закусочку. А главное, на здешние, местные, родные новости и темы. Новости о том о сём… О том, что произошло на Родине, пока его здесь не было.

Работа IV

Водка как нечто большее

Одним из удивительных и уникальных свойств водки, в отличие от всех других алкогольных напитков мира, является её влияние на изменение размера и масштаба в сторону увеличения всего без исключения. (Простите за невольную рифму.) Водка, и именно водка, может быстро и эффективно укрупнить и усилить значение произошедшего или происходящего события, размер личности, уровень понимания любой темы и предмета, впечатление от чего угодно, любое переживание: радость или горе, восторг или отвращение – это не важно… Всё!

Единственно, чего водка усилить и укрупнить не может, – это спокойствия и равнодушия. Водка никогда не оставит всё в прежнем и нейтральном состоянии.

Это непревзойдённое никакими другими напитками гиперболизирующее качество водки обеспечивается ещё не изученным в прежних работах её свойством… О нём нужно говорить особо. Без изучения этого свойства мы не сможем приблизиться к раскрытию основной темы данной работы.

Этим, без всякого преувеличения, потрясающим свойством водки является её внезапность! Причём внезапность порой абсолютно сокрушительная.

Посудите сами, какой другой всемирно известный и признанный напиток может оказаться в любое время суток в любом неожиданном и, казалось бы, неподходящем месте внезапно?..

Разве может появиться в руках двух или более отцов семейств в полдень в городском парке с аттракционами, в то время когда жёны и дети медленно совершают круг на колесе обозрения, бутылка джина, тоник и лёд?.. Откуда всё это может взяться? Ниоткуда! И даже фантазия об этом дивном напитке не придёт в головы двум или более мужчинам, которые просто решили выгулять своих домочадцев… Только водка может оказаться у них в руках в силу своей внезапности!.. Поскольку именно водка МОЖЕТ ПОЯВИТЬСЯ И ЧАСТО ПОЯВЛЯЕТСЯ РАНЬШЕ, ЧЕМ МЫСЛЬ О НЕЙ.

Откуда она может появиться? Это совершенно другой вопрос… Хотя на нашей родной территории ответ на него чрезвычайно прост и универсален – откуда угодно!

Вот человек выкроил время среди трудового дня для того, чтобы посмотреть предложенный в объявлении подержанный автомобиль, заинтересовавший его своей ценой и пробегом. Он условился с продавцом о встрече, перенёс пару дел и приехал в назначенное место. Продавец показался ему достойным доверия, отвечал на вопросы открыто, машину не расхваливал, цену не набивал, пару раз остроумно пошутил… Ещё у обоих возникло ощущение, что они где-то встречались. А потом во время осмотра самого автомобиля наш покупатель увидел висящий в салоне вымпел футбольного клуба, за который болел сызмальства…

Трудно предположить, что в багажнике предложенного автомобиля или в портфеле покупателя окажется пара тяжёлых граненых стаканов и бутылка старого виски или хотя бы простого бурбона… Водка же появится сама собой и к изумлению обоих.

И это совершенно не значит, что покупка обязательно состоится, скорее наоборот, возникнет у двух мужчин гораздо более значительная, но до появления водки необозначенная тема. К тому же покупать у друга или продавать другу машину – это последнее дело…

Другой пример… Идёт у человека ремонт в новой квартире, в которой он ещё не живёт. Решил он наведаться и посмотреть, как там проводятся работы. А тут старинный приятель, мол, возьми меня с собой, мне, мол, интересно… Приходят они, а там шпаклюют стены в спальне, клеят плитку в ванной. На кухне ещё конь не валялся, но зато вид из окна прекрасный!.. И табуреточка стоит посреди этой кухни… Как в такой ситуации можно предположить извлечённую откуда-то текилу, самбуку или ром?.. При этом вид из окна – просто замечательный!

Или в субботу, в дообеденное время, в проверенной и любимой общественной бане никак не может появиться на столе пузатая бутылка коньяку. Нет! И пузатые коньячные бокалы не появятся! Максимум окажется на столе холодное пиво, да и то немного, исключительно для вкуса… Потому что всех ждут дома. У кого-то намечен поход в кино, у кого-то посещение родителей или планетария. Ни у одного любителя бани в мыслях нет и не было напиться и испортить выходные… Но внезапно холодное пиво, как зайца за уши из шляпы фокусника, вытягивает на стол водку… А кто именно её с собой принёс, не удастся выяснить никогда.

Внезапному появлению водки могут часто предшествовать внезапные и совсем не связанные с водкой таинственные позывы, такие как:

«Дорогая! Пойду-ка я схожу на почту, а то уже неделю не можем посылку забрать…»,

или «Схожу-ка я выведу собаку, давно не гулял, надо свежим воздухом подышать…»,

или «Моя хорошая, вы идите, а я с Толей постою покурю… Да вон он… Мы тут постоим, куда мы денемся… Я вам в магазине не нужен»,

или «Радость моя, что-то совсем не хочу ехать с ребятами на рыбалку, но пообещал, деваться некуда…»,

или «Ой, только что вспомнил… Петровича после операции в общую палату перевели, надо сходить его навестить… Зачем на машине? Тут идти всего ничего. По дороге зайду куплю гостинец, неудобно с пустыми руками».

Вот всего несколько примеров внезапного возникновения водки, которое теснейшим образом связано со скоростью её употребления, в отличие от других крепких и не очень крепких напитков. Проще говоря, если бы водка требовала неспешного, медленного употребления, то её внезапность потеряла бы всякий смысл.

Теперь рассмотрим теснейшую связь внезапности водки с её уникальным свойством усиления, укрупнения и повышения значения всего на свете. Связь эта заключается в том, что для реализации эффекта гиперболизации водке и человеку необходима неожиданность встречи.

Водка как нечто большее проявляется в полной мере только в ситуациях неожиданных, спонтанных, импровизационных или, как было сказано, внезапных.

Вот человек наметил себе на субботу много домашних дел… Что-то давно нужно было привести в порядок, как минимум мысли и какие-то планы. Ему хотелось неспешно позаниматься домашними делами, бытом… Но неожиданно поступает звонок от старинного друга, который как снег на голову свалился, то есть прилетел из Хабаровска или Читы. Этот старинный друг жаждет встречи, у него только один день… Человек наш говорит, что занят, у него дела, что жена не поймёт… Но приезжий ничего не желает слушать. Тогда человек обещает, что найдёт часок, но без выпивки, а просто обняться, поговорить, и всё… Себе же человек говорит, что с этим приезжим другом его давно ничего не связывает, что от дружбы не осталось былого, только жалкие воспоминания… Он нехотя выходит из дома, обещает жене, что совсем ненадолго и что не намерен выпивать вовсе. Говоря это, он искренне убеждён в своей твёрдости…

И вот они встречаются не поздно, а за столом ещё какие-то малознакомые или вовсе незнакомые люди – приятели приезжего друга, которые нашему человеку неинтересны и неприятны. «Тем проще будет вскоре уйти», – думает он. А все в компании пьют, но наш человек решительно отказывается, несмотря на то что в честь него звучит тост.

– Вот, – говорит приезжий, показывая на нашего человека, – это мой самый лучший друг! Чтобы вы понимали, мы с ним такое прошли! И только он меня по-настоящему выручал…

Но наш герой «насухую» выдерживает и следующий поднятый в честь него тост. Он только и ждёт удобного момента, чтобы откланяться и уйти. Но вдруг!..

– А ты знаешь, – неожиданно громким шёпотом, наклонившись к самому уху, говорит ему приезжий, – мы же Иваныча похоронили неделю назад, представляешь?! А сколько мы с ним всего сделали, помнишь?!

Наш человек мучительно и не сразу вспоминает Иваныча…

– Как – похоронили? – спрашивает он обескураженно.

– А вот так! Сердце – и нет Иваныча!.. Давай помянем!..

Человек, обдумывая услышанное, даже не замечает, как в руке его оказалась ловкая, удобная, такая маленькая, холодная и совсем безопасная рюмка…

– Кстати, у Иваныча вчера внук родился! Назвали в честь него, – после горестного тоста радостно объявляет старинный приехавший друг. – Давайте за него!

С третьей рюмкой из-за стола встаёт уже наш человек.

– Иваныч был лучший из нас! – провозглашает он, уверенный в том, что третья рюмка ему не повредит и будет последней.

Ему ещё кажется, что ничего особенного с ним не произошло, что водка его не берёт… Но вдруг нашему человеку приходит воспоминание, которое числилось в памяти как уже давно ушедшее и незначительное. В этом воспоминании всеми красками взыгрывает благородство и величие прежней дружбы. То, что ему казалось увядшим и ненужным, становится главным. Его сердце наполняется любовью к молодости и юности, а всё остальное отступает и меркнет.

– А ты помнишь, как мы?.. – уже со слезами говорит он. – Никто в нас не верил, но…

– Да, брат, как такое забудешь! – обнимая его, говорит приезжий. – Молодец ты всё-таки! Какой был, такой и остался! А то поначалу заладил: «Не пью, не пью…»

И давно пережитое, почти забытое, становится самым важным, бесценным и значительным. А возвращение от этого к мелким домашним делам кажется слабостью и предательством.

С водкой возвращение прошлого в самом прекрасном виде происходит быстро, незаметно и мощно. Никакое потягивание виски или коньяка такого эффекта не даёт. Да и характерные большие, тяжёлые стаканы с золотистой жидкостью пугают сильнее маленькой ловкой рюмки. От стаканов с виски или коньяком человек, скорее всего, смог бы отказаться. Сам их вид предостерёг бы, остановил, напомнил бы о том, что это придётся пить долго, а дома ждут намеченные дела.

Ничто не выглядит так безопасно, как рюмка водки! Она маленькая, даже миниатюрная, а содержимое её прозрачно и чисто. Относительно размеров человеческого тела водочная рюмка ничтожно мала, не то что тонконогие хрупкие бокалы, фужеры или увесистые стаканы разнообразных форм.

Но вернёмся к теме и приведём другой, весьма показательный, пример того, как водка демонстрирует свой усиливающий, увеличивающий эффект.

Случилось человеку полететь с пересадкой в какой-то дальний город в командировку. Вылетел утром, ещё затемно, в пересадочном аэропорту случилась из-за снегопада задержка рейса на несколько часов, потом пассажиров долго держали в самолёте, поливали лайнер противообледенительной жидкостью… Наконец полетели, трясло, сосед попался то разговорчивый, то храпящий, подремать в полёте не удалось. Долетел уже сильно после обеда. А из аэропорта ещё нужно было ехать в райцентр пару часов. В общем, добрался без сил, без каких-либо желаний и фантазий… Добрался затемно.

А там люди ждали. Заждались! А ещё ждали важные дела. Человек наш даже не представлял, как он с этим справится. Но и люди, ожидавшие его, тоже понимали, что человек с дороги…

– Мне бы отдохнуть сейчас, вымотался, сил нет, – сразу сказал встречающим наш человек. – А завтра с утра пораньше всё сделаем.

– Конечно, мы понимаем, – сказали ему в ответ. – Просто тут люди из района приехали, полдня ждут, им обратно сто вёрст, а завтра ни свет ни заря снова сюда… А за ночь наметёт…

– Ну что ж поделать-то, я же не виноват, что рейс задержали, я сам весь день в дороге…

– Разумеется, – ответили ему. – Давайте сейчас перекусим с дороги, и отдыхайте…

– Да я не голоден…

– С дороги надо! А то ещё заболеете, не дай бог!

И вот быстро накрыт стол: винегрет, борщ, котлета… Невесть откуда, практически из воздуха, появляется рюмочка.

– Что вы, что вы! Я не буду, – решительно заявляет наш человек, – ни в коем случае! В командировке я постоянно на работе!

– Это – в качестве профилактики! Инфекция ходит… Да и с устатка надо, лучше отдохнёте… Под горячий суп… Одну рюмочку… Да и я с вами выпью…

Через каких-то сорок минут человек наш уже весело рассказывает о том, что забавного случилось в дороге, о том, как обстоят дела в целом в отрасли и что в столице ужасная суета. Незаметно к столу подсаживаются все, кто его ждал… Наш небольшого ранга командировочный, измотанный и полусонный, вдруг превращается в государственного масштаба руководителя, полного сил и энергии. Его усталый мозг начинает работать ясно и принимать молниеносные решения, которые он выдаёт вперемешку со свежими столичными анекдотами. Все намеченные дела решаются легко и непринуждённо… А человек наш, полный сил, остроты ума и с ясным взором, даже не напоминает обессиленного путника.

И вот дела решены, все человеком довольны, а человек доволен всеми и собой. Об отдыхе он даже не помышляет, и лихостью своей производит он неизгладимое впечатление на даму из местного отдела кадров.

А предложили бы ему домашнюю настойку на клюкве или самогона с хреном, испугался бы он местного колорита, отказался бы… Или выпил бы с опаской, бросило бы его в пот и неудержимую зевоту, отправился бы он вскоре спать в ведомственную гостиницу, и ничего хорошего из этого не вышло бы. А водка явилась вкрадчиво, доверительно, скромно и разбудила как самого человека, так и весь его потенциал. Разбудила и вывела из узких рамок.

Водка по своей сути скромна, и в этом её особенная сила.

Чистота и скромность водки – это те самые качества, которые ведут и приводят к непредсказуемо величественным результатам.

Вот случилась с человеком мрачная, беспросветная жизненная полоса… А человек-то хороший, семья у него, друзья… Знавал он светлые, успешные времена. Но дали дела трещину. Одна неприятность, за ней другая, потом – проблема, которая казалась сначала пустяковой, а потом стала неразрешимой. Что ни делает наш человек – всё не так. Извёлся, помрачнел, потерял веру в себя, измучился от ответственности за семью, потому что видел и чувствовал, что тянет он своих домочадцев, привыкших к безбедной жизни, в неопределённость и безденежье. Плюс ко всему какие-то друзья оказались не друзьями, а коллеги – предателями. Но главное – не видит человек никакого выхода, никакого решения и причин своих неурядиц тоже не видит. На работе ему плохо, а дома все устали от его кислой, безрадостной рожи. И ему самому дома тоскливо, потому что нет сил смотреть на жену и детей, которые от него полностью зависят, а в делах у него полный крах.

Вот на этой почве захотелось человеку напиться. Нормально напиться, чтоб свалить с себя груз неудач. Устал он распутывать узлы проблем и не видит он концов этих узлов. То есть можно понять человека!..

Тогда призывает он верного приятеля, с которым лучше всего было бы напиться… Такого приятеля, который сам про себя не рассказывает, а, наоборот, умеет слушать, но не грузится, потому что лёгкий он парень, которому, в сущности, всё пофиг.

Чем же решит напиться в такой ситуации наш человек? Шампанским? Нет, конечно! Шампанское – для праздников и торжеств, а праздновать ему точно нечего… Вином?.. Под вино можно долго говорить… Но человек хочет именно напиться… А тогда вина надо выпить много и пить его долго. А от белого у него изжога, а от красного он засыпает… Коктейли? Но это значит придётся идти в шумный бар и терпеть вокруг себя весёлых людей, а это трудно, когда тебе невесело… Коньяк или виски? Но нужен хороший коньяк или виски. Человек наш знавал лучшие времена и привык к хорошему. Теперь же ему не до хорошего. Хороший коньяк и виски – это дорого, а главное – нескромно… Рука у нашего человека не поднимется заплатить дорого за выпивку, когда неизвестно чем уже завтра кормить детей.

Водка!!! Только водка годится для этой ситуации… Она для радости и беды, она для поминок и для свадеб, она вся прозрачная, если водка холодная, то она вся хорошая… А ещё она эффективна, когда человек хочет именно напиться… Напиться недорого. Даже недешёвая, водка скромна по своей сути.

– Ну что стряслось, почему такая экстренная встреча? – спрашивает первым делом приятель.

– Ничего не стряслось, просто давно не виделись, – отвечает наш герой. – Давай сразу водочки?

– Сразу? Давай! Точно ничего не случилось?

Не проходит и часа, как запутавшийся в проблемах и жаждущий напиться, чтобы об этих проблемах забыть, уже рассказывает приятелю о том, как у него всё плохо, какие рухнули на него злоключения, как все его предали и что жизнь пошла под откос.

– И всё, что ли? – выслушав, весело спрашивает его приятель. – Ты из-за этого меня позвал?

– А тебе мало? – удивляется наш человек. – Так это не всё! Погоди, я тебе главного не рассказал… Девушка! Вы нам ещё триста принесите… Закуска у нас осталась… Вы водочку давайте! Срочно!

Продолжает наш человек рассказывать о своих бедах… говорит, говорит, говорит и неожиданно… Внезапно начинает он слышать себя, будто со стороны…

Удивлённо слушает он себя и впервые за долгое время понимает, что не так уж все его проблемы ужасны, что запутался он в трёх соснах, что бывали беды и потяжелее и далеко не всё потеряно… И так ему это удивительно! И так от этого становятся ему смешны его собственные затянувшиеся мучения!..

Улыбнулся, хохотнул наш человек, смачно покрыл все проблемы матом да и налил ещё по рюмке… А за этой рюмкой вдруг открылось ему понимание сути проблем, показались концы, за которые, если потянуть, так и развяжется узел бед и неурядиц… Выпрямилась спина у человека, заиграл на лице румянец…

А выпил бы виски, потянуло бы его на философию, которая заводит прямиком в тупик. Хлопнул бы коньяку, покраснела бы рожа, увидел бы, что приятель его круглый дурак, и давился бы коньяком молча. Или если бы саданул наш человек рому, то погрузился бы в мрачное похотливое состояние, которое самому бы ему показалось романтикой, да и попытался бы увлечь и уволочь первую попавшуюся даму… Не для радости, а просто потому, что ромом нельзя заливать нашу родную тоску. От этого весёлого пиратства не получится, а вот скотство запросто.

Зато водочка с тоской совместима, и при благоприятных условиях соединение тоски и водки может прорасти радостью и отдохновением.

Вот поучительный пример… Какой-то другой наш соотечественник почувствовал возраст на плечах, увидел его в зеркале и на весах, испугался да и сел на диету… Не из соображений здоровья, не из любви к животным, решив, что их есть нельзя, и не под влиянием новой юной пассии. А просто решил похудеть для стройности и призрачной красоты. Стал он есть всё без соли, без калорий и без вкуса. А после шести вечера и вовсе перестал есть… Порадовался он вскоре свободе одежд и цифрам на весах, купил себе приталенное пальто… А больше радости-то и не почувствовал. На этом радости закончились. И все прежние радости подевались куда-то.

А тут на тебе – юбилей… И от его празднования не открутиться. Необходимо друзьям-приятелям, коллегам и родне дать возможность себя поздравить… Накрывает наш, сидящий на диете, юбиляр богатый стол. Накрывает тем, чего сам себе давно не позволяет. Принимает гостей и поздравления. Приходят люди, а с ними юбиляру нужно чокаться и выпивать… И делает это он со стаканом воды и виноватой физиономией.

Но приходит время тоста «за родителей». А тут уже пить воду совесть не позволяет. Подумал он быстро: «Шампанское? Нет! Это дрожжи, калории, сахар, и пить его надо минимум грамм 250–300. Вино? Нет! То же самое, что шампанское… Джин-тоник? Нет! В тонике много сахара, а в джине полно калорий… Виски? Нет! Его нальют в большой стакан, а нужно будет пить до дна… Коньяк? Нет! У меня от него все волосы встают дыбом. Текила? А вот её забыл купить. Выпью-ка я водочки, – думает он. – Рюмку. Пусть в ней калории, но сколько их там, в этой рюмке?»

– Налейте мне водочки, – объявляет он, – на один глоток…

И выпивает он водки. Одну рюмку! А через десять минут просыпается в человеке зверский аппетит, который был так тщательно задушен диетой. О сельдерее и брокколи юбиляру становится тошно думать, зато канапе с икрой будоражит… Нестерпимо! Селёдка, маленькие тарталетки, заливное, тонкая ветчина… О, как это всё прекрасно! И как это особенно вкусно с водкой!

И вот наш юбиляр уже произносит тост за тостом, рюмка его запрокидывается с былым и незабытым мастерством, а он не может остановиться и прийти в себя от того, как всё вкусно! Так вкусно, что диета сразу понимается как глупое и бессмысленное самоограничение ради сомнительной красоты и ненужной стройности в отказе от подлинной радости…

И вспоминает наш развеселившийся и раскуражившийся юбиляр, что именно после шести вечера еда самая вкусная, а ночные порывы к холодильнику – это просто восторг.

Водка всё усилила в человеке в данном примере: радость, самооценку, аппетит и ясное понимание, что истинно ценно в жизни, а что надуманно.

Кстати сказать, в мире существует много усилителей вкуса. Большинство из них вредны и лукавы. Водка же – это самый честный и мощный усилитель вкуса. Водка честна! Она усиливает не сам вкус, а обостряет аппетит…

Все перечисленные мною качества водки, несомненно, раскрывают и иллюстрируют тему данной работы. Водка восстанавливает и приумножает даже память чувств на новых этапах жизни.

Например, погряз человек в карьере и всё у него по плану… А друзья не унимаются, не оставляют его в покое, зовут общаться, зовут выехать куда-нибудь вместе…

– Поехали, как раньше, в Карелию, на Сахалин, на Белое море, да хоть в Сочи… На два дня! Как раньше!.. Давай!

А он «нет да нет, нет да нет»… Не желает тратить на глупости ни дня ни часа. Но насели друзья, вцепились и вытащили человека, оторвали от дел, заставили оставить компьютер и рабочие документы дома… Увезли на какую-то сырую турбазу с деревянными домиками, речкой и комарами… Всю дорогу ворчал и ныл наш карьерист. Но коллективными усилиями влили в него водки, сразу по приезде сунули ему в руку удочку, налили ещё и заставили рыбачить… И, о чудо, поймал он окуня, обрадовался, как ребёнок… Пока радовался – ему ещё водки… У костра – ещё… А потом обнимал он всех, готов был руки целовать за то, что не послушали его, настояли и утащили от дел…

Забытое счастье явилось ему в огромном объёме, стал он ненадолго прежним, полным безграничных иллюзий и надежд… И возвращался он в город домой, покусанный комарами и с наполненной жизнью душой.

Или писал писатель книгу. Да что-то затянул с завершением. Как ни начнёт перечитывать написанное, так хочется ему всё порвать, а лучше сжечь. Когда начинал работу, замысел казался ему гениальным. А потом по глупости дал он кому-то почитать кусочек недописанного… Дал не тому, кому следовало. Тот почитал, скроил физиономию да и посоветовал подумать над завязкой… Разуверился наш автор в успехе замысла, захандрил.

Но тут зашёл к нему знакомый поэт. Зашёл просто так, проведать. Явился слегка подшофе. Сели они пить чай. Поэт, конечно, тут же стал читать стихи, в гениальности которых не сомневался. А ещё у него с собой оказалась неожиданная бутылочка водки… Выпили. Поэт ещё почитал. Выпили…

И у нашего писателя возникло нестерпимое и справедливое желание прочесть что-то в ответ из неоконченной рукописи… Выпили. Стал он читать… Поэт аж замер! То ли уснул, то ли от восторга.

А писатель наш прочёл первую главу, потом вторую… И вдруг отчётливо понял, что читает он подлинный шедевр, какой прежде ему не удавался. Открылось нашему писателю величие его собственного замысла, и явилось знание, как написать финал, который никак ему не давался.

Водка щедра на открытия! А стали бы писатель с поэтом пить пиво, так и до стихов бы не дошло.

Но всё усиливающее свойство водки нельзя безответственно идеализировать. Его необходимо понимать глубоко и никогда не забывать о нём.

К теме… Два человека долгие годы изображали приятельские отношения, а на самом деле испытывали друг к другу отвращение. Просто общие знакомые, компании, дети дружат. Близко и тесно не общались, но частенько соприкасались то тут то там. И оба чувствовали, что сближение не нужно… А внешне были любезны и слыли приятелями. Но случайно допустили они неосторожность – оказались рядом плечом к плечу за столом у кого-то на торжестве, не придали этому значения да и выпили водки, чокаясь и близко улыбаясь друг другу.

А водка – это вам не кальвадос, не бренди и не бурбон, выпивая которые вполне можно сохранять политес и соблюдать ритуалы! К концу застолья обострила, проявила и усилила водка истинное отношение людей друг к другу…

– Чё ты лыбишься, а! Чему радуешься, тупица? То, что ты несёшь, я уже слушать не могу! – сообщает в итоге один другому.

– А хули ты слушаешь?! Я, сука, жду, когда же ты уже свалишь! – провозглашает другой.

И вот бьют эти два человека друг друга по лицам кулаками, ко всеобщему удивлению. Мол, как так, они же давние приятели!.. Бьют недолго. Повисают у них на руках жёны, которые, если бы выпили водки, сами вцепились бы друг другу в волосы.

Зато больше эти два человека не будут тратить времени и сил на изображение дружелюбия и уважения. Водка усиливает как иллюзии, так и правду жизни.

Это как в случае, когда человек полностью погрузился в переживание происходящих в мире политических событий… Каждую свободную минуту следил за новостями, читал официальные источники и оппозиционные, смотрел зарубежную аналитику и сидел в соцсетях… Когда выпадала возможность, встречался со знакомым депутатом или с бывшим своим одноклассником, который стал генералом… Черпал он от них так называемую закрытую информацию из первых рук. Нервничал страшно! А главное, пребывал в уверенности, что всё в происходящем понимает и видит лучше всех. Смотрел он политические ток-шоу и бормотал: «Да что они несут, идиоты! Все продажные, сволочи! А эти о чём вообще?! Что у них в головах?!» Всё он видел насквозь: и то, что творится у нас, и к чему клонит Китай, и чего добивается Америка, и куда катится Европа, и что замышляют на Ближнем Востоке. Со всеми спорил он с пеной у рта, сообщал истину в последней инстанции…

А тут очередные выходные… Давно пора съездить к родителям за город, помочь по дому да и вообще навестить… Не хотел, но поехал… Приехал к полудню… В родительском доме порядок и неизменный запах… Сел с отцом попить чаю, пытался завести с ним привычный политический разговор, да отец слушать не стал.

– Заканчивай агитацию, – сказал отец, – пошли! Мать, дай ему, во что переодеться!

Весь оставшийся день наводил он порядок в сарае, таскал из погреба сгнившую к весне картошку и морковку, латал крышу… К вечеру рубил дрова для бани. Потом парился с отцом. А потом сели за стол, выпили водочки, поели, ещё выпили, да всё молчком…

А после вышли, сели на лавочку у крыльца, отец закурил… Звёзд полное небо. Свежо, но не прохладно. Собака где-то далеко брешет… И стало вдруг человеку ясно-ясно… Увидел он, из-за какой чепухи так нервничал, какой ерундой интересовался всё последнее время, как глупо спорил он до хрипоты. Подумал он о том, где они, эти Америка, Китай, Европа, и какое им всем дело до его переживаний… И ему какое дело до Ближнего Востока? Открылась ему картина: вот дом, вот небо, вот отец и тишина… Отцу в этом мире понятно всё, а ему – ничего…

То, что стало понятно человеку, сидящему на лавочке возле крыльца отчего дома, оказалось бесконечно больше, чем то, что ему понималось накануне.

– Пойдём-ка, сынок, ещё по одной – и спать! Завтра дел невпроворот…

Вот как действует водка на нашей почве. Примеров не счесть. Вот ещё…

Расстраивался человек из-за того, что купил что-то, да переплатил или продал, да продешевил. А выпил он водочки, глядишь, и радуется тому, что проявил щедрость, а не мелочность.

Нравилась другому нашему соотечественнику женщина, но были у него какие-то сомнения… Выпил он с друзьями, стал говорить о ней, показал её фото мужикам и вдруг понял, что любит он её до беспамятства.

Или с детства хотел человек купить себе лодку, мечтал, но всегда понимал, что не нужна она ему. Нет в ней смысла. В городе только речушка, которая летом почти пересыхает, а до озера далеко, необходимо ещё и лодочный прицеп покупать… А тут наткнулся на объявление: продаётся лодка, такая, какую он хотел. Цена хорошая. Решил посоветоваться с приятелями. Выпили водки.

– На кой тебе лодка? Ты бы ещё самолёт купил! Ты где её держать будешь? – сказали все.

Выпили ещё. Выслушал человек всё. Выпил. Позвонил продавцу и сказал: «Беру!»

Или переполох в доме, сын объявил, что женится.

– Ты что удумал?! – кричит бабушка. – Сам ещё дитё!.. Куда ты её приведёшь?! Сюда?! Мне на голову посадишь?..

– Сынок! – заламывает руки мать. – Ты что, сдурел?! Тебе ещё учиться и в армию идти… Отец, объясни ему!!!

Уводит отец сына на кухню, достаёт из холодильника бутылку водки, выпивают по сто грамм мужчины… Отец сидит, играет желваками, хрустит кулаком, наливает, выпивают ещё…

– Ничего, сынок, – говорит он, – справимся!

Наливает отец по третьей.

– А она, сын, случайно, у тебя не беременная?

– Да, бать…

– Молодец!

Водка как нечто большее открывает в человеке потаённые масштабы, высоты и глубины… Разные. Всесторонние…

Сидит в человеке демон, выпил он водки – и вылезает из него дьявол. Был в человеке зверь – и превращает водка зверя в чудовище.

Но если есть в человеке душа… выпил он водочки – и явило сь ему и всем ВЕЛИКОДУШИЕ.

Content

Евгений Гришковец
Водка как нечто большее

Работа I Водка как личная наука

Работа II Водка и коллективная память

Работа III Водка и география

Работа IV Водка как нечто большее