Эйгор-II. В интригах

Глава I

Когда мозг отходит от первого шока, зову служащего ратуши и прошу принести нам горячего крепкого сорка вместо вина. После того как он удаляется, сразу же звучит голос Канса.

- Какого гхарга происходит? Кто убил регента? И почему Морна оказалась на престоле?!

Перевожу взгляд на сына хёрдиса, который явно изумлён не меньше меня и формулирую мысль.

- Дождёмся пока вернутся девушки, сами приведём себя в порядок и выясним, что именно случилось. Если регент действительно погиб, это в корне меняет ситуацию. Но важный момент - кто ещё был в курсе его намерений и станут ли они действовать самостоятельно.

- Либо обратятся к Морне. Которая вообще не должна быть сейчас у власти.

Похоже, сына хёрдиса, сейчас больше всего волнует вопрос престолонаследия. Время у нас всё равно есть, поэтому уточняю.

- А кто должен? У Ланца были сыновья?

- Один и он младше Морны, но дело вообще не в этом. По закону, регентом должен стать старший по возрасту и родству к погибшему императору. Сейчас, это Рихт Эйгор - двоюродный брат Ланца и Орвина, который жив и скорее всего находится в своём поместье. Он самый старший из всех, кого можно отнести к прямой линии наследования. Если Морна действительно собралась занять трон, то это может привести к открытому расколу.

После этих слов из двери появляется, закутанная в полотенце Сонэра, которая просит подать её с Айрин сумки. Первым поднимается Тонфой, но следом реагирует, чуть задержавшийся Джойл, отпихивающий аристократа плечом и быстро доставивший обе сумки к двери. Когда чуть покрасневший парень возвращается назад, сын хёрдиса с улыбкой заявляет.

- Ты в следующий раз предупреждай хотя бы о своих намерениях. У меня ранение всё-таки.

Здоровяк, сильно смутившись бормочет слова извинения, а Канс, уже открыто заливающийся смехом, машет рукой.

- Шучу я, шучу. Там царапина просто. Хотя, если кто-то будет интересоваться, можете рассказывать, как пуля прошила меня насквозь, но я продолжал отчаянно сражаться, уничтожая бунтовщиков, во славу империи.

Оглянувшись на вход в бассейн, чуть сбавляет градус веселья.

- Когда они уже выйдут? Не могу сидеть в неведении. Сейчас, наверняка вся империя бурлит, а мы застряли в этой ратуше, как идиоты.

Спустя пару минут желание Тонфоя исполняется и посвежевшие девушки в чистой одежде появляются в зале. Ещё минут десять у нас уходит на то, чтобы отмыться самим. Переодевшись, возвращаемся назад и обнаруживаем, что за столом сидит мужчина лет двадцати пяти, мило беседующий с Айрин и Сонэрой. Завидев нас, поднимается на ноги.

- От имени властей города, хотел бы предложить вам принять участие в сегодняшнем вечере, посвящённом памяти всех погибших в ходе мятежа подданных империи и успешному подавлению беспорядков. Мы будем крайне рады видеть там студентов Хёница, оказавших помощь гарнизону. В особенности, их самых прекрасных представителей.

Слышу, как рядом скрипит зубами Джойл. Да и я испытываю не самые позитивные чувства, когда этот парень проходится плотоядным взглядом по телу Айрин. Шагаю вперёд, а за спиной раздаётся сдавленный голос здоровяка.

- Пристрелить его, Орн? Или сжечь?

А он ревнивый малый. Опасаюсь, если они с Сонэрой действительно будут вместе - число смертей среди студентов Хёница, сильно вырастет. Поворачиваю голову назад, захватив взглядом хищное лицо Тонфоя, которому визитёр, видимо тоже не понравился.

- Только если попробует схватиться за оружие.

Перевожу взгляд на представителя ратуши, с чьего лица постепенно сползает улыбка.

- Мы не просто "помогли армии", а переломили ситуацию и спасли ваш город. Думаю, капитан Лекруа будет абсолютно не против, если мы заберём жизнь одного из клерков.

Парень делает шаг назад, беспомощно оглядываясь вокруг.

- Я же просто передал приглашение на бал, постаравшись сделать это учтиво.

Усмехнувшись, приближаюсь ещё на пару шагов.

- Действительно. При этом раздевая взглядом девушек, даже не подумав, что у них могут оказаться ревнивые партнёры, способные сжечь тебя заживо. В знак своих извинений, можешь рассказать всё, что тебе известно о ситуации в столице. Что там произошло?

Пару мгновений он раздумывает, потом, опасливо косясь на подошедшего к столу Джойла, начинает отвечать.

- Пока не так много информации - телеграммы газетчикам ещё продолжают поступать. Известно, что этим утром произошла магическая атака на императорскую канцелярию, во время визита туда регента. Погиб он сам и значительная часть руководства ведомства. Спустя час, его дочь Морна объявила, что в соответствии с желанием отца, занимает место регента, возглавив Норкрум. Ей уже присягнул пятый армейский корпус, новый глава императорской канцелярии и большинство министров правительства. Правда ничего не говорят о Генеральном штабе, но его могли просто не упоминать.

- Это всё? Что с Рихтом Эйгором? Он уже заявил о своих намерениях.

Чиновник, не отрывая взгляда от Джойла, что наблюдает за ним со зверским выражением лица, машет головой.

- Пока нет. Но уже есть первый эдикт, изданный от имени Морны. В нём она объявляет маркиза Ценхора вне закона, обвинив того в убийстве регента. Честно - я больше ничего не знаю. Если хотите - можете добраться до редакции газеты, они несмотря на ситуацию, уже готовят срочный выпуск. Вся информация от столичных корреспондентов, первым делом попадает к ним.

- Хорошо. Можешь идти.

Когда перепуганный клерк покидает комнату, оглядываю всех остальных. По-хорошему, надо бы обсудить ситуацию, но присутствие непосвящённой Сонэры, этому, по вполне понятным причинам, мешает. Первым голос подаёт Тонфой.

- К журналистам? Или полетим в Рэнх?

После короткого раздумья, отвечаю.

- В Рэнх. Ожидая свежих новостей, можно застрять тут надолго. А принимать решение нам придётся уже совсем скоро.

Замечаю чуть недоумевающий взгляд баронессы, явно не до конца понимающей, о чём я говорю. Впрочем, уточняющих вопросов девушка не задаёт и спустя пару минут мы покидаем здание ратуши, направляясь к станции дирижаблей. За квартал до неё нас догоняет унтер-лейтенант Кобер. Остановившись, пару секунд переводит дыхание.

- Капитан Лекруа, принявший командование гарнизоном, благодарит вас за помощь и уверяет, что вы всегда можете рассчитывать на ответный жест с его стороны.

Увидев моё непонимающее лицо, на мгновение запинается и решает исправиться.

- Если по простому - вы можете рассчитывать на ответную услугу с его стороны. Или моей, если вам вдруг понадобится что-то от унтер-лейтенанта. То, как именно вы помогли нам одержать верх, понравилось не всем, но главное - город спасён. Как и наши жизни.

Не знаю, что именно на это стоит ответить. Насколько я понимаю, капитан пригнал сюда Кобера только для того, чтобы известить нас о том, что за ним теперь долг, который мы можем запросить. Замечаю выразительный взгляд Айрин, обращённый на меня и понимаю, что надо как-то подтвердить факт того, что мы принимаем благодарность.

- Передай Лекруа, что если нам понадобится его помощь в чём бы то ни было - обязательно дадим знать. Как ситуация с остатками мятежников?

Лицо молодого офицера расплывается в довольной улыбке.

- Выдали своих лидеров и сдались. Бунт полностью подавлен.

Спустя мгновение он чуть мрачнеет и, уже не таким бодрым голосом, продолжает.

- Но в столице творится что-то непонятное. Мечутся, как керасы во время нереста. Так и до большой войны недалеко.

Судя по интонациям парня, сам он "большой войны" совсем не хочет, в чём я его прекрасно понимаю. Попрощавшись, двигаемся дальше к станции дирижаблей. А Канс, оглянувшись на удаляющегося в обратном направлении лейтенанта, озвучивает вопрос.

- Что бы такого попросить у армейского капитана? Всякие должники у меня бывали, но военных пока не встречалось.

Айрин, устало идущая рядом, тычет его кулаком в плечо.

- Вообще, это заслуга Орна. Если кому и требовать с капитана возврата долга, так ему.

Парень, покосившись на девушку, хмыкает, но тему всё-таки оставляет. На самой станции нас встречает шеф местного отделения транспортной компании, информирующий, что несмотря на ситуацию, наш дирижабль готов к вылету. Если быть более точным - тот, что зафрахтовал Канс, получил серьёзные повреждения. Но компания предоставит вместо него другой, не менее скоростной и комфортабельный.

Встретив хмурого Сонра, уже наслышанного о наших подвигах, загружаемся в выделенный нам аппарат и спустя двадцать минут поднимаемся в воздух, оставляя Свайлэд внизу. Дирижабль, по своим размерам явно превосходит тот, на котором летели Кронцы - кают-компания вдвое больше, а среди личных кают, имеются и двухместные. Когда официант с изрядно замученным лицом, интересуется, не нужно ли нам чего-то принести, устало переглядываемся, после чего отвечаем отказом. Как бы не хотелось сейчас обсудить ситуацию - информации, от которой можно отталкиваться, буквально крохи. А мы сильно вымотались и устали - всем нужен полноценный отдых. Путь до Рэнха займёт не меньше восьми часов - как раз есть шанс выспаться.

Отправившись на корму, разбираем каюты. Одну из трёх двухместных занимаем мы с Айрин. Вторую - Канс. В третью пытается сунуться Сонр, но сын хёрдиса преграждает ему путь и указав на дверь Джойлу, прожигает отпрыска барона презрительным взглядом до тех самых пор, пока он с угрюмым видом не скрывается за дверью одноместного "номера". Его сестра, бросив взгляд вслед Джойлу, тоже уходит в каюту и мы с Тонфоем, переглянувшись, отправляемся к себе.

Через минуту уже лежу в постели, обнимая посапывающую Айрин. Ко мне самому сон, несмотря на усталость, не идёт. Кто убил регента? Почему Морна решила узурпировать власть, если понимает, что это незаконно и вызовет соответствующую реакцию? И как с этим связан маркиз Ценхор? Его люди явились в Золотой зал, среди свиты девушки. Подозреваю, что на аристократа работала не только графиня, но и остальные люди из окружения дочери Ланца, которые схватились с офицерами императорской канцелярии. Сомневаюсь, что такой расклад мог стать возможным, без содействия со стороны самой Морны.

Отсюда вытекает сразу несколько вопросов. За счёт чего маркиз получил возможность влиять на принцессу? Действительно ли он убил регента или для девушки, это просто повод свести старые счёты? Может ли захват престола быть жестом отчаяния в попытке обезопасить саму себя? И ещё один, важный момент - насколько серьёзно все отнесутся к эдикту Морны? Если маркиз будет вынужден окопаться в своих владениях, уйдя в глухую оборону или его убьют, то наш альтернативный вариант действия сгорит синим пламенем. И придётся импровизировать.

Ещё минут пятнадцать лежу, пытаясь унять активность сознания, которое подбрасывает вариант за вариантом. В конце концов, получается одержать над ним верх и я отключаюсь.

***

Прихожу в себя от того, что Айрин приподнимается с постели, сжимая в правой руке револьвер. А потом и сам слышу слабый стук в дверь.

- Господа, мы подлетаем к Рэнху. Приготовьтесь к посадке.

Виконтесса сонным голосом подтверждает, что мы проснулись и служащий переходит к следующей каюте. Мы же, принимаемся одеваться. В процессе отдохнувшее тело явственно намекает на то, что неплохо было бы задержаться наедине с девушкой на несколько более длительный промежуток времени. Но если мы на подлёте к городу, лучше всё-таки воздержаться. Поэтому продолжаю одеваться, пытаясь успокоить бурлящие инстинкты.

С остальными встречаемся в кают-компании - все уже собрались здесь, рассевшись за столом. За иллюминаторами сейчас поздний вечер и виднеются ярко освещённые улицы большого города, к которому приближается дирижабль, а мы завтракаем яичницей с ветчиной, отпивая сорк. Канс, расположившийся слева от меня, едва слышно шепчет.

- Когда я поднялся, Джойл с баронессой уже были здесь. Мило ворковали за бокалом вина. Похоже, она положила глаз на нашего громилу.

Кошусь в их сторону и губы сами собой расплываются в лёгкой улыбке - оба на одном краю стола, а лицо Джойла напоминает кота, который только что получил возможность искупаться в сметане. Вот второй представитель Кронцев, напротив не в настроении - сидит, угрюмо уставившись в столешницу. Подозреваю, что продумывает план своей великой мести. Потенциально, это может стать небольшой проблемой при возвращении в Хёниц, но пока у нас есть куда более серьёзные причины для беспокойства.

Как раз успеваем разобраться с едой, когда дирижабль приступает к стыковке с причальной мачтой. Сделав ещё один большой глоток сорка, подхватываю сумку и вместе с остальными, отправляюсь к выходу.

Оказавшись внизу, сразу понимаю, что Рэнх, действительно намного больше, чем Свайлэд. Станция для дирижаблей больше похожа на громадное поле, уставленное мачтами, с одной стороны которого возвышается большое здание, явно предназначенное для обслуживания пассажиров. До него нас довозят на паровом дилижансе, по пути подбирающем группу пассажиров, недавно выгрузившихся из другого летательного аппарата. С интересом разглядываю салон, в котором мы едем - на улицах столицы я практически не бывал, а до поезда мы с Мойрницем добирались на конных экипажах. Так что, подобной техники я ещё не встречал. Как выясняется - везёт он вполне неплохо. Потрясывает - да, но от паровой техники я ожидал куда меньшего уровня комфорта. Конечно, вопрос в том, насколько использование таких машин привязано к магии. Если верить Свопку, артефакторы могут работать в том числе и с паровыми двигателями, увеличивая их эффективность. Сдаётся мне, что таким путём, можно серьёзно улучшить любой из образцов техники, работающей на пару.

Выбравшись из дилижанса мгновение стою на месте, разглядывая здание. Такого я тоже не ожидал - передо мной большой корпус, на пять этажей, со светящимися большими окнами. Несмотря на вечер, первый этаж заполнен снующими людьми - пассажирский поток здесь явно немаленький.

Поняв, что рядом стоит Джойл, тоже пялящийся на здание, осознаю, насколько странно это выглядит и шагаю ко входу, стараясь не сильно глазеть по сторонам. Хотя, остальные успели зафиксировать мою короткую заминку - замечаю презрительный взгляд со стороны Сонра и чуть задумчивый - от Тонфоя. Выматерившись про себя, стараюсь вести себя невозмутимо и приметив небольшую лавку, с прилавком заваленным газетами, направляюсь к ней. Усатый продавец, скользнув по мне взглядом, дежурно улыбается.

- Чего изволите, господин?

- Свежие выпуски, рассказывающие о ситуации в столице.

- О, понимаю. Только сошли с дирижабля, а тут такое. Сейчас все газетчики только и пишут, что о смерти регента и действиях его дочери. Если хотите посмотреть на ситуацию со всех сторон, я бы порекомендовал "Императорский Вестник" и "Вечерний Рэнх" - если вы о них слышали, то понимаете, что пишут они с абсолютно противоположных позиций.

Бросив взгляд на подошедшего Тонфоя, киваю усачу.

- Отлично, давайте их. В четырёх экземплярах.

Сын хёрдиса, усмехнувшись, добавляет.

- И ещё пару свежих номеров "Ночного Норкрума".

Продавец, подняв на парня взгляд, интересуется.

- А юному господину уже стукнуло девятнадцать?

Канс, чуть склонив голову, опускает руку на рукоять револьвера.

- Перед тобой студент Хёница, этим утром отправивший на тот свет не одну сотню мятежников в Свайлэде. Как ты понимаешь, мне исполнилось девятнадцать.

Не сильно напуганный мужчина, внимательно оглядывает нас.

- Так это вы, "герои Свайлэда", что помогли гарнизону подавить республиканский мятеж? Не врёте?

Вижу, что стиснувший зубы Канс, уже тянет из кобуры оружие и поднимая руку, останавливая его. А сам обращаюсь к продавцу.

- Всё верно - утро у нас выдалось не самое простое. А сейчас мы хотели бы купить газеты и уйти. Желательно не втягиваясь в многочасовые разбирательства с полицией из-за трупа продавца, с простреленной головой. Мой друг очень чутко реагирует на заявления о лжи.

Наконец, выдохнувший воздух Канс, глухим голосом добавляет.

- Потому что это оскорбляет дом Тонфоев. Мы не лжём о такой мелочи, как возраст.

Человек за прилавком явно собирается что-то ответить, но в последний момент передумывает и протягивает нам собранные газеты.

- Бесплатно. В знак признательности за вашу помощь армии.

Удивлённо забрав газеты, разворачиваюсь, удаляясь прочь. А рядом шипит разъярённый сын хёрдиса.

- Как же! "За вашу помощь армии"! Просто испугался, что я его пристрелю на месте. Рицерово отродье! Обвинить меня во лжи из-за возраста!

Покосившись на приятеля, с невинным видом интересуюсь.

- А что, хёрдисы не лгут?

Тот морщится, с укором смотря на меня.

- Ещё как. Но в важных вопросах. Если бы речь шла о дипломатических переговорах, кредитах, заговорах или на худой конец, обещании жениться - я бы и слова не сказал. Но предполагать, что Тонфою придётся завышать свой возраст ради покупки газетёнки? Да мне её продают, с шестнадцати лет, не задавая вопросов!

Усмехаюсь его градации и разбивке вариантов вранья по категориям, но мы уже добираемся до остальных и повторный подкол становится несколько неуместным. К тому же, парень похоже не понял и первого, приняв его за чистую монету.

Спустя десять минут, мы уже оказываемся на входе в гостиницу, занимающую весь четвёртый этаж здания. Арендуем номера и договорившись через час встретиться с Кронцами, расходимся. Впрочем, сами тратим время только на то, чтобы оставить в комнатах вещи. И расположившись за столом в небольшом холле, что встречаются через каждый пять номеров, погружаемся в чтение.

Глава II

Перелистывая газеты понимаю, почему продавец обмолвился про "абсолютно разные позиции" - взгляд на ситуацию у двух редакций, действительно противоположен. "Императорский вестник" явно находится под контролем лиц, поддерживающих Морну. Здесь и большая разгромная статья о Ценхоре, которого обвиняют во всех возможных грехах, и разоблачение главы Генерального штаба с упоминанием троих молодых любовниц - этим днём, заслуженный маршал империи отправлен был в отставку и по сути, помещён под домашний арест. Место главного штабиста империи занял бывший командир пятого корпуса, первым присягнувший на верность новому местоблюстителю престола.

Есть даже фотография развалин замка Ценхора, который был уничтожен боевыми драконами, после чего его руины взяла под контроль расквартированная поблизости армейская бригада. В газете утверждается, что сам "подлец и предатель" погиб во время удара с воздуха, получив "справедливое возмездие". По соседству - заметка о том, что старый Оттефер первым из хёрдисов отправился в столицу, чтобы принести свою присягу Морне. Из семи герцогов, первым свою клятву верности подтвердил Льес Тохра, уже находящийся при дворе.

В этом же выпуске опубликован второй эдикт Морны в качестве регента - о расширении прав вольных городов империи, с которых теперь снимается ограничение на численность городской полиции и разрешается формировать добровольные дружины для поддержания порядка. Не совсем поняв, перечитываю текст ещё раз - о городах с таким статусом я пока не слышал.

О гибели регента - только некролог, размещённый на первой же странице. Погиб в результате магической атаки на здание императорской канцелярии, вместе с группой офицеров разных чинов. Никакой конкретики и предположений.

Открыв "Вечерний Рэнх" сталкиваюсь с совсем иной подачей информации. В первой же статье приводится список армейских корпусов, с пометкой напротив тех командиров что публично подтвердили свою верность Морне Эйгор. Из длинного перечня, таких всего три - пятый, одиннадцатый и пятнадцатый, чьи командиры не так давно были заменены на максимально лояльных Ланцу офицеров. Помимо них, переприсягнули только бригады столичного гарнизона и гвардейское драконье крыло, которое и утюжило замок Ценхора.

Про самого маркиза тоже имеется развёрнутая статья. По информации журналистов, аристократа не было в замке. Да и в целом - здание пустовало. Ни магов, ни гарнизона, ни прислуги. Именно по этой причине его вышло так легко уничтожить, не встречая сопротивления. А Ценхор ускользнул, растворившись на просторах империи. Вместе со своими ближайшими соратниками и членами семьи.

Упоминается командир семнадцатого танкового корпуса, который по данным репортёров, уже сделал заявление о том, что должен возглавить империю и спасти страну от гражданской войны. Пока, только среди узкого круга своих офицеров, но слова корпусного командира, которого многие считают бастардом Сорэса Эйгора и незаконнорождённым братом Ланца, уже ушли в народ и теперь у него не так много вариантов - либо уйти в почётную отставку, извинившись перед Морной, либо начинать вооружённое восстание.

Оттефер же, по мнению журналистов “Вечернего Рэнха” едет на присягу не по причине верноподаннических чувств, а из-за неких тайных договорённостей между ним и Морной. Что касается остальных хёрдисов, то пока никто из них не проявил желания отправиться ко двору. Более того - некоторые, весьма критично высказывались о бардаке, творящемся среди императорской фамилии. А Скорс якобы и вовсе обозначил идею о необходимости смены правящей династии. Менее резкие мнения озвучили Кеннот и Релье, призвавшие к созыву Большого дворянского собрания, на котором нужно будет определиться с кандидатурой нового регента при малолетнем принце Керьо.

О Рихте Эйгоре, который по закону должен был занять место Ланца, у газетчиков нет практически никакой информации. Даже место его пребывания - загадка, в статье имеются только набор предположений. Причины, по которым двоюродный брат Ланца, пока хранит молчание - тоже непонятны.

Ответ от Хёница, руководство которого должно прибыть для обновления договора, пока тоже не поступало, хотя запрос был отправлен Морной почти сразу после гибели предыдущего регента.

Единственная хорошая новость для дочери Ланца - это подконтрольность императорской канцелярии и правительства, почти все министры которого уже признали девушку новым правителем Норкрума.

Убийству Ланца Эйгора посвящена большая статья, в которой разбираются варианты обхода защиты здания императорской канцелярии, которое считалось одной из самых защищённых построек в империи, за исключением Хёница и дворца правителя Норкрума. Самая вероятная, с точки зрения репортёров версия - наличие сообщника внутри, смогшего каким-то образом пронести туда артефакты, которые помогли организаторам атаки "вскрыть" защиту канцелярии. В качестве подтверждения этой теории, газета приводит тот факт, что оказалось разрушено только часть крыла здания, где регент встречался с офицерами и служащими министерств.

Второй, наиболее вероятный, по мнению журналистов, вариант - использование неизвестной магии, с которой оказались незнакомы маги, выстраивавшие защиту здания. Предположений по поводу того, кто мог таковую использовать - множество. От потомков схоров или подгорных народов, стремящихся отомстить человечеству, до подполья Хёница, желающего полной независимости университета. В этой же статье приводится список погибших при убийстве Ланца Эйгора, который я с интересом изучаю. Помимо самого регента, в нём глава канцелярии, руководители трёх её департаментов, шеф службы магического надзора, глава военной контрразведки с начальниками двух её отделов, один из бригадных командиров пятого армейского корпуса и советник императора. Тот самый, что курировал моё лечение и отправку в Хёниц. Довольно странный набор.

Если отталкиваться от духа выпуска "Вечерного Рэнха", то рисуется образ бурлящей державы, оказавшейся на грани раскола. Морна контролирует лишь столицу и небольшую часть армии, а все остальные активно готовятся к открытому конфликту. Принимаюсь по второму разу перечитывать статьи, когда слышу смех Канса - парень едва сдерживается, чтобы не расхохотаться в полный голос. Опустив газету, смотрю на него поверх и он разворачивает мне своё чтиво - выпуск того самого "Ночного Норкрума", из-за которого сцепился с продавцом. На развороте - детализированный рисунок, весьма красочно изображающий процесс соития призванного Эйкаром крылана и дочери Ланца. Сам призрак, зависший за плечом Тонфоя, презрительно морщится.

- В наше время, развлекались, создавая копии императриц, а теперь вон - на картинки пялятся и довольны. Рицерова молодёжь, куда катится мир.

Айрин, тоже бросившая взгляд на изображение, хмурит брови.

- Лучше бы делом занялся, Канс. Нам нужно что-то решить и чем быстрее, тем лучше.

Сын хёрдиса с трудом приглушает свой приступ веселья и пожимает плечами.

- Так тут и так всё понятно - Морна не удержится. Из всей армии, преданной Ланцу, ей верны только три армейских корпуса, да гвардейское крыло драконов. Недоумков из столичного гарнизона, в расчёт можно не брать - эти только на парадах маршировать горазды, в форме с золотыми пуговицами. Сейчас, её может скинуть кто угодно - от коалиции нескольких хёрдисов до того танкиста, что считает себя бастардом императора. Думаю, нам можно даже не соваться в этот пчелиный улей - последствий всё равно не будет.

Виконтесса морщит лоб.

- А Оттефер? Императорская канцелярия? Герцог Тохр? Или ты думаешь, что они просто отойдут в сторону?

Тонфой, отложив в сторону газету и возвращаясь в своё обычное состояние меланхолии, поворачивается к девушке.

- Канцелярия, считай обезглавлена - все доверенные лица, которых назначил сам Ланц, мертвы. Оттефер - хитёр, иначе бы не дожил до своих лет. Просто так, он рисковать своим положением не будет, а предложить ему Морне нечего. Вот с герцогом сложнее - если он действительно дал присягу, то у него нет выбора. Но владения Тохра на востоке и его солдаты будут вынуждены маршировать через половину империи. Максимум - он сможет перебросить какое-то количество дирижаблями. Не думаю, что это серьёзно повлияет на расклад сил.

- Если у Морны хватит мозгов, то она быстро наведёт порядок в канцелярии. В конце концов, это бюрократическая структура - заменит десятка два винтиков на лояльных себе людей и весь механизм окажется под её контролем. Что быстро охладит немало горячих голов. Всё, что ей нужно - продемонстрировать свою власть, сняв с плеч десяток голов. В первую очередь, наведя порядок среди армейского командования. А после того, как военные начнут выполнять приказы нового регента, к ней потянутся все герцоги, за которыми последует и большинство аристократов.

Судя по лицу Айрин, она не осознаёт, как можно не понимать очевидных фактов. А вот Тонфой пытается продолжить спор.

- Для начала нужно, чтобы канцелярия начала выполнять приказы на практике, а не сочинять отчёты. Даже, если у Морны выйдет подчинить её себе - далеко не факт, что это позволит выкрутить руки всем корпусным командирам. Если семнадцатый пойдёт за своим командиром, к нему могут примкнуть и другие. А если и нет - вовсе не обязательно, что они примут сторону девчонки, что провозгласила себя регентом в нарушении закона. И ты забываешь о Рихте Эйгоре - у него есть права на власть и он вполне может призвать армию к подчинению. Да, среди офицерского корпуса он не так популярен, как его двоюродный брат, но по закону, именно он должен быть регентом.

Откашливаюсь, привлекая к себе внимание обоих спорщиков, за которыми с выражением неподдельного удивления на лице, наблюдает Джойл.

- Вариантов развития ситуации множество. И любой из них может воплотиться в реальность. Вы упускаете два момента - первый, это личности тех, кто прикончил Ланца, вместе с группой преданных ему людей. Кто бы это ни был - если он добрался до него, то может нанести удар и любому из высокопоставленных должностных лиц империи. Или начать убивать хёрдисов. Мотивы убийц пока непонятны - трудно судить о том, что они станут делать дальше. И второй - цель нашей поездки. Сложно сказать, как развернутся события дальше, но на мой взгляд, Морна на какой-то промежуток времени удержит власть. А, как верно сказала Айрин, императорская канцелярия - бюрократическая машина. Если я не явлюсь к новому регенту, меня автоматически запишут в списки разыскиваемых преступников Норкрума. Что затруднит, как обучение в Хёнице, так и дальнейшую жизнь в целом.

Эйкар парящий в стороне, фыркает.

- Тело мне нужно - вот, что действительно важная задача. И потом посмотрим, кто из магов рискнёт выйти против старого Эйкара.

Скашиваю глаза в его сторону, но среагировать не успеваю - начинает говорить Джойл.

- Я пока не очень хорошо всё понимаю, но Морна эта, видать ничего о тебе не знала, на балу, правильно? Мыслю, и сейчас не ведает. А прошлый регент и маг этот его - померли. Вместе с кучей людей, что к нему близки были. Может, теперь и в дворец можно отправиться без опаски?

Киваю здоровяку.

- Возможно, всё так и есть. Но, если кто-то из числа бывших в курсе моей личности уцелел, то наверняка всё доложил Морне. И она примет соответствующие меры, после моего прибытия в столицу.

Канс слабо усмехается.

- Или спихнёт на твои плечи весь этот бардак, вручив корону империи.

- В любом случае, нам нужна дополнительная информация. А сроки появления при дворце истекают через полтора дня.

Повернувшись к Айрин, осторожно интересуюсь.

- Твой отец может быть в курсе происходящего среди властной верхушки?

Та мгновение раздумывает.

- Я уже говорила, что у него есть приятели в канцелярии. Как и в министерствах. На таком посту не обойтись без рабочих контактов. Но не думаю, что получится выяснить у него детали такого вопроса через телеграф.

- Что, если мы с ним встретимся? На территории столицы или где-то поблизости?

Девушка, прикусив губу, смотрит на меня, о чём-то размышляя. Потом согласно кивает головой.

- Если ты уверен, что хочешь с ним увидеться - думаю, это можно организовать. Только сам будешь придумывать, как сформулировать ему вопрос про погибшего наследника престола. И не удивляйся, если он будет немного зол - сам понимаешь, мне придётся кое-что рассказать о нас, чтобы встреча состоялась.

Краем глаза вижу, как на меланхоличном лице Тонфоя появляется лёгкая улыбка и пару секунд пытаюсь проанализировать слова девушки. В них точно кроется подтекст. И судя по всему, совсем не тот, что лежит на поверхности. Впрочем, другого варианта получить какие-то данные о ситуации во дворце, я не вижу, поэтому чуть наклоняю голову.

- Хорошо, я сам продумаю варианты беседы. В качестве причины для встречи можешь озвучивать, что угодно - только предупреди меня, перед тем, как мы окажемся с ним в одной комнате.

Девушка лукаво улыбается, а ухмыляющийся Канс тыкает в одну из заметок "Вечернего Рэнха".

- Тут кстати и о нас написали. Правда совсем немного.

Тоже беру в руки газету и действительно вижу небольшую статью о республиканском мятеже в Свайлэде, подавленном при помощи группы студентов Хёница, имена которых не удалось выяснить. Всё, что известно - это были первокурсники, как минимум пара из которых, являлись аристократами. В последних строках упоминается, что для победы над мятежниками были использованы ожившие мертвецы и это напрочь перепугало всё население города, которое теперь боится выходить на улицы.

Когда кладу газету обратно на стол, Тонфой с лёгкой печалью в голосе, спрашивает.

- Сволочи, да? У меня, если что, никто и не спрашивал фамилию - она там ни одному рицерову придурку не была нужна. А теперь, её видите ли не "не удалось выяснить".

- Возможно, оно и к лучшему. Меньше данных о нашем маршруте.

- Те, кому нужно, уже в курсе, что мы были в Свайлэде. Вот о том, что мы прибыли в Рэнх, они могут пока не знать - я попросил капитана пару часов подождать с докладом о своём прибытии. Так что, у нас есть время допить сорк, известить Кронцев и убраться отсюда в другой район города. А там, пусть ищут - без помощи местной полиции, нас всё равно не обнаружить.

Виконтесса бросает на парня неодобрительный взгляд.

- Ты уверен, что капитан действительно задержит доклад на два часа?

Сын хёрдиса с невозмутимым видом кивает.

- Я заплатил ему. И его помощнику, попросив одного убить другого, если один из них нарушит уговор. А ещё, от имени дома Тонфоев пообещал вырезать всю их родню до третьего колена, если рискнут продать информацию куда-то на сторону. Уверен - у нас ещё есть время.

Молча покачав головой, поднимаю чашку сорка, делая щедрый глоток. О том, что нас легко вычислить, просто связавшись с компанией в Свайлэде я не подумал. С другой стороны, информацию может отправить и кто-то из Рэнха, если ему назовут дирижабль, который необходимо отслеживать. Переведя взгляд на довольного собой Канса, озвучиваю простой вопрос.

- А если кому-то на станции в Рэнхе передали бортовой номер дирижабля и попросили сообщить, как только таковой появится?

Наблюдаю за тем, как ухмылка быстро сползает с лица аристократа, а сам он машинального оглядывается по сторонам. Судя по мимике, парень просто не знает, что ему сказать, поэтому пожав плечами, продолжаю.

- Не злись на себя так сильно. Я в этом дворцовом водовороте и вовсе забыл о слежке. Но в любом случае, отсюда надо выбираться.

Поднимаемся из-за стола и спустя пару минут уже стоим в коридоре с сумками в руках. Визит вежливости к Кронцам занимает ещё минуту-другую - Сонэра выглядит изрядно расстроенной нашим спешным отъездом из отеля и даже порывается присоединиться, от чего её с трудом удерживает Айрин. Судя по изящному платью с глубоким декольте, баронесса вполне могла планировать наладить тесный контакт с Джойлом. Сам парень, мягко говоря, тоже не рад ситуации. Но выбор у него, как и у всех остальных, отсутствует.

Закончив беседу, спускаемся на первый этаж, где Эйкар проводит разведку местности. После того, как призрак сообщает, что очевидной слежки не обнаружено, отправляемся на улицу, где забираемся в один из стоящих около здания кэбов. Тут есть и паровые автомобили, но по словам Канса, они куда менее распространены и за счёт этого приметны. А вот кэбов полно - при необходимости мы сможем не раз поменять экипаж на улицах Рэнха, отрываясь от слежки.

В ответ на вопрос кучера о том, куда мы направляемся, Тонфой бросает "Пока прямо" и мы трогаемся с места.

Глава III

Кэбы на улицах Рэнха мы меняем трижды. Эйкар утверждает, что слежка отсутствует, но предпочитаем перестраховаться. Кучера последнего из них, взятого ближе к окраине, Тонфой просит отвезти нас в какую-то гостиницу средней руки, где не принято болтать о клиентах. Мрачный мужчина с хмурым помятым лицом, сначала производит двойственное впечатление, но по пути пытается исправить это, завязав беседу и несколько раз выдавливая из себя улыбку. На вопрос о том, что мы делаем в городе, Канс не находит ничего лучшего, чем представиться компанией из столицы, приехавшей в Рэнх развлечься. Наш возница в отчет выдаёт что-то неразборчивое - мол, правильно сделали и таких заведений, как в Рэнхе, не сыскать больше нигде в империи.

Спустя четверть часа, останавливаемся перед трёхэтажным зданием с чуть зеленоватыми стенами, застывшим между двух, сурового вида домов с разбитыми окнами. Спрыгнув на землю, подаю руку Айрин, а сверху слышится голос кэбмена.

- С вас двадцать ноллов.

Тонфой, спрыгнувший на брусчатку с другой стороны, чуть удивлённо уточняет.

- А не многовато за такую поездку?

- В самый раз. Вам же была нужна гостиница, в которой не станут болтать? Вот в этой про вас точно никто ничего не скажет. Тётушка Сэмма своих постояльцев никому не сдаёт.

Судя по его тону, он уверен, что мы едва ли не скрываться сюда приехали, кого-то перед этим убив. Обмениваемся взглядами с Кансом и он отдаёт вознице пару ассигнаций по десять ноллов. Это обозначение мелкой денежной единицы - пятьдесят один нолл равен одному лару. С учётом высокой стоимости последнего, в быту чаще всего используются, как раз ноллы.

Когда подходим к двери, изнутри её предупредительно распахивает местный аналог швейцара - пухлый увалень, изображающий поклон. На момент остановившись, шагаю дальше, попадая в небольшой холл, залитый тёплым светом нескольких газовых ламп. Навстречу выплывает полная женщина в зелёном платье, на лице которой немедленно появляется дежурная улыбка.

- Рада приветствовать вас в нашей гостинице, господа. О, и прекрасная юная леди. Какие номера изволите снять?

Видимо, это и есть тётушка Сэмма. Бросив взгляд на Айрин, озвучиваю наши пожелания.

- Один номер на две персоны и ещё два одноместных.

Женщина перемещается за стойку, что находится справа от меня.

- Двухместный - с одной кроватью или двумя?

На этот раз отвечает сама виконтесса, подошедшая к стойке.

- С одной. Большой и удобной кроватью.

Улыбка на лице женщины становится ещё шире.

- Понимаю, дорогая моя. Где ещё можно позволить себе всё, как не в Рэнхе - городе свободы и удовольствий. Филп отведёт вас в ваши номера на втором этаже, а я пока подготовлю свой фирменный чай и пирог с лесными ягодами. Вы уж не обижайте старую тётушку - спуститесь вниз, отведайте угощение в знак нашей доброй традиции.

Заверяем её, что обязательно придём, после чего по скрипучей лестнице поднимаемся наверх, следуя за пухляшом, что открывал нам дверь. Канс норовит немедленно расплатиться, но Сэмма настаивает, чтобы мы сделали это при выезде из гостиницы. Сумма за все четыре номера - один лар и двадцать ноллов.

Разойдясь по комнатам, приводим себя в порядок. Номера, с учётом района, где располагается гостиница, действительно неплохие. Айрин сразу же прыгает на кровать, проверяя матрас и судя по её выражению лица остаётся довольной результатами теста. По очереди посещаем ванную, где я с некоторым удивлением обнаруживаю наличие водопровода и канализации - похоже, первая оценка технологического развития этого мира, была несколько заниженной. Да, бензинового двигателя у них ещё нет, но вот дирижабли развивающие скорость до ста лиг в час имеются. Как и относительно продвинутый транспорт.

Выйдя в коридор, сталкиваемся с Тонфоем, оглядывающемся по сторонам.

- Для такой дыры - вполне сносно. Правда, других постояльцев не слышу - видимо не пользуется её гостиница спросом.

Прислушавшись, понимаю, что помимо напевания тётушки Сэммы, доносящегося с первого этажа, иных звуков действительно нет. Из стены показывается Эйкар, зависший рядом со мной.

- Больше тут и правда никого - весь третий этаж пуст, а второй вы считай полностью заняли.

Пересказываю его слова остальным, пока мы идём к лестнице и Канс, пожав плечами, комментирует.

- То-то она такая вся из себя радушная - клиентов не хватает.

Айрин молча идёт рядом, взяв меня под руку, а Джойл не прекращает шарить взглядом вокруг, слегка нервничая из-за оставленной в комнате винтовки.

Спустившись вниз обнаруживаем, что хозяйка небольшого отеля уже заканчивает накрывать стол в небольшом помещении, сразу за холлом. Судя по обстановке, здесь обычно завтракают постояльцы. Сейчас же, на одном из столов выставлены четыре чашки с чаем и небольшие тарелки с кусками пирога. Женщина, обернувшись на звук шагов, довольно улыбается.

- Угощение готово. Если кому-то понадобится добавка пирога или новая чашка чая - дайте знать, колокольчик оставляю прямо на вашем столе.

Всё с таким же сияющим лицом уходит к стойке, оставляя нас одних и мы рассаживаемся на стульях. Канс с лёгким подозрением понюхав пирог, откусывает небольшой кусок и прожевав, цокает языком.

- А неплохо - ей бы лучше пироги печь, а не гостиницей заниматься.

Джойл, покосившись на аристократа вонзает зубы в угощение, а я делаю глоток чая. Травяной, слегка сладкий и весьма недурственный. За следующую пару минут мы полностью уминаем предложенный пирог и откинувшись на стульях, наслаждаемся чаем.

- Утром надо будет найти телеграф и связаться с отцом. Сразу же, как договоримся о месте встречи - выезжаем в Схердас. А дальше, дело за тобой, Орн.

Виконтесса с лёгкой улыбкой тычет меня в бок локтем и я усмехаюсь в ответ. Канс же слегка, морщится.

- Думаешь его переписку не отслеживают? За каждым из высокопоставленных служащих приглядывает кто-то из канцелярии.

Мэно кивает ему.

- Да, седьмой департамент всегда бдит - оттого его офицеров и ненавидят абсолютно все в империи, включая коллег. Но у нас с отцом, со времени жизни в доме Сомвеля, есть свои обозначения для некоторых мест. А от наблюдения, он думаю как-то сможет оторваться - не зря же командует разведкой.

Канс слегка ухмыляется, а вот Джойл, только что допивший чай, поднимает на нас обеспокоенные глаза.

- Как-то странно я себя чувствую. Вроде и в норме всё, но ощущение, как будто забродившего рицерова молока хлебнул.

В следующую секунду здоровяк пытается встать и я понимаю, что он едва держится на ногах - покачивается, оперевшись рукой на угол стола. Второй, тянет из кобуры "Стинни". Напротив раздаётся голос сына хёрдиса.

- Гхаргового дерьмо - как я сразу не подумал! Чаёк она нам изволила, предложить видите ли. А пулю в голову это гхархово отродье не...

На последних словах, аристократ прерывается, с грохотом завалившись на пол при попытке подняться. Вижу, как неуверенно шагнувший вперёд Джойл тоже заваливается вниз, а из стены показывается призрак.

- Там эта хозяйка гостиница с какими-то артефактами возится. Вы бы лучше...

На момент замолкает, обозревая ситуацию и яростным голосом продолжает.

- Что же вы за тупоголовые рицеры такие?! Куда не сунетесь - везде вляпаетесь! Орнос - сейчас я тебе нотную связку продиктую, примени на себе или ком-то из этих олухов, на время должно привести в чувство. Противоядие из хозяйки сами вытащите.

С трудом поворачиваю голову чуть в сторону, понимая, что тело отказывается меня слушаться. В поле зрения попадает Айрин, голова которой клонится к столу и я усилием отодвигаюсь назад, прижавшись спиной к стене, около которой расположен стул. Так, я смогу видеть призрака и всех остальных. Не уверен, что получится верно направить действие нотной комбинации, если глаза будут упёрты в стол.

Впрочем, через мгновение, я понимаю, что план Эйкара не сработает - струна не желает откликаться. Пробую снова и снова, постепенно впадая в состояние лёгкой паники. Если это обычная отрава, то как она "отключила" струну? А если яд целенаправленно создан для магов, то кто тогда хозяйка гостиницы? И почему она решила нас прикончить. Или всё это и есть операция императорской канцелярии, которая так ловко заманила нас в ловушку?

Рядом орёт Эйкар, требуя от меня немедленно задействовать связку, которую призрак диктует уже в третий раз. Ответить ему не могу - губы тоже не слушаются. Правда и каких-то негативных ощущений, не считая полной парализации тела и отказа струны, нет.

Со стороны холла слышатся шаги и спустя мгновение, перед моими глазами возникает тётушка Сэмма, всплёскивающая руками.

- Как вы быстро со всем управились, вот молодцы. Ну как, понравилось моё угощение? Вкусно ведь было, правда?

Момент стоит, рассматривая нас. Потом откуда-то из складок платья достаёт серый камень в металлической оправе.

- Что же вы, думали старая Сэмма не распознает магов? Студенты Хёница - самая лакомая добыча. Давненько вы мне не попадались. А сейчас посмотрим, кому выпадет судьба стать нашей едой, а кто отправится дальше по маршруту.

Первым делом наклоняется к Джойлу и я вижу, как камень в её руках меняет свой цвет - по нему пробегают зелёные полоски, а внутри появляется лёгкая пульсация, тоже зеленоватого цвета. Хмыкув, женщина перемещается к Тонфою, который вне моего обзора. А потом и к Айрин - приближенный вплотную к виконтессе камень принимается мерцать красным. Последним, добирается до меня и удивлённо смотрит на артефакт, озаряемый красными и синими сполохами.

- Интересно. За тебя я пожалуй, запрошу двойную цену, красавчик. А на ужин у нас будет бедро вот этого здорового парня. Повезло в этот раз - самый дешёвый оказался самым упитанным.

Развернувшись в сторону входа, принимается орать.

- Филп, куда ты там пропал?! Оттащи самого крупного на разделку и вырежи мяса из бедра. Только не как в прошлый раз - чтобы он не сдох от потери крови, ясно?! Не собираюсь жрать тухлятину.

Пока она кричит, лихорадочно думаю, что предпринять. Струна не работает, тело меня не слушается. Единственный, кто сохранил свободу перемещения - Эйкар. Но от призрака мало толку. Кричать он уже перестал, поняв, что я всё равно никак не реагирую и теперь просто наворачивает круги по комнате, с мрачным видом наблюдая за ситуацией. В момент, когда в комнату входит помощник Сэммы, старый маг останавливается напротив меня.

- Не знаю, чем точно она вас вырубила, но это какой-то алхимический рецепт, не дающей запустить вибрацию струны. Ты же помнишь - у тебя ещё остался айван, который может сработать. Знаю - вас пока учили обращаться с талантом, только используя струну. Так проще всего. Но айван действует и с неподвижной струной - это же её внутренняя суть. Понимаешь? Ты можешь его использовать! Просто постарайся! Делай всё, как обычно, только без движущейся струны.

Когда через мгновение передо мной показывается пухлая туша Филпа, который хватает Джойла за руки, понимаю, почему Эйкару пришла в голову мысль об использовании моего таланта - парень прямо на ходу дожёвывал какой-то бутерброд с мясом.

Пытаюсь запустить айван в действие и дотянуться до хлеба, имеющегося в желудке парня. Ощущения, пожалуй такие же, как при попытке пройти по известному маршруту с завязанными глазами. Вроде бы и знаешь, что перед тобой, но при этом всё равно не по себе от того, что ничего не видишь. Когда седьмая или восьмая по счёту попытка, заканчивается полным провалом, начинаю думать, что ничего не получится, а сбоку снова звучит голос призрака.

- Давай, Орнос! Или ты хочешь, чтобы этого крестьянского парня сожрали, а вас троих продали непонятно кому?! Вас же наверняка пустят на материал для какого-то ритуала или сотворят, что похуже. Хочешь смотреть, как обнажённое тело твоей красотки будут резать по кускам?! Давай, рицеров гребень, действуй!

Сложно сказать, что действует - картина, которую пытается обрисовать призрак или опыт, приобретённый за время всех неудачных попыток, но спустя пару мгновений у меня получается. Теперь я чувствую все тестовые изделия поблизости - айван, как мне кажется, работает куда эффективнее, чем на занятиях с Тесконом.

Секунду ничего не предпринимаю, свыкаясь с новыми ощущениями. А потом тянусь к хлебу, который находится в желудке пухляша. Сбиваю тесто в подобие небольших наконечников, спрессовывая и засушивая его. Закончив, разом вонзаю три получившихся конструкции в стенки желудка. Сразу после этого, с левой стороны от меня слышится крик Филпа и звук брякнувшегося на пол тела - похоже он уронил Джойла. Толстяк хрипит и стонет, ругаясь на непонятном мне языке, а около входа в комнату слышится звук шагов владелицы гостиницы.

Надо отдать ей должное, она довольно быстро разбирается в ситуации. Подтащив за руку парня, останавливается рядом с нашим столом.

- Кто из вас, керасовы дети, мучает моего племянника?! Не прекратите - я начну резать ваши глотки! Понятно?!

Вытащив дротики из ран в стенках желудка парня, провоцирую новую порцию стонов, сразу после которых опять пускаю "оружие" в ход. Тот скривившись, опускается на колени, схватившись за своё необъятное брюхо, а Сэмма тянется рукой к поясу на котором висит короткий нож. Переключаю своё внимание на неё, но тут меня ждёт разочарование - в желудке совсем крохи непереваренного теста. Слепить из него что-то острое я могу, но вот получившийся размер объекта точно не позволит нанести значимое ранение.

Пока раздумываю как поступить, она уже достаёт оружие и поворачивается в сторону, собираясь подойти к Джойлу. Пока не потерял её из поля зрения, делаю первое, что приходит в голову - превращаю засохшую булку на дальнем столе в небольшой спрессованный шар и запускаю им в её затылок. Стоило бы слепить что-то острое, но опасаюсь, что она успеет удалиться на достаточное расстояние, чтобы полностью пропасть из моего обзора, тогда прицеливание будет сильно затруднено. Шар же - самый простой вариант конструкции, который можно использовать.

Когда "снаряд" врезается в затылок женщины, та с неожиданной прытью разворачивается, выставляя перед собой нож. Увидев зависший в воздухе шар из теста, секунду оторопело смотрит на него, а потом внезапно разражается хохотом.

- У кого-то из вас придурков, айван, управляющий хлебом? До чего вы стали жалкие за последние полсотни лет. Думаете тётушку Сэмму остановит кусок летающего теста?

Пока она говорит, пытаюсь придумать, что делать дальше. Я чувствую, что в холле и других помещениях есть ещё хлеб, но задействовать его не получается - слишком далеко. Буквально на самой границе охватываемой мной площади. Значит придётся работать с тем, что есть.

В голове появляется спонтанная идея и я формирую из теста блин, бросая его прямо на лицо женщины. Та ловко взмахивает ножом, пытаясь поймать и отбросить тесто в сторону, но я прямо в полёте разделяю его на мелкие части и удар проходит практически вхолостую - она отбрасывает только несколько кусочков, врезавшихся в её руку. Остальные облепляют её лицо, заставив отшатнуться назад и приняться отрывать их левой рукой. Пока тётка занята тем, что по одному отшвыривает в сторону тонкие куски теста, я "расплавляю" большую их часть, до состояния совсем жидкого теста, заливая верхнюю часть лица. А из тех, что уже отлетели в сторону, создаю два миниатюрных дротика. По своим размерам - совсем небольшие, но, как я надеюсь - этого должно хватить. С левой стороны, куда отполз на четвереньках Филп, доносится его сдавленный голос.

- Осторожнее! Он прямо перед тобой делает...

Договорить племянник не успевает - оба дротика, мелькнув в воздухе, вонзаются в глаза тётушки и та оглашает комнату диким воплем. Отбросив нож, прижимает обе руки к лицу, а я отвожу всё тесто назад, убирая от её кожи и выдёргивая импровизированное оружие из пробитых глаз. Женщина продолжает кричать, прижимая руки к своему лицу, а я разделяю всё имеющееся тесто на три части. Первой залепляю её ноздри, а второй закупориваю глотку, как только та открывает рот, чтобы вдохнуть воздух. Хозяйка гостиница пытается прочистить ноздри руками, но не так-то просто это сделать, если масса, забившая твой нос, активно упирается. Чтобы сбавить обороты сопротивления, формирую из третьего куска теста ещё один дротик, только намного более крупный и принимаюсь долбить им в шею цели. Мычащая Сэмма с залитым кровью лицом мечется в разные стороны, сбивая на пол несколько стульев и опрокидывая стол, напротив нас. В конце концов, заваливается на пол, суча ногами и скребя пальцами по лицу.

Ожидаю, что племянник попробует ей помочь, но вместо этого, парень принимает решение спасать себя - я слышу, как он со стонами, удаляется в сторону выхода. Желудок у пухляша пробит в нескольких местах и сейчас ему должно быть жутко больно, но возможности перемещаться тот не потерял. Взявшись за хлеб, оставшийся в его желудке, принимаюсь всаживать небольшие острые конструкции в слизистую, нанося парню множественные раны. Судя по шуму, он в итоге заваливается на пол. Плюс управления оружием, находящимся внутри противника - для нанесения урона, совсем не обязательно видеть саму цель. Стоны и хрип тянутся ещё минут пять, на протяжении которых я продолжаю терзать тело второго противника изнутри. Наконец, Филп затихает, а спустя ещё секунд тридцать останавливаюсь и я.

- Второй вроде не дышит - ты справился. Вот только, как вам теперь вернуться в норму?

Висящий перед лицом задумчивый призрак озвучил мысль, которая крутится в голове у меня самого. Эта парочка странных родственников, наверняка располагает противоядием. Но достать его, мы сейчас точно не сможем. И потенциальные помощники, на горизонте отсутствуют. Приходится делать единственное, что возможно в данной ситуации - ждать. Если это парализующий состав, то рано или поздно он должен прекратить своё действие - не навсегда же нас превратили в беспомощные куски мяса.

По ощущениям, мне приходится провести на стуле пару лет. Впрочем, если отталкиваться от версии Эйкара, которые регулярно уносится в холл и вернувшись, сообщает мне время - проходит чуть больше четырёх часов. Как раз после его очередного "оповещения", внезапно понимаю, что чувствую покалывания в ногах. Пробую сдвинуть их с места и выходит чуть переместить левую ступню. Почти сразу после этого, покалывание распространяется выше, быстро добираясь до бедра. Как выясняется - неизвестное вещество, которым нас отравили, отпускает достаточно быстро - через несколько минут я уже сижу на стуле, скрючившись от боли в онемевшем теле и жду, пока кровь начнёт нормально циркулировать. Джойл, тоже начавший приходить в себя, лёжа на полу растирает руки, издавая редкие стоны.

Когда возможность двигаться возвращается, начинают шевелиться и Айрин с Кансом. Девушке помогаю я, растирая конечности, а с Тонфоем то же самое проделывает Джойл. Через несколько минут они уже могут самостоятельно передвигаться и Тонфой, оглядев комнату, с усмешкой поворачивается ко мне.

- А ты тот ещё зверюга, Орн. В Свайлэде смастерил из трупов самоходные мины, здесь - задушил тётку хлебом, выколов ей глаза. Даже не буду спрашивать, как тебе это в голову пришло.

Бросив взгляд на быстро синеющее лицо владелицы гостиницы, пожимаю плечами.

- Отрабатывали это на заданиях по айвану.

Аристократ явно хочет задать ещё один вопрос по поводу занятий, но его опережает Джойл, стоящий около выхода из комнаты с револьвером в руках. Чуть смущённый здоровяк, интересуется.

- Спросить хотел - как ты айван использовал? Своим я тоже пытался что-то сделать, но не вышло ничего. А у тебя сработало.

Найдя глазами Эйкара, кружащего по всей гостинице, киваю на уносящегося в стену призрака, которого больше никто не видит.

- За это спасибо нашему бесплотному другу - он рассказал, что талантом можно пользоваться и без вибрации струны. Нас этому пока не обучали, но к счастью у меня всё вышло.

Призрачное тело старого мага появляется из стены и смотря на меня, он осторожно уточняет.

- Если быть совсем точным, то так может только пятая часть из студентов. У остальных пустить айван в ход, без активной струны, не получается. Не хотел сразу подрывать твой моральный дух - поэтому пришлось прибегнуть к небольшой уловке.

Не дожидаясь ответа, сразу же уносится прочь, а Тонфой задумчиво смотрит на Джойла.

- Подожди, ты что, хотел соблазнить эту бесформенную тушу? Заставить желать тебя? А потом что? Залюбить её досмерти? Какой у тебя был план - мне прямо люто интересны детали.

Здоровяк неуверенно пожимает плечами.

- Хотел отвлечь её, чтобы она, значит, время потратила. А там, может прошло бы действие гадости той, которой нас отравили. Или пришёл бы кто. А может она мне вернула бы подвижность, а там я бы и сам разобрался.

Аристократ ещё раз окидывает взглядом тело женщины, лежащее на полу.

- Уважаю твой уровень самопожертвования, Джойл. Лечь под такую самку кераса, ради спасения своих приятелей - это достойно, как минимум серебряного листа империи, пришпиленного на грудь.

Джойл чуть морщится, пытаясь понять, говорит Канс серьёзно или шутит. Потом неловко пытается перевести беседу в другое русло.

- Сейчас, стало быть, надо будет полицию позвать? Так это делается в городах, когда убиваешь плохих людей?

Айрин, мрачно смотрящая в столешницу, поднимает на парня взгляд.

- А как это делается на болотах, Джойл?

- Трупы сбрасываем в топи и дело с концами. Их там потом кто-то, да сожрёт. У нас же лиг на двести вокруг ни одного полицейского.

Виконтесса кивает.

- Угу. Вот почти так мы и поступим. Нельзя, чтобы нас обнаружили, пусть даже это будет полиция вольного города - среди них, наверняка есть офицеры, работающие на канцелярию или кого-то из высшей знати.

Поворачивает голову ко мне.

- Ты же не против?

Ещё раз скольжу взглядом по отчасти разгромленной комнате.

- Нет. Высовываться сейчас не стоит. Спрячем трупы и дождёмся утра.

Рядом усмехается Тонфой.

- А если кто-то явится за живым товаром - выпотрошим ублюдка. У меня аж кончики пальцев дёргаются - так хочется кого-то прикончить.

Покосившись на сына хёрдиса, отправляюсь ко входу, держа руку около рукояти "Эрстона" и на ходу обращаясь ко всем остальным.

- Сначала обыщем здесь всё, чтобы избежать сюрпризов. Если даже Эйкар не нашёл сходу ничего подозрительного - значит у этой парочки могут быть и другие секреты. До утра всё равно ещё далеко.

Интерлюдия 1

- Новые известия из Схердаса, Ваше Императорское Высочество. По сообщениям наших агентов, Оттефер уже прибыл в столицу и ждёт встречи с Морной. Причины, побудившие его отправиться в путь, пока неизвестны. Гергоц Тохра отправил из своих владений пять дирижаблей, имеющихся в его распоряжении и зафрахтовал ещё девять летательных аппаратов. Предположительно - для переброски в столицу своей гвардии и магов.

Невысокий человек с тёмными кудрявыми волосами, ровным голосом излагает всё это рослому мужчине в белом кителе, меряющему шагами большой кабинет. Когда докладчик замолкает, тот останавливается.

- Это всё, Овиас? Вся информация, которую смогли получить люди, на которых мы тратим столько денег? Да, газетчики в столице и то знают больше!

- Приношу свои извинения, Ваше Императорское Высочество, но мы начали выстраивать агентурную сеть в спешном порядке, буквально сутки назад. Пока, она ещё не работает так, как хотелось бы.

- Я и так это знаю! И хватит меня титуловать! Раньше за тобой такого не замечалось.

Кудрявый человек, рассказавший об обстановке в столице, слегка наклоняет голову.

- Как скажете, господин Эйгор.

Продолживший нервно шагать по помещению, двоюродный брат предыдущего регента, бросает взгляд в его сторону.

- Как настроение жителей столицы? Что с нашей информационной кампанией?

- Схердас пока относительно спокоен - горожане ждут, во что выльется неожиданное решение дочери Ланца. К тому же, мало кто хочет, чтобы их родной город превратился в поле боя. Но в целом, преобладает пренебрежительное отношение к Морне. Хотя, некоторым пришёлся по душе её второй эдикт о расширении прав вольных городов - они надеются, что и Схердас получит свой пакет привилегий. Что касается нашей подрывной деятельности - процесс идёт. Но сами понимаете, в крупные издания, распространяющиеся в Схердасе не пробиться. Пока мы работаем с бульварной прессой и газетами, что выпускаются в вольных городах. Хочу заметить - этим занимаются не только наши люди. Сегодня по столице были расклеены листовки с изображением Морны и демона, представленных в...весьма красочном виде и я бы сказал, чуть отступающих от реальности. Основной посыл сопроводительного текста - "Нельзя допустить, чтобы Норкрумом правила демонская шлюха". Полагаю, это кто-то из хёрдисов, при поддержке одной из городских фракций.

Рих Эйгор довольно ухмыляется, остановившись около массивного письменного стола.

- Она и не будет править. Девчонка совсем спятила, если решила, что действительно может взять власть в свои руки. Ещё немного и она окончательно потеряет контроль над ситуацией.

Тот, кого он назвал Овиасом, осторожным голосом уточняет.

- Может быть стоит ускорить процесс? Если вы выступите сейчас, то наверняка...

Рихт рявкает, перебивая подчинённого.

- Мы это уже обсуждали! Выступить с кем? Моих людей наберётся на пару батальонов - с ними мы не дойдём даже до ближайшего города.

- Но у нас есть два хёрдиса, обещавшие предоставить свои войска. И вы можете обратиться к армии - пока только три корпуса засвидетельствовали свою лояльность Морне, остальные колеблются. Смею заметить, что даже из числа герцогов присягу дал лишь Тохра, у которого не было выбора - он вместе с сыном уже находился в столице. Все остальные хранят молчание.

- Предлагаешь мне выступить на столицу, во главе армии из солдат двух аристократов, которые преданы им больше, чем мне? А военные... Они может и не слишком понимают действия Морны, репутация которой изрядно подмочена, но она дочь их любимого Ланца. Как думаешь, какой будет их реакция, когда против неё открыто выступит дядя, ещё и служивший на флоте? Поступив так, я сам отдам ей контроль, как минимум над половиной войск империи. Добавь к этому наличие противников у хёрдисов, которые хотят меня поддержать и получится картина мощной поддержки Морны, в которой для меня только одно место - на плахе, для казни мятежников!

Кучерявый мужчина несколько секунд молча стоит, переминаясь с ноги на ногу.

- Прошу меня извинить, но вы должны понимать, что каждый день бездействия уменьшает шансы на вашу поддержку армией. А некоторые из хёрдисов уже поговоривают о созыве Большого дворянского собрания и смене династии. Либо выборе регента из их числа, без учёта фамилии Эйгоров.

- Пока это только разговоры. Я бы посмотрел, как они будут пытаться провернуть такое во время подобного хаоса. Как только Морна слетит с трона в бордель, где этой дряни самое место, я отправляюсь в столицу. Пока же мы будем ждать!

Выдержав недолгую паузу, продолжает.

- Как наши дела с флотом? Адмиралы уже дали ответ?

- Да, но пока о безусловной готовности вас поддержать заявил только Крэнк, командующий Западным флотом. Южный и Восточный выразили своё почтение, но дали понять, что всё ещё обдумывают наше предложение.

- Гхагховы выкормыши! Ты же озвучил им полное предложение?

- Безусловно, Ваше Императорское Высочество - всё, вплоть до возможных титулов хёрдисов. Как я понимаю, командующие опасаются, что вы не сможете выполнить свои обещания. А ещё крайне не хотят ввязываться в боевые действия на суше.

Самый старший из оставшихся Эйгоров издаёт тихое рычание.

- От них этого никто и не требует! Только занять ряд городов вдоль побережья и присягнуть мне, как только Морна падёт. Жалкие трусы! Ты пробовал связаться с командирами морской пехоты и капитанами напрямую?

- Безусловно. Но никто из них не хочет гарантировать поддержки, без соответствующей позиции своего адмирала. Поэтому, я бы пока считал, что с нами только Западный флот.

- Да. Самый слабый и бесполезный в империи. Знаешь что? Отправь посыльных ко всем герцогам. Пообещай наследственное дворянство их детям, если они согласятся присягнуть мне.

Глава личной канцелярии Рихта Эйгора на мгновение замирает, с удивлением смотря на своего шефа.

- Но вы же сами сказали, что не станете выступать, пока...

- Я прекрасно знаю, что только что говорил, Овиас! Но если на моей стороне будет хотя бы четверо герцогов - адмиралы тоже склонятся. Уверен, к концу наших переговоров, Морна уже будет на грани краха, либо вовсе окажется низложенной. А с поддержкой герцогов и флота, у нас получится куда быстрее заставить подчиняться военных.

- Понимаю, но...как вы собираетесь выполнять обещание? Хёрдисы никогда не присвоят наследственный титул кому-то из детей герцогов - это немыслимо.

- С этим будем разбираться, когда я буду в тронном зале! В самом крайнем случае, никто не помешает прижать к ногтю пачку графов и заставить их выдать детей за отпрысков герцогов. Несколько свадеб и обещание исполнено.

На лице Овиаса отображается колебание, но он всё-таки решается уточнить.

- Вы думаете, это будет нормально воспринято аристократией? Даже единичный брак рассматривается ими, как угроза, а вы предлагаете...

- У тебя на всё найдутся возражения! Знаешь, что сейчас самое главное? Заручиться их поддержкой. Даже, если я не выполню обещанного, присяга не даст никому из них выступить против правителя Норкрума. И даже не начинай рассказывать мне о передаче престола. Ланц отправил моего сына на верную смерть - отдавать трон мне пока некому. Что ты так на меня уставился? Иди, работай! Доложи, как только отправишь людей к герцогам.

Когда начальник канцелярии, кивнув, покидает комнату, Рихт со вздохом опускается в громадное кресло за столом. Около минуты задумчиво крутит в руках перо, а потом поднимается и подойдя к большой карте империи, висящей на стене, принимается втыкать небольшие ярко-синие флажки вдоль западного побережья континента.

Глава IV

Начало обыска ненадолго откладывается из-за изучения артефакта, которым Сэмма пыталась определить нашу ценность. Тонфой, крутя его в руках, предполагает, что это может быть предмет изготовленный колдунами, но его версию сразу опровергает Эйкар, появившийся из стены. Покосившись на меня, подлетает к артефакту и сразу выдаёт свою оценку.

- Обычный определитель потенциала мага - показывает силу струны и может фиксировать те, что находятся ещё в зародыше. Обычно такие состоят из нескольких компонентов и применяются в пунктах для проверки жителей на предмет владения струной. Этот - полевой армейский вариант. Такие обычно применяют для проверки раненных пленных, чтобы отыскать среди них вражеских магов.

Пересказываю его слова и Канс, цокнув языком, озвучивает вопрос.

- А на нас то она его зачем использовала?

Перевожу взгляд на призрака и тот пожимает бесплотными плечами.

- Если отталкиваться от её слов, хотела понять вашу ценность для жертвоприношения. Я бы лучше задался вопросом - кому она хотела вас продать?

Момент действительно интересный, но прежде чем его обсуждать, лучше обыскать здание. Проверяем дверь, убеждаясь, что вход заперт и первым делом отправляемся в подвал, уже обнаруженный Эйкаром. Вход прикрыт одной из панелей, которыми обиты стены, а для пущей надёжности ещё и закрыт снаружи плотной шторой зелёного цвета. Судя по дизайну гостиницы, у её владелицы явно была нездоровая любовь ко всему зелёному.

Спускаясь вниз, обнаруживаю большой металлический стол, приспособленный для разделки тел и несколько деревянных настилов со свисающими ремнями, стоящих по краям комнаты. Тут же имеется и бутылка с прозрачным раствором - скорее всего, тот самый парализующий яд, что был у нас в чае. Иных жертв тётушки Сэммы или их останков, мы не находим. Поэтому, забрав бутылку с собой, поднимаемся наверх, где Канс принимается потрошить кассу крохотного отеля. Не удовлетворившись найденным, направляется в покои владелицы, расположенные на первом этаже, а мы с Айрин исследуем кухню. Здесь, среди всех приправ и продуктов, находится ещё одна крохотная склянка с жидкостью, которая пахнет точно так же, как и найденная в подвале. Судя по всему, нам в чай подлили буквально по капле этой дряни. Подумав, наполняю ядом плоскую фляжку, что попалась нам здесь же и цепляю её на пояс. Как знать, в какой из моментов нам может понадобиться кого-то вырубить, добавив немного парализующего вещества в напиток или еду.

Вернувшись в холл, сталкиваемся с Кансом, который протягивает мне широкий бумажник из грубо выделанной кожи.

- Твоя доля, Орн. Честная добыча - забирай.

Усмехнувшись, протягиваю руку, принимая увесистый кошелёк. Сын хёрдиса уже пытался всучить мне деньги "на расходы", но я упорно отказывался. Во-первых, они не так сильно мне были нужны, во-вторых, не хотел чувствовать себя обязанным.

- Там полсотни ларов ассигнациями и ещё тридцать золотом. Думаю, где-то здесь припрятано намного больше, но наверняка их зарыли куда-то в подпол или вмуровали в стену. С этих керасовых ублюдков станется.

Мэно, изучающая взглядом стену, поворачивает ко мне голову.

- Эйкар может проверить здесь все стены? Чтобы точно быть уверенными в безопасности здания и отсутствии потайных помещений?

Кружащий под потолком призрак, возмущённо смотрит на девушку.

- Скажи своей любовнице, что я может и стар, но не выжил из ума - всё, что можно, уже проверено. Никаких тайных комнат или пыточных.

Бросив взгляд на Тонфоя, добавляет.

- Клада я тоже не нашёл. И сразу скажу - рыскать по всем стенам изнутри, в его поисках, не стану.

Вздохнув, передаю его слова, после чего киваю в сторону кухни.

- Предлагаю подкрепиться. Должны ведь они были есть что-то нормальное.

Спустя несколько секунд, повторно обшариваем кухню, на этот раз в поисках продуктов. Находится приличный кусок копчёного мяса, но после произошедшего, мы не совсем уверены в том, кому оно могло раньше принадлежать. Поэтому разделяем между собой обнаруженный здесь же сыр и варим на газовой плите сорк.

Усевшись за единственный, стоящий в углу холла стол переглядываемся и Канс с меланхоличным видом всаживает зубы в сделанный бутерброд.

- Если снова рухну на пол - хотя бы отнесите в кровать.

Джойл, уже собиравшийся приступить к трапезе, останавливается и с лёгким подозрением смотрит на свой ломоть хлеба с пластом сыра сверху.

- Думаешь они и эту еду отравили?

Канс, едва заметно усмехается, с набитым ртом, а я успокаиваю парня.

- Скорее всего нет. Но на всякий случай подождём минут пять и посмотрим, не свалится ли наш рисковый друг со стула.

Правда, тут я слегка лукавлю - после парализации голова чуть звенит и настолько дико хочется сорка, что я делаю первый глоток, не дождавшись, пока Канс прикончит свой бутерброд. Следом подключается и Айрин. Последним к еде приступает Джойл, отслеживающий время по часам и внимательно поглядывающий на Тонфоя.

Когда, закончив, откидываемся на спинки стульев, снаружи слышится скрип колёс. Замерев с кружкой напитка в руке, улавливаю звук шагов - кто-то поднимается по ступенькам к двери гостиницы. А спустя мгновение раздаётся лёгкий стук.

Обменявшись взглядами, поднимаемся, стараясь не шуметь. Эйкар на секунду вылетает наружу, сразу же вернувшись назад.

- У двери тот самый кэбмен, что вас сюда привёз. Ждёт, рицеров прохвост.

Ловлю на себе вопросительный взгляд Канса и понизив голос до тихого шёпота, говорю.

- Кучер того кэба, что доставил нас сюда.

Лицо Тонфоя расплывается в улыбке, а Джойл мрачно хмыкает, доставая из кобуры "Стинни". Через пару секунд сын хёрдиса уже распахивает дверь, а здоровяк затаскивает внутрь возницу нашего экипажа. Тот пытается было потянуться к оружию на поясе, но ствол револьвера уткнувшийся в подбородок и ледяные сферы повисшие в воздухе, быстро охлаждают его пыл. Канс закрывает дверь и мы укладываем этого типа на пол, разоружая его. Закончив, киваю Джойлу и тот снова поднимает кэбмена на ноги, уперев спиной в гостиничную стойку.

Глядя на его испуганное лицо, задаю первый вопрос.

- На кого они работали? Сэмма и ее жирный племяш?

Мужчина какое-то время молча водит глазами по сторонам. Наконец начинает выдавливать из себя слова.

- Вы из канцелярии? Или полиция?

Вижу, как морщится Тонфой, спустя мгновение придвинувшийся к вознице.

- Мы очень злые студенты Хёница, которых чуть не убила эта тварь. В соответствии с договором между университетом и империей, каждый из нас имеет право пресекать преступления в случае их обнаружения. Особенно, если это касается магии. Как по твоему, отправка на жертвенный стол людей, запрещённая законом - относится к таковым? Мы можем сделать с тобой такое о чём ты даже не задумывался, керасово отродье. Лучше тебе прекратить задавать вопросы и начать отвечать.

К концу яростного монолога, нашего пленника начинает чуть потрясывать и он становится куда более словоохотливым.

- Я же не знал, что вы из Хёница. Никогда бы не повёз сюда магов - тётушка Сэмма за таких обещала платить больше, но потом ведь в городе появятся университетские ищейки, которые станут рыть носом землю. Мне такое совсем не нужно.

Перемещаю одну из ледяных сфер вплотную к его лицу и тот замолкает, таращась на зависший в воздухе кусок льда.

- Вопрос был не об этом. На кого работала эта парочка?

Переведя взгляд на меня, шумно сглатывает слюну.

- Тётушка никогда не говорила - не могла она. То ли клятва, то ли что-то такое. Но я порой выполнял для неё мелкие поручения и когда передавал письмо одному типу около вокзала, тот спросил, не из "Орнирдума" ли я. Знать не знаю, что это такое, но это всё, что мне известно.

В голову приходит идея и я с улыбкой на лице, смещаю шар из льда к его паху.

- А вот моё заклинание говорит о том, что ты лжёшь. У нас не так много времени, поэтому изощряться не будем - я просто превращу этот кусок льда в несколько осколков и всажу их тебе в причинное место. После чего мы заберёмся тебе в голову и закончив, уйдём, оставив тебя валяться на полу, пуская слюну.

На секунду он опускает свои расширившиеся глаза вниз, рассматривая лёд, потом снова поднимает их на меня.

- Ладно-ладно, я всё понял. Я видел ещё кое-что, но за такое меня и убить могут .

Замечаю, как на лице Канса появляется выражение, намекающее на то, что кэбмен и так мертвец, но к счастью аристократ сдерживается. А мужик, удерживаемый Джойлом рассказывает дальше.

- Один раз я застал людей, которые забирали у тётушки Сэммы товар. Ну вы поняли - людей. Когда они перетаскивали всё в паромобиль, у одного мелькнули часы с гербом.

На момент замолкает, явно колеблясь.

- Это был герб хёрдиса Оттефера. То был его человек.

На мгновение замираю, удивлённый неожиданным финалом истории. На лицах остальных тоже видно искреннее недоумение. Первым от ступора отходит Тонфой.

- А старик молодец - лихо развернулся. Не врали всё-таки про человеческие жертвоприношения в его замке.

Информация действительно интересная, но есть ещё один момент, который я хочу прояснить.

- Сэмма что-то говорила про полсотни лет, но сама выглядела от силы на сорок. Как-то омолаживала себя?

Мужик чуть удивлённо смотрит на меня.

- А вы не поняли? Вы же из Хёница, там должны...

Его перебивает звонкий и яростный голос Айрин.

- Мы их ещё не вскрывали, чтобы разобраться. Тебе уже сказали - отвечай на вопросы, а не задавай свои!

Покосившись на виконтессу, он несколько раз подряд кивает.

- Так они этими были - потомками орлоков.

Мэно делает шаг назад, смотря в сторону кухни, как и Тонфой. Даже Джойл отвлекается, поворачиваясь туда же. Этим и пытается воспользоваться кэбмен, неожиданно ловко, попробовавший завладеть "Стинни" здоровяка. Надо сказать, у него это почти получается - отвлёкшийся парень едва не выпускает оружие из под контроля. Отвожу чуть назад сферу льда, чтобы разогнать её и ударить в голову пленника, но кулак левой руки Джойла уже врезается в его висок, после чего он окончательно возвращает себе револьвер и немедленно пускает пулю в лицо кучера.

Секунду стою с заложенными от грохота выстрела ушами и наблюдаю, как тело возницы сползает на пол, пачкая стойку кровью. Здоровяк делает шаг назад, встав рядом со мной и комментирует произошедшее.

- Гхаргово крыло. Я случайно - слишком уж он неожиданно начал выкручиваться.

Канс, с усмешкой наблюдающий за телом, покачивает головой.

- Ты главное на занятиях так не пугайся. Преподаватель - он ведь с кристаллом будет. И потом может жестоко отомстить.

Эйкар, зависший над телом, молча качает головой, на этот раз удерживаясь от подначек по поводу никчёмности молодёжи. А мы оттаскиваем труп кучера за стойку и осторожно выбравшись на улицу, перегоняем его кэб в ближайший проулок, где по словам Тонфоя, его гарантированно украдут за ближайшие полчаса, вместе с лошадьми. К моему удивлению, на выстрел никто не реагирует - только в одном из расположенных вдалеке домов, покачивается занавеска - кто-то выглядывал наружу.

По-хорошему, стоит сменить местоположение, но ни у кого из нас нет представления, где может быть ближайшая гостиница. К тому же, прямо сейчас нас могут разыскивать офицеры канцелярии, а гости, заявившиеся в ночи, наверняка обратят на себя внимания персонала. Поэтому, приготовив ещё по порции сорка, располагаемся всё за тем же столом в холле, прислушиваясь к звукам на улице.

Сделав глоток, решаю поинтересоваться словами убитого кучера.

- Кто такие орлоки?

Айрин с Кансом переглядываются, а Джойл нахмурившись, ещё раз косится в сторону входа на кухню.

- Как ты вообще выжил, если в голове совсем ничего не осталось?

Тонфой, с непонимающим лицом, ещё мгновение смотрит на меня, после чего начинает рассказывать.

- Орлоки использовались во время Войны трёх императоров. По утверждению победителя, только двумя его противниками, но думаю, на самом деле их задействовали все. Технологии производства были разными - от неконов до изменения вражеских пленных или преступников. Но результат всегда был одним - сильные и хитрые разумные твари, испытывающие лютую жажду к человеческой плоти. Чаще всего их использовали на острие ударов, держа под контролем со стороны магов.

- Как-то я не заметил в этих двоих какой-то мощи и силы - похожи на обычных людей, только изрядно разжиревших.

Канс усмехается и пытается ответить, но его опережает Айрин.

- Это второе и третье поколения. У некоторых орлоков, созданных на основе живых людей, могло быть потомство. Во время войны об этом не задумывались, так как те были расходным материалом, а когда всё закончилось, всех созданных людоедов-штурмовиков решили уничтожить. К тому моменту, некоторые из них, каким-то образом научились сбрасывать контроль магов. Или им кто-то помог - достоверной информации в открытых источниках нет. В любом случае, какое-то количество сбежало и за ними открыли охоту по всей империи. Некоторых находили уже с детьми - всегда полными и потерявшими большую часть боевого потенциала, но сохранившими жажду человеческой плоти. Эти двое родились от тех орлоков, которых так и не нашли.

Делаю ещё один глоток сорка. Такого поворота я точно не ожидал. Потомки созданных при помощи магии солдат-людоедов, содержащие гостиницу на окраине Рэнха и приторговывающие живым товаром.

- Ладно, дети орлоков - гхаргх с ними. Но с ними как-то связан Оттефер. И "Орнирдум", чем бы это ни было.

Вернувшийся к меланхоличному состоянию, Канс обводит нас взглядом, как будто приглашая примкнуть к его вселенской тоске по поводу работы одного из домов хёрдисов с подобными проходимцами. Рядом со мной фыркает Мэно, а Джойл, поставив чашку на стол обращается к нам.

- Если этот Оттефер приносит в жертву людей, стало быть нам надо сообщить в полицию. Или в канцелярию. Только вот они сами на нас охотятся.

Айрин, прижавшись ко мне ногой, чуть поворачивает голову в сторону здоровяка.

- И все трое возможных свидетелей мертвы. А нашему слову, я думаю, мало кто поверит. Даже без учёта текущего положения дел, этого маловато для начала расследования против одного из хёрдисов.

Канс согласно кивает.

- Особенно если этот самый хёрдис первым прибыл для визита к новому регенту. Морна не станет преследовать единственного союзника среди высшей аристократии. А кроме императорской канцелярии, этим делом больше некому заняться. И в буквальном, и в фигуральном смысле - хёрдисы неприкосновенны для всех ведомств, кроме офицеров первого департамента.

За следующие три часа мы успеваем выпить ещё по паре чашек сорка и совершить повторный налёт на запасы съестного, окончательно прикончив весь имеющийся сыр. Когда снаружи начинает светлеть, собираемся и отправившись на улицу, удаляемся на несколько сотен метров от здания гостиницы, после чего приступаем к поискам кэба. Извозчика удаётся обнаружить только через двадцать минут, за который Айрин успевать продрогнуть, а Канс начинает недобрым словом поминать своё решение оставить в Хёнице тёплое пальто.

Забравшись в наконец встретившийся на дороге экипаж, отправляемся к ближайшему телеграфу, где Мэно отправляется в кабину телеграфиста, а мы занимаем места в небольшом кафе поблизости, сразу приковав взгляды немногочисленных посетителей и обслуги. Меня уже начинает слегка клонить в сон, поэтому не сразу понимаю, на что все они пялятся. Потом постепенно осознаю - здоровяк с рунической армейской винтовкой и здоровым топором, притороченном ремнями к бедру, изысканно одетый аристократ со вселенской грустью обозревающий всё вокруг и ещё один непонятный парень, вооружённый штуцером - весьма необычная компания. Насколько я понимаю, ношение оружия в черте города, отнюдь не запрещено, но основная масса горожан всё-таки разгуливает без винтовок за плечами.

Официантки, строящие глазки Кансу, наверняка успевают придумать с десяток теорий происходящего, но большинство из них рассыпаются, когда в зал влетает чем-то обрадованная Айрин, сходу схватившая меня за руку и потащившая к выходу. Счёт уже оплачен, поэтому просто следуем за девушкой и спустя минуту, ещё один кэб везёт нас в сторону железнодорожного вокзала. По моему настоянию, заезжаем по дороге в оружейную лавку, где я обзавожусь ножнами для артефакта, врученного Эйкаром и куском кожи, который уходит на обмотку рукояти.

А ещё через полчаса мы уже загружаемся в купе скоростного поезда, отправляющегося в столицу империи - Схердас.

Глава V

План действий Айрин озвучивает только оказавшись в поезде. Ей удалось договориться с отцом о встрече в предместье Схердаса, через которое мы будем проезжать. Зачем понадобилось с ним увидеться и что будет обсуждаться, она по понятным причинам, передать не смогла. Поэтому, глава военной разведки будет ждать нас там, практически в полном неведении. Собственно, девушка указала всего два момента. Первый - будут затронуты вещи, которые лучше не знать посторонним и второй - с ним встретится человек, который может стать мужем его дочери. На последней фразе Канс ухмыляется, а сама виконтесса смотрит на меня с непонятным ожиданием во взгляде. Сомневаюсь, что она ждёт сейчас предложения с моей стороны, а иные варианты в голове отсутствуют, так что просто увожу тему чуть в сторону, интересуясь, как она смогла зашифровать в телеграмме фразу о будущем супруге. Виконтесса, с недовольным видом откинувшись на спинку дивана, отвечает, что передала её открытым текстом, в отличии от места встречи и намёка на обсуждение важной информации.

Судя по её внешнему виду с вопросам о стратегии и тактике беседы лучше пока не лезть, поэтому я поворачиваюсь к Тонфою.

- Чем именно отличаются вольные города от остальных? Вот взять тот же Рэнх - он же центр провинции? Или нет?

Сын хёрдиса, который уже начинает привыкать к моим очевидным вопросам, отрывает взгляд от проносящихся за окном пейзажей.

- Если смотреть с экономической точки зрения - безусловно, да - Рэнх, это центр провинции. Но, в политическом плане им является Сэкрс - город в тридцати лигах от Рэнха. Там располагается имперский губернатор, находится армейский штаб и все остальные государственные структуры.

На секунду запнувшись, зевает, прикрывая рот рукой.

- А вольные города появились ещё во время Сторна Эйгора, что взял верх в Войне трёх императоров. Тогда они получили собственную экономическую администрацию, став фундаментом для развития империи. Как ни крути, бюрократический аппарат в те времена был пронизан коррупцией куда больше, чем сейчас, а страна после войны лежала в руинах. Как посчитал Сторн - частная инициатива и свобода в действиях могут помочь. Тут он не прогадал - вольные города обеспечили мощный рывок вперёд, вытащив нас из задницы гхарга. При Сорэсе, который противодействовал аристократии, появилась и самостоятельная политическая власть. Вольные города, наряду с герцогами, стали одной из опор императора в ограничении власти хёрдисов. На их территорию, в мирное время запрещено вводить войска империи, а полномочия имперских министерств жёстко ограничены. Аристократы могут въезжать с охраной, численность которой не превышает десяти человек. А все преступления, включая дела о взятках расследуются местной полицией. За прошедшее время, города получившие свободу стали экономическими центрами и оплотами относительной свободы. Тут даже цензуры, как таковой нет.

Айрин, вышедшая из задумчивого состояния, тоже подключается к беседе.

- А ещё полно борделей и других развлечений, да Канс? Из-за этого молодые аристократы и так любят кататься в города вроде Рэнха.

Парень недоумённо разводит руками.

- Единственная разница - в вольном городе всё происходит открыто и твой выбор в разы больше. А в имперских городах бордели запрятаны на каких-то улочках и дерут втридорога. В целом, развлекательная инфраструктура полностью идентична. С той лишь разницей, что денег на смазывание винтиков бюрократического механизма уходит в разы меньше.

Слушая их беседу, одновременно с этим укладываю в голове новую информацию. Уточняю верность получившейся картины у Канса.

- Получается, Норкрум разбит на провинции, в которых особняком стоят вольные города и кое-где расположены земли аристократов?

Сын хёрдиса покачивает головой, а Айрин не выдержав, смеётся. Она же и отвечает на мой вопрос.

- В некоторых провинциях, аристократы владеют половиной территории.

Заметив мой непонимающий взгляд, объясняет.

- Селяне, живущие на чьей-то земле, платят налоги её владельцу, точно так же, как и города. А до конца правления Сорэса Эйгора и первые, и вторые несли воинскую повинность в отношении аристократа любого титула, на чьих землях жили. Сокращение численности армий хёрдисов началось как раз после отмены этого правила - солдат на жалованье содержать куда дороже, чем забритых молодых парней, которым нужна только кормёжка, да одежда с винтовкой. Тогда же империя перестала платить знати за использование земель под железные дороги.

Джойл, глаза которого уже постепенно начинают закрываться, встрепенувшись, добавляет.

- И пушной налог на охотников отменили. Матушка мне рассказывала, что раньше они всегд шкуры графу носили. А с тех пор перестали.

Тонфой поворачивается к нему.

- Откуда на Хельгинских болотах граф? До Санской битвы ими вроде бы действительно владел кто-то из знати. То ли Рэгсан, то ли Рогсон - что-то вроде этого.

Здоровяк шумно зевнув, смотрит на сына хёрдиса.

- Рэгсан - правильно. Так он и до сих пор там есть, правда наружу почти не выбирается.

Канс ухмыляется.

- Могу спросить - выбирается откуда? Род Рэгсанов или как там их, признан полностью истреблённым во время Войны трёх императоров, а земли Хельгинских болот отошли империи.

На лице Джойла появляется вполне искреннее удивление.

- Ему наверное никто ничего не сказал, раз так. Но он точно жив - я дней за десять до отправки в Хёниц, видел его, когда рицеров выбирался распугивать.

Аристократ качает головой, отворачиваясь в сторону.

- Надо всё-таки как-то заехать к тебе на болота. Рицеров они распугивают, с давно сдохшим графом здороваются. Не удивлюсь, если там ещё и винные источники из под земли бьют.

Когда он снова поворачивается в сторону Джойла, видимо сформулировав в голове вопрос, здоровяк уже посапывает, притулившись в углу дивана. Разочарованно вздохнув, Тонфой отворачивается, а я интересуюсь у улыбающейся Айрин.

- Как много можно рассказывать твоему отцу?

Виконтесса пожимает плечами.

- Всё на твоё усмотрение.

Секунду жду продолжения и поняв, что его не последует, перефразирую.

- Спрошу по другому - насколько ему можно верить?

С противоположной стороны купе доносится сонный голос Канса.

- Соблюдай приличия, Орн, это же твой будущий тесть.

Покосившаяся в его сторону Мэно, снова лукаво улыбается.

- Если он поймёт, что ты не собираешься мне навредить - доверять ему можно полностью. В противном случае, я бы на твоём месте бежала в направлении, обратном движению поезда.

Вздыхаю, поняв, что конкретики от неё не дождаться и перевожу разговор на более простую тему - место встречи. Как выясняется, увидеться с Лерком Мэно мы должны в пабе, недалеко от вокзала маленького города Жэрж, лежащего в 12 лигах от столицы. Заведение находится под контролем военной разведки и периодически используется для проведения тайных переговоров. Сам Жэрж, иногда в шутку называют пивной столицей империи - концентрация пабов на квадратную лигу там зашкаливает. Поэтому затеряться должно быть относительно несложно. В любом случае, скорее всего, нас сразу после высадки будут сопровождать офицеры разведки.

Беседа, с подачи Тонфоя сворачивает на сорта пива Норкрума, а потом и вовсе затихает - из-за напрочь сбитого графика, все мы хотим спать. Когда Айрин начинает ощутимо клевать носом, предлагаю прилечь отдохнуть и мы раскладываем верхние полки. Схема практически идентичная привычной, с той лишь разницей, что вместо нижних полок, здесь диваны с поворачивающимся вокруг оси основанием. Зачем так усложнять конструкцию - непонятно, но факт остаётся фактом.

Спустя пару минут уже занимаем свои места, предварительно заперев дверь. Сначала хочу ещё раз обкатать в голове схему будущего разговора с отцом виконтессы, но быстро проваливаюсь в сон.

***

Просыпаюсь от стука в дверь - проводник явился сообщить, что наша станция уже близко и стоит готовиться к выходу. Внизу шумит Тонфой, подтверждая, что мы всё слышали, а напротив меня потягивается сонная Айрин, только что положившая револьвер обратно на постель.

На то, чтобы окончательно проснуться и привести себя в относительный порядок уходит ещё несколько минут, после чего с сумками выдвигаемся в коридор. Помимо нас, на станции выходит несколько семей и группа мужчин, явно приехавших развлечься. Один было принимается пялиться на Мэно, но наткнувшись взглядом на меня, после короткого раздумья, отворачивается - видимо нет желания связаться с непонятной вооружённой компанией, среди которой внушительный здоровяк с армейской винтовкой и топором. За время нашего путешествия, я уже множество раз пожалел, что мы взяли ружья - слишком сильно выделяемся из толпы. А Добряк Джойла и вовсе выдаёт нас с головой. Видимо сработала профдеформация студента Хёница - когда привык перемещаться везде в максимально вооружённом состоянии, сложно переключиться. Тем более, я слабо представлял, как именно выглядит мир снаружи - всё, что вышло оценить до университета - интерьеры нескольких помещений дворца и вид из окна поезда на котором мы с Мойрницем добирались до Хёница.

Состав начинает постепенно замедляться и минуты через три торможения, останавливается полностью, открыв двери. Спустя несколько мгновений вся толпа вываливается наружу, быстро расходясь в стороны. Только на процессе поэтапной остановки, понимаю, что поезд шёл с запредельной для паровоза скоростью - скорее всего, тут тоже не обошлось без магии.

Когда оказываемся на площадке перед вокзалом, Айрин уверенно ведёт нас в обход здания и шагает дальше. Как быстро выясняется, паб действительно располагается совсем недалеко от вокзала - добираемся за пять минут. По пути оцениваю людей вокруг, выискивая потенциальных сопровождающих со стороны военной разведки. Находятся сразу два кандидата - одиночные мужчины, перемещающиеся по сути, параллельным маршрутом с нами.

Оказавшись в зале паба, занимаем свободный столик около стены. Джойл и Канс остаются там, а мы с девушкой идём в заднюю часть заведения. Кивнув сурового вида официанту, виконтесса проходит в отдельную кабину для важных клиентов, в конце которой оказывается ещё одна дверь, ведущая в небольшое помещение, напоминающее предбанник, откуда имеется второй выход. На секунду остановившись, Айрин тянет за дверную ручку и заходит внутрь. Делаю шаг следом и сразу слышу жёсткий мужской голос.

- Ты - жди снаружи, в общем зале. Поговорим - верну кавалера. Наверное.

Рядом с простеньким столом, стоящим в правой части комнаты застыла фигура говорящего - высокого брюнета в костюме тройке, держащего в правой руке сигару. Айрин после его слов чуть медлит, но всё-таки покидает комнату, бросив на меня взгляд в котором читается некоторая толика сочувствия.

Мужчина прислушивается и чуть дёрнув подбородком после хлопка второй двери, переводит взгляд на меня.

- Как мне понимать фразу "тебе надо поговорить с моим будущем мужем"? Соблюдая при этом полную секретность. Извольте объясниться, юноша.

Пока он говорит, изучаю собеседника. На вид около пятидесяти лет, возможно чуть старше - в волосах уже пробивается седина. Держится уверенно, сразу на двух пальцах висят перстни, которые вполне могут оказаться артефактами. На поясе с правой стороны, точно имеется кобура с револьвером. Тёмные глаза пристально и весьма недобро рассматривают меня.

Шагаю вперёд, приближаясь к нему.

- Секретность понадобилась ввиду того, что из-за некоторых обсуждаемых вопросов, как меня, так и вас, могут убить. Что касается возможной свадьбы, то о ней речь пока не идёт.

Виконт выдыхает дым и стиснув зубы, разглядывает меня с таким интересом, как будто увидел диковинного зверя.

- Ты же понимаешь, с кем именно сейчас говоришь? Может ты и студент Хёница, но никто не помешает мне тебя прикончить.

Рядом из стены выплывает Эйкар, молча летевший рядом с нами от самого поезда. Теперь призрак решил подать голос.

- Вы посмотрите, какой он важный - разведка, чтоб её гхархи сожрали. Если почувствуешь угрозу, сразу ставь щит, а потом бей связкой с насекомыми.

У призрака явно своё понимание диалога с отцом твоей девушки. Не дать себя морально раздавить - это одно, но вот бить смертельной нотной связкой - совсем другое. Смещаюсь ещё на шаг ближе к столу.

- Меня уже как-то пытались убить и скажу вам, это были далеко не самые неподготовленные люди. Например, капитан Мойрниц из императорской канцелярии.

Выражение лица виконта меняется - на секунду там проглядывает удивление, смешанное с интересом. Похоже такого поворота беседы, он никак не ожидал.

- И какое отношение ты имеешь к истории в Золотом зале? Или ты сейчас расскажешь сказку о том, что сам призвал демона?

Вопрос произнесён небрежно, но это явная провокация. Усмехнувшись, покачиваю головой.

- Для начала позвольте представиться - граф Вайрьо, ранее бывший всего лишь бастардом. Чей формальный отец вместе со всей семьёй таинственным образом погибли пару дней назад, а в завещании оказалось моё имя.

- И теперь ты едешь к регенту, чтобы получить наследство? Как с этим связан капитан Мойрниц? И что более важное - при чём тут моя дочь?

Позволяю себе выдержать двухсекундную паузу, слыша одобрительное хмыканье Эйкара, зависшего чуть в стороне.

- Не совсем так - теперь я должен явиться к регенту, чтобы получить наследство или стану преступником. Граф отправился на тот свет, когда ещё был жив Ланц, если вы понимаете, к чему я клоню. А Мойрниц - просто выполнял приказ. Ваша же дочь...мы действительно с ней спим. И как знать - возможно, в будущем, вам придётся присутствовать на нашей свадьбе.

Судя по чуть побагровевшей коже и машинально сжатой челюсти, последние фразы всё-таки чуть вывели его из морального равновесия. А специально подчёркнутое слово “должен” наверняка наведёт на какие-то размышления.

- Хорошо. Предположим, ты бастард старого сослуживца регента, который может себе позволить, пренебрежительно называть его "Ланцем". Или совсем не его, а чей-то ещё. Скажем, незаконнорождённый сын Орвира Эйгора, который в это мутное время может выдвинуть претензии на престол. Я верно тебя понял?

Догадка у него неплохая, да и ход мыслей верный, но виконт идёт чуть не в том направлении. В идеале, так бы и оставить в его голове мысль о том, что я просто бастард погибшего императора, которому состряпали легенду и отправили в Хёниц после проявления струны. Но, к моему сожалению, в рамках этой истории я никак не смогу задать нужный мне вопрос.

Подойдя вплотную к столу, останавливаюсь напротив главы разведки.

- Не совсем. Я бы предпочёл, чтобы вы вовсе не знали того, о чём сейчас пойдёт речь. Но вариантов у меня немного. Потому, спрошу вас напрямую - что вам известно о текущем состоянии Кирнеса Эйгора?

На момент мне кажется, что он вот-вот ответит что-то в духе "Он мёртв", но Лерк Мэно благополучно сдерживается и озвучивает совсем другое.

- А что я должен об этом знать?

- Например, не собирается ли императорская канцелярия убить его, как только тот прибудет в столицу?

Около десяти секунд в комнате стоит тишина, после чего офицер медленно опускается на стул и аккуратно укладывает сигару в пепельницу.

- Хотите сказать, у них есть основания считать Кирнеса живым? И ожидать его прибытия в Схердас?

- Возможно. Они вполне могут подозревать, что он приедет за подтверждением фальшивого завещания, которым его вытащили из Хёница, где он чувствовал себя вполне комфортно.

Пару мгновений, он с невозмутимым видом смотрит на меня. Потом, слегка наклонив голову набок, интересуется.

- Зачем им это делать? Убийство законного наследника империи - преступление, за которое могут истребить весь род - включая самых дальних родственников. К тому же у Кирнеса не было струны.

А вот тут нужно сыграть осторожно. Рядом слышится предостерегающий шёпот призрака, на который я стараясь не реагировать. Ни к чему давать виконту лишний повод для размышлений.

- Предположим, после отравления, для лечения принца использовались...нестандартные методы, что спасло его жизнь, но стёрло память. Для восстановления бедолагу отправили в Хёниц, известив об этом руководство университета. А потом, по неизвестной причине попытались убрать во время традиционного осеннего бала.

- Где произошёл прорыв демона, перебившего немало людей и надругавшегося над Морной. Раз вы делитесь со мной таким количество потешных небылиц, может быть и об этом что-то расскажете?

Отрицательно качаю головой.

- Эту историю, у которой весьма неожиданная фабула, мы оставим для разговора, в котором оба собеседника будут чувствовать себя более уверенно и комфортно.

Какое-то время в кабинете стоит тишина. Потом, Лерк со вздохом берёт сигару из пепельницы.

- А для чего, в вашей истории, принц мог прибыть в столицу? Подтвердить свою личность слепком и предъявить права на престол?

- Слепок сгинул в разломе, через который в наш мир попал призванный. А наследнику совсем не нужна власть. Всё, чего он хочет - пересидеть зарождающийся кровавый хаос в Хёнице.

Отец Айрин ощутимо напрягается и выдохнув сигарный дым, уточняет.

- Артефакт был у Мойрница и принц не смог пройти проверку?

В голове проносится мысль, что если он сейчас не поверит в ответ, то вполне может попытаться меня прикончить, несмотря на отношения с его дочерью. Но молчать про слепок, было бы куда большей глупостью - если у командующего разведкой действительно хорошие связи в канцелярии, он и так всё узнает. Дальнейшее развитие событий предсказать несложно. Единственный вариант - озвучить всё самому, преподнеся, как вполне естественную вещь.

- У наследника стёрта память. Тело прежнее, но вот разум...чистый лист. Почти всё приходится вспоминать заново. Отправляя офицеров канцелярии со слепком, Ланц заранее знал, как всё повернётся. В конце концов, именно по его приказу, артефакт изъяли во время лечения принца, чтобы случайно не убить его.

Какое-то время виконт думает, явно прогоняя в голове различные варианты развития ситуации.

- И чего сейчас хочет Кирнес? Узнать, не в курсе ли новый правитель страны о его второй личности и не собираются ли офицеры канцелярии, с запозданием выполнить приказ Ланца Эйгора?

Утвердительно киваю ему.

- Именно так. Он хочет знать, насколько безопасно появляться при дворце, как ему, так и его друзьям.

Разглядев немой вопрос в глазах Лерка, уточняю.

- Сын хёрдиса Тонфоя и парень с Хельгинских болот.

На губах виконта появляется лёгкая улыбка.

- Отпрыск хёрдиса, дочь главы военной разведки и какой-то верзила со шрамом через всё лицо, выглядящий, как заправский убийца. И при этом, принц собирается просто отсидеться в Хёнице.

С невинным видом, пожимаю плечами.

- Стечение обстоятельств и случайные знакомства. Верзила как-то спас его жизнь, а с парой аристократов он познакомился, вместе стреляя по...целям.

Заминка происходит по причине того, что изначально я собирался сказать "живым мертвецам", но губы как будто застывают, не давая этого сделать. Вот, похоже и первое проявление присяги Хёницу. Лицо офицера после моего ответа, разом становится серьёзным.

- Что насчёт свадьбы с моей дочерью?

- Всё зависит от обстоятельств и того, выживем ли мы.

Он проходится пальцами по гладко выбритой щеке. Судя по жесту, когда-то там точно была щетина, которую он носил весьма долгое время.

- Предположим, я выясню всё, что смогу и пришлю человека, передать информацию. А вы, пока остановитесь здесь.

На последней фразе, вытаскивает из кармана небольшой лист бумаги, положив его на стол. Ещё раз глянув на меня, добавляет.

- Ты производишь впечатление относительно сообразительного человека. Думаю и так понимаешь, что произойдёт, если с Айрин случится что-то нехорошее?.

Вспоминаю о том, какой страх виконтессы проявился перед нам во время испытания организованного третьем курсом и едва не отвечаю, что у него, как минимум один раз, уже не получилось её защитить. К счастью, вовремя сдерживаюсь.

- Вполне представляю. Так же, как и вы должны понимать, что в мои намерения это не входит.

Несколько секунд сверлит меня взглядом, после кивает и покидает комнату через выход в задней стене, который мне сложно разглядеть, даже увидев, как закрывается дверь и точно зная, что она там есть.

Интерлюдия 2

- Ваше Императорское Величество, успокойтесь. Это необходимый шаг, если вы хотите остаться на престоле.

Седой мужчина в синем мундире дипломатического корпуса, шагает вперёд, приближаясь к разъярённой Морне Эйгор, с раскрасневшимся лицом стоящей около своего кресла, сжав кулаки. Девушка, выдохнув через стиснутые зубы воздух, принимается яростно отвечать.

- Ты видел, как он себя вёл? Как будто этот старик с мёртвым телом здесь уже всем владеет! А его мерзкие намёки на "попробовать перед сыном"? Кусок гхаргового дерьма!

- Я с вами полностью согласен, но вы же сами знаете - он единственный среди хёрдисов, кто предложил нам поддержку. Пусть и на весьма выгодных для себя условиях.

- Поддержка... Выжечь бы его замок драконьим пламенем, так же, как цитадель Ценхора.

Её собеседник откашливается, деланно смотря по сторонам. В большом кабинете, тускло освещённом десятком газовых ламп, кроме них никого, но действия несут скорее символический смысл.

- Ваше Императорское Величество, на вашем месте я бы не использовал подобные фразы в разговоре с кем-то, помимо меня. Если Оттефер неожиданно поменяет свою точку зрения и повернётся против вас, это может вызвать цепную реакцию среди аристократии, погасить которую нам не удастся. С ним можно будет разобраться потом, когда у нас будет достаточно сил, чтобы заменить старого лича на кого-то помоложе, заодно организовав и внезапную смерть вашего будущего мужа.

Морна кривит губы в нервной улыбке, скептически смотря на мужчину.

- Граф Реннан, вы ведь уже давно варитесь во всём этом - политика, интриги, заговоры, сложные комбинации. Как думаете - есть ли у старшего Оттефера мысли по поводу моего убийства и воцарении на престоле своего сына? Послушного отпрыска, который ему и слова поперёк не скажет?

- Возможно он действительно думает об этом, но на мой взгляд, в ближайшее время, такое развитие событий исключено. Против его дома выступят абсолютно всё остальные хёрдисы, к которым примкнёт армия. Да и герцоги не останутся в стороне. Зато сейчас, при помощи этой помолвки и скорого брака, мы получим возможность влиять на всю остальную высшую аристократию. Страх того, что Оттефер подомнёт под себя управление империей, приведёт в наши объятья, как минимум нескольких хёрдисов. А за ними потянутся и остальные - иного выбора кроме открытой войны, у них всё равно не будет.

Регент империи порывисто шагнув к столику берёт в руку бокал, наполненный вином и делает глоток, после чего поворачивается к своему собеседнику.

- Ладно, пусть так. В болотные топи этого рицерового хрыча. Скажите лучше - вы подобрали кандидатов на место главы императорской канцелярии? Сейчас там творится хаос - я опасаюсь отдавать приказы, зная, что информация о них может разойтись по всем заинтересованным лицам, а исполнение под вопросом. Так продолжаться не может.

- Безусловно. К сожалению, у нас не так много вариантов - слишком мало людей, на которых можно положиться. Я бы рекомендовал к назначения полковника Фурье.

Морна задумчиво морщит лоб.

- Фурье? Это тот, что командовал операцией по уничтожению подполья в Рэнхе? Почему именно он? Я о нём слышала, но мы даже не знаем друг друга лично. Есть же виконт Соррет, у которого был опыт работы в канцелярии - в его преданности я уверена.

Граф, опирающийся на трость, чуть заминается перед тем, как ответить.

- Ваше Императорское Величество...

- Хватит уже, Берн! Ты меня знаешь с десяти лет - зачем использовать титул, когда мы одни?

- Прошу меня извинить. Если вам так угодно - могу забывать об этикете, когда мы остаёмся наедине. Что касается виконта Соррета, то я согласен в том, что он полностью лоялен вам, но опасаюсь, в качестве главы императорской канцелярии, юноша окажется неэффективен. Служба в третьем департаменты, занимающемся охраной членов императорской фамилии и высших должностных лиц, это не совсем подходящий опыт. Фурье же - принципиальный служака, следующий букве закона буквально до мозга костей. Если ему поступил приказ - он сделает всё, чтобы его выполнить. С ним не стоит опасаться разночтений и подковёрных игр. К тому же он весьма подкован и опытен - выходцы из второго департамента нередко становились во главе ведомства.

Дочь Ланца, сделав ещё один глоток вина, задумчиво смотрите на графа.

- А как он относится к тому, что регентом стала я, а не Рихт?

Мы уже беседовали на эту тему - Фурье считает, что вы имеете на это право ввиду экстраординарных обстоятельств. Более того, по его мнению, ваш дядя мог быть причастен к убийству Ланца или как минимум, связан с организаторами атаки. Как думает полковник, основной целью атаки на канцелярию, была смена регента, одновременно с уничтожением прослойки приближённых офицеров, которые могли воспротивиться приходу Рихта к власти.

- То есть он считает меня законным правителем Норкрума?

- Именно так. А вашего виконта мы можем поставить во главе третьего департамента, который тоже крайне важен. Или сделать заместителем главы канцелярии.

Морна, бросив взгляд на трость графа, усаживается в кресло, рядом с небольшим столиком и кивает ему на другое, расположенное напротив. Когда Реннан располагается там, девушка уже определяется с решением.

- Подготовьте документы на подпись - Фурье встанет во главе канцелярии, а Соррет возглавит третий департамент, вместе с тем заняв место заместителя полковника. И кстати - сразу повысьте его в чине, хотя бы на ступень.

Чуть помедлив, продолжает.

- Вместе с этим подготовьте распоряжение о назначении вас канцлером империи.

Седой аристократ с удивлением поднимает взгляд от записной книжки в переплёте, окованном серебром.

- Вы уверены? Канцлеров назначали не так часто - до Сомвеля, это и вовсе было временной должностью.

- Более чем. Мне нужна надёжная опора. А вам - формальные полномочия, чтобы действовать эффективнее. К тому же, я уверена, вы сможете навести порядок в министерствах.

- Благодарю за доверие и надеюсь, что вы не окажетесь разочарованы.

Девушка чуть морщится.

- Оставь эти расшаркивания для тех, кто рос не при дворе, Берн. Ты и сам знал, что я предложу тебе эту должность. Как обстоят дела с прессой? Я видела образцы листовок с рисунками о том, что произошло на балу - есть какая-то информация по поводу того, кто их распространяет?

- К моему сожалению, пока ничего не удалось выяснить. Полиция ведёт усиленное патрулирование всех кварталов Схердаса, где они были обнаружены. Следователи изучают образцы и проверяют типографии, где их могли напечатать. Правда, результаты у них пока нулевые.

- Сразу после назначения Фурье, следует направить силы второго департамента на расследование этого дела. Я хочу, чтобы головы виновников были публично отсечены на площади перед дворцом.

- Кхм, публичных казней не было со времён Сорэса Эйгора, не думаю, что сейчас...

- Значит возродим эту славную традицию! Эта крылатая тварь вертела меня в воздухе, как куклу, на глазах у всех! Каждый, кто захочет напомнить об этой истории подобным образом - должен умереть!

Её советник на секунду замолкает, явно раздумывая, стоит ли на это возражать. Потом, решает всё-таки перевести разговор в другое русло.

- Как скажете - завтра я проинструктирую Фурье. Ещё один момент - на утро у вас назначен приём в тронном зале, должны прибыть новые вассалы, просители, дочь барона Кронца для помолвки с сыном Тохра и студент Хёница, которому нужно подтвердить наследство.

Граф пытается продолжить, но Морна его перебивает.

- Студент Хёница? Чтобы вступить в наследство? А при чём здесь я?

- Он бастард графа Вайрьо - давнего боевого товарища вашего отца и его личного вассала. Сам граф погиб, а единственным наследником по завещанию сделал своего незаконнорождённого сына. Но я поднял эту тему не для обсуждения правил наследования - приём должен пройти в тронном зале, а у нас до сих пор нет мага, которому можно доверить настройку артефактов. Требуется артефактор, умеющий обращаться с наследием схоров - такого сложно отыскать.

- А прежний? Его так и не нашли?

Будущий канцлер империи отрицательно качает головой.

- Никаких следов, как будто его гхарг целиком заглотил. Что странно - помимо него пропало ещё несколько магов, ранее служивших при дворце. В основном мелочь - самый старший по должности, это главный садовник столицы, занимавшийся зелёными насаждениями. Но это всё равно наталкивает на весьма неприятные мысли. Сами понимаете, чем может быть чреват заговор магов.

- На этот случай, у нас с Хёницем есть договор. По поводу этого дела тоже проинформируйте Фурье - пусть выделит людей и займётся. Параллельно пустите по их следу военную контрразведку, если у них найдутся свободные офицеры. Что касается завтрашнего приёма - перенесите его в жёлтый зал, так будет даже лучше.

Беседа продолжается ещё около четверти часа, вращаясь в основном возле командиров корпусов, герцогов и хёрдисов, которые пока занимают выжидающую позицию. Когда граф Реннон покидает покои регента, Морна наливает себе ещё один бокал вина и сделав глоток, неожиданно запускает его в стену. Секунд десять смотрит на большое красное пятно и стекающие вниз ручейки вина. Потом поднимается и достав из ящика комода револьвер, звонком вызывает охранника. Появившийся на пороге фельдфебель, вытягивается по струнке, стараясь не смотреть на стену, а девушка усталым голосом озвучивает приказ.

- Доставьте сюда пятерых неконов из свежей партии. Мне нужна разрядка.

Глава VI

Развернув листок, оставленный виконтом, обнаруживаю там адрес, видимо относящийся к Жэржу. Прячу бумагу в карман и направляюсь к выходу, ведущему назад в паб. Эйкар, двинувшийся было за мной, по дороге заявляет, что ему надо осмотреться и покидает помещение, пролетев сквозь стену. Я же, пройдя мимо хмурого официанта, который так и стоит на своём месте, направляюсь к нашей компании. Подсев за столик, заказываю себе бокал тёмного пива у сразу же подошедшего официанта и как только он отходит, слышу голос Тонфоя.

- Ну как всё прошло? Удачно поболтали?

Судя по выражению лица, парню сильно хочется отпустить пару шуток по поводу "будущего тестя", но его останавливает напряжённая Айрин, сидящая сбоку и вперившая в меня взгляд. Думаю, попробуй Канс сейчас пошутить - кулак прилетит не как обычно в плечо, а прямо в челюсть.

- Вполне. Он пообещал прислать посыльного с информацией, как только всё узнает. И предложил нам поселиться по этому адресу.

На последней фразе, достаю из кармана листок бумаги и чуть приподнявшись со стула, кладу его на стол перед виконтессой. Девушка, развернув его, быстро пробегает глазами по тексту и поднимает взгляд на меня.

- Гостиница, недалеко отсюда. Видимо, не без его людей внутри.

Выдержав короткую паузу, всё же уточняет.

- Насколько серьёзно ты раскрыл ему правду? О чём вы договорились?

Пожимаю плечами.

- Выложил практически всё, как оно есть. За исключением Эйкара и событий, что произошли на балу. А договорённостей, помимо сбора им информации, не было.

Девушка, чуть нахмурившись, замолкает, ещё раз перечитывая адрес, указанный на бумаге. Мне же приносят большую кружку с тёмным пивом и я делаю глоток, оглядывая зал паба, на который почти не обратил внимания, когда мы заходили. Высокая барная стойка, за которой работают сразу двое мужчин, лакированные столы, приглушённый свет газовых ламп, которые уже включили из-за наступающей темноты. И гомон разнообразной публики, среди которой встречаются самые разные люди - от явных рабочих до солдат в грязно-зелёных мундирах и парней, похожих на молодых аристократов. В углу и вовсе сидит полный полицейский, уже расстегнувший форменный китель и жадно поглощающий, явно не первую за сегодня порцию пива.

Моё наблюдение прерывает голос Джойла.

- Так это, что сейчас делать будем? В гостиницу ту пойдём?

Повернувшись к здоровяку, которого виконт назвал "профессиональным убийцей”, понимаю, что пива у него осталось, буквально на дне. Теперь суть вопроса, становится несколько более ясна.

- Сначала допьём то, что принесли и потом отправимся в гостиницу. Можешь заказать себе ещё кружку.

Парень поднимает руку, подзывая официанта, а Тонфой спешно вливает в себя остатки напитка и когда тот приближается, тоже заказывает себе вторую порцию. Я же делаю ещё один глоток пива, на этот раз оценивая вкус. Как выясняется - вполне неплохо, чем-то напоминает тёмный "Будвайзер".

Поставив кружку на стол, обнаруживая, что к нам приближается парень из компании, что напомнила мне своим видом отпрысков знати. Остановившись в паре шагов от стола, начинает говорить.

- Что такая прекрасная леди, как вы, делает за одним столом с мужланами, у которых в карманах нет и лара? Позвольте пригласить вас за наш столик - скрасить мужскую компанию.

На момент искренне удивляюсь его безрассудству. Если это не чья-то уловка, то парень должен быть крайне туп. А потом до меня доходит суть расклада - оба наших ружья прислонены к стене, рядом с Джойлом. А его правая нога, на которой висит устрашающий Добряк, сейчас около стены и разглядеть топор можно только с весьма специфического ракурса. Выглядим мы, после долгой дороги, действительно не самым лучшим образом. Даже вечно прилизанный Тонфой, больше похож на городского служащего, чем сына хёрдиса.

Вижу, что Канс уже собирается ответить и предостерегающе поднимаю руку. С него станется сейчас представиться и надавить известностью своей фамилии. Повернувшись к подошедшему парню, краем глаза вижу, как виконтесса опускает руку к поясу, явно уложив пальцы на рукоять револьвера. Самым простым способом быстро отвадить этого бедолагу, стала бы демонстрация магии. Но это невозможно по тем же причинам, которые мешают использовать фамилию дома хёрдиса. Поэтому выбираю другой подход.

- А ты не опасаешься, вот так подкатывать к девушке из неизвестной компании?

Тот переводит глаза на меня и было презрительно кривится. Впрочем, потом его взгляд падает ниже, скользя по двум револьверам, висящим на поясе вместе с ножами. В комплекте, всё это выглядит весьма сурово - как будто я специально снаряжался для возможной схватки. Ещё один вариант - я просто идиот, любящий обвешиваться оружием и в таком виде бродить по улицам. Но эту теорию быстро опровергает Джойл, положивший на стол "Лоун". Парень оглядывает винтовку со стволом, украшенным рунами и его глаза сразу же расширяются. Снова окидывает нашу компанию взглядом и уже отнюдь не таким уверенно заявляет.

- Я всё понял. Извиняюсь, принял вас за студентов из столицы или работяг. Удаляюсь.

Хмыкнув, смотрю вслед уже развернувшемуся парню. По крайней мере, оказался сообразительным. И попытался сохранить лицо.

Спустя секунду, к нам подходит официант, тоже скользнувший взглядом по рунической винтовке. Отмечаю, что манера общения у служащего быстро меняется - в голосе появляется хорошо чувствующееся уважение. Видимо, он неплохо представляет себе стоимость такого оружия. Среднестатистический человек не сможет себе его позволить. А если и купит - точно не станет таскаться по пабам. Поэтому, логическое объяснение может быть только одно - скоро мы планируем столкнуться с подходящей для винтовки целью. Либо уже с ней пересеклись. В любом случае - лучше вести себя аккуратнее.

Когда служащий паба отходит в сторону, Канс разочарованно вздыхает.

- Жаль, нельзя было назваться. Я бы посмотрел на лицо этого идиота, когда тот осознал, на кого он нарвался.

Усмехнувшись, поднимаю кружку и под внезапный тост Джойла о том, чтобы быстрее вернуться в Хёниц, заливаем в себя по порции пенистого напитка. На то, чтобы полностью опустошить кружки уходит ещё пять минут, после которых мы расплачиваемся и покидаем паб. Замечаю, как удивлённо пялится на топор Джойла подвыпивший полицейский, но подозреваю, что он тоже давно прикормлен ведомством виконта. Либо полный раздолбай. Любой вариант, выходящий за эти рамки, мог обеспечить военной разведке некоторые проблемы при проведении встреч на этой территории.

Гостиница оказывается и правда недалеко - даже не приходится брать извозчика. Хотя, отели тут на каждом шагу - видимо не каждый житель столицы успешно покидает Жэрж после визита в местные пабы. Наша, представляет собой небольшое двухэтажное здание, в холле которого обнаруживается миловидная женщина, с улыбкой вручающая нам ключи от номеров. На этот раз находятся только два свободных двухместных - в каждом по две отдельных кровати. Правда Айрин, это не останавливает - как только оказываемся внутри номера, виконтесса обвивает мою шею руками и через пару минут звук поскрипывающей кровати, вместе с её стонами наполняет весь этаж.

Когда девушка отправляется в ванную, из стены показывается лицо Эйкара.

- Вы уже закончили? Теперь можешь говорить?

Останавливаю руку, машинально потянувшуюся к револьверу и прищурившись уточняю.

- Ты давно тут ждёшь?

Призрак, уже залетевший в комнату, чуть смущается.

- Не очень. Я залетел было сообщить новости, но вы тут любовным утехам предавались, так что не стал мешать. Ждал за стеной, пока крики затихнут. Тебе повезло, кстати - таких пылких...

Поморщившись, перебиваю его.

- Давай лучше к новостям. Что-то обнаружил?

Тот с недовольным лицом, скрещивает руки на груди.

- В здании пара людей, точно непохожих на обычных постояльцев - вооружены и экипированы. Как и женщина на первом этаже - у неё целый комплект защитных артефактов и пара револьверов. Больше вроде ничего интересного - все остальные в округе, обычные отдыхающие, спешащие набраться.

Киваю ему, а из ванной комнаты показывается Айрин, обмотанная в полотенце. Судя по взгляду, которым девушка обводит комнату - беседу с призраком она явно слышала.

- Эйкар здесь? Только не говори, что он за нами наблюдал. Если так, я этого бесплотного наглого старикана сотру в...

Подняв руку, прерываю поток начавшихся угроз, перебивая её.

- Он случайно залетел с улицы, не зная, что тут происходит. Дождался, пока мы закончим и только потом сунулся внутрь.

- А если бы я голая вышла?

Призрак фыркает.

- А то я голых девиц за свою жизнь мало видел. Всё же одинаковое - это тебе не призванные...

Судя по печальному вздоху, воспоминания о призванных девушках у Эйкара самые хорошие. Но виконтессе его слова лучше не передавать. Повернув голову к призраку, вздыхаю.

- Если мы наедине в комнате, то постарайся не влетать, если нет веской причины.

Старый маг недовольно хмурится.

- Все проблемы в этом мире из-за женщин.

Покосившись в сторону Айрин, взмахивает бесплотной рукой.

- Ладно, рицер с вами. И так понятно, что живая девушка будет получше, чем мёртвый маг. Постараюсь не врываться, если не будет острой необходимости. Только ещё об одном моменте хочу напомнить, Орн - о своём теле. Ты говорил, что найдёшь какой-то вариант. Но пока, всё идёт к тому, что мы уже вот-вот явимся в Схердас, а моей новой оболочки не видать, как ушей рицерового детёныша. Надеюсь, ты не забыл про данное обещание?

Момент обдумываю его вопрос, прикидывая в голове варианты.

- На обратном пути мы заглянем в Рэнх и попробуем наладить контакт с работниками одного из тамошних моргов. Твоя задача - продумать вариант ритуала, не предполагающий принесения в жертву людей.

Эйкар недовольно кривит лицо.

- С каких пор студенты Хёница стали такими неженками. Пару человек туда, ещё пару сюда - не такое великое дело.

Увидев выражение моего лица, меняет тон.

- Хорошо, я подумаю, как это можно обставить. Но предупрежу тебя сразу - без человеческих жертв, всё будет куда дольше и тяжелее. К концу, ты сам будешь просить притащить пару людишек, чтобы им можно было перерезать глотки и закончить всё по быстрому.

Озвучив последние слова, покидает номер, пройдя через стену, а со стороны ванной слышится голос Айрин.

- Всё? Он ушёл?

Подтверждаю, что призрак удалился и девушка, сбросив полотенце, ныряет в постель. Я же отправляюсь на водные процедуры. Когда выхожу, выясняется, что сон в поезде, точно не был воспринят организмом, как полноценный отдых и мы оба практически отключаемся. Сдвигаем кровати и через несколько минут Айрин уже посапывает, снова улёгшись на моей руке. Следом за ней, в сон проваливаюсь и я.

***

Просыпаюсь от осторожного стука в дверь. Осторожно вытягивая затёкшую левую руку из под Айрин, встаю и надев исподнее, шагаю ко входу, активируя струну. Если что - успею ударить паразующей связкой или комбинацией, формирующей муравьёв. Но снаружи оказывается лишь та же женщина, что встречала нас в холле. Протянув конверт, озвучивает, что для меня поступила почта и удаляется сразу, как я его забираю.

Заперев дверь, вижу приподнявшуюся в постели Айрин, внимательно за мной наблюдающую и усевшись на кровать рядом с девушкой, распечатываю конверт. Внутри обнаруживается письмо. Подписи, равно как и каких-то иных указаний на автора нет, но отправитель мне и так понятен. Пробегаюсь глазами по тексту.

Хочу сообщить вам, что никаких сведений о родственнике, коего вы пытались разыскать, найти не удалось. Прошёлся по всем адресам его знакомых и приятелей, которые вы мне дали, но никто из них о нём даже не слышал. Хотя некоторые были весьма и весьма несговорчивы - пришлось приложить немало сил, чтобы они всё же пообщались со мной. Думаю, вы прекрасно понимаете, что теперь у меня есть право на ответную услугу, при случае.

Айрин, читающая письмо вместе со мной, качает головой, а я усмехаюсь. Логично - глава военной разведки не продержался бы столько времени на своём месте, не умей он пользоваться обстоятельствами. А вписать в число своих должников наследника престола, пусть пока и скрытого от всеобщего внимания - дорогого стоит.

На улице уже светает, так что принимаемся готовиться к выходу - самое время отправляться в столицу, если мы не хотим опоздать, сегодня как раз истекают три выделенных на прибытие, дня. Одеваясь, слышу тихий голос Айрин.

- Ты же понимаешь, что у отца это профессиональное? Он почти всю жизнь служил в разведке, такие манёвры отработаны на уровне рефлексов.

Мгновение не знаю, что ей ответить. Намёк на мой долг, выглядит более чем логично на фоне той помощи, что он оказал, рискуя собственной шкурой. Странно думать, что я могу из-за этого переживать. Пожав плечами, озвучиваю свою позицию.

- Я всё понимаю. Любой на его месте, попробовал бы извлечь хотя бы минимальную выгоду из обстоятельств.

Виконтесса чуть улыбается, но почти сразу морщит лоб.

- Знаешь, иногда мне кажется, что какая-то часть памяти у тебя осталась, только очень выборочно. Ты разбираешься в общих вопросах и людях, но абсолютно ничего не знаешь об окружающем мире, вплоть до иерархии аристократов - это странно.

Скользкая тема. И выскочила она, как-то абсолютно внезапно. Стараясь сохранять невозмутимый вид, отвечаю.

- Сложно сказать, почему так. Общее понимание того, как ведут себя люди, у меня осталось. А вот с более конкретной информацией об окружающем мире, всё сложнее - на месте этих воспоминаний зияет пустота.

Мэно хмурит брови, скрывая своё тело под рубашкой.

- Надо найти надёжного целителя и показать тебя ему. Возможно получится восстановить часть памяти.

А вот эту опасную идею, надо гасить в зародыше. Не знаю, на что именно тут способны маги, специализирующиеся на медицине, но рискну предположить, что он вполне может меня раскусить. И ничем хорошим это не закончится.

- Во дворце уже пытались. Лучшие маги империи, у которых ничего не вышло. И ещё одна вещь...

Выдержав приличествующую моменту паузу, продолжаю.

- Если ко мне вернётся память, боюсь в этом теле окажется вовсе не знакомый тебе Орнос, а старый Кирнес, репутация которого, сама о себе говорит.

Судя по взгляду девушки, о такой возможности она не думала. Теперь, можно надеяться, что тема с целителем и попыткой возврата памяти, навсегда забыта.

Через пару минут уже поднимаем Канса и Джойла, мирно дрыхнущих в номере, через один из нашего. Здесь же нас находит Эйкар, выплывающий в коридор из стены. В ответ на мой вопросительный взгляд, призрак объясняется.

- Там какой-то парень - всю ночь писал на столе под лампой. Занятная история, я так всё время у него за плечом и висел, пока вас не услышал. Жалко, дочитать не получится.

Из двери номера, наконец показывается Тонфой с Джойлом и мы отправляемся к выходу. А спустя полчаса уже загружаемся на поезд, идущий в Схердас. Уровень комфорта далёк от того, что был в купе, но и проехать нам надо всего ничего.

По дороге размышляю, пытаясь понять вероятность обмана со стороны Лерка Мэно. В конце концов, прихожу к выводу, что она всё же крайне невелика. Всё-таки, он рискует подставить под удар собственную дочь. Да и чувства преданности по отношению к Морне, которая заняла престол в нарушение законов империи, у шефа разведки, взяться неоткуда. Веские резоны для предательства тоже отсутствуют - регент, контролирующий лишь столицу государства, физически не сможет обеспечить ему достаточно ценную награду. Даже если убрать из уравнения Айрин, причин для моей сдачи Морне, у её отца практически нет.

В столице, выгружаемся на вокзале "Пяти орлов" - ближайшем к императорскому дворцу. Здесь, порядки оказываются куда строже, чем в Жэрже или Рэнхе - прямо на выходе нас тормозит патруль из пятерых солдат во главе с мрачным сержантом. Последний окидывает нас взглядом, задержав его на винтовке за плечами Джойла и моём штуцере, после чего интересуется.

- С какой целью прибыли в Схердас? Назовите себя.

В голове мелькает мысль, что никаких документов у нас нет. Хотя, я о чём-то напоминающем удостоверение личности, я тут вовсе не слышал. Единственная бумага, что имеется с собой - лист на котором указано, что мы отпущены из Хёница на пять дней с обязательством вернуться по истечению этого периода времени.

С учётом письма от главы военной разведки, теперь мы сможем представляться официально, чем я и пользуюсь.

- Позвольте представиться - граф Вайрьо. Прибыл для подтверждения вступления в наследство и указания своего имени в имперском реестре. Трое моих спутников - люди, подписавшие контракт о личном вассалитете и сопровождающие меня в соответствии с моим же распоряжением. Все мы - студенты Хёница.

Первая фраза только добавляет командиру патруля мрачности, а вот на части про наследство он слегка расслабляется. Окончательно перестаёт рубить нас глазами на части после упоминания про обучение в Хёнице. Когда заканчиваю говорить, ещё секунду раздумывает и уточняет.

- А "Лоун" с рунами на стволе у вас откуда? И зачем он нужен для поездки в столицу?

Пожимаю плечами.

- Мы предполагали, что столкнёмся с опасностью по дороге сюда. К тому же, после Хёница, любой станет чувствовать себя крайне неуютно без серьёзного оружия под рукой.

На лице сержанта проявляется удивление, а я снова чувствую, как к губам подкатывает чувство онемения, из-за чего последние фразы выходят чуть смазанными. Но произнести их, всё равно удаётся.

- А ещё мы подавили мятеж в Свайлэде.

Похоже Кансу не дают покоя заслуженные лавры, которых он лишён. Или парень решил повысить наши акции в глаза солдата. Тот, снова оглядывает нас и наконец определяется.

- Ну да, там тоже студенты-маги были. Молодцы, коли не врёте. В империи сейчас такой разброд, что любая помощь пригодится.

Вздохнув, машет рукой, показывая, чтобы мы отправлялись дальше, а сам с бойцами шагает к зданию вокзала. Летающий в воздухе Эйкар выдаёт тираду о том, что в прежние времена с магами себя вели уважительнее и он бы сожрал сердце этого сержанта, заставив его мёртвое тело перебить всех остальных, но на воспоминания старого мага, у меня сейчас нет времени. Равно как, отсутствует и желание их слушать.

Пока мы на кэбе добираемся до императорского дворца, я насчитываю ещё пять таких же патрулей. И один пост, который было бы уместнее назвать опорным пунктом - полсотни солдат, в самых настоящих укреплениях, с парой пулемётов. Причём, форма различается - если на патрульных она серого цвета, то у тех, что держат позицию на перекрёстке - тёмно-зелёная. Бросивший на них взгляд, Канс, цокает языком.

- Похоже Морна не слишком верит гарнизону, раз на подступах к дворцу солдаты пятого корпуса.

Теперь разница становится понятной. А догадка Тонфоя, действительно подтверждается - после поста на перекрёстке, мы видимо только патрули, состоящие из бойцов в зелёной форме. Пятому корпусу, который был предан её отцу, Морна явно доверяет больше, чем столичному гарнизону.

На входе во дворец тоже обнаруживается серьёзная охрана - два десятка солдат пятого корпуса и около десяти лейб-гвардейцев, чьи начищенные белые мундиры резко контрастируют с обликом их "коллег". Среди армейцев, как оказывается, есть и маг. Когда сдаём огнестрельное оружие, к нам подходит высокий тощий мужчина с впавшими глазами. В ответ на мой вопросительный взгляд, вытаскивает из под формы жетон Хёница и коротко интересуется.

- Какой курс?

Стараясь не обращать внимания на Эйкара, который кружит в воздухе, возмущаясь тем, что нас заставили сдать оружие, отвечаю.

- Первый. Я прибыл для заверения наследства, все остальные подписали со мной договор о личном вассалитете.

На усталом лице худого мага появляется лёгкая улыбка.

- Умно. Хотя мы и не на такие ухищрения шли, чтобы обеспечить себе отпуск. На случай, если вы не в курсе, предупрежу - использовании магии во дворце запрещено. Холодное оружие тоже лучше не трогать - обстановка нервозная, увидев, как вы достаёте нож, кто-то вполне может выстрелить.

Сдавший свой револьвер и патроны к нему, Тонфой, разворачивается к моему собеседнику.

- А если на принцессу нападут?

Маг стискивает челюсть так, что я слышу скрежет зубов. А из взгляда, теперь устремлённого на сына хёрдиса, полностью пропадает, было появившаяся там теплота.

- Ты бы не шутил так - людей у нас не хватает, дежурим и патрулируем по шестнадцать часов. Если кто-то не поймёт и спалит тебя ко всем рицерам или прострелит голову - остальные поймут. Что же касается сути вопроса, Морна Эйгор не принцесса, а регент. Правитель Норкрума. При нападении, ваша обязанность - защитить её любой ценой.

Канс чуть конфузится под тяжелым взглядом мага. Видимо аристократ не подумал, что измотанные постоянным ожиданием атаки солдаты - не лучшие мишени для острот и шуток. Особенно, если они касаются охраняемой ими особы. Покосившись на сына хёрдиса, пробую сгладить ситуацию.

- Прошу извинить моего друга - сами понимаете, учёба в Хёнице развязывает язык, как и мысли.

Маг снова едва заметно усмехается.

- Понимаю. Но язык тут лучше держать за зубами, чтобы не потерять голову. А сейчас следуйте за камер-лакеем - он отведёт вас к месту проведения приёма.

Благодарю его за помощь и вскоре мы уже поднимаемся по лестнице, шагая за парнем в белой ливрее, расшитой золотом.

Глава VII

Когда поднимаемся на пару этажей выше и углубляемся в хитросплетения коридоров дворца, Тонфой непонимающе поморщившись, тихо говорит.

- Не понимаю. Если не ошибаюсь, мы прошли поворот к тронному залу, где обычно ведут приём императоры.

Идущий впереди камер-лакей, слегка повернув голову в нашу сторону, проясняет ситуацию.

- Приём, по распоряжению регента, перенесли в жёлтый зал, куда мы и направляемся.

Канс бросает на меня выразительный взгляд, но молчит, видимо опасаясь чуткого слуха парня, шагающего перед нами. По дороге несколько раз встречаем выставленные посты - везде солдаты пятого корпуса вместе с лейб-гвардией. Если вторые выглядят ещё более менее сносно, то вот первые точно вымотаны. Предполагаю, что Ланц тоже задействовал их по полной, для обеспечения безопасности столицы. А после восхождения на престол Морны, время на сон у армейцев и вовсе почти исчезло.

Около дверей в зал обнаруживается небольшое столпотворение - не меньше полусотни аристократов, щеголяющих отделанными камзолами, к которым присоединяются всё новые и новые люди. Оглядывающийся по сторонам Тонфой узнаёт одного из ожидающих.

- Эта рицерова отрыжка присягала нашему дому, а теперь значит решила припасть к ногам Морны? Жаль нельзя прострелить ему колено прямо здесь. Но ничего - как закончим, доберусь до нашего представительства и черкну письмо домой, пусть вздёрнут придурка.

Мужчина на которого злобно пялится Канс, словно почувствовав чужой взгляд, смотрит по сторонам и заметив юного Тонфоя, заметно меняется в лице. Какое-то время колеблется, видимо думая, стоит ли подойти и объясниться, но в итоге выбирает противоположный вариант и скрывается в толпе.

Спустя несколько секунд нас уже запускают внутрь. Эйкар, который против обыкновения молчит, опасливо смотря по сторонам, осторожно подлетает ко входу в зал и чуть покружив рядом, всё-таки пробует продвинуться дальше. Когда у него это получается, призрак издаёт шумный вздох облегчения.

- Хорошо, что это не тронный зал - сюда мне путь открыт.

Покосившись на старого мага, жду, пока плотная толпа перед нами, втянется в помещение. За короткое время ожидания, к ней успело присоединиться не меньше трёх десятков человек и число участников церемонии выросло почти до сотни человек. Замечаю, что впереди мелькают и оба Кронца - зажатые между другими аристократами, протискиваются в дверной проём.

Оказавшись внутри, понимаю, что для зала таких размеров, это не так уж и много - судя по его масштабам, он запросто может вместить впятеро больше людей. Занимаем место на левом фланге и я машинально изучаю обстановку. Вдоль обеих боковых стен позицию заняли солдаты - по пятеро лейб-гвардейцев с винтовками в руках. Около престола замерло двое магов. Один в армейской форме, другой - в элегантном костюме. У второго различаю значки Хёница на пиджаке, но со своего места не могу разобрать, какая именно специализация там указана. У военного их нет, но если мыслить логически, он тоже должен быть магом - вряд ли рядом с троном разместят обычного солдата.

За нашей спиной - два ряда массивных колонн, которые практически полностью скрывают стену. Задумчиво изучаю их, когда меня дёргает за рукав, стоящая слева Айрин.

- Начинается.

Поворачиваюсь и вижу, что около подножия престола появился ещё один, одетый в ливрею камер-лакей.

- Её Императорское Величество, регент империи Норкрум и протектор восточных островов, Морна Эйгор!

После окончания короткой речи, из двери, расположенной за престолом появляется и сама девушка. На этот раз, в закрытом и совсем не пышном платье золотистого цвета. Следом за ней, опираясь на трость, шагает седой мужчина, остановившийся позади трона, на который усаживается Морна. По людям в зале проходит волна шёпота. Стоящий справа от меня Тонфой, тоже удивлённо шепчет.

- Граф Реннан. Но почему он сзади, на месте канцлера? Она что, уже успела его назначить?

Его риторическая реплика остаётся без ответа, а "глашатай", оповестивший нас о прибытии регента, уже представляет первого из посетителей.

- Виконт Дюссер, прибывший для дачи вассальной присяги от имени всего своего рода.

От толпы отделяется молодой парень в черно-зелёном камзоле, который опускается на одно колено, не дойдя нескольких шагов до ступеней, ведущих к престолу. Всё тот же служащий приносит ему лист бумаги, уложенный на тёмный кусок залакированного дерева и виконт принимается что-то зачитывать. На моменте, когда аристократ обещает всегда быть преданным Морне Эйгор и по её первому зову прийти на помощь, где-то справа слышится удивлённый возглас, которому сразу же вторит испуганный женский крик. Вижу, как Джойл, стоящий справа от Тонфоя, тянет руку к Добряку, который здоровяку разрешили оставить с собой и шагнув вперёд, пробую рассмотреть происходящее.

Увиденное, заставляет руку немедленно опуститься на пояс - пальцы бессильно захватывают воздух на месте, где раньше была кобура с "Эрстоном". Прямо у меня на глазах, один из визитёров сбрасывает с себя кожу. В буквально смысле - она стремительно расползается на части, отлетая большими кусками в стороны. Зал наполняется грохотом винтовочного выстрела - самый сноровистый из лейб-гвардейцев выпускает пулю, успешно поражая цель. Но существо, быстро выбирающееся из своего кокона, полностью игнорирует этот факт, успешно заканчивая процесс "переоблачения".

В следующий момент по оказавшемуся на полу зала уродцу с морщинистой кожей и кривыми ногами, бьют маги - на него обрушивается ревущее пламя, за которым падает сеть из блестящих нитей, возникших в воздухе. Но странная тварь и не думает ускользать или защищаться - вместо этого, за секунду до атаки магов, она вспарывает своё брюхо когтями и щерится в кривой ухмылке вплоть до момента, когда столб огня превращает его в кусок запечённого мяса, на который опускается сеть, моментально оплетающая останки странного некона.

А вот дальше происходит нечто странное - обугленное тело с хлопком разлетается на части, выплёвывая из себя десятки небольших шаров, разлетающихся в разные стороны. А из левой части груди вверх всплывает сверкающий гранями кристалл. В воздухе мелькают новые нотные символы - маги уже приступили к делу. Правда, ни один из них, не успевает закончить начатое - между ними и кристаллом на мгновение устанавливается связь в виде тонких нитей, пересекающих весь зал. Они практически сразу исчезают, но как я понимаю, свою задачу выполняют с лихвой - щёголь иссушённым трупом падает на пол, а армейский маг бьётся в конвульсиях, беспорядочно суча конечностями. Сам кристалл, висевший в воздухе, разом темнеет и пылью осыпается на пол.

Один из шаров, остановившийся рядом со мной, треснув, распадается на части и оттуда вылетает небольшой верещащий монстр, сходу прыгнувший на Канса. Успевает проделать дыру в одежде и начать вгрызаться в плоть, прежде чем я срываю его, отшвыривая в сторону. Аристократ бешено орёт, доставая свой хьярк, а я хватаюсь за рунический кинжал. Когда мелкая тварь прыгает второй раз, её выходит встретить ударом клинка и на пол шлёпаются две половинки трупа, немедленно начавшие ползти друг к другу. Продолжающий кричать Тонфой немедленно бросается их топтать, превращая в месиво, а за моей спиной раздаётся чей-то истошный вопль.

- Двери заперты! Помогите!

В воздухе гремят новые выстрелы - лейб-гвардия пытается попасть по мелким монстрам. Один из случайно подстреленных посетителей падает, держась за бедро и на его корпус прыгает одна из вылупившихся личинок, быстро ввинчиваясь внутрь тела. У каждого из появившихся мелких монстров - круглая челюсть усыпанная многочисленными зубами, которые работают на манер странной и очень быстрой пилы.

Схватив Канса за руку, тащу его за собой, отступая подальше от орущей толпы визитёров. Тут нас или подстрелят, или зацепят эти крохотные твари. Айрин, сжав в левой руке нож, а в правой - свой хъярк, шагает рядом со мной, напряжённо оглядываясь вокруг. Попасть по личинкам магией, ввиду их размера, крайне затруднительно. А вот прикончить кого-то из присутствующих - запросто.

Джойл, после громкого оклика, тоже присоединяется к нам, отходя от толпы с топором в руках. Оглянувшись на трон, понимаю, что оба мага так и остаются выведенными из строя. Морна, застыла рядом с троном с револьвером в правой руке, а сбоку от неё - граф, перебросивший трость в левую руку. Второй тоже сжимает оружие. Со стороны двери слышится грохот - кто-то явно пытается пробиться снаружи.

Скользя взглядом по толпе, понимаю, что мелких существ, выпрыгнувших из шаров больше не видно. Зато на полу лежит не меньше двух десятков людей, чьи крики постепенно затихают. Все остальные рассыпались по залу - часть отступила в направлении трона, остальные укрылись между рядами колонн. Как выясняется, некоторые из аристократов совсем не взяли с собой оружия и сейчас превратились в бессильных наблюдателей. В руках у остальных - разноформатные клинки, от церемониальных шпаг до кинжалов.

Когда одно из тел, лежащих на полу, выгибается дугой, изменяясь на глазах, воздух снова оглашает пронзительный женский вопль. А резво вскочившего на ноги монстра, череп которого прямо сейчас заканчивает свою формовку, прошивают пули. Не знаю, что именно делают эти маленькие личинки, но оказавшись внутри тел, они явно берут их под контроль, вылепливая из человеческих трупов что-то абсолютно новое. Снова гремят выстрелы, но существо, в которое превратился один из посетителей, только покачивается на ногах, получая удары пуль. Спустя секунду, стремительно бросается вперёд, заканчивая изменения тела на ходу и я всё-таки пускаю в ход магию - пять ледяных сфер врезаются в корпус создания, сбивая его с ног. Тонфой, морщась от боли в боку, обрушивает на его голову ещё три, едва ли не размазывая её по полу.

Со стороны сгрудившихся перед троном перепуганных людей слышится радостный крик.

- С нами маги!

Замечаю внимательный взгляд, которым проходится по нашей компании граф, видимо ставший канцлером при Морне. А через пару секунд, ситуация критично меняется - на ноги поднимаются почти все тела, лежавшие на полу. Мы бьём стихийными заклинаниями, но как быстро становится понятно, это не слишком эффективно. Безголовый монстр, череп которого размозжил Тонфой, за несколько секунд выращивает глаза на корпусе и бросается в атаку. Сразу же нарывается на удар шпаги какого-то парня, которая пробивает его насквозь и ничуть не смутившись ломает ему шею. В зале моментально воцаряется кровавый хаос - часто бьют выстрелы винтовок, орут умирающие аристократы, пролетают куски разорванных тел. Тонфой отбрасывает ещё одного монстра ледяными сферами, а виконтесса поливает его пламенем, временно лишая зрения. Я же встречаю одного из противников парализующей цепью, убеждаясь, что на монстров она всерьёз не действует - только слегка замедляет. Джойл ударом топора сносит притормозившему монстру голову, а мне становится понятно, что для выживания нам потребуется что-то более серьёзное, чем те связки, что мы используем. Они только замедляют монстров и как только те закончат со всеми остальными - нам не удержаться.

Пятеро лейб-гвардейцев, собравшихся у подножия престола, ожесточённо работают саблями, пытаясь защитить регента. Сама девушка, прицельно стреляет из револьвера, как и граф, рядом с ней. Ещё четверо солдат мертвы, а последний стоит рядом с нами, прижавшись спиной к стене и перезаряжает винтовку. Этот, пользуясь нашим прикрытием, продолжает вести огонь. Но, судя по тому, что ни один из появившихся монстров так и не убит окончательно - наши дела плохи. Без помощи извне, гибель всех внутри зала - вопрос времени.

Что-то рявкнувший Джойл, внезапно бросается в сторону колонн, по пути обрушивая Добряка на одного из монстров. Бросив вслед парню удивлённый взгляд, замечаю между колонн Сонэру в перепачканном кровью платье и причина неожиданного рывка становится более понятной. Ледяными сферами валю на пол ещё одного противника, который пытается напасть на здоровяка со спины и слышу голос Эйкара.

- Используй связку с муравьями - на рипсах должно сработать! Насекомые будут жрать плоть быстрее, чем та восстанавливается.

Пытаюсь восстановить в голове нотную комбинацию и наношу удар по ближайшему монстру. Сначала кажется, что я где-то ошибся, но через секунду его кожа вспучивается и сквозь неё пробиваются первые муравьи, которые быстро покрывают всё тело существа. Тот пытается сбить их или раздавить, размахивая руками и нанося удары по самому себе, но споткнувшись о чей-то труп, заваливается на пол.

Снова пускаю в ход связку и муравьи окутывают ещё одного из рипсов, кем бы они ни были. Когда бью по третьему, понимаю, что в зале почти не осталось живых людей - трое солдат, которые с несколькими аристократами держат позицию на ступеньках и ещё небольшая группа, собравшаяся возле одной из колонн, в качестве основного защитника выступает Джойл. Плюс, один из лейб-гвардейцев, что так и остался с нами, наконец отставив в сторону винтовку и переключившись на саблю - парень рубит тех, кто умудряется подобраться слишком близко.

В воздухе снова слышится вопль Эйкара, показавшегося из-за колонн.

- Они прикончили этого баронского недоноска! Свежее тело со струной, Орн! Рипсы - идеальны для ритуала, со своей безумной регенерацией.

Отрабатываю нотной комбинацией по четвертой цели и бросаю косой взгляд в сторону призрака. Его резон понятен, но ситуация немного не та, чтобы перемещать его в тело Сонра Кронца. Хотя старый маг мог бы здорово помочь - как сейчас, так и в будущем. Да и студенты Хёница, рядом с нами умирают не так часто, по крайней в условиях подходящих для ритуала. Спустя секунду принимаю решение и формулирую задачу всем остальным.

- Канс, Айрин - сейчас очищаем сферами путь к колоннам. Там, Айрин держит уродцев на расстоянии, а я бью связкой. Канс - ты с Джойлом переместишь Эйкара в тело Кронца - его только что прикончили.

Сын хёрдиса поворачивает ко мне лицо с безумными глазами.

- Как?! Кого мы в жертву тут принесём?

Киваю в сторону очередного монстра, который отлетает назад, отброшенный кусками льда.

- Возьмём кого-то из них - они восстанавливаются моментально.

- А комбинацию и руны с ксотами? Я же не помню их полностью!

Создаю ещё одну пачку ледяных сфер, запуская их в цели. Со стороны колонн тоже летят куски льда - Сонэра вернулась к бою, помогая Джойлу.

- Джойл должен был запомнить, он занимался этим со мной.

Аристократ недоверчиво хмыкает, но больше не возражает. У Джойла весьма неплохая память на магические символы - на моей памяти, он ещё ни разу не ошибался. Спустя пару секунд пересекаем зал, объединяясь с группой около колонн. Краем глаза замечаю тело Кронца, лежащее между ними и указываю на него Кансу. Тот, вцепившись в руку Джойла, тащит того за собой, а мы продолжаем, по одному разбираться с тварями, которые отчаянно пытаются добраться до нас. Сонэра в разорванном окровавленном платье, с перекошенным лицом, раз за разом бьёт нотными комбинациями. Слева от меня, тем же самым занимается Айрин. В какой-то момент, вместо ледяных сфер, виконтесса создаёт щит из такого же материала и в него врезается сразу два рипса, недоумённо отпрянувшие назад. Одного из них подпускаем вплотную, сбивая с ног ударом стихийной связки, вслед за чем Джойл, которому Канс уже изложил задачу, отрубает голову ударом топора.

Схватив за плечо лейб-гвардейца, последовавшего за нами, рявкаю.

- Поможешь им! Руби тварь саблей, не давая подняться! Задача ясна?

Мгновение тот смотрит на меня, осмысливая суть фраз, после чего кивает. Толкаю его к паре приятелей, затаскивающих тело рипса за второй ряд колонн, к самой стене и возвращаюсь к делу.

Успеваю прикончить ещё троих монстров, из той семёрки, что атакует нашу группу, когда со стороны трона слышатся отчаянные крики. Переведя на них взгляд, понимаю, что оборона прорвана - практически все защитники Морны мертвы, а последний из оставшихся солдат сейчас стоит почти вплотную к ней, отчаянно отбиваясь саблей от наседающих рипсов. В воздухе мелькает небольшой предмет, отлетевший в противоположный угол зала. Удивлённо провожаю его взглядом, но потом понимаю, что кто-то из парней выкинул жетон Сонра, выполняющий в том числе и роль слепка-артефакта.

После секундного раздумья, пускаю в ход ещё одну комбинацию из тех, что передал Эйкар и в зале появляется не меньше двух десятков копий Морны. Когда сразу на три из них, с рёвом бросаются монстры, довольно усмехаюсь - сработало. Следом, пускаю в дело ледяные сферы, сбивая с ног пару рипсов на ступеньках около престола. Ещё одного разрубает саблей солдат, следом за этим сталкивающий нападавшего вниз.

Бью комбинацией с муравьями снова и снова, уничтожая мечущихся по залу тварей. Где-то сзади слышатся чавкающие звуки металла входящего в плоть - гвардеец честно выполняет задачу, удерживая рипса от освобождения, пока Джойл с Кансом заняты ритуалом. В голове мелькает мысль о том, что надо будет ещё как-то обеспечить молчание солдата, но я сразу же отправляю её в дальний угол - для начала надо закончить с монстрами, которых ещё не меньше десятка.

К моменту, когда остаётся последний из них, перстень на пальце раскаляется, сильно обжигая кожу, а струна временами провисает, из-за чего нотная связка дважды срабатывает не так, как надо. Сначала на рипса осыпается дождь из мёртвых муравёьв, а вторая попытка формирует шар из насекомых, которые просто разбегаются в разные стороны, полностью игнорируя возможность кого-то сожрать. С третьего раза, комбинация выходит такой, как надо и последний из оставшихся рипсов валится возле стены. Вздохнув, обвожу глазами зал - копии Морны уже бледнеют, постепенно растворяясь в воздухе, а муравьи, дожирая остатки плоти монстров, самоутилизируются. Выплёскивают из своих тушек какую-то зелёную клейкую жидкость, в которой и застывают. Получаются этакие островки, составленные из массы мёртвых насекомых, завязших в странном подобии смолы.

- Орн, прикончи его.

Повернув голову, понимаю, что усталый голос принадлежит Тонфою. Морщась от боли в животе, который сводит из-за провисания струны, добираюсь до них и привалившись к колонне, окидываю взглядом изрезанное тело рипса, на котором быстро заживают раны. Повернув голову, обнаруживаю что тело Кронца на котором распахнута рубашка уже начало шевелиться. Спустя мгновение его глаза открываются и я слышу голос, теперь принадлежащий Эйкару.

- Я сам разберусь. Струна Орноса уже наверняка на пределе.

Вижу, как в воздухе мелькают, до боли знакомые нотные символы, но с телом монстра, почему-то ничего не происходит. Эйкар удивлённо смотрит на рипса, которому гвардеец ударом сабли отрубает голову и на пару мгновений, закрывает глаза. Когда они снова оказываются открытыми, в них видна неподдельная ярость.

- Гхварговы выкормыши! Вы что-то перепутали! У меня струна, как у рицерового комара!

Мозг пытается переварить услышанное, но единственный вывод, сделанный уставшим сознанием - с оставшимся противником придётся разбираться самому. По-прежнему, опираясь об колонну, пускаю в дело нотную комбинацию и после второй попытки, из под кожи существа лезут муравьи, а солдат испуганно отшатывается в сторону. Глянув на него, перевожу взгляд на Канса и сын хёрдиса понимает немой вопрос. Поморщившись, поднимается с пола, разворачиваясь к лейб-гвардейцу.

- Хочешь служить дому Тонфоев? Мои личным денщиком? Оплата в двадцать раз больше, чем твоё старое жалование, жильё предоставляется, если есть семья - её тоже можешь перевезти. Как и любовницу, при её наличии.

Молодой парень, сжимая в руках залитую кровью саблю, растерянно пялится на аристократа, но в конце концов кивает и Тонфой принимается прямо здесь принимать у него присягу. А кривящийся из-за близости слепка Эйкар просит Джойла прижечь ему кожу в местах, где изображены ксоты. За этим занятием их и застаёт Сонэра, которая отталкивает в сторону здоровяка, пытающегося отрегулировать силу пламени так, чтобы сжечь только кожный покров и обвивает шею Сонра-Эйкара руками. Уставший мозг генерирует ещё один вопрос - как мы объясним девушке, что это не совсем её брат? И стоит ли это делать?

С грохотом распахиваются двери и зал моментально наполняется солдатами в зелёных и белых мундирах, которые с удивлением рассматривают кучки застывших муравьёв на полу. Несколько из них окружают и нас, взяв на прицел. Устало на них покосившись, усмехаюсь. Но вот подошедшая Айрин реагирует по другому - представившись, начинает растолковывать, что именно мы спасли регента от гибели во время покушения. Услышав фамилию главы военной разведки, солдаты чуть опускают винтовки и прислушиваются к словам девушки. Правда окончательно отступать в сторону не спешат.

Ситуация меняется, когда между колоннами появляется офицер лейб-гвардии.

- Регент хочет видеть своих спасителей. Немедленно.

Бросив взгляд в сторону бойцов, чуть морщится.

- Опустить оружие, олухи! Эти люди спасли жизнь Её Императорскому Величеству!

Переглянувшись с Кансом, уже закончившим общение с солдатом, отлепляюсь от колонны и спустя десять секунд, вся наша компания уже оказывается на ступенях, ведущих к трону. На нём сейчас снова восседает Морна, чьё золотистое платье забрызгано кровью. На бледном лице выделяются яростные глаза, а рукоять револьвера, до сих пор остающегося в правой руке девушки, отбивает нервную дробь о подлокотник престола.

- Кто вы такие? Студенты Хёница?

Решаю, что будет лучше начать представления с меня и чуть продвигаюсь вперёд.

- Я - Орнос Вайрьо, незаконнорождённый сын графа Вайрьо. Прибыл сюда для внесения в имперский реестр и утверждения наследства. Для этого был на пять дней отпущен из Хёница. Трое моих сопровождающих - Канс Тонфой, Айрин Мэно и Джойл...

На момент запинаюсь, поняв, что фамилия здоровяка мне до сих пор неизвестна. Парень понимает причину заминки и громким шёпотом подсказывает - "Тэрнек". Кивнув ему, продолжаю.

- И Джойл Тэрнек. Все они, как и я сам, являются студентами Хёница. Помимо этого, здесь Сонэра и Сонр Кронцы, прибывшие для утверждения помолвки с сыном герцога Тохра.

Морна на момент задумывается, потом поворачивается к стоящему около трона армейскому магу, что встречал нас на первом этаже.

- У вас были какие-то вопросы к ним?

Худой мужчина почтительно кивает девушке и переводит взгляд на нас.

- Кто использовал нотную комбинацию, которая убила этих тварей?

Устало вздохнув, поднимаю правую руку, обнаружив, что в ней так и зажат кинжал. Заметив, как разом напряглись солдаты вокруг, убираю его в ножны.

- Комбинацию задействовал я. Так же, как и связку, создавшую копии Морны.

Военный хмурит брови.

- Её Императорского Величества, Морны Эйгор. Как вы смеете, называть по имени ту, что правит всей...

Его обрывает сама девушка, недовольно наморщившая лоб.

- Если бы не они - никакой правительницы бы уже не было. Задавайте свои вопросы - я тоже хочу с ними поговорить.

Маг, покосившись на неё, откашливается и сухо спрашивает.

- Откуда вам известны эти связки? Ни первая, ни вторая, точно не изучаются в Хёнице. Да и по сложности никак не тянут на уровень первокурсников, отучившихся меньше месяца.

Вопрос на момент ставит в тупик. Не думал, что нам учинят допрос сразу после спасения жизни регента. Наконец, формулирую вариант ответа.

- Дополнительная литература. Думаю, вы поймёте, если я скажу, что во время учёбы, в тебе просыпается страшная тяга к жизни, заставляющая поглощать знания большими порциями.

Худощавый военный со знаками различия майора, ещё раз проходится по нам взглядом, задержав его на перстнях, полученных после испытания третьекурсников.

- Я могу предположить, что вы набрали дополнительных книг и погрузись в их изучение. Но всё равно не припомню там таких связок, хотя и сам перечитал немало.

Вперёд подаётся Канс.

- Со всем уважением, господин майор, но разве вы изучили от корки до корки все книги в Хёнице? Не совсем понимаю, в чём вы пытаетесь нас обвинить? В том, что мы слишком старались для спасения жизни правительницы Норкрума? Или мы должны были дать ей умереть? Может быть, мне стоит пригласить сюда адвокатов? Никто не смеет бросаться обвинениями в адрес дома Тонфоев, без веской на то причины!

Офицер впадает в лёгкое замешательство, а вот Морна с интересом смотрит на парня. Взмахом руки даёт майору понять, что импровизированный допрос окончен, после чего интересуется.

- Значит я не ослышалась - ты Канс Тонфой, сын одного из хёрдисов империи. Который подписал контракт о личном вассалитете с бастардом северного графа, даже не внесённого в имперский реестр. Зачем? Я не обвиняю, мне просто интересно.

Парень на момент замирает, а потом с усмешкой отвечает.

- В стенах университета не так много развлечений. Мало алкоголя и ещё меньше красивых девушек. А это было шансом выбраться наружу вместе с приятелями и чуть покутить.

Морна фыркает, а вот граф стоящий за её спиной, крайне внимательно изучает Тонфоя взглядом. Видимо, версия озвученная Кансом, его не слишком убедила. Сидящая на троне девушка, выдержав недолгую паузу, озвучивает своё решение.

- Неважно, как вы здесь оказались - без вас, я была бы уже мертва.

Поднявшись на ноги, продолжает поигрывать револьвером, сжатым в правой руке.

- Орнос Вайрьо, ты награждаешься "Золотым Орлом" империи и объявляешься "Защитником престола". Канс Тонфой, Айрин Мэно, Джойл Тэрнек, Сонэера Кронц и Сонр Кронц - каждый из вас получает "Серебряного Орла". Хочу спросить у тебя, Джойл Тэрнек - ты относишься к аристократии империи?

Изрядно смутившийся здоровяк машет головой.

- Матушка никогда такого не говорила, стало быть нет, Ваше Величество.

Военный маг снова хмурится, услышав неполное обращение, а сама девушка улыбается.

- Тогда я дарую тебе личное дворянство с титулом барона и награждаю тысячей ларов. Все документы подготовят сейчас же.

На последней фразе она чуть поворачивает голову к седому графу и тот, всё правильно поняв, подзывает одного из служащих, начав ему что-то объяснять. За нашими спинами, тем временем слышится перепалка - лейб-гвардеец "завербованный" Кансом, о чём-то спорит с подошедшим офицером. Морна, усаживаясь обратно на трон, переводит взгляд на них и куда более суровым тоном рявкает.

- Что у вас там случилось?

Мы расступаемся и на момент замешкавшийся офицер объясняет.

- Этот солдат утверждает, что принёс присягу дому Тонфоев и отказывается выполнять приказы.

Бросаю взгляд на сына хёрдиса и тот быстро поворачивается к регенту.

- Этот солдат неплохо выручил нас во время боя и спас мне жизнь. Я счёл своим долгом предложить ему выгодные условия службы. Дом Тонфоев не забывает тех, кто оказал ему помощь, как и не спускает оскорблений.

На последней фразе, глаза парня на момент смещаются к майору, стоящему сбоку от престола. Буквально на долю секунды, но этого хватает, чтобы все присутствующие уловили намёк. Морна же, какое-то время раздумывает, глядя на Канса.

- Считай, что тебе сегодня повезло, сын хёрдиса. Я отпускаю этого солдата со службы и разрываю его контракт с престолом. Он может служить тебе. А теперь давайте закончим со всеми формальностями. Берн, всё готово?

Шагнувший вперёд граф, наклоняется, что-то шепча ей на ухо, а к моменту, когда он заканчивает, пара служащих уже доставляет нужные бумаги. Каждому из нас вручают по листу гербовой бумаги с печатью регента - он подтверждает, что мы имеем право на награды. Как раз, в процессе подписания бумаг Морной, доставляют и самих "Орлов" - небольшие плоские фигурки птиц, выполненные из драгоценных металлов, которые необходимо носить на одежде. Мне, помимо этого вручают золотое кольцо с гравировкой и ещё одну бумагу, где говорится, что я на самом деле получил почётный титул "Защитника империи". А Джойл получает подтверждение своего дворянства. Теперь он официально является бароном, пусть и без права передачи титула по наследству. К нему прилагается подобие конверта из кожи, наполненного золотыми монетами.

В финале моё имя вносят в имперский реестр и вручают копию завещания, заверенную подписью Морны, рядом с которой стоит оттиск печати. Теперь, я официально являюсь графом империи. Вот с Сонэрой выходит неувязка - сын Тохра тоже присутствовал в зале и погиб одним из первых, попав под атаку личинок. По причине того, что жених мёртв и съеден муравьями, помолвка отменяется.

Когда бюрократическая процедура заканчивается, Морна, которая уже отошла от шока и явно спешит покинуть залитый кровью зал, подводит черту.

- Ещё раз благодарю вас за помощь. Теперь вы свободны.

Поморщившийся канцлер, уточняет.

- Понимаю, что вам нужно вернуться в Хёниц, но прошу до сегодняшнего вечера оставаться в Схердасе. На случай, если к вам вдруг возникнут какие-то ещё вопросы.

Морна покосившись на канцлера, поджимает губы и устало машет рукой, давая понять, что мы можем идти. Копирую Тонфоя, отвесившего неглубокий почтительный поклон, после чего разворачиваюсь к выходу. Спустя минуту, мы уже выбираемся на улицу, протолкавшись через массу солдат и любопытствующих служащих, которые уже наслышаны о покушении и толпятся в коридорах, ведущих к жёлтому залу.

Глава VIII

Когда отходим на полсотни метров от дворца, нас догоняет вестовой. Остановившись рядом с нами, переводит дыхание и озвучивают цель своей пробежки.

- Канцлер приказал сопровождать вас до гостиницы.

Хмыкнув, смотрю на вытянувшегося солдата. Весьма грубый ход, но действенный. А с учётом недавнего покушения на Морну - вполне объяснимый. Сомневаюсь, что граф Реннан считает, что мы причастны к этой атаке, но какие-то подозрения у старого аристократа, наша компания точно вызвала. Опасаюсь, что после детальной проверки всех обстоятельств и обнаружения следов странного ритуала, количество вопросов к нам только возрастёт.

Пока раздумываю о том, какой вариант можно будет преподнести канцлеру, мы уже выбираемся за пределы площади на которой стоит дворец и Канс быстро договаривается с шофёром большого паромобиля, в который все и загружаются. Внутри крытого салона - две скамейки с мягкой обивкой, идущие вдоль стен и ещё одна, в задней части транспортного средства. Весьма непривычная схема размещения сидений, но позволяет всем нам влезть внутрь. Пока едем к гостинице, адрес которой Тонфой озвучил водителю, не раз хочется обсудить произошедшее, но по понятным причинам это невозможно. Единственный, кто пытается завязать беседу в ходе поездки - Сонэра, пробующая разговорить своего брата. Хмурый Эйкар-Сонр что-то бурчит в ответ, мрачно косясь на девушку, а на середине пути и вовсе меняется местами с Джойлом, что-то шепнув тому на ухо. Щёки здоровяка после этой фразы ощутимо алеют, но он всё же усаживается возле предмета своего обожания. А сама баронесса с весьма раздосадованным лицом упирается глазами в пол, так и просидев до момента прибытия в отель.

Оказавшись на улице, окидываю гостиницу удивлённым взглядом. Громадное здание, высотой в семь этажей, с распахнутыми двустворчатыми дверями и парой швейцаров в торжественных ливреях совсем не походит на те места, где мы ночевали раньше. Подвох разгадывается у стойки регистрации - когда служащая в декольтированном обтягивающем платье, с улыбкой интересуется, как мы будем платить, сын хёрдиса толкает Джойла кулаком в плечо и радостно заявляет, что всё за счёт новоиспечённого барона. Здоровяк, разглядывающий в это время Сонэру, непонимающе переводит взгляд на девушку за стойкой и осознав ситуацию, пожимает плечами, мол он не против. Так, Джойл становится беднее почти на двадцать ларов, а мы получаем лучший номер в гостинице.

Что именно понимается под "лучшим" становится понятно, когда мы, сгрузив возвращённые нам при выходе из дворца вещи на носильщиков, поднимаемся на седьмой этаж. Выделенную нам площадь, язык не поворачивается назвать номером. Скорее это напоминает дворцовые покои, площадью не меньше четырёхсот метров, с семью отдельными спальнями, несколькими разноформатными комнатами отдыха и бассейном. Плюс, большая терраса с несколькими столами и видом на город.

Вестовой, выяснив гостиницу в которой мы остановились, удаляется, напоследок конкретизировав просьбу регента - не покидать Схердас до десяти часов вечера. Правда, из уст солдата это звучит больше похожим на приказ. Своего нового денщика, которого, как выясняется зовут Тиллесом, Канс отправляет с первым поручением - зафрахтовать самый скоростной из дирижаблей, которые будут свободны на ближайшее станции, назначив вылет на десять с половиной часов. А Сонэра, обиженно покосившаяся на Эйкара в его новом теле, удаляется в одну из спален. Получив возможность поговорить, мы располагается в небольшой комнате с окнами в полный рост, в центре которой стоит изящный деревянный стол, а за откидывающейся крышкой в стене скрывается целая батарея разнообразных бутылок.

Тонфой какое-то время изучает их взглядом, после чего выхватывает одну, радостно ею потрясая.

- Рофс тридцатидвухлетней выдержки - как раз то, что надо пить после такой передряги.

Вижу, как Айрин бросает скептический взгляд на улице - время только подходит к полудню. Но идея залить в себя пару порций алкоголя, отторжения ни в ком не вызывает, так что спустя минуту, после фразы Канса "За Сонра, хоть он и был тупицей", мы опрокидываем по первому бокалу. Хмыкаю, ощутив приятное послевкусие напоминающий французский яблочный бренди, название которого вылетело из головы и тянусь за куском сыра, а сын хёрдиса, глядя на Эйкара, интересуется.

- Ты как? Мозги не расплавились? Чего такой хмурый - получил же ведь тело.

Вижу, как перекашивается лицо старого мага. Хотя сейчас, даже про себя, его с трудом получается назвать "старым" - не слишком это коррелирует с лицом девятнадцатилетнего рыжего парня.

- Не стану врать - снова состоять из плоти и костей, а не полупрозрачного тумана, восхитительно. Только вот, кто-то из вас, рицеровы мошонки, напутал с заклинанием - теперь у меня струна, как у новорождённого младенца, которому повезло обрести магическую силу сразу после появления на свет. Все мои знания, с ней просто неприменимы. Да, я даже простейшую связку не могу использовать в полную силу.

Канс ухмыляется, снова наполняя бокалы.

- Раз так - постарайся не оскорблять тех, кто дал тебе новое тело. Мы там всё-таки жизнью рисковали - прояви уважение, старик.

Эйкар недобро скалится.

- Струна-то у меня может и слабая, но вот алхимию и рецепты ещё никто не отменял, юноша. Поэтому, рекомендовал бы вам тоже быть поосторожнее в выражениях. Убивать вас, я конечно, не стану - в словах о риске, есть своя доля правды. Но и без этого, полно способов доставить человеку определённые жизненные неудобства.

Аристократ явно собирается ответить и я приподнимаю руку, прерывая их спор.

- Насколько слаба струна? И как мы объясним это в Хёнице?

Переведя на меня взгляд, Эйкар пожимает плечами.

- Струну можно списать на магию, что использовали люди, покушавшиеся на Морну. Есть куда более важная проблема - жетон, который...

Замолчав, прикладывает руку к голове.

- Гхаргово дерьмо! Кто-то приволок его в гостиницу.

Мгновение смотрю на его лицо, которое всё больше перекашивает от боли и наконец вскакиваю на ноги, срывая с шеи свой жетон. Через несколько секунд, вместе с Джойлом, тоже избавившимся от артефакта, выскакиваем из номера и разделив между собой две лестницы, устремляемся вниз. На третьем этаже сталкиваюсь с тем же вестовым, который сопровождал нас. Удивлённо глянув на меня, взмахивает рукой с зажатым в ней жетоном Хёница.

- Остался в жёлтом зале - кто-то из ваших, похоже потерял во время схватки. Канцлер приказал доставить вам.

Закончив последнюю фразу, пытается пройти дальше, но я смещаюсь в сторону, преграждая ему путь и протягиваю вперёд правую руку.

- Отлично, я как раз ломал голову, как попасть во дворец для его поисков. Не хотелось бы его потерять.

В последней фразе хочу сказать, что в университете за такую потерю жестоко бы покарали, но присяга снова не даёт это сделать - приходится переформулировать на ходу. Вестовой секунду колеблется, явно не зная, как проверить мои слова и я, усмехнувшись, расстёгиваю ворот рубашки, показывая отсутствие опознавательного артефакта Хёница. Спустя секунду тот оказывается в моей руке, а солдат извиняющимся тоном добавляет.

- Вы уж простите - канцлер приказал передать лично в руки тому студенту, что его потерял.

Киваю ему, озвучивая слова благодарности и парень развернувшись, отправляется назад. Жду, пока вестовой спустится на пару пролётов и сам принимаюсь шагать вниз по ступенькам. Добравшись до первого этажа, оглядываюсь, раздумывая, куда можно пристроить артефакт. Подниматься с ним наверх - точно не вариант, доверить его тоже никому нельзя. А Джойла, который уже должен быть здесь, почему-то не видно.

- Могу я чем-то вам помочь, господин?

Обернувшись, вижу одного из служащих и в голове рождается идея.

- У вас есть камеры хранения?

Тот расплывается в угодливой улыбке.

- Конечно. Для гостей, остановившихся в императорском номере "Эрл-Холла", услуги камер хранения абсолютно бесплатны.

Через минуту поднимаюсь наверх, крутя в руках ключ от мощной камеры хранения, окованной металлом, в которой остался лежать жетон. По словам служащего, ключ помимо своей обычной функции, является ещё и артефактом - любой, кто попытается открыть замок дубликатом или поработать над ним отмычками, будет немедленно парализован, а оповещение об инциденте поступит в службу охраны гостиницы.

На седьмом этаже сталкиваюсь с Джойлом, который смущённо объясняет, что врезался на лестнице в нескольких дам и пару из них сбил с ног. В итоге, парню пришлось задержаться и добравшись до первого этажа, меня он там уже не застал. После чего сразу же побежал назад на седьмой, где мы с ним и встретились. Заканчивает свой монолог просьбой ничего не рассказывать об инциденте Сонэре - опасается, что баронессе не понравится тесный контакт с девушками, пусть и совсем не намеренный.

Заверяю его, что буду молчать и мы возвращаемся в номер, проходя в комнату, где должны быть остальные. Зайдя в помещение, ловлю на себе вопросительный взгляд Эйкара и объясняю ситуацию.

- Солдаты видимо нашли жетон во дворце, а канцлер решил передать нам с вестовым. Сейчас он на первом этаже, в камере хранения.

Вернувшись на место и нацепив на себя свой собственный жетон, озвучиваю логичный вопрос.

- Что будем с ним делать? Можно как-то изменить структуру слепка?

Старый маг медленно качает головой, о чём-то раздумывая.

- Такое не раз пытались проделать, но ещё ни у кого не получалось. Единственный выход - потерять его.

Канс усмехается, цокая языком, а виконтесса, сидящая рядом со мной уточняет.

- В каком смысле "потерять"? Тебя же за такое выпрут из Хёница.

Эйкар отрывает взгляд от столешницы.

- Может быть да. А может и нет. Герой, спасший Морну Эйгор и жестоко пострадавший в ходе боя - разве он не заслуживает капельки снисхождения? Особенно, если за него поручится сразу несколько студентов Хёница, среди которых будет "Защитник империи"?

- И ты думаешь, тебя не раскроют?

Маг неопределённо взмахивает руками.

- Как? За время, что мне довелось провести здесь призраком, я успел изучить законы. Запрещено вмешиваться в разум мага, за исключением стирания памяти при исключении из Хёница и брать с него любые клятвы, помимо описанных в договоре между престолом и Хёницем. Это исключает возможность анализа моей памяти или сознания. Что наверняка проверят - так это следы чужой магии, равно как и оригинальность тела. Насчёт последнего, проблем точно не возникнет, а с первым мы разберёмся. Остаётся только устный допрос. Но, о чём им спрашивать? О заклинаниях? Учёбе в Хёнице? Так я всё это им выложу. Помурыжат, конечно, знатно, но веских оснований меня исключать, а тем более уничтожать, у них не будет.

Айрин, покосившись на постепенно перестающего ухмыляться Канса, уточняет.

- Два вопроса - куда ты собираешься поместить жетон и как быть со следами магии?

- Жетон - в недра канализации Схердаса. Там столько всего понамешано, что никакая поисковая магия не найдёт - фон жутчайший. А со следами магии, думаю мне поможет наш общий знакомый - наведаемся с ним в одно легендарное среди аристократов заведение, куда ему самому никогда не попасть. А меня не пустят без него - для отпрысков баронов там не место. Конечно, если оно ещё существует и работает по прежним правилам.

На последних фразах, старый маг бросает взгляд в сторону Тонфоя, так что сразу становится понятно, кто именно подразумевается под "общим приятелем". Виконтесса молчит, исподлобья разглядывая Эйкара, а я проясняю ещё один момент.

- Если жетон окажется в канализации, вопрос - куда мы его денем по официальной версии? Нельзя просто сказать, что ты его потерял - это даже звучит глупо.

Тот на момент задумывается.

- Уроним с дирижабля.

Канса, на которого было снова накатила меланхолия, разбирает смех, а Джойл удивлённо смотрит на бывшего призрака. Тот обводит всю компанию недовольным взглядом, принимаясь ворчать.

- Дослушали бы сначала, олухи болотные. Мы же спасли регента и получили щедрую награду - есть, что отметить. Вот и закатим веселье на борту дирижабля, в ходе которого пьяный Сонр Кронц попробует выбраться подышать свежим воздухом из двери резервного выхода. Назад его, конечно затащат, но вот жетон улетит во тьму ночи. Что мы заметим только на подлёте к Хёницу.

Тонфой, всё ещё похрюкивая от смеха, находит в себе силы поинтересоваться.

- А с экипажем ты что предлагаешь сделать? Их же тоже проверят, как и Сонэру.

- Зачем с ними что-то делать? Всё должно быть достоверно, поэтому мы и правда закатим попойку. Теперь, давайте опрокинем в себя по бокалу этого пойла и я расскажу, в каком месте столицы можно избавиться от жетона. Если потребуется, там кстати можно "затерять" любой артефакт. А порубив тело на куски так, чтобы пролезло, вы надёжно избавитесь от трупа.

Переглянувшись, поднимаем бокалы с алкоголем. Ставя свой на стол, слышу чуть обиженный голос сына хёрдиса.

- Это рофс, которому тридцать два года, а не пойло.

На лице Эйкара появляется усмешка.

- Там, куда мы сегодня пойдём, ты сможешь попробовать действительно выдержанные напитки. Только советовал бы прихватить с собой немного денег - хотя бы пару сотен ларов.

Судя по выражению глаз Канса, его сейчас интересует две вещи - на что можно спустить такую сумму за вечер и куда его собрался вести маг. Сам же, обрётший плоть Эйкар пододвигается чуть ближе к столу, начиная объяснять, как нам добраться до нужно места для сброса жетона. Поняв, что все присутствующие, весьма слабо ориентируются в столице, отправляется за бумагой и чертит несколько схем. Всего, маг чертит пять маршрутов к сливам для дождевой воды, которые по его уверению ведут в самые глубины подземных переплетений. Туда, где когда-то скрывались подгорные народы, вместе с изгоями-схорами, а потом пытались строить подземные храмы культисты, уничтоженные ещё до войны трёх императоров. Под землёй много раз применялась мощная магия, что превратило катакомбы в место, непроницаемое для поисковых заклинаний.

Пять вертикальных шахт, ведущих в самые глубины подземелий Схердаса, появились около двухсот пятидесяти лет, после критической ошибки алхимиков, в результате которой на столицу обрушилась серия точечных магических ударов высокой силы. Они пытались создать оружие, способное пробивать защиту практически любых целей и в принципе выполнили поставленную задачу. Только вот, из-за случайной активации, десятка три зарядов нового состава в хаотичном порядке поднялись над Схердасом и ударили по столице.

Никто из членов императорской фамилии или высших аристократов не пострадал, поэтому казнить алхимиков не стали. А образовавшиеся вертикальные шахты, с идеально ровными стенами, решили использовать для более глубокого изучения древних подземелий, добраться до которых было проблематично. Императорское археологическое общество живо заинтересовалось этим вопросом и даже успело утвердить состав первых двух экспедиций. Но тут произошёл небольшой казус - царствующий император серьёзно повздорил с парой хёрдисов и двинул к их владениям войска. Те в долгу не остались и организовали мятеж в столице. Весьма успешный - император погиб от рук заговорщиков и на престол взошёл его сын, немедленно заключивший с аристократами мир.

Новый император, правда, сразу же попытался укрепить свою власть, оперевшись на культ сетороистов - местной религии, берущей истоки из верований древних схоров, поклоняющихся стихиям. Из небольшой секты со скромным числом последователей, они быстро стали серьёзной силой, занявшись в том числе и изучением магии. Последнее быстро привело к конфликту со всеми магическими университетами, сплотившимися ради уничтожения потенциальных конкурентов. Закончилось всё это десятидневной скоротечной войной, которая унесла тысячи жизней. Столица превратилась в поле боя - изначально верх взяли сетороисты, которые при поддержке императорского гарнизона, заняли столичные представительства учебных заведений. В то время, большинство магов на имперской службе связывались магической присягой, что не позволяло им отклоняться от выполнения приказов и заставило биться против своих же “коллег”, даже если они этого не желали.

Закончился конфликт гибелью императора и созывом Большого дворянского собрания, утвердившего в качестве компромиссной фигуры на престоле первого из Эйгоров, ранее бывшего маркизом. Разбившиеся на партии хёрдисы, предпочли поставить во главе государства его, чем дать прийти к власти своим оппонентам. В результате, потомки человека, рассматривавшегося в качестве временной фигуры, правят страной уже четверть тысячи лет и пока никуда не собираются уходить.

С трудом возвращаю Эйкара, увлёкшегося историческим экскурсом к изначальной теме и тот объясняет, что в процессе десятидневной мясорубки, Императорское археологическое общество практически прекратило своё существование, а от алхимиков осталась всего несколько человек. Смена династии и последующая подковёрная битва за власть, заслонили собой столь незначительный вопрос, как шахты, ведущие в самые глубины подземных катакомб и всё кончилось тем, что коммунальные службы Схердаса, не сильно мудрствуя, превратили их в обычные сливы для дождевой воды. За всё время существования этих пробоин, неприятных инцидентов не случалось, поэтому по мнению старого мага, о них вряд ли кто-то помнит. Он и сам запомнил расположение только пяти, хотя его приятель, бывший одним из выживших алхимиков, рассказывал ему, как минимум, о двух десятках. Всё, что нам требуется - добраться до одного из обозначенных на карте мест и сбросить туда жетон.

Канс, дождавшись окончания длинного рассказа Эйкара, поднимает бокал, предлагая выпить снова, но я его останавливаю. Раз нам предстоит прогулка по городу, лучше опустошить по чашке горячего сорка. Залить в себя алкоголь мы успеем и на борту дирижабля, тем более попойки в воздухе, нам всё равно не избежать.

Спустя десять минут, мы с Джойлом уже спускаемся вниз. Ружья, на этот раз оставляем в номере - незачем лишний раз привлекать к себе внимание. Вот с Добряком, здоровяк отказывается расставаться наотрез - он так и висит на его правой ноге.

Забрав жетон из камеры хранения, возвращаю ключ одному из служащих и наше путешествие по столице начинается. Когда кэб подъезжает к первому месту, указанному Эйкаром, рядом слышится удивлённое восклицание Джойла. Да и сам я, немного в ступоре - на месте, где должна быть пробоина в земле, ведущая далеко вниз, стоит роскошный особняк. Собственно, весь квартал, состоит из таких же. Кучер, заметивший наше удивление, уточняет.

- Там вам сюда было нужно? Или снова попали не туда?

Ещё раз просматриваю грубую схему, нарисованную магом и понимаю, что в отличии от первых двух раз, теперь мы действительно на нужном месте. Только вот, кому-то пришла в голову идея построить дом прямо над шахтой, ведущей неопределённо глубоко вниз. Сначала хочу объяснить дорогу к следующей точке, но сразу же останавливаюсь - это может вызвать ненужные подозрения. Да и возницу могут допросить, заинтересовавшись целью нашего перемещения по городу.

Поэтому расплачиваюсь с ним и мы выгружаемся. Дождавшись, пока кэб скроется за углом, принимаемся за поиски нового. Он и привозит нас к месту, где должна быть вторая шахта. К счастью, теперь нам везёт - слив на месте и находится не посреди улицы, а в проулке, что позволяет спокойно сбросить жетон вниз, через дыру в крупной решётке. Несколько секунд стою рядом, напрягая слух - если мы вдруг ошиблись или пробоины всё-таки заделали, сейчас артефакт должен упасть в воду или обо что-то удариться. Но судя по тишине, шахта всё ещё на месте и действительно ведёт далеко вниз.

Обратная дорога занимает около часа - за время поисков мы успели забраться довольно далеко от гостиницы. Поднявшись в номер, обнаруживаем, что на месте только Айрин с Сонэрой - девушки сидят с бутылкой вина и что-то активно обсуждают, разом замолкнув при виде нас. Канс и Эйкар, покинувшие отель почти сразу после нашего ухода, до сих пор где-то бродят. А новый денщик Тонфоя, сидит в небольшом холле, ожидая возвращения своего нанимателя.

Обе аристократки явно хотят продолжить разговор, который мы прервали, поэтому после недолгого размышления отправляюсь в одну из спален - раз мы уберёмся отсюда уже вечером, воспользуюсь местной роскошью, пока есть такая возможность. В голове мелькает мысль, что стоило бы заняться заданиями, которые пока никто из нас не трогал. Но опасаюсь, что упражнения в магии на территории гостиницы могут привести к солидному счёту за ремонт. Так что, забрав из небольшой библиотеки книгу, посвящённую династии Эйгоров, заваливаюсь в кровать, принявшись за чтение.

Отрываюсь от неё, только услышав чьи-то голоса в комнате. Узнаю речь Тонфоя и бросив взгляд на часы, понимаю, что время уже почти десять - совсем скоро нам надо будет выдвигаться. Отодвинув в сторону толстый фолиант, половину которого я успел осилить, выхожу наружу и лицезрею усталого, но сияющего сына хёрдиса, от которого изрядно тянет алкоголем. Рухнув на диван, смотрит на меня.

- Орн, когда закончим учёбу, мы должны перебраться в столицу. Нет, мы просто обязаны выгрызть себе тут место, даже если ради этого придётся перебить всю мою родню и вырезать ещё пару родов. Ты не представляешь, что тут можно получить за деньги. Я даже описать этого не смогу - слов не хватает.

Перевожу взгляд на Эйкара и тот извиняюще разводит руками. Канс же продолжает рассказывать.

- Сегодня мне пришлось заложить пару наших домов и одну компанию, но это того стоило. Определённо, рицер их всех дери, стоило.

Айрин, показавшаяся на входу в комнату, явно слышит последние слова и чуть удивлённо уточняет.

- Как ты мог что-то заложить без одобрения отца или бумаг?

Тот в ответ на реплику девушки, лишь слабо машет рукой, пребывая в блаженстве, а Эйкар, повернувшись к виконтессе, вносит ясность.

- Наш друг может быть весьма убедителен, когда ему это нужно. Да и закладные попробуют реализовать, только если он не оплатит счёт в течение месяца.

Мэно делает несколько шагов, оказываясь рядом с диваном, на которам развалился Тонфой.

- И сколько он им задолжал?

- О, не так много - чуть больше двух тысяч ларов. Но они сделали скидку- округлили до ровной суммы.

Глаза Айрин расширяются и спустя секунду она уже стоит перед сыном хёрдиса, уперев руки в бока.

- Ты совсем тронулся головой, Канс? Как ты их собираешься отдавать, тупой рицеров гребень?

- Потом, всё потом... Не мешай - я наслаждаюсь воспоминаниями.

Девушка явно хочет сказать что-то ещё, но вовремя осознает бесперспективность общения и нахмурившись, шагает к своей сумке, что-то оттуда доставая. Через минуту на столе уже стоит несколько бокалов с "молочным антипохмелином", только на этот раз в куда более высокой концентрации. Один она выпивает сама, второй всовывает в руки аристократа, заставляя его влить в себя жидкость. Третьим пользуется Сонэра, которая чуть кривясь от вкуса, отправляет в себя всю порцию. Эйкар, в ответ на приглашающий жест рукой, только покачивает головой.

- Я в полной норме. Тут, основной момент - знать, когда остановиться.

Отрезвляющий коктейль действует, улучшая состояние Тонфоя, но как быстро выясняется, дело было не только в спиртном. Блаженная улыбка с лица сына хёрдиса так никуда и не исчезла, а на вопросы о том, как он собирается выкупать закладные, парень просто отмахивается.

В таком состоянии мы и загружаем его в паромобиль, вызванный служащими отеля. Время уже перевалило за десять часов вечера, посланников от канцлера или кого-то ещё не было - мы можем отправляться назад в Хёниц.

Интерлюдия 3

- Отпускать их без детального допроса - на мой взгляд, большая ошибка. Слишком уж странно выглядит эта компания.

Граф Реннан пытается развить свою мысль, но Морна Эйгор, восседающая во главе стола, его обрывает.

- Хватит уже Берн - они мне жизнь, в конце концов, спасли. К покушению эти первокурсники точно непричастны, в действиях против престола не уличены. Пусть даже и скрывают что-то - разве это проблема? Возьми любого аристократа империи и хорошенько покопайся в его жизни - там столько керасовых скелетов обнаружится, что можно год их разгребать. Если отталкиваться от твоей концепции, можно массово казнить всю знать, без разбора.

Канцлер удручённо вздыхает, а к беседе подключается Фурье, утром приведённый к присяге, как глава императорской канцелярии и несколько часов назад получивший генеральский чин.

- Я не считаю, что эти студенты каким-то образом замешаны в покушении на Ваше Императорское Величество, но обнаруженные следы ментального ритуала, проведённого в задней части зала, у меня тоже вызывают немало вопросов. Установить, чем именно они занимались, не представляется возможным, ввиду того, что тело жертвы полностью съедено муравьями, а Сонр Кронц, предположительно являющийся фигурой на которую нацеливался ритуал, недоступен для исследования. Но, если верить моим специалистам, то ритуал не походит на боевой - нет отпечатков, характерных для выплеска силы и не зафиксировано его воздействие на рипсов.

Морна печально вздыхает, смотря на генерала.

- Понимаю, что вы по своему роду занятий должны подозревать всех и каждого, ища подвох везде. Но может быть перейдём к действительно важным вопросам? Например, к поиску организаторов покушения, которые смогли пройти через защиту дворца. Или к моему дяде, местонахождение которого до сих пор не установлено. Есть масса куда более важных вещей, чем группа студентов Хёница, чем бы они не занимались в том зале.

Первым на речь девушки реагирует Катон Фост - бывший командир пятого корпуса, занявший при новом регенте пост начальника генерального штаба.

- Сегодня получено официальное подтверждение от командующего седьмым танковым корпусом - он заверяет вас в своей преданности и готов выполнять поступающие приказы. За командиром семнадцатого, который сейчас активно пытается навести мосты с аристократией, ведётся наблюдение. В случае обострения ситуации, группе военной контрразведки, которая этим занимается, отдан приказ немедленно ликвидировать цель.

Регент империи, негодующе кривит губы.

- Почему не прикончить этого рицерового выродка прямо сейчас? Или арестовать его, вывезя в столицу? Я бы с радостью устроила показательную казнь ублюдка!

- Наших людей на месте слишком мало - численность группы не позволит произвести арест и вывезти его за пределы расположения корпуса. По той же причине, не предпринимаются попытки уничтожить его - слишком велика вероятность провала, а неудачное покушение только подтолкнёт генерала к открытому мятежу. Плюс, мы потеряем возможность мониторить его деятельность. Поэтому вся работа наших людей сводится к наблюдению.

- А что с флотом? Дядя служил на море - думаю, он попробует опереться на моряков.

- Контрразведка докладывает о слухах, циркулирующих в офицерской среде - мол, Рихт Эйгор пытался склонить их на свою сторону, обращаясь, как к адмиралам, так и к капитанам отдельных кораблей и бригад морской пехоты. Если верить этому, то пока он своих целей не добился. Единственное исключение - Западный флот, где он служил сам и располагает большим количеством контактов, в том числе хорошо знаком с командующим. Оттуда поступают рапорты о том, что контактов офицерского корпуса с посланниками Рихта не зафиксировано, но как я полагаю, они лживы.

Поморщившись, Морна уточняет.

- То есть Западный флот на его стороне?

Начальник генерального штаба склоняет голову.

- На мой взгляд - да. Но это слабейший флот в империи - в той части континента у нас нет врагов, которых нужно сдерживать на море.

Откинувшись на спинку кресла, Морна Эйгор обводит взглядом участников небольшого совещания и дождавшись, пока Катон закончит говорить, интересуется.

- Вам удалось установить местонахождение Рихта?

После того, как оба присутствующих генерала отрицательно качают головами, девушка, постукивая пальцами по подлокотнику, задаёт следующий вопрос.

- А что по поводу покушения? Какие версии у следствия? Как они смогли провести эту тварь во дворец? И что это вообще было такое?

Глава императорской канцелярии, достаёт из лежащей перед ним папки, лист бумаги и чуть нахмурившись, начинает докладывать.

- Дело касается магии и тут у нас большие проблемы. Во-первых, информации о подобных магических существах, нет в Хёнице. Они уже телеграфировали, что ничего похожего в своих книгах не обнаружили. Во-вторых, я приказал поднять архивы канцелярии за последние триста лет и там нашлось описание ситуации, схожей с вашей. Незадача в том, что две трети отчёта агента были вымараны - всё, что у нас осталось из фактуры, это упоминание о заклинании, как относящемуся к магии подгорных народов, да само название регенерирующих тварей - рипсы.

Чуть помолчав, добавляет.

- Ещё момент - ознакомившись с пометкой о скрытии информации в рамках договора между империей и Хёницем, я попытался найти таковой или описание его сути. Но в документах канцелярии нет ни единого упоминания о содержании данного документа. Хотя, по нашему архиву кто-то весьма масштабно прошёлся, уничтожая целые массивы информации - в основном той, что относилась к периоду до Войны трёх императоров. Ваше Императорское Величество, если возможно - я хотел бы понять, как такое возможно и что именно содержится в договоре между университетом и престолом.

Когда начальник канцелярии замолкает, в комнате наступает тишина, нарушаемая только постукиванием пальцев Морны, на которую обращено внимание всех присутствующих. Наконец, о чём-то размышлявшая девушка, начинает говорить.

- Договор между империей и университетом был заключен сразу после окончания гражданской войны, между Сторном Эйгором и тогдашним руководством Хёница. Его подписали все маги, что на тот момент оставались в живых, а каждый выпускник обязан поставить свою подпись перед завершением третьего курса. Конечно, если не хочет умереть.

Когда Морна прерывается, канцлер с заинтересованным лицом обращается к ней.

- Я не раз слышал о договоре, но ни разу не видел его текста - даже выдержек. Что в нём?

Тяжело вздохнув, регент ещё какое-то время раздумывает, после чего придвигается к столешнице, начиная отвечать.

- Там немало всего - полный запрет на магию призыва и вмешательство в разум магов, требование не заниматься фундаментальными исследованиями и отказаться от создания магических механоидов любого типа, строгое ограничение на используемые в технике артефакты и запрет на создание машин, чья работа полностью основана на артефактах или иных источниках магической силы. В дополнениях - пункты об изъятии части книг из Хёница, избирательное стирание памяти у магов, живущих на момент подписания договора, ограничения к доступу ко всем уцелевшим книгам и разработкам из уничтоженных в ходе войны учебных заведений. Плюс, масса иных условий.

Трое соратников Морны переглядываются между собой и граф осторожно уточняет.

- Как они на это согласились? И почему всё ещё следуют его положениям? Даже сейчас, когда в империи царит раздрай.

- Договор заключён от имени империи, а не конкретного человека и с ним всё не так просто - в основе лежит одна из магических клятв верности, основанная на использовании крови. Нарушив договор, каждый из его подписантов, умрёт от распада собственного разума. Сомневаюсь, что у него выйдет как-то спастись. И есть ещё кое-что, о чём вы должны знать.

Девушка выдерживает короткую паузу.

- Отец говорил мне, что сразу после занятия должности регента, с ним связался маг, являющийся одним из организаторов процесса создания этого договора. Якобы, именно он настоял на нём, будучи одним из ближайших соратников Сторна Эйгора. Только вот сам его не подписал, сохранив все возможности по использованию магии. И все изъятые из Хёница книги, скорее всего тоже хранятся где-то у него. Хотя, напрямую, он об этом никогда не говорил.

Катон Фост, недоверчиво поморщившись, озвучивает свою точку зрения.

- Больше похоже на какую-то сказку. Будь у нас под боком маг, обладающий такой силой - мы были бы в курсе.

Фурье, сидящий напротив начальника генерального штаба, едва слышно хмыкает.

- Если вы имеете в виду присутствующих, то до недавнего времени нам это было не по чину. А вместе с Ланцом, погибло немало высокопоставленных должностных лиц. Как знать - возможно они и располагали какой-то информацией. И если отталкиваться от того, что это правда, вполне можно рассматривать данного неизвестного мага, в качестве организатора атаки на канцелярию. Это бы объяснило тот факт, что злоумышленники сумели пробить её защиту.

Нервно дёрнувший губами канцлер, поворачивается к главе императорской канцелярии.

- Раз так - значит в империи орудует маг, которому мы ничего не можем противопоставить. А руки у руководства Хёница связаны. Этот договор можно как-то отменить?

Последний вопрос он задаёт уже Морне, развернувшись в её сторону и девушка пожимает плечами.

- Думаю да. Но для этого нам потребуется консультация кого-то из магов, разбирающихся в ритуалах клятв верности.

- Мы можем отправить посланника в Хёниц. Наверняка, они с радостью пришлют своих лучших специалистов.

Фурье, со скептическим выражением лица, покачивает головой.

- Если всё действительно обстоит так, как мы считаем, то это может вызвать подозрения. Откуда мы знаем, что неизвестный не установил наблюдение за университетом? Располагая таким объёмом времени и нужными знаниям, он может отслеживать всю нашу переписку с ними. И ещё один хороший вопрос - стоит ли нам разрывать этот договор? Хёниц получит силу, а вслед за этим может возжелать и власти.

Реннан несколько мгновений молчит, после чего вновь смотрит на Морну.

- Этот неизвестный точно не делал попыток выйти с вами на связь или как-то обозначить свои намерения?

Девушка, закатив глаза, хлопает рукой по столешнице.

- Точно, Берн! Я может и молода, но отнюдь не тупая деревенская дурочка! И ещё одно - я проверила весь колоссальный список магов, поставивших свои подписи под договором. Там нет ни одного из тех, кто покинул пределы дворца. Понимаешь, что это значит? Прямо рядом с нами была целая группа людей, свободно владеющих магией и не связанных ограничениями. И они все, разом покинули дворец после атаки на канцелярию. А сегодня попытались убить меня! Магия подгорных народов, которая вымарана из архивов? Это не могли сделать маги Хёница, так что остаётся только один вариант - тот самый неизвестный, которого отец звал Палачом.

На секунду в кабинете устанавливается тишина. Потом канцлер, слегка наклонив голову набок, задумчиво говорит.

- Палач... О нём упоминал один из профессоров Хёница, когда был здесь с визитом, лет тридцать назад. Я его подрядил на один частный заказ - одному из промышленников понадобились живые садовые тролли, чтобы за ними мог охотиться его сын. Заплатил тот неплохо и маг решил меня отблагодарить. Если опустить все детали, то когда мы здорово набрались, он бросил фразу "Найти бы в вашей столице Палача и заставить ублюдка сожрать свою печень". Тогда я не обратил на это внимания, мало ли какие у него личные враги в Схердасе. Теперь эти слова смотрятся совсем в ином свете.

Когда он заканчивает, Фурье посмотрев на часы, выдвигает предложение.

- Если необходимо связаться с руководством Хёница, то на мой взгляд, лучше всего использовать студентов, которых мы недавно вспоминали. Вайрьо является "Защитником империи" и может официально представлять престол - отправленное с ним письмо, будет равносильно обращению к руководству университета по обычным каналам. Только в этом случае, есть шанс сделать всё незаметно - сомневаюсь, что студенты первого курса могут оказаться соратниками Палача. Мои люди доложили, что вылет дирижабля назначен на половину одиннадцатого - у нас есть ещё сорок минут, чтобы всё подготовить и отправить посыльного.

Морна, хмыкнув, щурит глаза, обдумывая предложение, после чего согласно кивает и тянется к письменным принадлежностям.

- Я составлю письмо, а вы генерал доставите его лично, чтобы точно избежать утечки. Только сделайте так, чтобы о вашем визите на станцию дирижаблей, знало, как можно меньше людей. А в идеале - убейте всех причастных, когда закончите.

Глава IX

Когда паромобиль добирается до станции дирижаблей, почти вплотную к нам, скрипя тормозами, останавливается ещё одна машина. Ожидаю, что оттуда сейчас покажутся офицеры канцелярии с приказом явиться к ним для допроса, но вместо этого, наружу выбирается только один массивный мужчина, в длиннополом пальто и шляпе. За несколько шагов оказавшись около меня, скользит взглядом по руке, замершей около револьвера на поясе и протягивает письмо. Вижу, как непонимающе морщится Айрин, застывшая в паре метров слева от меня. Джойл, остановившись около капота автомобиля, тоже мрачно изучает незнакомца. Тот же представляется.

- Генерал Фурье, глава императорской канцелярии. Регент вручает вам это письмо и просит передать его ректору Хёница, как послание от её имени. Вы обладаете титулом "Защитника империи" и можете потребовать встречи с руководством университета в качестве посланника престола.

Забрав письмо, запечатанное сургучом с оттиском печати регента, смотрю на лицо генерала, чем-то напоминающее мне бульдожью морду.

- Могу я узнать содержание послания?

Тот секунду изучает меня внимательным взглядом из под нависших бровей.

- Нет. И надеюсь, вы не станете предпринимать попыток вскрыть его. Незаконный доступ к личной корреспонденции правителя империи, карается весьма сурово. Титулы и статус студента Хёница вас не спасут.

Мгновение помолчав, добавляет.

- Тем не менее, думаю вы должны знать, что в письме - весьма интересное для ректора предложение. Которому он наверняка будет рад. Не стоит опасаться, что на вас попробуют отыграться, как на гонце, принёсшем плохие вести.

Хмыкнув, киваю ему и прячу письмо во внутренний карман пиджака.

- По прибытию в Хёниц, попытаюсь встретиться с ректором и передать ему.

Фурье, чуть качнув головой, кладёт мне руку на плечо - по ощущениям похоже на железнодорожную шпалу, что по какой-то причине решила на меня опереться.

- Граф Вайрьо, вы должны увидеть ректора и лично вручить ему это письмо. Повторю - как "Защитник империи" вы вправе требовать его аудиенции. А с учётом содержания послания, это не должно вызывать проблем для вашего учебного процесса. Вы согласны выполнить просьбу регента империи Норкрум, граф?

Судя по его лицу, в случае отказа, нас точно не ждёт ничего хорошего. Хотя, возможно у генерала оно всегда такое. Покосившись на его руку, озвучиваю ответ.

- Я вас услышал, господин Фурье. И по прибытию, запрошу аудиенцию у главы Хёница. Но, как вы сами понимаете, требовать от него чего-то - это не самая хорошая затея, даже если ты принёс хорошие новости. Ещё один момент - у меня к вам имеется встречная просьба.

В глазах генерала появляется лёгкий оттенок заинтересованности.

- Чем я могу помочь вам, граф?

- Сохраните в тайне тот способ, которым мы расправились с... существами, что пытались убить регента.

Теперь на лице шефа императорской канцелярии отображается задумчивость.

- Вашу просьбу крайне легко исполнить - все данные о деталях покушения, держатся в строгой тайне. Единственное, что успело проскользнуть в газеты - информация о вашем участии.

Киваю ему.

- Надеюсь, так всё и останется. А сейчас, прошу меня извинить - время вылетать.

Начинаю двигаться в сторону и генерал убирает руку. Ещё какое-то время стоит на месте, наблюдая за нами, после чего забирается обратно в свой паромобиль, немедленно направляющийся к воротам станции.

Через десять минут, когда мы собираемся в кают-компании, а дирижабль идёт на взлёт, Тонфой, чуть отошедший от своего блаженного состояния, интересуется.

- Кто это был? Что за мрачный тип в пальто, похожий на капо с окраины столицы?

Переглядываюсь с Айрин, которая уловила часть разговора и точно слышала, кем является визитёр. Потом решаю, что лучше изложить всю историю. Тем более, Фурье ничего не говорил о том, что миссия секретна и сам свободно говорил в двух шагах от виконтессы.

- Глава императорской канцелярии - доставил письмо от Морны к ректору Хёница.

На лице Канса появляется выражение изумления и даже Сонэра, негодующе разглядывающая своего "брата", удивлённо поворачивается ко мне.

- И что там?

Сыну хёрдиса явно не верится, что перед вылетом нас посетил один из самых высокопоставленных чиновников империи.

- Неизвестно. Но по словам Фурье - ректору содержимое послания должно понравиться.

Парень ухмыляется.

- Так он сейчас командует канцелярией? Этот либо наведёт порядок, либо сдохнет сам - выбор в целом верный. Но вот письмо ректору...

Айрин, бросив на него взгляд, вставляет реплику.

- Орнос получил титул "Защитника империи" - ему должны предоставить возможность встречи.

Тонфой понимающе ей кивает, а я с трудом удерживаюсь от вопроса - что это за титул и какие возможности открывает. Для присутствующей Сонэры, такая формулировка наверняка покажется крайне странной.

Дирижабль, покачиваясь, начинает подниматься в воздух и молчавший ранее Эйкар, поднимается со своего места, отправляясь в каюту. Возвращается сразу с несколькими бутылками и предложением отпраздновать возвращение в Хёниц. План согласован заранее, поэтому единственная, кто пытается возражать - баронесса, явно не понимающая внезапно возникшей тяги своего брата к алкоголю. В итоге девушка выдерживает только первые двадцать минут празднества, после чего удаляется к себе в каюту. А я получаю возможность задать давно интересующий меня вопрос.

- Канс, что это за титул "Защитника империи"? Что он даёт?

Сын хёрдиса переводит на меня, уже чуть осоловевший взгляд и сделав глоток хирса, принимается объяснять.

- Он присваивается совершившим какие-то крайне важные деяния для империи. Обычно армейским офицерам, реже - дипломатам или служащим императорской канцелярии. Ты теперь обладаешь привилегиями и властью - любое следствие в отношении тебя имеет право вести только императорская канцелярия - её первый департамент, который занимается хёрдисами и преступлениями совершёнными членами императорской фамилии. Полиция может тебя задержать при наличии веских оснований, но они даже допросить тебя, по закону не смогут - обязаны уведомить канцелярию и ждать прибытия их людей. Более того - ты имеешь право вести самостоятельное следствие, а в случае чрезвычайной ситуации - требовать подчинения от любых местных государственных структур или армейских соединений, численностью до бригады.

Сделав паузу, снова отхлёбывает из бокала.

- Но на твоём месте, я бы не злоупотреблял этим правом - бывали случаи, когда "Защитников империи" казнили за необоснованное использование своих полномочий. Каждый такой случай в обязательном порядке проверяется со стороны канцелярии. Когда всё очевидно - это формальность, но в случае, если ты решил натравить солдат гарнизона на дом соседа, потому что с ним повздорил, могут и отправить на плаху. Ах да - чуть не забыл, тебе положено ещё и ежемесячное содержание в сто пятьдесят ларов. Плюс полсотни сверху, как обладателю золотого "Орла". А всем нам будут выплачивать по двадцать - если вдруг жизнь совсем не сложится, на захудалое жильё и простую еду, этого хватит.

Прокручиваю в голове услышанное, только теперь осознавая, какие полномочия даёт, столь внезапно полученный титул, а вокруг быстрыми темпами продолжает развиваться веселье. Пьют правда, в основном Эйкар с Тонфоем. Первый, как я подозреваю, из-за желания по полной ощутить вкус жизни, а второй явно пытается хотя бы отчасти вернуть ощущения минувшего дня. Поэтому, когда старый маг направляется к резервному выходу из дирижабля, чтобы полностью соответствовать придуманной им же легенде, я совсем не уверен, что у него хватит сил удержаться внутри. Он и правда, едва не вываливается наружу, оттолкнув в сторону члена экипажа и крича что-то о свободном полёте в воздухе. Едва успеваем затащить его обратно и захлопнуть дверь, в которую врывается холодный воздух. От полной разгерметизации нас спасает защитный артефакт, который активируется сразу, как только Эйкар распахивает дверь - он, как минимум, в несколько раз уменьшает объём вышедшего наружу воздуха и ослабляет тягу воздушного потока.

Как только мы возвращаемся в кают-компанию, пробую отправить Эйкара с Кансом по каютам, но эта пара упорно рвётся продолжить веселье, так что выполнить задачу удаётся только при помощи Айрин с Джойлом и не без применения физической силы. Сам я тоже постепенно отключаюсь, но оказавшись в каюте, понимаю, что у виконтессы совсем иные намерения. А спустя минуту она успешно переубеждает и меня, так что засыпаем мы только через полчаса.

***

Утром нас будят за полчаса до прибытия - успеваем позавтракать и выпить по чашке бодрящего напитка. Впрочем, глянув на часы, понимаю, что время близится к обеду, просто хмурое небо создаёт впечатление, что только недавно наступил рассвет. Морщащийся от любого звука Тонфой, которому в этот раз не помогла и "молочная смесь" Айрин, с мрачным видом допивает вторую порцию Сорка, а Джойл чуть смущённо интересуется.

- У нас же эти, зачёты сейчас должны быть по заданиям, что выдали, когда мы улетали? Как с ними быть? Мы же не успели ничего сделать.

Бросив взгляд на здоровяка, понимаю, что он прав. Учёбу никто не отменял и сейчас есть неплохой шанс потерять ещё целую пачку баллов. Заодно нарвавшись на гнев преподавателей. Виконтесса, громко звякнувшая ложкой о свою кружку сорка, весело смотрит на скривившего лицо Канса и повернувшись к Джойлу, озвучивает своё мнение.

- Выкрутимся. У нас были чрезвычайные обстоятельства - мятеж в Свайлэде и покушение на регента, которое мы предотвратили. Думаю, это отвлечёт часть внимания.

Сонр-Эйкар, не проронивший за завтраком ни слова, добавляет.

- А ещё имеет место утеря жетона и внезапно ослабевшая струна. Но наш болотный барон в чём-то прав - всё это отвлечёт руководство, но не преподавателей. Поэтому, рекомендовал бы вам сразу отправиться в помещения для занятий - изучать пропущенное всё равно придётся.

Замечаю удивлённый взгляд его "сестры", брошенный в сторону старого мага и понимаю, что рано или поздно ей нужно будет как-то объяснить ситуацию. Только вот, не совсем понятно, как именно это можно преподнести. Слова о том, что её брат всё равно был мёртв на момент вселения, безусловно звучат логично. Но, сомневаюсь, что она спокойно отреагирует на то, что в теле Сонра теперь находится призрак мага, полторы сотни лет назад заточённый в шкатулку и случайно оттуда выпущенный.

Рассчитываю, что у нас ещё будет время, чтобы добраться до своих комнат и привести мысли в порядок, но прямо на площадке станции дирижаблей нас встречает сам Норниц Рэрх. Держа обе руки за спиной, беловолосый мужчина стоит перед входом в университет, закрывшись от холодного воздуха чёрным плащом с меховой подбивкой и рассматривает нас, как диковинных зверушек.

- Когда мы отпускали вас, то не рассчитывали, что придётся читать о подвигах наших студентов в газетах. Жду от вас веских резонов, из-за которых мы должны оставить всю компанию на обучении.

Глаза холодные, лицо не отражает ни единой эмоции - сложно сказать, давит он сейчас на психику или рассматривает такую возможность всерьёз. Хочу начать говорить, но меня внезапно опережает Тонфой, который хриплым и отчасти возмущённым голосом выражает своё негодование.

- Мы справились с мятежом и спасли регента - что в этом плохого? Хёниц тоже является частью империи, а мы такие же её подданные, как и все остальные - поддерживать законность и порядок, одна из наших обязанностей.

Взгляд проректора перемещается на бледного аристократа, чуть приободрённого свежим воздухом.

- Хочу отметить господин Тонфой, что у Хёница особый статус в правовой системе Норкрума и мы традиционно держимся в стороне от имперской политики. Да, наши выпускники отправляются в большой мир, где каждый занимает свою собственную позицию. Но вы пока являетесь студентами университета, более того - первокурсниками. Со стороны, ваши действия выглядят, как осознанная поддержка Хёницем регента Морны Эйгор, о чём уже успели раструбить связанные с ней издания. Рассказывайте. Я жду.

Бросив взгляд в сторону чуть опешившего Канса, слегка продвигаюсь вперёд.

- Хочу обратить ваше внимание на то, что всё случившееся - цепь совпадений и мы были абсолютно случайно вовлечены в события, о которых пишут газетчики. Приземляясь в Свайлэде, наш дирижабль попал под обстрел мятежников, на тот момент захвативших значительную часть города. Когда же мы оказались на земле, офицер местного гарнизона запросил у нас помощи, аппелируя к договорённостям между Хёницем и империей. Большого выбора у нас не было - либо ждать, пока республиканцы прорвут оборону и биться за свои жизни в одиночестве, либо оказать поддержку солдатам. Как вы сами понимаете, мы выбрали второе и добились определённых успехов.

Проректор слегка наклоняет подборок и ледяным голосом комментирует мои фразы.

- Действительно - использовали свежие трупы для создания самодвижущихся мин, не самое элегантное решение, которое привело в ужас немалую часть жителей города.

Пожимаю плечами.

- Зато город остался под властью империи. В противном случае, мы бы получили мятежную провинцию, не так далеко от Хёница.

- Не самый лучший аргумент, Вайрьо. Только идиот решит атаковать нас, располагая лишь ресурсами одной провинции. Продолжайте - я жду объяснений по поводу произошедшего во дворце.

На пару секунд замолкаю и ёжась от холода, формулирую фразы так, чтобы не обнаружить того, что мне известны факты, которые я никак не должен знать. Пусть Норниц в курсе о том, что я являюсь наследником престола, но вот об Эйкаре, он скорее всего не подозревает.

- Мы явились на приём для внесения моего имени в имперский реестр и утверждения завещания. В свою очередь, Сонэра и Сонр Кронцы прибыли для заключения помолвки с сыном герцога Тохра. В какой-то момент один из посетителей стал превращаться в какое-то подобие химеры или некона, укрытого под человеческой кожей. Так же, как те, что... уже встречались дознавателям Хёница. Его уничтожили, но из тела вылетела масса шаров, внутри которых оказались небольшие магические существа, вгрызающиеся в людей и превращающие их в быстро регенерирующих монстров.

Мгновение Норниц внимательно смотрит на меня.

- Могу я узнать - как вы с ними справились?

Начиная отвечать, чувствую себя так, как будто иду по тонкому свежему льду.

- Уничтожали их плоть быстрее, чем та восстанавливалась, используя все доступные нам нотные связки. Не скажу, что это было просто, но в итоге у нас получилось выжить.

- И спасти от гибели регента империи, как я понимаю.

В голове проректора снова сквозит холод. Раздражает непроницаемость его лица - непонятно, действительно он зол из-за того, что мы предотвратили убийство Морны или просто нагоняет страха. А может удивляется, что я решил уберечь от смерти девушку, которая заняла место, принадлежащее по праву мне самому.

- Именно так. И есть ещё два момента, о которых вам надо знать. Первый - во время схватки в жёлтом зале, Сонр Кронц попал под воздействие самого первого существа, ставшего прародителем для всех остальных, из-за которого его струна изменилась. Боюсь, сейчас он крайне слаб и на восстановление потребуется длительный промежуток времени.

Норниц бросает взгляд в сторону Эйкара и перебивает меня.

- Полагаю второй момент, это факт потери им жетона, которого я сейчас не чувствую.

Краем глаза вижу, как напрягается лицо новой оболочки призрака и спешу продолжить.

- Да, он действительно потерял его, когда мы отмечали возвращение в Хёниц на борту дирижабля. Полез к резервному выходу, чтобы подышать свежим воздухом и случайно уронил его вниз. К счастью мы успели втащить его самого назад.

Проректор разглядывает Эйкара, явно собираясь что-то сказать, но я успеваю первым.

- Но всё это относится к одному пункту. Второй, куда более важен - Морна Эйгор присвоила мне титул "Защитника империи" и передала письмо ректору Хёница с наказом вручить послание ему лично.

На лице Рэрха, наконец отображается эмоция - на секунду проступает явственное удивление.

- Она лично передала вам письмо?

- Это сделал недавно назначенный глава императорской канцелярии - генерал Фурье. Он был весьма убедителен в своей просьбе о его доставке и намекнул, что содержимое, скорее всего понравится ректору.

Норниц какое-то время молчит, перевод взгляд с меня на "брата" Сонэры.

- Если мы не сможем обнаружить ваш жетон - придётся изготовить новый, господин Кронц. Процедура присяги была завершена перед осенним балом и теперь действует независимо от жетона. Но его потеря по-прежнему остаётся одним из самых серьёзных проступков, которые может совершить студент Хёница. Считайте себя счастливчиком - мы оставим вас в университете. В том числе, для изучения феномена ослабшей струны - это должно быть интересно. Теперь же - отправляйтесь по своим комнатам, через сорок минут начнётся занятие по боевой магии на которое вы должны явиться. А вас, господин Вайрьо, прошу следовать за мной - раз регент настаивала на личном вручении послания, пусть так и будет.

Развернувшись, шагает ко входу в здание университета и мы, переглянувшись, отправляемся следом, на ходу рассматриваю расписание, которое появляется перед нами. В нём действительно имеется занятие по боевой магии - оно идёт самым последним в списке. Спустя пару минут мы разделяемся - я с проректором сворачиваю на одном из перекрёстков, видимо направляясь к покоям главы Хёница, остальные же продолжают путь к общежитию. Шагая за мрачным мужчиной, плащ которого волочится по полу, размышляю - насколько он поверил в нашу историю? И чего стоит ждать при визите к ректору?

Послесловие @books_fine

Книга подготовлена и выложена каналом @books_fine – крупнейшим литературным каналом Телеграмма.

Не забывайте о том, что ваша поддержка важна для КАЖДОГО автора. Ведь чем больше людей покупает его книги – тем больше времени он может уделять их написанию и радовать нас новыми произведениями. Если вам нравится книги и вы ожидаете продолжения – поддержите автора на официальной странице книги: https://author.today/work/90915

В случае, если с финансами совсем туго — минимальный размер награды — ВСЕГО 10 РУБЛЕЙ!

Глава X

До цели добираемся через десять минут. Норниц без стука открывает мощную дверь, окованную металлом и мы оказываемся внутри относительно небольшого кабинета. Из мебели здесь только стол, за которым в кресле, подозрительно напоминающем офисное, восседает ректор университета. Рэрх отступает в сторону, пропуская меня вперёд.

- Хардэн Стольк - глава Хёница. Можете вручить ему письмо, господин Вайрьо.

Изучающий меня глазами ректор, с усмешкой взмахивает рукой.

- Не будь так строг, Норн - дай ему осмотреться. Не каждый первокурсник попадает в мой рабочий кабинет.

Заметив моё внимание к его креслу, постукивает рукой по подлокотнику.

- Нравится? Изготовлено из кожи и скелета дракона, что чуть меня не сожрал. Схему придумал лично Сторн Эйгор, ещё в то время, когда мы были добрыми приятелями.

Интересно. То есть до какого-то момента, у Сторна не было никаких проблем с магическим сообществом. Достав письмо, подхожу к столу, протягиваю его Стольку.

- Это послание от Морны Эйгор - по словам главы императорской канцелярии, его содержимое должно вас заинтересовать.

Ректор осторожно берёт в руки конверт и покрутив его, с улыбкой на лице вскрывает. Спустя несколько секунд после того, как он разворачивает лист бумаги, пробегая по нему взглядом, усмешка быстро исчезает. Дочитав до конца, поднимает на меня глаза.

- Можете идти, господин Вайрьо. Примите мою благодарность за то, что согласились передать это письмо.

Слышу, как скрипит зубами, замерший около стены Норниц - ректор на мгновение отводит взгляд в сторону и со вздохом возвращает его на меня.

- Ещё один вопрос перед тем, как вы покинете мой кабинет - что вы можете рассказать про обстоятельства потери жетона Сонром Кронцем? Исчезновение подобного артефакта - весьма серьёзный инцидент. Безусловно, такое случалось и ранее, но как правило происходило со студентами второго или третьего курса, оказавшимися в весьма опасной обстановке. Первокурсники теряют жетоны довольно редко.

Матеря про себя Рэрха, снова излагаю историю.

- Возвращаясь из Схердаса, мы решили отметить факт нашего успешного выживания. Сонр перебрал с алкоголем, из-за чего чуть не выпал из воздушного аппарата, открыв резервный выход гондолы. К счастью, мы с бароном Тэрнеком успели схватить его и затащить внутрь. Но, жетону повезло не так сильно, как Кронцу - пока мы спасали сокурсника, тот улетел вниз.

- Вы можете поручиться, что с разумом Сонра Кронца не производилось никаких изменений?

Вопрос, отчасти ожидаемый, но всё равно весьма опасный. Остаётся надеяться только на то, что Эйкар прав и никто из магов, не сможет без слепка проверить его разум. В противном случае, под ударом окажемся мы оба.

- Практически всё время он был с нами. Никаких изменений в поведении барона, которые не были бы обусловлены обстоятельствами, я отметить не могу.

Ректор удовлетворённо кивает мне.

- Вот и отлично. Вы свободны, граф Вайрьо - не опоздайте на занятие по боевой магии.

Покинув кабинет, бреду по коридору с сумкой на плече. Бодрость, которую придала чашка сорка быстро уходит, а мысли крутятся вокруг письма Морны - что там было такого важного? Или Стольк просто разыграл какую-то свою комбинацию, вводя меня в заблуждение? Если так, то зачем? А если нет, то почему он не стал даже пытаться скрыть свои эмоции, как это сделал Норниц? Сомневаюсь, что глава Хёница, который явно участвовал в Войне трёх императоров, не может контролировать своё поведение.

Пройдя сотню метров, понимаю, что стоит поинтересоваться дорогой у кого-то из служащих, которые встречаются в коридорах. Сам я могу пробродить ещё пару часов, прежде чем отыщу блок общежития. Спустя двадцать минут и три уточнения маршрута, я всё-таки добираюсь до знакомой части университета. Зайдя в комнату, оставляю сумку и штуцер, запоздало поняв, что надо было сбагрить всё это Джойлу ещё на станции дирижаблей.

На семинар по боевой магии, вполне предсказуемо опаздываю. Когда останавливаюсь на входе, Стэнк Ферраро, поглаживаю тонкую бородку, насмешливо щурится.

- Посмотрите - сам граф Вайрьо почтил нас своим присутствием. Что можете сказать в своё оправдание?

Со вздохом, изучаю его лучащееся удовольствием лицо.

- Был вынужден задержаться по причине визита к Хардэну Стольку - ректору Хёница.

Улыбка преподавателя чуть меркнет, но он сразу же находится с ответом.

- Получили порцию моральных плетей за свой шабаш в империи?

По аудитории, в которой около сорока человек, прокатываются лёгкие смешки, а я пожимаю плечами.

- Отнюдь. Обсуждали с ним некоторые моменты, о которых я не могу говорить в присутствии посторонних.

Надеюсь, сейчас мой взгляд, точно даёт понять, что к числу последних я отношу и самого преподавателя. Остальные студенты разом затихают, а вот лицо самого Стэнка раздражённо кривится и он резко меняет свой тон.

- Посмотрим, насколько вы смогли справиться с выданным вам заданием. Становитесь в пару к господину Свезальду - продемонстрируйте нам своё мастерство.

Шагаю в направлении, куда он указывает рукой, на ходу разглядывая помещение. Всё оно поделено на круги с чётко очерченными границами. Диаметр, навскидку, около семи метров. Внутри каждого сейчас стоит пара студентов. Отмечаю, что Айрин поставили вместе с Кансом, а Джойла - с Сонэрой. Единственный, кто не принимает участия в процессе - Сонр-Эйкар, замерший около стены. По мере приближения к "своему" кругу, различаю ехидную усмешку Свезальда. Оно и понятно - аристократ наверняка успел изучить что-то новое, пока нас не было и теперь горит желанием опробовать всё это на мне, отыгравшись за все предыдущие события. И с точки зрения университета, Ферраро скорее всего ничего не нарушает, ставя нас в пару - все студенты, отсутствовавшие вместе со мной, уже разбиты по двойкам.

Перешагивая через черту, обозначающую границу круга, усмехаюсь своим мыслям. Это же Хёниц, для которого жизни первокурсников лишь расходный материал. Возможно, руководство университета как-то заинтересовано в моём выживании, но даже если так - остальных преподавателей, они об этом не оповещали.

Остановившись внутри круга, смотрю на усмехающегося Свезальда, гадая, что нового он мог изучить за последние дни. А за спиной звучит голос Стэнка.

- Напоминаю правила - вы можете использовать любые известные вам заклинания, чтобы победить соперника. Внутри круга запрещено использовать огнестрельное и холодное оружие - вы должны биться только магией. Нарушение этого правила приведёт к вашему техническому проигрышу, а в случае гибели своего спарринг-партнёра, вы будете исключены из Хёница. Побеждает тот, кто первым вынудит противника сдаться или поставит его в полностью беспомощное состояние. А теперь - начали!

Преподаватель звонко хлопает в ладони и над очерченными границами кругов появляется сияющая пелена, быстро смыкающаяся над нашими головами. Каждая из спаррингующих пар, оказывается внутри купола, обтянутого силовым полем. Бросив взгляд наверх, опускаю его, смотря на Свезальда и вижу, что с лица того не сходит довольная улыбка.

- Не стоило тебе покидать университет, Орнос. Или мне теперь называть тебе графом Вайрьо, бастард?

Показательно усмехаюсь ему в лицо.

- Можешь обращаться ко мне, как к "Защитнику империи".

Глаза блондина слегка расширяются, а лицо искажается гримасой злобы и недоверия.

- Никто и никогда, не дал бы какому-то вшивому...

На последнем слове он прерывается, заметив кольцо на моём пальце. После чего, выдохнув воздух, пускает в ход нотную комбинацию. Машинально выставляю ледяной щит, который должен защитить от большинства стихийных связок и с запозданием понимаю, что ноты летят не в меня, а рассыпаются в пространстве рядом с сыном хёрдиса. Спустя секунду, на их месте появляются три небольших завывающих торнадо. Свезальд выплёвывает ещё две короткие нотные связки и в один из смерчей вплетаются огненные нотки, а во втором начинают мелькать ледяные лезвия. Третий остаётся в прежнем виде.

Выстраиваю в голове тактику защиты, когда Олаф бросает единственное "оригинальное" торнадо прямо на меня. Машинально ставлю воздушный щит, предполагая, что в данном случае он должен сработать. Изначально кажется, что так и есть, но спустя доли секунды, понимаю - его структура буквально разваливается на части, заклинание Свезальда разматывает мою защиту в клочья. Сын хёрдиса отправляет на меня оба оставшихся смерча и я воздвигаю ещё два щита - оба изо льда. По-хорошему сейчас стоило бы прикрыться камнем, но этот материал мы пока ещё не освоили. Спустя мгновение становится понятно, что оставшиеся в университете студенты, в отличии от нас, явно плотно за него взялись - каменные снаряды, разносят мою ледяную защиту на осколки. Один из камней бьёт мне в плечо, отбывая на светящийся барьер, который неожиданно пружинит, отбрасывая назад внутрь круга.

Вижу, как быстро приближаются вихри, созданные Свезальдом и машинально воспроизвожу нотную связку с универсальным щитом Эйкара, который разрезает самый первый из них напополам и останавливает два остальных. Тот, что в итоге оказался первым среди надвигающейся тройки - "огненный" и разваливаясь на части, он цепляет мою левую руку, раздирая в лохмотья одежду и заставив скривиться от боли ожогов. В воздухе пахнет обугленной кожей, а я использую момент для ответной атаки, бросая вперёд парализующую цепь, за которой летят ледяные сферы. На заднем фоне бьётся мысль о том, что я могу использовать нотную комбинацию с муравьями, навсегда разделавшись с высокомерным отпрыском хёрдиса, но её применение вызовет массу вопросов, чреватых серьёзными последствиями.

Слегка ошеломлённый поворотом событий Свезальд перехватывает мою цепь каким-то незнакомым мне щитом, выглядящим так, как будто он сплетён из полупрозрачного каната и выставляет ледяную защиту, блокируя летящие в него куски льда. До меня же доходит, что преподаватель ничего не говорил о применении айвана. Да, напрямую не говорилось, что его можно использовать, но при этом и запрета озвучено не было.

Олаф уже пускает в дело следующую нотную связку, а я "прощупываю" его тело, пытаясь обнаружить внутри остатки хлеба. Нащупав его, принимаюсь формировать спрессованные иглы, но не успеваю вовремя - Олаф наносит удар раньше, чем я заканчиваю. На этот раз, в мою сторону мчится рой светящихся сгустков, по форме напоминающих бабочек. Переключившись с айвана на нотную комбинацию, снова ставлю универсальный щит, отрезая половину из них - "насекомые" бьются о мутноватую линзу, повисшую в воздухе, быстро угасая и опадая светящейся пыльцой. Пытаюсь пустить в дело ещё одну защитную нотную связку, уже вплотную к своему телу, но первая из них врезается в корпус до того, как я задействую все нужные символы.

Тело пронзает болью, чем-то напоминающей ощущения от разряда электричества. Нотная комбинация рвётся, так и не завершившись, а меня таранят все оставшиеся "бабочки". Спустя секунду я уже лежу на полу, корчась от боли - всё тело горит, а рот наполняется кровью, льющейся из прокушенного языка. Смутно вижу ухмыляющееся лицо Свезальда, поднимающего вверх руку и снова тянусь к хлебу в его животе. Блондин, видимо не считает меня опасным и не пытается нанести ещё один удар, чем я с радостью пользуюсь. На этот раз, успешно формирую иглы и бью ими в разных направлениях. Удовлетворённо вижу, как перекашивается от боли лицо соперника и тот схватившись за живот, опускается коленями на пол. Вытащив иглы из ран, наношу ещё один удар, одновременно с этим пытаясь приподняться. Выходит не очень - всё, что получается, это привалиться спиной к барьеру, окружающему круг для спарринга, оставаясь в сидячем положении.

Вижу, как перед Олафом появляются новые нотные символы и бью иглами в третий раз, пробивая стенки его желудка. Из имеющегося хлеба, вышло слепить только пять коротких "инструментов" - времени на то, чтобы увеличить его объём, у меня не было. Но и этого хватает с лихвой - сын хёрдиса сбивается, останавливая нотную комбинацию. А я бью связкой с парализующей цепью, стараясь не ошибиться. Сил на то, чтобы контролировать сразу и айван, и нотную комбинацию у меня нет, так что приходится отпустить контроль над своим оружием внутри Свезальда. На этот раз, заклинание поражает свою цель и Олаф заваливается на пол, не отрывая руки от живота.

Через мгновение опора для моей спины исчезает и я падаю, ударившись затылком об пол. Чуть приподнимаюсь, оперевшись на локоть и лицезрею изрядно озадаченное лицо Ферраро, переводящего взгляд со Свезальда на меня.

- Как вы это сделали, Вайрьо? Что за магия? И откуда вы знаете комбинацию с универсальным щитом? Не припомню в учебниках связок с таким порядком нот.

Покосившись в сторону распластавшегося на полу блондина, понимаю, что мой правый глаз сейчас почти ничего не видит - вместо чёткой картинки, выдаёт что-то мутное и расплывчатое. Где-то на заднем фоне раздаётся возмущённый голос Айрин.

- Орносу нужна помощь целителей!

Стэнк поворачивает голову к девушке, а я скривив губы в усмешке, отвечаю, старательно выговаривая слова.

- Вы не запрещали использовать айван. Равно как и все известные заклинания. А откуда я его знаю - исключительно моё дело.

Преподаватель что-то рявкает на толпу окружающих студентов, после чего шагает ко мне и в воздухе мелькает набор нотных символов, возводящий вокруг что-то вроде защитного купола, идентичного тому, внутри которого мы вели поединок. Стэнк же, опустившись рядом со мной на колено, секунду молча изучает меня взглядом. Потом начинает говорить.

- Ты понимаешь, что ведёшь себя слишком вызывающе для студента-первокурсника, Орнос? Боюсь, с таким подходом, тебе не протянуть долго - нельзя наживать врагов среди преподавателей, особенно по боевой магии.

Поморщившись от боли, разжимаю пальцы правой руки, ранее сжатые в кулак и Ферраро машинально отреагировав на движение, смещает свой взгляд в сторону. Судя по приподнявшимся бровям - он отлично понимает значение кольца на моём пальце.

- Об этом в газетах не писали. Но даже титул "Защитника империи" не даёт тебе никаких привилегий в Хёнице.

Стараюсь улыбнуться, но глядя на выражение лица преподавателя, понимаю, что результат, видимо, больше напоминает оскал.

- Безусловно. Не считая некоторых нюансов, о которых, вас может просветить ректор. Если у него будет на то желание, конечно. Или вы считаете, что кольца, подобные тому, что сейчас на моём пальце, раздают направо и налево, без всяких условий?

Ферраро непонимающе поморщившись, проводит рукой по своей бородке.

- Не понимаю, к чему ты клонишь, Вайрьо.

- К тому, что группа студентов первокурсников никак не могла совладать с существами, убившими двух высококлассных магов, охранявших регента. Из чего несложно сделать выводы.

На последней фразе понимаю, что слова даются с трудом - голова как в тумане. Это всё из-за болевого шока или у заклинания с бабочками есть ещё какой-то поражающий эффект, кроме электроразрядов? Преподаватель же, несколько секунд раздумывает, глядя на меня, после чего покачивает головой.

- Не пойму, то ли ты бредишь, то ли действительно замешан в каком-то гхарговом дерьме. Одно скажу Орнос - не стоит подрывать мой авторитет. Иначе, я буду вынужден принять соответствующие меры. И сам ректор не сможет тебя защитить - он отнюдь не всесилен в стенах Хёница.

Закончив последнюю фразу, он выпрямляется, снимая щит и пространство вокруг моментально наполняется криками людей. Особенно чётко слышится голоса Айрин и Тонфоя, на фоне которых возмущённо ревёт Джойл. Последняя мысль, мелькающая в голове, перед тем, как отключаюсь - лишь бы здоровяк не попробовал застрелить Стэнка из своей любимой винтовки, с которой заявился на занятие.

Интерлюдия 4

- Это как раз, то чего ты и хотел, Хард - полное изменение договора между нами и империей. Всё вернётся на свои места.

Покачивающийся в кресле ректор Хёница ещё раз проходится взглядом по письму Морны и поднимает взгляд на Норница, озвучившего эти фразы.

- В теории - да. Но как всегда, полно нюансов - например, эта девочка даже не представляет, что требуется для изменения договора. Ещё один момент - нет уверенности, что среди её окружения отсутствуют люди Палача. Она пишет, что сразу несколько магов покинули свои места при дворе и их имён точно нет среди подписавших договор. Значит гхаргово отродье, предавшее нас ещё живо и наблюдает за ситуацией. Не знаю, зачем он убрал своих людей из дворца, но уверен, что каналы для получения информации, хитрый выродок себе оставил.

- Морна считает, что он стоит за убийством Ланца и покушением на неё - возможно не сошёлся в мнениях с её отцом?

Стольк с грустной улыбкой качает головой.

- Не думаю, что всё так просто. Пусть Палач и Ланц что-то не поделили, да так, что предатель решил прикончить регента - за каким рицером ему пытаться убить Морну? Проделав всё так топорно, что несколько первогодок смогли предотвратить гибель девчонки? К тому же, почерк покушений кардинально различается - мы уже получили первые протоколы канцелярии с просьбой о консультации и сейчас абсолютно ясно, что магия использованная для попытки убийства Морны больше походит на ту, которой прикрыли проникших к нам неконов. А вот атака на канцелярию - совсем другое дело. Никаких магических существ, долгой работы с рунами и ритуалов жертвоприношения - чисто сработанный, изящный удар, растеревший в крошку нужный кусок крыла здания.

Рэрх, крутя в руках часы, цепочка которых уходит к жилетке, уточняет.

- Так что ты думаешь делать? Просто ждать, оставаясь наблюдателями?

Тяжело вздохнув, ректор несколько секунд молчит. Потом откидывается в кресле, переплетая пальцы рук.

- Думаю, стоит отправить в столицу пару наших человек. Пусть оценят ситуацию на месте, посмотрят на всё своими глазами. Не верю, что Палач оставит договор без надзора, а имперское правительство без наблюдения. Я ошибался, считая, что этот ублюдок действует в одиночку - у него есть соратники. А это крайне сильно увеличивает наши риски, доводя их до весьма неприличных размеров.

- Если мы возьмём с собой десяток профессоров - у него всё равно не хватит сил, чтобы одолеть всех.

Хардэн с лёгкой улыбкой смотрит на своего давнего соратника.

- Считаешь? Мы не знаем о нём ничего, а сами же, будем как на ладони. Единственный вариант отправиться сейчас в Схердас самим и в полном составе - явиться туда, как армия, готовая к бою, мобилизовав всех, включая студентов. С драконами, химерами, големами и всем, что есть у нас в арсеналах. Будучи готовыми убивать и умирать, а если потребуется, то и сровнять город с землёй. Но я не могу принять подобное решение в одиночку - потребуется созывать совет университета, а значит информация разойдётся в разные стороны. К тому же, не думаю, что настало время для такого отчаянного шага. Нас могут неправильно понять, что выльется в войну Хёница против коалиции из знати, к которой примкнёт армия. Сам знаешь - байка о том, что маги хотят загрести всю власть в свои руки, крайне популярна среди аристократов. А выдвинься мы к Схердасу целой армией...

- Мне нравится. Явиться, разорвать договор и убраться обратно.

- Палач не даст сделать всё настолько просто - он либо натравит на нас всю империю, либо бросит в бой те силы, которыми располагает. Мне самому хочется рвануть в Схердас, оседлав дракона и вспомнив молодость. Но я не хочу, чтобы последний центр магической науки Норкрума превратился в груду дымящихся руин.

Норниц разочарованно качает головой.

- И что тогда делать? Та пара магов, которых ты хочешь отправить - они же всё равно ничего толком не узнают.

- Смотря с какой стороны посмотреть. Они смогут выяснить, где именно хранится договор и какие артефакты используются для его защиты. А если нам очень сильно повезёт - у них получится подготовить всё для ритуала изменения клятвы. Тогда появится шанс провернуть всё очень быстро, кардинально изменив положение дел.

- Но ты же сам сказал, что Палач не допустит такого?

- На мой взгляд - да. Но, чтобы нам помешать, ему всё равно придётся высунуться из укрытия и нанести удар, что тоже даст какую-то информацию. К тому же, все наши размышления сейчас - это гадание на керасовых внутренностях. Присутствие магов университета в столице даст надёжный источник информации.

Норниц несколько секунд молчит, поигрывая часами, сжатыми в правой руке.

- Твои намерения по поводу столицы, я понял. Ещё вопрос - что будем делать с Эйкаром? Старый пройдоха оказался в теле Кронца, струна которого резко ослабла.

Ректор ухмыляется, показывая ряд ровных белых зубов.

- Да, всё пошло не совсем по плану нашего любителя поиграть с призванными. Но струну он может и развить, для мага его уровня - не такая сложная задача.

- То есть мы не станем его... убирать?

- А зачем?

Ректор поднимает удивлённый взгляд на собеседника.

- Мешать он нам не мешает, опасности, по крайней мере большой - не представляет. Сомневаюсь, что Эйкар станет атаковать кого-то из преподавателей. Максимум - пострадает кто-то из студентов, но это не так критично.

- Думаешь, его получится взять под контроль?

Усмешка Столька переходит в короткий смешок.

- Этого неуправляемого горного стиппера? Нет - управлять им точно не выйдет. Но мы всегда можем тем или иным образом, выпустить его за пределы университета - пусть куролесит в своё удовольствие.

Проректор непонимающе хмурится.

- Но ведь предложение об изменении договора у нас уже есть. А ты сам говорил, что Эйкар нужен нам как раз для давления на прошлого регента.

Хардэн вздыхает.

- Ты же видишь, как меняются обстоятельства? Страна не просто на грани гражданской войны, она по сути уже расколота на части. Никто не знает чего ждать завтра - при таком раскладе Эйкар становится козырем в рукаве, который ещё может сыграть. К тому же мне крайне интересно, как поведёт себя Палач, когда поймёт, что кто-то из старых магов ещё жив и бродит на свободе, не связанный абсолютно никакими ограничениями. А с ним ещё и группа студентов, которых тот обучает магии призыва и другим запрещённым техникам. Думаю, он уже насторожился, после случившегося в Золотом зале и теперь активно ищет того, кто смог пробить стену между мирами.

- Обучает... Совсем не факт, что Эйкар примется щедро делиться знаниями с первыми встречными.

- А у него есть выбор? Сам посуди - он скорее всего в курсе, что Орнос является наследником престола. Это раз. Прекрасно понимает, что в одиночку ему будет сложно вернуть магию призыва в строй и вообще разобраться в происходящем. Это два. Единственные, кто в курсе его настоящей личности - четверо студентов, участвовавших во всей передряге и явно причастных к перемещению призрака в тело погибшего Кронца. С точки зрения самого Эйкара, больше никто не в курсе, кто он на самом деле такой. Это три. Теперь прибавь к этому патологическую склонность старого прохвоста к обучению, которая будет пылать с утроенной силой после долгого заточения и получишь ситуацию, в которой у этой четвёрки просто нет шансов избежать полного погружения в магию призыва, которую наш старый знакомый обожает до дрожи в коленях.

Рэрх косится на стену, увешанную металлическими рамами, больше не скрытыми пологом маскирующего заклинания и осторожно уточняет.

- То есть вы хотите, чтобы наследник престола овладел магией призыва? Это может быть крайне опасно.

После секунды молчания, ректор взрывается, перейдя на более яростную тональность.

- Норн, хватит вести себя, как твердолобый солдафон. Что именно может быть опасно? Мы в Хёнице, рицер тебя дери! В одной из колыбелей магической науки, развитие которой раньше шло семимильными шагами. А что теперь? Учим студентов огрызкам оставленных нам знаний и варимся в собственном соку, сходя с ума от скуки и развлекая себя неконами в постели. Когда в иной мир отойдёт поколение магов, жившее до Войны трёх императоров, остальные будут считать такое положение вещей нормальным. А мы не вечны, Норн, хотя и можем протянуть очень долго, если повезёт. Рано или поздно каждого находит шальная пуля - поэтому я и сижу в четырёх стенах, изолированный от внешнего мира. И ты говоришь мне, что опасно толкать одного из Эйгоров в объятия единственного мага, который может передать ему толику старых знаний? Да, пусть даже этот парень воссядет на престол и окажется кровавым тираном - знания всё равно выйдут в свет и останутся где-то там. А тираны, как тебе известно, не бывают вечными.

Чуть успокоившись, окидывает оторопевшего от вспышки эмоций проректора взглядом и добавляет.

- К тому же, если этот парень попытается пробиться к престолу - он неминуемо столкнётся с Палачом. Я уверен, что Орнос-Кирнес уже попал в его поле зрения, а при развитии ситуации по экспоненте, рано или поздно произойдёт прямой контакт, что даст нам ещё одну возможность. Надо мыслить нелинейно, мой друг - существует масса вариаций и в большинстве из них старый Эйкар со своими новыми учениками, сыграет нам на руку. А сейчас, предлагаю выбрать магов, которых мы отправим в Схердас. Чем раньше они вылетят, тем лучше.

Беловолосый мужчина медленно кивает и спустя минуту, оба присутствующих погружаются в изучение личных дел преподавательского состава Хёница.

Глава XI

Придя в себя, ожидаю боли во всём теле, но с удивлением отмечаю, что чувствую себя вполне сносно. Перед глазами - каменный потолок, а сам я лежу на какой-то постели. Приподнявшись, натыкаюсь взглядом на старого мага в белой мантии, ухмыляющегося в седые усы.

- Пришёл в себя? Тогда давай на выход, не занимай место.

Опустив ноги на пол, оглядываю помещение вокруг - ещё десятка два таких же высоких кроватей, как та, на которой сейчас нахожусь я. Одну из них занимает Свезальд, лежащий с закрытыми глазами. Через одну от него, покрытый шипящей зелёной слизью студент старших курсов, лечением которого сосредоточенно занимаются сразу два целителя.

- Чего расселся? Топай давай.

Переведя взгляд на нахмурившегося старика, киваю ему и шагаю к проёму, ведущему в коридор. На ходу проверяю оружие и бумажник, убеждаясь, что всё на месте. Единственное, что пострадало - левая часть моего костюма, от которой остались лишь жалкие лохмотья, сквозь которые проглядывает кожа. Последствия контакта с вихрем, в который был вплетён огонь.

Когда оказываюсь около выхода, приходится отпрыгнуть в сторону, пропуская мимо себя девушку, за которой по воздуху быстро плывёт тело с разорванным плечом. Не обращая на меня внимания, направляется прямо к тому магу, что выставил меня наружу.

- Мастер Оклосф, у второкурсников вышла из под контроля химера - одного успела серьёзно потрепать. Я наложила заморозку, но у него яд в крови, нужна ваша помощь.

Старый маг, к которому она обращается, снова зыркает на меня и я всё-таки убираюсь из комнаты. А спустя пару минут покидаю медицинский блок, в котором оказался. В отличии от остальных частей Хёница, здесь нет проблем с ориентированием - на стене, по мере моего продвижения, загораются белые стрелки, ведущие к выходу. Как только переступаю порог, слышится голос Тонфоя.

- Говорил же, с ним всё в порядке - могли бы подождать на террасе или заняться делами, у нас на сегодня гхаргова куча дел.

Повернувшись направо, обнаруживаю сына хёрдиса, вместе с Айрин и Джойлом. Девушка, шикнув на Канса, приближается ко мне, разглядывая левую руку.

- Я этому Свезальду оба колена прострелю, как появится. Грязная рицерова личинка!

Судя по тембру голоса, виконтесса сейчас зла куда больше меня. И если отталкиваться от выражения лица Тонфоя, эта далеко не первая, озвученная ею угроза.

- Он уже получил по полной. В следующий раз дважды подумает, прежде чем идти на поводу у преподавателя. И потом - это же Хёниц. Все студенты рискуют своей жизнью.

Оглядываясь назад, добавляю.

- А теперь идём - Канс прав, у нас ещё масса работы на сегодня.

Девушка хмурится и что-то пробормотав себе под нос, разворачивается, направляясь дальше по коридору. Её желание причинить боль Свезальду, я вполне понимаю, но на фоне всех остальных потенциальных проблем, заносчивый блондин кажется маленькой букашкой.

По дороге обдумываю текущую ситуацию, фоном слушая переругивание Мэно и Тонфоя. Не знаю, что именно было в письме, доставленном мною от Морны, но предполагаю, что регент предложила руководству Хёница союз, в том или ином формате. Основной вопрос - как на это отреагирует ректор и насколько эффективной может оказаться подобная коалиция. Глава университета в курсе того, что под личиной Орноса Вайрьо скрывается Кирнес Эйгор. Как и маркиз Ценхор, наверняка оповестивший об этом кого-то ещё из своих союзников. Если канцелярия всё-таки обнаружит его и сможет взять живым, то информация, опять же, попадёт к Морне. Сложно спрогнозировать, как именно она отреагирует - решит прикончить меня или попробует договориться. То же самое можно сказать о всей прослойке высшей знати, половина которой уже видит себя в качестве новых правителей империи. Фигура живого наследного принца может помешать слишком многим. Для половины я пока являюсь привлекательным вариантом живого знамени на случай войны за престол, а все остальные, как я думаю, увидят в выжившем принце только помеху на пути к власти. Вот только, что делать - непонятно. Идеальный вариант - остаться в Хёнице, который несмотря на условия обучения, остаётся для меня самым безопасным местом в империи. Заодно обучаясь магии и получив возможность защищать себя самостоятельно. Но тут всё упирается в вопрос - не изменятся ли в один прекрасный день намерения ректора. Пока, опасаться нечего, но если руководство Хёница сочтёт Морну идеальной кандидатурой на троне - ситуация развернётся в обратном направлении.

Спустя десять минут мы добираемся до общежития и сразу после того, как я меняю одежду, направляемся в один из залов для занятий - время взяться за выданные нам при отъезде задачи. Перед этим, пытаемся отыскать Эйкара, но старого мага нигде не обнаруживается. Зато в процессе встречаем Сонэру, которая живо интересуется у нас местонахождением "брата" - баронесса тоже не может его найти.

Всё время до вечера уходит на изучение и отработку выданных заданий. Больше всего сложностей вызывает нотная практика - приходится осваивать комбинации, без инструкций преподавателя и помощи с его стороны. Если с нотной связкой, формирующей смерч, проблем у нас не возникает, то вот вплетение в рукотворное торнадо огня или ледяных лезвий - куда более сложная задача. Джойл при первой своей попытке подпаливает рукав пиджака Тонфоя, который весьма громко возмущается этим фактом, туша языки пламени на одежде.

На то, чтобы разобраться с этими заклинаниями уходит около часа. Ещё столько же - на их отработку, практически до полного автоматизма. Судя по теории, которую мы изучаем сами по учебнику - это первый пример комбинирования различных стихий и сфер магии в заклинаниях. В самой простейшей форме. Пример чуть более сложного варианта - ледяная броня на химерах или живых мертвецах. Это следующая задача, которой мы занимаемся. Получается чуть проще - ноты, используемые для создания связи между льдом и иной сферой магии, задействованы одни и те же. Так что, нам остаётся только освоить символы с другой стороны, которые должны связать мёртвую плоть и лёд. В процессе появляется мысль, что такой "бронежилет" здорово бы пригодился во время боёв в Свайлэде - вероятность ликвидации мятежниками наших камикадзе была бы на порядок ниже.

Закончив с мертвецами, переходим к рунологии. Как внезапно выясняется, всё задание посвящено работе с камнем и землёй. Для него нам требуются алхимические реактивы, за которыми приходится тащиться через неизвестную пока часть Хёница, на склад расходников при университетской лаборатории. Получив от тощего паренька в грязном халате небольшой ящик с колбами и склянками, тратим ещё двадцать минут на поиск подходящего зала. Для этого занятия, требуется помещение куда больших размеров, чем обычно.

Приступив к выполнению задач, понимаю, что при помощи рун и алхимических составов тоже можно добиться немалого - например поднять кусок самой настоящей стены, высотой в полтора ярда. Достаточно начертить при помощи глефса требующуюся комбинацию рун, после чего плеснуть на них жидкостью из небольшой колбы и спустя несколько секунд перед тобой возвышается самое настоящее укрепление. Правда, для создания каменной стены, требуется и соответствующее основание. Если же вокруг только земля, то можно создать нечто похожее из спрессованной плотной почвы. Только набор рун будет иным, а посыпать придётся порошком. Длительность действия заклинания зависит в первую очередь от мощности алхимического состава. Те, что нам выдали - из самых дешёвых, используемых в учебных целях и действуют всего десять минут. Но при этом стену можно поддерживать, используя всё ту же алхимию. При наличии необходимого её запаса, можно держать укрепления годами. Это будет крайне дорого, но в целом возможно. Высота и мощность укреплений зависят от используемого набора рун. Опять же - мы используем простейший вариант, но при желании можно воздвигнуть настоящую крепость с возможностью подъёма наверх пехоты.

Помимо "строительства" стен, осваиваем и иные наборы рун - один из них позволяет выровнять плац земли определённого размера, убрав все кочки и бугры. Второй - расщепляет приличный объём горной породы. Его, правда, не получается испытать в полную силу - тренируемся мы в усечённом режиме, с куда более слабыми алхимическими коктейлями, чем необходимо для полноценного применения.

Заканчиваем день упражнениями по артефактологии - учимся самостоятельно создавать простейшие защитные артефакты, на основе металлических браслетов. Сначала рисуем глефсом крохотные руны, после чего "активируем" их нотной связкой и наполняем силой при помощи ещё одной комбинации символов. В итоге получаются простенькие защитные артефакты - водоотталкивающие, защищающие от лёгких ожогов или разгоняющие пыль вокруг человека. Последние, по словам Тонфоя, пользуются массовым спросом среди шахтёров того же Свайлэда и на многих заводах - не каждому хочется убивать свое лёгкие.

Пройдясь по всему списку заданий, в абсолютно выжатом состоянии направляемся к блоку общежития. У нас ещё остались невыполненные задачи по зачаровыванию животных и необходимо изучить теоретический материал по истории магии, но сил на это уже не осталось. В полной тишине добредаем до столовой, где на одной из террас обнаруживается Эйкар. Окинув нас взглядом, мрачно интересуется.

- Занимались, да? А мне пришлось вытерпеть час общения с идиотом, который называет себя специалистом по развитию магических струн. Рицеров долбанутый придурок нёс такую чушь, что хотелось забить ему в глотку пресс-папье, а потом распылить кристалл разума, сделав землю немного чище.

Усаживаясь напротив него, ставлю на стол одну из бутылок вина, что мы прихватили в комнате Мэно и уточняю.

- Искали варианты вернуть струну в её прежнее положение?

Тот кривит губы.

- Да с ней и так всё понятно. Так что, я просто впустую потратил час времени, слушая болтовню напыщенного хлыща.

Тонфой, усевшийся рядом с ним, бросает заинтересованный взгляд на мага.

- То есть можно вернуть струну обратно в нормальное состояние? Как?

Перед тем, как ответить, бывший призрак выпускает в воздух набор нотных символов, создавая над поверхностью стола крошечный огненный шарик.

- Только таким, ужасно скучным образом - тренируясь на микро-заклинаниях. При постоянной нагрузке, струна будет усиливаться и постепенно вернётся к изначальной норме.

- И сколько это займёт времени?

Канса, судя по всему, весьма интересует период, через который Эйкар сможет вернуться в строй.

- Неизвестно. Надеюсь, что через месяц-другой уже смогу воспроизвести что-то нормальное.

Айрин, глядя на то, как вино льётся в её бокал, задумчиво уточняет.

- Я только сейчас поняла - тогда в Золотом зале, ты управлялся с активной струной, но без крейнера, хотя использовал крайне мощные заклятья. Как такое возможно?

На лице Эйкара появляется довольная ухмылка.

- Больше сотни лет практики, юная леди. То, что кажется вам невозможным - для меня, лишь технический момент.

Заметив, как недовольно хмурится девушка, слегка меняет тональность.

- Есть способы компенсировать отдачу заклинаний и без крейнера, в его привычном понимании. Это может быть весьма опасно и требует филигранной работы, но в целом возможно. Такому, если и учат в Хёнице, то только самых продвинутых студентов, у которых индивидуальная программа. Основная масса постигает тонкости магической механики, отправляясь за пределы университета. Вернее, так было раньше. Сейчас - такое впечатление, что их заставили почистить всю учебную программу и обучать студентов половине известной магии.

Айрин с Тонфоем переглядываются, что не ускользает от внимания Эйкара, взгляд которого немедленно становится подозрительным. Он, было открывает рот, чтобы задать вопрос, но Канс успевает первым.

- За сегодняшний день мы изрядно устали, а Орноса и вовсе потрепали в поединке. Предлагаю выпить, а потом уже обсудить...учебные ограничения Хёница.

На последней фразе, парень оглядывается на выход из террасы, как будто там может укрываться кто-то, подслушивающий нас. Сдвинув бокалы, отпиваем вино и на секунду воцаряется тишина, которую почти сразу нарушает старый маг. Создав очередной крохотный кусочек пламени, интересуется.

- Что вы двое знаете о причинах изменений в учебном курсе?

Оба аристократа на какое-то время задумываются, снова обмениваясь взглядами. В конце концов, Канс осторожно интересуется.

- Прозвище Палач что-то тебе говорит?

Эйкар, на секунду задумавшись, формирует миниатюрную сферу льда в воздухе.

- Слышал, как его упоминали в частном разговоре - старина Тескон жалел, что нельзя найти его и сделать точную копию, которая будет ежедневно пожирать оригинал заново.

Сын хёрдиса, с усмешкой кивает.

- Мы слышали о нём чуть больше, когда были воспитанниками Сомвеля.

Ещё раз оглянувшись на выход, понижает голос почти до шёпота.

- Как о маге, который был соратником Сторна Эйгора и настоял на ограничении мощи Хёница при помощи договора, скреплённого кровью каждого из живущих тогда выпускников или преподавателей университета. Канцлер говорил о нём в настоящем времени - скорее всего он ещё жив и находится где-то в империи.

Старый маг непонимающе морщится.

- Но ему то это зачем? Он ведь сам из наших.

Канс усмехается.

- По официальной версии - чтобы не допустить установления власти магов над Норкрумом и их превращения в существ, слишком сильно отличных от людей, как это было у схоров. Но граф предполагал, что на самом деле, он желает не только этого, но и реальной власти над империей, а то и всем миром, в качестве серого кардинала. А ослабление всех остальных магов, даёт ему колоссальное преимущество.

Интересно звучит, только не совсем понятно, по какой причине граф Сомвель решил поделиться столь щекотливой информацией со своими воспитанниками. Сделав глоток вина, решаю прояснить этот момент.

- При каких обстоятельствах он вам это рассказал?

Тонфой на секунду теряется с ответом и вместо него говорить начинает Айрин.

- Нам он об этом ничего не говорил - мы случайно подслушали его беседу с главой четвёртого департамента канцелярии. Они отвечают за расследование преступлений со стороны магов. Судя по беседе, оба были уверены, что Палач пытается влиять на ситуацию в империи и намерен дальше давить на Хёниц всеми возможными способами, при первой возможности полностью уничтожив университет, либо разбив его на несколько отдельных магических школ - целительства, химерологии, рунологии, артефактологии и так далее.

Голос подаёт Джойл, ранее молча нас слушавший.

- А наш граф тоже говорил про какого-то Палача. Совсем нехорошо - матушка потом сказала, чтобы я такие слова даже не запоминал. Правда, я тогда и был мал ещё - не всё понял.

Со стороны Канса слышится тяжёлый вздох, следом за которым поступает вопрос.

- Как он мог тебе что-то говорить, если давно сдох? Ну вот скажи мне? Будь кто-то из рода Рэгсанов жив - они бы точно предъявили права на Хельгинские болота и всю округу. Не знаю, что у вас там за болотные миражи или какие грибы вы в похлёбку добавляете, но вся графская семейка уже полтора века, как мертва, Джойл.

- Да как же нет, когда он живой по болотам ходит? Не призраком, а как обычный человек - здоровается, как мы встречаемся, беседы ведёт. Матушка ему порой относит животину какую в замок, на пропитание. Говорит, только вот женской руки там не хватает, но ей и взяться неоткуда - кроме нас на болотах считай никого, а сестрицы мои к нему холодны, да и стар он для них.

Лицо Тонфоя отражает полную гамму эмоций - от недоверия и желания немедленно наорать на собеседника, до заинтересованности. Если бы в качестве рассказчика выступал не Джойл, то думаю, сын хёрдиса уже давно бы закрыл тему, однозначно заявив, что это ложь и выдумки. Но предположить, что здоровяк по какой-то причине врёт - сложно. Я бы, например, скорее поверил в выжившего спятившего аристократа, который каким-то чудом уцелел и до сих пор ютится в замке.

- Раз он жив - почему не дал о себе знать? Зачем отдал свои земли короне? Какой нормальный аристократ станет так поступать?

Джойл, со смущённым лицом пожимает плечами.

- Да я ведь и не знал, что его мёртвым считают. Так бы спросил, когда виделись. Откуда мне знать, что у него в голове.

Эйкар, всё это время создающий один за другим язычки пламени, на время прекращает своё занятие.

- Так ты говоришь, это тот самый граф, что жил во время Войны трёх императоров? И он в беседе упоминал Палача?

Наш новоиспечённый барон, переводит взгляд на старого мага, с облегчением кивая.

- Именно так. Но, что он там точно говорил - не помню уже.

- Весьма занятная история. Помню я одного Рэгсана, что учился в Хёнице - Сморлом его звали. Способный был паренёк - один из лучших на курсе.

Радостный Джойл сразу же уточняет.

- Да, о нём я и говорю - граф Сморл Рэгсан. Только немолод он совсем.

- Так он и Хёниц закончил за двадцать лет до драки за власть между троицей запальчивых идиотов. Если подумать, сейчас ему должно быть около двухсот лет.

Лицо здоровяка вытягивается, как и у всех остальных присутствующих. А виконтесса осторожно спрашивает.

- Думаете, он может знать Палача?

- Считаю, у него в голове может быть масса информации, юная леди. Как о Палаче, так и о многом другом. Конечно, если это всё ещё Сморл, а не какая-то разумная сущность, принявшая его облик.

Тема беседы интересная, но пока вылазки на болота у нас не планируется, а от пары бокалов вина, которые мы успели выпить за разговором, в голове уже начинает чуть шуметь - сказывается весьма напряжённый день. Поэтому, после того, как остальные перебрасываются ещё несколькими фразами, предлагаю отправиться в свои комнаты.

Спустя пару минут шагаем по коридору общежития. Почти одновременно с нами, туда заходит и Сонэра, что приводит к молниеносному броску Эйкара к двери комнаты, принадлежавшей Сонру, где он немедленно запирается. А я понимаю, что никакого плана по поводу баронессы у нас пока так и не появилось. Завтра будет нужно этим заняться - старый маг не может бегать от девушки постоянно, да и такое поведение точно приведёт к подозрениям с её стороны.

Когда приближаемся к комнате Айрин, из бокового прохода показывается Виолла, злобно прищурившая глаза.

- Снова идёте в чужую комнату, Орнос? Переступите порог - лишитесь тридцати баллов!

Устало поворачиваю к ней голову. За победу над Свезальдом, Ферарро по непонятной для меня причине, начислил целых сорок личных баллов, так что потеря тридцати сейчас не так критична. Кивнув женщине, испепеляющей меня взглядом, отвечаю.

- Как скажете.

Проходим мимо опешившей смотрительницы общежития и через несколько мгновений уже оказываемся внутри комнаты виконтессы. Чувствую, как слегка вибрирует личная карта учёта и развернув её, с усмешкой смотрю на полученной взыскание. На этот раз, помимо сухой отметки о снятых баллах, рядом красуется фраза "Был дерзок". Надо всё же озаботиться получением разрешения от Норница, иначе из образовавшегося минуса мне придётся выбираться крайне долго. Как и Мэно, которой дублируются все мои штрафы.

Впрочем, сейчас не до того - голова слишком перегружена, а уставшее тело требует отдыха. Поэтому, сбросив одежду, забираемся с девушкой под одеяла на сдвинутых вместе кроватях и спустя пару минут, я уже проваливаюсь в сон.

Глава XII

Утром, просыпаюсь от трезвонящего будильника, по которому уже хлопает рукой Айрин. Вставая с постели, понимаю, что толком отдохнуть не вышло - меня неудержимо тянет забраться назад под одеяло и проваляться ещё пару часов. Виконтессе, судя по её внешнему виду, тоже не помешал бы дополнительный отдых. Но за окном уже светло - если не хотим опоздать на занятие, то нужно спешить.

Контрастный душ отчасти приводит в чувство и спустя четверть часа мы уже благополучно добираемся до столовой, где усаживаемся за стол, уже занятый Тонфоем и Джойлом. Когда заканчиваем с завтраком, принявшись за горячий крепкий сорк, в воздухе появляются шарики с расписанием - сегодня у нас основы некромантии и химерологии, зачаровывание животных, а завершает день занятие по артефактологии.

Семинар по первому предмету снова проходит на улице, куда мы и отправляемся. По пути, зевающий Канс, печально отмечает.

- На мой вкус, подавлять мятежи куда лучше - хотя бы выспаться потом можно вдоволь.

Айрин, идущая со мной под руку, бросает в его сторону насмешливый взгляд.

- Нам один раз повезло и ты вообразил себя полноценным магом? Будь у тех республиканцев хотя бы один выпускник Хёница или кто-то из колдунов - нас бы, с крайне высокой долей вероятности, прикончили бы.

Сын хёрдиса, услышав ответ, досадливо морщится.

- Может и так, но у них ведь его не было. Сложно вернуться к учёбе, когда почувствовал запах свободы.

Виконтесса явно собирается ответить что-то весьма колкое, но её прерывает Сонэра, ждущая в холле около лестницы.

- Вы не видели брата? Нигде не могу его отыскать.

Переглянувшись, качаем головами, а Джойл извиняющимся тоном добавляет.

- За завтраком его не было, в своей комнате тоже.

Баронесса разочарованно вздыхает.

- С самого утра не могу его найти. После бойни в Схердасе он как будто полностью изменился.

На последних словах, девушка прищурившись, изучает подозрительным взглядом Тонфоя и Джойла, которые были рядом с телом её брата, когда она того нашла. Но от прямых обвинений или намёков воздерживается. А через несколько минут мы уже подходим к учебной площадке, где обнаруживается и Эйкар. "Сестра" немедленно перемещается к нему и пробует разговорить, но к счастью старого мага, Кларсен уже начинает занятие.

- Сегодня, мы с вами немного углубимся в классификацию существ, создаваемых при помощи некромантии и полностью оценим возможности, предоставляемые этой областью магической науки. Кто-нибудь из вас может изложить критерии оценки некроконструктов и некросуществ?

По сгрудившимся студентам пробегает волна тихого шёпота, после которого руку поднимает полный парень, ежащийся от холода в лёгкой куртке. Проведя рукой по густым светлым волосам, представляется и начинает отвечать.

- Джос Ллойс, из Вергада. В первую очередь некроконструкты можно разделить на тех, что остаются в их исходном виде и изменённых. Из числа последних выделяются сборные конструкции, например некроголемы, создаваемые, как правило, из значительного числа мёртвых тел. Помимо этого, можно провести деление на усиленные некроконструкции и те, которые не прошли обработку дополнительными нотными комбинациями.

Преподаватель с усмешкой кивает.

- В целом вы правы, господин Ллойс, но эта классификация основывается исключительно на том, что вы уже слышали на моих занятиях. Сегодня же, как вы уже понимаете, речь пойдёт о чём-то новом. Возможно у кого-то ещё есть варианты?

На этот раз руку поднимает стройная девушка с короткими каштановыми волосами, одетая в тёплое пальто.

- Сэрна Бэйс, из Схердаса. Если я верно вас понимаю, то речь пойдёт о разделении оживлённых мертвецов по критерию разумности, а значит можно провести классификацию по наличию или отсутствию собственного разума у созданного некроконструкта.

Олон покачивает головой, так и не убрав со своего лица ухмылку.

- Вы уже ближе к истине, юная леди, но всё же не совсем правы. Действительно, один из основных критерий для оценки поднятых созданий, это разумность. Но надо понимать разницу между возможностью анализа окружающей ситуации и самостоятельным мышлением с определённой свободой воли. Позвольте приведу вам пример - вы можете поднять мертвяка, используя его в качестве солдата или носильщика и управляя конструктом напрямую. В данном случае, он будет считаться кадавром - некроконструктом, без каких-то мыслей внутри. В лучшем случае, вы сможете управлять им, используя его же глаза. В худшем - лишитесь возможности эффективного контроля, как только он выйдет за пределы вашего поля зрения.

Сделав короткую паузу, окидывает взглядом внимательно слушающих студентов.

- Вы можете придать некроконструкту абсолютно любой вид и сделать его сколь угодно масштабным, но если он требует вашего постоянного контроля - это кадавр. Другое дело - если вы заложите в него зачатки аналитического мышления, при помощи определённого набора рун и пары нотных комбинаций. Тогда он превратится в скерта - мертвяка, что способен выполнять простейшие приказы. Например, может охранять своего хозяина, даже когда тот спит или вести преследование определённой цели. Во время Войны трёх императоров, из скертов комплектовали отдельные ударные бригады, что всегда были на острие наступления. Уровень разумности и функциональности этой категории существ различается - некоторые могут даже говорить. Определяющий критерий - наличие у них разума, одновременно с отсутствием собственной воли. Всё, что они могут делать - действовать в рамках отданного приказа. Если вы поставили задачу охранять здание - конструкт так и будет действовать, даже если ситуация требует от него прямо противоположного. Некоторые, наиболее развитые скерты, могут осознавать сложные многокомпонентные инструкции, следуя им. Но даже в этом случае, они станут игнорировать всё, что вы не упомянули, ставя им задачу.

Из небольшой толпы студентов слышится вопросительный голос.

- Хотите сказать, что можно создать и такого мертвяка, который будет принимать решения сам?

Кларсен чуть хмурится.

- Я не такой строгий консерватор, как некоторые считают, но всё же - перед тем, как задать вопрос, извольте поднять руку и говорите только после того, как я вам это позволю. Что касается вашего вопроса - да, возможно создание некроконструктов с полностью автономным разумом. Они способны действовать самостоятельно, ограниченные исключительно запретами, наложенными магом. Раньше таких созданий называли некросуществами, но сейчас чаще всего относят к самым продвинутым конструктам. Есть два варианта их создания. Первый - использование разума умирающего, если получается провести процедуру на смертельно раненом человеке. Сохранить сознание целиком невозможно, но при грамотно выполненном заклинании, вы сможете зацепить его часть и превратить в основу для мыслительной системы вашего конструкта. Во время той же Войны трёх императоров, таким образом создавали офицеров для "мёртвых бригад". Обычно, подобных некросуществ обозначают словом нэрнис. Иной вариант - положиться на нотные комбинации и ритуалы менталистов. Я бы сказал, что это куда более сложно и потребует серьёзных усилий, но при отсутствии выбора - подойдёт и такой путь. Такие конструкты принято называть лоцрами.

Когда он ненадолго прерывается, вверх поднимается несколько рук и Олон указывает на одного их желающих задать вопрос. Им оказывается Ллойс, только что прекративший что-то записывать в блокнот.

- А что вы скажете по поводу личей? Если маг сам изменяет свою плоть, чтобы получить бессмертие и стать менее уязвимым к магии и обычному оружию, к какой категории его стоит отнести?

На лице Олона снова появляется лёгкая улыбка.

- Вы же понимаете, что в случае с личами, речь не идёт о создании некроконструкта? Конечно, если посмотреть на процесс с технической точки зрения, то можно сказать и так, но всё же лич полностью сохраняет свой разум и магическую силу, если она у него была. Это по-прежнему тот же человек, просто с несколько иным телом.

Вверх поднимается ещё несколько рук и спустя пару секунд свой вопрос озвучивает изящная девушка, несмотря на холод, одетая в рубашку с глубоким декольте и распахнутую меховую куртку.

- Тэмми Софино, из Каледа. Господин Кларсен, а у лича сохраняется его...основной инстинкт?

- Если вы говорите о возможности получения сексуального удовольствия в постели и его доставления, то чаще всего - да. Несколько сложнее дело обстоит с продолжением рода - как у мужчин, так и у женщин. Для обеспечения этой возможности, требуется весьма сложный и тонкий ритуал, которые по зубам далеко не каждому магу. К тому же, в нём практически невозможно обойтись без человеческих жертв, что, как вы знаете, под строгим запретом.

Обведя взглядом остальных студентов, уточняет.

- Есть ещё какие-то вопросы?

Убедившись, что все остальные студенты молчат, пускает в ход нотную связку и перед каждым из нас появляется лист бумаги с изображёнными на нём рунами и нотными символами.

- Сейчас вы попробуете создать первого в своей жизни скерта, который станет выполнять ваши приказы. Эти листы останутся у вас, но советовал бы продублировать информацию в тетради, а ещё лучше - выучить всё это, чтобы использовать по памяти - если вам придётся действовать в реальной ситуации, не всегда будет возможность заглядывать в записи. Материал для практического задания сейчас доставят.

Погружаемся в изучение нового заклинания, а виконтесса толкает Канса кулаком в плечо.

- Завязывай пялиться на эту девчонку, лучше учи связки. Могу поспорить, твой мертвяк первым делом попробует порвать на части своего хозяина, вместо выполнения приказов.

Парень, переглядывающийся до этого с Софино, которая тоже косится в его сторону, обиженно хмыкает.

- Предлагаю пари - если у меня получится создать скерта первым, то ты на месяц отстаёшь от меня со своими нравоучениями и даёшь нормально развлекаться.

Айрин изгибает правую бровь.

- А если первой всё сделаю я?

Тот пожимает плечами.

- Не знаю... Как насчёт десяти ларов?

На лице Мэно появляется улыбка.

- Так просто ты не отделаешься, даже не надейся. Давай так - если я справлюсь первой, ты на неделю откажешься от алкоголя.

Несколько секунд Канс раздумывает, наморщив лоб, после чего они с виконтессой пожимают друг другу руки и немедленно приступают к штудированию заклинаний. А спустя несколько минут доставляют и "материал" - пять некроконструктов, напоминающих громадных грузовых черепах, сваливают на землю не меньше сотни трупов. Студенты, один за другим приступают к работе - в стороне остаётся только Эйкар, с печальным видом наблюдающий за процессом. Он так и создаёт перед собой миниатюрные огненные шары, порой делая перерывы. И судя по лицу, совсем не рад тому, что приходится присутствовать на занятии. По крайней мере, завести с нами беседу не пытается, оставаясь на противоположном фланге рассыпавшейся по траве группы студентов. Не выходит завязать разговор и Сонэре, которая сейчас выглядит весьма раздражённой.

Как быстро выясняется - создание скерта, мягко говоря, сложная задача. Сначала требуется поднять само мёртвое тело и обработать нотными комбинациями, которые обеспечат ему возможность слушать, осязать и видеть. Это минимальный набор, после которого можно приступать к формированию зачатков сознания. По желанию, можно использовать и дополнительные нотные связки, усиливающие плоть, накладывающие ледяную броню или изменяющие структуру конструкта.

Второй этап требует нанесения выданного нам набора из одиннадцати рун на уже стоящее мёртвое тело и применения сразу трёх длинных нотных комбинаций - двух на девятнадцать и одной на двадцать символов. Первые - создают некое подобие разума, а третья привязывает скерта к хозяину, приказы которого мертвяк должен исполнять.

Первым, свою работу завершает незнакомый мне студент - невысокий брюнет в круглой шляпе, из под расстегнутого сюртука которого, виднеются подтяжки. С довольным видом пробует отдать команду, но скерт остаётся на месте, не реагируя. Спустя минуту становится понятно, что зомби не способен выполнять приказы, отдаваемые голосом, но при этом справляется с теми, что переданы напрямую - точно так же, как и в случае с кадаврами, скертами можно управлять на расстоянии, без использования аудиальных сигналов. Только с ними доступны более сложные варианты команд. Всё в чём ошибся парень - нотная комбинация, отвечающая за слух. Как результат - брюнет получает тридцать баллов за скорость и практически успешное выполнение задачи, а Канс и Айрин, уже приступившие к делу, вовсю сыпят нотными символами.

Когда я сам заканчиваю со слухом, осязанием и зрением полуразложившегося трупа, что стоит в нескольких метрах от меня, рядом останавливается Кларсен, обходящий всю группу.

- Неплохо, Вайрьо. Но я надеялся, что у героя Свайлэда, что навёл шума на весь город, получится несколько быстрее.

На момент замираю с глефсом в руке, но быстро понимаю, что история о пятерых первокурсниках, что помогли подавить республиканский мятеж, наверняка быстро разлетелась среди преподавателей.

- Хочу отметить, что там был не только я - это заслуга всей нашей компании.

- Безусловно. С другой стороны - именно вы придумали использовать кадавров способом, который не применял никто с момента последних сражений Войны трёх императоров. Удивительная смекалка, Орнос.

Пытаюсь что-то разобрать в его взгляде, но навскидку, там не обнаруживается ничего кроме лёгкого интереса с примесью непонятного азарта. Так что, кивнув ему, отправляюсь к мертвяку, начав наносить нужные руны при помощи глефса.

Закончив, обнаруживаю, что Тонфой уже завершил всю процедуру и радостно отдаёт команду, приказывая скерту подойти к нему. Тот было делает шаг, но правая нога внезапно ломается в колене и мертвяк заваливается вниз, сломав и левую ногу. Пытается ползти, цепляясь за землю, но теперь у него отрываются пальцы. Созданный Кансом конструкт продолжает разваливаться на части, всё ещё пытаясь выполнить отданный ему приказ, а Кларсен, переместившийся к сыну хёрдиса, отмечает.

- Весьма частая ошибка, которую совершают студенты при выполнении финальной нотной связки - неверный угол предпоследнего символа. В плане привязки к хозяину срабатывает как надо, но при этом делает кости скерта крайне хрупкими, что лишает существования мертвяка практического смысла.

Вижу, как на него разъярённо косится Тонфой, явно предполагающий, что о таком надо было предупредить заранее и сам приступаю ко второй фазе создание скерта. Заканчиваю сразу после Айрин, у которой получается весьма неплохой мертвяк, послушно выполняющий команды девушки. Пробую отдать приказ своему и с удивлением наблюдаю, как тот шагает ко мне, замерев в паре шагов. Для теста выдаю ещё несколько команд и после того, как тот со всем справляется, получаю двадцать баллов в свою личную карту учёта.

Что интересно - созданного скерта не уничтожают. Вместо этого, Кларсен задействует незнакомую мне нотную связку и как он выражается, "замораживает" его для дальнейшего использования во время занятий. Мне же остаётся только ждать, пока закончат все остальные. Через полчаса становится ясно, что задача оказалась по плечу двум третям студентов. У доброй половины из справившихся проявилась та же ошибка, что допустил Тонфой, из-за чего они теряют половину баллов, получая всего по десятке, но тем не менее задание им засчитывается, как выполненное. А вот оставшаяся треть, в которую попадает и Сонэра, должна справиться с созданием скерта в свободное время.

Занятие по зачаровыванию животных тоже проходит на открытом воздухе, так что мы просто перемещаемся с одной площадки на другую - времени до начала осталось слишко мало, на отдых его всё равно не хватит. Станиэлла, в этот раз, решает не тратить время на разговоры и сразу приступает к выдаче нам информации - сегодня группе предстоит отработать использование на животных шаблонов поведения и задействовать их для разведки, переключаясь на зрение зачарованного зверя. На последних фразах наша компания переглядывается - с выданным при отъезде заданием по предмету мы так и не разобрались, так что придётся импровизировать, изучая нотные связки на ходу.

По этой причине перемещаемся в самый хвост очереди из студентов и пытаемся вникнуть в комбинации символов из наших личных карт учёта. К счастью, Тарс допускает к работе одновременно не более троих человек, внимательно наблюдая за процессом и у нас есть какое-то время. Правда, помогает это не слишком сильно - из всей пятёрки справляется только Айрин, у которой выходит выполнить все задачи. Да у Джойла получается частично разобраться со свежей информацией - он вполне успешно накладывает на мозг животного один из шаблонов поведения и "подключается" к его глазам, получая за это десять баллов. Мы же с Кансом и баронессой, теперь должны выполнить поставленную задачу самостоятельно, получив в случае успеха вдвое меньше баллов, чем студенты, справившиеся со всем во время занятия.

Когда Станиэлла удаляется, понимаю, что до лекции по артефактологии ещё около двадцати минут и скоро мы уже поднимаемся в общежитие. По дороге хочу поговорить с Эйкаром, но он благополучно ускользает, добравшись до входа первым и исчезнув в неизвестном направлении. Зато Сонэра успешно нас догоняет - явно разозлённая девушка преграждает путь и уперев руки в бока, окидывает нас яростным взглядом.

- Нужно поговорить. Немедленно!

Покосившись на нескольких студентов, уже притормозивших и вслушиваюшихся в её слова, кивает в сторону бокового ответвления коридора.

- Идём.

Прокручиваю в голове варианты и определившись, делаю шаг вслед за девушкой, уже удалившейся от нас на несколько метров. Если мы не разберёмся сейчас, то она вполне может обратиться к кому-то из преподавателей, а то и к самому Норницу. История с утерей жетона и внезапно ослабевшей струной, сама по себе выглядит весьма подозрительно. А вкупе со словами баронессы о резко изменившемся характера брата, может спровоцировать массу проблем, которые сейчас совершенно ни к чему.

Сонэра останавливается, пройдя не меньше тридцати метров по коридору и снова свернув в сторону. Дождавшись нас, шумно выдыхает и задаёт вопрос.

- Рассказывайте - что вы сделали с моим братом? Я же видела, Джойл и Тонфой что-то делали с ним, когда я подошла. Это вообще всё ещё он? Или какой-то подвид некроконструкта? Почему он последнее время ведёт себя, как полностью чужой человек?

Рядом смущённо хмыкает Джойл, который с раскрасневшимся лицом смотрит на баронессу, а я пытаюсь понять, какая из имеющихся в моей голове версий будет выглядеть максимально правдоподобно. Когда уже практически определяюсь, слышится голос Тонфоя.

- Что за гхархово дерьмо? Куда пропал коридор?

Машинально переведя на него взгляд, оглядываюсь вокруг и понимаю, что коридора действительно больше нет - мы стоим на тускло освещённом пятачке, в центре небольшого круглого помещения. В идущей вокруг стене виднеются чёрные разрывы, похожие на ответвления коридоров, которых не меньше десятка. Опустив руку на "Веннингтон", кручу головой пытаясь понять, что происходит и слышу изумлённого Джойла.

- Матушка?

Глава XIII

Удивлённо разворачиваюсь к Джойлу, который пялится куда-то в темноту, но тут начинает говорить Тонфой.

- Отец? Сэрния?

Повернув голову в его сторону, упускаю момент, когда сосед по комнате шагает вперёд, быстро приближаясь к стене. Дёргаюсь следом за ним, но тут навстречу парню выстреливает сразу несколько массивных щупалец, больше похожих на каменные ложноножки и я инстинктивно притормаживаю. А вот здоровяк уверенно мчится вперёд, что-то бормоча себе под нос. Спустя, буквально секунду одно из щупалец касается его и Джойл падает на пол, со звуком, больше напоминающим падение статуи, чем живой плоти. Отступая назад, взвожу курок револьвера и кричу.

- Не подходите к стене. Чтобы вы там не увидели - не суйтесь!

Покосившись за спину, обнаруживаю, что моё предупреждение пропало втуне - Айрин и Канс повторяют действия Джойла, шагая вперёд, как болванчики. Вцепляюсь в плечо виконтессы, но та неожиданно ловко бьёт меня локтем в челюсть, заставляя разжать пальцы. А спустя мгновение уже оказывается на полу.

- Это всё ложь... Иллюзия... Обман...

Повернувшись к шепчущей слова Сонэре, кроме которой, рядом никого не осталось, пытаюсь поддержать девушку.

- Верно - чтобы ты не видела, этого на самом деле нет. Мы внутри какой-то ловушки, пытающейся сожрать наши жизни.

Баронесса с перекошенным лицом косится на меня и я понимаю, что губы девушки дрожат от напряжения.

- Что нам делать? Как выбраться?

Хороший вопрос. И ещё один - почему на мне эта дрянь не срабатывает? Размышления по поводу последнего момента, пока давлю в зародыше - независимо от причины, это сейчас точно никак не поможет всем остальным. На момент мелькает мысль, что они могут быть уже мертвы и я стискиваю зубы, стараясь переключиться на тот вариант, при котором друзья ещё живы, но находятся без сознания.

Первое, что пробую - направленный поток огня. Одно из самых простейших стихийных заклинаний. Следом бью по стенам ледяными сферами - всё впустую. Одну за другой пробую нотные связки, но ни одна из них не оказывает ровным счётом никакого влияния на окружающую нас действительность. Сонэра, по щекам которой текут слёзы, в какой-то момент тоже подключается к процессу, забрасывая стены льдом и поливая пламенем, но тут дело явно не в малой мощи заклинаний, так что и наши совместные усилия не дают никакого результата.

Перебрав все комбинации, всплывшие в памяти, останавливаюсь. Что это вообще такое? Откуда в коридорах Хёница могла возникнуть подобная ловушка? Если какой-то квест от старшекурсников, то должен быть и вариант его решения - иначе весь смысл пропадает. Но, пока я не вижу никакого способа разрушить заклинание, затянувшее нас в эту комнатку.

- Ничего не помогает. Мы...умрём здесь. Орнос, не молчи... Пожалуйста! Я не могу держаться!

Не знаю, что именно сейчас происходит перед глазами баронессы, но она и правда выглядит ужасно - искривлённое гримасой лицо, льющиеся слёзы и дрожь, волнами прокатывающаяся по телу. На автомате принимаюсь озвучивать какой-то отвлекающий бред, основной смысл которого в том, что всё происходящее - это не на самом деле и ей не стоит бояться, а сам пытаюсь понять, что предпринять. Сейчас остро не хватает Эйкара в его прежнем обличье. Если бы призрак смог проникнуть сюда, то наверняка что-то подсказал.

Сейчас бы применить набор рун, взрывающий стены, но во-первых, для этого нужно подобраться вплотную, а во-вторых, у меня нет нужного алхимического состава - все выданные нам учебные образцы мы успешно пустили в дело. Шагнув вперёд, осторожно приближаюсь к телу лежащего на полу Джойла и наклонившись, хватаю парня за ногу. Против ожидания, ложноножки не появляются и у меня получается подтащить его ближе к себе. Такое впечатление, что ноги здоровяка покрыты каменной коркой - твёрдой и грубой на ощупь. В тусклом свете становится видно, что точно такая же ситуация со всем его телом. Но судя по медленно поднимающейся грудной клетке, он всё ещё жив.

Мозг постепенно начинает плавиться - рядом со мной тела троих друзей и впавшая в истерику девушка, которая похоже уже не разбирает моих слов и постоянно что-то бормочет себе под нос. В момент, когда баронесса падает на колени, что-то невнятно крича и принимается раз за разом бить по каменному полу, сжатой в кулак правой рукой, мои нервы всё-таки не выдерживают. Вскинув руку с револьвером, выпускаю первую пулю, всаживая её в стену, а следом за ней отправляю и все остальные. Дальше, расходую пять патронов "Эрстона", который в отличии от "Веннингтона", снаряжен оставшимися руническими боеприпасами. Только выпуская последние две пули, понимаю, что вместо грохота пальбы в замкнутом помещении, я слышу только приглушённные звуки. Как будто огонь ведут где-то вдалеке от меня.

Выбрасываю экстрактором пустые гильзы из "Эрстона" и начинаю наполнять барабан, когда окружающая нас стена вздрагивает и в темноте появляются очертания странной фигуры. Запускаю нотную связку, формируя в воздухе сферы льда, но останавливаюсь, когда вместо бесформенной тени, передо мной оказывается юная девушка.

- Хочешь вернуться ко мне? Почему ты застыл Кирилл? Иди сюда.

Сглотнув слюну, кошусь в сторону баронессы, которую теперь вижу, как будто через слой воды. Сонэра уже размолотила в кровь правую руку, но продолжает методично наносить удары по полу, рыдая и что-то крича. Правда эти звуки я тоже едва слышу.

- Это всё по-настоящему. Ты можешь вернуться. Так же, как попал сюда. Если возможно путешествие между мирами, то можно переместиться и во времени, попав в новый мир, где у нас будет ещё один шанс.

Мотаю головой, пытаясь привести в порядок свои мысли. На меня сейчас смотрит Яна - сотрудник департамента безопасности корпорации, в которой мы оба работали. Роман закрутился во время прохождения мной аттестации и продолжался полтора года, приведя к появлению на свет ребёнка и свадьбе.

Отвлекаюсь от мыслей, увидев, что на руках у девушки появляется спеленатый малыш, а декорации заднего фона изменяются с зелёного луга на жилую комнату с детской кроваткой около стены.

- Это будет другой мир, Кирилл. Мы все будем живы - я, ты и наше маленькое сокровище. Всё, что тебе нужно - согласиться. Ты же хочешь этого?

Твою мать! Стиснув зубы, стараюсь удержать свои ноги на месте. С того момента, как я открыл глаза в этом мире, все воспоминания о старом, были загнаны глубоко в подкорку. Собственно, это было не слишком сложно - там у меня не осталось никого, кроме, пожалуй пары сотрудников, что могли вполне искренне пожалеть о моей смерти и поднять стопку чего-то крепкого в память. Но сейчас мне показывают картинки из далёкого прошлого. Более того - не просто их демонстрируют, а явно влияют на сознание. Иначе я никак не могу объяснить бешеное желание рвануть вперёд.

- Ты сможешь предотвратить всё, что произошло. Развернуть жизнь в другую сторону. Неужели ты этого не хочешь? Желаешь, чтобы мы снова погибли?

Рывком руки вгоняю на место барабан "Эрстона", который за это время на полном автомате заполнил патронами и подняв руку, стреляю в правую сторону, надеясь, что звук заставит мозг отвлечься. Помогает, но совсем ненадолго. Яна, вместе с новорождённым ребёнком, погибла при атаке экологических радикалов на корпоративный медицинский комплекс. Ублюдки прорвали охранный периметр и до прибытия сил быстрого реагирования, успели отправить на тот свет больше пятисот человек, включая их.

- Они уже близко, Кирилл! Если промедлишь - мы умрём! Помоги нам!

Пол, на котором она стоит, протягивается почти до моих ног. Угол обзора тоже меняется - я вижу помещение так, как будто стою на входе в него. Правая рука с револьвером всё ещё смотрит в сторону правой стены и я стреляю ещё дважды, но теперь и вовсе не слышу звука выстрелов. Мне знакома комната, которая сейчас находится перед глазами - это холл в коридоре того самого медицинского комплекса, где я навещал Яну вместе с малышом, имя которому мы так и не успели выбрать - планировали заняться этим, как только я вернусь с вызова в офис, где как раз обсуждались угрозы со стороны эко-радикалов на территории Индии.

Едва сдерживаю свои ноги, которые начинает потрясывать. Мысли о том, что это просто заклинание, вытаскивающее на белый свет мою память, постепенно отходят на задний план - неудержимо хочется шагнуть вперёд, оказаться там, вывести их из комплекса и получить второй шанс. Оставаться на месте выходит с громадным трудом, я уже не совсем понимаю, что именно из происходящего реально - стоящая передо мной девушка с ребёнком или Хёниц, в коридорах которого мы нарвались на непонятную ловушку.

Пытаюсь оживить в голове воспоминания о последнем отрезке своей жизни, чтобы было за что зацепиться. Мысли путаются и рвутся, но к счастью получается сосредоточиться на образе обнажённой Айрин, прыгающей на мне в постели, что позволяет удержаться от немедленного рывка вперёд. Воспоминания - это просто инструмент, при помощи которого меня пытаются достать. Мне нельзя идти вперёд! Иначе мы все умрём сегодня!

Твержу это вслух, повторяя раз за разом и наблюдая за изменяющейся картинкой перед глазами. В какой-то момент она внезапно мутнеет, постепенно расплываясь, а потом и вовсе пропадает. Вслед за ней исчезают и окружающие нас стены. По ушам бьёт звук мощного хлопка и я падаю на колени, чувствуя, как боль моментально пронизывает все мышцы тела.

- Оставайтесь на месте Вайрьо, ещё немного! Мы почти закончили!

С усилием повернув в сторону голову, вижу Тескона, который вместе с ещё одним магом находится справа от меня, работая с нотными связками. Только сейчас понимаю, что в глазах стоят слёзы, из-за чего окружающий мир видится размытым. Пытаюсь поднять руку, чтобы вытереть их, но конечность не слушается - мышцы, как будто превратились в кисель. Краем зрения вижу распластавшуюся на полу баронессу с разбитым в кровь кулаком. Если я не ошибаюсь, то девушка напрочь раздолбала пару своих костяшек. В тяжёлой голове мелькает мысль, что она единственная, кто удержался, причём на протяжении весьма длительного промежутка времени, тогда как я чуть не сломался за минуту-другую.

Сбоку слышатся шаги и чьи-то руки поднимают меня, поставив на ноги. Рослый церд удерживает меня в вертикальном положении, а целитель в белой мантии сыпет нотными символами, периодически вычерчивая глефсом руны на кисти руки. Слева кто-то работает над Сонэрой, которую так и оставили лежать на полу, да и над остальными склонились маги. Значит, это всё-таки не было квестом от старших курсов - в таком случае преподаватели бы не вмешались. Но что тогда?

Замечаю Тескона, проходящего мимо с озабоченным видом и хочу спросить его об этом, но старик слишком быстро удаляется, а я чувствую, как тело принимает горизонтальное положение, повиснув в воздухе - целитель всё-таки решил прибегнуть к транспортировке. Несколько минут пялюсь на проплывающие надо мной потолки коридоров Хёница и наконец оказываюсь на постели в лечебном покое. Слева укладывают Сонэру, а три кровати справа занимают все остальные.

Помещение быстро заполняется целителями, приступающими к работе - на мне применяют нотные связки, дают выпить две колбы с какими-то растворами и периодически чертят на коже руны. Чувствую, как постепенно становится легче - мышцы и разум начинают возвращаться в норму. Когда работающий надо мной целитель отходит в сторону, относя третью пустую мензурку, нахожу глазами знакомого старика с седыми волосами, стоящего чуть позади и наблюдающего за процессом.

- Мастер Оклосф, что это было?

Маг переводит на меня тяжёлый взгляд и мрачно вздыхает.

- Об этом поговорите с господином Йорсом и его коллегами. Если они сочтут необходимым - расскажут вам всё о произошедшем.

Вернувшийся целитель, пускает в дело ещё одну нотную связку, а через минуту в комнате действительно появляется Йорс, которого в этот раз сопровождает ещё один человек - широкоплечий массивный мужчина с разбросанными по плечам чёрными волосами приличной длины. Больше походит на церда, чем на дознавателя Хёница. Остановившись в паре метров от постелей оба окидывают помещение взглядами.

- Вайрьо, по словам целителей вы уже вернулись в норму и можете поговорить. Предлагаю сделать это немедленно. После, мы побеседуем с вашими друзьями.

Спустив ноги с кровати, усаживаюсь на неё и оглядываюсь вокруг. Все остальные, пока действительно не в состоянии общаться с дознавателями. На всех четверых, включая баронессу разрезали одежду - их тела покрыты рунами, с моего ракурса похожие на странного вида татуировки. Поднявшись, перемещаюсь вместе с дознавателями в соседнее пустующее помещение, где Йорс представляет своего коллегу.

- Это господин Версок - один из дознавателей университета, наряду с этим являющийся обладателем титула "Защитника империи". По закону, мы имеем право допрашивать наших студентов и всех лиц, заподозренных в противоправной деятельности на территории Хёница, но в случае с "Защитником империи" это возможно только в присутствии офицеров первого департамента канцелярии, либо ещё одного человека, награждённого тем же титулом.

В знак подтверждения его слов, второй дознаватель поднимает правую руку, демонстрируя такое же кольцо, что красуется на моём пальце. Интересно, за какие заслуги он его получил? И как потом оказался среди университетских дознавателей? Вернув взгляд на Йорса, понимаю, что он говорил о нарушении закона и уточняю.

- Нас в чём-то подозревают? Вы серьёзно?

Первым, ответ хрипло озвучивает Версок.

- Студенты иногда любят экспериментировать с заклинаниями, которые им не по зубам. Как знать - может у вас что-то вышло из под контроля.

Вижу, как выражение лица Йорса меняется на вопросительное и угрюмо покачав головой, формулирую ответ.

- Мы только вернулись из поездки в столицу и даже не успели разобраться с текущей учебной программой. Откуда у нас время на изучение дополнительных сложных заклинаний?

Длинноволосый брюнет, мрачно хмыкает.

- Но вы же как-то справились с теми тварями в императорском дворце. Использовав нотную комбинацию, о которой Норниц никому не сказал ни слова, а протоколы присланные из Схердаса засекретил, не дав ознакомиться даже мне. Тут что-то нечисто, мальчик - или вы где-то схитрили, или вам кто-то помог. Поэтому ты отчасти прав - вся ваша банда под подозрением.

Голова всё ещё тяжёлая, поэтому сразу не нахожу, что ему ответить, а к беседе уже присоединяется Йорс.

- Господин Версок, не думаю, что Орносу интересна внутренняя кухня Хёница, в конце концов это исключительно наши дела. Но вот с заклинанием, которое вас едва не убило, мы обязаны разобраться. Расскажите, как всё было, Вайрьо. Не спеша и по порядку.

Пожимаю плечами.

- Мы пошли следом за Сонэрой, чтобы поговорить с ней. Потом, коридор внезапно пропал, а мы оказались в небольшой круглой комнате, из которой вело сразу несколько выходов. Сложно сказать, сколько именно - может быть с десяток. Джойл внезапно упомянул свою матушку и шагнул к стене. Оттуда вылезло подобие громадного щупальца и сразу, как только оно его коснулось, барон Тэрнек рухнул на пол. За ним, то же самое повторилось с Тонфоем и Мэно - я пробовал их остановить, но у меня ничего не вышло.

- Хорошо. Что было дальше?

- Мы с баронессой Кронц попробовали использовать магию, задействуя различные нотные связки. Но, к сожалению, ни одна из них не помогла. Сонэра начала впадать в истерику, я же вконец отчаявшись, пустил в дело револьверы, произведя одиннадцать выстрелов по окружающим нас стенам.

Записывающий что-то в блокнот Йорс, кивает.

- Продолжайте, граф Вайрьо.

Замечаю, что на этих словах, Версок кривит губы, продолжая меня рассматривать. Не знаю, в чём именно дело, но я ему однозначно не нравлюсь.

- Я бы сказал, что на этом можно закончить - за исключением ещё трёх выстрелов, никаких активных действий мы не предпринимали.

Дознаватель поднимает на меня глаза, оторвав взгляд от блокнота.

- Зачем вы пошли в тот коридор? Почему именно туда?

- Как я уже сказал, мы следовали за баронессой Кронц.

- Зачем?

На этом моменте чуть теряюсь, но мозг выдаёт ответ практически на полном автомате.

- Нам нужно было обсудить пару моментов, касающихся учёбы в Хёнице.

В голову сразу приходит мысль, что они уже могли опросить остальных студентов и узнать о проблеме Сонэры с братом, поэтому сразу же добавляю.

- К тому же её смущало изменившееся поведение брата, который стал куда менее общительным, после инцидента в Схердасе.

Йорс делает какую-то пометку в блокнот, а его коллега уточняет.

- То есть это она отвела вас в этот коридор?

Подоплека его вопроса очевидна, так что сразу проясняю свою позицию.

- Формально да, но не думаю, что Сонэра замешана в этом - девушке самой пришлось весьма тяжело.

Дознаватели переглядываются и Йорс задаёт ещё один вопрос.

- Что вы видели, господин Вайрьо? Какие образы появились, когда начало работать заклинание?

Тут придумать что-то дельное сложно. По крайней мере, сходу.

- Боюсь, я не могу вам рассказать, господа. Могу лишь обозначить, что заклинание делало всё, чтобы заставить меня шагнуть вперёд и удержался я с колоссальным трудом.

- Как и баронесса. Я видел её руку - кости раздроблены от ударов по камню. Можете как-то объяснить, почему вы продержались дольше, чем она?

Чуть покачиваю головой.

- Я даже не знаю, что это такое было, а вы требуете от меня объяснений. При всём уважении, господин Йорс, похоже нас пытались убить. Что самое интересное - совсем не в рамках учебного процесса. Может быть вам лучше рассказать, что с нами произошло? У вас же есть какие-то предположения?

Мужчины снова обмениваются взглядами и Йорс хмыкнув, начинает отвечать.

- Отчасти вы правы, Орнос. Но и вы поймите нас - с последствиями ошибок студентов или их враждой, мы имеем дело постоянно, а вот настоящие покушения на убийство в стенах Хёница происходят не так часто. То, с чем вы столкнулись, можно отнести к разновидности магических ловушек, нацеленных на стирание разума и умерщвление плоти. В данном случае, реализованной весьма и весьма изящно - вся ваша компания оказалась в искривлённом пространстве, что гарантировало минимальную вероятность обнаружения. Единственное в чём ошибся создатель заклинания - защитный барьер. Одна из ваших рунических пуль смогла пробить его и срикошетив между стенами коридора, привлекла внимание служащего, который вызвал цердов и преподавателей, объявив тревогу. Думаю, в противном случае, вы были бы мертвы.

Машинально оглянувшись на стену, за которой находятся все остальные, осторожно уточняю.

- Они будут в порядке? Как действовала ловушка?

- Взаимодействовала с разумом и телом, приступая к изменению плоти и сознания. Как только все люди, оказавшиеся внутри были бы поражены, она должна была схлопнуться, окончательно уничтожив ваше сознание и убив тело. Необратимая смерть, даже при наличии кристалла разума - восстанавливать просто нечего. Что касается ваших друзей - по словам целителей, через десять-пятнадцать минут они придут в норму. Нам же, нужно разобраться, кто пытался вас убить и на кого из пятерых студентов было нацелено заклинание.

Мозг, со скрипом начинает работать и переваривая его фразы, я решаю поинтересоваться.

- Хотите сказать, целью был только один из нас, а все остальные попали внутрь случайно? И почему вы спрашивали о коридоре - ловушка была размещена стационарно?

Со стороны Йорса доносится звук вздоха.

- Скорее всего охотились только на одного студента. Вероятность того, что заклинание было ориентировано сразу на нескольких человек, крайне мала из-за его специфики. Пока сложно сказать, какой способ размещения ловушки был выбран злоумышленником, но возможно она была привязана к какому-то артефакту, который находился в коридоре. Хотя, есть и другие варианты. В любом случае, говорить о чём-то определённом пока рано - мы только начали следствие.

На секунду замолчав, переглядывается с Версоком и добавляет.

- На этом всё, господин Вайрьо. Если у нас появятся дополнительные вопросы - мы непременно пригласим вас для беседы. Вы и ваши друзья, освобождаетесь от остальных занятий на сегодня, но потрудитесь получить задания у преподавателя - учёбу никто не отменял, что бы тут не происходило.

Кивнув мне, разворачивается к выходу и спустя пару мгновений, оба дознавателя покидают комнату, а я со вздохом усаживаюсь на стоящую в комнате кровать, пытаясь собрать мысли вместе.

Глава XIV

Первой на пороге комнаты появляется Сонэра. Придерживая разрезанное платье руками, усаживается на кровать рядом со мной и покосившись, начинает разговор первой.

- Ты слышал, что я там говорила?

Отрицательно качаю головой.

- Было не до того. К тому же ты или шептала, или кричала - в обоих случая было не разобрать.

На лице девушки проступает явное облегчение. Не знаю, что точно ей показывали, но картинка явно отличалась от всех остальных - как я понимаю, Айрин, Канса и Джойла заманивали обещанием чего-то хорошего, как и меня. А вот у баронессы, судя по её поведению, дела обстояли ровным счётом наоборот, что несколько выбивается из общей картины. Впрочем, куда больше меня сейчас занимал тот факт, что неизвестное заклинание добралось до моих реальных воспоминаний. Далеко не сразу, что дало мне определённое преимущество, но всё же оно это сделало. Проникновение в разум магов под жёстким запретом. Но, если судить по опыту моей прошлой жизни, правила существуют в том числе для того, чтобы их нарушать. Ключевой вопрос - есть ли у загадочного мага, поставившего ловушку, возможность связи с заклятьем. И попадает ли это заклинание в категорию запрещённых? Если так, то как его смогли использовать? По словам Эйкара, маги не могут нарушить запрет, едва ли не на физическом уровне, так что это выглядит попросту невозможным.

- Ты не рассказывай остальным, хорошо?

Повернув голову, вижу умоляющее лицо Сонэры, которая всё ещё сосредоточена на мыслях о недавнем покушении и киваю ей.

- От меня никто ничего не узнает. Думаю, версии о том, что ты просто крепка духом и смогла удержаться, будет достаточно.

Теперь в глазах девушки появляется лёгкий интерес.

- А как ты сам смог выстоять? Все остальные попали под удар сразу же.

Нацепив на лицо усмешку, пожимаю плечами.

- Помогли события последних дней - нашёл за что зацепиться, прежде чем воспоминания заставили за ними последовать.

Та ещё секунду смотрит на меня, после чего отворачивается, уткнувшись взглядом в пол. А спустя пару минут в комнату вваливается прихрамывающий Джойл. Бросив на меня взгляд, чуть растерянно произносит.

- Ты извини, Орн. Я как увидел матушку, что просит моей помощи, даже и не подумал, что то морок какой-то - всё из головы вылетело. Бросился вперёд, как последний рицеров дурень.

Переведя взгляд на баронессу, скользит им по разрезанному платью и хмурится.

- Это что, они на тебя... Гхаргово отродье!

Пальцы здоровяка уже опускаются на рукоять Добряка и девушка хватает его за руку, пытаясь остановить.

- Они спасли мне жизнь Джойл. Если у тебя есть хоть капля мозгов, а не только чувство собственничества, то ты их поблагодаришь, вместо того, чтобы пытаться убить.

- Не говоря уже о том, что скорее они прикончат ревнивца с топором, чем наоборот.

Выдавший реплику Тонфой, присоединившийся к нам, выглядит, как обычно меланхолично-невозмутимым, но вот глаза у парня слегка потрясённые. А барон из Хельгинских болот, густо покраснев, переводит глаза с меня на девушку и беспомощно открывает рот, пытаясь что-то сказать.

- Так я... Мы же...

Шумно сглотнув слюну, наконец берёт себя в руки.

- Не стану я на них бросаться, ясное дело, что целители - они во всяком виде на больных смотреть могут. Да и права у меня такого нет, коли мы ещё не...

На последнем слове здоровяк заминается, вызвав усмешку Канса и лёгкое смущение баронессы. Его выручает Йорс, появившийся в дверях с просьбой проследовать всех для беседы. Около пяти секунд у дознавателя уходит на то, что понять причину гневного взгляда Джойла, рука которого лежит на топоре - наконец разобравшись, мужчина предлагает послать кого-то за сменной одеждой для Сонэры.

Сам я направляюсь в помещение, где нас лечили, чтобы проверить состояние Айрин, которая пока не появилась и сталкиваюсь с виконтессой почти лоб в лоб. Она тоже пытается как-то удержать расходящуюся в разные стороны рубашку и с некоторым сомнением смотрит на меня.

- Это был очередной розыгрыш старших курсов?

Слегка покачиваю головой.

- Нет, Айрин. На этот раз нас пытался убить кто-то из полноценных магов. Как я подозреваю - один из преподавателей Хёница.

Девушка хочет спросить что-то ещё, но нас прерывает подошедший Версок.

- Леди, один из служащих сейчас принесёт вам одежду, после чего мы с вами побеседуем. Пока же прошу вас воздержаться от любых контактов с другими участниками событий.

Как-то запоздало они спохватились - мы уже достаточное время находились вместе, чтобы согласовать единую версию. Либо эта пара только что получила новые инструкции, либо не очень хорошо разбирается в своей работе. Второе кажется маловероятным, но и резонов для первого варианта я не вижу. В любом случае приходится ждать, пока вся четвёрка пройдёт через общение с университетскими дознавателями, после чего мы наконец отправляемся в общежитие. Дорога проходит в полной тишине - никто не горит желанием первым начать разговор.

Когда, сменив одежду, снова выбираемся в коридор, намереваясь отыскать Дэнера Свопка, выясняется, что преподаватель уже позаботился о том, чтобы мы получили задание - перед каждым из нас в воздухе материализуется лист бумаги с текстом. Всё, что нам предстоит - изучить теорию по усилению двигателя и ходовой части поезда, после чего применить полученные знания на практике. Переглядываемся и Тонфой озвучивает предложение, висящее в воздухе.

- Раз идти никуда не надо, предлагаю добраться до террасы и осушить пару-тройку бутылок хирса. Не знаю, как у вас, а мой мозг настаивает на солидной порции крепкого алкоголя.

Возражений ни у кого нет, так что спустя минуту мы уже отправляемся на удалённую от столовой террасу, по пути встретив Эйкара. Тот обводит нас задумчивым взглядом и молча присоединяется к компании. Сонэра было поворачивает к нему голову, но спустя секунду отворачивается, безнадёжно махнув рукой.

Наблюдая, как Канс открывает бутылку хирса, понимаю, что сейчас почти идеальный момент, чтобы изложить всю историю Сонэре. Сколько я не ломал голову, оптимальным вариантом осталась правдивая версия. Во-первых, любая более менее адекватная ложь, будет подразумевать, что её брат жив. А стало быть, она станет и дальше пытаться наладить с ним контакт. Во-вторых, она тоже маг, а к тому же ещё и аристократ - её наверняка заинтересует история Эйкара о том, как раньше обстояли дела с запрещёнными областями магии. Как и возможность научиться чему-то новому.

Взяв в руки наполненный бокал, приподнимаю его вверх.

- За то, что мы остались живы.

Чокаемся и вливаем в себя алкоголь, закусывая бутербродами с копчёной рыбой. Закончив жевать, поворачиваюсь к Сонэре, нарушая царящую тишину.

- Ты же хотела поговорить о происходящем с твоим братом?

Девушка поднимает на меня удивлённый взгляд, а сидящая рядом виконтесса, с силой сжимает руку. Лица Канса и Джойла тоже отражают недоумение, а вот сам Эйкар смотрит на меня с интересом, ожидая продолжения. Как и Сонэра.

За следующие двадцать минут коротко пересказываю девушке историю освобождения старого мага и его помещения в тело Сонра. Неоднократно подчеркнув, что на момент переноса разума, её брат уже был однозначно мёртв. И само собой, опустив детали, которые не касаются погибшего Кронца и относятся к инциденту в Золотом зале. Не сказать, что она реагирует абсолютно спокойно, но и не рвётся немедленно бежать к администрации, чтобы всё им выложить. Когда заканчиваю, переводит взгляд на "брата", изучая его. Эйкар же, с лёгкой усмешкой поднимается со своего места и отвешивает церемонный поклон.

- Эйкар Носер к вашим услугам, юная леди. Прошу извинить меня за обстоятельства, предшествующие нашему знакомству, но хочу уверить, что у меня и в мыслях не было навредить вам или вашему брату.

Умеет ведь, когда захочет. Выпиваем по второй порции хирса и ещё минут двадцать обсуждаем ситуацию с перемещением разума Эйкара. Баронесса к магу в теле своего брата относится явно настороженно, но на прямой вопрос Канса - не собирается ли она сдать нас руководству Хёница, отвечает отрицательно.

Воспользовавшись тем, что обсуждение временно затихло, вклиниваюсь с вопросом к самому Эйкару.

- Тебе знакомо использованное заклинание?

Маг, который уже успел выслушать описание произошедшего с нами, медленно кивает.

- Довольно распространённый способ убийства магов в своё время. Правда, популярность быстро сошла на нет, когда разработали несложную комбинацию, разваливающую всю ловушку изнутри. В вашем случае, видимо рассчитывали на то, что студенты первого курса не смогут выбраться.

- То есть заклинание мог использовать кто угодно из Хёница? Специфических знаний оно не требует?

Тот отрицательно покачивает головой, постукивая пальцами по столешнице.

- Кроме нормально работающего мозга и понимания механики - нет. Думаю, это доступно практически всему персоналу университета.

Вздохнув, делаю ещё один глоток хирса. Слова Эйкара явно не улучшают нашу ситуацию - поставить ловушку мог кто угодно из сотен преподавателей и технических сотрудников Хёница. Тонфой, поморщившись, озвучивает своё предложение.

- Давайте составим список подозреваемых. Вроде с этого начинают сыщики в бульварных романах, верно? Я пожалуй начну первым, назвав Стенка Ферраро. Этот рицеров выродок уже пытался убить меня и ставил Орна в заведомо невыгодную позицию во время схватки, вполне вероятно также желая его смерти. Знаний для создания ловушки, ему точно хватит.

Джойл, сидящий напротив меня, рядом с Сонэрой, задумчиво добавляет.

- Ловушку мог поставить и сам ректор или кто-то ещё по его приказу.

Сын хёрдиса насмешливо хмыкает.

- Угу, я прямо вижу, как Норниц крадётся по коридору, чтобы подготовить наше злодейское убийство, после беседы со Стольком.

Баронесса, по бокам от которой расположились парни, непонимающе морщится.

- С чего кому-то из руководство университета, пытаться убить вас?

Вижу, как меняется лицо Джойла, понявшего, что сболтнул лишнего и пока никто не озвучил настоящую причину, пытаюсь сгладить ситуацию.

- Скажем так, в теории у них могут возникнуть причины для этого. Но Канс прав - пожелай они нас прикончить, сделали бы это более надёжным способом, а не стали возиться с ловушкой в коридоре. Это сделал кто-то, опасающийся огласки.

Айрин, молчавшая последние несколько минут, поворачивается к Эйкару.

- Это заклинание разве не подпадает под запрет на проникновение в разум магов?

- Нет - оно лишь уничтожает сознание, не позволяя вызнать какие-то детали из жизни мишени. Как тот "пожиратель разума", которого случайно создал Орнос, когда гнался за второкурсником.

Хмыкнув. озвучиваю догадку.

- Ещё есть Хенрик - если он выжил, то мог попробовать отомстить.

Эйкар пренебрежительно кривится.

- Один несчастный случай в стенах университета - это не то, из-за чего преподаватель станет рисковать своим местом, а то и жизнью.

Переведя взгляд на старого мага, пробую осторожно детализировать.

- У него вполне могли быть дополнительные стимулы. Ты же помнишь о четвёртой записке.

Тот замолкает, обдумывая мои слова, а Сонэра с лёгким раздражением отмечает.

- Вы говорите фразами, которые не понять, если не в курсе обстоятельств. Какая у преподавателя может быть дополнительная мотивация? Из-за чего ему убивать вас?

Переглядываемся и Тонфой осторожно обозначает ситуацию.

- Есть один момент, который живо интересует некоторых, весьма влиятельных людей в империи. А после происшествия в Схердасе и получения Орносом титула "Защитника империи", определённые личности могли решить, что мы выбрали сторону Морны. Поверь - пока тебе лучше не вникать в детали, если не хочешь оказаться замешанной в лютом гхарговом дерьме. У нас выбора уже нет, да и свои мотивы имеются. А вот ты рискуешь подставить барона Кронца, вместе со всеми домочадцами.

На лице девушки появляется странное выражение, которое я не могу расшифровать, но с Кансом она не спорит. А виконтесса, сделав глоток местного аналога виски, добавляет ещё одного кандидата.

- Раз это мог быть кто угодно, то можно рассмотреть и Виоллу - сомневаюсь, что её тут держат совсем без знаний магии. А если она маг, то тоже имела возможность поставить ловушку.

Тонфой с удивлённой гримасой, бросает взгляд в мою сторону и уточняет у девушки.

- Айрин, ты меня извини - понимаю, любовь, дело такое - затмевает всё. Но ты не слишком переоцениваешь внешние данные Орна? Сомневаюсь, что старая мегера решила бы мстить просто по той причине, что к ней не прыгнули в койку.

Мэно на секунду впадает в ступор, после чего шипит разъярённой кошкой.

- Только из-за этого - нет. Но вот из-за открытого и показательного оскорбления - вполне могла. И почему ты вообще пьёшь? Твой скерт развалился на части - так что ты неделю не можешь притрагиваться к алкоголю.

- Это ещё почему? Я успел первым и Кларсен засчитал выполнение задачи. Раз так - ты проиграла и целый месяц не можешь мне мешать развлекаться в своё удовольствие.

Виконтесса собирается ему что-то ответить, но в беседу вмешивается Эйкар.

- Вас только что пытались убить, прямо в университете, а вы себя ведёте как свежевылупившиеся рицеры, что мутузят друг друга из-за капли молока. Может соберётесь?

Оба аристократа замолкают, поглядывая друг на друга, а Эйкар продолжает.

- Кто бы не попробовал вас убить, после неудачного покушения он на какое-то время успокоится. Заляжет на дно и не станет высовываться. Но если это была целенаправленная месть, а не спонтанный удар, то рано или поздно он попробует вновь. Как вы сами понимаете - к этому моменту желательно понять, кто именно это был, а если не получится - хотя бы иметь возможность ему что-то противопоставить. Это ваши юные склочные умы осознать в состоянии?

Тонфой было вскидывается, но почти сразу успокаивается - возразить в данном случае и правда нечего. Пока противник, кем бы он ни был - обходит нас по всем пунктам. Даже непонятно, кто именно был его мишенью. Очевидно, что с максимальной долей вероятности пытались прикончить меня. Но в теории, целью мог оказаться кто угодно из нашей компании и это сильно усложняет дело.

В итоге сходимся на том, что у нас имеются три основные кандидатуры - Ферраро, Хенрик и Виолла. Предполагаю, что к похожим выводам пришли и дознаватели, если они знакомы с обстановкой на курсе. Значит этой тройке обеспечена детальная проверка.

Незаметно сворачиваем с попытки нашего убийства на другие темы и сами не замечаем, как пролетает время, а на улице сгущаются сумерки. Зевая, плетёмся к общежитию и разойдясь по своим комнатам, заваливаемся спать. Обнимая в темноте Айрин, усмехаюсь мысли о том, что никто из нас не попытался вспомнить о том, что ему показала ловушка. Даже Канс предпочёл умолчать, из-за чего поддался силе заклинания и шагнул вперёд.

***

Следующая пара недель протекают в режиме ожесточённой учёбы. Утром мы ходим на лекции, днём отрабатываем самостоятельные задачи, а по вечерам занимаемся с Эйкаром. Как результат - голова начинает плавиться от избытка информации, а к ночи сил не остаётся даже на душ, не говоря уже о постельных забавах или чём-то ещё. Алкоголь же, в нашем рационе полностью вытесняется сорком. Зато мы успеваем изучить немало нового. Нотные комбинации, позволяющие создавать иллюзии и временно менять внешность. К ним добавляется несколько стихийных связок, управляющих водой. Теперь, каждый из нас может полностью иссушить человека, выпарив из его тела всю воду. Единственное "но" - в нашем исполнении это получается довольно медленно и в случае с магом, он успеет выставить защиту. Плюс, мы можем отрабатывать только одиночные цели, тогда как преподаватель, демонстрируя работу заклинания, за секунду мумифицирует сразу десяток неконов. Помимо этого, учимся управлять имеющейся поблизости водой, формируя из неё произвольные фигуры, либо замораживая и задействуя для атаки. Если создание тех же ледяных сфер требует немалого напряжения струны, а в итоге получается ограниченное количество снарядов относительно небольшого размера, то с уже готовым материалом можно размахнуться куда более широко. Да и простор для фантазии куда больше.

На артефактологии создаем одноразовые огненные артефакты - подобие магических гранат, которые могут использовать только маги. В таком качестве можно использовать любой предмет, активация которого производится короткой нотной связкой, либо по установленному магическому каналу связи, сформированному заранее. Второй вариант позволяет задействовать артефакты на довольно удалённом расстоянии, используя их в качестве бомбы. Но и требует куда более тонкого подхода, наряду с длинной нотной комбинацией, которую намного проще обнаружить стороннему наблюдателю. На этом же предмете, изготавливаем для самих себя защитные артефакты, прикрывающие от заклинания выпаривающего воду из человеческого тела. Получается почти у всех, а те кто не справляется - первым делом принимается за создание артефактов в свободное время. Сохранение собственной жизни - весьма мощная мотивация.

Упражняемся в работе с химерами и мёртвой плотью, научившись встраивать металл в некроконструкты и создавать простеньких долгоживущих химер. Проходит и занятие по айвану, на котором я оттачиваю технику управления хлебом и создание из него боевых конструктов. После долгого объяснения со стороны Тескона и полусотни попыток, у меня получается сформировать внутри тела некона что-то вроде хлебной бомбы - спрессованного в небольшой, сверхплотный шар, теста, которое по моей команде, на крайне высокой скорости разлетается в стороны, превращаясь в сотни крохотных иголок. Такое возможно только в том случае, если человек съел достаточное количество хлеба, но срабатывает крайне эффективно - за счёт высокой плотности и веса, совмещённых со скоростью, "осколки" пронизывают всё тело, пробивая внутренние органы и нанося смертельные раны. А после этого, у меня получается самостоятельно повторить результат на открытом воздухе - слепленные из хлеба "гранаты" наносят не такой высокий ущерб, как их армейские аналоги, но в ситуации, когда вокруг не окажется ничего более результативного - это тоже вариант. К тому же, айваном я могу управлять даже без активной струны.

Занятия по рунологии и ритуалам менталистов, в основном посвящены созданию големов и иных конструктов. Пока только из земли и камня. Это получается далеко не у всех - как ни странно, лишь треть курса успешно справляется со всеми задачами. Из нашей компании, это выходит только у Джойла.

На вечерних занятиях с Эйкаром мы в основном занимаемся магией призыва. Основная проблема в случае с ней - невозможность проверить знания на практике. Любое использование запрещённых связок и ритуалов на территории университета будет зафиксировано, что приведёт к вполне закономерному финалу. То же самое можно сказать и про окрестности Кёйреля, куда мы можем добраться. Да и в целом - нас могут обнаружить на всей территории Норкрума, где имеется хоть какая-то цивилизация. Эйкар рассказывает и о способах скрыть использование заклинаний от следящих артефактов, самый простой из которых - использование алхимического состава. Ингредиенты для его создания доступны в Хёнице, так что мы напрашиваемся в лабораторию под предлогом практики в создании смесей для рунологии и тайком делаем себе две порции состава, воспользовавшись временным отсутствием лаборантов. Больше, к сожалению смешать не выходит - персонал старается держать первокурсников под надзором. Мы и так попадаем внутрь после длительных уговоров главы лаборатории, которого едва получается убедить пустить нас внутрь.

Помимо магии призыва, Эйкар рассказывает о многом другом. Но на мой взгляд, в первую очередь стоит сосредоточиться именно на призыве. С учётом его запрета, у нас будет критическое преимущество перед большинством противников, с которыми мы можем столкнуться. Все остальные варианты - например создание магических механоидов, совмещённых с мёртвой плотью или химерами, куда более сложны. К тому же и сам старый маг в совершенстве владеет как раз призывом. Единственной проблемой остаётся необходимость жертвоприношения, без которого грань между мирами пробить практически невозможно. Но решение этого вопроса откладываем до момента, когда нам потребуется использовать наши знания в деле.

Две недели пролетают в режиме дня сурка - перегруженный знаниями мозг проживает день за днём, впитывая всё больше информации. Тема с покушением затихает - новых попыток убийства кого-то из нас не происходит, Виолла и Ферраро ведут себя относительно нормально, а Хенрик, как выясняется, всё ещё находится на лечении и никак не мог организовать атаку нас. В империи продолжается вялотекущее противостояние - Морне подчиняется ещё несколько армейских корпусов и она объявляет о помолвке и грядущей свадьбе с сыном Оттефера, вслед за чем присягу приносят ещё два герцога. Это серьёзно остужает пыл аристократии, ранее готовой чуть ли не выступать в поход на Схердас и острота кризиса чуть снижается, так и не добравшись до состояния открытой войны.

Относительно равномерное течение жизни продолжается до начала октября, когда происходят сразу две вещи. Утром Кларсен объявляет нам о планирующемся "турнире некромантов", участники которого будут соревноваться в смертоносности созданных скертов, что станут биться друг с другом. Главный приз - индивидуальные занятие по некромантии и проставленный авансом зачёт сразу за весь первый курс. Разрешается использовать любые знания, полученные во время учёбы или почерпнутые из книг. В качестве базы можно задействовать уже готовых скертов, которых преподаватель заморозил, либо создать новых. Материал будет предоставлен университетом.

А когда мы собираемся на очередное вечернее занятие с Эйкаром, в комнату влетает возбуждённый Тонфой, сжимающий в руках небольшой лист бумаги.

- Завтра нам надо спуститься в Кёйрель после занятий - прибывает вдовствующая хёрдиссиня Лэзла Тонфой. Бабушка зачем-то решила проведать внука.

Секунду помолчав, задумчиво добавляет.

- Надеюсь город уцелеет.

Интерлюдия 5

- Значит Хёниц нам точно не поможет?

Морна, постукивая пальцами по столешнице, напряжённо смотрит на Фурье, перебирающего бумаги. Глава канцелярии, тяжело вздохнув, отрывает взгляд от документов.

- Они не в состоянии изменить договор или отменить данную ими же клятву - для ритуала требуется кровь мага, который создал заклинание. Так как найти Палача не представляется возможным, пока университет занимает выжидательную позицию.

Девушка, поморщившись, поднимает чашку с сорком, делая глоток напитка.

- Жаль, это разом решило бы массу наших проблем.

Берн Реннан, переглянувшись с шефом канцелярии, осторожно замечает.

- После объявления о вашей помолвке с сыном Оттефера, дела и так идут на лад. С нами восемь армейских корпусов, герцоги Леккот и Станно дали присягу, а хёрдисы сдали назад - даже Тонфои прекратили разговоры о своей максимально широкой автономии. С учётом позиции вольных городов, которые сейчас спешно занимаются подготовкой новобранцев, открытый конфликт становится всё менее вероятным.

- Только если смотреть на расклад с позиции оптимиста. Мой дядя до сих пор где-то скрывается, большая часть армии хранит нейтралитет и даже Оттефер не собирается признавать моё регентство, пока не состоится свадьба с его сыном. Гхаргово отродье Ценхор тоже жив и плетёт свои интриги дальше. Страна слишком долго находится в состоянии многовластия - провинциальное руководство скоро может начать действовать, без оглядки на столицу, что не менее опасно, чем заговоры аристократов. Как только бюрократическая машина разболтается настолько, что вожжи вылетят из наших рук - Норкрум поползёт по швам.

Молчавший ранее генерал Фост, мрачно замечает.

- Значит придётся собрать империю заново, скрепив её кровью предателей. Такое уже бывало до нас и уверен - ещё не раз случится после нашей смерти.

Регент переводит взгляд на начальника Генерального штаба.

- А вы считаете, что мы справимся? Восемь корпусов и гарнизонные войска - маловато для восстановления целостности страны. Даже с учётом солдат троих герцогов. Если дело дойдёт до открытой войны - мы сохраним за собой власть лишь над частью Норкрума, потеряв всё остальное.

Трое мужчин, составляющих малый императорский совет, переглядываются и граф Реннан озвучивает мысль, которая посетила их всех.

- У вас есть какие-то конкретные предложения?

Сделав ещё один глоток горячего сорка, девушка оглядывает своих соратников.

- Нужен один пример, который отобьёт у глав провинций желание раздумывать о выходе из подчинения престолу и объединении с аристократией, республиканцами или любыми другими рицеровыми ублюдками, что хотят прорваться к власти. Одна провинция, в которой мы проведём детальную инспекцию и нещадно покараем за невыполнение распоряжений законного правителя.

Канцлер с выражением неуверенности на лице, пожимает плечами.

- Думаете это поможет?

- Если правильно преподнести - безусловно. Верховная власть давно не перетряхивала местную бюрократию, могу поспорить, у них накопилось столько скелетов в шкафу, что придётся организовывать массовые казни.

Руководитель императорской канцелярии чуть наклонив голову набок, уточняет.

- Вы собираетесь кого-то казнить, Ваше Императорское Величество?

С улыбкой кивнув старому служаке, Морна объясняет свою мысль.

- Исключительно в рамках закона и по решению императорского трибунала, генерал Фурье. Не беспокойтесь - всё будет сделано, как надо.

Канцлер, бросив взгляд на бывшего полковника, снова поворачивается к Морне.

- Идея в целом неплоха, но может привести и к обратной реакции - руководство провинций решит, что для них будет более безопасно следовать своим собственным курсом, порвав все связи с престолом.

- Чем дольше мы ждём, тем выше такая вероятность. Провернём всё сейчас - есть шанс восстановить управляемость империи и получить контроль над обширными ресурсами. Деньги, возможность мобилизации местного населения и формирования новых армейских частей из добровольцев.

Дочь Ланца наклоняется вперёд, положив руки на стол и снова окидывает взглядом троих присутствующих мужчин.

- Возьмём под свою руку провинциальные власти - перехватим инициативу у хёрдисов. И выбьем почву из под ног всё ещё сомневающихся военных - без поддержки со стороны местных властей, их мятеж будет обречён на неудачу.

Фурье, вздохнув, покачивает головой.

- Не думаю, что всё будет так просто - большинство корпусов, официально заявивших о нейтралитете, связаны с теми или иными аристократическими группами влияния, на которых ориентируется. Лояльность со стороны провинциального руководства им ни к чему. Единственное исключение - бастард вашего деда, что командует одиннадцатым корпусом.

Увидев, как меняется выражение лица девушки, шеф канцелярии сразу же добавляет.

- Но вы однозначно правы в том, что контроль над провинциями даст нам возможность более эффективно противодействовать хёрдисам и всем остальным потенциальным противникам.

Откинувшись в кресле, девушка кивает генералу, поднося ко рту кружку с сорком. А канцлер снова обращается к ней.

- Стоит иметь в виду, что где-то скрывается Палач, который может проявить себя в самый неожиданный момент. И если мы принимаем за гипотезу тот факт, что это не он организовал покушение в желтом зале, то есть ещё группа таинственных заговорщиков, уже пытавшихся убить Ваше Императорское Величество. Эти фигуры не менее важны, чем хёрдисы или ваш брат.

Раздражённо хмыкнувшая Морна, звучно ставит чашку на стол.

- Абсолютно согласна. Только вот мы никак не можем им противодействовать, о чём вы, граф Реннан, и сами знаете - наши люди не смогли обнаружить следы Палача, либо кого-то из магов, покинувших дворец. Что касается организаторов покушения на меня - по их поводу у канцелярии нет даже толковых предположений. А бороться с противником, скрывающимся в тени - невозможно. Всё, что нам остаётся - укреплять своё положение и наращивать силы, готовясь к возможной схватке. Иного выбора просто нет.

Дождавшись, пока регент договорит, своё мнение озвучивает Катон Фост.

- Соглашусь с Вашим Императорским Величеством. Позвольте озвучить ещё одну мысль, которая посетила мою голову прямо сейчас - я предлагаю прекратить финансирование и снабжение корпусов, до сих пор не присягнувших вам.

Канцлер, сидящий напротив главного штабиста империи, с сомнением цокает языком.

- Это толкнёт их в объятия заговорщиков - мы навредим сами себе. Сами подумайте - какой смысл быть хотя бы отчасти лояльными столице, когда ты не получаешь жалование и тебя отказываются кормить? Да, это выглядит не слишком логично и может показаться проявлением слабости, но прекратив снабжать армию, мы окончательно её потеряем.

Одетый в грязно-зелёный мундир генерал слегка покачивает головой, явно демонстрируя жест отрицания.

- При всём уважении граф, вы не до конца правы. Сомневающихся, такой ход может подтолкнуть к принесению присяги престолу, а со стороны будет смотреться, как жест уверенного в своих силах правителя, который не опасается возможного мятежа, потому что знает, что сумеет подавить его. К тому же вы сами сказали - дела идут на лад. Вряд ли вся армия поднимет мятеж разом, а если в бунтовщиков превратится только пара корпусов - это будет идеальным шансом показать, как мы поступаем с теми, кто открыто пошёл против высшей власти империи. Жестоко подавленный мятеж отрезвит армию не хуже, чем сотня отрубленных чиновничьих голов в отдельно взятой провинции - бюрократов.

Граф уже открывает рот, чтобы ответить, но его перебивает Морна.

- Довольно. Я обдумаю ваше предложение генерал и приму решение в ближайшее время. А сейчас, предлагаю разобраться с отчётами канцелярии о наших агентах влияния среди вассалов хёрдисов.

Трое мужчин открывают тонкие серые папки и спустя несколько мгновений, совещание перерастает в обсуждение вариантов использования аристократов, выразивших желание служить престолу, в надежде получить полную независимость от своих старых сюзеренов.

Глава XV

Вливая в себя порцию крепкого сорка следующим утром, пытаюсь понять, что могло понадобиться в Кёйреле бабушке Канса. По словам самого парня, вдовствующая хёрдиссиня сама была выпускницей Хёница, за счёт чего и оставалась в живых так долго - возраст у старой леди был весьма преклонный. В дела семьи сильно не лезла, жила отдельно, в собственном поместье с несколькими слугами и парой псов. Правда, это не мешало всем Тонфоям, включая правящего хёрдиса побаиваться леди Лэзлу, когда она выбиралась на семейные приёмы. По словам Канса, это происходило редко, но обычно являлось предметов потрясения для всего дома Тонфоев. И если родственников она ещё щадила, то вот количество прислуги после каждого визита сильно убавлялось.

А десять лет назад, во время её последнего вояжа на отдых, бабуля столкнулась с хамским поведением персонала в отеле - бедняги не сразу поняли, кто именно перед ними. Как результат - большинство служащих, на месяц превратились в молодых рицеров, а на здание она наложила заклинание, буквально пропитавшее все стены водой. Строение осталось стоять на месте, но жить там стало невозможно - с потолка постоянно лилась вода. Гостиница была одной из самых роскошных в империи, поэтому после урегулирования конфликта с хёрдиссиней, владелец неоднократно пытался снять наложенное заклинание при помощи других магов, но ни один из приглашённых специалистов не справился. Сама же бабушка Канса, вернуть здание в нормальное состояние отказалась.

Ключевой вопрос - зачем она прибывает в Хёниц? Явно не навестить внука, которого видела несколько раз в жизни. Можно предположить, что старушка решила вспомнить молодость или у неё имеются какие-то общие дела с преподавателями Хёница, но как мне кажется, скорее всего старая аристократка хочет вызнать что-то о покушении на Морну или понять, кто воспользовался магией призыва в Золотом зале. Как вариант - в курсе, что под личиной Вайрьо скрывается наследник престола.

От размышлений отвлекает синий шарик с расписанием. Сегодня у нас артефактология и теория магического искусства - всего два занятия. Канс, пробежавшись взглядом по листу бумаги, разочарованно вздыхает.

- Максимум - несколько часов. А потом придётся спускаться вниз.

Судя по его лицу, перспективе встретиться со своей бабушкой парень совсем не рад. Эйкар, создающий над столом небольшие сгустки пламени, размеры которых за последнее время несколько подросли, косится на сына хёрдиса.

- Вы же родственники - сомневаюсь, что она решит тоже превратить тебя в рицера или что-то похуже. Выпьете чаю, побеседуете и разойдётесь по своим делам.

Аристократ, окидывает взглядом всех присутствующих, опасливо уточняя.

- Но вы ведь пойдёте со мной? Один я туда не спущусь - лучше засяду в Хёнице до конца первого курса.

Сидящая рядом со мной виконтесса усмехается.

- От поездки домой на лето тоже откажешься? И зимние каникулы в университете проведёшь?

Тонфой, печально вздохнув, крутит в руках вилку, которой только что ковырял тушёное мясо.

- Если проигнорирую приглашение от бабушки - придётся.

Допив сорк, возвращаю кружку на стол и успокаиваю парня.

- Конечно, мы отправимся с тобой Канс. По крайней мере я точно поеду - хочу сам посмотреть на леди Лэзлу и понять, зачем она прибыла сюда на самом деле.

Сбоку от меня хмыкает Айрин.

- Я тоже отправлюсь в Кёйрель - не хочу упускать возможность лично познакомиться с легендарной хёрдиссиней, которая как-то заехала по лицу самому императору.

Хочу поинтересоваться, что это был за случай, но мрачная Сонэра, допивающая свой сорк, сидя рядом с Джойлом, напоминает, что нам пора спешить - можем опоздать на занятие, заработав новые штрафные баллы. После всех событий, девушка влилась в компанию, тоже обучаясь у Эйкара и присоединяясь к нам за завтраком. Факт того, что в теле её брата теперь обитает дух старого мага, баронессу явно не радовал, но каких-то мыслей на эту тему она не высказывала.

Спустя пару минут уже входим в большую аудиторию, где проходит занятие по артефактологии. Заметивший нас Свопк, демонстративно смотрит на часы, покачивая головой и мы спешно занимаем свои места, на левом фланге помещения, около стены, разместившись на трёх столах. В процессе ловлю на себя взгляд Мейи Коннерс, с интересом наблюдающей за нашей компанией. В последнее время, бывшая журналистка вполне откровенно демонстрирует своё внимание к нам, явно не понимая, каким образом к четвёрке присоединились Кронцы и чем мы таким занимаемся каждый вечер, исчезая из поля зрения всех остальных.

Когда в аудиторию забегают последние студенты, рассаживающиеся по своим местам, преподаватель выходит из-за кафедры, окидывая присутствующих взглядом.

- Хочу вас поздравить. Вы пробыли в Хёнице больше месяца и всё ещё живы - надо признать, это немалое достижение. Дожить до этого момента смогли далеко не все - больше полусотни студентов, прибывших сюда вместе с вами, мертвы и их места заняли люди из очереди ожидания.

Машинально оглядываю зал и понимаю, что действительно не вижу некоторых сокурсников, чьи лица уже успели примелькаться. Две недели в сверхнагруженном графике дали о себе знать - мы полностью выпали из окружающей нас жизни, за исключением изучения магии. Встречаюсь взглядом со Спашеном, занявшим место в центре аудитории и тот слегка пожимает плечами. Помимо него вижу ещё десятка полтора знакомых студентов, среди которых, к сожалению, имеется и Свезальд. Но к примеру, той девушки, что сделала предположение о том, что мы с Тонфоем делим виконтессу на двоих, обнаружить не могу - вполне вероятно, она тоже мертва. Пытаюсь вспомнить её имя, когда Свопк снова начинает говорить.

- Ещё одно небольшое объявление перед тем, как мы начнём - в университете снова начинает выходить газета. Каждую субботу вы будете получать свежий номер “Вестника Хёница”, чью редакцию возглавит Мейя Коннерс, уже располагающая соответствующим опытом.

Удивлённо перевожу взгляд на девушку, занявшую место на пару рядов ниже Тадеша, а вверх поднимается чья-то рука. Дэнер кивает и поднявшийся студент задаёт вопрос.

- Почему нам не сказали о том, что есть возможность выпускать газету? Я бы тоже хотел принять участие.

На лице преподавателя появляется лёгкая улыбка.

- Один из основных принципов Хёница - минимальное вмешательство в студенческую активность. Госпожа Коннерс сама обратилась к руководству Хёница и предложила возобновить выпуск газеты, что было разрешено. Если у вас есть желание - можете присоединиться к ней в качестве репортёра - формирование штата полностью находится в её руках.

Обведя аудиторию взглядом и убедившись, что вопросов больше нет, Свопк переходит к теме занятия.

- Сегодня мы разберём схемы создание крейнеров. Сейчас у каждого из вас имеется такой артефакт - жетон, выданный при поступлении в университет. Но очень скоро, его ёмкости станет мало и вам придётся обзавестись, как минимум, ещё одним.

Прервавшись, задерживает взгляд на Спашене, тянущем вверх руку и с усмешкой кивает.

- У вас есть вопрос, Тадеш?

Парень поднимается, опираясь руками на стол.

- Если позволите - он не совсем по теме сегодняшней лекции.

Дождавшись от Дэнера подтверждающего взмаха рукой, продолжает.

- В империи написана масса книг о Войне трёх императоров и ещё больше историй гуляет среди простого народа, передаваясь от одного поколения к другому. Сразу в ряде мемуаров упоминается использование механоидов, питающихся энергией артефактов. Якобы они использовались практически во всех крупных сражениях второй части войны и сыграли в ней важную роль. Я занялся этим вопросом, перерыв всю библиотеку Хёница, но всё, что получилось найти - несколько куцых упоминаний, без раскрытия деталей. Хотя, как я помню, университет провозглашает полную открытость информации для студентов. Это правило не распространяется на инструкции по созданию механоидов?

Обычно добродушно-весёлое лицо Свопка меняет своё выражение, по мере того, как Тадеш добирается до сути вопроса.

- Дело в том, что создание механоидов, равно как и машин, использующих в качестве источника энергии артефакты, находится под запретом со времени победы Сторна Эйгора в Войне трёх императоров. Вся литература, связанная с этой областью магии, изъята из библиотеки Хёница. Поэтому вы и не смогли ничего обнаружить.

Спашен снова поднимает руку и озвучивает следующий вопрос.

- Могу я записаться на индивидуальные занятия для изучения этой темы? Наверняка в Хёнице есть маги, которые знают, как именно можно создавать механоидов.

Преподаватель отрицательно покачивает головой.

- Вы не совсем понимаете, Тадеш. Никто из нас не может нарушить запрет - это не просто устное обещание, а ритуал клятвы. Любой маг, вышедший за рамки, неминуемо умрёт.

- Но клятвы со стороны магов, тоже находятся под запретом на территории империи.

На этот раз выходец из восточного княжеского рода обращается к Свопку не поднимая руки, но тот игнорирует данный факт.

- Во-первых, это верно только по отношению к выпускникам Хёница. Во-вторых, из этого правила есть два исключения - присяга, что вы даёте, поступая в Хёниц и тот самый договор с империей, к которому обязан присоединиться каждый студент третьего курса перед своим выпуском. К моему сожалению, у вас нет ни одного шанса отыскать инструкцию для создания механоидов.

Тадеш непонимающе морщится.

- Но зачем это сделали? Призыв, создание механоидов - какие ещё области магии попали под запрет? Почему император пошёл на это?

Свопк разводит руками, мрачно смотря на студента, а по аудитории прокатывает вал шёпота, в котором отчётливо различаются слова “демоны” и “демонопоклонник”. Слышу, как за моей спиной весьма громко хмыкает Эйкар, сейчас наверняка испытывающий негодование.

- Сторн Эйгор сам был могущественным магом, превосходящим по своей силе многих остальных. Мне неизвестно, по какой именно причине он счёл ряд областей магии опасными, но в какой-то момент император потребовал от Хёница подписать договор и мы просто не смогли отказаться - на его стороне была мощная армия и отряды магов, связанных клятвами. В лобовом столкновении, университет был обречён на поражение.

Теперь на лице Спашена появляется неподдельный интерес.

- А вот об этом уже не прочитаешь ни в одной хронике про Войну трёх императоров. Сторн Эйгор действительно владел магией?

- Более чем успешно - по свидетельствам, в некоторых случаях ему не требовались даже нотные символы для формирования заклинаний. Он является автором массы новых схем, что активно применялись в ходе конфликта, но после его завершения принял решение ограничить возможности магов, фактически установив запрет на дальнейшее развитие магической науки.

- Почему нам не говорили этого раньше? На первом же занятии Сейфан заявила, что после войны часть знаний была утеряна, при этом даже не обмолвившись о тотальном запрете на некоторые сферы магии.

- Я уже говорил - один из принципов Хёница, это поощрение самостоятельности студентов. К тому же, формально Омрия не солгала - масса знаний действительно утеряна и скорее всего никогда к нам не вернётся.

Чуть помолчав, Свопк добавляет.

- Каждый год находится первокурсник, обращающий внимание на несоответствия и провоцирующий кого-то из преподавателей на рассказ о действительном положении дел. Вы внимательны господин Спашен и за это получаете пятьдесят баллов личного рейтинга. А теперь, предлагаю вернуться к нашему занятию - обсуждать дела минувших дел можно долго, но прока в этом нет.

Следующие полтора часа преподаватель рассказывает притихшей аудитории, как нужно создавать крейнер и по каким критериям его оценивают. Как выясняется артефакты различаются по трём параметрам - максимальной нагрузке, которую способны выдержать, ёмкости, от которой зависит как долго их можно непрерывно использовать и балансировке, определяющей эффективность их взаимодействия с вибрирующей струной. Особенно важна последняя - при погрешности, часть отдачи заклинания придётся на тело мага, что в лучшем случае приведёт к физической смерти, а в худшем расщепит его разум на части.

К концу занятия, передо мной лежит несколько исписанных листов бумаги с пятью различными способами создания крейнера - от ритуала менталистов, до применения рун и алхимических составов. Наше самостоятельное задание - создать один дополнительный крейнер, который мы должны представить на следующем занятии.

В следующей аудитории нас встречает Омрия, изучающая заходящих студентов. Отмечаю, что улыбки, которыми она обменивается с некоторыми из парней, выглядят весьма плотоядно - похоже, в отличии от Виоллы Кнарс, женщина добилась определённых успехов на поприще соблазнения первокурсников.

Когда занимаем свои места, она встаёт за кафедру.

- Вы ознакомились с основами магии и можете задействовать десяток-другой нотных связок. Думаю, сейчас вам кажется, что дальше всё будет просто - надо лишь изучать новые комбинации и символы, соблюдать осторожность во время практических задач и вы сможете закончить университет живыми.

Выдержав эффектную паузу, с улыбкой продолжает.

- Смею вас заверить, это совсем не так. Наверняка, каждый из вас считает, что основой магической механики являются нотные комбинации и отчасти это верно - ноты играют крайне важную роль и без них не обойтись в большинстве заклинаний. Но вы должны понимать - почти у всех задач, что стоят перед магами, есть несколько вариантов решения. Вы можете использовать нотную связку в чистом виде, а можете обойтись рунами, алхимическим порошком и десятком нот, которые запустят нужный вам процесс. Либо обойтись полностью без них. В промежутке между самыми радикальными вариантами, обычно присутствует ещё десяток разнообразных решений, совмещающих использование сразу нескольких инструментов по управлению магией. Каждый из которых далеко не так прост, как вам сейчас кажется.

Вверх поднимается чья-то рука и прервавшаяся Омрия, указывает на студента, который встаёт на ноги.

- Ринс Паттер, из вольного города Рэнх. Если честно, не совсем понимаю - зачем нам нужно изучать все эти варианты? Раз всё можно сделать при помощи нотных комбинаций, то намного проще сосредоточиться на изучении нотных символов и связок, оставив руны и ксоты для специализированных областей, где без них не обойтись.

Омрия, расплывшись в улыбке, взмахом руки усаживает парня на место.

- Смотря под таким углом, действительно можно показаться, что это дельная мысль - практически все манипуляции можно выполнить при помощи нотных связок. За исключением ритуалов менталистов, где никак нельзя обойтись без применения ксотов. Но есть несколько нюансов. Первый - струны далеко не каждого мага выдержат вибрацию, что возникает при действительно мощных заклинаниях. Даже если предположить, что вы сможете удержать в уме набор длинных нотных связок и удачно их воспроизвести - ваши струны могут не стерпеть такой нагрузки, что приведёт к смерти. Приведу простой пример - не больше десятка магов в империи могут сотворить заклинание айгерда, используя только нотные символы и большинство из них - преподаватели Хёница. Но ещё пара сотен может добиться того же результата, задействовав руны и алхимические составы. Ещё столько же добавится, если включить в число используемых инструментов жертвоприношения менталистов.

На секунду замолчав, обводит аудиторию взглядом.

- Второй момент - при использовании мощных заклинаний, ваши струны испытывают крайне серьёзную нагрузку. Даже самые сильные и тренированные маги не в состоянии творить магию непрерывно, используя сложные связки одну за другой. Руны и алхимия позволяют меньше нагружать струны и дают возможность магу действовать более долгий промежуток времени. Это может оказаться важно, если вы находитесь на поле боя или прикрываете целый город от стихийного бедствия. И третий пункт этого списка - далеко не всегда использование нотных символов является оптимальным вариантов решения. Куда проще и быстрее справиться при помощи иных инструментов, которые есть в вашем распоряжении.

Когда Омрия замолкает, вверх поднимается рука Спашена. Дождавшись, пока она переключит на него внимание, парень озвучивает вопрос.

- Я верно вас понял - помимо нот, рун и ксотов, маги во многом опираются на алхимические составы? Это и есть четыре основных инструмента магической механики?

Женщина выходит из-за кафедры, поправляя короткое декольтированное платье.

- Если не брать в расчёт некоторые специализированные сферы, то да - в основном вы будете использовать эти четыре варианта управления магией. Хочу обратить внимание, что пока вы изучили только их базовые основы, работая лишь с примитивными стандартными символами. Безусловно и с их помощью можно сделать весьма многое, но впереди вас ждёт ещё немало интересного. У кого-то из вас ещё есть вопросы?

Выждав какое-то время и убедившись, что никто из студентов не спешит поднимать руку, Омрия продолжает лекцию. Скоро выясняется, что помимо уже знакомых нам нот, существует ещё немалое число их подклассов, каждый из которых имеет свою специфику. Например, "снежные" ноты - не растворяются в воздухе, а остаются висеть перед магом, позволяя более точно выстроить нужную связку. При этом, все остальные маги не в состоянии рассмотреть очертания символов, их видит только творящий заклинание. Используются "снежные" символы для мощных стихийных комбинаций, связанных с заморозкой и льдом. Помимо них существует подклассы "огненных" и "воздушных" нот с такой же спецификой. Вот "водных" и "земляных" нет. Преимущество использования специализированных символов - в их более высокой мощи и возможности точно выстроить порядок в комбинации. Основной минус - при малейшей ошибке, струны мага могут лопнуть, прикончив его навсегда. По словам Омрии, задействовать эти подклассы рекомендуется исключительно тренированным магам, у которых имеется, как минимум, две струны.

Когда занятие заканчивается, голова гудит от обилия информации - Сейфан описала нам ровно двадцать подклассов нотных символов. Что касается рун, Омрия оставляет эту задачу для Клэса Наддола, заявив, что преподаватель по рунологии, хотя бы иногда тоже должен работать. Судя по язвительной усмешке, эти двое точно не находятся в дружеских отношениях - скорее наоборот.

Выйдя из аудитории, первым делом добираемся до столовой, где опустошаем по кружке сорка с парой бутербродов, после чего собираемся для отправки вниз. Отправляются все - даже Сонэра изъявляет желание спуститься в Кёйрель, хотя я думаю, девушке просто не хочется оставаться в университет одной.

Спустя двадцать минут мы направляемся к площадке канатной дороги, ёжась от пронизывающего горного ветра. Винтовка и штуцеры остались в комнатах - мы решили, что не стоит заявляться на порог эксцентричной старой аристократки с ружьями за спиной. Но вот револьверы есть у всех, включая баронессу, сменившую платье на брючный костюм. Само собой, никуда не делся и топор Джойла, равно как и наши магические навыки - как мне кажется для прогулки до особняка, арендованного Кансом, этого более чем достаточно.

Спустившись по канатной дороге, выбираемся из кабин, проходя мимо полицейских в длинных синих куртках, подбитых мехом и направляемся к веренице ждущих кэбменов. Оказавшись в десятке метров от них, с удивлением вижу нового денщика Канса, выбирающего из кэба. Стремглав бросается к нам и притормозив в паре шагов, встревоженно обращается.

- Леди Лэзла Тонфой уже прибыла и давно ждёт вас. При всём уважении - предлагаю поспешить, пока вдовствующая хёрдиссиня не пришла в ярость.

Глава XVI

Взяв сразу два кэба, загружаемся в них, отправляясь к дому, арендованному Кансом - именно туда должна быть прибыть леди Лэзла Тонфой. Когда спрыгиваем на землю перед особняком, вижу, как морщится Тонфой. Шагая к ступенькам крыльца, он озвучивает и причину своего раздражения.

- Где мой гхаргов камердинер? За что я ему плачу?

Айрин отпускает шутку о том, что теперь сыну хёрдиса придётся снова открывать дверь самому, прямо как в Хёнице, а мы тем временем добираемся до входа в дом и спустя секунду оказываемся в гостиной. Как ни странно, здесь тоже никого нет, хотя судя по рассказам виконтессы, дом должен быть полон прислуги, а на шею Канса сейчас обязаны вешаться все три, привезённые им любовницы. Тонфой становится всё мрачнее и быстро шагает к проёму, ведущему в следующую комнату. Я тоже вырываюсь вперёд, держась рядом с ним, а остальные слегка отстают, изучая гостиную.

Оказавшись в комнате, сталкиваюсь глазами с...Тиллесом - денщиком Канса из императорского дворца и на мгновение замираю в удивлении. Спустя долю секунды понимаю, что бывший гвардеец связан и с кляпом во рту - извивается в кресле, пытаясь освободиться от пут. Сюртук отсутствует, рубашка разрезана, а грудь покрыта символами, в которых угадываются ксоты вперемешку с вкраплениями рун. И он не одинок - в большом помещении ещё с десяток полуобнажённых слуг обоих полов, на коже которых присутствуют схожие наборы символов.

Дальше происходят сразу две вещи - из соседней комнаты выскакивают три невысокие фигуры, молниеносно бросающиеся к связанным слугам. А за спиной раздаётся удивлённое восклицание кого-то из девушек, сразу за которым слышится хриплый стон. Машинально формирую в воздухе ледяные сферы, нанося удар по одному из выскочивших карликов, одновременно с этим доставая из кобуры "Эрстон", а Канс пускает в дело воздушный вихрь. В итоге мы оба не полностью поражаем цели - мои куски льда улетают к стене, разнося стекло двух шкафов, а рукотворный смерч Тонфоя только цепляет одного из нападавших, заставив того закрутиться и рухнуть на пол.

За спиной слышится чавкающий звук стали, входящей в плоть и я непроизвольно оглядываюсь, фиксируя взглядом весьма странную картину - Джойл обрушивает Добряка на корпус "денщика", обеими руками держащегося за рукоять ножа, который торчит из его живота. Причина поведения здоровяка вполне очевидна - сквозь одежду двойника бывшего гвардейца проступают горящие знаки, прожигающие несколько слоёв ткани. А сам он, несмотря на своего рода сэппуку, по-прежнему стоит на двух ногах.

Поворачиваю голову назад одновременно с тем, как Тонфой выпускает поток пламени, обрушивая его на одну из карликовых фигур. Троица уродцев с расплывающимися лицами уже успела прикончить нескольких слуг, на теле которых тоже загорается часть вырезанных ксотов. Пока один из карликов, верещащим живым факелом носится по комнате, второй оказывается рядом с креслом в котором распластался Тиллес и я пускаю в ход нотную связку, формирующую облако ледяной пыли. На этот раз попадаю в цель - мелкое крошево сдирает плоть с тела существа, лишая его глаз и кожи на лице. Рядом грохает револьвер Канса, добивающего подпаленную цель.

Пытаюсь достать третьего противника ледяными стрелами, но вёрткий ублюдок ускользает из под удара и они пробивают диван. Тот, на которого обрушилось облако ледяной пыли, катается по полу, заливая всё вокруг кровью и издавая повизгивающие звуки - вскинув "Эрстон", всаживаю ему в корпус разрывную пулю. Третий успевает перерезать глотку ещё одной из служанок, прежде чем мои ледяные сферы наконец достигают цели, отбрасывая того к стене. Глядя, как тушка с размозженным черепом и пробитой грудной клеткой сползает на пол, слышу сзади голос Эйкара.

- К выходу, скорее! Сейчас нас...

Обернувшись, вижу, что старый маг остановился в нескольких шагах от выхода из особняка, вглядываясь в огненные полосы, появляющиеся на стенах и пересекающие дверь. За его спиной видно тело псевдоденщика Тонфоя, так и оставшегося стоять на ногах, несмотря на несколько ран от топора и обугленную кожу.

- Что это такое?

Айрин, задавшая вопрос напряжённо оглядывается по сторонам, сжимая в обеих руках револьверы. И почему-то смотрит на Канса, недоуменно разглядывающего покрытые огненными росчерками стены. Крутнувшийся вокруг своей оси Эйкар, скользит взглядом по подпаленной фигуре, застывшей в центре гостиной и переводит его на девушку.

- Нам нужно убраться подальше от них и занять оборону. Канс - веди на второй этаж!

Через мгновение мы уже проносимся через зал, направляясь за Тонфоем. Тот пытается задержаться, чтобы освободить Тиллеса, но Эйкар снова рявкает и сын хёрдиса бежит дальше. По дороге вижу, как начинают изменяться тела убитых слуг - горящие знаки ксотов утопают в телах, постепенно пропадая из виду, а кожа начинает менять свой цвет.

Взбежав наверх, едва не врезаюсь в остановившегося парня, застывшего на месте, рассматривая исполосованные тела двоих девушек, которых явно задействовали в качестве жертв. Рядом притормаживает старый маг, весьма бесцеремонно пихнувший Канса в плечо.

- Чего встал, как кисейная барышня? Нам нужно максимально защищённое место в доме!

Сын хёрдиса яростно косится в его сторону, но продолжает движение и спустя несколько секунд мы оказываемся в библиотеке, стены которой полностью закрыты книжными полками, поднимающимися до самого потолка. Отсюда ведут только два выхода, которые мы берём под контроль - я с Айрин и Джойлом первый, а Канс с Сонэрой и Эйкаром второй. Правда, возможности старого мага крайне ограничены - единственное доступное ему оружие, это револьвер, который он с выражением лёгкого отвращения, сжимает в руке. Не отрывая взгляда от двери, через которую мы сюда попали, озвучиваю вопрос.

- Что это было?

Тот чуть поворачивает голову в мою сторону.

- Могу ошибаться, но думаю сейчас убитые слуги поднимутся в качестве герцардов - боевых химер, пропитанных силой.

Тонфой, со слегка потрясённым видом наблюдающий за дверью, тоже задаёт вопрос.

- Но мой денщик? Тот, что встретил нас, получается был неконом?

Ответить старый маг не успевает - пол в центре библиотеки разлетается кусками и оттуда появляется фигура, ранее, видимо, бывшая служанкой. Сейчас вокруг тела девушки мелькают всполохи пламени, а сама она похожа на какое-то инфернальное существо. Жму на спусковой крючок "Эрстона", одновременно отправляя в цель ледяные сферы, а со стороны Канса несётся воздушный вихрь, куда сын хёрдиса успел вплести лезвия льда. Полыхающее создание крутится вокруг своей оси, разбрасывая в разные стороны куски льда и полностью игнорируя прямое попадание в корпус. Вихрь же только отволакивает её назад. Джойл и Айрин тоже бьют нотными комбинациями, засыпая химеру ледяными снарядами, а я выпускаю ещё одну пулю.

Спустя мгновение на куски разлетается и дверь, через которую мы сюда попали - ещё две химеры врываются внутрь. Встречаем их свинцом и заклинаниями, но похоже этих тварей сложно чем-то пронять - одна весьма бодро поднимается с пола, на который её отправила большая глыба льда, а вторая, отброшенная вихрями на книжные полки, с рёвом бросается на нас, оставив за спиной занявшиеся огнём шкафы. Не нахожу ничего лучше, чем воспроизвести связку с муравьями, создавая насекомых под кожей химеры. Айрин, стоящая выставляет ледяной щит, заставивший орущее существо немного замедлить скорость движения. Правда, спустя секунду до нас добирается её товарка, промчавшаяся по потолку - Канс пробует остановить её ударом воздушного потока, но в итоге она просто падает вниз, оказавшись на расстоянии пары метров от нас. И сама наносит ответный удар, для которого, как быстро выясняется, ей вовсе не требуется физический контакт - протянувшаяся плеть из гудящего огня бьёт по мне и виконтессе, отшвыривая к стене. Зацепив небольшой столик, завалившийся на паркет, врезаюсь в пол и прокатываюсь по нему, чувствуя дикую боль от обожжённой плоти. Судя по тому, как нас швырнуло в сторону, плеть химеры помимо стихии огня, использует и воздух.

Пускаю в ход связку, формирующую воду, заливая свою собственную одежду и повторяю тот же приём с Айрин, упавшей на пол в нескольких метрах от меня. Судя по тому, что девушка шевелится - виконтесса ещё жива. Оборачиваюсь на разъярённый рёв Джойла и вижу, как парень и его топор летят в разные стороны. Эйкар тоже сбит с ног и пытается потушить на себе пламя, а две химеры наступают на Канса и Сонэру, пытающихся прикрыться щитами.

Чем противостоять этим тварям? Заклинания не наносят им серьёзного ущерба, а пули они и вовсе полностью игнорируют, даже рунические, которыми снаряжён "Эрстон". Единственное, что интуитивно понятно - если отталкиваться от взаимодействия стихий, то лёд, скорее всего должен их ослабить. Жаль, мы не успели добраться до действительно мощных стихийных комбинаций со "снежными" нотами - они бы сейчас пригодились. Хотя не факт, что мы смогли бы их использовать.

Задействую недавно изученную нотную связку формируя в воздухе большую, заострённую глыбу льда и вгоняю её в спину одной из химер, которая как раз обрушивает плеть на очередной щит Сонэры, разбивая его на части. Громадное ледяное копьё вонзается в спину существа, опрокидывая его на пол. Правда, вторая химера всё-таки достаёт своим ударом баронессу и та крича падает на пол, пытаясь сбить пламя с одежды. Со стороны стены слышится рык Джойла, следом за которым грохочет его "Стинни" - здоровяк выпускает пулю за пулей, укладывая их точно в голову существа, атаковавшего предмет его воздыханий. А от противоположной стены библиотеки слышится крик Эйкара, наконец решившего проблему с горящей одеждой.

- Канс, используй призыв! Вгони в огненную суку хьярк и пускай связку!

Начав подниматься на ноги, вижу, как Тонфой хватается за жертвенный нож у себя на поясе, но рассмотреть его дальнейшие действия не могу - рядом появляется третья химера, та самая, на которой я задействовал связку с муравьями. Против ожидания, комбинация видимо отчасти сработала - существо корчится от боли и промахивается с ударом плети, разнося в щепки паркет. В упор бью связкой с ледяными сферами, следом повторно задействовав комбинацию с насекомыми. Работает она не так эффективно - либо эти твари регенерируют быстрее рипсов, либо огонь просто убивает насекомых не давая им размножиться в достаточном количестве. Но, в любом случае, это хотя бы тормозит противников.

Закончив, поворачиваюсь к остальным и вижу, что Тонфой чуть ли не прижался к существу, которое я пробил ударом льда, всадив в её тело хьярк - одежда парня уже занимается огнём, но он продолжает использовать связку, в воздухе так и мелькают нотные символы. В нашем распоряжении есть только один вариант подобного экстренного призыва, без предварительной подготовки - требуется лишь достаточно здоровая или сильная жертва и комбинация, пробивающая стену между мирами. Правда у него есть сразу несколько серьёзных недостатков - "окно" между реальностями может оказаться недостаточно большим, чтобы пропустить внутрь мощную сущность, тут всё зависит от того, насколько сильным будет выплеск силы из жертвы. Помимо этого, у мага нет времени, чтобы объяснить происходящее призываемому - тот просто сваливается в наш мир без всяких инструкций и предварительной беседы. По этой же причине нельзя оговорить условия контракта - единственное, что гарантированно, привязанность к хозяину и нежелание его убивать. Даже точность выполнения приказов остаётся под большим вопросом. Эйкара относил такие варианты к полевому призыву, который используется в крайних случаях. Видимо, с его точки зрения, у нас как раз наступил такой момент.

Химера, сбившая с ног Сонэру, пускает в ход плеть, отправляя на пол свою товарку, сцепленную с Кансом и я не нахожу ничего лучше, как использовать на ней связку с муравьями. Та на секунду останавливается, перекосив антрацитовое лицо и я использую момент, чтобы снова ударить льдом. Ко мне присоединяется Джойл и мощь удара сразу двух стихийных комбинаций, относит создание в угол библиотеки. Краем глаза вижу, как приближается третье существо, пытающееся достать до Айрин и выставляю ледяной щит, прикрывая девушку. Перстень на пальце уже начал нагреваться от интенсивного использования магии, но пока всё в пределах нормы - думаю, я могу рассчитывать, как минимум на тридцать-сорок магических ударов. Проблема только в том, что это вряд ли поможет - химеры слишком живучи.

Слышу искажённый болью вопль Канса, которого сейчас отшвыривает в сторону существо, что он пытался использовать, как жертву. Но похоже Тонфой успел завершить начатое - в нескольких метрах от него появляется серое, искрящееся облако, выше человеческого роста. В голову приходит ещё одна мысль и формируя в воздухе ледяные сферы, которые летят в бывшую "жертву", открываю рот в крике.

- Джойл! Маскирующий состав - быстрее!

Если применение магии призыва окажется зафиксировано, то от нашего выживания будет мало толку - потом придётся столкнуться со следователями канцелярии, да и руководство университета за такое по голове точно не погладит.

Здоровяк переводит на меня непонимающий бешеный взгляд, но спустя мгновение до него доходит и на пол летит колба с алхимией, которая должна скрыть применение магии призыва в радиусе тридцати ярдов. Длительность действия - около пятнадцати минут, это всё, чего получилось добиться при помощи доступных в лаборатории реактивов. Если к тому времени грань между мирами всё ещё останется пробитой, придётся задействовать вторую порцию состава.

Ставлю ещё один щит и сразу бью ледяными сферами, заставляя химеру отпрянуть в сторону. Помещение затягивает лёгкий фиолетовый дымок - последствия применения алхимического состава, а со стороны облака слышится женский голос.

- Не сметь трогать моего господина! Вихревы вывертыши!

Машинально повернув голову, обнаруживаю девушку в полном неглиже, которая сошлась с одной из химер в рукопашной схватке. С удивлением наблюдаю, как та отрывает ей руку, а следом и голову, что заставляет пламя вокруг существа погаснуть - как я понимаю, один из противников мёртв. Две оставшихся, обрушиваются на новую цель, но призванная оказывается им явно не по зубам - одну с силой отшвыривает в сторону и та проламывает стену, оказавшись в соседней комнате, а вторую, поморщившись от удара огненной плетью, берёт в захват и через секунду скручивает ей шею.

Единственная уцелевшая химера, видимо осознаёт каким-то образом опасность ситуации и старается действовать на расстоянии, нанося удар за ударом плетьми. Впрочем, её это не спасает - призванная Тонфоем красноволосая девушка бросается на существо и вместе с ней улетает в дыру, ведущую на первый этаж, откуда слышится грохот ломаемой мебели.

Проводив взглядом, рухнувшие в пролом пола тела, перемещаюсь к Айрин. Виконтесса, в очередной раз пытается подняться, держась одной рукой за свой лоб. Смотря на меня, слабым голосом произносит.

- Голова раскалывается, перед глазами всё плывёт - сильно приложилась.

У меня самого путаются мысли так что лихорадочно вспоминаю, что стоит делать при сотрясении головного мозга - если я верно помню, то транспортировать человека нежелательно, так что оставляю Айрин лежать на полу, подложив под голову небольшую диванную подушку. Заметив какое-то движение в дверях, поднимаю взгляд и вижу призванную, которая несётся к Тонфою, что со стоном поднимается с пола.

- С вами всё в порядке господин? Эти порождения хаотичной бездны вас ранили? Где нужно залечить?

Джойл, склонившийся над Сонэрой, смущённо косится в сторону полностью обнажённой девушки, а привалившийся спиной к книжным полкам Эйкар в голос смеётся, глядя на обескураженное лицо Канса. Красноволосая, уже успевшая приобнять парня одной рукой, помогая ему удержаться на ногах, поворачивается к старому магу.

- Он насмехается над вами, господин. Прикажете убить его?

Спустя секунду, хищно прищурившись, добавляет.

- Или развоплотить эту старую сущность в юном теле?

Эйкар явно напрягается и начинает подниматься, держась рукой за стену. А сам Канс, отойдя от первого шока, машет головой.

- Нет, это друг. Всех, кого было нужно, ты уже прикончила. На первом этаже ведь больше не было химер?

Девушка поворачивает к нему лицо, задумчиво нахмурившись.

- Если вы говорите про этих полыхающих тварей, то таких больше не было. Только несколько связанных человек - если надо, я могу их...

Она уже начинает поворачиваться в сторону пробоины в полу, так что сын хёрдиса реагирует сразу же.

- Это слуги! Их тоже не надо трогать. Если ты можешь лечить - помоги всем, кто ранен, это сейчас пригодится.

Призванная, поджав губы кивает и принимается снимать с него отчасти сгоревшую одежду, вызвав у Тонфоя лёгкий приступ паники.

- Что ты делаешь?! Я же попросил вылечить всех, а не устраивать здесь оргию.

- Но я могу только так, господин. Совсем немного времени и ваши раны заживут.

Тот досадливо морщится и выпутавшись из объятий призванной, делает шаг назад.

- Тогда с лечением пока повременим.

Спасшая нас девушка с явным удивлением смотрит на парня, а я отмечаю тот факт, что огненные полосы со стен полностью пропали. Переведя взгляд на Айрин, озвучиваю крутящуюся в голове мысль.

- Если это всё, то нам нужно послать за помощью - целитель бы сейчас не помешал. Только надо придумать, что делать с призванной. Эйкар, её могут почувствовать другие маги?

Уже стоящий на ногах бывший призрак открывает рот для ответа, но на первом этаже раздаётся звучание дверного колокольчика - кто-то только что дёрнул за верёвку местного звонка, висящую снаружи. Переглядываюсь с остальными, думая, как лучше поступить. Мы в разгромленном особняке, с грудой трупов, часть из которых принесена в жертву, тремя мёртвыми химерами и призванной, сейчас с подозрением смотрящей в сторону дыры в полу. В случае, если за дверью полиция, офицеры канцелярии или кто-то из магов Хёница - расклад так себе. Особенно в случае с призванной сущностью - остальное мы ещё как-то сможем объяснить, изложив историю нападения.

Ловлю на себе вопросительный взгляд Тонфоя и определяюсь.

- Мы с Джойлом откроем дверь и выясним, кто там. Эйкар останется здесь, чтобы присмотреть за девушками, а ты с...красноволоской подождёшь в соседней с гостиной комнате, на случай, если нам понадобится помощь.

Что-то сделать с призванной мы сейчас всё равно не сможем, поэтому остаётся рискнуть в надежде на то, что это соседи, либо кто-то не связанный с местными правоохранительными структурами. Спустя несколько мгновений уже спускаемся вниз, где второй раз звенит дверной колокольчик - на этот раз куда длиннее и настойчивее. Канс и его спутница, бросающая в мою сторону недобрые взгляды, укрываются в гардеробной, по соседству с гостиной, а прихрамывающий Джойл останавливается рядом со мной, сжимая в руках топор, который он по-прежнему предпочитает револьверу. Я же меняю "Эрстон" на "Веннингтон" и держа наготове связку Эйкара, с муравьями открываю дверь.

На секунду впадаю в лёгкий ступор - на крыльце обнаруживается седая женщина в шляпке и пальто, под которым виднеется платье, расшитое драгоценными камнями. С интересом рассматривает нас с Джойлом, а потом бросает взгляд на небольшую горку праха в которую обратился псевдоденщик Канса.

- Юноши, могу я поинтересоваться - где мой внук Канс Тонфой? И почему вы учинили такой разгром в его доме?

Глава XVII

Переглянувшись с Джойлом, отступаем назад, пропуская даму в дом. Следом за ней вваливается рослый мужчина, рассматривающий нас с явным подозрением. В его левой руке - объёмистый чемодан, а правую он держит около револьверной кобуры на поясе, отодвинув в сторону полу своей куртки. Бросаю взгляд налево, где укрылся Канс, но он и сам понимает, что пришла пора показаться - выходит из проёма и через пару секунд останавливается около меня.

- Всё в порядке, бабушка - это мои друзья. А что касается дома...мы только что закончили отбиваться от бешеных химер, потому имеет место некоторый беспорядок.

- Вам, молодёжи, лишь бы развлекаться - то с химерами воюете, то государственные перевороты предотвращаете. Эх, где мои юные годы...

Тон у хёрдиссини полностью беззаботный, но глаза внимательно обшаривают комнату, изучая детали. Сейчас она похожа на старого охотничьего пса, внешне сохраняющего благодушие, но почувствовавшего запах возможной добычи. По-настоящему удивлённым её лицо становится, когда следом за Кансом из гардеробной показывается девушка, так и не удосужившаяся на себя что-то накинуть. Лэзла Тонфой с лёгким ошеломлением наблюдает, как призванная останавливается возле её внука, положив тому руку на плечо и только после этого задаёт вопрос.

- Канс, кто эта милая девушка? Может быть представишь нас?

Красноволоска, замерев около сына хёрдиса с весьма странным выражением лица наблюдает за его бабушкой.

- Господин, вы боитесь её? Может быть мне стоит убить это старое создание - не будь в её теле столько магии, она бы всё равно давно скончалась?

Леди Тонфой меняется в лице.

- Мальчик мой, ты находишь себе слишком дерзких спутниц - боюсь мне придётся избавить мир от её присутствия.

Парень теряется, не зная, что ответить, а призванная порывается шагнуть вперёд, поэтому я предпочитаю вмешаться.

- Вам стоит извинить её, леди Тонфой - она не в курсе наших условностей. Думаю, вы сильно удивитесь, услышав всю историю целиком. А сейчас, осмелюсь задать вопрос - вы владеете магией целительства? Сможете помочь нашим раненым?

Седая женщина переводит взгляд, из которого постепенно пропадает ярость, на меня.

- Для вас юноша, я - Её Сиятельство, вдовствующая хёрдиссиня Тонфой. "Леди" меня могут именовать лишь приближённые слуги и хорошие знакомые. Могу я поинтересоваться, кто вы?

Усмехнувшись про себя напору с её стороны, представляюсь.

- Граф Орнос Вайрьо - студент Хёница и "Защитник империи". Так вы сможете помочь нам, Ваше Сиятельство, вдовствующая хёрдиссиня Тонфой?

На лице женщины появляется лёгкая улыбка.

- Почему каждый, кто получит какую-то побрякушку от очередного недоумка, прованивающего собой престол империи, считает крайне важным кричать о своём титуле налево и направо?

Выждав короткую паузу после своего риторического вопроса, продолжает.

- Да, я помогу вам граф Вайрьо. Раз уж вы приятель моего внука, думаю можно на первый раз простить ваши манеры.

Повернув голову к сопровождающему её мужчине, что всё это время остаётся в неизменной позе, отдаёт команду.

- Регнайл - поставьте уже этот чемодан и проверьте первый этаж, не осталось ли кого живого из угрожающих жизни Канса, существ. А я займусь вторым.

Хмурая красноволосая девушка, от которой безуспешно пытается отстраниться сын хёрдиса, цедит сквозь зубы.

- Все три порождения бездны хаоса мертвы - я забрала их души.

На этот раз хёрдиссиня куда дольше задерживает взгляд на призванной, кивая чему-то своему.

- Но ведь ничего плохого от того, что мой камердинер проверит первый этаж, не случится, девочка? Идём к вашим раненым - где они?

Судя по лицу призванной Тонфоем девушки, она точно хочет ответить, но Лэзла уже устремляется вслед за Джойлом к лестнице. А её слуга, поставив чемодан, отправляется обыскивать первый этаж, на ходу доставая из кобуры оружие. Канс тоже шагает следом за бабушкой, но я останавливаю парня.

- Дай ей что-то накинуть - не дело бегать по дому голышом.

Тот переводит глубоко задумчивый взгляд на призванную и спустя секунду согласно кивает, а вот сама она, прищурившись уточняет.

- Как ты смеешь отдавать приказы моему господину? И зачем мне одежда? Это почти идеальное тело, если верить образам из вашего мира.

Переглядываемся с Тонфоем и тот осторожно уточняет.

- Орнос не отдаёт мне приказы, а по-дружески советует. Но даже если бы отдавал - формально у него есть такое право, между нами заключен договор о личном вассалитете.

Девушка морщится, вникая в его слова, а парень тем временем увлекает призванную в гардеробную, откуда она выходит, застёгивая на себе длинную рубашку. Пока поднимаемся по лестнице, интересуется.

- То есть ты мой господин, а...Орнос - твой? Может мне вырвать его сердце, чтобы он не мог приказывать тебе?

Закашливаюсь от такой формулировки, а напряжённый Тонфой пытается объяснить ситуацию.

- Формально, он мой сюзерен. Но на деле мы с ним друзья и приказов он мне пока отдавать не пытался. К тому же, Орн - законный... В общем, всё довольно сложно, просто запомни - нельзя никого убивать без моего приказа.

Чуть помолчав, добавляет.

- Кроме тех случаев, когда на меня или кого-то из моих друзей нападают, а я по какой-то причине не могу дать команду.

Призванная чуть покачивает головой.

- Как у вас всё сложно - слишком много непонятных ограничений. Но я согласна следовать им, пока не разберусь во всём сама.

В голове мелькает мысль, что с ней у нас ещё может возникнуть немало проблем в будущем. Впрочем, через секунду вижу поднимающуюся с пола Айрин и устремляюсь к девушке. После коротких объятий поворачиваюсь к хёрдиссине, уже закончившей с баронессой и слышу уважительный голос Эйкара.

- Идеальное применение целительских связок из арсенала Ллойра Безумного, Ваше Сиятельство.

Бабушка Тонфоя бросает короткий взгляд в сторону Эйкара и расплывается в улыбке.

- Хотя бы у кого-то из молодёжи есть мозги. Можете звать меня просто леди Тонфой, юноша - считайте, что заслужили это право до своей первой ошибки.

- О, поверьте - я постараюсь не допустить таковой, леди Тонфой.

Как я понимаю, старый маг действительно впечатлён её навыками. Сама же хёрдиссиня оглядывает нашу компанию.

- Предлагаю навести порядок и потом вы мне всё расскажете.

Переглянувшись, соглашаемся с ней, но как только начинаем спускаться по лестнице, снова звучит дверной колокольчик. На этот раз встречаем гостей, рассредоточившись по гостиной и будучи готовыми к атаке. Но, за дверью обнаруживается только пара полицейских в высоких закруглённых шлемах, которые с определённой оторопью разглядывают нашу, местами полностью прожжёную одежду и обстановку в помещении. Отдельного внимания удостаивается красноволоска, с её выделяющимся на нашем фоне нарядом. Наконец один из них начинает говорить.

- Ваши соседи пожаловались на звуки стрельбы в доме - мы должны обратиться с требованием...

Его перебивает шагнувшая вперёд бабушка Тонфоя.

- Господа, ситуация под полным контролем. Позвольте представиться - Её Сиятельство, вдовствующая хёрдиссиня Тонфой, "Спаситель Империи", "Укротитель бунтовщиков" и пожизненная обер-камеристка при императорском дворе. Как вы понимаете - я обладаю полным правом вести расследование преступлений и беру это дело в свои руки. Если мне понадобится помощь со стороны местной полиции или гарнизона - всенепременно к вам обращусь, а сейчас не мешайте, мне надо заняться делом.

Захлопнув перед ошалевшими от услышанной тирады полицейскими дверь, с довольным выражением лица разворачивается, снова оглядываю гостиную.

- Порой, вся эта череда титулов всё-таки может пригодиться. Теперь приступим к уборке - Регнайл, освободи всех выживших слуг, нам пригодится их помощь.

На самом деле, большинство оставшейся в живых прислуги ещё час приходит в себя, несмотря на попытки леди Тонфой заставить их работать. Активность проявляет только камердинер Канса и его денщик, которые пробуют оказать помощь. Две служанки и лакей присоединяются к нам только на финальном этапе, когда работа по сути завершена. Скорость в немалой степени обусловлена активным использованием магии, которую хёрдиссиня пускает в ход, чтобы убрать мелкий мусор и потушить разгорающийся пожар в библиотеке - практически исчезнувший за время схватки огонь, внезапно начинает разгораться с новой силой. Тела химер, после осмотра с её стороны, закапываем на заднем дворе, вместе с трупами погибших слуг. Я пробую поинтересоваться, не лучше ли оставить их нетронутыми, пригласив родных, но Канс быстро разъясняет ситуацию - родственники погибших вряд ли приедут, а если и так, то всё равно не станут забирать тела с собой. Конечно, он может оплатить транспортировку, но семьи куда больше будут рады, если наниматель отправит им ту же сумму в качестве извинения за гибель члена семьи. А на оплату и того, и другого, его бюджета попросту не хватит.

Пробитые в паре мест стены и дыру в полу, пока приходится оставить в таком же виде. Разбитую мебель и предметы интерьера, Лэзла Тонфой обращает в пыль, которую мы собираем в мешки, временно выставив их всё на тот же задний двор.

В процессе приведения особняка в порядок, выясняется и схема применённого заклинания. Сначала неизвестные обеспечили себе контроль над всем домом, захватив в плен прислугу и любовниц Канса, после чего принесли в жертву половину пленников, напитав силой тела оставшихся в живых людей. Вместе с тем, создав магический механизм, полностью блокирующий здание при его активации. Как объясняет Эйкар, с которым выходит перекинуться несколькими фразами в ходе уборки, "спусковым крючком" заклинания стал некон, копировавший Теллиса - его тело, после самоубийства стало своего рода "ядром" всей схемы заклинания. Именно поэтому у Джойла не вышло ничего с ним сделать, несмотря на крайне серьёзные старания. Троица карликов, резавших глотки прислуге тоже оказались неконами, но куда более грубой работы - небольшие уродцы, очевидно созданные такими в целях экономии материала.

Бывший лейб-гвардеец, чуть отойдя от своего плена и всего произошедшего, рассказывает о деталях захвата дома. По его словам, кто-то позвонил в дверь, которую незамедлительно открыл дворецкий, ожидавший бабушку Канса, либо его самого. Как следствие - он попал под удар первым. Сколько всего было нападавших и как они выглядели, описать он не может - по дому распылили какой-то порошок, моментально его вырубивший. Очнувшись, он наблюдал только свою собственную копию, которая позаимствовав один из комплектов одежды Тиллеса, покинула дом и троих карликов с уродливыми лицами, что обжирались чем-то на кухне и периодически принимались лапать служанок, общаясь между собой странными свистящими звуками.

После того как заканчиваем, собираемся во второй гостиной на первом этаже, которой посчастливилось уцелеть и хёрдиссиня отдаёт оставшейся прислуге команду обеспечить нас чаем “для беседы”. С целью контроля, отправляет с ними своего Регнайла. Оставшийся в комнате денщик Канса ещё раз повторяет свой рассказ и его тоже просят удалиться, что он с готовностью проделывает.

Дождавшись, пока бледный лакей поставит перед нами чашки с чаем, к которым прилагается печенье, хёрдиссиня делает глоток и обводит нас взглядом.

- Для начала вам стоит представиться, молодые люди - я удивлена, что вы не воспользовались этой возможностью раньше. Единственное ваше оправдание - обстоятельства знакомства, но сейчас пора бы уже прийти в себя.

Первой к церемонии знакомства приступает Сонэра, следом за которой себя называет виконтесса и Эйкар с Джойлом. Последний, правда спотыкается на своё титуле и Кансу приходится подсказывать. Когда дело доходит до призванной девушки, возникает короткая заминка, но она всё же называет себя.

- Круацина - верная слуга своего господина.

Брови леди Тонфой чуть ползут вверх и разглядывая девушку, которая успела сменить рубашку на другую, добавив к ней короткие шорты, явно позаимствованные из гардероба какой-то любовницы Канса, уточняет.

- То есть вы не относитесь к аристократии? Позвольте уточнить, в каком качестве вы находитесь при моём внуке?

Красноволосая призванная злобно прищурив глаза, рассматривает седую женщину в ответ.

- В качестве защитника и преданного слуги, готового помочь своему хозяину в любом вопросе.

- То есть вы из прислуги?

Выражение лица Круацины меняется и она задумчиво смотрит на самого Тонфоя, после чего бросает взгляд в сторону двери, за которой скрылся лакей.

- Если вы про тех, кто готовил этот чай и служит в доме за деньги - нет, я не из них.

Бабушка Тонфоя усмехнувшись, с интересом смотрит на девушку, и я решаю вмешаться - думаю у старой леди и так появились подозрения, не стоит ждать, пока красноволосая превратит их в подтверждённые факты.

- Мы крайне признательны вам за помощь, но если вы хотите разобраться в происходящем, надо сосредоточиться на организаторах нападения, а не допрашивать нас. Думаю, так будет правильно.

Хёрдиссиня переводит на меня укоряющий взгляд.

- Вам надо меньше думать юноша. И больше учиться у старших. Поверьте - такой подход ещё пригодится в жизни.

Выдержав короткую паузу, усмехается.

- Итак, в этом доме была дочь шефа военной разведки, возможный наследник хёрдиса, сразу два аристократа вступившие в титул и дети барона Кронца. Ах да, ещё непонятная голая особа с манерами падшей женщины. Кто знал о том, что вы сегодня направляетесь сюда?

Канс, сжимает руку призванной, стоящей около его кресла и что-то шепчет ей, после чего поворачивается к бабушке.

- Телеграмма пришла в Хёниц - о ней мог знать кто-то, оказавшийся рядом с телеграфом или специально наблюдавший за ним. Либо об этом могли услышать в столовой или коридорах - вариантов немало.

- Тогда другой вопрос - кто это мог быть?

Обмениваемся взглядами и Тонфой пожимает плечами.

- Да кто угодно. У нас есть некоторые проблемы с одним из преподавателей Хёница, у которого могло хватить знаний для такой атаки. Имеется ещё смотрительница общежития, но я не уверен, что ей хватило бы квалификации для такого.

- И всё? Только двое врагов за месяц учёбы? Ты позоришь дом Тонфоев, мой дорогой внук.

Сын хёрдиса застывает с выражением некоторого удивления на лице и в комнате ненадолго устанавливается тишина, которую нарушает Эйкар.

- Смею заметить - преподавателю Хёница пришлось бы отлучиться, что весьма рискованно. Безусловно, такая возможность есть, но первое, что сделает ректор - проверит всех магов, что отсутствовали в Хёнице во время покушения. А из двух названных персон, только у Ферраро хватило бы знаний и интеллекта, чтобы организовать подобное - работа весьма тонкая и проделана на профессиональном уровне. Кнарс никогда не преподавала и весьма средний маг - она бы не справилась.

Взгляд Лэзлы перемещается на бывшего призрака.

- А вы неплохо осведомлены о происходящем в Хёнице, насколько я вижу - весьма похвально, юноша.

Обращение в адрес Эйкара звучит весьма забавно, но тот лишь склоняет голову. Хёрдиссиня же продолжает, обращаясь ко всем присутствующим.

- Кто бы это ни был, схема атаки выглядит весьма изящной. И в некоторой степени личной.

Джойл, сидящий на небольшой диване, рядом с Сонерой, не удерживается от вопроса.

- Почему?

На лице леди Тонфой появляется улыбка.

- Сами посудите - он мог просто наложить заклинание на дом, чтобы уничтожить его со всем содержимым, как только вы окажетесь внутри. Но вместо этого предпочёл натравить на вас химер, что лишали бы вас жизни не так быстро и куда более мучительно. А ведь достаточно было просто вручить неконам несколько артефактов, которые бы превратили дом в груду пепла.

В рассуждениях есть логическая нестыковка, которую я автоматически озвучиваю.

- Либо он мог действовать таким образом, потому что у него не было доступа к артефактам. А их создание по каким-то причинам было невозможно. Вот он и воспользовался вариантом, который был реализуем.

Лэзла мгновение изучает меня и согласно кивает.

- Да, может быть и так - для создание артефакта, без отпечатка своей струны, надо быть весьма подкованным артефактологом.

Интересный момент, по поводу которого ставлю зарубку в памяти - этот факт на занятиях не упоминался. Хёрдиссиня же сделав глоток чая, довольно причмокивает и поднимает на нас взгляд.

- А теперь прекращайте изображать туполобых рицеров и рассказывайте всё, как есть. Хёниц - место, где стабильно льётся кровь, но охота преподавателей на студентов, это что-то из ряда вон выходящее. Почему вас хотят убить на самом деле и как здесь оказалась эта распутница, подозрительно напоминающая повадками призванную?

Переведя взгляд на Эйкара, таким же властным голосом продолжает.

- А ты? Первокурсник, который может оценивать тонкость заклинаний такого уровня? Хорошо, если в них хотя бы что-то поймёт студент второго курса. Кто ты такой, гхарг тебя сожри?

Круацина, тяжело вздохнув, было открывает рот, но старая леди рявкает, перебивая её.

- Не думай, что я с тобой не справлюсь, будь ты даже призванной - у меня неплохие навыки демонологии, которые я вполне готова использовать на практике. Так что прижмись обратно к моему внуку и молча жди, пока разрешат заговорить.

Вот, видимо и настоящий лик хёрдиссини, обладающей почётными титулами и чином обер-камеристки. Сейчас у меня нет никаких сомнений, что император мог получить от неё удар по лицу. Раздумываю, какую часть правды стоит озвучить, когда та снова рявкает.

- Вы ещё решили подумать? Размышляете, где сказать правду, а где солгать? Не стоит обманывать меня, молодые люди - это может очень дорого встать в будущем, даже если обойдётся вам сейчас. К тому же, хочу отметить, что я прихожусь бабушкой Кансу, а кровь - это не болотная жижа, сдавать его друзей в канцелярию или казнить я не стану, это моветон.

Бросаю взгляд в сторону её внука и тот едва заметно кивает, чем вызывает яростный вздох со стороны женщины. Я же начинаю говорить.

- При всём уважении, Ваше Сиятельство, хотелось бы получить какие-то гарантии нераспространения информации, которую мы можем вам озвучить. И ещё один момент - она может быть опасна для вас самой, как видите нашу компанию уже пытались пару раз прикончить.

Лицо хёрдиссини становится изумлённым - от удивления она даже упускает факт неполного титулования.

- Для меня? Опасной? О, если кто-то решит отправить Лэзлу Кровавую на тот свет, я буду рада развлечься. Не надо на меня так смотреть, Кансик - это прозвище твоей бабули в юности, когда кровь ещё бурлила, а мужчины были не такими мямлями, как сейчас. Что касается вашей просьбы, юноша - клятвы в империи запрещены и это никак не обойти, но я даю вам слово, что никому не скажу ни слова о ваших тайнах, пока вы этого сами не захотите.

Ещё несколько секунд размышляю, анализируя ситуацию - выбор у нас крайне ограничен, ей всё равно придётся озвучить, как минимум часть правды. И она практически уверена в том, что была использована магия призыва, на фоне чего все остальные наши секреты несколько меркнут. Даже скрывающийся наследник престола - это не так занимательно, как заклинания, которые три четверти века пребывали в забвении. Убить её тоже пытаться бесполезно - уверен, бабуля совладает с Круациной, а нас и вовсе разотрёт мизинцем своей левой ноги. Да и Кансу, она в конце концов приходится роднёй. Решившись, пытаюсь сформулировать рассказ максимально коротко.

- Если быть кратким, то я - наследник престола Норкрума, Кирнес Эйгор, отправленный в Хёниц ещё Ланцом, чтобы укрыться от убийц, отправивших на тот свет всю императорскую семью. Сонр Кронц, на самом деле является Эйкаром Носером - старым магом, заточённым около ста пятидесяти лет назад виде призрака и освобождённым мной во время учёбы. Настоящий Сонр погиб во время покушения на Морну в императорском дворце. Круацина - призвана Кансом и благодаря ей мы выжили в этой мясорубке. Как вы сами понимаете, знания о магии призыва мы почерпнули как раз у Эйкара, что стал кем-то вроде нашего наставника.

На последней фразе слышу, как хмыкает старый маг - то ли недоволен оборотом "кем-то вроде", то ли самим словом "наставник". А слегка наклонившаяся вперёд хёрдиссиня, переваривает услышанное.

- Что со всеми остальными? Они те, за кого себя выдают?

А у неё стальная выдержка - даже выражение лица не изменилось, как будто старушка чего-то подобного и ожидала.

- Да, все остальные являются теми людьми, которыми назвались.

Женщина переводит взгляд на Канса и дождавшись от него короткого кивка, возвращает своё внимание на меня.

- Что же, юноша - тогда вы тоже можете обращаться ко мне, как к леди Тонфой. Что касается прочего - мне нужна более детальная информация. Рассказывайте.

На краткое изложение обстоятельств освобождения Эйкара и всех иных наших злоключений, уходит около двадцати минут. Единственный вопрос, который я предпочитаю обойти стороной - упоминание слепка уничтоженного в Золотом зале. Плюс, ничего не говорю о Палаче, но он и так нигде не фигурирует, поэтому сделать это несложно. Когда заканчиваю, Лэзла Тонфой какое-то время молчит.

- Интересный переплёт. Я бы даже сказала - заманчивый. Будь я лет на пятьдесят помоложе - помогла вам организовать государственный переворот, а если отмотать ещё полсотни, соблазнила бы наследника, став императрицей.

Рядом недовольно хмурится Айрин и леди Тонфой бросает на неё насмешливый взгляд.

- Не беспокойся, девочка, я уже не в том возрасте. Сейчас меня интересует, что за рицерова дрянь творится вокруг вас. Все истории по отдельности, выглядят вполне нормальными для нашего смутного времени, когда люди забывают кланяться хёрдиссине на улице и вспоминают об этом, лишь после кровопускания. Но если добавить к ним гибель Орвира Эйгора с почти всей семьёй и последующее убийство Ланца, которое никак не могут раскрыть, попахивает чьей-то весьма грязной игрой.

Сделав глоток чая, ещё секунд двадцать молчит, после чего, наконец озвучивает решение.

- Знаете, я пожалуй останусь пока в Кёйреле, осмотрюсь тут, погляжу на людей. Заодно разберусь со следствием по вашему делу. Канс, милый мой - ты же не против, если любимая бабушка займёт твой особняк? Не делай такое лицо, как только закончу - отправлюсь в столицу, а ты можешь снова пользовать здесь своих девок.

Тонфой, опасливо покосившийся на Круацину, быстро отвечает согласием.

- Я не против - оставайся столько, сколько будет нужно.

- Вот и славно. Вы кстати не проголодались? Кухарка мертва, так что предлагаю заказать сюда еды и отобедать, обдумав всё ещё раз. Поблизости есть приличный ресторан?

Глава XVIII

Ресторан подсказывает камердинер Канса - крепкий мужчина, представившийся Льерсом. Сын хёрдиса отправляет туда Тиллеса, вручив тому пару банкнот и спустя минут сорок нам доставляют еду - две закрытые кастрюли с супами, тушёные утиные ножки и запечённую свинину. Винный погреб в доме уцелел, поэтому алкоголь у нас свой.

Когда устраиваемся за длинным столом на кухне и выпиваем по аперитиву, Лэзла Тонфой, бросив взгляд на внука, вкрадчиво интересуется.

- Канс, дорогой мой, у меня не так давно гостила старая подруга из столицы - рассказала весьма занятную историю о сыне хёрдиса, что задолжал две тысячи ларов в одном довольно специфическом заведении. И оставил им в качестве залога закладные на собственность дома Тонфоев. Если мне не изменяет память, сроки платежа вот-вот пройдут, а долг всё ещё не погашен - ты собираешься с этим что-то делать?

Парень застывает со смущённым видом и ложкой в руке, смотря на бабушку, а восседающая рядом Круацина переводит взгляд с Лэзлы на него и обратно.

- Мой господин, если вы должны кому-то денег, то всегда можете послать меня, чтобы забрать их никчёмные души - я с радостью сделаю это для вас.

Хёрдиссиня усмехается, бросив взгляд на призванную.

- Не думаю, что они тебе по зубам, милочка - несмотря на все твои навыки.

Призванная хмурится.

- Даже если так - я могу ограбить местный банк.

Бабуля Канса с улыбкой кивает.

- Тут я с тобой соглашусь - забрать деньги банкиров ты сможешь. Только вот, если на самом деле возникнет такая необходимость - советовала бы выбрать в качестве цели паромобиль, что перевозит деньги дальше по маршруту, а не нападать на здание банка в городе.

Изогнувшая бровь Айрин не удерживается от удивлённого восклицания.

- Вы и таким занимались?

Лэзла, которая, как мне кажется, весьма довольна произведённым эффектом, поворачивается к виконтессе.

- Мне приходилось пробовать себя в самых разных ипостасях, красавица - не все из них сейчас одобряются обществом.

Пару секунд помолчав, продолжает.

- Ладно, давайте хотя бы закончим с первым, а потом обсудим ваши финансовые проблемы.

Судя по лицу Мэно она собирается заявить, что ситуация с долгом касается только Канса, но я вовремя успеваю коснуться её руки, предотвратив потенциальный конфликт. Отчасти хёрдиссиня права - проблема скорее общая. Не отправься мы в столицу и не верни Эйкару тело, её внук никогда бы не попал в место, которому остался должен две тысячи ларов. С другой стороны - никто не заставлял влезать в настолько масштабные траты.

Какое-то время в столовой слышны только звуки поедаемого супа и стук ложек. Первым разговор начинает сам Канс, уже закончивший со своей порцией.

- Я написал отцу с просьбой выдать мне содержание на полтора года вперёд и обратился в несколько мест, с просьбой о кредите, на случай его отказа. Думаю, в самое ближайшее время выйдет рассчитаться и выкупить закладные.

Его бабушка, отставив в сторону тарелку, поднимает глаза на внука.

- Рансэн уже отправил тебе письмо с просьбой не кутить и следить за своими расходами - деньги от отца ты не получишь. А всех ростовщиков, которые могли бы ссудить тебе денег я предупредила заранее - если кто-то из них рискнёт занять хотя бы нолл я лично займусь истреблением его родни до пятого колена. Тут тоже надеяться не на что.

Лицо Тонфоя вытягивается.

- Но как тогда я выкуплю закладные?

Дождавшись, пока лакей заберёт пустую тарелку и поставит перед ней запечённую свинину с молодым картофелем в зелени, хёрдиссиня наконец реагирует на реплику парня.

- Как вариант - можешь взять их у своей любимой бабушки. Под расписку, конечно - вернёшь через три года всю сумму, плюс ещё шестьсот ларов. Надеюсь это послужит тебе уроком.

Сын хёрдиса выглядит изрядно шокированным, а я пытаюсь понять - мог ли этот долг быть изначальной причиной по которой сюда прибыла леди Тонфой или она просто вплела его в программу визита, воспользовавшись обстоятельствами. Хотя, скорее всего это был формальный предлог на случай вопроса со стороны Канса о причине, по которой она появилась на пороге.

Сбоку слышится голос нашего кутилы.

- Безусловно я согласен, бабушка. И благодарен тебе. Только один вопрос - как ты узнала о...моём долге?

- Когда-то я проводила с их нынешним руководителем достаточно времени, чтобы меня запомнили и сообщили, когда в заведении появился ещё один человек с фамилией Тонфой.

Заметив неприкрытое изумление на лице парня, добавляет.

- Нужно же было где-то мне развлекаться в юности и зрелости. А услуги они предоставляют по самому высочайшему разряду - я прекрасно понимаю, почему ты не удержался и выложил такую сумму в первый же вечер. Хотя и не одобряю подобной несдержанности.

Вижу, как на лице Канса проступает некоторая задумчивость, постепенно перетекающая совсем в другое чувство и спешу озвучить вопрос.

- Я рад, что вы урегулировали ситуацию с финансами и закладными, но у нас есть не менее важный вопрос - что делать с Круациной? Эйкар - другие маги могут распознать в ней призванного?

В целом, у меня есть веские резоны считать, что без артефактов понять, что девушка является призванным, сложно - иначе бы леди Тонфой сразу же поняла, кто находится перед ней. Но лучше уточнить детали у старого мага. Тот в ответ пожимает плечами.

- Призванные действительно испускают лёгкие магические эманации, по которым их можно найти при помощи специализированного артефакта, либо поискового заклинания. Но я почти уверен, что в Кёйреле таких нет - подобные артефакты способны только отслеживать материализовавшиеся в нашем мире сущности и бесполезны для всего остального. С учётом их стоимости и отсутствия массовых прорывов за последние семьдесят пять лет, сейчас таких почти не встретить.

Хёрдиссиня, с интересом слушавшая Эйкара, тоже присоединяется к беседе.

- В теории её могли зафиксировать артефакты оборонных рубежей Хёница, но сложно сказать, в каком они сейчас состоянии.

- Если не объявлена тревога, то действуют исключительно артефакты ближнего действия, которые позволяют обнаружить призванного в радиусе сотни ярдов.

Озвучивший тезис Эйкар, выглядит весьма уверенным в своих словах - как я понимаю, старый маг успел пронестись по тем самым оборонным рубежам в качестве призрака. Айрин, бросив взгляд на Круацину, которая так и щеголяет в рубашке и коротких тканевых шортах, подводит итог.

- То есть обнаружить её прямо сейчас не могут, что хорошо. Теперь остаётся решить, как с ней поступить.

Сама красноволосая девушка, яростно сверкнув глазами, хлопает ладонью по столу и закончив жевать кусок мяса, выдаёт ответ.

- Я останусь со своим господином! Любой, кто попробует нас разлучить - умрёт.

Лицо Канса становится всё более задумчивым - похоже аристократ только сейчас начал понимать, какая проблема свалилась на его голову. Пока он грустно пялится на зажатую в руке утиную ножку, его бабушка с интересом наблюдает за нами, явно ожидая, пока кто-то предложит решение. Переглядываемся с Айрин и я поворачиваюсь к Эйкару, сидящему сейчас во главе стола.

- Есть какой-то вариант исключить возможность её обнаружения и оставить в Кёйреле? Нужно перестраховаться на тот случай, если произойдёт активация защитных рубежей Хёница или в город прибудет кто-то с артефактом, отслеживающим призванных.

Тот начинает отвечать, но его сразу же перебивает сама Круацина.

- Я же сказала - никто не заставит меня покинуть господина! Если вы возвращаетесь в этот ваш Хёниц - я с вами.

Думаю, как максимально мягко обозначить мысль о том, что красноволоску просто прикончат, не дав попасть в университет, но первой начинает говорить Лэзла Тонфой.

- Мне нравится твоё рвение, девочка, но в Хёниц тебе просто так не попасть - маги обнаружат всё ещё на подступах к университету, после чего живо поинтересуются у Канса, откуда среди его спутников взялся призванный.

Зарычавшая Круацина приподнимается на своём месте - выпрямиться в полный рост ей не даёт Канс, ухвативший девушку за плечо.

- Я старше тебя, интриганка - не смей называть меня девочкой. И раз люди в этом вашем Хёнице так боятся призванных - зачем туда возвращаться?

На фразе о возрасте, сын хёрдиса сидящий справа от меня, сразу после Джойла, окончательно впадает в ступор. А его бабушка, переглянувшись с Эйкаром, начинает отвечать.

- Понимаешь, у них нет выбора - все они студенты университета и не могут просто так покинуть его. До выпуска ты можешь убраться либо мёртвым, либо с частично стёртой памятью. К тому же деньги за обучение никто не вернёт. Поэтому, все присутствующие, за исключением нас с тобой, обязаны вернуться в Хёниц и продолжить учёбу.

Пару секунд разглядываем мрачное лицо призванной, после чего уточняет.

- Но кажется у меня есть одна идея, как выполнить твоё желание. Господин Носер, вам же знакомы заклинания, могущие укрыть её от артефактов и заклинаний?

Эйкар, с лёгким недоумением смотрит на вдовствующую хёрдиссиню.

- Да, я могу сделать так, что её магический фон будет совпадать с человеческим. Но призванного никак не выдать за студента-мага - даже те, у которых через какой-то промежуток времени появляются струны, не выглядят схожими с людьми в этом плане. Иной ритм вибраций и совсем другое построение нотных связок - тех немногих призванных, что обучались магии, учили по совсем иным программам. И как бы мы не старались - подлог станет очевиден на первом же занятии, не говоря уже о том, что первый месяц учёбы прошёл и сейчас попасть в число первокурсников Хёница практически нереально.

Лэзла Тонфой, с усмешкой выслушивает тираду старого мага и делает глоток хирса, которым попросила заменить себе вино.

- Вы не совсем верно поняли меня, господин Носер. Кто сейчас говорит с вами? "Спаситель Империи и "Укротитель бунтовщиков" - не так ли? А ещё бабушка, которая крайне обеспокоена двумя покушениями на своего внука. При этом забрать его под свою защиту она никак не может - обстоятельства не позволят ему покинуть университет, а мне нельзя надолго оставаться внутри. Итак, как же я поступлю с точки зрения руководства Хёница?

После секундного раздумья, Эйкар, на котором сейчас скрестились взгляды всех присутствующих, отвечает.

- Видимо постараетесь обеспечить ему защиту. Но как? Наймёте студентов старших курсов? Боюсь они не блещут своими возможностями, да и свободное время у них, практически отсутствует.

Бабушка Канса с лёгкой улыбкой покачивает головой.

- Вы совсем забыли о том, что "Спаситель Империи" может отправить в Хёниц своего полномочного представителя на время ведения расследования, связанного с одним из студентов университета, либо для связи с его руководством.

- Положение эдикта о правах и обязанностях "Спасителя Империи" я прекрасно помню. Как и то, что там говорится о необходимости согласования кандидатуры представителя с ректором Хёница или замещающим его лицом.

- Насчёт этого можете не беспокоиться - получить разрешение Столька не так сложно. Куда важнее, чтобы она случайно не раскрыла себя в стенах университета. Или вы не проговорились кому-то из сокурсников.

Отошедший от лёгкого шока Канс, со вздохом заявляет.

- Мы не идиоты бабушка - всё важное обсуждается далеко от чужих ушей.

Его старшая родственница бросает на парня странный взгляд, после чего откидывается на спинке стула, вытирая грязные пальцы салфеткой. Сделав солидный глоток хирса, осторожно спрашивает.

- То есть вы не в курсе, что вся территория университета находится под наблюдением?

Переглядываюсь с явно ошарашенным Эйкаром и уточняю.

- В каком смысле? Как такое возможно?

Выудив из какого-то невидимого нам кармана трубку, леди Тонфой раскуривает её, щёлкнув пальцами и выпустив струю дыма, поднимает на меня взгляд.

- После Войны трёх императоров, Сторн разработал заклинание, позволяющее использовать артефакты для наблюдения за определённой территорией. Насколько я знаю, в Хёнице его модернизировали и поставили себе на службу - в то время Сторн и Хардэн ешё были приятелями, поэтому у первого не было никаких возражений. Заклинание не было запрещено в рамках договора между империей и университетом, так что думаю действует до сих пор.

В голове вихрем проносятся воспоминания о всех наших разговорах в университете, включая беседы с ещё призрачным Эйкаром - если за всем этим наблюдал кто-то из руководства Хёница, то значит они в курсе абсолютно всего. И знали о существовании призрака с самого начала, намеренно допустив все наши дальнейшие действия. Айрин видимо думает о том же самом, но несколько в ином ключе - покосившись на меня, задаёт вопрос, обращённый к Лэзле Тонфой.

- Думаете наблюдение есть везде, даже в наших комнатах?

- Не знаю, как насчёт Хардэна, но Норниц всегда был конченным рицеровым параноиком - рискну предположить, что комнаты он оборудовал артефактами наблюдения в первую очередь.

Виконтесса со смущённым видом замолкает, а я озвучиваю совсем иную мысль.

- Если так, то Стольк и Норниц в курсе всего происходящего, с самого момента освобождения Эйкара. И прекрасно понимают, что он находится в теле Сонра. Почему они ничего не предпринимают?

Бабушка Канса лукаво усмехается.

- Думаю по той причине, что хотят столкнуть освобождённого старого мага с Палачом, о котором вы пока ничего не упомянули, хотя наверняка что-то слышали - не зря с вами передали письмо ректору.

Заметив моё удивление, допивает хирс в своём бокале и тянется к графину с напитком, попутно объясняя.

- Неужели вы думали, что я просто сижу в своём поместье, играя в кости с прислугой и опустошая винный погреб? Старая Лэзла привыкла быть в курсе происходящего вокруг.

- Вы не так уж и стары, леди.

Покосившись на Эйкара, вижу на его лице весьма странное выражение, которое пожалуй можно интерпретировать, как уважение, смешанное с заинтересованностью. Если я всё понимаю правильно, то у Эйкара имеется совсем не платонический интерес к бабушке Тонфоя. Фраза странно звучит даже в моей голове - пусть на самом деле он старше её, как минимум на полсотни лет, но разница в возрасте тел делает ситуацию чуть фантасмагоричной.

Сделав глоток вина, реагирую на реплику хёрдиссини.

- О Палаче мы слышали не так много. А уровень правдивости полученной информации и вовсе непонятен. Думаю у вас получится всё разложить по полочкам?

Леди Тонфой задерживает на мне взгляд и после короткого раздумья кивает.

- Изящный ход, юноша. Но не думайте, что он остался незамеченным, просто я и так собиралась обрисовать вам ситуацию.

Наполнив свой бокал, делает ещё один глоток спиртного, после начинает излагать.

- Палач был одним из ближайших соратников Сторна Эйгора. Никто не знает его настоящего имени и не в курсе, где он сейчас находится, но этот рицеров прохвост убедил Сторна выступить против Хёница, уничтожив знания о целых областях магии и остановив развитие магической науки в Норкруме. Единственные, кто пока двигает прогресс вперёд - студенты магических школ южных королевств, но думаю у него есть планы и на их счёт. В любом случае, сейчас это самый могущественный маг Норкрума, с доступом ко всем знаниям, что были накоплены человеческими магами за многие поколения. Более того - как недавно выяснилось, у него имеются и сторонники, исчезнувшие вместе с самим Палачом после убийства Ланца Эйгора - они покинули императорский дворец, где числились служащими. Сейчас его местонахождение неизвестно - попыток выйти на контакт с Морной он не предпринимал.

Интересно. То есть Палач не просто реален, но и представляет собой весьма серьёзную угрозу. Особенно в свете наличия у него соратников - одиночный маг, как бы силён он не был, не слишком опасен без группы поддержки. А бабуля оказалась более чем подкована - предполагаю, что её агентурная сеть может и уступает шпионам Ценхора в плане численности, но точно выигрывает по качеству источников информации.

- И вы считаете, что Эйкара могут использовать для противодействия Палачу?

- Скорее в качестве раздражающего фактора, который позволит выманить того из укрытия и нанести Хёницу удар - многие из преподавателей давно мечтают добраться до этого ублюдка, прикончив его. Правда в связи с новыми обстоятельствами, им придётся сначала позаимствовать немного его крови.

Почти машинально интересуюсь.

- Зачем?

С улыбкой выдохнув дом, седая аристократка отрицательно покачивает головой.

- Я и так сказала вам слишком много - остальные детали вам знать ни к чему, по крайней мере сейчас. Предлагаю перейти к более насущным вопросам - господин Носер вы продиктуете список необходимых алхимических ингредиентов моему камердинеру? Он тотчас отправится в местную лавку и приобретёт всё необходимое. А я займусь подготовкой новой пассии Тонфоя к выходу в свет. Когда завтра вы вернётесь - она уже будет готова отправиться в университет.

Круацина недовольно хмурится.

- Ты хочешь, чтобы я осталась с тобой в одном доме? Лучше уже стать плевком хаоса на картине вечности, чем это.

- Боюсь, в противном случае, ты станешь горсткой пепла, моя дорогая - маги и гарнизон не пощадят тебя. Выбор прост - или принять меня в качестве союзника, или погибнуть, потеряв своё новое тело и навсегда исчезнув из этого мира.

Девушка, закусив губу, косится на Канса и какое-то время раздумывает.

- Попробую тебе поверить. Но если вздумаешь обмануть - ответный удар не заставит себя ждать, имей это в виду. И раз мой господин сейчас уходит, мне надо кое-что попробовать.

На последней фразе поднимается с места и направляется к выходу, таща следом за собой растерянного Тонфоя. А через несколько минут мы слышим, как на втором этаже начинает жалобно поскрипывать кровать. Хёрдиссиня, подняв глаза к потолку, задумчиво отмечает.

- А эта ещё ничего - весьма сдержанная. Другая попробовала бы приступить к делу сразу, как прошла грань.

К моменту, когда вымотанный Тонфой и довольная Круацина спускаются вниз, камердинер его бабушки уже отбывает в лавку, со списком для покупок, а мы готовимся к возвращению в университет. Если верить словам старой леди, вечером она собирается встретиться с ректором Хёница, для чего ей тоже придётся подняться наверх. Правда, с нами она встречаться не планирует.

Вопрос с наблюдением она обещает решить завтра, когда мы снова спустимся в Кёйрель. А пока советует не высовываться и вести себя осторожно. Перед уходом, пускает в ход несколько нотных связок, убирая все следы магии. С ней же обсуждаем и вариант для дознавателей Хёница, если они решат допросить нас - атака произошла вне территории университета, но ввиду того, что мы студенты, дело всё равно находится в двойной юрисдикции.

Ловим по дороге пару кэбов и спустя десять минут уже поднимаемся в Хёниц, рассевшись на скамьях внутри кабины канатной дороги.

Интерлюдия 6

- Вчера ты приказал мне готовиться к отправке в столицу, а сейчас хочешь поехать сам? Что изменилось за одну ночь?

Ност Оттефер, стоящий рядом со столом за которым ужинал его отец, нервно крутил в руках нож для бумаги, смотря на главу дома. Последний же, не обращая на сына особого внимания, ожесточённо вгрызается в кусок мяса. Наконец закончив, вытирает жирные пальцы о салфетку, поданную миловидной девушкой и взявшись за кубок вина, обращает внимание на сына.

- Поступил доклад от моих людей - эта дурочка хочет призвать чиновников к подчинению, устроив показательную бойню в одной из провинций. А бюрократы уже давно отвыкли от того, что их могут вздёрнуть за пачку ассигнаций - империя сразу встанет на дыбы.

На лице младшего Оттефера отражается непонимание.

- И что это меняет?

- Кто тебя растил, Ност? Я или какой-то рицеров крестьянин, что за границы своей деревни даже не смотрит? Недовольство и страх чиновников за свою шкуру изменят всё - открытые мятежи заполыхают немедленно.

Помолвленный с Морной наследник хёрдиса переступает с ноги на ногу, неуверенно покосившись на девушку, что стоит рядом с креслом его отца, опустив глаза в пол.

- Но ведь у неё может и получиться? Тогда позиции регента упрочатся и необходимость в...

- Ты слышал, что я только что сказал, мальчик?! Кому из нас сто сорок лет? Кто пережил Войну трёх императоров, побывав на всех трёх сторонах и сохранил титул? Бюрократы на местах и так не уверены в том, что им следует подчиняться нынешней центральной власти, а после массовых казней своих собратов по просиживанию штанов и воровству, станут куда более восприимчивы к поддержке кого-то из кандидатов на место императора. Бунты однозначно будут. И как только все заинтересованные фигуры поймут, что девчонка ничего не может поделать с мятежами - процесс пойдёт в геометрической прогрессии. Тут-то ей и понадобится надёжный партнёр, что сможет успокоить бурю.

У Носта уходит около двадцати секунд, чтобы переварить слова отца.

- Ты сам хочешь стать её мужем? Да она в жизни не согласится!

Спустя мгновение зал оглашается скрипучим хохотом старика с серой кожей, которого кажется искренне позабавила реплика сына.

- У неё не будет выбора. Либо принять меня в качестве законного супруга, либо запереться в столице, ожидая, пока местное население и гарнизон обратятся против неё. Пятый корпус может и будет преданным до конца, но их слишком мало. Остальные же её войска увязнут в боевых действиях - это в состоянии понять даже ты.

После короткого колебания, юноша шагает ближе к столу.

- Всё равно не понимаю - для чего тебе такой шаг? Ведь ты перестанешь быть хёрдисом и...

Снэс Оттеферер, со стуком ставит на стол кубок и перебивает сына.

- Будучи мужем Морны, я сохраню титул хёрдиса и всю свою власть над домом - даже не думай, что это всё сразу достанется тебе, да ещё и так просто. А когда мы закончим разбираться с мятежами и в моих руках будет больше власти, чем у неё - тогда можно будет подумать об установлении в Норкруме новой династии.

- Остальные хёрдисы не станут споконйно смотреть на то, как Оттеферы сменят Эйгоров на престоле.

Старик, почти закончивший процесс превращения себя в лича, с ухмылкой качает головой.

- Ты меня не так понял, Ност. Никто не будет вычёркивать фамилию Эйгоров из истории, просто к ним через дефис добавится ещё одна. А я стану полноценным императором Норкрума.

- А Керьо? Через девять лет он сможет претендовать на участие в делах государства, а спустя ещё три - станет императором.

Хёрдис секунд десять насмешливо изучает своего наследника и тот понимающе хмыкает.

- Я понял - принц не протянет долго. Но чтобы всё получилось - нужно сначала взять эту самую власть. Пусть мы сильны, но против всех остальных не выстоим, даже с учётом части армии, что подчиняется Морне.

На лице Снэса снова появляется ухмылка.

- У нас есть пара козырей в рукаве - не зря же я столько времени проводил за опытами в подвалах. Мне не так нравится возиться с кровью и мёртвой плотью, как считают все вокруг. Зато, теперь у нас есть чем ответить на армии аристократов и отряды их магов. К тому же, с частью точно выйдет договориться - Тонфои выйдут из игры, как только получат свою самостоятельность. Более того - их наверняка получится натравить на соседей. Релье отступят, когда поймут, что речь идёт о затяжной войне, а не быстром броске на столицу. Кеннотам я могу предложить должность канцлера и пару министерских портфелей. Свезальды, думаю и вовсе будут ждать финального этапа схватки, чтобы примкнуть к победителям. Вот с кем на самом деле важно разобраться - это Скорсы и дом Феррехт. А ещё никак нельзя оставлять в живых Рихта Эйгора, либо кого-то из его потомков. Чем больше родственников почившего императора погибнет в грядущей войне, тем лучше.

Дослушав монолог отца, Ност какое-то время ошеломлённо пялится на столешницу, явно о чём-то раздумывая.

- А как же дом Рояр? Они не присягнули Морне, но и тебя в столице не потерпят. Герои Норкрума и дом хёрдисов, что до сих пор зовут Дланью империи - они не станут стоять в стороне. Ты и сам всё знаешь - драконы, флот, натасканные маги. Если Нонк Рояр примет решение вступить в войну, это может перетянуть чаши весов совсем не в нашу сторону.

- Поэтому завтра утром я отправлюсь в Схердас, а ты - на острова дома Рояр, чтобы предложить свою руку и сердце одной из их дочерей, которая станет хёрдиссиней Оттефер, как только я получу титул императора. Вместе с тем они сохранят все свои привилегии и получат то, чего так давно желали - войну с южными королевствами. Вся жизнь их дома - вечное ожидание великой битвы на юге. Если обозначить, что война начнётся сразу же, как только в империи будет восстановлен порядок - они не станут терять своих солдат во внутренней склоке. И вполне вероятно смирятся с тем, что их новый родственник водрузит на свою голову корону правителя.

Младший Оттефер молчит, мрачно смотря на своего отца, а тот снова ухмыляется.

- Посмотри на это с другой стороны - в конце концов ты станешь хёрдисом и наследником императора. Если кто-то всё же каким-то гхарговым чудом меня прикончит, сможешь рассчитывать на престол Норкрума. А теперь иди - мне нужно закончить ужин, а тебе получить инструкции от Пафеля. Он расскажет, что стоит говорить Роярам, а что нет.

Скрипнувший зубами Ност, развернувшись, выходит из комнаты, а старик отхлебнув из кубка вина кивает девушке и та распускает тесёмки на плечах, позволяя платью упасть на пол.

Глава XIX

Наверх поднимаемся в полной тишине - в конце концов артефактами наблюдения могут быть оборудованы и кабины. К тому же, после очередного покушения и беседы с Лэзлой Тонфой, головы у всех забиты совсем не радужными мыслями. Кто и зачем нас пытался прикончить - всё ещё непонятно. Атака в доме Канса была явно нацелена на нас всех. Городить такое заклинание ради одиночного студента - не очень продуктивно. Да и не насолил вроде никому Тонфой так, чтобы настолько заморачиваться. Собственно, никто из нас вроде бы не вступал в настолько жёсткие клинчи с преподавателями, чтобы дело дошло до двух попыток убийства. Единственное разумное объяснение, приходящее мне в голову - кто-то из персонала Хёница отрабатывает заказ извне, пытаясь ликвидировать наследника империи. И узнав о том, что мы отправимся вниз, встретить бабушку Канса, этот неизвестный увидел отличную возможность выполнить задачу.

Вопрос только в том - кто является заказчиком? Первый и самый очевидный вариант, который приходит в голову - Морна. Но, даже если она как-то узнала о моём существовании, то терзают меня сомнения в наличии у неё агента на территории Хёница. Тем более настолько безбашенного, чтобы организовать два покушения подряд, под носом у ректора. Сам Стольк? В теории возможно, но опять же - нет никаких предпосылок. Судя по тишине в газетах, с регентом они так и не договорились и убийство наследного принца им совсем не с руки. Ценхор? Он вообще в бегах, да и непонятно, какую выгоду может извлечь маркиз из моей гибели. Рихт Эйгор? В целом возможно, но двоюродный брат Ланца и сам скрывается от Морны, пока не показываясь на свет. Даже если он как-то прознал о моём существовании, укрывающийся под другой личной Кирнес точно не является для него критичной угрозой, с которой нужно разбираться немедленно.

Каких-то иных вариантов мне в голову не приходит, что надо признаться, сильно раздражает. Да и тот факт, что неизвестного мага не могут обнаружить даже дознаватели Хёница, тоже действует на нервы.

Пытаясь отвлечься, всё-таки завожу беседу, когда мы выбираемся из кабины и шагаем к корпусу университета, выстроенному на горном склоне. Озвучиваю вопрос, который хотел задать ещё в доме.

- Канс, в чём разница между "Защитником империи" и "Спасителем"?

Покосившийся на меня аристократ, временно выпадает из состояния меланхолии.

- Второй титул дают за что-то более масштабное, чем разовое проявление храбрости или спасение жизни члена императорской фамилии. Например, за действия, переломившие ход войны или командование военной кампанией. За что его пожаловали моей бабушке, точно не знаю, но по рассказам - она выжгла дотла одну из старых магических школ. Ещё до Войны трёх императоров, когда никаких ограничений не было и маги экспериментировали с самыми разными практиками. Там то ли пытались создать новый вид человека, то ли сращивали людей с магическими сущностями и животными. Но, что самое главное - захотели выйти из под юрисдикции империи и та отправила к ним мою бабку с приказом образумить зарвавшихся магов. Не уверен в деталях, но вроде как на месте той школы теперь большое озеро где-то на востоке Норкрума, а бабуля после года охоты на уцелевших адептов учения, получила титул "Спасителя империи".

Джойл с предостерегающим видом косится на меня, но в данном вопросе ничего секретного нет - леди Тонфой сама намеревается связаться с Хардэном Стольком, да и в Кёйреле своё присутствие уже обозначила. А про "амнезию" Кирнеса ректор и так в курсе.

Перед входом в университет сталкиваемся со Свезальдом, который о чём-то ожесточённо спорит со Спашеном. Притормозив, прислушиваемся к слова блондина, который как раз орёт на Тадеша.

- Не думай, что ты вечно будешь впереди, заучка! За моей спиной - весь дом Свезальдов, с его деньгами и солдатами, а что есть у тебя? Старая фамилия, над которой все потешаются и твои вызубренные знания? Тут ты можешь строить из себя серьёзного мага, но когда мы выберемся за стены Хёница - такие как ты будут служить мне и моим родственникам. Законы взрослой жизни сильно отличаются от правил университета. Доходит это до твоих тупых мозгов?

Полностью остановившись, окидываю взглядом собравшихся. С одной стороны - Свезальд и десятка полтора студентов первого курса, из числа тех, что обычно ошиваются рядом с ним. Напротив - Спашен и трое первокурсников из его импровизированного "кружка по интересам".

- То есть ты не отрицаешь того, что ты более слабый маг? И твой скерт не выстоит против моего?

Лицо Свезальда, который пока нас не заметил, перекашивается от злобы.

- Я не стану сходиться в поединке с таким ничтожеством, как ты - это значило бы, что я принял тебя, как равного.

Спашен улыбается, глядя на разъярённого аристократа.

- Раз ты будешь участвовать в турнире, нам всё равно придётся столкнуться, если вдруг пройдём первые этапы.

- Ты не видишь разницы, рицерова личинка - на турнире меня заставят это сделать. Добровольная схватка - совсем другое дело.

Вижу, как вперёд шагает взбешённая Айрин и мчусь следом, хватая девушку за локоть. Она не собиралась участвовать в турнире, да и с некромантией у неё получается не очень хорошо. При этом виконтесса, явно намеревается предложить Олафу поединок между скертами. Не знаю, как точно он будет проходить, но могу поспорить - угроза для участников тоже будет присутствовать. В конце концов это Хёниц, если учебный процесс не создаёт опасности для студентов, значит что-то пошло не так. Поэтому, начинаю говорить первым, опережая её.

- А меня ты считаешь равным себе, отрыжка гхарга? Полноценный граф со своим замком и "Защитник империи", спасший жизнь Морне Эйгор. Что скажешь, болотное отродье?

К местным ругательствам я всё никак не привыкну, но прозвучало вроде неплохо. Свезальд же, наконец заметивший нашу компанию, тихо шипит.

- Хорошо, бастард. Не знаю, за что тебя так обласкала судьба, но об моего скерта ты обломаешь зубы. Завтра после занятий - я попрошу Кларсена выделить нам площадку. Готовься умереть, ничтожество.

На последней фразе парень разворачивается, собираясь гордо удалиться. Но такой возможности ему не предоставляют - рядом звучит голос Тонфоя, который судя по всему рад, что нашёл возможность выплеснуть на кого-то скопившееся раздражение.

- Ты - жалкое недоразумение, Олаф, позорящее свой дом и аристократию в целом. Настолько ущербное создание, что вынужден платить деньги за плотскую любовь и мнимое уважение сокурсников, которые рядом с тобой только из-за титула и твоего банковского счёта. Когда твой род узнает, что ты сделал их посмешищем на весь Хёниц - они сами тебя прикончат, лишь бы вас ничего не связывало.

Удаляющийся аристократ пару раз дёргается, но всё же удерживается от ответа. А виконтесса, вырвав свою руку, яростно смотрит на меня.

- И что это такое было? Я сама в состоянии разобраться с этим мерзким слизнем! С какого времени я стала слабой девушкой, за которую надо заступаться? Ты хоть понимаешь, что это оскорбительно, Орн?

Закончив тираду, девушка быстро удаляется в сторону входа университета, оставив меня недоумённо смотреть ей вслед. Спашен, с удивлением оглядываясь на стремительно удаляющуюся Мэно, подходит к нашей компании.

- Если нужна моя помощь - я к твоим услугам. Завтра могу выделить пару часов перед учёбой. Свезальд уже готовит мертвяка при помощи десятка других студентов и рассчитывает на победу в турнире, так что тебе придётся тяжело.

Вспоминаю внешний вид своего скерта, замороженного Кларсеном и во вздохом, соглашаюсь. С учётом помощи других студентов, у Олафа вполне может получиться что-то довольно боеспособное и не факт, что у меня выйдет справиться с подготовкой противника для его бойца, самостоятельно.

Спустя пять минут уже поднимаемся в блок общежития. Время ещё не слишком позднее, но и дел у нас, по сути, нет. Даже нормально обсудить ситуацию, в свете новых данных, невозможно. Похоже, теперь придётся спускаться в Кёйрель каждый раз, когда появится необходимость откровенно поговорить. Конечно, если леди Тонфой не разберётся с проблемой наблюдения, как и обещала.

В итоге, остаток вечера проводим за поисками Кларсена и транспортировкой скерта в один из залов выделенных для участников турнира, с дальнейшим усилением мертвяка. По мере возможностей делаю его умнее и обучаю выполнению приказов. Плюс, накладываю многочисленные руны для усиления костей и плоти. Эйкар предлагает свою помощь, но я опасаюсь, что использование связок и рун, которые слишком сильно отдалены от первого курса обучения, привлечёт к нам очередную порцию внимания, которого и так пока достаточно. И если ректор с Норницем в курсе, то вот у Кларсена может появиться вполне логичный вопрос - откуда студенты-первогодки знают комбинации, изучаемые только на третьем курсе. А то и вовсе неизвестные для студентов Хёница. Поэтому предпочитаю пока обходиться своими силами.

Когда уже собираемся отправляться спать, появляется и Айрин, нашедшая нас. Привалившись спиной к стене, хмуро наблюдает за моими манипуляциями со скертом, не вмешиваясь в процесс. Но по возвращению в общежитие, вполне уверенно тащит к себе в комнату, где так же молча принимается срывать одежду. Не совсем понимаю происходящего, но инстинкты берут своё, так что через полчаса мы по очереди отправляемся в душ, после чего залезаем под одеяло. Попытки заговорить, виконтесса игнорирует, отмалчиваясь, так что мне остаётся только попробовать заснуть. Потенциальное наблюдение за комнатой, её похоже тоже не слишком сильно смущает - по крайней мере каких-то изменений в её поведении я не заметил. Хотя, если подумать - в Хёнице нам придётся провести ещё почти три года. Избегать секса на всём этом промежутке, точно не выйдет. Да и не факт, что Норниц или Хардэн мониторят комнаты студентов с целью наблюдения за обнажённой натурой - учитывая прошедшие годы такие сцены должны были серьёзно надоесть. За размышлениями о степени испорченности руководства, сам не замечаю, как постепенно засыпаю.

***

Утром прихожу в себя от стука в дверь. Спустив ноги на пол, оглядываюсь на шум, обнаружив сонное лицо Айрин, которая уже сформировала в воздухе огненные сферы и тянет из под подушки револьвер. Но в коридоре только Спашен - вполне бодрый и готовый выдвигаться. Только тут до меня доходит, что из-за лёгкого ступора, вызванного поведением виконтессы, я вчера так и не завёл будильник. Попросив парня подождать, отправляюсь в ванную, а когда возвращаюсь в комнату, Мэно наконец нарушает свой обет молчания, заявив, что отправится вместе со мной. Как результат - ещё около десяти минут жду девушку.

Вскоре уже шагаем по коридору, минуя замерших служащих в университетских ливреях. Залив в себя по чашке горячего сорка, добираемся до зала, находящегося минутах в десяти ходьбы от общежития и приступаем к работе над скертом. Неизвестно, какую форму выберет Свезальд, поэтому после короткого раздумья, решаем оставить моему мертвяку человеческую фигуру. Правда серьёзно её модифицируем. Во-первых, при помощи Спашена ещё больше увеличиваем прочность скелета. Во-вторых, накладываем стальные щиты на корпус и спину скерта, вслед за этим усиливая и коленные чашечки. По правилам, бойцы должны биться исключительно оружием ближнего боя, без огнестрела и магии, поэтому закончив с коленями, переходим к его левой руке, полностью закрывая её сталью. Подвижность скерта за счёт этого снизится, но зато он сможет использовать конечность в качестве щита. А при необходимости и орудовать ею, как самостоятельным оружием - удар закованной в металл рукой вряд-ли кого-то оставит равнодушным. Единственное место, которое остаётся неприкрытым - сама кисть.

Увлекаемся настолько, что от работы отвлекают только появившиеся синие шарики с расписанием. Критично осмотрев скерта, нахожу, что он вполне готов к поединку с мертвяком Свезальда - усиленный металлом боец выглядит весьма грозно. Представляю несколько тысяч таких, идущих в атаку, с винтовками в руках и отчасти понимаю, какие эмоции испытывали солдаты во время Войны трёх императоров.

Едва ли не бегом возвращаемся в столовую, где успеваем перехватить по сэндвичу с сорком. Первое занятие - нотная практика с Комором, так что опустошив чашки, мчимся к аудитории. Успеваем вовремя - преподавателя ещё нет на своём месте. А вот вся наша компания, за исключением Сонэры уже тут. Как только усаживаемся на свои места в левом ряду, слышится довольный голос Канса.

- Наш старина Джойл сегодня схлопотал первое взыскание от Виоллы. Догадайтесь, за что?

Судя по тону, аристократу не терпится поделиться новостью. Покосившись на смущённого уроженца Хельгинских болот, сидящего рядом, молча поворачиваюсь к сыну хёрдиса и тот сразу же продолжает.

- Затащил к себе в постель Сонэру. Не знаю уж как - может айван свой задействовал, но из комнаты эта парочка точно выбиралась вместе. Что интересно, баронессы потом никто не видел.

Посмотрев на Джойла, с улыбкой интересуется.

- Ты её так утомил или наоборот - разочаровал в бренном земном существовании?

Здоровяк, залившийся краской, неуклюже поворачивается к шутнику.

- Да сама она пришла... Без всяких айванов. И вообще - это тебе не предмет для шуток.

Сын хёрдиса снова открывает рот, но виконтесса ловко пихает его локтём в бок.

- Тебе напомнить о твоей девушке? Что ждёт и тоскует?

Осёкшийся Канс сразу же замолкает, что-то бормоча себе под нос и уткнувшись взглядом в столешницу. А спустя несколько секунд в помещении появляется и преподаватель. Бодро заняв место за кафедрой, объявляет тему занятия - стихийные заклинания девятого класса, ноты для которых мы не так давно изучили. Только приступает к рассказу, как дверь открывается и на пороге появляется рыжеволосая баронесса. С удивлением повернувшийся в её сторону Сэльд, изучает девушку взглядом, интересуясь.

- Могу я узнать, что вас задержало госпожа Кронц? Не припомню, чтобы вы раньше опаздывали на мои занятия.

Та, скользнув взглядом по аудитории, пожимает плечами.

- Взялась ночью за изучение одной темы, которая внезапно оказалась весьма обширной и на удивление интересной. Поэтому случайно отключилась в своей постели под утро.

Комор, приподняв брови, усмехается и молча взмахивает рукой, показывая девушке, чтобы она проходила внутрь. Сонэра шагает к своему месту, а за моей спиной удивленно вздыхает Канс, которого от комментариев удерживает только кулак Айрин, лежащий рядом на столе. А вот пунцовый Джойл, отчаянно старается не смотреть на баронессу, которая этим фактом похоже сильно удивлена.

Когда девушка усаживается на место, Сэльд продолжает занятие и получает первый вопрос из зала - его задаёт девушка с густыми каштановыми волосами и в брючном костюме.

- Ларна Кфор, родом из Лимара. Почему вы сказали про девятый класс заклинаний? Раньше никто не упоминал о подобном делении.

Старичок даёт ей знак усаживаться на месте и постукивая костяшками пальцев по кафедре, принимается отвечать.

- Первый месяц учёбы, это как тест на вшивость - самые слабые погибают, либо сбегают отсюда, унося ноги. Оставшихся можно попробовать чему-то научить. К тому же вам нужна была какая-то база, от которой можно отталкиваться, иначе будет непонятен весь последующий материал. Так что до этого момента вы как раз и получали такие, базовые знания. А сейчас начнётся обучение тому, что имеет хотя бы какое-то отношение к настоящей магии.

Сделав короткую паузу, хмуро глядит на задние ряды, откуда слышится какой-то шум, после чего продолжает.

- Все заклинания, условно делятся на десять классов. Самые слабые и простые - десятый, связки из которого вы до этого изучали. Первый - это что-то вроде айгерды, позволяющей стирать с лица земли целые города. Их применение в населённой местности, находится под строгим запретом, даже при угрозе для вашей жизни. Некоторые из историков говорят и о заклинаниях нулевого класса, которые могли бы уничтожить весь мир. Якобы схоры и подгорные народы приблизились к их созданию, пока вели войну между собой. Но, даже если это правда - их весьма вовремя остановил союз племён Норкрума, прервавший все подобные работы.

Больше вопросов ни у кого не возникает, поэтому мы переходим к изучению самих связок. На лекции нам выдают информацию об относительно простых комбинациях - моментальная заморозка всей воды в человеке, формирование огненного смерча небольших размеров, создание пылевой завесы, охлаждение и нагрев воды в больших объёмах. Сразу после этого следует ещё одна связка, нагревающая воду из которой состоит живое существо. Всё это необходимо отработать самостоятельно и сдать к следующему занятию. Могу поспорить - на артефактологии, нам выдадут задачу изготовить защиту от всего этого, чтобы не допустить всплеска смертности среди студентов.

Выходя из аудитории, замечаю, как дёргаются все студенты, идущие впереди - такое впечатление, как будто справа от выхода находится что-то, весьма их пугающее. Перешагнув через порог, понимаю, что так и есть - там стоит Норниц, мрачно изучающий меня холодным взглядом.

- Следуйте за мной, Орнос - ректор хочет с вами побеседовать. Каон Сорм уже предупреждён, что вы можете задержаться по уважительной причине.

Глава XX

Зайдя в кабинет ректора, наталкиваюсь на испытующий взгляд Столька. Откинувшись в своём кресле из драконьей кожи, он какое-то время молча изучает меня, после чего наконец задаёт вопрос.

- На вас покушались уже дважды, Орнос. Думаю мы оба догадываемся по какой причине. Имеются какие-то версии?

Покосившись на Норница, что безмолвной фигурой встал около стены, за моей спиной, пожимаю плечами.

- Предположения имеются, но ни одно из них не имеет под собой каких-то оснований. По крайней мере, если отталкиваться от известной мне информации.

Хардэн задумчиво кивает.

- Понимаю вас. И думаю, что тоже вхожу в число подозреваемых. Верно?

Не дождавшись ответа с моей стороны, продолжает.

- Хотелось бы вас заверить - руководство университета никак не замешано в этих двух покушениях. Более того - мы принимаем все меры, чтобы отыскать виновного. Хёниц видел разное - бывало и такое, что преподаватели весьма жестоко карали некоторых студентов. Но два покушения на убийство, под носом у ректора и цердов - такого за последние полсотни лет не было.

А он ведь изрядно взбешён ситуацией, пусть и старается не показывать этого. Но глаза всё равно выдают полыхающую внутри ярость. Чуть подумав, озвучиваю ответ.

- Надеюсь, что в скором времени организатора этих атак получится отыскать и наказать в должной мере.

- Безусловно, так и будет, Орнос. Но в связи с последними событиями, у меня есть к вам два вопроса. Вы уж не сочтите за наглость, но по-моему они чрезвычайно важны для вашего будущего, граф.

Последнее слово ректор подчёркивает, явно намекая на мой настоящий статус.

- Слушаю, господин Стольк.

Тот чему-то усмехается и на секунду отведя взгляд в сторону, начинает говорить.

- Возможно вы уже читали в утренних газетах - регент приступила к показательной порке одной из провинций, введя туда два армейских корпуса. В Роззене идут массовые аресты бюрократов всех мастей, а город наводнён военными и офицерами императорской канцелярии. Её глава лично прибыл на место для контроля операции. В связи с этим все ожидают быстрого развития событий - вплоть до открытого выступления Рихта Эйгора или других претендентов на престол. Хотелось бы знать, каковы ваши планы?

Интересно. Хардэн, по сути прямым текстом интересуется, не собираюсь ли я влезть в борьбу за власть. Что в целом, относительно логично, учитывая весь расклад. Но пока я не вижу ни одной возможности, чтобы появиться на арене в качестве самостоятельного игрока. Единственный козырь - знания Эйкара, но их открытое применение немедленно обратит против меня всех участников конфликта и скорее всего стравит с потенциальными союзниками. Да и в число последних, я пока могу записать только дом Тонфоев, да главу военной разведки - и то, весьма условно. Плюс, они явно постараются немедленно оградить меня от реального управления процессом, а при необходимости, без всяких колебаний уничтожат. К тому же сильного желания пробиваться к власти над рассыпающейся на части империей у меня нет. В идеале, я бы предпочёл, чтобы все посторонние люди, знающие о том, что граф Вайрьо на самом деле является Кирнесом Эйгором, погибли бы. И я мог действовать на своё усмотрение. Но информация разошлась настолько широко, что надеяться на это глупо.

Сформулировав фразы в своей голове, принимаюсь отвечать.

- На данный момент, все мои планы связаны с обучением в Хёнице - именно здесь я намереваюсь провести этот год.

На лице Столька появляется лёгкое недоумение.

- Поправьте меня, если ошибаюсь, но вы уже замешаны в событиях, причём на стороне Морны Эйгор - не окажись вас в том зале, она была бы уже мертва.

- Это стечение обстоятельств. Да и что я должен был делать? Стоять и смотреть, как неизвестные твари сожрут члена императорской фамилии?

Ректор с удивлённым лицом слегка наклоняется вперёд.

- Ну-да, действительно - это было бы весьма странно. Но после этого вы передали мне письмо от неё же. В качестве посланника и представителя регента. Менее искушённый, чем я человек, сказал бы, что вы уже определились со своей стороной. Либо ведёте весьма тонкую игру.

На момент представляю, как всё это выглядит со стороны и понимаю, что в целом он прав - зная о моей личности, можно подумать, что я пытаюсь занять какое-то место при дворе, чтобы в удобный момент перехватить бразды правления. Или заключил какое-то соглашение с Морной. Предполагаю, что для человека, привыкшего жить в паутине интриг, иных объяснений моего поведения, просто не может существовать - профессиональная деформация весьма жёсткая штука.

- Инстинкт самосохранения - один из основных для человеческого разума. И всё, что я сейчас пытаюсь сделать - выжить. Вероятность этого критично снизится, если вдруг меня вынесет на острие схватки противоборствующих групп влияния.

Последняя фраза заставляет Хардэна чуть встрепенуться, посмотрев на меня другим взглядом. В прищуренных глазах читается интерес, смешанный с подозрением, а я запоздало думаю о том, что "группы влияния" - возможно не самый лучший оборот, что мог бы использовать в своей речи принц, потерявший память. Да и сложно сказать, как это звучит на местном - мой мозг всё ещё воспринимает всю информацию, как будто на своём родном языке и как я понимаю, от этого эффекта мне уже точно не избавиться.

- Предположим, что всё так, как вы говорите. Но...зачем тогда здесь объявилась леди Тонфой? Вчера вечером Лэзла нанесла в Хёниц визит, во время которого заявила о своём желании оставить в университете некона для надзора за её внуком. И у меня всего два варианта - либо к старости её сердце смягчилось настолько, что она действительно решила защитить одного из отпрысков своего сына, либо живая легенда вышла в свет, увидев для себя возможность вернуться в число людей, правящих этим миром.

Момент наблюдаю за ним, пытаясь понять, как на это реагировать. Скорее всего ректор прав - хёрдиссиня услышала о магии призыва, применённой в Золотом зале, а потом узнала о покушении на своего внука, который ещё и успел принять участие в предотвращении убийства регента. После чего, сопоставив факты, отправилась в Кёйрель. Но озвучить всё это в лицо Стольку будет не слишком благоразумно. Как и рассказывать о том, что бабушка Канса в курсе всей ситуации вокруг фигуры Кирнеса.

- Не могу отвечать за действия леди Тонфой, но как я предполагаю, она весьма заинтересовалась задействованной магией призыва и решила прояснить участие в этом её внука. К тому же, покушение на Канса, могло обострить её восприятие ситуации.

- Согласен, магия призыва могла её привлечь. Но думаю, от вас она не смогла получить какую-то информацию по этому поводу - судя по докладам дознавателей, вы всё равно об этом ничего не знаете.

Позволив себе лёгкую усмешку, сразу же отвечаю.

- Я знаю об этом не больше вашего, господин ректор.

Голосом выделяю центральную часть фразы и как мне кажется, Хардэн понимает, зачем это сделано. Как и Норниц, едва слышно хмыкнувший за моей спиной.

- Не сомневаюсь, Орнос. То есть вы утверждаете, что предпочтёте остаться в Хёнице?

- Если это будет возможно. Обстоятельства меняются крайне быстро, господин ректор - никто не может знать, что ждёт нас всех завтра.

Буравящий меня взглядом Стольк, вздохнув, машет рукой.

- Понимаю. Вы можете идти, Вайрьо. Наши дознаватели получили всю необходимую информацию от леди Тонфой, которая взяла расследование инцидента на себя и не станут тревожить никого из вашей компании.

Развернувшись, выхожу и спустя пару секунд уже удаляюсь от кабинета ректора, шагая по коридору. Цель вызова довольно очевидна, но вместе с тем всё это несколько странно - руководитель университета напрямую пытался выяснить у меня дальнейшие планы и намерения. Ни к чему не подталкивая, но активно интересуясь ситуацией. Интересно, какие мысли по этому поводу были у самого ректора? Наверняка у него есть свои предположения по использованию наследника империи в идущем противостоянии. И как мне кажется, он совсем не предполагал, что я решу избежать схватки за престол.

За четверть часа, которые требуются для того, чтобы достигнуть аудитории, прихожу к весьма простому выводу - мне всё-таки придётся действовать. Не ради борьбы за власть, а всё с той же целью - выжить. Рано или поздно одна из группировок одержит верх и утвердит свою власть над империей. Они неминуемо узнают о существовании Кирнеса Эйгора и кто бы в итоге не водрузил на себя корону Норкрума, он предпочтёт избавиться от возможного конкурента. Мне понадобятся сторонники. То, что я бы раньше назвал сетью социальных контактов. Только вот как её сформировать, будучи студентом первого курса Хёница?

На этом риторическом вопросе, я как раз добираюсь до дверей аудитории, где прошла уже половина занятия. Расположившись на своём месте, выслушиваю остаток лекции, сразу обозначив остальным, что встречу с ректором мы обсудим в Кёйреле. Каон Сорм описывает разницу между разноформатными ритуалами жертвоприношения - начиная от времени, затрачиваемого на пытки и заканчивая видами ксотов, которые лучше использовать в том или ином случае. Мозг воспринимает информацию практически на полном автомате, будучи загружен совсем другими задачами. Пару раз ловлю на себе заинтересованный взгляд преподавателя - смуглый мужчина явно не понимает, почему один из студентов впал в прострацию, явившись на лекцию после встречи с ректором. Но замечаний не делает, за что я ему благодарен.

Покинув аудиторию, сразу направляюсь в общежитие, чтобы переодеться и отправиться на площадку канатной дороги - занятия на сегодня завершены. Останавливаюсь, когда кто-то хватает меня за плечо. Едва не пускаю в ход одну из нотных связок, но вовремя узнаю виконтессу, смотряющую на меня со странным выражением лица.

- Нам в другую сторону, Орн - тебя ждёт поединок со Свезальдом.

После секундной паузы, добавляет.

- Всё прошло настолько плохо?

Отрицательно качнув головой, изображая улыбку.

- Отнюдь. Просто внезапно посетило озарение по поводу того, что все мои старые планы ни на что не годятся.

Девушка явно не до конца понимает о чём речь, но уточнить ей я не даю - развернувшись, иду к залу, где хранится мой подготовленный к бою скерт. Пока добираемся до помещения, чувствую, как меня едва ли не прожигают взглядами все остальные - всем интересно, что произошло на встрече со Стольком.

Вниз спускаемся через двадцать минут - мертвяк шагает своим ходом, рядом со мной. Нотную связку для формирования речи я на нём не использовал, так что скерт не может говорить. Но зато прекрасно меня слышит и в состоянии понимать все команды.

Площадка для боя оказывается углублённой в земле ареной, которой ещё вчера здесь не было - видимо Кларсен постарался, задействовав нужный набор рун. Думаю, когда всё закончится, преподаватель за пару минут восстановит прежний вид газона перед университетом. На краю импровизированного "микро-колизея" уже ждёт Свезальд, рядом с которым возвышается настоящая махина, явно собранная из нескольких мёртвых тел. Высотой в два с половиной метра, размах плечей вдвое шире, чем у Джойла, плюс массивная туша. Единственное, что радует - отсутствие стальной брони, но это с лихвой компенсируется толстым слоем плоти поверх скелета. Судя по довольному лицу Свезальда, тот явно уверен в своём преимуществе.

Рядом скрипит зубами Айрин, бормочущая что-то о нечестной игре, а я удивлённо изучаю собравшихся зрителей - вокруг нас не меньше двухсот человек. Помимо первокурсников замечаю и более старших студентов, среди которых встречается и Новак Парский, с улыбкой махнувший мне рукой. Со старшекурсниками мы обычно не пересекаемся - система занятий выстроена так, чтобы учащиеся разных курсов могли встретиться исключительно осознанно - никаких случайных столкновений при перемещении между занятиями. Даже общежития разнесены крайне далеко друг от друга.

- Я же говорил, надо было использовать мои навыки.

Судя по лицу Эйкара, он уже отдал победу в руки Олафа. Как и большинство присутствующих, среди которых прокатывается волна гула, когда они видят моего скерта. Подозреваю, что не будь рядом Джойла, сжимающего в руках армейскую винтовку, толпа и вовсе разразилась бы насмешливыми криками. Да и репутация даёт о себе знать - связываться с людьми, побывавшими в нескольких кровавых передрягах не хочется никому из присутствующих.

Вышедший к краю арены Кларсен, поднимает правую руку и дождавшись, пока разговоры, по большей части затихнут, озвучивает правила состязания.

- Вниз спускаются, как скерты, так и их хозяева. Единственное, что разрешено из магии - прямое управление своим мертвяком, за применение любого иного заклинания, последует немедленная техническая дисквалификация. Так же, как и за использование огнестрельного оружия. Атаки на соперника - допускаются. Это добровольный поединок, проходящий вне турнира, так что в качестве приза вы получите только моральное удовлетворение. И пятьдесят баллов личного рейтинга от меня. Проигравшая сторона, напротив, лишится такого же объёма баллов.

Сделав короткую паузу, продолжает.

- Сторонам всё понятно? Если готовы - спускайтесь вниз и ждите сигнала.

Вздохнув, отправляю вниз своего мертвяка, а следом спрыгиваю и сам. Напротив вниз спускается туша некроголема Свезальда, за которой следует аристократ. Если я правильно понимаю выражение его лица - парень уже предвкушает свою лёгкую победу. Впрочем, сразу же перевожу взгляд на его бойца, пытаясь обнаружить слабые места. Сзади слышится несколько выкриков с пожеланиями удачи, а над ареной снова разносится голос Кларсена.

- В этот раз, у скертов не будет никакого оружия - весь бой пройдёт исключительно голыми руками. Начинаем!

Бросив взгляд на своего бойца, озвучиваю приказ.

- Держись подальше от рук противника и попробуй достать его ноги. Если получится сломать одну из них, то эта туша не сможет продолжать бой. Ты меня понял?

Получаю в ответ от мертвяка подтверждающий кивок, а Свезальд тем временем отправляет своего монстра прямо на меня. Ловко - надеется на то, что я брошу скерта в лобовую атаку, чтобы прикрыться и сразу же проиграю бой. Вместо этого, пускаю в ход короткую нотную связку, перехватывая управление мертвяком на себя и тот мчится вперёд, огибая атакующего громадину по дуге и двигаясь прямо к Олафу. Лицо аристократа перекашивается и я наблюдаю, как его голем быстро разворачивается назад. Скорость у него не самая высокая - раза в полтора ниже, чем у моего скерта. Но вот сила удара точно должна быть немалой - достаточно одного попадания, чтобы серьёзно повредить структуру моего бойца.

Поэтому, не доводя дело до столкновения, отвожу мертвяка в сторону. Следующие несколько минут проводим, состязаясь в ловкости управления - мой скерт кружит вокруг махины Свезальда, иногда пытаясь нанести удар, а тот старается держать некроголема перед собой, тоже стараясь достать моего бойца. Мой мертвяк дважды наносит удары по противнику - один раз попав в бедро, а потом и в колено. Но видимого ущерба это не наносит. Боец Олафа тоже умудряется совместить свой кулак со стальной бронёй на корпусе скерта, что отшвыривает мертвяка на пару метров назад. К счастью, серьёзные повреждения ограничиваются хромотой на одну ногу - не так критично, хотя и почти уравнивает их скорость.

Стиснув зубы, управляю скертом, когда в голове появляется осознание факта того, что Кларсен не обмолвился о холодном оружии. Из такового у меня правда только рунический кинжал и хьярк. Да ещё артефактный нож Эйкара, спрятанный под одеждой. Жалко нет ничего с более длинным лезвием. Хотя кинжал, по идее должен отлично сработать на мёртвой плоти.

Заставляю скерта сделать круг вокруг бойца Свезальда, рассматривая его со всех сторон и обнаруживаю место, которое потенциально является уязвимым - затылок. Он на высоте двух с половиной метров, но в отличии от всей туши не закрыт "мясной бронёй". Осталось только подобраться к туше мёртвого мяса со спины, вынудив его опустить голову вниз.

Постепенно подвожу своего мертвяка всё ближе к себе, делая вид, что отступаю. По мере того, как тот приближается, улыбка на лице Свезальда становится всё шире, а с "трибун" слышатся выкрики зрителей. Я же пытаюсь выбрать подходящий момент для атаки. Когда некроконструкт сына хёрдиса оказывается совсем недалеко от меня, бросаю скерта в самоубийственную атаку - он пригнувшись, обхватывает ноги своего противника, после чего уперевшись в землю, делает рывок на себя. Как итог - громадная туша падает на колени, при этом обхватив моего скерта руками. Пока бегу к нему, на ходу вытаскивая кинжал, вижу, как в сторону отлетает закованная в сталь рука, а потом в воздухе мелькает и голова несчастного бедолаги.

Факт моего броска, упоённый победой Свезальд замечает слишком поздно - дать нужную команду он уже не успевает. Так что, я вгоняю рунный кинжал в затылок его конструкта, по самую рукоять, после чего выдернув оружие, отступаю назад. В теории, искру сознания мертвяка можно перебросить в любую часть тела, но как правило её размещают в голове - даже с точки зрения магического управления мертвяком, это проще всего. Да и уровень защищённости, как ни крути, всё равно максимален, если созданный магией разум, находится в черепе.

Пару мгновений кажется, что я всё-таки ошибся и Свезальд перестраховался, поместив сознание куда-то ещё, но потом массивная туша заваливается в правую сторону, упав на землю, а вокруг слышатся вопли десятков студентов. Выходя из горячки боя, прислушиваюсь и усмехаюсь, поняв, что многие делали ставки. И теперь те, кто надеялся на победу моего противника, крайне возмущены финалом схватки. Перевожу взгляд на искажённое яростью лицо Свезальда, а над ареной гремит голос преподавателя, усиленный магией.

- Ничья! Каждый из участников поединка получает по тридцать баллов личного рейтинга за старания и участие. Пусть мы и не увидели действительно интересного зрелища, но теперь вы знаете, чего ждать на турнире.

Схватившись за руку Джойла, взбираюсь наверх и окинув взглядом гомонящую толпу, поворачиваюсь к остальным.

- К рицерам их всех - нам пора спускаться в Кёйрель.

Глава XXI

Сразу убраться от арены не получается - подходит Кларсен, поздравляющий с условной победой - по его оценке мой скерт должен был проиграть, и благодарящий за наглядную демонстрацию того, через что предстоит пройти остальным студентам на турнире. Наконец, попрощавшись с преподавателем, устремляемся к площадке канатной дороги. Идущая со мной под руку виконтесса вздрагивает, когда из кустов показывается морда медведя, лениво провожающего нас взглядом. А Канс, присматриваясь к идущим вниз кабинам, удивлённо хмыкает.

- Это Ральф там?

Проследив за его взглядом, действительно обнаруживаю впереди куратора нашего курса - стоит на площадке, о чём-то беседуя с охраняющим её цердом. Когда приближаемся, парень дружелюбно машет рукой.

- Тоже спускаетесь в Кёйрель?

Услышав в ответ нестройный хор подтверждений, кивает на прощание своему собеседнику и шагает вместе с нами к подъезжающей кабине. Удивлённо переглянувшись, заходим следом - делать нечего, придётся спускаться вместе с Ральфом. Пятнадцать минут дороги проходят практически в полной тишине - куратор пару раз задаёт вопросы по поводу учёбы, но поняв, что от нас можно дождаться только односложных ответов, замолкает.

Я же чувствую, как внутри шевелится лёгкое беспокойство. Вроде бы ничего странного в том, что куратор первого курса едет в Кёйрель нет - мало ли какое у него там может быть дело. Но уж больно у него искусственно-весёлый вид. Он с самого момента инцидента, отправившего Хенрика на больничную койку был весьма мрачным. А тут прямо пышет благодушием. Мозг цепляется за тот случай и пробежавшись по всем контактам с этим парнем, понимаю, что он действительно каждый раз был отнюдь невесел в общении. А сейчас его настроение прямо противоположно.

Объяснений этому тоже может быть масса, но беспокойство перерастает в подозрение. Переглядываюсь с Кансом, сидящим на скамейке напротив, как раз рядом с Ральфом и тот вопросительно щурит глаза, явно не понимая моей мимики. Подать сигнал более явно, не вызвав подозрений у куратора, сейчас точно не получится.

Выбираясь из кабины, держу наготове нотную связку Эйкара, формирующую муравьёв - вероятность того, что Ральф атакует сейчас, на глазах у пары полицейских, невелика, но предпочитаю перестраховаться. Конечно, если за обоими покушениями действительно стоит он. Подозрения чуть затихают, когда парень берёт кэб и уезжает в сторону города. Провожающий его взглядом Тонфой, косится на меня.

- Ты почему с таким лицом в кабине сидел? Что-то не так?

Вглядываясь в кэб, который уже исчезает на городской улице и пожимаю плечами.

- Появилось подозрение, что это он пытался нас прикончить.

Джойл, подающий руку Сонэре, забирающейся в экипаж, удивлённо поворачивается ко мне.

- Так с ним у нас вроде не было проблем никаких.

Вместо меня отвечает виконтесса, с хмурым видом оглядывающаяся вокруг.

- Но он был сильно зол после случая с Хенриком. Может родственник?

Вопрос больше риторический - ответ на него явно известен только руководству университета и думаю, приходись они друг другу родственниками, дознаватели уже отработали бы эту версию. Взяв два кэба, отправляемся к дому Тонфоя, где нас должны ждать Лэзла и Круацина.

Когда минуем уже половину пути, замечаю впереди пару конных полицейских, которые к моему удивлению просят кучеров свернуть в проулок под предлогом допроса кого-то из пассажиров. Первая мысль - это связано с недавним покушением на нас, но сомневаюсь, что патрульные могут проводить какие-то следственные действия. После того, как кэбы останавливаются, спрыгиваю на землю и подняв правую руку с кольцом, обращаюсь к ним.

- Граф Вайрьо, "Защитник империи" - для чего вам понадобилось останавливать нас?

Рядом на землю спускается виконтесса, а я понимаю, что лица обоих служителей закона сейчас похожи на восковые маски. Мгновение выбираю между вариантами реагирования, но использовать какой-то из них не успеваю - тело вдруг теряет управляемость и я оседаю вниз, оказавшись на земле. Правым боком приваливаюсь к колесу кэба, за счёт чего вижу, как оба конных патрульных разворачиваются, удаляясь назад на мостовую. Спустя секунду в поле зрения появляются чьи-то ноги и я слышу знакомый голос.

- Всё, кончилось твоё везение, Орнос. Ты хотя бы понимаешь из-за чего вы все умрёте?

Говорящий наклоняется, чтобы я смог увидеть его лицо - окончательно убеждаюсь, что это Ральф. Не подвели меня мои инстинкты - жалко только, что сделать никто из нас ничего не успел. Парень пару секунд смотрит на меня, после чего кривит губы в усмешке.

- Совсем забыл - ты всё равно не сможешь ответить, тупая болотная тварь.

Пока он смотрит, пытаюсь запустить в дело одну из нотных связок, но струна не отзывается - заблокирована. Тянусь айваном к хлебу внутри куратора и ничего не чувствую. Либо талант тоже не работает, либо на противнике какой-то защитный артефакт. Внутри постепенно разгорается паника - я не могу использовать ни один из вариантов магии, равно как и пошевелить пальцем. А раз так, то и Эйкар тоже окажется бессильным - за последнее время он вышел почти на половинный уровень минимального развития своей струны и активно раскачивал её дальше, постоянно держа на пределе возможной нагрузки. Но, с заблокированной струной и бездействующим айваном, он так же бессилен, как и все остальные. Кэбмены, видимо тоже под воздействием неизвестного заклинания - они нам ничем не помогут.

По ногам Ральфа, который стоит рядом, проскальзывает несколько жёлтых искр и куратор отшатывается на пару шагов назад. В воздухе что-то сверкает и я снова слышу его голос.

- Интересно - прямое управление магией, с заблокированной струной и всё это, на первом курсе. Мне даже слегка жаль уничтожать такой...

Прервавшись, разворачивается в сторону, судя по всему смотря в противоположный конец проулка. Спустя секунду и до меня доносится звук шагов - кто-то крайне быстро приближается к нам. Не знаю, кто именно, но он выиграл нам немного времени. Слышу, как Ральф выкрикивает что-то удивлённо-злобное, а через мгновение пространство между домами заливает белый свет, в котором мелькает чья-то фигура. Короткий крик, полный боли и на мостовую перед моими глазами, с глухим звуком падает тело куратора первого курса, на котором восседает Круацина, потрошащая его, как дикую свинью. В одной руке призванная держит нож, второй удерживает цель на земле. На каком-то моменте, девушка оставляет нож в теле противника и вцепившись руками в голову, принимается молотить ей об брусчатку. Останавливается только тогда, когда от черепа Ральфа остаются только кровавое месиво. Ещё какое-то время рассматривает изувеченное тело, как будто сомневаясь, что прикончила парня, а потом поднимается, шагая куда-то в сторону. Скоро слышу и её голос.

- Господин, вы в порядке? Что это порождение бездны хаоса с вами сделало? Как мне помочь?

Канс вполне предсказуемо не отвечает и девушка разочарованно вздыхает. А потом, судя по звуку, начинает снимать с сына хёрдиса одежду. Если бы не полный паралич всех мышц, я бы засмеялся от нелепости ситуации. Но пока приходится лежать на мостовой и гадать, закончится ли действие заклинания само по себе или нам понадобится сторонняя помощь.

Мышцы начинает отпускать спустя минуту, когда со стороны Тонфоя уже слышатся характерные звуки. Едва-едва, но тело снова чувствуется, хотя двигаться я по-прежнему не в состоянии. От попыток пошевелить пальцами отвлекает мужской голос.

- Извлекаешь из ситуации максимум выгоды?

Призванная что-то неразборчиво рычит в ответ, а по телу проносится волна лёгкого тепла, следом за которой катится поток боли, бьющий по мышцам. Закончив корчиться в судороге, понимаю, что снова могу управлять своим телом. Да и струна немедленно отзывается - магия со мной. Опираясь на кэб, поднимаюсь и вижу мрачного вида мужчину в длинном пальто и шляпе-котелке. В правой руке длинноствольный револьвер - одна из моделей "Стинни", которым вооружён Джойл. В метре от него, Канс пытается сбросить с себя полуобнажённую призванную, явно не понимающую, чем она вызвала такую реакцию. Джойл уже стоит на ногах и сжимая винтовку, косится на меня. Виконтесса и Эйкар с Сонэрой только поднимаются. Незнакомец, хмуро разглядывая нас, представляется.

- Сонкон Дэйр - оставлен Её Сиятельством в качестве доверенного лица. С приказом оказывать вам поддержку любого характера.

Бросив взгляд на труп Ральфа, с лёгким сарказмом добавляет.

- Как вижу, не зря.

Переглядываюсь с остальными и озвучиваю вопрос.

- Как вы узнали, что мы в опасности?

Тот кивает на возмущённую Круацину, что всё-таки оставила Канса в покое и натягивает на себя шорты.

- Она начала кричать, что господин попал в беду и надо срочно бежать на помощь. Выпрыгнула со второго этажа и помчалась по улицам. Всё, что оставалось мне - двигаться по её следу.

Эйкар, задумчиво разглядывающий тело убитого куратора, поворачивается к Дэйру.

- Вы тоже учились в Хёнице, верно?

Мужчина чуть усмехается.

- Закончил пятнадцать лет назад и с тех нахожусь на службе Её Сиятельства.

Тонфой, наконец принявший вертикальное положение, бросает на него взгляд.

- Не знал, что бабушка нанимает магов.

- Даже великим нужна пехота, иначе их задавят массой.

Судя по выражению лица, Сонкон действительно считает Лэзлу Тонфой весьма одарённым человеком, которого смело можно назвать "великим". Я же наклонившись к телу Ральфа, снимаю окровавленный кристалл разума, висящий на цепочке и разогнувшись, уточняю.

- А где сама леди Тонфой?

Дэйр переводит взгляд на артефакт в моих руках, слегка пожимая плечами.

- Насколько я знаю - отправилась в Схердас, ко двору регента. Там сейчас назревают весьма интересные события. Мне поручено решить вопрос с маскировкой вашей демоницы и способствовать обеспечению безопасности.

Значит хёрдиссиня удалилась в столицу, оставив в Кёйреле своего помощника. Как я предполагаю, бабушка Канса изменила планы ввиду последних событий, связанных с решениями Морны. А там как знать, что ещё могло произойти за эту ночь.

Виконтесса оглядывается на выход из проулка, где видна пара прохожих, задумчиво наблюдающих за нами и высказывает дельную мысль.

- Нам нужно что-то решать и быстро - скоро здесь будет местная полиция.

Вспомнив о кучерах, поднимаю глаза к экипажам, но быстро становится понятно, что оба кэбмена мертвы. С ними Ральф церемониться не стал. А вот нас решил слегка помариновать, чтобы насладиться процессом. Правда, пока я так и не понимаю, из-за чего парень ополчился на меня - если из-за случая с Хенриком, то всё это выглядит не слишком логично. Переключив внимание на Дэйра, интересуюсь.

- Вы сможете наложить заклинания маскировки под руководством...Сонра?

Чуть не называю старого мага его настоящим именем, но вовремя понимаю, что уровень информированности "доверенного лица" доподлинно неизвестен. Но он быстро разрешает сомнения.

- Если вы имеете в виду Эйкара, то безусловно - да. Хотя некоторые связки, напрямую относящиеся к магии призыва, придётся использовать ему самому или кому-то ещё из вас - надеюсь струны выдержат.

Мгновение поколебавшись, принимаю решение.

- Тогда вы вместе с Эйкаром, Кансом, Круациной и Сонэрой отправляетесь в дом, где займётесь процессом маскировки. А мы попробуем разобраться с полицией - хотя бы на какое-то время оттянем их визит в особняк.

Тот кивает и через пару мгновений все пятеро быстрым шагом удаляются от нас, направляясь к противоположной стороне проулка. А виконтесса поворачивается ко мне.

- Как будем действовать?

- Попробую использовать титул "Защитника империи". По идее, они должны мне подчиниться.

Айрин пожимает плечами.

- Кёйрель формально считается вольным городом. Сложно сказать, как они отреагируют - "Защитник" может призвать к помощи имперский гарнизон, но по закону не может отдавать приказы полиции вольных городов, в отличии от "Спасителя империи".

Матерясь про себя, стараюсь сохранять спокойствие. Сейчас бы здорово пригодилось присутствие хёрдиссини, но придётся играть партию теми фигурами, что остались на доске. Конные патрульные в синих мундирах появляются спустя тридцать секунд, за которые я успеваю отчасти продумать план беседы. Старший из них, осмотрев моё кольцо на пальце, прокуренным голосом просит дождаться "начальства" и пока никуда не уходить. Спешившись, достаёт самокрутку, которую быстро запаливает спичкой, а мы переглянувшись, ждём. Чем больше времени у них уйдёт на то, чтобы добраться сюда, тем выше вероятность, что Эйкар и Дэйр успеют закончить процедуру маскировки.

Через несколько минут рядом с проулком тормозит паромобиль, из которого выбирается пара мужчин в пальто. Патрульный, уже успевший закурить вторую самокрутку, сразу отправляет её на мостовую и вытянувшись отдаёт честь, получая ленивые приветствия в ответ. Оба новоприбывших останавливаются в паре шагов от нас, оглядывая экипажи с мёртвыми кучерами и выпотрошенный труп с размозжённой головой, лежащий в луже крови. Тот, что выглядит старше, тяжёло вздохнув, представляется.

- Ланзор Крэйл - следователь полиции Кёйреля. Прошу вас представиться и объяснить произошедшее.

Судя по лицу, полицейский уже предполагает, что дело сулит немало головной боли и заранее нас всех ненавидит - по крайней мере, глаза смотрящие из под чёрных бровей, выглядят крайне недобро. Подняв правую руку с кольцом, представляюсь.

- Граф Вайрьо, студент Хёница и "Защитник империи". Это мои сокурсники - барон Джойл Тэрнек и виконтесса Айрин Мэно. Тело на мостовой принадлежит куратору первого курса университета Хёниц, пытавшемуся нас убить. Предполагаю, что он стоит и за двумя предыдущими покушениями. О расследовании последнего из них, произошедшего на территории города, вы должны были слышать - его взяла под свой контроль вдовствующая хёрдиссиня Лэзла Тонфой.

Став ещё мрачнее, мужчина кивает.

- Да, я знаю об инциденте в особняке, арендованном сыном хёрдиса. Тем не менее, Лэзлы Тонфой здесь нет, а ваш титул не даёт вам права отдавать приказы полиции вольного города. Допросить мы вас тоже не можем, но я обращаюсь с просьбой изложить все данные о произошедшем в добровольном порядке. Иначе нам придётся забрать с собой ваших друзей, на которых неприкосновенность не распространяется.

- Я всё понимаю, господин Крэйл. И согласен описать ситуацию в деталях. Но, думаю следует поставить в известность руководство Хёница - мы находимся и в его юрисдикции, на мой взгляд, дознаватели обязаны здесь присутствовать.

Глянув на меня из под нависших бровей, следователь проходится пальцами по щетине на правой щеке и снова вздыхает.

- Им уже отправили сообщение - скорее всего дознаватели прибудут в самое ближайшее время. Пока же, я с удовольствием выслушаю вашу историю.

Переглянувшись с виконтессой, которая внимательно наблюдает за полицейскими, принимаюсь излагать.

- На самом всё достаточно прозаично - мы спустились в Кёйрель, после чего взяли два кэба и направились к дому Канса Тонфоя. По дороге нас встретили патрульные, приказавшие свернуть сюда и остановиться. Далее они удалились, а мы оказались парализованы из-за внезапной атаки со стороны Ральфа.

Ланзор непонимающе косится на конных полицейских.

- Хотите сказать, ему помогал кто-то из наших?

- Они были под действием какого-то заклинания - как я предполагаю, напавший контролировал их разум. Сомневаюсь, что у них остались воспоминания о том, как их использовали.

Теперь следователь снова бросает взгляд на тело Ральфа.

- Насколько я вижу, вы живы и здоровы, а вот человек, которого вы называете нападавшим - напротив мёртв. Хотя он явно превосходил вас в плане искусства владения магией. Как так получилось? И ещё один вопрос - зачем вам потребовалось два кэба для троих человек?

- Вовремя подоспела помощь - Её Сиятельство оставила в Кёйреле своё доверенное лицо, с группой поддержки. И они смогли разобраться с Ральфом до того, как тот нас прикончил. Что касается числа кэбов - с нами были и другие студенты Хёница - Канс Тонфой из дома хёрдисов, баронесса Сонэра Кронц и её брат Сонр Кронц.

- И где они сейчас?

Уровень мрачности на лице следователя, по мере раскрытия фактов, продолжает расти - запутанность ситуации ему явно не нравится.

- Отправились в особняк Тонфоя, чтобы привести себя в порядок. Мы же остались здесь, дожидаться полицию.

Крэйл чуть наклонив голову набок, изучает меня взглядом, а его напарник - молодой парень, которому на вид лет двадцать с небольшим, выпрямляется рядом с телом Ральфа, которое он изучал.

- Где его кристалл разума? У каждого мага в университете должен быть такой.

- Он у меня и будет передан руководству Хёница, как только мы вернёмся.

Молодому полицейскому ответ явно не нравится и он пробует возразить.

- Мы тоже можем проверить его - знаете ли, полиция Кёйреля располагает собственными магами.

- Безусловно. Но думаю, Хардэн Стольк не одобрит такого поступка и даже, если я вдруг передам вам кристалл, немедленно пришлёт команду цердов для того, чтобы изъять артефакт.

Старший следователь, покосившись на более молодого коллегу, недовольно ворчит.

- Церды - это перебор, хватит и одного служащего с бумагой. Мы не на войне всё-таки. Но он прав, Кирн - с кристаллом пусть разбираются сами, это в конце концов преподаватель Хёница, а не маг на вольных хлебах.

Сделав паузу, снова поворачивается ко мне.

- А мы с вами, прямо сейчас отправимся в дом Тонфоя - крайне хотелось бы побеседовать с остальными участниками событий. За сохранность места преступления можете не беспокоиться - скоро сюда прибудут наши маги и криминалисты, а до тех пор его будут охранять патрульные. У дознавателей университета будет полный доступ, когда они явятся.

Загрузившись в паромобиль, отправляемся к особняку Канса - вместе с нами только двое следователей, так мы свободно размещаемся внутри довольно объёмной машины. Выгружаясь перед домом, гадаю может ли у кого-то из офицеров быть при себе артефакт для обнаружения призванных? И хватило ли времени Эйкару с Дэйром?

Дверь открывает денщик Канса, выглядящий весьма бодро. Окинув нас взглядом, живо интересуется.

- Чем могу помочь, господа?

Крэйл начинает представляться, но бывшего гвардейца уже отодвигает в сторону сам сын хёрдиса.

- Да, мы ждали вашего прибытия - извольте пройти в гостиную, где мы сможем побеседовать.

Внутри дома нас встречают все остальные, включая Круацину, наконец сменившую наряд - теперь на девушке брючный костюм, а на поясе висят пара ножей и массивный револьвер. Следователь, усевшись в кресло, отказывается от предложенного хирса и сразу берёт с места в карьер, обратившись к Дэйру.

- Как вы узнали о нападении на студентов Хёница? И сразу ещё один вопрос - почему он выглядит так, как будто его разделывал мясник, а не прикончила магия.

Помощник леди Тонфой, по уровню мрачности не уступающий полицейскому, делает жест рукой в сторону Круацины.

- Её Сиятельство оставила этого некона, установив связь между ним и своим внуком. Девушка всегда знает, если тому угрожает опасность и может прийти на помощь. Если же говорить о состоянии трупа, то именно она первой добралась до места нападения и разделалась с несостоявшимся убийцей доступными ей средствами.

- Некон-телохранитель с магической связью? Даже не помню, когда последний раз слышал о таких - они же были весьма нестабильны, если мне не изменяет память. И после десятка смертей хозяев от рук собственных охранников, их больше практически никто не использует.

Дэйр невозмутимо пожимает плечами.

- Не мне обсуждать решения Её Сиятельства, я лишь выполняю данные мне приказы.

Местный полицейский окидывает взглядом Круацину.

- Она умеет разговаривать?

Девушка с возмущённым рыком подаётся чуть вперёд, опустив правую руку на рукоять ножа.

- О да, я умею разговаривать, несчастное порождение...

От продолжения её останавливает Канс, схвативший призванную за плечо. А Дэйр с ухмылкой отмечает.

- Как вы сами сказали, такие неконы крайне часто бывают нестабильными. К тому же, по закону их свидетельства нельзя принимать в качестве доказательств. Не думаю, что вам стоит её допрашивать - девушку пестовала лично Её Сиятельство и даже я могу не успеть остановить её. Как результат, мы получим сложный юридический казус - убийство офицера полиции в доме сына хёрдиса, совершённое неконом "Спасителя империи", которого та оставила в качестве телохранителя внука. Я даже не представляю, кому в таком случае могут выдвинуть обвинения.

Несколько секунд Ланзор с весьма недовольным видом разглядывает девушку, после чего переключается на самого Тонфоя, прося его изложить свою версию событий. Выслушав версию Канса, которая не сильно отличается от моей, досадливо морщится, делая какие-то пометки в блокноте. И после нескольких уточнений, наконец покидает дом, пообещав связаться в случае необходимости.

Когда дверь за полицейским закрывается, звучит голос Эйкара.

- Скоро здесь будут дознаватели Хёница. Надо решить, что делать с кристаллом, до того, как они прибудут.

Поворачиваюсь к нему, чтобы ответить и слышу требовательный звон колокольчика. Канс, бормочущий себе под нос что-то не очень нелицеприятное по поводу местной полиции, распахивает её самостоятельно и удивлённо застывает на пороге. А внутрь, бесцеремонно оттолкнув аристократа, вваливается весьма раздражённый Йорс.

Глава XXII

Обескураженный Канс захлопывает дверь, а Йорс остановившись перед нами, обводит всех присутствующих взглядом, задержав его на Дэйре и Круацине.

- Кристалл Ральфа у вас?

Вижу, как после этой фразы моментально напрягаются Эйкар и Айрин. До Тонфоя тоже доходит и задумчиво глядя на спину дознавателя, парень перемещает свою руку к револьверной кобуре на поясе. Ситуация на самом деле опасная - убитый куратор видел призванную до нанесения маскировки и в теории мог успеть запустить идентифицирующую нотную связку. Даже если это не так, то какие-то подозрения у него точно возникли. Выскажи он их Йорсу или кому-то из его коллег - проблемы нам обеспечены. Пусть маскировка не позволит сходу определить принадлежность Круацины к другому миру, но думаю существует немало способов её вскрыть, если действовать целенаправленно и предполагать, что перед тобой призванный. Пока все эти соображения молниеносно проносятся в голове, пытаюсь сформировать план действий и определившись, отвечаю.

- Безусловно. Но передам я его исключительно в руки Хардэна Столька или проректора по дисциплине и безопасности, Норница Рэрха.

Дознаватель, не удержавшись, возмущённо фыркает.

- Действительно? Может пригласим сюда ещё регента с канцлером, для надёжности? Я дознаватель Хёница, ведущий следствие и приказываю вам передать мне кристалл разума Ральфа Сповеки. Немедленно.

Губы сжаты, ноздри раздуваются от гнева - похоже мой ответ окончательно выбил Йорса из колеи. Если он решит перейти к силовым действиям, это будет плохо - даже если мы каким-то чудом справимся, последствия будут весьма печальными.

- Извиняюсь, если оскорбил вас своим недоверием, но и вы должны меня понять - на нас было совершено три покушения, последнее из которых предпринял человек, точно так же, как и вы, работающий в Хёнице. Сейчас круг лиц, которым я однозначно доверяю, сузился до неприлично малых размеров.

Поняв, что выражение лица Йорса не меняется, добавляю.

- К тому же господа Стольк и Рэрх владеют определённой информацией, которая поможет им лучше разобраться в ситуации. Опасаюсь, они будут крайне недовольны, если кристалл разума окажется у кого-то ещё. Что может отразиться, как на вас, так и на мне - в обоих случаях, далеко не самым лучшим образом. А мне хотелось бы остаться студентом Хёница.

Ярость сменяется лёгкой задумчивостью - Йорс пытается понять, что я имею в виду. Наконец принимает решение.

- Я свяжусь с Норницом. Посмотрим, что он скажет.

Маг выуживает из кармана артефакт, напоминающий бублик из слюды и какое-то время остаётся на месте, сжимая его в правой руке. Спустя минуту возвращает тот на место и с удивлением смотрит на меня.

- Проректор прибудет сюда сам. Вам приказано оставаться на месте, ожидая его.

С облегчением выдохнувший Канс, проходит мимо дознавателя, приближаясь к нам.

- Тогда может по бокалу хирса? Или чашке сорка?

Всё ещё озадаченный Йорс кивает ему.

- Второе. Мне всё равно нужно обеспечить вашу безопасность.

Когда перемещаемся из холла в гостиную, рассаживаясь на креслах и диванах, дознаватель, бросив взгляд на Дэйра, интересуется.

- Извиняюсь за свою прямоту, но вы не желаете представиться?

Тот с ухмылкой пожимает плечами.

- Сонкон Дэйр - доверенное лицо Её Сиятельства Лэзлы Тонфой, оставленный для контроля над следствием по делу о покушении на жизнь её внука и обеспечения его безопасности.

Заметив, что глаза дознавателя скользят к Круацине, продолжает.

- Это некон-телохранитель, связанный с Кансом Тонфоем - она первой добралась до места событий и прикончила нападавшего.

Как я могу судить, у Йорса определённо есть вопросы на этот счёт, но пока дознаватель решает промолчать. Скорее всего ждёт визита Норница, чтобы прояснить ситуацию и понять, как стоит действовать.

Проректор появляется через полчаса, за которые мы успеваем выпить по паре чашек сорка и завязать какое-то подобие светской беседы. Дверь снова открывает Тиллес, который после всех событий, весьма спокойно реагирует на происходящее и спустя пару секунд беловолосый мужчина уже входит в гостиную, хмуро нас разглядывая. Йорс немедленно поднимается со своего места, а проректор шагает ко мне, протягивая руку.

- Извольте передать кристалл, Вайрьо. Дознание я проведу лично - можете не беспокоиться.

Отмечаю, что выражение лица Йорса становится не просто непонимающим, а скорее ошеломлённым, причем теперь дознаватель даже не пытается это скрыть. Достав кристалл, пока оставляю его в руке, уточняя.

- Мы сможем ознакомиться с результатами в каком-то виде?

Норниц недовольно дёргает уголком губ.

- Думаю, да - после допроса, мы обозначим причину по которой вас пытались убить.

Удовлетворённо кивнув, отдаю ему кристалл и Рэрх разворачивается, удаляясь в сторону выхода. За ним следует и Йорс, со странным выражением лица глянувший на меня. Чувствую, ещё аукнется мне такое "особенное" отношение со стороны проректора. Как минимум, дополнительными подозрениями со стороны дознавателя. Хотя, может и наоборот - станет меньше интересоваться нашей подноготной, поняв, что здесь замешаны интересы университетского руководства.

Дождавшись хлопка закрывшейся двери, Тонфой приглашает всех переместиться на второй этаж и компания отправляется на лестницу. Я же задерживаюсь в комнате, слегка кивнув Дэйру. Единственная, кто обращает на это внимание - виконтесса, но она быстро понимает что к чему и уходит вслед за остальными, не акцентируя внимания на том факте, что мы отстаём. После того, как Айрин удаляется достаточно далеко, поворачиваюсь к доверенному лицу вдовствующей хёрдиссини.

- Чего добивается леди Тонфой?

Сонкон пару секунд разглядывает меня.

- Хочет защитить своего внука и понять, кто пытался его убить. Это очевидно.

Вздохнув шагаю в его направлении.

- Не помешал бы более правдивый ответ, Дэйр. Если я правильно понимаю, последние годы, Лэзла почти безвылазно провела в своём поместье, наблюдая за внешним миром и собирая информацию. Как старый мастодонт, что затаился в берлоге, выжидая момента, пока о нём забудут достаточно, чтобы показаться на свет. Ведь, не просто так могущественный маг, получившая прозвище "Кровавой" окопалась в удалённом особняке? Была какая-то веская причина, побудившая её на этот шаг. И сейчас она появилась снаружи, как ни в чём не бывало. Зачем и почему?

Мужчина задумчиво изучает меня взглядом. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять о чём он думает, поэтому решаю добавить ещё пару фраз.

- Ты верно размышляешь - я намного более слабый маг, чем ты и сейчас нахожусь не в самой выгодной позиции. Но поверь - в моих силах заставить крутнуться жернова, которые в итоге разотрут тебя в кровавый порошок.

Блеф весьма откровенный, но во-первых, он точно в курсе, что я наследник престола - раз леди Тонфой доверила ему информацию о призванной, то уж наверняка сообщила и менее ценные данные, о моей личности. Во-вторых, Сонкон только что убедился в моих особых отношения с ректоратом. Так что, угроза в его глазах может выглядеть относительно реальной. А вот рамки реагирования у него весьма узкие - не думаю, что приказ бабушки Канса включает в себе возможность ликвидации Кирнеса Эйгора.

- Скажем так - Её Сиятельство увидела возможность вернуться к былой славе. И ты прав - исчез кое-кто, долгое время заставлявший её находиться в четырёх стенах. Надеюсь, ты понимаешь, что вдовствующая хёрдиссиня тебе точно не враг? Она делает всё, чтобы сохранить всем вам жизнь.

В голове мелькает мысль, что если наши действия разойдутся с планами бабули Канса, она без колебаний отправит нас на тот свет, но вслух такое лучше не озвучивать. Пусть лучше считает, что её игра принимается за чистую монету. Поэтому, кивнув мужчине, отправляюсь к лестнице на второй этаж - мы и так задержались здесь достаточно.

Поднявшись, застаю компанию рассевшейся в целой гостиной с бокалами вина - лакей как раз заканчивает наполнять два последних, явно предназначенных для меня и Дэйра. Взяв один из них, усаживаюсь в кресло, вытянув ноги. Помощник Лэзлы Тонфой тяжело опускается на небольшой диван, целиком его заняв. А Сонэра, встряхнув головой, в никуда озвучивает вопрос.

- Зачем он хотел нас убить?

Смущённо покосившийся на меня Джойл отвечает первым.

- Орн как-то покалечил одного преподавателя, что мог быть его другом. Может от того и затаил злобу.

Баронесса чуть морщится, делаю глоток вина.

- Такую, чтобы попытаться убить его самому? Вместе со всеми нами?

Айрин поднимает руку с бокалом, рассматривая напиток в нём.

- Если так, то он самый эпический рицеров идиот, которого я встречала в жизни.

На этом обсуждение бывшего куратора первого курса заканчивается и беседа сворачивает к светским условностям. Впрочем, болтают в основном аристократки и примкнувший к ним Канс. Круацина молча сидит рядом с сыном хёрдиса, внимательно прислушиваясь к разговору, а все остальные погружены в свои мысли. Не знаю, о чём раздумывают остальные, а я думаю о том, кто на самом деле мог стоять за покушениями. И сильно жалею о том, что у нас отсутствовала возможность самостоятельного допроса мага. Было бы куда лучше получить информацию самим,но во-первых, у нас нет такой технической возможности, для процедуры вселения требовался некон или относительно свежий труп, без струны. А во-вторых, руководство Хёница ни в коем случае не позволило бы нам оставить себе кристалл для самостоятельных действий. Думаю, сейчас они перебрасывают разум Ральфа в тело одного из неконов без струны, чтобы исключить возможность использования им магии.

Это наталкивает ещё на один вопрос - как Ральф смог создать копию Тиллеса? Пусть в деталях процесс мы пока не изучали, но кое-что я и так знаю. У каждого из студентов и преподавателей Хёница, обладающих кристаллами разума, имеются копии собственных тел, хранящиеся в университете. Они конструируются после применения на живом человеке особого набора связок, который позволяет относительно дёшево и несложно создавать полностью идентичные тела в будущем. Что-то вроде готовой к использованию матрицы, на основе которой “печатаются” копии. Процесс, помимо всего прочего, предусматривает использование немалого числа рун и специального артефакта. То есть всё должно происходить в относительно стационарных условиях - полевой магией тут и не пахнет. Более того - в такое тело можно поместить лишь разум оригинала. Попытка внедрения сознания кого-то ещё приведёт к весьма суровым последствиям, в первую очередь для самого вселяемого - в лучшем случае он умрёт в жутких мучениях, вернувшись назад в кристалл. В худшем - погибнет навсегда.

С копиями обычных людей всё несколько проще за счёт того, что им не требуется наличие струны. Поэтому процедура более простая и быстрая. Но в любом случае требует времени и нанесения рун на тело человека. Засунуть в созданного, таким образом некона, разум простого обывателя не получится - кристаллами всё-таки могут пользоваться только маги. Впрочем, это не мешает создать внутри искусственного человека подобие сознания, похожее на то, которым располагают скерты или некроконстры высшего ранга. Многие из облечённых властью поступают так, чтобы сохранить при себе "вечно молодых" любовниц, что пришлись по вкусу, а в некоторых случаях и членов семьи. Да, в итоге выходят "пустышки", но внешний вид у них полностью совпадает с оригиналом.

Как бы то ни было, Ральфу требовалось провести эту процедуру с Тиллесом - то есть на какой-то промежуток времени заполучить денщика Канса в своё распоряжение. И он был в состоянии покопаться в его разуме - бывший гвардеец не является магом, так что этот вариант был доступен. Не мог ли он засунуть туда какую-то установку? Например, выстрелить мне в спину, как только представится гарантированная возможность? Сам Тиллес о каких-то контактах подобного рода умолчал, но ничего не мешало Ральфу подчистить его память.

Покосившись на парня, что мелькает в проходе, тихо озвучиваю свою мысль и в гостиной повисает напряжённая тишина. А спустя минуту Дэйр уже "вскрывает" разум испуганного денщика. К счастью, полчаса исследований убеждают его в том, что никаких скрытых приказов не имеется. Присутствуют следы вмешательства в сознание и стёртые участки памяти, но это вполне объяснимо. Попутно выясняется, что леди Тонфой успела обработать всю прислугу - никто из них не сможет рассказать что-то о происходящем в доме, даже если такое желание возникнет. Шпионажа с их стороны можно больше не опасаться - хёрдиссиня залезла к ним в голову, сразу же, как мы покинули дом. Подозреваю, что и Тиллеса она тоже проверила, но по какой-то причине не поставила в известность своего помощника.

Сразу, как только отпускаем покрывшегося потом парня, внизу звенит дверной колокольчик и вскоре наверх поднимается камердинер Канса с конвертом - мне доставили послание от Норница. Письмо, если его можно так назвать, весьма лаконично - проректор рекомендует пока остаться в Кёйреле, пробыв там до следующего утра, по соображениям безопасности. Допрос Ральфа только начался и пока неизвестно, были ли у него пособники в Хёнице. Поэтому, нам лучше заночевать в особняке Тонфоя, под охраной местной полиции. Та выставит около дома нескольких сотрудников, экипированных защитными артефактами и одного мага. Помимо этого, университет отправит в город одного из своих цердов. Если верить сообщению от Рэрха, обеспечить нашу безопасность на территории города будет проще, чем в Хёнице.

Озвучиваю содержание письма остальным и выглянувший в окно Тонфой, подтверждает, что перед домом дежурят двое полицейских в форме, а через дорогу от него - ещё пара человек в штатском. Дэйр, услышав про церда и полицейского мага, выставляет на столешницу небольшую металлическую пирамидку, активируя её нотной связкой. В ответ на наши вопросительные взгляды, объясняет, что артефакт исключит возможность подслушать нашу беседу. Роль его полевого аналога играет кольцо на пальце мужчины, но в присутствии церда Хёница лучше перестраховаться.

Все постепенно расслабляются, а лакей продолжает приносить бутылки вина. В итоге разговор незаметно переключается на Круацину. После пары банальных вопросов о том, как ей новое тело и наш мир, чуть захмелевшая Айрин внезапно интересуется.

- А как там у вас? На что это похоже?

Эйкар, чему-то усмехнувшись, бросает взгляд на виконтессу, а призванная несколько секунд сидит с растерянным видом, пытаясь сформулировать ответ.

- У нас всё совсем по иному. Даже не знаю, как это вам объяснить - нет плоти, отсутствует вообще что-то похожее на ваши материалы. Наши тела сотканы из "цири", внутри которой находится "луас" - ядро с нашим разумом и памятью.

Виконтесса морщит лоб.

- Цири?

- Энергия, что составляет основу большинства живых существ моего мира. Она же содержится в окружающем пространстве, позволяя нам выживать - каждому требуется какой-то объём цири для поддержания жизни. Даже тварям из бездны хаоса, распадись их ядра.

Тут, к беседе подключается Сонэра.

- Бездна действительно существует? Я думала, это такой оборот.

Повернувшаяся к ней Круацина, отпивает вино, явно наслаждаясь вкусом напитка.

- Да, она более чем реально - скопление "сэйки", энергии хаоса. Там обитают существа, отличные от нас. Парадокс - они не могут жить за пределами бездны, но для поддержания жизнедеятельности им тоже нужна цири, так же, как и нам. Самые мелкие постоянно находятся около границ, частично высунувшись наружу и впитывая энергию, а те что покрупнее - вырываются за её пределы, охотясь за нами. Или жрут друг друга - их ядра тоже служат богатым источником цири - достаточно поглотить ядро втрое меньшего сородича, чтобы какое-то время чувствовать себя нормально.

Баронесса пару секунд размышляет.

- То есть они охотятся за вами, как за дичью?

На лице Круацины появляется невесёлая усмешка.

- Те из нас, кто жаждет быстро вырасти тоже охотятся на своих же. Это если не считать тех, кто подсел на постоянное поглощения ядер сородичей - если часто использовать их в пищу, то твоё собственное изменяется и требует регулярной подпитки, без которой распадается.

Интересно у них там всё устроено - с одной стороны всё довольно просто, с другой - мир весьма суров. Вся жизнь проходит внутри океана энергии, под постоянной угрозой нападения и гибели. Машинально озвучиваю вопрос, пришедший в голову.

- А как вы размножаетесь?

Призванная с интересом смотрит на меня и сбоку слышится тихое шипение виконтессы, явно недовольной выражением лица спутницы Канса.

- Совсем не так, как здесь. Если смотреть с вашей точки зрения, то мы и вовсе не размножаемся - жизнь самозарождается в местах стихийной концентрации цири. Появляющиеся малыши почти не обладают интеллектом и действуют на инстинктах, постепенно развиваясь. Ничего общего с процессом зачатия ребёнка здесь, это не имеет.

Недовольно нахмурившаяся Айрин спешит перевести разговор в другое русло.

- Получается вы общаетесь между собой на каком-то похожем языке, раз ты можешь свободно с нами говорить?

Круацина отпивает алкоголь и покачивает головой.

- Знания о языке мы получаем, когда переходим грань между мирами, вместе с телом.

Уже запьяневший Канс, помахивая бокалом сжатым в руке, решает прояснить другой момент.

- Как у тебя вышло получить такую внешность? Ты сама выбрала облик или это происходит как-то случайно?

- Всегда по разному. По нашим легендам, что основываются на словах тех, кто не раз пересекал грань между мирами в обоих направлениях, можно выбрать тело самому, а можно довериться случаю. А ещё тебя может принудительно изменить маг, что использует заклинание и от этого никуда не деться.

Проводит рукой по своей груди и добавляет.

- Свой внешний вид я выбрала сама, опираясь на образы из вашего мира.

На этой фразе активизируется Эйкар, до этого вяло прислушивавшийся к беседе и методично создававший перед собой небольшие огненные сферы.

- Какие образы? Откуда?

Получает недоумевающий взгляд Круацины, за которым следует ответ.

- Последнее время в некоторых местах нашего мира появляются образы отсюда самого разного вида - от обычной жизни до ссор, убийств и секса. Не знаю почему и как, но в таких точках постоянно собирается масса наших. Некоторые появляются даже внутри самой бездны. Я подумала, что такое тело идеально подойдёт, чтобы радовать глаз освободившего меня господина и получать удовольствие.

Тонфой хмыкает.

- Было бы весело, призови тебя женщина.

Пожавшая плечами Круацина, с лёгкой усмешкой парирует.

- Я бы тоже справилась - из вашего мира порой пробиваются весьма интересные сюжеты.

От кресла Мэно доносится лёгкий смешок, а Сонэра делает вид, что не слышала последних фраз, сосредоточенно изучая столешницу. Я же пробую разрядить обстановку.

- То есть у вас там безграничный океан цири, соседствующий с бездной?

Внимание призванной снова переключается на меня.

- У него есть границы - чем ближе к ним, тем меньше вокруг становится энергии и сложнее выжить. Если удалиться слишком далеко, где цири совсем крохи - назад уже не вернуться. Бездна - одна, но от неё порой откалываются островки, внутри которых тоже зарождается жизнь. Правда там редко вырастает что-то опасное, разве что кто-то из крупных тварей спрячется заранее - тогда близко лучше не подлетать.

Баронесса, церемонно отставившая в сторону бокал, возвращается к беседе.

- И вы не знаете, что лежит за пределами этого скопления энергии?

Круацина отрицательно качает головой и Сонэра поворачивает голову к Эйкару, вперив в того вопросительный взгляд. Старый маг, заметив внимание к своей персоне, выпрямляется в кресле, выпадая из задумчивого состояния.

- Я тоже не знаю - все заклинания, нацеленные на пробив грани между нашими мирами, построены на взаимодействии с цири. В основном сюда попадают такие, как Круацина, иногда - сущности, рождённые в хаосе.

На этих словах призванная недовольно хмурится, а баронесса решает потерзать Эйкара ещё.

- Они чем-то отличаются?

- Те, что рождены в бездне, обычно куда больше нацелены на уничтожение всего живого - из них выходят неплохие бойцы.

Какое-то время в помещении царит тишина, которую нарушает задумчивый голос Дэйра.

- Сурово у вас там - жизнь похуже рицеровой. Никакого удовольствия, сплошное выживание.

Прикусив губу, Круацина секунду смотрит на него, а потом встаёт на ноги и потянув Канса за руку, вынуждает парня встать. Через несколько секунд хлопает дверь спальни, а потом второй этаж дома наполняется звуками соития. Пару минут пытаемся поддерживать разговор, но в таких условиях делать это довольно сложно, так что сворачиваем беседу и расходимся по комнатам, подготовленным горничными. С учётом троих любовниц сына хёрдиса, что жили здесь раньше, спален хватает на всех.

Взбудораженная Айрин набрасывается на меня ещё до того, как дверь закрывается и на следующие полчаса мысли вылетают из головы. Переключиться на анализ ситуации выходит только после душа, когда девушка засыпает рядом, укрывшись тонким одеялом.

Основной тревожащий меня момент - вероятность того, что Ральф действовал не в одиночку. Либо, что у его нанимателя окажутся в Хёнице иные агенты, помимо куратора первого курса. Кто бы не стоял за покушениями - он явно располагает немалыми ресурсами. По возвращению придётся вести себя в разы осторожнее, хотя я с трудом представляю себе, как получится это реализовать, с учётом нашей системы обучения. В конце концов, меня тоже начинает клонить сон и я отключаюсь, следом за посапывающей под боком виконтессой.

Интерлюдия 7

- Возможно, нам стоит начать действовать? Ситуация полностью вышла из под контроля.

Полный маг вопросительно смотрит на собеседника, сверкание синих глаз которого не так заметно при дневном свете. Худощавый мужчина, оторвав взгляд от свежего выпуска газеты, откладывает печатное издание в сторону.

- Всё, что нам нужно - ждать, пока настоящий противник проявит себя, совершив ошибку.

- Но...начнётся большая война - ситуация на грани. Все последние доклады говорят об активной подготовке к открытому выступлению почти всех группировок, в ближайшие два-три дня империя может быть разорвана на части.

Его шеф с улыбкой пожимает плечами.

- Пусть - земля Норкрума не в первый раз обагряется кровью. Надеюсь ты помнишь, что наша конечная цель никак не связана с сохранением империи, а уж тем паче - власти династии Эйгоров. Если людишкам угодно - пускай кромсают друг друга в своей пустопорожней войне. Нам-то какое до этого дело? Вероятность того, что в грядущем хаосе мы нападём на след тех, кто наносил удар из подполья и сможем растереть их в порошок - весьма велика. После этого можно будет возвращаться.

- Просто я всегда думал, что будет проще, сохрани мы Норкрум в его границах. Да и с южными королевствами разобраться легче, если под рукой вся имперская армия.

- Верно. Но обстоятельства меняются, а с ними и планы - человек, который гнёт старую линию при полностью сменившихся переменных, это глупец, не более того.

Толстяк сконфуженно умолкает, но уже через пару секунд снова начинает говорить.

- То есть мне подтвердить старые инструкции для всех наших людей?

- Именно так. Не вмешиваться в происходящее и постараться удержаться от участия в конфликте. В тех, случаях, когда выбора нет - не проявлять сильную активность и свести всё к формальности. Основная задача - наблюдение и отслеживание чужого воздействия на процесс. Надо выяснить, кто стоит за всем произошедшим в последние три месяца.

Бывший главный садовник императорского дворца согласно кивает.

- Ещё один момент - как быть с Кирнесом? На него совершено два покушения, а час назад поступил доклад о том, что обнаружился и организатор - один из служащих Хёница, как раз работавший с первым курсом.

- Чем дальше, тем больше разброда у них становится - это не может не радовать. Глядишь и сами развалятся, без дополнительных усилий с нашей стороны.

На лице полного мужчины появляется скептическое выражение.

- Стольк такого не допустит - большинство преподавателей полностью лояльны ему, как и Норниц со своими цердами.

Вздохнувший обладатель синих глаз, тянется к чашке сорка, стоящей на столе и сделав глоток, оглядывает небольшой сад, под деревьями которого они ведут беседу.

- Окончательное решение вопроса с университетом придётся отложить - для этого нужна мощная армия и смена ректора. Но Хёниц сейчас не так страшен - сомневаюсь, что они смогут обнаружить кого-то из нас, имея усечённый магический арсенал. А вот те, кто отправил на тот свет Ланца, не уступают нам и поэтому крайне опасны. К тому же, они настолько ловко всё провернули, что никто до сих пор не смог напасть на их след - значит мы имеем дело не только с сильными магами, обладающими свободным доступом к знаниям, но и неплохими организаторами.

- Наш человек в доме Рояр, интересуется, как поступить, если армии южных королевств пересекут границу империи?

На лице худого мужчины с бледной кожей появляется выражение досады.

- Он слишком проникся идеями дома, пока находится там. Никому из нас не должно быть никакого дела до этой рутины. Какая разница, под чьей властью будет та или иная территория, если за спиной правителей в конце концов окажемся всё равно мы. А после завершения плана - мы навсегда встанем над человечеством, направляя его.

Несколько секунд раздумывает, после чего добавляет.

- Убери его оттуда под любым благовидным предлогом. Насколько я помню, на островах находится ещё двое наших осведомителей - информации мы не лишимся. А держать там того, кто колеблется, нет никакой нужды.

- Я бы не сказал, что он в чём-то сомневается. Возможно, находится под впечатлением от окружения, не более того.

Взгляд худощавого мужчины становится более жёстким.

- Это приказ, Байс. И его не стоит обсуждать - только выполнять.

Запнувшийся толстяк, сразу же кивает.

- Я всё понял - сейчас же займусь вопросом.

- И ещё одно - если у наших людей будет возможность, нужно получить данные допроса этого служащего Хёница. Как знать - за атакой на Кирнеса могут стоять те же люди, что прикончили Ланца.

- Но зачем...

- Ты стал задавать слишком много вопросов! Считаешь, что разбираешься в ситуации лучше меня?

Покрасневший толстяк моментально сникает и спустя несколько мгновений удаляется, забирая с собой блокнот, в котором делал пометки. А оставшийся на месте синеглазый мужчина, проводив его взглядом, снова тянется к газете.

Глава XXIII

Поднявшись рано утром, думаем, что будем первыми, кто проснулся, но в столовой внезапно обнаруживаются Канс с Круациной. Парень выглядит серьёзно измочаленным, и если бы не лицо лучащееся удовольствием, я бы подумал, что он всю ночь бегал вокруг дома. А вот призванная весьма бодра и активно поглощает завтрак, в роли которого выступает целая запечённая курица.

Когда усаживаемся на стулья, Тонфой молча протягивает мне одну из лежаших на столе газет. С удивлением понимаю, что это вчерашний выпуск "Вечернего Рэнха" - похоже издание пользуется спросом далеко за пределами своего города. Опускаю взгляд на передовицы и вижу заголовок "Мятеж Рихта Эйгора - начало гражданской войны или поступок идиота?". Н-да, эти парни не слишком церемонятся с членами императорской фамилии. Спустя мгновение погружаюсь в чтение статьи - выясняется, что двоюродный брат Ланца и Орвира Эйгоров поднял мятеж на западном побережье империи, захватив ряд городов. Выбор целей обусловлен его поддержкой исключительно со стороны флота, хотя в тексте упоминается, что гарнизонные части не оказывали серьёзного сопротивления, а расквартированные в регионе четыре армейских корпуса, по всей видимости проигнорировали приказ Генерального штаба о немедленном выступлении против мятежников.

Реакция со стороны Морны уже последовала - регент заявила, что двинет на запад группировку из трёх армейских корпусов и призвала к повиновению Восточный и Южный флоты, в противном случае угрожая немедленными арестами и казнями. Помимо этого было опубликовано воззвание к вольным городам. Им предлагалось присоединиться к “Пакту порядка” - соглашению с регентом, нацеленному на восстановление управляемости страной. Каждый присоединившийся город обязался перечислить часть средств в созданный фонд поддержки армии и открыть пункты набора добровольцев для формирования новых армейских частей. По предположению девушки, это позволит укомплектовать от восьми до шестнадцати отдельных бригад. Вольным городам взамен предлагалось обсудить расширение их автономии, как в экономическом, так и в политическом плане. Правда пока ни один из них не заявил о своём участие в амбициозном проекте или финансовой помощи правителю.

Перевернув лист, понимаю, что вся газета посвящена реакции империи на мятеж. Зачитавшись, пропускаю момент, когда передо мной ставят тарелку с завтраком - два жареных яйца с парой колбасок и объёмной кружкой сорка. Подняв взгляд, киваю горничной, которая обслуживает нас на пару с лакеем и возвращаюсь к чтению. Сидящая рядом виконтесса, потягивая бодрящий напиток, изучает другую газету. Зашедший в столовую Эйкар мгновение непонимающе смотрит на нас, но разглядев заголовки, сам тянется за одним из выпусков прессы, пачка которых лежит на столе перед Кансом.

Спустя пятнадцать минут становится понятно, что с точки зрения журналистов "Вечернего Рэнха", империя на грани полноценного раскола - если Морна быстро не возьмёт ситуацию под контроль, то против неё, с высокой долей вероятности, выступят и иные претенденты на престол. По данным репортёров, в Схердас уже прибыл сам хёрдис Оттефер, но зачем старик поехал в столицу - непонятно. По одним предположениям, чтобы ускорить свадьбу дочери Ланца и своего сына, по другим - для того, чтобы выбить более выгодные условия брака для дома Оттеферов. В текущей ситуации, пространство для манёвра со стороны регента критично сузилось - сейчас ей придётся идти на уступки, если она не хочет полностью потерять власть. Что интересно - Ност Оттефер, помолвленный с Морной, остался в родовом замке, что давало дополнительный повод для слухов и размышлений.

Если коротко подвести итог - империя быстро выходила из состояния "замороженного противостояния", рискуя крайне скоро оказаться в огне войны. Закрыв газету, откладываю её в сторону, принимаясь за успевший остыть завтрак и прошу появившегося лакея, принести ещё одну кружку сорка - сам не заметил, как опустошил первую. Тонфой, расположившийся напротив меня, тоже закончил читать и задумчиво смотрит в свою тарелку, ковыряя еду вилкой.

- Эта дура ведь могла попробовать договориться хотя бы с нами. Пообещай она автономию, дом Тонфоев мог дать присягу, при условии заключения соответствующего договора. Это сдержало бы остальных.

Мэно со вздохом поднимает на него глаза.

- Не преувеличивай значимость своего дома, Канс. У вас обширные владения и неплохая по численности армия, но боюсь, что Скорсы в союзе с Феррехт выставят столько же солдат, сколько и вы. А если учесть, что среди низовой аристократии тоже начинает разброд - расклад сейчас абсолютно неясен.

Парень недовольно хмурится, стиснув зубы.

- Наши вассалы - верны. Да и каждый знает - если попробует предать, то обречёт на смерть всю свою семью. Мы не прощаем измены.

- При условии, что дом Тонфоев уцелеет.

Круацина покосившись на угрюмого сына хёрдиса, осторожно интересуется.

- Может мне...

- Я же сказал - нельзя убивать моих друзей, даже если они меня бесят, как только проклюнувшиеся рицеры!

Девушка, насупившись, принимается за остатки курицы, а в столовой появляются Джойл с Сонэрой, за которыми вваливается Дэйр.

- О чём спорите?

Задавший вопрос Сонкон, скользит взглядом по стопке газет на столе и не дождавшись ответа, берёт один из выпусков, занимая свободное место. А Канс, чуть остыв, решает всё-таки прокомментировать слова Айрин.

- Возможно и так, но поддержка нашего дома, как минимум остудила бы пыл многих.

Виконтесса, разрезая яичницу, усмехается.

- У неё были Оттеферы - это не сильно помогло. Слишком рано взялась наводить порядок железной рукой, может после свадьбы это и сработало бы, но сейчас было не самой лучшей затеей.

Сонэра, уже пробежавшая глазами передовицы газеты, пожимает плечами.

- Скорее всего хотела получить преимущество на переговорах с этим гхарговым стариком, что я могу понять - ей и так придётся делить постель с его отпрыском, а так был шанс ограничить их влияние.

Айрин хмыкает.

- Может и так, но вышло ей это всё боком.

Краем глаза замечаю, как хмурится читающий газету Дэйр - её содержание, доверенному лицу леди Тонфой, явно не нравится. Обсуждение мятежа постепенно затихает - нам скоро нужно быть на учёбе, что побуждает ускориться с завтраком и выдвигаться наружу. Сонкон провожает нас до площадки канатной дороги, а вот Круацина в этот раз отправляется в университет вместе с нами. Пока едем - обсуждаем, что ей делать, пока мы учимся. Изначальная идея - оставаться в комнате Канса или находиться в столовой, но призванная упорно настаивает, что будет ходить на занятия вместе с Тонфоем, а если не пустят - ждать около входа. Вдовствующая хёрдиссиня изложила ей вводный курс правил поведения, которому она обещает строго следовать. Но вот находиться вдали от сына хёрдиса категорически не желает, с чем нам в итоге приходится смириться.

Когда оказываемся около университета, появляются синие шарики с расписанием - сегодня у нас основы некромантии и химерологии, после которых лекция по артефактологии. Перебрасываясь фразами, вваливаемся в холл, где дорогу преграждает один из неконов в ливрее Хёница.

- Граф Вайрьо, господин ректор приглашает вас к себе - извольте следовать по указателям.

Выдав фразу, сразу же отходит в сторону, игнорируя мой вопрос о причинах вызова к Стольку. Вероятнее всего, он хочет рассказать о результатах допроса Ральфа, правда почему-то делает это, в ущерб занятиям. Спустя минуту уже шагаю по белым стрелкам, возникающим на полу коридоров. Рядом молча идёт Айрин, наотрез отказавшаяся отправляться на занятие. Глядя на неё, за мной чуть было не увязалась вся компания, от чего их с трудом вышло отговорить.

За время, что добираемся до кабинета Хардэна, пытаюсь понять, чем обусловлен такой формат вызова. Странно, что его передали с неконом и попросили прийти, фактически во время первой лекции. Если возникло что-то срочное - думаю ректор отправил бы за мной кого-то из преподавателей, если нет - какой резон заставлять меня пропускать часть занятия? На мгновение возникает подозрение, что это и вовсе может оказаться ловушкой. Но взять под контроль некона университета - это перебор, кем бы там не оказались возможные заговорщики. А если уж меня всерьёз решил прикончить сам Хардэн - вариантов для спасения в стенах университета всё равно нет.

Оказавшись перед кабинетом ректора, переглядываюсь с Айрин и взявшись за дверной молоток, стучу. Через пару секунд дверь распахивается и я шагаю внутрь. На этот раз, здесь только сам Стольк - Норница в комнате нет. А дверь, он, судя по всему, открыл при помощи нотной связки. Или она сама является артефактом, который связан с ректором.

Секунду смотрим друг на друга, после чего он показывает рукой на стул, напротив стола.

- Присаживайтесь, Орнос.

Как только располагаюсь на стуле, начинает говорить, крутя в руках какое-то небольшое кольцо.

- Начнём с допроса Ральфа, который трижды покушался на вашу жизнь и в конце концов был нейтрализован. Мы с Норницем потратили больше пяти часов, допрашивая его с использованием самых разнообразных методик - тела неконов пришлось дважды заменять. Он действительно является организатором всех покушений. Сначала объяснял это тем, что вы фактически убили господина Хенрика, который пострадал из-за несчастного случая, но в итоге признался, что на него вышел некий человек, с одной стороны предложивший весьма выгодные условия сотрудничества, а с другой - угрожавший уничтожить его семью в случае отказа. У Ральфа ещё живы близкие родственники - парень относительно молод.

Когда он замолкает, пару секунд выжидаю, после чего уточняю.

- Что это был за человек? И при чём тут Хенрик?

Ректор, с лёгкой усмешкой разводит руками.

- Хенрик был его преподавателем по айвану, постепенно превратившись во что-то вроде личного наставника. И видимо он действительно горел жаждой мести.

Последняя фраза вынуждает озвучить очевидный ответ.

- Вы сейчас говорите о том, что я не был его целью?

- Ему была заказана ликвидация Канса Тонфоя.

Заметив на моём лице удивление, Стольк понимающе кивает.

- Да, сначала мы тоже ему не поверили, но судя по всему, парень сказал правду - его наняли для убийства Канса Тонфоя.

- Но зачем ему тогда было обращаться ко мне, когда мы оказались парализованы?

- Сам он, объясняет это личной ненавистью из-за ситуации с Хенриком. Учитывая его, довольно детальный рассказ о всех остальных обстоятельствах дела, не думаю, что Ральф лжёт. У меня есть вопрос - слово Орнирдум что-то говорит вам?

В голове сразу всплывают воспоминания о гостинице в Рэнхе и тётушке Сэмми, что пыталась превратить нас в партию живого товара. Кучер тогда упоминал Орнирдум, как организацию, покупавшую у неё людей для жертвоприношений, связанную с Оттефером. Вернее, формулировки были не совсем такие, но если соединить все данные, то картина как раз складывалась похожая. По глазам ректора понятно, что заминка с ответом от Хардэна не ускользнула. Да и большого смысла скрывать правду я не вижу - сомневаюсь, что эта информация может нам как-то навредить.

- Будучи в Рэнхе, мы попали в неприятную ситуацию - владелица гостиницы, которую порекомендовал кэбмен, попыталась отравить нас парализующей алхимией, чтобы впоследствии продать для жертвоприношения. Мы успешно выбрались, прикончив хозяйку отеля и её племянника. А вот кучера получилось взять живым и провести небольшой допрос. Он упоминал Орнирдум, как организацию, которая каким-то образом была связана с её деятельностью. К сожалению, он быстро погиб, не сумев дать нам полной картины, но слово Орнирдум прозвучало.

По мере моего короткого рассказа, лицо ректора всё больше вытягивается.

- Похищение студентов Хёница? И вы не рассказали об этом?

- На тот момент мы были вынуждены скрываться, по известным вам причинам. А впоследствии этот факт померк на фоне всего остального. К тому же мы не обращались в полицию, из-за чего запоздалое заявление могло привести к обвинению в убийстве троих человек.

- Вы недооцениваете наши ресурсы, граф. Пусть они не такие, как раньше, но мы в состоянии отправить наших дознавателей, которые занялись бы следствием при поддержке цердов. И точно не стали бы информировать об инциденте полицию Рэнха. Что ещё вам известно?

С его точки зрения, расклад действительно не самый хороший - группа студентов умолчала о нападении на них. С другой стороны, покушение на Морну тогда вытеснило всё остальное. Да и уверенности в том, что информация о небольшой банде из Рэнха как-то повлияет на нашу собственную безопасность, у меня не было. А давать в руки ректора козырь против дома Оттеферов, на тот момент казалось не самой лучшей идеей.

- Хозяйка гостиницы и её племянник были потомками орлоков, оставшихся после Войны трёх императоров - из числа тех, что создавались на основе живых людей.

Ректор нахмурившись смотрит на меня.

- Орлоки, дом Оттеферов и тайная организация, что в состоянии заставить одного из моих людей преступить законы Хёница - если связаться эти факты вместе, картина получается весьма удручающей. Уверены, что вам больше нечего сказать?

В этот раз моментально киваю ему.

- Абсолютно - об этой истории, мне больше ничего неизвестно.

- Ладно... Отправим в Рэнх пару наших людей, посмотрим, что получится выяснить. В следующий раз, сразу информируйте меня в случае угрозы жизни студентов Хёница за пределами университета. А теперь перейдём к следующему вопросу.

Взяв со стола конверт, протягивает его мне. Ещё одно письмо?

- Послание от Морны Эйгор - передано с одним из наших магов, который доставил корреспонденцию и для меня. Не уверен, что там, но на словах она передала, что вам придётся покинуть Хёниц.

Забрав конверт, после короткого раздумья, вскрываю его, пробегая глазами по тексту - всё равно о содержании придётся рассказать. И как мне кажется, лучше сделать это прямо сейчас, определившись со своими действиями.

Содержимое письма заставляет задуматься - регент приказывает отправиться мне в вольный город Скэррс на севере империи, представляя её интересы. Он находится недалеко от родового замка Вайрьо и по словам Морны, род графа всегда был тесно связан с городскими властями, несмотря на то, что аристократия ограничена в своих правах на территории подобных населённых пунктов. Моя задача - склонить руководство Скэррса на сторону действующего правителя, побудив присоединиться к "Пакту порядка". В качестве "Защитника империи" я могу представлять Морну на переговорах. Более того - в тексте послания упоминается, что вместе с самим письмом отправлена имперская грамота, предоставляющая полномочия заключать на территории Скэррса любые соглашения от имени регента, за исключением тех, что касаются сфер безопасности и обороны.

Поднимаю глаза на Хардэна и он протягивает мне второй конверт, куда больше первого. Внутри действительно обнаруживается грамота, в которой указано моё имя. Неожиданный поворот событий - такого я точно не предвидел.

- Что там, Орнос?

- При всём уважении - вы же наверняка прочитали его?

Вижу, как чуть меняется лицо Хардэна.

- Во-первых, на нём стоит печать Морны. Если вы думаете, что это ничего не значит - расспросите преподавателя артефактологии, он поведает вам немало интересного. Во-вторых, у меня ещё имеются некоторые остатки чести. Не спорю, если речь пойдёт о будущем Хёница или чём-то не менее важном - я смогу переступить через них. Но письмо от девушки, что пытается удержать власть над разваливающейся империей, к таковым не относится.

Как я понимаю, моё предположение зацепило его за живое, что слегка удивляет. Пытаюсь выправить ситуацию.

- Прошу извинить, если нанёс случайное оскорбление - как вы сами понимаете, произошло немало событий, поколебавших веру в человеческую честность. Что касается письма - мне предлагается отправиться в Скэррс, представляя интересы Морны и попробовать убедить их присоединиться к "Пакту порядка".

Брови Столька лезут вверх, а сам он откидывается в кресле, секунд пятнадцать проведя в таком положении. Снова уложив руки на стол, озвучивает своё мнение.

- В Скэррс, значит. Решение, мягко говоря, нестандартное, но отчасти логичное - род Вайрьо традиционно пользуется там уважением. Правда не уверен, что это...ваш случай. Тем не менее, добавит какой-то вес в качестве посланника регента. Что вам известно о Скэррсе, Орнос?

- Помимо названия и того, что он расположен где-то рядом с моим замком - ничего.

На лице Хардена появляется выражение лёгкой задумчивости.

- Там добывают половину кэррса - ценного алхимического ингредиента, что применяется в двух третях составов, производимых лабораториями. В том числе он используется в военной алхимии, что превращает город в важный стратегический объект - он мало того, что богат, так ещё и может дать солидное преимущество в случае масштабной войны, на которую точно не хватит запасов алхимии из арсеналов под контролем Морны. Как и любого другого претендента на власть над Норкрумом. Что думаешь делать?

Хороший вопрос. Но ответа на него у меня пока нет.

- Подумать и обсудить ситуацию с остальными. Сразу уточню - что произойдёт в случае моего отказа?

- Если письмо оформлено в качестве приказа, то вас могут лишить титула и обвинить в государственной измене. "Защитник империи" может отказаться от выполнения распоряжения правителя только в случае своей смерти - во всех остальных случаях он обязан предпринять все необходимые действия для выполнения поручения. Но как вы сами понимаете, в текущей ситуации, это не слишком серьёзная угроза.

Он проверяет меня на лояльность Морне? Или отговаривает от поездки на север?

- Тем не менее, вы всё ещё ведёте переговоры с регентом - не так ли?

Хардэн слегка наклоняет голову вперёд.

- Мы продолжаем общаться с Морной, но как вы знаете - Хёниц пока не заявил о её поддержке и на то имеются веские причины.

Видимо что-то уловив на моём лице, добавляет.

- Но и против неё, мы выступать не намерены - просто соблюдаем нейтралитет, с некоторым уклоном в сторону действующего регента.

Сложно сказать, какую именно поддержку может оказать Хёниц в случае полноценной войны, но думаю несколько сотен опытных магов - это серьёзная сила, которую был бы рад заполучить любой из игроков Норкрума.

- Я обдумаю ситуацию и как только приму решение - дам вам знать.

- Буду ждать. Имейте в виду - вы можете взять с собой до десяти человек, в качестве сопровождения. И если с вами решат отправиться студенты, подписавшие договор о личном вассалитете, я не стану этому препятствовать.

Хмыкнув, ещё раз пробегаю глазами письмо и понимаю, что не ошибся - по поводу временных рамок для выполнения задачи, там ничего не сказано.

- Даже в случае моего согласия, остаётся вопрос с учёбой - дело может затянуться и мы рискуем пропустить слишком много. Не хотелось бы отстать от сокурсников.

- Если вы на постоянной основе будете находиться в Скэррсе, то это не проблема - там имеется представительство Хёница, в котором можно заниматься. Задания вы будете получать отсюда - это можно обеспечить при помощи артефактной связи. А семинарами по использованию айвана займётся профессор Тескон, который как раз находится там с визитом.

Непроизвольно улыбаюсь.

- Не думаю, что он будет этому рад.

- У него всё равно не будет выбора. К тому же, несмотря на всё ворчание, старине Лайру всегда больше нравилось обучать студентов, чем вести деловые переговоры. Вполне может статься, он приятно удивится, услышав о своей дополнительной задаче. Особенно, если вас будет несколько.

- То есть мы сможем заниматься, даже в случае длительного отсутствия?

- Безусловно, Орнос. Если решите отправиться туда всей своей компанией, Хёниц обеспечит вам возможность для учёбы. Ситуации, схожие с вашими порой возникают, хотя обычно связаны со свадьбами и имперскими мероприятиями, а не переговорами от лица правителя империи.

Смотря на него, пробую уловить скрытый посыл, но сделать это довольно сложно. Сначала он намекает на то, что Морна не такой уж и реальный правитель, а потом расписывает, что у меня и возможных сопровождающих не возникнет проблем с обучением в отрыве от университета. Впрочем, мне в любом случае надо будет подумать, прежде чем дать ответ.

- Когда ваш маг отправится обратно в столицу?

Кончики губ собеседника дёргаются - как будто он сдерживает улыбку.

- Приблизительно, через пять часов.

Киваю ему.

- Хорошо - до этого времени я дам вам ответ и составлю письмо Морне. Прошу уведомить, если планы изменятся и он полетит в Схердас раньше.

- Конечно, Орнос - об этом можете не беспокоиться. Только прошу вас - посетите занятия, некоторые преподаватели уже намекают мне, что в университете появился привилегированный студент, которому позволено слишком многое.

Последние фразы произносит с откровенной усмешкой - опять же, сложно понять, всерьёз он или нет. Заверив ректора, что непременно буду присутствовать на лекциях, прощаюсь и выйдя в коридор, наталкиваюсь на вопросительный взгляд Айрин, изнывающей от нетерпения.

- Что там? Для чего вызывали?

Покосившись на дверь кабинет Хардэна, показываю рукой в направлении блока общежития и мы устремляемся вперёд по коридору. По дороге начинаю рассказывать.

- Первое - охотились на самом деле не за мной, целью был Тонфой. Ральфа то ли угрозами, то ли подкупом заставила работать на себя организация под названием Орнирдум - помнишь, их упоминал кэбмен в Рэнхе, что привёз нас в гостиницу?

- Само собой, я помню, это гхархово отродье! Но при чём тут Канс?

Машинально пожимаю плечами на ходу.

- Если бы я знал. В любом случае, хотели прикончить его, а не меня. К моей персоне у Ральфа была личная неприязнь из-за Хенрика - тот был кем-то вроде его личного наставника.

- И что теперь делать?

- Хардэн отправит в Рэнх своих людей, они попробуют выяснить детали - пришлось выложить ему всё об инциденте в гостинице. В любом случае, мы мало что можем предпринять сами в отношении этой структуры - может быть у дознавателей Хёница выйдет добиться результатов.

Девушка хмыкнув, озвучивает предложение.

- Я могу обратиться к отцу - у него тоже немалые возможности.

- Не думаю, что он сейчас сможет выделить какие-то ресурсы для этого дела. Если только у виконта уже нет какой-то информации об Орнирдуме.

Айрин, внезапно рассмеявшись, толкает меня в плечо.

- Даже не думай так называть моего отца, ясно? Чтобы ни разу больше не слышала в его адрес слова "виконт".

Поняв, что я признаков веселья не проявляю, девушка становится серьёзнее.

- Было что-то ещё?

- Да. Приказ от Морны - отправляться на переговоры в Скэррс.

За следующие пару минут пересказываю ей содержимое письма от регента и виконтесса яростно всплёскивает руками.

- Да что этой рицеровой шлюхе от тебя надо? Сама развязала войну, а дёргает людей, которые к ней вообще не имеют никакого отношения.

Оглянувшись на коридор, понижаю голос до шёпота.

- Далеко не все с тобой согласятся. А поездка - неплохой способ начать налаживать контакты за пределами университета.

Айрин бросает на меня весьма странный взгляд.

- Тебе мало поддержки моего отца и Канса?

- При всём уважении, возможности главы военной разведки сейчас крайне ограничены. А дружба с Кансом, отнюдь не гарантирует положительно отношение главы дома Тонфоев.

- Есть ещё его бабушка!

- Безусловно. И она произвела весьма серьёзное впечатление. Но она тоже ведёт свою игру и в случае необходимости, думаю, даже внук может стать разменной монетой.

Насупившаяся девушка какое-то время идёт молча.

- Мой отец не станет использовать...возможного будущего зятя в каких-то играх или подставлять его.

Что интересно - на слове "возможного" она вполне сознательно сделала акцент.

- Охотно верю. Но ты же понимаешь, что с определённой точки зрения, помощь мне является государственной изменой? И я, таким образом, могу обречь на казнь его самого.

Сжав губы, шагает рядом и я вздохнув добавляю.

- Это просто возможность навести мосты с кем-то ещё. Заодно посетив замок и разобравшись с его управлением. Это тоже неплохой ресурс.

- То есть ты думаешь согласиться?

Насколько я понимаю, виконтесса быстро перешла к состоянию сильного раздражения. И я не до конца понимаю, почему.

- Пока ещё не решил - хочу сначала посоветоваться с остальными.

- Моё мнение ты уже услышал. Конечно, если оно важно.

Озвучив последнюю фразу, ускоряется, быстро шагая вперёд и всем видом показывая, что не намерена общаться дальше. Так и добираемся до аудитории - мчащаяся впереди взбешённая Айрин и поспевающий за ней я, не совсем понимающий подоплёки происходящего.

Глава XXIV

Оказавшись в аудитории, обнаруживаю, что Круацину всё-таки пустили внутрь - призванная сидит рядом с Кансом, прислушиваясь к словам преподавателя. Этот факт меняет всю расстановку мест - Джойл теперь оказался рядом с Сонэрой, а Эйкар коротает время в полном одиночестве. Мы с Айрин поднимаемся выше него, занимая пустой стол. Девушка всё так же хранит молчание и я решаю отложить выяснение отношений до момента окончания лекции.

Кларсен, дождавшись, пока мы займём места, продолжает свой рассказ.

- Таким образом, вы можете создать некроконструкты, которые будут существовать весьма длительный промежуток времени и для поддержания их функционала не потребуется постоянно использовать нотные связки.

Не знаю, о чём он ведёт речь, но в аудитории поднимается чья-то рука и спустя пару секунд на ноги поднимается Софино, щеголяющая в полупрозрачной блузке.

- Почему такие конструкты не используются для работы? Они же могут стать отличными грузчиками или землепашцами - один заменит десяток рабочих из числа людей.

Олон жестом руки усаживает её на место.

- Есть две основные причины. Первая, исключительно экономическая - алхимический состав, требующийся для создания подобного конструкта стоит весьма недёшево. Стоит учитывать, что сам по себе конструкт работать не будет - к нему должен прилагаться контролирующий его маг, который должен хотя бы пару раз в сутки контактировать с мертвяком. Если сложить всё вместе - выйдет весьма внушительная сумма, которую мало кто потянет. Второй резон - психологический. Скажите - многие владельцы судов станут пользоваться услугами дока, в котором работают мертвецы?

С моего места видно, как девушка растерянно пожимает плечами.

- Да, точно вы ответить не можете, но думаю больше половины клиентов уйдёт. А для всех остальных придётся сильно сбросить стоимость услуг. Что в итоге приведёт только к серьёзным убыткам. Потому область применения мёртвой рабочей силы ограничивается горнорудными работами и некоторыми другими сферами с высокой смертностью работников. В таких случаях, люди не имеют ничего против использования некроконструктов.

Вижу, как на меня бросает вопросительный взгляд Тонфой и после секундного раздумья, набрасываю короткое сообщение на куске бумаги, который передаю Эйкару. Старый маг быстро изучает его глазами и отправляет дальше. Реакция самого Канса, оказывается неожиданно бурной - настолько, что её замечает Кларсен.

- Господин Тонфой, вы можете вести себя тише? Минус пять баллов личного рейтинга.

За прошедшее время мы почти успели выбраться из минуса, в который нас загнали, так что пять баллов - не так критично. Да и толку от этой своеобразной системы оценок, до момента выпуска нет никакого. А до конца третьего курса ещё надо как-то добраться.

Преподаватель, получает новый вопрос - на этот раз от Спашена.

- Сколько стоит такой алхимический состав?

Как мне кажется, пару секунд перед ответом, Олон колеблется. Но в итоге всё-таки определяется.

- Многое зависит от места, в котором вы его приобретаете и ваших навыков в алхимии. Скажем так, цена варьируется от сорока до ста ларов.

Вверх снова взметается рука Тадеша и он уточняет.

- От чего это зависит? Разброс цен слишком большой.

- В первом случае, вы можете приобрести ингредиенты и самостоятельно изготовить нужный вам состав. Основной риск - ошибиться и впустую потерять сорок ларов. Во втором - покупаете уже готовый состав и там цена зависит от того, где вы это делаете. Понятно, что стоимость продукта, привезённого напрямую из лаборатории будет дешевле, по сравнению с составом, который дважды успели перекупить.

Больше вопросов нет и преподаватель снова переключается на описание использования зомби и химер в экономических целях. Так мы узнаём о специальных химероконструктах, что создаются для валки леса и его последующей очистки. Один их вид спиливает деревья, очищая их от веток и сучьев, а второй пожирает всю ненужную древесину, параллельно перерабатывая её в органическое удобрение, что идёт в дело при высадке сельскохозяйственных культур.

Точно так же, химеры применяются для очистки воды в тех районах, где отсутствуют полноценные очистные сооружения - создания играют роль, своего рода мощных фильтров, убирая из жидкости всё, что может убить человека. Сейчас это не столь актуально - почти все крупные города имеют свои водопроводы, и станции для очистки воды, но полторы сотни лет назад, без подобных химер мало кто обходился. Если верить словам преподавателя, то химерология даже сейчас обеспечивает работу целых отраслей услуг - чего только стоят конструкты, работающие в канализации и производящие расщепление человеческих отходов. Составляющие на выходе отличаются в зависимости от формата конструкта и потребностей региона в том или ином сырье, но в любом случае - они присутствуют почти повсеместно. Позволяя сильно удешевить работу по строительству и обслуживанию канализации - в отличии от мертвяков, химеры далеко не всегда требуют постоянного контроля со стороны мага, им достаточно периодических проверок функциональности.

Заканчивая лекцию, Кларсен выдаёт самостоятельное задание - создать небольшую химеру, что станет очищать воду от примесей, делая её пригодной для питья. С крохотным конструктом необходимо явиться на лекцию, где и продемонстрировать его работу - выпить отфильтрованную таким образом жидкость.

До начала следующего занятия всего несколько минут, поэтому откладываем обсуждение ситуации на потом и отправляемся в аудиторию артефактологии. Айрин, которая так и не разговаривает со мной, забирает от Джойла Сонэру, с которой о чём-то переговаривается, а в аудитории занимает место рядом с ней же. А здоровяк снова оказывается моим соседом по столу. Парень таким поворотом дела явно не очень доволен, но это даёт нам возможность переброситься несколькими фразами. Как выясняется, он совсем не против поездки на север, правда сомневается в том, что мы сможем выполнить дипломатическую миссию. Отмечаю, что девушки, разместившиеся на стол ниже нас, тоже постоянно о чём-то шепчутся. Свопк несколько раз косится на них и ближе к концу занятия всё-таки не выдержав, призывает к тишине.

Сегодняшняя тема лекции не самая интересная - нам вполне предсказуемо рассказывают, как изготовить артефакты, которые защитят от нотных связок, воздействующих на воду внутри организма. Они же, в состоянии отчасти блокировать действие айванов, связанных с водной стихией, правда куда менее эффективно, чем в случае с нотными комбинациями. Помимо этого, преподаватель рассказывает о схеме формирования защитных артефактов, что автоматически выставляют щит во время внезапной магической атаки. Они могут быть, как одноразовыми, так и многократными действиями. Более того - в них можно заложить функцию ответного удара, правда для этого требуется куда больше времени. На нотной практике мы уже изучили связку одного из универсальных щитов, которую нам и предлагается использовать при самостоятельном изготовлении артефакта. Она втрое длиннее той, что когда-то продиктовал мне Эйкар, но в случае с артефактом это не так важно - он среагирует моментально. В конце занятия, всем выдают ещё одно задание - потребуется самостоятельно создать защитный артефакт, что прикроет от выпаривания воды из организма или любого иного воздействия на неё.

После лекции сверяюсь с часами и понимаю, что до времени, обозначенным ректором, осталось чуть больше полутора часов. Дорога на канатной дороге до Кёйреля - около пятнадцати минут, то есть полчаса туда и обратно. Вспоминаю, что недалеко от площадки есть какое-то подобие кафе и приглашаю всех спуститься вниз. Канс было начинает расспрашивать о визите к ректору, но услышав мои слова о поездке в Кёйрель осекается и досадливо молчит всё время, пока мы добираемся до города.

Впрочем, он начинает разговор сразу же, как мы усаживаемся за столом в привокзальной кафешке.

- С какого драного рицера я был целью этого выродка?

В ответ остаётся только покачать головой.

- Ректору об этом неизвестно, как видимо и самому Ральфу - насколько я понимаю, его просто использовали в качестве инструмента твоей ликвидации.

Эйкар, разглядывающий меню заведения, бросает взгляд на аристократа.

- Возможно хотели ударить по твоей семье - у дома Тонфоев хватает врагов.

- Врагов у нас более чем достаточно, но я ни разу не слышал про Орнирдум. Даже в виде намёков.

Обсуждение на какое-то время прерывает полный пожилой официант в замызганной форме, принимающий от нас заказ на сорк. Выделяется только Круацина - просит принести ей два фирменных стейка. Судя по утренней порции призванной, её метаболизм серьёзно отличается от нашего. Когда работник кафе отходит в сторону, Канс, проводив его взглядом, снова обращается ко мне.

- А что за второе дело, о котором ты ничего не написал?

Слышу вздох Айрин и пересказываю ему содержание письма Морны, упомянув имперскую грамоту. Сын хёрдиса, на момент задумавшись, озаряется улыбкой.

- Любые сделки... Значит мы можем снизить их налоги вдвое, получив за это приличную сумму наличностью? А ещё лучше - доли в паре-тройке городских компаний.

Хлопнув ладонью по столу, мечтательно продолжает.

- Да что там, можно даже сделать всё официально - нам статус почётных горожан и собственность в Скэррсе, а им нулевое налогообложение лет на десять.

Айрин, не выдержав, взрывается.

- Ты можешь хотя бы иногда быть серьёзным, Канс?! Ещё одно слово в таком духе и я вмажу тебя лицом в стол!

Парень, удивлённый вспышкой ярости, переводит на неё взгляд, а виконтесса продолжает.

- Скэррс - важный город во всех планах, от финансовых ресурсов до снабжения армии. Его поддержка неминуемо окажет и политическое влияние - любой, кто заполучит их в союзники, станет куда более привлекательным для партнёрства. И ты думаешь, что туда можно отправиться, как на курорт? Без всякой опасности для посланника и сопровождающих его лиц?

Круацина было открывает рот, но сын хёрдиса останавливает её взглядом и поворачивается к Айрин, пытаясь оправдаться.

- Почему ты всегда такая серьёзная? Можно ведь немного помечтать.

- Потому что Орн окажется под прицелом сразу же, как только покинет Хёниц. Скэррс слишком важен, чтобы всё прошло спокойно - могу поспорить, нас попробуют прикончить в первые же сутки миссии.

Официант приносит чашки с сорком, расставляя их на столе - дождавшись, пока он закончит, сам вклиниваюсь в беседу.

- Справедливости ради - на территории университета тоже не так уж безопасно. Нас чуть не убили прямо в одном из коридоров Хёница и дважды покушались в Кёйреле - кто поручится, что этого не повторится?

Сонэра, переглянувшись с виконтессой, поворачивается ко мне.

- Так, если не будет причин - зачем им пытаться убить тебя? В любом случае, Хёниц более безопасен, чем вольный город на севере империи. И как выяснилось, убить пытались Тонфоя, а не тебя.

Скривившийся после глотка сорка Эйкар, хмыкает.

- Резонов для устранения Орноса, с лихвой хватает и без дипломатической вылазки в Скэррс. Но я соглашусь - если мы отправимся туда, то нас попробуют остановить.

На лице призванной появляется недоумение и она немедленно озвучивает его причину.

- Мы? Зачем моему господину сопровождать его в этой поездке?

Канс, с сокрушённым видом смотрит на неё.

- Я ведь уже объяснял - между мной и Вайрьо подписан договор личного вассалитета, обязующий меня оказывать ему поддержку и выполнять приказы. Если же отбросить формальности - он мой друг. Раз решит лететь в этот городишко, то я буду с ним.

Поворачивается ко мне.

- Ректор же отпустит нас? Ситуация, ведь такая же, как и при вызове в столицу.

Молча киваю ему, а Эйкар, отставивший чашку с сорком, упирает в меня заинтересованный взгляд.

- Так что ты решил?

Откинувшись на спинку скрипучего стула, окидываю их взглядом.

- Мне это видится шансом завести контакты на севере. Не факт, что союзников, но возможно должников или просто хороших знакомых, которые окажутся договороспособными в будущем. К тому же рядом мой родовой замок - неплохо бы выяснить, что именно мне осталось в наследство и сколько денег генерирует собственность предыдущего графа. И ещё момент - Морна может объявить меня изменником в случае отказа, что сулит определённые проблемы, пока она всё-таки регент.

Тонфой изумлённо смотрит на меня.

- Значит ты всё-таки решился на бросок к престолу?

Отрицательно качаю головой, но на время прерываюсь из-за работника кафе, поставившего перед Круациной блюдо с двумя большими кусками зажаренного мяса, на которые она немедленно набрасывается. Стейки явно пережарены, но похоже девушку это мало смущает.

Подождав, пока удивлённый напором “юной леди” официант удалится к стойке, излагаю свою позицию.

- Нет, Канс. Но до меня дошло, что для результативного выживания необходимы новые связи - иначе нас растопчут, как только покажемся в свете большой арены. А рано или поздно, нас туда обязательно кто-то вытащит.

Со стороны Айрин доносится звук вздоха и угрюмая девушка всё же обращается ко мне напрямую.

- У тебя есть мы с Кансом и Эйкар - что ещё нужно? Вот тебе Круацина, которая почти любого превратит в кровавую кашу. Зачем выбираться из-за стен Хёница?

Переведя взгляд на виконтессу, привожу свои аргументы.

- Мы уже говорили про это - Канс не может принимать решения за весь дом Тонфоев, а твой отец может в любой момент потерять своё место. Да и он не сможет ничем помочь, если речь вдруг пойдёт о более или менее открытой схватке. Хёниц в любой момент может превратиться из надёжного убежища в ловушку и нам нужны резервные варианты. Поездка в Скэррс даёт шанс таковые найти.

Мэно яростно выдохнув, пару секунд молчит.

- Да с чего ты вообще взял, что обстановка в Хёнице может измениться? Ректор на твоей стороне - ему нет никакого резона менять свою позицию.

- Пока нет. Но в любой момент ситуация может измениться со всеми вытекающими последствиями.

Девушка замолкает, а вот Сонэра интересуется.

- То есть ты твёрдо решил ехать?

Спустя мгновение на мне скрещиваются взгляды всех присутствующих, за исключением Круацины и я утвердительно киваю головой.

- Да - я отправлюсь в Скэррс. Если кто-то из вас решит остаться, то прекрасно пойму - эта поездка вряд-ли будет простой.

Первым своё участие в деле подтверждает Канс, следом за ним - покосившийся в сторону Сонэры, Джойл и угрюмая виконтесса с задумчивым Эйкаром. Последней озвучивает своё желание ехать баронесса. С Круациной вопрос и вовсе не стоит - она идёт бесплатным дополнением к Тонфою.

Определившись, расплачиваемся по счёту и отправляемся назад - надо успеть дать ответ Стольку до отбытия посыльного и подумать, как и когда мы вылетим в Скэррс. Тонфой тонко намекает на некоторое истощение своих финансовых ресурсов, интересуясь, не направила ли Морна вместе с приказом о поездке и некоторую сумму денег, а ещё лучше - дирижабль с экипажем.

Вернувшись в университет, первым делом снова посещаю ректора. На этот раз беседа получается весьма короткой - я вручаю ему короткое письмо к Морне, с подтверждением о моей отправке, а он передаёт мне ещё один громадный увесистый конверт. По словам Хардэна, там данные, которые поручено передать мне в случае согласия на поездку. Что касается финансирования, то на месте меня встретит имперский инспектор, являющийся представителем короны на территории вольного города. Именно он должен обеспечить нас финансами на месте. А в качестве транспорта, Морной зафрахтован дирижабль, который уже находится на станции Хёница - вылетать можно в любое время.

Выдвигаться мы собираемся уже сегодня, пока информация не разошлась широко - так что сразу улаживаем бюрократические формальности - я оформляю контракты о личном вассалитете с Сонэрой и Эйкаром, у которых их пока нет и отношу копии Норницу, вместе с письменным подтверждением, что те отправляются в поездку по моему приказу. После короткого обсуждения, решаем, что Дэйра с собой брать не стоит - на мой взгляд, наличие рядом преданного пса Лэзлы Тонфой, следящего за каждым нашим шагом, может скорее помешать, чем помочь. Упаковываем вещи - помимо пары смен одежды, беру с собой все оставшиеся рунические патроны, запас которых уже прилично истощился. Сейчас я могу нанести куда более серьёзный урон магией, но и оружие порой может сильно пригодиться.

К вечеру у нас всё готово - документы оформлены, вещи упакованы, остаётся только дождаться отправки. Путь до Скэррса займёт около двенадцати часов - город хоть и расположен на севере, как и Хёниц, но сильно удалён на запад. Оптимально вылететь около девяти вечера, чтобы оказаться на месте утром.

Когда, за полчаса до вылета сидим в столовой, вливая в себя горячий сорк, рядом внезапно мостится Мейя Коннерс, притащившая с собой свободный стул. На ней моментально сходятся вопросительные взгляды и блондинка с улыбкой озвучивает вопрос.

- Вы же собираетесь куда-то лететь, верно? Носитесь весь день по университету, с ректором общаетесь, документы какие-то подписываете и как я подозреваю - пакуете вещи. Могу узнать - куда вы отправляетесь?

Нахмурившийся Джойл, мрачно гудит.

- А тебе зачем?

Девушка снова расплывается в улыбке.

- Я же редактор "Вестника Хёница", забыл? Это моя работа, барон Тернек.

Прищурившийся Тонфой явно собирается выдать нелицеприятную тираду о журналистах и я спешу его опередить.

- Без комментариев, Мейя. Если у тебя есть какие-то вопросы, то ты всегда можешь адресовать их Стольку или Норницу Рэрху - возможно кто-то из них согласится побеседовать.

Улыбка чуть увядает.

- Уже пробовала - они отказались.

Встрепенувшись, добавляет.

- Об этом же всё равно все узнают. Куда бы вы ни отправились, это попадёт в газеты. Какая вам разница, произойдёт это сейчас или чуть позже?

На этот раз озвучить ей ответ не успеваю - меня внезапно опережает Айрин.

- Ты же помнишь, что мы можем тебя прикончить? Или уже забыла? Задашь ещё один вопрос о поездке и газета лишится своего главного редактора!

На момент все замолкают, а Коннерс меняется в лице. Переведя взгляд на меня, осторожно добавляет.

- Вайрьо, ты по какой-то причине являешься их неформальным лидером - скажи мне, это нормально, вот так угрожать репортёру?

Покосившись на мрачную Айрин, пожимаю плечами.

- Газетчиков часто убивают. Особенно когда они лезут не в своё дело и задают лишние вопросы. Издержки профессии.

Девушка ещё раз обводит нашу компанию взглядом и поморщившись, удаляется. А мы, допив сорк, отправляемся за вещами - время загружаться в дирижабль.

Глава XXV

В этот раз дирижабль оказывается куда меньше - маленькая кают-компания и две жилые каюты, в каждой из которой установлены четыре одноместные кровати. По всей видимости, имперский бюджет переживает сейчас отнюдь не лучшие времена. На предупредительность команды, это правда влияние не оказывает - экипаж пусть и небольшой, но весьма учтивый, а на входе в летательный аппарат нас встречает сам капитан.

Когда поднимаемся в воздух, принимаюсь за бумаги, присланные Морной в качестве информации для миссии. Среди них аналитические записки императорской канцелярии о ситуации в городе, краткие биографические данные на руководство города и сведения о потенциально лояльных людях, которых можно использовать в своих целях. Заодно знакомлюсь со структурой управления Скэррсом в целом.

Как выясняется, в качестве высшего руководящего органа выступает городской парламент - сто двадцать пять представителей городских округов, называющихся "пайцо". Отсюда и название для депутатов - пэйцоры. Они принимают важнейшие решения - начиная от назначения высших чиновников и заканчивая одобрением бюджета. В качестве исполнительной власти выступает десяток назначаемых "рэйгов" - что-то вроде министров в масштабах Скэррса. Их формальным руководителем является городской глава, тоже утверждаемый членами парламента, но если верить документам канцелярии, то сейчас ведущую скрипку играет казначей - некий Ролс Марэто.

Большинство текущих вопросов разбирается на собраниях городского совета, в который входят все рэйги и десять пэйцоров, наряду с имперским инспектором. Последний, помимо этого, присутствует на всех заседаниях парламента, следя за соблюдением имперского законодательства. Собственно, он и должен стать основной моей опорой во время переговоров - барон Сэзн Корэс. Не слишком популярный в городе и успевший испортить отношения с половиной местной элиты, но присягнувший на верность Морне и убеждённый сторонник жёсткой власти империи. От процесса самих переговоров, его ввиду совсем негибкой позиции, предлагается отстранить, но вот наша материальная база полностью зависит от него.

Второй человек, на которого предлагают опереться аналитики Морны - глава отделения императорской канцелярии, подполковник Сонат Торк. В его распоряжении находится около сотни офицеров и охранная рота, несущая службу по защите здания канцелярии. Помимо этого, после мятежа Рихта, в город был введён расквартированный неподалёку батальон двадцать первого корпуса. Но с ним немало вопросов - несмотря на то, что командир всего корпуса присягнул на верность регенту, соединение разбросано по северу бригадами и батальонами, поэтому о лояльности командиров среднего и младшего звеньев, можно судить с трудом.

Помимо этого упоминается действующая на территории города криминальная структура - семейный клан Довано. Пару сотен лет назад они возглавили процесс сопротивления шахтёров против невыносимых условий труда, став лидерами протеста. Сейчас уровень опасности работы в шахтах сократился в несколько раз, а на самых опасных участках трудятся некроконструкты. Но Довано за прошедшие годы превратились в мощную теневую структуру, железной хваткой держащую профсоюз шахтёров и имеющую сильное влияние на низшие социальные слои горожан, что позволяет им контролировать часть членов парламента - в нескольких десятках округов, без помощи местной мафии просто не избраться. Восемьдесят процентов шахт, при этом, принадлежат городской компании, а остальные - семье Лоннейс, чей сын в этом году должен завершить обучение в Хёнице.

Отдельно упоминается влияние рода Вайрьо - по традиции, каждый граф становится почётным горожанином Скэррса, А в моё наследство, оказывается входят небольшие доли в паре десятков различных городских компаний. Объяснение весьма простое - Вайрьо оказали городу колоссальную помощь во время его основания, которое в условиях окружающей суровой природы шло весьма непросто. А после, не стали упираться, когда город получил статус вольного, хотя и стоял на их земле. Долгое время каждый граф рассматривался в качестве своего рода, верховного арбитра, мирно решавшего внутригородские споры. В последние десятилетия, от этого принципа отошли, но фамилия Вайрьо всё ещё оставалась известной горожанам и достаточно уважаемой.

Закончив просматривать бумаги, понимаю, что голова плавится от избытка информации, а мы находимся в полёте уже почти два часа. Канс, где-то раздобывший бутылку вина, дремлет на плече Круацины, да и остальные не пышут бодростью. Правда сходу отправиться спать не получается - встаёт вопрос распределения мест в каютах. В итоге останавливаемся на том, что девушки займут одну из них, а мужская часть разместится во второй. Не самый позитивный расклад, но подобрать другой вариант компоновки, который бы всех устроил, невозможно. Ещё одной проблемой становится Тонфой, требующий продолжения банкета - где-то в вещах сына хёрдиса запрятана вторая бутылка вина, которую тот жаждет в себя влить. Когда аристократ наконец затихает, тоже укладываемся в постели и спустя десять минут я отключаюсь, несмотря на стоящий в каюте храп - организм Канса видимо решил продолжить протест даже во сне, перейдя в режим звуковой атаки.

***

Утром, просыпаюсь от стука в дверь - кто-то настойчиво ломится в каюту. Переглядываюсь с Джойлом, усевшимся на кровати со "Стинни" в руках и кричу, спрашивая, кто там. Как выясняется - Круацина решила узнать, как дела у Канса и не проснулся ли её "господин". Сам парень уже ворочается в постели и сонно просит девушку вернуться к себе, но утихомирить призванную не выходит. К тому же она успела перебудить всех остальных, а со стороны кабины появляется один из членов экипажа, присланный узнать, всё ли у нас в порядке. Учитывая, что все на ногах - отправляемся в кают-компанию, попросив себе по чашке крепкого сорка. До прилёта на место ещё около двух часов - есть время взбодриться.

На мгновение замираю около иллюминатора, привлечённый видом заснеженного леса, что виднеется далеко внизу. Проходящий мимо Эйкар, тоже бросает взгляд вниз и замечает.

- Дикие леса. Империя как-то вводила сюда семь армейских корпусов - у кого-то в канцелярии перемкнуло мозги и он решил, что на севере укрываются потомки подгорного народа. Три месяца морозили свои задницы, пока им не дали приказ возвращаться.

Удивлённо поворачиваюсь к старому магу.

- Того самого подгорного народа, который вырезали в незапамятные времена?

- Ну, положим это было не так уж и давно - где-то тысячу лет тому назад. И не всех ведь вырезали, часть ассимилировалась, как и уцелевшие схоры. Хватило нескольких поколений, чтобы их кровь растворилась в человеческой.

Зевающая Сонэра, усевшаяся на стул недалеко от нас, тоже встревает в беседу.

- У людей и подгорных могли быть дети?

На лице Эйкара появляется выражение возмущения.

- Чему вас сейчас учат? Как завязывать тесёмки на платьях, да бутылки открывать? Вы в книги по истории хотя бы заглядывали? У всех нас - единый предок, так что организмы более чем совместимы, во всех планах.

Продолжая сетовать на "тупую рицерову молодёжь", маг занимает своё место за столом, а спустя минуту нам уже приносят чашки с бодрящим напитком.

До момента захода на посадку, успеваю ещё раз просмотреть документы, присланные Морной. И обнаруживаю, что пропустил несколько листов бумаги, где оценивается потенциал магов, находящихся в городе. Отложил их в сторону, вместе с биографическими выдержками членов парламента, читать которые уже не было никаких сил. Сейчас навёрстываю упущенное, быстро просматривая доклады канцелярии.

Первым в списке упоминается представительство Хёница, возглавляемое Ортусом Морно. Численность - около десяти магов и несколько десятков неконов разного формата. Плюс, на постоянной основе присутствует один церд и дознаватель. Представительства университета, как и он сам, являются автономной юрисдикцией - наличие должностных лиц, отвечающих за следствие, обязательно. Следующая группа - маги, состоящие на службе городской компании, владеющей шахтами, где добывается кэррс. Их пятьдесят два человека - в основном занимаются промышленными задачами, от укрепления действующих шахт и пробивки новых стволов, до создания некроконструктов и поддержания функциональности тех, что уже ведут работу. Все они могут быстро превратиться в разноформатных магов - канцелярия считает, что с таким их числом, можно развернуть от трёх до четырёх бригад, если отталкиваться от штатов имперской армии.

Следом идут алхимические лаборатории - в Скэррсе сразу три комплекса, только один из которых находится в собственности самого города. Только потом - местная полиция, на чьей службе находится семеро выпускников Хёница и городские власти, нанявшие для разнообразных нужд дюжину магов. Последние, распределены по разным департаментам и децентрализованы, ввиду чего и стоят после службы правопорядка. Как минимум, несколько магов должны работать на клан Довано и ещё десятка три являются специалистами, с частной практикой - в основном целителями. Деньги Скэррса привлекли в город немало людей с магическим талантом, несмотря на его географические расположение.

Когда начинаем снижаться, снова пробегаемся по азам нашего плана - не вступать в контакт и не озвучивать своих задач, пока не побеседуем с имперским инспектором и главой местного отделения канцелярии. А заодно я бы поговорил и с Тесконом, который должен здесь находиться с деловым визитом от имени Хёница. Если так, то он точно должен разбираться в реалиях города куда лучше нас.

Впрочем, спустившись вниз по причальной башне, понимаю, что планам не суждено сбыться - перед нами выстроилась целая встречающая делегация. Во главе двое мужчин - мощный седоусый старик в парадном красном мундире пехотных войск империи, виднеющемся под распахнутым пальто и затянутый во фрак щёголь, с интересом нас рассматривающий. За ними - ещё с десяток человек, среди которых пара офицеров в серой форме, которой я раньше не видел. Первым вперёд шагает мужчина помоложе, во фраке, поверх которого, несмотря на холод, больше ничего нет.

- Рады приветствовать вас в Скэррсе, господа. Вы позволите ознакомиться с вашей имперской грамотой?

Рядом что-то бормочет похмельный Канс, а я перевожу взгляд на седого офицера, который едва заметно кивает головой. Достав документ, приближаюсь к собеседнику и протягиваю ему бумагу.

- Могу я узнать, с кем имею честь беседовать?

Быстро пробегая глазами текст, тот ухмыляется.

- Безусловно - вице-казначей вольного города Скэррс, Вирс Майн.

Возвращая мне грамоту, продолжает.

- Рад знакомству граф Вайрьо. Надеюсь вы не обижены нашей встречей - мы решили, что таких дорогих гостей надо встречать сразу у причальной башни.

После секундного колебания, определяюсь с формулировками ответа.

- Ничуть. Хотя, я предполагал немного осмотреться, прежде чем приступать к переговорам.

Заместитель казначея снова усмехается.

- Никто не вынуждает вас начинать немедленно - осмотритесь, познакомьтесь с городом, почитайте газеты.

На последней фразе он делает ударение, а стоящий за его спиной старик морщится, как от зубной боли. Щёголь, как раз поворачивается к нему, взмахивая рукой.

- Это наш имперский инспектор - барон Сэзн Корэс. Он, вместе с представителями парламента проводит вас до гостиницы, где уже подготовлены отличные номера. А через полтора часа начнётся торжественный приём, устраиваемый казначеем города - искренне надеюсь, что вы сможете там присутствовать.

Не нравится мне всё это - развитие ситуации идёт совсем не по плану, отдавая инициативу в руки местных властей. Но, как я понимаю, серьёзного выбора у нас нет - придётся соглашаться. Заверяю Вирса Майна, что мы обязательно появимся на приёме и спустя несколько минут уже загружаемся в паромобиль, что везёт нас в гостиницу. Вместе с нами, внутрь забирается имперский инспектор и один из мужчин, которых вице-казначей отнёс к представителям парламента. Оба яростно зыркают друг на друга и в итоге барон, протягивает мне сложенную вчетверо газету, которую вытащил из-за пазухи. Его "оппонент" едва не дёргается, чтобы выхватить издание из рук аристократа, но всё-таки сдерживается. А я, развернув предложенный мне выпуск, на несколько секунд выпадаю из реальности, пробегая глазами заголовки.

"Семнадцатый танковый корпус идёт на столицу", "Солдаты домов Скорсов и Феррехт заняли центры двух провинций", "Хёрдис Тонфой заявил, что ввиду вакуума власти, будет сам править на своей земле от имени императора", "Адмирал восточного флота не признает Морну Эйгор законным правителем Норкрума", "Бой в Схердасе - зачем регент пыталась убить Снэса Оттефера?". Долбанный Рихт стал камнем, который сдвинул за собой целую лавину - Нокрум захлёстнут волной открытых мятежей. И это утреннее издание, с событиями вчерашнего дня. Могу поспорить, к вечеру территория, под формальным контролем Морны сократится ещё в несколько раз.

Молча протягиваю газету сидящему рядом Эйкару и поднимаю глаза на барона. Тот лишь вздыхает, покосившись на "представителя парламента" - нормально поговорить сейчас точно не выйдет. Так, в полной тишине и доезжаем до отеля. Когда в выделенный нам люкс пытается прошмыгнуть местный депутат, преграждаю ему путь, опустив руку на револьвер. Как ни крути - мы всё-таки официальная делегация и студенты Хёница, влезать в драку вот так сходу, местные власти точно не станут. А нам нужно понимать, что тут происходит и как себя вести.

- При всём уважении, это наш номер и вас внутрь никто не приглашал. Можете подождать в холле - мы спустимся, как только будем готовы.

Мужчина бросает взгляд за мою спину, где виднеется красный мундир барона и с досадой отвечает.

- Мне поручено обеспечить ваш комфорт и отсутствие проблем при размещении.

- Вы более чем успешно справились со своей задачей - мы в гостиничном номере и насколько я могу судить, недостатка в комфорте испытывать не будем.

Прежде чем он успевает продолжить дискуссию, захлопываю дверь. Бросив сумку на пол, рядом с роскошным диваном в холле люкса, жестом руки останавливаю барона, спешащего заговорить и поворачиваюсь к Эйкару.

- Есть что-то для защиты от прослушки? Такое, с чем мы сможем справиться?

Через три минуты на изящном журнальном столике появляется набор рун, начерченных глефсом, а я задействую нотную связку, продиктованную Эйкаром. Несмотря на его обещание, что заклинание не энергоёмкое, жетон едва не разрывает рубашку, а перстень раскаляется, как будто я какое-то время держал его на огне. Бывший призрак, поняв свою оплошность, принимается извиняться, но я сразу его останавливаю, переключаясь на барона, ошеломлённо за нами наблюдающего. Да, использовать что-то из арсенала Эйкара, в его присутствии возможно не стоило, но ситуация в достаточной мере исключительная.

- Чего хотят городские власти?

Инспектор, выйдя из состояния задумчивости, разводит руками.

- Того же, что и всегда - максимальной автономии. Пока, большинство склоняется к заключению договора с Морной, чтобы потом апеллировать уже подписанным договором к любой новой власти. Самые радикальные хотят заявить едва ли не о независимости, разоружив имперский батальон и офицеров канцелярии.

- У них есть такая возможность?

Барон цокает языком.

- Морна разрешила им формировать дружины добровольцев для охраны улиц - это считай, собственная армия. В городе четыреста тысяч жителей и уже семь тысяч своих собственных бойцов. Батальон двадцать первого корпуса - это меньше тысячи солдат и один единственный маг. И я не уверен, что они будут насмерть стоять за Морну и империю.

Расклад точно не самый хороший, но и не так плох, как я считал - с нами, по крайней мере, предпочитают договориться, подписав соглашение.

- А зачем весь этот маскарад со встречей и приёмом?

- Мне и главе канцелярии прислали письма, сообщающие о вашем прибытии. Предполагаю, что произошла утечка информации и...

Подняв руку, перебиваю его.

- Это я и так понимаю, барон. Зачем они тащат нас на приём?

Мгновение он молча смотрит на меня, явно недовольный тем, как бесцеремонно его прервал молодой парень. Потом всё-таки продолжает.

- Не думаю, что здесь имеется какой-то подвох. Казначей устраивает приёмы каждый месяц, в один и тот же день - его не готовили специально для вас. Думаю, просто хотят сразу взять в оборот и заодно устроить смотрины среди всей местной элиты.

Секунд десять раздумываю, после чего окидываю взглядом остальных.

- Переодеваемся и спускаемся вниз. Если местные решат, что нас лучше прикончить - пробиваемся к представительству Хёница. Там сейчас Тескон - думаю он будет рад тряхнуть старыми костями и превратить тысячу-другую людей в кровавую кашу.

Возвращаю взгляд на барона.

- Вы же объясните, где здесь расположено представительство университета?

- Естественно. Но не думаю, что кто-то из числа местных властей решится напасть на студентов Хёница. Одно дело пристрелить аристократа или служаку, которого прислала Морна. И совсем другое - убить студентов, за чьи смерти точно придётся расплачиваться. К тому же нападение на графа Вайрьо, точно не добавит никому популярности среди горожан.

- Надеюсь, что всё так, как вы говорите. Но лучше будет перестраховаться.

Вниз отправляемся через полчаса - освежившиеся, поменявшие одежду и вооружённые до зубов. Пэйцор ждёт нас в коридоре - недовольно скривившись, меряет взглядом имперского инспектора, после чего предлагает спускаться. На револьверы, присутствующие у каждого, он как ни странно, не реагирует. Хотя у него самого, на ремне висит кобура с торчащей из неё револьверной рукояткой - возможно здесь, это обычное дело для торжественных приёмов.

Ещё четверть часа в дороге и мы оказываемся перед большим домом, скорее тянущим на небольшой дворец. Снаружи нас встречает кто-то из прислуги и вскоре мы уже стоим в просторном зале с каменными стенами. Около стен - деревянные столы, покрытые белоснежными скатертями, под ногами паркет, вокруг - снующие туда-сюда лакеи с подносами еды. И немногочисленные гости, которые, как и мы, прибыли слишком рано.

- Вы можете разместиться на своих местах и подождать - я попрошу кого-то принести вам по бокалу вина.

Член городского парламента ведёт нас к стульям, выделенным для "делегации регента", после чего отходит в сторону и тормозит одного из лакеев, обращаясь к нему с просьбой. Имперский инспектор, извинившись удаляется в сторону выхода - ему нужно кого-то встретить.

Вечно голодная Круацина, подтягивает к себе одно из блюд, отправляя в рот небольшие куски мяса. После короткого колебания, к ней присоединяется и Айрин, принявшись за одну из закусок. Позавтракать на борту мы не успели - в комнате хранения дирижабля дало сбой охлаждающее заклинание и продукты пропали за время стоянки в Хёнице, так что мой желудок вовсю урчит и я сам раздумываю, не угоститься ли чем-то из яств на столах. Отвлекаюсь на звучный бас в центре зала - массивный мужчина во фраке остановив одного из лакеев, громогласно интересуется.

- Как тебя зовут? Не помню, чтобы нанимал лакея с таким лицом.

Обращаю внимание, как напрягается слуга, чуть отступающий назад и слышу надрывный хрип у себя за спиной. Обернувшись, вижу Круацину, схватившуюся за живот. Опираясь одной рукой о столешницу, поднимается со стула, но спустя секунду, ноги подкашиваются и она валится на пол. Рядом Айрин беззвучно открывает рот, пытаясь что-то сказать но через мгновение утыкается лицом в стол.

В голос матерясь, бросаюсь к ней, а под сводами зала прокатывается звук револьверного выстрела.

Конец второй книги. Октябрь 2020 года.

Следующую книгу цикла можно найти по ссылке: https://author.today/reader/96096

А впереди - традиционный авторский постскриптум)

Постскриптум

Громадное спасибо всем, кто дошёл до этого момента! Отдельная благодарность - тем, кто оказывал поддержку в процессе. Позитивные комментарии и лайки - лучшее топливо для "мотора" писателя) Это вам скажет любой, кто пробовал писать.

Этот цикл один из моих любимых - надеюсь его герои радуют вас, так же, как и меня)

"Эйгор-III. В мятежах." уже начат и доступен по ссылке: https://author.today/reader/96096

Приятного чтения) Надеюсь, встретимся на следующей книге)

P.S.: Если хотите первыми получать новости от автора, то вот ссылки на группы в социальных сетях.

Канал в Телеграме: https://t.me/alexander_kronos

Группа в ВК: https://vk.com/al.kronos

Возможно, кому-то пригодится)

Послесловие @books_fine

Книга подготовлена и выложена каналом @books_fine – крупнейшим литературным каналом Телеграмма.

Не забывайте о том, что ваша поддержка важна для КАЖДОГО автора. Ведь чем больше людей покупает его книги – тем больше времени он может уделять их написанию и радовать нас новыми произведениями. Если вам нравится книги и вы ожидаете продолжения – поддержите автора на официальной странице книги: https://author.today/work/90915

В случае, если с финансами совсем туго — минимальный размер награды — ВСЕГО 10 РУБЛЕЙ!

Content

Эйгор-II. В интригах

Глава I

Глава II

Глава III

Интерлюдия 1

Глава IV

Глава V

Интерлюдия 2

Глава VI

Глава VII

Глава VIII

Интерлюдия 3

Глава IX

Послесловие

Глава X

Интерлюдия 4

Глава XI

Глава XII

Глава XIII

Глава XIV

Интерлюдия 5

Глава XV

Глава XVI

Глава XVII

Глава XVIII

Интерлюдия 6

Глава XIX

Глава XX

Глава XXI

Глава XXII

Интерлюдия 7

Глава XXIII

Глава XXIV

Глава XXV

Постскриптум

Послесловие